Обложка Не шутите с тёмными ритуалами

Не шутите с тёмными ритуалами

Radamantis

0% прочитано
Стандартный
Radamantis

Не шутите с тёмными ритуалами

Глава 1 Не шутите с темными ритуалами

Я с трудом разлепил тяжелые веки. Страшно болела голова, крутило живот, а в горле так сильно першило, что я зашелся в диком кашле и, перевернувшись на бок, стал блевать кровью и желчью. Что за…? Где я? И, самое главное, кто я?

Нет, я не потерял память, напротив, ее стало что-то слишком много. Две личности, два «полных пакета» воспоминаний в одной голове. Не удивительно, что она раскалывается от боли из-за ритуала. Заработала окклюменция, жить стало немного попроще и я с удовольствием прижался щекой к холодному мраморному полу, балдея от того, что головная боль почти ушла. Хорошо, что ритуалы проводятся сугубо на пустой желудок, иначе я бы сейчас валялся весь в собственной блевотине. Нельзя кушать, прямо как перед сдачей анализов крови. Стоп. Какой, нахрен, ритуал?! Или, ээээ, какие, нахрен, анализы крови?! Что звучит неправильнее, какой-то диссонанс в голове.

Сука, как же хреново-то… Вставать даже не пытался, лежал на холодном полу и, повернув голову набок, разглядывал обстановку вокруг.

Посмотреть было на что. Лежал я в центре пентаграммы, начерченной кровью. Моей кровью, подсказали воспоминания изначальной личности, что занимала это тело с рождения. Ага, понятно. Вот тебе и ритуал, да еще и с анализами крови. Полный комплект есть. На краях пятиконечной звезды догорали черные свечи, а воск затопил рунный узор, перекрыв собою некоторые магические магистрали, нарушив правильный и мерный поток маны. Вот и одна из причин, почему нас теперь двое. Или всё же один?

Я сосредоточился на себе, пытаясь выяснить, что вообще произошло и как я докатился до жизни такой. Окклюменция помогла расставить бардак в голове по полочкам. На удивление хорошо прокачанный навык. С чего бы Амосу так беспокоиться о содержимом своей черепной коробки? Там есть что-то, чего лучше не знать другим?

Амос. Амос Санхайд. Мое новое-старое имя. Магглорожденный волшебник. Четвертый курс. Хогвартс. Мммм, как интересно, так теперь я, стало быть, настоящий волшебник…

«Ты волшебник, Амос», сказал мне бородатый старик, когда мне исполнилось одиннадцать лет и я получил письмо из школы чародейства и волшебства. И нет, это был не Дамблдор.

Ну конечно, чтоб ради какого-то грязнокровки сам директор, который, по совместительству, еще и практически первое лицо государства (хотя министр магии утверждал бы обратное, но кому есть дело до этого слабака), лично снизошел бы до путешествия в мир обычных смертных? Три раза ХА. Он же даже за Поттером сам не ходил, посылал своих приспешников.

Нет, это был наш учитель по уходу за магическими существами. Старый покалеченный волшебник, Сильванус Кеттлберн. Зато профессор был настоящим энтузиастом своего дела. Честно говоря, такая самоотдача подкупала, ибо я не представляю, какие деньги должны платить за такой постоянный риск для жизни. Авроры по сравнению с магозоологами просто везунчики с кайфовой и ненапряжной работой. У Кеттлберна не хватало пары конечностей, которые заменяли протезы, а еще глáза, и это только то, что было на виду. Никогда я не стану возиться с химерами. Спасибо, лучше уж инферналы. Они хоть послушные своему создателю. Тупые правда. Стоп, нафига мне инферналы? А, понятно, у меня уже есть парочка. Чувствую их по связи создатель-слуга. Охраняют место проведения ритуала… Амос-Амос, что же ты за фрукт-то такой? Тебе сколько лет? Я что, новый Темный Лорд какой-то? Магглорожденный Темный Лорд? Ну и бред. Кто ко мне в армию пойдет?! Таких, как я, считанные единицы, а аристократы высшей категории только рассмеяться могут от такой перспективы… А, ну да, еще есть инферналы… Только вот задумай я создать армию мертвецов — и меня сразу же посадят на кол. Или того хуже, в Азкабан. Нужно нырнуть глубже в воспоминания и во всем разобраться.

Так вот, что же дальше у нас имеется? Неполная семья, в которой были только я и мама. Отец вышел за хлебом, так сказать, еще когда у меня случился мой/его первый магический выброс. Слабак бесхребетный. Ну подумаешь, поджег занавески рядом с люлькой темной безлунной ночью, ну бывает, чего уж там. Хотя детский смех, бывает, вызывает в такие моменты лютый ужас, соглашусь. Бедолага, наверное, подумал, что стал свидетелем рождения нового короля демонов, не меньше.

Между прочим, это был первый и последний раз, когда я испортил наше имущество магией. Таких сильных выбросов у меня больше никогда не было, скорее даже наоборот, только очень незаметные и слабенькие. Стоп, у меня? Ах да, кажется наши личности постоянно ассимилируются, становясь одним целым…причем, дело даже не в воспоминаниях и памяти, а в душах. Две стали одной. Что-то я располнел, хех, еле помещаюсь в смертное тело. Ладно, шутка, понятия не имею, как это сказалось на мне. Надеюсь, что как-то положительно. В книгах, которые прошлый я читал, это в основном приводило к увеличению силы души, но… я пока ничего такого не чувствую. Проверю позже.

Хорошо это или плохо, покажет лишь время, но об этом позже. Пока я буду считать себя Амосом, раз уж так получилось, что тело Санхайда живо, а вот мое предыдущее, в другом далеком мире, абсолютно точно мертво. Все мы смертны, не стоит забывать об этом.

Продолжим разбирать воспоминания моего нового-старого я. Семья из двух человек не бедствовала, несмотря на стереотипы и суровую правду жизни в целом. Почему? Просто мать у Амоса, точнее, у меня, красавица, каких еще поискать.

Черные, словно лишенное солнца небо, волосы, такие же глаза, из-за чего даже зрачки практически сливаются с радужкой, превращаясь в черные омуты глубокой бездны. Выглядит это завораживающе, и не будь я уверен, что она обычный человек, точно бы подумал, что ведьма, настолько обаятельной и красивой женщиной она была. Я не буду говорить о других достоинствах, которыми одарила ее природа, потому что думать так о своей матери очень неприлично. Остановимся на том, что она была очень красивой молодой женщиной.

Даже не знаю, насколько суеверным ублюдком нужно быть, чтобы бросить такую красотку из-за одной загоревшейся занавески. Будь я на месте его/моего отца, я бы не сбежал, даже если бы застал ее за готовкой мясного бульона из человеческих останков.

Где, интересно, этот идиот найдет себе кого-то лучше, чем она. А ведь она еще и умная, и заботливая без меры. Комбо, которое собрать очень непросто, скажу я вам. Нет, я не сексист, у мужиков ситуация обстоит схожим образом. Давно видели умных и красивых качков? То-то же. В порядке исключения — пожалуйста, на постоянной основе… Сомнительно, скажем так.

Так вот, она неплохо зарабатывала, являясь главным секретарем в крупной компании, чей главный офис как раз располагался недалеко от нашего дома в центре Лондона. А трехкомнатная квартира в центре Лондона стоит ого-го. Короче, не бедствовали мы.

Мужиков мама к нам домой тоже не водила, но я почти уверен, что у нее кто-то есть, может даже их директор. Неплохая партия, так как я видел однажды этого мужика. Довольно опрятный и совсем не старый. Интеллигентный такой.

Но Амос крайне негативно реагировал на любого, кто соревновался с ним за внимание его матери, так что вполне логично, что женщина избегала знакомить его со своими ухажерами, дабы избежать истерик и скандалов. Долбанный эгоист. Но мать он свою искренне любил. Почти единственный человек, к которому он испытывал положительные чувства, не считая еще одной персоны, но к ней мы вернемся позже.

В общем, теперь все изменится и новый Амос (это я) не будет совать свой нос в дела матери, которая во мне души не чает. Она более чем заслужила счастья, терпя этого эгоистичного и зловредного засранца, которому красивая внешность перепала от матери.

Только немного квадратный мужественный подбородок он унаследовал от отца. Точнее, уже я. Черт, когда я перестану двоиться у себя в голове?

В общем, мать дала мне все, что только могла дать. Хорошее, полное любви и заботы детство, прекрасное образование (Все, что могли дать частные репетиторы и школы до одиннадцати лет. Еще были всякие секции, вроде бокса и тхэквондо.), безбедное существование и прекрасную внешность. Будущее маленького Амоса обещало быть безоблачным и прекрасным, если бы не письмо из Хогвартса. Тогда-то все и изменилось.

Мир магии и волшебства, мир возможностей вознестись и встать выше других людей и волшебников, мир… который крайне жесток к новичкам, впервые вступившим на путь магического искусства.

Для немного избалованного жизнью Амоса стало болезненным ударом осознание своего ничтожного положения в этом новом мире. Еще хуже было только сиротам из муниципальных приютов, впервые попавшим в этот дивный новый мир вообще без ничего. Но не то чтобы очень. Для всех маглорожденных жизнь была чередой серьезных испытаний.

Будь то банковская система, что ограничивала транзакции по переводу фунтов в галеоны, или законодательство и право, которые будто замерли в веке эдак шестнадцатом и вообще, казалось бы, исключали само понятие «права маглорожденных волшебников».

Скорее, туда входил длинный список их обязанностей и наказаний за нарушения многочисленных мутных и двусмысленных законов, договоров и контрактов. Амос прочитал на эту тему более тридцати книг, поборов свою скуку и нежелание, и так и не смог толком разобраться, что там вообще происходит в этом чертовом Визенгамоте.

Казалось бы, вся судебная система состояла из нагромождения какой-то бесполезной ерунды, никак не связанной друг с другом. Единственное, что там было черным по белому прописано, это привилегии и права чистокровных волшебников, которым он точно никак не являлся.

А Амос проверял. Лелеял надежду на что-то, но — нет. Он был первым волшебником в своем роде. Ни бастард, ни дальний родственник угасшей древней родословной, просто… никто. И это его пугало и злило.

А потом, на втором курсе, когда он уже немного привык и смирился, начались издевательства. Первый курс, по молчаливому согласию всех сторон, был неприкосновенным, но начиная со второго «защита новичка» заканчивалась, и для таких как он картина мира кардинально менялась. Розовые очки крошили всем подряд, без исключения, не снимая с глаз, так, что острое стекло разбитых розовых линз больно впивалось в глазницы, заставляя плакать кровавыми слезами.

И Амос плакал. Не могу его винить, для двенадцатилетнего домашнего мальчика его жизнь сделала весьма неприятный вираж на самое дно.

Дома он мог бывать только на летние и Йольские каникулы, но большую часть времени он теперь проводил в школе, где жизнь его была совсем не сахар. Дети бывают очень жестоки, а уж дети-волшебники… дети-волшебники-аристократы… Ух!

Что же, Снейп из канона был не единственным, кто подвергался жестокому буллингу в школе, нет, ему еще повезло, ведь его хотя бы не трогали свои, из-за покровительства Люциуса Малфоя, который знал о таланте мальчика в зельеварении. Видать, смог опознать Принца еще до того, как тот сам узнал о своем наследии.

Мародеры не могли доставать его двадцать четыре на семь, а вот Амоса его однокурсники, среди которых абсолютное большинство было чистокровными волшебниками, очень даже могли. Мелкие фашисты. Даром, что учился он на Рейвенкло, вроде как самом разумном и мудром факультете. Может, к седьмому курсу его выпускники и соответствовали славе и стереотипам факультета Воронов, но точно не в самом начале своего пути.

Учителям и директору было по большей части плевать, пока никто никого не убивал. Даже их декан, Флитвик, особо ничем не мог помочь ему, кроме как посочувствовать. А еще он дал хороший совет. Совет, к которому Санхайд по настоящему прислушался. Стать сильнее и дать сдачи своим обидчикам.

Никто не будет травить того, кто без зазрения совести может выпустить в спину обидчику темное проклятье из-за угла. Авада Кедавра уравнивала всех. Перед ликом смерти что благородный Лорд магии, что грязнокровка были едины в своей беспомощности. Злопамятный Амос трактовал этот совет весьма однозначно, уже успев озлобиться на весь мир и мечтая отомстить всем обидчикам. Возможно, когда-то кто-то дал схожий совет Флитвику, и он, в свою очередь, передал его дальше, когда пришло время. У полугоблина дела во время учебы в Хогвартсе обстояли точно не лучше, но он не озлобился на весь мир, как Амос.

Что сделал этот идиот? О, ну тут нужно быть особо удачливым (или, наоборот, неудачливым, как посмотреть на финальный результат в виде меня) засранцем, чтобы беспрепятственно проникнуть в запретную секцию библиотеки и случайно наткнуться там на особый гримуар по темнейшим искусствам. Спасибо старшекурснику, который проложил ему путь сквозь барьеры, стремясь к запретным знаниям.

Второкурсник, который случайно заснул в библиотеке не упустил свой шанс, разбуженный легким шумом в пустом помещении библиотеки. Схватил то, что попалось под руку и сорвал джекпот.

Гримуар был не такой темный, что в свое время нашел Томас Реддл, но тоже абсолютно точно содержащий заклинания и знания, за которые Амосу грозил бы пожизненный Азкабан. В основном проклятья и ритуалы весьма сомнительного смысла. Но парню было все равно, он жаждал силы. Силы и знаний, что в мире магии было почти одно и то же. И он получил то, что хотел.

В конце второго курса он провел над собой ритуал. Удача была на его стороне и он не облажался, как он тогда посчитал. Впоследствии, намного позже, он смог понять, насколько тонкий лед был в тот момент под его ногами. По случайному стечению обстоятельств, он выжил, а ритуал удался. Будто сама магия благоволила начинающему темному магу. Или же это было благословение тьмы? Моргана его знает…

Что же он получил? Сверхсилу? Возможность убивать врагов одним взглядом, как василиск? Способ изготовления философского камня?

А вот и нет. То, что он получил, он воспринял не иначе чем пророческим даром. Видение будущего. Так он думал. А на деле — он просто заглядывал за грань, презрев границы времени и пространства, даже самой смерти. Мелкий говнюк, что только перешел на третий курс Хогвартса, смог сделать то, на что даже величайшие волшебники прошлого не смели замахнуться.

Точнее, об успешных случаях подобного ничего неизвестно и нигде не писалось, но кто бы вообще стал о таком писать? Идиоты не становились сильными. Кроме Амоса. Но он был исключением.

В общем, ему удалось зачерпнуть памяти и знаний у одной далекой звездочки-души из другого, параллельного мира, которому была чужда магия, но не творчество мысли. Однако, такие знания строго ограничивались мировым законом, так что все, что он мог получить, это те знания, которые касались его мира. И так получилось, что эти знания у объекта, к которому он подключился напрямую, были. Александр был большим фанатом серии книг о Гарри Поттере.

Чем еще, кроме как видением будущего, мог посчитать Амос те откровения, что почерпнул тогда? Гарри Поттер еще даже не поступил в Хогвартс, а Амос уже знал о том, что ждёт героя магической Британии на его первых двух курсах. Это был восторг.

Помимо сакральных знаний из-за грани, Амос изучал и темный гримуар, постепенно проникаясь сутью темной магии. Он планировал стать малефиком-ритуалистом. У него были все шансы, ведь у него была огромная склонность к этим наукам. Темные проклятья были той силой, что могла сгибать даже непреклонные древние рода волшебной аристократии, а именно это ему и было нужно. Для мести. Поставить на колени тех, кто смел ставить его.

Ритуал, который он провел, можно было повторять не чаще, чем раз в году, и Санхайд был достаточно умен, чтобы следовать рекомендациям. Он уже успел хорошо уяснить, что техника безопасности в магическом мире занимает особое место в жизни волшебников. Либо так, либо преждевременная мучительная смерть.

На следующий год Амос узнал о жизни Поттера на его третьем и четвертом курсе. А так же… о выручай комнате. Санхайд не стал лезть на Тисовую улицу, или в тайную комнату к василиску, здраво опасаясь последствий принятого решения и своей скоропостижной смерти, но вот выручайку он использовал на полную катушку, поглощая запретные и не очень знания, как робот-пылесос.

К концу третьего курса Санхайд научился давать сдачи, да так, что его одногодки теперь дважды думали, стоит ли простая забава того, чтобы схлопотать какое-нибудь не смертельное, но мерзкое проклятье.

Санхайд хорошо изучил дуэльный кодекс, единственную вещь, кроме Авады, что могла уравнять его с благородными, пускай и на короткий, пока длится дуэль, промежуток времени. Но этого времени хватало, чтобы даже проигравшись в пух и прах, без последствий для себя, в виде Азкабана, применить полученные знания на практике.

Да, его могли избить и выбросить с помоста, словно побитую собаку, особенно актуальны такие случаи были в начале его дуэльной карьеры, но эта побитая собака всегда, хотя бы один раз, успевала укусить своего врага.

А один укус собаки, если она больна бешенством, может сулить большие проблемы в первую очередь пострадавшему от укуса. Проклятья были его стихией. Пускай большинство из них не работали мгновенно, а, напротив, лениво растекались по пораженным целям, этого было более чем достаточно, чтобы заставить считаться с собой, ведь это даже могло играть ему на руку. Покидая дуэльный помост гордые аристократы даже не догадывались, какая гамма ощущений их ожидала чуть позже, когда они и думать забудут о проведенной дуэли.

Со временем он научился еще и выигрывать на дуэлях, а не только больно кусаться в ответ и быть боксерской грушей. И тогда его жизнь снова немного изменилась. На этот раз даже в лучшую сторону.

Теперь вся мелкая шушера боялась его лишний раз трогать, а горлопаны и клоуны, что на регулярной основе вытирали о него ноги, позакрывали свои рты, не желая проводить бессонные ночи мучаясь на толчке или в лазарете.

У него остались только самые серьезные враги, с которыми он зацепился раз и навсегда. Он даже не сомневался, что, как только он закончит школу, они придут за ним сами, или используя свою власть и деньги семьи, чтобы убить его, или сделать с ним еще чего похуже. Уж больно сильно Амос зазнался и опьянел от силы. Но он уже понял это, и знал, что единственный его шанс выжить, это становление еще более сильным и опасным волшебником. Пока его еще защищал Хогвартс, у него было время. Но стоит ему выпуститься и «детские» законы перестанут защищать его и придет расплата.

Летние каникулы в тот раз Амос провел в глуши, уговорив мать отправить его к черту на рога, якобы в туристический поход с друзьями из школы. На деле же он сошел по пути туда, заколдовав гидов и водителя автобуса, а сам совершил марш-бросок через дремучий лес, к древним курганам, где, согласно древним свиткам, хранимым в архивах комнаты по желанию, покоился целый круг древних друидов и было их место силы.

Там он провел над собой еще один ряд темных ритуалов, которые снова прошли как по маслу, усилив его и увеличив его сродство с тьмой. Теперь силы в нем было намного больше, чем в талантливом маглорожденном. Амос почти догнал тех заносчивых снобов из древних семей, что так кичились своей исключительностью.

Тьма берегла своего нового любимчика, отсыпав ему удачи за десятерых. Все, что могло пойти не по плану — пошло не по плану, но… дало сугубо положительный результат, как ни странно.

Криворукий Санхайд же считал, что все дело в его природной одаренности и гениальности, а не в слепой удаче, которая все никак не заканчивалась. Может, он был не так уж и не прав, и у него действительно был огромный скрытый талант к темной магии, иначе объяснить такую невероятную удачу было просто невозможно.

Амос должен был сдохнуть уже раз десять, не меньше, от откатов или неправильно проведенных ритуалов, но… этих откатов и зловредных последствий не последовало, даже здоровье и внешность не пострадали. Только стал еще бледнее, но на этом все. А ведь его ошибки в ритуалах будто компенсировались какой-то природной склонностью к магии тьмы, таящейся внутри молодого темного мага.

Александр, который теперь был Амосом, по большей части, смог провести для себя аналогию с настольной игрой «D&D». Если для проведения успешного ритуала нужно было выкинуть на кубах минимум двадцать очков, то Санхайд выкидывал пятнадцать-шестнадцать очков, а недостающую разницу для успешного завершения компенсировала либо его безумная удача, либо его возможный талант к ритуальной магии и магии тьмы, добавляя ему в сумме еще пять несгораемых очков, которые и позволяли ему выходить сухим из воды. Но даже если это было так, даже если его талант все же имел место быть, в чем новый Амос уже почти не сомневался, то ему все еще нужна была и удача, ведь однажды он мог выбросить три единицы. Тогда уже никакие бонусы не помогли бы ему сгладить последствия.

Так, наверное, и произошло в этот роковой раз. Амос закончил четвертый курс Хогвартса и снова отправился к древним захоронениям друидов. В следующем году в школу уже поступал Гарри Поттер и он собирался воспользоваться этим на полную катушку.

Но для этого Санхайд планировал собрать все знания о будущем герое магической Британии. Он захотел рискнуть еще один раз, проведя два ритуала подряд, наплевав на технику безопасности и рекомендации, хотя ранее всегда им следовал. Очень ему нужно было получить все знания до поступления Гарри Поттера, чтобы не облажаться на какой-то мелочи.

А что, раз отдачи никогда не получал и, несмотря на многочисленные косяки (хотя с практикой их стало в разы меньше), все проходило прекрасно, то почему бы и не рискнуть? Расслабился Санхайд. Избаловала его тьма, как в детстве баловала мать, вот и поплатился за свою беспечность и гордыню.

Первый ритуал прошел прекрасно, он даже не совершил ни одной ошибки, так что это было ожидаемо, а вот что стало для него неприятным сюрпризом, так это сорвавшийся, проведенный сразу же после первого, второй ритуал.

Связь между Амосом Санхайдом и Александром Закатным крепла каждый раз, когда проводился данный ритуал, связывая их невидимыми цепями, о чем ни один из них не догадывался. Сам Александр впал в кому, медленно лишаясь своей памяти и сути, которая перетекала в другой мир.

Знания, которые щедро зачерпывал Амос, оседали в его голове, но были закрыты для него мировым законом. Но они были внутри. Просто спали. Помимо «знаний будущего», в голове Санхайда накапливалась спящая память всей прожитой жизни Александра.

Будто заархивированный файл, который было невозможно открыть, пока передача данных не будет завершена окончательно.

И второй ритуал подряд завершил эту передачу успешно, вместе с последними знаниями выдернув из находящегося последние годы в глубокой коме, угасающего Александра не только остатки его памяти, но еще и его душу и сознание.

Две души смешались, а заархивированные спящие воспоминания Александра пробудились и вышли на передний план, затопив своей новизной и объемом воспоминания самого Амоса. Не было никакой битвы душ или сознаний, они просто смешались, став единым целым. Просто воспоминаний Александра было объективно больше из-за большей продолжительности жизни. Таким образом личностная матрица Александра стала главенствующей, хотя и приобрела множественные черты, присущие бывшей личности владельца тела. Теперь они были едины и неразделимы, став чем-то новым. Не в полной мере Александр, но уже и не Амос. Что-то среднее. Абсолютно новая личность, взявшая от своих реципиентов абсолютно все, что они могли дать.

— Сука, как же я попал… — простонал Амос, кряхтя поднимаясь на карачки. Из-за холодных камней у него начинала болеть спина.

Застудить почки он очень не хотел, так что решил поднимать свою задницу и делать хоть что-то. Тут был не Хогвартс, и добрая медсестра не залатала бы его за пару часов за государственный счет.

Вытерев выступившую на лбу испарину и утерев рукавом кровь с посиневших губ, Санхайд пополз к своей сумке, желая добраться до бутылки воды и утолить жажду. Ему это удалось и вода принесла долгожданное облегчение. Следом за ней последовал общеукрепляющий эликсир, благодаря которому самочувствие парня пришло в относительную норму. Он рассмеялся своим фирменным каркающим смехом, от которого у его врагов мурашки бежали по спине. Ничего хорошего такой смех никогда не сулил.

— Опять пронесло! Ахахаха, какой же я везучий сукин сын! Ой, нет, маму оскорблять нельзя, это святое. Но тьма снова уберегла меня, хоть и таким своеобразным способом, за что ей низкий поклон. — замешкавшись на мгновение, я все же действительно отвесил низкий поклон куда-то в ночную тьму. С меня не убудет.

Хотя я никогда не страдал суевериями, но с таким раскладом поневоле задумаешься о высших сущностях. Магия же тут есть, так почему бы и Тьме не быть вполне себе живой Силой, как было в тех же Звездных Войнах, к примеру? Впрочем, это все досужие домыслы уставшего сознания, ведь я не почувствовал никакого отклика, так что теперь немного смущался своему внезапному порыву.

Почесав затылок, я плюнул на все и пошел переодеваться. Все равно меня никто не видел, так что об этом позоре знаю только я сам. Пора бы мне держать путь обратно домой. У меня еще большие планы на эти каникулы.

Для начала, нужно срочно исправить серьезную ошибку, которую допустил прошлый Амос, а именно — ссору с лучшей подругой. Единственной, если точнее. Больше друзей у мелкого темного мага не имелось, по причине его крайне зловредного и злопамятного характера, не говоря уже об увлечении темной магией. Да и боялись его, если честно. Было за что.

Только Кэролайн Шарпхарт могла нормально общаться с ним, ведь была как бы не еще более злопамятной и коварной ведьмой, чем он. С ней нужно было срочно мириться, ведь именно Амос был категорически не прав в этой ситуации.

Точнее, сам Амос-прошлый этого бы никогда не признал, гордыня бы не позволила, а вот новый я был куда мудрее и собирался извиняться перед девушкой, если понадобится, даже встав на колени. Для начала нужно было отправить ей сову, назначить встречу, обозначив свое намерение принести извинения и объясниться, а потом сделать это лично, при встрече. Амос никогда не просил прощения, разве что у мамы, так что даже не представлял, как это сделать перед девушкой, зато Александр имел обширный опыт общения с противоположным полом и умел сглаживать углы и решать конфликтные ситуации. Не дамский угодник, конечно, но и не полный профан в отношениях с противоположным полом.

— Тупой пубертатный подросток, это же надо было умудриться влюбиться в свою лучшую подругу, а потом разругаться с ней в хлам из-за какого-то благородного смазливого выскочки… Идиот. Хотя я его, точнее уже себя, немного понимаю, девушка очень красива и всегда была на моей стороне, даже когда я был на самом дне. Красивое лицо, огненно-красные шелковистые волосы, ниспадающие рубиновым водопадом пониже спины, прикрывая собой попку, которая у нее, кстати, тоже очень даже ничего, длинные стройные ножки, тонкая талия… Неудивительно, что прошлый Амос влюбился в нее, хоть и сам этого не понял, пока не стало слишком поздно. — Я стал собирать свой небольшой палаточный лагерь, направляя силой мысли своих инферналов. Самому было лень, да и слабость никуда не делась. Пускай этим займутся мертвые. Они-то не устанут.

— Ну и что, что она переспала с тем мерзким слащавым аристократом? Каждый вертится как может. Будто ты не знаешь, что ее семья в куда худшем положении, чем твоя. Она не просто так избегает разговоров о своей семье. Стыдится. Да, она прогнулась, чтобы получить секреты их рода, как она думает, во всяком случае, взамен на одну ночь, но а чего ты хотел? — Продолжал размышлять я, присев на большой камень, покрытый мягким слоем мха.

— Она же не твоя собственность, даже не твоя девушка, а просто твоя лучшая подруга, которая, между прочим, ничего от тебя не скрывала даже. Просто, да непросто, как оказалось. Блять, да она даже хотела поделиться с тобой этими секретами, бесплатно, в отличие от тебя, мудака, который ей про тайную комнату ничего не рассказал. Знаниями своими ты тоже особо с ней не делился, так, по верхам. Жадный параноик. Так чего же ты ожидал от нее? Неземной любви? То, что она остаётся нашим другом, тьфу, моим, я хотел сказать, уже дохрена, учитывая мерзкий характер одного темного мага. Кэролайн получила эти знания так, как смогла и как умела, а ты, что же? Разругаться с ней и называть ее шлюхой было самым тупым, что вообще можно было сделать. — Я устало вздохнул и отпил еще немного воды из бутылки, продолжая этот монолог-диалог с собой прошлым.

— Сердце она ему разбила, видите ли… Нашелся мне тут, герой-любовник. А ты ей не разбил, своим грязным ртом? Я ведь ее единственный друг, как и она для меня. Каково ей услышать подобное из уст самого близкого человека. Чувствую себя таким дерьмом…

— Повезло еще, что в проклятьях она на порядок слабее меня, а то могла бы и в спину приголубить за такие слова. Я бы на ее месте так и сделал. Первая влюблённость, чтоб её. Гормоны. Теперь мне с ней точно ничего не светит, хоть бы просто дружбу вернуть как было… Ох, как же сильно мне придется извиняться и гнуть спину… почему обосрался Амос прошлый, а извиняться нужно мне, Амосу 2.0? Исправить все будет очень тяжело. Придется раскошелиться на дорогие подарки, ее любимое мороженое и это только раз. Нужно дать ей частичный доступ к библиотеке выручай комнаты, это два. И попросить прощения так, как Амос никогда в жизни еще не просил. Искренне. Это три. Надеюсь, она сжалится над бедным мной и не накидает мне еще пунктов двадцать сверху, а то она может… Дерьмо.

Примечание автора:

Я думаю это вполне очевидно, но все-же напишу для особо одаренных. Кэролайн не любовный интерес гг, а просто подруга, не более. Так что извиниться перед другом, с которым вы прошли через кучу дерьма и кто всегда прикрывал тебе спину - нормально, если сам виноват. И конечно же, гг слегка драматизировал и преувеличивал.

Глава 2 Как мирятся тёмные маги

Глава вторая

Как мирятся тёмные маги

— Присаживайся, Кэролайн, — я не поленился встать со своего насиженного места, поставив чашку с хорошим бразильским кофе на блюдечко, отодвинуть для девушки стул и помочь ей устроится за нашим столиком. Для Амоса прошлого это уже был пределом вежливости и галантности, на который он был способен только в отношении самых близких людей, но у нового меня манеры настоящего британского джентльмена присутствовали, так что я действовал по протоколу. Тем более, Кэролайн все равно входила в этот короткий список, всего из двух человек, близких людей.

— Санхайд! — холодно поздоровалась в ответ красивая рыжеволосая девушка с бесстрастным лицом. Её вишнёвого цвета глаза впились в меня словно острые зубы пираньи, от чего мне даже стало немного не по себе.

Плохо. Назвала по фамилии, значит все ещё сильно обижена, и надежда на то, что одного письма будет достаточно для примирения, растаяла в воздухе, как дым от затухающего костра.

Я уселся напротив, закинув ногу на ногу, и кончиками пальцев придвинул ей огромную пиалу с любимым видом мороженого одной хитрой ведьмы.

Первый шаг к задабриванию пройден. Не думаю, что она устоит перед этим чудом. Это одна из лучших кондитерских в Лондоне, так что все, что тут продают — высший сорт. По крайней мере, это утверждение было справедливо для не магической части Лондона. У Фортескью мороженное было на порядок вкуснее, но мы оба были ограничены в средствах. На магической стороне, во всяком случае.

И я не ошибся, сделав ставку на простой, как палка, способ примирения. Работал во все времена и работать будет.

Шарпхарт скептически оглядела огромную пиалу, в которую влезло пять самых больших порций мороженого, и, делая крайне незаинтересованный вид, будто делая одолжение, молча взяла ложку и зачерпнула кончиком немного сладчайшей карамели, разлитой по ярко-фиолетовым шарикам черничного мороженного.

Лицо её было все так же бесстрастно и не выражало никаких эмоций, но я был талантливым менталистом, так что с лёгкостью ощутил её поверхностный эмоции, которые сейчас перетекали из раздражения в умиротворение. Краешек пухлых розовых губ дернулся, обозначив едва заметную улыбку, а острый язычок облизнул их, предвкушая скорое наслаждение для своих вкусовых сосочков.

Когда она распробовала вкус, то даже зажмурилась от удовольствия. Кисловатая черника сильно контрастировала со сладкой карамелью, но я не лез в странные вкусовые предпочтения своей подруги, предпочитая пока заниматься более важными делами.

На стол легли простенькие самодельные артефакты, которые я зачаровал себе сам. Материал для артефактов было выгоднее покупать за фунты, в обычных ломбардах. Там можно было найти старинные украшения по смешным ценам и, после тщательной обработки, превратить их в простенькие артефакты. Было их у меня очень много.

От прослушки, искажающий изображение, создающий магические и радио помехи, отвод глаз, стандартные магглоотталкивающие, и даже один простенький стационарный щит-протего и его кинетический аналог, особенно актуальный, если учесть то, что мы находимся в мире простых людей.

Пускай мы и находились в элитном кафе-кондитерской, но все равно следовало соблюдать осторожность, так как вещи и темы, которые мы, возможно, будем поднимать, могут немедленно отправить нас в Мордредов Азкабан. Паранойя — моя лучшая подруга. Сразу после Кэролайн.

Я быстро закончил с возведением защиты и сидел, ждал, пока девушка добьет всю свою порцию мороженого. Это должно было привести её в достаточно хорошее расположение духа, и тогда уже можно будет начать примирительный процесс. Ведьмы или нет, но почти все девушки любят сладкое, а если ещё и за чужой счёт…

Чем-то мне это напоминало то, как мирятся с кошкой, которой наступили на хвост. Сначала ты ей блюдечко молока подсовываешь, потом новые игрушки, стараешься гладить, даже если кусается и царапается. Потом ты покупаешь ей целую пустую коробку, чтобы она могла в ней сидеть и злобно на тебя пялиться, обязательно с осуждением… Я помотал головой, изгоняя из неё глупые сравнения.

Шарпхарт не кошка, она куда злопамятнее и склочнее. Единственный способ урегулировать конфликт — предельная честность. У бывшего Амоса было мало шансов сходу помириться с подругой, хотя со временем она бы его наверняка все равно простила. У Кэрол просто не было других вариантов. Оба они были изгоями и нормально общались только между собой. Все остальные смотрели на них косо и подозрительно. Забавно ведь, что даже дети аристократов, чьи родители практически все сплошь и рядом — тёмные маги, тоже его побаивались.

А ещё я просто не хочу мариноваться в одиночестве ближайшие полгода. Человек — существо социальное, даже Тёмным Лордам нужно общаться с кем-то. А я ведь ещё даже не Темный Лорд, так что мне простительно.

Ну не уверен я, что общение с моими инферналами пойдёт на пользу моему психическому здоровью, так что я максимально ускорю наше примирение, пожертвовав некоторыми дивидендами.

— Кэролайн, ты меня хорошо знаешь, уже четыре года, так что я уверен, что ты как никто понимаешь, как я не люблю извиняться. Да и не умею, если честно. Но для тебя я сделаю исключение. — Я сделал паузу и внимательно посмотрел на девушку.

Она отложила в сторону свое почти добитое лакомство и уставилась на меня в ответ, скрестив руки на своей плоской груди. Мы смотрели глаза в глаза. Я почувствовал простенький щуп её легиллименции на своём разуме. Никакой агрессии, лишь любопытство и желание знать правду. Она даже не пыталась проникнуть внутрь и залезть ко мне в голову, она просто хотела ощутить искренность моих эмоций. Какой симпатичный рыжий детектор лжи.

И своих намерений даже не скрывала, делая рукой жест, чтобы я продолжал. Ну, Кэрол примерно должна представлять разницу в наших уровнях, так что это логично, что не скрывала. У неё бы это все равно не вышло. Ментальной магии учил её я. Учил, кстати, хорошо. Ведь она знает кучу моих секретов, как и я её. А секреты нужно защищать.

Этим действием она скорее предлагала мне доказать ей, что это не пустые слова и позволить ей самой определять степень моей искренности. А мне и не жалко. Я не собирался ей врать, так что просто позволил своим эмоциям просочиться через окклюментные барьеры, выставив их на её суд. Собравшись с мыслями, я продолжил.

— Кэролайн, я был не прав и искренне прошу у тебя прощения. Мне не следовало говорить то, что я сказал и я более чем сожалею о своих словах. Признаться, во мне говорила ревность. Я на мгновение забыл, что мы друзья. Это была большая ошибка. Я — хреновый друг и я тебя подвёл. Мне очень стыдно, что я так отреагировал на твою интрижку с Корнером и я очень не хочу потерять ту дружбу и доверие, которое выстраивалось между нами годами. Во имя всего того дерьма, что мы вместе пережили, и во имя всего того, что нам еще предстоит пережить, я прошу дать мне шанс искупить свою вину. Я мало представляю, чем можно заслужить прощение, но если у тебя есть какие-то мысли на этот счёт, я с удовольствием выслушаю. А ещё, вот. — я придвинул ей черную бархатную коробочку. — Это должно послужить материальным подтверждением моих намерений.

Молча открыв её, Шарпхарт извлекла простенький серебряный браслет, состоящий из множества маленьких звеньев, на каждом из которых были выгравированы символы, которыми раньше пользовались друиды древности. Они немного светились бирюзовым светом, если присмотреться. Браслет был полностью заряжен и его реальная стоимость была огромной, если бы кто-то вдруг решил выставить его на аукцион.

Древние Принцы оставили после себя в курганах много чего интересного, прихватив все свое добро с собой на тот свет. Да, я копался в их останках. Они уже давно мертвы, им пофиг, а мне нужно было позарез. Я много всего интересного смог найти там, но самое приятное — особенный рунный алфавит друидов, благодаря которому они зачаровывали свои места силы и посохи. Для артефактов он тоже годился. Приспособил, так сказать. Пришлось помучиться, но для создания всякого рода ловушек душ и прочего он подходил просто великолепно.

Вообще-то я зачаровывали этот браслет для себя, создавая пассивную разумную защиту, которая сможет выдержать внезапные атаки из слепой зоны, полагаясь не только на моё восприятие, но и на магическое ядро, артефакт, в котором был заключён подчинённый природный дух, но… Я всегда смогу сделать себе ещё, пускай это и затратно, а ритуал привязки природного духа к амулету весьма опасен, в первую очередь для самого артефактора, да и найти их очень сложно, природных духов этих. Обычно. Но я-то знаю, где эти маленькие засранцы проживают в большом количестве. Сломить их волю просто, мозгов у них маловато, не зря друиды часто использовали их для своих нужд, наделяя свои самые важные магические артефакты и места силы псевдоинтеллектом.

Внутри была инструкция, написанная от руки. Духа можно было «запрограмировать». Я знал, что Кэрол не будет надевать или изучать его прямо сейчас, так что подготовил «документацию» заранее. Она тщательно все проверит и только потом наденет его. Такое недоверие могло бы оскорбить кого угодно, но не меня. Уж я-то понимаю, что принимая подарок от тёмного волшебника, даже своего лучшего друга, нужно все чертовски хорошо проверить. Темные маги не зря имеют такую плохую репутацию. У многих крыша съезжает со временем, и определить, у кого она ещё в порядке, а у кого прохудилась, бывает сложновато. Вот и перестраховывается.

Это я её научил этому, даже с практическим примером из жизни. Правда показывал опасность тёмных подарков не на ней, а на одном ублюдке, что решил вытереть о меня ноги и испортил мне итоговую работу по зельеварению в конце семестра. Подарок был анонимный, совиной почтой, так что это был заодно урок ещё и о том, что анонимные подарки и письма могут быть ещё опаснее. Конечно, он был чистокровным волшебником, так что знал технику безопасности, но… Ещё он был ловцом нашей команды по квиддичу. А рефлексы ловца просто так из себя не вытравишь.

Вот в тот день сова «случайно» уронила свою посылочку, которую якобы несла вообще другому человеку, а он со звериной грацией и ловкостью поймал пролетающий на большой скорости круглый предмет. Хватательный рефлекс, так сказать. Ещё и хвастался потом весь обед, какой он ловкий и хороший ловец, гарцевал как ездовой конь. Клоун. Ему пророчили прекрасную спортивную карьеру… Но проклятье сработало и рука у него за ночь отсохла, хе-хе. Так как проклятье было очень, очень Тёмным, восстановить руку не смогли даже целители Мунго. Мораль сей басни такова — не стоит хватать все подряд, если руки дороги.

Внимательно осмотрев серебряную цепочку, девушка захлопнула коробку и спокойно убрала её в карман своих джинсов. Её выражение лица не изменилось, но я почувствовал, что она довольна и приняла подарок с радостью.

Кэролайн вообще всегда по особому относилась к подаркам. Видимо, она получает их очень редко. Подозреваю, что я единственный, кто их ей дарит, если не считать всякие мелочи, которыми мы обмениваемся между одноклассниками на Йоль. Правда там скорее игра, кто кого удачнее отравит, проклянет или отправит в лазарет из-за подхваченной магической болячки.

Я чувствовал, что она уже простила меня и отпустила обиду в своём сердце. Я почувствовал её облегчение. Кажется, вся эта ситуация тяготила её не меньше меня самого. Слишком уж многое было завязано на нас двоих. На нашу дружбу. Как обходиться без присмотра, когда один страхует другого, мы уже и подзабыли. Сколько раз мы вытаскивали задницы друг друга из реально скверных ситуаций, когда кажущиеся гостеприимными стены величественного и тёплого замка смыкались вокруг нас каменным лабиринтами ловушек, по которым нас гнали, словно диких зверей? От скольких неприятных ошибок и подстав мы спасли друг друга? От многих. Даже слишком, как для наших жалких пятнадцати лет. Чувствую себя каким-то ветераном Вьетнама, который с ужасом просыпается посреди ночи с криком — Гуки на деревьях!

Ебучие аристократы с их охотничьими играми. Правда в последний год мы немного поменялись местами, хе-хе-хе. Теперь в тёмных коридорах в безлунную ночь оглядываться по сторонам стали они, а не я. Я не слишком давил. Так, отстреливал по одному, пугая до усрачки. Может быть, накладывая парочку не смертельных, но очень неприятных проклятий, как делали они, когда я был слабее… Теперь многие перестали ходить по коридорам по одному. Берут пример с меня и Кэролайн, ха-ха. Законодатели моды, чтоб её.

Почему же Кэрол так просто приняла извинения от меня, хотя любому другому скорее плюнула бы в лицо? Дело было даже не в весьма ценном артефакте ручной работы, а в моих словах. Даже такую ледышку и злюку, как Кэролайн, можно тронуть простыми словами, если они идут от сердца. Слишком мало добра в своей жизни видела эта красивая но несчастная девочка. Или же такого эффекта я смог добиться только в комплексе, используя все этапы извинений и репутацию, которую я нарабатывал себе последние годы. Амос Санхайд никогда не извинялся. Она это знала, так что для неё это стало шоком и приятной неожиданностью. Кто бы что ни говорил, но приятно, когда тебя так ценят.

— Не ожидала, если честно, Амос, что ты вообще будешь извиняться. Это не в твоём стиле. Думала, что ближайшие пол года-год мне придётся провести в полном одиночестве, перебиваясь разве что общением во время случайного секса со всякими отбросами, которые не могут даже контролировать свое либидо, а вместо связной речи могут только пускать слюни да мычать, безвольно принося мне на блюдечке все, что я попрошу. Слишком уж зажатые и щепетильные эти наши аристократки-пуританки. С ними секс до свадьбы никому из парней не обломится еще долго, вот и лезут на стену, бедняги. Гормональные подростки, готовые ради простой ласки тащить из дома даже серебряные ложки, если придется. Я рада, что хотя бы ты взял себя в руки, а то я уже испугалась на мгновение. — Кэролайн сделала паузу и отпила горячего кофе из чашки. Скривилась из-за зубной боли от перепада температур.

Она немного сморщила свой симпатичный носик, то ли реагируя на боль, прострелившую зубы от мгновенного перехода от холодного к горячему, то ли вспоминая горящие похотью взгляды, которые на неё бросали эти самые возбужденные подростки. Ранее и я прошлый тоже на неё так смотрел. Периодически, под конец четвёртого курса. Что тут скажешь, она была чертовски красивой, эта ведьма. А сейчас… А сейчас я понимаю, что дружба между нами важнее.

Да, она красива, но в мире полно красивых девушек, уж найду себе кого-то, при этом не рискуя оказаться в Азкабане из-за ревности своей подруги, к примеру. С моей внешностью это не будет такой уж проблемой. Я не аристократический сноб, могу и подцепить себе обычную девушку, без капли магии, зато красивую и умную. Таких тут среди знатных «леди» днем с огнём не сыщешь. Кровосмешение и близкородственные браки никогда не приводили к чему-то хорошему. Вот и просели наши аристо по внешности и по силе со временем. Нет, не все, конечно, были среди них и настоящие жемчужины, но за них чуть ли не настоящие войны начинались… А оно мне надо?

Зачем лезть в бутылку, портя прекрасные отношения ради секса? Прошлому Амосу было плевать, за него думала его вторая голова, но я, как человек более опытный, мог прекрасно контролировать свои порывы. Во всяком случае, направленные на Кэролайн.

Дал сам себе железную установку: «Кэролайн — Друг!», и буду её придерживаться, что бы там в будущем не произошло. Даже если у Кэрол вдруг отрастут нормальные сиськи, а не эти её комариные укусы, я на это не поддамся.

У меня на неё были совсем другие, очень большие планы. Тёмный маг может быть сколь угодно силен, но если он один, то его рано или поздно задавят числом. Это понимали даже такие мастодонты как Гриндевальд и Воландеморт. А я пока не такой монстр от магии, как они. Пока.

Так что мне нужны надежные союзники. А Кэрол надёжна, это факт. Даже несмотря на ссору, я был уверен, что она не сдаст меня в аврорат, хотя наверняка знает про меня достаточно, чтобы я засосался с дементором прямо на месте, в классной комнате, где меня бы и взяли за жабры «хранители правопорядка», устроив облаву на настоящего тёмного мага.

Справедливости ради, я тоже знаю про неё достаточно, чтобы её пристроили рядом со мной на пожизненное, если не на приватку от дементора. То, как она виртуозно применяет магию крови… В этом есть и моя заслуга тоже, но по большей части её таланта. Она уже даже обогнала меня в этом деле, а тому аристократу очень не повезло нарваться на неё в плохом расположении духа.

Не стоило этому старому педофилу пытаться изнасиловать её в тёмном переулке Лютного… Пока я отошёл всего на пять минут в магазин, затариться всякими полулегальными ингредиентами, оставив её на шухере, мужик схватил её и утащил в темный переулок. Вот только вышла оттуда весьма довольная она, а не он.

А на следующее утро Ежедневный Пророк пестрил заголовками о том, что какой-то залетный вампир напал и осушил важного и уважаемого члена общества и мецената, господина Брайна Огдена, второго младшего брата главы рода, который спонсировал маггловские детские приюты, где проживали магглорожденные волшебники и ведьмочки, а так же спонсировал подготовительные курсы для них перед школой. Вот не знаю даже, как они их там готовили, но что-то подсказывает мне, что после такой подготовки многим из них не помешал бы детский психолог. Короче говоря, она прикончила ублюдка и я об этом знаю. Ещё бы не знал, я же помогал ей прятать тело и заметать следы. Потом она помогала мне схожим образом, но об этом чуть позже.

Так и живём. В перспективе, я помогу ей стать могущественной ведьмой, на полную поддержку которой я смогу рассчитывать в любом вопросе. Хоть в свержении власти министерства, хоть в ограблении банка или очищении магической Британии от застарелого налёта аристократии. Напарник, друг, соучастница, партнёр, ученица, вот кто мне нужен.

Пока я размышлял о будущих перспективах, Кэрол продолжила.

— Знаешь, я бы тебя простила, даже если бы ты не извинился. Для меня наша дружба куда важнее всяких глупых отношений, ссор и секса, так что даже не надейся, что я променяю её на что-то другое. Говорю просто на всякий случай. Я же не дура, чувствовала пару раз, как менялся твой взгляд, когда ты на меня смотрел. Хорошо, что ты наконец-то тоже определился с тем, кто я для тебя, так что у нас теперь не будет неловких моментов и недопонимания. Ты мой первый и единственный друг, пускай так и будет впредь. — Кэролайн расслабилась и откинулась на мягкую спинку стула, положив руки на подлокотники стула, перестукивая своими ноготками по дереву. Её лицо будто ожило, а холодная маска растаяла. На губах появилась хищная и немного злобная улыбка, а глаза заблестели авантюрным озорством. Вот теперь я узнаю свою подругу. К такой в тёмном переулке и гопники побоятся подходить. Эта её полубезумная улыбочка так похожа на ту, что я вижу по утрам в зеркале.

— Спасибо. Наше примирение многое для меня значит. Но я ещё не закончил с извинениями. Тебе больше не нужно спать с этими говнюками за жалкие крохи их знаний. Я сам тебе предоставлю любые книги, которые тебя интересуют, безвозмездно, разве что возьму небольшую клятву о неразглашении… сама понимаешь. Эти знания не должны уйти дальше тебя и меня.

— Шикарно, значит я могу переключиться на зарабатывание галлеонов. Что? — Вопросительно посмотрела она на меня, приподняв бровь, когда я с пустым выражением лица уставился на нее. — Или ты меня и галлеонами обеспечивать собираешься?

— Нет, у самого едва хватает на свои нужды…

— Ну вот и не делай такое лицо. Мерлин, если бы мне это не нравилось, я бы этим не занималась. Или ты думаешь, что я отдала свою девственность тому влюбленному дурачку, Корнеру? Ха-ха. Разочарую тебя, моя девственность уже давным давно улетела, помахав мне ручкой на прощание. Я благодарна тебе за заботу и за знания, но позволь мне самой решать, как жить, хорошо? — Дождавшись моего кивка, она продолжила. — Я хороша не только в магии крови, но ещё и в любовной магии. Да-да, не удивляйся так. Думаешь, мне серьёзно так уж нужна была та книга? Я бы просто забралась с тобой на пару в запретную секцию библиотеки ночью, если бы так уж горела этой идеей. А так, совместила приятное с полезным. Высосала из дурачка немного его магической силы и потенциала. Вот так вот. У тебя свой способ усиливаться с этими твоими сомнительными темными ритуалами, а у меня свой. — Кэролайн хмыкнула, увидев моё удивлённое лицо и отвисшую челюсть. Она протянула руку и закрыла мне рот.

Я мотнул головой, пытаясь прийти в себя. Любовная магия… Блять… Почему я не могу становиться сильнее просто трахаясь? Мне приходится жизнью рисковать, тратить кучу ресурсов и времени, проводить сложные арифмантические и астрономические расчёты, чтобы стать чуточку сильнее, а ей всего-то и нужно, что охмурить очередного дурачка-аристократа с полными яйцами, что с её то внешностью так же легко, как вскипятить воду инсендио. Вот и ещё одна причина держать Кэролайн подальше от своей постели. Высосет из меня мою тёмную силушку — и останусь ни с чем. А ведь магия крови тоже помогает ей становиться сильнее похожим образом. Да, магия крови работает не совсем так, и делает ее сильнее физически, а не магически, но все равно… Она уже выпила достаточно много сильной магической крови, чтобы по своим характеристикам соответствовать молодому вампиру. Не так сильна и быстра как я, но магические резисты почти так же хороши. Простенькие проклятья с нее просто соскальзывают, а всякие слабенькие чары едва ли могут серьезно навредить. От бомбарды, впрочем, что ей, что мне, лучше держаться на почтительном расстоянии. Осколки еще можно пережить, посечет, конечно, но отрегенирируем как нибудь, а вот прямое попадание — смерть.

— Я ранее избегала темы семьи и о своей жизни вне Хогвартса мы с тобой не говорили, кстати, спасибо за то, что не настаивал на этом и не лез с расспросами, но, видимо, пришло время поговорить об этом. Я расскажу тебе немного о своём прошлом и настоящем. Чем я живу, чем дышу, как докатилась до жизни такой. Думаю, что мы уже достаточно давно знакомы и хорошо друг друга знаем, чтобы приоткрыть друг другу некоторые тайны, не так ли? А ты взамен поделишься со мной своими глобальными планами на жизнь, как ты видишь наше будущее. Какое место ты и я можем занять в этом жестоком магической мире? Я знаю, что у тебя есть какой-то хитрый план, просто не может не быть, ведь я вижу, что ты уже начал подготовку к чему-то. Я хочу в долю, партнёр! — девушка хитро прищурилась и придвинулась поближе, заглянув своими кровавыми глазами в мои чёрные омуты. Тьма и кровь. Хорошее сочетание, правильное. Именно тьмой и кровью мы зальем Британию, если понадобится. Не всю, конечно, проливать мы будем только «голубую» кровь.

Я устало помассировал переносицу и прикрыл глаза. Общение с людьми всегда меня немного тяготило, и даже с Кэрол я предпочитал общаться не слишком долго. Разговор, видимо, затянется. Ладно, не страшно. Все равно рано или поздно её пришлось бы посвящать в свои планы. Поттер уже вот-вот поступит в школу, а вместе с ним целая куча наследников самых могущественных родов волшебной Британии. Наш добрый Темный Лорд показал нам отличный способ и решение проблемы чистокровных родов, которые вцепились в свою власть мертвой хваткой, не давая продохнуть новой крови, вроде нас с Кэролайн. Он использовал способ «Не можешь победить — возглавь!», но нам он не подходит. Зачем нам тонущий корабль? Мы позаимствуем у него способ управления этими лицемерными фашистами-расистами, помешанными на чистоте крови. Темная метка хорошо зарекомендовала себя, как и вереницы клятв, опоясавшие надменных аристо как новогодние гирлянды праздничную ель. Если они понимают только язык жестокости и насилия, быть по сему.

Поставим их на колени, выдоим из них все знания и деньги, а потом… придумаем, как еще можно использовать наших «благородных» друзей. Честно говоря, обдумывая все это, мне все чаще начинает казаться, что схожим образом поступал и сам Темный Лорд, пока его чердак не унесло ураганом черной магии. Именно черной, не темной. До такой гадости я не опускаюсь, берегу психическое здоровье смолоду. Просто… Серьезно, он ведь выдоил своих сторонников досуха, выжав из них все знания и ресурсы, которые у них были, а потом еще и бросил на убой, менять систему для него, ха-ха. Если бы не Поттер… то у него бы все получилось. Значит, и мне нужно быть поосторожнее с нашим героем, раз об него убился целый Темный Лорд. Буду действовать из тени, осторожно.

— Кэрол, давай тогда прогуляемся по Грин Парку, раз уж такое дело. Погода сегодня хорошая и я хочу совместить приятное с полезным. Я обещал матери, что сегодня пойду гулять, а не сидеть весь день за книгами, а свое слово я держу. Пройдусь хоть в хорошей компании, раз уж такое дело. — Сидеть в закрытом помещении и с умным видом слушать чужую историю и кивать в такт совершенно не хотелось.

Хотелось движения. Возможно, так на мне сказывался один из ритуалов, даривших мне физическую силу и ловкость, сравнимую с оборотнями-альфами стаи. Иногда мне теперь хотелось прогуляться вот так вот, на природе. Побегать… «Будто сам себя выгуливаю…» — пронеслось в голове мысль. Спасибо хоть, что желания метить территорию не появилось, а то я бы не удивился. Впрочем, желание физической активности — это малая цена за огромную силу, ловкость, скорость, обостренные чувства и магическое сопротивление, не уступающее оригинальному телу оборотня-донора, у которого я это все и позаимствовал. Почти на добровольной основе, между прочим.

Сделка была откровенно паршивой для Руфуса Маккензи и очень хорошей для меня, но что тут поделаешь, помощь нужна была ему, а не мне. Зато его дочь теперь живет припеваючи, а проклятье, которое наложил на нее какой-то чистокровный ублюдок, на которого она косо посмотрела, развеяно без последствий для девушки. Правда она не знает, какую цену заплатил ее отец за ее исцеление, но это и к лучшему. Некоторым вещам лучше навсегда остаться погребенными во тьме. В конце концов, это история с хорошим концом. У нее все еще оставалась любящая мать и анклав оборотней, которые все друг для друга как семья, так что не пропадёт маленькая принцесса оборотней.

— Ну пойдём. — девушка подождала, пока я соберу комплекс артефактов, расплачусь за нас с официанткой, и, взяв меня под руку, целеустремлённо потащила в сторону виднеющихся даже отсюда шпилей Вестминстерского аббатства.

От него мы легко сможем добраться до ухоженного зелёного парка, используя их как ориентир. Мне было сразу видно, что Кэролайн нервничает, ведь такая гиперактивность была в моем стиле, а не в её.

Видимо, то, что она хочет мне рассказать, настолько малоприятно, что коробит даже ее. У моей подруги вообще были странные комплексы, когда дело касалось семьи или дома. Те, кто оскорблял ее, задевая невидимые струны ее души, связанные с этим, огребали особенно сильно и с гарантией.

Кэролайн научилась давать сдачи не сразу, как и я, так что мы оба успели неплохо изучить слабости друг друга и то, что за оскорбление является непростительным для каждого. Я, кстати, прошел по очень тонкой грани.

Какое-то время я серьёзно считал, что она сирота. Мстительная ведьма запомнила каждого, кто прошелся по ее больным мозолям, начиная со второго курса и заканчивая пятым. Почти всем она уже отплатила в той или иной мере. Просто не всех можно было так легко достать.

К сожалению, нашим врагам хватало мозгов объединиться перед лицом опасных и отбитых на всю голову пользователей мистического искусства проклятий.

Плевать, что мы грязнокровки, опасность есть опасность. Они могут воротить нос, поливать нас помоями за спиной, гадить по мелочи и распускать грязные слухи, но страх уже поселился в их сердцах. Я сам тщательно сеял эти семена. Грязнокровки или нет, на дуэли это уже не имеет никакого значения. Напротив, проиграв такому как я, они теряют еще больше репутации.

Весь недолгий путь до парка мы преодолели в напряженном молчании. Она собиралась с мыслями, я же накручивая себя, представляя всякие ужасы, которые приключились в прошлом с моей подругой. Фантазия у меня ого-го, спасибо трактатам по темной магии, в которых частенько встречались жизнеописания и похождения тёмных волшебников прошлого.

Первое время мне даже снились кошмары после такого чтива. На их фоне я просто пушистый одуванчик, а Воландеморт — просто немного суровый тип с комплексом доминирования. Средневековье, что тут скажешь. Кровь, кишки, массовые жертвоприношения, все это считалось чем-то столь же тривиальным, как обед или ужин.

Нужно увеличить урожайность? Тащите парочку крестьянок, сейчас окропим алтарь кровью и будет вам дождик. Дохнет скотина или у вас просто плохое настроение? Тащите еще пару мужиков поздоровее, сейчас мы их замучаем до смерти, а потом напитаем алтарь. Причем мучили они их как раз «для души», а не ради ритуала. Больные извращенцы. Я еще понимаю для дела, но чтобы просто так, забавы ради… Надеюсь, я таким не стану.

Мы зашли в парк через центральные ворота и пошли в сторону Букингемского дворца, минуя пруд, в котором плескалась стайка уток и величественно рассекали зеркальную гладь белые лебеди. По деревьям и просто по ухоженному газону носились откормленные белки, которые совершенно не боялись людей. Еще бы, откормили то их до размеров молодых кошек именно посетители парка.

Было солнечно и народу в Грин Парке было довольно много. Люди всех мастей пришли сюда со своими семьями, устраивая пикники и просто наслаждаясь лучами летнего солнца и лёгким северным ветерком, несущим прохладу в жаркий день. Здесь было еще и много туристов со всего мира, приехавших посмотреть на достопримечательности Лондона. Кто-то даже умудрялся здесь загорать, сняв верх и натянув солнечные очки. Разглядывая счастливые лица людей, Кэролайн, напротив, становилась все мрачнее.

Мы уже прошли добрую половину парка, а она все никак не могла начать неприятный для нее разговор.

Я обратил внимание на могучий древний клен, растущий на небольшом удалении от основных дорог и тропинок парка. В его широкой тени было бы наверняка очень прохладно и спокойно, приятно просто посидеть и расслабиться, читая какой-нибудь магический гримуар или проводить расчёты к новому темному ритуалу.

Я заметил притаившуюся возле клена скамейку, приспособленную как раз для этих нужд. В тени дуба я разглядел кого-то, кто сидел в инвалидном кресле и читал книгу. Человек сидел ко мне спиной, так что я не знал даже, мужчина это или женщина. Это навело меня на мысли, что кому-то всегда везет еще меньше, чем тебе, и не стоит об этом забывать. Никогда.

Разглядеть человека мне не удалось, разве что колышущиеся на ветру длинные белые волосы запомнились мне, но Кэрол потащила меня дальше, не сбавляя ходу, как миниатюрный аналог локомотива Хогвартс-Экспресс.

Однако место я запомнил. Может быть, я приду сюда на днях, чтобы почитать в тени клёна, как это делал тот седой человек. Свежий воздух — это хорошо, как тёмный маг говорю, это очень полезно для здоровья. Так считал я, и так считали древние друиды, в чьей компетенции я уже давно не сомневаюсь.

— Знаешь, начало наших с тобой историй так похожи друг на друга, но вот их развитие и конечный результат… Когда случился мой первый выброс, я тоже подожгла кое-что. Бумаги на столе. Всякая мелочевка, на самом деле. Мне было четыре года. И мои мать с отцом тоже видели это, как и твои в свое время. Мой отец тоже ушел из семьи, как и твой. Бросил нас, обвинив мать в ведьмовстве, ну и объявив меня ребенком сатаны, с которым моя мать якобы трахалась у него за спиной, пока он тяжело работал на заводе. Ага, конечно, очень просто обвинить кого-то, кто даже не существует, в своих делах и сбежать от ответственности. Очень удобно... — девушка печально улыбнулась и поправила упавшие на глаза волосы, бросив на меня косой взгляд из-под челки. Убедившись, что я внимательно слушаю, она продолжила.

— Наши матери так непохожи и похожи одновременно, Амос. У них были равные условия изначально, но распорядились своими природными данными они абсолютно по разному. Твоя мама использовала свой острый ум, чтобы воспользоваться своей красотой и устроиться на хорошую работу, а моя вот… использовала свою красоту, чтобы не работать. Другими словами… стала обычной шлюхой, со временем. Нет, сначала она еще пыталась быть более-менее приличной женщиной, находя себе спонсоров, но со временем все чаще менялись ее половые партнеры, и все менее разборчивой она сама становилась. Думаю, всему виной та дешевая наркота, на которую ее подсадил один из ее бойфрендов. Наркотики и растущая беспричинная ненависть ко мне. Она вбила себе в голову, ну и мне заодно, правда другим способом, что это я во всем виновата. Виновата в том, что нас бросил отец. Виновата в том, что мать стала принимать наркотики, чтобы забыться. Виновата в том, что она стала шлюхой. Виновата в том, что ее новые клиенты все чаще били ее, и так далее… В отместку она срывала свою злость на мне. Побои были меньшим из зол. Она была довольно слабой женщиной, к счастью. Но я могла не есть целую неделю, в плохие времена. Это мерзкое чувство голода, когда живот аж липнет к ребрам, а желание жить толкает тебя искать еду в чем угодно… надеюсь, тебе никогда не придется пережить это, Амос. Иногда эта проклятая сука морила меня еще и жаждой. Это было еще хуже. Но тут уже мне кое-как помогала магия, как я думаю, потому что весьма сомнительно, что я смогла бы выжить эти три дня без воды, запертая в своей комнате в полной изоляции, пока она шаталась непонятно где. Я и так была ослаблена и болела простудой в то время. Ребенок девяти лет не мог пережить такое, я считаю. Из-за жара я сильно потела, так что обезвоживание должно было наступить еще раньше. Но я выжила, назло этой суке. — Каролина остановилась у ограждения, оперевшись локтями о кованый бортик, и уставилась на лениво плавающих в озере черепах, мерно перебирающих лапками. Я встал рядом и молча положил ей руку на плечо. Помолчали. Я видел, как тяжело ей даются слова. Но она еще не закончила.

— Потом, когда мне исполнилось десять, я больше стала напоминать мать в ее подростковые годы. Начала созревать, так сказать. А она была очень красивой раньше, знаешь? До того, как стала принимать наркотики, бухать, трахаться с кем попало и получать побои. Это стало проблемой, учитывая то, чем она занималась, «работая» на дому. Я закрывала дверь в комнату по ночам, старалась отстраниться от звуков за стенкой, но… что эта фанерная рухлядь, которая по недоразумению называют дверью, могла противопоставить взрослому мужику, очень раздосадованному и пьяному вдрызг? Ничего. — Кэрол достала из сумочки бутылку воды и смочила пересохшее горло. Думаю, ей просто нужен был небольшой предлог для паузы, чтобы собраться с мыслями. Девушка перевела взгляд на свои покрытые красным лаком ногти, погружаясь глубже в меланхолию.

— Меня спасло лишь то, что у этого ублюдка был до смешного маленький член. Иначе не знаю даже, какие последствия для здоровья он бы мне оставил на память. Знаешь, его даже можно понять. Мужик заплатил деньги за то, чтобы получить удовольствие, а с его размерами и «опытностью» моей мамаши, для него это наверное было все равно что совать свой стручок в бездонную бочку. Она еще и отрубилась в процессе, похоже. Короче, одно сплошное разочарование. Вот он и решил компенсировать все за счет дочери шлюхи. Я не буду рассказывать, как все это было, противно даже вспоминать, но зато он оставил деньги мне, а не этой наркоманке, и на утро страшно раскаивался, умолял никому не рассказывать. Совестливый попался. Повезло. Иной бы удавил подушкой и был таков. Я согласилась. Что еще мне оставалось? За еще большее количество денег, разумеется. Я уже тогда хорошо понимала их волшебную силу. Они были жизнью в прямом смысле слова, ведь если меня опять попробуют заморить голодом и жаждой, то я смогу обменять эти бесполезные цветные бумажки на такую необходимую пищу и воду, чтобы продолжать жить. Тогда я уже начинала задумываться, а ради чего я, собственно, вообще продолжаю сопротивляться и цепляюсь за жизнь изо всех сил?

Постояв в молчании несколько минут, Шарпхарт повернулась ко мне лицом и заглянула в глаза снизу вверх. Не знаю, что она там хотела найти в них, ведь у меня и зрачок-то трудно отыскать в этой непроглядной черноте… Сочувствие ли, жалость, или же презрение, но видимо что-то нашла, что ей понравилось, а не разочаровало. По крайней мере, я могу точно сказать, что презрения там не было точно. Я сам плохо понимал, что чувствую сейчас. Снова начали резонировать между собой личности Александра и Амоса, приходя к консенсусу чувств. В данный момент мы испытывали одно и то же, хотя и не могли выразить это словами. Кэролайн прикрыла глаза и продолжила свою мрачную историю.

— Матери я так и не сказала ничего. Зачем? Подать ей отличную идею продавать тело собственной дочери за жалкие гроши? Ну уж нет. С нее станется, а мне тогда и одного раза хватило. Меня еще долго мучили кошмары, а каждый раз, когда по ночам из ее комнаты раздавались громкие звуки, мне становилось так страшно, что я забивалась под кровать и там проводила всю ночь. Со временем я приспособилась и заранее стала подкладывать простыню под кровать по вечерам, перед сном. Все, что мне нужно было сделать, это схватить подушку, прежде чем юркнуть в спасительную темноту. Было даже почти комфортно. По крайней мере, я чувствовала себя в безопасности. — Криво улыбнувшись, она открыла глаза и отвернулась. Глядя на прохожих, снующих по парку, она размышляла о чем-то своем, погруженная в тяжелые воспоминания.

— К счастью, мне везло весь оставшийся до Хогвартса год. Никто не пытался трахнуть меня, хотя некоторые взгляды были более чем красноречивы. Но я научилась доверять своей интуиции и сбегать из дома в такие вечера, когда интуиция вопила мне ретироваться. Тогда я слонялась по улицам города, одна, в темноте. Очень плохо было зимой и осенью, скажу я тебе. Пару раз я чуть не слегла с ангиной, что для меня было смерти подобно, но магия уберегла. А потом было письмо из Хогвартса и первый курс. Настоящая сказка. Все было так хорошо, что я даже начала забывать прошлую жизнь, как страшный сон. Могла есть досыта, спать на мягкой кровати, с другими девчонками в комнате, не вскакивая по ночам в холодном поту, лихорадочно стаскивая под кровать подушку… у меня появился мой первый друг — ты. Помнишь, какими беззаботными и веселыми мы были? Такими… детьми? Исследовали замок, изучали магию в библиотеке, общались с другими детьми. Да, хорошее было время, но скоротечное.

Я невольно улыбнулся, вспоминая свой первый курс. На лицо Кэрол тоже выползла легкая улыбка, которая, впрочем, быстро угасла.

— Ты был единственным, кому было плевать, как я выгляжу и что я один в один соответствовала термину «бездомная нищенка». Я едва умела читать и писать. Пришлось нелегко, но я быстро училась, чувствуя, что только в знаниях мое спасение. В знаниях и магии. У нас с тобой был общий интерес и тяга к новой для нас величине — магии, благодаря чему мы и сблизились. Остальные воспринимали ее как нечто будничное, что меня тогда поразило. Позже я поняла, что мы с тобой единственные новички из магглорожденных, попавших на Рейвенкло в том году. По вполне понятным причинам это нас сблизило. У нас и выбора тогда не было. Это, и наши отвратительные характеры, настроившие против нас весь остальной коллектив. Теперь, по прошествии стольких лет, я понимаю, что нам повезло оказаться в одной лодке. Вынужденная дружба переросла в настоящую. Даже веди мы себя как примерные ученики, подстраиваясь под понятия общественных норм среди аристократов, это бы ничего не изменило в отношении нас. Статус крови не зависит от чего-либо еще, кроме этой самой крови. Мы все равно стали бы изгоями. Про последующие курсы и проблемы я говорить не буду, мы прошли через них вместе, так что про большинство ты и так в курсе, но зато не знаешь, как весело мне бывало на «каникулах» после первого же курса.

Я засунул руки в карманы в поисках пачки сигарет и зажигалки. Курил я очень редко, но иногда очень хотелось, даже если это не нравилось моим обостренным чувствам. Сейчас очень захотелось.

В голове была какая-то ноющая пустота. Злость, которая должна бы была уже проснуться во мне, почему-то пока молчала, свернувшись калачиком в сердце, натянувшись словно пружина. Словно взведенный затвор, она была готова выпустить в кого-то темное проклятье на чистой силе воли, без палочки. Такова сила малефиков — они могли творить свое черное дело даже без магических концентраторов.

Рассказ моей лучшей подруги меня опустошил. Я думал, мне было тяжело все это время, но оказалось, что у нее ситуация была еще хуже, чем у меня. По крайней мере, у меня была передышка между курсами, островок спокойствия — дом, где меня ждала любящая и балующая меня, мама. А у Кэролайн не было даже этого. А ведь дерьма с нами в Хогвартсе случалось плюс-минус одинаково.

Я чиркнул зажигалкой и, выбив сноп искр, затянулся едким табачным дымом, немного закашлявшись. Острый нюх был явно не в восторге от моих увлечений. Девушка бросила на меня недовольный взгляд и сморщила носик, немного отстранившись. Она не любила, когда я курю. Говорила, что я потом пахну как горелое полено, так еще и ее одежду своей гадостью пропитываю.

— Скажем так, впервые я возненавидела наше министерство и его проклятые законы о запрете волшебства для несовершеннолетних именно тогда. Что за гадство такое, научить нас магии, подарить надежду, а потом забрать ее? Правда я ничего не смогла бы сделать, даже окажись у меня в руке палочка, ведь колдовать ей нельзя, но я могла хотя бы попытаться. Мать все же догадалась, как подзаработать еще деньжат на свою дурь, ведь в квартире уже не осталось ничего на продажу, а клиентов становилось все меньше. Ее красота очень быстро угасала, а вместе с ней и приток фунтов. Да, ты правильно догадался. Все лето после первого курса превратилось для меня в какой-то сплошной кошмар. Я была заперта в своей комнате и даже не могла сбежать. На окно она установила решетку, еще до моего приезда. А потом наступил второй курс. Кошмар продолжился, просто сменил тональность. Тогда я возненавидела еще и аристократов. Но знаешь, дома все равно было хуже. Но в то лето я получила кое что еще, кроме психологических травм на всю жизнь. Я чувствовала, как из моих насильников медленно вытекает жизнь и сила, перетекая в меня тонким ручейком. Это помогло мне держаться и даже немного злорадно улыбаться, чувствуя как я сокращаю продолжительность их жизни и подрываю здоровье. Тогда я начала искать способы, как я могу использовать магию вне Хогвартса и не вылететь из школы. Я не могла пользоваться обычной магией, зато могла использовать продукты магического искусства, чтобы справиться с ситуацией или использовать некую форму беспалочкового колдовства. Я наварила себе много сонного зелья перед летом, да еще и с личной добавочкой от себя. Галлюциногенные грибочки, что росли в Запретном лесу. Новое зелье отправляло всех в чудесный сон, стоило поспрыскать зелье в лицо всем желающим получить дешевое наслаждение. Они хотели получить рай, так я его им и предоставила. Не моя вина, что они платили за одно, а получали совсем другое. Парочка, правда, загнулась в процессе. Видимо, магические мухоморы оказались немного опаснее своих обычных аналогов. Экспериментальное зелье, что тут скажешь. Констебли, приезжавшие забирать тела, оформляли их как мертвецов с передозом наркотическими веществами. В общем-то, вполне логично и даже правильно. А потом ты показал мне магию крови и я сбежала из дома, получив в свои руки средство к существованию вне проклятых стен своего дома. Да, я грабила, воровала деньги и на них снимала себе комнату у одной милой бабульки, которая не задавала вопросов. Я не хотела обращаться к тебе за помощью в этом вопросе, потому что боялась, что, узнав правду, ты от меня отвернешься. Теперь то я понимаю, что зря, но мне было тринадцать, эх. Остальное ты знаешь.

— Пиздец. — Я потушил о бортик сигарету и выкинул ее в озеро, несмотря на то, что мне могли впаять за это огромный штраф. Все равно магглоотталкивающие чары все еще работали на мне. Подойдя к мнущейся в нерешительности девушке поближе, просто обнял ее, мягко положив подбородок ей на макушку. Она неуверенно обняла меня в ответ, сжав пальцами рубашку на спине. Я почувствовал, как впиваются в спину ее острые коготки, а сама она начинает немного подрагивать.

Так мы простояли минут десять, пока левая часть моей рубашки не промокла от слез. Через десять минут о том, что Кэролайн впервые на моей памяти плакала, можно было догадаться лишь по мокрому пятну на моей одежде.

Кажется, ее настроение сильно улучшилось, как только она облегчила душу, выплеснув негатив, который все это время держала в себе. А еще она смогла развести меня на новую порцию мороженного, на этот раз клюквенного, но тоже с карамелью.

В своем темном сердце я пообещал, что скоро все изменится к лучшему. Для меня и для нее. Скоро мы отодвинем от кормушки тех, кто всю жизнь жировал и не знал бед. У нас есть для этого решимость, жестокость и магия, более нам ничего и не нужно, чтобы выгрызть себе место под Солнцем.

П.С. От автора. Вижу многие не понимают и потом задают вопросы, так что я разъясню немного мотивацию и ход мыслей Кэрол для вас.

Она мыслит так :

- Я уже все равно испорчена, терять мне нечего, ведь у меня и нет ничего. Так что… вместо того, чтобы быть использованной снова, я буду использовать других сама. Кроме Амоса, разве что.

Её особая магия делает из нее кого-то вроде магического аналога суккуба, так что по сути она может манипулировать людьми с которыми спит и высасывать из них магию, добавляя какой-то процент себе на постоянной основе, раскачиваясь со временем. Несколько главных причин, почему она никогда не рассматривала Амоса вне категории «Друг»: Не хочет пачкать, манипулировать и красть его силу.

Надеюсь теперь понятнее?

Глава 3 Герой, которого мы заслужили

Примечание автора: Внимание! Это не литрпг. Вам может так показаться, но это не так. Читайте по 6 главу и поймёте в чём фишка.

В темной убогой каморке, на грязном и старом матрасе лежал мальчик одиннадцати лет. Почти одиннадцати. До дня рождения оставалось совсем недолго. Он свернулся клубочком и тихо плакал, баюкая сломанную руку и поскуливая от нестерпимой боли. Ребра болели не меньше. Внутреннее кровотечение давало о себе знать, но магия мальчика неосознанно старалась приглушить боль и залечить внутренние травмы. Просто их накопилось слишком много и вскрылись старые раны, так до конца и не залеченные.

Магия многое могла, но без присмотра искусного целителя результаты были далеки от идеала. Он сильно потел, у него был жар, а сознание все чаще ускользало в небытие. Все больше становилось шансов, что в один прекрасный момент он больше не проснётся.

Больше всего на свете Гарри желал, чтобы эта боль прекратилась. Боль физическая и боль душевная. Сердце и разум жгло от обиды за несправедливое отношение к нему. Как бы он не старался, что бы он не делал, его родственники, казалось, умели замечать только самое плохое. А ещё они умели ненавидеть так искренне, что даже дух захватывало.

— За что? — тихонько хрипел Поттер, давясь слезами.

Но ответа не последовало. Тьма его каморки молчала, стыдливо забившись по углам. В очередной раз Гарри Поттеру досталось просто так, ни за что. Он якобы плохо протёр пыль на каминной полке несколько дней назад, за что получил выговор от саркастичной Петуньи сегодня, а когда врождённое чувство справедливости взыграло в его сердце (или же это было шило в заднице и дух гриффиндорца?) и он попытался доказать, что он все сделал хорошо, что он старался, просто за прошедшие пару дней пыль снова осела в том месте, за рамками с фотографиями. Разъяренный его неповиновением и «бунтом» дядя схватил кочергу и ударил его наотмашь в приступе гнева. Вернон был крупным мужчиной и силы в нем было немало. Во всяком случае, на вечно голодного и хлипкого мальчика ему хватило с головой.

Поттер отпрянул в сторону, поддавшись своей острой интуиции, но из-за того, что был слишком слаб физически, просто не успевал уйти с траектории удара. Всё, что он успел сделать, это подставить правую руку, прикрывая голову.

Раздался громкий хруст, хорошо знакомый Гарри. Хруст его ломающихся костей. Мальчик упал на пол и широко раскрыл глаза, в немом ужасе уставившись на разъяренного усатого борова, который в порыве безумной ненависти даже не заметил, как ударил племянника. Вернон Дурсль был слишком увлекающейся натурой. Он размахивая кочергой перед собой, словно дирижер перед симфоническим оркестром. Боль пришла с запозданием, но зато какая… Яркая, насыщенная, всепожирающая. Она пронзила его от кончиков пальцев ног до самой макушки.

Наградив стонущего от боли племянника несколькими профилактическими ударами ногой по рёбрами напоследок, довольный собой Дурсль схватил его за больную руку, вывернув её под неестественным углом, и закинул мгновенно потерявшее сознание от болевого шока тело мальчика внутрь, заперев за собою дверь каморки снаружи.

Гарри очнулся через несколько часов и пожалел, что вообще выжил и смог прийти в себя. Теперь он мучился, терпя невероятную боль, без надежды на помощь. Откуда ей было взяться? У него никого не было.

Он находился в бреду, температуря и постоянно теряя сознание от боли. Матрас и подушка уже полностью промокли от пота. Ему мерещился тихий шепот на подкорке сознания, словно шелест тысяч маленьких паучьих лапок, перебирающих волосы на его затылке. Словно звук тысяч одновременно задуваемых ветром свечей.

Вкрадчивый, спокойный голос, принадлежащий то мужчине, то женщине, то старику, то ребёнку, обещал ему облегчение, избавление от страданий и новую жизнь в другом мире, где не будет ненавидящей его родни, где он сможет обрести настоящих друзей и завести собственную семью. Мир, где ему не придется терпеть эту БОЛЬ.

Нужно было лишь попросить. Загадать желание. Желание в обмен на его бездыханное тело — пустую оболочку без его души. Многого ли стоит тело без души? Разве что для некромантов. И тогда, в момент особенно сильного приступа боли, в конце-концов отчаявшись, Гарри загадал свое последние в этой жизни Желание.

В Хогвартсе, в кабинете директора, мигнули артефакты и приборы, настроенные на его ауру и считывающие показатели жизни. Но некому было увидеть это. Фоукс спокойно дремал, засунув голову под свое теплое крылышко, а хозяин кабинета находился на очередной внеплановом слушании Визенгамота и просто не мог знать, что в этот обычный погожий день все его хитрые планы и интриги рассыпались из-за вмешательства игрока куда более крупного, чем он сам. Через несколько минут сбоящие приборы придут в норму и будут показывать ровно то, что и демонстрировали до этого. Мерное течение жизни в мальчике, который не выжил.

Выгнувшись дугой напоследок, тело Поттера внезапно обмякло, изломанной куклой рухнув на холодный сырой матрас. Душа парня унеслась ввысь, к своей новой жизни, к своему новому перерождению.

Страшный шелестящий Голос не стал обманывать его, действительно открыв ему дорогу туда, куда ему было нужно. Куда было нужно Голосу, конечно, а не Гарри. Хотя, едва ли Поттер стал бы возражать.

Сделка есть сделка, так что новая жизнь в другом мире ему обеспечена, а то, что мир выбирал для него Голос, преследуя свои собственные интересы, так это дело десятое. Но на всякое пустующее место всегда найдётся тот, кто захочет его занять. И у Голоса как раз был на примете подходящий кандидат на роль Гарри Поттера. В конце концов, ради этого момента и задумывалась вся эта многолетняя интрига. Голос долго подталкивал Дурслей к жестокости, впиваясь в их мозг словно бритвенно-острыми стрекозиными лапками своих увещеваний, копаясь в извивах уставшего мозга глупых и беззащитных бурдюков с кровью, словно подросток играющийся вилкой с макаронами.

В остывающем теле мальчика вновь забилось сердце, лёгкие судорожно наполнились воздухом, а все раны, переломы и застарелые внутренние травмы исчезли, словно по волшебству. Хотя почему словно? По волшебству и исчезли. Чужая воля направила весьма немалый для его возраста запас маны по телу, оживляя его. Теперь туда можно было поместить душу.

Дыхание мальчика выровнялось, жар стал спадать. Теперь он просто отдыхал, пребывая в глубоком целительном сне.

Слипшиеся от пота, чёрные, давно не стриженные волосы разметались по подушке и липли ко лбу, прикрывая собой слегка светящийся золотым светом шрам.

Не только душа Гарри покинула его тело, с ней исчез ещё и осколок души одного незадачливого Тёмного Лорда, оставив после себя лишь чистые, не искаженные через восприятие его исковерканного сознания остаточные знания. Повезло.

Как же повезло Гарри, точнее, тому, кто занял тело Гарри Поттера. Теперь у него имелись весьма приличные представления о начальной магии, пускай и всего лишь жалкие крохи на фоне того, чем обладал сам Темный Лорд, но для того, кто ещё вчера ничего не знал о магии вообще, этого было более чем достаточно. Только появился в этом мире, а уже наткнулся на счастливый шанс. То, что Голос взял себе плату в размере осколка души Волдеморта за эту процедуру, Гарри знать было не обязательно.

— Ух, как башка-то трещит… Больше никогда не буду столько пить, курить и трахаться. Нет, вообще не буду пить, ага. До первых выходных уж точно, хе-хе-хе. Закурить чтоль? Кхм. А секс вообще-то полезен для здоровья. Увеличу долю секса, пожертвовав на время выпивкой. Компенсирую, так сказать. Как раз с Ниной вроде неплохо сошлись на этой вечеринке. Нужно будет развить успех, — тихо бормотал себе под нос, разлепив казавшимися свинцовыми веки мелкий для своего возраста подросток. Изумрудные глаза цвета смертельного проклятья уставились в низкий косой потолок чулана под лестницей. Парень собирался выпить немного воды и лечь обратно спать, но передумал.

Непонимающе захлопав ресницами, он помотал головой, будто пытаясь сбросить наваждение, и протер глаза руками. Но нет, картина мира перед ним не изменилась.

— Что за херня? Где это я? Разве я не добрался до дома? Точно помню такси, подъезд, лестницу, скользкую из-за льда, заразу такую… Может, я просто заснул в баре и меня решили оставить отсыпаться в их кладовке, а весь путь домой мне просто приснился? Или я заснул в такси? Такое бывает, но как-то странно знакомо выглядит этот чулан… Чулан под лестницей?! — недоуменно воскликнул парень, резко садясь и подобрав под себя ноги, положив голову на острые худые коленки и потирая гудящие виски.

Собственный голос ему тоже показался странным, чуждым. Совсем юным, ещё даже не начавшим ломаться. Да и худые конечности свои он разглядывал с большим интересом и недоумением, пытаясь собрать свои разбегающиеся во все стороны мысли в кучу. Слишком детские ручонки. Пальцы на руках тонкие, словно веточки вербы. Он поднялся на ноги и подошёл к маленькому столику, на котором приметил осколок зеркальца, прилепленный к стенке скотчем. Взяв его в руки, избавив от липких пут, он в неверии уставился на свое отражение.

— Ох ты ж, ёжики зелёные… Это же… Я же… Гарри Поттер? Характерный шрам и очки имеются, да и чулан этот я точно где-то видел! Ахахахаха. Да не, бред. Сбылась мечта идиота! — Мальчик отпрянул от зеркала, усевшись на кривоногую табуретку, едва не завалившись на пол. Посидев пару секунд в задумчивости, он встал и подошел обратно к столу, заглянув в зеркало.

— Я, мать вашу, мечтал об этом, когда был ещё ребёнком, а не сейчас! Черт, только все в жизни наладилось ведь. Работа, девушка почти появилась, машина, квартира… Блин, что за непруха! Что за доставка желаний с опозданием на пятнадцать лет?! Желания теперь доставляет государственная почта, или что? — Продолжая рассматривать себя в зеркале, на этот раз тщательнее, новый «герой» магической Британии все ещё находился в некой прострации, так что когда картинка в зеркале сменилась с его потрепанного отражения на самый настоящий экран с таблицами и текстом на английском языке, он даже не слишком сильно удивился.

Как человек, привыкший к смартфонам в своём мире, он рефлекторно принял зеркало в своих руках за современный мобильник. Через пару секунд до него дошло, что в руках у него отнюдь не новенький ультра-тонкий айфон нового поколения, а все ещё самый обычный осколок зеркала, с неровными, острыми краями. Сжавшиеся пальцы обожгло болью и ему пришлось ослабить хватку, чтобы не изрезать себе ладони.

С опаской присмотревшись к тексту на экране, он погрузился в чтение. Всё вроде было интуитивно понятно, а английский был ему хорошо знаком ещё по прошлой жизни. Во всяком случае, он знал его не хуже одиннадцатилетнего пацана.

<b><center>«Приветствую в новом мире, герой! За ваши многочисленные добрые поступки вам был дан шанс на исполнение вашей детской мечты. После вашей скоропостижной смерти вы реинкарнировали в новом мире, хорошо вам известном!»</center></b>

— Интересно, это за какие такие добрые дела мне такое счастье привалило? — почесал затылок новоявленный попаданец. — Я совершил благое дело перед смертью, или что? Но я совсем не помню такого. Да и смерть свою тоже что-то не припомню. Неужели скользкая лестница и нетрезвое состояние послужили причиной? Значит, люди не запоминают момент своей смерти? Травмирующий опыт?

«Ну и ладно, раз уж говорят, что совершил какое-то хорошее дело, то не буду спорить. Дареному коню в зубы не смотрят. А то начну спрашивать, и тут оп, ошибочка закралась, давай-ка, дружочек, обратно на выход, а вот этого паренька мы посадим на твоё место. Вот ещё, ну нафиг, отберут мой золотой шанс и отправят болтаться в пустоте или вариться в аду, а оно мне надо? Раз уж мне дали шанс стать магом, то я им воспользуюсь. Знания канона мне в помощь.» — размышлял про себя парень.

«Система поможет вам адаптироваться в новом мире, так что на протяжении следующей недели вы сможете получать исходные данные о своём состоянии напрямую от самой системы, оформленные в понятной вам и доступной форме, в так называемом, классическом стиле «статус бар».

Другими словами, используя любую зеркальную поверхность в вашей зоне видимости, вы сможете получить прямой доступ к числовым значениям своих характеристик и описанию способностей, просто чётко сказав или подумав про себя «Статус». Другие люди не смогут получить доступ к вашим данным, так как только пользователь имеет к ним доступ и может видеть «всплывающие окна».

Внимание! Через неделю ознакомительный период системы подойдёт к концу и пользователь более не сможет контактировать с системой напрямую. Почти все функции системы будут удалены, кроме счётчика кармической удачи, который всегда будет доступен вам. Вы так же сможете видеть числовое значение кармической удачи у других людей, прикоснувшись к ним и сказав «статус».

С тем, что такое счётчик кармической удачи и как он работает вы сможете ознакомиться в меню статуса, пока действует ознакомительный период, просто нажав на золотой клевер в правом верхнем углу экрана вашего статуса.

Однако, имейте ввиду, что через неделю пользователь уже должен будет адаптироваться к этому миру и чувствовать свои характеристики и параметры на интуитивном уровне, без подсказок от системы, как и любой другой приличный волшебник в этом мире.

Чем сильнее и опытнее волшебник, тем лучше он осознает свои собственные возможности и характеристики. Статус вашей кармической удачи все ещё будет вам доступен в любой момент, так как этот параметр невозможно отследить никоим иным образом без поддержки системы. Кармическая удача считается параметром божественного класса и в обычной ситуации ни один смертный не должен иметь доступ к данным о своей кармический удаче. Цените это.

Конец краткого руководства пользователя.

«Удачного перерождение и всех благ. »

— Ого. Вот это поворот. Какая-то урезанная система у меня. Явно делал бог-нуб, а не бог игр. А где же магазин, где возможность вкладывать очки характеристик или талантов?! Где всякие другие крутые плюшки? Или это я просто зажрался? — помявшись немного, Гарри, а именно так он решил себя называть с этих пор, даже у себя в голове, во избежании казусов с менталистами, решил на всякий случай переписать весь текст системного оповещения на листок бумаги, чтобы перечитать его ещё раз, если понадобится уточнить некоторые детали. Обдумать это нужно будет на холодную голову, когда кураж пройдёт и логика задвинет чувства поглубже в сердце. Пока он переписывал все на клочок бумаги, он не отрывал взгляда от зеркала, боясь даже моргнуть. Ему не хотелось потерять такую важную ниточку из-за такой глупости, как необходимость моргать время от времени.

Когда дело было сделано, он пожелал, чтобы системное оповещение исчезло и зеркало снов стало просто зеркалом. Но ничего не произошло. Экран оповещения все ещё был на месте и никуда не собирался пропадать, даже когда Гарри стал усиленно моргать. Поморщившись, он признал, что излишне перестраховывался.

Тогда Гарри просто положил стекло на стол, «экраном» вниз и отошёл подальше. Выждав немного времени, он вернулся обратно к старому столику и перевернул зеркало. На него испытующе смотрели яркие зелёные глаза. Зеркало вновь стало обычным зеркалом, явив его отражение.

— Интересно. А теперь попробуем кое что ещё. Статус! — воодушевленно воскликнул герой.

~ Статус ~ Имя: Гарри Поттер (Михаил Лисов)

Класс: Волшебник

Статус крови: Наследник Благородного и чистокровного рода Поттер. Наследник??? *************???

Степень Чистоты Крови по местным критериям: 0.75 из 1.0 (Ваша мать была магглорожденной ведьмой, по этой причине вы теряет 0.25 чистоты крови и ваш статус в глазах истинных чистокровных становится весьма шатким. Вы, одновременно, вроде бы и один из них, но не все с вами так однозначно. Докажите им, что вы равны по праву рождения или по праву силы, тогда все вопросы отпадут сами собой. Или же найдите свой собственный путь и отрекитесь от своего статуса, родословной и привилегий)

Врождённые таланты и предрасположенности:

Светлая магия. Ментальная магия. Стихийная магия. (Вода, воздух.) Пространственная магия. Артефакторика. Владение холодным оружием. Харизма героя. Харизма аристократа. Магическое зрение. (Слабо развито.) Магическое чутье. (Слабо развито.) Истинное колдовство. (Возможность творить магию без концентратора. Слабо развито.)

Приобретённые магические способности и таланты:

Высокий болевой порог. (Предыдущий владелец тела научился терпеть и вам завещал.)

Предельная концентрация. (Способность на короткое время ускорять собственное мышление. Предыдущему владельцу помогало избежать смертельных повреждений. Развилось благодаря врожденному таланту в ментальной магии. Слабо развита.)

Интуиция. (Живя/выживая бок о бок с опасностью с самого детства, ваша интуиция значительно обострилась. Теперь вы чувствуете враждебное намерение людей, направленное на вас и заранее предчувствуете беду. Слабо развита.)

Остаточный знания Тёмного Лорда (Вы неплохо разбираетесь в основах магического искусства. Примерный уровень знаний — среднестатистический третьекурсник Хогвартса на текущий момент. Ещё вам доступны некоторые специфические знания о темной магии и простейших ритуалах, в которых должен разбираться любой уважающий себя чистокровный наследник рода.)

Характеристики тела:

Сила: 0.2 из 1.0 (1.0 — стандарт силы взрослого человека, умеренно занимающегося спортом. Предел человеческих возможностей по меркам Британии без использования магического допинга: 4.46)

Ловкость: 0.4 из 1.0

Скорость: 0.35 из 1.0

Живучесть: 1.2 из 1.0 (Волшебники, даже молодые, как вы, куда крепче и живучее обычных людей. Вы с раннего детства подвергались голодовке и побоям, но даже так магия всегда была рядом, чтобы помочь и спасти вас.)

Магический резерв: 8.0 из 2.0 (2.0 — среднестатистический результат для чистокровного волшебника одиннадцати лет. 1.0 — среднестатистический результат для магглорожденного волшебника одиннадцати лет.)

Сила магии: 10.5 из 2.0 (2.0 — среднестатистический результат для чистокровного волшебника одиннадцати лет. 1.0 — среднестатистический результат для магглорожденного волшебника одиннадцати лет.)

Кармическая Удача. Золотая: 50 034, 6

(Золотая Кармическая Удача — особый восполняемый и расходуемый ресурс, дарованный вам в особо крупном размере божественным благословением неизвестного бога, за ваши былые свершения. Пока ваш показатель удачи не понизится до 100 единиц или ниже, ваша смерть будет невозможна. Само мироздание будет подыгрывать вам, и смерть минует вас в любом случае, что бы не случилось. Необратимые повреждения тела, души и разума также невозможны, пока у вас есть в наличии более 100 единиц удачи.

Смертельные случаи, однако, будут расходовать вашу кармическую удачу для компенсации мирового закона. Чем опаснее и безысходнее ситуация, тем больше кармической удачи будет потрачено на противодействие мировому закону, чтобы избежать смертельного исхода для пользователя.

Удаче пользователя также может быть нанесён непрямой или прямой урон, в случае понижения его статуса в обществе, ухудшения репутации, «смерти», «травмы» и т. д.

Кармическая удача может восстанавливаться со временем, если пользователь сможет умело воспользоваться подвернувшимися «удачными шансами», повысить свой статус в обществе, завести полезные и нужные знакомства или дружбу с важными персонажами, влияющими на мировую историю, улучшить свою репутацию и влияние в мире.

Чем больше ваша удача, тем больше шансов наткнуться на счастливый случай, но только от вас зависит, сможете ли вы им воспользоваться, или упустите его по какой-то причине. Ваша удача не может повлиять на это, лишь дать вам возможность заполучить блага. Упущенные возможности будут также расходовать вашу кармическую удачу.)

Гарри стал ходить кругами, маленькими такими, по своей крохотной каморке. Это стоило обдумать. Хотя сама система не показалась ему чем-то удивительным на первый взгляд, исключая разве что Кармическую Удачу, которая его очень порадовала, но вот зато те данные, что показал ему его статус… Его донор тела был просто какой-то лютой имбой, если не считать физических характеристик тела. Как он в каноне мог быть таким бесполезным рохлей, имея на балансе целые гроздья врожденных талантов и способностей? Всему виной была лень и этот рыжий идиот, которые тянули его на дно, словно бетонный блок, привязанный к ногам жертвы мафии? Ну уж нет, новый Гарри не собирался кормить крабов на дне Ла-Манша.

В его статусе все было интуитивно понятно, даже заниженные физические характеристики можно было легко объяснить. Он же просто ребёнок, ещё и худой, голодный, не ведающий такого слова, как качалка… Не удивительно, что характеристики тела так «подкачали». Но вот зато все остальное… Мммм, песня. Как же сочно.

— Да я, блять, нагну этот сраный мир. Хе-хе-хе. Если не помру в самом начале, а я не помру, спасибо тебе, моя удача. Я ж так раскачаюсь, что даже бородач Дамблдор будет на цыпочках передо мной ходить, а Темный Лорд забьётся в уголок и будет плакать кровавыми слезами, как маленькая сучка! Ох, да с такой силой, таким потенциалом, такой разожравшейся удачей… Это же можно и гарем себе собрать будет… О да, хорошая идея. Так, значит нужно сесть, успокоиться и написать список первоочередных задач! — остановившись как вкопанный, Гарри развернулся на носочках и мурлыкая себе под нос незатейливую мелодию, сел за стол и достал ручку и дешевый блокнот.

Язык для своих заметок он выбрал русский, просто на всякий случай. Он сомневался, что кто-то в этом доме вообще его знает, а блокнот он все равно чуть позже уничтожит. Окклюменция. Все важные знания он собирался хранить у себя в голове. Осталось ещё только её развить, делов-то. Ну, еще понять, как вообще это сделать в домашних условиях и насколько это сложно.

— Итак. Значит, первым делом нужно научиться хоть самым простеньким беспалочковым заклинаниям. Потом попробовать ментальную магию и магию в целом. Узнать, что даётся мне без палочки, а что пока и трогать не стоит... — отметив пункт цифрой один он продолжил строчить текст на бумаге

Вторым пунктом он решил устранить проблему с Дурслями. Ему достались лишь обрывочные воспоминания самого Гарри, крошки со стола, но даже этого хватило, чтобы понять самое важное — нужно что-то делать. Иначе кармическая удача начнёт расходоваться как ненормальная ещё до поступления в школу чародейства и волшебства.

Самая «большая во всех смыслах слова, проблема — Вернон Дурсль. Нужно придумать, как с ним совладать. Можно с помощью магии, а можно словами надавить правильными… Кардинально решать проблему он пока опасался. Киллером он себя не считал, так что был не уверен, что сможет скрыть убийство. А ведь есть еще тетя и двоюродный брат… Тройное убийство — плохое начало карьеры героя. Гарри решил, что придумает что-то другое, менее радикальное.

Третьим пунктом были обозначены все возможные и вероятные рояли и плюшки, о которых он знал благодаря канону и фанфикам, прочитанным в молодые годы.

Он собирался проверить их все. Начать можно будет с Гринготтс, его сейфа, подтверждения наследства и проверки его родословной. Звёздочки и вопросики как-бы намекали, что не все так просто. Возможность заиметь еще парочку перстней наследника рода грело его жадную до богатств душу. Надежда была на Певереллов, как его дальних предков, а может и Блэков, фиг его знает. В родство со Слизерином или Гриффиндором он не очень верил, зато его бабушка точно была из Блэков, так что их кровь течёт по его венам. А это уже перспективно.

Четвёртым и самым важным пунктом, не для волшебника, а для попаданца, он обозначил гарем.

Даже специально обвел кружочком. Дело, так сказать, повышенной важности.

Немного задумавшись, он стал писать целый список кандидаток, на которых у него были весьма однозначные планы.

Вспоминать пришлось не столько канон, сколько фанон. Все это ещё предстояло проверить на практике, но и без того список выходил немалый и обещал расшириться, когда Гарри сможет «посмотреть товар». Вдруг красота некоторых из них не имела ничего общего с реальностью, а некие второстепенные персонажи, напротив, засияют?

1) Гермиона Грейнджер (подчёркнуто два раза) 2) Пенелопа Кристалл 3) Дафна и Астория Гринграсс (подчёркнуто два раза) 4) Пэнси Паркинсон 5) Близняшки Патил. Падма и Парвати (подчеркнуто два раза) 6) Чжоу Чанг 7) Девочки из команды Гриффиндора по квиддичу. 8) Луна Лавгуд (по ситуации) 9) Сьюзан Боунс 10) Ханна Аббот 11) Флер Делакур (подчёркнуто два раза особенно жирными линиями)

— Пока хватит. И так придётся обзаводиться маховиком времени, чтобы успевать везде и всюду. Ох, какие планы… Жаль, что большинство из них ещё слишком мелкие. Но начинать нарабатывать образ и репутацию в их глазах нужно смолоду. Глядишь и делать ничего не придётся, сами упадут ко мне в руки, как спелый вызревший плод. Ладно, пора приступать к тренировкам по магии. Ну держись, мир, главный герой прибыл!

***

Тем временем, как только Гарри уселся писать свой важный список, Амос Санхайд, возившийся в Запретном лесу с новым ритуальным кругом для поднятия очередного инфернала из акромантула, услышал в голове лёгкий «динь», как от уведомления, которые приходили на его смартфон в прошлом.

Его взгляд на мгновение затуманился и он будто стал смотреть в одну точку, лицезрев то, что никто другой не мог увидеть. Хотя рядом все равно не было ни одной живой души, кроме него самого и его марионеток. На сетчатке его правого глаза появилось небольшое окошко с уведомлением.

«Экстренное Уведомление от Мирового Закона. Заказ на ликвидацию.» — гласило оно.

— Вот это уже интересно… — на лице Санхайда появился хищный акулий оскал. Его зубы немного заострились, а в черных, словно ночь, глазах, отразились яркие звезды и лунный свет. На небосводе ярко светила золотая Луна.

П. С. Я сделаю вам милость и напишу здесь, предупреждая всякие ненужные вопросы - читайте главу 4 и поймёте, что в этом фф системы как таковой нету.

Глава 4 Кто ходит гости в полнолуние, тот поступает… Мудро?

Глава 4

Кто ходит гости в полнолуние, тот поступает… Мудро?

Я почувствовал, как едва заметный шлейф ментальной магии мазнул по моему сознанию. Такой лёгкий, невесомый, почти неощутимый… Словно взмах крыльев бабочки на другой стороне поляны. Но я бы мог услышать и его, если бы был сосредоточен и напряжен, как сейчас.

Я заметил его только потому, что на полную использовал окклюменцию, сосредоточившись на сложном ритуале поднятия инфернала. Модифицированном мною лично, между прочим. Посредством проб и ошибок, которые чуть не стоили мне жизни и здоровья, но тем не менее…

Если бы мой разум не был разогнан для финальных арифмантических расчётов, если бы мне не приходилось параллельно отслеживать положение полной Луны на небосводе, то я бы не смог уловить это незримое касание вовсе. Но я уловил. Мне повезло. Наверное. Иногда неведение действительно благо.

Вот почему, когда у меня в голове раздался «динь», а перед глазами вылез экран со стандартным таким уведомлением, от вполне стандартной системы, я… не повёлся.

— А вот это уже интересно. — Я невольно улыбнулся, обнажая заострившиеся клыки.

Сегодня было полнолуние и некоторые характерные черты оборотня проявлялись во мне. К примеру, мой укус в полнолуние мог привести к печальным последствиям для любого, укушенного мной. В мире стало бы на одного оборотня больше. Не горжусь этой своей особенностью, ведь стать оборотнем в магическом мире это автоматически скатиться в самый низ иерархии волшебников, так что я стараюсь особо её не выпячивать.

Да, я не оборотень, но разве это будет волновать суд, полностью состоящий из чванливых высокомерных аристократов? Что будет, если я укушу, скажем, Перси Уизли? Никто не будет вникать в тонкости моей природы.

Но есть и серьёзный плюс в этом, помимо очевидного прироста в силе, скорости, выносливости и магической устойчивости. Я могу укусить своего заклятого врага, да так, что он точно не узнает, что это был я, и вообще не поймёт, что обзавёлся проклятьем ликантропии. Это ведь не сложно, нужно просто проявить немного фантазии.

А что это для него значит? А это значит, что в полнолуние он превратится в безумную машину смерти и покрошит всех, кто находится рядом. Его ждёт в лучшем случае резервация и полный крах надежд и ожиданий как волшебника. И это ещё если его невиновность будет доказана, а вот если нет… То дементор научит его французскому поцелую по взрослому. Меня тоже, кстати, если меня поймают за руку. Но я по девочкам, так что попадаться, пожалуй, не буду.

Пространные мысли отвлекли меня от насущных дел. Кто-то очень хотел, чтобы я поверил, что мне пришло сообщение от некой «системы». Зачем? Ну, всегда можно узнать у того, кто попытался всучить мне эту липу и сесть мне на шею, завалив ненужными мне странными поручениями.

Кто бы не являлся зачинщиком, это явно было существо вне пределов моей нынешней компетенции. Оно сразу же почувствовало поток моих мыслей и то, что оно был невольно раскрыто из-за нелепой случайности. Или меня проверяли и никакая это не случайность? Буду руководствоваться принципом бритвы Оккама в этом вопросе. Если что-то звучит как ложь, пахнет как ложь и выглядит как ложь, то это она и есть.

В любом случае, экран оповещения, как в многочисленных выдуманных историях, которые я читал в прошлой жизни, исчез мгновенно. Я даже не успел раскрыть сообщение, чтобы узнать, как именно меня собирались посадить на крючок и что предлагали взамен. Жаль.

Вместо красивого, вычурного окошка системы, отображающегося, видимо, на сетчатке моего глаза, я почувствовал, как нечто совершенно несопоставимое со мной в своей масштабности, силе и безграничной мудрости и могуществе проникает в мой разум, полностью игнорируя мою защиту. Я законсервировал почти начатый ритуал, готовясь… К чему-то.

Время застыло. Точнее, оно застыло для меня, субъективно, конечно, никто бы не стал останавливать ход времени целого мира ради меня. Но мой разум был настолько сильно принудительно разогнан, что все вокруг будто остановилось во времени, посерело и выцвело, словно старая черно-белая фотография на солнце.

Это продлилось всего секунду. Оооочень, долгую секунду, благо, что не вечную.

К счастью для меня, вскоре все вокруг мгновенно померкло и я будто оказался в абсолютной пустоте, зависнув над пропастью во тьму. Нет, настоящей чёрной бездной.

Я чувствовал, что нахожусь внутри своего ментального мира, но все вокруг было заполнено чужой, могучей силой, способной раздавить меня одним желанием. В своём мире разума я должен был быть как бог, но когда ко мне в гости заглянула сущность, сопоставимая с настоящими богами, я понял, что приставка КАК в этом вопросе решает абсолютно все.

Я был абсолютно беззащитен. Даже не белая мышка в руках лаборанта, а просто бактерия или вирус под микроскопом заинтересованного учёного-энтузиаста. Такое подавляющее присутствие… Если бы мне нужно было здесь дышать, я бы затаил дыхание. Так страшно ни мне — Амосу, ни мне — Александру ещё не было за обе прожитые жизни. Экзистенциальная угроза самой моей сути и душе, вот что я чувствовал. Я собрал всю свою волю в кулак и постарался защититься от этого невероятного давления. Сначала мне показалось, что все было тщетно, но потом я почувствовал, что мне стало немного легче. Совсем капельку, но это было очень, очень важно. Значит, эта сила была не абсолютна!

Я решил использовать тот трюк, которым прошлый Амос обманывал Дамблдора, когда тот в очередной раз устраивал ему допрос после очередной потасовки с использованием темной магии с обеих сторон. Не давала старику покоя тёмная магия в моих руках, хотел понять, где источник моих знаний и силы, чтобы подрезать мне крылья. Видимо, обжегшись на молоке, теперь вечно будет дуть на воду. Но он так ничего и не добился. Мой ментальный аватар будто незаметно сбросил кожу, расслоившись. Моё основное сознание спряталось внутри, а снаружи осталась только его точная копия-эхо, которое просуществует недолго. Снаружи — пустая оболочка, копия, а основное ядро личности и важных мыслей и воспоминаний свернулось глубоко внутри, подпитывая маску самим собой, задавая направление мыслям время от времени. Да, время отклика удвоилось, но это было не критично. Со стороны моя лёгкая тормознутость могла сойти за глубокие сомнения и тщательное взвешивание всех ответов.

Мой гость или гостья могло легко уничтожить меня прямо здесь и сейчас, но пока ничего не предпринимало. Гость наверняка мог бы уничтожить если не тело, то разум, это уж точно, но почувствовал ли он мою маленькую хитрость, позволившую спрятать истинные мысли, чувства и особенно важные воспоминания внутри себя самого?

Если нет, то возможен итог, где просто раз — и Амос Санхайд становится дурачком из-за сорвавшегося тёмного ритуала, который ему вздумалось проводить на летних каникулах в Запретом лесу близ школы Чародейства и Волшебства. Конец истории начинающего тёмного мага, который просто хотел жить припеваючи и не париться о своём выживании и здоровье.

Тьма вокруг не была настроена враждебно, пока. Во всяком случае, я все ещё жив и даже самостоятельно мыслю, через свой ментальный прокси, а значит — ещё есть надежда на светлое (относительно) будущее.

Во тьме стали проявляться кроваво-красные буквы (спасибо, что не глаза), медленно складывающиеся в слова, а слова, в свою очередь, в цельные предложения. Я не спеша, тщательно обдумывая походу дела каждое слово, их рассматривал. Запоминал. Вдруг пригодится?

Язык был совершенно мне не знаком, но я его, тем не менее, прекрасно понимал. Он будто вызывал некий отклик в самой моей душе, будто мы общались на каком-то особенно тонком уровне, когда хватает лишь встретиться глазами, чтобы понять собеседника. Я ощущал, как ментальные щупальца шарятся по моему прокси-аватару. Мерзость-то какая. Я волшебник, а не девочка волшебница! Хорошо, что я догадался выставить пред ликом посетителя не свою оригинальную версию сознания, иначе за такие мысли мне уже могли бы и пожарить мозг.

Мне нужно было потянуть время, чтобы все тщательно обдумать и оценить со стороны, раз уж у меня есть такая возможность. Я не тешил себя иллюзиями, что мои мыслительные процессы могут быть хоть как-то защищены и сокрыты от этой… Сущности, что сейчас хозяйничала в моей голове, если мой первоначальный план провалится. Второго шанса мне уже точно не дадут и возьмутся за меня всерьёз. Да и нет у меня больше такого серьезного козыря, нечем больше удивить эту страшную тварь.

«Приветствую тебя, тот, что принял новое имя, Амос, и решил стать частью этого мира без остатка, продолжая играть отведенную тебе роль.

Мировой Закон оценил твои действия, твои поступки, твои желания и стремления в сравнении с оригинальной сущностью и его матрицей поведения. Мировой Закон пришёл к выводу, что ваша синергия достигла крайне высокого значения, настолько, что вас можно считать одним и тем же человеком, просто с двумя наборами воспоминаний. Поздравляю, это очень редкий результат, который купил тебе, человек, жизнь.

Ты можешь расцениваться не как нарушитель и опасная аномалия, подлежащая немедленному устранению, а как небольшая статистическая погрешность в переменчивой сути Амоса Санхайда. Однако… все ещё можешь быть расценен и как вредоносный нарушитель, несущий с собой лишь одни проблемы и хаос для Мирового Закона… " — Я дочитал до конца и понял, что не ведись диалог со стороны гостя в письменном виде, то здесь была бы многозначительная пауза. Видимо, теперь ответ держать предстоит моему аватару.

— Я понимаю, куда вы клоните. Давайте сразу перейдём от угроз и шантажа к переговорам, ради которых вы и почтили меня частичкой своего, безусловно, очень важного и занятого присутствия. Что вы хотите, чтобы я сделал, и какова будет плата за мою безупречную интеграцию в этот мир и урегулирование всех вопросов с Мировым Законом? Возможно ли, что выполнение вашего запроса-задания повлечёт именно это? Мою интеграцию и признание, я имею ввиду? — В мире сознания эмоции почти не ощущались. Словно приглушенный свет ночника, они едва теплились в темноте. Я был спокоен и собран, готов торговаться за свою жизнь до последнего кната.

«Хорошо. Перейдём сразу к делу.» — мне показалось, что между строк я почувствовал довольное урчание. Так, наверное, урчит живот у крокодила, когда к водопою подходит антилопа. Что-то мне страшно. Нужно было делать вид, что поверил в систему и жить себе и не тужить.

"У меня множество имён. Те, что известны тебе — Гайя, Мировой Закон, Воля мира, Хроники Акаши. Выбрать можешь то имя, какое сам захочешь, сути это не изменит. Я подстраиваюсь под понятные тебе категории и стандарты, которые ты можешь осознать, вот почему письменность тебе интуитивно понятна, а стиль оформления текста и сленг кажутся такими знакомыми. Все взято из твоей головы, ты все верно понял.

— Я буду называть вас Мировой Закон, если вы не против. — Я постарался выдавить улыбку на своём лице, а потом бросил пробный камень, попытавшись создать себе кресло, стул, или, на худой конец, хотя бы табуретку, чтобы оценить свои возможности на данный момент и заодно устроиться поудобнее. Транслировал же вовне я, естественно, только желание усесться в свое любимое кожаное кресло и закинуть ногу на ногу. Вместо вышеперечисленных предметов интерьера у меня за спиной материализовались только пики точеные. Намек понял. Постою.

"Хорошо. Одна из функций сущности, известной тебе как Мировой Закон, наиболее подходящей по контексту к твоей ситуации, является защита нашего мира от внешних угроз и вторжения чужеродных сущностей, богов, демонов, и прочих не принадлежащих этому миру.

Недавно произошло очередное вторжение. На этот раз противник — чужак, подготовился очень тщательно, собрав предварительные данные о возможностях и силе, которыми я могу свободно оперировать для противодействия вторжению таких как он. Раз за разом этот чужак посылал на убой все больше своих адептов, выдергивая их души из своего мира и бросая в этот, не жалея собственных сил и времени.

Чем большее их количество было убито, тем больше он узнавал о том, что Мировой Закон может делать, а что не может в отношении вторженцев, и при каких условиях реально имеет законное право устранять их напрямую, самолично.

Враг искал то, что могло бы защитить его и его прихвостней от силы моей и моего взора, ибо Мировой Закон нерушим и не знает пощады. Накопив достаточно знаний и опыта, враг вложил почти всю свою силу в свой финальный ход. Чужак передал человеку почти всю свою кармическую удачу и принялся ждать. Теперь вторженец прикрыт моими же собственными правилами мира от праведного возмездия Мирового Закона! Какое непростительное хамство. Определённо, попался достойный оппонент. Очень упорный. Видимо, возвращаться вторженцу просто уже некуда, вот он и идёт до конца. Такое иногда случается. Возможно, его родной мир был уничтожен, или он был изгнан, или… Много разных или. Если его человек сможет закрепиться и усилиться, то он сможет открыть полноценный путь для чужака. Тогда вытравить его будет практически невозможно.

Мировой Закон не может напрямую вмешиваться в ход истории и взаимодействовать с коренными жителями этого мира, чтобы направить их. Но ты… Ты, Амос, немного другое дело. Ты не в полной мере коренной житель, но в то же самое время уже и не чужак, Мировой Закон может общаться с тобой без серьёзных последствий. Хотя злоупотреблять этим тоже не стоит. Твой разум и тело не выдержат таких нагрузок на постоянной основе, так что это, возможно, наша первая и последняя личная встреча.

Ты не уникальный случай, Амос, но, определённо, редкий. На Британских островах Мировому Закону в скором времени понадобится кто-то вроде тебя. Кто-то, кто умеет решать проблемы радикально. Хороший актив. Твоё вмешательство в ход истории… Будет приемлемо.

Если это будет необходимо для ликвидации вторженца или аномалии — можно пренебречь предначертанной «судьбой» в масштабах одной страны, для сохранения баланса мира в целом.»

— Могу я узнать, чем таким интересным наградили мою потенциальную цель, что даже Мировой Закон не может наложить на неё руки? Что делает эта штука и как ей противостоять. Второй вопрос, кто, собственно говоря, моя цель? Какие средства мне будут предоставлены, чтобы противостоять ей?

«Хорошие вопросы, Мировой Закон в тебе не ошибся. Ответ на второй вопрос мне неведом, тебе придётся найти ответ на него самостоятельно. Что же до первого… Пока у избранника чужака есть запас кармической удачи, убить его практически невозможно. Мир сам будет стремиться защитить его, но, в таком случае, кармическая удача будет расходоваться. Чем серьёзнее опасность смертельного исхода и сильнее вмешательство кармической удачи, тем больше её уйдет на компенсацию мирозданию.

К примеру, чтобы тебе было понятнее — Авада Кедавра, брошенная в спину. Смертельно опасно, но не масштабно и не критично. Для обладателя высокой кармической удачи, разумеется.

Расход, скажем, сто условных единиц кармической удачи, в зависимости от условий и обстоятельств, магического фона, ландшафта и прочих переменных. От этого заклинания легко может защитить щепотка удачи. Например, прямо перед лучом заклинания обвалится колонна, потолок или упадет внезапно подкосившийся ржавый рыцарский доспех, приняв на себя удар смертельного проклятья. Очень просто, как видишь.

А вот другой пример: если в здание, в котором находится цель, кто-то запустит адское пламя, не пожалев сил… Это уже серьёзнее. Скажем, расход кармической удачи, чтобы выбраться из этой передряги… на это уйдёт в пять раз больше условных единиц удачи.

Есть ещё несколько способов понизить кармическую удачу оппонента. Разрушь его репутацию, его связи, его сокровища и деньги, забери его друзей, соблазни его любовниц или жену/невесту, сокруши мотивацию и отними все достижения, которые он получил с помощью своей удачи. В свою очередь, это тоже пойдёт тебе на пользу.»

Наблюдая со стороны, я видел, как слегка плывут и изгибаются буквы, будто закручиваясь в воронку. Чем-то это напоминало некий гипноз. Мой прокси-аватар немного поплыл и его внимание стало слегка рассеянным. Существо посадило в него семена жадности, переплетенные с эйфорией и желанием заполучить себе такую силу. Вот мразь. Смог бы я найти эти саженцы, если бы не моя врождённая паранойя, в который раз спасающая меня от огромных неприятностей?

«Хммм. Сравняем шансы. Тебе будет открыт доступ к числовым показателям твоей удачи.»

Раздался щелчок, будто у меня в голове кто-то открыл небольшую потайную дверцу, и я почувствовал, что теперь мне доступно некое сакральное знание.

Я потянулся внутрь себя, нащупав это нечто, и пожелал увидеть то, что ранее было от меня сокрыто. Чтобы проще было визуализировать то, что я чувствую, я попробовал воплотить кое-что на тыльной стороне правой ладони аватара.

В порах на коже будто проступила густая как чернила, тьма. Некий чёрный пигмент, принявший форму маленького чёрного клевера, под которым красовалось число 5039. Будто простенькая, но очень детальная татуировка, вот и все. Но я знал, что в любой момент могу убрать её обратно. Тем временем буквы вновь стали меняться, перестраиваясь в новый порядок.

«Чёрная удача — отличается от кармической удачи тем, что дарует удачу пользователю только в тех случаях, когда он применяет тёмную магию, тёмные ритуалы, накладывает проклятья или противодействует им, совершает поступки, которые тяжело назвать хорошими. Помогает находить владельцу счастливые возможности особого толка, связанные с тьмой и злом, привлекает к пользователю тех, кто сам тянется к тьме. Как тёмная харизма, но действующая исключительно на таких же тёмных магов и всяких тварей.

Чёрная удача никак не влияет на удачу обычную, так что, как бы высоко не взлетел показатель чёрной удачи, это никак не поможет тебе устроить счастливую личную жизнь или что-то в таком духе. Но у чёрной удачи есть и своя сильная сторона.

Чёрная удача может забирать кармическую удачу у других людей, при определённых условиях и обстоятельствах. Что возвращает нас к поиску твоей цели. У него будет просто море кармической удачи и ты уже знаешь способ осушить это море и создать собственное. Благодаря твоей особенности, его удача не будет утекать как вода сквозь пальцы, вникуда. Часть перетечет к тебе и усвоится, став частью твоей чёрной удачи.»

— Я могу увидеть показатель своей обычной, не чёрной удачи? — поинтересовался я, любуясь чёрным клевером на руке, который завораживал своей простотой и натуральной красотой.

«Нет. Людям вообще эти данные не должны быть доступны. Скажем так, это внутрисистемные данные для служебного пользования высших сил. Довольствуйся тем, что стало тебе доступно и будь благодарен за это.»

Мне показалось, или ответ был дан слишком поспешно и будто даже раздражённо? Нет, не показалось. Моё восприятие и разум всё ещё разогнаны до предела. Я уверен, что кровавые письмена появились на жалкие доли секунды быстрее обычного.

— Понятно. Последний вопрос. Я могу видеть чужую кармическую удачу? — Я решил пойти ва-банк.

«Нет.»

Я улыбнулся. Вот значит как. Я готов поставить свою почку на кон, что я только что почувствовал неуловимый флер досады и злости, причём не моей, а собеседника. Кое кто понял, что я понял, и теперь был мною недоволен. Кажется, мою маленькую игру так и не раскрыли, но в конце я прошёл прямо по краю. Если бы мой гость не спешил куда-то, то, возможно, для меня все могло закончится довольно плачевно, но…

«На этом все. Удачи тебе, она тебе пригодится»

Прозвучало почти как угроза.

И мир снова обрёл краски. Я на мгновение завис, тяжело дыша и опираясь рукой о стоящую рядом сосну. Палочка в правой руке чуть не выскользнула из пальцев. Её рукоять была шершавой и тёплой. Она придавала мне уверенности, дарила ощущение силы и безопасности, к которым я, признаться, уже привык. Впервые за очень долгое время я ощущал себя таким опустошенным и слабым, чтобы хвататься за такую соломинку.

Пахло хвоей. Я сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. В висках стучала кровь, а голова болела нещадно, будто мне по затылку зарядили кувалдой. Тёплая струйка крови, выбежавшая из правой ноздри, скатилась вниз и я почувствовал солоноватый привкус своей теплой крови.

— Амос, с тобой все в порядке? Что случилось? Отдача? — Рядом прозвучал знакомый голос. Кэролайн подошла ко мне поближе и обеспокоено стала осматривать меня с ног до головы. — Выглядишь хреново. — она направила на меня палочку и я по привычке уже было дернулся, чтобы перехватить её руку, но вовремя остановился.

Учитывая наши новые договорённости и свежий контракт ученик-учитель, она не могла мне навредить, как и я ей. Контракт был очень жёсткий, ведь знания, которые я ей давал, были, по большей части, запрещенными в нашей стране и за их распространение мне светил поцелуй дементора. Благодаря контракту же, я был уверен, что они не уйдут на сторону и она не сможет воспользоваться ими против меня самого.

Но рефлекс есть рефлекс. Если на тебя направляют палочку, не важно, друг это твой, или просто прохожий, действовать нужно незамедлительно. Это просто здравый смысл. Если на тебя вдруг направят ствол пистолета, неважно, кто это, разве тебе будет комфортно находиться на траектории выстрела пули? А вот палочка это даже не пистолет, это целый арсенал в руках опытного волшебника или ведьмы.

Недовольно поморщившись от её бесцеремонности, я позволил Кэролайн проводить её диагностику. Нужно будет разъяснить ей, что направлять палочку на людей — верный способ напроситься на проблемы. Но не сейчас. Сейчас мне не помешает небольшой толчок в лечении. Хуже не будет. В целительстве она меня сильно превосходила, за счет магии крови. Очень многогранное направление магии.

— Множественные разрывы капилляров и сосудов. Даже есть небольшое кровоизлияние в мозг, но там твоя регенерация уже купировала проблему самостоятельно, в первую очередь, определив как приоритетную цель. Остальное… не смертельно, с учётом твоей регенерации, но приятного все равно будет мало. Пол часа восстанавливаться будешь такими темпами, а идеальное время для ритуала уже почти подошло. Могу тебя подлатать, если позволишь? — она вопросительно выгнула бровь в ожидании ответа.

Кэролайн такая Кэролайн. Даже сейчас не упустит возможность немного потренироваться в магии крови, на мне. На существах с высоким показателем устойчивости к магии ей работать приходилось не часто. Для неё каждая такая «операция» — способ немного вырасти над собой.

— Валяй. Только осторожно и в голову не лезь, раз там уже все и так зажило. — Я привалился плечом к стволу дерева и прикрыл глаза. Капилляры в них явно полопались и зрелище наверняка было довольно жутким. Красные белки глаз, чёрные бездонные зрачки и радужка… Ну типичный кровосос или умертвие какое стоит себе посреди Запретного леса под полной луной… А Кэролайн с её красными волосами и глазами не лучше, лишь дополняла картину из страшных сказок для первокурсников.

Почему я решил все же взяться за обучение Кэрол всерьез? Мне нужен толковый компаньон и помощник, особенно сейчас, в свете открывшихся перспектив и проблем.

Тёмный Лорд сам вырастил себе свою гвардию, сам обучил своих людей темной магии и потом навёл такого шороху в целой стране, что последствия расхлебывают до сих пор. Конечно, он был конченым ублюдком, но умным конченым ублюдком. Нет, я не собираюсь идти по его стопам и поднимать бунт против власти, чтобы самому стать этой самой властью, но собрать вокруг себя верных и заинтересованных в общей выгоде компетентных и преданных специалистов показалось мне хорошей идеей.

Кэролайн будет первой ласточкой. У неё уже и так превосходная база благодаря мне, а в некоторых аспектах магического искусства она меня уже даже превосходит, так что это определённо хорошее вложение. Кэролайн тоже осталась довольной.

Количество книг в выручайке просто поражает воображение, так что я даже не знаю, сколько времени у нас уйдёт, чтобы прочитать самое нужное и интересное. До конца Хогвартса нам никак не управиться, но я прошлый уже позаботился об этом за меня настоящего. Исчезающий шкаф исправно работал и соединял его тайное логово и тайную комнату. Поток знаний не иссякнет после окончания Хогвартса, и это главное.

Правда, была ещё одна проблема — где найти желающих учиться у мутного магглорожденного волшебника темной магии, которая остаётся для меня загадкой. Пропаганда министерства слишком хорошо обрабатывает новичков из наших, да так, что они даже смотреть в сторону темной магии боятся… Что до аристократов… Хах, это даже не смешно. У них в домашних библиотеках скрыто столько редких знаний, что при желании каждый из них мог бы стать экспертом в темной магии. Конечно, есть вероятность, что родители строго ограничивают детей от досрочных поползновений в сторону темных гримуаров, ведь это совсем не игрушки, или что род решит «перекраситься» и запретит своим младшеньким лезть в тёмную магию, а им ведь так хочется… Но даже так, разве они придут ко мне?

Нет, не думаю. Скорее, найдут себе дружка из своего богатого сословия, который тоже увлекается темной магией, чем обратятся к магглорожденному, пускай и на голову превосходящему в темной магии всех остальных учеников.

Ну и что? Сейчас превосходит, а завтра он закончит Хогвартс и ему больше будет неоткуда черпать новые знания по темной магии. Затем он безусловно отстанет от них, ведь родовые библиотеки таят в себе множество тайн. В долгосрочной перспективе я не котируюсь в их глазах от слова совсем. Просто удачливый выскочка, не более.

Конечно, на самом деле все обстоит совсем иначе, но я не собираюсь кричать об этом на каждом шагу. Меня и так собираются убить сразу же после школы, а попытки добраться до моей мамы уже были предприняты в прошлом году. Та парочка человеческих инферналов, находящихся у меня на побегушках — результат их провала. Ладно, не важно, придумаю что нибудь. Много мне и не нужно, слишком много времени это будет отнимать, а парочку энтузиастов я найти смогу. Соблазню, так сказать, Темной Стороной Силы. Не зря же у меня есть некая тёмная харизма?

По телу прошлась волна целебной магии, и я почувствовал, как ноющая боль отступает, а регенерация, подстегнутая хорошей порцией магии крови, стала заживлять мелкие внутренние повреждения ещё быстрее. Хорошо.

Итак, что мы имеем? Меня дважды попытались сегодня наебать, но безрезультатно.

Первый раз с системой, а второй раз неизвестная сущность пыталась выдать себя за Мировой Закон. Ага, так я и поверил. Очень правдоподобно. Я, скорее, поверю, что это был как раз этот самый чужак, или, возможно, ещё кто-то, но точно не та сущность, за которую хотел себя выдать неизвестный.

Как бы в итоге не оказалось, что как раз против мирового закона я и буду играть. Что я вообще получил от этой «встречи» кроме весьма не фигуральной головной боли и вороха проблем и угроз? Не так уж и много, на самом деле. Выгоды почти никакой, только лишних дел прибавилось. Разве что немного интересной информации.

Чёрная удача? Как я понял, она и так была при мне, я просто не имел доступа к её числовым данным и не знал о её существовании в принципе. Но она была и исправно работала.

Видимо, она и спасала меня от огромного количества косяков в самом начале пути, не дав убиться Амосу о тёмные ритуалы. Так что в этом плане ничего особенного мне мой гость не дал. Ну знаю я теперь сколько у меня удачи, и что с того? Просто ничего не значащая подачка с барского плеча, если не копать глубже.

Куда важнее этого было то, как я могу использовать открывшиеся возможности, приложив немного смекалки.

Определить обладателя крайне высокой удачи стало проще. Отнимая его удачу и приплюсовывая её себе, например. Это первый способ, и он не очень надёжен, так как может занять много времени, прежде чем я наткнусь на океан удачи. А ведь немного кармической удачи есть у всех людей, как я понял, так как же мне понять, что я забираю удачу у того, у кого надо, а?

Вот второй вариант, если, нет, когда я научусь подсматривать показатели кармической удачи других людей… Во это уже станет интересным развитием событий. Это не только дополнительные единицы удачи для моего чёрного клевера, но ещё и всякие счастливые шансы, которые могут выпасть на долю обладателей высокого показателя удачи, которым я могу упасть на хвост и перехватить ништяки для себя.

Специально или случайно, но мой гость приоткрыл для меня этот ящик Пандоры. Если у меня получится… Это откроет для меня почти любые двери. Высокий показатель чёрной удачи может также огородить меня от влияния всяких сущностей, как я понял.

Мне показалось, что я услышал какой-то шум, несвойственный ночному темному лесу и нехотя разлепил тяжелые веки. Уже и пятнадцать минут не дают отдохнуть, сволочи.

— Кэрол, заканчивай с лечением и быстро собирай наши вещички. Не забудь ингредиенты и оборудование. Как соберёшь все, используй портключ на нашу базу. Кажется, у нас гости. — я встал и размял затекшие плечи. Чувствовал я себя весьма неплохо, так что застать врасплох у противника нас не получится. Я уже слышу стук копыт. — Это кентавры.

— Поняла. Что насчёт тебя? — деловито и спокойно подбирая с земли разложенные запасы ингредиентов, уточнила Шарпхарт, распихивая их по карманам и сумкам.

— Сегодня полнолуние, хочу выпустить пар. Если эти конетрахи думают, что могут постоянно доставать меня и убивать моих инферналов просто чтобы развеяться, то они сильно заблуждаются. — Я кровожадно улыбнулся, разворачиваясь в сторону приближающегося табуна кентавров. Кровь кипела и требовала действий, какого-то движения, хотела охоты.

— Чего они вообще к тебе прицепились? — Рассовав по двум небольшим сумкам флаконы с ядом акромантулов, поинтересовалась Кэролайн, закидывая их себе на плечо. — Мы же далеко от их стойбища.

— Мордред их знает, Шарпхарт. Может, Марс им голову напек, а может — Венера по мозгам проехалась… Увидели какое-то знамение и теперь преследуют всех тёмных волшебников, что заходят в Запретный лес. А может все проще — и у них договор с Дамблдором, на отстрел всяких мутных личностей в окрестностях Хогвартса. Платит им лимонными дольками, например, каждый второй четверг месяца. — Я хохотнул, а Кэрол вежливо улыбнулась, не оценив шутку, но поддержала настрой. — Я их первый не трогал, честно, к их любимым единорогам не приближался даже на расстояние пушечного выстрела. Убиваю только расплодившихся пауков, с которыми они и сами воюют. Идиоты. — Я зло плюнул на пол и поудобнее перехватил палочку. Принюхался. Пахнет лошадиным потом. Спасибо, что не навозом. — Давай-ка, подруга, поторапливайся, они уже почти здесь.

— Проклятье! — Кэрол ускорились и замельтешила, подбирая с земли последние маскирующие магический фон артефакты. — Тебе точно не нужна помощь?

— Со мной все будет нормально. Ты тут особо ничем не поможешь, а у меня под рукой пятерка инферналов из наших дружелюбных членистоногих соседей. Потом уйду трансгрессией или портключом, когда останусь без прикрытия. Подождешь меня на базе?

— Подожду, куда я денусь? Я все ещё не умею трансгрессировать, а ты обещал научить только под конец каникул. Тратить же портключ до дома… Слишком расточительно. Приготовлю нам что-то поесть к твоему приходу, раз уж такое дело. — Проворчала девушка. — Ладно. Я пошла. Развлекайся тут, но слишком не увлекался, а то нашпигуют тебя стрелами, и кто тогда будет учить меня ритуальной магии и проклятьям?

— Да-да. — Я не оборачиваясь помахал рукой на прощание и крадущейся походкой направился в сторону приближающегося шума. За спиной тихо хлопнуло пространство. Мои инферналы уже заняли позиции на деревьях и готовились атаковать. Ещё один, совсем свежий, тихо семенил лапками рядом со мной.

— Ну что, поохотимся, охотнички?

Глава 5 Ловчая сеть

Глава 5 Ловчая сеть

Мимо проносились стволы деревьев, размываясь от скорости и теряясь в ночных тенях. Под ногами почти ничего не хрустело, ни хворост, ни маленькие косточки животных, разбросанные здесь, возле границы с логовом акромантулов, в великом множестве, буквально повсюду. Несмотря на то, что было совершенно некогда задумываться о скрытности, у меня все равно получалось двигаться практически бесшумно. Магия какая-то. Шутка.

Инстинкты и рефлексы оборотня-донора в полнолуние брали свое. Особенно заметно это становилось сейчас, когда я сам давал им волю, выйдя на охоту, а не подавляя. Амосу-прошлому нравилось это дело, и я, теперь, даже понимаю, почему.

Такая свобода, такая простота, такая скорость и сила, не затуманенная пространными рассуждениями, навязчивыми мыслями, тяжелыми думами, постоянно роящимися в голове. Только простые и понятные мысли и желания. Можно было ненадолго отпустить волка внутри себя и насладиться простыми радостями ночной охоты, как первобытные люди когда-то, задолго до наших времен.

Сам мыслительный процесс не подвергался серьезной деформации, как у настоящих оборотней, которые полностью теряли свой разум без аконитового зелья, превращаясь в тупых и кровожадных тварей, а скорее немного упрощался. Я все ещё мог мыслить на отвлеченные темы и погружаться в воспоминания, но фоново, не особо акцентируя на них фокус своего внимания. Тело будто жило своей собственной жизнью, хотя я чувствовал, что в любой момент мог перехватить контроль и направить его как пожелаю.

Сложные расчеты в голове провести сейчас было бы весьма накладно, только если серьезно напрячь окклюменцию и подавить нынешнее состояние принудительно. Но тогда можно будет забыть об улучшенных рефлексах, восприятии и инстинктах настоящей машины смерти до следующего полнолуния.

Жаль, но без полной луны мой боевой потенциал как бойца ближнего боя сильно снижался. Я бы сказал, процентов на шестьдесят. Физические характеристики оставались прежними, но что толку, если без дремлющего внутри волка, я не могу правильно распорядиться этой силой. Как мощное железо без хорошего софта. Чтобы наработать собственные навыки до автоматизма, уйдёт еще много времени.

К счастью, сейчас мне не нужны были тонкие расчеты, которые я ранее проводил для ритуала создания нежити, это время уже было упущено из-за мерзких копытных созданий, преследовавших меня по пятам, зато мне нужен был волк, который в полнолуние проснулся и был готов действовать. Причем именно волк, а не оборотень.

Та сплошная аберрация, в которую превращались люди под воздействием проклятья ликантропии, где смешивались волк, человек и охренеть какая чёрная магия, обошла меня стороной. Хех, удача? Возможно. Чёрная удача.

В любом случае, у меня в наличии было два из трех пунктов, я — человек, и мой почти ручной волк. Черная гниль проклятья, словно плесень врастающая, а затем разъедающая разум, умерла вместе с донором. Я же снял сливки, забрав себе лишь положительные бонусы, почти без минусов.

Той нечеловеческой жестокости и жажды убийств и насилия, присущей проклятым ликантропией, я не испытывал, ведь даже большинству хищных животных не свойственна жестокость ради жестокости. Убийство ради выживания, защиты своей территории и пропитания — да, но не ради самого акта насилия как такового. Есть, конечно, частности, вроде того, как играет кошка с мышкой, но право слово, мы же не будем сравнивать детские игры с тем, что могут сотворить люди с себе подобными, если у них в руках будет абсолютная власть над жизнью и смертью своей жертвы, не так ли? Так откуда же у оборотней такая безумная кровожадность?

Я бы сказал, что это скорее присущая людям черта, помноженная на черную магию проклятья, так что если бы кто-то сказал мне, что у оборотней в полнолуние просыпается зверь глубоко внутри, я бы поспорил с этим, и предположил, что это внутри обращенного в зверя просто просыпается человек, заряженный по самую макушку проклятьем.

Но это все философия, которая у меня сейчас идет очень туго, так что хватит об этом. Вернусь к этому, когда будет другой, более удачный день.

Проклятье есть проклятье, мне ли не знать, насколько сильно может изменить поведение человека или животного темная магия?

До неузнаваемости.

Я резко нырнул в сторону и свистнувшая рядом стрела впилась не в мой бок, а в сосну, вставшую между нами. Ух, кажется вожак их табуна уже где-то рядом. Видимо, вырвался вперед, подавая пример и ведя за собой остальных.

Еще одна стрела пронеслась рядом, но я будто чувствовал, куда направлено внимание кентавра, и инстинктивно догадывался о его следующем шаге. Ну это он, конечно, зря решил так сильно оторваться от своих дружков.

Оттолкнувшись от земли посильнее, я перелетел через колючие кусты, подозрительно дернувшиеся за мной следом, но так и не доставшие до моих ног своими веточками.

Ебаный живой лес. Даже кусты пытаются меня сожрать, вот почему он, сука, называется Запретным. Это жу-жу-жу неспроста.

Не зря Дамблдор предупреждает об этом каждый год. На опушке леса, ближе к замку, еще более-менее безопасно, как и возле хижины лесника, но я сейчас ближе к центру. Сам лес — это природная и магическая аномалия, растянувшаяся на многие сотни километров свернутого пространства вокруг.

Снаружи лес выглядит вполне безобидным, обычным, и занимает не такую уж и большую площадь, но на деле — внутри он просто необъятен. Стоит тебе зайти поглубже и оказаться под закрывающими небо кронами многовековых деревьев, как ты начинаешь понимать, что насквозь его пройти не получится и за две недели быстрого марша.

Палочка в руках хлестко свистнула, будто спуская тетиву, посылая в ответ заклинание — подарочек моему оппоненту. Темное проклятье понеслось в сторону, откуда прилетела стрела, но, несмотря на большой радиус поражения, промазало.

Гигантская черная сосулька впилась в ствол какого-то дерева и взорвалась, словно осколочная граната. Мелкие осколки темного льда разносили в двадцатиметровом радиусе поражения застывшую магическую кислоту. Точнее, это было проклятье, полностью имитирующее кислоту, но сейчас это было не так важно.

Попав в теплую плоть и кровь, такие осколки быстро стали бы таять, принося с собой невероятные мучения и весьма паршивую смерть.

Попасть в цель, передвигающуюся по лесу галопом, не так-то просто, и лидер кентавров успел покинуть зону поражения длинным грациозным прыжком. Быстрый. Ему бы на ипподроме выступать, на скачках, а не темных магов по лесам гонять… Я бы даже поставил на него пару сикелей. А что? Жокей точно опытный, всю жизнь связан с лошадьми, так сказать. Даже слишком тесно связан.

Несколько деревьев полностью проморозило насквозь и разъело кислотой, они с треском начали падать вниз, но одному шустрому кентавру уже было все равно, мы двигались слишком быстро и давно оставили то место позади. Но мои действия не обошлись без жертв.

Один из его подчиненных-соратников, вместо того, чтобы, как все остальные, поступить по уму и обогнуть пораженный темной магией участок, влетел туда на полном скаку. И, естественно, он вдохнул полной грудью ледяную крошку, что поднялась в воздух мелкой взвесью благодаря падению и дроблению промороженных деревьев. На пользу это ему не пошло. Я просто почувствовал, что мое проклятье пожало одну разумную жизнь.

Как именно он умирал, быстро, или же в страшных муках, я не знал, и знать, честно говоря, не очень то и хотел. Надо же, какой умник нашелся. Видать, еще совсем молодой был. Зеленый. И вообще, они первые начали, а я и Амос-прошлый привыкли платить за зло еще большим злом. Кентавры уже несколько раз охотились на Амоса, уничтожали его труды и постоянно путались под ногами. Ранее прошлый Амос всегда сбегал, предпочитая, разве что, отправлять в последний бой своих свежих инферналов, за созданием которых его и застукивали. Но что один-два паучка могли сделать целому табуну кентавров? Еще и действуя в лоб, без прямого контроля своего создателя. Вот почему мои копытные друзья немного расслабились. Нет, ребята, хорошие времена закончились. Теперь уже я буду давать вам по зубам.

В меня полетело сразу несколько здоровенных серебряных стрел, чье белое оперение и блестящие в свете луны наконечники я, благо дело, легко мог различить в темноте, ускорив свое сознание ментальной магией.

Я мог позволить себе ломаную траекторию, уходя от снарядов, несущихся на огромной скорости, полагаясь на сильное и ловкое тело, которое перешагнуло человеческие пределы весьма серьезно, но я был не неуязвим. Ох, теперь понятно, почему вожак использовал именно такие стрелы с белым оперением. Замыливал взгляд.

Первая стрела прошла мимо, как и вторая, но вот третья зацепила плечо по касательной, прилетев совершенно с другого направления. Поздно заметил слепую зону за деревьями и едва успел отклонить голову. Зараза. Черное оперение. В темноте его было плохо видно, как и черный наконечник стрелы, несмотря на наложенное на себя ночное зрение, у этой магии был свой предел.

Царапина, но я подозревал яд. Почему? Ну, я бы так и сделал на его месте, так что не вижу причин, почему противник не мог поступить так же. Тем более, первая кровь уже была пролита. Даже, если они изначально выходили на обычную охоту и наткнулись на место ритуала случайно, почуяв темную магию, то смазывать стрелы ядом заранее было бы крайне тупой затеей, так как они бы просто отравились своей же добычей, сварив из нее супчик, но вот если их изначальной целью был один темный маг, который любит гулять по Запретному лесу при полной луне… тогда очень даже вероятно, что они смазали стрелы чем-то пакостным. Я бы еще и проклял их. Стрелы, имею ввиду. На всякий случай.

Я уже почти добрался до места засады своих инферналов, приведя за собой свой… эээ, конский хвост, так что осталось сделать только небольшой рывок и можно будет дать бой.

Огрызнувшись напоследок убивающим проклятьем, ядовито зеленый луч которого рассыпался бессильными искрами о толстый ствол размашистого дуба, за которым успел спрятаться вожак кентавров, я сунул палочку в кобуру и побежал еще быстрее, на ходу роясь в подсумке на груди, перебирая флакончики с экстренными зельями. Нашел.

Безоар — универсальная штука. Полезная в случаях отравления неизвестной дрянью. Надеюсь, что он поможет, но если нет, то у меня есть зелья и посерьезнее, чем это дешевое, но надежное, как швейцарские часы, средство.

Правда стоят улучшенные аналоги очень дорого, а их запасы пополнить мне просто негде. В книгах я рецепта не нашел, даже в выручайке, покупать же их самому — жаба душила. Их еще и заказывать нужно заранее, у мастера-зельевара. Гильдия алхимиков и зельеваров очень тщательно и ревностно охраняла свои секреты. Так что берег этот запас дорогостоящих зелий, который достался мне относительно недавно, от одного моего несостоявшегося убийцы, как зеницу ока. Не хочу, чтобы было как обычно — легко пришло, легко ушло.

Надеюсь, яда вообще нет и я просто параною. Даже если он будет нейтрализован безоаром, утром все тело будет непременно ломить и температурить. Такова расплата за дешевизну и доступность этого средства. Уже успел испытать на себе много раз. На втором и третьем курсе отраву мне подливали с завидной регулярностью. Не смертельную, конечно, но если бы я это так просто оставил, здоровье бы мне подорвали знатно. Самые мерзкие — любовные зелья. Они испортили мне репутацию среди девушек еще больше, чем мое увлечение темными искусствами. Искать себе кого-то на своем факультете теперь было почти бесполезно.

К счастью, я всегда могу найти себе девушку на пару ночей на «обычной» стороне этого мира, если сильно припечет. Деньги, внешность, положение в обществе, ведь все это у меня есть. Просто не в мире магии. Двойственное и странное ощущение. В одном мире я — завидная партия, в другом — отброс и темный маг, с которым разве что другие грязнокровки общаться не побрезгуют. Забавно. Но есть во всей этой истории и положительный момент.

Шутнички больше не пытаются устроить мне отравление при любом удобном случае. Во-первых, я сам сделал себе очень хороший определитель ядов и сомнительных «лечебных» добавок, а во-вторых… проклятья действуют куда жестче зелий и избавиться от них на порядок сложнее. Тут уже местная медсестра только руками разведет. Нужно ложиться в Мунго. А я уже давно перешел именно на такие, даже не пытаясь соревноваться с богатыми детками в разнообразии доступных нам зелий. Это было бы фиаско.

В зельях я был неплох, но… я еще ученик, а они просто могли приобрести зелье любой сложности и дороговизны. Что я там мог такое приготовить, к чему они бы были не готовы? Слабительное со снотворным? Ну, один раз это и правда сработало, потому что я использовал препараты обычных людей, купленных в аптеке Лондона. Первый раз они оказались к этому не готовы. Но второй раз уже не прокатило. Да и отомстили мне сполна. Как раз любовным зельем. Хорошо, что меня тогда вовремя успела остановить Кэрол, не дав натворить глупостей. Я уже готов был идти просить руки и сердца местной королевы Слизерина. Это было бы… В общем, последствия были бы весьма катастрофическими. А так — пронесло. В тот раз, во всяком случае.

После того случая я начал применять темную магию и проклятья на дуэлях еще активнее, отыгрываясь на обидчиках на полную катушку. Но и в меня стали периодически прилетать ответки, но… с меня темная магия стекала, как с гуся вода. Практически безвредно. Я тогда не знал почему так, но теперь понимаю, что бездарно тратил весьма редкий и уникальный ресурс — чёрную удачу. Рано или поздно она могла бы и закончиться, если бы не пополнялась за счет этих же неудачников, хе-хе-хе.

Кармическая удача у аристократов, выросших с золотой ложкой в заднице, скорее всего была очень даже хороша, так что каждая моя победа, удавшаяся месть или их публичное унижение восполняли мои траты, в какой-то степени. Может быть, я даже иногда уходил в плюс? Нужно будет это проверить. Показатель в пять тысяч единиц, это вообще много или мало? А сколько было изначально? Ответы, которые мне предстоит найти опытным путем, самому.

В общем, моим врагам было не так комфортно от моих подарочков, как мне. Я старался не повторяться, чтобы они не выработали методику противодействия, так что каждый раз мы все вместе открывали для себя что-то новое и познавательное. Правда, радовался этому в основном я. Мои подопытные что-то не горели таким энтузиазмом в постижении глубин пути малефика, но кто б их спрашивал.

Сунув себе под язык катышек безоара, я почувствовал некое психологическое облегчение. Если меня на самом деле отравили, то универсальный антидот, как минимум, выиграет мне необходимое время. Палочка снова оказалась у меня в руке и как раз вовремя, ведь я вылетел из чащи прямо на залитую лунным светом поляну.

Я начал движение рукой с зажатым в ней концентратором так, чтобы преследователям не было видно, что я колдую, а когда заклинание было почти готово, я развернул корпус и направил острие палочки себе за спину.

Позади меня, на земле, появилось множество достаточно глубоких отверстий, будто ее всю перекопали кроты. Лошадкам такое не особо нравится, я знаю из уроков истории. Рыцарям в тяжелых доспехах и их копытным компаньонам точно бы не понравилось, а чем кентавры лучше их? Как минимум, это должно сильно замедлить их продвижение по прямой.

Я слегка замедлился, хватаясь за бок, будто переводя дух. Парочка стрел, выпущенных мне в спину была сбита шквальным ветром заклинания и отклонилась далеко от курса. Нас разделяло приличное расстояние. Если они хотят попасть, то нужно подобраться поближе.

Я чувствовал по связи, как напряглись в готовности четверо моих паучков на ветвях деревьев, тихонько перебираясь по серебристой паутине с одного на другое. Пятый давно отстал и тихо семенил за табуном кентавров, спешащих на тот свет. Он зайдёт им в спину и атакует, если к тому времени они еще будут пытаться сопротивляться или кто-то будет достаточно умен, чтобы уйти на перегруппировку и сообщить своим важные сведения. Если все же побегут, то парочку дезертиров он сможет перехватить, воспользовавшись эффектом неожиданности. Ну, одного то уж точно.

К сожалению, вожак кентавров был не идиотом, так что на поляну в одиночку выскакивать не стал, а решил дождаться остальных своих дружков конелюбов, чтобы задавить меня толпой. Не захотел выходить на открытую местность. Ну оно и понятно, заклинания-то ветром не сдуешь, даже если бы он мог себе такое позволить.

Мне это не подходило, но торопить любителей розовых пони я не стал. Дал им немного времени, чтобы они успели собраться в большую группу. Тем временем я продолжал удаляться от них, скрывшись за деревьями на другой стороне поляны, заманивая их за собой, вглубь леса, немного ускорившись. Якобы отдохнул. Чтобы меня не потерять, им нужно было проскакать напрямик через эту поляну, которая растянулась на весьма приличное расстояние.

Лидер кентавров колебался, но все же решил рискнуть. Ну, кто не спрятался, я не виноват. Со стороны, может, и кажется, что это я прячусь, скользя размытой тенью среди деревьев, но это не так. Ловушка захлопывается.

Кентавры взяли хороший разгон, обходя по дуге рыхлую землю и ямы, направляясь как раз туда, куда мне и было нужно. Я позволил первому ряду во главе с лидером проскользнуть на поляну беспрепятственно, но сразу же после того, как они ступили на мою территорию, их удача закончилась. Охотники и жертва поменялись местами. Хотя, на самом деле, все так и было с самого начала.

За их спинами на других кентавров одновременно упало четыре здоровенных паука, впиваясь своими мощными ядовитыми жвалами в податливую плоть.

Естественно, кентавры подвергшиеся этой внезапной десантной операции не выдержали и повалились на землю, прямо под ноги скачущим позади них товарищам. Их кости ломались с сухим хрустом под собственным весом. Ноги походили на обломанные пополам отсыревшие спички.

Следовавший за ними ряд не успевал остановиться, и они на всем скаку влетели в своих павших товарищей, устраивая настоящую кучу-малу и доламывая и так умирающих товарищей до такого состояния, когда из них даже инфернала не поднять не получится. Смешались в кучу кони, люди… а, стоп. Так ведь это же не метафора. Кентавры ведь. Как занимательно получается.

Страшные крики за спиной привлекли лидера кентавров, он отвлекся и испуганно уставился себе за спину, наблюдая, как его отряд, изначально состоящий из двух десятков особей, стремительно редеет.

Да, моим инферналам тоже досталось, но они-то и так были мертвы, так что ничего страшного. Они продолжали атаковать растерявшихся кентавров, пожиная их жизни, так что не жалко. Тут, в Запретном лесу, живет здоровенный такой конвейер, создающий для меня материал для занятий по прикладной некромантии куда быстрее, чем я успевал использовать. Арагог называется.

Даже в таком изломанном и полураздавленном состоянии мои паучки еще умудрялись ползать среди этой полуживой кучи и угощать всех желающих порцией сладкого и быстрого забвения посредством яда. Сегодня я добрый и подарю бедолагам быструю смерть.

Несколько стрел от оставшихся на ногах кентавров, которые чудом избежали свалки, пробили прочный хитин гигантских пауков, но не принесли особо заметного результата. Мертвым стрелы не помеха. Двое моих самых целых мертвецов собрались с силами и прыгнули на отступающую и отстреливающуюся пару кентавров, вцепившись им в спину и круп, впрыскивая в тело яд.

Но разве было бы хорошо, если бы я просто стоял и смотрел? Нет, я не из этих! Так что, пока кое-кто пребывал в шоке и трепете, я выскользнул из своего временного убежища и вскинул палочку, будто совершая элегантный укол смертоносной рапирой, направив ее в самое сердце главного конелюба. Не жалея сил, я хорошо так вложился в этот удар, увеличив скорость луча посредством дополнительного вливания маны.

— Авада Кедавра! — на лицо сама собой вылезла зловещая ухмылка. Зеленый луч заклинания на этот раз преодолел разделяющее нас расстояние втрое быстрее, найдя свою цель.

Ноги могучего кентавра подломились и он безжизненной куклой упал на землю, выронив лук из из ослабевших пальцев. Словно у кукольной марионетки махом обрезали все нити.

Ухмылка с моего лица тут же слетела, как только я почувствовал некий сдвиг в своей черной удаче. Проверить ее значение сейчас не представлялось возможным, так как четверо не пострадавших кентавров, сопровождавших своего лидера, обернулись ко мне. Но то, что она абсолютно точно убыла, а не прибавилась, меня было понятно кристально прозрачно. Это меня насторожило и расстроило.

Похоже, не врал старый бородатый шмель, когда говорил, что, отнимая чужую жизнь, вред наносишь и себе самому. Просто не уточнил, что это относилось конкретно к определенному заклинанию, а не в целом. Сука.

А я-то уж думал, что обзавелся идеальным ультимативным средством причинения добра и нанесения справедливости. Мечты-мечты. Если каждая отнятая с помощью авады жизнь так сильно бьет по волшебнику, это проклятье применяющему, что даже человеку с высоким сопротивлением к темной магии, вроде меня, приходится задействовать еще и черную удачу, чтобы компенсации негативные последствия в долгосрочной перспективе… Как я понял, то, боюсь, мне придется подыскать что-то менее затратное.

Убить кентавра можно было тысячей и одним другим способом, но я решил пойти самым простым путем и потерял немного (или много, надо будет обязательно проверить) своей черной удачи за это. Стоил ли такой размен того? Абсолютно точно нет.

Вот если бы на его месте был Дамблдор или Темный Лорд, то да, конечно, обмен был бы более чем выгодным… Но нет, это был какой-то жалкий лидер охотничьей группы кентавров… Блять.

А ведь я уже применял сегодня Аваду, но она ушла в молоко, разбившись о дерево, не причинив вреда ни ему, ни мне. Значит, оно триггерит отрицательные последствия для души или здоровья только если найдет свою жертву. Ну хоть что-то. Отрицательный результат — тоже результат, полагаю.

Лица выжившей четверки кентавров обещали мне длительную и мучительную смерть за все то, что я им устроил. Но мы смело скажем ей «не сегодня». Точнее, я скажу. Кентавры-то как раз скоро повстречаются с Вечной Невестой. Обеспечу им экспресс-свидание, так сказать.

Иду на сближение, дерганно петляя из стороны в сторону, уклоняясь от выпущенных стрел, глубоко втыкающихся в стволы деревьев и землю позади меня. Враги немного растерялись.

Ну да, волшебники не большие любители ближнего боя, как и сами кентавры. Впрочем, на такой случай у них были сабли. Но их еще нужно было достать. Двое продолжали бессмысленный обстрел, стараясь выиграть необходимые секунды для своих товарищей, а остальные бросили бесполезные луки и вытащили холодную сталь. Правильное решение, но это не поможет.

Первый лучник словил грудью бомбарду и немного расплескался по площади, забрызгав собою своих друзей. Какой неряха. Второй же успел разорвать дистанцию и уйти с траектории моего движения, уступив место кентавру с саблей.

Ух, мимо уха пролетел его клинок, едва не оглушив резким свистом, от которого меня пробрали неприятные мурашки и холодный пот. Было близко. Я поднырнул под него, проносясь между ног.

На левой руке у меня уже достаточно сильно отросли когти, чтобы я наконец-то мог задействовать свое пушистое преимущество. Первой мыслью было вспороть ему брюхо, но тут мне на глаза попалась другая цель.

М-да, так можно и комплексами обзавестись. Ну, зависть это плохое чувство, так что, чтобы не завидовать, я, пожалуй, избавлюсь от раздражителя и объекта зависти.

Оп, и стал кентавр кобылицей. Или как у них зовутся особи женского пола? Кентаврихи? Неважно, визжал он теперь действительно очень аутентично. Больно, наваренное, бедняге. Сто процентов гарантию даю, что он предпочел бы вспоротое брюхо. Не так болезненно и не так позорно. Вон как лица оставшейся в живых двойки побледнели. Травмированный кентавр завалился на бок, выгнувшись от судорожной боли. Он уже не боец. Да и не жилец. Артерий и вен в детородном органе многовато. Истечет кровью.

— Темное отродье! Сдохни, пожиратель! Сдохни, темная тварь! — завопил лучник в каком-то праведном экстазе, посылая одну стрелу за другой. Но все мимо. Я не стоял на месте и бросился в сторону этого «умника». Ну право слово, какой из меня пожиратель? На мне даже маски их фирменной нету.

Мне наперехват ринулся второй горе-мечник, с красными от ярости глазами, но судьба его тоже не баловала.

Все верно, это ведь я баловень темной удачи, не так ли? Хе-хе-хе.

Мой отставший паук-инфернал наконец-то прибыл и триумфально ворвался на импровизированную сцену, очень героически бросившись под ноги несущемуся на меня, словно разъяренный бык, кентавру. Да уж, приказ остановить лошадку он принял слишком близко к своему мертвому паучьему сердцу, решив отдать за меня свою не-жизнь.

Я вообще-то хотел, чтобы он прыгнул ему на спину и вцепился жвалами куда придется, но, будем честны, я не мастер-некромант, да и не в том состоянии, чтобы в таких обстоятельствах задавать четкие параметры атаки, так что имеем, что имеем.

Свою миссию он выполнил с честью и кентавра остановил. Летально для обеих сторон столкновения. Бедняга свернул себе шею при падении, а паука переломало и размозжило голову копытом.

Остался только один живчик, улепетывающий от меня на всех парах в противоположном направлении.

Умный, да? Решил в сторону побоища, где еще копошатся среди мертвых тел мои не менее мертвые инферналы, не соваться. Выбрал другое направление, но я ведь не дурак и заранее подготовил себе местность для удачной охоты.

Оглядывающийся на преследующего его страшного темного волшебника, скользящего за ним, словно тень рока, кентавр прозевал натянутую по периметру паучью паутину.

Она была натянута довольно низко, как раз на уровне копыт или ног, вдоль большей части периметра злополучной поляны. Ее не было только с той стороны, откуда я заводил в ловушку кентавров.

Закономерный итог — минус еще один кентавр. Его я добил обычным секо, отсекая голову и обрывая громкие и неприятные крики боли. Мой весьма чувствительный слух это нервировало.

Я окинул взглядом поляну и пересчитал убитых. Все кентавры полегли на поле боя, никто не ушел живым, чтобы рассказать о том, с кем им пришлось столкнуться. Это хорошо.

А то нажаловались бы еще Хагриду, а у него арбалет, что осадный скорпион. Спасибо, такого счастья мне не надо. Убивать же полу-великана я категорически не хотел.

Он всегда был добр ко всем окружающим, включая меня и Кэрол, частенько заходивших к нему в гости попить халявного травяного чая и спрятаться от проблемных и злых детей.

Старый Амос узнал из «видений будущего» что из себя представляет наш лесник и решил воспользоваться его наивностью и добротой. У Рубеуса всегда водились редкие и дорогостоящие ингредиенты, цену которым он, казалось, даже не представлял, и которые он получал просто бродя по лесу. Они были очень нужны Амосу в первое время, когда он еще был слишком слаб и неопытен, чтобы добывать их самостоятельно.

Со временем притворство сменилось искренним уважением и дружелюбием по отношению к такому простому и понятному леснику. Тяжело быть бездушным засранцем, когда к тебе так искренне и хорошо относятся. Без двойного дна, без интриг, просто по человечески. Тем более, Амос тогда был еще совсем мелким и не так сильно оскотинился. Так что Хагрида убивать я точно не буду, даже если он попытается нашпиговать меня арбалетными болтами, не признав меня в этом шикарном черном балахоне. Усыплю или сбегу, но не убью.

Я сел на краю поляны, привалившись спиной к небольшой скале, возле которой весело журчал тоненький ручеек. Подумав немного, окунул туда руки, позволяя проточной воде смыть кровь и грязь. Умыл лицо.

Вода была холодной и освежающей. Даже подумал сделать глоточек, но не рискнул. Ну нафиг. В Запретном лесу пить воду, не прокипятив ее пару раз может быть вредно для здоровья. Потерплю до базы.

Посидев минут десять, отдохнув и полностью вернув себе человеческий облик, убрав когти на левой руке и острые клыки во рту, я отпустил волка спать и принялся проводить ревизию своей черной удачи. Пристально посмотрел на черный клевер, проявившийся на тыльной стороне ладони, и тихо выругался сквозь зубы. Пятьдесят пять пунктов потрачено впустую.

Действительно ли моя черная удача может полностью прикрыть меня от беды? Я считаю, что от поверхностного считывания мыслей Дамблдора я могу себя уберечь, если не заглядывать директору в глаза, но вот что насчет той сущности, что вломилась ко мне в голову, словно к себе домой?

Действительно ли я ее обманул своим небольшим трюком? А если нет? Скорее всего нет. Прикрыла черная удача? Сомнительно. Сущность явно знает об этом аспекте бытия намного лучше меня.

Возможно она заглянула куда глубже в мое сознание и даже подсознание и то, что увидела там, ее вполне устроило? Мои дальнейшие шаги… Они ведь не так уж и расходятся с тем, что от меня хотели.

Сначала я собирался вычислить попаданца и прощупать почву. Вдруг мне будет куда выгоднее дружить с ним или ей? Дальше буду действовать по ситуации, но высосать из любимчика фортуны немного его удачи, на свои нужды, я бы попробовал. Судя по всему, у кое-кого ее очень много. Не обеднеет.

Следующим делом на повестке…ночи, было проверка работоспособности моих не совсем живых помощников. Беглый осмотр дал понять, что из пяти инферналов у меня остался всего один.

Остальные пришли в полную негодность. Они все еще были относительно не мертвы, но, право слово, мне проще будет создать новых, чем починить этих.

Не хочу заниматься паучьей хирургией, я в строении их тела почти ничего не понимаю. В общем, спалить их огнём всех, кроме одного, самого везучего, и дело с концом. Так я и сделал.

Трупы кентавров мне тоже были не нужны. Из них инферналов я делать не умею. Да и не нужны они мне. Из пауков намного лучше выходят, и схема уже отлажена. Из людей инферналов мне делать не очень нравилось, с этической точки зрения. И с практической тоже. Но из врагов можно. Однако тут нужно постараться, чтобы меня так довести, чтобы я заморочился не только с убийством, но еще и поднятием обидчика в виде нежити.

Пока у меня была только парочка инферналов, материалом для которых послужили люди. Хотя этих уродов я лично за людей не считаю. Свое место в моей инфернальной армии они вполне заслужили собственными свершениями.

В общем, Арагог и его жены день и ночь стараются, чтобы пополнить ряды моей армии, и я не могу пренебрегать такой чудной возможностью и игнорировать их старания. Они, конечно, не обрадовались бы, если бы узнали, что я пускаю их потомство на усиление своей личной армии, но им знать об этом и не обязательно. Акромантулы каждый день делают кучу новых акромантулов, так что десяток пропавших без вести сородичей за месяц наверняка даже не заинтересует их. Пропали и ладно. Померли, наверное, где-то в лесу.

Собрал луки кентавров. Эти варвары делали себе тетиву для луков из волос единорогов… Все конфисковал на нужды бедных темных волшебников. Меня, я имею ввиду.

Сцедил себе пару-тройку литров крови кентавров. Слышал, что из нее можно создать неплохое зелье, повышающее интуицию. А ещё потенцию. Но с последним у меня скорее протвиоложные проблемы. Но старым волшебникам - самое то.

Извлек ядовитые железы из своих паучков. В них все еще было чуть-чуть яда. Получилось не так уж и много, но даже этого хватило, чтобы поднять мне настроение. Сабли конетрахов мне были без надобности. Люди делают оружие куда как лучше, не говоря уже о гоблинах. Гоблинских клинков у кентавров не завалялось, так что остальное все, что не горит, прикопал на полянке. Вдруг пригодится? Скоро лес заметет за мной следы, и через несколько дней ничего не будет говорить о том, что здесь погибло два десятка разумных существ, что ошиблись с целью, выбрав себе жертву не по зубам. Кажется, я уже слышу шорох тысяч маленьких лапок. Живые акромантулы спешат проверить границы своих владений.

Ладно, пора возвращаться. Повеселился я неплохо, сбросил стресс. Еще перед школой закинусь старящим зельем и схожу в клуб или в паб, подцеплю себе кого нибудь, чтобы в Хогвартс идти со свежей головой.

Может, на базе Кэрол приготовила что-то действительно съедобное? Жрать охота. Хотя, зная ее уровень в зельях… Как бы не отравиться ее готовкой насмерть. В этом она еще хуже, чем я, а это уровень, скажу я вам.

Глава 6 Home, sweet home

Глава 6

Home, sweet home

Аппарация на такое расстояние как всегда далась весьма непросто. Я чуть пошатнулся, схватившись за корявую ветку дерева рядом. Даже одышка появилась. Хорошо, что я хоть без дополнительного груза сегодня. Тащить ещё и труп кентавра… Пришлось бы разбивать путь на три скачка и между ними давать себе отдых на два-три часа. Не стоит оно того. Потом ещё представится шанс изучить этих созданий. Вот был бы у меня чемоданчик, как у Ньюта… Эх, мечты-мечты. Стоит такое счастье как стометровая яхта, если проводить параллели.

Появилась у меня вот мысль позаимствовать строение той части тела, что по большей части человеческая, т. е. верхняя, для создания химеры или некрохимеры в стиле арахнида — получеловека-полуакромантула. Интересный был бы опыт, как по мне. Паучий кентавр, хех. Судя по бестиарию, кто-то уже доходили до этой мысли и весьма успешно реализовал, а значит это возможно. Пусть секрет их создания был давно утерян, что мешает мне попытаться воссоздать его с нуля? Тем более, что у меня есть наглядный пример успешного и продолжительного существования подобного вида, хоть и копытного, а не членистоногого. Может быть, они выжили, а арахниды нет, потому что кентавры куда менее агрессивны? Хотя, я для них как красная тряпка, так что не берусь судить. Умная мысля приходит опосля.

В общем, для малых дистанций аппарация, или же трансгрессия, как кому больше удобно, в разных странах её называют по разному — превосходная штука, но для дальних перемещений… Ну, есть же порт-ключи и каминная сеть, не так ли? Камин мне пока не светит, а вот локальные порт-ключи, в пределах одной страны, я могу делать и сам, хоть получается и недёшево.

Есть и другой вариант — заматереть и набраться сил. Но настолько сильным, чтобы прыгать, к примеру, даже через Ла-Манш, не говоря уже о других континентах, я стану ещё не скоро. Если вообще не помру в процессе становления. Подобных мне выскочек приятно давить изо всех сил, невзирая на потери. Удача конечна, в конце концов. Однажды она может кончиться и мою спину найдёт авада.

Сейчас я вполне свободно могу переносить свой тройной вес, и это почти не сказывается на затрачиваемых мной усилиях. То есть — могу трансгрессировать двух подростков пятнадцати-шестнадцати лет и некрупного телосложения, или же одного взрослого человека за раз. Для моего возраста — шикарный результат однако. Хотя можно и лучше. Во всяком случае, не все волшебники вообще умеют трансгрессировать. А те, кто могут переносить с собой ещё кого-то, уже далеко не так просты. С такими нужно быть поосторожнее, ведь это показатель не только большого резерва магии, но ещё и её филигранного контроля.

Тут уж ничего не поделать, сфера моих талантов лежит в несколько иной плоскости. Бытие тёмным магом-ритуалистом, с примесью начинающего артефактора не делает меня всемогущим.

В зельях я бы не сказал, что особо хорош, Кэролайн — тем более. Боевая магия, что без пометки «тёмная», тоже не так уж и хороша в моем исполнении. Я бы сказал, что она обычная. Хотя ступефай у меня выходит на загляденье, нужно признать.

Специально отработал его до абсолютного автоматизма и могу посылать его с такой скоростью, что разве что искусные дуэлянты, вроде Флитвика, могли бы отреагировать на внезапное нападение с моей стороны и отбить его. Жаль, что само по себе заклинание слабовато и хорошо работает только на людях, не защищённых магическим щитом.

Впрочем, не все так уж радужно. Пассивная защита амулетов у аристократов вполне держит первый и даже второй удар, прежде чем уйти на перезарядку, так что это далеко не супероружие. Сила денег как всегда даёт невероятные бонусы тем, кто ей обладает. Но вот чтобы быстро сбить их щиты… Ммм-да, очень хорошая штука.

Кэролайн же и вовсе как боевик никакая. Проклятия на крови и магия крови, усиливающая как тело, так и творимую магию, да, это сила, в долгосрочной перспективе. Однако светить ей в Хогвартсе еще опаснее, чем тёмными проклятьями и магией, которой оперирую я.

Нашу сверхчеловеческую силу и скорость тоже слишком уж светить нельзя. Даже я не использую магию крови в школьных дуэлях. Не использовал налюдях, я имею ввиду. Зачем врагам знать, что капелька их крови может обратиться для них кровавой чумой на весь род? Я утрирую, конечно, но проклятья через кровь реально снять на порядок сложнее, так что применять их нужно с умом. Иначе придут дяди из аврората и надают по шапке. А потом меня увезут на курорт, к морю, без суда и следствия, как Блэка. Свежий морской воздух, однокамерные апартаменты без всяких удобств, одноразовое питание помоями и весёлые аниматоры в лице дементоров прилагаются бесплатно. Спасибо, воздержусь. Лучше сразу смерть. Так куда лучше будет, чем становиться кормом-батарейкой для демонических тварей, там обитающих.

Трансфигурация — крепкий середнячок. Но тут нужно учитывать то, что я говорю о всем потоке в целом, а ведь у нас чистокровных волшебников — абсолютное большинство. Так что это очень хороший показатель.

А ещё клятые Дамблдор и Минерва меня терпеть не могут. Тёмный маг… Слишком много тьмы и боли было в их жизни, чтобы они нормально относились к таким как я. Я их понимаю, конечно, но никак не прощаю. Я встал на этот путь из-за вашего равнодушия, дорогая администрация, так жуйте этот лимон и не кривитесь.

Мне никогда ничего сверх меры не объясняют на уроках трансфигурации, как бы я не тянул руку, только материал, который дают всем, и только строго по программе занятия. Про дополнительные я вообще лучше промолчу. Эта ситуация распространяется почти на всех преподавателей, кстати, спасибо тебе, старый хуесос, за такую медвежью услугу. Даже наш декан — Флитвик, кривится глядя на нас с Кэрол, хотя раньше в его взгляде было сочувствие и понимание.

И все из-за влияния Дамблдора, который льёт им в уши свою пропаганду света! Неужели не понимает, не видит, что другого способа жить, нет, выжить — у меня попросту нет? Скотина бородатая. Но очень сильная бородатая скотина. Такого волшебника можно убить только одним способом. Хитростью. Ну, с примесью очень чёрной магии, разумеется. Как было в каноне. Что-то вроде того.

И ведь действительно не чувствую в нем тьмы. Света я тоже особо не ощущаю, правда, но с таким-то подходом к образованию детей оно и не удивительно. «Обычный» великий волшебник. И политик. Да, по большей части как раз политик, так стоит ли всерьёз удивляться? Я наверняка ему ещё и какую-то статистику порчу. Амос-прошлый очень обижался на директора раньше, записав его чуть ли не в предатели, но мне лично было уже все равно. Я давно понял, что рассчитывать в этом мире можно только на себя и самых близких людей. Правительство, аврорат, преподаватели, приятели и знакомые? ХА три раза.

Так вот, о чем это я? Никто из преподавательского состава не брался учить меня дополнительно. Опасаются и недолюбливают, даже презирают. А ещё, наверняка Дамблдор их настоятельно попросил об этом. Не хотят допустить рождение ещё одного Тёмного Лорда, толком не избавившись от предыдущего. Глупцы. Будто Тёмные Лорды растут, как грибы после дождя. Мне до такого титула ещё очень далеко, да и получить его — все равно что нарисовать мишень себе на спине, тек что — ну его нафиг. Не хочу быть Тёмным Лордом! Буду, ээээ, ну, каким нибудь другим. Да хоть бы и серым, вот. Серый Кардинал это почётно, значит и Серый Лорд тоже ничего.

Флитвик вначале, кажется, даже задумывался о том, чтобы поставить мне боевую магию, когда я начал прогрессировать на дуэльном помосте, но так и не решился. Жирный минус ему. Я был о нем лучшего мнения. Хотя, буду честен, я не знаю всех обстоятельств полугоблина. Возможно, Дамблдор держит его за его маленькие колокольчики, да так крепко, что он и шагу без его одобрения ступить не может. Вылететь со своей должности на старости лет… Думаю, ему такого счастья не надо. Ладно, я не навязываюсь.

Снейп же, даром что коллега по тёмному ремеслу, терпеть меня не может, ведь основная масса конфликтов у меня нынче происходит именно с учениками его факультета. Мои-то уже немного присмирели, в большинстве своём конкретно так обломав об меня свои зубки и здоровье.

Рейвенкловцы вообще не такие агрессивные и радикальные, как змеи. Им присущ прагматизм. Как только они поняли, что затраты времени и сил на эту «войну» не окупаются от слова совсем, а приносят одни лишь убытки, то они почти прекратили меня донимать. Ну, кроме особо одарённых. Несколько старшекурсников все никак не могут смирится с положением дел. Ничего, я их научу тёмных магов любить.

Вот Снейпу и приходится часто по долгу задерживаться в лазарете, снимая со своих змеек ту гадость, которую я им беззастенчиво дарил на каждой спровоцированной дуэли. Посылал им лучи добра, но долетели почему-то совсем противоположные. Из-за меня? Нет, это они просто злые, вот и все.

Возможно, его ненависть ко мне проистекает из куда более приземленных мотивов, чем думал Амос раньше, и виноват в этот раз действительно был он сам. Я отнимаю драгоценное время мастера-зельевара, а он этого очень не любит, ведь для него «Время-деньги» вполне себе нефигуральное выражение. Каждые пару часов простоя для него — упущенные полторы сотни галеонов.

В общем, за это Снейп поливает меня дерьмом и занижает оценки на зельях, так что я даже не знаю свой реальный уровень в зельеварении. Может быть и не полная посредственность, а вполне себе средненький волшебник. По словам Снейпа — я безмозглая морская звезда на дне морском, но я ему не очень верю. И вообще, я надеюсь, это была отсылка не на Спанчбоба, потому что читал я про перерожденцев в Снейпа… Не надо, пожалуйста. Только не Снейп…

На самом деле, с моей точки зрения профессор действовал даже справедливо в отношении меня. С каждым годом мои проклятья становятся все более изощренными и я постоянно дорабатываю их и модифицирую на чистом энтузиазме, ведь это интресно, так что ему приходится тратить много времени на подбор нового ключика к новому-старому проклятью каждый раз. Такое вот у нас соревнование. Наверняка это его жутко бесит и раздражает, хе-хе-хе. Зато его квалификация как разрушителя проклятий немного подросла с тех пор. Если Дамблдор выгонит его на мороз, то тот мгновенно получит предложение от банка Гринготтс.

Так что вот так, никто не хочет учить меня, такого злого и бездушного магглорожденного выскочку. Даже Бинс меня сторонится, а ведь он призрак. Призрак, блин!

Никто, кроме одной замечательной, прелестной учительницы. Моей самой любимой и единственной, кто даёт мне дополнительные уроки и помогает, несмотря на неодобрение своих коллег. Батшеда Бабблинг.

Молодая рыжеволосая ведьма, весьма привлекательной наружности, кстати говоря. Огненно-рыжий пожар она заплетала в две толстые тугие косы, ниспадающие немного ниже её весьма заманчивых бедер.

Изредка, когда у неё было хорошее настроение, она вплетала в свои косы всякие простенькие украшения из тонких ниточек серебра и маленьких осколков хризолита и александрита цвета свежей травы. Может, среди них были и изумруды, но маловероятно. Слишком дорогое удовольствие. Эта композиция чем-то напоминала витой ядовитый плющ, совсем как тот, что оплетает астрономическую башню сверху донизу, стремясь подобраться поближе к теплому солнцу. Так и украшения тянутся через её огненные пряди вверх, к своему солнцу. В ушах она предпочитала носить небольшие серёжки — в одном ухе в виде полумесяца, а в другом маленькую звёздочку.

Красивые, выразительные глаза цвета весенней листвы так и притягивали взор любого, кто уже достиг половой зрелости. Словно колдовские болотные огоньки они манили искателя за собой, на дно топи, откуда уже не было спасения. За ними неосознанно хотелось следовать, чтобы в конце концов утонуть и раствориться в спокойных зелёных водах, захлебнуться и уйти на дно. Я старался избегать смотреть в них подолгу, если только мельком.

Несколько симпатичных веснушек под глазами нисколько не портили её внешность, ведь её правильный овал лица, немного вздернутый, маленький и аккуратный носик и ухоженная белоснежная кожа гармонично сочетались между собой, придавая её лицу некой весенней свежести и естественной красоты. Косметикой она почти не пользовалась, или я просто этого не замечал. Разве что по выходным слегка подкрашивала губы едва заметной помадой, будто придавая им ещё капельку объёма. Хотя и без неё они выглядели крайне притягательно.

Кстати, фигура у Батшеды тоже была очень привлекательной. Настолько, что даже весьма свободная мантия не могла скрыть от наблюдательных глаз её заманчивые изгибы.

Многие ученики постарше пускают по ней слюни, особенно, на её нижние девяносто и стройные длинные ножки. В свое свободное от занятий время она предпочитала одеваться весьма открыто и современно, по меркам волшебного мира, конечно же, приковывая к себе жадные взгляды учеников и даже некоторых учителей. Снейп явно тяготел к рыжим зеленоглазым красоткам, но ему ничего не светило с ней, насколько я её успел узнать. Без шансов. Зельевара она скорее даже немного недолюбливала, но держалась, как и со всеми, вполне приветливо.

Ученики, как мне кажется, теряли голову из-за её излюбленных белых кружевных чулок, которые она натягивает на свои стройные ножки по выходным. Они отлично смотрятся на ней вместе с зеленой атласной юбкой по колено и лёгкой белой блузкой с короткими рукавами. Когда её ножки мелькают на лестницах и в коридорах школы, многие парни едва ли головы себе не скручивают. Учащаются случаи «аварий» когда ученики врезаются друг в друга или в стоящие у стен доспехи. Думаю, такое внимание ей льстит, иначе ходила бы в полностью закрытых мантиях в пол, как Макгонагал.

У них, кстати, была одна страсть на двоих — широкополые ведьмовские шляпы. Хотя, как по мне, Бабблинг они шли на порядок лучше. Если Минерва выглядела как старая и строгая ведьма из сказок, на которую вот-вот упадёт домик, прилетевший из самого Канзаса, то Батшеда олицетворяла молодую, весёлую и непокорную ведьмочку, из сказок про фей и фейри, лёгкую, как ветер и улыбчивую, как солнце. Но это было обманчивое ощущение. Стоило кому-то действительно разозлить ведьму, как из лёгкого ветерка она превращалась в настоящий ураган. На моей памяти, такое было только однажды.

Очередной преподаватель по ЗОТИ в прошлом году решил, что может распускать руки, сунув их туда, куда не просили. Ну вот она и показала ему, что он в корне заблуждается, а занимаемой должности не соответствует. Мало того, что она безжалостно сломала ему обе руки, так она ещё и прокляла его так, что даже Снейп только руками развёл. Хотя, может он и не старался, с него станется. Он крайне мстителен. К счастью, это уже был конец года, пора экзаменов, и нам не нужна была замена, потому доучивались мы без профессора ЗОТИ, ведь незадачливому волшебнику пришлось покинуть школу и отправиться искать способ снять проклятье, превращающее его нос и уши в свиные. На весьма глубоком уровне превращая. Это вам не частичная трансфигурация, а концептуальное изменение, скорее всего подкрепленное рунами или ритуалом.

(Косплей модель: michi_kyunn

Одна из моих любимых косплей моделей, так что вдохновение для образа Батшеды Бабблинг я почерпнул от неё.)

Всё это, что внешность, что характер, будоражило молодые умы волшебников, особенно тех, что из консервативной аристократии. Уверен, что если бы Батшеда не была полукровкой, отбоя бы от женихов у нее не было. А так — жениться на ней именитые аристократы и чистокровные волшебники считали зазорным, а подходить с неприличными предложениями было опасно. Ведь она была мастером. Так что они могли только глотать слюнки и смотреть со стороны.

Пускай её род отказался от её непутевого отца, что женился на обычной рыжеволосой красавице из Ирландии, и отказался признавать Батшеду как дочь своего рода. Но знаний её отца, ранее принадлежащего к весьма древнему чистокровному роду, и собственного таланта хватило девушке, чтобы своими силами выгрызть себе хорошее место под солнцем. На должность профессора в Хогвартсе, одной из лучших школ магии во всем мире, на минуточку, кого попало не берут. Кроме преподавателей по ЗОТИ, да, но там особый случай.

Амос тоже иногда засматривался на молодую учительницу, но слишком уважал и ценил профессора, чтобы позволять своим мыслям постоянно скатываться в разврат. Он был одним из немногих, кто всегда внимательно слушал её на уроках и не витал в облаках.

Подозреваю, что именно это отношение сослужило ему хорошую службу в дальнейшем и определило выбор преподавательницы по древним рунам, когда он робко, без особой надежды, впервые поинтересовался, может ли он надеяться на дополнительные занятия. Ну, или это стало одной из определяющих причин, но не главной. Тем не менее, он впервые получил положительный ответ от преподавателя Хогвартса.

Амос-прошлый об этом никогда не задумывался, но… Я, просмотрев его воспоминания о практически частных уроках (в большинстве случаев Амос действительно оставался с ней наедине и получал приватные занятия по весьма углубленному курсу древних рун) с профессором Бабблинг, смог заметить кое что интересное.

Первое — она была легиллиментом и эмпатом. Это вот абсолютно точно. И очень сильным легиллиментом, нужно признать. Но глубоко в головы учеников, кажется, не лезла. По крайней мере, к Амосу точно. На остальных, кроме Кэрол, ему было плевать. Но у его подруги защита тоже была на высоком уровне. Она бы почувствовала, если бы кто-то залез ей в голову без спросу, так что за свои секреты он почти не переживал. Они хранятся слишком глубоко и вскрыть их, не повредив разум бесповоротно, просто не выйдет.

Тем более, Батшеда Бабблинг почему-то на дух не переносила Кэролайн, в отличии от Амоса. Так что они держались друг от друга подальше и это всех устраивало. Справедливости ради, некоторые другие девочки постарше тоже Бабблинг недолюбливали. Особенно слизеринки. Особенно те, у которых были парни, которые нет-нет, а засматривались на молодую преподавательницу, когда думали, что их избранницы не видят. Но они все видели, хе-хе.

Зато Батшеда точно считывала поверхностные мысли и эмоции окружающих волшебников и ведьм, грамотно и осторожно пользуясь этим, с лёгкостью налаживая контакт почти со всеми студентами и преподавателями. Она умела найти подход практически к любому, и даже Дамблдор относился к ней благосклонно, на многое закрывая глаза.

Специалистов по рунам и так было маловато, выбирать не приходилось, а тут ему в руки попало юное и талантливое дарование, которое на своей должности может остаться в школе очень даже надолго, избавив его от нужды тратить свое время ещё и на поиск преподавателя по рунам. До нее и так каждый год приходилось уговаривать всяких личностей занять эту должность хотя бы временно.

Второе… Я подозреваю, что эта милейшая женщина — на самом деле моя коллега по тёмному цеху и в ритуалах тоже разбирается очень даже хорошо. На это указывал ряд мелочей и специфических оговорок, заклинаний, которые она применяла при мне, но не при других учениках. Случайно ли? Или же это был тест и намек? Это было бы ещё одним кирпичиком в её мотивации немного помочь мне. Нет, не мифическая солидарность тёмных, конечно, а кое что другое.

Возможно, она, так сказать, закладывала фундамент хороших отношений на будущее с перспективным тёмным волшебником. Ей это почти ничего не стоит, кроме капли её драгоценного времени и знаний, а вот для меня её уроки были очень и очень важны.

Древние руны были одной из основ в ритуалах и в артефакторике. Я изучал их и сам, но без нее у меня ушло бы куда больше времени, чтобы разобраться во всем самостоятельно. Очень уж много двойных и тройных трактовок и всякого рода профессиональных хитростей было скрыто в этом предмете. Я уже молчу про то, что рунических языков было великое множество и каждый подходил для определённых задач чуть лучше, чем другие.

Во всяком случае, я надеюсь, что её мотивы ограничены именно этим, и она не видит меня на своём жертвенном алтаре сразу после окончания школы. Выработанная в Хогвартсе подозрительность ко всем людям вокруг не позволяла мне хоть сколько нибудь серьёзно доверять человеку, с которым я не закапывал труп в запретом лесу. Вот Шарпхарт я верю. Догадайтесь почему.

Очень не хотелось бы разочароваться в единственном профессоре, что проявила ко мне участие и стала учить своей науке по настоящему, несмотря на то, что у неё из-за меня могли появиться проблемы с руководством. Наверняка бы появились, но Дамблдор, почему-то, не лез к Батшеде со своими проповедями. Наверное. Во всяком случае, когда я вернусь в школу, будет уже третий год, как она взялась меня учить.

Амос опасался подходить к ней с серьёзными вопросами по тёмным ритуалам напрямую, разбивая рунные цепочки на отдельные блоки и иногда показывая их ей, спрашивая совета у огнегривой красотки, когда действительно заходил в тупик.

Наивный, уж она-то и по отдельным блокам наверняка понимала заложенную в его ритуалы суть. Если я прав на её счёт, конечно. Может, это все мои досужие домыслы. Но интуиция подсказывает мне, что я прав и она действительно сведуща не только в древних рунах, но и в древних ритуалах и темной магии.

И третье, что частично пересекается со вторым пунктом — есть вероятность, причём весьма существенная, если судить по воспоминаниям Амоса, что Бабблинг нравятся мальчики помоложе. Причём я явно её фаворит. Не знаю, единственный ли, но на нашем курсе уж точно.

Отдельные занятия в её личных покоях, лёгкий флирт, который Амос даже не понимал в силу своей неопытности, ненавязчивые разговоры на отвлеченные темы, мимолетные касания… Сидим мы, опять же, не друг напротив друга за столом, как положено, а рядышком, на мягком диване.

Бабблинг часто прижималась своей шикарной грудью чуть дольше и чуть плотнее, чем того требовал учебный процесс и от неё так приятно пахло жасмином… И хотя Амос держал себя в руках, параллельно практикуя окклюменцию, нет-нет да просматривал на красавицу-учительницу весьма заинтересованным взглядом. В такие моменты она улыбалась особенно лукаво, а в глазах плясали бесенята, но Амос считал, что она просто дразнит его и провоцирует. Шутит.

Что ж, может, оно, конечно, так и было, но одно другому не мешает. Очень может быть, что Батшеда подавала ему однозначные сигналы, предоставляя ему возможность самому сделать первый шаг, но Амос в прошлом их игнорировал.

Думаю, для неё это было важно с этической точки зрения. Если бы она сама сделала первый шаг, то это было бы не очень красиво с её стороны, ведь она старшая и более опытная, да ещё и профессор. Бабблинг бы выглядела беспринципной соблазнительницей, любительницей мальчиков помоложе, совращающей своих собственных учеников. А вот если бы Амос сам сделал первый шаг на встречу… Это уже было бы совсем другим делом. По крайней мере, в любом случае рисковала именно Бабблинг, а не я. Ладно, посмотрим.

Нужно убедиться во всем лично. Вдруг воспоминания и чувства Амоса-прошлого обманывают меня и он просто выдавал свои сладкие фантазии за действительность? Может такое быть? Вполне. Воспоминания весьма субъективны, а человеческая фантазия так устроена, что имеет пагубную привычку дорисовать картинку в соответствии с желаниями человека. Вскоре мы снова встретимся наедине и я смогу на собственном опыте оценить эту прелестную женщину и её реальное отношение ко мне.

В конце концов, если ей действительно нравятся мальчики помоложе, в частности — Амос, то… Я-то уж точно не буду жаловаться. Напротив, я буду только рад углубить наши отношения учитель-ученик. Что я, дурак что-ли, отказываться от такого? Да об интрижке с красивой учительницей мечтает добрая половина всех учеников! Та, что мужская половина, конечно. Хотя, может и некоторые девочки, кто знает?..

Ладно, разбираться с проблемами нужно по мере их поступления, а до нашего первого частного занятия в этом году ещё достаточно много времени.

Почему я вообще внезапно вспомнил о ней? О, просто я наконец добрался до своего тайного убежища, расположившегося в лесу. Трансгрессировать пришлось на некотором отдалении, а потом пробираться по пересеченной местности, избегая собственных ловушек.

Нет, я был не в Запретом лесу, а в обычном, на северо-востоке Шотландии. Чем так примечательна моя база, что я вспомнил о соблазнительной преподавательнице древних рун? Все просто. Её уроки пошли мне впрок и я на полную катушку использовал изученные с ней руны в строительстве своего небольшого тайного домика в лесу. Хорошо хоть не на дереве, а то была у Амоса такая ребяческая мысль… Слава Моргане, он передумал.

Самые сложные и важные рунные комплексы, нанесённые на внутренние стены и опоры, были для расширения пространства.

Пускай и крайне слабенькое расширение, на фоне профессионального, но даже такое расширение пространства значительно упростило мне жизнь, увеличив внутреннюю площадь небольшого одноэтажного домика из серого кирпича почти в три раза.

Зато оно было стабильным, и я был уверен в том, что внутреннее пространство не схлопнется, ведь с расчётами мне помогала сама Батшеда. Устроила мне что-то вроде небольшого экзамена на эту тему, но… Я подозреваю, что она специально выбрала именно эту тему для него, так как догадывалась, что именно мне в тот момент времени было нужно.

Профессиональное чутье, личный опыт, или просто мои мысли были настолько на поверхности, что их просто и незатейливо считали, я не знаю, но был ей искреннее благодарен за такой подарок.

Сам бы я и к седьмому курсу не разобрался с таким сложным зачарованием, как пространственное расширение. Оказалось, что просто так, где попало, разместить руны в доме нельзя. Они не будут работать на голой силе и мастерстве их начертавшего. Это бесполезная затея. Так что нам пришлось составлять целый архитектурный план дома. Хотя нет, это скорее был дизайнерский чертеж, который лёг в основу строительства дома и его внутренней планировки.

Руны пространства были едва заметны и покрывали собой в основном внутреннее убранство базы, а вот снаружи стены и крышу испещрили уже руны совсем иного назначения.

Их я почерпнул из выручайки и занимался всеми расчётами самостоятельно, хоть это было чертовски трудно и от формул у меня начинала болеть голова. Эти руны были слишком важны, чтобы открывать их наличие у меня даже Батшеде. Амос закончил эту работу только этим летом, за несколько недель до своего «перерождения».

Их предназначение было в сокрытии моей базы от магического обнаружения. Любого.

Такой секрет я не мог доверить никому, ведь они полностью экранировали этот дом от всего, включая даже провидцев из отдела тайн с их раздражающим пророческим даром. Мне хватало и фанатичных кентавров.

Впрочем, от немагического обнаружения у меня тоже было кое что. Магглоотталкивающие артефакты собственного производства. Развесил их по периметру участка, на соснах, как новогодние игрушки, которые и послужили основой для простенький артефактов. Толстое стекло прекрасно держало магию, как ни странно.

Ступив на свою территорию я почувствовал, как ко мне потянулись нити управления нежитью, которая находилась здесь в засаде, ожидая незваных гостей. Управление инферналами из акромантулов чем-то напоминало мне плетение магической сети из паутины. Я был самым большим и главным пауком здесь, сидел в центре паутины, дергая за ниточки, через «вибрации» магии отдавая определённые приказы своим мертвецам. Сложно было описать словами процесс управления этой членистоногой нежитью. Самое интересное, что он полностью отличался от такового для инферналов, созданных их людей.

Их было здесь так много просто потому, что было уже некуда девать их в Запретном лесу. Большое скопление нежити обязательно привлекло бы внимание министерства, так что они были рассеяны там небольшими группками, а лишних, кроме как расположить в окрестностях своего защищённого от наблюдения дома, девать было некуда. Большая часть и так пряталась в Запретном лесу, как спящая терракотовая армия императора. Или консервы.

Тех же мертвых акромантулов, что были здесь, я таскал сюда, когда делал новых. Они могли бы защитить базу, в случае чего, но это была тяжёлая и нудная работа. Ладно, безопасность была важнее.

Вдруг кто-то все-же сможет отследить мои перемещения? Прыгнет за мной, а тут оп, добрый вечер. Добро пожаловать на паучий пикник. Если сюда за мной заявятся не две-три звезды хорошо укомплектованных артефактами авроров, то гости останутся здесь и составят компанию паукам. На какое-то время. Пока их не переработаю. Авроров, не артефакты. Вот они-то мне точно будут нужны. Хотя, можно и выживших авроров пустить на усиление охранного периметра. Инферналы из волшебников получаются на порядок сильнее, чем из обычных людей.

А что, в США можно стрелять по людям, если те зашли на частную территорию, так чем я хуже? Табличку даже повесил на одном из деревьев на подходе к базе, что территория частная и охраняется собакой, огородил периметр колючей проволокой… Кто не понимает намёков, того схарчат мои пушистые друзья. Акромантулы, конечно, не собаки, но охранять свое «гнездо» умеют не хуже.

Окрестности вокруг моего дома в радиусе двух километров были затянуты тонкой паутиной, что должна была отпугнуть любое разумное существо, которое все-же миновало колючую проволоку, а если и не отпугнет, то просигнализировать мохнатым о надвигающейся опасности сможет.

Я поднялся по ступенькам на крыльцо, приложил палочку к замочной скважине и позволил магии свободно течь через меня в защитный контур на двери. Вскоре я был опознан домом как владелец и дверь передо мной распахнулась, пропуская меня внутрь.

Дом приветливо дохнул на меня теплым воздухом. Осень подбиралась все ближе и разница температур внутри и снаружи стала более заметной к концу лета. Дом, милый дом.

Переступив порог и закрыв за собой дверь я наконец слегка расслабился и потянулся, похрустев шейными позвонками.

Бросив свой чёрный плащ на вешалку рядом с дверью и сняв грязные ботинки, заменив их тёплыми мягкими тапочками, неспешно прошествовал дальше, направляясь в кухню-столовую, откуда я чувствовал запах специй и чего-то съестного.

Моя мечта — завести себе домового эльфа. Готовят они просто превосходно, да и вообще очень полезные разумные. Жаль, но они стоят баснословных денег, а их содержание без магического источника ложится слишком тяжёлым бременем на плечи волшебника. Хотя моя база имела свой магический источник, он был настолько крошечный и хилым, что едва ли мог поддерживать каскад едва расширяющих пространство рун и скрывающий это место массив снаружи. Такой аристократы не стали бы использовать даже для строительства своего сарая, но мне, на первое время, сгодится. Такое существо как домовой эльф было мне не по карману в любом случае, что с источником, что без.

Неторопливо прошел насквозь «гостиную-лабораторию» — самую большую комнату в доме. Тут я работал только с крупными проектами и ритуалами, площадь кругов которых занимала много места и требовался простор. Гостиная была почти пустая, так как центр комнаты был отведен под начертание ритуальных фигур и лишь у стен ютились разные тумбочки, шкафы и столы, заваленные реагентами, таблицами совместимости, звёздными картами и разноцветными колбами и склянками, в которых можно было найти почти все что угодно. Вернее, почти все что угодно, ограничиваясь той магической флорой и фауной, что обитала в Запретном лесу, где я и запасался полезными ингредиентами, откровенно браконьерствуя, как и добрая пятая часть населения магической Британии.

Под потолком сушились пучки трав, магических грибов и всяких корений. Особенно много у меня насобиралось дикой мандрагоры. Запах в доме стоял приятный, как в лавке со специями или у деревенской знахарки какой нибудь. Не то чтобы я много знахарок повидал в своей жизни, но в моей голове я именно так это и представлял.

Зайдя на кухню, я застал Кэролайн, развалившуюся на удобном стуле с мягкой сидушкой, закинувшую свои стройные ножки на стол. В руках у неё была тарелка с исходящей паром лапшой, приправленной специями. На столе также присутствовал чайник, который явно уже был заварен и только меня и дожидался.

Я устало плюхнулся за стол, заняв место с противоположной стороны, как раз напротив Кэрол, и заглянул в свою полную тарелку.

— Кэролайн, это что, лапша быстрого приготовления? Честно говоря, я ожидал чего-то более… — пощелкал пальцами, будто подбирая вертящееся на языке слово, — изысканного.

— Пошёл в жопу. У тебя из еды здесь была только эта чёртова лапша и вода, которую ты используешь, чтобы заваривать себе свой чай для богатых снобов. Подозреваю, что воду ты используешь ещё и для заваривания лапши, не так ли? — закипела, как чайник, Шарпхарт, чуть не подавившись своей лапшой и отчаянно тыча в мою сторону серебряной вилкой, выдвигая против меня свои вполне обоснованные обвинения.

У меня действительно закончилась вся нормальная еда, кроме чая, но он не считается. Магический аналог холодильника, использующий заклинание стазиса, был битком набит кровью всяких тварей, ядом и скоропортящимися ингредиентами, но напрочь лишён съестного. Ну не влазят туда помидоры! Что важнее, драгоценная слизь келпи, или свежие огурцы? Для тёмного мага ответ очевиден.

У меня был только стратегический запас лапши и воды на чёрный день (на каждый), если я настолько вымотаюсь после очередного ритуала, что не будет сил возвращаться домой. Я предпочитал мамину стряпню, ибо даже такой как я мог оценить её превосходный вкус и качество продуктов. Зачем изгаляться и готовить себе обед или ужин в, по сути, своей лаборатории, для этого не предназначенной, если всегда можно трансгрессировать рядом с домом, когда проголодаешься?

— Но ты же ведьма, Кэролайн, придумала бы что нибудь, — продолжил дразнить её я, постепенно выводят из себя. Она быстро вспыхивала, но так же быстро остывала.

В ответ Кэрол продемонстрировала мне средний палец с новым красным маникюром и продолжила уплетать лапшу, бурча себе под нос нечто нелицеприятное в мой адрес.

— Найди себе девушку наконец, и будет тебе готовить, что захочешь. Правда, я хорошо помню, как готовит тетя Геката… Найти кого-то хотя-бы близко сопоставимого по уровню готовки с твоей мамой будет очень сложно! — задумчиво покосилась на меня моя соратница и ученица.

Догадалась, видать, что я просто прикалываюсь над ней и решила перевести тему. Всем ещё с первого курса известны основные правила трансфигурации, одно из которых гласит — создание еды запрещено.

На это были причины, естественно, хотя, если сильно захотеть, то можно создать себе хоть гамбургер из ножки стула. Проблема в том, что ты этот гамбургер прожуешь, проглотишь, а потом у тебя в животе трансфигурация перестанет действовать и вместо сытного обеда ты получишь полный желудок острых деревянных щепок. Неприятная, должно быть, смерть. И глупая. Касательно же вечной трансфигурации… С разрушением или серьезным повреждением объекта она теряет силу и «вечность». Так что все равно бесполезно.

Так что от Шарпхарт я никак не мог ожидать чуда в плане приготовления еды. Кэрол все равно готовила просто отвратительно, хотя моя мать честно пыталась научить её готовить несколько раз, когда она гостила у нас. Так что эта лапша, которую нужно было просто залить кипятком и высыпать приправы из пакетика, все равно оказалась бы её венцом творения, даже если бы холодильник ломился от продуктов.

— Как раз думаю наведаться завтра вечером в какой нибудь приличный клуб в Лондоне. Может там познакомлюсь с кем-то интересным, кто знает? — я ухмыльнулся своим мыслям. Ну да, в клубе и найду кого-то интересного? Ха. Так, девицу на одну ночь, скорее всего.

Перевёл взгляд на стеллаж с готовыми зельями собственного производства (да, на вкус, конечно, не фонтан, но работают же).

Невербальное акцио, и мне в руку прыгает пузырёк лёгкого старящего зелья.

— Добавлю себе пяток лет, иначе не пропустят внутрь, — пояснил я Кэролайн, которую удивил мой выбор зелья, — да и кого там может себе найти пятнадцатилетний пацан, даже хорошо одетый и при деньгах? А вот молодой парень лет двадцати при тех же вводных и с моей внешностью — другое дело.

Кэрол скептически осмотрела меня с ног до головы, но потом все же нехотя кивнула, признавая мою правоту. Двадцатилетний я себе нравился больше все ещё развивающегося подростка. Чёрные, как смоль, волосы и глаза, хищные правильные черты лица и ладная спортивная фигура, высокий рост, уверенный взгляд. Меня все устраивало.

Мы молча доели лапшу, и только потом принялись разливать по чашкам горячий чай с мёдом. Кэролайн наконец-то соизволила сесть нормально и мне больше не приходилось отводить взгляд в сторону, чтобы не пялиться на её ножки. Мёд у меня всегда был под рукой. Для чая. Неразрывное комбо. Теперь можно было поговорить про мои полуночные похождения. Вижу ведь, что ей интересно.

— Ну и как все прошло? — с деланной незаинтересованностью первая начала разговор Кэрол, которая не любила пить чай в тишине и всегда настаивала на разговорах во время чаепития. Прямо как Бабблинг. В этом было наше основное различие, но я был готов мириться с этими их недостатками.

— В целом, было довольно весело. Постреляли немного, помахал кулаками, поиграли в салочки… Жаль, но из пяти инфернальных пауков в «живых» остался лишь один. Кентавры полегли все. — Я сделал глоток чая и зажмурился, получая удовольствие от чувства теплоты, разливающейся по внутренностям. К сожалению, долго наслаждаться тишиной и покоем мне не дали, зарядив под столом изящной ножкой по моему многострадальному колену. Хорошо, что участь получения стрелы в колено меня сегодня ночью минула.

— Ну? Чего замолчал, давай, рассказывай дальше! — надулась Кэрол, которая тоже хотела бы принять участие в веселье, но она пока ещё была недостаточно сильна для того, чтобы делать это без серьёзного риска для жизни.

— Да что там рассказывать? Заманил их в ловушку, на них спрыгнули сверху инферналы, началась куча-мала, я завалил авадой их главаря и добил его подручных, кого магией, кого когтями. Набрал немного крови, да-да, тебе тоже взял, забрал тетиву, которую эти олени делают из волос единорога! Точнее не олени, а лошади, но не суть важно. Из. Волос. Единорогов! Кэрол, ты представляешь? Варвары чёртовы. Хагрида на них нет. Кхххм. — я постарался успокоиться и сделал очередной глоток чая. Вот уж кто действительно нерационально использует ресурсы. — Кстати, опытным путем я выяснил, что авада плохо сказывается на здоровье её использующего, так что воздержись от её применения. Только если дело совсем швах. Думаю, это относится и к двум другим непростительным. Нужно протестировать.

— Окей. Поделись потом воспоминаниями. Яд из акромантулов хоть извлечь не забыл? — улыбнувшись на мою полную негодования тираду, уточнила девушка. Непростительными она и так не баловалась, так что моё открытие пропустила мимо ушей. Слишком уж манозатратны эти непростительные. Не все могут метать их, словно бисер. Но на одну аваду хватит сил у любого выпускника Хогвартса, вот чем она так опасна и почему запрещена законом. Она уравнивает всех, как смерть.

— Всё при мне. — я похлопал рукой по подсумку на поясе, где были сложены извлеченные ядовитые железы, наполненные крайне опасным и дорогим ядом.

Иногда я им приторговывал, но слишком сильно не разгонялся. Лишние вопросы мне не нужны. Только когда мне нужны были действительно редкие ингредиенты для чего-то серьёзного, я закутывался в плащ, пил оборотку и отправлялся в Лютный переулок.

— До рассвета осталось ещё часа два. Возвращаться домой, я так понимаю, ты планируешь часам к восьми, как обычно? — уточнила моя собеседница.

— Да, приду домой и завалюсь спать до вечера. А пока у нас ещё есть достаточно времени, чтоб продолжить занятия. Пускай с поднятием нежити мы на сегодня закончили, из-за неожиданного вмешательства копытных дикарей, но можем начать готовить новый ритуал под тебя. — Теперь уже я долил себе чаю. Одна ложка сахара и одна ложка мёда были быстро размешаны в воде магией и я продолжил. — Лучше всего будет, если ты сама все рассчитаешь, а я потом просто проверю и поправлю. Тебе нужно набираться самостоятельности. Если меня не станет или упрячут в Азкабан, то ритуалы тебе придётся проводить самой. — я попытался спародировать серьёзный менторский тон Флитвика, но получалось плохо. Голос совсем не тот, а без него выходило скорее комично.

— Ха, да у нас же договор. Если один из нас попадёт в Азкабан… И при этом, каким-то невероятным чудом другой останется на свободе, то он или она в обязательном порядке должны освободить лузера из тюрьмы не позже чем в течении пяти лет. Так что не переживай, если что, я вытащу твою тощую задницу оттуда, — рассмеялась Кэролайн, подливая себе в фарфоровую чашку божественный нектар.

— Да? И как ты меня собираешься вытаскивать? Соблазнить дементора будет трудновато. Его уровень французского поцелуя выше твоего. — фыркнул я в ответ, пряча улыбку за чашкой чая. Может, шансов у неё и не много, но я по крайней мере буду уверен, что она хотя-бы попытается.

— Дурак! Дементоры не единственные тюремщики на том проклятое острове. — Кэрол вмиг стала чуть серьёзнее. Кажется, она действительно уже проработала первоначальные детали плана.

— Ты права, но я надеюсь, что до этого не дойдёт. Да и… Если до нас доберутся, то нас ждёт не тюрьма, а сразу поцелуй дементора или секо по шее в застенках аврората. Если они смогут расколоть нас и узнать, сколько всего мы на самом деле наворотили, я имею ввиду. Есть один ритуал, который напрочь лишает сыворотку правды её эффективности, стоит ей попасть в организм, но… есть побочные эффекты.

— Блять, а когда тёмные ритуалы были без побочных эффектов? Это только в твоём исполнении ущерб и отдача от тёмных ритуалов минимальна, но всякая мелочь все равно остается. Нормальные люди уже давно бы скопытились от количества той дряни, что ты на себе опробовал. И на мне, заодно. Но вот мы здесь, сидим и пьём чай, живы, здоровы и сильнее чем прежде. Да, есть конечно небольшие побочные эффекты… Но ничего такого уж ужасного. Так, минимальные побочки из длинного списка всех возможных. В чем-то они даже полезны. Мои клыки можно пустить в дело, если придется, а твоя пушистая проблема так и вообще скорее жирный плюс, чем минус.

— Ммм, дело в том, что они постепенно накапливаются, эти, как ты говоришь, незначительные побочки. Пока они несут скорее положительный характер, но будет ли так всегда? Да и в этот раз избежать отдачи, скорее всего, не получится, так как побочный эффект совершенно не смертельный, а значит, может и пройти в полной мере. — я нервно облизнул губы, ощущая привкус сладкого мёда на них.

— Ну, так и что это за страшные кары, которые обрушатся на нас в обмен на возможность врать всему визенгамоту, с Дамблдором во главе прямо в лицо? — сложив пальцы домиком и уперев локти в стол, Кэрол пристально посмотрела на меня.

— Потеря некоторых вкусовых ощущений. Если точнее, то никакого сладкого, кислого и острого вкуса мы больше ощущать не сможем… Под вопросом ещё горький вкус, но, кажется, ощущение горечи нам создатели ритуала решили все-же оставить. Символично. — я перевёл взгляд на плавающую в чашке чая одинокую чаинку и задумался о нелёгком выборе. Вкус или ложь?

— Значит, никакого сладкого чая для тебя, да? Хммм, как насчёт кофе? — Кэрол немного оживилась. Кажется, она считала, что будет что-то намного серьёзнее, но… Куда серьёзнее то?! Как мне пить чай, если он станет безвкусным?! В чем смысл? Она пока не совсем понимает, чего лишается. Потерять вкус к еде и напиткам… Это очень неприятно. Сильно сомневаюсь, что моя чёрная удача сочтёт мои вкусовые рецепторы достойными спасения… хотя, если сильно-сильно пожелать… Может и прокатит.

— Только горький кофе… чёрный, как моё сердце.

— Сойдёт. Когда приступаем?

— Не раньше, чем я выпью ещё десять полных чайников чая. И ещё съем пять тортов — устало вздохнул я, потирая виски.

— Давай, может, пять чайников?

— Десять, Кэролайн, десять. Куда ты спешишь то? Ритуал переносится на пару дней, так что остынь. Все равно нужно собрать недастающие ингредиенты. Может быть, некоторые докупить. Эх.

— Ладно. Ты тут босс, тебе и решать. Эта обратная сторона ритуала ведь касается только еды и напитков, концептуально? — Деловито поинтересовалась девушка.

— Да, все что ты сочтешь своей едой или питьем утратит для тебя тот спектр вкусовых ощущений, о которых я уже говорил. — ответил я, приподымая бровь, не совсем понимая, куда она ведёт.

— Ха, не понял? Поймёшь, когда подцепишь себе девушку. — Подмигнула эта пигалица. Я на секунду замер, обдумываю её слова, а потом как понял. Я заливисто рассмеялся. Секундой позже мне вторила Кэролайн.

Ладно, может быть, вкус жизни мы полностью и не утратим. Живём!

Глава 7 Клуб по интересам

Глава 7

Клуб по интересам

Озадачив Кэролайн домашней работой напоследок и оставив её отсыпаться на диване прямо на базе, я трансгрессировал обратно домой. Она могла бы тоже отправится к себе, но, учитывая то, что с колдовством нарисовались бы проблемы из-за магического надзора, предпочла остаться там, нарабатывая практические навыки в магии и создавая основу для будущего ритуала.

Начертить на гладком полу фигуры и руны для ритуала, к примеру, или смешать кровь с различными ингредиентами и довести получившуюся жидкость до нужной кондиции она вполне способна. Если бы на уроках зельеварения нас учили готовить зелья на основе крови… То она была бы отличницей, а не отстающей.

Печально, но наше министерство в своём нынешнем виде никогда на это не пойдёт, несмотря на всю полезность магии крови. Их тактика — ни себе, ни людям — крайне раздражает. В любом случае, в моем тайном злодейском логове она может делать с магией все, что угодно и ей ничего за это не будет, ведь чары надзора в глухой лес не завезли.

Сам я тоже прыгнул за несколько кварталов от дома, на крышу одного практически нежилого дома, а не прямо к себе на порог. Неприятности от министерства мне не нужны, да и небезопасно это. Вдруг кто-то приготовил мне ловушку? Здоровая паранойя — залог выживания тёмного мага. Да и вообще любого человека, если уж на то пошло. Но основная причина — это, конечно же, слежка от нашего сиятельного министерства, да.

Стоит совпасть трём факторам, как тут же сработает следилка. Три условия, активирующих эти мерзкие сигнальные чары, что никак не снять (незаметно-то уж точно): Первое — наложенные на полукилометровую область вокруг места проживания несовершеннолетнего магглорожденного волшебника эти самые одноименные чары надзора. Второе — заклинание, сотворенное внутри области покрытия, но выброс сырой маны, к счастью, игнорируется. Министерство далеко не всесильно, к счастью для меня. Ну и последний пункт, но самый важный — сам волшебник и его палочка, пребывающие в радиусе охвата министерской сигнальный сети. Вот третий пункт и является самым проблемным и противоречивым. Будто за отладку первых двух отвечал один человек, вполне компетентный, а доделывать третий дали некомпетентному новичку. Или же кто-то влез в отлаженный механизм уже после его создания и повырезал половину функций заради экомномии. Вот совсем бы не удивился, если честно. Да, министерство не являлось образчиком богатства и, как ни странно, будто специально тратило свои средства на все что угодно, кроме чего-то полезного. Уж сколько у них было абсолютно бестолковых отделов… Будто их главной целью было предоставить рабочие места волшебникам, а польза от их работы… Разве это так важно, если можно занять буйные головы молодого поколения бумажной волокитой и бюрократией?

Причём в министерстве ведь отслеживают не только палочковое колдовство, но и сотворенную в области магию в целом. Если она оформлена в известное заклинание, то это считается. Главное, чтобы сама палочка волшебника под наблюдением тоже находилась внутри зоны покрытия. Так что даже невербальная беспалочковая магия попадает под раздачу. Даже если колдовал вообще другой человек, а ты просто стоял неподалёку…

Если ты и твоя палочка находитесь в радиусе покрытия следилки, когда творится волшебство — жди проверку от аврората и письмо с письменным предупреждением в ближайшие пятнадцать минут. Очень тупая система, полная дыр, скорее мешающая нормально жить, нежели действительно ограничивающая молодых, но находчивых волшебников. Самый простой способ колдовать даже дома — оставлять палочку вне красной зоны, тогда одно из условий для активации сигналки будет не выполнено и аврорат не узнает о творимой магии.

Проблема в том, что беспалочковая магия не зря считается уделом талантливого меньшинства. Скорее даже абсолютного меньшинства. Нужно действительно хорошо уметь фокусировать свою магию, чтобы вложенная в заклинание мана бессмысленно не развеялась по ветру. КПД беспалочковой магии просто ужасен, сам убедился в этом. Но кое-что я могу. Из самых простых чар.

Обычно, с этой работой прекрасно справляется палочка волшебника, являясь этакой точкой фокуса и максимальной концентрации для одномоментного высвобождения магии волшебника. Для ритуалов она уже не так сильно необходима, а опытный ритуалист вообще может обойтись без неё, ведь в ритуал магию нужно вкладывать постепенно.

Так что же такое палочка? Идеальный многофункциональный инструмент. Человечество возвысилось над многими другими биологическими видами благодаря своему развитому интеллекту и орудиям труда, без которых человечество все ещё ползало бы по деревьям, собирая бананы, если верить теории Дарвина.

Волшебная палочка (а также другие схожие по свойствам концентраторы) — одна из основополагающих опор могущества волшебников человечества, и отказываться от неё не стоит, даже если вы достигли значительных успехов в магии и без нее. Могу привести пример. Вы можете быть отличным бойцом рукопашного боя, бокса, тхэквандо и т. д., что безусловно очень полезно, но зачем отказываться от возможности заодно носить с собой пистолет, на который у вас есть разрешение? Аваду с руки даже Темный Лорд не запустит.

Да, кулаки (условно) всегда с тобой (если не отрежут/сломают), а пистолет могут выбить из рук или отобрать, но разве это делает его бесполезным? Нет. Это прекрасный пример того, когда тебе могут действительно пригодится навыки рукопашного боя. Используй их, чтобы вернуть себе выбитый пистолет или выиграй себе время, ошеломи врага! Ну или сверни ему шею, если силенок хватит. А потом все равно схвати пистолет. А ещё лучше — держи его, блять, крепко.

Добиться такого же убойного результата «голыми» руками — очень сложная задачка. Частично в этом вопросе помогает развитая окклюменция, закрывая проблему с мысленной концентрацией и расчётами в голове (к примеру, для трансфигурации), но без хорошего контроля магии внутри собственного тела и вне его, все равно ничего не выйдет. Нужны практика, упорство, время и щепотка таланта.

Кстати, о палочках. У Амоса-прошлого, а теперь уже и у меня нынешнего, она была просто замечательной. Я знаю, что все волшебники так говорят о своих волшебных палочках, ведь они им идеально подходят и синхронизируются с ними со временем, но я имею ввиду необычную сердцевину.

Есть такое выражение, «дёргать кошку за усы», ну так вот, создатель моей палочки вышел на новый уровень… Хотел бы я посмотреть на того храбреца, что дёргал нунду за усы! Нунду, сука! Одну из опаснейших магических тварей. Может, её сначала и убили, конечно, кто знает, но убить нунду, чтобы выдрать её усы и изготовить из них сердцевину палочки… не меньший подвиг, если честно. В противовес необычной сердцевине, материалом для самой палочки послужил самый обычный клён. Хотя клёны мне нравятся, но я ожидал какой нибудь бузины, если честно. Но ладно, это просто мысли вслух. Она отлично подходила для малефиков, вроде меня, так что грех жаловаться.

Главное, что эта палочка приняла меня как родного. Для неё я так и остался её единственным хозяином, что приятно. И это ещё раз подтверждает мою личность для всех, кто мог бы заметить небольшие несоответствия в моем поведении. Хотя пока таких проблем на горизонте не маячит, но мало ли что может произойти в дальнейшем?

Вернёмся к нашим баранам. Единственный способ обойти ограничения — руны и рунные массивы. Артефакты, работающие на рунах тоже считаются. То есть — почти все артефакты. Единственный способ обезопасить себя, не имея палочки под рукой. Но это скорее лазейка, баг, а не предусмотренная правительством фича для маглорожденных. Это скорее могло бы помочь благородным господам, если бы им действительно запрещали колдовать вне Хогвартса, дома. У них особняки все равно что один большой рунный массив. В своей вотчине умелый волшебник становится на порядок сильнее, а неумелый… Ну, горбатого могила исправит.

Если вдруг кто-то узнает, что у меня дома все покрыто рунами под тонким слоем штукатурки на потолке и несущих стенах, да и под половицами…то по головке не погладят уж точно, а потом ещё и внесут правки в законодательство, да запретят магглорожденным и это — раз однажды случился прецедент, он может повториться и ещё раз. А ещё у них обязательно появятся вопросы, откуда это у такого молодого и безродного меня такие знания, не входящие в программу обучения в Хогвартсе от слова совсем? И тут уже все на Батшеду не спишешь, как ни крути. Многое я почерпнул самостоятельно, из книг, но откуда у меня эти знания я объяснить толком не смогу, не засветив комнату по желанию — свое самое большое преимущество, естественно. Лучше уж признаться, что эти книги из запретной секции библиотеки. Они ведь скорее всего скопированы оттуда, так что не совру даже. Зато тайна моего источника знаний останется неразгаданной.

Просто «нормальным волшебникам» и в голову прийти не могло, что какой-то магглорожденный сопляк, не окончивший даже школу, сможет создать себе неплохую защитную систему в домашних условиях. Они бы скорее поверили, что я продался и у меня появился тайный покровитель, с которым я подписал контракт лет на десять.

И их можно понять, ведь для этого были и не столь очевидные предпосылки, как банальное незнание древних рун на должном уровне и дорогие ингредиенты. Древние руны ведь ещё и просто факультатив, многие его вовсе не брали из-за сложности предмета, предпочитая простые как палка прорицания или интересное и опасное УЗМС.

Главным фактором в нереальности и бесполезности осуществления такой задумки моими собственными силами в глазах уважаемой публики был магический источник. Вот начертил волшебник руны, построил защиту, все отлично рассчитал, но вот незадача — от чего запитать все это счастье?

Да, волшебник может подпитывать эту магическую систему самостоятельно, самим собой, став эдаким портативным источником магии, но чем тяжелее и совершеннее система рун, чем шире её функционал — тем быстрее «временная батарейка» выдохнется, ведь энергия не бесконечна, и скорость естественного восполнения маны явно будет существенно ниже, чем потребляемая на поддержание системы.

И это было весьма серьёзной проблемой. Вот, к примеру, волшебник вышел и отправился по делам, покинув свой дом, что случится с такой защитой? Правильно, она отключится, стоит ему отойти достаточно далеко от своей обители. Все равно, что прекратить подачу электричества в современную квартиру. Какая бы хорошая и качественная проводка у тебя ни была проведена, какие бы дорогостоящие электроприборы ни находились у тебя дома, все они в один миг становятся бесполезными без электричества.

Тут схожий принцип. Нет подпитки от мага или магического источника — нет и магии. Тогда возникает вопрос «Нахрена такое счастье мне тогда вообще нужно? Ведь не зря же я жопу рвал, постоянно дорабатывая защиту у себя дома?» А я скажу, зачем я так заморочился.

В случае вторжения или нападения, я, конечно, не побоюсь использовать палочку, несмотря на министерские запреты, но я всегда был сторонником идеи «Мой дом — моя крепость», так что если кто-то нападёт на меня, то столкнётся не с беззащитным подростком, а с настоящим тёмным волшебником, который может дать серьёзный бой, ведь ему и родные стены помогают. Пусть ненадолго, но в руках моих окажется пускай и далеко не полноценная, самопальная, но рабочая охранная система простенького поместья. А это уже приличное подспорье в «перестрелке».

Ух, как коротнули бы нервы и мозги у многих моих чистокровных «великих и могучих» однокурсников из старых семей. Да уж, если бы они узнали о том, что я практически на коленке собрал себе пускай и самую простую, но первую линию обороны, как в их уютных особняках… И ведь это не так уж и сложно, на самом деле. Да, затратно, да, нужно уметь думать головой и хорошо считать, но… Откуда-то же взялись защитные формации в их уютных домиках, а?

Когда-то давно один из их предков сильно так заморочился и создал все с нуля. А потом, в течении поколений, когда в семье рождался талантливый рунолог или артефактор, он или она обновляли, дорабатывали и улучшали эту защиту. Словно стену, кирпичик за кирпичиком, старые рода возводили свои магические «стены», отделяющие их от простых волшебников, менее удачливых или менее старательных. Не осуждаю, я поступил бы также. Да что там, я так и поступлю, когда ко мне в руки попадёт приемлемый источник. Создам хорошую защиту, а потом мои дети и дети их детей продолжат моё дело. В чем вообще разница между волшебниками и обычными людьми? Те же яйца, только в профиль. Одни копят злато и магические знания, другие копят зелёные банкноты и связи для будущих поколений, чтобы облегчить им жизнь. Единственное различие, переменная, которой лишены обычные люди — личная сила волшебника, что может позволить ему получить всё, что он пожелает, наплевав на невозможность опереться на опыт, знания и деньги предыдущих поколений. То, к чему я и стремлюсь.

Хотя знаете, я был несправедлив. У обычных людей может нет магии, но у них все ещё остаются другие таланты, которые могут помочь им сесть в социальный лифт и подняться на самый верх. Им даже проще в наше время. Гении, хитрецы, карьеристы, бандиты или просто решительные и удачливые люди, все они при должной сноровке и благоприятном развитии событий могут подняться с самого дна туда, куда никогда даже взглянуть не осмелится большинство обывателей, даже имеющих куда более лучшие стартовые условия. Таких историй не счесть.

«Но нашим чинушам только повод дай, вцепятся как клещи в попытке утянуть на дно. Сами жить как настоящие волшебники не хотят, и другим не дают. Паразиты. Ладно, хватит думать об этих идиотах. Нужно поспешить, а то пропущу завтрак.»

Запоздало проверяю магглоотталкивающие чары. Все нормально, при трансгрессии не слетели. А то и такое бывает. Так, теперь нужно осторожненько воспользоваться пожарной лестницей, которая выходит на задний двор. Спуск по типовой пожарной лестнице уже давно стал привычным для меня, так как я предпочитаю выбирать для себя точки выхода на крышах зданий, не обязательно даже заброшенных, в радиусе нескольких кварталов от дома. И у всех в нашем районе плюс-минус одинаковая планировка пожарной безопасности, что очень удобно. Один застройщик что-ли был? Возможно.

Быстрая пробежка до дома помогает проветрить голову и привести в порядок мысли. Бегать я люблю. Волк внутри бы порадовался, если бы не спал крепким и здоровым сном, умаявшись в ночь полной луны. У обычных оборотней на следующий день после полнолуния жёсткий отходняк, как после грандиозной попойки, а у меня наоборот, повышенное настроение и энергия бьёт через край. Сознание немного очищается от всякой ненужной шелухи и мелких проблем, даже думать становится немного легче. Вот как раз и займусь этим. Обдумыванием ближайших планов, имею ввиду.

Нужно будет попозже ещё немного поковыряться в расчётах, чтобы попробовать минимизировать негативные эффекты, хотя я и так убил на это несколько недель, прежде чем озвучить свою идею Кэролайн и решиться на этот шаг самому. От сладкого отказываться мне очень не хотелось, но в голову пока не приходило ничего, кроме как попытаться решить это дело манипуляцией своей чёрной удачей.

Но, пока мне не удалось как-то повлиять на неё или привести в движение осознанно. Кажется, она не зависела от моей воли, но я продолжу пытаться и дальше. Вот в чем минус быть самоучкой. Всё приходится постигать самому. Как с чёрной удачей, так и с тёмными ритуалами.

Да, многое можно почерпнуть из книг и наработать с практикой, но далеко не всегда. Некоторые нюансы остаются для меня неведомыми, а ведь для кого-то мои пробелы в знаниях по магии могут показаться смешными и глупыми.

То, что у меня вызывает некий ступор, заводя в тупик, какие-то благородные слабаки могут знать и считать чем-то столь естественным, что это даже не стоит и простого упоминания, ведь это основа основ.

Раньше я очень часто страдал из-за такого подхода, сплошь использовавшегося в древних фолиантах и гримуарах волшебников прошлого, но уже попривык слегка.

Каюсь, но мне немного греет душу осознание того, что большинство из аристократов никогда не воспользуется этими знаниями, оставив их пылиться на забытых полочках своей глубинной памяти, ведь тёмные ритуалы слишком опасны для домашних детишек вроде них.

Одна ошибка — и последствия будут катастрофическими. Это у меня есть страховка в виде чёрной удачи, но для других не все так радужно. Так что богатые и именитые сыны и дочери древних родов предпочитают не рисковать своей шкурой за жалкую прибавку к силе.

Зачем? У них и так все схвачено. В отличии от меня им не нужно думать о выживании и рвать жилы в попытках выскрести у Тьмы и Судьбы ещё пару живительных капель магической силы. В крайнем случае, если припечет, они могут нанять опытного ритуалиста, закупить дорогостоящие ингредиенты и получить желаемый результат.

Такое, правда, далеко не каждому по карману даже среди чистокровных родов. Обмельчали нынче аристократы, после двух войн подряд. Длинные ветви их семейных древ были безжалостно подрезаны, а некоторые старинные исполины и вовсе выдраны с корнем и сожжены дотла.

Игредиенты ведь для ритуалов добываются охотниками и браконьерами ценою риска собственными жизнями, так что стоят немало, а хороших ритуалистов в Британии и вовсе не осталось, спасибо родному министерству, начавшему за ними настоящую охоту, так что им нужно будет ещё и пошуршать связями за границей. Ещё одна статья дополнительных расходов.

Короче, многие просто считают такую трату ресурсов нецелесообразной. Разве что Блэки как практиковали ритуальную и тёмную магию самостоятельно века назад, так и практикуют по сей день. Точнее, уже всё-таки не практикуют, так как почти все они вымерли.

Сириус и Беллатрикс в тюрьме, так что Нарцисса разве что… Хотя, Беллатрикс ведь уже не Блэк, а её сестра вообще Малфой, а они не факт что поощряют проведение опасных тёмных ритуалов. На себе. У них и так в роду проблемы с рождаемостью из-за ошибок прошлого, незачем усугублять. Печально все, короче.

Возможно, только возможно, Батшеда разбирается в тёмных ритуалах, но это не точно. Придётся узнавать это самому, даже рискуя потерять доброе расположение этой огнегривой красавицы. Эх, мне бы настоящего учителя… ту же Бабблинг. Ох, она бы меня точно плохому научила, да-да. Тот самый случай, когда хочется быть развращенным, хе-хе. В смысле, ещё больше.

Домой я попал как раз вовремя, ровно в восемь утра. Мать уезжала на работу в половине девятого, так что мы привычно позавтракали вместе и обсудили последние новости в Британии, попивая чай с тёплыми булочками, посыпанными корицей. Мать приняла меня так же, как и волшебная палочка — исключительно прекрасно. Хорошо быть подростком в разгар пубертата, никаких вопросов к небольшой девиации в личности просто быть не может. Характер у них ломается стремительно, как голос, перестраиваясь и оформляясь в свою конечную версию себя самого.

Прикончив дополнительную порцию вкуснейших блинчиков с джемом, что шли в комплекте с булочкой и проводив Гекату на работу (за ней всегда приезжает один и тот-же водитель на новеньком служебном мерседесе), я отправился отсыпаться в свою комнату.

Логично, ведь я же тёмный маг, когда мне ещё спать? Только днем, аки настоящий вампир. Хотя вампиры — это скорее про Кэрол, но если копнуть глубже, я так-то тоже ближе к созданиям ночи теперь, не так ли? Вечером мне были нужны силы на немного другой вид охоты, так что уснул я быстро и без проблем.

***

Воспользовавшись услугами знаменитого Лондонского такси, за рулём которого был самый обыкновенный индус, впрочем, весьма бегло владеющий английским, так что грех жаловаться, я добрался до своего пункта назначения без приключений и проблем, за что я и люблю такси. Если бы я бывал здесь раньше — можно было бы и аппарацией добраться, сэкономив минут сорок, но Лондон — огромный город, просто невозможно осмотреть и запомнить каждый его закоулок. Ладно, возможно, если убить на это кучу времени и основательно загрузить мозги окклюменцией. Был ещё вариант с якорями-артефактами, но в производстве они были весьма дороги и я предпочитал использовать их для других нужд и в других местах.

Ночью в Лондоне уже было немного прохладно в это время года, но люди, стремящиеся хорошо провести ночь, выпивая и веселясь с друзьями и подругами, все ещё одевались достаточно легко, по летнему, хотя на некоторых уже можно было увидеть лёгкие куртки или тонкие осенние пальто. Но в основном люди будто не хотели отпускать последние мгновения тепла и отрицали подступающие холода изо всех сил. Но сколько не отрицай реальность, от неё все равно не сбежать, так что рано или поздно она все равно тебя догонит и врежется в твою мягкую податливую плоть своими острыми зубищами. Зато отрезвляющая боль пробудит тебя от сладких грез и иллюзий.

Этот клуб я выбрал неспроста. Я с самого вечера пытался задействовать свою интуицию и удачу, в надежде на то, что у меня хоть что-то получится. Действовал по наитию, но, похоже, что мой выбор был верным.

Передо мной было довольно приличное заведение, со своим особым колоритом. Охранник у входа лишь мазнул по мне изучающим взглядом, но, не обнаружив штурмовую винтовку, заправленную в штаны, пропустил в клуб, получив свою честную двадцатку фунтов благодарности за пропуск без очереди.

Я бы даже назвал это место скорее баром, нежели полноценным клубом. Бар-клуб? Неплохо.

Здесь, по слухам, подавали довольно хорошую выпивку, а вместо терзающих уши новомодных музыкальных мотивов руководство предпочитало ставить добротный старый и новый эпик-рок.

Часто здесь играли и местные рок группы. Как раз как сегодня. Они обеспечивали заведению ещё одну галочку — «живая музыка» в списке его достоинств. Куда больше места в заведении занимали небольшие удобные столики, где собирались компании или сидели одиночки, потягивая алкоголь, нежели танцпол, что меня несказанно порадовало.

Не пристало тёмному магу дрыгаться словно эпилептик среди толпы простых смертных. Шутка, просто я плохо танцую, причём это касалось как Амоса, так и Александра до их полной синхронизации, да и не любили мы это дело. Алкоголь и новые знакомства в таких местах меня всегда интересовали куда как больше. Ведь затем я сегодня и здесь, не так ли?

Вообще, от тёмного мага можно ожидать чего угодно, ведь раз я не брезгую убивать, пускай и своих прямых врагов (не прямых тоже), да балуюсь запрещенными ритуалами и проклятиями, то возникает вопрос — как далеко я могу зайти, да? Но убийство я таким уж ужасным деянием не считал, ведь знал, что, с большой долей вероятности, это ещё не конец. Есть вещи намного худшие, чем убийство ближнего своего.

Ведь что может быть проще, чем зайти в клуб и за пару минут найти себе девушку посимпатичнее, да обработать её легиллименцией, подлить ей амортенцию, или сделать ещё проще и жахнуть жертву конфундусом, а потом обливейтом? Делай потом с податливой плотью что хочешь.

Но у меня ещё осталось немного совести и гордости. На донышке, но есть границы, которые я никогда не переступлю. Такое мне просто претит совершенно. Да и зачем мне прибегать к таким простым и гнусным методам, если я могу добиться всего сам, своими силами, потратив немного своего времени и фунтов на дополнительные коктейли? Никогда не считал себя великим ловеласом, но и застенчивым школьником я не был.

На что мне моя внешность, деньги и харизма, если я не буду ими пользоваться по прямому назначению? Охотиться нужно честно, иначе какой в этом интерес? Зато приз в итоге будет намного слаще, если говорить на языке волка. Можно накормить оборотня покупной говяжьей вырезкой, и он будет сыт, но будет ли он удовлетворён? Нет, не будет. Без ночной охоты это уже будет совсем не то. Видимо, что-то я все-таки от него перенял в плане характера, но не могу сказать, что жалею об этом.

Спустя пару бокалов джина с тоником я уже более менее освоился здесь и успел попривыкнуть к громкой музыке и витавшему в помещении едкому дыму сигарет. Чтоб его, поскорее бы уже либералы запретили курево в общественных местах и ввели свои конские штрафы. Мой чувствительный нос просто в лютом ужасе. Но как я и сказал, попривык. Наметил для себя цель, пока осматривался вокруг, сидя за барной стойкой, изучая ассортимент местных коктейлей. Виски с колой смотрелся заманчиво.

За одним из боковых столиков, у стенки, расположилась новая компания весьма симпатичных молодых девиц, явно что-то празднующая — появились они в клубе немногим позже меня самого — к ним я и решил попробовать подкатить, ведь одна из четырёх подруг была более чем в моём вкусе, и я быстро объявил её целью своей охоты на сегодня. Внимательный взгляд успел выцепить, какие напитки они предпочитают, так что я решил не медлить и приступить к знакомству, немного позолотив ручку бармену и указав ему на нужный столик. Через несколько минут будет готов обширный ассортимент из всяких коктейлей, которые и позволят мне закрепиться за их столиком.

Я заметил, что не один я присматриваюсь к новеньким (будто и я не новенький), так что нужно было спешить, пока кто-то понаглее не увёл у меня шанс на приятное завершение ночи. Парочку каких-то бородатых байкеров в кожаных куртках и рваных джинсах они уже послали. Зачем им кожаные перчатки в клубе -то, Мордред их побери. Клоуны. Видимо, девушки подумали так же, а может им не понравился их подкат, которого я, к сожалению, услышать не мог из-за громкой музыки, но зато заметил, что они даже не догадались угостить девушек напитками! Ужас. Они что, не смотрели фильмы?

Меня же девицы приняли вполне благосклонно. Ещё бы, внешне я был очень даже ничего, молод, ещё не пьян, не шатался из стороны в сторону, одет прилично и явно при деньгах, раз алкогольную батарею заказал сразу на весь, теперь уже наш, столик. Определённо, лучше чем я им вариант здесь и сейчас найти было бы непросто. Они это тоже понимали.

Единственное, что немного омрачало моё настроение, так это то, что первое время к нам все ещё подходили некие сомнительные личности, которые явно считали, что четыре симпатичные девушки на одного молодого и дерзкого меня слишком много. Они милостиво предлагали свои услуги кавалеров, но оказались непоняты. К несчастью для них, мы слишком хорошо сидели и девушки были пока не заинтересованы в новых знакомствах, так что слали их лесом, а потом я и вовсе незаметно повесил на наш столик отвод глаз и нас перестали отвлекать от приятной беседы.

Вообще, вышла довольно забавная ситуация. Три из четырёх подруг явно заинтересовались углублением отношений и дальнейшим знакомством с таким замечательным мной, включая именинницу. Шарлотта, так звали эту девушку с роскошными золотистыми вьющимися волосами, безбожно флиртовала и старалась обратить на себя моё внимание, но вот беда, меня как раз интересовала только та самая девушка, что привлекла моё внимание изначально.

Чёртов парадокс, но только она не выглядела особенно заинтересованной в беседе, да и вообще, кажется, не особо была рада тут находиться. Видимо, её притащили сюда подруги, уговорив или надавив на жалость.

Пришлось включать свое обаяние на максимум, подключать шутки и, совсем уж отчаявшись, даже небольшие алко-фокусы, такие как поджигание и дальнейшее распитие наших напитков при помощи небольшой магической иллюзии зеленого пламени. Благо сидел я удобно и никто не заметил аккуратные движения волшебной палочкой под столом. Три моих искренние фанатки восхищались и радовались как дети малые, нахваливая мои способности как иллюзиониста. Какая ирония. На что только не пойдёшь, чтобы затащить симпатичную девушку в постель. Впрочем, многого для счастья им было и не нужно, учитывая уже весьма приличный градус алкоголя в крови. Даже сам немного захмелел, а ведь я периодически накладываю на себя легкое очищение от яда, чтобы не потерять контроль над собой и не позориться ещё больше.

Впрочем, со временем мне удалось добиться и внимания Фелисити — так звали красавицу-брюнетку, одетую как заядлая рокерша, с неким приятным глазу оттенком готического стиля. Мне такое очень импонировало.

Чёрная складчатая юбка по колено, высокие шнурованные сапожки, из-под которых выглядывали чёрные сетчатые чулочки, темно-синяя футболка с изображением серебристого гитарного грифа, и кожаная куртка, довершающая некий бунтарский образ. На вид ей было как раз лет девятнадцать-двадцать, как и её подружкам.

Особенно мне понравилось, как на её аккуратный губках смотрится чёрная помада, в комплексе с тёмной тушью выгодно оттеняющая на контрасте бледную и гладкую кожу девушки. Глаза у неё были такого же насыщенного чёрного цвета, как и у меня. Иногда, из-за игры света скудного освещения клуба, мне казалось, что они отдают неким тусклым красноватым свечением в самой глубине зрачков. Но это скорее всего была просто игра моего воображения. Впрочем, даже это мне в ней нравилось. Некая таинственность. Было в ней что-то такое, что приковало к ней мой взгляд с самого начала. Ещё и её имя… Фелисити — удача, уж не знак ли это?

Не думал, что моя чёрная удача может подкинуть мне что-то достойное и в любовном плане, если честно, но я рад. Такая чудесная многофункциональность.

Могло ли моё бессознательно желание привести её в движение и создать идеальные условия для знакомства? Изменений пока особых не чувствую, но я не могу быть уверен, что они не происходят. Обязательно проверю попозже.

Может быть, конечно, и так, что наше встреча ни что иное, как простое совпадение, но… Ай, да какая разница, она меня заинтересовала ещё задолго до того, как я узнал её имя. Да и вообще, не многовато ли значения я придаю смысловому значению имени девушки, впервые встреченной сегодня? Больше похоже на то, что я просто выдаю желаемое за действительное и очень хочу приписать своей удаче ещё пару полезных функций. Не думаю, что все так хорошо, как мне бы того хотелось.

Я честно старался уделять время и трём подружкам-блондинкам, чтобы они не чувствовали себя брошенными и не выставить себя в неприглядном свете перед дружной компанией, но мой взгляд всегда невольно соскальзывал на их менее яркую и разговорчивую, немного флегматичную, но от этого ещё более интригующую подругу.

Изначально миниатюрная брюнетка, видимо, просто не хотела конкурировать со своими подругами за симпатичного парня, особенно с именинницей, но когда поняла, что я явно положил глаз на неё и игнорирую прямые намёки и флирт от её подруг, умело играя в дурака, когда нужно, она немного оттаяла и тоже включилась в беседу, постреливая в меня глазками. Возможно, ей понравилась одна из моих шуток, а может быть небольшой фокус с коктейлями, не суть важно, главное, что мне дали зелёный свет. Осталось только закрепить успех.

Фелисити пила меньше всех, неспешно потягивая всего четвертую Кровавую Мэри, так что была со мной на равных условиях и мне все-же удалось подбить её на откровенный и вполне осмысленный разговор.

Темой для начала стала выступающая на небольшой сцене простенькая рок-группа, сменившая предыдущую, вполне сносную. Так что мы на пару пересчитали им все косточки. Ничто так не объединяет, как общий враг, ха-ха. Солист халтурил, и с каждым часом все больше, видимо тоже предаваясь алкогольному куражу вместе с остальными посетителями.

Немного погодя мы даже не заметили, как перескочили с темы на тему, ведь нам довольно быстро наскучило поливать дерьмом патлатого гитариста с фальшивым голосом и расстроенной гитарой. Тема съехала на другие знаменитые рок-группы и мы уже даже были готовы погрузиться в пучину обсуждений и споров с головой, как в нашу милую беседу бесцеремонно влезли приревновавшие меня подруги брюнетки, оттеснили её в разговоре на задний план, как это умеют только девушки. Практически незаметно, коварно, заговорили мне зубы, несмотря на то, что были уже очень даже пьяны.

Я поморщился, когда осознал ситуацию через пару минут, но сделать толком ничего не мог. Влезать в девчачьи разборки? Ну уж нет. Я потом ещё и крайним останусь, если они разругаются. Сами разберутся.

О, вот как знал. Фелисити встала из-за стола и отправилась припудрить носик, очень, кстати, симпатичный и аккуратный. Вполне напудренный, как по мне, хммм. Когда она проходила мимо меня, она будто невзначай оперлась о моё плечо и задержала руку чуть дольше необходимо, легонько погладив его большим пальцем. Я оглянулся ей в след, чтоб посмотреть, не оглянулась ли она, чтоб посмотреть не оглянулся ли я. Оглянулась мы оба, так что я успел уловить её лукавую улыбку. Девушка подмигнула мне и скрылась из виду.

Ну, тут-то точно не нужно быть гением, что бы понять, что это был вполне понятный знак. Я выждал пару минут, для конспирации и приличия, а потом тоже извинился, оповестив прекрасных дам, что вынужден их ненадолго покинуть и посетить уборную. Перед уходом я обновил магглоотталкивающие чары на наш столик, просто на всякий случай. Алкоголя у нас было ещё достаточно, так что бармен им пока не понадобится, а других людей нам и ненадобно.

Ну и, конечно же, все не могло быть так просто, как у всех нормальных людей. В коридоре, возле женского туалета, девушку, на которую я положил глаз, зажимала парочка каких-то пьяных байкеров. Приглядевшись, я узнал тех убогих неудачников, которых мои новые знакомые отшили ещё в самом вначале.

Фелисити не выглядела особо напуганной, скорее раздосадованной и раздражённой этой ситуацией, за что я мысленно поставил ей ещё один плюсик. Она морщила свой милый носик и упиралась спиной в стену, стараясь отстранить лицо от весьма несвежего дыхания бородатого мужика в кожаной куртке, нависшего над ней. Думаю, она бы уже позвала на помощь, если бы ей не зажимали рукой рот. Охранники с дубинками бы хорошо прошлись по этим дегенератам, но они это тоже хорошо осознавали, так что решили не давать ей возможности закричать.

Здесь, в коридоре, музыка звучала уже не так громко, а мой слух вполне мог чётко уловить обрывок несвязной пьяной речи этого захмелевшего или обдолбанного индивида и пошлое гыгыканье его дружка, который специально встал таким образом, чтобы прикрывать своей широкой спиной обзор на то, что происходит. Но со своей работой он справлялся не очень. Я все что нужно рассмотрел и глаза мои начала застилать красная пелена. Ненавижу насильников!

-… а ладно тебе, не мнись! Сто футов же, хе-хе-хе, на дор-роге не вал-ляются, ага. Обслужишь нас двоих своим красивым ротиком в туалете и вали к своему смазливому хахалю. Губы только напомадить потом не забудь, а то оставишь всю свою черную помаду на наших членах, и он догадается, гы-гы-гы! — провозгласило свой ультиматум первое тело, продолжая рукой беззастенчиво щупать грудь вырывающейся девушки. Стоял этот хитрый ублюдок в пол оборота, явно наученный горьким личным опытом, так что приём «коленом по яйцам» был бесполезен. Или он поэтому и развернулся, что уже успел получил по шарам от Фелисити?

Проходяшим мимо людям было как всегда пофиг на все вокруг, пока это не касалось лично их самих. Как знакомо. Ох уж этот человеческий социум… Хорошо хоть мобильных телефонов с камерами пока нету, иначе бы эти «прохожие» ещё и снимать бы начали.

Но ублюдкам сегодня не повезло, их удача от них отвернулась и настало время чёрной удачи, ведь это касалось лично меня и моей добычи. Никто не смеет покушаться на мою добычу!

Подлетев сзади к дружку этого смертничка, я ещё на ходу тихо прошептал проклятье, которое легло на энергетику обоих уродов, как влитое. Ого, вот так-так, видать они много делов успели наворотить, что аналог магического сифилиса прилип к ним настолько качественно. Не иначе как присоединился к своему биологическому собрату. А может, там и ещё что-то, иначе я просто не понимаю, с чего бы вдруг средней сложностью проклятью так сильно ввинчиваться в саму их суть.

Отвратительно. И эти клишированные ублюдки ещё хотели не только опорочить мою красавицу (а я уже считал её своей, по крайней мере, на ближайший непродолжительный промежуток времени), но и заразить её такой дрянью? Отвратительные отбросы.

Ну нет, нужно немного ускорить развитие болезни для этих голубчиков, а то они ведь могут успеть и ещё кого порадовать своим букетом отнюдь не фиалок. Немножечко добавим маны. Ага, учитывая то, что я все равно сейчас обеспечу им ещё и пару дополнительных переломов… К тому времени, как они снова смогут самостоятельно ходить, букеты у них уже окончательно завянут, хе-хе.

Удар ногой сзади по колену первого ублюдка с приятным хрустом укладывает его отдохнуть. Упал как подкошенный. Я очень милосерден сегодня, так что я усыпил его аккурат в момент удара, так что он даже не почувствовал боли, расшибив лоб об плитку. Зачем усыпил? Чтобы не верещал и не поднимал шум. Мне это не нужно. Я таких знаю, они сбиваются в группы, как гиены, нападая на слабых, но если их соберётся достаточно много — могут не побояться и льва.

На крики могут собраться их дружки, охрана, другие посетители и зеваки, тогда мне придётся слишком сильно заморачиваться со всем этим. Что, если их будет десяток, два? Слишком засвечусь. Магия магией, а на огонек могут заглянуть и авроры, не говоря уже о вероятности встретить тут другого взрослого полукровку или магглорожденного.

Второй урод едва успел понять, что происходит, как получил красивый чёткий удар ботинком прямо в скулу. Зря я хожу на тхэквондо что-ли? Пускай возможность посещать додзе есть только летом, и то не всегда, но какие-никакие тренировки я продолжаю. Повезло, что именно тхэквондо увлекался и Александр, причём более профессионально, ведь ему не нужно было тратить почти все свободное время на магические изыскания.

М-да. Зубные врачи нынче стоят немало, а у него, судя по всему, теперь случилась серьёзная недостача зубов, организованная при участии одного тёмного и очень злого мага. Проклял бы ещё чем нибудь, напоследок, но конспирация была важнее, так что палочку пришлось спрятать, пока её никто не увидел. Успел только бросить на область вокруг нас отвод глаз и на этом все.

Но конечно, я не мог так просто отпустить его, пускай и без половины зубов во рту, ведь я уже мысленно пообещал ему перелом ноги, чтоб он мог насладиться отчаянием, лёжа в больничке и медленно гния и разлагаясь заживо. Врачи ему не помогут, тут нужны целители из Мунго, но… Хех, откуда им там взяться? Кому нужен этот отброс?

Плюс, даже если бы его положили сразу в Мунго каким-то невероятным образом, местным умельцам ещё предстояло бы докопаться до истины и вылечить для начала обычный сифилис, прежде чем они смогли бы обнаружить его магического брата-близнеца. Само проклятье может и не сложное, но я его немного модифицировал, так что им пришлось бы ковыряться в нем не менее суток. А это время. Время, которого у кое-кого уже не будет.

Хруст. Я будто случайно наступил на голень провалившегося в спасительное забытье мужика. Но не случайно, ведь силы я туда вложил достаточно, чтобы раздробить кость. Земля тебе стекловатой, уродец. Рано или поздно ты должен был нарваться на кого-то, кто тебе не по зубам. Не повезло, тебе попался я, так что смерть твоя будет медленной, мучительной и неотвратимой.

— Ты как, в порядке? Ничего не болит? — глупые вопросы, понимаю, но нужно было что-то сказать. Выражение ярости и гнева на моем лице быстро сменилось на обеспокоенное и сочувствующее. Спасибо тебе, окклюменция, ибо без тебя мог бы и не удержаться, прикончить мразей на месте. Нечего пугать девушку выражением своего лица. Я-то знаю, что оно может быть весьма пугающим в такие моменты. Уж не знаю что виновато, аура тёмного мага или скрытый внутри меня волк, но показывать эту свою сторону я пока не хочу. Меньше знаешь — крепче спишь.

— Спасибо. Всё х-хорошо. — немного дрожащим голосом ответила девушка, отлипнув от стены и неуверенно подойдя ко мне, поправляя на ходу задранную футболку. Она в нерешительности остановилась рядом, закусила губу и уставилась в пол.

— Ничего, все будет хорошо. Я рядом. — Я проявил инициативу и легонько, очень осторожно и нежно приобнял девушку, боясь спугнуть. С прикосновениями сейчас нужно быть очень осторожным. Она доверчиво прижалась к моей груди, будто испуганная лань, и вцепилась холодным пальцами в мою руку в поисках защиты и поддержки.

Её плечи немного подрагивали от нервов, но она не плакала и не истерила. Просто немного дрожала из-за пережитого стресса. Сильная. Ей просто нужно было твердое плечо на минуточку, чтобы прийти в себя.

Как я и думал, она быстро взяла себя в руки и немного отстранилась, но руку отпускать не стала, продолжая стискивать мою ладонь. На её лице впервые за весь вечер появилась слабая, но искренняя улыбка. А я-то уж подумал, что она не умеет улыбаться. Моё чёрное сердце аж пропустило удар, так хороша собой она была сейчас. Мило.

— Спасибо, мой рыцарь. Как я могу отблагодарить тебя? — кокетливо поинтересовалась она, опустив глаза и поглядывая на меня снизу вверх из-под густых чёрных ресниц. Быстро же она оправилась, не ожидал.

«Ну, рыцарь из меня конечно… разве что тёмный рыцарь.» — Подумал я. — «Я Бэтмен? Нет, скорее, правильнее будет сказать Бэдмэн. Ну, не важно. У меня тут появился реальный шанс провести не только одну случайную ночь страсти, а обзавестись девушкой на этой стороне немагического мира. По крайней мере, я могу рассчитывать на нечто большее, чем пьяный перепихон в гостинице. Придётся немного переиграть планы, видимо. Надеюсь, это будет того стоить.»

— Ох, этот рыцарь очень неприхотлив и не стал бы просить о награде, но… Раз уж дама сердца сама предлагает… Как насчёт поцелуя, или, что ещё более предпочтительно, свидания? — Я решил немного подыграть, если ей такое нравится, и закинул наживку.

Если выберет свидание, то будет замечательно, ведь постоянный секс лучше одноразового, но если поцелуй… Что ж, значит не повезло и мне обломится только один раз. Не сегодня правда, я же не чудовище, чтобы тащить её в гостиницу сразу после того, что с ней чуть было не произошло.

Одноразовый секс — тоже неплохо, ведь я изначально за этим сюда и припёрся, вообще-то, но такую милашку, да ещё с хорошим вкусом и, если верить её утверждениям ранее, умеющую неплохо так готовить, отпускать уже совсем не хочется. Наверное, это что-то из древних инстинктов. Спас девушку, значит она теперь твоя, да? Как-то так. Хотя я выше инстинктов, я же волшебник. Ладно, пока моя не тащить красивый самка в пещеру.

Девушка прикусила губу и приподнялась на цыпочки, легонько поцеловав меня в губы. Даже не французский поцелуй. Плохой знак, похоже. Жаль, я надеялся, что получится развить успех и завязать какие-никакие отношения. Видимо, не судьба. Придётся тащиться в отель с одной из её подруг. А может и сразу с тремя, чем чёрт не шутит? Если их будет сразу три, то это должно как-то компенсировать мне то, что это не Фелисити.

Она осторожно отстранилась и внимательно посмотрела в мои чёрные глаза, коварно улыбнувшись, заметив разочарованную мину на моем лице, и сжала мою руку своими коготками.

— Послезавтра я свободна. — мило и невинно захлопала ресницами, эта хитрая змея, но меня не проведёшь. Хоть бы спрятала свою победную ухмылку! Ишь, шутница мне нашлась. Подожди мне, доберусь ещё до твоей попы и тогда…

— В шесть вечера буду ждать тебя у центрального фонтана в Грин Парке. Оттуда прогуляемся до одного хорошего французского ресторанчика неподалёку. — предложил-утвердил я. Не удержавшись, я решил отомстить этой засранке и притянул девушку за талию к себе, чмокнув в аккуратный носик. Её глаза расширились от удивления, но испугаться она не успела, я быстро дал ей свободу, более не удерживая. Та довольно хмыкнула, но отстраняться не стала.

— Годится. Постараюсь не опаздывать больше чем на пол часа. — добавила в голос нотки ехидства эта отходчивая особа. Шутит, значит в порядке. Она же пошутила, да?

— Женщины… Неужели, если вы начнёте приходить на свидания вовремя, небо обрушится на наши головы и наступит судный день? — скорее чисто для проформы заворчал я, на самом деле вполне довольный собой. Давно я не приглашал никого на свидания. Амос так и вовсе ни разу. Если не считать того раза под амортенцией…

— Кто знает? Даже не представляла себе, что ты такой религиозный. — улыбнулась девушка и потащила меня за руку обратно в общий зал.

Я аж задохнулся от возмущения. Религиозный? Я?! Ахахаах, хорошо подколола.

Вовремя мы решили покинуть сей закуток, сюда начали заглядывать всякие зеваки, мимо нас пробежали охранники. Мир не без добрых людей, однако. Видать, кто-то все-же догадался позвать охрану заведения. Ну хоть так. Двое немного помятых овощей на полу не очень способствовали романтической атмосфере в любом случае, так что сменить обстановку было правильной идеей.

— Наверное, нужно закругляться. У этих увальней вполне могут быть здесь ещё друзья. В ближайшие пару недель тебе с подругами будет лучше избегать этого места, а лучше и вовсе про него забыть. Я вызову вам такси. Если хочешь, я могу проводить тебя до дома. — я решил сворачиваться, пока три блондинки все ещё могут передвигаться на своих двоих. Вроде. Развозить их всех у меня нет никакого желания. Кое-кто так наклюкался, что может и блевануть в такси, а мне такого не нужно. А вот Фелисити я бы проводил, да. Даже зашёл бы на чашку кофе, если у неё никого дома сейчас нет.

Навязываться, впрочем, тоже не буду, а то это будет выглядеть странным и неуместным. Взрослая уже девочка, сможет пройтись от такси до порога собственного дома.

— Ммм, да, ты прав. Я объясню ситуацию подругам. Спасибо ещё раз, ты сегодня наш спаситель. Мой спаситель. Но провожать меня не нужно, я уже большая девочка. Вызова такси для нас будет более чем достаточным. Я сама прослежу, чтобы эти пьяные дуры добрались до дома. Боюсь, что если ты поедешь с нами, они начнут к тебе приставать. — я удостоился ещё одного мимолетного поцелуя, но уже в щеку. Как я и думал, от моих услуг ненавязчиво отказались. Ожидаемо. Однако, я не думал, что она начнёт ревновать меня так рано. Ну ладно, ничего страшного.

Вполне довольный жизнью я принялся реализовывать свой план и набрал номер элитной службы такси. Хоть где-то я могу сорить деньгами, а не побираться магическими реагентами по дремучим лесам.

После того, как я избавился от трех златовласых проблем и Фелисити, я взглянул на часы. Было всего пять часов утра, так что времени до восьми было ещё полным полно.

Прикинув, стоит ли сегодня возвращаться на базу или же предпочесть сегодня здоровый сон, как нормальный человек, я пришёл к выводу, что все-таки сон — дело полезное, даже тёмным мага он нужен. Значит, сначала домой!

***Утро следующего дня.

(не путать с тем утром, когда Амос вернулся из клуба в 5 утра, это уже следующее)

Гекату Санхайд немного озадачил сработавший дверной звонок, отвлекая от плиты. На кухне приятно пахло жарящимся на сковородке беконом и яйцами.

Нечасто к ней заходили гости, так что удивление мисс Санхайд было понятным. К её сыну и подавно гости заходили всего пару раз в году. Разве что его одноклассница, Кэролайн.

Во всяком случае, так рано утром к ним еще никто не заходил… Она посмотрела на часы. Пол восьмого. До возвращения её любимого сына ещё рановато, да и не стал бы он звонить, у него есть свои ключи.

Заглянув в дверной глазок она увидела симпатичную брюнетку, лет двадцати, в приличном красно-черном платье, приталенном кожаным ремнем. Девушка выглядела опрятно и не была похожа на представителя какой-то компании, занимающейся рекламой, раздавая листовки. Единственное, что её смущало, это излишняя бедность и выбор помады. Чёрный цвет ей, правда, был к лицу, но все равно довольно смелое решение. Подумав немного, Геката все-же открыла дверь.

— Доброго утра, я могу вам чем-то помочь? — вежливо поинтересовалась женщина, добродушно улыбаясь. Улыбка ещё никому не повредила.

— Ох, доброго утра. Меня зовут Фелисити Синдер, я подруга вашего сына. Он сказал, что я могу найти его здесь, если понадобится, вот я и здесь. Я пришла не вовремя и он уже успел убежать по своим делам? — у девушки был приятный, но немного прохладный голос. Будто сквозняк задувающий холодный воздух в натопленную комнату через щёлочку в двери. В общем, её голос вызывал весьма неоднозначное ощущение.

— Мммм. Вот как? Он как раз скоро должен вернуться. Амос… выходил на утреннюю пробежку. — решила ответить полуправдой Геката. В конце концов он действительно скоро вернётся, и его возвращение обычно сопряжено с пробежкой. А то, что он в это время, напротив, только возвращается домой, а не уходит, знать его новой знакомой не обязательно. И вообще, её сыну всего пятнадцать, а гостье никак не меньше восемнадцати!

«Ах, какие нынче нравы пошли. Но вкус у Амоса определённо хороший.» — подметила женщина, оценивая весьма приятную внешность этой Фелисити. Особенно выделялось её лицо.

«Да уж, почти так же красива, как я.» — скромно отметила женщина.

— Ой, как неловко получилось. Тогда я подожду его снаружи…

— Нет-нет, что вы, проходите в дом. Мы как раз собирались завтракать. Подождёте его здесь. У Амоса не много друзей, так что я буду рада послушать, как вы познакомились. — Старшая Санхайд отошла в сторону, сделав приглашающий жест. Любопытство пересилило её природную подозрительность. Сын не часто рассказывал о своей жизни в Хогвартсе и из него и клещами было не вытащить ничего о девочках, которые ему нравились. А ведь ей было интересно узнать, как у него обстоят дела на любовном фронте! Воспитание он получил хорошее, внешностью был не обделен, так что она была уверена, что в школе у него отбоя не было от одноклассниц. Если их только не отпугивала Кэрол, конечно. Вот, как оказалось, ему нравятся девочки постарше, что-то новенькое и интересное.

— Благодарю, — брюнетка подняла левую руку ко рту, будто намереваясь прикрыть пальцами улыбку по привычке, но все же не стала. Рука замерла на пол пути, у сердца. На ее лицо медленно наползла едва заметная улыбка, но от неё у Гекаты почему-то по спине побежали мурашки. Иногда так улыбался Амос, когда глубоко задумывался о чем-то своём, магическом, но он был её любимым ребенком и она не воспринимала всерьёз зловещее ощущение, которое от него порой исходило в такие моменты. Любовь слепа. В черных, бездонных глазах девушки будто сверкнул матово-красный отблеск её платья цвета спелой вишни, — тогда я воспользуюсь вашим ~гостеприимством~.

Геката не могла этого видеть, так как правая рука гостьи все это время находилась у неё за спиной, но тонкие девичьи пальчики, сжимавшие холодную рукоять пистолета, слегка шевельнулись, с тихим щелчком снимая его с предохранителя. Девушка зашла в дом. Дверь за ней захлопнулась.

Заметка от автора:

Я знаю о чем вы подумали.

Нет, Фелисити не вампир. Нет, не будет ожидаемого клише. Будет неожиданный поворот.

xbnfntkm13, бечено

Глава 8 Разговоры под дулом пистолета

Глава 8

Разговоры под дулом пистолета

Лёгкой трусцой разгоняя сонливость, я как и всегда приближался к дому, как раз к восьми часам утра, но в этот раз, загодя подключившись к своей системе безопасности, я заметил кое-что неладное и замедлился. Остановившись в одном квартале от своего дома, на максимальном расстоянии, откуда я мог дистанционно контролировать свою скудную «защиту поместья», я прислушался к своим чувствам. Погрузившись чуть глубже, замерев посреди мостовой, я смог определить только две вещи на таком расстоянии.

Первое, у нас был гость, точнее, гостья, но не вторженка. Её пригласили, она не проникала силой, так что была определена рунами именно так. Но это ничего не значит, ведь гости бывают непрошеными.

Второе, моя мать, которая её и впустила внутрь, похоже, находилась в состоянии глубокого сна, а это нетипично для неё, впустить гостя, а потом завалиться спать.

Не говоря уже о том, что я прекрасно знаком с её расписанием и знаю, что сейчас она уже должна была накрывать на стол… Этот нюанс переводил гостью в разряд гостей однозначно незваных, нежелательных и, скорее всего, опасных. В прошлый раз, когда к нам явились незваные гости, я был дома один, к счастью, а для напавших на меня волшебников это сослужило дурную службу. Теперь они инферналы. С ними вообще забавная история получилась, ведь из людей я инферналов делать не люблю, но для них сделал исключение, ведь они были не обычными людьми, а волшебниками. Инферналы из них получаются, кстати, на порядок сильнее.

Я быстро метнулся туда и обратно, оставив свою палочку вне зоны контроля министерства, в специальной нише, как раз для такого случая и сделанной, предварительно наложив на себя комплекс чар «домашнего ассасина». Тихий шаг, отвод глаз, чары невидимости — простенькие, но рабочие.

Теперь я могу применять несколько заклинаний без палочки, не переживая об отчислении, так как палочка побудет здесь, пока я не разберусь со всей этой херней.

Стремительной кометой полетел обратно, боясь опоздать. По пути я смог выжать ещё немного информации. Гостья не чувствовалась как ведьма, но что-то с ней определённо было не так. Едва-едва чувствовал привкус какой-то остаточной магии. Погрешил бы на империо, но нет, уж что из себя представляют непростительные — я знаю из личного опыта. Из личного опыта применения. Но чувствовалась в ней капля магии, совсем немного, но… будто остаток на донышке.

Сквиб, возможно? Что ж, если так, то проявление магии она сможет и увидеть, но мне не обязательно демонстрировать её перед её носом, чтобы применить. Я активировал рунную ловушку в том месте, где примерно чувствовал гостью. Она не сработает мгновенно, да и не должна, но её задача в другом.

Тончайшие нити магии медленно оплетут её, словно прозрачная паутина, вторая одежда, в миллиметре от кожи и вещей, но проявятся и заметными мои ниточки станут только в тот момент, когда я посчитаю активацию ловушки приемлемой и своевременной.

Гостья к моему приходу уже будет полностью в моей власти, только не будет знать об этом. Хочу для начала поговорить. Связанный, плененный человек может говорить совсем другие вещи и выдавать совсем иную информацию, нежели тот, что считает себя победителем, в шаге от успеха. Многие преступники любят трепать языком на пороге победы, хвастаются своей гениальностью и планом… Ищут одобрения у других людей, глупые нубы.

Тёмные маги должны действовать скрытно и наносить добро и причинять справедливость незримо. Пленить я теперь её всегда успею, но мне интересно посмотреть, кто это там такая смелая и дерзкая, чего она добивается и, если её ответы мне не понравятся… Кэролайн все равно пришлось бы учить поднимать инферналов не только из акромантулов, верно? Вот уж у кого рука точно не дрогнет. Пиетета перед человеческой жизнью Шарпхарт не испытывает вовсе, это я ещё иногда позволяю своей совести поднимать голову.

Дверь я открыл без скрипа, осторожно, но внутри моё «вторжение» все равно почувствовали. Как? А довольно просто. Кое кто додумался привязать очень тонкую прозрачную леску к ручке входной двери, которая тянулась куда-то вглубь дома. Сука. И ведь выбора всё равно не было, окна закрыты на замки с другой стороны, так что только входная дверь. Надо было прокопать себе тайный проход, как все нормальные Тёмные Маги и некроманты, но, памятуя о том, что обычно именно тайными проходами и пользовались герои света, чтобы на садить злодеев на кук… на меч справедливости, я решил не заморачиваться.

Я замер, прислушиваясь. Ну слава магии, это была не ловушка со взрывчаткой. Я уже за секунду успел попрощаться с жизнью. Как я мог так облажаться? Бляха. Слишком привык искать магические ловушки и подвохи, что напрочь забыл, что можно ведь устроить засаду и без магии. Особенно учитывая то, что вторженка точно не ведьма. Или не точно. Проклятье. Меня уже точно засекли, так что скрытое проникновение под невидимостью провалилась.

Странно, запах внутри дома довольно знакомый, но его перебивают духи. Довольно специфичные, но приятные, я пока встречал только одну девушку, что их предпочитает. Но это, наверное, просто совпадение. Эх, надеюсь, что совпадение, потому что если нет, то я зарекусь пробовать использовать свою черную удачу в чем-то кроме темной магии и ритуалов. Делать нечего, нужно идти знакомиться и выслушивать требования, угрозы, шантаж и кивать головой, будто внемлю и серьёзно напуган. Видимо, кто-то из моих недугов решил использовать мать как заложника для переговоров. Или приманку, ради моего устранения. Или все ещё хуже, и тогда в клубе я тыкнул пальцем в небо, а попал в квазар. В простое ограбление я не верил совершенно. Ладно, будем посмотреть.

— Выходи и покажись уже, я знаю, что ты здесь и что скрываешься магией. Брось палочку на пол, а затем, пни её в сторону стола, да посильнее. — разнесся по гостиной нетерпеливый голос миниатюрной брюнетки в красном платье. Как я и думал, это была Фелиция. Я непроизвольно заскрипел зубами от злости. Почему я такой «везучий»-то а, когда дело касается повседневной и личной жизни? Может, моя черная удача высасывает заодно и мою собственную, обычную удачу, извращая ее суть? Почему всегда происходит какая-то херня? Стоило найти красивую и интересную девушку, как она заваливается ко мне в дом со стволом и берет в заложники мою мать, а?

Фелисити была с виду спокойна и собрана, но я видел, что она немного нервничает, а её пальчик находился на спусковом крючке пистолета, который был приставлен к виску спящей в кресле мамы. Сама моя новоявленная знакомая стояла позади неё, прикрываясь ею как щитом от меня и в её голосе чувствовалась явная угроза и неприкрытый намек. В её чёрных зрачках блестела кровавая сталь.

Пистолет был снят с предохранителя, да и держала она его достаточно уверенно, стало быть, пользоваться умела, а не «по телевизору видела, как стрелять». Да и с такого расстояния промазать невозможно. Александр пользоваться огнестрельным оружием умел, так как успел отслужить, в отличии от Амоса, так что ему был знаком как решительный и холодный взгляд убийцы, так и характеристики простенькой беретты М-9.

Да я это прекрасно понимал, так что вскоре заклинание отвода глаз и простенькой оптической невидимости спали с меня как с гуся вода, благодаря беспалочковой фините, а на пол упал точный муляж родной волшебной палочки, который сразу же укатился под стол, откинутый носком кроссовка.

Конечно же, никто не поверил бы, что волшебник, пускай и несовершеннолетний, оставил бы свою палочку дома или попросту потерял в самый неподходящий момент, да и наличие активных заклинаний на себе объяснить было бы затруднительно, так что парочку муляжей я с собой таскал стабильно. Вот как раз для таких вот случаев. Со стороны наверняка казалось, что я снял с себя чары с помощью палочки, что мне и было нужно продемонстрировать ей. Незачем моему потенциальному врагу знать, что я могу скрутить ее в любой удобный момент времени, а опасность угрожает уже не мне или моей матери, а именно ей. Хочу послушать, зачем она здесь. В зависимости от ее ответов и вопросов я распоряжусь ее судьбой.

Прекращение работы запущенных ранее заклинаний, к счастью, министерство отслеживать пока неумело. Гостья не выглядела удивлённой моей демонстрацией, что говорило о том, что она либо хорошо знакома с работой министерства магии и ДМП касающейся непосредственно колдовства магглорожденных волшебников и ведьм вне Хогвартса, либо, напротив, понятия не имеет, как тут у нас все устроено.

Учитывая сложившуюся ситуацию, я был готов поставить на первый вариант сотню галеонов. Девушка явно знала о магии, а значит исходить нужно из худшего сценария, где ей известны местные реалии и даже некие тонкости. С другой стороны, если она так хорошо разбирается в быте обычных магглорожденных волшебников, то это даже может в данном случае сыграть против неё, ведь я был не обычным обывателем. Как и мое жилище, я мог очень неприятно удивить слишком самоуверенного врага. Во всяком случае, я хочу на это надеяться.

— Фелисити, мне казалось, что наше свидание было назначено на несколько иное место, и дату, кстати, тоже. На завтра, если точнее. В Грин Парке, а не у меня дома. Не думал, что ты так быстро по мне соскучишься, да так сильно, что аж выследишь место, где я живу, придёшь ко мне в дом поутру, нежданно-негаданно, опоишь мою мать снотворным и будешь угрожать нам пистолетом. Как радушный хозяин, я хотел бы сказать, что рад тебя видеть и обязательно сделал бы комплимент твоему прекрасному вкусу в выборе подходящего платья для первого знакомства с моей мамой, но… боюсь, впечатления от нашей встречи слегка смазались из-за револьвера у ее виска. — нервно, но с долей иронии и сарказма начал я разговор, когда наши гляделки и молчание затянулись.

Переминаясь с ноги на ногу, я внимательно осматривался вокруг, в поисках ещё кого-то, но никого так и не нашел. «Домашняя» магия тоже молчала. Нас было всего трое внутри здания. Хотя, не стоит забывать о том, что может быть еще кто-то снаружи, в засаде. Проблемка. — Как ты меня выследила, кстати говоря? Я вполне уверен, что не называл тебе своего адреса, а добирался я домой отнюдь не простым способом… Слежки за собой не заметил, опять же…

И я всегда проверяю себя на предмет всяких магических следилок, прежде чем трансгрессировать домой…

— Знаешь, а я вот рада тебя видеть, хи-хи. Присаживайся, Амос, в ногах правды нет*, — с мрачной, но по своему привлекательной улыбкой на устах девушка, ткнула пальцем в кресло напротив, — только не делай глупостей, пожалуйста. Ты знаешь, как тяжело отстирывать кровь с матерчатых поверхностей?

— Знаю! — буркнул в ответ, чем вызвал легкий интерес и удивление девушки. Конечно знаю, мне уже пришлось отмывать это чертово кресло однажды, после прошлых гостей.

Её собеседник в моем лице предпочёл выполнить такое простое условие, удобно устроившись в кресле. В ногах правды нет, так почему бы не воспользоваться гостеприимством… В собственном доме-то… предварительно внимательно осмотрев кресло и подлокотники на предмет скрытых иголок с ядом. Вроде нету. В смысле, только мои, но для меня они безопасны, так как приводятся в действие защитой дома по моему желанию. Хорошо.

Я бы вот использовал парализующий яд на ее месте, так что некоторую осторожность я решил проявить. Вот была бы хохма, если бы она повторила мою же ловушку и я бы в нее угодил. Было бы очень глупо упустить контроль над ситуацией из своих рук в такой ответственный момент из-за небрежности. Как говорил один очень-очень назойливый аврор: Постоянная бдительность! Чтоб его черти в аду драли, когда он наконец сдохнет, бес одноглазый.

Девушка прикусила губу и задумалась о чем-то своём, пристально рассматривая мое лицо, но было видно, что бдительность тоже не теряет, зараза. Решив наконец что-то для себя, она стала отвечать на вопрос, проигнорировав мою подначку. Удивительно.

— А знаешь, отвечу на твой вопрос. Выследить тебя было легко. Волшебники обычно забывают, что есть и другие способы отследить цель, помимо магии. Технологии не стоят на месте, так что я просто покинула тебе «жучка». Что-то вроде маячка-якоря для трансгрессии и портключей, если ты не в курсе новейших маггловских разработок, такой пример для тебя будет понятен, но ты ведь магглорожденный, думаю ты и так меня понял. Да, электроника быстро дохнет из-за пассивного воздействия магического излучения, но какое-то время они способны передавать стабильный сигнал в пределах города. Вот так-то. — Девушка хищно улыбнулась и поправила волосы, убрав прядь черных как смоль волос за ушко свободной рукой, выжидательно уставилась на меня. Она что, хвастается и ждёт… похвалы? Странная она. Очень странная.

А я еще страннее выходит, раз она все еще физически меня привлекает? Еще и эта ее улыбочка… в ней чувствуется что-то до боли знакомое. Ах да, такую полу-безумную улыбочку я вижу каждый день. В зеркале. Черные волосы, черные глаза, улыбочка, от которой у нормальных людей мороз по коже… если бы не ее возраст, принял бы ее за свою сестру, честное слово.

Но это еще не самое плохое. У меня мурашки по коже от того, что привлекает она меня не только физически. Будто какое-то естественное влечение или эфемерная связь. Вмешательства в разум не чувствую, никаких реагентов в воздухе не распылено, защита дома молчит… выходит, это чисто мои ощущения? Нет-нет, нельзя делать поблажек из-за привлекательной внешности и пола, как же равноправие, ха-ха.

Ладно, может быть, я ее и не убью, если она пришла сюда с другой целью, нежели убийство, пытки или порабощение Санхайдов. Что? Тем двум типам, что завалились сюда до моего «перерождения», я-Амос таких поблажек не сделал? Ну да, но они ведь как раз пришли чтобы пройтись по всем пунктам из запретного списка сразу, сорвав джекпот и приобщившись к обществу тех, кого пожрала смерть. По моему, весьма иронично. А вот нечего было использовать пафосные названия для своего кружка по интересам. Вся вина на змеемордом! Назвался пожирателем смерти? Будь готов к тому, что смерть тебя сожрет. А я просто добропорядочный исполнитель ее воли, ага.

Но должен признать, что ход с жучком… так тупо подставиться… я слишком привык к тому, что электроника сама разрушается от моего магического фона, вот и не заморачивался, а стоило бы… как оказалось, даже короткого промежутка работоспособности устройства хватило, чтобы привести за мной след… а если бы я прыгнул не домой, а на «базу? У меня аж скулы сводит от таких «чудесных» перспектив. Славься моя лень, вчера ты спасла меня от кучи проблем. Или напротив? Мощности жучка не хватило бы, наверняка, чтобы добить так далеко… в этот раз, по крайней мере, но на всякий случай нужно будет с этих пор перестраховываться и сознательно уничтожать всю электронику в радиусе метра вокруг себя перед трансгрессией.

— Проклятье. Ничего не заметил. Это когда мы обнимались? Видимо я потерял концентрацию из-за… тебя, ха-ха. Хорошо сработано. Видимо, ты не только внешне хороша собой, но и в принципе… — немного похвалы мне не жалко, а додуматься до того, когда мне могли подкинуть жучок, так, чтобы я не заметил, было просто. Всегда знал, что красивые девушки — моя слабость. Видит Мерлин, однажды я так и найду свою смерть.

— Верно подмечено, — девушка удовлетворенно покивала подтверждая мою догадку, — немного импровизировала, так как не ожидала, что ко мне полезут эти придурки. Странный ты, однако, Амос, продолжаешь флиртовать со мной даже в такой ситуации, что это — отвага, глупость или…? Впрочем, пока опустим это, какой девушке не будут приятны комплименты от парня, который ей приглянулся? Можешь продолжать, я не против. — Фелисити озорно подмигнула и тихонько хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

Интересно получается, значит я ей понравился и по этой причине я еще жив? Или причина в другом? Ну, точнее, мне ничего не угрожает, на самом деле, но если бы меня застали врасплох… могу и не успеть уклониться, а пулю в глаз я точно не переживу. О, а может быть это тот самый случай, когда убийца слишком сблизился с жертвой и передумал убивать? Что ж, вероятность этого я бы не стал отбрасывать, но сильно сомневаюсь. Что творится в голове у этой девицы я не могу понять никоим образом, да и не очень-то хочу понимать. Боюсь сам себе мозги спалить. Легиллименция без палочки возможна, но она может заметить, и тогда придется задействовать план Б и переходить к насильственным методам ведения переговоров с позиции силы, а мне только начала нравится наша маленькая игра.

— Какое коварство. Я восхищён, однако. Что касается комплиментов, то… почему бы и нет? Они ведь вполне заслуженные. А там — кто знает, может быть мне удастся тебя соблазнить и ты даже передумаешь красить мне стены в красный? Но знаешь, какие бы предположения я не делал, для меня остаётся загадкой причина твоего здесь появления. Ты из инквизиции или МИ-6, что-то вроде того? — решил продолжить задавать вопросы, раз уж на некоторые можно даже получить ответы, если смазать их комплиментами, то грех не воспользоваться болтливостью падкой на лесть девушки.

— Нет. Я не из инквизиции, и не имею никакого отношения к маггловскому правительству. Я сама по себе, — снова хихикнула девушка, прикрыв ротик ладошкой и мельком осмотрела себя с ног до головы, — я что, так похожа на монахиню?

Опа, а вот и первая оговорочка. Значит, она ассоциирует себя с магической стороной Британии, а не наоборот. Понятно. Я бы мог подумать на моих аристократических доброжелателей, но это невозможно. Так все просчитать заранее не получится, ведь я прикрыт одним из прошлых ритуалов даже от пророков. По большей части. Тут скорее замешано совпадение, чистой воды удача. Правда черная, похоже.

— Ты? Нет, скорее на ночной кошмар для любой благочестивой монахини… Или прекрасный сон для любого парня, — отпустил ещё одну шпильку в перемешку с комплиментом, проверяя психологическую устойчивость девушки и границы, за которые мне лучше не заходить, дабы не схлопотать предупредительный выстрел в какую-то из моих конечностей. Они мне дороги, знаете ли, и не только как память.

Но… девушка реагировала странновато. Мне все больше начинает казаться, что мы на свидании и мило беседуем о погоде, а не вот это вот все. Какое-то очень странное чувство… будто она не до конца понимает, в каком щепетильном положении мы сейчас находимся и как вообще должны вести себя НОРМАЛЬНЫЕ люди.

Для нее все происходящее, казалось, укладывается в некую норму. Чудесно, она еще и социопатка, чтоли? Или причина в другом? А так и не скажешь, в клубе казалась вполне нормальной девушкой, хотя… Ладно, были там тревожные звоночки, но я предпочел их проигнорировать. За что теперь и расплачиваюсь.

— Ха, вот как? — девушка накрутила локон черных волос на палец и хитро прищурилась. — Ладно, шутки в сторону. Тебе интересно, что привело меня сегодня сюда, не так ли? Ладно, чего я спрашиваю, понятно же, что интересно.

— Было бы приятно знать, чем обязан такому… пристальному вниманию. — я даже немного подался вперед, приготовившись слушать, что мне собирается поведать эта ненормальная сталкерша. Я, конечно, тоже не святой, но я хоть не преследую девушек со всякими дурными намерениями!

— Я начну издалека и постепенно мы дойдем до нынешней — брюнетка перебрала пальцами по спинке кресла, словно играя на пианино — ситуации. Постарайся не перебивать меня, я знаю, что у тебя возникнет много вопросов, но для меня это и так непросто, знаешь ли, так что придержи их на потом. Я впервые буду рассказывать кому-то свою историю и ты скоро сам поймёшь, почему она прозвучит здесь и сейчас.

— Ну, пока звучит очень интригующе, я внимательно слушаю. — я откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу, приняв удобную позу, и скрестил руки на груди.

Судя по всему, будет что-то интересное. Истории у таких личностей обычно весьма неординарные, как и они сами. То, что мне собираются раскрыть что-то личное — хороший знак, как по мне. Значит, меня не собираются убивать.

Или наоборот, вывернув душу на изнанку, как у психотерапевта, раскрыв свои грязные секретики, облегчив давящий на плечи груз, меня попытаются устранить, чтобы эти секретики отправились со мной в могилу. Одноразовый психолог, хах. Такая себе работенка. Как быть адвокатом у дьявола. Впрочем, это просто мои домыслы. Слушаем.

— Не знаю, почувствовал ты или нет, но раньше я тоже владела магией… Вижу по твоему удивленному лицу, такого ты не предполагал, да? За кого ты там меня принял вначале, за вампира или церковную служку, наверняка? — дождавшись моего кивка она проложила: — Что ж, моя история начиналась, пожалуй, так же банально, как и у большинства магглорожденных. Как и у тебя, скорее всего. Правда я была не из благополучной семьи, но это мелочи, не играющие особой роли. У меня все было не так уж и плохо, в конце концов. Крыша над головой и еда были, и на том спасибо. Родители алкаши — это, право слово, такой пустяк… не самый запущенный случай, кстати. — Фелисити вздохнула и сложным взглядом посмотрела на мою мирно спящую мать. В ее глазах был оттенок грусти и капля зависти. Собравшись с мыслями, она продолжила.

— Хогвартс, как замечательно было узнать, что ты особенная, не такая, как все прочие дети. Не уродка, гик, бельмо на глазу, а настоящая ведьма, чародейка, волшебница, у которой впереди открыты все двери, а замечательный мир магии так и манит своими бесчисленными секретами колдовства и загадками прошлого… столь сладкая ложь. Нам позволили насладиться ею сполна, с умилением наблюдая, как мы — первачки, снуем туда-сюда по древнему замку, заглядывая под каждую парту в поисках тайн арканы, как наслаждаемся своей свободой и жаждой жизни... — пальцы на рукояти пистолета сжались так сильно, что аж побелели. К счастью, указательный, что покоился на курке даже не шелохнулся. Не хотелось бы заканчивать откровения так рано и выводить ее из строя.

Фелисити сделала глубокий вдох и с шумом выдохнула, будто спуская пар. Кажется, ее воспоминания о разбитых мечтах все еще довольно свежи и болят, как гноящиеся раны, хотя она и немного старше меня. Впрочем, наши расколотые розовые очки и грезы навсегда оставляют нам в напоминании о себе шрамы в сердце и неприятную резь в глаза. Могу ее понять. Правда могу.

— Я… Второй курс стал для меня сильным ударом… Те, кто раньше относился ко мне с некоторым снисхождением, безразличием, а в редких случаях даже доброжелательностью, будто вмиг сбросили маски, оголив уродливые морды нелюдей. Полное безразличие или пренебрежение учителей, насмешки и травля от одноклассников, грязные слова и угрозы расправы от старшекурсников, которые раньше были примером для подражания… я буквально прописалась в лазарете из-за того, как часто меня проклинали другие девчонки. Быть красивой оказалось офигеть как невыгодно, представь себе, детская зависть, столь же незамутненная, сколь и ненависть, обрушились на меня водопадом травм, унижений, и не смертельных, но крайне болезненных и неприятных проклятий. — моя собеседница будто немного ссутулилась под тяжестью болезненных детских воспоминаний, словно ей на плечи взвалили действительно тяжелую ношу. Но если в детстве на густых черных ресницах собирались слезы, то теперь вместо них в ее агатовых глазах поблескивали лишь злость, ярость и жестокость, не предвещавшие ничего хорошего тем, кто попытается задеть ее словом или делом теперь.

Может, мне и не показалось тогда, в клубе, и этот красноватый оттенок в ее глазах вовсе не отблески яркого света неоновых ламп, а огонь ее глубокой ненависти и обиды проявляется таким образом? Я слышал, что такое у нас, волшебников достойной силы, частое явление. Глаза — зеркала души, не так ли? Хотя, я бы сказал, что они скорее зеркала или окна разума и магии, если учитывать мои познания в окклюменции.

Прекрасный пример — Дамблдор, с его глазами цвета дымчатого льда, от которых у всех, даже самых стойких, бывает мороз по коже, когда он действительно зол. Они будто покрываются пленкой темного арктического льда.

Кэролайн говорила, что ближе к полнолунию у меня можно поймать полную луну во взгляде, даже когда она скрывается за тучами и небо темное, как помыслы Гриндевальда. Я молчал, ожидая продолжения, лишь ободряюще кивнул и вымучено улыбнулся, иногда молчание лучше тысячи слов. Мы окунулись в тишину на какое-то время, каждый думал о чем-то своем.

Ее воспоминания наложились на мои собственные. Похоже, все через это проходят, плюс-минус, да уж… Каждый справляется по своему. Кто-то ломается и прогибается под общество, а кто-то…

— Ты наверняка тоже через это проходил, по глазам вижу. — хмыкнула эта бесцеремонная пигалица, опираясь локтем о спинку кресла, за которым стояла, подперев рукой голову. Я лишь хмыкнул. Тоже мне детектив, я этого и не скрывал никогда особо. — Ни тебя, ни меня не смогли сломать эти мелкие холеные ублюдки и их более взрослые версии, почему-то возомнившие себя хозяевами мира и нас, магглорожденных, в частности. Они считают нас людьми второго, нет, третьего сорта, но чем они лучше нас? Вся разница лишь в накопленных знаниях и богатствах их предков, не более. Чистая кровь? Ха! Просто очередной красивый ярлык. Большинство наших прогибаются и становятся лишь пустыми оболочками себя прежних, лишенные стремлений, смысла и мечты… просто шелуха. — прошипела последнюю фразу девушка, чуть ли не плюясь ядом.

— Я не буду долго распинаться, каких усилий мне самой стоило выдерживать все это до тех пор, пока я не набралась достаточной силы, чтобы бить в ответ — это история для другого раза. Просто достаточно будет сказать, что я нашла утешение в магии и музыке. Даже приспособила плеер, чтобы не ломался в условиях Хогвартского магического фона, хоть это было очень непросто, так что весь седьмой курс со мной была музыка в ушах, а не только в моей голове. Так намного привычнее, чем использовать для таких мелочей окклюменцию, которая сильно давит на мозги при длительном использовании. Мигрени точно не добавляли мне дружелюбия в те годы, говоря по справедливости. У меня был очень скверный характер. Да-да, не закатывай глаза, ещё хуже, чем сейчас. — девушка посмотрела на часы и сладко зевнула, немного потянувшись, отчего ее платье на груди сильно натянулось, очерчивая весьма приятную для глаз двоечку с плюсом. Я честно старался не смотреть, но честно проиграл этот бой, чуть не заработав себе косоглазие в процессе борьбы.

Фелисити перехватила мой взгляд и хмыкнула, задорно подмигнув, отчего я почувствовал, как у меня горят уши от стыда. Мне тут душу оголяют, ситуация жизни и смерти, а я смотрю на сиськи… стыдоба! Нужно быть серьезнее, Амос, серьёзнее. Хотя моя собеседница, кажется, была не против разрядить обстановку.

— Знания — сила. Не зря я попала на Рейвенкло. Всегда любила читать. Я… скажем так, получила почти неограниченный доступ в запретную секцию библиотеки. Нашла тайный проход и каждую ночь погружалась в безграничную бездну магического искусства.

Ого, понятненько. Либо не врет и туда реально есть потайной ход, (что тоже вполне возможно, ведь это часть моей собственной легенды, ха!) либо, что более вероятнее, она просто тоже нашла Выручай-комнату. Скорее второе, как я считаю. Она ведь не просто так зовётся, это чудо Ровены Рейвенкло. Выручай-комнату находят в основном те, кто больше всего в ней нуждаются и кто смог оформить свое желание в четкий образ того, что именно ему или ей больше всего нужно, подкрепив все это дело выбросом магии. А ещё мы оба с её родного факультета… Может быть, это добавило нам очков?

Скажем, что если Серая Дама отвечает за Выручай-комнату, открывая её для тех, кого сочтёт достойными знаний и новых возможностей? Как наследница основательницы, ставшая призраком в Хогвартсе, думаю, она сохранила часть административных прав управления школой. Как минимум тех частей, за создание которых и отвечала её кровинушка — Ровена. Это возможно. Не так уж и удивился бы этому.

Я не настолько тщеславен, чтобы считать, что это сокровище нашел только я и оно только для меня одного. Совершенно не удивлюсь, если в школе помимо меня есть еще несколько учеников, которые используют её тем или иным образом. Скорее всего, как раз как библиотеку, ведь и помимо меня у нас учатся реально сильные и талантливые волшебники. Я, может, немного и выделяюсь, но и других уникумов хватает. Мы не пересекаемся, ведь в нее можно попасть почти из любой точки замка, а пространственные карманы для каждой точки входа отдельные, кроме комнаты потерянных вещей. Вот она — общая. Нет, не совсем так выразился. Дверь в Выручайку может быть впервые открыта почти в любом рандомном месте, но после этого она для тебя закрепится именно там, и поменять точку входа будет оооочень непросто. Я такого способа не знаю, так что так и мотаюсь к танцующим троллям, когда приспичит почитать что-то новое и познавательное. Может оно и к лучшему, зарядка, опять же.

— Кхм-Кхм. Больше всего меня привлекала боевая магия. Наверное потому, что мне очень хотелось отомстить и повыбивать все зубы из этих мерзких, отвратительных ухмылок с лиц гадюк-одноклассниц. Чертов змеиный клубок… а ведь я была даже не на Слизерине… у них там наверняка магглорожденные сразу вешаются, если попадают к ним. Еще на первом курсе. Хотя о таких случаях я пока и не слышала. Наверное, потому что туда не поступают наши. Челядь черноногая, как выразились бы некоторые. Может, шляпа бережёт, а может — приказ директора? Кто знает. Короче. Скоро я наткнулась на раздел с книгами особого содержания. Рано или поздно все к этому бы и пришло — не бывает мастеров боевой магии, не владеющих темной. От нее ведь как минимум нужно уметь защищаться. Мой арсенал быстро пополнялся все большим количеством темных заклинаний и проклятий, я даже провела парочку простеньких ритуалов, усиливших меня в достаточной мере, чтобы заинтересоваться ритуалистикой всерьез, но… талант у меня весьма специфичный. Узконаправленный, я бы сказала. Магия Вуду. Тоже ритуальная магия, вроде как, еще и очень тёмная, но… немного не то, что может усилить саму себя на постоянной основе, зато прекрасно может ослаблять врагов. — Фелисити злобно улыбнулась, показав верхний ряд ровных белоснежных зубов. — К седьмому курсу мало кто готов был бросить мне открытый вызов на дуэль. Да и оскорбления почти сошли на нет. Точнее, мне просто перестали говорить это прямо в лицо, а за спиной обливали помоями даже пуще прежнего, но это уже другая история. Для таких умников и стервозных сук у меня была магия Вуду. Хочешь шептаться в тёмных подворотнях, оскорбляя из-за угла, в спину? Что же, тогда получи такую же незаметную и тихую месть. — Брюнетка закусила губу и мне показалось на мгновение, что сейчас она даже прикроет глаза, чтобы погрузиться в свои приятные воспоминания, но нет, сдержалась. Магия Вуду это неприятненько. Для врагов. А вот мне стоит подумать о том, как расширить свой арсенал. Звучит перспективно.

Ее черные омуты все так же продолжали терпеливо наблюдать за мной, подмечая каждое движение. Опасается. Хммм, почему? Интуиция? Или что-то почувствовала?

Пока ее история чертовски похожа на мою собственную, с оговорками во временных рамках. У меня ещё три года до исхода. Даже интересно стало, чем все закончилось для нее. Может, это поможет мне самому подготовиться к тому, что уготовило мне прекрасное далёко? Что-то я не хочу терять свою магию, она мне по душе.

— У меня было много недоброжелателей, завистников и врагов, и ни одного друга. Печально, но я сама виновата. В гордыне своей я даже не хотела смотреть в сторону других магглорожденных. Слабаки, плаксы и рохли меня не интересовали, так что… я была всегда одна. Отношение учителей тоже стало хуже, когда я начала демонстрировать успехи в тёмных искусствах. Ну и плевать на них, сейчас не об этом. И вот, когда я закончила наконец школу и уже была готова покинуть страну и податься на вольные хлеба, в наемники куда-то во Францию или Норвегию, ко мне нагрянули нежданные гости с предложением, от которого нельзя отказаться. Но я отказалась… — ноготки девушки впились в обшивку дивана, глубоко увязнув внутри. Прекрасный индикатор ее злости, однако. Нужно держаться от нее подальше во время этих ее приступов злобы, а то как вцепится… может и не пробьёт кожу, все же я немного непростой человек, но приятного все равно будет мало. Боль я все ещё чувствую, ага.

— Кто же к тебе пришел и с каким предложением? — спросил я, когда молчание затянулось. Девушка встрепенулась и вынырнула из тяжелых воспоминаний.

— Был у нас на курсе один мудак, который когда-то давно, еще на курсе пятом пытался склонить меня… ко всякому, короче, но получил от ворот поворот, ха. Неказистый толстый уродец. Довольно жёсткий отказ его охладил. Или вызов на дуэль по всем правилам, так и не скажешь. Спасибо томику дуэльного кодекса, что находится в свободном доступе в библиотеке. Я изучила его ещё на втором курсе. Спасибо за возможность бить по башке зарвавшихся аристократов. Готова поспорить, придумывали все эти правила и заморочки строго с противоположной целью, чтобы бить по башке зарвавшихся маглорожденных, но выковали обоюдоострый меч. Ха-ха-ха. — отсмеявшись, девушка продолжила.

— Он надолго выпал из моего поля зрения и я про него, признаться, совершенно забыла. Ведь проблем и без него было выше крыши. Этот тип был не один такой, вообще-то. Но вот он про меня, похоже, не забыл, лишь затаился. В итоге ко мне пришли представители из его рода. Хрен бы их знал, как они меня вычислили, на съемной-то квартире, в огромном маггловском городе-миллионнике. Они пытались всучить мне «заманчивое» предложение, которое что по сути, что по букве было чистой воды рабским контрактом, причем даже моя личная жизнь полностью бы перешла под контроль Селвинов… Сам понимаешь, что это бы для меня означало, прими я их предложение. Альтернативы были туманны, так как мне лишь намекнули на большие проблемы в случае отказа… Но их посыльные оказались теми ещё слабаками, хоть и выглядели внушительно. Но пара проклятий сложила их пополам, а потом я просто вышвырнула этот мусор с порога своего дома. — Девушка опустила голову и ее глаза прикрыла тень от длинной челки. Но даже так я видел жгучую ярость в глазах, отдающую красным свечением и слышал как скрипят ее белые зубы.

— Дурой я была. Ожидала, что по мою душу придут ещё одни магические коллекторы или нанятые громилы, чтобы проучить меня и заставить поставить свою подпись силой, подготовила им очень горячий прием, готовилась к бою тщательно, даже испытывая некоторое предвкушение но… Стоило сразу попытаться просто бросить все к Мордредовой матери и бежать без оглядки, наплевав на гордость и жалкие пожитки. Эти ублюдочные аристо поступили куда хитрее, чем я от них ожидала. Они не стали ломать меня об колено и силой заставлять служить, ведь такой слуга — что собаке пятая нога, больше вреда принесет, чем пользы. Если следовать букве, а не духу контракта, всегда найдётся способ, как всех нагнуть. Вместо этого они решили сделать из меня показательный пример для остальных. И подставили меня. Сучары! — в приятном голосе девушки прорезались рычащие нотки.

— Хм, тебе следовало иметь ввиду, что они будут играть грязно, не справившись с тобой с наскока и уходить лесами-полями и трансгрессией. Ты же умеешь трансгрессировать? — Хах, ожидаемо, что для борьбы с непокорными элементами они задействуют репрессивную машину бюрократии — судебную систему Визенгамота. Если она отдавила хотя-бы в половину меньше мозолей, чем успел я, то ничего удивительного, что их решение было не в её пользу. Там же все поголовно повязаны между собой. Круговая порука как она есть, в самом запущенном виде. Все друг другу родня. Уверен, мне уже тоже приготовили нечто в таком же духе.

— Умела! Раньше умела… — снова поникла брюнетка, облизнул пересохшие губы. Чёрная помада оказалась весьма стойкой, так что не смазалась. Ей очень шёл этот цвет, должен признать — раньше я вообще много чего могла, но у меня все отняли… ур-роды. Двум звездам авроров в полной боевой комплектации было противостоять практически невозможно. Мои ловушки были сметаны как карточный домик десятибалльным ураганом, а саму меня довольно быстро повязали, просто взяв числом. Умением меня половина из них тоже превосходила, так, к слову. Ничего удивительного, на поимку такой «опасной темной ведьмы» отправили настоящих ветеранов, во главе с Грюмом Грозным Глазом. Он-то меня и подловил, заставив оступиться, а дальше меня просто закидали парализующими и связывающими. Все ловушки этот аврор обнаружил с помощью своего глаза-артефакта ещё на подходе. Далее меня скрутили и доставили на суд, где против меня выдвинули кучу сфабрикованных и надуманных обвинений. Кстати, забавно, но в половине случаев они даже попали пальцем в небо, ахахаха. Конечно, суд прошел ожидаемо и очень быстро. Только Дамблдор пытался хоть как-то меня оправдать и дать шанс, но быстро сдался и махнул рукой под напором абсолютного большинства. Это меня удивило, если честно. В школе-то он на меня волком смотрел из-за темной магии, а тут заступился, хоть и толку-то было чуть. Наверное, он просто старался действовать в своей парадигме «доброго дедушки-простачка, что всем даёт второй шанс». Тьфу.

— И что же они сделали с тобой? Каков был вердикт? — я уже догадался, как они её «казнили» но решил не гадать, а спросить на прямую.

— Эти сукины дети забрали мою магию! Ненавижу! — Фелисити в гневе стукнула кулаком по спинке кресла. Её прекрасное лицо исказила страшная гримаса гнева, на мгновение став действительно пугающим. Настоящая фурия в гневе. — Знаешь же, как бывает, когда ребёнок отказывается учиться в Хогвартсе, или сбегает, а его ловят? Ему блокируют магию, стирают память и выкидывает обратно в обычный мир, обрекая на скорую смерть. Вот так они поступили со мной. Да, обычно они стирают память о магическом мире, но не в моем случае. Оставили её мне, чтобы я страдала и мучилась! Ты бы знал, каково это, потерять свою магию… Свою силу, свой смысл жизни, само понятие цели. Это как испытывать постоянную жажду, запекаясь на солнце, только в десять раз хуже и без возможности утолить её. Это чувство… Думаю нечто подобное испытывают вампиры.

— Так-так, кажется, у меня появились кое какие мысли на этот счёт, но ты продолжай. — Я задумчиво посмотрел на несчастную девушку. Если моя догадка верна, то… Они поступили с ней ещё хуже, чем она думает. Хотя казалось бы, куда уж хуже-то, но нет, я кое что заподозрил. Дементор был бы милосерднее, пожалуй, чем уготованная ей судьба. С дементором все просто. Раз и все. Нету тебя.

— Я… Очутившись в обычном мире, без магии, но с воспоминаниями о былом, я приняла самое разумное решение. Бежать. Из Эдинбурга я свалила в Лондон первым же скоростным поездом, безбилетницей. Чтобы не смогли отследить даже так. Решила прятаться в толпе, но на виду. Была вероятность, что за мной придут, чтобы увеличить уровень моих страданий ещё больше, теперь, когда я совершенно беззащитна. Как я могла убедиться, фантазия у этих уродов работает на высший бал, когда нужно кого-то помучить. — девушка немного успокоилась и снова вернулась к своему спокойному и тихому тембру голоса. В нем все ещё чувствовалась затаённая злость, но холодная, спокойная, как безветренный снегопад в минус пятьдесят.

— Жажда магии была так сильна, я очень мучилась, знаешь… И во мне проснулась такая обида и ненависть, а ещё зависть. К тем, кого магии не лишили и кто её даже не ценит… И я узнала один ритуал, на досуге, который мог, в теории, помочь мне восстановить магию. Вообще, он был предназначен для другой цели — усиления уже имеющегося резерва. Грубо говоря, с помощью ритуала можно было отщипнуть немного силы у волшебника, принесенного в жертву. Всего пару процентов, а чем больше используешь, тем меньше это приносило пользы... — девушка склонил голову. Из-за вновь упавшей на глаза чёлки волос было сложно прочитать выражение её лица, так как я потерял из виду её красивые глаза.

— Дай угадаю. И тогда ты решила его попробовать? И как ощущения, получилось? — с лёгким научным интересом я попытался прощупать её магией, но… Нет, в ней почти не чувствовалось маны. Будто накипь в чайнике. Какие-то крохи, едва различимые на общем фоне. Осадочек, не более. Весьма тёмный осадочек, однако.

Но это странно, я ощущаю, что её каналы маны вроде как не повреждены и не закупорены, просто пусты. Но мана из неё высасывается досуха. Хммм. И ладно бы она выливалась в пространство вокруг, как вода из разбитого сосуда, но нет. Её магия утекала куда-то ещё. И мои догадки стали обретать более чёткие очертания, уже почти полностью подтвердившись.

— Да. Я знаю, что я превратилась в чудовище, похлеще вампира, знаю… Я стала охотиться на маглорожденных волшебников, чтобы поглотить их силу. На какое-то время магия возвращалась ко мне, но неизменно покидал вновь через пару недель, оставляя после себя лишь опустошение. Это как наркотик, я просто… Я не могу остановиться, понимаешь? — девушка с надеждой заглянула в мои глаза, в поисках понимания. Я лишь кивнул. Я её понимал, конечно, хоть и не до конца. Должно быть, она действительно хотела, но просто не могла остановиться, и тут не так много её вины, как она думает. Чувствуется чья-то рука, что умело направила её на путь, свернуть с которого своими силами было невозможно. Своими никак, но если кто-то столкнётся её с наезженной колеи…

— И ты пришла, чтобы меня «выпить»? Тогда к чему весь этот разговор? Хотела облегчить душу, прежде чем высушить меня досуха и зарезать в ритуальном круге при свечах, как барана? — Странная она. Неужели чувство вины пробивается даже через жажду? Она так и фонит противоречивыми эмоциями. Сейчас больше всего чувствуется некоторая обида. Хммм.

— Нет. Я не собираюсь тебя убивать. Приносить в жертву тоже, так что расслабься. Я здесь не за этим. — девушка замялась, закусив губу, не решаясь сказать то, что задумала. Ну и ну, это то, о чем я подумал?

— Ну а зачем ты пришла, если не за этим?

— Моя чувствительность к магии возросла, думаю, у меня появилось что-то вроде чувства крови, как у вампиров, только у меня чувство магии. И когда мы встретились в клубе, я сразу поняла, что ты тоже Темный Маг, как и я в прошлом… Я… Мне нужно, чтобы ты помог вернуть мне магию, по настоящему, а не жалкие крохи. Только кто-то вроде тебя может провернуть что-то подобное. Не знаю, откуда у меня появилось такое ощущение, но я привыкла доверять своему чутью и интуиции, и вот я здесь. Я больше не могу так жить, ещё немного и я сорвусь, я чувствую это. Лучше я умру пытаясь вернуть себе магию, чем окончательно потеряю себя в погоне за ней.

— У тебя очень странный способ просить о помощи, Фелисити. — я многозначительно посмотрел на пистолет в её руке.

— А что мне оставалось делать?! — скрывающимся голосом воскликнула брюнетка. — Какие были шансы, что ты бы согласился, а? Что хотя-бы выслушал, а не сдал в аврорат за вознаграждение? Наверняка ведь у тебя такая же проблема с магической валютой, как и у меня в свое время, а галеонов за меня отвалили бы прилично. На моем счету уже десяток волшебников… Целых десять загубленных жизней… Это рисковое дело, и если кто-то узнает, то тебя ждёт такая же участь, как и меня, в назидание другим. Стал бы ты рисковать своей шкурой просто так, ради малознакомой девки из клуба, с которой познакомился всего пару дней назад, чтобы приятно провести время перед школой? — в её голосе было такое отчаяние, что мой тяжёлый взгляд невольно смягчился. Будь я на её месте… Стал бы я надеяться на добрую волю другого тёмного волшебника? Нет, не стал бы, но действовал иначе. Это путь в один конец. Тёмные маги не отличаются дружелюбием, знаете ли. Я ещё вполне адекватный и почти добрый. Хе-хе, добрый тёмный маг, хе-хе. Какая шутка, даже сам почти поверил.

— Допустим, просто так я бы не стал тебе помогать, но если бы ты предложила что-то стоящее, я бы тебе помочь согласился. Мне тебя жалко. Я вполне мог бы оказаться на твоём месте, Мордред, да я почти уверен, что для меня уже заготовлен похожий сценарий. Может быть во мне говорит солидарность, как тёмного к темной, а может это твоё хорошее личико подбивает меня на авантюру, но… С большой долей вероятности я бы взялся за это дело. Ведь это ещё и утолило бы мой научный интерес, что тоже немаловажно.

— Блять. Прости, я… Ты же понимаешь, что я не могла поступить иначе? А теперь уже поздно, ничего не исправить… — Фелисити помассировала свободной рукой переносицу и растрепала свои волосы. Она стала выглядеть ещё более жалко, чем раньше. Чувство вины? Забавная она. Под глазами залегли чёрные тени. Сначала я подумал, что это часть её стиля, но, похоже, это просто синяки под глазами из-за хронической усталости и недосыпа.

— Итак, что же мы с тобой будем делать теперь, когда я ознакомился с твоей душещипательной историей? — я наклонился голову набок и вперился своими глазами в её лицо.

— Я п-планировала держать в заложниках твою мать, пока ты ищешь способ помочь мне… Но если ты дашь мне магический гейс, что сделаешь все возможное, чтобы помочь мне с моей проблемой, то я отпущу её. Доверюсь тебе.

— Говоришь, что доверишься и требуешь магический гейс… — я покачал головой и в моем взгляде считался явный скепсис, из-за чего девушка немного смутилась.

— Тебе ли не знать, что любой гейс можно обойти. Я готова рискнуть. Мне самой неприятно заниматься подобным. Думаешь, о такой жизни я мечтала? Влачить жалкую жизнь вечно голодной энергетической недовампирши? — пальцы сжались в кулак и в её взгляде читалась некая решимость идти до конца. Все или ничего. Ставит свою жизнь и свободу на кон.

— Вот что я тебе скажу, Фелисити. Я не терял времени зря и просканировал тебя немного, пока мы мило беседовали под дулом пистолета. Сопоставил кое какие факты из твоей истории и… У меня для тебя две новости. Хорошая и плохая. С какой начать?

— С плохой. — хриплым голосом ответила она, затаив дыхание. В глазах надежда в вперемешку со смирением и отчаянием.

— Всё не так просто, как ты думаешь. Обычная блокировка магии не вызывает подобных… осложнений. Ты должна была просто медленно зачахнуть и умереть лет через пять. Похоже, кое-кто реально сильно обиделся на тебя, потому как в ритуал отсечения от магии явно внесли некоторые правки, буквально видоизменив его на концептуальном уровне. По сути, они провели над тобой совсем другой ритуал, нежели регламентированный Визенгамотом. Они не отрезали тебя от магии, не заблокировали её, как положено, ведь твои каналы маны в порядке, как я понял… Нет, они поступили иначе. Они действительно ЗАБРАЛИ твою магию себе. Наверняка те, кто проводил этот ритуал, разделили ее между собой, так как единовременно пропустить через себя целый резерв и усвоить его — невозможно. Кстати, одна из причин, почему даже без этих «воришек» чужая магия не задерживалась бы в тебе на долго. Странно даже, что твои каналы не пострадали при таких постоянных нагрузках. Конечно, магглорожденные не образцы великой силы, скорее даже наоборот… Но это все равно сильно. Похоже, ты была действительно подающей большие надежды ведьмой. Может поэтому в них взыграла жадность и они решили рискнуть и похитить твою магию. И кстати, они все ещё подсоединены к тебе, ведь твоя «заемная магия» продолжает куда-то утекать почти без остатка. Думаю, они прекрасно знали, какой эффект и последствия вызовет их тёмный ритуал, и на какую участь они тебя обрекали. А ещё… Этот твой занимательный ритуал по высасыванию силы из других волшебников, есть ли вероятность, что они знали, что ты владеешь им? Или, может ли так быть, что ты узнала о нем «случайно», найдя книгу уже после своего изгнания?

— Да… Ты прав. Меня ведь допрашивали с помощью сыворотки правды, так что… Они отдельно узнавали, какие ритуалы мне знакомы. Данный ритуал в частности. Я думала, это просто часть обвинительного процесса. Как ещё одно отягчающее обстоятельство, забивающее последний гвоздь в крышку моего гроба… — Фелисити громко сглотнула слюну. Невероятно, но она побледнела ещё больше.

— Ну что же, поздравляю тебя, они сделали из тебя что-то вроде магоколлектора. Вся сила и магия, что ты забирала у тех бедолаг, оседала не у тебя, а у твоих палачей. Не удивлюсь, если они ещё и подкинули тебе пару «идей» насчёт того, где искать эту заемную силу. А что, очень элегантное решение. И тебя помучить сумели, растянув твои страдания на годы, и количество магглорожденных твоими руками сократили, и силушку свою неплохо так увеличили… пускай с каждым новым ритуалом её прирост снижался все сильнее, но это все ещё джекпот.

Из Фелисити будут выдернули стержень, который все это время помогал ей стоять прямо и идти вперёд. Она упала на колени как подкошенная, прислонившись плечом к ножке кресла и прикрыла глаза. Бледные пальцы разжались и пистолет выпал из её рук на паркетный пол с глухим стуком. Она безжизненным взглядом уставилась в пол, игнорируя все вокруг.

Да уж, наверное ей сейчас очень хреново.

— Но есть и хорошая новость среди всего этого дурно пахнущего месива чужих амбиций, жестокости и жадности. — Я встал с кресла и не спеша подошёл у ней, склонившись так, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Я коснулся пальцами её подбородка и задрал её лицо, чтобы она посмотрела мне в глаза. В них едва теплилась жизнь. Мои слова и действия вывели её из ступора, она сконцентрировалась на мне. — Этот ритуал, что они провели над тобой, мне знаком, и я… знаю, как обернуть все вспять, и даже больше… Как включить этот «насос» в обратную сторону. Вот в чем его слабость и почему его не используют повсеместно. В связи с чем у меня есть к тебе встречное предложение, хе-хе-хе.

На моем лице появилась такая жуткая и зловещая улыбка, какая не появлялась даже у Волдеморта из фильма, когда он убил Гарри Поттера в очередной раз. Мои зубы немного заострились, придавая моему образу и улыбке максимально хищный вид. Странно, но Фелисити не отпрянула, как это сделала бы любая другая на её месте. Нет, она вцепилась в воротник моей рубашки с такой силой, что я аж немного растерялся.

— Если у тебя получится, я готова на все, что угодно! — с жаром и пламенем в глазах прошептала девушка, подтверждая свои слова делом, впиваясь в мои губы страстным поцелуем.

Ну что же, кажется у мастера ритуалов только что появилось немного сверхурочной работы. Конечно, ей не стоит надеяться на то, что от меня выйдет откупиться такой тривиальной вещью, как секс, но если он будет идти приятным благодарственным бонусом, то я отказываться не стану.

Заядлые рыбаки решили половить рыбку в мутной воде… Но из-за того, что она такая мутная, они не заметили, что на крючок к ним в этот раз попалась белая акула, хе-хе. Скоро я переверну их лодку вверх дном и соберу свою жатву.

Я планирую получить все. Их жизни, их силу, преданную соратницу, а, может, еще и любовницу, благодарную мне по гроб жизни и привязанную ко мне контрактом, и, конечно же, бесценный опыт в проведении крайне сложного но многообещающего ритуала, который усилит и меня, и ее. Даже Кэрол перепадет, ведь в нас двоих все не влезет, если дело выгорит. О, мне только что пришла в голову мысль, как по моему новому сексуальному манопроводу доставить этим умникам сверху ещё и побочные эффекты от ритуала от веритасерума. Вот что я называю настоящий флеш-рояль, и я собираюсь его разыграть.

Глава 9 Контр-ритуал

Глава 9

Контр-ритуал

Я тихонько напевал себе под нос незатейливую мелодию, стараясь отвлечься и выписывая пальцем кровавые руны собственной кровью. Умиротворяющее занятие, кстати говоря, если бы не одно маленькое, но внушительное НО. В этот раз приходилось рисовать руны на ладном теплом девичьем теле, так что львиная доля концентрации уходила не совсем туда, куда нужно.

Нет, я не приношу никого в жертву, как можно было бы подумать, зная мою репутацию, и вообще — я занят исключительно добрым и полезным делом (с моей точки зрения, разумеется), которое лучше всего бы описало слово «возмездие» или «воздаяние». Звучит неплохо, а? Почти праведно-религиозно. А что, в каком-то смысле у нас тут тоже обряд в самом разгаре. Кадила, впрочем, я не захватил.

С тех пор как ко мне домой нагрянула незваная гостья прошла уже целая неделя, и вот, мы собрали недостающие элементы и реагенты ритуала и приступили к подготовке.

Точнее, все собрал я, вывернув свои запасы на чёрный день почти подчистую, а вот к самой подготовке мы приступили действительно все вместе, потому как обе девушки кое что понимали в простейших ритуалах, так что кое в чем помочь действительно могли. Иначе бы дело затянулось на гораздо более длительный срок. А это плохо. Если за Фелисити время от времени следили, то могли бы и заметить нечто неладное и нагрянуть к нам на огонек, со всеми вытекающими. Конечно, мониторить её каждый день, годами на пролёт, никто бы не стал, но вот редкие проверки издалека — вполне. Фиделиуса-то у меня нет на базе, так что найти её есть миллион и один способ. Но риск того стоил, да, определённо стоил.

Так причём тут вообще обнажённое тело, можно подумать? Ну, в ритуале участие будем принимать я, Фелисити и Кэролайн, и дело в том, что для лучшей проводимости магии нам нужно было нанести на голое тело руны связи между друг другом. Кровью друг друга, для лучшего, так сказать, коннекта. Чувствую себя волшебным Илоном Маском со своим аналогом Старлинка. (П. С. Я знаю, что он делец, а не топ изобретатель, в этом и суть, ведь Амос тоже не изобретал этот способ, а просто использует его себе на благо, собирая сливки)

Сейчас я наношу на Фелисити, а она на меня. Перед этим Кэролайн наносила на меня, а я сам проделывал тот же фокус с Кэрол. Было ли это неловко? О да, ещё как. Но приятно.

И если с Фелисити я только делал вид, что стараюсь не смотреть, а на самом деле все очень даже внимательно изучал и запоминал, чтобы с теплотой повспоминать на досуге, спасибо окклюменции, то вот в случае с Кэролайн я был сосредоточен на самом процессе нанесения рун и самолично затирал себе воспоминания о прекрасном гибком теле молодой огненно-рыжей ведьмы… от греха подальше.

Ну нафиг, дружба есть дружба, вранье это все, что сексом дружбу не испортить. Не верю! И так непонятно, что делать с Фелисити, которая бросает на меня весьма хищные и однозначные взгляды. Я-то тоже голый. Похоже, я наткнулся на какой-то подтип яндере, ещё и с комплексом собственницы.

А уж как приятно было, когда она водила своими тонкими, прохладными и нежными пальчиками по моей груди, плечам и шее, Ммм. Специально ведь делала это максимально эротично и вызывающе, наслаждаясь моей реакцией. Лицо я, может, и держал кирпичом, но вот снизу моя реакция на её действия была очень однозначна, и тело я свое окклюменцией контролировал далеко не так хорошо, как разум. Волк внутри меня требовал действий, и сдерживать свои инстинкты было очень непросто. Так что её порхающие пальчики стали для меня действительно приятным сюрпризом и, одновременно, испытанием на прочность и выдержку. Ещё бы они не были вымазаны в её крови…

Короче, благодаря окклюменции я по большей части ещё держал себя в руках (к счастью — лишь фигурально), не позволяя себе лишних поползновений в её сторону, в отличии от некоторых наглых ведьм. Но все внимательно изучил и запомнил, да. Уверен, Фелисити тоже, потому как её взгляд частенько скользит по моей спортивной фигуре, ради чего она даже иногда делала шаг назад, якобы для того, чтобы осмотреть свою работу с расстояния. Отмазка так себе, ведь я уверен, что для неё не составляло труда держать довольно простые рунные цепочки и узоры у себя в голове. Самое сложное я сделал сам, разрисовав потолок, стены и пол.

А вообще, я пока предпочитал не задумываться о перспективах начать отношения с явно немного сумасшедшей ведьмой-убийцей, хоть и очень красивой, и питающей ко мне неприкрытый интерес, который явно усилится после удачного ритуала, так как благодарность её будет безмерной. Я бы удивился, если бы это было не так.

Малодушно оставил проблемы для Амоса из будущего. Пускай у него голова болит, а у меня тут сложнейший ритуал, между прочим, в процессе.

У Синдер были веские причины и обстоятельства, из-за которых ей приходилось убивать подобных себе, магглорожденных ведьм и волшебников, но тем не менее, это все равно меня настораживает. Хорошо, что она хоть выбирала себе достаточно взрослые цели, а не охотилась за детишками. Это уже было бы немного слишком крипово даже для меня. Что там в её черепушке творится после того, как по ней проехался паровоз под названием «жизнь в магической Британии», я себе даже не представляю, и лезть туда не хочу совершенно. Уж этот бронированный состав может перемолоть вас в труху, даже не сомневайтесь. Куда там нашему красному паровозику Хогвартс-экспресс…

Кэролайн и Фелисити и так уже успели поругаться с самого начала, чисто по женски облив друг друга помоями на ровном месте и вынеся мозг заодно и мне самому. Причину такой агрессии со стороны Синдер я так до конца и не понял, хотя догадывался, ведь именно она первой начала конфликт. Синдер — фамилия Фелисити, кстати, которую я узнал при составлении нашего с ней магического контракта и магических гейсов. Пришлось взять всю магическую нагрузку с гейсов на себя, благо, магически я уже достаточно силен. Зато мне будет легче обойти эти ограничения, если потребуется. Фелисити этот нюанс тоже знает, но ей, кажется, вообще пофиг на это.

Думаю, всё, что её сейчас заботит, так это возвращение её магии и сладкая месть. Цена уже давно перестала её беспокоить. Она, цена, не такая уж и большая, кстати. Я не рабыню себе искал, а верную, инициативную и компетентную помощницу. Сильную ведьму. А после ритуала она явно станет очень сильной ведьмой.

Кстати, очень иронично, но моя чёрная удача весьма однозначно мне намекала и предупреждала меня на её счет, ведь если задуматься, то имя Фелисити означает удача, а вот слово Синдер в английском языке — пепел или зола. Чёрная. Таким образом получаем толстый намек на черную удачу…

Да, умная мысля приходит опосля. Нужно было узнать её фамилию ещё в клубе, но как-то не догадался о таком вот нюансе, да и вообще, кто задаёт подобные вопросы в таком месте и в такое время?

Когда девочки сцепились в словесной перепалке, Кэролайн не отставала, пройдясь по самооценке Фелисити весьма грубым образом, осыпав ту язвительными комментариями и шуточками, когда узнала историю нашего знакомства и как мы вообще дошли до жизни такой.

И, естественно, она отговаривала меня от помощи брюнетке, каждый раз когда мы оставались наедине, но у нас уже был контракт, так что пути назад все равно у меня не было. Точнее, был, но прибегать к нему я не собирался. Что взбесило Кэролайн ещё больше.

Очень уж она не любит, когда её называют шлюхой, а ведь именно со слов «А это ещё что за красноволосая шлюха?» и началось их знакомство. М-да. Фелисити извиняться отказалась, а давить слишком сильно я не хотел. Ну нафиг, влезать в девчачьи разборки — остаться крайним, сто процентов.

Надеюсь, они помирятся со временем, ведь если я прав, то весь конфликт возник чисто из-за недопонимания и того, что Фелисити посчитала её моей девушкой или любовницей, а Кэролайн, поняв что та, видимо, ревнует, не только не стала отрицать этого, но ещё и будто невзначай намекнула на её правоту, чисто из вредности. И началось.

Короче говоря, общение у них сразу не заладилось с первого дня, но постепенно девочки немного поостыли за неделю совместной подготовки к сложнейшему контр-ритуалу, научившись мириться с обществом друг друга и работать сообща, просто игнорируя друг друга.

Меня такой расклад пока устраивал, так что я продолжал напевать песенку, слова которой сами собой рождались у меня в голове в соответствии с моим настроением, иногда работая тоненькой зачарованной кисточкой, когда ситуация требовала более утонченных соединений и мелких рисунков.

На тело молодое,

Ложится рунный ряд,

Кровавою чертою

Всё обратя назад.

Во тьме узор сияет

Полуживым огнём.

Запреты разрушая,

Мы ритуал начнём.

Свеча Луны укажет,

Что до́лжно изменить,

И штрих на тело ляжет,

Как паутины нить.

И кисть, как скальпель тонкий,

Пройдёт не раз свой круг,

Как в зеркала осколках,

В кругу своих подруг.

Кровь красная свернётся

И свет в себе запрёт,

Обратно развернётся

Полночный небосвод.

И вместо вен на коже

Лишь руны в чёрной мгле,

И времени власть тоже

Останется в золе.

Месть чёрною рекою

Несёт живых на суд.

Нас тьма плащом укроет,

Врагов проклятья ждут.

С заката до рассвета

На нашей стороне

Вся магия планеты

И в яви, и во сне.

Миг власти даст нам силу

На долгие года,

Уж полночь наступила,

Сейчас, иль никогда!

Лишь тьма и кровь снаружи,

Повсюду и внутри,

И огненною стужей,

Вплоть до лучей зари,

Власть магии безбрежна,

Всесилен ритуал,

Уверенно, неспешно

Изменим суть нача́л.

Заменит отраженье

Исходный образец,

И времени движенье

Вернётся наконец.

Острей ножа возможность,

Багровый лик Луны,

Отбросив осторожность,

Сияет с вышины.

И в магии потоках

Руда течёт ручьём,

Свершая месть за око,

Мы ритуал начнём...

— Тебе говорили, что ты странный? — вопреки своему вопросу, на лице Фелисити играла умиротворенная и доброжелательная улыбка. Девушка с ленцой потянулась, как кошка, от чего я невольно облизнул губы, залюбовавшись её стройными, подтянутый телом. Тряхнул головой и проморгался. Ух, черт возьми, это точно не какой-то гипноз? Хотя нет, я бы почувствовал. Это все сраные подростковые гормоны!

— Хмпф! — сказала девушка, разрисовывающая меня кровью голышом. Я только хмыкнул, не воспринимая её подначку всерьёз. — Тоже мне, кто бы говорил.

— Туше. Ладно, я закончила. — Ведьма сделала пару шагов назад и придирчиво осмотрела мои разрисованные кровавыми рунами грудь, плечи и шею. Обошла меня вокруг, вглядываясь в рунные цепочки на спине и руках. Только ноги остались почти нетронутыми, не считая стоп. — Отлично, не вижу у себя никаких ошибок, — с явным довольством от хорошо проделанной работы заурчала Фелисити, возвращаясь на свое место, позволяя мне спокойно закончить свою часть работы.

Когда я рисоввал руны на её щеках, готов магией поклясться, они покраснели! И не от крови! Блин, я надеюсь она не из тех, кто тащится от вида крови, а просто её немного пронял этот интимный момент, когда наши лица оказались очень близко друг к другу. Я отчётливо чувствовал на лице её частое горячее дыхание. Пахло корицей и мятой.

Через пять минут мы все трое уже были полностью готовы и перепроверяли работу друг друга, крутясь-вертясь у трех высоких трансфигурированных зеркал.

В тёмных ритуалах доверять полностью можно только себе, так что я крайне внимательно перепроверил каждую руну, каждый завиток и закорючку, но все было в порядке. Хотя это и понятно, это не тот случай, когда можно внести правки в сложный ритуал и выйти сухим из воды.

Вообще, ритуал, который провели над Синдер, придумал один древний магистр магии, пару-тройку сотен лет назад, очень желавший выйти из тени своего учителя, Николаса Фламеля и тоже стать архимагом. План у мужика был огонь. Создать побольше таких автономных энергетических насосов как Фелисити — и выпустить в мир, собирать тому магию потихоньку. Таким незатейливым образом он решил преодолеть свое природное ограничение и превзойдя пределы, хитростью прорваться к уровню архимага.

И у него даже все получилось, хоть и ненадолго, но он стал архимагом. Только похвастаться перед учителем не успел, правда. Врагов как у Фламеля, так и у его учеников было полным полно, и они следили за каждым из них очень внимательно, ожидая когда те совершат ошибку, не желая ещё большего расширения влияния легендарного алхимика и волшебника. Так что они не оставили без внимания этот эксперимент его любимого ученика и отловили один из его «насосов», с особой тщательностью перебрав механизм работы.

Как уже всем стало понятно, у них получилось разработать собственный контр-ритуал, который должен был повернуть все вспять, вырвав все силы из новоявленного архимага и передать их заговорщикам.

Так, на сто пятидесятом году своей жизни, глупо умер новоиспеченный архимаг, навсегда войдя в историю как человек, достигший планки архимага и погибший в тот же день из-за собственной глупости и козней своих завистников. Заговорщики же поделили его силу между собой и разбежались по своим делам, распустив свою группу по интересам.

Но насладиться плодами дел своих им не дали. Их всех, по одному, отловили и убили Фламель и его ученики, огнём и мечом пройдясь по всем странам, где обитали разбежавшиеся убийцы его дорогого ученика и товарища. Парочка была из Британии, что объясняет наличие этих запретный знаний на островах.

Видимо, потомки тех умников решили повторить подвиг жертвы своих родителей, только в меньшем масштабе. Наверное. Может, Фелисити была такая не одна, кто их знает… В общем, они не стали учиться на своих ошибках, так что теперь их ожидает расплата, ведь кто-то лет эдак сто назад забыл в Хогвартсе блокнот с расчетами к контр-ритуалу. И к кому именно в руки он попал благодаря выручайке? Ага, ко мне. Вот откуда я знаю про этот ритуал, и даже знаю, как ему противодействовать. Жаль, нету на руках самого изначального ритуала архимага-неудачника… Но да ладно, может, оно и к лучшему. Не дай Мерлин, не удержал бы свою жадность в руках, и сейчас был бы на месте тех неудачников, на кого мы нацелились сегодня.

Спешка и жадность не приводят к хорошему концу. Наглядный пример опасности этой затеи сейчас будет продемонстрирован мною же на примере жадных чинуш и аристократов, которые решили забросить удочку в Чёрное озеро, но поймали обитающего там кракена.

— Ладно, встаём на свои места, десятиминутная готовность. Ещё раз проверяю все. Через пять минут начинаем петь арию ритуала, как раз к полуночи ровно и закончим! — отдав последние распоряжения, я подал другим пример и встал на свое место в пентаграмме, ещё раз пробегаясь взглядом по красивым ровным контурам масштабного ритуала. Он занял весь пол, потолок и даже на стенах было несколько стабилизирующих рун. Кто бы что ни говорил, но зрелище было впечатляющее. Руны, фигуры и письмена нанесённые кровью, сдобренной магией, так просто не смыть и не стереть, так что я не переживал, что мы затопчем ритуал, или что одно неловкое движение смажет кровавые руны на наших телах. Тут нужна проточная вода и капелька особенной магии.

Первым пройдёт ритуал для создания устойчивости к веритасеруму, а сразу за ним и контр-ритуал, с помощью которого мы ещё и переправим все негативные эффекты от первого ритуала нашим дорогим донорам магии, с помощью второго подряд хе-хе-хе-хе. Капелька магии Вуду, капелька магии крови, немного тёмных искусств и устойчивый канал, который образовался у Синдер с теми гениями от магического мира как раз и обеспечат нам столь желанный эффект. Не хочу я вот отказаться от сладкого чая. Я же британец!

Взмах волшебной палочкой и невербальное инсцендио зажигает хоровод чёрных свечей вокруг нас, подсвечивая холодным огнём ритуальный круг и наши бледные разрисованные красными линиями серьёзные лица.

Девушки заняли свои позиции в магической формации и мы взялись за руки, образовав незамкнутую цепь. Излишек маны через Кэролайн уйдёт в контур защитных чар дома, запитав кое какой особый сюрприз, если к нам на огонек нагрянут гости.

Фелисити будет центром ритуала, по понятным причинам, принимая на себя сначала все негативные эффекты от первого ритуала ещё и за меня и за Кэролайн, а я буду тем, кто проводит и контролирует весь процесс от начала и до конца. Моя чёрная удача должна нас подстраховать. Ну а Кэролайн страхует меня и примет часть нагрузки, не давая нам перегореть из-за огромных объёмов маны, которую нам придётся пропускать через себя. Да Кэрол, можно сказать, вообще отдыхает, но и силы ей перепадет поменьше, чем нам.

Естественно, всю ману мы все равно не усвоим, как бы не хотелось обратного, но даже десяти процентов от общего объёма будет достаточно, чтобы скакнуть в магической силе процентов на пятьдесят от нынешнего уровня. А это очень-очень много, ведь я и так был не последним волшебником.

Синдер же и вовсе вернёт себе свои силы с огромными процентами, возможно став в два или три раза сильнее себя прежней, до лишения магии. Может быть, даже догонит меня в чистой магической мощи и объёме доступной одномоментно маны. Как минимум, не будет уступать Кэролайн, а это уже показатель, так как та тоже успела усилиться, выкачивая из своих жертв их силы своими суккубскими методами.

Первый ритуал прошёл как-то даже обыденно, просто и без сюрпризов. Только Фелисити поморщилась, принимая на себя тройной откат, но это ненадолго, скоро все это добро она передаст дальше, как горячую картошку. У кого-то сегодня явно будет плохой день. Точнее, ночь. Если кого-то мы застанем со своим ритуалом прямо во время исполнения супружеского долга. Ха, ну, это будет забавно.

А вот когда начался второй запланированный ритуал, тогда-то и началось все самое сложное и интересное.

Огромный поток маны, который хлынул в нас, словно вода из неисправного пожарного гидранта, было тяжело контролировать и поглощать, но мы держались, вцепившись в эту возможность как утопающие в спасательный круг. Я чувствовал, как сильно расширяются под напором мои каналы маны и резерв в целом.

Ощущения эйфории и восторга, близкого к множественному оргазму, накрыли меня, выгибая дугой. О Магия! Как же хорошо-то! Сука, как бы не подсесть на такие процедуры. Жаль, но это явно одноразовая акция. После сегодняшнего случая никто и на пушечный выстрел не подойдёт к тому ритуалу, под который попала Фел. Сегодняшняя ночь явно получит огласку.

Девочкам тоже досталось, от чего в комнате раздались приглушенные эротичные вздохи и ахи. Бррр. Сосредоточиться на ритуале, Амос, сосредоточься, и не смотри на выгибающиеся женские силуэты, подсвеченные красным сиянием ритуала!

Сам я тоже едва сдержал рвущийся наружу рык-стон, плотно сцепив зубы, которые опять немного заострились сами собой. Кровавые руны на ступнях и вдоль позвоночника помогали удерживать относительно приемлемое положение тела и равновесие, не давая обмякнуть и испортить ритуал, тупо завалившись назад.

Магические письмена на щеках и висках не давали сознанию потухнуть и уйти в блаженную нирвану. Мать моя Магия, какой же кайф. Наркоманы и близко не могли познать такие ощущения, даже закинувшись тройной, смертельной дозой самой сильной наркоты, уезжая в свой последний трип.

Но как бы нам не было хорошо, нужно было продолжать и не отвлекаться. И я продолжал, вел ритуал к его кульминации, хотя мой голос и слегка осип, став приглушенным. В горле пересохло, губы потрескались. Почувствовал, как из носа и губ течёт кровь. Тело было на пределе, поглощая в себя чужую магию. Не страшно, лишь лёгкие повреждения, никакого серьёзного внутреннего кровотечения не ощущаю. Так, пара мана-каналов не выдержали нагрузки и разорвались, как и парочка капилляров, но регенерация уже начала латать моё тело. Даже без неё я бы отделался только парочкой средненьких исцеляющих заклинаний из магии крови.

Это Фелисити хорошо, она поглощает практически свою родную магию, так как её мана и мана тех ублюдков неплохо так перемешалась, отчего ей и было проще, хотя поток в неё вливался даже поболее, чем в меня, и тем более Кэролайн. Акромантулы снаружи, подключённые к домашней защитной системе тоже неплохо там заряжаются, наверное. Руны на их панцирях напитаются с избытком, превратившись в полноценные магические щиты стихий.

Я каким-то образом мог чётко ощущать, что происходит с другой стороны ритуала, отчётливо ощущая наших врагов, которых скрутило от боли, выворачивая на изнанку. Да уж, в отличие от нас, все десять ублюдков прямо сейчас испытывали далекие от приятных ощущения. Так вот что переживают варящиеся в кипятке живьём лобстеры…

Ого, одна даже выцарапала сама себе глаза. Ха. Ладно, может это было не такое уж и плохое решение, они все равно выскочили бы из орбит, может, сейчас ей было даже не так уж и больно. Раз и все. Как пластырь оторвать… Правда, теперь она истечёт кровью. Вот в таких ситуациях и жалеешь, что живёшь один. Никто из домочадцев не придёт к ней на помощь. Не повезло старой карге.

О, другого так выгнуло, что он буквально сломался пополам. Хребет не выдержал нагрузки, бывает. Болевой шок остановил сердечко до того, как родственники успели среагировать. Вот зачем нам руны на позвоночнике, дружочек. У тебя нет такого стильного боди-арта? Ну, это не наши проблемы.

Эти двое были чиновниками министерства и смерть настигла их дома. Кто-то «спокойно» умер в гордом одиночестве, а кто-то погиб прямо на глазах своей супруги. Ну или любовницы, кто знает? Плевать.

Охо-хо, вот так-так, это что, у кого-то был званый ужин или вечеринка? Все остальные собрались в одном месте, а сейчас время позднее. Надеюсь, у них там было не свингерпати, потому что тогда его придётся останавливать, как в той песне… остановите свингер пати… Тьфу, какие глупости в голову лезут!

Жаль непонятно, кому так повезло заиметь на вечеринке таких проблемных гостей. Наверное, оправдываться перед авроратом будет не очень круто. На такие вызовы авроры реагируют на диво шустро. Если у тебя лишаются магии или умирают в родовом маноре волшебники и ведьмы… Это определённо вызывает у людей капельку обоснованных подозрений на твой счёт. С другой стороны, три из четырёх сильнейших сигнатуры они успели таки спасти и стабилизировать, не дав им самоубиться из-за отката. Какие молодцы. Ну, наверное, там было много действительно сильных волшебников.

Как бы я не хаял аристократов, нужно было признать, что в большинстве своём они на голову сильнее и образованнее обывателей. Конечно, с такими ресурсами, я на их месте превосходил бы обывателей не на голову, а на несколько порядков, но это все лирика… Я на своём месте, и вот прямо сейчас оно меня вполне устраивает. Я наслаждаюсь жизнью, магией и силой, струящейся во мне, а они корчатся у меня в ногах, пускай и фигурально.

Я с трепетом наблюдал, как в Фелисити по её связи вливается все больше её собственной маны вперемешку с чужой, но все еще неплохо ассимилирующейся. На потолке вместо пентаграммы в огромную воронку закручивались потоки магии, соединяющиеся с Фелисити толстыми жгутами едва заметной в темноте темной тягучей маны. Ритуал разрывал магическую сущность волшебников, словно голодный волк беззащитного олененка, но для нас он был словно небесная амброзия, величайшее благословение. Шанс.

Эти четверо из десяти, кстати, обладали весьма большой силой и чистотой маны. Скорее всего, благородные господа из священных двадцати восьми семей. Ну, троим из них может быть даже не повезёт выжить, хе-хе-хе. Успеют перед смертью прочувствовать, что такое быть магглом, которых они так презирают. Что за чудесная симфония. Лишившийся своей магии аристократ — это самое унизительное и жалкое зрелище, которое ещё и урон их репутации нанесёт значительный. Да уж, обделайся они прямо на той вечеринке — и то было бы все не так уж плохо.

Ну что тут сказать, вот так вот бывает на свете, сегодня ты на коне, а через секунду он тебя скинул и втоптал твою голову в грязь, проломив череп кованной подковой и нагадив на твой модный дорогой плащ, прежде чем гарцуя ускакать прочь.

Уверен, выжившие ублюдки бросят все ресурсы рода, чтобы найти Синдер как можно быстрее, если они занимали высокое положение в своих семьях, а даже если и нет, их главы рода все равно бы не потерпели такого унижения и показательной расправы на глазах у «цвета общества» и сделали бы это в любом случае. Возможно, у них даже заранее был предусмотрен способ её экстренно отыскать, но… Откровенно говоря, на это мы и рассчитывали.

Да, мы ждём гостей. Они никогда не попросили бы о помощи аврората или других аристо, ведь это все равно, что добить свою уязвленную гордость и репутацию собственными руками, так что использовали бы для этого исключительно свои возможности и ресурсы, что мне и нужно. Ведь след Фелисити приведёт их как раз сюда, в тщательно подготовленную ловушку. На ловца и зверь бежит.

Конечно, все важное, ценное и нужное я уже эвакуировал отсюда, спрятал в запасном схроне, а домик уже магически (и не только) заминирован и определен под снос. Все равно после проведения здесь такого черного ритуала хочешь-не-хочешь, а пришлось бы заместить все следы, но я очень жадный, и такое расточительство на ровном месте терпеть не мог. Вот и превратил это место в настоящую западню для ищеек, желая нанести ещё один чувствительный удар по нашим врагам, а никем другим после сегодняшнего они быть мне не могут. Плевать. Одним аристократических родом больше, другим меньше… После сегодняшнего это уже не так меня страшит. Напротив, я планирую ускорить свои планы. Теперь не нужно ждать два года, силы нам должно хватить и так. Значит, на этих Йольских каникулах мы нанесён следующий чувствительный удар нашим дорогим благородным друзьям, муа-ха-ха-ха.

Так вот, тех счастливчиков, у кого получится отследить и выйти на Фелисити первыми, ждёт большой и очень волосатый сюрприз в лице небольшой армии злющих мёртвых акромантулов, которых у меня уже давно руки чешутся испытать в настоящей боевой обстановке, против волшебников, а не тупорылых конетрахов.

Хорошо ли держат магическое пламя и молнии мои руны, выгравированные на хитиновых панцирях и мохнатых лапках? Достаточны ли их количество и сила, чтобы побороть природную слабость пауков перед опаляющей стихией? Могут ли пробить чужие магические щиты их острые ядовитые жвала, сочащиеся трупным ядом, как могли при их жизни? Насколько эффективно моё улучшение, позволяющее паучарам прыгать в два раза дальше и выше? Такой паучий десант многие оценят по достоинству. Посмертно.

Страшно ли мне? О нет. Конечно же нет. Это им нужно бояться меня, ведь это я — опасность.

Дело в том, что акромантулы и так имеют наивысший пятый ранг опасности, как оборотни и драконы, хотя и получили они его скорее за умение действовать в большой группе сообща. Ещё за плодовитость и скорость роста, яд и устойчивость к большинству простых заклинаний. Но после того, как они стали инферналами и были мной слегка модифицированы… Да, они хорошо подкачались, став настоящими боссами качалки, так что устроят моим врагам сладкую гачимучи жизнь. Хотя нет, это СЕБЕ они устроят сладкую жизнь, схарчив группу быстрого реагирования, наёмников, авроров или самих уязвленных в гордости своей аристократов.

Последнее, конечно, вряд-ли. Какой дебил самостоятельно полезет к ведьме, которая каким-то неизвестным образом смогла выкачать из десятка довольно сильных волшебников их магию? Даже с учётом того, что едва-ли десять-пятнадцать процентов может быть усвоено… Все равно весьма внушительно, а ведь самостоятельно она такой ритуал провести никак не могла, для этого нужна магия, а значит — ей кто-то помогал, и они не могут не знать… Короче, ожидаю наёмников или авроров в течении суток. Если не явятся, разрываем следилки и заметаем хвосты. Слишком много времени на подготовку им давать нельзя, иначе сюда явится не элитная группа наскоро собранных волшебников, а целая армия.

Что ж, даже если за девчонкой снова припрутся полнокровные звезды лучших авроров, то им придётся очень туго, а я всегда смогу сбежать отсюда в любой момент с помощью порт-ключа, прихватив с собой Фелисити и подорвав тут все к чёртовой бабушке. А вот они не смогут, ведь стоит гостям сюда сунуться, как над областью сразу повиснет запрет на аппарацию.

Не слишком сильный, конечно, но подкрепленный ритуалом и моей подпиткой сможет удержать их достаточно долго, чтобы о гостях позаботились радушные хозяева этих лесов. В точке отхода нас уже ждёт следующий подготовленный ритуал для Фел, обрывающий все следилки, какие только существуют. Точнее, о которых мы трое знали. Будем надеяться, что с ней не стали слишком уж заморачиваться.

Пробовать пробить купол против трансгрессии во время боя с немертвыми акромантулами, столкнувшись с расставленными по всему периметру ловушками всех мастей, от сложных магических, до самых маггловских из возможных… вроде ямы с кольями, присыпанной листвой. А что, маной не фонит, магическим чувствам и зрению засветку не даёт, а работает безотказно как на диких кабанчиках, так и на хитрожопых волшебниках.

Ну, если сюда не явится Грюм собственной персоной, то даже у трех звёзд матерых авроров нет шансов на выживание. Только если с ними будет этот эквивалент магического Рэмбо, чтоб его. Но даже ему будет трудновато, ведь акромантулы — это акромантулы.

Вот почему некромантов так не любят. Они сами себе армия, только дайте время, ресурсы и материалы, и шороху в целой стране сможет навести один приличный, целеустремленный некромант. Как Том, к примеру. Или один скромный рейвенкловец с подружками. Сам-то я в бой вступать не планирую, пока что, чтобы не словить своей тушкой шальное заклинание.

Уверен, как только гости наткнуться на моих пушистых питомцев, у тех тут же отключится функция человеколюбия и всепрощения и, меня попытаются убить без суда и следствия. Предупредительных бомбард в небо не будет.

Это моя территория, моя шахматная партия, так что только мне, как игроку, положено наблюдать со стороны, получая удовольствие от игры.

И вот, я чувствую, как последние крошки маны, приправленные жизненной силой, покидают тела наших добродетельных доноров. Удивительно, но ритуал прошёл практически идеально, не отнимая мою черную удачу. Напротив, я почувствовал очень сильный приток этой особой «силы». Как удачно получилось, ха-ха!

Непрерывный поток маны перестал поступать и светящиеся красновато-черным светом руны и свечи вокруг померкли, а затем и вовсе потухли. Воцарилась тьма и тишина. Я устало опустился на пол ритуального зала, сев на камень голой задницей, не обращая внимание на холод. Пару минут отдыха, чтобы перевести дух.

Нужно было отойти от эйфории, которая и не думала пока проходить. Меня знатно так штормило в эмоциональном плане, окклюменция уже не справлялась. Было бы неплохо как-то сбросить напряжение, которое натянуло мои нервы до предела, заставляя их подрагивать в сладкой истоме.

Рядом на колени опустилась Фелисити, содрогаясь от накатившего удовольствия и неги. Мой взгляд невольно задержался на ней. Ух, как же хороша, чертовка. Все при ней. Пришлось приложить немало усилий, чтобы перевести взгляд на что-то другое. Какой интересный, оказывается, у меня шкаф! Ммм, мысли что-то опять не туда съехали, представляя как удобно было бы подсадить девушку на него и… Так, стоп. Интересно, а что сейчас чувствует она сама?

Ей-то наверняка ещё лучше, ведь Синдер не просто усилилась, как я, а вернула свою магию и отомстила врагам сполна, взяв стандартную плату глаз-за-глаз. Ко всему прочему, ей достался ещё и моральный кайф от всей этой ситуации.

Проще всего ритуал прошёл для Кэрол, которая удержалась на ногах и, пошатываясь, направилась на выход из комнаты, обняв себя руками за плечи и мелко подрагивая.

— Я в душ, смою с себя кровь и следы ритуала проточной водой. Чего и вам советую. Вы как раз очухаетесь, когда я закончу, — бросила напоследок Шарпхарт, удаляясь в другую часть дома.

— Ну, пожалуй, пару минут прийти в себя у нас и правда в запасе есть. Я бы даже сказал, пара часов, так как раньше на нас выйти будет практически нереально… — я повернулся к Фелисити, чтобы завести непринуждённый разговор, а-то как-то неловко было бы сидеть в тишине, и наткнулся на такой особенный, голодный взгляд… — Что?

— Я бы сказала «раздевайся», но ритуал нам и так облегчил задачу и мы уже голые. — Брюнетка потянулась за поцелуем и впилась своими губами в мои. Вот и ответ на мой вопрос.

— Ты, хух, тебя ничего не смущает? К примеру то, что мы все в кровище измазаны? — разорвав страстный поцелуй, я слегка отстранил девушку от себя, заглянув ей в глаза. Хм, вполне осмысленные. Я-то думал, ей сорвало крышу от накатившего чувства эйфории и наслаждения, но нет.

— Не-а! — девушка попыталась повалить меня на спину, чтобы нависнуть сверху, но не тут-то было, я так то куда сильнее, так что… Вскочил с холодного пола и, подхватив пискнувшую девушку, потащил свою законную добычу к весьма удобном низкому шкафчику, решив воплотить недавнюю фантазию.

— Сумасшедшая! — обжигая своим дыханием, я прошептал ей на ушко.

— Видишь, как тебе повезло, ведь такие как раз в твоём вкусе! — в ответ меня цапнули за кончик моего уха, принимая игру. Да, видимо, у меня с головой тоже что-то сильно не в порядке, раз я поддался на эту провокацию.

Умостив её попу на шкафчике и прижав Фелисити спиной к стене, я принялся целовать её пухлые, покрытые матово-чёрной помадой губы. С большим удовольствием проникая своим языком в приоткрытый ротик ведьмы, минуя ровные белые зубки, я безжалостно атаковал её язык, не оставив и шанса на контр-атаку.

Её удивление не продлилось слишком долго и вскоре я почувствовал её яростный отклик. Она не желала отдавать инициативу в мои руки без боя.

Острые ноготки Синдер заскользили по моей спине, не в силах пробить кожу, но даря некое извращенное удовольствие в процессе. Не будь её шея измазана моей же кровью, уже с удовольствием впился бы в неё. Но пока придётся повременить с этим.

Наши руки беззастенчиво исследовали обнажённые тела друг друга, задерживаясь в интересующих нас местах. Так мои руки ласкали её крепкую верхнюю двоечку с плюсом, скользили по изящной спинке и талии, разминали её упругие ягодицы и гладили её длинные ножки, которые она подогнула в коленях, образуя весьма провокационную и открытую позу. В ответ на мою экспансию её руки нежно проходили острыми ноготочками по моему прессу, напряжённым мышцам спины и рук, иногда, будто случайно, она задевала руками и Амоса-младшего, отчего возбуждение только нарастало.

Не знаю, долго бы это все продолжалось и как скоро мы бы перешли от прелюдии к сладенькому, но Кэролайн закончила с душем раньше, к счастью.

— М-да, ну вы и животные. Идите в душ, там и продолжите сбрасывать стресс. Только чары тишины наложить не забудьте. А, пофиг, сама наложу. Я пока начну заметать следы ритуала. Часа два у вас есть, но не думайте, что я буду делать все за вас! — встав в проходе и уперев руки в боки, Кэролайн покачала головой, глядя на нас взглядом полным осуждения. Ещё бы глаза закатила, для полноты картины.

Не сказать, чтобы её реплика сколько-то осудила наш накал страстей, но я и правда предпочёл бы смыть с нас кровавые разводы, прежде чем приступать к полноценному сексу. Руны утратили силу и более не удерживали свою форму, так что с каждой секундой мы бы все больше пачкались в крови.

Фелисити, почувствовав, что я начинаю отстраняться, быстренько скрестила свои ножки у меня за спиной, на пояснице, и вцепилась руками в мои плечи, прижавшись ко мне всем телом, отказываясь разрывать телесный контакт даже на секунду.

Весьма вызывающе, учитывая близость наших начал друг к другу. Одно неосторожное движение, и все начнётся ещё до того как мы доберёмся до душа. На ее лице сияла похотливая улыбка с каплей безуминки, а тёмные омуты глаз неотрывно следили за моим лицом.

Я чувствовал как в ней клокочет её магия, бушуя с моей в унисон. Сильная ведьма побуждала волка внутри меня овладеть ей, и я не собирался сопротивляться, имея идентичные желания. Мы в этом плане вообще были очень похожи.

Я фыркнул и пошёл в ванную комнату, неся с собою ценный груз.

Лучше сбросить накал прежде, чем к нам нагрянут гости, а о последствиях принятого решения я подумаю позже. Вновь заняв губы своей новоиспеченной любовницы поцелуем, я с ноги открыл дверь туда, где у нас должно было состояться омовение с интересным продолжением…

***

— Л-лорд Малфой, целитель прибыли, но с ними ещё и авроры. И эт-то… Аластор Грюм… — слегка запинаясь зашептал вбежавший в комнату волшебник, наклонившись к уху главы рода Малфой.

Чистокровка из небогатого рода, но занимающий довольно высокий пост в министерстве. С подачи самого Малфоя, разумеется. Один из многих, кто был приглашён на закрытую вечеринку «для своих», которая обернулась каким-то фарсом и кровавой трагедией.

Люциус Малфой, который до этого стоял склонившись над бледным и изможденным лицом Эйвери, зло зашипел, выпрямив спину и убрав палочку от сердца своего закадычного союзника по ордену. Его место тут же заняла Нарцисса, продолжая поддерживать сердцебиение мужчины.

— А этому-то что здесь нужно? Я его не звал! — ощерился платиновый блондин, который изволил пребывать в крайне расстроенных чувствах, а теперь и подавно перешёл к состоянию холодного бешенства. Грюм старался засадить его обратно в Азкабан при любом удобном случае, чему Люциус, естественно, противился изо всех сил.

Испортить этот вечер ещё больше мог только он — Аластор Грюм. Малфою с головой хватало и полудохлых Нотта-старшего, Гойла и Эйвери, которые едва выжили и находились просто в ужасном состоянии. Жизнь в них поддерживали сильнейшие волшебники и ведьмы, что сегодня собрались под его крышей, обеспечивая им выживание до прибытия группы целителей.

Что именно произошло с этими неудачниками он знать не знал, но диагностика в его исполнении показывала следы очень чёрной магии и полное магическое истощение, которое грозило перерасти в полную потерю магии. Если уже не переросло.

Жизнь и здоровье троих мужчин тоже попали под раздачу, но, по крайней мере, в отличии от старого Лорда Огдена, они хотя-бы выжили. У старика просто разорвало сердце и помочь ему уже ничем не могли. Запускать было нечего.

Четверо работников министерства из семей попроще, но тоже чистокровных, скончались на месте. Они оказались слишком слабы, чтобы выдержать такую сильную боль и одномоментный отток маны.

«Жалкие слабаки. Вот закалились бы в круциатусах Лорда, может быть тоже бы выжили, как эти трое полудурков.»

Люциус нервно передернул плечами от накативших воспоминаний о его собственной «закалке». Повторять такое он не очень-то и хотел, откровенно говоря. Круцио в исполнении Лорда могло свести с ума за считанные минуты.

— Не знаю, Лорд Малфой, они уже внутри и требуют вас. Кажется, они хотят вас арестовать! — мужчина испуганно отпрянул от блондина, когда столкнулся с его ужасающей темной аурой.

— Да блядь, вот даже не сомневался! Что за вечер-то такой?! — в первые за очень долгое время Люциус не смог сдержать ругательства в себе. На него недовольно покосилась его жена, но промолчала. Вылупившийся на него во все глаза подчинённый был лучшим показателем того, как редко ругался Малфой.

— Ч-что нам д-делать, сэр? — заикаясь промямлил гонец, принесший дурную весть, старательно отвод взгляд.

— Что-что, пошли к этим мордредовым аврорам, — пожевав губами и собравшись с мыслями, ответил ему уважаемый политик и немножко пожиратель смерти. — Уважаемые господа, я вынужден откланяться по независящим от меня обстоятельствам. Надеюсь вы позаботитесь о пострадавших в моё отсутствие? Этот, молодой человек проводит сюда целителей, пока я развлекаю наших новых гостей, — обратился Малфой к другим чистокровным волшебникам, которые корпели над тройкой чистокровных собратьев. Те лишь кивнули в ответ, не отвлекаясь от наложения исцеляющих заклинаний. Дело было серьёзное.

— Ох, чувствую, попьют мне крови сегодня… — устало вздохнул тот, кто ранее занимал место левой руки Темного Лорда. Подняв грустные серые глаза к потолку, он гордо зашагал на встречу с неприятностями

Глава 10 Дикая Охота

Глава 10

Дикая Охота

На часах было уже пять утра, но до рассвета пока было время. Тьма еще властвовала в этом лесу и время вполне подходило для нанесения внезапной атаки. Надеюсь, наши враги меня не разочаруют.

Мы с Фел сидели на кухне, за столом — единственным оставшимся предметом интерьера на всей базе — и пили горячий чай, неспешно общаясь на всякие отвлеченные темы, привыкая друг к другу и слегка изменившейся магии внутри нас. Едва уловимое чувство родства наших магических сущностей дарило комфорт и уют, некую легкость в общении, которая возникает между хорошими давними друзьями, любовниками или родственниками. Ну, оно и понятно, у нас стало еще больше общего, так сказать, ха-ха.

Мы говорили о многом и ни о чем. О магии, о музыке, о смерти, о сексе… о будущем, которое нас ждёт. Нет, не те романтичные сопли, где парочка рассуждает, куда бы им переехать, не купить ли одинаковые свитера или куда бы им сходить на свидание в эти выходные, совсем нет. Мы говорили о будущем Магической Британии и о нашем месте в нем. О том, что мы можем взять по праву сильных, а что лучше не трогать и отдать на откуп другим заинтересованным лицам. Жадность — самый опасный в мире порок, как по мне. Со своей гордыней и ленью я уж как-нибудь справлюсь, а похоть у меня теперь есть куда направить. Хотя я признаю, что у меня есть определенная слабость к красивым женщинам. Любимые вторые шансы Дамблдора я припас в карманах специально для них. Надеюсь, однажды я не получу отравленный гоблинский кинжал в спину. Что касается остальных пороков, то они во мне не так уж и сильны.

Только светлое будущее строить мы будем не так топорно, как это пытался сделать в свое время Томми, а ставку придётся сделать на абсолютно противоположный лагерь. Хотя, у меня были определенные планы на многочисленные резервации оборотней и вейл, которые жили практически в рабстве. Один в трудовом, другие в сексуальном. Догадайтесь, кому что досталось. Новая сила, не Фениксы и не Министерство. Нам с ними не по пути. Одни слишком консервативны и избирательны в своих светлых помыслах, а вторые… да ладно, большая часть проблем страны кроется как раз в нынешнем Министерстве Магии. Вся погань сейчас собралась там. Даже аристократы не брезгуют теперь должностями в министерстве, лишь бы удержать ускользающую сквозь пальцы, словно мелкий песок, власть.

Фелисити оказалась на удивление чудесным собеседником, хотя я знал это и раньше, но теперь она открылась для меня с новой стороны, став более открытой и общительной. Возможно, благотворно на её настроение повлияло возвращение магии. Она могла поддержать практически любую тему, что в моей магической сфере интересов, что в обычной повседневности, а если и нет, то внимательно слушала мои измышления и кивала, когда того требовала ситуация, уточняя непонятные для неё моменты и делая собственные выводы. Приятно пообщаться с человеком, не лишённым такта и искренне желающим наладить с тобой контакт. А она явно этого хотела.

Не обошли стороной мы даже такую специфическую тему, как тёмные искусства и ритуальную магию. Их мы тоже ненавязчиво касались, словно влюблённая парочка подростков впервые выбравшаяся на свидание и сейчас неуверенно соприкасаются кончиками пальцев, пробуя границы своей решимости и дозволенности. Все-же тема довольно специфическая. Можно сказать, очень личная.

Тёмные маги вообще о своих возможностях и знаниях не распространяются даже среди своих близких друзей (если они у них вообще есть, конечно), но… Думаю, некоторую черту мы с ней сегодня переступили, часов эдак пять назад, когда нам от эйфории и возросшей магической силы напрочь снесло крышу и мы возжелали продлить эти неимоверно приятные ощущения несколько иным способом. Сексом.

Очень хорошим, долгим и даже немного яростным сексом, где каждый пытался подмять под себя партнёра, ведя «битву» за главенство в постели. Жаль, мы были ограничены во времени, иначе эта «война» грозила бы перейти в категорию «на истощение». Иногда я даже позволял этой фурии взять вверх, ведь хорошие отношения состоят из компромиссов, а она явно заслужила поощрение, будучи очень старательной девочкой.

Да, вовсе не потому, что я был отнюдь не против расслабиться, позволяя ей побыть сверху, наслаждаясь божественным видом и ощущениями, переводя дыхание и лишь слегка помогая ей наращивать темп бёдрами. Честно!

Ну ладно, вы меня раскусили. Потом я все равно брал свое, валяя девушку по простыням как душе было угодно. Главное, что мы оба получали от процесса огромное удовольствие.

Так что немного приоткрыть завесу было можно и даже полезно. Мы теперь в одной упряжке и должны хоть примерно знать на что способен каждый в группе и у кого какие слабые и сильные стороны. Если серьезно споткнется один из нас, то утянет за собой под лёд и остальных. В этом и есть самая большая опасность расширения, но без него никак. С Кэролайн мне все понятно, она моя ученица, да и о способностях друг друга мы знаем очень многое не понаслышке, ведь вместе росли, вместе развивались и вместе сражались. Убивали.

Вот мы и общались с Фел, периодически касаясь личных тем и просто друг друга, делясь впечатлениями и теплом. Что ни, говори, а приятно вот так сидеть, общаться, касаться друг друга и пить пышущий жаром чай из стеклянных чашек и пузатого прозрачного чайника.

Чайник был плодом трансфигурации, как и чашки, все остальное в доме было уничтожено или эвакуировано. Только вещи, трансфигурированные нами же, доживали свои часы. Тот же стол, к примеру. Мы сидели в коварной засаде, ожидая свежее пополнение для моей армии инферналов. Образно говоря, естественно. Никто не будет впопыхах поднимать трупы, ведь кто его знает, когда на нас выйдут другие стороны. Было бы неловко, если бы нас застали за этим занятием, так что пришлось немного позаботиться о будущем и минимизировать вероятность того, что на нас смогут выйти люди, которые придут по следам первой группы неудачников-самоубийц.

Я ещё сам не понял в каких мы теперь с отношениях с Синдер, эту тему мы пока не поднимали, но мне импонировало то, как Фелисити относится ко мне, как смотрит на меня, и как воспринимает те вещи и мои планы на будущее, о которых я ей поведал. Такой уровень преданности и поддержки подкупал — я чувствовал её искренность, так как она не закрывалась от меня окклюменцией слишком сильно. Любовники, партнеры и подельники? Пожалуй, пока пусть будет так, а там посмотрим.

Пока нас с Кэрол было только двое мы не могли считаться полноценной группой заговорщиков и революционеров, но теперь нас стало трое, а это, как говорится, уже вечеринка…

Стоит задуматься о названии нашей будущей организации, ведь сегодня мы так или иначе заявили о себе. И ещё как заявим. И не раз.

Нужно что-то символичное и с глубоким смыслом для тех, кто умеет читать между строк. Мы ведь планируем расширяться, в перспективе! Нам не подойдёт такая безвкусица, как Пожиратели Смерти или Орден Феникса. Не хочу, чтобы нас называли ПСами или жареными курицами. Думаю, «Дикая Охота» подойдёт нам куда лучше, ведь явление это носит весьма неоднозначный окрас. Да и сократить обидно не получится. Дикие? Охотники? Мне подойдет любой вариант, ведь мы и те, и другие.

Дикую Охоту в далеком прошлом возглавляли фейри, истинные повелители темной магии, что научили людей основам своих тёмных искусств, за что им спасибо, кстати, когда ещё ходили по земле. В рядах Дикой Охоты часто можно было встретить как могучих волшебников, так и героев человечества и других магических рас, собирающихся вместе, чтобы знатно развлечься, охотясь на всякую нечисть.

Огнём и мечом Дикая Охота проносилась по земле, искореняя неупокоенную нежить, тёмных тварей, сошедших с ума некромантов, тёмных магов и личей, потерявших себя, зачищая и прочую грязь, что словно накипь покрывала собою весь мир.

С тех пор, как фейри покинули землю и отправились в странствие по другим мирам, некому стало очищать эту грязь, накипь и налёт, из-за чего и Магическая Британия, и другие страны, столетие за столетием стали обрастать всякой темномагической дрянью, что и привела нас к нынешнему положению вещей.

Когда всего этого дерьма скопилось слишком много то терпение всех сторон лопнуло — вспыхнула Мировая Война, а за ней и вторая, вскрывая этот гнойный нарыв. И хотя в процессе борьбы большая часть гнилья была отфильтрована и уничтожена, но далеко не вся. И цикл начался снова, но не с начала, а где-то с середины, ведь некому было закончить дело хорошо. Все слишком устали, а потом было поздно.

Слишком уж много развелось паразитов, что мешают развиваться магическому обществу, погрязнув в своей блаженной лени, алчности, похоти, и закостенелости мышления. Нужен был хороший удар, который смог бы снова запустить остановившееся сердце магии. Развитие, а не стагнация, вот что нам нужно. И срочно. Без развития мы рано или поздно вымрем как вид, а я волей-неволей отношу себя именно к волшебникам, ведь я и есть волшебник, даже если в прошлом имел опыт бытия обычным человеком.

Обычные люди поймали волну прогресса и развиваются семимильными шагами, а что же мы? Позорище сплошное. Вместо расширения и усложнения программы обучения в той же школе я видел из года в год лишь упрощение и сокращение подаваемого материала. Нет, это не инициатива Дамблдора, как многие считали, все это заслуга нашего «чудесного» министерства, которое предпочитает управлять тупым, слабовольным и магически неспособным ему противостоять стадом. Быдло-маги… Как это вообще возможно?! Аж тошно становится.

Это, кстати, была одна из основных тез Тёмного Лорда, когда он ещё только начинал собирать сторонников. Тогда ему удалось набрать много талантливых отпрысков благородных родов, возмущенных таким развитием событий, жадных до запретный знаний и исследований, ведь запретный плод так сладок… мне ли не знать? Да, в прошлом Том явно знал, на какие точки души нужно надавить, чтобы опустить человека на колени без особых усилий. Просто помахать у него перед носом его мечтой и добавить щепотку обещаний лучшего будущего, которые совпадали бы с тайными желаниями большинства волшебников. Власть, сила, знания, развитие. Как бы сильно не извратил Темный Лорд свои обещания, но он давал людям то, чего они и хотели. За символическую плату. Всего-то их жизни, свобода и будущее переходили в его безвозмездное пользование. Хитрый ублюдок играл на тонких струнах души, манипулируя патриотизмом наивных идиотов, которые как бабочки летели в костер адского пламени.

Я-то знаю, что ещё лет двадцать и обычные люди безнадёжно опередят нас практически во всем, кроме личной силы. Но кому она нужна будет в двадцать первом веке, который уже не за горами? Только нам, волшебникам, а вот простым людям уже давно плевать на личную силу. У них нет возможности магией опустошать целые города взмахом волшебной палочки, но у них есть технологии — продукт коллективного гения человечества, которые могут конкурировать с магией почти на равных. Ядерные бомбы, к примеру, биологическое и химическое оружие...

Но, в целом, у простых обывателей другие стремления. Тот же комфорт, о котором не могли и мечтать крестьяне в прошлом, да что там, даже короли, а теперь такой уровень был столь же доступен, как буханка черствого хлеба в средневековье (т.е., если постараться и не лениться, можно получить). А раньше лишь волшебники могли обеспечить себе действительно комфортную жизнь в средневековье. Теперь мы близки к тому, что мы поменяемся местами. Ну, если обобщить. Так-то любой сильный волшебник может создать для себя любой уровень комфорта, но сильных волшебников во все времена было мало, а после недавних войн популяция еще не восстановилась.

Хорошо это или плохо, судить не мне. Я просто хочу вырвать себе место под солнцем. Поближе к солнцу, повыше, разумеется. Простая эгоистичная мечта, да. А какая ещё мечта может быть у тёмного мага? Мир всем мире? Ха-ха, очень смешно. Я борюсь за безоблачное небо для себя и своих близких. Ну, если в процессе получится улучшить уровень жизни и образования у волшебников, то я буду только рад. Все же, мне тут жить, и я предпочту иметь вокруг себя здоровую атмосферу.

Ладно, обсудим это потом все вместе, когда снова соберёмся за одним столом. А то Кэролайн решила оставить нас наедине, когда закончила помогать с последними приготовлениями, что было довольно тактично с её стороны. Все равно её помощь на этом этапе не потребуется.

Фелисити — приманка. Я — спусковой крючок для ловушки, который захлопнет и приведёт её в действие, не более. Ну, еще немного развлекусь ручным управлением своими мохнатыми инферналами. Мы не полезем под авады. У нас достаточно способов нести справедливость и кару на безопасном расстоянии. Это ли не аналог биологических (некромантических?) беспилотников и дронов? Хе-хе-хе.

Фелисити временами колдовала своей волшебной палочкой, привыкая к той заново, творя простенькую магию, периодически бросая на меня кокетливые взгляды. Красуется. Но в её глазах такое счастье от того, что она снова может колдовать, что я невольно и сам улыбался, глядя на её довольную моську. Счастливая улыбка была ей к лицу. Да, я подарил ей одну из своих запасных палочек, из тех что взял с тел убитых врагов. Тис и сердечная жила дракона. Она была рада и такой.

Палочка ей не очень подходила, если честно, но пока ей придётся довольствоваться тем, что есть. Новую, подходящую для нее, достать будет не так-то просто. Министерство мониторит всех создателей палочек. Даже тех, что работают из-под полы. По возможности. За всем уследить им не под силу. Но мы что-то обязательно придумаем. Негоже одной из со-основательниц Дикой Охоты ходить с неподходящим концентратором. Другие не поймут.

О, чувствую как натягиваются нити моей сигнальной сети. Кажется, в мои сети попала крупная рыбка. Очень крупная, но глупая. Сегодня на ужин будут сашими. У пауков. Сам-то я их есть не буду, настолько я своего внутреннего волка не балую. Но идея заказать себе нормальные суши мне пришлась по душе. Можно будет пообедать сегодня в компании Фелисити. Свожу её в ресторан, что-ли, а то как-то наши отношения начались не совсем нормально. (Вообще ненормально!)

Я вытащил из кармана мантии хрустальный шар и установил его на специальную подставку в центре стола. Многие недооценивают уроки профессора Трелони, но я-то знаю, что она нифига не шарлатанка. И Амос-прошлый тоже знал.

Те, кто умеют слушать и проявляют интерес и, самое главное, хоть каплю таланта к ее предмету, получают от нее бесценные знания, применение которым умный волшебник всегда найдет.

У меня вот был весьма слабенький талант к прорицанию и пророчествам, но не стоит недооценивать эту маленькую каплю особенной силы в моем арсенале. Моя интуиция очень хороша в том числе и благодаря этой капле, и пускай мне не хватает сил и таланта заглянуть в хаотичное скопление бесчисленных изменчивых граней еще не сбывшегося будущего, и пускай нет возможности пробиться силой через затвердевшее, словно тысячелетний янтарь, прошлое, но… я все еще с лёгкостью могу наблюдать настоящее, пользуясь хрустальным шаром и некоторыми приготовлениями.

Вроде и ничего сложного, получилось что-то вроде современной (по моим меркам) системы наблюдения, в которую вплетены десятки плавающих видеокамер, передающих изображение во всех спектрах онлайн. Но как же удобно, дементор меня побери. Теперь мы можем наслаждаться шоу, попивая чай. Жаль, не догадался закупиться попкорном.

А еще с помощью этой приблуды мне намного удобнее контролировать моих маленьких (на самом деле — не очень-то и маленьких) мохнатых прислужников. Они после смерти не очень инициативны, если честно, нужно постоянно направлять их, чтобы был хороший результат. Как мобов в стратегических играх. Вот шарик мне и поможет координировать атаку и защиту, да и Фелисити скучно не будет. Поехали.

***

Фелисити с интересом наблюдала за своим избранником, который колдовал над хрустальным шаром, подключая к магической сфере все больше плавающих на полупрозрачной поверхности изображений. Своим вниманием он охватил всю территорию огромной ловушки, в которую он превратил свою списанную со счетов бывшую базу. Ради нее он пожертвовал даже своей собственной базой… ну, не только, но тем не менее.

Да, девушка уже решила для себя, с кем она хочет связать свою жизнь. Для нее Амос был практически идеальным вариантом.

Волшебник ей сразу понравился чисто внешне, еще тогда, в клубе, а после, за разговорами, она еще и успела проникнуться к нему симпатией, найдя в парне намного моложе себя удивительно много общего. С ним было легко, весело и не приходилось скрывать свою темную сторону, ведь она, кажется, нисколько его не пугала. Напротив, даже привлекала.

Конечно, поначалу пришлось немного его обмануть, сыграв почти пай-девочку, но, сбросив маски в тот день, надевать их обратно ни она, ни Амос уже не спешили. Этого уже было достаточно, чтобы заинтересовать ее.

Его кровожадная улыбка, промелькнувшая на хищном бледном лице, когда в поле его зрения попали их враги, даже немного возбудила девушку, хотя она и понимала, что это немного ненормально.

Их враги, да… не только ее, но и его. Как приятно Фелисити было думать, что ради нее он готов зайти так далеко. Конечно, в глубине души она понимала, что Амос в первую очередь искал выгоду для себя самого, но… сердце девушки все равно билось чаще, а щечки немного покраснели, пока она со взором горящим наблюдала за тем, как он медленно но уверенно затягивает удавку на шее ненавистных ей ублюдков.

Словно безжалостный и хитрый ядовитый паук, что заматывает в кокон глупую и беспечную мошку, запутавшуюся в его прочной, липкой паутине. Она легонько закусила нижнюю губу, почувствовав нежное касание антитрансгрессионного купола, накрывшего территорию вокруг базы. Ловушка захлопнулась, игра началась.

Второе, что ей очень, действительно очень понравилось в нем, так это его поступки, которые говорили сами за себя, причем намного громче и честнее любых сладких речей, что ей раньше приходилось слышать от многочисленных ухажеров, обещавших звезды с неба достать, но не готовых даже помочь прикопать труп лунной летней ночью. Пффф. Такие ей были не интересны. Слова пусты, лишь дела имеют значение, теперь она это понимала.

То, что он пришел к ней на помощь, когда её немного зажали те бородатые кретины в клубе, лишь добавило ему немного баллов, ведь покрасоваться и распушить хвост любой парень был горазд, но вот то, как он их потом незаметно проклял, отомстив за нее… О-о-о-о, вот это она оценила, сумев распознать характерные признаки очень темного проклятья. Оттолкнуло ли это её? Нисколько. Скорее даже наоборот, пробудило настоящий интерес. Она отчетливо поняла, что уж этот-то точно не побрезгует помочь ей закопать парочку трупов в ночном лесу. Мордред, может ей самой придется ему помогать, хи-хи. А что, Фелисити была бы не против. Ночь, кладбище, высокая луна, гробовая тишина, споро копающие свежую могилу темный маг и ведьма… Р-романтика!

Его безжалостность и холодная ярость ей понравилось куда больше, чем показная бравада других молодых людей, что только красоваться были горазды, а как узнавали её чуть получше, так сразу же бежали поджав хвост. Но Амос знал самые неприглядные моменты её биографии и ему было глубоко плевать, скольких она пустила под нож, даже если и не совсем по своей воле. А потом он вернул ей магию… Вернул, несмотря на то, как сильно она облажалась перед ним, завалившись к нему домой и взяв в заложники его мать.

Любой другой темный маг на его месте походя вывернул бы ее наизнанку, но он поступил мудрее и хладнокровнее — предпочел использовать ее, обложив контрактами и гейсами. Дал шанс и надежду. И вроде бы свободолюбивую ведьму это должно было бы жутко бесить, как и любые другие ограничения, но под влиянием своих вынужденных скитаний, лишений и вездесущей магической жажды Фелисити немного поумерила свою гордыню и научилась мыслить на перспективу…

Внимательно изучив условия контрактов и гейсов, она пришла к интересному умозаключению. Вместо фактического рабства и полного подчинения, с которым она уже внутренне смирилась, предлагаемые им условия были ближе к контракту учителя и ученика, хоть и несколько одностороннему.

Он был не обязан её чему-то учить, да и обязательств наставника на себя никаких серьезных не брал, так, чисто символические, а вот она должна была неукоснительно следовать букве и духу контракта, как его полноправная ученица. Что было не так уж и плохо. Никто не запрещал ей проявить старание и показать свою полезность и преданность, чтобы формальный учитель стал настоящим.

Она отдавала себе отчет, что в некоторых аспектах магии он был сильно впереди нее, хотя в боевой магии и магии Вуду ведьма могла бы дать ему фору. Но в ритуальной и рунной магии, а так же артефакторике и теоретической темной магии уже он превосходил её на порядок. Так что поучиться у него было бы действительно очень полезно. В основном Амос и тут смог её удивить, причем очень приятно. В свои пятнадцать лет он уже был вполне состоявшейся личностью и очень сильным темным магом с большими амбициями и возможностями. С таким связать свою жизнь было интересно, не заскучаешь.

Вообще, она заметила, что он был с ней довольно мягок с самого начала, и эта его избирательность ей очень понравилась. Но она хотела бы, чтобы такое отношение у него было только к ней, а ведь была еще эта мелкая красноволосая выскочка, Кэролайн. Вот уж кто её раздражал одним своим присутствием. Только то, что она, кажется, и не претендовала на Амоса в этом смысле, немного сглаживало клокочущую в сердце темной ведьмы жгучую ревность. Убедившись,что отношения между Амосом и Кэрол сугубо дружески-рабочие, она немного успокоилась и даже нашла в этом жирный плюс.

Ей не хотелось этого признавать, но Шарпхарт была довольно хороша собой. Достаточно, чтобы почти конкурировать с ней самой, а это уровень. Так что, пока Амос учится в Хогвартсе, одно присутствие Кэролайн подле него должно разбивать всякую надежду у девяноста девяти процентов девушек школы, даже если бы все они поголовно хотели заполучить его себе, и она очень надеялась, что в этот оставшийся процент не входят заинтересованные в нем молодые ведьмочки. В контексте этого, Фелисити даже рассматривала вариант дружбы-союза с Кэролайн, чтобы она отваживала от него даже этот одинокий процент красавиц ради своей дорогой старшей подруги. За это можно будет, скрепя сердце, поделиться с ней своими знаниями Вуду или темной магии.

В общем и целом, контракты и гейсы между ними были довольно щадящими. Она бы на его месте затянула бы ошейник на своей шее куда как туже, а он… дал ей шанс на искупление и даже возможность встать рядом, а не ползать в его ногах, словно побитая дворняга.

Это она тоже оценила по достоинству, пообещав себе, что сделает его своим чего бы ей это не стоило и будет верной и полезной помощницей во всех его начинаниях, даже если каким-то нелепым образом у нее это не получится. Даже если Амос сойдёт с ума и станет неуправляемым и жестоким темным магом, она останется подле него до самого конца, пока их не поднимет на вилы беснующаяся толпа. Как эта безумная сука Белатрикс, что прославилась своей исступленной верностью Волдеморту, граничащей с настоящим помешательством. Наверное, он тоже для нее много значил.

Синдер завороженно наблюдала как двигаются вокруг хрустального шара его пальцы, будто плетя тончайшую невидимую паутину. Амос был словно маэстро, словно опытный кукловод, для которого происходящие в хрустальном шаре ужасы и кровавые сцены были лишь очередным спектаклем, не более.

От его улыбки и пылающих серебристым лунным светом глаз её бросало в томную дрожь. Она боялась даже шелохнуться, чтобы не сбить его концентрацию.

Поглощенный своим делом Амос захватил все её внимание и даже интереснейшие события казни тех, кого она так люто ненавидела не могли отвлечь её пылающего желанием взора от его притягательного лица.

Волшебная палочка плясала в его руках, словно он руководил огромным оркестром, а в такт его резким выверенным движениям с верхушек деревьев на головы вторженцам срывались огромные мохнатые пауки, сминая их магические щиты, а затем и кости, словно многотонный пресс, делая попавших под раздачу боевых магов похожими на старые гармошки.

Их ядовитые жвалы впивались в податливую плоть, пробивая щиты словно тонкую фанеру, лишая опытных боевиков и шанса на оказание адекватного сопротивления. Трупный яд не совсем мертвых акромантулов был просто слишком ядовит, чтобы подавить его простенькими лечащими заклинаниями или универсальными антидотами, так что один укус равнялся мучительной смерти. Отрава разжижала кости и внутренние органы несчастных, превращая их в кисель за считанные минуты.

Ох, как изящно! Один из пауков прыгнул так высоко, что его на мгновение потеряли из виду даже Фелисити с Амосом, внимательно наблюдающие за полем боя со всех ракурсов, а затем он приземлился прямо в центр вражеского посторонния, руны на его хитиновом панцире налились красным светом и он… взорвался.

Зеленый ядовитый туман стремительно распространился по округе, поразив дыхательные пути всех, кто не успел вовремя поднять специальные защитные чары от подобного вида атак. Попавший на кожу яд тоже рано или поздно забрал бы жизни волшебников, но вдохнувшие полной грудью — уже точно не жильцы. Все, кто стоял в эпицентре поражения, уже начали выблевывать собственные легкие.

На самом деле, почти половина волшебников так или иначе успели непроизвольно сделать вдох или два, прежде чем смогли осознать угрозу. Многие были слишком заняты своим выживанием, отбиваясь от армии пауков-инферналов, чтобы еще и следить за своим окружением.

И их отчаяние можно было понять. Твари практически не горели, а молнии, которые должны были глушить обычных акромантулов, словно динамит озерную рыбу, почему-то не работали. Все это тоже не добавляло боевого духа напуганным до мокрых штанишек наемникам и аристократам, что решили лично возглавить атаку. Конечно, сюда явились не главы родов, лишь члены их семей и побочных ветвей рода. Но все равно — глупцы.

В эту чудесную лунную ночь Огден, Эйвери, Гойл и Нотт понесут действительно колоссальные потери, вначале лишившись своих глав, а теперь и других сильных представителей рода. Вся надежда на продолжение их династии будет сосредоточена в руках их подрастающих наследников, ведь после сегодняшнего дня в их семьях почти не останется боеспособных мужчин. Ха! Даже слуг рода и их вассалов, откликнувшихся на призыв своих сюзеренов, явно станет намного меньше. Все полягут здесь, никто не уйдёт живым.

Похоже, благородная кровь чего-то все-таки да стоила, раз кто-то из придурков догадался направить группу выживших в сторону их домика-убежища. С одной стороны — вполне логичный шаг, ведь если не можешь справиться с порождениями могущественного некроманта, то просто убей самого некроманта. С другой стороны — этот выбор хорош в обычной ситуации, но не очень безопасен, если ты заявился в логово самого некроманта. Еще и их маршрут был слишком предсказуемым. На их пути было чертовски много смертельных ловушек.

Вот один из неудачливых волшебников, прикрывающий прорыв остатков основного отряда, пятясь спиной, запнулся о натянутую между деревьями тончайшую нить паутины и шлепнулся на задницу. Бум! Рядом с его лицом сработала вырезанная среди корней руна с заключенной в ней отложенной бомбардой. Его мозги расплескались по лесу, словно сгнивший томатный сок.

В брешь тут же хлынули пауки, продолжая преследование своих несчастных целей. Теперь вторженцев сзади подгоняли раззадоренные кровью и смертью инфернальные пауки-переростки, насытившиеся эманациями смертей волшебников, а впереди их ждали многочисленные ловушки, которые из раза в раз обрывали жизни начавших смертельную игру на выживание, волшебников.

Вот кто-то упал в волчью яму, нанизываясь на деревянные колья, пропитанные ядом пауков. Вот кто-то наступил ногой на самую обычную маггловскую мину (Интересно, где Амос её достал?), которая со щелчком подлетела вверх и взорвалась, разбрасывая вокруг смертельную шрапнель. Несколько неудачников превратились в решето. Их кинетические щиты не смогли остановить такое количество быстро движущихся мелких объектов на таком близком от взрыва расстоянии. Слишком много и слишком быстро.

Вот кто-то нарвался на проклятый куст, который вцепился в ноги миловидной рыжей ведьмы своими прочными корнями и ветвями, повалив ту на землю. Никто из бегущих на прорыв волшебников не остановился чтобы помочь зовущей на помощь соратнице. Даже не обернулся. Вскоре её настигли немертвые пауки и её истошный крик оборвался на высокой ноте.

О, вот жалкая группа выживших почти добралась до домика. Только ради того, чтобы осознать, что это был не более чем мираж. Проекция, иллюзия, обман. Им следовало бежать совсем в другую сторону. Но они уже никак не успевали, пауки были близко. Хорошо помогали в борьбе с ними лишь сильные бомбарды, разрывающие их на куски.

Перед смертью пришла ясность, что смертельный исход неизбежен и навалившийся стресс и страх заставили их принимать противоречащие логике решения.

Один из благородных волшебников, кажется из Огденов, наплевав на все, попытался трансгрессировать несмотря на все еще функционирующий купол, под которым они были заперты. А может, просто запаниковал и забыл об этом. Половину его тела выбросило в лесу, где оно повисло на паутине, словно засохший листок, а ноги и кусок торса так и остались стоять на месте. Колени подогнулись и кусок мяса шлепнулся на землю, окатив дорогие ботинки взвизгнувшего Гойла* кровью.

Кто-то лихорадочно пытался использовать порт-ключ, кто-то пробить защиту и трансгрессировать, но закрепленные темными ритуалами пространственные якоря не пускали их. Другой просто обессилел и упал на колени, захлебываясь кровавым кашлем — кажется, его наконец догнал яд акромантула. Конечно, будь у них время, хотя б минутка в запасе, некоторые смогли бы вырваться, но… кто бы дал им эту минутку, а? В бою и пять секунд — вечность.

Ох, кажется Винсент Нотт, младший брат главы рода Нотт, решил продать свою жизнь подороже и призвал адское пламя.

«Хах. Какой молодец. Сам решил помочь Амосу замести все следы.» — внутренне злорадствовала Фелисити.

Все союзники обезумевшего мага попали под раздачу первыми же, став топливом для розжига собственного погребального костра. Их искаженные в ужасе лица были незабываемым подарком для Фелисити, куда приятнее букета алых роз или шоколадки. Она запишет это на счет Амоса, чтобы позже отблагодарить его со всей страстью.

Пауки не разбегались от пламени, а бросались прямо в огонь, подпитывая его еще сильнее своей темной некро-маной, текущей в их мертвых тушках. Искаженное в напряжении лицо Винсента Нотта перекосило от ужаса, когда он понял, что надорвался и больше не может контролировать свое же заклинание, дестабилизированное одномоментным впрыском большого количества чужеродной маны. Ну так, конечно же. Высшая темная магия ведь, она всегда такая. Обоюдоострый клинок. Вскоре от Винсента не осталось даже хлопьев пепла. Сгорело все, включая его грязную душонку.

Пожар разгорался все сильнее. Потушить его будет ой как не просто, ведь чем дольше горит адское пламя, тем больше оно жрет и растет, подпитывая себя окружающей маной. Впрочем, в этом они были с обычным лесным пожаром очень даже похожи. Можно было спокойно уходить. Огонь сам заметет все следы, пожрав и трупы, и пауков, и домик с многочисленными оставшимися ловушками, и пару гектаров леса в придачу.

Амос, тоже придя к этому выводу, довольно хмыкнул, и, проведя палочкой над хрустальным шаром, заставил быстро сменяющиеся картинки потухнуть, после чего встал, потянулся и зевнул.

— Ладно, здесь мы закончили, уходим, — устало улыбнувшись, он протянул ей руку, — хватайся.

— Благодарю. За все! — отзеркалив улыбку, ведьма крепко схватилась за протянутую ладонь и двое магов исчезли в воронке пространственного перемещения, оставив за собой горящий лес и кучу трупов.

Сразу после их ухода весь дом засветился красными кельтскими рунами, что достаточно налились силой и высвободили её, взорвавшись, полностью стирая здание с лица земли. Адское пламя жадно пожрало жалкие остатки.

Лишь через пятнадцать минут на место происшествия прибыли аварийные партии авроров и работников отдела тайн, которые, приложив немало усилий, смогли сначала локализовать адское пламя, а затем и вовсе лишить подпитки маной и спустя пару часов непрерывной борьбы с огнем, потушить.

Пламя адское они может и потушили, а вот пламя разгорающегося скандала, напротив, стало набирать обороты. У министерства и аврората впереди обещала выдаться крайне насыщенная неделя, а у журналистов потекли слюнки. То-ли от бешенства, то-ли от предвкушения, кто б знал?

Фф я пишу бесплатно, для вашего и своего удовольствия, так что надеюсь на ваши лайки, большего и не требую, вот.

* (Другого Гойла. Тут древние семьи волшебников имеют больше родичей, а то смотрелись в каноне крайне жалко, не верилось вообще, что они реально древние и благородные. Волшебников в целом тоже куда больше, но об этом я серьезно упомяну потом)

xbnfntkm13, бечено

Глава 11 ​Правила большой игры

Глава 11 Правила большой игры

Директор школы Чародейства и Волшебства лениво, но величественно (чисто по привычке), восседал на своём высоком резном кресле, попивая медовый чай с молоком, умостив свои «старые и дряхлые» кости на мягкую перину. Расслабляться тоже нужно было.

Несколько эксцентричный великий маг, не стесненный в выборе одежды, отвлекающей внимание редких посетителей яркими звездами на малиновом фоне от куда более важных деталей его внешности. Колокольчики в бороде, к примеру, прекрасно справлялись с пассивным выявлением проявлений темной магии и проклятий в радиусе двадцати метров вокруг него. Наученный горьким опытом, друид здраво опасался и недолюбливал тёмных магов, хотя и признавал их силу, а местами и полезность.

Сам он темной магией, впрочем, предпочитал не баловаться. Его таланты лежали несколько в другом направлении, так что его стихийная огненная и природная магия не очень хорошо восприняли бы его увлечения магией темной. Хотя он знал про неё очень многое. В теории.

Не зря ведь у него десятилетиями был полный доступ к библиотеке и даже Выручай-комнате. Дамблдор успел ознакомиться почти со всеми имеющимися там трудами волшебников прошлого, и, хоть и в теории, прекрасно знал почти все и обо всем, о чем знали мастера тёмных искусств.

Делиться такими знаниями, впрочем, он со всеми подряд не спешил. Незачем смущать неокрепшие молодые умы такими соблазнами, которые и его, опытного и могучего друида, иногда заставляют напрягать силу воли, чтобы «только одним глазком» не заглянуть за черту дозволенного.

Последствия такого поступка были давно ему известны, а умирать он пока не планировал. Круг друидов и их покровитель сразу же срежут подгнившую ветвь, несмотря на то, сколько вкусных яблок она приносила в прошлом.

Хотя слова «старые и дряхлые кости» в контексте могущественного друида, мага жизни и волшебника в целом, это, конечно, просто хохма для понимающих кое-что в магии людей и других магических существ. Хотя многие друиды предпочитали именно такой образ многомудрого дедушки, ведь так их слова имеют больше веса. Кто будет слушать волшебников с внешностью зелёных юнцов, даже если им пара сотен лет? Директор просто использовал тот образ, который был ему удобен и близок по духу, вот и все.

Друиды были мастерами метаморфизма. Поголовно. Как говаривала ещё Моргана Ле Фей, — «Изменения — есть суть жизни.»

А магия природы и жизни была очень сильна в друидах, так что они вняли её мудрости, помнили и чтили заветы предков, даже таких как Моргана. Пусть она в какой-то момент оступилась и пала во тьму, предав учение друидов, светлых альвов и своего учителя — Мерлина (хотя кто там ещё кого предал — большой вопрос), это не отменяло её глубокого понимания сути метаморфизма и магии жизни в целом, до её падения. Потом её познания лишь углубились еще больше, по мнению самого Дамблдора, ведь она зашла с другой стороны жизни. Смерти. Талантливая была просто безумно…

Прежде, чем её смогли кое-как уничтожить (тело, во всяком случае, точно…), она успела погубить самого могучего друида и пророка — Мерлина, заручившись помощью своей первой ученицы, и половину совета старейшин круга друидов, каждый из которых не уступал по силе нынешнему верховному магу Британских островов на пике его возможностей.

Но и это ещё не все. Она смогла развалить могучую магическую сверхдержаву, известную в то время как Авалон — королевство светлых альвов, где проживало и множество людей, отравив смертельным ядом и прокляв своего короля — Оберона.

Будто этого было мало, она ещё и дала толчок кровавой революции в борьбе за престол между потомками короля, так сильно она его возненавидела. Даже после смерти Моргана продолжала уничтожать его родословную под корень, ввергнув в пучину гражданской войны некогда процветающую метрополию. У неё было достаточно учеников и очень талантливая ученица — Вивиан, которые и продолжили её дело, щедро подбрасывая уголь в топку гражданской войны. Альвы резали альвов, люди — людей, друиды — падших друидов, одним словом — смута. Раскол.

Впрочем, хоть альвы и не любили этого признавать, но с точки зрения друидов, Оберон был сам виноват в своей смерти и разрушении королевства, решив взять Моргану в наложницы. Против её воли.

Ему даже в голову не приходило, что кто-то может быть против такой огромной чести, так что он просто считал её категорический отказ капризами гениальной волшебницы, которые не стоит принимать слишком близко к сердцу. Но он ошибался. Жестоко ошибался. Сам-то он, может, и не принял это близко к сердцу, зато приняла Моргана, и немногим позже вонзила ему в сердце отравленный и проклятый самой чёрной магией кинжал.

Стоило ли действительно удивляться тому, что одна из самых могущественных и красивейших ведьм в истории этого мира смогла найти способ скинуть с себя гейсы и рабскую метку младшей наложницы и убить правителя в собственных покоях, когда тот никак не ожидал удара в спину от своей послушной рабыни-наложницы?

После него на тот свет отправилась и королева, которая решила в тот вечер поразвлечься с капитаном стражи, раз уж её муж уделяет больше внимания своей новой игрушке. В этом она находила нечто пикантное и мстительное, ведь капитан был давно влюблен в Моргану Ле Фей, и она даже отвечала ему взаимностью, до того как глаз на неё положил сам король альвов. Так она решила отомстить и своему мужу, и молодой выскочке-наложнице, но вместо приятного вечера лишилась головы.

Капитан стражи был в сговоре с Морганой, естественно, так что когда они вместе покинули дворец под утро, в том дворце в живых остались только они и заговорщики из числа королевской гвардии под предводительством этого капитана, чье имя давно было стерто из истории. Дворец встретил вернувшийся в него поутру слуг и свежую смену королевской гвардии лишь запахом крови и смерти. Страна оказалась практически обезглавлена.

Хотя альвы с тех пор научились контролировать свою гордыню и держать в узде собственные амбиции, выучив урок истории, но нет-нет, а проскальзывало во взглядах старейших из них, что ещё помнили расцвет своего королевства, нечто такое, высокомерно-снисходительное при личном общении.

Возможно, очень долгая жизнь сказывалась на них таким образом, что самые старшие из них просто не воспринимали собеседника младше четырехсот лет за разумное существо. Для них даже Дамблдор, проживший на свете уже двести пятьдесят лет, не более чем несмышленыш, только вставший на ноги. Сильный, да, но все ещё просто ребёнок. Они не воспринимали его всерьёз, как он не воспринимал всерьёз пятнадцатилетних сопляков.

Первая сотня лет для мужчины оказалась самой тяжёлой, ведь провел он её в Авалоне, обучаясь искусству друидов, и лишь после долгих и сложных испытаний был избран выполнять миссию во внешнем мире. В Хогвартс он поступил уже довольно знающим друидом, что с его молодой внешностью быстро приравняло его к лучшим гениям страны.

Вот почему Дамблдор предпочитал оставаться здесь, в Хогвартсе, так сказать, работая в поле, а не на родине, даже когда его срок службы подошёл к концу. Он попросил продлить свою миссию на неопределённый срок. Пускай остатки Авалона, отделенные от мира тысячей и одним барьером и пространственными искажениями, были прекрасным местом для жизни и развития, насквозь пропитанным магией, но Дамблдор уже слишком привык к людям, населяющим «Мидгард». Он перестал мыслить как «стандартный» друид, привыкнув к быстрому течению времени, насыщенному событиями. Теперь ему больше нравилось созерцать человеческий социум, нежели красоту природы. Хотя и её он все также любил.

Просто… Для него стало слишком скучным годами сидеть в медитации, погружаясь в гармонию с миром. Для друидов это мимолетное мгновение, но несколько лет здесь, в Магической Британии — это целая жизнь, полная приключений и загадок. Наверное, все дело было в плотности происходящих событий на момент времени. В Авалоне ничего могло не меняться десятилетиями, а тут и за день могло произойти столько важных и ярких событий, что и за сто лет не наберётся в застывшем во времени изолированном царстве альвов.

Здесь ему было куда как привычнее и интереснее. Никогда не было скучно, ведь работы для него всегда было много, что профильной, что рутинной, школьной. Тьма так и норовила поднять голову каждое мгновение, только отвлекись на секундочку. За ней всегда нужен был присмотр. Всякая пакость так и норовила пробраться туда, куда не звали.

А ещё было изобретение новых методов борьбы с тьмой на досуге. Это было даже увлекательнее игры в шахматы, сёги и все остальные тактические игры вместе взятые, ведь тьма так многранна в своей природе. Никогда нельзя знать наперёд, какое обличие она примет на этот раз и какие методы использует, чтобы просочиться в их мир. Ещё больше, в смысле, просочиться. Так-то она здесь ещё с самого начала начал прописалась, задолго до появления людей. Фейри пустили, не иначе. А потом сами свалили, сволочи ушастые, оставив разбираться с тьмой оставшихся позади земляков.

Недавно Дамблдор решил попробовать новую тактику — натравить одних тёмных магов на других и посмотреть, что из этого получится. Но кого попало использовать для такой опасной игры было нельзя. Во первых — нужен был кто-то, у кого нет древних родственников в роду, которые могут почувствовать интригу и сломать все планы. Благо, это нынче не проблема. Слишком сильно подкосили старшее поколение две войны да ещё и вспышка драконьей оспы, последовавшая за ними. Болезни, старые раны и проклятья в связке со временем сильно проредили ряды старых волшебников, оставив один молодняк разгребать за собой проблемы.

Второе — нужен был талант к тёмным искусства, причём не слабенький такой, а Талант действительно с большой буквы.

Третьим необходимым критерием были очень сильная воля и разум, чтобы сдерживать неконтролируемые позывы к насилию, убийству, пыткам, а также помутнение рассудка и перекройки личности человека в целом. Без психологической устойчивости на выходе получился бы просто ещё один Воландеморт, а ему и одного бессмертного дегенерата хватало. Значит — кандидатов нужно было подбирать тщательно, и внимательно отслеживать их психическое состояние.

Открыть доступ в Выручай-комнату для парочки талантливых самородков не стоило ему ни кната, и уже давало свои плоды на протяжении десятилетий, давно окупившись полностью. Таким образом Дамблдор легко мог держать руку на пульсе и с высокой точностью знать, кто в магической Британии мог разбираться в темной магии, а кто понятия не имел, как к ней поступиться. Ученикам даже не обязательно было знать о том, что это сам директор собственной персоной давал им доступ к запретный знаниям, а не шальная удача и их хотелки. За десятки лет такой практики Альбус с точностью в восемьдесят процентов знал точное число и примерный уровень образованности и сил всех молодых тёмных магов в стране.

Нужно было дать результатам его эксперимента время, чтобы проявить себя, так что пока он просто вёл пристальное наблюдение и покрывал талантливых дев и юношей, ступивших на путь тьмы, чтобы стать орудием возмездия против этой самой тьмы.

И пока он считал свое решение просто идеальным вариантом для решения всех накопившихся проблем. Ладно, не всех, так как это образовывало бы парочку новых, но абсолютного большинства уж точно.

Что может быть отраднее для друида, чем тёмные маги, режущие друг друга с радостными воплями? Самоутилизирующаяся тьма! Ох, как много времени бы это высвободило для великого светлого… сколько лимонных долек он успел бы съесть, попивая ароматный горячий чай в кабинете и наблюдая за шоу?

В отличие от Тома, который совершенно не умел контролировать свои амбиции, желания и прогрессирующее безумие, появившееся из-за глупых экспериментов с собственной душой и чернейшими ритуалами, новички выглядели крайне перспективно. Особенно одна колоритная парочка, что перешла на пятый курс. Эти ему особенно понравились. Была в них искорка, что даже ледяная тьма пожрать не смогла.

С тех пор, как род Блэк пришёл в упадок, в Магической Британии не осталось действительно эффективного тёмного рода, который мог бы осаживать других тёмных магов и всяких тварей, вроде Тома Ридла. В конце концов, они даже примкнули к этому безумцу в конце своего пути, за что и поплатились, почти полностью угаснув.

После ухода фейри род Блэк на протяжении сотен лет по инерции выполнял работу Дикой Охоты, как делали их предки, по мере своих возможностей. Разумеется, локально. Но всему приходит конец и, не выдержав накопившейся за сотни лет тьмы и проклятий на собственной шкуре, Блэки пали жертвой безумия, поддавшись тьме до конца.

Печально, но это тот самый случай, когда убивший дракона сам превращался в дракона. Их время прошло, но Дамблдор нашёл другого претендента на их место, в тёмном маге по имени Амос. Новый тёмный род Санхайд… Звучит неплохо.

Осталось только проконтролировать один скользкий момент. Если Санхайд не рехнется и не станет конченой мразью под давлением темной магии и бесконечных ритуалов, которые он проводит над собой и своей подругой детства до окончания своего обучения в Хогвартсе, то эксперимент можно считать удачным, а устранять его не придётся.

Амос и Кэролайн оказались ментально очень стабильными и, несмотря ни на что, не утратили самое главное — человечность. Что было удивительно, на самом деле. Возможно, они нашли опору друг в друге, из-за чего их вера в людей не рухнула окончательно. Но этого было маловато, так что Дамблдор подумывал подкинуть им ещё одно полезное знакомство, которое точно положительно скажется на их моральном духе и разуме. В этом году в Хогвартс поступала полукровка от мира людей и альвов.

Луна Лавгуд. Такая чистая и светлая девочка просто обязана была благотворно повлиять на них, став ещё одним якорем, удерживающим их от срыва в бесконечную тёмную бездну.

Организовать её поступление на факультет воронов будет просто, ведь он директор, и его слово здесь — закон. Лишь вопрос времени, когда они перезнакомятся между собой, а свет и тьма имеют свойство притягиваться. Свет будет пытаться укротить тьму, а тьма будет сопротивляться и пытаться окрасить свет в темные тона. Конечно, это просто метафора. Это будет борьба мировоззрений. Хотя с таким характером как у Луны нормально существовать на факультете умников будет непросто, но… Это ещё один шанс Амосу проявить себя с хорошей стороны и заработать себе плюсик как от великого светлого, так и от альва-полукровки.

Но за Луну Альбус Дамблдор не переживал, он уже видел девочку и знал наверняка, что такой свет души просто невозможно извратить. Только уничтожить. А этого уже он не позволит. Если Амос или Кэролайн перейдут черту и, вместо того, чтобы стать немного чище и добрее, пойдут в разнос… То им придётся умереть.

Их силы росли просто ненормально быстро, что означало, что они постоянно погружаются в тёмную магию с головой, проводя тёмные ритуалы на постоянной основе, но… Их почему-то не настигают откаты и почти не загрязняет тьма. Просто удивительно. И перспективно. Определённо, этим нужно было воспользоваться, и Луна Лавгуд могла бы свести одним своим присутствием в их компании негативное влияние темной магии на них к рекордному минимуму.

В конце своего обучения в школе под протекторатом великого светлого волшебника, Амос станет действительно сильным темным волшебником, а Кэролайн Шарпхарт — сильной ведьмой. Если так пойдёт и дальше и скорость их развития так и не замедлится, то это даже будет немного опасно для самого Директора, ведь он не баловал мальчика и девочку своим хорошим отношением, не выделял любимчиков, показательно держа дистанцию, чтобы не вызвать подозрений у аристократов раньше времени, но все равно риск того стоил.

Как не попасть в начало списка целей на устранение у Амоса Санхайда, Дамблдор уж как-нибудь придумает. Не впервой. Там все равно пока прочно закрепились Пожиратели, Темный Лорд и высшая аристократия.

Амос Санхайд и сам рано или поздно догадался бы, кому он обязан возможностью выбиться в люди, силой, знаниями и покровительством, благодаря которому до сих пор удачно и избегал Азкабана. Догадается и, как минимум, переместит директора в конец своего черного списка.

А, чем Мордред не шутит, может вообще вычеркнет. Воевать с Амосом Дамблдор не планировал в принципе. Если все будет идти своим чередом, то Амос просто займёт свое место в экосистеме Магической Британии, став эдаким хищником, что чистит «лес» от всякой пакости, хромых и убогих. Главное не давать этому хищнику слишком уж расплодиться, а то сожрут всю живность в «лесу» и начнут смотреть на соседние. А новой войны им не надо, да… Ещё от той не оправились.

Директору даже не приходилось лично направлять внимание Амоса в нужную ему сторону, так как детишки пожирателей и заносчивых аристократов сами делали за него всю работу, затачивая лезвие поднимающейся над их шеями гильотины.

Глупцы только недавно начали осознавать, какого монстра и непримиримого врага сами себе сотворили своей заносчивостью, жестокостью и глупостью. Они лихорадочно задергались, словно мухи в паутине, пытаясь его устранить руками тех, кого было не жалко, но те не преуспели, судя по всему. Что Санхайд сделал с теми двумя волшебниками, которых послали его устранить, Дамблдор не знал и знать не хотел. Не его дело. Для его дражайших аристократических «друзей» было поздно менять вектор своих отношений с Санхайдом, теперь у них только одна дорога, и в конце на ней останется только он или они.

Тёмный Маг вроде Амоса, успевший набрать силу, очень опасен в первую очередь для других тёмных магов. Куда опаснее, чем те же друиды или обычные волшебники, или даже его Орден Феникса, ведь он будет действовать без жалости и сожалений, с холодной головой сокращая поголовье своих заклятых врагов, не обращая внимания на их родовитость и достижения их предков в далеком прошлом. Никакой пощады.

Дамблдор бы не смог действовать без оглядки на совесть и сострадание, не смог бы добить лежачего, переступив через себя, ведь для него они все равно что дети неразумные, а вот Санхайд ещё как мог бы. Когда это было необходимо — он был предельно жесток, и хотя Альбус и сам умел действовать жёстко и жестоко, но все-таки ему приходилось каждый раз переступать через себя, и это не доставляло ему никакого удовольствия.

Главное, чтобы Санхайд, аристократы и Пожиратели и дальше оставались идеологическими врагами. Можно даже сказать, концептуальными врагами, а то их объединение могло бы обернуться большими проблемами. Очень большими.

Амос тем и был хорош и удобен, что у него не было своей организации. Одиночки не так уж и опасны, какими бы сильными волшебниками не являлись. Одна подруга детства не считается.

Набрать себе аристократов в подчинение, подмяв их связи и финансы, повторив путь Тома Риддла, у него никак не получится, как бы он ни старался. Тот был змееустом да и полукровкой, с заявкой на самого наследника Слизерина, а у Амоса даже статуса полукровки нет. Они за ним не пойдут. Простой магглорожденный волшебник. Даже если по силе он станет равен Тёмному Лорду, в гордыне и ограниченности своей аристократы не признают его равным себе. Есть, конечно, и исключения, но их едва ли парочка штук на всю Британию наберётся.

Запрашивать же помощь из Авалона для решения собственных косяков, если Амос выйдет из-под контроля, он категорически не хотел, ведь это могло стоить Альбусу его места здесь и позорного возвращения на родину. Авалону было выгодно сохранять статус-кво, сохраняя некое равновесие в мире. Главное для них — сдерживать тьму и не позволить ей запятнать их дом. На Мидгард и людей, в нем живущих, им было, по большому счету, плевать, главное, чтобы те не представляли угрозу и были заняты друг другом, а не поисками Авалона, к примеру.

Альбус считал так — «в конце концов, если у тебя под боком завелись акромантулы, то выведи себе василиска и отправь его на Охоту. Потом, если что пойдёт не так, его можно и на ингредиенты пустить, окупая все затраты, да и отловить одного прикормленноного, здоровенного василиска куда легче, чем бесконечно бегать по лесу и уничтожать сотни и тысячи скрытых лежек пауков с их Мордредовыми яйцами. Хотя василиск опасен и может и укусить, да. Тогда худо будет. Но с огненным фениксом под рукой — не смертельно. Кстати говоря, интересные факты о падении Авалона в прошлом.

Никто так до сих пор и не понял, как так вышло, что в Моргане с лёгкостью уживались две такие противоположности как магия жизни и магия смерти, но предположения были. Ходили лишь слухи в те времена, и даже сохранились некоторые записи тех сплетен, что её отцом был благородный светлый альв при дворе самого короля, а матерью была тёмная фэйри, тоже из высшей знати своего королевства — Эрэба, одна из очень немногих, кто не пожелали уходить со своими сородичами в другие миры и остались в этом мире, но… верилось с большим трудом, так как ранее потомства у союза двух таких похожих, но таких разных рас не выходило от слова совсем. Вот с людьми они потомство иметь могли, изредка порождая полукровок.

А ведь обе стороны, что светлые, что тёмные — долгожители, наверняка и ранее пробовали скрестить гены.

А потом, после смерти Морганы, ничего ведь не закончилось, ведь ещё был Мордред, который смог ранить в сражении армий наследника Оберона — Артура, который немногим позже скончался от ран, нанесённых проклятым Морганой оружием, оставленных ему собственным сыном-бастардом.

Мордред тоже пал в том бою от руки своего отца, разменяв свою жизнь на его. Это стало точкой излома. Так королевская линия прервалась окончательно. Почти в одно время погибли все члены королевской династии, и к этому приложила руку в первую очередь именно Моргана, которая и обучила Мордреда магии и вообще всему, что знала сама. Она также направила его амбиции и взор на трон своего отца, что в итоге погубило их обоих.

Вот так вот. Одна обиженная женщина, не лишенная интеллекта, хитрости и до краёв переполненая жаждой мести, смогла наворотить таких дел в Авалоне, что все фейри вместе взятые за всю историю войн и вообще своего существования не могли и мечтать. Но хватит о грустном.

Дамблдор считал, что о прошлом нужно помнить и чтить память, но не жить им. Учиться на ошибках прошлого, чтобы смело идти вперед. А дети — это и есть будущее. Вот почему своей главной должностью в Мидгарде он считал именно кресло директора, а не все остальное.

Детишки же были в восторге от его образа доброго старичка-шутничка, а в поколениях, воспитанных за последние лет пятьдесят, и вовсе укоренилась мысль, что он такой и есть на самом деле. Зачем опасаться добродушного всепрощающего директора, который больше всего на свете любит травить байки, да угощать лимонными дольками, а?

Опасное заблуждение, от которого своих отпрысков все ещё пытаются отвратить некоторые старые семьи волшебников, где после двух недавних войн всё ещё остались те, кто видел его в действии на поле боя и в принципе знает, что предел его доброты имеет весьма не эфемерную границу дозволенного.

Вторые шансы, вопреки молве, он даёт только однажды, и далеко не всем, только тем, кто этого заслуживает. Хотя эти слухи были очень удобны, конечно. В первую очередь самому Директору, который никогда не стремился их опровергать. Люди такие существа, что, имея проблеск надежды на горизонте, несколько теряют бдительность. Немного нечестно, но такова жизнь.

Дамблдор всегда был за естественный отбор. Если уж волшебникам так нравится жить по законам джунглей, как неотесанным дикарям… То пусть живут как знают. Все, что от него требовалось — сохранять некий баланс и стабильность, устраняя реальные угрозы миру в целом, ни больше, ни меньше. Со своей задачей он справлялся неплохо, как он считал. Во всяком случае, с тех пор как мир покинули фейри - тёмные собратья альвов, его светлых покровителей, это превратилось в нетривиальную задачу, изящное решение которой он недавно нашёл в принципе «клин клином выбивают».

Ровная спина волшебника опиралась на мягкую обивку кресла, а сухие тонкие пальцы сжимали сероватую газетенку, которую впору было бы назвать «жёлтой». Ох уж этот Ежедневный Пророк, Альбус усмехнулся в бороду, дивясь красочным эпитетам, которыми репортёры, словно сорвавшись с цепи в последнюю неделю, награждали всех причастных и даже непричастных, освещая на свой лад недавние «трагедии».

Даже его дерьмом облить не забыли. Вот при чем тут вообще директор школы? Президент МКМ? Верховный чародей Визенгамота? Хоть одна из этих должностей хоть как-то обязывает его разбираться в произошедших событиях и решать проблему? Разве что последняя, и то — постольку-поскольку. Это работа Департамента Магического Правопорядка и Аврората, он то тут при чем?

К нему обратились за консультацией, да, но обязан ли он был её давать? Нет. Хотя мог бы, ведь в отличии от многих — умел думать головой, а также давным давно контролировал практически весь поток запретных знаний, которые попадали в руки молодому поколению, так что в точности знал, что и кто может и умеет. Да, оставались аристократы и их закрытые библиотеки, но полно вам, их осталось не так уж и много. За долгие годы плетения паутины связей и разведовательной сети в самом сердце страны Альбус успел выяснить примерный уровень доступных знаний даже у них. Плюс-минус. Спасибо Тому, который засветил для него все самые тёмные закоулки Магической Британии.

Ритуал и контр-ритуал против него Альбус узнал сразу же, ведь его придумал один из учеников Фламеля, с которым он был знаком лично и кое что знал об этой истории, как от самого Николаса, так и от других его учеников, с которыми он тоже имел совместные дела в прошлом.

Также Дамблдор обладал прекрасной памятью. Являясь мастером ментальной магии ему ничего не стоило поднять в пыльных архивах своей воображаемой библиотеки все судебные дела за последние лет, эдак, двадцать, в которых он председательствовал, и сопоставить имеющиеся факты, выискивая несостыковки, опираясь на новые вводные.

Все десять пострадавших волшебников так или иначе были связаны с судебной и испольнительной системой Визенгамота, так что было нетрудно поднять все странные дела, где они фигурировали, и продавливали нужные им решения, опираясь на большинство голосов и сомнительные улики. Теперь понятно, что сфабрикованные.

В этом деле было замешано сразу двое высокопоставленных авроров, погибших в ту ночь, к сожалению, одними из первых. Грюм наверняка вырвал бы остатки своих волос на плешивой голове, узнай он, куда сунули жало двое доверенных капитанов звёзд (звезда — отряд из пяти боевых магов аврората).

Учитывая детали и отдачу от ритуала, а также срок жизни жертв… Дамблдор сократил поиски в своей голове до пятилетнего периода времени, облегчив себе задачу.

Выходило так, что осталось всего три возможные жертвы, след которых мог бы привести к разгадке, ведь он видел некрологи всех остальных своих бывших учеников, которые могли быть, или стали жертвами этих ублюдков. Маркус Грант, Фелисити Синдер, Арабелла Флимонд. Хммм.

«Допустим, что все три все ещё живы, хотя это не точно. Сами бы они никак не могли справиться с контр-ритуалом, ведь для этого нужна была магия и мастер-ритуалист. Ну, может быть, квази-мастер, обладающий большим талантом и практикой. Хммм...» — постукивая указательным пальцем по столу задумчиво уставился в потолок директор школы Чародейства и Волшебства, просчитывая ситуацию. Чай был уже давно допит и теперь он просто сидел и размышлял.

«Если исключить старых монстров, которым дела нет до таких мелочей, то искать зачинщиков нужно среди более молодого поколения. Это могли быть либо молодые и алчные до власти аристократы, устроившие очередную семейную вендетту и дележку власти, либо… Кто-то не из их числа, кому была открыта тайна Выручай-комнаты и её библиотеки.» — мысленно поморщился друид. Круг возможных подозреваемых нужно было как-то сузить.

Таких было… пятьдесят шесть. Все, кто подходил под минимальные критерии и имел теоретический доступ к знаниям о проведении контр-ритуала. По крайней мере — это все, о ком он знал.

Среди них лишь половина имела достаточно сил, чтобы попробовать его осуществить и не лопнуть в процессе, при этом большая часть высасываемых обратно сил должна была отойти жертве. Значит двадцать восемь, включая Фелисити Сандер, подходившую под все критерии, если бы она не лишилась своей магической сути, как возможная жертва. Значит двадцать семь.

Итак, среди них лишь пятнадцать волшебников и ведьм, за последние тридцать лет, были достаточно талантливыми ритуалистами, чтобы воспроизвести его и выжить, получив огромную выгоду. Хммм. Пятеро давно покинули Британию и наводят шороху где-то на континенте. Десять осталось. У двоих из них есть железное алиби, ведь они были аристократами и присутствовали на приёме у Малфоя, когда это случилось. Значит восемь осталось.

Теперь нужно подумать над тем, кто мог бы провести столь сложный ритуал и одновременно устроить такую хорошую смертельную ловушку, в которой сложили бы голову столько готовых к бою волшебников, отправившихся мстить. Видимо, отследив жертву магией. Может, не лучших из лучших, но точно лучших из худших. А это не так уж и плохо. Никто из них не выжил — тоже показатель ума волшебника или ведьмы, которые могли бы такое устроить.

Итак, ещё четверо исключаются. Они были хороши как ритуалисты, теоретики, бесспорно, но не смогли бы положить стольких умелых боевиков, обвешанных защитными артефактами, как новогодние ёлки гирляндами у маглов, не оставив за собой ни улик, ни свидетелей.

Ещё больше сузить круг никак не получалось, но вот если положиться чисто на развитую интуицию… То не зря у Дамблдора в голове крутилась фамилия Санхайд все это время, не зря…

Теоретически… Он мог бы провернуть подобное. Возможно. Хотя он был слишком молод, но… Ему хватило бы как таланта, так и мозгов для этого. Сила… впритык, конечно, но если ввести в уравнение Кэролайн… То мог бы и не надорвался в процессе. Подготовка ловушки? О, учитывая его личное ученичество у Батшеды, которая собаку съела на рунных конструктах, способных неприятно удивить даже его, Альбуса… и ещё добавить смекалку и жестокость Амоса…

Да, определённо, он мог бы подготовить что-то такое, злопакостное. Хотя адское пламя… Немного не его уровень. Пока что. Но что, если это был не он, тот, кто применил его?

Случайность? Или кто-то из попавших в западню решил попытать счастья и забрать своего убийцу с собой в могилу? Отчаяние толкает людей на разные поступки. Это возможно. Заодно пламя уничтожило все улики и подсказки, которые могло бы получить следствие. Удача любила некоторых людей больше, чем других, это Дамблдор знал наверняка, оценивая себя самого. Видимо, в этот раз она улыбнулась Санхайду, если это был он, разумеется.

Чем больше Дамблдор думал об этом, тем больше уверялся в том, что это был именно Амос Санхайд. Он соответствовал всем критериям для проведения столь сложного ритуала и, что немаловажно, мог бы действительно захотеть помочь девушке, пропавшей в беду. Это соответствовало его психопортрету, составленому благодаря личным наблюдениям Дамблдора. Значит, две кандидатки в спасаемых дев. Арабелла и Фелисити. Обе довольно красивые ведьмы, что могло бы придать дополнительной мотивации помочь им молодому волшебнику в самом расцвете подросткового гормонального бума. Определённо.

Тогда, если большая часть нагрузки была распределена между «девушкой в беде» и Амосом Санхайдом, который не стал бы жадничать и помог ей вернуть магию назад, то… Выходило, что ритуал должен был пройти практически идеально. Хо-хо. Да, это уже было похоже на правду.

Но доказательств нет, только догадки и немного интуиции. Дамблдор заглянул в пустующую чашку и пригляделся к образовавшемуся на донышке узору из чаинок. Полумесяц. Ну, будь здесь профессор Трелони, она могла бы и дать трактование рисунку, но сам директор был в этом не силен. Пожевав губами, он взмахнул бузиновой палочкой и очистил чашку от мусора, после чего налив новую порциию ароматного чая и закидывая в рот очередную лимонную дольку.

Хотя, чего тут думать? Скоро Санхайд вернётся в школу и Дамблдор сможет на глаз прикинуть, стал ли он намного сильнее за это лето, или нет, так что особого смысла копать в эту сторону он не видел.

Мог бы Дамблдор поделиться своими измышлениями со следствием? Мог бы. Но не стал.

Даже если он был полностью прав в своих умозаключениях и это был Санхайд, то что с того? Было ли Альбусу жалко тех подонков, которые использовали столь мерзкий и противоестественный ритуал на молодых волшебниках и ведьмах? На совсем собственном виде! Нет, не жаль. Поделом.

Если парень смог так их обыграть и забрать себе плоды их трудов, при этом спасая невинную деву, то он это заслужил. Отбирать чужие заслуги директор Хогвартса не любил, так что был бы только рад успехам своего ученика, ведь если все его предположения оказались верны, то… Вероятность успеха других его планов на этого волшебника только что сильно возросла. Это было очень хорошо.

***

Тем временем молодой парень и две прелестные девушки, одетые в официальные костюмы, чтобы не выделяться на общем фоне посетителей, зашли в здание центрального архива Лондона. Пока директор Хогвартса предавался праздным размышлениям, Амос в компании Фелисити и Кэролайн решил покопаться в старых архивных данных и картах.

Так как их главная база была уничтожена, следовало найти новую. И интересовали его, в первую очередь, заброшенные бункеры, оставшиеся со времен второй мировой войны. Пусть он и Кэролайн скоро отбывают в школу, но Фелисити будет чем заняться в их отсутствие, обустраивая их новую базу. Зачаровать её можно будет на зимних каникулах, всем вместе, а пока девушка могла бы провести уборку и первичную подготовку.

(Немного серьёзных ГГ и ко в костюмах, в которых они появляются на людях в Лондоне или Эдинбурге)

Глава 12 «Забытый» блокнот

Глава 12

«Забытый» блокнот

Я неспешно брел между желтеющими деревьями. Под ногами тихонько шуршала свежеопавшая листва. Воздух был свеж, а погода на удивление баловала жителей столицы солнцем. Ранняя осень. Сегодня последний день перед возвращением в Хогвартс и, по старой традиции, я проводил его в одиночестве, отдыхая от суеты и тревог в парке, наедине с самим собой. Даже напрашивавшуюся вместе со мной Фелисити брать не стал. Все таки иногда хочется просто побыть одному.

Она, правда, унывать не стала и быстро нашла себе занятие по душе, переключившись на кое-кого другого. Синдер хватило мозгов и совести, а, может, банальной женской хитрости и расчёта, чтобы извиниться перед моей мамой за свою выходку уже на следующий день после ритуала, как мы освободились, а наши отношения перешли в горизонтальную плоскость. Как ни странно, она была так красноречива и убедительна, что даже смогла получить предварительное прощение. Авансом, так сказать. Даже я почти поверил, что ничего плохого она не хотела и это вообще просто досадная случайность. Почти, ага.

Фелисити смогла разговориться с моей мамой и, поймав правильную волну, сумела подцепить её на почве любви к готовке, и понеслась. Слово за слово и каким-то чудом она убалтывает не менее пораженную таким поворотом Гекату дать ей парочку уроков в нелёгком поварском ремесле. Аргументы привела серьёзные, мол, правильная хозяюшка должна хорошо готовить для своего избранника. И так как Фелисити весьма красноречиво постреливала глазками в сторону моей скромной персоны, тихо офигевающей от её наглости, то мама поняла все правильно и, видимо, решила, что было бы неплохо, если бы она действительно умела вкусно готовить. На всякий случай. Если у нас все действительно так серьёзно. И ведь не скажу же я ей: «Мам, да мы просто трахаемся и проводим вместе время за убийствам и тёмными ритуалами у меня в подвале…»? Вот и пришлось молча сидеть и бросать злобные взгляды в сторону Синдер, пока мама не видит.

Позорище… И я ещё называю себя тёмным магом… Честное слово, мне было бы проще иметь дело с боевой звездой авроров, явившихся по мою душу, чем с этой… ведьмой. Там хоть все просто и понятно — голову открутить, а трупы сжечь, развеяв прах по ветру. А эту интриганку жалко… Красивая, и в постели хороша.

С тех пор эта ведьма частенько стала заглядывать к нам по вечерам, нагло пользуясь благосклонностью Гекаты и моим попустительством. Официально — Фелисити наведывалась к нам, чтобы научиться готовить… Ну а не официально и так всем понятно было, что делала эта хитрая лисица. Я, по правде говоря, был немного растерян и зол на себя, но она умело гасила мой негатив своей искренней заботой, вкусной едой и горячим сексом, когда мы оставались наедине.

Вот и что мне с ней делать? Фел мне нравилась, не спорю, но я ещё просто… слишком молод! Что-то я не готов пока остепениться. В мире столько красавиц, а я ещё даже ни одной вейлы не видел! Я ей честно так и сказал (не про вейл), чтобы потом не ныла, что я обманул её ожидания. Остановило ли это её? Ничуть. Сказала, что все понимает и не настаивает на чем-то серьёзном и продолжила заниматься все тем же самым, закладывая прочный фундамент отношений.

Осадить её? Пока, пожалуй, не стоит, посмотрю что из этой инициативы выйдет. Она ещё не перешла ту черту, за которой моё терпение резко заканчивается. Да и слишком сильно не навязывалась она мне, не требовала к себе особого отношения и вообще старалась быть максимально полезной и всячески демонстрировала свою привязанность и готовность в лепешку расшибиться, но угодить. Судя по всему, искренне. Это немного пугало, но и подкупало. Короче, пока её выходок было недостаточно, чтобы послать её лесом и разорвать личные отношения, переведя их сугубо в рабочие.

М-да, проблемка. Ладно, так быстро обработать своим очарованием Гекату, чтобы она начала капать на мозги насчёт Синдер уже мне, все равно не получится. Наверное. Надеюсь.

Так-то кулинарный талант у неё был просто ужасающим и она смогла впечатлить Санхайд-старшую, да и я оценил её таланты в готовке по достоинству. Училась-то она готовить как раз мои любимые блюда… Хитрожопая какая. Не зря она была лучшей на курсе в зельеварении. Видимо, навыки вдолбленные ей в голову одним мутным зельеваром все же пригодились и в бытовых вопросах. Кто бы мог подумать…Главное, чтоб она туда ничего не намешала из этих самых лёгких любовных зелий, но тут уже меня страховал контракт и мои собственные чувствительные рецепторы. Да и влияние подобных зелий на себе я уже легко мог опознать почти сразу, даже в малых дозах — был опыт, да.

Девушка явно вознамерилась взяться за меня всерьёз и её явно не устраивают наши неопределённые отношения. Она хочет большего, хотя пока и молчит об этом и не выдвигает никаких притязаний, но я-то не дурак и вижу все эти её манипуляции насквозь. Она даже умудрилась сгладить углы в общении с Кэролайн, переведя их вражду в вооружённый нейтралитет.

Как опытный паук я давно заметил, что вокруг меня осторожно плетут паутину. Вопрос в том, стоит ли мне разорвать её, пока не поздно, или, напротив, стоит воспользоваться ею и обернуть в свою пользу? Пока ещё не решил. Посмотрим на поведение Синдер и её лояльность мне, намерения, в конце-то концов. Она не показалась мне меркантильной особой, скорее наоборот. Она руководствовалась чувствами и эмоциями.

Может быть, я и дам ей шанс завершить свою паутину. Когда нибудь в далеком будущем. На моих условиях, разумеется, но все-же. А может и нет. В любом случае, это жу-жу-жу было неспроста и я уже поговорил об этой проблеме и с Кэролайн. Она пообещала помочь разобраться во всем, если что, и присмотреть за новой ведьмой в нашем тесном коллективе злобных заговорщиков. Только одна девушка сможет разобраться в странных вывертах и хитросплетениях сознания другой. Даже многоуровневые ритуалы вызывают у меня меньше головной боли, чем это.

Вздохнув и размяв плечи я осмотрелся по сторонам, сладко потянувшись. В прошлый раз я приметил здесь отличное местечко под развесистой кроной, туда сейчас и несли меня ноги, пока я обдумывал недавние события. Фелисити и её любовные интриги я пока решил оставить для мудрого Амоса из будущего, хотя спасибо он мне за это и не скажет, конечно, но тем не менее, пока что я обратился к более свежим воспоминаниям.

Наш поход в архив прошёл очень удачно. Я бы даже сказал, идеально. Вот за что я люблю ментальную магию, так это за то, что для неё отнюдь не всегда нужна волшебная палочка. Точнее, она может пригодиться только если у твоей цели есть неплохая ментальная защита. Ладно, хоть какая-то защита в моем случае. Я пока ещё не настолько крут, чтобы силой мысли крушить защитные артефакты аристократов.

Зато против обычных людей она совершенно не нужна. Без защитных артефактов их сознания для меня что открытая книга, забытая на скамейке в парке в погожий летний денек. Садись, читай, присвой себе, если хочешь, вырви пару страниц, если в душе ты вандал. Главное — не спались перед полицейским (аврором), проходящих мимо.

Зрительный контакт — вот и все, что вам потребуется, если вы не собираетесь проводить какие-то сложные манипуляции и играть в игры разума со своей жертвой. Мне этого было не нужно, конечно. Следов оставлять я не собирался, так что действовал осторожно и чётко, ограничив свое вмешательство в чужой разум настолько, что через день даже настоящий мастер ментальной магии ничего не найдёт, ведь и искать по большому счету будет нечего. Воспоминания о нашем визите я осторожно сотру из памяти архивариусов вовсе, заменив на несколько часов сладкой дремы без сновидений.

Старые карты, планы и архивные документы, что касались сферы моего интереса были быстро скопированы, размножены и разложены по папкам, которые быстро скрылись в недрах саквояжей и чёрных дипломатов, которые мы прихватил с собой специально для этих целей. Мы уложились в рекордные полтора часа и покинули архив Лондона так же незаметно, как рассеивается утренний туман. Никто о нас и цели нашего визита не вспомнит и не узнает.

Далее, уже у Кэрол на съёмной квартире мы разложили и разобрали все полученные материалы в спокойной обстановке, никуда не спеша.

Мы искали не столько заброшенный бункер, таких в Британии и так полным полно, сколько бункер подходящий именно под магическую базу. Рядом с обычными топографическими картами местности расположились магические карты Британии, на которых были отмечены пересечения основных магистралей маны, так же известных, как драконьи вены или артерии. В зависимости от мощности и насыщенности маной, апеллируя к строению человеческого тела. Толстые, мощные и насыщенные «тяжёлой» маной каналы — вены. Более тонкие, но «лёгкие» и «чистые» — артерии, встречающиеся куда как чаще.

Мы искали нужное нам место на пересечении хотя-бы двух таких линий. Хоть вены, хоть артерии, нам было уже все равно. Они, отчасти, могли бы заменить нам источник магии, на которых строили свои особняки древние семейства, так что мы вцепились в альтернативную возможность как вампиры в миловидную девственницу.

Разница была лишь в том, что магия в них была дикая, необузданная, едва пригодная для того, чтобы поддерживать устойчивость рунных массивов и защитных плетений. Точнее, без какой-никакой обработки вообще не приспособлена для использования.

Если стандартный источник был таким себе спокойным ключом с кристально чистой родниковой водой-маной, то искомое нами пересечение драконьих вен или артерий я бы мог сравнить разве что с бушующей горной рекой. Мана в этой «реке» была… Ну, скажем так, как вода после паводка — сырая, грязная, непригодная к использованию без должной фильтрации и кипячения. Выпей такую — и получишь, как минимум, диарею. «Водичка» была такой, будто недавно прошли серьезные дожди, и в эту горную реку намыло кучу всякого мусора и грязи, заодно с парочкой небольших кладбищ. Такое себе удовольствие, но нам выбирать не приходилось.

Все стоящие источники уже давно были заняты, а если вдруг появлялся новый… Министерство словно бульдог вгрызалось в него мёртвой хваткой, чтобы после перепродать втридорога богатым и знатным представителям магического общества.

Тот маленький, едва пробившийся источник, на котором я построил свою прошлую базу, не представлял из себя никакого серьезного интереса для таких мастодонтов, естественно, ведь иначе его бы уже давно нашли и отжали, но он просто того не стоил. Да и если уж говорить откровенно, я просто нашёл его первым и хорошо его скрыл в своей глуши.

Может быть, если бы я не позаботился о его маскировке, даже такую кроху приватизировало бы жадное министерство. На том месте какой-то бедный аристократ разве что мог бы построить себе сарай, не более, так что, может быть, это просто моя паранойя.

Итак, мы решили отказаться от мелких природных источников и сыграть на другом, диком поле. Ритуалы и артефакты для фильтрации маны я знал и даже сумел бы провести и сделать. По сути, я собирался сотворить что-то вроде искусственного источника. КПД конечно будет отвратный, как если попробовать присобачить кран-вентиль к полноводной реке… Но все лучше, чем ничего.

Пускай большая часть маны будет уходить на поддержание работоспособности самой этой громоздкой магической конструкции, но остатков нам хватит, чтобы запитать даже ритуал фиделиуса. Может и ещё сверху немного свободной маны останется. Да, крепость нам не светит, ну и пусть. Если враги даже не смогут найти нашу базу, то и серьёзная защита не пригодится. Можно будет вместо неё добавить немного комфорта. Хотя… увлекаться не стоит. Поттеры, вон, тоже положились на фиделиус, и где они сейчас? Нужно соблюсти золотую середину между комфортом и паранойей.

По правде говоря, с материалами могли бы возникнуть серьёзные накладки, если бы не Запретный лес под боком. В этом году мне придётся провести немало рейдов в самую чащу леса, чтобы набрать нужных редких ингредиентов. Некоторые пойдут на обмен, такой себе бартер, а другие понадобятся мне для создания сложных фильтрующих артефактов и ритуалов. Возможно, придётся как-то осторожно обратиться к Бабблинг. Да, я собирался беспринципно воспользоваться хорошим расположением единственного профессора в Хогвартсе, кому я мог более-менее доверять. Она хотя бы не выгнала бы меня из кабинета поганой метлой, только узнав, что мне нужна её помощь. Чем расплачиваться я пока не придумал, но откупиться редкими ингредиентами может и получится, так как Батшеда не забросила собственные исследования в рунной магии. Ей всегда нужны новые материалы, если я правильно помню. Пару раз она жаловалась на то, что рынок недостаточно насыщен нужными ей материалами.

Это будет непростой задачей, но если все выгорит, то у нас появится реальная, не временная, а постоянная магическая база. База, до которой почти никто не сможет дотянуться. А учитывая то, что это ещё и бункер сам по себе, то она будет хорошо защищена не только от магического воздействия, но и от физического. Ну, вдруг опять война у обычных людей начнётся? Шикарно, не так ли? Короче говоря… Нам повезло. Мы нашли один такой бункер.

Точнее, мы нашли сразу два, но один уже кто-то облюбовал, так что поглядев издалека на переливы чужих защитных рун и плетений находящегося на консервации, предположительно, магического бункера, расположившегося на пересечении сразу пяти драконьих вен, пришлось развернуться и, скрепя сердце, возвращаться к более простому варианту номер два.

Впрочем, он тоже был хорош. Наш бункер находился на пересечении сразу трех приличных артерий, пускай и далеко не самых крупных, зато с относительно чистой и спокойной маной, так что грех жаловаться. Нам и такого счастья хватит надолго и с гарантией. Главное, что бункер находился в такой глуши, что ближайшие людские поселения были замечены минимум в ста пятидесяти километрах от нас. Он был давно заброшен, забыт и никто не устроил там себе логово. Нам этот вариант подходил более чем полностью, тем более, что всего в сотне километров от бункера находилась одна из резерваций вейл.

В перспективе, это может сыграть нам на руку, если все-же удастся завербовать их в Дикую Охоту. Но сначала придётся поработать несколько с другими рекрутами, а вейл оставить на потом. Ну не согласятся они примкнуть к нам, если не будут уверены, что у нас есть хоть призрачный шанс выполнить те обещания, что я собираюсь им дать. Пока за нами не будет реальной силы, вербовка будет тем ещё геморроем.

Так, я пришёл туда, куда шёл. Высокий толстый клен подписал собой голубое небо, своей широкой тенью покрывая немалую территорию вокруг себя. Под ним было немного прохладно, но не более. Для меня это вообще сущий пустяк, да и одет я был по погоде, так что тёплая толстовка неплохо сохранял тепло.

Однако. Не ожидал увидеть здесь того же посетителя в инвалидном кресле, что и в прошлый раз, когда я проходил мимо и приметил это уединенное местечко. Тогда я бегло мазнул взглядом, лишь отметив инвалидное кресло и длинные седые волосы… подумал, что это какой-то старый человек отдыхает в парке, почитывая газеты под деревом, но я ошибся.

Седые, нет, даже насыщенно-серые, очень редкого оттенка, прямые и длинные волосы принадлежали отнюдь не старику или старухе… В кресле сидела и читала книгу в кожаном переплете молодая девочка, навскидку лет тринадцати.

Красный клетчатый плед, что должен был прикрывать её ноги от холода, съехал и упал в зелёную траву, умостившись у неё в ногах. Она спрятала в нем свои ступни, видимо, чтобы не потерять защиту тёплой ткани окончательно. Плед упал, а поднять его самостоятельно она была просто не в состоянии из-за своего положения.

Я огляделся вокруг и увидел невдалеке, на другой лавочки у тропинки, компанию женщин среднего возраста, что-то бурно обсуждающих между собой. Та, что была в коричневой кофте, отдалённо напоминала девочку своими чертами лица. Весьма отдалённо, я бы сказал. Явно родственница, но вряд ли близкая.

Предположительно, она и была ответственная за «выгул» этой несчастной девицы в беде, но слишком увлеклась разговорами со своими подругами, чтобы заметить эту самую «беду» приключившуюся с её подопечной. Меня она тоже проигнорировала, но уже по другой причине — на мне висели магглоотталкивающие чары. Ну, либо она относилась к своим обязанностям ещё халатнее, чем я думал.

Чары я специально ослабил, так что меня теряли из виду только на средней и дальней дистанции. Сиделка находилась примерно на стыке, так что если бы хотя-бы иногда бросала взгляд на свою подопечную, то могла бы меня и приметить. Зато такой слабый вариант практически невозможно было вычислить магически.

— Добрый день, нужна помощь? — вежливо поинтересовался я, бросив выразительный взгляд на упавший плед. Я мягко улыбнулся, так как стараюсь лишний раз людей не пугать. Репутация в магическом мире у меня и так не очень, так что портить её ещё и в обычном мире я не хотел.

Подумал, что, раз уж я собираюсь использовать эту же скамейку для своих нужд, то не помешает наладить контакт и произвести положительное впечатление на соседку, чтобы избежать неловкого молчания. Не могу же я просто проигнорировать её и сесть рядом? Это будет странно, да и не вежливо. А Британцы любят вежливость, да. Этикет — это важно.

— Добрый день. Если вас не затруднит помочь, то я буду вам очень благодарна. — подняв взгляд серых, как и её волосы, будто выцветших глаз от книги, девушка с грустной улыбкой благодарно кивнула.

В эмоциональном плане она фонила смущением и неким лёгким раздражением, но не на меня, а… На себя и свою ограниченность, так что было сразу ясно — беспомощность сильно её тяготила и она ещё не привыкла к жизни в виде бесполезной калеки. Не смирилась, пока, но, с каждым новым днем её серого существования, надежда угасает все стремительней. Ух, зря я так глубоко копнул в её эмоции. С непривычки, кажется, даже немного провалился в её мысли. Привык, понимаете ли, что у всех нормальных волшебников есть хотя-бы базовая защита, или, на худой конец, природное сопротивление.

Какое неприятное чувство, однако, эта безысходность и угасающая, словно догорающая спичка, надежда. Даже жалко её немного стало. Не нужно было лезть к ней в душу. Я не фея-крестная, чтобы помогать всем сирым и убогим, так что я просто сяду и буду читать, как и планировал. Одно дело упавший плед поднять, другое — вылечить настолько серьёзный недуг, что даже современная медицина спасовала и не смогла вытащить девицу из инвалидного кресла. Очень дорогого инвалидного кресла. Одежда тоже была опрятной и высшего качества, так что я сделал вывод, что врачи, которые ею занимались, были отнюдь не из последних.

— Конечно, никаких проблем. — я кивнул и наклонился, поднимая плед с земли. Придирчивым взглядом осмотрел его, отряхнул от налипшей сухой листвы и только после этого осторожно уложил его на колени девочке, чтобы она могла самостоятельно использовать его так, как ей будет угодно. — Моё имя Амос. Я надеюсь, вы не против, если я использую эту скамейку по назначению и тоже немного почитаю в тени этого дерева? — я продемонстрировал ей книгу в кожаном переплёте, изменённом чарами, дабы скрыть название, и протянул руку для рукопожатия. Заодно запустил один простенький артефакт-кольцо собственного производства, который и должен был помочь мне просканировать девушку. Эдакая диагностика организма и целостности каналов маны внутри. Понятное дело, что меня интересовал её недуг, а не наличие магии. Будь она у неё, я бы уже почувствовал. Просто интересно стало, что с ней случилось такого. Просто праздное любопытство, не более.

— Конечно, не против, да и не в том я положении, чтобы воевать за неё с кем либо в любом случае, даже если бы была категорически против. А я не против уступить её своему спасителю. Я ведь даже её не использую, не так ли? У меня, хех, своя. — иронично усмехнулась девушка, заправив локон серых волос за маленькое ушко, и похлопала рукой по одному из подлокотников инвалидного кресла. Она спокойно протянула руку для рукопожатия, и я отметил на ней парочку интересных колечек, которые заставили меня задуматься от природе недуга моей новой знакомой. Колечки были очень даже непростые. Её ладонь оказалась холодной, но мягкой на ощупь. Кажется, ее артефактная защита не почувствовала магический импульс, который я запустил при рукопожатии. Но это нормально, амулеты специально создают так, чтобы были в них бреши для целительских техник. — Можете звать меня Дафна.

Необычное имя для Британии.

— Приятно познакомиться. — я кивнул ей в ответ и уселся на скамейку, облокотившись спиной о ствол стоявшего вплотную к скамейке клёна. Он был тёплым, в отличие от руки Дафны.

Задрав голову вверх, я смог насладиться всеми оттенками переливов красного, жёлтого и оранжевого цветов, в которые были окрашены его листья. Кое где все ещё виделись упорные салатовые листочки, что продолжали цепляться за свою жизнь.

Иногда очередной сильный порыв ветра собирал свою свежую жатву и очередной ярко-красный или оранжевый листок отрывался и медленно планировал к земле, чтобы стать частью пестрого моря. Красиво.

Я вытащил из сумки книгу и принялся за чтение. Ни я ни Дафна не стали докучать друг другу пустыми разговорами, наслаждаясь тишиной и шелестом страниц да пожухлых листьев, гонимых ветром. Ещё я размышлял о своей невольной соседке, ведь я почувствовал внутри некое смещение чёрной удачи. Пока ещё не понял, к чему это, так как её не убавилось и не прибавилось… она будто замерла в нерешительности, определяя куда качнуться. Как весы, на чаши которых положили почти невесомые перышки.

Колечки на тонких девичьих пальчиках имели функционал пассивно-лечащих артефактов, помимо всего прочего. Природа её болезни была явно магической, гарантирую. Не знаю уж, что с ней случилось, но её каналы маны были просто зверски раскурочены.

Будто из бедной девочки вырывали целые куски. Не пострадал только участок каналов в области головы и глаз. Впрочем, если бы такие повреждения добрались бы и до них, то она бы здесь уже не сидела, почитывая книгу, а была бы мертва. Или лежала бы в постели, не подавая признаков осмысленной жизни. М-да, странные дела, однако.

Такого ужаса и мешанины вместо каналов я ещё не видел. Даже у Фелисити все было очень даже прилично на её фоне. Что бы с ней ни произошло, это было чертовски болезненным опытом. Кстати, об этом… Если так подумать, то её лицо показалось мне смутно знакомым. Но вот цвет глаз и волос… Я бы такую диковинку бы запомнил. Хотя, если это побочный эффект болезни…

— Знаете, а я вас помню. Мистер Санхайд. — нарушила наконец молчание девочка, не отрывая взгляда от книги. Лишь перехваченный мной быстрый косой взгляд выдал её интерес.

— А я вот затрудняюсь ответить вам тем же. Мисс? — хмыкнул я, пытаясь откопать в старых воспоминаниях маленькую ведьму с серыми волосами, но ничего не находил.

— Неудивительно. Моя внешность… претерпела изменения с тех пор. Да и много ли у вас было знакомых калек, вроде меня? Коляска стала моей постоянной спутницей недавно. Естественно, вы запомнили меня другой — флегматично ответила девушка и тяжело вздохнула. — раньше у меня были красивые чёрные волосы и голубые глаза. Теперь же… Все стало серым, прямо как моя жизнь и перспективы на будущее.

Я сопоставил в своих воспоминаниях новые и старые данные, сконцентрировавшись на том, чтобы вспомнить её лицо, обрамленное локонами иссиня-черных волос и пронзительно синие глаза. Голубыми я бы их не назвал — слишком уж насыщенный был цвет.

Ага, есть совпадение в «базе данных». Дафна Гринграсс. Вот это поворот, однако. Помнится, ходили слухи, что какая-то слизеринка выбыла прямо перед экзаменами за второй курс обучения, по состоянию здоровья, но Амос-прошлый не придал этому случаю значения, так как голова была забита другими, более важными вещами. И я его понимаю.

Подумаешь, какая-то второкурсница схлопотала хитрое проклятье, очередное. Такое на их змеином факультете было абсолютной рутиной, особенно среди девочек. В порядке вещей, как завтрак или ужин. А вот оно как получилось. Не все так просто.

То, что случилось с её каналами… ни одно известное мне темномагическое проклятье не смогло бы так сильно и неотвратимо ей навредить, при условии, что ей оказали своевременную помощь. А ей оказали. Так все перекрутить и разорвать внутри, вырвать с мясом… Такое сотворить не под силу ученикам школы Чародейства и Волшебства вплоть до седьмого курса. Причём включительно. Так что… Что-то тут явно было не так.

Не проклятье и не болезнь, что-то другое. Интриги благородных семейств? Возможно, но Хогвартс — это территория Дамблдора… Они обычно не рискуют лезть в его вотчину и предпочитают решать проблемы между собой вне стен древнего замка. Да и наследников обычно никто не трогает. Ну, если уж совсем смертельная вражда между родами не объявлена. Но что-то я не слышал, чтобы кто-то из этих благородных ишаков так сильно повздорил между собой.

Временная линия в этом мире, кстати, немного отличалась от каноничной, так что меня не удивило то, что по возрасту Дафна немного старше, чем должна была быть. В этом году она перешла бы уже на третий курс, если бы не «болезнь». А в каноне она должны была поступать на первый, вместе с Поттером. На два года старше, получается. Ну, примерно на тринадцать она и выглядит. Я не ошибся в своих предположениях.

Амос давно выяснил такие мелкие детали, когда получил знания канона в свои цепкие лапки. Он внимательно проверял их и подмечал изменения. Не только Гринграсс, но и некоторые другие персонажи истории были немного старше своих книжных версий, так что в этом году в Хогвартс должны поступить интересные личности. Если Гарри, конечно, не младше себя каноничного, то и его я ожидаю в этом году.

— И… Даже неудобно спрашивать, но, что могло привести вас к такому неблагоприятному исходу, мисс Гринграсс? Ваши каналы… в ужасном состоянии, честно говоря. Я вообще не понимаю, почему вы ещё живы, учитывая все проблемы, что я успел заметить. Не знаю, что там насчёт вашей ауры, так глубоко я не заглядывал, но могу предположить, что тоже не все так хорошо, как могло бы показаться на первый взгляд, ведь каналы и аура связаны между собой довольно плотно, и если сильно повредить одно… то и второму достанется. К тому же, у вас серьёзные повреждения позвоночника и нервной системы. Я заметил следы восстановления внутренних органов с помощью магии и эликсиров… большей части органов. Страшно представить, в какую кашу там все превратилось, в то время, как, ээээ, ваш недуг был в своём пиковом состоянии — я покачал головой и отложил книгу на лавочку, развернувшись к ведьме вполоборота.

Гринграсс поступила схожим образом, показывая, что внимательно слушает и понимает всю важность нашего с ней диалога. Её серые, как зимнее небо над Лондоном, грустные глаза посмотрели в мои из-под густых, пепельного цвета, ресниц.

Она не стала ничего отрицать, напротив, качая головой, молчаливо подтверждая мои слова из раза в раз. Видимо из-за нервов или просто чтобы как-то занять руки, уж не знаю, она перебросила свой серый водопад волос через плечо и начала на автомате заплетать их в толстую тугую косу. Сделав паузу я бросил взгляд в сторону скамейки, где сидела та женщина, которую я определил как её родственницу. Сейчас она спешно шагала в нашу сторону, но немного времени на разговор у нас ещё было. Я попытался почувствовать магию в этой женщине.

— Затрудняюсь сказать в точности, но ваша ээээ родственница? Как раз приближается к нам, и она, судя по всему, далеко не ведьма. Сквиб, если мои чувства меня не обманывают. Так что помимо прочего у меня возник к вам закономерный вопрос. Как же так сложилось, что наследница столь древнего и богатого, священного, вообще-то, рода Гринграсс, оказалась в такой… щекотливой ситуации, что ошивается в мире плебеев и простецов, сидя в инвалидом кресле без капли магии и без серьёзного присмотра врачей и охраны? Что такого должно было случиться у вас, что наследницу, скорее всего уже бывшую, вышвырнули вон, как ненужный мусор? — я не стал особо беречь нежную девичью гордость и психику, ведь ни на секунду не забывал, кто сидит передо мной. Не бедная и несчастная девушка, что попала в беду, о нет. Это представительница одной из священных двадцати восьми семей.

Практически все они — мои прямые идейные враги. Да, конкретно Гринграсс мне ничего плохого не сделала, но тут нужно принимать во внимание разницу в возрасте и наших весовых категориях. Да и вообще, девочки не лезут в разборки мальчиков. Обычно. У них там свой собственный, змеиный клуб…ок.

Но не стоит обманываться этим нейтралитетом, как только школа заканчивается, ведьма или волшебник — уже не важно, пол перестаёт играть такую уж важную роль. Авада одинаково хорошо получается у всех.

Прекрасный пример — Беллатрикс Лестрендж, если говорить о прямом столкновении, конечно. Думаю, другие примеры будут излишними.

Что касается политических и экономических раскладов… То там пол играет ещё меньшую роль, ведь незримое давление оказывает уже не отдельно взятый волшебник или ведьма, а целый род или группировка, партия, вроде тех же Фениксов или ПСов<footnote>Пожирателей Смерти</footnote>. Эти бюрократические и экономические гиганты могут походя раздавить надежды и начинания любого одиночки, за которым не стоит какая-то серьёзная сила. Так что да, как только я понял, кто передо мной, то слегка охладел к её горю, но зато мой градус интереса как волшебника — напротив, повысился.

— Моё нынешнее состояние — результат лечения. Как говорят, удачного. — хмыкнула девушка. — Что вы знаете об одержимости, мистер Амос Санхайд?

Тут у меня вдоль позвоночника будто прошёлся ледяной Лондонский ветерок, что обычно задувает меж узких улочек старого города. Я постарался сохранить лицо и у меня это даже отлично получилось, хотя сам я внутренне напрягся, и очень сильно. Ни один мускул не дрогнул на моем лице, спасибо окклюменции и самоконтролю. Я запаковал свои мысли по этому поводу так глубоко в ложные слои подсознания, что сам Дамблдор бы не разобрался, где правда, а где вымысел… где мои настоящие поверхностные мысли, а где обманка.

Ну ладно, будь у него время, разобрался бы, наверное, если уж быть до конца откровенным с самим собой. Если бы он взялся за дело всерьёз. Но на моей памяти он никогда ещё не лез в мозги своих учеников слишком уж глубоко. Иначе сосался бы я уже с дементором, чувствую, на курсе, эдак, третьем еще. Так, поверхностным считывание эмоций и чувств, балуется, не более того. Я и сам таким занимаюсь, если кто-то слишком пренебрегает защитой своих секретов, так что не осуждаю. Может я и лицемерный тип, но перед собой я честен.

Однако, возвращаясь к нашим баранам, хотелось бы понять, что Дафна Гринграсс имела ввиду. Вряд-ли я раскрыт. Изменения во мне не смогли обнаружить ни мать, ни Кэрол, которые лучше всего знали Амоса прошлого, так что отметаем этот вариант, как маловероятный. Я уже и сам не знаю, какая личность могла бы считаться доминантной. Слишком уж много я перенял у моего предшественника. Где заканчивается Александр, а где начинается Амос даже Мордред не разберёт. Стало быть, речь идет не обо мне, а о ней самой.

Времени было мало, так что я решил уточнить этот момент у неё напрямую, и даже получил внятный и быстрый ответ, как ни странно. Слизеринка тоже заметила движущуюся в нашу сторону надзирательницу.

Любопытная история, однако. Значит, тело Дафны хотел прибрать к рукам некий подселенец, попаданец или Мерлин знает кто ещё. Неудачно, судя по её намёкам и оговорке. Кто-то помешал закончить вторженцу начатое, заметив что-то неладное, и Гринграсс полностью сохранила свой рассудок, память и, что самое главное, душу в своём теле, но цена оказалась… весьма высокой. Для неё.

Теперь она все равно, что сквиб. Это объясняет то, что девочку практически вышвырнули из семьи, как сломанный механизм. Хотя нет, скорее, её забросили пылиться на склад. Не убили ведь, и то хлеб.

Сквибов в священных двадцати восьми совсем не жалуют. Она ещё легко отделалась. Живёт себе у родственничков-сквибов, которых изгнали из рода пару-тройку поколений назад, как и её сейчас. Вон, Невилла Лонгботтома вообще «случайно уронили» из окна вниз головой. Если бы он не пробудил свой дар в полете… То можно сказать, что они бы удачно избавились от сквиба. Но ему повезло. Теперь будет наследником благородного рода, а не кровавой кляксой на брусчатке.

Род Гринграсс потерял наследницу из-за этого инцидента, но вылечить её законными методами все равно уже никак было нельзя, ведь о её состоянии уже знал слишком широкий круг специалистов по колдомедицине и малефике. Вообще — способы исправить ситуацию имелись, я один даже сходу мог назвать, но он был очень-очень тёмным. По меркам министерства и законодательства, естественно. Как по мне — приемлемо, хоть и противно. Остальные варианты наверняка не лучше, а то и похуже будут.

Так что использовать аристо их не могли, ведь всё всем стало бы ясно в тот же миг, как чудесным образом Дафна встала на ноги. И их взяли бы за жабры, и очень-очень плотно. Наверное и Дамблдор бы подключился, как главный борцун с тьмой. Финансовые и политические потери были бы для них крайне серьёзными, ведь конкуренция тем сильнее, чем выше ты поднимаешься по социальной лестнице, вот и… Гринграссы решили просто обрубить испорченную ветвь. У них была готовая замена для неё — Астория Гринграсс.

М-да уж. Вот так вот бывает на свете. Вжух, и ты больше не наследница древнего и благородного рода, у тебя больше нет ни бесконечных богатств, ни связей семьи, твоя помолвка разорвана, твоё положение в обществе с самой вершины обрушивается в самый низ пищевой цепи, все, что у тебя было раньше, все, что было предначертано, теперь достаётся младшей сестре.

Даже жених. Хах, сомнительное удовольствие, конечно, иметь Драко Малфоя в женихах, но… Он вроде смазливый по канону был, зато и богатый… Безмозглый гриффиндорец по канону, конечно, но учитывая то, какие были альтернативы… Все ещё неплохо. Наверное. Если судить чисто по генам, что отвечают за внешность, то он сорвал Джекпот не хуже меня. По крайней мере, по отцовской линии.

Тут к нам как раз подошла женщина, что присматривала за Дафной и, окинув меня подозрительно-изучающим взглядом, зашла Гринграсс за спину, наклонилась и что-то шепнула ей на ухо, отчего Гринграсс поморщилась. Не сказав мне ни слова, женщина покатила мою новую знакомую восвояси. Разговор, само собой, был прерван на самом интересном месте. Печально, но я не жаловался. Мне нужна была передышка, чтобы осмыслить все и переварить.

— До встречи, мистер Амос Санхайд. — не оглядываясь помахала мне рукой эта странная девушка.

С чего она вообще интересно взяла, что наша с ней встреча состоится ещё раз? Я выслушал её историю, да, но и что с того? Заинтересовала ли меня она? Да, немного, но не настолько, чтобы я сам искал встречи и рисковал своей шкурой ради сомнительных перспектив и пустых обещаний, которые ещё даже не прозвучали. Только намёки.

— Прощайте, мисс Дафна Гринграсс. — ответил я в спину удаляющейся девушке. До встречи меня не устраивало. Это прощание.

Она явно задумала какую-то свою хитрую игру, как и подобает правильной слизеринке, так что я, пожалуй, воздержусь и поищу себе другое дерево в парке. Нет, пожалуй, я даже поищу себе другой парк, хах.

Я скосил взгляд на угол скамейки, рядом с которым раньше сидела в своём инвалидном кресле эта пепельноволосая ведьмочка.

Книга, которую она читала, естественно пропала, ведь она забрала её с собой, но на её месте остался лежать тонкий чёрный блокнот. Почти тетрадка.

Я повёл рукой с волшебной палочкой над ним и смог определить наличие чар на нем. Протеевы чары.

Фух, я уж подумал, не крестраж ли одного знаменитого политического деятеля, что слегка выпал из предвыборной гонки с Дамблдором на последние лет десять мне оставили. Нет, слава Моргане. Но руками я его трогать пока не буду. Просто на всякий случай, ага.

Ладно. Заинтриговала, чертовка. Письменная переписка это ещё приемлемо. Посмотрим. Может быть, я и дам ей шанс предложить мне что-то действительно стоящее. Если маленькая змейка хочет поиграть, то мы поиграем.

Меня подкупила её вера в мои способности вернуть ей магию. Сначала ты работаешь на репутацию, а потом она на тебя. Для меня это был бы интересный вызов, ведь ритуал подобного толка был сложен, само собой, но и интересен. Наблюдая все процессы практически изнутри, я смогу многое почерпнуть лично для себя.

О, и затребовать в обмен на свою помощь я смогу все что угодно, ведь выбора у девчонки все равно нет. Кроме меня за это все равно никто не возьмётся, да и выйти на кого-то серьёзного она теперь никак не может. Конечно, наглеть слишком сильно я тоже не буду, а то рыбка сорвётся с крючка.

Я встал со скамейки и с отчетливым хрустом размял плечи и шею. Бросив последний взгляд на пеструю листву, я направился к петляющей между сочной зеленой травы тропинке. *

Беспалочковая левитация подняла блокнот в воздух и он быстро скользнул в приоткрытую моей рукой сумку. Мне даже поворачиваться для этого не пришлось. Немного позерство, конечно, но… кто увидит мою маленькую слабость?

*(Насколько я помню, трава в Британии довольно долго ещё остаётся сочного зелёного цвета из-за своей влажности. А вот у деревьев листва желтеет вполне себе штатно.)

Глава 13 В путь

Глава 13

В путь

Стоя у открытого окна, я вдыхал свежий ночной воздух, перемешанный с сигаретным дымом, мною генерируемым. Любовался Луной.

Её острый хищный полумесяц был как всегда прекрасен, как кромка лезвия косы Смерти. Есть в ней что-то все-таки. В Луне. Может быть, это волк внутри меня говорит, конечно, хотя и Александру нравилось наблюдать за Луной, так что и не знаю даже, что думать. Но выть на нее не хочется, а это уже хороший знак.

Мои ленивые лунные размышления прервал тихий шум и натянувшиеся нити сигнального контура заклинания. Они тихо рвались, будто тонкие струны паутины, все ближе и ближе. Словно комариный писк, не дающий спокойно закончить свою мысль. Эх.

Ухо непроизвольно немного дернулось, как у самого обычного волка, который услышал легкий шорох в кустах. Так-так. Принюхался. Проклятье, чертов табачный дым почти полностью забил мой нюх. Нужно бросать курить, а то я так и помру однажды, когда ко мне будет подкрадываться убийца, а не Фелисити Синдер.

Я щелчком пальцев запустил в непродолжительный полет ярко догорающий бычок от сигареты. Мусорить у нас в Лондоне не принято, так что прежде я подал в него каплю магии, пожелав ему обратиться пеплом. До земли он так и не долетел. С тех пор, как мои силы возросли благодаря контр-ритуалу, магия стала куда как послушней, покладистей, даже немного…угодливее. Как ластящийся к руке доверчивый котенок. Такой трюк для меня теперь — сущий пустяк.

Палочку я в дом теперь даже не заношу, чтобы постоянно иметь возможность тренироваться в чарах без концентратора. Все оказалось так просто — чем ты сильнее, тем меньше зависишь от волшебной палочки, тем проще срываются с кончиков пальцев заклинания. На первый взгляд.

Но на деле — слишком много без нее всё же не наколдуешь. Нагрузка на каналы слишком большая, чтобы полностью забыть про волшебную палочку, да и поток магии регулировать и концентрировать самостоятельно намного сложнее, так что расход будет совсем нешуточным.

Одно-два серьезных заклинания — разницы почти не почувствуешь, но вот сколдуй десять — и ты сразу ощутишь на себе, что такое магическая крепатура. Однако даже так, с такой мощью, я все еще смогу отбиться в собственном доме от большинства угроз. Конечно, если опасность не чрезмерна. Если ко мне заявится очень-очень злой Дамблдор, то вообще пофиг будет, есть у меня палочка с собой или нет. Меня скрутят быстрее, чем я успею сказать Авада Кедавра.

Я скосил взгляд вниз — как раз в поле зрения нарисовалась брюнетистая макушка Синдер, которую венчал слегка съехавший набок красный беретик. Легкие чары невидимости слетели с нее как только она попала в зону действия защитных рун. Моя любовница быстро вцепилась тонкими пальчиками в подоконник и подтянулась на руках, оказавшись со мной аккурат нос к носу.

В её лукавых черных глазах плясали серебристые искорки лунного света. На лице красовалась довольная, но слегка виноватая улыбка. Как у школьницы, которую строгая учительница только что застукала за поцелуями с одноклассницей. Вот же неугомонная особа, хах.

— Привет, а я к тебе! — весело заявила эта хитрожопая ведьма, ни на секунду не сомневаясь, что я пущу её внутрь, даже несмотря на то, что Биг-Бен пробил полночь еще два часа назад. Может быть, я её слишком разбаловал? А, плевать, её непокорный дух мне в ней нравится ничуть не меньше, чем все остальное. Сейчас отработает.

— Да, я догадался, — подхватив пискнувшую от неожиданности девушку за тонкую талию, быстро но осторожно затаскиваю её внутрь, подхватив на руки поудобнее.

Сегодня на ней были весьма вызывающие черные чулочки в сеточку, довольно короткая плиссированная мини-юбка в черно-фиолетовых тонах и длинная, на пару размеров больше, футболка. Моя футболка. Так вот кто её стырил! Вот же… И когда только успела? Может, не стоило оставлять комплект запасной одежды на базе? Ох уж эти женщины. Не успеешь отвернуться, а запас толстовок и футболок уже подходит к концу, потому что «Ну, она же пахнет тобой…» И крыть нечем.

Быстро закрываю окно и задергиваю шторы. Не хватало еще, чтобы слухи меж соседями поползли. Эти наивные люди искренне считают, что я скромный и отзывчивый «добрый парень по соседству», незачем их в этом разубеждать.

Покачав головой, я несколькими быстрыми пассами активировал на стенах и двери заглушающие звук руны. Еще один оборот ладони и такие же мигнули на потоке и деревянных половицах.

Не став церемониться, я бросил девушку на кровать и стал стягивать с себя белую рубашку-ночнушку. На очереди были штаны. Фелисити тоже времени зря не теряла и, весело хихикая, быстро расшнуровала свои монструозные кожаные ботинки на высоком каблуке, задрав ножки вверх. Юбка, естественно, тоже задралась, из-за чего вид мне открылся более чем аппетитный… я даже немного залип.

Покончив с обувью, она стала неспешно стягивать с себя и свои сетчатые чулочки, но это она, конечно, поспешила. Мне они очень понравились, так что я жестом остановил её и попросил оставить хотя бы тот, что еще остался. Так получилось даже сексуальнее. Фиолетовый лак на ногтях поблескивал в темноте, практически сливаясь с окружающим полумраком.

Моргана милостивая, а я ведь хотел выспаться перед новым учебным годом. Ну да ладно, жаловаться я уж точно не буду. Фелисити как раз закончила раздеваться, оставив на себе из одежды только один чулок, мини-юбку, из-за которой она становилась еще развратней, чем если бы была вообще голой, и узкую полоску чокера на изящной шейке.

Она легла спиной на кровать и сладко потянулась, скрестив ножки в воздухе и выгнув спинку, руками вцепившись в изголовье кровати. О, а еще в кулачке был зажат красный беретик. Можно будет использовать его как кляп. Непослушные черные волосы разметались по моей подушке.

— Ах, я такая плохая девочка, пришла тайно, без приглашения, поздно ночью пробравшись к тебе в спальню… теперь я полностью в твоей власти. Что же со мной будет? Ты меня накажешь? — Фелисити игриво закусила губу и захлопала ресницами, старательно изображая максимально пошлое выражение лица.

— Видимо, у меня нет выбора. Придется тебя хорошенько наказать! — быстро включился я в игру и, облизав пересохшие губы, схватил со стула свой любимый кожаный ремень.

Нет, использовать я его собираюсь чтобы привязать её запястья к кровати, а не для того, чтобы намять её упругую попку. Пока что. Шлепать куда приятнее своими руками, но если она будет совсем уж несносной… то у меня есть еще один ремень, и я пущу его в ход.

Сердце стучало как бешеное, гулко отдавая в виски, туманя разум разгоняемыми по венам гормонами. Тонкая ткань трусов уже едва могла прикрыть мое достоинство от жадного и хищного взгляда девушки, дыхание которой тоже участилось, а пальчики сами собой начали разминать стремительно твердеющие вишенки сосков, венчающих высокую белоснежную грудь. Я невольно сглотнул слюну и облизнулся. Тоже хочу попробовать этот десерт.

Ладно, пускай сон катится к Мордреду. Фиг его знает, когда еще мы сможем вновь остаться наедине в следующий раз, так что сегодня придется постараться, да еще и с авансом на будущее, чтобы хватило с запасом. Рррр. Волк готов попробовать Красную Шапочку на вкус.

***

Утром я ехал в такси на вокзал малость помятым и сонным. Синдер я выпроводил только когда уже рассвело и времени оставалось разве что на одеться, собраться и привести себя в порядок на скорую руку. В весьма сжатые сроки. Она собиралась и утренний душ со мной принимать, но я волевым усилием отказался от этого заманчивого предложения и тихонько вывел ее из квартиры, пока мать не проснулась готовить завтрак. Если бы её план с душем увенчался успехом, в Хогвартс мне пришлось бы добираться пешком.

Хорошо хоть не пришлось провожать её до дома, спасибо трансгрессии, а то я бы вообще ничего не успел. И так мама смотрела на меня каким-то странным изучающим взглядом, когда мы сидели за столом и завтракали. Так-то я очень пунктуален, а тут такое. Наверное, из-за этого, посчитал я, успокоившись.

Однако, когда такси сделало остановку по пути на вокзал, чтобы подобрать Кэролайн, все встало на свои места. Она забралась внутрь салона, уселась рядом со мной на сиденье и ее взгляд привычно придирчиво прошелся по мне, выискивая возможные несостыковки и подсказки, на случай если я — это не я, а кто-то другой, под оборотной или иллюзией. Здоровая доля паранойи, ничего такого. Таким, как мы, нужно всегда быть настороже. Но вот когда она прыснула от смеха в кулачок, я заподозрил что-то неладное.

Как оказалось, утренняя спешка не пошла мне на пользу и хотя я смыл следы от черной помады на себе, я совершенно упустил из виду, что под ней могли оказаться едва заметные следы от засосов. Собственно, их и заметила Геката, но предпочла тактично промолчать, видимо догадавшись, почему её сын вопреки своим привычкам собирался впопыхах, с растрепанными волосами, а на шее, у самого воротника рубашки, у него красуются несколько засосов.

А вот Кэрол молчать не стала и хорошенько посмеялась над моим конфузом. Сучка. Будто это что-то плохое… Да за такие «боевые» отметины половина Хогвартса многое бы отдала, а все равно как-то неловко. Наверное, это зависит от того, кто оценивает эти «трофеи».

Отсмеявшись вдоволь, Кэрол все-таки сжалилась надо мной и помогла убрать их с помощью магии. Не стал спрашивать, где она так мастерски научилась убирать синяки и засосы, так как меньше знаешь — крепче спишь. С такой подругой, как Фелисити, мне и самому стоит закрыть этот пробел в своем образовании.

Вокзал как обычно встретил нас толпами спешащих куда-то людей, которые везли с собой просто необъятные горы саквояжей, баулов и сумок, нагроможденных на тележки египетскими пирамидами. И это ведь еще только обычная часть вокзала, не магическая.

На другой стороне, за колонной девять и три четверти, суета была возведена в абсолют. Как искусство. Тут она не была серой и обыденной, как на той стороне, тут она пестрела всем многообразием красок, которые только можно представить. Что поделать — места мало, а семьи учеников, бывало, провожали своих драгоценных чад в полном составе. Мантии и шляпы всех фасонов и раскрасок, нелепые и элегантные. Современные костюмы и какие-то совсем уж древние мундиры, в которых не стыдно было бы появиться на балу в королевском дворце. В веке эдак шестнадцатом, да…

Едва смогли протиснуться к более-менее свободному вагону, в хвосте поезда. Наверное, сюда просто было труднее добраться, если в руках у тебя пара тяжелых чемоданов. Потом туфли пришлось приводить в надлежащий вид заклинаниями, потому как мне оттоптали все ноги, и я тоже оттоптал кому-то ноги… Вокзал, одним словом.

В пути чуть не пал жертвой пролетающего мимо чемодана какого-то гения-первокурсника, который решил, что использовать чары левитации на своем саквояже — отличная идея. Ага, в толпе людей, где и так не протолкнуться. Первая же макушка, возвышающаяся над общей толпой и стала конечной остановкой для него. Столкновение было довольно сильным, так что все содержимое вывалилось наружу, присыпав несчастного пожилого волшебника, который растянулся на земле из-за коварного удара по затылку. Короче, все как всегда. Ну хоть посмеялись с Кэрол и мне удалось перевести тему с Фелисити на первокурсников.

В вагоне было поспокойнее, звуки снаружи, которые уже начинали немного раздражать, как отрезало. Магия, хах. Оставались конечно еще некоторые нарушители спокойствия внутри, но это уже было не более чем досадной помехой. На первый взгляд.

— О, кого я вижу, это же парочка самых отвратительно наглых грязнокровок всея Хогвартса! — с мерзопакостной улыбкой нас поприветствовал одетый с иголочки мажор с ядовито зеленым галстуком на шее.

Я бы его галстук завязал потуже. Желательно так, чтобы перекрыть кислород этому рыжему зубастому ирландцу. Ну чистый Уизли на Слизерине. Тоже умом не блещет, как и силой, зато гонору вагон и меленькая тележка. Как в Гринготсе. — Как там поживает твоя шлюха-мать, а, Шарпхарт? Может, мне стоило наведаться к ней этим летом, чтобы попробовать зачать тебе сестренку или братика?

Ну это он зря, конечно. Мы еще не в Хогвартсе, так что, пока мы не применяем магию, за рукоприкладство нам ничего серьезного не светит. А у Кэрол рука очень даже тяжелая, да. Как и у меня. Не стоило ему напоминать ей про мать, которую она ненавидит всей душой.

Хлесткая пощечина, нет, скорее даже настоящий удар тыльной стороной ладони в правую скулу Квентина МакЛинта заставил его пошатнуться и врезаться плечом в стенку вагона. Его, кажется, даже немного оглушило.

Пока он тряс головой, силясь прийти в себя, на пути у Кэрол встали двое его дружков-подельников. Один шестикурсник со Слизерина и один семикурсник с нашего факультета. Ну это уже наглость. Двое мордоворотов на одну «хрупкую и невинную» девушку. Отодвинув Кэрол себе за спину, вперед вышел уже я, довольно скалясь этим недалеким идиотам своей самой раздражающей улыбкой, даже не скрывая предвкушения. Они сами только что загнали себя в выгребную яму, из которой им придется выбираться довольно долго.

О, а еще я почувствовал, что в наш вагон только что кто-то зашел. Принюхался. Знакомый запах дорогих французских духов. Ха, да это же Аманда де Амори — нынешняя королева Слизерина пожаловала. Шикарная платиновая блондиночка, с длиннющими волосами чуть пониже спины, на которую пускают слюни почти все слизеринцы поголовно.

Стерва она, конечно, та еще, но, несмотря на это, в первую очередь Де Амори всегда смотрела на личную силу и достижения, а потом уже на линию крови, что мне импонирует. А на некоторую стервозность можно закрыть глаза, особенно если она направленна не на тебя. Плюсы явно перевешивают минусы. Все на её факультете об этом знают, так что…

Ха-ха-ха, вот мне повезло. Если она станет свидетельницей такого унижения, которому я сейчас подвергну эту тройку идиотов, то у них не останется выбора, кроме как бросить мне вызов на дуэль, когда мы будем уже в Хогвартсе. Это будет просто шикарно, ведь я смогу не только опробовать на них много всего нового и интересного, чего на простых людях использовать банально смертельно опасно, но и хорошенько развлечься, оттоптав ноги чистокровной клике расистов. Втоптав их гордость и авторитет в грязь перед их идолом, что может быть лучше?

Дуэли еще и немного освежат память горячим головам, напомнив всем, что со мной шутки плохи и могут закончится больничным крылом и проблемами со здоровьем. Закреплю свой статус в иерархии сильнейших волшебников школы, отсеяв слабых идиотов, которые обычно и доставляют больше всего проблем благодаря своим длинным языкам и запредельной наглости. Слабаки, вроде этой тройки, лезть побоятся, а сильным противникам я только рад буду.

Но вот честно, двое вроде с «хитрого» факультета, другой с «умного», к примеру, так какого хрена из года в год повторяется одна и та же картина? Хотя нет, кое что меняется, да. На втором курсе нас травили и мы терпели унижения и побои. На третьем курсе мы давали сдачи, но что там было той силы в наших тщедушных детских тельцах? Снова побои и унижения, даже хуже чем в предыдущем году, ведь шавки посмели огрызаться. Непорядок. Но мы росли. Становились сильнее. Набирались опыта и проводили ритуалы. И вот, с четвертого года все начало меняться.

В школе, где царствует магия, желающих бросить мне вызов оставалось все меньше, но, видимо, еще остались такие вот «храбрецы», что хотят попытать счастья в рукопашном бою и поиграть мускулами, раз шансов в магическом у них ноль целых хрен десятых.

Бедняги, они еще не поняли, что в драке без магии шансов у них, наоборот, еще меньше. Может, это, конечно, и была банальная провокация, но я с удовольствием ей поддамся, ведь она выгодна и мне, а бояться мне уже нечего. Отбоялся. Ладно, пора размять кулаки. Или ноги. Видимо, одного урока в прошлом году им было мало, нужно закрепить успех.

— Ах ты бешеная сука! Тварь! Да ты хоть знаешь кто я? А ну с дороги, Санхайд, сейчас я её хорошенько… — немного отошел от шока Квентин и, не придумав ничего лучше, растолкал своих дружков и, замахнувшись, попытался ударить меня кулаком в лицо, так как я стоял на его пути и пропускать его даже не думал.

Идеально. Как там говорил Иисус? Подставь вторую щеку? Ну-ну, подставлюсь лучше один разочек, чтобы считалось, что это он напал на меня, а не я на него, раз уж у нас теперь есть независимый свидетель, а вот по второй щеке будет получать уже именно он.

Удар по лицу был настолько слабый, что я почти ничего не почувствовал. Он вообще не смог нанести мне никаких повреждений. Ну нет, так дело не пойдет. Неправдоподобно как-то. Я прикусил зубами щеку изнутри и пустил себе немного крови, которая потекла по подбородку.

Все замерли на секунду, удивленные произошедшим, в вот я решил поступить умнее и использовал одну интересную фишку, которую придумал этим летом.

Покатав на языке сгусток крови и напитав его своей маной, я скорчил максимально презрительную мину и сплюнул его прямо в лицо идиоту, который такого точно не ожидал.

Кровь — идеальный проводник для ритуалов и проклятий, чем я и решил воспользоваться, наложив одно мерзопакостное, отсроченное проклятье… осталось только закрепить успех. Лучше всего проклятья ложатся на жертву при непосредственном касании, а не палочкой, так что я обхватил ладонью лицо растерявшегося и дезориентированного врага, незаметно для всех завершая простенькую комбинацию из проклятья и микро-ритуала. Хотя, может быть, девочки что-то почувствовали. Кэрол талантлива в магии крови, так что я бы не удивился, а вот с Амандой вообще непонятно, но она вроде неплохо разбирается в боевой малефике, но не ритуалах. А именно гибрид малефики, магии крови и ритуала я и использовал.

Квентин тоже был не совсем безнадежным волшебником, все же аристократ, как-никак, мог бы и почувствовать что-то неладное, пока проклятье еще не закрепилось окончательно, так что нужно было обеспечить ему немного… покоя.

— Проспись, мусор. — небрежно стерев с губ свою кровь, я перевел взгляд на следующих горе-камикадзе.

Ничего более не может разозлить чистокровных волшебников-аристократов, чем то, что я сделал. Услышать в свой адрес слово «мусор» из уст грязнокровки… Для них это настоящий разрыв шаблона. Нечто, что может перевернуть их мир, хах. Ну, этот день они точно запомнят надолго, так как это только начало их унижения.

Я дозировал силу, но даже так приложил его затылком о стену достаточно, что бы он вырубился с первого раза. Тот сполз по стеночке и более не путался под ногами. Фигурально. Практически он-то как раз путался, но, к счастью, не у меня, а у своих дружков, так как завалился он в их сторону.

И за всем этим у меня за спиной наблюдала Аманда, которую они не могли не заметить. Судя по их кислым лицам они только что осознали, что им придется реально постараться, чтобы не ударить в грязь лицом перед объектом своего обожания. Теперь они даже не могут отступить под предлогом оказания первой помощи своему товарищу. Аманда такого просто не поймет, да и молчать об этом тоже не будет, расхвалив их «храбрость» на весь змеиный факультет. Троих старшекурсников отделал единственный пятикурсник-грязнокровка. Звучит довольно унизительно, не находите? Естественно, это спровоцировало его дружков на ответные действия, выбора-то все равно у них больше не имелось.

Первый получил лоу кик по ноге, отчего с глухим вскриком завалился набок, хватаясь за поручни, чтобы не прилечь рядом со своим дружком. Учитывая силу удара, сейчас ему должно быть чертовски больно. По ощущениям что-то вроде судороги, да и ногой он сейчас двигать нормально не сможет, очень уж неприятную болевую точку я пробил.

Второй умник решил не размахивать кулаками, а сойтись со мной в клинче, вцепившись мне в руки, но… я всегда предпочитал использовать ноги для драки. Удары сильнее, руки свободны для магии, мало кто из волшебников вообще умеет сражаться в ближнем бою, но еще меньше знает про тхэквондо и как противостоять такому противнику. Вот и ему прилетело с колена, для начала. А потом еще и руками добавил, когда он из-за боли разжал свои клешни. Ничего такого, просто ударил ладонями по его ушам. Ну, ничего такого для меня, а вот паренек поймал новый для себя спектр ощущений и ушел в глубокую медитацию. Другими словами, потерял сознание и прилег отдохнуть вместе со своими друзьями. Какая крепкая мужская дружба, однако. Нужно будет запустить слух об их тесной мужской дружбе.

Ладно, это был не бой, а просто избиение какое-то. Даже не весело. Будто взрослый избил пятилетних детишек, что посмели бросить в него песочком. Мда. С другой стороны, может поумнеют?

Скептически осмотрел два валяющихся без сознания тела и понял, эти — вряд ли поумнеют. Оставался еще один, что все еще был на ногах… на ноге. Он все еще опирался о поручень и сверлил меня злобным взглядом, в котором отлично перемешались страх, ненависть и унижение. Мммм, мой любимый коктейль. Смешать но не взбалтывать.

— Жалкое зрелище, — прокомментировала происходящее Кэролайн, покачав головой. Я слегка повернул голову и улыбнулся, увидев как она морщит носик, словно только что прошла мимо мусорной кучи.

— Прискорбно, но так и есть, — схожим образом поморщилась Аманда, которая, по слухам, больше всего ненавидела слабаков.

Ох, ну и стерва, конечно. Тут твоих сокурсников и чистокровных волшебников унижают, вообще-то, а ей вообще пофиг. Если я хоть немного понимаю её, то сейчас Де Амори скорее всего волнует только образовавшаяся «пробка», мешающая ей пройти в её купе, а не эти трое. Хотя это мне это в ней и нравилось, если уж быть совсем откровенным.

Я и сам в первую очередь смотрел на личную силу и достижения волшебника, а потом уже на статус крови и положение в обществе. Просто так уж совпало, что большинство аристократов ничего из себя не представляло, кроме порочности, глупости и регресса в моих глазах. Но не все. Аманда входила в небольшой список исключений, но я бы не сказал, что от этого она внезапно стала приятным человеком и я воспылал к ней какой-то неземной любовью. Вооруженный нейтралитет и капля взаимоуважения, вот и все. Хотя на фоне остальных слизеринцев даже это уже нечто невероятное. Вообще, сложно сказать, что у нее на уме.

Де Амори, кстати, внешне была очень привлекательной девушкой. Все же, она наполовину француженка, так что это не так уж и удивительно. В Англии практически все, у кого были светлые волосы, имели некоторые связи с нашими континентальными соседями. Может и более мягкое отношение к маглорожденным передалось ей от одного из родителей. Во Франции не все так гладко, как об этом поют сами французы, но они явно не такие сумасшедшие консерваторы, как наше правительство.

А еще она была очень сильной и искусной ведьмой, что в моих глазах было даже более весомым плюсом, чем её привлекательная внешность. Она весьма талантлива в магии, для своего возраста, естественно, что делало её вдвойне желанной партией для абсолютного большинства аристократов, что спали и видели возвеличивание своего рода над другими за счет богатого приданого.

Ах да, забыл упомянуть, что еще она богата. Очень богата, если честно. Точнее, её род. Примерно как Малфои. Де Амори так-то раньше совмещали титулы высшего дворянства и среди обычных людей, и среди волшебников, из-за чего денег и земельных наделов во Франции и Англии у них было очень много. Многие мечтали привлечь её внимание, но пока не добились весомого успеха.

Только вот в конце прошлого года у нее вроде как наконец-то появился официальный жених, так что это должно остудить пыл особо озабоченных и мечтательных особ. Не интересовался, кому так повезло, если честно, но парень явно сорвал Джекпот. Правда, есть один маленький нюанс. Если он слаб, то она загонит его под каблук еще до свадьбы и он оттуда никогда не выберется, ведь сама она достаточно сильна, чтобы входить в топ дуэльного клуба, и даже мне могла доставить проблем в тренировочной схватке. Впрочем, это не мои проблемы.

— А, мисс Де Амори, доброго вам утра. Прошу прощения за этот беспорядок. Кажется, в вагон пробрались какие-то бездомные бродяги. — Я немного отступил в сторону, освобождая девушке проход. Немного вежливости, что так ценят аристократы.

Не просто так, конечно, а со злым умыслом. Дело в том, что для того, чтобы пройти далее по вагону ей придется в прямом смысле пройтись по валяющимся на полу идиотам, унизив их еще больше, буквально вытерев о них ноги. Но если я правильно понимаю её характер… то она именно так и поступит. Стерва, говорю же.

— Утро не бывает добрым, мистер Санхайд, — высказала свою экспертную точку зрения сероглазая блондинка, которая с надменным и высокомерным выражением на лице, будто действительно брезговала, действительно поступила именно так, как я и думал. Спокойно, без спешки, наступила ножкой на бессознательное тело и пошла. Ух, шпильки каблуков у нее ого-го какие, наверное и синяки от них останутся, хах, — надеюсь, вы позаботитесь о том, чтобы в моем вагоне не ехал всякий сброд?

Не совсем уверен, намекала ли она на меня и Кэролайн, или на наших оппонентов, так как с Амандой никогда нельзя быть в чем-то уверенным наверняка. С другой стороны, в контексте ситуации, скорее все-таки она говорила о «бездомных бродягах», по спинам которых она сейчас топталась, довольно изящно виляя бедрами, к слову. Есть в ней конечно что-то такое, эдакое. Если захочу попробовать себя в бдсм, то я даже знаю, к кому обратиться, хахахаха.

— Непременно, — хмыкнул я, переводя взгляд с её аппетитных нижних девяносто и длинных ножек на все еще пребывающего в сознании и задыхающегося от ненависти и обиды слизеринца. Бедняга, вот это я понимаю emotional damage. (Эмоциональный урон)

Я заметил, что он потянулся своей трясущейся рукой к своему концентратору, что находился у него в кобуре на поясе, на манер меча, и решил действовать до того, как потасовка перейдет в разряд магической. Видимо отчаяние и ярость от унижения совсем отбили ему остаток мозгов, раз он решил достать волшебную палочку.

Кстати говоря, неудачное, но пафосное расположение роскошной кобуры для концентратора сыграло с ним злую шутку. Хотел выпендриться, а получилось как всегда. Вот почему почти все прячут палочки в рукавах мантий, балда. И достать быстрее, и кобуру до поры до времени не видно.

Хлесткий удар носком ноги по челюсти вырубил его с гарантией. Зубы клацнули с такой силой, что могли бы откусить его язык, если бы в этот момент он хотел что-то сказать. Ну вот, теперь проход окончательно завален всяким безвольным мусором. Как честным волшебникам и ведьмам тут ходить?!

Но мне в вагоне не нужны очень злые и мстительные попутчики, которые наверняка проснутся посреди долгой поездки и полезут создавать проблемы, возможно, магического характера. Да и Аманда просила избавиться от мусора, а отношения у нас с ней вполне ничего, по слизеринским меркам, так что… почему бы и нет?

Я отправил Кэрол подыскать нам подходящее купе и начинать зачаровывать его от прослушки, а сам пока решил перетащить трех индивидуумов в местный аналог сортира и позаботился о том, чтобы они не смогли покинуть свое пристанище раньше срока. Это купе как раз должно соответствовать их внутреннему миру и чувству эстетики. Определенно, оно подходит им лучше всего, так что я хорошенько зачаровал дверь, чтобы до конца поездки вскрыть её изнутри было практически нереально. Да и снаружи еще нужно попотеть. Но с их навыками в рунологии, которые я имел честь оценить на редких совместных занятиях у Батшеды, я уверен, что они просидят там до прибытия в Хогвартс. Во всяком случае, если им не поможет кто-то вроде Аманды… Да, не зря я изучал ацтекскую письменность под мудрым руководством рыжеволосой ведьмы, совсем не зря, хе-хе.

***

Устроившись в купе и забросив чемоданы под сиденья, мы с Кэрол, достав термос с домашним чаем и булочками, посмеиваясь стали обсуждать проклятье, которое я наложил на глуповатого ирландца. Я же заодно параллельно чертил на столе небольшую пентаграмму для ритуала отсечения плоти и крови.

Мне вовсе не нужно, чтобы через мою кровь на меня навешали тонну ответных проклятий, так что, как я закончу, вся кровь вне моего тела исчезнет и впитается в этот ритуальный круг, который тоже был начерчен моей кровью. Все же Кэрол смогла почувствовать проклятье, что я наложил через свою кровь, хоть так и не поняла, что именно. Ох уж эта чувствительность магов крови. Пришлось объяснять ей, что за гадость я оставил в подарок нашему горластому другу.

Если сильно упростить, то через пару дней активируется спящее в его теле «проклятье зубной феи», доработанное мною же. Каждую ночь, засыпая, он будет лишаться всех своих белоснежных зубов, хе-хе. Зато под подушкой у него взамен будет попадаться один жалкий пенни.

Да, я специально завязал проклятье на обычные деньги, чтобы оставить ему намек, кто стоит за этим, ну и позлить его еще больше, конечно, тоже будет приятно. Снять это чертовски редкое, да еще и модифицированное, завязанное на кровавый ритуал проклятье, будет охренеть как трудно и займёт не менее недели, в течении которой он будет либо ходить беззубым, либо каждый раз отращивать себе новые и ночью терять их вновь. Утром его будет ждать пенни под подушкой, а десны вновь будут нестерпимо болеть. А еще немного кровоточить.

Сами пенни будут приноситься ему под подушку взамен на его зубы астральными сущностями — зубными феями, один в один похожими на пикси внешне, только золотистыми, и обитающими на тонких слоях реальности, в отличие от своих лесных собратьев. Они нематериальны и сами по себе не несут никакого вреда, скорее даже наоборот, забирают пораженные проклятьем или болезнью зубы. Поэтому защита Хогвартса на них не должна среагировать, ведь они просто будут проводить честный обмен.

Проклятье будет портить зубы жертвы ночью, из-за чего зубные феи станут считать их своей легитимной целью, приманенные туда хитрым проклятьем, чтобы совершить обмен. Один пенни — такую цену я им установил за посещение и удаление больных зубов, а они и рады стараться. Очень выгодный курс, кстати говоря, так что вскоре они и сами, даже без метки проклятья, будут приходить, чтобы проведать своего самого лучшего и выгодного клиента.

Может, это и немного по детски, но не убивать же мне его посреди поезда или школы, в самом деле? Пускай лучше помучается.

Когда мы допили по одной чашке чая, на станцию наконец-то явился тот, кого мы с нетерпением ждали. Поттер.

Хотя я не сразу понял, что это он. Если бы не модная прическа с зачесанными назад волосами, я бы его и не заметил. А так, блеклый шрам был у всех на виду, так что его сразу же узнали и поднялся восторженный штурм. Ну-ка, посмотрим-ка повнимательнее на нашего национального героя… А то что-то терзают меня смутные сомнения…

(Маленький Амос благодарит читателей за 700 лайков)

Глава 14 Оступившегося — подтолкни

Глава 14

Оступившегося — подтолкни

— Не так я представляла себе героя магической Британии… — пробормотала себе под нос Кэролайн, разглядывая прилизанного, одетого с иголочки щегла, сильно напоминавшего аристократа из лиги нуворишей.

На Гарри Поттере была брэндовая одежда из лучших магических бутиков. На шее серебрилась тонкая цепочка с гроздью защитных артефактов всех мастей, а в левом ухе поблескивала серьга-артефакт с защитой от легилименции. Дорогущий ширпотреб для тех, кто имеет золото, но не вкус и мозги.

«Ну хоть серьга не в правом ухе, уже неплохо… » — усмехнувшись, подумал я, переводя взгляд с забавной попытки мальца защитить свой разум жалкой сережкой на нечто более интересное в его арсенале. Что-то действительно стоящее. Фамильное, а не покупное. Выглядело это забавно. Будто сам он был целиком одет в купленный на базаре сэконхенд, гордой фирмы Абибас, но при этом имел при себе подлинный ролекс и перстни с драгоценными камнями, стоимостью в гоночный спорткар.

Пристально разглядывая золотые запонки, в которых явно было вбухано что-то очень серьёзное, стихийное, я также размышлял и о кольцах на его пальцах. Точнее, о значении этих колец. Кольца наследника рода — две штуки. Как интересно. Магия в них тоже была особенной. Пассивная защита даже одного такого могла прикрыть от всех мелких невзгод, а вот два сразу могли помочь выбраться и из ситуаций посерьёзнее. Это если не учитывать его запонки и прочие побрякушки.

Одно кольцо, или скорее даже перстень, явно принадлежит роду Поттер, а вот второй герб мне был незнаком. Я не большой эксперт, ведь не тратил свое детство на запоминание всевозможных гербов, даже давно вымерших родов, как делали уважающие себя аристократы. Но у меня есть некоторые предположения, что это за герб такой, конечно. Не так уж тут и много вариантов, ведь герб Блэков я знаю, и это точно не он.

Значит, есть ещё парочка гербов, которая давно не появлялась на публике, линии родословных которых были давно прерваны. Но зато они могут иметь кое-какую связь с родом нашего главного героя. Слизерин и Певерелл.

И я считаю, что мой интеллект достаточно развит, чтобы исключить род Слизерин из уравнения, по крайней мере — пока. Этот герб знает вообще любой волшебник в Британии, и я в том числе, конечно. Стыдно было бы не узнать этот герб, ведь четверть учеников Хогвартса носит его, учась на факультете змей.

Стало быть, Певерелл. Скорее всего. Его никто не видел на публике столетиями, так что неудивительно, что я его не узнал, а сам по себе род считался и вовсе вымершим давно и бесповоротно. Пока буду условно считать, что это он и есть, а потом узнаю точно. В библиотеке Хогвартса легко можно будет узнать интересующую меня информацию, а идеальная память не даст мне забыть его. Наверняка, с тем же вопросом, что и у меня, в библиотеку стекутся многие любопытствующие ученики. Поттер и без этого привлёк бы кучу внимания, но он решил не мелочиться, а войти в Хогвартс выбив ворота замка с ноги.

А ведь парнишка наверняка ещё просто не успел «залутать» кольцо Блэков, так как его крестный пока сидит в Азкабане. Но наверняка он планирует и Слизерина прибрать к рукам… если это так, то это многое меняет.

Что-то мне подсказывает, что Гарри не особо пока размышлял над тем, как он будет выглядеть в глазах Альбуса Дамблдора… А ему бы стоило об этом подумать, ведь даже такой отбитый тёмный маг, как я, не забывает маскировать свои тёмные делишки от нашего директора изо всех сил.

Перед глазами всплыла картина сидящей под деревом в инвалидом кресле грустной Дафны Гринграсс, лениво листающей бесполезный для неё теперь учебник по нумерологии.

Если уж её родичи смогли догадаться, что с их наследницей «что-то не то», то каков шанс, что охренеть какой умный и опытный Дамблдор не придёт к таким же выводам относительно Поттера, причём очень скоро? Прямо на пиру, наверное, когда Гарри распределят не на Гриффиндор, а к змеям или воронам.

Хотя, может я чего-то не знаю и это все и есть хитрый план Дамблдора, который, вместо того, чтобы отдать парня Дурслям, взял его к себе под крыло и растил его как замену себе? Жаль, у него не спросить, ха-ха. Не в тех мы отношениях со стариком.

— Да, Кэрол, я как-то тоже его себе по другому представлял, — задумчиво прошептал ей в ответ.

Образ щуплого забитого пацаненка, в очках велосипедах и с вороньим гнездом на голове, но добрым и чистым сердцем, растворился без следа. Печально. Я думал помочь Гарри Поттеру, настоящему, пускай и немного, но это явно не тот герой книг одной знаменитой писательницы из другого мира. Самозванец, убивший настоящего Гарри Поттера, мальчика, который не выжил.

Все, можно смело помахать канону ручкой. Нет, и раньше были предпосылки, указывающие на некоторые серьёзные нестыковки и отклонения от каноничной картины мира, но это стало самым серьёзным ударом по вероятности предполагаемого развития событий. С другой стороны… я, скорее всего, нашёл другого успешного попаданца. Что-то мне подсказывает, что «мировой закон» предупреждал меня именно о нем… Хммм, очень вероятно.

Не очень-то умный попаданец он, к тому же, ведь ему не хватает для полноты картины только огромного транспаранта в руках: «Я КЛИШИРОВАННЫЙ УДАЧЛИВЫЙ ПОПАДАНЕЦ. ТРАХНИТЕ МЕНЯ, ДА ПОСИЛЬНЕЕ!»

Что такое маскировка он явно не слыхал даже краем уха.

«Что же, мой юный друг, дилдо кармы редко появляется смазанным…»

Хотя, может быть, это я слишком большой параноик? Особенно после встречи с Дафной Гринграсс. Но что-то мне подсказывает, что лучше не делать как лже-Поттер, хех.

На самом деле, только какой-то другой попаданец, вроде меня, сможет сходу определить странности и отклонения в образе и поведении Гарри, но кто сказал, что я единственный? Дафна Гринграсс прекрасный пример того, что не стоит расслаблять булки.

Ладно-ладно, какой нормальный попаданец будет делать что-то с оглядкой на призрачную возможность существования и других таких же, тем более, если он уже занял тушку главного героя всея Британии? Ну, не каждый из нашей братии, это уж точно. Всем нравится считать себя уникальными и неповторимыми. И мне тоже нравилось. А реальность жестока, да.

— Ладно, знакомиться пока не пойдём. Дорога длинная, успеем ещё, а там сейчас наверняка к нему целая очередь желающих прикоснуться к легенде соберётся. Но зато можно отправить моих маленьких шпионов на разведку. — предложил я план-капкан. На центр стола я уже поставил свой любимый хрустальный шар, но теперь нужно достать самое важное.

Я вытащил из сумки закупоренную баночку, от вида которой Кэрол неприязненно поморщилась. Ну да, видок, конечно, тот ещё, понимаю.

Внутри копошился клубок маленьких волосатых некро-акромантулов. Самые маленькие инфернальчики, хех, которых мне удалось создать. Далеко не сразу акромантулы вырастают до крупных размеров. В период их детства, размерами они едва превосходят обычных крупных пауков.

Срок «жизни» вне банки со специальным раствором — два часа, так что расходовать ценных шпионов нужно с умом. Заготавливать раствор подобия магического аналога формалина для прикладной некромантии из редких ингредиентов оказалось намного дороже и накладнее, чем самих мини-инферналов, так что…

Я выловил из баночки парочку склизких пауков и бросил их на пол. Взмах палочки быстро высушил их и они перестали напоминать сгустки волосатых комков соплей.

— Ну и гадость! — прокомментировала красноволосая ведьма, сморщив носик. Пахли они, кстати, в противовес своему виду, очень даже приятно. Травками всякими. Наверное, это и вызывало ещё больший диссонанс и отвращение.

— Гадость — не гадость, главное — полезность! — поднял я указательный палец и спародировал поучительный тон нашего многомудрого директора.

— Хмпф, что-то ты по другому поешь, когда нам на завтрак подают овсянку! — фыркнула и, не сдержавшись, рассмеялась Кэрол, прикрыв рот ладошкой.

— Ну ты сравнила, конечно! — я покачал головой и встал со своего места. Нужно было снять часть защиты и приоткрыть дверь для моих маленьких шпионов. В такой суете их никто не заметит, а раздавить мёртвого акромантула не так-то просто. Они сами по себе довольно крепкие, а эти ещё и мёртвые. — Тут мне всего лишь пришлось немного замарать пальцы в соплях, а там приходится их есть.

— Фу, Амос, ну зачем?! Завтра ведь именно овсянку на завтрак и подадут, сто процентов, я прямо чувствую! Как мне её теперь есть? Как вообще на неё смотреть теперь, когда постоянно будут мерещиться ползающие в этой склизкой серой жиже мохнатые лапки твоих пауков, а?! — возмутилась ведьма с особо развитым и живым воображением, которое теперь обернулось против неё.

Как же живо она представила себе эту картину, раз её так проняло? Бррр, теперь и мне что-то дурно стало. Воображение вообще у всех хороших волшебников развито ого-го, так что ничего удивительного. Справедливости ради, эта бурда в Хогвартсе реально напоминает сопли тролля, так что моя нелюбовь к традиционному завтраку англичан вполне оправдана…

— Ну, зато теперь я буду страдать не в одиночестве, ха-ха, — посмеиваясь, я подождал пока пауки шмыгнут за дверь и закрыл её, обновив на дверях защитные чары и засунул банку со своими аквариумными… инфернальными паучками, обратно в свою сумку. Кстати, неплохая идея — создать рыбок-зомби и запустить их себе в аквариум на базе.

Зомби-пираньи… Мммм. Красота. Может быть, выкопать ров вокруг своей базы? И еще инфернальные совы-камикадзе. Ладно, посмотрим, насколько это целесообразно. Мелкая нежить слишком недолговечна, а раствора на все хотелки не напасешься. Придётся выбирать.

Я положил баночку обратно в секретный экранированный кармашек. Маленькое свернутое пространство внутри моей сумки, которое определить можно только если очень сильно постараться и хорошо разбираться в пространственной магии и римских рунах. Батшеда иногда пугала своей практичностью и инновациями, но я, как её любимый ученик, был очень рад оказанному доверию от рыжеволосой красавицы. Денег на этой магической технологии можно было поднять много, но это не моё изобретение, и у меня есть гордость волшебника. У нас с Бабблинг и так запланирован один интересный совместный проект, где первую скрипку буду играть уже я.

Что касается интересной нашивки на внутренней стороне сумки, то подпитка маны от меня минимальная, а польза огромная. Шифр рун там не такой уж и простой, как может показаться на первый взгляд, хе-хе. А при неправильной активации последовательности рун и ошибочной плотности продаваемой маны, пространство вообще схлопнется само в себя и уничтожит улики без следа. Вместе с сумкой и, возможно, шаловливыми ручонками воришки.

Таскать в Хогвартс запрещёнку — дело непростое, ведь домовики тщательно проверяют багаж студентов, когда разносят его по комнатам в момент прибытия поезда на станцию в Хогсмиде. Не только удобства ради мы оставляем багаж в поезде. Проверяют наш багаж, и довольно тщательно. Магией домовиков, не вскрывая сумок. Как на сканерах в аэропортах.

Но не ручную кладь, которая всегда при тебе, хе-хе. Наверное, никому и в голову не приходило, что кто-то будет настолько безумен, чтобы таскать с собой банку с пожизненной путевкой в Азкабан внутри. Это вам не киндер-сюрприз протащить…

Конечно, я её потом выложу, в Выручай-комнате. Не таскаться же мне с приговором на пожизненный по школе? Главное — пронести её внутрь, а дальше — дело техники. Ещё ни разу не видел, чтобы кто-то из профессоров проверял личные вещи студентов, да ещё и в первый же день учебы. Разве что при очень серьёзных подозрениях в чем-то весьма скверном, а так — в наше личное пространство стараются не лезть.

Ну разве что Филч может докопаться чисто из вредности, но жалкий сквиб не сможет найти, и уж тем более не сможет активировать свернутое пространство в моей сумке.

Жалкий он, кстати, не потому что сквиб, вовсе нет. Жалкий он потому, что дал своей зависти к молодым волшебникам и жалости к самому себе настолько отравить свой разум и душу глупой ненавистью к тем, кто оказался чуть удачливее и талантливее его — Аргус Филча, вечного завхоза. Я понимаю, что тяжело каждый день смотреть на свою несбывшубся мечту и не испытывать негативных эмоций, но… Зачем тогда оставаться здесь и работать, если это причиняет такую боль? Мазохизм какой-то, перетекающий в садизм по отношению к детям. Хорошо хоть Альбус отменил телесные наказания…

А если обобщить, то к сквибам я отношусь вполне нормально. Люди как люди.

Ладно, посмотрим, что у нас тут. Ого, а история не стоит на месте. Поезд только тронулся, а наш главный протагонист уже встретился с зубрилкой и рыжим ленивцем. Ну и ну, что-то явно пошло не так с самого начала.

Слишком уж большая и разношерстная толпа маленьких чистокровных аристо, во главе с Малфоем-младшим, решила почтить их купе своим присутствием. Даже сестра Дафны — Астория Гринграсс в компании Пэнси Паркинсон с ними пришли.

Мы склонились над хрустальным шаром, жадно впиваясь глазами в разворачивающуюся драму.

Интересно, как же повернётся история в этой жизни? Неизбежна ссора и вражда между Гарри Поттером и Драко Малфоем или же…

***

Гермиона Грейнджер тихонько сидела в уголке, в тамбуре между вагонами, и плакала. Такого разочарования и унижения как сегодня, у неё уже давно не случалось. Возможно, всему виной то, что она считала, что в волшебном мире все будет по другому, лучше, чище, сказочнее…

Но надо же, только она обрадовалась, что нашла себе первого друга, да ещё и не простого какого нибудь друга, а целого настоящего героя Магической Британии, про которого написаны сомны книг и сказок, встретила героя, которым она так искренне восхищалась, чьи подвиги, описанные в книгах, вдохновляли её погружаться в магический мир с головой, познавая из книг реалии нового для себя мира… но злая реальность вновь вылила на неё ушат холодной воды, разбив светлые надежды, словно корабль о рифы.

И ведь он сам, САМ! САМ ЖЕ! Первый подошёл и завёл разговор. Сам предложил дружбу. Так почему же? Почему стоило на горизонте появиться парочке богатеньких детишек, он сразу же растоптал едва зародившуюся хрупкую дружбу в угоду более выгодным «друзьям», не только выбросил в мусорку то доверие и искреннее восхищение, что она к нему испытывала, но ещё и потоптался по её гордости и чести, окатив её словесными помоями и обидными эпитетами, чтобы произвести должное впечатление на стайку злобных мелких стервятников-шакалов…

«Кстати, интересно, а есть ли такие магические существа? А, хотя, точно есть, как раз ведь сегодня видела целую стаю...», невесело размышляла девочка, вытирая слезы рукавами своей новенькой, добротно сшитой мантии. Раньше она казалась ей очень даже ничего, но, как оказалось, дороговизны самой обычной, типовой мантии недостаточно, чтобы в глазах чистокровных ведьм и аристократок не быть замарашкой-оборванкой-грязнокровкой…

И это были ещё самые безобидный слова, что прозвучали в том купе. По крайней мере, девочки хотя-бы ограничились словами, пускай и обидными до боли. Рыжему долговязому пареньку по фамилии Уизли досталось куда как больше, чем ей. Гордость и самоуважение того давили планомерно и со знанием дела, будто знали о каждой болезненной теме, каждом нерве в его душе, укол в который порождал нестерпимую обиду, злость и стыд.

Шоком для неё стали действия Гарри Поттера, который вроде как должен был быть защитником справедливости, героем, а тот на потеху публики вышвырнул в окно любимого питомца Рональда Уизли, подорвав его в полете каким-то заклинанием, превратившим бедную старую крыску в кровавую взвесь.

Гермиона призналась себе, что иногда проявлять слабость это нормально, особенно в таких вот стрессовых ситуациях, так что хотя бы в том, что она опорожнила желудок, стошнив прямо на лакированные туфли скалящегося прилизанного блондинчика, главаря этой шайки, нет её вины. К тому же, это послужило толчком к тому, что её выгнали из купе, вышвырнув её вещи вслед за ней.

На этом унижения для нее закончились и девочка со слезами на глазах отправилась подальше от злых детей, пока не оказалась здесь. Запоздало она подумала о несчастном рыжем пареньке, который остался там совсем один, наедине с толпой почуявших страх и кровь малолетних ублюдков. Дети пожирателей смерти, наверняка. Она читала про них. Но почему Гарри Поттер так охотно примкнули к из забавам?

«Ах, Гарри, ты должен был уничтожить зло, а не примкнуть к нему…» — подумала она, прижимая свой тяжеленный и неудобный чемодан к острым коленкам.

Гермиона подумывала собраться с силами и попробовать добраться до вагона старост, чтобы хотя-бы попытаться помочь бедному рыжему пареньку, обратив внимание взрослых на вопиющее нарушение правил и приличий. Колдовать вне Хогвартса запрещено! Будь ты хоть трижды герой!

Да и к тому же, Моргана ведает, что эти изверги там с ним сделают, когда не осталось других свидетелей их преступлений. Поезду предстоял ещё длинный путь, а детское воображение — изощренное оружие. Когда её вышвыривали из купе как побитого щенка, она, кажется, расслышала нечто про истинный страх и гигантских пауков. Говорил Поттер со знанием дела, так что у неё аж мороз по коже прошёл, когда она представила, что этот страшный маленький волшебник мог напридумывать. Магия способна создавать пауков? Очень даже может быть.

Но когда юная ведьма, закусив губу, уже собиралась вставать и идти на помощь, дверь в тамбур отъехала в сторону и внутрь вошла парочка высоких старшекурсников с синими галстуками и нашивками факультета Рейвенкло.

«Какие красивые...», — подумала Гермиона, неосознанно сравнивая себя с черноволосым волшебником и красноволосой ведьмой, которые весело болтали о чем-то между собой. Вспомнив, в каком виде она сейчас находится, она быстро шмыгнула носом, втянув соплю обратно, быстро утерла влажный нос рукавом, чтобы не позориться ещё больше. Её щеки пылали от смущения, а на глаза снова навернулись слезы. Она боялась, что её снова высмеют.

Парень мазнул по ней взглядом и неодобрительно покачал головой. Но без осуждения, скорее с лёгким сочувствием и пониманием. Сунув в зубы сигарету и подкурив от указательного пальца, словно от дула пистолета, он сунул руку в карман жилетки и, достав синий платок, молча передал его ей. Вышитый ворон факультета умников смотрел на неё с платка своим красным глазом, будто с лёгким укором.

Гермиона безмолвно приняла его, покраснев как маков цвет и склонив голову в благодарности, стараясь спрятать мокрые глаза за упавшей чёлкой волос. Парень дружелюбно улыбнулся и эта его улыбка вселила в неё чуточку уверенности. Не все люди плохие, напомнила она себе. Не все волшебники и ведьмы злобные твари. Вот прекрасный пример тому, что рано отчаиваться.

Прямо перед ней присела красноволосая красавица с вишнёвого цвета глазами, которые оказались как раз на одном уровне с ореховыми очами Грейнджер и смотрели так добро, участливо… понимающие. От её взгляда ей стало так уютно и спокойно на душе, как бывало только в присутствии её любимой мамы.

— Что случилось, малышка? Кто тебя обидел? Эти ушибленные на голову слизеринцы, кичащиеся своей кровью, как будто она чего-то действительно стоит, да? Понимаю, сама через это прошла... — чарующий тихий голос, который обволакивал, словно материнские объятья, ласкал её слух, разгоняя тревоги. Гермиона чувствовала, как отступает саднящая глубоко в груди обида, злость и раздражение. Маленькая доброта, проявленная в нужный момент может изменить… всё.

«Не может же быть, что она тоже через это прошла, да? Она такая красивая и милая… Неужели в лучшей школе магии таким отношением никого не удивить и это нормально? А как же великий светлый волшебник, директор школы? Он же должен защищать нас, его учеников… Взрослые, учителя, разве они не видят того, что творится?»

— Я… Там… — Гермиона всхлипнула и, не удержавшись, вновь разревелась. Её прорвало, словно плотину. Ей так хотелось выговориться и пожаловаться на все. Выплеснуть свое разочарование. И она все рассказала без утайки, доверившись красноглазой старшей ведьме.

— Ну-ну, — нежно гладила её по голове старшекурсница, делясь с ней своим теплом и пытаясь подбодрить, — всё хорошо, сейчас ты в безопасности.

Редкий дым стал рассеиваться, как только парень наконец добил свою сигарету и выбросил окурок в открытое окно. Теперь и он сосредоточил свое внимание на ней. Всё это время он слушал молча, но решил наконец взять слово.

— Запомни, девочка, то, что я тебе сейчас скажу. Нам с Кэрол таких советов никто не давал, поэтому для нас столкновение с реальностью было… болезненным и неожиданным. Но у тебя есть шанс избежать наших ошибок, раз уж новое поколение слизней решило нарушить негласное правило школы и начать травить первокурсников не дожидаясь начала следующего года. — Грейнджер перестала всхлипывать и сосредоточилась на красивом, но немного бледном лице парня, утирая слезы позаимствованным синим платком. — Не доверяй никому, особенно тем, кто просит верить ему на слово. Можешь и мне не верить, но выслушай до конца, — серьёзно посмотрел в её глаза брюнет. Гермиона словно завороженная смотрела в его тускло поблескивающие темным серебром чёрные омуты. Парень одобрительно хмыкнул, когда понял, что безраздельно завладел её вниманием и продолжил: — Даже не думай надевать обратно розовые очки, которые сегодня тебе уронили на пол недальновидные глупцы. Мир магии жесток, беспощаден и вообще не похож на сказку. Если только страшную. Читала когда-нибудь братьев Гримм? — дождавшись подтверждающего кивка кудрявой головы, парень продолжил свою речь. — Так вот, в этом жестоком и страшном мире важны только три вещи — личная сила, знания и умение ими распоряжаться так, чтобы получить все остальное, чего пожелаешь. Нет злой или доброй магии — есть только люди, во всем своём разнообразии. Не дай себя обмануть сладкими речами, запретами или говорящими названиями. В руках жестокого, но изобретательного волшебника магия света может выжечь глаза его назойливым врагам, а в руках сострадательного человека и проклятье мгновенной смерти может найти достойное применение, подарив быструю и безболезненно смерть страждущему ее. Как эвтаназия. Поставь изучение магии превыше всего, и ты не пожалеешь. Магия выше морали, выше законов, выше глупых запретов и ограничений, главное — не попадайся и будь осторожна. Магия опасна. Изучай все, что может пригодиться тебе в жизни сейчас и после выпуска. Не забудь уделить внимание и некоторой литературе, касающейся непосредственно твоей комфортной жизни в замке и изучи законы и лазейки в них. Тебя наверняка заинтересуют законы страны, а ещё рекомендую к прочтению общий дуэльный кодекс. Эти советы — всё, чем мы можем тебе помочь, девочка. Но даже это больше, чем мы когда либо получали. Поняла?

— Да. Большое с-спасибо вам. — Гермиона было протянула обратно платок, но парень скептически осмотрел промокшую ткань и отрицательно покачал головой, давая понять, что оставляет его ей.

— И последний совет, девочка. Твоя кровь, волосы и все остальное — брюнет многозначительно глянул на протянутый ему платок — серьёзное оружие, которое могут использовать против тебя же. Почитай о том, как накладывают проклятья и, что более важно для тебя сейчас, как от этого защититься.

Грейнджер была не глупой и умела быть благодарной, так что она встала и ещё раз поклонилась обоим старшекурсникам, которые, несмотря на свой богатый и ухоженный вид, явно не принадлежали к магической аристократии. Но хорошие манеры ещё никто не отменял, так что она совершенно искренне поклонилась, выразив свою признательность и пообещала самой себе, что обязательно отблагодарит их в будущем, когда представится такая возможность. Красноволосая тоже встала и одобрительно хмыкнула, прикрыв глаза.

— Т-там… Там ещё остался тот рыжий мальчик, ему тоже н-нужна помощь. М-может быть, вы позовёт старост? — пунцовея от своей наглости, все же нашла в себе силы Гермиона, которая искренне переживала за своего невольного попутчика.

— Какое воспитанная и добрая девочка. — насмешливо фыркнула спутница черноволосого парня, который так и не представился. — Беспокоишься о других даже в таком положении?

— Уммм. — тихонько пискнула девушка, когда рука парня легла на её макушку и растрепала непослушные каштановые волосы.

— Не бойся, сейчас я проверю твоего знакомого. Приводи пока себя в порядок, а то не дело это, в первый же день заплаканной заявляться в школу. У нас встречают по одёжке, как видишь. Нельзя показывать слабость перед стаей шакалов, а то они с диким гоготом порвут тебя на части и сожрут. Иди умываться, а Кэрол тебе поможет, да?

— Ага. Пойдём, малышка. — Кэролайн потянула маленькую ведьму за собой, приводить её в надлежащим вид.

Получив ранее объяснения от нервничающей и запинающейся девочки, Амос Санхайд направился в сторону вагона, местоположение которого и так прекрасно знал из-за своего шпиона-паука. Там все ещё резвилась стайка малолетних аристократов и тот, кто вроде бы должен был противостоять им, но решил выбрать другой путь и примкнуть к ним.

К сожалению для него, Амосу Санхайду это совершенно не понравилось, что означало начало больших проблем для одного слишком самоуверенного в себе первокурсника.

***

— Ты только посмотри, Драко, он так забавно хлопает ртом в немом крике. Жаль, что совершенно беззвучно! — Гарри Поттер со смехом, неспешно то подносил, то отдалял от лица бедного как смерть Рональда Уизли, трансфигурированного им паучка. Тот резво перебирал передними лапками, сидя на кончике его тускло светящейся волшебной палочки.

Рыжий мальчик только и мог, что в безвучном крике открывать и закрывать рот, когда лапки паука едва не касались кончика его носа.

Иногда Поттеру очень хотелось посмотреть что будет, если у него не получится удержаться и он все-таки сунет ему паука в широко раскрытый рот, но пока он не стал этого делать. Боялся, что рыжее ничтожество от страха так клацнет своими нечищенными зубами, что перекусит кончик его волшебной палочки. Это было бы глупо, так потерять свой концентратор прямо перед школой, так что пока он довольствоваться тем, что имел.

— Так сними с него проклятье немоты и насладись его певчим голосом, ха-ха-ха! — вторил ему своим смехом Драко Малфой, с которым оказалось на удивление легко найти общий язык. Остальные будущие слизеринцы тоже смеялись, одобрив шутку своего негласного лидера.

— Ну уж нет, мистер Малфой, боюсь, его вопли могут осквернить прекрасные ушки наших дам. — самодовольная ухмылка появилась на лице Гарри, когда он бросил лукавый взгляд в сторону Астории и Пэнси, которые, прикрыв рты своими нежными ручками, тихонько хихикали, с одобрением поглядывая на мальчиков, устроившим для них шоу.

«Пока они обе ещё мелкие, но через пару лет станут первокласными красавицами, и к тому времени я хочу заполучить себе их привязанность и сердца. Прости, Драко, но на любви как на войне. Ты пока ещё слишком мелкий, чтобы соревноваться со мной за женское внимание, а когда для тебя придёт время весны, будет уже поздно, хе-хе-хе. Потом нужно будет помириться с Грейнджер. Она тоже может вырасти красавицей, хотя пока что все ещё гадкий утёнок. Ну ничего, она отходчивая. Спасу её от тролля и можно считать, что она у меня в кармане.», — посмеивался про себя Гарри Поттер, мысленно облизываясь на будущие перспективы.

Он уже видел себя в окружении красавиц, наследником сразу четырёх древнейших фамилий, баснословно богатым и влиятельным Лордом, с наследственным местом в Визенгамоте и попечительском совете Хогвартса.

«Какой чертовски хороший сегодня день, однако. И приятные знакомства завёл, и от Петтигрю избавился, даже рыжего ублюдка проучил наперед. В фанфиках Уизли почти всегда были теми ещё гадами, подливали бедному Гарри зелья дружбы, любовные зелья и прочее, и прочее, так что я просто ударил на упреждение, чтобы рыжий держался от меня подальше. Вот и все. Даже в каноне, если отбросить предположения фанатов и домыслы фикрайтеров, Рон все время тянул парня на дно. Ленивый, безынициативный кусок говна. Завистливый предатель. Вот тебе ещё немного паучьих объятий, козёл! Ха-ха-ха.»

Тут дверь купе с шумом открылась и все уставились на фигуру высокого старшекурсника, застывшего в дверях с нечитаемым выражением лица. Он лениво осмотрел всех вокруг и остановил свой взгляд на молниеобразном шраме на его лбу, гордо выставленным на показ.

— Ну надо же, кажется я стал свидетелем детских шалостей младшекурсников, ах, какая ностальгия. Помнится, когда я был помладше, мы тоже так играли. — равнодушным тоном произнёс красавчик-брюнет, на которого весьма странно и с опаской смотрели сразу и Пэнси и Драко. — Я слышал, что в этом купе я мог бы найти знаменитого героя, Гарри Поттера. Хотел взять автограф для подруги. Но что-то я не вижу среди вас героя в сияющих доспехах, я ошибся?

— Ты ещё что за хе… — начал было говорить Крэбб, один из ближайших подручных Драко, который как раз держал Рона с левой стороны, пока его дружок, Гойл, держал Уизли с другой. Но внезапно его рот молниеносно зажала ладонь Драко Малфоя, прервав невысказанное оскорбление.

Это было довольно странно, так как Драко был не из тех детей, кто следит за своим языком, не говоря уже о чужих. Обычно, так и было.

— Ха-ха. Добрый день, мистер Санхайд, вы не ошиблись, здесь, с нами, действительно едет в школу сам Гарри Поттер. — Малфой кивнул в его сторону, при этом вежливо, но без особого энтузиазма улыбнувшись застывшему в дверях волшебнику. — Мои имя…

— Драко Малфой. Я знаю кто вы, мистер Малфой, но я удивлён, что вы знаете моё. — одна из угольно-чёрных бровей слегка приподнялась вверх, выражая лёгкое удивление.

— Ну что вы, у меня много друзей учится… в школе. Они много интересного рассказали мне о том, какие талантливые личности учатся с ними на одном курсе. — все ещё вежливо, но без всякого пиетета, вполне нейтральным тоном ответил блондин, пока остальные молчали. Но Гарри на секунду смог уловить его лёгкую нервозность. Больше никто не захотел представиться, кроме Драко, предпочитая молча наблюдать. Кроме, разве что, Паркинсон. Но она просто едва заметно кивнула брюнету и, получив ответный кивок, продолжила без зазрения совести рассматривать старшекурсника с ног до головы.

— Неужели?

— Кхм, да это я. Приятно познакомиться. Я Гарри Поттер. — все-таки решил вмешаться в этот странный диалог тот, о ком и велась речь. Гарри протянул руку и через несколько ужасно длинных секунд все-таки получил ответное рукопожатие. Почему-то у него от этого прикосновения засосало под ложечкой. Словно произошёл резкий отток маны, но она вся ещё была на месте, при нём. Но чего-то отток все-таки произошёл, но вот чего именно Гарри пока определить сразу не сумел. Лишь намного позже, перед сном, он увидит, что его удача просела на тысячу пятьсот пунктов за этот день. Хотя большая часть потерь зависела не от козней Амоса, на самом деле, но это уже немного другая история. — Мы уже как раз уходим, но я мог бы дать вам желанный автограф для вашей подруги, если у вас есть где расписаться. — предложил Поттер, решив ретироваться, избегая ситуации, где расклад неясен, а опасность неизвестна.

— Если вас не затруднит. Напишите, для Кэролайн. Она большая фанатка, знаете ли. — пояснил лучезарно улыбающийся парень, вытаскивая из сумки потертую книгу, обложку которой знал почти каждый ребёнок в Магической Англии. Сборник сказок о Мальчике Который Выжил… правда она была так затерта, будто кто-то использовал её как подкладку под комод.

Гарри Поттер поморщился, рассмотрев, где ему придётся расписаться, но все же решил не усугублять и закончить здесь поскорее. Мало ли, вдруг этот старшекурсник обидится и нажалуется старостам? Проще «купить» его такой простенький взяткой. Не пойдёт же он жаловаться на героя Британии, только что получив от него же автограф, не так ли?

— Конечно. — ручки или пера у него с собой как назло не было, так что он взмахнул палочкой, проговорил словесную формулу заклинания и трасфигурировал себе простенькую, но надёжную перьевую ручку. Размашистая подпись легла на оборот книги. Гарри вздохнул с облегчением, передав её обратно в руки странному парню.

— Мерси. Впечатляющая магия для вашего возраста, мистер Поттер. — с лица парня не сходила его притягательная и лёгкая улыбка, от которой, почему-то, по спине у Гарри прошёл лёгкий морозец. Он даже незаметно сглотнул слюну.

«Может, не следовало светить свой уровень трансфигурации ещё до первого урока?» — запоздало подумал Гарри, на которого с восхищением смотрели остальные его новые приятели и, что особенно приятно, девочки. «Ай, пофиг. И так сойдёт. Что мне станется? Я же герой целой страны. Мне все можно.»

— Ну, мы, пожалуй, пойдём тогда, да? — почему-то решил спросить разрешения Поттер, сразу же почувствовав себя неловко от этого.

Даже немного жалким, если говорить откровенно, как Уизли. Но этот странный тип оказывал на него какое-то незримое давление. Причём явно не только на него. Только недавно они чувствовали себя такими могущественными, распоряжаясь чужим будущим, а вот теперь почему-то, оказались в весьма неловком положении.

— Конечно-конечно. Я вас не задерживаю. — освободив проход, волшебник с лёгкой усмешкой наблюдал за спинами юркнувшими в проход мимо него, ядовитыми змейками.

Подождав, пока компания удалится достаточно далеко, Амос зашёл внутрь покинутого почти всеми посетителями купе и закрыл за собой дверь изнутри. В купе остался только он и забившийся в угол шестой сын семьи Уизли.

— Эй, парень… не хочешь отомстить? — склонившись над рыжим пацаном, завис на уровне глаз и задал свой вопрос Санхайд, уставившись своими чёрными безднами в перепуганные глаза ребёнка. Уже второго такого за этот день.

Гарри Поттер оступился, так почему бы… не подтолкнуть его в спину? В школе прямо сейчас учатся ещё трое старших Уизли, которые, как ни странно, очень ценят семейные узы, и даже если не всегда ладят между собой, то перед общим врагом они с лёгкостью отбрасывают внутрисемейные склоки и объединяются в единый кулак. И, помимо этого, они являются весьма талантливыми волшебниками. Каждый по своему. Поттер поступил весьма опрометчиво.

В каноне Уизли никогда не хватало должной мотивации, но это было лишь из-за его удачного положения лучшего друга знаменитости. Теперь он этого лишён. Его съедает зависть, обида, горечь, ревность, жажда мести — это все просто прекрасный мотивационный пинок под зад. Да, это все ещё Рональд Уизли, так что, может быть, я просто трачу свое время впустую, но… Почему бы и нет? Я ничего не теряю, направляя его обиду и гнев в нужное русло.

Гарри сам копает себе могилу, а я что? А я ничего. Просто подам ему лопату, чтобы копать удобней было.

***

— И что это такое было, Драко? Что за тип такой и почему мы сбежали поджав хвост? Он вообще знает, кто мы? — Надувшись задала вопрос Астория, когда они зашли в свое прежнее купе.

— Ну, это был Амос Санхайд — местная страшилка для непослушных молодых аристократов, дорогая моя Астория. И нам абсолютно точно не следует ссориться с этим больным на всю голову неадекватом, на которого и семикурсники не могут найти управу, периодически отправляясь в лазарет на длительный срок. А то и в Мунго. — Драко, устало плюхнувшись на сиденье, ответил на её претензию. — Мой уважаемый papа́ внимательно изучил досье всех учеников и выделил самых непредсказуемых и опасных из них для меня, как наследника. Тех, с кем лучше не связываться и держаться подальше. Как ты знаешь, на нашем роде висит родовое проклятье «единственный наследник», так что отец очень щепетильно относится к моей безопасности…

— Да ну. Я что-то не знаю его фамилии, и он хоть и выглядит и одевается весьма недурно, но явно не из аристократии или чистокровок. Непризнанный родом полукровка, максимум. — возразила Астория, пренебрежительно закатив глаза и отмахнувшись.

— Магглорожденный, если точнее. — ответила вместо Малфоя Пэнси Паркинсон. — Но не спеши сравнивать его с другими грязнокровками. Драко поступил абсолютно верно, избежав конфликта. Моя мама тоже предупреждала меня о нем. Мы, Паркинсоны, потомственные малефики, так что всегда держим руку на пульсе магического общества, следя за нашими конкурентами по тёмному ремеслу. Все таки проклятья — настоящий бич аристократов, так что нужно следить за другими малефиками, чтобы не оказаться в большой… беде. Вон, Малфой не даст соврать, каково это, постоянно ощущать на себе родовое проклятье… — накручивая на палец локон коротких, под каре, чёрных волос, излагала свои мысли Паркинсон. — И вот этот Санхайд… если его не грохнут сразу же после школы, конечно, имеет все шансы стать мастером проклятий. Он и сейчас наводит страх на большую часть знающих учеников, которые успели оттоптать ему ноги до того, как он набрал силу. Статус его крови будет играть куда меньшую роль, если он станет мастером. Санхайд не будет трогать нас, первокурсников, но он вроде только перешёл на пятый курс, а это значит, что у нас с ним будет ещё как минимум два года под крышей одного замка. Незачем провоцировать безумца, который и так проклинает чистокровных волшебников направо и налево, без оглядки на грядущие последствия. Тренируется на живых манекенах. Причём делает этот так, что не нарушает школьные правила.

— Ничего себе, какой страшный тип, — поежился Поттер, — а что Дамблдор?

— А что Дамблдор? — выплюнул Драко. — Старику абсолютно плевать на все. Хотя в душе он наверняка ещё и потешается над нами. Нас, чистокровных волшебников, тех, кто должен быть лучше грязнокровок во всем, прижал к ногтю какой-то грязнокровный выскочка без роду и племени. Хоть он и аномально силен, но не это раздражает в нем больше всего. Он лучше нас в темной магии! Какой позор. Грязнокровка превзошёл в темной магии нас, потомков… — Драко осекся, бросив взгляд на Поттера, — древних и благородных фамилий.

— И что же ты предлагаешь, Драко? — заинтересовалась Астория Гринграсс, успокаивающе положив руку на плечо разгорячившемуся оратору.

— Что-что, усерднее учиться и сделать упор на тёмную магию. — пробурчал Малфой, впрочем, успокаиваясь. Гарри завистливо посмотрел на покоящуюся на плече блондина ладошку миниатюрный красавицы. Ему не понравилось какие дружественные отношения были между Асторией, на которую он уже положил глаз, и Драко. — Мы не можем быть хуже какого-то безродного бродяжки.

— Звучит довольно интересно. — ухмыльнулся Поттер. — Я бы тоже с удовольствием изучил что-то новое. Меня всегда привлекали запретные знания. — Крестраж оставил ему много интересного после себя, так что он надеялся быстро занять лидирующие позиции в образовавшейся группе мелких аристократов. Ему совсем не улыбалась тусоваться в компании оборванцев Уизли или хоть и умной, талантливой и симпатичной, но безродной Гермионы. Он хотел большего, и он это получит, подмяв под себя детей своих бывших врагов, как ранее это сделал Том Риддл. У Гарри осталось несколько обрывков его воспоминаний, так что он с радостью позаимствует у него пару интересных приёмчиков по управлению коллективом высокомерных снобов.

Будущие слизеринцы переглянулись между собой и кивнули, единогласно приняв для себя какое-то решение.

— Хорошо, Поттер, ты доказал сегодня, что ты один из нас, так что мы с радостью приветствуем тебя в клубе тёмных искусств! — Торжественно произнёс Малфой.

— Что за безвкусное название? — Фыркнула Пэнси. — Давайте назовемся «Проклятыми чернокнижниками».

— Нет, слишком вызывающе и не соответствует действительности. Ты что, хочешь быть проклятой, или что? — возразила ей Астория. — Или, может, ты собралась призывать демонов? Да нас за одно название и подозрение в демонологии могут из школы выгнать. Давай что-то менее броское.

— Как насчёт «Клуб исследователей тайн арканы»? — сделал свой ход Поттер, лукаво улыбаясь и сложив руки домиком.

— А что, звучит неплохо! — подумав немного, решил Драко, а за ним покивали и остальные. Звучало и правда неплохо, а также ничего не намекало на нелегальную магию. — Значит решено.

— Замечательно. — посмеиваясь про себя, мысленно потирал руки Гарри Поттер, уже предвкушая свой триумф.

«Скоро, уже скоро я смогу незаметно перетянуть покрывало лидерства на себя, оставив Драко в дураках, заполучив себе и девчонок, и влияние, и управление клубом, и его пешек. Просто замечательно.»

Всех с наступающим Рождеством!

Да благословит вас магия)

Глава 15 Запах магии и слишком предсказуемое распределение

Глава 15 Запах магии и слишком предсказуемое распределение

«Ха, да сегодня просто праздник какой-то. Первое столкновение с Поттером и наставление его несбывшихся друзей на путь истинный прошли крайне успешно. Лопух ещё даже не понял, как сильно он попал, хе-хе. Какая ирония, попаданец и попал. Забавно, если подумать. Так ещё и троица идиотов все-таки выбралась из сортира и, дождавшись меня на выходе из вагона, бросила мне вызов на дуэль в следующую субботу. Не зря я решил дать им время и подождать в вагоне. Магнифик. А уж как вытянулись их помятые лица, когда им сразу же назначили ещё одну дуэль, но уже за честь дамы сердца. Не я, разумеется, а тот аристократ, что попал в цепкие объятья Кэролайн. Как его там… настолько незначительная переменная, что я, кажется, даже забыл узнать его имя. Смысла исправлять это уже не вижу. Скоро он потеряет всякую ценность в любом случае. Кэрол, после того как успокоила Гермиону, отправилась нашептать ему на ушко последние новости и как её чуть ли не изнасиловали прямо в поезде. Кэрол может быть очень убедительна, когда начинает драматизировать и играть, у неё настоящий талант. И, конечно же, ее бравый рыцарь отправился защищать честь дамы, невзирая на последствия. Идиот влюблённый. Ох, какой же это будет скандал. У Шарпхарт получилась отличная комбинация, где аристократы воюют с аристократами, а ей даже руки пачкать не нужно. Сиди себе в сторонке да чай попивай. Самое смешное, что не важно, победит он или нет (хотя я, может, ему и подсоблю немного, оставив троице вырожденцев парочку отсроченных проклятий после своей с ними дуэли. Они активируются уже на их следующей дуэли с их собратом по разуму и станут крайне неприятным сюрпризом для них), но в бедолагу-ловеласа вцепятся все благородные, включая и его родителей. Может быть, его даже лишат наследства и выгонят из рода. Ведь это же такой казус — аристократ защищает честь грязнокровки, ха! Где это видано?! Да уж, любовь и страсть действительно ослепляют. Вот он, наглядный пример, который заставляет задуматься и с опаской оглядываться на собственные привязанности. Страшная у меня конечно подруга, бррр. » — мысленно скалясь и потирая руки в предвкушении хаоса, интриг и скандалов, я брел в сторону карет, запряженных фестралами.

Это такие хищные летающие коняшки, которых можно увидеть, только если раньше встречался со смертью. Эти милые порождения коллективного ночного кошмара всех любителей мультиков серии «Май литл пони» отличались крайней худобой, черным окрасом шелковистой шкуры и огромными перепончатыми крыльями, как у летучих мышей. Голова куда больше напоминает драконью, а уж в пасти… такой набор клыков и бритвенно-острых зубов мог бы посрамить и вполне себе настоящего молодого дракона.

На фоне черной лоснящейся шкуры и роскошной гривы, блеклыми звездами в ночном небе выделялись их затянутые белоснежной дымкой глаза. Эти милые создания умели смотреть в саму душу, не иначе. Правда у этих «лошадей» довольно мрачная слава — по мнению многих волшебников, фестралы очень несчастливые создания, полные грусти и меланхолии… но это все херня.

На самом деле в магической Британии тяжело найти живых существ (а они все-же живые, несмотря на мнение некоторых неучей, обзывающих их нежитью) более довольных своим неспешным бренным существованием, чем фестралы.

Вот уж кто действительно умеет получать наслаждение от размеренной жизни, так это они. Всем бы у них поучиться…

Откуда я так много знаю об этих волшебных созданиях? Все очень просто. Они живут у нас в Запретном лесу, а я там частый гость, ведь ингредиенты сами себя не соберут. Так что не только Хагрид подкармливает их, но еще и один тёмный маг. Должен ли я говорить, что просто в восторге от них?

Чертовски умные и преданные, довольно дружелюбные, а главное — очень полезные создания, с которыми у меня образовались крепкие дружеские отношения после одного знаменательного события два года назад.

Началось все с того, что, однажды, собирая травы и некоторые… материалы, для своих экспериментов, я нарвался на патруль проклятых кентавров и получил стрелу… к счастью, не в колено, но все равно неприятно.

Зазубренный наконечник обломался, так что было просто так не вытащить, и было дико больно, а кровью тринадцатилетний Амос истекал весьма споро. Не получалось нормально заживить рану из-за магической составляющей наконечников стрел конетрахов, так что все могло бы закончится весьма плачевно и сейчас меня бы и вовсе не существовало, если бы на запах крови не пришло семейство фестралов.

Именно они притащили полумертвого Амоса к хижине Хагрида, где великан наскоро обработал раны и доставил пострадавшего ученика в медпункт. Одна из причин, кстати, почему и я, и Амос-прошлый положительно относились к леснику.

Но больше всего, разумеется, благодарность заслужили умные магические создания.

Оправившись, Амос набрал побольше тухлого мяса (их любимого лакомства), заготовленного заранее, и отправился в лес, благодарить за спасение. Угощение было принято благосклонно, а потом это вошло в привычку, подкармливать своих четырехногих друзей. Сразу всю эту хищную стаю. Хотя у меня были любимчики, как без них? Кто-то котят подкармливает, а я вот плотоядных летающих коней.

Они в ответ на доброту позволяли мне брать у них немного своих волос с гривы и, иногда, даже чуточку своей крови. Ценнейший реагенты для зелий, кстати. Как кровь единорога, но с противоположными… эффектами. Если кровь единорога была лучшей для лечащих зелий, то кровь фестралов была идеальной для создания всяких темномагических ядов или заготовок для тёмных ритуалов. Кровь всегда была важнейшим их компонентом, как бензин для мотора. А их кровь это премиум-класс, смешать десять к одному с моей собственной — и ритуал с большей долей вероятности увенчается успехом.

— Ну здравствуй, Крио, — я подошёл к грациозному фестралу — моему старому знакомому и другу. Тому, кто за шкирку потащил меня через весь запретный лес и спас жизнь, — и ещё один год у нас с тобой впереди, да? — я достал из сумки герметичный пакет с тухлым мясом внутри и разорвал его, подбросив в воздух перед мордой худющего существа. По нему сразу видно, что ему не помешает поесть. Вон, кожа да кости. Хотя это нормальное состояние для их вида. Но дорогая мраморная говядина всегда ценилась им больше всего.

С громким клацаньем зубов в пасти существа мгновенно исчезло угощение. Мой друг быстро прожевал его и сглотнул, благосклонно склонив голову, позволяя погладить себя по густой черной гриве и шикарным крыльям взамен на угощение.

Черт, я тоже себе такие хочу. Крылья, я имею ввиду. Клыки у меня, благодаря волку внутри, и так ого-го могут быть, стоит захотеть. А вот крылья — несбыточная мечта любого человека, что стремится к вершинам. Метафорически или не метафорически. Лично я хотел получить все, ведь я очень жадный.

Впрочем, могущественные и талантливые волшебники вполне могут позволить себе самый настоящий полет и без крыльев. Конечно, это удел считанных единиц, но я все ещё считаю, что у меня хорошие шансы освоить полноценный полет, как сделал Темный Лорд в свое время. Чем я хуже? В крайнем случае — есть боевая аппарация, которую изучить многим проще, хотя она и ограничивает использование магии в процессе применения.

Кэролайн тоже достала припасенный кусок тухлого мяса из своей женской сумочки и несмело протянула угощение гордому созданию.

Тот оценивающе посмотрел на неё, потом перевёл вопросительный взгляд на меня и, дождавшись моего одобрительного кивка и ободряющей улыбки, наклонился и длинным шершавым языком слизнул с ладошки девушки подарок. Честное слово, как обычный конь слизывает кусочек сахара с ладошки. Забавно.

Кэрол в лесу была нечастым гостем, так что и с фестралами виделась редко, и далеко не всех из них знала «в лицо», чем и была обусловлена её нерешительность и даже некая робость. Да что уж там, она даже различать их полноценно еще не научилась. Хотя ладно, для этого нужен богатый опыт общения, как у меня или у Хагрида.

Что забавно, они, как и пегасы, очень даже не против употребления хорошего алкоголя, так что можно будет как-нибудь попробовать выпить с ними за компанию. Собеседники из них, конечно, не очень, зато слушают и кивают они всегда с очень умным видом, так что это был бы весьма интересный опыт.

Начиная с этого года уже можно будет чаще таскать подругу с собой в Запретный лес, участвовать в моих авантюрах, экспериментах и сборе ингредиентов. Она вполне может постоять за себя, да и инферналов у меня там уже вполне достаточно накопилось, чтоб чувствовать себя в относительной безопасности.

С парочкой личных мертвых акромантулов она может гулять на опушке вполне спокойно, и даже немного углубляться в чащу леса самостоятельно. Теперь это патрулям кентавров стоило бы беспокоиться о встрече с нами, а не наоборот. Я знал, что этот момент рано или поздно настанет, но, Мордред, как же приятно быть наверху пищевой цепочки, а не прозябать у её подножья.

— Красавчик, — с наслаждением девушка принялась гладить перепончатые крылья фестрала, — какие же они все-таки милые. Эх, жаль что они такие свободолюбивые и стайные. Так хочется своего собственного фестрала…

— Это да. Пока ты не дергаешь их за хвост и не пытаешься навредить им или их стае, то они те ещё добряки. В ином же случае… Ну, остроту их зубов ты сама видела, а их шкуру практически невозможно пробить обычными заклинаниями или оружием. Фестралы не относятся к высшей категории опасности только из-за своего спокойного и добродушного нрава. Иначе они бы точно входили в пятую категорию, как драконы или мантикоры. А так, они всего-то четвёртого уровня опасности, ха.

Так мы и стояли, наслаждаясь ощущением бархатистой и прохладной кожи крыльев и струящейся между пальцев гривы Крио, пока другие ученики неспешно занимали места в идентичным нашей, открытых каретах.

Некоторые ученики пытались повторить наш подвиг и погладить фестралов, но клацнувшие у самых кончиков пальцев челюсти охладили их пыл. Когда нужно, они могли напустить жути.

Фестралы не те существа, что позволяют гладить себя кому попало. Они те ещё переборчивые гордецы. Как гиппогрифы. Нет, даже хуже. Им мало одного лишь проявленного уважения.

Самые наблюдательные и умные пытались всучить им тухлое мясо, как это сделал я, видимо загодя ознакомились со справочником по магическим существам авторства Ньюта Саламандера, но гордые существа отказывались принимать подачки, крутая мордой из стороны в сторону, как дети, которых родитель пытаются накормить овощным пюре. Только у тех, кто заслужил их доверие и дружбу, они принимали подношения. Фестралы были весьма переборчивые и в плане пищи.

Многие молодые волшебники и ведьмы их и вовсе не видели, но нужно отдать должное, почти все они понимали, кто тянет их повозки. Невеждам же объясняли, что далеко не все волшебники могут найти с ними общий язык, или даже просто увидеть.

— Воистину прекрасные создания! — раздался у меня за спиной невинный девичий голосок, от которого я невольно вздрогнул, а по спине прошёлся холодок. Давно ко мне никто не подкрадывался со спины так, что я даже на таком близком расстоянии ничего не ощущал. — Можно его погладить?

Я медленно повернул голову, покосившись себе за плечо, силой воли подавляя желание и инстинкты выхватить палочку и проклясть опасную ведьму, подкравшуюся к кому-то вроде меня так же незаметно, как элитный ассасин к беспечному стражнику.

С добродушной и невинной улыбкой передо мной стояла миниатюрная девочка с серебристо-белыми волосами и кукольным личиком. В ушах у неё были милые серебряные серёжки в форме редисочек, а в её глазах на бледном утонченном лице в темноте отражался потусторонний серебряный свет полумесяца луны.

Несомненно, это была Луна Лавгуд. Я сразу это понял, хотя мы никогда не встречались до этого, а внешность её хоть и походила на её киношную версию в миниатюре, но имела ряд серьёзных отличий. Интуиция подсказала мне, с кем я имею дело. Но я не мог понять, что она делает здесь? Первачков уже давно увёл с собой Хагрид, ведь их путь в школу пролегал по зеркальной глади Чёрного озера, на лодках, а не в запряженных фестралами каретах.

Впрочем, учитывая её навыки бесшумного передвижения и скрытности, у меня есть предположение, как она смогла ускользнуть из-под надзора лесника. Хагрид был хорошим охотником, егерем и следопытом, но очень плохой нянькой, так что пересчитав «цыплят» единожды, в самом начале, наверняка на этом и успокоился.

— Попробуй, если осмелишься, — ответил я, с интересом изучая девочку, улыбнувшись ей уголками губ. Кэрол тоже молча разглядывала её, недовольно поджав губы. Я заметил в её руках крепко сжатую волшебную палочку. Видимо, она тоже не обрадовалась тому, что её застали врасплох. Обычно в наших реалиях быть застигнутым врасплох — смерти подобно.

— Уммм. Благодарю. — Луна Лавгуд подошла к разглядывающему её Крио и сделала забавный, вычурный реверанс, не разрывая с ним зрительный контакт. — Мистер фестрал, я могу погладить вашу гриву и, возможно, заплести пару небольших косичек?

Я прикрыл рукой глаза в фейспалме, пытаясь подавить ухмылку. А у неё есть чувство юмора. Она ведь пошутила, да? Или нет? Не могу понять. Она выглядела очень серьёзно, так что я не мог в точности определить, изволит ли девочка шутить. Косички… Может, ещё и полевых ромашек в гриву заплести ему тогда? Фестрал лишь насмешливо фыркнул, но голову слегка наклонил, отвечая на приветствие и давая свое согласие на поглаживание своей макушки и гривы. Надеюсь, только на это.

— Мерси! — девочка ярко улыбнулась и принялась с упоением наглаживать плотоядного хищника. Пускай и дружелюбно настроенного к детишкам. Мы с Кэрол могли лишь молча наблюдать, цокоя от удивления языками и недоуменно переглядываясь. На моей памяти Крио давал погладить себя разве что Харгриду. — У меня с собой нет для тебя угощения, но я могу принести тебе яблочко позже, хорошо? Или, может быть, сахарок? — приговаривала она, доверчиво заглядывая в его большие умные глаза. Фестрал неопределённо фыркнул, млея от проявления ласки со стороны этой странной девочки.

— Кхм, тогда лучше принеси ему гнилое и червивое яблоко. Сладкое они терпеть не могут. У этих магических существ весьма специфические вкусы. — решил дать совет с высоты своего опыта. Чего я только не перепробовал, прежде чем определил, что ещё кроме тухлого мяса нравится моим крылатым друзьям.

— Благодарю за совет. Меня зовут Луна. Луна Лавгуд. У вас такая… лунная аура, мистер. Мне она нравится. — подняв на меня взгляд своих серебристых, под стать волосам, глаз, молвила девочка, наконец-то оторвавшись от занимающего все её внимание Крио. — Напоминает мне свет полной Луны, пробивающийся через плотные кроны вековых деревьев Запретного леса. А как вас зовут?

— Амос Санхайд. А мою подругу — Кэролайн Шарпхарт. — Я старательно удерживал лицо, чтобы не скривиться из-за её проницательности, мысленно повторяя как мантру, что это нормально. Талантливые волшебники и ведьмы могут ощущать ауры и магию существ, принадлежащих волшебном миру. Правда, не в таком возрасте, да и я, вообще-то, вроде как глубоко спрятал присутствие в своей ауре магии проклятой Луны́.

Каждый из нас, «чувствительных к магии», интерпретирует то, что чувствует, по своему. Кто-то визуализирует ауру и магию других, создавая у себя в голове образы с помощью своего воображения, кто-то ощущает её на вкус, кто-то познает её через запахи, а кто-то и вовсе буквально кожей ощущает, через осязание. Как при синестезии, когда люди видят запахи, слышат цвета, и даже цифры имеют свои оттенки. Так нам проще интерпретировать новые для себя чувства, недоступные обычным людям.

У каждого человека «привкус» разный. Уникальный, как код ДНК или отпечатки пальцев. Лично я сам с недавних пор использую градацию вкуса, как можно было догадаться. Тот сдвоенный ритуал повлиял на моё мироощущение.

Какая ирония, откат от одного из них, того, что защитил меня от воздействия сыворотки правды, должен был отнять у меня вкус, но вместо этого теперь позволял мне более детально разбирать на составляющие ощущения от чужой магии и интерпретировать их на свой лад. Я буквально распробовал магию на вкус.

К примеру, если сосредоточиться на своих ощущениях, то магическую суть стоящей рядом Кэролайн я ощущал на языке как хорошее сухое вино с металлическим привкусом, более присущим крови, и лёгкими нотками белого шоколада и жасмина.

Фелисити «на вкус» была словно черника или клюква в глазури и сахарной пудре, с примесью терпких медовых сот. Сладковато-кислый вкус с медовой горчинкой, идеально подходящих к чаю сладостей. Моих любимых, кстати говоря. Стоит об этом подумать на досуге. Пугающая совместимость даже в таких мелочах начинала немного пугать, хотя раньше я об этом даже не задумывался. Как бы однажды я не проснулся после попойки где-то в Вегасе, с жутким похмельем, очень женатым волшебником, с сопящей во сне Фелисити Санхайд под боком.

Так к чему это я?

У Луны Лавгуд была самая необычная магия из всех встреченных мною до сих пор. Нечто такое, из-за чего мои вкусовые параллели отказывались проводиться как положенно, а асоциативные цепочки сбоили, отказываясь помогать мне в этом нелёгком деле.

Это было просто слишком абстрактно, эфемерно, необычно. Будто я переключился на другой спектр восприятия. Тактильно-вкусовой. Я никогда не пробовал на вкус нечто подобное, из-за чего сейчас не мог понять, что это я такое ощущаю.

Будто на язык попал тёплый лучик утреннего солнца, а лёгкий ветерок опустил на него опавший лепесток цветущей сливы. Как вообще описать такой вкус нормальным языком? Непонятно. Но интересно. Нужно изучить этот феномен.

Каковы солнечные лучи и осенний ветерок на вкус? Безвкусны? Ладно ещё лепесток сливы, хотя и он, кажется, не обладает каким либо вкусом, но это не так. Лишь вначале. Немного распробовав его, я все-таки смог ощутить чистый природный привкус магии. Сейчас я уже успокоился и постарался запомнить это воздушное, практически неосязаемое и светлое присутствие.

Неудивительно, что я её не почувствовал. Она как легкий бриз или солнечный луч, нечто столь естественное, природное, что на это даже не обращаешь внимания, пока не подумаешь об этом. Как очередная капля воды попавшая на лицо во время дождя.

Так вот какая она, магия света «на вкус»? И ещё немного магии природы, которую распознать было куда как легче. А вот магию света мне не с чем даже сравнить.

Магия тьмы лишь оттеняла вкусы, дополняя их, как специи, но не более. Впервые с таким сталкиваюсь.

Обычно тёмную магию и светлую называют абсолютными антиподами, но что-то я не ощущаю отторжения к той, что привыкла использовать свет. Скорее даже напротив. Похоже, магия света — страшная штука, способная пассивно положительно располагать к своему носителю и действовать умиротворяюще на тех, кто способен её чувствовать. Удивительно. Причём это не негативный эффект, не баг, а фича. Странные ощущения.

Кстати говоря, нужно будет потом спросить у подруги о том, что она сама почувствовала от Лавгуд. Она ориентируется на «запах магии», так что может быть у неё получилось уловить нечто, чего не смог определить я, спасовав перед чем-то принципиально новым, неведомым. Так сказать, обьеденим усилия.

— Мисс Лавгуд, что вы здесь делаете? Первокурсники должны были отправиться вместе со своим сопровождающим другим путем. — поинтересовался я, когда мне надоело просто разглядывать спокойно поглаживающую одной рукой фестрала странную девочку.

— Я заснула в купе, а когда проснулась, то просто покинула вагон и последовала за другими оставшимися волшебниками. Я не сразу поняла, что меня окружают только более старшие ученики, ведь была занята осмотром достопримечальностей, — как ни в чем ни бывало ответила она, виновато улыбаясь.

— Достопримечательностей? — наконец подала голос заинтересованая Кэролайн.

— Да. Ну, знаете, я ведь здесь впервые. Мне все интересно. Хогсмид, Запретный лес, станция, кареты, запряженные фестралами, люди…

«Как можно было проспать единственную остановку? Хороший вопрос. С её любознательностью… Что-то не сходится. Она должна была весь путь до Хогсмида просидеть у окна, любуясь видами. Я вот первый раз просидел, помнится.» — пришла мне в голову мысль.

— Ясно. Ничего не поделаешь. Видимо, вам не удастся насладиться отражением огней Хогвартса на водной глади Чёрного озера в этом году. — Шарпхарт, прикрыв глаза, тряхнула головой и улыбнулась, видимо припоминая свой собственный первый взгляд на древний замок в отражении зеркала воды. Тёплые жёлтые огни замка перемешивались в воде с холодными огоньками звёзд, рисуя воистину завораживающую картину. Но Луна Лавгуд ещё раз доказала свою проницательность, ухватив подсказку Кэрол за хвост.

— Обидно. В таком случае в следующем году я последую за первокурсниками и наслажусь этим великолепным зрелищем сполна, — приложив пальчик к подбородку, кивнула своим мыслям Лавгуд, — видимо, это важная часть ритуала посвящения новичков.

— Это… Возможно. — немного задумавшись, ответил я, почесывая подбородок. Действительно, почему бы и нет? Не слышал никаких запретов по этому поводу, а в правилах школы об этой традиции и вовсе ничего не оговаривалось. Это было не официальное, но устоявшееся мероприятие.

— Замечательно! — ярко улыбнулась блондинка, заложив руки за спину, забавно покачиваясь на носочках вверх и вниз. — Тогда я могу поехать в этой карете, да? Всегда хотела полетать в карете, запряженной фестралом, как принцесса!

— Не думаю, что принцессы используют для этого фестралов, но да, нынче вам придётся отправиться в школу именно таким образом. Однако, я бы рекомендовала вам выбрать другую карету, — вздохнула Кэрол, сама тем временем забираясь в нашу.

— Почему же? Кажется, здесь не занято. Карета большая, места много, а я ещё совсем маленькая, много места не займу, — удивилась девочка, хлопая длинными ресницами, надув свои щёчки, как маленький хомячок.

— Из-за нашей репутации, которая и твою подпортить может, — пояснил я, тихонько посмеиваясь про себя, но пока не спеша залезать в карету. Люблю пугать новичков. Посмотрим как она отреагирует. Я натянул на лицо одну из своих самых жутких улыбок и выпустил наружу немного своей магии с отчётливой примесью тьмы. Глаза блеснули в темноте красновато-оранжевым отливом. Я зашипел, пародируя одного едкого, как кислота, профессора зельеварения, наклонившись к ней поближе, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Мы не только маглорожденные, но ещё и очень-очень тёмные, страшные маги и вообще, чуть ли не людоеды. Мы — подлинная страшилка Хогвартса. Мы — ужас воплоти. Можем и съесть беззащитную первокурсницу, подсевшую к нам в карету, понимаешь?

— Да? Ну, не знаю. Вы не кажетесь мне плохими людьми, только немного уставшими. Да и других учеников здесь полно. Вы же не будете нападать на эту самую беззащитную первокурсницу при стольких свидетелях, да? — хитро прищурилась Луна, полностью игнорируя мой оскал и злобное выражение лица. Серебристые зрачки глаз даже не дрогнули, хотя я специально давил на неё своей аурой и ментальным давлением. Она заслужила ещё одну каплю моего уважения и интереса. Не только её магия была необычной, но и она сама.

Ладно, я признаю, что немного переигрываю, но суть была не в том, чтобы напугать её, а для того, чтоб отвадить девочку от нашей тлетворной компании, намекнув на возможный остракизм со стороны других чистокровных волшебников и ведьм, как она. Но в глазах у неё плясали лишь смешинки и непонятная мне решимость. Вот же неугомонная особа. Бесстрашная. Ладно. Ладно, может быть…

— Кто знает?

— Я! — уверенно заявила мелкая пигалица и нагло попыталась залезть в карету, из которой с долей интереса за нашим разговором продолжала наблюдать Шарпхарт.

Ступеньки были не предусмотрены конструкторами, так как кареты были рассчитаны на более взрослых пассажиров, вот Лавгуд и слегка забуксовала, не в силах подтянуться на своих тоненьких ручках и забраться внутрь. Её оттягивала назад тяжёлая на вид сумка через плечо, из-за чего она бессильно зависла на пол пути к пафосному успеху. Забавная картина.

Я устало вздохнул и помассировав виски, подхватил пискнувшую девочку руками за худую талию, подсадил её к нам в карету, а после и сам забрался следом. Нужно было выдвигаться побыстрее, пока к нам не набились ещё нежданные пассажиры. Мне и одной Лавгуд, свалившейся на голову как первый снег, хватает.

— Благодарю покорно.

— Не за что. Ты ещё успеешь пожалеть, что села в нашу карету, — хмыкнул я. Мисс Лавгуд сама выбрала отчуждение, хотя наверняка ещё не до конца поняла это. А я ведь предупреждал. Ладно. Что уж теперь поделать? Не выгонять же её? Может быть, с её-то характером, она бы все равно не нашла себе друзей, как было в каноне. Слишком доверчивая, наивная и добрая. Хогвартс её сожрет с потрохами. Было бы жалко. Этому месту не помешал бы хоть один единственный лучик солнца.

— Я так не думаю, — уверено заявила эта особа, вызвав у меня очередной тяжёлый вздох. Тяжело быть взрослым и знающим.

— Ладно, Крио, полетели. Будь добр, доставь нас к замку с ветерком и используй тот маршрут над гладью Чёрного озера и с дополнительным кругом вокруг замка, ладно? С меня причитается. — Я подмигнул Лавгуд, у которой начали расширяться глаза от осознания моего величия и щедрости. — Раз уж мелкая пигалица пропустила свой первый заплыв к Хогвартсу, то хотя бы такие приятные воспоминания ей оставим напоследок, что думаешь? — вот и ещё один плюс дружбы с этими созданиями.

Крио не стал ждать, пока все ученики распределятся по своим экипажам, чтобы всем вместе отправиться к замку, а прислушался к моей просьбе и, осуждающе фыркнув пару раз, скорее чисто для галочки, взял разбег и взмыл в воздух, утянув за собой нашу карету.

Ночь пронзил довольный девичий визг, сменившийся радостным хохотом, полным детского восторга от первого полёта.

«Может быть, иногда неплохо побыть и добрым, разнообразия ради.» — моё и без того хорошее настроение улучшилось ещё немного.

***

Гермиона Грейнджер нервно ёрзала на неудобной табуретке посреди большого зала Хогвартса. Её смущали многочисленные взгляды учеников, ожидающих вердикта распределяющей шляпы на её макушке. Даже тысячи летающих свечей на фоне ночного неба не могли отвлечь её мысли от сложнейшего в её жизни выбора. Даже мысли о том, куда девается воск и не падает ли он на головы ученикам и преподавателям под конец ужина, когда догорают свечи, более не отвлекали её.

Она прикрыла глаза и прислушалась к бормотанию старинного артефакта Основателей. Девочка размышляла о том, где она сама хотела бы оказаться, куда пролегала извилистая дорожка её пути.

Точно не Слизерин подумала она, на что шляпа мгновенно с ней согласилась, признавал её правоту.

Не Гриффиндор. Следующим отпал факультет львов. Шляпа вопрошала, почему так, на что получила обстоятельный ответ. Гермиону привлекали знания, магия, учёба. Её мало интересовали безумные подвиги и граничащая с глупостью храбрость представителей алознаменного факультета. Хотя, судя по слухам, на факультете львов легче всего образовывались нерушимые дружеские связи. Но Гермиона была слишком практичной, чтобы полагаться лишь на слухи. Она уже обожглась с Гарри Поттером. Уж если даже многочисленные книги о нем могли лгать, то что такое обычные слухи? Нет, Гермиона теперь доверяла только собственным глазам и опыту.

Барсуки? Хороший выбор, действительно, очень хороший, судя по её личным наблюдениям и собранным данным, ведь больше всего Гермиона нуждалась как раз в друзьях… Да, в людях, что могли бы прийти к ней на помощь в трудную минуту.

Она давно мечтала об этом, став изгоем и одиночкой ещё в обычной школе. Иногда быть слишком умной не так хорошо, как может показаться на первый взгляд. Очень заманчиво, но… она сжала в руках синий платок с вышитым красноглазым вороном на нем. Она очистила его заклинанием и теперь гордая птица вновь вернула свой лоск.

Грейнджер провела пальцем по чёрным перышкам на крыле ворона и мысленно сделала свой идеальный выбор. Все, что она хотела, она могла получить на факультете воронов при должном старании.

Шляпа приняла её выбор и похвалила за очень разумный и расчетливый подход.

— Рейвенкло! — гордо продекламировала шляпа, а Гермиона на негнущихся ногах, деревянной походкой направилась к столу своего нового факультета, где бушевали приветственные овации.

Там она видела улыбающиеся лица двух старшекурсников, что хлопали вместе со всеми, подбадривая её. Тех самых, что помогли ей в минуту слабости. Как они и говорили, знания — сила. А сила была нужна ей, чтобы постоять за себя и отстоять свои принципы и взгляды, создать нерушимые узы с теми, кто примет её такой, какая она есть. Но она не хотела быть обузой, так что ей были нужны магия и знания, да.

Какой факультет был бы лучшим выбором для постижения магии, чем факультет умников, где деканом с давних времен был заслуженный магистр чар? К тому же… она верила, что там она сможет найти те поддержку и понимание, о которых мечтала.

Дальнейшее распределение проносилось мимо неё стремительно, будто в тумане. Вот рядом с ней уселась улыбчивая среброволосая девочка, на которую странно поглядывали остальные ученики. Её глаза светились такой жизненной силой и весельем, что невольно заставили и её улыбаться и крутить головой в поисках чего-то интересного и волшебного. Борода директора Дамблдора с заплетенными в неё колокольчиками, например, очень её заинтересовала.

Вот на Гриффиндор распределили Рональда Уизли, которого алый факультет встречал с распростертыми объятьями, а вот на Слизерин поочерёдно отправляется вся компания её обидчиков, включая и Гарри Поттера.

Это вызвало нешуточный переполох и странные перешептывания как среди студентов, так и среди преподавателей. Кажется, от него ожидали иного выбора, но Гермиона уже знала, что «герой» умеет неприятно удивлять окружающих, так что даже бровью не повела.

«Слава Мерлину, хоть не в Рейвенкло. Не придётся терпеть его надменную рожу на всех уроках.» — подумала она, с нетерпением ожидая начала пира. В животе начинало немного бурчать.

Поттер был последним, так что хмурый директор Дамблдор быстро хлопнул в ладоши и столы стали ломиться от яств. Его глаза-льдинки неотрывно следили за ерзающим на своём месте Гарри Поттером, тщетно пытавшимся скрыться за спинами старшекурсников змеиного факультета. От глаз директора веяло такой обжигающей силой, что Гермиона невольно отвела взгляд. Даже от косвенного влияния ей становилось дурно, а что на себе испытал Поттер, к которому и было приковано внимание могучего чародея, она даже не представляла. Тем более внимание остальных преподавателей тоже сосредоточилось именно на Мальчике Который Выжил.

Гермиона неспешно наложила себе полную тарелку и принялась за трапезу. Она знатно проголодалась, ведь ничего не ела с самого утра. Рядом с ней подобным же образом поступала и её новая однокурсница с необычными серебристыми глазами и волосами.

— Ты не передашь мне утиный пирог, пожалуйста? — поинтересовалась она, когда заметила на себе изучающий взгляд Гермионы.

— Конечно. — Грейнджер попыталась дружелюбно улыбнуться, но из-за волнения получилась лишь кривая пародия на доброжелательность. Впрочем, её соседка не обратила на это никакого внимания и ярко улыбнулась в ответ.

— Меня зовут Луна, а тебя?

— Гермиона.

— Какое необычное имя. Мне нравится. Скажи-ка мне, Гермиона, ты когда-нибудь видела нарглов?

— Не думаю. Это на какой странице бестиария?.. — Гермиона нахмурилась. Пробел в знаниях необходимо было срочно закрыть, чтобы не позориться на первых же уроках. Ей ещё многое предстояло узнать о магическому мире. К счастью, Кэролайн оставила ей список побочной литературы, обязательной к изучению.

***

Альбус Дамблдор хмуро разглядывал серебристые магические приборы и артефакты на своём письменном столе. Они показывали ему одно, но сам, лично, он сегодня увидел совершенно иное.

На лбу у него образовалась парочка глубоких морщин, как предупреждение всякому, что директор сильно не в духе. За очками-половинками синим огнём горели наполненные огромной магической силой глаза.

Фоукс, его феникс-фамилиар настороженно поглядывал на взбешенного волшебника, что глубоко ушёл в свои мысли, что и спасло пока его кабинет от стихийных разрушений — проявления его ярости. Феникс давно не видел своего хозяина в состоянии настолько глубокой, холодной как бездна, ярости, и был благодарен судьбе за то, что фениксы в принципе бессмертны.

Даже если магия Дамблдора пойдёт вразнос и он случайно убьёт Фоукса магическим выбросом, тот все равно восстанет из пепла. Но приятного в досрочном перерождение все равно было мало, так что Фоукс, бочком-бочком, перебрался на самый краешек своей жердочки и задумчиво поглядывал на приоткрытое окно кабинета. Портреты пустовали. Все их обитатели решили внезапно прогуляться в гости к другим портретам, подальше от эпицентра возможной огненной бури.

Внезапно в кабинете вспыхнул зелёным огнём камин, впуская внутрь неожиданного посетителя. Это привлекло внимание директора, который быстро смирил свою ярость и обратил все свое пристальное внимание на закованную в тяжёлые латы женщину, шагнувшую в его кабинет из камина. Число людей, что могло беспрепятственно перемещаться внутрь его кабинета никогда не превышало пяти.

Чёрные и оранжевые тона её брони и накидки будто олицетворяли собою само понятие «осень». Если присмотреться, то можно было увидеть, что на тёмном металле доспехов и элементах ее одежды выгравированы и вышиты оранжевого цвета опавшие листья различных форм и текстуры. Хотя преобладали кленовые. Одним словом — осень. Во плоти.

— Альбус, мальчик мой, как у тебя дела? — певучим голосом поинтересовалась гостья, бесцеремонно занимая скрипнувшее под огромным весом её брони кресло напротив директора школы Чародейства и Волшебства.

Сам же Дамблдор скривился, будто только что случайно раскусил самую кислую лимонную дольку в своей жизни. На него смотрели точно такие же голубые глаза-льдинки, как у него самого.

— Рыцарь Осени… Одна из четырёх стражей круга друидов. Какой неожиданный… сюрприз… Чем обязан вашему визиту?

П. С. От автора.

Всех с прошедшими праздниками!

Это наверное самая добрая глава Ритуалов за все время, хах. Не иначе как из-за праздничного настроения)

Глава 16 Вечность противостояния

Глава 16

Вечность противостояния

Альбус Дамблдор очень не любил, когда к нему обращаются «мальчик мой». Уже лет двести как не любил.

Это настолько его раздражало и выводил из себя, что… он сам стал поступать точно так же, как сидящая напротив него, вальяжно закинувшая ногу на ногу женщина, называя всех, кто младше него самого, не иначе как «мальчик мой» или «девочка моя». Он стал драконом, против которого сражался!

Это приносило ему некое извращенное моральное удовольствие, ведь хоть на ком-то он мог отыграться за годы унижений. Ну а ещё, это было немного забавно, выводить людей из себя. Так их было легче читать и манипулировать ходом разговора.

Совершенно бесполезно было так же просить Рыцаря Осени прекратить так делать, ведь привычку, которой более тысячи лет, просто так не искоренить. Что ей просьбы какого-то юнца, по её меркам?

В этом плане женщина стала куда больше походить на альвов Авалона, которые жили вечно и ко времени относились очень по своему. Для них то, что было пятьдесят лет назад, все равно что вчерашний день для обычного человека. А для некоторых и сотня лет — лишь мгновение, застывшее на кончиках ресниц каплей росы. Моргни, и век соскользнет в бездну прожитых миллениумов.

Ну и, естественно, те, кому не исполнилось даже трехсот лет, для них не более чем пробегающие мимо незнакомые дети. Вроде и забавные, но слишком шумные и непоседливые. Общаться с ними не тянуло совершенно. Разве что понаблюдать со стороны, забавляясь их детской непосредственностью. Это для тех альвов, что помоложе. А для тех, кто застал ещё времена расцвета Авалона — люди не более чем бабочки-однодневки или сгорающие в пламени костра мотыльки. Протяни руку, и на ней через секунду останется лишь прах.

Да, Рыцарь Осени так же называла ещё его отца, когда он был жив, и деда, и прадеда, и… В общем-то, если подумать, все поколения друидов ветви Дамблдоров прошли через это, ведь когда-то, давным давно, именно Отум Дамблдор основала их род. Так что все последующие Дамблдоры проходили через это, так или иначе.

Настоящий реликт ушедшей эпохи. Эпох. Для кого-то вроде неё почти все из ныне живущих волшебников — просто несмышленыши. Разве что Фламель мог рассчитывать на иное обращение. Что-то вроде «юноша»… Или, может быть, «отрок»? Не важно.

Хотя на свете были и другие долгожители, вроде неё, но среди людей это скорее редкое исключение из правил.

Люди просто не могут жить так долго. Дело даже не в бренном теле, а в износе души и разума.

Но круг друидов нашёл способ, как отчасти уподобиться своим покровителям — альвам, именуемых вечными.

В те далёкие времена, когда Авалон ещё процветал, друиды слишком расслабились за столетия мирной жизни, ведь с уходом их давних врагов — фэйри, пропала и серьезная угроза. Вызов. Они размякли.

Дамблдор погрузился глубже в свои воспоминания, припоминая старые уроки истории, которые преподавал молодым друидам.

Когда вспыхнуло восстание Морганы, они были к такому не готовы. Расплатой за беспечность стало почти что полное уничтожение всей правящей верхушки не только альвов, но и круга друидов. Некому было остановить Моргану. Некому было остановить её ученицу Вивьен Могильную Траву и других отступников, что с упоением резали глотки и били в спину своих бывших товарищей. Легионы мертвецов заполонили Авалон.

Если бы Артур не пришёл на помощь обескровленным останкам круга друидов, то их славная история могла бы закончится ещё тогда. Лишь Экскалибур — венец кузнечного дела и артефакторики — смог преломить ход сражения. К счастью, в их пользу.

Друиды выучили этот кровавый урок. Чтобы эта ситуация никогда не повторилась вновь, они решили создать стражей, что веками могли бы копить силы и знания, хранить покой Авалона и защищать тех друидов, что не способны защитить себя сами.

Четверо Рыцарей было создано с помощью комплекса сложнейших природных ритуалов, добровольных жертвоприношений и высшей магии, отзвуки которой ещё долго набатом отдавались в восприятии всех волшебников Европы, словно эхо в ущелье. Такова была мощь магии, способной изменить саму суть вещей и обмануть смерть и время.

Рыцарь Зимы, Рыцарь Весны, Рыцарь Лета и, наконец, Рыцарь Осени.

Четверо самых выдающихся представителей людей Авалона. Самые сильные, опытные и талантливые друиды из всех, кто пережил страшную войну.

Смерть от старости или потеря рассудка из-за проносящихся мимо столетий больше не висела над избранной четверкой дамокловым мечом. Конечно, за все нужно было платить, особенно за магию такой мощи, что позволяла людям вознестись на новый уровень существования. К сожалению, человек остаётся человеком, каким бы могуществом не завладел, как бы высоко не взлетел, так что бессмертие оказалось с ощутимый подвохом.

Их не зря звали по временам года. Рыцари Сезонов. Не только их титулы, даже их имена слились с их сутью. Каждый из них мог бодрствовать только определённую четверть года, находясь остальное время в целительном анабиозе. Целых три сезона.

Так Рыцарь Осени просыпалась с наступлением осени и засыпала с приходом зимы, погружаясь обратно на дно священного озера, где находился подводный Хромантический Храм. Та же участь была уготована остальным.

За три сезона целительного сна тело, душа и разум полностью восстанавливались, и глаза Рыцаря, чье время пришло, вновь открывались.

Таким образом друиды смогли обезопасить себя от повторения ошибок прошлого, находясь под защитой древних стражей, чье могущество и опыт могло бы поспорить даже с первой ученицей Морганы — Вивьен. Когда они все действовали сообща… Тогда да, могли.

Но нарушение режима сна и досрочное пробуждение дурно сказывались на их бессмертии, так что бодрствовали все четверо одновременно очень редко. Если цикл нарушался, то они теряли целый год своей жизни, который уже никак нельзя было восстановить. Они… Старели. Пусть всего на год, но… Такое случалось хоть и крайне редко, но, все-же, случалось.

Выжившие прислужники Морганы, под предводительством нетленной некромантки Вивьен, периодически пробовали их на зуб, а противостоять Могильной Траве было попросту некому, кроме четвёрки рыцарей и небольшого количества альвов-чародеев. Уж слишком она стала сильна за прошедшие столетия, практически догнав свою наставницу в магической мощи и искусности.

Зеленоволосая полукровка от союза человека и альва внушала страх и уважение даже таким древним монстрам как Рыцари Сезонов, не говоря уже о директоре Хогвартса и волшебниках поскромнее.

Однажды основательница дала Альбусу взглянуть на воспоминания об одном из таких столкновений, что случилось четыреста лет назад и оставило глубокий след в истории Авалона, ведь тогда впервые прервалась жизнь одного из рыцарей. Рыцарь Лета пал.

Это оставило неизгладимый след страха в разуме молодого тогда ещё друида, свято верящего в непоколебимость Авалона и его бессменных стражей. Как оказалось, иногда они все-же менялись…

В тот день Вивьен Могильная Трава лично повела свои войска в бой, на приступ Крепости Летнего Ветра — одного из четырёх важнейших укреплений на границе Авалона и яви.

Низшая нежить заполонила обзор вплоть до самого горизонта. Высшие умертвия, вампиры и личи встречались повсеместно, падшие альвы и друиды, переметнувшиеся на сторону тьмы, командовали элитными отрядами тварей столь жутких, что невольно вызывали озноб одним своим видом.

Конница дуллаханов на фестралах сминала любое сопротивление на своём пути, что в воздухе, что на земле. Лишь разъезды собственной конницы на крылатых пегасах да рунные защитные поля, что действовали по схожему принципу с минными полями маглов, смогли уберечь Авалон он прорыва авангарда врага вглубь территорий и разорения мирных городов и деревень альвов. Но иногда они все-же прорывались и сеяли смерть и разрушения.

Защитникам Авалона очень быстро стало не до шуток, когда с небес на стены упало несколько немертвых драконов, чьи размеры посрамили бы любую из ныне живущих хвосторог. Стены трещали по швам, защитники истекали кровью, но держали строй, ведь надежда была. Надежда всегда была, даже когда сама смерть дышала в затылок.

Но закованная в превосходную черно-зеленую броню темнейших оттенков морской пучины высокая фигура статной некромантки, размахивающей огромным двуручным мечом, словно он был обычной деревянной палкой, с каждым взмахом укорачивала на голову не только ряды защитников, но, казалось, и саму надежду на победу.

Могущество усиленной тьмой стихийной магии, которую она обыденно, походя, даже немного лениво, пропускала через свое горящее мертвой зеленью лезвие рунного клинка, не могло бы оставить равнодушными даже самых искушённых в магии зрителей.

Она шла по полю боя, оставляя за собой лишь обезглавленные трупы, которые через десяток секунд пропитывались её магией смерти, вставали и пополняли ряды её армии, словно прорастающая на могиле трава. Единственная причина, почему она не использовала действительно масштабную магию, способную разрушать города и менять ландшафт — возможность все время восполнять обширные потери в своей армии. Для этого нужна была относительная целостность тел. Некроманты в тылу корпели над поднятием более могущественной нежити, что требовало много времени для реализации, но полностью себя окупало в дальнейшем. Она была подобна неотвратимости смерти, никто не мог её остановить, а все, кто пытался, вскоре вставали позади неё послушными марионетками.

В её завораживающих изумрудных глазах плескалась лишь смерть и древнее, непоколебимое обещание мести. Вместо ожидаемого могильного холода в них горело пламя праведной ярости. Заглянувшие в эти бездонные омуты могли увидеть лишь высокую зелёную траву, колосящуюся на их собственной могиле. Она подавляла сопротивление армии защитников одной своей давящей и разлагающей все вокруг волей и аурой.

Фанатично преданная Моргане от начала и до конца, она была готова пожертвовать всем, но добиться своей цели. Вернуть Моргану к жизни, уничтожить Авалон, стереть альвов и друидов с лица земли. Изменить историю.

Она искренне и непоколебимо верила в свою правоту и свои идеалы. Для неё злом были именно друиды и альвы, предавшие её любимую учительницу и подругу. Оберон, что возжелал Моргану против её воли.

Среди асексуальных альвов это было само по себе нонсенсом, но что тогда творилось в голове у гордого и древнего правителя могущественной страны уже не узнать. Может быть, он грезил созданием целой новой расы, у истоков которой хотел встать как творец. А может быть, все было куда банальнее, и красота, ум, харизма и гений Морганы затмили его разум, заставив впервые оступиться. Впервые и в последний раз. Шаг в никуда.

У каждого своя правда — друиды и альвы считали, что Моргана сама соблазнила короля, а потом подло отправила и убила, желая узурпировать трон. Затем предала своего учителя — Мерлина, подослав к нему убийцу. Вивьен. Как там все было на самом деле — уже и не узнать, но Моргане и её ученице удалось убить на пару самого сильного друида и пророка в одном флаконе.

Говорят, что лишь любовь ослепляет пророков. Был ли Мерлин действительно влюблен в ученицу своей ученицы настолько, что не заметил знамения? Как бы там ни было, она стала его погибелью. Из ныне живущих остался только один живой свидетель, у кого можно было бы спросить, но за такой вопрос она явно насадила бы любого из любопытствующих на свой смертоносный клинок и выпустила кишки, затем подняв нежитью.

Столетие за столетием история повторялась из раза в раз, битва за битвой, сезон за сезоном, заставляя сердца жителей Авалона щемить от боли и невероятной тоски. Счётчик смертей тайных и явных давно превысил все мыслимые и немыслимые пределы. Всё меньше в мире оставалось долгожителей, что ходили по земле ещё на заре человечества.

Эта бесконечная война выжимала все соки из Авалона, отбивая любое желание у друидов и альвов вмешиваться в смертные дела Британского Королевства или других стран, как было раньше. У них было полно своих проблем, которые все никак не получалось решить, так что серьёзной помощи от них ждать не следовало.

Единственную помощь, которую они смогли им выделить, это был он сам. Великий волшебник и друид Альбус, из ветви Дамблдор.

Впрочем, он честно старался заменить собою с десяток опытных друидов сразу, первое время буквально ночуя и днюя на работе. Альбус сам сделал себя в каждой дырке затычкой, зашиваясь на трех важнейших для порядка и процветания страны должностях, боясь выпустить из рук нити контроля хоть на мгновение.

Ему казалось, что они были тонким хирургическим швом, стягивающим края сочащейся гноем раны. Потяни чуть сильнее — и шов разойдется, и из открывшейся раны вновь прольётся горячая кровь вперемешку с гноем.

Но чем больше времени проходило, тем яснее он осознавал, что этот шов явно создан из современных магловских материалов. Нити со временем сами собой рассасывались. Только вот кровоточащая рана все никак не хотела затягиваться, что лишь добавляло ему ещё больше головной боли. Если так и продолжится, то ему придётся прибегнуть к ампутации, как поступил бы любой опытный хирург на его месте. Или же, говоря языком друидов, подрезал бы загнивающие ветви и корни, в которых завелись паразиты. Благо, нужные инструменты он начал готовить заранее.

Альбус вздохнул и вынырнул из своих мрачных мыслей, чтобы сделать вдох и погрузиться ещё глубже в свои воспоминания о событиях четырехсотлетней давности.

Директор отчётливо помнил момент, когда четверо рыцарей сошлись в ближнем бою с предводительницей мятежного воинства, обнажив свои волшебные мечи, выкованные лучшими мастерами народа альвов по образу и подобию утерянного Экскалибура. Свет ковал их мечи для своей войны.

Тогда застонали сами небеса и вздыбилась земная твердь от гудящей вокруг них магии, рвущей пространство словно липкую паутину. Светлые альвы приложили много сил, чтобы отделить небольшой пятачок земли, на котором кружились в танце мечей и магии пятеро великих воинов. Вивьен смеялась, в то время как четверо рыцарей выжимали из себя все до последней капли, чтобы остановить некромантку раз и навсегда.

Отрезать Вивьен от остального её воинства было единственным выходом, иначе крепость удержать бы не получилось и мертвецам открылась бы прямая дорога вглубь страны. Допустить подобное защитники Крепости Летнего Ветра никак не могли, стоя насмерть.

Альвов и так становилось все меньше с каждым столетием, а прорвавшаяся вглубь нежить могла сделать демографическую ситуацию и вовсе катастрофической. Если ничего не изменится, то когда-нибудь альвы канут в Лету, как и их собратья-фэйри, оставшись лишь воспоминаниями, сказками на страницах пыльных переплётов.

Ту атаку Авалону удалось отбить, но какой ценой? Рыцарь Лета пожертвовал своей жизнью, чтобы другие его собратья смогли нанести сокрушительный удар.

Его голова прокатилась по растрескавшейся земле. Трещины, словно жадные рты чудовищ, поглощали его рубиновую кровь, разрастаясь все больше, а голубые глаза прикипели к голубому небосводу. А потом навечно закрылись, запечатлев голубое небо Авалона напоследок. Говорят, на том месте позже вырос клен с вечно красной листвой.

Но недолго Вивьен упивалась своим триумфом, щурясь от удовольствия из-за пролитой крови своего извечного врага, окропившей ей лицо. Её мягкая улыбка, появившаяся на прекрасном лице, подошла бы больше нежной альве, наслаждающейся теплом солнечного дня, чем бездушной некромантке. Но она быстро померкла и сменилась гримасой боли, когда меч Рыцаря Зимы все-же нашёл брешь в её броне, нанеся первую серьёзную рану. Пусть Зима тут же поплатился за это пальцами левой руки, сгнивших из-за попавшего в него проклятья на основе её пролитой крови, но спас положение, продолжив череду жертвенности, начатую Рыцарем Лета.

Никто не собирался давать Вивьен время прийти в себя, так что за атакой Зимы сразу же последовал совместный магический удар от Весны и Осени, да такой силы, что тело некромантки, врезавшись в золотистый барьер альвов, проломило его и полетело прочь, провожаемое шлейфом кровавых брызг и разлетающимися во все стороны элементами доспехов.

Могильная Трава упала лишь в глубоком тылу своей армии, пролетев несколько километров над головами своих подчинённых. Ураган, вызванный объединёнными силами сразу двух рыцарей, пропахал настоящую просеку в рядах нападавших, уничтожив тысячи мертвецов и мятежников. Такова была сила сильнейших друидов, оттачивающих свои навыки сотнями лет.

Ведьма выжила, но бой продолжать более не могла и её спешно уволокли с поля боя её преданные последователи. Рыцари пытались помешать этому и добить ненавистную труповодку, но не преуспели, столкнувшись с ожесточённым сопротивление её воинства, ставшего насмерть перед превосходящими силами противника. Они завязли, оплетенные силой посмертных проклятий жертвующих собой учеников и учениц Могильной Травы. Пугающая фанатичность и самоотверженность.

Лучи света падали с небес, прорываясь сквозь окутывающую территорию врага тьму и штормовые тучи, выжигая нежить. Магия света могла быть опаляющей, когда нужно. Лишь пепел оставался в местах пробоя защиты войска врага. Прорехи в тёмных тучах пытались затянуться, но это была лишь временная мера. Ослабевшая без подпитки магия Вивьен была на другом уровне. Её невозможно было компенсировать количеством, лишь качеством. Так что к защитникам постепенно возвращалось их законное преимущество местности, утраченные из-за могущественный темной магии.

В тёмном воинстве наконец зазияли первые серьёзные проплешины. Сконцентрировавшиеся на угрозе с небес, тёмные забыли смотреть под ноги. Очень зря они так зациклились на магии света альвов, ведь друиды были не менее опасным противником. И куда более многочисленным.

Сама природа обернулась против армии тьмы, направляемая волей сотен друидов. Из-под земли, прямо под ногами врагов, стали прорываться гигантские шипастые корни и деревья-исполины, оплетающие врагов и затягивающие их под землю. Из лесов вокруг повалила накачанная магией жизни живность, зажимая растерявшуюся от такого напора армию в клещи, грозясь в скором времени окружить её полностью.

Землетрясение сбивало с ног лишившуюся главной погонщицы нежить, а открывающиеся в земле трещины с удовольствием пережевывали тех, кто был недостаточно расторопен, чтобы убраться подальше от провалов в земной тверди.

В небе над полем боя кипел воздушный бой между светлыми и падшими альвами. То и дело на головы сражающимся на земле, сверху падали тела убитых драконов, пегасов, фестралов и управляющих ими альвов. Тёмных и светлых.

Младшие ученики Могильной Травы и верные соратники некромантки встали насмерть, лишь бы дать ей уйти и задержать прорывающихся через строй мертвецов оставшихся в живых рыцарей и бывших гвардейцев короля альвов.

Они гибли сотнями под размашистыми ударами магии и зачарованной стали, но свое дело сделали. Раненая, но живая, Вивьен смогла уйти и затаиться, как и верхушка возглавляемого ею ордена Морганы. В их рядах впервые были замечены фэйри, которые и открыли для отступающих проход прямиком в их земли. В их Цитадель. Как выяснилось позднее, эти несколько фэйри находились с Морганой в кровном родстве…

Да, даже после таких сокрушительных ударов, обезглавленное воинство мертвецов все ещё представляло нешуточную опасность, но на горизонте вновь засияла звезда надежды. В тот день Авалон отбился, как и десятки раз до этого, но скорбь по погибшему Рыцарю затмила собою радость победы.

Особенно сильно переживали альвы и другие рыцари, ведь они были знакомы с ним, как и с другими, сложившими головы, альвами, с давних времен.

Учитывая пассивность и напрочь отсутствующий инстинкт размножения у альвов… Потери с каждым годом чувствовались все острее. На десять гибнущих на войне вечных альвов приходилось лишь двое новорождённых. Нужна была передышка.

Невосполнимые потери обеих армий в тот раз оказались настолько критическими, что даже Вивьен предпочла уйти в тень на долгие триста пятьдесят лет, отступив к Темной Цитадели Нокстеллы, принадлежавшей когда-то давным давно фэйри.

Сама же она включилась в противостояние и вовсе относительно недавно, и то, её видели лишь мельком. Видимо, оправиться от ран, нанесённых оружием, выкованным с помощью магии света и жизни, оказалось не так-то просто для темной ведьмы, насквозь пропитавшейся смертью и тьмой. Впрочем, её старшие ученики и ученицы проблем доставляли не меньше, чем сама Вивьен, строя козни во тьме.

Войска Авалона несколько раз пытались искоренить угрозу, поставив наконец точку в вечности противостояния, пока ещё была такая возможность и вражеский полководец был выведен из строя, но Цитадель располагалась на землях фэйри, крайне недружелюбных к альвами и друидам.

Сама природа и фауна, воздух и земля мешали войскам света одержать решительную победу, подтачивая их моральный дух и здоровье. В рядах уставшего войска то и дело вспыхивали вспышки различных болезней, проклятий и эпидемий. Из-за отсутствия солнечного света и разреженного воздуха многие лесные существа, которых друиды взяли с собой в бой, буквально начинали увядать.

Начались проблемы со слишком растянувшейся логистикой, по которой местные наносили удар за ударом. Караваны снабжения вязли в болотистой местности и разорялись, так и не добравшись до своей армии. Все ближе поступали голод и жажда, ведь есть то, что росло в измерении фэйри — это все равно что играть в рулетку, ставя только на зеро. Даже воду конденсировать из воздуха было очень опасно, ведь частенько в нем присутствовали хоть и слабые, но все ещё ядовитые болотные испарения и Мерлин знает чего еще. При сжижении они становились опаснее, ведь концентрация естественного яда увеличивалась и игнорировать её уже не получалось. Большую часть потерь армии Света теперь составляли вовсе не павшие в бою храбрые друиды и альвы, а измученные и сломленные существа, страдающие от болезней, голода, проклятий и ядов.

Обе стороны лишь истощили друг друга ещё больше, из-за чего могущество обеих сторон было окончательно подорвано и напоминало нынче лишь блеклую тень былого. Обескровленные стороны прекратили масштабные боевые действия, опасаясь вмешательства иных сил и стали окапываться на своих территориях.

Все эти годы обе стороны зализывали раны и вели борьбу несколько в другой плоскости, пытаясь помочь вернуться к жизни своим лидерам. Друиды уповали на возвращение короля альвов, Оберона, ну или принца-короля Артура Пендрагона, что смогли бы вновь сплотить разбредающихся по другим мирам и странам любопытных альвов, желающих вернуться к мирной жизни и забыть об ужасах вечной войны. Последователи Морганы же надеялись помочь вернуться своей госпоже. Но если бы это было так просто, то разве воскрешение считалось бы чудом из чудес?

Опытным путем обе стороны выяснили, что вернуть к жизни других разумных попросту невозможно. Они должны вернуться самостоятельно, только своими силами и способностями, иначе ничего не получится. Мир окажет противодействие стороннему вмешательству в основополагающие законы мироздания. Так что война теперь перетекла в тайную, диверсионную. Найти и уничтожить вражеского командира до того, как завершится процесс возвращение из мертвых и помешать врагам провернуть подобное со своим.

Правда, пока все было безуспешно. И те и другие вечно мешали друг другу осуществить задуманное, и цикл повторялся раз за разом. Раз или два в столетие Моргана и Оберон пытались вернуться в мир живых, причём практически одновременно, используя все новые методы. Но каждый раз их сосуды убивали до того, как они сумеют набрать достаточно сил, чтобы возродиться. Словно над ними висел какой-то злой рок, или сама судьба не хотела дать им шанс. Может быть, проклятье? Кто знает...

Скорбь-скорбью, но не прошло и десятилетия, как на смену утерянному Лету пришёл новый Рыцарь, избранный кругом друидов. Сильнейший из молодого поколения.

Хоть с тех пор уже и прошло четыреста лет, для Альвов и других рыцарей он все ещё был зелёным новичком, заменой их дорогого товарища. Бессмертные никогда не отличались гибкостью мышления и к переменам привыкали долго. Очень долго. Другие рыцари уже давно приобрели схожесть мышления с альвами, так как и сами стали долгожителями, что привело к вечной гонке Лета за тенью своего предшественника. Он просто желал доказать, что занимает свое место по праву. Вот какие они, хранители Авалона.

Вот кто сейчас сидела перед Альбусом Дамблдором, прислонив перевязь с рунным клинком к его столу. Реликт и легенда, чьи корни уходят так глубоко в вечность, что даже сама Осень уже и не помнит сколько ей на самом деле лет.

— Кхм. Рыцарь, добро пожаловать, я… рад вас видеть в обители юности и знаний, доверенной мне на попечение. Но могу ли я узнать, зачем вы здесь? — успокоившись и пригладив бороду свободной рукой, вызвав лёгкий перезвон серебряных колокольчиков, директор школы Чародейства и Волшебства блеснул любопытным взглядом из-под стёкол волшебных очков. Директор школы не хотел выглядеть невоспитанным ребёнком в глазах взрослого, так что, для начала, решил начать разговор с официального тона и на вы.

Он действительно был рад видеть свою дальнюю родственницу…больше, чем других рыцарей. По крайней мере, он мог надеяться на её доброе отношение как её дальний потомок и один из высокопоставленных членов круга друидов.

Альбус хотел надеяться, что немного знает её. Хотя… Что там его двести пятьдесят лет жизни на ее фоне? Даже если он скажет, что хорошо знает её, она лишь посмеется над ним. Потреплет по седой макушке, как делала в детстве, когда ему было лет десять. Разница в возрасте была слишком велика.

Он знает её всю свою жизнь, а она… Десятую часть своей жизни? Или меньше? Может быть, пятнадцатую часть? Двадцатую? И то, они часто общались лишь пока он жил в Авалоне и она принимала участие в его воспитании и становлении. Сколько там на самом деле набежит времени, что они провели вместе, если учесть время её сна и его занятость на учёбе, а потом и на работе? Лет пятьдесят хоть набежит? Для него это все ещё пятая часть его жизни, важнейший отрывок, когда формировалось ядро его личности и мировоззрение, а для неё?

Мимолетное видение.

— Я тоже рада, что ты ещё жив, мальчик мой, — улыбнулась Осень. — Что касается моего визита… — она положила на стол перед ним свиток с печатью круга друидов. — Прочти.

— Не настолько уж я и стар, чтобы списывать меня со счетов, — беззлобно пробормотал директор, хотя в душе он прекрасно понимал, что Осень крайне редко появляется в Магической Британии, и в следующий раз, когда она заглянет в Хогвартс, очень даже может быть, что в его кресле будет действительно сидеть какой-то другой человек. А он уже лет как сто будет мёртв. Даже жизнь великих друидов столь скоротечна для тех, кто разменял не одну тысячу лет… Она наверняка могла бывать здесь когда фундамент замка ещё даже не собирались закладывать… — Хммм.

Развернув свиток, сорвав магическую печать, он принялся за чтение столь тайного и важного приказа, что курьером послужила аж целая Осень. Это не могло быть что-то тривиальное, хотя Рыцарь наверняка просто сама вызвалась доставить послание, преследуя свои цели. Вряд ли кто-то посмел бы использовать её как простую девочку на побегушках. Таких дураков среди мудрых представителей круга не водилось со времен Морганы… если ничего не изменилось на родине с тех пор, как он её покинул, разумеется.

Осень была из тех людей, кто любит совмещать приятное с полезным, так что, возможно, она здесь ради него. Точнее — и ради него в том числе. Может ,хотела повидаться, а может ещё что. Было бы хорошо знать это наверняка, но она бы никогда не призналась в постыдном проявлении привязанности к смертному. Дамблдор не считал, что в её сердце нашлось бы место для памяти обо всех своих дальних родственниках. Их накопилось просто слишком много за её чудовищно длинную жизнь, чтобы даже запомнить их всех. Но если это так, то это было приятно, разумеется. Тогда даже после смерти кто-то бы все ещё помнил о нем. Всегда. Пока существует время и жива Осень. Это ли не бессмертие?

Чем дальше Альбус читал письмо, тем больше хмурится, багровея от перехватившего от злости дыхания. Под конец послание даже стало дымиться и тлеть в его дрожащих руках из-за закипающей внутри волшебника маны, реагирующей на его душевное состояние. С последней прочитанной строкой оно и вовсе ярко вспыхнуло, развеявшись дымом без остатка.

Разъяренный директор с ненавистью смел со своего стола позвякивающие и тикающие дорогостоящие приборы слежения, которые с грохотом разлетелись по помещению. Рукава его зачарованной мантии тлели от испускаемого руками жара. Его ярость была настолько сильна, что артефакты и устройства оплавились от одного лишь касания, бесполезной грудой искореженного метала, чадящей дымом. В них выгорела сама магия, из суть и руны, наполняющие их смыслом, так что восстановлению они не подлежали.

Фоукс дёрнулся, встрепенулся и, испуганно курлыкнув, вылетел в открытое окно, предпочитая до вечера провести время в Запретном лесу. По их связи он ощущал, как пылает внутренний огонь немолодого друида, известного среди друзей под псевдонимом «Пепелище». Хотя Грюм и Аберфорт называли его за глаза горелым старым пнем, но то они, а вот другим было совсем не до шуток.

Даже компания кровожадных акромантулов казалась бедному фениксу более привлекательной в этот момент, чем собственный контрактор. Альбус Дамблдор редко терял контроль над своим пламенным характером, зато когда все-же терял… Всем вокруг становилось очень-очень жарко. Повезло, что в кабинете находилась Рыцарь Осени, один невозмутимый и немного укоризненный взгляд которой сдерживал директора от необдуманных поступков, слегка остужая его пыл.

Нарезая круги по кабинету, заложив руки за спину, Альбус то и дело посматривал в сторону двери, но затем его взгляд падал на невозмутимо рассматривающую свои ноготки женщину и он кривясь отводил взгляд. Он не обманывался её показательной расслабленностью, она всегда была настороже, как и он сам.

Но нужно было отдать ему должное, он даже не думал доставать свою старшую палочку, понимая бессмысленность сей затеи. Даже её мощи было недостаточно, что бы отодвинуть гостью в сторону и идти убивать ненавистного убийцу. Может быть, сражайся они насмерть, в этом закрытом помещении, посреди центра его силы, исход боя был бы не столь очевиден, но убивать её он не хотел и не собирался, как и она его, да и не виновата она была ни в чем, так что у него был только один выход. Усмирить свой темперамент и поговорить. Высказаться. Выговориться.

— Не смотри на меня так, Альбус. Я только проснулась и узнала о решении круга друидов немногим раньше тебя самого. Ты же знаешь, я бы не одобрила такое, но в то время бодрствовал этот сосунок — Лето. Верно хотел выслужиться и заслужить уважение круга, дав им зелёный свет на столь… неоднозначное решение. Жалкий интриган. Не то что прошлый… — Осень перевела внимательный взгляд голубых глаз на Альбуса, встретившись с точно такими же льдинками на морщинистом лице старого друида, пытаясь уловить в них нечто одно ей ведомое.

— Неоднозначное?! Эти старые ублюдки… Как они могли?! МЫ же друиды, МЫ должны защищать и предотвращать подобное, а они… что они наделали…

— Альбус, успокойся. Ты верно выделил ОНИ, а не ты или я. Ты уже не столетний мальчишка, веди себя прилично, а не как малолетняя истеричка. — строго но мягко припечатала Рыцарь, нахмурив брови и погрозив ему пальцем, точно заголосившему ребёнку, поднимающему крик на пустом месте. — Контроль, молодой человек.

— Ха-ха-ха, — нервно рассмеялся Дамблдор. — Вот вечно ты так… вечно…

Альбус бессильно рухнул обратно в кресло и безучастным взглядом уставился в потолок, когда перестал дрожать от приступа нервного смеха. Будто выгорел изнутри.

— Ты не понимаешь… Я обещал, что позабочусь о нем, что спрячу и сберегу от тяжёлой судьбы, ведь их не смог в свое время… так что хоть сына хотел… хотя-бы Гарри. На их могиле пообещал, Осень… Это все моя вина… Если бы я только не был так занят этой ебаной политикой… Нужно было все проконтролировать самому. — Альбус снял очки и, помассировав переносицу, вмиг осунувшись и будто постарев ещё лет на пятьдесят. Теперь на месте могущественного верховного мага сидел лишь уставший старик, согнувшийся под тяжестью совершенных в прошлом многочисленных ошибок, пригибающих его к земле непомерным грузом ответственности. В уголках глаз в сети глубоких морщин блеснули влага.

— Не вини себя, мальчик мой, в этом нет твоей вины. — Устало вздохнув, Рыцарь встала со своего кресла и невесомой походкой подошла к старому волшебнику, стянув латную перчатку с правой руки. Как когда-то в детстве, она стала поглаживать его по серебристым волосам. На секунду он даже расслабился, но потом встрепенулся, будто пробуждаясь ото сна.

Директор школы недовольно скривился и быстро скинул её руку со своей головы, скорчив крайне недовольную гримасу. Ему было вдвойне стыдно. И за свою вспышку неконтролируемой ярости, и за проявленную слабость, и за свою глупость и недальновидность.

— Прекрати, мне что, десять по твоему?! — возмущённо пробурчал он, поджав губы.

— Как по мне, что десять, что двести лет… для меня ты все такой же импульсный ребенок, Вульфрик. — Едва заметно улыбнувшись уголком рта, она все-таки отстранилась и села на свое место, похлопав его по плечу в знак поддержки напоследок.

Как ни странно, но это простое действие и проявление капли заботы со стороны дальней родственницы привело его в чувство и будто сбросило с глаз пелену. Он медленно вздохнул и выдохнул, упорядочивая свои мысли.

— Говорит та, что не меняется тысячелетиями… Сколько можно? Я взрослый волшебник, между прочим! Я сам детей учу! Людей сужу! Страной управляю. Неплохо, кстати, управляю. Получше многих. Во всяком случае, видимо, у меня это получается лучше, чем следить за подопечными… А ты все ещё обращаешься со мной как с дитем. Раздражает.

— Ну прости. — Вновь закинув ногу на ногу, вызвав новый скрип несчастного кресла, она немного виновато отвела взгляд и стала накручивать локон блондинистых волос на палец, прекрасно понимая, как смертные не любят, когда с ними обращаются как с детьми. Особенно, если сами они себя детьми не считают.

Но что она могла с собой поделать? Сердцу не прикажешь. Её родня, пускай даже дальняя, как и старые друзья, были её величайшей слабостью и силой. Якорем, позволяющим лучше других рыцарей переносить тяготы вечной жизни. Пусть поколения менялись, но в каждом из них она узнавала нечто родное, нечто неизменное.

— Ладно, не важно. Спасибо, — буркнул он, хмуря кустистые брови. Альбус умел признавать поражение и… Ценить проявленную заботу. Даже такую необычную. Осень по другому и не умела. Сколько он себя помнил, она всегда была такой. Будто застыла во времени, как листочек клёна в янтаре. — Но я не понимаю, почему? Почему именно Поттер? Что, других детей мало было? Неужели нельзя было выбрать кого-то ещё? — он понимал всю циничность своего замечания, но ничего не мог с собой поделать.

Своя рубашка всегда ближе к телу, а Гарри был сыном его боевых товарищей и любимых учеников. Он хотел, чтобы его детство прошло в кругу семьи, а после уже самому приглядывать за ним в школе, потакая его прихотям и устраивал небольшие, но весёлые приключения, которые парень запомнил бы на всю жизнь.

— Я не знаю. Это ЕГО выбор. Альбус, уже поздно что-то менять. Просто прими это. Гарри Поттера больше нет и тут ничего не поделаешь. Тебе запрещено мстить или мешать новой попытке возвращения Короля. Его смерть все равно не вернёт мальчика, да и вряд-ли подселенная в сосуд для его адаптации и расширения душа виновата в том, что случилось. Скорее, такая же жертва, как и сам Гарри. — Прищурившись, она поставила локти на стол, придвинувшись и сцепив руки в замок, неотрывно следя за реакцией собеседника, отслеживая микродвижения его мимики. — В этот раз все серьёзно, Альбус. У него действительно может получиться вернуться в этот раз, и мимолетная жизнь одного сироты… — тихо проговорила Осень, переводя взгляд льдистых глаз на проплывающие по ночному небу пушистые облака в открытом окне кабинета. Лёгкий бриз развевал её золотистые волосы, обрамляющие красивое, задумчивое лицо.

— Ты меня уговариваешь, или себя? Не ты ли учила меня, что главное не количество прожитых лет, а то, КАК ты их прожил? И как же прожил свою жизнь Гарри? И сколько? Десяток лет? Секунда для тебя. Вообще не жил, считай. Да и то, КАК он жил… Ты видела настоящие показания приборов, которые я получил только сейчас, без стороннего вмешательства? А неоткорректированные доклады миссис Фигг? Кто бы мог подумать, что сестра Лили и её муж будут такими ублюдками… В голове не укладывается. Я помню их совершенно другими. Да, они завидовали и недолюбливали магию, даже немного боялись, но чтобы так… Что-то тут не ладно. Не сходится. Ещё одна загадка, ответ на которую мне, как я чувствую, сильно не понравится.

— Я видела данные. Ознакомилась, поэтому и пришла сюда сама — тяжело вздохнула женщина, скрипнув зубами. Ей это тоже совершенно не нравилось, но за свою чрезвычайно длинную жизнь она успела повидать всякого, и куда проще воспринимала смерти чужих для неё, по сути, людей, — что бы не дать тебе наломать дров, как ты любишь.

— И что скажешь? Возвращение такого ли короля мы все ждём, проливая свою кровь из года в год? И вот он должен будет повести наш народ в светлое будущее? Первый шаг в которое он сделает, переступая через труп невинного ребенка, которого предварительно ещё и замучили до смерти, сломав морально?! — Под конец фразы директор перешёл на крик, яростно сверкая светящимися магией в ночной полутьме глазами. Успокоившаяся было в жилах магия вновь стала закручиваться в огненный шторм. — Что за будущее он может нам предложить?! Это ведь из-за него мы вообще оказались на грани вымирания, потому что кое-кто не умел держать свой королевский член в штанах…

— Альбус! Замолчи немедленно! Твои слова это уже не шутки. Это крамола! Они напоминают мне речи друидов, впоследствии ставших предателями. Мы — друиды, защитники Авалона, мы не можем позволить себе слабость и сомнения. Отбрось их. Мы не можем пасть, как когда-то пали некоторые наши предки. Мы должны верить. Ведь… Иначе все эти жертвы, все эти годы страданий и войны… хочешь сказать, что все было зря, что все, что мы делали было неправильно?! Ты хоть представляешь, сколько друзей и родных я потеряла за свою жизнь?! Представляешь, а? И половину из них сгубила крамола, сбившая их с пути и подтолкнувшая в объятья этой суки-некромантки. Думаешь, они белые и пушистые? Чем такую судьбу заслужили простые жители Авалона, которых она резала на алтарях, оскверняя души и тела во имя своей глупой мести, поднимая из них отвратительную нежить? Скажи мне! — женщина вспыхнула не менее ярко, чем Дамблдор ранее. Она с невероятной силой ударила по столу все ещё закованным в латную перчатку кулаком, отколов приличных размеров кусок прочной дубовой древесины.

Они уставились друг на друга, тяжело дыша, упираясь руками в стол с обеих сторон. Первым взгляд отвёл все-же Дамблдор.

— Я…погорячился. Простите меня, Рыцарь Осени. — В глазах Дамблдора вместо огненных всполохов теперь обосновался арктический лёд. Тон снова вернул себе официальные нотки. Во взгляде читалась затаённая обида и горечь. Он не мог отступиться от своих принципов, как бы не старалась женщина сгладить углы и уберечь потомка от глупостей.

«Благими намерениями устлана дорога в ад!» — мелькнула мысль в голове друида. — «Нет, я не стану как они. Не сегодня. Я не собираюсь подставлять вторую щеку.»

— Альбус… — она собиралась сказать что-то ещё, но передумала, поднялась со своего места и, повернувшись к нему спиной и прихватив свой верный меч, зашагала в сторону камина, пристегивая ножны на ходу.

Зачерпнув горсть летучего пороха голой рукой, она на мгновение замерла и все-таки повернула голову, скосив взгляд на растекшегося по креслу усталого родственника.

— Не далай глупостей, Альбус, я не хочу терять ещё и тебя… Моё личное кладбище и так простирается до горизонта. Я или другие Рыцари будут неподалёку, присматривать за тем, чтобы в дело не вмешалась последователи Морганы. — Зайдя в камин она не оборачиваясь бросила летучий порох и исчезла в зеленой вспышке света, прошептав напоследок: — Ещё увидимся.

В кабинете повисла гнетущая тишина. Дамблдор пытался прикинуть, кто имел доступ в его кабинет, а так же возможности, чтобы постоянно поддерживать приборы и артефакты в стабильно-неисправном состоянии. Макгонагалл он сразу же отбросил, но у него на примете был другой кандидат. Он проверял её слишком много раз, чтобы убедиться в её лояльности. Не верить ей, все равно что не верить в свои способности.

Это должен был быть кто-то, кто работал в школе на протяжении последних лет и имел кое какие полномочия в замке. В его отсутствие. Вот и вскрылся минус автоматических систем магической защиты.

«Мог ли Снейп…? Нет, правильнее тогда уж учитывать его как друида ветви Принц… Тогда все становится на свои места. Да, пожалуй, чтобы заслужить признание и выслужиться перед главой своего рода и кругом друидов, он мог бы пойти на такое, тем более Джеймса он ненавидел и вряд ли питал к его сыну, Гарри, тёплые чувства. Он мечтал сам заполучить Лили Эванс, и это стало его идеей фикс… Его одержимость сквозь года просто поражала.»

— Оберон, значит… Ну что же, убивать и мешать мне тебе запрещено, конечно, но и помогать я не стану. Посмотрим, получится ли у тебя вернуться к жизни в этот раз, используя столь гнусные методы… Магическая Британия довольно опасное место… Всякое может случится, и не всегда Рыцари могут успеть вмешаться. Да и чем чаще они вмешиваются, тем меньше шансов на благополучный исход, да…

П. С. От автора:

Не забывайте делиться своими мыслями в комментариях, ведь это не только радует автора, но ещё и помогает шлифовать и дополнять сам фф)

Надеюсь вам понравилась эта часть истории вечного противостояния Морганы и Оберона, и весьма занимательные отношения Дамблдора с Осенью. Конечно же, их взаимные попытки понять друг друга, несмотря на "разницу во времени" мне тоже кажутся интересными.

Рыцарь Осени

Вивьен Могильная Трава

Глава 17 Маленькое лунное предсказание

Глава 17

Что ж, первая неделя в Хогвартсе прошла интересно, насыщенно и многообещающе. Я сразу понял, что в этом году меня ждёт много всякого разного. Приятного и не очень.

Началось все ещё в поезде, благодаря одному занимательному пареньку с большим эго, но маленьким мозгом. Нет, я не про троицу идиотов с их заводилой во главе, на тех я вообще внимания не обратил особо, я о нашем «херое». Специфичный, конечно, парень, но шрам стильный.

Да уж, этот Поттер собрал своей шрамированной головой все шишки из возможных, будто специально.

Поссорился с Уизли, которых только в школе ого-го сколько — чек.

Причём, один из них староста, а двое других — рыжая угроза всея Хогвартса, от чьих шуточек и изобретений даже отморозки вроде Мародеров не отказались бы. Все ради жестоких шалостей и удовлетворения собственных амбиций. Честное слово, может у них в роду отметились фейри? Не похоже, но откуда такая тяга к злым шуткам, распространяющимся даже на семью? Ладно, не моё дело, но меня напрягает, что мы в чем-то с ними даже похожи. Жестоко пошутить и я люблю.

К тому же, в следующем году в школу поступит ещё и мелкая Джинни Уизли, и что-то мне подсказывает, что она-то уж сумеет налить девочкам со своего факультета в уши воды, отбив гриффиндоркам желание общаться с Поттером. Как минимум, её год и год постарше она зацепить вполне способна. Женщины любят сплетни и слухи, а она и в каноне умела играть грязно. Посмотрим. В любом случае, против Гарри будет целых пять Уизли, которым я, вероятно, даже немного помогу в их мести, хе-хе.

И, конечно, я не дам потухнуть уголькам вражды между Рональдом и Гарри. Ну не собственными же руками мне портить жизнь Поттеру? Первокурсников, негласно, вообще трогать запрещено. Зато между собой они могут враждовать как хотят. Пока у Уизли нет против него и тени шанса, но трудности закаляют. Или ломают. Но с такой поддержкой семьи… Не думаю, что парень опустит руки, да и я ему немного подсоблю.

В этот раз стимул стать сильнее у рыжего будет очень даже приличный. Не какой-то там далёкий Тёмный Лорд, вроде как давно почивший, а вполне себе понятный враг в радиусе прямой досягаемости, маячащий перед глазами каждый день. Наверняка Поттер выберет жертвой своих издевательств именно рыжего, как когда-то Джеймс Поттер выбрал Снейпа. Эта их схожая черта и внешность должны настроить против него и его декана, Северуса. Было бы замечательно. Уж если это все рыжего не замотивирует на войну и саморазвитие, то я умываю руки. Подыщу себе инструмент получше. Лонгботтом? Может быть…

Дальше-больше, он успел поссориться с мелкой Грейнджер — ещё один чек.

А она так-то очень умная и энергичная особа, если присмотреться. Её поток энтузиазма просто нужно было направить в нужное русло, вот и все. Стать фокусом её уважения, но не предметом обожания. Сложно, но возможно.

Я уже работаю в этом направлении. Через какое-то время я смогу сполна насладиться плодами рук своих, потому что она уже начала набирать скорость в своём развитии, и останавливаться не планирует. В этом мы похожи, и мне это импонирует.

Гермиона почти что поселилась в библиотеке, штудируя не только то, что я и Кэрол ей посоветовали, но и другую сопутствующую литературу, иногда сверяя прочитанное с альтернативными источниками. Это похвально. Доверяй но проверяй. Я не зря потратил на неё немного своего времени. Если она не дурочка, то с годами поймёт, какой большой подарок я ей сделал в начале учёбы. А она точно не дурочка, так что рано или поздно меня настигнет её благодарность. Или нет. Я все равно почти ничего не теряю, зато, если дело выгорит…

Я помогу ей занять должность министра магии, как в каноне, продолжая направлять её энтузиазм в нужное мне русло. Она может многого добиться и сама, но с моей помощью ей это будет быстрее, проще и сама по себе она будет к тому времени сильной ведьмой, способной зашить варежку любому, кто будет вякать. Такая союзница мне нужна, и такой я постараюсь её сделать.

Что еще успел намудрить этот тип не выходя из поезда? О, он решил затесаться в компанию маленьких змеек-расистов, свято веря в то, что они воспринимают его за своего. Только вот, по моим личным наблюдениям, в его новой компании обретаются как раз не безобидные, а очень даже ядовитые гады, хоть и маленькие ещё. Сразу видно, что эти воспитывались в семьях из священных двадцати восьми. Они всегда были самыми опасными и недооценивать их не стоит. И только один Поттер среди них — безобидный, беззубый ужик, зато с короной больше головы.

Мне, с высоты моего опыта, не тяжело разглядеть профессиональные манипуляции парнем со стороны мелких аристократов. Ну, ничего удивительного, ведь их к этому с детства готовят, вот они на нем и тренируются, отыгрывая свои роли. А этот баран реально думает, что пользуется невероятным успехом у своего поколения… Ага, на Слизерине… Особенно у дам, да уж… Все эти томные вздохи и ахи… Неужели он не видит фальши? Сколько ему было в его первой жизни, перед перерождением, раз он ведётся на такое? Он что, был стандартным девственником? Нет, я понимаю, что чужая душа — потёмки, но…

Мелкие пигалицы просто с ним играют. Кошмар, и вот это попаданец-нагибатор Тёмных Лордов и Великих Светлых (пока только в его фантазиях)? Почему я испытываю испанский стыд, краснея за него? Но это ещё ладно. Позже он меня просто добил.

Попытался Поттер вчера подкатить яйца к кому-то постарше, значит, прямо в гостиной своего факультета, но выбор его пал на ту, кому просто было не интересно сюсюкаться с ним. Так что сразу же обломался. Жестоко обломался…

Ну что сказать, попытка флирта от нескладного одиннадцатилетнего пиздюка, была воспринять Амандой Де Аморе сначала с улыбкой, как забавная шутка, но вот когда она поняла, что это вовсе и не шутка была, то стала смеяться еще сильнее, привлекая внимание своих подруг с факультета.

Осмеянный Казанова ретировался в свою комнату, что-то там бурча себе под нос про коварных слизеринских сук и что Аманда ещё пожалеет об этом, но ржали там все ещё долго. А потом и мы с Кэрол посмеялись от души, когда до нас дошли слухи. Я даже Фелисити написал об этом, чтобы и она посмеялась вместе с нами. После этого случая Поттер пока оставил попытки подбивать клинья к слизеринкам постарше, видимо наконец осознав, что ребёнка никто воспринимать всерьёз не будет.

Хотя… я готов поставить свою артефактную зажигалку, что он уже присматривается к Чанг с нашего факультета. Ловил пару раз его задумчивые взгляды в сторону столов нашего факультета. Понизил планку, поди.

Всего на год старше, да и родословная её под большим таким вопросом. В Британии их род недавно. Явно беженцы. Эта как раз будет не против ухаживаний целого национального героя. Наверное.

Луну я уже предупредил, чтобы держалась от него подальше, а то пару раз его взгляд падал и на неё. Педофил проклятый. Наверняка оправдывает свои мысли тем, что ему же тоже одиннадцать, значит можно. Ага, конечно. Пускай только попробует сунуться. Да и Гермиона, умничка такая, ей по ушам проехалась, поведав свою историю знакомства с Поттером, так что за нашу белокурую малышку я спокоен.

Чувствую себя большим старшим братом, защищающим доверчивую младшую сестру от неблагоприятной компании. Да, Луна за какую-то жалкую неделю смогла добиться своей чистотой, добротой и любознательностью моего расположения и покровительства.

Я ни разу не почувствовал в ней фальши, только доверие к моим словам и персоне что, если честно, немного подкупало. Когда тебе так искренне верят, обманывать ожидания как-то даже неловко. Вот я и не обманываю. Пока что.

Меняться, подстраиваясь под других, и становиться светлым магом и добрым добрячком, подставляющим под круцио вторую щеку, я не планирую. Она либо примет меня таким, какой я есть, либо наши дорожки разойдутся, когда она узнает, какое я чудовище. Но это дело будущего. Её выбор далеко не так очевиден, как может показаться на первый взгляд.

Честно говоря, такое быстрое сближение с мелкой блондинкой изрядно так напрягло нашу с Кэрол паранойю. В первую очередь мы грешили на ментально воздействие, но… пусто. Я, может, и не Дамблдор, но и не профан, заметил бы нечто настолько серьёзное, как вмешательство в свой разум и мышление. Кэрол тоже ничего не нашла, зато мы смогли проанализировать свои мысли и действия и пришли примерно к одним и тем же выводам. Луна нам просто нравилась. Она была открытой, доброй, не лезла в душу, когда не просят, не поучала, не обсуждала. И ещё её магия будто резонировала с нашей, хотя я считал, что это невозможно. Шутка ли, мы имеем практически противоположные полярности магии. Свет и тьма, жизнь и смерть, огонь и лёд. Тем не менее, почему-то нам было комфортно в компании друг друга.

Непонятно. А непонятное обычно настораживает. Ох уж эта моя паранойя.

Что ещё я выяснил за неделю о своей новой… подзащитной?

Луна очень умная и сообразительная для своего возраста и имеет на всё и про всё свое собственное мнение и взгляд на жизнь, частенько расходящиеся с таковыми у большинства. К примеру, как бы ей не заливали в уши гадости про меня и Кэрол на нашем факультете, чему я специально не препятствовал, она их просто игнорировала и продолжала ходить хвостиком то за мной, то за моей подругой. Её компания не напрягала, не раздражала и вообще была весьма приятной, так как она очень чутко угадывала настроение и, когда нам было нужно свободное пространство, конфиденциальность и тишина, переключалась на Гермиону, проводя время в библиотеке.

Даже странно, что только мы с Кэролайн так хорошо относимся к ней. На факультете остальные её почему-то не очень-то любят. Сначала я подумал, что это из-за нас, но потом вспомнил канон и понял, что, может быть, дело совсем в другом. Иногда людей может раздражать то, что кто-то банально лучше, добрее и чище, чем они сами. Они не принимают это, отторгают как нечто чуждое, воспринимая как какую-то обманку. Это их раздражает и нервирует, вызывает зависть… Да, люди такие люди. Не важно, волшебник ты или нет, ты в первую очередь все ещё человек. Что же касается меня… то я принимаю себя таким, какой я есть, так что мне все равно. Мне, падшему во тьму, напротив, этот её внутренний свет даже приятен. Освежает и возвращает немного веры в окружающих. Может быть не все вокруг такое уж дерьмо...

В общем, Гарри лучше не подходить к нашему маленькому цветочку, иначе он может схлопотать экспериментальные проклятья сразу и от меня, и от Кэрол, которая в Луне души не чает. Не знал даже, что она умеет быть не стервой.

Хотя, я бы на месте Гарри сосредоточился бы лучше не на юбках, а на магии. Девушки никуда не убегут с этой подводной лодки, а впечатлять ведьм нужно не дорогой спортивной тачкой, и даже не новенькой метлой, а исключительно своими навыками в магическом искусстве.

Странно даже, что он этого до сих пор не понял, ведь уже вовсю пассивно использует свое превосходство в знаниях и умениях над простыми первокурсниками и второкурсниками, многие из которых смотрят на него, как на второй раз припершегося Мерлина. Правда, все они не с его факультета… Вот уж выбрал он, конечно…

Интересно, кстати, откуда он знаком с заклинаниями и учебной программой вплоть до третьего курса… Может, он все-таки гений? Тогда почему не берется изучать то, что посложнее? Лень? Гордыня? Может, он показывает далеко не все, на что способен? Считает до пяти, хвастаясь, что умеет до семи, а на деле решает под партой дифференциальные уравнения? Что-то не похоже. Впрочем, не буду исключать такую возможность. На всякий случай.

Ну и вишенка на торте. В поезде — он нарвался на меня. Не знаю как он, а вот я почувствовал настоящий прилив везения, хе-хе. Хотя, судя по всему, он-то как раз должен был почувствовать отлив везения? Сизигия, что тут скажешь. Где-то приходит, где-то уходит. Пятьсот пятьдесят четыре пункта удачи перекочевали ко мне. Приличная сумма, но…

В тот момент, когда мы пожали руки, я смог ощутить тот безбрежный океан удачи, что плескался в этом маленьком и слабом тельце. Даже немного страшно стало. А ещё захотелось забрать все себе. Но я прекрасно понимаю, что нужно избегать прямого противостояния и делать пакости чужими руками. Мне не нужна ответка, способная кардинально испоганить мне жизнь.

«Рон, настало твоё время.» — подумал тогда я в поезде, и все ещё считаю, что был абсолютно прав.

Близнецы, кстати, под конец недели зашевелились, явно придумав что-то убойное и обидное, избрав своей целью Поттера, а он ни сном, ни духом. С чего бы, интересно? Довольно беспечно с его стороны, если учесть, что братьев в этот раз сможет выгородить Перси Уизли, который на хорошем счету у учителей, а Дамблдор явно недоволен Поттером и благоволит Уизли. Это ещё мягко сказано, недоволен. Хе-хе-хе.

Итак, удача. Я смело могу сказать, что нашёл нефть в пустыне и готов принять её в дар от этого наивного и глупого туземца в обмен на стеклянные бусы. Конечно, отдавать её он мне просто так не захочет, даже за бусы, даже если они из секс-шопа, так что придётся действовать жёстко, как конкистадоры в свое время. Немножко нахально и настойчиво. Правда, есть с этим одна проблемка. Дамблдор зовётся.

Конечно же, попадание Поттера на факультет Слизерин не могло минуть внимания нашего дорогого директора, и, судя по тому, как он сверлил Поттера не очень добрым взглядом, от которого даже меня пробрало, а ведь я глянул только мельком… наш Дамблдор законам фанона следовать не спешил и догадался если не обо всем, то о многом. Если Гарри надеялся, что сможет водить директора за бороду, а тот и рад будет, то его ждало жестокое разочарование. Дамблдор сам кого хочешь своей бородой задушит.

Не верю я, что старика мог бы так сильно расстроить просто выбор факультета и мажористость парня, как и его выбор компании друзей.

Слизерин, это конечно вам не Гриффиндор, но наш директор обычно играл в справедливость (а, может, и не играл), так что не стал бы вешать ярлыки прямо так, сходу. Тут явно все было несколько сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Из чего я сделал вывод, что «нефть» придётся качать быстрее, пока она внезапно не иссякла и не была приватизирована большим бородатым братом. Благо, начал я ещё с поезда. Какой я предусмотрительный.

Ну ладно, хватит о Гарри. К нему и так приковано слишком много внимания. Прошла неделя, а он ещё не в застенках Азкабана, не в палатах Мунго и не распят на дыбе. Стало быть, директор решил попаданца не убивать. По крайней мере, сразу. Не знаю, по какой причине, но, наверное, что-то важное, потому как с Дафной волшебники не церемонились, и это при живых-то родственниках.

Да уж, повезло мелкому попаданцу. Очень повезло.

Не люблю, когда кому-то везёт больше, чем мне. Как бы это исправить? Хммм.

Может, процесс зашёл уже слишком далеко и настоящего Поттера спасать банально поздно по причине его тотального отсутствия внутри тела, вот и не грохнули засранца пока? Хочет использовать, или есть ещё причины, о которых я знать не знаю?

Что же касается меня и моей жизни в замке… То у меня тоже были свои собственные развлечения. Помимо просмотра комедии «Гарри Поттер и тайны гарема», да-с.

Я вёл оживленную переписку с Синдер через блокнот с протеевыми чарами, что стало приятной отдушиной. Собеседница из неё отличная, а уж какими занимательными историями времен её ученичества здесь она поделилась… А ещё парочкой идей для проклятий на основе вуду. О да, вуду это очень хорошо. У меня уже есть планы на эту ветвь малефики.

Всё хорошенько взвесив и трижды обдумав, я все-таки написал ей, чтобы начала подыскивать себе оборотня-донора для ритуала, через который уже прошёл я. Она вполне справится с этим делом сама. Уже большая девочка, проверил лично. Спасибо нашему министерству, найти у нас в стране доведенного до отчаяния оборотня куда проще, чем может показаться на первый взгляд. А с ритуалом я, конечно, помогу, когда придёт время. Процедура отлажена.

Да, я решил, что ей тоже не помешает такое подспорье, как контролируемая сила оборотня. Кэрол пошла другим путем усиления своих физических показателей, но вот Фел в этом плане ещё была девственно чиста, так что… почему бы и нет? Я не хочу, чтобы она умерла по глупости, от какой-то шальной авады, потому что не успела уклониться. Она важный член нашего тайного общества из целых трех человек, в конце-то концов. Хотя ладно, кого я обманываю? Себя? Зачем? В первую очередь она стала важной для меня, все остальное вторично.

Но для моего будущего плана мне бы пригодился ещё один верный оборотень под рукой, раз уж я собираюсь подмять под себя всех свободных оборотней Британии. Как будущему альфе мне понадобится кто-то, кому я мог бы доверить управление пушистой братией в моё отсутствие, а слушать они будут только кого-то из своих. Дикая Охота должна продолжаться даже в случае моей смерти. Не зря именно истинные оборотни вели за собой Дикую Охоту фэйри. Я хочу воссоздать её если не в точности, то хотя-бы в миниатюре, и оборотни одна из важнейших составляюших.

Но просто так подмять под себя такое количество зубастых хищников пятой категории опасности просто невозможно. Будь это так просто — и министерство уже давно бы научились использовать их в своих нуждах, но они банально слишком опасны и непокорны, так что их загнали в резервации и медленно но верно сживают со свету, как индейцев.

Да, я сильный волшебник, да, я имею силу оборотня-альфы, но… Даже этого далеко недостаточно для осуществления моих планов. Нужно кое что, что могло бы помочь мне надеть «клыкастую корону». Ещё прежде, чем провести этот ритуал над собой, Амос продумал момент с тем, что в будущем возможно будет улучшить результат ритуала. Я не зря упоминал истинных оборотней.

Кто это такие? Биомагическое оружие фэйри, которое они использовали как в войне с Авалоном, так и в Дикой Охоте. Огромные волчары трёх-четырёх метров в холке, имеющие практически непробиваемый ни магией, ни колюще-режущими предметами мех. Сила, скорость, ловкость и смертоносность этих пушистых машин апокалипсиса на порядок превосходила таковую у тех бледных копий, что живут в наше время.

К сожалению, истинные оборотни не могли размножаться самостоятельно и принимать человеческое обличье, все время пребывая в своей волчьей форме, так что со временем их всех выбили, а механизм их воссоздания знали только фэйри, которых почти не осталось в этом мире. А может и вовсе не осталось? Их можно было только создать магическим путем. Но у меня была подсказка, где можно попытаться найти исходную точку, место, где их впервые создали. Правда, это было слегка (очень) опасно. Живность в лесу водилась такая, что впору вводить в стандартную градацию шестой уровень опасности.

Фэйри всегда были горазды в создании масштабных проклятий, но это было одним из шедевров их архифэйри.

Что уж тут говорить, если сами фэйри давно покинули наш мир и отправилась в заоблачные дали, капать на мозги обитателям далёких звёзд, а вот оборотни все ещё бродят по земле, лишившись поводка и деградировав. Истинные оборотни давно сгинули, не имея возможности размножаться немагическим путем, оставив за собой в наследство лишь ослабленное проклятье ликантропии, передающееся уксусом. Те, первые оборотни, которые стали таковыми посредством укуса истинного оборотня, все были по силам как нынешние альфы. Такие дела.

Итак, как же мне получить силу истинного оборотня, если их уже давно и след простыл? Вот тут и вступают в игру знания. Амосу удалось наткнуться на упоминание того, что впервые оборотни появились… барабанная дробь… Правильно, в Запретном лесу. Видимо, фэйри выбрали Запретный лес потому, что он был где-то неподалёку от перехода в земли альвов. Ну, если я правильно понял намек. Прижали тогда ушастых хорошенько, заставив знатно понервничать.

Где-то в глубине Запретного леса может быть прикопана их законсервированная лаборатория, или что там у них было. Найти её, правда, никому ещё не удавалось, так как архифэйри покинули этот мир в числе первых, но… чем черт не шутит? Может быть, моей чёрной удачи хватит, чтобы раскопать это сокровище?

Становиться гигантским бессмертным волком я не хочу конечно, но если я пойму принцип работы этого проклятья и модифицирую под него свой ритуал… Ауф, это была бы просто песня. Эх, мечты-мечты. Ладно, если даже не получится найти эту магическую лабораторию, то придётся справляться с вербовкой собственными силами. Это будет куда дольше и сложнее, но я справлюсь. Выбора-то особо все равно нету у меня. Но я все ещё лелею надежду найти этот клад. Тут нужно много-много удачи… Стоит подумать над тем, чтобы навести Поттера на след и пристроится ему в кильватер (упасть на хвост).

Посмотрим, пока не хочу рисковать. Вдруг он соберёт все сливки, как настоящий герой, а мне останется только лапу сосать? А может и не лапу… Нет, такое мне не подходит.

Сначала попробую сам порыскать по лесу, благо теперь можно будет углубиться глубже, имея за спиной мини-армию акромантулов-дохляков и огромную магическую силу.

Менее оживленную переписку я вёл и с Гринграсс. Скорее деловую. Да, мы пока ещё прощупывали друг друга, но уже понемногу начинали сотрудничать. Она хотела, чтобы я помог с её ритуалом, но для этого я должен был для начала с ним ознакомиться и подготовиться. Удобно, конечно, что она могла делиться данными с помощью протеевых чар блокнота, но процесс был небыстрым.

Пока я плотно застрял на первом слое этой громоздкой конструкции, поражаясь тому, что кто-то так сильно заморочился с дублирующими контурами. С другой стороны, безопасность в таких делах превыше всего, даже если пострадают такие параметры как стоимость, время, необходимый уровень силы и вливаемой одномоментно маны…

Кажется, в итоге это все равно будет того стоить. Пожалуй, я даже возьму себе этот дубль-метод на вооружение и попробую адаптировать под свои нужды.

Возможно, это снизит затраты удачи на мои эксперименты с тёмными ритуалами. Было бы неплохо, ага. Но немного напрягала сложность даже первого слоя, а ведь их ещё много и… даже не знаю, как-то это слишком даже для бывшей наследницы одного из двадцати восьмым священных родов.

Откуда у неё такие познания в ритуалистике? Откуда у Гринграссов вообще такой могущественный ритуал, который явно создал архимаг? Впрочем, пока я могу заполучить такие знания почти что бесплатно, жаловаться не буду. И лезть в чужие дела. Дают — бери, бьют — беги. Пока мне только дают, так что пользуюсь моментом, а если мою жопу попытаются взять в оборот… буду действовать по ситуации. Или бежать, или бить в ответ, но жопу в обиду не дам. Где ещё я могу получить такие невообразимо редкие знания? Пока придётся немного рискнуть.

Теперь к другим развлечениям. Моё чудное зубное проклятье хорошо так заставило понервничать Снейпа, который впервые не смог ничего поделать с творением рук моих. Ну, доказать-то, что это был я, он никак не может, так как следов колдовства я не оставил, но догадывается по почерку. Я тот ещё любитель специфической малефики. Лучший среди учеников Хога, могу сказать с гордостью. Вот он и плюнул на это дело, сдав несчастного в Мунго. У него же ещё занятия у кучки остолопов вести нужно. Некогда днями и ночами расплетать проклятье и отгонять назойливых зубных фей.

Принцип модификации оказался ему незнакомым, а грубой силой подавить проклятье не получилось, потому что… я стал банально сильнее его, и дело тут даже не в количестве вложенной силы, а в качестве магии.

Это как с материалом для изготовления автомобиля. Можно взять дерьмовую китайскую сталь, которая рано или поздно начнёт ржаветь, и вообще полное фуфло, или же взять японскую, качественную, такую, что и без ухода десятилетиями не будет знать коррозии. Вот примерно на такой уровень я после ритуала и вышел. Серьёзный.

Как минимум, не уступал в качестве наложенных тёмных проклятий зельевару-шпиону-диверсанту, а это показатель, скажу я вам. За это сальноволосый снял с меня пятьдесят баллов. Мстительный говнюк.

Причину-то он придумал иную, конечно, но я-то знал, за что мне такой подарок в начале года. На факультете на меня смотрели с неодобрением. Странные они. Мы же никогда не гнались за очками и кубком. Впрочем, сегодня у меня будет возможность слегка восстановить свой авторитет. Пришло время моей дуэли с тремя лопухами. Точнее, я хотел сказать, с тремя уважаемыми представителями аристократии Магической Британии, хе-хе.

Я и проклятье новое приготовил для них. Рубрика — распаковка!

Задачка у Снейпа будет вдвойне сложной. Первую мою жертву в Мунго четыре дня продержали, пока феи перестали воспринимать его своей мишенью и выдергивать зубы без наркоза, а тут я планирую удвоить время агонии, дублируя проклятье с возможностью самовосстановления и ретрансляции от второй пораженной цели. А может быть, мне повезёт, и проклятье и вовсе заметят далеко не сразу. Так-то оно проявится постепенно, сначала в лёгкой форме, со временем наращивая мощность, подпитываясь от энергетики жертв. Вообще-то на это и расчёт, но кто знает, может быть, его все-таки приметят сразу? Будет обидно. Оно такое шикарное… Грюм бы оценил и проклинал бы им стажёров-авроров. Для профилактики бдительности, естественно.

Ещё я смог убедиться в своих предположениях насчёт частных уроков Батшеды.

Я постепенно стал позволять себе несколько больше касаний, ненавязчивый телесный контакт между нами, соприкосновения рук, и даже сделал ей лёгкий массаж плеч и шеи, когда она пожаловалась на усталость. Все это было принято благосклонно и, как я понял, она с нетерпением и интересом ждала моих следующих действий, но я решил не торопиться. Спешка может убить все веселье.

У нас ещё много времени, а играть с ней в робкого ученика и ещё более робкую учительницу было забавно, ведь мы оба точно были не из робкого десятка. Мы понимали, к чему все идёт, но пока развлекались обычными ухаживаниями. Было в этом что-то такое. Сакральное. Волнующее. Как мандраж перед первым разом. Было желание растянуть сладкую патоку соблазнения, даже если это просто игра.

И хочется и колется. Интересные ощущения, но мне нравилось, как и ей, так почему бы не затянуть нашу игру ещё немного? Победителей в итоге все равно будет двое. Я и она.

Все эти мысли пролетали у меня в голове, пока я шёл обратно в нашу воронью башню после тренировки в выручайке. Немного устал и хотел спать. Сегодня я один задержался до полуночи, а Кэрол выдохлась ещё в десять часов вечера и ушла спать, так что шествовал по пустым галереям замка я в гордом одиночестве. Патрули старост и преподавателей давно не являлись для меня серьезной проблемой. Привык к ним, регулярно бродя по замку после отбоя. Практика-с.

Тут я остановился и принюхался. Прислушался. За углом, посреди коридора, я уловил чей-то запах и спокойное сердцебиение. Сначала подумал, что очередная глупая засада моих аристократических друзей, но нет. Запах был знакомый, как и вкус магии на языке. Луна Лавгуд. Что, интересно, она делает посреди коридора в такой час? Не меня же поджидает? Наверняка меня.

Вот же маленькая провидица. В школе, на виду, удержать на себе чары и амулеты, застилающие провидцам обзор, было слишком опасно для конспирации. В выручайке ещё ладно, но вот в повседневной жизни… ну не должно быть у маглорожденного таких вещичек и знаний. Нечего скрывать. А такие вещи… это уже серьёзно. Сразу же наводит на определённые мысли. Если человек настолько заморочился, чтобы скрыться от чужих взглядов, значит ему есть что скрывать, не так ли?

Итак, она наверняка вычислила, каким путем я буду возвращаться в башню, чтобы пересечься со мной здесь, но… Зачем? Я бы и так вернулся в башню через минут двадцать неспешной прогулки.

Впрочем, что мне нравилось в этой девочке, так это её нелинейная прямолинейность. Она легко ответит на любой заданный мною вопрос в меру своего понимания и способности интерпретировать мысли. Формулировки у неё, конечно, бывают весьма специфические, но тут главное уловить суть и приноровиться к её сленгу. Лично я считаю, что если ты не способен осознать и понять ответ на свой собственный вопрос даже с подсказкой, то это только твоя вина. Старайся лучше. Она никогда не соврет, хотя не факт, что я верно пойму, о чем она говорит. Порой пророки и провидцы просто не знают, как выразить свою мысль так, чтобы её правильно воспринял собеседник. Так что я просто спрошу у неё об этом напрямую, а там посмотрим.

Я степенно вышел из-за угла, заложив руки за спину, и взглянул на неё. Меня ждали и встречали с искренней улыбкой. Приятно, конечно. Ко мне так хорошо относятся всего три-четыре человека. Точнее, с недавних пор уже на одного больше. Прогресс?

— Луна, малышка, что ты делаешь тут так поздно ночью? Меня поджидаешь, проказница? — я присмотрелся к ней повнимательнее и обнаружил одну деталь, которая мне сильно не понравилась: — и почему ты босиком? Хогвартс осенью — практически синоним словам «холодный пол» и «сквозняк». Ты хочешь заболеть? — голосом сердитого старшего брата задал я животрепещущий вопрос.

Неужели уже началось? Рановато как-то. Наверняка из-за того, что проводит свободное время в компании моей скромной персоны и периодически щебечет с Кэролайн. Наша репутация испоганила и её жизнь. И не побоялись ведь начать издеваться над первокурсницей, находящейся под протекцией кого-то вроде нашей безумной двойки. Слабоумие или отвага? Факультет воронов это не про отвагу уж точно, но и слабоумие, вроде, должно бы быть исключено, однако… Опять чья-то дурацкая интрига направленная на меня? Узнаю, кто это такой хитрожопый и бесстрашный, и так прокляну, что мало не покажется. Аммонификация толстой кишки (гнилостное разложение) это самое малое, что я могу сделать для этих добрых людей.

Из глубины груди начала подниматься клокочущая ярость. Как магма в жерле дремлющего вулкана несмело подступает к толстой плёнке обсидиана на поверхности кратера, пробуя её на прочность языками пламени, так и мои эмоции медленно начинали бурлить и просачиваться наружу сквозь трещины в маске спокойствия. Глаза недобро свернули в лунном свете, но я попытался скрыть от девочки свое раздражение. Не дай магия, ещё примет на свой счёт, а мне потом её успокаивать. До полнолуния ещё несколько недель, а я уже на взводе. Ох, родной Хогвартс.

— А, это… Пустяки. Нарглы похитили мою обувь и носочки. Но это ничего. — Луна бесхитростно улыбнулась, отведя взгляд лазурных глаз в сторону, засмущавшись и неловко сжав подол мантии в тонких, как веточки ивы, пальчиках. — Спешила сюда, чтобы сказать тебе кое-что без лишних… мозгошмыгов. Что-то важное. Так что не было времени искать даже запасные носочки. Вот! — доверительным шёпотом поведали мне, чуть приподнявшись на носочках, но так и не достав до уха. Ну да, я высокий для своего возраста, куда там такой малышке.

— Так-так-так, и что же такое важное ты хотела мне поведать в час ночной и, что самое главное, как зовут этих маленьких нарглов? — я нахмурился, подходя к ней поближе. Было заметно, что она дрожит от холода, хотя и старается это скрыть.

Губы Лавгуд побледнели, утратив здоровый розовый цвет, и она то и дело переминалась с ноги на ногу или перетекала с пятки на носочек, пытаясь выиграть у холодных камней пару лишних секунд тепла для своих пальчиков.

Ладони сами собою сжались в кулаки. Черт возьми, это же Луна, в конце концов. Обидеть её, это же как пнуть мокрого голодного котёнка кирзовым сапогом под проливной холодный дождь. Может я и тёмный маг, но не чудовище. Даже у меня есть сердце. А вот у мелких засранцев, похоже, нету.

— Не нужно наказывать нарглов, Ами. Они такие, какие есть. Не со зла ведь, просто не понимают чего сами хотят. Им одиноко и скучно, а я и не обижаюсь вовсе. — пропищала ещё больше засмущавшаяся платиновая блондинка, давя на жалость, заглядывая в мои глаза своими выразительными глазищами.

Вот же… Кот в сапогах из Шрека обзавидовался бы этим чистым, словно безоблачное небо, глазам… Дабы не позволить мне вляпаться в это гуано, она даже прибегла к такому коварному приему, как сокращение моего имени. Милое только в её исполнении, конечно. Попробовал бы кто-то ещё, кроме подруг и мамы, разве что, так его сократить, и получил бы проклятые камни в почках, которые постоянно бы выходили при каждом посещении уборной, а затем восстанавливались вновь, и так по кругу… Но ей можно.

Вот же Луна, добрая душа. Не то что я. Впрочем, ладно, пусть так. В девчачьи разборки я лезть все равно не могу, это табу. Только если совсем полный швах будет, но тогда я уже не постесняюсь проклясть кого угодно, невзирая на последствия. Но раз в бабские разборки не могу вмешаться я, то может Кэролайн, которая вычислит и накажет всех причастных, а может и не причастных, просто молчаливых наблюдателей, заодно. Бездействие тоже преступление.

Полагаю, Чанг просто ещё не поняла, с кем связалась, если это действительно она заводила в этой компании малолетних стерв. Но незнание местных правил и традиций не освобожадает от ответственности. Впрочем, я-то ещё мог бы и проявить немного снисхождения в отношении мелких бандиток, но вот Кэрол… Боюсь, этих пакостниц ждёт ооооочень весёлая жизнь на протяжении всего учебного года, а, может, и каникул, ведь Кэрол тоже пришлось пройти через подобные издевательства. Ей только повод дай, так она сразу же выплеснет свое негодование в полной мере. Магия крови довольно хорошо сочетается с некоторыми разделами малефики. Но это уже будут не наши проблемы. Мы мастерски научились заметить следы за время наших тайных занятий, так что к нам никто не прикопается. Нужно было головой думать, к кому лезешь.

— Да-да, не волнуйся, я не буду наказывать наглых нарглов, если ты так просишь, — я потрепал её по непослушной гриве серебристых волос. Их накажет Шарпхарт, продолжил я уже мысленно, — итак?

— Я хотела дать тебе предсказание!

— Предсказание, говоришь? — я прикусил кончик пальца и призадумался.

Потянулся в карман и вытащил свою модифицированную под артефакт-глушилку зажигалку Зиппо, привычным щелчком пальцев откидывая крышку. Разрыв выгравированного на внешней стороне зажигалки контура заклинания послужил триггером для активации довольно хороших заглушающих чар. Моя новая игрушка, созданная уже после того ритуала.

Да, я вдохновился делюминатором Дамблдора, но сделал все на свой лад. У зажигалки было ещё две функции помимо заглушки с визуальными помехами. Одна из них, напротив, усиливала исходящий из-под прозрачного купола звук, как мегафон, а вот вторая функция… Скажем так, если сильно припечет, то я смогу подкурить сигарету от адского огня.

Правда, придется бежать быстро-быстро, если синий огонь на фитиле сожрёт сдерживающий контур заклинания и тот вырвется наружу. Короче, стоит ещё немного доработать зажигалку, чтобы не стать олицетворением слогана «Курение убивает». Уверен, никто и не задумывался о таком красочном самоубийстве.

Нет, взрыва не произойдёт. Наружу даже не вырвется адский шторм. Лишь маленький синий огонёк, который довольно быстро начнёт расти, пожирая все вокруг, обретая причудливые формы зверей и мифические созданий, поглощая все больше и больше окружающей магии и материи… Жаль, что я не умею его контролировать от слова совсем. Адское пламя — это очень убойный аргумент, но мне неподвластный.

Все-таки, огонь мне не очень хорошо даётся. Не то что лёд. Тем более, у адского пламени есть аналог в магии льда — проклятый лёд. Не менее разрушительное и смертоносное оружие, хотя и не такое масштабное. Если адское пламя поражает масштабностью разрушений, то проклятый лёд своей неотвратимостью и пробойной силой. Если говорить игровым сленгом — огонь идеален для нанесения массового урона по площади, а лёд предназначен для единичных бронированных целей.

Но согласитесь, для артефакта-зажигалки использовать нужно было именно огонь, а не лёд, иначе теряется смысловая эстетика. Так что пришлось сильно заморочиться. Но рунная магия позволяет обойти природные ограничения, невзирая на талант в той или иной области магии. Частично, разумеется. Да и лёд я себе сам могу наколдовать когда захочу, пускай это и довольно сложно. Главное, не наморозить себе случайно проклятого льда вместо обычного в стаканчик виски.

Всё, активировав вокруг себя поле тишины и помех, я положил зажигалку в карман мантии и приготовился слушать предсказание, попутно подхватывая ахнувшую от неожиданности Луну на руки, продолжая движение в сторону нашей башни. Её мгновенно накрывают мои легкие согревающие чары, накложенные касанием. Это легко, ведь она у меня в руках. Буквально.

Нам ещё минут десять идти, а какое бы там ни было предсказание, десять минут оно занять просто не может в принципе. Они всегда весьма короткие, по природе своей, ведь и так отжирают очень много сил у провидца. Главная причина, почему у предсказаний и пророчеств такие расплывчатые трактовки и так мало полезных деталей. Уж я-то знаю, какой это тяжкий труд на самом деле.

Без таланта у Трелони в башне делать попросту нечего. Разве что чаи гонять да чаинки разглядывать, отдыха душой. А вот у Луны талант есть, и он просто огромен. Особенно в сравнении с моими куцыми способностями, годными лишь для балаганных фокусов да подсматривания через хрустальный шар.

Вот почему я отношусь к её предсказаниям крайне серьёзно и с некоторой долей доверия. Это профессор Трелони любит пошутить, да так, что не поймёшь, где реальное предсказание, а где просто пшик. Луна же всегда крайне серьёзно относилась к своему дару и языком попусту не молола.

— Спасибо, Амос. — промурлыкала Луна, уткнувшись мне носом в шею и устраиваясь поудобнее, даже не думая возражать против такой транспортировки. Ну да, это вам не босиком по холодному полу бегать. Амос-экспресс куда комфортнее и надёжнее. Вот, даже печку включить можно. Повозившись у меня на руках ещё немного, она замерла и прикрыла глаза. — Я готова. А ты готов?

— Я надеюсь, это не будет самореализующееся пророчество? — нервно хохотнул я. — Такого счастья мне не надо.

— Нет конечно, мы же друзья! Я бы никогда не сказала тебе такую гадость. Мама говорила, что такие пророчества разве что только врагам давать можно, чтоб с ума сошли или поубивались, пытаясь его предотвратить. Я дам тебе открытое. В смысле… вариативное? Непредопределенное. И не пророчество вовсе, а предсказание-предупреждение. Это разные вещи. Я знаю, что ты выбрал себе дополнительный курс прорицаний, вообще-то. Вас там хоть чему-то учат? — она надула щеки как бурундук, явно немного обиженная такими подлым инсинуациями.

— Понял-понял, не дурак. Я просто пошутил! — нужно будет слушать профессора внимательнее, видимо, а то в последнее время я на её уроках слегка халтурил и откровенно отсыпался в заднем ряду. Все, что она могла мне дать, я уже взял, но обычную теорию знать тоже полезно, если у тебя есть знакомый провидец. На большее у меня просто таланта не хватит.

— То-то же. Ладно, слушай давай внимательно, повторить его я не смогу, а оно уже прямо подступает и просится наружу, я чувствую! — она замолкла и сконцентрировала магию в своих глазах, сердце и голове, чтобы через мгновение разразиться небольшой, но пробирающей до самой глубины души песенкой. В её голосе чувствовалась резонирующая со мной, как главным фокусом пророчества, магия. Я был уверен, что у этого пророчества был вкус лунного света и аконита.

— Ночью лунной посмотри,

Что оставишь ты

Навсегда, как свет зари,

Ради красоты.

Если Старший приведёт

Нового к ручью,

Может быть, перечеркнёт

Всю судьбу свою.

Бойся проклятой воды,

Чистой, как слеза.

Стоя на краю беды,

Не закрой глаза.

Стоит лишь не удержать —

Опоздал навек:

В храме знаний не бывать,

Бывший человек.

Окунувшись с головой,

Ты изменишь путь,

Только будет что ценой —

В спешке не забудь.

Молодость возьмёт свою

Цену навсегда.

Поменяет суть твою

Чистая вода.

Помни, есть цена всему,

Плату не забыть:

На весах ни одному,

Никогда и никому,

Ничего не скрыть.

Наступила тишина. Даже звук моих шагов был заглушен, и мы словно утренний шотландский туман стелились над полом. Я переваривал предсказание Луны и не мог понять, что меня в нём смущает. Какое-то оно было странное. Будто и про меня, и не про меня одновременно. Двойственное ощущение.

— Это предсказание довольно странное, — констатировал я, поудобнее перехватывая маленькое тельце.

— Все предсказания разные и немного странные, так мне мама в детстве говорила, — пожала плечами девочка и замолчала. Воспоминания о матери вызывали у неё ноющую боль в груди. Ей было одновременно и приятно и тоскливо вспоминать Пандору.

Пока усиленно размышлял и пытался докопаться до сути пророчества, я и не заметил как она уснула. Мирно сопя в шею, доверчиво прижимаясь ко мне, она выглядела такой же хрупкой и безмятежной, как котенок. А пушистых комков шерсти я любил. Не зря у меня даже сердцевина палочки создана из усов нунду. Хотя назвать этого хищника над хищниками простой кошкой язык не поворачивается…

Если бы пятая категория опасности делилась ещё на пять подуровней, то нунду вновь получила бы твёрдую пятёрку, в то время как большинство взрослых драконов максимум четвёрку. Кроме венгерской хвостороги и ещё нескольких подобных ей экземпляров, вроде украинского железнобрюха или китайского водяного левиафана. Им тоже можно смело давать пятёрку. Как гоблины умудрились засунуть себе в Гринготтс железнобрюха для меня остаётся загадкой, но могу предположить, что они вырастили его у себя в подземельях. Оборотни, кстати, получили бы всего второй подуровень…

В гостиной факультета никого не наблюдалось, так что я выбрал удобное кожаное кресло и уселся в него, накрыв свою ношу синим клетчатым пледом, который стянул телекинезом с соседнего дивана.

В башню девочек мне вход был заказан, так что, по-хорошему, нужно было будить её, чтобы она сама добралась в свою комнату, иначе никак. Но отчего-то мне этого не хотелось и сие казалось мне неправильным. Она только-только заснула, полностью вымотавшись морально, физически и магически, пытаясь мне хоть как-то помочь. Предупредить об опасности. Исполнение немного неумелое, но зато искреннее. Ну ладно, так уж и быть, в качестве благодарности позволю ей выспаться под моим чутким присмотром. Ближе к утру разбужу её и отправлю в готовиться к новому интересному дню.

Да уж. Никогда бы не подумал, что настолько размякну. Сначала Фелисити смогла пробраться мне под кожу, теперь вот ещё и эта мелкая пигалица смогла смягчить моё сердце и нрав. Того и гляди, пойду ромашки на поле собирать… Хотя ладно, чего это я переживаю? Моя доброта всегда была весьма избирательна.

Наверное, каждому злодею нужна своя отдушина, не позволяющая внутренней тьме переполнить его и разорвать изнутри. Кому-то везёт и он находит такую, а кому-то нет, и в итоге все, что его ждёт — смерть в одиночестве и темноте. Мне такого счастья не надо. Почему-то вспомнилась старая песня группы Эпидемия — Чёрный Маг. Покачав головой, я улыбнулся. Нет уж, я не собираюсь отказываться от своего пути.

Я погладил правой рукой мирно спящий у меня в руках лунный блик по голове и тоже погрузился в дрёму. Нужно немного отдохнуть. Завтра у меня дуэль и нужно будет показать себя и напомнить всем, что со мной шутки не просто плохи, а равноценны неделе в Мунго!

Комментарии автора :

Да-да, я знаю, что много бла-бла-бла и рассуждений гг, но так было нужно. Это промежуточная глава, в которой я подводил итоги, так сказать. Следующие будут наполнены экшоном и интересными поворотами сюжета. Предсказание Луны начнёт исполняться так, как гг не ожидает. Сможет ли он вовремя понять, откуда дует ветер и воспользоваться её подсказкой, чтобы обернуть опасность себе на пользу? П. С. Как всегда с рифмами мне помогал: https://author.today/u/dirkstrider1 Так что за красивое пророчество мы обязаны ему)

Переодически меня об этом спрашивают, так что вот ссылка на бусти. Но сразу предупреждаю, главы я там выкладываю всего-то на день раньше, так что это просто для донатов, не более. https://boosty.to/kainoele

Глава 18 Анализ обстановки — залог счастливого существования

Гермиона Грейнджер провела свою первую неделю в школе очень плодотворно, тщательно следуя совету старших, и была вполне довольна собой.

Её осознанный выбор факультета Воронов окупился полностью, так что она могла себя похвалить за разумность принятого решения, пускай на него в тот момент и повлияла эмоциональная составляющая. Но библиотека в гостиной…

Ох, с её скромной точки зрения нужно было начинать агитацию на вступление в Рейвенкло именно с этого! Для нее храм знаний прямо в гостиной говорил о факультете умников лучше тысячи слов. Чуть позже она выяснила, что Мадам Пинс, библиотекарь Хогвартса, куда охотнее выдает разрешение на вынос ценных книг из её библиотеки именно воронам, так как они как никто умеют обращаться с библиотечными книгами и знают им цену. Еще один маленький, но приятный бонус для заядлой библиофилки вроде нее.

В дополнение к этому она еще и завела самую настоящую подругу, как и мечтала. Причем в первый же вечер, за праздничным ужином. Невероятное событие, сродни получению письма из Хогвартса.

Тем приятнее было оказаться с ней еще и соседками в башне, а после решили садиться вместе и на всех последующих занятиях. Но если бы еще год назад кто-то сказал Гермионе, что она легко сможет найти себе настоящую подругу настолько просто, то она бы только горько рассмеялась над злой шуткой и вернулась к чтению какого-нибудь атласа или энциклопедии. Но теперь это её реальность и к ней еще предстояло привыкнуть. Это в очередной раз подчеркивало правильность выбора факультета умников. Здесь она чувствовала себя на своем месте.

Ее подруга оказалась просто волшебной. Даже среди других волшебниц она выделялась. Во всех смыслах. Чем-то она походила на первых встреченных ею старших, Амоса и Кэрол, благодаря которым она и оказалась там, где оказалась. Было в этой троице что-то такое, особенное. Не зря она ненавязчиво но внимательно к ним приглядывалась. Не шпионила, просто хотела понять и научиться быть правильной ведьмой. Дышать магией. Вокруг них всегда будто витал легкий флёр волшебства, а их глаза имели куда более насыщенный и необычный цвет.

Первокурсница готова была поклясться, что их внимательный взгляд смотрел куда глубже в суть вещей, чем у большинства других волшебников и ведьм. Позже ей встречались и другие студенты вроде них, в которых она тоже угадывала нечто подобное, но таких были лишь единицы из множества посредственностей.

Самым лучшим индикатором для девочки послужили уважаемые учителя магии. В их глазах она тоже чувствовала эту силу, власть приказывать законам природы и вязать реальность спицами волшебных палочек, как какой-нибудь обычный шерстяной свитер.

Она видела некое внутреннее свечение из глубины их чёрных зрачков. У каждого свое, уникальное.

У Амоса это было черное сияние океанской бездны, обрамленное серебряной кромкой, у Кэрол глаза сияли то завлекающим розовым светом, то алым, как свежая артериальная кровь. У Луны глаза были будто подернуты серебристо-золотой дымкой, загадочные и притягательные глаза, словно тайна. У директора Дамблдора, несмотря на природный голубой цвет глаз, магия нет-нет но выдавала за линзами очков-половинок зеленовато красные всполохи -искры, словно внезапный пожар в лесу.

Трудно было объяснить это чувство, эти необычные образы, да и откровенно боязно подходить с такими странными вопросами к учителям. Зачем? Чтобы быть осмеянной? Нет уж.

Но у Гермионы теперь была лучшая подруга, с которой можно было это обсудить, поделиться тайной, так что через несколько дней Гермиона не выдержала и все рассказала. Ей очень хотелось знать, что думает по этому поводу её подруга, которая тоже, мягко говоря, отличалась эксцентричностью. Уж кто бы точно не стал над ней смеяться, так это Луна.

Как и ожидалось, молодая ведьма получила ответ на свой вопрос, хоть и в стиле Луны. Её слова нуждались в дешифровке и более глубоком понимании магии в целом. Пришлось закопаться в книги. Благо, Лавгуд сжалилась над ней и подсказала где искать и куда смотреть, чтобы увидеть. Волшебники оказались еще теми любителями писать собственные автобиографии, разбавляя почти любую интересную мысль о магии мегатоннами бесполезной воды, без которой Гермиона могла бы и обойтись как-нибудь.

Этих подсказок хватило, чтобы навести Грейнджер на след из книжных сносок (хлебных крошек по Грейнджеровски). Несколько пыльных старинных фолиантов в глубине библиотеки Хогвартса прояснили суть. Все оказалось куда проще, чем она думала, и, одновременно, куда сложнее. Многограннее.

Если коротко, то она могла визуализировать магию подобным образом. В её возрасте довольно редко у кого получается настолько хорошо ощущать магию, так что стоило ли удивляться, что её подруга тоже умела, хотя и как-то по своему? Нет, конечно нет. От Лавгуд всегда стоило ожидать чего-то подобного, необычного. Девочка-загадка.

Все это время Гермиона училась и наблюдала, не выпячивая свои знания, амбиции и интеллект. Тихо и максимально незаметно собирала данные об окружающих её волшебниках и обстановке в школе в целом, штудировала дополнительную литературу, которую ей посоветовали старшие, быстро ознакомившись с правовой и законодательной системой магической Британии. После этого она несколько дней пребывала в тихом шоке и ужасе от нелепого и устаревшего бюрократического монстра, самое место которому было в средних веках, если не в темных, а никак не в современном обществе. Варварство какое-то.

Пока ей было тяжело охватить всю картину целиком, но даже отдельных фрагментов оказалось более чем достаточно, чтобы увериться в том, что магический мир если и сказка, то очень страшная. Как и говорил Амос. Очень не хотелось верить в это, ведь в ней до того случая все ещё теплилась надежда, что он сгущает краски, но… придется смириться и приспосабливаться.

Ей повезло, что еще в самом начале с нее сняли розовые очки, а после заботливые старшие не дали ей нацепить их обратно, направив её взгляд на то, что ей нужно было увидеть, чтобы окончательно прозреть.

Гермиона не брезговала сбором слухов и сплетен в свободное от учёбы время, хотя сама втайне презирала их, как и тех, кто их распространяет. К счастью, никто из старших учеников не обращал внимания на тихую и незаметную первокурсницу, которая всегда сидит уткнувшись в очередную пыльную книгу и не мешаясь под рукой. Благодаря этому она смогла оценить своих новых знакомых с разных ракурсов.

Если говорить об Амосе, то единственная точка соприкосновения абсолютно всех сторонних мнений учеников о нем… был страх. Его боялись, ненавидели, презирали и желали скорейшей смерти практически все чистокровные волшебники и более половины чистокровных ведьм. Но также боялись, уважали и вдохновлялись его личным примером некоторые полукровки и почти все магглорожденные. Они молчаливо поддерживали его, иногда даже тихим шёпотом за спиной у чистокровных и родовитых волшебников.

В обеденное время в главном зале собиралась почти вся школа, так что можно было понаблюдать не только за насыщающимися жирной калорийной едой учениками, но и за профессорами. Их реакция на парочку Санхайд-Шарпхарт тоже была противоречивой.

Многие воротили от него нос, кривясь при малейшем соприкосновении их взглядов с его фигурой, будто от одного его вида их пробивал озноб. В такие моменты ей чудилось в них узнавание и страх. Но это касалось не всех. Было несколько исключений, вроде волосатого, как йети, лесника Хагрида, или молодого профессора по древним рунам — Бабблинг. И, как подозревала Гермиона, директора.

Хотя он почти на всех смотрел одинаково, так что сказать было трудно. Видимо, ему по статусу было положено соблюдать непредвзятое мнение и нейтралитет, но вот когда он смотрел на Поттера… В общем, Гермиона посчитала, что пока директор не смотрит на кого-то ТАК, как смотрит на Гарри, то не все так плохо. Его образ добродушного и мудрого волшебника из сказки будто давал трещину, из которой сочилась раскаленная магма запредельной ярости. Не зря Поттер так ежился каждый раз, когда директор мельком бросал взгляд в его сторону.

С репутацией Кэрол все было куда более запутанно, но в то же самое время почти идентично тому, что было у её друга Амоса. Её терпеть не могли абсолютно все чистокровные ведьмы, но ситуация становилась странной и неоднозначной, когда дело касалось чистокровных волшебников. С виду и на словах в компании друг друга они тоже презирали и недолюбливали ее, но находясь в одиночестве нет-нет да бросали в ее сторону заинтересованные взгляды.

Частенько, когда взгляд Шарпхарт был обращен в их сторону, те невольно старались выставить себя в более выгодном свете, приосаниться, поправить мантию, залихвастски колдовать что-то интересное и красочное. Складывалось впечатление, что их слова и мысли не имели ничего общего друг с другом. Большинству из них она, по всей видимости, действительно нравилась, но те боялись потерять лицо в компании своих друзей и признаться в этом, даже не подозревая, что тех гложут те же чувства.

Подводя итоги, обдумав все хорошенько еще раз, Гермиона приняла решение не верить никаким слухам и судить обо всем сугубо из личного опыта общения с ними, невзирая на общественное мнение. Репутация у них, может, и странная, но вот конкретно ей-то они помогли и она чувствовала к ним исключительно почтение и благодарность. Какое ей было дело до мнения незнакомых людей? Её новая подруга не зря называла большую часть волшебников стаей взрывопотамов.

Прочитав об этих магических животных побольше в специализированном справочнике, она поняла, что Лавгуд попросту назвала их стаей тупых, близоруких и взрывоопасных баранов. В этом, если подумать, был смысл. Профессор Снейп был того же мнения, хоть и выражался более просто, называя вещи своими именами т.е. — баранами. Наверное, он посчитал своих студентов настолько тупыми, что они даже не смогут провести простейшую аналогию барана и взрывопотама. Если так, то, возможно, в большинстве случаев это соответствовало действительности. Ходили слухи, что первый курс гриффиндора успел отличиться на первом же занятии. Кто-то пострадал от ожогов, пара котлов вообще расплавилась, а урок был сорван. Гермиона была почти уверена, что тот неудачник, устроивший все это, до конца обучения останется в чёрном списке профессора зельеварения.

Но были и положительные моменты во всей этой магической кутерьме, называемой Хогвартс. Дружба с Луной, как показало время, оказалась еще и очень выгодной. Хотя она и не ставила это во главу угла, но было все равно приятно.

Лавгуд ей все уши успела прожужжать еще в их первый день знакомства, поведав ей о том, как именно она добиралась до Хогвартса и с кем познакомилась. Гермионе было даже немного завидно. Лодки и озеро это, конечно, тоже хорошо, но альтернатива…

Вначале Гермиона очень скептически отнеслась к ее рассказу о ночном полете над гладью озера в карете запряженной крылатыми конями, но позже, наткнувшись в том же справочнике на упоминание фестралов, была вынуждена пересмотреть свое отношение к ее истории.

Хотя знакомство маленькой добродушной сереброволосой ведьмочки с, вроде как, парочкой темных магов, ее слегка удивило. Она успела понаблюдать со стороны за взаимодействием троицы ее знакомых. Когда Амос и Кэрол общались с Лавгуд, было совершенно невозможно заподозрить в них мистических пользователей тёмных искусств. Они больше походили на пару из заботливого, но строгого старшего брата и сестры с комплексом гиперопеки. Оба баловали девочку, чем та с радостью пользовалась. Но некую незримую грань не переходила, оставляя им достаточно личного пространства.

К примеру, только благодаря ему они могли сейчас присутствовать на дуэли Амоса и тройки чистокровных волшебников на год или два старше самого рейвенкловца, судя по всему.

Первокурсников обычно к дуэлям не допускают, но её подруга смогла каким-то чудом уговорить Амоса взять её с собой посмотреть, а тот, как один из непосредственных участников, дал свое разрешение на ее присутствие. Правда с условием, что она ни на шаг не отойдет от Кэролайн и будут тише воды, ниже травы. Гермиона же постаралась и смогла напроситься пойти вместе с Луной, так что дуэль засвидельствовать подруги смогут вместе. Молодые ведьмочки были в предвкушении настоящего магического боя. Грейнджер не терпелось посмотреть на то, как колдуют старшекурсники, чтобы знать, к чему стремиться и чего ожидать, если… когда проблемы настигнут её несмотря ни на что.

Мерный гул толпы не отвлекал и не мешал Грейнджер собирать очередную порцию данных, на этот раз чисто визуальных, так как в такой какофонии звуков разобрать что-то вразумительное она попросту не могла. Реакция толпы на вошедших на помост была показательной.

Большинство болело отнюдь не за Амоса Санхайда, которому достались лишь жиденькие, несмелые аплодисменты немногих, кто осмелился выказать ему поддержку. Его, впрочем, это нисколько не смущало. На лице играла дерзкая ухмылка, а чёрные глаза блестели как обсидиан в свете факелов, обещая врагу не самые приятные мгновения в его жизни.

Поза была расслаблена, почти небрежна, палочка смотрела в пол. Такое пренебрежение еще больше выводило из себя первого из трех дуэлянтов — шестикурсника со Слизерина. Тот яростно уставился в глаза Амосу, но тут же поплатился за это, застыв на месте. Лишь движение шепчущих что-то губ выдавало в нем живого человека, а не статую. Амос тоже что-то тихо бормотал в ответ, разминая плечи и шею.

Было слишком далеко и слишком громко вокруг, чтобы расслышать, о чем эти двое говорят, но диалог между ними все продолжался, а парень с зелёным галстуком начинал все сильнее потеть и трястись то ли от напряжения, то ли от страха. Но атаковать, почему-то, пока не спешил.

Кэролайн, стоявшая за спинами первокурсниц, слегка наклонилась к ним, приобняв девочек за плечи.

Мягко улыбнувшись в ответ на обращенные к ней вопросительные взгляды, она начала тихо комментировать бой, попутно объясняя им, что вообще происходит.

— Ха, не поняли, да? Похоже, Амос решил немного поиграть в мозголома. Вам кажется, что сейчас ничего особого не происходит, обычная перебранка перед началом дуэли, но на самом деле бой уже начался и Амос решительно побеждает. Санхайд начал противостояние с ментального пресса, проигнорировав защитный артефакт богатенького идиота, как мчащийся на полном ходу грузовик живую изгородь. Теперь он планомерно кипятит ему мозги. Не смертельно, конечно, но приятного точно мало, уж поверьте. Вот в этом как раз и заключается слабость подобных защитных артефактов — гибкостью в них и не пахнет, — проникновенным шепотом вещала ведьма, горячим дыханием щекоча ушки первокурсниц, делясь тайнами. — Великолепно способные защитить от чтения мыслей, предназначенные для сохранения секретов рода, эти дорогие побрякушки полностью бесполезны против грубой силы обычных ментальных ударов и пресса.

Пока Кэрол объясняла всё внимательно слушающим её первокурсницам, на «поле боя» тоже началось какое-то движение. Слизеринец попытался наставить на Амоса палочку, но её повело в сторону, а вместо мощного заклинания из нее посыпались лишь красные искры.

На это Санхайд лишь злорадно рассмеялся и показательно покрутил свою палочку между пальцев, впрочем, пока так и не нанеся ответного удара. Видимо, ему доставляло удовольствие втаптывать своего оппонента в грязь. Кэролайн тем временем продолжала, не отводя взгляда от форменного избиения.

— Представим эту защиту как некий купол… нет, чтобы вам было понятнее, проведем аналогию с бронзовым колоколом, внутри которого прячется волшебник, пренебрегающий окклюменцией и полностью полагающийся на защиту артефакта. Лишь с виду его защита непроницаема, но… нашему другу ведь и не нужно тратить драгоценное время и силы, чтобы залезть к нему в голову, не нужно читать мысли или погружать своего врага в сложные ментальные иллюзии, не так ли? Он просто со всей силы бьет по нему ментальной магией, словно стальным молотом. Что чувствует находящийся внутри этого «колокола» волшебник можете себе представить. Хи-хи-хи. Уверена, даже самое жуткое похмелье после десяти дней безудержного пьянства будет куда приятнее, чем вот это.

Амос, тем временем, вообще заложил руки за спину, пока его враг пытался хоть немного собраться с мыслями и сделать хоть что-то. Что интересно, слизеринец так и не смог разорвать зрительный контакт и даже прикрыть глаза свободной рукой у него не получилось. Что-то постоянно мешало ему, заставляя морщиться от головной боли, а когда у него все же почти получилось это сделать, его противник стремительно взмахнул палочкой и левая рука повисла бесполезной плетью вдоль тела.

Зловещему смеху, пробивающемуся даже сквозь гул толпы, вторила и Шарпхарт. Сейчас Гермиона была готова поверить в некоторую часть слухов о них. В такие моменты они действительно были немного жутковатыми.

«Ментальная магия, да? Какая опасная штука.» — подумала она, нервно теребя рукав мантии.

Гермиона пока не рассматривала её с боевой точки зрения, обнаружив лишь её полезные свойства в упорядочивании сознания и ускорении обучения. А вот оказалось зря не рассматривала. Страшно.

А он ведь только пятикурсник, что же могут взрослые и сильные волшебники, если на такое способен пускай и талантливый, но все еще несовершеннолетний парень? Тот же Дамблдор, по слухам, волшебник невероятной силы, и в этом аспекте магии разбирается очень хорошо.

— Ох, мне кажется, или у него кровь из носа пошла?! И из ушей… и капилляры в глазах полопались… — встрепенулась Гермиона, которая по новому посмотрела на эту дуэль.

Магия — это не только красочные явления и взрывы с буйством стихий, радующие глаз обывателя, но еще и незримая опасность, подстерегающая ровно тогда, когда её совсем не ждешь.

Благодаря комментариям Кэрол она смогла понять ту пропасть магической силы, что разделяла дуэлянтов. Один не мог даже нормально колдовать в присутствии другого… это ли не демонстрация неравенства? Странно, правда, что стороны поменялись местами и именно чистокровный волшебник оказался в незавидном положении. Видимо, родословная это еще не все. Это обнадеживало.

Если получилось у одного, значит успех возможно было повторить. Да что уж там, доказательство с алыми волосами как раз стояло у нее прямо за спиной, смакуя подробности боя и разъясняя мелкие детали для Луны, которая впитывала информацию как губка. Кэрол ведь тоже была магглорожденной, как и она, но тем не менее являлась далеко не последней ведьмой в школе.

Тем временем кровь стекала по подбородку и шее конвульсивно дергавшегося парня, заливая воротник его крахмально-белой рубашки. Форменный зеленый галстук немного почернел от крови.

— Да-да, хах. Может, давление подскочило? В таком возрасте это, несомненно, тревожный знак. Ему нужно бы показаться колдомедику. Ах, ну да, Амос вроде и так собирается обеспечить ему путевку к мадам Пофри. — продолжала злорадствовать красноволосая ведьма, прикрывая рот ладошкой.

Её пальцы немного сжались на её плече, из-за чего Грейнджер даже сквозь довольно плотную мантию почувствовала длинные и острые ногти Шарпхарт. Во взгляде алых омутов читались азарт и злое веселье. Гермионе она немного напоминала безумную футбольную фанатку, всей душой болеющую за свою любимую сборную и злорадствующую над вражеской, пропустившей пенальти. Ей даже вспомнился отец, который тоже становился невменяемым, когда разговор заходил о Манчестер Юнайтед, а ведь обычно он был очень интеллигентным джентльменом.

— О-о-о, смотрите-смотрите, сейчас он его добьет! — на пару секунд Кэрол зажала ладонями ушки Луны и проорала погромче, перекрикивая ропот толпы. — Давай, Амос, въеби ему посильнее! — после чего убрала руки как ни в чем небывало, лишь подмигнув напоследок ошеломленной Гермионе, которая, в отличие от Луны, все прекрасно слышала.

И так и произошло. Когда противник окончательно сдался, не выдержав давления на свой разум и пошатнулся на негнущихся ногах, заваливаясь вперед, едва не роняя свою палочку, Амос мгновенно нанес добивающую серию ударов скупыми но быстрыми движениями волшебной палочки.

Первую пару ударов на себя приняли пассивная артефактная защита и мантия слизеринца, но его неспособность колдовать и даже здраво мыслить в этот момент лишили его возможности воспользоваться подаренным шансом и спасти ситуацию. Недостаток реального боевого опыта и терпимости к боли всплыли в самый неподходящий момент, как это обычно и бывает.

Простейшие заклинания, которые мог освоить любой ученик, достаточно талантливый, чтобы учиться в лучшей школе чародейства в Британии, вылетали из кончика концентратора словно из дула пулемета. Одно за другим, а в завершение серии…

Парализующее — петрификус тоталус, за ним немного странное связывающее — инкарцеро, веревки которого были на несколько оттенков темнее положенного, почти что черные, если судить по детальному описанию в учебнике, которое она запомнила наизусть, конечно, а чуть погодя его просто вышибло за пределы дуэльного помоста трансфигурированным из воздуха бревном, запущенным на большой скорости, словно таран. Простейшие чары левитации оказались не так уж и просты, если уметь правильно ими распорядиться. Странно, но профессор Флитвик почему-то не был доволен нестандартным подходом своего ученика и наблюдал за всем этим поджав губы и прищурив маленькие глазки.

Если не считать невидимого ментального противостояния, то со своим противником ее знакомый расправился очень быстро и пугающе эффективно. Как с обычным неумехой-младшекурсником. Он не оставил тому ни шанса на победу, контролируя бой от начала и до конца.

Гермиона почувствовала, как пальцы Кэрол сжались чуть сильнее, впиваясь острыми ногтями в её кожу, когда Амос колдовал те магические путы. Возможно, просто возможно, что ей не показалось, и это было нечто иное, а не простенькое инкарцеро.

Гермиона как раз недавно читала, что в дуэлях опытные волшебники могут маскировать одно заклинание под другое, почти в точности повторяя словесную формулу заклинания и необходимые движения палочкой, чтобы ввести врагов в заблуждение, но втайне меняя саму суть и эффект, оставляя лишь внешнюю схожесть визуальной составляющей.

К сожалению, её опыта и знаний пока было банально недостаточно, чтобы определить наверняка, так что она могла лишь предположить это по косвенным признакам, вроде вспыхнувших темным свечением в момент наложения конкретно этого заклятия глаз Амоса или реакции на него Кэролайн и сморщившей носик Лавгуд. Флитвик, опять же, как-то едва заметно дернулся тогда, потянувшись рукой к собственной палочке, но передумал. Что-то необычное определенно имело место быть, но вот что, она не знала. Но кое о чем догадывалась.

Раз уж даже она смогла за неделю в школе выяснить, что Санхайд прославился среди учеников как крайне талантливый малефик, попутно разузнав в библиотеке кто это такие и что из себя вообще представляют, то и остальные ученики старших курсов тоже должны были знать, ведь так? С их стороны было бы неразумно бросать вызов кому-то, не проведя предварительных приготовлений и исследований.

Она бы так точно не поступила. Залог любого успеха — тщательная подготовка. Это работало с домашними заданиями и, в принципе, могло бы считаться её неизменной константой по жизни. Так что да, на мастера проклятий она бы точно не стала нарываться.

Пожалуй, униженному им парню вскоре добавится немало забот помимо насмешек со стороны его змеиных сокурсников, потому как рейвенкловец ко всему прочему прославился еще и своим творческим подходом.

Профессор Флитвик, курирующий дуэли, объявил победителя и велел срочно доставить проигравшего в лазарет. Его с помощью магии зафиксировал в воздухе и отлевитировал из зала недовольный староста Слизерина. Ему следовало поторопиться, иначе он мог не застать третью по счету дуэль, где должен был участвовать семикурсник с его факультета. Вдруг и его придется левитировать в обитель больничных коек?

Маленький профессор официальным тоном поинтересовался, нужно ли Санхайду время перевести дух между дуэлями, но тот отказался, отрицательно мотнув головой. Он вообще не выглядел хоть сколько нибудь уставшим, снисходительно наблюдая за поднимающимся на помост старшекурсником с их вороньего факультета.

Видимо, этот парень был недостаточно умен, раз не смог оценить собственные силы и оскорбил кого-то не из своей весовой категории.

Новый противник Амоса вообще выглядел крайне жалко на фоне горделиво приосанившегося, широкоплечего и так и пышущего голой силой парня. Тот старательно избегал взгляда оппонента и прятал глаза как только мог, неуверенно переступая с ноги на ногу.

Противник, который даже взглянуть на тебя боится, не вызывает никакого уважения или опасения. Это поняла Гермиона, и того же мнения придерживались и другие ученики, чьи симпатии невольно переключались на младшего рейвенкловца. Никто не хотел болеть за труса, что и глаз от земли оторвать не может. Особенно перемена настроения ощущалась в рядах гриффиндорцев, что не терпели таких по определению.

Вопреки ожиданиям, бой начал не Санхайд. Ему, казалось, доставляло удовольствие мучить ожиданием второго дуэлянта.

И это дало свои плоды. Тот, не справившись с навалившимся на него давлением общественного мнения и страхом опозориться еще больше, атаковал первым.

Санхайд легко ушел от первых двух мутно-красных лучей оглушающего, сместившись буквально на полшага вправо и довернув корпус в пол-оборота. Палочка в его руках взметнулась словно рапира, по касательной отразив щитом протего зеленоватый луч какого-то неизвестного проклятья и в ответ разразилась шквалом ответных заклинаний, вынудив противника уйти в глухую оборону, отступив под натиском на пару шагов.

— До чего же ты жалкое ничтожество… Покажи, на что способен чистокровный аристократ, если не хочешь стать всеобщим посмешищем! Сражайся яростно! Глассио фризен гласс! — гаркнул заклинание малефик, когда его провокация удалась и противник открылся, попытавшись проявить себя и контратаковать.

Амос метнул тому под ноги голубоватый шар, который тот не успел отклонить, ведь его попытку сделать что-то тут же прервала парочка острых сосулек, одна из которых с противны звоном прошила его разлетевшийся вдребезги щит и глубоко вошла в ногу немного ниже колена, достав до кости.

Нужно отдать ему должное, несмотря на наверняка немалую боль, молодой волшебник лишь до крови прикусил губу и сумел восстановить свою защиту до того, как его нашпигуют оглушающими.

Впрочем, он так и не смог помешать предыдущему ходу своего врага, так что под ногами у него образовался толстый слой магического льда. Очень гладкого льда. Настолько, что старшекурсник едва не поскользнулся в первую же секунду.

Быстро сориентировавшись, тот решил не тратить время на рассеивание чужой магии и просто бросил себе под ноги заклинание приклеивания, чтобы устоять на ногах, пока не получится растопить магический лед. Это было очень большой ошибкой. Не только потому, что он сам ограничил себя в маневренности, нет. Он и так не мог так же грациозно, как его оппонент, уходить от большинства атак на узком пятачке выделенном под дуэльное пространство. Все было намного хуже.

Будто только этого и ожидая, Амос применил какое-то хитрое заклинание из продвинутой трансфигурации, мгновенно перекроив свое предыдущее заклинание так, как ему было нужно здесь и сейчас. Нечто, звучащее как «Глассио фризен грасс», изменило лед под ногами замешкавшегося рейвенкловца. Он треснул и ощетинился острыми, хоть и довольно короткими шипами-осколками, отдаленно напоминающими ледяную траву. Очень острую траву, пробившую подошвы ботинок стоявшего на «ледяной траве» парня. Синий лед расцвел исходящим паром багрянцем, будто впитывая в себя горячую кровь.

Рот несчастного широко раскрылся в немом крике — концентрация волшебника наконец была полностью разбита болью и сквозь ослабевшие щиты пробилось очередное странное инкарцеро, сковавшее того по рукам и ногам так, что и палочкой не шевельнуть, а затем… в грудь ему ударил луч красного заклинания, выбив из него дух и опрокинув на пол. Спиной прямо на хищную траву… вновь на «лужайку» хлынула эссенция жизни, и синий смешался с красным, превращаясь в ядовито фиолетовый. Завораживающее и страшное зрелище, от которого никак не выходило оторвать взгляд. А кровь все текла…

— Ох, ну и затейник! — восхищено пробормотала Кэрол, не сводя взгляда с фиолетовой «травы». — А вы знали, что фиолетовый — его любимый цвет? Вот за что я уважаю Амоса, так это за его внимание к мелким деталям и собственным прихотям. У него есть чему поучиться. Жаль, что не все способны оценить его чувство юмора.

— Но не слишком ли жестока расправа? — немного помявшись, все же задала вопрос Луна, скосив взгляд на свою старшую подругу. — Ему за это ничего не будет?

— Амосу-то? Нет. Это мило, что ты беспокоишься о нем, но, я тебя уверяю, хуже уже просто некуда. Очередь из наших… недоброжелателей, назовем их так, может тянуться от самого Эдинбурга до Лондона… — Кэрол примостила свой подбородок на макушку Луны, зарывшись носом в её серебристые волосы и хихикнула. — Не переживай так, он знает, что делает, а насчет жестокости… в больничном крыле все поправят, а боль — лучший учитель. Этот урок они запомнят надолго. Может быть, на целый месяц, или может даже на два? Ха-ха. А затем все по новой. Как залижут раны, наверняка опять расфуфырятся и потребуют реванша, чтобы вновь порадовать нас своими избитыми физиономиями еще много-много раз. Такие уж они, глупцы, не ведающие, что такое быть настоящим волшебником.

— Ммм. — Блондинка молча кивнула и прикрыла глаза, чтобы не видеть кровавую полосу, тянувшуюся за уносимым с помоста бессознательным телом.

Остался последний бой на сегодня.

Под высокими сводами дуэльного зала воцарилась гнетущая тишина. Теперь и последнему идиоту была видна подавляющая сила пятикурсника, не свойственная его возрасту.

Внезапно, в тишине раздались одинокие хлопки. К большому удивлению Гермионы, внезапно обнаружилось, что хлопает она сама. Именно она первой начала, поддавшись сиюминутному порыву души.

Но не долго им было суждено быть единственными, лишь первыми из множества. За ней быстро подхватили Луна и Кэрол, будто сбросив наваждение и вспомнив, что неплохо было бы и поддержать своего друга, даже если он в этом не нуждается. Застывший на своем месте в расслабленной позе, заложив одну руку за спину, а в другой вертящий волшебную палочку между пальцев, он развернулся к ним и подарил им свою благодарную улыбку.

К еще большему удивлению Грейнджер со стороны Слизерина тоже вскоре послышались аплодисменты. Красивая высокая блондинка с надменным и холодным выражением лица скупо, будто экономя, хлопала в ладоши.

Через пару секунд, за ней вторили её подружки, которые словно только и ждали разрешения начать хлопать, а уже за ними подхватили и другие слизеринки, что не испытывали к фавориту данного развлечения особого негатива.

Правда вот парни с зелёными галстуками стали сверлить его взглядами пуще прежнего.

Со стороны Гриффиндора, тоже вспыхнул одобрительный гул и, как ни странно, быстро перерос в самые громкие овации, сдобренные ободряющими выкриками в стиле «Мочи слизеринцев!». Странное, конечно, дело, учитывая то, что слизеринки начали хлопать раньше.

На Рейвенкло, в основном соблюдали нейтральное молчание, так как оба ученика были с их факультета, и они не могли определиться, уместно ли будет поддержать победителя, когда проигравший тоже один из них.

Ну а Хаффлпафф, как всегда, потянулся за толпой, а так как рядом с ними как раз стояли гриффиндорцы… в общем, Амос, довольно оскалившись, раздавал со своей импровизированной сцены шутливые поклоны. Лишь та девица со Слизерина, что начала хлопать первой, удостоилась отдельной улыбки. Кажется, её звали Аманда.

Луна :

Аманда и Амос:

Глава 19 Проклятье Гидры

Ооооох, как же чертовски приятно размять кости. Себе или врагам. Как пойдет. И пока шло хорошо. Да уж, первые двое противников были просто грушами для битья, не более того, но эй, подобные им манекены тоже нужны. Для этой самой разминки например, хе-хе. На них можно отрабатывать связки заклинаний и лупить совершенно не переживая о том, что получишь сдачи в ответ. Это как раз про них. Ну и репутацию немного отбитого малефика с мозгами набекрень нужно поддерживать. Незачем всем подряд знать, что я замышляю и насколько я уже силен на самом деле. Того, что я показываю, и так более чем достаточно, чтобы шокировать нежные неокрепшие умы молодых аристократов.

Овации зала были мне приятны, честно, но не очень нужны. Расположение толпы, оно как приливы и отливы — как пришло, так и ушло. Нужно относиться ко всему проще, и тогда не будешь разочарован во время очередного отлива «народной любви и поддержки».

В первую очередь я оценил тех, кто начал хлопать первыми, ведь это как раз было важно. Грейнджер, Луна, Кэрол и, внезапно, Аманда. Ладно, с моими друзьями и подопечными все и так понятно, а вот Аманда…ну, эта змея всегда была себе на уме. Не думаю, что её так уж впечатлила моя разминка. Я хорошо представляю её реальный уровень силы, и он намного выше, чем у этих двух идиотов, отправленных мной в больничное крыло. Конечно, её боевой потенциал и опыт очень далек от моего, но она все еще легко бы вытерла ими пол, причем даже не вспотев. Значит, тут скрыто что-то другое. Проклятье, вот на зеленом факультете у меня со шпионами совсем туго. Ожидаемо, но обидно, что даже полукровки там слишком гордые, чтобы вербоваться. Была возможность устроить себе шпиона через одну старшекурсницу полукровку, но… Что-то не очень то мне хотелось заводить с ней такие отношения. От них было бы больше проблем, чем пользы, да и не в моем вкусе была эта ирландка.

Возможно, это был аванс? Следующий мой противник не такой простой и горячо ею нелюбим.

Чистокровный аристократ, чья семья подозревалась в связях с пожирателями смерти, но была оправдана. На самом деле, таких было много.

Не знаю, где они умудрились поцапаться между собой, но их взаимная неприязнь буквально трещала искрами в воздухе, стоило им пересечься взглядами. Уж не он ли её новый жених, интересно? Стоило бы узнать, на самом деле. А то как-то неловко получится, если да. С моей подачи она буквально потопталась по его гордости тогда, в поезде. Это бы многое объяснило, но таких совпадений попросту не бывает. Да? Или нет?

Семикурсник, чьи бубенцы по крайней мере не сжимаются до размеров горошинок от одного лишь моего взгляда, еще он немного темный маг на полставки и кое что понимает в проклятьях. Учитывая слухи о его семье… я бы не удивился, если так. Посмотрим…

Ого, у него все еще есть храбрость гордо бросить мне вызов и не отводить взгляда. А, нет, у него просто очень крутой артефакт против боевой ментальной магии. Не удалось с ходу нащупать уязвимость, так что даже пытаться не буду. У этого «колокол» с шумоизоляцией. В бою времени на спокойное вскрытие защиты точно не будет, да и не стоит оно того.

Ну, артефакты и золотишко — это тоже часть силы волшебника, так что претензий не имею. Не буду ныть, что это нечестно, не спортивно и всякое в таком духе, потому что всем насрать. Кто вообще ходит на дуэли без дополнительной защиты? Даже Макфлай подкладывал себе немного честного железа под рубашку… Не хочешь сосать на дуэли? Сделай себе артефакты самостоятельно, если денег нет. Ну или сиди и не отсвечивай, бездарь и нищеброд.

Я сделал сам. Во первых — так надежнее, а во вторых… экономнее. Да, в обычном мире я не бедствую, но в магическом мире я и есть нищеброд. Проклятые монополисты просто не дают нормально навариться на перепродаже. Почти все под колпаком у министерских или еще более ушлых ребят из Лютного. Не скажу, что создать себе артефакты было просто или дёшево, но… хочешь жить, умей вертеться, да? Жить мне нравится, вот и верчусь.

Мы застыли друг напротив друга, глядя глаза в глаза, ожидая сигнала. Зал затих, слава Моргане. Слышен был только тихий хруст попкорна. Стоп. Хруст попкорна? Ебучие гриффиндурки, откуда у них попкорн?! Нужно будет узнать и купить себе немного… Так, сейчас не об этом. Нужно быть чуточку серьезнее.

С темной магией и проклятьями только так и нужно, потому что одно пропущенное заклинание может стать последним как в дуэли, так и в жизни.

Даже если твой противник слабак и идиот — условной аваде на такие мелочи будет плевать. Попадёт, и крышка. Пусть у меня есть страховка, но я предпочитаю не искушать судьбу лишний раз. Вдруг это китайская удача и в самый неподходящий момент не сработает как надо?

Прозвучал сигнал. Я решил позволить атаковать противнику первым. Дам ему иллюзию возможности победы, чтобы после, в самом конце, забрать её из под носа и наблюдать отчаяние в его глазах.

Принимаю на двойное протего сразу два оглушающих. Неплохо-неплохо. Двойной каст, как-никак. Теперь понятно, почему он был так самодоволен и уверен в победе. Это неплохой задаток для становления профессиональным дуэлянтом. Когда-нибудь. Лет через сто.

Готовить явно начал заранее, запустив вторую оглушалку с руки сразу же за той, что сорвалась с палочки первой, пряча в красном шлейфе ее хвоста свой козырь.

Ладушки, такой фокус в ближайшее время он повторить точно не сможет, ведь на беспалочковую магию нужно время, которого в бою попросту нет, но если бы я был немного более беспечен и менее внимателен к мелочам, то он мог бы весьма эффектно победить меня первым же удачным заклинанием, став героем дня. Печально для него, но я на такие детсадовские приколы не поведусь. Противник явно расстроился.

Плавно скольжу в сторону, разминувшись с костедробительным заклинанием. Можно было принять и на щит, но зачем, если можно уклониться? Уже давно понял, что лучше избегать любого контакта с вражескими заклинаниями, если имеется возможность. Никогда не знаешь, какой сюрприз преподнесет тебе враг. Магия, чтоб её, очень вариативна в умелых руках.

А парень-то на мелочи не разменивается, повышает ставки, став метать очень даже темные, калечащие проклятья. Ну, так я тоже умею. Произошел обмен еще несколькими ударами, но наши щиты пока спокойно справлялись. Прощупываем защиту друг друга. Не хочу проламывать её грубой силой, нужно пользоваться моментом и отработать на нем пару интересных связок, еще не испытанных на волшебниках.

Специализированные щиты и контр-заклятья сменяли друг друга стремительными отблесками яркого света, словно в поединке столкнулись два вертящихся стробоскопа.

Рассыпались разноцветными искрами лучевые заклятья, скрипела под ногами каменная крошка разбитых защитных конструктов, созданных благодаря трансфигурации и нумерологии вперемешку с рунной магией, покрывалась разводами красок защитная пленка щитов, словно мы не смертоубийством тут занимались, а метали в друг друга красками, как бывалые художники-импрессионисты. Бой с последним противником качественно отличался.

Его артефактная динамическая защита уже несколько раз заблокировала прорвавшиеся через его собственные щиты отголоски заклинаний, позволяя ему вести бой как ни в чем ни бывало. Что до моей… то было бы интересно испытать её в боевых условиях, но да ладно, у него попросту не получится так глубоко проникнуть за мою защиту, чтобы нащупать под ней второй слой. Я все равно не собирался светить свои умения в артефакторике раньше времени. Потом, когда Бабблинг закрепит за мной звание своего личного ученика, можно будет пустить немного пыли в глаза.

Противник тем временем взял «перерыв» и перешел на менее затратные, так называемые обычные заклинания. Выдохся, салага. Ну, не могу его в этом упрекнуть на самом деле, ведь темная магия куда прожорливее любой другой. Такова плата за смертоносность. Слабые волшебники едва ли могут осилить одну-две авады, а тот же Темный Лорд может устроить настоящий зеленый апокалипсис, поливая врагов смертельным проклятьем непрерывным потоком, словно это обычные оглушалки. Мой противник был явно не Темным Лордом, так что начинал огребать, ведь я толком и не разогрелся даже, несмотря на то, что это моя третья дуэль подряд. Хе-хе, не ожидал он такого, надеялся задавить меня в самом начале, не дав восстановить силы, а теперь сам оказался в таком же положении, в которое хотел загнать меня. Ирония судьбы.

Универсальность такого заклинания как протего сияет в случаях славы, когда хрен разберешь, что такое интересное в тебя запустил противник и нет времени подбирать специализированные контрмеры.

Пока у тебя хорошие тайминги и достаточно магии, ты сможешь отразить им большую часть заклинаний. Этакое парирование мира дарк соулс, но с некоторыми нюансами, адаптированными под нашу реальность. Не стоит забывать, что далеко не все можно «парировать» да и вообще именно на таком тебя и могут подловить темные маги. Прям как я.

Лучик моего ослепляющего коньюктивитуса был принят на трансфигурированный каменный столб, который буквально через секунду надломился пополам и был отправлен в полет в мою грудь, словно копье. Вот это был хороший пример, кстати говоря.

Заблокировать мою атаку протего у него бы не получилось при всем желании, и сейчас у него, по идее, появились бы проблемы со зрением… но он показал неплохой уровень контроля над полем боя и принял проклятье на выросший из пола каменный конструкт, полностью нивелировав удар и даже совершил контратаку. Такую ответку я на свое протего принять тоже никак не смогу. Молодец, но этого недостаточно. Пора поднять ставки.

Я ласково улыбнулся, как добродушный дементор новому узнику Азкабана и, взмахнув палочкой, быстро рассчитал в уме нужную формулу трансфигурации и произнес заклинание. Каменную пику преобразовало в стайку маленьких юрких птичек. Милашки.

Модифицированный мною авис, сопряженный с трансфигурацией… Смотришь, Флитвик, старый ты полугоблин? Не ты меня этому научил. Все сам. Тебе бы лучше сейчас гордится своим студентом, а не кривить рожу. Пожалуй, я добавлю еще пару штрихов, чтобы уж наверняка впечатлить коротышку до глубины души.

Вот так намного лучше. Что, не нравится, что я наложил на своё же творение проклятье гниения и запустил эти живые самонаводящиеся комки плоти в своего врага? Пфффф. Чистоплюй.

Магия не всегда визуально прекрасна. Я вот ратую за эффективность, а не эффектность, в отличие от своего декана. Красоту оставим обывателям и мирным профессиям. В реальном бою ей нет места. Ты либо победишь, либо нет.

Уже не важно будет, насколько красивая была победа, если единственным свидетелем свершившегося будешь ты сам и несколько намочивших штанишки от страха свидетелей. Они-то уж и так, находясь под впечатлением, слегка преувеличат и добавят что-то от себя.

И вообще, это не только моя вина, что получилось столь неприглядное зрелище. Посмотрите только, что он сделал! Посмел поставить сферический, плотный щит, в который мои милые комки гноя и разложения влетели на полной скорости, размазавшись и расплескавшись по поверхности щита и округе. Да как он посмел защищаться?! Ладно, шутки в сторону.

Первые ряды зрителей тоже были не в восторге, рассмотрев все намного лучше, чем мне бы хотелось. Кажется, в этот раз я немного перегнул. Кого-то особо впечатлительного даже стошнило под ноги соседям.

Это им еще повезло, что барьер дуэльного помоста не дал им почувствовать эту жижу на своем лице. Да и запах разложения не пропустил воздушный фильтр дуэльной площадки. Спасибо Кэрол, что среагировала вовремя и догадалась прикрыть глаза Луне руками в тот момент. Гермиона, правда, все видела, но будем надеяться, что её красноречие пока не настолько хорошо развито, чтобы передать эту картину своей подруге в полной мере, если та будет интересоваться пропущенным фрагментом. Хотя… её даже не стошнило, и взгляд она так и не отвела. Может быть из нее что-то путевое и получится со временем, и не только в качестве министерского бюрократа, но и как настоящая ведьма себя проявит. Вот будет хохма, если все самые сильные ведьмы этого поколения будут из магглорожденных.

А вот моему врагу получившийся дурман не очень понравился. Аж позеленел, бедняга. Трупный яд — он такой, да. Но обед внутри себя он все же удержал, за что ему отдельный респект. Хотя далось ему это ценой сбитого каста следующего заклинания, так что выглядел он не очень довольным. Но действие яда почему-то дальнейшего успеха не возымело... Ладно. Не важно.

Не зевай, дружочек. Вот тебе еще подарок. Рисую палочкой в воздухе пентакль и метаю в старшекурсника зеленоватый шарик одного очень неприятного проклятья собственного производства.

Каждый юный волшебник рано или поздно задается вопросом «Чем так опасно проклятье немоты?».

Все, у кого есть хоть немного серого вещества в голове, ответят, что получить такое проклятье в бою равносильно блокировке вербальных заклинаний и проигрышу. Этакий сайленс-мод. По крайней мере, если ты не знаком с невербальным фините, которым его легко можно развеять. Проклятье немоты не очень стойкое. Тело волшебника имеет неплохое естественное сопротивление изменениям извне.

Большинству настоящих волшебников немота не способна доставить сколь-либо серьезных неудобств, ведь невербальное фините дуэлянты разучивают в первую очередь, и этого более чем достаточно, чтобы превратить досадный проигрыш в небольшую заминку.

Ну и в обязательном порядке его разучивают на седьмом курсе Хогвартса, если вы были слишком ленивы, чтобы обезопасить себя раньше.

Я еще никогда не слышал про идиотов, что выходили бы на серьезную дуэль без такого в своем репертуаре. Я понял это и обучился ему ещё до конца моего второго курса. И не я один. Умных людей больше, чем кажется на первый взгляд.

Так при чем тут оно? О, для своего заклинания я взял за основу вспомогательную функцию - ту, что временно склеивала пострадавшему волшебнику губы, и, плюс, добавил от себя кое-какую изюминку.

Очень уж мне хотелось посмотреть, что получится, если волшебнику залепить рот и при этом спровоцировать рвоту. К сожалению, сегодня это увидеть не получилось. Полевые испытания пошли не по плану.

Мой противник оказался не полным дураком и прикрылся от стремного, неизвестного проклятья тонкой каменной стенкой и парочкой универсальных защит от темной магии.

Этого оказалось достаточно, чтобы не очень быстрый пузырь проклятья лопнул, столкнувшись с серьезным препятствием. Он вздохнул с облегчением.

Ну-ну, ожидаемо, но все равно печально, что мой противник знаком с базовыми знаниями противодействию темной магии и опасается моих экспериментов как огня.

Раньше учили лучше, как говорится. Теперь у нас ЗОТИ ведёт Квирелл — учитель-неумеха, и уровень знаний сильно просел. Если судить по канону, то в следующем году он упадёт ещё ниже, образовав настоящую яму...

Этот хоть учебную программу почти не менял, просто снизил практическую часть занятий до минимума на радость лентяям и слабосилкам, которые с тёмными тварями воевать и не собирались в случае столкновения, а собирались обходиться простейшим сто первым приёмом карате - быстрым бегом.

Но полагаться на канон слишком рискованно. Он очень далёк от того, что мы имеем здесь.

Нет, наш Квирелл не заика, не носитель Темного Лорда на собственном затылке, и даже дурацкого тюрбана на голове у него нету (Зато есть волосы, представляете?!) …просто не его это предмет, совсем не его.

От пикси защититься или от кэлпи — его предел. Где же сейчас пропадает полудохлый Темный Лорд мне неведомо, но по школе ходят слухи о мертвых единорогах найденных в Запретном лесу... Так что есть кое-какие догадки, но и они вилами по воде писаны. Этих добродушных коняшек могли убивать как браконьеры, так и тёмные твари, вроде диких оборотней или акромантулов. Ну, может, оно и к лучшему.

Пускай лучше будет учитель-неумеха, чем маньяк-убийца под боком. Поттер так забавно сверлил профессора взглядом на обедах и ужинах, что даже мне неловко становилось, а бедолага профессор и вовсе стал избегать настырного слизеринца, даже перестав ходить на завтраки. Гарри стал его персональным сталкером...

Эх, Потти, не туда ты смотришь. Не знаю, в чем была причина избирательной слепоты Дамблдора в каноне, но если бы Том попытался проникнуть в замок под видом учителя, то Дамблдор бы повесил его на собственной бороде, в назидание другим.

Почему-то, мысленно в голове представлял себе старое, черно-белое кино про итальянскую мафию. Квирелл-Том садится на водительское сиденье, заводит мотор и тут... за его спиной, на заднем сиденье бесшумно поднимается Альбус Дамблдор, ловким движением умелых мозолистых рук накидывает ему свою бороду на шею, на манер гарротыУдавка или гаррота (гаррота известна также как инструмент удушения иного рода) представляет собой крепкий тонкий шнур, обычно снабжённый кольцевидными либо продолговатыми рукоятками на концах. Но если удавка (гаррота) является специально подготовленным удушающим оружием, то струна или леска — это подручное оружие. и начинает душить, упершись коленом в спинку кресла, приговаривала при этом "Ты разбиваешь мне сердце, Том. Ты разбиваешь мне сердце... ". Брррр.

Ладно, пора перестать думать на отвлеченные темы, но сознание слишком разогнано благодаря окклюменции, вот меня и одолевает скука.

Физические препятствия — одна из первых серьезных проблем, с которой сталкиваются все малефики на ранних этапах своего становления. Решить её можно несколькими способами, но каждый подбирает для себя что-то свое. Оригинальное.

По сути ведь в чем проблема? В способе доставки проклятий до цели. Лучи, сферы, облачка, полные темной магии…все это движется слишком медленно и легко сбивается физическими объектами или щитами.

Ритуалами, вуду, магией крови — на дуэли, у всех на виду особо не побалуешься как бы, так что я могу использовать только то, за что меня не смогут упрятать в камеру Азкабана, к дружелюбным соседям и диетическому одноразовому питанию из помоев и опарышей.

Конечно, проклятье можно доставить до пункта назначения и другими способами, если у вас есть немного фантазии и таланта. С этим у меня всегда было неплохо.

Можно было даже сделать это касанием, например. Самый быстрый и надежный способ, от которого почти невозможно защититься. В моем исполнении это имеет смысл, ведь сила, ловкость и скорость — мои друзья по волчьей части.

Но у нас тут классическая дуэль, вообще-то, так что я не могу просто подскочить и впечатать ему в живот кулак с искрящимся тьмой подарочком на костяшках пальцев…

Традиционные дуэли — полный отстой. Хорошо хоть уклониться можно, перемещаясь по своей части помоста, а то было бы совсем грустно.

В общем, я разработал для себя другой способ доставки, коим и пользуюсь с большим удовольствием (нет, это не курьеры Glovo...).

Не зря я последнее время налегал именно на трансфигурацию, магию льда и руны. В этом есть скрытый смысл, помимо их полезности в целом. Их можно приспособить практически под все что угодно, лишь бы была фантазия. Те же птички-камикадзе хороший пример, пускай они смогли доставить лишь часть посылки, но можно было их немного модернизировать, будь у меня время. Нужно было просто использовать для этого сов-почтальонов. Они покрупнее будут, вместительнее, да. Так и запишем.

Вокруг меня закрутился огненный шторм — противник не оставил попыток добраться до меня и сделал свой ответный ход. Это имеет смысл, ведь огонь — не моя стихия и он использует его специально, опираясь на свои знания обо мне, которые смог собрать на основе моих прошлых дуэлей.

Ледяной щит немного тает под напором противоположной стихии, но пока держится, лишь слегка потрескивая, будто кубики льда в стаканчике хорошего виски.

По гладкой поверхности стекают талые капли воды, а слизеринец все продолжает вливать ману в огненный шторм и сам тоже истекая потом от напряжения. Упорный.

Я положил левую руку на холодную скорлупу защитного полога, продолжая направлять магию через себя, подпитывая его. Рука с палочкой оказалась свободна. Какое-то время я смогу поддерживать щит и без палочки, а пока... Пора начинать завершающую часть представления.

Воспользовавшись тем, что он на мгновение потерял меня из виду благодаря яркому вихрю собственного пламени и мутной пленки ледяного щита, я принялся преобразовывать часть поверхности в острые сосульки, которые до поры-до времени были обращены вовнутрь, чтобы не растаять под напором пламени. А ещё потому, что мне нужно было покрыть их рунами и заправить особой начинкой, для начала, а так было банально удобнее.

Для сторонних наблюдателей, если бы им было меня нормально видно, мой ледяной кокон быстро превращался в подобие вывернутого наизнанку ежа.

Несколько ледяных игл немного отличались от общей массы и именно им я уделял свое особое внимание при формировании.

Полые внутри, они быстро заполнялись сильным синтетическим ядом и покрывались зеленоватым свечением прóклятых рун. Моё творение напоминало мне о смертоносных устройствах восточных наемных убийц, о которых читал когда-то Александр и коими я и вдохновился. Руны и магия — сила.

Батшеда, конечно, тоже очень странная учительница, скажу я вам. По отдельности — знания, которыми она со мной делится, вроде и не несут в себе какой-то зловещий умысел, но стоит проявить немного смекалки и собрать предлагаемый конструктор по своему… и получится что-то очень смертоносное или полезное в тайном проникновении, сокрытии собственных секретов и шпионаже. Или это я такой извращенец, или моя самая любимая учительница имеет весьма странное хобби. Ставлю сразу на оба варианта!

Языки пламени еще не успели опасть, а в слизеринца уже отправилась ледяная шрапнель, несясь к нему на огромной скорости, словно любовница в объятья богатого папика. Мне всего-то и нужно было, что постукивать палочкой по поверхности ярко горящей зелёным светом руны на внутренней кромке купола.

Это уже не просто новое заклинание, а полноценный каскад чар из различных направлений чародейства, спаянный единой волей волшебника в единый механизм. Серьёзный уровень, который является первым шагом к созданию высшей магии. Правда, их ещё много, шагов этих, но первый всегда самый трудный, не так ли?

А вот ему срочно пришлось перенаправить огненный поток заклинания на создание вокруг себя уже собственной пламенной сферы.

Но одно дело защищаться от простеньких ледяных снарядов и совсем другое — когда такая шрапнель зачарована рунами и несет внутри себя проклятье и сильнодействующий яд (пускай скажет спасибо, что в этот раз внутри ледяных игл не серная кислота, а то ведь я могу. Впрочем, в этот раз у нас здесь маленькие зрители и травмировать их ужасами мне неохота).

Большую часть ледяного крошева, представлявшую из себя самый обычный укрепленный рунами лед, призванный сбить с толку и вселить ложное чувство безопасности, он смог кое как растопить, обратив в густой белый пар. Но на это и был расчет.

Внутри образовавшегося облака пара он не заметил несколько особенных, проклятых шипов, которые с лёгкостью преодолели огненный щит и проскользнули дальше, минуя огненную пленку, без каких либо затруднений выдержав высокую температуру. В пробитую ими брешь скользнули ещё несколько простых сосулек.

Парочка ядовитых игл, правда, увязла в артефактной защите, одна так и не смогла пробить рунную мантию из шелка акромантула (хорошая штука, сам такую ношу, хоть и маскирую под дешевую имитацию и ширпотреб), но последние три иголочки все равно дорвались до мягкой плоти. Ещё две обычные полые сосульки впились в левую руку, которой он своевременно успел прикрыть лицо. Удачливый, засранец, останется без украшающих любого мужчину шрамов на лице.

Шприцы-иглы с отравой впрыснули яд и проклятье в скривившегося от боли парня. Тот покачнулся, но устоял на ногах. Любопытно, с чего это вдруг такая стойкость? Ранее я что-то за ним такого не замечал.

Провел укрепляющий ритуал? Выпил зелий подавления боли? Вполне вероятно. Я перед серьёзным боем так и поступил бы. Просто для меня наша дуэль не серьёзное событие, ставящее мою репутацию на кон, а вот для него — определённо.

Он настолько меня боялся, что успел накачаться перед боем ещё и универсальными антидотами? Вот почему его и трупный яд в начале боя не взял? Умно. Наверняка Снейп подсобил своему змеенышу, скотина такая. Знает ведь, что в этом я разбираюсь более-менее и не брезгую использовать.

Я не стал травить его чем-то слишком уж убойным, так как убивать его вообще-то не планировал, да и синтезировать даже самый обычный яд трансфигурацией очень непросто. В школе такому не научат. Все сам.

Ого, внезапно. Оказалось, что и мое типовое проклятье "ледяных лёгких", от которого у него должны были начаться серьезные такие проблемки с дыханием, вполне знакомо моему оппоненту.

Он даже умудрился произнести контрзаклятье и не вылететь с арены от моего простенького оглушающего, коим я решил его немного прощупать в этот момент и доломать щит.

Дикий кашель не дал ему ответить заклинанием на заклинание и вот тут-то я понял, что скоро все закончится и тянуть дальше не стоит. Проклятье он, может, и развеял, конечно, но оно успело хорошенько проморозить ему лёгкие. Скажи привет гнойной ангине, друг мой.

Ожидать от него чего-то действительно стоящего уже не имеет смысла — выдохся как дешёвый парфюм.

Иииии... финалочка. Активирую то, что он не учёл, сконцентрировавшись на снятии проклятья, поразившего его легкие. В нем все еще торчали мои шприцы-сосульки, которые пока не полностью исчерпали свой функционал.

Впрыснув яд в цель они оказались опустошены, однако тут же начали заполняться его кровью. Снабженные рунными мини-насосами, они стали выталкивать красную жидкость наружу.

Маленькие фонтанчики крови, вырывающиеся из тонких прозрачных трубочек, стали той последней соломинкой, переломившей спину верблюду.

Похожий на пробитый в нескольких местах пакет томатного сока, побледневший парень стал заваливаться на пол, но я не мог отпустить его без последнего, самого важного презента.

То же самое инкарцеро, что связало в конце дуэлей двух его товарищей, приголубило и их главаря, сжав тело беспощадными кольцами рун, наподобии удава.

Жаль, что магические яды мне пока вообще не даются, как бы я не старался их воспроизвести. Для их создания нужны были магические растения и ингредиенты, а их свойства трансфигурацией воссоздать попросту невозможно, к сожалению. Вряд-ли когда-нибудь у меня получится провернуть такой фокус, но вне школы я всегда таскаю с собой парочку флакончиков со всякими... "добавками". Не можешь создать трансфигурацией? Зельеварение в помощь. Магический яд мог бы дать хорошую синергию с моим проклятьем...

Фелисити как раз прекрасно разбирается в создании зелий и ядов в частности, так что теперь у Дикой Охоты есть талантливый штатный зельевар и я всегда могу попросить у неё что-то эдакое, предоставив нужные ингредиенты.

Кстати говоря, на выходных нужно будет воспользоваться возможностью выбраться в Хогсмид и пообщаться, а то что-то я немного соскучился по своей темной леди. Нужно сбросить напряжение, а то я так кого-нибудь убью ненароком.

Цепь из трех одинаковых проклятий замкнулась и незаметно для глаз сторонних наблюдателей активировалась. Нет, вернее будет сказать, что это одно и то же проклятье, просто состоящее из трех дублирующих друг друга частей. При его создании я вдохновлялся древнегреческой мифологией.

Подобно гидре, у него было три "головы"-ядра проклятья. Одна "голова" на человека. Если не развеять проклятье одновременно на всех трех сразу, что довольно непросто из-за его насыщенности, то оно будет раз за разом возвращаться, перетекая с одного носителя на другого, циркулируя между ними.

Сколько времени уйдёт у их лечащих врачей, прежде чем они смогут разобраться с новой для них концепцией? А может и не новой. Все-таки тяжело придумать что-то принципиально новое, чего никто до тебя ещё не делал. Но даже если так, не думаю, что такая фишка очень уж распространёна у нас, в Британии.

Тем более у проклятья была и серьезная слабость. Если "головы" разойдутся слишком далеко друг от друга (всего на километр, примерно), то проклятье развеется само собой. Но у нас тут закрытая школа-интернат для волшебников, так что первое время об этом можно не переживать, а дальше само проклятье обеспечит свое функционирование своей сутью.

Вторая его слабость, что делает его абсолютно не боевым — долгий период инкубации. Оно будет раскочегариваться ещё недели две, прежде чем войдёт в полную силу и я смогу насладиться результатами со стороны.

Но это все пустяки. Самая прелесть заключается в начинке проклятья, над которой я особенно тщательно поработал.

Что оно делает? Хе-хе-хе. Порождает сильнейшую паранойю, замкнутость и рассеянность, кошмарные сновидения, обостряет недоверие к окружающим. Но только не к другим "головам" .

Пока проклятые волком смотрят на всех вокруг, их связь друг с другом будет лишь крепнуть, отчего вероятность проклятья быть рассеянным из-за разрыва связи со временем будет лишь уменьшаться.

В океане недоверия, страха и безумия, они станут друг для друга единственными островками спокойствия и доверия. Единственными, кому они смогут доверять. Кто знает, к чему это приведёт?

По задумке, они станут эдакой параноидальной трехглавой гидрой, которая сама будет отбиваться от возможности себя спасти, ведь не будет доверять профессорам и врачам...

Короче, я доволен тем, что создал, и жду, когда же я смогу увидеть свое творение в зените.

Спустившись вниз под жиденькие и слегка пугливые аплодисменты, я направился в сторону своих друзей и подопечных. Никто и не заметил, как под шумок одна из наполненных кровью сосулек покатилась и упала с подиума вниз. А потом пролетела над полом и шмыгнула мне в штанину брюк. Сегодня вечером нужно будет закрепить эффект проклятья ритуалом, но это вечером. До тех пор мне ещё предстоит непростой разговор — объяснение с Луной и Гермионой. Я специально показал им неприглядную часть своей сути, чтобы в будущем, если... когда они узнают, что я из себя представляю, это не стало для наших отношений смертельным ударом.

Если их отпугнет даже такое справедливое, по сути, проявление магии и жестокости к врагам с моей стороны, то, может, оно и к лучшему. Значит, нам не по пути. Хотя Луна и Гермиона очень умны для своего возраста, а их характеры довольно гибкие. Возможно, я просто себя накручиваю, ведь приближаясь к ним я не вижу в их глазах ни страха, ни отвращения, лишь миллион и один вопрос. Эти две пигалицы очень любят изучать магию, и, я уверен, что у них есть что обсудить, позабыв на время о весьма кровавых сценах.

Если у меня получится постепенно приучить их не обращать внимания на мои жестокие методы достижения целей и неприглядную магию, но смотреть глубже, в суть вещей и на конечный результат, то... кто знает?

Создавая Дикую Охоту я вдохновлялся легендой прошлого оригинала, но постепенно и сам загорелся этой идеей. Власть, деньги, месть, влияние, признание, все это я получу со временем при должном старании, даже не сомневаюсь, но что потом? Это что, всё, на что я способен? Ну уж нет.

Хочется чего-то большего, сделать что-то важное, для себя и для других. Что-то, что возвысит меня в глазах людей и себя самого. Навсегда впишет моё имя в историю. Просто нужно постараться, чтобы писатели разливались обо мне соловьем, а не обливали грязью и плевались ядом через слово. Не обязательно быть героем, но и новым Гриндевальдом я быть не желаю. Возрожденная Дикая Охота... Да, хорошая мечта, к которой я уже начал движение.

Примечание :

Удавка или гаррота (гаррота известна также как инструмент удушения иного рода) представляет собой крепкий тонкий шнур, обычно снабжённый кольцевидными либо продолговатыми рукоятками на концах. Но если удавка (гаррота) является специально подготовленным удушающим оружием, то струна или леска — это подручное оружие.

xbnfntkm13, бечено

П. С. Немного Аманды и Фелисити (потому что я могу)

Глава 20 Маленькие змейки

— Итак, Пэнс, поведай же нам, что мы имеем в остатке по информации на сегодняшний день? — лениво рассевшись в кресле и закинув ногу на ногу, спросил наследник древнего (но не древнейшего) и богатого (но не богатейшего) рода Малфой.

Рядом в таком же кресле расположилась Астория Гринграсс, а на диване скучающий Теодор Нотт и сама Пэнси Паркинсон, нервно накручивающая на палец прядь черных волос. Прическа под каре ничуть не мешала ей лениво перебирать и накручивать волосы по спирали раз за разом. Вместе они образовали этакий полукруг, специально, чтобы не возникло даже мысли о том, что кто-то из них главнее другого. Четверо представителей весьма влиятельных аристократических семей не допустили бы возвышение одного над другими. Стоило задрать голову повыше и «друзья» сразу же потянут тебя обратно, вниз. Все это понимали, посему смиряли свою гордыню как умели.

Неофициальное мини собрание влиятельных первокурсников змеиного факультета было открыто.

— Что имеем, Дракусик? Не так уж и много, и много одновременно, на самом деле. Так сказать, материал для досужих размышлений накопился, но с чего бы мне начать? — задумчиво приложив палец к подбородку, она подняла глаза к потолку, будто надеясь найти ответ в красивой люстре в цветах их факультета.

По зеленому абажуру люстры пробежал паучок, резво перебирая тонкими лапками, и нырнул в тень под светом зеленоватой волшебной лампы, скрывшись с внутренней стороны.

Пэнси отчего-то поежилась. Паучок был довольно крупным, по всей видимости ядовитым, и теперь она переживала, не захочет ли он спуститься на паутине кому-то из её «друзей» за шиворот. Или ей самой. Да, пожалуй, последний пункт волновал ее несколько больше в данный момент, нежели все остальное.

Большая жуткая тень, которую отбрасывало членистоногое, застывшее на обратной стороне светильника, отчетливо давала понять, что он пока все еще там, прячется в самой густой тени, под светом лампы. Ждет своего часа, чтобы вцепится ядовитыми жвалами в глотку кому-то из них.

Она потрясла головой, сбрасывая наваждение. Когда она присмотрелась повнимательней, тень от паука перестала казаться чем-то необъяснимо пугающим. Паук как паук. Мало их что-ли в подземелье древнего замка? Проклятым лопоухим созданиям нужно лучше выполнять свою работу, дабы благородным леди было комфортно проживать в замке, вот и все.

— Начнем с Поттера? — подал голос Нотт, разглядывающий свои ногти, будто они могли как-то измениться за пять минут и ему срочно требовалось понять, как именно.

Так он скрывал волнение, как и учил его отец. Его аристократическое «лицо» было не более чем посмешищем для серьезных игроков и то и дело давало трещину-другую. Зато среди сверстников все было уже не так плохо.

Да, приходилось прибегать к таким вот маленьким хитростям, чтобы скрыть собственное волнение, но такие мелочи могли заметить немногие из них. Его немного успокаивало наличие аналогичных жестов у его одноклассников. Никто из них еще не был настолько хорош, чтобы держать хорошую мину при плохой игре.

Все четверо в этот момент думали почти об одном и том же, внимательно оценивая друг друга. Было бы забавно, если бы они знали, что мысли каждого практически идентичны.

Словно новички, впервые собравшиеся за покерным столом для серьезной игры, стараются не выдать свое волнение и нервозность окружающим, но у искушенных зрителей подобное зрелище вызвало бы только снисходительную улыбку.

Естественно, они подобрали себе помещение без лишних глаз и ушей, так что некому было посмеяться над напыщенными серьезными мальками, что возомнили себя великими политиками и хитрецами, дергающими за ниточки всех вокруг.

Малфой-старший был в этом просто божественен, и никто из его знакомых, кроме, разве что, его жены, никогда не знал, что скрывается в его полной идей голове. Друг он — или враг? Предатель — или надежный союзник? Собирается ли он подкупить — или же устранить досадную помеху? Где его выгода? Но мог ли похвастаться тем же его наследник? Точно не в ближайшее время.

Драко делал все, чтобы походить на своего отца, являя собою лишь карикатурную, детскую копию Люциуса Малфоя, но… ему было только одиннадцать, чего еще можно было ожидать от ребенка? Пока он и так неплохо справлялся. Так все время твердила ему мать, и Драко ей наивно верил. Разве стала бы любимая мамочка врать своему сыночку? Конечно же нет!

Пройдёт пять лет — и его равнодушная маска прирастет к коже, вплавится в нервные окончания и оживёт, став ему вторым лицом, заглянуть под которое смогут лишь матерые менталисты да семья.

Так его учили, и Драко впитывал крупицы мудрости по мере своих возможностей. Жаль, не вся информация усваивалась одинаково хорошо.

— Поттер, да? Сложный, хаотичный элемент, полный загадочной идиотии. По моему, это самое точное описание, если сжать все в одну фразу. Ранее мы предполагали, что он станет значимой фигурой в игре Дамблдора, этакий герой без страха и упрека, но… что-то прошло сильно не так в планах директора. Стоило Поттеру появиться на большой сцене, как все вышло из-под контроля старика. Либо так, либо…

— Либо у него и не было никаких планов на него, и Гарри Поттер просто параноик и пустозвон, каких еще поискать. Не лишенный таланта, но напрочь лишенный воображения и чувства самосохранения идиот, готовый разорваться на части, лишь бы понравиться тем, кому по определению не должен бы! — на одном дыхании вывалила Астория, прикрыв кончиками пальцев кривую усмешку на своих губах и тихонько хихикнув.

Глупые подкаты Поттера уже порядком ей надоели, так что она имела право жаловаться и злиться на наследника Поттеров и Певереллов. Ревность Драко ей была приятна только вначале, но со временем стала лишь раздражать, ведь сам-то он бездействовал и никак Гарри не мешал, боясь спугнуть мальчишку, что, в свою очередь, не оставляло ей выбора, кроме как скрипя зубами продолжать подыгрывать Поттеру.

Все это продолжало закручивать узел еще туже и она с нетерпением ждала, когда наконец-то сможет разрубить его, так или иначе. Любовная драма в одиннадцать лет интересовала её разве что на страницах романов, никак не в реальной жизни. Неудовольствие копилось в ней одновременно и на бестактного Поттера-прилипалу, и на пассивного Драко, которой должен был защищать свою невесту от посягательств, согласно этикета. Все это её очень раздражало.

— Пожалуй, я склонна согласиться с тобой Астория. — Пэнси согласно кивнула, параллельно выказав неудовольствие, прищурив глаза. Она очень не любила, когда её перебивают, но, все же, продолжила, не заметив на лице Астории злого умысла. Почти простила на первый раз. — Я еще ни разу в жизни не встречала столь противоречивую личность, как наш «последний герой». С одной стороны — он столь удачлив и силён магически, что впору подозревать его в какой-то хитрой игре, которую мы просто не можем понять из-за недостатка информации… Не знаю даже… То, что он порою несёт, это просто ни в какие ворота не лезет, сами знаете. Если это какая-то хитрая схема, то я совершенно не представляю, на кого она рассчитана? На нас? Словно сошедший с путей локомотив собирается прихватить нас в пропасть вслед за собой? Сомневаюсь.

— Да уж, он метает занимательные факты и теории так же быстро, как Флитвик ступефаи. Более половины из них, правда…

— Мусор. Сплошной мусор. — перебила Асторию Пэнси, ехидно улыбнувшись, заметив, что ответная любезность заставила Гринграсс слегка сморщить носик. А нечего было перебивать её. — Чего только стоят его заявления о нетрадиционной ориентации Альбуса Дамблдора и затяжном романе с Гриндевальдом. Потом он обвинил его в педофилии, убийствах и предательстве других членов СОБСТВЕННОГО ордена, благополучие которых напрямую влияет и на его жизнь. Что-то мне не верится, что Дамблдор также убил собственную сестру, чтобы стать сильнее. Ой, а ведь он еще говорил о банальном воровстве, хищении средств и прочей чуши, что я пропустила мимо ушей, как фоновый шум. Ну, на фоне предыдущих откровений это выглядит весьма безобидно, ха-ха. Выписку из банка он без нашей подсказки взять не догадался, правда.

— Кстати, забавное у него было выражение лица, когда он понял, что Дамблдор не взял за прошедшие годы ни единого сикля из его сбережений, а все эти конские отрицательные проценты накрутили его любимые гоблины за хранение средств, потому что кое кто не потрудился двенадцать лет назад составить толковый договор с банком, ха-ха-ха. — надрывался от смеха Нотт, утирая выступившие от смеха слезы.

— Действительно, самый уважаемый и влиятельный политик в мире всегда мечтал, как бы ограбить детский сейф Поттера с той жалкой грудой мелочи, что ему оставили родители на карманные расходы в школе. Хорошо хоть его тупоголовый папаша догадался сделать взнос заранее и оплатить обучение сына в школе. Иначе, стараниями банка, могло и не хватить на обучение «избранного». Вот была бы хохма. — вставил свои пять кнатов Малфой, прыснув от смеха.

— В сейфах Певереллов и вовсе шаром покати, наверняка. Их семья была очень древней и сгинула давненько, еще до того, как с гоблинами был заключен нынешний банковский договор, появившийся в результате капитуляции зеленых уродцев после очередного неудачного восстания. Певереллы бы точно не держали большие деньги и артефакты у кровожадных людоедов. Так, по мелочи. Чтобы совсем уж пустым сейф не простаивал. Род Поттеров тоже утратил большую часть доходных предприятий и иностранных активов во время последней войны. Договора с партнерами разорваны, виноградники без должного ухода завяли и сгнили, предприятия разворовали, а магазины разорились без поступления новой продукции на прилавки. Гарри может и не беден как церковная мышь, но и богачом, коим он себя, почему-то, считает, я бы его тоже не назвала. — сарказм сочился из Астории густым ядом.

Услышал бы её сейчас Поттер — и точно схватился бы за разбитое сердце. Он-то считал, что уже на полпути к завоеванию молодой, наивной аристократки, краснеющей от его искрометных комплиментов (разве что от гнева). Поттер уже грезил, как научит её жизни и кое чему еще… Представлял, как воспитает себе идеальную жену. И чтобы она обязательно правильно смотрела на идею полигамии и многоженства. Сладкие грезы, слегка расходящиеся с реальностью. Самую малость.

— Мда. Знаете, мой отец никогда ничего хорошего про нашего директора не говорил, и, даже более того, ненавидит его всей душой… но даже при всем при этом, он никогда не позволял себе таких бессмысленных обвинений в адрес верховного чародея и главы МКМ. Он даже уважает его за былые заслуги и крепкую политическую хватку, которой старик держит Магическую Британию за глотку многие годы, не позволяя министерству наломать еще больше дров и скататься в крайности. — маленький платиновый блондин сложил руки домиком и одобрительно покачал головой. — Личная неприязнь и вражда никогда не мешала ему трезво оценивать характер людей и, что важнее, судить по их деяниям. Дамблдор кто угодно, но не вор, педофил и дурак, каким пытается выставить его в наших глазах «Лорд Поттер».

— Дамблдор политик. И так всем понятно, что, так или иначе, но он прилично замарался во всяком разном, как и любой из них. Однако среди большинства чинуш он, пожалуй один из немногих, кто удерживается на плаву и не прибегает к радикальным методам, а полагается на свой авторитет, силу и ум, хотя с его возможностями он мог бы прогибать всех несогласных силой. Как его бывший друг — Гриндевальд, например. Пусть его картина мира не соответствует нашим идеалам чистой крови, но она хотя бы цельная и не сулит нам того регресса, что пытается втюхать волшебникам бюрократический механизм министерства. — Астория вещала это с очень важным и напыщенным видом.

Другие покосились на нее, но комментировать ничего не стали. Слишком уж её слова походили на слова её отца. Прямо один в один. Всем стало отчетливо ясно, что она просто повторила за ним то, что услышала дома, а не поделилась своим собственным мнением.

Такое не очень поощрялось в их тесном кругу, но переодически проскакивало у всех, так что на это просто предпочитали закрывать глаза. Потом ораторы вспоминали, конечно, что находятся в кругу своих близких знакомых и их «источники вдохновения» для них не являются тайной.

— В любом случае, Поттер заходит слишком далеко в своих голословных обвинениях. Я не понимаю, что вселяет в него такую уверенность в собственной безнаказанности. — тихонько прошептала Паркинсон себе под нос, болтая ножками в черных теплых чулках над пушистым шерстяным ковром. Статическое электричество тихонько потрескивало, теряясь на фоне щелкающих поленьев в камине — На него уже очень недобро косятся почти все учителя и директор со своим замом. Лишь наш декан вокруг него хороводы водит, что не очень типично для него, кстати говоря. Драко, он же твой крестный, ты знаешь об этом что-то?

— Нет. Крестный сказал не лезть в это дело и слушаться отца. — слизеринец поморщился, будто его только что угостили лимонной долькой.

— Ладно, в любом случае, Гарри умудрился пройтись по больным мозолям почти каждого преподавателя, перемежая истину с ложью, выпячивая свою дутую эрудированность. Иногда он вообще несёт такой бред, что мне страшно становится за собственную психику. Люди ведь смотрят не только на него, но и на его окружение. То есть, на нас. Вдруг они и нас примут за сумасшедших? С другой стороны… он довольно хорошо разбирается в магии, как для человека, который по его же словам познакомился с ней буквально несколько месяцев назад. Что-то тут не клеится. Нельзя быть настолько односторонне развитым, — пробормотала в недоумении брюнетка, переводя взгляд с одного знакомого, на другого. Запустив пальцы в густые, черные волосы, она стала массировать виски, — я его не понимаю.

— Я тоже. А как вам эта его псевдо-аристократическая манера общения? Что это вообще такое было? Нет, подыгрывать ему какое-то время было весело, конечно, но теперь это уже не очень смешно, а скорее раздражает. Он что, серьезно думал, что если чаще повторять «Леди Гринграсс» или же «Лорд Малфой» и лениво тянуть слова, неумело пародируя меня, то он сойдёт за своего? Ха! Я вообще-то еще никакой не лорд даже. Пока что, во всяком случае. Только наследник рода, пускай и единственный. — Малфой заразительно рассмеялся и его сразу же поддержали другие.

Их тоже манера обращения Поттера вначале забавляла, а потом стала сильно раздражать, ведь он раз за разом тыкал их лицом в то, что они еще не лорды и леди, а вот он уже официально вступил в права и является полноправным лордом, что обязывало их обращаться к нему соответственно высокому положению. Поделать с этим они уже ничего не могли, ведь выставили бы себя не в лучшем свете, если бы признались и решили перейти на более неформальный стиль общения. Компании именитых слизеринцев даже пришлось провести беседу с остальными однокурсниками, чтобы те тоже включились в игру и не нарушили их конспирацию, которая зашла слишком далеко. Впору было заподозрить Поттера в этаком тонком издевательстве над бедными слизеринцами, но нет, ничего не указывало на это.

Был в этой ситуации и небольшой плюс. Теперь Поттер искренне считал, что все настоящие, вежливые и правильные аристократы, беспрекословно соблюдающие этикет, учатся с ним на одном факультете, а на других лишь отбросы и пародия на аристократию, что даже общаться в высших слоях общества не умеют.

Поттер стал бельмом на глазу у будущих Лордов и Леди и постоянно раздражал их, размахивая сразу ДВУМЯ перстнями главы рода, но никто по настоящему не хотел бы оказаться на месте единственного выжившего в роду. Оба они были в критическом положении и у двойного Лорда даже не имелось резиденции, которую он мог бы назвать собственным домом. Это если забыть о родовых библиотеках, живых портретах и многочисленных родственниках, готовых подставить плечо в трудный час.

Певереллы и Поттеры были практически полностью уничтожены во время былых войн. Даже запасное поместье Поттеров в Годриковой лощине подверглось экстерминатусу со стороны Темного Лорда, а после превращено в мемориал победы над ним же. О том, где проживали Певереллы, и вовсе не осталось даже памяти.

— Гарри Поттер нацепил родовые артефакты вперемешку с дорогим, но все равно обычным ширпотребом, что так легко можно найти в любой лавке в Косом переулке. А видели его одежду? Такое впечатление, что он просто хватал самое дорогое, что выставляют на прилавки для доверчивых идиотов. Никакого стиля. Даже обычные грязнокровки, вроде Санхайда или Шарпхарт одеваются лучше и функциональнее, а ведь они выросли среди простецов, где и продолжают жить. Куда уж хуже условия? Тем не менее, они хоть и одеваются не совсем традиционно, но и не носятся в маггловских обносках по замку. — Малфой тяжело вздохнул, буквально выплевывая следующую фразу. — Поттер — сплошной хаос, что внутри, что снаружи.

Откинувшись на спинку кресла Драко, потер переносицу и, достав волшебную палочку, стал ловко крутить её между пальцев, разрабатывая кисть таким нехитрым способом, как и рекомендовал профессор Флитвик.

Ну, или его отец еще несколько лет назад. Хотя тогда он не очень понимал зачем ему это делать и все время халтурил, повторяя упражнение исключительно из-под палки. Теперь Драко повзрослел и стал смотреть на многие вещи совершенно под другим углом, сожалея об упущенном времени и о том, что пропускал мимо ушей многие вещи, преподаваемые ему отцом и матушкой. Малых детей тяжело заподозрить в усидчивости, а Драко был в этом деле даже не подозреваемым.

— А как вам наш кружок «Чооорной магии»? — игриво усмехнулась Астория, скрестив руки на груди. — Одной мне показалось, что его теоретические познания в этом направлении не соответствуют его талантам? Не спорю, он действительно кое-что знает, да побольше нашего, но… разве его предрасположенность к светлой магии не очевидна? Почему он игнорирует её и изучает темную, являясь полным нулем в направлении, что сулит ему больше всего дивидендов? В чем смысл? Будь у меня предрасположенность к светлой магии, я бы плюнула на все и полностью сосредоточилась на таком редком и полезном её разделе. На всю школу у нас разве что один-два таких человека найдется, а он просто… Аргх, я больше не могу, простите за это, но почему он такой тупой?!

— Мерлин его знает, Астория. Может быть, притворяется? — отмахнулся Нотт. Теодору было по большей части плевать, пока он может выкачивать знания по темной магии из идиота, который решил почувствовать себя великим наставником и поделиться запретными знаниями, которые пока мудро придержали их родители вне поля зрения своих чад. Как раз на тот случай, если их детишки не сумеют удержать язык за зубами и случайно наговорят себе на срок в Азкабане, как некоторые. Поттера, впрочем, это нисколько не беспокоило. Казалось, он свято верил, что его новые «друзья» не станут сдавать его министерству, если прижмет, ведь тогда они якобы и сами подставятся под удар правосудия. Идиот.

— Может, он просто не имел возможности изучать светлую магию? Его учил темный маг-недоучка? Это многое бы объяснило, но… лично я считаю, что все немного проще. Какую-то часть имущества Поттеров все-таки удалось спасти и оно попало к нему в руки лишь недавно, когда бюрократы министерства смогли выдоить из своей находки максимум пользы для самих себя. Может, среди тех вещей была часть утерянной библиотеки Поттеров? — Гринграсс пыталась с азартом матерого детектива найти скрытый смысл там, где его нет и никогда не было. Она слишком привыкла искать двойное дно в любой ситуации, и когда такового не оказалось в поле её зрения, пришла к выводу, что просто плохо искала и продолжила спускаться в бездонную пропасть.

— Да ну, не верю я. Это как-то… слишком притянуто за уши. Давайте тогда зайдем еще дальше — может он просто задурил нам голову, профессионально играя в волка в овечьей шкуре? Вдруг на самом деле его познания в магии простираются куда глубже, чем он нам показывает? Я бы на его месте не стал бы демонстрировать и пятой части собственных возможностей. Так, лишь тусклый огонек в ночи, чтобы приманить глупых путников, забредших в зыбкое болото в безлунную ночь.

— Не знаю даже, что сказать. По твоему — мы тупые мотыльки, летящие на огонь, Тео? Нет, мы не зря отсылаем флаконы с воспоминаниями родителям раз в неделю. Уж они бы точно его раскусили и предупредили бы нас об опасности, не находишь? Тут что-то другое. Мордред, столько вариантов… Нужно больше информации. Нужно время. — процедила Астория, потирая виски внезапно разболевшейся головы. Слишком много думать бывает вредно. — А знаете что, я бы хотела поднять еще одну тему, Драко, Тео. Будьте так добры, не оставляйте нас с ним наедине. Что-то мне страшно и даже немного противно становится от его взгляда. Ему же вроде тоже должно быть одиннадцать лет, как и нам, а взгляд такой… не знаю даже, как описать. — Астория нервно дернула плечами и поежилась, будто почувствовала сквозняк, лизнувший по ногам. Но в подземельях не бывает сквозняков, как и окон. Если не считать то исключение, что выходит на подводную часть озера в гостиной их факультета. Но там-то форточку особо не откроешь…

Девочка закусила губу, сомневаясь стоит ли продолжать, но немного поразмыслив, все же решилась. Она сцепила пальцы в замочек, подобрала ноги под себя, положив подбородок на свои острые коленки.

Собравшись с мыслями и прикрыв глаза, она все-таки сказала то, что хотела. Поделилась тайной.

— Однажды мы с мамой зашли в Лютный переулок, по делам семьи, и там я наткнулась на похожий взгляд от одного старого, больного на всю голову извращенца, который стоял за углом и буквально пускал на меня слюни, запустив руку в штаны. Мы случайно встретились взглядами. Я тогда просто застыла на месте от страха и он так ухмыльнулся… словно почувствовал мой страх и беспомощность, а потом в блаженстве закатил глаза и нетвердой походкой скрылся с глаз долой. Мне было десять тогда. Алчный, похотливый взгляд этой жалкой черни до сих пор иногда преследует меня в ночных кошмарах, как и его полная гнилых пеньков улыбка. С тех пор я избегаю Лютного переулка как огня. Могу сунуться туда разве что со своим отцом и портключом в кармане. Ну и полным обвесом артефактов и с палочкой наготове. Так вот, к чему я… у Поттера похожий взгляд и улыбка. Да, они выглядят совершенно по другому на его лице, но что-то общее у них все равно есть. Я боюсь оставаться с ним наедине. Что у него в голове, мы так и не смогли понять. От этого он еще опаснее. Вдруг он замыслил против нас что-то очень нехорошее? Учитывая то, что наши семьи воевали на другой стороне во время войны… это более чем возможно.

— Сальный взгляд, ага, — кивнула Паркинсон, помогая «подруге-сопернице» подобрать правильное слово. Она нахмурила брови, вспоминая собственные ощущения от общения с Поттером: — Я тоже не думала, что столкнусь с таким взглядом так скоро. Ладно еще курсе на третьем, куда ни шло… гормоны, подростки, это все понятно, мама предупреждала, но сейчас… Бррр. Уже давно не средние века, как правильно заметил наш бородатый светоч, и в этом вопросе я с ним, как ни странно, абсолютно согласна. Кое-какие традиции и правила давным-давно устарели и просто не имеют смысла. Давно пора их отменить. Замужество раньше шестнадцати теперь невозможно, к счастью. Хотя я бы еще и от идеи ранних помолвок отказалась заодно, но это уже просто мечты, не обращайте внимания на мое бухтение. Возвращаясь к Поттеру, то он ведь совершенно не стесняется не только глазеть, но еще и приставать к другим девушкам со всякими непристойностями. Даже к старшекурсницам, что выглядит особенно нелепо.

— То его фиаско с нашей временной королевой факультета… легендарно. Ух, как же она красиво его отшила. Я аж залюбовалась! — поддакнула Астория, немного отойдя от своего рассказа и даже улыбнулась, поглядывая на Драко. Она надеялась на каплю поддержки с его стороны, но, видимо, не судьба. Ну и ладно. Не очень то и хотелось! — Аманда Де Аморе показала ему, что всякой наглости есть предел. Хотя храбрости и самоуверенности ему не занимать. Учитывая тот факт, что у нее есть официальный жених, пускай они сейчас и в разладе, вроде как, но наша королева часто общается с Санхайдом, который и так имеет на него зуб. Он ведь как раз недавно жестко расправился со «свитой» её жениха, втоптав их в грязь одного за другим на официальной дуэли. Это еще раз подтверждает те пикантные слухи о том, что эти двое крутят шашни за спиной у её жениха. Наверное, Лансель сейчас просто в ярости, но бросить вызов грязнокровке и проиграть, как и его дружки, слишком боится. Его репутация от этого стремительно ухудшается с каждым днем, как и отношение невесты. Ему бы лучше придумать что-то, иначе он станет посмешищем. К тому же, его избитая «свита», кажется, тоже отдалилась от своего «сюзерена», предпочитая зализывать раны в своем тесном кругу проигравших неудачников. У Ланселя, впрочем, есть все шансы к ним вскоре присоединиться. Рано или поздно ему придется сделать свой ход, или его просто не поймут.

— Кхм. — привлек к себе внимание Малфой, прерывая начавших сплетничать девочек. Он наконец-то смог переварить информацию, которую на него вывалила Астория и решил высказаться: — Астория, Пэнси, прошу прощения, что только сейчас обратил должное внимание на эту проблему. Не извольте беспокоиться, в беде мы вас не оставим, а за Поттером будем следить куда как внимательнее. Можете на меня положиться. Тео?

— Всенепременно, наследник Малфой. Можете рассчитывать на меня, как и вы, прекрасные леди! — наигранно пафосно продекламировал Нотт, склонившись в полупоклоне.

Девочки сразу же поняли, кого изображают их «кавалеры» и прыснули от смеха. Обстановка немного потеплела, а Астория благодарно кивнула Драко, который протянул руку со своего кресла и мягко сжал её холодную ладошку. Ей пришлось приложить некоторые усилия, чтобы растормошить слишком погрузившегося в интриги жениха, но в конце концов у нее получилось, и теперь она чувствовала себя чуточку спокойнее.

— Ладно, оставим это. Продолжаем играть в друзей с Гарри. Таково желание наших родителей. Присмотреться и изучить, а потом уже всем вместе решать, можно ли использовать его в наших планах, или лучше держаться подальше от этой навозной бомбы… — холодно резюмировала Пэнси, блеснув серыми глазами из-под длинной челки. — раз уж он вбил себе в голову, что Слизерин это единственное место, где подделка вроде него может научиться быть благородным… одним из нас, то пожалуйста. Мы его так научим… Ох как мы его научим. Главное поддерживать дистанцию, чтобы когда он в очередной раз вляпается в помои, нас не забрызгало предназначенными ему нечистотами. Мне только конфликта с Де Аморе или Санхайдом для полного счастья не хватало. К нам и так начал присматриваться Дамблдор, как к окружению Поттера, и меня это очень нервирует, как и родителей.

— Кстати, раз уж разговор все равно зашел об этом… Предлагаю перейти к следующей теме на повестке дня. Амос Санхайд и Кэролайн Шарпхарт. Насколько они опасны для нас? — оживился Теодор, подавшись вперед. Глаза заблестели живым интересом. Как потомственный темный маг он не мог не загореться идеей когда-нибудь помериться силой с другими темными магами, про которых ходили весьма зловещие слухи в их закрытом сообществе. Грязнокровки? Пффф. Да плевать. Смертельному проклятью все равно какой чистоты твоя кровь, главное — это магическая суть.

— Хммм, да, пожалуй, пока оставим Поттера. У нас еще есть примерно полчаса, пока он снова впустую тратит свое время, гипнотизируя ту дурацкую картину с троллями в балетных пачках. Гойл и Крэбб должны предупредить, когда он насмотрится на это убожество и повернет назад. Пэнс, ты единственная кому удалось подсмотреть те недавние дуэли старшекурсников. Да и, как потомственному малефику, тебе должно было открыться немного больше, чем нам. Есть чем поделиться? — Драко осмотрелся вокруг и кивнул, подтверждая общее желание закрыть неприятную тему и начать новую.

— Да, конечно, есть. Начнём с того, Драко, что твой отец оказался как всегда прозорлив, когда запретил тебе и близко подходить к Санхайду и начинать с ним конфликт. Достаточно будет сказать, что всех его противников из зала выносили бессознательными, мобиликорпусом. Очень помятых, окровавленных и проклятых по самое не могу. Я так и не смогла понять, чем он их таким приголубил, но явно что-то очень неприятное и близкое по силе к высшим проклятьям. Понимаешь, что значит высшее проклятье? Напоминаю, если кто-то из вас забыл, это значит не-сни-ма-е-мое. Вечное. Тогда, во время их боя, я смогла разглядеть только момент активации очень могущественного проклятья, вот и все. А потом оно исчезло без следа, что смогло обмануть осматривавших пострадавших мадам Помфри и деканов. Но со временем оно снова проявилось и постепенно начало набирать силу. — Пэнси сделала многозначительную паузу, отслеживая реакцию своих одноклассников. — Я следила за троицей после активации проклятья какое-то время и могу примерно прикинуть лишь его симптомы, но не суть. Усиления паранойи, тревожность, раздражительность, агрессивность и сильные головные боли. Впрочем, боль скорее следствие серьезного недосыпа, если судить по здоровенным синякам под глазами. Из этого я могу сделать вывод, что в копилку можно добавить еще и кошмары. Возможно, они даже являются первопричиной, но магия сновидений в Британии не пользуется популярностью, так что даже не знаю.

— Мордредовы усы, да что он за монстр такой? Если это правда неснимаемое проклятье… то он по настоящему опасен уже сейчас, а не в какой-то далекой перспективе. К тому времени, как он закончит Хогвартс, уже может стать поздно предпринимать против него что-то. Будут последствия, ведь посмертные проклятья на порядок сильнее аналогов. Он сам станет бичом любого чистокровного рода. Если он научится кровным проклятьям, то своим убийцам он оставит такой подарочек, что лучше сразу пустить себе аваду в лоб. Пример Гонтов или Гриффиндоров очень показателен. — Малфой, род которого и так страдал от одного кровного проклятья, не очень горел желанием удвоить их количество на себе и потомках. Уж он-то лучше всех в этой компании понимал, какую угрозу чистокровным родам несёт бесконтрольный малефик такой силы.

— Не думаю, что это всё же высшая магия. Пока нет. Может быть промежуточный этап формирования, или что-то вроде того… Но даже так, нет у меня уверенности, что наш декан сможет снять дрянь подобного уровня. Тут нужны спецы по проклятьям из Мунго, или другие малефики мастерского уровня, коих в стране почти не осталось после… ну, сами знаете чего. Отец и мать могли бы справиться, возможно, но не станут помогать идиотам, которые сами сунули голову в пасть василиску. Слишком ценят свое время, которое с удовольствием потратят на свои исследования или светские вечеринки, а не на благотворительность. — Пэнси хохотнула. Среди прочего, ей было немного комфортнее, ведь даже если её проклянут, родители смогут снять с нее проклятье. Если оно не из высшей категории, разумеется. — Если вам интересен диагноз моих родителей, пускай и основанный лишь на моих воспоминаниях, то проклятье Санхайда сильно вгрызлось в их ауры и с каждым днем, словно ядовитый плющ, врастает в них все сильнее, питаясь их же магией и чем-то еще. Паразитирующий тип проклятья. Больше они ничего говорить мне не стали, толко посоветовали сразу же обращаться к ним в любое время суток, если почувствую схожие симптомы. — Пэнси, как и Теодор, немного оживилась, начав обсуждение профильной темы, слегка задвинув Асторию и Драко на задний план. Проклятья и темную магию обсуждать эти двое могли часами.

— А что Снейп? Флитвик? Они же деканы, и их студенты вроде как попали под темномагическое проклятье почти высшей категории. Они предприняли что-то по этому поводу? — с блестящими глазами подался вперед Нотт, даже подсев к своей давней подруге поближе, чтобы не пропустить ничего интересного. Противодействие проклятьям было не менее интересной темой для обсуждения. Это ведь тоже темная магия, в конце-то концов.

— Снейп пытался, вначале, насколько я могу судить, но тут вот в чем проблема… Он не может развернуться на полную и запереть их в лазарете и провести комплексное лечение, если сами ученики не просят о помощи и не выглядят серьезно больными. А что у нас? Они, напротив, сторонятся его и избегают как прокаженного. — Паркинсон помялась, оформляя мысль в слова, размышляя, как лучше подать деликатную информацию, и продолжила: — Пару раз он почти снял проклятье, даже против их воли, колдуя исподтишка, в гостиной, сама видела, но оно все время возвращалось на место за считанные минуты, будто никуда и не уходило. Наши старшие стали опасаться его еще больше, подняв скандал и пригрозив нажаловаться родителям, если он продолжит применять на них непонятные заклинания, фонящие темной магией. Похоже, в своей паранойе они зашли настолько далеко, что стали видеть угрозу своей безопасности в любом, будь то ученик или учитель. Снейп после этого умыл руки и лишь порекомендовал им обратиться в Мунго, раз не доверяют ему и Помфри. Думаю, мне не нужно говорить, что в Мунго никто из них так и не пошел? Скорее всего, они и в колдомедиков теперь не верят, несмотря на все их принесенные клятвы. В любом случае, видимых проявлений проклятья не наблюдается, а они, кажется, и вовсе забыли о его существовании, списав все это на, внимание, излишнюю паранойю окружающих! Ха-ха-ха.

— Элегантное проклятье. Вроде и нет ничего такого страшного на первый взгляд, но если разобраться… то троица буквально выпала из общества, зациклившись на одной идее фикс, и даже не понимает, что что-то с ними не так.

— Да, будто они живут в огромной адаптивной иллюзии. Кстати говоря, следить за их состоянием я больше не могу, — расстроено отметила девочка, — они повысили бдительность и отдалились от коллектива. Все свободное время проводят втроем, вне гостиной факультета, так что теперь и не знаю даже, насколько все плохо. Симптомы все те же, без изменений, но их поведение едва уловимо изменилось. Троица не верит никому, кроме друг друга, что довольно странно. Паранойя ведь не так работает. Они и раньше были не разлей вода, таскаясь повсюду вместе, а теперь они даже в туалет ходят вместе…

— Ладно, оставим проклятье. У меня и так уже мурашки по коже. Оно не заразно, к счастью, так что это не наша проблема. Как прошла провокация? Чанг удалось добиться результатов? — поинтересовался Малфой, потирая руки в предвкушении интриги.

— Ну как тебе сказать… спровоцировать-то она спровоцировала, да только вот не Санхайда, а Шарпхарт. Боюсь, у меня теперь нет влияния на эту узкоглазую сучку. Мне и так пришлось оплачивать ей дорогостоящее лечение в Мунго, а к Лавгуд она второй раз ни за какие галеоны не сунется… — Пэнси поморщилась, вспоминая последствия не совсем удачного социального эксперимента.

Как оказалось, самоуверенные грязнокровки весьма болезненно реагируют на любые поползновения в сторону своих подопечных, так что Лавгуд запугать и перетянуть на свою сторону не получилось. Пока она сидит под крылышком у этих кровожадных фестралов, им лучше не лезть в это дело. Грейнджер, пожалуй, тоже трогать опасно.

Грязь липнет к грязи, так что ничего удивительного, что она прибилась под бок к парочке талантливых грязнокровок, но вот то, что к ним подалась чистокровная ведьма, сильно раздражало окружающих и наносило урон репутации всех чистокровных.

Если не они, то другие старшие объяснят мелкой дуре, почему с чернью водиться негоже. Даже если они сильны магически, это ни в коем случае не делает их равными чистокровным. Если чумная крыса опасна для жизни человека, это ведь не делает её равной ему, не так ли? Оборотни для волшебников тоже опасны, и где они теперь? Истреблены или посажены на цепь в резервациях.

Одно дело — использовать грязнокровок в своих целях, для утех или как рабочую силу, в качестве ингредиентов, в конце концов, и совсем другое — водить с ними дружбу, как те же маглолюбцы Уизли.

— И что же она с ней сделала? — оживилась Астория, которую политика внутри женского коллектива Хогвартса интересовала куда больше всяких проклятий и мальчишеских разборок на дуэлях.

— Просто наложила заковыристое проклятье против воров. С помощью магии крови и вуду, насколько я могу судить, превратив некоторые вещи Лавгуд в этакий шаманский фетиш*, но доказать ничего не получится, разумеется. Следы эта кровавая ведьма заметает отлично. Сразу чувствуется опыт. Так вот, знаком тебе маггловский термин лейкемия? Нет? А рак крови? Вот, вижу узнавание на твоем лице. К счастью, волшебники умеют лечить эту маггловскую пакость, которая для них, вообще-то, смертельна, а для нас — нет.

— Интересно даже, а она знала, накладывая свое проклятье, что волшебники могут лечить рак? Если нет… то она еще более безумна, чем Санхайд! — как-то даже восхищенно воскликнул Нотт, за что получил от друзей странные взгляды и стушевался.

— Лечить-то мы умеем, да, вот только это все равно не дешевое удовольствие и лечение нужно начинать на ранних этапах, иначе цена будет расти пропорционально времени, которое было у болезни, чтобы развиться. — недовольно пробурчала Паркинсон, неодобрительно зыркая в сторону Тео, который иногда забывал, на чьей он стороне, когда дело касалось необычной темной магии.

— В общем, эта красноволосая сука тоже на мелочи не разменивается. Пожалуй, к Лавгуд пока соваться не стоит, иначе растеряем все активы на других факультетах. Пускай другие попытают счастье, а мы понаблюдаем. — хмыкнула Астория, закусив ноготь с кислотно-зеленым маникюром. — Со своей стороны я постараюсь сделать все, чтобы изолировать её от общения с другими девочками. Нечего ей распространять свое тлетворное влияние на других. Чего доброго, подобьет своим примером других, а это не хорошо.

— Поддерживаю. — вздохнула Пэнси. Ей не очень понравилось выкидывать деньги на ветер, но, с другой стороны, с задачей прощупать почву Чанг справилась отлично.

Лучше уж пусть это будет полукровка-чужестранка, чем кто-то из них. То, что Санхайд мог бы приложить руку к созданию этого проклятья против воров, она даже не сомневалась, и если бы он сделал его неснимаемым… Оно бы стало смертельным. От такой перспективы у нее волосы вставали дыбом. Эти двое действовали очень умело, чувствуя себя в древнем замке словно рыбы в воде. Пугающая парочка, от которой непонятно чего можно ожидать. Они ходят по очень тонкой грани, бесстрашно балансируя на острие собственной гильотины. С такими отморозками связываться — себе дороже.

— Что насчет его родословной? Выяснили что-то новое? С этой, как её там, Кэролайн, все и так понятно. Отец давно помер, мать — шлюха-наркоманка, тоже скоро сдохнет. Терять ей нечего, а из рычагов давления — разве что её дружок — Санхайд. Хотя рычаг из него такой себе. — высказалась Астория Гринграсс.

— След отца Амоса обрывается в Ватикане, и найти его даже со всеми связями Малфоев никак не получается. У кого есть идеи по этому поводу? — побарабанив пальцами по спинке кресла, Драко серьезно посмотрел на подругу.

— Аналогичная информация. След обрывается там, где инквизиция слишком сильна. Наши агенты просто не рискуют забираться в глубь и копать слишком глубоко. Иначе их ждёт лишь смерть или еще что похуже. Единственное, что удалось выяснить, так это то, что его имя было фальшивкой, как и фамилия. — Паркинсон поделилась имеющейся у её семьи информацией. Связи малефиков выходили далеко за пределы их страны, но были места, куда даже им путь был заказан.

— Так что, Санхайд вовсе не Санхайд, получается? — недоуменно поднял бровь Нотт.

— Санхайд-Санхайд. Его мать оставила свою девичью фамилию при разводе и её же передала сыну, когда его отец ушел из семьи. Настоящая фамилия остаётся загадкой, как и имя.

— А что, так можно было, что ли?! — удивился Малфой, выпучив глаза. Для него такое было просто немыслимо. Жена всегда брала фамилию мужа, и точка. Концепции разводов что в магическом мире, что в маггловском никогда его не интересовали, так что в этом он был полным нулем.

— Маггловский мир. — пожала плечами Паркинсон. — У этих дикарей можно все, пока у тебя есть достаточно денег. В любом случае, его отца зовут не Фауст, и на том спасибо. И так слишком уж круто для грязнокровки. Мать — Геката, отец — Фауст, тц, любят же эти простецы давать громкие имена, даже не понимая их сакрального смысла. Однако, в архивах не удалось найти ни одной его фотографии, что довольно странно.

— А… расспросить миссис Санхайд? — поиграл бровями Теодор Нотт, постучав пальцем по виску, намекая на ментальную магию.

— Самый умный, да? У нее весьма приличная защита от легилименции, так что не получится просто взять и одним взглядом, за секунду проникнуть ей в голову и покопаться там. Более того, времени на серьезное проникновение в разум может и не быть… она работает на серьезную компанию, за которой присматривает аврорат и маггловские спецслужбы. Это тебе уже не простая домохозяйка, на которую всем плевать. По имеющейся информации, она забралась довольно высоко в иерархии компании, и за их домом присматривают не только спецслужбы простецов, но и внутренняя служба безопасности компании, вооруженная до зубов. Мерлин его знает, имеются ли у них артефакты, помогающие отслеживать волшебников.

— Что это за компания такая? — удивился Малфой. От отца он знал, что некоторые суперкорпорации простецов могут представлять серьезную опасность даже для высшей аристократии волшебного мира, вроде его семьи.

— Некая Accuracy international*. Производители огнестрельного оружия. В частности, каких-то очень дальнобойных маггловских штук. Я в этом не разбираюсь, но, слышала, что они поставляют свою продукцию королевской армии и еще кому-то за рубежом. — дала более развернутый ответ слизеринка, и, закинув ногу на ногу и пригладив рукой юбку, задумчиво уставилась в пламя камина.

— Хммм. Никогда не слышал. — Подал голос Теодор, когда молчание затянулось.

— Ну еще бы ты слышал… Тебя кроме темной магии что-то в этой жизни вообще интересует? Хотя ладно, я вот тоже понятия не имела о существовании такой компании, пока родители не начали копать под Амоса. Точнее, под все потенциальные угрозы для нас в школе во время нашей учебы. Просто этот тип оказался самой непредсказуемой переменной, вот и внимания ему досталось больше других. — Поднявшись с насиженного места, Астория начала ходить кругами вокруг Драко, который меланхолично размышлял о чем то своем, неподвижно сидя в своем кресле, лишь провожая её взглядом каждый раз, когда она шла на очередной виток.

— Понятно. Значит вот почему к его матери никто не лезет. К тому же, если, а точнее когда, этот отбитый на всю голову малефик узнает, что кто-то пытался навредить его семье… Я бы не хотела проверять, что он сделает в таком случае. — Пэнси понятливо закивала. Уж она-то хорошо представляла, на что способен загнанный в угол мастер проклятий, которому больше нечего терять.

— Я слышал, что на летних каникулах Флойд лишился старшего брата и дяди. По слухам, у него был серьезный конфликт с Санхайдом, и он даже угрожал ему, что натравит на него своих родственников летом. И вот, лето прошло, а они исчезли без следа, а сам Флойд поспешно перевелся в Дурмстранг за неделю до начала учебы. Совпадение? Очень сомневаюсь. — хмыкнул Теодор.

— Хочешь сказать, что он прикончил двух чистокровных — и ему это сошло с рук?! — ахнула Астория, остановившись как вкопанная и прикрыв рот ладошкой. Вот от такой новости ей действительно стало по настоящему жутко.

— Вероятно. Доказательств нет, как всегда, но… подозрения и слухи в наличии.

— Почему тогда не провели полноценное расследование? — прищурился Малфой, прикидывая в уме возможные варианты избирательной слепоты министерства.

— Кто знает? Делу даже не дали ход. Если их род не подал в аврорат официальное прошение начать расследование, а они не подавали, отец проверял… то они там и палочкой о палочку не ударят. — Нотт был мрачен. Ему безответственность министерства не нравилась. Пропала пара чистокровных магов, а они там и не шевелятся! Ладно бы пропали какие-то грязнокровки, эка невидаль, но чистокровные волшебники…

— Все и мне это очень не нравится, — честно призналась Паркинсон, заражаясь пасмурным настроением Нотта. Она стала нервно выстукивать незатейливую мелодию каблучком по полу, — может, ну его, этого Санхайда? Родители же сами сказали, не лезть к нему. Может, в кои-то веки послушаем их и сосредоточимся на цели попроще? На Поттере, например.

Четверо переглянулись и задумались.

— А знаешь… давай. Какое нам дело до грязнокровки, пускай и талантливого? Пускай с ним разбираются старшие. Мы для него все равно, что дети несмышленые, он нас не тронет, если не будем лезть. Лучше давайте стравим их с Поттером и понаблюдаем со стороны, как они грызут друг другу глотки?

— Отличная идея, Драко! — обрадовался Теодор, который уже предвкушал интересное шоу и был рад тому, что не придется дергать за хвост дракона. Пока он был слишком молод, чтобы справиться с ним, вот когда подрастает… да, вот тогда можно будет.

— Да, пожалуй, так будет лучше для всех нас. — облегченно уронила Астория, наконец вернувшись в свое кресло и расслабившись. Она даже почувствовала, что невидимый груз, давящий на её плечи последние полчаса, исчез, а липкий страх развеялся как туман.

— Стало быть, единогласно?

Трое согласно кивнули на вопрос Драко. Сам он тоже предпочитал держаться от проблем подальше, предпочитая учиться на чужом опыте, а не на своем.

Вот Поттер казался ему отличным кандидатом в испытатели терпения Санхайда или их собственных интриг. Нужно только помочь ему отдавить темному магу больную мозоль, чтоб наверняка. Но как? Хотя…

Поттер ведь рьяно интересуется прекрасным полом? Что же, в окружении Амоса довольно много прекрасных цветков. Что произойдет, если один глупый косолапый медведь решит забраться в чужой сад и нарвать чужой малины? Обычно, у нормальных хозяев такого сада есть волшебная палочка, а у маглов — ружье.

П.С. От автора.

*Фети́ш (фр. fétiche от порт. feitiço — амулет, волшебство) — предмет, вещь, становящаяся объектом поклонения, фетишизма.

* Accuracy International - реальная британская компания, производящая лучшие снайперские винтовки в мире. Причем по некоторым утверждением их пушки занимают первое и второе место. Не первое или второе, а первое И второе. Я не могу утверждать, что это на сто процентов правда, но они точно входят в верхний топ и их продукцией пользуются Британские войска.

Наткнулся случайно на работы одного художника/художницы, не знаю точно, но это просто шедеврально. Некоторые арты просто идеально попадают в мое представление о Луне, так что я подумал, почему бы не поделиться. Вот. Еще и парочка удачно попала в Фелисити, так что и их выложу. Ссылку на твиттер автора оставлю заодно, если нужно:

https://x.com/inthestardust?s=11&t=HDQFxcPxquzWPWl4YBxbyg

Фелисити:

Луна:

Глава 21 Супер-полнолуние

Сегодня двадцать третье сентября, первое полнолуние в новом учебном году, и при этом же, впервые за несколько десятков лет, оно совпадает с осенним равноденствием. Это вызвало ажиотаж среди обычных людей, но что среди волшебников? С виду тишь да благодать, но если знать, куда смотреть… то заметишь, как зашевелились старые волшебные семьи. Время сложных и могущественных ритуалов, время, когда можно заглянуть в доселе неведомые уголки волшебства. Что интересно, в эту ночь не только я решил посетить Запретный лес. Многие молодые волшебники, те что постарше, решили испытать судьбу и подергать удачу за хвост. Был ли среди них неугомонный Поттер? Да кому не пофиг?

Ученые НАСА уже назвали его супер-полнолунием и, я должен признать, что они не ошиблись в наименовании. Я никогда еще не чувствовал свою волчью часть так отчетливо, так ярко, так пóлно. Мне казалось, что волк идет со мной рядом и, протянув руку, я мог бы погладить взбудораженного зверя по холке. Сегодня мы идем на охоту. Точнее, я. Или все-таки мы? Но мы ведь одно целое, так что, может, все-таки я? Ладно, это все не важно сейчас.

Магия внутри меня, магия в Запретном лесу, в воздухе и в луне пела, завывала, как ветер меж стволов деревьев, звала сорваться в хоровод вместе с опавшей золотистой листвой и взмыть в воздух, растворившись в серебристом сиянии отраженных солнечных лучей.

Было почти так же светло, как днем. Не зря такие месяцы зовут урожайными. День почти равен ночи. Даже могучие кроны вековых деревьев не могут затмить луну сегодня.

Ах, как прекрасно просто отпустить на время все проблемы, все переживания и интриги, вздохнуть прохладный осенний воздух, наполненный магией и свежестью.

К черту идиота Поттера, что постоянно ошивается возле моего входа в выручай-комнату, коверкая мое расписание своим неуемным любопытством.

К Мордреду клубок мелких и недоразвитых детенышей змеиного рода, считающих себя самыми умными, но не удосужившиеся даже проверить маленького любопытного паучка на люстре.

К Мерлину всплывший внезапно вопрос «Кто мой отец?» Надеюсь только, что это не местный Дарт Вейдер, потому что я нифига не Люк. Я и так уже давно не на светлой стороне силы, так что не нужно мне такого счастья, сам разберусь.

Сегодня я просто наслаждаюсь магией и охотой, хотя иногда мысли все-таки соскальзывают на всякие отвлеченные темы.

С ритуалами и некромантией я на сегодня как раз закончил и теперь по периметру вокруг меня, шустро перебирая лапками, семенили здоровенные тушки гигантских мертвых пауков. Не зря я отлавливал их заранее, экономя кучу времени.

Пришел, расконсервировал, поднял, зачаровал.

Как говорится, сделал инфернала — гуляй смело. Так что наша небольшая процессия продвигалась сейчас вглубь леса, понемногу смещаясь в сторону угодий кентавров. Очень хотелось выпустить пар, и волшебные коняшки-мутанты для этой цели подходили отлично. Предпочел бы сделать это другим способом и в другой компании, но и так неплохо.

С Фелисити мы тоже вскоре сможем увидеться, благодаря выходным и Хогсмиду. Конечно же, мы не будем зависать в самой деревушке, которую и так уже изучили вдоль и поперек за время учебы, а просто трансгрессируем на нашу временную базу и там уже что-нибудь придумаем.

Послушаю заодно, как там у нее продвигаются дела с обустройством и строительством нашего логова. Может быть, помогу с частичным зачарованнием, нанесу пару рун и, раз уж такое дело, проведем парочку совместных ритуалов, чтобы базу уж точно никто не нашел. Интересно также узнать, как у нее продвигается дело с поиском оборотня-донора для себя. Сам-то я занят, так что поручил это дело ей. Будет ей и испытанием заодно.

Добровольца найти не так-то просто, а ведь нужны еще и хорошие навыки убеждения. Только настоящее отчаяние может подтолкнуть кого-то на такую страшную сделку. Жизнь на желание. Глупо, да? Да, глупо, если твое желание это не посмертная месть или спасение дорогого тебе человека ценой собственной жизни. Тогда все становится на свои места.

Спасибо нашему министерству и егерям, что таких «чудесных» возможностей они предоставляют достаточно и на постоянной основе. Можно не переживать — рано или поздно, но она найдет кого-то подходящего.

Раньше у меня уже мелькали мысли об этом, но чем дольше мы с Фел общаемся, тем больше я понимаю, что она подходит мне практически идеально, и её фанатичные чувства ко мне… тоже подкупают, если честно. Немного пугают местами, конечно, ведь она слишком уж сильно пытается мне понравиться, но намерения-то ведь самые чистые, так что я предпочитаю закрывать глаза на некоторые её перегибы.

Все обдумав, я принял решение провести для Фелисити схожий ритуал, через который прошел и я в свое время. Предложение она восприняла с небывалым энтузиазмом. К моему невероятному удивлению, её больше всего заинтересовало не повышение физических возможностей тела, и не увеличение срока жизни, а возможность стать ближе ко мне и иметь со мной еще что-то общее. Это доказывало, что принятое решение было абсолютно верным и я в любом случае оставался в плюсе.

Во первых, это должно значительно повысить её боевые возможности и выживаемость, что важно, с учетом опасных для жизни планов на будущее, а во вторых, это необходимо для моего плана по вербовке кланов оборотней в Дикую Охоту.

Ну ладно, есть еще кое-что, что сподвигло меня форсировать события и окончательно принять решение — мне просто не хотелось, чтобы её жизнь оборвала какая-нибудь случайная авада или пуля, от которой в ином случае она смогла бы играючи уклониться, выйдя за человеческие пределы скорости и силы.

В конце концов, кому будет лучше, если я зажму этот ритуал только для себя? Никогда не понимал людей, которые, как хомяки, складируют все только для личного пользования и кайфуют, возвышаясь над своими друзьями и близкими, при этом постоянно отвлекаясь на их защиту и безопасность — и разводя потом сопли, когда не успевают прийти на помощь и те бесславно умирают, ибо на фоне МС они банальные ничтожества.

Разве не лучше и проще дать им достаточно силы и возможностей самим защитить себя, нежели постоянно бегать за ними и подтирать зад?

Ведь так и на душе спокойнее, когда точно знаешь, что и без твоей помощи твоя вторая половинка голыми руками может оторвать башку любому, кто покусится на её аппетитную попку. Да и полезность возрастет в разы, ведь так?

Фелисити с большой долей вероятности меня не предаст и не ударит в спину, так что риск я считаю оправданным. Она уже доказала свою полезность, преданность и сможет сделать намного больше для нашего дела, став еще сильнее.

Оборотни весьма скептически настроены к чужакам, но к своим… совсем другое дело. И вот мне бы лучше прийти в компании «волчицы», чтобы меня лучше приняли. Один странный оборотень, способный контролировать себя в полнолуние и без аконитового зелья — случайность, а вот два… это уже совсем другая история. И надежда.

Надежда на контроль над собственной жизнью и судьбой. Над собственным телом и яростью. Только этого бы уже хватило с головой, чтобы они пошли за мной даже в ад, но ведь это еще не все, что я предлагаю. Цель, понятая и простая — что может быть важнее для существ, что были лишены не только цели, но и смысла существования на протяжении многих столетий? Я дам её им. Но прежде — мне придется встать во главе кланов-стай.

Единственный способ полноценно доказать свою состоятельность и возможность воплотить обещания в жизнь — стать альфой. Для этого мне придется помериться силой с нынешними альфами стай и победить их в честном бою, одного за другим. Это будет непросто, но я справлюсь. Я сильнее, хотя на их стороне куда больше опыта. Но даже этого подвига будет недостаточно.

Мне нужно, чтобы меня приняли как своего, а не как тирана-узурпатора, навязывающего свои идеи силой. Придется немного подстроиться под чужие традиции и действовать осторожно.

Вот какой нормальный альфа будет править без собственной «королевы»? Только неудачник. Меня просто не поймут. Так мыслят оборотни — стайные существа с весьма устоявшейся иерархической системой.

Наверху всех — альфа, а в его отсутствие в стае заправляет его «волчица». Её власть ограничена и может быть оспорена. Конечно, исключительно на свой страх и риск, ведь альфа вернётся и спросит сторицей. Однако Фелисити не сильно будет уступать мне по силе после ритуала, так что сможет дать по носу наглым мордам и без меня. Я еще несколько лет буду вынужден проводить большую часть времени в замке, так что мне нужен верный и сильный заместитель, который будет проводить мою волю и следить за дисциплиной. Жена или любовница. Лучше всего, конечно, жена, это бы закрыло большую часть вопросов внутренней кухни, но я пока к такому резкому повороту в жизни не готов. Этому телу пятнадцать лет и я еще пожить немного хочу чисто для себя. Может быть после окончания Хогвартса, но точно не сейчас.

Хотя кандидатура Фелисити сейчас у меня находится на первом месте и я сомневаюсь, что найдется девушка, что сможет её подвинуть.

Взять, к примеру, интрижку с моей любимой преподавательницей. Мы оба прекрасно понимаем, что у нас возможен разве что короткий и страстный запретный роман между учеником и учительницей, что будоражит воображение. Но только пока я учусь в Хогвартсе. Стоит мне выпуститься, как новизна ощущений схлынет, затухнет накал эмоций и… все. Думаю, нас обоих это устроит. Меня так точно.

В общем, как ни посмотри, а Синдер на дело придется брать обязательно, как и проводить тот ритуал. Не знаю, есть ли там в стае красавицы или нет, но мне что-то не охота выбирать себе, мммм, волчицу в мешке среди них. Зачем играть в лотерею, если я могу прийти сразу со своей красавицей-волчицей, верной лично мне и знакомой с деталями плана. К тому же в полнолуние Фел может составить мне компанию на охоте, за ужином или в постели, а не собирать хвостом репейник по диким кустам, бегая в лесу как угорелая, пока луна не пойдет на убыль.

Правда ей тоже еще предстоит немного повоевать, чтобы доказать конкуренткам, что она самая лучшая и достойная, а тепленькое местечко занято основательно. Впрочем, я в ней не сомневаюсь. Лишь бы не покалечила там всех несогласных глупышек.

Жаль, что это пока только лишь планы, а реализация их… пока под вопросом. Много нюансов. Нужно бы набрать еще немного силы, прежде чем навязывать свою кандидатуру на пост главного оборотня страны. Стоит подобрать подходящий ритуал, который не превратит меня в стремную образину вроде каноничного Лорда Фантомаса (шутки для олдфагов)… это не так-то просто, ведь я уже записал на свой счет множество проведенных ритуалов, и далеко не все из них можно проводить повторно.

Внезапное событие заставило меня сбиться с шага и остановиться. Сигнал от одного из акромантулов одернул мои мысли и заставил остановиться и прислушаться, сосредоточившись на окружении. Впереди происходило что-то занимательное. Пришлось доставать хрустальный шар и посмотреть «своими глазами», что там заприметили мои волосатые восьмиглазики.

Ага, картина маслом — идиот в лесу. Как настоящий лось (даже не сомневаюсь, что его патронусом будет именно это благородное создание, возможно, даже та его версия, что из хэппи три френдз), Гарри Поттер продирался через кусты, матерясь сквозь зубы и с палочкой наперевес.

Странно, почему он не догадался расчистить себе путь простым секо, предпочтя держать люмос на кончике концентратора, но да ладно. Может быть, это я просто зажрался со своими магическими заморочками и улучшенным зрением, но сегодня было действительно достаточно светло, чтобы обойтись и без светляка.

О скрытности с его-то навыками можно было забыть, хотя он, сдается мне, даже и не задумывался об этом. Вот так его мои пауки и засекли. Он генерировал шум, производил свет и, вдобавок ко всему, фонил магией, как отработанный урановый стержень радиацией. Мои личные счетчики гейгера заприметили гения издалека и я решил за ним немного понаблюдать, интереса ради.

Поттеру приходилось постоянно выдергивать застревающую в ветках и колючках длинную парадную мантию, которую он, на кой-то хрен, надел и в этот раз.

Серьезно, блин, она же парадная… Красивая? Согласен. Зачарованная? Тоже да, но в лес-то зачем её надевать, Моргана тебя побери… Хочешь выпендриться и косплеить аристократа? Купи себе новый охотничий костюм, боже ж ты мой.

Так-так, и куда это мы спешим? Учитывая аномальное количество удачи… это может вылиться сегодня во что-то интересное. Ночь сегодня очень особенная.

Так-с прослеживаем вектор движения… Ага, один паучок направляется в ту же сторону, куда следует Поттер, но сильно опережая героя всея страны. Я тоже стал постепенно смещаться в ту сторону, мало ли, что там? Вдруг Экскалибур в камне торчит… Эх, сладкие мечты.

Ну, как я и думал, удача вела его в очень даже определенное место. Не знаю уж, что стало его изначальной причиной наведаться в лес, но уверенно двигался он как раз в сторону очень стандартной ситуации — принцесса в беде. Так вот ты какое, старое доброе клише в условиях реальной жизни…

Неужели его желание забраться под юбку Аманде было настолько велико, что само мироздание решило подкинуть ему шанс осуществить мечту?

В полукилометре от Поттера обнаружилась Аманда Де Аморе, пребывающая в поистине незавидном положении. Девушка находилась в окружении охотничьего отряда кентавров, с которыми вела отчаянный бой, но мой опытный взгляд сразу же уловил постепенное истощение её магического щита, да и, в принципе, было видно, что Аманда загнана в угол и лишь приличные навыки в боевой магии спасают её от участи стать подушечкой для иголок. Забравшийся на высокую сосну паукан отчетливо видел и транслировал мне торчащие из кустов копыта мертвого кентавра.

Верхняя часть тела сгнила, но я был абсолютно уверен, что как минимум одного она точно прикончила довольно темным проклятьем гниения. Пожалуй, мирное разрешение конфликта — весьма маловероятно.

Мне стало ясно как день, куда ведет Поттера судьба. Понятно, что одного спасения не хватит, чтобы растопить сердце нашей жестокой ледышки, но вот долг жизни на нее повесить и выровнять отношения до нейтралитета это бы ему, может, и помогло, а дальше… Как знать-как знать.

Может быть, еще парочка таких спасательных операций, и у кого-то бы появился реальный шанс закрутить роман с королевой Слизерина… когда-нибудь. Я сомневаюсь, что Аманду привлекают маленькие дети, так что очень не скоро.

Но лет через пять постоянных спасений и осторожных ухаживаний, в теории, даже у этого «Казановы» могло бы получиться, ведь Аманда, вроде как, на дух не переносит своего жениха, а в среде аристократов вполне нормально иметь любовника на стороне. Счастливые браки у них явление редкое, так что никто не акцентирует на этом внимания, пока голубки предохраняются и бастардов не плодят.

Итак, варианты действий. Либо отойти в сторону и не мешать Поттеру спасать слизеринку… спасение которой он вполне может и запороть, кстати говоря, ведь кентавры, вооруженные охрененно мощными луками с зачарованными стрелами в колчанах, это вам не хухры-мухры, либо…. Да ладно, какое либо? Я первый вариант и рассматривал-то лишь потому, что была возможность вытащить сразу две аристократические задницы из неприятностей и получить дивиденды, если подгадать момент.

Но что-то не охота мне так поступать. Аманда вполне может и стрелу сердцем поймать, и отнюдь не припасенную купидоном, если я буду просто сидеть в кустах и ждать, пока Поттер наиграется в спасителя. Сам-то он точно не помрет, скотина шрамоголовая.

Значит… привожу в исполнение второй план вариант развития событий и немножечко так корректирую маршрут Гарри, направив одного из акромантулов в его сторону. Хе-хе-хе.

Если знать как работает удача, пускай и очень примерно, то манипуляция событиями в угоду себе любимому перестает казаться такой уж невозможной. Акромантул получил очень четкий приказ — не убивать, не кусать, даже не прикасаться к нему. Только напугать до усрачки и гнать его в другую сторону, следуя на приличном расстоянии. Желательно, вообще обратно в Хогвартс, а то и дальше. Может быть, на Тисовую?

Помнится, Гарри насмехался над Уизли в поезде, пугая его паучком… Ну что ж, Рональд, тебе повезло, сегодня ты будешь отомщен, хотя никогда об этом деянии и не узнаешь.

Акромантул сорвался с места и выпрыгнул из кустов неподалеку от Поттера, который чуть не выронил палочку от неожиданности.

Раздался пронзительный девичий визг, который я услышал даже на таком расстоянии. Что интересно, кричала вовсе не Аманда, которая как раз поймала плечом стрелу навылет, но при этом лишь покрепче стиснула зубы и со злостью прошипела в ответ заклинание, тут же снесшее голову уже третьему по счету кентавру.

Да уж, времени она зря не теряла, хотя её силы утекали, как песок сквозь пальцы, а теперь гонку со временем подстегивала и кровопотеря.

Поттер устремился в другую сторону, улепетывая от огромного паука, который не пожелал сразу же загораться или умирать от его заклинаний. Хотя я и удивлен, что Поттер смог применить аваду… но на мертвецов она все равно не действует, ха-ха. Скатертью дорожка.

К сожалению, сдерживающая ситуацию в подвешенном состоянии золотая удача Поттера исчезла из уравнения «Аманда/Кентавры», и она резко стала сдавать позиции, уходя в глухую оборону, лишь подпитывая свои сильные защитные артефакты.

Её взгляд то и дело метался в сторону поблескивающего в ночи серебряного крестика, украшенного то-ли рубинами, то-ли гранатами.

Валялся он вообще на другой стороне поляны, практически под копытами гарцующих кентавров, и что-то подсказывало мне, что это и был аварийный портключ, без которого хрен бы сюда, в Запретный лес, сунулся хоть один уважающий себя аристократ.

Даже Поттер, я уверен, такой имеет. Блять, даже у меня парочка самодельных есть. Как эта дуреха умудрилась его потерять, интересно? Сегодня удача явно не на её стороне. Хотя, постойте-ка, есть же еще кое-кто.

Я ворвался в бой резко, без прелюдии, пустых разговоров и пафосной магии — на все это уже не оставалось времени, хотя я бы не отказался поиграть мускулами пред дамой. Ладно, к черту, главное — эффективность.

Полкилометра для меня — сущие пустяки, которые я преодолел в максимально сжатые сроки. Я лишь успел по пути наморозить себе жалкие три копья-сосульки из уплотненного трансфигурированного льда. Они на огромной скорости, с громким свистом рассекаемого воздуха, ударили в человеческие спины не ожидавших такого поворота конелюбов.

Хребет у них более крепкий, чем у людей, как и мышцы спины, а кожа вообще довольно устойчива к магическому воздействию, но… разогнанные магией левитации, или же телекинезом, если говорить упрощенно, ледяные копья прошили их насквозь, разорвав соединение мозг-тело, наглым образом вмешавшись в последовательность из позвонков.

Думаю, такое природа (или древний сумасшедший зоофил-химеролог) все-таки не предусмотрела. Лед был сотворен трансфигурацией и не был магическим в данный момент времени, а вполне себе физическим объектом (довольно известная фишка любого трансфигуратора, позволяющая игнорировать магическое сопротивление и некоторые щиты), так что даже не заметил врожденное сопротивление этих существ. Чудно.

Троих уже убила Аманда, еще троих только что прикончил я, так что осталась лишь горстка, с которой мне было вполне по силам справиться даже без своих верных паучков. Их я светить пока не собирался.

Аманда мне, конечно, немного нравится, но не настолько, чтобы делиться с ней секретами, способными упрятать меня в Азкабан на пожизненный срок.

Некромантов слишком боятся еще со времен восстания Морганы. Страх перед смертью въелся в кости и ДНК людей, а Темный Лорд совсем недавно любезно напомнил всем, почему это так. Паучки в бою с кентаврами участвовать не будут, и точка. Своя шкура дороже. Тем более, теперь меня и одного на них хватит.

Медленно, как в замедленной съемке, кентавры стали разворачиваться в мою сторону. Они быстро натягивали тетивы своих луков, чтобы отправить мне ответных гостинцев, но… я просто позволил волку внутри немного порезвиться и выпустил его наружу, слившись с ним в единое целое.

Сегодня наш день — и нет ничего приятнее того ощущения, когда зверь сам становится охотником и начинает загонять ловцов, слово дичь.

Резкий прыжок в сторону, оттолкнуться ногами от ствола затрещавшего дерева и сделать сальто, пропуская под собой ворох острых проблем.

Находясь в полете, вверх ногами, не каждый сможет сориентироваться и применить магию, но, к несчастью для этих доморощенных хантеров, я мог провернуть и не такое благодаря разогнанному ментальной магией сознанию и гибкому сильному телу.

Несколько смертельных проклятий, выглядящих как черная цепная молния, выжигают паре кентавров дыхательную систему. Третий успел покинуть зону поражения. Шустрый какой.

Нет времени наблюдать, как те двое хватаются за горло и грудь, раздирая кожу почерневшими ногтями. Они медленно оседают на землю и не проживут более двух минут, если мои расчеты верны.

Приземлившись, сразу же перекатом ухожу еще от парочки снарядов, которые в меня запустил сдвоенным выстрелом их выживший приятель. Мог бы принять и на щит, но… зачем, если можно уклониться?

И не зря я послушал свою обострившуюся интуицию. Сдвоенные выстрелы зачарованными стрелами довольно вредны не только для магических щитов, но еще и для здоровья. Особенно, если они покрыты сраным серебром! Вот гадство. Но это ожидаемо. Сегодня полнолуние, а наша «дружба» длится уже не первый год — и было бы странно, если бы у охотников в колчанах не нашлось нескольких особых бронебойных гостинцев для одного страшного серого волка.

Одну стрелу, выпущенную из слепой зоны, отбиваю чисто на зверином инстинкте, тыльной стороной своей ладони, по касательной. Кожаные перчатки с металлическими вставками пригодились как раз кстати, ну надо же. А я-то думал, нахрена продают перчатки с не зачарованными магией железные пластинами, а их, оказывается, можно было использовать как баклер… Хорошо, что я не успел их зачаровать на свой лад, а то такая стрела могла бы и повредить руническую вязь, и пришлось бы их выкидывать. Хорошо, если не с рукой. Но все еще лучше, чем получить стрелу в висок.

Вот ведь проказник. Смог подгадать момент и зайти мне со спины. Хороший тайминг, но и я не промах. Бомбарда, угодившая в ствол дерева рядом с его лицом, показала ему наглядно, почему солдаты дрожат при одном слове — шрапнель. Конечно, это не кассетный боеприпас, но и мне нужно было убить всего одного кентавра, а не целый взвод.

Его ранее человекоподобное лицо напоминало теперь раздавленный ногой земляничный пирог, который после еще и метнули в дерево. Такое себе зрелище, конечно. Задерживать внимание я на нем не стал, так как я нормальный человек и мне не нужны кошмары по ночам. Затру потом этот фрагмент собственного воспоминания.

Аманда порадовала меня своей рациональностью и выдержкой. Заметив, что большинство кентавров переключились на меня, она воспользовалась ситуацией и, вместо того, чтобы забиться в угол, прячась под щитами, решила контратаковать.

Получилось неплохо, и еще один кентавр отправился в страну вечной охоты (Или куда там коняшки попадают после смерти? Мне известно только про собак, которым забронированы места на небесах, но про кентавров ни слова…).

Второй же принялся играть с ней в хороводы, мчась по кругу вокруг нее, пробуя на зубок её барьер, выпуская стрелы одну за другой, скрываясь за деревьями от взгляда мстительной ведьмы. Аманда попробовала призвать свой крестик акцио и только сейчас я понял, почему она не сделала это раньше. Стрела кентавра сбила его в полете и он отлетел куда-то за деревья. Повезло, что портал не разрушился, но кто знает, сколь он прочен? Если бы она попробовала сделать это в то время, когда все внимание кентавров было направленно на нее, порталу бы точно пришел каюк. Их хоровод смерти продолжился, с той лишь разницей, что Аманда рассвирепела еще больше и увеличила напор на единственного противника. Вижу, у нее все под контролем, так что пока добью оставшихся.

У меня была еще одна интересная идея, на которую мне недавно намекнула Батшеда и которую я очень хотел попробовать, но как-то руки все не доходили. Это было очень сложно и заняло какое-то время, но я справился, несмотря на то, что мне приходилось петлять между деревьями и выжимать ресурсы мозга по максимуму.

Руна взрыва, вырезанная дистанционно на шкуре кентавра, оказалась очень эффективной. Против человека я бы использовал бомбарду, но кентавры намного быстрее и живучее, а еще — конкретно эти усвоили урок сегодняшней ночи и не задерживались на одном месте возле деревьев. Так что пришлось извращаться.

Магия крови, рунная магия и чары совмещенные в единый смертельный механизм превратили здоровенную тушу получеловека в настоящую живую бомбу. Кровавые руны, вырезанные прямо на его крупе, засияли багровым сиянием, и прежде, чем кентавр даже смог понять, что происходит… Бум!

Скажу честно, зрелище после активации было столь отвратительным, что даже мне поплохело. Аманда, к счастью, была слишком занята своей целью, чтобы обратить внимание на очередной сильный взрыв. Подумала на бомбарду, скорее всего, но это была не бомбарда… Хорошо, тем лучше для нее.

Ох и не зря я не ужинаю перед своей практикой по некромантии… меня даже не стошнило. Или я просто закалился со временем? Это я тоже слегка заблурю себе, но лишь на время. Результаты эксперимента важны. Даже если они чертовски неприглядны. Так что рано или поздно мне приснится аленький цветочек…

Кровь была повсюду в радиусе метров пятнадцати-двадцати (кровищи в кентаврах оказалось просто офигеть как много), а костяные осколки посекли еще двух кентавров. Один из них полностью ослеп и, упав на подломившиеся колени, прислонившись к стволу дерева, вцепившись в него руками, как в спасительную соломинку и зовя на помощь своих друзей — точно выбыл.

А вот другой лишь выронил лук и зажал кровоточащее плечо другой рукой. Он бросил на своего друга печальный взгляд, потом мельком взглянул на звезды и поскакал прочь. Наверное, Марс сегодня недостаточно яркий, чтобы проявлять милосердие или спасать своих друзей… Вот это я понимаю крепкие узы. Пускай скачет.

Периметр охраняют мои пушистые друзья. Им не нужно питаться, с голоду не помрут, но все равно эта функция у них предусмотрена некромантом. То есть мной.

Потребляя органику, они могут исцеляться с помощью сложной вампирической магии. Серьезные прорехи это не заделает, конечно, но легкие и средние повреждения сможет поправить без моего участия. Все ради сохранения драгоценного личного времени. Темная магия так многогранна…

Остатки неудачливых охотников я незатейливо добивал в стиле лесного паркура, экспериментальными одиночными проклятьями повышенной смертоносности. Такие на дуэлях в школе не засветишь. Было интересно испытать их на живых созданиях, убийство которых не находит отклика у моей совести.

Аманда де Аморе тоже смогла справиться со своим вертким противником, подловив его на очередном круге, заранее подготовив прямо на его маршруте глубокую волчью яму с каменными кольями внутри. Смешно. Волчья яма, но в нее угодил не волк, а охотник, ха-ха, лузер. Пришлось досрочно прерывать его страдания секо, ибо голосил он очень уж громко. Понимаю, больно, но надо совесть иметь. У меня аж уши закладывало, а я люблю тишину и покой. Вот и поделился с ним своим мировоззрением. Теперь он тоже проведет вечность в покое.

Аманда тем временем осела на холодную землю и вытерла выступивший холодный пот. Лицо её побледнело еще сильнее обычного, а волосы растрепались.

Левый рукав темно-зелёного охотничьего жакета потемнел от крови, а белая блузка и вовсе стала наполовину алой.

Это ей еще повезло, что стрела, кажется, не задела кость и вышла с другой стороны. Будет проще удалить ее, прежде чем промывать и заживлять рану.

Прежде, чем оказывать первую помощь пострадавшей, я первым делом последовал первому правилу здоровой паранойи и добил всех стонущих полумертвых противников.

Тот кентавр, что пытался сбежать, тоже не ушел обиженным, и сейчас следы его существования тщательно перерабатывались и исчезали в раздувающихся брюшках акромантулов. От него останутся только голые кости.

Как только закончил с недобитками, я сразу же полез в подсумок и достал кроветворное зелье. Мое любименькое и самое полезное зелье на всем белом свете. Сколько раз оно спасало мою жопу? Много. Даже слишком много раз, на самом деле, учитывая то, что мне всего пятнадцать… биологически.

Магия много с чем может справиться, но вот пополнение гемоглобина в тушке лучше оставить зелью, зарекомендовавшему себя еще многие столетия назад.

Его множество раз дорабатывали на протяжении этих веков, и теперь оно было доведено практически до совершенства и подходило для любой группы крови и резус-фактора. Даже вкус его был неплох, что для зелья — чуть ли не уникальный случай. Универсальная штука, короче, которую я молча протянул закусившей от боли губу Аманде, дрожащей рукой накладывавшей на раненое плечо заклинание местной анестезии.

Умная девочка. Сразу поняла, что стрелу придется изымать, хочет она того или нет, и дело это будет не особо приятным.

Она болезненно вздохнула и благодарно кивнула, приоткрыв окровавленные губы, позволяя мне влить в нее зелье, вначале осмотрев стандартную этикетку из магазина. Недоверчивая какая. Слизеринцы…

Сладковатый нектар стек в её желудок и начал генерировать так необходимые её организму элементы. Болезненная бледность быстро пошла на убыль и на лицо вернулся едва заметный румянец. Слегка посиневшие искусанные губы тоже возвращали свой здоровый розовый цвет, но в глазах все еще стояли слезы. Не удивительно, ведь стрела все еще торчала в её плече, но она так трогательно старалась не плакать и быть сильной, что я невольно умилился.

Удивительное дело, на самом деле. Тепличный цветок вроде нее оказался не так прост, как я думал. Может быть, просто пока не хочет показывать слабость перед грязнокровкой вроде меня? Это было бы действительно неловко, расплачься она сейчас. Для нее это наверняка еще позорнее, чем вся эта ситуация с кентаврами, а я вот совершенно не умею успокаивать плачущих девочек и тоже не хочу позориться. Я злой и страшный темный маг и совершенно не горю желанием отстирывать свое пальто от соплей, кхм. (Это сделают домовые эльфы, но тем не менее…)

— Так, Аманда, мне нужно срезать наконечник стрелы, а потом извлечь её из тела. Кивни, если понимаешь. — она молча кивнула и вцепилась пальцами в рукав моего осеннего пальто, как только я присел возле нее. — Не бойся, хех, мне уже приходилось вытаскивать из себя стрелы кентавров, так что опыт имеется. — я попытался разбавить ситуацию шуткой, как обычно делают врачи в больницах, и даже получил едва заметную кривую усмешку. — Вижу, ты уже наложила заклинание местной анестезии, отлично. Ты хорошо справляешься, Аманда.

— Спасибо. — тихо прошептала она. Голос был хриплый и слегка дрожал. Необычно было видеть её в таком состоянии. Такая хрупкая и беззащитная в этот момент, как надломленная морозным ветром белая роза. Как порядочный темный маг я не мог не просчитывать в голове выгоду от спасения девицы, но как обычный человек — я был вполне доволен тем, что спас её, сулило мне это выгоду или нет. — Будет больно?

— Хмммм, немного. Я бы мог полностью обезболить процесс, но это на несколько часов затуманит твой разум, хочешь? — немного поразмыслив, предложил я.

Амос Санхайд, вообще-то, не целитель, а темный маг, ага. Это даже не вторичная моя специализация, так что не смотри на меня своими большими красивыми сапфировыми глазами, в уголках которых блестят слезы.

Патологоанатом из меня получился бы куда как лучше. Так, первую помощь оказать могу, конечно, жизнь научила, но вот что-то более серьезное — это к Кэролайн.

Аманда тем временем серьезно задумалась, пока я проводил тщательный осмотр вышедшего древка стрелы, делая аккуратные надрезы на ее жакете и блузке, из которой выглядывал зазубренный наконечник. Следов яда не обнаружено, что уже неплохо.

— Нет. Я потерплю. — все же приняла решение девушка. Молодец, здоровая паранойя полезна для здоровья. Я бы на её месте тоже хрен бы доверил левому темному магу-грязнокровке, будучи раненой, почти беззащитной, без своего аварийного портключа, с просаженным магическим резервом, накладывать на себя какие-то мутные заклинания, влияющие на разум. Я менталист, а не медик. Как говорится, чем богаты, детка. — Не подумай, я тебе верю, просто… у меня еще есть дела в Запретом лесу, мне нужна здравая голова на плечах.

В её словах я не почувствовал фальши, так что как минимум это было одной из основных причин. Что не отменяет мое предыдущее заключение. Одно другому не мешает.

Или я ошибся, но от этого как-то не легче.

— Аманда, а ты уверена, что голова у тебя прямо сейчас в порядке? Ты серьезно собираешься продолжать поиски чего бы то ни было в таком состоянии? Ты что, еб… кх-хм, приложилась головой о ствол дерева? — я зашел ей за спину и слабеньким секо срезал наконечник стрелы, параллельно ведя с ней беседу, чтобы отвлечь.

Она лишь немного вздрогнула от неожиданности, когда холодный металл упал на землю рядом с ее рукой. Едва ли она почувствовала боль. На то и был расчет. Магия и ловкость рук — никакого мошенничества. Слегка надулась, что я её не предупредил, но возникать не стала. Понимает, что ради её же блага тут суечусь. Все говорят, что Аманда бескомпромиссная стерва, но это не правда. Когда нужно, она ведет себя очень скромно. Умеет чувствовать момент.

— Ты не понимаешь. Такие особенные дни бывают раз в двадцать-тридцать лет. Так что я не могу упустить такую возможность… кхххх- ода поднесла свою ладошку ко рту и прикусила её, чтобы сдержать крик, когда я присел рядом и взялся пальцами за древко стрелы.

— Вот сейчас точно будет неприятно. Смотри на меня и постарайся немного расслабиться, хорошо? Если хочешь, можешь взять меня за руку, но слишком сильно свои когти в меня не запускай, а то знаю я вас, женщин, только дай волю, и следы останутся надолго, а нам обоим это точно не нужно, идет? — я старался сделать свой шепот максимально успокаивающим и доверительным.

Не очень-то у меня получалось, но я хотя бы постарался. Аманда, как послушная девочка, последовала моему совету и вцепилась в мою свободную левую руку, словно утопающий в спасательный круг.

Ногти у нее были действительно ого-го, с симпатичным зеленым маникюром, но пробить мою кожу скорее всего не смогли бы. Точно не в полнолуние.

Она пристально уставилась в мои глаза и стала ждать неотвратимой боли. Какая неоднозначная, однако, ситуация. Бывали у Александра случаи чем-то напоминающие этот, но контекст, разумеется, был слегка иной.

Я стал осторожно вытаскивать лишнюю древесину из её плеча. Мои руки не дрожали, но вот Аманду всю трясло. Она так сильно вцепилась в мою руку, что у меня появились сомнения насчет её человеческой природы. Хотя, ладно, это просто судорога. Может быть, стоило обездвижить её петрификусом… умная мысля приходит опосля. Если бы не её заклинание анестезии, то она наверняка бы просто вопила от боли, а так… вполне достойно держится и лишь тяжело дышит и хрипит.

Думаю, можно было даже защелкивать свою зажигалку, пассивно глушащую звуки вблизи нас, чтобы сэкономить магию артефакта. Не пригодилась.

Окровавленное древко наконец покинуло её плоть. Самое сложное и болезненное осталось позади, так что крики и слезы пока отменяются. Хотя вру, пара слезинок все-таки скатилась по её щекам вниз, упав на плодородную почву хищного леса, смешавшись с ее кровью. Придется тут все почистить, чтоб не оставлять следов.

Я вытащил из кармана платок, охладил его магией и протер выступившую на её лице испарину и, словно случайно, заодно вытер и дорожки слез, после чего передал платок ей. Кусок ткани мне не жалко. Стоит копейки.

— Вот и все. Умничка. Теперь осталось только дезинфицировать и залатать сквозную рану, и все. Еще безоар на всякий случай съешь, а то мало ли… Это уже будет не так больно, хвала колдомедикам, что придумали раствор, попадание которого в открытую рану не вызывает острого желания покончить с собой. Обычные люди пользуются спиртом в таких ситуациях, можешь представить себе? — я продолжал вещать, чтобы загрузить её мозг чем-то еще, кроме боли.

— Прекращай уже сюсюкаться со мной, как с маленькой. Мне что, десять, по твоему? Хмпф! — раздраженно пробурчала Де Аморе, но беззлобно. Её постепенно начало отпускать и она больше не дрожала. Пройдет полчаса и она приведет в себя в полный порядок. Волшебство, что тут скажешь…

— Хорошо. Сейчас я залью в рану зелье, дам тебе жидкий безоар, а потом ты уже сама наложишь на себя все необходимые лечащие заклинания. Ты лучше меня разбираешься в целительной магии, если я правильно помню. Справишься?

— Угу. Спасибо, Амос Снахайд. За мной долг, который я признаю. И еще кое что… Неловко такое просить, но я сейчас немного не в форме, как видишь, так что сомневаюсь, что смогу достичь своих целей самостоятельно… Что если… я тебя найму? Временно, конечно. Всего на эту ночь. Платой станет то, что я ищу. Там абсолютно точно хватит на двоих. А если мы не найдем искомое, то я заплачу звонкой монетой за твои услуги или предоставлю артефакты или книги, сопоставимые по стоимости. Что скажешь? — Аманда постепенно стала возвращать себе свою уверенность и деловую хватку, отходя от шока. Кует железо, пока оно горячо, я бы даже сказал. Я задумался.

Если так подумать, то предложение выгодное, хоть и странное. В обычное время я бы наотрез отказался и поволок бы её в замок даже силком, если придется, но конкретно сегодня… Я ведь все равно шляюсь в супер-полнолуние по лесу без дела, выгуливая внутреннего волка, в поисках того, не знаю чего, так почему бы и нет?

Эта возможность, в теории, сегодня могла бы достаться Поттеру, если бы его не спугнул, хе-хе, случайно пробегающий акромантул, так что там должно быть что-то очень даже хорошее, и вероятность найти это сегодня достаточно высока. Если сложить удачу Поттера, мою черную удачу, знания Аманды (а она не поперлась бы в лес искать нечто неведомое вслепую), да плюс ко всему супер-полнолуние и равноденствие, случающееся раз в несколько десятков лет и разлитую вокруг магию… да, пожалуй стоит рискнуть.

А еще эта упрямица ведь может и без меня свалить и попытать счастье в поисках загадочной херни, скорее всего погибнув в процессе. Если же я пойду с ней — то шансы на успех сильно возрастут и, в крайнем случае, я смогу удержать слизеринку от опрометчивых поступков. Не то чтобы мне было не все равно, просто жалко затраченных на нее усилий и времени сегодня, вот. И еще это судит мне выгоду. Но для начала…

— И что такое ты ищешь, Аманда, что даже поставила свою жизнь на кон и хочешь сделать это вновь, а? Бесконечная косметичка? — мне было действительно интересно, что такое можно найти сегодня в лесу, что Де Аморе, которая может позволить себе купить практически все, что угодно, самолично устремилась навстречу опасным приключениям. В одиночку. Без охраны. Наверняка не известив родителей о своем гениальном решении.

— Источник вечной красоты… — выдохнула она, накладывая на себя мощное исцеляющее заклинание, постепенно заживляющее рану прямо на глазах. Я устало прикрыл глаза рукой. Женщины…

Фелисити:

Аманда:

П.С. От автора: Отвечу, пожалуй, на самый часто задаваемый вопрос.

Это не гаремник. Основной пейринг: Фелисити-Амос.

Их отношения будут развиваться постепенно, и еще более чем достаточно времени до их полноценного раскрытия.

Короткие романы, временные любовницы - возможно, но точно не гарем. Гг не будет хомяком и в конце концов придет к моногамии. Людям свойственно взрослеть и становиться мудрее. Это ждёт и наших героев. Это неотвратимо.

Как относится к этому Фелисити?

Пока она и сама находится в положении любовницы и боится давить, боится спугнуть. Её план как стать единственной и неповторимой вы узнаете позже, но он чертовски хорош и логичен.

xbnfntkm13, бечено

Глава 22 Источник вечной красоты и стоимость одной жизни

Мы двигались по лесу достаточно тихо, без спешки, обходили лежки опасных магических животных, которые и опытных волшебников могут рассмотреть с гастрономической точки зрения.

Лучше было двигаться немного медленнее, чем каждый раз проламывать себе путь силой через тварей, которых магия далеко не всегда берет. Показывать свою силушку богатырскую я точно не собирался. И так засветил свои навыки акробатики и скорость, которой далеко не каждый может похвастаться.

Все равно экономия времени получается. На периферии, вне поля нашего зрения, шло оцепление из моих любимых инфернальчиков, так что застать нас врасплох получилось бы разве что у спикировавшего с небес дракона. Те умели падать камнем вниз бесшумно, как ястребы, когда охотились на добычу, но они здесь редкие гости, а кроны деревьев сильно затрудняют обзор сверху. По этим двум причинам над Запретным лесом и запрещены полеты — воздушные хищники и нецелесообразность разведки. Только ножками или верхом… на фестрале, разве что. Или на единороге. Хотя из всех моих знакомых разве что Луна могла бы прокатится на единороге. Щепетильные создания.

Аманда уверяла, что знает куда нам идти — благодаря специальному замагиченному компасу, который был связан с оригиналом карты, хранящейся у нее дома, в поместье. Во Франции. Заморочилась, короче, прилично, но все лучше, чем блукать в лесу без малейшего целеуказания.

— Знаешь, Аманда, я вот не могу понять, ты ведь родом из одной из самых богатейших семей Британии. И заодно еще и Франции. У вас ведь наверняка есть средства, чтобы если не навсегда сохранить твою молодость, то на очень, очень долго… так зачем тебе жизнью рисковать ради древней семейной легенды, которая не факт, что правдива? И вообще, не рановато ли ты об этом задумалась? Тебе шестнадцать. Пару лет бы еще подождать не помешало бы. Ты, конечно, прекрасна, спору нет, но стоит ли оно того? — я действительно хотел знать.

Если Аманда сегодня слегка неадекватна из-за… ну не знаю, солнечных бурь или магической аномалии, то мне бы хотелось знать об этом, чтобы не лезть за сумасшедшей ведьмой в логово какого-нибудь Арагога, или еще куда похуже. Без раскрытия своих козырей я таких титанов не потяну.

Остаётся надеяться, что хотя-бы василиск сегодня не охотится, или изволил откушать в другом месте. Желательно, на другом конце леса. А то пару раз я уже сталкивался с последствиями его охоты. Василиски обращали своих жертв в камень, а потом спокойно закусывали ими, перемалывая его и глотая. Внутри их пищевода камень вновь становился плотью и хорошо усваивался в желудке хтонической твари. Незавидная участь. Василиск не нападал на студентов Хогвартса, но френдли фаер еще никто не отменял. Глазки то у него очень опасные.

— Мммм. — Де Аморе скривила губы, серьёзно призадумавшись на несколько секунд, и все-таки решила ответить. — Что же, отвечу тебе, раз уж мы союзники. Временные. — подчеркнула она интонацией. Обидно было, хе-хе. — Видишь ли, такие особенные дни, как сегодня, наступают раз в двадцать-тридцать лет… и по прогнозам магических астрологов и НАСА, да-да, не удивляйся так, мы — Де Аморе, умеем пользоваться информацией из любых источников в полной мере, следующее «супер-полнолуние» будет через тридцать лет… мне будет сорок шесть. Да, для талантливой ведьмы, за которой еще и стоит её древний род, нет никакой проблемы сохранить молодость, и к сорок шесть выглядеть на двадцать, но за все приходится платить. Особенно за красоту. И иногда плата неприемлема. Побочные эффекты таких зелий очень не вдохновляют, чтоб ты знал. Но без них к тому времени я буду выглядеть лет на двадцать восемь. А что если я упущу возможность и в следующий раз? Второго шанса не будет, если я не поспешу. А сейчас… Даже если нас ждёт провал, то у меня будет бесценный опыт и ещё одна попытка. Вот почему я отправилась сегодня, а не через тридцать лет. Если же я провалюсь и во второй раз… самый действенный и эффективный, подходящий под мои критерии долговечности способ — особый ритуал и комплекс уникальных зелий, дорогих даже для меня, но… потенциал волшебника или ведьмы, что прибегнут к этому методу, замрет вместе с возрастом, взамен на красоту. Нет старения, но нет и развития. Я не желаю стать прекрасной, но бессильной куклой в руках других. Есть люди, которых такое вполне устраивает, но не меня. Я ведьма, и я горжусь этим. — Её глаза горели идеей и магией. Аманда набрала в грудь воздуха и продолжила вещать проникновенным голосом, будто сектант, что нашел благодарного слушателя в прохожем и пытается обратить его в свою веру. Хах, культ красоты. Должен признать, такой мне даже по душе. По крайней мере, монашки у них должны быть очень интересными…

— Я хочу, нет, буду сама вершить свою судьбу, я получу все. Сила, власть, влияние, молодость. Красота ведь тоже оружие, между прочим, а кто откажется от вечного клинка, не поддающегося коррозии, не тупящегося и всегда острого, как бритва? Я не хочу выбирать между одним и другим. Я возьму все. Можешь назвать меня жадной сукой, если угодно, но такая уж я…

— Я бы назвал тебя скорее циничной и амбициозной… стервой. — усмехнувшись кончиком губ, я решил перебить её и обозначить свою позицию по данному вопросу. Не стоит называть девушку сукой, даже если она сама себя так называет. На стерву они, впрочем, почему-то не обижаются, так что это безопасно.

— Звучит почти как комплимент. — Кокетливо улыбнувшись, слизеринка заправила за ушко золотистый локон волос и состроила глазки. Хороша, чертовка. Пожалуй, с ее мозгами и талантом, она найдет способ как распорядиться вечно молодостью с максимальной эффективностью.

— На самом деле, на твоем месте, я, возможно, поступил бы так же. Однако, имея такие средства… прихватил бы с собой парочку должников или контрактников, которые берегли бы мою великолепную задницу от неприятностей и держали рот на замке… ты же бросилась в омут с головой слишком опрометчиво. Это была бы потеря. — Я с удовольствием пробежался глазами по её точечной фигурке, раз уж мне предоставляют такую возможность и ничего против не имеют, но укоризненно погрозил ей пальцем.

— Приятно, что хоть кому-то в этом Мордредовом замке не плевать на мою судьбу… — напустив в голос побольше сарказма, ответила Аманда, отвернулись в другую сторону, но я успел уловить легкий румянец, проступивший на бледном лице. Вот и пойми теперь, что это было… в какую игру мы играем? — Вероятно ты прав, но… ведь сейчас ты здесь, защищаешь меня, разве нет? У нас взаимовыгодный договор и ты точно не из тех, кто болтает направо и налево. — вернула мне шпильку Аманда, разминая плечо и ехидно ухмыляясь. Плечо уже полностью зажило, но все еще должна ощущаться легкая скованность в движениях, которая пройдет только через пару часов. Жаль, обстановка не располагает к массажу, а то я бы не постеснялся предложить свои услуги.

— Ты сначала успела попасть в неприятности, прежде чем договориться со мной, Аманда. — хмыкнув, я навел волшебную палочку на соседнюю ветку и сбил заклинанием слишком любопытную сову.

Пташка перелетала с ветки на ветку уже несколько минут, преследуя нас, так что лучше было избавиться от нее. В лесу сегодня полно других ведьм и волшебников, которые ищут всякое-разное, а сова вполне могла быть чьим-то разведдроном. Хорошо еще, если не камикадзе, потому что лично я как раз недавно раздумывал на досуге о том, как хорошо было бы использовать для таких целей бесшумных, крупных, но быстрых сов.

Чур меня. Лучше перестраховаться.

— Мммм, да, моя ошибка. Но я не дура. Я подстраховалась и знала, что это самое удачное решение. — Аманда достала из кармана пустой пузырек из-под зелья. В такой особенный, зачарованный мелкими рунными цепочками хрусталь разливают только один вид зелий.

— Феликс Фелицис — жидкая удача! — ахнул я. Да уж, а она действительно неплохо подготовилась. Такую штуку достать очень сложно, ведь зельеваров, что могут сварить зелье правильно, на всю страну едва ли десяток наберется. Заказывать нужно за полгода-год и готовят такое только на заказ. И это я уже молчу про цену. Блин, даже сам флакон стоит как некоторые зелья высшей категории сложности изготовления.

— Выпила не зря, как видишь. Немного переоценила свои силы и недооценила враждебность местной флоры и фауны, да и не доверяю я в Хогвартсе никому, так что сделала ставку на средство, которое еще ни разу меня не подводило. Любой контракт можно обойти, тысячи вероятностей невозможно предсказать, но жидкая удача позволит выжить там, где без нее тебя ждала бы верная смерть, а союзник может найтись в самом неожиданном месте. Вот почему мы встретились. — покачала головой блондинка, признавая свою ошибку и заодно хвастаясь своей расточительностью. Редкое явление в кругу её общения. Признание оплошности, я имею в виду. — У тебя есть некоторая репутация… если отбросить шелуху глупых домыслов и предрассудков, то ты — самый безопасный и надежный вариант в нынешних реалиях, кровно заинтересованный в моем, нет, скорее даже нашем, успехе. Ты все же тоже тот ещё красавчик, хоть и магглорожденный. Многие девочки на нашем факультете судачат о том, что если бы ты не родился в семье магглов, они бы тебя уже взяли в оборот и заездили. К тому же, в отличии от тебя, ярого сторонника экстремального туризма, немногие имеют храбрость и уверенность в собственных силах, чтобы соваться в Запретный лес на постоянной основе. Благодаря удаче у меня в проводниках оказался один из самых сильных и опытных дуэлянтов школы, не по наслышке знакомый с Запретным лесом и не брезгующий темной… кхм, эффективной магией.

— Откуда ты… впрочем, да, очевидно. Любой, у кого достаточно мозгов и влияния для сбора информации, смог бы сопоставить слухи и факты, выяснив, где я периодически пропадаю. И, Аманда, ты меня переоцениваешь. Этот лес — сплошная загадка. Его невозможно полностью исследовать в одиночку и за полсотни лет, так что я далеко не лучший проводник. Кое что знаю, конечно, но бесконечно далек от коренных жителей леса. — я хмуро зыркнул на любопытную девицу, сующую свой симпатичный носик в чужие дела. — Но жидкая удача… чего и следовало ожидать от одной из Де Аморе, полагаю, хах. И за красавчика спасибо, не знал, что в твоём вкусе, но я тоже нахожу тебя очень привлекательной.

Не мне жаловаться на шпионов, в конце-концов. Сам такой, а вот пара простеньких взаимных комплиментов сгладят острые углы.

В самые дальние уголки и сердце леса я даже и не думал соваться. Там может сгинуть даже Дамблдор, если зазевается. К примеру, если нарвется на древнего дракона или василиска, или на кого-то более страшного и смертоносного. Но у старика есть Фоукс, что сможет вытащить его морщинистую задницу из любых неприятностей, а вот у меня феникса под рукой нет, как и у Аманды. Мои самодельные портключи не всегда могут помочь, и её блатной тоже не факт, что сможет выдернуть её из когтей смерти. Пространство бывает аномально нестабильным местами, или же, напротив, слишком стабильным, липким, как паутина акромантула. Увязнешь в ней — и, пока выпутаешься, уже может быть поздно. Только фениксы и некоторые другие мифические существа могут перемещаться практически без ограничений.

Зато ее удача сейчас должна быть очень высока, и я теперь более положительно оцениваю наши шансы на удачное завершение авантюры. Наша цель не очень глубоко в этой магической бездне, так что все не так плохо.

— Действительно. Так вот, возвращаясь к твоему вопросу, Санхайд… Ты явно плаваешь в политических раскладах, не так ли? Объясню кратко, что такое род Де Аморе. Многие люди пытаются усидеть на двух стульях, но обычно это заканчивается плачевно, как ты знаешь, но мы… мы сидим на четырех, и уже довольно давно. Сотни лет, Амос. Это долгий срок, и это очень тяжело. Мы одновременно и британские аристократы, и французские, и магические, и обычные. Тяжелое бремя, которое взвалили на своих потомков наши основатели. — Блондинка вздохнула и, задрав голову вверх, взглянула на яркий диск луны, который сейчас казался немного красным. Задумавшись о чем-то своем, она оступилась, наступив на скользкий корень дерева, и чуть не подвернула ногу. К счастью для нее, моя реакция оказалась достаточной, чтобы подхватить её под локоть и не дать упасть лицом в грязь. Если она еще и ногу подвернет, то путешествие станет вообще незабываемым.

— Осторожнее. Я понимаю, что в Запретном лесу нужно с опаской и вверх поглядывать, но ты и под ноги смотреть не забывай иногда. Оттуда тоже может вылезти… Всякое.

— И снова спасибо, — кивнула девушка, и слегка поморщилась от боли в лодыжке, продолжив путь чуть прихрамывая. Актриса.

Воспользовавшись ситуацией, она положила свою руку на сгиб моего локтя, используя её как опору. Теперь мы напоминали парочку сумасшедших фриков, гуляющих по смертельно опасному лесу, в полнолуние, под чертовой красной луной.

Блин, Фелисити наверняка нашла бы это все довольно романтичным… Пожалуй, об этом я ей рассказывать не буду… а то еще проклянет Аманду чем-нибудь пакостным из-за зависти и ревности. И ведь хрен докажешь, что я ничего такого не планировал.

— Пожалуйста. Продолжай. Я действительно не слишком хорошо разбираюсь в тонкостях внутрисемейных отношений чистокровных. — я вежливо улыбнулся и позволил девушке задать направление движения. Компас-то у нее. Мне же пришлось прокладывать нам путь через очень хищные и голодные кусты своей огненной магией.

— Хммм. Удержаться на плаву, сохраняя влияние и власть на четырех фронтах сразу, очень трудно, как я и говорила, так что со временем семья разделилась на четыре основные ветви… и еще восемь побочных, которые помогали основным контролировать все и вся. Я из второй основной, что отвечает за благополучие семьи в финансовом и политическом плане на землях Туманного Альбиона. Другие отвечают за магическую Францию и обычную Францию, ну и за обычную Британию тоже, соответственно. С последними мы контактируем куда чаще, так как поддерживаем тонкий ручеек товаров в обе стороны. Тесное сотрудничество, так сказать. Зато мы всегда знаем, что там происходит у маглов.

— Удобно. — хмыкнул я. — Держите всю власть и деньги внутри семьи, не играя в вассалов и договора, да?

— Верно. Учимся на чужих ошибках, а не на своих. Где были все те вассалы и контрактники, что должны были сражаться и умирать рядом со своими лордами во время революции и войны? Попрятались по норам, разъехались по другим странам, заморозили счета и активы на время войны и затаились. Решили подождать немного, пока не выяснится победитель, чтобы примкнуть стать бенефициарами, а не дойными коровами. Ну а после вклиниться в нужный момент и добить ослабевших неудачников и растащить имущество своих павших в бою сюзеренов. На правах ближайших союзников и дальних родственников, разумеется. Дележка пирога началась еще до того, как успели остыть трупы, а последний пожиратель сел в Азкабан. Нужно ли говорить, что эти добрые самаритяне позаботились о том, чтобы упрятать в тюрьму всех, кого только могли, даже если веских доказательств на руках у ДМП не было. Причем не гнушались обдирать перышки и ослабевшим после всего пережитого фениксовцам, ощипывая их как куриц. Они сэкономили много сил, пока отсиживались в стороне, так что даже Дамблдор не смог отмазать Блэка и окоротить жадных наглецов, пирующих на трупах его людей. — в её голосе сквозило злорадство и немного брезгливости. Она буквально цедила слова, поливая всех ядом.

Слизеринка, тихонько захихикала в кулачок, вспомнив что-то забавное.

— Далеко за примером ходит не нужно. Поттеры. Брошены всеми своими «союзниками» на растерзание голодным шакалам. Когда от некогда могущественного и уважаемого рода остался только несовершеннолетний наследник, ещё и пропавший на десяток лет Моргана знает где, умные люди быстренько подсуетились и переоформили на себя их бизнес и арендованные здания и земли. Чтобы добро не пропадало, вестимо. Хах, падальщики.

— Ха, видать, знатно Поттер тебя достал, а? — я не не удержался и расхохотался, вспоминая наглую рожу Поттера, подкатывающего яйца к королеве Слизерина. — Все поминаешь его незлым тихим словом?

— Пффф. Вот еще. Наглый мелкий прыщ. Такой же раздражающий, уродливый и полный сомнительного содержимого. Век бы его не видела. — отмахнувшись от моей подколки, она продолжила рассказ. — Нашей семье приходится нелегко, и, чтобы обеспечить политическую стабильность, приходится думать и о необходимых брачных договорах. — Аманда тяжело вздохнула и даже слегка замедлила шаг. — Хочется мне или нет, но есть такое слово — долг. Мой долг, как дочери рода Де Аморе, послужить очередным кирпичиком в фундаменте нашего общего могущества, выйдя замуж за того, на кого мне укажут. У старшего брата и сестры другие обязанности, иная судьба, и она, поверь мне, не многим легче. Наша семья самоустранилась от всего того дерьма, что происходило в Британии во времена восстания Темного Лорда и сохраняла нейтралитет. Наблюдая за всем из Франции и обеспечивая защиту наших земель и предприятий с помощью французских наемников. Но, к сожалению, это слегка пошатнуло наше влияние внутри Британии, и мой брак стал лучшим способом семье вернуться в большую политику на островах. И, знаешь, я выйду за него, даже если этот человек мне откровенно противен. В конце концов, любовь — это роскошь, которую не могут позволить себе такие как я. Я знала это с детства, и тут уж ничего не поделаешь. Хотя я не обязана любить своего будущего муженька. Обеспечу ему наследника в максимально короткие сроки — и буду заниматься тем, что мне нравится.

— Это здравый взгляд на жизнь. — кивнул я. — с большой властью приходят и большие проблемы. За все приходится платить, не так ли?

— Верно, и я готова заплатить. Спасибо, что не стал разводить розовые сопли, как некоторые. «Ох, я так сочувствую тебе, бедняжка. Как же так? Может быть, я как-то могу тебе помочь избежать твоей жестокой судьбы?». Тьфу, идиоты. Интересы рода превыше всего, и только исполнив свой долг сполна я могу быть предоставлена сама себе.— Слизеринка задорно рассмеялась. — Жестокая судьба, ха. Есть люди с куда большими проблемами, на фоне которых мои — лишь жалкие крохи, которые и сравнивать то совесть не позволяет. Мой муженек рано или поздно помрет, скорее всего, даже раньше меня, потому что он придурок и трус, не знающий своих пределов, а я буду все так же красива и молода. Если у нас с тобой сегодня все получится, конечно. Тогда я стану абсолютно свободной, ведь дела рода на себя возьмет наследник, которого я воспитаю как должно и как мне будет удобно, а после я уж найду чем себя занять.

— Звучит как план. — одобрение в моем взгляде и голосе её порадовало. Она будто затаила дыхание, высматривая изменения на моем лице, раздумывая о том, стоит ли продолжать углубляться в эту тему.

— Не думала, что ты так легко это воспримешь. Все таки для нас, аристократов, это в порядке вещей, но не для тебя. Обычно магглорожденные на этом моменте закатывают истерику, — с любопытством в глазах, Аманда покосилась на меня исподлобья, — особенно та часть, ну, про скоропостижную кончину моего будущего супруга. Многие могли бы сравнить меня с черной вдовой, как ту же Забини, чьи мужья умирают с завидной регулярностью.

— Ха, если тебя все устраивает, то кто я такой, чтобы лезть к тебе в душу со своими советами? Тем более, у тебя есть план на дальнейшую жизнь на многие годы вперед, как я вижу. Что касается брачных делишек… меня это не касается. Но если нужно будет помочь твоему муженьку отойти в мир иной чуть пораньше, можешь обращаться. Не за бесплатно конечно, но тем не менее… — я лукаво подмигнул ей со своей коронной улыбкой психопата-убийцы на устах. Обычно я берегу её для своей аристократической аудитории, но Аманда ведь тоже аристократка, так что все в порядке. Это была по большей части просто шутка… но Аманда, видимо, шутку не поняла и расплылась в зеркальной ухмылке, от которой моя собственная слегка поблекла. Вот она явно шутить была не настроена и вела весь разговор именно к этому моменту. Теперь понятно, чего от меня все так шарахаются, если она производит такой эффект на меня, то что уж говорить про обычных детишек?

— Очень жаль, но брачный контракт исключает такую заманчивую возможность. — сделала вид, что действительно огорчилась девушка, а у меня от её холодных глаз-льдинок аж мурашки по спине пробежали. Ну нахер… иметь такую невесту — прямой путь на тот свет. — Но если вдруг, кто-то случайно сам решит, просто так, по какой-то прихоти, а не по моему приказу или заказу, оборвать его жизнь… возможно, от горя и ярости, я бы в сердцах бросила к нему в гроб аж целую купчую на землю со средним источником магии и небольшим, но древним особняком. Просто чтобы избавится от всякого напоминания о скоропостижно скончавшемся муже, коему и принадлежала эта загородная резиденция в Уэльсе. Сам понимаешь. Скорбящая вдова, все такое.

Ага, все-таки черная вдова, блин. Я, конечно, знал, что Де Аморе не нежный цветочек, а самый настоящий ядовитый плющ, но чтобы почти прямым текстом заказать мне собственного будущего мужа… а ведь кто-то фанатеет по недоступным и холодным аристократкам и романтизирует их образ. Ладно, сам я тоже грешен и нет-нет, но иногда поглядываю на Аманду исподтишка, каюсь, но вот такие моменты лучше всего отрезвляют и служат напоминанием, почему не стоит жениться на таких роковых красотках, как она. Даже любовником такой мадемуазель быть очень и очень опасно для здоровья и нервных клеток (которые, кстати, у волшебников все-таки восстанавливаются, если обратиться к специалисту), что уж говорить про полноценный брак…

Вот почему я рассматриваю кандидатуру Фелисити, а не той же Аманды на роль спутницы жизни. По крайней мере, с Фел я буду почти уверен, что мне не всадят нож в спину и не подмешает в ирландский кофе добрую порцию яда. Кого-кого, а меня она точно не убьет. Наверное.

А вот то, что в опасности могут оказаться её конкурентки… ну, право слово, это даже не смешно. Лучше они, чем я. Тем более, Фел пока вела себя более чем адекватно и дальше слов её угрозы не заходили. Не думаю, что она бы стала убивать направо и налево по собственной прихоти. Ну раздала бы пару проклятий, разве что, и успокоилась. А вот Аманда… да, как только почувствует угрозу своему образу жизни, так сразу же на шее у себя почувствуешь удавку или волшебную палочку между лопаток.

Легко могу представить себе ситуацию, где в пару из меня и Фел/Аманды летит шальная авада, но исход, ожидаемо, абсолютно разный. Фелисити могла бы броситься закрывать меня собой или попытаться оттолкнуть с траектории неизбежной смерти, а вот Аманда скорее всего заслонилась бы от проклятья уже мной. Вот и вся разница в менталитете. Так подсказывала мне интуиция и эмпатия, но полностью полагаться на такие эфемерные факторы не стоит. Все меняется, все течет.

И конечно же, это не значило, что я позволил бы Фел отдать за меня свою жизнь и покорно умереть у меня на руках, но из моих наблюдений следует, что… Фел способна на жертву ради кого-то (по крайней мере, меня), а вот Аманда… тяжело представить себе Де Аморе, жертвующую собой… ну, разве что ради себя любимой, и то, она предпочла бы вообще принести в жертву что-то или кого-то другого.

Это если говорить о чисто гипотетической ситуации при равных условиях для всех.

Что же касается меня… способен ли я пожертвовать жизнью ради своей гипотетической будущей жены? Думаю да, но это покажет лишь время. Болтать все горазды, а как прижмет, так сразу прячут голову в песок. Я не из таких, но пока такой ситуации не возникнет на самом деле, это всего лишь мысли в голове. Не люблю пустое бахвальство, да и проверять тоже особо не хочу. Лучше поубиваю всех врагов сам, чтобы некому было авадить меня или мою девушку в спину, ага.

Ладно, это всего лишь мои досужие домыслы и безумные теории. Как на самом деле поведет себя человек в экстремальных обстоятельствах можно выяснить только на практике. Я бы сказал, что всегда есть вероятность полностью диаметрально противоположного исхода. Люди такие существа, что иногда могут удивлять даже самих себя, не то что окружающих. Приятно или нет, уже другой вопрос. Но хватит об этом.

Вот что мне ей ответить? По сути, предложение хоть и немного неожиданное, но заманчивое. Её стремление к власти, свободе и могуществу я понимаю и даже уважаю. С моей стороны было бы очень лицемерно кривиться у нее за спиной, когда сам я, в целом, стремлюсь к тому же, что и она, просто пути у нас отличаются, как и точки старта.

Позволю сделать этот сложный выбор Амосу из будущего. Он-то точно будет умнее и взрослее к тому времени, когда Аманде понадобится человек с весьма гибкой моралью и превосходными проклятьями в арсенале.

— Да, это была бы трагедия. Но до нее ведь еще полно времени, не так ли? — нужно все-таки уточнить временные рамки. Не сейчас же его убивать, если я правильно ее понял? Если он внезапно умрет в этом году, то это лишь спутает ей все карты…

— Сначала нужен наследник, иначе все это не имело бы смысла… нашли бы кого-то другого ему на замену, может быть, даже из того же рода, чтобы не срывать договоренности, а вот через пару лет… да, трагедия была бы отличная. В смысле, ужасная, да. Ужасная трагедия. И очень недешевая. Похороны — дорогостоящее удовольствие.

— Да понял я, понял. Есть над чем задуматься… — я решил пока отложить этот разговор на потом, о чем и намекнул Де Аморе. Мне от этого как-то не по себе. Все таки, что бы там Аманда не говорила про принятие ответственности и верности долгу и роду, она не смирилась со своей судьбой и ищет способ сесть сразу на два стула. Учитывая историю их семьи… у нее может и получиться. Почему же я колеблюсь? Жалость?

Нет, я не побрезговал бы прикончить очередного зажравшегося аристократа, который на меня и так зуб точит и гарантированно попытается сжить меня со свету сразу же после моего выпуска, тем более мне за это еще и заплатит его же невеста… нет, не в этом дело. Меня просто немного пугает то, с какой легкостью она готова приговорить своего будущего мужа к смерти.

Вот представляю себя на его месте и мне аж как-то неприятно становится. Мужская солидарность? Возможно. Может быть подсознательный страх в будущем оказаться на его месте? Больше похоже на правду. Если бы Фелисити взяла и так же заказала меня самого… это стало бы болезненным эмоциональным потрясением. После такого доверять кому-то станет намного тяжелее, и я сам стану похож на Шизоглаза или тех придурков, что страдают от моего проклятья гидры. Будет не до смеха.

Так, не думай о глупостях, Амос. Никто не собирается тебя предавать, сосредоточься лучше на окружении. Кажется, мы на месте.

Фон магии значительно возрос, а пространство будто пошло рябью, когда мы перешагнули некую незримую черту.

Нечто подобное чувствуешь, когда из обычного мира впервые попадаешь в волшебный. Ощутимая разница. Будто из затхлого, давно не проветривавшегося помещения, попадаешь прямиком на горную вершину, покрытую густым хвойным лесом и чистым снегом. Морозный воздух такой чистый, что аж голова идет кругом. А еще он разреженный. Из-за этого тоже, но это делает это сравнение только более подходящим. Из-за огромной концентрации маны вокруг начали приятно гудеть каналы в теле, и даже сердце забилось быстрее. Слегка кружилась голова и приятное, пьянящее чувство абсолютной свободы и силы подталкивало к действиям. Обманчивое чувство всемогущества напоминало мне схожее состояние при легком алкогольном опьянении.

Луна на небосводе будто стала намного ближе и ещё более насыщенного, желто-оранжевого цвета. А может и не будто… нет, точно стала… Словно глаз непомерно гигантского волка смотрел на нас сквозь образовавшиеся зазор между туч с лёгким интересом и ожиданием.

Хорошо хоть не мигал, а то я бы мог уже развернуться обратно и бежать сверкая пятками, визжа как Поттер при виде некро-акромантула.

Вокруг загадочной луны горели россыпи маленьких холодных звезд, словно золотые глазки менее опасны тварей, тоже пришедших поглазеть на нежданных гостей.

Кстати, что-то я не узнаю ни одного созвездия… куда это нас, блять, занесло? Иное измерение, открывающееся раз в тридцать лет на одну длинную ночь? Я ведь все еще в мире Поттерианны, а не в китайской новелле, так ведь?

Впрочем, я наслышан о подобных нестабильных пространственных аномалиях, появляющихся только при определенных условиях и обстоятельствах. Свернутое пространство не редкость, но его ценность напрямую зависит от размеров и содержимого такого неуловимого «кармашка». И то, что я вижу перед собой, явно тянет на высшую категорию ценности. Да вот хотя бы исторической.

Впереди маячили какие-то древние каменные развалины, обнесенные толстыми, заметно побитыми временем стенами. На фасаде кое где все ещё виделась облупившаяся фреска и выгравированные прямо на стенах руны, посеченные многочисленными глубокими трещинами.

Когда-то не только камень стоял на страже, но и магия в рунных глифах отбивала у вторженцев всякое желание брать укрепления штурмом. Руны, кстати, были на незнакомом мне языке. Такую письменность я еще никогда не встречал, а ведь я частый посетитель выручайки. Там много всякого древнего хлама хранится. Хотя бы мельком, но я должен был видеть что-то подобное, но нет. Ничего. Я сосредоточился на окклюменции и постарался запомнить как можно больше, чтобы после, в спокойной обстановке, все разложить по полочкам и изучить, но в глазах неприятно зарябило и я решил отказаться от этой затеи. Будто в строках этих рунных символов было сокрыто многим больше, чем я мог воспринять и осознать. Не знаю, с чем сравнить даже… зашифрованный смысл. Точно, будто попытался считать QR-код… неудачно, похоже. Или из-за повреждений, или у меня просто-напросто нет допуска. А может быть, нужного инструмента и знаний?

Я неспешно подошёл к пустующему зеву ворот и провел рукой по теплому камню. Странно, солнце давно село, а камень все еще хранит его тепло. Или же это магия? Если врата раньше и закрывались, то сейчас древесина ворот полностью истлела и исчезла без следа. Заходи, кто хочет.

— Зайдём? — скорее просто для приличия спросила Аманда, нетерпеливо переминающаяся рядом с ноги на ногу. Уж она-то точно поворачивать назад не собиралась, а вот у меня в голове постепенно начал собираться пазл из недавнего предсказания Луны Лавгуд и моих собственных изысканий. Знаете таких героев, которые осознают смысл пророчества только в самый последний момент, когда оно уже свершилось или ничего уже изменить нельзя? Так вот, я, к счастью, не отношусь к таким идиотам, и два плюс два сложить могу.

Да, я искал не источник вечной красоты, конечно, но… это ведь логично, что вечные нестареющие фейри, создавая для себя оружие, озаботятся его долговечностью и хорошей работоспособностью до самого конца его службы? Зачем им престарелые, гадящие под себя гигантские оборотни? Не думаю, что в те времена знали о такой штуке, как дом престарелых…

Нет, они точно позаботились о механизме сохранения их в идеальном состоянии до самой смерти. Я бы позаботился об этом на их месте, но не берусь судить. Душа фейри — потёмки. Был ли это просто побочный эффект, приятный бонус, или же тщательный расчет древних, но я никогда не слышал об истинных оборотнях умерших своей смертью, от старости. И конечно же, это не могло не стать пределом мечтаний для многих симпатичных ведьм по всему миру.

Ритуал, что породил слухи и легенды, которые прошли сквозь века. Британия не единственный источник таких рассказов и легенд, разумеется. Почти в каждой стране есть нечто подобное. Правда, есть нюанс — никогда это не было просто, или обходилось без платы или последствий.

Нужно быть очень осторожным, ведь я не собирался игнорировать собственные интуицию и паранойю, приправленные еще и предсказанием Луны. Но для начала нужно хотя бы взглянуть на него, а потом уже решать. Да, это было бы очень правильно. Еще бы эта проклятая рябь в глазах и головная боль не мешала…

— Конечно, зайдём. Но держи палочку наготове. Я понятия не имею, чего ожидать внутри. — прошептал я, обернувшись назад, и первым шагнул через полуразрушенную арку. Аманда отстраненно кивнула и вошла следом, сосредоточенно осматриваясь вокруг, высматривая опасность, но взгляд у нее тоже был рассеянным, хотя она и старалась соблюдать бдительность.

Да уж, как-то не так я представлял себе заброшенный исследовательский комплекс фейри… это больше походило на развалины небольшой гарнизонной заставы или крошечной крепости, а не на лабораторию или институт. С другой стороны, это ведь совершенно другая раса. Вполне очевидно, что у них иные представления о том, как должно выглядеть место для создания биомагического супер оружия. В данном контексте небольшая военная база-полигон звучит даже более логично.

Кстати об этом, у меня буквально волосы на спине встали дыбом. Что-то с огромной силой притягивает меня к центру, в сторону самого большого здания с обвалившейся крышей. Из пустых окон-глазниц лился бирюзовый, ровный свет. На краю чувствительности слуха чудилось тихое журчание воды.

Водопад или ручей в здании? Хотя, это же фейри, вполне возможно, что они сделали себе фонтанчик, к примеру, эстетики ради… ну или нечто иное…

«Бойся проклятой воды» — набатом билось о стенки затуманенного разума предупреждение Луны, но я, почему-то, счел его несвоевременным. Что-то внутри тянуло меня к себе с невероятной силой, и мои ноги сами по себе вели меня к моей судьбе.

Сопротивляться не хотелось, ведь чувство опасности молчало, а ментальные щиты были на месте и в полном порядке. Наверное, я просто устал, или, может быть, так на меня влияло полнолуние?

Нет, что-то явно было не так. Несмотря на сильнейшую мигрень, я до крови закусил губу и сосредоточился, едва ли не в ручном режиме, прямой мыслью-командой замедляя бредущее вперед тело. Аманда этого, казалось, даже не заметила, и продолжила двигаться с той же скоростью, немного опережая меня.

Мой поток мыслей будто разделился на два ручья, чего ранее за мной не замечалось. По задумке, видимо, один из этих маленьких, незаметных потоков должен был попасть под влияние этого странного воздействия, а потом спокойно влиться во второй, разнося заразу, но что-то пошло не так, ведь я был не совсем единственным обитателем в собственном теле.

Мой внутренний волк теперь тянул меня вперед за собой, медленно распространяя свое тлетворное влияние изнутри, «Троянский волк», блин. Теперь понятно, почему не сработала ментальная защита. Никакого негативного влияния извне и не предусматривалось, оно все это время было изнутри, а триггером послужил магический QR код в сам начале, который я же сам и активировал, поспешив записать его в собственную память. Аманда тоже, наверняка, только завидев непонятные руны и символы на неизвестном языке, постаралась побыстрее их запомнить… Черт, попались как малолетки (коими мы и являемся так-то). Мне будто снова стукнуло пятнадцать и я сдуру цепляю на порно-сайтах проклятый вирусняк.

Судя по всему, этот магический ментальный вирус действовал почти как и гриб семейства кордицепс и вел своего носителя в определенное, нужное ему место. Кто бы мог подумать, что фейри изобрели нечто подобное еще тысячи лет назад… чертовы ушастые извращенцы знали толк в защите от воров…

Понимание проблемы — первый шаг к её решению. Я пыхтел и прикладывал невероятные усилия, чуть ли не надрывая свои кипящие мозги, пытаясь усыпить своего волка и купировать часть собственного сознания. Пытался замедлить свое продвижение, цепляясь руками за неровности и трещины в стенах, специально спотыкался, но все еще двигался вред. Усыпить волка было охренеть как трудно, в супер-полнолуние-то… в такое время его вообще трудно представить спящим, так что он сопротивлялся, выл, кусался и ярился.

А мы все продолжали неотвратимо приближаться к главному зданию комплекса. Внезапно я зацепился взглядом за одну целую фреску у самого входа в здание. Глядя на нее, я теперь точно был уверен, что мы пришли по адресу.

Аманда тоже увидела её, и лишь прибавила шагу, убедившись в правильности своих действий, не замечая опасности и моего странного поведения. Я попытался окрикнуть её, но из горла вырвалось лишь сиплое волчье рычание. Она зашла внутрь, не оглядываясь назад. Зато я, наконец, замер на месте.

Прямо напротив прекрасно сохранившегося рисунка. Уперевшись руками в теплую плитку, я продолжал борьбу с самим собой, не в силах отвести взгляд от описания простенького ритуала, изображенного на нем. Информация и необходимые слова ритуала ввинчивались напрямую в мозг. Я уже знал, что нужно делать.

К моему огромному облегчению, эта короткая заминка сыграла мне на руку. Постепенно волк внутри проигрывал битву разумов.

Когда я в прошлом создавал тот ритуал, что поселил серого внутри моего подсознания, я учитывал вероятность возникновения сложностей с его укрощением, так что подстраховался и оставил себе средства воздействия. Я, конечно, немного не на это рассчитывал, когда создавал в своем разуме ментальные цепи и клетку, вообще-то, но рад, что они пригодились в критический момент.

Когда-то я боялся, что, как и обычные оборотни, буду терять контроль над собой в полнолуние, и приготовил для себя средство сдерживания, которые так и не пригодились мне впоследствии, ведь волк стал почти неотъемлемой частью меня. Так было до этой луны.

На злополучной фреске был изображен водный источник, пышущий магией. В него стекала золотистая жидкость, прямо с острого рожка платиновой луны.

К нарисованному источнику тянулась длинная вереница людей всех возрастов. По одежде было никак не понять, волшебники ли это, или же нет, ведь она вся была странной. Первой на очереди была прекрасная молодая дева. Её золотистые волосы были изображены не хуже луны и сохранили свой блеск сквозь века.

Она подставляла ладони, черпая жидкое золото и омывая им свое лицо.

На следующем изображении было видно, как она заходит в центр источника и окунается в него с головой… что должно было случится с ней дальше, понять не представлялось возможным — часть стены с продолжением узора была повреждена. На ней виднелись следы чьих-то гигантских когтей. Как всегда, на самом интересном месте. Хах, творческие натуры издевались над людьми еще с незапамятных времен, как я погляжу…

Хорошо, что у меня было неплохо развитое изображение и я все-таки умел понимать красные сигналы.

Вынырнула бы оттуда уже волчица, а не златовласая дева.

Вечно молодая, грациозная и опасная, вечно прекрасная… по своему. И сейчас история может повториться…

Вот о чем было предостережение Луны. Настоящая опасность грозила вовсе не мне, а Аманде. Это её я мог бы спасти… Все встало на свои места. Я оказался дураком, который до последнего верил, что умнее всех… но, может быть, еще не поздно?

п.с. От автора. Очень заморочился с крафтом фресок и тематических изображений, но нейросетка миджорни как всегда прекрасно сработала. Я доволен, а вы?

П.п.с. Я еще накрафтил, наконец-то, Амоса, Фелисити и даже немного его отца, но это на будущее. Сейчас не покажу, муахаха.

Глава 23 Волчьи бега

Я смог очистить свой разум, взял своего волка под контроль, посадив серого на цепь, но из-за этого у меня возникла другая проблема.

Рванув за Амандой внутрь здания, я с неудовольствием смог отметить значительное падение своих физических характеристик. Я стал слабее, медленнее, инстинкты и интуиция притупились. Не критично, конечно, но скатились до уровня «обычный день», а не супер-полнолуние. Неприятно. Но делать нечего, лучше уж так, чем стать марионеткой чужой воли и провести незнакомый ритуал своими руками. Потом отпущу волка с цепи, когда свалю отсюда и буду в безопасности.

Но это будет потом, а сила и скорость мне нужны прямо сейчас, ведь Аманда успела дойти до огромного источника воды, который светился мерным бирюзовым свечением. Сверху, сквозь частично открытый купол крыши, падал холодный свет звезд и луны, освещая все вокруг. Раньше здесь наверняка было очень красиво.

Своды помещения поддерживали монументальные колонны, на стенах были какие-то фрески и картины, а витражные стекла на окнах поблескивали всеми цветами радуги, создавая красивые узоры на полу и воде.

Но мне было не до этого. Я опаздывал. Мне не хватало скорости. Впервые с тех пор, как я приручил волка, я двигался недостаточно быстро, чтобы успеть.

Сознание, разогнанное окклюменцией, позволяло прокручивать в голове возможные варианты действий. В голове роились и жужжали мысли. Какой мой следующий ход? Хлёсткий взмах волшебной палочки с силой рассекает воздух, но вместо заклинания с нее сорвались только тусклые зеленые искры, бессильно опавшие на пол.

Проклятье! Так и знал, что мне не показалось. Внутри помещения магия становилась слишком хаотичной и заклинания переставали работать. Видимо, это была мера предосторожности, чтобы никакой идиот не повредил случайно что-нибудь важное в ритуальном зале. Я попытался окрикнуть её, но меня будто не замечали. Еще одна попытка колдовать, контрольная — попытался притянуть с помощью акцио Аманду, используя её одежду, ту, которая еще на ней осталась, но и она не увенчалась успехом..

Слизеринка неспешно скидывала с себя последние элементы верхней одежды, оставшись лишь в красивом кружевном нижнем белье и галстуке темно-зелёного и серебристого цвета. В любое другое время я мог бы залюбоваться стройной фигуркой Де Аморе, у которой действительно было на что посмотреть, но сейчас меня волновали совершенно другие обстоятельства.

Магия не работала, как бы я не старался, хотя я и чувствовал её циркуляцию в собственном теле. Хорошо хоть, что только внешние проявления магии были полностью заблокированы, но попытаться усилить себя изнутри все еще можно было. Я напитал свое тело маной, как можно сильнее усиливая мышцы, немного ускоряясь. Простейший трюк, коим пользуются умелые дуэлянты, которым не доступны такие возможности, как мне.

Значит никаких заклинаний, только собственные силы и возможности тела, хоть и просевшие в самый неподходящий момент, но частично реанимированные.

Я словно в замедленной съемке наблюдал, как блондинка подходит к источнику и возводит руки в гору, начав шептать одними губами непонятные, но такие знакомые слова ритуала. Первая фаза была очень короткая, как я понял, и должна просто «запустить» сам источник преображения, добавив в воду внизу некий важный элемент. Слеза Фенрира, если трактовка информации с гравюры, отзывающейся болью в моей голове, правдива.

После того, как она окунется в воду с головой, уже будет поздно её спасать. Она навеки обретет вечную красоту и молодость, хотя и вовсе не такую, на которую рассчитывала изначально.

Звериную красоту и грацию.

Я все ближе, но тем отчетливее понимание, что мне не хватит совсем чуть чуть. Луна в небе будто пришла в движение и покрылась рябью, став цвета алой крови. Она стала еще больше напоминать мне глаз ужасного гигантского волка, способного пожрать весь мир. Может быть, это и не луна вовсе. Что-то я не заметил кратеров на поверхности, когда рассматривал её. Может, конечно, мне просто показалось, но в мире магии, когда кажется, бежать надо.

Аманда делает шаг, зависнув на мгновение, будто сопротивляясь влиянию, понимая, что назад пути не будет. Теперь нас разделяет до смешного малое расстояние и я протягиваю правую руку, в тщетной надежде дотянуться. Все еще недостаточно, тут поможет только чудо.

На видимой части руки, возле кисти, виднеется мой проявившийся по моему желанию черный клевер, крутящийся будто пропеллер вертолета — определенно нехорошо. Удача стремительно улетала и уже снизилась до отметки менее двух тысяч, чего ранее не случалось на моей памяти. Все недавние накопления сгорали в сиянии кровавой луны, а я как никогда был близок к провалу своих планов и нарушению собственного слова. Какой удар по гордости… и Аманду жалко. Все таки она мне немного нравилась. По крайней мере, больше всех остальных слизеринцев и, откровенно говоря, большей части всех учеников Хогвартса в принципе.

Внезапно удача все-таки криво улыбнулась мне, дав шанс на спасение чужой жизни. Я уж подумал, что вся она уходит на поддержание моей безопасности в столь неоднозначной ситуации, но мое яркое желание спасти девушку, возможно, нашло отражение в переменчивой судьбе мира. Резкий порыв ветра раздувает шелковистые золотые волосы девушки, но они слишком тонкие, и хаотично веют по ветру — не ухватиться. Кончики пальцев лишь чиркнули по кончикам развевающихся волос. Словно ветер ловить… К счастью, они и не являлись моей целью.

Зеленый галстук оказался той самой спасательной соломинкой, в которую я вцепился мертвой хваткой. Ладонь уверенно сжалась в кулак. Начинаю резкое торможение, ведь было бы глупо дотянуться до нее лишь для того чтобы через секунду влететь в спину и скатиться в воду нам обоим.

Потянув крепкую ткань на себя, оттягиваю блондинку от края, как раз когда она уже начала падение на встречу бирюзе, одновременно я сам заваливаясь на спину, тормозя ногами о скользкий пол. Сука, какой ублюдок отполировал плитку?!

К счастью, я уперся ступнями в твердые камни, ограждающие источник и, слегка спружинив, смог остановить скольжение. Сипло ахнувшая девушка упала на меня сверху. Галстук на её шее затянулся и перекрыл кислород, но это не беда. Чуть ослабить узел, и жить будет. Все лучше, чем шагнуть в источник и навсегда потерять свое будущее, на которое у нее были такие грандиозные планы.

Я ведь тоже заинтересован в её успехе. Она может быть полезной. Меркантильно? Ничуть. Мы используем друг друга, да, но это не умаляет моего желания помочь ей просто по человечески. Просто так совпало, да и намного приятнее делать хорошие дела, получая выгоду, ведь так? Совмещаю приятное с полезным.

В это же время в источник готова была упасть первая золотая капля-слеза, действительно будто просочившаяся из красной луны и зависшая над ним без движения — для того, чтобы она упала вниз, под ней должен находится живой человек. Источник вспыхнул бирюзовым сиянием, но так как внутри него никого не было, больше ничего не происходило. Мне это напомнило приготовление сложного зелья, где правильная последовательность смешивания ингредиентов была очень важна.

Мы же пока просто валялись на земле, тяжело дыша. Я — потому что запыхался, а Аманда потому, что не сразу смогла справиться с галстуком и теперь жадно глотала воздух, ошалелыми глазами оглядываясь вокруг. Похоже, наконец-то немного пришла в себя, сбросив наваждение. Буду теперь знать, что если её слегка придушить, мозги встанут на место, хех. Мы находились в весьма провокационной позе, где Аманда сидела на мне верхом, в позе обратной наездницы, открывая мне прекрасный вид на свою гибкую спинку и тонкую шейку, обрамленную золотом растрепавшихся волос. Оголенные плечи вздымались в такт тяжелому дыханию и слегка подрагивали.

— Аманда, мне, конечно, безмерно приятно такое времяпровождения, но может все-таки оденешься и перестанешь меня провоцировать? — было немного неловко, так что я решил избавиться от личной нагрузки и поскорее изучить древний магический ритуал.

А то еще минут пять таких игр и сдерживать Амоса-младшего в спокойном состоянии силой своего чистого и почти непорочного разума станет сложновато. Давненько я уже не виделся с Фел, да и все эти опасные интриги с Батшедой, уже почти перешедшие в терминальную стадию, тоже только раззадоривают желание… активных действий в горизонтальной плоскости.

— Кхм, да-да, ты прав. Спасибо тебе еще раз, Амос. Приятно, что хоть кто-то еще знает цену своему слову. — Аманда неуверенно поднялась на ноги и, встряхнув головой, направилась к лежащей рядом одежде. Заодно она прикусила палец и с помощью крови активировала кольцо на указательном пальце. Если я правильно понял суть мельком увиденных рун — дополнительная ментальная защита и стабилизация разума. Хорошая штука, но не факт что полностью нивелирует эффект «вируса» уже попавшего в «систему». Нужно заканчивать побыстрее и валить отсюда. Кто его знает, когда эффект вновь незаметно проявит себя.

Даже будучи готовым и осведомленным об опасности, не факт что получится заметить неладное вовремя, ведь он действует очень мягко, ненавязчиво, аки шепот листвы на ветру, вплетаясь в картину мира как нечто естественное, подменяя собою твои истинные мысли и желания, просачиваясь внутрь и видоизменяя их под себя. Но нужно везде искать положительные моменты, иначе в этом безумном мире и самому можно обезуметь.

Что было приятно, так это то, что не последовало глупых и истеричных возгласов от Аманды, навроде «Извращенец!», или тупых обвинений в домогательстве или вмешательстве в её гениальный план устроить себе полуголый заплыв под луной.

Ей понадобилось совсем немного времени, чтобы прийти в себя и осознать опасность, от которой я только что её уберег, сделать выводы и проявить заслуженную благодарность. Умная.

Я же просто поднялся с земли и изучающе уставился на творящуюся магию, запоминая её в деталях, ведь не исключено, что мне придется создавать на основе этого собственный ритуал. Или — дополнять уже существующий, что более вероятно.

Если я превращу своего внутреннего волка в истинного оборотня, то все мои планы на будущее автоматически получат огромное ускорение в реализации. Я получу все необходимое для становления главным альфой среди оборотней в кратчайшее время, а Дикая Охота начнёт обретать реальные очертания, заимев больше легитимности в глазах знающих и понимающих волшебников.

Одно дело когда такую организацию возглавляет какой-то мутный обычный оборотень-маг, хрен знает откуда взявшийся, какие и раньше появлялись среди пушистой братии, и совсем другое дело, когда Охоту ведет за собой истинный оборотень, как в былые времена, тысячи лет назад. Это меняет все. Люди суеверные существа, даже волшебники. Скорее, особенно волшебники.

Я стану живым символом, реликвией прошлого и знаменем Дикой Охоты — истинным лидером. Мой авторитет станет непоколебим и неоспорим. Ничто и никто не сможет свергнуть меня с моего пьедестала и оспорить власть нового основателя. Даже другой истинный оборотень, если такие еще ходят по земле, ведь у меня обязательно должна остаться возможность трансформации обратно в человека, как и возможность творить сильную магию. Власть, сила, магия, молодость… Все еще звучит сложно, но уже не невозможно. Но пока это лишь сладкие грёзы одного темного мага. Сколько таких же мечтателей сгорели в нестерпимом огне, погибнув на пути у своей мечты? Мечтать бывает опасно.

Иногда мой взгляд слегка смещался в сторону, соскальзывая на одевающуюся девушку. Чисто рефлекторно, честное слово. Да и как тут не глянуть, когда она так соблазнительно нагибается за своей блузкой и неспешно застегивает пуговицы на груди… Как-то оно само собой получается, ага.

«Так, а ну быстро сосредоточился на ритуале, развратник!» мысленно приказал я себе, когда меня все-таки засекли и я встретился взглядом со слегка смутившейся Де Аморе.

Как неловко. Было бы, если бы я не понимал, что она, осознанно или нет, таким образом ищет моего внимания и показывает себя во всей красе. Женщины…

Покрасоваться перед симпатичным парнем они любят не меньше, чем мы жаждем поиграть мускулами перед случайной красоткой…

Она быстро оделась и подошла ко мне, встав плечом к плечу и заложив руки за спину, чуть наклонилась вперед, перекатываясь с носочка на носочек и посмотрела в мои глаза, ехидно улыбаясь.

— Понравилось что-нибудь? — вопросительно приподняв бровь она попыталась скрыть смущение и радость за провокацией. Но не на того напала.

— Всё. — просто ответил я, скосив на нее взгляд, глядя на нее сверху вниз и отметив легкий румянец, проступивший на щеках и смущенную улыбку.

— Прям в-всё? — еще больше покраснев и отведя взгляд в сторону переспросила Аманда, даже немного заикнувшись от неожиданности.

Она явно не привыкшая к таким прямым и простым, как топор лесоруба, комплиментам. Деревянным, скажете вы, но фишка в том, что вычурного бреда и словесной паутины ей на уши вешают каждый день в достатке, а вот так, просто и без затей, на Слизерине общаться просто не принято.

Простой комплимент может быть похоронен под тонной ненужных эпитетов и мишуры. Но я ведь не аристократ, и соблюдать этикет и плести словесные кружева не намерен. Зачем мне притворяться тем, кем я не являюсь?

Время дорого и мой мозг занят куда более важными вещами, фильтруя и запоминая информацию. Очень осторожно запоминая, на этот раз, разбивая информацию на неоднородные блоки, хранящиеся «в разных местах» в моём разуме. Не хватало еще только влететь на одни и те же грабли второй раз за ночь.

— Мммм, полагаю, я должна признать, что у вас хороший вкус, мистер Санхайд. — не стала тем не менее сразу сдаваться эта стервочка, пряча явное смущение за самоуверенностью. Но улыбку спрятать не смогла или не захотела.

Ей явно очень нравилось то, как я на нее смотрел, даже если она старалась этого не показывать и набивала себе цену, напрашиваясь на новые комплименты. Как же сильно треснула её маска под напором неожиданных и опасных обстоятельств и небольшой общей тайны.

Приятно, однако, увидеть подлинные эмоции ледяной королевы, разнообразия ради. Сейчас она либо не играла, либо вышла на новый уровень игры. Однако, мне кажется, что я ей действительно немного нравлюсь, потому что ранее я не замечал за ней потребности в чужом одобрении и знаках внимания.

— У меня всегда был хороший вкус. — хитро подмигнул ей, посылая Аманде свою самую обаятельную улыбку.

Не ту, от которой бледнеют аристократы, а нормальную. Играет она, или нет, это не важно сейчас. Но хорошие отношения между двумя заговорщиками — залог удачного заговора, не так ли?

— И какие будут предложения у моего храброго защитника по поводу всего этого? — Аманда говорила шепотом, подойдя ко мне почти вплотную и встав на носочки. Обжигающее дыхание обдало мое ухо. Слишком близко. Запах дорогих магических духов щекотал ноздри. Она бросила взгляд на светящийся источник но, клянусь колготками Морганы, в вопросе явно был скрытый смысл. Такой скрытый, что любой бы понял.

Заманчиво, но нет. Легкий флирт посреди смертельно опасного приключения еще приемлем, но вот усугублять ситуацию точно не стоит.

Странные вкусы у аристократок, однако. Не хватает им в жизни адреналина, что-ли? Или же это была провокация и проверка на надежность с её стороны? Не очень умно устраивать такое в глуши, наедине, без возможности колдовать. Сейчас она просто хрупкая девушка, а не ведьма. Я же очень даже сильный парень, как ни посмотри. Она не могла не понимать этого, да? А что, если бы я был маньяком-насильником, а?

Вот почему я так не люблю разговаривать с подобными личностями. Никогда до конца не понять, что творится у них в головах, а каждое свое последующее решение приходится взвешивать и просчитывать на несколько шагов вперед. С Фел было намного проще. Так что решил пока отшутиться и сосредоточиться на более насущных делах — к этому вопросу мы еще всегда можем вернуться.

— Если не из разряда непристойных, конечно, то предлагаю набрать эту эссенцию, должную стекать из «луны» в источник, и сваливать отсюда. Видишь? Образовалась первая золотая капля, но я более чем уверен, что она лишь одна из многих. У меня есть пять подходящих зачарованных флаконов, куда я и планирую набрать этой жидкости. Можно попробовать набрать и в обычные склянки, но, будем честны, простое стекло никогда не славилось способностью к сохранению магической природы реагентов. Один флакон, я, так уж и быть, отдам тебе, как заказчице, по чьей инициативе мы здесь и оказались. — я порылся в своем пространственном кармане, находящемся в… обычном кармане моих штанов, и извлек на свет первый сосуд с очень широким горлышком, как у кувшина — специально приобрел такие, чтобы было удобнее сцеживать в них яд акромантулов или набирать другие редкие ингредиенты из Запретного леса, очень удобная штука.

К счастью, я еще не успел сегодня осуществить забор яда, и у меня не было времени шариться по лесу в поисках редкостей. На всякий случай я достал свои перчатки из драконьей кожи — даже не собирался проверять, что со мной будет, попади на открытую кожу пара капель эссенции. Бесконтрольная трансформация — это точно не то, к чему я стремлюсь.

— Две! — быстро стала серьезной и перешла к торгу девушка, уперев руки в боки и слегка отстранившись. Вот же змея быстроадаптивная. Такая дерзкая и наглая, что я аж невольно впечатлился.

— Наглость — второе счастье, да? Я только что вытащил твою симпатичную задницу из большой беды. Уже дважды за один вечер, между прочим, так что закатай-ка губу, красавица. Может быть, если мне в будущем не понадобится дополнительная доза для исследований, то тогда, за дополнительную плату, возможно, я продам тебе вторую.

— Тц. Нет, что бы порадовать девушку… Ладно. Но один флакон мой, да? — прищурившись, она внимательно всмотрелась в мои глаза.

Как я и думал, она ищет выгоду для себя лично, а не для семьи в целом, ха. Змейка. С другой стороны, возможно, она считает, что через тридцать лет сможет хорошо подготовиться и воспользоваться этой возможностью по полной, без моей помощи и необходимости делиться. Ну-ну.

Тогда ей действительно спешить некуда, ведь она получит свою вечную молодость тогда, когда ей будет удобно, а в будущем доберет себе столько эссенции, сколько её душе будет угодно, не переживая ни о чем. В теории, звучит хорошо, но, как по мне, не стоит делить шкуру не убитого медведя. Сдаётся мне, что в это место не так-то просто попасть. Нам удалось не иначе как чудом. Возможно, сложились неизвестные мне факторы, сдобренные феликс фелицис, моей собственной черной удачей и Мордред знает что еще… это ведь изначально могло стать счастливым шансом Поттера, который я приватизировал, так что — кто знает?

— Да. Все таки, без твоей помощи я бы не наткнулся на это место сегодня, так что… — я пожал плечами, мол само собой разумеется.

Все честно. Она ведь искала вечную молодость только для себя, так что получит ровно то, чего хотела. Если сможет разобраться с чем мы имеем дело и как это работает. Наверняка ей придется задействовать связи и влияние своей семьи, но это уже не мои проблемы, как она будет проворачивать схемы за спиной у своей родни. Не думаю, что она настроена делиться.

— Окей. Пусть будет так, но не спеши тратить всё. Я готова выкупить лишнее, и очень, серьезно, очень много заплатить за эссенцию. Лучше и безопаснее партнера и покупателя ты всё равно в Британии не найдешь. — высказала она свое предложение, пока я осторожно ловил в горлышко флакона первую упавшую каплю. Я потянулся вверх, опасно нависнув над водой, согнувшись в позе буквы Г. Жаль, что нельзя просто использовать банальную магию. Это бы облегчило мне жизнь прямо сейчас.

Однако, после её слов я начал опасаться за свою безопасность немного больше. Если Аманда вдруг посчитает себя самой умной и решит забрать себе всё, скажем так, подтолкнув меня в спину… я не буду милосерден и снесу ей голову тотчас же.

Симпатия симпатией, но предательство — это то, что я никогда не смогу простить и понять. Всякой терпимости есть предел.

Придется навязать ей клятву, когда выберемся отсюда, потому что я не собираюсь доверять ей тайну наличия у себя такого важного магического «реагента», способно всколыхнуть весь магический мир одним фактом своего существования. Избавлю её от искушения, так сказать.

Конечно, клятва будет взаимной, но я явно буду главным бенефициаром, так как буду обладать большим количеством ресурсов. Клятву обойти тоже можно, разумеется, но это дело не одного месяца, даже с ресурсами её рода. Если все сделать правильно. Я невольно задумался о тексте клятвы и, ускорив сознание, набросал необходимую формулировку.

К тому времени, как у неё получится обойти ограничения, если она вообще будет пытаться это сделать, я уже буду находиться в другой весовой категории, и мои враги сильно пожалеют, если попробуют забрать у меня то, что по праву принадлежит мне.

В своей способности адаптировать и модернизировать ритуал я даже не сомневался, так как у меня уже были собственные удачные наработки в этом направлении, а «добрые» фэйри насильно запихали мне в голову кучу важной информации по собственному ритуалу. Конечно, намерения у них были явно не очень светлые, но то, что не убивает нас — делает лишь сильнее. Свой шанс макнуть меня в свою жижу ушастые шутники упустили, так что я воспользуюсь плодами их коллективного темного гения на полную.

Золотистое нечто, напоминающее по консистенции ртуть, благополучно шлепнулось о донышко колбы и я поспешил закупорить её и прицепить себе на пояс, быстренько доставая следующую из кармана.

Понятия не имею, как поведет себя эта жижа в условиях сжатого пространства, ведь многие магические реагенты портились в таких условиях. Придется нести так. Сама капля была довольно увесистой и крупной, заполнив собою процентов семьдесят отнюдь не маленького сосуда примерно в одну пинту.

— Я это учту. А у тебя случайно нет ничего подходящего с собой? Как насчет того флакончика от Феликс Фелицис? Он должен подойти хотя-бы для забора воды из самого источника. Уверен, для последующих опытов эта водичка тебе тоже пригодится. Я собирался набрать ее в один из пяти сосудов, но тратить на это целых два таких — нецелесообразно. Но вдруг в воде источника все-таки содержится необходимый катализатор для ритуала? Будет глупо набрать золотой эссенции лишь затем, чтобы после обнаружить, что не достает какого-то важного элемента — пока говорил, я уверенно вылавливал уже третью падающую каплю. Есть. — И я хочу взаимную клятву, Аманда, о неразглашении всего того, что сегодня происходило. Уверен, ты тоже об этом думала. Текст я уже подготовил. Послушаешь?

— Хорошая идея. Я уже и забыла про него. — спохватившись, Аманда быстро достав из кармана флакончик и направилась к воде. — Клятва… А, поняла, хочешь выиграть себе время, да? Умно, но я не против. Я не собираюсь бить в спину такого полезного союзника, как ты, Амос. У нас с тобой больше общего, чем ты думаешь. И мне казалось, что ты обо мне лучшего мнения. — Аманда слегка надулась, наигранно вздыхая и наклоняясь к воде, откупорив крышку.

— Стой! Погоди. Кто знает, что будет, если ты случайно коснешься воды голыми руками? Это ведь ты активировала ритуал, так что для тебя это вдвойне опасное предприятие. Драконьи перчатки при себе есть? — спохватился я. Иногда мысли все еще немного тормозили, что было неприятно.

И очень странно, что тормозили они только в том случае, когда речь заходила об источнике. Неспроста это. Влияние чар фэйри вновь незаметно начинало просачиваться в разум, словно грибок или плесень.

Девушка замерла на месте от моих слов, а затем медленно и осторожно отстранилась от светящейся воды, боязливо поморщившись. Сразу было видно, что она напряжена, будто старается побороть какой-то внутренний порыв. Её артефактная ментальная защита тоже сбоила. Какие-же неприятные типы эти фэйри. Надо же было придумать такую проблемную систему безопасности. Словно не от разумных защищались, а от… насекомых. Приманка притягивала нас к себе, заставляя разум самого себя убеждать в необходимости и нужности определенные действий. Бой с собственными позывами и желаниями был не таким простым делом.

— Что-то я все еще какая-то рассеянная. Знаешь, меня все еще будто неосознанно тянет прикоснуться к воде… пожалуй, я лучше отойду подальше и постою в сторонке…. Наберешь и мне тоже флакончик? Я в долгу не останусь. — Де Аморе подошла ко мне и просто передала мне склянку. Я кивнул и с облегчением вернулся к набору капель в сосуды, когда она отошла от меня подальше.

Если она все еще частично подвержена влиянию извне, то лучше бы ей действительно постоять в сторонке, а то или сама в воду сиганет, или меня столкнет, а я и так не в лучшем состоянии. Меня сильно напрягло, когда она подошла так близко.

Паранойя выла как ненормальная, но Аманда не предпринимала никаких враждебных действий, слава Моргане. Иногда паранойя — это просто паранойя. Все таки я в ней не ошибся и некоторую свою надежность она доказала сегодня. Зачерпнуть еще один маленький сосуд мне ничего не стоит, а ей это важно и нужно. Одним больше, другим меньше, какая разница?

Закончив с эссенцией я отошел от источника и встал напротив Аманды. Нужно было немного передохнуть. Нервное напряжение сказывалось, да и физически я немного устал, чего давненько со мной не происходило. Я даже отвык от такого чувства, как усталость.

Однако, я не собирался тратить драгоценное время после так. Все обдумав я решил, что тянуть с клятвой до выхода отсюда не стоит. Кто сказал, что Аманда не может неожиданно воспользоваться порт-ключом и сбежать до того, как я перестрахуюсь?

А потом… мне придется играть в очень серьезные кошки-мышки с очень могущественным, богатым и влиятельным родом, на фоне которого и Малфои не столь уж проблемные противники. Они хоть и богаты, опытны в темных искусствах и влиятельны, но малочисленны. Власть их распространяется только на магическую Британию, а вот Де Аморе могут доставить проблем и в обычном мире, причем как в Британии, так и во Франции. Затеряться среди бетонных многоэтажек может попросту не получиться, а прятаться по помойкам я не собираюсь. Я не для этого жопу рвал каждый день, чтобы жить отшельником на болоте.

Аманда была не против, показывая свою полную готовность сотрудничать (еще бы он не показала. Понимает ведь, что я шутить не буду, если она попытается съехать и обмануть меня. Её труп тут никто не найдет ближайших лет тридцать…) и мы ударили по рукам, как только слова клятвы были произнесены. Не непреложный обет, конечно, но не менее эффективный гейс. Обойти его будет непросто, а по моим прикидкам на перерасчет нового ритуала и сбор необходимых ингредиентов у меня уйдёт от одного до трех месяцев.

Как раз и удачи накоплю, ободрав Поттера как липку. Лишним не будет. Последние цифры, что я видел, прежде чем скрыть черный клевер после спасения Аманды, были в пределах полутора тысяч.

Заключив гейс я со спокойной душой вернулся к источнику, чтобы завершить начатое и зачерпнуть из него немного воды.

И все шло просто отлично, да так отлично, что моя пятая точка начала сигнализировать о приближающейся опасности еще на первом флаконе, из-за чего я плюнул на все и начал одновременно наполнять и второй.

И вот потом пусть Трелони только попробует сказать, что мой пророческий дар слаб. Как только я наполнил флаконы и закупорил крышки, началось то, о чем меня предупреждала интуиция.

Раздался громогласный, пробирающий до костей вой, и я окончательно понял, что пора делать ноги, потому что на огонек заглянул местный обитатель, и что-то мне подсказывало, что встречаться с истинным оборотнем в своем нынешнем состоянии, практически без магии, с наполовину запечатанными силами оборотня — все равно, что выйти против Дамблдора с экспериментальной новогодней хлопушкой близнецов Уизли. Короче говоря, шансы точно не в мою пользу.

Так что я не стал дожидаться появления местного жителя, или, не дай Моргана, местных жителей, как какой-нибудь герой дешевого хоррора, жаждущий встретиться с преследующим его монстром лицом к лицу, а стремительно бросился к выходу.

По пути я подхватил побледневшую от страха Де Аморе, только начинающую осознавать размер огромной пушистой задницы, надвигающейся на нас с другой стороны источника, и, не останавливаясь ни на секунду, закинул её себе на плечо, как мешок картошки.

Да, не очень по джентльменски, может быть, но выживаемость важнее, она еще спасибо мне потом скажет. Жаль, что я уже подписался её беречь и второй долг жизни на нее мне не повесить. Вот как знал, что не надо было давать официальное согласие на протекцию, эх… ладно уж. Поздно плакать по пролитому молоку. Все равно я не прекрасный принц, а ужасный темный некромант, да и она не добрая принцесса, а хитрая и злобная аристократка. Переживет как-нибудь.

То, что я не бросил её, как сочную приманку (рука на её заднице невольно подтверждает данное утверждение) на растерзание офигенно здоровой зверюге, пока сам спасаюсь бегством, говорит о том, что я какой-то неправильный темный маг и вообще дерьмовый некромант, раз не догадался отдать приказ своим паучкам последовать за нами к источнику, оставив оцепление снаружи свернутого пространства.

Да, это было опасно, пытаться провести их внутрь, но Мерлинова борода! Хрен с ней, с опасностью и целесообразностью, мне бы не помешало выиграть себе пару лишних секунд!

Мчась по широкому коридору с высокими сводами «для кого интересно такие размерчики, а? Сарказм, я знаю для кого…», я размышлял о том, как бы выжить.

Почувствовав, как маленькие кулачки Аманды забарабанили мне по спине, но так и не услышав от нее внятного предупреждения, сам прикинул, что она там могла увидеть у меня за спиной. Да, догадался, но все равно решил сам посмотреть и оглянулся назад. Угу, все понятно. Ну-на-хер.

Ранее я думал, что выжимаю из себя все возможные силы, развив максимум доступной скорости, но я жестоко ошибался. Можно бежать и быстрее, просто нужна правильная мотивация, ага. Наплевав на все, спустил своего волка с цепи. Мне нужна каждая капля выносливости, силы и скорости для выживания.

Волк у меня умный и должен понимать, что будет с французской болонкой, которая решит бодаться с волкодавом, раз эдак в двадцать её крупнее. Так что да, назад меня разворачивать точно не станет, какое бы пагубное влияние не оказывали на меня здешние стены. Я все равно бегу слишком быстро и все смазывается перед глазами.

Мой оборотень не японский волк-камикадзе, а нормальный шотландский волчонок, который хочет жить. Волченочек он, конечно, только в сравнении с той хтонью из адских кошмаров, что неспешно вылезла из-за поворота коридора, недоуменно уставившись мне в спину.

Кажется, тварь еще просто не очнулась от дремы и никуда не спешила. Вышла посмотреть, кто это тут, такой умный, ворует яблочки из запретного сада…

Оно зевнуло. Ох, ебать. Я отвернулся обратно и ускорился еще на капельку, хотя думал, что это уже просто физически невозможно, но три ряда острейших аргументов невероятного размера смогли придать мне нужное ускорение.

Где не справляется физика, на помощь приходит магия. Сейчас мне было плевать на порванные мышцы и растянутые связки, потом подлечусь. Сейчас бы просто живым остаться, а потом залатаю себя как-нибудь. Судя по раздающимся за спиной звукам, истинный оборотень неспешно потрусил за нами.

Сильно сомневаюсь в своей способности уйти от него живым, если оборотень окончательно придет в себя, сбросив сонливость, и захочет поиграть в загонщика и жертву… судя по старинным книжкам, которые я читал, эти магические существа умели стабилизировать пространство вокруг себя, что было важным атрибутом охоты за скользкой нечистью, способной к перемещению сквозь пространство, так что если он догадается сделать это, или мы не сможем достаточно от него оторваться… нам точно конец.

— Аманда, доставай свой порт-ключ, как только мы окажемся в области с возможностью нормальной трансгрессии — сразу же используй его по готовности! — Я окликнул её, но реакции не последовало. Она тупо уставилась на гигантского, четырехглазого волка.

Должен признать, выглядел он симметрично, все его «лишние детали» вписывались в образ гармонично, и вообще, в нем чувствовалась смертельная красота. Уверен, фэйри точно считали их красивыми, с их-то извращенным чувством прекрасного.

Девушка оцепенела от страха? Ну, её можно понять. Я то на себя хоть в зеркало раньше смотрел в полнолуние, так что не так сильно перепугался, увидев оборотня, ведь за спиной у нас сейчас был почти такой же монстр, как я сам, только раз в двадцать больше и с двумя парами ярко-оранжевых глаз размером с блюдца, и тремя рядами острейших зубов… пустяки, право слово. Почти один в один (нет) — я сильно ущипнул её за задницу и, услышав сдавленный «ой!» повторил сказанное ранее, выбегая, наконец-то, из здания. Девушка вняла и начала действовать.

Аманда копошилась у меня на плече, дрожащими руками стараясь вытянуть из кармашка нужную побрякушку. Сам я тоже нервно шарил рукой по карманам, моля магию, богов, демонов, Моргану и Мерлина, чтоб мой порт-ключ не вывалился где-то по дороге, как это обычно бывает в таких критических ситуациях. Но нет, он был на месте, и я с облегчением сжал его с в кулаке, выдернув из кармана. Хоть бы успеть…

Пронзительный вой за спиной означал начало охоты… хорошо хоть не дикой… я снова оглянулся и незатейливо выругался.

Здоровенный волчара вытянулся и протяжно выл на подобие красной луны, чем бы она ни была на самом деле. Вот дерьмо, я знаю и понимают этот сигнал. Сейчас сюда начнет стягиваться вся его стая и нас начнут загонять как дичь, преследуя по Запретному лесу.

Стена была уже в зоне видимости и, преодолев её, я не сомневался, что мы вырвемся из свернутого пространства, а там, может быть, мы сможем уйти порт-ключами… если только нам дадут преодолеть ворота. Но такой возможности, по всей видимости, нам давать не собирались.

Второй истинный оборотень вышел с другой стороны врат и уселся прямо посередине разрушенной арки. Клянусь, в его кровожадном оскале и четырех прищуренных глазах-прожекторах я разглядел неприкрытую насмешку.

«Ну, что теперь будешь делать, глупый щенок?» будто говорили его глаза.

Что-что, а умирать я сегодня точно не собирался, так что сделал единственное, что могло спасти мою задницу в данной ситуации — отдал приказ беззвучно забравшимся по стенам акромантулам напасть на «вратаря» сверху и спешно достал из внутреннего кармана пальто свою зиппо.

Правильно я решил, что, раз уж не догадался завести пауков сюда сразу же, то никто ведь не мешает мне сделать это во время марафона со смертью прямо сейчас. И моя ставка сыграла. Спасибо вам, мои светлые мозги!

Инфернальные пауки, откормленные на казенных харчах (моих), тоже были весьма увесистым аргументом в споре, как я считал. Их десантирование с высоты арки оказалось неприятным сюрпризом для волка, не ожидавшего такой вопиющей наглости.

Я на огромной скорости проскочил перед его раззявленой для укуса пастью, как раз в ту самую секунду, когда ему на голову приземлился первый самоубийца, своим падением захлопнув его пасть до того, как его белоснежные клыки сомкнутся на моей тушке.

Я надеялся, что акромантулы займут его хотя б секунд на десять, но на этот раз я просчитался. Брошенная за спину зиппо, напитанная до отказа моей маной, которую я смог закачать внутрь посредством физического контакта, полыхнула синим адским пламенем, заслонившем проход за моей спиной. Можно сказать, что, уходя, я громко хлопнул дверью.

Пока оборотень давил и крушил твердейший хитин панцирей, оказавшийся для его челюстей и когтей не прочнее бумаги, я успел миновать оставшееся расстояние до границы и выскочить наружу. Четыре неживых акромантула выиграли мне не более двух секунд, а вот адское пламя волку оказалось не по зубам и он предпочел сделать крюк и, вернувшись во внутренний двор, совершить гигантский прыжок через стену, и лишь тогда продолжить погоню. Но именно эти крохи выигранного у самой смерти времени и стали моим пропуском на тот свет. Не на тот, в который уводят души мрачные жнецы, а тот, что наш, обычный мир. Вырвался, мать вашу, о да! Чувствую как пространство и магия снова становятся… нормальными?

Слышу за спиной недовольное и злое ворчание, от которого у меня волосы на жопе встали дыбом. Мой преследователь абсолютно точно был недоволен своей новой верткой игрушкой и теперь рассматривал меня в гастрономическом спектре.

Чувствую, что бежать стало легче. Это пропал вес Аманды, растворившейся в трансгрессии. Чуть не споткнулся из-за изменившегося центра тяжести. Хорошо, что я уже был готов к этому. Отлично, значит и мне пора честь знать.

Моргана, помоги, не дай блохастому заблокировать пространство! Закрываю глаза и сжимаю порт-ключь с такой силой, что маленький деревянный солдатик крошится под напором грубой силы, впиваясь занозами в кожу. Чувствую, как меня засасывает в пространственную трубу перехода. Спасен…

Только сейчас понял одну странность, когда вывалился на холодный, каменный пол моего лесного убежища, посреди логова моих любимых инфернальных пауков, переводя дух, уткнувшись лицом в мягкую и шелковую паутину нитей. Четыре акромантула напали на оборотня. Но у меня то их должно было быть пять, а не четыре.

Одного я отправил гонять Поттера по лесу, но он уже давно должен был вернуться и встать в оцепление с остальными. Проверяю связь, но нить контроля оказалась оборвана, что означало только одно — окончательную «смерть» моей марионетки.

Интересно. Это что же получается, Поттер превозмог модифицированного мною инфернала? Слабо верится. Так-так, посмотрим. Благодаря новой модификации рунной и ментальной магии мне удалось вшить в пауков возможность не только подключаться к ним онлайн через свою сферу, но и записывать короткие «видео».

Время таких «видео» очень ограничено, так что подобную функцию я вживил скорее на случай внезапного уничтожения образца. Эдакий черный ящик.

Последние секунды его «жизни» должны были сохраниться на информационном кластере, вшитом в небольшой магический артефакт круглой формы. Все верно, в мою хрустальную сферу с недавних пор постоянно перетекала информация от активных пауков по моим контролирующим нитям. Новая информация постоянно переписывалась, замещая собою старую. У меня пока не получалось создать вместительный жесткий диск, способный хранить маг-видео, и это было самой большой проблемой. Механизм компрессии информации у волшебников был развит крайне хреново, и придумать свой с нуля было непростым делом. Еще очень не скоро я смогу реализовать нечто подобное, но какие перспективы бы это открыло, ммм…

Пока я все равно валяюсь на полу практически не в силах пошевелиться из-за настигавшего меня магического отката и невероятной боли в заживающих благодаря регенерации мышцах, почему бы и не посмотреть короткометражку про то, как же так получилось, что весь мой полнолунный восьминогий урожай был уничтожен в ту же ночь, что и был создан…

***

Тем временем, пока Амос пытался отдышаться и прийти в себя от пережитых потрясений и запоздалого ужаса на каменном полу своего убежища, адский огонь, что так и застрял в арке ворот, не в силах пожрать камень, из которого были сделаны стены древней обители фэйри, погас сам собой. Наперекор своей природе. По крайней мере, на первый взгляд, конечно.

Само заклинание смог бы остановить либо его создатель, обладающий огромным сродством с магией огня и разрушения, а так же огромной магической силой, мастерством и контролем, либо… кто-то несоизмеримо более могущественный и опытный. Настолько, что разница в их силах и мастерстве исчислялась бы целыми порядками.

И истинный оборотень, оставшийся сторожить вход, прекрасно понимал, что имеет честь наблюдать именно второй вариант. Гигантский разумный волк заворчал, недовольно чихнув из-за запаха копоти и гари, покрывших внутреннюю часть арки. Он улёгся рядом с проходом, положив свою огромную голову на теплые пушистые лапы, и зевнул.

На сегодня его работа была окончена, так как оставшаяся гостья была санкционированной и имела допуск, пусть и самый простой гостевой. В отличии от маленькой человеческой девочки, которую протащил с собой второй санкционированный гость разрушенного, но не покинутого комплекса.

Не навредив маленькому гостю с высоким уровнем допуска, девочку изъять никак не получалось. Так как она все равно, так или иначе, покидала его на плече у гостя, то особого смысла останавливать их оборотень просто не видел. Зачем выгонять её, если она сама уходит.

Жаль, конечно, что она не стала одной из них, но насильно никого оборотни к себе затаскивать не собирались. Если нарушительница и гость уходят, получив желаемое, то пускай. Альфа все равно запретил убивать посетителей, санкционированы они или нет, так как от них была одна польза.

Приток свежей крови для стаи в следующий раз будет обеспечен либо слухами, либо непосредственно соискателями вроде них, что придут искать силу, молодость, красоту или фэйри знает что еще.

Но немного развлечься раз в пару десятков лет своим подчиненным альфа не запрещал. Вот они и развлекались как могли. Столетия пролетают быстро, внести в серость дней пару забавных историй было приятным разнообразием.

Выражение дикого ужаса, застывшего на лице девчонки, было достаточно, чтобы обсуждать его и смеяться еще несколько десятков лет. А можно беседовать о прыти молодого гостя, который почти честно смог пройти стража. Пришлось немного подыграть ему в конце и не забирать у них возможность прыгнуть через пространство. Да-ааа, поделиться историей про пугливых людей с братьями и сестрами будет забавно. Ведь когда-то и они были на их месте, впервые столкнувшись с истинными оборотнями и знатно струхнув. Некоторые долго привыкали к своему отражению, ха-ха. Волк прикрыл лапой свои глаза и заскулил от смущения, вспомнив себя же.

***

Возле самого же источника стояла другая гостья, более уместная в этом месте. Рядом с ней находился сам альфа стаи вечных стражей и второй оборотень, что «вовремя»поднял тревогу своим воем. Оба опасных разумных склонили свои огромные головы в почтении перед одной из сильнейших из все еще живых легенд ушедшей эпохи мифов. Очень немногие из древних еще ходили по земле. Эпоха мифов и богов давно прошла, но некоторые упорно отказывались уходить на покой.

— Хорошая работа, мальчики. Источник может сгенерировать всего десять капель за цикл, так что ему хватит и того, что я позволила унести. Как бы он в будущем ни собирался использовать такое сокровище, этого с головой хватит как на эксперименты, так и для личного пользования. — звучал красивый мелодичный голос с губ прекрасной девы с волосами цвета могильной травы. Зеленая помада на губах и мягкая изумрудная тушь дополняли её неповторимый образ. Многие из древних существ узнали бы её с первого взгляда, ведь её неповторимый образ запечатлелся в умах раз и навсегда.

Гостья говорила очень тихо, но оборотни обладали прекрасным слухом, так что слышали ее отчетливо, словно шелест травы у самого уха. Пусть они были полноправными хозяевами этого места, пока не вернутся фэйри, но истинные оборотни уважали её силу и заслуги. А еще их инстинкт самосохранения подсказывал им, что расстраивать данную особу точно не стоит.

Гигантские четырехглазые волки не отводили все восемь глаз от ее сказочной красоты, жадно впитывая крохи истинной магии. Естественно, не физической красоты, хотя по человеческим меркам она тоже была просто великолепна, а красоты её магии, ауры и души, что они могли лицезреть напрямую.

Смертельно опасная грация, завораживающая красота, которую трудно понять и осознать простым смертным созданиям. Для людей, если бы у них вдруг оказалась возможность смотреть на мир глазами истинного оборотня, она была бы страшным, непостижимым кошмаром из древних сказок, холодным и далеким, как свет давно забытых и мертвых звезд. Для людей она была чужой, непонятой и забытой, как и они.

Но не для них, нет. Истинные оборотни умели смотреть глубже в суть вещей. Для долгожителей её душа и аура виделись как бесконечный океан далеких холодных звезд, что своим вездесущим сиянием разбавлял вечность космической пустоты, холода и мрака.

Опасная красота, которой могли наслаждаться лишь те, кто не убоялся смерти и мог взглянуть ей в лицо без всякого страха и сомнений.

Долгожители вроде них понимали её лучше, чем простые люди, коими все они тоже раньше были. Потому и понимали людей лучше их самих.

Человечество слишком торопились жить, и слишком переживали о своей будущей неминуемой кончине, чтобы осознать всю полноту своей безграничной свободы. Лишь единицы были исключением из правил. Экстраординарные личности и гении.

Ученица Морганы сама уже давным-давно стала учительницей для многих и многих поколений ведьм и волшебников, альвов, некоторых молодых фэйри, людей и прочих народов, решивших связать свою судьбу с делом всей её жизни. Но все же чаще всего сама Вивьен величала себя именно Её ученицей.

Как и завещала Моргана Ле Фей, тот, кто избрал дорогу волшебства, навеки останется учеником, ведь нет предела совершенству, как и изучению магии. Спустя тысячи лет Вивьен все еще помнила один из первых уроков своей любимой учительницы и хранила память о тех светлых днях в своем покрытом шрамами сердце. В ней еще жила надежда, что кода-нибудь Моргана сможет вернуться и все вернётся на круги своя. Станет как прежде. Хотя Вивьен лучше всех понимала, что как прежде уже никогда не будет. Учительница говорила, что цепляться за прошлое — путь к регрессу, но и просто забыть все она не могла и не хотела.

Вивьен Могильная Трава всегда помнила про свой долг пред Морганой и упорно пыталась помочь ей вернуться в мир живых или закончить её дело, покорив Авалон.

Работы было много, конца и края упорству альвов и их трижды проклятого короля не было видно. Но однажды… Вивьен сжала пальцы в кулак, представляя как ломает латной перчаткой хребет очередному предателю, что посмел бы встать на её пути к великой цели. Некромантка тяжело вздохнула и перевела взгляд на оборотней, вежливо дожидающихся, пока гостья изволит обратить на них свое внимание, вынырнув из своих мыслей.

— У-у-у-у, враф? — параллельно передавая свои мысли ментальной магией, одного из немногих доступных для них вида магии, спросил Альфа стаи. Их стая стояла на страже заброшенного комплекса с незапамятных времен, хотя с тех пор и сменилось несколько поколений волков, они передавали всю важную информацию новым членам семьи, так что он очень хорошо знал, кто перед ним находится и какой силой обладает хрупкая на вид девушка в изумрудном платье.

— Да. В благодарность за то, что он провел меня сюда, я помогла ему спасти ту маленькую девочку. — Вивьен похлопала по висящим на талии ножнам, в которых покоился её верный клинок. Порыв ветра от простого взмаха её меча был столь силён, что прокатился с другого конца зала и всколыхнул волосы и галстук слизеринки в тот момент, когда молодой волшебник уже отчаялся спасти свою спутницу. Никакой магии. Только чистая физическая мощь, способная разрубить пополам даже истинного оборотня, если он не уберется с пути её меча.

— Уууууу-уу... — скептически отметил волк, взглянув на нее исподлобья.

— Да, а еще потому, что на нем метка Морганы. Без нее он не смог бы попасть сюда, как и я. Даже у фэйри, что помогают мне, нет ни допуска сюда, ни конкретных знаний о местонахождении этого места. Все было засекречено. А вот у Ле Фей был. И она могла им поделиться на свое усмотрение. В будущем он, возможно, поможет планам Учительницы, а значит мы, вероятно, можем оказаться на одной стороне. Или нет. Но чего мне стоило немного помочь ему сейчас? Кто знает, к чему это приведет? Вдруг это будет тем самым камешком, что склонит чашу весов на сторону госпожи в этом противостоянии? Прошлые «избранные» не преуспели, но это ничего не значит. Это просто одна из многочисленных возможностей. — спокойно признала очевидное Вивьен, пожав плечами.

Помогать кому попало она бы не стала, но если у её любимой учительницы есть на него какие-то свои планы, то она не будет им мешать.

— Я вообще не ожидала встретить его здесь, в Запретном лесу. Только хотела взглянуть на замок издалека и попробовать дистанционно вскрыть защиту школы и отыскать зацепки в отношении очередной попытки мерзкого короля восстать из мертвых. Удачно я пришла, однако, что тут скажешь, ха-ха-ха.

Вивьен безбоязненно зашла в воду, не переживая о намокшем подоле её платья, гармонично переливающегося в бирюзовом свечении и подставила амфору так, чтобы оставшаяся эссенция капала внутрь.

Самой Вивьен не нужна была эта сила, но слегка повысить боеспособность своей армии и офицеров она всегда была не прочь. Истинные оборотни практически вымерли, а те, что остались, как эта стая, предпочитали хранить нейтралитет и нести свою вахту там, где положено, не ввязываясь в конфликты.

Каждая крупица силы была важна. Так учила её Моргана, и Вивьен никогда не пренебрегала этим советом, всегда выкладываясь на полную, даже если дело касалось не её любимой магии. Скоро её армию ждёт приятное пополнение. И не очень приятное для сил альвов.

Немного Вивьен и Аманды.

п.с. Хех, получается, что Поттеру повезло увернуться от пули. Кстати, не единственной пули в ту ночь )))

Глава 24 Гарри Поттер и неожиданное пересечение интересов

Гарри Поттер бежал через Запретный лес, прикладывая уйму усилий, чтобы оторваться от преследующего его огромного акромантула, но пока безрезультатно.

Ветки под ногами хрустели и цеплялись за ноги. Теперь он пожалел, что посчитал кроссовки хорошим выбором для такой активности, нужно было надевать кожаные сапоги, как все остальные, кто намылился сегодня в лес, но нет, посчитал себя самым умным. Прогрессивным, чтоб их. Чертовы шнурки, которые, как обычно, развязались в самый неподходящий момент и теперь мешались под ногами, так что приходилось прикладывать силы еще и на то, чтоб не споткнуться на ровном месте. Да и чертова парадная мантия цеплялась за каждый долбанный куст.

«Да, вот оно как получается, гармонируют кроссовки и парадная мантия отвратительно, зато их синергия в попытке меня прикончить просто отличная, блять.» — петляя между стволами сосен и елей, Гарри проклинал свой выбор гардероба. Кроссовки должны были быть для удобства, а мантия для магической защиты, только вот получилось все наоборот…

Гарри очень не хотел становиться мясным бульоном для восьмиглазого чудища, поэтому очень старался сохранять скорость ни смотря ни на что.

Периодически он навскидку отстреливался из волшебной палочки, вынуждая паука держать безопасную дистанцию, хотя одна мысль о том, что членистоногое может уметь прыгать, например, пугала его до жути. Если прыгнет, то точно догонит, повалит на землю, укусит, впрыснув яд, замотает в кокон, а потом оттащит в логово, где его сожрет колония разумных пауков… Оставалось все же надеяться, что акромантулы не умеют прыгать, но утешение было слабым и страх ничуть не притупляло. Он не считал, что его выносливость больше, чем у чудовища, преследующего его по пятам.

«Стоило заняться спортом, как делают все крутые попаданцы… сто отжиманий, сто приседаний там…» — думал Гарри, заваливая на пути паука очередное дерево с помощью меткой бомбарды. Не помогло, правда — паук перемахнул через препятствие едва замедлившись. В самого паука заклинанием попасть было очень сложно, а те, что попадали, были ему что стенке горох. Лишь лишняя секунда в запасе.

«Но нет, я же волшебник, зачем запариваться над физической подготовкой, да, Гарри? Потом выпью пару формирующих атлетическую фигуру зелий и нормально будет, все ведьмы мои. Тьфу!» — мысленно передразнил он сам себя, пересматривая свою позицию относительно физической подготовки в стрессовых условиях.

Дыхание парня было тяжелым, сбилось, он вообще не был подготовлен к длительным нагрузкам и бежал уже просто за счет страха, адреналина в крови и сумасшедшей жажде жизни. Умирать второй раз он очень-очень не хотел и выжимал из себя все соки, молясь богам, демонам, магии и макаронному монстру. Замок уже должен был быть близок, но хватит ли у него сил добежать?

«Сука! Так и знал, что это была плохая идея. Все идет слишком неправильно и я даже знаю почему. Кто-то играет против меня, строит козни. Все мои неудачи, отношение окружающих, запертая выручай комната, даже этот ебучий акромантул явно не совпадение. Есть только один человек, который мог бы устроить все это, и кто желает мне зла… Дамблдор, кто же еще это мог быть? Очевидно, старый мудак не смирился с тем, что я вышел из-под его контроля и поступил на Слизерин. Его бесит, что я получил доступ к фамильным сейфам, а он остался с носом. Тройной Лорд — политическая величина, в перспективе, с которой стоит считаться. А уж когда я наведаюсь в гости к Сириусу и расскажу ему про то, что грохнул предателя Питера… Ох, он явно будет пиздец как рад и горд крестником, так что под шумок нажалуюсь ему, что денег нет и вообще я сирота, живущий у маглов, и, вуаля, получаю еще и наследство Блэков…. Ух, старый, держись, я устрою тебе Кузькину мать, ты у меня за все ответишь! Хер тебе, а не книжки из библиотеки Блэков! И этого наглого магглорожденного ублюдка тоже потом опущу с небес на землю, а то ишь, сколько красоток вокруг него крутится. Я здесь главный герой, мать твою! Я чертов Гарри Поттер! Весь мир так и называется, мир Гарри Поттера, сука! Гермиона и Луна мои! И Аманда и остальные красотки, всё моё! Мой гарем!»

Продолжая бежать изо всех сил, стиснув зубы и надрывно сипя, он подстегивал себя гневом и сладкими мечтами о мести. Вот Гарри оглянулся назад и с ужасом осознал, что паук все ближе, а сил все меньше и, будто в насмешку, шнурок на левом кроссовке неудачно зацепился за ветку и дернул ногу назад.

«Пиздец!» — подумал Гарри при виде быстро приближающейся земли. Зачатки окклюменции милостиво растягивали для него время, позволяя детально разглядеть кору веточки и каждый камешек на земле, на которую он падал лицом.

К счастью и облегчению для него, ветка дерева была относительно безопасной и он, скорее всего, не лишится глаза при контакте. Галька на земле тоже годилась разве что для игры в плюй-камни.

«Повезло, блин…» — подумал он — «Пауку. Оба моих глазных яблока будут в наличии и ничто не омрачит его романтический ужин с паучихой под луной…. Кроме долбаной фасоли, которой я сегодня сожрал на ужин. Чтоб ты подавился, мохнатый шредер!» — немного самоиронии и черного юмора помогли им ему взбодриться и сосредоточиться на замедленном во времени окружении.

Происходило что-то странное.

Он буквально затылком почувствовал, как над ним пролетело заклинание огромной мощи. Зеленые отсветы авады на земле он мог бы отличить от другого заклинания даже сквозь опущенные веки, не то что с раскрытыми от страха и ужаса глазами. Волосы непроизвольно встали дыбом. Он чувствовал дыхание смерти за спиной и раньше, но никогда так отчетливо. Будто костлявая провела пальцами по его побледневшему лицу и зашептала на ушко «скоро, Гарри, уже скоро».

Сомнений нет, это убийственное проклятье. Сам он тоже таким пользовался ранее, но его сила была в чудовищно много раз меньше того, что просвистело над ним мгновение назад. Целились в него, это точно, но из-за того что он споткнулся и начал падать, заклинание попало не в голову, а пролетело мимо. И попало оно в акромантула, судя по всему. Он как раз был уже в опасной близости от него и увернуться бы просто не успел. Скорость заклинания была просто сумасшедшей. Если бы не окклюменция и падение, он даже не понял бы, как он умер.

Гарри не успевал повернуть голову и посмотреть назад, да и не столь сильно его сейчас волновала судьба шерстяного ублюдка, попавшего под дружественный огонь, как личность того, кто посмел попытаться убить главного героя этой истории.

Глаза едва не вылазили из орбит от напряжения, но у него получилось периферийным зрением зацепить высокую фигуру в темном балахоне, под капюшоном которого зиял провал во тьму. Из правого рукава балахона торчала волшебная палочка, направленная на него. Рук было не углядеть, они тоже скрывались во тьме длинных рукавов.

«Блять, Дамблдор что, решил форсировать события и позволить мне встретиться с Темным Лордом пораньше? Здесь?!» — мысленно негодовал Поттер. — «То-то я думаю, почему Кавиррел не такой, как в каноне, а у него просто не оказалось Лорда на затылке… Но у меня ведь тоже нету в голове крестража, тупой ты бородатый мудак, зачем ты пытаешься скормить меня Темному Лорду?! Ты ведь не мог не знать, что я подслушал разговор Снейпа и старшекурсников Слизерина про Запретный лес и особенное время суперполнолуния? Да про него же все говорят почти в открытую. Черт, как я этого сразу не понял? Это и был хитрый план Дамблдора с самого начала…. Подсунуть мне ложные данные и поманить сладкой конфеткой в темный лес, гадкий старик. Каков интриган, и я ведь повелся, черт возьми! Наверняка это все было подстроено, иначе я бы не купился на это, слишком уж я умный для такого. Я бы ни за что не поперся в этот проклятый лес, если бы знал что тут такой ужас творится.» Земля была все ближе и мыслей на пространные размышления оставалось все меньше. Гарри постарался выставить руки перед собой и приготовился к жесткому столкновению.

Как уйти от смерти он пока не представлял, но очень надеялся на удачу главного героя. Не зря ведь она у него такая раздутая? Вот, от Авады спасла только что, не иначе, значит и второй раз спасет.

«А акромантул? Пффф, будто я не знаю, что ими командует их общий папаша Арагог, но в свою очередь он слушается Хагрида, а он уже директора. Очевидно же! Если знаешь правду про канон, то соединить логические цепочки очень просто. Акромантул наверняка загонял его, умело вел на встречу к Темному Лорду. Ух, Хагрид, будь ты проклят, Шрек сраный! Надеюсь, твоя халупа сгорит в драконьем пламени Норберта!» — лихорадочные мысли проносились в голове подростка с бешеной скоростью, но пришло наконец время встретиться с реальностью. Точнее — с влажным грунтом и сухими ветками деревьев. Было больно.

Гарри упал, а над ним снова пронеслось нечто, но на этот раз куда более материальное, серое и волосатое. Акромантул, получивший аваду в «лицо», споткнулся и, завертевшись в воздухе, пулей просвистел мимо.

«Ха, так и знал, что эту тварь даже такая авада не убьет. Раз уж мои не сработали, то почему должны работать другие? Мощность для авады не так важна. Вот скорость, это да, стоит поработать над ней.» — ехидно улыбнулся Гарри, быстро откатываясь в сторону. И не зря.

Место, где он упал, мгновением позже разорвала устрашающая кровавая плеть, тянущаяся из волшебной палочки не менее пугающего балахонщика. Несомненно, если бы интуиция не подсказала Гарри убираться поскорее, сейчас от него осталось бы только мокрое место. Красное мокрое место.

Гарри, задержав дыхание наблюдал, как Темный Лорд, если это был он, явно проигнорировав паука, скорее всего посчитав его мертвым и летящим вперед чисто по инерции (идиот какой, эта тварь явно живая, хмыкнул Гарри) и продолжил наводить палочку на него — главного героя истории. Это была его ошибка. Гарри даже не пришлось уклоняться от очередного убийственного проклятья.

Акромантул, воспользовавшийся инерцией своего незапланированного полета-вращения, сориентировался верно и в подходящий момент раскинул свои поджатые до этого лапки в стороны, будто стараясь обнять того, кто всадил в него последнюю аваду. По всей видимости, переключил фокус внимания на добычу покрупнее.

«Ну и отлично. Вот и правильно. Во мне одни кожа да кости, нечего там есть, подавишься! Жри Лорда, ату, фас!»

Гарри не мог знать, что чужая Авада была настолько сильна, что поплавила не только руны на брюшке и спине паука, но и его «мозг», из-за чего он действительно потерял изначальную цель и переключился на автоматический защитный шаблон поведения, где при нападении мертвец должен атаковать в ответ для сохранения собственной целостности в аварийной ситуации. Амос не любил когда кто-то ломает его беззащитное имущество, посему сделал свое имущество не беззащитным и очень агрессивным.

Конечно, паук так и не долетел до цели. Его разрезало на куски кровавой плетью и взорвало изнутри какими-то темномагическим колдунством, проведенными параллельно свободной рукой без палочки, еще на подлете. Гарри тихонько порадовался, что в него таким, похоже, просто не попали. И нужно было сделать все возможное, чтобы так и продолжалось.

Волшебника такого уровня подловить не так-то просто, так что вместо смертельных объятий с врагом, остатки паука размазало по его активному щиту, словно жирную муху, врезавшуюся в лобовое стекло грузовика на огромной скорости.

Это дало Гарри шанс спастись. Пока обзор его несостоявшегося убийцы был застлан зеленой жижей, постепенно разъедающей его щит — «Ядреная дрянь оказалась внутри акромантула, однако», — Поттер припустил в сторону замка на всех парах, даже не задумываясь о том, чтобы дать бой или подловить своего противника, пока он его не видит. Он не питал иллюзий насчет прочности щита противника такого уровня и собственных сил. Едкая кислотная жижа и яд едва ли его серьезно повредят, а очистить его — дело пары секунд в лучшем случае. Можно было попытаться заавадить его, но он был умен и понимал, что человек (а человек ли теперь Лорд вообще?), который настолько хорош в непростительных, скорее всего умеет от них и защищаться, в силу своего опыта и мастерства. Лучше было не испытывать удачу лишний раз.

Гарри бежал не оглядываясь, поэтому и не увидел, как осенний лес вокруг стал еще немного… осеннее.

Слегка пожухлые желтые листья стали отливать чистым золотом и ярким багрянцем. Легкий ветерок сорвал несколько таких с каждого дерева и закружил в хороводе, который стал закручиваться ближе к земле, словно смерч, в котором едва угадывались очертания человеческой фигуры.

Лозы, корни, плющ и ветви деревьев будто ожили и потянулись в сторону темного силуэта в балахоне, наливаясь могучей магией, меняющей саму реальность.

Они желали скрутить, связать и растерзать врага всего живого.

Избавившийся от едкой мутно-зеленой алхимической кислоты, которой напоследок его окатила чья-то достойная похвалы некрохимера-камикадзе — «Жаль что так неудачно получилось, нужно было дать инферналу просто сожрать Поттера, но паук все никак не мог догнать его, вот и… а это еще что за?» — несостоявшийся убийца «Мальчика Который Опять Выжил», оценив обстановку вокруг и смену декораций, предпочел немедленно ретироваться, резко исчезнув в пробитом порт-ключом пространственном искажении, не став ввязываться в дальнейшее противостояние, лишенное всякого смысла.

Сражаться с очевидным друидом такой силы в лесу? Нет уж, увольте. Он потому и избегал соваться в Хогвартс — вотчину Дамблдора, что понимал, насколько он будет силён и опасен на своей территории, а смерть в его планы не входила. Никогда.

Растительность на поляне с уходом чужака успокоилась и пришла в норму. Лишь небольшой вихрь из листвы продолжал кружиться на краю поляны.

Вскоре исчез и он, листва опала, а на том месте теперь стояла прекрасная дева с золотыми волосами и ледяными, синими, как морская лазурь, глазами. Доспехи и меч в руке были отнюдь не бутафорией для показухи. От них веяло древней магией Альвов и друидов.

Осень Дамблдор, а это была именно она, собиралась задать трепку отродью, что чуть не угробила охраняемую ею цель, но тот ушел по английски, не прощаясь.

— Вот же трусишка. Еще и праздник мне испортил, засранец такой. Я и так не часто могу провести время в кругу своей семьи, а тут еще и какой-то малолетний говнюк все испортил… — женщина негодующе пнула изящной ножкой пенек, который от такого надругательства с громким треском вырвало из земли прямо с корнями и улетел куда-то глубоко в чащу леса, встретив свой бесславный конец лишь тогда, когда на его пути оказался старый тис.

Осень осмотрелась и сморщила носик. Кисло-сладкий запах гнили и мертвечины стоял невыносимый. Природа и земля негодовали от такого надругательства над жизнью. Взмах руки, закованной в латную перчатку, и остатки инфернального паука исчезают без следа. Лезвие меча погружается на несколько сантиметров в почву. Обожженная кислотными останками земля, корни и стволы деревьев медленно заживают и приходят в норму. Несколько секунд, и ничего более не напоминало о скоротечной битве в этом месте.

— Если бы он остался сразиться честно, тогда еще ладно, Мерлин с ним, я могла бы это понять. Молодость, кровь кипит, жаждет битвы давит на мозг, все такое, но нет, сбежал, стоило мне только шагнуть через кроны деревьев. И чего ради я тащилась из самого Авалона, спрашивается? Я ведь надеялась хотя-бы размять свои, несомненно, молодые косточки, раз уж меня злостно выдернули с семейного банкета. Растрясла бы эти чудесные пять кексов, которые приготовила дочка Аберфорта… — надувшись словно простая девочка-подросток, она медленно провела свободной рукой вдоль кирасы, идеально повторяющей контуры её гибкого стана. Осталась вполне удовлетворенной. Задумалась. Прислушалась к ощущениям. Шумно втянула носом воздух и положила вторую руку на рукоять все еще торчащего в земле меча.

— Хммм, странно, кстати. Судя по ощущениям, он не уступает Альби в силе, а такие волшебники встречаются очень редко в этом тысячелетии. Все-таки мой внучек талантливый мальчик. Выходит, это был… как его там… Тоби? Тилли? Толик? А, точно, Томми. Том Бебр. Или как там? Альби про него мне что-то рассказывал недавно, лет десять назад, вроде. Или пятьдесят? Хотя, он же, вроде, должен быть мертв, нет? Эх, забыла. — недоуменно почесав подбородок, Осень оставила меч торчать в земле и сделала вокруг него несколько кругов, параллельно совершая плавные пассы руками над теплой рукоятью. Крупный янтарь в середине гарды засиял теплым солнечным светом, разгоняя ночной сумрак.

— С другой стороны, магией смерти он фонил очень сильно, так что, может он действительно не вполне жив… отвратительное искажение жизни. Ненавижу некромантов. Они словно паразиты, живущие в коре деревьев. Мешают жизни идти своим чередом. Нужно рассказать об этом Альбусу. Новости его явно не порадуют, конечно, так что подождут до завтра. Не буду портить праздник еще и ему. Лучше выпьем терпкого горячего вина сегодня, а за работу примемся завтра, да. Решено. Отдыхать тоже надо, а он последнее время и так выглядит изможденным и расстроенным.

Кивнув сама себе, окончательно определившись, Осень Дамблдор прикрыла глаза и с помощью магии друидов потянулась вслед убегающему прочь из леса вместилищу Оберона. Нужно было оценить ущерб.

«Цел и почти невредим. Не считать же синяки и ссадины серьезным делом? Легко отделался. Это хорошо. Меньше мороки. И уже даже добрался до замка. Хорошая скорость. У страха не только глаза велики, но и легкие тоже. Это тоже хорошо, тогда можно возвращаться, а не торчать здесь пол ночи, наблюдая из леса за непутевым сосудом. В Хогвартсе ему ничего не угрожает.»

Сняв с пояса связку порт-ключей она принялась перебирать их, ища подходящий. Второй раз за час пробираться сквозь «кроны» не особо хотелось.

Частое использование природно-пространственных каверн было довольно выматывающим делом даже для нее. Хотя для экстренного перехода между пространствами способа лучше просто не существовало, разумеется. Разве что особо мощные порт-ключи, но они были жестко привязаны к месту, а сквозь «кроны» деревьев она могла попасть куда угодно, где росли деревья.

Её пространственные артефакты были выполнены в форме обычных ключей под старину. Так ей больше нравилось. Добавляло стиля, да и артефакторам было проще работать с готовыми шаблонами.

— Так, это ключ от столицы, а это от родового замка, не сегодня. Этот от круга друидов, а этот ведет куда-то в Уэльский заповедник магических созданий. Хммм, этот явно приведет в горы Шотландии… там сейчас должно быть холодно, да и к гномам мне без надобности. Я хочу выпить и расслабиться в кругу семьи, а не надраться в стельку ядреным самогоном. Может быть, в другой раз. Проведаю знакомых старейшин, уже лет эдак сто не виделись. Надеюсь, они еще не померли там от старости… Хотя нет, не должны. Гномы ведь живут дольше людей. Так, не этот, и не этот. Хм, что в связке делает обычный ключ? Не помню уже даже, от чего он. О, ну наконец-то нашла! — обрадовалась рыцарь и расплылась в улыбке. — Как обычно, последний, с какой бы стороны не начинала искать… Пора возвращаться домой. Портус.

Поляна опустела и только золотистая листва еще немного покружила над землей, уносимая разгулявшимся ветром. Но и она с тихим шелестом застелила землю золотисто-алым ковром, когда кроны деревьев перестали качаться в такт пространственным ветрам, унесшим прочь Осень.

***

— Ну и что это была за херня? — озадачено почесав макушку, Амос невольно растрепал мокрые, слипшиеся от пота волосы. Становилось прохладно, и хотя паутина акромантулов, на которой он лежал, смягчала осенний холод, лежать на полу и пялиться в сферу становилось некомфортно. Взмокшая одежда неприятно липла к телу и, остыв со временем, вызывала дискомфорт. — Если обратиться к памяти прошлой жизни, то… Неужели Темный Лорд уже в строю? Херово…

Самое печальное, что он не застал развязки. Когда акромантула разорвало на кусочки, передача данных прервалась. Рунные цепочки и заклинания умерли вместе с телом инфернала.

Амос поднялся с пола и попытался отряхнуться. Получилось не очень. Всякого мусора налипло на его одежду в достатке.

— Придется стирать, эх. Жаль чистящие заклинания конфликтуют с рунной магией… был бы у меня домовой эльф… Сладкие мечты. — на заднем фоне послышались непонятные звуки.

Амос наколдовал темпус и, убедившись в своих предположениях, направился на выход из комнаты. Кэрол уже должна была закончить клепать свою партию инферналов. Ну хоть у кого-то дебет с кредитом сошелся. Пополнение армии инферналов — важное дело, и тем печальнее, что в это полнолуние их прирост обеспечить смогла только подруга, а вся его тяжелая работа растеклась кислотными лужицами. Хотя, все было не зря… флакончики весело позвякивали на поясе и обещали массу приятных сюрпризов обладателю.

— Кэрол, ставь чайник, мне срочно нужно много горячего чая! И сладостей! — немного подумав, добавил Амос, направляясь по узкому коридору в соседнюю комнату.

— Хорошо! — раздался девичий голос из кухни. — Тут еще Фел пришла в гости, так что поторопись, иначе она съест все наше печенье, ой! Зачем дерешься? Ой! Ну больно же, Фелисити.

— Понял! — крикнув в ответ, Амос и свернул в сторону ванны.

«Хах, вот как значит? Соскучилась наверное. Тогда я не только переоденусь, но и в душ схожу. На всякий случай. Не дай Моргана, Синдер унюхает парфюм Аманды…»

Вздрогнув то ли от холода, то ли еще от чего-то, Амос поспешил смывать с себя запах погони и приключений. Мурашки, пробежавшие по спине, отлично доказывали правильность сего решения. Своей интуиции Амос доверял.

.

От автора:

Эта глава промежуточная и меньше обычных, как вы поняли. Зато вышла раньше, это тоже плюс, не так ли?

Мне так удобнее разграничивать события. Главами.

Глава 25 Осенние празднества и охота

Праздник урожая в Британии и Авалоне традиционно был приурочен ко дню осеннего равноденствия, а в этом году оно было и вовсе особенное. Суперполнолуние, как-никак. Время, когда луна властвует на небосводе, а осень на земле.

Род Дамблдоров уходил корнями так глубоко в историю, что разве что только сама его Основательница — Осень Дамблдор знала все детали и даты возникновения. Неизменно, на протяжении веков, их семья собиралась и праздновала осенние праздники в загородной резиденции их семьи. Огромный трехэтажный дом мог приютить каждого из них, ведь пространство внутри было расширено просто до невероятных размеров. Но праздник традиционно проходил в саду, на свежем воздухе, а дом использовался в основном для сна и отдыха захмелевших друидов или уставших и наговорившихся вдоволь детей.

Именно осенним праздникам они всегда отдавали предпочтение, что и не удивительно. Только осенью они действительно могли собраться всей семьей, ведь в иные времена года Осень пребывала в целительном сне.

Праздник урожая был любимым праздником Осени, и со временем её любовь впитывалась потомками её рода чуть ли не с молоком их матерей, поколение за поколением.

Вот и сегодня все собрались за длинным праздничным столом, весело общаясь друг с другом, пили горячее вино, жарили мясо и овощи на кострах, пели песни и веселились. Вместе проводили ритуалы и обряды. Почти полсотни Дамблдоров собралась в одном месте. Молодые и старые, дети и их родители. Дальние и ближние родственники. Побочные и главные ветви семьи. Все.

Пока многие чистокровные рода Британии страдали от вырождения и били рекорды по малочисленности, они процветали. Благодаря вечной Осени им не нужно было беспокоиться насчет главенства, побочных ветвей и «контроля популяции».

Обычные аристократы боялись борьбы за власть внутри семьи, когда брат шел на брата, а сын против отца, когда за наследство разгорались целые клановые войны. Но не у Дамблдоров. Сама Осень была номинальным лидером. Скорее символом, фигурой, неподвластной времени, живой легендой, объединяющей всех, и в то же время она абсолютно не контролировала их. Как такового, главы, что мог бы распоряжаться судьбами членов рода, у рода не было.

Они могли заниматься чем пожелают, жениться на ком захотят и вообще были полностью предоставлены сами себе. Но несмотря на полную свободу действий, каждый из них считал своим долгом внести свою лепту в благосостояние своей семьи. Так было заведено. И эта практика позволяла Дамблдорам процветать на протяжении веков.

Многие из собравшихся не видели друг друга целый год, аж с прошлого праздника урожая, и теперь стремились наверстать упущенное, делясь впечатлениями.

Кто-то из древнего рода друидов жил в Магической Британии, кто-то на Авалоне, среди других друидов и альвов, а кто-то вообще предпочитал путешествовать как по магическому миру, так и по миру обычных людей. За год накопилось достаточно новостей, чтобы хватило на целый день.

Альбус Дамблдор не был исключением из правил и, несмотря на загруженность графика и хроническое переутомление, оставил дела школы на своего заместителя и отправился встретиться с родней.

Суперполнолуние, конечно, не самое спокойное время для школьников, у которых вечно было шило в заднице, но тратить свой единственный официальный выходной на то, чтобы носиться по Запретному лесу и подтирать сопли неугомонным детишкам, которые, несмотря на строгий запрет, так и норовили сунуть свои любопытные носы туда, куда не просят, был не намерен. Отсутствие инстинкта самосохранения — не его проблемы, а их родителей. Естественный отбор лучше всего работает как раз в Запретном лесу. Сильный и умный — выживет и станет сильнее, а глупый и слабый — станет кормом для всевозможных магических тварей, а после превратится в удобрения. Такова жизнь.

Под открытым небом, за пиршественным столом, в кругу семьи, он наконец с удовольствием расслабился и вдохнул свежий лесной воздух с примесью горькой дымки от пылающих вокруг костров.

Запах сочного жаренного мяса всех сортов был просто восхитителен. На углях жарилась картошка, а женщины все время подносили новые порции нарезанных овощей, грибов и фруктов с кухни.

Он протянул руку и взял красивый деревянный кубок, покрытый искусной резьбой, изображающей сбор урожая в миниатюре, и пригубил ежевичное вино. Как всегда, на Авалоне были самые свежие и вкусные продукты. Даже мясо было не таким жирным.

«Чего и следовало ожидать от потомственных друидов, пожалуй. У кого еще может быть более плодородная почва и вкусные продукты? В Британии еда слишком жирная. Но зато каждый раз ощущения такие освежающие на контрасте. Прихвачу Макгонагалл баночку гречишного меда в подарок, пожалуй. Или, может, лучше сметаны? Хе-хе. И то и другое возьму, пожалуй.»

Наблюдая за своей семьей и попивая сладковато-кислый напиток, Дамблдор мог в кои-то веки расслабиться и растечься лужицей по своему плетеному креслу. Именно в такие моменты он действительно задумывался о том, чтобы бросить политику и уйти на покой, осесть где-нибудь на Авалоне. Может быть построить себе домик возле реки, неподалеку от родственников, и наслаждаться теплыми деньками, грея старые кости на солнышке, покачиваясь в кресле-качалке.

«Эх, если бы только было на кого все оставить, то уже давно отошел бы от дел, а так… Хогвартс вполне можно было бы передать в руки Минни, например, она бы справилась, но вот Министерство Магии сразу же упадёт в руки Малфоя, как спелый, вызревший плод по осени, стоит лишь мне утратить контроль над ситуацией. Коррупция, сколько бы я не пытался её извести, как плесень, всегда возвращается. Да, пока рано уходить на покой. Может быть, среди подрастающего поколения найдется достойная замена министру магии, а может быть поголовье зажравшихся коррумпированных чиновников и аристократов кто нибудь да почистит… Там видно будет.»

— О чем задумался, дядя? — раздался из-за спины у директора Хогвартса приятный мелодичный голосок. На плечи легли тонкие девичьи пальчики и вскоре их обладательница заглянула ему через плечо и ярко улыбнулась. Длинные золотистые волосы были уложены в толстую косу, в которую племянница заплела красные, золотые, черные и оранжевые ленточки — цвета их дома. На голове красовался венок из полевых цветов, которые приятно пахли луговой свежестью.

«Ох, как же она похожа на Арианну...» — В сердце старика болезненно кольнуло.

Старый волшебник немного грустно, но нежно улыбнулся племяннице в ответ. Невозможно было не улыбнуться этой светлой и доброй девочке, которая так сильно напоминала ему его покойную сестру. Лисандре уже было шестнадцать лет, как и Арианне на момент её трагичной смерти.

— Да так, девочка моя, думаю о том, что пора бы мне уходить на пенсию, да оставить дело рук своих не на кого… — Альбус положил свою морщинистую руку поверх её ладошки и нежно сжал.

— А что такое пенсия? — наклонив голову набок и неловко почесав щеку, спросила девочка, тщетно пытаясь вспомнить незнакомое слово. Она никогда не покидала Авалона, так что это было не удивительно.

— Это такая интересная придумка у магглов, благодаря которой люди на старости лет могут оставить свою работу и получить заслуженный отдых по выслуге лет. Немного позже её на вооружение взяли и волшебники. В первую очередь подсуетились чиновники министерства, разумеется. — объяснил он, погладив блондинистую макушку своей дорогой племяшки. Он слегка растрепал ей волосы, из-за чего та надула щеки и немного отстранилась, поправив съехавший набок венок на голове.

— Дядя, это все, конечно, интересно, но сколько раз я тебя просила, не портить мне прическу?! — возмущенно нахохлилась блондинка. — И вообще, когда ты уже выйдешь на эту… как ее там? Пенсию, вот! Тебе уже давно пора. Все так говорят. Я тебя только на праздники и вижу. Мне кажется, свежий воздух Авалона пойдет тебе на пользу, да и времени свободного прибавится. Только посмотри на себя, тебе же даже некогда подстричь свою бороду! Вон какая длинная выросла.

Альбус Дамблдор искренне рассмеялся, наблюдая как Лисандра гневно топает ножкой и выговаривает ему упреки, тыча в него пальцем.

«И ведь не поспоришь с ней… по большей части она права, и отдых мне бы действительно не помешал. Эх, если бы все было так просто…» — оставалось только вздохнуть ему.

— Ну-ну, а я вот помню, что тебе нравилась моя борода, когда ты была совсем крохой. Так и норовила вцепиться в нее и выдернуть пару седых прядей… такая довольная была… — усмехнулся он, умело переводя разговор с неудобной ему темы на более позитивную. Смутить племяшку было проще простого, а потом она редко возвращалась к предыдущей теме разговора.

— Ой, да ну тебя. Когда это было вообще?! Мне уже не четыре годика, знаешь ли. Всего через год я заканчиваю школу первого круга и перехожу на второй. Можно сказать, что я уже почти взрослая! — вопреки своим словам она весьма по детски высунула язык и скорчив рожицу на прощанье, убежала к своим сверстницам.

У нее было много двоюродных, троюродных и так далее сестер и братьев, так что не заскучает. Но потом она обязательно еще вернётся, когда соскучится по своему дяде и захочет послушать истории про волшебников и магглов из «большого мира», которые она так любила.

Значит, пока она не вернулась, у него есть свободное время на себя. Нужно было проведать кое кого.

— Эх, как же быстро летит время. Старость — не радость. — Покряхтев, приличия ради, Альбус поднялся со своего кресла и, подхватив с собой кувшинчик пряного горячего вина, пошел в направлении особенной рощи, кивая по пути своим многочисленным родичам.

Друиды не возводили ни монументы, ни склепы для ушедших в последний путь. Вместо кладбищ и надгробных плит, они сажали на могилах усопших подходящие им по духу деревья. Получалось некое кладбище-сад или же, как его называли друиды — погребальная роща. Именно туда он и направлялся. Разговор с племянницей навеял старые, забытые воспоминания и он решил прогуляться к одной молодой яблоне. Относительно молодой, конечно.

Своих детей у друида не было, как-то не сложилось с поиском избранницы. То одно, то другое, обернуться не успел, а уже поздно как-то заводить семью. Чем дольше живешь, тем быстрее летит время. К директору наведалась седая старость.

Зато у его родного брата, Аберфорта, все сложилось куда лучше, и на свет появились сначала двое старших сыновей, которым уже было по тридцать и сорок лет, а немного позже, всего шестнадцать лет назад, родилась Лисандра. Поздний ребенок, но самый любимый.

Девочка своего дядю обожала, не меньше чем мать и отца, что грело душу старому волшебнику в такие моменты, как сегодня.

Сам младший брат его не очень жаловал, правда, но общаться с дочкой не мешал. Его брат все еще не простил его, как и себя, из-за смерти их сестры. Племянники переняли свое отношение к Альбусу от отца, так что не очень горели желанием общаться со своим дядей, в отличие от младшей сестры.

Аберфорт был отчасти прав, разумеется, но именно авада Геллерта оборвала жизнь Арианны Дамблдор. Её внезапная смерть изменила многое. В первую очередь, в самом Альбусе и Геллерте.

В тот роковой день Альбус Дамблдор вопреки себе решил действовать решительно и бескомпромиссно и остановить зарождающегося Темного Лорда здесь и сейчас, предотвратив миллионы смертей о которых он узнал из спонтанного пророчества. А еще он надеялся спасти друга от страшной ошибки, и верил, что еще возможно все обратить вспять. Но все пошло наперекосяк, хотя он даже заручился помощью младшего брата чтобы пленить Гриндевальда.

Ошибка.

Геллерт оказался слишком силён, чтобы повязать его простыми заклинаниями или древесными корнями, не прибегая к опасной и могучей магии. Руны-ограничители тоже не сработали, быстро утратив целостность, когда целый дом покосился от бушующей внутри магии и его стены покрылись трещинами.

Быстро решить все не получилось и тогда в ход пошла серьезная боевая магия. Смертельно опасная магия.

Теперь-то он понимал, что не стоило ему начинать бой в собственном доме, но он не был уверен, что такой шанс подвернется еще хоть раз. Геллерт уже начинал догадываться, что что-то не так, и следующая встреча могла состояться уже на его территории, а это было смерти подобно. Некроманта в его обители победить малой кровью попросту невозможно. Все равно что попытка взять крепость в одиночку.

Пророчество Арианны гласило, что только у Альбуса есть шанс остановить ту кровавую мясорубку, что задумал его лучший друг ради эфемерной высшей цели и собственных амбиций. Высказывание «Благими намерениями выстлана дорога в Ад» подходило для безумных грез Гриндевальда лучше всего. Это был как раз тот случай, когда ад начинался еще по дороге…

И, естественно, его сестра не хотела такой судьбы своему жениху. Она сделала все, чтобы предотвратить магическую войну, и положилась на своего старшего брата, доверив ему тайну пророчества и решение проблемы.

Но он её подвел. Не преуспел. Не защитил.

В гордыне своей он посчитал, что его силы и помощи брата с лихвой хватит, чтобы скрутить будущего Темного Лорда в стенах своего дома.

Открытое пророчество на то и открытое, что вариативность его очень велика. Когда и как оно должно было исполниться — неизвестно. В рифмах, между строк, в мелких деталях, прятался дьявол.

Альбус мог бы предотвратить весь этот кошмар, но сделал только хуже. Ускорил становление Темного Лорда. В тот момент, когда зеленый луч убивающего проклятья почти пронзил грудь ошеломленного таким поворотом друида, на пути у него встала Арианна. Это послужило толчком для начала движения бесконечного маховика смертей.

Геллерт, осознав что же он натворил, сбежал и забился куда-то, где никто не мог найти его какое-то время, лелея свою ненависть и пагубные мысли, маринуясь в собственном чувстве стыда, вины и неотвратимости судьбы. Больше не было той, кто сдерживал бы его непомерные амбиции и полет извращенной мысли.

Убийство собственной невесты и предательство лучшего друга лишь еще больше ожесточили его, окончательно завершив трансформацию в жестокое чудовище с искаженными идеалами о лучшем будущем для всех. В основном — для себя и своих людей, конечно. Кто-то ведь всегда равнее других, не так ли? Волшебники не пошли бы за ним, если бы он не поманил их пряником.

Пророчество закономерно исполнилось и он начал такую кровопролитную войну, какой еще не знал мир.

Что до Альбуса Дамблдора, то смерть его младшей сестры разбила ему сердце и надолго похоронила веру в себя, как и желание вмешиваться в судьбу повторно. Он попросту выгорел.

Брат тоже отвернулся от него, возложив всю ответственность на Альбуса, но друид не мог его в этом винить. Он сам считал точно так же.

Аберфорт же готовил ловушку, на случай если Гриндевальд сунется на Авалон или в Британию еще раз. Но тот был умен и прекрасно понимал, что с ним сделают разъяренные друиды, стоит ему в одиночку ступить на их территорию. Особенно осенью. Приготовления Аберфорта оказались бессмысленными, хотя и помогали ему сдерживать ноющую боль в груди.

Альбус тем временем принял решение, что больше не будет играть с судьбой и сосредоточился на более приземленных целях. Он нашел себя в преподавании, устроившись на должность профессора в Хогвартсе. Обучение непоседливых детей помогало ему вернуть внутренний покой.

Несмотря на разгорающийся вокруг хаос войны, он боялся вмешиваться в ход истории повторно и с ужасом наблюдал за делом рук своих. Он опасался, что снова сделает только хуже, но с каждым днем ситуация ухудшалась и без его участия. Это подтачивало его уверенность в своей правоте уже с другой стороны.

Ошибся. Снова ошибся.

Этот, приобретенный в те далекие времена комплекс, еще сыграет свою роль в становлении другого Темного Лорда, многим позже. Иногда бездействие еще хуже ошибочного действия.

Лишь в сорок пятом году он наконец смог взять себя в руки и, поборов свой страх, сделать то, что должно было быть сделано еще давно.

Его ошибка, его трусость и самобичевания стоили бесчисленного количества человеческих жизней и тяжким грузом давили на его плечи.

Нужно было действовать намного раньше, но тогда у него попросту не хватило духа и силы воли. Альбус собирал себя по кусочкам слишком долго, но лучше поздно, чем никогда.

«Эх, чего это я? Уже ведь столько лет прошло, а мне все еще трудно смотреть в глаза собственной племяннице.»

Дамблдор остановился возле гибкой, тонкой, но необычайно прочной яблони. Она была одним из самых молодых погребальных деревьев в роще.

«Лучше бы тогда погиб я, а не ты.» — подумал старый волшебник, проведя рукой по тонкой веточке дерева, сорвал кислое, зеленое яблоко и сжал его в руке.

«Но тогда я не смог бы остановить Геллерта и исполнить пророчество, да, Арианна? Возможно, ты бы справилась лучше меня. Может быть, смогла его убедить и ничего этого не произошло бы… Твой глупый старший брат как всегда все испортил»

Загнанный в угол, в шаге от поражения, лишившийся практически всех своих последователей, Геллерт был готов впустить в мир архидемона, лишь бы забрать с собой в могилу побольше врагов. Аненербе почти успело завершить финальные приготовления.

Глупо, но люди редко думают наперед, довольствуясь мимолетным моментом. Секунду разменивают на вечность. Магглы верят в бессмертие души, в её неразрушимость, но правда не столь приятна. Попав в руки демона, тем более архидемона, все, что тебя ждёт, это бесконечность мучений в его брюхе без единого шанса вырваться, и Аненербе, во главе со своим лидером, само обрекло себя на это, заключив договор с демонами.

Шутки с душами никогда ничем хорошим не заканчивались для людей, и забывать об этом не стоило.

Самое кровопролитное сражение тогда было еще только впереди, и количество жертв стало бы расти в геометрической прогрессии, если бы у безумных фанатиков получилось. Архидемон вполне бы мог обескровить целый континент, прежде чем его удалось бы уничтожить. К счастью, этому не суждено было случиться.

В этот раз Альбус подготовился куда лучше и смог пленить обезумевшего Темного Лорда в дуэли один на один, хотя готов был и убить его, если придется. Пришлось играть грязно, но Дамблдор не мог рисковать. Еще немного — и война захлестнула бы даже скрытые пространства, где обитали давно отстранившиеся от большого мира мифические существа и народы. Тяжело было предсказать последствия столкновения таких колоссальных сил для мира, но абсолютно точно ничем хорошим бы это не закончилось. Не факт, что после победы над архидемоном они не стали бы проблемой еще большей, чем он сам.

Теперь Гриндевальд влачит жалкое существование в тюрьме, которую сам же и построил, а его магию выкачивают из него досуха, используя для благих целей. Когда он умрет, его душу утащит в Ад тот, кому он её задолжал за знания и силу. Ирония судьбы.

Страдания, которые Темный Лорд прямо сейчас испытывает, можно сравнить лишь с постоянным пребыванием в Азкабане на самых опасных уровнях, прямо по соседству с логовом дементоров.

Ощущения страха и безысходности от понимания своей дальнейшей участи наверняка даже хуже. Узники Азкабана хотя бы сохраняют свою душу в конце своего пути. Если не считать приговоренных к поцелую дементора — их ожидала судьба лишь немногим лучше участи уготовленной его бывшему другу.

Впрочем, Альбусу было его совсем не жаль. Что посеешь, то и пожнешь. Слишком много горя он принёс другим, чтоб остаться безнаказанным.

Тем неприятнее Даблдору было слышать те мерзкие слухи, которые распространял по школе лже-Поттер. Альбусу очень сильно хотелось придушить засранца, но пока было нельзя, хотя, видит Мерлин, ему очень хотелось проклясть его чем-то особенно неприятным.

«Повезло еще, что он попал не на Гриффиндор. Там к словам национального героя действительно могли бы прислушаться. Гриффиндорцы переменчивы, как осенний ветер. Сегодня ты их кумир, а завтра враг всего доброго и светлого… Слизеринцев же, по крайней мере, таким откровенным бредом не смутить, а Гриффиндорцы, в свою очередь, ни за что не будут слушать слизеринца, даже если это Гарри Поттер. Да уж, забавно получилось.»

— Скучаешь по ней? — раздался знакомый голос откуда-то слева.

Дамблдор повернул голову и увидел Осень. Она лежала на траве, под старым белым дубом, одетая в простое белое платье, увитое живыми листьями всех оттенков сентябрьской листвы. Босые ноги зарылись в опавшую листву словно в плед. Женщина смотрела на него внимательными голубыми глазами и ждала ответа.

— Каждый день.

— Понимаю. Знаешь, я тоже скучаю. По всем. — Основательница плавным движением руки перехватила падающий рыжий листок и, подставив его под сияние полной луны, стала разглядывать многочисленные прожилки. — Мы говорим, что время лечит — и это правда, но шрамы остаются навсегда. Как напоминание. Они не болят, просто… не дают забыть.

Не то что бы я хотела забыть, конечно. Напротив, я берегу память о каждом из Дамблдоров — моих дорогих потомков. Пока я жива, жива и память о них.

— Как прозаично. Но я с этим согласен. Мне время представляется морскими волнами, а многочисленные воспоминания — битыми разноцветными стеклышками на береговой линии. Пройдут годы — и острые края затупятся под воздействием морской волны, перестанут наносить раны. Их можно будет безбоязненно зажать в ладонях, не опасаясь изрезать их в кровь.— Альбус Дамблдор тяжело вздохнул и подошел поближе к Осени. — Я присяду? — он продемонстрировал ей кувшин горячего вина, на что получил лукавую улыбку и неопределенный жест рукой, садись мол.

Трансфигурировав пару деревянных кубков, он разлил вино и протянул один своей родственнице. Ночи на Авалоне пока еще были достаточно теплыми, но над вином все равно поднимался едва заметный пар. Температурные чары хранили напиток от холода и он был таким же горячим как в момент приготовления.

— Благодарю. — Рыцарь кивнула в знак благодарности и довольно зажмурилась, принюхавшись к аромату пряных специй и фруктов, что добавили в вино. Пригубив немного алой жидкости, она отметила также сладкий привкус меда на языке. — Замечательное вино. Кто готовил?

— Нилианна, возможно. Не знаю точно. На кухне как обычно бардак и все готовят всё сразу, помогая друг другу... — пробурчал он, тоже сделав хороший глоток. Несколько алых капель стекло вниз по его седой бороде. — Так, значит, вот где ты пропадала? А я уж думал, ты ушла раньше обычного по каким-то важным делам.

— Хм, я отходила ненадолго, да, но, как и всегда, вернулась домой. — уклончиво ответила она, все еще рассматривая листочек и прячущиеся за ним луну и звезды.

— Что-то важное? — немного обеспокоился директор. Не так много вещей могло отвлечь её от самого важного празднования в году. Только то, что касалось её прямых обязанностей стража Авалона.

— Все нормально, не переживай. Я уже все уладила. Завтра поделюсь подробностями, а сегодня отдыхай. Ты и так себя не бережешь. — укоризненно взглянула на него Осень и повернулась на бок, подперев рукой голову. — Ну что, рассказывай.

— Что рассказывать? — хмыкнул Альбус, сделав очередной глоток вина.

— Ну, есть девочка, которая тебе нравится?

— Пфф. — Дамблдор аж вином подавился от смущения, негодования и легкой обиды. — Сколько мне по твоему, пятнадцать? Какие девочки?!

— Да шучу я, хах. Видел бы ты свое лицо сейчас, ха-ха-ха! — Весело рассмеявшись, она выбросила листок в сторону и сделала глоток вина, зажмурившись от приятного тепла, разливающегося по телу.

— Ладно, подловила. Но с тобой никогда не поймёшь, серьезно ты говоришь, или шутишь… — Дамблдор нехотя достал палочку и осторожно высушил и очистил пострадавшую бороду и одежду. Руны и артефакты на нем были очень чувствительны к магии, так что пришлось использовать бузиновую палочку, чтобы не нарушить кропотливую работу сложеных систем защиты.

— Туше. Хорошо, что сегодня ты не пытаешься играть в официальщину со своей кровинушкой. Я думала, ты все еще на меня дуешься! — обвинительно тыкнув в него пальцем, Осень хитро прищурилась.

— Кхм. Сегодня праздник, и ты сама говорила…

— Да-да, я знаю, что говорила. Сегодня все Дамблдоры равны, что старые, что молодые. Семья на то и семья, Альби, чтобы ощущать искренность и поддержку друг друга. И, вообще-то, это утверждение работает не один день в году, а постоянно. Сколько раз я просила тебя обращаться ко мне без всяких рыцарей да леди, а? Совсем там окультурился среди бесполезных политиков и мелких аристократишек.

— Ладно-ладно, я все понял. — поднял руки Дамблдор, принимая поражение. Спорить с ней все равно было абсолютно бесполезно. — Я постараюсь.

— Уж сто лет прошло, а ты все «стараешься!» — хмыкнула женщина. — Ладно, если серьезно, то почему бы тебе не поделиться со мной новостями из большого мира за последние лет, эдак, десять, мммм? Я немного выпала из всего этого и не очень представляю, что там творится последнее время. Полагаю, информация пятидесятилетней давности будет уже не очень актуальна, так что просвети меня. — устроившись поудобнее, Осень приготовилась слушать.

События в Запретном лесу ее слегка насторожили. Некромант был достаточно силён, чтобы представлять опасность даже для неё. Если она будет небрежна. Кто знает, не связан ли он с Вивьен Могильной Травой? Большинство некромантов Европы так или иначе являлись её косвенными учениками. Она обучила первых некромантов Британии и Авалона, так же, как её когда-то обучила Моргана. А её первые ученики и ученицы уже распространили эту гниль дальше. И, обычно, вместе со знаниями о магии, они вкладывали в головы новых учеников и ростки своей веры.

— Тебе правда интересно? — усомнился старый друид, скептически скосив взгляд на развалившуюся под деревом женщину в осеннем наряде. — Ты же понимаешь, что мир снаружи постоянно меняется, а информация имеет свойство быстро устаревать?

— Нет, Альбус, никогда бы не подумала об этом. — едва сдерживая смех, ответила сарказмом на сарказм Осень.

— Ну хорошо, тогда слушай…

***Октябрь, полнолуние

Через темный лес, под светом звезд и луны, бежали пара оборотней. Одна стремительная тень была куда крупнее, а вторая, совсем маленькая, едва поспевала за ней, семеня крохотными лапками, сминая траву и ломая ветви. Несомненно, она еще даже не научилась передвигаться по лесу так, чтобы не оставлять за собой следов. Еще совсем кроха.

Они торопились, бежали без оглядки, пытаясь оторваться от преследователей, загоняющих их словно дичь. Где-то далеко позади осталась деревня оборотней, преданная огню и разграбленная. Защитники деревни уже давно пали, защищая стаю. Не за один день, даже не за месяц, но их ряды редели с каждым годом, пока количество взрослых боеспособных оборотней не стало критически малым. Это не осталось незамеченным теми, кто медленно но верно изводил их деревню.

За оборотнями пришли охотники, жаждущие наживы. Внутри оборотней было много полезных органов, что можно было пустить на ингредиенты для зелий. Для подобных волшебников они были не более чем кожаными мешками на ножках, набитыми золотом. Не люди — всего лишь бизнес. Охотники прекрасно знали свое дело и отлично умели справляться с оборотнями при полной луне. Это все еще было смертельно опасным делом, но колоссальный опыт помогал им минимизировать потери среди своих.

Мать и дочь бежали изо всех сил, но знали, что это бесполезно. Министерство закрывало глаза на истребление их вида, а может быть и само стояло за этими акциями. Паре бездомных оборотней некуда было податься. Как только они упрутся в границу своей резервации, все будет кончено.

Работники министерства, охраняющие границы, наверняка были в курсе происходящего и уже получили взятку от охотников. Они не помогут. Вернее, помогут, но отнюдь не паре оборотней, спасающихся от охотников, а наоборот. Им ничего не стоит попросту задержать их у самой границы.

А может быть и вовсе сами их и прикончат, ссылаясь на поправку в законе, благодаря которой любой волшебник может убить обратившегося оборотня в полнолуние, если тот представляет для волшебника угрозу. Благодаря этой лазейке… Их шансы выжить стремились к нулю. Егеря вполне могут захотеть сорвать куш самостоятельно, не делясь с профессиональными охотниками. Человеческая алчность не знала границ.

Не выдержав сумасшедшего темпа, маленькая волчица споткнулась и растянулась на земле, завыв от боли. Во время падения левая задняя лапа вывернулась под неестественным углом. Мать тут же бросилась к ней, завертевшись вокруг волчком. Её маленькая дочь больше не способна была продолжать марафон со смертью.

«Что делать?! Мы все-таки умрем? Пожалуйста, кто-нибудь, спасите хотя бы мою дочь!» — в её голове билась только одна мысль — спасти дочь любой ценой.

Она даже не задумывалась бросить свою маленькую дочурку и бежать самостоятельно. Тихонько заскулив, она подняла желтые, водянистые глаза к небу. Проклятая волчица взглядом нашла в небе полную луну.

Не обращая внимания на подступающую панику и отчаяние, она искала в серебряном диске храбрость и силу, чтобы вступить в свой последний бой. Она была готова умереть за свою дочь, даже если шансов на её спасение было меньше одного процента. Выиграть лишнюю секунду, в надежде на чудо.

Но у судьбы были на нее другие планы. Из-за соседнего дерева показалась тонкая женская фигурка, закутанная в облегающий черный плащ с глубоким капюшоном. Лицо было скрыто не только тьмой капюшона но и серебристой карнавальной маской в форме волчьей головы. В правой руке была волшебная палочка, а в левой она держала неимоверной красоты цветок хиганбана.

Красная восточная лилия имела много имен. Кто-то звал её цветком преисподней, кто-то могильной лилией, а кто-то цветком-призраком. Но каким бы именем её не называли, неизменным оставалось лишь одно — её имя всегда было созвучно смерти. Да, в эту ночь, в лес наведалась еще неизвестная никому новая Дикая Охота и принесла с собой смерть. Фелисити Синдер улыбнулась под маской и прошептала одними губами.

— Наконец-то нашла.

П.с от автора :

Пока с друидами и Авалоном на какое-то время перерыв и история больше сосредоточится на Амосе и ко. ведь я уже набрал критическую массу бэкграунда для этой стороны конфликта )

Ах да, с днем рождения меня)

Племяшка Дамблдора (только без рожек и эльфийских ушек) и их загородный домик в ночи и друидские гуляния + красная лилия.

Глава 26 Семена смерти

Уже приличное время Фелисити Синдер ждала своего шанса. А тот кто умеет ждать, всегда будет вознагражден.

Она расставила следящие амулеты, вырезала заготовки под руны на некоторых деревьях близ поселений оборотней, лишь бы не пропустить момент, когда появится шанс заполучить себе особую силу. Нельзя было тянуть с этим. Чем старше Амос становится, тем больше внимания привлекает. Ей нужно было успеть прежде, чем на горизонте появится серьезная конкурентка.

Стать еще ближе к своему любимому, стать еще полезнее и еще неотразимее. Заполучить его только для себя. Он был нужен ей, как магия, как воздух. Его касания вызывали привыкание, как сильнейший наркотик. Ей едва удавалось удерживать себя от глупостей, которые лезли ей в голову, когда они оставались наедине.

Только железный самоконтроль и холодный расчет позволяли ей сохранять видимость спокойствия и не выставить себя в его глазах сумасшедшей фанаткой. Пусть даже он принимал её заскоки и, вроде, реагировал на них нормально, но у всякого терпения есть предел, и она это понимала. Проверять, где этот предел у Амоса, она пока не планировала.

Фелисити не была дурой и давно познала саму себя. Да, она догадывалась, что её любовь, влюблённость, страсть, одержимость, похоть и желание присвоить Амоса только себе, смешанные в гремучую смесь — совсем не нормально. Может быть, это даже отдавало легким привкусом безумия, но она ничего не могла с собой поделать, кроме как сдерживать свои чувства в узде.

Синдер прекрасно понимала, что те времена, когда она была обычной девушкой, остались в далеком прошлом, и её рассудок немного… эволюционировал под воздействием стресса, можно так сказать. Она изменилась. Ожесточилась. Утратила веру в людей.

Хотя, положа руку на сердце, себе-то она могла признаться, что в глубине души всегда была немного странной. После тех ужасных событий… все «слегка» усугубилось. Но, по крайней мере, у нее был тот, ради кого она старательно держала себя в руках и не срывалась в крайности. Он спас её в самый темный час, когда надежда почти угасла, так что она не могла подвести его.

Теперь ей приходилось взвешивать каждое свое решение очень тщательно. Такие люди, как Амос, не слишком склонны давать вторые шансы. Ей он уже дал один такой, так что нельзя было упустить эту возможность.

Никаких глупостей, вроде незаметного убийства всех его поклонниц — он явно этого не оценит. И уж точно ей не стоит даже пытаться запереть его у себя в подвале — это не сработает, и на ответную любовь можно будет даже не рассчитывать. Волки не живут в неволе. Другие типичные ошибки безумных фанаток, которые приводили к краху отношений, она тоже тщательно изучила — и решила избегать всеми силами.

Как ни посмотри, она не могла постоянно следить за ним и отгонять всех сучек, что обязательно попытаются залезть к нему в штаны рано или поздно. Даже если очень хотелось поубивать всех девиц в Хогвартсе, просто на всякий случай, делать этого она не собиралась. Максимум — незаметно присматривать издалека, и действовать осторожно и ненавязчиво, чтобы не спугнуть желанного жениха.

Так что же ей делать, если нельзя избавиться от конкуренток старым добрым способом? О, она умела учиться на чужих ошибках, и очень любила читать книги, так что план придумала быстро. Вместо глупостей, которые абсолютно точно не сулят ничего хорошего, она решила действовать иначе. Медленно, но наверняка. Сыграть в долгую.

Зачем устранять конкуренток или запирать его на замок, если можно стать для него настолько незаменимой, настолько привлекательной и желанной, что его выбор станет попросту очевиден? Лишь она будет достойна. У него будет иллюзия выбора, конечно, но на деле… перед носом будет идеальный лично для него вариант.

И первые шаги в этом направлении уже были сделаны. Она сама проявила инициативу, переместив их отношения в горизонтальную плоскость, воспользовавшись удачно подвернувшейся возможностью после кровавого ритуала. И потом хорошенько закрепила это, дав ему понять, что это был не случайный секс на один раз, и не просто благодарность за свое спасение. Не хватало еще, что бы он подумал, что она ветреная девка, готовая запрыгнуть в кровать к любому, кто поманит пальцем.

Нет, верность была крайне важным критерием, на который он обращал внимание в первую очередь. Краеугольный камень любых отношений. Пообщавшись с ним какое-то время, она поняла это очень отчетливо. Неверность он не простит.

С этим у нее проблем не было, впрочем. Она и так была заинтересована только в нем и ни в ком больше. Она собиралась держаться подальше от любых поползновений в свою сторону. Некоторые малолетние дурочки любят играть с ревностью, наслаждаясь вниманием и чувствами других, но частенько заигрываются и в итоге лишаются всего. Фелисити такого было не нужно.

Любовь, граничащая с одержимостью и манией, не позволила бы ей даже взглянуть в сторону другого мужчины, и она с удовольствием демонстрировала это Санхайду при каждой удобной возможности, не стесняясь проявлять эту свою пугающую черту.

Фанатичный, немного безумный блеск её глаз мог бы запросто отпугнуть обычного парня, но Амос не был обычным. Его это лишь еще больше притягивало, так что она не боялась проявлять чувства. Ставка снова сыграла. Честность и прямота в проявлении своих чувств пришлись ему по нраву.

Иногда, в моменты близости, они могли подолгу смотреть друг другу в глаза, наслаждаясь тем, что видели в зеркалах души своего партнера.

Каждый раз, когда она замечала, что его взгляд задерживался на ней чуть дольше нужного, её пробивала приятная дрожь и к щекам и ушам приливала кровь, а в животе танцевали бабочки. «Хочу, чтобы он всегда смотрел на меня так!» — набатом стучала в голове мысль.

Фелисити была готова пойти на многое, только бы он смотрел так только на нее.

А уж пассивная легилименция во время секса вообще открыла для пары много новых дверей в вопросах эмпатии и поверхностной легилименции. Тяжело остаться равнодушным, буквально окунаясь в бурлящий поток чужих эмоций и чувств.

Удовольствие от секса каждый раз было словно в их самый первый раз после того кровавого ритуала. От этого немного сносило крышу и плавило мозг. После бурной ночки ей приходилось еще несколько часов приходить в себя и собирать мысли в кучу поутру, валяясь на кровати в сладкой истоме. Амос справлялся получше. Хорошо быть способным окклюментом, что тут скажешь, да и выносливость его была просто на недосягаемой высоте. Пока что. Зато он готовил ей божественный кофе в постель, так что она и не думала жаловаться. Единственное, что её расстраивало, так это то, что с началом учебного года таких ночей было очень мало. Секс было одним из способов стимулировать и углублять их отношения.

Пыталась ли Фелисити оставить побольше засосов на его шее, что бы на следующее утро сучки в школе знали, что он уже занят? Да, пыталась. Работало это или нет, уже другой вопрос, главное что это немного успокаивало её расшатанные нервы. Почему-то она была уверенна, что он не стал бы специально убирать следы её поцелуев. Для молодого парня они ведь тоже своего рода трофеи, медали, показатель статуса… А еще она использовала свой парфюм.

Она, конечно, не стала бы выливать свои духи на его одежду, но были и другие способы незаметно оставить свой запах на его рубашках, толстовках или футболках. Амос легко соглашался выдавать ей свою одежду, когда она просила поносить что-то из его вещей, а потом просто устраивала очередной обмен, возвращая одежду слегка пахнущей её духами даже после стирки, и экспроприируя новые на несколько дней, до новой встречи.

Амос считал это милым и безобидным проявлением чувств, не догадываясь о страшном заговоре. Парни никогда не догадываются, потому что слишком прямолинейны в отношениях и не видят как их медленно заворачивают в кокон, словно жертву плотоядной паучихи. Привыкший к едва заметному присутствию её запаха Санхайд уже не обращал на него внимания даже со всем своим сверхчувствительным носом, зато другие девушки поблизости легко могли отличить женские духи от мужских и все правильно понять. Перемешать их запахи тоже входило в её долгосрочный план, ведь так делали и оборотни, образовавшие пары. До этого дня это было не слишком актуально, но после сегодняшней ночи все изменится.

Если бы Амос узнал обо всех её тайных и явных манипуляциях, он бы подумал «Девушки — страшные создания.» Но мешать, скорее всего, не стал бы. Попробуй придумать адекватную причину, почему ты не хочешь видеть её засосы на своей шее. Адекватную для нее, в смысле. Девушки живут в своем мире и по своим законам мироздания.

Амос не знал, справится ли регенерация Истинного Оборотня с восстановлением его нервных клеток, но предпочитал не доводить ситуацию до накала. Тем более старые, уже мертвые, она точно восстановит. Не говоря уже о том, что он еще даже не получил силу истинного оборотня. Но, как на более опытном человеке в их паре (хотя Фелисити думала иначе, конечно), на нем лежала ответственность за поддержание здоровой атмосферы и гармонии. Даже с учетом всей необычности Синдер, он неплохо справлялся.

Где хороший секс, там и инстинктивная привязанность — так уж устроены люди, что мужчины желают защищать то, что считают своим. Если мужчина спит с женщиной и она ему нравится, то так или иначе инстинкты возьмут свое и появятся какие-то чувства, которые будут укрепляться и прорастать, даже если изначально этого не планировалось. При условии, что умная и любящая женщина приложит к этому много усилий, разумеется.

Если женщина не проявляет особого интереса в вопросе укрепления их связи, то и интерес мужчины быстро иссякнет. Секс останется просто сексом. Рано или поздно, но без эмоциональной привязанности он наскучит — даже если женщина ослепительно красива.

Ей пришлось прилично покопаться в книгах по психологии, но эта информация того стоила, в конце концов. Еще она вычитала о взаимодействии оборотней друг с другом и даже изучила материал по диким волкам. Амос упоминал, что внутренний волк влияет на носителя, пускай и почти незаметно. Вообще-то, он просто хотел подготовить её к последствиям будущего ритуала, но она смогла выцепить эту важную информацию и учесть даже такую незначительную переменную в своих расчетах.

Синдер не собиралась останавливаться на достигнутом.

Амосу нужен был кто-то, на кого он мог полностью положиться не только в быту и «домашних» делах, но и «на работе». Для этого ему нужен был помощник или помощница с аналогичными ему силами оборотня для контроля. Кто-то, кому он мог бы полностью доверить управление организацией в свое отсутствие. И кто кроме нее это мог бы быть? Кэрол? Неприятно это признавать, но, будь у нее возможность пройти такой же ритуал, то очень даже может быть именно она стала бы его заместителем. Все же Кэрол была на его стороне с самого начала, а брюнетка присоединилась несколько позже.

Повезло, что её собственные ритуалы плохо сочетались с разработками Санхайда. Своей лучшей подруге он доверял не меньше, чем ей. Это раздражало, но с этим она была готова смириться. Попытка расстроить их дружбу могла бы закончиться очень плохо, так что она решила закрыть на нее глаза, пока Шарпхарт не лезет к Амосу в постель. Там место уже занято.

Красноволосая должна была взять на себя управление общиной вейл, если все пойдет по плану и у них получится перетянуть сборище белобрысых шлюх на свою сторону*. Их Министерство Магии Британии угнетало не меньше чем оборотней, так что… это было вполне возможно. Нужно было только протянуть им руку помощи в час нужды и сделать заманчивое предложение. Главное, что курировать их Амос будет не лично. Это немного успокаивало, хотя Фелисити все равно собиралась внимательно следить за белобрысыми курицами.

По плану Синдер, став бок о бок с Амосом, помогая, поддерживая и прикрывая спину друг другу в смертельно опасных ситуациях они сблизятся еще больше. Такое закаляет связи, словно молот кузнеца сталь. Во всяком случае, так писали в книгах. Должно было сработать, так или иначе.

Получение внутреннего волка также было важным шагом в сближении. Любой волшебник или ведьма всегда рады повышению своей силы, но для нее это было скорее приятным бонусом. Главным же было то, что они станут «одного вида», так сказать.

Его инстинктивная реакция на нее должна будет усилиться в разы и она встанет на ступеньку выше всех остальных конкуренток хотя бы «по совместимости». Тот самый идеальный выбор.

И, что самое главное, он сам ей это предложил. Что это значило? Что ее решение было верным и нужно продолжать в том же духе, раз он идет на встречу её желаниям.

Осталось только заполучить эту силу — и еще один шаг в покорении его сердца будет завершен. И вот, этот момент наконец близок как никогда.

Все предыдущие усилия были ради этого важного дня. Точнее, ночи. Очень живо встал вопрос, о котором она размышляла последние пару недель, но никак не могла принять окончательного решения.

Стоит ли ей показать Амосу свою полезность, свою самостоятельность, свою силу и способность решать сложные задачи даже без его участия, доказав этим правильность его выбора, или все же обратиться к нему за помощью?

Но тогда он ведь мог разочароваться в ней, да? Мог посчитать трусливой, некомпетентной и недостойной стоять подле него… счесть её слабой и полностью зависимой. Этого ей очень-очень сильно не хотелось. Это могло погубить все её достижения, которые она копила с таким трудом.

Однако, если что-то пойдет не так и она погибнет из-за своей самоуверенности и переоценки своих сил, то это ему тоже не очень понравится. Глупая смерть лишит её возможности доказать свою компетентность в будущем.

Так и какой же выбор был правильным?

«Ну, уже не важно. Выбор был сделан. Уже поздно что-то менять. Нужно хорошенько постараться и не ударить в грязь лицом. Не зря ведь на мне новая артефактная маска Дикой Охоты, изготовленная общими усилиями нашего небольшого клуба по интересам.» — бережно проведя пальцами по изгибам волчьей маски, Фелисити улыбнулась. Маска придавала ей уверенности, а руны на обратной стороне маски — анонимности.

Полная луна всполохами отражалась на серебристой поверхности, когда ведьма проносилась под темными кронами высоких деревьев, застилающих небосвод. Нужно было спешить. Охотники ждать не будут, ведь ночь не вечна, а полная луна высоко.

На самом деле, может показаться глупым, что охотники пришли именно в полнолуние, когда оборотни находятся на пике своей силы, но на то была причина.

Если подумать, то все логично, ведь получить необходимые ингредиенты из проклятых людей можно было только в том случае, когда они находятся в своей звериной ипостаси. В полнолуние они перестают быть людьми и становятся магическими существами. Все остальное время они все равно что обычные люди. Только сильнее, быстрее и ловчее, но не слишком.

Министерство, однако, последнее время старается протолкнуть законопроект, который приравняет их к темным тварям, так что терминология может и измениться в ближайшем будущем.

Особенно, когда Дикая Охота начнёт действовать в полную силу. То, что министерский аппарат обделается от страха и начнёт делать глупости — очевидно. Тем более, когда начнут умирать Лорды, связанные с Волдемортом или просто замаравшиеся в грязных делишках слишком сильно. Обычный мусор тоже зацепим. Не только аристократы творят страшные вещи.

«Охотники на оборотней… громкое название, не отражающее их сути. Ведь если смотреть глубже, то это просто убийцы, занятые черной трансплантологией. Оборотни это просто люди, подверженные проклятью ликантропии. Какими бы оправданиями не прикрывались эти лицемеры, они не более чем серийные убийцы, не желающие даже взглянуть правде в глаза. Жалкие ублюдки. Я — чудовище, и не ищу оправданий. Мне плевать на то, как меня назовут другие и как я выгляжу в их глазах. Пока Амос остаётся на моей стороне, все остальное не имеет значения. » — размышляла Фелисити, быстро и бесшумно перемещаясь по ночному лесу.

Ловушки и капканы нужно было расставить немного заранее, ведь их количество было отнюдь не малым. Со всеми сразу в одиночку справиться попросту не получится. А вот разделить и убить их по отдельности… другое дело.

Каждый охотник должен понимать, что в любой момент может превратиться в жертву. Фелисити знала это, уже испытав на собственном опыте, как переменчива может быть удача, когда судьба бросает кости. Сегодня ты на дне, а завтра на вершине. Справедливо и обратное.

«Где бы я была сейчас, если бы не Амос? Продолжала бы свою бесполезную охоту, хватаясь за любую соломинку, позволяющую мне почувствовать себя снова живой? Убивала бы за глоток магии?» — хмыкнув себе под нос, она быстро вырезала на коре дерева очередную руну заклинанием, а после приложила кровоточащий палец к борозде.

Синдер отточенным движением руки провела по контуру, вливая внутрь свою кровь и напитывая её магией. В рот быстро отправилась очередная порция кроветворного, а пустой флакон отправился в сумку.

Она не боялась оставить следы, ведь руна, сработавши, выжжет её кровь дотла, а пустые флаконы из-под зелий она унесет с собой. Дикой Охоте пока рано вступать в конфронтацию, так что никаких следов, как наказал Амос. Оставить расплывчатое послание — это максимум, что они могут себе пока позволить, но никак не прямые улики. ДМП с Амелией Боунс на должности главы лучше не пренебрегать. Следователи часто сотрудничают с невыразимцами, а они весьма и весьма опасны.

Как-то раз ей стало интересно, почему охотники не отлавливали оборотней за пару дней до полнолуния, а потом просто не убивали их в клетках? Лаконичное разъяснение-предположение она получила от Амоса.

Все оказалось очень просто. На это было всего две причины. Первая — оборотни практически все поголовно были обращенными волшебниками, а значит в любую ночь, кроме полнолуния, могли просто сбежать трансгрессией или порт-ключами, для которых не нужна была волшебная палочка. И тогда потраченные усилия и ресурсы не окупятся.

А во вторых… Лазейки в законах министерства позволяли убивать оборотней на месте только тогда, когда они обращались. В любое другое время они считались гражданами, хоть и сильно ограниченными в правах.

Пока, во всяком случае, все было так.

Некоторые инициативные личности, вроде Долорес Амбридж, прикладывали немало усилий, чтобы разрешение на убийство распространялось на все дни недели. Круглый год. Стоит лишь крикнуть, что оборотень пытался тебя укусить — и пуф, это приравнивалось к самозащите, а не к убийству. Как только их приравняют к темным тварям, так и произойдет.

Конечно, авроры и ДМП могли провести дополнительное расследование и выяснить правду об охотниках, но… Нужна ли им такая морока? Умный преступник все равно нашел бы для себя очередную лазейку в законе. К примеру, нашел бы свидетелей-соучастников, подменил бы себе воспоминания, подкупил бы следователей… в общем, если этот закон будет принят…. Жизнь оборотней, которая и так была очень тяжелой, превратится в сущий кошмар. И все к этому идет. Гайки уже закручивают, и это нападение — явный признак негласной войны, что объявляет им министерство. Оборотни не глупы и должны это понимать. Дикая Охота станет для них спасением.

«Повезло еще, что обычные люди при укусе оборотня не выживают. В лучшем случае — один из ста. И то, такой оборотень будет на порядок слабее обращенного волшебника, а его органы и вовсе — ненужный хлам с каплей проклятой магии. Будь иначе — и инициативные придурки могли бы организовать конвейер смерти… Магглы практически не защищены законами Магической Британии. Но с такими коэффициентами успеха на такое пойдет только безумец вроде Волдеморта, презирающий магглов и желающий полноценной войны с ними же. Войны, которую волшебники могут и не вытянуть.» — передернув плечами, Фелисити побежала дальше, оставляя за собой кровавые отметины на деревьях, а на земле кое-где стали прорастать красные лилии хиганбана.

Что будет, если волшебник встанет на зачарованный магией вуду цветок смерти — не пишут в обычных книгах, но Фелисити знала из личного опыта. Точнее, из личных опытов. На себе она это точно проверять не собиралась. Какую боль испытает волшебник, внутри которого внезапно начнёт прорастать чрезвычайно ядовитый цветок? Наверняка такое никому не понравится, не говоря уже о том, что становиться безмозглой марионеткой-инферналом в чужих руках желания не появлялось совершенно.

Зато сама она справляться с ролью кукловода-вуду научилась на удивление хорошо. Пригодился опыт Амоса в контроле мертвых акромантулов и несколько его частных уроков в свободное время.

Фелисити бросила взгляд на зарево пожара вдалеке. Нужно было торопиться, ведь нападение на убежище оборотней случилось уже довольно давно и теперь ей нужно было отыскать подходящую цель. Соваться в само разрушенное поселение было бы просто самоубийством, так что ей предстояло выследить беженцев и сделать им предложение, от которого не отказываются. В таких условиях, во всяком случае.

Месть? Спасение близких? Не важно, какую услугу её попросят оказать в обмен на жизнь, она её выполнит и возьмет свою заслуженную плату, даже если в голове, невольно, возникают параллели с демонами и их контрактами.

Она — зло? Возможно, это так, да и плевать. Душу она не тронет, так почему её должно это коробить? Без её вмешательства помрут вообще все. Она делала вещи и похуже. Все ради силы. Все ради Амоса.

Неприятные воспоминания о временах её скитаний и жертвоприношений ради выживания сбросили её хорошее настроение в пропасть. Тогда само её существование было лишено смысла. Пустая оболочка, банально пытающаяся заполнить пустоту хотя бы чем-то, без цели и мечты. А теперь у нее есть и то, и другое, а также возможность получить желанное.

И вот, она наконец нашла то, что искала. Глядя на двух запуганных молодых оборотней сверху вниз, она улыбнулась под серебристой маской и протянула к волчице руку с открытой ладонью.

Её вкрадчивый чарующий голос, измененный рунами на маске, стелился словно туман по земле, проникал в разум, словно страх от близкого соседства с дементором. Холодный, но в то же время успокаивающий голос.

— Ты разбита. Ты в отчаянии. Ты бессильна защитить то, что тебе дорого. Твои надежды на спасение тщетны, но… я хочу предложить тебе честную сделку. — Фелисити подошла еще ближе к ним. — Твоя жизнь, в обмен на жизнь твоей дочери и месть убийцам твоего племени. — её слова словно анестетик заставили напрягшееся тело молодой волчицы обмякнуть.

Она была готова прыгнуть и растерзать ведьму, но как она могла отмахнуться от единственного шанса на спасение? Не себя, но своей дочери. Это было даже важнее. Липкий страх с примесью приторной надежды затопили её разум, а сердце заколотилось как бешеное. Но можно ли верить незнакомке? С другой стороны, а что ей уже терять? Она не сможет вытащить дочь из этого места как бы она не старалась. От охотников не спрятаться без магии.

«Да, черт возьми, кто бы ты не была, если ты спасешь мою дочь от них, я отдам тебе все, даже свою душу!» — мысленно взмолилась она.

Обратившийся оборотень не может говорить как человек, даже находясь под аконитовым зельем и полностью сохраняя разум. Строение челюсти, язык и небо просто не предназначены для человеческой речи. Но тот кто ищет, тот всегда найдет общий язык с другим разумным.

Мэрри тихонько заскулила и кивнула в знак согласия, мысленно дублируя свой посыл. Она знала, что некоторые сильные волшебники и ведьмы могут читать мысли, так что очень надеялась, что эта как раз из их числа, а её согласие будет услышано. В любом случае, кивка было бы достаточно.

— Отличненько. Тогда пока поспи, а то еще передумаешь. — Взмах палочки, и дернувшаяся было на рефлексах волчица упала на землю и мгновенно заснула.

Сопротивление оборотней тяжело пробить обычной магией, но все зависело от силы, вложенной в заклинание. У Фелисити её было в избытке и уставшая, голодная волчица не смогла противостоять её темной магии. Её дочурка тоже отправилась в спасительный сон, забыв на время о боли в сломанной ноге. Позже Фелисити планировала её подлатать, ведь обещания нужно держать.

— Люди такие непостоянные существа, мне ли не знать? А оборотни все же люди, даже если министерство говорит обратное, так что я немного подстрахуюсь. Спите спокойно. Я обо всем позабочусь. — Еще один взмах палочки — и весьма сложная формула трансфигурации меняет местность вокруг. Спящие тела скрылись под землей в импровизированной землянке. — Эх, жаль, что нельзя трансфигурировать оборотней в их боевой форме, у меня в кармане вам было бы безопаснее, но… я скоро вернусь, так что никуда не уходите, хе-хе.

Фелисити отвернулась и быстро зашагала в противоположную сторону. Вечер обещал быть томным и сегодня ей предстояло доказать, на что она способна. Жажда крови вокруг нее стала чуть-ли не осязаемой, а в прорезях маски блеснули алые всполохи.

***

— Поторапливайтесь, мать вашу, ленивые ублюдки! Не хватало только упустить парочку блохастых тварей из-за пары сиклей, что вы нашарите в карманах покойничков. — Сплюнув на землю, лидер одной из групп охотников прописал профилактического леща зазевавшемуся подчиненному, который не смотрел под ноги, а нервно оглядывался по сторонам. Закономерно, бедолага споткнулся и растянулся на земле. Другие охотники дружно заржал над этим зрелищем. — Сраные косолапые новички. Вставай и бегом к группе Б. БЕГОМ, Я СКАЗАЛ! — лысый мужик мгновенно подорвался с земли и прихрамывая поковылял туда, куда ему приказали.

— Значиться так, группа А, за мной. Мы пойдем на север, группа Б на юг, а группа С на восток. Остальные, присматривайте за пленниками, собирайте трофеи и трупы, не забудьте наложить на них стазис. Выполнять! — все охотники засуетились и стали расходиться по местам. Лидер рейда продолжил раздавать приказы и напутствовать подчиненных.

— Настоящая охота начинается в лесу, как вы знаете, ха-ха-ха. В живых остались только суки и их поганые щенки, но расслабляться не стоит. Как говаривает этот проклятый аврор, выкидыш Морганы — Грюм, постоянная бдительность, ебт! Помните, что если получите хоть один укус… я самолично выпущу вам кишки, чтобы не плодить проклятых отродий, значиться. — Вместо страха на лицах охотников появились кровожадные улыбки и лидер улыбнулся в ответ, довольный тем что видит. Охотники знали на что шли. Опасное ремесло, но в магической Британии сорвать куш можно было только рискуя своей шкурой, ведь все прибыльные ниши заняты родовитыми аристо, и освобождать их они не собирались.

Многие охотники носили элементы кожаной брони из всяких магических тварей, которую даже оборотню прокусить будет непросто. Те, что были в ремесле уже давненько, носили на поясе костяные кинжалы, зачарованные на аварийную трансгрессию. Как ни посмотри — средство последнего шанса. Так же все, кроме новичка, носили простые укороченные мантии поверх брони. Такие не цеплялись за ветки деревьев и не хлопали на ветру. Охотничий вариант, который даже приглушал звуки вокруг волшебника в радиусе полуметра. Хрустеть ветками в лесу — плохая примета. Обычно хруст ветки мог привести к разорванному горлу.

— Мы хорошенько пройдёмся по трем этим направлениям, но на запад не суйтесь. Туда блохастые точно не пойдут, если последние мозги от страха не растеряли, а если и пойдут… что ж, им же хуже. Сегодня там работает смена егерей Джека, которого еще потрошителем в узких кругах кличут. Настоящий маньяк, даже на нашем фоне, ребятки, хе-хе-хе, так что держитесь от него подальше. Я слышал, что он и честных людей, вроде нас, порезать может. В любом случае, от наших рук смерть для тварей будет куда более милосердной и быстрой. На этом все. Да благословит вас Артемида, охотники. Вперед!

Напуганный до смерти и бледный как мел мужчина потрусил в сторону посмеивающихся над ним напарников, неспешно направляющихся в сторону леса. Сейчас он выглядел жалким бледным доходягой, но это только сейчас. Встреть такого «доходягу» в тёмном переулке в ночное время и простой обыватель мог бы и обделаться от страха.

Два метра ростом, широкоплечий, лысый как шар для боулинга, все лицо в страшных шрамах, а морщины возле глаз делали его старше, чем он есть на самом деле — сразу видно, шутки с ним закончатся плохо и стоит выворачивает карманы по хорошему, пока не приложил заклинанием или кулаком по башке.

Но прямо сейчас он был бледен, напуган и растерян. Адреналин в крови стучал по вискам. Сам Карл не дожил бы до своих лет, если бы был туп как пробка, так что улица научила его кое-чему. Понимать откуда дует ветер, например, и когда лучше бежать.

Это был его первый охотничий рейд, и только сегодня он понял, что все его куцые навыки в магии, которыми он раньше так гордился — просто ничто, а сильное тело и пугающая внешность для оборотней лишь забавная шутка. Во время рейда он столько раз побывал на краю смерти, что его начинало мутить только от одного воспоминания об этом.

Таких новичков, как он, набралось с добрых три десятка в начале рейда. Старших охотников было столько же. И «старшие» любезно пропустили их вперёд, понюхать мокрой псины, как они выразились. Но Карл, так звали лысого мелкого бандита из Лютного переулка, уже понял, что их пустили перед собой как мясной щит.

Такая тактика была распространена в его бывшей банде, но он уже отвык быть тем, на кого смотрят свысока и используют как мясо. Вот и не почувствовал подвох сразу. Пока клыки и когти оборотней разрывали их передовой отряд на части, старшие спокойно наблюдали и окружали их убийц, замыкая круг. Подготовились и ударили, особо не запариваясь где человек, а где оборотень. Из трех десятков новобранцев выжило лишь трое, включает его самого. Причём двое других оказались укушены и их попросту добили на месте, прямо у него на глазах.

«Все тяжелые потери наверняка спишут на оборотней, а потом, как всегда, в газетах напишут про то, как злобные оборотни напали на гражданских и порвали три десятка мирных горожан….»

Карл сегодня прекрасно понял, как на самом деле выглядит правда о налетах оборотней. Налеты были, только вот совершали их не оборотни, а на оборотней. Красивый ход, хоть и гнилой.

«Не зря эту убогую газетенку, «Пророк», считают четвертой властью в Британии….»

К горлу опять поступила тошнота. Лидер рейда сказал, что он прошёл обряд посвящения, так что ему теперь нечего бояться, мол он стал одним из них, но Карл не верил.

Скорее всего, они пока просто временно оставили ему жизнь, ведь приманка из живого мага намного лучше. Не факт, что, когда рейд закончится, ему оставят его жизнь, не говоря уже о положенной части добычи. Как ящерица отбрасывает хвост, так и его собирались выкинуть как ненужный хлам. Несмотря на то, что ему в шутку дали позывной «Счастливчик», раз уж он выжил в этой сече, себя он счастливчиком не считал.

«Ага, частилвчик, бля. На следующие полчаса-час, а потом мне перережут глотку аккуратненьким секо, как и тем двоим, которых покусали. Сука, вот зачем я согласился на это дело?! Лучше бы чалился дома, попивал сливочное пиво или щипал пьяных идиотов в Лютном»

Группа Б углублялась в лес, преследуя пару оборотней по следам. У Счастливчика Карла появилось плохое предчувствие. На затылке выступил холодный пот и он быстро протер лысину. Ему показалось, что в темноте леса он увидел красные глаза.

«Не, все это херня. У оборотней они желтые. Померещилось, наверное. Сука, хоть бы померещилось…»

* Фелисити не в восторге от того, что в Дикой Охоте будут состоять вейлы, так что она слегка предвзята. Догадайтесь почему)

Цветы смерти. Это реальные цветы - лилии. Распространены в Японии. Высаживают их в основном на могилах и японцы даже говорить о них бояться. Они ядовиты и изначально их высаживали у могил покойников, чтоб хищники и падальщики не раскапывали могилы.

И да, Автор наконец более-менее определился с визуальным образом Фелисити в условиях реальной жизни, а не артов ) Образцы ниже)

Глава 27 Прорастание

— Мерфи, чего застыл как вкопанный? — тихо спросил напарника капитан охотников отряда С.

В каждом отряде было по семь человек, а оставшийся десяток был задействован в сборе «трофеев» в деревушке оборотней. Мерфи шел впереди всех, как самый опытный в группе следопыт. Если кто и мог заметить едва заметные следы в лесу, так это он. Благодаря Мерфи они могли продвигаться на весьма приличной скорости.

И если он так резко застыл на месте, значит что-то нашел. Но почему-то не подал никакого знака, что было очень странно.

— Мерфи, ебт твою мать, отвечай! — прошипел сквозь зубы Кларк, который шел прямо за ним, но ответа не последовало. Это было плохим знаком.

Осторожно подкравшись поближе, лидер понял причину случившегося. Мерфи не мог ответить, потому что был мертв. Встав чуть позади и сбоку лидер отряда смог наблюдать тончайшие красные нити, натянувшиеся как леска между деревьями. Теперь, зная что искать, он смог разглядеть на шершавой коре вырезанные руны, откуда и брала начало эта ловушка.

Мерфи налетел на тончайшие и острейшие нити, повиснув на них, словно муха в паутине. Нити не смогли полностью разрезать его кости, инерции не хватило, зато мясо, мышцы и кожу вражеская кровавая магия прошла как раскаленный нож масло. Невидимые нити окрасились в красный цвет из-за стекающей по ним крови и стали видимы невооруженным глазом. Так он и встал — прочные нити держали его на весу, врезавшись в кости, удерживая его словно марионетку.

Страшная, но быстрая смерть. Бедняга даже не понял, отчего умер, превратившись в кровоточащий кусок мяса, нанизанный между деревьев словно приманка для волков.

— Ебать… — пробормотал Кларк, который тоже все понял. — Кровавые руны… Оборотни подготовили в лесу ловушки…

— Проклятье. Всем соблюдать осторожность! Смотрите под ноги и обращайте внимание на стволы деревьев. — лидер быстро раздал первую партию экстренных приказов, до хруста сжав палочку в руках. — Сука, откуда среди оборотней маги крови?! Почему нас не предупредили, что в деревне есть кто-то из этих ублюдков?! Неужели в поселение подселили новичка, о котором нам не сообщили?!

— Капитан, что будем делать? Для нанесения рун и магии крови палочки не особо-то и нужны, если я правильно помню. Они могли весь лес заставить ловушками. Сейчас не время искать виноватого, нужно действовать. — переминающийся с ноги на ногу помощник вклинился в поток мыслей своего капитана. Лес, который ранее казался ему его охотничьими угодьями, вмиг утратил свою привлекательность. Это понятно, бегать по лесу, когда есть вероятность наступить в медвежий капкан, уже не так весело.

— Что-что, будем теперь продвигаться осторожнее. Замедлимся слегка, конечно, но что поделать. Внимательно осматривайте деревья и не забывайте пробовать разные ревелио по площади. Упор делайте на поиск крови или живых существ. Ясно?

— Понял, кэп. Слышали, парни? Держите ушки на макушке и не тупите. Маркус, итить твою мать, что ты делаешь?! — Впрочем, не все внимательно слушали Корнелиуса — их лидера. Иногда Кларк забывал, что имеет дело с дегенератами, даже не всегда окончившими пять курсов Хогвартса.

Многие из них даже завалили СОВ, а это уже показатель. Хоть и все равно лучше, чем выпускники отстойных школ для слабосилков, вроде тех тупых уродов, которых покрошили еще в самом начале, но все еще идиоты. Впрочем, в охотники на оборотней шли не от хорошей жизни.

Маркус, о котором шла речь, занимался откровенной херней, с упоением втаптывая в землю какие-то необычные красные цветочки, что росли неподалеку.

Кларк понимал, что характеристика «необычные» в контексте ситуации означала «потенциально опасные», уж за целых семь лет в Хогвартсе профессор Спраут смогла вбить в его черепушку прописные истины. Пускай его результаты ЖАБА в конце учебы были весьма посредственными, но зато он, в отличии от восьмидесяти процентов всех охотников, хотя-бы сдал эту аттестацию. Он знал, какова опасность неизвестных магических растений. Маркус же, с другой стороны, явно позабыл школьные уроки, как страшный сон. Все, что он умел — использовать боевые заклинания. В другой ситуации, для охотника и этого было бы достаточно, но…

— А? Хммм. Как-то само собой получилось… Очень хотелось растоптать что-то прекрасное, знаешь ли. — растянув толстые губы-сосиски в глуповатой улыбке, тот почесал затылок и постарался сделать виноватый вид. Он уже явно предвкушал возвращение в лагерь и свою любимую часть работы — разделку по живому. Очередной поехавший маньяк, ничего нового в их среде. Кларк же предпочитал деловой подход. Просто бизнес, ничего личного.

— Дебил! Больше так не делай. Хер его знает, что это за цветы такие, я таких никогда не видел. Вдруг они ядовитые? А вы, кэп, видели нечто подобное? — Повернувшись к своему капитану, Кларк заметил обеспокоенность и настороженность на его лице.

Тот закончил Хогвартс с очень неплохими оценками, но поссорился с кем-то из аристократишек и пост в министерстве для него был заказан. Как и любое другое теплое местечко в мире. И бывший почти отличник явно знал, что это за цветочки такие. Можно было легко догадаться, что ничего хорошего из этого не последует. Неужели из их семерки двое только что выбыли? Тенденция была слишком настораживающей. Среди оборотней мог оказаться талантливый волшебник.

— Ликорис. Он же паучья лилия или цветок смерти. Японская цаца, но как там они её на своем языке называют, не помню уже. Ядовитая, зараза, и используется узкоглазыми* для темнейших ритуалов и всякой другой погани. Откуда в этом захолустье появиться такой редкой штуке? Не нравится мне это. — нервно сглотнув, Корнелиус сделал шаг назад, подальше от багровых цветов и внимательно осмотрелся вокруг.

— Пофиг. Я в ботинках. Яд не смог бы коснуться кожи. — беспечно отмахнулся Маркус, не обративший внимание на побледневших товарищей, которые почему-то наставили на него свои волшебные палочки. — Расслабьтесь, братва, че вы такие нервные?

Он попытался сойти с места и отойти от злополучных цветов но у него ничего не получилось. Что-то удерживало его на месте. Взглянув себе под ноги, он с ужасом задергался, пытаясь вырвать правую ногу из захвата медленно ползущего вверх ликориса.

— Что за херня?! — его напарники медлили, не зная, что предпринять, тогда он наставил на ногу волшебную палочку и попытался сжечь цветы инсцедио или срезать стебли секо, но цветок в ответ лишь сильнее сжался, почти не пострадав от магии. Сжался до хруста костей. — Ааааааа! — Из красных цветов повалил красный туман, обволакивая округу словно пыльца.

Сломанная нога подломилась, словно сухая ветка, и мужчина упал спиной на землю, где его тут же начали оплетать другие стебли, прорастая через его тело. Кровавый туман стал распространяться с невероятно скоростью, словно кровь и пыльца перемешались в воздухе в тошнотворную взвесь, а тело мужчины быстро усыхало, превращаясь в мумию.

— Капитан, приказы?! — завопил не выдержавший напряжения другой охотник, пытаясь рукой протереть глаза, которые застилала кровавая пелена, въедаясь в роговицу глаза, подобно стае красных муравьев. Но ответ ему слышать уже было не суждено. Его голову с плеч сорвало прилетевшее из гущи леса взрывное проклятье, окатив стоящего неподалеку Кларка ошметками мозгов. Осколками разбитого черепа ему посекло лицо, из-за чего туман и его собственная кровь смешалась с чужой и осевшей на лице пыльцой.

— В укрытие, нас атакует малефик, а не оборотень! И используйте на себе чары головного пузыря. Эта красная дрянь может быть ядовитой! — быстро сориентировавшись в стремительно развивающейся ситуации, капитан охотников скользнул за дерево и метнул довольно приличной силы бомбарду в ту сторону, откуда ранее прилетело вражеское заклинание. Произошел взрыв, поваливший высокое дерево вдалеке, не принесший, впрочем, победы.

Звенящий женский смех раздался совсем с другой стороны, а Кларк едва сумел отбить какую-то темномагическую дрянь тройным протего. В глазах двоилось.

Головной пузырь явно помог, но он уже успел наглотаться странного красного тумана, да и на коже оставалась эта странная пыльца. Его контратака тоже не принесла плодов, ведь в том месте уже никого не было. Глаза слезились и что-то неладное творилось со слухом.

Нашарив рукой в кармане безоар, он сунул его в рот и ему тут же немного полегчало. Но не все были такими предусмотрительными, как он. Только лидер их группы отделался легким испугом, ведь первым успел среагировать на опасность, да и стоял дальше всех.

Пугающий, словно металический смех, эхом лился со всех сторон, дезориентируя и заставляя нервно оглядываться по сторонам. Галлюцинация? Иллюзия? Но чтоб такой силы?

«Это очень-очень плохо», — подумал Кларк, закусив губу и водя палочкой из стороны в сторону, готовясь защищаться. Привкус крови на языке провоцировал тело впрыскивать в кровь больше адреналина.

Красный туман сильно мешал обзору, зато хоть перестал разъедать кожу и слизистые органов чувств. Видимость сократилась всего до двадцати шагов, обоняние и вкусовые рецепторы будто медленно затухали, но слух вроде вернулся в полном объеме. Лишь неприятный писк в левом ухе сильно раздражал.

— Выходи, трусливая мразь! — закричал один из оставшейся в живых четверки, посылая в темноту леса одну бомбарду за другой. Он с собой универсального противоядия явно не имел и его накрыло по полной. Мужик медленно сходил с ума от стресса, страха, боли и попавшей в кровь через легкие и кожу гадости.

Он тоже спрятался за деревом, прислонившись к нему спиной и тяжело дыша. Одышка после десятка заклинаний — плохой симптом. Из-за спешки и страха он не заметил блеклой руны на том дереве, которое выбрал своим убежищем. Все таки ему следовало сохранять осторожность.

Даже полная луна и звезды не могли дать достаточно хорошее освещение, а зелье ночного зрения, изначально преобразующее для него картинку в черно-белые тона, сменило палитру на все возможные оттенки красного, окуная его в мир крови. Это мешало разглядеть не то что царапины на древесине, а вообще хотя бы что-то. Фатальная неудача или роковое стечение обстоятельств?

Впрочем, смерти было плевать на оправдания.

Кровавая руна мигнула и между двумя деревьями образовалась тоненькая связь, которая прошла прямо через тело охотника. Карл застыл на месте, парализованный кошмарной болью. Он с трудом опустил взгляд вниз, на свою грудь и закричал, увидев протянувшуюся из его груди прозрачную нить, медленно насыщающуюся его кровью. Любое движение причиняло ему боль. Даже простое дыхание резало внутренности.

— Не шевелись, придурок. Стой на месте и не дергайся! Поможем тебе, как только отобьемся от нападения! — крикнул Корнелиус, попутно окутывая себя магическими щитами. — Кто-нибудь видит эту тварь?

— Нет! Нужно отступать, кэп. Ну нахер, я сваливаю. — хрипло заголосил Кларк, у которого начали сдавать нервы из-за кровавой бани, в которой он оказался. Быстро вытащив из ножен костяной кинжал, который служил заодно и порт-ключом, он на секунду заколебался. Если он сбежит, а капитан выживет, то он его сам прикончит за дезертирство и предательство…

Стремительно сокращающееся число охотников подталкивало его к побегу, но страх перед Корнелиусом и другими капитанами уже давно въелся в него, не хуже красной пыльцы. Все что останавливало его, лишь страх перед чудовищами в человеческом обличии. Честь охотника? Друзья? Три раза ХА. Все это может быть только у живого человека. Решившись, он приготовился уходить по английски, как настоящий англичанин — не прощаясь. Страх перед костлявой пересилил страх перед сумасшедшим начальством.

У смерти сегодня на него были совсем другие планы.

Приглушенные звуки хлопков и тихий свист, вот и все, что он услышал перед смертью. Две пули, по одной в голову и сердце, оборвали его жизнь мгновенно. Магические артефакты и выставленные щиты не смогли защитить его от простой пули.

Он не был готов к такому повороту и не поддерживал кинетический щит. Слишком затратное для него заклинание, чтобы держать его активным постоянно… а рунные амулеты или кольца с такой защитой стоили достаточно дорого даже для охотника его ранга. Вернее, он мог бы себе его позволить, если бы не жадность и страсть к азартным играм. Но зачем ему была защита от пуль в охоте на оборотней, верно? Они ведь не могли стрелять — у них же лапки!

— Капитан, у нее маггловское оружие! — завопил последний выживший, кроме самого капитана охотников и прикованного к дереву товарища, выбывшего из строя.

Он спешно наколдовал себе защиту от пуль, не желая так же бездарно погибать от оружия простецов, как заместитель их капитана.

— Проклятье, думаешь я сам этого не вижу?! Держись, я сейчас уберу туман. — прикрытый всевозможными щитами, капитан охотников принялся колдовать особенно мощный вентис, чтобы сдуть красный туман прочь и наконец сразиться лицом к лицу с бесчестными врагами, сколько бы их не явилось по его душу.

Сам он уже давно мог бы сбежать с поля боя, если бы захотел, но ярость, гордость и возможные санкции, которые последуют от руководства за потерю прибыли, а также сразу шести полноценных охотников организации под его руководством не оставляли ему выбора… нет, он пока не мог уйти, даже не дав бой. Может быть позже, если противник превосходит его числом. Тогда глава простит его оплошность.

Правда, его оставшийся подчиненный даже такой ложной храбростью не обладал. Воспользовавшись затишьем, он бросился в сторону кулем осевшего на землю Кларка. Своего порт-ключа у него не имелось, так что он решил вырваться из окружения позаимствовав чужой, наплевав на осторожность.

Но чтобы добраться до трупа заместителя капитана, ему нужно было пробежать рядом с давно застывшим без движения Маркусом, из тела которого теперь, как из клумбы, росли цветы смерти. Он решил рискнуть и срезать путь, перепрыгнув через «клумбу». Очень зря.

Он все правильно рассчитал, цветы пока были слишком маленькими и никак не могли до него достать в высоком прыжке. Он был готов отражать в полете как вражеские заклинания, так и пули, но никак не нападение самого Маркуса.

Тот, кого он уже списал со счетов и определил в стопроцентные трупы с неестественной скоростью дернул рукой и мертвой хваткой вцепился в его щиколотку.

Естественно, охотник опрокинулся и впечатался лицом в землю. Громкий хруст и крик свидетельствовал о переломе. Он попытался отползти и дотянуться рукой до ножа, до которого было всего ничего, но сделать это ему не позволил свеженький инфернал из его бывшего друга, который воспользовался моментом дезориентации и навалился на него сверху, прижав к земле.

Желтые, давно не чищенные зубы, которые более не прикрывали иссохшие, отвалившиеся губы, сомкнулись на тонкой шее незадачливого охотника. Тот попытался закричать и позвать на помощь, но из разорванного горла раздавались только мокрые хлюпающие звуки. Кровь толчками покидала стремительно бледнеющее тело.

Инфернал попытался догрызть своего бывшего дружка, но был разорван на части мощной бомбардой прямо вместе со своей умирающей жертвой. Корнелиус не собирался играть в игры и ждать, пока за ним придут сразу два новоиспеченных инфернала. Он решил запечь их сам, пока не поздно.

Его вентис наконец очистил воздух вокруг достаточно, отогнав красный туман на периферию. В живых остался только он. Хотя нет, был еще один выживший. Тот, что стоял и боялся даже пошевелиться, прикованный к дереву, но его можно было не брать в расчет. Он уже не жилец. Чем бы ни была эта кровавая пыльца, она покрыла его целиком и полностью.

— Выходи и сражайся, трусливая дрянь! Сейчас я тебе покажу, что из себя представляют настоящие охотники! — не особо надеясь на провокацию, капитан охотников все же решил попытать счастье. А вдруг?

И ему повезло. Из-за деревьев показалась тонкая девичья фигурка в черном балахоне и серебряной маске. Вначале лидер вздрогнул от глубинного ужаса, инстинктивно потянувшись за костяным кинжалом, но потом немного расслабился, разглядев детали маски.

«Не пожиратели… ну слава Мордреду… Но маска волка? Они из какого-то нелепого общества по защите животных, или что? Плевать. Она одна. Убью, а потом трахну труп, чтоб другие боялись, ха-ха-ха!» — мысленно потирая руки, Корнелиус готовился мстить. Не за погибших «товарищей», а за подмоченную репутацию.

Подбодрив себя глупой шуткой, он вступил в магическое противостояние, метнув в ведьму молнию.

Та легко отбила её, сместив траекторию своим протего, перенаправив её куда-то вглубь леса. Через секунду уже ему пришлось отбиваться от шквала самых разных заклинаний. Ему повезло, что он успел подготовиться и пока его подчиненных уничтожали словно баранов на скотобойне, он готовился и возводил стационарные щиты на местности. Голубоватый полукупол, созданный серпом древне-арабских рун на земле, мерцал и трещал по швам, помогая своему создателю ослаблять входную мощность заклинаний врага.

Мощь заклинаний ведьмы была впечатляющей, и даже его подготовленной заранее защиты едва хватило, чтобы достойно отбиваться, однако, все же, пока хватало. Становилась все отчетливее видна разница в боевом опыте. Комбинация трансфигурации и стихийной магии с парочкой бомбард сверху достаточно отвлекли её, чтобы нанести решающий удар.

Его внезапная контратака почти увенчалась успехом, но в последний момент перед оцепеневшей от страха ведьмой возникло небольшое зеркальце, принявшее на себя его аваду. Ведьма едва разминулась со смертью. Думать откуда взялось чертово зеркальце, помешавшее ему поставить жирную точку в этой затянувшейся дуэли, было уже некогда.

Досада от промаха еще не успела осесть в его разуме, как капитану пришлось вновь сдерживать напор разъярившейся ведьмы, которая будто взбесилась из-за своей оплошности и дыхания смерти за ушком. Похоже, теперь это стало личным и она стала вкладывать в каждое заклинание всю свою силу и талант.

Скоростной бой все набирал обороты и охотнику едва удавалось поспевать за сумасшедшей ведьмой, бомбардировавшей его запрещенными заклинаниями. Оставаться на месте, полагаясь на руны, а не на маневренность становилось проблематичнее с каждым мгновением. Он уже пожалел, что не стал сбегать вначале и проклинал свою гордыню.

Сейчас ему не давали даже секунды отвлечься и нормально достать порт-ключ. Левая рука судорожно сжала ножны, трясущимися пальцами пытаясь нащупать рунную защелку, пока правая пыталась выиграть ему время.

Словно опытный фехтовальщик, отбивая нападение за нападением, он отчетливо понимал, что это лишь вопрос времени, когда удача отвернется от него и любое, даже самое простое заклинание, напитанное такой мощью, закончит его жизнь. У шпаги нет шансов против алебарды, даже если она находится в руках чуть более опытного дуэлянта. Счет шёл на секунды, еще чуть-чуть и он вырвется на свободу и сможет сделать глоток свежего воздуха…

Корнелиус успел заметить, как из общего потока заклинаний вылетело одно единственное, упорхнувшее совсем в другую сторону. Скосив взгляд он сразу понял, что это за заклинание и почему было нацелено не на него. Охотник на секунду прикрыл глаза, понимая, что все уже кончено, хотя он еще пока жив.

Империо попало в истекающего кровью, медленно гниющего заживо, но все еще живого охотника, пришпиленного к стволу дерева, словно дохлая бабочка. Его полные боли, выпученные глаза остекленели и он резко дернулся, вскинув руку с палочкой в его, Корнелиуса, направлении. Одно единственное заклинание. На большее того бы и не хватило.

— Авада кедавра!

Чудом, чисто на рефлексах, Корнелиус успел трансфигурировать на линии зеленого луча смерти стекло, воспользовавшись трюком оппонента. На другой стороне прозрачного стекла тело его последнего живого подчиненного обмякло и повисло на кровавой нити, словно марионетка. И хотя Корнелиус смог спастись от смертельного проклятья, он отвлекся и этим тут же воспользовалась ведьма, которая только этого и ждала. Напитав свое следующее заклинание до предела и не пожалев силы для его ускорения, она послал желтый луч прямо в его грудь.

Костедробитель попал, прошив его щиты и выбив из зажатых переломанными ребрами легких весь воздух. От боли в глазах на мгновение померкло, а потом он услышал…

— Секо максима!

В голове прояснилось. Все стало таким ясным. Он вспомнил всю свою жизнь за мгновение пред смертью и на языке отчетливо чувствовал привкус горечи, но прошлого не вернуть.

Ракурс обзора Корнелиуса сделал кульбит и вот он уже в немом шоке смотрел на свое обезглавленное тело, из рук которого медленно выпала сначала волшебная палочка, а затем и нож, который он как раз успел достать из капризных ножен, но так и не успел активировать. Одно несказанное слово «портус» отделяло его от спасения.

Ноги подкосились и туловище упало аккурат рядом с отрубленной головой. Он попытался что-то сказать, но ранее послушный язык больше не слушался команд умирающего мозга. Свет для него померк навсегда. Последняя, банальная мысль была «Нет, я не мог…».

Фелисити тяжело выдохнула и наконец смогла перевести дух, оперевшись рукой о ствол дерева. Облачка пара вырывались из прорезей маски. Давно она не сражалась за свою жизнь в магическом поединке не на жизнь, а на смерть. Это бодрило и заставляло кровь в жилах кипеть.

— Ну что, наигралась? — с другой стороны из леса вышла еще одна фигура в темном балахоне и волчьей маске. По фигуре сразу становилось понятно, что на этот раз это был мужчина, а не женщина. Цветовая гамма его маски отличалась. Матово-черное покрытие маски с редкими вкраплениями тонких золотых рун сливалось с темнотой под капюшоном плаща и создавало гнетущее впечатление. Через прорези для глаз на ведьму осуждающе смотрела пара янтарного цвета глаз.

— Фух. Это было весело, хотя неожиданная авада стала неприятной неожиданностью, должна сказать. — Немного отдышавшись, ведьма стала споро выкапывать из земли оставшиеся цветы смерти, прямо вместе с корнями.

— Говорил же тебе, будь осторожна. — Амос Санхайд хозяйственно осмотрел поле боя и, не заметив признаков иной разумной жизни, подошел к напарнице и стал помогать. Нужно было торопиться, так что разговаривать приходилось занимаясь делом. Им еще предстояло кое что сделать здесь, прежде чем спешить к следующей группе охотников.

— Хех, в следующий раз обязательно буду. Спасибо, что подстраховал и снова спас меня. — Так как они находились совсем близко, девушка попыталась быстро клюнуть его в щеку поцелуем в знак благодарности, не отрываясь от важной работы, но забыла про маску. Легкий звон от столкновения метала раздался по лесу. Амосу не нужно было заглядывать под маску, чтобы почувствовать виноватую улыбку и легкое смущение из-за неуклюжего проявления благодарности. — Ой, прости. Отблагодарю тебя позже. В общем, я хотела сказать… что позвать тебя было правильным решением, вот.

— Всегда к твоим услугам, Фел. Никогда не стесняйся просить помощи, если сомневаешься в своих силах. Иначе какой тогда вообще смысл в наших отношениях, если мы даже не можем доверить друг другу спину, не так ли?

— Ты абсолютно прав, дорогой. Если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, любая, хоть в чем-то, то ты только позови… Я приду, даже если это будет казаться невозможным. — Многообещающе блеснув алыми глазами напоследок, Синдер подхватила цветок и направилась с ним к валяющемуся рядом трупу.

Она присела рядом с мертвецом, осторожно макая коротенькие черные корни цветка в кровь на его открытой ране. Корни зашевелились и, раздвинув края раны, устремились внутрь тела, словно в сочный чернозём.

«Как мало нужно ведьме для счастья. Немного похвалы, немного внимания, да пара трупов на эксперименты в придачу… Мда. Впрочем, я ничем не лучше.»

Покачав головой, Амос подошел к лежащему на земле, медленно остывающему трупу заместителя капитана, некоему Кларку Хуго, и присел рядом с ним на корточки.

Один глаз отсутствовал, выбитый попаданием незапланированного свинца в организм, и именно с него Амос и решил начать, прикинув варианты. Резать одежду, чтобы добраться до дырки в сердце, было лень.

В пустую глазницу потянулись тоненькие корешки красной паучьей лилии. Цветок смерти начал врастать в тело, а чуть позже его корни дадут побеги внутри тела жертвы и из него прорастет еще больше цветов смерти.

Поднимать инферналов с помощью ритуалов было некогда, так что они решили попробовать кое-что новенькое. Идея Фелисити была интересной и свежей. Нечто на стыке некромантии и магии Вуду. Тело почти полноценного инфернала, но без «мозгов» и нервной системы, которые полностью заменяли собою корни паучих лилий.

По сути, просто мертвая кукла или голем без капли разума, что без прямого управления «оператора» ничего не стоит. Но с другой стороны… В руках опытного кукловода — совсем другое дело. Из явных плюсов — автономность создания инферналов без непосредственного участия самого некроманта и скорость создания нежити в полевых условиях, непосредственно на поле боя, благодаря хищным цветочкам.

«Жаль, что подходят только совсем свежие трупы, иначе можно было бы засеять пару кладбищ и… сесть в Азкабан. Или сдохнуть, да. Может, оно и к лучшему. Не появится искушения натворить глупостей.» — насвистывая простенькую мелодию, Амос перекочевал к следующему трупу, запихивая внутрь очередной ликорис.

«Единственный серьезный минус помимо этого, — невозможность одновременно сражаться и управлять армией кукол. Эффективно, во всяком случае, не получается даже у меня, не говоря уже о Кэрол или Фел. Нужно выбрать что-то одно, иначе можно позорно проиграть, не успев переключиться с режима стратега на боевика. Серьезная проблемка, если приходится сражаться в одиночку.» — Задумчиво разглядывая паразитирующий на чужой смерти цветок, что так отчаянно цеплялся за жизнь, Амос невольно залюбовался этим одновременно красивым и отвратительным зрелищем.

«Некроманты, в основном, предпочитают работать в гордом одиночестве, так что задумка Фелисити не снискала бы среди наших коллег по ремеслу особой популярности. Слишком гордые и параноидальные, чтобы вверить свою жизнь в чужие руки. В этом есть смысл, конечно, но сколько дорог на пути постижения магии закрывает подобное отношение. О, кстати, а ведь помимо этого такие «скороспелые» инферналы еще и немного слабее оригинальных. По крайней мере, если не доработать их рунами в свободное время… но не сегодня, к сожалению. У нас на эту ночь и так много всего запланировано.»

Пара из боевика и кукловода — именно так собирались сегодня работать Фелисити и Амос, поочередно меняясь местами и отрабатывая метод в боевых условиях.

Теперь, когда жажда крови и азарт Фелисити были частично удовлетворены, настала очередь Амоса сражаться на передовой, пока его любовница управляет мини-армией из тыла. В случае уничтожения всех кукол, она должна будет сосредоточиться на подстраховке и огневой поддержке в случае необходимости, как делал он сам чуть ранее.

«Всего за пять минут наша армия пополнилась на пять икебан… кхм, точнее, Жутких Солдат Тьмы. Хорошие показатели эффективности на единицу времени.» — довольно покивав своим мыслям, Санхайд глянул на такую же довольную Фелисити и предложил ей наконец зайти в гости к группе Б.

— Окей, на этот раз ты положись на меня, и я тебя не разочарую. — Фелисити, чуть ли не пританцовывая, повела Амоса только по ей ведомому короткому маршруту, ориентируясь на расставленные по лесу сигнальные чары.

Магическое пламя за их спинами только начинало медленно разгораться, но через строго отведенное время все в двухстах метрах от эпицентра сражения выгорит дотла, не оставив никаких улик. Хотя гильзы от пуль Фелисити все же прихватила с собой, просто на всякий случай.

За ними, неуклюже повторяя задорную походку своего кукловода, постоянно спотыкаясь и падая, семенили выстроившиеся в ряд мертвецы, покрытые красивыми красными цветочками, словно нарядные новогодние елки. Сюрреалистическая картина, но на фоне грядущих событий, вполне уместная.

— Мммм, как же я давно мечтала попробовать себя в управлении нежитью. Это так чертовски интересно. Ух, какая сегодня хорошая ночь! Какая хорошая компания! Ха-ха-ха. — не сдерживая своего отличного настроения, Фелисити неслась к своей цели, словно взывопотам.

— Хммм, надеюсь, что, когда ты говорила о хорошей компании, ты все же имела в виду меня, а не пятерку своих инферналов, да? — тихо посмеивался Амос, которому тоже частично передалось игривое настроение его девушки.

— Конечно тебя, Ами. — бросила через плечо Фелисити, лукаво подмигнув ему под маской.

— Поверю тебе на слово.

От автора: Что, не ожидали? Я тоже не ожидал, что прода выйдет раньше. Скажем спасибо моей бессоннице.

* надеюсь вы понимаете, что расизм из уст персонажа-подонка не является жизненной позицией автора? Японцы и их культура мне нравится )

Вариант маски оставляю вашему воображению)

Лично я за второй)

Глава 28 Холодное цветение

Люблю полнолуния. Все время происходит что-то интересное. Конечно, интересное происходит потому, что я не сижу на месте в это чудное время, а устраиваю себе занимательные тур-походы. Охота на охотников стала чуть ли не традицией для меня.

В Запретном лесу в роли таких горе-охотников выступали копытные дикари, обожающие астрономию и отвергающие здравый смысл. Когда я был слаб, они не захотели договариваться, а после уже стало поздно — теперь договариваться не хочу я. Кентавры, которые раньше охотились на маленького волчонка, стали добычей ужасного волка. Но сегодня у меня немного другая программа развлечений.

Новая добыча, которая тоже считает себя охотниками на волков, как и кентавры, но совершенно не готовая к встрече с кем-то действительно опасным. Впрочем, волшебники куда более смертоносная, беспринципная и жестокая цель, нежели кентавры. С ними нужно быть осторожнее, ведь человеческий разум горазд придумывать такие кошмарные ужасы, на которые даже фейри не способны. И все ради умерщвления ближнего своего.

Зато Фелисити, с которой у нас состоялась первая совместная охота, чувствовала себя как рыба в воде и проявила себя с лучшей стороны. Вот уж у кого с фантазией проблем нет. Хотя и она не без греха — так подставиться под аваду еще надо суметь. Заигралась. Все же стоит учитывать, что ей чуть больше двадцати и ожидать от нее большого профессионализма пока не стоит. Она и так превзошла все мои ожидания. С Фел не зазорно ходить на охоту. Да, ей все еще нужно набираться опыта в прямом столкновении с волшебниками, чем мы и занимаемся, но потенциал у нее ужасающий. Страшно подумать, насколько сильна она станет после обретения силы волка, а потом и истинного оборотня. А я? Насколько смертоносным стану я, ведь магически я немного сильнее… Уже предвкушаю чудный момент.

Будь у Фел рефлексы и скорость оборотня, увернуться от такой простецкой авады не стало бы проблемой. Да что там, даже от пули вполне можно, если начать реагировать до выстрела, ориентируясь по направлению дула пистолета и просчитать траекторию пули.

Это не сложно для средненького окклюмента, но физические возможности тела волшебника без допинга не сильно выше, чем у обычного человека. Это самая большая слабость волшебников, как я считаю. Тело не поспевает за возможностями разума. Но скоро это не будет для нее проблемой, ведь она сообщила, что уже нашла подходящую для ритуала жертву и заключила сделку. Это хорошо. Значит в следующее полнолуние её ждёт подарок, а я буду спать спокойно, зная, что Фелисити справится практически с любой задачей, которую я могу ей поручить без серьезного риска для жизни.

Жаль, что я пока не могу провести собственный ритуал усиления на чудо-водичке. Предвижу, что моя внешность может немного измениться в лучшую сторону из-за ритуала. Это обычное дело для могущественной магии, знаю из личного опыта. Потому большую часть ритуалов и провожу на летних каникулах — не так сильно бросаются в глаза изменения. Хотя подростки растут стремительно, но даже они не меняются так кардинально за одно воскресенье. Придется потерпеть до лета, дабы не вызвать подозрений у Дамблдора и других профессоров, хотя руки так и чешутся.

Расчеты уже готовы, ингредиенты тоже имеются, причем в двойном объеме, с расчетом на Фел. До лета я должен решить, стоит ли вручать ей такую огромную силу или нет. Пока я склоняюсь к положительному ответу, но еще понаблюдаю какое-то время, не отчебучит ли она чего-то за гранью разумного. Спешить некуда.

Сам ритуал кажется до безобразия простым — у меня уже были наработки в этом направлении, и обязательным пунктом было наличие внутреннего волка для его «апгрейда» до истинного оборотня. Подступаться к ритуалам, которые так кардинально меняют твою суть, нужно с осторожностью, чтобы не потерять себя, так что для промедления была еще одна немаловажная причина — моя удача показала дно в том лесу и нуждалась в восстановлении. Однако восстановить приличный уровень до лета мне вполне по силам — спасибо войне Поттера и Уизли за это.

Рыжие взялись за нашего ловеласа с упорством, достойным лучшего применения, но я все равно болел за них. И немного помогал, подливая масла в огонь. Близнецы не могли травить Поттера в полную силу, ведь он первокурсник, но никто не запрещал им снабжать своего младшего брата своими изделиями. Не всегда безобидными, к слову. Приложил ли я к этому руку? Немного.

Обзавестись картой мародеров было правильным решением, только вот Амос-из-прошлого, который украл её у Филча из подсобки еще на третьем курсе, не знал пароля от артефакта и отложил его до лучших времен. Ждал, пока вытянет нужные знания во время последующих ритуалов. Ну, можно сказать, что дождался и своего он добился. Вытянул знания и теперь карта приносит небольшую пользу. Хотя все оказалось не так чудесно с этой картой, как хотелось бы.

Поттер любит исследовать замок ночами, а Уизли-младший имеет со мной связь через листок с протеевыми чарами, благодаря чему я могу сливать ему местоположение Гарри или подкидывать названия интересных книг для изучения, не пятная репутацию сторонников Дамблдора общением с сомнительными личностями. На большее карта не годится. Самое главное — директорский кабинет и спальни деканов карта не показывает вообще, как и весь персонал школы. Даже старину Филча и его кошку. Видны только другие ученики.

Полностью доверять этому клочку ткани мне нельзя, стало быть. Мало ли, что там еще откручено или подкручено? Вот Поттер на ней отображается как Гарри Поттер например, хотя я абсолютно уверен, что никакой он не Поттер на самом деле. Я тоже отображаюсь на карте как Амос Санхайд, кстати, без всяких неприятных сюрпризов вроде двоящегося имени или неоднозначных приставок. Значит — карта, по всей видимости, опирается на Книгу Имен, которая, в свою очередь, завязана на древнюю магию крови и плоти, а не на духовную магию. Обнадеживает и огорчает одновременно.

Не хотелось бы встрять по крупному из-за неточности сей поделки школьников-недоучек. Полагаться в магическом мире можно только на себя и лично изготовленные артефакты. Как четыре малолетних дибила вообще провернули такой фокус и как добрались до древнего артефакта — большой вопрос. Хотя я могу догадаться как, просто поставив себя на их место. Книга Имен лежит в кабинете директора, а четверка мародеров во время своей учебы была самыми частыми гостями у директора, учитывая их постоянные «шалости».

Могли они соединить незаметно карту и книгу под носом у Дамблдора? Нет. Без его ведома, во всяком случае, точно нет. Но если их оставили в кабинете дожидаться директора без пригляда одного из профессоров… Вероятность этого сильно повышается. Украсть оттуда ничего нельзя, как и оставить что-то без дозволения директора тоже, плюс за всем следят портреты, но… Тот же Аргус Филч — сквиб и мог просто не заметить или не понять их тайные манипуляции с магией, а портреты магию вообще не видят и не чувствуют — если нет её визуального проявления, конечно.

Карта не годилась для важных и опасных авантюр в моем исполнении, да и кто его знает, нет ли в ней обратного маячка, по которому можно найти умника, шатающегося по замку с этой самой картой. Но вот для координации ударов по Поттеру — в самый раз. И мои паучки-шпионы тоже повысили эффективность многократно.

Ладно, оставим пространные мысли на другое время, у меня тут намечаются новые проблемы иного толка.

Притаившись за деревом на небольшом холме, я наблюдал за неспешно продвигающейся группой охотников. Они двигались не в ту сторону, в которую должны были направляться. А еще их было двенадцать. Это несколько больше, чем я рассчитывал. Могу сделать предположение, что потеряв по одному члену команды в расставленых Фел ловушках, группы А и Б приняли решение отступить и перегруппироваться.

Похвальная осторожность, хотя я подозреваю, что они просто смогли как-то прознать про уничтожение группы С и решили отступить, слившись по пути в одну большую группу. Могло такое случиться? Могло.

Магический мир чертовски непредсказуем. Магия ограничена лишь воображением и силой волшебника, так что, вероятно, у них был способ узнать, что Корнелиус и его приятели подохли.

Никогда не считал себя уникумом, который знает всю магию на свете, и вполне допускаю, что я далеко не единственный, кто умеет создавать новые заклинания для личного пользования. Точно не единственный. Раз уж я ими не делюсь, кроме как с Фел и Кэрол, то стоит ли удивляться, что другие поступают точно так же? Неизвестных заклинаний может быть гораздо больше, чем самих волшебников, ведь в некоторых семьях, вроде Блэков, они копились веками и передавались из поколения в поколение. Но сейчас не об этом.

Итак, теперь их двенадцать против меня и пятерки инферналов под контролем Фелисити. Не так уж и плохо как кажется, на самом-то деле. В полнолуние моя сила находится на своем пике, а это вселяет уверенность.

Для начала я выбью слабейших, потому что от Авады никто не застрахован. Чем меньше будет тех, кто потенциально может приложить меня зеленым лучиком добра, тем лучше.

Главное — не допустить их воссоединения с оставшейся в лагере десяткой уродов. Если их в сумме станет больше двух десятков… пожалуй, я бы предпочел отступить. Это просто ненужный риск, а выхлоп будет минимальный. В Хогвартсе могут заметить мои раны, а без них точно не получится, если я вступлю в бой сразу с двумя десятками волшебников одновременно. Такие выкрутасы могут вообще закончиться моей смертью, если среди них окажется кто-то толковый. А если и нет, то некоторые могут успеть сбежать.

Лучше уж в таком случае будет уделить время спасению парочки оборотней, чем подставиться и сдохнуть из-за случайного заклинания. Сократить поголовье охотников я всегда успею, а вот увернуться от двух десятков авад могу и не успеть при всей своей сноровке и просевшей удаче.

Два-три десятка волшебников, собранных в одном месте — серьезная сила.

Я бы смог прикончить их всем разом, способы у меня имеются, да вот только после применения таких мощных и темных заклинаний за мной начнёт охотиться Отдел Тайн, а не ДМП. А еще проклятый лед или дьявольский огонь в моем исполнении пока не достаточно контролируемы и слишком медлительны.

Они обязательно спугнут охотников и те без промедления используют порт-ключи, спасаясь от ультимативной магии, осознав громадный разрыв в наших силах. Многие успеют сбежать, а тех, что не успеют, пожрет темная магия без остатка. Ни трупов, ни артефактов, ни волшебных палочек от них не останется. А они нам нужны. Особенно палочки. Для будущих членов Дикой Охоты. Ведь у оборотней их отнимают, а вейлам не продают совсем. Больше одной на волшебника официально тоже не купишь, и я уж вовсе молчу про оптовые закупки.

«Эх, видимо придется действовать сейчас, без подготовки. Не люблю импровизировать. Но нельзя дать двум большим группам воссоединиться. Хитрожопые ублюдки еще и возвращаются в лагерь по своим следам, избегая ловушек... Вот же дерьмо...» — я вздохнул и поудобнее перехватил пистолет, одолженный у Фелисити. Нужно будет привить себе привычку брать с собой свой собственный, а то как-то неудобно. Имея такую возможность её нужно использовать.

Семь патронов в обойме, один в стволе равно восьми трупам? Сомневаюсь. Они явно настороже. Придется ложить в каждую цель по две пули в надежде на то, что выпущенные с минимальным зазором во времени пули смогут преодолеть их пассивную или даже активную защиту. Максимум четыре трупа, даже если я буду целиться в слабейших из них, а я буду. У них там как минимум от двух до четырех вполне способных и опытных волшебников, а может и больше. В них я даже пробовать стрелять не стану.

Капитаны охотников точно носят артефакты с кинетическими щитами от маггловских пуль и просто быстро летящих объектов воде арбалетных болтов или трансфигурированных копий. Если я прав, то у них должно быть достаточно магии, чтоб поддерживать щиты активными довольно продолжительное время. Судя по едва видимому мерцанию по контуру мантий, они держат защиту.

Инферналы, прикрытые простенькими иллюзиями поверх невидимости, заняли лежачее положение на своих местах как раз на пути охотников. Те часто использовали обнаружение магии по площади, видимо опасаясь рунных ловушек, так что я даже и не расчитываю, что удастся застать их врасплох таким простым трюком. Как только они их обнаружат и отвлекутся на мертвецов, я сделаю свой ход.

И… время пришло. Первая пара инферналов вскочила и зигзагами понеслась на немного растерявшуюся группу охотников как только их подсветило ревелио и невидимость с иллюзиями стали бесполезны.

Через две секунды оставшаяся троица повторила бросок немного с другого направления. Я тоже начал сближение, готовясь нанести площадный удар до того, как враг успеет рассредоточиться и найти укрытие за деревьями. Тихий шепот, распаляющий на кончике волшебной палочки мощное проклятье, остался не услышанным — противники были слишком заняты выкрикивая приказы и заклинания.

Замешательство не продлилось долго, ведь охотники привыкли работать с быстрыми и подвижными целями, так что в инферналов полетели всевозможные заклинания, поджигая и разрывая тех на части.

Первый же залп снес ту пару почти мгновенно. Слишком концентрированный огонь, как я и предполагал.

Вот большинство поворачивается в сторону тройки приближающихся к ним инферналов и лишь четверо магов успевают почувствовать опасность, исходящую совсем с другой стороны. Чары невидимости больше не могут скрыть меня и распадаются, когда проклятье набирает максимальную мощность и с громким треском срывается с кончика концентратора.

Одновременно с черной, тонкой как лезвие меча молнией, выпущенной аккурат в одного из самых крикливых капитанов, я успеваю восемь раз нажать на курок, перемещая дуло по дуге от одной цели к другой. На каждого волшебника по две пули, выпущенные всего за полторы секунды. Впечатляющий результат, которого я не смог бы добиться без всех тех улучшений, копившихся с каждым последующим ритуалом. Перезаряжать пистолет нет времени, так что я просто выбрасываю его на землю, продолжая сближение. Потом подберу его вместе с трофеями.

Если же мне придется бежать, то руны на рукояти можно активировать дистанционно и Фел просто уничтожит улику. Она та еще перестраховщица, как и я сам, так что добавила такую нужную функцию. Если кто-то попытался бы направить её пистолет на неё — то остался бы без руки. Еще одна причина носить свой, а не брать у неё. И причина почему я никогда не взял бы его в ведущую руку. Просто на всякий случай.

Пули тоже нужно будет покрыть рунами, если мы хотим повысить эффективность оружия, но для этого нужен особый материал, и не абы какой. Простой кожаной накладкой на рукоять, как сделала Фел, отделаться не получится.

Слишком тонкая работа, для которой придется еще где-то раздобыть истинного серебра для напыления, иначе магическая гравировка просто не встанет. Да и пистолет из-за такой начинки наверняка начнет фонить магией намного сильнее, практически как настоящий артефакт. Но я такую штуку в Хогвартс брать не собираюсь, так что ничего страшного. Главное, что смертоносность пуль возрастет раза в два, а если найти способ пристроить к делу яд акромантулов, которого у меня накопилось порядочно… ух, сладкие мечты.

Из четырех выбранных для огнестрельного поражения целей нанести урон получилось всего трем. Двое были убиты на месте, получив пули в затылок и сердце, так как не имели кинетической защиты вовсе, да и не заметили меня, а третий оказался легко ранен. Простенький амулет остановил первую пулю и забуксовал на второй, но прежде чем хлопнуться — сильно ослабил её. Кожаная куртка спасла его сердце от свинца, но не от трещин в ребрах и беспощадной инерции с гравитацией впридачу. Временно он выведен из строя и повален на землю. Легкий ветерок доносит до меня приглушенные маты и сильный запах крови. Нападал я по привычке с подветренной стороны, как положено нормальному охотнику.

Один из инферналов едва заметно меняет свою траекторию — Фел решила выбрать его своей первостепенной целью, желая добить раненого. Это правильное решение.

Жаль, что четвертая мишень отделалась лишь легким испугом. У него оказались куда более качественные артефакты защиты от быстродвижущихся объектов. Жаль. Итоговый результат оказался хуже, чем я думал, но все еще в пределах ожидаемого. Можно работать.

Ну, хоть моя черная молния не подвела. В основе имеет проклятье кипящей крови и обычное заклинанияе молнии. Жаль, что насыщение проходило слишком долго. В скоротечном бою — неприемлемо, я бы целую связку заклинаний успел за это же время выдать, а вот как первый внезапный удар — отличная штука. Насквозь пробила как щиты волшебника, так и его самого, хотя дальнейшее её распространение по земле к ногам остальных волшебников успел пресечь главарь охотников, зациклив проклятье между трансфигурированными из веток зайцами. Они смогли перетянуть жадное до крови проклятье на себя и заряда на волшебников не хватило. Кажется, я ошибся с выбором первой цели. Не всегда самый крикливый — самый главный, да? Обидно, конечно, но если бы я смог убить всех врагов так просто, было бы даже скучно, пожалуй. Трансфигуратор оказался шустрым малым, однако. Я бы не смог так же быстро и при этом массово наделать живых зверушек одним взмахом палочки.

Тот же, кому досталась моя молния в полном объеме, стал больше походить на тлеющую головешку. Мужик либо не успел сориентироваться, либо просто не ожидал, что проклятье будет настолько мощным и быстрым.

От боевых проклятий тяжело защититься магическими щитами, тут нужно либо уклоняться, либо принимать их на трансфигурированные щиты. Можно еще на условно-живые объекты, как поступил мой более опытный оппонент. Если проклятье распространялось по земле, то это наилучший выбор.

Как бы там ни было, моя магия действительно вышла на новый уровень смертоносности. Ту мощь, которую я могу вкладывать в заклинания, игнорировать вредно для здоровья. Впрочем, противник тоже кое-что мог.

Ответный огонь заставил меня резко уйти в сторону, укрывшись за деревьями от парочки довольно быстрых авад и мощных конфринго, вспышками взрывов разорвавших пространство в нескольких метрах от меня. Кажется, запреты министерства по поводу использования летальных заклинаний никого здесь не волнуют. Это хорошо. Так интереснее.

В ответ в них тоже полетела связка из площадных взрывных атак бомбардами, конфринго и ледяными осколочными бомбами, которые им пришлось блокировать совместными усилиями, чтобы не потерять всех рядовых членов охотничий банды в первые же секунды. Шрапнель из осколков летала повсюду, и даже мне досталось, когда несколько бомбард попали в соседние деревья.

К счастью, большую часть осколочного урона поглотили мои кинетические щиты, искрясь и едва справляясь с таким количеством объектов одновременно. Пришлось поставить сплошной щит, а не точечный, хотя он и получился послабее. Магию отожрал, правда, весьма изрядно, но свою задачу модификация выполнила.

То, что добиралось до моего тела через щит, бессильно тарабанило о маску и вышитый изнутри шелком акромантулов костюм. Лишь одна щепка смогла найти зазор между маской и воротником, почти пронзив мою шею. Почти, потому что не смогла пробиться глубже поверхностного слоя эпидермиса и лишь пустила немного крови, скатившись мне за шиворот.

Полнолуние делало меня не только сильнее физически, но и значительно крепче. В меня и пуля-то максимум на сантиметр войдет, что мне щепка? Так, кожу подрала немного — и на этом все. Даже хорошо, что упала она за шиворот, а не улетела в какие-то кусты. Пускай раздражает неимоверно, елозя под рубахой, зато не придется волноваться, что пропущу такую явную улику при зачистке.

Да уж, в силе-то я неплохо прибавил, и это я ведь еще расту. Раньше такой спонтанный кинетический щит я бы даже не рискнул ставить. Просто не вытянул бы такую модификацию. Приятно, однако. Ну ладно, теперь моя очередь.

Кровавые хлысты, потом обычные молнии, костедробительные, сразу за ними трансфигурирую воздух вокруг себя в сплошные потоки воды. Вовремя. Принимаю на образовавшийся щит мощный поток огненной магии. Скооперировались, заразы такие. Неплохо, но щит быстро твердеет и превращается в толстую ледяную сферу. Вместо жара от кипящей воды я чувствую освежающий морозец, покалывающий кожу. За щитом все еще бушует пламя, но оно не может так быстро растопить мой лёд.

Плавные движения палочкой по внутренней сфере приносят свои плоды. Хочу использовать ставший любимым прием. Я словно заключил себя в ледяную деву. Вокруг меня так много острых и твердый ледяных игл, что я больше не могу свободно двигаться. Оп, а вот теперь дикобраз показал спрятанные колючки.

Мгновение, и моя ощетинившаяся вовне сфера взрывается, выстреливая иглами в волшебников словно из пулемета. Я уверенно контролирую траекторию полета, направляя все подарочки адресатам. Ну разве я не отличный Санта?

— Хоу-Хоу-Хоу, сучары! — весело потешаясь над офигевшими от резких изменений в положении дел волшебниками, я продолжил сближение под прикрытием остатков парящих вокруг меня холодных игл.

Волшебники переключились с режима уверенного подавления зажатого в угол врага на защиту своих дымоходов и других отверстий от неожиданных подарков на Рождество.

Пока они неплохо держатся — вот что значит командная работа и опыт. Сила — силой, а одиночке группу раздавить просто так не получится. Нужно подавляющее преимущество в силе для такого, а я пока не так крут. Но обязательно буду. А пока увеличим подарки. Не количество, о нет. Оно как раз у меня конечно и уже скоро тучность обстрела снизится… я о размере сосулек. Размер имеет значение. На такой скорости, да вместе с увеличившейся немного массой снарядов, их щиты, которые они только приспособили, немного привыкнув и расслабившись, стали рваться и разлетаться ошметками, будто живая плоть.

Хо, кое-кто вспомнил молодость и запрыгал аки кузнечик, прилагая массу усилий, не для полной блокировки снарядов, как было ранее, а страстно желая хотя-бы отклонить их немного в сторону, по касательной. Ну или совершенно по маггловски уклониться. И кто говорил, что перекаты и увороты не помогут в магическом бою?

Простенькие руны отсроченного увеличения размера и массы, которые я выгравировал на последних снарядах, хорошо потрепали им нервы.

Потом попробую маленькие кинжальные сосульки, которые будут увеличиваться и расцветать непосредственно в ране, при попадании в цель. Почти как алый ликорис. И столь же смертоносно и болезненно.

Да, я нагло позаимствовал идею у создателя самых не гуманных патронов в мире — экспансивных. А что? В магическом мире никто не запрещал делать экспансивные сосульки, раскрывающиеся и увеличивающиеся в ране, так ведь? Не слышал про такое.

Окклюменция позволяла мне отлично контролировать все поле боя целиком. Пока лидеры отвлеклись на меня, оставив инферналов на своих более слабых и бестолковых подчиненных, двое трупаков успели все же добежать, потеряв своего третьего товарища в огне войны. Ну, не беда.

Один тут же налетел на стонущего и безуспешно пытающегося встать на ноги раненого охотника, схлопотавшего пулю, но героически выжившего только для того, чтобы быть убитым инферналом. Не повезло ему.

Второй мертвец резво уклонялся от всех заклинаний. Чем меньше мертвецов оставалось под контролем Фелисити, тем лучше она могла их контролировать, так что последние двое превратились из тупых болванчиков в довольно опасную нежить. Но в конце-концов он схлопотал грудью бомбарду, почти достигнув своей цели.

Ага, прямо в упор и поймал. Разлетелся марафонец по всей округе кровавым и пахучим конфетти. Приятный запах давали цветочки, перебивая запах крови, дерьма и внутренностей, кстати. Кровавые лепестки неспешно падали на землю. Ну чем не праздник? Правда, не Рождество, как я думал изначально, а похороны. Хорошо, что не мои, однако.

Гений, который от страха применил бомбарду на таком удачном расстоянии от себя, тоже легко не отделался и отбыл в страну грёз, получив себе в подарок сотрясение мозга и множественные осколочные ранения по всему телу, потеряв правую руку впридачу. Отдарился, можно сказать.

Ну что тут скажешь, головой думать надо… этот, похоже, был самый зеленый из них. Настоящий везунчик. Хотя… он мог бы оказаться среди тех, что поймали затылком мои пули, так что спорно. Он-то еще живой. Вроде. Там есть еще один инфернал… вдруг он захочет отомстить за своего завявшего друга?

Подведем итоги на данный момент.

Итак, четыре простачка выбыли, как и один из капитанов или их заместителей, точно не знаю, кому там прилетела черная молния. Осталось семь волшебников против меня и трапезничающего мертвеца. Трое самых сильных прямо сейчас перешли в контратаку и пытались подловить меня, попутно подрабатывая лесорубами.

Серьезно, в тех местах где я пробегал всего секундой ранее, стволы деревьев взрывались, срубались, разъедались кислотой, горели и гнили. Треск стоял как на лесоповале где нибудь в Канаде. Один раз такое дерево чуть меня не придавило. После этого пришлось оглядываться по сторонам чуть чаще. Не уверен, что для моей спины будет полезно близкое знакомство с бревном в полтора метра в обхвате.

В целом, все идет хорошо. Жаль, что уже никак не получилось бы заманить насторожившихся волшебников в ловушку, как Фел, и мне пришлось действовать практически как варвар, выбежав на них из леса, размахивая дубинкой… то есть, я хотел сказать, волшебной палочкой, да.

Подгадав момент, я все-таки смог зацепить еще одного охотника проклятьем полых костей. Правда, только ногу, но этого хватило, чтобы он потерял равновесие из-за сломавшейся в нескольких местах ноги и повалился на землю. Полые кости не выдержали веса довольно грузного мужчины в кожаной броне.

Жаль, но добить неудачника мне не дали, прикрыв его транфигурированной кирпичной стеной. Неплохо. Уже уяснили, что я специализируюсь на темной магии и проклятьях по большей части. Тогда внесем немного разнообразия.

Пропустив над головой очередную аваду, я пригнулся к самой земле и поднырнул под костедробительное заклинание, только чтобы в следующее мгновенье с натугой, выжимая из мышц ног и спины все возможное, совершить прыжок к стволу старой ели, пропуская мимо еще парочку секо под ногами.

Ох, Мордред, кажется, их тупые подчиненные уже расправились с одиноким инферналом. Ну, это не беда. Они и нужны-то были, в основном для отвлечения внимания. Свою цель они выполнили отлично и я сблизился достаточно.

Оттолкнувшись ногой от шершавого ствола, я взмыл еще выше, уходя вправо, к другому дереву, попутно отправляя с высоты синтезированную из воздуха острую сосульку в одного из простых охотников. Тот отбился, готовый к противодействию с ледяной магией, но сосулька рассыпалась

снежным крошевом, трансформируясь в практически прозрачный, но очень ядовитый туман. Очередной сюрприз.

Бедолага успел сделать вдох, прежде чем заметил подвох. Хотя и без попадания в легкие он бы все равно погиб. Яд осел на лицо и руки, впитался в поры на теле. Приемчик с ядовитым туманом, который использовала Фелисити в прошлом бою, она позаимствовала у меня. Но я предпочитаю точечную, но очень ядреную концентрацию яда и другой метод экспресс доставки к цели. Она же решила поэкспериментировать с наркотиками и галлюциногенами, добавив щепотку магии иллюзий. Довольно эффективно, надо сказать. Стоит взять на заметку.

Ну, не повезло парню. Тот зашелся в кашле и, упав на колени, начал блевать кровью. Из глаз и ушей тоже хлынула кровь. Высокая концентрация этого яда превращала его в слабую кислоту, так что это было наверняка не очень приятно.

Снова прыжок и несколько заклинаний отправляются во врагов с высоты. Блокируют, хотя я замечаю, что с каждым разом им все сложнее защищаться. Устают.

Хорошо что в лесу так много деревьев и предугадать мой пункт назанчения не так-то просто. Несколько соседних деревьев, однако, поразили весьма неприятные заклинания. Пожалуй, пора спускаться на землю, а то, чувствую, допрыгаюсь.

Боевая трансгрессия — полезная штука. Оставляя за собой черный шлейф из дыма, я пролетел еще два десятка метров, лавируя между деревьями и лучами вражеских заклинаний, прежде чем снизился на безопасную высоту и, развеяв заклинание, ушел перекатом за небольшую скалу.

Пока находился в воздухе я успел оценить обстановку. Двое лидеров все еще были в строю и неплохо держались, прикрывая раненного, который пил зелья и водил палочкой над сломанной ногой. Уж не знаю, есть ли такие заклинания в их арсенале, что могут восстановить похеренные напрочь кости ноги так быстро, но проверять мне что-то не хочется.

Еще у них было трое подчиненных, которых тоже стоило учитывать, так как их заклинания хоть и были медлительными и редкими, но все еще могли причинить вред и оттягивали на себя часть моего внимания. Я ведь тоже не железный и порядком вымотался в магическом плане.

Так-так-так, один из них занят помощью своему отравленному товарищу, запихивая ему в рот безоар и заливая туда же лечебные зелья. Это ему не поможет, конечно. Этот яд, простой донельзя, был лишь носителем для сложного проклятья внутри себя. Обманка. Попав в легкие, оно активировалось и сейчас уже наверняка наполняло их гноем. Ужасная смерть, от которой даже у меня мурашки по коже. Магия — страшная вещь в руках малефика и некроманта…

Мое импровизированное укрытие не могло продержаться слишком долго, хотя я его и укрепил своей магией, так что пришлось покинуть его, продолжив сближение. Я был всего в пятнадцати метрах от ближайшего волшебника, так что скорость обмена ударами значительно возросла. Это было на руку мне, но не им, ведь я был быстрее во всех отношениях и реагировать на угрозы тоже мог загодя. Чего не скажешь о моей следующей жертве.

Цепная молния хорошенько прожарила еще одного обычного охотника и должна была ударить в спину его боссу, но тот успел выставить щит, который отправил молнию обратно в меня эдаким рикошетом. Я не стал уклоняться, а тоже развернул щит под углом и перенаправил её в другого охотника, который только что вернулся в бой, не успев даже оплакать умершего у него на руках товарища, захлебнувшегося вонючей желтой жижей.

Ему, можно сказать, повезло. Молния после двойного рикошета значительно ослабла и вместо жаркого из волшебника, на землю упал просто временно парализованный волшебник. Держим в уме, что он все еще может вернуться в строй.

Скоординированная атака двух капитанов, состоящая из веера огненных всполохов зеленого цвета и авады, прячущейся между ними была бы довольно опасной, если бы я решил принимать это чудо на щит. Но я решил уклониться, пользуясь преимуществом в скорости и маневренности. Если бы я принимал все их атаки на щиты, то уже мог бы свалиться от истощения. Одному сражаться против такой толпы — сложновато. Приходится учитывать множество факторов.

Ответом на дерзость с моей стороны послужило очередное интересное проклятье, прошившее щит зазевавшегося волшебника. Этот явно был одним из капитанов, больно опытный и даже почти угадал с модификацией контр-щита. Только вот проклятье было мною полностью переработано и от оригинала остались разве что визуальные эффекты. Потому и использовал, собственно. Обманка просто отлично показала себя.

Охотник вскрикнул и спрятался за ближайшее дерево, попутно окутавшись всевозможными щитами. Его рука, в которую угодило проклятье гниения плоти, довольно быстро начала чернеть.

Мне, разумеется, было далеко до Темного Лорда и я не мог сделать его настолько неотвратимым, но я сильно сомневаюсь, что кто-то из моих оппонентов способен его снять. Они тоже не Дамблдоры, знаете ли. Хотя в Мунго ему бы могли помочь, скорее всего.

И, по всей видимости, этот мужик пришел к тем же выводам, что и я, потому что он решил сбежать, спасая свою жизнь. Кажется, я допустил ошибку. Нужно было бить чем-то более смертоносным и скорым на расправу. Он сунул палочку в зубы и освободившейся рукой потянулся к подсумку.

Хорошо, что я сражался в этом бою не один и мой косяк заметила Фелисити. Единственный добравшийся до врагов инфернал недавно сгинул, но оставил после себя наследие. Тот, кого он пожевал, успел покрыться ликорисами и сейчас лежал, дожидаясь своего часа, чтобы нанести коварный удар в нужный момент. Точнее, это Синдер ждала, конечно, и сделала свой ход в подходящий момент.

Как в любом хорошем хорроре, появление зомби оказалось внезапным. Он вцепился посиневшими пальцами в шею своего бывшего начальника, сдавив её с такой силой, что тот не мог выдавить из себя ни слова. Портус явно застрял у него в горле, мешая трезво мыслить, а палочка между зубов никак не могла помочь своему хозяину. Скорее даже мешала. Ему следовало выплюнуть её и попытаться промямлить заветное слово, но волшебники просто на уровне инстинктов скорее расстанутся с жизнью, чем со своей палочкой. Жалкое зрелище.

Поняв, что не может активировать порт-ключ, он принялся наносить удары ножом, пытаясь умертвить инфернала по-старинке, но такие слабые физические повреждения ему были нипочем. Хотя нож входил аккурат в глазницу, для его врага это не было проблемой — ликорис пророс внутри всего тела, так что удары в голову ему не особо навредили. С хрустом инфернал резко повернул шею задыхающегося мужчины под углом, несовместимым с жизнью. Однако смерть этого трусливого охотника повлияла на его товарищей.

Во первых, они наконец сбросили боевой азарт и осознали опасность инферналов, способных пополнять свою численность за счет убитых ими, так что очень быстро в того прилетели бомбарды, которые я, к стыду своему, не успел перехватить. А во вторых он подал прекрасную идею остальным выжившим, которые, кажется, только что осознали всю плачевность своего положения.

Из двенадцати магов на поле боя остался только один целый капитан, еще один раненый, ну и один трясущийся от страха парень, который боится даже нос показать из-за своего укрытия, словив ПТСР, по всей видимости.

Двое живых капитанов решили действовать практически одновременно и потянулись за порт-ключами. Допустить побег двух приоритетных целей я попросту не мог. Даже один сбежавший — это фиаско, так что я не мелочился и, вбухав максимум силы в свою трансфигурацию, заставил местность под их ногами преобразиться. Ледяные шипы выстрелили из земли с огромной скоростью, нанизав не ожидавших такого поворота охотников. А потом шипы зацвели красными лепестками, с гарантией обрывая жизни довольно сильных и опытных волшебников.

Да, не удержался и решил попробовать свою идею но в несколько ином масштабе реализации. Потренировался, келпи меня задери, экспериментатор херов.

С одной стороны — их трупы теперь совершенно непригодны для создания нежити, что есть плохо, но с другой — они теперь точно никуда от меня не денутся. Хотя я скорее просто так себя успокаиваю, ведь моя нездоровая страсть к экспериментам загубила две довольно сильные заготовки под инферналов-стражей нашей новой базы.

Это луна так на мозги давит? Или жажда крови и кровавый угар боя? Или же чувство абсолютной, всепоглощающей свободы, власти и собственной силы, от которой хочется выть на луну в небесах? Блин, может все-таки просто боевой азарт и адреналин? Да уж, пускай лучше они, чем проблемы с головой. Мотнув этой самой головой и стряхнув кровавую пелену с глаз долой, я вернулся в бренный мир, запоздало подавив саморазрушительные импульсы. В полнолуние нужно быть осторожнее, а то можно однажды не рассчитать свои силы и самому стать дичью.

Не зря я все-таки пропитывал поле боя своей магией все это время, устлав землю крошевом от разбитых сосулек и ледяных копий, торчащих из земли. Лед незаметно истаял, вода проникла в почву вместе с моей магией, затаилась, но не исчезла.

Медленно, тоненькими ручейками, пробиралась талая вода под ноги врагам. Оба охотника уже держали в руках свои костяные ножи и были готовы уйти порталом как раз в тот момент, когда их настигло холодное цветение смерти. Может быть, именно то, что они почти ушли порталами, триггернуло мою кровожадность и я психанул. Да, пусть будет так.

«Фух, это все же было довольно близко на этот раз. Ох, как же я ненавижу использовать масштабную трансфигурацию. Устал так, будто работал каменщиком три дня… чуть не надорвался.»

Вытерев со лба выступивший пот, я пошел дальше, соблюдая осторожность. Шипы не должны были зацепить последнего выжившего, но тот успел скрыться с глаз и, кажется, решил тупо сбежать на своих двоих, не имея при себе порт-ключа, как его начальство. Направление он выбрал противоположное мне, а значит…

А вот и Фелисити. Она вышла с другой стороны, держа за волосы отрубленную голову дезертира и с интересом стала разглядывать ледяные ликорисы. Как я и думал, у нее они отторжения не вызывают. Скорее научный интерес. Ну точно — такая же больная на голову, как и я сам… Нам бы к психологу сходить… может даже к семейному…

Не повезло парню наткнуться при побеге на Синдер, лишившуюся своих кукол, однако. Лучше бы попытался добраться до порт-ключа одного из погибших офицеров. Шансов тоже было не много, конечно, но хоть что-то. Даже если бы он не встретил Фел по пути, я бы его все равно догнал, обратившись в оборотня.

— Фел, нафига ты его убила? — я тяжело вздохнул и попытался почесать щеку, но наткнулся рукой на маску.

Черт, она так хорошо сидит благодаря рунам и такая легкая благодаря магии, что я про нее даже забываю иногда. Настоящая вторая кожа. Шедевр артефакторики. Идею я честно сплагиатил у своего идейного врага — Волдеморта и его ПСов. Они тоже отнюдь не безделушки карнавальные носили. Серьезные дяди, все-таки. Мы тоже серьезная компания. В перспективе. Но на репутацию нужно работать с начала основания, так? Вот-вот. Первые три мы создали благодаря нашим совместным усилиям на стыке многих направлений магии. Серебряная у Фел. Чёрная с золотом у меня. Ну и у Кэрол красная, разумеется. Рядовым членам Дикой Охоты достанутся маски попроще, серого цвета. Офицерам серые с золотыми рунами, как у меня. Пока такой предварительный дизайн устраивал.

Черт, еще и пальцы в крови своей замарал. Рубашку придется стирать. Кровь из раны на шее уже давно перестала идти, а благодаря регенерации тонкий слой новой кожи уже образовался на месте пореза. Придется особенно тщательно тут все зачистить, а первым делом, как вернемся, провести ритуал отсечения плоти. Просто успокоения паранойи ради.

— Ээээ... А с чего это в тебе вдруг проснулся гуманизм? — удивленно и немного обиженно спросила Фелисити, в знак своего обоснованного протеста запульнув голову несчастного беглеца по дуге на один из моих ледяных цветочков, насадиввшуюся на окровавленное острие, как брошенное на ярмарке яблоко на вилку. Ну, претензию я понял, но я вообще-то не об этом.

— Гуманизм? Фел, я не собираюсь использовать для наших будущих ритуалов нормальных людей. Для этого отлично подошли бы вот эти отбросы, которые давно потеряли свою человечность. Их мне не жалко. А этот голубчик мог бы послужить топливом для улучшенного фиделиуса на нашей новой базе, например… Или поработал бы хранителем тайны, вечно спящим на глубине пары футов под землей. На Лондонском кладбище всегда найдется пустой гроб и могила для такого человека…

— Проклятье! — тут же скисла Фелисити, потупив взор. — Что-то я об этом не подумала…

— Ладно уж, проехали. Тут есть еще выжившие. — Я покачал головой и быстро направил палочку влево и вниз. С нее сорвалось мгновенное секо.

Тот мужик, которого приложило молнией, уже очухался и тихонько старался вытащить нож из руки своего почившего командира. Хитрый какой. Пальцы трупа еще не успели окоченеть, так что шансы у него были бы, но я все время держал в уме потенциальных выживших и их место дислокации. Естественно по полю боя раздался душераздирающий вой.

— Кстати об этом. Ты настоящий счастливчик, парень… не хочешь поучаствовать в одной темномагической практике? Нет? Ну, не то чтобы у тебя был выбор, на самом деле…

Видимо, парень действительно обладал минимальной положительной удачей. Так легко отделался во время боя, аж диву даешься. Но я почувствовал тоненький ручеек удачи, который перетек от него ко мне. Вот и все, его удача мгновенно кончилась, стоило мне оказаться достаточно близко. Я давно заметил, что мое черная удача имеет скрытую характеристику поля антиудачи для таких вот, записанных мною в свои враги. Незаметно закатал рукав и глянул на проступивший на руке черный клевер. Всего пятьдесят единиц удачи сверху… а всего у меня сейчас две тысячи тридцать четыре.

Пятьдесят… иногда я забываю, насколько огромна на самом деле разница в количестве удачи у меня и у простых людей. А что уж говорить о Гарри, мать его рыжую, удачливом засранце? Можно ли этого доходягу сравнить с ним? Нет. Вообще и рядом не стоял. С другой стороны… Не Поттер конечно, но на безрыбье и рак — рыба. Постненько, но сойдёт. Главное, что в плюс вышел. Я явно становлюсь все сильнее. Даже не пришлось вступать в ближний бой. Враги кончились на подходе.

Я подошел к скрутившемуся от боли и завывающему телу, которое оставшейся рукой пыталось зажать кровоточащий обрубок. Его палочка тоже осталась в правой руке. Может быть, если бы он оставил её, он даже смог бы вытащить нож и уйти живым. Но не оставил. Выпустить палочку из рук для него было святотатством, наверное.

— П-Пожалуйста, умоляю вас! — когда я остановился возле него, заслоняя собою свет полной луны, он поднял полные боли и дикого ужаса глаза вверх, но не к звездам, а на меня. Запричитал: — У-у меня с-семья… дочки, они без меня пропадут! Вам нужны д-деньги, я все отдам, только сохранить жизнь, прошу! Без кормильца они…

— Я тебе верю, но, знаешь, у тех, кого ты пришел убивать ведь тоже были семьи. Тебя ведь это не смутило, когда ты шел на дело, так почему твой скулеж должен тронуть меня, а? Убивая, будь готов быть убитым. — холодным и безэммоциональным голосом, будто читая приговор, проскрежетал я. Маска отлично искажала мой голос, превращая его в жуткий, металический глас смерти. Мне нравится.

А еще я проломил его ментальные щиты в момент слабости и заглянул в душу, так сказать. Ну и отброс… Про семью он соврал, кстати. Маленькие девочки, о которых он говорил, были совсем не его дочками, но он просил их так его называть, когда… Черт, пришлось срочно выбираться из его головы, потому что еще немного, и я его таки убью. Видимо, он что-то такое прочитал в моем взгляде, потому что обоссался. Больной ублюдок… мне же его еще тащить на базу… Воспользуюсь магией. Мне к нему даже прикасаться не хочется.

— Нет-нет-нет, умоляю вас! — он попытался подползти ко мне, как мерзкая кровоточащая мокрица, которую случайно придавил ботинком прохожий. Его окровавленные пальцы потянулись к моей мантии и меня передернуло от омерзения.

Я уже поднял руку, чтоб наложить на него чары, как в него прилетела зеленоватая молния от Фелисити, которая была соединена с моим ментальным каналом и успела правильно прочувствовать и понять мои эмоции, интерпретировав их на свой лад.

— Круцио! Кто тебе разрешал прикасаться к нему?! Круцио! Знай свое место, червяк! — зло прошипела Фелисити, продолжая поддерживать заклинание. Её жертву выгнуло дугой, но крика не последовало. Беднягу так колбасило, что он забыл как дышать и кричать. Фелисити вложила в свою магию много негативных эмоций.

— Достаточно, Фел. — я подошел и опустил руку ей на плечо, немного погладив её, успокаиваясь от этого и сам. Видимо её тоже настигли побочные эффекты от слишком частого использования темной магии за ночь, раз её так накрыло. Ей нужно отдохнуть, а не усугублять своё состояние. Хотя я был благодарен ей за такое странное проявление привязанности.

— Хорошо, Ами. — она перервала заклинание и застенчиво отвернулась, крутнув палочку между пальцами. Да уж, странная она у меня, конечно. Вот она пытает человека непростительным, а через секунду ведет себя как застенчивая малолетка…

— Фел, никакой темной магии на сегодня. И на завтра. С тебя достаточно. Закончим дела в лесу и расслабимся. Сегодня заночую у тебя. — поставил её перед фактом. Я быстрым движением палочки отправил волшебника задремать и влил ему на всякий случай в рот напиток живой смерти. Мне не нужно, чтоб он внезапно проснулся у нас в подвале и наворотил дел. Нам еще ритуалы нужно провести, чтоб его тушку не смогли отследить его работодатели из гильдии охотников или ДМП. Аврорат и Тайнюки тем более могут стать проблемой. Эх, как много дел…

— Отлично! У меня есть пицца, и я как раз купила парочку новых ужастиков! — девушка обрадовалась как ребенок, которому пообещали поездку в Диснейленд за хорошее поведение. — А потом мы можем… — она многозначительно подвигала бровями под маской.

— Я не против, разумеется. Только я тебя прошу, без реальной необходимости не используй, пожалуйста, непростительные заклинания. Они очень вредны для здоровья. Особенно авада. Империо еще нормально, но вот смертельное и пыточное слишком сильно бьют по мозгам. Договорились?

— Ох, ты такой заботливый сегодня.

— Я всегда заботливый, балда.

— Сам ты балда. Мог бы делать приятные вещи почаще. — Фелисити высунула язык но натолкнулась им на маску и, чертыхнувшись про себя, развернувшись на одной ноге, как балерина, метнула оглушающее в шевельнувшегося недобитка. Того, которого вывела из строя собственная бомбарда. Еще один живчик в фонд бедных меценатов темной стороны силы. Еще работа…

— Я тебя услышал. Завтра ходить нормально не сможешь и проваляешься в кровати весь день. — Я угрожающе покачал указательным пальцем, но контекст угрозы её скорее воодушевил. Печально. Мне на пути Темного Мага еще предстоит многому научиться… Кажется, я совершенно не умею запугивать собственных сторонников!

— Ловлю на слове, ехехехехе!

— Горе ты моё… Ладно, быстро собираем трофеи, вяжем раненых, зачищаем территорию отложенным огнём и добиваем тех слабаков, что они оставили в лагере. — глянув на время я решил закругляться. Передохнем уже дома. Работы выше крыши, а я уже заебался.

Тех слабаков, что оставили в лагере, мы можем разобрать даже обычной или стихийной магией. Там остались слабейшие охотники. Просто проломим их щиты силой и расстреляем из засады, как гусей.

С другой стороны, нам бы поторопиться, ведь я хотел бы еще толкнуть небольшую речь перед спасенными оборотнями. Нужно оставить у них правильное впечатление. Мы поможем им сбежать и добраться до других поселений мохнатых. Там они разнесут молву о Дикой Охоте и наших благих деяниях… Когда придет время и я появлюсь на сцене перед оборотнями во всей красе — у меня уже будет положительная репутация. Немного, но и эта малость может стать решающим фактором.

п.с. Автора: Не забывайте комментировать и делиться впечатлениями от прочтения главы. Почему это важно? Помимо того, что автору банально приятно, это помогает мне подмечать некоторые пробелы в лоре или действиях персонажей, на основании чего я оптимизирую работу)

Глава 29 Семена надежды

Комментарий перед главой:

Внимание, возможна передозировка пафосом! А потом милотой.

Жмущиеся друг к другу, словно желторотые цыплята, а не смертельно опасные и заразные машины смерти, на маленькой площади догорающего поселения сгрудились выжившие оборотни, ожидающие своей участи.

Кандалы и магия более не сковывали их. Не сжимали до крови шеи шипованные ошейники. Раненые больше не истекали кровью, молча терпели и зажимали свои раны. Многочисленные взгляды желтых глаз проклятых созданий были прикованы к небольшому помосту, накануне превращенному магией в груду обломков и ей же восстановленный в мгновение ока, одним простым взмахом страшного волшебника в стилизованной маске волка. Хотя назвать это маской было бы не совсем верно. Это нечто больше напоминало вычурный рыцарский шлем в форме головы волка. Волшебник, между тем, спокойно осматривался вокруг и был на помосте не один. Рядом, по правую руку от него и чуть позади стояла не менее пугающая ведьма, в такой же маске но другого цвета. Пугающего серебристого цвета. Жители этого поселения боялись истинного серебра, ведь оно было смертельным ядом для проклятых.

Оборотни, среди которых остались в числе живых и относительно целых разве только дети, подростки да женщины, опасались этих двоих не меньше, чем своих почивших пленителей и охотников. Почему же они их так боялись, если эти двое пока не проявляли к ним никакой агрессии и даже убили всех извергов, что собирались пропустить их через мясорубку? Как раз потому и боялись, что эти двое страшных людей пропустили через мясорубку всех остальных волшебников, что совсем недавно были хозяевами положения, этого поселения, и их, оборотней, судьбы.

Меньше чем за минуту эти двое незнакомцев в масках вошли в поселение с двух разных сторон, выйдя из леса, и перебили десяток не самых слабых охотников, словно они были сопливыми первокурсниками, едва взявшими в руки волшебную палочку.

Матерых охотников рвало на части, они усыхали, они сгорали, нанизывались на ледяные и кровавые шипы, разрубались на мелкие кусочки невидимыми лезвиями. Их безвольные тела ломало, словно соломенные куклы, попавшие, в руки жестоких детишек, или иногда разъедало кислотой, или убивало сильным ядом, или черт его знает, чем еще. Многообразие ликов смерти никого не оставило равнодушным. Такого карнавала причудливых и ужасных смертей они не видели еще никогда.

Складывалось впечатление, будто целый темный ковен колдунов обрушился на их обидчиков. Но нет, их было всего лишь двое, и это пугало даже больше. Такой леденящей душу жестокостью, эффективностью и смертоносностью могли похвастаться разве что пожиратели смерти из внутреннего круга павшего Лорда. Может быть… это они и были?

Охотники просто не успевали подстроиться под калейдоскоп разноцветных лучей и магических всплесков, зажимаемые в тисках и очень быстро гибнущие, не в силах сдержать напор более сильных хищников. Или охотников? Это местным жителям еще только предстояло узнать.

В прошлой войне оборотни сражались на их стороне, в надежде на новую жизнь, так может быть они пришли помочь своим бывшим союзникам? Скорее всего нет. Сейчас оставшиеся на воле аристократы, напротив, прилагали все свои силы, чтобы изжить со свету своих бывших союзников.

Скорее всего, такую участь они уготовили им и в случае своей победы в той войне… зачем им делиться сладкими плодами победы с опасными проклятыми тварями, которых куда как проще удавить во сне? Нет, предатели не стали бы помогать оборотням просто так. Но и взять с них нечего. Больше нечего. Все мужчины в этом поселении пали в жестокой схватке, забрав с собой на тот свет половину охотников. Даром что их слабейшую половину. Стариков, охранявших молодняк, тоже не пощадили.

Так кто все же к ним пожаловал? Друг или враг? Маски-шлемы давали маленькую и эфемерную надежду на благополучный исход этой ночи. По крайней мере, их не стали убивать сразу и даже освободили от цепей и кандалов, велев помочь раненым и собраться на площади.

Мужчина в черной маске вышел немного вперед, встав на краю помоста, возвышаясь над молчаливыми проклятыми и снял свой капюшон. Теперь они могли рассмотреть его лучше. Теперь они могли почувствовать его лучше.

Словно вместе с капюшоном спала некая магическая преграда, что мешала им даже унюхать его собственный запах, не то что запах его магии.

Янтарные, светящиеся могуществом и властью глаза мужчины в черной маске завораживали и приковывали взгляд каждой живой души на площади. Такие же волчьи глаза, как и у них всех. Оборотень. Несомненно оборотень. Очень сильный, и не такой как они. Нет, не сломленный. Не опустивший руки. Такой не склонился бы ни перед кем. Так ощущался их предыдущий альфа, погибший много лун назад, но знатно проредивший состав другой боевой группы охотников, подло заманивших его в ловушку. Но этот «волк в человеческой шкуре» ощущался еще сильнее. Еще опаснее.

Да… Он пах как волк, он ощущался как волк, а серебряная луна признавала его равным себе, раз он мог поддерживать человеческое обличье сейчас, когда её власть над проклятым волчьим родом сильнее всего. Инстинкты зверя требовали — подчинись ему. Преклони колено и признай власть. И они были готовы, если он попросит. Но он молча рассматривал их. Они ему были не нужны. Слабые, разбитые, униженные. Им хотелось отвести взгляд, но это было выше их сил.

Таких случаев на их памяти еще не случалось. Могло ли это быть знамением перемен? Мог ли он быть тем кто научит их как укрыться от света злой луны и сохранить разум и человеческий облик в час ночной? Хотелось бы верить… Очень хотелось бы. Терпеть ужасную боль каждое полнолуние было непросто даже взрослым волшебникам, не то что детям. И сейчас перед ними стояло живое воплощение их общей мечты. Что же он им скажет?

Прогонит? Убьет? Может быть просто развернется и молча уйдёт, не проронив ни слова на прощание, словно их жалкие жизни в его глазах не стоят и сиккля?

— Я многое хотел бы сказать вам, мои пушистые друзья, о многом желаю спросить вас или, возможно, даже кое-что предложить. Но пока что я отчетливо вижу, что вы… не готовы… — раздался спокойный, металлический голос. По нему было трудно определить возраст, в нем отсутствовал какой-либо акцент и уж тем более совершенно неясно было, чего от него ждать. Это насмешка? Это угроза? Это обещание? Это надежда?

С каждым последующим словом голос звучал все громче. Будто сам воздух начинал нагреваться.

— Не готовы сражаться — вы разбиты. Не готовы восстать — вы сломлены. Не готовы бороться за свое будущее — вы погрязли в грезах о прошлом. Не готовы слушать — вы глухи к мольбам разума и сердца. Не готовы кричать — вы немы с тех самых пор как прорезались ваши клыки. — каждое обидное слово волколикого волшебника ввинчивалось раскаленной иглой прямиком в мозг и в сердца тех, кто готов был сегодня услышать, презрев боль от горькой и болезненной правды.

Несомненно, слова находили отклик, ведь были чистой правдой. Надежда давно умерла в их сердцах, как и мечты. А без мечты, без цели, без надежды, как можно жить? Лишь существовать. Но далеко не у всех его слова посеяли семена стыда и гнева, многие давно уже сломались и потухли окончательно… Но некоторые подняли головы и в их глазах будто вспыхнули огоньки. Словно золотистая зола, на которую налетел жестокий ветер, но вместо того, чтобы окончательно потушить угасшее пламя, вдохнул в них новую жизнь.

Словно мощный заряд электрического тока простреливший безжизненное тело, жестокие слова одного из их вида вновь запустили остановившиеся сердца. Те, что были еще живы внутри, твердо встали на ноги, не желая соглашаться с каждым словом незнакомца. Голос тем временем громыхал словно гром, явно усиленный магией, и продолжал давить. Были те, кто стоял прямо, не отводя взгляд от помоста, и были те, кто припал к земле, словно придавленный непомерной тяжестью и лишенные всяких сил к сопротивлению. Больше всего молодых волков было среди тех, кто возвышался над другими.

Время не всегда лечит, иногда оно калечит.

— Будущее, которое каждый разумный хотел бы держать в своих руках — вы презрели, выжимая жалкие крохи из этого настоящего, которое с каждым днем становится все невыносимее. Естественно.

А с чего бы ему вдруг становиться лучше, если настоящее есть ничто иное как совокупность потраченных в прошлом усилий и планов на будущее, о котором вы даже не задумываетесь, забившись по своим конурам, в надежде на чудо.

Голос волшебника хлестал по ушам, словно плеть из молний, растекаясь раскатами грома по разрушенному поселению, а оборотни завороженно слушали, забыв как дышать. Лапы тех, кто упрямо отказывался упасть мордой в пол и безропотно сносить оскорбления дрожали от напряжения. Давление магической ауры и воли волшебника ощущалось практически на физическом уровне. Сквозь боль они смотрели в раскаленные глаза правды.

— Что вы сделали вчера, чтобы сегодня было лучше? Что вы сделали сегодня, чтобы лучше было завтра?! А я вам отвечу. Ничего. Вы ничего не сделали, чтобы эта трагедия не случилась. И что самое печальное, вы ничего не сделаете впредь, чтобы она не повторилась…

Раздался приглушенный рык. Не все были согласны с этим утверждением. Волколикий лишь улыбнулся под маской, скосив глаза на одного молодого оборотня, совсем еще мальчишку, но со взором горящим расплавленным золотом. Чудно.

— Но знаете, чудо ведь не случается с теми, кто просто безвольно бредет вперед опустив голову, в тщетной надежде найти его под своими ногами, словно какой-нибудь золотистый галеон. Что это за жизнь такая? Словно послушная овца, не разгибая спину, брести на скотобойню, подчиняясь стадному инстинкту. Жалкое зрелище, от которого меня просто тошнит.

Многие оборотни зарычали. Их назвали овцами… безмозглыми, жалкими овцами… но разве они овцы?!

— Поэтому я все-таки спрошу вас, единожды, в надежде на то, что среди вас еще остались достойные… Вы стадо овец, или стая хищников?! Вы глупые овцы, или гордые волки?! Вы безвольные дворняги, жрущие отходы из рук своих убийц и отравителей, или же все таки… люди, способные сами вершить свою судьбу? Кто вы?!

— Ууууууууууу! Аууууууууу — Из глоток многих оборотней раздался протяжный вой, наполненный яростью и страстью, вперемешку с надеждой и жаждой жизни. Жаждой перемен, что требовали их сердца и глаза. Однако многие из этих молодых оборотней смотрели на своих прижавших уши сородичей свысока, презирая их слабость. Волшебник в маске волка это заметил и ему это не понравилось. Излишняя радикализация и раскол среди родичей не было его целью как таковой.

— Я рад, что в некоторых из вас еще теплится жизнь. Это хорошо. Это тот ответ, который я хотел услышать, задавая вопрос. Пускай лишь единицы из вас вспомнили, что являются воинами… этого достаточно. Я помогу вам. Всем вам. Даже тем, кто отчаялся и сломался. Если у члена семьи нет сил идти вперед, то это прямая обязанность каждого из нас — позаботиться об отстающем, ведь мы не просто какие-то тупые животные, ведомые инстинктами и голодом, даже если министерство распространяет эту гнусную ложь через свою жалкую пропаганду. Мы — люди. Мы — волшебники, в конце-то концов! Чем мы хуже?!

Те оборотни, что с самого начала речи боялись даже голову поднять, робко взглянули на возвышающегося над ними собрата. К согласному вою стоящих рядом братьев и сестер по несчастью добавилось несколько робких, неуверенных «голосов». И даже добавилась еще одна одна молодая волчица, пожелавшая размять лапы. Едва заметно, но на этот раз вой стал чуточку громче.

— То что нас не убивает, делает нас сильнее! Проклятье ликантропии разве убило кого-то из вас? Нет, лишь ваша слабость и страх. Вы сами виноваты в своих бедах. Вы, и министерство магии, во главе с жадными аристократами, вбившими вам в голову мысль о том, что ваша жизнь кончилась в тот же миг, как вы получили проклятый укус или родились оборотнем. Я смог обратить свое проклятье в благословение, значит сможете и вы!

Волшебник протянул левую руку вперед, сняв перчатку и закатав рукав мантии. Оборотни с жадностью уставились на волшебника, наблюдая метаморфозу, опасаясь даже моргнуть и пропустить хоть что-то. Его рука менялась прямо на глазах. Острые когти, прочная шерсть, бугрящиеся под кожей мышцы… Несомненно, человеческая рука превратилась в конечность оборотня, а затем обратно. Это вызвало у них шок и трепет.

Луна больше не имела над ним власти. Проклятье перестало быть бременем и обернулось… возможностью?

— Я дам вам надежду, я дам вам возможность, а как поступать с ней, решайте сами. В конце концов, мы сами куём свою судьбу.

К концу его речи большинство оборотней поднялось с земли. Многие повскакивали просто от неожиданности, в неверии наблюдая за пресловутым чудом. Но они не спешили вновь опускаться на землю. Их лапы впервые за многие годы ощутили, что груз на их плечах стал… подъемным?

Волшебник в маске прекрасно понимал, что сеет ветер, чтобы пожать бурю. Ему нужна была буря, да.

— Этой ночью я помогу вам добраться до других поселений оборотней. Надеюсь, вы разнесете молву и передадите мои слова старейшинам и альфам стай, а не аврорату. Это будет вашей проверкой. Достойны ли вы, оборотни, моего внимания, или же нет. — Выдержав небольшую паузу, дав проклятым осознать всю полноту ответственности за их род, что он на них возложил, волшебник продолжил как ни в чем не бывало. — Я приду, когда сочту момент подходящим. Не волнуйтесь, слишком долго ждать не придется. И когда мы встретимся вновь, я спрошу еще раз. До тех пор… советую вам узнать у старейшин стай — что такое Дикая Охота и что мы несем миру. Те из вас, кто захочет присоединиться ко мне… к нам, — волшебник бросил взгляд на свою спутницу в серебряной маске, намекая на то, что он не одинок, но говорит за всех. Женщина кивнула и прошлась презрительным взглядом алых глаз по склонившим голову оборотням. Головы сломленных вжались в землю еще сильнее, едва не подражая страусам. Зато тех, что стояли твердо, серебренная маска удостоила молчаливым одобрением, — оборотням, что захотят стать частью чего-то гораздо большего и важного, может быть, даже великого… я помогу занять свое место под солнцем и луной. Это мое обещание.

Оборотни завыли на луну как никогда громко. Больше они не были похожи на напуганных цыплят. В их глазах появилась решимость и воля. По крайней мере, у большинства.

***

— Хорошая речь, дорогой, мне понравилось. Ты был такой уверенный и крутой, мне кажется, я даже немного завелась! — защебетала Фелисити стоило нам наконец закончить с выматывающей цепочкой из трансгрессий и активации порт-ключей и оказаться на главной базе. — Долго готовился?

— Кхм. Спасибо, Фел, но, вообще-то, я просто немного импровизировал. Получилось вроде неплохо. Кто ж знал, что легилименция, от которой вроде защищены оборотни, вполне неплохо работает на них, если легилимент тоже оборотень? Пускай не в полной мере и как-то кривовато, но кое что из ментальных практик вполне неплохо работает. В общем, я немного схитрил и… не знаю даже, читал желания и настроение толпы… Так что было не очень трудно понравиться им.

«Кстати, о легилименции. Уж не для этого ли нужен был Дамблдору Люпин?» — я сглотнул комок в горле, представив себе такую многоходовочку от старика, растянувшуюся на десятки лет до и после конфликта. Где на самом деле пропадал все это время блохастый мародер — даже канону неведомо.

«Если Дамблдор обучил его ментальной магии… то он был и есть превосходный шпион в стане возможных противников Директора… и учитывая то, что он владеет патронусом… то сообщение между ними налажено и отследить невозможно. Пиздец. Как-то я об этом не подумал. Как на все это отреагирует старик, если мои догадки окажутся верными? Может меня узнать? Нет, не думаю. Но все равно… нужно быть осторожнее.»

— О-о-о, все равно ты был великолепен! — простая похвала от красивой девушки немного подняла мне настроение и задвинула мрачные думы подальше. Сделанного не воротишь, в следующий раз буду осторожнее и учту вероятность шпиона в рядах блохастых. — Теперь-то они у нас в кармане.

Фелисити подошла к роскошному дивану и осторожно положила свою маленькую спящую ношу. Я же наклонился и осторожно положил свою на ковер и вытер рукавом мантии пот, сняв наконец маску. Множественная трансгрессия с грузом на руках оказалась той еще задачкой. Фел принесла девочку, а я её мать.

Перед этим нам пришлось сделать еще несколько подобных прыжков и распихать по схронам и кладовым материалы для ритуалов. В том числе и еще живые материалы. Их мы опоили зельем живой смерти, так что в летаргическом сне они проведут долгое время, подпитываемые разнообразными зельями для поддержания жизни. Пока им рано умирать.

База наша, или бункер, или, может быть, даже почти дом, начала приобретать запланированные очертания. Сейчас в ней было еще очень немного от магического жилья, разве что временные защитные контуры, кое-как запитанные от временного артефакта, поддерживаемого время от времени кровавыми ритуалами. А пока Фел обставляла тут все мебелью, оборудовала и оснащала необходимыми бытовыми удобствами, переносила на склад запасы зелий и ингредиентов из моих многочисленных схронов, которые были разбросаны по всей Шотландии и Запретному лесу. Создавала, так сказать, уют. И у нее получалось.

В центральном зале, или же гостиной, будь это нормальным домом, постоянно горел магический камин, естественно, не подключенный к сети министерства. Кресла, диваны, шкафы и столы, даже люстры были подобраны со вкусом и соответствовали определенной цветовой гамме. В основном превалировали черные и бордовые цвета с легкими вкраплениями золотых и серебряных линий. Сам бы я с обустройством интерьера не справился, если честно, как и Кэрол, которая прожила откровенно не самую приятную жизнь и в дизайне интерьеров разбиралась на том же уровне, как я в бальных платьях. Никак, в общем. Повезло, что хоть у кого-то из нас был вкус. Теперь здесь не стыдно будет проводить собрания Дикой Охоты.

К тому же, октябрь подходил к концу и все вокруг было стилизовано под мрачный Самайн или же Хэллоуин. Оба праздника мне были по душе, честно говоря, хотя в магическом мире празднование Хэллоуина было нонсенсом и все аристократы плевались каждый раз, когда Дамблдор закатывал Хэллоуинский пир в стиле модерн. Но я не аристократ и мне пофиг на их мнение. Я проводил необходимые ритуалы как положено в Самайн и веселился как на Хэллоуин. Фелисити, к огромному моему счастью, разделяла этот подход, так что в этом году мы отпразднуем вместе, в окружении тыкв и кровавых пентаграмм. Р-романтика.

И да, мне пофиг, чем там будет развлекаться Поттер в этот день. Пускай мочит тролля, если на жопе ровно не сидится. Сам я не собираюсь светить свои возможности натянуть глаз на жопу бронебойному монстру той же категории опасности, что и молодой дракон. Пускай отправляется в гости к своим новым «друзьям» в поместья, надеюсь, они там его на алтаре рода и прирежут, мне все равно. На его месте я пошел бы в бордель — под обороткой, конечно — и спустил бы там пар, раз уж ему так в голову моча бьет, что вместо постижения сакральных знаний, которые бесхозно валяются по всему замку, он страдает херней, то это явно не нормально. Я понимаю, что он взрослый мужик в теле ребенка, понимаю. Сам на стенку бы лез, не будь у меня мозгов и Фелисити. Ладно, тьфу на него. Не хочу о нем думать.

Помимо декора внутри и снаружи помещения обзаводились сложными рунными цепочками, которые должны в недалеком будущем составить каркас нашей защитной системы. Так как большую часть времени ни я, ни Кэрол не могли находиться вне замка, чтобы не поднять тревогу, заниматься этой кропотливой, сложной и утомительной работой приходилось моей Фел. Впрочем, она не жаловалась, потому что всю умственную нагрузку в построении формул и рун я взял на себя, проводя расчеты в Хогвартсе.

Помогала мне с этим делом и Кэрол, местами вплетая в тонкую вязь защитных чар свои наработки по магии крови. Можно сказать, что я занимался проектировкой, а Фел претворяла мои идеи в жизнь. Это было удобно, потому что я мог разбивать защитную систему на блоки или отдельные цепочки, словно конструктор, и всегда мог обратиться за помощью к своей прекрасной учительнице по древним рунам.

К счастью, она не задавала всяких неудобных вопросов, на которые, зуб даю, она и так знала ответы, но отвечать на которые, тем не менее, мне не очень хотелось. Она мастер на абсолютно другом уровне, так что она точно догадалась, что именно я такое себе заплетаю. Вместе с этим у меня появляются очень серьезные такие вопросы, вроде «Что, черт возьми, эта гениальная сучка делает в нашей шараге?!» Спрашивать такое, естественно, я не стал. Мы умели посидеть в уютной тишине, знаете ли.

Все, чего она требовала от меня взамен на свои консультации — продолжения изучения мною некоторых особенных рунных цепочек под её чутким руководством и массаж. Удивительно, но вовсе не массаж на грани фола занимал мои мысли большую часть наших занятий.

Чем дольше я у нее учусь, тем больше начинаю подозревать, что она готовит из меня или шпиона, или диверсанта, или убийцу. Скорее всего, все сразу. И я даже подозреваю к какой организации может принадлежать моя самая любимая учительница.

Гильдия магических убийц в Британии обладает весьма расплывчатой репутацией и даже эфемерные слухи о ней найти очень сложно. Если бы не её тончайшие намеки, я бы до конца сомневался в своих суждениях, ведь основная сфера деятельности этих милых волшебников находится на континенте, так что я очень удивлен, что они, предположительно, занимаются вербовкой даже на островах.

И ведь не предлагает даже ничего напрямую, лиса рыжая. Ни контрактов, ни пактов, ни-че-го. Но как-то раз, когда я расспрашивал её про рекомендации и необходимые процедуры для вступления в гильдию рунологов, она мне ответила используя весьма интересную формулировку. Очень легко было уловить скрытый подтекст. Или я заразился проклятьем собственного производства и стал параноить без причины.

«Я дам тебе знания, а как применять их — уже твое дело, Амос. Тебе нет нужды в моей рекомендации, она уже у тебя есть, заочно, как у моего самого талантливого ученика. Гильдия об этом уже знает, она отслеживает талантливые дарования вроде тебя, и помогает им, через таких как я. В общем и целом, тебе просто нужно изъявить желание и наведаться в гильдию самому, когда закончишь Хогвартс. Никто тебя туда силком тянуть не станет, у нас все на добровольной основе. Особенно если ты работаешь исключительно на себя, тогда проблем не будет. Да, не удивляйся ты так. Ты можешь распоряжаться полученными знаниями как угодно, но если вдруг захочешь хорошо зарабатывать на том, что умеешь лучше всего… то придется все-таки получить лицензию гильдии. Видишь ли, все стоящие и надежные заказы оформляются именно в гильдии, так что тут без вариантов. Единичную подработку ты, может быть, сам и найдешь, но без каких либо гарантий это дело неблагодарное. Гильдию никогда не кинут, а вот одиночку — легко. Ах да, работа на гильдию еще и намного интереснее и познавательнее, ведь её филиалы расположены по всей Европе и не только. Мир посмотришь, если захочешь конечно. Кстати говоря, у гильдии столько доступных знаний в интересующих тебя разделах магии, сколько нет нигде больше, и только у нас ты можешь их получить практически бесплатно, просто выполняя задания гильдии. Взять например меня. Я сейчас выполняю заказ, обучая детишек в школе, заодно подыскивая среди них редкие бриллианты. Да, это долгий процесс, но и награда моя будет стоящей. К тому же, мне нравится учить таких смышленых мальчиков, как ты, Амос. Для меня эти двадцать лет контракта — сплошное умиротворение. У гильдии широкий выбор работы на любой вкус. Подумай об этом на досуге.»

Спешить с выводами я пока не стал. Закончу Хогвартс и тогда подумаю, стоит ли игра свеч. Соберу за это время больше данных, понаблюдаю. В конце концов посещу гильдию и посмотрю как там обстоят дела на самом деле, если что. Там я окончательно смогу убедиться в том, что имела в виду рыжеволосая красотка, возможно играющая в черную вдову из Марвел. Но это все в далеком будущем.

Летом, когда мы соберемся все вместе, мы завершим работу и замкнем защитные и управляющие контуры на себя. Был конечно эгоистичный соблазн замкнуть все на себе одном, продиктованный паранойей, но я передумал. Я ведь и помереть могу, что тогда девочкам делать? Мы задумали нечто грандиозное — и столь же опасное. Никто не застрахован. Даже я. Кредит доверия у них тоже на высочайшем уровне. А еще я не хочу превращаться в то «трехглавое» убожество, сочащееся нездоровой паранойей и манией преследования, которое создало мое проклятье из трех аристократов-неудачников, так что попробую довериться Фел и Кэрол. Кому еще я могу доверять, если не им? Может быть я об этом и пожалею, когда-нибудь, а может и нет. Время покажет.

Еще к лету должны быть готовы артефакт и ритуал, над которыми я тоже не переставал работать ночами напролет. По правде говоря, тут я уже сохраняю полную секретность даже от девочек. Всякому доверию есть предел, и некоторые тайны должны оставаться тайнами. Может быть лишь Фелисити узнает что да как, если станет моей женой. Хотя, с её настроем, вопрос скорее когда, а не если. Если все пойдет по плану, то я должен сформировать подобие настоящего природного источника. Постоянного и стабильного, а не того посмешища, что мы имеем сейчас.

Чтобы понять разницу, с чем мы работаем сейчас и что я собираюсь создать, то в пример можно привести плотину, построенную курва-бобрами и высокотехнологичную гидроэлектростанцию.

Продуктивность вырастет в разы и можно будет забыть о недостатке магической подпитки. Фиделиусом мы точно не ограничимся. Я собираюсь превратить этот маггловский бункер в настоящую магическую цитадель. Подземную.

Может, у меня в предках были гномы? Хммм. Главное, чтоб не гоблины…

— Ты слишком оптимистична. Нам еще много предстоит поработать на репутацию, прежде чем оборотни примут нашу власть. А еще неплохо бы перед этим закончить с ритуалами. Тогда шансы удачной вербовки значительно возрастут.

— Мне нравится, что ты сказал НАМ и НАШУ, а не МНЕ и МОЮ. Кажется пустяком, но для меня это многое значит! — проворковала брюнетка, тоже снимая маску и, встав на цыпочки, обняла и чмокнула меня в губы. — Это пока только аванс, а настоящую награду получишь после того как мы примем душ.

— Вместе? Звучит заманчиво. Ты еще обещала мне пиццу, между прочим.

— О, и ты её получишь. Как и все остальное! — засмеялась Фелисити, нехотя отстраняясь от меня и взяв за руку, заглянула в глаза. — И я хотела спросить кое что…

— Так-так-так, что же ты хочешь спросить? — я офигеть как напрягся, но виду не подал. Я еще не готов к признаниям в любви и семейной жизни! Ненада! Не порти момент!

— Можно я оставлю девочку себе? Я обещала её матери, что позабочусь о ней, так что… мммм, просто я не думаю, что ей будет хорошо одной, в чужой стае. А еще это пойдет на пользу моему внутреннему волку. Ты сам говорил, что полное выполнение духа контракта, а не только слова должно положительно сказаться на формировании внутреннего волка, как и на нашей синхронизации. А еще она ведьма, это уже чувствуется, и вообще она такая милашка, ты только посмотри. А еще… я, ну, это… — затараторила Фелисити, пытаясь втиснуть в пару секунд все и сразу. Неужели она боится, что я ей откажу в такой малости? Взрослая уже, пускай делает что хочет. Девочке уже на вид лет восемь. Подгузники менять не надо, так что самая выматывающая часть детства вроде как позади. И это действительно может сильно помочь Фел. Чем быстрее она стабилизируется после ритуала, тем лучше.

— Конечно. Если ты этого хочешь и сама девочка будет не против, то почему бы и нет? — я облегченно выдохнул. Фух, пронесло. Хочет заботиться о девочке? Ладно. Может быть забота о ребенке слегка стабилизирует её психику, ко всему прочему… Хотя, о чем это я? Мне б кто мою стабилизировал… — Будешь её приемной мамой. По крайней мере, пока она не наберется самостоятельности.

— Не мамой, а старшей сестренкой! — аж зашипела Фелисити, недовольно прищурившись и выдернув свои пальчики из моей ладони, вызвав мой недоуменный взгляд.

«Хочешь позаботиться о ребенке, так хоть бабушкой назовись, какая разница-то?» — подумал я, но как оказалось, разница была.

— Дети у меня могут быть только от тебя, и никак иначе! Так что будет младшей сестренкой. И вообще, я пока не готова быть молодой мамой. Пока.

«А, ну тогда все понятно… Ладно, это пиздец и ничего не понятно. Этого следовало ожидать, пожалуй, но я не думал, что она заявит что-то подобное мне прямо в лицо, да еще и так скоро… Опасное дело. Теперь нужно быть осторожным в выборе слов. Может, я зря пошел у нее на поводу с этой девчонкой? Проклятье, опять повелся на её красивые вишневые глазки и мордашку, забыв с кем общаюсь. Амос, ничему тебя жизнь не учит, придурок. В один прекрасный день прозеваешь удар битой по голове и оп, и ты уже женат... Б-р-р-р, страшно-то как...»

— Понял-понял, сестра так сестра. — Я пожал плечами и решил замять эту тему и не поднимать вопрос с детьми в ближайшую вечность. Пожалуй, сделаю вид, что не расслышал и вообще я дуб-дубом, а мозг мой размером с желудь. Хотя кое что спросить у нее очень хотелось, но оно того не стоит.

Просто озабочусь вопросами контрацепции посерьезнее. Мне спиногрызы в ближайшие лет пятнадцать-двадцать (тысяч) точно не нужны, а Фел в этом вопросе только что утратила львиную долю моего доверия. Явно собирается тренироваться быть мамкой на бедной мелкой. Это жу-жу-жу неспроста. Этому миру и одного Санхайда пока более чем достаточно. Я только притворяюсь дубом, а так-то я ого-го какой умный. Просто без инстинкта самосохранения, похоже, и со склонностью к мазохизму, раз выбрал себе такую девушку.

Хотя… Ну, если думать совсем уж на далекую как та самая галактика, перспективу… Понаблюдать за Фелисити в этом ключе будет интересно. Если мелкая под её присмотром вырастет нормальной и не поедет кукухой, то значит… Ай, обещал же себе даже не думать об этом! Ух, коварная длинноногая красавица…

***

Уже под утро, разобравшись со всеми делами и расфасовав ингредиенты, мы наконец добрались до квартиры Фелисити. Она переселилась поближе ко мне и снимала квартирку на соседней улице, что было удобно, хотя и немного напрягало.

Повезло, что утро было воскресное, так что в Хогвартсе меня не хватятся и можно отдохнуть после напряженной ночки. Всем плевать чем там занимается в свой выходной грязнокровка. Хоть в чем-то есть плюс у моей родословной.

У Фел было уютно, чувствовалась женская рука и чистоплотность, но без фанатизма — иногда можно было встретить хаотично разбросанные вещи или магические книги, но это не резало глаз. Обстановка была не богатой, но… будто все было на своем месте. В квартире чувствовался только слабый запах её духов и никаких следов коммуналки.

Развалившись в обнимку на широком, немного проваленном диване, мы смотрели ужастик про зомби на её стареньком телевизоре и лопали пиццу. Тьма, давившая на мозги, и фантомный запах крови вперемешку с гарью давно отпустили меня. Я полностью расслабился, погрузившись в ленивую негу. Фел дома предпочитала ходить в одной моей футболке на голое тело, едва прикрывающей ей самые интересные места. Её длинные черные волосы за это время стали еще немного длиннее, тьмой разливаясь по подушкам, гармонируя с нежной белоснежной кожей.

Очень заманчивое зрелище, скажу я вам, особенно когда футболка натягивалась, очерчивая её формы. Я запоздало понял, что любоваться можно не только огнём, водой и чужим трудом. Она была как ночь, и в ней хотелось утонуть, растворившись в бездне её великолепных глаз. Приходилось периодически одергивать себя от созерцания прелестей своей подружки и смотреть чертов фильм. Самое печальное, что она все это видела и специально меня провоцировала. Ловила каждый мой жадный взгляд и явно получала практически физическое удовольствие, пожирая меня глазами в ответ. Я честно пытался досмотреть фильм до конца и разбавить сексуальное напряжение шутками, но получалось не очень.

— Боже, ты только посмотри что они делают… — прокомментировал я действие тупоголовых зомби, что никак не могли поймать протагонистов. Захотелось отбить себе знатный фейспалм от тупости и медлительности этих инферналов. Наверное, это профдеформация, иначе почему я болею за зомби?! — Вот сразу видно, что нет над ними мудрого некроманта, иначе они бы сожрали этих бедолаг еще в первые пять минут фильма!

— Хахаха! Но если бы зомби сожрали бы их в самом начале, фильм бы закончился не начавшись! — Фелисити, посмеиваясь, сунула руку в наш общий стаканище с попкорном и зачерпнула жменьку.

— Ну не скажи. А вдруг фильм продолжился бы, но уже от лица зомби? Они охотились бы на живых, а мы бы наблюдали и делали ставки, кто сколько сожрет. Почти Дискавери, на самом деле. Я бы на такое посмотрел, ха-ха. — Фелисити лучезарно улыбнулась, одобрительно блеснув своими алыми глазками и положила мне в рот несколько зерен попкорна. Мммм, вкусный. Жаль, что сладкий, а не сырный или соленый, но на что только не пойдешь ради девушки-сладкоежки.

— Знаешь, если бы я стала зомби, я бы никогда не стала есть твои мозги. Мне бы хватило твоего сердца…*

Фелисити блаженно потянулась, как кошка, и, приблизившись к моей шее, сделала слабенький, но очень коварный кусь. Забавная. Действительно как кошка.

— Ты сегодня такая романтичная. — посмеиваясь, я люто отомстил, куснув её за ухо, вызвав тихий стон удовольствия. Ушко девушки немножко покраснело и я решил продолжить нападение, тихим шепотом штурмуя её воображение. — Уверен, ты бы стала самой красивой и опасной зомби на свете. Возможно, я бы даже специально дал тебе себя укусить, чтобы мы могли вечно бродить по улицам города и шугать глупых смертных.

— Дурак… Сам-то ты тоже тот еще романтик, просто притворяешься хннн... — Я вновь слегка прикусил мочку её уха, чтобы прекратить поток грязных инсинуаций в мою сторону. Пфф, я темный маг, единственная романтика для меня, это пентаграмма на кладбище с девственницей внутри пятиконечной звезды! И чтоб при луне и всё такое.

Она заерзала на диване, не желая проигрывать бой так просто и перебираясь мне на колени, тяжело дыша мне в шею, покрывая её поцелуями. Теперь она ерзала уже на мне, а значит флаг войны будет неизбежно поднят в самое ближайшее время. — Если ты продолжишь меня так искушать, дорогой, то тебе придется взять на себя ответственность и отнести меня в спальню.

Я легонько потянул её за волосы, запрокидывая голову и обнажая нежную шейку. Фел была такая податливая и беззащитная в моих руках, что я не удержался и оставил на её шее несколько засосов, наслаждаясь её бессвязными стонами и неразборчивым шепотом, обещавшим мне блаженство, стоит только попросить.

— Ну, раз надо, значит надо! — я подхватил раскрасневшуюся чертовку на руки, и она тут же обвила руками мою шею и плечи, скрестив свои длинные ножки у меня на пояснице. Пользуясь моей нынешней уязвимостью она с удовольствием впилась в мою шею, словно маленькая вампирша, оставляя мне ответные засосы.

Я слов на ветер не бросаю, так что поспешил претворить свою угрозу в жизнь и понес девушку в её спальню. Похоже, спать мы сегодня будем днем, как настоящие зомби.

П.с. Автора

Я думал, что втисну сюда еще небольшой пов от лица авроров и Грюма, которые прибудут как положено хорошим аврорам, часа через два, как все закончится, но решил перенести на следующую главу. А то как растянется опять и глава выйдет с задержкой…

* Фелисити имеет ввиду, что если он выберет её, то она никогда не будет пилить ему мозги и все что ей от него нужно - его сердце. Ну, это если кто-то не понял.

И немного Фелисити

Глава 30 Суровые будни аврората

— Господин Грюм, сэр, мы вас ждали. Прошу за мной! — поприветствовав опирающегося на волшебный посох старого волшебника, молодой аврор в алой мантии сделал приглашающий жест рукой и направился глубже в лес. В глазах и голосе служивого при обращении к старому и опытному коллеге легко можно было угадать неподдельное уважение. И капельку напряжения, будто у студента, севшего сдавать экзамен за первой партой, прямо перед комиссией.

Гроза преступности и живая легенда аврората достаточно редко выбирался с тренировочного полигона для самоличного расследования преступлений последние лет восемь. После того, как темный Лорд пал, он позволил себе небольшую передышку, если можно так назвать обучение молодняка на курсах подготовки авроров, конечно.

Возраст и многочисленные травмы, накопленные в боях с Аненербе Гриндевальда, а после и с Пожирателями Смерти Волдеморта, сказывались на самочувствии волшебника и его возможностях.

Незаживающие до конца раны и шрамы, страшные увечья оставленные жуткой темной магией на его теле терзали его волю невероятной болью каждый Мерлинов день. Но Грозный Глаз не сдавался и продолжал жить вопреки многочисленным ненавистникам. Тем более, что добрая половина из них гнила заживо в Азкабане, не без его помощи, естественно. Это всегда помогало привести свое настроение в порядок по утрам — знание, что его врагам живется еще хуже. Он хотя бы просыпается по утрам в собственном доме, в мягкой и теплой кровати, пока те отбросы, что оставили ему вечные напоминания о себе, каждое ледяное, продуваемое всеми ветрами утро пробуждаются на гнилой соломе в компании дементоров. Жрачка в Азкабане настолько паршивая, что ее можно смело ставить в один ряд вместе с другими достопримечательностями тюрьмы — промозглой сыростью, холодом и вездесущими дементорами, пока он может выпивать с утра чашечку горячего ирландского кофе с теплыми булочками и неспешно читать газету.

Даже несмотря на парочку оторванных конечностей, Грюм не был угрюм и старался смотреть на мир более-менее позитивно. Да, ему пришлось поубавить свой пыл и подходить к планированию своего распорядка дня с умом, периодически посещать больницу святого Мунго, сбавить обороты на тренировках, но в особо серьезных случаях он все равно с удовольствием вступал в игру, разминая старые косточки. Большего ему и не надо.

Учить молодняк в аврорате тоже было занимательно и не позволяло заржаветь окончательно. Прививать желторотым птенцам понятие постоянной бдительности Аластор считал своим священным долгом. Кто, если не он?

Тем более фляга с отличным модифицированным огневиски всегда была при нём, чтобы приглушить боль телесную и головную. С душевной он уж как-то научился мириться за добрую сотню лет своего существования.

Последний из Грюмов сожалел только об одном, что из-за мерзопакостных проклятий, скопившихся в его теле, он никак не сможет заделать себе наследника. Его сыновья давно погибли на войне, не оставив ему внуков, а новых он заделать уже никак не мог. Отец пережил своих детей. И любимую жену. И почти всех своих друзей, не считая Дамблдора.

Оставшись один на один с суровыми последствиями принятых когда-то решений он нет-нет но задумывался о том, стоило ли ему лезть на баррикады в первых рядах, становясь мишенью номер один. Из-за того, что он оказался слишком живучим, слишком удачливым и слишком сильным, его враги обратили свое внимание на тех, кого они могли достать, в отличие от него. На его друзей и семью. Жалел ли он об этом?

Да. Иногда. Особенно в дождливую погоду, когда болели одновременно и шрамы и душа, на него накатывали апатия и меланхолия. Тогда только парочка бутылок огневиски помогали ему забыться беспокойным сном и не дать наложить на себя руки от отчаяния. Он давно уже живет вопреки и тогда же решил для себя, что пройдет этот путь до конца.

Тем более — он понимал, что если бы он выбрал иной путь, может быть все было бы еще хуже. Так он хотя бы мог тешить себя мыслями, что сделал все что мог для магического мира. Пускай у него не осталось семьи, но его ученики, в какой-то мере, продолжатели его дела и наследники его мудрости и магии. Даже когда он умрет, его будут помнить. Какое-то время… Скорее всего чертыхаясь, но все равно хоть что-то.

— Что тут у вас? Рассказывай, Патрик, не тяни выхухоля за хохолок. — Аластор Грюм, прихрамывая, достаточно бодро для своих лет зашагал вслед за рыжим ирландцем. Тот, как и многие другие авроры, был в свое время его учеником. Аластора искренне радовало, что честный и волевой парень к своим тридцати пяти уже дорос до звания капитана боевой звезды. Патрик даже почти не брал взяток и очень редко подворовывал вещдоки. Не фонтан, конечно, но на фоне абсолютного большинства — пример для подражания.

— Проще будет показать, конечно, но если вкратце… то тут, в лесу, случилась настоящая бойня. Всего, если считать оборотней, погибло сто три волшебника и ведьмы. Шестьдесят из них — охотники, которые решили нелегально подзаработать в полнолуние… Ну, вы поняли, в общем. Несанкционированный рейд, который пошел совсем не по плану. Министерству они бы спели песенку про нападение оборотней на маггловскую деревушку, которую они героически спасли. Все в плюсе. Кроме оборотней. Министерство получает повод закрутить гайки еще сильнее, а охотники получают почти чистую прибыль… Все как всегда. А обнаружил и вызвал авроров один из патрулей министерский егерей…

— Ага, случайно наткнулись, еще скажи! Егеря явно соучастники и тоже собирались поживиться на этой охоте, да еще и без лицензии охотников, хах. Только вот наткнулись не на простой заработок, а на побоище. Ну и обосрались от страха, ха-ха-ха! — отсмеявшись, Грюм протер тряпочкой артефактный глаз и безапелляционно заявил: — Короче, Патрик, всех егерей, ответственных за периметр леса, в кандалы и на допросы.

— Кажется, застенки Азкабана ждет пополнение… — зловеще усмехнулся рыжий.

— Министерству понадобятся козлы отпущения, и если мы не найдем виновников, я не хочу, чтобы ими оказались мы, это понятно? — слова Грюма были услышаны и поняты, так что один из пятерки авроров, которые молча сопровождали своего капитана и Аластора, дождавшись одобрительного кивка от непосредственного начальника, быстро наколдовал патронус, отправив срочное сообщение другим отрядам на местах. Грюм не обратив на это внимания, продолжил свои размышления.

— Говоришь, шесть десятков дохлых охотников, да? Видать, эти калеки криворукие сильно переоценили свои шансы, если их так знатно поимела стая вшивых собак… Или, же все, как обычно, немного сложнее? — прищурился Аластор.

Шесть десятков охотников… Это серьезная потеря, на первый взгляд. Но его это не особо расстраивало. Как и остальных авроров. Всякая погань убивает другую погань, разве ж это плохо? Да, вроде как довольно много волшебников подохло, но восемь из десяти среди них были обычным мусором. Даже девять из десяти.

Мерзкие отбросы, мешающие нормальному функционированию общества. Как тромб в кровеносном сосуде. Они были плохи и как люди, и как волшебники. Проклятых тоже было не жалко. Аластор помнил, сколько проблем оборотни доставили ему и его людям.

Оборотни оборвали жизни многих его друзей и знакомых, так что ни жалости ни сострадания он к ним не питал. Укусили? Сдохни, будь так добр. Не загрязняй окружающую среду. Без всех этих отбросов магический мир вздохнет спокойнее.

Больше свободных ресурсов, больше свободного места, меньше проблем с маггловским правительством и вездесущей инквизицией. Да и генофонд явно улучшится. Одни плюсы. Нормальные добропорядочные волшебники должны радоваться. Естественный отбор в действии.

Только вот министерство и Пророк явно поднимут вой и начнут мутить воду. Делить пирог — любимое дело всех министерских и аристократов.

Из потрохов оборотней только запрещенку и варят зельевары на пару с алхимиками, так что удар пришелся лишь по темной стороне Магической Британии. Даже хорошо, что половина гильдии охотников передохла. Это значит, что их попытаются подмять под себя конкуренты, пока те не оправились от удара. В это время авроры смогут прижать и тех и других.

— Да нет, силы свои они как раз рассчитали верно. На четыре десятка мертвых оборотней приходилось всего три десятка растерзанных новичков, которых послали на убой. Откровенные отбросы даже среди других отбросов были просто приманкой и отвлекающим фактором. Охотники же победили, не потеряв ни одного «настоящего» члена гильдии. Уже потом, когда они преждевременно праздновали победу и немного расслабились, кто-то их всех перебил.

— Помянем, — пробормотал Грюм, приложившись к своей фляжке, когда они минули копошащихся неподалеку следователей ДМП и невыразимцев из Отдела Тайн.

Трупы на их пути следования или уже убрали, или от них и вовсе ничего не осталось. Однако следы боя можно было заметить невооруженным взглядом. Волшебный глаз-протез завертелся быстрее, подмечая мелкие детали и выискивая пропущенные улики.

Пропитанные кровью земля и деревья пахли смертью и разложением. А еще повсюду были развешаны желтые ленты, превращая весь лес в какой-то жутковатый лабиринт, ограждая многочисленные ловушки, дожидающиеся своей очереди на разминирование.

Судя по тому, что видел своим глазом Аластор, они давно были разряжены, но по штатной процедуре все равно должны были пройти через руки профессионалов. Мало ли что.

Желтых лент было очень много, что наводило на мрачные мысли. Очень даже может быть, что кому-то из новичков авроров или следователей сегодня не повезет наткнуться на одну активную, и храни его Мерлин, если он решил сэкономить на защите.

Грюм расслабился и позволил огненной воде волной прокатиться по изношенному организму, даря временное избавление от зудящей нервотрепки. Ноющая боль в зубах, конечностях, голове и спине почти утихла. В голове, как ни странно, даже чуть прояснилось, а волшебный глаз завертелся еще быстрее. Да, появился легкий шум опьянения, но благодаря ментальной магии он легко мог контролировать себя и плотный поток информации, поступающий от артефакта в его глазнице прямиком в мозг.

Во всяком случае, это было намного лучше, чем если бы приходилось, сцепив зубы, терпеть невероятную боль от наложившихся друг на друга эффектов застарелых проклятий и последствий злоупотребления магическим зрением.

Аластор смачно рыгнул огнём, чуть не подпалив одну из желтых лент. Патрик неодобрительно покосился на него, но промолчал. Его учитель был неисправим и молодой аврор не имел ни желания, ни сил попрекать того.

— Так что думаешь, парень, вмешалась третья сторона?

— Да. Оставшиеся три десятка матерых охотников загнали словно обычную дичь, что иронично, конечно, но немного напрягает. Придурки разделились и пошли добивать разбежавшихся по лесу оборотней. Там их и подловили. Два десятка трупов разбросаны по лесу, словно грибы после дождя. Точнее, нам удалось определить, что там было два десятка трупов. От тел почти ничего не осталось. Следы очень хорошо зачистили, а мертвецов сожгли магическим огнём. Некроманты из отдела тайн сейчас носом землю роют, пытаются хоть что-то «откопать», но пока глухо. Те, кто замочил охотников, явно не идиоты, и не понаслышке знакомы с темными искусствами. Следы магии очень размыты, но явно не светлые. Все, что удалось выяснить, что нападавших было больше одного. Пророки тоже молчат, кстати. Может быть слишком мелко для них, а может — от их взора тоже защитились, как знать? От некромантов же смогли прикрыться. Даже у пролитой крови не получилось ничего спросить, а это уровень, сами понимаете. Маги крови — редкость в министерстве. Не нравится мне все это. Очень уж уровень напоминает внутренний круг прихвостней Темного Лорда.

— Ха, неплохо-неплохо. Понимаю, на что ты намекаешь, но пока не буду делать поспешных выводов. И тебе не советую. Министерство все равно не даст повесить это дело на пожирателей. Фаджу сейчас не нужны волнения в обществе. Хотя они ему никогда не нужны… вот же бесхребетный слабак. Что там с последней десяткой? Они в лес не пошли, чтобы стать удобрениями для поганок, как я понимаю?

— Вот тут уже интереснее. Пока остальные разбрелись по лесу в поисках беглецов, этих оставили в поселении, готовить оборотней к разделке, видимо, но… — Патрик замолчал, нагнетая таинственности проникновенным шепотом.

— Но? Давай без этого своего ебучего драматизма, Патрик. Я не выспался и вообще по утрам очень злой. Будешь так малолетних стажерок накручивать. Вон уже светает, а я что-то не вижу ни чашки кофе, ни утренней газеты, так что хватит валять дурака и выкладывай, что там у тебя.

— Учитель, вы пьете виски по утрам, кому вы пытаетесь впарить чушь про кофе, а? — скептический взгляд, который аврор бросил через плечо вызвал лишь кривую усмешку на потрескавшихся губах старого калеки. Патрик немного обиделся. — Впрочем, мы уже почти пришли, так что мне не придется ничего объяснять. Это нужно просто увидеть.

— Я пью кофе с виски, болван. И это называется «Ирландский кофе». Уж ты-то должен был об этом знать, парень, ты же коренной ирландец! Вот же позорище.

— Да-да, виски с кофе это другое, я понял, — хохотнул Патрик, — просто обычно люди добавляют каплю виски в кофе, а не ложку сухого кофе в стакан виски!

— Ну так я новатор, хули… — Грюм тоже посмеялся. Настроение старика поползло вверх. Остальные авроры из звезды Патрика не знали куда деть глаза и улыбки, всеми силами удерживая рвущиеся наружу смех. Субординацию все же нужно было соблюдать, хотя бы ради приличия. Они были здесь не одни и вечно серьезные невыразимцы могли их просто не понять.

— Так-так-так, ну нихуя ж себе… — хмыкнул Грюм себе под нос, удивленно рассматривая интересную инсталляцию, которая будто снизошла прямиком из сказок о преисподней. — Навевает воспоминания…

— Да ладно, вы хотите сказать, что уже встречали подобное безумие?! — Патрик действительно был впечатлен широтой взглядов своего бывшего наставника. И немного расстроен, ведь не смог удивить своего более опытного коллегу. Теперь он должен пять галеонов своем скептическому сослуживцу, который ставил на то, что Грюма удивить не получится.

— Ага. Мы называли такие перформансы новогодней елочкой, знаешь ли… Пару раз пожиратели устраивали нечто подобное, но в Пророк это не попало, разумеется. Материал совсем не для печати. Это могло деморализовать общество. Еще сильнее, в смысле. Волшебники и ведьмы такие впечатлительные…

Грюм подошел поближе и встал у кровавой черты, за которой горело огромное каштановое дерево с ободранными ветвями. Огонь заменил ему крону, а вместо плодов с ветвей свисали висельники.

Десяток тел горело синим пламенем, вместе с деревом, но они никак не могли сгореть до конца. Выглядели трупы просто отвратительно. Будто еще живые, но покрытые страшными ожогами и местами запекшейся до хрустящей черноты корочкой мяса.

Их лица были искажены лютым ужасом и предсмертной агонией, а открытые рты, из которых сочилась черная кровь, замерли в немом крике. Вместо давно лопнувших и вытекших глаз зияли черные провалы пустых глазниц, в которых тлели угольки.

Складывалось впечатление, словно короткий отрезок времени повторялся вновь и вновь, как заезженная пластинка. Все это чудо было опоясано толстыми линиями начерченного кровью жертв ритуального круга. Гнетущая тишина сопровождалась треском горящей древесины и плавящегося человеческого жира, шипящего словно бекон на сковородке.

Страшная, отдающая безумием картина. Самое паршивое, что вместо запаха горелой плоти и горелой древесины по округе разливался только приторный запах жареных каштанов и бекона. Некоторых молодых авроров из пятерки от такого диссонанса начало мутить и они отбежали подальше, за деревья, там исторгнув из себя остатки вчерашнего ужина. Ближайшую неделю они точно не смогут есть на завтрак яичницу с беконом, не говоря уже о жареных каштанах.

Патрика и самого перекосило, но он видал и не такое, так что сдержал рвотные позывы. Парочку его менее стойких подчиненных ждали дополнительные тренировки на стойкость духа.

Алостору же и вовсе, казалось, было абсолютно наплевать как на жуткую картину, так и на отвратительно приятный запах. Он спокойно перешагнул линию круга и подошел поближе, замерев только у подножия дерева и раскачивающегося на ветру трупа, свисающего почти до земли.

Рыжий аврор недовольно пожевал губами и, с сомнением, но все-таки тоже перешагнул черту, приказав напоследок своим подчиненным, чтобы встали в оцепление вокруг дерева и бдели. Не хватало еще только каких-нибудь сюрпризов.

Патрик и Аластор были не единственными за чертой ритуала. Неподалеку, возле корней дерева, прямо под другим мирно раскачивающийся шипящим трупом, парочка невыразимцев производила какие-то только им ведомые сложные замеры с помощью причудливых артефактов и инструментов. Они не обращали на авроров никакого внимания и были заняты своим делом, полностью погрузившись в работу. Среди маглов таких узконаправленных специалистов могли бы считать криминалистами.

Пожалуй, Патрик не рискнул бы шагнуть за своим учителем под пылающие сени, если бы не они. Если осторожные невыразимцы не побоялись потревожить ритуальный круг, значит он относительно безопасен. Главное не зацепить ногой кровавые линии пентаграммы. В Хогвартсе не изучали ритуалистику, но на курсах авроров Грюм лично вбивал в них на протяжении трех лет, как опасны могут быть темные ритуалы.

— Так что, как думаете, это могут быть проделки пожирателей? — решил разрушить затянувшееся молчание Патрик. Ему было сильно не по себе. Жар от огня сильно напрягал и ощущался даже сквозь пленку элементального щита импервиуса. Температура горения была немалой, и то, что дерево и тела до сих пор, за несколько часов, так и не сгорели, было действительно удивительным явлением.

— Может быть да, а может и нет. Это могут быть как подражатели, так и те, кто хотел бы скинуть всю вину на этих отбитых уродов, например. А может быть это вообще просто совпадение. Темной Метки на небосводе ведь замечено не было, так что все может быть. — Аластор вздохнул, продолжая напряженно осматривать горящие тела и дерево своим вращающимся словно маленький глобус, глазом. — В любом случае, пока в министерстве на высоких постах сидят такие твари как Люциус Малфой, слизняк Фадж не даст всерьез за них взяться и потрясти как в былые времена. Не хочется говорить об этом, но лучше бы Крауч-старший стал министром, а Каркаров не называл одно бесполезное имя. Скольких мы бы тогда смогли еще упрятать в Азкабан, если бы не его длинный язык? Лучше бы его сынишка пожиратель оставался на свободе, пока в тюрьму отправлялись бы куда более опасные и матерые сволочи, вроде Малфоя или Мальмиера. Вчерашний школьник бы много проблем не доставил бы и потом все равно спалился на мелочах и загремел бы на нары. А теперь, из-за Фаджа и его политики журналюги придумают какую-то нейтральную пресную херню, чтобы замять дело, а нам прикажут прорабатывать другие версии или вообще забыть про вот это вот всё дерьмо на ниточках…

— Это как-то неправильно…

— Кто ж спорит. — Пожав плечами, Грюм втащил из-за пазухи здоровенную трубку, набитую табаком. К ужасу Патрика, Аластор решил позаимствовать огонек у горящего трупа. Он подался вперед и поднес трубку к его указательному пальцу, подкурив словно от обычной зажигалки.

Хорошенько затянувшись, он выпустил сизые клубы дыма из ноздрей прямо в ошарашенного Патрика.

— Чо уставился?

— Ч-что вы на-нахрен делаете?! — заикаясь пробормотал отшатнулся ирландец, замахав перед собой руками, в панике разгоняя дым, словно тот был жуткой отравой.

— Расслабься, парень. Это не адский огонь, и даже не его проклятый аналог. — откровенно заржав, старый аврор потешался над бывшим учеником, продолжая как ни в чем ни бывало курить свою трубку. — Вся суть этого ритуала и вот этого безобразия — он обвел рукой «новогоднюю елочку» — просто показуха и устрашение. Сигнал, если угодно. Огонь этот самый обычный. Блять, да он даже не магический. Ну а весь этот страшный с виду ритуал просто призван поддерживать эту иллюзию таинственности и нагонять страху, не позволяя огню закончить начатое. А вот вторичный контур ритуала, в котором сейчас и копаются невыразимцы, был призван полностью стереть все следы автора ритуала и чужого колдовства. Короче, это просто страшилка для впечатлительных новичков и для нас вообще не опасна.

Патрик был не очень согласен с тем, что его причислили к разряду впечатлительных юнцов, но понимал, что сам виноват, раз показал слабость перед начальством. Дополнительные тренировки на волю он назначит не только своим подчиненным, но и себе заодно. Грюм тем временем стряхнул табачный пепел на землю, присыпав одну из линий контура звезды и поерзал по нему своим ботинком, нарушая целостность магической «конструкции».

Огонь будто ожил и, наконец, получив долгожданную свободу, с новыми силами начал пожирать свою пищу.

— Потушите здесь все и трупы снимите. Сомневаюсь, что некроманты смогут хоть что-то из них вытащить, но может хоть для опознания пригодятся. Ну и родственникам не придется хоронить пустые гробы, — отдал распоряжение Грозный Глаз и многие авроры, стоящие в оцеплении, принялись сбивать пламя магией.

— Не нужно ли было дождаться, пока закончат свою работу невыразимцы? — опасливо покосившись в сторону сладкой парочки, которая, будто ничего и не заметив, продолжала свою работу, спросил Патрик.

— Им это не помешает. Они изучают свой контур, а нас интересуют некоторые другие улики. — спокойно ответил старый аврор. — И еще кое что, мой недогадливый бывший ученик. Как думаешь, будь здесь репортеры, что мы бы завтра увидели на первой полосе Пророка, ммм? Вижу понимание в твоих глазах. Нам это счастье совсем не нужно, согласен? Необходимо было потушить все, пока эта вездесучная Рита не наделала снимков. Хорошо хоть мы прибыли сюда раньше всех и оцепили район, иначе проклятые папарацци кружили бы свои хороводы вокруг пылающей елочки и радовались многообещающим гонорарам.

— Понятно. — с облегчением выдохнул Патрик. — Что будем делать после того как все потушим?

— Подождём и узнаем, что скажут наши штатные невыразимцы и некроманты. Вдруг все же найдут чего интересного? Вон, гляди, некроманты целую лабораторию разворачивают. — Грюм отошел от дерева, не желая мокнуть под струями холодной воды и начал забивать новую порцию табака себе в трубку. — Хотя, знаешь что? Могу сказать заранее, ничего они, скорее всего, не найдут. Следы за собой настоящие темные маги заметать умеют, уж поверь. Лучше пошли кого из своих проверить соседние поселения оборотней. Вряд ли, конечно, это поможет, но судя по переписи населения в этой резервации, трупов оборотней сильно меньше, чем прописанных жителей, а значит наверняка есть выжившие. Кто знает, не решат ли они наведаться к своим родственникам или соседям, живущих неподалеку, а? Выжившие наверняка что-то видели. А я пока свяжусь с одним своим старым знакомым, он тоже может кое-что знать об этом… Конечно, это верно только если блохастые еще живы, а не были разобраны на запчасти темными магами, которые все это устроили…

— Понял, я распоряжусь. — закивал Патрик, стараясь держаться подальше от клубов дыма из вновь разгоревшейся трубки.

Табак у Аластора был столь ядреным, что у аврора аж в горле запершило. Или это же это произошло из-за чадящего черным дымом дерева и прожаренных до хрустящей корочки трупов? «Неважно» — подумал Патрик. Он все равно в ближайшие пару дней собирался есть в основном салаты и супы.

Опасения Аластора оказались не беспочвенными. Авроры приложили много усилий, чтобы оцепить лес и не дать журналистам пробраться сквозь заграждения, только вот они не учли один маленький нюанс. Один очень неприметный жучиный фактор, которому было плевать на оцепление и даже ловушки. Кое-кто, притаившийся совсем рядом и внимательно наблюдающий за всем из первых рядов, потирал крошечные лапки в предвкушении очередной сенсации.

П.С. Автора

Такие вот пироги. До нового года еще далеко, а Амос вместе с Фелисити уже наряжают елочку )

Глава 31 Четвертая власть.

Комментарий перед частью:

Это альтернативная история, так что не принимайте слишком близко к сердцу Инквизицию и Англиканскую церковь)

Экстренные новости!

На первой полосе Ежедневного Пророка красовалась анимированое колдофото, на котором было изображено горящее синим пламенем ветвистое дерево. Некоторые читатели, из тех, что повнимательней, могли опознать в нем искореженный тёмной магией каштан, лишенный своих плодов и листвы. Его пылающие ветви раскачивались на ветру вместе с качающимися с ними в такт телами волшебников, подвешенными на веревках, словно висельники. Трупы горели вместе с деревом, создавая воистину зловеще-инфернальную картину. Особенно учитывая кровавые следы зловещего ритуального круга у подножья мертвого дерева.

И далее под фотографией шла статья:

«Тревожные и загадочные события произошли в ночь с субботы на воскресенье в Деламерском лесу и его окрестностях. То, что я увидела там своими глазами, заставляет кровь стыть в жилах. Нет, дорогие мои, от веселого Хэллоуинского настроения, которым так любят тыкать нам глаза магглы и магглорожденные волшебники, не осталось и следа. В этом году это будет самый настоящий, древний и пугающий Самайн — день, когда мертвые и всякая нечисть бродят среди живых не стесняясь, пожиная жизни неосторожных ведьм и волшебников.

Ужасные преступления. Звериная жестокость и полное отсутствие моральных принципов. У меня впервые не хватает слов, чтобы описать увиденное. Я просто в ужасе, дорогие мои. Но давайте, я расскажу вам все по порядку.

Сейчас, когда я уже немного пришла в себя после той страшной и травмирующей ночи, и даже смогла немного поспать, пускай и терзаемая кошмарами (Ах, как жаль, что у меня закончилось зелье сна без сновидений от наших партнеров «Брэндон и Стоккс», иначе я бы выспалась куда лучше, это уж точно!), я могу поделиться с вами своими переживаниями.

Вы наверняка знаете, мои дорогие читатели, что в магической части Деламерского леса, сокрытой от любопытных глаз простецов и нас, обычных мирных волшебников, находилась одна из резерваций оборотней.

*Сноска. Для тех из читателей, кто забыл школьный курс Хогвартса или все еще учится в нашей лучшей в мире школе магии, поясняю — оборотни это подвергшиеся проклятью ликантропии волшебники и ведьмы, чрезвычайно опасные для общества. Проклятье крайне заразно и неизлечимо, словно магическая чума или драконья оспа, и передается оно через укус зараженного, а также по крови, от родителей к детям. Класс опасности пятый, и этим все сказано. Министерство крайне не рекомендует волшебникам вступать в бой с оборотнями, ведь для этого существуют органы правопорядка. В полнолуние, в целях самозащиты, волшебникам разрешено применять даже летальные чары против проклятых.

Несмотря на все усилия нашего славного министерства магии, которое, в заботе о подданных своих, всегда держит вокруг таких опасных резерваций оцепление из лучших своих егерей, иногда этого просто недостаточно. Никогда не стоит забывать, как опасны и неуправляемы становятся оборотни, когда на небе царствует полная луна.

Вы уже верно догадались, о чем пойдет речь, не так ли? Зверское, кровавое, бесчеловечное нападение произошло той ночью на одну из небольших деревенек в окрестностях Деламера. Все силы были брошены министерством, чтобы спасти как можно больше жизней и сохранить статут секретности в целостности. Нам еще только инквизиции или протестантских рыцарей не хватало для полного счастья, верно? Слава магии, министерство печется о своих гражданах и превосходно контролирует объекты повышенной опасности. Оно предотвратило худший исход.

Лучшие из лучших, не щадя своих жизней, грудью встали на пути этой гнилостной лавины жестокости, словно живая стена. Настоящие герои, что прибыли на место происшествия самыми первыми, чтобы предотвратить еще большее кровопролитие.

Шесть десятков храбрых мужчин и женщин отдали свои жизни ради спокойствия и процветания нашего королевства. Шесть десятков храбрых охотников пали в том бою, но не позволили безумным тварям бесчинствовать, выиграв достаточно времени, чтобы беззащитные люди убрались подальше. Их жертва никогда не будет забыта. Министр Магии, Корнелиус Фадж, уже анонсировал присвоение ордена Мерлина третьей степени для этих храбрецов. Посмертно.

ДМП. Аврорат. Отдел Тайн. Все министерство стоит на ушах уже третий день. Ведется следствие. Принимаются беспрецедентные меры. Долорес Амбридж, помощница нашего всеми любимого Министра Магии Корнелиуса Фаджа, рвет и мечет, призывая Визенгамот и палату лордов принять ее законопроект, ограничивающий свободу и права оборотней, как и других магических тварей включительно. Ведутся слушания. (О новом законопроекте вы можете прочитать на четвертой странице газеты.)

Благодаря усилиям Министра и неустанной работе чиновников удалось полностью исключить вероятность нарушения статута секретности. Маггловскому правительству не в чем упрекнуть наше, магическое, ведь ни один маггл не пострадал, и все благодаря своевременным и уверенным действиям наших чиновников и служителей правопорядка. Страшно даже представить, что бы случилось, вырвись эта зараза из-под контроля. Возможно, целые города простецов были бы опустошены.

Однако еще рано расслабляться, друзья мои. Как вы могли заметить на колдофото, у волков в овечьей шкуре явно были сообщники, иначе как бы они смогли устроить все это и сбежать? Целое пылающее инфернальным огнем дерево висельников, которое еще долго будет сниться мне в кошмарах. Следы применения темнейшей магии и даже некромантии, масштабные кровавые ритуалы… Нет, такое не могли сотворить лишь одни оборотни. Уж точно не в полнолуние. У них явно были сообщники. Но кто мог пойти на такое? Министерство и следователи пока воздерживаются от комментариев но предполагают худшее… мне даже запретили озвучивать свои подозрения.

Могу лишь добавить, что еще далеко не все кончено.

Министерство продолжает вести поиски проклятых беглецов, прочесывая леса и другие резервации оборотней, опасаясь повторения жестоких терактов в ночь на Самайн и рекомендует гражданам не покидать своих домов после шести часов вечера тридцать первого октября. Конечно же, волноваться не о чем, ведь Министерство Магии защитит вас, но как поговаривает всем известный Аластор Грюм, которому и поручили вести расследование — Постоянная бдительность!

Постоянная — это перебор, конечно, так можно и параноиком стать, а вот усилить меры безопасности тридцатого октября будет не лишним. Министр Фадж обещал утроить количество патрулей на магических улицах и близ больших поселений волшебников.

Так что, в преддверии Самайна, я заказала себе дополнительное зачарование для дома на защиту от нечисти у «Братьев Лестер». Так, просто на всякий случай. Кстати говоря, если вам это тоже интересно, то, сохранив корешок этого издания Пророка, вы получите скидку в целых десять процентов на эту услугу. Акция действует до тридцать первого октября включительно.

С уважением, ваша Рита Скиттер.»

Вот это наглость, вот это пассаж, я впечатлен. Отложив газету в сторону я задумчиво глотнул тыквенного сока. Гадость, конечно, но полезная гадость. Иногда я его пью.

Я выписываю себе эту паршивую газетенку последние пару лет исключительно ради статей Скитер, отличающихся интересными головоломками и забавными приколами для тех, кто умеет читать между строк. Ну и ради колонки, куда попадают все нововведения в законодательстве от наших к…кудесников из визенгамота. И еще некрологов. У всех свои хобби.

Дороговато для магглорожденых, если честно, потому и заказываем с Кэрол на двоих одну газету. На завтраке достаточно времени, чтобы пробежаться по самому интересному даже по очереди.

Недавно подписались таким же образом на «Придиру» — журнал Лавгудов. Он стоит чуть дороже, но, право слово, это такая мелочь, а Луне приятно. Каждый раз, стоит кому-то из её знакомых открыть Придиру, за нашим столом расцветает маленькое солнышко. К тому же, там попадаются реально интересные вещи и иногда даже можно найти полезные цепочки рун или необычные бытовые чары. Отец Луны явно большой фанат Алисы в стране чудес, иначе я просто не представляю зачем нужны такие сложности с расшифровкой содержимого журнала.

То его нужно читать вверх ногами, то с конца, то на японский манер, справа налево… иногда его нужно нагревать пламенем, а иногда охлаждать до нужной температуры… Благо, Луна всегда знает, когда и что нужно сделать, потому что пару раз я забуксовал и чуть не упустил материал из-за стремительно исчезающих чернил. Вводить скрытые ограничение по времени было подло, я чуть не подавился яблочным пирогом, когда отложенный в сторону журнал попытался сбежать со стола… О, помнится, один раз пришлось читать с помощью кривого зеркала. Самое сложное было — подобрать «правильную кривизну». Зато с самого утра мозг настраивается на интенсивную работу.

Что касается статьи в Пророке о Елочке… Рита, конечно, как всегда. Впихнула целых две «ненавязчивые» рекламы в маленькую статью и так переплела правду и ложь, что докопаться до истины можно разве что вооружившись саперной лопаткой и независимыми информаторами. Но главное, естественно — это её обожаемые намеки и едва видимая невооруженным глазом правда, скользящая словно угорь в море лжи. Глубоко в темной бездне, под толщей недомолвок и разрозненных фактов, которые приходится собирать как пазл, в котором всегда недостает парочки важных деталей.

«Ну, хоть реклама достаточно полезная. Для обывателей. Не многоразовые тампоны, и на том спасибо! И мне нравится невольная реклама оборотней. Не сражайтесь с ними! Свистите и бегите!*» — хмыкнув, я перелистнул страницу и бегло стал читать остальное, скорее просто для фона.

В этот раз, как непосредственный участник описываемых событий, я владел информацией из первых уст, так сказать. Приятно иметь на руках все детали пазла и не перенапрягать извилины хотя бы с Пророком. Придиру уже разгадывает Кэрол, так что у меня сегодня практически ленивый понедельник.

Вот, например, Скитер указала в статье, что нападение произошло на деревеньку в окрестностях Деламера. Да, она подстроила все так, что читатель сам додумает нужное, опираясь на предоставленную информацию. Но если присмотреться — кто на кого напал она так и не написала, хотя определенные выводы читатель сделает сам, раз уж его внимание акцентируют на оборотнях. Но если кто-то копнет глубже, то узнает, что в окрестностях Деламерского леса нет ни одной деревушки или поселения обычных людей. Только поселение оборотней, на которое и было осуществлено нападение бесчеловечных мразей, невзирая на оцепление из таких же егерей.

Но как так вышло, что рядом с лесом не живут люди? Так в Британском правительстве не дураки сидят. После всего, что устроил Волдеморт, всех людей в принудительном порядке переселили подальше от таких вот резерваций оборотней.

На месте заброшенных поселений возвели храмы и туда переехали «добрые» рыцари протестантской церкви, вооруженные до зубов. Другими словами — наши местные инквизиторы. Ставлю двадцатку золотых, что все запасы боеприпасов в таких «мирных» поселениях покрыты тонким слоем серебра. Церковь легко может себе такое позволить.

И вот если бы оборотни реально напали на такое поселение… Скажем так, маггловскому правительству и англиканской церкви было бы что предъявить Корнелиусу. Трупы оборотней и претензии, например. Протестантские рыцари вроде поадекватнее Ватиканского инквизитория будут, но не намного. Рита не зря пугает своих читателей статутом и последствиями его нарушения. Никто не хочет ссориться с фанатиками. Хрен поймешь, кто деградировал в силе больше со времен введения статута секретности — церковь или волшебники.

Во время восстания Темного Лорда церковь оказалась попросту не готова к такому, потому Том мог практически безнаказанно наносить удары по обычным людям, вырезая целые деревни и небольшие поселения, не встречая никакого сопротивления. Только вот короне и церкви это очень не понравилось. Министерство Магии облажалось и не смогло справится с Лордом, так что корона начала готовится к худшему и обратилась за помощью к тем, кто умеет убивать волшебников лучше всех. К церкви.

Англиканская Церковь же прекрасно осознавала, что Том нацелен на войну с ними сразу же после разгрома Ордена Феникса и Министерства Магии, и только рада была получить дополнительное финансирование от государства. Правда, им пришлось за это практически полностью перейти под управление короны и премьер министра Британии. Британский Монарх стал заодно верховным правителем Церкви. Архиепископов и епископов и раньше назначал лично король или королева Британии, а теперь обычных епископов мог назначать даже премьер министр. Альтернатива у них была, разумеется, но еще хуже.

Обращаться в Ватикан они очень не хотели, ведь это сулило им полную потерю независимости и переход под иностранную юрисдикцию, а на островах независимость очень любили. Спросите в ирландцев, они вам расскажут об этом (ИРА). А так… вроде и лишились частично независимости, но зато хоть власть осталась в руках соотечественников. Гражданская и духовная власть перемешалась и стала неделимой.

Но церковь оставила себе лазейку, как всегда. Она могла влиять на народ, а тот, в свою очередь, на свою власть. Коронацию нового монарха, опять же, мог провести только архиепископ Кентерберийский… В общем, если одни решат предать других, это будет как выстрел в собственную ногу.

Так что, под давлением страха уничтожения или кабалы, старый монстр стал раскочегариваться. Ему нужно было только время.

Благодаря «умелой» политике нетерпимости Тома к грязокровкам, в ряды рыцарей и правительственных структур вскоре влилось много сквибов и магглорожденных, ищущих прибежища и лучшей жизни вне магического мира. Инквизиторий Ватикана бы не позволил «магической заразе» влиться в их ряды ни при каких обстоятельствах, а вот протестанты принимали всех, кто готов был сражаться на их стороне, и им было плевать на протесты Ватикана по этому поводу.

Оно и понятно, Ватиканские инквизиторы имели свои уникальные способы борьбы с волшебниками. Очень эффективные, к слову, хоть и отдающие гнильцой эпохи мифов. Вот наша корона и церковь и вцепились в предоставленную возможность. Их прогрессивные методы оказались довольно эффективными, причем явно имели хороший потенциал на будущее.

Под конец войны Том перенес фокус своего террора на магический мир в том числе из-за нарастающего сопротивления.

Парочку отрядов пожирателей он потерял. Да, не ближний круг, но два десятка костров горели достаточно ярко, чтобы на время отвадить его от набегов и выиграть время. Он хотел сосредоточить в своих руках всю мощь магического мира Британии, прежде чем бодаться с короной и церковью.

Очень может быть, что у него бы даже все получилось в итоге. Он был в одном шаге от победы, но споткнулся о пророчество и трупы Поттеров. Воссоздавать же систему противовесов практически с нуля — дело не быстрое, его противники бы попросту не успели подготовить достойный отпор. На это должны были уйти годы, которых Том, конечно, давать не собирался. Но он проиграл. И время перестало играть против короны и церкви. Теперь оно играло на них.

И вот я что-то сильно сомневаюсь, что церковь и правительство после его «смерти» решили так просто закрыть программу МИ-8 (МАГИКА-8 замаскированная под обычную МИ-8 — секретную службу радио-разведки) и расформировать вновь сформированный орден протестантских рыцарей. Нет, почувствовав силу и заполучив в свои руки такой уникальный ресурс как магия, они бы так просто не отступили. И что-то мне подсказывает, что сейчас они могут очень неприятно удивить волшебников. Смертельно удивить. И все из-за одного Темного Лорда-неудачника…

Ладно, вернемся к Рите.

Она посеяла панику, но вместе с тем и надежду на то, что все обойдется, что бояться практически нечего, что министерство обо всем позаботится. Практически. Только нужно затариться успокоительным и забаррикадироваться с помощью магии. Благо, она подсказала, кто поставляет нужные услуги и зелья, ха! Интересно, она получает процент от продаж или берет разовые гонорары за рекламу?

Дальше.

Пропиарила министерство и лично Корнелиуса, раздув его несуществующие достижения до невероятных размеров, словно мыльный пузырь, но вместе с тем незаметно подставив его и Амбридж под удар, сделав не себя, а их мишенями для оборотней и других, кому закручивают гайки. Она вроде как отработала по повестке, срубив деньжат с госзаказа, но при этом оставила видимые лазейки к правде для особенно любопытных и смышленых. Лицемерная сука. Мне нравится.

Да, может быть именно поэтому многие так любят эту беспринципную журнашлюшку? Она дает хлеба и зрелищ обывателям, удовлетворяя запросы непугливого и неповоротливого министерства, а людям поумнее она подкидывает пищу для ума. Так сказать, уже не хлеб, а настоящий каравай.

Еще и этот её тонкий троллинг с игрой слов, где перетасованные факты можно трактовать как угодно, в зависимости от перспективы и желания автора статьи… Нет, однозначно, Пророк так хорошо продается только из-за нее. Если уж даже я его покупаю…

Если журнашлюшку вдруг однажды прижмут и попытаются посадить без серьезных доказательств вины, народ может и взбунтоваться. Ведь другой Риты у волшебного мира Британии нету.

Посадить Риту — это как отключить интернет или ютюб. Понимаете, да? Фаджа за такой произвол может посадить на кук… вилы, недовольная общественность, лишенная любимого досуга.

Метафорически. Или не метафорически.

Наивные авроры могут сколько угодно попробовать выжать из нее правду, руководствуясь законом, но есть проблемка. Закон полон дыр и лазеек, о которых Рита прекрасно знает лучше них и проползает в эти бреши словно неуловимый навозный жук.

— Есть что-то интересное сегодня? — спросила Кэрол, отрываясь от чтения статьи в журнале, с расшифровкой которой ей как раз помогала сидящая рядом Луна.

Миниатюрная блондинка так разволновалась, погрузившись в процесс дешифровки, что аж высунула кончик языка, водя своей волшебной палочкой по обратной стороне газеты. На кончике витиеватого концентратора горел люмос, и я предполагаю, что в этот раз именно это было условием для чтения настоящего содержимого газеты её отца. Без дешифровки текст газеты всегда напоминает бред сумасшедшего.

Даже забавно. Мистер Лавгуд и Рита Скитер шифруют правду разными способами и по абсолютно разным причинам, но все равно… Эти двое бы поладили. Если бы они совместили усилия… Нет, ну нафиг. Это уже перебор. Хотя…

Может быть попозже, когда Дикая Охота начнет набирать силу и активно работать по профилю. И когда у нас будут водиться деньги. Большие деньги. Вот тогда нам понадобится свой голос в народе, который не позволит утопить нас в дерьме. Общественное мнение — оно ведь как сырая глина, чем искуснее скульптор, тем краше получится конечный продукт.

Кнут, который может склонить Риту на мою сторону, у меня имеется, но без пряника это путь в один конец. Такая строптивая и наверняка мстительная личность не будет работать за спасибо и обязательно найдет способ сорваться с крючка и больно укусить в ответ.

Чтобы соревноваться в «выпечке» с министерством и другими «меценатами» хлебобулочных изделий, мне предстоит сильно постараться. Кнут и пряник, никак иначе. Один гений уже пробовал пробиться на вершину пищевой цепи с одним кнутом в руке, и где он теперь? Спит в медвежьей берлоге где-то на просторах Албании? Хотя нет, очень даже может быть, что он намного ближе, чем мы все бы хотели…

— Да так, очень длинный некролог и довольно смелые дизайнерские решения для украшений на Хэллоуин. — Я встрепенулся и вынырнул из своих мыслей, когда почувствовал как мне под столом зарядили по ноге. — Задумался, бывает, — добавил я, когда Кэрол вопросительно выгнула бровь. Видать, надолго я выпал из реальности.

— Прочитай Пророк попозже, ладно? Луне еще рано на такое смотреть, — попросил я шепотом, наклонившись к девушке поближе, — феншуй некромантов… он не для всех.

— Окей, раз ты так говоришь, почитаю вечером. Кстати говоря… ты помнишь, что сегодня у нас зелья со слизеринцами?

— Да-а... — протянул я. Нет, я не помнил. Кэрол закатила глаза, почувствовав мою неуверенность. — Ладно-ладно, я забыл. Раз ты подняла эту тему, то есть, видимо, что-то еще?

— Да, сегодня я собираюсь сесть с Джонатом Макклеем. Он не против, как и его соседка, что удивительно. Я думала, от нее будет больше проблем.

— Тааак. — Понятно, Кэрол собирается поймать на крючок новую жертву, и это Макклей. Предыдущий полностью сдулся, особенно после своего проигрыша моей рукотворной гидре. Не отстоял честь своей девушки и слил два боя из трех, отправившись лечиться в Мунго. Вернулся оттуда здоровый, но очень расстроенный. Его предки хорошенько проехались ему по мозгам вне Хогвартса и запретили ему иметь дело с Кэрол. И ему еще повезло, что его из рода не выгнали. Кэрол предвидела такой вариант развития событий и пока тот еще лежал в Мунго, заранее пустила слух по школе, что бросила его, потому что он слабак. — А меня это как касается?

Я был в недоумении. Мои оценки на зельях были весьма посредственными, мягко говоря. Как и ее, между прочим, так что лично мне было все равно, кто ко мне подсядет вместо Кэрол, хуже не будет. Крутым зельеваром мне не стать, а Снейп занизит мне и без того жалкие результаты. Не лежит у меня душа к закупориванию смерти по бутылкам. Я предпочитаю нести ее в массы, хе-хе.

— Нуууу? С кем сидел Макклей?

Я задумался. Пришлось даже задействовать окклюменцию, чтобы достать мусорную информацию из самых глубин памяти, куда я обычно сбрасываю ненужную дребедень, вроде информации о том, кто с кем на уроках сидит. Все равно это величина переменчивая. Вот как сейчас.

— А, так это Сью?

— Да, Сьюзан Селвин.

Мммм, старшая из дочерей главной ветви семьи Селвинов. Их побочные ветви запятнали себя связью с пожирателями, и когда те проиграли, они их быстренько отсекли. Если бы Том не слился в конце, это бы позволило им спокойно считаться победителями по жизни, заявив, что все время честно поддерживали Лорда, ведь в побочных ветвях у них как раз все были сплошь боевиками. В этом плане их семья поступила умнее, чем Блэки, которые пытались усидеть на двух стульях, позволив своим сыновьям воевать на обеих сторонах конфликта. Селвины же выбрали нейтралитет на грани фола.

Сама Сьюзан, или, как её зовет Аманда, Сью, довольно симпатичная блондинка, но полностью находится в тени Аманды Де Аморе, частью «свиты» которой и является. Не видел, чтобы она общалась с кем-то не из их трио, так что её можно считать асоциальной тихоней. Наверное. Со слизеринками никогда нельзя быть уверенным до конца. Эти трое чаще всего ходят вместе, как в классическом американском сериале или фильме про школу, где у главной стервы есть пара менее симпатичных подружек в свите, на фоне которых она выглядит еще лучше. Что-то вроде того.

Пока что это еще не стало мейнстримом или клише в Британии, так как мода до наших консервированных консерваторов доходит с запозданием в пару десятков лет, так что пофиг. Но смотрятся они вместе весьма хорошо, даже жалко, что у нас тут не солнечная Франция и никто не загорает у озера в купальниках…

Там же еще и гигантский кальмар живет. Ух, девочки-волшебницы в купальниках и похотливые тентакли из глубин озера…

Сердца гормональных подростков от такого зрелища наливались бы кровью (не сердца). Мечты-мечты...

Подруги Аманды могли бы претендовать на её титул, если бы её не существовало. Однако получить его раньше, чем она выпустится, для них попросту просто невозможно. Де Аморе просто слишком подавляюще превосходит своих конкуренток во всем, будь то родословная, капитал или личная сила и красота. Ее «подруги» давно с этим смирились. Хотя у Селвин есть шанс.

У Сью будет максимум год, чтобы насладиться триумфом, ведь она на год младше. Ее последний, седьмой год, над ней не будет довлеть подавляющая волю и амбиции тень Де Аморе. Если ее не обойдет кто-то еще. Печально, но на Слизерине действительно учится больше всего родовитых красоток.

— Понятно… Это хорошо. Бэтмен не занизит мне оценку, чтобы не топить свою фаворитку на нашем потоке, хе-хе. — я злобно рассмеялся, сложив пальцы домиком над своим стаканом, заранее предвкушая выражение лица Снейпа, когда в его голове заскрипят ржавые шестеренки. О да, ему придется решать, что важнее — завалить меня, или не завалить Селвин. Я осекся, перестав смеяться. Щас это как-то странно прозвучало. Вслух повторять, пожалуй, не буду.

— Ладно, Сьюзан в зельях настолько же хороша, как я в них плох, так что выше ожидаемого нам на двоих точно обеспечено, если усреднить. Рассаживать нас сегодня, скорее всего, уже не будет, но я бы на твоем месте, Кэрол, подумал бы над тем, как выкручиваться в следующий раз. Если он не дурак, а Снейп не дурак, то второй раз на одни и те же грабли не встанет однозначно, и в конце этого урока запретит ей сидеть рядом со мной на его занятиях под страхом пыток и смерти. И плохих оценок. Что может пугать школьников больше, чем плохие оценки?

— Что, не веришь в силу своего обаяния? А как же твоя загадочная и брутальная харизма темного мага с поехавшей крышей? — хихикнула Кэролайн, продолжая одновременно читать журнал и вести непринужденный разговор.

— Я хорош, но не настолько, чтобы убедить Селвин пойти против решения своего декана и повысить мою успеваемость за свой счет. — Теперь глаза закатывал уже я.

Даже если бы мы с ней страстно трахались в подсобке по четвергам, и даже если бы я спас её жизнь, и заодно жизнь всей её родне, сомневаюсь, что она променяла бы свой высший балл по зельям на мою компанию. Слишком слизеринка и настоящая пуристка-аристократка, для которой все магглорожденные — жалкие грязнокровки. Или у меня просто сложилось неправильное мнение. Мы почти не общались лично, не было у нас точек соприкосновения интересов до сего дня, так что я могу судить только по слухам. Аманда не стала бы сближаться с крайними радикалами… Или стала бы? Тогда почему Селвин согласилась сесть со мной, а не подвинула кого-то еще? Хммм.

Ладно, не буду слишком сильно забивать себе этим голову. Мне все это не настолько нужно, по большому счету. Разве что… Селвин стала бы неплохим генератором дуэлей, поставляя мне груши для битья, но это лишь еще один повод Снейпу нас рассадить. Мои проклятья с богатеньких детишек снимать ведь придется именно ему, и старый змей это знает. *

— Я что-нибудь придумаю. В крайнем случае, змеюка отберет место у кого-то другого из слизней и у тебя появится очередной новый сосед или соседка на спаренных занятиях с чешуйчатыми.

Ох, вспомнил! Аманда упоминала как-то в разговоре, что одна из её подружек ко мне неровно дышит, но я никогда бы не подумал на молчунью Селвин. Я вообще-то думал, что Аманда намекает на себя… Как бы мне это проверить?

У Аманды спрашивать точно не вариант. Ага, попробуйте спросить у знакомой девушки о её подруге и об этом сразу же узнает и эта подруга, и все остальные в пределах тысячи километров… в лучшем случае. А уж если вы этой знакомой нравились вовсе не как «просто друг»… то узнаете вы много всего нового скорее всего о себе, а не о ее подруге. Кэрол тоже не пошлешь на разведку, всем известно, с кем она водится.

Аманда. Непонятная переменная, отношение которой ко мне тоже неплохо бы выяснить наверняка. Для этого как раз можно использовать Сьюзан, ведь королева никогда не позволит своей свите флиртовать с парнем, на которого она положила глаз.

Не то что бы я собирался их соблазнять и спать с Селвин или Де Аморе, нет. Дело в том, что с влюбленной в тебя аристократкой дела вести нужно еще осторожнее, и о таком нюансе лучше знать наверняка, чтоб не ляпнуть что-нибудь лишнее и не попасть в неловкую ситуацию.

Вот так вот пригласят тебя на обычный ужин, а он, оказывается, запланирован с продолжением до утра, а в твоем бокале вина больше амортенции, чем вина… А с аристократками нельзя просто взять и переспать. Проще отнести кольцо в Мордор, чем избежать проблем и последствий, если она после этого потребует взять на себя ответственность и пожалуется родителям. Или еще хуже — в Визенгамот.

Можно реально стать Голумом в рабстве у кольца, если вы понимаете о чем я. Такой брак будет именно что рабством. Иные варианты еще хуже. Собственно, когда в аристократическом роду нет мужчины-наследника и роду заодно нужно обновить кровь… ну, вы уже и сами догадались.

Так… Стоп. Что там у Селвинов с наследниками? Вот и настал тот момент, когда мне бы пригодились знания родословных аристократов. Будь я нормальным попаданцем, то выучил бы их еще в пятилетнем возрасте, шокируя своих родителей своим острым умом и сообразительностью… Но чего нет, того нет.

— Селвин что, настолько не хочет сидеть с Джоном? — я залпом допил свой сок, честно стараясь не кривиться. Терпи, Амос, это очень полезно для здоровья. Британские исследователи так говорят, они же не могут врать? (Поняли шутку, да?)

— Верно. Как она выразилась, у него сейчас то самое время. Её это раздражает, а мне сыграет на руку.

— Ах, весна. Как это прекрасно.

— Середина осени, Амос.

— Да-да. Ладно, Кэролайн, я все понял. Действуй. Ради тебя, я пойду на эту жертву.

— Настоящий мученик. Не каждый бы согласился сидеть с богатой и красивой блондинкой.

— Ты абсолютно права. — Действительно, не каждый. Сейчас, обдумав всю имеющуюся информацию, я понимаю, что предпочел бы более спокойное времяпровождение. Но коней на переправе не меняют. В следующий раз, прежде чем соглашаться помочь Шарпхарт в её делах сердечных, я дважды подумаю.

Завтрак закончился и, обменявшись прессой, мы с Кэрол поплелись на Историю Магии. Там можно будет почитать. Следующим предметом после истории будут зелья…

П.С. Автора:

* Интересно, если бы Снейпу выбили один глаз на войне, его прозвище изменилось бы с летучей мыши на одноглазого змея? Простите за эту тупую шутку. Не мог не поделиться.

То-то он такой вялый на уроках…. Простите еще раз.

* Была, а может и есть в Британии такая фишка. Люди носили с собой специальные свистки и если на них на улице нападал грабитель, например, они свистели в него, что бы привлечь внимание ближайшего постового. Это работало, кстати, очень неплохо.

Сейчас в Японии практикуют нечто подобное, только куда технологичнее. Не свисток, а брелок, издающий громкий звук, еще и с GPS трекером и полиции сигнал уходит по местоположению. В основном актуально для школьников. Не знаю нахера вам эта информация, но больше не меньше.

xbnfntkm13, бечено

Студенты за завтраком читают газеты:

Глава 32 Зелья и повседневные глупости

Комментарий автора :

Это походная глава про повседневность в Хоге, так что тут будет много мыслей гг, чутка зелий и не очень много действий. Зачем она нужна? Для следующей главы, очевидно. Просто отвечаю на вопросы самых нетерпеливых заранее, экономя свое время).

— Доброго утра, Санхайд, — поздоровалась Сьюзан Селвин, встав рядом с моим столом, видимо, ожидая от меня какого-то конкретного действия.

Эх, Кэрол уже переехала, вот новая соседка и околачивается возле её места, не зная куда деть руки. Стоит, ожидает приглашения, локон длинных светлых волос на пальчик накручивает, аки невинная дева. Ладно-ладно, я понял.

— Доброго, Селвин. Присаживайся, если хочешь. — Я, как галантный английский джентльмен, даже отодвинул для дамы стул. Правда не вставая со своего места и ногой. Поддерживаю образ бунтаря, что поделать?

Это несомненно было страшным нарушением этикета, как и такое фамильярное обращение к малознакомой благородной леди, но она не Аманда, так что даже отдаленно теплых чувств, симпатии или уважения я к ней не питаю. И уж точно она даже близко не Фелисити, чтобы я ради нее вставал со своего места и ухаживал за ней по настоящему.

По моему, я и так проявил чудеса дипломатии и такта, учитывая то, что мы учимся вместе пятый год и до этого момента даже десятком слов не обмолвились. И дело вовсе не в моей социализации, а в том, что кое-кто до недавних пор считал меня мусором, который не стоит внимания. Лучше бы так оно и оставалось. Не люблю людей, которые меняют свое отношение на сто восемьдесят градусов, стоит обстоятельствам слегка изменить расклады в вашу пользу. Выглядит жалко.

Чем больше я на нее смотрю и ощущаю остаточные эманации её эмоций благодаря хорошо развитой ментальной магии, тем лучше понимаю её гнилую суть. Корни нашего дальнейшего общения будут произрастать из чистейшей корысти, не более. Странно, но еще я ощущаю похоть с привкусом садизма. А девочка-то не такая невинная, какой хочет казаться. Кто бы мог подумать, да? Я буду держать это в уме и не дам себе обмануться симпатичной мордашкой.

Красивых девушек в мире пруд пруди, я не настолько жалок, чтоб волочиться за каждой юбкой. Тем более с таки сомнительным внутренним миром. Мне и Фелисити хватает, у которой в голове черти что. Но ей простительно.

Сьюзан едва заметно поморщилась, но села рядом не проронив ни слова осуждения, повесив свою сумочку на крючок и стала доставать из нее необходимые для урока письменные принадлежности. Золоченое перо, золоченая чернильница, свитки из лучшего и качественного магического пергамента… странно, что чернила были не золотыми… Мажорка. Она явно привыкла к другому обращению у себя на факультете и видимо ждала, что и я с нее пылинки сдувать буду.

Ожидания бывают обманчивыми. Что поделать, сама ведь захотела посмотреть на настоящего «варвара» вблизи, ха-ха.Блондинка, устроившись за столом, достала из сумки резинку для волос и стянула часть роскошной гривы в забавный хвостик, но не ровно на затылке, как обычно, а с левой стороны, так что он ниспадал ей на плечо водопадом. Длинные волосы это все-таки красиво.Интересное решение. Так она решила разбавить свою серьезность? Получилось действительно миленько и придавало ей больше… приземленности, что-ли.

И мой чуткий нос унюхал очень знакомый запах. Очень приятный и манящий, даже немного возбуждающий. Все это меня слегка насторожило, но нет, это была не разновидность амортенции, а кое что более интересное и дорогостоящее.

Я принюхался еще раз и попытался вспомнить, что это за чертовски знакомый запах. Человеческий мозг — забавная штука и лучше всего в памяти откладываются воспоминания подкрепленные запахами или вкусами, так что я очень быстро дошел по ассоциативной цепочке воспоминаний до ближайшего узла памяти. В общем-то, воспоминания были очень свежими, еще даже не успели устаканиться, просто я не сразу понял, что чувствую из-за нелепости происходящего. Не мудрено, что мне понравился её запах. Так вчера пахла Фелисити сразу после душа. Вот это поворот.

«Что за чертовщина?!» — спросил бы необразованный человек, но я сразу догадался, что кое-кто не поскупился сегодня использовать особые духи-хамелеоны, которые подстраиваются под самый приятный для обоняния жертвы аромат. Есть над чем задуматься, кстати… но потом. Не нужно быть гением, что бы догадаться, ради кого Селвин так расстаралась, но что-то мне подсказывает, что она и в страшном сне не могла себе представить, что будет пахнуть для меня как совсем другая девушка, ха! Даже как-то неловко.

Хотя ладно, ставлю ей зачет за идею и отличную шутку, которую понял только я.Значит, все же хочет наладить контакт со мной? Мотивы пока точно не ясны, но едва ли это что-то, что мне понравится.

Впрочем, почему бы ей не подыграть какое-то время? Может быть получится выжать из нее полезную информацию?Завязался непринужденный разговор в типичном британском стиле. Ну, знаете, обо всем и ни о чем. Погода, зелья, домашнее задание и утренние новости.

Селвин моя елочка немного напугала, хотя, казалось бы, девушка из очень «благополучной и благородной» семьи. Я думал, у них там такие каждый Новый год наряжают, а оказалось нет. Неожиданно. Рита намекнула в статье на пожирателей, а главная ветвь Селвинов вроде как классифицируются как предатели, так что её беспокойство понятно. В отличии от вляпавшейся в делишки Темного Лорда побочной ветви семьи, главная как раз не рада будет его возвращению. С них как минимум стрясут серьезную компенсацию.

И на этот раз наверняка заклеймят меткой, если они не сбегут за границу. Но если все же сбегут, то все их активы смогут со временем приватизировать оставшиеся верными Темному Лорду Селвины из побочной ветви.

Убить своих родичей напрямую они тоже не могут. Хммм. Не мои проблемы. Надеюсь, они вообще все передохнут.

Пока Снейп где-то шлялся, мы продолжали болтать о всяких пустяках и очень неискренне смеялись над шуточками друг друга. Мои она совершенно не понимала, но делала вид, что понимает, а вот я её шутеечки понимал даже слишком хорошо.

Маленькая расистка палилась по черному, как Штирлиц в анекдотах с чайной ложечкой, и, что самое смешное, даже не понимала этого.Интереса ради, решил подловить ее на противоречиях и задеть за живое. И она умудрялась попасться в мою словесную ловушку, раскрывающую её истинное отношение к магглорожденным. Действовал я тонко, подводя её к нужному мне результату, так что она опять ничего не поняла. Или она просто играет дурочку и сама меня тонко троллит? Аманда могла бы провернуть подобное, но вот Селвин… терзают меня смутные сомнения.

Видите-ли, она очень старалась сдерживать свою стервозную и расистскую натуру. Нет, правда старалась, но получалось так себе. Селвин явно не имела опыта общения с «простыми людьми», вроде меня, из-за чего её попытки поддерживать светский диалог и походили на ходьбу слепого по минному полю.

Я снисходительно не замечал некоторых её оговорок, благодаря чему она еще больше расслабилась. Может она приняла меня за неотесанного деревенщину, ничего не знающего о магическом мире за пределами Хогвартса, а может еще что, но если так, то это было очень наивно. Ситуация была диаметрально противоположной.

Хотел бы я знать поменьше, если честно. Многие знания — многие печали. Первый год был таким беззаботным и счастливым… Ладно, детство уже никак не вернуть.

И вроде ведь не полная дура, магическим талантом тоже не обделена, а мышление настолько ограниченное, что как-то даже жалко её стало. Тепличный цветок, который никогда не узнает каков реальный мир за стеклянным куполом.

Комнатное растение против дикой ядовитой розы, вот как смотрелись вместе Селвин и Де Аморе. Аманда была естественной стервой, прирожденной, можно так сказать, но при этом довольно искренней, настоящей и живой что-ли. Не фарфоровая кукла, а сильная, опасная и целеустремленная личность.

И еще она была какой-то неправильной аристократкой (или наоборот, единственной правильной, в отличии от остальных), если уж на то пошло. У Де Аморе помимо воли семьи есть и свои цели, желания и мечты, ради которых она готова убивать, если придется, и рисковать собственной жизнью, если потребуется. Она не вызывала инстинктивного отторжения или желания прирезать её в темном переулке и пустить на топливо для ритуала.

Может быть это было положительное влияние её французских корней с континента? Там с аристократов давно сбили спесь революционеры, вынудив приспосабливаться и стать человечнее ради своего выживания.Как бы там ни было, Аманда Де Аморе сильно выделялась на фоне прочих однокурсниц в первую очередь не своей внешностью, а характером.

А вот её подружка оказалась фальшивой и лживой насквозь. Приторной и какой-то… блеклой. Я даже не сразу понял, что она пытается флиртовать. Видно было, что ей давали кое-какие уроки соблазнения, иногда она действовала инстинктивно, используя свое природное очарование, но ей не хватало реального опыта манипулирования мужскими хотелками.

Да и методики эти явно были предназначены для окучивания таких же благородных простофиль как она сама, только противоположного пола. Детишки, предел мечтаний для которых было подержать барышню за руку, может и повелись бы, но я только вчера хорошенько потрахался, так что её хлопающие ресницы, легкие прикосновения и заигрывания мне вообще были до лампочки.

Наверняка у аристократов есть какой-то заученный шаблон поведения, как раз для таких случаев, но не у меня. Из-за этого она слегка подтормаживала, стараясь безуспешно адаптироваться и немного даже терялась, когда вести начинал уже я, вгоняя её в краску всякими намеками.

Да уж, если бы я захотел ее склеить, то справился бы даже быстрее, чем Кэрол со Стивенсоном.В сравнении с таким профи, как Кэролайн Шарпхарт, которая к концу урока скорее всего если не влюбит, то как минимум незаметно, но абсолютно неотвратимо западет в сердце своей новой жертве, Селвин было очень далеко.

Кстати, об этом. Я параллельно наблюдал за тем, как развиваются события за столом у Кэрол, и мне стало немного не по себе. Если бы красноволосая подруга захотела заполучить себе прошлого Амоса 1.0, то у парня не было бы вообще никаких шансов избежать медовой ловушки. Она бы выкачала его досуха. В плохом смысле. К счастью, Шарпхарт никогда не собиралась использовать или как-то вредить своему единственному другу. Прекрасным примером того, как бы все могло сложиться — был Стивенсон.

Наивный шотландец даже не узнает до самого конца, что оказался в её власти и будет считать себя хозяином положения и чертовски удачливым засранцем, гордо разгуливая на поводке. Кэролайн действовала как экзотический восточный яд, медленно и незаметно просачиваясь в самое сердце жертвы, паразитируя на нем и медленно разрушая изнутри.

Селвин же действовала топорно и грубо. Неумело. Как озабоченная девственница на свингер-пати.

Такая девушка не задумываясь накачает понравившегося парня бухлом с амортенцией и оседлает при первой же возможности, если на то будет приказ главы рода. А потом кое-кому придется взять на себя ответственность и добро пожаловать в рабство. Причем сексуальное тоже входит в стартовый комплект брачного контракта. Такая схема работает и в обратную сторону, так что магглорожденные ведьмы находятся в таком же положении, если не хуже. У магглорожденного в таком союзе прав даже поменьше будет, чем у черных в США. До отмены рабства, разумеется. А ведь фокус Джанго с убийством рабовладельцев в Магической Британии не прокатит, ведь контракты, гейсы и клятвы тут имеют вполне реальную силу и могут сделать с нарушителем всякое нехорошее. Род Селвинов заковал в цепи даже своих ближайших родственников из побочной ветви семьи, чего уж говорить о всяких чужаках вроде меня.

Не повезет жениху Селвин, однако. Хотя, если так подумать, то и жениху Аманды не позавидуешь… Аристократия вообще страшная клоака, в которой нет места так называемой «истинной любви».Так какого хрена я вообще трачу свое драгоценное время на общение с ними двумя? Все просто. Мне нужно изучить поведение Селвин, её мышление, мотивы и желания, её способы манипуляции и рычаги давления. Это будет полезно в перспективе. Поиметь аристократию будет намного проще, если понимать их глубинную суть и способ мышление.

С Амандой все почти то же самое, но вместе с тем и намного сложнее. Чтобы разгадать Де Аморе мало будет одного спаренного урока зелий, как в случае со Сьюзан Селвин. С Амандой мне действительно интересно поболтать о магии и политике, да и как человек она мне тоже нравится. И еще за ней висит долг жизни, а значит навредить мне первой она не сможет, что тоже несомненный плюс. Пока сложно сказать, как сложатся наши дальнейшие отношения, но взаимовыгодное сотрудничество очень вероятно.

Долго пообщаться у нас не получилось. Приперся человек-летучая мышь. Ожидаемо, все-таки это его урок. Черная мантия прошуршала мимо и остановилась за учительскими столом.

Водянистые, покрасневшие от паров различных зелий и хронического недосыпа глаза зельевара прошлись по аудитории и остановились на нашем столе. Немудрено. Я специально всегда садился в первом ряду, чтобы раздражать экс пожирателя одним своим существованием в непосредственной близости от него.

На бесстрастном лице не дрогнул ни один мускул, но Селвин под его пристальным немигающим взглядом все равно немного поежилась.Я же постарался улыбнуться профессору максимально яркой улыбкой. Давно заметил, что нет ничего более раздражающего для Снейпа, чем улыбающийся в его кабинете студент. В его мире все мы должны страдать, как страдал он. Ох уж эти детские комплексы…

Ожидал, что его переклинит от моей довольной рожи, но нет. Не в этот раз. Видимо, мгновенно развести декана Слизерина на яркие эмоции мог только легендарный Гарри Поттер. Вот если бы я носил круглые очки и не причесывался по утрам…

Впрочем, я не обманывался его напускным спокойствием. Я его хорошо изучил за эти пять лет, как и он меня. Было видно, что я почти достиг незримой точки кипения. Осталось немного дожать — и котелок рванет не хуже, чем у Лонгботтома.

Учитывая мою новую соседку, сегодня он точно выльет на меня ушат помоев и снимет пятерку-другую баллов просто для профилактики. Мстительный он, этот Снейп. Очень-очень злопамятный и жестокий социопат. В этом мы с ним немного похожи, но я все же надеюсь, что не стану таким желчным брюзгой как он, когда буду в его возрасте. Если мое чувство юмора атрофируется так же сильно, как у него, то это будет большая потеря для всей страны.

— Санхайд, вижу вы надеетесь повысить свою итоговую оценку за счет моих студентов? Очень зря. Лично вас я буду оценивать отдельно. — Как я и думал, Снейп начал вносить коррективы и зарубил мои надежды выплыть из его искусственно созданного болота плохих оценок. Еще и мою новую соседку оградил от проседания в успеваемости.

Да-да, Селвин, не прячь ухмылку, кошка драная, я все видел. Не удивлюсь, если она сама его заранее и предупредила о перетасовке в классе. Больно уж быстро он сориентировался и совершенно не выглядел удивленным.

Эх, учиться тебе еще и учиться, блондиночка. С таким уровнем навыков ты даже Поттера к себе расположить не сможешь, не то что меня. Хотя, ладно, тут я не прав. Только Поттера и сможет.

Внешность-то у нее вполне привлекательная, тот бы заглотил наживку по самые жабры. Жаль, что под красивой упаковкой скрывается лишь ржавый медвежий капкан. Хммм, может пихнуть его в этот самый капкан, чтоб даже не думал лезть к Луне или Гермионе? Стоит обдумать идею.Профессор перевел взгляд на Кэролайн и, оценив другую сложившуюся пару, недовольно поджал губы, тяжело вздохнул, но промолчал. Ну да, эти двое были на одном уровне. Чуть повыше дна, на котором обитал я и Спанч Боб*.

Круче меня были только некоторые гриффиндорцы, вроде Невила или Рона Уизли. Хотя Уизли быстро исправляется. Такими темпами он скоро выбьется в твердые середнячки. Вот что значит хорошая наследственность, наличие смертельного врага и мотивационный пендель от меня лично.

Снейп быстрыми взмахами палочки изрисовал всю доску формулами и инструкциями менее чем за минуту. Рецепт зелья драконьей кожи, который нам нужно было приготовить сегодня, оказался довольно сложным, должен признать. Вообще варка зелий на первых двух курсах и на последующих сильно отличалась.

Если вначале еще можно было как-то справляться, банально следуя рецепту, как эдакий начинающий средневековый повар, то с третьего года зелья стали куда ближе к настоящему таинству магии или алхимии. Алхимию, кстати, можно было начать изучать только на шестом и седьмом курсе. Слишком сложная наука, которая жестоко карает за любую, даже мельчайшую оплошность. Как и зелья, она была очень требовательна к природному таланту волшебника.

Грубо говоря, моя магия совсем не годилась для варки действительно сложных составов. В ней было слишком много «примесей» от ритуалов и темной магии, а для зелий лучше всего подходила кристально чистая, нейтральная мана без всяких девиаций. Нужно ли объяснять, почему у меня получалась в основном всякая низкосортная бурда, едва соответствующая необходимому минимуму?

Только очень темномагические зелья выходили из-под моей руки в отменном качестве. И еще волчьелычное. Но в Хогвартсе такие готовить не учат, так что это никак не помогало мне с оценками. Может быть, зелья это просто не мое. У Синдер они получаются прекрасно, а магия у нас очень схожа по параметрам. У нее, очевидно, талант.

Ну да ладно, у каждого есть свои сильные и слабые стороны. Нельзя быть лучшим во всем.Немного посовещавшись, мы со Сьюзан пришли к закономерному выводу, что варить зелье будет она, а я буду только следить за температурой котла и нарезать ингредиенты. Не знаю, как мою работу будет оценивать Снейп, так как это вполне себе обычная практика — распределение обязанностей между студентами, но я не удивлюсь, если он поставит мне тролль, ведь я же «не варил» его сраное зелье.

Может быть мне помешать пару раз эту вонючку жижу просто для галочки, когда это будет приемлемо и не нарушит рецепт?

Урок протекал…скучно. Снейп не стоял над душой, потому что знал, что меня это нисколько не стесняет. Доказано годами его полного игнорирования в процессе варки, так что он полетел нести добро в другой уголок класса. Остановился у стола самых заруганных, неуверенных в себе пацанов. Странный он. Без его «помощи» они могли бы варить намного лучше.

Может это такая крутая тренировка сопротивления ментальному давлению или что-то вроде того? Не, Снейп слишком ленив для такого. Скорее поверю, что он таким образом тешит свое эго и сбрасывает негатив.

Зелье размеренно кипело и булькало в котле, а наш разговор продолжался. Вначале было даже интересно пообщаться с кем-то новым, но довольно скоро мне стало очень скучно. Селвин оказалась ко всему еще и очень душной и ограниченной в кругозоре особой. Знаете как бывает, пообщался с человеком всего часик, а интересных тем для обсуждения уже совсем не осталось. Я, конечно, догадывался, что поддержание разговора будет требовать усилий, но не таких же… Теперь фальшивую улыбку пришлось натянуть уже мне.

Никогда бы не подумал, что у девушки и парня может оказаться настолько мало точек соприкосновения интересов. Нет, не так выразился. Я никогда бы не подумал, что у волшебника и ведьмы может быть так мало общего…Похоже, я просто зажрался.

Фелисити, Кэрол, Аманда, даже малышка Луна и в какой-то степени Гермиона — эрудированные и, что самое главное, действительно увлеченные магией ведьмы. Они дышат магией, как я сам. Вот и привык, что с ними можно обсуждать магию часами, строя теории, ведя дискуссии и горячие дебаты, и все ради поиска истинны, углубления знаний… А с Селвин просто… Давно я такого не испытывал. Будто меня обманули. Я ожидал большего от окружения Аманды.

Никогда не понимал такого. Вот как можно жить в магическом мире и относиться к магии настолько буднично и наплевательски? Как оказалось, Сьюзан больше всего на свете интересовали рюшечки на новом платье осенней коллекции от кого-то там, представленном в свежем выпуске Ведьмополитена, чем новые заклинания, ритуалы, зелья или цепочка рун. Она шла сугубо про протопленной дорожке школьной программы, практически не интересуясь дополнительной литературой, за исключением косметических и бытовых чар. Ведьма-домохозяйка… для меня это ругательство, если что.

Нет, я понимаю, что может быть она просто не хотела раскрывать и толику лишней информации кому-то вроде меня, но… интуиция подсказывала, что мои изначальные выводы насчет нее оказались все же верны. Селвин училась магии не по зову сердца, а постольку-поскольку, воспринимая её как некое неизбежное зло, как математика для гуманитария, которую она обязана знать из-за своего положения в обществе. Просто обременительная обязанность.

При этом её оценки были более чем хороши, ведь программу Хогвартса она осваивала превосходно. Это говорило о том, что у нее был хороший потенциал, и стоило ей приложить немного усилий и не лениться, и она смогла бы многого достигнуть. Блять, да половина учеников, если не больше, убить были готовы за такой подарок судьбы, а она просто спустила этот шанс в унитаз. У нее вместо палочки в руке была власть, связи и богатства. Для магии места не нашлось.

Мда. Таких людей я просто не смогу понять. Никогда. Не думаю, что мы сойдемся характерами, хах. А говорят, что противоположности притягиваются. Сказка для лохов.

Может и хорошо, что Снейп нас наверняка рассадит, а то у меня уже скулы сводит улыбаться через силу. Профессор Биннс и то более интересный собеседник, чем она, а он ведь занудный призрак, никак не реагирующий на раздражители и полностью игнорирующий вопросы студентов. Понимаете?

Единственное интересное происшествие за весь урок произошло ближе к концу, когда я уже на стенку лезть был готов. Один маленький змееныш решил незаметно запульнуть нам в котел коричневый боб-попрыгунчик, напоминающий зернышко какао боба. Уж не знаю, была ли это его личная инициатива или же имела место какая-то нелепая интрига, возможно, даже самой Селвин, но боб до нас так и не долетел. Он тихим щелчком моих пальцев был отправлен обратно, прямиком в котел умника.

Тот был удивлен резким изменением траектории снаряда и даже попытавшись перехватить его рукой над своим котлом, но не преуспел. Как итог, зелье в котле вступило в бурную реакцию с новым ингредиентом и котел спрыгнул с его стола, разбрызгивая фонтаном содержимое на его соседа и на самого диверсанта. Котел успел сделать еще пару грациозных, достойных горного козла прыжков, прежде чем его настиг луч заклинания разяренного профессора.

Стивенсон выглядел жалко, скулил как маленький щенок, на которого пролили кипяток из чайника и яростно тыкал своими вареными сосисками, теперь заменяющими ему пальцы, в мою сторону.

Удивительная наглость, от которой у меня аж перехватило дыхание от смеха. Благо, я не успел прийти в себя и слово взяла Сьюзан. Снейп бы с удовольствием сбросил с моего факультета полсотни баллов и назначил лично мне недельные отработки у Филча, если бы блондиночка не встала на мою сторону, заявив, что сама видела, как наглый пацан бросил боб в собственный котел.

Кстати говоря, когда он неудачно попытался перехватить боб-попрыгунчик над своим котлом у стороннего наблюдателя действительно могло бы сложиться такое впечатление о произошедшем. Он сам себя переиграл. А я ведь даже не повернул головы в его сторону и заметил неладное своим периферийным зрением и положился на интуицию и богатый опыт жизни среди мелких садистов, так что у теории Селвин нашлась еще парочка свидетелей с моего факультета, включая Кэрол но ее можно не считать. Снейп бы ее голос точно не засчитал, но за поддержку я благодарен, конечно.

Не от большой любви ко мне вороны решили мне помочь, ясное дело, просто не хотели терять балы факультета, когда ответственность так просто переложить на пострадавшего. Ха.

Кстати, сам пострадавший был не в состоянии защитить себя и свои интересы, так как его голова и лицо за десяток секунд полностью покрылись коричневой чешуей.Ну да, зелье ведь было почти готово. Ключевое слово — почти. Прямо сейчас его рожа больше напоминала задницу крокодила, и нужно ли мне говорить, какую часть задницы напоминал его широко раскрытый рот с распухшими губами, из которого то и дело показывался не менее распухший, как сарделька, покрытый волдырями, коричневый язык?

Злорадные смешки наполнили помещение. Очень хотелось пошутить про йо-йо, но я приличный молодой человек и потому сдержался.

Все равно эту шутку здесь никто не сможет оценить.

Снейпу ничего не оставалось кроме как отправить пострадавших в лазарет, сняв целых ПЯТЬ балов со своего же факультета. Мда. С меня этот гад ползучий снял бы раз в десять больше, но грех жаловаться. Не снял же, хотя взгляд был очень многообещающим. Селвин же выпятила грудь и, похоже, почувствовала себя защитницей угнетенных, святой Сьюзан, как минимум.*

Я шепотом поблагодарил Селвин за помощь, наклонившись к самому уху, пощекотав его горячим дыханием, а после отстранился и почти искренне улыбнулся. Девушка покраснела, но ей явно было очень приятно.

Интересно, это был её план или же она действовала по наитию и просто поняла, что на его месте могла оказаться она сама и решила преподать урок идиоту? А могло ли так статься, что это дело касается вовсе не меня, а внутрислизеринских разборок, в которых участвует Сьюзан? Вполне возможно. А может быть и вовсе сошлись несколько чужих интересов.

А что, если причина нашего сегодняшнее соседство имеет еще одну неочевидную грань? Если бы Селвин знала, что кто-то нацелен её опустить на глазах у всех, то ничего удивительного, что она решила использовать меня как щит и согласилась на рокировку с Кэролайн. Вопросы-вопросы.

Эх, Сьюзан-Сьюзан, вот пустила бы ты свои усилия не на скучные и детские интриги, а на изучение магии, может быть и получилась бы из тебя шикарная хитрожопая ведьма, а так…

Урок наконец закончился. Наше зелье было сварено хорошо, ведь брызги чужой неудачи нас даже не зацепили, несмотря на близость случившегося кризиса. Так получилось не без помощи выставленной мною защиты, кстати.

Далеко не всем так повезло, хотя те кто сидели подальше успели защититься. Но все, кто попал к Помфри в лазарет или запорол зелье, получили отработку и дополнительное домашнее задание. Снейпа никогда не интересовали отговорки.

В любом случае, Снейп поставил Сьюзан Превосходно, а вот меня попросил задержаться после урока. Печально. Если что, я буду все отрицать, хе-хе-хе.

Вообще, я думал он задержит Селвин, а не меня. Посмотрим, что ему на самом деле нужно. Не будет же он просить меня отсесть от нее?

Это было бы опрометчиво с его стороны, потому что я очень вредный и просто назло ему терпел бы общество Селвин хоть до конца года, если бы это повышало мои оценки… Или в этом и есть его коварный план?

Проклятье. Ладно, не буду гадать. Все уже разошлись и остались только мы с ужасом подземелий. Он же не будет пытать меня круциатусом за взорванный котел?

п.с. Автора: * отсылка к Бикини Боттом. Т.Е. самое дно. Тут двойной смысл. * Нет такой Святой Сьюзан - защитницы угнетенных, если что.

Сьюзан Селвин:

И немного Аманды для сравнения. Они похожи внешне, но отличаются. В том числе внутренне. Даже нейросетка смогла передать немного шарма Аманды:

:

Глава 33

Глава 33

Змеюки

П.С. Автора:

Прода небольшая, скорее пол главы, чем целая, но я решил её разбить на две части, потому как у меня не осталось моральных сил доделывать её до конца, как задумывал изначально. Лучше так, чем никак, да? Слишком устал и выжат за последнее время. Всему виной один косяк, как обычно у меня бывает, случившийся из-за собственной лени. Да, я - ленивая жопа. Косяк не критичный, но испортил мне настроение, что вылилось в апатию и усталость. Постараюсь вернутся в строй в ближайшее время. Думаю следующая глава уже будет как обычно, через неделю, так как меня уже начало отпускать.

— Итак, мистер Санхайд, как вы, наверное, знаете, я не люблю всю эту возню и долгие расшаркивания, так что перейду сразу к делу. — Профессор Снейп сидел за своим столом и, прищурившись, сверлил меня своим знаменитым убийственным взглядом летучей мыши. Хммм, может потому и щурится? Летучие мыши слегка подслеповатые создание, вот он и… мысль он мне закончить так и не дал. Положив локти на стол и сложив пальцы домиком, зельевар продолжил: — Ваши оценки по моему предмету, Санхайд, мягко говоря, не блистают и, в теории, ваша новая соседка по парте, мисс Селвин, могла бы это исправить…

— Но? — многозначительно приподняв одну бровь, пародируя манеру человека сидящего напротив, я задал свой наводящий вопрос, из-за чего у Снейпа аж немного задергался глаз.

Он терпеть не может, когда его перебивают. Он ненавидит, когда над ним кто-то издевается. И, уж конечно, ему не нравится, когда кто-то, не будем показывать пальцем, пародирует его патлатое величество. Естественно, я не мог просто взять, и не подколоть его. А нехрен он ходит вокруг да около? Раз сам говоришь, что не любишь интриги, то изволь перейти сразу к делу.

Снейп прищурился еще больше (Хотя, казалось бы, куда еще больше-то?), у него заиграли желваки — явный признак крайней степени раздражения, из-за чего я действительно начал опасаться за свою жизнь и здоровье. Я сидел и ждал, перестав усугублять ситуацию еще больше, и помалкивая в тряпочку и сложив руки на колени, как прилежный ученик.

Но, честное слово, если он прищурится еще больше… то далее может случиться все что угодно. Например, он, с криком «За императора/Дамблдора!», протаранит меня своим потным лбом. А он у этого упрямого барана должен быть не менее твердым, чем мой собственный, так что это было бы довольно больно…

— Но, мистер Санхайд, ваше поведение, ваши манеры и ваши навыки недостойны, в сравнении с мисс Селвин, которая является одной из лучших учениц вашего года обучения… — безжалостно открыл для меня Америку человек, очень похожий на Алана Рикмана, но не обладающий и каплей его харизмы и шарма. Просто желчный говнюк с кучей детских комплексов. Я и сам не без греха в этом плане, конечно, но магия упаси меня стать таким же гандоном на старости лет.

— Но? — Я все-таки решил довести его до ручки, раз уж он перешел к прямым оскорблениям. Ну не нападет же он на меня, в самом деле?

Бабах. Я даже вздрогнул. Вот же псих ненормальный, стол-то за что? Кулак неуравновешенного зельевара с такой силой врезался в деревянную поверхность, что заставил подскочить и тихо звякнуть чернильницу, что едва не залила пергамент на столе. Хотя он все равно уронил на пол несколько свитков готовых эссе, укатившихся куда-то под учительский стол.

Что-то подсказывает мне, что мое тоже было среди пострадавших и оно опять «случайно» затеряется и мне поставят тролля за «не выполненную» работу. Снейп громко сопел, раздувая крылья-ноздри, всеми силами старался взять в руки себя, а не мою шею.

Эх. Ладно, я сам виноват в этом, но у меня не так уж много развлечений в Хогвартсе, знаете ли. Да и сложно тонко интриговать, пребывая если не в бешенстве, то как минимум в очень раздраженном настроении, да, так что мои действия были направленны не только на развлечения. Тем более, я, что ли, виноват, что его так легко вывести из себя? Нервы у профессора ни к черту. Так-то за его эмоциональную нестабильность ответственны его старые знакомые — Мародеры, а не я. Я лишь ковыряюсь пальцем в его старой, незаживающей ране.

Вот что случается, когда окклюментная защита формируется уже поверх устоявшихся детских комплексов, моральных травм и мощного психологического расстройства. Она как гипс или шина, которую наложили слишком поздно, когда сломанные кости уже начали срастаться неправильно и процесс обратить вспять можно только при повторном болезненном «переломе». Только вот Снейп слишком боится посмотреть в глаза правде и пройти через моральные страдания еще раз. Это намного неприятнее, чем может показаться на первый взгляд, так что я не слишком сильно его осуждаю за это. Дерьма он повидал немало.

Хрупкую вазу можно поставить в бронированную витрину, защищенную лучше всего на свете, но если она была разбита на части задолго до этого… то хранить она будет лишь осколки, которые Снейп наверняка не позволит склеить профессиональному «реставратору-мозгоправу» из Мунго.

У него слишком много грязных секретов, а уж после бытия двойным агентом в стане жестокого маньяка-психопата с комплексом старшеклассника… параллельно с этим еще и мастера ментальной магии — щиты Снейпа без полного слома даже Дамблдор не сможет обойти. Я даже не пытался. Несмотря на то что я все видел собственными глазами и догадывался, что он сейчас испытывает, его эмоций все равно совершенно не чувствовал. Сквозь окклюментные щиты не просочилось даже крупицы. Такой уровень я видел только у Дамблдора, правда, старик умел держать лицо, в отличие от некоторых.

Кстати, а он ведь не может всего этого не понимать, ведь так? Если уж я до этого дошёл, то и Альбус Дамблдор тоже должен был. Снейп ведь давно у него под боком сидит. Чем он думал, назначая его на должность профессора? Как педагог он не просто ноль, он вообще отрицательная величина.

Может быть, это такая послевоенная реабилитация? Не помню уж, канон это или фанон, но Снейп вроде после смерти своей любви, Лили, кажется, даже в петлю полез.

Откачали его тогда, видимо, но фиг его знает, каким он был тогда, далеких десять лет назад. Возможно, бытие деканом и профессором, постоянное общение со слизеринцами, которые в рот ему заглядывают и даже уважают и любят сверх меры за подсуживание их факультету, как-то помогает ему выбраться из петли отчаяния и безысходности? Может, стоит спросить у него лично?

Шутка. Это уже перебор. Мы сейчас находимся в подземелье, которое он знает как свои пять пальцев, и он легко сможет утащить мой труп туда, где его никто никогда не найдет. Ну или я его. Смотря кто первый нанесет удар. Но доводить дело до смертоубийства пока, пожалуй, не буду.

— Я могу позволить вам паразитировать на моей ученице и даже получать неплохие оценки, при условии, что вы снимете то свое дрянное проклятье, что расшатывает мораль на шестом и седьмом курсе моего факультета. — успокоившись, Снейп наконец сказал то, к чему вел.

Похоже, я его достал и он решил действительно закругляться, не желая сжигать нервные клетки почем зря. Разумно. Я думал, что к концу нашего разговора песочные часы нашего факультета опустеют как минимум наполовину из-за моего желания повыделываться. Похоже, его просьба не так проста, как кажется на первый взгляд.

Но предложение действительно неплохое, потому что я и сам собирался распутать свою гидру перед Хэллоуином. Детишек наверняка заберут домой родители, проводить ежегодные ритуалы Самайна, тем самым, скорее всего, они случайно развеют мое проклятье. Отделив все три головы гидры друг от друга одновременно, её очень легко можно прикончить. Только об этом знаю только я.

А если я этого не сделаю, то их предки все же могут обнаружить свежие следы могущественного проклятья в телах своих любимых отпрысков. И тогда они поймут, что письма Снейпа с предостережениями, которые он им отсылал, были правдивы, а вот их детишки им нагло врали о своём состоянии из-за мощнейшей паранойи и нежелания расставаться.

Хотелось бы избежать последствий, если есть такая возможность. Проклятье Гидры уже успело сильно повлиять на их менталитет и психику, так что поддерживать его нет особого смысла. Эти трое еще долго будут продолжать жить по инерции, скатываясь вниз по заданной проклятьем траектории. Да и слишком уж далеко они зашли в углублении отношений между друг другом… обратного пути нет.

Но с другой стороны… ведь не факт, что проклятье будет обязательно развеяно. Они могли уболтать своих предков собраться всем вместе на празднование и ритуалы, ради укрепления межродовых отношений, так сказать, хе-хе. Такое практикуется между дружественными древними родами волшебников и вообще довольно правильное решение, но не в их случае. Тогда проклятье будут жить дальше.

Другое дело, что личной выгоды мне от этого — ноль, а вот проблемы, если я его решу оставить… в теории, возможны. Хрен его знает, что у старых родов есть в загашнике для ответного хода. За то, что я с ними сделал, аристократы могут попытаться отомстить мне несмотря на последствия и штрафы. Моя темная удача пока еще восстанавливается и испытывать её лишний раз не хочется.

А еще, я Луне я обещал снять его, когда придет время, так что… посмотрим. Нужно подумать, что еще можно стрясти со Снейпа за мою уступку, но действовать буду осторожно. Тут есть что-то еще, чего я не вижу, как мне кажется. Какая-то интрига в интриге.

— Не понимаю, о чем вы, профессор, — покладисто и невинно ответил я, мило улыбаясь. Не настолько я и тупой, чтоб признаваться в совершенных противозаконных действиях в лицо человеку, который меня точно жалеть не будет и оплошность не простит. Одно неверное слово может поменять баланс.

— Разумеется, не понимаете! — саркастично ответил он, ухмыльнувшись в ответ, явно демонстрируя мне насколько он поверил моему заявлению. — Раз так — выметайтесь отсюда и подумайте над тем, что я сказал, где нибудь еще. Если проклятье вдруг, очень внезапно, куда-то само сабой пропадёт, можете, так уж и быть, и дальше сидеть с Селвин. А если нет… я посажу вас с кем-то вашего уровня, подальше от других нормальных учеников и поближе к выходу.

Ага, поближе к лазарету, подальше от сопутствующего ущерба, намек понял.

Есть у него парочка подходящих змей, довольно тупых, но и исполнительных. Не думаю, что в обычных обстоятельствах мы бы с ними взрывали котлы каждый раз, как по нотам, все же я не настолько плох и вполне могу готовить зелья уровня удовлетворительно, но вот если мой сосед будет специально саботировать наш котел по поручению своего декана… мда. Вот же сальноволосый урод.

— Я, пожалуй, пойду, профессор. Хорошего вам дня! — процедил я сквозь зубы и, развернувшись на носочках, поспешно покинув кабинет, напоследок хорошенько хлопнув дверью. Нужно поддерживать образ бунтаря, ну и просто мелкую пакость сделать. Надеюсь, что для него это было хотя бы вполовину так же больно, как для автолюбителей.

Но вот чего я не ожидал, вернее, кого, так это Аманду, перехватившую меня на первом этаже замка, когда я проходил рядом с обеденным залом. В животе протестующе забурчало. Еда была так близка! Снейп, скотина такая, и так забрал у меня достаточно обеденного времени, а теперь и разговор с Амандой явно сожрет оставшееся на покушать время. Прискорбно, однако.

— Здравствуй, Амос.

— Привет, Аманда. Я рад тебя видеть, честно, ты как всегда обворожительна, свежа и изящна, но я очень-очень голодный растущий организм, понимаешь? Может поговорим попозже, а? — Из «школьной столовки» чертовски вкусно пахло жаренной курочкой, а Де Аморе стояла между нами, как ананасы между пиццей и плачущими от горя итальянцами. Это было попросту небезопасно. Для нее.

— Тогда я рада, что оказалась такой предусмотрительной и захватила нам перекусить. — Она продемонстрировала мне корзинку для пикника, которую раньше держала за спиной. Пахла она не жареной курочкой, конечно, но тоже неплохо. — Не составишь мне компанию на свежем воздухе?

— Ты что же, сама это приготовила? — я, мягко говоря, удивился и не удержал лицо. Скепсиса в голосе, правда, хватило бы на двоих. Это что, приглашение на свидание? Конкуренция с Селвин подтолкнула её к более активным действиям — и вот результат? Да не, бред какой-то. Я скорее поверю в простое совпадение, чем в это. Эх, ну что за день-то сегодня такой, непонятный?

— Я что, по твоему, похожа на прислугу? — поморщилась в ответ блондинка, закатив глаза. — Приказала домовым эльфам с замковой кухни собрать корзинку для пикника, а им это только в радость было. Или ты думал, что вы с Кэролайн единственные, кто эксплуатирует рабский труд ушастых крыс?

— Нет, как ты могла такое подумать? Уж кто-кто, а аристократы знают об эксплуатации чужого труда побольше нашего! — уколол её в ответ, на что Аманда только хмыкнула, нисколько не обидевшись. Ну да, на правду не обижаются. — Но в фартуке ты смотрелась бы очень даже мило, если хочешь знать мое мнение, — добавил я, попытавшись смутить её хотя-бы таким образом.

— Кхм-кхм. Так что, составишь мне компанию или нет? — Проигнорировав мой очередной почти комплимент, она отвела взгляд, но немного покраснела. Актриса. Видимо, ей действительно срочно нужно со мной поговорить, раз уж она снизошла до повторного вопроса. Практически, настаивает.

— Разумеется, леди! — Я галантно протянул ей руку, в которой тут же оказалась зажата плетеная ручка довольно тяжелой корзины. Ого, да там на четверых хватит. Нужно будет сказать эльфам спасибо за заботу. — И где же мы будем сегодня обедать?

— У озера, подальше от чужих глаз, поближе к зеркальной глади. Погодка сегодня на удивление теплая, а утренние тучи и туман уже рассеялись. Представь себе, поверхность озера сейчас выглядит как упавший с небес кусочек неба. Я хочу насладиться чашечкой чая в приятной компании, наслаждаясь видами. Это мой предпоследний год в Хогвартсе, и я хочу собрать побольше теплых воспоминаний о нем! — ответила она, быстро направляясь к центральному выходу. Я же про себя добавил «И подальше от чужих ушей.» Но чтобы я стал чьим-то теплым воспоминанием… звучит не так уж и плохо, на самом деле, хотя Аманда наверняка вкладывает не тот же смысл, что и нормальные люди. Ладно, пофиг, и так сойдет.

Выглянул в бойницу. Небо, вопреки обыкновению, действительно голубое, а не серое, как застиранная половая тряпка. В это время года — большая редкость для Шотландии. Моросящий дождь куда более частое явление.

У меня возник еще один вопрос к блондинке.

— Аманда, у нас остался час на обед, максимум, а до озера пешком минут двадцать только в одну сторону идти. Если перебирать ножками быстро-быстро, — укоризненно подметил я, поравнявшись с девушкой и будто невзначай, бросил взгляд на её ножки. Длинные и красивые, обтянутые полупрозрачными то-ли колготками то-ли чулочками, из-за длинной юбки не разберешь. Однако, зеленые туфли на высоком каблуке как бы намекают, что я еще сильно завысил ее возможности к скоростному перемещению. Я знаю, что девушки на таких шпильках и бегать умудряются, но это точно не особо приятный опыт. — Ты говорила про пикник, но времени у нас на него будет маловато. Я не хочу давиться едой и горячим чаем, знаешь ли. Я предпочитаю наслаждаться обедом в размеренном темпе. Уверен, что ты тоже. Так почему бы тебе не рассказать мне свой план?

Не верю, что эта хитрая змейка не продумала такой простой момент. Нам ведь еще и разговор предстоит, который нужно будет на всякий случай защитить от прослушки, а это тоже время, как и возвращение обратно в замок. А потом нужно еще попасть на урок, который у меня на пятом этаже, аж в восточном крыле замка. Туда не так уж и просто добраться из-за чертовых лестниц, живущих своей жизнью. Возможность нормально перекусить ускользает от меня как вода сквозь пальцы…

— Значит, не зря я оставила метлу у входа, — фыркнула она, забавляясь над моим скисшим лицом.

— Только одну? — уточнил я.

— Амос, только не говори мне, что человек твоих талантов не умеет использовать боевую трансгрессию! — съехидничала эта стерва, поиграв бровями. Вот значит как, да? Специально взяла одну метлу, чтобы прощупать часть моих возможностей? Или нет? Чего она добивается?

— В Хогвартсе невозможна трансгрессия… — я решил выиграть себе время на подумать и пробормотал банальную глупость, которую можно ожидать от магглорожденного, вроде меня.

— В самом замке — да, любая трансгрессия без особого допуска директора запрещена, а вот снаружи, стоит отойти на десяток шагов от ворот… частичная, или же боевая аппарация, она же полёт — вполне работает. Только не говори мне, что не знал об этом! — я уже было открыл рот, что бы все отрицать, но она не дала мне этого сделать. — Все равно не поверю.

— Не скажу. — Я знал, разумеется, давно уже выяснив всё про две отдельные сферы защиты древней твердыни.

— Пффф, продолжаешь упираться, значит? В любом случае, если не хочешь светить своими навыками, то мы можем полететь вместе на моей метле. — предвкушающе блеснув глазами-изумрудами, ярко улыбнулась хитрая ведьма. — Не переживай, метла хорошая, выдержит двоих почти без потери в скорости, а я летаю получше наших неумех — квиддичистов.

Я задумался. С одной стороны близкий контакт и обнимашки с красивой девушкой — звучит бесспорно заманчиво, согласен, но с другой стороны — это… Если нас заметят в такой ситуации, то поползут слухи, которые могут однажды попасть не в те уши. Есть и другие нюансы. К тому же я уже привык сам контролировать полет, не полагаясь на сторонние механизмы.

Не доверяю в этом деле никому, даже бездушным метлам, памятуя неудачи Поттера из канона, чьи метлы то проклинались, то ломались, то выскальзывали из потных ладошек подростка… ну нафиг.

С другой стороны, у меня есть гордость и я не хочу позволять Аманде подвозить меня на своей дорогущей метле, словно… ну вы поняли. Это будет по меньшей мере странно, и мое мужское достоинство будет слегка задето. А что до раскрытия еще одной грани моих возможностей… Аманда видела, на что я способен, когда почти серьезен, так что трансгрессия в моем исполнении не станет для нее шоком. Вот если бы Поттер продемонстрировал бы полет — тогда да. Боевая трансгрессия в моем возрасте редка, но не запрещена, что означает, что я далеко не уникален и прецеденты уже случались.

Раз уж научился, то пользуйся на здоровье, правила для всех одинаковые. Забавно, что есть только ограничение по возрасту, на обучение волшебников обычной трансгрессиии, а вот для ее более сложного ответвления — нет. Очередная дыра в нашем законодательстве. Не обучившись обычной трансгрессии, боевую не освоить, но всем плевать.

Ладно, пофиг, на самом деле я уже спалился перед ней еще в самом начале, когда не стал отрицать то, что могу долететь сам. А надо было. Я же попытался съехать на запрет трансгрессии в пределах купола защитных чар и это было моей ошибкой… Аманда наверняка смогла сложить два и два, так что я извлеку из своей ошибки хоть какую-то пользу, продемонстрировав ей свое «доверие». Пускай уж лучше считает, что я ей доверяю, чем радуется тому, что развела меня на секрет.

— Ладно, полетели. Я за тобой. — Мы уже подошли к распахнутым воротам и Аманда прихватила свою метлу, ожидавшую свою хозяйку в неприметной нише. Услышав мой ответ она растянула губы в ехидной улыбке.

— Ну садись! — она перекинула ножку через древко метлы и похлопала свободной рукой позади себя. Значит все-таки колготки. Миленько. Уже начинаю жалеть, что не согласился на её предложение прокатиться.

— Ты меня не так поняла. Я имел в виду, что полечу за тобой своим ходом, а не с тобой на метле. — цокнув языком я с чувством собственного превосходства пошел вперед, миновав хмыкнувшую Аманду. Мне нужно было пройти еще десть шагов, прежде чем я смогу сорваться ввысь. Мимо меня пронесся силуэт на метле. Быстро. У нее фора и догнать её будет не так уж просто. Но так ведь только веселее, разве нет?

Ведьмы хорошо летают, между прочим. В магическом мире нет альтернативы нишевым анекдотам «женщина за рулем», потому что «ведьма на метле» используется в исключительно положительном ключе. Ведьмы придумали этот способ передвижения — и они же им дольше всех пользуются.

Ну, поехали!

Чувство полета опьяняло и я, не сдерживаясь, громко рассмеялся. Рядом пристроилась на метле веселая ведьма, чьи золотистые локоны растрепало из-за ветра, но ей было плевать — Аманде тоже было весело. Людей творческих всегда манило небо, так что наша практически идентичная реакция не была чем-то слишком удивительным.

Наше соревнование в скорости продлилось недолго — дистанция для таких скоростей оказалась смехотворной, так что в течении пары минут мы оказались на месте, сделав вираж над кромкой воды. Аманда приземлилась первой, но не потому, что была сколько-нибудь быстрее меня. Просто она подбирала место для пикника. Теперь я понимаю, что времени нам вполне хватит и на пообедать и на поговорить. Это хорошо.

Глава 34

Глава 34

Почти доверительные разговоры

Место Аманда выбрала живописное, Амосу, как ценителю прекрасного, оно было по душе, как и компания молодой ведьмы.

Кристально-чистая гладь озера, в котором отражается лазурное небо, шелест слегка пожухлой травы, жизнь из которой постепенно забирает поздний октябрь. И, несмотря на солнечную погоду, было уже весьма прохладно.

Неподалеку располагались школьные теплицы, пустующие в обеденное время. Шумели деревья на подступающей кромке Запретного леса, подобравшегося к странной парочке довольно близко. Близость опасной флоры и обитающей в ней не менее опасной фауны добавляла немного природной пикантности пикнику. У Амоса, впрочем, пробуждало еще и ностальгию.

Александр, в прошлой жизни, очень любил лес и часто выбирался на природу, на шашлыки со своими друзьями, а у Санхайда с Запретным лесом и подавно была долгая и удивительная история отношений.

Что в прошлом, что в настоящем, что в будущем, его благополучие было неразрывно связано с этим природным источником редчайших ингредиентов. В полнолуние лес превращался в охотничьи угодья, где все обитатели в той или иной степени были охотниками. Даже единороги являлись отнюдь не беззащитными созданиями, как многие могли бы подумать, а ведь где-то в глубине чащобы обитали даже драконы.

Вблизи Запретного леса всегда существовала опасность поймать коленом стрелу кентавров, так что к защите их «места для пикника», волшебник решил подойти с умом. Ступив на твердую почву и налюбовавшись видами, он сразу же приступил к созданию защищенного полога. Естественно, в кого попало кентавры стрелять бы не стали, но кто знает этих упрямцев? Вдруг им накануне что-то звезды нашептали? А может пророки копытных смогли прозреть, что сегодня их враги окажутся в зоне досягаемости длинных луков?

Хотя, лично Амос всегда больше опасался людей, потому и защиту в первую очередь ставил от шпионажа, которым и сам баловался на досуге.

Взмахи палочкой, плавные и выверенные до миллиметра, словно у опытного дирижера симфонического оркестра, знаменовали начало его колдовства. Каменные глыбы, которые доселе покоились под водой, у самой кромки озера, вылетели из воды, прямо в воздухе превращаясь в изящные резные изделия из дерева и благородных металлов.

Вот на плоскую поверхность земли, выровненную колдующей в такт ему Амандой, становится небольшой чайный столик, которому самое место было бы на какой-нибудь веранде богатого загородного особнячка, а не здесь. Вот рядом с ним становятся пара плетеных кресел-близнецов, обшитых мягкими подушками, начиненными гусиным пухом. Даже на вид они были отличного, воздушного, качества. На этот раз волшебник подошел к комфорту серьезно и со вкусом. Может быть, он просто решил немного покрасоваться перед симпатичной блондиночкой, а может — решил добавить небольшой элемент тренировки, кто его знает?

Встав вплотную к своему творению волшебник прикоснулся волшебной палочкой к отполированной до блеска, лакированной древесине, и от кончика его концентратора, словно паутина, поползли глубокие трещины, тут же заполняемые расплавленным серебром. Он спокойно наблюдал, как по столику расползаются древние руны, превращая его в пускай и одноразовый, но весьма приличный артефакт. Запахло раскаленной древесиной, но очередной взмах быстро остудил кипящий металл.

Стандартная защита от прослушки, магические помехи, искажение изображения снаружи прозрачного купола защиты, и в завершение — легкий воздушный щит поверх всего этого. Магия воздуха, закручивающая вокруг них легкий хоровод из опавшей листвы тоже, в какой-то степени, искажала изображение, хотя это был лишь красивый побочный эффект. Искажение траектории полета стрел или пуль на подлете к чайному столику в радиусе двадцати метров — вот его основная функция.

И, в тайне от ведьмы, во всю эту красоту были аккуратно вплетены рунные цепочки распознания ядов, примесей, пищевых добавок и всяких других зелий, в еде и воде. Просто на всякий случай.

Санхайд не хотел обидеть свою знакомую, но осторожностью пренебрегать не собирался в любом случае, как и всегда. Тем более, с учетом того, что Аманда на несколько порядков превосходила его в приготовлении всякого разного из… всякого разного, для… всякого разного, это было даже не паранойей, а обычным здравым смыслом.

В свои шестнадцать с хвостиком, почти семнадцать, лет, она уже могла претендовать на мастерство в зельеварении, как Северус Снейп в свое время. Крайне высокий уровень навыков и таланта. И опасности. Хотя, претендент не равно мастер. Однако, Амос недоумевал, как так вышло вообще, что мародеры дожили до окончания школы, постоянно доводя Снейпа до белого каления?

Единственное, что приходило на ему ум — дорогие противоядия, очень имбовая карта и пустой кошелек самого полукровки. Если у слизеринца был хотя бы частичный доступ к тому же обилию ингредиентов, что есть сейчас, то четверка гриффиндорцев скончалась бы в страшных муках. Мародерам повезло, что Слизнорт благоволил чистокровным Поттеру и Блэку и не особо жаловал сироту-полукровку. С другой стороны, если бы его поймали, то Снейп поцеловался бы за такой фокус с дементором. Может быть, именно это его и останавливало. Или, может, он просто ждал окончания учебы, собираясь отыграться на них после, воюя на стороне пожирателей.

Еще Аманде не хватало для получения мастерства личного шедевра или же концептуально нового зелья. На худой конец, подошло бы значительное улучшение старого, но все еще ходового, рецепта. Впрочем, Санхайд не был полностью уверен в том, что у нее такого нету. Хитрая девица могла попросту не афишировать этого. Это было вполне в её духе — придержать в рукавах несколько козырей, как делал он сам.

Другими словами, Аманда очень даже могла сварить нечто настолько убойное, что даже многократно усиленный и модифицированный организм Санхайда мог и не справиться с этим.

«Никогда не недооценивайте хорошего зельевара, если вам жизнь дорога!» — обоснованно считал он. «Яд не зря считался бичом королей. Я, может быть, и не король, но смертен точно так же, как и они.»

Зачем рисковать, если можно просто добавить пару дополнительных штрихов к рунному узору на столе? Быть раскрытым он не боялся. Санхайд превосходил Де Аморе в рунах и ритуалах настолько же, насколько она превосходила его в зельях и алхимии. Было бы глупо не воспользоваться преимуществом, но и предосторожности забывать не стоило.

Сыпанув на стол горсть озерной гальки, Амос за несколько секунд превратил её в ажурную белую скатерть, прикрывшую руны. У них был целый час на обед и за это время Аманда могла бы и догадаться о втором слое. Голубоватое свечение активированной защиты при свете дня было едва заметно на белой ткани, так что теперь он мог быть спокоен.

Тем временем Аманда накладывала поверх его защиты свою собственную, используя для этого иной подход — чары, а не руны.

Целью зачарования стала земля вокруг них, а не столик, который и так был сильно перегружен весьма сильной магией. Нанесение такого количества рун на временно трансфигурированный предмет не очень положительно сказывалось на его долговечности, но он и не должен был просуществовать более двух неполных часов. Но это было не важно, ведь их обеденное время было ограничено еще более узкими рамками.

Всего за десять минут место для пикника, или же позднего чаепития, это как посмотреть, превратилось в небольшую магическую крепость, потревожить покой обитателей которой было делом непростым.

Аманда, похоже, тоже вспомнила про свой экстремальный поход в Запретный лес, и не поскупилась залить своей магии в рукотворный защитный полог, который мог бы выдержать несколько ударов достаточно сильной магии или попадания физических объектов, летящих на большой скорости. Ее защита могла бы выдержать даже несколько выстрелов из зачарованной средневековой баллисты.

Амос скептически приподнял бровь, рассматривая громоздкий магический конструкт, возведенный чересчур активной блондинкой, и удовлетворенно хмыкнул, бросив на девушку задумчивый взгляд. Та лишь улыбнулась в ответ и пожала плечами.

— Аманда, у тебя разве не чары следующим предметом, ммм? — поинтересовался волшебник, присаживаясь в плетенное кресло и закинув ногу на ногу. Корзинку с припасами он поставил на травку рядом с собой.

— Да, но и что с того? На территории Хогвартса я восстановлю силы еще до того как мы закончим обедать. Плюс, еда выращенная на территориях магических земель с легкостью компенсирует эти затраты еще быстрее. — Аманда села напротив и навела волшебную палочку на корзинку.

Из-под открывшейся по волшебству крышки на солнечный свет вылетел пузатый чайник, пыхтящий из узкого носика ароматным запахом трав и календулы, за ним вылетели несколько фарфоровых чашек и маленьких блюдец. Маленькая сахарница, серебряные приборы и кувшин парного молока устроились по краям столика. Присмотревшись, на чайнике можно было увидеть китайские руны. Санхайд не был силён в них, но хорошо чувствовал магию и интуитивно догадывался об их назначении, уже имея какой-никакой опыт в играх с расширением пространства. Чайник внутри был явно больше, чем кажется на первый взгляд и, скорее всего, подобно термосу, не упускал внутреннего тепла. Также он отметил, что, скорее всего, сервиз, который принесла с собой девушка, был из её собственной коллекции. А значит и чай. Это не могло не радовать. Качество будет отменным.

Амос улыбнулся и повторил её действия, также безмолвной левитацией помогая накрывать на стол. Бутерброды с ветчиной и козьим сыром выглядели весьма аппетитно, как и свежие фрукты, и ягодная пастила. Домовые эльфы могли все что угодно приготовить вкусно. Даже жаренные каштаны — одно из уникальных блюд французской кухни, которую так любила Де Аморе, были здесь.

«В душе все равно француженка. Впрочем, это скорее плюс.» — Хмыкнув про себя, Амос проводил взглядом пролетающее мимо него лакомство, которое Аманда будто невзначай расположила поближе к себе. «Жадная сладкоежка, хе-хе. Не то что бы я претендовал на каштаны…»

— Ты права. Кстати, забавно, что ты умудряешься совмещать ярую, истинно британскую любовь к чаепитию с французской кухней.

— Английская еда слишком жирная и простая. Моя фигура будет в опасности, если я не буду разбавлять её чем-то легким. Нет, ты не подумай, я и сама иногда люблю съесть что-то вредное, но вкусное, но… нужно всему знать меру. Знаешь, я ведь провела свое детство во Франции, до того как пришло время поступать в Хогвартс, так что для меня обе кухни все равно что родные. Но, знаешь, спроси любого знающего толк в еде англичанина, где на островах можно найти самую вкусную еду, и три из четырех назовут тебе рестораны, где подают французскую или итальянскую кухню, а не традиционную шотландскую, ирландскую или английскую. Вот взять хотя бы тебя. Что скажешь? — Аманда будто извинялась и оправдывалась, а потом, смутившись из-за этого, перешла в нападение. Парню стало немного смешно от этого, ведь он, в целом, был с ней абсолютно согласен.

— Скажу, что твоей идеальной фигуре ничего не грозит в обозримом будущем, а сам я весьма переборчив в выборе еды, так что не осуждаю. Но у нас, британцев, есть и сильные стороны. Чай, ведь, ты предпочитаешь пить по английски? — ободряюще улыбнулся Санхайд, хитро стрельнув глазами в сторону кувшина с молоком.

— Сладкий чай с молоком — это любовь на всю жизнь. Нет, пожалуй, я бы даже сказала, что это стиль жизни. Никогда не понимала извращенцев, предпочитающих зеленый чай без ничего. Слышала от мамы, что если злоупотреблять им, то можно окосеть. — С серьезной миной на лице, блондинка стала осторожно разливать по чашкам заварку. Ее совершенно не смущало то, что создатель волшебного чайника относился к народу ее слегка избирательного расизма. Амос же, пребывая в легком недоумении, пытался переварить ее слова и понять, шутит она или нет. — Так сколько тебе сахара? — подмигнула блондинка, перестав сдерживать ехидную улыбку. Все таки шутила. Но с аристократами никогда нельзя быть полностью уверенным, где заканчивается шутка и начинается что-то другое. Амос осуждающе цокнул языком, признавая удачный подкол.

— Одной ложечки будет достаточно. — Благодарно кивнув, парень взял кувшин и спросил: — Сколько леди предпочитает молока?

— Я скажу, когда будет достаточно, — с достоинством кивнула Аманда в ответ на ухаживания. — Стоп, этого хватит.

«Там вообще место для чая осталось?» — с ужасом наблюдая за пятой полной, даже с горкой, ложечкой сахара, отправляющейся в чашку, подивился рейвенкловец. «Дела…»

Раздался тихий звон серебряных ложечек о фарфор. Вообще, это было не очень по английски, ведь в высшем магическом обществе ценилась уютная тишина во время чаепития, а ложечка и вовсе не должна была соприкасаться с внутренней стенкой чашки, чтобы не отвлекать других людей от их релаксации. Но, так как они были здесь одни, оба решили пренебречь такой мелочью и насладиться тихим, практически хрустальным звоном. Аманде пришлось потратить какое-то время, прежде чем большая часть сахара смогла раствориться.

Такой жест можно было посчитать знаком прозрачности и открытости в предстоящей беседе между волшебником и ведьмой один на один. Как говорится — мелочь, а приятно. Такие нюансы Амос изучил не потому, что жаждал войти в высшее общество магического мира, а потому, что был настоящим британцем в душе, хоть и с некоторыми оговорками с недавних пор.

Это было на самом деле не обременительно. Чайный этикет жителей островов был в сто раз проще, чем церемониальный китайский или японский, так что выучить все тонкости было не сложно для человека, который может управлять собственной памятью, словно компьютерной базой данных.

Уютная и спокойная тишина, во время которой были поглощены пара бутербродов и выпиты первые чашки чая, продлилась недолго. Ровно столько, сколько понадобилось для утоления голода и жажды. Теперь уже у Амоса на это ушло немного больше времени, чем у его спутницы, ведь он был действительно голоден. Сильное тело требовало много еды. Аманда же, будто спохватившись, достала волшебный гребешок и принялась укладывать свои прекрасные, длинные волосы, которые растрепал во время полета ветер, в сложную прическу.

Кажется, ее вовсе не волновал тот факт, что ей еще предстоял такой же путь в обратную сторону. Она считала, что женщина должна выглядеть хорошо двадцать четыре на семь. Да, даже во сне. То, что она позволила Санхайду лицезреть её слегка растрепанное состояние так долго, можно было считать либо проявлением доверия, либо очередной уловкой. В данном случае, сыграли оба варианта.

Иногда истинный, «уютный» шарм девушки, мог раскрыться вот в таких мелочах, и хитрая змея умела пользоваться ситуацией. К тому же, Амос видал ее и в более фривольном амплуа, практически голой, так что Де Аморе не особо волновалась по этому поводу и неспешно приводила себя в порядок, наслаждаясь редкими, едва уловимыми, но обжигающими взглядами, старательно делая вид, что ничего не замечает.

Аманда не страдала от недостатка внимания со стороны противоположного пола, но так уж получилось, что на абсолютное большинство почитателей ей было наплевать. С другой стороны, внимание Санхайда к своей персоне она, неожиданно для себя, воспринимала благосклонно и даже немного жаждала его, хотя сама себе в этом никогда бы не призналась.

Конечно же, она прекрасно понимала, что между ними ничего серьезного не может быть по определению, но иногда, холодными вечерами, когда никто не докучал ей своим вниманием, королева Слизерина немного фантазировала, позволяя пошлым фантазиям увлечь себя, проигрывая в голове множество несбыточных сценариев.

Ей только недавно исполнилось семнадцать лет, так что непотребные мысли были естественным, хоть и немного смущающим для нее явлением. Отсутствие всемирной паутины делало ее несколько невинной, но очень любознательной в некоторых вопросах, ответы на которые было найти трудновато. Но девушки взрослели раньше парней и любили посплетничать, так что совершенно наивной в этих вопросах она не была. Любопытная блондинка знала, как удовлетворить свое влечение. Поэтому она частенько представляла Амоса Санхайда в такие моменты слабости.

Нет, ну а кого ей еще было представлять на его месте? В Хогвартсе был не настолько уж и широкий выбор, во всяком случае, для девушки с её завышенными ожиданиями. До того памятного похода в лес Амос делил это особое для нее место с Седриком Диггори — молодым родовитым красавчиком с Хаффлпаффа, но после совместного приключения, где Санхайд не единожды спас ей жизнь, образ хаффлпаффца как-то незаметно затерялся, померк. К тому же он был на год моложе своего конкурента и только начал созревать. Слишком правильный и какой-то пресный, он более не вызывал того самого интереса.

Незаметно для нее самой, на подсознательном уровне, загадочный, опасный и немного безумный Санхайд стал единственным посетителем ее влажных грез, из-за чего вот так вот спокойно вести беседу с ним ей было непросто — в голову постоянно лезли воспоминания о пошлых снах. Аманда нервно поерзала в кресле, в очередной раз поправляя прическу.

«Хотя… кто знает, что может случиться в будущем? Может быть, уже после того, как я стану счастливой вдовой… кхм-кхм, в смысле, скорбящей, безутешной вдовой, я имею в виду, у нас может завязаться роман.» — Аманда закусила губу, разглядывая весьма привлекательное лицо и фигуру брюнета. Когда он уносил её через лес прочь от опасности, она успела по достоинству оценить скрытый под мантией рельеф мышц…

«Проклятые гормоны. Как вспомню тот момент, когда он резко притянул меня за галстук, затянув шелковую удавку на моей беззащитной шее, а потом крепко прижал мое практически нагое, беззащитное тело к своей твердой, мускулистой груди, спасая от неминуемого обращения в темную тварь… мхмм, да, это было шикарно. И его сильные, горячие, как адское пламя, руки, скользнувшие по моей дрожащей от холода спине, затем крепко сомкнувшиеся на талии. Если бы его пальцы скользнули еще чуть ниже и… Ох, что-то меня опять не туда занесло. Как это забыть?! И хочу ли я забыть на самом деле, или же просто себя обманываю? Эх, наверное стоит спросить совета у мамы.» — Де Аморе спрятала хищную улыбку в чашке чая и плотоядно облизнулась. Губы были сладкими из-за сладкого чая, но ей было мало. Она хотела иных, запретных сладостей.

Пользуясь тем, что Амос временно отвлекся на уничтожение фруктов и восполнение запасов чая, Аманда приставила чашку и незаметно достала маленькую, круглую пудреницу. Молниеносными движениями шустрых пальцев она скрыла проступивший на щеках румянец.

«Слава Моргане, он ничего не заметил.» — Через секунду, когда паника немного отступила, она недовольно и немного разочарована добавила: «Мужлан, мог бы и заметить…»

«Но если подумать… Я сомневаюсь, что в мире найдется много девушек, способных сохранять свою молодость и красоту до конца дней своих. Особенно таких красивых, умных, богатых и влиятельных, как я. Так? Так. Санхайд любит магию почти так же сильно, как я, а это значит, что нам всегда будет что обсудить между делом. Так? Так. Разве это не делает его выбор практически очевидным? Делало бы, если бы не сраная разница в наших статусах, о которой он знает не хуже меня.» — Аманда все равно оценивала свои шансы довольно высоко, хотя и сама не понимала, чего конкретно хочет добиться.

После этих переговоров она рассчитывала на укрепление их отношений, избавление от конкурентки и продолжительное плодотворное сотрудничество во благо их обоих. А там — кто знает, что может случиться? Одна мысль об этом будоражила её воображение.

«Жаль, конечно, что полноценной парой нам с Амосом никогда не стать. Даже после трагической смерти моего «горячо любимого» мужа. Все таки он магглорожденный, а я благородная леди… это так неправильно, но… должна признать, что это добавило бы пикантности. Запретные тайные отношения, порицаемые обществом. Как представлю, как он утешает меня на похоронах в какой нибудь тесной подсобке моего особняка… Ох, какая же я плохая девочка, хи-хи-хи. Как хорошо, что мои мысли останутся при мне и никто ничего не узнает.»

Мечтательно зажмурившись, запрокинув голову и подставляя теплым лучам солнца свое бледное лицо, Аманда сделала глубокий вдох и выдох, постепенно успокаивая пустившиеся вразнос мысли.

«Кажется, я знаю, что мне сегодня приснится. Спасибо пособию по управлению осознанными сновидениями с помощью окклюменции. Не зря я тогда потратила время в библиотеке, ой не зря… Но если серьезно, то у меня выбор еще меньше, чем у Санхайда, на самом деле. Много ли живет или будет жить на свете вечно молодых красавчиков, не входящих в наш род Де Аморе? Нет. Не считать же за людей вампиров всяких? А если уж переговоры сейчас пройдут успешно, то больше их точно не станет…. Эх.»

Аманда задумчиво покрутила между пальцев волшебную палочку, разглядывая наглую беззаботную рожу наслаждающегося жизнью парня, не знающего её забот. Ее раздражало, что приходится думать о таком, но и не думать об этом она уже не могла.

«Получается, он не оставляет мне выбора. Точно! Он меня соблазнил, а значит — должен взять на себя ответственность! Во всем виноват Санхайд. Сидит себе, уплетает обед, и вообще не задумывается о моем будущем! В смысле, нашем. Ух, негодяй!» — помотав головой из стороны в сторону, избавляясь от непрошеных мыслей, слизеринка заметила, что Амос наконец-то насытился и смотрит на нее странным взглядом.

«Надеюсь, он ничего не заметил… И вообще, куда в него столько влазит-то?! Мордред! Ест и не толстеет, зараза! Теперь я ему еще и завидую…» — Аманда, оценив полупустой стол, порадовалась своей предусмотрительности. Не зря она отложила себе парочку яблок и жаренные каштаны на десерт в самом начале. «Того и гляди, он и моё любимое лакомство сметет и не заметит. Вон уже как опасно на клюквенную пастилу косится. Так, отложу-ка я себе пару штук!»

«Пикник только начинается, а он уже успел съесть половину всего, что приготовили мне с собой эльфы. Слишком долго я витала в своих мыслях… В следующий раз нужно будет просить с запасом. Скажу им, что еды нужно на троих. Нет, пожалуй, даже на четверых.»

— Кстати говоря, ты вот жаловалась на нашу Хогвартскую жирную пищу, но только представь себе, как бы тяжко тебе было, если бы пришлось учиться в Америке, — сменил тему волшебник, сбивая девушку с мыслей.

— Пф, американцы — те еще варвары и извращенцы! — сморщила носик блондинка, накладывая себе в хрустальную вазочку фруктовый салат, на который уже положил глаз Санхайд. Правильное стратегическое решение. На её тарелке уже был некоторый запас. Голодная подушка безопасности. — Я бы никогда не смогла питаться тем мусором, которым они себя пичкают. Ты представь себе только, волшебники, которые покупают и едят еду, которую выращивают обычные люди… Она же абсолютно бесполезна для нас, волшебников, если не считать самого базового насыщения организма! Физического, не магического. Ну да, питаясь такой едой, с голода волшебник не умрет, конечно, но и магию восполнить такая еда никак не поможет. Молодым волшебникам нужно правильно питаться, иначе вырастут слабаками. Единственный плюс от такой еды — это ее дешевизна и возможность закупать ее у маглов, практически в любых количествах. Но ведь не только это, их еда еще и очень жирная, с кучей каких-то неестественных пищевых добавок, как их там… ГОМНО?

— ГМО… но, в целом, ты почти угадала. — Амос был рад, что ему кое-как удалось сдержать широкую улыбку и не заржать в голос. Да, Аманда могла бы поладить с Гермионой в вопросах наименований…

Насчет еды же… слизеринка немного драматизировала. Магия вполне себе неплохо восполнялась и без подпитки магически насыщенной едой. Да, медленнее. Да, обычная еда не так вкусна и полезна для волшебников, так что он понимал откуда взялось это ее «фе».

Но правда в том, что в хорошем ресторане еда нисколько не уступает по вкусу таковой в магическом мире, а частенько даже и превосходит. Не стоит забывать также, что хороших ресторанов в мире магии не так что бы очень много. Особенно в Британии. А уж какие очереди в них стоят… весьма неприличные, в общем говоря. Записываться нужно за неделю, а ценники там просто заоблачные. По магическим меркам. Почему так?

А все потому, что готовка домовых эльфов хоть и неплоха, в большинстве своем, но с шеф-поварами немагами далеко не все ушастые могут соперничать на равных. Только очень старые эльфы, прислуживающие уже нескольким поколениям волшебников. Как община домовых эльфов Хогвартса, например.

Любой знает, что самый лучший повар — это тот, кто хорошо понимает блюдо, которое готовит, и какова на вкус его готовка. Однако, домовые эльфы, при всех их многочисленных достоинствах, не люди. Они магическая раса. У них даже нет вкусовых сосочков на языке. И вообще эти создания питаются лишь чистой магией, так что понятия не имеют, какова их еда на вкус.

Идеально следовать рецепту или отработанной процедуре — да, это про них. Придумать нечто свое, новое и приятное на вкус — нет, на это домовые эльфы не способны просто из-за особенностей своей физиологии.

Что же касалось не менее предвзятого отношения Де Аморе к американцам… это тоже было объяснимо. Британцы и французы все еще не смогли полностью отпустить затаенную обиду на американский континент, где колонизация, как говорится, пошла не по плану. Британцы потеряли США, французы — Канаду, другие европейские страны потеряли влияние на остальные регионы…

С другой стороны океана к своим бывшим метрополиям относятся примерно так же, за редким исключением.

Хотя… время все сгладит. Мир меняется, меняются и люди. Забываются былые обиды. По сравнению с накалом страстей еще лет сто назад, сейчас между двумя континентами тишь да благодать.

— Кстати, ты слышал новость?

— Которую? Про жареные каштаны? — Аманда поняла его шутку, связанную с выпуском «Ежедневного Пророка» и поморщилась.

— Нет, не эту. И вообще, фу, я же ем, Амос… нельзя же так… — Несмотря на свои слова, блондинка без зазрения совести вонзила вилку в лакомство и откусила половину, не обращая внимания на насмешливый фырк со стороны парня. Прожевав, она продолжила: — Недавно Поттер хвастается своим дружкам, что в Хеллоуин собирается сделать что-то «чертовски героическое», в стиле Мальчика Который Выжил. — Она обозначила его прямую речь красноречивыми кавычками и саркастическим тоном.

— Боюсь, что настолько масштабное геройство у него провернуть не получится. Если только не найдется еще один неудачливый Темный Лорд, который самоубъется о его неестественно твердый лоб…

— Ха-ха, ну да, Темные Лорды же на деревьях растут, как каштаны. — вернула шпильку блондинка, показательно отправляя в рот остаток лакомства. — В любом случае, я собираюсь быть как можно дальше от неугомонного Поттера в этот день. Сам понимаешь, ритуалы, семья, все дела…

— Аналогично. Было бы, конечно, интересно посмотреть, чем обернется его бахвальство, но не настолько, чтобы отменять свои планы ради такого сомнительного удовольствия. Все равно найдутся свидетели, которые потом все растреплют. Тот же Уизли, преследующий его по пятам. К тому же, если он не блефует, то это может быть довольно опасно, — согласился Санхайд, лениво помешивая сахар в вновь наполненной чашке.

«А ведь я и так уже догадываюсь, что произойдет в ночь на Хэллоуин. Недавно один из моих паучков был обнаружен Батшедой Бабблинг, как раз когда он сидел в засаде, возле входа в директорский кабинет, дожидаясь вечно рассеянную Трелони, за подол мантии которой и должен был зацепиться, чтобы проникнуть внутрь. Вот-вот должно было начаться еженедельное собрание профессоров, а мне хотелось половить рыбки в мутной воде и хоть одним из восьми глазков взглянуть на это собрание. И вот, когда я уже приуныл, прекрасно понимая, что моего мохнатого друга может ждать лишь неминуемое знакомство с подошвой её туфельки, случилось нечто неожиданное. Вместо того, чтобы раздавить моего шпиона, рыжая чертовка, пришедшая на собрание в своей излюбленной зеленой шляпе, заговорщически подмигнула ему и подставила ладошку. Я немедленно отдал команду и паучок тут же оказался у нее в руках. К моему глубочайшему удивлению, она осторожно подняла его и усадила мой некро-дрон на широкие поля своей шляпы, спокойно пронеся его внутрь. Никто ничего так и не заметил. Потом она так же просто вынесла его обратно.

Я не посмел использовать её доброту и не стал оставлять паука в директорском кабинете. Это было бы по свински.

Не знаю уж, догадалась ли она, что это была моя поделка и потому помогла, или же ей было попросту скучно. Вполне может быть, что она так развлекается, помогая всем желающим подслушать скучные собрания, и на моем месте мог бы оказаться любой наглый студент с шилом в заднице, но я все равно был ей благодарен. Кое что интересное я в тот день таки узнал. А именно, о развлекательной программе Дамблдора на тридцать первое октября, к которой он уже начал потихоньку готовиться.

Помимо приевшихся летающих тыкв и летучих мышей, которые уже у всех, кроме первокурсников, в печенках сидели, старик решил добавить в этом году эффект неожиданности для заскучавших учеников.

Дамблдор попытался подбить на небольшую шалость сначала Макгонагалл, а когда она послала директора… за валерьянкой, он решил обратился к Флитвику.

Наш декан шутки любил, так что взял и согласился. Вдвоем, эти старые бородатые дети собрались создать парочку анимированных големов, в точности соответствующих внешности горных троллей, а потом выпустить их гулять по школе, прикола ради. Могу авторитетно заявить, что всех детишек они напугают до мокрых штанишек.

Ученики, конечно же, будут в абсолютной безопасности, но знать-то они об этом не будут… Кроме меня, естественно.

С другой стороны, Поттер может сильно усложнить ситуацию так, как только он умеет. На ровном месте. Нормальный ученик точно будет удирать от взрослого тролля так быстро, что аж пятки сверкать будут, а вот «избранный»… А хер его знает, как он поступит. Он-то ждёт каноничного горного тролля, которого даже шестой Уизли завалить способен. Уж не придет ли ему в голову отличная идея гасить невосприимчивых ко всяким проклятьям «троллей» авадой, например? Она ведь может и срикошетить. А там и до случайных жертв недалеко. Ну его нафиг. Лучше отдохну в хорошей компании и проведу положенные ритуалы.»

— Знаешь что-нибудь об этом?

— Только догадываюсь, но не более того. Ты в любом случае будешь далеко, так что тебе ничего не грозит.

— Хммм. Как насчет твоих… подопечных? Я так понимаю, что Кэролайн не останется в школе в этот день, но что насчет Лавгуд и Грейнджер, которых ты взял под свое крыло?

—Очень мило с твоей стороны, но волноваться не стоит. Им я тоже настоятельно посоветовал отправляться по домам. Луна и так собиралась провести время с отцом, по которому сильно соскучилась, да и положенные семейные ритуалы они соблюдают неукоснительно. А Гермионе Шарпхарт обещала показать простейшие ритуалы, которые ей предстоит проводить в следующем году самостоятельно, со своими родителями, так что она тоже будет вне Хогвартса.

— Вот как? Чудно. — Ее белоснежная улыбка вызвала ответную, понимающую улыбку.

— Своих подружек уже предупредила?

— Да, они и не собирались оставаться в замке. Кстати, об этом…

«Ох, ну вот мы и подходим к неудобной теме.» — подумал Санхайд, поставив опустевшую чашку чая на блюдечко и, скрестив руки на груди, приготовился слушать.

— Ты не мог бы удовлетворить моё любопытство и рассказать, что это такое было сегодня на уроке у нашего славного декана? — Аманда подобралась и стала выглядеть более серьёзно и собранно.

— Могу, конечно, почему бы и нет? — пожав плечами, ответил ее собеседник, и вкратце пересказал интересующие её события, дополнив их некоторыми своими мыслями и размышлениями на счёт всей этой ситуации.

— Понятно. Вот же мразь полукровная. Так и знала, что он не удержится и сунет свой длинный нос не в свое дело! — аж зашипела вмиг посмурневшая блондинка.

Такой резкий переход от «славного декана» к «полукровной мрази» не слишком сильно шокировал Санхайда, но все ещё немного удивил, отчего его брови поползли вверх. Аманда же, мысленно, обматерила еще и предательницу Селвин, которая позарилась на то, что ей не принадлежит.

«Ничего, с ней я тоже разберусь!» — Аманда представила как пожимает «подруге» шею и ей немного полегчало.

— Санхайд, я надеюсь, что дальнейший разговор останется строго между нами. Мы ведь почти друзья, не так ли?

— Скорее партнёры и сообщники. Пока что. Если ты действительно хочешь стать друзьями, то тебе придётся стать более… открытой. Можешь начать прямо сейчас и заодно объяснить мне, что вообще происходит? — подперев щеку рукой, волшебник облокотился на чайный столик, подсев поближе, выражая свое любопытство и готовность слушать. Если ведьма все же осмелился сделать шаг навстречу и пожелает сделать этот разговор более прозрачным, то может быть он станет доверять ей на капельку больше. Не дружба, конечно, но уже теплее.

— Хорошо-хорошо. Все немного сложно. С чего бы начать? Для начала, скажи мне, ты знаешь, на чем специализируются те три рода, отпрысков которых ты проклял?

— Решила начать с вопроса? Не очень обнадеживающе, но ладно. Из того, что я знаю, они содержат особые теплицы, фермы магических тварей, мануфактуры по производству инструментов для зельеварения, и другое, так, по мелочи. Лавки всякие в Хогсмиде и Косом переулке.

— Именно. Догадываешься, у кого закупается, причем с огромной скидкой, профессор Снейп?

— Нетрудно догадаться, после твоего наводящего вопроса. Этого я не знал. Но это как-то слишком мелко. Это еще не всё, да?

— Да, лишь начало. Видишь ли, если твое проклятье продолжит действовать, то он лишится не только дешевых поставщиков редких магических ингредиентов, но и своей репутации, уважения среди «своих». Ты же понимаешь, о ком я?

— Понимаю. Клуб любителей одинаковых тату. Но ведь ваш декан приложил много сил, чтобы вся эта ситуация не получила широкой огласки, так что какая разница? Даже на вашем факультете об этом стараются помалкивать. И, что важнее, он ведь предупреждал их родителей о сложившейся ситуации, насколько я знаю, так чего ему бояться? Он сделал все, что мог, и не его вина, что ему не особо доверяют. Перебежчиков никто не любит.

— Нууу, есть один мааааленький нюанс. В игру вступил мой род. Мы давно пытались вернуть часть утраченного влияния в Британии и втиснуться в бизнес по продаже редких ингредиентов для зелий и алхимии, но сопротивление оказалось довольно сильным. Магическая Британия довольно обособлена, так что… все сферы влияния давно поделены и менять расклады никто не собирается. Сам понимаешь, родственные связи окутывают верхушку аристократии словно паутина. — Аманда раздраженно поерзала в кресле и взглянула на голубое небо усталым взглядом, провожая глазами спокойно плывущие облака.

— Их репутация, их влияние, связи и родственные узы между нашими конкурентами оказались слишком сильны. Нам пришлось искать обходные пути. В том числе, моя помолвка — результат интриги родителей. Она должна упрочнить наше влияние в стране, но это дело небыстрое. И тут так удачно подвернулась возможность — ты со своим проклятьем, ломаешь устоявшуюся картину мира, словно карточный домик.

— Дело не в самом проклятье, а в его побочном эффекте, так?

— Верно. Среди аристократов то, чем эти трое теперь занимаются… ну очень не приветствуется. Волшебников и так мало, а у аристократов есть еще и долг перед родом. Нет наследников — нет рода. Но дело не только в банальном выживании, там есть варианты, как исправить опасную ситуацию. Но это подрывает их репутацию среди нашего благородного сословия и неизбежно приведет к потере влияния и репутации. Их семьи косвенно или открыто поддерживали идеи чистоты крови пожирателей, так что в том тесном кругу, в котором они вращаются, это вдвойне порицается. Нелепое помешательство на чистоте крови. И последнее, самое важное, в конце концов, это разорвет доверие и родственные узы, уничтожит единство среди них. Главы трех родов, когда все это будет предано огласке, приложат все силы, чтобы держаться подальше друг от друга. Взаимные обвинения и упреки, ненависть и стыд… Естественно, о сотрудничестве перед лицом нового врага не будет идти и речи, если мы начнем выдавливать их по одному. А именно так мы и поступим. Разделяй и властвуй. Каждый сам за себя. Что касается их остальных знакомых и партнеров… они не протянут им руку помощи, ведь без уважения в среде аристократов делать нечего, даже если ты богат как Люциус Малфой. Побрезгуют помогать опорочившим себя бывшим союзникам. И в момент их слабости мы откусим самый жирный кусок их пирога, а они не смогут дать достойный отпор. — Аманда с хрустом откусила кусок яблока. Наглядная демонстрация, хотя Санхайд догадывался, что одним укусом те не ограничатся и не успокоятся, пока от яблока не останется только жалкий огрызок.

— Ясно. Это ведь была твоя идея? Ты могла наблюдать действие моего проклятья из первых рядов и смогла просчитать последствия его длительного воздействия? Предупредила родителей заранее, пока никто еще не успел спохватиться, и перехватила инициативу? И теперь ты хочешь получить возможность проконтролировать процесс через меня, чтобы ваши приготовления не пошли прахом из-за желания Снейпа сохранить свою скидку и репутацию? Неплохо.

— В основном. Хотя я не думала, что у них все настолько далеко зайдет, если честно. Пугающий ты человек, Санхайд, я рада, что мы на одной стороне. Вначале мы хотели просто прощупать почву, нанести пару болезненных уколов, ослабить ближайших союзников моего жениха, что позволило бы мне действовать более свободно и открыто, но… если все так и продолжится, то, действуя своевременно и уверенно, мы сорвем большой куш с минимальными потерями. Моя помолвка вместо плацдарма и основы превратится в добивающий удар, который сэкономит нам десятки лет упорного труда и хороший бюджет на дальнейшие интриги, направленные на закрепление успеха. Возможно, кто-нибудь еще попытается поучаствовать в дележе добычи, а со стаей шакалов справиться трудно даже могучему льву. — Аманда сделала глоток чая, смочив пересохшее горло.

— В любом случае, когда пробьет час, мы взорвем информационную бомбу используя все, включая СМИ, и далее будем действовать по обстоятельствам, в зависимости от успеха. Но если проклятье будет снято слишком рано, а его влияние обратят вспять… многого мы не получим. Урон влиянию и репутации, как и единству семей будет нанесен, да, но на развитие дальнейшего успеха и расширение раскола в их рядах уйдет много времени. Нам бы очень хотелось получить в свои руки их рынок сбыта, а так же клиентов и контракты прямо сейчас. Мне бы хотелось.

— Ладно, хорошо, это понятно, но при чем тут Селвин? Она разве не на твоей стороне?

Аманда перевела взгляд своих изумрудных глаз на меня и презрительно хмыкнула. Когда речь зашла о её так называемой подруге, настроение у нее слегка испортилось.

— Профессор решил сыграть ей втемную, воспользовавшись её недальновидностью. Она просто дурочка, удачно попавшаяся ему под руку. Она решила, что может подражать мне и играть во взрослые игры, но в этой интриге она не участник, а просто массовка. Такова её роль по жизни — быть игрушкой в чьих-то умелых руках. Я отвлеклась совсем ненадолго и вот, кое-кто перехватил контроль над наивной куклой.

— Может быть. Но у нее должны были быть свои мотивы. Снейпу банально нечего ей предложить, а значит — дело в её личной заинтересованности. Но ты сама сказала, что в интриге рода Де Аморе род Селвин не участвует, значит решение приняла она сама.

— У нее есть свой резон. Что такое консорт ты знаешь, полагаю? Северус Снейп просто помог ее амбициям реализоваться.

— Вот же носатый придурок. Лучше бы себе жену нашел, в самом деле. Может, перестал бы на людей кидаться… Ладно, пофиг, я не собираюсь соглашаться на добровольное рабство, пускай взамен я тоже получу кое-что. Она того не стоит. — Амос фыркнул и поморщился, чего не могла не заметить его собеседница, которую его реакция весьма порадовала. Значит, ее выводы были верны.

«Ну уж нет, Селвин симпатичная, конечно, но моей свободы точно не стоит. Лучше я буду сильным и свободным волшебником без роду и племени, чем стану статусным племенным жеребчиком на коротком поводке. На кой хрен мне это нужно, если я сам, своими руками, мозгами и магией, могу проложить путь к славе, богатству и власти? Что касается моей избранницы… Та, кто пройдет со мной весь тернистый путь от начала до конца, доказав свою верность — единственный верный выбор, как по мне. Кандидатка уже есть, и Селвин на ее фоне — серая мышь.»

— Допустим, просто допустим, что у меня есть способ сохранить действие проклятья, причем я могу сделать так, чтобы их предки еще долго ничего не знали о его тлетворном влиянии. Но в чем моя выгода? — Амос потер указательным и большим пальцами друг о друга в международном жесте, намекающим на материальную выгоду.

— Почему бы тебе самому не обозначить цену? Это будет честно. А мы подумаем, приемлема она или нет.

— Хммм. Разовая прибыль совершенно не котируется, когда на кону стоит контроль над таким денежным потоком. Я хочу часть этого пирога! — с абсолютно серьезным выражением на лице, нагло заявил брюнет, сверкая глазами.

— Каким таким образом? Сразу хочу тебя предупредить, что моя семья не согласится отдать тебе даже маленькую долю наших предприятий, а чужие захватывать мы и не собирались. В будущем, может быть, когда те семьи обанкротятся, мы купим их активы с молотка, но это будет еще не скоро.

— Чужого мне не нужно, Аманда. Я хочу влиться в ваш поток купли-продажи ингредиентов.

— Неприемлемо. Стоит всплыть твоей фамилии рядом с нашей — и наш род с дерьмом смешают. Уже мы откажемся на месте изгоев. Без обид.

— Логично. Как насчет такого варианта — вы будете покупать у меня то, что я предлагаю, по средней рыночной цене и продавать как собственный продукт. Я сохраняю инкогнито, а вы не понесете урон своей репутации. Все счастливы.

— Санхайд… Хотя, ладно, это звучит более разумно, но я должна тебя сразу предупредить, что у нас вертятся такие суммы, что считаем мы по усредненной оптовой цене, понимаешь? Если хочешь получить выгоду с этой сделки, то ты должен предложить стабильный поток товара на продажу, иначе ты потеряешь львиную долю прибыли. И, при всем уважении к твоим талантам охотника, ты не сможешь поставить на поток сбор и продажу ингредиентов из Запретного леса. Конечно, если ты не собираешься сидеть в нем безвылазно или поддерживать бесперебойную работу минимум пяти групп опытных егерей.

— Хах, другими словами, вы не хотите заморачиваться с жалкими крошками, которые может наскрести по сусекам один, пускай и очень талантливый, но магглорожденный? Понимаю. Риски не оправдывают средства. Но что, если я скажу тебе, что у меня уже есть товар, соответствующий всем необходимым критериям? Очень дорогостоящий и редкий. Статусный. И, ко всему прочему, я могу обеспечить стабильные поставки, взамен на постоянный поток золота на мой банковский счет.

— Ты не перестаешь меня удивлять, Амос. И что же это такое? Какое-то редкое растение? Или… Только не говори мне, что разводишь единорогов или фестралов…

Амос покачал головой. У него действительно было кое что, что он мог получать стабильно и без особых затрат со своей стороны. Хотя для кого-то другого содержание опасных тварей пятой категории опасности — это та еще морока. Что же это за золотая жила такая, спросите вы? Акромантулы.

Нет, он не мог бесконечно сцеживать яд, как можно было бы подумать, хотя это было бы очень здорово. К сожалению, после смерти и превращения в инфернала их яд трансформировался в трупный. Он был столь же смертоносен и отлично убивал и разъедал своих жертв, но совершенно не годился для приготовления зелий. Да и сложить два плюс два и выявить некроманта другие волшебники вполне способны, если потребуется.

Но вот их шелк… это другой разговор. Мертвый или живой паук — не важно. Волшебную паутину аккромантул производил одинаково хорошо в любом состоянии.

Самое прекрасное в этом всем — это то, что Санхайду не нужно было дополнительно волноваться насчет их содержания или контроля популяции. Инферналы всегда были под его полным контролем, из-за чего исчезала львиная доля всех проблем, с которой сталкивались разводчики восьмилапых чудовищ. И они не могли плодиться как кролики. Все, что мертвым паукам было нужно для производства своей крепкой паутины — огромное количество магии и свободного времени. С этим проблем не предвиделось.

— Шелк акромантулов. Оптом.

— Толстый или тонкий шелк?

— А какая разница? — удивился Санхайд.

— Эх, вы парни просто безнадежны…

— Ну прости уж! — недовольно буркнул Санхайд, прекрасно понимая, что сейчас Аманда начнет читать ему целую лекцию о тканях. Опыт подсказывал, что это надолго, так что он решил заесть горе свежим ананасом.

— Тонкий шелк дают молодые, маленькие акромантулы и его используют для пошива дорогостоящих мантий или деловых костюмов. Кхм, даже нижнее белье из него делают. А вот толстый шелк дают крупные, старые монстры. Чем старше и крупнее — тем лучше. Но тем они опаснее и разумнее, что делает их содержание сложной задачкой. Зато их паутина прочнее, эластичнее и более магически емкая. Из такого шелка делают превосходное защитное снаряжение для тех же авроров или профессиональных охотников, например. Да, есть на свете материал и попрочнее, но он еще дороже. Ну и уровень комфорта и функциональность у шелка акромантулов выше всяческих похвал. Иногда его используют как второй слой защиты, вроде кольчуги. Ну или вместо подкладки под броню. Некоторые не заморачиваются и заказывают себе мантии или костюмы целиком из шелка акромантулов, расшитые рунами. По прочности такие изделия превосходят маггловский кевлар, а по удобству и весу и вовсе на порядок лучше любого другого известного материала. Ты ведь и сам его используешь, разве ты не знал?

— В общих чертах. Шила-то Кэролайн, а я только предоставлял ей материал, не особо заморачиваясь… Какой дороже?

— Сам догадайся, кого прокормить сложнее, колонию мелких плотоядных паучков или такую же, но в которой размер особей может достигать нескольких метров в длину? — съехидничала блондинка, закатив глаза.

«А. Ну так-то да, я уже и забыл, что при жизни они действуют очень агрессивно, в стиле роя саранчи. Мертвых ведь кормить вообще не нужно, лишь бы магии было в достатке. Можно сказать, что у меня пауки работают практически на солнечных батареях. Зеленая энергия, ага. Берегу природу, мать нашу.» — Амос почесал затылок и посмеялся над собственной ошибкой.

— Понял. Значит, сконцентрируюсь на добыче более дорогого шелка.

Реакция девушки на его слова, правда, оказалась немного не той, на которую он рассчитывал.

— Ну ты и псих, Амос, ты знал? — укоризненно проворчала Де Аморе. — Это же просто пи… очень опасно. У тебя точно всё под контролем? Я не хочу, чтобы моего партнера сожрали долбанные пауки, понимаешь? — Аманда выглядела обеспокоенной.

— Не переживай, все будет ок. — Парень даже продублировал свои слова жестом, показав большой палец вверх. — Я не сорву график поставок, так что не парься. — Закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку кресла, он подхватил вилкой очередной кусочек ананаса, отправляя его в рот.

— Я не это имела в виду! — немного разозлилась блондинка, топнув ногой от негодования. Смешно надув щеки и поджав губы, она отвернулась от раздражающего и непонятливого парня, который снова ничего не понял. Едва слышно буркнула. — Дурак…

Но Амос все равно услышал и улыбнулся от умиления.

«Сегодня Аманда у нас играет в цундере. Получается неплохо. Можно даже встать и сказать: Верю!»

— Просто шучу. Спасибо за беспокойство, но у меня и правда всё под контролем. Я очень ценю собственную безопасность и благополучие.

— Тц. Что-то не заметно. Ладно, поверю на слово, но если ты помрешь из-за своей жадности и беспечности, то я сделаю так, чтобы на твоём надгробии была выгравирована такая эпитафия: «Здесь покоится Амос Санхайд, чьи внутренности, перед мучительной смертью, огромные, волосатые и голодные пауки превратили в малиновый смузи. А после с наслаждением выпили их, словно через соломинку.

Вывод: не экономьте на еде для своих питомцев, если не хотите закончить так же, как он.»*

— Бррр. Говорю же, все будет нормально. Мерлинова борода… Ты что, пишешь идеи для боггартов, или что?

— Хммм. Вернемся к серьезному разговору. — Недовольно цокнув языком, Де Аморе смерила своего практически сложившегося партнера по опасному бизнесу недовольным взглядом. Никому не понравится завуалированное сравнение с воплощением страхов. Еще бы дементором ее назвал, хам. Хотя в глубине души ей было даже немного лестно. — Шелк акромантулов… это, конечно, очень прибыльное предприятие, но потому это может стать проблемой. Мы не сможем продавать его в Британии, разве что во Франции.

— Что? Почему?

— Это особый, очень редкий товар. Очень востребованный и дефицитный. Стратегический ресурс, можно сказать. Вроде хорошей стали для бронников в древние времена. Всем и всегда нужен материал для хорошей брони и оружия. С тех пор мало что изменилось. Даже у нас нет лицензии на его продажу в Британии. И никто нам её не выдаст.

— Эту кормушку облюбовали задолго до меня, да? — задумчиво пробормотал рейвенкловец, ослабив узел на галстуке и, потянувшись, расправив плечи. Он не особо волновался по этому поводу, хорошо расслышав оговорку девушки. — Этих дельцов не получится подвинуть под шумок?

— Нет, не выйдет. Эту отрасль в Британии полностью контролируют Малфои и Гринграссы, которые держат особые акро-фермы. Хотя они не полностью покрывают спрос на рынке, но чем дефицитнее товар, тем он дороже. Скажу честно, бодаться с ними мы не будем в любом случае — слишком много проблем могут создать для нас Гринграссы и Малфои, если они объединятся для устранения нового конкурента. Есть такое выражение: «Ад — это другие», но в нашем случае будет немного не так — «Ад — это бюрократия». У них очень много связей в министерстве, а на стороне Малфоя вообще выступит целый министр магии. Нам ничего там не светит.

— Да уж, эти могут… А ведь Малфой вполне может сыграть грязно. Бывших пожирателей не бывает…

— Вот-вот. Мои родственники на такой риск не пойдут в любом случае. Но не все так плохо. Во Франции дела у нашей семьи обстоят получше, да и с монополией на континенте стараются кое-как бороться. У нас даже есть французская лицензия, выданная еще королем, в тот период времени, когда его власть частично затрагивала и нас, волшебников. Мы же были у него на хорошем счету. Правда, мы давно не пользовались лицензией из-за отсутствия действующих паучьих ферм. Придется отряхнуть её от пыли, но ради взаимной выгоды моя семья на это пойдет, не сомневайся.

— Что ж, рад это слышать. Значит, мы почти договорились? — Амос отдал салют чашкой чая и пригубил немного янтарной жидкости, наслаждаясь богатым ароматом и вкусом.

— Похоже на то. Даже если у нас отзовут лицензию из-за козней конкурентов, у нас все равно есть свои собственные магазины одежды, модные ателье и кое какие связи на черном рынке, так что мы найдем куда пристроить твой шелк.

— Вот как? Ладно, мне все равно, кто будет покупать мой шелк, лишь бы плата была справедливой. — Задумчиво поглаживая подбородок, Санхайд в уме пытался свести дебет с кредитом.

Получалось так, что прибыль в любом случае обещала быть просто заоблачной, ведь на производство шелка и содержание пауков-переростоков из-за их неживого состояния он потратит самый минимум своего времени и средств. Даже если его товар будут выкупать исключительно Де Аморе, его все устраивало.

Чем меньше людей знает о его доходах — тем лучше. То, что они на перепродаже шелка смогут неплохо заработать, так это нормально. Можно считать это еще одним уровнем страховки. Когда бизнес выгоден обеим сторонам, шансы на то, что тебя попытаются кинуть, значительно снижаются. Уж что-что, а секреты своего благополучия старые семьи хранить умели, так что вероятность утечки информации была минимальной.

— Ты правильно поступил, что не стал влезать в рынок самостоятельно. Тебя бы сожрали со всеми потрохами, а ресурсы прибрали к рукам. Один человек не может противостоять системе. Даже Дамблдор и Темный Лорд не могли этого сделать и собрали вокруг себя множество сторонников, способных распределить нагрузку. Остался еще один вопрос — как много сырья ты можешь предоставить и в какие сроки?

— Да, уж. Что до цифр… вот. — Амос достал из своей сумки чистый пергамент, чернильницу и перо, и быстро расписал для нее приблизительный график поставок.

Для начала, он предложил далеко не свой максимум, а вполне комфортные для себя условия. Механизм продажи еще только предстояло отладить, прежде чем замахиваться на нечто большее, так что он не спешил. У него и без того накопился огромный запас уже готовой продукции, которую он раньше попросту не мог реализовать.

— Очень неплохо. — Лишь один раз пробежавшись глазами по свитку, Де Аморе, кажется, осталась вполне довольной увиденным. — Думаю, мы оба сможем извлечь из этого выгоду. Мне еще предстоит обговорить это с отцом, прежде чем закрепить сделку, но предварительное согласие у тебя, считай, есть. Завтра, к вечеру, я уже буду иметь на руках предварительный контракт.

— Отлично. Я покажу его своему юристу и мы его подпишем. А теперь, когда мы немного размялись, мы можем перейдем к делу? Ты ведь позвала меня совсем по другому, более важному вопросу, не так ли?

— Не совсем. Это тоже была одна из причин, но…ты прав. Не главная.

— Я тебя внимательно слушаю.

Аманда положила на стол документ, смутно напоминающий магический контракт, и подвинула его указательным пальцем в сторону парня. Санхайд заметил, как сильно она напряглась и стиснула зубы. Похоже, содержание ему не особо понравится.

— Так-так. Значит, одноразовый контракт на совместное создание эликсира молодости по вашей формуле? Хммм. Из одной лунной слезы, не считая вещества-катализатора из озера, можно приготовить десять порций. Четыре из которых отойдут мне, а шесть вам. Не вижу логики. Использовать хотите мой материал, но мне отходит только сорок процентов, что не есть хорошо. Несправедливо, как-то. И да, я так и не понял, почему только на одну слезу?

— Я сказала своим, что существует еще лишь одна порция, помимо той, что я принесла.

— Почему? — заинтересовался парень, с любопытством разглядывая свою знакомую, будто впервые увидел. Он не понимал, в чем её выгода.

— Потому, что я умею быть благодарной. Ты спас меня и помог исполнить заветную мечту. Я буду последней тварью, если на добро отвечу злом. И да, у меня ведь перед тобой еще висит долг жизни, если ты не забыл. Кстати, именно на него я смогла опереться, сохранив твою тайну и личность инкогнито.

Если бы мои родственники узнали, сколько у тебя на руках доз потенциального эликсира и кто ты такой… — Аманда прикрыла глаза и покачала головой. — Поэтому мне пришлось ввести их в заблуждение. Мне и так едва удалось убедить их пойти на эту сделку с такими условиями. Шесть штук как раз хватит чтобы заставить их на долгое время забыть об эликсире, ведь все шестнадцать ключевых членов рода, включая меня, получат желаемое и успокоятся. У тебя на руках останутся еще слезы, с которыми ты можешь делать все что твоей душе угодно, ведь о них никто от меня не узнает. Ты можешь отказаться от предложения, и я обещаю тебе, что сделаю всё, от меня зависящее, чтобы моя семья не докопалась до истины, но… скажем так, это может не сработать. Я не уверена, что старейшины семьи не выпотрошат мой мозг при первом же удачном случае, стоит мне оступиться. Не взирая на последствия для меня и последующие распри в семье, они пойдут ради недостающих шести штук на все.

— Вот и помогай после этого дамам в беде… — недовольно проворчал Санхайд, раздраженно барабаня пальцами по столу и прикидывая свои шансы в войне против могущественного рода, чье влияние распространялось на несколько стран. Это было… нежелательно.

— Прости. — Аманда склонила голову, сложив руки на коленях. — Я правда не хотела, чтобы так получилось. В качестве извинения, лично от себя, я отдам тебе конечную формулу эликсира. Но в контракт мы этого не впишем, иначе меня убьют свои же. Заключим магический гейс отдельно. Я тебе формулу, а ты мне обещание, что она будет передаваться только из уст в уста, внутри твоей семьи, от главы к наследнику, по крайней мере еще пять поколений. Я ставлю на кон свою жизнь, как поставил ты. — Она закусила губу и уставилась в полупустую тарелку, стесняясь поднять взгляд из-за стыда.

— Почему? — Вот сейчас Амос действительно удивился. Очень. Шестьдесят процентов от одной слезы точно не стоили рецепта вечной молодости.

— Разве я не озвучила причину еще в самом начале? Мне нужен друг, а друзьями могут быль лишь те, кто готов рискнуть или чем-то пожертвовать ради друг друга, разве нет?

«Может быть и правы были темные владыки из разных киношных и книжных вселенных. Доброта это слабость… Помог вот, на свою голову… И что мне теперь делать? Нет, надо соглашаться, конечно, ведь для меня это выгодное предложение, хотя Аманда может и не понимать, насколько, но после такого я от Де Аморе уже не смогу просто взять и отмахнуться. Принципиально. Друзья… Если она не обманывает, то ее шансы на дружбу со мной только что сильно увеличились. А ведь тех четырех доз, что они мне сулят, с головой хватит. У меня не так много важных людей, кому я хочу подарить вечную молодость.» — Амос очень пристально всматривался в лицо девушки, претендующей на его дружбу, но не мог найти признаков обмана и лукавства.

Конечно, это не значило, что так и было. Возможно, он просто недостаточно старался. У него было не так много опыта в интригах, как хотелось бы. Лжет она, или нет? Есть ли у нее более глубокие мотивы?

Конечно есть, подумал он, а у кого их нет? Самый эффективный вид вранья, это когда правда так сильно перемешана с ложью, что становится с ней одним целым.

— Хммм. А эти ваши поделки, они и на простых людей работают?

— Эм, ну, мы не проводили испытания, конечно, ресурс ведь штучный, уникальный, но я участвовала в процессе создания эликсира от начала и до конца, так что могу предположить, что да, должен работать.

«Так вот где она пропадала!» — удовлетворенно вздохнул парень, которого немного нервировали её исчезновения с карты мародеров по ночам на протяжении последней недели.

— Тогда я склонен принять твоё предложение. — расплылся в довольной ухмылке темный маг.

«Разработанный мной ритуал совершенно не подходит для простых людей. А вот эликсир Де Аморе может сработать как надо. Нам с Фелисити хватит оставшихся слез для полноценного ритуала истинного оборотня, а лишнее я могу обменять на четыре малые порции готового продукта и формулу, сэкономив кучу своего собственного времени и сил. Я бы все равно потратил часть материала на исследования, в попытке создать нечто удобоваримое для своей мамы, Гекаты, а тут мне предлагают уже готовый и подходящий продукт… А ведь эта их бурда может подойти еще и Кэролайн. Хотя в этом я уже не так уверен. У меня даже еще останется запас, получается. Аманда думает, что эта сделка для меня невыгодна и оскорбительна, но это не так. Если оба, заключая сделку, довольны исходом и считают, что наебали друг друга, то её можно считать успешной.»

— Так ты согласен?

— Да, но я хочу внести правки в контракт. Я не могу допустить повторения такого фокуса, так что хочу убедится, что сделка получится действительно одноразовой и твои родственники оставят меня в покое.

— Справедливо. — с облегчением выдохнула девушка, у которой будто пудовый камень с плеч свалился.

«Повезло, что Санхайд достаточно умен, хладнокровен и расчетлив. Но есть еще кое-что, что я хотела бы получить от этой сделки, на которую я поставила так много. Утешительный приз, но какой…»

— Кстати, — звякнув ложечкой о блюдце, привлекла внимание ушедшего в свои мысли парня Де Аморе, — получается, с зельями у тебя возникнут проблемы из-за моих амбиций. От моей «дорогой» подруги тебя наверняка отсадят, даже если сама она будет настаивать на обратном, так?

— Скорее всего. — Амос равнодушно пожал плечами. В общем-то его все устраивало. Жаль было упускать возможность научиться чему-то новому, но он мог наверстать упущенное позже, самостоятельно, так как жить собирался очень долго и богато.

На шестом и седьмом курсе зелий ему не видать, даже если бы он сдал СОВ на превосходно. Профессора сами устанавливают правила и минимальную проходную оценку для допуска на дополнительные занятия. Снейп, естественно, будет оценивать учеников не по сданным СОВ, а по выставленным в конце года баллам.

— Раз уж так некрасиво получилось, то я готова сама тебя подтянуть.

— Ты предлагаешь мне помощь с зельями после уроков? — удивленно поднял одну бровь Санхайд, пытаясь найти подвох или намек на шутку на её лице, но подметил только покрасневшие уши и вцепившиеся в рукава мантии, пальцы.

— Ага. Если хочешь, конечно. Все-таки не дело это, чтобы мой, эм, друг, был настолько плох в зельях. Что подумают люди? — немного нервно рассмеялась блондинка, накручивая на палец длинный локон волос и стреляя изумрудными глазками из-под пушистых ресниц.

«Подозрительно… Но если Аманда сможет меня чутка подтянуть, то это будет неплохо. Единственный минус — сокращение собственных изысканий и тренировок, но это не критично, ведь частные уроки по зельеварению можно отнести к тренировкам.»

— Ну, с моей стороны было бы глупо отказаться от возможности получить пару-тройку советов от, практически, мастера зелий.

— Отлично! Согласуем наше расписание чуть позже. Хе-хе-хе. — Обрадовалась девушка, мысленно потирая руки и зловеще посмеиваясь.

«Какой хороший, однако, день. Даже эту сучку-Селвин удалось задвинуть, и самой занять её место! Ее идея с совместными уроками ради сближения оказалась довольно хорошей. Поэтому я ее позаимствую для себя, муахаха.»

От авитора:

* Не знаю, пользовались ли в те времена спросом смузи или нет, но звучит забавно. Если их еще не придумали, представьте что вместо него был йогурт или молочный шейк…

Надеюсь вы понимаете, что Аманда просто подросток, который проходит сложный период полового созревания, так что не судите ее слишком строго. Вспомните себя лет в 17-19 и уверен, вам тоже найдется за что покраснеть. У нее же в голове все перемешалось. Влечение, желания, долг. Повезло еще, что она крепко помнит о собственной выгоде и не наделала глупостей, хотя ей и хочется порою.

Глава 35

Глава 35

Хэллоуин

Вот и наступило тридцать первое, мать его, октября. Много названий у этого дня, но мне был ближе всего Хэллоуин, который я любил за тайну и мистику, за костюмы (особенно сексуальные костюмы девушек, вы все правильно поняли, да), за посиделки с друзьями и аутентичный декор. За его богатые традиции и историю.

С тех пор, как я стал волшебником, ничего особо не поменялось, разве что добавилась любовь к настоящей магии и таинству ритуалов в этот чудный день. А кому бы не понравилось ощущать, как по их венам течет чистая магия, древняя как сам мир, очищающая и стимулирующая тело? Слетают мелкие, почти незаметные сглазы, тело становится немного сильнее, здоровее, свежее… это даже лучше чем спа или баня.

Я в этот день отдыхаю душой и телом, хотя многие, почему-то, боятся этого дня как огня. Ну, не мне, некроманту со стажем, кровожадному оборотню, талантливому малефикару, темному магу с протекающей крышей и просто отличному парню разделять их переживания. Черт, да это нечисти надо меня бояться!

Да, сам себя не похвалишь, никто не похвалит. Но в каждой шутке есть доля шутки.

Волшебники называют этот день Самайн. Как по мне, Хэллоуин или Самайн — один хрен. Какая разница? Главное ведь не название праздника, а как ты его проводишь, верно? Какой смысл вложишь. Какую магию. Не пропустишь ли необходимые ритуалы. Соблюдешь ли традиции.

Этот важный день я предпочитал проводить в компании близких, а не в нашем дурдоме, который называется Хогвартс. Я, за последнее время, изрядно от него подустал. Нужно было проветриться.

Время до конечного дня октября пролетело быстро, все в заботах. Я немного приврал Аманде — не было у меня никакого юриста. Нахера он мне был нужен, в моем-то возрасте? А я ему нахрена? Вот-вот.

Пришлось заморочиться и сидеть разбираться в контрактах и договорах самостоятельно, с посильной помощью мамы, которая в магии не разбиралась, но понимала кое-что в бизнесе. А что? Ну не нести же эту муть обычному юристу, не магическому, в самом-то деле? Он все равно ничем не сможет помочь, только беду накликает. Тут нужен был специалист из мира магии. К которому идти я опасался по той же причине.

Похищать и промывать волшебному юристу мозги я не хотел, ведь никогда не знаешь, в какой день авроры не ворон считают, а работают. Не собирался я соваться и к разрекламированному фанфиками Теду Тонксу. Их семья близка с Грюмом и Дамблдором. Я еще не выжил из ума, чтобы совать голову в петлю. Лучше уж сам разберусь.

Словами не передать, как я жалел, что братец Гугл еще не появился на свет. Братан, я скучаю… приходи скорее… и захвати с собой братьев-близнецов красный и оранжевый ютюб… Как только появится возможность, я инвестирую в него столько денег, сколько только смогу. В Гугл, не в П-Хаб. Хотя…

Но шанс появится только через несколько лет. Еще дожить до тех пор нужно, да и не факт, что он будет существовать в этом мире в принципе. Многое не сходится с миром будущего, в котором жил Александр. Параллельный мир на то и параллельный. Далеко не идентичная копия. Многие известные Александру компании отсутствуют вовсе, или провалились на старте. В иных случаях у них были другие названия или даже основатели отличались… Значит инвестировать придется не в известные бренды и знакомые логотипы, а в концепции, что выстрелят в будущем. А это на порядок сложнее.

Пусть не Эппл, а какой-нибудь Пайнэппл — название может быть вообще любым, но важен потенциал развития компьютерных технологий, и человек, который может творить будущее своими руками. Вложиться в компанию, что производит процессоры и видеокарты, будет не лишним. Как и в компанию, разрабатывающую современные мобильные телефоны или компьютеры, например. Есть тысячи вещей, которые в скором времени начнут набирать популярность. Или не начнут. Все равно, что играть на фондовой бирже…

Эх, когда в этом мире появится аналог биткоина… А он может и не появиться. Или может не выстрелить. Сложно-то как…

К чему это я? Кажется, мысли опять съехали куда-то не туда. Ах, да, в общем, я потратил кучу своего свободного времени на поиск подводных камней, лазеек и неточностей в формулировках. Не спал ночами. Вносил правки, способные подстраховать меня в случае чего. Когда закончил, вздохнул с облегчением. А потом правки внесла другая сторона. Все началось сначала и продолжалось до тех пор, пока мы, наконец, не пришли к консенсусу. В конце концов мы остались довольны бумагами и сделка была заключена. Заключать прибыльные контракты оказалось очень сложно и геморно. Юриста придется все-таки поискать, потому что второй раз я в это болото сам не полезу.

Аманде поручили вести со мной дела, раз уж она все это затеяла. Да и мы все равно учимся в одной школе, находясь в шаговой доступности друг от друга, если возникнут вопросы. И ей опыт капает, и мне. Она репутацию среди своих родичей повысила, и мне нервы её родственнички не мотают. Вести дела со знакомой симпатичной блондинкой мне было как-то спокойнее. И чем меньше людей знало о наших махинациях — тем безопаснее для меня.

А то ведь как интересно получается — в сделке по шелку и проклятью Де Аморе-старшие были в курсе, кто является второй стороной, а вот по сделке с эликсирами вечной молодости — уже нет. А может, и в курсе были, потому и свалили на блондиночку и то, и другое, кто их знает? Даже Аманда не знала точно, знают они или нет, но предполагала, что им, на самом деле, просто насрать. Как только они получили то, что им было нужно, их род потерял всякий интерес к моей загадочной персоне. Аманда сделала мне большое одолжение, когда заявила, что у меня была только одна слеза, иначе все так просто бы не закончилось.

В первое время, когда мы только ударили по рукам, я сильно нервничал. Подсознательно я готовился к худшему и точил ножи, но все прошло отлично. Аманда не обманула. Все остались довольны и никто не ушел обиженным. Удивительно. Меня жизнь к такому не готовила. Как говорится, я шел на перестрелку, чтобы нормально пострелять, а они… Эх.

Видеться с блонди мы стали намного чаще. По работе, так сказать. Хотя я уже и не уверен, что только поэтому. Слишком много чая было между нами. Рабочие моменты мы обсуждали, дай Мерлин, первые минут пять разговора, а потом плавно переключались на магию, сплетни и политику. Всегда приятно поболтать с умным человеком. Надеюсь, с другой стороны чайного стола считали так же.

Узнав её поближе, я утвердился в своем мнении, что она та еще бессердечная и жестокая стерва. Но это было неплохо, с моей точки зрения. Будь она обычной девушкой — я бы, пожалуй, и внимания на нее не обратил. Тем более, что она не со всеми была такой холодной сукой. Со мной она вела себя почти как нормальная девушка семнадцати лет, и это было приятно. Мне даже показалось (а может, и не показалось), что она со мной флиртует. Наверное, хочет выбить скидку…

Шутка. Я не такой тупой, как все эти герои второсортных историй, и сам проходил через подростковую влюбленность, так что догадывался кое о чем. Однако, приобретенная паранойя и здравый смысл не давали мне натворить глупостей и воспользоваться своим опытом и ее неопытностью. Хотя, видит Моргана, я мог бы. Нужно было убедиться, для начала, что меня не хотят, образно говоря, отстрапонить. Я на такое не пойду. Лично меня вполне устраивают дружеские отношения.

Скоро начнутся наши внеурочные занятия по зельеварению — и там видно будет, какой вектор примут наши отношения. Никогда не загадываю наперед, когда дело касается женщин, слишком непредсказуемы.

Таким образом, к Хэллоуину мы успели провести первую транзакцию шелка и мой счет в банке пополнился солидной суммой золота. Хорошо, что мелким людоедам-каннибалам пофиг, откуда на моем счету берутся деньги. Гоблинам главное — лишь бы они там вообще были, а все остальное их не волнует. Но часть золота я получал наличкой, из рук в руки, минуя банковскую систему. Просто на всякий случай.

Если бы Гринготтс контролировали наши бюрократы из министерства, меня бы уже взяли за жопу. В волшебном мире магии есть совершенно не волшебная налоговая… Магглорожденным не положено богатеть, знаете ли, но я решил пренебречь традициями. Как и положено селюку и грязнокровке — я попрал миропорядок магической Британии, но то ли еще будет, хе-хе хе-хе-хе.

К счастью, налоговики не могли меня достать ввиду полного незнания о моем существовании в денежном мире. По бумагам у меня ж ничего за душой нет. Гол как сокол. Будь мой бизнес хоть немного легальным, и находись он на виду, то тогда, конечно, ко мне пришли бы дяди в деловых костюмах. Представляю себе рожу пожарного инспектора, который приходит проверить, как у меня дела с пожарной безопасностью… вот это была бы потеха.

Халтурно работают, короче. По другому в министерстве и не умеют, к счастью для меня. Лишь пародируют систему, которую столетиями выстраивали обычные люди. Наши больше акцентируют внимание на аристократах, с которых можно стрясти реальные дивиденды. Это они молодцы, конечно. Так держать.

Правда, в ответ аристократы вставляют им палки в колеса и подрезают финансирование и полномочия их отделу… настоящая война там у них. Хорошо, что пока ни те, ни другие не догадались обратить внимание на беззащитное общество волшебников среднего класса. Хотя… их так мало, что с них и налогов особо не выжмешь, может быть, в этом и дело? Стоит задуматься.

Я же наконец-то смог закупиться всеми необходимыми дешевыми ингредиентами перед ритуалами, не тратя своего драгоценное время на прочесывание Запретного леса. Больше мне не придется ползать на карачках, чтобы найти какие-то дешевые звездные грибы или серебрянку, которые стоят всего пару сиклей за полкило. Аллилуйя! Хотя нет, у нас так не принято… Ладно, хуй с ним, я слишком счастлив последнее время, чтобы себя поправлять.

Накупил сладостей для девочек. Немного не рассчитал с непривычки. Половину, в итоге, отдал Луне. У Гермионы родители дантисты, она к конфетам была равнодушна и даже холодна. Кэрол следила за фигурой, как и Фел. Они взяли совсем немного сладостей. Зато нежданно сладкая жизнь захлестнула меня и Лавгуд. Милашка-предсказательница от сладкого отказываться и не думала. Можно ли сказать, что я подкармливал судьбу?

Вообще, магические сладости странные, но интересные. Все конфетки со вкусом блевотины я милостиво отдал Уизли. Второй раз я на эти грабли не встану.

Рыжее семейство быстро нашло им применение, перетерев их в труху и подсыпав Поттеру и его свите в еду. Кроме девочек. Их они пощадили, благородные идиоты. Уж эти змейки, имей они такую возможность, отравили бы их не задумываясь.

Иногда у Рона или близнецов все же получалось достать Поттера, и это был как раз один из тех случаев. Я от души посмеялся, наблюдая за этим с почтительного расстояния. Гарри сильно меньше везло, если он оказывался в поле моего зрения, так что я им немного подыграл. Жаль, что через глаза паучков эффект на порядок хуже. Прокси, все-таки.

Когда жертвы розыгрыша наконец опустошили желудки, Гарри потянулся за кубком с водой, видимо желая избавиться от гадкого ощущения во рту или просто хотел смыть вкус желчи с языка. К несчастью для него и его соседей, Малфоя и Нотта, близнецы предвидели такое развитие событий, и в стакане его поджидало отнюдь не спасение. Поттер пошел на второй круг, спровоцировав не только своих друзей, но и несколько других, чересчур впечатлительных зрителей. Не могу их винить, это почти как зевки. Один зевнул и…

Забавно получилось. Из-за них многие слизерницы ушли на уроки голодные и злые, так и не пообедав. Им еще повезло, что в мире магии есть очищающие заклинания. Впрочем, аппетит был испорчен. Только Гриффиндор ликовал, несмотря на то, что и среди них тоже нашлась парочка неудачников.

Я слишком поздно задумался над проблемой. Может, зря я им подсказал, как можно обойти кольцо-определитель ядов? Как бы беды из этого не получилось… У них же нет тормозов. Слабительное вместе со снотворным — это самое безобидное, что они могут придумать.

На безобидные конфеты универсальный определитель ядов не реагирует. Тем более, что они внесены в официальный реестр разрешенных, ха. По сути, в них ведь нет ничего опасного. Да и магического. Кроме отвратительного вкуса, конечно. Пришлось поработать над собственными защитными артефактами, закрывая очевидные бреши в защите. Как-то я об этом раньше не думал, а зря. С другой стороны, сильно навредить таким способом очень сложно, но вот создать неприятности…

Ох, а уж когда Аманда узнала, что я причастен к этому инциденту, мне была заявлена почти серьезная нота протеста. Пришлось откупаться сладостями. Повезло. Она сидела достаточно далеко от троицы неудачников, но все равно тогда оставалась голодной. И как она догадалась? Наверное, рожа у меня была слишком довольная, не иначе.

Настроение становилось тем лучше, чем ближе был Хэллоуин и заключение всех сделок.

Вот что наличие средств на банковском счету с мужиком делает… Я и не представлял даже, что это на меня так сильно давило… Будто гирю с шеи сняли. Усталость куда-то улетучилась, хотелось залететь в Лютный переулок и скупить там все. Как же я раньше этого не замечал?

Кэрол и Фелисити тоже участвовали в создании капиталистической империи нежити, так что им полагалась часть от добычи. Им было трудно принять, что мы теперь не нищие оборванцы в мире магии, а почти зажиточные граждане. Не аристократы вроде Малфоев, конечно, но финансовая ситуация стала на порядок лучше, чем была. Можем даже позволить себе жить на широкую ногу, углубиться в изучение магии, не беспокоясь о тратах. Ну, почти.

Жаль, что мне и Кэрол до конца учебы все еще придется сдерживать себя и притворяться малоимущими маглорожденными, живущими на пособие и подработками. Налоговую провоцировать не хотелось. Придется пока потерпеть, но это не смертельно. Потом мне будет плевать на них.

На радостях я заодно купил малый набор ритуальных ингредиентов для Гермионы — маленькой протеже моей красноволосой подруги с наклонностями суккуба-вампира. На них были скидки, а у меня чесались руки что-то купить. Пускай мелкая порадуется.

Шарпхарт собиралась заодно помочь ей с её бобровыми зубами, так что девочка ждала Хэллоуин больше, чем Рождество. Кэрол выбрала правильный подход, закрепляя на подсознательном уровне параллель между страшными ритуалами и чем-то хорошим. Хитро. Нам таких подарков никто не делал и пилюли не подслащивал, конечно, но… мы ведь не никто, правда? Назовем это инвестицией в будущее. Не Эппл, конечно, но тоже неплохо. У Гермионы большое будущее, если она не будет валять дурака и тратить свою золотую пору на всяких неудачников. Ее талант, ограненный неравнодушной Кэролайн, наверняка засияет в будущем.

Эх, как быстро растут дети… У моей ученицы уже есть своя ученица….

Слегка нервировали лишь склянки эликсира вечной молодости, прожигающие мне карманы. Использовать этот ресурс нужно было с умом, не спеша, но я чувствовал себя как тот человек, который вышел погулять в опасном черном районе с бумажником, полным вечнозеленых баксов. Ночью. Среди белозубых улыбок и белков глаз. Неприятное чувство, в общем. Пришлось смотаться на базу в один из дней и спрятать их в паучьем логове-могильнике. Уж там они были в полной безопасности. Если даже найдется такой идиот, который туда полезет, я все равно об этом быстро узнаю.

В ноябре я собираюсь встретиться и поговорить по душам с ухажером моей мамы. У нас с ней состоялся важный разговор на днях, как только в руках у меня оказалось это чудо современной алхимии и зельеварения. Я ведь не идиот, чтобы в тайне поить ее непроверенным эликсиром, приговаривая, что это для ее же блага.

Эту штуку еще нужно было на ком-нибудь испытать, для начала. Но не на бездомного же тратить такой уникальный ресурс, в самом деле? Эликсир ведь почти наверняка сработает. Именно тогда у меня и появилась хорошая идея, которой я с ней и поделился. Мы с мамой серьезно поговорили и, как я и предполагал, Геката мыслила схожим со мной образом.

Сразу видно, чье воспитание на мне сказалось. Опасная женщина.

Она тоже считала, что вечную молодость лучше разделить с кем-то близким, иначе это превратилось бы из благословения в пытку, по прошествии лет. Я был с ней абсолютно согласен. Не зря ведь я готовлю ритуалы не только на себя, но и для Фелисити, не так ли?

Вслух я этого не признавал, но эта слегка чокнутая вудуистка уже заняла важное место в моей жизни, и я планировал сделать так, чтобы она оставалась в ней как можно дольше. При этом оставаясь на пике своей красоты и силы. Чувства чувствами, но с бабулькой я жить не собираюсь. Вот такой я гнусный говнюк, которому не плевать на внешнюю красоту.

В общем, директору компании поступит предложение, от которого он не сможет отказаться. Есть, конечно, небольшой риск мучительной смерти, но что это такое в сравнении с девяностопятипроцентным шансом получить вечную молодость и шикарное здоровье, а? В комплекте идет такая же нестареющая красотка. Даже если они потом разбегутся, не велика беда.

На его месте хотели бы оказаться слишком многие люди, так что он наверняка согласится. Правда, про шансы отъехать в мир иной я ему все же говорить не буду. Нервничать будет, переживать, оно ему надо? Многие знания — многие печали.

Геката, конечно, устроит мне сладкую жизнь, если он все-таки помрет, так что я буду держать за него кулачки. Надеюсь, удача будет на его стороне, потому что расстраивать маму я очень не хочу. Как и тратить редчайшие ресурсы на дополнительные исследования и доработку эликсира. Возможно, пришлось бы становиться в неудобную позу перед Амандой, а мне бы этого не хотелось. Вот поставить её — уже другой разговор…

Благодаря этой сделке я стану богатым не только в магическом мире, но и в обычном, что важно для моих планов на будущее. Чтобы делать серьезные вложения во всякие там крутые фирмы с заоблачным потенциалом и скупать их акции заранее, пока они еще на дне, нужны деньги. Очень много свободных денег. Директор и совладелец оружейной компании не обеднеет из-за потери пары десятков миллионов фунтов, зато я получу необходимый начальный капитал. У меня было к нему и иное деловое предложение, которое могло бы его заинтересовать, но об этом буду думать позже.

Конечно, я бы мог отдать ему эликсир и бесплатно, ради мамы, будь он обычным клерком и не имей за душой ничего, кроме любви, но он не был. Геката сама мне намекнула, что будет совсем не против, если ее любимый сын обеспечит себе безоблачное будущее за счет ее любовника и начальника.

Они были очень странной парочкой, с не менее странными отношениями, скажу я вам. Еще необычнее, чем мы с Фел, а это, как бы, уровень. Я так и не понял, любят они друг друга, или им просто удобно вместе. Что поменяет в их жизни эликсир? Не испорчу ли я этот странный хрупкий механизм? Спрашивать или лезть в голову к Гекате было как-то неловко, так что я не стал и пытаться. Мне это было не нужно.

Что я знал абсолютно точно, так это то, что Геката Санхайд всегда, в первую очередь, заботилась о моем благополучии, а потом уже обо всем остальном. Эта женщина без колебаний принесла бы в жертву весь мир, со всеми его обитателями, лишь бы я был счастлив. Мамы такие мамы… большего мне и не надо.

Может, потому я и выбрал своей спутницей жизни Фелисити, ведь в её слегка безумных глазах я видел такую же решимость пожертвовать всем ради… меня. Невозможно оставаться равнодушным к такому проявлению чувств… даже если это немного ненормально и пугающе.

Может быть, зря я смеялся над старым добрым клише, что парни подбирают себе девушек, похожих на своих матерей… Фелисити и Геката ведь очень похожи не только внешне… Брррр. Ладно, сейчас не об этом. Будто бы я позволил этой пустоголовой дуре пожертвовать собой ради меня, ха. Слишком клишированно. Меня такое не устраивает.

После уроков, ближе к ужину, всех желающих распустили по домам. Камины деканов были открыты. Естественно, мы с Кэрол тоже воспользовались гостеприимством маленького профессора Флитвика и, в сопровождении зеленой вспышки пламени, мигом перенеслись на Лондонский вокзал. Вот честно, если бы не вездесущие, как песок на пляже, пепел и сажа, я бы мог полюбить эту странную сеть стационарных порталов. Недостаточно, чтоб провести себе домой такой, но все же.

Отряхнувшись и избавившись с помощью магии от запаха гари, мы с Кэролайн преобразили нашу повседневную одежду в нечто более Хэллоуинское. Волшебники рядом неодобрительно закудахтали, но нам было насрать.

Кэрол, совершенно предсказуемо, выбрала образ соблазнительной, но жестокой суккубы. За спиной у нее виднелись маленькие кожаные крылышки, как у летучей мыши, а среди алых волос легко можно отыскать симпатичные красные рожки. Наряд был… ну, скажем так, очень вызывающим. Как и положено суккубе, одежда на ведьме скорее побуждала воображение дорисовывать сокрытое, нежели действительно прикрывала что-то.

Тц. Хороша, чертовка. Парочка старшекурсников, залипнув на нее, не вписалась в проход на выход с платформы 9 и ¾ и на полном ходу влетели в пожилую пару, ожидавшую, видимо, свою внучку или внука. Раздалась отборная недовольная ругань из кучи-малы. Дедок знал крутые словечки, которые я постарался запомнить.

В левой руке Кэрол держала свернутый кожаный кнут. Очень уверенно так держала, явно не в первый раз. Ая-яй-яй. Что-то мне подсказывает, что она вполне могла знать, как его применять. И вряд ли на поле боя.

Сам же я решил в этом году примерить на себя маску жертвы, а не чудовища. Согласитесь, переоденься я в оборотня или в жуткого некроманта, это было бы слишком скучно. Повседневно-злободневно. Я и так в обычной жизни оборотень и начинающий некромант, а у нас тут, как бы, маскарад, вообще-то. Непорядок.

Рядом с сексуальной суккубой на платформе стоял совершенно клишированный, но крайне обаятельный капитан школьной команды по американскому футболу!

Ну, знаете, как те самые… вроде как самые крутые и уверенные в себе парни в школе. Одного мимоходом брошенного взгляда и белоснежной улыбки которых хватало, чтобы у хороших девочек намокли трусики и выпали стопки книг из рук. Король выпускного бала… Шутка.

Я создавал себе образ квотербека из восьмидесятых, который умирает самым первым в хоррорах. К примеру, из-за того, что не смотрит себе за спину и не слушает советов слабых, зашуганных, но крайне умных и живучих ботаников. Или променявших собственную безопасность на возможность ухлестывать за сексуальными девицами из группы поддержки. Сколько таких глупых, но красивых парочек маньяки или чудища из старых хорроров застукали за самым сладким… Наблюдая за похождениями таких идиотов, мне обычно одновременно и завидно, и хочется пробить себе фейспалм.

Правда забавно? Вот и я так думаю.

Форма моя была забрызгана бутафорской кровью, а шлем, который я держал подмышкой, был проломлен топором и тоже покрыт красной жижей, вперемешку с серым веществом. Все равно оно футболистам было ни к чему. Серое вещество, я имею в виду. Мышцы — наше всё. Опытному любителю детективов стало бы сразу видно, что удар топором наносили сзади, что добавляло аутентичности моему образу тупого качка из какого-нибудь Братства Омега, которого застукали врасплох.

Номер на моей спине — тринадцать, а на груди был вышит значок Хогвартса и нашего факультета, но на американский манер. Сто процентов у меня была бы кличка Лаки. Хе-хе. Хоть сейчас отправляйся на съемочную площадку третьесортного подросткового сериала где-нибудь в Голливуде. Я могу сыграть еще и зомби, если что — я знаю, как двигаются мои болванчики.

После того, как Шарпхант передала с рук на руки кудрявую малышку старшим Грейнджерам, мы отправились по своим делам. Родители Гермионы на наряд Кэрол посмотрели осуждающе, на мой — непонимающе, но лезть с нотациями к чужом людям не стали. Видимо, их дочка подхватила эту дурную привычку у кого-то другого.

План на вечер был простым. Сначала я и Кэрол спешим на семейный ранний ужин ко мне домой, где Фелисити и Геката уже наверняка накрывают на стол. Поужинаем, отдохнем, поболтаем, выпьем красного вина, а затем моя маман отправится на корпоративную вечеринку, а я с Фел в наше тайное логово, хех, творить всякое темное колдунство.

Кэрол же, тем временем, наведается к Грейнджерам и поможет им с организацией их первых семейных ритуалов. Ничего сложного, ничего запрещенного. Просто проконтролирует, чтоб все прошло хорошо, а то мало ли. Гермиона не стала великой колдуньей всего за два месяца учебы, так умеют только обыкновенные студенты-попаданцы, которые под конец первого года и Дамблдора в бараний рог скрутить могут, и Тома заодно, и в магии могут революцию произвести. И все благодаря базовым знаниям языка программирования и теоретической механики… Не наш случай, в общем.

Потом мы втроем вновь соберемся вместе, уже на нашей базе, которая находится в Запретном лесу, недалеко от Хогвартса. Просто туда «сигнал» от моих шпионов достает, а вот до главной базы — увы, нет.

До полуночи будем пить и веселиться, перекусим и посмотрим кое-что интересное. Даже лучше хоррора. Я подумал, что, раз уж директор решил устроить в этом году представление, грешно будет не заценить его, хотя бы с расстояния. В хорошей компании, с бухлом и попкорном — будет веселее наблюдать за шоу.

Ну а поздно ночью… надеюсь, Фел подобрала себе костюмчик посексуальнее. Всегда неровно дышал к женскому косплею, а уж с её природными данными… Фел может воплотить любой образ, стоит лишь пожелать, и развратить его. Я, естественно, желал.

Трансгрессировали в нескольких кварталах от пункта назначения и неспешно прогулялись по шумным улочкам города. Вокруг царила праздничная и мистическая атмосфера. Мэр города не поскупился и украсил город на отлично. Шли без магглоотталкивающих чар. Сегодня было можно. Мы не так уж сильно выделялись среди толпы, загримированной под нечисть. Поддавшись романтике горящих тыкв, я незаметно заколдовал свои глаза, чтобы они светились в темноте, как оранжевые болотные огоньки. Раздал особо назойливой детворе сладостей, которых в простом мире не сыскать. Вкусные, но на вид стремноватые. Почти как живые летучие мышки с трепещущими крылышками.

Намекнул благоговейно притихшей детворе собравшейся вокруг меня, что если их не съесть до полуночи, то они улетят. Я не беспокоился. Малышня уплетет конфеты за милую душу, как только среди них найдется первый смельчак. А если и не найдется, то мышки действительно исчезнут в клубах сизого дыма, так что никто не подловит меня на расшатывании статута секретности. Да и поди найди меня. Завтра окровавленный футболист перестанет существовать, а следов на сладостях я не оставил. Нет тела… кххм, нет конфет — нет дела.

Я постучал и через десяток секунд дверь нам открыла самая настоящая ведьма. Только не такая, какую можно встретить в Косом переулке или еще где в волшебном мире, а сексуальная ведьма, если вы понимаете, о чем я. Вечернее платье с открытой спиной и плечами, глубокое декольте, а стильную прическу женщины венчала остроконечная широкополая шляпа, украшенная маленькими паучками и черепами… Я прикрыл глаза рукой, стараясь не смотреть сквозь пальцы, сгорая от стыда. Господи, как это развидеть?!

— О, сынок, заходи скорее, уже почти все готово. Кэрол, малышка, выглядишь обворожительно, как всегда. Так бы и затискала. Голодные? — Геката посторонилась, пропуская нас внутрь. — Ах, не видела тебя всего ничего, а ты так подрос, Ами! — женщина потрепала меня по волосам и махнула в сторону кухни. — Фелисити помогла мне с готовкой, так что на тебе помощь с сервировкой, дорогой. Кэрол, помоги мне накраситься, пожалуйста. Никто не делает это лучше тебя, дорогая.

— Окей, мам.

— Добрый вечер, мисс Санхайд. Конечно, помогу. — немного застенчиво поздоровалась суккуба и посеменила за моей мамой, улыбаясь от уха до уха. Прихорашиваться она действительно умела и любила. Женщины.

Я отстраненно кивнул. Вот же повезло директору оружейной конторы с помощницей… На корпоративе её вряд ли кто-то сможет превзойти в красоте. Сдается мне, что ночью возвращаться сюда точно не стоит, дабы избежать неловкой ситуации. Мои нервы мне дороги… вдруг она пригласит его на чашку кофе, а не он её?

Пытаясь избавиться от назойливых мыслей, нашептывающих мне, что нужно проклясть кое-кого заклятьем временной импотенции, я зашел на кухню. Посторонние мысли сразу как ветром сдуло. Кэрол меня сдала. Фелисити знала, какой образ я выбрал на этот Хэллоуин и решила мне подыграть. Заляпанная кровью форма черлидерши смотрелась на ней просто великолепно.

Девушка стояла ко мне спиной и как раз нагнулась, вытаскивая из духовки пышущий жаром мясной пирог, открывая мне великолепный вид на свою упругую попку, едва прикрытую складчатой синей мини-юбкой и кружевными трусиками. Полосатые чулочки белого цвета лишь подчеркивали длинные, стройные ножки, расставленные на ширину плеч. На столе, рядом, лежали бело синие помпоны болельщицы, а её длинные черные волосы были собраны в аккуратный конский хвостик.

Почувствовав мой взгляд, она обернулась и, лукаво улыбнувшись, задорно подмигнула, показательно медленно и эротично выпрямляя спинку и разворачиваясь ко мне лицом. Уверен, так сексуально пирог из духовки не каждая домохозяйка вытащить сумеет. Я невольно сглотнул слюну. Аппетитно, что ни говори. Темно-синяя помада и голубая тушь на веках хорошо гармонировали с сине-белой униформой. Глаза, как и у меня, сверкали потусторонним оранжевым светом. Забавно, она тоже выбрала для себя счастливый номер тринадцать, хотя никак не могла знать заранее, что я выберу именно его. Интуиция? В сердце у убитой болельщицы торчал бутафорский кухонный нож. Символичненько.

Выходит, у нас парные костюмы на Хэллоуин, да и история нашей смерти напрашивается сама собой. Видать, убийца застал нас врасплох, скажем, в раздевалке, сразу же после матча. Мы страстно праздновали победу, когда Фелисити услышала чьи-то шаги за моей спиной, но я не обратил на это внимание. Я был сверху, мне было все равно, даже если нас кто-то застукает, я игнорировал её предупреждение, ведь я был обычным американским подростком, только что выигравшим путевку в жизнь благодаря тачдауну в финале чемпионата штата, я был окрылен… но удар острого топора обрушился мне на голову и проломил череп, вместе с моими надеждами и мечтами. Девушка же, застряв под моим бездыханным телом, не смогла выбраться и сбежать, только звать на помощь и плакать, наблюдая, как жизнь из глаз любимого вытекает вместе с кровью. Устав наблюдать за драмой, маньяк-убийца просто и незатейливо ударил ей в сердце ножом, раз уж топор застрял в моем шлеме (не спрашивайте меня, почему квотербек не захотел снять счастливый шлем даже в такой ситуации, просто так эпичнее), символично добивая её любовь. И вот, в Хэллоуин, наши неупокоенные души вернулись на этот свет, чтобы из зависти убивать счастливые парочки волшебников… мда, как-то не получается у меня войти в образ жертвы даже метафорически…

Я подошел поближе, желая прижать к себе свою ведьмочку. Синдер, невинно хлопая ресницами и не сдерживая плотоядную улыбочку, наслаждаясь моей реакцией, не разворачиваясь, ножкой захлопнула дверцу духовки. К сожалению, на пути у нас встал чертов протвинь с пирогом, который она, посмеиваясь, всучила мне в руки.

— Отнеси его в гостиную и поставь на стол, мой чемпион! — она ласково провела рукой по моей груди. Лак на её длинных ноготках тоже был синим. Забавно. А она серьезно подошла к созданию образа, уделив внимание деталям. — У тебя еще будет возможность налюбоваться моей униформой. А потом сорвать её с меня. Но позже.

— Тц. Ладно, радуйся, пока можешь. После полуночи я тебя хорошенько накажу за твою дерзость, девчонка! — я фыркнул и позволил манипулировать собой, бросая пафосные фразочки, как и положено клишированному звездному мальчику. Тупой, зато сильный и верный. Хе-хе.

— Да-да, буду с нетерпением ждать… — Она подловила момент, когда я повернусь к ней спиной, а руки мои будут заняты чертовым пирогом и, обхватив меня руками за талию, прижалась всем телом. Я почувствовал приятную упругость в районе спины, как и рукоятку ножа, шумно вдохнул воздух. От нее как всегда приятно пахло чем-то легким и цветочным, перебивая даже чудный запах еды. Развратная черлидерша приподнялась на цыпочках и томным голосом прошептала вторую часть предложения мне прямо на ухо, очень тихо, так, чтобы слышал только я: — ...когда ты намотаешь мои волосы на кулак и вдолбишь меня в кровать. Хи-хи.

Оставив меня стоять в легком ступоре посреди кухни, она шлепнула меня по жопе и прошагала вперед меня, призывно виляя бедрами. Черт, руки заняты, я даже отомстить ей за наглость не могу… Ррррр. Потряс головой, стряхнул наваждение и пошел следом. В штанах стало немного тесно. Бля, надо поскорее садиться за стол.

«Вот же сучка хитрожопая. Ну подожди у меня. Хочешь играть грязно, да? Отлично. Наутро в матрасе останется вмятина в форме одной самоуверенной черлидерши! Посмотрим, так ли хорош твой шпагат, как ты говоришь. Я тебе покажу, что такое выносливость квотербека!» — злобно посмеиваясь про себя, я предвкушал страшную расплату. Похоже сладким парочкам в этот Хэллоуин можно спать спокойно — мы будем сильно заняты.

В целом, если не обращать внимания на легкие провокации, которые мы с Фел в шутливой манере устраивали друг другу, ужин прошел отлично. Для Кэрол, у которой, можно сказать, не было своей семьи, такие семейные праздники в моем доме были драгоценны. Здесь она чувствовала себя своей, не лишней, нужной. Мы с мамой всячески этому способствовали. Она уже практически часть семьи, да.

Фел всеми силами пыталась показать какая она хорошая и заботливая хозяйка, и лезла со своей помощью даже тогда, когда её не просили. Постоянно подкладывала мне в тарелку самые сочные куски мяса и все такое. Я этому не противился и не жаловался. Помню, как я-Александр сам впервые знакомился с родителями своей тогдашней девушки… нервничал я изрядно.

Она слишком старалась, я бы сказал. Нервничала. Совершала неловкие ошибки. Чуть не разлила вино на любимую мамину скатерть, но тут её подстраховал уже я, не дав случиться конфузу. Реакция у меня отменная. Пришлось сжать её трясущуюся руку под столом, чтобы она немного успокоилась. Через пару минут нежных поглаживаний она наконец пришла в себя и вернула ехидную ухмылку на свое лицо, когда рука моя перекочевала на её коленку.

После ужина мы все вместе быстро провели парочку привычных, «домашних» ритуалов и разбежались по своим делам. За мамой приехал щегол на мерседесе, вырядившийся в киношного Дракулу и забрал её гулять. Кэрол отошла на пару кварталов от моего дома под магглоотталкивающими чарами и прыгнула к Грейнджерам, ну а мы с моей болельщицей занялись делом. Нет, не тем. Ритуалами, которые проводить дома, под колпаком у аврората, строго не рекомендуется.

Время за работой пролетело незаметно. Я даже не заметил, как мы очутились в Запретном лесу, устраиваясь поудобнее на мягком диване в форме полумесяца. Попкорн — чек. Виски с колой — чек. Приятная компания… я взглянул на суккубу и черлидершу по бокам от себя — чек. Хорошее шоу… я щелкнул пальцами и в потолке нашего логова открылся небольшой люк, из которого вывалилась крупная кристальная сфера, больше напоминающая по размерам диско-шар — чек.

Сфера зависла в воздухе, примерно на уровне наших глаз. Под ней вспыхнул круг рун, мерцающий загадочным пурпурным свечением. Через мгновение к ней присоединилось еще четыре сферы поменьше, которые стали медленно вращаться вокруг нее словно по орбите.

Мы дружно надели специальные очки, которые помогут наслаждаться зрелищем от первого лица. Черт, да, я все-таки почти воссоздал здесь мини тридэ-кинотеатр, и горжусь этим. Только вместо кино у нас сегодня в программе юмористическое реалити шоу с элементами хоррора. Надеюсь, мы увидим что-то вроде хардкорного выживания в экстремальных условиях школьной жизни. Еще и с фентези уклоном… Шикарно.

Я приобнял Фел за талию, устраиваясь поудобнее, и навел палочку, как пульт на «телевизор». Вначале на всех сферах появилось одно и то же изображение наполовину пустующего сегодня пиршественного зала, а затем картинка на четырех малых сферах стала меняться. Всего в школе сейчас активировались пять моих паучков, давая возможность насладиться шоу. Карта мародеров помогала отслеживать ситуацию в школе в принципе, следить и направлять паучков куда следует. Я прикинул время. Да, вот-вот начнется. Паучки, конечно, долго не проживут, но мы и не собираемся сидеть здесь слишком долго. Поттер не подведет, я в него верю.

Мы с нетерпением уставились на сферы, поедая попкорн. Я почувствовал, как голова Фел опустилась мне на плечо. Потянул через трубочку коктейль. Быть волшебником охуенно.

Арты к главе:

Амос в образе

Кэрол:

Все мы знаем, за кого болеет Фелисити :

Наряд Гекаты (Хотя по внешности это скорее Фел, но как я и говорил, они очень похожи, так что…)

Глава 36 Дорогой приключений или как избежать судьбы шпаклевки

Гарри Поттер, а точнее, его намного более удачливая, красивая и умная (по его личному мнению) версия, пребывал в легком недоумении. Давно уже все шло не так, как он хотел и как себе представлял. Причем настолько, что Гарри даже на мгновение усомнился в правильности своих решений. Чушь, конечно, но вдруг ему не стоило давить столько бабочек сразу? Рельсы канона, которые должны были вести его в долгую и счастливую жизнь, свернули куда-то не туда, и он даже начал подозревать, что слегка погорячился с некоторыми решениями, слишком положившись на знание будущего. Что-то оно не спешило осуществляться, да и слишком уж много расхождений с книжной и киношной историей накопилось. Что-то тут было не так, он чувствовал это, и дело тут явно было не только в его маленьких, практически несущественных, ошибках — вся эта ситуация несколько удручала.

Но недолго он пребывал в депрессии. Все его глупые переживания на пустом месте были развеяны по ветру в Хэллоуин.

Себе-то Гарри мог признаться, что когда Гермиона Грейнджер покинула Хогвартс и свалила праздновать Хэллоуин дома, с родителями, он серьезно так приуныл. Очередной чекпойнт и важное событие канона, казалось бы, профукано. Еще и Драко с Тео постоянно донимали его вопросами, когда же наконец начнется их совместное эпичное приключение, ради которого они остались с ним в замке, отпросившись у родителей. Эти двое еще и девчонок подбили остаться, с его подачи, кстати, так что на праздничном ужине его сверлило сразу четыре пары нетерпеливых глаз. Гарри кусок в горло не лез и он уже начал придумывать тысячу и одно оправдание, когда случилось это.

Профессор Квирелл забежал в распахнувшиеся перед ним дубовые двери, заставив на мгновение зал замереть. И было, от чего зависнуть.

На его окровавленном лице застыла гримаса истинного ужаса, а правая рука свисала плетью. Из открытого перелома на каменный пол хлестала кровь. Алой жидкости было так много, что невольно возникал вопрос — как он, Мордред его побери, еще жив?!

Лицо профессора было страшно изуродовано, превратившись в кровавую маску, словно кто-то огромный елозил им по шершавой стене, используя как кисточку с красной краской. Квирелл, шатаясь и прихрамывая, в полной тишине, проковылял к столу преподавателей, которые тоже повскакивали со своих мест при виде раненного профессора. Мужчина закашлялся, сплюнув кровь и, кажется, несколько своих зубов, с трудом заговорил, и его слова разнеслись по всему залу.

— Взрослые тролли… кххх, вырвались из клеток в подземелье… спешил вам сообщить. — Квирелл скривился от боли, припав на одно колено, и снова зашелся кровавым кашлем. — Не знаю как, но они сломали замки и теперь на свободе. Я попытался остановить их, но я слишком поздно понял, что сбежало двое, а не один кх-кх-кх. Пока я сдерживал одного, второй метнул в меня лавку и выбил из рук палочку. Поспешите...

И, потеряв сознание, повалился на пол, едва договорив. Тут же началась паника. Семикурсники и учителя не выглядели слишком напуганными, скорее озадаченными и нервными, предвкушая кучу проблем, а вот зато все остальные — очень даже испугались. Многие негласные лидеры факультетов отсутствовали на ужине и некому было успокоить учеников и вселить в них уверенность, кроме старост, разве что, но их для этого было слишком мало.

Мадам Помфри тут же бросилась оказывать помощь неудачливому профессору ЗОТИ, который без чесночного тюрбана на голове выглядел вполне нормальным мужиком. В обычное время, конечно. Сейчас-то он походил скорее на порванную питбулем тряпичную куклу.

Гарри сглотнул неприятный ком в горле. Как-то не слишком канонично получается. Откуда столько крови? Теперь понятно, почему мелкие детишки обосрались от страха — едва ли многие из них даже за всю свою жизнь видели столько крови и торчащие из тела кости с мясом. Особенно первокурсники, которые были белее мела.

Даже ему, великому Гарри Поттеру, перерожденцу, живущему вторую жизнь, немножко поплохело, чего уж говорить о всяких молокососах, вроде Малфоя, который едва не выблевал тыквенный сок обратно в стакан. Опять. Знакомая картина. Гарри закатил глаза. Ему сразу вспомнился недавний прикол Уизли, который дорого обошелся его репутации крутого бэдбоя и Казановы. Повторения ему не хотелось, хотя ответку он уже начал готовить.

К счастью, волшебники редко наступают на одни и те же грабли дважды. Драко быстро скастовал на себе какое-то бытовое заклинание и ему полегчало. «Не так уж он и бесполезен» — подумал главный герой, и повторил его действия, избавляясь от тошноты.

Тем временем Дамблдор успокоил учеников и велел старостам развести учеников по общежитиям — кроме змеиного факультета. Им предстоял путь в башню Гриффиндора, так как опасность исходила из подземелий — это было разумно отправить их подальше, но вот выбор факультета… Ни львы, ни змеи ему не обрадовались. Одни — потому что не хотели пускать в святая святых своего факультета своих исконных врагов, ну а другим претила сама мысль о том, что им придётся искать убежища у своих заклятых врагов.

Сам Дамблдор, вместе со всеми остальными преподавателями, способными держать волшебную палочку и не падать в обморок при упоминании тролля, как профессор Трелони, мирно отдыхающая лицом в салате, собрался отправляться устранять опасность.

«Ну вот же маразматик!» — подумал Поттер, недовольно поджав губы. «Лучше бы вместе с каждой группой учеников отправил по одному декану. Делов-то? Каждый из них размажет тупую зверушку по стенкам, как Филч свои козявки. Подумаешь, тролль. Да даже шестой Уизли — самый бездарный волшебник тысячелетия, смог в каноне справиться с ним. На первом курсе, мать вашу! Ну, мне это на руку. Кажется, удача все же на моей стороне. Я думал, что без Гермионы событие не состоится, но я ошибался. С чего я вдруг вообще решил, что кучерявая зубрилка — важная персона? Канонного Золотого Трио из меня, Рона и Гермионы не состоялось в этой реальности, а это значит что? Без меня она никто и звать её никак. Да, точно. Это же именно я такой охуенно важный, а не все остальные. Я и есть ось всех событий, альфа и омега, а не какая-то там Грейнджер. Раз Золотого Трио не существует, то… соберу сливки со своей новой группой поддержки. Понеслась!»

Ускользнуть от внимания старост и старших учеников в такой неразберихе было просто. Затесаться в самый хвост, а потом просто затаиться за углом на одном из поворотов. Никому из змеиных старост и в голову прийти не могло, что кто-то в такой ситуации посмеет ослушаться и сбежать. Это было небезопасно и глупо. Так слизеринцы не поступают. К несчастью для них, первокурсники, видимо, не успели проникнуться духом хладнокровия факультета. Все пятеро оставшихся в замке первачков отправились дорогой приключений. Среди других факультетов таких д… дружных ребят не нашлось. Кроме одного рыжего создания. Рональд Уизли следил за Поттером очень внимательно, а так как львы и змеи шли бок о бок, сумел заметить и тоже ускользнуть. Вот где пригодилась его незаметность. На одну рыжую макушку среди толпы стало меньше, но этого тоже никто не заметил.

И все бы ничего, Гарри Поттера с компанией «друзей» и даже следовавшего за ними по пятам Уизли могла бы миновать участь встречи с Хэллоуинским троллем, если бы их героический поход за приключениями остался бы незамеченным. Верно, не один лишь Амос с подругами внимательно наблюдал за происходящим, попивая алкоголь и заедая его попкорном, но и уважаемый директор, который и управлял представлением, это заметил. Изначально, по его развлекательной программе, все должно было пойти так: Рейвенкло и Хафлпафф должны были повстречать «ужасного тролля» на одном из многочисленных перекрестков, недалеко от пиршественного зала, как раз перед тем, как разделиться и разойтись по своим гостиным. А Гриффиндор и Слизерин должны были столкнуться с троллем недалеко от башни и принять неравный бой там. Но, к несчастью для некоторых, Дамблдор был довольно мстительным человеком, с тонким, словно лезвие бритвы цирюльника у шеи, чувством юмора. Он просто не мог взять и пройти мимо такой возможности преподать урок зазнавшемуся ублюдку, который занял место сына его почивших друзей. Таким образом, каменный голем-тролль сменил траекторию движения и последовал на встречу с судьбой.

Гарри же, в первую очередь, решил проверить место, где разворачивались события в каноне. Откуда ему было знать, что в этот раз тролль идет к женскому туалету по его душу, а не за маленькой плачущей девочкой? Случайности не случайны, как говорится. Из встреча была предначертана… Дамблдором.

— Фу, что это так воняет? — зажав нос и щуря слезящиеся глаза, спросила Астория.

— Приключения, моя дорогая мисс Гринграсс. Так пахнут приключения. — со знанием дела прошептал Гарри, перехватив поудобнее палочку и выглянув из-за угла. Как он и думал, вонючий тролль был здесь. Он не видел его целиком, так как тот как раз зашел в туалет, но торчащая из дверного проема нога как бы намекала, что посетитель перепутал М и Ж.

— Скверно пахнут твои приключения, Поттер! — язвительно прошипела Паркинсон, которой запах тоже не особо понравился. Мягко говоря. Она зажимала свой курносый носик надушенным платком, но ей это не особо помогало.

Запах настоящего тролля было сложно воспроизвести, но директор не зря считался одним из лучших трансфигураторов и зельеваров Европы. Он справился даже слишком хорошо.

— Готовьтесь. Нам предстоит сразиться с троллем и победить! — гордо заявил Гарри, не обращая внимания на вечную язву их компании. Он не таясь вышел из-за угла и направил палочку на ногу тролля.

— Стой, придурок! — спохватился молчащий до этого Драко, который наконец догадался, на какую авантюру подписал их объект наблюдения. Он схватил Поттера за рукав мантии и попытался затащить его рывком обратно, но опоздал.

— Гласио максима! — громко прокричал безбашенный лидер их похода, прежде чем Малфой затащил его обратно, а Теодор зажал ему рот ладонью. Под ногой у тролля образовалась ледяная поверхность.

Возможно, Поттер рассчитывал на то, что тролль поскользнется и рухнет на пол, но тот его потуг словно и не заметил — тонкий лед под его ногой раскрошился так же быстро, как и появился. Тролль весил несколько тонн, и ледяная лужица, наколдованная первокурсником, не была для него помехой. А вот что у него было, так это хороший слух и острый нюх. Хотя их разделяло довольно приличное расстояние и туалет был на другом конце коридора, ему этого было достаточно. Конечно, на самом деле Дамблдору просто надоело ждать, пока детишки подойдут поближе и он направил шумно принюхивающегося тролля в сторону скрывшихся за углом слизеринцев. Игра началась.

— Пуштите, пгидугки! — мычал Поттер, пытаясь вырвать из захвата. Впрочем, его держали недолго. Топот гигантских ног слышался отчетливо, так что в этом больше не было смысла — тролль взял след и ускорился. — Проклятье, из-за вас упустил лучшее время для атаки!

Гарри оттолкнул от себя Драко, который встал у него на пути и попытался образумить, и бесстрашно шагнул за угол и зашагал на встречу опасности, швыряя в гиганта одно заклинание за другим. Тролль, впрочем, не растерялся и продолжал движение, радостно взревев. Железные доспехи у стен задрожали. Гарри невольно отметил, что этот экземпляр что-то не очень похож на киношного. Точнее, совсем не похож. Сплошная гора будто каменных мускулов и полные ненависти маленькие глазки, от взгляда в которые его пробивала крупная дрожь…

— Стой, идиот, он же тебя сожрет! — выкрикнул Драко, в шоке уставившись на героического но глупого лидера их пятерки.

— Не мешай ему, Драко, — одернул его Теодор, — не забывай, кто друг, а кто враг. Дай обстоятельствам сделать свою работу.

— А, т-точно… — спохватился блондин, хлопнув себя по лбу. Пэнси хихикнула в кулачок, но промолчала. На самом деле ей тоже было не по себе. Одно дело строить коварные планы и совсем другое — воплощать их в жизнь.

Гарри тем временем перешел к самым серьезным заклинаниям из своего арсенала, не считая непростительных и некоторых других, откровенно темных заклинаний, за которых его могли упечь в Азкабан. Однако, троллю как будто было плевать на его потуги, и он даже не особо замедлялся под его бомбардировкой. Он вообще оказался не только толстокожим и жутко сильным, но еще и довольно ловким и хитрым, умудряясь прикрывать маленькую голову своими лапищами и используя рыцарские доспехи и все, что под руку попадется, вместо снарядов. Скорость они развивали весьма опасную, так что Гарри вскоре пришлось замедлиться и начать отступать обратно.

— Сука, и как его победить-то, если у него нет дубины и падать, как правильный высокий шкаф, он не собирается… — выругался Гарри, отступая назад, когда почти споткнувшийся о приподнятую им каменную кладку тролль просто оттолкнулся от пола руками и продолжил бег на четвереньках, еще немного ускорившись, вместо того, чтобы замедлиться. — Чет мне это не нравится.

Пока Гарри принимал суровую реальность, мнения слизеринцев слегка разделились. Астория Гринграсс оказалась на удивление самой нравственной. Или трусливой. Или расчетливой. Тут как посмотреть.

— Но это как-то неправильно… — попыталась возразить Гринграсс, но стушевалась, когда в нее впились три пары глаз. Осознав, что зашла не стой стороны, она попыталась привести нормальный аргумент, почему им стоило попытаться вытащить Поттера. — он же умрет… из-за нас. Он не какой-то там грязнокровка или полукровка, нас могут сильно наказать… — едва слышно пробормотала она, отводя взгляд.

— Да и Мордред с ним. Он сам напросился. Мы сделали, что могли, никто нам ничего не сделает, а теперь валим отсюда. — развернувшись, Нотт уже собрался подать пример и первым начать… перегруппировку, но столкнулся кое с кем, кого не ожидал здесь встретить.

— Так-так-так, что это мы тут делаем? — в лицо Теодору уставилась старая, кривоватая, но все еще вполне рабочая, волшебная палочка Уизли-младшего. — Такие занимательные речи я слышу, уверен, директору будет интересно узнать про ваши делишки. — Из-за угла послышались звуки взрывов и явно нецензурные слова на иностранном языке. В стену со звоном врезался помятый рыцарский шлем, которые подкатился к их ногам. Рон удивленно присвистнул, поставив на него ногу. — Вы что, убиваете тут кого-то? И почему, келпи меня раздери, так воняет? Я что, вас так напугал, что вы обделались? Ха-ха-ха. Не бойтесь, я сегодня добрый. Вам Филча нужно бояться, потому что после сегодняшнего вечера вы не вылезете с отработок еще примерно… вечность.

— Да, конечно, чем еще мы, слизеринцы, можем по ночам заниматься? — вставила ехидную шпильку Паркинсон, но когда палочка волшебника качнулась в сторону ее лица, тут же притихла, уяснив, что сейчас не лучшее время для шуток.

— Поттер сражается с троллем. Так что с дороги, Уизли, если жить охота! Нужно уходить, пока не поздно! — прокричал в лицо рыжему слизеринец, схватившись за палочку, но так и не рискнув вытащить ее из кобуры. Под пристальным взором своего оппонента он не хотел испытывать судьбу. Ему очень не хотелось быть проклятым в такой ситуации, когда от его подвижности напрямую зависела его жизнь.

— Не неси ерунды. За дурака меня держишь? На свете нет настолько тупых людей, чтобы охотиться на взрослого тролля в одиночку. Первокурсник, который полез в одиночку на тролля? Держи карман шире. Такое мог себе позволить разве что Мерлин там, или Дамблдор… — рассмеялся Рон, наглядно продемонстрировав, что он думает об умственных способностях Нотта, тем не менее немного напрягшись и замолчав, когда в стену с грохотом врезалась стальная болванка, ранее бывшая стальной кирасой — броню, словно пластилин, смяли огромные пальцы, превратив в одноразовый снаряд. Звуки боя все приближались, и все невольно отступили на пару шагов. В следующую секунду из-за угла показался бледный от страха Поттер, швыряющий одно заклинание за другим. Он шел спиной вперед, махая палочкой, словно ветряная мельница во время урагана.

— Ох, ты ж… — Теперь Уизли поверил. Его глаза округлились от ужаса. Ужасный запах стал просто невыносим.

— Я не могу с ним справиться! Заклинания от него просто отскакивают, бежим! — отбросив наконец бесплодные попытка остановить тролля, Гарри едва разминулся с огромной ручищей, просвистевшей у него над головой, и нырнул за угол, побежав в сторону замерших первокурсников.

— Ну нахер… — Выругался Нотт, бросившись бежать первым. Он оттолкнул плечом Уизли, уже не обращая внимания на его волшебную палочку. Страх смерти подгонял его вперед покруче скипидара на пятках.

Не сговариваясь, все остальные первокурсники тоже пустились наутек. Огромный горный тролль преследовал их по пятам, постепенно нагоняя. Он сбивал плечами углы, сминал стоявшие у стен доспехи, словно вчерашнюю газету, и страшно ревел. От его отвратительного запаха у беглецов слезились глаза, из-за чего им было трудно разобрать дорогу, а дыхание постоянно сбивалось. Периодически Поттер бросал себе за спину разные заклинания, пытаясь оторваться от преследования.

На удивление, Гарри довольно быстро вырвался вперед, обогнав всех остальных, хотя изначально бежал в хвосте и еще умудрялся колдовать на ходу. А все потому, что все-таки он не пренебрегал некоторыми физическими тренировками. Иногда. Так делали все нормальные попаданцы, так что он решил тоже попробовать.

Физические характеристики его тела, когда он только вселился в него, были удручающими, вот он и решил исправить это, как умел. Да, он стал немного халтурить последнее время, погрузившись в школьную жизнь с головой, но после сегодняшнего забега Поттер вновь пообещает себе возобновить тренировки. Как минимум — бег трусцой. Магия — магией, а сто первый прием карате всегда работал безотказно.

Тролль неумолимо догонял их, а девочки, хоть и выжимали из себя последние крохи выносливости, постепенно начинали выдыхаться. Лишь вопрос времени, когда кто-то из них отстанет и станет закуской для тролля. Они это тоже понимали, так что, сцепив зубы, бежали изо всех сил, надеясь, что отстанет кто нибудь другой. Мальчикам было не легче, на самом деле. Драко вообще не задумывался о физическом развитии и никогда в жизни столько не бегал, а Теодор… оглянувшись назад, и оценив свои перспективы, пропустив над головой очередной снаряд, поступил как истинный слизеринец — толкнул бежавшего рядом Уизли.

Рыжий вскрикнул и упал, оставшись позади.

— Тео, фух, что ты наделал?! — в ужасе оглянулась назад Астория. — Это же убийство чистокровного!

— Хух, ну так вернись назад и помоги ему, фух, раз такая правильная. Он все равно, фух, из рода предателей! — выплюнул парень, продолжая бежать как ни в чем ни бывало.

Астория прикусила язык, но не остановилась, и тоже продолжила бежать. Ей было слишком страшно и о том чтобы вернуться и помочь не было и речи. Гарри, который тоже заметил это, предпочел промолчать и сделать вид, что ничего не видел.

«Похоже, Уизли на роду написано столкнуться с троллем и победить. Остается только помолиться за него… Прощай, Рон, мой несостоявшийся друг.»

Но рыжий не собирался сдаваться и довольно быстро вскочил и продолжил бег. Хотя он понимали, что безнадежно отстал и теперь был первым на очереди. Его могло спасти только чудо.

Никто не одобрял поступок Нотта, но… понимание того, что теперь никто из них не умрет первым, придало им ложного спокойствия. По крайней мере, пока не придет время следующей жертвы, способной выиграть им пару секунд. Астория опасливо покосилась на бегущего рядом Нотта.

«Что, если… я буду следующей?» с ужасом подумала она, стараясь держаться от него подальше. Даже немного отстала. На самом деле, такие мысли пришли в голову не только ей. Гарри тоже стал оглядываться чаще, да и Драко, который уже хватался за саднящий бок, опасливо бросал взгляды на своих друзей, крепко сжимая волшебную палочку в руках. Пэнси же была слишком сосредоточена на беге и не обращала внимания ни на что. Она даже и не заметила, что сделал Теодор Нотт. Она просто пыталась правильно дышать и бежать, отдавая всю себя этому действу.

Вдруг, немного поскользнувшись на повороте, Астория упала и, кувыркнувшись, растянулась на полу. Боль и дезориентацию пытался прогнать бушующий в крови адреналин, но ему все еще нужно было какое-то время. Которого у нее не было.

«О нет-нет-нет-нет-нет…» — билась у нее в голове мысль. «Мамочка, только не это!»

Холодный каменный пол, на который она опиралась, дрожал. Горячая кровь из разбитых коленок и содранных локтей медленно впитывалась в волшебную мантию из тончайшего шелка акромантула. Зачарованная ткань не давала ни капле драгоценной жидкости попасть не в те руки, но сейчас это было совершенно не важно. Мысли Гринграсс занимало иное.

Она заставила себя обернуться и увидела бегущего на четвереньках тролля, от которого улепетывал стучащий зубами от страха рыжий гриффиндорец. Они были уже так близко. Она буквально чувствовала смрадный запах, вырывающийся изо рта твари. Видела его гнилые клыки, между которыми застряли кусочки плохо пережеванного сырого мяса…

«Неужели он и меня сожрет?! Я тоже стану очередным куском тухлого мяса, застрявшего в зубах этой мерзкой твари? Не хочу! Спасите, кто-нибудь!»

Её парализовал страх и отчаяние. Она хотела закричать, но не могла. Ее друзья не заметили, или не захотели заметить её пропажу и скрылись за углом, убежав без нее. Сейчас и Уизли промчится мимо, а через несколько секунд после этого ее настигнет смерть. «Никто не придет на помощь…» поняла она. «Это конец…» Гринграсс зажмурилась. На кончиках ресниц застыли слезы. Такая обидная и глупая смерть.

— Вставай, дура! — девочка внезапно почувствовала, что ее с силой протянули по полу, утащив за угол, и подняли на ноги. Она в неверии открыла глаза.

«Неужели Поттер все-таки вернулся за мной?!» — подумала она, но… Тот, кто схватил её за руку и сейчас тянул за собой, оказался Уизли. Для нее это стало настоящим шоком. В следующее мгновение тролль на полной скорости врезался в стену, не вписавшись в поворот. Ей показалось, что весь замок заходил ходуном. Туповатая тварь осела на пол, тряся головой и пытаясь прийти в себя.

— Почему? — только и смогла выдавить из себя она, бездумно следуя за Уизли, даже и не думая отпускать его руку. Мозг отказывался работать, уйдя на перезагрузку.

— Что, хух, почему? — смахнув выступивший на лбу пот рукавом своей дешевой мантии, переспросил рыжий. Его голос хрипел так же сильно, как и у Гринграсс.

— Почему ты меня спас? Хух-хух. Я ведь… пробежала мимо, не помогла тебе… — Брюнетка резко втянула воздух носом, едва не закашлявшись. Глаза щипало, а соленые слезы так и норовили замылить ей обзор. Говорить во время бега было ужасной идеей, её легкие горели огнём, но этот вопрос показался ей настолько невыносимо важным в этот момент, что она все-таки задала его, несмотря ни на что.

— Глупости, хух, несешь. Мальчики должны защищать девочек. Так, кхух, батя говорил. Да и Санхайд, хах, тоже, неплохой пример, так сказать… Все знают, как он поступает с теми, кто обижает его подруг. Здорово он вашим тогда навалял, говорят, хух. Теперь помолчи, хух, не сбивай нам дыхание, а то помрем! — они наконец выбежали на лестничную площадку и Уизли помог притормозить себе рукой, спружинив о каменные перила и смягчив для влетевшей в него следом девочки столкновение. Он поморщился и зашипел, потирая ушибленную спину. Его путница ойкнула и потупилась, невнятно пробормотав извинения себе под нос. Беглецы остановились, переводя дух. Хватая ртом недостающий воздух, Рон взглянул вниз. Сейчас они были на третьем этаже, а учитывая высокие потолки замка, высота была немалой. У рыжего появилась безумная идея.

— А теперь молча, без возражений, беги. Я попытаюсь подловить его здесь и сбросить вниз.

— Ты что, больной? Ты же погибнешь! — Астория, которую Уизли оттолкнул от себя, попятилась от него, но все еще не решалась оставит его позади. — Бежим вместе! Может, какая-то из лестниц сейчас начнет передвигаться сама собой и мы запрыгнем на нее, или встретим учителей, или старост, или…

— Нет времени, да и полагаться на наши лестницы не стоит. Я давно заметил, что они всегда пытаются нам поднасрать… мне так точно. Беги давай, дуреха. — Рон сжал покрепче палочку и направил её на арку прохода. Тролль наконец пришел в себя после столкновения со стеной и вновь набирал скорость, сокращая расстояние.

— Я… — закусив губу, Гринграсс всхлипнула и последний раз бросив взгляд через плечо, побежала. — Не умирай, Уизли, или я тебя никогда не прощу!

— Ну да, будто мне будет дело до этого, если я помру, — пробурчал он, — прав был Амос, девочки пиздец странные. Надеюсь, он и насчет тролля был прав… Ладно, была не была… — юный лев, облизав пересохшие губы, собрал волю в кулак и приготовился сыграть в азартную игру, которая называется доверие.

Его дыхание немного выровнялось и его голос больше не хрипел, словно старый электрический чайник. Он выпрямил спину, и встал в стойку, расправив плечи.

— Подходи, ты, сраный кусок тухлой ветчины. Коньюктивитус!

Промазать по троллю в узком проходе было бы сложно. Попасть ему в непропорционально маленькую голову на ходу — задачка посложнее. Но вот попасть ему в маленькие глазенки-пуговицы заклинанием, рассчитанным ослеплять драконов — уже можно считать подвигом. Но Рон попал, ведь тренировался последние три дня как никогда в жизни.

Взревев, ослепший на оба глаза тролль, не разбирая пути, с которого едва успел отпрыгнуть герой, размахивая своими пудовыми кулачищами, снес прочные перила и камнем упал вниз, перед этим все-таки немного зацепив кулаком гриффиндорца. К счастью, лишь по касательной, отчего тот, вскрикнув, отлетел к стене, врезался в нее спиной и, на мгновение потеряв сознание от боли, осел на пол.

Астория, которая все же решила остаться и подсматривала за всем из-за угла, подбежала к Уизли и, растормошив, помогла ему подняться. Она не заметила на нем видимых повреждений и с облегчением вздохнула. Мальчик поморщился от боли в лодыжке и ребрах и оперся рукой о стену.

— Быстрее, уходим! Он наверняка опять быстро придет в себя! Падение с третьего этажа не могло его убить! — протараторила девочка, подталкивая его к удачно подъехавшей к ним лестнице, которая вела наверх. Прямой путь к башне львов. — Нам нужно попасть в вашу башню! Там мы будем в безопасности.

— Кажется, я подвернул ногу. Ты иди вперед, а я тебя догоню, — вымученно улыбнулся Рон.

— Еще чего! Чтоб потом ты мог всем рассказывать, как спас меня, а я тебя в благодарность за это бросила на растерзание чудовищу? Ха! А вот фиг тебе! — слизеринка не стала дожидаться возражений и, закинув его руку себе на плечо, помогла тому опереться. — Ковыляй давай. Ты выиграл нам время, так что не смей тратить его на тупое геройство, придурок.

— Ну ладно. Вообще, я думал, что у вас в компании Паркинсон отвечает за желчь и сарказм, нет? Зачем ругаешься и при этом все равно мне помогаешь? — криво улыбнувшись, Уизли все же сдался, заковыляв вверх по лестнице, немного подволакивая раненую ногу. — Влюбилась чтоль?

— Пошел ты! Я просто возвращаю тебе долг, Уизли! — немного покраснела и отвернулась брюнетка. Сейчас она была рада тому, что из-за бега и напряжения их лица были и без того красными. Гриффиндорец, похоже, ничего не заметил.

— Ну как скажешь. — Рон пожал плечами, стараясь отстраниться от боли, просто перебирая ногами. Перепалка с Гринграсс неплохо помогала отвлечься, так что он продолжал подкидывать дровишек, разжигая ее энтузиазм. Девочка словно ожила, когда железная хватка страха перестала сдавливать её горло. Она и сама была рада выговориться, вылив свое накопившееся негодование, переживания и страхи на кого-то, кто даже сбежать от нее не мог.

До башни Гриффиндора было еще далеко. Снизу уже доносился разъяренный вопль твари, но лестница, доставившая их у пункт назначения, вновь начала движение, как только избавилась от ночных пассажиров. Скорее всего, теперь они были в безопасности — троллю придется искать обходной путь, блуждая по коридорам.

— Повезло, что мой старший брат работает с драконами в румынском заповеднике. Этому заклинанию он меня научил перед школой. Точнее, дома он показал движение, научил словам заклинания, а освоил я его уже сам, в Хогвартсе, вот, — воспользовавшись случаем, выдал свою легенду Уизли. Заклинание было довольно редким и сложным. Сам бы он его никогда не освоил, без посторонней помощи. Но это был секрет, так что можно было и похвастаться.

— Ты молодец! — похвалила его девочка, похлопав по плечу.

На секунду странная парочка даже замерла. Они оба не ожидали такого. Он — что его когда-нибудь действительно вслух похвалит слизеринка, с которой он вечно собачился до этого, а она… ну, тут и говорить нечего. Если бы кто-то еще вчера сказал Астории, что она искренне похвалит Рональда Уизли, она, не задумываясь, рассмеялась бы шутнику в лицо. Однако же, вот как бывает. Неожиданный поворот. Оставшийся путь они провели в неловком молчании. Каждый думал о своем.

Ох, знали бы они, к чему это всё приведет…

Вскоре они смогли добраться до портрета Полной Дамы. Тролль все-таки потерял их след, иначе бы уже давно догнал их. Портрет-дверь пропустила их, приняв пароль и даже не стала читать нотации, лишь недовольно поджав губы и красноречиво хмыкнув. Прикрывая предвкушающую улыбку веером, она уже представляла себе все те слухи, которыми она вскоре сможет поделиться со своими подругами за чашечкой нарисованного чая.

Двое наконец достигли своей цели и вздохнули бы с облегчением, но когда они вошли в шумную гостинную алознаменного факультета львов, не задумываясь о том, как они сейчас смотрятся вместе, практически в обнимку…

Скажем так, в наступившей на мгновение тишине это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Ведь в этот вечер тут собрались представители обоих факультетов. Всех возрастов. Ох, что началось…

***

— Охуеть, вот это драма, вот это экшон, вот это поворот! — запихивая в рот жменю сладкого попкорна, я поправил сползающие на нос очки, наслаждаясь первоклассным шоу. Нужно будет еще их немного доработать, а то постоянно сползают, да и дужки жестковаты.

— Мда, а твой протеже не так уж и плох оказался, — потягивая через трубочку коктейль, лениво потянулась Кэрол, — гриффиндорец конечно, но по большей части в хорошем смысле.

— Ну, он не совсем мой протеже, вообще-то. Я просто дал ему пару советов. — смущенно посмеиваясь почесал затылок, отводя взгляд. — На самом деле в этом рыжем больше хитрости, чем в этой золотой звезде (пятерке) вместе взятых.

— Ну-ну, не нужно лишней скромности, дорогой! — проворковала над ухом Фелисити, поглаживая меня по плечу. — Сразу видно, кто учил его обольщать дам. Мелкая стерва теперь не сможет смотреть на него как прежде, я уверена. Мало кто останется равнодушен после такого героического спасения.

— Ну скажешь тоже… К тому же, хех, вы не совсем правильно оценили его действия. — На моих губах расплылась лисья ухмылка.

— Ну-ка-ну-ка, с этого места поподробнее, — проявила интерес Кэрол, которой школьные интриги очень даже нравились, — что ты опять задумал?

— Видишь ли, подруга, Рон заранее знал, что тролль не сможет никого убить или причинить серьезный вред ученикам.

— Откуда?

— Так я ему сам сказал. — Я непринужденно пожал плечами, наслаждаясь удивленными моськами девушек. Забавные. — Ну и заодно подсказал присмотреться к Поттеру на праздничном ужине.

— Вот ты жук…ху-ху-ху. — прикрыв рот ладошкой тихо рассмеялась Синдер. — Так вот что за игру ты задумал? Интриган.

— Ну, я лишь немного помог ему реализовать потенциал. Показал одно заклинаньице. По большей части, это его заслуга. В конце концов, когда на тебя несется многотонная туша, совершенно неотличимого от настоящего тролля, у нормальных людей появляются сомнения. Уверен, Уизли под конец уже и сам не знал, насколько можно верить моим словам о фальшивом тролле. В конце концов, кто захочет добровольно ставить свою жизнь на кон полагаясь на слова такого типа с сомнительной репутацией, как я?

— И тем не менее, он поставил, — хмыкнула Кэрол, «незаметно» вытащив у меня из стаканчика пару зерен попкорна. Эх, а я же предлагал большую порцию… теперь меня объедают.

— В какой-то момент у него попросту не осталось выбора, хах. Пан или пропал.

— Все равно не верю, что он все просчитал. Это не его уровень, даже если ты поделился с ним кое какой информацией… У него есть потенциал, конечно, но ему еще расти и расти до таких выкрутасов. — Кэрол добавила немного скепсиса в голос.

— Так и есть. Скорее всего, мой протеже просто удачно сымпровизировал. Что тоже неплохо, впрочем. Котелок в экстренных ситуациях у него варит.

— Ха, ты сам только что назвал его своим протеже! — уличила меня в страшном преступлении Шарпхарт, победно потыкав меня пальцем в грудь. Такими острыми и длинными когтями нормального человека и покалечить можно. Хорошо, что я не вполне нормальный. Наотращивали себе тут… Сук…куба.

— Ладно, подловила. Он прошел мой небольшой тест, так что я начну помогать ему немного больше, чем раньше. Из него может выйти толк. Делегирую ему полномочия макать Поттера лицом в грязь вместо меня, например. Сегодня он доказал, что ему это под силу. Компания мелких приключенцев с шилом в заднице еще не скоро отмоется от позора… Я уже молчу про посеянные семена раздора… Хотя, тут, скорее, Нотт постарался.

— Хммм. Это имеет смысл, но я так и не поняла, чем тебе так не угодил Поттер, что ты тратишь на него столько времени? Он раздражает, конечно, и вырастет тем еще куском дерьма, но не настолько же. Или настолько? — Кэрол начала задавать неудобные вопросы. Я мог бы ответить честно прямо сейчас, но это, на самом деле, было слишком запарно, и пришлось бы раскрывать слишком много козырных карт, так что я решил отложить это как-нибудь на потом.

— Просто он мне не нравится, вот и всё. — отмахнулся я, давая понять, что не настроен больше говорить об этом гении передержки.

— А знаете, мне вот больше понравился финал погони. — Фелисити пришла ко мне на помощь, почувствовав мое нежелание углубляться в тему необходимости подковерной вражды с Поттером, и перевела тему. — Коррида с троллем вместо быка оказалась такой захватывающей! — преувеличенно экспрессивно поделилась впечатлениями она, боднув меня головой, изображая быка. Посмеялись немного, вспоминая лучший момент шоу. Фел беззаботно умостила свой подбородок у меня на плече, щекоча кончиком носа мое ухо и заставив невольно улыбнуться. — Вместо красной тряпки — гриффиндорец. Рыцарь без страха еще и спас слизеринскую принцессу в придачу. Это так романтично. Настоящий испанский роман. Этому тоже ты его научил, дорогой, ммм?

Я не мог этого видеть, но, клянусь, я почувствовал, как Фел немного прищурилась. У меня даже волосы на жопе зашевелились. Пришлось приложить немало усилий, чтобы не сглотнуть.

Какая проницательная у меня дама сердца, однако. Надеюсь, что она не про мой личный опыт спасения слизеринских принцесс, потому как он у меня тоже имеется, вообще-то…

Ну а если вопрос все же заключается в том, не подтолкнул ли я Уизли к нужному решению, пояснив, как именно можно больнее всего ужалить Поттера и Нотта одновременно… Может и намекнул. Это должно хорошенько просадить удачу заносчивого засранца. И всем хорошо. Ну, кроме Гарри, конечно. Ему — так себе.

А что делать? Не самому же мне у Поттера из-под носа уводить малолетних девчонок, в самом деле? Меня так-то одиннадцатилетние пигалицы вообще ни разу не привлекают. А вот мелкому Уизли, в перспективе, может обломиться кое что. Паренек оказался не промах — не стал клювом щелкать, смущаться и тупить, сразу видно, что из многодетной семьи, кстати, и просто воспользовался подвернувшейся возможностью и моим советом. Что это, как не удача? Сам не верю, что говорю это, но Уизли всяко лучше, чем Поттер.

Да и за этой любовной драмой будет интересно понаблюдать в будущем. Тут уже не треугольник, а целый квадрат Малевича получается, хех. Что же будет когда они подрастут и взыграют гормоны? Я видел Дафну, и если её младшая сестра вырастет хоть в половину такой же красивой… Жесть, короче. Будет замес. Надо сделать запасы попкорна, а то кончается уже, а будущее туманно, как сказала бы Трелони.

— Ну, не зря же у них преобладают красные тона в гардеробе… За их танцами с бубном вокруг Гринграсс будет забавно наблюдать. — я вынырнул из собственных мыслей и повернул голову к хитро улыбающейся и ластящейся ко мне аки кошка Фелисити. Девушка давно привлекала мое внимание, то покусывая мочку моего уха, то тыкаясь в него носом, то легонько дуя в него, свернув губы в трубочку. Ее лукавые глаза поблескивали оранжевым сиянием. Эта хитрюга прекрасно знает, что у меня очень чувствительные уши. Я наклонился и поцеловал её в податливые губы, нашарив своим языком её. Она расслабилась, жмурясь от удовольствия. Хорошим девочкам полагается награда. Кэрол недовольно покашляла, когда поцелуй затянулся и начал плавно съезжать куда-то не туда. Упс. Пора нам, пожалуй, постепенно переходить к финальному пункту плана на Хэллоуин.

Разорвав поцелуй я вернулся к наблюдению за разгорающимся скандалом в гостиной львят. Фел пока притихла, лишь шумно сопя мне на ухо, но я понимал, что это лишь затишье перед бурей. Еще есть время досмотреть кино и не отвлекаться на пошлости, лишь поглаживая её по спине. Все равно уже почти конец.

Перси — староста Гриффиндора, как раз схватил старосту Слизерина за воротник рубахи и замахнулся кулаком. Бах. Кажется, ему не очень понравилось, что его младшего брата чуть не угробили мелкие змеи. Надо же, довели флегматика до истерики и мордобоя. Уметь надо. О, а вот и хук справа получает староста Гриффиндора! Ну, тут десять очков Слизерину, однако. Перси чуть не улетел в нокаут. Ух, сейчас начнется потасовка стенка на стенку, похоже, ибо в игру вступили близнецы. И понеслась….

Круто. Массовая драка прямо в гостиной. Танцуют все! Пока никто не хватался за палочки и парни лишь мяли друг другу бока кулаками, а девочки выдирали клочья волос из причесок соперниц, но это лишь вопрос времени, когда в дело вступит магия…

О, а вот и Дамблдор с Макгонагалл и Снейпом. Сейчас всем раздадут плетей… то есть пряников, да, пряников, хе-хе-хе. Плетеных. У Дамблдора было такое довольное и умиротворенное лицо, что я сразу понял, Поттеру и его компании выдадут так много плетенок, что сидеть те не смогут еще как минимум неделю. Ладно, больше ничего интересного ждать не стоит.

Щелкнув пальцами я оборвал связь и потушил картинку, отправив парящие сферы обратно в потайную нишу на потолке. Срок жизни моих маленьких помощников-шпионов уже подходил к концу, так что я отдал им последний приказ — выбраться из замка и сдохнуть где нибудь, где никто их не найдет. Простая предосторожность. Я все равно полностью отсеку их от себя, когда придет время.

— Ну, уже довольно поздно, а занятия завтра никто не отменял, так что…

— Окей, тогда увидимся завтра. — поняла мой намек зевающая Шарпхарт. — С Хэллоуином вас.

— И тебя тоже. Пока-пока. — помахала помпонами довольная болельщица, подскочив ко мне и поправляя юбку.

— С Хэллоуином, Кэрол. Увидимся завтра на занятиях. — ответил я, и, взяв предвкушающую продолжение банкета Фелисити под руку, трансгрессировал недалеко от нашей главной базы. — А вас, мисс, я попрошу остаться.

— С превеликим удовольствием, мой капитан! — промурлыкали мне в ответ. — Я все так красиво украсила к Хэллоуину у нас дома. В смысле, на базе, тебе понравится. Спальня уже полностью обустроена, чтоб ты знал, так что…

— Понял-понял. С нее и начнём. — одобрительно хмыкнув, я взмахнул палочкой, прокладывая нам путь сквозь толстый слой сигнальной паутины, окружающей наше логово.

Повсюду, где мы проходили открывались и закрывались маленькие и не очень алые глазки. Инферналы бдили. Нам еще минут десять добираться до настоящего входа в бункер, а потом еще и спускаться вниз… Эх, жаль что система безопасности не предусматривает быстрого доступа сразу внутрь. Лень просит меня сделать в системе бэкдор для себя, но паранойя кричит благим матом, что не надо этого делать. Пока побеждает паранойя, и я сомневаюсь, что чаша весов в таком вопросе как безопасность когда-нибудь склонится на строну лени.

Фел назвала нашу главную базу домом… что же, она не так уж и не права. Она тут практически живет, обустраивая все и готовя бункер к началу лета. В будущем, очень вероятно, я тоже буду считать это место своим вторым домом.

Этот теплый Хэллоуин мне понравился.

П.с. Автора:

Я знаю, что многим не, нравится каноничный Уизли, мне, в общем-то, тоже, но тут он другой человек, так что имейте это ввиду. Бытие определяет сознание. Как и окружение человека формирует его круг интересов и характер. Гарри постарался на славу и Уизли изменился. Сильно изменился. На его беду.

П.п.с. Если бы Фел решила поиграть в секретаршу (не путать с картинкой выше ХD)

Глава 37 Два месяца

Завтрак на следующее утро был веселым, должен сказать, хоть и не для всех.

Впервые за Мерлин его знает сколько времени, баллов в песочных часах змеиного факультета было настолько мало. Нет, не просто мало — они вообще ушли в отрицательные значения. Минус шестьдесят очков, если быть точным. А я уж было начал думать, что эти песочные часы всегда идут только снизу вверх. А ведь до этого они честно лидировали.

На пятерку провинившихся было жалко смотреть — униженные, оплеванные, они сидели обособленной кучкой, словно прокаженные на празднике жизни, все слизеринцы старались держаться от них подальше, как от чумных крыс, не скрывая свое отношение к этим… гениям мысли.

С другой стороны был стол Гриффиндора, где царила атмосфера праздника. Я не готов утверждать наверняка, что послужило большим поводом — Уизли, которого чествовали как настоящего героя за его свершения, или же падение слизеринцев на самое дно. Скорее всего воодушевляло их и то и другое, но не только. Остальные факультеты тоже были довольны развернувшейся драмой.

Это ведь до конца года теперь можно обсуждать, перемывать косточки и разводить сплетни. И стоит учитывать то, что в гонке за первенство в этом году можно спокойно исключать почти стопроцентного фаворита, так что борьба в этом году развернется нешуточная. Гриффиндор, благодаря щедрости директора, одарившего шестого Уизли сотней баллов за мужество с барского плеча, и не давшего Снейпу снять их в рот же день, имел небольшое преимущество. Бедняга Поттер, похоже, заработал разрыв… шаблона, от таких новостей. Понимаю, хреново, когда судья подсуживает не тебе, ага.

К сожалению, фамилии провинившихся совпадали со списком фамилий уважаемых заседателей совета попечителей и «благороднейших» родов, так что действительно серьезных последствий им удалось избежать, увы. Даже от Поттера там заседал поверенный, который прикрыл своего новоявленного работодателя.

Но я уверен, что Дамблдор выжал из их семеек все соки. Учитывая его весьма однозначные новости и заявления на завтраке, финансирование школы было увеличено в полтора раза, как бы намекая, насколько сильно хотели замять это дело родители малолетних приключенцев. А старик взял и «случайно» слил информацию, будто в насмешку, нахваливая щедрых «меценатов».

Мне показалось уместным внести свою лепту в общее дело. В лучших традициях — добей лежачего, я обратился к Уизли с заманчивым предложением, от которого сложно отказаться. В хорошем смысле, я же не злодей какой-нибудь.

Мог бы и сам справиться с задуманным, но это был не мой триумф, да и вообще, я просто не хотел светиться в этом деле. Если есть удобный прокси, который уже конфликтует с моими врагами, то мне куда проще помочь ему, чем влезать в это дерьмо самому. Удача Поттера все равно медленно перетекает ко мне, ведь я причастен к его злоключениям куда больше, чем он подозревает. Если вообще подозревает об этом. Так-то все ниточки тянутся к Дамблдору, и я не собираюсь давать мелкому засранцу хоть на секунду усомниться в этом.

В общем, мне пришла в голову идея поделиться впечатлениями от просмотра «кина» с другими учениками. Но как это сделать, чтобы не спалить свою паучью паутину «камер»? Наверняка мне начали бы задавать неудобные вопросы — ракурс «камеры» уж больно выделяющийся. Умные люди смогут сопоставить и начнут поглядывать на потолки куда чаще, и искать там… что-то. А девочки могли бы и вовсе задаться вопросом, уж не использую ли я те же средства, чтобы подглядывать за ними в душевых, например… Я-то не подглядываю, конечно, но ведь фиг докажешь обратное. Лишние нервные клетки мне есть куда пристроить, так что я пас.

Решил попробовать альтернативный вариант. Там ведь присутствовали не только мои паучки, но и Рон — главный герой того вечера. Зачем мне подставляться, если и так есть уже известный всем свидетель?

Убедить его не составило труда, так как мне удалось заслужить его доверие своими поступками, а не красивыми речами. А услышав о том, что может еще сильнее испортить жизнь свои ему врагу, при этом заработав на его горе, он вцепился в этот шанс намертво. Моя школа! Немного легиллименци, немного редакции воспоминаний, и много-много копирования, и вуаля — близнецы Уизли становятся эксклюзивными распространителями маленьких хрустальных сфер, с заключенными в них подредактированными воспоминаниями шестого Уизли о ночи Хэллоуина.

Сферы эти — дешевый ширпотреб, который можно купить в любой лавке Косого, на самом деле, а не полноценные артефакты, кои я использую для шпионажа. Такие игрушки могли вмещать в себе только одно зацикленное воспоминание, которое даже перезаписать было невозможно, но людям зашло. Ох как зашло, на самом деле. Технология изготовления была еще довольно сырая, да и не нова, на самом деле, но в магическом мире все еще редко применяемая повсеместно. Волшебники предпочитали понятные и привычные колдофото, которые сделать стоило сущие кнаты, по сравнению с моими сферами. Для этого нужен был лишь специальный магический фотоаппарат, прямые руки, да лист бумаги. Профессиональные журналисты, вроде Риты, умели переносить свои воспоминания на бумагу не хуже колдофото, так что я не открыл Америку, если что. Их способ был многократно дешевле.

А вот для моих поделок нужно было неплохо уметь в ментальную магию, немного в прорицание, руны и артефакторику. Хрустальные сферы, опять же, стоили куда дороже зачарованного листка бумаги. На поток такое не поставить… Но мне и не надо.

Всего пятнадцать сфер вполне смогли утолить любопытство всей школы. Такую игрушку могли позволить себе многие, а те кто не мог, собирались в группки по интересам и скидывались. Пять галлеонов всего. Цветная картинка и звук того стоили, как по мне, но волшебники — те еще консерваторы.

Сферы быстро пошли по рукам и сделали свое дело. Предприимчивые ученики, насмотревшись, перепродавали их, или и вовсе делились со своими бесплатно, как на Гриффиндоре. Но там все и так понятно, рыжие были кровно заинтересованы в улучшении собственной репутации, так что выступили спонсорами для самих себя. Теперь каждый из их семейки был чем-то да известен в школе. Перси — староста. Близнецы — балагуры-изобретатели, талантливые, но опасные и скорые на расправу. Рон же приобрел эдакую репутацию истинного гриффиндорца-рыцаря. Хорошая заявка на будущее. Никому не нужно знать, что герой на самым деле хитрил как слизеринец.

А вот репутация Поттера и ко, после такого перфоманса, просела еще сильнее. Одно дело слухи, которые вечно искажаются всеми, кому не лень — и совсем другое дело увидеть все произошедшее собственными глазами, от первого лица. Рональд Уизли познал, что такое настоящий, заслуженный собственными силами, триумф и уважение, при этом не прячась в тени знаменитости. Самооценка парня наконец выбралась из глубокого колодца и расправила плечи. Это был важный шаг — поверить в себя. В магическом мире без этого добиться много не получится, будь ты хоть сто раз талантливым. Как без веры в магию, так и без веры в собственные силы волшебник чахнет и остается посредственностью до конца дней своих.

Пускай мы едва смогли отбить себестоимость материалов, потраченных на сферы (и это еще без учета моей работы, и доли, которую я милостиво пожертвовал в счет многодетной семьи), но близнецы Уизли были рады и тем нескольким серебушкам, которые они смогли получить сверху, а Рону так и вовсе прикупили новую волшебную палочку, пускай и доплатив из собственного кармана половину суммы. Для Уизли куда важнее было получить положительную репутацию и рекламу.

А я… А что я? Просто наслаждался медленным но верным пополнением моего фонда удачи и злоключениями другого попаданца. Что мне эти гроши, если есть ресурс поважнее? Да и благодаря продаже шелка я в них уже не столь остро нуждался.

Время летело незаметно. Вроде и случались важные и знаковые события, но как-то… фоном. Прошло целых два месяца после инцидента. Минули Йольские каникулы и наступил морозный январь.

Гарри и ко. притихли, пропадая по вечерам на отработках. Следить за ними стало скучно. Разве что рыжие не забыли про их вражду и продолжали им гадить всей семьей, а бедолаги им даже и ответить толком не могли. Боялись усугубить свое положение еще больше. Оно и так было на дне, но всегда есть возможность копнуть глубже, не так ли? В целом, слизни бесились, грозились, но и только. Может быть, позже их войнушка вспыхнет с новой силой. На втором курсе, например?

Что еще?

Переналожил проклятье гидры. Успешно. Высшее общество продолжило разлагаться при моей посильной поддержке. В смысле, чуть быстрее обычного. По школе поползли нелицеприятные слухи, которые из-за раздрая на зеленом факультете, уже не получалось утаить, как бы не старался их декан. Очередной удар по слизернцам, которые и так временно сдали позиции, а после не смогли реабилитироваться. Кто бы мог слить такую важную информацию? Ай-яй-яй… А ктоооо это сдеееелаааал?

Занятия с Амандой были интересны, плодотворны и довольно приятны, особенно на фоне взбесившегося Снейпа, который воплотил свои угрозы в жизнь и стал подсаживать ко мне слизней-саботажников, когда понял, что я проигнорировал его «щедрое» предложение. Селвин расстроилась и даже немного обиделась, приняв отказ на свой счет в том числе, но мне было плевать. У меня хватало своих проблем.

Мои соседи часто менялись, что не могло не повлиять на мою успеваемость на стезе зельеварения. Точнее, страдали в основном мои оценки, а вот благодаря Аманде я делал успехи во внеурочное время. Однако за саботаж моей успеваемости диверсантов все равно ждала расплата.

Их волосы и кровь «случайным» образом попадали в руки Синдер уже на следующий день, а она с удовольствием отрабатывала на них магию вуду. Не смертельную, конечно, но этих ребяток постоянно преследовали неудачи, а меня никто даже обвинить толком не мог в этом, ведь я никаких проклятий на них и не накладывал, хе-хе. Снейп пытался докопаться, но у него не получилось. Ни я, ни Кэрол не имели к их проклятьям никакого отношения, (косвенное не считается) что приводило декана змей в уныние. Уверен, этот мстительный ублюдок уже тогда готовил мне другую пакость.

Зато репутация моя стала еще более зловещей, когда третий сосед подряд загремел в больничное крыло. Садиться ко мне за стол отказывались все слизеринцы, у которых была хоть капля мозгов. Мои новые соседи по парте теперь были исключительно с моего факультета, хотя Селвин, возможно, была бы не против попытать счастье, но кто же ей даст?

Ворон, которого ко мне определили, в зельях тоже не блистал, как и я, но хоть саботажем не занимался, и вообще был парнем нормальным. Звёзд с неба не хватал, да, но не всем же быть Теслами? Уроки у Снейпа в любом случае перестали приносить мне какую-либо практическую пользу, уж он постарался сделать все для этого, превратив обучение в какой-то нелепый фарс. Стоять у меня над котлом половину всего времени занятия и трусить в него перхоть со своей немытой башки — идея сильно ниже среднего.*

Хех, если бы чудик знал, что Аманда полностью сводила на нет его попытки отрезать для меня эту ветвь магии, он бы вырвал свои сальные волосы от досады. У блондиночки, как оказалось, есть собственная мини-зельеварня в чемодане с расширенным пространством, где мы и проводили уединенные занятия. И просто общались тоже, попивая чай. С Амандой было интересно, хотя и приходилось вечно следить за тем, что говоришь. Змеюка явно получала какое-то извращенное удовольствие, играя в игру «заболтай и вымани побольше секретной информации из собеседника». Не буду врать, когда я немного приспособился и понял, что в нее так-то играть могут, а точнее, должны, играть двое, тоже нашел ее интересной.

Тем временем тестирование эликсира вечной молодости на моем, практически, отчиме, прошло без осложнений. Мой банковский счет пополнился десятком миллионов фунтов, что в наше время очень и очень солидно. Курс, знаете-ли, имеет значение. Пока я еще никуда их не вкладывал. Изучал рынок. Заглянул к брокерам… после этого соваться на биржу расхотелось. Лучше уж все сам сделаю, летом. Как говорил один умный человек: «Если деньги это хаос, то биржа это ад, где собрались самые алчные, тупые и жестокие ублюдки в мире. Настоящие демоны в человеческом обличии.» Или как-то так. Точно уже и не помню, но суть передана верно. Сплошной хаос, крики, броуновское движение людей и инвестиций… Ну нафиг.

Спешить мне было некуда. До взрывного роста технологий еще было какое-то время.

Переговоры насчет моего второго предложения с «отчимом» решили перенести на лето — у меня все равно не было сейчас времени на халтуру на стороне.

Геката Санхайд тоже обрела вечную молодость, за что была очень благодарна, естественно, и чуть не затискала меня до смерти на выходных. Это было меньшее, что я мог сделать для неё за всю ту доброту и заботу. Эти двое довольных голубков укатили в отпуск, скорее напоминающий медовый месяц. На солнечные Мальдивы. А я тут, в холодной и хмурой Шотландии… Завидую.

В ноябре ритуал для Фелисити был проведен и прошел просто идеально. Я ожидал, что у меня хотя бы немного, но просядет «черная удача», но нет, обошлось. Я немного перерос этот ритуал, по всей видимости. Моя работа над ритуалом для Гринграсс и создание собственного ритуала для поглощения силы истинного оборотня значительно расширили мои горизонты. Если погрузиться в изучение квантовой механики, то таблица умножения как-то не вызывает вопросов. Утрирую, конечно, но все действительно было слишком просто.

Я старался не думать о женщине, принесенной жертву для ритуала. «Если бы не мы, она бы все равно погибла страшной смертью вместе с дочерью, а так — мы хотя бы спасли Селену. Фел о ней позаботится.» — нашел для себя удобное оправдание и успокоился. Самовнушение чистой воды, но лучше уж так, чем груз вины будет тащить меня на дно.

Фелисити последнее время осваивается с новой гранью своей силы. Декабрьское полнолуние мы провели охотясь в Запретном лесу бок о бок, оставляя за собой две дорожки волчих следов на белом покрывале снега. Это было весело. Только после совместной охоты я понял, как мне этого не хватало. Оборотни и волки предпочитают развлекаться в компании.

Йольские каникулы прошли плодотворно. Помимо отдыха и развлечений наша троица занялась бункером. Его магической составляющей, я имею в виду. Не скажу, что это было легко, проводить цепочки рун через весь подземный комплекс, лазая на карачках в том числе и в вентиляции, но чувство причастности к созданию собственного дома все компенсировало.

Мы были еще даже не близко к завершению, когда зимние каникулы подошли к концу и пришлось возвращаться в Хогвартс. Хотя кое-какая магическая защита на подземном комплексе уже работала. Фелисити спросила моего разрешения и с концами переехала из своей тесной съемной квартирки в наш бункер. Маггловские деньги у нее без постоянной работы заканчивались, да и смысла в ней уже не было. Так же ей еще нужно было заботиться о девочке-оборотне, так что это вполне разумно. Все равно она и так проводила на базе большую часть свободного времени, обустраивая помещения и придавая им жилой и презентабельный вид, и процесс явно пойдет шустрее, если там поселится парочка ведьм.

Да, Селена оказалась не только оборотнем, но еще и ведьмой, у которой пару раз уже случались магические выбросы. Ничего необычного, на самом деле. Почти все оборотни — волшебники или ведьмы. Просто детей оборотней не обучают магии. Официально, во всяком случае. Прямой запрет министерства.

Все было спокойно, но под конец каникул вышел очередной номер Пророка, с которого все и началось.

Грянул гром. Де Аморе наконец завершили все приготовления и подорвали информационную бомбу. Полагаю, они медлили и выжидали, когда их враги сами выкопают себе могилу. Совершат ошибку.

Я ведь не снимал проклятье перед зимними каникулами, так что, когда детишки вернулись домой… В общем, ужаснувшиеся родители потащили своих чад в больницу святого Мунго, что логично, конечно, но было слишком предсказуемо. Анонимно все сделать не получилось. Де Аморе знали, куда нужно смотреть, и не прозевали свой шанс.

Пророк пестрел такими подробностями из личной жизни троицы неудачников в их самый «жаркий» период экспериментов, что я даже не представлял, как они смогут отмыться от этого. Де Аморе давили нещадно, потеснив их от желанной кормушки.

Политическая возня набирала обороты, но и дураку было понятно, кто выигрывал, а кто шел на дно, постепенно лишаясь союзников и активов. Интересно было за этим всем наблюдать, читая газеты, а когда мы вернулись в школу, я стал собирать информацию ещё и среди учеников. Не зря я пополнил запасы «жучков» на каникулах. Выходило, что разборки перешли к горячей фазе и дело дошло до стычек между наемниками четырех семей. И хотя против Де Аморе было сразу три, люлей отвешивали вовсе не им. Как я и думал, рано или поздно на меня обратят внимание, как на первопричину всех несчастий. Похоже, их уже дожимали и, осознав, что вскоре у них может и не остаться сил поквитаться со мной после, семьи начали готовить мне жуткую пакость.

В начале января ко мне подошла Аманда и предупредила, что кое-кто может попробовать вскоре устроить мне серьезные проблемы. Она всучила мне запрещенное законом зелье, крайне редкое, очень дорогое и создаваемое только на заказ. Судя по фону магии, варила она его лично, что было приятным проявлением заботы о ценных активах в моем лице. Это варево оказалось сложным контр-зельем, или же противоядием к веритасеруму — зелью правды.

Я поблагодарил Аманду, конечно, но пить его не собирался. У меня уже была страховка от зелья правды. Осталось только понять, какой ход сделают враги. Аманда считала, что они зайдут со стороны лазеек в законодательстве. По крайней мере, в Визенгамот сейчас был направлен крупный поток их денежных средств. А так же в аврорат. Это настораживало.

На очередном скучном уроке рун (я уже давно опередил программу благодаря стараниям одной рыжей ведьмы и собственным изысканиям) к нам без стука заявились авроры в своих плотных алых мантиях и парочка знакомых, по газетам, лиц. Меня настоятельно попросили пройти в кабинет директора. О как, даже конвой мне обеспечили и показательно, на глазах, у всех решили меня унизить таким образом. Ну-ну.

Мне ничего не оставалось, как поджать губы, сдать палочку аврорам и последовать за ними. У них на руках было официальное постановление Визенгамота, как и предполагала Де Аморе. Меня ждал допрос. Единственной приятной неожиданностью во всем этом для меня стало то, что Бабблинг оставила класс писать «внезапную» контрольную и догнала нас в коридоре, изъявив желание присутствовать на допросе. Ее попытались мягко послать, но она сослалась на то, что я её личный ученик, так что без нее допрашивать меня у них все равно нет права. Это был первый раз, когда она официально признала меня своим личным учеником, и то, что она выбрала такой критический и неоднозначный момент, когда такая связь в итоге может ударить и по ней, делало ей честь. Что ни говори, а приятно, когда за твоими плечами есть какая-то поддержка и в тебя верят. Хотя ладно, Батшеда просто слишком хорошо меня знала и понимала, что я выкручусь и ничего серьезного мне не светит. Но момент конечно… подходящий. Я бы и так отказываться не стал, но в такой ситуации это было бы вообще невозможно глупым шагом.

Ладно, что ни делается — всё к лучшему. Бабблинг выбрала сторону и не даст им меня прижать неудобными вопросами. Я могу свободно врать и под веритасерумом, но… правильная постановка вопросов может загнать в угол даже меня. Не допустить такого — её задача.

П. С. Автора:

* (Про перхоть это шутка, конечно, иначе как бы он сам варил зелья? Разве что… это секретный ингредиент!?)

Глава 38 Всех нас, рано или поздно, настигают последствия. Или нет.

Авроры вежливо постучались и, получив разрешение, завели меня в кабинет Дамблдора.

Чувствую себя настоящим опасным преступником под конвоем спецназа. Разве что наручников нет. Пока что.

Нас уже ждали. Полагаю, все, кто должны были прибыть на этот праздник жизни, уже собрались. Директор Дамблдор был как обычно спокоен и взирал на всех собравшихся с легкой ленцой и раздражающим снисхождением, важно восседая на своем деревянном троне, словно умудренный опытом правитель, которого вновь отрывают от важных дел нерадивые вассалы, которым срочно нужно решить какие-то свои мелкие земельные споры. Если так подумать, то не так уж это и далеко от истины.

Рядом с ним, едва выглядывая из-за стола, стоял мой декан — Флитвик. Полугоблин был явно не в восторге от того, что его сорвали с занятий и, готов поспорить, ничуть не меньше его раздражала причина, по которой все мы здесь сегодня собрались. Я, конечно же. Я его раздражал неимоверно. Не до скрипа зубов или лютой ненависти, конечно, а скорее подобно близнецам Уизли, которые доводят своими выходками Макгонагалл до белого каления.

Забавно, видимо у нас больше общего, чем я думал изначально. Жестокое чувство юмора, а также мелочность и мстительность, например.

Ну, я могу понять Флитвика, чисто по человечески. (Поняли каламбур?) Если одного из его подопечных упекут в Азкабан… это бросит тень и на его репутацию тоже. Однако его присутствие было ожидаемо, а вот что здесь забыл гаденько ухмыляющийся Снейп, декан Слизерина, я сказать точно пока не могу. Хотя предположения имеются, разумеется. Явно с недобрыми намерениями приперся.

Хорошо хоть Макгонагалл не позвали на этот шабаш. Она бывает такой занудной, что пытки круциатусом могут показаться не такой уж и страшной штукой, на фоне ее нравоучительных лекций на пару часов.

Батшеда, которая пришла со мной, поздоровавшись с остальными своими коллегами и «уважаемой» публикой, встала чуть в стороне от меня, облокотившись плечом о стену. На грубый вопрос от Снейпа «Что вы здесь делаете?» — небрежно бросила в ответ, что, так как я её личный ученик, то она будет выступать в роли моего правозащитника. Адвокат дьявола, ха-ха. Хорошо хоть никаких официальных договоров и контрактов предъявить не потребовали. Это строго конфиденциальная информация, так что шиш им. Пресовать профессора Хогвартса в присутствии Дамблдора это не одно и то же, что наезжать на бедного грязнокровку. Им пришлось это проглотить. Перекошенная рожа Снейпа согрела мое черное сердечко.

На этом со школьным персоналом всё. С другой стороны — директора, двух деканов и одного профессора и так более чем достаточно для решения судьбы одного пятикурсника. Не собирать же им здесь вообще всех? Не настолько уж я и серьезная птица, чтобы звать сюда Филча с Хагридом, ха-ха.

Авроры встали по бокам от меня, замерев как каменные истуканы на острове Пасхи, примерно с такими же одухотворенными и умными лицами, кстати, ожидая дальнейших приказов. Явно не детективы или следователи, а чистые боевики с одной извилиной, и то, находится она в кишечнике.

В кабинете директора так же присутствовали главы трех семей, отпрысков которых поразило мое проклятье, а вместе с ними стоял представитель от совета попечителей — Нотт старший. Хреново. Хуже представителя на это дело представить сложно. Уж не узнал ли «уважаемый» лорд, случайно, что я поспособствовал падению репутации его сыночка на самое дно социальной жизни школы? Даже не знаю. Взгляд у него как у матерого маньяка-вивисектора, коим он и является, на самом-то деле. Читал как-то о спорном деле в газетах несколько лет назад — о бытовом насилии, которое закончилось смертью его жены. Забил её кулаками и ногами, словно собаку какую-то — а следователи ДМП потом в отчетах написали, что она упала с лестницы и дело замяли. Газеты выпустили опровержение и даже показательно уволили журналиста, который вел собственное расследование и выпустил скандальную статью. Не все обладают крышей и компроматом на редакцию и чиновников министерства, как Рита… Не повезло парню. Его потом зарезали в Дырявом Котле какие-то попрошайки из Лютного. Какое, мать его, совпадение. А вообще, все логично получается. В одноэтажном-то особняке, как не убиться на лестнице, а? Разумеется, еще у них в доме был подвал, но… а, ладно, бросьте, ну кто в это дерьмо поверит?

Сразу видно — благородная кровь и пример для подражания. Примерный семьянин. Не удивительно, что и сынок у него вырос… специфическим.

Даже если он и не в курсе, кто ему так поднасрал, этот пурист и ПёС все равно всей душой ненавидит грязнокровок вроде меня, так что к Трелони не ходи, сразу понятно, чью сторону он примет при любом раскладе. Вот сука. Даже Малфой для меня был бы лучшим выбором. Тот хоть заботится о своей репутации, и не стал бы сам лезть в петлю, лишь бы и меня заодно удавить.

Ладно, посмотрим, что у них есть на меня.

— А вот и наш подозреваемый! Можете звать меня следователь Бирк, молодой человек! — с беззаботной и дружелюбной улыбочкой на устах воскликнул последний неназванный волшебник в комнате, которого я лично не встречал до сего момента, но, судя по его официальной униформе, представлению и значку, могу сделать вывод, что это действительно следователь ДМП. — Что же, я обязан спросить вас для протокола, мистер Санхайд. Вы знаете почему вы здесь?

— Не имею ни малейшего понятия, господин следователь, — пожав плечами, ответил я. Не буду упрощать дело продажной шавке. — Я самый обычный, законопослушный гражданин магической Британии, и мне сложно даже представить, чем я мог привлечь внимание Департамента Магического Правопорядка и стольких уважаемых волшебников.

Я почувствовал как мне на плечи легли руки авроров. Они чуть подтолкнули меня вперед, а потом надавили, усаживая меня в кресло для гостей напротив директорского стола. Я не сопротивлялся. А что? В ногах правды нет, да и не могу я сейчас выкобениваться и сопротивляться следствию.

— Ох, мистер Санхайд, если бы я получал по кнату каждый раз, когда слышу нечто подобное, то уже давно мог бы разбогатеть и уйти на пенсию досрочно. — притворно огорченно вздохнул следователь. Остальные пока молчали, просто наблюдая. — Тогда позвольте мне поведать вам, в чем вас обвиняют.

— Прошу вас. — подыграл ему я, мельком взглянув на Дамблдора.

Старик, наверняка, принципиально будет блюсти нейтралитет. Ему совершенно ни к чему прецедент, который позволит министерству и ДМП совать свой длинный нос в его вотчину и процесс обучения. Помогать он им не станет, но и мне, скорее всего, тоже не будет. Меня это устраивает. Хоть кто-то здесь будет беспристрастным, а то, сдается мне, тут все так или иначе имеют свои интересы.

— Амос Санхайд, вы обвиняетесь в использовании темной магии и магии крови. Вы обвиняетесь в наложении родового проклятья на трех отпрысков благородных родов волшебников и умышленной попытке пресечь их родословные, что является тяжким преступлением в Магической Британии. Если ваша вина будет доказана, вам светит пожизненный срок в Азкабане. Вам есть, что сказать в свою защиту? — поинтересовался следователь, пристально всматриваясь в мое лицо в поисках страха или неуверенности. Обойдется.

— Невиновен. — просто ответил я. Пустая формальность. Сейчас завертится.

— Мелкий выродок! Не виновен он, три раза ха! — Не выдержав, фыркнул старик в смешном приплюснутом цилиндре. Весьма преклонного возраста джентльмен, однако. Не отец, а скорее дед одного из трех голубков. Буду мысленно звать его Цилиндром.

— Спокойствие, Себастьян. Этот урод еще свое получит. — покачал головой второй пожилой мужчина с волшебным моноклем и седой гривой роскошных волос. Он выглядел моложе, но в мире магии это еще ничего не значит. Будет Моноклем.

— Чего вы медлите, мистер Бирк? Прижмите к ногтю этого грязнокровку! Чего церемониться, если его вина очевидна?! — Прошипел самый молодой из тройки аристократов, обращаясь к следователю, который неспешно перебирал документы дела. Его на общем фоне выделяли тоненькие щегольские усишки на французский манер, кончики которых тот постоянно теребил двумя пальцами. Будет Усачом, ибо второй вариант звучал слишком неприлично и смешно даже для меня.

Вот это точно был отец или дядя одного из проклятых мною засранцев. Молодой и не шибко умный, раз не следит за своим языком. Выродок, урод, это, как ни странно, приемлемые слова, а вот грязнокровка…

— Мистер Штейн, следите за своим языком. Мы не на рынке, а вы не сапожник. — Наконец подал голос недовольно хмурящийся Дамблдор. Он гневно зыркнул на притихшего щегла из-под кустистых седых бровей и пригладил свою роскошную бороду, в которой прятались серебряные колокольчики-артефакты. — Или я вышвырну вас вон из своего кабинета, а о деталях расследования вы узнаете постфактум, от своих друзей или следователя, по его завершению. Я не потерплю такого отношения к ученикам в стенах своей школы. Достаточно ли ясно я выражаюсь?

Дождавшись вымученного кивка, сопровождавшегося недовольным цыканьем языком, Дамблдор перевел взгляд на меня.

— Мистер Санхайд, обвинения в ваш адрес очень серьезные, как и улики, которые предоставило следствие. Заключение колдомедиков Мунго тоже не играет в вашу пользу, так что я надеюсь, что вы отнесетесь к этому очень серьезно. Сейчас не время для шуток и ваша судьба только в ваших руках.

Вот тут я немного напрягся. Я чего-то не знаю? Официальный вызов на дуэль, еще и брошенный не мной, а мне, должен был исключить подобный разговор и ситуацию в принципе… Я же не непростительным их приложил, в самом деле, какие ко мне могут быть претензии?

— Директор, но я ничего противозаконного не сделал. Единственный раз, когда я контактировал и обменивался проклятьями и заклинаниями с троицей недоразвитых, кххм, в смысле, многоуважаемых представителей благородных родов, был на официальной дуэли еще в начале года. Даже если бы, чисто теоретически, конечно, я и проклял их чем-нибудь заковыристым, то ко мне не должно быть никаких претензий, ведь дуэльный кодекс и закон дает мне полное право защищать свою жизнь и честь так, как я посчитаю нужным… — я переводил взгляд с Дамблдора на следователя, который недобро так ухмыльнулся, стоило мне договорить и сосредоточиться на нем. Что-то тут было не так. Я что-то упускаю. Это все и так должны знать. Тогда почему я здесь? Были внесены какие-то очередные поправки в закон? Да нет, я за этим тщательно слежу.

— Вот как, значит, да? Отпираемся? Очень хорошо. Давайте взглянем на заключение Мунго, для начала. — достав из папки конверт и распечатка его у всех на глазах, Бирк положил на стол белоснежный лист бумаги.

Надо же, не свиток пергамента, а вполне себе обычный, официальный документ, в строгом маггловском стиле. В плане документации и инноваций медики у нас самые продвинутые в Британии. Скоро на перьевые ручки перейдут!

Шутки шутками, а магическая печать Мунго не оставляла никаких сомнений, что это подлинник.

— А вот показания родителей, самих учеников и их декана, Северуса Снейпа, данные под веритасерумом. — на стол перед директором легла достаточно толстая стопка листов попроще.

Я мельком взглянул на Снейпа. Ну и довольная у него рожа… будто каноничный Снейп поймал каноничного Гарри за публичной мастурбацией в женском туалете. Что-то такое, гадливое, явно просматривалось в его водянистых глазах. Значит, он тоже в деле? Даже не думал, что я его настолько достал, что Снейп оторвется от приготовления зелий, чтобы мне насолить.

Дамблдор довольно быстро пролистал всю стопку, не потратив на это и минуты. Вот это я понимаю скорочтение. Директор пристально взглянул на меня, а потом перевел взгляд на следователя Бирка.

— Документы подлинные. Почему бы вам не объяснить мистеру Санхайду да и остальным, кто не знаком с материалами дела, более развернуто суть дела? Мы все здесь занятые люди, так что давайте перестанем ходить вокруг да около.

— Конечно, Верховный Чародей, сэр. — угодливо закивал следователь, и сложил руки на груди в защитном жесте, не выдержав давления ледяного взгляда. — Итак, вот в чем дело. Если бы вы, молодой человек, действительно прокляли этих молодых людей на честной дуэли, как полагается, к вам бы не было вопросов. Однако декан Северус Снейп утверждает, что темное проклятье явно было снято и наложено вновь, повторно. Вне дуэли. Об этом так же свидетельствуют два отчета медиков Святого Мунго, один от тридцать первого октября, а второй от двадцать четвертного декабря. В первом отчете четко и ясно указано, что никакого действующего проклятья на пострадавших в момент проверки — нет. Лишь остаточные следы его действия и последствия. А вот декабрьский отчет гласит, что проклятье имеет место быть и продолжает наносить серьезный вред ментальному и физическому здоровью бедных детей. Тц-тц-тц. — неодобрительно пожурил пальцем следователь. — Также в предоставленных бумагах можно найти показания родственников жертв вашего темного проклятья, которые, по настоятельной рекомендации декана Слизерина, тщательно отслеживали поведение и здоровье детей. Не подскажете-ли, мистер Санхайд, каким таким образом получилось, что проклятье появляется и исчезает, «словно по волшебству», когда вам это удобно, а? Это риторический вопрос. Всем присутствующим и так должно быть ясно, что вы сняли его и наложили вновь. А это уже совсем другое дело.

«Вот же хитрожопая летучая мышь… Готов поспорить, это все была его идея с самого начала. Я действительно подставился, слишком поверив в свою безнаказанность. Типичная небрежность слишком заигравшегося злодея. Нужно было догадаться, что интрига такого человека как Снейп не может быть настолько примитивной и будет многослойной, как окклюменционные щиты…» я мысленно отвесил себе подзатыльник. Сам же постоянно твердил, что недооценка противника ведет к неминуемому поражению и так глупо попался…бы.

В свое оправдание могу лишь сказать, что я слишком привык видеть в профессоре мелочного и мстительного, маленького человека, обиженного на весь мир и пронизанного детскими комплексами до самого основания. Он хоть и является таковым, но не только. Очень удобно видеть в своем враге лишь слабости и не замечать сильные стороны.

Не умей Северус Снейп хитрить и изворачиваться, словно уж на сковородке, когда припечет, то он не смог бы быть тройным агентом и водя за нос самых могущественных волшебников страны, которые, на минуточку, в ментальной магии собаку съели. И не стал бы деканом факультета хитрецов. Пусть не все ученики факультета могли похвастаться этим качеством, но было бы странно, если бы даже их декан не обладал этим качеством, не так ли? Снейп прекрасно умеет замыливать глаза, выпячивая свои недостатки и, по всей видимости, я тоже купился на это, как и остальные.

Когда Де Аморе начали свою игру и повысили ставки, он, похоже, тоже решил присоединиться к партии. Может быть, на троицу учеников-дегенератов ему и было плевать с астрономической башни, но вот лишиться дохода и поставщиков дешевых ингредиентов для зелий ему не хотелось. Готов поспорить, Снейп рассчитывает получить солидные скидки и бонусы когда все закончится.

Он неплохо изучил меня, и уж тем более хорошо знает Аманду, которая так-то уже шесть лет учился на его факультете, где у него всюду свои глаза и уши. Он вполне мог догадаться, что мы действуем сообща, когда Де Аморе начали усиленно копать под своих конкурентов. Сопоставил факты, прикинул выгоду…

Селвин вполне могла бы слить ему информацию о своей «подруге», которая тусуется с приглянувшимся ей грязнокровкой. Может доказательств у нее и не было, но вот подозрения насчет того, что мы с Амандой довольно близко общаемся — вполне могли быть. Особенно в последнее время. Вполне вероятно, что еще тогда, когда его идея с Селвин не прокатила, а я не снял проклятье насовсем, он решил закусить удила. И придумал другой план, посвятив в него заодно своих спонсоров, без одобрения и содействия которых ничего бы не получилось.

И вот теперь меня хотят натянуть на… глобус. Ставлю свою заначку баксов на черный день, что натянуть собираются не столько меня, сколько обнаглевших Де Аморе, которые пытаются под шумок урвать бизнес трех семей. Просто меня достать легче и я сам подставился. Если Британская аристократия узнает, что они причастны к этому делу, все их недавние достижения можно будет спустить в трубу, как и их репутацию. Наши аристократы очень трепетно относятся к продолжению своих родословных, а мы с Де Аморе попытались прервать сразу три ради собственной выгоды. Это едва ли понравится хоть кому-то из старых семей, не важно, каких взглядов те придерживаются. На Де Аморе ополчатся все. Возможно, это даже может сплотить их против общего врага, который не гнушается играть настолько грязно, и тогда кто знает, что будет?

Конечно, звучит все это очень не очень, а если совсем грубо говоря — хреново, и я, вроде как, завис над пропастью, в глубине которой весело танцуют радостные дементоры, потирая свои покрытые струпьями ручонки в ожидании вкусного, молодого темного мага… но это только если у них получится доказать, что я снял и заново наложил проклятье. Я же могу настаивать на том, что оно имеет некую амплитуду затухания активности, а колдомедики попросту ошиблись с диагнозом. Я видел, что в отчете явно указано, что были найдены явные и свежие следы темного проклятья. Значит я вполне могу опираться на это. Проклятье новое, неизвестное. Откуда им знать, как оно работает? Может быть, оно может на время впадать в спячку? Такое тоже бывает.

Вот для этого они, собственно, и собрались здесь — доказать свою правоту.

— Бред. Единственный раз, когда эти трое получали от меня какие-либо проклятье, был на официальной дуэли. Не моя вина, что их родственнички и купленные колдомедики настолько близоруки, что не смогли рассмотреть спящее проклятье в упор. Все, что вы предоставили — это не доказательства, а лишь основания для начала расследования, не так ли, следователь? — я оставался внешне спокойным, но на самом деле немного нервничал.

Если это так, то им нужно получить официальное разрешение на проведение расследования против несовершеннолетнего ученика Хогвартса. Его может выдать только Визенгамот. А его глава — Дамблдор, может его и не подписать. Впрочем, в законодательстве магической Британии столько дыр, что мама не горюй. Сейчас следователь должен начать на меня давить, по логике вещей. Проще всего им было бы принудить меня сознаться во всех грехах самому, а дальше дело за малым.

И мои ожидания полностью оправдались…

— Верно. К сожалению, всего этого все еще недостаточно, чтобы упечь вас в Азкабан. Пока что. За этим мы здесь — докопаться до истины. — Я невольно улыбнулся уголком рта. Ну да, искатели истины, чтоб им пусто было. А я тогда, блять, капитан Немо.

— Ха, сотрите довольную ухмылку со своего лица, мистер Санхайд. Вы верно обрадовались этому? Очень зря. Вот предписание Визенгамота на начало расследования, а вот разрешение на разовое применение веритасерума для решения этого вопроса. — На стол директора легла пара новых документов, которые передал один из авроров. Дамблдор, Флитвик и Батшеда принялись изучать их. Снейп даже не взглянул. Явно и так знает, что там увидел. Змеиный ублюдок.

Пока директор и профессора были заняты, следователь подошел ближе и подался вперед, оперевшись на ручку моего стула, и на пол тона тише прежнего зашептал.

— Хотите вы того или нет, но вам придется говорить правду. Но… если вы сознаетесь сами, прямо здесь и сейчас, а не под воздействием веритасерума, то вам могут сократить срок заключения. Подумайте хорошенько, прежде чем категорически отказываться от этого, ведь кто знает, что еще вы можете сболтнуть, пока находитесь под воздействием веритасерума, ммм? Какие тайны сокрыты в вашей голове? Ах да, кстати, если вы вдруг захотите поделиться информацией, скажем, о том, что вас кто-то надоумил или принудил это сделать… в конце концов, всегда нужно стремиться наказать заказчика, а не исполнителя, не так ли? Следствие может пойти вам на встречу, и тогда вы можете отделаться незначительным штрафом. Ошибиться может каждый, я это прекрасно понимаю. Вы еще так молоды. Будет обидно, если будущее такого многообещающего и талантливого волшебника, как вы, окажется разрушено из-за чужих интриг. Разве ваша жизнь и свобода стоят каких то жалких грошей или мнимой верности? Уверяю, вам они помогать точно не станут. Просто оставят гнить в холодной тюрьме в компании душесосов, которые вытянут из вас всю радость и надежду до последней капли. Прошу вас, не сделайте еще одну ошибку, мистер Санхайд. Я ведь на вашей стороне, просто пытаюсь помочь разобраться оступившемуся пареньку выбраться из глубокой ямы с фекалиями. Просто подпишите это, и я обещаю вам, что все у вас будет хорошо.— Еще одна бумага легла на стол но уже передо мной, а не перед Директором.

Старик, кстати, все прекрасно видел, поблескивая очками-половинками из-за документов, но в монолог не вмешивался. Ну да, если человек настолько туп, что сам подписывает себе смертельный приговор, то чего ему мешать? Он того не стоит.

Батшеда тоже все видела и отрицательно покачала головой. Спасибо, конечно, но я и сам понимаю, что нет ничего глупее, чем сделки с продажными «копами». Тем более — если они продались не тебе.

Я лениво прочел то, что мне подсунули, надеясь на мое замешательство и страх, и даже умилился наглости некоторых индивидов. Просто вау. Я еще и сам должен дать им разрешение на безлимитное применение веритасерума? Рассчитывают таким образом обойти право вето магического опекуна, да? Без разрешения Дамблдора или меня самого они попросту не смогут накачать меня зельем правды, даже если бы я заавадил на глазах у всех человек десять.

Слишком трепетно волшебники относятся к сохранению собственных секретов. Парадоксально, но им проще бросить меня в Азкабан без суда и следствия, как Сириуса Блэка или некоторых других вертких пожирателей, нежели заставить говорить. Так, а где в этом полотне бессмысленного текста вообще хоть какие-то гарантии для меня? Хууух. Опять я должен всем и всё, а мне… кукиш на постном масле. Может быть.

Батшеда первой дочитала писульки, которые читал Дамблдор, и подошла ко мне, лишь мельком взглянув на пергамент, который пытался всучить мне Бирк и отогнала его обратно на свое место. Спасибо ей за это. Вонь изо рта у него была просто невыносимая, а слушать его бредовые предложения я уже немного утомился.

— Я не вижу здесь моей подписи. — Спокойно заметил Дамблдор, когда дочитал до самого конца. — И не припомню слушания Визенгамота по этому поводу.

— Согласно регламенту и третьей поправке к параграфу шестьдесят девять, пункт пять, правового кодекса, членами комиссии было принято решение не собирать полный состав. Как вы знаете, господин Верховный Чародей, согласно третьей поправке рассмотрение дела обычного магглорожденного волшебника не требует внеочередного собрания сессии, и уж тем более присутствия самого Верховного Чародея ради такой мелочи. Малый состав Визенгамота лишь инициировал это расследование. А вот суд — это уже другое дело.

— Вот как? Провернули авантюру у меня за спиной, значит? Ясно. Насколько я помню, третья поправка касается совершеннолетних волшебников, а Амос пока совершеннолетия не достиг, не так ли? — Дамблдор выглядел спокойным, но глаза-льдинки, сияющие голубоватым свечением, заставили нескольких присутствующих поджать губы и отвести взгляд. Дамблдор был очень недоволен.

— В третьей поправке не указан возраст волшебника. — Вклинился Монокль, потирая руки. Не сомневаюсь, уж его подпись точно стояла на документе.

— Зато весь параграф был посвящен конкретно совершеннолетним магглорожденным волшебникам. — Дамблдор недовольно просверлил того взглядом.

— И все же, в поправке возраст не указан, так что они действовали согласно букве закона. — Пришел на помощь своему работодателю следователь.

Не могу сказать, что хорошо знаю директора, но то, что он очень любит держать руку на пульсе подконтрольных ему ведомств и очень не любит, когда его держат за дурака, знаю точно. Чувствую, скоро в Визенгамоте полетят головы… фигурально выражаясь, конечно, но со своих мест могут повылетать некоторые слишком много возомнившие о себе волшебники. Чтоб другим неповадно было. Только члены священных семей имеют неприкосновенность и постоянное место в этом органе судебной и законодательной власти, а вот остальным… удержаться там не так легко. Конкуренция-с.

— Нашли очередную лазейку, значит? Пусть будет так. Я хорошо запомнил фамилии подписавшихся под документом, и на следующем заседании им придется держать ответ за свое самоуправство, а эта брешь будет закрыта. Кстати, на применение веритасерума без разрешения опекуна этой писульки не хватит, даже если сам Санхайд даст свое согласие. Вам нужно моё разрешение. — Все в кабинете почувствовали медленно разворачивающуюся ауру громадной мощи, затопившую кабинет невидимой волной.

Давление было не физическое. Дамблдор подавлял чистой мощью магии. Такая угнетающая и объемная сила. Словно нас погрузили на глубину, а со всех сторон давит толща воды.

Ауры присутствующих инстинктивно сжались и уплотнились, защищая волшебников от пассивного воздействия извне. У кого-то получалось лучше, у кого-то хуже.

Если визуализировать, то можно сказать, что кого-то от воздействия окружающей воды защищал простой головной пузырь, которого едва хватало, чтоб дать свободно дышать, не более, а кто-то чувствовал себя вполне комфортно, находясь внутри настоящей глубоководной субмарины. Как я или профессора, например. Хе-хе.

Сила старика действительно впечатляет. Мне до него еще далеко, но я вижу путь, а это главное.

Теперь ясно, что для директора это уже вопрос принципа. Даже если я ему не нравлюсь, в ответ на такое отношение к своей персоне он испоганит им всю малину просто из вредности. Он выбрал довольно эффектный способ показать свое неудовольствие.

— Никто и не говорил о таком. — Поднял руки в примирительном жесте следователь, у которого дрожали ладони. Быстро же он переобулся.

Я услышал как тихонько сглотнул слюну один из авроров, а другой вытер рукавом алой мантии пот со лба. Да уж, давление ауры директора мешало им даже свободно двигаться, а про достойный уровень колдовства, вздумай те выхватить палочки и сразиться с Альбусом, я лучше промолчу. Он раздавил бы. Их как клопов.

— Только с вашего разрешения мы могли бы…

— Разрешение я вам не дам. — Откинувшись на спинку трона, Альбус поймал солнечные блики и сверкнул очками половинками, как заправский злодей. Хм, это было довольно круто. Когда директор пытается натянуть на глобус кого-то другого, а не тебя, наблюдать за этим оказывается довольно интересно.

— Но как же расследование… — вновь подал голос Монокль.

Мне кажется или он не особо удивился ответу директора?

— Не мои проблемы. Вам стоило обратиться напрямую ко мне, как к директору школы, или как к его магическому опекуну, или как к Верховному Чародею. Тогда вы, может быть, и могли бы получить мое согласие, ведь я всегда за справедливый суд. Но вы поступили иначе. Все эти ваши серые схемы и подковерные игры не внушают доверия.

— Понимаю. Что же, это было предсказуемо. — Бирк взглянул на стоящего рядом любителя Цилиндров и протянул руку. Тот достал очередное запечатанное письмо и предал директору. Тот нахмурился. Давление ауры немного спало. Директор погрузился в чтение очередного документа.

Бабблинг тоже пробежалась глазами по письму и закатила глаза, прошипев сквозь зубы нечто ругательное на латыни. Пока директор передавал письмо заинтересовавшемуся Флитвику, который все это время стоял молча и сверлил меня многообещающим взглядом, моя учительница снова приблизилась ко мне и, проигнорировав возмущенное кудахтанье одного из авроров, отодвинула его в сторону и склонилась над самым моим ухом, едва не касаясь его. На её ладони, которой она прикрыла свои пухлые губы от посторонних глаз, изумрудным светом замерцала руна старшего футарка — «Эох», защищая конфиденциальность сказанного ею ото всех. Круто, я пока не умею проявлять на своем теле руны и напитывать их магией.

— Они изначально не рассчитывали, что получится влить в тебя веритасерум. Это двойная ловушка. У них есть разрешение от заместителя главы ДМП на твое задержание до выяснения обстоятельств. Временное, конечно, но там оставили несколько неудобных лазеек в приказе. В том числе там не указано место, где ты будешь содержаться, ожидая окончания расследования. Обычно, это следственный изолятор при Аврорате, однако… в редких случаях, когда подозреваемому присваивается высокий уровень опасности, его могут перевести на нижние уровни Азкабана. Это уже само по себе неприятно, но так как замглавы случайно «забыл» указать максимальный срок заключения и возможность залога… они смогут продержать тебя там хоть целый месяц.

— Неприятно. — Хмыкнул я, примерно понимая, в какую задницу я попал. Я, конечно, знал, что в нашем царстве-государстве все довольно плохо, но не настолько же… Даже такие мелкие сошки, оказывается, могут провернуть настолько масштабную авантюру. Или руку приложил кто-то из священных семей? Нотт? Возможно.

— Сама по себе это была бы не такая большая проблема. Написать Амелии могла бы и я, но, скорее всего, это сделал бы Дамблдор. Боунс быстро отменит указ и пропесочит своего «забывчивого» зама, но я думаю, они и не планируют упрятать тебя в Азкабан навечно. — Бабблинг устало вздохнула.

— Тогда в чем соль? — неприятное соседство с дементорами и строки в личном деле о заключении в Азкабане это плохо, но не критично, конкретно для меня. Дементоры не жрут оборотней, если верить прочитанным книгам, хотя я предпочел бы не проверять на личном опыте. Вроде мы для них уже не люди из-за проклятья ликантропии, так что не входим в их меню. Зато догадливые надсмотрщики, которые могут заметить нулевой интерес душесосов к моей персоне — это проблема.

— В том, Амос, что Азкабан далеко и абсолютно изолирован от мира барьерами. Понял, к чему я?

— Хмммм. — Я задумался. Потирая подбородок я скосил взгляд на Бирка и авроров. — Другими словами, если у них и там есть свои люди среди персонала тюрьмы, то они со мной там могут делать что угодно, и об этом никто не узнает. Например, они могут открыть мою камеру и запустить туда дементора, или даже нескольких. А потом сказать, что те меня поймали при попытке к бегству и прикончили на месте. С учетом того, что прямой связи с большой землей нет — об этом узнают далеко не сразу, а за это время убийцы смогут замести все следы. — я невольно поежился. Вот это уже довольно опасно. Где-то я уже такое видел. Как неприятно, однако.

— Или они сначала выбьют из тебя все, что их интересует, так или иначе. — пожала плечами Батшеда. — Убрать последствия круциатуса из тела и ауры, зельями и лечебной магией за недельку-другую более чем реально.

— А у них как раз есть такой мастер-зельевар и пыточных дел мастер. Проклятье! — Снейп, собака ты сутулая, я тебе обещаю, я придумаю специально для тебя такое мерзкое и страшное проклятье, что ты пожалеешь, что в твою бытность шпионом тебя не раскрыл и не запытал Том. — Какие у меня варианты?

— Веритасерум? — Вопросительно выгнула бровь Батшеда. Понятно, полный вопрос звучал скорее «Ты можешь выпить веритасерум и солгать?»

— Все лучше Азкабана. — Ухмыльнулся я, давая понять, что согласен на зелье правды. Даже если нас и смогли подслушивать, диалог звучал приемлемо. — Веритасерум так веритасерум. Мне скрывать нечего. — Это я добавил уже громче, когда учительница отстранилась и убрала заглушку.

Пока мы мило общались, в кабинете разгорелся жаркий спор. Вот уж удивительно, но даже Флитвик встал на мою сторону. Видимо, зубастому карлику тоже не понравилась такая открытая провокация и злоупотребление полномочиями. Я почти тронут, хах.

Дамблдор пытался настоять на «домашнем аресте» для меня, только в пределах Хогвартса, пока ведется расследование, что было возможно благодаря старым камерам и подземельям замка (вот уж Филч бы порадовался, старый изврат-БДСМщик), однако тут вмешался Нотт, который был голосом совета попечителей и выражал свое полное несогласие с тем, чтобы оставить в школе «опасного темного мага и малефикара, разбрасывающего родовые проклятья направо и налево». Ему вторил Снейп. Не, ну это уже какой-то сюр. Слышать такое в свой адрес от «бывших» пожирателей смерти… странно, как минимум. Им самим от себя не противно? У этих ПёСиков* вообще осталось представление о стыде, или Том забрал его вместе с их яйчишками? Убожество, а не тёмные маги.

В гомоне голосов моя реплика насчёт зелья правды оказалась неуслышанной. Батшеда подошла к Дамблдору и, наклонившись, прошептала ему что-то на ухо. Тот прервал дискуссию и перевел взгляд льдистых глаз на меня.

Я осторожно протянул ниточку ментальной связи между нами и, когда подсоединился, сосредоточился на окклюменции. Развернул защиту на полную. Мне нужен был лишь короткий разговор, а не брейнфак от бородатого иллитида*.

— Амос.

— Директор. Хочу сказать спасибо, за то, что прикрываете меня от этих бессовестный упырей.

— Не стоит, это моя работа, как директора и Верховного Чародея. Я бы сделал это для любого ученика Хогвартса. Но спасибо ты мог сказать мне и без таких ухищрений, не так ли? — сарказм в мысленном голосе угадать было нетрудно. Но он прав, чем быстрее мы тут закончим — тем меньше шансов, что он пробьется сквозь мою защиту и увидит что-то нехорошее и сменит сторону.

Впрочем, пока я не чувствую таких поползновений. Не та у нас ситуация, совсем не та, но мало ли что. Канал хоть и слабенький, создан мною же, но… это же Дамблдор… Этим все сказано. Часть давления от его ауры все ещё давит на плечи.

— Дайте им разрешение на применение зелья правды.

— Ты уверен? — удивился директор. В реальном мире, который сильно замедлился во времени, его палец стал неторопливо постукивать по столу.

— Да. Только поставьте им одно условие. Задать вопросы будет только один человек и строго по списку. Список вопросов будет составлен, оговорен и утвержден заранее и изменению подлежать не будет. Не хочу весь день отвечать на их вопросы, раскрывая пожирателям и их лакеям свои секреты, никак не относящиеся к делу. Кто знает, что у них на уме? Таких как я они безжалостно пытали и убивали всего с десяток лет назад.

— Ну хорошо, Амос. Я помогу тебе. Только вначале ты честно ответишь на один мой вопрос прямо сейчас. Ты действительно переналожил это проклятье?

— А какая разница? — с моей точки зрения это не играло никакой роли.

Я наложил на них это проклятье — факт. То, что меня подловили на его обновлении — моя ошибка, разумеется, но что это меняет? Второй раз такое не повторится.

Сдаётся мне, что Дамблдору нужен был мой ответ для иной цели. Теперь он точно узнает, могу ли я врать под веритасерумом или нет, ведь этот вопрос сто процентов прозвучит сегодня, даже если его перефразируют. Да, я не сказал открыто, что обновил проклятье, но Дамблдор это Дамблдор. Он все понял правильно.

— Понятно. Я дам им разрешение на применение зелья, а профессор Батшеда проконтролирует список. Тебя это устраивает?

Я согласно кивнул и разорвал связь. Фух, мои мозги целы и их никто даже не попытался вскипятить. Удивительно. Волшебно. Теперь дело за Дамблдором.

Многие удивились, когда Дамблдор внезапно изменил свое мнение и решил дать добро на применение веритасерума, пускай и с определёнными условиями. Если бы такие условия поставил бы я, то меня бы послали, но когда разумные ограничения выставляет Дамблдор — всех все устраивает.

Двойные стандарты, однако.

Но вот что интересно, Снейп почему-то удивлённым вовсе не выглядел. Вместо этого он взглянул на меня с таким превосходством, что я сразу понял — это тоже было частью плана. Или одним из его возможных вариантов…

Блин, да хватит уже. Я же не Темный Лорд. Сколько у твоего коварства слоев, змеюка ты подколодная?! Что ты задумал?

Словно ядовитая змея он скользнул к Усачу и зашептал ему что-то на ухо, впихнув ему в рук пузырек какого-то зелья, которое до этого прятал в широких рукава мантии.

Тот был не в восторге, но пожал плечами и кивнул следователю, который внимательно наблюдал за их перешептываниями.

И вот попробуйте мне теперь сказать, что это не купленный со всеми потрохами шпик… Их сторона согласилась на условия Дамблдора, но я уже был не настолько уверен в правильности своего выбора. У Снейпа же нет какого-то улучшенного состава веритасерума, да?

Нет. Это невозможно. Иначе его бы уже поставили на поток и использовали вместо старого образца. Тут дело в чем то другом… Хммм. Постойте-ка… А, так вот оно что… Я уже и забыл об этом со всем этим стрессом.

— Вот, выпейте для начала это. — Как я и думал, передо мной поставили не только пузырек с веритасерумом, но и еще один.

— И что это такое? — спросил я, подставив под солнечные лучи пузырек с мутной красной жижей, поблескивающей на свету словно рубин.

— Зелье, которое призвано выявить в вашей крови контр-зелье к веритасеруму, — довольно улыбнулся Снейп, — кстати, за использование такого во время допроса полагается десять лет заключения на средних уровнях Азкабана.

Понятно. Если предположить, что он изначально действовал не только против меня, но ещё и против Аманды Де Аморе, то, как учитель зельеварения и мастер оного, он наверняка знал насколько она хороша в приготовлении превосходных зелий.

Значит, выпей я контр-зелье приготовленное Амандой, меня бы спалили на лжи и употреблении запрещенных законом зелий и моё временное заключение в Азкабане из удачной канцелярской ошибки превратилось бы во вполне законное и очень даже длительное. Ну и Аманде бы тоже досталось, как соучастнице. А там, в застенках Азкабана, они бы выбили из меня признание. На самом деле, они могли бы заставить меня наговорить все что угодно. К примеру, что род Де Аморе нанял меня, грязнокровку, чтобы вредить чистокровным родам Британии… Кххм, в общем-то, это даже правда, конечно, но сейчас не об этом.

Про расширение бизнеса, в таком случае, им можно будет забыть на долгие годы вперед. Им бы при своем остаться и Аманду отмазать от соседства со мной и дементорами.

Это если бы я выпил зелье.

Да уж, а ведь если бы я не подстраховался самостоятельно, посредством сложного ритуала, все могло бы сложиться именно так, как задумывал Снейп и ко. Очень нелицеприятно, в общем.

— Вы серьезно думаете, профессор, что у простого магглорожденного волшебника будет такое зелье? По вашему оно продается в Хогсмиде, в магазинчике сладостей или приколов Зонко? Это возмутительно! — Вклинилась Батшеда, бросая на меня нервные взгляды.

Переживает. Приятно, конечно, что она всерьёз считает, что у меня может быть такая дорогая штука… Хотя, зелье-то у меня ведь действительно есть… Но ей то откуда знать об этом? За мной слежки точно не было, я всегда перестраховываюсь и проверяю, но… В теории, она могла бы спалить Аманду за работой и сложить два плюс два. К сожалению, Аманда не настолько хорошо скрывает свои тайны, как могу я. Кстати, а ведь Снейп тоже мог не строить пустые предположения, а просто знать, куда нужно смотреть…

Голова болит уже от всех этих интоиг… Хочу обратно на урок рун, хнык-хнык.

— Так или иначе, но для применения этого зелья не нужны никакие дополнительные разрешения. Оно абсолютно безобидное и не имеет противопоказаний, — победно улыбнулся Снейп, глядя на меня свысока, словно на куропатку, которую собирается подать вечером к столу, — правда, есть один нюанс… если он все же пил запрещенное зелье от веритасерума… что ж, в таком случае ощущения его ждут не из приятных.

Дамблдор взглянул на меня, будто спрашивая, продолжать или нет. В такой ситуации мой отказ будет всё равно что добровольная расписка во всех преступлениях.

Я прикрыл глаза и кивнул, все нормально мол, продолжаем. Директор лишь равнодушно пожал плечами. Продолжаем так продолжаем.

— Профессор, не переживайте так. — это я обратился уже к рыжеволосой бестии, которая метала из глаз молнии в довольного собой Снепа. Молнии, пока что, были фигуральными, но зная её горячий темперамент… еще немного — и она могла бы переключиться на магические и приложить летучую мышь чем-то болезненным.

Бабблинг повернулась ко мне и всмотрелась в мои глаза в поисках ответа. Я взял её за руку и сжал ладонь.

— Мне нечего бояться, ведь я честный и порядочный ученик, вы же знаете. — тут она едва заметно улыбнулась уголками рта, ага мол, знаю-знаю. Очень честный и очень порядочный.

Но женщина успокоилась и немного расслабилась, вернувшись на свое изначальное место и вновь облокотившись на стену. Дамблдор протянул руку с палочкой и быстро проверил оба зелья на пригодность. Они засветились бледно-зеленым светом, что вызвало у директора одобрительный хмык и небольшой комплимент мастерству зельевара.

Снейп не знал, то ли ему гордиться скупой похвале, то ли дуться на недоверие и проверку от директора. Так и не решив, что лучше, решил продолжать радовать нас своей постной миной с легкой предвкушающей ухмылкой. А может быть, ему было вообще пофиг на это, и все что его интересовало, так это моё скорое поражение.

Тебя ждет разочарование, мой сальноволосый не друг.

Не мудрствуя лукаво я откупорил флакончик с красной жижей и принюхался. Не хватало еще только выпить какую-то отраву от мастера зельевара. Маловероятно конечно, ведь и Дамблдор её проверил, но мало ли. Пахло как подмышкой у тролля (предположительно). Подозреваю, что вкус будет на том же высоком уровне, что и запах. Готов поспорить, не обошлось тут и без секретного ингредиента Снейпа.

Опрокинул в себя пузырек и зажмурился, стараясь не скривиться. Не удержал лицо. Чуть не блеванул прямо на стол директора, настолько это было мерзкое поцло.

Фоукс — феникс детектора, который сидел на краешке стола и чистил перышки, доселе не обращая на нас никакого внимания, видимо, почувствовал непосредственную опасность и перелетел от меня подальше, на шкаф, осуждающе курлыкнув оттуда. Ну да, если бы меня все-таки прорвало, перья ему пришлось бы чистить намного дольше.

— Ну и гадость! — пожаловался я, сильно жалея, что не могу вычистить свой рот с мылом прямо сейчас. — Профессор, а это правда, что вкус фирменных зелий мастера отражает характер зельевара?

Авроры, все еще стоящие на страже, хрюкнули от смеха. Дамблдор задорно улыбнулся в бороду и подмигнул мне, оценив шутку, а Бабблинг ехидно захихикала, прикрыв рот ладошкой.

Необычайно молчаливый и серьезный Флитвик отвернулся, но я увидел и на его лице довольный оскал.

Остальные проигнорировали шутку или просто не хотели портить отношения с одной злопамятной истеричкой. Снейпа же затрясло от бешенства. Даже глаз подергиваться начал. Может быть из-за шутки, а может быть из-за того, что я не корчился сейчас от боли на полу, как он того ожидал. Его план провалился и он это понял.

— Десять баллов с Рейвенкло за оскорбление преподавателя. — рявкнуло это обиженное жизнью существо.

— Сейчас? В такой важный момент? — я иронично обвел рукой кабинет, переполненный представителями высшей власти страны. Тут, как бы, сейчас решается судьба людей. Серьезное, взрослое мероприятие, а этот гений снимает баллы с человека, который по его личному мнению вот-вот должен отправится кормить душой дементоров в Азкабане. — Профессор, да вы просто королева драмы.

— Еще минус двадцать очков! — Брызжа слюной проорал он, сжав пальцы в кулаки. Не знал, что всегда бледный, как поганка, Снейп может так покраснеть. Ничего, проигрывать всегда горько. Главное, это держать лицо. Кто бы ему это объяснил еще…

Вот не понимаю я, как в одном человеке может уживаться обиженный жизнью подросток с кучей комплексов и неплохой интриган, который выжил там, где на его месте любой другой бы сдох. Может, у него биполярка? Это я, пожалуй, сейчас спрашивать не стану, а то он уже к палочке тянется.

— Плюс двадцать баллов Рейвенкло за отличное чувство юмора. — Пропела Бабблинг, у которой в руках уже была волшебная палочка. Правильное решение. Дернувшийся было Снейп под её взглядом лишь проскрежетал зубами и многообещающе прищурился, бормоча под нос проклятья. Не магические, к счастью.

— Плюс двадцать баллов Рейвенкло за проявленную храбрость и принципиальность. — внезапно прорезался тонкий голосок Флитвика, удививший, кажется, вообще всех.

Снейп, который все еще сверлил Батшеду взглядом и прикидывал свои реальные шансы отомстить, немного сник. Он перевёл хмурый взгляд на полу-гоблина и тот лишь покрутил между маленькими пальчиками свою крохотную волшебную палочку, демонстрируя тому полную острых зубов улыбку.

Конкретно в его случае, правда, размер действительно не имеет значения. Он надрал бы задницу Снейпу, дойди у них до драки. Я даже не сомневался в этом. Мастер-дуэлянт это вам не фунт изюма. Снейп может и опытный боевик, но Флитвик нагибал лучших дуэлянтов Европы когда тот еще пешком под стол ходил. Шансов у Снейпа не было.

— Ну, теперь я готов выпить веритасерум, я полагаю? — я решил поторопить события. Раньше сядешь — раньше выйдешь. Ой, в контексте моей ситуации, лучше, конечно, вообще не садиться. Выйти мне бы точно не дали.

— Да, приступайте. — согласно кивнул следователь. Его, похоже, все устраивало.

Ну да, раз во мне нет контр-зелья, это лишь означает, что все пойдет по обычному плану, без наворотов, не так ли? В руках он держал список вопросов, который за это время набросали и утвердили. Я тоже его видел и внес пару правок, но скорее чисто для виду. Какая мне разница, если я все равно смогу отвечать как хочу? Главное — взгляд сделать стеклянным, голос — заторможенным и ответы давать односложные. Делов то.

Я уже взял в руки зелье правды и был готов его выпить, когда вновь влез Снейп.

— Постойте!

— Ну что еще?! Северус, хватит тянуть кошку за хвост, да простит меня Минерва за такое высказывание. — вскинулась моя рыжая защитница.

— Да вот, чуть не забыл про ещё одно зелье. — Снейп неспешно подошел к столу и поставил очередной пузырек с какой-то жижей. На этот раз совсем крохотный, с пипеткой внутри и жидкостью ядовито — желтого цвета. Ядреная гадость, к Трелони не ходи. Профессор бросил на меня такой убийственный взгляд, что мне стало как-то совсем не по себе. — Это специальное средство, которое помогает выявлять симптомы и побочные эффекты одного темного ритуала, который тоже может противодействовать веритасерум на постоянной основе. Взамен, оно полностью отключает некоторые вкусовые ощущения. Их можно имитировать, но эффект от этого зелья невозможно подделать.

— Северус! Это уже перебор, ты не находишь? — зло зыркнул на него Дамблдор.

Мне показалось, или старик реально немного занервничал сейчас?

Хммм, ну да, если ученик его школы балуется темными ритуалами, за которые чистокровному светит пожизненный срок в Азкабане, а магглорожбенному так и вовсе — поцелуй дементора, то и ему достанется. Не доглядел, получается. Ведь я где-то должен был найти такой ритуал, а где бы я мог его найти в школе, ммм? Разве что в Запретном секции, если не знать о выручай комнате. Тут никак не получится съехать на то, что я откопал его в родовой библиотеке. Скандал будет знатным, если подсуетятся газетчики.

Зелье еще ладно, теоретически его можно украсть или купить, но вот когда звучит слово «ритуал», министерских начинает реально колбасить. Пена у рта, припадки, крики «сжечь его на костре!» и всё в таком духе. Или это у инквизиторов так? Да не, у наших тоже. Определенно, у них есть нечто общее — Темных Ритуалов они боятся до глубины души, и страх их, в общем-то, вполне оправдан.

Ритуалы могут сделать человека на порядок сильнее. Тот же Том вон так усилился, что всю страну чуть не захватил. Уверен, что дело далеко не только в природном таланте было. Тёмный Лорд явно темнил. У него было несколько темных пятен в биографии. Может быть, когда он был в Африке? Ладно, шутки в сторону. Британию тогда спасло ни что иное как побочки и откаты, которые настигли его в самый неподходящий момент.

— Не слишком! — Огрызнулся зельевар. — Этот сопляк — темный маг и малефик. Не жалкая личинка темного мага, а вполне себе готовый, жестокий и сильный урод, у которого сил хватит целую звезду авроров разобрать на органы, и вы, Дамблдор, прекрасно это знаете! Так что не нужно рассказывать мне тут сказки. Я уверен, что и темные ритуалы он практикует. А значит и этот ритуал вполне мог провести.

— Северус, ты явно не в себе. Я понимаю, что ты расстроен и обижен, но давай не будем делать громогласных заявлений, хорошо? — взгляд директора посмурнел, как тучи во время грозы. Кажется, в кабинете запахло озоном. Снейп прикусил язык и заткрулся наконец. Хоть одна хорошая новость за сегодня.

Я вновь встретился глазами с Дамблдором. Тот постучался в мой разум, но на этот раз я не стал открывать. Никого нет дома!

Просто кивнул, как и в прошлый раз, давая понять, что все в порядке. Дамблдор постучал еще раз. Настойчивый какой. Но я отвел взгляд в сторону. Странный он. Я чего-то не знаю?

Он же не мог просто взять и догадаться, что такой ритуал действительно мне известен и более того, я его провел, так? Я нашел его в выручайке, между прочим, так что…. Хмммм. Если только… Бля. Да нееееет. Не может быть! Что за день диких откровений?!

Но это объяснило бы, почему я могу попасть внутрь, а вот Поттер, который тоже знает и место и пароль, почему-то не может… Ладно, возможность такого поворота событий стоит обдумать, но позже.

Дамблдор поворчал, но дал свое согласие и на этот раз. Однако было заметно, что старческая рука стала расчесывать седую бороду чуть чаще. Успокаивающе позвякивали серебряные колокольчики.

Следователь, на удивление, знал, как применять эту гадость, так что меня просто попросили высунуть язык и капнули на него всего одну маленькую капельку лимонно-желтой бурды.

Признаюсь, на ближайшие секунд двадцать-тридцать я впервые за очень долгое время полностью потерял возможность контролировать своё тело. Я даже не подозревал, что мой язык способен чувствовать настолько острые, кислые, горькие и сладкие, доведенные до предела, вкусы.

Такой спектр и почти одновременно, во всяком случае. Меня скрутила судорога.

Кажется, я схлопотал сенсорный шок. Я еще и окружающую магию в радиусе десяти метров от себя распробовал. Ох, и зачем Дамблдору хранить у себя в кабинете так много чертовых волшебных сладостей и артефактов, а?!

Меня все-таки стошнило. К счастью, на пол, а не на стол, заваленый важными бумагами. Фоукс довольно заклекотал. Злобная курица-гриль. Нельзя смеяться над болезными!

Я почувствовал как чьи-то тонкие но сильные руки поднимают меня с холодного пола, на который я съехал со стула, упав на колени.

Батшеда наколдовала мне стакан воды, который я с удовольствием выпил. Она же и убрала беспорядок, который я наделал, применив эванеско и парочку чистящих чар на мою мантию.

Я вымученно улыбнулся. Во рту было гадко, словно после серьёзной попойки. Меня потрепали по спутанным и слегка слипшимся от пота волосам. На душе стало как-то теплее. Профессор переживала за меня. Не удивлен, что она знала про существование подобного ритуала, на самом деле. Она вообще много чего знает. Как и Дамблдор, похоже.

Снейп молчал. Как и все остальные. В общем, всех устраивал подобный исход, хотя некоторым было бы даже выгоднее, если бы я не прошёл проверки. Мне ведь все еще нужно выпить долбаный веритасерум. Кто б знал, что это будет самой простой частью допроса, а?

Дамблдор продолжал наглаживать свою бороду, но уже немного медленнее. Спокойнее.

— Ну что, мы приступим к допросу наконец, или так и будем сиськи мять? — прохрипел я, недовольно уставившись на компанию заговорщиков.

— Бескультурная чернь! — сплюнул на пол Монокль.

Я тебя запомнил, урод.

— Вы бы лучше за собой следили. — Дамблдор недовольно указал взглядом на пол. Монокль хотел было отвертеться но, встретившись взглядом с хозяином кабинета, резко передумал и убрал за собой.

— Хороший пёсик! — добавил я. Ух, как его переклинило.

— Пейте уже свое зелье, Санхайд, и покончим с этим! — буркнул ДМПшник и я, не став более затягивать (вдруг у Снейпа ещё чего в рукаве припрятано), опрокинул в себя флакончик.

— Наконец-то уже. — выдохнул один из авроров, переминаясь с ноги на ногу. — У меня смена скоро заканчивается. Бирк, давай шустрее как-нибудь.

— Заткнись, Грэг. — было ему ответом.

— Я — Грог, вообще-то! — насупился аврор.

— Ой, да завали уже, кому какая разница? Приступим.

Дамблдор несколькими взмахами старшей палочки наложил небольшой но непроницаемый для звуков извне барьер. Что интересно, сам Дамблдор был вроде как был вынесен за скобки, но, сдается мне, едва ли собственный барьер стал бы для него ощутимым препятствием. Скорее просто формальность.

Внутри же находился я — тот, кто будет отвечать на вопросы. Следователь, коему доверили их мне задавать. Довольно профессиональный душегуб, кстати говоря. Ну и профессор Бабблинг, которая будет контролировать процесс и не даст Бирку вытрясти из меня душу и отклониться от заготовленного списка. Снаружи все будет слышать как поставленные вопросы, так и ответы, но мы не услышим ни звука с другой стороны. Так никто не сможет помешать.

— Ваши имя и фамилия?

— Амос Санхайд

— Замечательно. Мистер Санхайд, ответьте на вопрос. Вы накладывали родовое проклятье на каких-либо учеников Хогвартса?

— Нет, я никогда не накладывал родовые проклятья.

— Хмммм. Вы умеете накладывать родовые проклятья?

— Нет. Я не знаю родовых проклятий.

— Глупец. Амос магглорожденный волшебник, который еще даже СОВ не сдал. Откуда по твоему он может знать родовые проклятья, если даже среди древних семей малефиков их днем с огнём не сыскать? — фыркнула Батшеда, откровенно издеваясь над сбившимся Бирком, которому пришлось вычеркивать ряд вспомогательных вопросов, которые, словно ребра, тянулись от позвоночника из главных вопросов.

Только что я вырвал у него один из опорных «позвонков». И ведь даже врать не пришлось. Проклятье гидры вовсе не родовое проклятье. Лишь промежуточная ступень на пути к созданию настолько зловещей магии.

— Хммм. Однако, во время дуэли, в сентябре, вы наложили на трёх отпрысков благородных семей, что бросили вам вызов одинаковое темномагическое проклятье?

— Да, я сделал это.

— Хорошо-хорошо. Это проклятье было основано на магии крови?

— Нет, это проклятье не было основано на магии крови.

— Хи-хи-хи, вы даже за магию крови зацепиться не смогли. — раздражающе захихикала Бабблинг, прыснув в ладошку. Раздражающе для следователя, разумеется, не для меня. Постепенно капает ему на мозги, так же, как совсем недавно он делал мне. Вот это я называю карма в действии. Жаль, что я не могу посмеяться вместе с ней и мне приходится держать лицо кирпичом.

— Это… Какую тогда основу несет в себе ваше проклятье? — Бирк явно не ожидал, что дело дойдет конкретно до этого резервного вопроса. Начал пробуксовывать еще в самом начале.

— Темномагическую.

— Проклятье, я не это имел ввиду! Я хотел узнать….

— Тц-тц-тц. — покачала головой рыжеволосая волшебница, помешав тому перефразировать. — Следующий вопрос.

— Но я…

— Я сказала, следующий вопрос. — припечатала Бабблинг.

— Ладно. Раз так, то следующий вопрос таков. Амос Санхайд, вы снимали проклятье, наложенное вами в сентябре этого года с проигравших вам дуэль юношей, связанных кровью с этими тремя почтенными джентльменами, присутствующими в этом кабинете? — следователь последовательно указал палочкой на Монокля, Цилиндра и Усача.

— Нет, я не снимал с них своего проклятья. — соврал я. Тут я почувствовал как мою ментальную защиту начали прощупывать. Мне не нужно было гадать, кто это такой умный. Снейп решил попробовать просочиться сквозь мои пассивные щиты, пока я не могу сопротивляться активно из-за «подавленной» веритасерумом воли.

Ну-ну. Удачи ему в этом. Без палочки, произнесенного или хоть невербально примененного заклинания «легиллименс» — это бесполезная затея. У нас даже нет прямого зрительного контакта, так как я смотрю искуственно-остекленевшим взглядом исключительно в глаза следователю. Будь я полным дилетантом и не имей несколько самодельных артефактов — зрительного контакта могло быть достаточно для поверхностного сканирования в такой ситуации. Я попросту не мог активно сопротивляться (официально), но даже такого мизерного шанса его лишили. Умничка Батшеда встала таким образом, что заслонила нормальный обзор змеиному декану и даже директору. Ментальные щупы, которыми пытался дотянуться до меня патлатый уродец в обход Бабблинг — не воспринимались мною как угроза совершенно. Они попросту не способны пробиться глубже первого слоя — артефактов, скрытых под одеждой.

— Мистер Санхайд, вы накладывали это проклятье повторно или может быть наложили на них какое-то иное проклятье в промежутке от тридцать первого октября до двадцать четвертого декабря этого года?

— Нет, я не делал этого.

— После дуэли вы вообще контактировали с ними?

— Я старался держаться от них подальше. Они мне не интересны. К счастью, они были больше заняты друг другом и тоже не искали со мной встречи.

Краем сознания я отметил, как передернуло их родственничков и почувствовал моральное удовлетворение. Еще бы. Они-то точно знают, чем были заняты эти трое в мужской душевой, где их и застукали другие старшекурсники (повезло, что не первокурсники, а то школе пришлось бы раскошелиться на квалифицированного мозгоправа из Мунго). В общем-то, уже все всё знают. Скажем так, никто не поверил в их версию про выскользнувшее из рук мыло и нелепую случайность. Так поскользнуться просто невозможно.

Следователь немного помолчал, рассеянно бегая взглядом по списку вопросов, большинство из которых утратили свою актуальность в связи с моими ответами. Он пожевал пересохшие от волнения губы и бросил взгляд на медленно закипающих волшебников, которые едва могли сдерживать ярость. Они уже поняли, что проиграли, а следователь догадался, что останется без премии и, возможно, получит пистон, оказавшись крайним. А потом он перевел взгляд на Снейпа, все еще маячившего возле Дамблдора и судя по выражению его лица и прищурившимся глазам, тот что-то надиктовывал ему одними губами. Вот же сучок.

— Вы применяли запрещенную магию летом, за пределами Хогвартса?! — выпалил он.

Видимо, его новый, экстренный план, строился лишь на том, что Бабблинг не успеет заткнуть ему рот до того, как он озвучит свой провокационный вопрос. Официально я вообще не имел права применять магию летом, вне Хогвартса, так что она вся была из разряда запрещенной… если бы я сказал да, это дало бы ДМП повод начать новое расследование, а меня задержать. Если бы я ответил.

— Силенцио. — Батшеда поступила изящнее и наложила проклятье тишины не на следователя, а на меня, склеив мои губы. Таким образом, я не только никак не успел ответить на его вопрос, но и на последующие уже не смогу ответить.

— Этого вопроса не было в списке, так что по условиям договора, допрос считается оконченным. — Рыжая чертовка невинно хлопала длинными ресницами, взирая на подавленного Бирка, который мог лишь беззвучно открывать и закрывать рот, словно это в него угодило силенцио, а не в меня. — А теперь, будьте добры, предоставьте противоядие к веритасеруму! — требовательно протянула руку женщина, ожидая реакции следователя.

Дамблдор убрал ставший ненужным барьер, и на нас навалился гвалт плюющихся ядом, негодующих из-за своего провала волшебников. Они поносили на чем свет стоит не только меня, но и недотепу Бирка, завалившего допрос, Снейпа, да и между собой уже вовсю собачились, пытаясь выяснить кто виноват и что теперь делать. Кайф.

Бирк скривился и потом сделал вид, что хлопает по карманам в поисках противоядия. Какая неожиданность, он его не нашел.

— Видимо потерялось где-то. — гаденько захихикал этот мелочный человечек. — Нету его.

Батшеда перевела взгляд на Снейпа.

— То, что я профессор зельеваренья отнюдь не значит, что я ношу в карманах мантии зелья на все случаи жизни. — холодно ответил он, отводя взгляд.

Так-то оно так, конечно, но что-то мне подсказывает, что конкретно это у него могло бы и заваляться в бездонных карманах летучемышной мантии.

— Что же, раз такое дело… Директор, я ведь правильно понимаю, что допрос окончен, все данные отсветы были исчерпывающими, а подозрения с моего дорогого ученика сняты?

— Да, профессор Бабблинг. Я так считаю.

— Но подождите, мы еще не закончили! — взвизгнул усач, который только начал осознавать, что волчья яма, в которую они угодили, стала лишь еще глубже, а время и ресурсы, которые они потратили на то, что бы прижать через меня Де Аморе — потрачены впустую и не подлежат возврату.

— Как у Верховного Чародея Визенгамота, я считаю, у меня достаточно полномочий и квалификации, что бы решать подобные вопросы. Амос Санхайд оправдан по всем статьям и вы более не можете задерживать его здесь. Более того, мне придется обратиться с официальной жалобой к Амелии Боунс — главе ДМП. Мистер Бирк, то, что вы «потеряли» противоядие к веритасеруму — это преступная халатность, которая могла угрожать жизни и здоровью ученика Хогвартса. Боюсь вам придется за это ответить. Думаю Амелии вообще будет очень интересно узнать побольше об этом деле…

— Г-господин Д-дамблдор, сэр, я-я сейчас поищу его получше, может быть где-то во внутреннем кармане, знаете…

— Довольно! — рявкнул Дамблдор, которого уже серьезно начал раздражать весь этот цирк. — Профессор Бабблинг, проводите своего ученика в больничное крыло. У мадам Помфри должны быть противоядия на все случаи жизни. А вас, господа, я попрошу остаться. — потирая руки и недобро улыбаясь, обратился к медленно отступающим к выходу волшебникам.

Свалить под шумок у них все равно не получилось бы. Неведомым образом у двери уже стоял на страже, скрестив на груди руки, Флитвик, улыбаясь не менее зубасто, чем сам Дамблдор. За потраченные нервы и время с этих интриганов сейчас спросят по полной.

— Пойдем, дорогой. Нужно вывести веритасерум из твоего молодого и сильного тела как можно скорее. — проворковала довольная Батшеда, подхватив меня под руку и уводя подальше от набирающего обороты по-новой скандала. — К счастью, бежать аж в больничное крыло нет необходимости. У меня в кабинете как раз есть всё-всё что нам нужно. — последнюю фразу она прошептала мне прямо на ухо, обжигая горячим дыханием, когда мы уже покинули негостеприимный кабинет директора.

Сдается мне, она вовсе не противоядие к веритаскруму имела ввиду… И способы удаления яда из молодого и крепкого тела у нее слегка отличаются от стандартных.

Можно ли назвать их традиционной медициной, интересно? Впрочем, я буду последним, кто будет сопротивляться такому завершению этой дурнопахнущей истории. Нужно же как-то сбросить накопившийся стресс и отблагодарить любимую учительницу за её хлопоты?

* ПС - Пожиратели Смерти. Или же кастрированные ПёСики, как их ласково называет Амос. * Иллитиды - гуманоиды с щупальцами на лице. Славятся своей способностью ковыряться ими в чужих мозгах. Иногда, буквально.

Глава 39

Глава 39

Ученик и учительница

(18+ контент)

Если вам не интересен контент 18+ просто скипните главу. Она не несет особо важной смысловой нагрузки или сюжета. Если обобщить, то Амос и Бабблинг просто стали временными любовниками до конца его обучения в Хогвартсе, а так все без изменений. Отношения эти будут тайными, так что о них никто не узнает, ведь это не в их интересах. Таких глав будет немного, ну может быть еще 1-2 когда-нибудь, ведь я не хочу превращать работу в дешевую порнуху)

Щелк. Я повернулся к Батшеде, когда услышал звук закрывающейся за спиной двери.

Она лукаво улыбнулась на мои вопросительно вскинутые брови и провела ладонью по увитой рунами древесине, которая в ответ загорелась нежно-зеленым светом.

Сеть рун словно проросла из входной двери и покрыла стены, потолок и пол, будто корневая система дерева. Через пару секунд эта красота магической мысли потухла. Замечательно. Теперь можно не беспокоиться, что нам кто-то помешает или подслушает.

До начала следующего урока было еще приличное количество времени, и если уж это не был толстый намек мне взять наконец-то на себя инициативу, то уж и не знаю, что тогда.

Потянувшись рукой вперед, оперся ладонью о закрытую дверь рядом с её лицом, будто невзначай прижав женщину спиной к препятствию, отрезая все пути для отступления, и себе и ей. Пристально взглянул в изумрудные «ведьмовские» глаза, глядя на нее немного сверху вниз, возвышаясь над миниатюрной женщиной на пол головы.

Я пока еще не достиг своего максимального роста, но этого уже было вполне достаточно, чтобы смотреть на большинство одноклассников свысока. Ничего удивительного, что она тоже попала в эту категорию.

На её щеках выступил легкий румянец, когда моя вторая рука кончиками пальцев прошлась вдоль её бедра, вверх, до самой шеи и остановилась на её щеке, поглаживая ту большим пальцем. Рыжая красавица прижалась к моей ладони, словно ей не хватало тепла в эту зимнюю пору. Одного её пламенного взгляда было достаточно, чтобы зажечь камин. Не думаю, что мы будем мерзнуть, но пол прогреть точно бы не помешало.

Наклонился чуть ниже, замер всего в нескольких сантиметрах от её побагровевшего от стыда (или скорее распаленного желания) кончика уха. Мое горячее дыхание немного пощекотало лицо этой развратной прелестницы. Я вдохнул её аромат и остался доволен. Профессор пахла полевыми цветами. Кажется, сегодня она даже не использовала свои любимые духи, а просто пахла собой. Отлично, смогу насладиться ею без примесей.

Учительница задрожала и эротично закусила нижнюю губу, немного выгнувшись вперед, прильнув к моему телу, словно делая неуклюжую попытку вырваться, но в ответ была прижата к двери лишь еще сильнее, а мое колено магическим образом оказалось зажато между её затянутых в обтягивающие чулочки, ножек, уперевшись в дверь, не оставляя ей никаких шансов вырваться. Да она и не пыталась.

Напротив, когда я начал покрывать её шею, левое ушко и щечку поцелуями, то почувствовал, как она непроизвольно начала тереться о мою ногу промежностью, сосредоточенно сопя, будто она то ли злилась, то ли кайфовала от моего без нравственного напора. Уверен, она считала, что будет сама задавать темп, но я не так прост.

Неожиданно мой большой палец, который доселе поглаживал её правую щеку оказался коварно взят в плен её пухлыми губками. Внутри её ротика было так горячо и влажно, что у меня в штанах мгновенно стало слишком тесно. Её шаловливый язычок начал обвиваться вокруг пальца, посасывая его и обещая мне внеземное наслаждение, когда я наконец-то решу засунуть в рот похотливой училке кое-что другое.

Я ощутил прилив адреналина и эндорфинов, разгоняемых и смешиваемых в крови набирающим обороты сердцем, стучащим в груди словно скорый поезд по рельсам. Ритм ритуальным барабаном отдавал в виски, туманя разум.

Не сдержавшись, немного прикусил её ушко, засунув в него свой язык, вызвав в ответ сдавленный стон наслаждения и непреднамеренную попытку расцарапать мне спину. Чертовка решила немного отомстить мне и в ответ на мою провокацию и нежно прошлась зубками по моему пальцу, словно в назидание.

Моя вторая рука скользнула под её мешковатую мантию, начиная свою исследовательскую миссию и постепенно расстегивая завязки и пуговицы на её одежде, коих было раздражающе много. Надеюсь, современная мода обычного мира нас когда-нибудь настигнет.

Первыми на пол соскользнули наши мантии — бесполезное хлипкое препятствие для глаз эстетов, от которого подобало избавиться в первую очередь. Моему взору открылась будоражащая молодую кровь картина.

Конечно, я всегда знал, что Батшеда — шикарная красавица, ведь уже неоднократно видел её в более открытой (очень открытой, на самом деле) одежде, например, когда делал ей массаж после уроков, но каждый раз поражаюсь её изысканному вкусу в подборе нижнего белья, которая та, якобы случайно, позволяла мне увидеть. То наклонится, то потянется… пришло время отплатить ей за все эти поддразнивания!

Свободная рука соскользнула по её талии и забралась под длинную юбку, которая тщетно пыталась скрыть от меня тоненькие полупрозрачные трусики нежно-салатового цвета. Ммм, с кружевами. Мне такое нравится. Мои пальцы словно жили своей жизнью, сами прекрасно зная, что нужно делать, чтобы сделать женщине приятно.

Ее бедра сжались чуть сильнее, зажав мою ладонь между моим коленом и ее постепенно намокающими трусиками, лишь временно отделяющими мои пальцы от прямого контакта с её половыми губками.

Батшеда громко застонала и прикусила мой палец чуть сильнее, когда я нащупал ее клитор и принялся неспешно играться с ним через ткань, поглаживая по часовой стрелке, параллельно растягивая в стороны ее нижние губки, едва-едва проникая в горячее нутро сквозь влажную ткань.

— Пвофу, А-амос… — промычала она, не в силах освободить свой занятой ротик и вжимаясь в мое тело, пытаясь самостоятельно насладиться на играющие с ней там, внизу, пальцы. — Уф, на стове.

— На столе, так на столе. — Я нехотя вытащил палец из плена её губ, слегка испачкав её же слюной подбородок и щечку, и тут же впился в её приоткрытые от волнения губы страстным поцелуем. Негоже позволять её шаловливому язычку простаивать хоть мгновение, ох негоже.

Подхватив её за бедра, резко приподнял над полом, и, когда почувствовал, как её ножки инстинктивно скрестились на талии в поисках опоры, а руки крепко схватились за плечи, развернулся и понес её через комнату, не разрывая поцелуя. Нутром чувствовал, как она довольна, что её несут как озабоченную принцессу. Тихонько стонала, стараясь победить в неистовом танце сплетения наших языков и игриво покусывала мои губы. Глупышка. В танце нет победителей, только участники…

Усадил её попкой на письменный стол, который, к счастью, не был завален всякой дребеденью. Иначе мне пришлось бы эпично смахнуть все на пол, как в каком-то дешевом сериале, а через пару часов за это огребать, когда пожар страсти утихнет и в головах у нас прояснится.

Нехотя я разорвал поцелуй, хотя женщина непроизвольно сопротивлялась этому и тянулась вслед за мной, как кошечка за лаской. Между нашими губами протянулась тоненькая ниточка слюны.

Её прелестные розовые губки чуть припухли и стали смотреться еще более великолепно, когда она надула их в притворной обиде за то, что я разорвал поцелуй раньше, чем она успела насытиться.

Лицо моей учительницы так раскраснелось, что на щеках уже было практически невозможно рассмотреть её милые веснушки. Ненавязчиво ложу руку на её шикарную грудь, чуть стиснув ту, и легонько толкаю вперед, заваливая её спиной на стол. Женщина ахнула, когда я стремительно разорвал зеленую блузку, оголив её шикарную, упругую грудь. Пурпурные пуговицы разлетелись по полу, но сейчас нам было на это плевать. Магия все равно все исправит. Потом.

Бабблинг завела одну руку за голову и похотливо улыбнулась, подтянув повыше и раздвинув свои стройные ножки, из-за чего юбка задралась и перестала мешать обзору, являя мне, не побоюсь этого слова, шедевр. Её вторая рука медленно проскользнула от шеи, через ложбинку в ее пышной груди, ущипнув за постепенно набухающий, возбужденный сосок. Затем она спустила её ниже, вдоль плоского животика, ямочки пупочка и наконец остановилась на полупрозрачных трусиках, призывно поглаживая своё самое сокровенное местечко тонкими пальчиками, как это делал для нее еще совсем недавно я сам.

— Поможешь снять с меня эту юбку? — кокетливо проворковала она, расстегивая последнюю пуговку на талии и слегка приподнимая свою шикарную задницу, уперевшись носочками в стол, чтобы мне было проще стянуть с нее ненужную одежду.

— Конечно помогу! — довольно оскалился я, облизываясь как голодный серый волк при виде Красной Шапочки (её порно-версии, видимо). Я рывком стянул с нее этот ныне бесполезный предмет гардероба. — Как и ваши промокшие трусики, моя дорогая учительница.

Я решил добавить немного ролевого контекста. Как я наверняка знал, эту извращенку заводила сама мысль о том, что мы являемся учительницей и учеником и собираемся сделать кое-что очень запретное. Ну, это далеко не самый худший фетиш. По крайней мере, когда такой присутствует в репертуаре сексуальной молодой учительницы. Уж точно не мне на это жаловаться.

Поиграем. Представим, что хулигана оставили после уроков, но вот незадача, неопытная молодая учительница не смогла совладать с брутальным шармом плохого парня и пала жертвой его обаяния, не в силах сопротивляться его сильным рукам и горячим поцелуям.

— Ах, мы не должны… это неправильно, я ведь твоя учительница… — Довольно опытная в таких делах Батшеда быстро поняла мою задумку и подхватила её, возбудившись пуще прежнего.

Хотя страсть и желание в голосе спрятать она так и не смогла, а может и не пыталась, что немного разрушало образ невинной овечки, но в данной ситуации, намного важнее моя игра, пожалуй. Прозвучало скорее как «Только попробуй сейчас остановиться, и тебе конец, пацан!». В её изумрудных глазах читался неприкрытый охотничий азарт, знакомый мне не понаслышке. Похоже, она ждала меня слишком долго и больше не в силах терпеть. Нужно было давно это сделать, а я заставил свою любимую учительницу ждать… нужно как-то исправляться. Благо, я как раз знаю один отличный способ загладить вину. Универсальный.

Медленно, не спеша, провожу руками по ее длинным стройным ножкам, обтянутым нейлоновыми чулочками такого же цвета, что и трусики. Ай-яй-яй. Это ведь явно один набор нижнего белья, но что-то не видно лифчика. Какая плохая девочка. Ходит по школе без него… Как нибудь попрошу её показаться мне в полном наборе этого бельишка, желательно, с подтяжками.

— Ммм, Амос, только будь нежен со мной, прошу…. Я давно ни с кем… — она застенчиво отвернулась, пряча взгляд, но не в силах спрятать похотливую улыбочку и жажду в голосе. Ее слова слишком расходились с развратными действиями.

Я не ответил, вместо этого наклонившись над ней и поцеловал её набухший сосок, проигрывая с ним языком и губами, так же, как она ранее делала с моим пальцем. Ммм, как сладко.

Её ореолы были чудесной правильной формы круга, чуть темноваты, но все еще ближе к розовому цвету. Мои губы спускались всё ниже, покрывая персикового цвета кожу, нежными поцелуями, пока пальцы озорно хозяйствовали внизу, разминая её киску и бедра, заставляя её извиваться в моих руках.

Когда мои губы наконец добрались до её совершенно прелестных, но насквозь мокрых и уже полностью прозрачных из-за этого трусиков, она выгнулась дугой, чуть не кончив сразу же и, уперевшись ногами в стол, приподняла себя навстречу моим губам, вжимая мой язык в себя, будто надеясь протолкнуть его внутрь прямо сквозь трусики. Она стала еще более влажной, стоило мне встать на колени перед столом и, быстро стянув с нее трусики, начать методично и с полной самоотдачей вылизывать ее киску.

— Да-да, вот так, ах, ты такой плохой мальчик, Амос. Такооой плохоооой, мхммм, ох. — Женщина тихонько постанывала, нежно покусывая свой указательный пальчик, а другую руку запустив мне в волосы. — Но тааак, ах, быстро учишься… десять баллов рейвенклоу, ах, за настоящую, блять, ах, вербальную магию! (Имеется ввиду магия, для которой нужно шевелить своим языком, понимаете?)

Забавно, я еще и баллы за это получил, или она просто вошла в свою роль слишком хорошо? Пофиг. Лишним не будет. Все равно никто не поверит, что мне могли дать баллы за это и подумают на что-то другое.

Я нащупал языком горошинку ее клитора и одновременно с этим не спеша проник двумя пальцами внутрь, немного растягивая её изнутри и готовя к главному орудию. Учитывая мой немалый размер, это было необходимым приготовлением. Немного согнул пальцы и прошелся по горячим и ребристым стеночкам её киски. Ух, она такая тугая.

Бабблинг стонала все громче, истекая соками, а когда я начал практиковать на её нижних губках вакуумный французский поцелуй, то она вновь выгнулась дугой, громко вскрикнув, и тут же обмякла. Ее тело била мелкая, но приятная дрожь. На этот раз она действительно кончила, сомнений нет.

Я встал с колен и размял шею, снисходительно глядя на развалившуюся на столе, тяжело дышащую женщину, которую только что довел до оргазма используя лишь свои навыки владения языком. Кто бы мог подумать, что французский язык можно использовать и таким образом, а? Ладно, я мог. Расстегнув ширинку и стянув с себя брюки, запустил их ногой в полёт куда-то в сторону дивана. Промазал, да и хуй с ними. Нет времени на приличия, у меня каменный стояк и с этим нужно что-то срочно делать.

Я приставил головку члена к пышущей жаром, истекающей соками, киске учительницы и медленно начал вводить его внутрь, поигрывая большим пальцем с её горошинкой и чуть надавливая на животик в районе примерного места расположения матки. Эдакая возбуждающая стимуляция и массаж.

— Прости, но у меня нет времени ждать пока ты очухаешься, так что не злись, хорошо?

— Н-нет, подожди, я же только что кончила! — немного панически воскликнула она, чуть приподнимаясь на локтях, но я, понятное дело, не стал её слушать, рывком заталкивая его наполовину. — Аааааххх!

Я почувствовал, как её ножки скрестились позади моих бедер и стали сжиматься, будто умоляя меня продолжить заполнять её, пока член не войдет целиком и полностью. У меня была другая идея насечет всего этого. Я завел руки за спину и схватил обе её лодыжки, а затем задрал длинные ножки вверх, положив их себе на левое плечо, крепко удерживая обе одной рукой. Это увеличило силу сжатия внутри еще сильнее и заставило меня зарычать от удовольствия. Ух, так туго! Хорошо, что я тверд как камень, а то раздавила бы еще ненароком.

Бабблинг запрокинула голову назад, что-то неразборчиво замычав и закусив губу от наслаждения, разбавленного капелькой боли, когда я наконец рывком вошел в нее на всю длину, упираясь кончиком члена в матку. Можно ли знавать это самым глубоким уровнем поцелуя? Пожалуй. Довольно погладил ладонью её плоский животик, чувствуя как немного натягивается кожа под пальцами моей руки. Теперь я точно чувствую, где самая важная эрогенная точка моей любовницы. Это хорошо.

Начинаю ритмично двигаться, под её стоны, тихие хлопки, раздающиеся от соударения наших тел. Хлюпающие и чавкающие звуки будоражат мое воображение и ласкают слух наравне с нежным голос учительницы, зовущей меня по имени. С каждой секундой я медленно но уверенно наращивал темп, сводя женщину с ума от наслаждения.

— Как вам такой урок, а? — я задал вопрос, который, возможно, она даже не расслышала. Лишь пробормотала что-то неразборчивое в ответ, когда я поцеловал её ступню, покоящуюся у меня на плече. Женщина хватала ртом воздух и царапала стол своими коготочками. — Не зря ведь говорят, что хорошая учительница должна учиться у своего ученика, да? А вы лучшая учительница из всех, кого я знаю, так что я прослежу за тем, чтобы вы получили самое лучшее обучение, уф.

— О магия! Ох, да, не останавливавшаяся, только не останавливайся! — умоляла она, когда скорость достигла безопасного максимума, из-за которого несчастный стол все равно дико шатался и безбожно скрипел. Мы оба были чертовски близки к кульминации и я, блядь, был очень благодарен этой самой магии, которую она призывала, что мне не придется вытаскивать в самый неподходящий момент или натягивать на свой член резинку, которая обязательно смазала бы часть ощущений. Контрацепция в магическом мире была на высшем уровне удобства.

— Ах, учитель, можно я кончу внутрь? — подразнил я ее, задав провокационный вопрос.

— Конечно, Амос, ах! Делай со мной всё что захочешь, ах, спусти все в меня. — подмахивая мне бедрами в такт ответила плохо соображающая женщина, полностью отдавшаяся похоти и запретным чувствам к собственному ученику-школьнику. Её сейчас мало что заботило, разве что как бы посильнее насладиться на мой хер.

— Шикарррно. — прорычал в ответ, продолжая долбить ее по полной, словно отбойный молоток и чувствуя приближающийся финал. — Прими всё до последней капли! Будь хорошей учительницей и покажи как надо, ладно?

— Дааааа! — чувствую, как ее мышцы внизу живота снова начали безумно сокращаться, а ножки затряслись и разъехавшись в стороны. Внезапно, они будто налились силой и, скрестившись у меня на заднице, со всей силы прижали мой таз к её. Тугая струя горячей спермы, доставленная прямиком до матки, на пару минут лишила её сознания, отправив в мир сладких грез.

Фух, это было весело. Надо повторить еще раз…пять, а крайней мере. Щелчком пальцев опрокидываю себе на голову немного прохладной воды, остужая плавящийся от удовольствия мозг. Следующим щелчком пальцев я убрал беспорядок и воду. Не хватало еще только поскользнуться в луже из воды и собственного пота. Слава Моргане, что бытовая магия такая офигенно полезная и простая. Для таких мелочей мне давно не нужна палочка. Агуамегти — простейшее заклинание знакомое любому первокурснику.

Я не спешил вытаскивать из рыжей бестии свой инструмент, ведь она все еще подрагивала и сжимала меня там как настоящие тиски. Позволил ей доить себя сколько ей захочется. Пока Бабблинг пребывала в легкой нирване, а я ждал, когда же женщина немного расслабится, решил прикинуть следующую позу, в которой хочу ее отодрать. Сложный выбор. Но мне не обязательно останавливаться на одной, верно? Нужно хорошенько отплатить ей за всё хорошее, что она для меня сделала.

Наши с ней предварительные игры и так слишком затянулись и я заставил женщину ждать слишком долго. Она наверняка мечтала забрать мой первый раз, а я так ее обломал… придется компенсировать это ее многочисленными оргазмами. Звучит как план.

Осторожно вытаскиваю из Батшеды покрытый липкими выделениями ствол и нежно глажу женщину по бедрам. Она закатила глаза от удовольствия и что-то неразборчиво мямлит про подождать или передохнуть. Нет перемени отдыхать женщина, просто получай удовольствие. Осторожно переворачиваю её взмокшее от приятного процесса тело на гладкий животик. А вот теперь я собирался использовать эти шикарные длинные косы так, как давно мечтал, хе-хе.

Ее ножки опустились на пол, а попка была выпячена передо мной и безумно манила. Рука скользнула по ягодичкам и чуть раздвинула их в стороны. Мой палец оказался в опасной близости от её анального отверстия, что быстро привело её в чувство, словно по тревоге. Вход немедленно сжался и мне ничего не оставалось, кроме как оставить это развлечение на следующий раз.

— Ч-что ты? — учительница очнулась полностью только когда когда я подвел головку к её совершенно мокрой и скользкой киске.

Она тряхнула головой и оглянулась назад, через плечо, инстинктивно вцепившись ручками в край стола, пытаясь прийти в себя и понять, на каком она вообще свете.

Не волнуйся, моя похотливая учительница, я собираюсь отправить тебя на седьмое небо, и с этой мыслью я полностью вошел в нее снова. Теперь, когда ее влагалище немного привыкло к моему размеру и было полностью пропитано моими и ее выделениями, это было чертовски просто. Член буквально соскользнул внутрь до самого конца, прежде чем я почувствовал, что она сжалась в том месте, доставляя нам обоим неимоверное удовольствие.

Я старался не перегнуть палку, когда драл её сзади, схватившись за две отменные рыжие косы, которые так и просили меня использовать их на полную. Но, кажется, все же немного перестарался с ней, потому как её ноги в один момент сильно задрожали, она встала на цыпочки и застыла так на секунду, когда я вошел на всю длину, а потом её ножки подкосились, а я почувствовал сильное сжатие там, внутри нее. Она выкрикнула мое имя в перемешку с «Да, блядь, как же хорошо!». Какая негодница.

Профессор завалилась лицом на стол тяжело дыша, позволяя мне рассмотреть в отражении окна, какое у нее сейчас было глупое и похотливое выражение лица. Я не сдержался и шлепнул её по упругой заднице, вызвав еще одну ответную реакцию и получив очередную порцию кайфа, когда она сжалась чуть сильнее. Так-то.

Рыжуля легла на стол всем телом, не в силах ни стоять на ногах, ни опираться на локти, признавая полное поражение и, видимо, немного поплыв от моего напора. Ну нет, дорогуша, мы с тобой еще только начали. Меня не волновало, держат её ноги или нет, находится ли она сейчас в здравом уме, или же поплыла из-за переизбытка с эндорфинов в крови, ведь это было не столь важно в сей момент. Чудо-стол отлично поддерживал её тело в нужной мне позе, так что я просто отпустил её косы, чтобы не нагружать наверняка уставшую шею женщины, а затем раздвинул её ножки пошире и, схватив за руки, продолжил ритмично насаживать рыженькую на член.

«Полтора часа спустя»

Рыжая красавица все так же лежала на столе. Её шикарные огненно-рыжие волосы теперь были распущены и беспорядочно разметались по столу. Она снова лежала на спине, но не совсем лицом вверх. Да, её голова свешивалась вниз со стола и была запрокинута, а рот и горло были очень сильно заняты, полируя здоровенный член её ученика.

Ее руки крепко вцепились в задницу её молодого черноволосого парня и не давали ему отстраниться, напротив, помогая ему поддерживать высокий темп. Её язык уже немного онемел за эти пару часов, а губы распухли и немного припекали, потрескавшись в нескольких местах. Конечно, ничего такого, что не поправит пара простеньких косметических и целительских заклинаний, но сам факт, что он довел её до такого состояния, говорил о многом.

Её тушь давно потекла, а блеск для губ стерся, полностью сменив место дислокации на твердый член пятикурсника-рейвенкловца, но она просто не могла остановиться и продолжала с жадностью глотать член Санхайда, полируя его своим языком и тщательно следя за зубами. Ей нравился его жесткий напор. Она полностью отдалась процессу, забыв и про время, и про все на свете.

Бабблинг прекрасно понимала, что её тяга к мальчикам помладше, особенно к ее симпатичным ученикам — не очень нормально, но… что она могла с собой поделать? Такая уж она была. Взрослые мужчины её не привлекали совсем. Одна из главных причин, почему мастер рун, одна из немногих на всю страну, околачивалась в школе, а не занималась более презентабельными вещами.

Найти себе такого ученика, время от времени, было не слишком сложно в Хогвартсе, а избранные ученики были только рады, ведь она была просто восхитительно красивой и знала себе цену, постепенно совращая неопытных детишек, которые ей особенно понравились.

Последние три года у нее не было других увлечений, кроме молодого Санхайда, соблазнить которого, на удивление, оказалось той еще задачкой. Но он был восхитителен, внешне полностью соответствуя ее эстетике, да и талантом тоже был не обделен. Как и мозгами. А также не кривился, применяя темную магию, отвечая своим врагам сторицей, так что она готова была подождать немного, пока он наконец-то созреет. Она хотела сорвать этот сочный девственный плод своими руками.

Но в этот раз она немного просчиталась. Она привыкла, что ученики, скажем так… неопытные и медлительные в этом возрасте. Многого от них ожидать не стоило. Тем более, в первое время.

Она считала, что и с Амосом будет так же, но… впервые за долгое время, именно её выебали, а не она кого-то трахнула. Это был… освежающий опыт. И очень приятный, себе-то она врать не стала бы. Она с удовольствием отметила, что Амос будет учиться в Хогвартсе еще пару лет и, вопреки обыкновению, она собиралась продолжать их интрижку аж до самого его выпуска. Да, он будет немного старше, конечно, чем она привыкла, но, блин, хороший секс того стоил. По крайней мере, она даст ему шанс.

Она почувствовала, как его длинные сильные пальцы тугими канатами обвиваются вокруг её беззащитной шеи. Стало тяжело дышать. Её забила крупная дрожь, когда в мозг стало поступать меньше кислорода, но страха не было. Только всепоглощающее удовольствие. Одна рука непроизвольно метнулась к её раскрасневшейся киске. Она понимала, что он не причинит ей настоящего вреда, так что не переживала. Он дарил ей только очень смущающие и приятные воспоминания сегодня. Пальцы зашликали с удвоенной силой.

Когда очередная тугая теплая струя выстрелила ей прямо в горло, она наконец расслабилась. Это была последняя разрядка. Скоро начнется новый урок, а он и так уже пропустил обед из-за её ненасытности, так что на этом, к сожалению, придется заканчивать.

Чудно, подумала женщина, медленно очищая языком его прибор и сглатывая все, что он готов был ей предложить. Она понимала, что сейчас выглядела как развратная падшая женщина, потная, липкая от страсти, а на лице и в волосах был полный беспорядок. Ниточка слюны тянулась от её губ к покинувшему её рот, члену.

Она смущенно отметила, что нижняя часть ее лица вся покрыта её слюной, но… пристальный и властный взгляд, горящий необузданным желанием, давал ей понять, что в его глазах она выглядит великолепно даже сейчас. Или особенно сейчас? Проказник.

То, как он смотрел на нее было, освежающе и пробуждало какие-то низменные инстинкты. Ее подруга, Синистра, кажется любит такое, если судить по ее оговоркам. Как она там говорила? Состояние «Yes, daddy»? (Да, папочка)

«Быть ведомой в сексе оказалось не так уж и плохо. Не нужно думать, не нужно планировать, только подчиняться. Потом нужно будет узнать у него, что за сучка такая успела раньше меня и научила его таким грязным вещам. Эх, жаль, что он не был девственником, но зато трахается он просто шикарно!» — мысленно проворчала профессор рун, убирая руку от своей промежности. Там тоже было очень мокро. Сегодня она кончила так много раз, что можно было частично компенсировать долгое время воздержания. За такую самоотдачу она решила простить его за медлительность в прошлом.

Было немного необычно, но сценарий «похотливый ученик совращает невинную учительницу» в начале их романа оказался приятным сюрпризом. Не все же ей быть «похотливой училкой, которая соблазняет невинного ученика», не так ли?

— Профессор, вам помочь? — учтиво спросил её самый дорогой ученик, осторожно приподнимая её голову и помогая ей сесть, поддерживая её лицо своими сильными руками. Шея немного затекла, а голова слегка кружилась из-за того, что она провела некоторое время вверх тормашками, но, в целом, она чувствовала себя просто превосходно.

Его галантная забота была такой милой и невинной, что она невольно закусила губу и вновь потянулась рукой туда, куда приличным учительницам не следовало. Но она вовремя одернула себя. Нет, уже хватит. Из-за нее он и так может опоздать на уроки. Но Мордред и Моргана, до чего же он миленький, когда проявляет заботу о ней…

— Спасибо, мой дорогой. Все нормально. Приводи себя в порядок и беги на занятия, а я… тоже приведу себя в порядок и приберусь тут… — пробормотала она, рассеяно осмотрев свое тело, а затем слегка потрепанный от их бури диван, подоконник и потемневшую от влаги древесину стола. Да, стол пострадал особенно сильно, а на стекле окна она, кажется, заметила отпечаток её ягодиц. Какой стыд…

Она невольно облизнулась, припоминая самые горячие сцены за сегодня. Ух, она уже не могла дождаться их следующего урока. Массаж, который наконец то будет иметь продолжение, например…

— Конечно. Вы были великолепны, профессор. — Амос чмокнул её в щеку и применив свою волшебную палочку из кобуры, наколдовал ей стакан воды, трансфигурировав его прямо из воздуха и наполнив с помощью невербальной агуаменти. — Вот, выпейте водички. Вы потеряли очччень много влаги.

Он усмехнулся и она ответила тем же.

«И кто в этом виноват, паршивец?!»

Конечно, она не злилась. Скорее, наоборот. Бабблинг вновь почувствовала себе такой желанной и молодой.

— Нет, это ты был просто восхитителен, мой аппрентис. Спасибо тебе за сегодня. — она приняла из его рук стакан воды и еще раз отметила, насколько он заботливый и милый, даже получив от нее все, что хотел. Большинство молодых парней теряет всякий интерес к женщине сразу же после секса. Неплохо. — О том, почему ты настолько восхитителен и где всему этому научился, мы поговорим позже. Амос недовольно поморщился, но отрицать ничего не стал.

Хитро прищурившись, Батшеда шлепнула его по упругим ягодицам, когда он наклонился, подбирая с пола свои трусы.

— Ой. Профессор, вы такая шалунья. — он повернулся и погрозил ей пальцем, продолжая одеваться. — Жду нашего следующего урока с еще большим нетерпением, чем обычно.

— Вот ведь… Хотя, знаешь, я тоже! — хихикнула довольная женщина, тоже постепенно одеваясь и приводя себя в надлежащий серьезному профессору магических наук вид. Волшебный гребешок не справлялся с её волосами и ей пришлось вызвать из спальни еще один, с очищающими рунами. Она догадывалась, что там в волосах может слипнуться и мешаться. — В следующий раз мы точно доберемся до кровати.

— Непременно. Но вы ведь сами просили именно сделать это на столе, вот я и… — почесав затылок, Амос застегнул рубашку и заставил галстук змейкой проскользнуть по рукаву и затянуться под воротничком. К её большому сожалению, рубашка скрыла под собой вполне заметные невооруженным глазом кубики пресса.

Она уже любила эти кубики пресса и жалела, что не успела вдоволь полапать своего ученика везде, где давно хотела, половину времени прибывая в полубессознательном состоянии из-за постоянно накатывающих волн удовольствия.

Вот что значит три года воздержания… Ничего, еще успеется. Довольно замурлыкав себе под нос незатейливую мелодию, она принялась чинить любимую салатовую блузку, лишенную пуговиц небрежным движением нетерпеливого парня и заодно свои порванные местами чулочки того же цвета, с помощью усовершенствованного репаро. Вот ведь ненасытный, словно голодный волк, честное слово…

— Да? Блин, я уже и забыла, что сказала это… — ее попка и спина слегка болели из-за жесткого стола и теперь она жалела, что не попросила доставить её на удобную и мягкую кровать. — Будь умничкой и в следующий раз не слушай меня и сразу тащи в кроватку, идет?

— Договорились. — Лучезарно улыбнувшись, Амос накинул мантию на плечи и, подойдя к зеркалу, начал магией убирать последствия бурного секса и очищать одежду и тело от её следов. Вопроса «А будет ли следующий раз?» даже не стояло. Они были еще очень далеко от насыщения друг другом.

Закончив с этим, он уступил ей место у зеркала и уже собираясь уходить, как будто вспомнил что-то и подкравшись к ней из-за спины, приобнял за талию и чмокнул в висок.

— Иди уже. — Смущенно проговорила Батшеда, не зная куда деть свои руки и глаза. — А то я сейчас тебя никогда не пущу и ты потеряешь те десять баллов за пропуск занятий. Понял?

— Понял-понял! — хохотнул он и, помахав на прощание рукой, был таков.

— Уф, с таким совладать будет непросто. — Батшеда с довольным лицом погладила свой животик. Легкое, даже немного приятное покалывание внизу живота поднимало ей настроение. — Нужно будет в следующий раз перехватить инициативу, а то как-то непривычно даже, ведь обычно это я сверху была и руководила парадом, а тут на тебе… да уж, нужно будет показать ему… нет, научить его… я же все-таки его учительница и это моя обязанность, хи-хи-хи… учительница Бабблинг плохому не научит, да-да.

Тихонько хихикая, пребывая в самом прекрасном расположении духа за последние годы, Батшеда принялась по новой заплетать свои волосы обратно в косы. Ей всегда нравился сам процесс. Он её успокаивал.

Несносный мальчишка распустил их, чтобы намотать на кулак, пока брал ее и так и эдак… так что теперь нужно было привести всё в порядок, а то Синистра точно обо всем догадается.

Жизнь хороша.

П.С. Автора:

Ну как вам глава?) Вышло довольно хорошо, как я думаю. Вообще я думал сделать ее раза в два поменьше, но… как всегда, меня понесло.

Арты к главе:

Немного Бабблинг (ее арты я позаимствовал у интеренета)

Немного Амоса

Глава 40 Подготовка — залог успеха

В школе воцарилось затишье, как только небольшая шумиха вокруг «гидры» и меня самого немного улеглась. Меня не трогали, не мстили, не задавали глупых вопросов (кроме Гермионы, но у нее натура такая — любопытство без меры). В общем, все очень убедительно делали вид, что ничего не произошло и не происходит.

Ох уж эта страусиная натура волшебников… Пока дело не касается лично этого, конкретного, волшебника, он предпочтет заниматься своими собственными делами. Или она. Ведьмы вообще были вне политики. По крайней мере, пытались проворачивали свои делишки за кадром, вот как Аманда. Заварит кашу и сидит потом смотрит из кустов, рванет котел или нет?

Вот если бы «гидра» была заразной цацей, то меня бы уже выворачивали на изнанку в отделе тайн, а так… ну получилось у какого-то выскочки провернуть неприятный фокус, ну и что? Да каждый год всякие там «экспериментаторы-новаторы» придумывают что-то новое, а «гидра» даже не кусается, и вообще не смертельное проклятье! Не родовое и снимаемое. Подумаешь.

Я не жалуюсь, если что. Мне такое отношение только на руку.

Время текло практически незаметно, ускользая словно песок сквозь пальцы ног у отдыхающего на пляже работяги. Вот у тебя есть свободное время, хоп, а вот его нет. Унесла волна прилива-будней вместе с твоими плавками и песочными замками мечтательных дураков.

За пределами Хогвартса все было тоже не слишком шумно. Если закрыть глаза и уши, напевая частушки на максимальной громкости, то вообще все отлично.

Де Аморе занимались, фактически, магическим рэкетом и вытесняли тройственный союз, который и так давно трещал по швам, а после тактической неудачи, сожравшей кучу ресурсов и времени, и вовсе превратился в акцию «каждый сам за себя». Ну не уличная ли это магия, а? Дэвид Блейн бы ими гордился. Разделяй и властвуй. Вроде прописная истина, знакомая каждому, а все равно работает безотказно, а дураки собачатся между собой даже на пороге смерти.

В газетах это практически не освещалось, ведь вначале «троице» было невыгодно светить перед всеми голой з… простите, своим оголенным фронтом, а Де Аморе предпочитали есть свою добычу по кусочкам, в тишине, словно акулы, утаскивающие беспечных пляжников в безмолвную бездну океана. Им совершенно не хотелось привлекать лишнее внимание к своей возне, ведь на кровь и так приплыли другие крупные хищники. А потом тройственному союзу уже было поздно подавать сигнал SOS — заработала тяжелая артиллерия и заглушила все крики о помощи, прижав газеты и подкупив чинуш.

Никогда не забывайте, что продажные люди — палка о двух концах. Сегодня ты покупаешь их верность, а завтра кто-то другой.

Тот же Малфой, например, не постеснялся войти в тихую потасовку на ножах с дробовиком наперевес, громыхнув так, что обе стороны чуть не обделались от страха. Благо, палил он в правильную сторону.

Взял и в наглую приватизировал самые сочные виноградники своих бывших дружков. Силой. Его люди перебили охрану и отрезали каминное сообщение, захватив территорию (ну, всем они говорят, что просто помогают охранять народное достояние, ага, где-то я это уже видел).

Решили ковать железо, пока оно горячо. Вместо наковальни они использовали бизнес своих бывших дружков, хах. Видимо, кровь некоторых теперь была слишком голубой для благороднейшей аристократии и не котировалась как достойная, хотя всем было ясно, что это просто предлог. Но предлог хороший, и, стало быть, это не наглый беспредел, бандитизм и грабеж, а просто забота о будущем Великобритании!

Что? Это никак не связано? Да что вы понимаете?! Как мог уважаемый британский лорд допустить хотя бы мысль о том, что одни из лучших магических виноградников страны попадут в руки их извечных соперников — французам? Немыслимо!

Ну, да, Де Аморе и не покушались на виноградники, скажете вы, но могли ведь, верно? Могли. А вот из рук Малфоев вино только вкуснее станет. Некоторым чиновникам министерства Малфой лично обещал передать годовой запас лучших вин из вскрытых погребов кое-каких неудачников. На дегустацию, разумеется. Все ради общего алкоголизма, в смысле, блага. Чиновникам просто нужно было закрыть глаза и подмахнуть пару бумажек, застопорить ход следствия ДМП и перенаправить аврорат на более важные дела. Оборотней там отлавливать, например, а то ишь, распоясались блохастые. В стаи крупные сбиваются. А вдруг удумают чего? Вот и займетесь ими, доблестные защитники правопорядка, нечего трогать честных бизнесменов. Вы же не хотите сорвать поставки алкоголя в пабы, нет?

И то, что у Малфоев, вообще-то, тоже французские корни, все как-то позабыли. Это какая-то магия просто.

Хотя, лично у меня закрались некоторые подозрения. Уж не сговорились ли два хитрожопых рода с общими, пускай и далекими корнями, разделать добычу на пару? Запросто может быть, что Малфой просто среагировал самым первым, почувствовав кровь жертвы. А может и нет.

Гринграссы и Паркинсоны тоже подсуетились и попытались оторвать у загибающихся «друзей», с которыми еще недавно были не против пропустить по стаканчику их отменного вина, пару портовых факторий на Темзе и склады с обширными запасами ингредиентов.

Пускай с боем, но обнесли всё почти подчистую. Здания складов и фактории вроде как и остались в руках своих собственников, но толку-то от них, если все оборудование и сырье вынесли налетчики, оставив лишь голые стены да землю? Они же потом снова вернутся, просто попозже. Добить и вырвать из мертвых рук приз.

Как мне кажется, они просто не смогли договориться с властями, как хитрожопый Малфой, который на короткой ноге с самим министром, и предпочли подождать, пока «ничейная» земля не уйдет с молотка за символическую цену. Но такое возможно только в случае безвременной кончины всех собственников. Пойдут ли они на это? Очень даже может быть.

А еще очень даже может быть, что я им в этом деле немного подсоблю. Мне совершенно не понравилась их попытка уничтожить меня, хотя не буду лицемерить, я занимаюсь тем же самым. Геката, тем не менее, все еще отдыхает на континенте, ведь пока я в Хогвартсе, я не могу гарантировать, что потерявшие абсолютно всё волшебники не сделают какую-то глупость напоследок, чтобы отомстить одному из зачинщиков их нисходящего движения в бездну отчаяния. Если их всех к лету не добьют, я сделаю это сам.

Тем временем, эскалация с каждым днем все нарастала. Информацию об этом я получал из первых уст, можно сказать. Часть от Аманды, ведь Де Аморе были одной из активных сторон конфликта и она многое знала. А вторую часть я подслушивал с помощью своих восьминогих дронов-разведчиков, переехавших в подземелья змей практически на постоянное место жительства. Хорошо хоть Запретный лес всегда был под боком и этого волосатого добра там навалом. Разговорчики слизеринцев между собой давали общую картину и взгляд со стороны, но самое интересное можно было узнать только от зашуганных парней, представлявших потерпевшую сторону.

Проклятье моё с них, может, и сняли целители Мунго, но гачи-дружбу так просто не разорвать… так что они продолжали проводить много времени вместе, просто без былых открытых шуры-муры и страсти. Получили нагоняй от родителей весьма знатный. Им бы, по хорошему, свалить домой или перевестись, но ситуация снаружи была такова, что им было безопаснее оставаться здесь, терпя унижение и насмешки.

К сожалению, я не всегда мог отслеживать ситуацию из-за их мозговыносящих романтических диалогов между собой в стиле древних трагедий Шекспира. Иногда приходилось срочно вырубать связь во избежание нервного расстройства. Были вещи, которые лучше никогда и никому не слышать, уж поверьте.

Когда стало очевидно, что игра окончательно перешла от элегантных политических танцев к трактирному мордобою, Де Аморе перестали играть в благородство и начали отбирать фермы и теплицы проигравших силой, как это делали остальные их конкуренты, и это качнуло чашу весов еще сильнее — у них было достаточно наемников, чтобы откусить самый вкусный кусок. Теперь, когда другие игроки сократили силы врага и растянули внимание достаточно, можно было не стесняться и грести всё, что плохо лежит.

Доподлинно неизвестно, но… Нотт, по всей видимости, поступил наглее всех, и воспользовался тем, что являлся, вроде как, временным союзником одной из терпящих бедствие семей. Приперся к ним с визитом, якобы обсудить условия, на которых он готов им помочь… ну и захватил одно из поместий изнутри, попутно поубивав всех, кто там был. Почти всех членов рода положил за раз.

Нотт хоть и конченый мудак — но сильный маг и убийца-маньяк со стажем. Пожиратель из самого ближнего круга Лорда. На его стороне был эффект неожиданности, подавляющая сила, возможно отравляющие зелья или газ и, с учетом того, сколько поместий и домов волшебников пожиратели разорили во время своего террора, можно также предположить, что приближенные Темного Лорда точно знали, как это лучше всего провернуть и не сдохнуть в процессе внутри враждебных к ним стен. Возможно, он действовал не один и открыл камин для своих людей сразу же, как только перебил встречающих.

Конечно, все это неофициально — просто слухи, догадки и мои домыслы. Будь против него реальные доказательства и Грюм бы кастрировал ПСа несмотря на все «рекомендации» министерства не лезть в это дело.

Но слишком уж правдоподобную картину рисовала Аманда и другие мои невольные источники информации. Даже если это и не точная информация, то максимально приближенная к правде. Нотта-младшего его однокурсники тоже побаивались, и не зря. Хэллоуин наглядно продемонстрировал, что убить человека ему ничего не стоит, а уж на фоне деяний его папашки… неприятненькая атмосфера царила в подвалах старого замка. Затхлая.

Аманда теперь опасалась ходить по замку одна, так что мне приходилось забирать и отводить её обратно в подземелья перед и после моих с ней уроков по зельям. Мне было нетрудно, даже приятно, в какой-то мере, но слухи… эх. Слухами земля полнится.

Батшеда вот ехидничает и подкалывает, почему-то уверившись, что у меня с Амандой отнюдь не дополнительные уроки зельеварения по вечерам происходят… разубеждать ее в этом я не буду. Пускай лучше смотрит на блондинку на свету, пока брюнетка прячется в тени.

Простая предосторожность. Женщины слишком непредсказуемые существа. Батшеда не заявляла на меня свои права или что-то вроде того, это был просто дружеский стеб между временными любовниками. Мы давно определились с характером наших отношений. Тем не менее, Фел мне куда дороже временной любовницы Бабблинг или партнерши по бизнесу Де Аморе, и я хочу избежать даже малейшей вероятности того, что мои глупые интрижки как-то ей навредят. Да, я — лицемерный ублюдок, но умею расставлять приоритеты.

За зиму и весну я подготовился к предстоящему горячему лету, ведь планы были наполеоновские, а время ограничено. Довел до ума ритуал истинного оборотня. Наши тайные базы наконец-то стали походить на что-то стоящее и оставалось только правильно запитать их магические контуры и провести все необходимые ритуалы. Раздобыл первую серьезную партию огнестрельного оружия для своих будущих подчиненных, не особо умеющих в магию. Немного усилить поражающий эффект огнестрела — и такие бойцы смогут стать неприятным сюрпризом, действуя в связке с теми, кто магию применять умеет. Простые волшебники и слабенькие авроры или боевики не умеют поддерживать одновременно кинетические и магические щиты. Сильным волшебникам это раз плюнуть, но будем реалистами, рядовые бойцы зачастую сталкиваются с такими же рядовыми бойцами с противоположной стороны, либо просто оттягивают внимание и мешают. Под градом пуль и авад особо не поколдуешь.

Но самым важным моим проектом стало новое проклятье высшей категории. Пришло время создать нечто действительно стоящее, как раз и повод нашелся. Я не собирался спускать Снейпу с рук попытку своего, фактически, убийства. Да, я старательно делал вид, что все нормально, что я не затаил обиды. Больше, чем раньше, в смысле. Так-то мы продолжали нашу холодную войнушку, словно ничего после Йольских каникул и не приключилось. Ничто не должно было указывать на меня, когда Снейп вляпается по уши в ту гадость, которую я ему приготовлю.

Я уже один раз глупо подставился. Второй раз на те же грабли не наступлю. В душе не ведаю, какие еще способы дознания могут придумать мои враги, раз веритасерум не помог. Самое большое препятствие для людей, идущих по пути магии, это их собственное скудное воображение — стены, что мы возводим в своей голове, ограничивая себя глупостью вроде «Это невозможно!». Конечно, это не значит, что любой волшебник способен стать таким же крутым перцем, как Дамблдор, ведь есть и естественные ограничения, но это не значит, что стоит загонять самого себя в рамки.

Снейп — беспринципная сволота, хитрый и коварный враг, который наверняка затаил обиду и еще попробует отыграться. Полукровка, который смог пробиться в ближний круг самого Темного Лорда, основная политическая программа которого была — чистота крови… Чего он там наделал ради своего возвышения мне даже страшно представить. Не сомневаюсь, что если дать ему время, то он сможет придумать что-то эдакое, от чего у меня не будет готового противоядия.

Значит, мне нужно опередить его и залепить сальноволосому упырю такого леща, чтоб он перестал даже смотреть в мою сторону. Он должен будет сосредоточиться на собственном выживании и сохранении рассудка, хе-хе-хе.

Но это оказалось намного сложнее, чем я думал, так что процесс шел со скрипом. Промежуточный шаг «Проклятье Гидры» оказалось лишь одной ступенькой в лестнице, на которую нужно было подняться. Высокой лестницы. Было самонадеянно считать, что пол пути пройдено. На разработку того, что я хотел увидеть в итоге, могло уйти несколько лет, а это неприемлемо. Конечно, это более чем впечатляющая скорость на фоне обычных обывателей, но нужно было быть еще быстрее.

Если бы я был самовлюбленным эгоцентричным идиотом и делал все сам, то так бы все и получилось в итоге. Но зачем быть в каждой дверке затычкой, если у меня есть люди, на которых я могу положиться и попросить помощи или совета?

Хороший волшебник понимает, в чем его сильные стороны, а где в навыках или знаниях зияют бреши и нужен свежий взгляд со стороны. Даже Дамблдор не стеснялся обращаться за помощью к мастерам своего дела, хотя во многих дисциплинах фору даст практически любому. Он понимает, что не всемогущий и всезнающий, даже если кто-то утверждает обратное. Так неужели я не смогу переступить через свое эго?

Смогу конечно. И переступил. Кэролайн с удовольствием подключилась к разработке совместного проклятого магнум опус, взяв на себя аспекты, завязанные на магию крови и эмпатию, а Фелисити виртуозно адаптировала свои знания магии вуду, которая играла далеко не последнюю роль в том, что я задумал, подкидывая неочевидные и весьма оригинальные решения. Основной каркас проклятья будет завершен еще до лета, но вот когда оно будет завершено полностью — совсем другой вопрос.

Была у меня одна серьезная проблемка. Пробел в знаниях, который я никак не мог заполнить. Некромантия. В идеале, чтоб получить желаемый эффект и заставить Северуса страдать как никогда в жизни, она должна быть задействована, и задействована на высшем уровне. Только вот среди нас троих я тут самый опытный и умелый некромант. Фел и Кэрол учатся у меня и никак не могли помочь мне разобраться с проблемой, которая была на уровень выше всего, что я знал и умел в искусстве оживления мертвых.

А обратиться мне, вроде как, и не к кому. Бабблинг я даже не рассматривал. Есть вещи, которыми нельзя делиться с теми, к кому нет абсолютного доверия. Или крючка. Некромантия была просто слишком большим бельмом на глазу у министерства и, раскрыв эту тайну Батшеде, я сам окажусь на крючке, с которого уже никогда не слезу. У всякого доверия должны быть границы. Наш роман закончится рано или поздно, её страсть уйдет и уступит дорогу холодному прагматизму — и тогда она может решить воспользоваться своими знаниями и заставить меня делать то, что ей угодно.

Я долго думал над решением этой дилеммы и у меня появилась робкая надежда на разрешение совершенно неожиданно.

Та работенка с ритуалом, которую подкинула мне Дафна Гринграсс, наконец была почти завершена. Ну, если точнее, то я разобрался с первыми двумя кругами ритуала. Оставался еще один, третий — самый сложный. Какой-то невообразимый уровень ритуальной и рунной магии. И не только. Чего там только не было намешано. В том числе и высшая некромантия, как мне кажется.

Нет, я не собирался проводить реверсинженеринг — все равно не сработало бы с магией такого высокого порядка. Просто Дафна, с которой я поддерживал связь, была в курсе моего прогресса с её ритуалом, ведь я держал её в курсе, предложила помочь разобраться со всем, что мне непонятно с третьим кругом. Подумать над проблемой вместе, когда у меня появится свободное время, как она выразилась, но я умел читать между строк. Я согласился.

В середине мая, когда на горизонте уже маячили СОВ, к которым я давно был готов и мог потратить немного свободного времени на прогулку в Лондон и обратно, состоялся первый наш совместный… урок. По другому и не скажешь.

Воскресенье у меня обычно было занято, но ради такого дела пришлось выкроить целых два часа, которые незаметно перетекли в четыре. Очень уж мне было интересно, как это так получается, что Дафна, которая сидит в маггловском мире уже несколько лет и даже колдовать не способна, понимает в ритуальной магии и некромантии больше меня, постоянно практикующего мага. Она ведь младше меня, и если она не начала препарировать трупы и чертить пентаграммы кровью с младенчества, то это было попросту нереально. Оттого и интересно.

Подступался с вопросами осторожно и был максимально внимателен и собран. Запоминал и оценивал каждое её слово, анализировал каждый жест, многозначительное молчание или случайные оговорки. Что я могу сказать? Дафна была совсем не так проста, как хотела казаться. Или же, это она и хотела мне показать? Я запутался.

Одного урока было явно недостаточного, чтобы сказать наверняка, какую игру она затеяла. Впрочем, одним разом наши душевные посиделки и не должны были ограничиться. Я был еще очень далек от того, чтобы воплотить то, что она от меня хотела в жизнь.

Нужна была практика и очень много теории. Невозможно провести ритуал (удачно) если не понимаешь всех его нюансов и механики работы. У меня была черная удача, способная компенсировать часть урона, но этот ритуал был просто на другом уровне по сравнению со всем мне известным. Я не мог поручиться, что если буду небрежен, меня не раздавит «весом» магии, как таракашку. Нужно было прежде максимально снизить риск провала собственными силами, или буду кормить чаек на пляже, сидя в инвалидном кресле рядом с Гринграсс.

Моё свободное время летом обещало сократиться еще сильнее, но были и плюсы. Дафна много знала про некромантию, что не удивительно, учитывая её происхождение. Род Гринграсс раньше практиковал некромантию открыто, пока она не попала под тотальный контроль и запрет со стороны министерства. Похоже, они не забыли свои корни, просто теперь предпочитают прятать их глубоко под землей.

Возможно, если удастся выудить у нее немного больше знаний, то получится завершить свое проклятье до конца лета. Если бы только понять, насколько глубока кроличья нора, в которую я без раздумий нырнул за девушкой с белоснежными волосами, ведомый жаждой знаний и любопытством.

Чем дольше я с ней общался, тем яснее для меня становилось, что она не та, за кого себя выдает. Я целый учебный год провел в окружении шумных и суетливых детишек, и могу точно заверить, что Дафна совершенно не вписалась бы в компанию одногодок. Она вела себя слишком по взрослому. Да, обстоятельства сложились так, что её характер мог бы измениться кардинально за годы вынужденной изоляции, да и превращение в калеку, прикованную к инвалидному креслу и потеря магии, наверняка повлияли на девушку, но… что-то все равно было с ней сильно не так.

Не могу понять, что именно, но нечто в ней мне казалось подспудно знакомым. В первую нашу встречу это не бросалась в глаза настолько сильно, но мы тогда и перебросились всего-то парой фраз, а вот четыре часа наедине, проведенных в разговорах о магии… это уже другое дело. Не сразу, но стал подмечать детали, на которые в первое время не обратил внимания. В её зеленых глазах было что-то такое… необычное. Мне казалось, что она видела меня насквозь. Говорят, что у Поттера глаза цвета застывшей авады, но ему было безумно далеко до той бездны, что плескалась в глазах девушки в инвалидном кресле.

Ее голос был завораживающе притягательным. Не в сексуальном плане, а словно далекая прекрасная песня сирены, которая манит моряков к рифам. Слушая её рассказы, я будто становился невольным свидетелем тех событий, настолько хорошо она умела передавать голосом свои мысли. И ведь никакой магии, чисто природные способности и умения.

Несмотря на все эти тревожные звоночки, с ней было очень комфортно находиться наедине. Можно было просто поболтать о посторонних вещах, ведь Дафна явно страдала от безделья и скуки и была рада поддержать переписку или диалог о чем угодно. И она знала подозрительно много об этом «чем угодно». Точно не на том уровне, который ожидаешь от девчонки из благородной семьи волшебников, изолированной не то что от мира обычных людей, но и от магической Британии, по большей части. Можно было, конечно, списать это на то, что она какое-то время живет среди маглов, но сомнительно… Я бы не смог так быстро адаптироваться на ее месте. Потому у меня возникали неудобные вопросы, которые я, впрочем, оставил при себе.

На самом ли деле была уничтожена душа некоего «попаданца», или же она соврала мне и на самом деле мы с ней одного поля ягодки?

Ритуал изгнания, который повредил ее магические каналы, имел ли вообще место быть, или же нечто совершенно иное чуть не выжгло её изнутри?

И вот еще что интересно, я ведь сам себя ввел в заблуждение термином попаданец, оперируя шаблонами и ярлыками привычными Александру. Да, понятно, что у меня под носом маячит Поттер, да и мой случай тоже сбрасывать со счетов не стоит, как бы подтверждая правильность моих суждений, но… почему я решил, что «попаданец» — это обязательно какой-то мой удачливый современник, как Гарри или я сам? Ведь есть и другие виды «попаданцев», пускай и менее популярные и редкие. Друиды и старые семьи не зря так хорошо знакомы со всякими ритуалами изгнания или запечатывания вредоносных сущностей.

Я беспечно принял историю Гринграсс на веру, ведь она так складно пела, но сколько в ее рассказе было правды? В школе я внимательно наблюдал за её младшей сестрой и слушал её разговоры с друзьями, просматривал корреспонденцию, так что знал, что как минимум большая часть истории Дафны соответствует действительности. Тогда я немного успокоился и перестал копать глубже. Но дьявол, как это заведено, кроется в мелочах. Я понял это только при длительном личном общении.

Отступать было уже поздно, да и любопытство — один из моих самых опасных пороков, наравне с гордыней, так что я решил продолжить наше сотрудничество, и попутно попытаться разузнать о ней побольше, сохраняя постоянную бдительность. В конце концов, Дафна просто девочка, прикованная к инвалидному креслу из-за проблем со здоровьем и лишенная магии, что она может мне сделать? Особенно после того, как я заполучу в руки силу истинного оборотня. Это ей нужно опасаться оставаться наедине со страшным серым волком, а не мне с этой беззащитной с виду девицей. Но почему-то, несмотря даже на такое самовнушение, я чувствовал легкий налет мистики и загадочности в её присутствии. Если бы, чисто теоретически, я переступил через свои принципы и остатки дохлой совести, и попытался сделать с ней что-то нехорошее, интуиция подсказывала мне, что последствия такого решения были бы катастрофическими. Для меня.

К счастью, меня не интересовали маленькие девочки, даже такие симпатичные, как Гринграсс, так что я не особо парился по этому поводу, но держал в уме, что у седой девочки может быть убойный козырь в рукаве сарафана.

СОВ начались и закончились в начале июля и оказались шокирующе простыми. Для меня и Кэрол, по крайней мере. Сдал я все на «превосходно», даже зелья, за что пообещал сводить Аманду в кафе в следующем учебном году. Без её помощи у меня не было бы возможности получить аттестат со всеми «П», даже если его наличие было не столь важным конкретно для меня. Ну хоть мама была рада.

Де Аморе тоже была довольна, ведь мой успех в зельях — и её заслуга тоже. Уж точно не Снейпа. Хотя, может она просто радовалась возможности опустошить мой кошелек, заказав побольше сладостей, когда придет время, кто её знает?

Решили продолжить наши занятия по зельям и в следующем году. Как выяснилось, отсутствие таланта можно было частично компенсировать знаниями и упорством. Ну и практикой. Это не новость, конечно, но я не думал, что эта аксиома будет работать и с зельями. Снейп, сучара, сделал все, чтобы я так думал. Самый херовый учитель из всех, что я видел. Квирелл, по сравнению с ним, просто бог знаний.

Кстати, нужно ли говорить, что каноничной полосы препятствий и прочей веселухи так и не случилось? Ну да, никто же даже не запрещал ходить на третий этаж, так чему тогда удивляться? На что вообще Гарри рассчитывал? Никакого цербера, призрака Темного Лорда или философского камня в школе полной богатеньких детишек не предусматривалось конструкцией и администрацией.

Поттер ходил под конец года еще более расстроенным и задумчивым. Небось собирался прикарманить себе камушек, естественно, очень хитро и умно обставив при этом Дамблдора, ведь это же так, сука, просто…

Если спросите меня, то шрамоголовый радоваться должен, потому что за такие фокусы борода бы устроил ему такую веселую жизнь, что все что было до этого — просто цветочки.

Летом я решил не возвращаться домой. Там все равно пусто сейчас. Мама отдыхает в Европе, точнее, она вроде как в командировке, но на деле просто держится подальше от островов, пока тут не закончатся терки. А без её блинчиков на завтрак всякий смысл оставаться там теряется.

Решил заселиться на тайную базу, раз уж Фел там все для меня, точнее, для нас, обустроила. Она давно намекала на это, и я подумал — почему бы и нет? С её точки зрения, это все равно что съехаться, так что её энтузиазм понятен. По сути, это очередной шаг в наших отношениях.

Бежать от этого я не планировал, так как это тоже входило в мои планы, как и скорейший ввод в эксплуатацию нашей базы, а делать все это куда как проще, когда живешь на этой самой базе, а не мотаешься туда-сюда. Магию можно спокойно применять когда угодно, с палочкой или без, ведь следилок министерства нет на многие мили вокруг. Да и безопаснее мне тут обитать, если честно.

Домой-то ко мне в любой момент могут заглянуть очень обиженные дяденьки, у которых совсем отказали тормоза и терять которым больше нечего. По нашим тупорылым законам кто-то вроде меня даже не может нормально отбиваться от таких индивидов и должен лишь покорно ждать пока не прибудет дежурная звезда авроров чтобы спасти, словно как-то принцессу в беде. Авроры, которые, ой, как неожиданно, могут сильно задержаться в пути. Если я начну отбиваться магией с помощью палочки, то меня могут и из Хогвартса выгнать и в Азкабан посадить. Да, я сдал СОВ и теперь вылететь из Хогвартса не равняется блокировке моей магии и перелому палочки, ведь я пошел минимальное обучение, но приятного все равно мало, и Азкабан, я чувствую, пускай и ненадолго, мне обеспечить доброжелатели сумеют. А там… как знать, что произойдет. Обличьем оборотня светить не охота.

Ну уж нет. Пускай лучше придурки сидят в засаде возле моего дома и ждут, когда я вернусь. Я к ним сам приду, когда подготовлюсь. Будет весело.

Сказано — сделано. Подземный бункер постепенно оживал и выглядел более-менее обжитым. К нам часто наведывалась Кэролайн, оставаясь с ночёвкой в своей комнате и тоже готовясь к переезду. Смысла снимать простенькую однокомнатную квартирку больше не было. До конца лета в бункере станет на одного обитателя больше. А ведь тут у нас еще была одна маленькая жительница, помимо меня и Синдер.

Девочка-оборотень чувствовала себе вполне неплохо. Дети адаптируются намного быстрее взрослых, и хотя она ничего не забыла, но по крайней мере уже не плакала по ночам, хорошо питалась и постоянно ходила за Фел хвостиком, проявляя интерес ко всему окружающему.

Фелисити провела прекрасную работу по оказанию психологической помощи ребенку, должен сказать. Я не ожидал, что ей будет так просто найти с девочкой общий язык и стать для нее важной фигурой в такие сжатые сроки. Может быть, тут замешана её волчья часть, к которой так тянется девочка, а может просто так получилось, я не знаю.

Фел начала давать ей начальные знания по магии. Только теорию, естественно, но возможность стать настоящей ведьмой-оборотнем, прям как «старшая сестра», настолько ее захватила, что ее энтузиазму могли бы позавидовать заядлые магофилы.

И пока она читала книжки и была занята своими детскими делами, мы с Фел могли заниматься делами взрослыми. Нет, не теми, что с рейтингом восемнадцать плюс, такими вещами мы занимаемся по ночам. Я о темной магии, некромантии, ритуалистике и улучшению защитных механизмов нашего нового дома.

Прежде, чем вновь встречаться с подозрительно осведомленной Дафной Гринграсс, я решил провести столь ожидаемый и желанный ритуал. Июньское полнолуние обещало быть по настоящему особенным. Если все пройдет хорошо, то июльское станет особенным и для Фелисити. Тогда можно будет наведаться к оборотням и попробовать рекрутировать часть из них в Дикую Охоту. Два истинных оборотня ровно в два раза лучше чем один. Не удивительно, что у меня превосходно по арифмантике, вон на какие сложные вычислительные операции я способен.

Осталось совсем немного. Я уже начал расчерчивать основу для сего важного события, покрывая ритуальный зал тонким слоем рун и разнообразных геометрических фигур и пентраграмм.

Удобно, когда в новом логове можно оборудовать себе такое помещение и экранировать его от мира, спрятав за перекрестком потоков магии, протекающие под и над залом, словно грунтовые воды.

Попробовал протянуть что-то вроде магоотвода из ритуального зала к перекрестку магических потоков, где плескалась дикая и неочищенная мана. Это было не так уж и сложно.

Вдохновился механизмом компенсации нагрузки и фильтрации магии у нашего старого доброго Хогвартса, только развернул процесс в обратную сторону. Там защита замка могла напрямую подпитываться из магических артерий и вен, постоянно пропуская через себя и очищая ману, словно сердце кровь, а мне… мне нужно было лишь сделать так, чтоб излишки магии спокойно утекли и растворялись в потоке дикой магии, не оставляя за собой следов.

Это был очень, очень упрощенный механизм, если сравнивать с теми турбинами и насосами, которые гоняли магию по Хогвартсу. Можно сказать, что из этой сложнейшей, технологичной системы были позаимствованы только трубы…

Все равно что сравнить примитивное водяное колесо и современную гидроэлектростанцию. Повторить то, что наворотили в своем замке основатели, мне не светит. Пока что. А вот такую убогую китайскую подделку я вполне был способен создать буквально на коленке.

Зато не придется после сложного и выматывающего ритуала собирать манатки, заливать все вокруг адским пламенем и улепетывать с места событий каскадной трансгрессией, если ищейки отдела тайн решат заглянуть на огонек. После недавних и предстоящих событий, я полагаю, они могут начать мониторить всплески сильной магической активности намного серьезнее, так что такая страховка не будет лишней. Можно будет поваляться в пентаграмме, прижавшись щекой к холодному полу и покайфовать, а остаточная магия впитается в стены бункера и вольется в бурный поток дикой магии.

П.С. И немного артов Фел и Дафны, так сказать, в образе.

Глава 41 Песни под луной

Сбросив последний элемент ненужной одежды, я встал в центре некоего подобия двенадцатигранной зеркальной ширмы. Двенадцать моих копий ухмыльнулись и потянулись вместе со мной, похрустев косточками шеи. Куда не обернись, я с легкостью мог разглядеть себя с любого ракурса. Головой придется повертеть знатно.

Вскоре ко мне присоединились Фел и Кэрол, только они были в одежде. Им не обязательно было заголяться, ведь сегодня в центре ритуального круга буду стоять я собственной персоной, и именно мое тело необходимо было покрыть нужными рунами и формулами, напитав маной.

Они встали позади меня, с двух сторон. С их прибытием в отражениях зеркал стало куда «многолюдней». Главное — не запутаться в наших собственных отражениях, но так было нужно. Зеркала были магическими, и влетели бы они мне в копеечку, если бы я не создавал их собственноручно. На каждый отдельный элемент экспозиции было бы потрачено по крайней мере неделя моего времени, что весьма приличный срок. К счастью, Кэрол и Фел согласились помочь, и вместо двенадцати недель мы уложились в четыре.

Я мог и сам справиться с предстоящей подготовкой, но это было бы жуть как неудобно, долго, да и были другие, менее очевидные причины привлечь своих подруг, нежели просто обычная помощь. Демонстрация доверия, практика, проверка и подготовка к последующему ритуалу. Зеркала нужны мне были для контроля процесса и проверки на ошибки, ну и в них намного детальнее можно было рассмотреть потоки маны внутри моего тела, подсвечиваемые тонкими бордовыми линиями, словно кровеносные сосуды.

Моя нагота девушек не смущала — чего там Фел не видела? Кэрол тоже была уже не девочкой, так что глупых визгов-писков не предвиделось. Мы проводим далеко не первый темный ритуал, а в таких вещах важна каждая деталь и одежда редко совместима с таинствами магии. Просто часть ритуала.

Крутанул в руке, между пальцев, особый артефакт, больше всего напоминавший дорогую перьевую ручку, задумчиво рассматривая в зеркалах наши отражения, иссеченные неоновыми линиями. «Ручка» использовала отнюдь не чернила для своего письма, а смесь крови ритуалиста и «лунную слезу», которую я нашел в позабытом военном комплексе фейри. Этот артефакт в отражениях светился особенно зловещим, алым цветом, хотя в обычном зрении ничем не выделялся. Но внешность обманчива.

— Эй, не пялься на его задницу! — шутливо ткнула в бок Кэрол моя девушка, в руках которой уже поблескивала точно такая же «ручка». — Занято!

— Тц, жадина. — Кэрол отвернулась, пряча ухмылку.

— Подожди, ты что, реально пялилась?! — возмутилась Фелисити, преувеличенно драматично схватившись за сердце.

— Просто интересовалась фронтом работ. — подразнила ее красноволосая.

— Ах, фронтом она интересовалась… Скорее, тылом!

— Заканчивайте дурачиться. Я понимаю, Фел, что ты волнуешься за любимую часть меня, но время до полуночи расписано поминутно, вообще-то. — Хмыкнув, я принялся чертить необходимые рунные цепочки на левой руке, давая отмашку к началу. На самом деле, времени было с запасом, но лучше сначала закончить начатое, а уже потом обменяться шутками.

— Да-да, сейчас начнем. И, чтоб ты знал, не это моя любимая часть тебя. — Синдер пошло облизнула губы, заодно показав неприличный, но вполне понятный интернациональный жест «окей» рукой, поднеся ее к приоткрытому рту, и параллельно с этим пару раз надув свою щечку.

Я лишь вздохнул на это, а Шарпхарт хихикнула, медленно начав выводить на моей спине и предплечье нужные загогулины.

Надувшись из-за того, что я не ответил на ее шуточку так, как она того хотела, Фел решила отомстить и шлепнула рукой по моей голой заднице.

— Ладно, её я все же тоже люблю, так что не расстраивайся, Ами.

Мы с Кэролайн синхронно закатили глаза. Фел всегда становилась слишком активной и непоседливой, когда нервничала, сбрасывая стресс пошлыми шутками. Но пускай она выглядела беззаботно и игриво, я прекрасно ощущал ее беспокойство и легкий страх за мою персону.

Сейчас предварительно проверить ритуал на ком-то другом я не могу, так что приходилось играть в первопроходца. Нужно ли говорить, как обычно заканчивают неудачливые первопроходцы? Они умирают.

Синдер нерешительно застыла с кровавой ручкой в руках, покусывая свой ноготь, сдирая острыми клычками черный лак.

«Эх, похоже она переживает больше, чем я сам.»

— Фел, да не парься. Все будет нормально. Просто набирай кровь и начинай чертить уже свою часть. Будь внимательна, и все хорошенько запомни. Через месяц нам придется повторить процедуру на тебе. — Повернув голову, я посмотрел на нее через плечо и ободряюще улыбнулся. — Никуда моя задница от тебя не сбежит.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Ладно. — Вздохнув полной грудью, она успокоилась, собираясь с мыслями, и вскоре присоединилась к коллективному начертанию, откачивая из меня кровь, каплю за каплей. — Надеюсь, что ты не соврал, и мне не придется доставать тебя из преисподней, чтобы надрать тебе задницу.

— Мерлин милостивый! Да хватит уже обсуждать его задницу, Фел. Мы серьезные люди и заняты серьезными делами. — проворчала Кэролайн.

— Ладно-ладно. И вообще, это ты все начала! — снова скуксилась брюнетка, и наконец наступила блаженная тишина.

Пошутил бы про скрип перьев по пергаменту, да только вот выцарапывали мелкие руны не на пергаменте, а на моей плоти, и приятного в этом процессе было мало. Острия перьев резали плоть словно скальпели, но повреждали лишь поверхностный слой кожи. Не было нужды наносить реальный вред. Большую часть крови, вытекающую из свежих ранок, поглощали «ручки», смешивали её с «лунной слезой» и получившиеся «чернила» заливались обратно, наделенные особой древней магией.

Весь процесс занял три сложных и магически напряжных, лично для меня, часа. Чувство слабости магической и физической, из-за весьма приличной потери маны и крови, немного покачнули мое богатырское здоровье. Временно, конечно, но уже сам факт говорил о многом. Сильное физическое и магическое истощение, температура тела, судя по всему, чуть за сорок. Неприятно, но терпимо. Все в пределах ожиданий. Последний раз я чувствовал такую слабость в теле… уж и не помню даже когда. Так странно.

— Готово. — Хрипло просипел я, покачнувшись и непроизвольно оперевшись рукой на зеркальную гладь. Проклятая ручка нормально так из меня крови попила, должен сказать. А ведь их было три штуки. На чистом зеркале остался кровавый отпечаток ладони. Теперь его можно смело продавать как реквизит к фильмам ужасов.

Ладно. Потом отмою. Под ноги натекла небольшая лужица крови. Капля за каплей она стекая на каменный пол бункера по моей спине, шее, рукам и ногам. Красная жидкость уже остыла и частично свернулась, что не добавляло комфорта, ведь я стоял прямо посреди этого безобразия голыми ступнями.

— Держи. — Фел метнулась к столику за зеркальной ширмой, где лежали запасы ингредиентов и другие инструменты на всякий случай, и принесла мне стакан обычной воды.

Я благодарно кивнул и вымученно улыбнулся потрескавшимися от обезвоживания губами. Плохая была идея. Кожа на губах окончательно растрескалась и я почувствовал соленый привкус крови и железа во рту. Моя кровь смешалась в стакане с водой, как до этого смешивалась с «лунной слезой», что было довольно символично.

«Пофиг. Ох, вода такая вкусная штука! И плевать, что с привкусом крови!»

— Спасибо, кха-кха.

— Тебе точно не нужно кроветворное зелье, Ами? — Фел и Кэрол одновременно подставили свои хрупкие плечики, на которые я не постеснялся опереться. Голова кружилась, в горле першило — явный признак магического истощения. Меня осторожно проводили до столика, возле которого была пара стульев, чтобы присесть и отдохнуть.

Хорошо, что у меня есть целый час на востановление. Спасибо регенерации оборотней в полнолуние. Нормальные люди едва ли смогли бы пережить такую экзекуцию. По крайней мере, их шансы на это были бы намного меньше, а я еще вполне себе ничего так, почти живчик, хааа…

— Ммм, нет. Не хочу вводить даже столь ничтожную переменную в ритуал. Просто нужно больше воды, отдых и немного гемоглобина. — Добравшись до стула, я грузно упал на него и потянулся за кувшином с водой, который все так же стоял на столе, ожидая своего часа. Довольно далековато. Фак, не дотянуться, а вставать ни сил, ни желания. Магией пока мне лучше не злоупотреблять вовсе. Нагрузка и так серьезная, а будет еще круче.

Фел тут же принялась ухаживать за «умирающим лебедем». Подвинула мне графин с прелестью и даже решила сделать мне массаж плеч, пока я откисал, попивая водичку. Ох, как сладко. И даже губы перестали кровоточить. Живем!

Легкий взмах волшебной палочки очистил с моих стоп налипшую красную жижу и пыль. Я провалился в легкий транс, прокручивая в голове каждый шаг, каждое слово, что вскоре прозвучат. Слышал, как на заднем фоне Фел ненавязчиво делилась со мной секретами воспитания маленьких девочек-оборотней, сплетнями из обычного мира и хвасталась собственными успехами в магии. Ее голос успокаивал и баюкал. Наверное, просто хотела помочь мне сгладить нервозность, что у нее неплохо получилось. Чудо, а не женщина, на самом деле.

Почувствовал, что мне в ладонь вложили что-то. О, шикарно. С удовольствием откусил самодельный батончик, напичканный концентрированными протеинами, витаминами и иммуноглобулинами.

С рецептом помогала Аманда, а идею я позаимствовал у обычных людей. Получилось что-то вроде безвредного легкого допинга-энергетика, быстро восполняющего запас необходимых организму веществ при кровопотере. Кальций и железо тоже присутствовали. Не чудо науки, конечно, но весьма полезная штука. Питательная. Переливание крови сейчас было невозможным, даже если я сам был бы донором с заранее заготовленными пакетиками. Ритуальная магия очень капризная.

Жаль, что батончики на вкус получилось как дикие зеленые яблоки. Я бы предпочел что-то более приторное сейчас. Геката всегда покупала мне всякое сладкое после того, как я сдавал в детстве анализы крови, ставил прививки или другие штуки, подразумевающие острые, болючие иглы. Или после походов к зубному. После зубодеров всегда следовала двойная порция мороженки, что делало их чуть менее ненавистными врачами. Не знаю даже, почему сейчас это вспомнилось… Сентиментальность? Да, наверное. После сегодняшней ночи мне уже не понадобится ничего из этого списка. Никогда. Истинные оборотни не болеют.

По крайней мере, я о таких случаях не слышал… Пожалуй, рано говорить об этом, пока эксперимент не увенчался успехом, но уже руки чесались все проверить.

Взглянул на Кэрол. Та сидела на соседнем стуле и перечитывала необходимую документацию для ритуала, мельком сверяя руны на моей спине с теми, что были на пергаменте. Тоже волнуется и перепроверят свою работу. Не признается в этом, конечно, никогда, слишком уж гордая у меня ученица, но все равно приятно. Зря волнуется, я все перепроверил за ними. Дважды.

Спустя полчаса я поднялся со стула и легким жестом кисти поманил за собой девушек в соседнее помещение, где был обустроен ритуальный зал. Пришло время начинать. Часы показывали без пяти минут полночь.

— Фел, будь добра, проверь еще раз линзы.

Ведьма напряженно кивнула и сделала как я просил. Нам пришлось переделывать часть системы вентиляции бункера в некое подобие перископа, который с помощью системы линз и зеркал позволял свету луны или солнца проникать под землю и фокусировал его в нужной точке. Запарились с этой системой знатно.

Я встал в центр ритуального круга, исписанного внутри и снаружи сотнями рун. Потолок, пол, стены, я сам, в конце концов — все было покрыто письменами, пока еще довольно тусклыми, но с каждой секундой разгорающимися с новой силой. Кэролайн спешно зажигала двенадцать свечей вокруг центрального круга. Их пурпурный огонь танцевал, словно в помещении бункера, глубоко под землей, был настоящий сквозняк, но язычки пламени, все как один, тянулись к точке фокуса — в самое сердце ритуала, где я уже занял свое место.

— Готово. — Фелисити отошла от специального механизма и встала в ближайший ко мне круг, чуть поодаль. Второй слой.

Я почувствовал, как через центральную линзу на лицо мне падает нежный лунный свет. Как освежающе.

— Я тоже готова. — Кэрол закончила со свечами и встала в другой рунный круг еще дальше. Третий слой.

Шарпхарт будет выступать в роли запасного контроллера, готовая в любой момент прервать ритуал, если что-то пойдет сильно не так. Откат от такого будет знатный, но, может, хоть выживу… остается уповать на подготовку и удачу.

У Фел же была несколько другая роль, нежели у Кэролайн. Наша магия была очень схожа по своей «консистенции» после смешения во время предыдущего рокового ритуала, так что она могла бы стать мне донором, если я ошибся в расчетах и моей личной маны не хватит для завершения ритуала. Я бы сказал, что очень вероятно, что так и случится.

На то и расчет. Ведь не только для этого она здесь.

На моей правой руке была одна незавершенная, будто обрезанная посередине, строка рун. Половинка от целого. Второй половины пока еще не существовало, ведь ритуал Фелисити случится не раньше, чем через месяц.

Именно у нее будет вторая часть «кода», который свяжет нас особыми магическими узами, которые могут позволить себе иметь только истинные оборотни. Не брачные узы, а скорее как семейная связь внутри стаи. Хотя ладно, кого я обманываю? Себя? Знаю, как это выглядит со стороны. Я же сам создал эту цепочку рун, так мне ли не знать её предназначения и смысла?

Такую штуку создают только со своим самым доверенным партнером по жизни, а не с кем-то левым. Уж больно деликатная и полезная вещица. Фелисити как узнала об этом нюансе ритуала, чуть в стратосферу от счастья не улетела. Надумала себе там уже чего-то своего, женского, к гадалке не ходи. Можно сколько угодно убеждать её, что это все просто ради повышения эффективности и силы, но себя-то не обманешь, да и она не поверит. Дело было не только в пользе, хотя именно она подтолкнула меня к этому шагу.

Полноценная магическая связь увеличит нашу магическую совместимость на порядок и позволит свободно общаться мысленно по «закрытому каналу связи», пускай и в радиусе пары километров. Ничто не сможет заглушить эту мыслесвязь, кроме расстояния. По идее, если мои расчеты верны, то когда Синдер тоже пройдет через ритуал, магические цепи замкнутся и мы получим весьма приятные бонусы в магической силе и еще немного плюшек на сдачу.

Например, один сможет по желанию передавать часть своей силы и маны другому в час нужды, а это, скажу я вам, ого-го какая хорошая штука.

Темный Лорд, вроде как, мог тянуть из своих слуг ману насильно, через метку (предположительно), благодаря чему мог колдовать практически сколько угодно, имея в своем распоряжении бесконечный генератор маны. Но, насколько я могу судить, это нисколько не помогало ему усилить свою магическую суть. То есть — он получал бесконечный пул маны, но не становился магически сильнее. Он просто сам по себе был чудовищно силён. Хотя, конечно, это лишь догадки, основанные на анализе доступной информации из архивов, рассказов некоторых очевидцев и старых газет.

У нас будет немного другая фишка, работающая в обе стороны и сугубо по обоюдному желанию, но учитывая наш будущий рост… это будет сильно. Как можно было догадаться, не все так просто, как хотелось бы. Было еще одно досадное ограничение. Заимствованная у донора сила и мана не может превышать таковую у реципиента.

Потому к выбору партнера нужно было подходить очень осторожно. Выберешь себе бесталанного слабосилка без потенциала к развитию — и получишь те жалкие крохи, что может предложить тебе такой индивид. Но и слабак не сможет реализовать и десятой доли той силы, которую мог бы одолжить волшебник или ведьма на порядок сильнее него. Усилился бы вдвое, да, но что толку, один муравей или два муравья — для слона без разницы.

Баланс был очень важен и лучше всего, разумеется, когда оба партнера примерно равны по силе, таланту и потенциалу. Лучший исход, где каждый может выжать из связи по максимуму.

Я бы пошутил про парную культивацию, но, к счастью, секс тут был вообще ни при чем, иначе я бы посчитал себя совсем ебанутым, раз создал такое. Такие фортели скорее в стиле Поттера. Не хочу опускаться до его уровня.

В общем, как ни посмотри, Фел подходила идеально. Я в любом случае помогал бы ей развиваться, ведь тащить на собственном горбу все проблемы и вывозить в соло каждый неравный бой не планировал. Она уже прекрасно справляется со всей доверенной ей работой, окупая каждую секунду моего потраченного времени. Она не будет обузой.

И раз уж так совпало, что мы друг к другу неровно дышим, то почему бы и нет? Связь можно разорвать с любой стороны, в любой момент времени, если что. Оставил предохранитель, чтобы не превратить оружие в поводок и ошейник. Благо не должно стать бременем. Но кто в здравом уме будет доводить ситуацию до разрыва? По крайней мере, эта цепочка рун станет еще одним стимулом держаться друг за друга и минимизирует вероятность предательства. Никто не будет стрелять себе же в ногу. Поправка — умный человек не будет.

Применений этому можно найти массу, если немного подумать.

Например, если так получится, что Фел попадёт в ловушку, пока я буду бить баклуши в Хогвартсе и ей понадобится вся доступная сила, чтобы выбраться, то объем маны, которой она может одновременно манипулировать, фактически удвоится. Не забываем, что восстановление тоже удвоится, если представим, что мы равны и в этом аспекте. Минусы тоже имеются, конечно, не без того. В это время сам я буду куда уязвимей, ведь моя магия утекает к Фел. Если кто-то очень сильный попытается меня грохнуть именно в этот момент…. Что ж, не бывает идеального волшебства, я полагаю. Придется рвать когти и улепетывать, поджав волчий хвост.

Можно придумать и небоевые способы применения. Например, Фел передаст мне на время свою силу и я отправлюсь на переговоры или вербовку, шокируя своей подавляющей мощью присутствующих. Да, это не совсем честно, но что с того? Им не обязательно знать, что эффект временный и половина силы у меня заемная. Потом таким же образом перед ними можно засветить Фелисити, и тогда они будут считать, что в нашей команде не один магический монстр, а два. Хотя, после ритуала, мы для обычных волшебников и без всяких ухищрений будем теми еще чудищами. Это скорее для внушения уважения особенно сильным волшебникам.

Сражаясь бок о бок это тоже очень может пригодиться. Такое переливание магии позволит заимствовать силу друг друга на жалкие крохи секунд, усиливая заклинания, чередуя такие удары. Текучий и переменчивый, как вода, стиль колдовства, где нагрузка распределена равномерно. Если выбьют одного, ранив или парализовав, например, то ритм боя окажется разрушен, что в нормальной ситуации очень опасно, однако, если оставшийся на ногах тут же усилится вдвое, то ритм боя тут же вновь будет разрушен и враг попросту не успеет подстроиться и сам окажется в невыгодном положении.

Это только то, что сразу приходит на ум.

Вот почему было так важно, чтобы Фелисити была сегодня частью ритуала. Предварительные настройки и повторное смешение нашей маны, чтобы в следующий раз синхронизация была уже максимально облегченна заранее и все прошло без осложнений.

Счет пошел на секунды. Я начал зачитывать слова ритуального заклинания на старом добром кельтском языке, а Фел тихонько нашептывала свои строки, отзываясь в ночной тишине на мои слова, будто далекое эхо. Текст отличался, но слова идеально дополняли суть друг друга, резонируя в разливающейся вокруг магии.

Нестерпимо начала чесаться покрытая тонкими порезами кожа. Вспыхнули с новой силой руны, словно трещины в земле, из которых наружу показалась раскаленная магма. Кровь, гонимая сердцем по венам, смешанная с «лунной каплей», едва ли не закипала, приближаясь к опасной отметке. Пот градом стекал на лицо, заливая глаза солеными каплями. Я прикрыл их, сейчас мне не нужно было видеть глазами, нужно было чувствовать магию душой.

В ушах раздался противный звон-писк, помутился рассудок и голова стала тяжелой, будто после трехдневной бессонницы. Не выдержали повышенного давления пара сосудов в носу — лопнули. Сердце билось о ребра, будто дикая птица о прутья клетки, стараясь выбраться наружу, а я все продолжал цедить слова, наполненные силой, волей, мечтой и желанием.

На задворках сознания, интуитивно, почувствовал некоторое смещение в «черной удаче». Не отток, нет, просто… будто что-то изменилось. Сдвиг. Наверняка сказать было сложно, но прямо сейчас, в момент моей предельной концентрации и буйства магии, мне показалось, что я перескочил на другую линию вероятности развития событий. Может быть просто бред затуманенного сознания, а может быть и нет… Надо было лучше слушать Трелони на уроках, но что уж теперь… Проклятье, моя собственная магия уже почти истощилась. Пришло время одолжить немного у Фелисити, смешав с остатками своей. Так и знал, что так получится, ха!

Внезапно почувствовал дуновение ветерка на своем лице, а все нарастающая боль отступила. Все остальные негативные эффекты, впрочем, исчезать не спешили, но я понял, что наступил финальный, переломный момент.

Проморгался и широко раскрыл глаза. Под ногами тихо хрустнула ветка. Слух и все остальные чувства были обострены до предела. Мельком оценив обстановку, сделал вывод, что такое обилие деревьев вокруг явно предполагает, что я нахожусь где-то в лесу. На небосводе ярко сияла оранжевая, как сыр чеддер, луна. Многочисленные кратеры, словно дырочки в головке сыра, лишь добавляли сходства. С моих губ непроизвольно сорвался смешок, перешедший в сухой кашель. Жар будто иссушал всю влагу внутри тела.

На небольшую поляну, на которой я стоял, купаясь в свете полнолуния, вышел огромный четырехглазый волк, с матово-черной шерстью, которая будто поглощала свет вокруг, делая его похожим на провал во тьму, в котом горели две пары оранжевых огоньков-глаз. Пожалуй, называть это существо волком было глупо. Истинный оборотень был куда ближе к мифическим лютоволкам или гармам. Да, я уже встречал парочку представителей этой расы вживую, так что не был слишком удивлен, но все равно был поражен этой смертоносной красотой. Тогда у меня не было возможности долго рассматривать эти машины смерти, я больше был обеспокоен собственным выживанием, но теперь я мог себе это позволить. Отражение не способно укусить, не так ли? По крайней мере, нормальное отражение…

Я протянул руку и «волчара» подошел ближе, наклонив голову и подставив мне макушку, в которую я с удовольствием зарылся пальцами. Шерсть была безумно прочной и каждый волосок был острым как свежее лезвие бритвы. Я интуитивно знал, что нужно делать дальше.

Немного погладил его против шерсти… Моя ладонь быстро покрылась тонкими порезами и горячей кровью, которая свободно бежала по венам, ручейком стекая на голову волка, орошая его черный мех алой водой жизни. Гармоничная цветовая гамма, однако.

Истинный оборотень высунул язык и стал ловить стекающую с его макушки кровь. Это зрелище было даже немного забавным, но заняло бы слишком много времени. Подставил посеченную ладонь прямо перед его носом и вскоре почувствовал, как его шершавый, словно наждачка, язык, слизывает с моей ладони кровь. Прямо вместе с кожей. Неприятно, но так он быстрее поглотит нужную ему квоту. Вскоре он насытился и довольно заворчал.

«Как хорошо, что это не один из тех тупых случаев, когда приходится сражаться с самим собой в подсознании за контроль над телом.» — облегченно выдохнул я, понимая всю прелесть того, чтобы находиться в гармонии с самим собой. Гигантский волк благодарно боднул меня мокрым носом и, задрав голову ввысь, к сияющей луне и звездам, завыл. Ему вторил и я. Не смог сдержать порыв.

Постепенно я понял, что на поляне остался только один смертоносный хищник — и это я сам, но уже в новом, улучшенном волчьем обличии. Я зажмурился от удовольствия. Слабость, недомогание, боль, жар, все исчезло, рассеявшись утренним туманом.

Теперь в моих напряженных мышцах была такая несокрушимая мощь, что едва удавалось сдерживать себя, чтобы не начать буйствовать. Мои зубы могли рвать металл, как бумагу. Язык мельком прошелся по трем острым рядам чистой смерти. Когти на лапах были ничуть не хуже. Растерзать взрослого дракона теперь было вполне по силам.

Глаза… я думал, что увижу потоки магии, или что-то вроде того, но все оказалось немного иначе. Я определенно видел больше и в нескольких дополнительных спектрах одновременно. Появилось что-то вроде теплового и инфракрасного зрения, но это было крохами по сравнению с тем, как я ощущал пространство вокруг себя.

Словно пространственный эхолокатор, сонар, чувствовал все, что было в радиусе двадцати метров от меня, и даже больше. Ничто не могло укрыться от меня теперь, ведь легкая рябь пространственных искажений волнами расходилась от меня во все стороны. Это не только позволяло мне абсолютно точно знать месторасположения всего вокруг, но и заодно мешало кому либо, кроме меня, без серьезных усилий, во всяком случае, трансгрессировать или активировать портключ. На самом деле истинные оборотни не стабилизировали пространство, как это происходило при установке пространственных якорей, а, напротив, постоянно немного искажали его, выпуская импульсы изнутри, в такт сердцебиению. Пространство покрывалось эдакой рябью, что сбивало пространственные координаты точек входа и выхода. Занимательно.

«Странно, однако. Если истинные оборотни могут в пассивном режиме мониторить пространство на таком уровне и блокировать трансгрессию, как мы с Амандой вообще выбрались из той заварушки? Сомневаюсь, что это какая-то моя личная особенность, ведь ранее у меня не было замечено сильного таланта к этому разделу магии, значит все Истинные Оборотни должны уметь так же. Хммм. Нас просто отпустили? Или недооценили, а потому упустили? Может, мы достаточно оторвались и радиуса поражения не хватило? Да, пожалуй.»

Именно благодаря своему новому способу ориентации в пространстве я смог быстро сбросить наваждение и вернуться в реальность, прекрасно ощущая вокруг себя вовсе не безлюдный лес, а ритуальную комнату с двумя живыми существами, помимо меня, внутри, стоящих у стеночки, рядом с дверью.

Снова открываю глаза, но уже в реальном мире, а не во внутреннем. Целых четыре штуки. Улыбнулся девочкам, но, судя по вздрогнувшим Кэрол и Фел, зрелище было не для слабонервных. Ну да, наверное, именно так чувствует себя водолаз, к которому со спины незаметно подплыла белая акула и улыбнулась в фотообъектив.

Никогда не чувствовал себя лучше. Все вокруг было таким… необычным. Полным. Лепота. Я уселся на задницу и повилял хвостом, показав, что бояться нечего и я себя контролирую. Девушки с облегчением вздохнули и улыбнулись в ответ, хоть и не так зубасто.

Связываться мысленно пока не рисковал. Достаточный талант и опыт в ментальной магии подсказывали мне, что магия перетерпела некоторый качественный скачок. Нужно быть аккуратным и привыкать к изменениям постепенно, чтобы не навредить никому ненароком.

Следующие пару часов мы трое провели за исследованием возможностей моего тела. Серия быстрых экспериментов не могла ответить на все вопросы, но на некоторые — вполне.

Прочность моей шерсти теперь была куда ближе к титановой кольчуге, где каждый волосок был звеном моей брони. Про устойчивость моей шкурки к магии я вообще молчу. Слабенькие заклинания и проклятья даже простым оборотням были что слону дробина, а для меня и бомбарда максима в бочину теперь не страшнее пинка по ребрам. Человеческой ногой. Учитывая мои габариты — едва ли опасно. Неприятно, конечно, и может немного сместить в сторону, если буду застигнут в воздухе, во время прыжка например, но не более того.

Сильная боевая магия, как и высшая, все еще была очень опасна для меня, но теряла часть своей смертоносности. Заходить слишком далеко в своих экспериментах пока не хотелось. Круцио, например, было очень даже ощутимо. Процентов на пятьдесят не так болезненно, как обычно, но тут надо понимать, что и тех пятидесяти процентов более чем достаточно, чтобы расхотеть проводить этот тест повторно.

Поражение авадой, подозреваю, останется смертельным. Не тот случай, когда тебе могут отсыпать только полсмерти, не так ли? Проверять не буду, конечно. А вот про империо теперь можно совсем забыть. Оно и раньше-то не работало, но я все еще брал в расчет, что кто-то вроде Темного Лорда вполне мог пробиться через природную защиту разума оборотня и окклюментные барьеры и артефакты, но теперь точно без шансов. Хитрые фэйри сделали так, чтобы их маго-биологическое оружие точно не смогли перенаправить против них самих. Умно.

Время перед самой главной проверкой было ограничено, так что мы не слишком углублялись в эксперименты. Сосредоточившись, пожелал вернуть себе человеческий облик. Почувствовал, как вновь зачесалась кожа, а под волосяным покровом засветились неоново-красным цветом письмена. мир вокруг и я сам будто стали скукоживаться. Боль была не слишком сильной, но приятного, конечно, мало. Хрустели кости.

На миг прикрыл четыре глаза, когда почувствовал, что пора, а когда открыл вновь, на мир смотрели уже только два. Да, сукабля! Получилось! Я сделал то, чего не могли сделать обычные Истинные Оборотни — вернул себе человеческое тело и мог менять облик по собственному желанию, а не раз и навсегда.

Прислушавшись к себе, я понял, что мой внутренний волк устало зевнул и заснул. Устал, бедняга. Для первого раза — сойдет. Я не смогу повторно перекинуться обратно прямо сейчас, но когда восстановлю силу — была уверенность, что смогу обратиться в любое время. Даже днем. Даже не в полнолуние. Это было… просто офигенно. Я трахнул систему, ахахаха. Обошел искусственные ограничения фэйри.

— Амос… ты знаешь, что твоя внешность немного изменилась? — спросила Фелисити, с прищуром разглядывая мое нагое тело.

— Кхм. Еще нет. Схожу оденусь, да посмотрю на себя. — быстрым шагом направился в соседнее помещение с зеркальной двенадцатигранной ширмой. Там же я оставил свою одежду, так что одним выстрелом — двух зайцев, так сказать. Чувствую, что стал повыше, а в глаза лезли непослушные черные волосы, которые отросли, кажется, аж до жопы.

«Хммм, так и есть.» Я оглядел себя. «Ну, зато филейную часть прикрывают.» Подмигнул шедшим позади ведьмочкам, на что получил лукавую и многообещающую улыбку от Фел и насмешливую от Кэрол.

— Кажется, надо будет подстричься. — пробормотал я, сдувая лезущую в глаза челку. — Нахер длинные волосы.

— Ты что, Ами, тебе очень идет! — негодующе всплеснула руками Синдер. — Не смей кромсать такую красоту!

— Она права, может, оставишь их? Все девчонки в школе твоими будут. — подразнила Кэрол, а я сделал вид, что серьезно задумался над этим и потер подбородок.

— С другой стороны, тебе и предыдущая прическа очень шла. — быстро изменила свою риторику Фелисити.

Ну да, с чего бы это? Ох уж эта Кэрол с её шуточками…

— Я в любом случае буду укорачивать это безобразие. Во первых — длинные волосы будут мне только мешать во время боя. Это вы, девчонки, всю жизнь можете проходить с такими длинными волосами, привыкли уже небось, а для меня это сплошной гемор. Уход, опять же. Внимание лишнее привлекают. Оно мне надо? Нет.

— Ну, вооот… С уходом я бы тебе помогла, но да ладно. Внимания лишнего точно привлекать не стоит. — покивала Фелисити, соглашаясь с моими доводами. В её взгляде сражались противоречия. В итоге, победила практичная собственница, ха. — И неудобно будет, тут ты тоже прав. Я вот всю жизнь хожу с длинными, и знаешь что? До сих пор они иногда мешаются.

— Угу. Длинные волосы это красиво, но очень напряжно. — Кэрол пропустила свои шикарные красные волосы между пальцев. — Для девушки, которая умеет пользоваться своей красотой, это неплохое подспорье в повседневной жизни, но для боевого мага, малефикара и экспериментатора — это обуза.

— Вот и я об этом.

— Но отложить стрижку до завтра-то можно? — попросила Синдер, накручивая прядь волос на пальчик.

— Ладно, но только до завтра.

— Ура!

Вновь встав в окружении зеркал, параллельно натягивая на себя одежду, смог оценить изменения в своей внешности.

Что же, я и до этого точно был не уродом, скорее даже наоборот, но теперь… Мда, возможно, опасения Фелисити действительно имеют под собой серьезные основания. К тому же, я стал выглядеть чуть взрослее. Может, на год? Или два. Терпимо.

Единственная проблема — ярко оранжевые радужки глаз. Ранее они меняли цвет только при сильном магическом напряжении или в полнолуние, когда я принимал облик оборотня, однако теперь они застыли в таком вот неестественном состоянии. Это был прекрасный показатель качественного скачка в силе, но, эх, мне все равно придется придумывать какой-то способ маскировки. Может, магические линзы. Такой насыщенный оранжевый цвет глаз слишком выделялся и привлекал ненужное внимание. Мне такого счастья не надо. И так люди могут подумать, что Амос как-то слишком сильно изменился за лето. Так что волосы — состричь, глаза — замаскировать, а рост и мышцы… ну, блин, я подросток — растущий организм. Это нормально.

Мускулы стали немного более ярко выражены, но это не так сильно бросалось в глаза, как все остальное. Не Терминатор, а скорее хороший спортсмен. Подкачался за лето, бывает. Выносливость и физические характеристики, по ощущениям, даже в человеческом обличии возросли очень прилично.

Это не сделает мои заклинания сильнее, но для волшебника физический аспект развития тела означал повышение живучести и возможности долгого ведения боевых действий. Ну и череп вражине проломить можно кулаком, если дело дойдет до контактного расстояния. Неплохо. Все равно моя магическая сила тоже возросла процентов на двадцать.

Кажется, что это не много, но это обманчивое ощущение. Если сравнить двадцать процентов простого обывателя и мои двадцать процентов, то разница в цифрах будет подавляющая. Переводя на игровой сленг — есть большая разница между получившим двадцатипроцентный бафф нубом десятого уровня и про-игроком сотого уровня, который заимел те же двадцать процентов. Двадцать процентов от десяти это два, а от сотни это уже двадцать.

— Так, чем займемся теперь? — предвкушающие поиграла бровями Фелисити.

— Будем отмечать, конечно. — улыбнулся я. Повод есть, так что бухнем.

— Шикарно. Я разогрею пиццу, а вы тащите алкоголь в главный зал. — потерла ладошки Кэролайн, у которой как раз жалобно заурчало в животе.

— Бухаем!

И мы бухнули. Посиделки перешли в рок концерт-караоке.

Фел давно уламывала меня попробовать сыграть вместе, как рок-группа. Чисто для себя, по фану, как в караоке, но с инструментами. Я обычно отказывался, но хорошее настроение, долгие уговоры и повышенный процент алкоголя в крови, даже если он почти не оказывал на меня влияния, дали свои плоды.

Фелисити хорошо умела играть на электрогитаре, и вокал имела практически профессионально поставленный. Сам я признался как-то, что умею попадать по струнам акустической гитары и она мне это припомнила. Пришлось мотнуться домой и притащить инструмент. Фел свою давно перетащила в бункер, так что ей только нужно было подключить свою к усилителю. Естественно, она модернизировала все для работы с учетом магических полей. Подготовилась, зараза.

Кэрол готова была стать благодарной слушательницей для нас, а потом, если пойдет, обещала начать подпевать Фелисити.

На удивление, получилось действительно неплохо. У Фел очень красивый голос, и так как пела она не галимую попсу, а добротный рок, который устраивал всех нас, то слушать было любо-дорого. С друзьями любое времяпровождение приятно.

Ранним утром проснулась малышка-волчица и присоединилась к веселью. К счастью, весь алкоголь мы уже к тому времени прикончили, а курить я бросил еще месяц назад, так что слишком плохого примера мелкой мы не подавали. В конце концов, мы ей не родители. Пускай уж лучше будем крутыми тетями и дядей, ха.

В стенах бункера времен Второй Мировой звучала музыка, раздавались веселые голоса и смех. Возможно, в будущем, это станет нашим небольшим хобби. Не только кровь, кишки, убийства, темная магия, заговоры, секс и бухло должны быть в жизни молодых волшебников и ведьм в конце концов. Нужно уметь расслабляться, особенно после очередного удачного дела.

Просплюсь и схожу в гости к Гринграсс. Давно откладывал, а наш совместный проект простаивает. Один сложный ритуал я сегодня осилил без проблем, причем потеряв какие-то жалкие крохи удачи, нужно переходить к чему-то посложнее. Движение — это жизнь.

До конца лета еще два месяца и за этот период я должен закончить хотя бы проклятье для Снейпа, завербовать часть оборотней, инвестировать деньги, замочить пару родовитых уебков и продвинуться с заданием Дафны как можно дальше. В школе время будет ограничено.

Если придурок Поттер или Том начнут выпускать своего змея в женском туалете, то вся школа на ушах стоять будет и попадёт под пристальный взор аврората и министерства. Как мне творить свои темные делишки, когда повсюду снуют бобби?

П.С. Автора: Бобби называют в Британии полицейских, вроде фараоны или мусора)

П.С. Автора: Бобби называют в Британии полицейских, вроде фараоны или мусора)

Я ещё размышляю над тем, какой человеческий образ Амоса самый лучший, так что не стесняемся комментить.

Пиедположительный образ Фел после ритуала:

Амос (Немного изменился за лето)

Амос (Истинный Оборотень)

Глава 42 Магия на кончиках пальцев

Не сложно радоваться жизни, когда все идет по плану. Ощущение огромной мощи, сокрытой в моем теле, пьянило лучше дорогого вина.

Пускай и в сильно урезанном виде, но часть характеристик и уникальных особенностей истинного оборотня оставалась со мной и в человеческом обличье, да и возможность в любой момент перекинуться в четырехглазое хтоническое чудище грело мое черное сердечко и примиряло с необходимостью существования в довольно хрупкой, в сравнении, конечно, человеческой оболочке. Наверное, просто нужно немного пообвыкнуться, и меня перестанет бить по мозгам.

Будь то сила, ловкость, скорость восприятия, интуиция, твердость мышц и костей под кожным покровом, или же слух, зрение и обоняние — на увеличение их показателей процентов на пятнадцать, в среднем, я мог рассчитывать. Где-то приросли больше, где-то меньше.

Жаль, что пространственное восприятие слишком перегружало даже разогнанный окклюменцией человеческий мозг. Сферу в пять метров вокруг себя я мог поддерживать почти без проблем, вполне комфортно, но каждый новый метр заставлял тратить на себя в десять раз больше ресурсов мозга, нежели предыдущий. Уже на десяти я отчетливо осознавал, что вот она, грань, которую я пока не могу переступить. Пока что. Тренировки, со временем, могут изменить ситуацию, так что я постарался поддерживать шестиметровый радиус все время, привыкая к нагрузке на разум.

Прыгнуть трансгрессией ко мне за спину, например, теперь никак не получится, как и подкрасться, хотя и раньше это было не просто, если уж быть до конца откровенным. Не с моими обостренными чувствами.

Меня куда больше занимала другая грань силы, которая влияла на пространство вокруг, превращая меня в ходячий генератор пространственных помех, или же мини зону антитрасгресии. Причем лично мне это совершенно не мешало перемещаться в пространстве, скорее даже помогало. Очень помогало.

В пределах своей зоны восприятия я мог буквально блинковать. Мерцать. Совершать миниатюрные, но зато мгновенные скачки. Без риска потерять пару конечностей, я имею ввиду. Уклониться от вражеского заклинания — легко. Сблизиться с противником или появиться у него за спиной — просто. Причем сам противник так уже сделать не может. Как и уйти от меня, если уж я подобрался достаточно близко. Идеальное оружие в лапах хищника-охотника за особо скользкими и верткими жертвами, вроде волшебников.

Подозреваю, что не все так радужно, и сбежать от меня все еще вполне по силам тем же фениксам, например, или при использовании высококлассных портключей со встроенной функцией пробоя, но проверить на практике я сейчас это никак не могу. Да и в облике истинного оборотня ситуация может быть не самой приятной даже для фениксов. Как бы проверить это на практике…. Не Дамблдора же об этом просить? И не Аманду, хотя у нее-то точно высококлассные пробойники. Никому не надо знать о моем усилении раньше времени.

Длинные прыжки мне стали тоже даваться проще. Портключи выходили качественнее, а магия расширения пространства — объемнее. Отчего я реально задумался о том, что стоило бы поискать литературу на тему боевой магии пространства. Не может быть, что никто не баловался с такой штукой, как пространственные разрезы или искажения. Волшебники — ебанутые. Точно кто-то пробовал, а если нет… чем не повод заняться этим самому? Я же тоже волшебник, не так ли?

Может даже показаться, что я встал на ноги и теперь ух какой сильный, никто мне не указ, но если бы я всякий раз поддавался ощущению ложного всемогущества и ложил болт на предосторожности — давно бы сдох. Недавние события зимой наглядно продемонстрировали мне, что выскочек в магическом мире не особо жалуют и готовы забивать их обратно, как гвозди, «молотом правосудия», если слишком поверить в себя. Да, в этот раз они провалились, но кто даст гарантию, что в следующий им на замену не придет кто-то более компетентный? Тот же Люциус — жуткий тип. Третий или четвертый человек в стране по власти, но проблем может устроить не хуже первого первый.

В общем, утро у меня началось слегка после полудня. Я выспался, привел себя в порядок, выпил кофе, написал Гринграсс, что всё в силе и я загляну к ней на чай ближе к двум, и принялся убираться в бункере, пока девочки досыпали. Заставленный пустыми пивными бутылками и коробками из-под пиццы стол слегка раздражал мое чувство прекрасного.

Оттащил усилитель и гитару обратно в нашу с Фел комнату, чтобы избежать попадания модернизированной магией гитары в цепкие ручки мелкой волчицы поутру. Никому не понравится просыпаться под фальшивый визг электрогитары, а учитывая то, как Селена смотрела на нее, я почти уверен, что такой исход был вполне вероятен.

Заметил, что с Фелисити немного сползло одеяло, оголяя сочную задницу в коротеньких шортиках. Невольно залюбовался, но все равно не забыл подойти погладить и поправить одеяло, заодно поставил на тумбочку рядом бутылку минералки. Та проворчала что-то неразборчивое во сне и повернулась на бок, обхватив руками и ногами подушку, которая осталась лежать на моем месте. Мило. Так и не скажешь, что она злая ведьма, которой впору детишек по ночам пугать, ха-ха. Похмелья у оборотней практически нет, но вот гаденький вкус во рту присутствует, так что водичка лишней не будет. Похоже, последние пару бутылок пива были для нее всё-таки лишними.

Приготовил легкий завтракообед на четверых. В темпе уплел свою порцию и оставил три для засонь в магическом аналоге холодильника. Глянул на время. Еще оставалось полчаса. Пофиг, заскочу в магазин сладостей и прикуплю что-нибудь к чаю. Дафну сладким особо не балуют, как я понял из её жалоб, так что получится неплохая благодарность. Уверен, она сможет дать пару советов насчет конструкции моего оригинального проклятья.

Хлопнула дверь ванной комнаты. Судя по звукам, женская часть обитателей бункера начала просыпаться и приводить себя в порядок. Решил не дожидаться их, но оставил записку на столе. Поднялся на поверхность, прошелся до зоны, где моя трансгрессия не повредит сигналкам, заодно проверив целостность защиты и наличие охраны из инферналов на постах. Все было нормально.

Ферма тоже работала штатно. Мертвые пауки плели свою шелковую паутину, которую я, аки Мидас, превращал в звонкую монету в своих карманах, продавая плоды трудов (по большей части своих) через род Де Аморе.

Тихий треск трансгрессии и вот я в одном из переулков шумного Лондона. Такой плавный и приятный переход, да и дезориентации никакой не чувствуется. Напротив, я будто просто сделал один шаг и очутился в другом месте, без всяких побочных эффектов. Словно из одной комнаты перешел в другую через нормальную дверь, а не кроличью нору.

Раньше это больше напоминало мне нескладный полёт в тесной горке закрытого типа в дешевом аквапарке, где каждый сегмент длинной конструкции стыковали не иначе как криворукие макаки, и жестокая пластмасса, в отместку за такое скотское отношение к себе, мстила посетителям аквапарка, обдирая их спины. И где под конец вылетаешь в воду, барахтаясь в ней и старясь убраться подальше, не разбирая дороги, потому что позади, в злосчастной трубе, уже слышен летящий за тобой на полной скорости следующий неудачник.

Прогулялся до хорошей кондитерской. Вдохнул запах индустриализации. Такое себе, конечно. Шотландский горный воздух мне нравился больше, а обилие шумного и вонючего транспорта меня сильно раздражало. Чувствительные рецепторы — не всегда хорошо. Может быть я просто слишком оволшебнился? Хмммм. Я мог бы выбрать Косой переулок своей целью, но не стал.

Магические сладости прикольные, но они скорее для детей, коим больше интересны не вкус и качество сладостей, а крутые спецэффекты, которые часто преобладают над качеством изделий магов-кондитеров.

Мне же было не интересно наблюдать за тем, как шоколадная лягушка запрыгивает ко мне в чашку с чаем, расплескивая содержимое во все стороны. Гринграсс тоже предпочитала размеренное чаепитие без ненужных сюрпризов.

Выбор, в итоге, пал на предсказуемые черничные чизкейки. Они выгодно выделялись на фоне тех же взрывных тянучек или драже со всевозможными рандомными вкусами, среди которых запросто могли затесаться конфетки со вкусом мокрого асфальта или собачьего кала. Оно мне надо?

Черничные чизкейки любят все.

Прыгнул за квартал от места жительства своей… нанимательницы? Сообщницы? Консультанта? Короче, Дафны Гринграсс — изгнанной аристократки с большими амбициями.

Проходя мимо витрины цветочного магазина приметил кое что интересное. Черные маки. Хммм.

Зашел, прикупил букетик. Гринграсс любила всякие дикие полевые цветы, особенно необычных оттенков.

Просканировал их на всякий случай, потому что паранойя — наше всё, а черные маки это подозрительно.

Понятно, хозяева магазинчика просто решили попробовать на них тот же приемчик, что они использовали на розах. Поставили в насыщенную специальным черным красителем воду. Ненатуральный цвет. Пофиг. Все равно красиво.

Дин-дон. Нажал на старенький дверной замок и стал ждать, разглядывая потрескавшуюся местами краску на фасаде здания. Небольшой домик видал и лучшие времена, но из него еще не окончательно ушла красота, задуманная архитектором. Не помешал бы ремонт.

Минута-две-три. Понятно, значит Гринграсс снова дома одна, раз так долго дверь никто не открывает. Ну ничего, подожду немного. В её положении особо не побегаешь. Даже жалко её. Надеюсь, ритуал вернет ей магию, настоящая она Гринграсс или поддельная. Мне это не важно, ведь я знаю только эту Гринграсс.

Представил себя на её месте, ведь такое могло бы запросто произойти, если бы что-то пошло сильно не так в тот раз. Жить без магии, однажды вкусив её, слишком тоскливо, а ведь она потеряла не только магию, но и здоровье с нормальной подвижностью тела. Как-то это слишком уж несправедливо.

Если бы мне протянули руку помощи в такой же ситуации, я бы был очень благодарен. Надеюсь, сероволосая нанимательница думает схожим образом и не ответит на доброту черной неблагодарностью.

Щелк-щелк. Замок открылся, но не дверь. Выждал пару секунд и провернул ручку, толкнув дверь вовнутрь, дав время девушке отъехать назад на своем кресле. Я чувствовал её за дверью и знал, когда можно войти. Пространственный сканер, пожалуй, может быть покруче рентгеновского зрения.

— Доброго дня, Дафна.

— Доброго, Амос. Заходи. — На мою вполне искреннюю улыбку ответили почти такой же, но не столь жизнерадостной. Оно и понятно. У девушки давно не было поводов для веселья. — Ох, это мне?

— Разумеется. — Я протянул ей букет, который прятал за спиной и закрыл за собой дверь. Ну вот, теперь она улыбнулась чуть ярче. Если нет повода, то его всегда можно создать.

— Очень приятно пахнут. Спасибо. — Она поднесла их к лицу и зарылась в них носиком, прикрыв глаза от удовольствия. Краситель никак не повлиял на запах, я проверил. — Проходи в гостиную, располагайся. Я заварю нам чай и подкачусь, хе-хе.

— Тебе помочь? — Я снял обувь и пошел по коридору вслед за ней.

— Нет, сама справлюсь. Тебе как обычно?

— Да, спасибо. — Мы разошлись на развилке. Она укатила в маленькую кухоньку, а я зашел в довольно просторную гостиную с мягкими креслами и шикарным удобным диваном, на котором и устроился в итоге.

Под потолком висела приличных размеров латунная люстра, стилизованная под старину. Половина лампочек не горела, из-за чего свет был слегка приглушенным. Не помешало бы заменить перегоревшие, пожалуй.

Мне то это никак не помешает, ведь даже кромешная темнота для меня не помеха, а вот девочке незачем портить своё зрение еще сильнее. Щелкнул выключателем, погрузив комнату в полумрак. Не рекомендуется чинить магией нечто, подключенное к электросети. По крайней мере, сначала надо убрать подачу тока.

В руку скользнула волшебная палочка. Беззвучно использовал репаро несколько раз, восстановив целостность нитей накаливания и убирая другие микроповреждения. Лампочки откатились до своего заводского состояния. Повторное применение репаро, когда они снова перегорят, уменьшит их срок службы втрое, но это произойдет еще не скоро. Повторный щелчок выключателя сделал комнату намного светлее, но взамен свет выявил некоторую ветхость жилья Гринграсс. Мда. Может быть, неспроста они не меняли лампочки.

На журнальный столик легли звездные атласы, книги, справочники, мои конспекты и наработки, дополняя литературу, которая уже была у нее в наличии. В основном, с её стороны были исписанные мелким почерком, явно по памяти, конспекты и зарисовки. У нее явно раньше был очень крутой уровень окклюменции, раз даже лишившись магии у нее осталось настолько упорядоченная и детализированная память.

— Твой чай. — Дафна подкатилась на своем инвалидном кресле к столику, держа поднос на коленях. Цветы, видимо, поставила в вазу на кухне. — У тебя новый имидж?

Я не стал утруждать девушку и поднялся со своего места, чтобы помочь сервировать стол. Видимо, она про мои волосы, которые я так и не успел подстричь.

— Эх, просто последствия одного эксперимента. Мой парикмахер вернет всё как было.

— Спасибо. Очень галантно с твоей стороны. — Она не стала отнекиваться от помощи на этот раз и передала поднос мне. — И спасибо за свет. Сама я, как ты понимаешь, до люстры не достаю, а моя родственница слишком устает после работы и вряд ли обратит внимание на парочку перегоревших ламп, пока в комнате достаточно света с её точки зрения.

— Ничего такого, мне не сложно. — Я пожал плечами, и пододвинул ей чизкейк. — Пожалуй, я принесу десертные вилки.

— Было бы неплохо.

Зашел на кухню и, прикрыв глаза, сосредоточился. Второй шкафчик сверху под раковиной. По сути, все еще идут первые сутки пользования моей новой силой, так что мне простительно некоторое ребячество. Хотелось использовать ее на полную, даже в таких мелочах.

Понимаю, что балуюсь как ребенок, который получил на Рождество игрушку, которую ждал весь год, но ничего не могу с собой поделать. Магия — моя страсть. Вскоре я вернулся обратно за стол, принеся с собой пару серебряных вилочек.

Чизкейк и чай были вкусными, а голос девушки можно было слушать вечно, что бы она не рассказывала, столь мелодичен он был. Я бы даже сказал, что с моими возросшими возможностями смог оценить его по новому.

— Ты не против, если я включу телевизор? Люблю смотреть новости на заднем фоне. — поинтересовалась девушка, когда мы покончили с чаем и обязательными разговорами о погоде и всяких мелочах. Пришло время усиленной мысленной работы.

— Валяй. Последнее время у меня было не так много возможностей послушать, что творится в большом мире, так что краем уха тоже послушаю. — Для кого-то вроде меня улавливать на периферии интересную информацию вполне нормально. — Хотя я удивлен, что ты так пристрастилась к телевизору.

— Знаешь, я… — Дафна на пару секунд замолчала, задумчиво уставившись в потолок. — просто устала от тишины и одиночества, пожалуй. К тому же, скука убивает даже лучших их нас, и я не исключение. У маглов же постоянно что-то происходит. Динамичное развитие сюжета, так сказать. Изменения — есть суть жизни. Печально, что волшебное сообщество забыло об этом, но приятно, что кто-то всё еще следует этому завету. Телевизор для меня — это сейчас единственная активность, с помощью которой я могу развлекаться, узнавать что-то новое и разгонять тишину.

— Ну, еще есть радио… — неловко пошутил я, что бы сказать хоть что-то в установившейся гнетущей тишине.

— Ха. Да, тут ты прав. Еще есть радио, — грустно улыбнулась девушка. Она приподнялась на руках и осторожно пересела со своего инвалидного кресла ко мне на диван. Так нам будет сподручнее изучать литературу, так что я ничуть не возражал, — но хватит о грустном. Сегодня, в любом случае, у меня есть и приятная компания, и моя драгоценная магия, пускай последняя находится только на страницах пожелтевшего пергамента, тихо шурша среди сухих формул расчетов. Даже такого мимолетного касания магии кончиками пальцев на страницах древних трактатов, может хоть ненадолго утолить мою жажду.

— Придет время, и на кончиках твоих пальцев снова будут танцевать разряды молний! — подбодрил как мог, извиняясь за свою неуклюжесть ранее. — Уже скоро.

— Было бы здорово. Знаешь, я очень люблю грозу! — мечтательно зажмурилась та, кто жаждет вернуть себе магию больше всего на свете. — Смывающий печаль и сбивающий надоедливую пыль под ногами, дождь. Штормовой ветер, уносящий переживания за горизонт. Хмурые тучи, среди которых перетекают смертельно опасные разряды молний. Свежесть в воздухе и легкий запах озона после дождя.

— Я, почему-то, так и подумал. — пробормотал я, почувствовав что-то необычное. На секунду, сосредоточил все свои улучшенные чувства на сидящей рядом Гринграсс.

В хрупкой на вид девушке, нет, пожалуй, даже девочке, каким-то образом я ощущал не просто притаившуюся легкую грозу, нет, настоящую бурю. Тропический циклон, ураган, который только и ждёт своего часа, чтобы вырваться наружу и смести с лица Земли, словно застарелый слой дорожной пыли, всё, что встанет на пути. Это была не скрытая магическая мощь или взрывная физическая сила, а скорее…сила воли и разума? Пожалуй.

Думается мне, что находиться в центре, так называемом безопасном «глазе бури», будет чертовски верным решением. Кто бы не обидел её в прошлом, главное, что это точно был не я, ха-ха. Сила воли и острый разум могут быть даже опаснее, чем голая сила.

Наваждение схлынуло так же быстро, как и появилось. Рядом со мной вновь сидела немощная и беззащитная калека, для которой самостоятельно даже чай для дорогого гостя заварить — уже проблема. Но я не обманывался. Пока ведьма или волшебник окончательно не сломался и не сдался, всегда можно найти аварийный выход. И ведь она его уже нашла, если подумать. Осталось только приоткрыть ей дверь, но и с этим Гринграсс справилась на ура, найдя среди толпы того, кто не побрезгует, не испугается, заинтересуется, и самое главное — сможет это сделать. Идеальный исполнитель, работающий за еду — это я. Ладно, не за еду, а за новую магию, и, скорее, на перспективу, но все же…

Ох, она либо все настолько хорошо просчитала, либо ей просто повезло. С везением у неё, должно быть, не очень хорошо, раз она застряла в таком неприглядном состоянии, так что ставлю на первое.

Год. Примерно столько мне понадобится, дабы подготовить все для неё. Может быть, даже немного меньше.

Раньше была проблема со сложными и дорогими ингредиентами, но благодаря договоренностям с Де Аморе это теперь не проблема. Я даже знаю идеальное место, где можно будет провести этот громоздкий ритуал, который нужно будет подпитывать извне колоссальными объемами маны. Попасть туда, правда, может быть немного накладно, но в крайнем случае — просто отдавлю Поттеру пальцы на ногах, чтобы он немного пошипел от боли.

— Давай сегодня разберем вопрос о конвертации сырой маны в подходящую для ритуала, вот эти блоки? — предложила Дафна, проводя указательным пальцем по чертежу.

— Почему бы и нет. Никак не могу понять, как получить подходящий коэффициент полезной маны в условиях не замкнутого магического пространства.

— Смотри, видишь вот эту часть вспомогательного волшебного круга?

— Да.

— Вот он, и тот, что находится с противоправной стороны триграммы, отвечают за компенсацию не направленного потока магии, а вот эти глифы помогают с фильтрацией….

***

Некоторое время спустя. Поздний вечер.

— Пожалуй, на сегодня хватит. Вижу, твоя способность усваивать новую информацию начала снижаться. Незачем перегружать голову, да и я сама устала. — Гринграсс, хлопнув в ладоши, устало откинулась на спинку дивана. За окном уже были поздние сумерки, а мне действительно уже хотелось отдохнуть и размяться. — У тебя еще есть вопросы?

— Вообще-то, да. Я хотел спросить совета в одном деле. Конечно, все что мы будем далее рассматривать — просто теория. — Достав из сумки конспект с наработками по своему высшему проклятью, я передал его из рук в руки.

— Ха, конечно-конечно. Просто гипотетически, да? — лукаво подмигнула заметно повеселевшая девушка. Пускай она физически устала, но такое обилие магии, пускай и теоретической, было для нее как для умирающего на солнце путника стакан ключевой воды.

— Угу, гипотетически. Просто интересно, что ты скажешь об этом. Возникли некоторые… трудности, в заключительной части.

— Сейчас посмотрим! Ага, малефика… — Пока она вчитывалась в сухие строки расчетов, я сходил на кухню — заварить нам еще партию чая, с которым вскоре вернулся. У нее ушло минут двадцать, чтобы вникнуть в суть, за которые я успел прикончить две чашки. На самом деле, она разобралась довольно быстро. У меня ушло бы немного больше времени.

— А кто-то тебе неплохо насолил, да, Амос? — Дафна положила блокнот на столик и устало потерла переносицу, прикрыв слезящиеся от напряжения глаза. — Такое проклятье немного жестковато даже для неудачливого убийцы, промахнувшегося мимо тебя или школьных хулиганов, не находишь?

— Ну, если бы меня просто попытались убить или макнуть головой в сортир, то я был бы не настолько изобретателен и экстравагантен в выборе средств, знаешь ли. Конечно, если мы говорим сугубо гипотетически. Но вот если бы меня попытались запытать до смерти и скормить душу дементорам… я бы очень расстроился.

— Пожалуй, это уже более весомый повод. Я бы тоже расстроилась, но стоит ли так заморачиваться? Цель должна быть очень трудноубиваемой, раз кому-то пришло в голову уничтожить её таким изощренным способом.

— Условная цель — действительно очень живучая скотина, и простые проклятья или методы вряд ли сработают. И хотя все мы смертны под луной, и я смог бы убить его, если бы постарался, но… это было бы слишком просто. Недостаточно жестоко. Дело даже не во мне. Это вполне заслуженное наказание за все, что кое-кто успел совершить.

— Ну хорошо. Как я понимаю, возникла проблема с поднятием высшей нематериальной нежити, так?

— Так. Я… не имею нужных знаний, видишь ли. Самоучка. Основа для проклятья готова, но вот как задействовать настолько продвинутую нежить, к которой сохраниться часть воспоминаний и которая сможет ментально подключаться к жертве и вытаскивать из ее головы недостающие части мозаики для большей эффективности… я не знаю.

— Понятно. Логично, что ты решил обратиться за советом о некромантии к кому-то из рода некромантов, но тебе не кажется, что я для таких вещей маловата? — испытующе блеснули изумруды глаз.

— Да брось. Только не говори, что это слишком высокий уровень «теоретических» — я даже выделил кавычки пальцами — знаний. Я достаточно изучил твой ритуал, и только дурак не заметит, что в нем как раз присутствует некромантия нужной направленности. Причем на уровень выше той, что я хочу использовать для своей собственной небольшой мести. Создание неупокоенного духа-пиявки и рядом не стоит с манипуляциями душой. Итак?

— Мммм. Ну, допустим. Если это останется сугубо между нами, то я могла бы приоткрыть для тебя завесу тайны. Восполнить пробелы в твоем… образовании.

— Разумеется, это останется между нами. Мы и так уже слишком глубоко увязли в совместной работе и у меня нет желания все испортить по велению левой пятки. Не вижу причин, почему мы не могли бы слегка расширить спектр нашего сотрудничества.

— Неплохо сказано, хотя и слишком витиевато, как на мой вкус. Общаешься с кем-то из знати? Ладно! — Внимательно посмотрев мне в глаза, ведьма будто нашла то, что искала и расслабилась. — Я научу тебя созданию паразитических духовных конструктов и некоторых видов высших умертвий, а ты пообещаешь, что не навредишь мне или тем, на кого я укажу с помощью тех знаний, что я тебе передам. Как тебе?

— Что, даже без клятвы и предварительного списка? Как-то подозрительно. Кто-нибудь из персонала Хогвартса попадает под протекцию?

— На самом деле, это просто формальность. Не думаю, что ты стал бы вредить мне, ну а что касается тех, на кого я укажу… Скажем так, на них это все равно бы не подействовало. Это скорее ритуальная фраза, и нет, никто из персонала школы не является исключением. Я уже даже догадываюсь, кто мог оттоптать тебе ноги.

— И кто же?

— Декан Слизерина, не так ли? Этот лицемерный кусок дерьма любит совать свой крючковатый нос куда не просят, так что я не удивлена, что вы не поладили.

— Ох, Дафна, какие нехорошие слова ты знаешь… Похоже, не только мне он ноги оттоптал, раз ты о нем так отзываешься, а?

— Ммм. Да. Очень неприятная личность, так что если именно он действительно твоя цель, то я с удовольствием помогу тебе создать максимально убойную дрянь для дорогого декана.

— Вот так просто? — Я скептически задрал одну бровь.

Гринграсс звонко рассмеялась. Какой же приятный у нее голос и смех, в самом деле, снова отметил для себя непреложный факт.

— Амос, я доверила тебе свою жизнь и будущее, разве нет? Такая мелочь даже рядом не стояла в сравнении с тем, что ты для меня делаешь. Плевать мне, кого ты там собрался проклинать. Министра. Дамблдора. Весь состав судей Визенгамота. Пускай даже мою младшую сестру или моих родителей. Они вычеркнули Дафну Гринграсс из своей жизни, так почему меня должно волновать их благополучие? Кто там еще остался? Мой бывший жених? Пфффф. Не смешно. Делай с ними что хочешь, только не попадайся. Я рассчитываю на тебя.

— Ха-ха, как эгоистично. Но раз я обещал помочь тебе, то я помогу. Мне просто было интересно…

— Насколько вольно ты можешь применять орудие массового поражения, которое попадет тебе в руки?

— Нет. Насколько я могу доверять тебе, и насколько ты мне, но вопрос уже не актуален.

— Тебе достаточно будет моего слова, что я не ударю в спину?

— А тебе моего?

— Вполне.

Я задумался. Пожалуй, я давно разучился верить людям на слово, но в магическом мире оно значило чуть больше, чем в обычном, да и Гринграсс не казалась мне кем-то, кто готов из-за мимолетной выгоды похерить доверительные отношения с человеком, который протянул ей руку помощи тогда, когда никто другой даже не посмотрел бы в её сторону. Просто слово, да?

— Эх. Хорошо, у тебя есть мое слово, так что давай перейдем уже к делам насущным.

— Замечательно, а у тебя есть моё. В таком случае я подготовлю для тебя все, что нужно, через недельку в письменном виде. Надеюсь, ты не боишься раскапывать чужие могилы? Для твоего проклятья понадобится физический якорь для духовного паразита.

— Объективно говоря, это не самое плохое, что мне приходилось делать в жизни, так что нет, не боюсь. Кладбища мне даже немного импонируют. Тишина, спокойствие, травка зеленая повсюду растет, ага.

— Хмпф, тем лучше для тебя. А пока — я хотела бы обсудить интересную идею, которая как раз касается высшей некромантии и твоего проклятья в целом.

— Я весь внимание.

— Слышал что-то про Дары Смерти?

— Как и любой волшебник, у которого уши и глаза растут не на заднице.

— И ты знаешь, что они вполне реальны, да?

— Более чем. Старшая палочка в этом тысячелетии успела наворотить таких дел, что и в следующем тысячелетии аукаться будет.

— Ах, да, неверная палочка-убийца. — ведьма сделала глоток горячего чая и зевнула, прикрыв рот ладошкой. — на самом деле, теперь это уже безопаснейший из даров. Ты ведь видел её?

Я немного поколебался, говорить или нет, а потом подумал, что информация не настолько уж и секретная. Дамблдор не часто колдует с помощью палочковой магии, предпочитая обходится без Старшей Палочки, но бывает же, что и колдует. Дафна вполне могла бы видеть её, и если так, то, вполне вероятно, она просто проверяет меня.

— У Дамблдора. У кого как не у победителя Гриндевальда быть отнятой в бою палочке-убийце?

— Хммм. То-то она показалась мне знакомой. А ты знаешь, кто создал «Дары Смерти»?

— Ну, Смерть? По крайней мере, так утверждают легенды и сказания.

— Жаль тебя разочаровывать, но все немного прозаичнее. На самом деле, это был один могущественный фэйри, который обожал издеваться и подшучивать над людьми. Так уж совпало, что звали его Дессирион, и решил он представиться трём братьям как Дес(смерть). Принять облик Смерти, как ты понимаешь, для фейри было проще простого, а раздать несчастным братьям проклятые предметы, посеяв смуту на века вперед — смешная шутка. Прикол. Нам с тобой он может показаться не смешным, но у фейри иное чувство юмора. Чем чернее юмор и чем дольше длится «розыгрыш» — и его последствия — тем смешнее.

— Подожди-ка. Разве фейри не ушли в другие миры задолго до Певереллов? И разве все три предмета были прокляты? Я думал, что мантия с плеча «Смерти» была, ну, рабочим, нормальным, артефактом? — позволил я себе перебить девушку — хотелось уточнить пару несостыковок.

То, что она так много об этом знает, уже само по себе настораживает, даже если забыть про остальные тревожные звоночки, но чтобы знать фейри по имени… И ведь не спросишь напрямую. Так дела у нормальных волшебников не делаются. Намеки, подсказки, наводящие вопросы и междустрочные ответы — пожалуйста. Прямые вопросы и ответы? Нет.

Для нее явно допустимо, что я подозреваю или догадываюсь о чем-то, но при этом что-то мне подсказывает, что стоит мне спросить в лоб — и последствия мне не понравятся. Игра должна продолжаться сугубо по правилам.

Готов поспорить, она не задает мне неудобных вопросов, хотя наверняка догадывается о многом, по тем же причинам. Вот спросит она меня «Амос, а ты случайно не истинный оборотень?» и мне, очень вероятно, придется либо убивать её прямо здесь и сейчас, либо обвешивать принудительными клятвами и гейсами как новогоднюю елочку гирляндой. Устранение я бы оставил на крайний случай, конечно, но все же…

Может ли быть, что Дафна на самом деле фейри или альв? Или, вернее, реинкарнация кого-то из них. Или захватчик-подселенец. Человеческое тело вообще подходит для иных видов разумных? Хотя… блять, они же прирожденные метаморфы. Если и не подходило, то уж подстроить под себя такая перерожденка смогла бы на раз-два. Тогда почему она до сих пор практически прикована к инвалидному креслу? Или её подловили как раз в момент перестройки организма, отчего она и схлопотала такие повреждения, ведь процесс был не завершен. Хотя нет. Это уж наверняка заметили бы колдомедики. Что-то не сходится.

Или, может, я хватил лишнего и древним родам банально настолько больше открыто касательно нашего прошлого, что даже узнать имя конкретного фейри, стоящего за очередной «шалостью», не проблема? Вполне возможно, сказал бы я, если бы это была единственная странность. Но счётчик «странных совпадений» натикал с приличным запасом.

— Некоторые из их рода все еще странствуют по Земле, большинство обитает на своей родине и живет в Нокстелле. Так что встретить такого шутника или шутницу все еще возможно даже в наше время, а тысячу лет назад и подавно — проще простого, если твоя удача показала дно. Вот братьям-некромантам и не повезло прикоснуться к легенде. Они думали, что были избраны, но по факту — стали просто объектом злой шутки. — Гринграсс с удовольствием сделала еще глоток чая, промочив горло и продолжила лекторским тоном. Иногда мне кажется, что сам процесс обучения кого-либо доставляет ей удовольствие и ввергает в некоторую отстраненную меланхолию, из-за чего она, возможно, рассказывает немного больше, чем собиралась. — Что касается проклятий, наложенных на дары, то самое сильное легло как раз на палочку, заставляя и владельца, и всех вокруг помешаться на ней и жаждать заполучить любой ценой. Каждое убийство, которое произошло по вине этой волшебной палочки, подтачивало душевное здоровье носителя, но делало его чуть сильнее, что лишь усугубляло ситуацию. Накопительный эффект во всей красе… К чему это приводило рано или поздно — догадаться не сложно.

— И никому не пришло в голову, ну, не знаю даже, сломать её пополам? Мне бы не понравилось, если бы какая-то зубочистка пыталась трахнуть меня в мозг, обещая взамен «огромную силу». — Я припомнил каноничный финал Гарри Поттера, где он просто переломил ту пополам после победы, да и выкинул в реку. Тогда мне показалось это не самым разумным решением с его стороны, но в таком контексте… Может парень просто оказался несколько мудрее, чем я о нем думал, и, наученный горьким опытом со всякими крышесносными крестражами, перестраховался.

— Конечно, находились те, кто пытался избавиться от палочки, но это оказались не так-то просто. Сама мысль об этом вызывала в носителе сильнейшее неприятие этого действа и желание поубивать всех, кто пытается отнять палочку и уничтожить её, расценивая это как покушение на собственную жизнь. Слышала, что, в некоторых редких случаях, носителя Старшей Палочки все же убивали как раз те, кто хотел уничтожить её раз и навсегда, но, в итоге… Победивший дракона сам становился драконом, поддаваясь ее смертоносному очарованию. Проклятья ментального типа всегда славились тем, что подбирают правильный ключик, индивидуальный для каждого разумного.

— Как-то не вяжется это с поведением Дамблдора. Я не считаю его светлейшим и добрейшим человеком, но на поехавшего маньяка-Гриндевальда он явно не тянет, — скептически заметил я.

— На то есть две банальные причины. Даже если не брать в расчет, что Дамблдор — человек с высокой ментальной устойчивостью и незаурядной силой воли, к тому же не особо часто использующий свой боевой трофей… С тех пор, как её создали, Старшая Палочка прошла через такое количество рук, что проклятье просто со временем утратило силу. Просто выветрилось, ведь его никто не обновлял. Шутка затянулась настолько, что пережила шутника.

— Тогда почему он просто от нее не избавился? Это было бы в его духе. Общее благо, все дела.

— Кто его знает? Сентиментальность? Выгода? Может, он просто не знал об этом нюансе? Ну а может быть еще какая-то малая часть проклятья осталась. Сама его основа, что не позволяет владельцу избавиться от нее, например, но уже без других функций. Даже если это так, проклятье протянет еще максимум пару смен владельцев, если мои расчеты верны, и потом просто испарится.

— Хммм. Получается, вскоре Старшая Палочка станет безопасной для ношения, так?

— Да, станет. Только вот вместе с проклятьем истончаются и ее сильные стороны. Ты же не думал, что фейри не предусмотрит такую подлянку?

— Вот же… Значит, никакого супероружия по бросовым ценам, да?

— А что, хотел её себе? Забудь. Даже если проклятье выветрилось, от этой штуки одни проблемы. Её такой и задумывали, в конце концов. Сила концепции вне магии, так что, готова поспорить, она продолжит приносить своему владельцу несчастья. Мне казалось, что ты достаточно умен, чтобы сосредоточиться на увеличении своей собственной силы, а не на поисках заемной.

Какой тонкий намек. Едва в комнате поместился.

— Тц. Ты права. Это скорее просто эффект хомяка.

— Эффект… хомяка? — Гринграсс хихикнула. Её позабавило это выражение, но она явно не поняла в чем соль. Ладно, ожидаемо, что она не знает. Поясню.

— Ага. Ну, знаешь, тащить в свое логово все, что плохо лежит, даже если оно тебе не особо-то и надо, с расчетом на «а вдруг пригодится?». Слышал, это практически профессиональная болезнь всех волшебников. Оттого чуланы и кладовые постоянно забиты всяким ненужным барахлом.

— Забавно. Но тащить к себе в логово обогащенный уран ты же не станешь, не так ли? Проклятые предметы столь же опасны для волшебников, как для маглов радиация.

— Нет, не стану, можешь не переживать. К тому же, как бы я отобрал палочку у директора? Есть и более приятные способы самоубийства, знаешь ли.

— Пожалуй, тебе и правда пока рановато с ним бодаться. — Дафна приставила пальчик к подбородку и сделала вид, что задумалась. Покивала своим мыслям. — Да, определенно.

Вот же язва.

— Того же мнения. — Закатил глаза на её игру. — Что тогда насчет Мантии? Младший из братьев дожил до старости и избежал смерти, разве нет?

— Избежал смерти? С чего ты взял? В конце концов, он ведь умер, разве нет? И всю свою жизнь прожил, скрываясь под мантией, видя в каждой тени своего убийцу, вздрагивая от каждого шороха, словно мокрица, забившаяся под камень, не видя белого света. Интересно, а наследника он себе так и зачинал? Забавное было зрелище, наверное.

— Да уж, обхохочешься… — Я на секунду представил себе этот процесс и мне стало как-то не по себе. Случай смешной, а ситуация страшная. На пару минут установилась тишина. Каждый осмысливал страшную шутку фейри-извращенца.

— Скажу по секрету, в Мантии есть еще один серьезный изъян, — заговорила первой Дафна, — она действительно способна укрыть от опасности, но только до определенного уровня угрозы. Если противник слишком силён и хорошо подкован в магии, не лишен наблюдательности и интуиции, то Мантия не поможет, а, скорее, сама послужит причиной погибели. слишком положившись на нее — легко подставиться под удар, когда этого не ждешь. Взять хотя бы Поттера.

— Гарри? — удивился я.

— Нет, Джеймса Поттера. Ты читал отчет аврората о той знаменитой ночи на Хеллоуин?

— Ммм, нет. Только газетные вырезки. Откуда бы мне взять секретные документы ДМП или авроров? Но ты читала. — не вопрос, а скорее утверждение.

— Поинтересовалась как-то. Всем было интересно в то время, так что авроры носом землю рыли, а все интересующиеся могли прикупить у них копии отчетов за звонкую монету. Мой род не был исключением. Архив сохранился в библиотеке и я его изучила. Очень уж странный был случай, а я люблю всё необычное. К тому же Хеллоуин! — Сделав драматическую паузу, но не увидев на моем лице особого пиетета перед этим сакральным днем, она разочаровано вздохнула, словно человек, рассказывающий страшилку у костра, но не добившийся достаточно бурной реакции у слушателей. — В ту ночь он встретил своего архиврага в Мантии-Невидимке, положившись на реликвию своей семьи. Уверена, она раньше никогда не подводила и помогала во всяких авантюрах. Такой надежный, беспроигрышный вариант. Потому его холодный труп не сразу нашли под завалами. Повезло, что она пропиталась его кровью и следователи смогли обнаружить пропажу, заметив бурые пятна висящие в паре сантиметров над полом. Вот так-то. Не помогла она ему противостоять волшебнику значительно превосходящему его в силе и навыках. Подвела в самый критически важный момент. У компетентных волшебников всегда есть способ видеть больше других, понимаешь?

Еще один непрозрачный намек и урок мне. Сука. Кто бы говорил про «видеть больше». У тебя же даже магии нету, а все равно что-то заметила… Но как?! Где я прокололся? Ладно, я не злюсь на нее, мне просто немного обидно. За науку я как раз благодарен, даже если она больно уколола мое эго.

Если я правильно трактовал ее посыл, то каждый крутой маг имеет в своем арсенале какой-то свой способ отслеживать происходящее вокруг себя, будь то особое магическое зрение, как у Луны, пространственное восприятие, как у меня, или чувство крови вампиров. Магическая аура Дамблдора, сто процентов, способна на что-то такое, и так далее. Эффект и способ могут разниться, как и эффективность, но не сложно догадаться, что, вступая в высшую лигу, повышается и уровень сложности оппонентов.

Скорее всего — меня бы такой фокус с Мантией-Невидимкой тоже не обманул бы. По крайней мере — вблизи уж точно. А Поттер явно был ограничен в пространстве для маневра четырьмя стенами и затаился в коридоре или гостиной. Подбирался поближе к цели, чтобы наверняка. Придется учитывать на будущее, что не один я такой «глазастый» и слишком полагаться на дезиллюминационные чары точно не стоит. Как минимум Лорд тоже умеет смотреть на вещи шире, ха!

— Понимаю. Это интересно. Получается, что в случае реальной опасности «Мантия Смерти» скорее мешает, чем помогает?

— Верно. Если бы он вступил в обычный магический бой, окутался щитами, натравил на Лорда защиту поместья, то, может быть, смог бы выиграть время для своей жены и сына. У Поттеров наверняка были аварийные способы бегства, тот же исчезающий шкаф. Просто им не успели воспользоваться. Подкрепление тоже не успело подоспеть вовремя. Разве не иронично?

— Мда. Хотел как лучше, а получилось как всегда. Что же тогда Воскресающий Камень делает? В чем подвох?

— О, он работает в точности так, как и описано в легендах и сказаниях, полагаю. Воплощает неупокоенный дух мертвеца, который медленно но верно сводит с ума и выпивает жертву, досконально имитируя поведение усопшего на основе памяти у «воскрешающего». Странно, но по ходу истории ведь постоянно находились идиоты, которые думали, что смогут использовать его «правильно» и действительно вернуть к жизни своих любимых, несмотря на самое прямое предупреждение из всех возможных. В случае этого Камня правильное использование подразумевало очевидный исход с самого начала. С Мантией и Палочкой было не все настолько однозначно, но с Камнем то…

— Да уж, такой себе подарочек от доброго фейри, я понял. Но к чему был этот познавательный экскурс в историю?

— Перехожу к сути. В общем, Камень не особо полезен, если не хочешь покончить с собой максимально травмирующим психику способом, но конкретно для твоего проклятья, воскрешающий камень мог бы послужить усилителем, ведь у них одна суть, смекаешь? Я думала, ты вдохновлялся Воскрешающим Камнем, когда создавал свое проклятье, разве нет?

— Оу… и правда. Как-то я об этом не подумал. Хотя, может быть часть вдохновения пришла ко мне от него… Только вот Воскрешающий Камень уже давно никто не видел, в отличии от Палочки и Мантии.

Девушка пожала плечами.

— Просто сказала. Может быть, эта штука ободрала очередную жертву, которая вела уединенный образ жизни и так и осталась лежать в закрытом от мира мэноре или другом уединенном месте, подальше от людских глаз, пока однажды его не найдет случайный путник. Я просто прикинула, что в теории они могли бы взаимно усилить друг друга, превратив проклятье во что-то по настоящему жуткое и неснимаемое. Если найдешь его — не выбрасывай, но и голову не теряй. Не используй его для себя, но используй на врагах.

— Оно и так жуткое… Но я тебя услышал, — задумчиво пробормотал я. Так-то я знаю, где спрятано Колечко Кощеево, но есть проблемка. Похоже, Том не халтурил — и защитил этот крестраж получше других, да так, что об него сам Дамблдор убился. В каноне, по крайней мере. Но что-то там явно не так с колечком, это точно. Стоит ли лезть за ним на рожон ради усиления проклятья, вот в чем вопрос. Это стоит обдумать и принять взвешенное решение.

— Твоя правда. Ну, это все просто теория.

— Да, просто теория.

Внезапно, я уловил краем уха кое-что в вечернем новостном репортаже, что привлекало мое внимание.

«… наблюдать последствия сильного взрыва газа. Как вы можете видеть на кадрах, от дома практически ничего не осталось. Пожарные и спасатели уже потушили пожар и сейчас из-под завалов извлекают тела. Личности погибших уточняются, но с учетом высокой температуры — с опознанием тел могут возникнуть проблемы. Пока было найдено два тела, но поисковая операция продолжается. Наш репортер на месте событий успел узнать у соседей, что в этом доме проживало как раз два человека. Мать и сын. Возможно-ли, что именно их тела извлекли из под завалов? Констебли Бирк и Сильвер, которые были неподалеку и прибыли к месту происшествия первыми, когда услышали взрыв, вызвали пожарных, а затем…»

— Вот твари. Это же мой дом! Был…

Вскочив с дивана, я заметался по комнате, не отрывая взгляда от экрана. Хотелось сорваться с места и рвануть туда. Найти и поотрывать головы этим ублюдкам, которые сунулись туда, где их не ждали. Выпотрошить их! Ух, все таки они решились на это… Ну ничего, подождите у меня… Придет серенький волчок и откусит нахер ваш бочок.

— Соболезную. Надеюсь эти два тела, это не…

— Нет. Это не мои родственники. — Я немного успокоился, подавив рвущийся наружу грозный рык. Спокойно, Амос, все хорошо. Это просто дом. Он даже застрахован был. Геката не пострадала. Это ведь твоя же ловушка прищемила хвост крысе, так чего тебя это так задело? Ох уж эти постритуальные последствия. — Это, скорее всего, как раз те идиоты, что решили устроить поджог или засаду на меня. Вот и нарвались на противопехотный… взрыв газа.

— Взрыв газа, говоришь, да? — прищурилась девушка. В голосе скользил легкий сарказм.

— Справедливости ради, на кухне действительно были баллоны со сжиженным газом. — Ага, рядом с модифицированными противопехотными минами, добавил уже про себя я. — Так что следователи и пожарный департамент подтвердят такую теорию, если не будут слишком глубоко копать: воришки забрались вечером в пустующий дом, чиркнули зажигалкой и… как неудачно, что хозяева дома, уехав в отпуск, забыли выключить газ… Бах, и нет воришек. И моего, сука, дома.

— Хм, удобно. И никакой магии?

— Нет, конечно. Откуда бы ей взяться в доме бедного магглорожденного волшебника? По крайней мере, огонь и взрыв там все затерли основательно…

— Ну-ну. Надеюсь, ты не собираешься бежать и мстить прямо сейчас? Это было бы очень не умно с твоей стороны, — спокойным голосом прокомментировала Дафна, — явная провокация и ловушка.

Я промолчал. Очень хотелось рвануть по горячим следам, конечно, но… нет. Тут она права. Я и так знаю, кто за этим стоит. Если я сейчас же пойду вышибать мозги виновникам, то это ни к чему хорошему не приведет и я сам загоню себя в ловушку. Они ждут ответной реакции, причем немедленной.

— Нет. Я подожду. — Подожду, ведь они-то ждать долго не могут. У них там сейчас и другие проблемы есть, и это ни что иное, как жест отчаяния. Хотят они того или нет, но им придется отвлечься на более серьезную угрозу, и тогда придет время расплаты. Да, знаю, что я сам подорвал свой дом, но ничего хорошего бы они там не сделали, так что, как только их люди проникли внутрь, выбора у меня не было.

— Правильно. Месть — дело благородное, но требует взвешенного подхода. Если уж мстишь, то делай это с пользой для себя, иначе это просто путая трата времени.

— Разумеется. — Я прикрыл глаза, окончательно успокаиваясь. Спокойный голос Гринграсс помогал обуздать клокочущую внутри ярость, действуя как хорошая кружка горячего кофе… Присел обратно на диван.

Надо отрешиться от проблемы и просто подумать. Раз уж кое-кто так жаждет выманить меня и прикончить, что ж, рандеву можно устроить. Но воевать мы будем на моих условиях. И, желательно, чтобы мне за это еще и заплатили. Спрошу Аманду, не нужна ли Де Аморе небольшая помощь в устранении наглых недобитков. Что до обратного отсчета… Через месяц Фелисити встанет примерно на одну ступеньку силы рядом со мной. Тогда и нанесу ответный удар. Да, это уже больше похоже на взвешенное решение. Спешить не стоит. Слишком явная провокация. Едва ли во взрыве погиб кто-то важный. Скорее всего — дешевые наемники, если вообще не шваль из Лютного, получившая анонимную наводку, где можно поживиться…

— Вот и хорошо. — Ведьма щелкнула пультом, выключив раздражающий репортаж. — Как насчет еще одной чашечки чая?

— А знаешь, не откажусь.

***

Дверь за её гостем закрылась и «Дафна Гринграсс» задумчиво проводила уходящий в ночную даль силуэт, подкатившись поближе к окну на своем инвалидном кресле.

В небе сияла луна. Вчера было полнолуние, потому серебристый диск был виден отлично и хорошо освещал улицу, помогая одиноким фонарям вдоль дороги подсветить волшебника, пока он, внезапно, не растворился в воздухе, будто его никогда и не было.

- Что же, по крайней мере, он контролирует себя получше некоторых, учитывая его возраст, и талантом не обделён. Занимательно получается, что всех моих главных учеников объединяет одна и та же черта — сначала делают, а потом думают и разгребают последствия… Совпадение, или дело в том, что я подбираю их по себе? Глупости. Конечно это не совпадение, ха-ха. Но, Амос, я надеюсь, что ты не совершишь тех же глупых ошибок, поддавшись сиюминутной прихоти и эмоциям, потому что тогда, маленький волчонок… я сильно расстроюсь.

Изумрудные глаза блеснули в отражении стекла, словно болотные огоньки, а лицо симпатичной молодой девочки, на мгновение, будто стало старше и отчужденнее. Опаснее.

Взглянув на настенные часы, женщина вздохнула. Почти одиннадцать — скоро с работы вернётся её бесполезная «сиделка». Поморщившись от отвращения, она развернула колеса и направилась в свою комнату, попутно заехав на кухню и прихватив с собой вазу с черными маками со стола. Простенький подарок ей понравился и она собиралась поставить его в своей комнате. Давно никто не дарил ей цветов, так что это было… приятно.

Безумно раздражало, что даже спать она сейчас лечь не могла, ведь для начала нужно было пройти через процедуру омовения, самостоятельно справиться с которой она не могла. Придется подождать, пока не вернется старая карга. Коротать время во снах было лучшим выбором. В нематериальном мире чистого сознания к ней возвращалась капелька её силы.

— Тц. Может, мне нужно было попросить его помочь с этим? Запечатлеть лицо ученика в этот момент… Да, пожалуй, потом его смело можно было бы добавлять в коллекцию памятных событий. Особенно, если чуть позже объяснить, что я имела виду магическое очищение, уфуфуфу.

п.с. Автора: немного артов Дафны. Да, глаза не зеленые, я знаю, но мне очень лень перекрашивать. У меня сейчас много дел, так что я надеюсь, что мои читатели смогут подключить немного воображения.

Глава 43 Некромантика

Один месяц и три дня спустя

Сидим, пьем вкусное холодное пиво, наслаждаемся могильной тишиной. Высокий мраморный крест, на котором мы расселись, словно вороны на суку, был прохладным и гладким на ощупь. Что за крест? Да обычный такой, кладбищенский. Могильный, как ночная тишина в Годриковой Впадине. Удобный.

Кладбища, какие они, если вас спросят? Я бы ответил, что это место спокойствия и тишины, пропитанное грустью, смертью, бело-серыми оттенками могил и статуй, напополам с насыщенно зеленой травой, растущей подле могил. Цветовая гамма скорби и разбившихся надежд. Пасмурная ночь не мешала ни мне, ни моей спутнице, ведь оба мы обладали острейших зрением, которому ночь отнюдь не помеха, так что мы видели всё, а нас — никто.

Можно вечно наблюдать за тремя вещами… Хотя, на самом деле, их больше, конечно, но сейчас мы с Фелисити могли наблюдать все же одну из самых классических сцен — как работал кто-то другой. Хотяяя… Работала скорее моя магия. Некромантия.

Пара поднятых еще давным-давно гуманоидов-инферналов уверенно копали старую могилу. Нужно было раскопать ее физически, ручками и лопатой, а не магией, чтобы не оставлять явных следов, в этом и был смысл. Иначе я не потащил бы с собой нежить ночью на кладбище. Это и так звучало слишком клишированно. Будто у некромантов других дел нет, пф.

Вокруг нас были расставлены барьеры — от любопытных глаз зевак или сторожа, хотя Фел и подсыпала ему снотворного, но кто знает?

Один барьер создавал картину, что все тихо и спокойно, никто не копает в ночи чужие могилы, а другой, более сложный, находящийся внутри первого, ближе своим контуром к самой раскапываемой могиле — создавал магические помехи и затирал все следы нашего пребывания. Это уже для отдела тайн. Любопытные они. И опасные. Даже для меня. Или особенно для меня…. Пророки и провидцы те еще любители подглядывать, так что пришлось ставить защиту и от них, что довольно муторное и изматывающее занятие.

Уверен, что рано или поздно кто-то придет сюда, чтобы провести расследование, а мне совсем не нужны обвинения хрен знает в чем. Учитывая то, что раскапываем мы могилу довольно молодой и красивой, при жизни, женщины, могут и совсем нечто несуразное мне приписать, вроде некрофилии. А мне ведь просто нужен главный ингредиент для проклятья!

Сюда должен заявиться только один определенный любитель эффектно махать мантией и никто более, если все получится.

— Знаешь, я немного не так представляла себе этот вечер, когда ты спрашивал, не хочу ли я прогуляться сегодня под луной, — бросила на меня немного укоряющий взгляд Фелисити, сделав глоток пива.

— Ну прости. Ты думала, что мы пойдем в Диснейленд, или что? Это не свидание, вообще-то, а просто работа. Я подумал, что вдвоем будет всяко веселее копать могилы, чем в одиночку. Ты, вроде, жаловалась, что мы последнее время проводим мало времени вместе, вот я тебя и позвал. — Неловко почесал затылок. — Зато у нас есть пиво.

— Ладно, я не против. В конце концов, тут ты прав — чем бы мы не занимались, вместе веселее, а на антураж вокруг как-то пофиг. Жаль, что пиво теперь вообще не вставляет. Надо было брать бутылку коньяка. — Моя девушка пожала плечами — после ритуала пиво действительно почти перестало оказывать опьяняющий эффект, что печально, и теперь приходилось пить что-то сверх тридцати пяти градусов, чтобы хоть немного захмелеть. — И вообще, ты мог бы не юлить, а просто сказать, что хочешь провести со мной побольше времени. Ты что, стесняешься?

Фелисити лукаво улыбнулась, видя что попала в яблочко. Последний месяц я был офигеть как занят и времени на развлечения не было совсем. Но сейчас вереница дел наконец подошла к своему логическому завершению. Ритуальный круг еще не остыл, так сказать, а Фелисити Синдер наконец получила силу Истинного Оборотня — первоочередная и самая ресурсозатратная задача, с блеском выполненная. Сегодня-завтра я разберусь со вторым важным делом, и, если все пройдет хорошо, у кого-то в жизни начнется очень черная полоса. Хотя не то что бы у Снейпа она была особо белой без моего вмешательства. Скорее серая и невзрачная, как половая тряпка.

Потом будет добивающий удар по остаткам трех семей (на самом деле уже двух), а потом вербовка оборотней и парочка совместных операций с самыми дельными из них. Дел предстоит, как видно, немало, вот и пользуюсь любым шансом, пока есть такая возможность. Я же вижу, что ей это тоже надо. Да и мне, чего уж греха таить, не меньше.

Связь между нами натянулась и окрепла согласно расчетам. Среди чувства эйфории и непомерного могущества пряталось сильнейшее притяжение друг к другу. Сильнее, чем раньше.

Пройдет еще какое-то время, прежде чем чувства и эмоции утрясутся и можно будет дышать спокойно. А пока нас обоих немного (много) штормило, было принято решение не устраивать качели и позволить связи устаканиться, потакая желанию физической близости. И Фелисити, и я и так не образцы адекватности, а в момент нестабильности… можем наделать глупостей. Так что хороший секс стал практически лекарством, хе-хе. Всем бы такой диагноз и лечение, и может быть мир бы стал чуточку лучше. И громче.

Тем не менее, от успешно проделанной колоссальной работы захватывало дух. Какая мощь, какие перспективы открываются…

Тренировки по контролю и передаче магии друг к другу только начались, а результаты уже поражали воображение. Хорошо, что вначале мы решили провести всевозможные тесты, а не бросились в бой с голой задницей, испытывать новые возможности в полевых условиях.

В ходе тестов было выявлено много подводных камней. Пришлось создавать и задействовать нечто вроде магических предохранителей. Иначе был неплохой шанс случайно вытянуть из партнера всё без остатка. Не смертельно, но ощущения от магического истощения никогда не были приятными, и это я уже молчу про уязвимость. Ведь если вытянуть всю магию без остатка, то даже в истинного оборотня превратиться не получится. Такого допустить было нельзя.

Из-за того, что передача оказалась слишком эффективной, пришлось установить порог в десять процентов неприкосновенного запаса, иначе партнер мог совсем обессилеть, лишившись всей магии. В экстренной ситуации предохранители можно и сорвать вручную, но злоупотреблять таким точно не стоит. Девяноста процентов заимствованной магической мощи и маны и так достаточно для решения почти любых задач.

Радовало, что с самой передачей и реализацией заимствованной силы проблем не возникло, хотя я боялся, что случайно можно и перегореть от такого серьезного усиления, но нет, обошлось. Вмиг стать почти в два раза сильнее… Бля… Сложно описать словами, насколько сильно это бьет по мозгам, но ощущения просто божественные. Так и привыкнуть можно.

Раздался стук лопаты о нечто твердое и, скорее всего, деревянное.

— Шикарно. Они наконец докопались. — Я сделал последний глоток пива и развеял пустую бутылку невербальным эванеско, эффектно подбросив ее в воздух.

— А теперь что будем делать?

— Нужно вытащить труп. Эх, не хотелось бы тревожить её сон, но без нее никак.

— Ты уверен, что нам нужно все тело целиком?

— Да. Снейп не дурак. Он может догадаться, что проклятье привязано к физическому носителю. Несложно будет догадаться, что за носитель такой, если Лили Поттер начнет выносить ему мозг. — Я хмыкнул, спрыгнув со своей жердочки и прошелся до могилы. — Если, конечно, вообще поймет, что он проклят, а не слетел с катушек окончательно и бесповоротно на почве вины. Думаю, он будет сомневаться в первую очередь в своем рассудке, и прежде, чем придет проверить, как тут поживает его ненаглядная, перепробует все остальные варианты. Что-то мне подсказывает, что смотреть, или тем более раскапывать ее могилу, он не захочет, но мало ли что?

— Какой ты злой. Мне нравится. Но разве тогда он не увидит, что трупа нет и убедится, что это точно проклятье, разве нет? — Фелисити присоединилась ко мне, встав над могилой, из которой два инфернала уже выпихивали на поверхность красивый гроб из вишневого дерева.

Моя рука как-то автоматически обвилась вокруг её тонкой талии и потянула к себе. Фелисити в долгу не осталась и, доказав, что у нее нет никакого стыда, сунула руку в задний карман моих джинсов. Тот, что на заднице. Вот чертовка. Но я тоже так могу. Моя рука съехала чуть ниже, умостившись на её упругой попке, что вызвало у девушки кокетливую улыбочку. Ох уж эти коротенькие складчатые юбочки, которые она так любит. Совсем не оставляют простора для фантазии. Такая тоненькая ткань, что я легко ощущаю через нее узор нижнего белья. В сочетании с чулочками в сеточку, подчеркивающими её восхитительные длинные ножки, и красный топик, под которым, я точно знал, не было лифчика… ммм заманчиво-заманчиво, но пока не до этого.

— Так бы и было, обычно, но я хочу убедить его в обратном, подстегнув его паранойю, страх, вину и нервное расстройство.

— Как?

— Представь себе, что если бы труп из могилы выбрался самостоятельно? По крайней мере, все следы будут указывать на это.

— Если ты сделаешь из нее простого инфернала, то не получится откатить процесс и задействовать в проклятье. Да и могилу мы уже раскопали, вообще-то! — с сомнением прокомментировала Синдер, подвинувшись, когда гроб припарковался рядом с нами.

— Верно, но и ей не предстоит из могилы выбираться, так что все нормально. Нам просто нужно создать иллюзию, видимость того, что она выбралась из могилы сама и отправилась мстить придурку, который ее подставил. Снейп не будет проводить детальное расследование, у него и так проблем будет в достатке, хе-хе.

— Понятно, значит хочешь запихнуть на место рыжей своего инфернала, снова закопать гроб, а потом подождать, пока он выберется из-под земли самостоятельно, да? — щелкнула пальцами девушка, уловив суть фокуса.

— Бинго. На месте Снейпа — я бы занервничал. Очень занервничал.

— Ну да, одно дело — стремное мощное проклятье, и совсем другое — мистика, потаенные страхи и мстительный дух преданой возлюбленной. — Фел покивала головой.

— Это должно если не привести его в ужас, то как минимум замедлить процесс разгадки, или вовсе сбить со следа. — Пожав плечами, я навел палочку и вскрыл гроб. — О, так они ее забальзамировали, значит? Тем лучше для нас. Будто живая.

— Она очень хорошо сохранилась! — удивленно отметила Синдер.

— Ага. Похоже, какие-то почести героям войны все-таки организовали. Умерла она от авады, так что даже видимых повреждений на теле не осталось. Это хорошо.

Достав палочку, я, аки дерижёр, стал командовать своим дохлым оркестром. Тело Лили не должно было обзавестись новыми повреждениями, так что я взял нежить под свой самый прямой контроль, когда дело дошло до извлечения тела. Бренное тело было осторожно уложено на белые простыни, которые сами собой стянулись, обмотав труп и превратив его в подобие мумии. С упаковкой закончили. Специальный раствор, которым он были пропитан, не даст внешнему воздействию портить драгоценный реагент.

По моей команде пустой гроб был вновь помещения обратно, на трехметровую глубину.

— Ну что, — я хлопнул одного инфернала по плечу, — назвался трупом — полезай в гроб.

И процесс пошёл. Крышка гроба вновь оказалась закрыта, а могила зарыта. Пока происходил весь этот процесс, я успел смотаться на базу и обратно, оставив Фел присматривать за процессом. Нужно было отнести «мумию» на базу и попросить Кэрол начать предварительную обработку. Не хватало ещё обосраться на финишной прямой.

— Так, я вернулся.

— Вижу. Все спокойно. Сторож ещё спит.

— Отлично. Похоже, можно давать команду на вызволение из-под земли нашей спящей принцессы. — Я передал Фелисити ещё пару бутылок холодного пива, которые прихватил с собой, и мысленно приказал инферналу ломать деревянный гроб изнутри и выкапывать себе путь на волю. — Он хоть и сильный, но у него уйдёт какое-то время, прежде чем он окажется на свободе, так что предлагаю ещё по пивку — объяснил я пополнение запасов.

— Эх, ну хоть вкус у гиннесса приятный.

— Угу. Знаешь, жаль, что именно покой Лили Поттер пришлось тревожить. — Мы снова оказались на плечах нашего мраморного креста, попивая пиво, когда я решил поделиться своими мыслями касательно всего этого дела.

— Почему? Что в ней такого особенного, что некроманту стыдно копаться в её внутренностях?

— Ничего такого, просто… Я её уважаю. Был бы другой вариант, я бы использовал для проклятья кого-то ещё. С другой стороны, это для неё тоже неплохой шанс отомстить за смерть мужа и свою. Это Снейп слил Лорду информацию, которая сподвигла его к охоте на молодую семью.

Фелисити заинтересованно взглянула на меня и повела рукой — продолжай, мол, я слушаю.

— Если так подумать, то она прожила весьма интересную жизнь. Магглорожденная, как и мы с тобой, а значит — ничего кроме собственного интеллекта и таланта за плечами не имела. Тем не менее, она стала старостой Гриффиндора. Была одной из лучших учениц на курсе. Захомутала себе чистокровного наследника рода, довольно богатого и влиятельного на тот момент, между прочим, и одного из немногих, кто лояльно относился как к магглам, так и к магглорожденным. Не бросила изучение магии после женитьбы, почивая на лаврах, а продолжила, я так думаю — иначе я просто не понимаю, как ей удалось с помощью кровавого ритуала прикончить самого Тёмного Лорда, оказав всей стране огромную услугу. И нам с тобой особенно. Хер его знает, какая бы у нас была жизнь при Лорде. Не думаю, что очень приятная. Так что, я считаю, что Лили Поттер настоящий герой этой истории, а не её сын. Именно она сделала всю работу, но кто ж признает, что какая-то магглорожденная выскочка грохнула Лорда соло, пускай и ценой собственной жизни? Обществу волшебников было проще принять мысль, что годовалый, но зато чистокровный ребёнок, взял и убил крайне сильного волшебника, отразив аваду своим лбом. Ну пиздец логично, да?

— Так-то он не особо чистокровный уже, раз Лили Поттер была грязнокровкой, как мы, разве нет?

— Ааа… — Я махнул рукой от досады. — Поттер, тот что Джеймс, был хоть и не гением, но и не полным дебилом. Он подсуетился и занёс куда надо денежку, так что официально Лили Эванс была из выродившегося давным давно рода Эвансов, в котором последние триста лет рождались только магглы да сквибы. Не знаю, сколько в этом правды, но, скорее всего — пиздеж.

— А ловко он это придумал…

— Да, хотя все все прекрасно знают, но… Предпочитают закрывать на это глаза. Так им жить удобнее и спокойнее. Великий Гарри Поттер защитит и сохранит их мир и покой. Ага, конечно.

— Лицемеры хуевы.

— Именно.

Немного промолчали, размышляя каждый о своём.

— Уже придумал, как накинуть проклятье на Снейпа? — нарушила тишину Фелисити, тряхнув головой, будто стряхивая негативные мысли.

— Да. Это будет самой простой частью плана, на самом деле. Вот создать это проклятье было тем ещё геморроем.

— Так что, как ты это сделаешь?

— Подкараулю, когда Дамблдора точно в школе не будет, для начала. Перестрахуюсь. Благо, что обо всех очередных летних сессиях МКМ сообщают в прессе заранее. Добрые люди. Середина августа, получается. Далее — проникнуть в школу с помощью исчезающего шкафа. Один я перетащил на другую, запасную базу, которую не жалко потерять, если что, а его пара уже находится в Хогвартсе, в Выручай-комнате. Эта зона настолько переменчива, что системы слежения замка там практически не работают. Только на входе или выходе из неё начинают мониторить. Даже не знаю, как Дамблдор допустил существование такой бреши в защите замка.

— Думаю, он просто представить себе не мог, что кому-то удастся незаметно протащить внутрь исчезающий шкаф, который вообще-то не маленький, как я помню, а потом незаметно затащить его наверх и запихать в комнату, о которой едва ли знает один-два процента всех учащихся студентов. Я уже молчу про то, какой это раритет в наше время. Технология производства давно утеряна, а сами шкафы довольно хрупкие, и без своей пары не стоят и пары кнатов. Ты же сам это говорил.

— Ну да, так и есть. Уменьшить его бы не получилось из-за проблемы сжатия пространственных рун внутри артефакта. Понятия не имею, кто и как это смог провернуть такое под носом у персонала замка, но спасибо ему. Хотя, может быть, тогда у власти просто был менее параноидальный директор, а не Дамблдор, так что все было не так плохо, как знать?

— Ну да, будто директора Хогвартса бывают не параноидальными шизоидами. — хмыкнула Фелисити.

— Ну-ну, не стоит судить всех по Альбусу, да и… Сдается мне, что старик просто играет на публику. Когда надо — он становится чертовски проницательным, знаешь ли… и немного пугающим.

— Допустим. А дальше что? Система защиты замка все равно тебя заметит, стоит тебе покинуть комнату.

— Да, но это только если бы я собирался выходить из неё сам.

— А ты не собираешься? — удивлённо приподняла бровь Фелисити. — Как тогда ты наложишь проклятье?

— Очень просто. Вместо меня выручайку покинет один упитанный паучок, который спокойно дотащит до подвала проклятый предмет, покрытый особыми рунами и маслом.

— Уверен, что Снейп будет лапать непонятные склизкие вещи? — поджала губы Синдер, выражая скепсис относительно этой части моего плана.

— О, Снейп точно не стал бы трогать неизвестный ему предмет, даже если бы он не фонил мощной магией. Он же не дурак. Просто нужно сделать так, чтобы он сам не понял, во что вляпался.

— Так-так. Хочешь подменить известный ему предмет на проклятый?

— Нет. Он может заметить разницу. Ублюдок слишком осторожный. Но вот когда он начинает готовить зелья в умиротворяющей тишине и одиночестве своей лаборатории… Он немного ослабляет бдительность.

— Откуда знаешь?

— Наблюдал за ним переодически, конечно. Думал, что получится вызнать пару интересных формул или улучшенных рецептов…

— И как?

— Да никак. Нихера не понятно, что он там готовит всякий раз, а процесс варки может быть растянут на недели и месяцы, так что ничего нового я не узнал. Следить за ним постоянно у меня не было ни желания, ни времени.

— Понятно…

— Так вот, паучок засунет и утрамбует колечко внутри его перчатки из драконьей кожи. Она же и экранирует остаточные флуктуациии от проклятья, что довольно удобно. Паук просунет его внутрь, в отверстие для указательного пальца, и, когда Снейп наденет на руку перчатку, он, как минимум, соприкоснется с проклятым кольцом, а если повезёт, то вообще случайно наденет его, с чем поможет масло. Он даже не почувствует этого, пока не придет время снимать перчатку. А масло закрепит кольцо на пальце намертво еще на несколько часов, пока он не приготовит раствор, способный нивелировать эффект. Впрочем, это не столь важно. Одного касания будет достаточно, а фокус с кольцом лишь собьет его со следа и подкинет ложные надежды на спасение. Согласись, было бы забавно увидеть выражение шока и ужаса на его лице, когда он поймёт, что на его пальце оказалось незнакомое колечко с непонятным сюрпризом, ха-ха. Но само проклятье к тому времени будет уже не в кольце, а в нем самом, ха-ха-ха.

— Да ты просто дьявол, дорогой. — Фелисити потянулась ко мне, чмокнула в щеку и погладила по плечу.

— Да, я такой! — довольно выпятил грудь и заерзал на кресте, хвастаясь своим коварством.

Болтая ни о чем, мы быстро допили остатки пива. Как раз к этому времени на свет показалась измазанная в грязи рука инфернала, пробившая землю насквозь и потянувшаяся ввысь, к луне, которая наконец показалась из-за туч.

Да уж, может мне фильмы ужасов снимать начать? С реквизитом проблем явно не будет, да и места я явно подбирать умею, как и зловещие кадры.

— А вот и Джонни. — прокомментировал я. — Ну что, заканчиваем с темными делишками на сегодня?

— Я за. Идём в кроватку? — промурныкала Фелисити, которую я поймал за талию, когда она спрыгнула за мной с креста.

— Да. — Я опустил её на землю и поцеловал. Фелисити с удовольствием ответила на поцелуй, прильнув ко мне всем телом.

На заднем фоне, в свете луны, откапывался и отплевывался от земли инфернал, извиваясь словно червь, протискиваясь в вырытый им проход. Р-романтика. Или некромантика?

***

У нас с Амандой был договор. Если в скором времени у рода Де Аморе получится выйти на остатки наших общих врагов, которые забились куда-то в глухой кут, словно крысы перед последним броском, то она даст мне знать заранее и я смогу нанести им визит вежливости до того, как на место прибудет боевая группа наемников и служба безопасности их рода.

Им это даже выгодно — меньше мороки и бюрократии, да и крысы, загнанные в угол становятся слишком опасными от безнадеги, так что она согласилась слить мне инфу в обход семьи, ведь она в любом случае ничего не потеряет, а я попрактикуюсь на живых мишенях.

Даже если кто-то от меня сбежит, то их все равно рано или поздно настигнут, прямо как сейчас. Де Аморе и другие заинтересованные семьи решили полностью устранить всех взрослых в правящих ветвях трех родов, оставив только молодые побеги — несовершеннолетних наследников, которые, ой как удобно, станут их вассалами. Таким образом, древние родословные не прервутся окончательно, а вольются в общий поток, слегка усилив другие. Ну и, разумеется, их имущество и знания дербанить станет на порядок удобнее с точки зрения законности.

А если я полностью провалюсь и помру… Что ж, значит не такой уж я и ценный союзник был, не так ли? Де Аморе свой кусок пирога в любом случае получат, со мной или без меня. Жестокий магический мир, где выживает сильнейший.

Хорошо еще, что моими стараниями я теперь принадлежу к хищникам этого мира, а не травоядным обывателям, которым только и остаётся, что надеяться на милость судьбы и что их это не коснется. Что их не заметят. Коснётся. Заметят. Всех, рано или поздно, хоть краем, но зацепит. Быть страусом просто, но — контрпродуктивно.

И вот, неделю спустя после небольшого мародерства с моей стороны, Аманда связалась со мной через сквозное зеркальце и назвала координаты временного лагеря противника.

Оказалось, что блондинка шарит в GPS и даже знает, что такое широта и долгота. Шутка. Все же у нас в Хогвартсе есть астрономия, так что с базовыми понятиям местоопределения она знакома, но вот то, что она использовала для этого спутниковую систему GPS — необычно. В очередной раз Аманда доказала, что, в отличии от своей пустоголовой подружки — Селвин, она действительно разбирается в некоторых полезных новомодных примочках человеков обычных. (С точки зрения волшебников система GPS новомодная примочка, да).

Я долго ждал возможности попрактиковаться и испытать себя, но противников все не находилось. Кентавры — слабы, а если я перебью слишком много копытных — это привлечёт внимание министерства и Хагрида. Кто бы знал, что опаснее? Так что кентавров пришлось отбраковать. Мне нужен был опыт противостояния существам с человеческим уровнем интеллекта. Но не в Лютный же мне идти, зачищать всякий сброд? Он на то и сброд. Что он может мне противопоставить? Аваду, разве что, да и патрули авроров сбрасывать со счетов не стоит, которые там иногда появляются, приличия ради.

Магический мир Британии не особо большой, вообще-то говоря. Нельзя просто взять и развалить десяток-другой волшебников и не привлечь пристального внимания властей. А тут такая возможность — этих голубчиков уже списали в утиль, можно сказать, как сопутствующие ущерб при дележке власти и богатства. Естественно, я среагировал мгновенно, и, прихватив с собой жизнерадостную Фелисити, сорвался в путь, предварительно маякнув Кэрол, чтоб готовила десант.

План был простой- пришли, увидели, победили. Лобовая атака, если хотите, без скрытного устранения одного за другим, хоть это и было бы в разы эффективнее.

Но кидаться в бой с наскока, без подстраховки, было даже для меня немного чересчур, несмотря на бьющее по мозгам чувство безграничной мощи и жажды испытать её на том, кто первый под руку подвернется. Я знал, что это ощущение всевластия — обманчиво, и старался держать себя в руках. Вот почему Кэролайн, как только мы доберемся до окрестностей вражеского лагеря и получим возможность закрепить пространственные якоря для порт-ключей, прибудет с кавалерией.

Её вмешательство не предусматривается планом, но если все пойдет через задницу и это окажется настолько хорошей и продуманной ловушкой, что мы окажемся окружены, в абсолютном меньшинстве, и не сможем отступить даже с помощью порт-ключей и трансгрессии… Что ж, два десятка самых жирных и зачарованных акромантулов, пропитанных огнеупорными составами и изрезанных особыми рунами, под контролем Шарпхарт ворвутся в бой — похерив нашу конспирацию, но спасая наши задницы. Периметр возможной блокады будет прорван и мы сможем уйти, в этом я не сомневаюсь. Паучки мои могут, в крайнем случае, сделать такой бабах, что мало не покажется даже мне самому…

Естественно, это только самый крайний случай, если Аманда окажется предательницей, сдавшей меня с потрохами Дамблдору или Отделу Тайн, и на кону окажутся наши с Фел жизни. Только тогда моя красноволосая ученица станет действовать. Все планы на будущее будут похерены и нам придется уходить в глубокое подполье, а может и бежать из страны, но хоть живы останемся.

Пока есть жизнь — ничего не кончено. В крайнем случае начну все сначала где нибудь во Франции, лишь бы мои ближники выжили, а все остальное вторично. Счета в швейцарском банке мне хрен кто заморозит, а мои знания и магию попробуй ещё отними.

Но это все так, мысли параноика, который очень не хочет в Азкабан или на досрочное перерождение. Шансы на неблагоприятный сценарий для нас мизерные. Аманда от моей смерти или заключения только потеряет, а без неё грамотную ловушку против меня никак не составить, ведь только она знает, в какое временное окно и где конкретно я буду. И даже так, она не представляет моих нынешних возможностей, так что даже ловушка с приличным запасом прочности может не выдержать столкновения с реальностью.

К тому же, я собирался свести возможные косвенные улики против себя к минимуму. Если кто-то хитрожопый догадается оставить какие-то артефакты-камеры или тайных наблюдателей, то их ждёт суровое разочарование, ведь я буду сражаться в совершенно отличном от своего обычного стиле, сделав акцент на стихийную магию льда такой мощи, какую Амос Санхайд никогда не демонстрировал и в принципе иметь не может, хе-хе. Аманда может и догадается, что к чему, если увидит запись боя, но кому есть дело до неподкрепленных ничем кроме интуиции догадок? Главное, чтоб боевики Де Аморе не заявились раньше времени, иначе может получится френдли адеско фаер.

Обычной трансгрессией мы добрались до максимально близкой известной точки близ Уэльса, а потом, в темпе вальса, взлетели над землей в боевой трансгрессии и понеслись на максимальной скорости на север, в направлении лагеря противника. Полет занял почти час, несмотря на весьма приличную скорость и возможность лететь по прямой. Это сократило отпущенное время на операцию максимум до часа, а минимум до получаса.

Всегда нужно считать себя ближе к опасности, так что ориентироваться будем на оставшиеся тридцать минут до выдвижения боевиков Де Аморе. Этого нам должно хватить с головой, если не случится форс-мажорных обстоятельств, на которые постоянно съезжали мои мысли.

Как бы моя жажда действий и мести не вышла мне боком. В фильмах и книгах постоянно так и получается, вот я и переживал.

— Ну и глушь! — прокомментировала прибывшая на место Кэролайн, медленно растягивая вереницу пауков по периметру, на расстоянии нескольких километров от палаточного лагеря врагов. Пара километров для них это небольшое расстояние, так что ближе подпускать их к месту событий попросту незачем. Сократят расстояние, если придется.

— Да уж, забрались они далековато. Видимо их сильно прижали и теперь они решились на последнюю контратаку, собирая остатки своих сил в одном месте. Шифруются. Видать, боятся, что их обнаружат до того, как они успеют сделать свой ход, вот и притаились в обычном маггловском лесу. — прокомментировал я. — Наивные. Де Аморе наверняка специально позволили им собрать остатки сил в единый кулак, чтоб не тратить время на отлов каждого по отдельности, а прихлопнуть их всех разом.

— Хе-хе, они даже не догадываются, что смерть уже дышит им в затылок. Ух, какое веселье мы им сейчас устроим! — чуть ли не пританцовывая, хихикала Фелисити, наматывая круги вокруг меня от нетерпения. Честное слово, когда пахнет охотой, она становится похожа на нетерпеливую лису. Едва сдерживается, чтобы не рвануть в бой уже сейчас. Не могу винить её, ведь я сам в предвкушении невольно потирал лапками… кхм, руками.

— Ладно, у нас всего полчаса до прибытия сил рода Де Аморе, если брать по минимуму, так что мы с Фел уже будем выдвигаться, а ты, Кэрол, заканчивай возводить периметр и купол пространственных помех. Сразу они не побегут, завидев всего двоих, так что ты должна успеть захлопнуть ловушку до того, как они поймут, что проигрывают. Мы управимся минут за десять-пятнадцать, но нам еще нужно будет снова собрать всех пауков и вернуть их на базу после дела.

— Поняла. — Кэролайн кивнула. — Не помрите там только.

— Не переживай, все будет нормально. Я за ним присмотрю. — заявила Синдер, гордо вздернув носик кверху, на что мы с Кэрол синхронно закатили глаза. Присматривальщица нашлась, тоже мне. Кто еще за кем присматривать будет? Вечно она слишком увлекается, а потом я вытаскиваю её симпатичную задницу из неприятностей.

— Если все пройдет хорошо, сегодня отмечаем. — решил я привнести немного положительной мотивации, прежде чем взмыть над землей, оставляя за собой едва заметный черный шлейф от боевой трансгрессии. Позади послышались приглушенные «Еее, бухаем до утра! «, и вскоре прямо за мной пристроилась Фелисити, также лавируя на огромной скорости между деревьями на высоте примерно пяти метров.

Если мы не хотим утратить элемент внезапности, то придется врываться на всем скаку. Некогда даже возводить барьеры против пространственных перемещений загодя. Мало времени, да и враг может засечь нас раньше, чем мы закончим, так что мышеловка захлопнется уже по ходу дела, в разгаре боя.

Остается надеяться, что они не дадут стрекача, завидев всего парочку волшебников в глубоких капюшонах и масках — точных репликах тех, что были у пожирателей смерти, только без магической начинки. Может, они подумают на Нота или, скорее всего, на чету Малфоев, мне все равно. Пылающие оранжевые луны вместо глаз могут конечно немного спугнуть их, но, право слово, на их месте я бы списал этот эффект устрашения на новые модификации маски, а не на особенность глаз.

А вот и лагерь. Два десятка небольших палаток с расширенным пространством, костры, котлы, скамейки вокруг них посредине лагеря и дозорные по периметру… Какой стандартный походный лагерь. Жаль их огорчать, но поход отменяется.

Нас заметили на подлете. В боевой трансгрессии особо не поколдуешь, без палочки-то, а шальное заклинание может сбить концентрацию, так что мы начали постепенно снижаться. Всего тут должно быть примерно двадцать пять-тридцать волшебников и ведьм. Пятеро аристократов, в том числе два действующих Лорда своих родов, ну и их ближайшие родственники, способные держать палочку с нужной стороны. Остальные же — наёмники, вассалы и боевики СБ на контракте.

Схватка началась стремительно. Нас попытались сбить, но не преуспели. Никаких тебе предупредительных выстрелов в воздух (хотя, мы же как раз были в воздухе, это считается?) — сразу полетели Авады. Пришлось все же ступить на бренную землю, что снизило темп сближения, но увеличило выживаемость.

Зеленые лучи беспомощно разбивались о стволы деревьев, не являясь сколько нибудь серьёзной угрозой в таком плотном лесу. Скорее всего их использовали просто как элемент запугивания. Не каждый волшебник найдёт у себя яйца для продолжения сражения, когда над ухом свистят непростительные проклятья, убивающие одним касанием. Нас, правда, таким не пронять, но попытка неплохая.

Мы с Фелисити шли умеренно быстрым шагом, бок о бок, элегантно петля между деревьями, начиная раскручивать вокруг себя настоящий шторм из воды и острых осколков льда. Динамическая защита во всей красе. Фелисити выбрала своей стихией воду, а я лёд, идеально дополняя друг друга благодаря нашей связи и перетекающей, словно по сообщающимся сосудам, магии.

Мы выбрали этот стиль боя неспроста. Люциус Малфой и Нарцисса, которая в девичестве Блэк, используют похожую боевую связку из воды и льда, пускай и не так эффективно, как это делали мы. Все же Люциус далеко не лучший из боевиков пожирателей, а Нарцисса давно стала светской львицей и наверняка растеряла часть своих навыков. Хотя лично я не проверял и мог судить о их синергии только по нескольким старым газетным вырезкам в архиве, где были анимированные колдофото.

У нас же связь выводила синергию на какой-то абсурдный уровень контроля, из-за чего вода Фелисити в любой момент могла обратиться моим льдом, так же, как в любой момент мой лёд мог растаять и перейти под контроль Синдер. Причем мы даже могли безбоязненно вмешиваться в работу заклинаний друг друга, не вызывая диссонанса и потери контроля.

Авады и проклятья, полетевшие в нас, бессильно разбивались о раскручивающиеся на огромной скорости заостренные льдины, перемалывающие толстые стволы вековых деревьев вокруг нас в труху. Больше нет смысла прятаться по кустам, пришло время для контратаки.

Водяные щупальца, что тут же выстрелили из нашей динамической защиты, которая все больше напоминала настоящий снежный буран, пронзили первых двух неудачников, пробив их насквозь в нескольких местах, поразив жизненно важные органы, прошив насквозь стволы деревьев, за которыми они укрылись. Не зря я наморозил на подконтрольных Фел магических конструктах шипы из крайне прочного и смертоносного проклятого льда. Попадание такого наконечника в тело волшебника — почти всегда верная смерть. И естественно, Фелисити оставляла мои подарки внутри тел, обрезая начинающие быстро покрываться коркой черного льда кончики водяных щупалец, чтобы продолжить атаку уже на других, более осторожных наемников. Они быстро отступали, отбиваясь, пятясь спиной назад, пока не оказались под стационарным щитом, активированным одним из лидеров их группы.

Первая кровь за нами. Хотя разбившиеся на мелкие осколки неудачники, промороженные насквозь, не проронили ни капельки крови, так что я не уверен, насколько корректно называть это событие фёрст блад.

Как мы теперь знаем, охранный периметр состоял не только из стоящих на страже наёмников, которые уже отступили, но и из барьера. Довольно мощная разновидность непрозрачного с внешней стороны стационарного протего-тоталум, который тормозил даже физические объекты, могла бы стать настоящей головной болью для волшебников попроще. Цель этого щита — выиграть время для волшебников внутри, дать им собраться, сгруппироваться и приготовить какую-то гадость. Видимо, они учли вероятность оборонительной войны, если их все-же найдут.

Прыгнуть внутрь трансгрессией не осмелился бы сейчас даже я. Мое чувство пространства в человеческом облике было слишком ограничено, и, хотя я мог бы это сделать, но риск попасть под перекрестный огонь волшебников внутри попросту того не стоил. Готов поспорить, враги-то нас прекрасно видели изнутри, так что встретили бы такого хитрого меня со всем радушием.

Решение принял быстро — проломить щит грубой силой, перегрузив один из секторов-сегментов, и, в момент нестабильности барьера, заскочить внутрь, пока он не восстановился. К счастью, это было довольно просто провернуть с нашими новыми возможностями.

Фел встала позади меня, чтобы я мог прикрыть её от вражеского огня, пока она передавала мне почти всю свою магию, а дальше… Я обрушил на вражескую защиту молнию такой мощи, что она была вполне сопоставима с самой настоящей, естественной молнией, но несла в себе не столько силу дикой природы, сколько чистейшую магию разрушения, которая буквально за миллисекунду прожгла здоровенную дыру в куполе, перегрузив накопители, мигнувшие словно лампочка при перебоях электричества, позволив нам быстро проскочить внутрь, не сбавляя шаг.

Магия Фел, словно приливная волна, откатилась обратно и девушка вновь оказалась по правую руку от меня, довольно ухмыляюсь под маской. Пока я был сконцентрировала на создании «двери», Фелисити контролировала нашу льдистую завесу, приличную часть которой умудрилась протиснуть внутрь вместе с нами, потеряв всего-лишь около тридцати процентов массы, отсеченной сомкнувшимся за спиной щитом. Недурно. Её контроль ничуть не пострадал, даже когда большая часть сил перешла ко мне.

Моя молния, кстати, на разрушении барьера не остановилась и пронзила заодно одну из палаток, которая вспыхнула словно спичка и взорвалась. Видимо, схлопнулось расширенное пространство, погубив всех, кто был внутри. Если там все еще кто-то был, конечно. Также молния успела прикончить ещё одного не особо удачливого волшебника, вставшего у неё на пути, прежде чем с громким треском уткнулась в противоположную от нас стенку купола.

Защита содрогнулась, покрывшись радужными разводами, мигнула ещё пару раз, но выдержала удар порядком ослабевшей стихии. Пробить купол насквозь не получилось. Жаль-жаль. Это было бы эпично.

Мы замерли на периферии лагеря лишь на мгновение, осматриваясь вокруг. Так же поступили наши враги, готовясь атаковать нас по сигналу. Миг замер на пороге побоища. И… понеслась.

На нашу защиту посыпался град различных заклинаний, в том числе взрывных и огненных, так что мы больше не могли так беспечно относиться к атакам. Пускай масса воды и льда постоянно генерировалась нами же, но согласно проведенным расчетам, ее колупают куда быстрее, чем мы ее восстанавливаем. Нехорошо.

Из вихря одновременно разошелся веер острых осколков, разогнанных до неприличной скорости и заодно выстрелили водяные хлысты, превратив вихрь в чрезвычайно опасную мясорубку. Это заняло часть внимания нападавших, которым пришлось самим уходить в оборону, чтобы не превратиться в мелконарезанный фарш.

Такое решение истощало нашу защиту намного быстрее, но пришлось пойти на это, дабы не сидеть в глухой обороне. По земле, среди густой травы, заструились незаметные ручейки, которые обратились хищной водяной лозой, впившейся в ступни и голени ближайшей парочки волшебников. Миг, и гибкие струйки воды возносятся вверх, превращаясь в ледяные колья, пронзившие снизу вверх ослабивших защиту из-за острой боли в ногах наемников. Ещё двое пали.

Несколько серьезных бомбард едва не пробились сквозь истончающуюся ледяную защиту, так что мне пришлось возводить вокруг нас еще один слой щитов, на этот раз кинетических, а то мой лед чуть не впился мне же в глаза.

Да уж, а эти ребятки далеко не так просты, как те жалкие охотники на оборотней, большую часть которых набирали из всякого сброда. Если бы мы попытались выйти против такой группы до того, как получили силы истинных оборотней, возможно нам уже пришлось бы бежать отсюда сверкая пятками.

В ответ я отправил ледяное копье, которое с треском разбилось о защиту ухмыляющегося бородача с гнилыми зубами. Впрочем, его улыбка быстро сменилась гримасой боли, когда он зашелся в кровавом кашле. Тончайшая взвесь осколков проникла сквозь его щит вместе с воздухом и попала в дыхательные пути, а дальше… лед стал разрастаться внутри его дыхательной системы. Что ж ты, приятель, не догадался использовать головной пузырь? Хотя ладно, он все равно попросту не успел бы это сделать.

— Что, не устоял пред силой свежего дыхания, да? Ха-ха! — сам пошутил, сам посмеялся. Голос мой был искажен маской и звучал механически, словно плохо смазанная железная дверь. Жутковато, если честно.

Фелисити зловеще хихикнула, кайфуя от смертельно опасного боя не меньше меня. Я чувствовал ее дикий азарт и пугающую жаду убийства, прекрасно осознавая, что ничуть не лучше неё. От моей партнерши пришел запрос на передачу ей части моей магии. Подтверждаю и чувствую, что слабею, но контроль над вихревой защитой не теряю. К счастью, она была достаточно автономна и подпитка нужна была ей только для самовостановления и атаки.

Фел тем временем наслала на местность плотный магический туман, из-за которого влажность вокруг стала чуть ли не стопроцентной. Хороший ход. Из-за их же непроницаемого барьера он не может быть быстро рассеян.

Тем временем враг решил пойти на рискованный шаг, воспользовавшись секундной заминкой, пока в них не летели новые снаряды, видимо осознавая, какое преимущество нам даст такая повышенная влажность и решив действовать, пока ещё не поздно.

Ощущаю, как в пространство за моей спиной тянутся неровные пространственные каверны. Всего в трех метрах позади нас была их точка выхода. Очень смелый ход. Настоящие сорвиголовы. Туман уже накрыл местность, так что прыгали они по памяти, вслепую, но и мы их видеть не должны были. Не должны были, но видели.

На самом деле, если судить объективно, это был бы хороший ход в любом другом случае. Они собирались появиться уже под нашим динамическим ледяным щитом, острые осколки которого мы никак не могли направить вовнутрь из-за опасности навредить самим себе же, а выставленные мною кинетические щиты не помогли бы нам спастись от авады или другого проклятья в упор.

Хороший был план, но… мысленное усилие и вместо того, чтобы выскочить прямо у нас за спиной и хорошенько вздрючить, пара из боевого мага и ведьмы вылетает из подпространства в стороне, словно переломанные куклы. Пространство вокруг нас будто закаменело, так что по ощущениям они, должно быть, почувствовали нечто сродни столкновению с бетонной стеной на полной скорости. И это еще не худшее, что могло их ждать. Могло и пополам разорвать за попытку сунуться в полностью контролируемую противником среду.

В теории, они все ещё могли выжить и вернуться в игру, если бы их прикрыли свои и выкинуло их подальше от нас. Но так уж сложилось, что выбросило их как раз на пути движения ледяного смерча, так что дезориентированных СБшников, которые, судя по всему, были мужем и женой, просто разорвало на куски, словно помидоры, попавшие в блендер и превратившиеся в томатный смузи за считанные секунды, став заледеневшими кусочками ревущего потока ледяной воды и льда. Не повезло им. С другой стороны… зато повезло нам.

Чувствую прилив магии. Ее даже больше, чем было. Фелисити вернула мне мою часть и даже накинула пару процентов от себя. Ух, хорошо. Направляю обагренные кровью ледышки в полет, прямо в сторону концентрации вспышек магии, мелькающих в тумане.

Передаю контроль над поделкой Фелисити. Она в магии крови получше будет. И… красный лед взрывается, смешиваясь с мелкодисперсным туманом, окрашивая его в алый цвет.

Там, где концентрация красного в тумане была наибольшая, послышались жалобные крики умирающих. О, это она превратила кровь и воду в ядрёную кислоту. Не повезло им, да. Приятного мало. Правда, град ударов, что сыпался на нас, все ещё был очень внушительным, но уже не представлял такой угрозы, как когда мы только вошли под вражеский купол.

Наша скукожившаяся защита, от которой едва оставалось процентов пятнадцать от изначальной, быстро регенерировала из-за обилия влаги, так что когда кто-то наконец вырубил стационарный щит и общими усилиями сдул туман прочь, перед ошарашенными волшебниками предстал ледяной вихрь, в несколько раз больше предыдущего.

На лицах наёмников читалось отчаяние. Многие из них уже пали, а их убийцы не только не показывали признаков усталости, а, скорее, напротив, только разогревались. У лордов сдали нервы и они решили, что остановить нас необходимо здесь и сейчас, не считаясь с последствиями. Навстречу подступающему бурану устремилось два мощнейших потока огня. Адское пламя. Ну ебт. А вот это уже нехорошо. Ультимативная магия разрушения была более чем способна нас прикончить.

Мы с Фел предпочли не проверять, что круче — бушующий огонь преисподней или морозный буран, так что отбросили нашу ледяную скорлупу и ретировались из центра вихря, позволив двум разошедшимся стихиям рвать друг друга на части.

Не зря я добавил в нашу защиту немного толчёного проклятого льда. Так быстро огоньку с ним теперь не совладать, так что это надолго. Только вот, пока лордам приходилось удерживать контроль над своим адеско файр, мы просто-напросто спустили ледяной вихрь с поводка, не заботясь о том, куда он направится дальше. Уже было все равно. Почему? А все потому, что мы почувствовали, как наконец захлопнулась пространственная ловушка, за которую отвечала Кэролайн.

Не зря я вмонтировал в брюшко пауков пространственные артефакты-якоря. Наконец-то сеть была установлена. Но у нее была одна особенность.

Антителепортационный купол нашего производства не давал покинуть местность всем, кто внутри, но вот перемещаться внутри самого купола можно было вполне свободно, и только на краях паутины пространство сгущалось и не давало выбраться наружу трансгрессией.

Сделано это было для двух вещей. Первое — враги не сразу сообразят, что пути для отступления перерезаны. Второе — мы с Фел были намного мобильнее любого другого волшебника. Пока мы опасались показывать свои сверхчеловеческие способности, но вот наши «блинки» на короткие расстояния вполне укладывались в картину боя сильнейших представителей волшебного сообщества.

И, конечно же, кое-кто хитрожопый может попробовать нащупать границу и прыгнуть неподалеку от нее, пробежаться немного и трансгрессировать повторно, выйдя за барьер.

Конечно. Если бы чертой периметра не являлись некроакромантулы, то вполне могло бы и получиться.

Совсем уж вплотную к границе не прыгнуть, видите ли, чем ближе к черте — тем сильнее сопротивление, так что… нужно будет пробежаться. Навстречу своей смерти. И это не говоря уже о том, что и я, и Фел сами вполне можем почувствовать таких беглецов и перехватить их. Впрочем, а чего тянуть?

Переглянулся с Фелисити, которая как раз скручивала очередную жертву водяными щупальцами, выжимая её словно мокрое полотенце. Мы без слов поняли друг друга и одновременно прыгнули за спины целившихся в нас наемников.

В руке приятно ощущалась прохладная рукоять беретты с экспансивными патронами в обойме. Никакой щит не поможет, если стрелять в упор, прижав ствол к телу. Кто-то сказал бы — святотатство, почему бы не взять тогда нож, как у нормального крутого ассасина? А я отвечу — пошли нахер. Так веселее и зрелищнее, да и некоторые матёрые волшебники носят под мантией специальную броню, которая прекрасно держит режущий и колющий физический урон. А выстрел экспансивной пулей если и не пробьёт такую броню, то как минимум переломает кости в месте попадания.

Сдвоенный выстрел. Мы одновременно нажали на курок. Я приставил свой пистолет к позвоночнику волшебника между лопаток, что гарантировало ему если не мгновенную смерть, то как минимум паралич на всю жизнь, если он вдруг окажется бронированным, или полувеликаном, или оборотнем, или еще какой-то живучей тварью. Фелисити же просто и незатейливо приставила свой пистолет к шее бедолаги, которому выстрелом едва не оторвало голову напрочь. Кровь, мясо, кости разлетались вокруг нас, но нам было все равно, так как наши тела были намного крепче, чем у простых людей, и ни отдача, ни сопутствующий ущерб от такого выстрела не могли нам серьёзно навредить. Хорошо хоть, что стволы пушек мы тоже укрепили магией. Понятия не имею, как бы такое кощунственное использование пистолетов впритык, да с такими модифицированными пулями, могло бы повлиять на механическое орудие убийства.

На нас запоздало наводятся волшебные палочки. Летят заклинания.

Еще прыжок. Еще сдвоенный выстрел. Вот теперь они паникуют и тоже пытаются трансгрессировать кто куда, разрывая дистанцию. Они надеялись, что, лишив нас ледяной защиты, смогут нас задавить шквалом заклинаний, но… что толку, от того, что мы остались без динамических щитов, если они в нас даже попасть не могут. Прыжок.

Опа, голубчик тоже прыгает. Я иду за ним по пятам. Охочусь среди тернистых путей подпространства, словно в тёмном лесу. Мгновение, и я появляюсь у него за спиной, из-за чего сбиваю аурой пространственных искажений его очередную попытку бегства. Притягиваю застывшего от страха и непонимания наемника к себе за ворот мантии. Его глаза широко раскрываются от страха, когда он понимает, что трансгрессия дала сбой и уйти у него не получилось. Медленно его настигает осознание того, что сейчас грянет… Выстрел.

Прыжок. Прыжок. Взмах палочки и бомбарда разрывает ствол дерева рядом с лицом замешкавшейся ведьмы, явно принадлежащей к высшему сословию. М-да. А ведь была довольно симпатичной. Жаль, что теперь её лицо совершенно не вызывает эстетического отклика. Прыжок, о, ещё один лягушонок попался. Выстрел. Хммм. Выжил. Вот о чем я и говорил. Наружная броня из драконьей кожи спасла его от смерти, хотя он и получил переломы нескольких рёбер. Не беда. Взмах палочки — и ледяной серп срезает ему голову до того, как в его затуманенный от боли разум вернул способность мыслить. Опа, едва уворачиваюсь от парочки костедробилок, извернувшись под неестественным углом. Спасибо растяжке. Это могло бы быть больно.

Кто-то пытается съебаться, но поздно осознает бессмысленность своих действий. Вектор его пространственного перемещения уходит вертикально вверх, сквозь невидимый купол, так что мы все можем наблюдать, чем закончилась его попытка бесславного бегства. Мужик бьется головой о непреодолимую стену чрезвычайно стабильного пространства, словно мошка, влетевшая в стекло спорткара на автостраде. Смерть наступила мгновенно, в момент соприкосновения, но будто этого было мало, тело его несётся кровавой кометой обратно к бренной земле. Теперь все знают, что сбежать в любой момент не получится. Это сеет ещё большую панику.

Прыжок. Ай, чуть не подловил, сука. Один из лордов плюнул на контроль над адским пламенем и, не чураясь бить по своим, попытался снести голову и мне, и моей новой жертве, к которой я уже тянул свои руки. Он промазал, но едва-едва.

Спасибо пространственному восприятию и разогнанному сознанию — я успел немного присесть, пропустив над головой какую-то лютую версию секо максима с ветряным элементом, которая срубила не только голову неудачнику, который присесть не успел, но и оставила настоящую просеку среди деревьев за моей спиной. Я отделался только порванным капюшоном, парочкой торчащих прядей волос и кучей нервных клеток. Вот это было пиздец как опасно, я даже вспомнил, что такое страх. У меня высокое сопротивление магии и физическому урону, отличная регенерация, однако в человеческом облике это не настолько подавляющая величина, чтобы игнорировать мощную магию. Попади это заклинание мне в шею — и я лишился бы головы.

Кажется, Фелисити плохо восприняла попытку горе-парикмахера внести изменения в мою прическу. Могу ее понять. Она очень старалась, а тут кто-то вмешался в её феншуй. Короче говоря, прежде чем старый волшебник, хорошо знакомый мне по попытке засадить меня в тюрьму с ласковыми душесосами вместо смотрителей, так же известный мне как Монокль, успел среагировать на новую опасность, моя девочка оказалась очень близко к нему.

Причем не используя пространственный скачок, на который он, возможно, еще мог бы как-то успеть среагировать и уйти в сторону, а самый обычный, физический прыжок, правда чуть продавивший землю в месте упора ногами, но тем не менее… Дальше Фелисити просто и незатейливо проломила ему грудную клетку в районе сердца ударом своей нежной ладошки с симпатичным фиолетовым маникюром. Эх, придется ей снова красить ногти, потому как краска и лак такого издевательства точно не выдержат. Ух, кажется меня накрыл выброс адреналина. Мысли скачут в какие-то дальние дали. Прыжок.

Прежде чем Фелисити успела вытащить руку из пробитой насквозь груди Монокля, я успел появиться рядом с ней и прикрыть её трансфигурированой стеной льда, в которую тут же впилось две авады. Вот суки.

Какой у них дружный коллектив, однако. А если бы вдруг их дружбан ещё был живой, а? Хотя… Фелисити с гаденькой ухмылочкой, которую я не видел, но чувствовал, вырвала из тела сердце и продемонстрировав его всем заинтересованным, с удовольствием раздавив его, словно переспевший плод. Уверен, умники, которые решили убить ее невзирая на риск случайно прикончить одного из благородных лордов, немного расстроились, когда у них ничего не получилось, и теперь думают только о том, как бы им самим выжить, ведь ненормальная ведьма явно взяла их на карандаш.

— Никто из вас, ничтожеств, не посмеет забрать его у меня, поняли?! — От Фелисити разошлась настоящая невидимая волна жажды убийства, заставившая многих видивших кровавую расправу волшебников невольно сделать шаг назад. Мда, похоже дело было не в прическе. С её палочки сорвалась жирная ветвистая молния, прожарившая ближайшего подранка, который едва держался на ногах из-за разъеденного кислотой бока, до хрустящей корочки.

Пришлось одернуть её по мысленной связи. Слишком открылась, пускай я её и прикрываю, но в бою эмоции лучше держать в узде. Это немного успокоило её и привело в чувство.

Фелисити быстро оправилась от своей кровавой ярости и вернулась к методичному отстрелу волшебников, который я тоже поддерживал изо всех сил. Остатки боевого лагеря разбегались кто куда, видимо не считая нужным сражаться, раз один из их нанимателей сдох у них на глазах, лишившись сердца, а второй первым и побежал, подав пример остальным, не справившись в одиночку с вырвавшимся из-под контроля и разожравшимся до неприличных размеров адским огоньком, который принял вид гигантской анаконды и лениво похрустывал умирающим ледяным смерчем и задумчивым (клянусь, так и было!) взглядом осматривал ближайших к нему волшебников, непрозрачно намекая, кто удостоится чести стать его поздним ужином следующим.

Прыжок, и вот я недалеко от своего второго знакомого старика. Что ж ты, дедуля, куда так спешишь? Уж не за барьер ли ты собрался? Ну нет, так дело не пойдет.

Завязался магический бой. Боевой дед уступать не хотел и был довольно искусным магом, так что быстро расправится с ним никак не получилось и мы с ним медленно но верно приближались к границе.

Тц. Вмешательство армии нежити — крайний случай. Хммм. Как бы мне его… О, а вот и Фел появилась чуть позади меня. Это она правильно сделала, резвый старик мог бы попытаться превентивно ударить площадным заклинанием по примерной точке ее выхода, а так, я её прикрыл собой. Одно дело — играть в ассасина с бэкстабами с обычными наемниками, и совсем другое — пытаться провернуть такой фокус с реально опытным и сильным волшебником, у которого в рукаве точно есть пара козырей, способных убить даже нас.

Не сговариваясь наносим двойной удар. Она делает пару выстрелов из пистолета, а я швыряю одно заковыристое проклятье в старикашку, воспользовавшись его секундной заминкой для укрепления кинетического щита.

Проклятья… их сила в том, что они прошивают почти любую магическую защиту, а слабость — любая физическая преграда послужит для них громоотводом. К несчастью для старика, он не успел трансфигурировать перед собой защиту, и моё проклятье оказалось быстрее. Оно поразило его легкие.

Я старался сегодня не применять темную магию и проклятья в частности, ведь чем меньше общего у Амоса Санхайда с тем, что произошло сегодня, тем спокойнее мне на душе, но допустить побег этого живчика или его столкновение со жвалами моих паучков было никак нельзя. Потому я и решил плюнуть на все и приласкать его одним из стандартных, но очень зловредных проклятий, которое тут же начало заполнять его легкие соплями, мешая нормально дышать и колдовать. Проклятье стандартное и даже не очень летальное, так что ничего страшного. Оно не авторское.

Он еще какое-то время потрепыхался, на чистом упрямстве сдерживая надрывный кашель и задержав дыхание, но… это ему не сильно помогло в противостоянии сразу с двумя противниками такого уровня.

В конце концов он встретил смерть от простой бомбарды, которую я направил ему в грудь. Бах. Бах. Фелисити добавила пару контрольных ввстрелов, разворотив верхнюю часть черепа. В кровавом месиве сюрреалистично смотрелись роскошные усы, которые совершенно не пострадали и лишь немного испачкались в крови. Прощай, Усач, ты достойно сражался.

Фух. А мы довольно далеко отдалились от центра. Ещё метров двести и показался бы паучий кордон.

— Ты закончила с остальными?

— Ага. Добила раненых и сразу к тебе.

— Молодец. Никто не добрался до периметра?

— Неа. Даже не близко. Этот оказался самым настырным. Другие так сосредоточились на своих кинетических щитах, боясь схлопотать разрывную пулю, что даже не успевали удивляться своей смерти от простеньких но быстрых водяных хлыстов, представляешь? Ну что, я молодец?

— Умничка. — Я едва сдержался от того, что бы погладить ее по голове. Не думаю, что кто-то смог бы нас подслушать, но вот вероятность наблюдения я все еще не исключал, так что не хотел давать никому лишних намеков на наши отношения и личности. Повреждённый капюшон и так не способствовал скрытности. Сука. Починил его с помощью репаро.

Я просканировал место бойни на предмет выживших и, не найдя ни одной лишней души, а так же наблюдателей, облегченно выдохнул.

— Это было познавательно. Обсудим все дома, так что сообщи Кэрол, что мы сворачиваемся.

— А ты?

— А мне нужно сделать один звонок.

— Лаааадно. — Недовольно поморщившись, Фелисити достала блокнот с протеевыми чарами и начала писать зашифрованное сообщение Кэролайн. Я же, тем временем, немного отошёл в сторону и, достав зеркальце, связался с Амандой.

— Дело сделано. Я сваливаю.

— Окей. Ну так что, ты нам хоть что-то оставил?

— Только трупы. — суровым, но одновременно безразличным голосом ответил я.

Фелисити аж хрюкнула от смеха, едва сдержавшись. Она-то поняла отсылку на Шварца, а вот Аманда явно впечатлилась моей игрой и даже не нашлась, что ответить. Я сбросил вызов и сунул артефакт в карман.

— Ну что, пойдем?

— Будем отмечать хорошую охоту и свершившуюся месть?

— Будем. Хотя я бы назвал это свершившимся правосудием. И, пока будем пить, обсудим некоторые допущенные нами ошибки….

— Скууууукаааа. Давай завтра? Ну пожалуйста? — Фелисити приблизилась ко мне и просяще заглянула мне в глаза, состроив умилительную мордашку.

— Ладно, Мордред с тобой, можно и завтра провести работу над ошибками… — сдался я.

— Хе-хе-хе. Ты — лучший. Тогда погнали отсюда.

Вот же… Пользуется тем, что мне трудно ей отказать и вьет из меня веревки… Эх, ладно. В любом случае, пока будем отмечать — тема нет-нет да соскользнет к сегодняшним событиям, тогда и обсудим.

Вскоре волшебник, две ведьмы и два десятка не совсем живых акромантулов покинули уничтоженный лагерь, не оставив за собой почти никаких следов, а через полчаса после этого на место происшествия прибыла боевая группа наемников, которая должна была столкнуться с такой же группой вражеских наемников, но вместо этого их ждала встреча с разожравшимся адским пламенем в форме змеи, которая уже начала размножаться делением и сожрала огромный кусок лесной местности.

— Еб твою мать, какого хрена?! — взревел командир наемников, которому приходилось прикладывать все силы, чтобы сдержать рвущиеся из его захвата пламя, которое уже полностью поглотило и бывший лагерь, и трупы, полностью заметая следы за парочкой забывчивых некромантов.

— Держи её Серж, держи! Сука, вызывайте аврорат и Отдел Тайн, нужно остановить дальнейший рост, а то огонь сожрет весь лес и маггловский министр трахнет мозг нашему, а наш министр потом трахнет мозг нашему работодателю, а он в свою очередь…

— Блять, да заткнись ты! Я и так знаю, кто останется крайним. Проклятье, какой ублюдок выпустил адское пламя и оставил его без контроля?!

К счастью, через три часа общими усилиями авроров и особых специалистов из ОТ удалось сбить пламя. Но поминали мудака, который высвободил его, еще долго. И дома, и на работе, и в трактирах, и даже в газетах. Амос и Фел вспомнили о нем на следующее утро, как раз благодаря последней. Газета чуть было не выпала у парня из рук прямо на мостовую, что было бы нежелательно, так как они прогуливались по центру Лондона. Его не магической части. Анимированные картинки могли бы вызвать лишние вопросы.

— Бля. А я как-то про него забыл… — неловко почесал затылок парень.

— Ну, слушай, оно не пыталось сожрать нас с тобой и вело себя так тихо, что я и сама про него забыла. К тому же, что бы мы могли сделать за оставшееся время? Адское пламя потушить не так-то просто, когда оно так раскочегарилось.

— Ну так-то да. И следы за нами точно все затерло.

— Ну вот! Так что не забивай себе голову всякой ерундой и давай зайдем вот в этот вот магазинчик.

— Так это ж секс шоп…

— Именно! — лукаво улыбнулась Фелисити, потащив задумчивого парня за собой в обитель разврата.

п.с. Автора : несмотря на то, что я заболел, чувствовал себя как окунь на сковородке и был пиздец как занят, я все же смог допилить главу.

И немного артов милашки Фелисити в домашнем и серьезном стиле:

Некоторые из них вы уже видели, ну и что с того? Все равно она супер.

Глава 44 Проблемы всегда приходят оттуда, откуда не ждёшь

Тихо щелкая зажигалкой, вертя её между пальцев, я раздумывал о всяком-разном. Одновременно о важных вещах и о сущих пустяках, которые значили для меня порою больше этих самых «важных» вещей.

Ведь как оно бывает — все большие проблемы начинаются с малого и потом обрастают массой, словно снежная лавина. Вот ты со смехом лавируешь по снежным склонам, а потом бац — и в следующий раз твои застывшие глаза увидят свет в лучшем случае по весне. Когда снег оттает. Такие нужно пресекать заранее, еще до того, как упавший маленький камушек разрушит все твои планы на будущее или вовсе заберет жизнь.

Конечно, можно игнорировать до поры до времени, делая вид, что все отлично, что за спиной у тебя не грохочет голодная масса, что ты-то вот точно успеешь, не то что другие неудачники. Ты же особенный, да?

Но нет. Стоит ли обманывать себя и предаваться саморазрушению, если даже это так сладко?

Вот взять хотя бы зажигалку в моих руках. Вроде такая мелочь, да? Сущий пустяк, а натолкнула меня на маленькую, но важную мысль, которая привела к другой — намного более важной. Экзистенциальной, по сути. А она спокойно щелкает себе, вертится, не вызывает опасений.

Однако, она важна по нескольким причинам. В прошлый раз такая же штучка сильно помогла мне, вот я и решил восстановить свой проект, но столкнулся с непредвиденной проблемой — я же, как бы, бросил курить, и будет странно носить с собой зажигалку, но не сигареты. Ребенок в доме (бункере) да и вообще вредная и гадкая привычка для кого-то с таким отменным нюхом, как у меня. Курильщики обычно не так сильно чувствуют собственный запах, так что иногда забывают, на что он похож.

Знаю, что курильщики бросают по три раза на дню, сам такой, и других таких же навидался еще с прошлой жизни, так что «я недавно бросил» вообще не аргумент… Сомнения. Они любят незаметно заползать в голову, прячась на подкорке сознания, словно древние боги Лавкрафта, сбивающие с намеченного пути и медленно тянущие на дно бездны своими лживыми посулами. Да, ох и любят они заползти под кожу и ласково потрепать тебя по оголенным нервам в самый неподходящий момент. Испытывают на прочность. Чисто психологическая фигня, в которой абсолютно не разбирался Амос и предпочитал игнорировать Александр. А игнорирование проблемы, как уже было сказано — путь к саморазрушению. Хорошо, что слияние таких похожих личностей помогло выявить сильные и слабые стороны обоих.

Горячность и неопытность Амоса, усталость и желание забить на все и просто плыть по течению Александра компенсировали друг друга, создав новую, относительно умеренную личность, которая осторожно двигалась к цели, не срываясь в галоп. Действовала, в основном, с оглядкой на окружение и события вокруг. В конце концов, именно окружение делает короля значимой фигурой, а не корона. Как в шахматах. И если у короля появятся проблемы с его королевой… партия, считай, проиграна.

Забавно даже, но, несмотря на возможную проблемность Фелисити, которая, несомненно, была в данном раскладе королевой, из-за того что не была скована в передвижениях из-за необходимости быть на виду у важных игроков большую часть времени, как я, и могла нести «добро», причинять «справедливость», практически когда угодно, используя всю нашу объединенную мощь без оглядки… не являлась источником проблем как таковых. К сожалению, дело было во мне.

Александр неосознанно портил все свои отношения, причем самостоятельно и со знанием дела. Как только они заходили слишком далеко и из простой интрижки превращались в нечто большее, он начинал подсознательно искать проблему или даже сам её создавал.

Видимо, не считал себя достойным тихой гавани, после всего того дерьма, через которое ему пришлось пройти из-за службы в антитеррористическом отделе полиции, а после и на вольных хлебах в роли снайпера-наемника. Наемника… красивое слово, но, по сути, просто убийца. Устраиваться сторожем или охранником в клуб он считал ниже своего достоинства и весьма приличных навыков стрельбы из снайперской винтовки.

С другой стороны, полностью разочаровавшись в своей работе после того, как ему отдали приказ стрелять в террористов прямо через заложников, его можно частично понять. Стрелять в заложников он не стал, послал начальство в задницу, и раздал хэдшоты уродцам в масках, за что потом был уволен с позором и попал в черный список, закрывший ему любые дорожки к легальной реализации своих навыков на благо кому либо. Как потом оказалось, одного из заложников «заказали» его начальнику, а он, в свою очередь, решил выполнить заказ его руками и сильно расстроился, что его оружие дало осечку.

Ну вот он и стал работать на себя, так сказать. Фрилансер, хах. Наемник, медленно погружающийся на дно. Что до большого начальника, сначала отдавшего преступный приказ, а потом и уничтожившего карьеру парня… то он «внезапно» взорвался в собственной машине через месяц после его увольнения. Какая незадача. Что? Думали снайпер, работавший, по сути, в полиции, будет настолько тупым, что снесет ему башку на расстоянии? Ну да, офигенная идея, сделать себя первым подозреваемым. Как в дешевых сериалах для неискушенных зрителей. А так… подумают на террористов в первую очередь. Кто б еще мог взорвать машину человека, возглавляющего отдел по борьбе с ними, а? Александр знал, что если не давать прямой наводки, его коллеги ничего не найдут, да и искать будут чисто для галочки и совсем в другом месте.

Новая работа не пошла на пользу психике Александра, так что вскоре он начал искать смысл жизни в мимолетных развлечениях, дешевых барах и клубах, скатываясь по спирали куда-то в никуда. Из прошлых увлечений у него остались только книги, которые он любил читать подолгу сидя в засаде, а все остальное заменил алкоголь, секс, немного рока и наслаждение от увеличивающихся циферок на собственном банковском счету.

Каждый выстрел, сделанный им, убеждал мужчину в том, что такой как он не заслуживает счастья, а потому вскоре он растерял остатки знакомых и друзей, а про длительные отношения он предпочитал даже не задумываться, хотя несколько раз ему могло бы крупно повезти, но… он предпочел все профукать. Хорошие девочки, искренне желающие спасти незадачливого Александра от самого себя, его не интересовали.

Или же он просто боялся ответственности как таковой, кто ж теперь разберется, если Александр давно растворился, перемешавшись с Амосом в единое целое? Проблема-то сейчас не в самом Александре, а в том, что весь вот этот ворох проблем, хоть и в меньшей степени, перепал новому Амосу - мне, вместе со всем багажом знаний и опыта непроизвольного донора. Будто иных проблем мне было мало. Все попаданцы как попаданцы, приносят с собой знания, силу, невиданную магию или еще что-то хорошее, и только мне достался Александр, притащивший с собой багаж полный проблем… Жалкий неудачник.

Ушло какое-то время, прежде чем вообще удалось зацепиться мыслью за шероховатости в подсознании. Хорошо хоть, что вообще удалось заметить это до того, как это стало причиной несчастий. Но пока стоит вернуться от абстрактного к насущному.

Я понимал, когда начинал воссоздавать зажигалку, что наличие такой опасной игрушки под рукой нет-нет, а может спровоцировать мою тягу к никотиновой дряни вновь, но упорно делал вид, что не замечаю проблемы.

Пачка сигарет легла на весы вместе с крутой артефактной зажигалкой и, будем честны, вопреки здравому смыслу, они вполне могли бы перевесить огромные, правильные и логичные плюсы, которыми я руководствовался, бросая вредную привычку в очередной раз. Здравый смысл не всегда мог победить низменные людские желания, иначе мир был бы намного лучшим местом, не так ли? Вот тут-то на чашу моих весов и легла чужая рука, изменив расклад.

Фелисити, увидев, что я восстанавливаю свой компактный огнемет, похоже не сильно обрадовалась этому, хотя виду и не подала, так что я не сразу заподозрил неладное. Хитрая лисица. Она поступила умнее. Коварнее. Прям как я люблю делать сам.

Не стала уговаривать. Не стала запрещать. Не стала закатывать глупые истерики. О нет, она зашла совсем с другой стороны и просто взяла да попросила меня сделать и для нее такую же.

Сказала, что раз уж я собираюсь вернуться к старой привычке, то и она попробует за компанию… Понимаете, да? Хитрый ход. Собственно, потому мне пришлось переделывать проект «зажигалки» в последний момент, меняя конфигурацию рун и саму суть заключенной в ней магии. А все потому, что абсолютно никакого желания целоваться с пепельницей у меня нет. Очень уж у меня хороший нюх и, как я теперь понимаю, Фелисити того же мнения о запахе сигарет, что и я, просто раньше молчала об этом, но теперь, когда и ее нос стал настолько чувствителен — решила действовать. И это, в целом, абсолютно нормальное и правильное решение. Логичное. Понятное.

Теперь наши зажигалки не «зажигают» в том смысле слова, в котором предполагалось изначально, но обрели несколько иной потенциал. Это с одной стороны печально, конечно, но с другой — теперь усовершенствованные зиппо представляют из себя особо разрушительные гранаты. Пускай их магия никак и не связана с огнём, осколками, вспышками света или самыми обычными взрывами.

Простую бомбарду или даже бомбарду максима я мог бы запихнуть и в артефакт попроще, потому я пошел дальше и решил поиграться с пространственной магией, в которой давно хотел повысить квалификацию.

Схлопнувшаяся палатка с неудачниками внутри навела меня на мысль, что пространственная магия может быть весьма смертоносной и, что важнее, от нее очень сложно защититься, не понимая основ пространственной магии. Ранее я расценивал её скорее как вспомогательный раздел магии, но поди ж ты. Скрытый в ней разрушительный потенциал тоже оказался стоящим внимания.

Конечно, крутые волшебники наверняка знают, как обезопасить себя, раз уж и я знаю об этом. Так что я не надеюсь сделать из нее ультимативное оружие… в ближайшее время. Убить связкой самопальных зажигалок того же Дамблдора не стоит даже пытаться. Даже в шутку. Даже в моем больном воображении. Но вот уложить одним «кабумом» толпу недоброжелателей среднего пошиба — это уже очень даже может быть.

Как обычные обыватели смогут противостоять мясорубке из быстро закручивающегося в разные стороны пространственных искажений я себе плохо представляю. В Хогвартсе из основ магии пространства учат разве что трансгресси. И то, не боевой даже. Разве что только если их будет прикрывать кто-то серьезный, кому будет жалко терять своих людей. Томми или Дамби, например, вполне могут позволить себе отвлечься и стабилизировать пространство вокруг настолько, что смертельная эффективность превратится в показушную эффектность без особого результата.

Радиус поражения напрямую зависит от устойчивости пространства на местности, но даже в худшем случае полностью «стоячего» пространства, забетонированного мощнейшей антитрансгрессией и множеством якорей, радиус пространственного коллапса точно не будет меньше пяти метров. Но это в самом худшем случае. Обычно места с настолько стабильным пространством можно пересчитать по пальцам. Рук и ног. Но это все еще крайне ограниченный список.

Правда, я бы не рекомендовал взрывать это в пространственных аномалиях. Слишком непредсказуемым может быть результат, вплоть до схлопывания небольшого пространственного кармана. Хотя это неплохой способ громко хлопнуть дверью, покидая такое место, оставив позади преследователей наедине с серьезными шансами на полную дезинтеграцию.

Очень опасная штука получилась, на самом деле, но едва ли меня так уж беспокоила эта опасная игрушка, мерно щелкающая в руке. Мои мысли закручивались вокруг несколько иного вопроса, и именно в них спряталась основная проблема. Словно ошибка в коде или вредоносный вирус в отлично отлаженной системе.

Поймал её за хвост: «Хорошо это или плохо, что я позволил Фелисити повлиять на мое конечное решение? Она умеет довольно тонко манипулировать людьми, как и я сам, так что как бы это не создало опасный прецедент, дающий ей зеленый свет на более масштабные манипуляции. Стоит одернуть её, или же вообще…»

Вот о какой херне я вообще думаю? Кажется, я за последний год слишком погрузился во все это аристократическое дерьмо с двойным и тройным дном, интригами, недоверием и паранойей, раз меня понесло в такие далекие дали и, что важнее, стали заметны первые робкие попытки подсознательно подпилить сук, на котором сижу. Подготовить повод для размолвки на ровном месте, по какой-то нелепой причине. Я потянул за нить и начал разматывать этот клубок дальше.

Блока сигарет на эфемерных весах не хватило, чтобы перевесить все минусы от подобного исхода. Мог ли я внаглую начать курить, а ей запретить? Мог бы, хотя от этого несло бы чертовым лицемерием за версту. Фел бы даже наверняка меня послушалась, не став перечить, но это было бы настолько отвратительно с моей стороны, что даже если бы она на меня не обиделась, я бы сам на себя обиделся. Едва ли это стало бы толчком к началу разлада отношений, но первой искоркой — вполне. Для начала пожара частенько бывает достаточно одного брошенного на обочине окурка.

Но вместо вредной привычки на двоих или небольшой трещины в отношениях, у нас троих появился дополнительный козырь, пускай и не высшей категории. Почему у троих?

Решил сделать такую же и Кэрол заодно, раз уж все равно делаю. Почему бы и нет? У нее-то точно не возникло никаких кризисов с внешним видом артефакта и внутренними монологами и отловом внутренних демонов. Повезло ей. Что же до Фел…

Фел — это Фел, она по другому просто не умеет. Так-то это одна из множества мелочей, которые мне в ней понравились изначально, так что же изменилось? Начал всплывать чертов багаж, вот что.

Фелисити никогда не любит просить меня о чем-то напрямую, всегда шла окольными путями, будто стеснялась и боялась, что я ей откажу, а потому играла со мной в такие небольшие, безобидные игры.

Прямой путь не всегда самый простой, так что не буду утверждать, что это не имело смысла, тем более, мне так даже больше нравилось. Она хорошо успела меня изучить, а со стороны виднее, как лучше к человеку подступиться. Сработало же, в конце концов. Просто она не учла, не могла учесть, похороненные глубоко в подсознании дефекты, о которых я и сам до поры не знал.

Ну, любит она добиваться своих целей нестандартными методами, ну и что с того?

Стоит лишь вспомнить наше знакомство, а потом и то, как мы вообще сошлись, так сразу и отпадает большинство вопросов… Я же знал, что моя избранница «немного того», причем знал с самого начала, так к чему теперь удивляться?

Больше похоже на то, что я просто искал повод. Александр любил искать их и всегда находил, когда ему было нужно. Оставлял себе засечки в памяти, за которые, если что, можно было зацепиться и раскрутить, успокаивая совесть и сняв с себя ответственность, бросая очередную неравнодушную к нему девушку.

Постепенно накапливались скрытые противоречия, а потом оп — и отношения каким-то неведомым образом резко обрываются в один момент, совершенно неожиданно для второй половинки. Причём всегда безболезненно с его стороны, чего не скажешь о другой. Девушки редко бывали готовы к резкому прекращению общения, и до самого конца даже не понимали, что у них были какие-то проблемы. Женский пол, обычно, предпочитал разрывать отношения медленно, позволяя им остыть. Могли обеспечить пару пробных скандалов, к которым могли апеллировать. В конце концов, делали намеки или чаще пропадали в гостях у подруг, постепенно урезая общее время. Много было всяких заметных и не очень ходов, но они хотя бы были. А у Александра — нет. Привык на работе действовать по схеме «один выстрел — один труп», незаметно и молниеносно, и, по всей видимости, перенес этот принцип на отношения в том числе. Профдеформация.

Такие резкие перепады «температур» в отношениях от «все просто шикарно» до «холодная отстраненность» приводили в ступор несчастных, которые имели неосторожность подобраться слишком близко к черному сердцу, чтобы оно почувствовало опасность быть изъятым и очищенным нежными женскими ручками. Самое ведь смешное, что Александр даже не осознавал, что на самом деле и себе делал только хуже, самостоятельно отрезая для себя возможность жить счастливо. Может, в глубине души он сам жаждал разрушения. Не удивительно, что в конце концов именно личность Амоса Санхайда стала ядром, а не Александра Закатного, хотя в момент слияния могло показаться, что все наоборот. Вода камень точит. Но где-то в глубине подсознания все еще остались осколки острого камня, на которые лучше было не наступать. Проблема была в том, что я о них узнал буквально только что, даже не заметив, что давно станцевал на них чечетку.

Я вздрогнул. Тупой ублюдок (я сам), кажется уже давно начал незаметно усложнять жизнь будущему себе, например, заведя интрижку с Батшедой. Да, временную, да, тайную, но тем не менее, она может стать проблемой в будущем, не так ли? Большой, сука, проблемой, способной испоганить вообще все.

Фелисити такому точно не обрадовалась бы. Я на её месте точно не был бы в восторге от такого. Что бы я почувствовал, если бы внезапно узнал, что появился какой-то рыжий красавчик-учитель, который склоняет её к сексу, апеллируя к тому, что они познакомились раньше, и он ей помогал, пока она училась в Хогвартсе? Действительно, почему бы и нет, а? И мои действия были бы столь же предсказуемы, как и её собственные, на самом деле. Я бы его грохнул. Очень болезненным способом, медленно и мучительно. Скорее всего с помощью некромантского проклятья.

Это в дешевых романах или фанфиках девушки чуть ли не сами склоняют парня к полигамии или гарему, а вот в реальной жизни… как бы Фелисити не грохнула мою любимую учительницу, если узнает… меня-то она слишком любит, а вот Батшеде досталась бы вся ненависть. Слишком уж Фел стала зависима от меня и попытка кого-то вклиниться в наши отношения... может стать летальной.

Причем все настолько плохо, что она бы меня даже простила, но, наделав глупостей, дала бы мне (частичке Александра) дополнительный повод все разрушить. Теперь, взглянув на ситуацию под таким углом, я чувствую себя еще хуже. Для Фелисити разрыв наших отношений и, самое главное — магической и психической связи, был бы не просто серьезным ударом, как для обычной девушки, а чем-то куда как худшим.

Только идиот не заметил бы, что ее психологическое здоровье и стабильность сейчас полностью завязаны на нас,и не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы предсказать вероятную деградацию психики обратно к тому же состоянию, в котором она пребывала до своего излечения. А может все станет даже хуже.

Теперь она ведь не просто нестабильная, страдающая от магического истощения девочка с одним старым пистолетом и практически несбыточной мечтой, а очень сильная ведьма и истинный оборотень… дел она наворотить может, если пойдет в разнос, очень-очень много. И подсознательно я все это понимал, но игнорировал.

Хорошая окклюменция сыграла против меня самого, отсепарировав «мусорные» мысли куда-то на задворки сознания, куда я обычно и выкидываю ненужный хлам, когда сосредотачиваюсь на чем-то важном. А важного было в последнее время очень много и почти перманентно… Как холодная вода, которая скрывает до поры до времени от взора изрезанные об острые камни щиколотки, пряча кровь, успокаивая боль, не позволяя вовремя среагировать на опасность.

Едва сдержался, чтоб не заскрежетать зубами. Фелисити сидела совсем рядом и могла бы заметить странное поведение и мое внезапно ухудшившееся настроение. Это обязательно породило бы вопросы, ответы на которые породили бы ложь. А ложь породила бы проблемы, потому как Фелисити сама по себе очень проницательная и чуткая девушка. Такой она была еще до нашего знакомства, а образовавшаяся связь и вернувшаяся магия сделала все еще хуже. Меня спасает только то, что она такая же сломанная, как я сам, и пока всеми силами не замечает того, что может угрожать ее счастливой жизни, игнорируя тревожные звоночки. И так могло бы продолжаться до тех пор, пока проблема не встала бы ребром. Пока что. Воистину, больше всего проблем человек придумывает себе сам.

Понятно, что с Бабблинг было много нюансов и вообще эти наши странные отношения учительница-ученик тянутся куда как дольше, чем с моей нынешней избранницей, но… причины, поводы, оправдания… они всегда найдутся. Бабблинг слишком хорошо умела заметать следы, имея опыт в подобных делах, так что вероятность раскрытия была минимальная, а это значит, что со временем я бы умудрился найти проблемы на свою задницу в другом месте.

С собой нужно быть честным, решая свои проблемы с головой. На Аманду я, перед летом, уже поглядывал с определенными интересными мыслями, тем более, что она сама делала весьма непрозрачные намеки на то, что не против ухаживаний…

И вот это точно стало бы роковой ошибкой. Аманда имеет абсолютно нулевой опыт в отношениях, тем более — тайных. И уж точно не имеет такого опыта сокрытия следов, как ветреная Бабблинг, да и я в этом не настолько хорош, чтоб без подстраховки от профессора не спалиться на мелочах. Добавим к этому то, что, в отличии от рыжей училки, которая весьма четко обозначила сроки нашего… совместного времяпровождения, с Амандой все могло бы выйти из под контроля, ведь я был бы у нее первым, а девушки очень непредсказуемы… Фелисити бы точно что-то почувствовала. И тогда рвануло бы так, что зиппо в моих руках отдыхает.

Последствия — Аманда скорее всего умрет, чего я искренне ей не желаю. Она мне пока если и не стала подругой, как Кэролайн, то была хорошей приятельницей и достаточно компетентной союзницей. Она не заслужила смерти посредством вуду из-за того, что я не умею контролировать своё странное желание саморазрушения. Фелисити же получит моральную травму и может слететь с нарезки. Проблемы, которые вызовет возможный конфликт с Де Аморе, я даже представлять себе не хочу. Они ведь начали бы настоящую охоту за Синдер. И я посреди всего этого круговорота д… проблем.

А ведь я — Амос — абсолютно точно не хочу подобного исхода с Фелисити. С кем угодно, но только не с ней. Именно это сильное желание и наша новая связь, заработавшая на полную катушку во время лесной мясорубки, помогли мне выявить это противоречие в логике моих действий и заодно психологическую проблему, доставшуюся мне в наследство от Александра, чтоб его. Меня. Нас. Тьфу.

Кто бы знал, что проблемы из-за сорвавшегося ритуала не исчезли, а просто затаились во тьме и оказались куда сложнее, чем физические или магические девиации, на которые я то как раз себя проверить не забыл. Зато я, почему-то, подзабыл, что ритуал, который проводил еще старый Амос, пошел совсем не по плану и… возможно, в тот момент его удача ушла в отрицательные значения. Проверить-то я этого тогда никак не мог, да и сумбур в голове от смешения двух личностей прошел не сразу. Штормило меня знатно. Проблема замылилась, а потом как-то… вроде все окей, так зачем множить сущности, да? Девиаций не обнаружено, продолжаем магичить.

Итак, отложим тяжелые думы и построим в голове новую цепочку мыслей, касательно всей этой ситуации с зажигалкой. Заменив тот бред, который вбросило больное подсознание на нечто понятное и правильное, установив как константу.

Фелисити не стала бы садиться мне на шею, манипулировать. Не стала бы нагло использовать. В этом я уверен? Да, точно уверен. А то, что она влияет на мою повседневную жизнь и пытается поплотнее в ней окопаться… так это нормальное девичье желание. С поправкой на ее закидоны, но у кого их нет? Просто нормальные отношения двух ненормальных, не так ли? Сдержки и противовесы. Обычная притирка, когда двое начинают жить вместе, а не вот это вот всё.

Фелисити только кажется сложной и непредсказуемой, а на самом деле простая как пять кнатов. Большая часть её желаний крутится вокруг того, как бы привязать меня к себе посильнее и отвадить от меня любых других представительниц прекрасного пола, из-за чего мне даже как-то неловко. Особенно из-за того, что я-то подсознательно саботирую ее относительно безобидные начинания.

Мне пододвинули тарелочку со свежими бутербродами. Я не глядя взял один. Ммм, вкусно. Догадываюсь, что Фелисити сама их сделала для меня и даже знаю, у кого она позаимствовала рецепт тех, что я люблю больше всего. Она не мешала мне думать. Просто молча сидела рядом, попивая кофе с молоком в тишине. Приятно.

Задумчиво пережевывая бутерброд, перелистнул страницу «Еженедельного Пророка», слегка замарав края газеты жирными пальцами. Рядом, почти вплотную придвинув ко мне стул, за стол села особа, о которой я совсем недавно размышлял. Девушка с интересом заглядывая в газету, в которую я втыкал, делая вид, что читаю, прислонившись ко мне бочком в поисках тепла, словно кошка. А ведь я был неимоверно близок к тому, чтобы разрушить эту идиллию и заставить её плакать. Непростительно.

Стоило бы отдохнуть от всего этого и смотаться с ней на недельку в теплые края. Побаловать. Проветрить голову от глупых мыслей, а то Британский климат не особо способствует солнечному настроению и позитивному настрою. Он идеально подходит для темных ритуалов и прочей незаконной деятельности, это да, но в остальном… быстро надоедает.

Так, ладно, и что же тут еще пишут о наших похождениях недельной давности? Откопали чего-нибудь? Нет, не похоже. Опять ДМП мышей не ловит. Мда, разве что Рита, как всегда, в своем репертуаре. Вроде и пишет так, что у всех сложилось впечатление, что недавние кровопролитные события подошли к концу благодаря усилиям одного уважаемого семейства с французскими корнями (семейство, которое и заварило эту кашу), а вроде и оставляет некую недосказанность, скользящую между строк.

О какой конкретно семье идет речь? Де Аморе? Слишком очевидно и… а что, если имеется в виду серый кардинал нынешнего министерства магии, Малфой? Он успел отхватить себе выгоды едва ли меньше, чем настоящие организаторы, но не вложил в это и десятой доли их ресурсов, так что это выглядело подозрительно для тех, кто просто не понимал, что у блондинистого пожирателя хватка бульдога в любых финансовых вопросах. Не зря он был главным кошельком в их магическом куклус клане. Лорд бы не доверил управление финансами некомпетентному человеку. Богатства и связи аристократов были топливом их военной кампании. Как что Люциус должен был производить больше золота, чем тратил. Ну, или, хотя-бы, свести потери к минимуму, даже если придется срать золотом, как Ланистер.

Вместе с тем, у читателей возникает вопрос — а что если Де Аморе и Малфоев вообще подставили и на самом деле это происки Дамблдора или операция Грюма, решившего-таки добить остатки врагов?

Или, может, они действовали сообща? Общие корни? Тайный брак?

Кто спалил почти гектар магловского леса синим пламенем? Наемники или расшалившиеся лорды с весьма темным прошлым?

Адское пламя всегда вызывало у простых волшебников чуть ли не суеверный ужас, так что не стоило недооценивать поднявшуюся волну слухов. Напугать наших страусов куда проще, чем кажется на первый взгляд. Жалкое зрелище, учитывая то, что потенциально у каждого из них под рукой всегда есть потенциальный «огнестрел-гранатомет».

Какое раздолье для конспирологии в этом выпуске Пророка... Не удивлюсь, если через неделю в Дырявом Котле будут обсуждать сбежавшего из тюрьмы Гриндевальда, решившего почему-то залечь на дно в Британии. Этот нацист любил баловаться с адским пламенем.

Гарри бы такая теория наверняка даже понравилась, так что можно было бы ожидать волну новых слухов в школе, о том что Дамблдор укрывает от закона своего бывшего любовника, пффф.

Правда, тогда про приключения в этом году он бы тогда мог забыть, потому что провел бы все свободное время надраивая унитазы в туалете Плаксы Миртл. Ну, или кубки, под присмотром ворчливого Филча. Поди пойми, что хуже.

За первый год Поттер успел так основательно разозлить Дамблдора, что я не удивился бы подобному дисциплинарному наказанию. Терпение у старика не резиновое.

Да, интересная статейка получилась, особенно когда знаешь намного больше остальных и можешь подмечать нюансы. Рита умудрилась создать из ситуации «все всё знают и просто молчат» в «никто ничего уже сам не понимает».

Очевидное уже не так очевидно и в воздухе витает слишком много вопросов без ответов. Если бы Де Аморе действительно просто сделали все сами, их было бы меньше, но сотрудники ДМП, Аврората и ОТ там тоже были и язык за зубами парочка волшебников могла и не удержать, а иные и вовсе могли быть информаторами Риты, отчего причастность Де Аморе к последнему бою аристократических семей уже не выглядела настолько стопроцентной, хотя они ничего не отрицали. Им был выгоден любой вариант.

Обвиняют их? Ну, черный пиар все еще пиар, и пару пунктов опасливого уважения они бы себе заработали как среди обывателей, так и власть имущих.

Обвиняют других? Тоже хорошо. Мы вроде как и не при делах, хорошие малые, вообще первые прибежали усмирять пламя и блюсти Статут Секретности… Хотя червячок сомнения все еще будет есть самых догадливых волшебников изнутри, ведь косвенные улики все равно ведут к ним. Но их слишком мало, чтоб на них могло надавить министерство, если бы решилось нарушить договоренности и подоить их еще немного.

Тут же получилось полное «нет тела — нет дела» из-за адского огня, что сильно затерло все следы. Нужно быть с ними поосторожнее, кстати. На волне адреналина и эйфории не только Фел совершила пару досадных ошибок, но и я сам. Последнее время досадные ошибки стали частыми гостями в моей жизни… К счастью, все обошлось, но даже мое везение не бесконечно. Кому как не мне знать, что у удачи есть определенное мерило? Как только черный клевер покажет ноль, проблемы не заставят себя долго ждать.

Но в целом, статья мне понравилась. Приятно иногда почитать о себе всякое разное и взглянуть со стороны на последствия своих действий. Рита, Рита, Рита… И я все еще считаю, что журналистка зря тратит свое время на эту убогую газетенку. В Придире она смогла бы развернуться на полную, не имея за спиной душного редактора… Хотяяяя, может оно и к лучшему.

Выпускать кракена можно только если ты уверен, что однажды скользкие щупальца не утянут на дно тебя самого. А Рита такая, что может. По крайней мере сильно подпортить репутацию уж точно.

Мои делишки частенько попадают в поле зрения её профессионального интереса, и, хотя пока она просто развлекается, разводя мистику, интригу и поднимая золотишко на замалчивании неприятных для бюрократической системы особенно жаренных фактов… кто знает, когда в её карман опустится слишком увесистый мешок с золотом, который вскружит ей голову и подтолкнет к опрометчивому шпионажу за Дикой Охотой, например?

Ничем хорошим это не закончится ни для кого из нас. Я не люблю насекомых и могу её прибить чисто на автомате. Я сам использую микро-некро-дронов, потому автоматически избавляясь от всех крупных членистоногих в радиусе своей видимости.

Хммм. Как бы мне на нее выйти осторожно, чтоб договориться по хорошему? Понятия не имею, где ее искать. Она и дома-то наверняка редко появляется, учитывая то, что мотается по всей стране, да и недоброжелателей и фанатов у нее пруд приди. Я бы на её месте хорошо прятался, а она наверняка так и делает, раз все еще здравствует.

Взаимовыгодное сотрудничество предпочтительнее угроз, шантажа и смертоубийства. В идеале, для создания положительного или хотя бы нейтрального статуса для оборотней очень могли бы пригодиться её навыки двуличной, беспринципной суки, которая может и святого очернить и грешника отмыть.

Подумаю над этим на досуге, сразу же после того, как наш небольшой клуб по интересам слегка разрастется. Тогда и поговорим. А пока… я подхватил Фелисити за талию и перетащил к себе на колени, зарывшись носом в волосы. Она захихикала и принялась гладить меня по спине. Как же она вкусно пахнет… Никому не отдам.

Ну ничего, все у нас будет хорошо. Теперь, когда я точно знаю, где конкретно у меня протекает шифер, я могу купировать проблему и не допустить усугубления ситуации. Положу новую черепицу, ха-ха. С Бабблиг тоже нужно будет поговорить. Может, после моих метаморфоз я для нее как раз буду слишком старым и получится вернуть наши «особенные» отношения в прежнее русло? Эх, если бы подсознание было так легко переписать… но — всегда можно просто следить за собой немного тщательнее. И я буду.

П.С. Амос начинает догадываться, что ходит по краю))) Не Штирлиц и не Шерлок, конечно, однако хоть что-то.

Идеально подошли бы арты к одной главе, не так ли?)

- Кого мы раскапываем сегодня, семпай?

(кто понял тот понял)

Глава 45 Стая

Моё желание развеяться где-то в теплом и приветливом климате полностью оправдало себя. Полторы недели без спешки, без темной магии, сомнительных ритуалов и практически без всяких махинаций здорово подняли настроение и настроили на рабочий лад. Все же летние каникулы и отпуска не просто так придумали. Они жизненно важны для сохранения мотивации и поддержания работоспособности. Психическое здоровье — залог компетентности.

Выбор пал на южную часть солнечной Испании не просто так. В первую очередь меня интересовали курорты и пляжи, где я мог бы просто отдохнуть в хорошей компании, хотя были и другие причины. А сама компания у меня была просто шик.

Фелисити, понятное дело, а вместе с ней я прихватил и Кэролайн, которой бы тоже не помешало подзагореть, а то она все больше напоминала вампира (мы все трое, если честно — житие в бункере не способствовало, так сказать), ну и малышку-волчицу, Селену, мы тоже взяли с собой.

Не оставлять же её одну в бункере с активной системой защиты и копошащимися снаружи гигантскими зомби-пауками, постоянно плетущими свой магический шёлк? Дети любят совать свой нос туда, куда не следует, и я не хотел бы найти по возвращении обглоданный или обгоревший труп маленькой девочки, ответственность за которую взяла на себя Синдер, прямо на пороге нашего дома. Такое себе было бы возвращение из отпуска. Смазанное.

Селена вообще впервые покидала Альбион и была в полном восторге. Кэролайн и Фелисити тоже, вообще-то, но они держались более сдержанно. Хотя не намного. Женское любопытство оно такое… как у кошек. Неостановимое и неотвратимое.

Эх, детская невинность и наивность так освежают. Я заметил, что все мы стали улыбаться немного чаще с тех пор как стали жить все вместе. Как настоящая семья. Стая. Хе-хе.

Позже, когда мы уже успели совершить пару набегов на местные пляжи, а девушки пополнили свой гардероб десятком новых купальников, от вида которых у меня чуть не пошла кровь носом, к нашему отпуску присоединилась Луна со своим отцом. У Ксено была какая-то конференция магозоологов в Испании, вот он и взял свою дочурку с собой, когда узнал от неё, что здесь как раз отдыхает её друг. У Луны был неплохой шанс познакомиться со Скамандером — младший который — досрочно, но она благополучно забила на это и примкнула к нашему лагерю праздно шатающихся в поисках достопримечательностей и бренного отдыха. Ладно, она у нас провидица, ей виднее, как устраивать свою личную жизнь. Может в этом мире они и вовсе не сойдутся. В любом случае, у неё ещё лет десять в запасе уж точно есть, если захочет.

Откуда Луна узнала, что я буду в это время в Испании, хотя я в письме лишь упоминал, что собираюсь съездить на континент? Ну так провидица ведь. Да и я никак не защищал себя в это время от подобного наблюдения. Незачем было, да и затратно. Слишком сложно для отпуска, о котором почти никто и не знает.

Вообще-то все интересующиеся моей личностью жили в Британии, а оттуда достать своим даром до большой земли… не каждый провидец сможет. Далеко не каждый. И летели мы сюда обычными авиалиниями, под чужими личинами и паспортами, так что наши бравые авроры и ДМПшники никак не смогли бы отследить нас и направить по нашему следу ищеек из Отдела Тайн… Это если бы они вообще нас искали, конечно.

Но Луна — это Луна. Летом ей, видимо, стало слишком скучно. Что ей эти запредельные расстояния, если хочется поиграть со своими друзьями, а? От неё фиг скроешься, если она того пожелает, скажу я вам. В Хогвартсе она находила меня где и когда угодно. Даже в Выручай комнату разок пришла. Хорошо, что я просто читал книжки, а не занимался всякими неприглядными изысканиями в ту ночь. Вот тогда я офигел по настоящему и чуть не разлил горячий кофе со сливками на древний фолиант. Это было бы обидно, потому как тот был исключительно нежной натурой и мог бы обидеться на меня и перестать открываться. Обошлось, но я стал доверять защите Выручайки на порядок меньше.

Казалось, для неё в замке нет границ, нет стен и замков. Может она получила мастер-ключ от старого бородатого пня?

Хммм. Но тогда и директор может зайти в любой момент и застукать меня за темной магией, что будет довольно неловко. Забавно, но ситуация была бы практически как с застуканым за мастурбацией подростком, ахахахаха. Только в моем случае вместо подколов и шуток я мог бы загреметь в Азкабан, что уже не так смешно. Конечно, ничего слишком опасного я в Выручайке не делал уже давно, но мало ли, где у директора находится пределы допустимого?

Мог бы спросить у Луны, как, Мордред побери, она это сделала, но не стал. Некрасиво вызнавать чужие секреты, не делясь собственными. По крайней мере, в отношении друзей. В девушке, даже такой маленькой, должна быть загадка, хах.

Зато я познакомил малышку с Фелисити. Не таить же свою подружку от малышки вечно, тем более здесь? Это было бы странно и неловко. Фел могла и обидеться на такое пренебрежение.

Если честно, я думал они не поладят, слишком уж они были разные, даже внешне, как день и ночь, но все оказалось очень даже наоборот. Луна сразу же внимательно всмотрелась в глаза Фелисити, похмыкала, понаблюдала за нашим взаимодействием пару дней, а потом взяла и выдала без затей, что мы хорошая пара и я сделал правильный выбор. И с тех пор у них все наладилось, потому что Фел — простая как пять пенсов и, получив такое признание-благословение от малышки, сразу записала её в свои подруги.

Так я и не понял, был ли скрытый подтекст в том, что сказала Лавгуд, отсылающий к моей недавней моральной дилемме и сделанном выборе, или же я просто множу сущности… Сложно с провидцами сказать наверняка, желают ли они тебе здоровья как обычно, когда ты чихнул, или же предупреждают бережнее относиться к нему весь следующий год, потому что есть шанс отъехать из-за воспаления легких. Частенько они и сами не знают.

В любом случае, отпуск лишь стал немного ярче и живее в присутствии этого ходячего комка позитива, освещающего все вокруг своей улыбкой и голубыми, как летнее небо, глазами, искрящимися жизнью и любопытством.

В восторге от пополнения в наших рядах была и Селена, которая нашла себе подругу по играм в лице Луны и они на пару развлекались как могли, то исследуя побережье на предмет каких-то водяных квази-выхухолей, то строя песочные замки, то охотясь с ведерком на крабов по утрам, выслеживая их по маленьким следам от лапок на песке… Невозможно было не умилиться с них.

Ксенофилиус Лавгуд оказался очень приятным человеком, кстати. Немного пришибленный и не от мира сего, как настоящий безумный изобретатель, но довольно простой в общении и начитанный волшебник. Видно было, что смерть жены оставила на некогда ещё более позитивном человеке свой след, но он все ещё был полон жизни и фонтанировал энтузиазмом, когда дело касалось всяких аномалий и магических созданий.

Ради счастья дочери он был готов на все. Таким и должен быть отец, как мне кажется… Я даже немного позавидовал Луне, но потом устыдился своих мыслей. У неё был отец, но не было матери, а у меня наоборот. Все равноценно.

Убедившись в том, что оставить свою любимую дочурку на мою ответственность не будет ошибкой, он со спокойной совестью погрузился в свою работу, не мешая нам отдыхать, появляясь только под вечер, чтобы забрать умотавшуюся Луну спать. Иногда он присоединяйся к нам на пляже и наблюдал за веселящимися детьми с доброй улыбкой, делясь всякими историями о своих похождениях.

А Ксено бывал много где. Особенно меня интересовали свежие сведения о Малагской аномалии в Испании, чуть южнее нас. Туда мне нужно было заглянуть, но я не хотел тратить на это слишком много времени. В идеале — за ночь управиться. В итоге, Лавгуд сэкономил мне кучу денег, времени и нервов, поведав об ареалах обитания тамошних зверушек и маршрутах их миграции. А жило там достаточно всякого разного, что даже для меня представляло опасность. Потому я очень обрадовался заимев в свое распоряжение точную карту и примерную пометку с нужной мне целью. И даже так, я чуть не столкнулся со старой и опытной нунду, хрен знает откуда она здесь появилась. Старых шрамов на ней было достаточно, а учитывая её колоссальную сопротивляемость магии… Драться пришлось бы в своём втором обличьи. Я бы её завалил, конечно, но не без потерь. Отдых был бы испорчен, потому как раны от её зубок и когтей заживают крайне неохотно. Как минимум, можно было бы забыть про купание в море и пляжи. Это было бы фиаско. Вроде и не её ареал обитания, а гляди ж ты. Зато если мне понадобится починить свою волшебную палочку, я знаю где найти новые усы для сердечника. Шутка. Я лучше куплю новую. Нунду не зря загоняют двумя-тремя десятками опытнейших охотников, многие из которых завершают свою карьеру после такого. В закрытых гробах. Только пометка на карте и спасла меня от парочки неприятных шрамов.

Не иначе как Луна знала, что мне вновь пригодится её помощь и просто совместила приятное с полезным. Маленькая интриганка. И у кого только научилась? Ах да…

Пока я был в Испании, успел пообщаться со своим новым «брокером», хотя скорее поверенным, которому я доверил покупку интересующих меня акций и активов весьма многообещающих компьютерных компаний. Видеокарты, процессоры, всякие АйТи компании, производящие базовый и не очень софт… Железо и начинка. Пока пусть будет так, а потом, может, вклинюсь ещё куда-то, если дела пойдут в гору. А то на словах-то все гении инвестиций, а когда приходит время свести дебет с кредитом, получается что вообще ушли в убыток.

Конечно, в его случае, говоря о доверии, я неплохо так подстраховался, прежде чем давать ему в руки хоть один фунт, тем более, что этот фунт я собирался приумножить в пару десятков раз, а это искушение. Мужик был простым швейцарцем, без капли магии, но очень умным и хитрым, с деловой хваткой эквивалентной таковой у бульдога, так что покопаться у него в голове и оставить пару спящих проклятий я был просто обязан.

Это не составило труда. Ему ничего не грозило, пока он не попытался бы меня кинуть. А если попытается… Ему же хуже. Свои проценты он в любом случае заработает, но не больше. Все должно быть справедливо, когда имеешь дело с тёмным магом, иначе жадность превращается в самозатягивающуюся гарроту (что-то вроде стального троса-удавки, которым мафия любила пользоваться).

С Фелисити мы стали ещё ближе за время отпуска. Сейчас, когда я перестал сам себя одергивать и сдерживать проявление привязанности, наши отношения получили второе дыхание, став более… серьёзными что-ли. Раньше это было больше похоже на странный роман-интрижку, но не сейчас. Теперь любой посторонний признал бы в нас гармоничную парочку брюнетов, очень похожих друг на друга, почти как брат и сестра, но не настолько, чтобы заподозрить какой-то инцест. Даже разница в возрасте стала менее заметна после ритуалов. Фел будто стала чуть моложе, а я, напротив, немного старше, адаптируясь к психологическом возрасту.

Фелисити всегда была довольно проницательной и умной, так что почувствовала небольшое, но крайне важное изменение в моем к ней отношении и буквально расцвела, все правильно поняв. Как оказалось, есть большая разница между «почти все хорошо» и «все хорошо». Словно пропало чувство некой саднящей неопределённости, не дававшей полностью расслабиться и просто с головой нырнуть в приятные ощущения.

Ночи в Испании у нас выдались особенно жаркими, несмотря на то, что температура за окном опускалась на несколько градусов — в нашем номере было горячо. Нашлось новое применение её купальным нарядам, да и вообще мы оба будто сорвались с цепи, жадно «пожирая» друг друга, словно пара обезумевших хищников. Ну да, ими мы и были, если подумать.

Кэрол, глядя на нас, тоже решила разнообразить себе отдых и не пойми где нашла себе местного паренька-волшебника из простых, как и мы сами, маглорожденных, по фамилии Мартинес. Смуглый, подтянутый, черноволосый, очень весёлый и простой парень скрасил ей время своей компанией, неплохо вписавшись и в нашу общую, небольшую, ночную тусовку.

Ночью мы гуляли и пили от души, пока мелкие спали. Мартинес же, как уроженец местных земель, прекрасно знал все самые злачные места, которые мы с удовольствием посетили. Даже в магическую часть Испании мотались, интереса ради. На экскурсию. Познакомились с новыми людьми. В основном с ребятами из Думстранга и Белого Замка. И ещё были девочки из Салема, с которыми нашли общий язык Шарпхарт и Синдер. Ну и мне было интересно, если честно. Проклятья и вуду у них изучают очень плотно. Я даже подумывал съездить в США после завершения обучения в Хогвартсе и почерпнуть у них чего нибудь новенького. Жаль, что Фелисити не подпускала меня к миловидным и крайне заинтересованным во мне ведьмочкам. С чего бы, да? Ладно, не важно. Все равно она обещала поделиться со мной всем, что у них вызнает.

У них тут, в Испании, была странная обстановка. С одной стороны — вроде все как у нас, но с другой… С другой — волшебники жили не то что бы в страхе, скорее в полной боевой готовности. В осаде.

Как говорится, никто не ждёт испанскую инквизицию… Но они как раз ждали. Никогда не забывали, а те им постоянно напоминали о себе и не давали расслабиться. Холодная война между ними тут шла весьма активно. Потому именно выпускники весьма военизированных школ здесь преобладали. В Шармбатоне учились в основном испанки, желающие посвятить себя целительству или другим мирным профессиям. В любом случае, лишними такие знакомства не бывают.

Как мне показалось, у Кэрол наметилось наконец-то что-то серьёзное. Мартинес оказался очень талантливыми и умным парнем, который, как и мы, все ещё учился в магической школе, в Белом Замке Чудес, что на севере Испании. На боевом направлении, что не удивительно, конечно. На последнем курсе, так что он на год старше нас. Парнишка влюбился в неё по уши, и чуть ли не на руках её носил. Это было видно невооруженным глазом.

Такое отношение не могло не тронуть Шарпхарт, даже если она не хотела показывать этого. Она все же не железная, да еще и мы с Фелисити постоянно милуемся у нее под носом, вызывая зависть. Сдается мне, что переписка у них будет продолжаться, а в следующем году, или, может быть, на зимних каникулах, они вновь пересекутся, так или иначе.

Был ли я рад за Кэролайн? Проклятье, ещё как. Она заслужила немного счастья. Очень может быть, что у них что-то получится. Буду болеть за Мартинеса, мне он показался парнем надёжным. Если понадобится, то за Кэролайн он глотку любому порвёт. Или умрёт пытаясь. Это правильный подход. Можно и собой пожертвовать, конечно, но лучше просто устранить угрозу и жить себе припеваючи. Не стоит забывать, что такая вот «жертвенность» сильно бьет морально по партнеру, в случае смертельного исхода. В идеале должны умирать только враги, хе-хе.

Уже под конец отпуска, в последние пару дней, я почувствовал слежку. Наконец на нас вышли местные инквизиторы и взяли на карандаш, но нападать или создавать проблемы не спешили. Все же мы иностранцы, и это могло бы вызвать скандал и проблемы, сулящие усиление местной общины волшебников, чего бы им не хотелось допускать. Плюс, с нами были местные, что делало нас в их глазах не такой уж и простой целью. Хе-хе, мы да, легкая цель… наивные. Я, если честно, даже немного расстроился, что они ничего не предприняли. Похоже, что я стал слегка более кровожадным после становления истинным оборотнем.

Наблюдали они издалека, видимо, собирая сведения и дожидаясь приказов из «штаба». Наверняка, если бы они узнали, что большая часть нашей компании вовсе не богатенькие аристо на отдыхе, а маглорожденные без роду и племени, на которых нашей чудной стране плевать с высокой колокольни, все могло бы сложиться иначе. Но они не успели копнуть настолько глубоко. Спасибо бардаку, который царит в нашей британской канцелярии. Там любой инквизитор ногу сломит.

Отдых, в конце концов, закончился и мы свалили по добру-поздорову. Ну их нафиг. Повоевать я и у нас найду с кем. Испания довольно верующая страна, и церковь тут все ещё имеет власть. Как и королевская семья. Тут они с Британией немного похожи. Разве что у нас не устраивают масштабные празднования и шествия на религиозные праздники, надевая белые балахоны и колпаки, как у Ку-клус-клана. По крайней мере, если где-то такое и есть, то не носит столь масштабный характер.

Интересно, как на такое реагируют чёрная часть населения тех же штатов или других стран, когда видят такое по телевизору? Сердечко не ёкает? Хрен им объяснишь ведь, что к Ку-клус-клану это не имеет никакого отношения (наверное). А вообще, выглядело забавно.

Никто не препятствовал нам, когда мы покидали гостеприимную, в общем-то, солнечную страну. Но в следующий раз придётся заезжать по новым документам, конечно. Просто на всякий случай. Теперь мы зато знаем примерное время реагирования инквизиции на чужестранных волшебников-нелегалов. Недельку можно вообще не париться, а вот потом следует быть поосторожнее.

Возвращаться в туманную Британию было… приятно, на самом деле. Что бы там кто ни говорил, но возвращение домой всегда воодушевляет. В гостях хорошо, как говорится, но дома лучше.

Загоревшие и отдохнувшие, заметно повеселевшие и в добродушном настроении, мы с новыми силами принялись нести справедливое воздаяние куда и кому требовалось его донести. Неотвратимо и безжалостно, как морской прибой, выносящий на сушу трупы утопленников, Дикая Охота захлестнула первую цель — Снейпа. Этот август он запомнит надолго. Или наоборот. Не думаю, что он сможет долго прожить, если честно, так что может и ненадолго.

Дух Лили только визуально выглядел как миловидная рыжая красотка лет двадцати, а внутренне же… В ней клокотала такая ярость по отношению к Северусу Снейпу, что я невольно ежился каждый раз, когда вспоминал процедуру отладки проклятья. Тогда мне пришлось очень тесно контактировать с относительно разумной тенью души. Чтобы проще понять, что она из себя представляла, то можно соотнести степень разумности такой тени с магическим портретом волшебника или ведьмы. Весьма, в общем. И щадить она его не будет, гарантирую. Ее светящиеся гнилостной зеленью глаза обещали все муки ада тому, на ком они сфокусируются.

План был составлен давно и исполнен в точности. Благодаря помощи Гринграсс, проклятье, которое я создал и влил в простенькое латунное колечко, ужасало даже своего творца, чего уж говорить о профессоре Снейпе, которому придётся столкнуться с его эффектами непосредственно. Прочувствовать всепожирающее удушающее отчаяние и подступающее безумие на собственной шкуре.

Вышло даже более зловещее дерьмо, чем я планировал — а это уровень. Пожалуй, такое я буду применять только к своим злейшим врагам. Если вообще буду.

Я даже чуточку посочувствовал зельевару. Совсем чуточку. Судьба или удача не просто повернулась к нему задом, а ещё и навалила на него целую кучу сверху. Прямо на голову. А потом села.

Активацию проклятья я почувствовал всего спустя три дня, после того как мой паучок разместил ловушку в перчатке профессора. Сработало отменно. Вот что бывает, когда расслабляешь булки. Это он, похоже, никогда не бывал в Австралии, где местные жители сначала вытряхивают свои ботинки и одежду, прежде чем надеть на себя. Частенько оттуда вываливается всякая ядовитая пакость, от вида которой кровь стынет в жилах.

Жаль только, что посмотреть на его перекошенную рожу прямо сейчас не получится. От греха подальше я свернул свою шпионскую паучью сеть в школе. На время. Если вдруг кто-то начнёт усиленно копать и искать хоть какие-то зацепки, то ничего не должно указывать на меня. Моё любопытство и желание позлорадствовать того не стоили. В любом случае смогу скоро насладиться его кислой миной в Хогвартсе. Если он не помрёт раньше времени. Хотя не должен, вроде.

Главное, что я точно знаю, что именно тот, кто должен был, и активировал проклятье — этого достаточно. Снять его можно теперь только одним способом. Хотя нет, двумя, но Снейп слишком сильно цепляется за свою бесцельную жизнь, скорее даже существование, чтобы самостоятельно её прервать.

Второй же способ — добраться до источника бед и уничтожить его. В данном случае, ему нужно убить либо меня, либо сжечь труп его бывшей возлюбленной в адском пламени… ага, и Лили не тот случай, когда будет достаточно посыпать солью да поджечь. Высшая некромантия, хоть и узко специализированная, что тут скажешь?

Навскидку, шансов у него побольше было бы в расправе надо мной, нежели над трупом давно мёртвой Лили Поттер. Она-то все время будет покоиться на нижних этажах нашего дома-бункера, и я слабо себе представляю, как один человек, пускай и довольно сильный, сможет прорваться через армию инферналов-акромантулов, пройти сквозь фиделиус, распутать защиту бункера, вскрыть его бронированные двери, покрытые укрепляющими кровавыми рунами изнутри, минуть обитателей бункера, в лице той же Фелисити, например, и только тогда сжечь тело — подпитывающее голодный и мстительный дух преданной и загубленной им ведьмы.

Я бы… Ну, может, и смог бы (маловероятно), но на такую авантюру подписываться попросту не стал бы. Только если бы у меня за спиной стоял бы неупокоенный дух убитой возлюбленной (Фелисити в этом плане точно бы переплюнула Лили… Не дай магия, конечно. Пускай она лучше меня переживёт.), а тело и разум разъедало мерзкое проклятье, медленно сводящее с ума, неотвратимо стирая грань между кошмаром и явью. Только тогда я бы так рискнул. Самоубился бы таким вот замысловатым способом, хах. Отчаяние и не на такое толкает.

Дамблдор может и смог бы такое провернуть… Я не знаю предела его сил. Может и Том смог бы, ведь они были плюс-минус равны. Не зря же он Тёмный Лорд… Был.

Что же до попытки решить все с помощью моего убийства… Не то что бы у него были реально большие шансы в прямом противостояние со мной, но он мог бы попробовать. По крайней мере, один к десяти в мою пользу, звучит лучше, чем один к ста с нашим бункером. Потому мне стоит быть осторожнее на его уроках и в замке в частности.

Если он узнает, что это именно я его так заковыристо проклял… Или если он будет совсем уж в отчаянии и попытается прикончить тупо всех, у кого был мотив и какие-то возможности проклясть его таким вот образом… обезумевший маг мог выкинуть нечто совсем уж неадекватное. Вроде адского пламени в спину, несмотря на окружающую меня в коридоре толпу детишек… все, лишь бы заставить нежный женский голос в голове замолчать и наконец-то поспать.

Да… Слишком уж ядреную дрянь я создал. Даже менталисту такой силы, как Северу Снейп, не удастся долго удерживать расползающуюся черепицу собственной крыши. Это вопрос не «если», а скорее «когда» он окончательно сойдет с ума.

Может быть, есть ещё способы как-то ослабить проклятье на время, но надолго ли их хватит? Может быть даже найдётся настолько крутой малефик, что сможет распутать проклятье и снять его без уничтожения фокуса и источника, но я сомневаюсь, что такой человек будет тратить свое драгоценное время на жалкого Северуса, мать его, Снейпа. Кому он надо? Разве что любителям Снейпионы…

Может быть один год он ещё сможет продержаться без видимых проблем, пряча от всех свое состояние и отчаянно ища решение, но потом… как ни крути, но ему конец. Лили уже не отпустит его, если пройдет больше года. Тут даже моя смерть может не решить проблему, а лишь усугубить. Если я сам, лично, не обращу проклятье вспять — Северус Снейп обречён. Такова сила малефики в этом мире. Один раз допустил неосторожность — и вот, ты уже проклят навек, вместе со всей родней. Как страшно жить, если у тебя нет черной удачи…

Между делом, тучи сгущались над оборотнями Британии все сильнее. Министерство Магии, видать, решило покончить если не совсем, то точно с большей частью оборотней, и так находящихся у них под колпаком, в резервациях. Но они не могли просто взять и послать за ними армию авроров, нет. Все же Британии, какая бы она сейчас обособленная ни была, приходилось действовать с оглядкой на международное сообщество.

МКМ, председателем которого был Дамблдор, не одобрило бы такое, и страну ждали бы большие международные пиздюли. Готов поспорить, никто в администрации министра, кроме, разве что, совсем больных на голову извращенцев, вроде Амбридж, не хотел себе дополнительного геморроя и конских сверхурочных, лишь бы погасить общественное недовольство. Но остановило ли их это, если они уже что-то для себя решили?

Нет, конечно нет. Просто для уничтожения общины проклятых ликантропией волшебников они решили использовать неофициальные средства. Прокси. Гильдия наёмников-охотников для того и нужна.

Какая же старая история. Все как было лет пятьсот назад, так и осталось. Не можешь напасть на кого-то официально, опасаясь реакции окружающих? Используй наёмников и отрицай свою причастность до последнего. Подлый метод. Трусливый. Унизительный. Но действенный. В общем, запрягли министерские гильдию, которая в прошлый раз хорошо так получила по зубам и жаждала отмщения.

Британские охотники, в свою очередь, запросили помощь у других своих филиалов, разбросанных по другим странам. Видать, боялись не справиться с такой оравой оборотней самостоятельно, тем более, у них в этом году был легкий недобор. Может, переживали о вмешательстве третьей стороны. Висеть на суку и медленно жариться на магическом огне никто почему-то не хотел.

Правильно они боялись, кстати. Кто-то, не будем показывать пальцем кто, слил оборотням информацию о готовящейся заварушке заранее. И те, не будь дураками, стали спешно организовываться, собираясь в одном месте. Собирались провести большой совет и что-то там решить. Это мне и нужно было. У меня нет ни желания ни времени бегать по лесам и искать каждую отдельную стаю, чтобы представить им свое видение мира и заманить в ряды Дикой Охоты.

Министерство сделало всю грязную работу за меня. Сейчас мои пушистые друзья замотивированы сражаться за свои волчьи шкуры как никогда, и это правильно. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. А я просто брошу им спасательный круг.

Но для начала мне необходимо было заручиться поддержкой парочки молодых и амбициозных альф стай загодя. Они станут первыми ласточками, что примкнут ко мне и покажут пример остальным. Может быть, станут теми самыми выкриками среди толпы, что меняют её течение, её тональность, настраивая на нужный лад. Но только этого было недостаточно, чтобы за мной пошли все стаи, разумеется.

Много мне пока и не нужно было. Сразу всех я просто не потяну. Логистика, обеспечение, тайные базы, обучение, рунные модификации. Всего этого сейчас недостаточно в моем распоряжении, чтобы покрыть расходы на целую армию. Если это не армия инферналов, тогда ладно.

Я не в доброй сказке Роулинг, где одного появления героя достаточно, чтоб завоевать сердца целой армии, которая пойдёт за ним на край света. Мордред, да я даже не герой, вообще-то.

Мне нужен всего-то большой отряд добровольцев-энтузиастов, которых я слегка модифицирую своей ритуальной магией рун. Она позволит им и без полной луны, по ночам, частично трансформироваться. Это вполне реально. Тёмный Лорд поступил так же, хотя и использовал наверняка другие методы.

Пятёрка альф — минимум, который я желаю заполучить в первую очередь. Они получат мой укус и встанут на ступеньку выше себя прежних. Смогут в полной мере раскрыть свой боевой потенциал и не будут зависеть от фазы луны. Каждый из них станет даже сильнее, опаснее и живучее Фенрира Сивого, которого хорошо так модифицировал Волдемортушка и который наводил страх на Британию уже несколько десятков лет.

Хочу посмотреть, как охотники будут загонять таких тварей. Это все ещё возможно, но при моей поддержке и координации стаи посредством особой телепатии, на которую способны истинные оборотни… Это будет ой как сложно.

Место скопления оборотней, как и планировалось министерством, превратится в кровавую бойню, только вот для кого — вопрос теперь открытый. Я собирался перевернуть стол и сбросить фигуры с доски, начав наконец играть по собственным правилам — у кого в руках дробовик, тот и прав. Однако я всегда держу в уме, что в нашу потасовку могут влететь и другие заинтересованные лица. Отдел Тайн например. Потому я собирался занять их кое чем иным на это время. Ненадолго, но это должно их отвлечь.

Недавно я уже переговорил с парочкой альф стай, первых кандидатов на усиление, и заполучил их поддержку. На данный момент оставался последний претендент, к которому я и спешил на встречу поздно ночью. Время утекало, словно песок сквозь пальцы. С вербовкой нужно было заканчивать.

На встречу пошли, как обычно, все втроем. Конечно же, в наших навороченных волчьих масках разных цветов. Друг друга звать среди Дикой Охоты мы будем не иначе как Блэк Вулф, Сильвер и Кримсон Мун, по цветам масок(чёрный, серебряная и алая). Нужно было нарабатывать репутацию и образ. Пускай привыкают, что нас трое и вместе мы сила, с которой стоит считаться.

***

.

И примерно взгляд и выражение лица Фелисити, когда ночью закрывается дверь в номер, ахахаха.

***

В полной глуши, в маленьком домике лесника собралась очень интересная компания. Молодой альфа-оборотень, которому лишь недавно исполнилось девятнадцать, а также его пара. Вместе с ними был и его лучший друг, по совместительству заместитель. Они сидели за ветхим деревянным столом и нервно переговаривались между собой, ожидая важного гостя. На лицах легко читалось предвкушение напополам с суеверным страхом.

— Думаешь, придёт? — Спросил своего вожака Дэрек, в очередной раз безуспешно пытаясь разгладить свою замызганную толстовку, которая видала и лучшие времена. Когда-то очень давно. Ещё до того, как его покусали…

— Это он нас позвал, так что либо да, и все будет хорошо, либо нет, и это ловушка, а за нами придут эти ушлепки-охотники, — зло оскалился парень, — меня любой расклад устроит.

Невольный вожак, что занял место своего недавно погибшего от рук охотников отца, не забыл и не простил их. Слишком многих в стае они недосчитались после налёта. И каждый из них успел стать друг для друга семьёй и опорой. Общее горе сближает. Как и общее проклятье.

— Пускай это будет сделка хоть с самим дьяволом, но если он даст нам силу, чтобы отомстить за наших павших, то я готова на неё пойти! — поддержала свою вторую половинку Кристэн. — Тем более, если он не врал, то это будет чертовски выгодная сделка, даже не требующая взамен наших душ, ха-ха!

— Ага, только подчинение. Но… нас осталось слишком мало в стае, и воинов раз два и обчелся. Кроме нас с тобой и Дэрека, можно добавить в список ещё четвёрку, а если Майкл выживет и оправится от ран, то пятёрку. Все остальные либо ещё слишком маленькие, либо уже слишком старые и калеченные. Приближается буря и нашу стаю попросту сметет если мы… если я не приму радикальное решение! — стиснув кулаки и зубы, так что чуть не крошилась эмаль, прошипел Кэвин Сандер.

— Все или ничего! — поддакнула возлюбленному давным давно проклятая девушка, прижимаясь к его горячему боку в поисках опоры.

Когда-то она принадлежала к довольно богатому чистокровному роду, но один укус изменил все, сбросив её с пьедестала в грязь. Разделил жизнь на до и после. И вот, она проживала свою вторую жизнь, смирившись с суровой реальностью и даже смогла найти в своём новом существовании несколько плюсов. Например, теперь никто не указывал ей, кого любить, что ненавидеть и каких взглядов стоит придерживаться. Свобода, пусть и с оглядкой на новые ограничения.

А как же так получилось, что благородная леди влачит свое существование в захолустной резервации? История была очень простой, на самом деле, и она была не единственной такой там. Не уникальна.

Темный Лорд тогда не щадил тех, кто не примкнул к нему в его восстании, действу по принципу — кто не с нами, тот против нас, навязывая тем самым свою волю террором. Она стала одной из таких вот его показательных целей, призванных запугать её родню. И у него получилось.

К сожалению, общество волшебников предпочитало поступать с зараженными неудачниками как хирурги при столкновении с гангреной у пациента — отсечь зараженную плоть и выбросить на помойку.

Неважно кто ты, грязнокровка, чистокровка, да хоть сам потомок Слизерина. Заразился — пошёл вон, и скажи спасибо, что сразу не прибили. А многих и убивали на месте. Странный, жестокий выверт сознания волшебников. Для них заражение проклятьем ликантропии одного из своих было эквивалентно его смерти. Укушенный будто переставал для них существовать, как прежний знакомый или даже родной человек, и мигом становился опасным незнакомцем. Источником болезни. Словно прокаженный или чумной. В целом, это даже имело смысл, но было как-то… Не по человечески. Или, напротив, слишком по человечески?

В последнем рейде, который устроили охотники, она потеряла младшую сестру, которую тогда тоже покусали и которая прошла с ней через все тяготы социальной адаптации к сложной жизни среди оборотней. И хотя ей было до одури страшно вступать в бой с убийцами, заточеными как раз под уничтожение таких как она, ярость и ненависть, что клокотали в ней, придавали ей сил. Они, и приведеный в бешенство возлюбленный, который потерял отца и названного брата. Одного за другим.

Он не впал в отчаяние, но до того как получил предложение «волколикого», был довольно близок к тому, чтоб опустить руки. Удавка затягивалась на шее оборотней, словно шипастый ошейник. Ошейник, чьи шипы смотрели вовнутрь, а не наружу. К чему бы не пришли старейшины на собрании, это им не поможет. Уже нет. Уже слишком поздно. Нужно было прислушаться к предупреждением их благодетеля ещё тогда, когда можно было хотя-бы сбежать из резерваций. Теперь же за границами усиленно следили авроры, которые хоть и не участвовали в бою, но стали крышкой захлопнувшегося сундука, из которого больше не было выхода.

Только вмешательство новой, неучтённой силы, может изменить ход истории, как совсем недавно уже произошло. Тогда, если незнакомец в чёрной волчьей маске не обманет ожиданий, то… Все может измениться раз и навсегда.

Цель. Сила. Место под солнцем и луной. Боевое, сплоченное единой идеей братство, которое сможет постоять за себя и защитить своих… Сладкие, словно дикий мёд, слова. Сколько в них правды, а сколько ядовитой лжи? Это им предстоит выяснить, но обратного пути уже нет.

За окном раздался едва слышимый хлопок трансгрессии. Уши оборотней непроизвольно дернулись, когда они прислушалась к хрусту веточек под ногами гостей. Трое. У одного шаги тяжелее, чем у двух других незнакомцев. По ощущениям… мужчина и две женщины. Как и договаривались, без сюрпризов.

Они выдохнул с облегчением. Не ловушка. Дэрек облизал пересохшие губы. Он даже сам не понимал, насколько нервничал. Кристэн отлипла от своего альфы и поправила причёску, стараясь выглядеть максимально деловито, насколько это позволяла её одежда.

Пускай они были одеты небогато, даже откровенно бедно, но это был не повод, что бы не прихорошиться. Им нужно было произвести хорошее впечатление, а не вызывать жалость и желание подать милостыню. Альфа приосанился и расправил плечи. Незнакомец не врал — он был одним из них и показывать свою слабость другому альфе — отличный способ потерять свою стаю.

В дверь без стука вошли трое. Впереди статный молодой человек, с преобладающей в его одежде чёрной цветовой гамме. По правую руку от него держалась девушка, в обтягивающем охотничьем костюме черно-серебристых цветов, с редкой красной окантовкой. Она тоже чувствовалась как одна из них. По левую руку держалась миниатюрная девушка в красном вызывающем и будоражащем воображение платье, не очень хорошо сочетающемся со строгим, даже милитаристким стилем двух других. Но кое-что общее у них все же было. Все трое были в стилизованных волчьих масках-шлемах, выдержанных в общей цветовой гамме их одеяний.

От всех веяло силой и опасностью. Клокочущей магией, которая аж переливалась через край, выплескиваясь наружу, словно приливная волна, а затем откатывалась обратно, словно отлив. Это выглядело так… гармонично. Словно естественное природное явление. Их прохладная и даже немного голодная аура окутывала все вокруг.

— Добрый вечер. — поздоровался мужчина в чёрной маске, словно ни в чем ни бывало. Словно просто встретил на улице пару знакомых и приветливо кивнул. — Я присяду.

Не спрашивал — констатировал пришедший. Вначале, впрочем, он отодвинул стулья для своих спутниц, и галантно помог занять им места по бокам от своего центрального стула.

— Конечно-конечно… — скинул руки в примирительном жесте занервничавший пуще прежнего альфа. — Лунного вечера и вам. Мы откровенно рады, что вы про нас не забыли. — сглотнув вязкую слюну, наконец нашёлся Кэвин.

Спутницы севшего напротив него альфы приветственно кивнули. У той, что сидела по правую руку и носила серебряную маску глаза были ярко оранжевого цвета, как и у мужчины, а вот у той, что носила красную, глаза были вишневого цвета, ей под стать. Не волчьего цвета, даже с натяжкой. Не лунные, но от того не менее пугающие глаза, взирающие на них с арктическим холодом. От неё тоже чувствовалась немалая угроза, даже если она не была их породы.

— Поболтаем о погоде, или сразу перейдём к делу? Моё время нынче дорого. — лениво поинтересовался чёрная маска, явно намекая на скорейшее обсуждение вопроса

— Давайте опустим прелюдии. — сухо пробормотал Сандер, ощущая от желтоглазых немалое давление чисто на уровне инстинктов. Такое он не чувствовал даже от своего отца — матерого старого альфы. Словно на плечи ему накинули пару здоровенным мешков с солью.

— Прекрасно. Тогда давайте обозначим детали. Меня можете называть просто — Блэк Вулф. Девушек, соответственно, Сильвер и Кримсон Мун. Сильвер — моя пара. Кримсон — моя подруга и ученица. Она не подвержена проклятью ликантропии, но не стоит сбрасывать её со счетов. Она скрутит в бараний рог и матерого альфу, к тому же… она так же член триумвирата основателей Дикой Охоты, так что я не потерплю к ней иного отношения, нежели ко мне или Сильвер Мун(Тонкий троллинг от ГГ. Ему повезло, что Фелисити не знает про Сейлор Мун, иначе кто-то остался бы на неделю без сладкого). Надеюсь, я ясно выражаюсь?

— Да! — хором ответила троица. Им было плевать на то, оборотень она или нет. Если девушка в красной маске волка готова биться с ними плечом к плечу, то они готовы были терпеть даже тупого великана или вонючего тролля.

— Кажется, разговор у нас с вами сложится конструктивный. — довольно закивал главный в маске. — Понятливые. Теперь, давайте я обозначу свои желания, возможности, цели и… то, что могу предложить в обмен на ваше содействие и, если все сложится, службу.

— Мы внимательно слушаем вас, мистер Блэк Вулф. — подал голос Дэрек. На удивление, ему стало довольно комфортно находиться в компании новых знакомых. Словно теперь его обволакивала не колючая и холодная аура, а мягкая и тёплая аура родителей. Дарила защищенность и покой. Давно забытые чувства.

— Начнём по порядку…

П. С. Автора.

Ненавижу работу. Хоспади, что ж её так дохера-то... Я думал её будет меньше. По крайней мере, раз в шесть... Ладно, плевать. Хоть Амос отдохнул за меня. Везучий ублюдок.

Не ценит он свое счастье, ой не ценит. Вот возьмёт автор и сошлет его на рудники, чтоб неповадно было отрываться, пока автор горбатится.

Глава 46 Волки воют на луну, что-то это не к добру…

— Добрый вечер, Мартин. Что это ты так поздно? — спросил дежурный аврор у знакомого чиновника из отдела регулирования магических письменных принадлежностей, что в это время обычно уже сбегает с работы, а не спешит на неё.

— А, Мэт. — устало махнул тот рукой, передавая свою палочку на осмотр. — Да начальство словно взбесилось. Какой-то придурок-новичок заказал партию обычных, мать его, гусиных перьев, вместо стандартных, и мы теперь должны всем отделом срочно переделывать работу, потому что, как ты знаешь, толщина пера обычного маггловского гуся и нормального сильно отличаются, как и текстура, а так же…

— Ох, избавь меня от подробностей, дружище, — поморщился аврор, который просканировав волшебную палочку с помощью специальных артефактов и удостоверившись, что все в порядке, вернул её владельцу, — конец смены, и так голова трещит. Только информации о толщине гусиных перьев, которые у меня и так в печенках сидят, мне и не хватало под вечер. Держи. — мужчина отдал концентратор владельцу.

В ответ волшебник вяло хохотнул, убирая свою палочку, которая заодно служила и удостоверением личности, как паспорт у простецов, в широкий рукав мантии, а затем вытащил платок из нагрудного кармана и, приподняв фетровую шляпу, вытер выступивший на лбу пот.

— Ладно, я спешу, приятель, мне ещё вот, нужно доставить новые, правильные, перья, пока эта сука, Констанс, не начала выдергивать их из кого-то из нас, предварительно превратил в уток или гусей, так что… — Мужчина приподнял увесистый и явно тяжёлый саквояж на уровень глаз, похлопал тот по боковой стенке, уставившись на собеседника полным надежды взглядом. — Надеюсь обойдёмся без полной проверки, а?

— Ладно уж, я все понимаю. Работа, чтоб её келпи драли. Бывай тогда, Мартин. Можешь проходить. Предлагаю на выходных собраться и выпить пива.

— Спасибо, приятель, я целиком и полностью за. — Вымученно улыбнувшись, мужчина засеменил дальше, минуя центральный зал, фонтан и заходя в лифт.

Палец несколько нервно нажал на кнопку и двери закрылись перед носом у какого-то паренька — явного стажера с кипой бумаг, который натурально взвыл, врезавшись в захлопнувшиеся прямо перед носом двери, выронив свою ношу на пол. Теперь ему придётся все это собирать, но Мартин был рад. По крайней мере малец окажется далеко от эпице… Чего бы то ни было.

Зря аврор не проверил саквояж. Ой зря. Вот до чего доводит кумовство и двойные смены. А ведь он пытался, на грани сознания, подать ему знак, затормозить ответ, но… Это чёртово империо, прилетевшее ему прямо в спину, оказалось слишком сильным.

Не то, с чем сможет справиться простая канцелярская крыса вроде него, хотя он был опытной крысой, и даже сохранил возможность относительно трезво мыслить. Не каждый мог таким похвастаться.

Палец непроизвольно вдавливал совершенно не ту кнопку, что обычно, и все никак не хотел её отпускать. Его отдел находился на другом этаже, а тот, на который стремительно вёз его по вертикали и горизонтали волшебный лифт… принадлежал гребанному Отделу Тайн.

Как же в глубине души он жалел, что эти яйцеголовые фрики не выставляют пост охраны у самого входа, как все серьезные отделы. Такой у них находится куда глубже, словно заманивая волшебников заглянуть поглубже вовнутрь, пройтись по общедоступным помещениям, посмотреть на артефакты и прочие экспонаты, выставленные словно в музее. Он, конечно, понимал, что таким образом они искали для себя новые кадры, которым были не чужды авантюризм, любопытство и любовь к магии, исследования там, но… Сейчас это могло сыграть с ними злую шутку. Проклятые фанатики от науки заигрались в шпионов, и вот что из этого вышло. Когда они, очевидно, сунули свой нос туда, куда не следовало, нашёлся кто-то, у кого голова была на месте и тот нашёл чем им ответить.

Его взгляд опустился на саквояж. Он очень хотел просто отпустить ручку. Разжать непослушные пальцы. Но они его совсем не слушались, напротив, впившись в свою ношу ещё сильнее. Просто. Отпустить.

Ничего у него не получилось, костяшки пальцев аж побелели, а по мозгам до кучи словно прошлись наждачной бумагой, хотя казалось бы… Что-то там магглы исследовали и доказали, что в мозгах нет нервных окончаний… Или что-то вроде этого?

«Тогда что-ж так больно-то?! Сраное империо. Отпусти меня! Отпусти-и-и! "

Он прикрыл глаза. Даже опыта, который остался у него со времен революции Тёмного Лорда, где он вот так же попал под империо на непродолжительное время, оказалось недостаточно, чтобы вырваться из-под контроля. Снова…

Волшебник, который его наложил, был явно из высшей лиги. Будь это кто-то послабее, он мог бы уже и сбросить контроль, но… Ладно, он хоть все ещё мог мыслить почти здраво, без того приятного тумана неги, что обволакивал разум тех, кто впервые сталкивался с подобным, превращая их в добровольные марионетки. Параллельное мышление, что так помогало ему на работе и с бумагами, дало свои плоды, но что от него толку, если рулит телом основной поток сознания, как ни крути?

Он так надеялся, что ему по пути встретится какой-нибудь любопытный легилимент, который почувствует не правильность и решит заглянуть ему в разум, чтобы убедиться в своих подозрениях, но… Сладкие грезы.

Раздался звонок и двери отворились, выпуская его на нужном этаже. Табличка гласила «Отдел Тайн.»

«Проклятье, как обычно, вечером тут ни души!» — выругался он про себя, внимательно осматриваясь вокруг. Никто не мог помешать ему доставить посылку на порог отдела.

«Сука… Надеюсь там хотя-бы не бомба или артефакт с адским пламенем…» — про себя молился волшебник, углубляясь в вотчину Тайнюков.

На секунду ему почудилось, что в саквояже что-то скребется, желая вырваться наружу. Что-то живое. Что-то голодное. Что-то, что ему придётся вскоре выпустить на свободу.

«Песец. Меня точно уволят. Может, и в Азкабан посадят. Это если я вообще выживу. Если не найдут виновника, то я стану козлом отпущения. И плевать им будет, под империо я был или нет. Вот был бы я Малфоем, с кучей денег и связей, который по слухам срет магическим серебром, то тогда конечно, но я… Проклятье! Да почему-ж тут нет никого?! Ау, ублюдки! Чем они там все занимаются у себя?!» — зло шипел в своих мыслях печальный волшебник. Заветная дверь, которая ведёт в одел пророчеств, была все ближе.

«Вот нахера они оставили без присмотра эту чертову кладовку с ненужным хламом? Чтобы какой-то случайный идиот, случайно наткнулся на случайное пророчество, которое случайно, окажется именно его пророчеством? Бред… Так не бывает. Наверное. Но почему бы не поставить хотя-бы одного сраного охранника, который смог бы среагировать на угрозу? Чтоб не спугнуть тех, кому предназначается пророчество? Да кому не похер?! Ох, как же я попал…»

Он открыл дверь и вошёл внутрь. Никого. Только ровные, почти бесконечные ряды с маленькими стеклянными шариками, на которые и записывались пророчества, покрытые слоем пыли. Ненужный хлам. Сюда явно сбрасывали всякий мусор.

«Библиотека пророчеств» иногда пополнялась, а шарики выкатывались по остальным трубам, прямо из ниши в стенах, проходы которых уходили куда-то вглубь Отдела Тайн, где собирались сами пророки, как он предполагал. Или там и был их главный архив пророчеств. Настоящий. Не эта наживка на лохов.

«Но нахрена они сделали прямое соединение с ним? Лень было выносить мусор вручную?»

Теперь, когда он задумался об этом, невольно став соучастником… Нет, скорее марионеткой в руках какого-то преступника, ему стало понятно, насколько уязвима оказалась такая сообщающаяся система. Очевидная дыра в обороне, на которую, почему-то, всем было плевать.

Она была здесь со времен основания Отдела, насколько он знал. Потому и оставалась незамеченной, зияя на самом видном месте. Ведь перенимая дела, последующие поколения Тайнюков даже не подозревали, что в их вотчине может быть настолько очевидная узявимость. Все наверняка думали, что это ловушка в ловушке, но нет.

Волшебник с саквояжем уже понял, что кто-то явно решил пройтись пальцами вдоль лески, на которой висела наживка, и дойти до рыбака с удочкой, а не заглатывать крючок, как тупой карась. Тот ублюдок явно что-то знал.

«Ну нет, не может же все быть так просто?! С другой стороны, кто в здравом уме будет уничтожать собранные за века пророчества, а? Это же тупо. Если ты ищешь Зал Пророчеств, значит, подозреваешь, что одно из них тебя наверняка касается. Так зачем же тогда все портить и разрушать то, что прекрасно работает? Лучше узнать содержимое самому и нанести упреждающий удар, но… Тот, кто наложил на него империо, видимо, был не так глуп, чтоб поступить так опрометчиво. Жаль.

Мужчина вздохнул и вновь промокнул платком пот на лбу. Голова сильно болела, перегруженная рассинхронизацией двух потоков сознания. Он прошел в центр зала и… поставил на пол свою ношу.

«Наверняка ведь эти идиоты следят за залом, но ничего не предпринимают. Тупые любопытные идиоты. Нет, эти не будут вмешиваться до последнего. Хотят взглянуть на то, как активируется потенциальное пророчество. Или просто подтвердится его непосредственный участник, что тоже было приемлемо. И тогда пророчество вступит в силу и Отдел Тайн сможет действовать.

Но… Вот беда, он не был главным действующим лицом пророчества, так что им долго пришлось бы ждать, хаха. Вместо этого он коснулся палочкой защелок и чемодан распахнулся.

«Дерьмо тролля…», только и успел подумать он, прикрыв глаза рукой, когда целый рой странных насекомых вырвался наружу.

Очень голодных до магии насекомых. Он зажмурился, ожидая боли, но… Никто не собирался его есть, несмотря на угрожающий стрекот и вид. Приоткрыв один глаз, он наблюдал, как магические твари с жадностью облепили шарики с пророчествами, стены, стойки, пол и потолок. И начали… Жрать. Просто жрать любой материал, в котором была хоть капля магии.

Живых существ они не ели, но общий ущерб… Он вспомнил уроки ухода за магическими тварями. Им про них рассказывал старик Кеттлберн. Эти… терминусы, они размножались тем быстрее, чем больше магии поглотили, и они были довольно живучими, так что… Волшебники просто никогда не строили свои дома рядом с местами обитания этих тварей, вот и весь план. Как их выводят аристократы, если те попадали к ним в закрытое пространство, он не знал.

«Что теперь будет? Они же сожрут половину Отдела Тайн, прежде чем их смогут остановить… все пророчества… Их они точно дожуют. Ох, Мерлин, помоги нам.»

Заверещал сигнал тревоги. Двери в помещение наконец загерметизировались, но…

Было уже слишком поздно. Парочка мелких тварей уже проскользнула наружу и полетела искать еду где-то ещё. Что ещё хуже, многие терминусы сразу же полезли в дыры в стенах, словно в улей, что означало… Что они уже проникли куда глубже, чем прихожая Отдела Тайн.

Волшебник нехотя навел палочку себе на голову, упершись кончиком в висок и с его губ сорвалось заклинание:

— Обливейт.

Мир потерял краски и он упал на пол. Да, конечно, умники из Отдела Тайн смогут вытащить из него какие-то крохи информации, но её будет слишком мало, а ту, что вытащат… Кто сказал, что она не подставная и зачинщик не покажет то, что сам захочет? Саквояжем уже обедали твари, пожирая тот снаружи.

Обливейт заставил забыть даже приказ, отданный под империо, как и сам факт применения непростительного. Оно наконец было прервано, разжав тиски, сжимавшие чужой разум, но какая уже была разница, когда дело было сделано? Потому и боялись его чуть ли не больше убивающего проклятья. Для слабых волей оно было ультимативным средством, против которого нет спасения.

В министерстве медленно поднималась паника. Была объявлена эвакуация. Правда, волшебники и без всяких объявлений ломанулись оттуда, создав затор у выхода и каминов. Но самое смешное… Министр Фадж даже не мог позвать на помощь добрую половину авроров, которых тотчас пришлось бы отзывать с другой важной миссии, провал которой не сулил лично ему ничего хорошего.

Если бы мелкие паразиты угрожали какому-то другому отделу министерства, особенно его собственному кабинету, то он бы, может быть, и отозвал их, наплевав на охотников и оборотней, самозабвенно режущих друг друга, но основная масса отправилась докучать отделу, с которыми министр с недавних пор был на ножах, так что… Он решил пока не спешить и посмотреть, как будет развиваться ситуация. Ослабление масочников, которые не желают подчиняться верховной власти в его лице и что-то там вякают про свою автономность от самого Министра Магии, он не считал чем-то плохим. Они ведь не просили его о помощи, не так ли? Вот пускай сами и справляются тогда, раз такие самостоятельные, подумал он, отдавая приказ отсечь переходы на этаж ОТ, локализуя проблему.

Даже сам Амос не мог бы предположить, что его простая попытка слегка отвлечь внимание в тот день и немного испортить систему предсказаний Отдела Тайн нанесёт куда более драматический урон предсказательным и вычислительным способностям отдела, чем он даже смел мечтать. Ведь терминусы добрались и до комнаты мозгов в колбах, служивших биологическими процессорами-серверами. Иными словами, урон был нанесен серверной и архивам, сильно сузив возможности Тайнюков оперативно и превентивно отвечать на угрозы.

***

Молодой альфа и его спутники пробирались сквозь толпу своих братьев и сестёр по проклятью. Плечо нещадно зудело и отдавало фантомной болью. Он невольно потёр место укуса. Верно, ему вновь пришлось пройти через проклятый укус, но зато какой… Ох. Впечатления останутся у него до конца жизни. Без содрогания вспомнить-то не получалось.

Под мятой толстовкой, в районе плеча, скрывался странный и пугающий шрам от трех рядов острейших зубов. Размеры челюсти поражали воображение, и простого обывателя один взгляд на них во плоти вполне мог отправить в обморок.

След от укуса быстро затянулся, почти мгновенно, если честно, да не так уж и глубоко вошли зубищи Истинного Оборотня — прародителя всех оборотней. Практически, крестного отца, да только вот крещение было кровью, животным страхом и болью… Впрочем, Сандер соврал бы, если бы сказал, что его душу не греет растекающаяся по мышцам беспрецедентная мощь. Это того стоило. И вообще, его скорее лишь немного прикусили. Если бы его новый босс захотел бы, то смог бы легко перекусить его пополам, как сухую веточку. Очень опасный босс, да…

Сам укус, как объяснил ему мистер Вулф, было скорее символом и ритуалом. Меткой, что несла сакральный смысл и древнюю магию в себе. Совершенно не те ощущения, что были при том злополучном заражении ликантропией. Там, как он знал, была важна именно попавшая в открытую рану слюна оборотня. А тут был важен сам укус и смысл, который в него вкладывал древний. Благо, это хоть не рабская печать, как у пожирателей. По крайней мере, он очень на это надеялся. Брюнет старался не думать об этом слишком много.

Зато эффект был почти мгновенный. Не нужно было ждать следующего полнолуния. Сила уже переполняла его тело. Толстовка едва скрывала натянутые под ней стальные канаты мышц. Ему пришлось немного сутулиться, чтобы не порвать её пополам, ведь он и в плечах раздался слегка, и в росте прибавил пару сантиметров. Кэвин ещё никогда не чувствовал себя таким сильным и… свободным.

Парадоксально, но чувство лёгкости в теле и ощущение принадлежности к могущественной стае, которую возглавляет ТАКОЙ оборотень, внушало оптимизм и дарило надежду на завтрашний рассвет, позволяя мысленно вернуться в ту пору, где он был рядовым членом стаи и ему не нужно было забивать голову сложными проблемами. Теперь есть на кого их спихнуть, ха-ха. Голова у Истинного Оборотня большая (как и челюсть, полная острейших зубов), вот пускай он сам и думает, а Кэвин будет плыть по течению и наслаждаться жизнью.

Ведь завтра как раз полнолуние, а охотники хоть и редкостные мрази, но не дураки. В этот раз они наверняка начнут за день до полнолуния, прямо сегодня, и вырежут всех, кто хоть сколько нибудь способен защищаться. А уж потом, при полной луне, ублюдки пожнут женщин, детей, стариков и раненых собратьев, более не способных дать достойный отпор хладнокровным убийцам, даже когда на небе господствует полная луна. Но теперь все изменится. Их новый главный как-то разузнал все планы врагов и подготовился к упреждающему удару. Как он назвал это, «спираль смерти»? Звучало жутко, хотя деталей он пока и не знал. Но то, что кому-то придётся очень плохо и страшно, парень даже не сомневался.

Альфе даже стало немного жалко бедных ублюдков, которые повстречают в ночи горящие оранжевым светом две пары глаз их стремн… впечатляющего босса. Или его подружек. Они тоже вызывали здравое опасение, и Сандер был офигеть как рад, что он находится на их стороне, а не наоборот. Сражаться с этими монстрами… Ну нафиг. А ведь эти дурачки-трусишки из министерства ещё их, простых оборотней-работяг, боялись. Наивные идиоты. Если бы они увидели главу Дикой Охоты воплоти, то обделались бы прямо в штанишки. Кэвин не хотел даже в мыслях упоминать, что сам чуть не обделался на посвящении, но это так, детали. Не обделался же? Значит не считается.

Кэвин ухмыльнулся, чувствуя как ободряюще сжала его руку дорогая Кристэн, прежде чем раствориться в толпе вместе с остальными посвященными в план членами стаи, рассредотачиваясь на местности.

Вот он наконец выбился в первые ряды слушателей, к другим альфам, которым все ещё не надоело слушать бесполезный бубнеж старейшин, которые уже почти неделю переливают из пустого в порожнее, так и не придя к какому-то единогласно у решению. Да хоть к какому-то временному решению.

Их босс опять оказался прав. Старейшины одряхлели. Их клыки выпали, а когти затупились. Шерсть — куцый шерстяной коврик с проплешинами, которому самое место у камина какого-нибудь министерского чиновника, а не во главе стаи опасных хищников. Им пора на покой. На пенсию. Пришло время изменить курс и взять все в свои руки.

Никаких смертоубийств, естественно, как и кровавых переворотов. Все на добровольной основе. Глава искал энтузиастов. Тех, у кого не опустились руки, ну или хотя-бы тех, в ком ещё можно распалить тлеющие угольки жажды жизни и действия. Он не собирался грести всех подряд. Лишь тех, кто сам того хочет.

Слушатели устали, хоть и не подавали виду. Всем очень хотелось услышать наконец-то не споры, взаимные обвинения, крики и пересуды, а план. Обычный рабочий план, как им всем выжить. Хотя-бы спасти детей, пусть и разменивая в бою свои жизни на их. Но старейшины лишь стыдливо отводили глаза, встречаясь взглядами со знакомыми. Они почти смирились с поражением. Они боялись принять окончательное решение и медлили.

«Если глава Дикой Охоты не врал, то тут сейчас собрались охотники со всех окрестных стран. Ублюдки и живодеры всех мастей. И их много. Очень много. Не то, с чем можно справиться, если отнестись к ситуации спустя рукава. И сбежать не получится, ведь оцепление из авроров и мощнейшие пространственные якоря попросту не дадут нам сбежать.» — размышлял парень, лениво наблюдая очередной виток бесполезной пикировки стариков.

«Нет, парочка удачливых и сильных засранцев может и могла бы ускользнуть, прорвавшись через заслон, но что делать остальным? Наблюдать, как их самих и всех близких режут на части и раскладывают по баночкам, которые потом разойдутся по лавкам?»

Такое Сандера никак не устраивало. Его печень и ливер нравились ему исключительно на том месте, где они сейчас и находились. Внутри него самого, вестимо. Вот такой он был эгоист.

Кэвин сжал кулак, чувствуя как впивается в кожу прочные когти, что отросли за мгновение до вспышки гнева, вторая его мысленному посылу. Но, что интересно, они больше не смогли пробить прочнейшую кожу. Он ухмыльнулся.

«Подождите, ублюдки, просто подождите. Скоро, уже скоро…»

Теперь его кожу и добротным ножом из магического серебра было пробить крайне затруднительно, даже если бить изо всех сил. Разве что, если бить в уязвимую точку… но с его нынешней скоростью — ещё попробуй попади по верткому засранцу, что крутится волчком.

А частичная трансформация, тем более в преддверии полнолуния и вовсе превратит альфу в такую же машину смерти, как сам Фенрир Сивый. Тот самый ублюдок, что покусал его семью. Теперь Сандер осознавал, что вполне может попробовать надрать его пушистый зад. По крайней мере, даже если его новых сил не хватит, чтобы компенсировать разницу в боевом опыте, он уже не будет таким беспомощным, это уж точно.

Сандер кивнул знакомому альфе, который, как он знал, тоже получил свое благословение от их общего знакомого. Тот кивнул в ответ, ухмыльнулся и подмигнул, поведя плечом. Глаза скользнули по рядам оборотней, выискивая ещё одного альфу, получившего свою метку загодя. Но пока так и не смог его найти.

Возможно, тот затерялся среди толпы, как и его собственная Стая, которая уже была проинструктирована насчёт того, что и когда нужно говорить и выкрикивать. План уже почти начал осуществляться. Вот один из старейшин встаёт из-за круглого стола и что-то решительно говорит остальным. Кэвин не слышал что, но характерный жест рукой, которым тот приглашает кого-то из толпы выйти вперёд и молвить слово, узнать было нетрудно. Другие старейшины негодуют и протестуют. Им это не нравилось.

«Значит, у него и среди старейшин уже был последователь? Умно. Чего и следовало ожидать от Черного Волка.»

Вперёд вышел молодой человек в стильном волчьем шлеме-маске и черном костюме, не стесняющем движений, но все ещё достаточно элегантном. Он встал подле пригласившего его выступить старейшины, уверенно взирая на тихо перешептывающихся оборотней. Тогда-то один из первых членов Дикой Охоты понял — начинается. Он подобрался и нервно облизнул пересохшие губы. Кэвин нервничал, хотя от него и мало что зависело на самом деле. Тренировки перед зеркалом тоже не прошли даром, а варианты текста были выучены.

Больше он переживал не за свой провал, а за своего нового Альфу. От его слов, убедительности — сейчас зависли жизни всех здесь собравшихся. Без шуток. Сандер уже не видел другого выхода, кроме как положиться на Дикую Охоту и силу троицы во главе. Иначе им просто не порвать блокаду собственными силами.

— Чудная ночь, не правда ли? — словно гул от далёкого раскатал грома, прокатился по толпе искаженный шлемом-маской голос. — Люблю такие. Приятная ночная прохлада, серебристый свет луны, проникающий сквозь ветви темной чащи леса и запах… запах хорошей Охоты. Сдобренной свежей кровью, разумеется. О, я прекрасно знаю это чувство. И вы, готов поспорить, тоже с ним знакомы. Безумная скорость погони, азарт схватки, веселье жестокой игры в кошки-мышки и свистящий в гриве ветер… прекрасное чувство, которое хотят у нас украсть и присвоить себе какие-то жалкие выродки, возомнившие себя великим охотниками. Охотниками на охотников. Немыслимо!

По рядам прокатился одобрительный гул. Пока ещё не гром, лишь эхо от эха, но… Некоторые оборотни выражали свое согласие, утробно зарычав. Потухшие, усталые угольки оранжевых глаз стали медленно разгореться, раздуваемые резкими порывами зарождающейся бури. Унылый застойный штиль подходил к концу. Сердце молодого альфы нервно стучало о ребра в груди.

— Но что нам тогда делать?! Мы окружены, в меньшинстве, загнаны в угол, словно настоящие дикие звери, а старейшины все медлят! Такими темпами нам подпалят хвосты задолго до того, как будет принято хоть какое-то решение! — якобы негодующе выдал на одном дыхании заготовленный текст Сандер. — Что Ты, чужак, можешь предложить нам кроме красивых слов и бахвальства, раз даже старейшие и мудрейшие не могут выбрать путь, а? Что?!

Другие оборотни мигом смолкли и притихли, ожидая ответа на поставленный вопрос, бросая заинтересованные взгляды в сторону Кэвина, решившегося говорить от их имени. Их взгляды метались от одного к другому, и в них читалось множество противоречивых чувств. Надежда, смирение, отчаяние, злость, насмешка, желание защищать и желание малодушно сбежать. Калейдоскоп эмоций.

— И что же делают дикие звери, когда их загоняют в угол? — ничуть не обидевшись (ещё бы он обиделся) так же спокойно и уверенно спросил, и тут же сам ответил на свой вопрос человек в чёрной маске. — Кусают. Рвут на части загонщиков, даже если это последнее, что они могут сделать в жизни, повиснув пробитым брюхом на рогатине. Ведь за спиной у них прячутся их женщины и дети, что ещё им остаётся? Разве не так? Разве я не прав?! Кто вы? Твари вы дрожащие, или право имеете?!

— Да, покажем им!

— Победа или смерть!

— Но что скажут старейшины?

— Мы здесь охотники, ахахаха! Не они! Мы!

— Но их так много…

В неуверенном гомоне толпы начали раздаваться воодушевляющие выкрики. И настроение толпы начало постепенно меняться. От уголька к угольку, медленно в груди собратьев по проклятью разгоралось пламя надежды.

— И что ты предлагаешь нам, просто сдохнуть всем вместе, забрав с собой побольше этих сраных уродцев? — Выкрикнул другой альфа, который тоже был тайным членом Дикой Охоты. — Так мы и сами бы так и поступили. Выбора-то у нас все равно не осталось уже. Пока старейшины сиськи мяли, «охотники» уже наточили свои тесаки и только и ждут, когда смогут нас разделать и набить склады «пушниной».

Толпа одобрительно зашумела.

— Нет, я предлагаю вам кое-что более… жизнеспособное. Точнее, я дам вам шанс. Шанс изменить всё. Себя. Свое положение. Свою цель. Свое будущее, обратившись к своему прошлому. К своему истоку. — Каждое выделенные интонацией слово будто пробуждало нечто древнее, спящее глубоко внутри каждого из них до поры до времени.

Это нечто лениво ворочалось, нехотя, но все же медленно просыпалось. Оборотни обратились во слух, навострив чуткие ушки.

— Когда-то, когда фэйри ещё свободно бродили по земле, вместе с ними наводила шороху и Дикая Охота, истребляя на своём пути всякую погань. Будь то нечисть, нежить или просто слишком много возомнившие о себе волшебники, посчитавшие себя богами… Дикая Охота сносила на своём пути любого, кто встанет на пути и попытается остановить шествие. Словно адские гончие, оборотни неотвратимо шли по следу, ведя за собой чистое разрушение, но не хаос. Порядок. Жестокий, может быть, но такой необходимый в те страшные и тёмные времена… И я хочу возобновить эту славную традицию.

— Но те времена, о которых ты говоришь, давно прошли. Канули в Лету. Фэйри ушли, бросили надоевшие игрушки, а мы, оборотни, стали никому не нужны. Просто опасные, чумные звери… Бесхозная отрава… — грустно молвил один из старейшин, вставая со своего места, чтобы остальные могли его лучше видеть. Слова юнца в маске разбередили старые раны, оставшиеся от мечтаний о славно прошлом.

Тот прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания о тех временах, когда он ещё был молод и верил, что сможет изменить отношение волшебников простым добрым словом. Но он ошибся. Доброго слова, мудрости и дипломатии не хватило. Логика пасовала перед жаждой наживы и человеческой глупостью, страхом и нетерпимостью.

Противник не стеснялся прибегать к агрессивным переговорам, постепенно вырывая из пасти оборотней клык за клыком, закручивая гайки, пока те не превратились в каких-то беззубых дворняг. А так все хорошо начиналось… Им обещали свое собственное маленькое королевство волков, а в итоге все обернулось резервациями и истребление.

— Ошибаешься! — задорно рассмеялась девушка в серебрянной маске, выйдя из толпы под серебряный свет луны. Она встала бок о бок с мужчиной в чёрной маске. — Оглянись вокруг, старик. Что ты видишь? Говоришь, тёмные времена остались позади? Ты сам наверняка понимаешь, что для нас, оборотней, они, напротив, наступили. Говоришь, мы больше никому не нужны? Ты выжил из ума?!

Народ заволновался, зашумел, но никто пока всерьёз не собирался прерывать речь наглой, бесстрашной незнакомки.

— Тёмные времена никогда не закончатся, если сидеть на жопе ровно и плевать в потолок. Никто не решит за вас ваши проблемы. Они не исчезнут, как по волшебству. Только вы сами в ответе за свое будущее. Не кто-то там ещё. Не удача, не случай, не судьба. Вы. Только вы сами. — проникновенно вещала дева, купаясь в свете луны и противоречивых взглядах сотен оборотней, сосредоточенных на её хрупкой фигурки. — Разве не видишь, старейшина, в каком мраке живут наши собратья по несчастью? Или ты так привык пресмыкаться, забившись в тёмный угол, как помойная крыса, что забыл, как выглядит белый свет?

Оборотень молчал, раздражённо сопя, опустив взгляд в землю. Никому не нравится слышать о себе гадости. Тем более, если они обоснованы. Он мог бы ругаться, он мог бы возражать, но… Силы покинули его и он рухнул обратно на свой деревянный стул, признавая свое бессилие. Девушка приняла его капитуляцию как к сигнал продолжить свою речь.

— Разве вам нравиться прятаться по кустам и дрожать от каждого шороха словно каким-то жалким шелудивым псам? Пффф. Мне за вас стыдно. Резервация превратила вас из гордых хищников в каких-то жалких, беззубых падальщиков, которые только и могут, что побираться останками славного прошлого. Говорите, никому не нужны, да? Проклятье, так станьте нужными! Станьте незаменимыми! Станьте силой, с которой считаются! Станьте теми, кто сам решает свою и чужую судьбу! Создайте себе собственный путь! Вы нужны нам, Дикой Охоте, как никогда…

— Легко сказать, ведьма! И кто нас поведёт за собой? Может быть ты, чужачка, что ни дня не прожила в этих паскудных резервациях? А не многовато ли ты на себя берёшь, а? — Кэвин узнал раздавшийся из задних рядов голос Кристэн. Все идёт по плану.

— Мы поведём. — спокойно ответил мужчина в чёрной маске, взяв за руку свою партнёршу-волчицу. — По праву силы. По праву старшей крови. По праву тех, кто вновь желает вдохнуть жизнь в Дикую Охоту и привнести в этот загибающийся мир чуточку порядка. Я предлагаю вам присоединится ко мне. К нам. Стать новым истоком, о котором будут говорить сквозь века.

Рядом с ними, будто из ниоткуда, встала хрупкая фигурка в алом платье и такого же цвета волчьей маске, вызвав вздох удивления и восхищения у некоторых оборотней. Так незаметно пройти сквозь них, обладателей феноменального нюха и слуха было тем ещё достижением.

— По праву силы и крови, говоришь? — прищурился ещё один наглый альфа, пробившись сквозь толпу вперёд и вырвавшись вперёд.

Он был высок, он был свиреп и полон сил. Мышцы буквально бугрились под его одеждой, видимые невооружённым глазом. Это был один из лучших бойцов, что жили в резервации. И как боевой маг он был хорош, честно отслужив пять лет в аврорате, прежде чем его покусали на выезде, и как оборотень он тоже был очень силен и ловок, давая фору даже другим, более старым альфам. Многие присутствующие его узнали. Он пользовался уважением и имел не меньше влияния, чем некоторые старейшины.

— Докажи, если осмелишься! Сразись со мной, для начала, а там посмотрим.

Кэвин тихонько хмыкнул. Он уже заметил характерный жест и лёгкое подергивание левым плечом. В вот и третий альфа, о котором говорил Блэк Вулф.

— У нас не так много времени на детские игры. — хмыкнул гость в чёрной маске. — Противник уже сжимает кольцо и через пол часа может начать действовать.

— Струсил, салага?! Да как ты можешь пиздеть тут нам про то, что хочешь вести нас за собой и возродить Дикую Охоту, если даже смахнуться раз на раз за место главаря не можешь, а?

— Просто не хочу обижать детей, знаешь ли. Ты вот, что бы самоутвердиться, стал бы пинать ногой двухлетнего ребёнка, копающегося в песочнице или нет?

— Тыыы! По твоему я слабое дитятко, значит? — зелёные глаза рыжего альфы налились багрянцем от полопавшихся от злости капилляров.

— Ну хорошо. Так уж и быть. Я покажу вам всю тщетность таких смешных детских истерик и вызовов. Драться с кем-то заведомо слабее тебя, чтобы доказать свою силу — ниже моего достоинства, так что я просто позволю вам оценить разницу… потенциалов, скажем так, наглядно.

— Хи-хи! — хихикнула в ладошку Сильвер Мун, выпустив наружу просто какое-то колоссальное давление магической ауры, придавившее к земле ближайшие ряды зрителей. Причём без всяких заклинаний и палочки, она закрутила вокруг троицы вихрь свежеопавших листьев. Их силуэты были едва различимы из-за магических помех, но их все ещё можно было угадать.

Сильвер тут же принялась помогать своему мужчине избавляться от предметов гардероба, что привело некоторых из особо внимательных присутствующих в ступор. Вот обзор им полностью перекрыла маленькая алая тень, встав впереди оборотня в маске, которую тот медленно начал снимать. Все затащили дыхание. Хоровод листьев взметнулся до самих верхушек деревьев сплошной стеной и опал на землю так же быстро, как и появился. Но теперь на месте мужчины возвышался гигантский, чудовищный, четырехглазый волк.

— Поверить не могу… Истинный Оборотень?! — в неверии воскликнул самый старый и уважаемый старейшина, доселе хранивший молчание. Он вскочил из-за стола на негнущихся ногах, тяжело опираясь дряхлой рукой на клюку, но все равно постарался подойти поближе, а после плюхнулся на предательски скрипнувшие колени. — Да как же… Как это возможно? Как же…

— В этом мире нет ничего невозможного. Это магия. — Тихо проговорила девушка в алом платье, но её чарующий голос был всеми услышан, будто она шептала каждому из них прямо на ухо интимные секреты. Её нежный голосок вызывал приятные мурашки и покалывание на затылке у большинства парней. Молодые оборотни и вовсе все поголовно покраснели и отвели взгляды, стараясь не смотреть на неё напрямую. Лишь украдкой бросали более заинтересованные взгляды.

— Что теперь скажешь, щенок? Ещё хочешь попытать счастье в схватке? — оскалился гигантский волк, поворачиваясь к бросившему ему вызов претенденту, демонстрируя три ряда острых, как бритва, зубов. Его глаза пылали оранжевым светом, словно четыре полные луны. От них невозможно было оторваться и хотелось завыть. Голос звучал в головах всех собравшихся. С рычащими нотками и скрытой в нем угрозой альфа-хищника над хищниками.

— Ха-ха. — Почесав волосы на затылке, простодушный альфа, что ранее бросил ему вызов попятился и встал обратно в строй. Впрочем, позорно бежать он не стал, оставшись стоять в первом ряду, чем заслужил уважение других оборотней. — Знаешь, что-то расхотелось. На фоне тебя, даже в своей волчьей форме я действительно, что щенок корги рядом с цербером смотреться буду. Признаю твоё главенство и желаю присоединиться к тебе, большой брат. Даже если я сдохну в процессе, я… хочу посмотреть, как далеко ты сможешь зайти. Как далеко мы, оборотни, сможем зайти вместе с тобой.

Кэвин знал, что на самом деле этот волчара уже бросал вызов Блэк Вулфу и с позором проиграл, хотя тот даже не использовал свое пушистое преимущество над ним. Конечно, он не желал позориться на глазах у всех. Одно дело приватная дуэль, другое — публичное унижение. Да и не нужно ему это было, он просто играл свою роль. Играл не ради себя, не для того, что бы впечатлить новое начальство… Хотя и не без этого… Но нет, в основном он честно желал видеть как можно больше своих сородичей в рядах Дикой Охоты, ведь только в ней он теперь видел шанс. Шанс для всех, кто успеет заскочить в этот вагон несущегося на вершину пищевой цепочки локомотива с пылающими очами и острыми когтями.

— Сукин сын, я в деле! — Воодушевленно проорал один из подчиненных Кэвина, заводя толпу ещё сильнее. Ему вторило множество глоток других оборотней, впечатлившихся… открывшимися перспективами. Кэвин тоже горячо поддерживал предложение вступить в Дикую Охоту, одним своим видом подталкивая сомневающихся в нужную сторону.

Те, кто раньше оспаривал слова троицы в масках и служил гласом скептиков в толпе, первыми же примкнули к Истинному Оборотню, потянув за собой массу народа. Это не могло не подтолкнуть толпу к нужному главе Дикой Охоты, решению.

— Да!

— Черти бы драли эту тухлую жизнь, надоело! Я тоже хочу вступить! Хочу жить!

— Я! Я! Возьмите и меня тоже! — кричал какой-то мальчик из задних рядов, залезший на ящик, чтобы все видеть издалека. Забавно, но трехметровую (в холке) громадину было прекрасно видно абсолютно всем вокруг. Как и слышно его «голос». Его присутствие обволакивало.

— Очень хорошо. Я понимаю, что доверие ещё нужно заслужить, так что… Как насчёт небольшой совместной Охоты? Дикой, необузданной Охоты… Что скажете, братья и сестры? Поохотимся?!

Многоголосый вой был ему ответом.

— Очень хорошо. Тогда позвольте мне пока отобрать из добровольцев шесть десятков первых, кто встанет бок о бок со мной и я докажу вам, что иногда количественного преимущества далеко недостаточно, что бы превзойти качество… Я лично поведу передовой отряд. А вы, Сильвер и Кримсон Мун, организуете оборону здесь, пока мы, продвигаясь по спирали, будем зачищать лес от всяких… вредителей.

— Как скажешь, дорогой.

— Да, учитель.

От девушек повело чем-то жутким. Чем-то тёмным. Некоторые впечатлительные молодые люди даже сглотнули. Магия, которая чуть ли не толчками выплескивалась из женщин, заставляла недостаточно сильных духом и магией вжимать голову в плечи и нервно ёрзать на месте под взглядами алых и оранжевых глаз.

— Чтобы немного уровнять шансы в неравном бою, мы подарим вам свое благословение…

Глава 47 На кураже

Легкость в теле. Азарт предстоящей схватки гоняет по венам коктейль из гормонов. Без одного дня полная луна сияет высоко в небе, отражаясь в двух парах моих горящих магией глаз. Мне все равно, полная она или нет. Это другим оборотням это было жизненно важно, а я могу делать когда и что захочу. Свобода. Сила. Скорость. Они пьянят меня, словно хороший секс или крепкое вино.

Потому сегодня я добрый. Сегодня я поделился каплей этой свободы с другими людьми. Целых пятнадцать альф стай, что последовал за мной, получили по моей метке-укусу. Это позволило им обращаться в любой день месяца, вне зависимости от полноты луны. Да, они все ещё были ограничены ночным временем суток, и чем ближе было полнолуние, тем сильнее они становились, но это все же было значительным улучшением, знаете ли. Многие из них за такое и душу готовы были продать. К счастью для них — я не демон, и души мне не нужны… возьму службой.

Пока я был занят улучшением главарей стай, девочки нанесли кровавую вязь рун на спины и грудь рядовых членов их стай, используя для этого аналог помеси временной татушки и магического трафарета. За этим следовал быстрый ритуал, практически поставленный на поток с помощью магии. Единственный минус такой методики — перерасход ингредиентов. Если бы пришлось делать это для всех собравшихся оборотней, мы бы надорвались, но для нескольких тактических групп — подъемная цена. Тем более, если это ради демонстрации своего могущества. Другими словами, я просто выё…рисовался. Пускай все думают, что для нас это так же просто, как чихнуть, а вот сколько времени, сил и золота мы на самом деле вбухали в эту операцию, им лучше никогда и не знать. Ну а мне лучше лишний раз не вспоминать, а то плохо становится что-то. Еще не отвык от тотальной экономии на магических расходниках, потому сердце кровью обливается, когда дорогущие ритуалы ложатся не на мои плечи, а на, пока еще, чужаков.

В отличии от альф, обычные оборотни не могли полностью обращаться не в полнолуние даже с новыми плюшками, но зато могли себя полностью контролировать при полной луне и им откроется частичная трансформация в любое время. А это дополнительная выносливость, скорость, сила и очень острые когти. По сути — все то, чем пользовался не стесняясь я сам до своего апгрейда.

По себе могу сказать, что волшебник с таким баффом становится той ещё машиной смерти. Так что мы раздали им честно замародёренные волшебные палочки, вооружая свою маленькую армию. Те оборотни, что я отобрал на дело, знали с какой стороны держаться за концентратор, так что я не парился, что они зашибут друг дружку шальной бомбардой. Обузой они не будут, это уж точно, ведь среди них было полно, сюрприз-сюрприз, бывших авроров. Логично. Разве что егеря сталкивались с пушистой братией чаще авроров, а это чревато случайными укусами. Посему решил не менять работающую и отлаженную систему, с которой многие из них и так уже были знакомы. Группы поделил на пятерки-звезды, которые координировали альфы, которых координировал уже я, используя вожаков как ретрансляторы моих мысленных приказов остальным. Удобно. Позаимствовал идею у своих древних предшественников и доработал на современный лад. В шерсти у обратившихся альф стай были запрятаны маленькие артефакты — усилители-шифраторы, которые я ласково обозвал «репейник». Кое как удалось заставить оборотней носить их, несмотря на то, что я, прикола ради, стилизовал их под «волчью колючку».

Пофыркали, побурчали, прикола не оценили (я верю, что когда-нибудь до них дойдет мое чувство юмора), но перечить не стали и позволили девочкам «прихорошить» их. По крайней мере, пока мы на боевых заданиях, им придется таскать их на себе, просто на всякий случай, а вот в повседневной жизни носить их не обязательно. Пришлось уступить им эту малость, чтобы не нагнетать подозрительность. Они, похоже, и так заподозрили, что я туда еще и функцию слежения прикрутил ко всему прочему (правильно заподозрили, кстати, потому что я ее туда таки прикрутил). Собаки-подозреваки какие-то. Не верят любимому начальнику, с которым знакомы аж целых пару часов… чувствуется школа угрюмого Грюма. С другой стороны, не придется самому читать лекции на тему постоянной бдительности, так что я готов с этим смириться.

Многие из оборотней чуть ли не плакали от счастья, вновь заполучив себе в руки атрибуты любого здорового волшебника — палочку и самоконтроль. Не думаю, что они позволят министерству вновь отобрать у них волшебные палочки. Судя по их горящим огнем глазам, они скорее умрут, чем допустят повторное изъятие. Ну а мои ритуальные руны свести еще сложнее, чем отобрать палочку у озверевшего оборотня. Проще его просто убить уж, чем так заморачиваться. Это ведь надо с него шкуру спустить. В прямом смысле.

Был у меня соблазн добавить в конституцию рун взрывной предохранитель от предательства, но… я решил все-таки не идти простым путем и передумал. Я же не рабовладелец какой, и уподобляться тем, с кем я собираюсь всерьез воевать, не очень то и хочется. Несколько лицемерно это будет с моей стороны, да и всякие «убивая дракона, сам становишься драконом» меня не вдохновляют что-то, ведь нового дракона, опять же, рано или поздно, кто-то натянет на… копье.

И вовсе не вероятность того, что кто-то хитрожопый и умелый мог бы воспользоваться оставленной мною уязвимостью в собственных целях меня остановила. Честно. Ну, может, немного. И уж точно не ворох возможных проблем с доверием в случае раскрытия такого подарочка кем нибудь из моих подчинённых. Все таки маги — народ креативный и любопытный, особенно — когда прижмет. Ну нафиг, короче, эти игры. Если меня кто-то из них предаст — откушу голову нафиг, и дело с концом. Классика не стареет, вот.

Всего таких, улучшенных ритуалом, было сорок пять человек, не считая альф. Самые крепкие, сильные и мотивированные. Отобранные лично мной, готовые стать ударным кулаком и поставить свою жизнь на кон ради светлого будущего. Своего светлого будущего, разумеется, ведь у нас тут не орден Феникса или Розовых Пони, а Дикая Охота.

В первую очередь практичный и эгоистичный подход, холодный расчет, а затем уже, на остаток, будем заниматься всякими добрыми делами. Нюхлеров там с деревьев снимать, или нежить обратно в землю закатывать, что-то такое. Может даже наоборот, кто знает? С нашим министерством и аристократами, что держат за жопу все СМИ страны, добрыми делами прославиться нельзя. Попросту не дадут развернуться, ревнивые засранцы. Не дадут получить каплю народной любви и признания. Знаю я их политику терпимости. Потому начнем со страшных дел (но не плохих), а там посмотрим, как пойдет. Вся надежда лишь на сарафанное радио. Может быть прижму какую-то журнашлюшку, вроде Риты, которая станет нашим рупором, если не найдётся тех, кто захочет выплеснуть в мир ведёрко правды… Блин, почему в моей голове это прозвучало практически равносильно «выплеснуть ведёрко помоев»?

Да уж, правда редко приятно пахнет и выглядит. Потому люди частенько и предпочитают в упор её не замечать, чтоб не портить себе настроение. Это как с бездомными и попрошайками. Они есть. Ты их видишь. Ты знаешь, что они из себя представляют. Но пытаешься не замечать и вообще смотреть в другую сторону, чтобы не чувствовать себя неловко. Что-то меня понесло не туда…

Немного нервничаю. Я впервые буду командовать таким большим отрядом… живых подчинённых. К сожалению, живые имеют свойство лажать, не подчиняться приказам и жестко тупить, так что… я решил снизить погрешность человеческого фактора и заодно возможные потери таким вот способом, отобрав только самых адекватных, боеспосоьных и имеющих понятие о боевом слаживании и командной работе в принципе. К тому же, если я потеряю половину добровольцев в первой же серьёзной схватке, то откуда мне будет взять пополнение? Я утрачу инициативу и просажу мотивацию оборотней, чего мне совсем не нужно.

Они ещё не закаленеые бойцы, сплоченные в боевое братство. Совсем нет. Нихрена не космодесантники-астартес из вахи, в общем. Так что придётся поберечь свою и их психику от потрясений и потерь на первых порах. Я тоже человек, в конце концов, и смерти доверившихся мне людей, даже мало знакомых, меня отнюдь не обрадуют, что бы там не говорили про некромантов. Потому нужно гарантировать им победу и быть готовым вырвать её зубами лично, если все пойдёт по… через… сильно не так, короче.

Фел и Кэрол позаботятся о тыле. Я не переживал, оставляя их позади. Фел присмотрит за Кэрол и прикроет, если что. Сама же моя избранница сейчас обладала восемьюдесятью процентами моей магической мощи и маны сверху своей, так что… если там с охотничьим отребьем не припрется сам Грюм, Боунс или Дамблдор, бояться им нечего. Фел сотрет в порошок любого один на один. А Кэрол, если что, одернет её, если Фел занесёт и она будет готова совершить тактическую ошибку. Шарпхарт у нас самая адекватная в компании, когда дело доходит до активного боя. Всегда сохраняет хладнокровие и следит за полем боя в целом.

К тому же, через своих паучков-соглядатаев я за ними присматривал и смог оценить то, как они подготовились к встрече. Ловушки и подлые приемчики это то, чем всегда была хороша тёмная сторона (Хотя на темной ли мы стороне, вообще-то, большой вопрос.), так что местность перед лагерем была превращена в настоящую полосу препятствий. Хотя нет, не то слово. Комната ужасов. Вот это уже лучше передаёт смысл того, что они проделали с частью леса вокруг. А на земле росли целые поля алых ликорисов. Цветочки смерти. Красиво, поэтично, страшно эффективно.

Если так подумать, будь я на месте охотника, попавшего между молотом и наковальней (мной и Фелисити), я бы предпочёл сдохнуть в зубах трехметрового хтоническоно волка, чем от рук крайне изобретательных и талантливых ведьм, гораздых в магию тьмы, проклятий, вуду и некромантии. Щелк-клац — и всё кончилось, если встретишь в тёмном лесу две пары горящих оранжевых лун, а вот если побежишь от ужасного волка по полю из прекрасных ликорисов… Смерть может стать долгожданным избавлением в итоге. Да, смерть от когтей или острых клыков будет куда гуманнее, чем магия.

Большую часть магии я передал Фел не просто так. Не только ради демонстрации силы, в смысле. В моей волчьей форме был доступен очень ограниченный спектр магических «фокусов», так что оставшихся двадцати процентов мне более чем хватит на поддержание пассивных «штучек» вроде телепатии, пространственных помех и даже небольших пространственных скачков, которые я собирался использовать для уклонение от шальных авад. Проверять на себе их действие я не хотел, хотя и, предположительно, мог бы и выжить, схлопотав одну-две, не Лордовские, авады.

Я наблюдал за разношерстой интернациональной командой охотников благодаря заранее подготовленной местности и паучка. Более того, я даже вызнал их стратегию, которую они обсуждали перед началом дела. Ничего сложного, если знаешь много языков.

Итак, они решили не мудрить, что логично, ведь они не сработанная команда или армия, а сборище отбросов, которые умеют только убивать определённый вид людей. Чуть что выбилось из их привычного трафарета действий — паника. Сложные схемы — это не про них. Догадались поддерживать вокруг отрядов зоны заглушения звука — и то хлеб. Для меня. Этим можно воспользоваться.

Стандартное сжимающееся кольцо — блокада. Дёшево и сердито. Эффективно, впрочем, по большей части. Если у противника нет возможности пробить её в одном месте и сбежать. У оборотней, например, не было, ведь за одним кольцом следовало второе, посерьёзнее. Авроры — это вам не хухры-мухры. Даже я бы не стал полностью расслабляться с ними в бою, ведь они, если прижмет, могут и на тёмную магию перейти, а она, как это водится, умеет смертельно удивлять. Даже Лорд отъехал от темной магии, пускай и не до конца, а я себя круче него не считаю. Только адекватнее. Моя чёрная удача тоже конечна и не может быть в каждой бочке затычкой.

Потому я выбрал тактику бесшумной и смертельной спирали, чтоб сократить численное преимущество. Начнём мы тогда, когда кольцо врагов будет растянуто максимально широко(тут напрашивается пошлая шутка. И вторая про: кольцо должно быть уничтожено!), но уже не в зоне видимости оцепления авроров.

Как пакман, мы будем идти по веренице смыкающихся к центру отрядов, выбивая их один за другим, находясь при этом под прикрытием тридцати волшебников-оборотней, единственной задачей которых будет держать вокруг нас и наших жертв купол иллюзии и тишины, который позволит нам малыми силами быстро и уверенно отрезать и уничтожать отряды один за другим. Мы оставим, в конце концов, эдакую кровавую спираль за плечами, следуя по сужающемуся кругу. Под конец, ближе к центру, когда расстояние между отрядами будет уже слишком мало для такого тайного способа убийства, мы начнём действовать в открытую.

К тому времени они все равно уже заподозрят неладное, когда долго не будут выходить на связь некоторые отряды, вступив в бой с обороняюшими лагерь силами, увязнув в поле ловушек, а тут ещё и мы сзади зайдём, постепенно отрезая возможность для отступления… Ударим с двух сторон. Действительно, молот и наковальня. Они обречены, хотя этого ещё не знают.

Жалко ли мне их? Нет. Убивая, будь готов быть убитым. Они пошли на убийство ради наживы, даже если пытаются придумать красивые оправдания и мотивы для себя. Сегодня мы обескровим охотников на долгие годы вперёд, а может быть остатки их гильдии и вовсе разберут на кирпичики дикие оборотни или другие доброхоты, пожелавшие воспользоваться слабостью конкурента.

Главное — мы избавимся от кучи людей, которые специализируется на выслеживании и убийстве таких как мы. И когда за нами отправят авроров, ДМП и ОТ (а после сегодняшних моих художеств их точно отправят по нашему следу), то враги столкнутся с дефицитом кадров и информации, ведь архивы охотников сегодня, совершенно случайно, подожжёт кто-то из своих, под моим империо. Может мне повезёт и достанется заодно и Отделу Тайн, куда я тоже послал подарочек… хотя это вряд-ли. Эти ребята так не обосрутся. Но явно отвлекутся немного. Конечно, взамен уничтоженным записям у многих силовых структур найдётся что-то свое, но… Наверняка сильно устаревшее и разрозненное. Это будет как собирать с мира по нитке. Оборотни давно перестали быть силой, с которой считаются. Но ветер перемен принёс с собой грозовые облака. Жизнь такая переменчивая штука.

Таким образом, тех, кто умеет правильно охотиться на оборотней, попросту не останется в стране, и даже инструкций для чайников не останется. Что до иностранных охотников… После той бойни, что вот-вот произойдёт, хрен сюда кто нос сунет. Разве что ради мести.

Крадучись во тьме я подступал все ближе к врагам. Отчетливо чувствовал их эмоции и запах адреналина и азарта. Пока не страха. Пока. Они-то думают, что пришли в тир, уток пострелять. Их ждёт большой сюрприз.

За мной тихим шелестом стелились улучшенные альфы. Их поступь, как и моя собственная, была абсолютно беззвучна. Они шли на четырёх конечностях, низко припадая к земле. Мы не говорили. Даже в ментальном эфире сохраняли тишину, просто на всякий случай. Очень уж близко мы подобрались к первым жертвам и иллюзии мог развеять любой неосторожный чих. Это вам не миражи от Фел или Кэрол, которые и меня на пару секунд могут ввести в заблуждение. Оборотни с палочками, что нас прикрывали, прямо скажем, звёзд с неба не хватали, хоть и были не совсем уж безнадежными. Лучшие из худших, что-то вроде того. Наверное, не стоит мерять их навыки по себе, ведь я то ещё паронормальное чудище, тем не менее, кое-кому придётся пройти курсы повышения квалификации имени Фелисити Синдер. Ауч. Бедняги.

За счёт количества и повышенных (почти)полной луной и рунами характеристик, они кое-как справлялись со своей задачей. По крайней мере, в итоге мы подобрались даже ближе, чем я рассчитывал. На расстояние, на котором я уже мог их достать, если постараться. Купол иллюзии приподнялся, а затем захлопнулся обратно, словно гигантский кит, проглатывающий беззащитный планктон. Теперь наш бой не заметят издалека.

Первый, кто почувствовал что-то неладное, был старенький мужичок, с виду — типичный немец, как и его группа из пяти более младших товарищей. Наверное, опыт и чуйка помогли ему среагировать на опасность. Среагировать-то он успел, конечно, но это и стало его погибелью, ведь я определил в нем самую большую угрозу и, прижавшись своей огромной тушей к земле, спружинил, напрягши мышцы лап. Прыжок мой был грациозным и быстрым. Как у огромной горы, примерно, хах. Охотник только и успел, что дернуть рукой с зажатой в ней палочкой в мою сторону, на большее его не хватило.

В его полных ужаса и осознания глазах я увидел собственное жуткое отражение оскаленной морды, полной бритвенно острых зубов. Видел, словно в замедленной съёмке, как открывается все шире пасть и… Кусь. Половина тела, по пояс, оказывается у меня во рту, перекушенная по полам, наполняя мой рот обилием горячей красной жидкости с металлическим привкусом. Фу, ну и гадость эта ваша заливная рыба…

Я повернул голову к оставшейся четвёрке охотников, которых разметал в стороны своим эпичным приземлением. Шок, ужас, трепет. Лишь один из них был достаточно быстрым и сообразительным, чтобы не таращиться на меня слишком долго, в надежде на то, что это все мираж и ему просто привиделось. Он вскочил и, пригнувшись, чуть ли не на карачках, как настоящий испуганный ягненок, неуклюже попытался дать деру.

Тьфу. И ему в спину прилетает половина его командира, опрокидывая его с треском на землю. Прямое попадание, однако. Страйк!

Тот жалобно взмахнул руками, аки побитый журавлик, и упал на покрытую сухими ветками землю, придавленный кровавым снарядом. Ноги запутались в чужих кишках. Не повезло ему. Чувствую себя катапультой фракции нежити из варкрафта, однако. М-да. Карьерный рост? Может быть.

Остальным опомниться не дали мои волчата, налетев на них пушистым вихрем смерти. В одного даже парализующее проклятья попало.

Клыки и когти замелькали с огромной скоростью, раздирая вопящих от ужаса и боли людей на части. И все это в абсолютно тишине. В немом крике они срывали глотки, но никто не пришел к ним на помощь. Заклинания подавления звука все ещё действовали, а иллюзии плотным куполом накрывали место побоища, не давая другим охотниками увидеть смерть своих товарищей и вызвать подмогу. Пока что расстояние между группами было достаточно большое, так что ночью, в темноте, никто из ближайших пятерок охотников и не заметил рябь в пространстве на том месте, где ещё совсем недавно находились их товарищи.

Ещё пару раз это прокатит, а потом придётся действовать более прямолинейно, словно паровой каток. Будем катиться по спирали, закатывая в грунт раздробленные отряды противника, пока они не сбились в серьёзную кучу раньше времени. Вот тогда бой станет действительно боем, а не кривой пародией на хоррор, где в роли главного пугала выступает ваш покорный слуга и его полуночный оркестр. Кстати, об этом…

Несколько моих идиотов задрали головы и завыли на луну. Вот же придурки… Все равно ж ничего не слышно. Только напряги своих подчинённых, которым пришлось тратить больше магии на заглушку. Ладно, пофиг. Тишина все ещё властвует над округой, так что на первый раз закрою глаза на такой непрофессионализм. Выбить из оборотней дурные привычки будет не так-то просто и займёт какое-то время. Вон, парочка отморозков жрёт трупы. Каннибалы тупорылые, хоспади… Ладно, не все сразу, Амос, не все сразу. Исправить хромающую на обе ноги дисциплину я ещё успею. В культуре оборотней есть такой пунктик, что свою добычу нужно обязательно сожрать, показывая этим уважение к природе и всё такое. В принципе, это нормально, только если это не человечинка. Фу.

Только вот у нас сегодня оч-ч-чень много работы и если они так и продолжат жрать всякую гадость, то под конец за мной будет трусить не полтора десятка могучих альфа оборотней, а пятнадцать распухших докторских колбасок… Ох, Моргана, дай мне сил совладать с этим криповым детским садом… и почему мне так весело?... Дурость заразна? Так и знал!

***

Сол всегда гордился своей догадливостью. Не гениальностью, не дальновидностью, не интуицией, а именно догадливостью, да. Слишком важным он себя не считал. Вот и сейчас, он просто догадался до того, до чего и более старшие и умелые охотники, почему-то, не допёрли. Может быть глаза им замылила скорая нажива, а может просто беспечность. Предупреждать он их не стал. Во первых, кто послушает салагу-одиночку без команды? Во вторых... Интересно же, что с ними произойдёт. Сол был любопытным малым. Ну, он посмотрел... Лучше б не смотрел, конечно, но увиденного не развидеть.

Ну вот как?! Как можно было не заподозрить ничего опасного или странного в этих прекрасных, изумительной крсоты цветочках, а? Их было слишком много здесь, в чаще леса, и это было явно ненормально. Ещё и ночное цветение... Такие дьявольски красные и завораживающе красивые. Красота, которую хочется раздавить. Наступить. Вдавить ботинком в грязь, только что бы не ощущать на фоне такой красоты грязью себя и свою никчемную жизнь. Опустить на один уровень с собой, так сказать. Многие так и сделали... С удовольствием топтали прекрасные алые цветы. Наслаждались своим превосходство.

Уже тогда его сердце пропустило удар, а ноги замерли на месте, отказавшись переходить "цветочную линию" и следовать за стадом. Почувствовал неправильность. Но коварный сад позволил людям зайти поглубже, усыпляя бдительность. На секунду, даже он засомневался в своей оценке ситуации. Он занёс ногу и почти сделал шаг. Но в последний момент замер в нерешительности, словно мышка перед мышеловкой.

Ночные цветы встречаются довольно редко. Каков был шанс встретить целую поляну необычных ночных цветочков в тёмном лесу, где вот-вот прольётся очень много крови? Сол таких в Англии или Ирландии даже и не видел никогда, а ведь его бабка была травницей, а мать гербологом, так что уж сушеных травок и цветочков он в детстве навидался предостаточно. И гербарий у него ого-го какой в тумбочке у кровати лежит. Денег стоит немалых. Всем на зависть. И таких у него в коллекции точно нет. Ещё и запах такой странный... Сильный, резкий... Приторно-сладкий, но как будто... с капелькой гнили и затхлостью чёрной плесени?

Нет, цветочки точно были с подвохом, что и доказали вскоре, выпустив в воздух алый ядовитый туман, который разъедал кожу и от которого он едва успел отпрыгнуть подальше, окутав голову головным пузырем. Ему ещё повезло. Только руку чуть зацепило. Чесалась и пузырилась кожа, но после вылитого на неё универсального нейтрализатора — быстро перестала и стало терпимо.

«Сэкономил, блин, на перчатках, чтоб её, эту экономию!» — выругался он сквозь зубы, затравлено осматриваясь вокруг. Многие охотники тоже ещё не успели войти в зону поражения, так что все было не так плохо. Явно чья-то алхимическая ловушка была. Такое тоже бывает. Оборотнем ведь может стать кто угодно. В том числе и сильный волшебник или крутой алхимик, если сильно не повезёт в жизни... А их навыки никуда не и исчезают после заражения ликантропией.

Из тумана пытались выбраться выжившие, больше похожие на оплавленные восковые свечи. Окутавшись чарами головного пузыря, они рвались обратно, но цветочки не хотели их отпускать так просто.

Словно живые, они цеплялись за ноги, тормозили и роняли на землю ослабленных страшными алхимическими ожогами людей. Те кто падали — больше не вставали. Наименее расторопным охотниками, что поскупились на ботинки из драконьей кожи, не повезло ещё больше. Алые цветы впивались в лодыжки, впрыскивая в вены какой-то ядрёный яд через хищно проступившие шипы в соцветии. Тела безвольными куклами падали на землю, где их надёжно оплетали корнями смертельно опасные цветы, используя их трупы в качестве горшков с удобрениями, прорастая прямо на них.... Или через них. Жуткое зрелище, от которого Сола мутило, ведь тела продолжали плавиться под воздействием кислоты и цветов, действительно превращаюсь в полезную питательную массу.

«Выживших бы вытащить по хорошему, но...» — растерянно подумал он, оглядываясь по сторонам. Как и он, никто не собирался даже пытаться. Неудачников уже списали как расходный материал.

А далее события завертелись слишком быстро. Первые заклинания, вылетевшие из красного тумана сразу же оборвали жизни нескольких волшебников, которые только выбрались из него и толком даже не успели прийти в себя и порадоваться спасению. Подлые удары в спину разрывали тела на части, разбрызгивая кровь повсюду... Но это было только начало кошмара.

Кровавые брызги быстро превращались в жгуты крови прямо в полете, а после атаковали растерявшихся ведьм и волшебников, впиваясь в их защитные щиты или податливую плоть. Одного из стоявших рядом болгаров такой жгут прихватил за шею и утащил вверх на дерево, где и повесил на суку, словно висельника. Многих напугала такая ситуация, где из хозяина положения ты быстро деградируешь в беспомощную жертву.

Никто не ожидал такого яростного отпора. Проклятье, да у оборотней вообще не должно было быть волшебных палочек по предоставленным данным! Их можно было брать голыми руками! Ну, может, парочка псин разжилась бы концентраторами втайне ото всех, но их сил уж точно не хватило бы на ТАКОЕ сопротивление.

Хотя, справедливости ради, врагов вообще было не видать, лишь мелькающие в тумане расплывчатые силуэты мрачных теней, а их количество... не определить на глаз, но если судить по масштабу разрушений и скорости летящих заклинаний… Им противостоит целый крупный отряд боевиков на порядок круче них самих. Либо второй вариант, но он был ещё хуже. В игру вступили серьёзные люди из древних родов, чьи интересы напрямую пересекались с их мелочными попытками заработать на шкурах тёмных тварей. Пожиратели, например, что могли иметь виды на эту мерзость. Учитывая то, кто был их заказчиком, Сол догадывался, что попал в жернова большой политики и сейчас его будут перемалывать в костяную муку. Ебаное министерство неудачников опять обосралось...

Сол попытался внести свой вклад в битву, но так, без огонька, кидая бомбарды в красную туманную тьму. Экономил силы для побега. Ему за такое не доплачивали!

«Они вообще попадают хоть куда-то?!» - в отчаянии задавал он себе вопрос, глядя на бесплодные попытки его товарищей по несчастью.

В детстве он как-то раз кидал в колодец зажженные спички и наблюдал за тем, как обрывались маленькие огоньки в кажущейся тогда ещё мелкому и беззаботному пацану бездонной тьме. Тут была похожая ситуация. Заклинания буквально исчезли в зыбкой завесе и было вообще непонятно, долетают ли они куда-то, или же попросту тухнут, как те же спички, соприкоснувшись с холодной водой.

Вначале он ещё думал, что у них есть неплохие шансы прорваться, когда подойдут остальные и забросают врагов заклинаниями со всех сторон... Но с каждым мгновением его надежды таяли вместе с числом союзников, умирающий в агонии пожирающей их темной магии. Он был занят анализом обстановки. Пытался вслушаться в свои ощущения и снова догадаться, что ему лучше делать.

Вот он догадывается, что связь с другими отрядами уже давно подозрительно молчалива. Ещё пара секунд раздумий — и он подозревает, что по всем мыслимым и немыслимым расчетам неизвестных врагов уже должны были зажать в клещи, а их куратор, из самого Отдела Тайн, кстати, трубил бы общее наступление, будь это так. Но ничего. Тишина.

Масочник, вроде бы, должен был быть на правом фланге и вполне мог бы сдуть кровавый туман в сторону, ведь он был силен. Если у них не получилось, то он-то уж точно должен был справиться, да? Да ведь? Может побоялся сдуть его на союзников на противоположном фланге? Возможно, но что-то не видно, чтоб кто-то заходил оборотням в спину. Это всё явно было не к добру.

Сол догадывался, что пора бы ему уже валить с этой тухло пахнущей вечеринки, да побыстрее, и оказался мордредовски прав, когда из леса, прямо у них за спиной, выскочили здоровенные оборотни-альфы, в своём полнолунном обличии. И их было много... И каждый из них был капец какой огромный. Словно появилось полтора десятка Сивых разом! Какого?! Может иллюзия? Хотят запугать?

А ещё, словно огромная вишенка-переросток на давно сгнившем торте, оборотней возглавляла какая-то здоровенная кракозябра, размером с одноэтажный домик, в котором он жил вместе с матерью. И вот это было уже совсем за гранью добра и зла.

Тварь была очень похожа на четырехглазого гарма или гримма, а три ряда острых зубов в ухмыляющийся пасти намекали на то, что связываться с ним не самая светлая идея. Чёрная шерсть позволяла ему практически полностью сливаться с тьмой ночи. Солу даже показалось, что у него что-то застряло между зубов, задорно поблескивая в свете луны... А, нет, не показалось... Это была маска их куратора из Отдела Тайн, смятая и нанизанная на один из клыков.

У волшебника появились некоторые догадки о судьбе масочника, которая, по всей видимости, завела его в луженое брюхо чудовища. Не повезло. Помощи от Отдела их начальнику можно было не ждать. Похоже, тот подох до того, как успел сообщить об опасности Тайнюкам, раз уж даже их, своих непосредственный подчинённых, никак предупредить не успел.

Оборотни в своей полной силе, не в полнолуние... а охотники пришли бить их в человеческом обличии и не подготовились... Даже зачарованные сети и серебряные капканы с собой не брали, как и специальные амулеты. Так они ещё и с гигантским мистическим волком во главе... Начальство переваривается в желудке этой самой гигантской твари... Догадаться было нетрудно, что все это обилие фактов значит лично для него.

— Ну нахер… — он повернулся и побежал в сторону по широкой дуге. Подальше от разворачивающейся бойни.

Рука шарилась за пазухой в поиске аварийного портключа, который он догадался купить месяц назад на случай вот такой вот подставы, но не догадался положить в кармашек у сердца и теперь судорожно рылся на ощупь в куче барахла в расширенном пространстве кармана. Обычная трансгрессия под куполом была невозможна, но надежда теплилась в нем из-за пробойника, вшитого в дорогостоящий портключ. Над головой просвистело что-то опасное, фонящее магией крови, на что он в ответ запустил режущее, но едва видимая в тумане тень прикрылась стволом дерева, так что он промазал. Проклятье!

Парочка удачливых засранцев исчезла во вспышках сворачивающегося пространства, тихо хлопнув напоследок дверью. Ушли так же, как собирался он. Хорошо, значит побег хотя-бы возможен, а то он уже начал сомневаться! Нужно было только выиграть немного времени, чтобы найти гребанный портключ!

—Сол! Ты куда, скотина?! — окликнул его один из знакомых охотников, мимо которого он пронесся. Джон Сайпс, вроде так его звали.

—Не, ну ты видел?! Видел?! Я сваливаю!

—Трус, будь ты про-кх-буль...

Сол ускорился, когда увидел, что в шею проклинающего его волшебника вцепился клыками злобный оборотень, повалив того на землю и чуть-ли не отрывая ему голову одним укусом.

А вместе с волками, чуть погодя, пришли и вооружённые волшебными палочками отряды оборотней-волшебников, которые совершенно смешали жалкие остатки порядков охотников своими взрывными заклинаниями, которые те кидали в скопления сопротивляющихся изо всех сил охотников, расшвыривая их в стороны, словно плюй-камни.

Время утекало сквозь пальцы, легкие горели холодным огнём, а у Сола все никак не получалось нашарить рукой спасительный портключ.

«Да где ж ты, зараза такая?! Неужели дома забыл?! Сука...»

Сол привалился спиной к дереву, решив немного отдышаться, когда отдалился на достаточное расстояние и попытаться найти пропажу не на бегу, а в более спокойной обстановке.

—Нашёл! — с облегчением воскликнул он, трясущимися пальцами сжимая обычный христианский крестик.

Какой дебил догадался использовать для магии порталов атрибутику церкви он не знал, но сам себе пообещал, что если выживет, то найдёт шутника и... расцелует. Пофиг, что он там использует для своих приколов, лишь бы сработало! Он с силой сжал деревянный крестик и тот разломался в его руке. Но ничего так и не произошло. От него лишь пошёл слабый белый дымок. Вот и всё.

—Бля... — Сол понял, что это конец. Догадался, ведь за деревом, к которому он прислонился, явно стоял гигантский чёрный волк, чьё тихое горячее дыхание он сейчас ощущал собственным затылком.

Сол скосил глаза направо и вниз. Потом налево. Ну да. С ним просто играли. Небыло у него никаких шансов. Огромные челюсти замерли по бокам, охватывая и его талию и ствол деревца, за которым тот прятался, будто давая ему последние секунды на ужас и осознание перед смертью, прежде чем сомкнуться и перекусить его пополам.

—Пожалуйста, не на...

Щёлк. Треск. И перекушенное тело, вместе со стволом дерева, двумя рваными половинками, с грохотом падает на землю, орошая её кровью.

Волк был доволен охотой. Огромный шершавый язык даже облизнул морду, прежде чем волк брезгливо сплюнул на землю человеческие потроха и потрусил в другую сторону. Бой уже подходил к концу и его Стая, как и он сам, развлекалась отлавливая последних выживших, устроив за ними Дикую Охоту по тёмному и страшному лесу. Кому кошмар, а кому весёлые интерактивные игры.

П. С. Автора: один из читателей взялся озвучивать Ритуалы для аудио книги и заодно сочинил и забабахал вступительную песню на нейросетке. Получилось зачетно. Коль хотите - послушайте) Очень тематичненько. Мне зашло. (если же ссылка не работает, то я закрепил её в комментах, можете взять там)

https://youtu.be/d4QfDKEYu2k?si=CpxMPaFrN9N8eU_M

Глава 48 Сверкая пятками

Я подспудно ожидал большего от иностранных охотников, но, как оказалось, я зря перестраховывался. Мусор — он и в Африке мусор. А именно мусором, на дне пищевой цепочки, охотники и являлись в магическом мире.

Разве что капитаны и куратор в маске (выковыривать её из зубов было трудно, между прочим), полагаю, из Отдела Тайн представляли из себя какую-то опасность. Будь среди них побольше таких, и ожидай они засады — мы не отделались бы так легко.

Печально, что, исходя из всего этого, место оборотней в этой человеческой пирамиде иерархии было даже ниже, чем у мусора. Они в ней вообще не учитывались, будучи вынесенными за скобки. Что довольно странно, ведь среди оборотней встречались и довольно сильные волшебники, которые после обращения частенько занимали место альф стай.

Получался эдакий пушистый лутбокс, в котором можно найти или милого, безобидного (относительно) щеночка, или зубастую и сильную образину, которая может в одного закусить пятеркой авроров-стажеров. Безумный магический мир.

Интересно, как бы развивались события, если бы укусили одного из Блэков? Думаю, примерно как сегодня и развивались бы. Кровь, кишки развешанные на деревьях, как серпантин и ведомые единым лидером оборотни. Собственно, не зря я выбрал себе прозвище Блэк Вулф. Пускай часть заинтересованных грешит на покусанного и злобного Блэка, который притащил с собой родового Гримма. Всяко проще поверить в такое, чем в магглорожденного выскочку, способного превращаться в легендарного Истинного Оборотня, не так ли?

Вот пускай и ищут ветер в поле. Может даже Сириуса в его «санатории не для слабонервных» проверят. А то вдруг сбежал и стал большим злым пёсиком, сильно разочарованным в судебной и исполнительной системе министерства? Может, следователи наткнутся на странности в его деле, а там — кто знает? Может, Фадж решит выехать на его несправедливо осужденном горбу, тем самым переведя фокус общественного порицания на Крауча и предыдущего министра, и выпустит сидельца? А то он знатно обосрался со своей инициативой и надо как-то выплывать из этой зловонной лужи фекалий. Тогда появятся варианты. А то в Азкабан я уж точно лезть не собирался, даже ради библиотеки Блэков, а вот подловить его бухого в пабе… впрочем, это все мои влажные фантазии. Там таких умников, как я, пускающих слюни на закрытую библиотеку темнейшего рода целая очередь выстроилась.

Впрочем, пока меня все устраивало, ведь я не собирался играть по правилам и предпочитал крушить их, как подобает темным магам, к коим я себя, без лишней скромности, причислял. Уверен, министерство бы согласилось с моей классификацией. Они вообще готовы объявить темным магом любого, кого посчитают опасным. Удобная позиция. Будь я жирным, старым и немощным чинушей, который потратил всю жизнь не на магию, а на мелочные интриги и хождение по головам, я бы тоже так сделал. Так что мы еще посмотрим, кто заберет приз, если такая возможность вообще появится.

И так как я не люблю играть по правилам, то после того, как мы повязали остатки выживших охотников, у которых не оказалось при себе аварийных портключей с пробойником, вместо того чтоб прорываться через оцепление авроров, теряя людей, мы поступили умнее. Зачем сталкиваться лбами с профессиональными магами-боевиками, зарабатывая при этом кровную вражду, если куда проще пробить дыру в антитрансгрессионном куполе и уйти по английски? Я же англичанин, в конце концов, значит должен соответствовать, а?

Почти добровольного топлива для ритуала дестабилизации пространства было более чем в достатке. Все равно мы бы не стали оставлять за спиной выживших, а так хоть пользу принесут обществу напоследок. Тайному обществу оборотней, ага.

Концентрация смертей волшебников и так достигла очень приличных размеров, так что все, что мне нужно было сделать, это немного подтолкнуть всю эту разлитую в воздухе дармовую магию в нужное русло.

Но нужно было торопиться. Процентов десять охотников смогли смыться, так что аврорат уже наверняка получил известия, и пускай им еще нужно какое-то время чтоб среагировать, но не так уж и много, как хотелось бы. По крайней мере, так будет продолжаться, пока за рулем этой гос-машины сидит Грюм, а не тормознутый бюрократ.

Поручил своим новым подчиненным стащить трупы и пленников в одно место и собрать трофеи. Потом отдохнут, лентяи. Луна еще высоко! Волшебные палочки лишними не бывают. Сам я перекинулся обратно в человека и оделся, после чего немедленно присоединился к Фел и Кэрол, которые уже начали чертить пентаграмму кровью умерших насильственной смертью волшебников при свете луны. Романтика темной стороны. Потом придётся отмываться с шампунькой от запаха крови и… прочего.

Тела убитых оборотней, которых набралось всего пять штук, пришлось по быстрому кремировать в магическом огне, дав их близким проститься с ними напоследок. Оставлять за собой следы было бы глупо. На их телах хорошо были видны ритуальные татуировки, а потому следовало максимально оттянуть время попадания образцов нашего «творчества» в руки Отдела Тайн. Уверен, рано или поздно это случится, но лучше уж пусть они начнут свой магический реверсинженеринг позже, чем раньше.

И все-таки, мы почти успели уйти без проблем. Ритуал сработал как надо. Пространственные якоря, которыми, словно цепями, аврорат окутал пространство вокруг резервации, повыдергивало с мясом и порвало к чертовой бабушке. У нас над головами даже появилось локальное северное сияние. Что было, конечно, очень красиво, но не очень хорошо для здоровья. И дырка в озоновом слое тут была лишь самой незначительной проблемой. Если кое кто за нами не приберет, то тут может со временем зародиться смертельно опасная магическая аномалия. Но не это стало нашей проблемой.

К тому времени, как началась эвакуация, аврорат как раз получил новые приказы, а потому кольцо вокруг нас начало медленно сужаться. Они еще не поняли, что в их куполе, прямо над нами, зияет дыра, потому не спешили и продвигались медленно, но уверенно, готовясь к серьезному бою и обезвреживая ловушки. Не могу сказать, что они поступили неверно. Будь я на их месте, я бы поступил точно так же. Куда спешить, если жертва загнана в угол и не может сбежать, но все еще способна больно цапнуть за руку? С темной магией шутки плохи.

Везение закончилось, когда на поле боя появляется сумасшедший. Это я про Аластора, мать его, Грюма. Чертов псих наплевал на логику и здравый смысл и приказал аврорам ускориться, заодно начав проверять пространственную защиту. Уж не знаю, многолетний опыт ли, интуиция ли, или просто он всегда такой параноик-перестраховщик, но нашу маленькую шалость он обнаружил почти сразу и начал решительно действовать, когда понял, что уже почти все пушистики ушли, а его ребятки в красных пижамах тупо не успеют до нас добежать, как бы он не орал на них матом и какие бы сочные подсрачники не отвешивал — все-таки территория резервации была огромной. Грюм, при помощи пятерки своих учеников, которые входили в его личную звезду, остановился и начал затягивать зияющую всеми цветами радуги пробоину, через которую раз за разом прыгали способные на парную трансгрессию оборотни.

Мы же, со своей стороны, прилагали все силы, чтобы помешать им хлопнуть у нас перед носом дверью. И вот тут я впервые за долгое время ощутил себя не самой большой лягушкой на дне колодца. Как бы я с девочками не старался, но нас продавливали. Голой мощи у Грюма было не меньше, чем у меня и Фел, когда мы действуем по отдельности, а пятерка умелых и сильных авроров, десятилетиями работающих рука об руку, не оставила нам шансов выиграть в этом противостоянии, оперевшись на численное преимущество. Я уже молчу про опыт и мастерство. Неприятное открытие, однако.

Удавка на наших шеях очень быстро затягивалась, но… Грюм пришел слишком поздно. Если бы он руководил парадом изначально, то хрен бы у нас вообще получилось провернуть нечто подобное. Но его не было. А потому — нашими стараниями все оборотни до единого успели сбежать.

Была только одна мааааленькая проблемка. Мы трое все еще оставались на месте, поддерживая ритуал как могли, потому что кто, если не мы?

На небе оставался лишь небольшой зазор «податливого» пространства, все ещё тускло мерцающий, но уже как-то без огонька. Видать, не получится создать аномалию.

Не люблю играть в героя, но ради своих я мог примерить на себе подобное клише.

— Идите первыми. Я вас догоню.

— Хер там! — упрямо и зло скрипя зубами процедила Фелисити. — Вместе пришли, вместе и уйдём.

— Не верю, что говорю это, но я с ней в кои то веки абсолютно согласна. — Кэролайн выглядела потрепанной и измученной, но, вместе с тем, была настроена довольно решительно. Несмотря на то, что в неё прилетело шальной бомбардой во время боя, сильно приложив спиной о дерево, она хорошо держалась. Щит красноволовой ведьмы выдержал прямое попадание взрывного заклятья, так что она отделалась поверхностными ушибами и синяками на спине и левой руке, но сейчас и такая малость могла критически помешать.

— Не время препираться, Фел. Как выберетесь — сразу же перекинь мне свою магию, а с ней я уж смогу как нибудь протиснуться в эту кроличью нору. Пространство мне поддаётся охотнее, чем вам, сами знаете.

— Нет. — продолжила упрямиться Фелисити. — Вместе у нас больше шансов прорваться через блокаду и уйти по земле или по воздуху, раз трансгрессию прикрыли.

— Дело говорит. Втроем мы сомнем сопротивление пары-тройки звёзд авроров. Силы у нас ещё есть.

«Ага, только вот это вам не сиськи мять.» — вздохнул я. «Пока мы их раскатаем, туда слетятся их друзья с Грюмом во главе, и нам наступит жопа.»

— Так вот каков ваш план? Затягиваете время, чтоб пришлось действовать по вашему? Не пойдёт. Я ж вас насквозь вижу. Идите уже. Со мной все будет в порядке. Просто постарайтесь придержать переход с другой стороны, чтоб тоннель не схлопнулся пока я буду внутри, и все будет нормально, даже если с этой стороны его прикроют прямо у меня за спиной.

Молчание. Играем в гляделки. Я прищурился и надавил взглядом и магией. Сейчас не то время, когда можно выяснять, у кого больше терпения. Время поджимало уже очень сильно.

— Ладно… Будь осторожен… — Фелисити закусила губу и посмотрела мне в глаза, будто пытаясь отыскать там что-то. Замашки камикадзе, наверное, но я не из этих. Я умирать не собирался, вообще-то. У меня планы на десятилетия вперед расписаны. Столько драмы на ровном месте… Эх, женщины… Но её забота приятна, так что я не возникаю. — Если ты помрёшь, то так и знай — воскрешу и сделаю из тебя злобного духа, который будет жить в моем ночнике, понял?

— Да понял я, понял. Хватит языками чесать и валите уже. Столько времени и сил впустую профукали. Чувствую себя главным героем третьесортной мелодрамы со всеми этими соплями.

Вот только меня немного беспокоило, сколько было в её угрозе шутки, а сколько серьезных намерений сделать из меня высшую нежить в случае моей смерти? Так-то обычно призраки и духи привязываться к живым, а не наоборот, но зная Фелисити… Вполне может быть, что она не сможет просто отпустить меня и действительно совершит какую-то несусветную глупость в своем стиле. Она хорошо маскируют одержимость, но я прекрасно чувствую по связи, насколько Фел помешана на мне. Это с одной стороны и приятно, и немного пугает. Если бы мы уже не встречались, боюсь у меня появился бы сталкер.

К тому же, я не стеснялся передавать ей все свои знания по некромантии, даже те, что получил от Гринграсс, так что возможности воплотить свою угрозу в жизнь у неё имелись…

Бррр, о чем я вообще думаю?! Мордред, да у меня только что появился ещё один стимул точно не умирать, ха-ха. Не хочу быть поющим колыбельные призраком торшера, медленно высасывающим жизненные силы из влюбленной в меня девушки. Мы же не во вселенной Лавкрафта обитаем! Надеюсь…

Крайне неохотно, но Фелисити и Кэрол все же ушли. У меня действительно было больше шансов пробиться, используя в качестве усилителя самодельный портключ с пробойником. Да и не мог бы я оставить позади Шарпхарт или Синдер вместо себя, если уж быть до конца откровенным. Во время прорыва же, который предлагала Фел, крайне вероятно могла погибнуть одна из моих подруг, а мне такого счастья не надо. Я, конечно, тот ещё «герой» но смерть любой из них кувалдой пройдётся по моему сердцу. Слишком привязался.

Когда девочки ускользнули сквозь сжимающиеся на наших шеях потные ручонки Аврората, я смог вздохнуть с облегчением. В крайнем случае, если не получится уйти портключом и собственными силами, я собирался прорываться через оцепление авроров, выбрав противоположную от Грюма сторону. В волчьем обличии. Так у меня было больше шансов. Но то был крайний случай. Шансы были, но не очень вдохновляющие.

Трансгрессия — не самая приятная штука сама по себе, но то, через что мне пришлось пройти в этот раз — я не забуду никогда. Меня словно целиком швырнули в измельчитель.

Я уж подумал, что меня таки располовинит или банально вывернет наизнанку, спустив шкуру. Ощущения непередаваемые. Даже сравнить не с чем, а у меня ведь богатый жизненный опыт. Было довольно страшно, на самом деле. Я ощутил такую… беспомощность, когда петля начала стягиваться прямо во время перехода, а повлиять на это я уже никак не мог. Дыхание костлявой шевелило волосы на затылке. Она будто нашептывала мне на ухо сладкие обещания вечного покоя и избавления от терзавшей меня боли.

Меня выручила пространственная и ментальная устойчивость, присущая истинным оборотням и другим тварям высшей категории опасности. И своевременная помощь с другой стороны перехода. Я знал, что могу на них положиться.

В один миг я почувствовал, словно смертельная удавка соскользнула по гладкой шерсти. Будто я на мгновение перешел в волчье обличье, чтобы протиснуться туда. Это было очень странно, ведь габариты волка были в разы больше и, по идее, все должно было быть наоборот, но магия слала физику в далекое пешее путешествие и получилось то, что получилось. Как показала практика, истинный оборотень куда приспособленнее к пространственным переходам, чем волшебник. Легче сворачивается, что ли? Компактная компиляция?

Не уверен, что у меня получилось бы уйти от преследования, если бы Фелисити не передала мне большую часть своей магии в самый скользкий момент, когда чаша весов замерла в равновесии, а время, казалось, замерло. Туннель начал насильно сжиматься и скручиваться. Мне пришлось сильно постараться, что бы удержать его до самого конца и не превратиться в фарш на выходе. Сука, Грюм пытался сделать из меня охотничьи колбаски!

Больно силён и опытен оказался Грозный Глаз. Не зря, ой не зря я решил уходить не прощаясь. Боюсь, что если бы я попытался прорываться по земле, мы бы точно с ним пересеклись, и мне бы это не понравилось. Я, надо признать, не уверен в своей победе над ним даже в бою один на один, что уж говорить о ситуации, где у него отряд профессионалов под рукой?

Но обошлось. Сильно уставший и слегка пришибленный, я вывалился на одну из резервный баз, подготовленных как раз на этот случай. Там меня уже дожидались мои перенервничавшие спутницы и оборотни-беглецы. Дальше была скучная рутина, которая кое как помогла мне расслабиться и перестать ощущать на шее холодную петлю смерти.

Не все оборотни, а точнее, только половина, решили примкнуть к Дикой Охоте. Остальных пришлось забросить в другую резервацию, поменьше, куда они, по какой-то причине, желали попасть. У соседей трава зеленее, как доподлинно известно, но я все равно не понимаю, на что они рассчитывают, меняя шило на мыло. Второй раз им может так не повезти и зачистка пройдет по плану.

Пофиг. Пусть у местных старейшин теперь голова за этот бесполезный балласт болит. Что они будут делать с этой аморфной массой, мне было всё равно. Свои сливки я собрал, а тащить за собой на вершину тех, кто упирается, я не собираюсь.

Те же, в ком еще тлели угольки надежды и веры в мои обещания, остались со мной и были расселены по моим базам, в количестве пяти штук. Командирами назначил первую пятерку альф. За расторопность и верность нужно награждать.

Исключением стала главная база-бункер, куда я не собирался тащить посторонних. Зачем я их вообще так рассредоточил? Собирать всех в одном месте — глупо. Я предполагал наличие крысы или нескольких в стае волков, а её, или даже их, ещё нужно было вычислить. И раздробленность поможет сузить поиск, локализировав каждую группу. Так много дел нарисовалось, проблемы со снабжением, опять же, а ведь уже Хогвартс на носу… когда отдыхать?

***

К счастью, Фелисити позаботилась о нашем совместном отдыхе в своей безапелляционной манере. Трудно отказать любимой девушке в досуге, когда на ней из одежды только очень красивое нижнее бельё, так что стресс мы сбросили по полной программе. Как и в прошлом году, перед самим Хогвартсом, меня выжали досуха.

Едва выполз из комнаты под утро и, накинув на голое тело черный махровый халат, добрался до холодильника, чтобы с жадностью впиться в початый пакет холодного молока, аки алчный вампир в скромную девственницу. Жажда замучила. Я потерял много влаги, а потому не глядя схватил первое, что попало под руку, хотя были варианты и получше.

За этим занятием меня и застала сонная Кэролайн — наша ранняя пташка. Ее удивленный взгляд сполз на мою левую руку. Я тоже опустил глаза, интересуясь тем, что могло привлечь её внимание. Ох, как неловко получилось. В левой руке я держал поводок. Ошейник, к счастью, остался на Фел, но сложить два плюс два Шарпхарт вполне способна. Домашних питомцев мы не держали (не считая нежить).

— Интересная идея. — хмыкнула Шарпхарт, неспешно пройдясь по кухне и потеснив меня от холодильника. Её заинтересовала холодная газировка. — Тоже себе такой прикуплю.

— Да? Не знал, что тебе такое нравится. — Теперь настала моя очередь насмешливо хмыкать и фыркать. — Я думал, что ты предпочитаешь быть сверху и все такое.

— Так и есть. Это не для меня, а для Дэвида. — лукаво подмигнула мне ведьма, разворачиваясь на пятках и удаляясь в сторону выхода. — Я первая в ванную. Все равно вы еще не закончили, как я погляжу.

— Хммм. Не знаю даже, сочувствовать мне Мартинесу или завидовать… — пробормотал я, сминая опустошенный пакет и запуская его в урну по идеальной баллистической траектории. Трехочковый, ха.

— А ты возьми и проверь сегодня, вдруг понравится? — рассмеялась Кэролайн, все-таки услышав мое бормотание даже из соседней комнаты.

— Хм. Хм. Хм. Нет, пожалуй не стоит. — А то еще понравится, не дай магия, мысленно добавил я. — Фелисити только дай волю, так я мигом окажусь на цепи и с кляпом во рту. Она у меня та еще затейница.

Кэролайн лишь понимающе рассмеялась.

Направляясь обратно в спальню, прихватив с собой драгоценной влаги и для своей не менее обезвоженной девушки, я мельком бросил взгляд на свежий номер Пророка. На лицо сам собой выполз хищный оскал. Да уж, детишкам будет что обсудить во время поездки на Хогвартс Экспресс.

У нас еще часа два до выхода. Благо, я всегда собираюсь заранее и мне не придется сбрасывать в чемодан все необходимое в авральном режиме, параллельно натягивая штаны и мантию. Интересно будет послушать, что думают обо всем этом личинки волшебников. Через них я смогу узнать и приблизительные мысли и чаяния их родителей. Подозреваю, в министерстве сейчас та еще ж…жара.

***

Гарри ехал в школу вполне в хорошем расположении духа. Как он и думал, все его неудачи были из-за Дамблдора. Иначе как еще можно объяснить то, что стоило ему выйти за порог Хогвартса и у него вновь началась белая полоса везения? А никак. Очевидно же, что старый ублюдок мешал ему как только мог. Ух. Удавил бы, да пока силенок Гарри не хватало, а газеты почему-то не спешат писать разоблачительные статьи, которые он им подкидывал (анонимно). Запугал всех, наверное, старый шмель. Придется подождать подходящего момента.

Ну ничего, и на него найдется управа. Гарри уже представлял, как подкинет ему один занятный перстенёк. Поможет встретиться с судьбой, так сказать, чуть пораньше. Осталось только найти его, ну и самому не вляпаться в это проклятье. Может получится нацедить из него остаточных знаний Лорда, прежде чем посылать посылку доброму дедушке Дамби, кто знает?

В любом случае, Гарри правильно сделал, когда мягко отказался от предложения Драко и Пэнси погостить у них летом. Хотя в фанфиках, которые он читал ранее, такие ситуации были чем-то нормальным и открывали много возможностей, но его внезапно пробудившаяся от комы интуиция завывала благим матом, когда он даже задумывался о том, что бы принять его.

Обмозговав это, он с ней согласился. Реальность была такова, что уровень сложности этого мира явно был выше оригинального, так что оказаться на алтаре в роли жертвы или лишиться мозгов и всех средств в банке после мощного империо шансы были не нулевыми. Ожидать прикрытия от старого интригана в таком случае не стоило. Раз уж он с ним повздорил, сорвавшись с поводка, то значит некоторые хитрожопые пожиратели могут и позариться на тушку героя Магической Британии, лишившуюся поддержки страшного Альбуса.

Повздыхав, Гарри отказался от идеи поухлестывать за молодыми мамами его «друзей». Нарцисса Малфой и Круэлла Паркинсон должны были быть весьма горячими ведьмочками, но вряд ли бы восприняли его подкаты всерьез, раз уж даже старшекурсницы над ним лишь поржали. Проклятое детское тело! К Нотту, например, он бы в любом случае не поехал. Его мамку-то забил насмерть сумасшедший папаша-псих, так что там вообще было ноль профита. Да и отец с сыном были откровенными садистами-нацистами. Ну их нафиг. Вот уж кто бы точно не постеснялся запытать его круциатусом до состояния овоща, так это Нотт-старший.

Так что Гарри посвятил лето не праздным развлечениям в компании молодых наследников богатых родов, а очень важным делам, включавших в себя и посещения вейловского борделя. Гормоны шалили, нужно было сбросить стресс, а там никому не было дела до очередного клиента под обороткой — лишь бы платил. И Гарри заплатил, и ничуть не пожалел о потраченном золоте. Та молоденькая вейлочка того стоила.

Но первое, что он сделал, когда освободился — это надавил на мерзких зеленокожих упырей, заведующих банком. Им таки пришлось выдать ему местоположение родового поместья Поттеров под страхом изъятия всего его золота из хранилищ. Засранцы упрямились, но законному наследнику отказать не смогли. Перстень главы рода это не шуткам.

Поместье было законсервировано, причем с включенной активной защитой, но тут ему помогла мантия-невидимка, до поры до времени хранимая в банковской ячейке. С собой он её в Хогвартс в первый год брать поостерегся, опасаясь загребущих рук Дамблдора, но на второй год взять ее планировал, учитывая вероятные проблемы с тем же директором. Ему нужно было как-то скрытно передвигаться по школе, и мантия была лучшим выбором. В общем, фамильный артефакт, перстень и его кровь послужили верификаторами его полномочий наследника, вскрыв раздражающую защиту домика, как швейцарский нож консерву.

Обрести собственный шикарный дом оказалось приятно. У всех его знакомых на факультете были свои особняки, а у него — нет. Гарри чувствовал себя ущербным нищебродом на их фоне, но теперь другое дело.

Родовая библиотека постепенно изучалась. Полезные артефакты перекочевали из хранилища на его тушку, заменив собою не особо качественный ширпотреб с Косой Аллеи. Были наняты репетиторы и тренера по боевой подготовке, подтянувшие за лето его скилл до заоблачных величин (по его скромному мнению и уверению его учителей).

Теперь Гарри вполне был уверен в том, что раскатает по дуэльной площадке даже шестикурсника, если в этом году Локхарт всё же организует свой бойцовский клуб. Даже того заносчивого грязнокровку… Как его там… Амоса, вроде. Драко говорил, что он знатный дуэлянт. Было бы интересно смахнуться с ним. От него действительно ощущался флёр опасности, будоражащий кровь.

С семикурсниками дела обстояли посложнее, конечно, но большую часть обывателей он тоже записал в разряд проигравших слабаков. Не все умеют в дуэли, вообще-то. Кому-то нравилось и цветочки выращивать, как рохле Лонгботтому, или зелья варить там всякие. Вот таких не боевиков он вполне мог бы уложить на лопатки. Аманде Де Аморе, впрочем, он вызов пока бросать поостерегся. Репутация у нее была не очень располагающая, потому Поттер и решил отомстить ей за свое унижение как нибудь потом. Когда наберется сил.

Жаль, что получить разрешение на встречу с сутулой собакой — Сириусом, оказалось не так просто, как он думал. Бюрократический механизм, даже добротно смазанный его золотишком, работал со скрипом. В течении года, может быть, предоставится возможность повидаться с крестным, но никак не раньше. С другой стороны, так как у Гарри проблема с жильем и библиотекой была уже не столь актуальна, то и пошарпанная халупа на Гриммо 12 могла подождать какое то время.

Поттер осторожненько вошел на платформу девять и три четверти, вертя головой по сторонам. Неспешно прошел к нужному проходу. Мог бы и камином, конечно, прибыть, сразу на магическую часть вокзала, но лучшим индикатором каноничных событий второго года могла послужить закрытая арка перехода и сумасшедший домовик-диверсант. Но нет. Ничего не помешало ему пройти на вокзал с маггловской части Лондона. Гарри печально вздохнул. Все явно вновь пойдет не по плану, раз уж даже начало сорвалось. Ожидаемо, но неприятно. Гарри хотел себе личного ра… кхм, домового эльфа.

Чемоданы левитировали за спиной, пока он искал по вагонам свою компанию. Фишка, которой он всегда хотел научиться, как настоящий попаданец. Пройдя насквозь пару вагонов, он наконец-то нашел своих.

— Добрый день. Дамы, прекрасно выглядите. Господа, вы тоже не безнадежны. Крэбб, Гойл, мне кажется, или вас стало еще больше? Ну, это правильно — хороших людей должно быть много, не так ли? — Вызвав довольное хихиканье девочек и насмешливые хмыки от ребят, Гарри завалился в купе, взмахом палочки закинув свои пожитки под сиденья.

Когда с приветствиями было покончено, а погода и другие мелочи обсуждены (как же Гарри не любил этот Британский обычай), поезд как раз тронулся и они перешли к более насущным вопросам. Гарри интересовало в основном то, будет ли хоть часть канона присутствовать в этом году, в чем он уже начал сомневаться. Как оказалось — да, будет.

— Так, значит, потому что министерство обделалось с оборотнями, в школу пригласили преподавать знаменитого охотника на всякую нечисть, как подстраховку для учеников? Но он же не на оборотней охотится, нет? Так какой смысл? — протянул Гарри. Зря он не прочитал газету поутру. Слишком спешил и запамятовал, а теперь оказался в роли самого не информированного.

— Что-то вроде того. На деле же министр Фадж просто имитирует бурную деятельность, пытаясь всем показать, что он чем-то занят. Решил подправить свою шаткую позицию демонстрацией заботы о детях и всё такое. — пожал плечами Драко, который благодаря отцу был в курсе последних событий. — Локхарт знаменитый писатель, путешественник, и, вроде как, действительно что-то умеет. В любом случае — персона публичная, так что он сможет оттянуть часть внимания рассерженных домохозяек от министра…

— Хммм. Понятно. А что твой отец говорит по поводу «пожара» в Отделе Тайн? — поинтересовалась у своего друга Астория Гринграсс.

— Ну, там все секретно… потому об этом каждая собака знает. Диверсия произошла, вот что. Говорят, там тоже замешаны эти блохастые твари. — перешел на заговорщический шепот Малфой, надув щеки от собственной важности. — Никто точно не знает, что именно там произошло, но отец говорит, что Министр вкрай разругался с Тайнюками. Они сейчас играют в горячую картошку ответственностью. Кто проиграет, тот её на себя и возьмет.

— Скукота. — подперев щеку рукой, пожаловалась Паркинсон, уставившись в окно. — Понятное дело, что всю вину министр переложит на главу Отдела Тайн. Они давно друг друга «тайно» ненавидят и гадят по мелочи. Теперь же, когда оба одновременно крупно облажались и тонут, тот, кто заберется на плечи другому, тот и выплывет. И Фадж выиграет, ведь безобидный толстячок имеет много полезных связей, в отличии от своего скрытного оппонента.

— Аврорат тоже облажался. Нужно было перебить весь этот мохнатый мусор, пока он не расплодился, а они даже с этим не справились. Убого. Вот что бывает, когда поручаешь свою работу дилетантам! Поверить не могу, что от одноногого ублюдка вообще кто-то смог уйти живым! — зло прошипел Нотт. — Пожиратей-то он ловил со всем тщанием. Может, специально дал им уйти? А что, финансирование Аврорату подняли вдвое, несмотря на такой очевидный провал. О чем это говорит?

— Что министерство в ужасе и боится, что их за задницу цапнут сорвавшиеся с цепи пёсики. — хмыкнула Астория. — Ладно, это все интересно, конечно, но я хочу пройтись, подышать свежим воздухом. Не скучайте.

И она выпорхнула из купе, не дав никому возможности увязаться следом.

— Клянусь кофейником моей маман, я видел как пред этим мимо прошел Уизли. — Задумчиво пробормотал Драко, барабаня пальцами по столу.

— Ты уверен? — хмуро спросил Нотт, выглянув из купе и провожая взглядом удаляющуюся изящную фигурку брюнетки.

— Ну, нет. Но рыжая макушка имела место быть. — стушевался Драко.

— Ну да, у нас же не учится ни одного ирландца или шотландца, в Хогвартсе-то, кроме Уизли, да ведь? — саркастично прокомментировала Паркинсон, попытавшись прикрыть Асторию.

Ей общение подруги с шестым Уизли тоже не нравилось, но она могла её понять. Лучше уж Уизли, чем чокнутый Нотт или озабоченный Поттер. Тот ее спас, пока другие бросили на растерзание троллю, пускай и не специально. Малфоя она ей отдавать не собиралась, так что пускай крутит шашни с Рональдом… Так ей, Пэнси, спокойнее.

— Ну да. Может и ошибся. — дал заднюю платиновый блондин, но Нотта это, казалось, совсем не убедило и он продолжал прожигать спину уходящей девушки ревнивым взглядом.

— Хммм, в этом году можно будет хорошенько проучить Уизли… — решил воспользоваться ситуацией Гарри, втянув в свою личную вендетту с рыжей семейкой пришибленного товарища. — Я неплохо натренировался в дуэлях за лето, кстати…

— О, правда? — без особого интереса спросил Малфой. — И насколько ты теперь хорош?

— Хо-хо. Близнецам придется несладко. Да и Перси я, может быть, вполне осилю. — похлопав себя по груди, заявил Мальчик Который Выжил.

— Хммм. Ну ладно, может быть, я и поучаствую. — Нотт наконец повернулся, потеряв Асторию из виду и оценивающим взглядом прозондировав Гарри. Мысленно они оба уже прикидывали, как могут использовать друг друга и прикрыться от ответных действий рыжего семейства с помощью живого щита.

Гарри перевел взгляд на Малфоя.

— Тц. Я пасс. С меня отец шкуру спустит, если я не выправлю все оценки в этом году на превосходно… Какая-то грязнокровная кучерявая сучка из воронов обошла меня по очкам, что не очень хорошо сказалось на моем свободном времени летом, знаете ли. Но так уж и быть, я могу дать вам в помощь Крэбба и Гойла. С вас забавные истории, с меня вот, грубая рабочая сила.

— Принимается. — покивал Гарри. Все равно пользы в прямом противостоянии от Малфоя — как с козла молока. А до интриг уровня его отца тому еще расти и расти. А вот пудовые кулаки его телохранителей вполне могут пригодится в детской драке. — Пэнс, ты как?

— Делать мне нечего. — фыркнула девочка с каре. — Я в ваши мальчишечьи штучки лезть не собираюсь. Асторию можете даже не спрашивать, она тоже влезать в ваши игры не станет.

— Ну она-то точно, ведь это ж придется воевать против её любимого рыжего рыцаря. — зло усмехнулся Нотт, играя желваками, тщетно пытаясь скрыть свой гнев и зависть.

— Не хочешь влезать в наши разборки, окей, но как насчет принцессы-нищенки? В этом году ведь единственная дочь семьи Уизли поступает, не так ли? Ты могла бы заняться ей. Ты же потомственный Малефик. — предложил альтернативу Гарри, не оставляя своих попыток втянуть в войну еще кого-то.

— Она же первокурсница… не вариант. — Пэнси пожала плечами, как-то странно посмотрев на Гарри. — Правила. Первокурсников не трогают. И, чтоб ты знал, Прюэтты тоже потомственные малефики.

— Меня-то эти правила почему-то не касались. — нахохлится в ответ парень, засопев от обиды.

— Ты сам нарвался на них, так что сам и виноват. Это негласные правила, и следовать им не обязательно, но желательно. — Пэнси не стала говорить, что Гарри так всех достал своим гонором, что за него просто никто не захотел вступиться.

Так то староста вполне мог прижать близнецов, но делать этого не стал. Гарри не следовало приставать к Де Аморе, которая была фактической королевой факультета. Вот чего ему действительно не простили, так это именно этого.

— Ну ладно. Пускай мелкая живет тогда в мире. — Не стал настаивать национальный герой. — Больше ее братьям достанется.

— Хехе, а ты не так уж безнадежен, Поттер. — Одобрительно похлопал его по плечу Теодор Нотт, предвкушая жестокую расправу.

— Пошел ты! — рассмеялся Гарри, потирая руки. Его месть будет сладка.

Король Хогвартса возвращается!

Глава 49 Глаза смерти

Я открыл глаза, отстраняясь от картины, которую мне транслировали мои маленькие мёртвые помощники. Забавно. Всегда интересно слушать о себе и своих художествах со стороны. Слухи цвели и пахли, словно на дворе был апрель, а не ранняя осень. Как бы наше любимое министерство не рвало жопу, чтобы замять и спрятать под ковёр самые неприятные для власти моменты… но министерство — это в первую очередь люди, а не сам аппарат. Слишком много чиновников, что из-за навалившегося стресса и дополнительной нагрузки находили отдушину у себя дома, в кругу семьи, жалуясь на свои беды домочадцам…

И, конечно, кое-что школота тоже краем уха слышала или видела. Так что разгул оборотней, которые словно сорвались с цепи и дали хорошего такого леща системе, не вызывал у них особо положительных эмоций. Оборотней боялись. Не столько из-за возможности сдохнуть мучительной смертью от клыков или когтей, сколько из-за вероятности стать одним из нас. Потерять всё — и при этом остаться жить, сквозь прутья неволи глядя на счастливое будущее, что навеки станет закрыто из-за одной ошибки.

Непонятно только было, что там случилось в Отделе Тайн. В грандиозный пожар, который пытаются нам втюхать, я не верю. Уж простите, но в то, что волшебники не могут сбить пламя, я никогда не поверю, даже если мне на блюдечке принесут детальный отчёт и доказательства. Особенно — профи из ОТ. Да блин, даже если там разгулялось бы адское пламя, его бы быстро потушили. Неужели мои маленькие жучки проели себе путь куда-то не туда и наворотили дел? Сожрали все пророчества? Было бы прикольно. Нужно будет пообщаться с Амандой по этому вопросу. Хитрая змейка точно знает больше, чем может себе позволить написать пресса. Но ещё интереснее было наблюдать за Гарри и компанией малолетних «Вершителей Судеб».

Сказал бы я, что Гарри изменился за лето, но полно, каким был отбросом, таким и остался. Вот уж кто остаётся неизменной константой, несмотря на приличный рост силы и достатка. Придётся его чем-то занять, а то у меня нет времени играть в детские игры. Мне, вон, целую стаю кровожадных пушистиков ещё кормить и выгуливать (пускай большую часть забот и взяла на себя Фелисити). Думаю, где бы найти время на свои эксперименты, не то что с Поттером чепухой заниматься… Но, в принципе, мне и не нужно. Мимо как раз проходил один из близнецов Уизли. Судя по характерному запаху, который уловил мой чуткий нос, это Фред.

— Судья Дрэд, не уделите ли мне минутку своего времени? — елейным голосом протянул я.

Рыжий, который только что минул приоткрытую дверь моего купе, развернулся и загляну внутрь.

— Почему судья? И как ты смог отличить меня от брата, когда его даже рядом для сравнения не было-то?! Ещё даже в школу не доехали, а ты уже бьёшь по моему самолюбию, мой злобный друг!

Дождавшись моего приглашающего жеста, Фред Уизли зашёл внутрь, прикрыв за собой дверь и плюхнулся на сиденье напротив меня. Рядом о чем-то своём, девичьем, общались довольная жизнью Кэрол и не менее радостная Гермиона. Делились впечатлениями от заграничных поездок. Грейнджер была во Франции. До этого я слушал в пол-уха, но и меня рассказ о магической части Парижа смог заинтересовать. Не в том плане, что Грейнджер, но интерес у меня определённо появился. Как нибудь надо будет смотаться к французам через ЛаМанш.

— Отличить вас просто, если знать куда смотреть. Почитай Шерлока Холмса на досуге, и все поймёшь, мой ранимый друг. Что касается твоего вопроса о Судье… Эх, Уизли-Уизли, как вы могли с братом упустить такой гигантский пласт шуток и приколов из своего поля зрения, имея такого отца? Подумай сам, обычных людей куда больше, чем нас, волшебников, а значит ежеминутно, нет, даже ежесекундно они придумывают куда больше свежих шуток и приколов чем волшебники за год… Понимаешь, о чем я?

Уизли схватился за голову в, похоже, отнюдь непритворном ужасе. Ещё немного и полетят рыжие клочки по закоулочкам!

— Мерлинова борода, ты прав! Как мы могли проглядеть такие возможности?! У них нет магии, что означает, что им приходится полагаться в основном на различные немагические ингредиенты, которые легко можно создать трансфигурацией… Это же просто идеально для нашей с братом бизнес-идеи и сэкономит нам кучу золота на эксперименты! Кхм. Спасибо за наводку. — Фред достал из кармана потертых брюк не менее потертый, исписанный блокнот безумного изобретателя и начал что-то строчить, выпав из реальности на пару минут. Школу и добровольно-принудительных испытуемых ждет обновлённый список шуток. Благо, меня они почти не трогают. Только дружеские подколы. Опасаюсь нарваться на ответный прикол от того, у кого очень чёрное чувство юмора и довольно «особенная» репутация мстителя с недавних пор.

— Спасибо за наводку, но ты ведь не за этим меня позвал, да? — наконец, закончив писать, Фред убрал блокнот обратно. Все это время я терпеливо ждал, потому как отвлекать настолько увлекающегося человека бесполезно и контрпродуктивно. Половину сказанного пропустил бы мимо ушей. По себе знаю.

— Не совсем. В этом году ведь твоя младшая сестра поступает в школу, не так ли? — уточнил я. Не интересовался этим как-то, а ведь Луна попала в Хогвартс раньше, чем я думал, так что мало ли что.

— Так. — настороженно ответил парень, кажется уже догадываюсь, что разговор ему не понравятся.

— Ну тогда у меня для тебя плохие новости. — я сделал драматическую паузу. — Гарри в этом году собирается мстить вам, причём всем и сразу. Но на этот раз в игру вступают его «благородные» друзья. В частности — обрати внимание на Нотта. Он у них самый отбитый.

— Проклятье, эти ублюдки не посмеют цепляться к первокурснице же? — у рыжего приколиста начали наливать я кровью глаза и задергалось веко.

— Как знать? Гарри — мальчик не самых честных правил, что уж говорить про Теодора… В общем, слушай, что мне удалось узнать…

***

В туалете дешёвого придорожного кафе перед замызганным и потрескавшимся зеркалом стоял немолодой уже мужчина. Уперевшись грязными руками о раковину и гипнотизируя свое отражение безучастным взглядом, он заново привыкал к своему позабытому лицу, с которого сползал магический грим, практически ставший его второй кожей за последние несколько лет.

С грязных, буро-рыжих волос, с которых только сошла чёрная краска, стекали струйки воды. В тусклых мутных глазах застыла застарелая боль, словно гниющая рана, покрывшаяся тонкой корочкой. Не зря говорят, что глаза — зеркало души. С виду — все зажило, но стоило лишь немного поддеть корочку — и изнутри прольётся вонючий жёлтый гной.

Не сдержавшись, мужчина со всей силы ударил зеркало кулаком, из-за чего оно покрылось паутиной трещин и стало рассыпаться, водопадом окровавленных осколков истекая в раковину, перемешиваясь с водой, кровью и смытой краской. Зашипев от слегка отрезвившей его боли, рыжий мужчина сунул раненую конечность под струи ледяной воды и прикрыл глаза. Невооружённым глазом было видно, как необычайно быстро остановилось кровотечение и ранки на руках будто начали медленно заживать.

— Правильно ли я поступаю? Почему я чувствую себя грязным предателем? Опять. — пробормотал он, погружаясь в неприятные воспоминания. — Нет. Это не моя Стая. Не моя. Я не предатель. Моя Стая — Орден Феникса. И Дамблдор должен знать, что там в лесу произошло по настоящему. В конце концов… — оборотень усмехнулся, — он меня за этим и отправил туда. Следить, докладывать о странных происшествиях… Но кто ж знал, что глава окажется настолько проницательным, что предскажет создание Дикой Охоты? Возможно ли, что он… Сам спровоцировал это? Да нет… Или да…

Отойдя от раковины, оставив фыркающий кран открытым, Люпин прислонился к стене спиной, медленно съезжая на холодный кафельный пол.

— Вроде, все складно. Все правильно. Тогда почему я чувствую себя таким дерьмом? — задал себе важный вопрос бывший шпион Ордена в резервации оборотней. — Когда Дамблдор отдавал Гарри на попечение магглам — тоже все вроде было складно и правильно, и что в итоге? Сын Джеймса и Лили мёртв, а его место занял какой-то уродец… А ведь если бы я надавил, отказался от работы и просто забрал его и уехал из страны, частичка моих друзей, их наследие — продолжило бы жить.

На некоторое время помещение погрузилось в гнетущую тишину. Лишь звук льющейся воды и пофыркивание некачественного водопровода царствовали среди обшарпанных, глухих к чужим душевным мукам стен.

— Нет, уже поздно сомневаться. Дороги назад нет. Что толку смотреть в прошлое, если там одна непроглядная тьма? — склонив голову, оборотень протёр предательски влажные глаза и медленно поднялся. — Дамблдор умный и добрый лидер. Он не безгрешен, но не станет рубить сплеча. Если все правильно подать, то он обязательно даст Охоте шанс, иначе и быть не может. Тем более, он наверняка как-то связан с этим, если подумать.

Глаза оборотня загорелись идеей.

— Моя задача, как наблюдателя, окончена, но напоследок я ещё могу сделать что-то хорошее. Нужно лишь немного сместить акценты, убрать обилие крови и жестокости расправы… Сгладить углы. Даже врать не придётся. В конце концов, оборотни просто защищались в этот раз, а под присмотром Истинного они не станут буянить, нападать на маггловские деревни и кусать простых людей, как при Том-кого-нельзя-называть. Может даже, братья и сестры по несчастью наконец найдут своё предназначение… Как я. Да. В благодарность за спасение и надежду для них, я могу сделать для Истинного по крайней мере это.

Рыжий оборотень встал и выпрямился. Груз вины, который придавил его к земле, стал чуточку легче, позволив расправить плечи. Он не стал выглядеть лучше, но в нем хотя-бы появилась жизнь. В осколках стекла отражался уже не настолько жалкий персонаж, достойно встретивший взгляд серых глаз оборотня.

— Пора бы уже пообщаться с директором, а то и так затянул с докладом, пока прятался по лесам и кустам, сбрасывая хвост. Остаётся надеяться, что глава и в этот раз проявит понимание и не будет ругаться и читать мне лекции… Снова.

***

Альбус Дамблдор нервно расхаживал взад-вперёд по своему кабинету. Он, казалось, был чем-то очень раздражен. В кресле, напротив его письменного стола, вальяжно расположилась его родственница — Осень Дамблдор. Она вытянула длинные стройные ножки и потянулась, совершенно не обращая внимания на серьёзную атмосферу. Потянувшись магией к чайному столику, она призвала в руку чашку с горячим лимонным чаем и сделала маленький глоточек, зажмурившись от удовольствия. В такую осенне-свежую погоду — душистый чай, самое то.

— Полно тебе, Альби, не кипятись. Ничего же страшного не случилось.

— Ну да-ну да, легко говорить, когда это не тебе придётся мириться с существованием под боком этого заносчивого засранца. Какого Мордреда он вообще забыл в моей школе?! — нервно пригладив бороду и встопорщившиеся от стресса шикарные усы, директор школы Чародейства и Волшебства наконец то остановился и, подобрав с журнального столика газету, плюхнулся в свое кресло, издав усталый вздох.

— Сам знаешь, почему. — Осень пожала плечами. — Наблюдатель, приставленный Рыцарем Лето к… — она замешкалась на долю секунды, обдумывая свои следующие слова, чтоб не задеть своего пра-пра-много раз-внучка за живое — Оберону, пострадал от скверного проклятья и больше не может выполнять свои обязанности как полагается. Он-то и о себе уже нормально позаботиться не в состоянии. Все, что мы смогли сделать — выиграть ему время. Удастся ли ему распутать этот клубок и докопаться до источника своей беды — большой вопрос, но я бы не дала за его жизнь и ломанного кната. Удивительно могущественная тёмная магия. Нужно ли мне тебе объяснять, кто такой магией на островах владеет, а?

— Не нужно. И так все ясно. Хотя, я бы ещё добавил в этот список Тома, но это уже такое. Пятьдесят на пятьдесят. Но почему тогда целью стал Снейп, а не сам Оберон, или, в случае Тома — Поттер? Какой смысл убирать обычного соглядатая в школе и привлекать к себе лишнее внимание? Не понимаю. — Старый друид помассировал виски. Взмах руки, и остывший чай в его кружке нагревается. Старые сухие пальцы оплетают горячий сосуд, перенимая от него каплю тепла.

— Ну, может потому, что все это время за Обероном таскался Лето, присматривая издалека, а вот за пешкой молодого рыцаря ни кто не проследил? — иронично заметила Осень, слегка пожурив родственника, в вотчине которого и произошёл досадный инцидент.

— Пфф, вот ещё буду я тратить время на эту неблагодарную летучую крысу. — хмыкнул Альбус, немного повеселев. — У меня полно работы, между прочим. Я только летом нормально могу разгрести накопившиеся завалы на других моих должностях, так что расписание у меня чуть ли не поминутное. Минерва тоже с ног сбивается, пытаясь помочь. К тому же, меня даже в замке тогда не было, а защитные контуры не были потревожены. Что я мог сделать, если молодёжь не соблюдает технику безопасности? Свой инвентарь нужно проверять очень тщательно. Между прочим, это написано на первых же страницах учебника по зельеварения. Северусу бы стоило чаще вспоминать про неё, а то больно забывчивый Принц выходит, что даже первокурсникам «забывает» подать материал. — пряча ехидную улыбку в кружке чая, Дамблдор поймал солнечный зайчик, заглянувший в окно кабинета и заговорщически сверкнув очками-половинками. — Не иначе как карма его настигла.

— И это никак не связано с тем, что ты давно бурчишь на зельевара и хотел заменить его на кого-то более компетентного, умеющего работать с детьми? — поиграла бровями старшая Дамблдор, подхватив игру.

— Ну, я подумывал его уволить, конечно, но не так радикально. — Верховный чародей пожал плечами, погладив своего фамилиара-феникса по тёплой спинке, когда тот слетел со своего насеста и приземлился перед ним на стол в поисках ласки. Верховный чародей скормил ему лимонную дольку, а затем, подумав, и сам угостился.

Все равно их почему-то совсем перестали брать гости-посетители, хотя и раньше желающих было не шибко много. И все из-за мелкого пакостника с его идиотскими теориями заговора. Да чтобы Дамблдор, да испортил лимонные дольки отравой?! Пожалуй, это был самый нелепый из всех слухов, что мелкий гадёныш про него распускал. И самый обидный. Не считая тех, что про Геллерта.

Дамблдор всерьёз задумался на каникулах над тем, не вернуть ли ему систему телесных наказаний, в случае если подменный Поттер начнет вещать про то, что директор на самом деле рептилоид или пришелец из космоса, как сейчас было модно у магглов. А что? Сам отменил, сам и вернул. Терпение у директора школы было не резиновое.

— Ну-ну. Начинай искать ему замену, тем не менее, потому что долго он не протянет. Конечно, если не доберётся до того, кто его проклял, но… Что-то я сомневаюсь, что у него получится. И даже если и найдёт его или её, то что потом? Обычный некромант такое наложить не в силах, а «Принц» хоть и умеет кое-что, и прошёл через местечковую войнушку, но в сравнении с личными учениками Вивьен, закаленными в настоящем горниле тысячелетних войн… он все равно что первокурсник рядом с ветеранами аврората. Без шансов.

— Вполне возможно, но мне, если честно, все равно. Предавший однажды — предаст и дважды. Северус же столько раз менял сторону на удобную ему, что я затрудняюсь сказать, сколько там набежало по сложным процентам предательства. И да, я думал над заменой, и хочу вернуть в школу Горация. Он, конечно, оправдывая свою фамилию, довольно скользкий волшебник, но с детьми ладит прекрасно, и учитель из него на порядок лучше, чем из «Принца». К тому же, его клуб по интересам приносил пользу не только ему, но и ученикам, так что я не против его хобби, лишь бы оно не переходило границы. Тщеславие — не самый худший из людских пороков, пожалуй, но даже оно может привести к непредсказуемым последствиям.

— Если тщеславие не затмевает разум, то да. С этим можно мириться. — согласилась Осень, скрестив на груди руки.

— Кстати. — директор постучал пальцем по раскрытой перед ним газетой. — А что ты думаешь по этому поводу?

— Очередная попытка тёмных отвлечь нас от охраны Короля, очевидно. — закатила глаза Осень Дамблдор, пренебрежительно вчитываясь в строки статьи. — Провальная, впрочем. Ха, Дикая Охота, да? Давненько дело было, когда её последний раз пытались воссоздать. Друиды в любом случае не будут вмешиваться в это дело, не говоря уже о нас, рыцарях. Могли бы придумать и что-то посложнее. Скорее всего, это лишь одна из множества уловок.

— Я так и подумал. — Директор на этот раз не стал показывать свои настоящие эмоции, улыбнувшись лишь внутренне. Ему было выгодно, что бы статус кво друидов сохранялся как можно дольше. Естественным хищникам-чистильщикам леса нужно было время, чтобы вырасти.

И Дикая Охота как раз выбрала отличное время заявить о себе. Серьёзные игроки станут слишком заняты друг другом и, до поры, будут игнорировать незначительную помеху, списав её на происки конкурентов.

— Но мне все равно не нравится, что Лето занял место профессора Локхарта. Я потратил много сил и средств, чтобы заманить его сладкими речами на эту должность, а что в итоге? Он ведь прославленный мракоборец и писатель, умеющий интересно подать материал. Сомневаюсь, что Лето сможет так же. Сила мага не равна его мудрости и способности передать знания.

— Да уж, из «Летнего Рыцаря» учитель… весьма специфический. — поджала губы женщина, задумчиво наматывая локон золотых волос на палец. — Куда он дел настоящего Гилдероя?

— В стазисе будет держать его в своём шкафу, как какого-то боггарта, судя по карте Хогвартса… Я это очень не одобряю, Осень.

— Эх… Я тоже. Но это временно же! — махнула рукой рыцарь, сморщив носик. — Всего годик какой-то. Или два.

— Это для тебя «всего годик или два», а для нормальных людей это «Целый год или два». Большая разница.

— Кхм-Кхм, в любом случае, ничего не поделать. Присмотр за королём нужен, а Лето сам захотел отказаться от сна и следить за ним, тратя свое истинное «время» на… это. Флаг ему в руки. Он ещё молод, и пара потерянных лет вечности не нанесет ему много вреда. Если Локхарт уже в мягком стазисе, то для него это время вообще пролетит мгновенно. Просто компенсируем ему неудобства потом. Делов-то.

— Угу. Чувствую я, компенсировать и отдуваться придётся мне, не так ли? — нахмурился директор.

— Я тебе помогу, — невинно похлопала пушистыми золотыми ресницами женщина, — так что не переживай.

— Почему-то стал переживать ещё больше…

— Хам! — рассмеялась рыцарь.

— Ох, что-то у меня плохие предчувствия на этот год. Сдается мне, что работы у меня будет просто море…

— Ты справишься, как и всегда. — Встав с насиженного места, Осень ободряюще (как она думала) похлопала своего пра-пра-много раз-внука по поечу и направилась на выход. — Пожалуй, мне уже пора. Спасибо за чай. Не скучай тут.

— Соскучишься тут с вами. — пробурчал Дамблдор, когда дверь за родственница захлопнулась. Он подлил себе горячую заварку из чайника и уставился в окно на осенний пейзаж, поглаживая Фрукса. — Одна слишком беззаботная, у другого шило в заднице, остальные двое вообще себе на уме. И ладно еще Зима, холодный и безразличный, как сосулька, особых проблем не доставляет и знай сидит себе в засаде тихо, но вот Весна с её длинным носом, который она суёт куда не надо, подталкивая учеников к любовным приключениям… Эх. Ну вот за что мне все это?

— Курлык!

— Ой, не начинай, Фоукс, сам знаю, что есть за что, но не настолько же…

***

Погода знатно испортилась к тому времени, как наш магический чух-чух доехал до Хогсмида. Типичная Британия. Утром солнышко — вечером дождь и ледяной, забирающийся даже в самые сокровенные места под мантией, ветер. Хорошо хоть, что нам не нужно кататься на лодках под дождём, как бедным первачкам. Подкормили фестралов, почесали за костлявыми ушками, забились в одну карету нашей дружной компашкой и, утащив с собой пискнувшую Луну, полетели в замок.

Атмосфера была довольно напряжённой, насколько я мог судить, когда проходился взглядом по столам факультетов, подмечая разные мелочи в мимике и шепоте губ. Но не гнетущая. Скорее даже интригующая и предвкушающая… Что-то.

Как оказалось, слух о том, что директор решил позаботиться о дополнительной безопасности учеников и нанял на должность преподавателя ЗОТИ самого Локхарта, оказался правдив. И это в значительной степени успокоило малышню и повысило мораль. Умный дед.

Новый златовласый профессор восседал на своём месте и выглядел довольно расслабленный и… внушительным. Не смазливое чмо, как в оригинале, а реально красивый и подтянутый, словно спецназовец какой-то. Опасный.

Не верю, что говорю это, но я инстинктивно опасался Гилдероя Локхарта, причём даже Грюм на его фоне как-то слегка поблек. Ну охренеть. Дожили. Я не Гарри, конечно, чтоб днями и ночами полировать свою палочку на канон, но не такого я ожидал. Максимум — крутой аврор капитанского уровня, но это… Все же, такой уровень угрозы я ощущал разве что… от Дамблдора? Это внушало серьёзные такие опасения.

Читал я как-то парочку фиков, где место Локхарта занимал (с концами) Темный Лорд, но тут вам не там! Раз опасность почувствовал я, то и директор наверняка тоже. Он-то наверное ещё острее ощутил это, потому как мало в стране тех, кто мог бы сравниться с ним в силе, если уж на то пошло. Голубоглазый блондин с прилизанными назад волосами же её не скрывал почти. Сомневаюсь, что старый шмель позволил бы Тому сунуться в его замок, не прищемив ему при этом душу, тело и причиндалы, так что… Тут было что-то другое.

Кажется, ЗОТИ в этом году будут явно интереснее, чем под рукой бюрократа-Квирелла. Хищный и ироничный взгляд нового профессора навевал ощущения, что нас ждут реальные тренировки и бои, а не конспекты. Только вот почему взгляд Локхарта нет-нет да останавливается на Гарри Поттере. Может, все-таки, Темный Лорд? Хммм. Сомнительно, но исключать не буду. Может, Гарри так достал деда, что тот решил придушить его чужими руками?

Надо быть осторожнее в этом году. Не думаю, что кто-то будет выпускать своего змея в женском туалете, но мало ли что? Луне и Гермионе лучше бы передвигаться по школе во внеурочное время только в компании кого-то из нас двоих с Кэрол.

И хотя Гилдерой Локхарт был загадкой интересной и свежей, меня так же интересовал и другой преподаватель. Нет, не обворожительная Батшеда, с которой у меня ещё предстоит сложный разговор, а кое-кто куда менее приятный.

Снейп выглядел паршиво. Не настолько, чтобы это было заметно всем и каждому, но достаточно, если знать куда смотреть. Кожа слегка пожелтела, словно у него начал развиваться цирроз печени. Сальные волосы стали напоминать ломкое воронье гнездо из соломы. Шампунь и прежде обходил его десятой дорогой, а теперь и вовсе оказался забыт. Под глазами залегли не просто синяки, а настоящие мешки Санта Клауса. Кто-то явно спит не на том боку, хе-хе.

Снейп не ел со всеми, вызывая обеспокоенный взгляды коллег и слизеринцев своим состоянием. И, явно, еда ему в горло не лезла давно. Под свободной мантией заметить что-то было сложно, но вот осунувшееся лицо и выпирающие, слегка заострившиеся скулы говорили о том, что тот очень исхудал.

Ну и самое главное — глаза. В его чёрных глазах плескалось полно эмоций. Целый коктейль, я бы сказал. Ни одной позитивной, впрочем.

Он страдал. Сильно страдал. Не столько физически, сколько психологически. В его взгляде я не смог разглядеть ни намёка на борьбу. Похоже, Лили уже сломала его бесповоротно. Так быстро… удивительно. Или тот и не думал сопротивляться?

В ментальном плане от него веяло такой безнадегой, горечью и виной, что я понял — призрак Эванс-Поттер докопался до всего, что зельевар прятал от мира в своей черепной коробке под сотнями слоев ментальный щитов и… вырвала это с корнем, вытащив наружу, оголив перед очами Северуса, словно нервы, заставив переживать его события давно минувших дней.

Снова и снова.

Снова и снова.

Снова.

И.

Снова.

Дополняя и меняя их на свой лад, усугубляя и без того неприятные воспоминания, буквально вписав себя в них, словно ночной комар.

«Эх, Лили. Откуда она узнала о Фредди Крюгоере, интересно. Или это импровизация? В любом случае — хорошая работа!» — мысленно похвалил её я, отправив ментальный посыл. По обратной связи пришло торжественное довольство и жажда ультра-насилия. Сразу видно, моя школа.

Я незаметно мазнул взглядом над плечом у замученного зельевара. Её видеть мог лишь я и он. Создатель проклятья, и тот, кто несёт на себе всю полноту его бремени. Лили была там. Волосы — жидкое пламя, глаза — провалы в изумрудный сон смерти, бледная гладкая кожа, полупрозрачный гибкий стан... Ладно, я могу понять, почему Джеймс Поттер на неё запал, ха-ха. Она даже в своём "холодном" состоянии была горячее многих вполне себе живых красоток.

Мертвая ведьма вцепилась острыми нематериальными когтями в его плечи, склонив голову вниз и, едва не касаясь призрачными губами его бледного уха, что-то самозабвенно шептала. Наверняка что-то такое, от чего у него кровь стынет в жилах, потому как в его сжатых и побледневших губах, кажется, вообще не осталось цвета. Руки, которые держали кубок с какой-то бурдой (небось, успокоительные отвары) мелко дрожали. По щеке скатилась едва заметная слеза, которую тут же слизала своим неестественно удлинённым языком призрачная Поттер, зажмурив глаза от удовольствия. Снейп же, напротив, стал ещё беднее.

Мы встретились взглядами с моим шедевром всего на секунду и, должен признать, даже меня, её создателя, пробил озноб от осознания. Не все, но немного информации по нашей связи творец-создание передать получилось. Она узнала что-то такое о Снейпе, чего не знал даже я, а потому ярости и боли в зелёных провалах в бездну было столько… Ух. Страшно. Женщины-мстительницы реально стрёмные… Потом, когда не будет столько любопытных глаз, узнаю у неё, что она там раскопала.

Покойся с миром (нет), Змеиный Декан, убийца и предатель. Ты уже труп, хотя твоё сердце тихо стучится о ребра, желая сбежать из ловушки. Твои легкие ещё дышат, вздымая грудь, но глаза уже застилает поволока смерти, как у какого-то старика перед смертью.

Проклятье встало как влитое. Не уверен на сто процентов, но… очень даже вероятно, что даже моя смерть и уничтожение останков Лили Поттер в бункере не поможет ему избавиться от злого духа преданной и убитой Леди. Она вцепилась в него мёртвой хваткой и не отпустит до тех пор, пока не убьёт. Чего бы ей это не стоило. Ставлю свой волчий хвост, что у неё получилось бы задуманное, ведь она нашла альтернативный источник питания. Помимо самого Снейпа — это и так было очевидным решением.

Я уже говорил, что мысль, желание и эмоции в магии играют далеко не последнюю роль? Махание палочкой и выкрикивание слов на древних языках это так… Не очень-то и обязательные атрибуты. Просто ради удобства. Даже семикурсники уже понимают это, что уж говорить о серьезных волшебниках?

В данном же случае, моё проклятье было, можно так сказать, псевдо-разумным. Как живой портрет Дориана Грея, только ещё страшнее. И призрачное проклятье всей своей сутью, всем естеством, страстно желало завершить то, ради чего было создано, выжимая всё из весьма свободных полномочий, заложенных мной ради гибкости конструкции и адаптивности самозащиты. И мне кажется — я переборщил и создал нечто, чего вовсе не планировал.

Источник дополнительной СИЛЫ — душа Лили Поттер, постепенно просачивающаяся в мир живых, используя слепок своей души — неупокоенный дух, как маяк и основу для… Пока что — лишь для подпитки энергией из-за грани, но… Кто знает, во что это выльется? Я вот уже догадываюсь.

Если так и продолжится дальше, то моё проклятье обретет новую грань силы и породит минимум полтергейста. Как Пивз, только во много раз страшнее и сильнее. С привязкой не к месту, а к своему создателю. Ко мне — Амосу Санхайду. Но что-то мне подсказывает, по постоянному, пускай и слабенькому, оттоку чёрной удачи, что на свет может родиться и нечто куда более пугающее, если душа ведьмы реально сможет вернуться в бренный мир из-за грани и слиться с моим творением.

Это… И пугает и впечатляет одновременно. Вот это уже куда ближе к подлинному воскрешению, чем я даже мог мечтать когда либо добиться. Никогда не считал, что некромантия реально может вернуть душу кого-то с того света. Но, возможно, мне стоит пересмотреть свое отношение к этому искусству. Воистину, у магии нет границ. Нам недостает лишь фантазии и энергии.

Слава Моргане, я додумался встроить в проклятье особый механизм контроля и привязки, как раз на случай слишком удачного стечения обстоятельств. Все-таки я никогда не забывал, что моя чёрная удача может работать слегка… специфично. Очень.

Получить себе в слуги высшую разумную нежить, которая будет беззаветно передана мне не столько как своему создателю, сколько в благодарность за псевдо-жизнь и возможность отомстить…

Блять, это звучит очень вкусно. Если все получится, то я куплю Дафне так много сладкой пастилы, что она растолстеет! Кхм-Кхм. В хорошем смысле.

За такой шикарный подарок, пускай и случайный, я уделю проработке её ритуала куда больше времени, чем планировал. Пускай она там что-то свое мутит, пускай недоговаривает и интригует — плевать, пока это не несёт вред мне и моей стае, я приложу все силы и смекалку, но помогу ей вернуть магию, даже если потом она объявит крестовый поход на благородные семьи и утопить мир в крови. И если у нас не получится вернуть ей магию тем способом каким она желает... Что ж, я предложу ей стать Истинным Оборотнем.

Обращение перестроит её организм и исправит повреждения так или иначе, что уже немало. Не знаю, сможет ли она полноценно колдовать, но особые способности и волчий лик точно получит. Как и возможность ходить, бегать и скакать пуще прежнего. Возможность превращаться в человека я тоже, так уж и быть, предоставлю в качестве бонуса. Вот какой я добрый. Амос Санхайд — самый добрый тёмный маг на свете, ахахахаха.

Но пока что стоит понаблюдать за развитием событий. Рано ещё потирать лапки, аки алчный енот. Все ещё может сорваться. Попытки найти источник проклятья — труп Лили, Снейп уже предпринимал летом, пускай и ничего не добился. Сейчас он разбит, но, может быть, ещё соберётся и взбрыкнёт под конец, кто его знает? Северус — крайне живучий таракан. Лили, я все равно болею за тебя!

Глава 50 Уроки выживания или естественный отбор.

Гарри пребывал в серьезных таких раздумьях. Этот год снова начался не так, как бы хотелось ему — самому главному герою. Это не могло не печалить. Из груди парня сам по себе вырвался усталый вздох.

Как он и предполагал, второй год должен быть весьма хардкорным. Что-то, возможно интуиция или удача, судя по косвенным признакам, подсказывало ему, что, очень вероятно, может быть будет и уровнем повыше хардкора. Даже без учёта василиска, к которому он собирался лезть сам, чтоб другим не досталось. Кто первый встал — того и тапки.

Профессор Снейп — его декан и, пожалуй, один из немногих учителей, что относился к нему с пониманием и даже (вот это поворот!) с добротой, явно чувствовал себя неважно, а от того и настроение у него было соответствующее. Скверное. Доставаться стало всем, включая слизеринцев. Да что уж там… даже ему. Злость и раздражение зельевар обильно выплескивал на нерадивых учеников, словно желчь из вспоротого брюха мантикоры. По крайней мере, так бывало в те моменты, когда профессор не втыкал в стену со стеклянным взглядом, как у дохлой рыбы. Летом явно случилось что-то очень плохое, что выбило его из колеи — это факт. Что именно, впрочем, профессор столь же явно рассказывать не планировал.

В чёрных зрачках профессора временами плескался такой страх и отчаяние, что Гарри становилось очень не по себе, когда они встречались взглядами. Будто нечто жуткое смотрело глазами марионетки-Снейпа прямо на него. В его душу. Бррр.

Что могло до усрачки напугать довольно сильного волшебника, который не боялся водить за нос (вот это каламбур!) Тёмного Лорда и дёргать за бороду великого светлого одновременно? Явно что-то такое, что и Гарри Поттеру тоже не понравится. Возрожденный Тёмный Лорд в своей полной силе, например. У Гарри даже были кое-какие подозрения на этот счёт.

По крайней мере, большинство проблем каждый год, в каноне, было так или иначе связаны с новыми преподавателями ЗОТИ, но пока было рано делать скоропостижные выводы. Гарри уже обжигался на этом и не хотел бы стать «Мальчиком, который слишком часто кричал Темный Лорд!». Если он ошибется сейчас — в следующий раз ему могут и не поверить. Вон, Гарри в оригинале не поверили и чуть не записали смерть Седрика на его счёт, стоило ему заикнуться о Тёмном Лорде всего разок. Не исключал он и других напастей.

Гарри даже присмотрелся к рукам зельевара, не почернели ли они часом, как только представилась такая возможность. Грешил он поначалу на то, что Северус мог подержаться за фамильное колечко Тёмного Лорда и теперь медленно умирал от магического сифилиса… Но нет. Вроде.

Никаких следов почернения ладоней, пальцев и даже крючковатого носа. Он, скорее даже, наоборот, был неестественно бедным, как накрахмаленное полотно. Намного бледнее чем обычно, а это уже, как бы, ого-го какой показатель. Так-то Снейп и раньше не мог похвастаться кубинским загаром, вечно сидя в своём мрачном подземелье и вдыхая вредные испарения (чёртов токсикоман!). Ещё он был каким-то дерганным и вечно к чему-то прислушивался. Гарри тоже слушал, но змеиной речи из стен или потолка не расслышал, так что пока не стал вписывать в уравнение ещё и василиска. Короче говоря, что-то со Снейпи-боем было явно не так, и это настораживало такого бдительного и мудрого попаданца, как Гарри Поттер.

И Снейп все-таки был деканом Слизерина и без него факультет, а вместе с ним и сам Поттер, начал терпеть куда больше нападок от других студентов, которые решили воспользоваться скверным самочувствием их талисмана-защитника и побольнее пнуть ползучего, пока ещё могут. Вот крысы!

Особенно старались рыжие Уизли. Гарри не ожидал, что те откроют счёт в новом витке их противостояния и нанесут упреждающий удар в первую же неделю. Точнее, он как раз этого и ожидал, но думал, что целью будет он, как и прежде, но никак не Нотт, который даже полноценно в игру вступить ещё не успел, а уже обосрался…

Ну, с другой стороны, этот спесивый засранец это заслужил, так что Гарри не очень расстроился, когда узнал, что близнецы подвесили его дорогого «друга» на люстру в большом зале перед первым же завтраком, предварительно обездвижив, накинув заклинание невидимости и накачав слабительным. За трусы подвесили, кстати, а это, должно быть, было тем ещё болезненным опытом.

Гарри ещё долго будет с ухмылкой вспоминать «шоколадный фонтан» Нотта, как в будущем это будут называть студенты. Благо, вбитые за лето рефлексы крутого боевика позволили ему, как и большинству старшекурсников змеиного факультета, в небе над которыми и «разверзлось коричневое небо», прикрыться щитами, как зонтиком…

Он даже успел прикрыть Асторию и Пэнси от зловонных осадков (прости Драко, но под зонтиком главного героя есть место только для сасных тяночек), заработав пару очков у прекрасного пола. Пускай и ценой пары утраченных таковых у мужской части их дружной компании, которую подвели рефлексы… Но кому до них какое дело, да? Сами виноваты. Надо были двигать задницей быстрее! Брали бы пример с Нотта, он-то вообще просто ракета какая-то, на реактивный тяге, ха-ха-ха.

Вынырнув из раздумий, Гарри покосился на сидящего через пару парт от него Уизли-младшего. Близнецов, естественно, не поймали, но он не сомневался, что за шоколадным бумом стояли они. Больше некому. А Дамблдор, зараза бородатая, ударился в фаворитизм и просто не стал никого наказывать и искать из-за «безобидной шутки». Так ещё и первый сдвоенный урок по ЗОТИ с облезлыми котами прямо сейчас… что может быть лучше, а? Только если этот урок будет вести сам Темный Лорд, конечно…

Внезапно двери в класс широко распахнулись, впуская в класс их нового преподавателя, который хоть и оделся в шикарную мантию желтых и золотистых летних оттенков, но умудрялся выглядеть стильно и даже как-то солидно. Совсем не как расфуфыренный павлин из оригинального фильма.

Да и сама мантия была необычной. Строгий покрой, минимализм и даже некий милитаризм ощущался в удобно расположившихся то тут-то там, кармашках, напоминавших чем-то боевую разгрузку, рассредоточенную по всей одежке. Торчащие из кармашков, словно патроны в патронташе, флакончики различных зелий и мелкие артефакты неизвестного назначения, как бы намекали на полную боевую готовность профессора даже в школьном классе прописать люлей любому желающему.

Страшно представить, сколько всякой всячины тот таскает с собой на боевые задания, раз прихватил с собой на урок и пару забитых чем-то кожаных подсумков, закрепленных на поясе. Вон, даже меч с собой взять не забыл, приставив его к скрипнувшему от натуги учительскому столу подле себя.

Здоровенная шпала, чем-то напоминающая цвайхарт, была облачена в чёрные кожаные ножны из драконьей кожи и внушала серьёзные опасения.

Гарри даже не думал, что жёлтая цветовая гамма барсуков (хаффлпаффа) может выглядеть так внушительно и не вырвиглазно, если дополнить её такими… нюансами.

Золотистые волосы профессора были аккуратно зачесаны назад, открывая высокий лоб. Лишь одна непослушная прядь то и дело выбивалась из причёски блондина и лезла тому в глаз, поминутно отступая под напором профессора, привычным движением ладони зачесывающего её обратно «в строй». Ухоженная бородка придавала его образу некой правильной завершенности.

В целом, Гарри мог понять девичьи вздохи-ахи, разносившиеся со стороны задних рядов парт обоих факультетов. Голубоглазый, мать его, натуральный блондин, был сильно выше среднего по внешности, а подкачанное спортивное тело и широкие плечи, которые не в силах была скрыть мантия, наверняка добавляли ещё пару пунктов. Не забываем про героический и таинственный образ… Черт, просто рыцарь на белом коне какой-то! От сцука везучая.

Гарри вздохнул, подумав о том, что в силу возраста ещё не скоро сможет стать зеленоглазым ловеласом и покорителем сердец… Повезло ещё, что Локхарт, по идее, не задержится в школе больше чем на год, так что его однокурсницам в любом случае ничего не светит с профом, а вот несколько смелых ведьмочек постарше наверняка попытают счастье и запрыгнут к нему в постель… Гарри только надеялся, что на нового профессора не клюнет стерва Аманда. Эту строптивую сучку он собирался укротить сам. Когда подрастёт. Разве может кто-то устоять перед таким харизматичным мультилордом? Совершенно точно — нет. Она ещё на коленях будет ползать за ним, да-да.

— Моё имя вам должно быть хорошо известно, хотя бы потому, что меня уже представил вам директор Дамблдор, но если вы, маленькие головастики, спали, прогуливали или забили уши картошкой фри во время праздничного ужина, я все-таки повторюсь ещё один раз. Для особо одарённых — лучше записать. — Голос профессора был одновременно и суровым и саркастичным и язвительным, сбивая с толку учеников, которые не могли понять, как им реагировать. Смеяться? Возмущаться? Внимательно слушать и поддакивать?

— Гилдерой Локхарт. Для вас — профессор Локхарт. Охотник на нечисть и скромный писатель, вынужденный тратить свое драгоценное время на мелочь, вроде вас, так что цените и запоминайте каждое слово, покинувшее мой рот, ибо я сильно сомневаюсь, что эту «хлебную» должность ещё когда нибудь займёт настолько же компетентный и опытный человек, как я, а не всякие отбросы, начинающие ссаться в штаны от вида одного захудалого оборотня.

~Ах, он такой мужественный и крутой… — Чей-то девичий писк на задней парте вызвал у Гарри желание стестать пару сантиметров зубной эмали от зависти…

«Блять, почему меня не закинуло на пару лет попозже, в грёбанное взрослое тело?! Тогда мне не пришлось бы ждать созревания «цветочков» моего года так долго… Слава вейловским борделям — без них я бы совсем раскис. Но шлюхи, даже такие красивые и покладистые (явно под наркотой) — это совсем не то, конечно… Чёртово детское тело! Локхарт точно уведёт всех симпатичных старшекурсниц, на которых я положил глаз! Гарем под угрозой! Может, пустить слух, что он гей, как и Дамблдор? Хммм. Это бы объяснило выбор старого извращенца при подборе на должность препода ЗОТИ, мол все через постель, но… Пожалуй не стоит. В этом году у меня много планов, для которых мне нужна свобода перемещения после отбоя, и я не хочу провести их на отработках, отвечая на письма восторженных не моих фанатов. Важное уточнение.»

Локхарт тем временем продолжил, даже не подозревая, что прошелся по всем больным мозолям Гарри.

— В этом году все курсы ждёт очень много практики, а нужную теорию я оставлю вам на самостоятельное изучение, дабы не тратить свое время на то, с чем может справиться любой, у кого в голове есть мозги и не совокупляются садовые гномы.

В классе раздались неуверенные смешки парней, а девочки напротив смущённо попрятали заалевшие щеки в ладонях и зашушукались между собой.

Тем временем профессор защиты от тёмных искусств достал из-под стола куполообразное нечто, накрытое бархатистой тканью и с грохотом, поставив это на стол. Затем он уселся в удобное кресло, закинув ноги на предмет интерьера, аккурат рядом с, как Поттер уже догадался, клеткой с заключёнными внутри пикси.

Театральный взмах руки (Кстати, без палочки! Подозрительно!) и ткань спадает с клети, открывая ученикам вид на мелких головастых тварюшек с крылышками, набитых внутри клетки, словно шпроты в банке.

С падением ткани словно спала и некая завеса и комнату заполнили неприятные пищащие звуки, будто кто-то решил медленно зажарить мелкого акромантула на медленном инсендио.

«Пока все почти по канону… С оговорками.» — потёр подбородок Гарри, рассматривая клетку. Пикси он не боялся, ведь уже сталкивался с ними летом, во время обучения. Удобные мишени для отработки взрывных заклятий, но крайне шустрые и верткие. В том и фишка.

— На сегодня — это ваши противники! — повысил голос профессор, перебивая писк и гомон разволновавшихся второкурсников и мелких магических тварей. — Не смотрите на их размер и смешной вид — они довольно опасны… для мелочи, вроде вас. Противник героям под стать, так сказать. Мелкие зубастые засранцы компенсируют это ядовитыми челюстями, хитрожопостью, проворством, умением летать и хреновым чувством юмора. — Локхарт хмыкнул и потянулся к одному из кармашков, доставая из него флягу, которую тут же откупорил большим пальцем и сделал глоток.

«Уж не оборотка ли?» — подумал Гарри, безуспешно пытаясь принюхаться. Воняло немытыми ногами — запах, что характерен как для пикси, так и для большинства сложных зелий, так что Гарри пришлось закатать губу. Принюхиваться было себе дороже, а ведь он только позавтракал. Что, если это вообще закинутые на стол ноги профессора были виноваты?

— Профессор Локхарт, а сами вы пример показать нам не хотите ли? Как сражаться с ними, если вы даже не обозначили их сильные и слабые стороны? Раз уж учите, то делайте это на совесть! — Закинул удочку Поттер, прекрасно помня канон и прячущегося под столом Локхарта, потерявшего свою волшебную палочку ещё в самом начале демонстрации.

Гарри хотел до конца убедиться, что Локхарт не гениальный актёр, а реально что-то из себя представляет как заявленный боевик. Просто для успокоения души, он хотел убедиться в этом, прежде чем напрашиваться на дополнительные уроки. Снейп то не в состоянии подтянуть скиллуху, так почему бы и не сменить рабочую лошадку?

Локхарт взглянув на него лишь улыбнулся.

— Послушайте, мальки, если вы не сможете адаптироваться и справиться даже с пикси без подсказок учителя, то вам бы лучше бросить школу и магию в целом и идти в пекари, или ещё куда. В маггловский мир, например. Там магические твари хоть и попадаются иногда, но крайне редко. Больше шансов выжить будет у бездарей. У нас же, в волшебном мире, всякой пакости водится великое множество. Практически на каждом шагу можно встретить что-то эдакое, от чего волосы на жопе дыбом встают даже у опытных и сильных волшебников. — Локхарт сделал ещё один глоток и зажмурился от удовольствия. Кажется, он наслаждался как повышенным внимание к своей персоне, так и напитком.

«Нет, там точно не оборотка, а бухло», — подумал Гарри. — «Невозможно так щуриться от удовольствия, выпившая такую вонючую буду, как оборотное зелье. Ну офигеть… Интересно, Дамблдор знает, что его новый препод бухает на уроках, как трудовик, даже особо не скрываясь?»

— Наше «уважаемое» министерство считает, что самооборона волшебников это чушь, и все нужно отдать на откуп специалистам из аврората, но вот что я вам скажу, детишки — когда ваши кишки будет медленно наматывать на клыки чавкающий вашей плотью тролль или кэльпи, времени дожидаться ленивых служителей правопорядка у вас не будет. Не всегда есть шанс сбежать или позвать подмогу, и потому приходится бороться за свою жизнь, используя все, что есть у вас в рукаве. Это естественный отбор, как завещала природа, мать наша. Слабые — дохнут. Сильные — возвышаются. Моя задача — дать вам это нечто, что вы сможете рассовать по рукавам и вытащить в нужный момент. А сегодня мы проверим, кто из вас имеет шансы на выживание во внешнем мире, а кого рано или поздно сожрёт какая-то тварь, утащив во тьму…

Нога профессора без предупреждения с силой врезалась в клетку с пикси, с грохотом и писком её обитателей опрокидывая её на пол.

Дверца отворилась и, словно разъяренные пчелы из потревоженного улья, оттуда гудя вылетели пикси, с гневом уставившись на профессора. Они не простили обидчика и решили проучить его в первую очередь.

«Забавно», — подумал Гарри, внутренне ухмыляясь. «Хочешь не хочешь, а продемонстрировать свои навыки придётся, чёртов альфонс!»

Первая зубастая тварюшка фиолетового цвета, самая крупная и писклявая, сорвалась с места и с воинственным писком, аки японский камикадзе, ринулась на профессора. Другие его товарки тоже уже было сорвались с места, но внезапно замерли в ужасе, наблюдая за сюрреалистичной картиной.

Локхарт не стал дергаться или доставать волшебную палочку, он просто… Вытянул руку и схватил юркого летуна на подлете, когда тот попытался вцепиться в его волосы. А потом с силой сдавил.

Треск маленьких косточек был довольно отчетливым в наступившей тишине. Сквозь сжавшиеся в кулак пальцы блондина начала сочится синяя жидкость. Кровь пикси как раз должна была быть синей.

«Этот смурфик явно не переживёт сегодняшний день с такими то травмами!» — удивленно подумал Гарри, не ожидая такой показательной жестокости на детском уроке.

Однако это было только началом, которое лишь притормозило других пикси, но не остановило, следом же… Гилдерой просто поднёс все ещё вяло трепыхающегося пикси к лицу и…

Хруст.

Он просто…откусил ему голову, словно закусывал водку солёным огурцом.

Тьфу.

Голова пикси полетела в ближайшего товарища магического создания, остановившись в его рефлекторно сжавшихся маленьких ручках. Туча пикси отпрянула от страшного человека подальше.

Гарри мог их понять. Что-то это было слишком жёстко для демонстрации да и глаза у Локхарта были такие пугающие… Многим тут было всего двенадцать лет, а он устроил такое! Кого-то даже стошнило.

Пикси, что держал отгрызенную голову собрата, выронил её, и та, с глухим стуком упала на пол.

Пикси были в ярости, но они слишком боялись большого человека-пиксиеда, потому решили выместить свою злость на людишках поменьше. На их детенышах! С их точки зрения, это должно было быть эквивалентным ходом, который позволит им отомстить без необходимости вступать в прямой бой со страшным, злым и могучим волшебником.

«Ой, кажется пора доставать палочку… Зря я просил демонстрацию, ой зря. Теперь он их разозлил по настоящему, а отдуваться придётся нам…»

Гарри оказался прав. Было самое время готовиться к бою. Кабинет наполнился хаотичными вспышками магии, криками, визгами и зловещим писком.

***

Попивая крепкую настойку из лесных ягод и трав, тот, кто временно занял место молодого и талантливого охотника на нечисть, наблюдал за самолично сотворенным балаганом.

Хаос в классе царил тот ещё. Пара малодушных учениц и учеников хотели было сбежать, да только вот кое-кто запер двери колопортусом.

«Упс. Какая незадача.» — злорадно хмыкнул «Локхарт», потирая бороду, по которой скатилась одинокая струйка ароматного алкоголя.

Там трусишек и настигли мелкие зубастые твари, вцепившись своими крючковатыми пальцами в волосы. Одного парня ещё и за ухо покусали. Неприятный яд пикси был не смертелен, но, неприятен, как и было сказано ранее. Ухо распухнет и будет выглядеть просто ужасно смешно ещё несколько дней, даже при всем старании местной целительницы. Ничего, ему полезно будет. Головой по сторонам крутить потому что надо, и обращать внимание на свое окружение и обстановку во время боя! Бездари.

«В их возрасте нас уже выпускали один на один махаться с голодными совухами, только вылезшими из берлоги после зимней спячки. С голыми руками. Эх, измельчали волшебники, ох измельчали. Не чета нам, друидам старой закалки… Избаловал их старый шмель. И куда только Осень смотрела?»

В рядах змей хаос был просто… Абсолютный. Каждый сам за себя. Никто даже не пытался организованно сопротивляться единому рою разъяренных вредителей.

«Жалкое зрелище. Один только сосуд короля и представлял из себя хоть что-то стоящее. Или не только? Есть ещё кое-кто интересный.»

Гарри забрался на парту и, громко смеясь, расстреливал пикси мощными заклинаниями, превращая их в мокрое синее конфетти. Вертясь волчком, тот чувствовал себя в своей тарелке.

«Неплохо сражается. Старается произвести положительное впечатление и похвастаться, но… С такой подавляющей магической силой, интуицией и навыками, как могло быть иначе?» — Положа руку на сердце, рыцарь Лето был… ну не прям разочарован, но и не до конца удовлетворён. Он надеялся увидеть лучшее выступление, хотя и понимал, что сосуд не есть сам король. Просто подходящая оболочка, которую разнашивает временный жилец — не более. Ожидать величия от дешёвого каскадёра было глупо, но Лето ожидал увидеть ну… Хоть что-то такое. Думал, может что-то проклюнется.

С другой же стороны был Гриффиндор. Там лидерство на себя сразу же взвалил рыжий парень со смешными веснушками. Уизли. Этот род он знал, да.

Забавно, но ему подчинились остальные идейные соперники змей, ведь мелкий рыжик был достаточно уверен в себе, отдавая команды другим детям.

Пускай он не был так же смертоносен и могуч, как сосуд короля, сеявший смерть в рядах летающих вредителей, но зато у него были лидерские качества и какая-никакая подготовка тоже присутствовала. Не бездарь, по крайней мере. И смог сплотить вокруг себя одногодок.

Львята образовали круг, в центре которого спрятали самых слабых из товарищей, что не выдерживали давления и просто терялись. По периметру же, на передовой, с азартом сражались самые стойкие. Отбивая воздушные налеты.

Пойдёт. Для первого раза. Жаль, что сосуд умудрился рассориться с рыжим семейством изгнанных из Авалона друидов. У младшего сына их семьи был неплохой потенциал и тот мог компенсировать некоторые слабости сосуда короля, выступая в роли тактика, но… Чего нет — того нет.

Блондин устало потёр переносицу и сделал ещё один глоток из фляги, наслаждаясь терпким вкусом настойки. Обычные люди бы окосели уже на первом глотке этого пойла, настолько мощным оно было, но для Рыцаря это был один из немногих способов почувствовать хотя-бы очень лёгкое опьянение. И, видит Оберон, ему это было нужно. Лето терпеть не мог мелких детей. Ладно ещё подростки с их гормонами, но мелочь его раздражала даже больше. А ведь ему ещё минимум год здесь куковать, отдавая свое реальное время. Стареть не хотелось, но ради шанса возвыситься… можно было и потерпеть. Всего год — не критично.

***

Обычно зеркальная гладь Черного озера немного рябила из-за дождя, словно телевизионные помехи. Мерный шелест увядающей, но все ещё насыщенно зеленой травы и перестук капель дождя по защитному куполу заклинания импервиус, защищающего пару из волшебника и ведьмы, расположившихся за чайным столиком у самой кромки озера, убаюкивал.

Горячий чай в чашке согревал тонкие пальчики удивительно красивой изящной блондинки, нынче зябко ежащейся под пледом в своём плетеном кресле. Аманда де Аморе даже специально сняла свои кружевные перчатки, идеально гармонировавшие с закрытым тёмно-зелёным платьем, ради этого удовольствия. Оделась она, конечно, не по погоде, но не жалела об этом ни секунды, получив желанные и приятные слуху комплименты своего… партнёра.

Парня же холод ранней осени будто и вовсе обходил стороной. Потому свой плед он тоже пожертвовал своей собеседнице, заработав благодарность и приятную искреннюю улыбку девушки, которая хоть и смутилась, но отказываться не стала, ощущая разливающееся в груди тепло. Что-то подсказывало ей, что виной повышения температуры тела был вовсе не плед, но Санхайду она бы в этом никогда не призналась просто так.

Помимо пирожных и привычного чайного сервиза на столике лежали стопка финансовых отчётов и газета. Амос Санхайд и Аманда де Аморе, несмотря на погоду, выбрались погулять и обсудить как общие дела, так и просто пообщаться без лишних ушей.

Дождь дополнительно заблурил и без того зыбкое изображение, стекая по куполу щита, заодно скрыв в шелесте капель движения губ и сказанные слова. Даже если бы кто-то и пытался их подслушать, это было бы очень нетривиальной задачей в таких условиях, ведь беспристрастные потоки воды не стали бы подыгрывать невидимкам, с головой выдавая таких умников.

— … в общем, как-то так.

— Значит, говоришь, Тайнюки потеряли почти все пророчества и архивы? Это интересно. — Задумчиво постукивая пальцем по фарфоровой чашке, Амос сделал глоток обжигающе горячей жидкости. — И это был не пожар. Впрочем, и так понятно было, что не пожар, но кто и зачем мог выпустить терминусов в сердце министерства? Что такого хотели стереть и уничтожить диверсанты? Какое-то пророчество, или документы из архива?

— Кто знает? Исполнителя схватили, но он ничего не помнит. Был под империусом, очевидно. Вроде его все равно выперли из министерства, несмотря на это. Министр рвёт и мечет. — Аманда пожала плечами. — Я не углублялась в этот вопрос, но мои родители считают, что за диверсией стоит та же группа волшебников, что и за Дикой Охотой.

— Думаешь, они хотели стереть любые пророчества, которые могли бы им помешать или вывести на их лидеров?

— Почему нет? Не думаю, что все это было задумано просто ради отвлечения внимания. — Аманда прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. — Надеюсь, это не те Истинные Оборотни, что сели нам на хвост и вышли в мир…

— Да брось, это просто совпадение, не имеющее к нам никакого отношения. Не думал, однако, что кто-то сможет так подгадить Отделу Тайн.

— Я тоже на это надеюсь. Не хватало ещё только, чтоб за нашими головами началась охота за то, что мы их обокрали… Что до Отдела Тайн… они, банально, слишком расслабились. Привыкли, что после падения Тёмного Лорда нет никого, кого они не смогли бы просчитать и загнать в угол. Почувствовали свою силу и исключительность… Вот к чему приводит самоуверенность.

— Пожалуй, из этого стоит вынести урок. — согласно покивал парень, действительно ставя себе пометку в уме. Следовало ступать осторожно. Особенно сейчас, когда пол под ногами чуть ли не горит.

Не зря он попросил Фелисити Синдер засветить свою форму Истинного Оборотня в тот же вечер, когда в Хогвартсе проходил торжественный пир. Он был у всех на виду, а «Чёрный Волк», роль которого на себя взяла его девушка, засветился в ещё парочке резерваций проклятых, подбирая желающих присоединится к Охоте. Там все было тихо-мирно, никакой огласки в прессе, но шпионы уж точно донесу кому надо, что вновь объявился Чёрный Волк в компании нескольких альф и собирает силы. Теперь он окончательно выпадет из обоймы даже теоретических подозреваемых. По крайней мере до тех пор, пока они не предстанут перед миром в своих волчьих шкурах одновременно, чего пока следовало избегать. Один Истинный Оборотень во главе стаи уже и так заставил волосы на жопе министра Фаджа зашевелиться, не стоило усугублять, а то и до МКМ и интервенции может дело дойти. Пока что стоит оставить властям иллюзию контроля над ситуацией и занизить опасность. Те и так начали расставлять ловушки в других резервациях, ловя на живца. Пришлось сворачивать набор оборотней. Пока и так был перебор.

— Кстати, об уроках… Как у тебя прошёл первый урок ЗОТИ? — Поинтересовалась волшебница, меняя тему на более актуальную. Даже голос немного изменился, отдавая нотками матерой сплетницы, дорвавшейся наконец до желанной темы.

— Ты знаешь, а довольно весело! — расплылся в улыбке Амос. — Я многого не ожидал от очередной замены на год, но… Локхарт меня удивил.

— Удивил — не то слово, когда дело касается профессора ЗОТИ. Оно не передаёт весь смысл и гамму чувств. У нас на факультете все плюются ядом так, что скоро гостиная погрузится в туман ядовитых испарений. — девушка немного посмеялась, прикрыв ладошкой рот. Парень понимающе улыбнулся. — Но, несмотря на… жёсткий старт, старшекурсницы стали закупать куда больше косметики и больше времени проводить в душевых.

— Хах, с чего бы это? — поглумился парень. — Сама-то не поддалась брутальному очарованию нового профессора?

— Нет. Он не в моем вкусе. — устало вздохнула девушка. — Но ты бы знал, как мне надоело слушать это постоянное жужжание-пищание наших девиц над ухом… «Профессор то, Гилдерой сё. Какой Локхарт красивый! Какой брутальный и мужественный!» Ну и так далее.

— Пф. У нас похожая ситуация. Вроде и недовольство имеет место быть, а вроде и… всех всё устраивает? Он даёт нам знания, пускай и запихивает их в нас силой. Рейвенкло это принимает, хоть и со скрипом. — Подхватив очередное пироженное со сгущенным молоком, Амос с наслаждением надкусил его. — Хрум-чавк, а что у вас было на первом уроке такого, что вызвало такую ядовитую реакцию?

— Оооо. Ты представляешь себе, Локхарт, он… скинул нас в озеро, предварительно взбаламутив воду у дна и пробудив всякую нечисть вроде русалок, кэльпи, капп и остального «добра». И велел нам добраться от одного конца озера, до другого, используя всё, что у нас есть…

— Ахахаха, дай угадаю, не все оказались готовы к экстремальным водным процедурам? — подался вперёд парень, облокотившись локтями о столик.

— Мягко говоря, да. Визги, крики, жалобы и обещания расправы или нажаловался родителям… Хлебнули, в общем, лиха некоторые неженки. — поджала губы слизеринка, пряча ехидную усмешку за поднесенной к губам чашкой чая.

— А что ты? Не простыла хоть? — участливо поинтересовался рейвенкловец. — Не замёрзла?

— Нет. Спасибо что спросил. — благодарно кивнула ведьма, чуть улыбнувшись уголками губ, все же едва заметно передернув плечами, когда взгляд скользнул по тёмным водам. — Я предпочла не тратить время на прозябание в ледяной воде, а сорвалась в боевую аппарацию и проскользила на другую сторону озера быстрее, чем замолкли последние причитания моих удивленных одноклассниц.

— Хитро. Хотя не многие могут позволить себе поступить так же, как ты. Ты талантлива. — похвалил парень. — Как отреагировал профессор?

— Похвалил за находчивость. — хмыкнула француженка. — Он не говорил, что обязательно добираться по воде, так что я избежала участи глотать тину, пока меня на дно тащат склизкие ручонки водной нечисти.

— Не всем так повезло, не так ли? — хихикнул парень.

— Я бы даже сказала, многим не повезло нахлебаться воды… Парочка тоже пыталась подняться в воздух, но им помешали обстоятельства в виде злобных тварей. Включая одноклассников, ха-ха. Но никто не погиб и серьёзно не пострадал, так что вопиллеры, которые те отправили домой не смогли поколебать позицию Локхарта и тем более директора, который его и покрывал. Селвин, которую он спас и вынес из озера буквально на руках, кажется реально на него запала. Минус одна фанатка у тебя, ха, плюс одна у Локхарта.

Амос лишь отмахнулся. Внимание Селвин его скорее раздражало, чем льстило. Пускай сталкерит за Локхартом, ему-то какое дело?

— А что было у вас? Как я поняла, исходя из слухов, для каждого года он придумал свой… «первый раз».

— Хе-хе. У нас был забег через Запретный лес. Не вглубь, конечно, так, по кромке Светлолесья, но златокудрый засранец подговорил табун кентавров начать охотится на нас в процессе забега, нехило так усложнив задачу.

— Ого. С другой стороны, они ведь не пытались убить вас на самом деле и просто создавали иллюзию опасности, так ведь? — несмотря на свои слова, в голосе Аманды послышалось озабоченность. Водяные жители реально пытались их утопить, но на то они и выпускной год — почти взрослые.

— Ну, как тебе сказать… Может других они и не пытались прикончить, просто играя на нервах, как на скрипке, но вот в меня они шмаляли со всей отдачей и азартом.

— Мордред! Вот же злопамятные пони-переростки! — стукнула кулачком по столу девушка. — Прости. Это из-за меня…

— Не бери в голову. Я с ними имел весьма напряжённые отношения задолго до той ночи, так что в том нет твоей вины. — отмахнулся брюнет, будто его каждый день пытаются подстелить волшебными стрелами и это пустяки.

— И все же… Ты там хоть никого не убил?

— Кхм. Пара коняшек налетела на кем-то случайно растянутую бечевку на всем кавалерийском скаку, но, к счастью, никто из не сломал себе шею. Только ноги.

— Какое несчастье. — саркастично заметила девушка, злобно хихикнув.

— И не говори. Кто бы мог это сделать, ума не приложу.

— А что Локхарт?

— А что Локхарт? Похвалил меня и сказал, что у меня неплохие задатки охотника на нечисть… Тоже мне открытие, конечно. Но не буду врать, было приятно. Похвала не часто меня находит на уроках в школе, не говоря уже о том, что проф не стал поднимать вопрос с покалеченными кентаврами, встав на мою сторону. Видать, тоже понял, что те пытались нашпиговать меня стрелами, словно подушечку для иголок слишком уж рьяно…

— Просто ты слишком скрытный, потому похвала тебя и не находит. Как я понимаю, теперь вот это наша обыденность.

— Пожалуй. И, знаешь, я даже не против. Это интересно, и я впервые чувствую, что уроки ЗОТИ приносят хоть какую-то пользу лично мне.

Про себя Амос отметил, что ЗОТИ приносит пользу и их с Кэрол маленьким протеже. Тот же Рон начал зарабатывать и укреплять личный, а не семейный, авторитет. Хотя ему ещё и есть куда расти как волшебнику, но он по крайней мере встал на правильный путь и почти избавился от тлетворной лени.

Луна и Гермиона показали высший пилотаж кооперации и импровизации на уроке Локхарта, сдув лёгких пикси вентисом в одну кучу в углу, а потом слитным залпом вместе с одноклассниками связали пищащий клубок яда и ненависти с помощью инкарцеро. Все, кто принимал участие, получили хорошие оценки. Даже некоторые барсуки, с которыми у них был сдвоенный урок, помогали.

И Амос и Кэрол гордились мальками, которых в первую очередь учили думать головой, а не заучивать убийственно-мощные проклятья. Планомерное развитие было лучше скачкообразного.

— Я тоже считаю, что набираться опыта реальных сражений лучше под присмотром опытного преподавателя, нежели в реальном бою, где никто тебя страховать не будет. — кивнула блондинка, заправляя за ухо выбившуюся прядь светлых волос. — Если так и дальше пойдёт, то общий уровень выпускников взлетит до небес.

— Сильно не обольщайся. Придёт в следующем году какой-то бездарь и все спустит в трубу.

— К сожалению, это очень вероятное развитие событий. — огорченно вздохнула Аманда, подливая себе горячую заварку. Так по ней может и не скажешь, но ведьмочка полюбила чувство растекающегося по венам адреналина и запах опасности с того раза в лесу. — Тут уж ничего не поделать. Мало кто способен продолжить дело Локхарта как надо. Банально из-за недостатка компетентности. Ему пришлось самому нырять и отбивать пару учениц, которых оглушили и чуть не утянули на дно русалы. Боюсь, не каждый преподаватель пойдёт на такое, не говоря уже о том, что не каждый смог бы их отбить. Там, на глубине, все просто кишело всякими растревоженными тварями.

— Намекаешь на Квирелла? Он был не самым худшей заменой на моей памяти.

— Может быть и так, но ты можешь себе представить, что этот слабак смог бы повторит такое?

— Хах, не спорю. И, раз уж речь зашла об учителях, что там по…

— Прости, но мы не будем обсуждать моего декана. Политика факультета строга в этом вопросе.

— Окей, не настаиваю. И так видно, что с ним что-то не то. Не хочешь говорить — не надо. Сам узнаю. — поднял руки в успокаюващем жесте малефик. Уж кто-кто, а он-то как раз знал больше всех про «недуг» Снейпа, но создать видимость заинтересованности был просто обязан, дабы не плодить подозрения лишний раз.

— Спасибо за понимание. Ты будешь вот это пирожное?

— Бери. — пододвинул тарелку пальцем поближе к девушке парень.

— Mercy. Спасибо— Чопорно поблагодарила красавица, стрельнув на того глазками из-под пушистых ресниц.

— Это будет интересный год.

— Соглашусь. Mon cher Аmi. *

* Примечание: Mon cher Аmi — Мой дорогой друг. Игра слов на Французском с именем ГГ. В обычном контексте предложения Ами — друг, но если копнуть глубже, интонацией она обозначила иное и завуалированно говорит «Мой дорогой Ами» (уменьшительно-ласкательно сократила имя и вообще… Намёк достаточно жирный, учитывая то, что Амос на французском говорит и довольно хорошо. Вместе с тем оставила себе пространство для маневра, заставив сомневаться, не прибегая к прямым намёкам.)

Да, Аманда не очень ровно дышит к ГГ, не забываем об этом.

Глава 51 Пляски со смертью

(Примечание автора. У меня завал на работе, так что глава чуть меньше обычного. Буду стараться выйти на стандартную работоспособность, но пока хз как получится. Приятного чтения. )

Время текло незаметно. Школьные будни, разбавленные капелькой экстрима от нового препода, помогали разнообразить жизнь и хапнуть новых впечатлений. Не все были рады, конечно, такой программе «сдохни или умри», но мне нравилось. Тем более, что Локхарт следил за тем, чтоб никто на самом деле серьезно не покалечился и не убился по дурости, но страху многие натерпелись изрядно, ведь он до последнего момента не вмешивался, позволяя студентам набивать себе болезненные шишки… Ну или ему просто было по приколу наблюдать за нашими страданиями, кто его знает? Парочка девчонок с Хафлпаффа и один слизеринец словили серьезные фобии, так что спорно-спорно. Но выживет сильнейший, как говорит Локхарт. Кто не старается, тот… будет съеден.

Локхарт давал прочувствовать опасность и зловонное дыхание смерти у себя на лице. Чаще всего в прямом смысле, ведь всяких тварей мы повидали уже немало, а с орбитом-морозной свежестью те же тролли, например, почему-то были не знакомы. Остальные тоже. А сколько у нас еще впереди? Хочу смахнуться с нунду в безопасной (относительно) среде. Говорят, что волшебник, который смог забороть нунду один на один, в лесу, считается элитой. Пускай я могу завалить такую, используя все свои читерные силы и некромантию практически без риска для жизни, но я хотел бы попробовать себя и в роли классического боевого мага. Ну и репутацию себе прокачаю еще больше. Хотя меня и так почти перестали донимать засранцы с голубой кровью, но то в открытую. За спиной они, падлюки, стали поливать меня помоями еще усерднее, хотя казалось бы… Лучше бы как раньше, не следили за языком, а потом честно огребали на дуэли. Но ничего, я всех в блокнотик запишу. Скоро у меня появится возможность раздавать пиздюли без последствий для себя, по всем правилам. Тогда-то я и отыграюсь за каждое упоминание моей матери в контексте их словесного недержания, хе-хе.

В общем, экстремальные условия помогали ученикам и ученицам развиваться семимильными шагами, ведь человек — существо адаптивное, а жить если хочешь, то и не так раскорячишься. Я вот — лучший тому пример. Агрессивная окружающая (тогда еще в основном социальная) среда сделала из меня того, кем я являюсь сейчас. Даже наших аристо пробрало. Когда за тобой под водой гонится келпи, которому срать на твою голубую кровь, зато очень хочется покушать, хочешь-не хочешь, а начнешь стараться, как будто, ха-ха, от этого зависит твоя жизнь…

И не без гордости могу сказать, что мое положительное отношение к предмету и новой программе «юного охотника на чудовищ» Локонсу, похоже, понравилось. Как и мои весьма приличные навыки в колдовстве и физическая форма. Даже той капли, что я показывал, было более чем достаточно, чтобы превзойти большую часть учеников. И Гилдерой, разумеется, это подметил, ведь я, как обычно, держался почти на свету, пряча в своей тени Кэролайн, которая старалась быть максимально незаметной, проворачивая свои махинации.

А потому, иногда, профессор просил меня ассистировать ему на уроках. Страховать некоторых учеников, если его «испытания» проходили раздробленные группы, а не одиночки. Нужно было помогать подготавливать «полигоны испытаний», создавать ловушки и даже составлять индивидуальные программы обучения для тех кто был «не безнадежен», как он выразился. Да, звучит как много бесплатного детского труда, но, с другой стороны, я мог получить очень много ценного опыта.

Я не был уникален в этом, ведь на других курсах он также выбрал себе нескольких помощников, но все равно приятно. Могу сделать предположение, что Локхарт решил подготовить новые кадры себе на замену в будущем. Или это была просьба Дамблдора? Хммм. Кого-то явно не устраивал нынешний уровень осведомленности и подготовки «личинок волшебников» и это факт.

Вскоре профессор Гилдерой планирует открыть еще и дуэльный клуб. Скорее бойцовский, хех. Сразу предупредил, что дуэли будут не классическими, а максимально приближенными к реальным условиям и… жесткие. Мы не будем торчать в зале дуэлей постоянно и будем менять месторасположение периодически, дабы ученики могли научиться адаптироваться к погодным условиям, различному рельефу местности и даже кошачьей свалке (хаотичной потасовке на коротких дистанциях).

Грозился, что главным правилом будет «никаких правил». Хотя потом добавил, что убивать и калечить специально, все же, нельзя. Обломщик. Заметил, видимо, мой заинтересованный взгляд, которым я стал рассматривать некоторых отпрысков из семей Пожирателей Смерти… Жаль, жаль, я думал смогу устранить их прямо в школе, да еще и под прикрытием правил и чужого авторитета. Ну ладно, не очень-то и хотелось. Свое они все равно получат за свой грязный язык.

Опять пришлось помогать профессору заполнять бланки, готовить таблицы и расписания. Эх. Я бы мог отказаться, но хитрый блондин обещал мне хорошие рекомендации и, что важнее, дать пару частных уроков. Своеобразная благодарность за помощь, ради которой я и превозмогал лень и слегка замедлил прогресс некоторых личных проектов. Только ритуал для Дафны сохранил свою приоритетность, потому что я умею быть благодарным.

Уроки Локхарта были слишком соблазнительным кусочком пирога, но я не стал забивать на все и вся ради них. Аманда стала помощницей профа от седьмого курса, так что мы часто пересекались по работе, что было приятным бонусом — вместе было заметно веселее. Особенно на совместных тренировках и учебе у натурального блондина. Спарринг-партнер из Аманды получился очень сильный.

Как-то незаметно подкрался Самайн. Или же Хэллоуин, если по современному. Потому наша маленькая компания темных повелителей на пол ставки собралась на секретной базе, нарядилась в разные нуарные наряды в стиле детективов восьмидесятых, дабы хорошо провести время, а после… под утро, нанести новый удар туда, где его никто не ожидает.

Авроры, ДМП, Тайнюки, все их внимание приковано либо к охране важнейших стратегических мест волшебного мира, вроде Министерства, Азкабана, Косой Аллеи, Гринготтса и так далее (Опасаются теракта с нашей стороны. Зря, кстати, за террором это к Тому.), либо к более-менее крупным стоянкам и резервациям оборотней. Засаду устроили, вестимо, но сегодня они нас не ждут совершенно. Точнее, все еще немного ждут, но не там. Не полнолуние, вот и расслабили булки.

К тому же, я уже набрал достаточно оборотней, и теперь собирался пополнить ряды несколько иным… контингентом. Можно сказать, конечно, что они тоже оборотни, ха-ха, но несколько иного вида.

Разведка все проверила. Никто и не думает пасти наши новые цели для вербовки. Напротив, там был час пик, ведь праздники и выходные, так что аврорат там если и присутствовал, то сугубо как клиенты. И очень зря, как по мне, они решили положиться на местную охрану. Ведь те, кого мы идем освободить от рабства, злы и обижены на Министерство как бы не больше моих пушистых подчиненных. Министерсво Магии вообще знатно протопталось по ногам всем, кому только можно. Ох уж эта грамотная политика превосходства и нетерпимости. Что же могло пойти не так, да? Но это все чуть позже. Сначала расслабимся перед делом, отдохнем и наберемся сил. Фел сказала, что ни в коем случае не отпустит меня туда, не опустошив меня перед этим полностью, чтоб даже одной крамольной мысли у меня не появилось под влиянием будущих подчиненных. Ну а я и не против. Ночка будет жаркой. Поиграем в нуарного детектива и нуарную демоницу, хе-хе.

Перед нашими глазами висел слегка доработанный (снова) «диско-шар». Ох, Трелони бы удар хватил, если бы она услышала, как я называю нашу руническую сферу прорицания диско-шаром. Сегодня был особенный день в году. День, точнее ночь, когда граница между миром мертвых и живых как никогда зыбка и истончена. Ночь, когда нежить и призраки особенно сильны. Потому развалившись на диване в обнимку с прижавшейся ко мне покрепче Фелисити, поедая вкусный сырный попкорн, я наблюдал за происходящим на «экране» хоррором. Интересно, это можно считать фильмом, или же это скорее стрим? Ха-ха, прямая магическая трансляция с места событий. Паучок-оператор, засевший на парапете, внимательно следил за всем происходящим своими восемью красными глазками.

За местом событий наша компания, в которую так же входили Кэрол и Селена, с удовольствием попивающие газировку, могли наблюдать с весьма подходящего ракурса и даже менять зум «камеры» и ее место дислокации по желанию. Правда вместо пульта был я, но мне было не трудно. Я и сам наслаждался представлением.

Астрономическая башня. Самая ее верхушка. Красивое звездное небо без единого облачка над головой и шикарная оранжевая луна на небосводе. Звучала едва уловимая песня, льющаяся из уст полупрозрачного призрака прекрасной девушки с огненно-рыжими волосами и яркими зелеными провалами в бездну смерти вместо глаз.

Призрак Лили Поттер сегодня силён как никогда прежде. Из-за Самайна особенно большой кусок ее души пролез из-за грани и влился в постепенно формирующийся конструкт… Нет, пожалуй, так называть почти оформившуюся высшую нежить не стоит.

Хотя она все еще не стала банши или полтергейстом, превращаясь в нечто новое, уникальное, имея свойства и того и этого, формируясь под влиянием некромантии, малефики и ритуальной магии, но вскоре все может измениться. Еще совсем немного, и в мире родится нечто завораживающее и смертельно прекрасное. Душа Лили оказалась КРАЙНЕ сильна. Потому, очень даже может быть, что она справится со своей задачей намного раньше графика, хех. С последним вздохом ее первой жертвы, спонтанный ритуал будет завершен.

На крыше, в легком бальном танце кружилась одинокая фигурка профессора зельеварения, который, что необычно, вырядился в черный парадный фрак. Словно на прием к знати собрался, или же… на свадьбу? Хехехе. Собственную. Наверное, так он и думал.

У танцора не было видимой партнерши для танца. Он танцевал с пустотой, глупо улыбаясь. В глазах стояли слезы. Слезы радости. Иллюзия и обман сознания, все, что он видел, было лишь в его голове. Мучительно-сладкие грезы, что поддерживала поющая в отдалении фигурка призрака его мертвой возлюбленной. Морок был очень качественным, судя по всему, ведь Снейп даже не подозревал об окутавшем его мысли ложном счастье.

Хотя, быть может, дело было в том, что Снейп всей душой, всем сердцем хотел поверить в иллюзию счастья? Отдаться во власть сладких грёз, которые Лили вытащила из самых глубин его подсознания и использовала словно отравленный стилет, минуя все окклюментные щиты.

Не хотел он замечать несостыковок, не хотел замечать и пробирающий до костей осенний ветер, заставляющий леденеть пальцы, и уж тем более он не хотел замечать постепенно приближающийся край крыши. Ведь если он заметит что-то неладное, то танец закончится, как и его мимолетное счастье. Иллюзия, морок, разлетится на осколки, словно хрустальный бокал, упавший с высокой башни. Оооо, нет, сейчас Снейп сам был готов стать этим хрустальным бокалом, лишь бы провести еще хоть мгновение в коварном, но таком заманчивом заблуждении.

Взгляд его черных глаз был затуманен. Он видел только счастливое лицо своей невесты, с которой он танцевал на собственной свадьбе. Словно и не было никогда всех тех десятков лет боли, смертей, предательства и опустошения. Сегодня он танцевал со своей мечтой, порхающей в эфирном свадебном платье. Но Лили тоже имела мечту, которую могла исполнить, в отличии от Снейпа. Лишь еще пара шагов и… Вот змеиный декан замер на краю, спиной к пропасти и тянется руками куда-то перед собой, словно осторожно приподнимая фату своей невесты перед финальным поцелуем. Миг, и его лицо искажает гримаса ужаса, непонимания и всепожирающей душевной боли. Я не мог знать наверняка, что показала ему Лили, но мог догадаться. Северус отшатнулся назад и нелепо взмахнув руками, попытавшись удержать равновесие, камнем полетел вниз.

Полы его фрака развевались на ветру, словно маленькие крылышки летучей мыши, но они были слишком малы, что бы удержать в воздухе такую крупную особь. Маленький паучок шустро подскочил к краю и заглянул вниз, провожая взглядом трагедию. Мы все затаили дыхание. Призрак ведьмы тоже подлетел поближе, чтобы засвидетельствовать свою победу.

Эх, не свезло. Северус Снейп не зря считался одним из самых сильных слуг Темного Лорда. И одним из самых живучих. Словно таракан. Он успел среагировать в последний момент и остановил свое падение беспалочковой магией, замерев в метре над землей. Жаль. Если бы у Поттер-Эванс получилось прикончить его здесь и сейчас, ее трансформация завершилась бы в тот же миг.

Призрак скривила личико в презрении и отвращении, будто промазавшая тапком по таракану домохозяйка, чьи долгие и кропотливые труды были уничтожены мелким насекомым, посмевшим запрыгнуть в ее свежеприготовленный борщ. Фигура женщины стала медленно истончаться, пока и вовсе не исчезла из виду, напоследок театрально поклонившись маленькому паучку — наблюдателю.

Голос у нее и правда был просто великолепен, словно у банши, да и сама постановка мне пришлась по душе, так что я одобрительно похлопал. Пускай призрак ведьмы мог лишь ощутить по нашей связи моё одобрение и Лили не могла услышать тихие аплодисменты, к которым присоединились Фел и Селена, но ей даже этого было достаточно для смущенной улыбки, растворившейся во мраке ночи самой последней, словно у чеширского кота.

Слишком много сил она потратила на неудачную попытку досрочного устранения обьекта своей ненависти. Теперь парочка дней у Снейпа будет, дабы прийти в себя и оклематься. Сегодня ему был нанесен хоть и не смертельный удар, но весьма болезненный.

Сколько еще сможет под таким напором выдержать его психика? Лили и моё проклятье набирают силу, а не теряют. С каждым днем давление будет лишь нарастать, а таких вот попыток «столкнуть с крыши» станет намного больше. Даже первой ласточки едва не хватило, чтобы его прикончить. Лишь вопрос времени, когда у нее получится. Вон, профессор все еще лежит на холодном камне замковой площади, свернувшись калачиком и рыдая. Его воля подтачивается с каждым днём. Надеюсь, его заметят ученики, хе-хе.

— Эх, сорвалась рыбка. — проворчала Фелисити, крутясь у меня под боком, пытаясь дотянуться рукой до тарелки с пиццей. Старательно изображая мучения на лице, будто бы забыв, что может притянуть нужное магией. Актриса.

— Ну-ну, это лишь означает, что мы сможем наблюдать не один фильм-короткометражку, а целый небольшой сериал. — хмыкнул я, поддевая пальцами кусочек пиццы и поднося его ко рту своей возлюбленной. Та с удовольствием сделала кусь и зажмурилась от удовольствия.

— Спасибо, Ами. — промурчала она, потершись носиком о мою шею. Очень уж она любила, когда я кормлю её с рук. Потому я даже закрывал глаза на эти ее мелкие манипуляции, вынуждающие раз за разом подкармливать эту довольную жизнью мордашку. Ничего, ночью всё отработает. — Сериал, да? А знаешь, так даже интереснее будет.

— А разве она не должна была медленно и мучительно его убивать? Почему она так рвется закончить поскорее? Это не в природе нежити, и уж тем более твое проклятье было изначально другим. — Кэрол тоже взяла себе и юной волчице по кусочку пиццы.

Картинка на сфере пропала, так как паучок забился в угол и уснул вечным сном. Эх, жалко, что они, по сути, одноразовые. Зато в помещении, после моего щелчка пальцами, заиграла приятная музыка из древнего автомата, который я прикупил на аукционе вместе с разными кассетами, которые в сумме стоили не меньше, чем сама махина. Его доставили прямиком из США, так что он был весьма колоритным и соответствовал духу времени.

— Пожалуйста, Фел. — клюнул ее губами в макушку, я повернулся к Кэролайн, отвечая на ее вопрос. — Изначально — да, так всё и задумывалось, однако… Она откопала в его памяти нечто такое, что вмиг перевело Снейпи из разряда первостепенных целей на месть во второстепенные. Она хочет поскорее прикончить его и попробовать удавить следующего ублюдка… А их, видимо, больше одного. По крайней мере, так я понял ее посыл. Жаль, что она пока не может полноценно общаться голосом. Тайны, которые она узнала, судя по шоку и злобе, от нее исходящими, очень уж задели её за живое. Если можно так выразиться.

— Понятно. И кто ее следующая цель? — заинтересованно приподняла бровь Кэрол, запивая пиццу холодной колой.

— Не могу быть до конца уверенным, но… похоже один из них — Гарри Поттер.

— Эээ. Разве он не ее сын? — Спросила Синдер, устраивая свою прелестную головку у меня на плече.

— Ну, я полагаю, что он не тот, за кого себя выдает. — подтянув себе стаканчик колы, я сделал глоток через трубочку, позволяя холодной шипучке промочить мне горло. — Гарри Поттер не настоящий. Одержимый Темным Лордом, скорее всего, или еще чем похуже.

— Мы давно об этом догадывались, но если даже Лили Поттер, мать мальчика, который выжил, подтверждает эту теорию, то теперь без сомнения — так оно и есть. — задумчиво накручивая на палец локон алых волос, пробормотала Шарпхарт. — Хреново.

— Как раз потому она в таком бешенстве, и пытается устранить Снейпа как можно скорее. Он еще и напрямую замешан во всей этой дурнопахнущей истории как-то.

— Мда…

Лишь Селена помалкивала, но с интересом слушала наши разговоры, пережевывая лакомство. Она вообще очень редко говорила. Сказалась психологическая травма с той самой ночи, когда ее чуть не пустили на ингредиенты охотники.

Благодаря эмпатии, однако, я хорошо чувствовал, что ей с нами вполне комфортно и спокойно. Вот уж правда, темные твари куда лучше себя чувствуют в обществе себе подобных. Страшно представить, что из нее вырастет под нашим влиянием. Еще одна Фелисити Синдер? Вполне возможно, ведь именно Фел ее и воспитывает большую часть времени. Не могу сказать, что это плохо, ведь я люблю Фелисити, но и ничего хорошего я в этом не вижу тоже. Одной Фел и так хватает с головой… Эх.

— Ну ладно, доедаем, допиваем и по кроваткам! — улыбнулся я, тряхнув головой. — На рассвете у нас будет чертовски много работы…

Глава 52 Пожар в борделе во время наводнения

Бодро кивнув напоследок своему возлюбленному, который сразу же после этого исчез в короткой вспышке трансгрессии, Фелисити Синдер в очередной раз провела рукой вдоль стройного тела, проверяя наличие всего необходимого для штурма той зловонной клоаки, которую ей предстояло захватить в кратчайшие сроки, поведя за собой один из трех отрядов оборотней.

Два других отряда возглавят Амос и Кэролайн соответственно. Удар должен быть стремительным и увенчаться успехом, ведь второго шанса повторить акцию им попросту не дадут. Аристократы и чиновники, которые не только пользуются этими элитными борделями по назначению, но еще и получают огромный доход с них, наверняка обеспокоятся улучшением охраны после сегодняшней ночи. Потому и было принято решение разделиться, несмотря на риск, и отхватить максимум за один раз, разорив три крупнейших вейловских борделя, пока враги смотрят в другую сторону, высматривая скаущих по лесу волков.

Фелисити вздохнула и снова проверила обойму, заряженную особыми зачарованными боеприпасами, гильзы и пули от которых теперь еще и растворяются без следа в течении пары минут, превращаясь в кислоту. Новая разработка, в которой принимали участие все трое. Сложность была в миниатюризации рун, которых и так на патронах было многовато. Следы от попадания пуль будут смахивать на заклинание «кислотные брызги», не оставлять за собой следов, ну и, в случае ранения, причинять жертве невероятную боль и дополнительный урон. Впихнуть невпихуемое, однако, получилось, и паранойя ее парня немного успокоилась с тех пор. Мало же ему нужно было для счастья. Хороший секс и удачный магический эксперимент, ха!

Смертоносность оружия не пострадала, что тоже было важным. Следы от кислоты останутся, конечно, но и только. Удобно. Жаль, что каждую такую пулю нужно было создавать практически вручную, но если расходовать их с умом, то не страшно. Некоторые их менее боевитые оборотни-подчиненные уже начали штамповать заготовки, для которых не нужны сложные и опытные руки, а лишь следование простейшим инструкциям.

Это облегчило им задачу вдвое, так что в каждой группе был хотя бы один оборотень со штурмовой винтовкой, способной попортить кровь и вполне серьезному волшебнику, окажись такой в здании. Расточительно? Да. Потому у каждого было всего по два рожка патронов. Восстанавливать запасы придется целый месяц. Жаль, что пока что у Дикой Охоты нет ни одного снайпера, не считая Амоса. Обучить нормального специалиста было куда сложнее и дольше, чем простого штурмовика. Перспективы с их острым звериным зрением, да еще и ночным, были очень хорошие, но пока находились на этапе планирования. Амос не горел желание распылять свое личное время еще и на это. Найти же инструктора было можно, но тоже имело свои нюансы и подводные камни.

Поправив маску на лице, Фелисити махнула рукой своей группе, давая отмашку к началу операции, первой же прыгнув поближе к назначенному месту.

Темный загаженный переулок встретил ее чуткий нос таким букетом запахов, что она едва смогла сдержаться и не зарычать от негодования. Через пару секунд за спиной у нее раздались хлопки трансгрессии. Прибыли две подконтрольные ей звезды оборотней, что сегодня будут работать исключительно в человеческом обличии, как обычные волшебники. Ну, с определенной поправкой на повышенные физические характеристики, конечно. Луна сегодня была не полной, а потому никто их не ждал. Воистину, прекрасный будет хэллоуинский маскарад.

Убедившись, что никто не потерялся по пути, Фел молча поманила их за собой, приближаясь к выходу из тесной улочки, напротив которого и располагался парадный вход в бордель.

Третья звезда будет караулить черный ход с другой стороны. Их проверить она не могла из-за конспирации и режима тишины, но надеялась, что те не подведут. Они же и обеспечат им путь отхода, если авроры появятся раньше времени и попробуют захлопнуть пространство вокруг. Ответственная задача, руководить которой Амос поставил своего самого доверенного альфу. Они все проходили репетицию этого дня по несколько раз, так что все более-менее знали, что, кто и как должен делать практически поминутно. У всех были простенькие механические часы с маятником на запястьях. Они отлично переносили магию, в отличии от новомодных аналогов, в которых все больше было электронной начинки.

Провал… на самом деле был вполне допустим, как сказал Санхайд, но крайне нежелателен. Он также велел ей отступить, если вдруг появится реальная угроза для жизни. Бежать, наплевав на выполнение задания и даже ее подчиненных. Не нужно было быть гением, дабы понять, кто для него является приоритетом. Фелисити оказалась выше в списке приоритетов, нежели цель, организация и потенциальная выгода. От такой заботы на душе у девушки словно расцветали любимые кровавые ликорисы.

Остановившись у выхода из переулка, застыв на краю мрачной тенью, Синдер сверилась с часами и стала ожидать, пока последние секунды перед штурмом истекут. За спиной немного нервно переминались с ноги на ногу оборотни. Сама же Фелисисти была абсолютно спокойна.

Сопротивление ожидается если не минимальное, то максимум — умеренное. И то, если какой-то аристократический сноб решит погеройствовать и помочь охране борделя, сплошь состоящей из всякого отребья, не стоящего отдельного упоминания. Никто ведь даже не думал, что кто-то настолько наглый придет грабить имущество богатейших и влиятельнейших родов, покрываемых министерством, наплевав на последствия. Немыслимо! И оттого на её лице заиграла дьявольская усмешка. Пустить голубую кровь Фелисити всегда была рада, ни на секунду не забывая как добро, которым одарил её возлюбленный, так и зло с лишениями, которых она вдоволь хлебнула по вине ублюдочных аристократишек, возомнивших себя богами.

Последние секунды ожидания истекли, а потому девушка ускорилась, вылетев из переулка словно призрак, рассекая утреннюю дымку плотного тумана, в мгновение ока сближаясь с парочкой охранников у входа, едва ли способных среагировать на опасность, несмотря на то, что были одними из самых опытных в этом клоповнике, не считая телохранителей управляющего.

Один вообще дремал стоя на посту. Дилетант. Его горло перечертили три тонкие полоски порезов от ее удлиненных и крайне острых ногтей-когтей. Кровь брызнула на мостовую, но девушка быстро сместилась в сторону, не дав струе горячей жидкости испачкать ее наряд. Такое она могла позволить только своему парню… в несколько ином контексте событий.

Второй, чьи глаза успели расшириться в осознании приближающейся беды, лишь успел дернуть рукой, желая выхватить волшебную палочку из кобуры, но не успел. Выстрел в упор разорвал его сердце и тот, закашлявшись кровью, кулем осел на пол, сползая по перилам лестницы вниз под тихое шипение кислоты, разьедающей его грудную клетку и кусок двери за его спиной. Оба умерли практически одновременно, не проронив ни слова.

Звука выстрела почти не было слышно. Простой хлопок, словно какой-то шутник надул пластиковый пакетик и затем лопнул его рукой. Фелисити выбрала выстрел, а не магию не без причины. Никто внутри не должен был почувствовать применение магии раньше времени, так что пуля была, как ни странно, эффективнее и незаметнее. Волшебники, в большинстве своем, понятия не имели, как звучат выстрелы и их приглушенные с помощью глушителя аналоги.

Фелисити вовсе не хотела колупать изолирующий барьер, который наверняка бы активировали изнутри, начнись на улице магический бой. Тратить лишнее время на продавливание стационарной защиты было бы пустой тратой времени и сил.

Фелисити открыла дверь, отшагнув в сторону, пропуская мимо себя влетевшую на всей скорости свору голодных до крови членов Дикой Охоты, и зашла внутрь следом за ними, закрыв за собою дверь, отсекая разгорающуюся внутри суету от тихой утренней дрёмы города снаружи.

Тут же брюнетка выпустила черный луч проклятья в охранника, засевшего на втором этаже и еще не успевшего осознать, что стоило бежать без оглядки, а не сопротивляться.

«Это вам не простой рейдерский захват, идиоты.» — ворчала в своих мыслях ведьма.

У охраны изначально шансов не было вовсе и побег был единственной возможностью спастись. Ну, крайне маловероятной возможностью, но тем не менее… Можно было попробовать сбежать через крышу или боковое окно второго этажа, но и там риски были высоки. Схлопотав подарочек Фелисити, охранник быстро скончался в муках, катаясь по полу, пытаясь натянуть сползающую с лица кожу обратно на череп. Безуспешно.

Больше играть в конспирацию не было нужды, а потому воздух заполнили запах пороха, темной магии и крови. Повсюду раздавались приглушенные хлопки. Им нужно было смести первую линию обороны как можно скорее и внушить врагам страх и неуверенность в себе, из-за чего никто не экономил патроны, поливая зачарованным свинцом любого, кто осмелился поднять палочку для сопротивления.

Фелисити же могла позволить себе сочетать оба метода, колдуя правой рукой, а левой расстреливая подставившихся под удар охранников. Стиль боя, в котором она была особенно хороша, превосходя даже Амоса, который по отдельности мог колдовать или стрелять лучше нее, но когда нужно было сочетать одновременно и то и другое, изредка мог допустить досадную ошибку и промазать.

Перезарядка. Инкарцеро в ноги выбежавшего на лестничную площадку полуголого посетителя в алой мантии, одной рукой натягивающего спущенные штаны, а другой профессионально целящегося в одного из оборотней палочкой. Однако вместо мощного заклинания тот с грохотом и громкими матами споткнулся и покатился по лестнице вниз, получив от девушки по пути заодно оглушающее. Нечего бегать с голым задом как ненормальный, будто в борделе начинается пожар или наводнение. Ах, да. Пожар действительно имел место быть, но пока лишь разгорался, кто знает, может и наводнение не за горами? Кто-то неудачно примерил инсцендио, попав в занавеску, кто знает, что случится дальше? Фелисити покачала головой. Дым был для ее нюха неприятен, но терпим благодаяря встроенному фильтру в маске, а глаза хоть слегка и слезились, но прекрасно все видели. На стороне обороняющихся дела обстояли хуже, несмотря на то, что некоторые догадались применить чары головного пузыря.

Тот, в алой мантии, явно был аврором, ну или особым следователем из департамента магического правопорядка, судя по выучке и униформе, а потому убивать его было бы не желательно. Даже если он отброс и насильник. Пока Охоту не шибко активно ищут как раз потому, что ни один из авроров и людей Амелии Боунс не погиб по их вине, но как изменится отношение рядовых сотрудников, если их жизни перестанут быть неприкосновенными? Тем более, что когда начальство аврора, в лице одноглазого Грюма, узнает, что этот голубчик посещал полулегальный вейловский бордель, спонсируемый бывшими пожирателями…

Что ж, это были не ее проблемы. Всем было известно, как Грюм относится к покрываемой министерством и горячо любимыми лично им, аристократами, работорговле и сексуальному рабству. Потому все риски мужик и сам должен был понимать, прежде чем выпускать погулять своего змея в неположенном месте. Возможно, на одного работника с искусственным протезом в аврорате станет больше.

Будь у Аластора Грюма больше власти, тот бы и сам прошелся огненным смерчем по всем злачным местам подобного толка, но… у него не было таких полномочий. А потому ответственность за очищение Магической Британии от всякого мусора возьмет на себя Дикая Охота. Их бюджет не зависел от взяточников и коррумпированных чиновников, а выгоду от налета те собирались получить по масимуму.

Взмах палочкой, и в толстый водяной щит врезается огненное копье, высвобождая пар, который девушка тут же сконденсировала в водяные щупальца и направила за скрывшимся за углом охранником.

Щупы легко завернули за угол и оплели не ожидавшего такого поворота событий волшебника, вытаскивая его из укрытия прямо под шквальный огонь нескольких ее подчиненных, которые уже перешли на заклинания, отстреляв все патроны и уничтожив сопротивление на первом этаже подчистую. Парочка бомбард и флиппендо разорвали в клочья обездвиженного мужчину, изжарив даже его останки до состояния угольков.

— Дальше. — спокойно приказала девушка, когда сопротивление в холле и на открытых балкончиках второго этажа оказалось полностью подавлено, а на бордель опустилась гнетущая тишина, разбавляемая всхлипами несчастных девушек, забившихся поглубже в ненавистные им каморки, а так же стонами и криками некоторых посетителей, которых было приказано пока не добивать.

Излишняя кровожадность сейчас могла сыграть с ними злую шутку в будущем. Выживут? О'кей. Нет? Тоже нормально. Меньше придется потом руки марать.

Отряд разделился. Первая звезда начала выбивать двери в номера на первом этаже и гасить сопротивление клиентов, заодно выводя в холл невольниц, успокаивая разнервничавшихся птичек. Вторая же группа, возглавляемая Серебряной Волчицей, направилась выше по лестнице. Они держали путь к кабинету хозяина этого цирка, хотя Фелисити прекрасно понимала, что тот уже мог уйти камином. Они действовали стремительно, так что шансы застать его всё еще были приличные, но она не сильно на это полагалась, предвкушая худшее развитие событий.

Пускай они смогли заблокировать трансгрессию, но вот стационарная каминная сеть могла быть обрублена только изнутри министерства. К сожалению, со времен пожирателей, отдел транспорта и каминного сообщения проверялся и охранялся достаточно тщательно, а потому они даже не пытались сегодня туда влезть, что бы не рисковать лишний раз своими людьми ради небольшой подстраховки. В любом случае, даже если её цель сбежит, то ничего страшного. Они здесь в первую очередь из-за вейл.

Прошляпившегося управляющего прикончат его же хозяева или их акционеры, так что ей нужно было лишь добраться до контролирующего артефакта и мастер-ключа от всех рабских ошейников вейл.

Без ключа снять их будет сложновато, но они справятся, конечно. Но кому охота под утро заниматься сверхурочной работой, когда ее можно избежать, так ведь? Фелисити предпочла бы поспать. Бурная ночка с Амосом сказывалась, и она едва смогла сдержать зевок, превращая в горящий факел очередного неудачника, вставшего у нее на пути. По хорошему перед делом не помешало бы отдохнуть, но… Отпустить Санхайда в вейловский бордель с полными яйцами она себе позволить никак не могла, хотя и верила в его благоразумие, но все же стоически принесла в жертву свой сон (хотя такие жертвы она с удовольствием приносила бы хоть каждый день!).

Коридоры второго этажа встретили их остатками охраны и даже парочкой самодельных баррикад из шкафов и диванов, небрежно сваленных в одну кучу, но надолго те их не задержали.

Дверь в кабинет ломать было накладно из-за обилия защитных чар на ней, а потому Фелисити дала команду и слитный залп бомбард снес прилегающую к ней стену, едва не обрушив потолок на голову парочки телохранителей управляющего, который, каким-то чудом, еще не успел сбежать и копался под столом

«А, не смог бросить сейф с выручкой и документацией» подумала она, первой залетая в комнату через дыру в стене. Они застали их врасплох, как раз когда старик в алом фраке и старомодном цилиндре набивал сумку золотом, которое сейчас разлетелось по полу.

«Отлично. Золото лишним не бывает, да и все остальное он явно эвакуировать не успел. Ами будет доволен уловом. Сегодняшняя ночь окупит сама себя. Да мы еще и в прибыль выйдем.» — довольно цокнула языком Фелисити.

Первый оглушенный телохранитель получил от нее удар в грудь и впечатался спиной в охнувшего управляющего, который даже успел прийти в себя раньше громил и начать выговаривать сложное заклинание, направив на нее концентратор. Второго телохранителя растреляли ее люди, пока та спокойно держала его отчаяный напор заклинаний своими щитами.

«Легкотня. Я даже не вспотела.» — подумала Фел, насвистывая себе под нос прилипчивую мелодию и шарясь в сейфе, пока пятерка оборотней вязала вырубленного телохранителя и его босса. С этих еще можно было получить какую-то полезную информацию. Гроссбухи, например, расшифровать, ну или компромат на посетителей с особыми фетишами предоставить.

— А вооот и клююючик! — довольно пропела девушка, доставая специальный артефакт, стилизованный под самый обычный золотой ключ банка Гринготс. — Банальщина. — И добавила обращаясь к пятерке любопытных волчар, с интересом разглядывающих роскошный кабинет магического сутенера-рабовладельца: — Ладно, этих вниз, к остальным. Заберем их с собой. Пройдитесь по номерам на втором этаже и зачистите их от оставшихся клиентов, если они еще не сбежали через окна. Алгоритм убить/пощадить вам известен. Потом проводите девочек вниз, на первый этаж. Ждите меня там. Часики тикают. Время реагирования дежурной звезды авроров приближается и мне хотелось бы уйти до их появления.

— Да, миледи Сильвер Мун! Будет исполнено.

«А неплохо мы их выдрессировали!» — покивала своим мыслям довольная ведьма, которая постаралась быстренько закончить начатую управляющим работу по эвакуации содержимого сейфа. Сметая по пути в открытую сумку заодно и документы с векселями на полках, Фел улыбнулась, закинув увесистую поклажу с добротным расширением пространства себе на плечо и спустилась в холл.

«Совсем еще девочки…» — покачала головой Фелисити, рассматривая скучковавшихся и жмущихся друг к дружке, словно мокрые воробушки, белокурых голубоглазых девочек, лишь немногим из которых перевалило за двадцать. Те глядели своими большими голубыми глазищами на окруживших их брутальных мужиков в масках, залитых свежей кровью и пропахших смертью с нескрываемым страхом и отчаянием.

«Ничего хорошего от жизни они уже не ждут, а потому им в голову даже мысль не приходила, что мы пришли им помочь, освободить, а не просто очередные рабовладельцы-сутенеры, которые еще неизвестно как с ними будут обращаться. Тут-то хоть элитный бордель, где за товаром ухаживают и следят. Лечат иногда. Предстоит много работы, прежде чем хоть кто-то из них сможет и, самое главное, захочет встать рядом с нами. Принуждать же их сражаться… нет смысла, да и Амос будет против.»

— Что вы с нами сделаете? — вперед вышла красивая, стройная, как и все вейлы, впрочем, девушка лет девятнадцати на вид, с пронзительно голубыми глазами, острым, словно кромка льда, взглядом, к тому же, холодным, аки арктическая зима. Эдакая боевитая пташка, с прищуром и недоверием взирающая на подлый мир.

«Вот эта точно еще не сломалась» — довольно кивнула головой Фелисити, разглядывая решительное и волевое личико девушки, обрамленное золотисто-белой прической под каре.

«Да, определенно. Сразу видно, кто у них тут «старшая сестра» или «мама-утка», всеми своими скудными силами защищающая других бедняжек. Странно, почему ее волю еще не сломали? Новенькая? Или, быть может, ее берегут для особых клиентов, которым нравится самостоятельно ломать строптивых кобылок? Слышала, что таких уебков больше, чем можно себе представить.»

— У нас мало времени на объяснения, так как мы ожидаем появление авроров через… — Фелисити бросила взгляд на часы. — три минуты двадцать секунд. — Все, что вам нужно знать, так это то, что ваша жизнь отныне меняется в лучшую сторону. Насколько в лучшую, будет зависеть от ваших же желаний и стремлений. Мы можем дать вам свободу, вывезти во Францию и передать на попечение общине вейл, где вы будете жить спокойной и размеренной жизнью, постепенно забывая все те ужасы, которым вас подвергли те, кто облечён высшей властью и не чураясь, с упоением, валяются в грязи, наплевав на мораль и законы… Либо же, вы можете присоединиться к нам — Дикой Охоте, и взять судьбу в свою руки. Месть. Магия. Знания. Сила. Власть. Общая цель. Верные товарищи и друзья. Всё, чего бы вы не искали, вы получите, если вступите в наши ряды, коль поверите нам, но… Сейчас не время и не место, а у вас будет более чем достаточно времени, что бы оценить перспективы как первого варианта, так и второго. Никто не будет толкать вас в спину и принуждать к чему либо, что вам не нравится. Отныне и впредь вы — свободные птицы, а ваши шипастые клетки и порочные цепи будут разорваны зубами и когтями Дикой Охоты.

«Могу собой гордиться. Запомнила и повторила все, что заготовил мне Амос, да еще и ни разу не запнулась, не облажавшись с речью в процессе.» — похвалила себя довольная брюнетка в окружении блондинок.

— Это… Нужно обдумать, но звучит обнадеживающе, конечно. Если это правда… — растерянно отступив обратно к своим, пробормотала девица, закусившая от нервного напряжения губу и стараясь не надышаться дымом. Хотя очаги пожара вокруг были потушены, но от запаха гари першило в горле и отдавалось на языке горечью. — Хорошо. Мы последуем за вами, хотя прекрасно понимаем, что это может быть лишь болотный огонек, что заведет нас в еще более глубокое болото, где мы все и сгинем. Но у нас и выбора-то особого нет, кроме как следовать за вами в неизвестность, не так ли?

— Ну почему же? — удивилась Фелисити. — Есть и третий вариант. Мы уйдем, подпалив за собой здание, а те кто не хочет ни свободы, ни мести, ни нового начала, могут остаться здесь, на улице перед входом, дожидаясь своих старых и знакомых хозяев. Как я и сказала, вы абсолютно вольны принимать решения. Только времени у нас мало, так что думайте побыстрее.

— Понятно. Тогда мы пойдем за вами. — ответила решительная вейла, глядя на своих забитых подруг по несчастью. В глазах у нее постепенно разгоралась надежда.

— Юстиция, говори за себя, а не за всех! — выкрикнула другая вейла с длинными и ухоженными золотистыми волосами до пят, а так же надменным и слегка стервозным выражением лица. Она была одета в дорогое небесно-голубое платье с откровенными вырезами на спине и груди и даже имела пару простеньких сережек и ожерелье. На фоне забитых и несчастных девушек она выглядела намного лучше других, словно королева среди нищенок. С поправкой на красоту нищенок, конечно. — Я остаюсь!

— Дура! — вспылила девушка с каре, которую звали, по всей видимости, Юстицией. — Думаешь, долго сможешь оставаться их «элитной игрушкой»? Как только ты надоешь новым хозяевам, или какой-то особо богатый и больной на голову ублюдок потушит тебе об глаз сигару, как было с Шарли, ты мигом лишишься всех привилегий и станешь никому не нужным мусором, который пустят на дорогие ингредиенты! Именно так они поступают со всеми взрослыми девочками, которые потеряли свой «блеск» и перестали приносить доход. Они просто забьют тебя, как курицу, которая перестала нести золотые яйца!

— Херня! Они говорили, что отпустят нас, когда мы отработаем свою стоимость… — менее уверенно ответила стервочка, оглядываясь по сторонам, в поисках поддержки. Но не находила ее. Кажется, большинство ее знакомых или давно не верила в эти сказки, или только догадывалась, что эфемерная свобода не стоит и ломанного кната. — Я слишком красивая и ценная, что бы они что-то сделали со мной…

— Ой и дура, ты Кристина… Для них ты такой же расходный материал, как и все мы. Да у нас же даже внешность почти одинаковая у всех, словно у кровных сестер. Ты разве не понимаешь этого, тупая ты блондинка? Думаешь, раз управляющий иногда приглашал тебя посидеть у него под столом и поработать ртом, приговаривая какая ты хорошая девочка, то это гарантирует твою безопасность и делает лучше нас? Вот тебе откровение — этот старый хер даже не запоминает нас по именам. Сменить тебе прическу и он тебя не узнает. Хотя, постой-ка, он ведь наверняка вообще сдох, да? — взглянув на женщину в красивой серебряной маске и получив от нее утвердительный кивок, Юстиция развела руками в жесте «я же говорила», и хмыкнула, глядя на стушевавшуюся опонентку.

— Я… Все равно я останусь! Лучше уж так, чем идти не знаю куда, с непойми кем! А вдруг они нас сожрут?!

— Кристина, ты…!

— Ладно. Время вышло. Кто хочет остаться — оставайтесь. Кто с нами — прошу на выход. Дела не ждут. — пожав плечами, Фелисити дала отмашку своим людям, что бы те оставили в нужных местах закладки с запечатанным внутри заклинанием «инсцендио» и пошла в сторону аварийного выхода.

Оборотни расступились, встав в две шеренги, позволяя девушкам проследовать за своей главой или же остаться в чадящем дымом борделе. Парочка занялась минированием. Недобитые клиенты, те, что были на первом этаже, были уже давно выкинуты за шкирку на улицу, а те, что остались корчиться на втором… Никого не волновали. Есть окна, в конце-то концов. Да и какие они маги, если не могут обеспечить свое выживание в пожаре, верно? Один, вон, очухавшись после оглушающего, на такой скорости сиганул в окно голышом, кувырком прокатившись по мостовой и ничего себе даже не сломав, что его и разглядеть не успели.

— Вырубите её, берем под руки и потащили. — Юстиция, тем не менее, решила действовать по своему. Фелисити услышав это с интересом обернулась, замедлив шаг.

— Ты уверена, Юсти? Если она так хочет…

— Да ты не охуела ли, Юстиция?! Я не хочу никуда уходить! — в гневе и ужасе заверещала длинноволосая блондинка, дернувшаяся было в сторону от своих бывших подруг, но была поймана за длинные волосы и с громким ойком притянута обратно и схвачена цепкими женскими ручками. — Да отпустите меня, вашу мммммм…

Юстиция заткнула ей рот чьими-то грязными трусами. Возможно, что и своими.

— Тише. Ты слишком громкая. Да, Мария, я уверена. Она, может, и сука, может и стерва, но она наша сука и наша стерва. Мы ее не бросим. Отправим её во Францию, раз такая дура. Может быть, там ей вправят мозги? Берити ее и пошли, пока нас еще ждут.

— Ладно…

И ее послушались. Действительно, у этой мини общины вейл был явный лидер. Это хорошо.

— Неожиданно. Я думала, что вы ее просто бросите. — Фелисити позволила Юстиции поравняться с ней и прокомментировала развернувшуюся драму.

— Как я и сказала, она своя. Может тупая, как курица, может стервозная, как настоящая аристократка, может быть никудышная подруга, но я ее не брошу. Это ничего ведь? Нам можно, ну, силой ее притащить туда, куда мы идем?

— Можно. Раз уж это ваше коллективное решение. Я думала, что останется больше, на самом деле, но была приятно удивлена. Люди боятся перемен. Особенно если в жизни ничего хорошего толком и не видели раньше. Но ты подала им пример и тем самым спасла.

— Ну, мы-то не люди. Ты и я. Не так ли? Как и твои «люди». Я краем уха слышала молву о вас от разных ублюдков, что к нам захаживали. Мы, вейлы, были рождены свободно летать, а не ползать в грязи и вернуть себе небо — наша заветная мечта. Если… Если вы не солгали, если действительно дадите нам то, что каждая из нас так жаждет… Я с удовольствием вступлю в ваши ряды и отплачу вам за доброту стократно. Нет, тысячекратно! Только спасите моих сестер…

— Не переживай. Нам нет смысла врать. Все как я и говорила. Выбор. Это то, что хочет дать вам Блэк Вулф. Цените это.

— Кто это?

— Скоро вы встретитесь и сама узнаешь…

— Хорошо, миссис загадка. Как мне к вам обращаться хоть?

— Для начала, я пока не миссис, а мисс… Хотя я работаю над этим. Ну и можешь звать меня Сильвер Мун. Я одна из трех основателей и глав Дикой Охоты. Запомни это имя, но твоей непосредственной начальницей будет, скорее всего, Кримсон Мун, так как она будет курировать вейловскую ячейку организации, если таковая вообще наберется.

— Другая лунная волчица? Но не она нас спасала, почему именно ей мы должны подчиняться, а не тебе? — начала прощупывать почву умная вейла.

— Она и Блэк Вулф сейчас штурмуют два других борделя, так что побольше уважения. Они не прохлаждаются без дела, а спасают других твоих соплеменниц.

— Прошу прощения. — Блондинка потупила взор.

Группа наконец-то покинула душное задымленное здание и вышла на узкую улочку, где их уже ждала еще одна звезда оборотней, бдительно следившая за обстановкой с близлежащих крыш домов, засев за дымоходами с оружием наизготовку.

— Ничего. Вы пока не знакомы со структурой и внутренними делами Дикой Охоты, так что вам простительно. Детали, впрочем, до вас донесут на месте. А теперь пора сваливать, у нас осталось десять секунд до аврала… Беритесь за этот шнурок все вместе. Это портключ. Он выведет вас к первому пункту временной дислокации… Не понимаешь? Портал. Вы окажетесь в первой точке, из которой мы уже все вместе будем эвакуироваться на разные базы, где снимем с вас ошейники, пока ваши хозяева вас не хватились и не побежали в Отдел Тайн активировать их удаленно.

— Фух, хорошо.

— Ну и отлично.

***

— Ебать, ну офигеть просто отметил Хэллоуин… — ворчал Гарри Поттер, прикрывая рукой голое хозяйство и выглядывая из-за поворота, наблюдая за пылающим вдалеке борделем, где он провел славную ночку, трахая одну прикольную вейлочку с надменной рожей, как у Аманды, и такими же ледяными глазами. Если бы не прическа каре и цвет глаз, была бы один в один. Сучка даже укусить его больно умудрилась и расцарапала всю спину, но…

Утро не задалось. Сначала по голове прилетело оглушающее, когда в его комнату ворвались какие-то хуи с хэллоуинской атрибутикой на голове, а потом, когда очнулся и понял что пахнет жаренным, слегка подкопченный Поттер только и успел что схватить палочку и выпрыгнуть в окно, уйдя по английски, сверкая задницей, отрываясь от возможного преследования на третьей космической скорости.

— Что это еще за бешеные ублюдки были? Дикая Охота? Серьезно? А шлюхи-то им чем не угодили? Они за воздержание? Или недотрах? А мне-то теперь как с этим справляться? — взгляд упал на прикрывающую небогатое хозяйство (Просто холодно, утро первого ноября же, ну!), правую руку… — Ну нет… Только не снова. Надеюсь, что остались еще такие публичные дома, а то я на стенку в Хогвартсе лезть начну, особенно со всеми этими старшекурсницами в юбках…

Немного Юстиции в перспективе)

Глава 53 Перспективы

И снова, в лучших традициях Хогвартса, утром после ночи Хэллоуина-Самайна школа гудела как растревоженный улей. Сначала новости узнали те немногие, кто держал «видео» связь со своими родственниками, и преподаватели. Поползли робкие слухи. Шепотки. А потом, на завтраке, на голову школьников обрушилась смерть с небес… кхм, то есть обильная бомбардировка корреспонденцией.

Сложилось стойкое впечатление, что некоторых школьников добрые хищные птички пытались этими газетами вообще убить. Ну, или заморить голодом, сбросив чтиво в их многострадальную овсянку или раскидать в стороны омлет и бекон. Про тыквенный сок я вообще промолчу. Он растекался по нашим простеньким магическим щитам сразу с нескольких сторон и даже сверху.

Мы с Кэрол развернули свою газету, Луна с Гермионой свою, пробежались по строчкам, подивились людскому лицемерию и наглости, да и закрыли, принявшись завтракать. Наши тарелки тоже были прикрыты от почтового артобстрела, так что в отличии от многих голодающих, мы смогли наесться перед занятиями. Калории нам понадобятся, ведь мы не выспались.

Что тут скажешь, Дикую Охоту писаки Пророка выставили всемирным злом, террористами и вообще непойми кем, равняя чуть ли не с Джеком Потрошителем.

Надо же, оказывается мы не спасли из сексуального рабства десятки девочек и молодых девушек, разгромив теневые бордели, прибив парочку извращуг, что оказали сопротивление, а наоборот, выкрали их из благотворительных пансионатов и угнали в это самое сексуальное рабство! И это ещё в лучшем случае. Некоторые оговорки прессы позволяли особо впечатлительным читателям самим додумать участь и похуже. Выходит, мы еще и вейлятинкой перекусить не против, ха! Доблестные герои в сияющих, аки потная лысина на солнце, доспехах, пытались остановить подлых насильников и душегубов в масках, но их растерзали превосходящими силами, подло прикрываясь женщинами и детьми.

Ладно. Это было ожидаемо и я не обижаюсь на эти жалкие попытки Министерства и аристо прикрыть свои дряблые жопы и очернить взамен себя нас. Они всегда инстинктивно вначале яростно все отрицают, а лишь потом думают, как в глазах реально знающих и думающих людей выглядят. Те, кто знал и те, кто догадывался, легко сложили два плюс два и не повелись на пропаганду, тихонько посмеиваясь над глупцами, а всякие идиоты…

Глаза невольно соскользнули на Гарри Поттера. С чего бы это? Ха-ха.

Кстати, что-то он выглядит помятым и расстроенным. Опять не сиделось на жопе ровно в ночь на Хэллоуин? Интересно даже, что в этот раз? Лес? Тайная Комната? Азкабан? Шкаф Дамблдора для пижам? Куда он залез в этот раз? Жаль, что я все пропустил.

Правда, на фоне Северуса Поттер еще выглядел вполне себе ничего, как огурчик. Хотя нет, зеленоватый оттенок кожи приобрёл как раз зельевар, а не Гарри. Вот уж кому действительно не нужен был костюм на Хэллоуин! Ну натуральный зомбарь же. Или вампир-веган на диете.

Впалые щеки и худоба стали даже отчетливее, чем вначале года, а под глазами были такие мешки, что и старина Санта не постеснялся бы использовать их для своих нужд. За его спиной я мог видеть полупрозрачный контур Лили. Она еще не восстановила свои силы с ночи, но судя по тому, с какой скоростью она высасывала из бедолаги магию и поглощала ее же из окружающего пространства, процесс восстановления не займет много времени. К ночи она восстановится и сможет забраться в его сны.

Ну, наслаждайся кошмарами, Северус. Каждый из них ты заслужил.

Профессор Локхарт сидел слегка хмурый и выглядел словно неприступная гранитная скала на побережье моря в разгар шторма. Многие ученики уже успели позабыть, почему вообще в этом году он был назначен на свою должность. Что ж, после наших новых художеств они вспомнили и снова были рады, что пугающий профессор здесь, с ними, и готов защитить их от злобных оборотней секс-канибалов, ха-ха.

Кхм, справедливости ради, банда Сивого вполне оправдывала все вышеперечисленные нарекания, так что газетчики лишь «слегка» исказили факты и приравняли нас, записав тех животных в наши ряды… Не думаю, кстати, что такая честь устроит и Сивого, не то что меня. Но знаете что? Это того стоило.

Чуть больше пяти десятков девиц были рады нашей компании, что бы там не говорили газетчики.

Никто насиловать и жрать их не собирался. Я специально подчеркнул это для особо одаренных, на всякий случай, пообещав каждому идиоту, который не сможет удержать свой стручок в штанах неделю круциатуса, а потом мучительную смерть от венерического проклятья. Один раз это уже чуть не произошло (не все оборотни могут похвастаться мозгами и моралью, к сожалению) но было вовремя пресечено, а приговор был приведен в исполнение Фелисити, хотя и не всем это понравилось. Пришлось рыкнуть на оборзевших подчиненных, приняв форму Истинного Оборотня. Это немного успокоило буйные головы, которые в любой момент рисковали отделиться от своих тел, словно виноградинка от веточки, и оказаться у меня в пасти.

Почему это вообще произошло, несмотря на, казалось бы, очевидные вещи и здравый смысл? Дело в том, что девушки были сейчас в очень уязвимом положении, особенно ментально. Надави на отбившуюся от стайки блондиночку чуть сильнее, сдобри завуалированными угрозами — и та может поддаться и «отблагодарить» своих спасителей так, как умеет. Пройдет еще какое-то время, прежде те смогут избавиться от навязанного в борделях послушания и кроткого поведения. Не все умеют быстро адаптироваться. Некоторым может понадобиться несколько долгих лет терапии и реабилитации, коих у нас не было.

Не все, конечно, были такими. Например Юстиция, которую особенно выделила Фел, и Глория, которую привела Кэролайн, были не робкого десятка молодыми девушками и быстро стали кем-то вроде старших среди девочек, защищая тех и говоря от их имени.

Это было хорошо. Через недельку, когда те осмотрятся и слегка успокоятся, можно будет начать процесс мягкой вербовки очевидных лидеров. За ними потянутся и другие. Дай магия хотя бы треть из них осядет у нас и пополнит ряды так или иначе. Тыловая работа не менее важна.

Совершенно не обязательно бросать вейл в бой, что бы те приносили пользу. На самом деле одно их присутствие среди нас уже сильно помогало поднять моральный дух. А как же. Первое хорошее и понятное, пришедшееся по вкусу свободолюбивых оборотней, дело.

К тому же, их красота помогала поднять мораль, не говоря уже про довольно приличный магический потенциал в атакующей огненной и ментальной магии у некоторых из них. Вероятно, не больше пяти из них в итоге возьмут в руки палочки и пойдут в усиление к Кэролайн, но и этого будет достаточно. Они станут символом и знаменем, как Жана Д’Арк. Хотя она была еще и хорошим командиром, вроде…

Большую часть вейл придется переправить во Францию и сдать на поруки местным вейлам. Сами мы бы не смогли быстро организовать нелегальную иммиграцию столь скоро и надежно, но все это и затевалось для того, что бы наладить контакт с французским ковеном вейл, которому предстояло сыграть ключевую роль в этом побеге из страны.

С нашей посильной помощью с этой стороны границы, они вполне смогут организовать транспортировку всех желающих получить относительно тихую и спокойную жизнь в стране, где гонения на вейл считаются моветоном. И конечно же, это станет фундаментом для нашего сотрудничества, не говоря уже о том, что наша репутация за пределами Британии приобретет положительный окрас, ведь вейлы молчать не будут, а журналистам наверняка станет интересна их история…

Обучить с нуля вейл, у которых своя, специфическая, природная магия очарования, метаморфизма и огня только нашими силами, не представляется реалистичным сценарием, а вот получить в благодарность дружескую помощь ковена вейл в лице нескольких взрослых, обученных и боевитых представительниц пернатого племени, которые и обучить оставшихся энтузиасток смогут, и поучаствовать в нескольких наших акциях, засветив свое присутствие в наших рядах.

К тому же, если Дикая Охота хочет распространить свое влияние не только на Британию, но и сунуться в Европу в целом, то наши соседи, находящиеся по ту сторону Ламанша, будут идеальной стартовой площадкой-плацдармом.

У местных вейл довольно много общего с французскими партизанами времен второй мировой, включая тайную поддержку населения. Они хорошо знают свою территорию, имеют базы и схроны по всей стране, держат руку на пульсе политики и общества… Короче, наладить контакт с ними — одна из приоритетных задач сейчас, когда мы временно не можем активно действовать из-за усиливших бдительность авроров.

Возможно, что многие из самых боевитых и инициативных французских вейл ковена в итоге захотят присоединится к нам, пускай даже и временно. У них там довольно спокойно. Не с кем воевать, в принципе, а в соседние страны лезть, освобождать вейл из рабства, им не позволит государственная политика и здравый смысл. Их быстро сметут, если те попробуют, да ещё и «дома» могут начать закручивать гайки.

Так что Дикая Охота, которая никак не связана ни с одним политическим образованием, как тот же ковен и правсоюз вейл, идеально подошла бы тем, кто жаждет действий, но опасается навлечь проблемы на своих сестёр.

Мы — идеальная ширма для их попытки влезть в Магическую Британию и покончить с рабством здесь, а в перспективе и в иных странах. Кто там разберет, откуда вейла, если они все как две капли воды друг на друга похожи? Начнут спрашивать — скажем, что это те, которых мы тогда освободили.

Для нас же, Охоты, это отличный шанс заполучить квалифицированные и мотивированные кадры абсолютно бесплатно. Кадры, которые, со временем, я почти уверен, захотят навсегда стать частью Дикой Охоты и перестанут отправлять доклады о наших телодвижениях своим старшим из ковена.

Нужно лишь правильно разыграть партию — и тогда я заполучу их горячие сердца, жаждущие перемен. Они могут быть даже более преданными, чем мои пушистые собратья, которых в мои широкие объятья толкнула в первую очередь безысходность. Не быстрый процесс, но с чего то же нужно начинать, да?

Во Франции еще и Де Аморе живут, что тоже возможная линия снабжения и элемент влияния на политику посерьезнее всяких вейловских общин. Это в Британии их ветвь ослабла, а во Франции их слово столь же веское, сколь у нас слово Малфоев.

Налет сов повторился спустя десять минут и принес впечатлительным школьникам новый выпуск Придиры, который… скажем так, шёл «слегка» вне повестки.

Помимо всякого развлекательного контента Ксенофилиус задавался и несколько другими, острыми, но завуалированными вопросами, направив заодно и своих читателей на схожий настрой мыслительного процесса.

Уж не знаю, откуда он узнал, что за материал выпустит сегодня Пророк… взгляд зацепился за мечтательно улыбающуюся дочку главного редактора и хозяина журнала, бесстыже объедающую Гермиону, пока та отвлеклась на новую статью…хотя, может и знаю… Так вот, Ксенофилиус умудрился подложить дорогому Министру настоящую морскую мину под подушку. Такую, метра полтора в обхвате и действующую.

И вроде бы такой невинный вопрос поднял, не провокационный, а скорее даже наивный, от которого веяло похвалой в адрес доблестного Министра Фаджа и его аппарата… На первый взгляд.

Неужели Министерство тратило деньги налогоплательщиков на поддержание этих благотворительных «пансионатов» для вейл? Как благородно! Ксенофилиус полностью одобряет это решение, какой бы процент его налогов на это не пошел… Даже очень большой. Ведь не могли пансионаты для девочек быть дерьмовой клоакой, так ведь? Значит, они тех денег стоили.

Я бы даже поверил, что, будь это правдой, он действительно такое одобрил бы, это в его стиле, да вот только другие волшебники были не столь же благодушны. Обычно волшебники Британии, Штатов или других стран снисходительно смотрят на всё сквозь пальцы, пока нечто, как они думают, их не касается.

Им пофиг, чем там заняты чиновники, пока цены на продукты и ингредиенты не растут, а вокруг всё, вроде как, стабильно. Но стоит только правительству одной из стран залезть своей мохнатой рукой в карман добропорядочных граждан… В них просыпается невиданная и невозможная до тех пор коллективная народная ярость и любопытство. Любопытство, в основном, направлено на сметы, отчеты и статьи расходов бюджета чиновниками. И тогда бояться начинают все причастные и даже не причастные.

Кажется, мистера Фаджа ждет много-много неудобных аудитов. Охо-хо. Он-то отобьется, конечно, скользкий слизняк, но сколько ресурсов будет потрачено? Сколько дерьма поднимется на поверхность? Много.

Считать деньги в Британии умеют хорошо, и вытрясут из Фаджа всю душу, прежде чем успокоятся. Конечно, некоторые аристократы могут взять на себя «спонсорство» сих пансионатов официально, да только вот это будет все равно что расписаться в соучастии преступления.

Пойдут ли они на такое, что бы прикрыть задницу Фаджа и своих людей в среде чиновников? Три раза ХА. Сейчас, быть может, их никто бы и не взял в оборот, но кто знает, что будет завтра? Стоит тем ослабнуть или оступиться, как их «друзья» подтолкнут их, в пропасть ногой, аки спартанцы, прямо в объятья довольно ухмыляющегося одноглазого главы аврората. Фадж тогда тоже мог бы сделать ход конем и скинуть на них всех собак, лишь бы самому не заляпаться…

Вот и наш завтрак подходит к концу. Набрались впечатлений, теперь можно и пар выпустить.

Первым уроком у нас сегодня ЗОТИ, и я уже предвкушаю, что там напридумывал для нас наш экстремальный профессор.

***

— Итак, маленькие личинки древесных гусениц, сегодня у нас особый урок. Я думал провести его попозже, но учитывая недавние события… Проведем сегодня. Благо, что я все подготовил. Вы рады?

На вопрос златовласого волшебника ответил нестройный хор голосов, в которых чувствовалась не уверенность, а скорее вопрос «А мы точно должны радоваться?» и «Кто здесь личинка, засранец?!», или даже «Мама, зачем ты отдала меня в этот концлагерь?!»

— Так как Министерство и Директор были против моей идеи натравить на вас оборотней… — тут раздался всеобщий вздох облегчения. — ...то мы будем имитировать магический бой в узких пространствах, а точнее — коридорах, где неясно где враг, а где друг. Другими словами… Королевская битва в лабиринте Минотавра!

— П-простите, а минотавр там тоже б-будет? — заикаясь спросила Селвин, с ужасом пялясь на искусственный гигантский лабиринт из серого камня, возведенный профессором всего за час до начала занятий с помощью трансфигурации.

— Это вам еще только предстоит выяснить. — подмигнул побледневшей девочке профессор ЗОТИ.

Послышался почти синхронный общий стон боли и отчаяния. На языке Локхарта это значило — «Ну конечно будет, глупенькая. И вам, маленьким личинкам волшебников, еще только предстоит выяснить один он там обитает, или же с друзьями…»

— Ваша задача — выбраться из задымленного лабиринта живым и, по возможности, одним кусочком! — ярко улыбнулся белозубой улыбкой профессор, вышагивая перед неровным строем личин... молодых волшебников.

— Еще и задымленный… И все это в то же время, пока мы должны мутузить друг друга, сражаясь каждый сам за себя? — устало потирая переносицу поинтересовался рейвенкловец, оттягивая пальцем начавший слегка душить его синий факультетский галстук и ворот рубахи.

— Ну что вы! — всплеснул руками Локхарт. — Вы будуте разделены на команды поровну. По пять человек в каждой, но есть нюанс...

— Мы будем разбросаны внутри лабиринта случайным образом, вдали от других членов команды? — хмыкнул уже неплохо успевший узнать своего почти самого любимого преподавателя Амос Санхайд.

— О, да. Молодец, Санхайд, все верно сказал. Но не бойтесь, вы сможете опознать своих союзников по повязке на предплечье! — довольно покивал охотник на монстров, что-то увлеченно записывая и даже зарисовывая в тетрадку, больше напоминавшую лабораторный журнал.

— В узких задымленных коридорах, в темноте, учитывая то, что тучи скрыли солнце плотным покровом, убегая от разъяренных минотавров и отстреливаясь от других, мельтешащих на поворотах, волшебников… О, и еще, если я правильно понял по вашей оговорке, мы сможем узнать союзника только по какой-то тусклой ленточке уже внутри лабиринта, а не познакомиться заранее и обсудить план действий, так? Мне нравится, я в деле!

Потирая руки, Амос хищно оглядел одноклассников, отчего многие поежились, вспоминая, оскорбляли ли они недавно это чудище или, может, поминали всуе, и лишь немногие храбрецы удержали лицо, представляя себе встречу с этим опасным типом в таких неблагоприятных условиях и обдумывая стратегию... не победы, но хотя бы побега.

— И снова верно, мистер Санхайд! Кхм, за исключением того, что вы не будете участвовать, а снова побудете жюри, спасателем и наблюдателем…

— Ну блин… — брюнет расстроился, обиженно бросив взгляд на преподавателя исподлобья и спрятав руки в карманы, пнув валяющийся под ногами булыжник, который кометой улетел куда-то в темный зёв лабиринта.

— Ну-ну. Только представьте, как весело будет за всем этим наблюдать… — Санхайд кивнул, но как-то вяло, без огонька. Уже пресытился. — Если я еще и разрешу вам взять попкорн у домовых эльфов и немного жаренных крылышек... А если вы и на меня порцию оформите, то я даже угощу вас содержимым моей фляжки. Стодвадцатипроцентный алкоголь, между прочим.

- А что, так можно было?!

- Это магия, мистер Санхайд. Но Дамблдору об этом не говорите, ладно? Он не все виды магии приемлет...

Взгляд Санхайда вновь обрел энтузиазм, а другие ученики не знали, то ли радоваться, что на одно чудовище в лабиринте будет меньше, то ли завидовать и злобно зыркать на него, раз уж он все равно сегодня до них не доберется…

— Итак, давайте приступим…

***

- Скажите, мистер Санхайд, что вы думаете об этом? - спросил меня златогривый психопат, с улыбкой осматривая дело рук своих, заодно сопровождая свой вопрос жестом, будто суммируя общую картину тлеющего лабиринта, по которому носились, как угорелые, отчаявшиеся школьники, сталкиваясь в магических дуэлях то друг с другом, то с трехметровыми стремными и прочными гуманоидами с головами быка и черной кожей.

— Думаю, что принять участие во всем этом было бы все-таки веселее, но... — я закинул в рот очередную горсть попкорна, наблюдая за приключениями Кэролайн, которая великолепно проводила время, шпыняя всех, на кого успела заточить зуб и кому не повезло встретить ее в дыму битвы. Минотавров она просто обходила стороной, полагаясь на отличный слух и магическое чутье. Хорошо ей, развлекается. — Но и так неплохо, конечно.

Сделав глоток из протянутой фляги, я закашлялся. Не знаю, что это за бурда, но пахла ягодами, а горло жгла как дикая помесь табаско и вассаби. А этот хмырь ее хлестает чуть ли не нонстопом... Из чего у него почки и печень? Пересадил от дракона?

— Вы слишком сильны для них, так что я просто решил дать им немного больше шансов добраться до выхода из лабиринта... Хотя ваша подруга, кажется, решила компенсировать ваше отсутствие... Ммда.

Локхарт дернул волшебной палочкой и эвакуировал из лабиринта очередную парочку дурачков, которые решили, что двойного преимущества в количестве хватит, что бы совладать с красноволосой суккубой.

Зря-зря они решили почесать языком перед боем. Теперь чирьи на жопе сводить будут неделю, а сидеть на уроках будет мучительнее, чем раньше. Ну, это их проблемы. Сальные шуточки Кэролайн в подобном контексте не переваривает и даже одного намека на изнасилование бывает достаточно для сурового наказания. Просто для профилактики. Конечно, ничего бы они ей не сделали, однако... с другой стороны и она их не убила, верно ведь? Жить будут.

— Ну да. Кстати, что-то я не вижу этого самого выхода из лабиринта даже отсюда, с высоты. Он вообще есть? — Мы с Локхартом сидели на стене в центре лабиринта и оттуда мониторили ситуацию, поедая попкорн и острые нагетсы, приготовленные лопоухими кулинарами.

— Если выхода нет, то...

— Сделай его сам. Ясно все с вами. — я махнул рукой, выуживая из ведерка с курочкой в кляре особо перченый, даже на вид красный, как перец чили, кусочек, и впился в него зубами. — Агх, жжется! Хорошо!

Локхарт только заговощицки улыбнулся, прикрыв глаза, тоже наслаждаясь курочкой. Из носа повалил дым. Ядреную штуку замутили эльфы.

— Вообще, я спрашивал не об этом. А о ситуации в целом. Как думаете, пригодится ли ученикам подобная практика в жизни? Стоило потраченного времени и сил?

— Сложно сказать наверняка. — я неопределённо пожал плечами. — Всё зависит от того, станут ли они бравыми героями, бросившимися спасать горящий пансионат благоробных девиц, который штурмуют темные силы, или нет.

В моем голосе было полно иронии и сарказма, который я даже не собирался скрывать. Не видел смысла. Много кто знал или догадывался о реальном положении дел. Локхарт в том числе. Если полезут в нелегальный бордель, то должны быть готовы к последствиям.

— Ха, ну да. В любом случае, лишним не будет. Может быть это отобьет у них желание посещать пансионаты в будущем...

— Ой, сомневаюсь. — Зевнув, прицелился палочкой в забившегося в углу паренька, которого вот-вот должен был раздавить своим копытом здоровенный минотавр. Выдернул его в последний момент. Хотя копытный что-то не особо спешил. — Человеческся глупость неискоренима. Кстати...

— Что такое?

— Минотавры ведь не настоящие да? Настоящие уже бы половину учеников перекрошили к этому времени.

— Эх. Да. Дамблдор сказал, что это пребор и добавил, что сам зачарует големов. Печально, они какие-то слишком уж заторможенные. Я еще хотел секиры им дать.

— .....

— Ну, многим и этого хватает. Смотрите, парочка даже успела надышаться дымом и отрубиться. Им и минотавр не понадобился. Только они и их собственный куцый разум.

— Бесполезные личинки... Из них никогда даже ползающая в ногах гусеница не вылупится, что уж говорить о прекрасных бабочках, способных воспарить к вершинам магии... — Гилдерой направил палочку в сторону погорельцев и с помощью красного луча телекинеза заставил тех перелететь через серые стены и оставил валяться на травке неподалеку. Волшебники живучи. Пара минут и организм сам придет в норму, когда в него вновь начнет поступать свободный от угарного газа кислород. Магия в помощь, как говорится.

— Уверен, вы не это хотели обсудить, профессор. — бросаю косой взгляд на задумчиво крутящего волшебную палочку меж пальцев волшебника. — Вы ведь хотели что-то спросить?

— И да, и нет. Скорее уведомить о некоторых... процессах.

— Таааак... Они мне не понравятся?

— Ха, ну это как посмотреть. — Локхарт набросил золотистый щит на испушанно взвизгнувшую Селвин, которую за ногу над землей поднял минотавр и нарочито медленно заносил руку для удара беспомощной тушкой об землю.

Дурында вместо того, чтобы воспользоваться медлительностью бракованного голема и использовать мозги и магию, визжала и пыталась поправить спадающую вниз юбку свободной рукой, прикрывая трусики. Кружевные, кстати. Плохо прикрывала. Рука с палочкой же посылала красные искры во все стороны, чтобы привлечь наше внимание и признать поражение, запросив эвакуацию.

Минотавр шваркнул ей об землю, словно бревно (коим она и являлась, подозреваю), но вреда это ей не нанесло, кроме, разве что, морально-психологического, ведь сработал щит Локхарта и та не получила никаких повреждений. А потом ее подхватил мой красный луч заклинания и выкинул к остальным неудачникам на травку — зализывать раны.

— Я рекомендовал вашу кандидатуру на пост преподавателя ЗОТИ после окончания Хогвартса и сдачи ЖАБА. Заявка сейчас на рассмотрении у директора, но что-то мне подсказывает, что он ее одобрит. По крайней мере, вашу в том числе.

— Спасибо... наверное. Много ещё кандидатов?

— Хватает. — пожал плечами профессор. — Но в том-то и дело, что это лишь кандидаты. На деле... Многие из них не согласятся, потому что им это не нужно и не интересно. Платят не то что бы копейки, но большинство из подходящих на должность ведьм и волшебников происходят из состоятельных семей, которым такое банально не по статусу. Если не найдётся энтузиастов, разумеется.

— Понятно. А я, значит, подхожу из-за своего финансового положения? — заинтересованно спросил я, пережевывая очередной куриный нагетс.

— Ну-ну, финансовое положение у вас хорошее, не прибедняйтесь. — улыбнулся Локхарт краешком губ, на что я мог лишь сжать кулаки и поджать губы. Сраные гоблины. Неужели так сложно сохранять драную банковскую тайну? — просто я вижу, что вам такое интересно. Опыт обучения молодых волшебников, опять же, пойдет вам на пользу. Молодой учитель тоже учится чему-то у своих учеников.

— Не отрицаю, но... Мне еще тут самому учиться и учиться... Впереди столько времени...

— Время пролетит незаметно, уж поверь мне. Сегодня ты помощник профессора, бам, а завтра уже экзамены за плечами, саквояж подмышкой и Хогвартс-экспресс с ветерком мчит тебя по давно накатанной колее, но уже не как ученика, а как преподавателя. Профессор Санхайд звучит не хуже, чем Профессор Макгоннагал, согласись.

— Хммм. Может, вы и правы. Спасибо, профессор. За науку и за рекомендацию.

— Не за что. Вот, кстати, держи бланки... Нужно заполнить их, прежде чем нам разрешат проводить дуэльные схватки на природе.

Мне всучили здоровенную стопку листов А4.

— Профессор, но мы же уже, по сути... — простонал я, предвкушая сколько времени придется на это убить.

— Тяжело в учении — проще не сдохнуть в канаве, мой юный друг. Заполнить нужно было всё еще вчера, кстати...

Прикрываю рукой глаза.

"Еще вчера" это очень скоро, сука ты блондинистая... Только сейчас про них вспомнил?! Вслух озвучивать не стал. На удивление, у Локхарта очень тяжелая рука. Выяснил опытным путем.

П. С. Возможно вы знаете, а возможно не знаете, но автор сейчас пишет еще один необычный фф по Оверлорду. Ну, кому интересно, вот ссылка: https://author.today/work/395593#first_unread

Глава 54 Свободная дуэль

Внезапно, у Гарри сильно убавилось возможностей сбросить стресс. Чертовы блохастые ублюдки обокрали не один, а три борделя с вейлами. Из, сука, пяти!

В оставшиеся два, и так весьма скромные в сравнении с тройкой более крупных и дорогих, выстроилась такая очередь, что в ней не нашлось места одному богатому инкогнито. Деньги в магической Британии были далеко не так весомы, как кровь. И так как своей родословной он светить не хотел, то пришлось утереться.

«Суки… Не то что бы я не понимал их, конечно, ведь я и сам себе бы парочку с удовольствием выкрал, но все равно суки. А что? У меня бы им было всяко лучше, не так ли? Только один шест натирать, а не с десяток в час. Да и крыша над головой, плюс трехразовое питание… И не только белком! Статус наложницы аж самого Мультилорда! Грех жаловаться, короче. А у блохастых в конуре, что их ждёт? Будут их так же тарабанить, только бесплатно, и псиной провоняются в довесок. Спасать их уже тоже смысла нету. Пока найдут — те уже затасканные будут… Противно.» — прикусив ноготь большого пальца, размышлял герой магической Британии о несправедливости жизни и приоритетах спасательных мероприятий.

Пнув подвернувшийся по дороге камень, улетевший в кусты у кромки Запретного Леса, он развернулся на пятках и побрел в другую сторону, кивая встречным знакомым и делая вид, что окружающая обстановка занимает его внимание хоть насколько-то. Обязанности и полномочия помощника преподавателя ЗОТИ еще никто не отменял.

«Повезло хоть, что сегодня день свободных дуэлей. Можно спустить пар старой доброй магической битвой. Эх, жаль, что такие крутые перцы как я, назначенные аж помощником преподавателя от второго курса, не могут сами бросать вызов ученикам… Только другим помощникам. Или принимать вызовы. Но всегда имеет место быть умелая провокация… И кому бы мне отдавить ноги, хммм? Для разминки можно отмудохать того третьекурсника, который тоже стал помощником, а потом доколупаться до рыжих…»

— Эй, «Герой» Поттер! — Гарри повернул голову в сторону дерзнувшего нахала. — Слабо скрестить палочки в честной дуэли с великолепными близнецами Уизли?

«На ловца и зверь бежит!» — подумал означенный горой, потирая руки и ухмыляясь от уха до уха.

— Принимаю вызов! — быстро ответил он, пока рыжие не передумали, поняв, на кого посмели бочку катить. — Так, надо бы позвать тогда другого помощника, а то дуэли между простыми холопами и нами Локхарт разрешил проводить только в присутствии других помощников…

— Как удачно, что я уже здесь, мистер Поттер… — из-за спины у парня раздался раздражающий знакомый голос.

— Санхайд… — прошипел Гарри, оборачиваясь.

Амос Санхайд, этот стремный ублюдок-грязнокровка, хитро прищурился, глядя на того свысока. Да как он смеет?! И что, что он выше чисто физически, явно же чувствуется и метафорическое «свысока»

— Итак?

— Да, отлично. Какая, блять, разница, кто будет судить, если победа все равно будет безоговорочно за мной? — Гарри Поттер поджал губы и с гордым видом забрался на выступающую над поверхностью ландшафта на целый метр овальную площадку-арену под открытым небом, заняв позицию напротив одного из близнецов.

Непонятно было, Фред то или Джордж, но ему было все равно. Он собирался вытереть сегодня пол и тем, и другим, так какая разница, кто будет первым, верно?

— Тогда я оглашаю правила и даю отсчёт. — голос их судьи-помощника был тихим, но вместе с тем все, кто собрался вокруг, чтобы поглазеть на очередную скоротечную битву на одной из семи малых арен, услышали его чётко и ясно. В основном были видны алые и синие галстуки. Ни одного зеленого, к сожалению. И перед кем красоваться прикажете? — Можно использовать всё, кроме летальных и калечащих темных проклятий. Три. Два. Один. Начали!

И Гарри начал, сходу став давить рыжего нищеброда своей мощью, напором и вполне неплохой скилухой, которую поставили ему частные учителя за прошедшее лето. Он начал медленное сближение с противником, оттесняя того к краю арены, собираясь выдавить его словно прыщ на жопе. И тот оправдывал ожидания и пятился назад.

Победа была лишь вопросом времени. Нет, ну серьезно, кто может противостоять самому Гарри Поттеру? Даже Темный Лорд не устоял… Ну, в каноне, правда, и предварительно убив Гарри-оригинала разочек, но самому ему всё еще предстояло, как бы это… закрепить успех?

И тут случилось непредвиденное. Под ногами у Гарри зашипела и взорвалась скрытая под рыхлой почвой площадки бомба-вонючка.

Это и так отвлекло его, а уж когда он почувствовал запах… Невыносимая вонь сбила концентрацию, забила ноздри и мешала даже вдохнуть, не говоря уже о словах заклинаний, застрявших в горле вместе с подступившей тошнотой. Аж глаза резало, словно он только что нарезал сто кило лука.

Естественно, Поттер не смог в таких условиях отразить ударившее в грудь оглушающее, последующее разоружающее и связывающее его по рукам и ногам инкарцеро.

Зрители взорвались радостными криками и гоготом. Унижение Героя Магической Британии почему-то восприняли положительно и чествовали мухлёвщика Уизли, который потешно раскланивался перед толпой, снимая только что наколдованный цилиндр. Клоун и шакалы…

— Победа присуждается… УИЗЛИ! — словно гром среди ясного неба прозвучал голос грязнокровки, который с явной издевкой смотрел на валяющегося в пыли парня. Для полноты картины не хватало только ноги в лакированном ботинке, которую тот поставил бы на спину поверженного Поттера.

— Нет! Не честно! Он же сжульничал, все видели! — возмутился Гарри, извиваясь на земле. Он только-только смог собрать глаза в кучу после оглушения и тут его словно обухом по голове ударило поражение. Какого чёрта, спрашивается, победу отдали мухлевщику?!

— Хватит истерить, и вставайте, мистер Поттер. Негоже «Герою» вести себя словно бабка на базаре. Вы разве плохо меня слышали? Я же чётко обозначил границы поединка. Можно использовать всё, кроме летальных заклинаний и темных калечащих проклятий. Или вы впервые имеете дело с близнецами Уизли, которые славятся своими приколами и артефактами ручной работы и даже не догадывались, что они будут использовать в бою то, в чем они хороши? Печально. Хватит ныть и вставайте, — взмахом волшебной палочки, зажатой в руке, брюнет снял остаточный эффект оглушения и развеял веревки, — у вас еще второй бой. Постарайтесь показать хоть что-то. Вы и так позорите помощников профессора Локхарта своей некомпетентностью, выставляя нас неумехами и дураками. Вы забыли, что сами могли бы освободиться, использовав простейшее финито без палочки? Или вы и этого не умеете?

— Сука. Ладно, блять. Я вам сейчас покажу. Ух. Шакалы позорные… — бормотал себе под нос разозленный герой.

Он вскочил на ноги и, злобно сверкая глазами в сторону нового рыжего, ничем не отличающегося, визуально, по крайней мере, от предыдущего, приготовился выложиться на полную. Он сотрет эту мерзкую ухмылку с конопатой хари! А потом и с хищной морды Санхайда.

Отсчёт. Бой. И вот Гарри наседает вновь, медленно загоняя нового противника в угол, стараясь не пересекать воображаемую линию очерченного в мыслях, пятачка, где, он точно знал, не зарыт «клад».

Гарри действовал осторожно, полагаясь на щиты в этот раз, а не на подвижность. Он не имел права обосраться дважды. Получалось затратнее и медленнее, конечно, да и переминаться с ноги на ногу задолбало, но победа приближалась и скорая месть примиряла его с этим. А потом случилось непредвиденное. Снова. Он нелепо запутался в ногах и споткнулся, когда в очередной раз смещался от мощной контратаки рыжего засранца чуть в сторону.

— Какого…?! — только и успел он выкрикнуть, прежде чем его снесло с арены неслабеньким таким воздушным тараном, выбив из рук палочку, улетевшую вслед за ним под громкие маты.

— И вновь победа достается Уизли. Какая досада, мистер Поттер, что вы даже на ногах то едва держитесь. Дуэли пока для вас слишком сложно, пожалуй. — покачал головой Амос, добавляя в голос побольше ехидства. Досадно ему точно не было. Гарри наконец-то всё понял.

Уизли не просто мухлевали, им еще и подыгрывал судья! И не просто подыгрывал, но и напрямую помогал. Гарри не верил, что мог на ровном месте просто взять и споткнуться. Никогда такого во время тренировок с ним не случалось, и тут на тебе? Как бы не так.

— Жульничество! Это ты помог Уизли! Грязнокровка и предатели крови спелись! — Поднявшись с земли Гарри тут же с гневом приблизился к шестикурснику, злобно тыча ему в грудь пальцем. Все вокруг притихли, затаив дыхание.

— Поосторожнее в выражениях, мистер Поттер. У меня здесь полно свидетелей, готовых опровергнуть вашу жалкую попытку переложить ваш позор поражения на кого-то еще. Ещё сильнее вы меня, пожалуй, сегодня уже разочаровать не сможете. Что за ребячество?

— Пиздёж! Я вызываю тебя на дуэль, сраный читер! — Гарри был слишком зол, позабыв о том, что перед ним стоит отнюдь не его одногодка, а кое-кто посерьезнее.

Санхайд пристально посмотрел ему в глаза, заставив поежиться и невольно сглотнуть слюну. В глазах малефика Поттер смог рассмотреть нечто жуткое и потустороннее. Миг, и наваждение прошло, а Гарри, тряхнув головой, избавился от лишних мыслей и гордо выпятил грудь, даже не собираясь отступать. Вызов брошен.

— Ну ладно. Если вам было мало сегодня унижений или, может быть, если вы от них кайфуете, то я дам вам так желаемое поражение… В третий раз подряд. Надеюсь, это слегка охладит ваш пыл и амбиции… Хотя, глядя в ваши пустые глаза, что-то я сомневаюсь, что вы вынесете урок из этой… ситуации… Итак, нам нужен еще один судья, раз уж в бою участвуют сразу двое помощников профессора Локхарта…

— Я побуду судьей. — улыбаясь пленительной улыбкой, рассекая толпу, словно каравелла зеленые волны, вперед вышла Аманда Де Аморе. Статная и надменная, холодная стерва выглядела чертовски горячо, по личному убеждению Гарри Поттера, который аж слегка подзавис, пялясь на стройные ножки, обтянутые белыми чулками. — Никто не против?

— Прошу. — улыбчиво поприветствовал новую судью Амос, сделав приглашающий жест на арену и заодно подал ей руку, помогая забраться.

— Не против. — хрипло просипел Гарри, облизнув губы. Он просто радовался, что в этот раз судьей будет кто-то с его факультета, но завидовал Санхайду, который опередил его и подал руку девушке первым.

Зато теперь у хитрого грязнокровки мухлевать не получится. Аманда — чистокровная аристократка. Пускай и ходят по школе всякие странные слухи о её связях с Санхайдом, но он не верил, что та позволит грязнокровке мухлежом победить его, чистокровного аристократа, на дуэли. Все-таки нужно разделять личные привязанности и репутацию чистокровных.

Дуэль началась и Гарри внезапно осознал что, возможно, Амосу и не нужно было мухлевать, чтобы победить его. Он вдруг припомнил, почему ранее предпочитал держаться от него подальше, но позабыл на мгновение, когда ярость затянула поволокой голос разума. Кажется, он погорячился.

Его, медленно но верно, с какой-то показательной ленцой даже, теснили с арены. И он ничего не мог с этим поделать! Санхайд был не простым шестикурсником, и победить его самому не начав мухлевать, не получилось бы, как бы слизеринец не старался…

Впрочем, применение одного примечательного колечка не выходило за рамки правил и не было мухлежом… Так, просто сам он считал, что использование артефактов в бою с обычным грязнокровкой это немного… Ну, будто ему пришлось бы закинуться виагрой перед встречей с вейлой в борделе. Вроде и ничего такого, никто не узнает и не осудит, но есть нюанс…

Молния сорвалась с левой руки и… ничем не помогла. Амос просто сместился в сторону, стоило ему только направить свободную руку в его сторону. Молния ушла в молоко. Проклятье! Он оказался знаком с работой редкого колечка артефактного типа. Откуда?! Он же нищеброд…

В ответ Гарри поймал на ту же руку костеразмягчитель соперника, который прошил его щит насквозь, словно бумажный китайский фонарик. Рука повисла плетью.

«Сука… Это ж теперь костерост долбаный пить, а он противный и болючий…и кольца на левой руке использовать теперь не получится. Рука болтается как сосиска вареная и скорее только мешает теперь.»

Санхайд не показывал каких-то сложных проклятий и стихийной магии льда, о которых Гарри был наслышан и подспудно ожидал увидеть. О нет, он просто подавлял его самыми базовыми заклинаниями, которым учили в школе по программе.

Либо он совсем не считал его угрозой, либо его слава малефикара была дутой. И хотя Гарри хотел верить в последнее, но разум говорил об обратном. С ним не сражались серьёзно.

Словно издеваясь над ним, Санхайд чуть дернул кончиком волшебной палочки, так, чтобы Гарри отчетливо это видел и осознал, а потом он запутался в ногах и упал. Прямо как тогда! Проклятье!

«Ах ты ублюдок! Так это все-таки был ты?!» — подумал Гарри, когда его выкатил с арены, словно колобок, резкий поток ветра от заклинания вентис. Только этот собирал на колобок не муку по сусекам, а пыль и грязь, липнущую на мантию, словно репей. Рейвенкловец её попутно еще и чем-то проклял, чтобы та стала липкой…

— Победитель — Амос Санхайд. — равнодушно продекламировала Аманда, пару раз хлопнув в ладоши. — Ничего удивительного, впрочем.

— Читеры! Только что… — Гарри быстро пришел в себя и вскочил на ноги, потирая ушибленный после падения с метровой высоты, (уже дважды) бок.

— Что здесь происходит? — внезапно раздался голос преподавателя ЗОТИ за его спиной. Гарри проглотил маты, которые хотел обрушить на парочку из Амоса и этой блондинистой сучки, которая присудила ему победу, хотя наверняка видела, что тот ранее смухлевал… Все же слухи оказались правдивы — блондинке нравились бедняки и грязнокровки.

— Профессор. — немного поклонились все трое в знак приветствия и уважения.

— Ну так что? Тут вообще-то семь арен, все трудятся в поте лица, свободных рук нет, но некоторые помощники почему-то втроём собираются на одной крайней арене, забив на свои обязанности… Как-то это не очень подобающе. Что скажете в свое оправдание?

— Профессор, меня подставили! — Гарри тут же первый решил выплеснуть наболевшее и заодно настроить Локхарта против своих врагов, ведь у того, кто первый подаст свою правду под нужным соусом будет преимущество.

Теперь выскочке и стерве придётся оправдываться, а не ему. И Гарри рассказал всю правду, ну, как он это видел. Локхарт спокойно его выслушал, никто даже не пытался его перебить, так что рассказ хоть и получился сумбурным, но в целом Поттер вложил в него всю обиду на несправедливость. Большинство площадок опустело и ученики всех факультетов и годов обучения собрались поглазеть на драму. Гарри приободрился.

Он поведал и о коварной ловушке и провокации рыжих близнецов, и о заранее заминированном поле боя, и о подсуживании судьи, а потом еще и о подозрении на прямое вмешательство в поединок, когда он начал теснить Уизли во второй раз и, «внезапно» запутался в собственных ногах. И о сговоре двух более старших судей против него одного, когда он, в отчаянии, бросил вызов одному из заговорщиков, рассказ.

Когда Локхарт спросил у него, с чего бы и зачем им это все делать, Гарри с полной уверенностью заявил, что все это было спланированно, очевидно, что бы унизить его на глазах у всех и разрушить репутацию.

— Ладно, я услышал вашу точку зрения. Теперь послушаем другую сторону и независимых свидетелей. — Локхарт устало вздохнул и потер виски.

«Неужели именно так чувствовал себя Мерлин после очередной его выходки, которую нужно было замять? Даже не верится, но, похоже, старый дневник действительно принадлежал Мерлину и содержал крупицу его мыслей. Не знаю, правда, радоваться мне или плакать...» — ещё раз, но уже мысленно, вздохнул Рыцарь Лета. «С каждым днём у меня все больше сомнений в правильности моего пути, но… обратной дороги уже нет. Иначе все жертвы были бы напрасны. Остаётся только надеяться на то, что это лишь вместилище такое неудачное попалось, а не… Нет, даже думать об этом не хочу. Это уже крамола. Но, может быть, и зря я прислушался к Принцу и выбрал Поттера. Даже Санхайд подошел бы лучше, несмотря на статус крови и явную предрасположенность к темной магии, но что уж теперь?»

— Я не буду голословен и сэкономлю нам всем время, которое можно потратить и с большей пользой. — держал ответ Санхайд, сделав шаг вперед и скрестив руки на груди, заодно бросив брезгливый взгляд на оппонента. — Всё куда проще, чем тут пытается представить мистер Поттер. Нет никакого тайного заговора и жульничества. Все предельно ясно и любой может это подтвердить. Свидетелей хватает. Близнецы бросили вызов, он был принят, а правила вольного поединка были озвучены. Никаких нарушений. Все в рамках оговоренных правил. То, что одна из сторон оказалась слишком… молодой, что бы понимать условия дуэли, при этом являясь помощником и судьей, стало для меня сюрпризом. Вторая дуэль стала решающей и проигрыш дважды под ряд вывел Гарри Поттера из себя, что привело к оскорблениям в мой адрес, а после ещё и вызову на дуэль. Я принял её, но не сражался в полную силу. Хотел дать ему шанс показать себя и немного отмыться от позора. После применения моим противником артефактов в учебном поединке, я понял, что сам процесс ему не особо интересен и его волнует только победа любой ценой, а потому решил закругляться и выбил его с арены. А то мало ли, что еще могло быть припасено у Лорда в прошлом весьма темного рода. Однако мистер Поттер не смог смириться с третьим поражением подряд и закатил истерику, обвиняя и меня и уважаемую судью — Аманду Де Аморе со Слизерина, в сговоре и мухлеже, что в принципе не имеет смысла, как вы знаете, ведь я банально намного сильнее чем мой противник и даже сражайся я с закрытыми глазами — победил бы е…

— Враньё, я имел в виду, что ты помогал близнецам на их дуэлях, а не мухлевал на нашей! — вклинился в разновор Гарри когда понял, что его загоняют в словесную ловушку, которую он сам себе вырыл.

— И у вас есть доказательства? — приподнял одну бровь старшекурсник.

— Да все видели…

— Ну тогда давайте спросим у остальных учеников. — предложил Локхарт. — Интересно, что они скажут?

Как ни странно, но именно версия Амоса получила полную поддержку зрителей, приведя Гарри в состояние перманентного бешенства. Никто не захотел встать на его сторону и лишь злобно посмеивались, шушукались и тыкали в его сторону своими кривыми пальцами, словно в обезьяну в зоопарке.

— Понятно. Мистер Поттер, вы должны научиться достойно принимать поражения. В жизни бывают взлеты и падения и нужно быть готовым ко всему. Надеюсь вы это понимаете? В данном случае против вас играет слишком много факторов и картина довольно очевидна. В следующий раз, принимая вызов, проверьте арену на предмет посторонних вещей, отработайте движение ног, и перестаньте обвинять кого либо без доказательств. И выбирайте противников себе по плечу. Я понимаю, что вам хочется посоревноваться с более взрослыми учениками, но постарайтесь пока ограничиться кем-то максимум на год-два старше, хорошо?

- Да... - Гарри проскрежетал зубами но стерпел, опустив голову под насмешливыми взглядами окружающих. Ссориться с Локхартом ему было не с руки.

- Ну и отлично. А теперь, личинки мои, раз уж все вы здесь собрались, разберем базовые связки и контрзаклинания...

Глава 55 Немного волшебства

(Филлерная новогодняя глава. Канон, но выпавший из таймлайна.)

За окном кружились пушистые снежинки. Внутри комнаты было прохладно. Девушке в инвалидном кресле было сложно разжечь огонь в камине самостоятельно, потому она просто куталась в клетчатый плед, сидя у закрытого окна, слушая завывание вьюги и грела тонкие замерзшие пальцы о едва теплую батарею. Не так она представляла себе свою жизнь великой и ужасной ведьмы, но терпела, надеясь на то, что скоро все изменится. Должно измениться. Уже скоро. Или нет… Судьба и удача были слишком капризными и явно за что-то на нее обиделись…хотя она знала за что.

Поправив непослушную прядь серебристых седых волос, настырно лезущую в глаза, та, что носит ныне фамилию Гринграсс, поежилась, сравнивая мерзкий могильный холод бездонной пустоты потока душ с таким же раздражающим, настырным и противным, холодом обычным.

И там и здесь она была бессильна совладать с ним и отогнать его прочь, как бы ни хотела… Если бы только с ней была её магия… Она бы могла превратить весь мир в пылающий костер, лишь бы согреться. Но чего нет, того нет.

Помимо рук, у нее жутко мерзли её бесполезные хилые ноги. Даже больше, чем пальцы на руках. И это несмотря на теплые красно-белые шерстяные носки с оленями и снежинками, которые ей прислал… ну, пускай будет ученик. Обычные разменные инструменты точно бы не догадались, что ей нужны шерстяные носки на Йоль.

Да и научила она его уже некоторым вещам, которые раньше доверяла лишь нескольким приближенным.

«Хммм, временный ученик, пожалуй, будет корректно. А может и не временный, если преуспеет в том, что было ему поручено и не загубит свой талант.»

Она надеялась, что он справится. На их же общее благо.

Но ноги все равно мерзли, из-за чего плохое настроение не желало уходить прочь. Еще и сиделка её опять работает в ночь, а значит, все что её ждёт сегодня — разогретый кое как вчерашний ужин, серость четырех стен, унылый холод и монотонное наблюдение за радостными людьми за окном, спешащими по своим делам, груженные продуктами для праздничного стола и подарками для детей, родных и друзей.

Может, все дело было в нарушенном кровотоке и манотоке, которые в ногах были особенно слабы и истончены? Холод был следствием или причиной замедлившегося кровообращения? Проклятое слабое тело…

Внезапный стук в дверь прогнал меланхолию, незаметно окутывающую сероволосую леди. Она чуть приподнялась и взглянула через окно на входную дверь.

Знакомая фигура черноволосого парня в новогоднем красном колпаке вызвала у нее непроизвольную улыбку. Может быть, не всё сегодня будет так уж плохо, подумала она.

Он выглядел немного нелепо с этим съехавшим на бок колпаком, но вместе с тем как-то даже уютно. Просто. Как легкое воодушевление от простого, но честного комплимента или маленького подарка на Йоль. Вроде теплых носочков… На душе стало как-то теплее.

«Дафна» проехала через гостиную и коридор, напряглась, приподнялась с кресла, оперевшись одной рукой на колесо, ловко сняла цепочку, щелкнула щеколдой, провернула ключ и отворила дубовую дверь.

— С наступающим! — весело рассмеявшись, Амос достал из кармана пальто точно такой же колпак, как у него, припрятанный до поры, и, не обращая внимания на вялые попытки девушки отвертеться от такой чести, нахлобучил его ей на голову, словно корону. — Поздравляю, ты идешь сегодня веселиться вместе с нами. Нечего киснуть дома в гордом одиночестве. Особенно в праздник.

— Куда? И с кем это «вами»? И… — хмыкнула девушка, когда на нее бесцеремонно навели палочку, используя добротные комплексные согревающие чары. Холод отступил совсем, обещая вернуться попозже, когда она вновь останется одна, наедине со своими мыслями. Но пока что ее бесцеремонно выкатили наружу, заперли дверь дома заклинанием, закутали ей шею теплым зеленым шарфом и покатили вниз по улочке.

— Это же похищение! Если я возьму и отвечу на все вопросы вот так вот сразу, то потеряется вся мистика и волшебство…

— Наглец. — хмыкнула собеседница, откидываясь на спинку своего нежеланного транспортного средства, запрокинув голову назад, не сводя глаз с серого неба. Улыбка не сходила с её губ. Она прикрыла глаза, ощущая как пушистые снежинки падают ей на лицо и тают на покрасневших щеках. — Но наглец настойчивый и харизматичный, хм. С наступающим Йолем, Амос. — добавила она чуть более теплым тоном, нежели обычно.

Небо заслонило лицо с ехидной улыбкой и озорными глазами. Амос навис над нею и легонько ткнул подушечкой пальца кончик её носа, вызвав недовольный фырк ведьмы, и её осуждающий (но не серьёзно) взгляд пронзительных глаз.

— Познакомлю тебя кое с кем. Надеюсь, вы поладите. Говори что хочешь, но тебе нужна и женская компания тоже. Время от времени. Шмотки там прикупить в магазине, обсудить девятсот восемьдесят четыре оттенка красной помады, кто с кем завел интрижку в высшем свете, какое проклятие лучше всего использовать для обеспечения перманентной импотенции, какие косметические зелья сейчас в моде… короче, всякое такое, о своём-о девичьем.

— Хм. Думаешь мне такое будет интересно? — скептически-скучающим тоном ответила древняя ведьма, что жила еще в эпоху мифов и легенд.

— Думаю, что тебе это будет полезно. Что бы, ну, знаешь, почувствовать себя снова живой? Развеяться. Просто отпустить тяжелые думы и выпить чашечку кофе в хорошей компании. Попробуй. Не понравится — просто запрешься опять дома и будешь перечитывать скучные книги по десятому кругу, перепроверять в сотый раз расчёты своего ритуала и пялиться в окно на прохожих. Да-да, я всё видел.

Девушка села ровно, уставившись вперед, и крепко задумалась. Она была склонна принять предложение. Ей действительно было очень скучно последнее время. Говорить с простыми людьми ей было тоже скучно, однако перекинуться парой слов с талантливой ведьмой или парочкой таких она была бы не против. Дать пару наставлений, придумать новое заковыристое проклятье, обсудить целесообразность замены круга на многогранник в ритуале Кровавой Слезы Левьерры Фон Клюма…

— Ладно. Надеюсь, подбирал ты подруг по себе и они достаточно умны и талантливы, иначе…

— Не преживай, Фел и Кэрол не уступают мне в интеллекте, а Луна хоть и мелкая еще совсем, но котелок у нее варит что надо… сразу Феликс Фелицис, ха-ха.

— Поверю твоему суждению… Раньше ты меня не разочаровывал.

— Ох, какая честь… — смахнул ладонью «настоящую» слезу счастья, рейвенкловец. — Сама Дафна Гринграсс, меня, простого черноногого крестьянина, да похвалила…

— Не паясничай. — поджала губы сереброволосая, погрозив тому пальцем. — Нашёлся мне тоже, «простой крестьянин». Разве я когда-то относилась к тебе так, ммм?

— Нет, я просто шучу. Немного самоиронии. — усмехнулся парень, продолжая катить вперед инвалидное кресло. — О, а вот и наша компания на сегодня! Ах, я буду в окружении стольких прекрасных дам, даже не знаю, что делать.

И действительно. На углу, возле кондитерской, под чарами отведения внимания их уже ждала странная и пестрая компания.

Одна девушка была одета в странную магловскую одежду в чёрных тонах, с кожаной курткой нараспашку. Под короткой юбкой прятались теплые колготки в черно-белую полоску, вполне вписываясь в общий стиль. Черная помада на пухлых губках девушки тоже смотрелась привлекательно, а не отталкивающе. Брюнетка, с глазами цвета янтаря. Красивая и статная.

Вторая была чуть пониже первой и предпочитала алые и белые цвета, а так же более строгий стиль одежды, без всяких цепочек, множества кармашков и прочих аксессуаров, которых было вдоволь у первой. Рыжые, скорее даже красные густые волосы развевались на холодном ветру как пламя Прометея. Неугасающий огненный цветок. Фигурка ладная, соблазнительная, несмотря на то, что ей еще было куда расти. Было видно, что та умеет себя подать в нужном свете.

И третья, самая маленькая девушка, хотя скорее даже девочка-подросток лет двенадцати-тринадцати. Шебутная. Светлая. Яркая. Добрая и открытая. Кровь альвов чувствовалась отчетливо. Полукровка скрывала за иллюзией свою истинную внешность, но этого было недостаточно, чтобы обмануть её… даже когда она пребывала в таком жалком состоянии. В платиновой гриве волос прятались заостренные ушки с забавными сережками в виде то ли земляники, то ли клубнички. Глаза… Знакомые омуты, в которых плескалось больше мудрости и знаний, чем положено было бы такой малютке. Провидица.

Малышка сетовала, что у её подруги не получилось отпроситься у родителей сегодня, а та бы тоже наверняка захотела с ней познакомиться. Кэролайн объяснила, что действительно, с ними должна была быть еще некая Грейнджер, её ученица — одногодка Луны Лавгуд, но родители повезли её встречать Йоль на родину их предков — во Францию.

«Необычная компания, однако!» — хмыкнула себе под нос Моргана Ле Фей. «Ладно, я ещё понимаю, как общий язык нашли между собой малефикар, кровавая ведьма и вудуистка, но абсолютно светлая девочка-пророк-то как с ними спелась? Альв наполовину, к тому же. Все трое некроманты, как она их терпит? Или не знает? Или ей все равно? Полуальвы всегда были себе на уме… Взять хотя-бы меня или Вивьен, ха-ха. Плохой пример. Мы обе некромантией баловались с давних времен, познав жизнь и смерть как ни кто в мире до нас. Непонятно. Но интригующе. Хочу знать. Нужно было больше времени уделить исследованию не только самого Амоса, но и его окружения. Благо, еще есть время исправить досадную оплошность. И хорошо, что пока действует то пророчество обо мне и том ублюдке, новые выдавить из себя пророки и провидцы просто не в состоянии. Слишком могущественное. Не передаваить. Но вот предсказать будущее кого-то связанного со мной и исполняющего мое поручение, находясь в непосредственной близости от него… Возможно? Нужно будет учесть новые переменные в уравнении…»

Но додумать мысли и прикинуть долгоиграющие планы, с учётом новых вводных, ей было сегодня не суждено. Три довольные жизнью девицы, весело щебеча, быстро втянули заинтересовавшуюся ими ведьму в разговор. Время пролетело незаметно.

Они успели побывать на ярмарке, где все кроме Луны смогли испробовать горячий глинтвейн с терпкой корицей (малышке досталось горячее какао).

Прошлись по нарядной Косой Аллее, закупившись заодно волшебными сладостями и посидев в кафе. Лавгуд, в тайне, пока та общалась со своим временным учеником о необходимости покупки нескольких ингредиентов по скидке, подбила старших девочек купить ей общий подарок от всех них — артефактное кольцо с согревающими чарами, самостоятельно восполняющее ману.

Чуткая девочка. Амос тоже, почти наверняка, догадался о её проблеме, отсюда и чары, и шарф, но дал возможность своим подругам наладить с ней контакт. Не подсказывал им, не вмешивался. Они сами пришли к этой мысли, и сами захотели сделать подарок. Это было важно. Она это видела и она это запомнила.

Потом девочки обчистили несколько магазинов с праздничной атрибутикой, когда троица с ужасом узнала, что у Дафны дома ничего не украшено к празднику, уныло и вообще жутко скучно. Они пообещали ей, что помогут все украсить, за что та была им благодарна.

Пускай ей давно было плевать на украшения и праздники, если это не было необходимым условием для ритуала или жертвенной магии, но и против этого ничего не имела. Запах хвои от свежей сосны в доме и гирлянды точно никак не навредят ей, это уж точно. Ей было скорее приятно проявление внимания и чуткость девушек к ее положению.

Никто из них, даже мысленно, и не думал насмехаться над калекой, но при этом они её и не жалели. Не было в их взгляде раздражающей жалости и сочувствия. Почему-то они настолько верили в то, что у Санхайда получится вернуть ей здоровье и магию, что заочно уже считали ее полноценной и здоровой. Лишь отметили, что у нее есть некоторые временные трудности и вошли в её положение. У Фелисити и вовсе, как выяснилось, были похожие проблемы, что было просто немыслимо… Но она очень хорошо понимала и помнила ломку по магии. Видимо, потому они и не сомневаются, что успех может быть повторен дважды. И это подкупало.

Временный ученик вновь смог ее приятно удивить. Что ж, теперь она понимала, как ему удается держать свою тьму в узде и спокойно развиваться, пока другие сходили с ума от обретенного могущества, уверовав в собственную исключительность и избранность. Когда-то у нее были похожие близкие отношения с её первой ученицей.

В общем, когда на дворе уже был поздний вечер (а забрали на прогулку её еще в полдень) и её доставили обратно «домой», положа руку на сердце, ведьма могла признаться себе, что на удивление неплохо провела время и немного расслабилась, отпустив напряжение, которое долго копилось, не имея выхода.

А еще были теплый шарф и кольцо-обогреватель, что уверенно разгоняет холод без необходимости подпитки её маной. Уже это полностью окупало потраченное сегодня время, даже если бы девочки ей не понравились.

Но они ей понравились. Амос оказался прав. Ей не хватало общения. Пускай они ещё были малы и неопытны, но взрослым иногда приятно провести время в компании детишек. Поняньчиться с ними. Нечто подобное испытала Моргана, искренне умиляясь подаркам и простому общению о всяких пустяках.

Когда придет время, она отблагодарит их и тоже сделает подарок. Сейчас же у нее не было ничего, что она сочла бы достойным подарком для тех, кто искренне отнёсся к ней с добротой в час величайшей нужды, а отдариваться безделушками было не в ее принципах.

«Если только мы с учеником преуспеем… Нет, когда мы преуспеем, я верну добро в стократном размере.»

Но все не закончилось после возвращения с прогулки. Далее компания детей принялась украшать её временное пристанище изнутри. Фелисити Синдер и Амос приготовили несколько вкусных блюд, которыми они позже все вместе и поужинали. Лишь после этого ее гости ушли, оставив Моргану наедине со своими мыслями. На удивление, меланхолия оставила ее в покое, а пессимистичных мыслей в голове стало куда меньше.

Ложась спать, закутавшись с головой в одеяло, Моргана Ле Фей с удовольствием отметила, что терзающий ее в последние дни холод больше не беспокоит и не мешает заснуть. Как мало нужно для счастья, подумала она, сладко зевнув и закрыв глаза. Девушка впервые за долгие годы заснула с улыбкой на лице.

П. С. Автора. Прежде чем ныть "где сюжет, нахера нам филлеры" , подумайте о том, что я все равно это проигнорирую, так что поберегите нервы))) Всех с Рождеством!

Глава 56 Действительно чёрный рынок

П. С. Новогонюю главу я перенесу в положенное место временного промежутка, когда мы до него дойдём.

Мы с Фел «прихорашивались» перед миссией, стоя друг напротив друга и, колдуя волшебными палочками, правили наложенные мороки, словно опытные скульпторы мрамор зубилом…

В этот раз, к сожалению, мы не могли воспользоваться ни масками, ни обычным оборотным зельем, ведь шли мы на дело практически в открытую, в людное место, и разведка тоже будет вовсе не боем. Если всё пойдет по плану. Непривычно как-то. Миссия по стэлсу. Благо, те, чьи облики мы собирались принять, укатили во Францию на неделю. Это подтвердили наши новые пернатые знакомые по другую сторону Ламанша. Те самые, что помогли перевезти через границу и большую воду своих сестёр.

Тонкая нить сотрудничества была протянута над водой, и хотя она пока не выглядела надёжной, но надежда на то, что со временем она станет прочным оптоволоконным кабелем, проложенным по дну моря, подальше от чужих любопытных глаз, была.

За работой попутно шли праздные разговоры. Фел нравилось слушать смешные истории про Хогвартс, которых в последнее время было предостаточно. Близнецы сошлись с Поттером в жёстком клинче черного юмора и шуток на грани фола. Скорее даже на грани вылета из школы. Я же… Пока старался помогать рыжим из-под полы.

У меня было достаточно много причин начать открытое противостояние с Поттером, начиная от первопричины и заканчивая искренним желанием моего будущего «холодного» оружия и её безмолвной просьбы-мольбы.

Да, призрак Лили становился все «живее», разумнее и, соответственно, у нее появились ярко выраженные собственные мысли и желания. И, потворствуя им, помогая ей исполнить мечту, я приближал её к воплощению семимильными шагами. Но не только поэтому я решил чуть выйти из тени, показаться перед Поттером, пнуть его по шарам, а затем юркнуть обратно, заманивая глупца за собой, во тьму, как клоун Пеннивайз из «Оно».

Не знаю уж, что она там раскопала в голове у Снейпа, но её паническое желание побыстрее рассказать мне всё я чувствую столь же отчетливо, как и её лютую ненависть к убийцам её настоящего сына. Некий вопрос жизни и смерти, который касается и меня. Удача тоже лишней не бывает, учитывая то, что вскоре я вновь подниму ставки. Но я не могу сам атаковать Поттера в открытую, цедя из него необходимую силу. Неееет, мне нужно, чтобы он сам искал неприятностей и получал обидные щелчки по носу. Тогда ко мне не будет вопросов ни у Дамблдора, ни у профессора Локхарта, а поток удачи будет лишь расти, ведь Гарри то еще обидчивое и злопамятное создание. Болезненные уколы, которых будет становиться все больше, так же будут помогать призрачной Лили набирать критическую массу ээээм, удовлетворения от мести.

Эдак она воплотится еще до того, как проклятье полностью выпьет свою жертву и придушит его собственными холодными руками. А затем и очередь лже-Поттера придёт. Воистину, женщины — страшные создания, когда дело доходит до мести. Даже смерть для них не всегда достойная помеха...

Тем временем мы приближались к завершению наложения маскировки. Там штришок, сям родинку добавить, тут цветовую гамму волос чуть затемнить, чтобы не выглядели статично по отношению к бликам света и обман не вскрылся на такой мелочи… Кропотливый труд эти ваши полуматериальные мороки.

И это при том, что ложился морок на плодотворную почву. Оборотное зелье всё же имело место быть, но использовалось достаточно нестандартно. Мы нашли похожих на наши цели обычных людей в базе данных полиции, а затем приняли их облик, умыкнув немного волос с шевелюры. И сейчас, имея подходящую основу, лишь дополняли иллюзию внешности иллюзией магической.

По идее, только действительно глубокое сканирование могло выявить несоответствие. К счастью, не тот тип мероприятия мы собирались посетить. Там аристократов просеивали через мелкое ситечко не стали бы, а именно аристократов мы и собирались сыграть. В том месте все и так должно быть относительно анонимно, а весь наш маскарад задуман скорее не для охраны, а для других посетителей. Тут лучше перебдеть.

Множество аристократов, что знают и ненавидят друг друга чуть ли не с пелёнок, собранные в одном месте, все равно что ядовитые пауки в банке. Желание ужалить друг друга чуть ли не рефлекторное.

То, чего не ждешь от обслуживающего персонала и охраны Чёрного Рынка, вполне может провернуть кровник или просто дофига умный и сильный волшебник, который любит совать свой нос в чужие дела.

Уходить с боем не хотелось бы, ведь это будет означать провал. Там отнюдь не дураки в руководстве сидят. Догадаются, что следующая цель Дикой Охоты, вполне вероятно, они сами. И будут правы, отчасти.

Пока мы не будем охотиться за ублюдками, что продают людей как вещи целенаправленно, хотя при штурме постараемся сократить поголовье засранцев. Но пока что в планах разведка, а в следующий раз целью нашей станет товар. Живой товар.

Сейчас в Дикой Охоте участвуют в основном оборотни и вейлы, но если мы хотим, чтобы с нами считались и вели какой-никакой диалог, нам жизненно необходимо заполучить в свои ряды больше обычных ведьм и волшебников. Тогда властьимущие на нас будут смотреть не как на сборище темных тварей, а просто как на шибко умных грязнокровок (А кого, вы думаете, там будут продавать?), которые решили откусить кусок от пирога власти.

Иронично, что десятка-другого волшебников было бы достаточно для того чтобы все перестали замечать тёмных тварей, которые, конечно же, не могут быть ничем иным, чем просто инструментами в руках мудрых волшебников. Мы одновременно станем для них и в разы опаснее, и понятнее. А то, что люди понимают, или думают, что понимают, они не так боятся. Теряется страх неизвестности. Парадокс. Они просто учтут нас как еще одного опасного игрока, подобного им самим, и перестанут воспринимать как экзистенциальную угрозу. Понятный враг намного лучше того, чьи намерения не можешь понять.

Так было с Пожирателями — ну, подумаешь агрессивная политическая партия пуристов, что такого? Тогда, когда они только появились, их просто считали чуть более радикальной партией, идущей к власти по головам, чем остальные. Недалеко от правды, кстати. А потом, когда все спохватились, уже поздно стало. Пожиратели пускали уже не только грязную кровь, но и чистую.

Не знаю, получится ли приглушить опаску наших врагов хоть немного, но если да, то это выиграет нам так необходимое для организации время.

Ежегодная рабская ярмарка должна пройти уже скоро, а пока мы просто погуляем по «обычному» черному рынку. Запомним планировку, посты охраны, защитные руны, и разбросаем пространственные маячки.

— Ну вот и всё! — придирчиво осмотрев дело рук своих, сверяясь с колдофото, заявила Фелисити. — Сходство практически идеальное. Я взглянул в зеркало и согласно кивнул. Отражение статного седеющего мужчины, лет сорока пяти на вид, кивнуло со мной в такт. Монокль на правом глазу ощущался забавно, да и выглядел тоже. Кто, блин, ими ещё пользуется вообще? А поди ж ты, нашелся ценитель.

— Отлично. Будем надеяться, что под капюшоны нам все-таки заглядывать особо рьяно не будут... — зевнув, я хрустнул слегка затекшей шеей и протянул руку своей партнёрше. — Пошли? А то нас уже заждалась наша, ха-ха, охрана.

— Пойдём. — улыбнулась мне женщина лет сорока на вид в вычурном и безвкусном (на наш общий взгляд) одеянии. Не люблю кудряшки, а именно они сейчас заменяли шёлковый черный водопад волос Фел своим рыжеватым цветом подгнивших тусклых осенних листьев. У призрака Лили цвет был и то куда красивее. Чище. А ведь она ещё даже не воплотилась.

Мы трансгрессировали на небольшую полянку в обычном лесу, где нас ждала пара доверенных альф стай, которые непроизвольно дернулись, выхватывая из рукавов волшебные палочки.

— Спокойнее, Кэвин, это мы. — не став лишний раз дергаться, успокоил нервного парня, отпустившего легкую щетину и сменившего причёску.

Пальцы мои, впрочем, крепко сжимали концентратор, спрятавшийся от взора оборотней в рукаве вдоль руки. Доверяй но проверяй. Да и засаду никто не отменял.

— О. Прошу прощения, глава! — чуть расслабился Кэвин, опуская палочку. Вслед за ним опустил свою и его приятель. — Не признал. Вы изменили даже запах?

— Естественно, друг мой, разумеется. Вас, телохранителей, никто нюхать, понятное дело, не будет, а вот если чета Кроксов внезапно сменит парфюм… Скажем так, иногда аристократам действительно нечем заняться, так что это может стать предметом обсуждения, что в свою очередь приведёт к слухам и… В общем, мысль ты уловил?

— Да, глава. Огласка и настороженность нам не нужны.

— Именно так. Сильвер?

— Сейчас. — Синдер порылась в объёмной сумочке и достала небольшой флакон с жидкостью и, подойдя к нашей «свите» распылила ее на их одежду. Принюхалась, смешно сморщив носик. — Сойдёт.

— Эм? Я думал, вы сказали, нам парфюм не нужен, разве нет? — Кэвин недоуменно приподнял бровь и тоже принюхался, склонив голову к плечу. — Ничего не чувствую. Вроде всё как и было.

— Это только для того чтобы перебить запах волка, — хихикнула брюнетка, убирая флакон обратно в сумочку, — сейчас меры предосторожности усилили, так что мы решили перестраховаться.

— Понятно, госпожа Сильвер. Тогда…?

— Да, теперь можем отправляться. — кивнул я, доставая честно спи… экспроприированный пригласительный портключ в виде увеличенного формата визитной карточки.

Кое-кому стоило бы обновить защитные руны на той халупе, что эти обедневшие аристократы называли своим домом. Им повезло, что нам нужна была только карточка, а воровать у них больше и нечего было особо. В библиотеке не нашлось ни одной книги, которую я еще не прочитал или не мог бы найти в Выручайке. Теперь становилось понятно, почему они предпочитали не посещать чёрный рынок. Он был им попросту не по карману. А спеси-то было… Да самодельная защита на моем «обычном» доме и то лучше, не говоря уже про ту, что на главной базе-бункере. Совсем не поместье Блэков или Малфоев, в общем. Никакого вызова для того, кого готовила лично Батшеда Бабблинг.

Мы успели ещё раз пройтись по общей легенде, если кто-то все же решит подойти и поговорить со старыми знакомыми, которые, вроде как, должны были укатить к родственникам во Францию. Надеюсь, обойдёмся без этого, но бережёного магия бережёт.

— Хватайтесь все.

Время пришло и портал наконец-то сработал, утягивая нас в образовавшуюся воронку пространственного перехода.

***

— Мда, Лютый Переулок по сравнению с этим местом — это просто овощной рынок на фоне торгового центра! — поделилась своими мыслями Фел, рассматривая стройные ряды магазинчиков и лавок битком набитых всякой всячиной. Всякой запрещенной и опасной всячиной.

— Угу. Ну, здесь хоть авроры не шастают. Соблюдают приличия и делают вид, что ничего не знают об этом месте. Тут каждый лавочник достоин пожизненного в Азкабане… Впрочем, как и большинство посетителей. — Я не боялся, что нас подслушают, ведь капюшоны, а, точнее, вышитые на кромке руны, глушили звук и слегка искажали «картинку», мешая прочитать слова по губам.

Взгляд то и дело цепляется за товары, от которых кровь стыла в жилах.

И это только те, что выставляют на показ. Что можно найти в глубине некоторых магазинов, на витрине которых красовались сушеные человеческие пальцы и плавающие в колбах глазные яблоки, я догадывался, но старался не давать полету фантазии разгуляться.

Я темный маг, малефикар, ритуалист и вообще та еще темная тварь, у которой руки по локоть в крови, если верить газетам, но даже мне становилось не по себе, когда на глаза попадались, например, бутыли с плавающими в формалиновом растворе младенцами. Не нерождёнными плодами аборта, а рождёнными, успевшими огласить мир криком боли, прежде чем их умертвили… Они познакомились с несправедливостью мира и смертью с первых минут своей короткой жизни. И кто еще тут монстр, спрашивается?

Синдер тоже взирала на все вокруг с прохладцей и затаенным гневом. Было тяжело не бросить в улыбчивого пухленького продавца пыточным или смертельным проклятьем, когда нам предложили засахаренные пальчики грудничка.

Ему просто повезло, что моя окклюменция оказалась сильнее моей ярости и что я вовремя успел увести оттуда свою вторую половинку. Она почти закипела, еще немного и убила бы его особо изощренным способом, прямо на месте.

Но ему не очень повезло в том, что его лицо я хорошо запомнил, как и лавку. Рано или поздно, но мы снова встретимся — и тогда ему конец. И скорее рано, учитывая наши планы. Разгромим тут все нахер. Но не сожжем, нет. Пускай сюда, на крики о помощи, прибежит Грюм со своей сворой цепных псов.

Посмотрим, сможет ли он игнорировать этот шабаш, или же его переклинит и он доделает всю работу за нас, спустив своих ручных авроров на ублюдков и моральных уродов всех мастей, слетевшихся сюда со всех окрестных стран. Должен же хоть кто-то сделать что-то полезное, кроме нас?

Конечно, тут хватало и других экспонатов не менее мерзкого толка. Всякие проклятые вещички, тёмные гримуары, лабораторные журналы тех, кого назвать вивисектором было бы ещё слишком мягко. Сраные химерологи. Еще тут были всевозможные части тел и органы отнюдь не только людей, но и прочих иных разумных видов. Волшебники были мультирасистами, так сказать. Чего ещё ждать от людей, которые и своих-то не щадят? Ох, сраное средневековье.

— Смотри, там продают рога единорогов и, судя по цвету и консистенции, заодно их кровь и внутренности, — указала на неприметную лавку моя девушка, что сейчас пряталась под чужой личиной.

И действительно. В тени от здания, сокрытая в тенях, пряталась небольшая перевозная лавка-тележка, подобная той, с которой ходят продавцы сладостей в Хогвартс Экспрессе. Органы были развешаны на длинных, серебристых волосах, как сушки на нитке. Обломленные и срезанные рога лежали на прилавке, словно диковинное лакомство. Боюсь я теперь не смогу покупать сладости в поезде. Будет вспоминаться этот кошмар.

— И, мне кажется, те два серебристых шарика с торчащими из них нервными окончаниями — это их глаза… Хотя…

Фелисити замолчала и отвернулась, прикрыв рот рукой.

Лучше бы это действительно были глаза…

— Безумцы… Сделать такое с единорогом, это же все равно что подписаться на высшее тёмное проклятье для себя и всего своего рода до седьмого колена… Что-то даже похлеще, чем мои последние разработки… — пробормотал я, рассматривая продавца. Сгорбленное, покрытое нарывами и бог знает чем еще существо-аберрацию с алыми глазами, чуть светящимися в сумрачной темноте первого часа после заката. На пальцах были кривые острые когти, а хищная улыбка полна острейших зубов. Вероятный клиент, которому она предназначалась, отшатнулся в страхе, споткнулся и упал. Существо рассмеялось отрывистым лающим смехом.

— Похоже, это вампир или демонолог. Хммм, может, он решил, что раз он все равно проклят навек, то ему нечего бояться еще одного проклятья? Или парочки. Одним больше, другим меньше. — хмыкнула моя спутница, тоже обратившая взгляд на страшного продавца проклятий.

— Как наивно. Проклятья имеют свойство накапливаться и редко конфликтуют между собой. Скорее, напротив, лишь усиливают агонию. — покачав головой, я потянул Фелисити дальше, подальше от пахнущего гноем и разложением, гниющего изнутри мертвеца, который и умереть-то толком не мог больше. Впрочем, как и существовать нормально, без чудовищной муки, тоже. — Судьбу свою этот глупец полностью заслужил. Интересно даже, кто осмелится у него купить проклятую кровь или что-то еще?

— Не знаю даже. Безумец, который хочет с её помощью проклясть кого-то максимально жестоко? Любая часть тела убитого единорога несёт в себе горе и концептуальное проклятье. Будь то толченый в порошок рог, подсыпанный в кубок недруга, выдержка из его печени, подмешанная незаметно в зелье, или же просто его кровь, каким-то образом попавшая в организм человека. Например, с помощью лезвия стилета, смазанного жидким проклятьем. Не важно как, но стоит маленькой частичке попасть внутрь существа и оно будет проклято навек.

— Неплохая идея… если страдаешь острыми приступами мазохизма последней степени. Проклятье обязательно ляжет и на того, кто это провернёт, причём намного хуже будет как раз тому, кто травит. И коснется оно не только исполнителя, но и заказчика, как бы он не прятался и не юлил. Проклятье отравителя все равно найдёт свою истинную цель.

— Что, если кто-то настолько отчаялся отомстить и не имеет другого способа сделать это наверняка? Не все так талантливы в искусстве проклятий, как ты или я. Не все так начитаны и знают секреты темной магии и основы малефики. Многим может показаться заманчивым этот легкий путь, особенно, если они не знакомы с последствиями. А в Хогвартсе такому не учат.

— Ещё бы они там давали намеки на то, как можно с гарантией уничтожить целые волшебные семьи целиком, пускай и ценой собственной жизни и семьи. И я бы не назвал способ таким уж лёгким, ведь стоит проклятая кровь или, тем паче, печень или рог единорога очень дорого. Простому магглорожденному на нее накопить будет сложновато. А больше и некому прибегать к такому способу изощренного самоубийства. Разве что если будет мстить последний из рода или вроде того.

— Ну, если человеку наплевать на собственную жизнь или он и так уже умирает, то он вполне мог бы пойти на это… А деньги… Не обязательно нужны. В Запретном Лесу полно единорогов водится.

— Тут ты права, люди редко думают о последствиях, когда заветная цель маячит на горизонте. Охота в Запретном Лесу может легко обернуться смертью, а не шансом отомстить… Но как вариант. Хотя это проклятье ведь и на душу ложится, так что даже не знаю. По моему, игра не стоит свеч в любом случае. Это ж как надо люто ненавидеть, чтобы пойти на такое? Хорошо что Луна этого ужаса не видит. У нее бы сердце точно не выдержало.

— Тоже так думаю. Хочешь проклясть врага — сделай всё самостоятельно, иначе какой вообще смысл? Никакого удовольствия.

— Я не совсем это имел ввиду, но ладно.

Мы ходили по чёрному, действительно, очень чёрному рынку, и запоминали все, что могло нам пригодиться. Когда была возможность, я вытряхивал из штанины мелких акромантулов-наблюдателей. Живые камеры расползались по тёмным закоулкам, где их никто не нашел бы до окончания срока жизни.

Кэролайн, что осталась в Хогвартсе и сидела сейчас в Выручай Комнате, должна была перехватить часть контроля над пауками и с помощью сферы прорицания составить примерную карту, обозначить на ней маршруты патрулей, караулы и прочее. Не думаю, что во время ежегодных рабских торгов и аукциона что-то кардинально поменяется. Охраны и важных шишек в плащах с глубокими капюшонами прибавится, разве что, но заново систему создавать не будут. Жаль, нет прошлогодних схем, но чего нет — того нет.

Чуть сбавил шаг, почувствовав на себе странный взгляд. Подумал, что меня засекли, или еще что, но, обернувшись в ту сторону, откуда почувствовал странность, понял — ошибся. Дело было в другом.

Потянул Фелисити туда, на противоположную сторону улочки, где стоял горбатый мерзкий старик (да что ж тут так много мерзких горбунов-то?!), который держал на привязи, словно собачонку, маленькую черноволосую девочку с пронзительно-синими глазами.

Это её взгляд я почувствовал. Такое отчаяние, горечь и безнадёга была в ее взгляде, что у меня аж мурашки по спине пробежали. Сработала интуиция. Вот и всё, а я уж испугался. Эмпатия, бывает, шалит с тех самых пор, как я усилился, вот и почувствовал этот океан отчаяния. Подумал, что засек дементора...

— Доброго вечера. Что за товар? — деловито узнал у деда, стараясь не подавать виду, что мне не все равно. Тут только дай слабину и тебя обуют, а у меня ограниченный бюджет для конспирации — золотом разбрасываться не могу в любом случае. Положение семьи донора моего образа слишком незавидное. И всем это известно.

— Так энто, значиться, дорогой лорд, сквибка жеж. Брать будете? Девственница есчо, коль интересно. Самое то для ритуала будет, значиться. Ни проклятий, ни болячек каких — чистый лист, хех. Можете её и для других целей приспособить, значиться, если пожелаете, а под нож потом. Когда надоест. — седой патлатый дед поиграл бровями, отчего мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы удержать лицо и не скривиться от отвращения… слишком сильно. Можно было ровно настолько, насколько должен был скривиться настоящий лорд Крокс от предложения заняться сексом с мелкой сквибкой. Почти что оскорбление.

Благо, предложил он это в присутствии жены лорда, так что Фел не стесняясь обожгла его таким взглядом, что горбун аж отшатнулся, перестав фонтанировать «офигенными» предложениями. Больше он так не рисковал, опасаясь заработать вместо пары серебушек несколько проклятий от чистокровной ведьмы.

— И почём? — безразлично спросил я, словно покупал кило помидор на базаре, а не спрашивал цену детской жизни. Коснувшись пальцами в белой перчатке подбородка девочки, повертел её голову в разные стороны, делая вид, что осматриваю её со всех сторон. Разве что в рот не заглядывал.

Зато попробовал всмотреться в чистые сапфировые глаза еще раз. В них не было надежды, лишь обреченность и безразличие. Девочка и не думала сопротивляться, когда я осматривал её со всех сторон, смирившись со своей судьбой, не зная еще, что в первый же миг как её увидел и почувствовал немой крик о помощи, решил, что выкуплю её. Спасу. На сегодня лимит добрых дел еще не был исчерпан, так что… Почему бы и нет?

— Так, энто, двести галеонов, милостивый лорд. Не меньше! — на одном дыхании выпалило это… существо, алчно блеснув глазами и обдав меня скверным запахом изо рта. Ой, актер. Двести галеонов, не меньше...

— Да ей красная цена пятьдесят золотых, старик, какие двести?! — сразу, без раскачки, перешел я к торгу, возмутившись.

Кроксы не могли потратить столько на одноразовую рабыню для ритуала. Эти, скорее, сами вышли бы на охоту в город, чем разбазаривать свои скудные запасы. И так как я заметил, что к нашему разговору прислушивается парочка старых волшебников в дорогих мантиях с гербами, по взглядам которых на нас было сразу ясно, что узнали чету Кроксов… Мне приходилось играть свою роль.

— Так товар-то отменный! Не просто сквибка какая, милорд, а почти ведьма в третьем поколении, значиться.

— Хммм, откуда знаешь? И к тому же, почти не считается. Сквиб есть сквиб. — Перевел взгляд обратно на продавца.

— Так это, внучка ж моя это, потому и знаю. — улыбнулся мне гнилыми пеньками зубов этот уродец.

— В-внучка? — переспросила дрогнувшим голосом Фелисити, которую слегка выбило из колеи это откровение.

Признаться, меня тоже. Я думал, он ее просто где-то выловил, но продавать на кровавый ритуал собственную внучку… это уже перебор. Средневековое варварство. Хотя, о чем это я? У нас, волшебников, местами то ещё средневековье, так чему я, мать его, удивляюсь?

— Да, внучка. — помрачнел дед. А потом зарядил девочке локтем по ребрам, из-за чего та согнулась пополам, закашлялась и выплюнула желчь на тротуар. Так давно не ела, что ей даже нечего было вывалить на тротуар кроме собственного желудочного сока. — Дряная кровь. Говорил сыну, не суй хер в маггловских шлюх, ничего хорошего из этого не выйдет, как и из их проклятых утроб. И что в итоге?! Так и получилось! Прав оказался я. Сквибка родилась. Тьфу.

Старый хрыч плюнул на скрутившуюся калачиком у его ног худенькую девочку, а я прикрыл глаза, чтобы не смотреть. Иначе кто его знает, не соскользнет ли моя рука с волшебной палочкой… парой авад.

— Папашка-то её сдох, когда в лес полез, за ингредиентами. Думал, найдет все необходимое для ритуала. Хотел пробудить её магию. Дебил. Там и сдох. Из-за тебя сдох, сука! — дед вновь пнул бедняжку ногой по голове, отчего та захныкала.

Мои пальцы сжались в кулак, тихонько хрустнув костяшками. Хорошо хоть силы в этом старом гнилом пне было чуть, потому удары его были далеко не так страшны, как смотрелось со стороны… я надеюсь.

— Старина Крокси, оставь ты этих замарашек. Скоро будет аукцион и ярмарка, там найдёшь кого подешевле и попригляднее! — волшебник в синей мантии в вертикальную белую полоску все-таки подошёл, влезая не в свое дело со своими очень «нужными» советами. — Приветствую лорд, леди Крокс.

— Доброго вечера, лорд Селвин. Как неожиданно встретить вас сегодня. Я думал, мы увидимся лишь на ярмарке.

— Право слово, я тоже не ожидал вас здесь сегодня увидеть. Я думал, вы гостите у родственников в Провансе.

— В Сэттэ. — поправил его я.

Оговорка или проверка? Вот как не вовремя-то. Хорошо, мы неплохо подготовились и изучили свои маски настолько, насколько это возможно за короткую неделю.

— Мои извинения. Запамятовал. — статный блондин улыбнулся чуть дружелюбнее, опираясь на трость.

Он чуть поклонился, почти как равный равному, но с незримым налетом высокомерия. А потом продолжил вливать нам в уши слова, которые я пропускал мимо ушей, скинув на Фел светскую беседу с Селвином, сославшись на не завершенный торг. С ней он точно ничего важного обсуждать не будет. Сраный кружок пожирателей. Похоже, они хотят затащить в него несколько ранее нейтральных семей, которые находятся в плохом финансовом положении.

— Семьдесят, так уж и быть.

— Сто пятьдесят.

— Семьдесят пять и десять сиклей, если в комплекте будет одежда ей по размеру. Я не собираюсь покупать ей новую, знаешь ли.

— Ну уж нет. Будть это действительно замарашка какая, то я бы, может, и отдал бы девчонку за сто двадцать галеонов, но все-таки внучка. Родная кровинушка. Сто тридцать!

— Восемьдесят. — вот это я понимаю уровень лицемерия. Родная кровинушка, да?

— Сто двадцать!

— Так значит, ты признаешь, старик, что она просто замарашка получается? А мать её знает, что ты ее дочурку продаёшь, или нет? Не хватало мне еще проблем с магловскими законниками заиметь из-за неё. Восемьдесят пять.

— Тц. — цокнул языком горбатый дед, сплюнув на землю вязкую слюну сквозь щель между зубов. — Магия с тобой, скупой лорд, сто пятнадцать. И за магловских бобби можешь не переживать. Жаловаться некому. Несчастный, хе-хе, случай с этой грязной подстилкой, что сына моего совратила, приключился. Померла она, вестимо.

Девочка, которая держась за ушибленный бок, кое как встала и тихо заплакала после его слов. От былой приветливости у деда не осталось и следа, однако беззубый оскал выглядел зловеще. Понятно. Убил её, значит… Ещё и на глазах у бедняжки, похоже.

Магический мир полон несчастных историй. Эта — лишь одна из многих. Если бы у ее отца все получилось, то… Кто знает, возможно, через пару лет, его дочурка пошла бы в школу, а мать и отец, пускай и с большим трудом, влезая в долги, но смогли бы поддержать её и обеспечивать дочь пока та сама не встанет на ноги. Горбатый дед сдох бы от старости, не успев причинить внучке вред. Хэппи энд.

Однако суровая реальность стерла вероятность, где счастливая семья живет вместе и горя не знает, окрасив ее цветами смерти и абсолютного отчаяния.

— Сто. Это моё последнее предложение.

— Сто десять и ни кнатом больше! То есть, ни кнатом меньше, значиться, во.

Сука, мой бюджет как раз сто галеонов. Нужно бы еще сбить цену, но, как я вижу и ощущаю, старый хрыч уперся рогом в этот раз и больше торговаться не намерен. Видимо, ему нудна для чего-то именно такая сумма. Жалкие десять галеонов.

— Сто, старик. Больше не дам.

— Ну что же, тогда пройдитесь по рядам. — зло прошипел он, отвернувшись в сторону девочки и стал приводить ее в надлежащий вид, ожидая других клиентов.

— Пройдусь.

Действительно, это хороший выбор. Мы как раз закончим обход за пол часика, отвяжемся от прилипчивого аристократа, от которого пытается пока отделаться в одиночку Фелисити, и вернемся обратно. И если этот старый пидор не сбросит цену, хер с ним, заплачу сто десять. Не настолько уж это нарушает конспирацию, если других покупок на Чёрном Рынке мы сегодня делать не будем. Свалим просто побыстрее, раз уж дела закончили, и никто не станет задавать лишние вопросы.

Так и поступили. От Селвина мы отделались быстро, благо, тот и сам куда-то спешил и дальше дежурных разговоров ни о чём, дело так и не двинулось, так что прошвырнувшись по последней улочке, на которой ещё не были, мы вернулись к старому уродцу…

Только вот он уже собирал свои манатки, а девочки с ним не было.

— Старик, а где… товар? — нехорошее предчувствие кольнуло сердце.

— Так продал, хех, значиться. Пока вы, благородный господин, по рядам ходили, нашелся другой покупатель. Во! Не торговался даже. — Старый ублюдок раскрыл кошель и показал горку золотистых кругляшей внутри. — Хорошая сделка. Двести полновесных галеончиков. Хорошо быть богатым лордом. А я себе ещё и зубы сделаю, гы.

Хорошая сделка? Продал свою внучку за жалкие копейки, приговорив ее к жуткой смерти и считаешь это хорошей сделкой, да!? Ну ладно, уёбок.

В руку уже скользнула волшебная палочка, однако я был остановлен железной хваткой Синдер, которая потащила меня прочь, не дав совершить задуманное.

— Почему помешала? — холодно поинтересовался я, стараясь унять негативные эмоции. В голове словно бил набатом колокол, мешая трезво мыслить из-за всепоглощающей злости. На себя и свою беспечность, в первую очередь. Не думал, что тот сможет так быстро найти нового клиента и уж точно я не думал, что они не будут торговаться...

— Потому что я его уже прокляла. Точнее, его золото. Сразу поняла, как только увидела кошель в его руке и не увидела мелкой рядом. Потому действовала на упреждение и заодно повесила заклинание-маячок. Мы найдём его, после того как он покинет это место. Скоро он умрет в муках, так что давай пока лучше попытаемся найти девчонку или ее покупателя своими силами, раз уж тебя это так заботит.

— Ясно… спасибо. Ты молодец. Я вот до последнего надеялся, что ошибся, или что-то не так понял, когда не увидел её с ним.

— Просто ты слишком добрый и всегда надеешься на лучшее. — хмыкнула Фел, выискивая глазами в толпе мелкую синеглазую брюнетку в обносках.

— Да, наверное. Я свяжусь с Кэрол. Она наверняка что-то видела, ведь тут повсюду наши паучки. В крайнем случае — мы можем узнать, кто ее купил и попробовать перехватить малышку до того, как станет слишком поздно…

Но у нас ничего не получилось. Мы никого не нашли, хотя и разделились для надежности. Пока Кэрол разбирала и отматытывала назад «видео» было уже слишком поздно. Паутина была только в начале процесса плетения и пока слишком плохо организована, потому мы упустили момент.

Да и покупатель, лица которого мы так и не смогли узнать, с каких бы ракурсов не вертели изображения, ушел сразу же, как купил девочку. Так что даже если бы мы работали быстрее и спохватились раньше, шансов перехватить его было безбожно мало.

Не думал, что меня это заденет за живое, но по возвращении домой я просто упал в кресло и не хотел даже шевелиться, лишь прикрыв глаза, отдавшись усталости и бессильной злобе.

Фелисити пристроилась рядом, успокаивая меня, нашептывая, что в том нет моей вины и что это просто неудачное стечение обстоятельств, что мы не могли знать, что так сложится судьба…

А должны были бы предвидеть… Почему я не догадался бросить на девочку следилку? Да, было рискованно проворачивать такое на глазах у Селвина и меня могли спалить, но зато маленькая девочка осталась бы жива. Вот почему я ненавижу стелс миссии… Я всегда был откровенно плох в них и лажал. Этот раз не стал исключением…

Мы пытались найти ее или таинственного покупателя следующие несколько дней, вместе просмотрев весь материал, который смогли нам передать акромантулы, но все было тщетно. Мы также наведались к старику-ублюдку, который уже был на последнем издыхании из-за проклятья, с упоением глотая кровавое золото, и начисто сломали ему мозг, грубо вытягивая из него все что могло нам помочь найти его внучку, включая кровь, но… Он попросту не видел лица и не знал покупателя. Тот шифровался еще лучше нас, да и узнай он его, кто дал бы гарантию, что покупатель был не под обороткой, как мы четверо?

У близнецов Уизли, ещё давненько, я выменял заклинание на крови, с помощью которого можно создать артефакт, позволяющий отслеживать направление на человека, ориентируясь словно по компасу, который всегда указывает на север. Кровь деда нашла свое применение, хотя для идеального результата не хватало крови той, что мы ищем, однако с учётом того, что больше живых родственников у старого ублюлка не было, это должно было сработать, но... стрелочка вращалась как бешеная.

Это значило, что девочка либо находится под сильными чарами сокрытия, например в древнем особняке, либо... что ее уже нет в мире живых.

Кэрол, я и Фел были неплохими магами крови, особенно Кэрол, но даже её познаний не хватило, чтоб найти голубоглазку кровавым прорицанием. Магия вуду Фелисити оказалась бессильна, как и моя некромантия с ритуалами. Тупик.

Ниточка была утеряна.

Давно я не чувствовал горечь поражения. Всех не спасти и всё такое, но… её-то я как раз собирался спасти. Но не справился. Это уже совсем другое дело, твердило подсознание.

Наши мохнатые агенты пытались разнюхать что-то, но особых надежд я не питал. Не та у них сфера компетенции. Она же не в лесу потерялась, в самом деле...

Не знаю, сколько бы я рефлексировал, если бы не помощь подруг, с которыми вместе переживал общий провал, но через неделю все-же смог вернуться в прежний ритм и постарался забыть печальные синие глаза и просто жить дальше. Что ещё мне оставалось?

Я не мог тратить все свое время и силы на поиски едва знакомой девочки, которая, скорее всего, уже мертва. Только успокаивать себя тем, что я попробую помочь другим таким же несчастным, когда придет время ярмарки рабов. Подготовлюсь лучше. Спасу куда больше.

Её смерть, а я практически не сомневаюсь, что она уже мертва или скоро будет мертва, не будет напрасной.

Посмотрим, как долго сможет просуществовать Черный Рынок, если его возьмет штурмом Дикая Охота…

Глава 57 Подготовка и переговоры

Хлесткая пощечина опрокинула изможденного брюнета на пол. Слипшиеся, жирные патлы, упавшие на глаза, скрыли от ударившего его блондина недоумение, обиду и затаенную ненависть. Пальцы на мгновение сжались в кулаки, а потом расслабились. Мужчина прекрасно понимал разницу в их силах и не собирался лезть в узкое горлышко бутылки. Не хотел получить еще больше непонятно за что.

— Принц, я тебе что сказал сделать?

Рыцарь Лета нависал над профессором зельеварения, словно могучий дуб над пожухлой травой. Цвет лица профессора как раз был нездоровым и желтоватым, что говорило о серьезных проблемах со здоровьем в целом и с кожей в частности. Та была жирная, как воск.

— Найти и привести жалкого отброса общества, которого точно не жалко будет пустить на жертвоприношение в ритуале, что я и сделал. — утирая рукавом мантии кровь, сочащуюся из разбитой губы, Северус Снейп, или же Северус Принц, если по авалонски, тряхнул головой, пытаясь прийти в себя и вытряхнуть из головы неприятный писк, который еще и перемешался с навязчивым шёпотом на подкорке подсознания. Шёпот знакомый, но пробирающий до костей своим могильным холодом, сковывающим мысли.

— Именно. И кого ты мне притащил, а?!

Северус перевел взгляд на забившуюся в уголок, словно помойная крыса, маленькую сквибку с голубыми, как и у его ненавистного начальника, глазами, и сплюнул на пол кровь, скопившуюся во рту. Подняв взгляд на Рыцаря тот недоуменно приподнял бровь, практически в рефлекторном, отработанном множество раз, жесте.

— Ненужный никому мусор, купленный за бесценок, мой Лорд. — девочка в уголке на его слова лишь сильнее сжалась в комочек, подтянув колени к груди и спрятала в них лицо, чтобы не смотреть на страшного черного колдуна.

Тот, кто притворялся профессором ЗОТИ в школе Чародейства и Волшебства всё последнее время, устало вздохнул и потер переносицу, прикрыв глаза.

— Что не так? Сиротка. Сквибка. Еще и иностранка. Мелкая. Бесполезная. Никто не хватится, а участь её и так была решена. Так или иначе. Как жертва для воскрешения нашего короля она хотя бы принесет пользу миру. Великая честь для какой-то оборванки, я считаю. Или в ней недостаточно жизненной силы и крови? Так я могу еще кого прикупить…

— Северус… Ладно, я вижу, проклятье подточило не только твоё тело, но заодно и твой разум, так что наказывать не буду. Ступай, приведи себя в порядок. — рыцарь махнул рукой, повернувшись спиной к волшебнику, и подошел к окну, нечитаемым взглядом уставившись на приближающуюся к полной фазе луну. — И, да, Северус, найди наконец-то источник своих бед. Мне некогда отвлекаться еще и на это. Подготовка ритуала отнимает всё свободное время, как и моё прикрытие. Найдешь зацепку — сообщи, и тогда, быть может, я помогу решить твою проблему.

— Да... Я вас понял... — кряхтя, опираясь на стену одной рукой, Снейп поплелся из комнаты, лишь уже у самой двери обернувшись и бросив ненавидящий взгляд себе за спину, но тут же отвел глаза, на всякий случай, и поковылял дальше, оставив задумчивого «златокудрого Локхарта» стоять в полумраке у окна. — До скорой встречи, мой Лорд.

Лето подождал, пока один из его помощников покинет арендованный в Хогсмиде домик, и лишь тогда, повторно вздохнув, повернулся к свернувшемуся черному комочку, напоминавшему промокшего под дождём чёрного котёнка.

Снейп-Принц его откровенно разочаровал. Это, впрочем, стало довольно частым явлением в последнее время, из-за чего Рыцарь уже не так уж и горел желанием помогать провалившемуся подчиненному с его бедой. Так, сделал вид, чтоб тот не натворил глупостей от отчаяния. Дал надежду. Но в благополучный исход для волшебника не особо верил. Уж больно сильно стало фонить магией смерти проклятье. Разве что Король Оберон сможет развеять такое, в благодарность за службу. Но до его воскрешения ещё нужно как-то дожить…

— Ну и что мне с тобой теперь делать? — «Локхарт» покачал головой, из-за чего одна из непослушный прядей его личины выбилась из прически и полезла в глаза. Тот сдул ее обратно уже привычным действием и потёр подбородок, крепко задумавшись.

Конечно, когда он давал распоряжение Принцу, он думал, что это само собой разумеется, что нужно выловить какого-то ублюдка, по которому давно дементоры плачут, и притащить тушку пред его светлы очи, но никак не ожидал… такого вот «подарка». Северус его знатно подставил.

— Не убивайте, добрый господин… — тихо пролепетала мелкая, зыркнув на него своими синими, почти как у оригинального Локхарта, глазищами. — Жить очень хочется…

— Мда. Потрепала же тебя судьба, мелкая… — что бы там кто не думал о нем в Авалоне, у Лета было сердце, и сейчас оно немного кольнуло, ведь его, как друида круга, когда-то давно учили, что дети — цветы жизни.

А потому убийство детей он считал большим грехом против самой природы. Даже если так нужно для общего блага. Даже если это нужно для высшей цели. Ему это очень не нравилось. Однажды он уже переступил через своё табу, и сильно пожалел об этом сейчас. Опять же, из-за того что прислушался к совету и доводам своего нерадивого помощника, Принца. Но тогда он звучал действительно убедительно и резонно… Рыцарь поддался, выбрав легкий путь к воскрешению. Но совершать подобную же ошибку вновь? Нет уж, он не был таким дураком.

«Что бы об этом сказали мои ученики, интересно? Хотя что тут гадать, я и так знаю, что в их глазах вместо уважения после такого плескалось бы презрение. Никто бы такое не одобрил, какие бы благие цели я не преследовал. Тем более, если с Поттером там особо и выбора у меня не было, то тут… Подойдёт буквально кто угодно… А этот идиот притащил маленького ребёнка… Ну что за?!»

— Не бойся, мелкая. Будешь жить. Тебе, если можно так сказать, повезло. — девочка посмотрела на него наполовину со страхом, наполовину со скепсисом, из-за чего на лице златовласого волшебника невольно появилась улыбка. — Поменьше недоверия, мелочь. Хотел бы я причинить тебе вред, этого разговора вообще не состоялось бы. Говорю же, ты выиграла в лотерею… так, вроде, говорят магглы?

«Правда, все еще остается актуальным вопрос, что же мне с тобой делать…» — думал про себя могучий друид, который уж точно не видел себя в роли няни. Ему хватало и тех личинок волшебников, которых ему приходилось учить магии… А еще был сосуд короля с шилом в одном месте — причина его головных болей в последнее время.

«Сложный вопрос. Просто освободить — пара суток, и она опять попадет в неприятности. В приют сдать? Так её там быстро найдут ищейки, которые охотятся на сквибов и грязнокровок ради продажи их на этот треклятый чёрный рынок или сразу на ингредиенты разберут… хммм. Второй раз ей может и не повезти так, а раз уж взялся помогать, то надо делать это правильно. Пускай она и сквибка, но ей совсем чуть-чуть не хватает, чтобы стать полноценной, пускай и слабенькой, ведьмой. Была бы она из чистокровной семьи и её род обязательно помог бы ей преодолеть преграду, увеличив концентрацию магии в теле хотя бы процентов на пять. И всего этого бы вообще не случилось. Хотя… Северус бы просто припёр с собой какого-то другого ребенка, я полагаю. Ладно.»

Девочка, тем временем, молчала и внимательно следила за своим… кем бы он ни был. Еще не понимала до конца. Убийцей? Спасителем? Похитителем? Хозяином? Освободителем?

— Хммм. В компенсацию за то, что мой человек тебя напугал, и вообще за всё, что ты пережила, так уж и быть, я помогу тебе. Так как жизнь у безродных сквибов обычно безрадостная и короткая, придется дать твоей магии лёгкий толчок, иначе все мои усилия канут в Лету.

В глазах девочки появилась новая эмоция. Даже две. Интерес и… Надежда.

«Придётся обратиться к Дамблдору, хоть и не хочется… Но надо признать, что Осенний Шмель хоть и раздражает, хоть и мешается под ногами, но тот еще моралист. И детей любит. Не откажет помочь сиротке и пристроит её куда-нибудь. Приглядит за ней годик, а там уже и в школу пора. Хогвартс — это протекция, как минимум, до совершеннолетия. Девочка уже поглядела на темную сторону магического мира туманного Альбиона, а потому будет учиться не менее усердно чем та же Шарпхарт. Если не дурочка, то сама выплывет из этого болота или обратится за помощью к более старшим ребятам, которые ей все растолкуют. Или к деканам. Не мне же этим заниматься, в самом деле? И так дел по горло. Еще одну мелкую спиногрызку я себе на попечение точно не возьму.»

***

Чем больше времени проходило, тем отчетливее мы понимали, что девочку мы уже не найдем. По крайней мере, живой. Потому мы сосредоточились на иных задачах, пообещав хотя бы отомстить за неё… Хотя кому мстить, кроме как системе, я не представлял. Разве что уебкам, что держали чёрный рынок, но их участь и так была решена. Пожалуй, немного справедливого возмездия им не помешает. Не добьём мы, так порвут ослабшего собрата конкуренты.

Чёрный Рынок — международная и даже межконтинентальная конгломерация таких вот «предприятий», у которых нет общего управления как такового. У них мало общего между собой. Филиалы разбросаны по всему миру и имеются везде, где живёт достаточно много волшебников и ведьм, чтобы породить спрос. Но на каждой отдельной территории за Чёрный Рынок отвечают так называемые «чёрные» семьи, и желающих отодвинуть тех от кормушки и занять их их место…к сожалению очень много.

Сейчас для нас это и хорошо и плохо. С одной стороны, если поранить голову этой гидре, её тут же сожрут другие, но на ее месте начнёт прорастать новая, а отрубить и прижечь все головы сразу пока не представляется возможным. Может быть, в будущем.

Время до начала операции еще было, так что мы занимались своими делами, предвкушая расправу над нелюдями. Пока с нашей связной во Франции не вышла на контакт интересная личность, пожелавшая встретиться и переговорить с глазу на глаз, а не только через корреспонденцию, как было раньше. Практически с глазу на глаз, хах. К нам тайно прибыла небольшая делегация из пяти вейл, с которыми мы сейчас и собрались за одним длинным столом на одной из резервных баз у побережья, с интересом разглядывая друг друга.

База представляла из себя заброшенный старый маяк с пристройкой для смотрителя. Мы выкупили его за бесценок и оформили на одного из наших доверенных лиц. Внутри все обновили, почистили, а вот снаружи он все так же выглядел ветхой развалиной, не привлекающей к себе лишнего внимания даже если бы не стоял на отшибе маленькой рыбацкой деревеньки.

С нашей стороны были представлены все три разноцветные волчьи маски, сиречь Я, Фел и Кэрол. А также еще один оборотень и вейла. Получивший повышение до нового альфы от меня — Дэрек и одна из самых наших активных, боевитых и талантливых вейл — Юстиция. Кажется, её спасла Фелисити.

А делегацию наших гостей возглавляла…

— Рада наконец-то познакомиться с вами лично, месье Блэк Вулф, как и с вашими прекрасными спутницами, Сильвер и Кримсон Мун. Право слово, не думала, что в Британии ещё остались Люди с большой буквы. И не только люди, конечно. Разумные в целом, я имею ввиду. — ьягкий голос главы делегации проникал, казалось, в саму душу. От неё веяло доброжелательностью и спокойствием. Женщина обозначила лёгкий поклон, как равная к равным, что было принято благосклонно. Мы ответили симметрично. — Иногда бывает даже приятно… ошибиться.

— Это взаимно, мадемуазель. Рад приветствовать вас по эту сторону Ламанша. Жаль, что наш климат, как всегда, встречает добрых гостей непогодой, серостью и дождём. Как я могу к вам обращаться?

— Апполиттан Делакур. Но это для официальных мероприятий. Для друзей просто Апполиттан. — Лучезарно улыбнулась сногсшибательная блондинка. — Также со мной здесь тройняшки Элис, Стэйси и Филия Ларуш. А это моя дочь, Флер Делакур. Приобщаю к общему делу семьи, так сказать.

Апполиттан особенно выделила одну девушку из остальных по вполне понятной причине, заодно сразу ответив на мой невысказанный вопрос. Флер сидела по правую руку от матери с весьма сосредоточенным лицом. Самая молодая из присутствующих вейл.

«Практически ровесница» — отметил про себя я.

Правду говорят, похоже, что чем красивее вейла, тем выше она летает. А Делакур парила высоко, практически на вершине политической жизни Франции и возглавляла целый ковен французских вейл, что как бы намекало. Глаза у меня были.

Могу понять, почему её муж, высокопоставленный политик, не устоял перед её красотой и согласился на официальный брак. Ей даже шарм вейл использовать не нужно, чтобы пленять сердца, хотя, казалось бы, все вейлы очень похожи, но… Апполиттан даже на их фоне была просто великолепна.

К несчастью для кокетливо улыбающейся женщины, моё сердце уже давно отдано на хранение другой, хе-хе. Дочь явно пошла в мать, хотя ей пока и не хватало опыта, чтобы манипулировать окружающими как ей вздумается, но задатки и внешние данные говорят сами за себя. Апполиттан готовила себе достойную замену.

— З-здравствуйте. Большая ч-честь познакомиться с вами. У нас, во Франции, о Дикой Охоте отзываются весьма положительно и мы всей семьей, с замиранием сердца следим за вашими подвигами! — смущаясь и даже немного запинаясь, скороговоркой выдала младшая Флер. Тройняшки закивали на её слова и тоже поприветствовали нас.

Что же, разыграв карту смущения, Флер показала, что даже сейчас не сильно уступает матери в обольщении, хотя и пользуется пока другим набором, присущим «молодым и неопытным» девушкам. Браво. Я оценил. Дэрек, вон, тоже. Поплыл парень, за что получил тычок в бок от сидящей рядом Юстиции.

— И вам, и вашей матушке всегда будут рады в тех краях, где идет Дикая Охота. Пока, к сожалению, таких мест не много, так что, я надеюсь что вы будете соблюдать осторожность. Если вдруг захотите посетить Магическую Британию, известите нас. В наши сложные времена вейлам небезопасно гулять по улочкам Лондона или Эдинбурга, но мы стараемся это изменить. Если же вы всё-таки попадете в беду, мы, по крайней мере, постараемся помочь. — нейтрально-благожелательно ответил я, почувствовав как ладошка Фелисити под столом легла мне на колено.

Острые коготки приятно царапали кожу через ткань брюк, поднимаясь всё выше, не причиняя вреда, но приятно возбуждая.

Ревнивица. Ну, хоть не стала перьевую ручку ронять под стол и искать ее потом там минут пятнадцать… Боюсь, тогда даже маска не помогла бы мне удержать лицо. Больно хороша Фел стала в… поиске ручек.

Хорошо, что на оборотней практически не действует очарование вейл из-за мощной природной ментальной защиты. Хотя вот по Дэреку так сразу и не скажешь, что его не пришибло очарованием… Но это чисто физическое влечение. Понравилась ему… кто-то из вейл. Точно не скажу кто. Может быть вообще даже и не Делакуры, а кто-то из тройняшек.

Тоже очень симпатичные француженки, между прочим. Воздушные, веселые, пользуются хорошими мягкими духами, приятными для нюха оборотней и не броским макияжем. Приятно, что они учли даже это, зная с кем на встречу отправляются.

Одна из них как раз с интересом посматривала на молодого альфу, стреляя голубыми глазками, словно костёр горячими искорками. Пикантности добавляло то, что они тройняшки, а значит были неплохие шансы, что и в браке они не захотят разделяться… Конечно, это только пустые мечты, которые я легко могу прочитать на глуповатой физиономии Дэрека, который, слава магии, хоть слюни на них не пускает. Мне даже ментальной магии не нужно, чтобы догадаться, о чём он думает. Девушки, наверняка, это всё тоже поняли. Вон как озорно переглядываются между собой сестрички.

Так-то вейлы и оборотни идеально подходят друг другу чисто с биологической точки зрения, нивелируя некоторые неприятные особенности своих видов. Какие? Ну, например, всем известно, что у союза вейл и людей, а оборотни тоже люди, кто бы там что не говорил, рождаются исключительно девочки-вейлы. Это уже купирует как минимум проблему с передачей ликантропии по наследству, не говоря уже о том, что, как и метаморфы, вейлы не могут заразиться проклятьем, ведь оно рассчитано на людей, а не на вейл.

И даже если девушку случайно покусают, ничего плохого, кроме, естественно, самих укусов и кровопотери той не грозит. Главное, чтоб не сожрал целиком, но инстинкты оборотня ведут его не убивать, а заражать, так что убийство — это редкий случай, если оборотень сам того не желает, то убивать специально не станет. В общем, это огромное облегчение для влюбленных и молодых родителей, которые не хотят такой участи своим детям, как вы понимаете. И, в отличии от волшебников, практически любой оборотень будет рад такому браку и не будет бухтеть, что у того не будет чистокровного наследника-волшебника.

Для многих вейл же их шарм зачастую становится бременем, как и частичная птичья форма, слегка напоминающая гарпию, в которую те могут перекидываться. Не для всех это так, но для многих. Оборотням же на их боевую форму пофиг, ведь у них и того страшнее. Насчёт шарма… не все могут так хорошо его контролировать, как наши гостьи, а во время физической близости любые их предосторожности тщетны и шарм начинает просачиваться наружу. Так что да, многие страдают из-за того, что любовь непонятно какая, настоящая или поддельная. Их партнёры тоже, бывает, задаются подобным вопросом, и семьи нередко даже распадаются из-за этого. Оборотни же легко держат шарм и будут ценить свою партнершу как обычную красивую девушку, без всякого там магическо-ментального поводка.

Вроде все звучит идеально, круто, так почему же вейлы и оборотни не живут счастливо, рука об руку? А всё из-за социального статуса.

Вейлам, так уж исторически сложилось, нужен статус и защита мужа-волшебника, иначе… Будет как у нас, в Британии. Как вы понимаете, оборотни находятся на самом дне социальной лестнице, и ни о каком «статусе» и безопасности не идёт и речи. Даже в более лояльно относящихся к оборотням странам Европы те всё еще подвергаются притеснениям и ни о каком высоком посте в министерстве или гильдии даже разговор заводить не стоит.

Меркантильность, скажете вы? Необходимость, отвечу я. Какими бы идеальными парочками не стали бы оборотень и вейла в потенциале, на практике такая пара будет подвергаться двойному прессингу и остракизму, как и их потомство.

К тому же… Это довольно опасное сочетание для власти волшебников, объективно говоря. Нужно ли говорить почему? Во времена Дикой Охоты и фэйри браки между оборотнями и вейлами были обычным делом, но то давно осталось в прошлом.

С другой стороны, все новое — хорошо забытое старое. Сейчас эта практика имеет все шансы вновь расцвести. Оборотни и вейлы снова работают сообща, и социальный статус и тех и других, благодаря нашим усилиям, может подняться достаточно высоко. Потенциально, конечно.

Вейлы всегда были умны и хитры. Всегда знали, куда дует ветер. Не зря же они пернатые? Некоторые вполне способны думать на перспективу. В конце концов… Можно обзавестись связями и посмотреть как будет развиваться ситуация дальше, не так ли?

Если всё рухнет и Дикая Охота будет быстро уничтожена, то можно умыть руки и сделать вид, что никаких связей и не было, а вот если у нас всё выгорит… То это уже совсем другой разговор, и вейлы будут тут как тут. Свою выгоду эти дамочки точно не упустят. Но мне это на руку. Мы используем друг друга на полную.

Мы еще немного поболтали о том, о сём, прежде чем перейти к серьезным разговорам. Выпили чаю. Британия же. Но зато когда наконец пришло время, Апполитте удалось меня заинтересовать.

— Вы уверены? Я конечно думал об этом, но даже предлагать пока не стал, ведь это большой риск…

— Это не столько моё желание, сколько сестёр Ларуш. Они одни из наших самых сильных и опытных боевых ведьм, а втроём и вовсе практически непобедимы, так что за их безопасность я как раз не переживаю. К тому же, у них есть опыт обучения слаженных троек, а вейлы требуют несколько иного подхода в обучении чарам, как вы знаете, так что… Можете считать это первой партией добровольной союзной помощи. Уверена, в будущем к вам захотят присоединиться и другие вейлы. Те несчастные девочки, которых благодаря вам удалось спасти многое нам рассказали, и сердца многих моих знакомых загорелись идеей, хннн... — тяжело вздохнула глава ковена, переводя взгляд на подобравшихся тройняшек.

Миниатюрные платиновые блондиночки, одетые в стильные одинаковые костюмы, состоящие из черных брюк, жилетов, лакированных туфель и модных бордовых рубашек, застегнутых под последнюю пуговичку, и затянутые черными галстуками на тонких шейках, создавали впечатление каких-то юных итальянских мафиози, а не утонченных француженок.

— Да, мы…

— Наслышаны о…

— Вас…

— И ваших…

— Делах…

— Во Франции…

— Нам, сёстрам…

— Ужасно скуч~но…

— Не с кем…

— Больше…

— Сражаться…

— Зато мы…

— Поможем вам…

— Натренируем тех…

— Кто хочет…

— Пойти по нашим…

— Стопам…

— Спасём других…

— Принесём пользу…

— Не будем обузой…

— Что скажете? Примете нашу помощь, о Чёрный Волк и Луны? — закончили девочки и вовсе слитным хором мелодичных голосков, с интересном уставившись на меня.

Признаться, не имей я дел с близнецами Уизли, я бы немного растерялся от такого, но… Опыт уже был. Не так уж и удивительно, что они настолько хорошо чувствуют друг друга, что могут заканчивать друг за друга предложения. Словно единый организм.

Мы с Фел тоже так можем, хоть пока и не настолько синхронно и быстро. Все же эти девушки всю жизнь провели вместе.

Вместе росли, вместе тренировались и учились, вместе сражались и убивали. От такой помощи я точно отказываться не буду, особенно в преддверии нападения на ЧР. Если в наших рядах засветятся не только оборотни но и прекрасные вейлы, это пойдёт нам на пользу.

Я переглянулся со своими и те подтвердили кивками, что тоже не против.

— Мы принимаем ваше предложение о помощи. — обрадовал я заулыбавшихся тройняшек.

— Добро пожаловать в Дикую Охоту, сёстры. — продолжила за меня Кэролайн. — Я отвечаю за взаимодействие вейл и оборотней в нашей организации, так что, как только вы будете готовы приступать к работе, обращайтесь напрямую ко мне или моей заместительнице — Юстиции, если меня не будет рядом. Мы с Вулфом, обычно, слишком заняты тайными операциями.

— Понимаем, мадемуазель Кримсон Мун, Юстиция. Позаботьтесь о нас. — ответила за всех «центральная» близняшка. Сестры слегка поклонились, пряча довольные улыбки. Слава магии, они не всегда говорят все сразу.

— Теперь же касательно других аспектов взаимопомощи, которые я хотела бы обговорить…

Спустя еще час вполне приятного общения, мы расстались полностью довольные друг другом. Делакуры ушли, оставив с нами трёх боевитых и жизнерадостных ведьм, которые, что неудивительно, в принципе были страсть как хороши в стихийной магии.

Точнее, в огненной, хотя и с ветром девочки, как позже выяснилось, умудрялись творить всякие страшные вещи. Особенно, когда сочетали и то и другое. Примерно как когда я с Фелисити, на пару, орудовали водой и льдом.

Втроем они легко могли управляться с Адским пламенем, как с обычным огоньком, что впечатляло, если честно, ведь они были лишь немногим старше нас. Такое можно было бы ожидать от матерого вояки — Грюма, например, но никак от двадцатипятилетних пигалиц с шилом в прекрасных филейных частях тела. Талантливые чертовки.

Юстиции и ее подругам есть чему поучиться у них, ведь талант к огненной магии у вейл в крови. В меньшей степени, но и к ветру тоже предрасположенность имеется у всех. Идеально. Может быть, к тому времени как мы отправимся штурмовать Чёрный Рынок, они освоятся немного с магией и мы возьмем их с собой, на стажировку, хах. Близняшки проконтролируют, чтоб они не полегли в первом же бою.

Дурной силы в сёстрах было много. Благо, как раз есть куда ее применить. Вскоре мне стало кристально ясно, почему Апполитта отпустила их к нам. Все равно этих электровеников хрен удержишь в узде, а теперь из-за их гиперактивности голова будет болеть у нас, а не у нее. Зато мне и девочкам наконец нашлись достойные спарринг партнёры, а бои три на три стали нормой на наших подземных полигонах. Пускай тройняшки были послабее нас в магическом и физическом плане, но компенсировали это шикарной, просто невероятно слаженной, командной работой, так что каждую победу нам приходилось выгрызать с большим усилием, чтобы позорно не сесть в лужу перед подчиненными. С близняшками мы быстро сошлись, ведь тяжело не проникнуться симпатией и уважением к таким душкам. Особенно были довольны новым подругам Кэрол с Фелисити. Налаживание международного контакта, все дела. На деле же чаи гоняли, да кости парням перемывали. Сплетницы.

Ковен французских вейл оказался крайне заинтересован в процветании и усилении Дикой Охоты и выражал надежду, что со временем наше влияние распространится на всю Европу и дальше. Ведь это сулит другим вейлам освобождение и защиту. Ситуация схожая с той, что сейчас у нас, была распространена в мире, по большей части. Скорее, это Франция и Германия были «ненормальными», давая права и свободы «проклятым нелюдям».

Большая часть из освобожденных из рабства ведь все равно мирная и пойдёт под крыло к кому, как вы думаете? Ну конечно, к нашим самым первым и серьезным союзникам, чьё влияние и сила возрастет в разы. Хитрая Апполитта. Небось и мужа в кресло министра уже думает как бы протолкнуть на волне успехов.

Впрочем, это и нам сулит усиление, да и планы мои все равно простирались в том же направлении. Я остался полностью доволен встречей, как и все остальные.

Немного артов на тему "Близняшки за работой"

П. С. Это просто похожий образ, но попадание весьма точное пхпхпхпх.

Глава 58 Огненная клетка

Наконец-то, день расплаты настал… Ладно, это слишком пафосно звучит даже в моей голове, чего уж там.

В любом случае, подготовка к нападению на обитель зла местного разлива была практически завершена. План был прост, а оттого и эффективен. Сложный план в данном случае не подошёл бы из-за огромного количества переменных. Каких? Волшебники. Каждый волшебник это та еще переменная. Потенциально.

А уж те из них, кто имеет доступ к черному рынку, да еще и в день особых торгов, как сегодня… В общем, это не заурядные обыватели, а, скорее всего, опасные тёмные маги или просто безжалостные сволочи. Не такие тёмные маги, как я, а реальные твари. Уверен, тут будет полно бывших и действующих пожирателей, а также — Мордред знает кто еще.

Опасные противники, которые прошли через горнило какой-никакой магической войны и выжили, при этом оставшись на свободе. Хитрые. Опасные. Безжалостные. Бить тех, кто сопротивляется и контратакует, а не бежит, поджав хвост, приказано насмерть. Не то чтобы у бегунков были реальные шансы уйти, конечно, но они не нулевые.

Первое и самое важное, что мы с Фел сделали, это перекрыли возможные пути отступления, подкрепления и отрезали связь. У волшебников традиционно было предостаточно способов сбежать, но мы старались учесть всё по максимуму. Понятно, что некоторые смогут уйти, но это было в рамках плана.

Они разнесут страх и слухи, словно комары малярию, посеяв семена паники и сомнений. И тогда наших врагов начнёт лихорадить. Кто-то из них, рано или поздно, совершит ошибку. Подставится, когда его руки начнёт трясти от зашкаливающей ненависти и внутреннего жара обиды. Еще бы, ведь щеки некоторых из них уже и так просто горят от наших пощечин, а после этой ночи кое кто и вовсе сплюнет пару зубов, настолько болезненным будет в итоге удар.

Но просто взять и отрезать целый пласт скрытого подпространства было нельзя.

Это могло стать большой проблемой, не будь у нас времени на подготовку. Но у нас было. Мы начали готовить местность вокруг за несколько дней до начала торгов.

Забавно, но никто из организаторов или охраны даже не пытался проверять что-то за пределами защитного периметра. Очень зря. Контролировать нужно не только свою территорию, но и буферную зону вокруг неё. Уж я-то знаю. В любом случае, за то, что они посмели расслабиться и слишком поверили в свою безнаказанность, последует наказание.

Как пожиратели, которые загоняли своих жертв без шанса на спасение, так и мы тоже имели свои способы организовать загонную охоту… Но теперь пешки Тёмного Лорда станут добычей, а не наоборот.

Кэрол предложила позаимствовать несколько идей у ПСов, обернув их же методы против них самих, что было довольно иронично и, на удивление, эффективно.

Да, неприятно, конечно, но… если враг силён и хитёр, то это не зазорно — взять его удачные идеи и на вооружение. Доработать. Отшлифовать. Превратить в нечто новое и еще более смертоносное. Шарпхарт, как и всегда, безжалостна, ха.

Над черным рынком постоянно был развернут специальный купольный барьер. Под ним пространство было сверхстабильным, аки застывший бетон. Вместо того чтобы разрушить его и поставить новый, было принято более элегантное решение. Даже если не получится перехватить над ним контроль, то хотя бы лишить наших врагов управления сим элементом магической фортификации было нам вполне под силу. Меня лично это вполне устраивало.

Фелисити и я занялись этим лично, как самые одарённые в плане манипуляций с пространством в силу своей природы. Работали только вдвоём, ведь работа была кропотливая и тонкая. Вместо грубой силы нам приходилось вплетать в чужую структуру свою собственную магию. Капля за каплей, ниточка за ниточкой, пока узор медленно но неотвратимо не изменился под нашим влиянием.

Разумеется, ради упрощения и ускорения взлома, мы приготовили все заранее, здесь, неподалёку, прямо на одном из внешних постов охраны. Наемники ЧР, понятное дело, последние пару дней, находились под моим «империо» и старательно делали вид, что нас не существует. Как и ритуальных кругов под ковром в их сторожке, ага. Империо у меня крайне мощное, и его воздействие можно раскрыть только при очень серьёзной проверке. Из трёх непростительных оно даётся мне проще всего, и именно поэтому я его практически не использую. Слишком велик соблазн и слишком обманчиво простой путь оно сулит.

В момент Х мы просто вошли внутрь маленького деревянного домика, скатали в рулон ковер и встали в уже готовый ритуальный круг. Пару минут — и мы уже запускали свои цепкие когти в чужую структуру, перехватывая или обрубая чужие нити управления.

Благо, это был не какой-то шедевр древнего рода, который можно обнаружить в особняках древней аристократии, а вполне себе обычный, стандартный, пускай и очень сильный, пространственный барьер.

Мы справились даже быстрее, чем я думал, опередив график и сохранив за собой часть контроля над магией противника. Хотя нам, под конец, и попытались оказать сопротивление очухавшиеся волшебники, но их успех был крайне ограничен. Собственно, только из-за их вмешательства контроль и не получилось отобрать полностью, но это было не так уж и важно. Главное, что он больше не был в их руках.

Можно сказать, что мы выбили у них щит из рук, но поднимать его и использовать самим было не обязательно для разгромной победы.

На какое-то время пространственная магия оказалась заблокирована. Даже боевая трансгрессия под куполом не работала. Только каминная сеть функционировала бы штатно, но… Какой дибил будет проводить к чёрному аукциону каминную сеть, по которой к ним в любой момент могут ворваться авроры с облавой, минуя все препятствия? Даже полулегального статуса, как вейловские бордели, ЧР не имел, а потому авроры были обязаны всех повязать. Потом девяносто процентов пойманных откупились бы или вывернулись, но это уже совсем другая история. Потеря золотых кругляшей все равно стала бы болезненным уколом.

Впрочем, естественная магия истинных оборотней кое-как еще работать будет, но скачки через пространство следовало использовать с умом и очень осторожно. Энергозатраты, по предварительным оценкам, должны возрасти в десятки раз. Терпимо, но неприятно. Пойдёт.

Сразу же после того, как мы осуществили первый этап, мы перешли ко второму. Буквально. В соседней комнате был начерчен второй ритуальный круг, в котором уже стояли и нетерпеливо притопывали ножками близняшки-вейлы. Там же была и расслабленная Кэролайн, безразлично рассматривавшая собственный маникюр. Симпатичный, кстати.

Мы быстро зашли внутрь и заняли свои позиции. Я подал знак доверенным оборотням и те, получив распоряжение, стали действовать параллельно с нами, отдавая приказ стягиваться к чёрному рынку, сужая кольцо.

Те из оборотней, что были либо слишком слабы магически, либо вовсе не имели таланта к магии, но очень хотели быть полезными, были вооружены снайперскими винтовками и автоматическим оружием и находились за спинами более одаренных магически соратников, в прикрытии. Вторая тройка вейл во главе с Юстицией дожидалась распоряжений своей красноволосой начальницы снаружи, и была пока в резерве, заодно выступая в качестве прикрытия для нас. Их задача на сегодня была не менее важна, но к её исполнению они смогут приступить и чуть позже.

— Начинаем? — закусив нижнюю губу от напряжения, ко мне обратилась одна из близняшек. Судя по запаху, это была Фринн.

— Да, Фринн. Начинаем. — спокойно ответил я. Девушка улыбнулась. Близняшки были крайне довольны тем, что кто-то кроме них самих может отличить одну сестру от другой, тем самым, подчеркивая индивидуальность каждой.

В этом ритуале ни я, ни Фел, и даже Кэрол не были главными. Скорее послужили эдакими магическими батарейками. Хотя мое присутствие все равно незримо повышало шансы на успех дополнительно, но это скорее было просто подстраховкой. Ядром ритуала были именно тройняшки, потому что с адским пламенем нормально управиться могли среди нас только они. Это был их триумфальный дебют.

Наблюдать за их работой было не так интересно, ведь мы уже репетировали до этого, а вот оценить масштабность результата этой работы — совсем другое дело. Там было на что посмотреть.

Вокруг периметра Чёрного рынка, за спинами наших охотников, вспыхнули двенадцать идентичных нашей пентаграмм-ретрансляторов. Из них в разные стороны стало расходиться адское пламя, стремясь соединиться и замкнуться, яростно завывая и вытягиваясь не только в широкую линию круга, но и ввысь. Медленно но неотвратимо круг замкнулся и пламя стало расти. Но не в ширь, как обычно разрасталось прожорливое заклинание высшей категории опасности, а вверх, постепенно превращаясь из круга в полусферу.

Лишь верхушка огненного свода оказалась «дырявой», напоминая собой решето. С виду это напоминало какую-то инфернальную клетку, медленно накрывающую собой мини-городок. Адское пламя близняшек было насыщенного синего цвета морской волны.

Такое строение свода вовсе не было дефектом, скорее даже наоборот — шедевром. Купол не пожрет весь воздух, удушив тех кто находится внутри. Умники же, которые попытаются сбежать через брешь в небе… Их ждет жестокий сюрприз.

Мы намеренно оставили такой простой путь к спасению, ведь паникующие волшебники наверняка ринутся туда без раздумий, похватав метлы, у кого есть, даже не подозревая, что наверху их уже будут ждать кровожадные вейлы и мои некро-дроны в виде сов.

Примитивная система свой-чужой позволит мертвым птицам самостоятельно пикировать на беглецов и подрываться. Жаль, что из-за того, что внутри полно людей, которых нам нужно спасти, мы не можем обрушить бомбардировку некро-совами прямо на головы засранцев.

Могут случайно выбрать себе целью не того, кого нужно. А вот в воздухе таких проблем у них не предвидится. Едва ли кто-то из рабов сможет умыкнуть метлу и попытается сбежать на ней по небу.

— Фух. Это было, хух, сложно... — утёрла выступивший на лбу пот Элис. Платиновая блондинка упёрлась руками в колени и устало помотала головой, давая себе секундную передышку, когда клетка была завершена.

— Мда, но зато посмотри, как круто получилось, сис! — Стэйси выглядела не лучше, но с восторгом смотрела на дело рук своих.

— Как красиво... — завороженно глядя на мерцающую убийственной синевой полусферу, прошептала Фринн, в глазах которой отражались языки пламени.

— Так, девочки, времени нет! — я привлек внимание трио к себе хлопком в ладоши. — Выдвигайтесь на позицию над куполом и крошите всех, кто попытается сбежать. Но не переусердствуйте. Помните — ваша безопасность и контроль над пламенем в приоритете. Если кто-то сбежит — ничего страшного. Вы, главное, не дайте пламени сорваться и прищемить нам хвосты.

Тройняшки ухмыльнулись моей шутке и покинули круг. Мы тоже не стали задерживаться и вместе с ними вышли на улицу. Вид открывался воистину эпичный. Куда лучше, чем было видно из окна сторожки.

— Юстиция. На твоей группе прикрытие и помощь в… утилизации отбросов. — обратилась к своей помощнице Кэролайн, отдавая распоряжение второй тройке вейл суровым тоном.

Юстиция деловито кивнула и, как и тройняшки, начала частичную трансформацию, отращивая себе белоснежные крылья. На шее и руках появился легкий пушок и перышки. Ногти на руках превратились в острейшие когти, как у ястреба. В глазах отражались блики зарева разгорающегося пожара. Сегодня в небе будут парить настоящие ангелы возмездия. На земле же будет не менее жарко. Скорее даже еще опаснее и кровавее.

— Ну, мы полетели тогда? — уточнила покрытая перьями тут и там Фринн, взглянув уже на наше трио в разноцветных масках.

В левой руке, как и у двух её сестёр, уже было по увесистому топору. В правых — зажаты волшебные палочки. Опасные дамочки, мда. Первое впечатление оказалось верным. У них действительно были итальянские корни. Знаменитая утонченная красота француженок, совмещённая с горячим темпераментом солнечной Италии — гремучая, словно ртуть, смесь.

— Дуйте уже. Нам тоже пора. — наши охотники подошли достаточно близко к домикам и улочкам. Послышался стрёкот автоматических винтовок и отдаленные крики боли и паники. Взрывы бомбард и яркие вспышки разноцветных лучей прорезали ночь. Снайперы уже занимали позиции на крышах и в окнах зданий по периметру, на окраинах торгового городка работорговцев, и я хотел присоединиться к передовому отряду как можно скорее, чтобы минимизировать потери среди наших и внушить ужас и чувство безысходности врагам.

Вейлы кивнули, надевая на лица маски-шлемы. Причём тоже волчьи, хотя я предлагал им дизайн с совиными, ястребиными или еще какими птичьими вариантами. Но нет, все, как одна, отказались и предпочли наш фирменный стиль.

Особенно настаивали на своём тройняшки, которые всерьез нацелились выбить себе прозвище «Адский Цербер» одно на троих после сегодняшней ночи. Должен сказать, что у них есть все шансы. Особенно, если самому невзначай подать журналистам такую идею. Волчьи маски подходили для образа практически идеально.

Дождавшись когда наши подопечные взмоют вверх, в ночное небо, я хрустнул шеей и молча обратился в свою волчью ипостась. Ноздри расширились, вдыхая тысячи запахов битвы. Пригибаюсь к земле. Фел и Кэрол шустро забрались ко мне на спину и вцепились в жесткую шерсть.

Рывок вперёд, и мы несемся к огненной стене, преодолевая огромное расстояние за считанные секунды.

Одежда девочек была очень плотной и прочной, потому моя бритвенно-острая шерсть не причиняла им вреда и не резала пальцы в кровь. Еще бы, ведь материалом для этой одежды послужил как раз моя (и Фелисти) шерсть, ха-ха. Странное было чувство, конечно, но эффективность заглушала возмущенный писк легкой брезгливости. В конце концов, не нижнее же бельё мы из нее шили, так ведь?

Кэрол, разве что, повозмущалась и побурчала, но скорее для виду. Кожаные штаны из шкуры дракона, что были альтернативой, носить она отказалась наотрез. Там все было куда как менее комфортно и натирало везде, где только можно было. Шёлк акромантулов оказался менее прочен и быстро изнашивался. Кэрол смирилась. Фел же было, по большей части, пофиг, так как она использовала свои материалы, а не мои.

Вблизи стена синего пламени была вовсе не монолитной и плотной, как могло показаться, а скорее закручивающейся к верху воронкой полупрозрачного тончайшего тюля, на манер смерча. Смерча, в который угодил дырявый бензовоз, а следом и брошенный каким-то доброхотом горящий спичечный коробок.

Высшее заклинание металось из стороны в сторону, походя на стаю голодных собак на привязи, стараясь слизать языками пламени все, до чего только сможет дотянуться. Воздух, земля, магия, дома, люди… Всё, что отказывалось рядом.

Кэрол и Фэл направили палочки на преграду и с трудом смогли проделать временный проход внутрь, словно раздвигая ткань чрезвычайно плотного шатра, а не тончайшее эфирное полотно. Смертельно опасное полотно. адское пламя потому и ужасает всех, кто имеет с ним дело, что его много и не надо. Одной искры более чем достаточно, чтобы убить.

Нет разницы, упадет ли на тебя стометровый метеорит, или же целая луна. Тебе все равно будет пиздец. Вопрос разве что в масштабах разрушения вокруг… но волновать они будут уже совсем других бедолаг, не правда ли?

Я шустро юркнул внутрь, не теряя скорости. Получилось так легко и быстро только по той причине, что мы участвовали в создании этого гротескного чуда. Иначе, пробиться внутрь было бы не так просто. Высший ритуал, участие в котором принимало сразу шестеро одаренных такой силы… это что-то, конечно. Теперь я понимаю, как Тёмный Лорд нагибал и министерство, и Орден Феникса в придачу. По косвенным признакам, он был хорошим ритуалистом, а сильных и грамотных подчиненных у него в то время было предостаточно. Учитывая его богатый опыт, практику и то, что он был не прочь закинуть в топку ритуала еще и пленных грязнокровок… Уверен, он мог не хуже. А то и лучше.

Звуки выстрелов и взрывов стали громче и уже не были приглушены завыванием и треском горящего пламени. Бой начался без нас, но мы с каждой секундой были всё ближе к тому, чтобы ворваться в него с ноги.

Моя пасть сама по себе оскалилась в предвкушении. По трём рядам острейших зубов прошелся шершавый, как наждачка, язык. В нос с новой силой ударил запах крови и гари, будоража моё чёрное сердце, подстёгивая его быстрее качать по венам живительный адреналин.

Некоторые палатки и прилавки уже весело занимались огнём, словно новогодние гирлянды в ночи. Нам на пути начали встречаться первые трупы с широко распахнутыми от шока и ужаса глазами. Атака вышла неожиданной, а невозможность сбежать вселяла в сердца привыкших к безнаказанности волшебников и ведьм отчаяние. Этот Йоль для многих чистокровных семей волшебников запомнится надолго.

Только Де Аморе получили анонимное предупреждение за десять минут до нашей атаки. Через Аманду. Просто на всякий случай. Один из моих подчиненных оборотней послал ей своего патронуса с надиктованным текстом сообщения. Слизеринка патронус тоже знает, так что если нужно, предупредила бы своих заранее. Или нет.

Лицемерно?

Конечно.

Я мог бы попытаться оправдать Де Аморе, если они сегодня действительно были здесь, но не стану. Я просто лицемерный эгоист, но зато живу в мире с собой, прекрасно осознавая свои пороки.

Не думаю, что действительно встретил бы здесь представителя их рода, решившего закупиться перед Йолем «особыми» подарками, но мало ли…

Заставлять Аманду плакать в этот светлый праздник я точно не собирался, даже если у нее и нашлись бы столь мерзкие родственнички, что пользовались ЧР в этот день.

От земли отделялись первые и самые резвые фигуры волшебников и ведьм, оседлавших свои метлы и устремившихся к далеким звёздам и прищуренному месяцу луны. Тот, вися в ночном небе, с любопытством заглядывал через огненную решетку.

Отсюда хищный, острый, как серп косы жнеца, окрашенный заревом адского пламени, казался особенно зловещим. Словно глаз хронического чудовища, пришедшего попировать на костях тех, кто сам привык предаваться подобным утехам.

Монстров пожрут другие монстры. Санитары леса очистят его от больных, слабых и зажравшихся зверей.

Наверху пришла в движение и заволновалась огненная клетка, став податливой и подвижной, словно капроновая сетка, а не монолитные прутья тюремной решётки. Изрубленные и обгорелые трупы посыплются на головы только что провожавших их завистливыми взглядами, несчастных.

Близняшки прекрасно контролировали свой шедевр, находясь в непосредственной близости от его магического центра.

Те, кто лелеял надежду уйти по английски, сильно ошиблись, устремившись на свет, словно глупые мотыльки на костёр.

С противным писком-воплем, они сгорали в огне, лишившись крыльев, и с глухим стуком шлепались о черепичные крыши одноэтажных домиков или же мостовую, растекаясь опаленными пятами кипящего жира и крови, перемешанного с прахом почерневших костей. Отвратительная грязь под ногами. Что при жизни, что в смерти.

Да, просто так наш Цербер никого не отпустит. Уж не знаю, что у них там за история с Черным Рынком, но когда они узнали, что один из них наша следующая цель — воспылали мрачным энтузиазмом и выложились по полной.

Первой со спины мягко соскользнула Кэролайн, направившись на левый фланг. Чуть погодя, огладив на прощание меня рукой по холке, спрыгнула Синдер, упорхнув на правый. Я же несся на центральное направление, на самое острие, предвкушая потеху.

Оцепление не будет сжиматься равномерно, как можно было подумать. Словно шкатулку Пандоры, мы собирались захлопнуть ловушку таким образом, чтобы основное наступление шло именно с нашей стороны, ведомое тройкой лидеров организации, в то время как на противоположной стороне члены Дикой Охоты устроят засаду и будут держать оборону. Беглецы явно побегут в направлении от нас — и выскочат аккурат в расставленную ловушку.

Сопротивляющихся же мы постепенно оттесним к ним же, пока те не упрутся в метафорическую стену наших штыков. Это если кто-то вообще сможет пережить наш натиск и дожить до сего сладкого момента триумфа.

Однако, план остаётся хорошим ровно до тех пор, пока не случается нечто непредвиденное. В нашем случае, относительно непредвиденным фактором оказались вылезшие откуда ни возьмись, пожиратели, чьи заклинания стали больно жалить ряды моих подчиненных. Потери с нашей стороны возросли на весьма неприятную величину. Хорошо, что и эту вероятность я не стал сбрасывать со счетов.

«Значит, Селвин всё-таки оказался не так глуп и что-то да заподозрил тогда. А потом, скорее всего, просто связался с Кроксами и перепроверил.»

«Ну, хорошо. Он не мог знать, что мы были из Дикой Охоты, а потому — подготовился недостаточно, как я вижу. Он ожидал обычный налёт оборзевших конкурентов или рейдеров, а потому решил взять с собой своих дружков для подстраховки? Может подумал, что его пасут следователи ДМП или аврорат? Если у ПСов тут были дела, а мы случайно влезли в их планы, то… отрадно, если так.»

Тем временем вокруг нескольких сработанных пятерок в черных балахонах и серебряных масках начали образовываться спонтанные очаги сопротивления. Волшебники, увидев в них маяк надежды на выживание, стали стекаться со всего рынка к ним, перестав бегать туда-сюда как безголовые курицы. Неприятненько. Однако, еще несколько секунд и я самолично переверну этот стол.

Оттолкнувшись могучими лапами от земли, я с легкостью запрыгнул на ближайшую крышу. Еще прыжок, и вот я уже на следующей, занимаю удобную позицию для прыжка. Незамеченный никем, я оказался с фланга занявших оборону шелудивых ПСов. Спасибо ночи, хаосу и моей густой чёрной шерсти.

«Помешать любым делам этих ублюдков — дело благородное. Посмотрим, так ли хороши из себя другие представители общества носящих стильные маски. Может, это даже и к лучшему. А то это не бой, а казнь какая-то была. Слишком уж все было легко. Моим подопечным пора бы уже набираться опыта настоящих сражений, а то в следующий раз мы столкнется не с двумя полнокровными звёздами Пожирателей, а с куда большим числом пуристов, которые будут готовы к встрече с нами и примут контрмеры. И тогда мы обделаемся.»

О, ну вот. ПСы даже перешли в контратаку и остановили нашу приливную волну, словно волнорез.

«Хммм. Трупы пожирателей, возможно, натолкнут Грюма на мысль о том, в какую сторону ему смотреть приоритетнее. Нужно будет позаботиться о том, чтобы от тех хоть что-то осталось, когда мы тут закончим. Вместе с другими ужасами, что тут смогут найти авроры и ДМП, этого может оказаться достаточно, чтобы перевести внимание с таких хороших нас, на не очень хороших и, как-бы, давно знакомых врагов. Наших общих врагов, между прочим.»

И немного артов. В основном они для моего вдохновения, но почему бы не поделиться с читателями, не так ли?)

Глава 59 На краю Ада

Примечание: Да, я знаю, что долго не писал, но у меня тут начался отпуск, так что скоро вернусь к норме. Немноно загулял, хех. Извините.

Две звезды пожирателей держались вместе. Не рассредотачивались и заняли позицию на эдакой центральной и самой широкой улице, прикрывая друг друга. Как раз на моем направлении. Зря, очень зря они решили, что флангами можно заняться и позже. Возможно они рассчитывали на то, что продвижение Дикой Охоты там будет слабее и другие волшебники смогут если не остановить, то хотя бы задержать их, пока они разбираются с основной массой противника, но… Кэролайн и Фелисити лишь немногим уступали мне в огневой мощи, и, с учетом того, что они сейчас имеют практически столь же многочисленные и боеспособные «стаи», а на пути у них не встретилось никаких пожирателей, то…

Ну вот, как я и думал. С крыши было отлично видно, что мои сообщницы УЖЕ прорвались глубже, чем мои подопечные. Связался с ними с помощью ментальной магии и скоординировал наши действия.

Фел и Кэрол постепенно начали обходить спонтанное сопротивление, возглавляемое пожирателями, с тыла и флангов. Это займёт какое-то время, конечно, зато когда ловушка захлопнется, урон будет столь же убийственным, как фаталити в Мортал Комбат.

Но пока что этого не произошло и мне пора бы вмешаться, а то наша атака начинает захлебываться и переходить в позиционный бой. Пожиратели смогли организовать настоящие баррикады и что-то вроде небольшой, но крепкой стены, с помощью трансфигурации перегородив улицу и вынудив моих волчков укрыться за стенами домов и хлипких уличных лавочек, отстреливаясь практически из-за углов зданий. Прямо настоящая уличная перестрелка в Лондоне, а не магическая баталия какая-то.

Пара гранат, брошенных мимоходом, были трансфигурированы на подлёте в какой-то мусор. Нужно взять на заметку, что лучше бы использовать миномёт или гранатомёт в следующий раз. Время доставки подарков оказалось очень важным фактором. Тц.

Бомбарды все-же куда эффективнее и не стоят хренову кучу фунтов. Молчу уже про то, что пополнять запасы взрывчатых прибамбасов дело не лёгкое. Корона внимательно следит за распространением всего, что может сильно бабахнуть. Еще бы, когда у них ИРА под боком. Не хочешь взлететь на воздух милостью рыжих ирландских революционеров — изволь сохранять бдительность.

Пара скачков по соседним крышам и я нахожу удобную точку, с которой можно стартовать прямо в самую гущу боя. Несмотря на творящиеся сейчас ужасы вокруг, красота природы в этом месте была выдающейся. Горы, реки, укрытые снежными шапками леса вокруг… Красота, освещаемая всполохами синего пламени и взрывными заклинаниями. Моё зрение позволяло не обращать на это внимания и смотреть глубже. Место здесь было магически сильное. Хорошо же живут работорговцы. Теперь ясно, как они поддерживали такие защитные чары. Магический источник, хоть и слабый.

Постепенно чистый белый снег таял, смешивался с пеплом и пропитывался кровью, превращаясь в отвратительную жижу и грязь под ногами людей. Хотя вообще-то этому гнилому месту такое подходило куда как больше. Отражает его внутреннюю суть.

Поведя плечами, приготовился к прыжку. Крыши сильно обледенели, но, благо дело, у меня есть острые когти, которые обеспечивают хорошее сцепление.

Над группой пожирателей, которым я собирался свалиться как снег на голову, мерцала полупрозрачная сфера магического щита, иногда вспыхивая желтым, принимая на себя очередное заклинание оборотней.

Нужно будет полоснуть его когтями в прыжке, прорубив себе путь, чтобы не повторить судьбу птицы, влетевшей в лобовое стекло фуры. Хотя, тут как посмотреть. Фура, это скорее я сам, учитывая мои габариты относительно хрупких фигурок в балахонах-мантиях.

Мышцы лап напряглись, сократились, словно мощные пружины, буквально выстрелив смертоносным снарядом в направлении стоящих ко мне спиной пожирателей. Скорость была такова, что лишь двое из их звезды успели заметить движение и попробовать уклониться, уйдя в сторону. Возможно, у них была хорошо развитая интуиция, потому что остальным их дружкам так не повезло.

Когти лопнули сферический щит словно мыльный пузырь. Радужные осколки-капли брызнули во все стороны вместе с кровью первых моих жертв.

Первого я буквально смел своей тушей, отправив его изломанное тело в непродолжительный полет до ближайшей стены, в которую тот с громким хрустом впечатался. Это был последний звук, что он издал в своей жизни.

Второго я задел лишь по касательной, но лучше он от этого себя чувствовать не стал. Инерция, масса, да еще и острая, как стальная бритва, шерсть, превратили тело волшебника в томат, который забросили в соковыжималку. Вроде оно еще дышит, но это не надолго. Посмотреть на смерть своих товарищей хватит, да и только.

Третий неудачно подставился под те самые острые когти, которые ранее разрезали магический щит, словно бумагу. Тоже не жилец, мягко скажем. Раны, нанесенные кем-то вроде меня, залечить очень-очень сложно.

Попытался дотянуться пастью с тремя рядами зубов до четвертого, но тот в ужасе отскочил прочь, разминувшись с клацнувшей челюстью в считанных сантиметрах от своего лица.

Пятый ушёл перекатом и бросился в сторону второй звезды пожирателей, приласкав меня в бок чем-то темномагическим на память. Не повезло ему, память на всяких ублюдков у меня короткая. Зачем мне запоминать мертвецов? Заклинание его не причинило мне никакого вреда. Сползло, словно одеяло во сне. Хорошо иметь практически полный иммунитет к самому опасному для здоровья искусству.

Его товарищ оказался не таким расторопным и сообразительным как он, и никуда не побежал. Убить его, впрочем, так просто мне не дали. Пришлось уклониться от десятков разноцветных лучей и снарядов, устремившихся мне на перехват. Не только Пожиратели, но и волшебники примкнувшие к ним сосредоточили на мне беспорядочный огонь на подавление. Пара бомбард в бок и лапу, которые я выбрал как наименьшее зло, оказались весьма неприятным уколом по моему самолюбию. От всего уклониться было просто физически невозможно.

Зарычав от боли я напрягся и сделал рывок в сторону единственной овечки, отколовшейся от стада.

Четвёртого я все-же достал, цапнув его за ведущую руку с волшебной палочкой. Нечего было замахиваться на меня. Я оборотень, а не собака, и меня таким не проймёшь.

Укусил, но не смертельно. Даже не оторвал нафиг руку, хотя ничего проще быть не может. Он заорал как резаный, когда мои зубы впились в его плоть, и в его кровь просочилось древнее проклятье полной луны.

От боли, а, может, от осознания, что его привычная жизнь кончена, не знаю, но вопль был настолько душераздирающий, что на долю секунды многие другие волшебники сбились с ритма, провалив свои заклинания. Чем я и воспользоваться, переместившись через задеревеневшее пространство подальше от фокуса их внимания.

На то и был расчёт. Вселить ужас. Заставить ошибаться. Думать в первую очередь о собственной шкуре. Иногда смерть далеко не самое страшное, что может ждать человека в конце пути. Иногда путь продолжается, но былой радости уже не приносит…

Тщательно контролируя свои желания и возможности, я превратил его в самого обычного и заурядного оборотня. Без, хех, дополнительного функционала.

Он все равно уже не сможет колдовать этой рукой сегодня, так что я не боялся оставить ублюдка позади. Аккуратно цапнуть с моими тремя рядами зубов та еще задачка, так что мышцы, сухожилия и связки разорваны в клочья и болтаются на соплях. Несколько костей переломаны и торчат в разные стороны. Жуткая рана. Сводящая с ума боль. Шок, но не потеря сознания.

Проклятье уже не даст ему так просто умереть. Не даст забыться. Он не истечет кровью. Регенерация уже понемногу начинает работать. Слюна, которая попала в рану во время укуса, её подстегивает. Стандартный механизм, повышающий выживаемость свежепроклятых.

Я мысленно оттранслировал своим подчинённым однозначный приказ: «не добивать подранка».

Пусть помучается. Вот хохма будет, если от безысходности он в итоге сменит свою нынешнюю маску на волчью и примкнет к Дикой Охоте. Он ведь наверняка аристократ. Привык к роскоши, богатству, власти, высокому положению в обществе. Теперь же, когда он всего лишился, у него всего три варианта будущего.

Жизнь в резервации, которая наверняка его сломает, рано или поздно.

Самоубиться, чтобы не мучиться.

Попытаться примкнуть к нам, тем кто пытается переписать правила игры под себя и нагло залезть на вершину, спихнув предыдущих царей горы. Попытаться-то он может, да, но шансов выжить у него не будет. Исчерпав свою полезность он бы быстро обнаружил себя в первых рядах штурмовиков. И потом снова. И снова. Пока удача не отвернулась бы от него окончательно. Я не стал бы терпеть такого ублюдка, как Пожиратель, в рядах Дикой Охоты слишком долго.

Однако не только в том чтобы помучить засранца моя цель.

Внимательные люди в министерстве наверняка изучат его. И когда поймут, что он стал обычным оборотнем, то вздохнут с облегчением. Начнут выдвигать теории. Додумывать. И в конце концов сами себя убедят в том, что все не так уж и плохо. Возможно, придут к ложному выводу, что я не настоящий Истинный Оборотень, а просто фальшивка с парочкой тузов в рукаве.

Химера какая. Или мутант. Или даже грандмастер трансфигурации и метаморфизма, например, чем Мордред не шутит? Всё лучше Истинного Оборотня во главе целой стаи.

Что угодно могут придумать чиновники министерства, лишь бы занизить опасность хотя бы в своей голове, но прежде всего — для своих избирателей.

Самообман чистой воды, но я давно понял суть мышления нашего министерства. Они большие фанаты тактики страуса: «Сунешь голову в песок — и проблема исчезнет сама собой.»

Авроров и мыслящих головой, а не жопой, таким не обманешь, конечно, это да, но мне и не нужно дурить профи, вроде Грюма. Мне просто нужно убедить в своей относительной безвредности Фаджа и его лизоблюдов, которые этому самому Грюму могут приказывать. А это важно.

«Подумаешь, большой волк. Драконы еще больше, и ничего, разводим их как скот, а гоблины вообще тренируют их как сторожевых собак для своих банков. И этих на цепь посадим. Всему свое время. Не нервничайте, Грюм. Займитесь более важными делами. Охраной чиновников и борделей, например…»

Что-то вроде этого вполне мог бы выдать министр Фадж. Он у нас тот еще затейник и мастер вывернуть любую ситуацию себе на пользу.

Понятно, что долго дурить голову не получится, но мне бы хоть годик форы выгадать… Это будет хорошее подспорье. Мы уже встанем на ноги к тому времени… Но вряд ли получится. Это так, скорее просто попытка, не стоящая мне ничего. Вдруг прокатит?

Главный у пожирателей, похоже, был всё-таки во второй пятёрке, потому что координация осталась на прежнем уровне, даже после моей шалости. И силён, засранец. Общий залп вынудил меня снова скрыться в переулках, но своего я добился. Пока большинство волшебников пытались меня убить, мои волчики подготовились к штурму. Инициатива постепенно стала возвращаться к нам, а уж когда с флагов на них накатилась волна отрядов Фел и Кэрол с ними во главе… В общем, баррикады пали, а сопротивляющимся пожирателям и их прихлебателям остался лишь один путь для отступления. Назад. Прямо расставленную ловушку.

Я занял позицию на пути их отступления и приготовился к броску. Влетел в отступающую толпу волшебников прямо из темного провала смежной улочки.

Эффект был… Ну, представьте себе толпу маленьких пингвинов перебегающих трассу в ночи. Представили? А теперь многотонную фуру, которая появилась из-за поворота и влетела в них не сбавляя ход. За собой она оставила лишь росчерки света неоновых фар, брызги крови, ошметки тел и мокрый асфальт. Что-то вроде того.

Но большинство хитрых и скользких пожирателей в этот раз смогли уйти от меня. Они были настороже и знали чего можно ждать от меня, хотя по большей части и смотрели на небо. Лишь еще одного не досчитались. Зато их место заняли другие волшебники, которыми они умело прикрылись. Пофиг. Тут собрались или потенциальные или бывшие ПСЫ, так что так тоже сойдет.

Прошив толпу насквозь и покусав еще пару неудачников на дорожку, я влетел на другую улочку. Оглянулся. Удовлетворенно рыкнул и побежал дальше. На новый заход…

Ловлю себя на мысли, что это даже весело.

Похоже, у кого-то из тех, кого я протаранил, были довольно крепкие кости, раз уж я так головой приложился, что всякие глупости в нее лезут.

***

Кэролайн была спокойна и собрана, как и всегда, когда ставила свою жизнь на кон. Холодный и выверенный расчет в бою. Совсем не тот стиль берсерка, предпочитаемый ее лучшими друзьями.

По сложившейся традиции, именно она должна была мониторить общую обстановку по мере сил и возможностей и одергивать друзей, если они слишком заиграются. У Амоса и Фел, бывало, немного срывало крышу в процессе. Как и у всех оборотней, впрочем. Не важно — истинный, альфа или самый обычный оборотень, но, почуяв кровь, им становится сложнее себя контролировать и азарт охоты мог завести их куда-то не туда. У них слегка затирается критичность мышления.

Хотя Санхайд и Синдер страдают от этого в меньшей степени, но они сами по себе слегка безумны и слишком импульсивны, так что не факт. Сделать Дикую Охоту межвидовой и межнациональной организацией было мудрым решением. Так волшебники, вейлы и оборотни смогут перекрывать слабости, присущие каждому виду.

Возможно, в будущем к ним присоединятся и другие магические расы, вроде сирен. Было бы чудесно иметь союзников, способных предоставить превосходство на и под водой. Учитывая то, что Дикая Охота базируется на островах — это особенно актуально. Ну не с русалками же договариваться, в самом то деле?

Вот и в этот раз Кэролайн не поддалась желанию продемонстрировать так называемым благородным, что пропасть между ними действительно огромна и работала осторожно, не показывая всей своей силы. Точность, эффективность, незаметность. Словно смертельный яд, она медленно но верно косила врагов, а те даже и не понимали, отчего умирают. То сердце остановится, то сосуд лопнет, то капилляр в мозгу разорвется… много всякого разного можно сделать, имея талант к магии крови.

Она не слишком-то и кичилась своей силой, никогда не забывая, как трудно было её достигнуть и какую цену она заплатила.

«Да… действительно пропасть, как аристократы всегда и твердили…» — подумала она, перекрывая приток крови к глазам и ведущей руке старой ведьмы, создающей проблемы её людям. Практически ослепнув и потеряв чувствительность в деревенеющих пальцах, она из опасного препятствия превратилась в обычную мишень, которую тут же расстреляли из винтовок. Кровоточащий труп упал на брусчатку и тут же был использован Кэрол для дальнейшей экспансии. Кровавые шипы, вырвавшиеся из мертвого тела, словно из какой-то гранаты, пронзили еще трех волшебников, что были неподалеку. И теперь уже их кровь могла послужить для развития успеха… Магия крови — страшная штука на поле боя.

«Пропасть… Только вот кто из нас теперь на какой стороне стоит — вопрос уже даже не философский, а умозрительный. Сейчас лучше всего видно, кто действительно стоит на вершине пересматриваемой на данном этапе истории пищевой цепочки.

Она. Амос. Фелисити.

Безродные грязнокровки, по словам самих же аристократов, теперь с легкостью уничтожали благородную кровь в промышленных масштабах, практически не встречая сопротивления. И это древние и страшные рода волшебников? Вырожденцы, не более.

После Гриндевальда и Воландемонта практически не осталось нормальных «древних родословных» не запятнанных гнилью и разложением.

Особенно постарался Тот кого боятся называть всякие слабаки. Пожалуй, он сделал для магглорожденных больше чем кто либо еще. Как-то они с Амосом шутили за бокалом вина, что может это и была его конечная цель, учитывая его происхождение нищего полукровки? Уничтожить аристократию, а не новую кровь? Пфф. Конечно, это не так. Его цель была диаметрально противоположной, но… получилось как получилось. Им же лучше.

Возвысили их не накопленные за века вереницей предков деньги, знания и связи. Не глубина корней их родословных, которыми так кичатся их противники. Лестницей на вершину для троицы друзей стала магия, ум, наглость и собственноручно созданный хаос. И удача. Без нее они бы сгинули еще в самом начале своего пути.

«Удача тоже часть силы!» — говаривал Амос, и она была с ним согласна. Тем более, у кое кого она является частью силы совсем не метафорически.

«Впрочем, я погорячилась, когда думала, что они ни на что не способны.» — подумала аловолосая ведьма в маске, заметив, что сопротивление немного усилилось.

— Тц. Вот уж не думала, что встречу в таком месте Поттера. Хотя, нет, ничего удивительного, как раз. — Кэрол с раздражением наблюдала за отбивающимся от наступающих оборотней Мальчиком Который Выжил. — И компания-то какая подходящая для героя, тц-тц-тц. Ну хоть не с пожирателями напрямую контактирует, а то совсем стыдоба была бы.

Поцокав языком, она связалась с Амосом и проинформировала его о своей находке. Гарри Поттер — это проблема. Амос тоже так посчитал и попросил действовать осторожнее и занять школьника чем-то полезным, чтобы под ногами не путался. Собственным выживанием, например.

Зато теперь девушке стало понятно, кто именно руководит пожирателями. С Гарри был его извечный дружок, Теодор Нотт. Скорее всего, его отмороженный папаша либо был где-то неподалеку, либо вообще возглавлял пожирателей лично, как один из самых высокопоставленных пожирателей, оставшихся на свободе. Хотя… мог бы быть и кто-то еще. Кто знает?

А еще с ними были две молоденькие вейлочки в рабских ошейниках и в минимуме одежды. Гарри Поттер таскал свою за собой, словно собачонку на поводке, дергая за цепь. В хаосе битвы она выглядела такой потерянной и беззащитной, стараясь держаться за спиной у своего нового хозяина. Девочка намертво вцепилась побелевшими пальцами в край его мантии, в ужасе озираясь по сторонам. Бедняжка.

Ну, он, по крайней мере, имел совесть и не прикрывался ею, как живым щитом, а пытался сберечь свое имущество. В отличии от своего друга.

Собственно, у Нотта не было такой запредельной удачи и навыков в магии, как у Поттера, и жив он был до сих пор лишь потому, что бессовестно прикрывался беззащитной девочкой пятнадцати лет, уже успевшей принять на себя парочку неприятных проклятий от оборотней, предназначавшихся Теодору.

Она тяжело дышала и волочила ногу, но тот продолжал тащить её за собой, отступая шаг за шагом, удерживая в удушающем захвате, примостившись прямо за ней. Никто из её подчиненных больше не рисковал выцеливать ублюдка, опасаясь убить вместо змееныша златовласую красавицу с большими заплаканными глазами.

Кэролайн и сама не могла с ходу решить эту проблему, но некоторые идеи у нее уже были.

— Этих двух я возьму на себя. Займитесь остальными! — отдала она приказ, видя, что некоторые оборотни уже планируют навалиться на пацана со шрамом всем скопом.

Все-таки Поттер создавал достаточно много проблем, колдуя на уровне среднего, но уверенного в себе волшебника, при этом оставаясь недосягаем для чужих заклятий, которые, по нелепой случайности, все время мазали.

Оборотни послушались её, с облегчением переключившись на более простые цели, а вот Кэролайн тяжело вздохнула и вступила в дуэль «два на одного», безжалостно тесня Нотта и Поттера, вынудив их спешно отступать под ее напором.

Магия крови, которую она начала незаметно колдовать левой рукой, без палочки, еще и невербально, тонким жгутом потянулась по земле, скользя в грязи и темноте, оставаясь незамеченной парочкой слизеринцев. Ее целью был Нотт. Точнее, его нога. Если Удача Поттера и прикрывала его дружка, то лишь частично, и если не убивать его… то могло что-то получиться.

«Эх, и почему они именно на моем фланге? Какая морока. Амос бы уже откусил хмырю голову и побежал дальше крушить и ломать… И снайпера профессионального очень не хватает. Он бы уже вышиб Нотту мозги, эх.»

Шарпхарт многое знала о Поттере и его необычной удаче от Амоса, так что относилась к этому «чёрту из табакерки» со всей серьезностью.

Она не давила слишком сильно, тесня, но не убивая и не калеча. Главное было сражаться без намерения убийства, желая лишь заставить отступить, не более. Она не хотела, чтобы из-за «случайности» её подчиненные поубивались об него, или, что еще хуже, слишком передавили и ранили Поттера, потому и занялась им лично. Иначе могло произойти что-то из ряда вон. Вроде свалившихся на голову авроров, Дамблдора или метеорита, например.

Плавно скользя по брусчатке, залитой талым снегом вперемешку с кровью и сажей, Кримсон Мун методично жалила заклинаниями, от которых Поттер защищался, чаще всего просто интуитивно уклоняясь. Гарри был довольно хорошим волшебником, особенно для своего возраста. Она в его годы была на порядок слабее. С другой стороны, у нее не торчала золотая ложка из задницы, так что это было нормально.

Однако, каким бы талантливым засранцем он ни был, до нынешнего уровня Кэролайн ему было очень далеко, и ни он, ни Нотт никак не могли ей навредить.

Постепенно жгут из крови настиг Теодора Нотта и стал быстро обвиваться вокруг его ноги. Власть над кровью у девушки была феноменальной, а потому тот даже вскрикнуть не успел, когда все случилось. Капилляры в глазах полопались. Резь в глазах была столь сильна, что тот прикрыл глаза на секунду. Дурак. Кровь, словно леска, кровавыми путами сжалась на его ноге, разрезав её словно плавленный сырок.

Истошный визг сразу же оборвался с потерей сознания из-за болевого шока. Ноги у него, считай, уже и не было. Только культя с торчащей из бедра костью да парой кусочков мяса, болтающегося на оголенных мышцах и нервах.

Завалившись на пол он утянул за собой и тихо вскрикнувшую вейлу, замершую под его телом, словно кролик под взглядом удава.

Но ему повезло, Гарри помешал добить своего друга, грудью встав на его защиту.

— Тц. Ладно. Не очень то и надеялась. Живучие, как тараканы. — скривилась Шарпхарт, довольствуясь той добычей, что смогла урвать.

Вейла Нотта уже была у нее в руках. Гарри не мог и друга своего защищать, и его живое имущество одновременно. Славно. — Уведите её отсюда и позаботьтесь о ней.

Кэролайн толкнула дрожащую девочку в сторону своих подчиненных. Она вытянула вейлу из-под тушки её несостоявшегося хозяина той же кровавой нитью, которую превратила в тонкую, но широкую и безопасную алую ленту, мягкую и податливую, как шелк. Просто трансфигурировала кровь в ткань. Перевязала нагую блондиночку не многим младше её самой, словно подарок на Новый Год, прикрыв самые сокровенные места.

— Надеюсь, не нужно вам объяснять, что будет с теми, кто решит попробовать ее на вкус…в любом смысле, ммм?

Не потребовалось. Наглядная демонстрация того, как она обращается с кровью, произвела нужное впечатление. Экстраполировать большинство из них было вполне способно и уж точно не желало, чтобы такой же жгут лишил их того самого. О бедной девочке позаботятся. Целители шли в задних рядах, латая на ходу тех, кому не повезло подставиться. В основном женщины-оборотни, так что молодой вейле среди них будет комфортнее, чем в толпе жаждущих крови боевых магов-оборотней.

Среди отступающих волшебников нашлась парочка, которые, судя по всему, работали на Нотта, потому что его калеченного сынка очень уж быстро перехватили и уволокли в глубь города, куда пока еще не дотягивались волчьи когти и зубы. Но Гарри свою вейлу, к сожалению, так и не выпустил из своего поля зрения и продолжал охранять.

Кэрол уже думала, что отбить девочку не получится, когда с неба спикировала разъяренная фурия, взмахнувшая топором изо всех своих сил немалых сил, да еще и вложив в удар немалую инерцию. Свистнуло. Звякнуло. Промазала, да не совсем. Черепушка Гарри не пострадала, но зато Юстиции удалось перерубить цепь. И в ту же секунду вскрикнувшую от неожиданности блондиночку затащила в свои ряды Дикая Охота. Спасена еще одна душа. Это хорошо.

Юстиция продолжила остервенело атаковать Поттера топором и огнём, но тот пока уклонялся и отбивался, что-то неразборчивое горланя в ответ на экспрессивные крики Юстиции.

— Хм. Первый раз вижу Юсти в такой ярости. Похоже, их связывает какая-то неприятная история. — пробормотала Кэрол себе под нос, пытаясь поддержать огнем свою заместительницу, спустившуюся с небес аки ангел возмездия. Тоже психованная, как и тройняшки, похоже.

Кэрол взглянула вверх, на огненный купол. Почти никто уже не пытался прорваться через решетку в небе, потому Юстиция могла позволить себе покинуть свой пост для неожиданной атаки. Другие вейлы тоже пикировали вниз, оставив на откуп некросовам контроль над небом. Девочки хотели развлечься. Место, куда приземлились тройняшки, вспыхнуло адским огнём, спустившимся с небес на землю плотным потоком. На том участке о ситуации можно теперь не беспокоиться вообще. Адский Цербер мог отщипнуть сколько нужно огня из купола для своих нужд, так что горе тем, кто встанет у них на пути.

Впрочем, вскоре Юстиции пришлось отступить под прикрытие защитных чар оборотней. Она лишилась топора, а её огненная магия только немного опалила мантию Поттера. Так и не смогла ему серьезно навредить. Пара ожогов на руках не считаются. Юстиция скрежетала зубами но была вынуждена влиться в строй охотников и атаковать Поттера и других волшебников вместе со всеми. Хорошо хоть на их участке не было пожирателей. Амосу приходилось с ними попотеть.

И вот, наконец-то воссоединившись и слившись в единый строй, Дикая Охота, возглавляемая тремя своими лидерами, загнала в ловушку свою добычу. Паникующие волшебники оказались зажаты со всех сторон и… стоило ожидать от крыс чего-то такого… безумного. Однако то, что они устроили, просто в голове не укладывалось.

Часть рабов они успели согнать к месту своей финальной битвы на площади, несмотря на то, что Дикая Охота старалась не допустить этого, освобождая и защищая их. Но всех было не спасти. Пожиратели решили использовать бедолаг как топливо для каких-то жутких ритуалов.

Ни Амос, ни Фел, ни сама Кэрол не смогли идентифицировать их. Еще бы. В тот раздел магии даже они опасались заглядывать, несмотря на большое количество возможностей усилиться. В разы усилиться. А это о чем-то да говорит. Демонология.

Главный пожиратель, под прикрытием своих дружков, решил вызвать самого настоящего демона… и остановить его попросту не успели. Все произошло слишком неожиданно.

Кэролайн посчитала, что всему виной снова была чертова удача Поттера. Иначе она просто не могла себе представить, что кто-то в здравом уме призовет демона у всех на глазах. Это же смертный приговор всей семье. Через поцелуй дементора. Демоны — это табу, которое нарушать не стоит хотя бы из-за здравого смысла, если уж на законы плевать…

Огромная крылатая и рогатая тварь трех метров в высоту, покрытая костяными наростами, фонтанирующая во все стороны огнем и склизкой кислотой, слетающей с мерзких щупалец бросилась на замерших от такого перформанса зрителей.

— Пиздец. — только и смогла подумать Кэрол, зажмурив глаза перед тем, как огромная когтистая лапа замахнулась на неё. Демон был так быстр, что никто не успел среагировать… Почти никто.

Прежде, чем демон успел закончить то, что начал, ему в бок на всей скорости влетела черная тень с двумя парами горящих расплавленным золотом глаз. Они покатились кубарем по улочке, сметая всё на своем пути и влетели в одноэтажный дом, проломив одну из стен. Завязался отчаянный бой на сверхблизких дистанциях.

«Что же, удача действительно на его стороне», подумала Кэрол, приоткрыв глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как многие оставшиеся в живых хватают метлы и взмывают в небо. Преследовать их было попросту некому. Все члены Дикой Охоты внезапно оказались сильно заняты. Демон — это вам не шутки. Особенно такой сильный. Возможно даже, высший демон. На помощь пришли близняшки, но адское пламя не наносило демону таких уж страшных ран. Фелисити тоже рвалась перекинуться в свою волчью форму и помочь, но Амос запретил. Пришлось ей долбить в демона стихийной магией воды и льда. Это оказалось куда эффективнее адского пламени. Огонь вокруг демона стал угасать, и жар, что мешал Амосу рвать его клыками, спал.

Гарри Поттер оказался среди тех, кто умудрился ускользнуть. Врожденный талант к полетам, помноженный на удачу, позволил ему разминуться с огненной решеткой и взрывающимися совами-камикадзе. Юстиция пыталась его догнать и придушить, но, откровенно говоря, у нее не было шансов. Метла все-таки очень удобный и быстрый артефакт. А Поттер достал из пространственного хранилища очень хорошую и дорогую метлу. Заняв позицию в небе, Юстиция предпочла остаться там, вместе с другими вейлами помогая с воздуха.

— Группы С и D рассредоточтесь и начинайте собирать освобожденных рабов. Готовимся к эвакуации. Группы E и G начинайте собирать трофеи. Остальные страхуем и помогаем лидеру по возможности! — немного подумав, отдала распоряжения Кэролайн.

Численность против такого сильного демона играла третьестепенную роль, так что вместо того, чтобы тратить время на бесплодные попытки сделать хоть что-то, она направила самых слабых за тем, зачем они и явились. Люди и ресурсы.

Нужно было торопиться. Скоро здесь будут авроры, и лучше бы им прикончить демона до того, как они придут, чтобы оказаться в их глазах единственными адекватными людьми на этой сраной вечеринке. Появление демона можно будет даже использовать для саморекламы. Дикая Охота вышла на след страшных демонологов! Пожиратели продались демонам! Куда смотрит министерство магии?! Звучит. Нужно только убить демонюгу сначала. Делов-то.

К счастью, Амос справился. Перегрыз горло тварюке через какое-то время, после проблевавшись серой. Если бы не цепи и проклятья, которыми щедро укутали демона его союзники, так просто он бы не отделался. Хотя, даже так его прилично порвало. Когти демона смогли оставить длинные кровавые борозды на его спине и боку. Фел уже оказывала ему первую помощь, латая раны, а Кэрол быстренько остановила кровотечение и уничтожила всю натекшую с него кровь. На всякий случай. Пора было завершать рейд. Цирк уехал, трупы остались, а их ждала бессонная ночь впереди. Даже по самым скромным прикидкам, на этом аукционе собирались продавать более трехсот существ. Большинство из них были маглорожденными ведьмами и волшебниками со всей Европы и Азии. Нужно будет их проверить, подлечить, накормить, успокоить и расселить. Еще и рабские ошейники снимать… Какая морока.

Но в душе Кэрол радовалась, понимая, что сделала нечто хорошее, при этом оставшись в плюсе. Такую благотворительность она любила и уважала.

Глава 60 Один «обычный» день в Маг. Британии

Назвав очередной совершенно не смешной приторно сладкий пароль, Аластор прошел мимо отскочившей в сторону горгульи, проводив голема подозрительным взглядом, и не спеша поднялся по винтовой лестницы в кабинет Дамблдора, постукивая по ступеням посохом и протезом ноги.

Старик сидел за столом, пил чай, заедая его засахаренными лимонными дольками и нескрываемым скепсисом на лице почитывал газету, качая головой на особо цветастых эпитетах скандальной журналистки Скиттер. И откуда она только взялась там, куда журналисту попасть было попросту нереально и смертельно опасно? Стоит задуматься. Уж не слили ли ей информацию заранее? Но кто? Пока что выходило, что Дикая Охота подстелила себе соломки. У министерства не получилось замять все, как бы они не старались, а потому в обществе разгорался скандал напополам с паникой.

Ежедневный Пророк разродился такой «Сенсацией», да еще и с отпечатками воспоминаний самой журналистки, от которой у министра Фаджа подгорело так сильно, что почти получилось оторваться от земли и уйти в стратосферу.

Конечно же, струю своего пламенного негодования он направил не перпендикулярно земной тверди, а на своих подчиненных, так что заляпало дурно пахнущим «топливом ярости» почти всех. Главу аврората Аластора Грюма, Главу ДМП, Мадам Амелию Боунс, чиновников всех мастей, глав отделов и даже простым секретарям, которые перебирали ножками недостаточно скоро, носясь между отделами с важными поручениями как ужаленные, досталось. Хотел Фадж и Дамблдора помоями окатить, да побоялся. Дамблдор хоть и был властью скорее судебной, но вместе с тем обладал колоссальным влиянием и уважением в стране, из-за, того что большая часть волшебников прошла через его школу. Одно его слово и, в нынешних обстоятельствах, ножка качающегося стула под министром надломится. Только вот это приведет к хаосу, который старый друид не особо жаловал, в потому не стал добивать лежачего.

— Альбус.

— Аластор. — старый волшебник поднял глаза на вошедшего, оторвавшись от ширпотребного чтива. — Ну как, насмотрелся?

— Насмотрелся. — скривившись, больше из-за фантомных болей в шрамах от темных проклятий, нежели от вопроса, Грюм достал из кармана маховик времени, или же хроноворот в простанородье, и положил его на стол перед директором. — Возвращаю в целости и сохранности.

Опытный аврор бесцеремонно плюхнулся в стоящее напротив Дамблдора неудобное кресло и растянул ноги под стол. Точнее, ногу и зачарованный деревянный протез.

— Будешь чай с лимонными дольками?

— Откажусь.

Помолчали. Дамблдор дочитал абзац и отложил в сторону газету. Маховик таинственным образом со стола исчез и очутился в потайном шкафчике директорского стола.

— Смотрю, обошлось даже без временных парадоксов, а?

— Ты был прав, старый пень. Вмешательства не потребовалось.

Дамблдор хмыкнул.

— Ну, поделись со старым другом своими впечатлениями, раз уж пришел сам, а не прислал мой хроноворот совой. Вижу же, что хочешь выговориться.

— Я теперь сов немного побаиваюсь, после всего увиденного… эх. Бесшумная смерть, не зря их так называют. А мы и забыли об этом, ассоциируя лишь с почтовыми клушами. Спасибо этим ублюдкам из Дикой Охоты за очередную заметку в моем списке постоянной бдительности… Ты бы видел какие взрывные посылки прямо до адресата они доставляли… Ладно. Похуй.

— Не выражайся, ма… кхм, друг мой.

— Ох, не начинай. Я уже давно не школьник. Лучше пропесочь тех профессоров, которые учат детишек в наше время. Раньше явно учили лучше, потому что я почти на сто процентов уверен, что троица лидеров волчьей швали выпускники Хогвартса.

— Ты уверен? — заинтересовано поднял седую бровь волшебник. Проведя рукой по роскошной бороде, Альбус Дамблдор встал со своего кресла и подошел к окну, задумчиво глядя на пустующий во время каникул внутренний дворик замка-школы.

— Думаешь, я не могу отличить характерные черты присущие ученикам родной школы от иностранцев?

— Хммм. Они могли и притворяться….

— Да брось. Ребятки явно не заморачиваются с этим. Они точно местные. Когда там запретили преподавать базовую защиту от некромантии и стандартные ритуалы? Лет тридцать назад? Или двадцать? В любом случае, они успели заскочить на этот поезд и хорошенько проехаться, углубив знания школьного курса самостоятельно.

— Ну, допустим ты прав. Но учеников Хогвартс выпустил предостаточно, и их год выпуска определить будет сложно. Мало маркеров, за которые сейчас можно зацепиться. Продолжай. Только побыстрее. Хотя некромантию и ритуалистику можно изучить и не в школе…

— Ага, и сдохнуть мучительной смертью. Тебе напомнить, чего стоит малейшая ошибка в ритуале или, тьфу-тьфу-тьфу, некромантии?

— Не нужно. Там только базовой лекции на пару часов хватит, а мне еще в министерство сегодня. Фадж что-то опять придумал нелепое. Хочет часть дементоров направить охранять Хогвартс, Косую Аллею и Министерство, якобы для защиты от демонов и оборотней с вейлами. Не уверен, кто его больше пугает. Кажется, лидера Дикой Охоты он боится все же сильнее, раз тот смог лишить демона головы. Хотя при виде растерзанной туши демона Корнелиус чуть не упал в обморок от страха.

— Да, я уже слышал эту его «Гениальную» идею, потому и решил зайти. Долбодятел скоро доиграется и я его зааважу. Пускай даже за барьером, но фоновое влияние этих тварей очень плохо скажется на учениках. Боюсь, что может и до несчастных случаев дойти. Сам понимаешь, детишки — создания азартные и бесстрашные. Вот попрется какой-то тупой гриффиндорец на спор в Запретный лес, где его и схарчат дементоры, и что тогда? Фадж — идиот, раз этого не понимает. Ему после такого не отмыться.

— Пока обойдёмся без столь радикальных решений, друг мой. Я постараюсь на него повлиять, но боюсь что он закусил удила в этот раз. Если идею направить дементоров в министерство он быстро пересмотрит, почувствовав их влияние на себе же самом, а экономические проблемы вызванные остановкой работы главной артерии производства и продажи в стране — лишь немногим позже, то вот с Хогвартсом… Школа далеко. До министра может дойти слишком поздно. И не называй моих львят тупыми… Они просто шебутные и падки на подвиги и приключения. Эх, молодость… К слову, даже без дементоров любой, кто сунется ночью в Запретный Лес может с большой вероятностью погибнуть. Я же каждый год это повторяю на приветственном пире! Для кого, спрашивается, я распинаюсь целый час? Кого это не остановило — его проблемы. Дальше уже будет работать естественный отбор дикой природы. Перейдешь уже наконец к своим наблюдениям?

— Ладно, Альбус. Ты директор, тебе видней, как учить этих мелких говнюков. Уже и поворчать нельзя. Короче, у диких хватило мозгов поставить защиту от провидцев и поставить временные и пространственные стабилизаторы. Кто-то очень не любит, когда за ним подсматривают…

— Такому мы тоже больше не учим. Министерство и Отдел Тайн смогли договориться и пропихнуть этот законопроект лет пять назад. Причины понятны, конечно, но не особо это помогает, как можно заметить. — недовольно пожевал губами старый волшебник, вспоминая какой тогда разгорелся скандал. — И как же ты смог подсмотреть? Придумал что-то новое или по старинке?

— Как раньше. — буркнул Грюм, выложив из кармана артефактную подзорную трубу без одной линзы. Это был не дефект и не поломка. Просто на место одной из линз вставлялся его собственный волшебный глаз-артефакт. — Усилок все еще прекрасно работает, даже столько лет спустя.

— Рад слышать, что мой подарок все еще приносит пользу обществу.

— Да уж, ты явно знал кому и что даришь.

— Да. — директор улыбнулся и подошел к столику с разнообразными артефактами и измерительными приборами на основе магии. — Воистину. Останься он у меня, то просто собирал бы пыль в кабинете, а в твоих руках…руке, — Дамблдор покосился на протез, на этот раз левой руки аврора, — он продолжает спасать жизни и раскрывать преступления. Как и желал его создатель, Шерлок Холмс.

— Ага. Хороший был следователь. Отменный даже, я бы сказал. Сейчас в ДМП никого столь же компетентного и нет. И магглам сколько помогал, когда какие-то подозрения на магию в составе преступлений фигурировали, помнишь? Жаль, что погиб при исполнении. Ну, вроде правнучка его подает надежды, но пока слишком неопытна, да и промышляет детективной деятельностью лишь в частном порядке. До деда ей очень далеко. Но мы отклонились от темы.

Грюм все-таки взял свою чашку чая, чтобы смочить горло.

— Кха-кха… что это за дрянь?

— Ромашковый чай…

— Почему не черный? Ох, Мерлин и Моргана, мы же британцы, Альбус, не позорься! Я твой гость, а не Волдеморт!

— Нормальный чай. Перестань отвлекаться на глупости и тратить мое время. Я понимаю, что тебе скучно, но имей совесть…

— Хорошо-хорошо. Слушай. Сначала все было хорошо. Все по плану, значится. Засел я на одной высокой сосне, в пяти километрах от заварушки, расположившись с комфортом, спасибо трансфигурации, ну и стал ждать, когда начнется. Ждать пришлось недолго, даром что пришел заранее. Те тоже пришли раньше и стали готовиться. А я-то думал это был спонтанный налёт, как у викингов, ан нет. Все распланировали поминутно. Явно не дураки у руля Дикой Охоты встали.

Артефактный глаз в глазнице начал крутиться, как юла, когда его хозяин стал распаляться и размахивать руками.

— Могу тебе сказать, что ритуалист, а точнее ритуалисты у них лютые. Видал я, к чему привела предварительная подготовка их клуба пушистых задниц, и могу с уверенностью сказать — это было сильно. Почти как во время войны с пожирательскими отродьями. Хорошо, что на них они и нацелены в первую очередь, похоже. Надеюсь, они перегрызут друг другу глотки. Мир явно станет чище без всяких тварей.

— Вот как? Значит это ты имел в виду, говоря, что я был прав?

— Да. Понаблюдав за Дикими, могу сделать вывод, что они более менее… нормальные. Понятные. Адекватные в большинстве своем. Истинный Оборотень точно настоящий, что бы там ни заявлял Фадж паникующей прессе. Он держит стаю в ежовых рукавицах и ему помогают в этом пара волшебников или ведьм в серебряной и красной масках. Они тоже очень сильны. Троица французских вейл не менее опасны. Это они управляли тем гигантским огненным куполом из адского пламени, пускай и не без посторонней помощи. Все вместе они могут обеспечить принудительную дисциплину даже среди проклятых пушистых дегенератов. Так что такой херни, которая творилась во время войны с пожирателями, когда оборотни кусали всех, кто под руку попадется, точно не предвидится. Волчара их явно муштрует и просеивает.

— Это хорошо, конечно, но, насколько я знаю, некоторых все-таки они покусали?

— Да, но кусал-то только их лидер, который прекрасно мог держать себя в руках, что показательно. Он явно специально выбирал тех, для кого укус оборотня будет хуже смерти, и отпускали восвояси. Хитрый ублюдок.

— К тому же, его действия смогли ввести в заблуждение министра, который напирает на то, что раз укушенные превратились в обычных оборотней, то он не истинный оборотень. Что спорно, кончено, но Фадж готов схватиться за любую соломинку, лишь бы не признавать, что министерство прозевало настоящего Истинного Оборотня. Мы понятия не имеем, могут ли они контролировать дозировку передачи проклятья или нет, но на его месте я бы не стал надеяться на подражателя. — задумчиво пробормотал Дамблдор.

— И это еще одна причина того, почему я бы пока не стал к ним лезть, раз уж они рвут на части всякую шваль, а не моих людей и добропорядочных волшебников или магглов.

— Пожиратели и работорговцы?

— Да. Вторые что-то совсем уже охерели, раз устраивают целые ярмарки прямо у нас под носом. Они там отнюдь не только магических тварей продают, а магглорожденных ведьм и волшебников в том числе. Детей, Альбус, там тоже хватало. Так что пускай министр Фадж исходит пеной и бьется в конвульсиях, но аврорат и ДМП будет занят более важными делами, а не носиться по лесам в поисках волчьего хвоста.

— Мда. Пожалуй, нужно будет поднять этот вопрос на следующем заседании МКМ. — помрачнел волшебник при упоминании детей.

Не все маленькие волшебники успевают добраться под сень школы в первый раз, чтобы встать на учет и получить гарантии безопасности от криво работающего, но все же работающего, закона Магической Британии. Некоторых находят задолго до этого, и какая судьба их ждёт тогда? Дамблдор недавно узнал об этом на личном опыте, когда Лето сбагрил ему на руки одну такую кроху, выкупленную на черном рынке.

Директор, в свою очередь, тоже собирался пристроить девочку в какую-то волшебную семью, где она сможет безопасно прожить до своего одиннадцатилетия. Пока же он готовил законопроект, который сможет прикрутить гайки работорговцам. С ними нужно было что-то делать, но самое паршивое было то, что если уничтожить одних — словно грибы после дождя, начинают вылазить новые.

— Нужно исправить эту ошибку, но, скорее всего, мое предложение опять завернут. По крайней мере в Британии лорды поднимут такой вой… страшно представить. А вот Испания, Франция, США и несколько других стран могут и поддержать.

— Дело ваше. — пожал плечами главный Аврор. — Еще я заметил, что помимо всего прочего они умудрились ослабить, или вообще перехватить контроль над купольной системой безопасности временного поселения… а потом, поверх него, натянули каркас заклинания Адской Клетки. И самое смешное, у них все получилось с первого раза. Представляешь?

— Это магия, Аластор. — пошутил Дамблдор, используя для подлой атаки свою коронную фразу. — Но они действительно талантливы, да.

— Тьфу на тебя, старый пень. Шутка стара, как твоя любовь к сладостям. Меня больше волнует то, что эти пожирательские ублюдки ударились в демонологию. Не к добру это. Раньше они до такого не опускались. По крайней мере, это было прерогативой Того кого нельзя называть.

— У меня тоже нехорошие предчувствия, Аластор. Есть серьезные подозрения, что Тёмный Лорд каким-то образом выжил или смог возродиться и теперь готовится снова посеять хаос и смерть… и это лишь первые ласточки.

— Только этого не хватало…

***

В комнате ярко горел свет. У окна с видом на ночной, загадочный и мистический лес, стоял молодой волшебник, задумчиво вглядываясь в темноту. Падал пушистый снег, укрывая плотными белыми шапками ветви деревьев, будто компенсируя отсутствие листвы у сбросивших крону еще осенью деревьев.

Он не носил рубашки, а на его открытой спине и ребрах с правой стороны красовались кровавые борозды ран, нанесенных чудовищными когтями. Даже на вид раны были страшные и должны были причинять ему нестерпимую муку, но он стоял смирно, гордо выпрямив спину, даже не шелохнувшись, когда услышал тихие, словно у кошки, шаги.

Черноволосый волшебник покачал хрустальным бокалом, в котором плескалась яркая рубиновая жидкость, и поднес его к носу, принюхавшись. Словно сомелье на дегустации французских вин, вдохнул аромат полевых цветов и чего-то еще, с нотками корицы и цитрусовых. Пахло вкусно.

— Быть или не быть, вот в чем вопрос… — манерно протянул он, подняв бокал перед глазами так, что свет луны отразился на кромке бокала и заиграл серебряными искрами в алом омуте. Взгляд соскользнул на кактус на подоконнике, что давно не знал влаги.

Треск. Звук смачного подзатыльника.

— Ой, да за что?!

— Я тебе дам «быть или не быть», умник, а ну пей приготовленное мной лекарство, или я, клянусь Магией, залью его в клизму и залью его в тебя с другой стороны.

Уперев руки в бока, рядом встала высокая девушка с черными как смоль, роскошными волосами. Их желтые глаза встретились и между ними будто вспыхнули золотые всполохи молний. Противостояние взглядов было интенсивным, однако, первым отвел взгляд получивший затрещину парень.

— Тц, — цыкнул он, недовольно морщась и потирая затылок. — У тебя тяжелая рука, знаешь ли… И кто вообще бьет больного пациента, а, Фел?

— Я. Пей, давай, зелье. Мне еще мазь наносить на раны. Будешь знать, как на демона практически в рукопашную идти…

— Мордредовы подштанники, как оно может настолько хорошо пахнуть и быть таким отвратным и горьким на вкус? — тяжело вздохнув, Амос Санхайд все-таки опрокинул в себя, залпом, алую дрянь, которая ему, почему-то, больше напоминала перемолотого Карнажа, симбионта из Человека-Паука, нежели классическое зелье. Его лицо перекосило от отвращения. — Кошмар какой. Жаль, что нам с тобой больше не подходят зелья для обычных волшебников. Кххх... — Процедил он сквозь зубы, силясь не расстаться с зельем в тот же момент.

— И ты же сама должна понимать, что выбора как такового и не было. Демон рано или поздно бы вывернул наизнанку мозги тем бедолагам, которых мы пришли спасать, обернув их против нас или безвозвратно извратив психику. Оборотни и вейлы бы продержались из-за природной устойчивости к ментальным атакам, но простые люди… Некогда было колупать тварь магией. Демонюга же был явным боевиком, а не колдуном каким, так что сопротивляемость к магии у него ого-го какая должна была быть. Единственным способом быстро и почти без потерь устранить демона было полностью отвлечь его на себя и навязать ближний бой, чтобы не дать ему времени сориентироваться и набраться сил. Шансов у меня было куда больше чем у него, в любом случае…

— Угу, и потому нам с Кэрол пришлось вычищать рану от всякой гадости магией крови, обрабатывать редкими и дорогими мазями, а тебе давиться зельем святого Лоуренса, да? Потом еще и зашить все это безобразие надо будет! Тебя словно тиранозавр в спину пнул.

— Да понял я, понял… больше не буду. Хорошо хоть не нужно отмазки придумывать из-за «царапин на спине»! — пробурчал Амос. — Спасибо за заботу, я правда ценю это. — уже более спокойным и даже нежным голосом добавил он, повернувшись к своей девушке и взяв ее за руку. Легкий поцелуй в надутые щечки немного спустил её пар. Хорошее зрение помогло ему приметить, что черная тушь местами чуть-чуть потекла и смазалась из-за сдерживаемых слез.

— Хм, по крайней мере ты умеешь читать между строк, придурок. Я волновалась…

— Я знаю. Но я жив и уже почти здоров, так что давай забудем пока об этом. Йоль и Новый Год на носу, давай не будем ссориться?

— Ладно, но царапины на спине тебе могу оставлять только я. Никаких больше демонов, или, тем более, всяких шлюх. — шутливо погрозила пальцем ведьма.

— И я не обижаюсь, просто… не делай так больше. Твоя регенерация практически не работает сейчас, а его когти едва не достали до позвоночника. Все силы организма направлены на подавление инфекции и заражения крови. Заживление может затянуться на целую неделю… хорошо хоть демоническое проклятье не смогло закрепиться. У тебя уже свое есть, домашнее…

Фелисити Синдер с тревогой погладила по щеке своего возлюбленного, прильнув к его груди, уткнувшись на короткое мгновение в его шею.

— Ой, целую неделю, ай-яй-яй. Нормальные люди после таких ран на всю жизнь калеками бы остались, если бы вообще выжили…

— Вот именно! Ладно уж, раны от когтей, залечим, но тебя будто гигантский варан покусал, а не демон подрал, настолько много всякой дряни попало в твой организм. Даже иммунитет истинного оборотня едва справляется с очисткой.

— Что тут скажешь? Этих тварей не зря так опасаются абсолютно все. Волшебники ненавидят и боятся демонологов не просто потому что те довольно сильны и безумны. От них можно ожидать абсолютно любой, даже самой страшной подлости. Впрочем, люди всегда остро реагируют на угрозу их монополии на вершину пищевой цепочки. А демоны именно такие твари, что могут это кардинально оспорить. К счастью, а материальном мире они на порядок слабее.

— Да уж. Хорошо, а теперь повернись обратно к окну. Я нанесу мазь. — кончик пальца с симпатичным фиолетовым маникюром зачерпнул из баночки на столе немного мази. — Будет щипать. Не дергайся только.

— Потерплю.

Стиснув зубы, Амос стоял смирно целых двадцать минут, терпя зуд и тупую ноющую боль в спине и ребрах. Он так и не дернулся и не издал ни звука, несмотря на огромное желание орать в голос.

«Немного пощиплет, говорила она… Кто, Ктулху своими клешнями что-ли пощиплет? Ух, больше я никогда не полезу на демонов в ближний бой. Ну нахер. Слишком больно и проблемно избавляться от последствий.» — размышлял Санхайд, стараясь не обращать внимания на зуд и боль от ускоряющейся в несколько раз регенерации, подавляя дикое желание почесать раны.

— Вот и всё. Осталось зашить. Но это пусть лучше сделает Кэр. У нее лучше получаются тонкие манипуляции с кровью.

— Спасибо, дорогая. — устало поблагодарил он в ответ, вымученно улыбаясь.

— Простым спасибо не отделаешься. Ты у меня все отработаешь. — хмыкнула девушка, проведя пальцами по его губам, спускаясь вниз по его шее, груди, торсу, пока не достигла паха и слегка сжала его своими тонкими пальчиками. — Когда поправишься, разумеется. А пока… никакого секса на ближайшую неделю.

— Жестоко, но справедливо. Склоняюсь перед вашей волей…

— О, так ты созрел поиграть со мной в ту ролевую игру с богатой госпожой и её нерадивым садовником…? — ухмыльнувшись, Фелисити шлепнула его по заднице.

«Черт, и ведь не объяснишь ей, что это была отсылка на старую компьютерную игру из другого мира… Она-то этот прикол точно не поймёт… Ай, ладно. Пойдёт в счет её подарка на Новый Год.» — подумал парень, коря свой длинный язык.

— Смотрю, вы тут уже во всю развлекаетесь, да? — зашла в комнату Кэролайн Шарпхарт и скинула красную волчью маску на диван.

В маленьком уютном домике, построенном ими над их главным бункером-базой, скрывать лица было не обязательно. Всевозможные защиты бункера закрывали и это место тоже. Спускаться в бункер пока было не лучшей идеей. По крайней мере, пока спина и бок Амоса не перестанут представлять ночной кошмар колдомедика. Нечего мелкой волчице, живущей с ними, видеть такие ужасы.

— Что-то вроде того. Ну и как там?

— Все нормально. Проконтролировала заселение. Принесла списки и короткое досье спасенных, а также опись прихватизированного имущества… с которыми можно разобраться и завтра утром. Вся дальнейшая работа оставлена на наших заместителях. Они должны справиться, чай не дураки и не дуры.

— Отлично. А то спать что-то охота. Устал я, а после этого зелья всегда хочется жрать и спать. — парень заразительно зевнул и попытался потянуться, тут же зашипев от боли. Из вновь открывшихся ран начала сочиться кровь и сукровица. Благо, хоть весь гной из раны удалили еще на этапе очистки.

— Не раньше, чем я тебя заштопаю. — укоризненно покачав головой, заявила аловолосая ведьма, доставая волшебную палочку.

— Как скажешь, мамочка.

— Как маленький, ей богу… — закатила глаза, а потом и рукава, Кэролайн, начиная работать волшебной палочкой.

— И тебе нельзя её так называть. — вклинилась в разговор Фелисити, ущипнув его за здоровый бок. — Но так уж и быть, если тебе так хочется, можешь называть так меня, когда мы будем…

— Фу. Блин, Фел, я же пошутил… Мама — это святое.

— Я тоже пошутила… может быть… — Фелисити, посмеиваясь, отошла немного в сторону, чтобы не мешать Шарпхарт работать, и умостила свою аппетитную попку на подоконник, напротив застывшего каменным изваянием Амоса, кокетливо строя ему глазки.

— Вот смотрю я на вас, и начинаю завидовать. — хмыкнула аловолосая, методично создавая из сочащейся из ран крови тоненькие, едва видимые ниточки, стягивая ими края раны. После наложения кровавых швов материал рассосётся без следа и, по идее, не оставит после себя даже шрамов. Хотя насчет самих борозд от когтей такой уверенности не было. Следы могли и остаться. — Думаю вот, не слетать ли мне к Дэвиду в Испанию под конец каникул. Если что, вы же полетите со мной, да?

— Конечно, Кэрол, куда мы денемся? — ответил темный маг, ритуалист и немножко некромант, пожимая плечами. За что получил очередное напоминание стоять смирно и не двигаться. — Опасно тебя туда одну отпускать, да и немного развеяться нам не помешает….

— Да, хорошая идея. — поддержала черноволосая ведьма. — Все равно никаких важных операций на ближайшее время не предвидится. Нам нужно залечь на дно и заняться базовой подготовкой наших охотников на нечисть. Боюсь, период времени, когда внезапности и дерзость играли нам на руку, подходит к концу.

— Шикарно. — обрадовалась Кэролайн, для которой одобрение и поддержка друзей была куда важнее, чем она показывала. С появлением Фелисити она побаивалась, что её лучший друг про нее забудет, погрязнув в новых отношениях, но, к счастью, Синдер отлично вписалась в их маленькую компанию без эффекта «Третий лишний». Возможно, это потому что они еще и работали вместе. А может, Фелисити просто не видела в ней угрозы. — После того, как отметим праздники тут, слетаем туда на пару дней.

— Соскучилась по своему горячему испанскому бойфренду, а Кэрол? — Подколол её Амос, заговорщицки подмигивая и играя бровями.

— Есть немного. — улыбнувшись, Шарпхарт в отместку стянула один шов чуть сильнее, вызвав недовольное сопение пациента и тихое хихиканье его девушки.

Пока что они еще могли позволить себе подурачиться. Откуда им было знать, что тучи начинают сгущаться? Не только над ними. Над всей Магической Британией.

***

В Трёх Мётлах было тепло, несмотря на холодрыгу и снегопад снаружи. Магия, не иначе. Хотя помимо этого помогали два растопленных камина, которые создавали уютную домашнюю атмосферу.

Один на первом этаже, где собиралось большинство посетителей паба-ресторана, а второй на втором этаже, где обычно проводились банкеты. Хотя иногда богатые посетители просто арендовали под себя весь второй этаж, чтобы у них под ногами не путалась всякая чернь. Сейчас как раз был такой случай.

Гарри Поттер стоял у окна и смотрел на оживленный не по погоде Хогсмид, потягивая сливочное пиво из бокала для шампанского. То еще извращение конечно, но так он хотя бы снова мог почувствовать себя взрослым.

Сегодня он здесь с друзьями со Слизерина празднует Рождество, ох, простите, Йоль. В камине горело как раз-таки здоровенное Йольское полено, задорно потрескивая. Конечно, немного рановато, до него было еще несколько дней, но у его друзей был запланирован плотный график на праздники, так что он мог встретиться с ними только в канун Р…Йоля. Впрочем, его все устраивало.

Интуиция подсказывала, что принимать приглашения их родителей и заявиться в один из маноров аристократов на званый ужин и бал по случаю Йоля было, все же, несколько… безрассудно. Гарри не хотел стать гвоздем программы «сдохни или умри», или быть поданным к столу как главное блюдо, с яблоком во рту, как поросенок, запеченный в собственном соку.

(Это он еще оптимистично, ведь яблоко могло оказаться вставлено вовсе не в рот, да)

Как он недавно мог убедиться на личном опыте, пожиратели смерти про него не забыли и вполне себе неплохо себя чувствуют в Британии. Вот сволочи! Кто бы мог подумать, что они будут настолько агрессивно настроены против него? Он же слизеринец, тру-аристократ и все такое… Гандоны. Только вырвавшись из ловушки этих диких зверюг, немного оклемавшись от люлей, которых им отвесили, они попытались сбить его с метлы и вообще убить. К счастью, эти лохи мазали словно пьяные чайки, не то что те стрёмные совы… вот те явно были с самонаведением, как дроны какие-то.

«Заметка на будущее, всегда кормить свою сову вкусностями, чтобы она не влетела в меня от обиды и не взорвала мне голову нафиг, как тому бедолаге, который тоже пытался прорваться, да так и не смог. Две с половиной тысячи очков удачи в трубу, сука. Дорогие нынче вейлы. А я еще радовался, что купил по дешевке… наивный.»

Все уже обменялись подарками, выпили, наговорились и теперь, когда уже почти пришло время расходиться, разбились на небольшие группки по интересам и просто общались. Обсуждали последние тревожные новости. Участником некоторых сенсационных новостей Гарри и сам успел побывать, но рад этому особо не был.

Повышение популяции дементоров вокруг Хогвартса его тоже не особо вдохновляло, как и всех остальных. Впрочем, в отличие от всяких лузеров-малолеток у него уже был крутой патронус в форме канонного оленя с большими ветвистыми рогами. Да, рога были шикарными.

Пока у него не было девушки, чтобы шутить про наставление рогов и рогоносца, потому Гарри не парился об этом.

Да, дементоры ему были не страшны с таким-то патронусом. У него даже была пара идей, как им можно воспользоваться, чтобы кадрить девчонок. Вот налетят дементоры и давай отсасывать радость, а тут он такой оп, «Моншанте, мадмуазель, не желаете ли принять руку помощи в трудную минуту? Я вас укрою и обогрею, даже абсолютно бесплатно… только прижмись ко мне покрепче, детка, и Гарри о тебе позаботится, муахахаха…»

Гарри тряхнул головой, выбрасывая из нее временно не реализуемые планы. Для начала надо снова попасть в Хогвартс, а ведь у него еще запланирована встреча с Сириусом, которую организовать было не так-то просто, как он думал… насыщенные будут у него каникулы, короче.

Подарок Нотта, который тот сам смог выбрать, и которому был чертовски рад, буквально упорхнул у него из рук. Это можно было сравнить только с вывалившейся из подарочной упаковки Плейстейшн, разбившейся на мелкие кусочки прямо под новогодней елкой аккурат в полночь, под бой курантов. У Гарри щемило сердце, когда он представлял как его милую вейлу наяривает кто-то другой. Скорее всего волосатый и вонючий оборотень. Сука-тварь блохастая. Он же даже не успел дать ей новое имя… он хотел назвать её Персефоной… потому что попка у нее была как персик, мммм. Печально.

Гари невольно провел рукой по шее. Вздрогнул. Хотя, с другой стороны, может это даже и к лучшему. Если все вейлы такие же бешенные, как та сучка с топором, которая пыталась отчекрыжить ему член и голову, то пускай, Фиш с ней. Все равно её уже не вернуть.

И что самое дерьмовое, лавочку-то прикрыли. Больше негде купить себе новую. Рынок тю-тю. Авроры там все арестовали, а за бывшими владельцами лавок началась настоящая охота. Хорошо хоть не за посетителями. Это было бы вообще жестко.

Гарри всерьез начинал задумываться над тем, не найти ли ему себе обычную девушку, из простецов, но… Он глянул на сидящего на подоконнике Малфоя, болтающего ногами в воздухе и попивающего какао, огорченно вздохнул. Нет, друзья его же засмеют и тогда вся наработанная с таким трудом репутация, и так подмоченная некоторыми рыжими ублюдками в последнее время, окончательно истает. Эх, тяжела жизнь избранного.

Даже грязнокровку какую не найти теперь. Те шарахаются от него как от прокаженного. Слухи, чтоб им пусто было. Сучары рыжие, заебали. Не дают продохнуть. Вцепились как бульдоги, мертвой хваткой. И ведь не решить проблему кардинально… Дамблдор, старый маразматик, все время следит за ним в школе и делает пакости, сволочь бородатая… да что он ему такого сделал-то? Гарри не понимал.

— А я ведь говорил тебе, что это была плохая идея, Поттер. — завел старую шарманку белобрысый хорёк. — Мой папа говорит, что на такие… мероприятия, в основном ходят настолько пропащие личности, что нормальным волшебникам там появляться априори противопоказано. И опасно. Потому никто из наших туда не ходит, кроме Ноттов… но у них своя кухня. Как видишь, мой папа…

— Да-да, я уже слышал это пять раз за сегодня. Твой папа то, твой папа сё, достал уже… лучше бы посоветовал, где себе новую вейлу прикупить.

Стоявшие неподалеку Гринграсс и Паркинсон скривились и отошли подальше, утянув парочку других слизеринок-третьекурсниц за собой, сплетничать и трепаться о своих девчачьих штучках, видимо. Малолетние пигалицы… Будь они постарше, уж он бы им показал, как губы кривить. Им было лучшее применение, хе-хе-хе.

— Зачем тебе вообще нужна вейла, Поттер? Тебе ж двенадцать. У тебя небось размером с мятный леденец… — захихикал Драко. Его смех поддержали отирающиеся рядом Крэб и Гойл, его вечные, до ужаса стереотипные, тупые подпевалы и по совместительству, телохранители.

— Так поэтому у твоей мамы такое свежее дыхание…. — на автомате ответил Гарри, не терпящий над собой даже намека на насмешку. Фраза сама собой вырвалась как-то, навеянная ностальгией.

Крэб с Гойлом схватились за рты, пытаясь не дать смеху вырваться наружу. Девчонки, стоящие поодаль, но все равно внимательно прислушивающиеся к разговорам парней, заалели аж до кончиков ушей и отвернулись, безумно смущаясь.

Драко покраснел как рак, начиная закипать не хуже старого чайника. Казалось, еще немного и у него пар и огонь изо рта повалят, будто он в одно лицо выпил бутылку Огденского огневиски.

— Поттеееееррр!

— И вообще, Драко, не хорошо всех мерять по себе, ты знаешь?

— Я тебя сейчас убивать буду, Поттер…

«Ой, переборщил. Мамкин цветочек явно обиделся… Как же легко буллить тупых детишек, не знакомых с интернетом. Аж чувствую, как самоутверждаюсь, хах ха-ха-ха.»

*А я люблю ромашковый чай…

*Если вам интересно, причем тут варан, то просто почитайте, что с вами будет, если он вас укусит.

Больше артов к главе можете найти в открытом доступе на бусти: https://boosty.to/kainoele

Глава 61 Места, куда не заглядывает Испанская Инквизиция

Север Испании не очень сильно отличался от Великобритании природными видами, зато климат тут была куда мягче. Приятнее. Восхитительная зеленая красота. Отвесные скалы покрытые пушистым мхом и плющом, омываемые водами океана. Безлюдные дикие пляжи вдали от населенных пунктов были особенно шикарны… летом. Зимой-то мы могли только представлять каково это. Может быть, попробуем выбраться сюда летом еще раз.

Интересная самобытная архитектура, которую местные власти стараются беречь, разнообразия ради. Потому маленькие городки выглядели очень колоритно.

Малое население позволяло природе дышать полной грудью. Даже заводы и фабрики были так хорошо интегрированы в местность, что не вызывали отторжения, а становились частью ландшафта. Еще пойди найди тот завод, запрятанный меж холмов и лесов. Только белый пар, поднимающийся из высоких труб, притягивал внимание.

Именно на королевских землях и располагалась магическая школа страны, подальше от людских глаз и вездесущей инквизиции.

Сначала я подумал, что это монаршая семья просто не желает видеть на своих землях Инквизицию как угрозу собственной власти или, что не менее вероятно, имела на службе или даже в роду несколько «грязнокровных» волшебников или ведьм (что забавно было бы, с учетом королевской родословной), но все оказалось несколько прозаичнее.

Не знаю даже, остался бы стоять величественный магический замок на своем месте, если бы не соседство с очень опасной пространственной аномалией. Хотя скорее правильней будет даже назвать это пространственной складкой, или даже небольшим отдельным мирком. И там жило… всякое. Очень опасное жутко магическое и зубастое всякое.

Если бы Castillo Blanco de las Maravillas, в переводе Белый Замок Чудес, не служил некими вратами-стеной на пути у магических созданий, проживающих там, то очень может быть, что многие мифы и легенды все еще ходили бы по земле, шугая простых людей и перекусывая ими время от времени. Или того хуже, оттуда бы полезли драконы.

Не те консервы-полуфабрикаты для алхимии и кожевников, которых растят на забой в заповедниках, а настоящие, Мордред их подери, драконы. Древние, злобные и хитрые твари, которых было очень сложно победить даже чрезвычайно опытным и сильным командам волшебников, обвешанных спец. артефактами как новогодние ёлки на Йоль.

Раньше некоторые особо раскабаневшие драконы действительно могли держать в страхе целые города-государства, используя эти города как люди, собственно, загоны для овец. Спасибо драконоубийцам, вроде Зигфрида, что к нашему времени таких ящеров почти не осталось… Но вот в таких вот отдельных мирках-экосистемах с агрессивной флорой и фауной они еще водились. Не только в Испании. По всему миру. К счастью — времена изменились, и таких ящериц, вылези они наружу, упокоили бы в течении пары недель. Но сколько вреда бы они успели нанести? К тому же, те чешуйчатые, что поумнее, «пощипав» людишек просто могли вернуться домой с добычей и затихариться лет на сто-двести, пока старое поколение волшебников не сотрется об время, а новое позабудет об обиде и осторожности. Такое иногда случалось. Власти потом все списывали на естественные лесные пожары или наводнения.

Сам же замок-школа походил на гигантскую стену с тремя белыми башнями, возвышающимися над зеленью гор, перекрывая собою расщелину, которая и вела в богатые магией земли. Словно пробка в горлышке бутылки, Белый Замок перекрывал магические потоки, отсекая крупным представителям магической фауны и, иногда, флоры, возможность проскочить, оставшись незамеченными. Только прямой штурм ворот или тайный подъем на стену и неминуемый бой со стражей. Правда людей руническая система стены пропускала без проблем. В обе стороны. Разве что у самих стражей могли появиться вопросы навроде: «Уважаемый, а чего через стену лезем, а не воротами пользуемся, а? Уклоняемся от налогов, да? Пройдёмте, штраф оплатите и ступайте, раз уж вам повезло живым выбраться обратно.»

Да, штрафовали только на выходе, если поймают. Большинство безбилетников наказывались непосредственно матушкой природой и естественным отбором.

Время стерло имена исконных хозяев сей обители, и даже век, в котором было построено это сооружение, канул в Лету. Возможно, к его созданию приложила руку Римская Империя, потому что некоторые характерные архитектурные решения были заметны невооруженным глазом. Но кто знает? Может, они его реконструировали или просто решили усовершенствовать? Слишком уж много всего туда привнесли поколения разных хозяев — замок сей много раз переходил из рук в руки. То Инквизиция возьмет вверх, захватив укрепления, то маги выбьют святых отцов на кислород… но со временем местное духовенство решило оставить замок в покое.

Не от доброты душевной, конечно, просто им было слишком сложно удерживать лезущих на стены магических тварей, почему-то особенно агрессивно настроенных именно против церковников. А еще без сильного волшебника, способного взять на себя управление защитными контурами, а так же множества обычных волшебников, излишки маны которых подпитывали древние защитные руны, вплетенные в белоснежные стены твердыни, магический замок превращался в самый обычный замок. Соседствующий с пространственной складкой обычной замок.

Даже если забыть сколько денег нужно было на постоянные восстановительные работы стен и башен после очередного налета какой-то живности из-за грани, потери у инквизиции в такие периоды были столь существенными, что закрывать на них глаза руководство просто не могло.

А вот волшебники от такого соседства лишь процветали, имея постоянный приток первоклассных материалов. И это наводило на разные мысли. Уж не в лесах ли прятались в очередной раз лишившиеся крова сильнейшие чародеи? Может быть у них, где-то там, в непроходимых лесах, испещренных зарослями хищной ежевики, был припрятан аварийный оплот?

А что? Знай себе гони стаи волшебного зверья на лишившиеся защиты стены бывшего дома. И инквизиторов число подсократить, и некоторые ингредиенты с трупов у стен замка собрать потом можно, когда святое воинство вновь отступит… Не удивлюсь, если волшебники специально саботировали и отключали защиту, прежде чем оставить Белый Замок, позволяя его занять на время.

Инквизиторы были очень эффективны против волшебников, но не особо подходили для борьбы с многотонными бронированными тварями, которые еще и магией какой-никакой обладали. Нунду, например, могли стать практически невидимыми во всех спектрах, а острейшие когти позволяли им карабкаться по стенам замка как по деревьям, сея смерть среди простых людей, словно мрачные жнецы из сказок. Магию магических тварей и созданий жрецы и инквизиторы, почему-то, блокировать не могли. Получалось немного забавно. Инквизиция бьет волшебников, волшебники бьют магических существ, магические существа бьют инквизицию. Прямо камень-ножницы-бумага какая-то.

Не то чтобы инквизиция совсем не пыталась решить эту проблему радикально и насовсем, но все их экспедиции, призванные выжечь всю «богомерзкую ересь» за стенами замка заканчивались для них трагично. Будто сам закрытый мир защищался от них, в едином порыве перемалывая инородный элемент в кровавый кисель. А может засевшие там маги, кто знает? Секрет, которым местные с чужаками вроде нас делиться бы точно не стали.

В общем, церковь просто плюнула на это со временем и отдала Белый Замок «мерзким колдунам» на откуп, по всей видимости решив что таким образом убьет двух зайцев. И магов проредят, и тварей их магических на цепь посадят.

В целом, за стенами школы волшебников было действительно опасно, и смертность у егерей и экспедиторов была весьма частым явлением. Но не настолько, как святоши рассчитывали, конечно. Опыт и магия помогли волшебникам выработать подходящую стратегию и научиться выживать там, где для святого воинства была гарантированная смерть.

Если нормального волшебника серьезно прижмёт, то он и не так раскорячится, чтобы выжить. Я так прикинул, и, выходит, что «среднестатистический» выпускник (отличник по всем предметам, разумеется) при должной сноровке и удаче может выжить практически в любых условиях. Было бы мотивация и фантазия.

В Белом Замке даже был предмет «Выживание в экстремальных условиях», и еще парочка факультативов, после которых любой выпускник мог за день отгрохать себе приличную избушку или землянку где угодно используя что угодно. То, чего нам с Кэролайн в Хогвартсе особенно не хватало и приходилось изучать самостоятельно.

Да и в целом у испанцев было особенно много всяких заклинаний и фишек направленных конкретно на выживание, а не на прямое боестолкновение, как у нас. Что и навело меня на некоторые мысли. Возможно, это просто необходимый предмет для егерей и экспедиторов, конечно, но… Падазрительнаааа.

Вот так и повелось: Белый Замок Чудес последние двести лет твердо закрепился за волшебниками и даже оброс небольшим волшебным городком у своих монументальных стен. Как Хогсмид подле Хогвартса. Городок назывался Бланко, и именно тут учился и жил Дэвид, парень Кэролайн, к которому мы прилетели в гости. От него и его друзей мы и узнали большую часть деликатной информации, о которой не пишут в путеводителях и дурацких брошюрах нашего министерства. По вечерам мы часто собирались большой компанией и кутили все вместе.

Тут волшебникам было по большей части абсолютно плевать на длину родословной каких-то там туристов с Туманного Альбиона. Им было куда интереснее узнать про наш быт и школу, так что приняли нас радушно. Равноценный обмен слухами и сплетнями под пару литров пива и жаренную говядину в старинной испанской таверне, что может быть лучше?

Зима в Испании была довольно мягкой и температура редко падала ниже нуля, хотя снежные шапки на вершинах гор имелись. Зелень также была представленная обилием хвойных, но не в таких количествах, как в другие времена года. Посмотреть нам все равно было на что, и наши новые друзья водили нас по достопримечательностям. Попали на волшебную ярмарку. Не ту срань, которую мы прикрыли недавно, а нормальную. Она очень напоминала собой Косой Переулок в последние три дня перед началом нового учебного года. Ярмарка Чудес называется. Название соответствовало сути. Там мы сделали пару интересных покупок. В Испании у волшебников сейчас была мода на посохи и складные жезлы-трости. Они вовсе не отказывались от палочек, а скорее использовали их как дополнительные концентраторы с несколько иным функционалом. В сравнении с волшебной палочкой особо много посохом или тростью не помахаешь, если ты не оборотень или вампир, конечно, но у них была другая фишка. Нет, я не про то, что им можно было и по голове вражину вдарить, хотя и не без этого.

Их ведь не зря в простонародье прозвали крылатыми посохами.

Волшебник или ведьма в любую секунду могли просто переключить режим и превратить свой посох в летательное средство, аки в метлу, запрыгнуть на нее и дать стрекача. Они практически не уступали в скорости метлам. Кажется я уже говорил, что местные помешаны на всем, что в теории увеличивает их выживаемость, да? Немудрено, на самом деле, с такими-то соседями, но все равно я остался под впечатлением.

У посоха или раскладной трости возле «пятки» появлялись полупрозрачные крылышки, помогающие летуну в маневрировании на высоких скоростях. Конечно, специальные чары также оберегали промежность волшебника или ведьмы от превращение в нечто непрезентабельное. Очень удобно.

А еще посохом было удобнее поддерживать стационарные масштабные чары. В основном защитные и маскирующие. Упер себе посох в землю левой рукой, наколдовав им «Протего Тоталум» или еще что, а правой достал палочку и готовишь какую-то пакость, пока противник колупает твой щит. Все гениальное просто. Грозный Глаз, правда, просек эту фишку еще до того как это стало мейнстримом. Теперь наконец понятно, зачем ему трость-артефакт. Хитрый старый аврор.

Единственный минус — цена. От пятисот до пяти тысяч галеонов соответственно. Тут как с метлами. Ты можешь взять себе лохматое нечто, что будет лететь с безопасной скоростью мопеда, а можешь взять себе ту же «Молнию» или «Нимбус», которая эквивалентна гоночному мотоциклу. Не каждый мог себе такое позволить, как вы понимаете.

Обычно с такими можно было увидеть либо взрослых состоятельных волшебников и ведьм, или же их богатеньких детей-старшекурсников. По понятным причинам мелким детишкам такое не покупали и те довольствовались палочками. Тяжелые они для них шибко, да и потерять или сломать дети могут дорогой подарок. Это вам не палочка за десяток-другой галеонов. Да и взрослым его таскать с собой не особо удобно. Поначалу. Потом привыкаешь и даже находишь плюсы. По себе знаю.

Так как деньги у нас имелись, спасибо «пожертвованиям» добрых людей с черного рынка, мы прикупили почти самые навороченные модели серийного производства. Девочки взяли посохи, а вот я себе трансформирующуюся в посох трость. Для конспирации.

Как не сложно догадаться, использовать в Хогвартсе такое чрезмерно и подозрительно, а вот через месяц-другой показаться с обновкой в образе главарей Дикой Охоты — другое дело. Раз уж все так удачно сложилось, то буду немного прихрамывать, будто травмы нанесенные демоном до конца так и не зажили. Так люди со стороны будут видеть в Амосе и Черном Волке еще меньше общего, а враги будут считать меня слабее, чем я есть на самом деле. Профит.

Думал и над индивидуальным заказом чисто под себя вначале, но потом передумал и решил не выпендриваться. С индивидуальными заказами было слишком много мороки и на нас могли выйти заинтересованные люди.

Потому покупали их в тайне даже от наших новых друзей и под другими личинами. Замаскировались максимально. Ничто не должно было вывести на нас, если начнут искать.

В саму школу нас, конечно же, не пустили на экскурсию, однако, никто не мог помешать нам самим заняться экстремальным туризмом. Все утро и день у нас были свободны. Пока Кэрол развлекалась с Дэвидом, выжимая из парня все соки (в хорошем смысле), мы с Фел перебирались через стену и отправились на поиски приключений для наших пушистых задниц. Там за стенами всегда царствовала поздняя весна.

Охрана на замковых стенах присутствовала и была даже весьма приличной, но они даже не пытались следить за «нелегалами» пытающимися проникнуть внутрь. Их заботили посетители с другой стороны, а не идиоты-браконьеры, которые просто ищут смерти, так что на парочку летунов просто не обратили внимания. Если выживут — заплатят налоги и штраф сверху, а если нет, то и суда нет.

В целом, довольно грамотная политика и я на личной шкуре убедился в том, что новичкам там точно делать нечего. Верная смерть. Если бы мы не рассекали по делам и горам в своих волчьих формах, боюсь мы бы там и остались лежать под каким нибудь плотоядным кустом. Там водилось такое, что наш Запретный Лес казался мне просто ботаническим садом для дошколят. Я никогда не видел большинство местных обитателей даже на страницах справочников… конечно, то были Британские справочники с нашей местной живностью, но все же… не ожидал я такого разнообразия видов.

В речке, из которой я хотел напиться, живет, как оказалось, более тридцати видов хищных рыб. А ведь там далеко не только рыбки водились. Змеи тоже были. Чуть не отправился в желудок тридцатиметровой анаконды магического разлива. Сначала даже подумал, что это василиск, когда заценил её размеры на глаз, и знатно струхнул.

Бой вышел изматывающим, но нас все-таки было двое, так что пытающуюся задушить и поломать меня в своих кольцах змейку мы прикончили общими усилиями. Но это было непросто. Попробуйте подраться с гигантским питоном с закрытыми глазами! Незабываемые ощущения.

Эта тварь была магической и, ко всему прочему, еще и херачила нас током всякий раз когда мы пытались её кусать или драли когтями. Какой-то сраный угорь, а не змея, блин. Зато сколько полезных и дорогих реагентов для алхимии и зельеварения из нее мы вытащили, мммм. Не скажу, что это того стоило, но с тех пор я всегда таскаю с собой пару фляжек с водой. Ну нафиг такие водопои. Тут вам не мультики диснеевские и звери с удовольствием могут попотчевать пришедшим напиться неудачником.

Еще мы видели одного дракона. Так и не смог определить его вид, кстати. Здоровенная четырехголовая херовина с крыльями, размером с бронепоезд времен второй мировой. В современных учебниках и справочников такого и нет даже. Наверняка считается вымершим видом или вообще неизвестным мутантом.

Хорошо хоть, что это летело с охоты, а не на охоту, иначе пришлось бы удирать сверкая пятками досрочно. В каждой из когтистых задних лап дракон нёс по туше взрывопотама. И их немалый вес нисколько не мешал ему лететь по своим делам, словно он нес корзинку фруктов, а не многотонный куски мяса, очень плотных мышц и почти неразрушимых костей.

Преследовать и искать его гнездо мы не стали, хотя соблазн обзавестись яйцом дракона был велик и у нас даже возник спор по этому поводу. Но здравый смысл победил. Жизнь была дороже. Там наверняка была еще и самка, защищающая детенышей или кладку, пока самец на охоте, и они в этот период времени слишком чувствительные и параноидальные. Тут и без этого было полно редких и дорогих материалов, многие из которых продавались на рынке и аукционах с десятикратной наценкой. Минимум.

Сложно переоценить значимость материалов, которые мы насобирали за эти каникулы. Всяких травок, цветочков, грибочков, шкур и потрохов мы вынесли просто уйму. Спасибо пространственной магии, позволяющей увеличить внутренний объем сумки, иначе бы пришлось кусать локти и мотаться туда-сюда как угорелые.

Мы даже нашли «сердце озера» — недостающий элемент для ритуала Гринграсс, который оказалось почти нереально достать на рынке даже за очень большие деньги. Нужны были серьезные связи, которыми мы пока только начинали обрастать. Пришлось сразиться за него с озерным спрутом-кальмаром-устрицей, который отдавать свое сокровище без боя никак не хотел. Сердце, как жемчужина, формировалось внутри его панциря, и выковырять его незаметно было никак нельзя.

Поужинали жаренными щупальцами. Хоть какое-то утешение за все те нанесенные им болезненные раны. Оказалось, что в его присосках прятались даже не когти, а маленькие зубастые пасти. Еще и слюна оказалась ядовитой… нога болела еще пол дня и это несмотря на то, что я тогда уже полностью оправился от последствий сражения с демоном. Очень опасная тварь оказалась.

И ведь в три раза меньше гигантского кальмара, что живет в нашем Черном Озере у подножья Хогвартса. Я аж вздрогнул от осознания.

Уж не хранитель ли он безопасности нашего замка? Конечно, вылезти из воды он не может, да только вот ему и не нужно. Представители Думстранга, насколько я знаю, перемещаются с помощью зачарованного корабля, ныряющего в одном месте и выныривающего в другом. По сути, это эдакая магическая передвижная крепость и когда-то, давным-давно, мы были с ними в состоянии войны. Так что кальмарчик вполне мог быть средством противодействия вот такому вот вторжению с воды. Никому не хотелось лишний раз получить залп из магических пушек с его бортов по крепостным стенам. Тем более, что он мог бы так же легко уйти, как пришел. Тактика ночных налетов, все дела. Если бы не кальмар, то это было бы очень эффективно. Уж не прототип ли такого вот пространственного корыта лежит на дне нашего озера, интересно? Раньше я думал, что это просто затонувшее судно, но эй, что делать фрегату в небольшом озере без выхода к большой воде, а? То-то же. Наверняка один раз кальмар свою функцию выполнил с честью, а так как там всего одно такое на дне, значит второй раз рисковать ценным активом наши заклятые друзья не стали и утерлись.

Кстати об этом. Назад придется переправляться в Британию по воде. Паромом или еще как. Потому что в аэропорту, или в министерстве, куда ведет купленный порт-ключ, нас могли бы взять за жопу таможенники-авроры. И посадили бы в Азкабан за контрабанду редчайших и офигенно запрещенных материалов. Хотя видит Мерлин, продавать мы если что и собирались, то только малую часть добычи. Такое добро самим надобно.

Хорошо хоть морские пути проверяли не столь тщательно, как воздушные и пространственные, так что тут уже были варианты. Подобравшись поближе к суше, можно было пересесть на наши новые крылатые посохи и долететь оставшееся расстояние. Наши подруги из Франции знали морские контрабандные пути, связывающие материк и острова. Пожалуй, ими и воспользуемся.

А потом, когда выгрузимся на базе, используем порт ключи и окажемся в министерстве, официально вернувшись на родину чистенькими и с дешевыми сувенирами в саквояжах. Так и порешили.

***

Лето едва смог расслышать ее шаги. Она ступала бесшумно, как горностай по снежным шапкам сугробов. Подкралась незаметно, продираясь сквозь его дрему, словно смерть от переохлаждения. Рыцарь встрепенулся лишь тогда, когда было бы уже слишком поздно. Её холодные руки легли на его плечи, сжимая их стальной хваткой. Одна рука была холоднее другой. Живая и железная — вечное напоминание о том злополучном бое, в котором погибло предыдущее Лето. И как бы парадоксально это не звучало, но именно от живой руки веяло настоящей Зимой.

— Инверно… *

— Здравствуй Лето. Вижу ты весь в трудах, аки шмель*, готовишь учебный план на следующий год, да? Это похвально, конечно, но скажи-ка мне на милость, разве ради этого ты отпрашивался у Круга дежурить все четыре сезона подряд? Разве не за своим «подопечным» ты должен был присматривать? И я ведь просила называть меня Винтер, а не Инверно, не так ли? — голос, холодный и чистый, как вода из ледяного ключа. Хватка на плечах усилилась. Зима не любила, когда ее называют Инверно. Наверное потому, что прекрасно понимала смысл, который он вкладывал.

В её голосе было сложно угадать эмоции, но Лето хорошо знал свою визави, а потому предположил, что она злится на него. Где-то глубоко внутри, под коркой векового льда, спит гейзер раздражения и злости.

Рыцарь повернул голову и встретился с недовольным взглядом холодных синих глаз. Даже более пугающих своей неестественной синевой, нежели Осень. Этот оттенок синего напоминал ему бессердечную глубину, что видишь через призму заледеневшей в суровый мороз поверхности бездонного горного озера.

И чем дольше смотришь в эту ледяную бездну, тем отчетливее слышишь пугающий хруст трескающегося под ногами хрупкого льда. Казалось бы, посмотри чуть подольше — и в следующее мгновение стылая вода утянет тебя на дно, пережует пастью-осколками, пустив горячую кровь, а потом скует цепями судороги. Она лишит тебя кислорода, надежды и тепла, прикрыв куполом толстого слоя без жизненного стекла.

Вот какая она была. Рыцарь Зимы. Инверно.

— Кхм. Ты разве не должна спокойно спать сейчас, или, на худой конец, заниматься какими-то своими очень важными делами? — Лето отвел взгляд, невольно почувствовав озноб на своей спине. Он быстро собрал в стопку бланки и документы и отодвинул их на конец стола. Так он хотел отвлечься и занять чем-то руки.

— Могла бы, да. А вместо этого меня срочно выдернули старейшины и направили сюда. Исправлять твои ошибки и недосмотры. Забавно, но ты, похоже, ни сном ни духом о том, что опять натворил «пока еще не король».

— Хммм. Если ты про ту заварушки на Черном Рынке, то я ни в чем не виноват. Я не пророк, знаешь ли. Откуда мне было знать, что там такое случится? И, что важнее, мне даже в голову не могло прийти, что он примет приглашение Нотта и попрется туда в преддверии праздников. Не могу же я, в конце концов, его за ручку водить все время. Это может плохо сказаться на шансах возрождения Короля! — попытался оправдаться временный профессор, экспрессивно взмахнув руками.

— Просто проморгал его, да?

— Эх. Сосуд короля имеет неприятное свойство ускользать от моего взора. Все эта чертова мантия-невидимка виновата. Слишком уж хороша. К тому же Поттер оказался достаточно разумен, чтобы нивелировать её слабости различными заклинаниями сокрытия запаха, звука и прочего. Если я не буду сидеть и неотрывно следить за ним днем и ночью, то шансы его упустить из виду довольно высоки.

— Понимаю. Но я не об этом случае. — Зима вытащила из кармана свернутую газету и бросила на стол перед ним. Выпуск Пророка был совсем свежим и наверняка пестрил очередной сенсацией.

— Ох, только не говори мне, что он снова во что-то вляпался… Да когда он успевает-то?!

— Ладно, не скажу. Сам прочитаешь об этом. Я пришла сказать тебе, что с этих пор другие рыцари будут просыпаться как положено и помогать тебе следить тут за всем издалека. Двух рыцарей сезонов должно хватить, чтобы уследить за одним мальчиком, я надеюсь?

— Да. Думаю да.

— Очень хорошо. Все уже почти готово и финал этой кровавой истории близится. В нужное время все мы будем присутствовать и наблюдать за триумфом короля все вместе. Или за его провалом. И, Лето… будь добр, в первую очередь обеспечение безопасности сосуда, а уже потом все остальное. Детишки смогут прожить еще один год без нормального ЗОТИ, так что поумерь свой педагогический энтузиазм.

— Хорошо, я все понял. Но некоторых я продолжу тренировать, время от времени. У них очень большой потенциал, мне жалко бросать дело на полдороге.

— В самом деле? Не забывай, их век скоротечен, много ли того, что ты можешь им преподать, они смогут впитать?

— Довольно много, если сжать необходимую информацию по максимуму и вдалбливать в их мозг, пока из ушей не полезет.

— Ну ладно. Если ты считаешь что, — Зима заглянула в верхний листок пергамента, — этот Амос и остальные мелкие волшебники стоят твоего времени и увеличения шансов на провал — пусть будет так

— Я уверен в этом.

— Тогда мне нечего добавить. Читай газету. Еще увидимся. — и, качнув длинными белыми волосами с голубыми кончиками, убранными в высокий хвост, рыцарь удалилась. Её закованная в кожаную броню точеная фигурка растворилась в вечерней мгле, как облачко пара изо рта.

Профессор открыл газету. На первой же полосе он увидев движущуюся колдофото крепости-острова посреди вод бушующего океана, вокруг которой в воздухе парили высокие фигуры в темных балахонах — дементоры. Азкабан — тюрьма для волшебников. У мужчины появилось плохое предчувствие и разболелась голова. Он пробежался глазами по статье с шокирующим названием «Опасный преступник совершил побег из Азкабана». Лето откинулся на спинку кресла и помассировал виски.

— Твою же… Ох, Поттер, ну почему было нельзя потерпеть еще совсем чуть-чуть?

Лето встал и принялся ходить из стороны в сторону по своему кабинету, вчитываясь в строки. Рита Скиттер в последнее время набрала большую популярность и её статьи привлекают всеобщее внимание.

-Ладно, раз тут такой заголовок, то никто его не видел и даже не заподозрил… но это только пока. Придется напрячь Шмеля, пускай даст команду своим ручным аврорам замять дело и не искать виновника слишком тщательно. Только этого нам и не хватало…

Тяжело вздохнув, рыцарь подошел к книжной полке, постучал по корешку одного толстого талмуда и, когда тот отъехал в сторону, вытащил из потайного отделения бутылку хорошего огневиски. Неспеша налил себе в стакан на два пальца и залпом выпил содержимое. Постоял, посмаковал нотки пьянящей огненной воды, после чего вновь налил себе еще столько же и уселся обратно в кресло со стаканом в руках. Вторую порцию он собирался растянуть.

— И кто же у нас беглец? Надеюсь, это хотя бы какая-то симпатичная ведьмочка, иначе зачем бы он решил попрать закон и рискнуть своей свободой. Мммм, нет, это точно не ведьмочка. Какой-то косматый, небритый бомж… ну пиздец. Стоп. Это что, Сириус Блэк? Помнится, был такой кадр в свите у Дамблдора, да. Раньше он выглядел посвежее, но после стольких лет Азкабана он еще более-менее. Хмммм. Это интересно. Зачем он ему понадобился? Хочет заполучить наследство Блэков? Теоретически возможно, но… впрочем, ладно, это не так уж и плохо. Дополнительные ресурсы Королю не помешают в первое время.

Отложив газету в сторону, «профессор» задумчиво потер подбородок и уставился в окно.

— Ну, стоило ожидать чего-то подобного. Если большая часть Стражей темницы шляется, милостью Фаджа, непонятно где, то вполне естественно, что побег станет куда реальнее. Теперь дементоров в окрестностях Хогвартса точно оставят, учитывая его репутацию, но из других мест наверняка заберут. Не думаю, что репутация министра выдержит еще один побег. Потому большую часть дементоров вернут. Интересно даже, как Гарри это провернул… удача благоволила ему в этот раз, это точно. Странно только, почему в Хогвартсе у него постоянно приключаются неприятности, а вот за его пределами все налаживается?

Рыцарь Лета еще долго предавался невеселым мыслям, потягивая алкоголь и наблюдая за разыгравшейся за окном метелью. Камин в комнате весело трещал поленьями и разливал тепло, прогоняя холод.

Уже совсем скоро в замок хлынут ученики и все завертится с новой силой. В этом, новом году, все решится.

* Больше картинок на бусти (бесплатно) https://boosty.to/kainoele

*Прим. Не путать с инферно. Инверно — Зима на испанском. Но Лето называет ее так, потому что это как раз созвучно. Она напоминает ему ледяное инферно — Ад. Потому он именно так ее зовет, а не Винтер.

*Это она так пошутила про то, что стоило ему попасть в Хогвартс и стать профессором, так он сразу же стал пропадать на работе. Прямо как Дамблдор, которого иногда друиды, среди своих, называют незатейливо, занятым шмелём.

Глава 62 Новый виток судьбы

Гарри сидел в старом кожаном кресле у камина и размышлял, потягивая чай и подбрасывал и ловил на излете вычурный медальон восьмиугольной формы. Зеленая змея, а точнее, изображение василиска — короля змей, красовалось в центре на земляном фоне. Несомненно, это был оригинальный медальон одного из основателей Хогвартса, ставший крестражем Темного Лорда, а не какая-то подделка, однако у Гарри появились некоторые… вопросики.

На следующий же день, после того как Главный Герой Магической Британии освободил из Азкабана своего крестного, он смог добраться до этой вещи. Сначала, прибыв на Гриммо, где и располагалась нынешняя резиденция древнего и благородного рода Блэк, Гарри тут же заставил Сириуса поднять защиту до осадного уровня и закрыть дом от посторонних всеми способами. Понятно от кого, да и авроры не дураки. Уж догадались бы как-то, что нужно проверить дом преступника.

Блэк выглядел неважно, но на это его сил хватило, прежде чем мужчина отрубился от недостатка крови, прямо на алтаре. Гарри пришлось поить его кроветворными зельями и смазывать свежий порез на запястье рябиновым отваром. Благо, заначка у него была, потому что мелкий ублюдок Кричер выполнять его просьбу наотрез отказался и, кажется, с удовольствием бы понаблюдал как угасает действующий Лорд Блэк. Пока для такого было рановато, так что Гарри сделал все что мог, чтобы обезопасить Сириуса от преждевременной кончины. А потом просто взял под империо строптивого домовика и заставил его притащить ему медальон и стать наконец-то правильным домовым эльфом. Чай, собственно, готовил именно он. И тапочки в зубах теперь приносит, старый уродец.

Заполучив крестраж Лорда, Гарри сначала обрадовался, предвкушая как с помощью темных искусств и ритуала скрутит в узел лысые яйчишки Тома посредством его прокси-душехранилища, но быстро приметил некоторую некую нестыковку. Артефакт вообще не сопротивлялся и никак не пытался на него воздействовать. В нем все еще чувствовалась частичка души Тома, но она была словно… в коме? Мертва? Пуста? Обрывочна? В общем, крестраж, почему-то, находился в недееспособном состоянии. Будто от него остался только отголосок. Тень от тени. Так не должно было быть, но так было. Жаль, что Гарри было не с чем сравнить, но он был практически уверен, что это хрень какая-то.

Диадема была самым простым способом чекнуть, как он поначалу считал, но реальность оказалась суровой. Цацка находилась в школе и до нее было вроде бы и рукой подать однако… выручай комната отказывалась работать как надо и не открывалась перед своим истинным хозяином. Сволочь магическая.

За кольцом Гарри не полез бы ни за какие коврижки — боялся отъехать как каноничный Дамблдор, и вообще-то все еще надеялся, что старый гомик об него и убьется. Тем более, что даже зная в чем заключалась главная ловушка, Поттер не был полностью уверен, что сможет её избежать и не получить магический сифилис.

То, что медальон барахлил, не значило, что так будет со всеми крестражами Лорда.

Нагайна ползала где-то в лесах Албании и жрала грызунов поди, так что добраться до нее Герой тоже не мог. Про чашу Гарри вообще молчал. Гоблины в чужие сейфы заглядывать не разрешают, а штурмовать подземелье зубастых уродцев-людоедов Гарри считал самоубийством. Он уже побывал в нескольких полупустых наследных сейфах и успел заценить охрану. Лестренджи едва ли уступали богатствами остальным топам, и Тройной Лорд побаивался туда соваться без ведерка Феликс Фелицис внутривенно.

Отпив чая, Гарри бросил на стол медальон и тихо вздохнул. Он не был полностью бесполезен, потому что с помощью древнего ритуала, который тот случайно смог обнаружить в библиотеке Блэков, парень смог поглотить еще одну частичку силы и знаний Лорда. Но вообще их было как-то… маловато, что ли. Зато медальон мог помочь открыть удобные лазы в Тайную Комнату не из сраного женского туалета, и, судя по наличии магической инструкции, а также специального заклинания-пароля, мог помочь ему приручить василиска самого Салазара Слизерина. Темный Лорд именно так и поступил в свое время. Но у Гарри появился способ перехватить контроль, заполучив эту штуку в свои руки.

— Если получится, то будет просто шикарно. Это и бабки и сила. Может даже выпущу его погулять и поглядеть на некоторых уебков своими чудо-глазками. — задумчиво пробормотал себе под нос Гарри. — А что? Канон надо соблюдать, да. Вместо Грейнджер можно попросить его позаботиться обо всех Уизли… Убивать пиздюков, конечно, перебор, но вот отправить их валяться в больничном крыле остаток года, из-за чего они останутся на второй год — идея хорошая. Вряд ли их бомжацкая семейка потянет такие дополнительные расходы. И тогда они вылетят из школы и лишатся палочек. Еще парочку наглых грязнокровок тоже не помешает таким же образом устранить.

Мечтательно прикрыв глаза, Гарри сделал очередной глоток чая, закусив его клюквенной пастилой. Осталось совсем немного. Печаль.

— Эх, мечты-мечты. Дамблдор наверняка прикроет своих подсосов, но может хоть Санхайда выбросят из школы насовсем? Попечительский совет от него не в восторге, судя по тому, что постоянно бубнит себе под нос Нотт.

Залпом допив чай, Гарри подошел к окну и выглянул на улицу. Там шел снег и вечернюю улочку Лондона наполняли спешащие по своим делам магглы.

Мысли парня невольно вернулись в Азкабан. Хорошо, что идиот Фадж убрал оттуда почти всех дементоров и не догадался заслать туда больше авроров, иначе вывести псину сутулую на волю было бы проблематично. А так… никто и не заметил разницы между одной черной шавкой, с которой он пришел туда, и той, с которой он Азкабан покинул.

Не зря подбирал такую же породу, как в фильме, и морил ее голодом неделю. Собачку было жалко оставлять там умирать, но что поделать? Нужно было позаботиться о том, что бы «Сириус» оставался на глазах у тюремщиков еще какое-то время. И подавал признаки жизни, да.

Химера из мертвого бомжа и собаки получилась знатная. Те неудачники, которых отправляют служить сторожами в Азкабане, обычно не отличались особым умом и талантом. Они ничего не заметили, пока «пленник» не растекся черной лужей зловонной жижи. Только тогда они встрепенулись. И то, лужу нашли не сразу. Даже с уменьшенным количеством дементоров ходить по уровням с особо опасными уродами авроры не любили, а потому пропажу обнаружила вообще другая смена.

Благо, Гарри догадался проворачивать все под чужой личиной и навещал, официально, вообще другого заключенного. Пока сторожа спохватились, уже поздно было. Не найдут они ни его, ни Сириуса.

Сегодня Гарри смог наконец-то добиться от крестного того, ради чего, собственно и вытаскивал его тощую задницу из тюряги. Передача титула главы рода Блэк ему, герою и надежде всей Магической Британии.

Все равно бродяга не хотел быть Лордом. Когда он узнал, что Гарри отомстил за него и прикончил Петтигрю, волшебник вообще как-то поник и перестал проявлять интерес к чему либо. Видимо ненависть, которую тот испытывал к предателю, была его стержнем. Зато как же верещал портрет его мамаши, когда тот поделился с ней новостью о новом Лорде, ууу… Аж уши закладывало. Но Сириусу это было только в радость и даже повысило ему настроение на какое-то время. Потом он опять нажрался и отрубился в собственной блевотине, конечно, но сначала оторвался по полной. Кричер убрал грязь, но осадочек остался, как говорится.

Вообще, ментальное состояние Сириуса было даже хуже физического. И это учитывая запущенный туберкулез, который тот подхватил в сыром и холодном Азкабане. Волшебник постоянно метался в бреду, когда у него получалось уснуть, орал как ненормальный и плакал. Иногда сбивался и называл его Сохатым, погонялом его отца. Глаза Сириуса в такие моменты застилала поволока, прямо как у слепых людей, и магия его знает в какие дали уносился его разум в такие моменты и что видел. Он будто жил в каком-то параллельном мире.

Гарри это напоминало психов, которые давно воздвигли в своем разуме собственный мирок, отгородившись от реального и тихо-мирно сходили там с ума.

— Тц. Проблемный тип. — цыкнул Гарри, услышав очередные крики ужаса и боли со второго этажа, где и проживал Сириус. Того опять настигли кошмары или бред. — Убивать — жалко, но и оставлять — не выход. Поймают ведь, когда я уеду в Хог, и выйдут на меня.

Покачав головой, Гарри устало почесал щеку. Хорошо хоть туберкулез он смог ему вылечить и тот перестал кашлять как ненормальный. Спать было невозможно. Звукоизоляция в доме была на редкость паршивой, и нужной магии, чтобы поправить дело, Гарри пока не знал. У него были некоторые пробелы в знаниях, что он признавал. Когда дело касалось боевой магии, он был лучшим, что бы там кто не говорил, но вот в бытовых чарах… Он всегда считал, что о таких мелочах должны заботиться деньги. Точнее, нанятые на них слуги. Проблема была в том, что пока что он не мог их сюда притащить.

— Значит, придется все же сдать его в маггловскую психушку. Заблокирую ему аниформу, чтоб не сбежал, по собачьи вырыв подкоп. Без палочки он все равно колдовать разучился, так что врачи ему, за то время пока меня не будет, мозги вправят. Надеюсь. В любом случае, у волшебников мозгоправы работают несколько в ином профиле. Психиатров у нас нет, так что… Да даже если и были бы, отдавать им Сириуса все равно что вырыть самому себе могилу, а так… Может и починят его. А может и нет. Во Франции климат зимой всяко лучше нашего. Может, найдет себе там француженку, или даже вейлочку какую, и та целительным кексом вправит ему мозги на место? Звучит как план.

Поттер отошел от окна и, подкинув в камин пару вишневых поленьев, уселся обратно.

Он добился практически всего, что запланировал на каникулы, и теперь нужно было возвращаться в школу, которую будут сторожить дементоры. Благо, он знал заклинание Патронус. Вообще-то все его чары света всегда получались особенно сильными. Хотя он их и не любил. Свет для боевика годился как кирпич для плавания. Тьма била в несколько раз сильнее, была вариативнее, хотя и у светлой магии тоже были свои фишки. Лечение, изгнание, барьеры там всякие… кому они, нафиг, нужны? Такая магия практически не вредила людям, стало быть, была в дуэлях почти бесполезной. Если бы она могла лечить мгновенно, то другое дело, а так…

Гарри взял в руки одну книгу, которая была скорее исключением, подтверждающим правило, нежели его опровержением. Могущественный ритуал, записанный на листках пожелтевшего от времени пергамента обещал ему силу и власть, которые и не снились его отцу. Да что там, самому Дамблдору!

Что эта книжка по экспериментальной магии света высшего порядка забыла на полках логова потомственных темных волшебников, было неясно. Гарри предполагал, что Блэки прикарманили ее, вырезав какой-то ослабевший светлый род, чтоб другим не досталось такое сокровище. А вот применить сами так и не могли из-за своей предрасположенности ко тьме. Гарри был, пожалуй, первым в истории пресветлым Лордом Блэком. Потому его алчный взор не мог оторваться от драгоценного фолианта.

В гостиной, где он находился, не было зеркал, а потому Гарри не мог видеть, как радужка его глаз начинала мерцать и светиться золотым светом всякий раз, когда он открывал и читал эту книгу. Если бы посторонний наблюдатель мог заглянуть ему в глаза, то с удивлением бы обнаружил, что в такие моменты его глаза покрывает золотистая пленка света, на которой в реальном времени гравируются изображения, символы и буквы. Эта пленка была подобна высокотехнологичным линзам дополнительной реальности.

Гарри видел одно, а на самом деле в книге было совершенно иное содержание. Например, название книги гласило «Сто один рецепт приготовления Нюхлера». Она была старой, потрепанной и обгорелой, словно картошка в мундире, упавшая в угли лишившись фольги. Одним словом — хлам. Просто старая поваренная книга, выброшенная на задворки истории за ненадобностью. Кому задалось рагу из нюхлера?

Но Гарри видел закованный в золотые цепи, невероятно искусно выполненный том знаний, обтянутый белоснежной кожей какого-то редкого магического существа. Уголки книги сияли золотом, а в центре сверкал искусной огранкой огромный сапфир. Книга так и притягивала взгляд.

Гарри полагал, что в каноне её не было потому, что к тому времени её уже прикарманил себе Дамблдор или, может быть, стырил и продал на черном рынке его лакей из ордена петуха. Был там один вороватый, имя которого Гарри позабыл. И это если не считать семейку Уизли!

Стоит ли уточнять, что внутреннее содержание книги совершенно отличалось от того, что видел в ней Гарри?

Но кто ему скажет, а? Точно не молчаливо наблюдающий его глазами Истинный Правитель Альвов и владыка Авалона, недавно пробудившийся ото сна. Естественно, ведь это была его работа. Великий план входил в терминальную стадию, и нужно было подтолкнуть сосуд к проведению необходимого ритуала собственными руками.

Гарри отложил книгу в сторону. На ночь глядя он не хотел погружаться в тайны магии. Они были слишком сложными. Все эти формулы и диаграммы с пентаграммами… от них у героя сильно болела голова и напрягались глаза. Словно он читал супер маленький шрифт под одеялом, обходясь одним дешевым фонариком. Предполагалось, что это была такая вот плата за силу.

Книгу он решил прихватить с собой в школу и там дочитать. Постепенно. Зато без риска посадить зрение. Он не хотел носить стекла-велосипеды как его предшественник-неудачник.

В принципе, операцией «Супер-Пёс» Гарри остался доволен. Теперь он уже Квадра-Лорд, а не тройной. Четыре больше трех — простая математика.

Состояние Блэков и все их имущество было у него в кармане, а Малфои могут отсосать.

Зря Драко проговорился о том брачном контракте, за которым охотилась его семья. Оказывается, Малфои не просто так землю носом рыли из-за наследства, потратив на подкуп чиновников денег, пожалуй, не меньше, чем завалялось в сейфе Блэков на данный момент.

Помимо очевидного, Малфои хотели заполучить крепкий союз с Гринграссами, которых смогли таки убедить в том, что у них всё схвачено и состояние Блэков, а так же их контракт, обязательно достанутся именно им. Из-за чего Гринграссы решили пойти на сближение и почти договорились обо всем. Хотя и держали окончательное решение в секрете от детей. Но Драко умудрился подслушать и знал об этом. А теперь и Гарри. Хвастовство до добра не доводит, хе-хе.

Их планам не суждено было сбыться, ведь теперь Гринграссам придется выдать свою старшую дочь за наследника Блэков, как предписано пожелтевшим пергаментом, заверенным печатями предыдущих Лордов.

Гарри только немного смущала формулировка. Дело в том, что старшей дочерью у Гринграссов считалась Дафна, но от Астории он точно знал, что она, вроде как, изгнана из рода и вообще живет среди магглов… Так что это же не считается, так? Не зря ведь Малфои положили глаз именно на Асторию.

Гарри хотел заполучить себе эту маленькую брюнеточку, а не её бракованную сестру, когда подписывался на эту авантюру. Нахера ему калека, да еще и без магии?

Вообще, еще вначале, когда он собирал кольца Лордов, он надеялся, что к каждому колечку прилагался хотя бы один брачный контракт с какой-то знатной красавицей, вроде Аманды, Сьюзан или Астории. И ему бы ничего не оставалось кроме как смиренно принять этот гарем, ведь с контрактами шутки плохи. Пришлось бы, с тяжелым сердцем, принять свою судьбу… Ах, как было бы чудесно… то есть ужасно, ага.

Как оказалось, заранее браки заключают не так часто, как он думал, так что фортануло ему только на четвертой попытке.

— Ладно. И так сойдет. — довольно заулыбался Гарри. — Зато какое лицо будет у шестого Уизли, когда тот поймет, что девочка, которая ему нравится, будет вынуждена выйти замуж за его злейшего врага… Муахахахаха!

По комнате разошелся тягучий, зловещий смех, от которого бедный старый домовой эльф вздрогнул и с надеждой взглянул наверх. Там, на стене над лестницей, были прибиты головы прошлых домовиков Рода Блэк.

— Поскорее бы уже сдохнуть… — едва слышно пробормотал Кричер, стирая пальцем слезу. — Госпожа, я не выдержу дольше…

Большие водянистые глаза с печалью и болью взглянули на портрет бывшей леди Блэк. Её теперь медленно пожирала волшебная плесень, насланная новым Хозяином Гарри. Силенцио не позволяло воплям боли прозвучать, но раскрытый в немом крике рот любимой хозяйки домовика был очень красноречив. Хуже участи для волшебного портрета и не придумать. Волшебная плесень, словно проклятье, будет медленно и мучительно уничтожать волшебное полотно, пока не пожрет его без остатка. Новый Хозяин не разрешал Кричеру помочь и очистить его от этой дряни, так что Кричер мог только безвольно наблюдать за страданиями и смертью портрета Вальбурги Блэк.

Внезапно, но Сириус показался ему не таким уж и плохим выбором на место главы рода. Но уже было поздно.

Поезд ушел, унося с собой в школу исчадие Ада, оставляя Кричера в одиночестве биться головой о стенку, в надежде досрочно уйти на покой.

***

Моргана отложила письмо и с довольной улыбкой откинулась на спинку кресла. Амос писал, что нашел недостающие для ритуала ингредиенты. Чудно. Это сдвинуло сроки. Серьезно так сдвинуло. Теперь точно всё произойдет уже в этом, новом году, а не в следующем.

Это было хорошей новостью с одной стороны, однако это так же означало, что откладывать разговор с парнем и дальше не стоит.

Использовать такого человека как Санхайд втемную было бы не очень дальновидно. Древняя ведьма уже успела узнать молодого волчонка достаточно, чтобы понимать как он мыслит и как отреагировал бы на такое. Наверняка посчитал бы предательством и, в решающий момент, заплатил бы ей той же монетой. Такой уж он был человек. За добро платил добром, а на зло отвечал еще большим злом. Не лишен хитрости, даже коварства, когда нужно было расправиться с врагами, но в плане личных отношений со своими близкими всегда предпочитал прямоту и простоту, не оставляя места двусмысленности. Он уважал чужие тайны и требовал к своим такого же отношения, но лишь до тех пор, пока это не вредило ему или кому-то из его ближников.

Потому она решила открыться и поговорить начистоту. Все равно он уже догадывался о её истинной личности, или имел конкретные подозрения на этот счет. Так в чем же был смысл ставить себе палки в колеса, разводя интригу на ровном месте, плетя паутину из лжи?

Санхайд молчал и не задавал лишних вопросов лишь до поры до времени. Ждал, когда она сама расскажет ему. И ей придется. Она это понимала. И он это понимал, потому и не давил.

Без видения всей картины целиком он мог отказаться помогать ей, опасаясь предательства. Причем на самом финальном этапе. Это было бы критично. Некромантка уже обжигалась на подобных недомолвках несколько раз и, в отличии от Оберона, на своих ошибках училась… пускай и не с первого раза.

Признавать свои ошибки всегда сложно, особенно для сущностей с такой огромной силой и не менее раздутым эго.

Девушка с пепельными волосами тяжело вздохнула и взяла в руки гусиное перо. Тихо зашуршал пергамент. Она писала не только ответ с благодарностью, но так же приглашение на разговор. Он должен был состояться под тем же деревом, где они встретились впервые.

Во плоти, по крайней мере.

Единственное, о чем она, пожалуй, умолчит, это о её провальной попытке вербовки незадолго до их личного знакомства. Если он сам не спросит, то она опустит этот унизительный эпизод.

Закончив, Моргана отослала своего теневого ворона с поручением, ожидая немедленной доставки прямо в руки истинному оборотню.

Разговор лучше было провести до того как Амос окажется в стенах замка. Неизвестно было, сможет ли он покидать его так же беспечно, как раньше, учитывая дежурящих вокруг Хогвартса дементоров снаружи и толпы авроров внутри. Она догадывалась, что надежный способ у него был, но злоупотреблять им в таких обстоятельствах все равно не стоило. Авроры могли устроить спонтанную проверку ночью и, пройдясь по спальням, не досчитаться одного или двух учеников. И тогда они стали бы копать, и кто знает, что обнаружилось бы в ходе расследования? На финальном этапе любая мелочь могла стать гирей на весах судьбы, склонив чашу в ту или иную сторону.

Пепельноволосая провела рукой по шершавой поверхности покоящихся на её коленях ножен, цокая аккуратным маникюром по драгоценным камням, касаясь подушечками пальцев искусной гравюры, повествующей о давно забытой эпохе. Ножны были древними, как само время, намного старше её самой, но все так же прекрасны, как в первый раз, когда молодая Ле Фей их увидела.

Принц Артур Пендрагон носил их на поясе гордо, но совершенно не понимал их ценность. Кронпринц альвов с куда большим восхищением смотрел на сияющий меч, что эти ножны носили в себе. Свет Экскалибура ослепил его.

Безусловно, Экскалибур был одной из могущественнейших реликвий альвов, принадлежавшей династии Лэйков. Он мог разрезать все что угодно. Материю. Пространство. Время. Судьбу. Даже саму душу. Могущественное оружие и еще более могущественный инструмент в руках умелых интриганов.

Это был не подарок. Лэйки лишь одолжили его Артуру на время. Можно сказать, сдали в аренду, когда наступили смутные времена. Лишь благодаря этому дару Артур смог перевернуть ситуацию в свою пользу и сразить Мордреда, чьего воцарения, как и его кукловода — Морганы, древний род Альвов совершенно не желал. Они позаботились об этом, выйдя из всей этой истории самыми большими победителями. Если бы не один нюанс.

Мало кто знал, включая самого новоиспеченного короля Артура, что сила Экскалибура была совершенно неполноценна без ножен меча. Да, он был все так же смертоносен, но именно ножны даровали своему носителю непобедимость и иммунитет от смерти и искажения судьбы.

Зато Ле Фей знала об этом, потому что раньше была дружна с наследницей Лэйков и в тайне от, как выяснилось немного позже, лжеподруги, смогла заглянуть в их архивы, узнав их секрет могущества.

Перед решающей битвой Моргана выкрала ножны у Артура, подменив их на подделку. Тот подмены не заметил, ведь никогда и не обращал особого внимание на какие-то там ножны. Из-за чего и погиб, в конечном итоге.

Он сразил Мордреда своим мечом, располовинив его душу и тело пополам, да только вот, считая себя непобедимым и неуязвимым, подставился под ответный смертельный удар. Медленно истек кровью и умер на поле боя, на глазах у шокированных рыцарей круглого стола и всей армии. Смерть считавшегося неуязвимым короля сильно повлияла на мораль и дальнейшую войну.

Меч был возвращен обратно истинным его хозяевам после смерти последнего Пендрагона, а вот ножны… Ножны они так и не нашли. Они стали пристанищем для души Морганы Ле Фей. Её якорем, что даровал бессмертие и всегда возвращал к жизни, несмотря на посмертное пророчество-проклятье от ее ненавистного учителя-предателя. Мерлина.

Без меча ножны утратили часть своей былой силы, бесспорно, но все еще были незаменимы и уникальны своими свойствами. А вот меч без ножен был хоть и все таким же сильным артефактом и удобным инструментом, но… словно лезвие, лишенное рукояти. Без защиты ножен играть с такими опасными штуками как Время, Пространство и Судьба было форменным самоубийством.

Лэйкам, которые собирались снять все сливки с междоусобной войны, заняв место угасшего рода правителей, пришлось закатать губу, ведь без ножен Экскалибура они были столь же уязвимы, как и обычные смертные. Они просчитались, положившись на предсказание своей провидицы. Когда в заварушке принимают участие сразу несколько сильнейших пророков, точно предсказать исход практически невозможно. Дьявол кроется в мелочах, как говорят люди.

Хотя Моргана и не знала, что служило якорем для души Оберона, но предполагала, что нечто столь же легендарное. Возможно, Книга Нитей Судьбы Мерлина или Скипетр Короля Альвов. А может быть и сама Корона Света, хотя все эти реликвии и считаются утраченными в веках, но кто его знает?

Возможно, как и эти ножны, они просто были сокрыты от любопытных глаз так хорошо, что никто не смог бы их увидеть, даже находясь в непосредственной близости. Тем более, что ножны находились и здесь и не здесь одновременно.

Зачарования, наложенные ведьмой тысячи лет назад, когда она еще была на своем пике могущества, до сих пор прекрасно работали, подпитываемые ею все это время. Напрягшись, она даже могла использовать некоторые вшитые в ножны заклинания, управляя ими посредством силы своей души. Сейчас, когда её тело было практически лишено магии, это был единственный способ использовать её, пускай арсенал и был смехотворно ограничен по сравнению с тем, что она могла раньше.

— Еще немного… просто сохраните мою душу еще немного… — пробормотала Моргана, любуясь переливами красноватого свечения, исходящего от древнего артефакта. Тончайшие полупрозрачные нити пронизывали Дафну Гринграсс, словно сшивая душу Морганы с новой оболочкой. — Возможно, именно этот цикл станет последним в бесконечном круговороте моих перерождений. Так или иначе. Но лучше уж окончательная смерть, чем такое вот пограничное существование. С другой стороны, это и шанс на долгожданное возрождение. Одно из двух. — Моргана мечтательно улыбнулась, прикрыв глаза. На самом деле, её устраивал любой исход.

Хотя… начать жить заново ей хотелось, все-таки, больше.

Моргана желала ходить, не ощущая резкой боли в костях.

Ей хотелось вновь колдовать, кончиками пальцев изменяя мир вокруг.

Было интересно заглянуть в иные миры, куда давным-давно ушли некоторые ушастые представители её вида.

Сама вероятность того, что она наконец-то разорвёт доставший её до глубины души ненавистный цикл, будто омолаживала её, возвращая в юные годы.

— С такой сильной турбулентностью в потоке судьбы все возможно. Повезло, что старые пророчества в регионе, почему-то, массово потеряли силу. Словно домино, одно пророчество потянуло другое, второе уронило третье и четвертое, и так до бесконечности. Посыпалось все, что выстраивалось провидцами тысячелетиями. Кто бы не сотворил такое с судьбой целой страны, я могу только поблагодарить их за такой подарок, хе-хе-хе, судьбы.

Где-то далеко чихнули одновременно Гарри Поттер и Амос Санхайд.

Отвечая на ваш возможный вопрос:

Да, Оберон и сам не знал, что станет первой доминошкой, выбрав себе тело Гарри Поттера, мальчика, на которого было завязано главное пророчество столетия, исполнение которого должно было произойти в ближайшем будущем. Именно оно влияло на судьбу целой страны и задевало, косвенно, даже Авалон. Из-за смерти Дамблдора и последствий сего.

Амос же лишь усугубил ситуацию, не только фактом своего существования, но и из-за того что угробил кучу оригиналов пророчеств, записанных и хранившихся в Отделе Тайн. Словно слон в посудной лавке, он разбил их все, и еще потоптался по ним, устроив Дикую Охоту, чтоб наверняка угробить главную линию судьбы, сплетенную из множества маленьких нитей, как пеньковый канат.

Дело в том, что если нет никого, кто знает о пророчестве, если оно нигде не записано специальным способом, то… оно теряет силу и исчезает, будто его никогда и не было. Узелок судьбы развязывается и финал истории становится открытым.

Глава 63 Черный сад

Снег под теплыми сапогами тихо хрустел. Фелисити вышла из ночного леса прямо на заснеженную поляну, серебрящуюся под ликом молодой луны.

Здесь, в отдалении от людской суеты, стоял одноэтажный уютный домик с черепичной крышей и небольшой трубой. Официальная резиденция глав Дикой Охоты, несколько часов назад вернувшихся всем составом в страну из отпуска. Разумеется, сейчас она пустовала. Как и всегда.

Об этом месте знало очень небольшое число людей.

Выйдя примерно на середину, ведьма остановилась и прислушалась. Снег не перестал скрипеть, а это значило, что она была здесь не одна. Далеко не одна.

Чары, наложенные на здание, оставались неповрежденными. Злоумышленники не смогли взломать защиту, над которой поработали трое одаренных пользователей магии и адептов темных искусств. Все, что вторженцам оставалось — поджидать снаружи.

Это было хорошим знаком. По крайней мере, среди них не нашлось действительно талантливых разрушителей проклятий, вроде Билла Уизли. Гоблины пылесосили рынок труда очень качественно, золотом сманивая лучшие кадры.

— Посредственно. — скривила губы под волчьей маской девушка.

А ведь они даже не особо старались, когда накладывали комплекс чар и вырезали руны. Никакими ритуалами или серьезными ловушками здесь даже не пахло. Это здание было лишь приманкой, пускай и очень качественной, раз на нее клюнули.

Амос не отличался терпением, потому решил сам подтолкнуть затаившихся шакалов сделать свой ход поскорее, чтобы не переживать о предательстве в будущем. Он считал, что избавиться от неблагонадежных кадров лучше сейчас, наплевав на выгоду, которую из них еще можно было извлечь в будущем. Фелисити была с ним не согласна, но спорить не стала, раз уж перестраховщица Кэролайн тоже поддержала его. Может и правда выгода не перевешивала возможные риски. Амоса, кажется, очень обеспокоила активизация ПСов.

Вскоре из леса со всех сторон вышли люди в черных балахонах. Половина из них носила маски пожирателей, а вторая, что было просто возмутительно, нацепила маски дикой охоты. Постыдились бы хоть, предатели.

— Всего-то два десятка? Вы себя переоцениваете. — окинув быстрым взглядом и прислушавшись к собственным ощущениям и прочей сенсорике, спокойно произнесла та, кого среди оборотней зовут Серебряной Луной.

Впрочем, Фелисити не стала упоминать наличие нечеловеческого присутствия, не беря в расчет скрытые силы врага. Очевидно, серой могли пахнуть только демоны, притаившиеся на деревьях. Значит, среди присутствующих был хотя бы один демонолог.

По характерному запаху гнилой древесины, смешанной с запахом серы, ведьма могла сделать предположение, что это были древесные демоны. Шустрые, смертоносные, но очень уязвимые к определенным видам урона. Не зря они с Амосом на досуге перерыли всю доступную литературу и фолианты по противодействию демонам. Где-где, а в Испании знали как решать подобные проблемы.

— Заткнись, подстилка Блэков! — прошипел один из носивших маску Дикой Охоты. Его голос был хриплым, а дыхание прерывистым. Мужчина явно нервничал, хотя и пытался это скрыть. Липкий страх, забивал дыхательные пути, словно вязкая слюна келпи. — На тебя хватит с головой! Ты одна, без своего сраного волкодава, а нас десятки. Думаешь, у тебя есть шансы? Тем более, когда с нами уважаемые Пожиратели Смерти.

«Какая мерзость» — сморщила носик девушка, глядя на пресмыкающегося перед ПСами альфу оборотней.

— Забавно и иронично. Я бы могла вступить в словесную перепалку и раздавить тебя как жука, но… предпочту сделать это физически. — желтые глаза блеснули в лунном свете. — Так ведь будет куда интереснее, не так ли?

— Сучка, тебе лучше было не раскрывать свой поганый рот! — вспылил обиженный волчонок, позабыв на мгновение о страхе. — Сразу ты не сдохнешь, обещаю! Мы вдоволь наиграемся с твоим развратным телом, прежде чем запытаем круцио до смерти.

В глазах говорившего плясал азарт на пополам с похотью и адреналином.

— Да!

— Выебем её!

— Пустим по кругу, а потом убьем!

— Мы давно мечтали поиметь тебя, надменная сучка, но все никак шанса не представлялось, но теперь тебе пиздец, ахахахаха! — поддержала толпа.

Внезапно на гомонящую толпу опустилось сильнейшее давление магии. Словно каждому на плечи скинули по бетонной плите. Те, что были посильнее физически и магически, устояли, но слабейшие из них рухнули на колени. Стоит отдать должное Пожирателям, никто из них не рухнул, хотя многие пошатнулись. Смех прекратился.

На губах Фелисити появилась довольная улыбка. Она-то знала, кто был источником давящей на плечи темной магии. А еще она знала, что никто из окруживших ее волшебников сегодня не уйдет, а выжившие позавидуют мертвым.

В наступившей тишине отчетливо было слышно, как её оппонент сглотнул.

Что бы он там не говорил, но женщину Черного Волка побаивались и уважали. Если Блэк и Кримсон были фигурами полумистическими, появляющимися не так уж и часто, то Сильвер находилась среди них практически постоянно. И её магическая мощь и мастерство поражали. Никто даже не усомнился, что это устроила она, хотя стоило бы. Сама Фелисити оставалась спокойной.

— Ты довольно уверена в себе. — гулким эхом разнесся холодный голос одного из пожирателей смерти. Маска искажала голос и было сложно понять, мужчина это, или женщина. — Ты смогла неплохо запугать некоторых своих подчиненных, чего не скажешь про нас. Сдайся сейчас, и мы не станем тебя убивать. Станешь сопротивляться? Мы все равно возьмем тебя живой, но уже далеко не такой целой. Руки и ноги это роскошь, которая не обязательна для пленников Л… нашей организации. Да и волчатам твоим дадим тебя попользовать в таком случае. Без ручек и ножек ты мало что сможешь сделать.

Снова раздался нестройное гыгыканье, но уже куда менее уверенное.

«Н-да, и ведь эти мохнатые тапки ему поверили. Конечно же, ведьма такой силы, талантливая в темной магии вуду никак не сможет наложить посмертное проклятие на обидчиков одной силой воли и концентрацией ненависти и желания, ведь так? Смешно. Но сами пожиратели те еще хитрецы, конечно. Такое проклятие прицепилось бы в первую очередь на самые ненавистные цели. То есть на насильников и мучителей, маячивших перед глазами перед смертью, пока сами они отделались бы лишь отголосками, с которыми легко могли бы справится. Амос был прав, с ними нужно держать ухо востро»

— Ну и ну, похоже жизнь вас ничему не учит, да? — насмешливо поинтересовалась Синдер, опираясь на свой новенький посох. Защитные заклинания уже давно были возведены вокруг нее еще до того, как первые «ласточки» выпорхнули из леса.

Собственно, её враги тоже прекрасно это понимали, и именно по этой причине они еще не напали, упражняясь в словесных баталиях. У них не получилось застать жертву врасплох и теперь они, очевидно, тянули время. Ждали, когда подойдет их подкрепление. Как жаль, что никто не придет.

— О чем ты? — насторожился другой пожиратель.

— О том, что в прошлый раз вы подготовились плохо, но и в этот раз облажались. Ваш хозяин был бы разочарован вами, если бы не гнил в земле, позорно убившись о тупоголового пацана. — по щелчку пальцев девушки, снежные сугробы, находившиеся за спинами окруживших ее людей зашевелились и из-под слоя снега и земли стали выползать огромные акромантулы.

Она готова была поспорить, что многие из ее врагов сейчас побледнели словно мел. Жаль, что она не могла видеть их лиц. Забавно ведь, что некоторые умники прятались среди этих же сугробов всего несколькими минутами ранее и ни о чем не подозревали.

В этом неоспоримый плюс мертвецов — они не шевелятся, не дышат, не издают звуков, если запретить им делать это. Из-за чего совершенно невозможно обнаружить их, если не искать специально. И никто не стал шерстить лес, когда перед глазами находилась такая очевидная приманка, как защищенный дом на поляне.

Как и предполагалось, враги потратили слишком много времени на поиски этого места, даже с оставленными подсказками, а оставшееся время ушло на попытку взлома защиты и подготовку собственной ловушки. Амос все правильно рассчитал.

По крайней мере, антитрансгрессионный купол они поставили качественно, без возможности отключить его или перехватить контроль, как было на Черном Рынке. С одной стороны — умно, с другой же… они выстрелили себе же в ногу. Теперь вообще никто не сможет сбежать.

— Твою мать… что это за херня?! — сорвался на визг один из оборотней-предателей, отскочив от щелкнувших у его носа жвал паука. — Как мы это пропустили?! Это что, акромантулы?

— Хули они такие здоровенные и светятся в темноте? — дрожащим голосом прошептал другой.

Инфернальные пауки выглядели действительно жутко. Их мертвые белесые глаза мерцали потусторонним светом, отражая гнилостно-зеленое свечение рун на хитиновых панцирях их соседей. Слюна вперемешку с трупным ядом капала на снег, образуя шипящие лужицы под членистоногими.

— Не паниковать! — гаркнул один из пожирателей и, к удивлению Фелисити, направляя палочку на нее, а не на мертвых пауков. — Убьем некромантку и пауки все сразу же сдохнут. Авада Кедавра!

— Авада Кедавра!

Фелисити легко увернулась от парочки зеленых лучей, посылая в обидчиков собственные заклинания выскользнувшей из рукава волшебной палочкой. Другие заклинания врагов она принимала на наколдованные посохом щиты. Зигзагами она стала смещаться на север, не собираясь оставаться в центре, на самом простреливаемом месте.

Дорогу к намеченной цели ей попытался преградить уродливый демон, спрыгнувший с дерева. Его гуманоидное тело покрывали корни и костяные наросты, а из головы, вместо глаз, торчали гнилые древесные ветви. Уродливое создание не имело глаз как таковых, зато имело огромную пасть, полную острых зубов.

Фелисити не замедляя хода пригнулась к земле и оттолкнулась от нее ногами, вложив куда больше силы в свой прыжок, чем с мог сделать обычный человек. Противник не ожидал такой прыти и замешкался.

Демон попытался ее остановить, вытянув руки вверх, но не преуспел, получив струю воды под давлением прямо в открытую пасть, прошившую его насквозь, словно картон. Изнутри демоны были отнюдь не такими прочными, к этому и вовсе не следовало разевать свой роток на добычу не своего уровня.

Фелисити взмыла в воздух, словно юркий стриж, оседлала свой посох и перелетела ошарашенное оцепление, ловко маневрируя среди разноцветных трассеров заклинаний. Фелисити не собиралась драться в центре чужой ловушки, когда у нее была приготовлена своя собственная.

Сделав маневр, она по спирали спикировала к молча наблюдающему за ней мужчине в черной маске волка.

— Говорила же, что справлюсь и волноваться не о чем. На~чи~на~ем? — весело пропела она.

В ответ раздался хмык.

— Ладно. Начинаем. — кивнул Санхайд. И они начали.

***

Бой шел уже какое-то время, и я должен был отдать должное пожирателям — они хорошо держались, чего не скажешь о бывших членах моей организации. Да, понятно, что сравнивать их не корректно, ведь только мусор мог купиться на лживые посулы ПСов, но все же… Они начали огребать еще до того, как Фелисити стала вытаскивать из кармана маленькие куклы вуду и ломать их.

Синдер была не меньшей перестраховщицей чем я и, естественно, подготовила куклы предателей задолго до покушения. У нее было полно времени чтобы насобирать волосы и шерсть подопечных оборотней, и я даже не удивлюсь, если она не ограничилась только потенциальными предателями. Готов поспорить, у нее на прицеле каждый.

На самом деле, у нее и моя куколка могла где-то заваляться, так что, на всякий случай, я перестраховался и защитился от магии вуду дополнительно. А что? Я, может быть, и влюбчивый романтик, но не дебил.

Особенно захотелось похвалить себя за бдительность после небольшой демонстрации того, что магия вуду может на практике. Взмывший на пять метров в воздух оборотень громко визжал и скулил, пока его медленно скручивало и выжимало словно половую тряпку. А потом его тело просто отбросило на ветви дерева, как использованный презерватив. Это Фел выбросила ненужную более куклу в соседние кусты. Зрелище не для слабонервных.

Древесные демоны кое как помогали пожирателям сдерживать мою мертвую армию, очень креативно используя свою власть над корнями и ветвями деревьев. Напомню, вокруг был лес, так что проблем с мобильностью они доставили массу, из-за чего пожиратели смерти до сих пор могли планомерно отступать к домику. Только по этому их все еще и не затопило море мертвецов.

Забавно, что их круг сужался, как они и задумывали изначально, только вот теперь они отступали, а не наступали вглубь поляны. Теперь они не затягивали петлю вокруг шеи Сильвер, а вокруг своей собственной. В битве некромантов и демонологов, кто победит?

Конечно же тот, кто более искусен и силён магически. Сами трупы и демоны лишь стихия в руках волшебника. И тот, кто лучше умеет ею управлять — победит. И еще важно уметь мыслить тактически и готовить ловушки. В этой партии, похоже, победил я. Не потому, что такой уж гений, а враги сплошь дураки, вовсе нет. Просто им пришлось играть на моем поле, из-за чего преимущество изначально было на моей стороне.

— Выйдите и деритесь честно, трусы! — выкрикнул какой-то шутник.

Парень (или девушка) явно силён в пост иронии. Или просто бессовестный и наглый до безобразия. Хотелось бы надеяться на первое, потому что тогда я мог бы признать, что у моих врагов, вдобавок, имеется неплохое чувство юмора. Надо же, деритесь честно…

Впрочем, я как раз собирался эффектно завершить это представление, поставив здесь жирную точку.

Только показавшись из леса мне пришлось тут же отбивать принимать на щиты пакостные заклинания и проклятья. Пропустил аваду над головой. Бесполезное заклинание против людей с быстрой реакцией и хорошей мобильностью. Пару раз меня пыталось зашибить ветвями ближайших деревьев, но кого этим напугаешь? Ученики Хогвартса буквально живут по соседству с таким вот недружелюбным пнем постоянно. У нас много практики в избегании хлестких ударов агрессивной древесины. Плакучая Ива даже поопаснее будет. Потому тот потайной ход из замка и не пользуется особой популярностью. Не всем нравится попадать в медпункт.

Вся эта атака не была проблемой, потому что враги уже немного выдохлись, ковыряя крайне жирных и бронированных пауков. Их заклинания становились все проще и менее манозатратными. Мои пауки ведь огнеупорные, ко всему прочему. Единственная стихия, которая против них отлично работала, это лед.

Оставил себе бэкдор на случай потери или перехвата контроля. Лед — моя стихия, но поди догадайся об этом в таких экстремальных условиях и в сжатые сроки. Нежить традиционно была уязвима к огню и инертна к воздействию ледяной магии. Я же решил перевернуть все с ног на голову, хотя это и было непросто.

Неспешно, опираясь на трость, немного хромая, я подошел поближе, ступив на поляну. Снег под ногами больше не хрустел, а мерзко чавкал. Нетронутый белоснежный покров был окончательно испорчен следами гари, крови и зеленоватой слизи, сочившейся из потрепанных паучьих инферналов. Мерзкое месиво бурого цвета. Туфли можно смело выкидывать в мусор.

А ведь я даже не использовал в атаке некро-сов…. Хотя ладно, не то чтобы я не хотел, просто еще не успел восстановить их численность. Дело это не быстрое. Впрочем, не важно.

Пауки и так справлялись на отлично. Надеюсь, Кэролайн со своей частью плана тоже. В конце концов, именно у нее сейчас в руках вся мощь Дикой Охоты. Мы же здесь разбирались лишь с передовым отрядом, пока она давит и втаптывает в грязь втрое большее количество ПСов и предателей.

Почему же враги разделили свои силы? Да просто такую кучу народа разместить и спрятать поблизости ну никак не получилось бы. Здесь Фел поджидали сильнейшие, относительно элитные силы, которые должны были схватить или ликвидировать ведьму, а в случае провала хотя бы потянуть время до прибытия основных сил. Неплохой план, так-то.

И у них могло бы всё получиться, если бы не спешка и тот факт, что их план был заранее известен мне. Кто сказал, что только врагам можно засылать кротов, а? У пожирателей тоже водились оборотни, так что в эту игру можно было играть вдвоем, о чем они, похоже, даже не задумывались. Зря они решили использовать своих оборотней для вербовки моих. Так у нас завелись двойные и тройные агенты.

Похоже, шпионы Дамблдора так и не были раскрыты после войны, раз те так небрежно относятся к проверке собственных людей.

Правда, информация из стана врага приходила довольно противоречивая.

Кто-то говорил, что Темный Лорд возродился и вновь возглавил ПСов и готовит новое восстание. Кто-то считает, что он еще не возродился, но вот-вот возродится и вовсю готовится к этому, а ПСы ему помогают. Кто-то считает, что это именно он освободил Блэка из тюрьмы, ведь простые обыватели уверены, что Сириус был чуть ли не его правой рукой все это время. Кто-то….

В общем, слухов и шепотков во внешнем круге пожирателей ходило много, а в средний и, уж тем более, внутренний никто из оборотней никогда не входил. Кроме Фенрира Сивого. Так что я уж и не знал что думать. Готовился ко всему, вплоть до сражения с самим Томом. К счастью, его здесь не было, иначе пришлось бы переходить к плану Б. А пока что… пора завершать план А.

— Надеюсь, кто-то из вас, ублюдков, все же выживет. Мне хотелось бы побеседовать с вами с глазу на глаз, но если нет… ничего страшного. — Я стукнул тростью о землю, пробив слой спрессованного снега. Синий сапфир в навершии блеснул, и в тот же миг от пятки распространилась по земле невидимая волна магии. Я одними губами прошептал всего два слова. — Чёрный Сад!

И… ловушка захлопнулась. Рунный круг на дощатом полу дома засветился ярко синим светом и в его сиянии хищно блеснули антрацитово-черные грани льда.

Дом, который оказался аккурат за спинами все еще пятившихся к нему волшебников, взорвался тысячью острых шипов, разлетающихся смертоносной шрапнелью. Черные осколки вперемешку с щепками и кусками каменной кладки оказались страшнее вольфрамовых шариков тяжелой баллистики. Смертоноснее так уж точно. Потому что смерть сеяло не честные пламя и сталь, а черный проклятый лёд.

Я наморозил достаточно перед своим отъездом и оставил его в доме-ловушке — разрастаться словно кристалл, попавший в благоприятную среду. ПСам Темного Лорда повезло, что они не смогли вскрыть защиту дома. Умерли бы еще более бесславно, чем сейчас, даже не успев понять, что их убило.

Теперь же моим черным саженцам пришло время прорасти. Удобрения сами забрели на мою лужайку, так что грех было не воспользоваться случаем. Снег начал стремительно таять, а вода, кровь и слизь испаряться, обнажая гигантскую магическую печать. Проклятый лёд, вонзившийся в плоть моих врагов, запустил новый темный ритуал.

Облако пара, возникшее из-за резкого перепада температур, частично скрыло картину бойни, словно утренний туман на кладбище.

Шотландия, я скучал.

Очень повезло, что столько сильных волшебников лишатся своих жизней и магии, чтобы усилить меня еще немножко. Девять пожирателей среднего круга и минимум один из внутреннего. Оборотней можно было не считать. Среди них не было никого достойного, если говорить о чистой магии. Сущие крохи.

Трое последних оставшихся в живых оборотня-предателя погибли мгновенно. Их спины, руки, ноги и затылок прошили множество черных шипов, тут же начавших прорастать внутрь их тел, будто пуская корни. Умрут они, однако, еще очень не скоро.

Да, проклятый Лёд не убьет их вот так сразу. В отличии от своего антипода — Адского Пламени, лед действовал медленно, причиняя жертвам океан боли напоследок, погружая разум в пучины безумия и отчаяния. Если Адское Пламя просто пожирало все подряд, превращая в прах все, чего коснется, без шансов на восстановление, то эта штука буквально вымораживала небольшие куски реальности из пространства и времени.

Представьте себе муху, застывшую в янтаре, но не мертвую, а вполне себе живую. Она видит, она слышит, она осязает, чувствует боль каждой клеточкой своего тела и разума, но не может пошевелиться. Застывшая во времени, поглощенная моментом всепоглощающей боли, растянувшимся в вечность. Насекомое более не может изменить свою судьбу. Никто не может.

Это если все сильно упростить.

Объяснить детальнее было сложно, проще один раз увидеть. Благо, примеров перед глазами сейчас будет предостаточно.

Упавшие оборотни стали медленно покрываться тонкой коркой черного льда, поскуливая от боли. Пока они еще могли скулить, но даже эта привилегия вскоре растворится в вечности.

Шипы в их спинах росли и удлинялись, превращаясь в некие подобия стебельков, оплетающих тела подобно виноградной лозе.

Нет, больше похоже на тернии или ядовитый плющ, оценил я композицию.

Тем временем, фокус моего внимания сместился на все еще сопротивляющиеся цели. Пожиратели оказались не так просты.

— Мордред и Моргана, этот безумный ублюдок использовал проклятый лед! — в ужасе закричал один из масочников, гладя на торчащий из ноги черный осколок.

Ему практически удалось защититься от атаки благодаря отличным рефлексам и кинетическому щиту. Не зря он мог похвастаться принадлежностью к среднему кругу пожирателей. Молодой волшебник был прекрасным дуэлянтом. Но тут ключевым словом было «практически». Теперь проклятый лед его уже не отпустит и медленно убьет, если только он…

Ох, вот как. Как и стоило ожидать от темных магов, они знали что делать в таких случаях. Его приятель позаботился о нем, отрубив раненному ногу по колено.

На самом деле, это было хорошее решение. Корни-усики которые обязательно пустил бы проклятый лед в кровеносные сосуды, вены, артерии и даже каналы маны его товарища, пока что не успели проникнуть так глубоко.

Всем был хорош проклятый лед, кроме скорости распространения. В этом его величайшая слабость. Хотя, завывающий и катающийся по полу пожиратель, баюкающий свою культю, наверное, с этим не согласился бы.

Сам же добрый самаритянин, оказавший первую помощь пострадавшему товарищу, позаботиться о себе уже не мог.

Несколько шипов торчали у него из спины и, как вы понимаете, от них так же просто как от ноги или руки не избавиться. Безусловно, если доставить его в Мунго прямо сейчас, то колдомедики смогли бы вырезать пораженные участки тела и внутренностей, но он был лишен такой возможности. Их антитрансгрессионный барьер исключал такую возможность, исправно работая.

Стоит отметить, что пожиратель, осознав свою судьбу, не впал в прострацию или истерику, как и не стал сдаваться, что говорило о его опыте и силе воли лучше всего. Он с особым остервенением набросился на меня, посылая одно заклинание за другим, больше не беспокоясь о собственном выживании.

Пожиратель сквозь зубы цедил заклинание за заклинанием, на секунду заставив меня забеспокоиться, и даже сделать пол шага назад, с осторожностью отбивая его атаки. Магия была опасным оружием, и темный маг, загнанный в угол, мог натворить с её помощью много бед, прежде чем издохнуть. Уж я-то точно представлял себе все возможности этого искусства.

Круговой взмах волшебной палочки смертника и его воздушное заклинание «вентис» развеивает пар, позволяя ему оценить поле боя целиком и не потерять меня из виду. В меня тут же устремилось еще три различных заклинания от других выживших пожирателей, воспользовавшихся этим.

Пришлось уходить перекатом, уклоняясь от неизвестной мне гадости. Паук, который стоял у меня за спиной и попал под раздачу, скукожился словно чернослив. Его хитин покрылся трещинами и с хрустом раскололся. Трещал словно панцирь сваренного лобстера, раздираемый голодным богачом. Черная жижа расплескалась по земле, впитываясь в светящиеся алым силовые линии ритуального круга.

Стремительно покрывающемуся коркой льда волшебнику больше нечего было терять. Он шел ва-банк. Даже безумная боль от прорастающего внутри его тела ледяной смерти не сбила его с каста финального проклятия, как и мои тщетные попытки уничтожить его одним ударом. Его прикрыли щитами остальные выжившие.

Фелисити обеспокоено выкрикнула заклинание, нанося собственный удар. Ей даже удалось пробить брешь во вражеской защите лучом своего пробойника, но я попросту не успевал реализовать эту возможность. Тело могло успеть, но не моя магия. Время замедлилось, практически остановив свой ход. Мысли текли размеренно и спокойно. Момент кристальной ясности. Я понимаю, что уклоняться бессмысленно. Проклятья работают немного иначе, нежели обычные заклинания. Черт.

Я почувствовал его. Проклятие. Стылое дыхание чего-то ужасного коснулось моего затылка. Волосы встали дыбом… А через секунду ощущение неминуемой беды бессильно растворилось во тьме шепотом пожухлой листвы. Проклятье засосало в ритуальный круг, усилив эффект, ожидаемый мною на выходе. Я чувствовал это на интуитивном уровне. Кажется, сегодня на свет родится кое-что действительно страшное.

Незавидная судьба минула меня в этот раз, ценой оттока большого количества Черной Удачи, накопившейся за последнее время. Страшно было даже представить, что это за проклятье такое, в сравнении с которым Авада Кедавра была детской хлопушкой, если судить по оттоку ЧУ.

«Неужто что-то родовое, кровное? Ух, зараза. Если бы не моя везучесть…»

На лице моего врага застыла полубезумная ухмылка. Я не видел её, но чувствовал. Представлял, глядя в смеющиеся голубые глаза, в которых перемешались агония и торжество.

Хорошо. Кажется он не понял, что проклятье с меня соскользнуло и развеялось. Значит не будет пытаться повторить этот трюк. Удар по запасу удачи и так по поверхностным ощущениям вышел знатным.

Вот тебе и плевое дело, Амос. Доигрался? Еще одна такая херня, и можно будет ложиться в Мунго. Или сразу же в гроб.

«Из какого рода этот урод? Надо будет выяснить это и либо перебить их всех нафиг, либо держаться от них подальше. Вроде и не недооценивал пожирателей, а вон как вышло.»

Я невольно облизал пересохший губы.

Только когда «корни» достигли позвоночного столба жертвы и стали оплетать его, словно ствол дерева, он упал навзничь и почти перестал двигаться. Лишь его мышцы непроизвольно сокращались в судорогах, свидетельствуя о непрекращающейся агонии плоти и духа. Его ждут незабываемые ощущения. Хоть это радовало мое встрепенувшееся черное сердце.

Через мгновение рядом со мной оказалась Фелисити, двигаясь так быстро, что для обычного человека-наблюдателя её силуэт смазался бы в размытое пятно. Она обеспокоено осмотрела меня сверху донизу, будто пытаясь найти нечто инородное. В глазах плескалась паника. Она наверняка смогла оценить масштаб проблемы, с которой я едва смог разминуться.

— Как ты? Эта штука…

— Все в порядке, не беспокойся. Ты же знаешь, что проклятья ко мне не липнут. — я постарался говорить максимально уверенно, ничем не выдавая свое беспокойство. Голос даже не дрогнул. Спасибо хорошему самоконтролю. — Но стоит отступить. Пускай акромантуулы и Черный Сад добьют остальных. Не будем рисковать.

И мы отступили в лес. Ну их нахуй, этих пожирателей. Выжили сильнейшие из них, и я не хочу оказаться в зоне их видимости в момент смерти. Слава яйцам Мерлина, они не знают ни моего имени, ни лица. Без зрительного контакта они не смогут отправить нам с Фел еще таких гостинцев.

У других пожирателей и их ручных демонов дела тоже обстояли неважно. Лишь трое пожиратей смогли полностью избежать близкого знакомства с черным льдом. Засранцы прикрылись телами демонов и своими бывшими товарищами. Неэтично, но действенно, бесспорно. Демоны минус. Поголовно. Это было хорошо. Раздражающий фактор.

Что касается остальных ПСов — точно не жильцы. Двое других раненых упали и перестали двигаться лишь парой секунд после падения голубоглазого. Они не решились отчекрыжить себе конечности и у них не нашлось друзей среди масочников, что захотели бы отвлечься от попытки моего убийства и помочь им спастись. А теперь уже поздно.

Досталось и первым рядам моих паучков, но это ожидаемые потери. Плотоядный Лед был жадным до всего, до чего только мог дотянуться. Трупы тоже были неплохой питательной средой, в конце концов. Но мертвых тварей мне было жалко не больше, чем пожирателей.

Однако, на этом всё не закончилось. Никакой передышки для пожирателей, в отличии от меня любимого, планом не предполагалось. Саду только предстояло расцвести. Я же потирал руки, собираясь пожать урожай.

Самой питательной средой для проклятого льда была органика, но, как и Адское Пламя, заклинание превращало в топливо для своего дальнейшего распространения все что угодно.

Пространство вокруг дома поросло шипами, словно травой. И теперь все эти шипы начинали медленно расти, удлиняться, превращаясь в терновые заросли. Свободное от них пространство медленно уменьшалось, вызывая у застрявших посреди этого кошмара пожирателей панику. Они пытались очистить площадь вокруг себя сначала обычным огнем, но когда это не помогло, они рискнули и перешли на адское пламя.

Впечатляющий контроль. Объединив усилия, они смогли создать вокруг себя пылающий круг, задержавший распространение черных шипов. Но на долго адского пламени не хватит. Ему нечего было жрать. Лед был здесь первым.

Земля заново покрылась инеем и задубела до состояния бетона. Тернии замораживали все к чему прикасались, и одного укола было достаточно, чтобы убить. Шипастые лозы переплетались в центре поляны, там, где раньше стоял дом. Конечно же, ведь именно там была самая большая концентрация проклятого льда.

Ввысь медленно поднимался колючий столб, состоящий из переплетения множества терний. Он был тонким и гибким. Холодный ветер качал его, пригибая к земле, но тот упорно продолжал тянуться к небу, раскинув тонкие колючие веточки. Еще немного, и посреди поляны расцветет плодоносное дерево. Осталось лишь немного подкормить его.

Пожиратели почувствовали, что происходит что-то неладное. Проклятый лед не должен был себя так вести. Конечно же, они были абсолютно правы. Не должен был. Обычно.

ПСы попытались уничтожить его магией, но… это было скорее проявление отчаяния. Черный лёд был практически неразрушим. Они это знали. Просто не смирились и из-за страха попытались уничтожить то, что не понимали. Глупцы.

Когда «Черный Сад» полностью закончит свое формирование, часа эдак через два, он станет незаживающей язвой на теле мироздания. Искалеченное время и пространство внутри очерченного кругом ритуала, застывшие в сладкой агонии деформации и разрушения.

Единственный способ избавиться от язвы — полностью вырезать поврежденный участок мира и вышвырнуть его куда-то в пустоту космоса. Обычно именно так и поступали невыразимцы, когда сталкивались с поврежденными проклятым льдом участками пространства и времени. К счастью, в отличии от адского пламени, черный лед перестает активно расти без подпитки своего создателя. Если не были поражены десятки квадратных километров, то убрать такой кусок проще простого.

Но то, что взял, лед уже никогда не вернёт.

Пожиратели кажется поняли, что им хана, если они не предпримут что-то прямо сейчас.

Они пошли на прорыв, к лесу, пытаясь проложить себе путь адским пламенем. Естественно, у них ничего не получилось. Пять метров. Именно столько они смогли пройти, прежде чем пламя затухло. У них оставался лишь маленький пятачок земли. Тогда они попробовали нечто более креативное, левитируя друг друга над ледяным морем смерти. Слишком медленно, как по мне, но у них могло бы и получиться выбраться, если бы мы не стали бы им мешать.

Достаточно было сбить одного, самого слабого, чтобы их задумка рухнула, как и они сами. Меткий выстрел из снайперской винтовки поставил точку в этой истории. С диким криком все трое рухнули прямиком в объятия вечных мук. Не зря я взял с собой огнестрел. Пригодился.

Спустившись с верхушки дерева в двухстах метрах от стремительно чернеющей полянки, я закинул снайперскую винтовку на плечо и, насвистывая веселую мелодию из старого фильма «Убить Билла», двинулся обратно.

Когда я подошел, Синдер удовлетворенно кивнула, подтверждая, что все цели были уничтожены. Я вздохнул с облегчением. Честно говоря, я до последнего боялся, что главный пожиратель выкинет что-то опасное, но нет. Сдох, как и его подельники.

Возможно они отправили сюда кого было не жалко потерять в случае провала. Чисто номинального командира. Вероятно, так и есть. Тот же Нотт был намного сильнее этих вот, по моим личным ощущениям. Хотя… А ведь голубоглазый говнюк заставил меня пропотеть от страха. Может быть он и был настоящим куратором миссии захвата? Убрал мишень со своей спины и повесил её на чужую, обманув меня и заставив опасаться не того, кого следовало бы?

Сука. Очень даже может быть… Кто знает, какие у него еще были припрятаны тузы в рукаве? Если бы не ранение…

Ладно, что уж теперь.

Жаль, что его тело полностью покрылось коркой черного льда. Трогать его тело — самоубийство. Даже для меня. Придется узнавать о нем по косвенным признакам. В Пророке вскоре должен выйти длинный некролог.

Мы с Фелисити остановились у кромки поляны, завороженно наблюдая за рождением проклятого артефакта.

В конце-концов на ветвях черного дерева появились ледяные бутоны. А затем, с пронзительным звоном, все бутоны взорвались осколками и… застыли в воздухе, образуя некое подобие лиственной кроны. Все, кроме одного. Он стал превращаться в плод, постепенно набухая.

Я нервно сглотнул и вытащил волшебную палочку. Осталось совсем немного. Не верится даже, что у меня действительно может получиться с первого раза. Дафна уверяла, что это рабочая схема, но я до последнего относился к этому крайне скептически. Создание могущественных темных артефактов я как-то представлял себе немного иначе. Не знаю даже, в пламени роковой горы там, или еще как, но явно совсем не так.

Строки заученного ритуала-заклинания сорвались с моих губ. Они больше походили на песню или стихотворение. Причем на языке, о существовании которого вообще мало кто знал. Еще меньше людей его помнили. Язык фейри. Откуда Грингасс знает его я могу только догадываться, но слишком много об этом стараюсь даже не думать. На всякий случай.

Плавными движениями я словно подтягивал к себе плодоносную ветвь. И древо откликнулось на мой призыв. Ветвь медленно стала удлиняться, вытягиваясь к краю поляны.

Пространство пошло рябью, из-за чего мне сложно было концентрировать внимание и продолжать. Голова кружилась, а в глазах плясали разноцветные круги. Магия, древняя и необузданная, пронизывала все вокруг. Это чувство единения с магией опьяняло сильнее самого крепкого алкоголя. Накатила эйфория.

Свободная рука сжалась в кулак, из-за чего проявившийся острые когти пробили кожу. Боль немного привела меня в чувство, но не так чтобы слишком. Горячая кровь сочилась сквозь пальцы на землю, но мне было не до того. Мгновение спустя я позабыл об этом. Фелисити что-то говорила мне, но ее голос раздавался будто из-под воды.

Я почувствовал себя каким-то темным друидом, древним волхвом, чародействующим на рассвете времен. Меня переполняло ощущение чего-то невероятного. Подушечки пальцев покалывало от прикосновения к тайне. Это было волшебно. Вот почему я так сильно был увлечен магией.

Быть. Магом. Охуенно.

Если бы я не знал нужных слов, то плод так и остался бы висеть там, вне досягаемости. За последние полчаса, что я простоял у кромки, время и пространство внутри магической печати уже настолько исказились, что сорвать его самостоятельно было попросту невозможно. Любое живое существо, пересекшее линию пространственно-временной аномалии застыло бы навечно. Черное Дерево само должно было поделиться плодом.

Наконец-то ветвь достигла края, зависнув в считанных сантиметрах от моей вытянутой навстречу руки. Только сейчас я заметил стекающую с пальцев кровь. Ничего, так даже лучше. Не придется полосовать ладонь секо ради привязки артефакта к себе. Видимо я инстинктивно подготовился к завершению ритуала. В голове начало проясняться.

И вот, плод, очень похожий на гигантский черный апельсин-персик из горного хрусталя, наконец-то пересек линию аномалии и, оказавшись в нормальном течении времени, созрел.

Кожура осыпалась лепестками. Мякоть мгновенно сгнила, а затем истлела и развеялась по ветру. Осталась лишь тонкая длинная «косточка» все еще висящая на быстро засыхающей веточке черного дерева.

«Косточка» была лишена формы, и даже ее размер и длина колебались, вызывая головокружение у тех, кто пытался её рассмотреть. В данном случае у меня и Фелисити. Складывалось ощущение, словно она сама еще не определилась с тем, какая она.

Да, я отчетливо чувствовал зачатки разума в моем будущем артефакте. Совсем крохи, словно у новорожденного младенца, но в перспективе…

Я занес руку над «косточкой», окропив её своей кровью. И пожелал придать ей нужную мне форму. Пространство последний раз пошло рябью и ветка треснула, не выдержав внезапного увеличения веса.

Пальцы сжались на лезвии, не дав тому упасть в грязь под ногами. Нет, мой клинок ни в коем случае не должен быть вымаран в грязи.

На удивление, острейшее лезвие не причинило мне никакого вреда, хотя я готов был поклясться, что никогда не видел лезвия острее. А у меня глаз-алмаз.

Чудно. Похоже, оно не способно ранить своего создателя и хозяина, как и положено. Ритуал пошел с небольшими отклонениями, так что я немного переживал насчет послушания.

Лезвие было рождено из проклятого льда, испившего крови демонов, оборотней, нежити, волшебников и даже своего собственного создателя. У меня было отличное имя для него, идеально подходящее кровожадному мечу.

Кровопийца.

Хотя… это еще и не окончательное решение. В конце концов, даже могущественное посмертное проклятье превратилось в корм для этого ненасытного обжоры. Мне только предстоит узнать, какие свойства благодаря этому обрело черное, отливающее бордовым, лезвие.

Учитывая то, сколько черной удачи (почти полторы тысячи(!)) испарились безвозвратно, предполагаю нечто впечатляющее. Надеюсь на это, по крайней мере, а то у меня чуть сердце не прихватило. В общем, на уме были и другие варианты, ничуть не хуже. Например…

— Ммм. Это было… чертовски круто, я должна сказать. — пробормотала Фел, с восхищением рассматривая мое творение. — Но почему у него нет рукояти, и разве ты не говорил, что собираешься получить лезвие меча? Это в лучшем случае годится для создания не очень длинного кинжала.

Я повернул голову и приподнял бровь, еле сдерживая улыбку. Фелисити замахала руками, изменившись в лице.

— Нет-нет, ты не подумай, что я жалуюсь или вроде того, просто…

— Ох, Фел. — я закатил глаза и вздохнул. — Всему свое время. Рукоять я сделаю себе сам, ведь ее предстоит переделывать и подгонять под размер еще множество раз. Сейчас же я вообще подумываю интегрировать его в свою трость. А длина лезвия… скажем так, оно просто еще слишком юное. Моему мечу предстоит долгий путь к вершине своего могущества. Нам обоим.

«Этот обжора еще вдоволь попьет кровушки моих врагов, хе-хе-хе.»

— О. Понятно. Ну, в любом случае, размер это не главное, Ами, главное умение. — Фелисити доверительно похлопала меня по плечу с очень серьезным лицом. Но продержалась она не долго, натолкнувшись на мой офигевший взгляд и звонко рассмеявшись собственной шутке.

— …

Даже отвечать не стал, только снова закатил глаза и спрятал живое лезвие в специальный тубус из драконьей кожи и повесил его на ремень вместе со снайперской винтовкой. Благодаря специальным чарам, лезвие не касалось стенок тубуса, застыв посередине. Чем-то это напоминало магнитный эффект, но работало на ином принципе, основанном на магических проводниках.

Нужно будет провести некоторые опыты, прежде чем я буду уверен в том, что в пассивном состоянии лезвие не влияет на иные предметы и существ помимо меня.

Повезло Фел, что завтра утром… хотя нет, уже давно за полночь, так что выходит уже сегодня, мне нужно будет ехать в Хогвартс, иначе я бы ей показал и размер, и умение…

Вот же вредная пигалица.

Я невольно улыбнулся, бросив взгляд на свою девушку, которая все еще хохотала, согнувшись пополам. Ведьма слишком заразительно хохотала, совсем не по девчачьи, и вскоре я не выдержал и тоже рассмеялся. Похоже мы дошли уже даже до «таких» шуток.

Стресс, напряжение и усталость, которые весь день цепкой хваткой держали меня за горло наконец-то начали отпускать. Навалилась усталость. Я огляделся по сторонам и немного приуныл.

Эх. Нам еще предстояло зачищать за собой все следы, вместо того чтобы понежиться вдвоем в теплой постельке. Тяжела жизнь темного мага, ох тяжела.

Вскоре со мной связалась Кэролайн, подтвердив относительную успешность своей части операции. Хорошо. Вот теперь я точно со спокойной душой могу отправляться в Хогвартс.

***

В Отделе Тайн, не переставая, уже два часа звучал сигнал тревоги.

Люди в масках уже даже не бегали, а просто волочили ноги, выбившись из сил. Отдел имел огромную территорию, по совокупности подземных этажей и расширенных пространств превосходя все министерство магии целиком. Причем намного. При этом сотрудников всегда не хватало.

Потому, бывало, путь обычного служащего из пункта А в пункт Б занимал полчаса или даже целый час по извилистым коридорам, кабинетам, этажам и целым зонам, имитирующим те или иные климатические особенности разных регионов мира или магических аномалий.

Периодически, с завидной регулярностью даже, этот путь превращался в целое опасное «приключение на двадцать минут», испытывающее компетентность сотрудника тайной службы на прочность.

Хотя обычно это держало людей в тонусе, а многие даже находили это забавным, но вот прямо сейчас все они проклинали начальство за то, что оно не желало раскошелиться на сраный горизонтально-вертикальный лифт, как в остальном министерстве.

И поделать с этим было ничего нельзя, из-за того, что отдел строился нон-стопом со дня своего основания и продолжал расширяться. Чем-то он напоминал античные города древности, которые возникали и строились стихийно, без какого либо плана, со временем превращаясь в нагромождение зданий и запутанные лабиринты улочек.

И самое смешное во всей этой ситуации, что они даже не могли понять в чем проблема и, соответственно, не могли отправить группу быстрого реагирования для её устранения.

Почему сирена все никак не замочит? Каков был уровень опасности?

Что вообще происходит? И, что важнее — где? А еще важнее — когда?

Из-за практически уничтоженного зала истинных пророчеств и частичной утраты архивов не только работа отдела была сильно затруднена, но и автоматическая система обнаружения аномалий и темных артефактов, или же АСОАТА, вышла из строя. Точнее, утратила львиную долю точности и стала путаться в таймлайнах и геопозиции.

Если бюрократический (ад) бардак, вызванный неизвестным, разгрести еще как-то было возможно, то вот отладка системы была делом куда более деликатным. Восстановление АСОАТА могло занять не то что годы, десятилетия и даже столетия, ведь она напрямую зависела от накопленных пророчеств и заархивированной информации. Чем больше было данных, тем точнее система указывала на магическую аномалию.

Не то чтобы она работала исключительно на пророчествах, просто они были одним из ключевых элементов. Шестеренка, без которой «система» показывала какую-то расплывчатую белиберду без точной привязки не то что к месту, но и ко времени. Тревога могла сработать сегодня, в абсолютно правильное время, с мааааленькой поправочкой на то, что событие произошло, например, неделю назад. Или только произойдет через неделю, но зато точно в этот час. Где? Ну, где-то на островах, очевидно.

Как часы, у которых шла только минутная стрелка. Какой в них вообще был смысл?

Раньше АСОАТА была способна сузить область поиска до одного квадратного километра и нескольких минут... Теперь же область поиска СОТА (сленговое, сокращенное название) сужалась до… Великобритании. А про временной промежуток вообще лучше было не вспоминать. Хроновороты впервые оказались почти бесполезны.

Но начальству было плевать. Начальство требовало результатов. И отдел работал на износ, при этом с КПД в районе одного жалкого процента.

Сирена продолжала орать еще целый час, пока наконец не заткнулась. Все вздохнули с облегчением. Пара сотрудников пропала на этаже «вечной мерзлоты» и уставшим невыразимцам пришлось опять срочно собирать поисковую группу, что не добавило всем настроения и мотивации работать.

Никто так и не узнал, что АСОАТА пыталась предупредить их о рождении нового проклятого меча высшей категории опасности. Вот прямо сейчас, не очень то и далеко от штаб квартиры Отдела Тайн в Лондоне, вообще-то. Он был далеко не единственным в своём роде, конечно, но только его существование выбивалось из основной линии судьбы и разрушало баланс.

Естественно, только Моргана Ле Фей могла предсказать последствия своего решения. И она была кровно заинтересована именно в таком исходе. Ей было даже не жалко поделиться технологией создания оружия, которым она сама не брезговала пользоваться по сей день. Если это поможет ей уйти от собственного рока, то почему бы и нет? К тому же ее второй ученик подарил ей шикарные теплые носки на Йоль, и пусть ответный подарок ведьмы немного запоздал, он был не менее ценным с ее точки зрения.

Спираль судьбы раскручивалась и отклонялась все сильнее и сильнее. Не хватало лишь небольшого толчка, чтобы вырваться из бесконечного круга повторяющейся раз за разом приевшейся ей драмы. И как только она вернет себе всю свою магию, рок более не будет властен над ней.

П.С. У системы АСОАТА была точно такая же слабость, как и у всех пророков и прорицателей — опасность для себя самой она не видела в упор.

П.П.С. Да, подобными волшебными ковырялами пользуются и Моргана, и Вивьен, а так же парочка ее самых доверенных полководцев. И даже Рыцари Сезонов используют нечто подобное. Правда у них слегонца иная процедура, как вы понимаете. У них мечи благословленные стихиями и не жрут трупы и проклятья, запивая их кровью. Перебирают харчами.

Глава 64 Стук колёс и стук зубов

В поезде я откровенно клевал носом, привалившись лбом к прохладному стеклу. Мимо проносились сочные зеленые пейзажи. Где не хватало лесов, их подменял вездесущий мох. Спасибо климату.

Старинный локомотив неспешно стучал колесами по рельсам, мерно покачиваясь, будто дополнительно убаюкивая непоседливых волшебников, что не смыкали глаз накануне возвращения в любимый замок волшебства и тайн. В основном это были впечатлительные первачки, но и я в этот раз входил в число сонь, хотя не спал последние двое суток немного по иным причинам.

Не могу сказать, что я был вымотан физически, потому что это будет наглая ложь, но вот психологически… Постоянная гонка со временем меня начала утомлять. Вроде и отдыхать ездил, должен был вернуться к учебе полным силы юности или чего-то такого, но концовка йольских каникул как-то все смазала.

Ничего не вышло сделать с областью Черного Сада, как бы я ни старался. Следы вокруг мы замели, конечно, а распространение проклятого льда я купировал, но на этом и всё. Он так и остался там, незыблемый, словно гротескное кладбище из страшных сказок.

Это было ожидаемо, а вот что стало неожиданностью, так это то, что место настолько могущественного темного ритуала все еще не было обнаружено Отделом Тайн.

Подозрительно и опасно в перспективе. А вдруг «сад» начнет разрастаться, пожирая пространство и время вокруг, словно качественные удобрения? Я даже начал подумывать об анонимном доносе… на самого себя, лишь бы масочники вырезали нафиг кусок застывшего пространства и времени и вышвырнули его куда-то, где это не будет представлять опасности для мира.

В теории — я мог бы провернуть что-то такое и сам, годик-другой убив на изучение созданной собственными руками аномалии, но времени-то как раз у меня и не было.

Пожалуй, подожду еще пару дней и посмотрю, проснутся наконец-то тайнюки или нет. Совсем мышей не ловят, ленивые бобби (так в Британии кличут полицейских, что-то вроде фараоны или мусора, в каждой стране свой колорит любви к представителям закона).

Закончили мы со всеми делами буквально за два часа до отправки Хогвартс Экспресс как бы ни старались — у Кэролайн возникли внезапные проблемы с неучтенными предателем, из-за которого многие пожиратели смерти с её стороны смогли улизнуть.

Местность была накрыта антитрансгрессионным куполом, но он не был стационарным, и когда предатель разрушил структуру изнутри, то с помощью порт-ключей с пробойниками некоторые смогли отступить. Повезло еще, что мы держали все в тайне до самого конца и предатель просто не успел послать весточку и предупредить ПСов, иначе все могло закончится куда хуже.

Самого предателя Кэролайн ликвидировала до того, как он успел сбежать, но ущерб уже был нанесен. Фелисити еще предстоит провести расследование, как так получилось, что один из наших самых доверенных альф оборотней оказался шавкой Фенрира Сивого.

Кто бы мог подумать, что они пойдут на пластическую операцию ради глубинного внедрения своего человека в наши ряды. В смысле, этого можно было ожидать от нас, но никак не от пожирателей, черт возьми!

Тем более от оборотней.

В общем, задержались мы знатно и времени перед возвращением в Хогвартс было чуть ли не впритык. Повезло еще, что вещи мы собрали задолго до путешествия в Испанию и не пришлось в спешке искать котел для варки зелий номер три дробь четыре или переносной телескоп новой модели от братьев Окулус. Зря я брыкался когда Кэролайн уговаривала меня перед поездкой подготовить все заранее. Она оказалась права.

Поспать я все равно уже не успевал, так что когда нашел на столе письмо от Дафны Гринграсс с просьбой заскочить к ней в любое время перед началом нового семестра, лишь пожал плечами и трансгрессировал неподалеку от её дома. Хуже не будет, подумал я.

На тот момент было уже шесть часов утра, но я знал, что Дафна жаворонок, так что разбудить её не боялся. Так и вышло.

Невольно я провалился еще глубже в недавние воспоминания, находясь на грани дремы.

***

На порог я явился как раз когда на кухне с громким свистом закипал старый чайник.

«Хоть позавтракаю» — подумал я, зевая, и постучал в дверь.

— Открыто! Заходи, Амос. — раздался приглушенный девичий голос из кухни.

Я ничуть не удивился тому, что моя знакомая откуда-то узнала, что пришел именно я, а не кто-то другой. Ведьма есть ведьма, заблокирована у нее магия или нет — женская интуиция штука опасная. А может быть все немного проще и у нее просто не могло быть других посетителей в столь ранее утро.

Вытер ноги о коврик, зашел внутрь и закрыл за собой дверь. Прислушался. Дафна была одна. Странно. Прошелся до кухни и заглянул внутрь в поисках хозяйки. Естественно, она была там.

Повернув голову девушка с пепельными волосами мягко улыбнулась завидев меня.

— Ты как раз вовремя, чайник только закипел, а пирожные с заварным кремом уже ждут своей незавидной участи.

На моих губах невольно появилась ответная улыбка.

— Выглядишь сегодня чуточку лучше, чем раньше. — подойдя к столу я принялся разливать чай по чашкам для себя и Дафны. Она благодарно кивнула, когда я так же бросил ей в чай ложечку сахара и перемешал его.

— Наверное. — она пожала плечами, наблюдая за образовавшимся в чашке водоворотом. — Я много сплю последнее время. Чего не скажешь о тебе, кстати. Ты вообще спишь? Ты стал походить на панду, знаешь ли.

— Пустяки. — отмахнулся я, присаживаясь за стол. Живот заурчал при виде сладостей. — Пара последних дней была… насыщенной. Каникулы за границей, все такое.

— Да, ты писал. — покивала Дафна. — Но не только в этом причина, не так ли?

Взгляд ведьмы упал на продолговатый сверток, который я положил себе на колени когда садился. С виду так обычная скрученная газета, в которую могло быть завернуто все что угодно, от копченой рыбки до нагана. А на деле… старое издание «Пророка» скрывало опаснейший темный артефакт обмотанный плотным слоем драконьей кожи… ну и газеткой, собственно. Для конспирации.

— Занимался садоводством. — отпив чаю я спрятал довольную ухмылку в чашке, но глаза смеялись. — Каждый мужчина должен построить дом и посадить дерево, как ты знаешь. Дом я себе уже обустроил, и недавно посадил плодоносное дерево.

Жирный намек, который она не могла не понять. В конце концов, ритуал по созданию артефактного клинка я получил именно от нее.

— Насколько я помню, в той поговорке была еще одна часть, которую ты, видимо, запамятовал. — лукаво подмигнула мне ведьма. — Теперь, когда ты справился с первыми двумя пунктами, не пора ли переходить к последнему?

Улыбка на моем лице увяла. Нет, спасибо, но детей я пока не планирую.

— Может быть позже. — скупо пробурчал я, закидывая себе в топку пирожное.

Дафна захихикала, прикрыв рот ладошкой, глядя на то как я стушевался.

— Ну, как знаешь. — она пожала плечами и выжидательно уставилась на меня, протянув руку и сделав хватательный жест. — Покажешь, что получилось?

— Покажу. — кивнул я, осторожно передавая ей сверток. — Будь с ним поаккуратнее. Лезвие очень острое и смертоносное. Тебе и одного пореза может хватить в твоем нынешнем состоянии.

— Знаю. — девушка положила перед собой на стол сверток и развернула тонкие слои драконьей кожи, защищающие окружающий мир от возможного тлетворного воздействия артефакта.

Обсидианово-черное лезвие тускло светилось на кромке красным светом с переливами фиолетового. Поверхность была абсолютно гладкой, при этом, если присмотреться и дать свету упасть под правильным углом, легко угадывались очертания рун и таинственных знаков. Они не были вырезаны на поверхности, как можно было бы подумать, а родились вместе с лезвием, как одно целое. Словно естественный узор мрамора или рисунок на крыльях бабочки, они просто должны были быть там.

— Какой красавчик. — щелкнула языком девушка, зигзагом проведя кончиком ногтя по ледяной поверхности. Легкий иней тут же покрыл весь ее ноготь, заставив отдернуть руку и поморщиться. — Какой агрессивный. Уже придумал ему имя?

— Еще в раздумьях. — признался я. — Вариантов море, и я не хочу ошибиться с выбором имени для верного спутника, который будет со мной до конца моих дней. — я неловко почесал затылок. — Или вроде того. Странно прозвучало. В голове я представлял себе это иначе.

Главное не ляпнуть что-то подобное перед Фел. Не хватало мне еще, чтобы она начала ревновать меня к моим собственным артефактам.

— Не торопись. Выбирай с умом. Имя должно отражать суть твоего меча, на самом глубинном уровне. Это ускорит его развитие и увеличит синхронизацию на первых этапах «роста». Никаких глупостей вроде «покоритель женских сердец» или «владыка пиццы», хорошо?

— Ты за кого меня принимаешь?! — искренне возмутился я. — Какой дебил стал бы так называть могущественный артефакт?

— Ох, Амос, ты же знаешь, насколько эксцентричными бывают волшебники. — собеседница устало вздохнула. — И чем больше сила, тем больше у них накапливается… чудачеств. Взять, например, того же Мерлина… Он был большим любителем придумывать нелепые названия для, казалось бы, серьезных вещей. И не только он. Артур не зря считался одним из лучших его учеников. Правда перенял он, в основном, не магические знания, а юмор и повадки учителя…

Мой взгляд немного затуманился и я тряхнул головой.

« Да не… я что, заснул на секундочку и мне приснился сон?»

Проморгался и внимательно посмотрел Дафне прямо в глаза.

Неужели?

— Говоришь так, будто лично это видела, ха-ха. — осторожно начал я, давая ей шанс перевести все в шутку и отыграть назад, если эта информация вырвалась из нее случайно. — Но это же невозможно, не так ли?

— Ты и сам уже должен был догадаться. Твой ум достаточно неплох, как и талант. — покрутив в руках чашку чая и сделав небольшой глоток, девушка прикрыла на мгновенье глаза, прежде чем сбросить на меня бомбу. — Амос, нам нужно серьезно поговорить.

О нет! Каждый раз когда кто-то хочет со мной серьезно поговорить это сулит мне лишь недельную мигрень! Минимум недельную. Я и так уже все знаю, может не надо это озвучивать?!

— Видишь ли, — продолжила она. — мое настоящее имя вовсе не Дафна… при рождении меня нарекли Морганой. Морганой Ле Фей.

Ух, она сказала это!

***

Поезд сильно тряхнуло и я больно приложился лбом о холодное стекло, к которому случайно прислонился головой, когда задремал. Не самое приятное пробуждение.

Душераздирающе визжали тормоза и трущиеся о рельсы колеса поезда. Благо хоть магические компенсаторы сработали штатно и нас не впечатало в стену при экстренном торможении, как могло бы. Лишь немного качнуло. Не хватало еще получить упавшим с верхней полки багажом по лбу.

— Больно, блин. — потирая ушибленный лоб, я осмотрелся по сторонам, разгоняя сознание окклюменцией.

Купе погрузилось в полумрак, разбавляемый алым свечением аварийных ламп. Стекло треснуло, не выдержав столкновения с черепом истинного оборотня. Ну, лучше оно, чем я.

Выдохнув, я смог разглядеть облачко пара вырвавшееся из моего рта. Несмотря на то, что на дворе была зима, внутри поезда не могло быть так холодно. Особенно мне, волшебнику специализирующемуся на магии льда.

На побитом стекле помимо паутины трещин стал появляться ветвистый иней. Вечернее небо заслонили тучи, из-за чего создавалось впечатление поздней ночи. Шел густой снег. Еще не вьюга, но уже не простой снегопад.

Все это жу-жу-жу явно неспроста.

— Какого…? Неужели все-таки дементоры? — пробормотал я, невольно скривившись, почувствовав неприятное сосущее ощущение под ложечкой. Не к добру это всё, как подсказывала мне интуиция. Как на зло я еще и совершенно забыл закупиться шоколадом.

— Думаешь, это они? Министерство у нас, конечно, люто отмороженное, но не настолько же. — скептически прокомментировала Кэролайн, прижав к груди напуганную резкой остановкой поезда Гермиону. — Натравить этих тварей на поезд полный детей может только конченый дебил.

— Это точно они. — прошептала одними губами Луна. Она сидела рядом со мной и вся тряслась, то ли от холода, то ли от страха. — Мне страшно… не хочу вспоминать мамину смерть. Не хочу…

Взяв пример с Кэрол, притянул миниатюрную девочку к себе одной рукой, делясь теплом и транслируя чувство безопасности. Волшебная палочка привычно выскользнула в руку из рукава мантии.

— Не паниковать, это всего лишь дементоры. — уверенным голосом продекламировал я, при этом вовсе не настолько уверенный в том, что это так уж безопасно. — У нас есть волшебные палочки, в отличии от узников Азкабана, так что мы можем себя защитить. Наверное. - чуть тише добавил я в конце, так, чтобы меня могла услышать только сидящая напротив Шарпхарт.

Вероятность этого события была не нулевой, но не очень-то и велика, если говорить начистоту, потому я попросту не успел подготовиться и просчитать варианты столь маловероятного исхода. Слишком много было более важных дел до сих пор, и открытое противостояние этим тварям как-то не входило в мои планы. Я же не Поттер, зачем мне самому к ним лезть? То, что они могут полезть ко мне сами, я как-то не учел.

Агрессивная самозащита в условиях Азкабана — да, конечно, это я могу. Но там я мог развернуться на полную, ведь терять-то мне было бы уже нечего. Если я оказался в тюрьме для волшебников, значит мои делишки всплыли на поверхность и играть в добропорядочного гражданина уже поздно. Но тут… полные вагоны детей — потенциальных свидетелей и случайных жертв. Заклинания, известные мне, способные навредить дементорам, крайне губительны и для людей.

Одно дело отловить одного или двух дементоров и экспериментировать с темной магией и некромантией где-то в глуши, выворачивая гнилую пакость наизнанку, и совсем другое здесь и сейчас, когда их могут быть десятки поблизости. Дементоры крайне редко действуют в одиночку и имеют разные неизвестные способы общаться друг с другом на расстоянии. Предпочитают загонять дичь стаей, а потом рвать душу на куски, откусывая помаленьку, пока ничего не останется.

— Слушай, Кэрол, а как у тебя дела с патронусом?

— Так же, как и у тебя. — фыркнула в ответ красноволосая, скривив губы. — Сотканный из легкой дымки света барьер — вот и всё что я могу. Что касается альтернативных методов защиты…

Она не стала продолжать, но я и сам понял. Способы-то у нее тоже были, проблема в том, что за такие выкрутасы наше знакомство с дементорами может продолжится уже на их территории. В Азкабане.

Проклятье!

Луну и Гермиону можно даже не спрашивать, они еще слишком молоды для такой тяжеловесной высшей магии. Потенциально — легко освоят, потому что не балуются темной магией и некромантией как мы, но даже так — не раньше чем через год-другой.

— Д-дементоры, это к-которые демоны, уб-битые и п-п-поднятые древним некромантом-демонологом? — не к месту проявила эрудицию и продемонстрировала начитанность Грейнджер. — Д-думаете, мы их увидим?

Ее белоснежные зубы отбивали чечетку, но в глазах блестел интерес, азарт и жажда приключений. Похоже, первый год прошел для нее слишком обыденно, и теперь она хотела чего-то жутко магического…

Если так подумать, то в каноне, известном Александру, Гермиона имела не меньшее шило в заднице, чем другие двое из их золотого трио. А может и большее. Надо её немного осадить, а то наделает глупостей.

— Ага. Они потом еще разорвали и высосали душу своего создателя и захватили его магическую обитель посреди бушующих вод океана, также ныне известную как Азкабан. Иногда они пополняют свои ряды, когда министерство натравливает их на живых демонов, пробравшихся через грань. Они их убивают, а потом с помощью каких-то своих тайных ритуалов поднимают альтернативно живыми и еще более злобным и жутким чем до смерти. — ехидно процедил я, параллельно лихорадочно вспоминая, что легального можно было противопоставить стражам самой жуткой тюрьмы в мире.

Гермиона немного под растеряла энтузиазм после моих слов и сжалась в комочек, наконец начиная осознавать масштаб опасности. Девочка пока еще не встречалась с по настоящему страшными тварями, так что просто не понимает в полной мере, насколько опасны дементоры даже для очень сильных волшебников.

Кэролайн бросила на меня укоризненный взгляд, стрельнув глазами в сторону Луны. Ой.

— Все будет хорошо, девочки, не переживайте, мы что-нибудь придумаем. — погладив малышку по голове я откинулся на спинку сиденья и задумался, прикрыв глаза и вслушиваясь в собственные ощущения.

Не, это точно дементоры. Была надежда на то, что это авроры устроили облаву на Блэка, но я уже чувствовал их на периферии. Пока достаточно далеко от нас, но быстро приближаются. Их много, но некоторые отстают по пути. Наверное, они разделяются чтобы быстрее осмотреть побольше купе, пугая заодно учеников до икоты. Проблема в том, что дементоры крайне непредсказуемы и контроль над ними у министерства далеко не абсолютный. Полагаться на случай я опасаюсь. Вдруг тварь решит пригубить, слегка, ту же Грейнджер?

Блин, главное чтобы они прибыли не по наши с Кэрол души, а то мало ли… совпадение ли это? Надеюсь, что да. А если нет? Если они не за Блэком или абстрактной Дикой Охотой, а с вполне конкретной целью, и у меня с подругой уже нарисованы мишени на головах?

Могли пожиратели как-то узнать наши личности и попытаться отомстить руками министерства? Я бы на их месте так бы и поступил. Только вот неоткуда им знать личности главарей Дикой Охоты. Верно же? Вроде.

Ну а если худшие опасения подтвердятся, тогда можно будет забить на конспирацию и пробиваться на волю по жесткому сценарию. Но это только в самом худшем случае.

— Колопортус. — я направил палочку на дверь купе, блокируя её. Они и сами по себе довольно прочные, а дементоры, что бы там кто ни надумывал — твари вполне материальные и сквозь стены проходить не умеют. Правда и физическая силушка у них имеется, нечеловеческая, так что укреплю-ка я дверь и стены немного.

— Кэролайн, накладывай на двери и стены все, что можешь быстро наложить из укрепляющих и защитных чар. Я вырежу руны.

— Поняла. — кивнула девушка, и мы приступили к работе. И когда я почувствовал дементора за дверью, я с чистой совестью мог сказать, что мы сделали все что могли, чтобы не впустить их внутрь.

Тварь шкрябалась, билась, завывала за дверью, но не могла проникнуть в купе. Треснувшее стекло, к которому приник второй дементор снаружи, разевающий кошмарный зубастый провал в темноту, зовущийся по чьей-то забавной ошибке, ртом, мы тоже загодя укрепили, так что ему ничего не светило. Он слюнявил стекло словно сомик в аквариуме, только далеко не такой милый и безобидный как домашняя рыбка. Мы задернули занавеску, чтобы не пугать детей еще больше. Зрелище было не для слабонервных. Все равно что заглянуть в бездну.

Однако я не учел их пассивную ауру, которая сильно влияла на наших маленьких подопечных сквозь всю наложенную защиту. От этого могла более-менее защитить окклюменция, но далеко не полностью, и все зависимо от человека. Но пока дементоров было всего двое, все было нормально.

Но из-за того что пара дементоров не смогла пробиться внутрь силой и произвести досмотр, вскоре у нашего купе стало накапливаться всё больше тварей, которые тоже пытались пробиться внутрь. Я ошибочно посчитал что дементоры не будут зацикливаться на запертом купе и просто полетят по своим делам дальше… Оказалось нет.

Скоро их количество перевалило за два десятка и у нас начались проблемы. Защиту мы возвели такую, что и тролль с тараном в руках не пробьет, но присутствие стольких темных тварей начинало сильно давить на разум и саму душу всех кто попал в радиус действия их демонической ауры…

Луна и Гермиона уже были белыми как мел и наверняка замерзли бы, если бы мы с Кэрол не начали поддерживали вокруг них несколько огненных сфер. Кэролайн тоже приходилось туго, учитывая её темное прошлое, но она держалась. Все таки она была уже довольно взрослой и зрелой. Сила воли у нее велика, уж я то знаю.

Огненные сферы были необычайно тусклыми и давали куда меньше тепла, чем должны были. Будто бы трепещущий на ветру огонь догорающей свечи. Впервые я настолько сильно пожалел о том, что имею сродство ко льду, а не к огню. Наши попытки отогнать хладное дыхание смерти выглядели весьма жалко.

Не зря дементоры считаются лучшими стражами для темных магов-преступников. Они практически созданы доминировать над волшебниками с определенными атрибутами и талантами. Против них работала только очень специфическая магия. И я уже всерьез начинал задумываться о применении некоторых запретных знаний, глядя на страдающих детей.

Цокнув языком от досады и бессилия я решил попробовать, для начала, легальное средство.

— Кэрол, держи огонь, он у тебя все равно лучше выходит чем у меня, а я попробую отогнать тварей патронусом.

— Амос, не думаю что это хорошая идея. Наши с тобой патронусы слишком слабы чтобы разогнать такую толпу. Максимум — не подпускать их слишком близко какое-то время, но с этим и так неплохо справляются стены и дверь. Ты просто потратишь силы впустую…

Несмотря на сильный мороз, по лбу у нее скатилась капелька пота. У всех у нас было достаточно неприятных воспоминаний, начавших медленно прорываться наружу, словно гной из раны, несущий сепсис и отчаяние. У кого-то больше, у кого-то меньше.

— Я хотя бы попытаюсь выиграть вам пару минут продохнуть. — прикусив губу я направил палочку на дверь и произнес заклинание: — Экспекто Патронум!

Я прекрасно знал его. У меня было более чем достаточно силы и мастерства, как и счастливых воспоминаний, чтобы воплотить телесный патронус с легкостью, но…

Из моей палочки заструился легкий золотисто-белый дымок, собравшийся спустя пару секунд в жиденькую сферу, оградившую нас от алчной падали. Как бы я не тужился, как бы не вытаскивал с помощью окклюменции из глубин памяти все самое светлое, у меня не получалось ничего путного. Давление на разум ослабло незначительно. Чуда не случилось.

К сожалению, ступая на путь тьмы, свет постепенно закрывает для тебя свои двери. Свет солнца не может проникнуть на дно Марианской впадины, где царствует вечный мрак. Работает это и в обратную сторону, но сейчас это было не важно.

Пресловутый баланс магии. Нельзя быть идеальным во всем. Приходится выбирать. И этот выбор имеет значение.

Я заскрипел зубами, пытаясь выдавить из себя еще хоть что-то, прекрасно понимая всю тщетность своих потуг, но из упрямства продолжая.

Волшебная палочка нагревалась все сильнее, пропуская через себя прорву маны, которая рассеивалась в никуда. КПД моей светлой магии был еще хуже чем у огненной. Так же бесполезно, как тушить пожар дуршлагом, но какой у меня был выбор?

«Ебаные дементоры! Ну погодите у меня, я вам ваши зубастые рты на задницы натяну! Будете ходить с зубастыми анусами, твари! Вот не будет рядом свидетелей и я вам такое устрою…» — мысленно поносил дементоров, при этом чувствуя как и мои собственные ментальные щиты неприятно гудят. Они не сломаются, но голова будет болеть на следующее утро просто бомбически.

Кто-то потянул меня за штанину и я обратил внимание на скрутившуюся на полу, словно побитый котенок, Луну, смотрящую на меня заплаканными глазами.

— Мама. Мамочка, не уходи…

Сердце словно пронзило раскаленным прутом. Пальцы сжались на рукояти волшебной палочки так сильно, что она чуть не разломилась пополам. Я увеличил поток маны сильнее чем прежде, из-за чего от кончика концентратора к потолку побежал прозрачный дымок и запахло паленым лаком и древесиной.

Дементоры отшатнулись от двери и окна, но лишь на краткий миг, после чего с удвоенной яростью стали колотить по дверям и стеклу своими длинными, покрытыми струпьями руками. Похоже, мой патронус их только разозлил. Их просто было слишком много, из-за чего ауры существ слились в одну мощную приливную волну, обнуляющую любые мои попытки прогнать их.

Обычно в таких ситуациях у главных героев открывается второе дыхание и во имя любви и дружбы они превозмогают все трудности, выходя за собственные пределы и побеждая зло… Но у меня, почему-то, нихрена не получилось. Похоже, я не главный герой.

Закрыв глаза я тяжело вздохнул. Прискорбно, но похоже придется использовать «тяжелую» магию. Подозреваю, аукнется мне это в будущем, но чтобы защитить подруг можно и рискнуть. Темный маг я или тварь дрожащая?

Развеял бесполезные чары патронуса, уже приготовился творить темное колдовство, как в тот же момент по коридору тихой тенью испепеления пронесся чей-то крылатый патронус.

Дементоры хлынули в рассыпную, дико вереща и шипя от боли. Они не сразу смогли выбраться из вагона и потому хорошенько прожарились. Патронус в виде прекрасного белого лебедя пролетел сквозь нашу дверь, словно призрак какой и, сделав круг над потолком, разгоняя неестественный холод и мрак, нырнул в окно. Дементоров снаружи как ветром сдуло.

Я вздохнул с облегчением и присел на корточки, тут же принявшись оказывать помощь Луне. Рядом устало опустилась на колени Кэрол, тоже бледная и нервная, она помогала потерявшей сознание Грейнджер. Кто бы не послал этот патронус — честь ему и хвала, потому что он спас наши задницы от больших проблем. В частности, мою.

Правда, если это Поттер решил выпендриться, то я лучше сразу застрелюсь.

В дверь в наше купе постучали примерно через минуту и я поспешил развеять запирающие чары. Подумал на преподавателя или старост, которые пришли проверить состояние пострадавших студентов, но на нашем прологе оказалась бледноватая на вид, но все еще прекрасная в своей холодной красоте Аманда. И на плече у нее сидел тот самый шикарный лебедь.

Изумрудные глаза оценивающе скользнули по моей фигуре, затем она заглянула в купе и кивнула чему-то, будто убедившись в собственных предположениях и довольно улыбнулась.

— Вижу, я как раз вовремя? — хмыкнула знакомая блондинка. — Я войду?

— Заходи. — я втянул её внутрь. — Твой патронус?

— Мой. Правда красивый?

— Птицы прекраснее в жизни не видел. — выдал я, с теплом обняв замершую от такой прямоты девушку. — Спасибо, Аманда, ты действительно чертовски вовремя.

— Пустяки. — девушка растаяла в моих объятиях, положив голову мне на плечо. Щечки слизеринки покраснели, что было особенно хорошо видно на бледном лице. Спустя десяток секунд Аманда неловко отстранилась и, не зная куда деть руки, заправила прядь золотистых волос за ушко, пряча от меня смущенный взгляд. — Я как раз направлялась в твое купе, обсудить новости и просто поболтать, как вдруг началось, ну, это. Кхм.

— Понятно. Присаживайся. Мы пока немногого заняты, приводим малышек в порядок. Им сильно досталось, эх. — я махнул рукой на свое место, но Аманда не спешила садиться.

— Я помогу. У меня с собой полно зелий, помогающих справиться с последствиями от влияния дементоров. — Она зарылась в свою сумку и стала вытаскивать на свет хрустальные флакончики. Лицо приобрело сосредоточенное и деловое выражение, от смущения не осталось и следа.

— Ого. Неплохой набор. — поднялась на ноги Кэролайн, оценив стеклянную батарею, все еще растущую с каждым мгновением. — Здравствуй Аманда, и спасибо за помощь. Поражаюсь твоей предусмотрительности и запасливости.

Кэролайн покачала головой, отведя рукой маленькую горку золота, воплощенную в зелья.

— Пожалуйста. — улыбнулась чуть шире Де Аморе. — Мои родители снабдили меня всем необходимым, когда узнали что сумасшедший Фадж решил отправить дементоров охранять школу. Отец сказал, что если что-то может пойти не так с дементорами, то обязательно пойдет, и мне это обязательно пригодится. Правда, я не думала, что так скоро.

— Мда уж. Мы еще даже до школы не добрались, а проблемы уже начались. — Я раздраженно потер переносицу и укоризненно посмотрел в окно на снующих в отдалении полудохлых демонов. — Стоимость зелий я тебе возмещу, если что.

— Не нужно. Мы же друзья, не так ли? Разве ты не сделал бы для меня тоже самое?

Я внимательно посмотрел на слизеринку и одобрительно кивнул.

— Конечно.

— Тогда давай забудем об этом и приведем девочек в порядок. У вас ведь есть шоколад? Он должен помочь. Не так хорошо как зелья, но он явно будет вкуснее и поможет перебить их горечь во рту и повысит настроение.

Луна что-то бормотала в беспамятстве, а Гермиона стонала сквозь липкий кошмар. Они потеряли сознание в тот момент, когда я развеял патронус и готовился вдарить по дементорам проклятьем помощнее. Знал бы, что помощь на подходе, продержал бы защиту дольше, но что уж теперь.

— Тц, если бы… — посетовал я. — Но я точно знаю, у кого его можно его найти. Справитесь тут без меня?

— Конечно, Ами, иди и добудь нам шоколад. — Кэролайн ободряюще похлопала меня по плечу и вытолкала за дверь. — Поторопись, я тоже чертовски голодна.

— Удачи. — улыбнулась Аманда, на мгновения прикоснувшись кончиками пальцев к моей ладони и стрельнув напоследок глазками, прежде чем закрыть за мною дверь.

Ох, чувствую и это жу-жу-жу тоже неспроста. Бескорыстная помощь, видите ли, имеет неприятное свойство обходиться в итоге дороже всего…

Глава 65 Срыв

Ах, школа волшебства! Знакомые потемневшие от времени серые стены замка все так же держали столь же серый небосвод, каждый день низвергающий на нас, несчастных волшебников, то ледяной дождь, то снег. Чудесная погода, что тут скажешь.

Гостеприимный климат Шотландии отличался от Испании так же сильно, как Белый Замок Чудес от Хогвартса. Но было в этом какое-то свое мистическое очарование. Всё-таки ледяной дождь был скорее исключением из правил. Не могу сказать, что Хогвартс мне не нравится. Возвращаясь сюда, я каждый раз будто перелистываю очередную страницу своей истории.

Хорошую ли, плохую ли… не важно. Главное — что история продолжается. Значит — я все еще жив. Значит — я все еще иду вперед, словно ледокол, пробивая себе путь через неблагоприятные условия.

Знаменательное место, где все только начинается.

Многое ли могло измениться за жалкие зимние каникулы? И нет, и да. Сам замок как оставался неприступным монолитом перед лицом времени, так и остался. Но вот настроения, витающие в воздухе…

Мой чуткий нос буквально вдыхал аромат страха и неопределенности. То тут, то там ученики шептались о том, что снова наступают темные времена. Приятно было осознавать, что я приложил к этому руку. Дела хоть и страшные, но великие, как сказал бы мастер Олливандер.

На пиру я видел много грустных лиц. Их родственники и друзья семьи куда-то испарились без следа. Ха-ха, догадываюсь, куда они запропастились. Все еще стоят обледеневшими статуями в богом забытом лесу.

Но я признаю, что видеть грустных и плачущих детей, потерявших своих близких, какими бы они ни были сволочами, больше не приносило мне той радости, что прежде. То мрачное удовлетворение, которое я испытывал после серьезной победы над силами ПСов, растворялось. Не иначе как дементоры высосали, твари летучие.

Эти полудохлые демоны серьезно нервировали не только меня, но и всех вокруг. Коллективная аура тварей тяжелым грузом давила на плечи учеников, отбивая охоту учиться и даже просто… жить и развлекаться, как положено детям. Особенно страдали младшие ученики. Деканы и учителя на своих занятиях у детишек часто использовали свои телесные патронусы. Иначе малышня бы просто не могла сосредоточиться на занятиях.

Толпа авроров и их стажеров, которых нагнали в замок ради обеспечения дополнительной безопасности (не иначе как Фадж узнал про инцидент в поезде и знатно напрягся, предвкушая проблемы), тоже периодически выпускала светящихся зверушек бегать по замку и разгонять магические холод, тьму и негатив. Но в основном они сопровождали первые два курса на пути из одного кабинета к другому.

Стажеры страдали особенно сильно, так как глава аврората, Грюм, решил что это отличнейшая возможность для них отработать сие заклинание чуть ли не до автоматизма и улучшить средние показатели по нормативам в этом году.

А еще это была отличная реклама алых мантий аврората для самых маленьких. Имею в виду не продажу балахонов, а молчаливую агитацию вступить в ряды защитников правопорядка, как подрастут.

Малышня особенно впечатлительна, что тут скажешь. В их головах отложится образов светлых героев в алых мантиях, светлых магов, защитников… и прочая лабуда.

Грюм — красавчик (ни в коем случае не буквально)! Впечатляющий ход. И сливки снял, и реально полезное дело сделал. Именно такими и должны быть волшебники, как я считаю. Умными.

Старшие же ученики должны были позаботиться о себе сами. Никогда еще библиотека не знала такого наплыва учеников, изучающих способы противодействия темным тварям. Локхарт, который подал идею всем курсам, что защита волшебников — в первую очередь дело рук самих волшебников, возымела эффект.

Ученики, что ранее надеялись на защиту министерства и аврората, на благоразумие взрослых волшебников, отбросили наконец радужные фантазии, несовместимые с жестокой действительностью, и взялись за ум. Начали учиться внеурочно.

Возможно, защитный купол школы мог бы вообще полностью нивелировать воздействие тварей, но директор Дамблдор, по какой-то причине не стал его поднимать. Почему? Вариантов было много.

Первый — манозатратно держать его постоянно включенным.

Второй — когда ему еще попадется такой отличный стимул направить пыл учеников на самообразование, а не на дуракаваляние, как сейчас?

Третий — я чего-то просто не знаю, а Дамблдору с высоты его опыта виднее.

Я бы поставил на все три варианта сразу. Все были правдоподобными, хотя многие ученики вообще не задумывались об этом, и просто старались как-то существовать.

Но дементоры доставляли проблемы несмотря ни на какие ухищрения учеников.

Патронусы жрали немеренно маны, и держать даже легкую дымку света вокруг себя могли лишь считанные единицы. Я мог, но не хотел выглядеть под конец дня как сушеный чернослив. Аманда и Кэрол тоже. А вот Седрик Диггори попробовал и попал к мадам Помфри с перенапряжением и магическим истощением уже на следующий день.

Хотя, может в этом и был его план, кто знает? Он пытался защитить множество симпатичных девочек, липнущих к нему как банные листья. Итог немного очевиден — он стал в их глазах настоящим рыцарем в сияющих доспехах. Настоящий герой.

Как же, не только защитник и красавчик, но еще и благородный кавалер, угодивший в медицинское крыло потому что пытался защитить их всех. И язык у него подвешен будь здоров. Он умудрился обставить все так, что его не возненавидели однокурсники-парни. Напротив, он получил всеобщее уважение. Стал примером для подражания. Еще пара дебилов загремела в медицинское крыло, но такого ажиотажа уже не было. Они упустили свой шанс воссиять.

Седрик Диггори — умный парень. Понятен теперь стал уровень его поддержки в воспоминаниях Александра. Он смог заслужить мое молчаливое одобрение вне зависимости от того, хитрый план ли это был, аль самоотверженность. Любой вариант делал ему честь. Хотя… кто знает, может и здесь были оба варианта?

Поттер попытался было повторить его успех, и, так как он был куда сильнее магически, и магия света давалась ему в целом на порядок лучше, имел все шансы развить успех и получить так желаемое внимание противоположного пола… но Поттер как всегда не удержал свой длинный язык за зубами — и распугал всех девиц.

Ну ладно, может быть это близнецы Уизли немного помогли ему быть услышанным в нужный момент. Так-то свои похабные мыслишки он высказывал наедине со своими дружками, деля шкуру не убитого медведя, однако Уизли всегда умели в шпионские игры и изобретения. Я им чуть-чуть тоже помог, чего греха таить, ведь надо было как-то восстанавливать пул черной удачи, не так ли?

Тем более Гарри подозрительно раскачался за каникулы. В магическом смысле. Того и гляди — догонит меня.

Итог операции «язык в заднице» — Гарри на ближайшие недели неприкасаемый. Будет в следующий раз думать, как мечтать вслух о том, что он собирается требовать у старшекурсниц «за защиту» и в каких позах их будет сношать.

Ох уж этот пубертат.

Конечно, не только моя зловредность и черная удача послужили мотивом сего. Моргана весьма непрозрачно намекнула на то, кто, возможно, скрывается за маской мальчика, который, похоже, не выживет. Не стопроцентная гарантия, но серьезные подозрения древней ведьмы подтолкнули меня к закручиванию гаек для одного конкретного волшебника. На всякий случай.

Чем меньше у него будет удачи, тем лучше для нас. Жаль, что действовать жестко не получится. Пока что Гарри прикрывают законы Хогвартса и пара профессоров.

Я же, тем временем, напросился к Бабблинг на дополнительные занятия.

Без всякой пошлости, мы уже давно вернулись к почти нормальным отношениям учительницы и ученика. С легким флиртом и пошлыми шуточками, разве что, но это было скорее ради того чтобы избавиться от чувства неловкости (в основном у меня, потому что предательский мозг постоянно подкидывал отвлекающие от рабочего настроя воспоминания).

Батшеда вообще легко отнеслась к подобному, уже давно начав окучивать очередного счастливчика. Слава магии, хоть не Поттера.

Почему так? Как она объяснила, я в любом случае был недостаточно невинным на её вкус, хотя сумасшедший секс она нашла интересным опытом, оценила, но предпочитала доминировать в отношениях, а не наоборот. Меня это вполне устраивало.

Мастерица рунологии научила меня парочке фокусов, способных снизить влияние ауры дементоров до приемлемого фона, так что наши с Кэрол комнаты стали пристанищем, где можно было спокойно отдохнуть без давящей на виски апатии и безнадеги. Кошмары по ночам больше не мучили. Сошли круги под глазами.

Кэролайн пришлось самостоятельно вырезать на своей, а также кроватях наших маленьких подопечных, руны, потому как мне вход в женское крыло был заказан. Точнее, я мог бы войти, но зачем плодить лишние слухи?

Желающих втоптать мою репутацию в грязь с каждым годом становилось только больше. Разве что теперь они опасались это делать без веских причин и оснований, но ждали удобного момента.

Переносные амулеты заняли свои места на сумках, словно обычные брелоки. Конечно, таких же мы наделали и для наших друзей и знакомых, но не только мы одни были такими умными. Многие ученики находили всевозможные способы и средства, могущие противостоять ауре нежити и демонов. Некоторые я даже взял себе на заметку. Это помогло улучшить то, что уже имелось на руках и дало некоторую почву для размышлений в дальнейшем.

Вот что делает с волшебниками занесенный над их головами меч. Побуждает действовать во имя собственного выживания.

Бизнес на самопальных амулетах решил не организовывать, потому что это была далеко не панацея, ну и я, в любом случае, собирался сделать пару шагов по устранению этой угрозы полностью.

Для начала собрал у всех, кто хотел избавиться от дементоров, и не брезговал общаться с грязнокровкой вроде меня, их воспоминания о «веселой» поездке в стиле «Хэппи три френдс» и отравил их в редакцию «Ежедневного Пророка», а особо сочные лично Рите Скиттер. С доплатой.

Свои тоже добавил, но их копию послал не в "Пророк", а Ксенофилиусу Лавгуду. Отец Луны — владелец и, по совместительству, главный редактор «Придиры», по моему личному мнению, дочь свою очень любил и просто обязан был катком проехаться по министерскому произволу, даже если "Пророк" и другая пресса откажется освещать эти события.

Так и вышло. "Придира" нанесла первый удар, показав пример, пока другие мялись и взвешивали риски. Но им пришлось соответствовать, чтобы не потерять репутацию и читателей, несмотря на нежелание ссориться с административным аппаратом. Экстренные выпуски разлетелись по Британии как горячие пирожки с тыквой.

Доказательства были железобетонными. Воспоминания и показания учеников, а также парочка случайных интервью на следующий день после выпуска, оказались столь красноречивыми, что все общество волшебников забурлило. Впервые за долгое время жопа Министра Магической Британии стала неотличима от одноименного же флага. Фаджа рвали на куски, и ничего он не мог с этим поделать. Лишь одного гвоздя не хватало в крышке его гроба. Не повезло ему, что у меня в кармане как раз была парочка.

Пока кипящий котел сплетен и скандалов отвлекал всеобщее внимание на себя, я выбрался прогуляться в лес и приватизировал парочку мятых, нестиранных балахонов, покрытых какой-то дрянью вроде эктоплазмы.

Вот и все что осталось от дементоров после того как их переварил мой новый, пока все еще безымянный, меч. У малыша резались зубки — и его нужно было кормить, чтобы он вырос в большой и крепкий меч. Дементоры для него были просто манной небесной. Они - и демоны. И нежить. И проклятье сверху на них висит. Три в одном.

Не скажу, что это было легко, потому что выследить одинокого дементора в ночи — та еще задача, а оказаться с ним на расстоянии удара кинжала — удовольствие и вовсе сильно ниже среднего.

Вообще-то стремно было, что пиздец. Но я справился. Магией решил не светить, чтобы не привлекать внимания других тварей, отлично чуявших колдовство, ну и чтобы не тревожить лишний раз авроров и директора, засевших в замке. Вдруг примут меня за Сириуса Блэка и нафаршируют авадами?

Сам меч я в школу тащить не стал. Моргана предупреждала, что это может плохо закончиться, так что он обитал в тайнике, на базе. О его местоположении знали только Фел и Кэрол. Все равно без моего разрешения он в руки никому не дастся, так что я не парился.

Хотя неудобно было метаться за ним туда-обратно и хотелось держать свое ультимативное оружие всегда под рукой, но что поделать. Хорошо хоть исчезательный шкаф исправно работал и экономил мне сраную кучу времени. Авроры пасли все тайные входы и выходы из замка, так что способов покинуть его было как никогда мало.

Проверил недавно, что будет, если кто-то кроме меня возьмет его в руки — на одном из выживших предателей. Бросил ему «кинжал», дав шанс умереть с оружием в руках, как воин. Ну, он и умер. Я не уточнял, что он обязательно умрет в бою и достойной смертью…

Стоило его пальцам сомкнуться на рукояти, как его кисть почернела, пронзенная терновыми иголками. Рука мгновенно обледенела и покрылась коркой проклятого льда.

Оборотень умер довольно мучительной смертью. Меч кушал не спеша, высасывая из него магию и саму жизнь. Благо, хоть от одного тела, покореженного проклятым льдом, избавиться было куда как проще, чем от обширной пораженной области.

Итог моей вылазки? Меч был доволен. Я тоже доволен. Министерство Магии… рвало и метало.

Пропало три дементора, и куда они делись никто не знал. На смерть сих порождений мысли инфернального некроманта древности никто даже не подумал, ведь меч мой не оставлял за собой следов использования магии. Значит — сами улетели, раз их нету.

Авроры рыли носом землю, и я поблагодарил свою предусмотрительность, за то, что не стал брать их в плен и тащить на базу ради экспериментов, как хотел изначально. Нашли бы и дементоров, и базу, обеспечив мне головную боль на долгие месяцы вперед.

Крайне удачно мне удалось подкинуть Рите вторую сенсацию за неделю — сначала сам факт пропажи охранников Азкабана, а затем еще и то, что их балахоны нашли в «Черном Саду», как и пропавших недавно и все еще разыскиваемых «добропорядочных» членов общества.

Ага, с масками пожирателей на лицах. Такое дерьмо не скрыть и не замолчать. Маски и трупы из-за проклятого льда не спрятать просто так. Да и Рита, благодаря моей наводке, появилась там на час раньше авроров и тайнюков и все-все сняла на свою колдо-камеру.

Как же хорошо, когда не по тебе, а по твоим врагам проезжается поезд по имени Рита Скиттер, скажу я вам…

Нетрудно было направить мысли масс в нужном направлении, когда у тебя в руках находится «первоисточник информации». Пускай лучше люди думают, что сбежавший Сириус Блэк, который вроде как правая рука Того Кого Лучше Не Упоминать Всуе, возглавил остатки пожирателей и вместе с ними решил устроить какой-то жуткий темный ритуал посреди леса, (не иначе как пытались возродить своего хозяина, ха-ха-ха) но им помешали взявшие след Блэка дементоры и Дикая Охота.

Несмотря на то, что в ходе жестокого боя ритуал, похоже, был прерван и вышел из-под контроля, убив и дементоров, и пожирателей с их призванными демонами, а также несколько членов Дикой Охоты, инцидент для народа был громким и пугающим. Мрачные и нагоняющие жути заголовки новостей лишь подливали масла в огонь, а правда оказалась удачно похоронена под недовольством гудящей от негодования толпы.

Тук-тук.

Это последний гвоздь глубоко вошел в крышку гроба политической карьеры Корнелиуса Фаджа. Кто сказал, что двух зайцев сразу не подстрелишь? Просто нужно брать на охоту дробовик или гранатомёт, вот и весь секрет.

Осталось только понять, как на все это отреагировали авроры, а не простые обыватели. Благо, удалось завести знакомство с парочкой примечательных молодых стажеров, любящих поболтать. Нимфадора Тонкс и Грегори Оак как раз вышли из-за угла, когда я спешил в обеденный зал.

— О, какая встреча! Мисс Тонкс - вы, как всегда, очаровательны. Снова новая прическа и цвет волос? Вам очень идет. — я изобразил на лице радость и помахал парочке рукой. — Мистер Оак, как ваши дела? Выглядите уставшим. Может быть, стоит взять перерыв и поесть? Я как раз иду на обед, составите мне компанию? Что скажете?

— Санхайд. — устало кивнул Грегори. — И тебе привет. Насчет еды… вообще, было бы неплохо. Жрать хочу зверски. Мой патронус скачет где-то на два этажа выше и жрет ману как не в себя, так чем я хуже? Дора, а ты что скажешь? — поинтересовался среднего роста брюнет.

Не красавчик, но и не урод. Я бы назвал его внешность среднестатистически-британской, но в хорошем смысле.

— Не называй меня так, придурок! — огрызнулась на своего напарника молодая стажерка аврората. После она повернулась ко мне и не очень прилично тыкнула пальцем: — Бери пример с Санхайда! Почему он может запомнить простейшие вещи и быть обходительным молодым человеком, а ты нет?!

Грегори зевнул, прикрыв ладонью рот.

— Потому что я не пытаюсь залезть к тебе в трусы?

— Грегори! — светло-фиолетовые волосы, ранее уложенные в аккуратное каре, встопорщились частоколом и побагровели. Надо же, даже сильнее, чем её лицо. Непонятно только, от смущения или бешенства. — Я тебе сейчас глаз на жопу натяну!

Удар в плечо пошатнул волшебника и тот поморщился от боли, потирая ушибленное место.

Ну да, метаморф может ударить не слабее, чем тот же оборотень, так что на вид маленький и хрупкий кулачок наверняка оставит ему на память об его ошибке хороший такой синяк.

Девушки очень не любят, когда кто-то вытягивает на поверхность их секреты.

— Кхм, у меня вообще-то девушка есть, так что ваши обвинения не имеют под собой оснований, стажер Оак. — наигранно возмутился я. — Я просто констатирую факт, ничего больше. И кстати, мисс Тонкс, так вы присоединитесь к нам за обедом?

Между прочим, соблазнять Нимфадору действительно не входило в мои планы, но она как-то сама собой соблазнилась… Хотя, так ли это удивительно? Я симпатичный и перспективный волшебник, проявляющий к ней внимание, но без фанатизма.

Несмотря на то, что девушка она симпатичная, даже красивая, из-за её шаткого положения в обществе ей тяжело приходилось в Хогвартсе, да и сейчас тоже. Не сказал бы, что за ней бегают толпы кавалеров, а потому она комплексует. Мда, комплексующий из-за внешности природный метаморф — это та еще хохма, но как есть. Общественное давление и не таких гнобило.

Главное, что я заранее обозначил, что не заинтересован конкретно в таком развитии отношений. Бога ради, я и с Амандой-то не знаю что делать, куда мне еще одна головная боль? Аманда настаивает на возобновлении наших приватных уроков… но по контексту я догадываюсь, что не в зельях дело. У нее явно несколько иные планы на мой счет. И не пошлешь ведь ее…. Проблемно это.

Благо хоть с Нимфадорой все куда как проще. Ей просто приятно внимание симпатичного ей парня, вот и кокетничает. Она не будет обострять. Наверное.

Вообще, изначально я нацелился на Грегори, а его напарница шла скорее в нагрузку. Мне бы просто выведать информацию и завести полезные знакомства, а не вот это вот всё.

Ради собственного душевного спокойствия я все еще в первую очередь стараюсь затесаться в друзья к Оаку, а не к Тонкс, но получается скорее наоборот. Раздражает. Кажется, я слишком привык общаться с девушками, коих в моем окружении многовато, из-за чего и к Тонкс подход найти мне оказалось проще. Но мне кажется, что Оак может обладать большим количеством полезной информации, несмотря на то, что у Нимфадоры были куда более светлые перспективы в плане карьерного роста из-за влияния её наставника.

Нимфадора Тонкс оказалась слишком рассеянной особой. В одно ухо влетает — в другое ухо вылетает. Так что даже если она и слышала что-то от своего учителя, коим был сам Аластор Грюм, то вряд ли запомнила. Молодая еще совсем, только школу закончила — детство из головы еще не выветрилось.

— Ну, я не против. Еда это святое. — ярко улыбнулась девушка, хлопая ресницами. Её волосы постепенно сами собой укладывались в новую прическу, хотя цвет все еще был на пару оттенков ближе к красному.

— Смотри, Дора, вот поправишься - и перестанешь нравится малолеткам вроде него. Кто на тебя тогда посмотрит? — хмыкнул Грегори.

Он прошел чуть вперед и потому не видел, как на лицо его отставшей напарницы легла тень, лишь подчеркивающая загоревшиеся алым светом глаза.

Мда, своей смертью этот остряк явно не помрет.

— Грегори…

— Что, Амос?

— Лучше беги.

— О чем ты? — он повернулся, оценил картину и, сглотнув, пустился наутек. — Встретимся за обедом, Санхайд!

— А ну стой, говнюк! — Тонкс метнулась за ним следом подобно молнии, оставив меня далеко позади. — Врешь, не уйдешь! Увидимся в зале, Амос! — повернувшись, она выдавила на ходу извиняющуюся улыбку и помахала рукой уже с другого конца коридора, скрывшись через секунду за поворотом.

— Видал, какой глаз у моего наставника, Грегори?! Обещаю - к концу дня у тебя будет такой же, но в другом месте! — крик постепенно удалялся, пока не затих.

И ведь не уйдет от нее Оак. Тонкс очень быстрая и ловкая, хотя в повседневной жизни абсолютно неуклюжая. Сказывается её подсознательная неуверенность в себе. Но когда она сосредоточенна на цели… она меняется. Да и сам волшебник не особо-то и старается сбежать от напарницы, если честно. Извращенец-мазохист, наверное.

Забавные они. Вроде и неглупые, а назревающего между ними сексуального напряжения в упор не видят. Но это только пока что. Ставлю десять галеонов, что эти двое рано или поздно сойдутся. Вот выпьют разочек вместе, расслабятся, и завяжется у них служебный роман. Было бы чудесно. Мне вот такое развитие отношений было бы выгодно, как ни посмотри. Может, дать Грегори пару советов? Со стороны-то виднее. Их тянет друг к другу, но они отрицают очевидное и стараются не замечать этого.

Оак явно приревновал ко мне, а потому «дергает девушку за косички», а та, в свою очередь, осознавая что со мной ей ничего не светит, на самом деле ведется на его неуклюжие ухаживания, хотя делает вид что раздражена ими. Детский сад какой-то.

Ладно, пофиг. Главное — выжать из них побольше информации и не подставиться самому.

***

После обеда настал черед зельеварения. Благо, оно больше не вызывало у меня суеверного ужаса из-за моего антиталанта к сему направлению магии. За это я должен благодарить Аманду, которая оказалась на редкость отличным учителем, в отличие от своего декана. Хотя я все еще сомневаюсь, что стоит возобновлять наши уроки… но да ладно, посмотрим.

Из стажеров аврората за обедом удалось вытянуть лишь крохи, но по косвенным признакам получается, что аврорат постепенно переходит в боевой режим и оперативно пополняет ряды. Грюм и старшие авроры налегли на новое поколение авроров с увеличением тренировок и дополнительной нагрузкой. Те страдают, но терпят. Готовятся к чему-то. Скорее всего к серьезному противостоянию. А вот с кем… Хороший вопрос.

Министерство настаивает на том, чтобы аврорат и ДМП сосредоточились на поиске и захвате членов Дикой Охоты. Подозреваю, что к этому приложил руку один богатый блондин, благодаря которому Фадж все еще хоть как-то держится на плаву. Правда, про переизбрание на пост министра он может забыть, но, вероятно, до конца своего срока в кресле удержаться сможет.

К счастью для нас, у начальников аврората и ДМП, Аластора Грюма и Амелии Боунс, на этот счет имелись свои мысли, а потому они отдали тайное распоряжение своим доверенным и высокопоставленным помощникам лишь имитировать бурную деятельность в этом направлении, а на самом деле сосредоточились на поиске и отлове Пожирателей Смерти. Что хорошо для меня, да и для всех вокруг в принципе. Конечно, это всего лишь теория. Ни Оаку, ни Тонкс такие секреты не доверяли. Я просто сопоставил их слова с информацией, что и так была у меня на руках.

В таких размышлениях я пропустил момент, когда в аудиторию бесшумно вплыл черный призрак. Точнее, это был профессор Снейп, но от мертвеца его мало что отличало, так что моя оговорка простительна. Он, казалось, за последние недели сбросил килограммов десять, а ведь он и до этого не отличался упитанностью. Щеки впали, обострив скулы сильнее прежнего, под глазами были уродливые синяки, свидетельствующие о жуткой бессоннице. Жирные черные волосы стали сухими и ломкими, а также будто немного выцвели. Подозреваю, что зельевар давно не варил никаких зелий, сосредоточившись на чем-то другом. Лишь большой крючковатый нос оставался неизменным. Снейп походил на больного облезлого ворона.

Встав у кафедры, он повернулся к нам и безжизненным голосом стал читать лекцию. Поблекшие глаза смотрели куда-то сквозь нас, будто учеников он и не видел вовсе. Честное слово, сходство с профессором Биннсом просто таки поразительное. Но Биннс то уже, хе-хе, состоявшееся привидение, а Снейп только в перспективе им станет. Вероятность очень велика, потому что отчаяние и сожаление, скопившиеся в нем, ощущались чуть ли не физически. Если у Лили получится довести его до такого, то месть окажется даже более жетокой чем я предполагал. Мучения Северуса давно перестали быть моим делом. Это теперь личное между Эванс и Снейпом.

Лили оказалась куда коварнее и находчивее, чем я думал. Ее ненависть к бывшему другу, предавшему ее дважды, давала ей столько сил, подпитывая проклятье, что оно вышло на свой финальный виток куда раньше всех самых оптимистичных прогнозов. Она уничтожала его на всех уровнях. Физически. Психологически. Морально. Духовно. Магически.

Еще и дементоры до всей кучи…

Не уверен, что он дотянет даже до лета. Может статься так, что весна станет его погребальным венком.

Лили же, напротив, на фоне увядающего Снейпа, будто расцветала. Призрак, стоящий у декана Слизерина за спиной, наливался красками и терял прозрачность.

Вскоре её будет легко спутать с живым человеком. Разве что немым. Пока что.

И, должен сказать, что теперь я понимаю, почему за руку этой женщины велась такая ожесточенная, можно даже сказать, жестокая борьба. Лили выглядела просто шикарно. Немудрено, что в нее влюбились и Поттер, и Снейп и, как я подозреваю, еще парочка родовитых волшебников, задвинутых этой парочкой агрессивных малолеток куда-то в сторону. Поглядев на эту «бойню» за внимание одной магглорожденной девочки, другие претенденты просто покрутили пальцем у виска и решили не лезть, чтобы не отравиться кашей или не быть битыми толпой хулиганов в темной подворотне.

Мда, если так подумать, то Лили просто сказочно не повезло. Всех нормальных женихов распугали распетушившиеся быдланы, искусственно сузившие её выбор партнера до самих себя. Вроде и мир волшебный, а все как у обычных людей. Красавица в итоге встречается с нагловатым гопником.

А никем иным «мародеры» в моих глазах не были. Снейп тоже. Они друг друга стоили.

Лили действительно была красива. Длинные рыжие волосы жидким огнем стекали на плечи и вдоль спины. Никаких кудряшек, лишь прямые струи чистого огня. Зеленые глаза-изумруды цвета авады завораживали и притягивали взгляд. Воистину, ведьмовские глаза.

Длинные пушистые ресницы. Пухлые губки, покрытые черной помадой. Правильные черты лица. Немного, самую малость, веснушек на носу и щеках. Фигура — песочные часы, высший класс. Не знаю, пресловутые ли там девяносто-шестьдесят-девяносто, но выглядело очень естественно и гармонично. Возможно, даже более приятные глазу цифры.

Черное кружевное платье в готическом стиле лишь подчеркивало ее красоту. Широкий вырез на груди периодически смещал фокус от её изумрудных глаз на себя. Босые ноги парили в паре сантиметров над холодным полом.

Ее красоту не портила даже неестественная бледность кожи и пятна крови, то тут, то там проступающие на черном одеянии. Их было сложно сразу заметить на черном фоне, но если присмотреться — то можно. Одинокая струйка рубиновой жидкости стекала по ноге, вилась у пальцев и каплями разбивалась о пол, бесследно исчезая при соприкосновении словно дым.

Повезло, что её мог видеть только я и, иногда, когда ей было это нужно чтобы помучить его, Снейп, иначе ученики залипали бы на шикарную призрачную ведьму, вместо того чтобы записывать скучную лекцию.

И как только у Тома поднялась рука убить такую красоту? Воистину, темный человек. Варвар!

Неудивительно, что Снейп до сих пор по ней с ума сходит. Красивее разве что моя Фелисити.

Лили, встретившись со мной взглядом, кивнула, а после положила руки на плечи преподавателя. Снейпу словно пару мешков с цементом на плечи закинули. Тот ссутулился, а его голос, до этого все еще более-менее разборчивый, превратился в какое-то бессвязное бормотание. Ученики, даже те, что сидели в первых рядах, не могли разобрать его речь, как бы ни напрягали слух. В попытке уловить хоть что-то, они потянулись к профессору. Это была ошибка.

Внезапно Снейп будто встрепенулся. Его глаза налились силой, как мне тогда показалось. Я даже подумал, что он словил момент ясности или что-то вроде того - но нет. То, что я принял за проявление силы воли, оказалось приступом безумия.

Ужас подземелий выхватил свою волшебную палочку и стал разносить все вокруг заклинаниями, словно безумец… или Поттер в лавке Оливандера. Он орал какую-то тарабарщину, брызжа слюной и, кажется, плакал.

Разлетались в щепки шкафы с ингредиентами, парты, стулья и котлы. Вопили ученики. Особенно шокированными оказались слизеринцы, с которыми у нас и были парные занятия. Они традиционно заняли ближайшие к своему декану места и огребали сейчас больше всех от своего обезумевшего профессора. Я пока не вмешивался. Зачем? Пускай закапывает себя еще глубже. Если он лишится работы, то потеряет очередной якорь, и в одиночестве загнется быстрее.

— Ааааа! Я…! не…! хотел…! этого…! Нет-нет-нет! Все должно было быть не так, слышишь! Ты… должна! Была! Моей! Моей стать! Он обещал! Обещал мне! Лжец! Все лжецы!!! И ты, шлюха! Ааааа! — орал Снейп, разнося очередной котел, выплескивая на опешивших слизеринцев недоваренное с прошлого раза зелье. Те в ответ тоже орали. Но от боли. Едкая дрянь шипела и дымилась на коже, почти как кислота. Была бы тут Аманда среди них, я бы вмешался, а так… с удовольствием наблюдал за мечущейся по полу Селвин. Половину волос на её голове сожгло едким отваром, пролитым на пол из шкафа с ингредиентами, из-за чего она сейчас выглядела комично и жалко.

Мимо пролетела верещащая мандрагора, благо хоть молодая, а то могли бы появиться первые трупы. Пара учеников, что оказались в радиусе ее поражения, просто потеряли сознание. Хорошо что я заприметил опасность заранее и заткнул уши, иначе присоединился бы к ним. Есть и минусы в отличном слухе оборотней.

Несколько рейвенкловцев попрятались под парты и лишь немногие вытащили палочки и возвели вокруг себя и остальных однокурсников щиты — протего тоталум. Я и Кэрол были среди них.

А что? Репутация обязывает. Не думаю, что Локхарт или Дамблдор оценили бы мое полное бездействие. Я позиционировал себя как весьма одаренного дуэлянта.

Снейп продолжал буйствовать. Никто не решался остановить взбесившегося темного мага. Слизеринцы на карачках, один за другим, заползали под наш щит. Пришлось вытянуть Селвин из-под бомбарды. Может она и стерва продажная, но умереть вот так… это уже перебор. У меня есть немного совести. Если ей суждено умереть, то пусть я хотя бы не буду в этом замешан. Даже косвенно.

Когда я ощутил приближение мощной ауры, то решил действовать на упреждение. Снейп уже достаточно накуролесил для увольнения, так что пускай лучше я заработаю пару баллов в глазах окружающих, нежели он разнесет очередной стеллаж с травами и будет обезврежен спешащим сюда профессором Локхартом.

— Инкарцеро! — сделал я шаг вперед, выйдя за барьер. Предполагалось, что это будет легкий прогулкой. Профессор явно был в неадеквате, и физическое состояние его было так себе, но он на чистых рефлексах смог уклониться, пропустив над головой мои материализовавшиеся цепи. Вот курва!

В следующую секунду мне пришлось отражать щитом, да под углом и сугубо по касательной какую-то убойную дрянь, которая при попадании в тело человека превращала его внутренности в фарш. Магический дробовик, не иначе. Падлюка не мелочился. Почувствовав опасность, он начал бить на поражение.

Ответное оглушающее заклинание он принял на щит, метнув в меня молнию, тут же перенаправленную в потолок.

Не могу сказать, что с его глаз спала пелена ярости, но он стал сражаться на вбитых за долгую и непростую жизнь инстинктах и рефлексах. И у него получалось. Хорошо получалось. Пришлось сделать пару шагов назад, уперевшись спиной в оставленный позади купол щита.

От досады я цокнул языком и подал знак свободной рукой. В бой вступила Кэролайн, поддержав меня огнём. Я не собирался показывать всем присутствующим свой настоящий уровень магии, так что мне требовалась поддержка для продолжения наступления. Локхарт уже был в коридоре. Возможно, я не успею спеленать буйного до его прихода. Проклятье!

Напор Снейпа оказался подавляющим для любого нормального ученика Хогвартса. Он бы и десяток выпускников в пыль мог стереть на своем пике. То, что мы вдвоем его теснили — уже было подвигом в глазах всех свидетелей. Конечно, потом все спишут на его неадекватное состояние и слабость, чтобы не раздувать эго каких-то там грязнокровок, которые не побоялись выступить против взбесившегося бывшего ПСа, когда все остальные лишь хлопали ртами в немом шоке как рыбы.

Секунды субъективно растянулись в минуты. Разогнанное сознание помогало анализировать и продумывать свои дальнейшие шаги. Было принято решение задавить его непрерывными, простыми но быстрыми, атаками. Словно гвоздь молотком. Мы с Шарпхарт стали наносить удары по очереди, непрерывным потоком, заставив профессора уйти в глухую оборону.

Но простыми заклинаниями его защиту было не пробить и за пять минут. Которых у нас, к слову, все равно не было. Локхарт уже был за дверью. Какой он быстрый, однако. Я прогнозировал, что у нас есть еще хотя бы еще секунд тридцать… но да ладно. Все равно пришлось бы использовать козырь.

Я передал мысленный приказ Лили, и проклятье активировалась с новой силой, заставив Снейпа на секунду замереть и отвлечься. Его глаза расфокусировались и он оступился, зацепившись ногой за валяющийся по всему залу мусор. Одна секунда в подобном бою - это много. Очень много.

Оглушающее от меня и связывающее от Кэролайн настигли его мгновенно, отбросив к стене и заковав в цепи. В ту же секунду дверь за нашими спинами распахнулась и в аудиторию, подобно урагану, влетел запыхавшийся профессор Гилдерой Локхарт. Ого, похоже он мчался сюда на всех парах через пол-замка, если судить по его взъерошенной прическе.

— Что, Мордред вас подери, здесь происходит?!

Синие глаза впились в мои в поисках ответа. Палочка в его руках гуляла по залу, но нет-нет, да останавливалась на мне. Уф, опасно. Понятно, что со стороны все выглядело так, как будто это ученики подняли бунт и напали на преподавателя, а не наоборот. К счастью, у меня было полно свидетелей обратного. Звенящая тишина опустилась на аудиторию.

— Добрый день, учитель. — я спокойно поклонился, убирая в кобуру свой концентратор. Это немного успокоило его. Кэролайн поступила так же, и он расслабился еще больше.

Тогда-то тишину и прорвало. Ученики, наперебой, стали галдеть, жаловаться и объяснять ему что произошло. Бедный Локхарт устало потер переносицу, поглядывая на связанного коллегу, пускающего слюни. Многие в тот день попали в медпункт, а Снейпа забрали подоспевшие чуть позже авроры.

Жаль, что Азкабан ему не светит. Есть смягчающие обстоятельства в виде его проклятья. Но то, что его больше не допустят учить детей — факт состоявшийся. Фадж сейчас в такой жопе, что использует любой инфоповод, чтобы отвлечь от своих провалов внимание людей и перекинуть горячую картошку кому-то еще. Дамблдору, например. Пускай это в долгосрочной перспективе все равно что стрелять себе в ногу, но у него просто нет других вариантов. Ему нужно прикрыть жопу здесь и сейчас…

Хотя я бы на его месте все равно не стал бы этого делать. Директор сам кого хочешь в асфальт закатает. Что ему стоит сместить акценты и бросить горячую картошку обратно, заявив, что состояние Снейпа — работа дементоров, которых направил в школу Фадж, а?

Мол, с ним же все было нормально, а стоило появиться душесосам, как он пошел вразнос. Посмотрите только, люди добрые! Даже взрослый волшебник, целый профессор, что преподавал в Хогвартсе десятилетие — не выдержал и сломался. Что уж говорить о бедных детях? Ай-яй, кто-то должен понести за это наказание…

Да уж, новый год начался весело, и что-то подсказывало мне, что далее будет только веселее.

И еще немного Лили:

Глава 66 Последний вздох

Я сидел на одной из двух оставшихся лопастей старой мельницы, стоящей у мелкой грязной речушки. Было видно, что раньше она была куда более глубокой и широкой, возможно даже вода в ней не была похожа на болотную тину, но сейчас… жалкое зрелище — след от активной жизнедеятельности человечества, не отягощенного думами о природе. Две отвалившиеся лопасти валялись неподалеку. Одна застряла в мелководной реке, другая стояла, прислонившись к покосившейся стене мельницы.

Прядильный Тупик — район города, который еще лет двадцать назад считался местом жительства всяких нищих, бандитов и бродяжек. Сейчас? Сейчас ни одно из окон давно заброшенных домов не светилось в ночи. Кроме одного. Словно блестящий глаз падальщика, он ярко горел средь пустых корпусов домов, чем-то напоминающих ребра неупокоенных скелетов. Разве что кое-где все еще тлел огонь в высоких промышленных бочках, возле которых, сгрудившись в кучки, грелись нищие.

Да, именно здесь провел свое детство Северус Снейп, он же Принц—полукровка из некогда знатного и могучего рода. Принц бедняков, хах, ведь именно так его дразнили Поттер и Ко? Зато теперь-то я понимаю, откуда взялась вереница его комплексов и фобий, желчь и ненависть. Жить в таком месте и подвергаться нападкам со стороны избалованных аристократов, живущих в свое удовольствие в школе… такое себе удовольствие. Но я его не жалею, конечно. Он не один такой исключительный. Многие терпят лишения, но не все становятся… Снейпом. В конце концов — у всех есть выбор, и он свой давно уже сделал. И теперь его настигли последствия.

Отсюда, благодаря моему острому зрению и оптике от первоклассной снайперской винтовки, которую я скрутил как раз на такой случай, я мог хорошо видеть всё что мне нужно, прямо через кухонное окно четырёхэтажки. Там горел свет и хорошо было видно единственного жильца.

Профессор сильно сдал за последнюю неделю, надо признать. Он и раньше смахивал на не особо свежего инфернала, а теперь и подавно. Даже его кожа приобрела какой-то нездоровый желтый восковой оттенок. Лоснилась жиром. Словно он превратился в одну из этих восковых фигур из музея Мадам Трюдо или как там её? Тюссо? А ещё, кажется, он начал лысеть, что вообще нонсенс.

Жаль, что я не увижу, как старый, сгорбленный и плешивый профессор безжизненным голосом ведет очередной урок у первогодок, задвигая им речь про «закупорить смерть в бутылке» и «повернуть время вспять». Они бы посмотрели на такой чудный пример перед глазами и задвинули его предмет в конец списка важных для изучения, ха-ха. Не помогли ему его любимые зелья ни внешность сохранить, ни разум, ни жизнь. Сегодня он лишится всего, что у него осталось, сделав последний вздох, подарив его Лили. По иронии судьбы и немножко меня, благодаря этому она сделает свой первый, пускай и метафорический, вздох, вернувшись в этот мир в своей новой форме.

Профессор сидел за столом, в окружении пустых бутылок дешевого пойла, уткнувшись лицом в стол. Кажется, он бормотал что-то себе под нос, при этом пытаясь руками зажать себе уши. Склонившемуся над ним женскому силуэту это, вроде, не особо-то и мешало лить ему в уши яд, доводя до истерики и помешательства. Я не врач, не целитель, но даже мне было видно, что у него не просто жар, а настоящая белая горячка. Состояние Снейпа было просто ужасным. Слипшиеся от пота патлы лезли в глаза, а сквозь потрескавшиеся губы на стол стекала то ли слюна, то ли рвота. Отсюда не разобрать.

И как его вообще выпустили из Мунго? Неужели не хотели портить себе статистику и выперли его умирать где-то в темной подворотне, как побитую собаку? Я достал копию медицинского заключения и пролистал до подписи дежурного менталиста. Достать её было нелегко, но звонкая монета и нужные знакомства частенько открывают чужие секреты. Посмотрим…

Ах вот оно что... Они надеялись, что ему станет легче и он уйдет на тот свет более счастливым, в окружении семьи и друзей, в отчем доме. Они не видели смысла затягивать его агонию и отпустили доживать последние деньки, как он сам того захочет.

Я окинул скептическим взором округу. Потом хорошенько рассмотрел батарею пустых бутылок, которые окружили его, как вороньё падаль. Ну да, отличный был план. Надежный, как бузинная палочка. Вместе с дешевым вискарём он купил себе в магазине веревку и мыло наверняка чтоб помыть волосы и… ну, не знаю даже, для чего бы могла сгодиться веревка. Подвязать полочку? Короче, халтурно работают наши целители, халтурно. Но в данном случае — одобряю. Если это, конечно, не ловушка на меня. Тогда не одобряю.

Сидел я здесь уже добрых два часа, сорвавшись ночью по сигналу-триггеру проклятья. Спираль смерти должна была вот-вот затянуться на шее профессора, но я не вмешивался. Только наблюдал издалека, не смея колдовать. Даже несмотря на неприятную холодную морось, лезущую под маску. То ли мокрый снежок пошел, то ли дождик.

Я давно заприметил пару наблюдателей от Отдела Тайн и аврората, но они дежурили на крышах ближайших домов, а я сидел в засаде в добрых трех километрах. Наверное, решили проверить, придет ли на этот раз преступник на место своего преступления… Можно ли сказать, что они угадали, но просчитались в дистанции?

Я бы и вовсе не пришел, потому что на профессора мне, по большей части, уже плевать, сдохнет и ладно — заслужил. Но мне нужно было подстраховать и забрать с собой Лили. Нужно было закончить привязку к моей ауре до конца, иначе ей придется брать ману где-то еще. Учитывая её новую природу — боюсь, это может плохо закончиться. Личность Лили может вступить в конфликт с её новой сутью и пойти вразнос… Зачем доводить до такого, если решение лежит на поверхности?

Азы высшей некромантии, практически. Некромант выступает источником «жизни» для своих шедевров, что обеспечивает их лояльность и позволяет им всегда быть поблизости. Разве что ему нужно сделать «стационарную» нежить, которая будет привязана к магическому источнику, например, для охраны своей тёмной цитадели или замка. Правда, о мобильности, а также стабильности такой нежити можно будет забыть, как и об абсолютной лояльности. Высшая нежить обладает разумом, в зависимости от типа, так что тут нужно быть осторожным.

Все равно что держать на привязи во дворе бешеную собаку. Да, грабителям придется туго, но всегда есть шанс самому огрести, или гостей подставить, если у нежити совсем шарики за ролики заедут и она сорвется с цепи. Редко кто добровольно становится высшей нежитью, кроме личей, так что сами понимаете… некромантов они не жалуют, и если нет привязки — могут запросто голову открутить. Вот как дементоры своему создателю, например. Хотя Лили исключение из правил.

В принципе, даже без меня под рукой, Лили смогла бы добраться до другого города и там со мной встретиться, но авроры и тайнюки меня напрягали. Вдруг помешают? Так-то, высшей нежити, да еще и такого, не совсем обычного типа, вряд-ли что-то смогут противопоставить всего-то пять не самых сильных волшебников, но хер его знает, на что способны сотрудники Отдела Тайн.

Может у них артефакт какой есть с собой, и я уж не говорю про вероятность использования хроноворота для такого дела. Увидели, как она материализовалась, доложили наверх, а Отдел Тайн нашел способ нанести вред, кто-то из сотрудников прыгнул в прошлое, чтоб законтрить еще не вошедшую в полную силу нежить, пока она без привязки к ауре некроманта. Не обязательно ведь прямое вмешательство, что сулит кучу проблем с временной линией и возможные парадоксы. Можно просто издать письменный приказ на выдачу перед миссией доп. оборудования двум агентам, или вроде того. Это куда безопаснее. И у них могло бы всё получиться в таком случае.

Но тогда вмешаюсь я. Второй раз использовать часики ради того, чтобы законтрить еще и меня, они не будут - ведь это даже не удваивает риски появления временного парадокса, а возводит их в степень. Они пойдут на это только в самой критической ситуации. Появление сильной нежити и оборотня, не настроенных крушить все вокруг аки Халк, да еще и в безлюдном районе города, где нет свидетелей и угрозы нарушения Статута, не должно спровоцировать их на такой шаг. Наверное.

Однако, на такой маловероятный случай, я оставил Фел на базе и предварительно накачался ее магией почти до предела, так что если припечёт — буду сражаться не как Истинный Оборотень, а как волшебник. Плюс отряд быстрого реагирования для подстраховки давно был собран и ожидал трансгрессии по команде. Я не собирался превозмогать вражеские подкрепления в одиночку.

Ну вот, наконец-то Снейп решился. Одинокая лампочка на прорезиненном проводе призывно болталась под потолком, будто убеждая повторить ее опыт одного незадачливого ПСа.

Он встал со стула, пошатываясь подошел к окну и раскрыл его. Сделал вдох, наполнив легкие холодным январским воздухом, тряхнул головой и приступил к делу. Хмыкнув, я потер руки и размял шею, внутренне радуясь тому, что скоро со всем будет покончено и я смогу вернуться назад и немного поспать, однако в этот момент…

— Значит, это всё-таки был ты. Стоило догадаться. На островах сейчас не так уж и много настолько наглых и самоуверенных мастеров малефикаров.

Я замер. По спине прошла волна мурашек. Голос был знакомым. Неужели он меня узнал? Нет. Не должен был. Маска и прочая маскировка должны были защитить меня в любом случае. Имелась в виду моя публичная личность Черного Волка, главы Дикой Охоты, я полагаю.

— Ну и ну, кто к нам пожаловал? — я повернул голову в сторону крыши мельницы, на которой стоял мужчина. — Не думал, что встречу здесь знаменитого героя, охотника на чудовищ, господина Гилдероя Локхарта. Пришли спасти своего коллегу? Нет, не похоже, иначе вы были не здесь, а вытаскивали бы его из петли, не так ли?

Поразительно. Как он смог так близко подобраться, не потревожив мой слух? И как вообще смог найти? Я специально не использовал никакой магии и даже охранный периметр вокруг себя не выставил, за что и поплатился, вероятно. Ближе он подобраться не смог бы при всем желании, потому и заговорил. Всплеска магии тоже не было, иначе я бы почувствовал. В общем, он поступил так же, как и я, не используя магию, полагаясь на своё тело насколько возможно. Тем удивительнее то, что он смог переиграть меня на моём же поле.

Действительно, первоклассный охотник на монстров, да уж…

Я встал на ноги, спокойно балансируя на ребре ветряной лопасти, слегка качающейся и скрипящей на ветру. В руку скользнула, привычная уже, запасная волшебная палочка, а в левой была крепко зажата модифицированная трость. В ней притаилось, до поры, аки жало, проклятое лезвие. Я не забыл слегка припасть на одну ногу, демонстрируя несуществующее ранение. Вот уж перед кем я обязан был сыграть роль, чтобы не вызвать подозрения у Локхарта.

— Это лишь отсрочило бы его смерть, ничего не изменив. — покачал головой златокудрый волшебник.

Его широкая алая мантия почти не развевалась на ветру, столь плотным был материал. Настоящая тканевая броня. Прямо как у меня. Эх, а мы действительно похожи.

— А вот поймать за руку его убийцу и задать парочку вопросов не помешало бы. Тем более… смерть малефикара нередко ослабляет проклятье или вовсе его развеивает. И вот я здесь.

— Да, и вот мы здесь. — кивнул я. — Но неужели вы действительно думаете, что меня будет так легко поймать и допросить, ммм? Кстати, моя смерть лишь усугубила бы ситуацию, хотя, откровенно говоря, уже и усугублять-то нечего. Ему конец - что так, что эдак. Время вышло. Вы опоздали.

Локхарт как-то подозрительно хмыкнул на фразу «время вышло»

— Ну, вышло так вышло. — пожал плечами профессор. — Что до вопроса поимки… Для меня — проще простого. — ухмыльнулся волшебник. — Тебе удавалось водить за нос молодняк, но сможешь ли ты противостоять по-настоящему опытному и умелому противнику?

— Ну, наверное, сейчас и узнаем, а? — вопреки моей браваде я немного нервничал. Локхарт — это не тот противник, которого можно уложить на лопатки парочкой заклинаний из школьного курса. Снейп тоже, но он был в очень плохом состоянии, чего не скажешь про его коллегу. Проклятье! Лучше бы на меня вышел Грюм, чем эта машина смерти. — Прежде чем мы начнем… интереса ради, вы ловили меня на живца, или…?

— Или. Хотя… знаешь, скорее оба варианта верны. — Гилдерой улыбнулся белозубой улыбкой, оттягивая ворот накрахмаленной рубахи. Поддев кончиком палочки золотую цепочку, он мельком демонстрировал хроноворот. — Ты показал себя довольно скользким типом, так что я одолжил это у кое-кого, на всякий случай. И не прогадал. Найти тебя было сложнее, чем я думал, и мне едва хватило времени даже с этой штукой. Ну что же, теперь, пожалуй, начнем?

— Да…

Порыв ветра бросил в глаза пригоршню снежинок, оставшихся на прикрытых ресницах едва прищуренных глаз. Две вспышки разорвали ночную тьму и тишину. Раздался треск, словно от статики или двух столкнувшихся магнитов. Два силуэта так и не сдвинулись с места. Противостояние грубой силы показало, что разница не столь уж и велика, как думалось златовласому.

А я вот обтекал. Сейчас во мне бушевала объединенная мощь двух сильных пользователей магии. Меня и Фел. И этого едва хватило, чтобы заблокировать первую же атаку. Быструю, сильную, да, но едва-ли сильнейшую. Локхарт рассчитывал вырубить меня сразу, но не бил в полную силу, очевидно.

— Любопытно. Очень любопытно. — почесал покрытую недельной щетиной щеку профессор ЗОТИ. — Значит слухи не врали, и ты действительно не так прост.

— Могу сказать о тебе то же самое. Не ожидал такого напора от второсортного писаки… — я решил отбросить фамильярность, раз уж мой оппонент изначально обходился без нее. Было бы странно, если бы я продолжил быть вежливым в такой ситуации.

Странно, но Локхарт никак не отреагировал на ответную колкость, хотя мне казалось, что это должно было его немного уязвить. Либо хорошо держит лицо, либо ему плевать на собственную писанину, приносящую ему неплохой доход. Скорее всего второе, не исключающее первое.

— Мы только начинаем, волчонок. — ухмыльнулся волшебник, сделав движение, словно выпад рапирой.

Щит, который я наспех создал, снова едва выдержал, но кинетическая сила не рассеялась полностью, и меня снесло с моей «жердочки».

Кувыркнувшись в воздухе, я умудрился приземлиться на ноги, чуть подогнув колени, тут же отражая прилетевший следом залп взрывного конфринго в сторону соседнего здания. Домик тут же расцвел десятком небольших взрывов и задрожал, угрожая обрушиться и завалить обломками мостовую. Еще одно такое попадание эта халупа точно не выдержит. Сильно.

Время обмена любезностями прошло и на смену колким замечаниям пришли боевые заклинания. Все как-то завертелось. Пламя, лед, взрывы, темная магия и лучи проклятий превратили ночь в настоящую адскую дискотеку. Сила заклинаний была так велика, что от большинства я предпочитал уклоняться, не рискуя принимать их на щит. Правда и Локхарт был невероятно быстр, что не позволяло мне полностью полагаться на ловкость. И откуда у него такие рефлексы и сила? Он что, как ведьмак закинулся допингом перед схваткой? Похоже на то. Человеческое тело просто не может двигаться… так.

Прогремел взрыв. Моя контратака снесла крышу мельницы, вынудив златовласку опуститься ниже, встав на бренную землю. Отбиваться от атак с возвышенности было сложно и опасно одновременно. Не хотелось бы мне повторить жизненный путь Энакина Скайуокера. Учитель и ученик, дуэль судьбы и все такое. Нафиг-нафиг. Никаких «Я стою выше тебя».

Грохот стоял знатный, наверняка разбудив всех окрестных бомжей и крыс. Наверняка наблюдатели уже спешат сюда, бросив свой пост. У нас тут явно было поинтереснее. Надеюсь, они действуют не заодно, а раздельно. Улучив момент, я постучал по навершию своей трости, отбивая нужный ритм, посылая зашифрованное сообщение Фел. Некогда мне еще и с аврорами разбираться, пускай волки перехватят и займут их на какое-то время.

Мне не нужно видеть, чтобы знать, что Снейп осуществил задуманное и испустил дух сразу же, как началась наша схватка. Как я и думал, Локхарту было плевать на жизнь зельевара. Не удивлен. Сочувствующих у него даже средь стен школы осталось немного, особенно после его выходки. Даже слизеринцы отвернулись от полоумного профессора.

Я чувствовал, как доселе напряженная, словно пружина, темная магия срывается бурным потоком и вливается в конструкт, завершая ритуал. Долгожданная месть свершилась. Дух Лили впитал всю накопленную магию без остатка и стал воплощаться.

Ринувшиеся в нашу строну авроры и тайнюки замерли в нерешительности, не понимая, куда им бежать. В итоге решили разделиться. Не самое умное решение. Один масочник и один аврор поспешили обратно, а остальные продолжили путь в нашу строну. Но когда они еще добегут… Бой проходил на таких скоростях, что наверняка успеет закончиться еще до того как они преодолеют разделяющие нас километры. Вопрос в том, чем он закончится? Моей победой или поражением? Шансы были пятьдесят на пятьдесят. Правда, мне не обязательно было побеждать. Лишь потянуть время. Это было проще.

И тут под ногами ожили корни давно засохшего дерева, обвив лодыжки. Они были столь прочны, что я не мог их разрезать ни секо, ни вырваться из древесных пут силой. Будь у меня время, я бы смог что-то придумать, но кто ж мне его даст, а? Точно не сокращаюший постепенно дистанцию волшебник.

Похоже, мои шансы на удачный исход только что сильно снизились. Уклоняться, оставаясь на месте, было чертовски сложно и мне приходилось все чаще встречать удары ответными заклинаниями и щитами. Хуже всего было то, что Локхарт совершенно не использовал проклятья и темную магию, от которых у меня был неплохой иммунитет, из-за чего я не мог выгрызть себе даже небольшую передышку, просто приняв что-то на грудь.

У меня постепенно начали накапливаться раны. Благо, тканевая броня из собственной шерсти в образе Истинного Оборотня и шёлка акромантулов смягчала урон, но не полностью. Плюс, ее прочность постоянно падала и кое где уже зияли прорехи, из которых на землю сочилась кровь, тут же испаряясь от нестерпимого жара вокруг. Локхарт тоже получал раны, но куда реже. Верткий засранец. Я пытался обездвижить его, как он меня, но он быстро растапливал лед и крушил камни, которыми я пытался сковать его ноги.

Становилось тяжело дышать. Похоже, Локхарт создал вокруг нас что-то вроде гигантского головного пузыря, выжигая кислород внутри. Псих. Но дело плохо, потому что его огонь и не думал затухать. Проклятье, магическому пламени кислород для горения не так уж и важен, его можно заменить магией. Я сплюнул на землю, но моя слюна испарилась еще до того как достигла земли. Становилось всё жарче. Меня загоняли в угол, выявив мою слабость к огню. Противник собирал обо мне данные, не так ли? Ожидаемо, но я не думал, что это случится так скоро. Локхарт действительно опасный противник. Очередная рана на плече от осколка пролетевшего мимо разогнанного каменного снаряда неприятно саднила, постепенно затягиваясь. Слава регенерации, я не истеку кровью… быстро.

Я возвел вокруг себя текучий водяной щит, который так любила Фел, добавив внутрь собственной крови, заимствуя идею Кэролайн. Он неплохо помогал держать жар благодаря плавающим внутри осколкам черного льда. Да, я настолько струхнул, что подключил к защите собственной тушки высшую магию и свой козырь. Буквально на коленке, от отчаяния, придумал что-то новое. Не зря я загодя наморозил себе ледяной крошки и покрыл ею лезвие. Ему-то проклятый лёд не вредил, ведь оно само из него состояло, так что это было более-менее безопасно. Это выиграло мне время и я смог наконец-то освободиться от назойливых корней, заморозив их и тут же раздробив ударом трости.

Локхарт поморщился, когда я наконец-то снова смог двигаться и уклоняться от его атак. Видок у меня, правда, был… ну, не очень презентабельный. Кажется, недавно я шутил над бомжами? Теперь я сам от них не сильно-то и отличаюсь. Изорванная мантия и одежда под ней. Подкопченная маска и покрытые волдырями от жара руки. Ботинки из драконьей кожи лишились подошв, из-за чего в кожу теперь впивались острые осколки всякого мусора, разбросанного взрывами, да и вообще наступать на пышущую жаром землю было очень неприятно. Поверхность грунта стала как лава, почти буквально. Пришлось еще немного растянуть щит, так, чтобы я мог наступать на него. Конечно, я держал черные осколки подальше от своих ног, но все это было дополнительной нагрузкой на мозг, который и так немного закипал.

К счастью, не только дерьмо случается.

Из переулка возле дома Снейпа вывалился отряд волшебников в волчьих масках и ринулся наперехват разделившейся пятерке, застав их врасплох. Их возглавляли тройняшки-церберы, так что я не сомневался в исходе. Пять на пять, но преимущество было на нашей стороне, несомненно. Первая парочка, что были к ним ближе всего, отправились в нокаут почти мгновенно. Тройка, что уже была ближе ко мне, развернулась и побежала в обратную сторону, на помощь успевшим подать сигнал тревоги коллегам. Они выбрали узкий переулок, где смогли закрепиться и дать бой.

Тц, они мешали моему подкреплению поспеть ко мне на помощь. Ну, хоть Лили смогла спокойно закончить свое воплощение. Я почувствовал на себе ее взгляд. Потом он соскользнул на… похоже, Локхарта, который знатно так вздрогнул. Потому и догадался. И даже смог ужалить его ногу проклятьем иссушения, воспользовавшись небольшой заминкой. Впрочем, он быстро нивелировал эффект и отделался легкой хромотой на левую ногу. Зато разозлился. Сука.

Земля под ногами вспучилась и я едва успел перекатиться в сторону, избегая шипов, блеснувших в отсвете разгорающихся пожаров сталью. Ого, да он еще и в трансфигурации профи. Неожиданно. Тоже покажу ему кое что.

Однако мой ответный удар он смог легко рассеять по ветру и запустить в небеса. Жаль, значит жидкий азот потрачен впустую. Как и проклятье, которое я пытался спрятать за ним и впечатать ему в сердце. Его он тоже приметил и принял на светящийся молочно-белым светом щит. До чего же неприятный противник. Вот вроде и спарринговал с ним в Хоге, и учился у него даже, но там он не показывал и десятой доли своей силы. Я тоже, но… Грёбанный монстр.

Волна огня, которая обрушилась на мою жидко-ледяную сферу, оказалась столь сильна, что я даже еще немного подкоптился сквозь свою защиту. Вода и кровь полностью испарились и лишь мелкая ледяная крошка хищно блестела черными гранями. Руки и шею покрыли серьезные ожоги. Волдыри лопнули, принося мучительную боль. Маска уберегла лицо и волосы, хотя по краям все было не так радужно. К счастью, регенерация уже работала и должна была избавить меня как от следов «копчения», так и от страшной боли уже к завтрашнему утру… НО! Пока что боль и ожоги все еще со мной, и это пиздец как больно. Я едва мог двигать пальцами, стреляющими адской болью на каждое движение, что было опасно, учитывая то, что из-за этого магию творить становилось сложнее.

Разозлившись, я не сдерживаясь саданул в ответ волной темной магии, погрузившей все в непроглядную тьму. Да, это лишь выиграло мне секунду, после чего ее развеял яркий свет из кончика волшебной палочки моего оппонента, но в таком бою и секунда может решить исход битвы.

Тонкая связь, образовавшаяся между мной и духом Лили в бытность её еще моим проклятьем, натянулась, что свидетельствовало о том, что она использовала её на полную, вытягивая из меня ману. Она смогла зачерпнуть через нее лишь немного, но и этого хватило, чтобы значительно ускорить её. Она уже проскочила отряд Дикой Охоты, добивающий последнего тайнюка (не насмерть, таков приказ). Вот что значит передвигаться по воздуху. Сильно экономит время.

Я чувствовал её эмоции, такую ярость и ненависть, что мне стало как-то не по себе. Радовало лишь то, что направлены они были не на меня, а на Локхарта. Когда он успел пройтись по ее призрачным мозолям, интересно? Или это она за меня переживает? Ну, возможно, но как-то… сомнительно.

Чем ближе была Лили, тем сильнее укреплялась нить связи, мутируя в полноценную привязку между некромантом и его шедевром. Добровольная привязка! Мощная связь, в перспективе, даст ей больше сил, чем я рассчитывал. Но и верность идет в комплекте, что хорошо. Лили стимулировала развитие со своей стороны, так как я попросту не мог сконцентрироваться на чем-то другом во время напряженного боя и отмечал это всё краем сознания, разогнанного до предела окклюменцией.

Я подобрался поближе, сам сократив дистанцию, и почти в упор выпустил крайне спрессованный шип черного льда в учителя, превратив остатки защиты в оружие. Тот не успел полностью уклониться и принял его на плотную ткань плаща. Материал выдержал, не порвавшись, тем самым спасая жизнь волшебнику, но кинетический импульс погасить не смогла, и удар пришёлся по ребрам Локхарта, отбросив его назад и впечатав в стену. Удивительно, но я так и не услышал хруста костей. Похоже, в костях даже трещинки не образовалось. Из чего, бляха, сделан этот волшебник и его шмотки?! Чит! Читтер!

— Недурно. — скупо похвалил он, легким щелчком пальцев расстегивая серебряную застежку у шеи и сбрасывая медленно покрывающийся черной наледью плащ. — Проклятый лёд… Опасненько. Теперь у меня нет сомнений, кто причастен к созданию Черного Сада. Осталось проверить только ещё кое что…

Только сейчас я заметил ножны, висящие у пояса. Ранее их скрывали широкие полы плаща и, вероятно, какая-то магия, но сейчас то я их разглядел и вздрогнул, когда меч их покинул. Мощь, исходившая от него, поражала. Даже мой собственный меч сильно уступал ему. Хотя он пока еще только растет, так что у него все впереди, но сейчас я был просто в шоке. Какого?! Моргана же говорила, что подобные мечи та еще редкость! Откуда? Если только… Ну да, конечно… Как я сразу не догадался?

— Это меч Годрика Гриффиндора? — спросил я, непроизвольно сделав шаг назад.

«Лили, поторопись, иначе не к кому будет привязываться!» — мысленно взвыл я.

— Гриффиндора? — непонимающе переспросил он, моргнув глазами.

— А-а-а… — спустя мгновение он будто что-то понял и зловеще рассмеялся. — Ах-ха-ха. Нет, волчонок, это не меч Гриффиндора. Но поверь мне, он ничуть не хуже. Сдавайся, коль жизнь дорога. Иначе…

Впрочем, что «иначе» он договорить не успел, потому что на него налетела полупрозрачная фигура рыжеволосой бестии, одним слитным движением вспоровшая отросшими когтями его руку, держащую волшебную палочку. Пять кровавых борозд, фонтанирующих кровью, заставили Локхарта отступить. Он вскрикнул от неожиданности и ударил мечом наотмашь, но Лили успела пригнуться и юркнуть ко мне за спину.

В отличие от меня, он не мог почувствовать её приближения, не имея нашей связи. От удара его меча в пространстве распространилась пышущая жаром, белоснежная горизонтальная волна магии, которая прошла сквозь ближайшие здания, аки серп сквозь колосья пшеницы. Их словно лазером распилило пополам. Если бы кто меня спросил, на что эта атака похожа, я бы сказал, что чисто визуально — на солнечный протуберанец.

— Ну нахер… — пробормотал я себе под нос, чуть теряясь перед такой необузданной мощью. Но почувствовав холодные руки Лили на своих плечах, сжавших их с такой силой, что затрещали кости, быстро пришел в себя. Она шепнула мне на ухо, что нужно срочно уходить, воспользовавшись тем, что Локхарт выронил волшебную палочку и не мог нам помешать трансгрессировать. Вот только у него в руке еще был этот его лазерный меч…

Я полез рукой в карман изодранных брюк, молясь магии, чтобы портключ не пострадал. Нащупав серебряный колокольчик, я вздохнул с облегчением, сжав его кровоточащей рукой.

Синие глаза вновь сфокусировались на мне, свидетельствуя о том, что внезапная атака и ранение больше не отвлекают его от поставленной задачи. Локхарт явно что-то почувствовал. И в его глазах я видел смертельный приговор.

— Ну уж нет! — прежде чем я успел произнести заветное «Портус» на меня сверху вниз обрушился раскаленный добела клинок.

Локхарт рванул так быстро, как ни разу до этого, вкладывая все свои силы в этот рывок и удар. Все происходило будто в замедленной съемке. Я действовал на автомате, даже не успевая обдумать дальнейшие действия как обычно.

Вот я вижу, как над моей головой медленно проносятся руки моего только что обретенного шедевра, в тщетной попытке уберечь меня от яркого протуберанца, прорезающего ночь словно солнечный луч. Едва ли ее когти, какими бы острыми и прочными они ни были, смогут задержать ЭТО хоть на мгновение. Они застыли в защитном жесте над моей головой, прямо на пути падающей смерти.

А вот уже моя левая рука, в которой все так же была зажата чуть обугленная трость, поднимается навстречу смертельной опасности, собираясь перехватить удар собственным восходящим ударом. Но разве она способна отразить нечто подобное? Нет, конечно. Или да?

Блеснуло обсидианово-чёрное лезвие на кончике магического концентратора, откликнувшееся на мою даже не до конца оформившуюся мысль-желание, снова выскочив из пятки трости и… с диким скрежетом столкнулись воплощенные лед и пламя. Мне удалось отвести в сторону меч профессора, и в следующее мгновение мои потрескавшиеся от жара, кровоточашие губы наконец-то закончили шептать…

— Портус.

Мир мигнул.

***

Пламенная атака обрушилась рядом с тем местом, где мгновением раньше стоял Чёрный Волк, испепеляя все вокруг. Пламя не вредило своему господину, окутывая его, словно тепло летнего солнца, несмотря на царствующую сейчас, вообще-то, январскую ночь. Вокруг волшебника жар догрызал то, что не успел доесть ранее.

— Тц. Ушёл. И пешки его сбежали за своим предводителем, эх. И, что обиднее всего, я оказался прав. Нужно будет проинформировать Инверно, что выкормыши Могильной Травы могут нам помешать. Тц-тц, если бы я только с самого начала знал, то не сдерживался бы, и лупил со всей силы. — Локхарт хрустнул шеей и, вложив меч в ножны, стал перебинтовывать себе кровоточащую руку.

Её еще предстояло хорошенько обработать зельями и магией, потому что он чувствовал, что с раной не всё так просто. От высшей нежити всегда столько хлопот… Еще и, как назло, волшебная палочка Локхарта сгорела в огне, из-за чего о преследовании можно было забыть. Его настоящая-то была огнеупорной - но, играя роль профессора ЗОТИ, ему приходилось использовать его собственность.

«Теперь еще и компенсировать заставит, вредный старик…»

На ребрах, под одеждой, красовалась знатная гематома, а еще болела нога, раздражая незадачливого Лето еще сильнее.

— Проклятье! Еще и улики сам же за этим сучонком подчистил! — негодующе прорычал профессор, наблюдая догорающие руины. От той же мельницы осталась лишь одна лопасть, и то, только потому что она полностью погрузилась под воду.

Можно было забыть о сборе крови или волос. Даже клочков одежды не осталось. Все уничтожил пожар. Наживка, очевидно, тоже мертва, так что повторить успех в ближайшее время не получится. У Снейпа был неплохой шанс последний раз послужить делу друидов и сделать в своей никчемной жизни хоть что-то полезное, но не судьба.

Где-то, на грани слуха, уже выли сирены пожарных машин. Нужно было уходить.

Только оттащить сначала подальше от огня вырубленных авроров и сотрудников Отдела Тайн. Не хватало еще только, чтобы помимо масштабных разрушений на его счёт записали их трупы.

«Ну попадись ты мне еще раз, волчонок, и я сделаю из тебя шашлык!»

xbnfntkm13, бечено Igor Reider, бечено.

Глава 67 Раненый волк

- Ой-ой-ой, печёт! - скривился я, когда рука Фелисити немилосердно начала втирать в мою плохо прожаренную тушку заживляющую мазь от ожогов.

- Конечно, печёт, идиот! Посмотри на себя, на тебе же места живого нет! - зло сверкнув глазами, брюнетка зачерпнула пальцами еще больше светящейся бирюзой жижи и стала наносить её мне на шею. - Кто говорил мне, что это будет плёвое дело и что всё под контролем, а?!

- Фел, ну откуда мне было знать, что туда припрется чертов Локхарт? Они со Снейпом не то чтобы друзьями были. Максимум коллеги. Так я думал, гххх... - простонал я. - Да и силушку его я недооценил. И сильно. Эта машина для убийств не зря является Кавалером ордена Мерлина третей степени. Хорошо хоть я не додумался обратиться волком в процессе боя. Боюсь, он превратил бы меня в охотничью колбаску. Мелко нарезанную. Копченую с дымком.

- Ты ещё и шутишь сейчас, серьезно?! - у девушки задергался глаз.

- Смех продлевает жизнь, дорогая, и мне бы сейчас это не помешало. - проворчал в ответ, отворачиваясь. Смотреть в глаза крайне разозлённой Синдер было немного неловко. Почувствовал себя на месте мужа, вернувшегося бухим в стельку, в два часа ночи, после тусы с друзьями... мда.

- Не надо тут изображать умирающего лебедя. - хмыкнула она, накладывая специальные бинты поверх светящейся жижи. В отличие от обычных бинтов, эти не придется отдирать от меня с кусками сгоревшей кожи и мяса, так что всё нормально. - Я уже обработала самые серьезные раны и ожоги, да и без этого твоя регенерация справилась бы за недельку в пассивном режиме. Переломы и трещины уже срослись, а внутреннее кровотечение прекратилось. Диагностические чары не выявили повреждение внутренних органов. Но вот ожоги... Они будут заживать дольше из-за магической природы пламени, насыщенного магией света.

- Но мне же завтра в школу...

"Какой сюр" - пронеслась у меня в голове мысль. "В школу... хах. Мне бы в больничку... или просто поспать. Недельку."

- Первую пару придется пропустить, зато на вторую придешь уже почти целый. Ожоги на спине и груди скроет мантия и они будут заживать еще пару дней. Ноги пострадали не так сильно, так что, может, полностью регенерируют к утру. Зато хоть руки мы успеем полностью восстановить, что важнее, ведь они у волшебника всегда на виду. - вынесла свой вердикт Фелисити, внимательным взглядом пробежавшись по моей забинтованной, словно египетская мумия, фигуре.

- Тц. Если я опоздаю... что я скажу МакГонанагал? Простите, я проспал? Локхарт тоже будет настороже и может заподозрить неладное, если Макгонагалл упомянет при нем мой прогул. Благо хоть пары с ним аж в конце недели, иначе пришлось бы изворачиваться. Точно нельзя как-то еще ускорить? У нас вроде было в запасе еще одно з...

- Нельзя. А Минерве скажешь, что задержался по уважительной причине. Алиби я тебе обеспечу.

- Это как? - приподнял я немного обгоревшую, слава магии хоть не полностью, бровь. К утру она будет в порядке.

- Поставлю пару засосов на твоей шее, а на воротнике оставлю след от помады. Галстук завяжешь небрежно, будто наспех. И еще рубашку в штаны не заправляй, хммм. Декан Грифов опытный педагог, сложит два плюс два и не будет раздувать из мухи слона. Назначит отработки и отстанет.

- Ох, пойдут слухи...

- И хорошо, если так. - хмыкнула моя девушка. - Это укрепит твою легенду. И Локхарт не будет совать свой нос куда не просят, так как, судя по слухам, он сам тот еще дамский угодник. Ах да, ещё это отвадит от тебя всяких настырных шлюх. - глаза Фел недобро блеснули. - Кстаааати, об этом...

Тут я невольно сглотнул. Ох, не в том я сейчас состоянии чтобы сбежать. Небось специально замотала меня в кокон, чтоб я не улизнул...

- Кто. Это. Нахрен. Такая? - Фел задрала голову к потолку, тыкая пальцем в объект своего раздражения. - Ты мне ничего не хочешь объяснить наконец, Амос Санхайд?

Я проследил за взглядом моей девушки к потолку бункера, под которым сейчас наматывала круги нервная, рыжеволосая девушка-нежить. Однозначно классифицировать её как призрака, фантома или банши не получится, ведь она не была прозрачной и имела довольно широкий спектр возможностей, включающих в себя даже частичную материальность. "Краски жизни" сильно отличали её от стандартной нежити, из-за чего её легко можно было принять за живую, симпатичную ведьмочку.

Определенно, она вобрала в себя множество сильных сторон от своих аналогов, при этом не унаследовав их всем давно известных слабостей.

- О, так это... - а как бы мне объяснить-то? Назвать Лили своим шедевром будет опрометчиво с моей стороны. Мало-ли что там в голове у Фел после такого представления может переклинить? - Высшая нежить, созданная мною на базе проклятья, которое и убило Снейпа. Она была его ядром и "мозгами". Разве я не рассказывал?

- Что-то ты забыл упомянуть, кто именно послужил ядром проклятья. И ты серьезно сейчас? Высшая нежить? Пффф. Что-то она совсем не похожа на труп, скорее, напротив, выглядит подозрительно живой. - продолжала злиться Фелисити. - Разве что летает и не говорит, но это ладно. Меня больше интересует...

Фелисити наклонилась ко мне так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. Не буду врать, мой взгляд невольно мазнул по её декольте, но я титаническим усилием воли вернул его к глазам. Сейчас было не время. Хотяяя, если только одним глазком....

- Какого хрена она такая красивая?! Ты офигел?! Тебе уже меня мало? Почему все нормальные некроманты создают себе мощных и живучих рыцарей смерти, зомби, умертвий, драугров, костяных драконов или мантикор, которые могут защитить их тщедушные тела от повреждений, а ты сотворил... вот это, а?!

Устало потер виски, откинувшись на спинку кресла. И тут же зашипел от боли в спине. Лили с потолка укоризненно покачала головой, не решаясь открывать рот. И правильно. Это сейчас мне вообще не поможет, не говоря уже о разрушительной силе, которая теперь сокрыта в голосе ведьмы. Думаю, её голосок может навредить не хуже, чем крик банши, а я сейчас не в том состоянии, чтобы проверять свою устойчивость к звуковым и резонансным магическим атакам. И так чувствую себя как картошка в мундире.

- Фел, магией клянусь, я не специально... так получилось. - устало вздохнул я. Когда я только начинал работу над проклятьем для Снейпа, я действительно не планировал ничего такого. Это скорее результат помощи Морганы, давшей пару подсказок, которые, в итоге, и привели к созданию высшей нежити. - И не нужно надумывать всякого. Я некромант, а не некрофил, вообще-то. К тому же, для меня эталоном и вершиной красоты и сексуальности всегда была и останешься ты, Фел, ты же знаешь.

Похоже, мои слова подействовали, потому что Фел сменила гнев на милость и немного успокоилась, отстранившись. Наша связь помогала определять ложь между нами. Обоюдоострый меч, конечно, но сейчас мне это было на руку. Ведь я не врал.

Лили, разумеется, прекрасна, но немного не в моем вкусе. К тому же она слегка мертвая, и вообше... эх, и так понятно же, что у меня не было никаких мыслей в горизонтальной плоскости насчет нее, разве нет?

- Хммм. Сделаю вид, что мы замяли этот вопрос. Пока что. Но мы вернемся к нему, когда ты поправишься.

"О нет! Лучше бы сейчас все решили и обговорили, пока она испытывает жалость и беспокойство за меня, а сковородка и метла далеко, на кухне."

- Ох, как с тобой иногда сложно...

- Что ты там сказал?

- Говорю, что б я без тебя делал, дорогая.

- Страдал. - резко развернувшись, хлестнув меня по носу кончиками волос напоследок, ведьма вышла из комнаты. - Сиди смирно. Дай лекарству впитаться. Я пока передам твои приказы стае и вернусь, а то они переживают. - донесся из-за дверного проёма удаляющийся голос.

Когда Фел ушла Лили спустилась с потолка, зависнув напротив моего лица ровно так же, как Фел минутой ранее. Пускай она не могла говорить, но её мимика была красноречивее слов. Плюс, мы уже более-менее наладили ментальную связь творец-творение. Отладка еще шла, но чем больше мы будем общаться мысленно, тем лучше будет получаться - как и в любом деле.

- Ну, что ты на меня так смотришь? Нет, она просто прячет за раздражением и колкостями страх за меня. Это её защитная реакция, так что я не обижаюсь. Она скоро остынет.

Лили скептически выгнула бровь, бросив взгляд в ту сторону, где скрылась моя девушка и транслировала что-то вроде "Не мог найти себе кого-то получше? Ты точно уверен?"

- Фелисити меня полностью устраивает. И я очень хорошо её знаю, так что воздержись от своих несомненно "важных" замечаний. - огрызнулся я. - Ты много девушек знаешь, которые без вопросов и паники принялись бы оказывать первую помощь завалившемуся посреди ночи обгорелому куску мяса? Я уже молчу про всё остальное, что нас связывает, о чём ты понятия не имеешь. Поверь мне - я далеко не божий одуванчик, и не каждая девушка, узнай она хотя бы половину моих секретов, осталась бы на моей стороне. Фел... осталась. И останется со мной до конца. Во всех смыслах.

Рыжая лишь пожала плечами и закатила глаза - мол, как скажешь.

"В моё время это было нормой. Преданность - базовый фундамент, без которого всё остальное просто не имеет смысла. Не вижу в этом ничего особенного."

- Вот тебе новость - сейчас подобные качества в дефиците, и что-то подсказывает мне, что чем дальше - тем будет хуже. - буркнул я, припоминая мир Александра, который ушёл немного дальше по временной шкале, чем мой нынешний. Там всё было куда печальнее, чем нынче, а тенденция была и вовсе удручающей, да. - Так что перестань наговаривать на мою девушку, иначе пострадает моё отношение именно к тебе, а не к ней. Это понятно? - в моих усталых глазах сверкнула сталь.

У меня не было настроения пререкаться с собственным творением, возомнившим о себе невесть что. Будто бы она знает, что нас связывает. Пффф.

Жутко болело и чесалось практически все тело, отдаваясь еще и пульсирующей мигренью в голову. Улыбался и шутковал я только чтобы не волновать Фелисити лишний раз. Теперь, когда она ушла, можно было немного отпустить натянутые нервы.

Зубы болезненно скрипнули, когда я сжал челюсти изо всех сил, заглушая крик, но позволяя сдерживаемому доселе болезненному вздоху вырваться сквозь зубы с протяжным свистом. Прокашлявшись, сплюнул на пол немного крови, застоявшейся в левом легком.

Треснувшее ребро не пробило его и еще во время боя встало на место, но успело нанести неприятный болезненный укол, последствия которого теперь украшали пол. Хорошо хоть в этой комнате-лазарете не предусмотрены были ковры. Подлокотники кресла хрустнули, когда мои пальцы сжались на них, передавая наружу накопившийся стресс и боль. Прочная древесина выдержала напор, значит и я смогу.

Моё творение обеспокоенно приложило ладонь к моему лбу. Приятная прохлада распространилась от нее, чуть унимая головную боль. Словно я прислонился лбом к холодной могильной плите.

"Ты в порядке, Амос? Я не хотела тебя злить, прости. Просто я волнуюсь... кхм, о благополучии человека, который подарил мне шанс на месть и... вторую жизнь, если можно так сказать."

- Всё нормально. Прощаю на первый раз, но давай больше не будем возвращаться к этому. - проворчал в ответ, хрустнув шеей.

Боль начала постепенно отступать. Наконец-то начали действовать литры зелий, которые в меня влила Фел еще в самом начале. От болевого шока я бы не помер, конечно, но когда адреналин и азарт схватки отпустили... в общем, не думаю, что смог бы держать себя так же хорошо как сейчас. Александр принес с собой много всего, включая целый словарь матов и фраз, от которых уши в трубочку свернулись бы даже у близнецов Уизли, и без обезбола как минимум половина словаря к этому моменту уже была бы озвучена.

Ещё и Лили вела себя странно. Нетипично для нежити. Даже высшей разумной нежити.

Причиной послужила её душа, практически цельная, согласившаяся на службу добровольно, в обмен на осуществление посмертного желания. Да уж... Душа, а не обрывки духа, которые обычно используют некроманты для создания своих шедевров. Их интеллект можно было бы сравнить с живыми картинами или псевдоразумными артефактами, в то время как Лили Эванс была скорее... альтернативно-живой. Воскресшей?

Пусть не во плоти, но вернуть душу с того света было намного сложнее, чем оживить тело. Мертвых болванчиков и марионеток у меня хватает в избытке, например, но они не имеют и сотой доли ума и потенциала моего шедевра. Раньше я считал, что на такое способен только "Камень Смерти". Так-то древний артефакт, один из легендарной тройки. Думаю, с его помощью возможно провернуть нечто подобное. Или кто-то уровня великого мага Виктора Франкенштейна, который, как говорят, достиг невероятных успехов на поприще магии смерти. Правда, его убило собственное творение... мда.

Давно заметил, что некроманты и химерологи чаще всего умирают из-за собственных экспериментов, а не от заклинаний поборников света и справедливости. Чистая статистика, так сказать.

Разглядывая парящую над полом обеспокоенную рыжую, начал обдумывать меры противодейтствия и страховки. На всякий случай. Я уже говорил, что она странная?

Примерно так бы вела себя Геката Санхайд, моя мама, если бы у нее не заладились отношения с Синдер. Казалось бы... У Гекаты-то как раз было куда больше поводов невзлюбить Фел, учитывая их "необычное" знакомство, а вот Лили высосала свои претензии из пальца, даже не разобравшись.

Конечно, я прекрасно знаю, что у Фел есть недостатки, но у кого их нет? Я понимаю и принимаю её такой, какая она есть. Как по мне, в этом и кроется залог крепких отношений, а не "поищи себе еще кого получше".

Видимо, в Эванс всё еще слишком силён материнский инстинкт, который перенесся на меня.

- Давай сменим тему. Что такого важного ты хотела мне поведать, и что это в конце боя вообще было, ммм? Ты так набросилась на Локхарта, что у меня сложилось впечатление, что у тебя к нему какие-то личные счёты.

"Ох, точно. Прости. Мне будто-бы красная пелена глаза застила, стоило мне только увидеть очередного виновника смерти моего сына.

- Погоди-ка. Ты хочешь сказать, что Гилдерой Локхарт приложил к этому руку?!

"Именно. Причём в смерти Гарри виноват именно этот ублюдок в первую очередь. Хотя и скотина Снейп тоже виноват. Он подал ему идею использовать Гарри для их гнусных целей, но тот, кого ты зовёшь профессором, принимал окончательное решение. Так что большая часть вины на нём и... Обероне." Передала мне мысль рыжая бестия.

- Вот как? Оберон... Знакомое имечко. Как интересно. Вот уж кого я не мог заподозрить, так это Локхарта. Но я не заметил никаких изменений в его поведении в последнее время. Его давно подменили? - я пожевал губами, пытаясь смыть кончиком языка засохшую кровь.

"С самого начала. Ты даже не встречался с настоящим."

- Пиздец... Продолжай.

Эх, а я-то думал, что меня уже ничем не удивишь.

Но я ошибался. Когда Лили выложила мне историю заговора и подмены тел, всё, что смогла откопать в черепушке почившего зельевара, я всё же немного удивился.

Единственным по настоящему шокирующим открытием для меня стала личность, скрывающаяся за образом нашего профессора ЗОТИ. Об остальном я и так знал или догадывался благодаря открывшей мне довольно многое Моргане.

Но чтобы целый рыцарь Лета... Это сильно. Выходит, не так уж я и плох, раз проиграл такому противнику. А вот Снейп, который оказался агентом еще одного игрока, меня не удивил совершенно. Он как та дешевая шлюха, готов был сменить хозяина при любом удобном случае, стоило лишь поманить его более выгодными условиями. Предал бы кого угодно. За что его и настигла карма, в конце-концов, хах.

Мда, похоже в Хогвартсе закручивалась интрига, в водовороте которой могут захлебнуться даже такие мастодонты как Дамблдор, Оберон, Лето, Моргана или... я. Хотя на фоне этих гигантов я скорее так, мастодонтик. Потерянный мамонтёнок на льдине посреди бушующего океана, мда.

Самое плохое, что я уже не могу спрыгнуть в воду и поплыть в другую сторону. Вокруг плавают акулы, готовые сожрать любого, а вращающийся водоворот истории набрал достаточно силы, чтобы затянуть меня в эпицентр при любом раскладе. К тому же - я не могу оставить Дафну-Моргану в такой момент. Без меня, её единственной опоры, она точно не выплывет. Можно было малодушно бросить её и сбежать в ту же Францию и переждать, пока волны не успокоятся, но...

Я обещал помочь. Да и не чужая она мне. Учитель? Подруга? В любом случае - её наука уже помогла мне стать значительно сильнее и даже спасла жизнь сегодня.

Смог бы я отбить клинок Лета без собственного ультимативного оружия? Нет.

Смог бы я вырваться из его цепких рук, если бы мне на помощь не подоспела Лили? Сомнительно.

А ведь и то, и другое я получил благодаря Моргане, что щедро делилась со мной знаниями и секретами, за которые древние семьи аристократов наверняка развязали бы полномасштабную войну.

Я жив только благодаря своему таланту, упорству и помощи людей, которых я считаю своими близкими. На добро я привык отвечать добром, и это единственно верная позиция. Так меня учила Геката, и я намерен придерживаться этого правила. Кхм, конечно, на зло я отвечаю стократно больнее, но это уже детали.

Вскоре вернулась Фел, которая тут же своей волшебной палочкой отогнала летающую вокруг меня Лили, отправив её кувырком в полет до стены. Эванс едва сдержалась от ответного выпада, но, памятуя мой приказ - не атаковать Фел, пересилила себя. Сама виновата, что зазевалась и не успела сменить полу-материальное состояние на нематериальное, хе-хе.

Так-то Лили - Поттер, но она сама отказалась от фамилии бывшего мужа в пользу девичьей. Ей было неприятно вспоминать прошлое. Свою счастливую некогда семью. Мертвый муж. Мертвый сын, чье тело надели словно перчатку и используют в своих целях... ей было больно вспоминать прошлое. Лишь ярость и желание мести внутри нее могли развеять тоску.

- Кыш-кыш. - угрожающе помахала брюнетка палочкой перед носом дрейфующей в нашу сторону рыжей. - Держись от него подальше!

- Милая, она не может, кхм. - я неловко улыбнулся под пристальным взглядом девушки. - Она же высшая нежить.

- И? У неё уже должен быть заполнен собственный резерв, согласно моим наблюдениям. - Фел перевела взгляд на часы. Я тоже глянул, после чего повернулся к Лили.

Рыжая нехотя кивнула, подтверждая то, что уже подзарядилась от меня и теперь имеет какую-никакую автономность.

- Что же... Лили, не могла бы ты оставить нас наедине на пару часов? Пройдись... пролетись... полетай пока по бункеру, освойся. Можешь выбрать себе свободную комнату, на случай если захочешь побыть одной. Их тут в избытке. Не уверен, нужна ли тебе мебель, но мы можем помочь тебе её украсить по вкусу, когда появится время.

В ответ она издала мысленный фырк и прошла сквозь стену, кивнув мне напоследок и показательно игнорируя Фел.

- Фелисити, давай поговорим как взрослые люди. - я серьезно посмотрел на севшую напротив меня девушку. Кресло было идентичным моему, но без кровавых разводов и следов фосфоресцирующей жидкости. Нужно будет убрать за собой.

- Ну, давай. - заерзала она под моим пристальным взглядом. - Ты же не будешь ругаться?

- Нет, не буду... Скорее я хочу поблагодарить тебя за то что ты сделала. Я знал, что на тебя всегда можно положиться. - Я наклонился вперед и взял её за руки, стараясь не морщиться от фантомных болей в пальцах. - Но тебе надо привыкать к компании Лили, потому что она с нами надолго (если не навсегда, мысленно добавил я) и тебе лучше найти с ней общий язык чем воевать. Могу заверить тебя, что не испытываю к ней романтических чувств, как и она ко мне. Её опека и желание находиться рядом со мной это не проявление романтической привязанности, а скорее следствие искажения её души...

- Поясни.

- Она, скорее всего, перенесла свою опеку и любовь к своему погибшему сыну на меня, как на единственное живое существо, которое она может считать своей семьей. Ведь я, если так подумать, вернул её к жизни и помогаю отомстить, исполняя её заветное желание. Это очень серьезный якорь, как ты понимаешь, и мне не хотелось бы потерять его из-за недопонимания.

- Я... понимаю. Но как далеко ты готов зайти, помогая ей вершить месть? Я не хочу, чтобы из-за этой рыжей ведьмы ты подвергал себя опасности. Посмотри, чем обернулась "простенькая" миссия по устранению одного сальноволосого ублюдка. - брюнетка опустила оранжевые глаза и мягко сжала мои ладони в своих. Было видно, что она буквально переступает через себя, соглашаясь принять Лили.

- Первый этап своей мести она уже осуществила и в черном списке осталось лишь три имени. К счастью, наши с ней "списки смерти" по большей части совпадают. - вздох. - Мне и так и эдак пришлось бы с ними столкнуться, я полагаю. Да я уже столкнулся, ха-кха-кха. - смех перешёл в кашель. Прикрыв рот рукой, пряча кровавую мокроту, я незаметно вытер влагу о спинку кресла за своей спиной и улыбнулся. - Двух зайцев одним выстрелом, так сказать.

- Что будет, если ты откажешься или не сможешь выполнить... обещание? - Моя собеседница наклонила голову, изучающе уставившись на меня.

- Она психически не очень стабильна сейчас, на самом деле, хотя и может показаться иначе. Исполнение её желания мести послужит железобетонной привязкой и не позволит её разуму со временем скатиться в безумие. Так что это важно. И, как я уже говорил, наши цели в любом случае совпадают, а конфликт с нашими общими противниками уже существует, и никак этого не изменить. Мы с Лили на одной стороне баррикад.

- Понятно... Ты сказал, что она не может от тебя далеко отходить... что ты имел в виду? Она что, будет нам свечку держать, когда мы захотим остаться наедине, или что? - Фел, похоже, собиралась вытрясти из меня всё, что я успел узнать о шедеврах некромантов для каких-то одной ей понятных целей.

- Кхм, нет, не всё так плохо. Как видишь, её сейчас тут нет. Высшая нежить обладает некоторой автономностью, но сильно ограничена в силе в отрыве от некроманта-создателя. Высшая нежить не может нормально существовать без подпитки от своего создателя. Деградирует со временем, если он умрёт или перестанет делиться своей маной. Может впасть в анабиоз.

-Значит, я была права насчёт резерва, и всё работает плюс-минус как у сильной, но обычной нежити... Хмм. Ясно.

- Да, ты угадала, хотя отличия имеются, но скорее качественные и количественные. Благодаря своей нематериальной форме и "гибкости", она сможет всегда находиться при мне, в отличие от материальной нежити, которую я уж точно не смог бы всегда таскать за собой, не повесив себе на спину мишень с огромной красной надписью "ОПАСНЫЙ НЕКРОМАНТ". Конечно, есть чемоданы с расширенным пространством, но что, если кто-то захочет проверить содержимое?

- Хммм, понятно. Значит, она видит в тебе своего сына и благодетеля, а не возлюбленного. Признаться, её взгляд на тебя мне сразу не понравился, но я, видимо, ошиблась с первопричиной. Это радует. То, что она будет постоянно таскаться за тобой, конечно, не очень хорошо, но с новыми вводными это не так опасно, как я думала... - пробормотала себе под нос девушка. Мой слух не пострадал, так что я все слышал и мог только покачать головой, сдавшись.

- Ты только это вычленила из всего, что я тебе тут рассказывал? - закрываю глаза. Пальцы потерли переносицу привычным жестом.

- Это самое главное. - Фел кокетливо улыбнулась и, переместившись ко мне на подлокотник кресла, зарылась носом в мои волосы.

- А то, что она всегда будет рядом со мной, тебя больше не смущает значит? - Скептически уточнил я.

- А мне стоит волноваться? - невинно переспросила чертовка и тут же подула мне в макушку, вызвав приятные ощущения.

- Вообще-то нет, но кто тебя поймёт?

- Ты?

- Эх, я-то да... Но иногда мне всё-таки кажется, что ты с другой планеты, Фел. А мой лингвистический переводчик, порою, барахлит, вот. - тихо рассмеявшись, я с удовольствием отметил, что кашель прошёл и вообще я стал чувствовать себя немного лучше. Вот она, хваленная регенерация оборотней. Круче только у гидры и древних троллей.

- Все девочки с Венеры, Амос, я думала - ты в курсе, хи-хи-хи. - тихий смех Фел был подобен серебряному колокольчику. - Но вообще... если без шуток, я рада, что ты понимаешь мои... заморочки. И не отталкиваешь меня, даже когда я бываю чересчур настырной и ревнивой. - наклонившись еще ближе Фел нашла на моей щеке не пострадавший от ожогов участок и чмокнула, оставив след от черной помады. - Я тебе доверяю, ты не подумай, просто ревность и паранойя... это часть меня.

- Да, я знаю. - погладив забинтованной рукой по её спине, я отдался приятным ощущениям, которые дарили мне её пальцы, зарывшиеся в чудом почти не пострадавшие волосы на голове. Её мерное дыхание продолжало щекотать макушку, убаюкивая.

Спасибо наследию Истинного Оборотня, мой волосяной покров было не так-то просто повредить.

- Кстаааати... Как думаешь, мы успеем пошалить до того как она вернется? - игриво поинтересовалась ведьмочка, проведя ноготком по груди, старательно избегая поврежденных участков.

Несмотря на то, что я был покрыт бинтами от пяток до шеи, как та, кто лечил меня и эти самые бинты накладывал, Фел прекрасно знала "карту" повреждений и могла себе это позволить.

- Фел, я сейчас не в том состоянии... Посмотри на меня, всё кроме лица забинтовано. Как ты себе это представляешь? - удивленние на моем лице было подкреплено горькой улыбкой. Я был бы не против сбросить стресс, но как?

- Не волнуйся, дорогой, тебе ничего не придется делать. - хитро улыбнувшись, Фелисити сползла на пол, встав на колени у моих ног. Я сглотнул, когда мы установили зрительный контакт. Мне было сложно даже подумать о том, чтобы оторвать взгляд от её прекрасного лица. Моя девушка хитро прищурилась, облизав покрытые черной помадой губы. - Уж я-то знаю, что твой "меч" не пострадал, так что...

Небольшая часть бинтов оказалась распутана, открывая доступ к одному из наименее пострадавших участков тела. Что тут скажешь, я как мог берег Амоса-младшего.

- Эээ... Ты какая-то неправильная медсестра... А как же покой, здоровое питание и ооох.... Ладно, так тоже можно. - её руки мягко легли на мои колени, раздвигая ноги.

- Как жаль, что костюм похотливой медсестры остался в Испании, но я думаю ты сможешь подключить воображение и память, представив его на мне, да? - завлекающе проворковала она. - К тому же это должно занять твою нервную систему и мозг на какое-то время, а там уже и регенерация подлатает основные повреждения и боль пройдет. Обеспечу тебе самое правдоподобное алиби. Лучшая ложь - это та, которую можно прикрыть чистой правдой, знаешь ли.

- Какая ты у меня заботливая, ух. - пробормотал я, инстинктивно положив руку на ее голову, начавшую покачиваться туда-обратно. - Когда я поправлюсь, я обязательно отплачу тебе тем же.

- Уф надефюфь. - последовал ответ снизу, и я блаженно откинул голову назад, уставившись в потолок.

Ну, Фелисити всегда умела найти ко мне подход. Все её минусы с лихвой компенсировала незамутненная любовь и преданность. То, что она немного опасна для окружающих... Ну, это их проблемы. И всё таки мне с ней повезло.

***

- Простите, профессор, я, эээ, проспал. - постарался изобразить неловкого подростка, пойманного на горячем.

Справедливости ради, мне действительно было неловко перед Макгонагалл, под конец первой пары которой я завалился в кабинет в не самом презентабельном виде. Словно собирался впопыхах, надев вчерашнюю мятую форму и позабыв сумку с учебниками. Было очевидно, что я так спешил, что даже не соизволил умыться, иначе как бы я пропустил следы засосов на своей шее и помады на воротнике рубашки, не так ли? Не хватало только запаха перегара, чтобы завершить картину, но я посчитал это излишним. Да и мешать алкоголь с тем лечебным варевом, которое в меня влила Фелисити, могло закончиться в итоге "унитазной ракетой", чего мне не хотелось бы. Не стоит смешивать зелья с алкоголем. Хоть чему-то полезному нас научил Снейп.

Я думал, декан Гриффиндора меня выгонит нафиг, как только хорошенько рассмотрит в дверях, учитывая её строгость в принципе и антипатию к моей персоне в частности, но нет, та лишь сняла баллы за опоздание и велела сдать домашку и сесть на место. А я ведь надеялся привести себя в порядок и явиться на обед уже свеженьким, после того как засветился перед свидетелями.

Под насмешливыми взглядами рейвенкловцев и раздражающие перешептывания слизеринцев, досидел-таки до конца, надеясь что на этом моё наказание и закончится, но нет, Минерва Макгонагалл попросила меня задержаться, из-за чего я теперь стою и мнусь пред строгими очами зам-директора. Чувствовал я себя уже не так отвратно, но изображать из себя клоуна мне не очень понравилось, из-за чего угрюмое настроение даже не пришлось изображать. Это Уизли бы выпячивали свои "боевые" подвиги напоказ, хвастаясь перед школотой, а мне вот перемывание косточек не сильно нравилось, возвращая думы к тем временам, когда я еще был молод и не мог защититься от нападок мелких говнюков с золотыми ложками в задницах.

Минерва смерила меня строгим взглядом, отметив следы от наспех стёртой помады и фыркнула.

- Стало быть, у вас бессонница, мистер Санхайд. Что же, думаю физический труд поможет вам потратить лишнюю энергию перед сном. Мистеру Филчу как раз нужен новый доброволец в его повседневных заботах о замке. Скажем, назначаю вам неделю отработок. Вам же хватит недели на осмысление собственных ошибок? - я кивнул. Неделя это еще по-божески. Я думал будет две. Сверкнув чертовски старомодными очками, замдиректора вернула своё внимание пергаментам, скопившимся на её рабочем столе. - Хорошо. Надеюсь, что вы научитесь правильно распределять своё время, мистер Санхайд, иначе так легко вы в следующий раз не отделаетесь.

Похоже, мне зачлось то, что я последние шесть лет не пропускал её уроки без какой-либо уважительной причины. Повезло-повезло. Отработки у Филча так же помогут мне избежать дополнительных у Локхарта, где мои раны могли бы раскрыться в самый неподходящий момент, выдав меня перед этим древним монстром.

- К-конечно, профессор. Этого больше не повторится. Я могу идти?

- Идите, Санхайд. - кивнула на выход Минерва, после чего я развернулся и поплелся в сторону двери. - И ещё, Санхайд...

- Да, профессор? - я напрягся, повернув голову, встретившись с потускневшими изумрудами её глаз.

- Надеюсь, вы хоть предохранялись?

- Кха-кха, профессор!

- Уже много лет профессор, и повидала всякое на своем веку. - вздохнула ведьма. - Я всё понимаю, ведь и сама когда-то была молодой. Подростки, гормоны, первая любовь... А если еще и тайная или запретная, то вообще кошмар... Санхайд, мне же не придется волноваться о ранней беременности кого-то из моих девочек, так?

- Конечно. - я поморщился. - Не стоит беспокоиться.

Капец как стыдно. Вот почему все старшекурсники предпочитают скрывать свои похождения от посторонних глаз. Уверен, слизеринцы разнесут слухи максимально быстро.

- Рада это слышать. Я попрошу вашего декана провести с вами урок полового воспитания... на всякий случай.

Я мысленно застонал и хлопнул дверью, покидая кабинет трансфигурации.

Минерва же, оставшись одна, откинулась на спинку стула и широко улыбнулась.

- Это было забавно. Давно мне не удавалось так повеселиться за счёт нерадивых студентов. Жаль, что Санхайд слишком осторожен, чтобы наступить на эти грабли второй раз. Хотя... Его пример может быть заразительным, и, учитывая то, что он близко общается с этими рыжими оболтусами... Да, может быть вскоре у Филча появится еще пара помощников, если они решат повторить его "подвиг". Будет смешно.

Тут в окно её кабинета влетел феникс-патронус её начальника и передал сообщение.

"Минерва, будь так добра, зайди ко мне. У нас тут намечается небольшое собрание... Северус умер."

Лицо профессора трансфигурации, на котором минуту назад играла беззаботная улыбка, посмурнело. Снейпа она не любила, не доверяла, но признавала его профессионализм как зельевара. Заменить его посреди учебного года будет ой как сложно, а бремя поиска временного преподавателя наверняка ляжет на её плечи. Также её расстраивал сам факт смерти старого, пускай и не особо приятного, знакомого. С каждым годом их оставалось всё меньше.

- Эх, а день так хорошо начинался...

П.С. А вы думали кто главный тролль в Хогвартсе?

Правильно, Дамблдор! Но и заместитель у него под стать))))

Глава 68 Истекающее время

И вот прошёл месяц. Всего месяц, но какой? Никогда бы не подумал, что смерть одного не особо-то важного и уж точно не очень хорошего человека может привести к таким серьезным последствиям.

Да, скорее всего катализатором для процессов, начавшихся в Магической Британии, послужило нечто иное, и так уж просто совпало, но все же… Так или иначе, смерть Северуса Снейпа сильно усложнила всем жизнь. И ладно бы просто всем… но мне… мне в особенности! Обидно, однако.

Хотя я и не жалею об этом. Он заслужил.

Однако я прямо-таки вижу тень Лета, что маячит за обрушившимися на Дикую Охоту проблемами. И чего он привязался?

Нет, разумеется, у меня есть некоторые мыслишки насчёт того, почему он воспринял схватку между нами так близко к сердцу, но всё же… Я считал, что у него есть дела поважнее. А может так и есть, и на самом деле и Дикой Охоте перепала лишь малая доля его внимания.

Но и этого оказалось многовато. Я даже вспомнил, что мы вовсе не всесильны и стоит лишь большому количеству волшебникам объединить усилия… и нас раздавят.

Аврорат и ДМП, что раньше откровенно халтурили, когда нужно было носом рыть землю в поисках нерадивых бунтарей, теперь действительно делали свою работу как положено, а аристократия не только не мешала им, как заведено, а напротив, всячески помогала и стимулировала рвение финансово.

Спонсировала некоторых мелких чиновников на местах, чтоб те пинали ленивых подчиненных в нужную им сторону. В нашу.

Ну, с аристократией хоть понятно почему. Это было не неожиданно, ведь они и раньше пытались, просто не было подходящего случая отвернуть следствие от себя. Хитрые змеи. Теперь, вместо того чтобы ловить ПСов, авроры и следователи ловят тех, кто помогал им этих пожирателей вывести на чистую воду и засветить перед общественностью.

Причём засветить с выгодной стороны для министерства и аврората, если так подумать!

В смысле… пожиратели выглядели слабыми. Неудача за неудачей. Проигрывали каким-то выскочкам, которым без году неделя. Жертвы были, но в основном со стороны ПСов, а не гражданских или Дикой Охоты. А ведь потеря репутации для террористов равносильна потере сильнейшего оружия и рычага давления — страха.

Многие ПСы мертвы, пускай в основном только пешки. В газетах таких подробностей не увидишь, конечно, но министерство-то, в лице Министра Магии, должно было понимать истинный порядок вещей. Он же не из газет черпает информацию, в конце-то концов. Так просто было сопоставить факты и понять — что ему выгодно, а что нет, так ведь? Или нет?

Фадж, похоже, плохо представляет, какие заголовки газет пестрили бы всюду, если бы Пожиратели Смерти устроили успешный теракт, а не закусились с нами. Помня об истории, написанной Джоан Роулинг, могу примерно представить, как развивались бы события… Впрочем, эта история уже не имеет никаких шансов воплотиться, не так ли?

Из-за участившихся облав пришлось затаиться не только мне, но и всей организации. Пока двое из трёх глав были ограничены Хогвартсом, про активные мероприятия можно было забыть. Боюсь, что любая операция обернулась бы грандиозным провалом.

У нас оказалось недостаточно сил на противостояние со всеми силовыми структурами страны, аристократией и Пожирателями Смерти одновременно. Рановато было пока думать о подобном. Можно и пупок надорвать.

Предпочтительнее было потратить это время с пользой для саморазвития и вернуться в игру, когда люди сами будут взывать о помощи. А это время, несомненно, настанет, ведь Пожиратели Смерти постепенно восстанавливают силу и влияние. Не нужно быть стратегом от бога, чтобы понимать, к чему всё в итоге придёт.

Потому и было принято непростое решение — уйти в более глубокое подполье и прекратить набор рекрутов во избежание засилья шпионов и крыс. Часть сил осталась в Британии, где более опытные и умелые члены Дикой Охоты обучали набранный и проверенный молодняк (Забавно, ведь большинство «молодняка» старше своих главарей. Правда, это секрет...) особо не высовываясь с тайных баз, расположившихся в маггловской глуши у Мордреда на куличиках.

Другая часть была переправлена во Францию, под крылышко к нашим союзникам. Там они тоже могли тренироваться, а ещё нарабатывать репутацию и укреплять связи на континенте. Создавать базы и укрытия там. Не можем же мы постоянно обременять своих союзников такими тривиальными вещами, не так ли? Тем более, без собственных баз ни о какой независимости и анонимности не будет идти и речи.

Часть оборотней и вейл, отбывших в «командировку», возглавили самые доверенные заместители, так что я не особо переживал. Получат ценный опыт управления и автономности. Разумеется, без фанатизма. Они все еще должны будут связаться с нами, прежде чем принимать какие-то важные решения или работать по нашему профилю, но в целом… ограничений почти не было.

Да, я прекрасно понимал и то, что потом придётся чиститься ряды Дикой Охоты еще и от шпионов наших союзничков, которых в наших рядах точно прибавится после такого плотного сотрудничества, но… Лучше уж так, чем потеря половины состава организации из-за озверевших авроров и рыцаря Лета. Смысл истощать ресурсы — свои и аврората — если в скором времени нам придется столкнуться с возрожденными Пожирателями?

Есть у меня подозрения, что Темный Лорд уже очухался и просто ждёт подходящего момента чтобы нанести удар. Интуиция, да. Так что облегчать ему задачу я не собираюсь. Пускай пыхтит и превозмогает. Но раньше, чем завершится очередной виток противостояния Оберона и Морганы, можно не переживать особо. Если он и высунется, то явно не сейчас, а когда пыль уляжется. Как и я, Том наверняка решил занять выжидательную позицию.

По хорошему, во Францию нужно было послать и Синдер, чтобы она там всё проконтролировала, но… вот как раз её я отпускать туда не хотел. Боялся. Не потому что не доверяю, а потому что прекрасно знал, к чему такое разделение может привести…

Возможно, я себя накручивал, а в моей обострившейся паранойе виноваты всякие «маггловские» ужастики и драмы, которые крутят по телику в ночь с субботы на воскресенье (как раз когда мы с Фел проводим вместе время), из-за чего я считаю, что «главным героям» разделяться — ужасная идея. А так как каждый человек считает себя главным героем как минимум своей собственной жизни… Рисковать не хотелось.

С недавних пор мою душу посетил страх смерти, про который я, похоже, начал забывать, упиваясь собственным могуществом и лёгкостью побед. После того, как я увидел, на что способен всего один Рыцарь Сезонов, что походя едва не оборвал мой жизненный путь… я засунул свою гордыню куда подальше и стал куда осторожнее. Усугублялось это всё тем, что Лето постоянно маячил у меня перед глазами, заставляя напрягаться одним фактом своего существования.

Могло показаться, что в таких условиях разделять Дикую Охоту и тайно вывозить приличную её часть за границу, как каких-то нелегальных иммигрантов, нелогично и даже вредно, но есть одно НО.

Нас действительно сильно прижали. За этот месяц многие второстепенные базы оказались скомпрометированы, и лишь чудом нам удалось обойтись только потерей ресурсов, самих баз и нескольких не особо важных кадров, большинство из которых всё равно были стукачами министерства.

Мы откусили довольно жирный кусок и тем самым привлекли ненужное внимание других опасных хищников, на чьей территории мы бесцеремонно охотились. Теперь нам нужно было задвинуть поглубже жадность и отступить. Прожевать то, что уже откусили, переварить, зализать раны, подготовиться — и лишь затем вернуться в игру.

Так что… Выбора особо-то и не было. Нам просто было негде разместить такое количество людей без риска привлечь внимание. Плюс, в случае форс-мажора, если все пойдет по…наихудшему сценарию и Дикая Охота перестанет существовать на просторах Британских Островов, то у нас останется филиал на материке, возглавляемый нашими доверенными офицерами. Уж в способности Фел отступить и перегруппироваться я не сомневался, а потом можно будет все начать сначала.

Освободившееся свободное время Синдер решила потратить на создание очередной особо ядрёной заготовки из магии вуду, от которой даже у меня мурашки по коже бежали, когда она вдавалась в детали. Если преуспеет… штука будет убойной. На уровне высшей магии проклятий. Это мотивировало меня продолжать развиваться самому, а не почивать на лаврах.

Лили тоже осваивалась со своими новыми способностями, тренируясь по ночам в пустующих подземельях замка или Выручай-комнате, когда мы с Кэролайн сидели там, изучая магию. Шарпхарт «химичила» что-то свое с магией крови. В ней я разбирался похуже и мне было сложно оценить нынешний уровень подруги в сей дисциплине. Однако могу предположить, что Кровавый Голем, над созданием которого она уже давно бьется, отнюдь не так прост, как может показаться. Это уже не трансфигурация. Это нечто совершенно иное. Но все это было так, цветочки.

Большая часть времени у меня уходила на подготовку к ритуалу — еще одна причина залечь на дно и не отвлекаться на что-то другое, кстати. Все ближе был подходящий день, а именно — день весеннего равноденствия, и сроки, как это всегда бывает, горели.

В общем, все были при деле.

Но не только Дикая Охота пострадала из-за смерти Снейпа. Хогвартс тоже бурлил. Декана Слизерина, который раньше покрывал многие грешки своих змеек, больше не было. И им припомнили многое. Мажоры взвыли от внимания сразу трёх факультетов.

Кто бы мог подумать, что они так много мозолей всем оттоптали. Ну, хоть дементоров наконец-то от школы убрали, всего-то спустя неделю после суицида одного из преподавателей. На самом деле — у Фаджа уже просто не было выбора.

«Если уж даже опытные волшебники не могли выдержать подобного негативного влияния и начинали выпиливаться, то что же будет с маленькими детьми?» Именно этим вопросом задавались волшебники и давили на министра. И додавили ведь. Фадж и так собирался их убрать подальше от школы после того как несколько дементоров бездарно сдохло, а тут такой удобный повод. Мол, это не я теряю контроль, а вообще-то иду вам на уступки, дорогие избиратели. Вот какой я хороший! Голосуйте за меня. Ну пожалуйста?!

Из-за этого ученики немного оживились и облегченно выдохнули. Весь накопленный стресс им нужно было куда-то деть. Очень просто было направить энергию в нужное русло… Теперь на Поттера насело не только рыжее семейство, но и весь Гриффиндор — с вкраплениями энтузиастов с других факультетов. В основном это были парни, которым очень не понравилось, что кое-кто подкатывал яйца к ведьмочкам с их факультета.

Гарри был крепким орешком и очень удачливым засранцем, но когда за дело брался кто-то настолько же беспринципный, как я… Удача и осторожность помогали далеко не всегда. Гарри был вынужден перейти в режим суровой паранойи и даже спать с волшебной палочкой под подушкой, ведь Лили могла проникнуть куда угодно и когда угодно, благодаря своей не особо материальной природе.

Лишь однозначный приказ и моя стальная воля сдерживали её от попытки удушить подменыша во сне подушкой и ограничиваться обидными и болезненными подколами. Ей было сложно сдерживать свои порывы, но Лили всё же не зря считалась одной из умнейших и талантливейших ведьм своего поколения. Она вняла моим аргументам и согласилась подождать с местью какое-то время.

Хотя каждый раз, когда мне на глаза попадался Поттер, я буквально кожей ощущал пробегающий по спине холодок.

Гарри, кстати говоря, тоже что-то такое чувствовал, видимо. Ежился, оглядывался по сторонам, пытался понять, из-за чего его чувство опасности иногда вопит похлеще, чем при личной встрече с дементором в темной подворотне…

В целом, он был не совсем тупым и спустя какое-то время связал два плюс два, соотнеся моё присутствие с неприятными ощущениями и постоянными неудачами.

Однако он, неожиданно для меня, пришел к весьма странным выводам. Почему-то Гарри решил, что я возродившийся Темный Лорд и никак иначе. Видимо, он до сих пор мыслил категориями канона, и припомнил первые две книги, сплетя их воедино, совершенно не обращая внимания на то, что я буквально являюсь воплощением всего того, что Темный Лорд стремился уничтожить. Сильный магглорожденный — всё равно что кость в горле и опасный прецедент. Такие, как я, были прямой угрозой власти старой аристократии и его планам.

Но Поттер посчитал, что это я так шифруюсь и отвожу от себя подозрения, на манер Квиррела, только немного по-другому. Плюс еще и его друзья на Слизерине часто шептались между собой, что я вовсе не грязнокровка, а потерянный сын или бастард какого-то благородного рода, ведь в их скудных умах не могла поместиться мысль, что моя сила — это результат упорства и запредельного риска, а не веков селекции.

А Гарри привык относиться к подобным слухам иначе, чем я. Для него это были не просто шепотки праздно болтающих студентов, у которых было слишком много свободного времени, а… подсказки. Части пазла.

Ну, знаете, как в книге или фильме, когда главному герою удается подслушать чужой «секретный» разговор и он обязательно становится недостающей частью пазла, который очень удобно можно было впихнуть вместо недостающего кусочка… если вдарить по нему кувалдой посильнее.

Вот Гарри и вдарил, вплетя эту «недостающую деталь» в очередную свою теорию заговора, уверившись в её подлинности. Зато хоть Альбуса оставит в покое на какое-то время, а то мне старика уже просто жалко было.

Итак, в пустой голове Гарри возникла идея, что дневник-крестраж попал в руки ко мне, а не к Уизли-младшему.

Да-да, не младшей, а младшему. Оказалось, раньше Поттер подозревал Рона в обладании крестражем-дневником, ведь проблем рыжий начал доставлять Поттеру прилично, а где это видано, чтобы тупица Рон что-то из себя представлял, верно? В фанфиках такое было возможно только в одном случае — Рон ненастоящий!

Причем наш «Шерлок Холмс» предположил, что случилось это еще в прошлом году и именно это похерило весь знакомый ему канон. Точнее, он даже мысли не допускал, что Рон сам стал эпицентром изменений, даже тут Гарри приплел себя. Ведь весь мир, очевидно, крутится вокруг главного героя — Гарри Поттера.

При чём тут вообще он? О-о-о, в его цепочке мыслей убийство Коросты стало началом и переломным моментом всех последующих изменений. Ведь больше ничего важного он в каноне и не менял до прибытия в Хогвартс, так? И раз ДО этого момента всё шло гладко и по канону… то… вот оно! Эврика!

Боже, какой же он самовлюбленный кусок… навоза гриндилоу.

И ведь знаете, что самое гениальное? Он сделал все эти выводы на основании прочитанных им фанфиков по Гарри Поттеру… В них подобное развитие событий можно было вполне себе встретить. И довольно часто. Ну, плюс-минус. Повезло еще, что он хотя-бы не был фанатом слеша, иначе… страшно представить, какие логические цепочки он выстроил в своей голове и какое место во всем этом занимал бы я. Дамблдора-то он не пожалел вот.

Хотя и в «обычных» фанфиках встречалось всякое.

Там и тОмные лорды Рональды Уизли встречались. И Локхарты, к которым тетрадка попала в руки намного раньше, впоследствии захватывая тело и разум неудачника. И в Драко в кто только не вселялся… И в тело Гермионы. И… да много чего еще можно было встретить на просторах мировой сети. Странно, что он Хагрида еще не подозревал в работе на Темного Лорда… Как так?! Непорядок!

Может, прикола ради, подтолкнуть его к такой мысли? Не-е-е. Великана жалко. Этот гений сыска его достанет и, не дай магия, грохнуть попытается. На всякий случай.

Теория заговора Гарри Поттера продолжала развиваться в строну Уизли-гадов, самой распространенной в фандоме, пока в неё с ноги не вломился я.

Вот уж где сошлись все звезды из созвездия «паранойя». С Роном его теория выглядела немного притянутой за уши из-за того, что не таким уж и сильным был Рон. А вот я — другое дело.

Кто, кроме Темного Лорда может победить Главного Героя? Вот-вот, никто. В его мире, по крайней мере, это звучит логично. Аманда вот тоже могла, например, что и демонстрировала периодически, выбивая из него пыль на дуэльном помосте, но… вы не понимаете, это другое! Она-то девчонка и кандидатка в гарем, так что это не считается, да.

Опустим, пожалуй, что сделать это мог и любой другой сильный старшекурсник, иначе теория быстро развалится. Гарри избегал проводить дуэли с седьмым курсом, потому что уже обжегся однажды и вытер своей мантией пол. Но так как только в моём присутствии, с недавних пор, у него начала болеть голова и потели ладошки, я был главным подозреваемым. А еще он считал, что из-за меня у него болит шрам. Но это не совсем верно.

Смешно вышло. Голова у него болела из-за взгляда Лили, что могла смотреть на мир моими глазами и пассивно воздействовать на людей. Эффект подобен простеньким проклятьям и сглазам, от которых, впрочем, не помогали, почему-то, стандартные защитные амулеты. Так что не такие уж они и простенькие, выходит.

Умение сглазить человека одним своим мимолетным взглядом было крутой фишкой, но практиковать это я разрешил Лили только на Гарри, чтобы не плодить слухи. Один раз — случайность, два раза — за тобой выезжает отряд авроров.

А вот почему у Гарри болел шрам — загадка. Лично я считаю, что не болел он вовсе. Болела голова, а боль в шраме — это просто результат самовнушения… Хотя… кто его знает? Может, Темный Лорд ближе, чем все мы думаем? Надеюсь, что нет.

Возникнуть может вопрос: а откуда я вообще столько всего узнал о том, о чём думает наш «герой»? Это не менее забавная история.

Гарри организовал себе «тайную комнату» в одном из заброшенных кабинетов, когда наконец перестал пытаться проникнуть в мою Выручайку, осознав тщетность своих потуг.

И вот, там, среди пыльных парт и развалившихся шкафов, покрытых густой паутиной, он записывал свои мысли и теории на потрепанной доске, вдобавок комментируя свои мысли, разговаривая сам с собой. Как в дешевом детективе, Гарри Поттер пытался соединить разрозненные частички информации в одно целое красными линиями. Как по мне — получался какой-то уродливый монстр Франкенштейна, сшитый алыми нитями по кусочкам из множества разных тел, но… Творцы редко замечают недостатки своих творений. По крайней мере, не сразу.

Мой паучок-шпион, затерявшийся в слоях паутины под потолком, наблюдал за всем этим безобразием и передавал мне картинку, от которой я оху…обтекал. Потом я аккуратно взломал «сложнейшую» защиту Гарри в его тайном логове и прикрутил себе там еще и звук, а также подбросил еще паучков. А то читать по губам было сложно и нудно.

Так у меня появился собственный юмористический сериал, который я мог смотреть по вечерам и держать руку на пульсе. Гарри явно медленно плыл кукухой в далекие дали, и от него можно было ожидать буквально всего. Вдруг он мне аваду в спину бросит с криком «Сдохни, Темный Лорд!»? Может же быть такое? Может. Последствия — это не то, о чем он привык задумываться.

Короче, весело было. Пока наконец-то директор не уломал профессора Слизнорта вернуться к преподаванию и вновь занять место декана Слизерина, как прежде. И должен сказать… я был приятно удивлен.

Новый-старый профессор оказался на голову более компетентным преподавателем. Да и как человек — в десять раз приятнее Снейпа. Нет, в двадцать! Многие ученики, включая меня, по-новому взглянули на зельеварение. Не то чтобы я вдруг воспылал любовью к сему предмету или пробудил в себе спящий потенциал и талант, просто… Слизнорт оказался хорошим педагогом и умелым психологом, из-за чего даже у меня зельеваренье более не вызывало отрицательных чувств. Пройдет еще какое-то время, пока не выветрится наследие душного Снейпа, но первый порыв свежего воздуха уже приносил плоды. Последующие выпускники Хогвартса, вероятно, куда чаще будут становиться мастерами котлов и пробирок.

А еще Слизнорт навел порядок на своем факультете, и его авторитета оказалось достаточно, чтобы унять агрессию в строну своих подзащитных змеек от других факультетов. Показательно, однако. Дамблдор точно знал, кого хочет видеть на месте декана Слизерина. С его приходом Хогвартс, который бурлил как котел, в который бросили несовместимые ингредиенты, успокоился.

Да и в целом Магическая Британия наконец отошла от стресса и потрясений. Дикая Охота залегла на дно. Пожиратели Смерти старательно делали вид, что их вообще не существует. Аврорат и ДМП немного выдохлись, потеряв первоначальный запал, и искали Блэка и шерстили леса в поисках оборотней уже не так активно, скорее по инерции. Народ немного успокоился, ведь за последний месяц не произошло никаких громких дел. Министерство Магии делало все возможное, чтобы стабилизировать ситуацию и внушить растревоженным людям спокойствие и уверенность. Но волшебники посильнее интуитивно ощущали тревогу, догадываясь, что это просто затишье перед бурей.

А я… я продолжал готовиться к самому сложному ритуалу в своей жизни, постепенно осваиваясь с новыми возможностями и знаниями. Мне суждено было сыграть важную роль и встать в эпицентре шторма. Оставалось только надеяться, что мне удастся выжить в глазе бури, а ветра перемен не раздавят, не разорвут меня на много маленьких Амосов.

Весна наступила неожиданно. Время пролетело так стремительно, что я и не заметил как температура снаружи повысилась на пару градусов. Да, в Шотландии зима все еще не хотела выпускать из своей хватки погоду, насылая на нас то снег, то ледяной дождь с вечными хмурыми тучами на небосводе, но… это лишь вопрос времени, когда на деревьях начнут раскрываться почки, а белый зимний ковер сменит яркая и сочная зелень. День весеннего равноденствия был все ближе, а я все еще отставал от графика.

Самой большой проблемой стали поиски Тайной Комнаты. Именно это место было самым подходящим с точки зрения концентрации магии всего замка, если верить Моргане, а не верить ей я не видел причины, ведь и сам подумывал об этом и пришел к тем же выводам еще задолго до того разговора по душам. В конце концов я провел в этом старом замке насыщенные года и открыл достаточно его секретов, чтобы сделать выводы. Именно в Тайной Комнате Слизерина сходились все магические потоки под замком. Что, впрочем, не упрощало поиски самой Тайной Комнаты.

Перекрестье, главный узел, где сплеталась концентрированная магия, был столь огромен, что определить центр и местоположение зала можно было только примерно. И в принципе это было бы не так важно, если бы я нашел чертов вход. Но я не нашел.

Женский туалет, где обитала Плакса Миртл, был проверен мною в первую очередь, но оказался тупиком. Либо вход замуровали, либо его там его никогда и не было.

И не только я пытался отыскать Тайную Комнату, к слову. Гарри Поттер тоже искал ее, и я внимательно следил за его успехами, ведь в отличие от меня он был настоящим змееустом и ему не нужны были никакие артефакты из Индии, как некоторым. Может статься так, что одного зацепленного слова «откройся» на парсетланге попросту недостаточно, чтобы открыть проход. Может быть, действительно нужно, чтобы по венам текла благородная кровь потомков основателя? Тогда Гарри был ключом, потому что во мне-то уж точно ничего такого не было, а вот в крови Поттеров чего только не было намешано. Певереллы, говорят, когда-то породнились с Гонтами, а те были прямыми наследниками рода Слизерин, так что…

Я надеялся, что ему банально повезет, но, видимо, моя «черная удача» стала куда сильнее, раз одного моего внимания и взгляда издалека теперь было достаточно, чтобы перебить его золотую удачу. Проверено на приколах Уизли, которые вконец достали Гарри, на которого обрушился поток неудач.

Возможно, потому ему вход и не поддался. Печально, ведь не следить за ним я не мог, учитывая то, что этот говнюк хотел натравить на меня василиска. Следующими в его блэк-листе было рыжее семейство. И еще каким-то боком Дамблдор, хотя я ни разу не видел, чтобы старик хоть как-то серьезно давил на шрамоголового. Разве что покрывал Уизли, которые мотали нервы Гарри, но на этом и всё.

Так что может оно и к лучшему, что Гарри не мог открыть Тайную Комнату, как бы ни старался. Ну его нахер.

К тому же у меня появились весьма непризрачные шансы самому отыскать его. По моим данным в Запретный Лес, скорее всего, должны были вести один или два тайных хода из Тайной Комнаты, через которые король змей выползал на охоту. Покушать-с.

В лесу у меня было преимущество, к тому же я хорошо его знал и исследовал приличный кусок территории. Правда, все указывало на то, что ходы ведут куда-то глубоко, к самому центру леса, куда я заходить опасался. Неудивительно, что я ни разу не встретил ни следа василиска за все время моих рискованных экспедиций.

Сие говорило о том, что либо никуда змей не выползал и пребывал в анабиозе в ожидании приказов от хозяина, либо, что вероятнее, охотился на куда более крупную и сытную дичь, которую редко можно встретить на окраинах леса близ Хогвартса.

Так что если змей и охотился где-то, то явно в глубине Запретного Леса, куда не ступала нога волшебника уже много лет. Даже Источник, к которому мы ходили с Амандой, был расположен далеко не в самом центре Запретного Леса. Лили помогала прошерстить часть леса, но так как слишком далеко от меня отходить не могла, просто скинуть поиски на нее у меня не вышло.

Мне предстояло пробиться туда и проверить всё лично, несмотря на серьезные риски быть сожранным стаей диких драконов или других магических тварей высшей категории опасности.

В библиотеке Хогвартса я встречал также упоминание самой настоящей стоглавой гидры, которую на нашу территорию давным-давно завезли сумасшедшие римляне. Они хотели с ее помощью быстрее подавить и завоевать острова, натянув местных друидов, доставлявших немало проблем, но в итоге что-то пошло не так и она сбежала в лес, сожрав своего создателя-химеролога вместе с управляющим кристаллом. Такие дела.

Страшно подумать, до каких размеров она могла вымахать за столетия жизни. Плюс — обильное питание… Оставалась надежда, конечно, что она давно подохла, но учитывая её регенерацию, на фоне которой тролли были обычными мальчиками для битья, да еще и с лейкемией… маловероятно.

Но делать нечего. Кактус кололся, но мыши, сквозь боль и слезы, продолжали его жрать. Это я к тому, что мне все-таки пришлось зайти так далеко в лес, как никогда прежде, потому что сроки поджимали и я вовсе не был уверен, что найду то, что ищу. Так что время терять было категорически нельзя. Ведь если я не найду здесь вход в Тайную Комнату, то придется искать его в другом месте. И конечно же я просто не мог не натолкнуться на гидру, не так ли? Не зря же я про нее прочитал.

Было у меня предчувствие, что я с ней встречусь, и оно меня не обмануло. Только вот… я даже представить себе не мог, что натолкнусь на многотонную окаменевшую стоглавую гидру.

Судя по всему, лишь часть голов повернулась в сторону василиска, попав под его прямой взгляд. По крайней мере, я мог предположить, что это было так, глядя на часть голов, которые словно обернулись на шум позади и так и застыли. Это стало последней ошибкой устрашающей машины смерти.

Да, это не убило гидру, однако… она все равно окаменела. Сила взгляда тысячелетнего василиска оказалась просто ужасающей. Не буду врать, в тот момент мне захотелось оказаться как можно дальше. Желательно вообще в солнечной Испании.

С другой стороны… это подтверждало мою теорию, как ничто иное. Василиск явно бывал здесь. Неважно, как давно это было, хотя покрывший камень мох подсказывал, что давненько гидра стала камнем, но… Главное то, что где-то тут был вход в Тайную Комнату. И благодаря бестелесной помощнице мне даже удалось его найти, с горем пополам. Мне улыбнулась удача — он был как раз в том месте, куда глядели головы неудачницы-гидры, которую явно застали врасплох.

Осталось только договориться с табуном одичавших фестралов, которые не горели желанием пускать на свою полянку незнакомца.

Впрочем, с этими некро-коняшками я знал как договариваться.

Глава 69 Перспективы

Некро-совы, новая страница в истории бесшумной и великолепной ночной разведки, летели по длинному тоннелю, записывая всё увиденное на небольшие овальные кристаллы, заменяющие им глаза — я не собирался отслеживать их передвижения в реальном времени, и уж точно не планировал смотреть на всё их глазами. Ну нафиг. У меня перед носом наглядный пример того, насколько опасен взгляд тысячелетнего василиска. А вдруг мои дроны случайно налетят на ползущего по своим делам Василька? Нет уж, спасибо. Пока поживём.

Пускай полетают в автономном режиме, составят карту разветвлённых тоннелей под замком, а материалы я отсмотрю уже потом, в безопасности и с настойкой мандрагоры под рукой. Из-за малого срока хранения достать её не так-то просто, хотя цена, по сути, не такая уж и большая. Благо, сейчас я уже не ограничен в средствах и связях, как ещё какой-то жалкий год назад.

В общем, пока совы проводили разведку, я занимался не менее важным делом. Каким? Танцевал с бубном вокруг гигантской окаменелости, аки древний шаман. Ну, не в прямом смысле, конечно, скорее я просто ползал на карачках, рисуя кровью гигантскую пентаграмму для переноса массивного объекта в своё логово. Ну не бросать же такое чудо? Вон, мхом уже покрылось, стало быть — никому не надо. А мне надо!

На Василька я даже не претендую в этом плане, потому что не змееуст, крови Слизерина во мне не наблюдается, так что… как говорится, лучше гидра в руках, чем василиск в Тайной Комнате. Хотя и его я бы не отказался заполучить. В любом виде — это просто поезд, битком набитый деньгами. Но мечтаю я осторожно. Лучше бы мне завалиться в его логово, пока он на охоте вообще. Сделаю своё дело, соберу его сброшенную шкуру и дам дёру. Жадность вредна для здоровья молодых волшебников. Проверено многими неудачниками до меня. Но вернёмся к нашим баранам. То есть — к гидре.

Чертить огромную кровавую пентаграмму в лесу — это, скажу я вам, то еще удовольствие. Для начала пришлось заморочиться и расчистить местность вокруг гидры от веточек, шишек, фестральего помёта и прочего мусора. Затем выровнять поверхность заклинаниями — и только потом я смог приступить к начертанию. Благо, собственной крови в запасе у меня всегда было достаточно. Для переливания в случае серьезного ранения — спасибо Лето за важный урок. Теперь у меня всегда есть несколько бутылей собственной крови в кладовке. Вот и для неожиданного ритуала сгодилась.

Ещё и любопытные, но вполне добродушные некро-коняшки ходили за мной по пятам и то и дело пытались слизать мою пентаграмму! Ужас!

Фестралам моя кровь зашла на ура. Настоящий деликатес, видите ли. И хотя они довольно умные создания, но… всё же животные. Хоть трижды магические. Откупился кое как от них протухшим мясом тролля, но они всё равно норовили то там, то здесь, лизнуть дармовую вкусняшку. И огромный диаметр круга вовсе не помогал. Все же они хоть и падальщики, но вкусить сильной магической крови всегда рады. Если для этого не нужно охотиться, по крайней мере.

— Лили! Ну блин, я же просил тебя занять их чем нибудь! — возмутился я, когда в очередной раз меня в шутку толкнул носом обтянутый кожей, словно скелет, жеребенок. Руку чуть повело и линия получилось смазанной. Проклятье! Часть руны придётся перерисовывать. Ненавижу черчение.

Мелким фестральчикам было скучно, а тут такое развлечение… Вкусняшки, конкурсы, гости пришли.

Луна была еще высоко, так что скелетоподобные жеребята были полны энергии и страсть как хотели действовать.

— Я стараюсь, стараюсь! — едва сдерживая смех ответила призрачная Лили, которая действительно пыталась закрутить фестралов в хоровод, раздавая им запасы тухлого мяса и напевая какую-то незнакомую песенку.

Как и меня, некроманта и тёмного мага со стажем, фестралы хорошо приняли и мою высшую нежить, что логично. Так что от импровизированной игры обе стороны получали удовольствие, наслаждаясь компанией друг друга.

Стрёмно мы выглядели со стороны, наверное. Увидь нас какой нибудь неискушенный в тёмной магии первокурсник… поседел бы, бедняга: Ночь. Безлюдное сердце Запретного Леса. Тёмный маг проводит мерзкий ритуал по оживлению древнего многоглавого чудовища, рисуя кровью жуткие глифы на земле. Вокруг него водят хороводы мрачные крылатые существа с мерцающими в ночи рубинами глаз (при условии, что зритель видел смерть, конечно). Там же, в танце, паря над землей, кружится и поёт песню призрак ведьмы, или вообще… мавка или дриада какая-нибудь. Откуда первокурснику знать-то?

М-да. Если бы я сам такое увидал, когда ещё учился на первом курсе, бежал бы отсюда, сверкая пятками и вереща как девчонка.

— Ладно, наглая морда, можешь слизать вот это безобразие. Всё равно испортил кусок руны. — обречённо обратился я к игривой некро-коняшке, что положила мне морду на плечо и довольно всхрапнула. Конечно, отказываться фестральчик не стал, тут же вытянул костлявую шею и с удовольствием слизал кровь. — Доволен? Теперь проваливай. Тпру-тпру, кыш-кыш, иди к своим друзьям поиграй. Дай закончить уже.

Довольная коняшка издала странный звук, напоминающий ржание, клёкот и шипение одновременно, и ускакала. А я продолжил.

К несчастью, обычная трансгрессия была невозможна с таким увесистым грузом. Даже моих сил не хватит для переноса такой многотонной туши. Надорвусь и, в прямом смысле, порвусь пополам, скорее всего. Оно мне надо? Нет, не надо. Вот и занимаюсь посреди ночи присущими тёмным магам страшными делами, ворча себе под нос.

Хорошо хоть эти приживалы крылатые отлично чувствуют опасность и, живя здесь, практически в охотничьих угодьях василиска, прекрасно научились уживаться с ним. Так что я не боялся стать камнем или отъехать вообще с концами. Чуть что — запрыгну на спину первой попавшейся взрослой коняшке — и поминай как звали.

Хорошо хоть эта змеюка не умеет летать. Хотя… довольно высоко может прыгать, если я правильно помню. Есть пара задокументированных случаев охоты василиска на драконов… причём этот чешуйчатый бронепоезд умудрялся даже сбивать их в полёте, когда те только набирали высоту, пытаясь смыться, даже бросая драгоценные гнезда с яйцами.

Драконы взлетают довольно медленно, кстати. Скорость змеи в броске куда выше, а уж какая кинетическая сила удара у такой твари… М-да. Фестралы куда шустрее и манёвреннее в этом плане. Не говоря уже о том, что маловаты они для габаритов местного короля змей. Так, закуска. Не будет он метаться за ними по воздуху, выдавая всему Запретному Лесу, что началась королевская охота. Наверное. Так я себя успокаивал, по крайней мере, потому что стрёмно было — просто капец.

***

— Это еще что такое? — удивилась Фел, когда вышла из бункера и увидела перед входом гигантскую каменную статую гидры, окруженную затухающими алыми сполохами магии и довольного как слон Амоса. Пахло сгоревшей кровью — верный признак завершения какого-то ритуала, мощь которого буквально испарила алую жидкость без следа.

— Это, дорогая моя, перспективы! — довольно лыбясь, ответил волшебник в тёмном балахоне, потирая руки.

— Да? И какие же? Гостей мы сюда не водим, так что выпендриваться не перед кем. К тому же… мне кажется, она не очень то подходит к местному ландшафту. — задумчиво потирая подбородок и обходя статую по кругу, заметила Фелисити. — Не по феншую. Хотя… если сделать из неё фонтан… Да, голов много, и если из каждой будет бить родниковая вода… и чтоб в прудик с карпами стекала… Может сработать. Ладно. Я этим займусь, так уж и быть.

— К-какой ещё фонтан. — поперхнулся воздухом Санхайд. — Это не… не… кхм, короче, это не декорация. Это возможность создать новую высшую нежить… правда… только возможность. С учётом размеров и потребления энергии — полу-стационарную нежить, которая будет запитываться и от нас, и от магического источника. Не знаю, как на живой плоти сказалась подобная консервация во времени, но жизни я в гидре точно не ощущаю. Мертвее мертвого. В крайнем случае — разберем на ингредиенты, когда «оттает» под действием зелья мандрагоры. Впрочем, если внешняя оболочка останется и не будет пригодна для создания артефактов… хммм, ну, действительно фонтанчик выйдет ничего такой… Я бы еще маленький мостик над прудиком сделал, и плотоядных кувшинок под него запустил.

— Так это окаменелость, или что? Эта туша что, раньше была живой?! — удивилась Фелисити, проведя рукой по окаменевшей чешуе. — Никогда не видела такой здоровенной магической твари.

— Вроде того. Василиск поработал. Вот эта красотка и превратилась в камень. Не повезло ей, бедняжке. Быстрая смерть была бы куда лучшим раскладом, нежели медленное угасание в коме, не имея возможности вырваться из цепкой хватки времени. Как ты понимаешь, не нашлось никого, кто смог бы быстренько её «разморозить» пока не стало поздно. Теперь она мертва. Но я всё еще надеюсь вдохнуть в неё вторую «жизнь». Было бы круто. Акромантулы хорошие стражи, но как последняя линия обороны многоглавая гидра даже получше большинства драконов будет. Нет, был бы у нас замок готический какой, я бы предпочел огнедышащего валлийского дракона, но так как у нас бункер подземный — гидра уместнее.

— Угу. А сколько зелья мандрагоры понадобится, чтобы избавиться от окаменения?

— Честно говоря… об этом я пока что не думал… — почесал голову волшебник, пытаясь в уме прикинуть цифры и офигевая от предстоящих затрат. — Учитывая то, что нужны они одномоментно, а не партиями… Придется разместить специальный заказ в гильдию алхимиков на их оптовую закупку или… поскрести по сусекам в соседних странах? Анонимная доставка такой партии… как бы не больше самих зелий будет стоить.

— Ну, в крайнем случае запасной план с фонтаном у нас уже есть. — игриво подмигнула Фелисити своему избраннику. — Так… ты сейчас вернешься назад в свою холодную, пустую и одинокую койку в школе, аки благочестивый монах в свою келью, или…? — игриво проведя рукой вдоль талии, девушка шустро расстегнула две верхние пуговицы блузки, из-за чего взгляд парня тут же плавно скользнул ниже её глаз. — Или останешься до утра, и мы хорошо проведём время вместе?

Амос сверился с часами. Благодаря удаче, сегодня удалось сэкономить прорву времени, которое можно было потратить на что-то ещё.

— Вернусь в школу, конечно, но… часика через два, скажем?

— Три. — покачала пальчиком Фелисити, демонстрируя свой хищный глянцевый маникюр обсидианового цвета. Он отлично подходил к её кружевному белью, но Амосу пока еще только предстояло об этом узнать. Хотя благодаря расстёгнутым пуговицам у него уже появились подсказки.

Не менее хищная улыбка появилась и на его лице, словно кривое отражение улыбки его жадной до внимания девушки.

— Ладно. Три так три. — размяв шею, согласился парень, сверкая оранжевыми глазами, в которых зарождалось пламя. Пусть весь мир подождёт.

Настроение стремительно улучшалось. Совы продолжали исследовать тоннели под замком, и будут заняты этим еще, как минимум, до утра. Сеть оказалась несколько больше, чем предполагалась, и, возможно, имела раньше какие-то иные функции. Вскоре можно будет начать более глубокую разведку Тайной Комнаты и готовить там место для рокового ритуала Морганы. Окаменевшая гидра припаркована «на заднем дворике» тайной базы и ждёт своего часа. К груди прильнула горячая красотка, жаждущая физической и ментальной близости. Жизнь, в принципе, удалась.

По крайней мере, хотя бы сегодня.

***

Очередное занятие у профессора Слизнорта проходило для студентов как-то даже обыденно. Не скучно, нет, никто не жаловался, просто… ни тебе взрывающихся котлов, ни ругани и завуалированных оскорблений, студенты не пытаются подкинуть лишний хвост саламандры недругам с другого факультета, чтобы запороть их работу… Количество баллов в песочных часах факультетов стало расти, а не стремительно убывать на уроках по зельеварению. А ведь раньше росли они, в основном, только у змей. А теперь практически поровну. Фантастика!

Профессор относился практически ко всем одинакового. Особое отношение было у него только к любимчикам, но им мог оказаться любой талантливый ученик вне зависимости от факультета. Новый декан собирал коллекцию драгоценных камней, и цвет его не особо волновал. Рубин, изумруд, цитрин, сапфир… Его интересовала чистота, качество и возможность огранить талант, в итоге взыскав славу первоклассного ювелира.

Профессор также мог положительно повлиять на судьбу выпускников, задействуя свои обширные связи, чтобы те забрались повыше и, в будущем, помогли другим его ставленникам. Тем самым он увеличивал количество этих самых связей еще сильнее, ведь мог рассчитывать на ответную благодарность своих учеников. Такая вот круговая порука, только без фанатизма и без особой коррупции.

Плюсом было еще и то, что на местах оказывались действительно талантливые и многообещающие волшебники (хотя и встречались просто середнячки из оооочень влиятельных и богатых семей), что только положительно влияло его репутацию, а его «Клуб Слизней», несмотря на тупое название, можно было приравнять к Лиге Плюща. Только в масштабах Волшебной Британии.

На самом деле, это довольно честный обмен. Все получали пользу. Кто-то больше, кто-то меньше, но все. Даже простые ученики, что стали учиться куда лучше благодаря профессиональному подходу к преподаванию Слизнорта. Вероятно, таким образом профессор, как тот золотоискатель на диком Западе, пытался просеять золото, которое было упущено из-за предвзятого отношения Снейпа, с удовольствием топтавшего таланты, если те ему чем-то не угодили и были не с его факультета.

Вот что бывает, когда нормальный педагог учит молодое поколение волшебников предмету, которому посвятил многие годы своей жизни и не считает это бременем, а своих учеников — балластом. Если бы Слизнорт преподавал с самого начала… мне, может, и вовсе не понадобилась бы помощь Аманды, чтобы не отставать от школьной программы. Не упрёк в её сторону, кстати, учит она меня на совесть, по мере своих возможностей, но у нее нулевой опыт обучения других людей, так что… Сами понимаете.

Но даже так, положительный результат было видно ещё при Снейпе, а уж теперь, под чутким руководством нового-старого декана Слизерина, я смог затесаться в твёрдые середнячки и мысленно даже претендовал на звание отличника. В перспективе. Скорее всего, уже на седьмом курсе. Но это всё же значительный прогресс, как мне кажется. Путь пока я звёзд с неба не хватал, тайных записей Снейпа не находил (подозреваю, что их нашёл кое-кто другой. Может быть Снейп даже сам их и вручил Поттеру), но всё равно был вполне доволен. Дополнительные занятия отнимали у меня время, которое я мог бы посвятить изучению чего-то, к чему у меня действительно есть талант, так что на седьмом курсе смело смогу отказаться от них.

Ну, хоть Аманда получала от всего этого большое удовольствие. Слизнорт её талант оценил по достоинству и часто брал её ассистировать на занятиях. Правда, она сама поставила условие профессору, что будет помогать ему вести занятия только у старших курсов, так как возиться с малышнёй и варить начальные зелья было ниже её статуса. И чаще всего она появлялась именно на занятиях шестого курса вороньего факультета. Моего, то бишь. Неспроста, конечно. И я даже не знал, как к этому относиться.

С одной стороны — приятно, конечно. Плюс, помимо ЗОТИ и рун, у меня появился ещё один предмет, на котором ко мне было привилегированное отношение, но… это немного напрягало. Не то чтобы я боялся сорваться и поддаться соблазну, ведь ничто не прочищает подростковые мозги от гормонов лучше, чем регулярный секс, недостатка в котором я не знал благодаря Фелисити, скорее мне было неприятно разочаровывать саму Аманду, у которой на меня, похоже, были какие-никакие романтические планы. В этом я был уверен практически на сто процентов.

Меня вот вполне устраивала дружба с красивой блондинкой, такая же, как у меня была с Кэролайн, но это, по всей видимости, не устраивало уже саму Де Аморе, которая игнорировала все мои максимально ПРЯМОЛИНЕЙНЫЕ намёки, что у меня есть девушка, и заводить роман на стороне я не планирую. Я недооценил её наглость и настойчивость. Очень недооценил.

Аманда привыкла добиваться своего, причём не чуралась грязных приёмчиков.

— Вот так. Против часовой стрелки. Плавнее. — приговаривала девушка, стоя у меня за спиной, пока я помешивал бурую жижу в кипящем котле. И всё бы ничего, но она стояла СЛИШКОМ близко, буквально прижавшись к моей спине своей грудью. При этом её правая рука легла поверх моей, помогая правильно поймать ритм циркуляции варева. Плюс этот её шёпот на ушко и горячее дыхание… Если бы не это, то я бы и сам поймал нужный настрой… наверное. Но она умудрялась одновременно и сбивать мой ритм и помогала его найти. Однако делала это блондинистая стервочка так, что я невольно снова отвлекался. Порочный замкнутый круг. Слава магии, что у меня была пустая обойма после ночных похождений, иначе пришлось бы куда хуже.

Все это даже со стороны выглядело слишком интимно. Флирт на грани фола, из-за чего на меня неодобрительно и завистливо посматривала добрая половина учеников, а профессор то и дело прятал за кашлем смешки, курсируя по залу, заглядывая в котлы учеников. Этот матёрый препод почти сразу просёк некую закономерность посещений его лекций Амандой, сопоставил факты и установил настоящую мотивацию Де Аморе бескорыстно ему помогать в нелегком деле преподавания — и теперь Слизнорт просто развлекался за наш счёт, закрывая глаза на шалости своей помощницы и тихонько бормоча себе под нос «Эх, молодость!».

— Аманда… ты не слишком ли близко?

— Достаточно… — хмыкнула она, впрочем, немного, самую малость, отстранившись и дав мне облегчённо выдохнуть. Левой рукой я немного ослабил галстук. Вначале у Аманды было мало опыта в соблазнении, но она непрерывно училась, отрабатывая практику на мне. — Как раз хватит, чтобы поползли слухи и дошли до моего никчёмного женишка.

Я промолчал. Аманда не была дурочкой и всегда умела совмещать приятное с полезным, так что все эти домогательства имели и второе дно. Наверняка и третье, но о нём я уже мог только гадать. План был прост — спровоцировать дуэль между мной и тем несчастным, вдовой которого она планирует стать в скором времени. Конечно, обо всём мы договорились заранее и, в целом, план действий был одобрен мной самим, просто… я как-то не ожидал, что она решит воспользоваться подвернувшимся шансом настолько нагло и на публику.

Род, в который она войдёт и собирается со временем возглавить, сильно пострадал в последнее время и начал сдавать позиции. В том числе и из-за моего проклятья гидры, что легло на отпрысков трёх его союзников и вассалов. Плюс само по себе небольшое усиление рода невесты, на фоне стагнации и даже деградации рода жениха, наводило людей на мысли о мезальянсе. Помолвку всё еще могли разорвать, но… теперь это было крайне невыгодно обеим сторонам, а не только Де Аморе.

Слухи и шепотки, которые, в том числе, наверняка распространялись заинтересованной стороной, стали звучать всё громче и чаще. Это неплохо так развязало руки Аманде, которая стала действовать наглее, раз теперь род Де Аморе находился не в таком уж и неустойчивом положении на Британских островах, как было раньше.

Плюс положение самой Аманды в семье Де Аморе значительно укрепилось после той удачной авантюры в Запретном Лесу и, как я понял, она сумела убедить родственничков в целесообразности своих планов на захват рода — теперь уже конкурентов, а не союзников — изнутри. Амбиции её сияли ярко, как бриллиантовое колье в лучах солнца, и, благодаря поддержке собственной семьи и одного беспринципного тёмного мага, имели большие шансы на успех.

Так причём тут дуэль? Да там много факторов было намешано, на самом деле. Политических, репутационных, темномагических… Но главная причина, конечно, была куда прозаичнее. Я всего лишь должен был наложить на него своё новое «составное» проклятье, основой для которого послужили наработки от проклятья гидры и той дряни, что в итоге прикончила Снейпа. Хотя, на самом деле, оно было куда менее впечатляющим по своей убойности. Времени на реализацию тоже требовало уйму. В бою такое точно применять не стоило — бесполезное совершенно, и если бы не обещание Аманде сделать всё максимально незаметно, я бы даже не стал заморачиваться с таким узкоспециализированным проклятьем. Одноразовая фигня. Но зато эта фигня сильно выигрывала в незаметности. Для игры вдолгую — самое то.

Сначала первое в серии — самое безобидное, но самое манозатратное и искрящее спецэффектами (убрать их никак не выходило). Такое по-тихому в коридоре не пустишь в спину. Слишком заметное. Как выстрел из ПТРК в салоне автобуса (без разрушений, зато с шумом и светопредставлением). Авроры в школе, плюс профессора, да и система защиты замка в повышенной готовности работает… Засекут сто процентов. А парень по Хогсмиду и другим злачным местам, где его можно было бы подловить и проклясть, не шляется, скотина такая. Школа-дом. Дом-школа. А если куда и вылазит из дома, то только с родителями и охраной. Времена-то неспокойные, чтоб его. Ладно, тут я сам виноват.

Потому я решил действовать как обычно — запредельно нагло. Провокация. После таких выкрутасов Аманды меня точно вызовут на дуэль, потому что общественное мнение давит на парня с каждым днём все сильнее. Он просто сломается под давлением и бросит мне вызов, даже прекрасно понимая, что проиграет. Он обязан попытаться отстоять свою честь, ведь он аристократ. Лучше получить в бубен в честной драке, чем прослыть тряпкой и трусом, о которого даже собственная невеста ноги вытирает, открыто флиртуя с другим, верно?

Странно, правда, что саму Аманду волна негатива почти полностью миновала. Как и меня. Странные выкрутасы местного магического общества. Как только твоя сила или власть выходит за определенные рамки, недостижимые для большинства — давление сильно уменьшается. Словно ты поднимаешься со дна морского поближе к поверхности. И чем ближе к поверхности — тем меньшее давление на тебя может оказать толща воды. Это немного бьет по мозгам, кстати. Может, Том поднялся так высоко, что, перестав чувствовать давление, слетел с катушек, отбросив всякие моральные ориентиры за ненадобностью? Ведь кто его остановит? С этим всем нужно быть поосторожнее, ведь я уже и сам начинаю постепенно нащупывать эту грань, за которой начинается беспредел и падение во тьму.

На глазах у всех взять проклясть его — это запредельно нагло. Только вот проклятье, как бы, не сработает. Осечка, так сказать, авторского заклинания. Таким никого не удивишь. Я же грязнокровка, что с меня взять? Не сомневаюсь, что его после дуэли со мной так обследуют, что мама не горюй, потому что пошумим мы знатно. Но это тоже часть плана и моего алиби. Ведь ничего зловредного они не найдут, а само проклятье соберет жатву, наверное, и вовсе через годик. Это уже будет зависеть от Аманды.

Действовало оно по принципу составного яда, так что обнаружить его и уж тем более доказать мою причастность будет практически невозможно, ведь никаких симптомов и отклонений до того, как все части пазла будут собраны, не проявится. Даже наоборот.

Проклятья будут улучшать его здоровье, а не вредить (правда, за счет ресурсов его же организма, которые тот откладывает на будущее, но это уже детали). Всего спящих кусочков цельного проклятья будет четыре, и добавлять их нужно постепенно, в течение нескольких месяцев. Последующие кусочки я смогу наложить незаметно и без цирка с дуэлями, к счастью. И в определенный момент, когда у него родится наследник… сработает триггер, который запустит каскад необратимых изменений, превращающих «доброкачественные» проклятья в очень «злокачественные». Они-то и выработают ресурс организма, рассчитанный на сотни лет, всего за сутки. Этакая зловещая машина времени, хех.

И ничто не будет указывать на причастность Аманды, ведь та будет под круглосуточным наблюдением. Скорее всего, в Мунго. Ну и я буду на виду у всех в этот момент. Может быть, где-нибудь во Франции вообще. Колдомедики наверняка заподозрят активацию старого родового проклятья, под которое я и создавал «симптомы». Оно, вроде как, давно выдохлось, но с родовыми проклятьями такое бывает, что они внезапно возвращаются. Это должно занять его родственников на какое-то время. Пока они в панике будут метаться по специалистам, дрожа за свои жизни и будущее рода, бывшая Де Аморе успеет перехватить ускользающую из их слабеющих рук власть. Может устранит еще кого.

Было не очень приятно всем этим заниматься, если честно, но я уже обещал Аманде помочь с её амбициями, и она честно исполняла свою часть сделки, даже перевыполнив план, так что… Пришлось участвовать в этом цирке и подыгрывать.

И ставка сыграла. Перчатка в лицо мне прилетела вечером, на ужине, ровно через неделю такого вот неприкрытого флирта. Хорошо, что он наконец-то собрал яйца в кулак, а то я уже начал нервничать, а Аманда наглеть, заходя в своих заигрываниях всё дальше.

Глава 70 Власть? Сила? Знания? Деньги?

Рональд Уизли с интересом наблюдал за разворачивающейся перед ним картиной абсолютного доминирования. Причём не только магического, но и умственного. Или хитростного? Интриганского? Рон не знал точное определение или термин, но больше всего то, что он видел прямо сейчас, напоминало ему злые шуточки его братьев-близнецов, Фреда и Джорджа, когда те, втайне от матери, заколдовывали руку младшего брата, чтобы та отвешивала ему самому подзатыльники, пока братья ухахатывались, приговаривая «Зачем ты себя бьешь, Ронни?!». Ну, вот что-то такое.

А происходила дуэль, которую, наверняка, задумал его хороший друг, или скорее даже наставник — Амос Санхайд. По каким-то своим неизвестным причинам, которыми делиться он ни с кем не собирался, но о которых догадывались все кому не лень, множа сплетни и слухи. При этом он провернул всё так, что всё, вплоть до самого вызова и организации дуэли, умудриться свалить на своего оппонента. Ланселю Гринвичу, которому буквально не оставили выбора, пришлось бросить ему вызов, чтобы не уронить свою честь и достоинство…

Хотя… какие там честь и достоинство? Он растерял их давно и надолго, ведь всё это началось далеко не вчера, а Лансель просто предпочитал игнорировать тот факт, что его невеста весьма близко общается с Санхайдом, а своего жениха ни во что не ставит. Да и сам Лансель был тем ещё фруктом, на фоне которого даже Малфой, который соблюдал хотя бы видимое наличие манер, выглядел настоящим добряком и своим в доску. Одна из причин, почему никто не сочувствовал Ланселю и не осуждал Аманду Де Аморе (такую ещё поди осуди — так проклянёт, что мало не покажется), как считал Рон.

С другой стороны, Рон прекрасно понимал Ланселя Гринвича, который решил уподобиться далёкому австралийскому страусу и засунуть голову в песок в надежде на то, что враг не обратит на него внимания или вообще не увидит, раз уж он сам его «не видит и не замечает». Но понимал Рон его не потому что Лансель, не дай магия, был близок ему по духу или разуму (тьфу-тьфу-тьфу через плечо), а потому что знал обо всей этой ситуации немного больше других.

Помнил, например, про троицу друзей Ланселя, которых он натравил на Амоса в прошлом, когда Аманда и Амос только начали сближаться, попытавшись чужими руками «наказать обнаглевшего грязнокровку», как он тогда выразился, ну и заодно приструнить строптивую невесту, что могла запятнать свою и его репутацию.

Помнил он и то, чем это всё в итоге закончилось для троицы неудачников, которых разгромили в пух и прах, вдобавок прокляв по полной программе. В общем-то, никто не забыл, если уж быть до конца откровенным. Рон не был единственным, кто вздрагивал всякий раз, когда вспоминал, чем именно их прокляли. Имя Амос Санхайд стало практически нарицательным для многих чистокровных волшебников, которые использовали его как проклятье или синоним неудачи. Когда кто-то имели дело с особенно зловредным и приставучим проклятьем, можно было услышать: «Словно Санхайд проклял». Шипя и матерясь сквозь зубы, чистокровные волшебники частенько поминали его незлым тихим словом, когда не удавалось снять очередную досадную «липучку». Если так пойдёт и дальше… Рон легко мог представить схожую ситуацию, но уже в повседневной жизни. Вот ударится кто-то мизинчиком об угол тумбочки и вскрикнет, «Ай! Амос тебя задери!».

А ещё Рон догадывался, что Санхайд и половины своей силы и знаний не демонстрировал в учебных дуэлях, ведь Рональд сам учился у него, а потому мог оценить глубину и ширину познаний Амоса в магии, просто оценив свой собственный прогресс на фоне себя прежнего и нынешнего. Нагляднейший пример. Тем более, что-то такое вполне было в духе наставника, который был весьма скрытной и загадочной личностью.

Практически неуловимый в стенах древнего замка — Амоса могли обнаружить только если он сам того хотел, большую часть времени находясь неизвестно где, занимаясь своими делами. Но на территории Хогвартса, что подтверждали авроры, которым постоянно жаловались и писали на него доносы обиженки со Слизерина.

Потому да, Рон прекрасно понимал нежелание Ланселя вызывать Санхайда на дуэль. Страх. Лансель боялся — но не того, чтобы быть банально избитым или даже покалеченным, ведь магическая медицина может исцелить практически всё что угодно (за кругленькую сумму, конечно), Гринвич боялся неизвестности. Что выкинет Амос на этот раз? Какое мерзопакостное проклятье он нашлёт на бросившего ему вызов «храбреца»? Амос был крайне непредсказуемым волшебником и очень изобретательным в своей мести.

Если Ланселя ждёт нечто хотя бы отдаленно похожее на ту мерзость, которую в подарок от него получила троица его бывших друзей, то опасения его были вполне понятны и даже разумны. Не только Рон, все всё прекрасно понимали. Окажись они на месте этого неудачника, у них бы наверняка тоже коленки тряслись. Но это нисколько не мешало собравшейся вокруг дуэльного помоста толпе радостно улюлюкать, предвкушать чужое горе. Сочувствие? Сострадание? Только не к такому заносчивому куску говна как Гринвич.

Аристократы, словно шакалы, были рады порвать оступившегося и раненого собрата на куски, как ранее порвали его шестерок. Ну а простые волшебники и магглорождённые к нему испытывали, в лучшем случае, просто негатив и раздражение. В лучшем. Это те счастливчики, с коими ему не доводилось общаться лично. Гринвич, за почти семь лет своей учёбы, успел оттоптать ноги огромному количеству людей, и если с другими чистокровными он ещё вел себя более-менее прилично, то вот с остальными… М-да.

Если бы сам Лансель и его семья не были настолько сильны и влиятельны, то стояла бы очередь из желающих бросить перчатку ему в лицо. Правда, ключевое слово тут именно что были, потому как влияние его семьи сильно пошатнулось в последнее время. Как раз после того как Лансель решил закуситься с Санхайдом. Это, как бы, намекает уже само по себе, что с некоторыми лучше не связываться без веской причины. Те, кто умеют думать, сложили два плюс два и запретили своим чадам, обучающимся в Хогвартсе вместе с мелким (пока что) монстром, провоцировать его.

Проще было дать ему созреть и, лишенного защиты Хогвартса и законов о несовершеннолетних волшебниках, тихо устранить, наняв толпу головорезов. По крайней мере, именно такие разговоры слышались в потайных нишах Хогвартса. Астория Гринграсс, его подруга, рассказывала то же самое, а ей Уизли верил. Аристократы действительно пока что просто выжидали, наблюдали за тем как Амос топит их конкурентов, потирая руки. Словно акулы, они пожирали тех, кто вывалился за борт фортуны. Рон, конечно, рассказал об этом всём Амосу, но тот только посмеялся и загадочно улыбнулся. От такой улыбки у Рона аж волосы на затылке зашевелились. Амос всё знал и готовился. Если аристократы — это акулы, то Санхайд был косаткой.*

А что до личной силы… Лансель был хорош, куда выше среднего на курсе своего факультета, но… на фоне такого ненормального монстра, как Амос… смотрелся весьма бледно. Таким образом, ни у самого Ланселя, ни у его рода, сейчас не было ничего, чем те могли бы реально прижать наглеца.

В общем, для многих учеников день дуэли Санхайда и Гринвича был просто праздником каким-то. Никто даже не вспоминал первопричину дуэли, которая, вроде как, должна была бы настроить людей против Санхайда, а не наоборот. Никто даже в мыслях не допускал, что может победить Лансель, а победителей, как известно, не судят. Всё было настолько очевидно, что впервые на его памяти Фред и Джордж не стали устраивать тотализатор. Никто в здравом умен не поставил бы на Ланселя даже с коэффициентом один к ста, так что это не принесло бы близнецам ни кната.

«Всё же прав был Амос. Личная сила в Магической Британии имеет огромное значение.» — подумал Рон, невольно скосив взгляд на стоящую рядом с ним Асторию Гринграсс.

«По крайней мере достаточное, чтобы считаться одним из столпов наравне с властью, знанием и деньгами. Для сильных волшебников открыто куда больше дверей… ведь некоторые они могут попросту открывать грубой силой. Или создать себе собственный путь, проломив стену. Однако это было верно и для других трёх столпов. По сути, они образовывали круг, где одно могло привести к другому, другое к третьему и так далее… при должном желании и упорстве, разумеется. Всё было взаимосвязано.»

Кое-кто уже начал понимать, что одной только симпатии, которая зародилась у милой Астории к одному рыжему Уизли после чудесного спасения… недостаточно для осуществления его желания. Вернее, ее бесконечно мало, если он действительно хочет завоевать сердце безумно понравившейся ему ведьмочки.

Статус Астории был на порядок (или даже на два) выше, чем у него, шестого сына из, пускай и чистокровной, пускай и родовитой, но запятнанной клеймом предателей крови семьи. У его рода больше не было власти и влияния, как в лучшие их годы, и они держались на плаву в основном благодаря протекции Дамблдора и других друзей семьи, которые входили в какой-то клуб или вроде того.

А вот у Гринграссов были.

У Уизли не было тайных знаний или шпионских сетей — всё было утрачено давным давно.

А у Гринграссов были.

Уизли едва сводили концы с концами, а Гринграссы были баснословно богаты.

В общем и целом, если подвести итог — их социальные статусы были очень далеки друг от друга и у Рона не было ни власти, ни тайных знаний, ни денег, которыми он мог бы заинтересовать родителей девушки, определяющих её дальнейшую судьбу. Им было бы абсолютно плевать на то, нравится ли он их дочери или нет. Выгода для рода была куда важнее. Рон сейчас был абсолютно невыгодной партией и спрашивать мнения Астории на этот счёт они бы уж точно не стали. Так что единственный доступный ему ныне путь добиться желаемого — четвёртый. Тот же, которым шёл его наставник. Личная Сила. Рон воочию видел из первых рядов, в реальном времени, как Амос прогибает под себя застаревшие устои, меняя правила игры на удобные для него.

Амос пояснил Рону, что, опираясь на личную силу, волшебник может добиться всего сам, пускай и ценой огромных усилий, сопряженных со смертельным риском, который можно уменьшить, впрочем, обзаведясь верными и сильными соратниками и друзьями. Намёк Рон понял. Глядя сейчас на него и всю ситуацию вокруг Де Аморе в целом, Рон осознал, что тот оказался во многом прав.

Аманда вьется вокруг Санхайда, словно танцующая змея, при том, что тот вообще был магглорожденным. Безродным. У него не было ничего в начале пути. Ноль. Ни денег, ни влияния, ни знаний. Даже силы. Тем более силы.

Рон имел куда более выгодное положение на старте, чем Санхайд. Знал о магическом мире задолго до поступления в Хогвартс. Имел многочисленную родню, которая могла подсказать что-то или помочь. Прикрыть в школе от всяких отморозков, вроде Нотта. Статус, пускай и зыбкий, тоже у них имелся. У Амоса же не было даже этого.

Почему же тогда так сложилось, что теперь его наставник на коне, опережает многих чистокровных аристократов, родившихся с золотой ложкой во рту, при этом в глазах первой красавицы школы выглядя более притягательным партнером? Рону очень хотелось так же. Он не завидовал. Он жаждал повторить успех. И прикладывал много усилий, видя перед собой не только цель, но еще и пример для подражания. И вроде бы… даже начало что-то получаться.

Санхайд оказался достаточно умён, упорен, талантлив и удачлив, чтобы набраться сил и подняться. Он добился всего сам и стал настолько силён, что превзошёл всех конкурентов. У Амоса была личная сила, и сейчас он не стеснялся её демонстрировать, планомерно выбивая дух из посмевшего бросить ему вызов конкурента. Гринвичу не помогли ни деньги, на которые тот прикупил себе с десяток защитных амулетов, ни тайные знания — редкие и уникальные заклинания его рода Амос походя отбивал или вовсе лениво от них уклонялся, продолжая планомерно пробивать одну защиту за другой. Власть Гринвичей тоже подвела их — Лансель продолжал сыпать угрозами и оскорблениями в сторону своего врага, но тот их игнорировал со скучающим лицом, продолжая давить.

Впрочем, кажется кое-чего Лансель всё-таки добился — разозлил Санхайда. Этого ему делать, пожалуй, не стоило. Если бы Гринвич стал угрожать любимой маме самого Рона, тот бы тоже не стерпел подобного и выбил из него всё дерьмо. Ну, по крайней мере попытался бы. Скорее всего доверил бы это благое дело своим старшим братьям. В конце-концов, Гринвич был семикурсником, а Рон только второкурсником. Даже Санхайд в его годы, и ублюдок Поттер сейчас, не были в состоянии справиться с опытными семикурсниками-дуэлянтами. Куда уж ему? Рон трезво оценивал свои шансы и продолжал упорно учиться, чтобы сократить разрыв.

О, кажется Лансель тоже понял, что сильно перегнул палку и наконец-то заткнулся. Но было уже слишком поздно. Похоже, Санхайд принялся за него всерьёз.

Над головой у довольно высокого для своих лет волшебника медленно конденсировалась магия, обретая форму весьма устрашающего шипастого черного меча, остриё которого быстро крутилось, подобно магнитной стрелке, потерявшей север… пока в точности не указала на застывшего, нервно сглотнувшего слюну Гринвича, который тут же стал возводить вокруг себя самые разнообразные магические барьеры, не представляя, чего ждать от неизвестной тёмной магии. А то, что магия тёмная, было и дураку понятно. Большую часть защиты он инстинктивно решил поставить против излюбленных Санхайдом проклятий, угадав, откуда веет бедой. Может быть именно это его и спасло.

Свистнул рассекаемый воздух. Меч, нацеленный остриём в сердце Ланселя, прорезал большую часть барьеров и защиты, заставив того побледнеть и вскрикнуть от страха, отступив на несколько шагов. Он едва не свалился с помоста, комично взмахнув руками, чтобы удержать равновесие. Напрягся и профессор Флитвик, который был судьей этой дуэли, готовый остановить или вовсе вмешаться в бой, который был, вообще-то, не до смерти, а лишь до первой крови (такой формат выбрал Лансель, опасаясь за свою жизнь). Но декану факультета воронов не пришлось вмешиваться. Проклятье, преодолев последний барьер, иссякло, израсходовав всю вложенную в него ману, разрядив заодно и последние защитные амулеты Гринвича. Меч рассыпался на дымчатые осколки и опал на пол. Лишь один маленький, почти прозрачный осколок, достиг его ботинка и растворился в тот же миг, как коснулся ступни. Но ни Уизли, ни Флитвик, да вообще никто, кроме самого Амоса, который точно знал куда смотреть, не заметили этого.

Осколки меча истаяли на полу за секунды, словно пар, так и не причинив никакого видимого вреда Ланселю, который украдкой смахнул холодный пот со лба и стал быстро восстанавливать снесённую начисто защиту.

Амос нахмурился. Всем было ясно видно, что он явно ожидал другого результата. Малефикар недовольно поджал губы и пробормотал себе под нос, громко цыкнув:

— Тц, значит эксперимент провалился? Впрочем, отсутствие результата — это тоже результат. — он поднес к глазам свою волшебную палочку, придирчиво осматривая дымящийся концентратор на предмет повреждений.

Чуть отклонил голову, пропуская мимо лица вражеское секо, разминувшееся с ним в считанных сантиметрах и срезавшее прядь волос у виска, он залихватски подмигнул напряженной Аманде, держащей за него кулачки. Она показательно закатила глаза, отвернувшись, но уголок её рта дернулся, едва не проиграв улыбке. А Санхайд, тем временем, вновь обратил внимание на Ланселя, щелчком пальцев сжигая свои волосы, обращая их в пепельную дымовую завесу, мешающую обзору.

Противник ждать не стал и атаковал его, когда думал, что враг отвлёкся. Но Амос, на самом деле, лишь делал вид, что отвлёкся, продолжая внимательно следить за Гринвичем периферийным зрением. Его волшебной палочке нужно было выиграть пару секунд на то чтобы остыть. Слишком уж много маны разом он пропустил через неё. Концентратор был очень близко к выгоранию магической сердцевины. Но обошлось.

— Ну, не важно. В следующий раз точно получится. С экспериментальными заклинаниями часто так бывает. Первый блин всегда комом, как говорит наш декан. Придётся подыскать другую подопытную крысу, что добровольно предоставит мне своё тело для экспериментов, но это всё потом… Пока что нам надо бы закончить с тобой, а, Лансель, как считаешь? — многообещающе улыбнулся Санхайд, уклоняясь от очередного костедробительного заклинания. — Надеюсь, это поражение достаточно тебя унизит, чтобы ты бросил повторный вызов. Уж тогда-то я точно не промахнусь.

Дальнейший бой не продлился и минуты. Лансель и так уже выдохся, а его защитные амулеты разрядились или ушли на перезарядку. К тому же, на его боевой дух давил липкий и страх из-за разминувшейся с ним лишь чудом смерти… или еще чего похуже, что мешал парню трезво мыслить. Лансель и сам хотел поскорее закончить бой, лишь бы страшный малефик не пошёл на второй заход.

Так что очень скоро Санхайд его подловил и заставил блевать слизняками, приморозив заодно руки и ноги к полу, когда тот пытался подняться после падения. Лансель так и застыл на четвереньках в луже собственной склизкой блевотины, не в силах даже вымолвить «Я сдаюсь», пока вверх по его пищеводу, прямиком из желудка, лезли новые обитатели, стремясь на волю. Повезло ещё, что те не пытались выйти через черный ход, а то многим девочкам и так поплохело от этой сцены.

Еще несколько неприятных проклятий, вроде гнойных фурункулов и облысения добавились сверху, прежде чем профессор Флитвик остановил бой, признав Амоса победителем. Он медлил, потому что палочка всё еще была в руках дуэлянта, пусть и приморожена вместе с рукой к полу. Или потому, что маленький профессор тоже не особо жаловал Гринвича, который был тем ещё расистом и частенько шутил о полугоблине у него за спиной.

Глядя на то, как одного встречают триумфом, а другого уносят в лазарет (а затем его ещё и переправят в Мунго на углублённую проверку у специалистов) под насмешливый гогот «друзей» с факультета, Рон в очередной раз за сегодня серьёзно задумался, провожая взглядом спину уходящего под ручку с довольной Амандой наставника.

Рональд вновь скосил взгляд на Гринграсс, которая что-то оживлённо обсуждала со знакомой третьекурсницей с его факультета, экспрессивно размахивая руками и весело смеясь. Кивнул своим собственным мыслям, убеждаясь в правильности ранее принятого решения, Рон отправился в библиотеку. Учиться. Там он наверняка пересечётся с Грейнджер, у которой можно будет попросить совет на тему подходящей литературы.

Наставник пригласил его посмотреть этот бой не просто так. Он показал ему путь, который отлично подойдёт и его рыжему протеже. Рону нужно было удвоить количество усилий, если он хочет однажды повторить успех наставника и так же увести под ручку Асторию, под гомон ликующей толпы.

***

— Это было легче чем я думал, — зевнув и потянувшись, поделился я мыслями со своей немёртвой помощницей, которая кружилась неподалёку, едва заметная в ночной тьме. Лишь мягкий свет желтой луны мог огранить контуры её прозрачного, в данный момент, тела.

— Что именно? — хмыкнула Лили. — Наложить первый слой проклятья, или проверить и заблокировать все прослушивающие, а так же следящие чары и артефакты на астрономической башне?

— И то и другое, наверное. — неопределённо пожав плечами, облокотился на каменные перила и устремил взор на укрытый белыми шапками снега запретный лес. Ночная прохлада приятно щипала щеки и кончики пальцев. Для меня — пустяк, а вот для обычных волшебников, что не пользуются согревающими чарами или артефактами — хороший шанс подхватить ангину. Все таки минус пятнадцать — это минус пятнадцать.

— Мне всегда казалось, что в таком "рыбном" месте должны быть следилки учителей, а не только любопытных и жадных до слухов студентов. — щелбаном отправил вниз маленький камешек, покрытый рунами, ныне потухшими, проследил его полет до промерлзой земли. Раньше это был артефакт, но скоро станет пылью под ногами учеников. Он уже никогда не услышит чужих признаний в любви или скабрезных секретиков неосторожных студентов. — Ну, на худой конец, хотя бы авроры могли бы отметиться, раз уж они здесь штаны протирают, ловя ветер. Не ожидал, что они так халатно отнесутся к своим обязанностям.

— Ты слишком многого ждёшь от других. — покачала головой рыжая призрачная леди. — Профессорам и директору Дамблдору плевать, кто с кем спит или строит большую светлую любовь. Всегда было. Главное, чтоб все было по согласию, да. С этим строже. Аврорам тоже глубоко плевать на половые отношения студентов, лишь бы черту закона не преступали. Каждый раз, когда они используют казённый артефакт прослушки, им нужно заполнить такое количество форм, что проще уж самому под плащом-невидимкой сидеть в засаде. По крайней мере, на это постоянно жаловались Сириус и Джеймс, когда работали в аврорате… М-да. Думаю, ты и сам понимаешь, почему и чего опасаются чиновники министерства магии. — Лили задумчиво накрутила локон волос на палец, погрузившись в воспоминания. Взгляд её тоже перетёк на яркую луну, застенчиво выглянувшую из-за хмурых туч.

— Чинуши точно не обрадовались бы, если бы аврорат мог разбрасывать свои игрушки где попало. В их кабинетах, например! — рассмеялся я. Лили присела рядом, на каменные перила, свесив ноги вниз. Ну да, ей-то высота теперь точно не страшна. — Это ж какой стресс, если, всякий раз запуская руку в казну, нужно волноваться о том, чтоб тебя не поймали за руку, а? Ужас же!

— Вот-вот. — качнула головой Лили. — Так что разве что самим студентам и интересна личная жизнь других студентов. Ни больше, ни меньше. С тех пор, как я здесь училась, ничего толком и не поменялось. — Лили грустно улыбнулась.

— Волшебники, и сам волшебный мир, весьма статичны.

— Это да.

Помолчали. Каждый задумался о своём. Лили задумалась о прошлом, когда ещё была жива, судя по всему, а я… Я прокручивал в голове предстоящий разговор с Амандой. Точного плана у меня не было. Лишь в общих чертах я прикинул, что и как говорить. С девушками всегда сложно в этом плане, никогда не знаешь, какой неожиданный оборот может принять диалог. Но расставить все точки над i было необходимо. Де Аморе что-то не собиралась сбавлять обороты, хотя план был выполнен и можно уже было постепенно сокращать взаимодействие. Больше не было смысла в разыгрывании из себя парочки из молодых волшебника и ведьмы, увлеченных запретной любовью между аристократкой и простолюдином. По крайней мере, я так думал.

Аманда же процессом наслаждалась и прекращать не хотела. Не то чтобы мне было сложно ей подыграть, просто… это было бы так, если бы она играла . А Аманда уже не играла, как мне кажется. Либо она настолько гениальная актриса, что смогла обмануть даже меня, её партнёра по роли, либо поверила в собственноручно написанную пьесу.

Это нужно было прекратить. Для её же блага. Если об этом узнает Фелисити, то… не берусь предсказать её реакцию. Кэролайн пока прикрывает меня, но что будет, когда тайное станет явным? А оно станет, в этом я не сомневаюсь. Фел взбесится и будет в своём праве. Потому мы с Лили и прошерстили астрономическую башню, просеяв мелким ситечком все следилки. Как бы всё не сложилось в итоге, знать об этом никому не следует.

— Так ты порвёшь с ней? — нарушила тишину Лили.

— Я с ней и не встречался. Это была лишь фикция, необходимая для создания слухов и сплетен. — пояснил я свою позицию.

— Так думаешь разве что ты сам. — озвучила мои опасения Эванс-Поттер.

Сначала Кэролайн мне намекнула на это, а теперь и Лили. Тревожные звоночки, даже настоящие колокола, подтверждающие угрозу. Если уж даже высшая нежить начала подмечать такое, то это действительно проблема. Аманда, таким вот обходным путём, смогла незаметно втянуть меня в почти настоящие отношения. Без сомнения, если я просто пущу всё на самотёк, то вскоре обнаружу, что фикция превратилась в реальность.

— Как бы там ни было… Это нужно прекратить и откатить наше взаимодействие обратно до приятельских или партнёрских отношений. Дружеских, может быть. Если она отреагирует более-менее адекватно. — в чём я сомневался, конечно, но, эй, дайте человеку помечтать немного.

— Хорошо. Она мне не нравится. — на этот вброс я лишь закатил глаза.

— Тебе никто не нравится. Ты шипишь на Фел, не хочешь понять Кэрол, теперь вот, хех, и на Аманду нацелилась.

— Я что ли виновата, что ты окружил себя одними психопатками?! — возмутилась Лили, повернув ко мне голову и сердито нахмурившись. — Очнись, Амос, у всех твоих подруг проблемы с головой! Серьезные проблемы. Особенно у Фелисити.

— Ну, у всех есть свои недостатки. — отмахнулся я. — К тому же, лицемерно будет с моей стороны, если я не замечу, что у меня самого точно такая же проблема. — я постучал пальцем по виску. — Если ты не в курсе, меня тоже сложно назвать нормальным. Стою вот, болтаю с собственноручно созданной высшей нежитью. На холоде. И без шапочки. Маман была бы в ужасе.

— Ага, и ты решил подобрать себе свиту под стать, да? Чтоб не выделяться? — Лили участливо улыбнулась, как взрослый понимающе улыбается ребёнку, который сказал, что когда вырастет, обязательно станет космонавтом.

— Нет, просто… с ними мне проще было найти общий язык, наверное? — почесав щеку я похлопал по карманам мантии, надеясь найти пачку сигарет. Но её не было. Давно бросил ведь, так почему надеялся найти? Наверняка просто автоматически хотел занять руки во время неприятного разговора. А впереди был еще более неприятный, так что этот просто репетиция. — Говорят, противоположности притягиваются, но знаешь, пока что мне куда комфортнее с такими же как я сам. Кэролайн, Фелисити, Дафна, Аманда… Я. Все мы немного не от мира сего. В плохом смысле. Я не строю иллюзий на этот счёт. Каждый из нас далеко не образец добродетели. Но нам комфортно вместе — это факт. Нет этого... как его... молчаливого осуждения, во.

Лили понятливо кивнула, прикрыв глаза. Отношения — это не про «выход из зоны комфорта». Скорее, напротив — создание этой зоны.

Так считал я, и так считала она. В этом вопросе мы были солидарны. Но я еще не закончил.

— Правда, Аманду придётся вычеркнуть из «зоны комфорта». Она не такая, как Шарпхарт, и не станет довольствоваться ролью друга. У неё другие интересы. И они идут вразрез с моими. — добавил я, поджав губы.

— Ты не прав. Не все твои подруги мне не нравятся.

— Ну и ну. И кто же пришёлся тебе по душе? — заинтересовался я, склонив голову к плечу. Вряд-ли это кто-то из Дикой Охоты. Гермиона скорее протеже Кэролайн, так что остаётся...

— Луна Лавгуд. — подтвердила мою догадку рыжая. — Или ты не считаешь её другом? Ты не внес её в «список» комфорта, но не потому что она не вписывается, а потому что находится в другой зоне комфорта, не так ли? Не мрачной и безумной, а светлой и… не знаю даже, какое слово подобрать.

— Луна… необычная девушка, не спорю. И я действительно считаю её другом, несмотря на разницу в возрасте, однако… Слишком уж много нюансов. — я насмешливо погрозил Лили пальцем. — Ты ведь не про дружбу разговор ведёшь, не так ли? Ты про… романтические отношения. Вот тут-то как раз возраст имеет значение, ха-ха. Не говоря уже о том, что Луна достойна куда лучшего. Ей нужен хороший парень, честный и открытый. Без личного кладбища скелетов на заднем дворе, как минимум.

— Ух, как всё запущенно… — Лили не улыбалась и шутливый тон куда-то пропал. — Понятно всё с тобой. Ты не считаешь себя достойным света, всё глубже уходя во тьму, да? Не знала, что ты склонен к драматизму. Ладно, дело твоё, мастер, но чтоб ты знал… возраст — это проблема, которая сама собой решается со временем. Я же не предлагаю тебе бежать прямо сейчас и совращать невинную девушку. Лет через пять ваша разница в возрасте не будет иметь такого значения. Просто присмотрись к ней. Она-то смотрит на тебя по-другому.

— Ну вот через пять лет и вернёмся к этому разговору. — недовольно буркнул в ответ, раздраженно нахмурившись. — Даже моя мать не суёт свой нос так глубоко в мои отношения, как некоторые... И не капает мне на мозги. Тоже мне… — продолжать я, впрочем, не стал, прикусив язык. В порыве злости я мог наговорить Лили лишнего, а обижать её не хотелось. Она лезла не в своё дело, да, но мотивы её были чисты и понятны, так что злиться на неё не имело смысла. — Меня более чем устраивает Фелисити. Точка. Хватит об этом. Если хочешь помочь своему, хех, мастеру, устроить личную жизнь, то сосредоточься на том, как бы сохранить его нынешние отношения и не допустить коллапса.

— То есть ты всё же допускаешь возможность коллапса? Значит ещё не все потеряно и ты всё еще можешь мыслить верхней головой, а не нижней, когда дело касается твоей девушки...

— Лили!!!

— Молчу-молчу. — сделала она жест, будто закрывает рот на замок. — К тому же, твоя сигналка подаёт признаки жизни. Кто-то пожаловал к тебе на разговор. Догадываюсь, кто.

Я потёр виски, пытаясь успокоить себя. Хули я вообще так разнервничался, будто действительно собираюсь кого-то бросить?! Мы с Амандой не встречаемся, а ощущение на душе всё равно гадкое. Теперь ещё и Луну избегать буду с неделю или две из-за слов Лили. Я-то себя знаю, неловкость уж точно появится и пройдёт нескоро.

Лили удалось заставить меня посмотреть на Луну под другим углом, чего я не хотел делать, но теперь не смогу не замечать некоторые вещи. Хорошо, что она ещё мелкая и я в любом случае не смогу воспринимать её как девушку ещё довольно долго. Но лет через пять… у меня опять может возникнуть схожая с нынешней проблема… которую я, пожалуй, оставлю Амосу из будущего. Он будет умнее, опытнее и подростковые гормоны не будут ебать ему мозги. Наверное.

Проклятые подростковые драмы! Я-то надеялся, что я выше всего этого, а поди ж ты. Любви все возрасты покорны, да? Чувствую себя малолетним дибилом… Ох, Мэрл… Морга… Мордр… бля, я теперь даже не могу нормально взывать к ним, узнав так много об их совместной истории. Особенно глупо будет упоминать Моргану всуе. Как-то это странно будет. Короче, мать-магия, помоги!

***

— Хорошо. Я поняла. — Аманда выслушала меня и не стала разводить скандала. Конечно, я был довольно мягок, не желая её обидеть, но всё же... Немного удивился тому, как спокойно она отреагировала на мои слова. Будто бы просто мысленно вычеркнула из уравнения неудавшийся план, признала поражение в битве. Но она не казалась особо расстроенной или сдавшейся, будто и сама понимала, что ничего не получится. Однако, она явно также не считала, что война закончена или проиграна. — Я подожду.

— Чего подождёшь, Аманда? — не понял я. — Если ты думаешь, что я изменю решение...

— Нет. Я неплохо тебя изучила и мой выбор пал на тебя не просто так. У тебя есть принципы, это видно. И изменять им ты не будешь, что и доказала наша небольшая игра. И это... одна из вещей, которая меня в тебе привлекает.

— Что-то я запутался...

— Я никуда не спешу, Амос. Благодаря тебе у меня есть вечная молодость и очень продолжительная жизнь. И у тебя, я полагаю, тоже. Может, такую же возможность ты предоставил и своей пассии. Скорее всего, даже. Слишком уж ты заботливый. А подожду я случая, когда твоя девушка совершит ошибку.

— С чего ты взяла, что она совершит ошибку? — от спокойного и уверенного голоса Аманды у меня, признаться, выступил холодный пот на спине. Очень не по себе стало. Едва не вздрогнул. Её зеленые глаза смотрели будт-то в саму душу, прекрасно заметив мгновение неуверенности. Она победно улыбнклась.

— Все совершают ошибки, Ами. Все. — Аманда улыбнулась и подошла вплотную, сделав вид, что хочет поправить мне галстук. Я не повёлся и отступил, но упёрся спиной о холодный камень ограды.

Её рука потянула сине-черную полоску ткани, заставив меня чуть-чуть наклониться вперед, из-за чего наши лица застыли на примерно одном уровне. Аманда довольно высока. Особенно на каблуках. Из-за неожиданности, Аманда не встретила сопротивления, потому у неё и получилось осуществить задуманное.

— И чем дольше человек живёт... тем больше ошибок совершает. Это неизбежно. Неотвратимо. Как и то, что ты будешь моим. — прошептала она.

На секунду наши уста соединились. Не в страстном поцелуе, а скорее она просто клюнула меня в губы, пользуясь временным замешательством, не особо наглея. Она тут же отстранилась и, развернувшись, пошла на выход игриво покачивая бёдрами.

— Я подожду. И когда она оступится — я буду рядом, чтобы воспользоваться этим. — Аманда исчезла в дверном проёме, оставив меня наедине с собственными мыслями. Ну, почти наедине.

— Ну, по-моему, это фиаско. — выглянула из-за серого заграждения Лили, ничуть не помогая.

Я устало сполз на холодный пол, поджав колени под себя и умостив на них подбородок. Второй раз за вечер я подумал о том, что неудачное время я выбрал для того, чтобы бросить курить. Никотиновая палочка сейчас была бы не лишней.

— Сам вижу. — устало помассировав переносицу, я кончиками пальцев коснулся губ. На них всё еще оставался след тёмно-зеленой, почти чёрной, помады. Словно печать долгого обещания. Неосознанно я слизал часть её кончиком языка, почувствовав вкус зеленого яблока и винограда. Вытер остаток рукавом мантии и задрал голову вверх, к молодой луне, невольно выругавшись сквозь зубы. — Надо было отшить её жетсче...

— Надо было, но что уж теперь... — Эванс-Поттер вновь умостила свою призрачную попу на переила, но на этот раз свесив босые ножки на сторону смотровой площадки. — В будущем от нее будут проблемы. Она, кажется, говорила серьёзно.

— Ага.

— С другой стороны, это скорее проблемы Фелисити, а не твои. Хотя... нет, в таком случае именно Фелисити и станет вашей общей проблемой, да? И твоей, и Аманды. Для неё, скорее всего, вообще фатальной проблемой. Фелисити не очень стабильна и крайне ревнива, и ты это знаешь. Когда-нибудь она вполне может перейти черту, убить кого не следовало, и тогда...

— Помолчи. И так тошно. Сразу же после того как закончу с ритуалом для нашей общей знакомой, примусь искать способ помочь Фелисити немного прояснить голову...

— Поможет ли?

— Надеюсь. Что бы вы там себе все ни думали, я её не брошу до самого конца.

— Надеюсь только, что конец этот будет не твоим...

*Кто не знал, поясняю — косатки те ещё маньяки от мира животных. Они не просто охотятся на акул по приколу, если жрать хочется, а никого больше рядом нету, косатки еще и мучают их в процессе, максимально унижая. Смотрели фильм челюсти? Вот косатки вызывают такое же чувство страха у акул, как сами акулы у упавших в воду людей.

П.С.

- Что важнее? Власть? Сила? Знания? Деньги?

- Главное - ХВОСТ!

Сейчас будет много артов деловой Фел. Кому не интересно скипайте, но вышло круто.

Глава 71 Лунное прорицание

У Гарри наконец-то началась белая полоса. Как только система ожила и вновь дала о себе знать, раздавая квесты, за которые Гарри мог получить привлекательные бонусы, вроде крутых заклинаний и увеличения магической силы, вот сразу и началась, да. У него, по правде, появился закономерный вопрос: «А что, сразу так нельзя было?!» Но да ладно.

Сраная баганутая система какого-то криворукого бога игр, не иначе. Частое явление в фанфиках. Впрочем, Гарри уже смирился с этим. Лучше поздно, чем никогда, верно?

Постепенно он осваивал и парселтанг, на котором, как оказалось, недостаточно просто иметь возможность говорить. На нём еще надо было уметь разговаривать. Бред полный, конечно. В каноне у Гарри сразу же всё получилось, без всякого там обучения. Просто хоп — и умеет говорить со змеями. Но система объяснила это просто: У каноничного Гарри, видимо, за разговорный парселтанг отвечал кусок крестража в голове, а у нынешнего Гарри его не завалялось. Только какие-то ошмётки.

Хорошо хоть сам дар змееуста остался, а то ведь как ему прикажете квесты выполнять и планы свои на жизнь воплощать, без василиска-то? И ему приходилось тратить своё драгоценное время и учить змеиный язык, как какой-нибудь обыкновенный немецкий. Хотя, учитывая большое количество шипящих звуков, скорее китайский. И он был пиздец каким сложным. Но Гарри же был гением (по собственному мнению, а не утверждениям общественности, ну так и что?), потому не сомневался, что у него всё получится. Тем более открыть дверь в Тайную Комнату Слизерина он уже вполне себе мог. Просто пока не хотел. И это не пустое бахвальство! Просто пока что Гарри сомневался в своих способностях договориться с василиском и сделать того своим фамилиаром, только и всего. Всё равно никто другой в Тайную Комнату не попадёт, потому что на парселтанге может говорить только он (в перспективе).

Зато нападки семейства Уизли всё чаще срывались и не приносили желаемого рыжими говнюками результата, оборачиваясь против них самих. Вот что магия животворящая делает! Прокачанного Поттера так просто не взять! Он бы и с Дамблдором поквитался, и с этим выскочкой Амосом, и с сучкой Де Аморе, но… пока решил отложить свою страшную мстю до лучших времён.

Видал он, как Амос размазал того семикурсника, жениха Аманды, кстати, по дуэльному помосту. Гарри уже был достаточно уверен в собственной победе над тем же семикурсником, Ланселем, кажется, но не с такой лёгкостью, да и… ну, по правде говоря его пугала способность Амоса придумывать заковыристые проклятья, которые даже обновлённая система распознать не сумела.

Это не значило, что они какие-то имбовые, просто неизвестные. Авторские. А неизвестность, как это часто бывает, пугает больше всего. Гарри хотел стать своим среди носителей голубых кровей Магической Британии, но не так же… и не в таком смысле! Конечно, ничего не доказано, но… мнение слизеринцев практически единодушно сошлось в том, что тех троих неудачников проклял именно Санхайд, причём воспользовался дуэлью как прикрытием и поводом. Брррр. Пугающее проклятье. Не хотел бы Гарри в один (не)прекрасный день почувствовать тягу к смазливой мордашке Малфоя… Ну нахер!

Да и хуй его знает, кто так жестко проклял Снейпа, что он аж откинулся? На Слизерине ходили нелепые слухи, что и тут приложил руку Санхайд. Никто особо не верил, правда, да и доказательств никаких не было, опять же, иначе того бы уже упекли в Азкабан находящиеся в Хогвартсе авроры, но… Но Поттер привык доверять своему острому уму и обострённой интуиции. Для него-то уж всё было очевидно. Снейпа убрал… Дамблдор!

Кто же ещё? Старый интриган понял, что его шпион слишком уж проникся судьбой избранного и перешёл на его сторону, вот и решил убрать зельевара, чтобы тот не помешал его гнусным планам на героя Магической Британии. Боялся, что Снейп предупредит Гарри об опасности. Да, скорее всего так и было. Сволочь! Он убил Снейпа!

В общем, Гарри решил придержать возмездие до лучших времён, которые, несомненно, вскоре настанут, пока сконцентрировавшись на выполнении квестов. В конце цепочки маячила столь сладкая награда, что Поттер решил забить на всё прочее. Ритуал, который усилит его в десятки раз — это вам не шутки. Да и цепочка квестов, вроде сбора определённых ресурсов, приготовления зелий, набивания руки в начертании символов и прочей нудной мути, была не иначе как подготовкой к нему же.

Вот проведёт в конце учебного года ритуал и кааак захуярит на каникулах и Амоса, и Голубую Бороду, чтоб те не плели вокруг него свою паутину лжи. Аманду, эту строптивую сучку, можно будет затащить в гарем силой, попутно прибив её женишка и свалив его смерть на «пропавшего без вести Санхайда». Немного легиллименции — и будет как шёлковая. Ещё спасибо скажет, ведь он-то уж о ней позаботится как следует, хе-хе, во всех смыслах. Гарри не забывал обид. Просто месть — это блюдо, которое подают холодным. И с компотом, вот.

И местечко он под ритуал уже выбрал хорошее. Тайная Комната подойдёт идеально, а прирученный василиск не даст никому сорвать ритуал. Даже Дамблдору с его ощипанной курицей-гриль. Единственной ложкой дёгтя во всём этом была головная боль, настоящая мигрень, возникшая, судя по оговоркам системы, из-за прямого вливания знаний по магии в его мозг. Но ради такого можно было и потерпеть немного. Система обещала, что со временем канал передачи данных разработается (Гарри старался не шутить про анал, ведь разрабатывался-то как раз его канал, а не чужой) и боль пройдёт. А Гарри станет самым могучим волшебником. По крайней мере, на островах. Нужно было только немножко потерпеть и следовать инструкциям… Что может пойти не так?

***

Луна деловито расхаживала по ночной полянке с перекинутой через локоть корзиной тухлого мяса, подкармливая то одного фестрала, то другого. На макушке у неё красовалась симпатичная красная шапочка с помпончиком. Зимой она всегда надевала её, когда отправлялась к Запретному Лесу. Первый раз случайно, но после того как хихикающий Амос рассказал ей сказку о Красной Шапочке, делала это умышленно. Что поделать, если сказка ей понравилась и её всегда пробивало на хи-хи от вида сдерживающего улыбку друга.

С удовольствием Луна отметила возросшее количество плотоядных гостей. Не только приплод молодых фестралят, но и незнакомые доселе взрослые фестралы были здесь. Дикие. Хотя различий между «дикими» и «не дикими» особо-то и не было. Фестралы умны, как и единороги. И на самом деле даже более благосклонны к людям, чем их светлая противоположность. Хотя большинство считает иначе, почему-то. Это заблуждение. Может они и страшные снаружи, но добрые внутри. Даже скучная и сухая статистика на стороне милых фестральчиков.

Разве что пегасы, в частности, абраксанцы — другая летающая порода магических лошадей, могла посоперничать с ними в дружелюбии и добровольном сотрудничестве с людьми. Однако содержать пегасов могли позволить себе далеко не все. А всё из-за их особой диеты. В отличии от неприхотливых фестралов, те любили пить ячменный виски. Вместо воды. Не нужно быть великим счетоводом, чтобы прикинуть затраты на их содержание. Лошади пьют много. А ещё они едят далеко не тухлятину всякую, которую можно раздобыть за гроши в любых количествах.

Так что пегасов могли себе позволить либо очень богатые аристократы, либо такие богатые школы магии как Шармбатон, с практически бесконечным финансированием. В их случае финансовую сторону покрывал Николас Фламель — единственный в мире создатель и обладатель философского камня. Для него такие траты были несущественны.

Пегасы в дикой природе сами обеспечивали себя огненной водой, пускай и похуже качеством. Всё таки магией они обладали, и неслабой, но процесс созидания ячменного виски был сложен и тратил много маны, так что те предпочитали жить в симбиозе с волшебниками испокон веков. Зачем напрягаться, если люди сами тебе всё принесут в награду за простейшую работёнку? Или вообще просто так. И чем породистее были пегасы, тем элитнее требовалось виски. Конечно, они могли и простой водой перебиться, если нет виски, но какой тогда смысл служить людям, верно? Простой водицы они и в дикой природе себе найти могут.

Луна вздохнула. Хотела бы она посмотреть на пегасов, но в Хогвартсе их не сыскать. Разве что у таких богатых родов, как Малфои, может быть пара пегасов в стойле, и то не факт. В Британии слишком холодный климат, так что все пегасы, что не несут службу у волшебников, давно мигрировали в тёплые края.

Но это особо не печалило прорицательницу, ведь будущее сулило ей встречу с этими крылатыми конями. Как раз с абраксанцами. Нужно было только подождать, когда в Хогвартс прибудут гости из Франции. Жаль, точной даты она не ведала. Будущее имело неприятную привычку меняться по семь раз на дню, а уж капризное время в пророчествах вело себя и вовсе несносно.

Ну а пока Лавгуд развлекала себя знакомством с новыми копытными друзьями. Любимых фестралов она в любом случае не променяла бы на пегасов. Ей просто было интересно всё новое, вот и всё.

С тех пор как министерство убрало дементоров от школы, не только у Луны поднялось настроение и проснулась жажда приключений, но и у большинства её однокурсников в принципе. Сложно переоценить тот «вклад в школьную жизнь», который они вносили одним своим присутствием. Луна имела весьма явные догадки, благодаря кому их решили убрать, но помалкивала.

Для неё также не было секретом, из-за кого фестралов стало появляться куда больше на еженедельной субботней кормёжке. Луна скосила взгляд в сторону.

Её дорогой друг, Амос Санхайд, сидел неподалёку на зеленоватом, покрытым толстым слоем пушистого шотладского мха, валуне, приглядывая за ней вполглаза, читая томик по древним рунам. Он выглядел расслабленным, слегка позевывая время от времени, будто дремля. Запретный Лес и тёмное время суток не вызывали у него ни кали дискомфорта и друг чувствовал себя здесь как дома. Как и сама Луна, впрочем. Но тот всё равно всегда сопровождал её на такие обязательные ночные вылазки. Либо он, либо Кэролайн.

Как объяснял Амос, он не сомневался в её способности найти общий язык хоть с нарглом, хоть с игольчатой шушерой, однако напомнил, что с людьми сомнительных моральных качеств общий язык Лавгуд может и не найти. Ведь не все люди стремятся к этому. Найти общий язык. Странные они. Но Луна уже привыкла и в таких вопросах доверяла мнению немногочисленных друзей, которым безоговорочно верила. Она ценила заботу и отвечала взаимностью… по мере своих возможностей и понимания.

— Я думаю, ты и сам справишься, без чужих подсказок и важных замечаний. — внезапно сказала она, проходя мимо клюющего носом, сонного друга — Амос уже как пять минут не перелистывал страницу. Это было нехарактерно для Амоса, способного читать и усваивать материал на высоких скоростях. Он поднял на неё непонимающий взгляд и тряхнул головой, прогоняя сонливость. Иногда Луна меняла вектор разговора столь кардинально, что даже близкие люди не могли угнаться за её мыслью. — Советы — это хорошо, конечно, но ты должен слушать своё сердце, вот что я хочу сказать. Сердце и магию. Не дай чужим мозгошмыгам проникнуть тебе в голову и расплодиться.

— Хммм. — Амос почесал подбородок, провожая взглядом пританцовывающую в лунном свете фигурку красной шапочки с корзинкой «пирожков» и улыбнулся. — Я это учту. Спасибо, Луна. Попрошу собственных мозгогмыгов отгонять чужих.

— Да не за что. — пожала плечами девушка. — Я придумала новую колыбельную для фестралят, хочешь послушать?

— Давай, почему бы и нет? — кивнул Амос, закрывая книгу. Он плавно соскользнул вниз по покрытому инеем мху и, встав на ноги, пружинистой походкой догоняя подругу.

Подругу… Не подопечную. Воспринимать Луну на её возраст категорически не получалось. Как и Моргана, она будто существовала вне времени. Впрочем, это не мешало Луне получать удовольствие от детских забав.

Обратив сияющие очи к ночному светилу, Луна затянула веселую, но плавную и мелодичную песенку, вызвавшую фурор среди четвероногих слушателей. Амосу, впрочем, тоже понравилось, так что Луна с чистой совестью посчитала, что и на двуногих это тоже распространяется.

Санхайд похвалил её голос, после чего они вместе вернулись в башню факультета и разошлись по спальням.

Луне нравились полуночные прогулки. После них её куда реже мучили видения и кошмары, а будущее не пыталось заползти под подушку. Лавгуд высыпалась.

***

Весна наступила. Правда, только по календарю. Если же взглянуть за окно, то наглого белого цвета всё еще было куда как больше, чем застенчивого зеленого. Да и холод Шотландию отпускать категорически не желал, посему Луна продолжала кутаться в теплую мантию, вязанный шарф и рукавички. Заниматься по ночам астрономией ей одновременно и нравилось, и не нравилось. Точнее, ей не нравилось заниматься ею на холоде, но что уж поделать? Никто не стал бы переписывать расписание под её предпочтения. В Шотландии и так в это время года сложно было поймать «окно» в облачном небе, так что приходилось терпеть. К сожалению, Амос на её ночных занятиях присутствовать не мог, а потому Луна, Гермиона и Рон мёрзли. Они не умели накладывать согревающие чары настолько филигранно, как их старший друг, а по-другому было нельзя. Профессор запрещала. Неопытные второкурсники могли своими кривыми рук… заклинаниями сбить настройки магических телескопов. Тем более когда встречались парой Рейвенкло и Гриффиндор.

В целом, не так уж и холодно было, так что Лавгуд скорее просто ворчала, потирая ладошки, вглядываясь в ночное небо.

Гермиона прилежно проводила расчёты и делала записи. Рон честно пытался вникнуть в сложнейшие нумерологические таблицы и расчёты, но толстые астрономические альманахи вызывали у него головную боль одним своим видом. Он путался в цифрах и злился на себя. А Луна же… ну, ей особо все эти костыли с цифрами и вычислениями и не нужны были. Она могла на глазок прикинуть и, с точностью до девяноста девяти процентов, выдать верный результат за пару минут. С учётом того, что погрешность была неизбежным фактором, а поправка на неё всегда присутствовала… Можно было смело сказать, что точность Луны была даже выше, чем у их профессора Синистры.

Однако иногда даже звёзды не знали ответа. Луна силилась рассмотреть будущее среди блестящих искр на ночном небосводе, но то не давалось. Словно огромная тень накрыла его и не давала рассмотреть. Это вызывало беспокойство. Последнее время её мучили неясные кошмары, которые она не могла вспомнить поутру, но не сомневалась, что те обещают весьма неприятные перспективы.

Луна искала знаки, напрягала внутреннее око, но никак не могла понять, что таит в себе опасное будущее. Но у неё было предчувствие, что сегодня она сможет получить подсказку. Когда пришло её время заглянуть в телескоп она едва не отшатнулась. Закусила губу, не дав крику сорваться и заставила себя смотреть на ужас, не позволяя страху взять над собою верх.

Небо словно раскололось, пойдя бирюзовыми трещинами, похожими на кровоточащие тьмой раны. С небес на прорицательницу сыпались радужные осколки звёзд, будто разбитые стёкла витражей. Прекрасно и ужасно одновременно. Завораживающее зрелище абсолютного разрушения. Чья-то когтистая лапа словно разорвала мир когтями, разрушая всё на своём пути и растворяясь, сгорая в свете мироточащих светом звёзд. Знамение, не сулящее ничего хорошего, определённо. Катастрофа. Но в чём её суть?

Пока что Лавгуд не могла понять, зато смогла прочувствовать масштаб и ощутить неумолимое приближение значимого события. Каждый день будет приближать её к разгадке, но вместе с тем всё меньше будет у нее возможности хоть на что-то повлиять. Что-то мешало её способностям прорицать будущее. Словно она… натолкнулась на чужое пророчество огромной силы. Такого с ней ещё не было, так что она затруднялась с толкованием, но ей определённо не нравилось всё это. Нужно вмешаться, но когда и куда? Кого ждёт незавидная судьба? Было такое ощущение, что вообще всех.

Нужно было продолжить наблюдение, используя другие методы.

***

Минул март месяц, всё ближе был конец учебного года, а настроение Луны становилось все мрачнее, несмотря на налаживающуюся погоду. Её друзья даже начали беспокоиться о её здоровье, не понимая, почему вдруг их веселая и жизнерадостная подруга внезапно замкнулась в себе и ходит мрачная и отрешённая, как грозовая туча.

Но пока что Луна не могла им ответить, так как была в замешательстве. Никакие известные ей способы предсказания не работали как положено. Причём не только у неё. Профессор Трелони и вовсе выглядела потерянной и запила. Или закурила? Или всё вместе? Хотя, она и до этого… Но теперь куда сильнее, раз даже Луна заметила неприятный запах перегара и терпкий запах марихуаны.

Тень шторма, затишье перед бурей. Надвигающееся бедствие давило, не хуже чем перепад давления перед приближением циклона. Ежедневные попытки пробиться через непроглядную пелену выматывали девушку. По ночам она плохо спала, терзаемая ужасными кошмарами и знамениями смерти. Смертей. Множества смертей дорогих ей людей. И прочих, незнакомых, тоже. Луне становилось дурно от предположений, но она отказывалась сдаваться. Она многому научилась у своих друзей, например — идти против течения, каким бы непреодолимым оно ни казалось на первый взгляд.

Благо, её попытки узнать хоть что-то дали свои результаты. Всё благодаря упорству и капле таланта. Картина начала выстраиваться перед ней, словно мозаика. Но некоторых ключевых кусочков пока что не хватало. Место, список действующих лиц… Зато полу-альв смогла нащупать временные рамки и подготовить почву для последнего, максимально точного прорицания. К сожалению, раньше чем за неделю до точки невозврата она этого сделать никак не могла, потому ждала подходящего случая, не находя себе места. Она чувствовала, скоро всё решится.

Будущее было куда туманнее чем когда либо прежде на её памяти. В том числе и из-за неё самой. Она слишком поздно поняла, что своими попытками вмешаться в естественный ход вещей лишь больше взбаламутила воду. Ослепила других пророков, пытавшихся понять, что вообще происходит и почему они потеряли способность заглянуть дальше чем на два месяца. Их пророчества будто заперли в небольшом временном промежутке, как рыбок в аквариуме. Отделили от бушующего за матовым стеклом речного потока реки. Казалось, что… все иные пророчества оказались временно «замороженны» до того, как минует отведенный день X. Стало быть, то событие определит основную линию судьбы Магической Британии на многие годы вперёд. Останется ли курс прежним, сохранив основную линию неизменной, либо кардинально изменится и все старые предсказания потеряют силу навсегда, уступив дорогу новому, неизвестному будущему и молодой крови.

Подняв доступные ей книги и даже попросив отца прислать ей дневники с заметками её матери, Луна зарылась в них, пытаясь откопать там похожее магическое явление. Хотя бы упоминание самого феномена в прошлом. И нашла пару примеров, подтвердив свои догадки. Вот-вот должно было произойти значимое событие — поворотная точка в истории, способная изменить всё… или ничего. Но, определённо, это событие не будет мирным. Прольётся много крови, а смерть пожнёт многих в случае сохранения нынешней линии судьбы, а в случае новой… неизвестно. Возможно, новая окажется ещё хуже?

Хотя было ещё одно объяснение тому, что её способности к прорицанию стали вести себя странно. Правда это не отменяло и предыдущий вариант, а скорее дополняло.

Истинное пророчество вот-вот могло родиться, причём источником его станет… Луна Лавгуд собственной персоной. В попытке повлиять на точку бифуркации, она сама могла стать ею. Словно насмешка судьбы, сорвавшееся с её губ пророчество сделает точку бифуркации практически нерушимой, стабильной, неизменной, сузив возможности повлиять на будущее практически до нуля. Луна боялась этого. Боялась, что заглянув в будущее, сделает только хуже, но и отвернуться тоже не могла. Она уже догадалась, кого именно из её знакомых должно было затронуть мрачное будущее. Она была просто обязана хотя бы попытаться что-то сделать.

И вот, когда до тревожных событий оставалось всего ничего — жалкие три дня, она наконец смогла прозреть будущее. При этом Луна поступила умно и спряталась ото всех, уйдя глубоко в Запретный Лес в сопровождении табуна фестралов за неделю до предполагаемого дня X. Она не могла позволить кому-либо услышать истинное пророчество.

Сами провидцы запомнить и услышать собственное истинное пророчество были не способны (если только им его потом перескажут), а потому, если не найдётся слушателя… то пророчество оказывалось мертворождённым и не имело силы.

Благо, в Министерстве Магии так и не успели починить ни Зал Пророчеств, ни магическую машину, перехватывающую и собирающую пророчества. Это Луна уточнила у вхожего в Отдел Тайн отца лично. Оставалось только порадоваться, что всё так удачно сложилось.

На самом деле, Луна даже не была уверена, что пророчество сорвалось с её губ в тот день, ведь не могла бы вспомнить его, а фестралы не те слушатели, которые зачтутся пророчеством как свидетели. Нужен был кто-то, кого это пророчество касается непосредственно. Но, к счастью, Лавгуд перестраховалась и, прежде чем сбежала из школы, оставила записки, разослала письма близким, чтобы никто не волновался и не стал искать её эти несколько дней. Было бы глупо, если бы Амос или Кэролайн пошли искать её в Запретном Лесу и нашли в самый неподходящий момент.

Но этого, благо, удалось избежать. Фестралы подтвердили. Никто не входил на их территорию и не тревожил их покой.

Заглянув наконец-то в будущее, Луна смогла немного успокоиться и вздохнуть с облегчением. Узрела множество вероятностей, парочка из которых были вполне себе хорошими исходами, хотя от других, которых было многим больше, её начинало тошнить, а слёзы сами собой начинали течь из ясных глаз вперемешку с кровью.

Вот над воплощением ПРИЕМЛЕМЫХ вариантов будущего!»*? 3ц@ (Луна мысленно шлёпнула себя по губам за плохое слово) ей и придётся поработать. Иначе… Случится что-то действительно плохое и у нее станет куда меньше друзей. Если вообще останется хоть кто-то кроме Гермионы и Джинни. Этого она допустить никак не могла.

Тем более, пробившись сквозь туманную завесу, она смогла заглянуть ещё чуть дальше и там всё было ещё мрачнее. И это при условии, что исход переломного момента будет удачным. Если же она не справится и ключевые фигуры, спасение которых она поставила во главу угла, погибнут, то Британию охватит такой хаос и круговорот смертей, что предыдущее восстание Того-Кого-Нельзя-Забывать покажется доброй сказкой. Ну а если всё же справится, то… спасённые ею станут волнорезом, способным остановить гигантскую волну разрушений и смерти. Или, по крайней мере, выиграют время другим людям прийти в себя и дать отпор новой напасти.

Тяжелое бремя легло на её хрупкие плечи, но Луна сама взвалила его на себя. Она должна была сделать то, что до́лжно. Даже поставив свою жизнь и здоровье на кон.

Луна не могла попросить помощи у друзей, отца или даже директора Дамблдора. Не могла предупредить их о грозящей опасности, иначе её попытка скорректировать будущее пойдёт прахом из-за множества непредсказуемых переменных. Она должна была сделать всё сама.

Одно вовремя сказанное слово могло изменить ВСЁ и она собиралась произнести его в нужный момент, став той самой соломинкой, что сломает спину верблюду. Основной сложностью было не сломаться самой…

Глава 72 Актёры занимают свои места

Да уж, если бы не магия, то даже не представляю себе, как пришлось бы заморочиться с тем, чтобы доставить Моргану ко входу в тоннель без проблем и в срок. В смысле… ну представьте себе, каково было бы пробираться сквозь лес с инвалидной коляской, а? А так — немного чар левитации и фиксации объекта в пространстве, и ничего, вполне сносно добрались. Всё же трансгрессировать прямо ко входу в тоннель было немного опасно. Да, оставленные мною артефакты явно указывали на то, что обитатель Тайной Комнаты вышел на охоту, проползя по тоннелю, но кто его знает? Вдруг он решил погреться на солнышке… кхм, под лучами лунного света, где-то неподалёку? Короче, прыгать сразу на полянку было слишком опрометчиво.

Пригодилась практика используемая колдомедиками, переносящими тяжёлых пациентов. Этакие магические носилки. Спасибо урокам ЗОТИ, в программу шестого курса которого внесли первую колдомедицинскуя помощь. Локхарт-Лето, каким бы он ни был в действительности человеком, учителем был отменным. Приглашённая на занятия мадам Помфри, наша «школьная медсестра», показала много всякого интересного, включая экстренную реанимацию посредством чар электричества, искусственную вентиляцию лёгких с помощью модифицированного «вентис», и много чего ещё. Конечно, на этом спектр возможностей медицинских чар отнюдь не заканчивался, открывая огромный простор для фантазии.

Правду говорят, что любое лекарство, при необходимости, может стать ядом. Так и любое магическое лечение можно приспособить для эффективного убийства ближнего своего. Вот и я адаптировал заклинания для дела. Пускай, пока что, сугубо по мирному профилю. Я и свои заклинания уже могу делать, что уж говорить о лёгких модификациях старых добрых чар из начальных курсов школьной программы, вроде левикорпуса, вингардиум левиоса (важно правильно ставить ударение, да-да) или аресто моментум.

— Так-с, прибыли. — прокомментировал я, осторожно поставив на ровную поверхность инвалидную коляску с драгоценным пассажиром. Дафна вцепилась в ножны Экскалибура мертвой хваткой, будто от них зависела её жизнь. А, ну да. — Василиска не будет еще дня два, времени нам должно хватить с головой, но… Лучше всё же поспешить.

— Ты точно в этом уверен? — поёжилась Кэролайн, переступая с ноги на ногу. В руках она держала увесистый прямоугольный чемодан с расширенным пространством, где находилось всё необходимое для проведения ритуала.

— Ну, по крайней мере, последние два месяца наблюдений всё было именно так, но… так как охотится змей всего раз в две недели, точной статистики собрать не удалось, как понимаешь. Потому и говорю, что лучше бы нам поторопиться.

Оставалось только развести руками и успокаивающе улыбнуться.

Я же не Бог какой-то. Почём мне знать, не захочет ли василиск вернуться в самый неподходящий момент? Вход за собой мы закроем магией, но… составленная совами карта указывала на то, что подобных входов/выходов из-под земли было больше десятка. И это только те, которые удалось найти. Возможно, есть и другие. Всё же мертвые совы не самые лучшие разведчики. Это вам не карты гугл. Интеллект моих полуавтономных некродронов сильно ограничен и они вполне могли что-то упустить. Я создавал их не столько ради разведки, сколько ради массированной атаки с воздуха, а времени нормально модернизировать их для подобного дела у меня не было. Да и сил с желанием, если честно. Последнее время все силы уходили на предварительную подготовку к ритуалу. Все ходы закупорить не получится в любом случае, однако через десять минут, после того как мы войдём, все известные мне входы и выходы будут завалены моими людьми.

От моих волчат требовалось только это. Брать Дикую Охоту с собой на такое деликатное дело я не стал. Меня, Фел и Кэрол будет достаточно. Тройняшки-вейлы и альфы оборотней могли бы помочь с прикрытием, бесспорно, но тогда пришлось бы посвящать их в такие детали, о которых им лучше не ведать. Многие знания — многие печали.

— Не дрейфь, подруга, прорвёмся. — беззаботно похлопала по плечу Кэролайн моя девушка, сверкая в темноте бликующими линзами артефактных очков. Фелисити была единственной, кто не сомневалась, что всё пройдёт хорошо. Слишком уж она верила в мои способности как первоклассного ритуалиста. Даже больше меня самого. Приятно, конечно, но мне бы её уверенность…

Кстати об очках против глазастой смерти. Пришлось заморочиться, чтобы достать две пары. Неделю назад привезли из Индии. Обошлись мне в кругленькую сумму. Причём в основном за доставку. Контрабанда, да. Самому разрабатывать их с нуля было слишком сложно, а колдуны-индусы в подобных приблудах знали толк, ведь у них василиски священные твари, почти как коровы у их менее магических сограждан. Те линзы, которые создал я… скажем так, не прошли проверку взглядом василиска.

К счастью, я тестировал все очки, что старые, что новые, не самостоятельно, а посредством инферналов. Мой зомбарик, встретивший василиска у входа в моём варианте очков, окаменел с концами, зараза такая. Как представлю, что на его месте мог оказаться я, понадеявшийся на собственную непогрешимость, так аж мурашки по коже.

Переоценил я свой талант в артефакторике, видимо. Не справился. По крайней мере не полностью. Василиск каменевшего болвана еще и разбил, превратив в каменную крошку. Он же у самого входа стоял, караулил. А змейка хвостиком вильнула и… всё. Шалтай-Зомбай разбился. Второй мертвец, что стоял без очков (для чистоты эксперимента), помер так, что даже некромантией его труп поднять более было никак нельзя. Он будто внутри магически выгорел. Совсем.

Понятно зато теперь, почему даже призраков василиски могут убивать и морозить. Он просто выжигает магию. В лучшем случае (если взгляд был не прямым, а отражённым) заставляет её перейти в режим стазиса, одновременно подвергая схожему процессу и тело. У призраков тела нет, так что они просто застывают, а вот у живых существ слишком долгий стазис может вызвать по прошествии времени необратимые разрушения магических каналов. И смерть.

Как хорошо, что мертвые совы в очках (то ещё было зрелище, скажу я вам) взгляд короля змей восприняли нормально и не окаменели. И не сдохли, что есть хорошо. Я переживал, что индусы мне подсунут палёнку и что ритуал будет сорван из-за такой мелочи, как людская жадность.

Из тоннеля вынырнула призрачная фигура Лили, скептически осмотрев наш квартет.

— Чисто. Можете идти. — она сложила руки под грудью, давя улыбку. — Мне вот просто интересно…

— Даже не начинай… — я закатил глаза, предвидя вопрос. Но разве ж она меня послушала? Возможно, во всём виноваты очки, из-за которых она не увидела моего ироничного закатывания глаз?

— А почему именно солнцезащитные очки? Я понимаю, что они выглядят стильно, но на улице ночь, волчий босс, а туда, куда мы направляемся солнце вообще никогда не светит…

Я наигранно застонал под хихиканье девушек. Причём даже напряженная Моргана не смогла сдержать улыбки. Она-то в своих очках и инвалидном кресле смотрелась как-то более органично. Её можно было принять за слепую, в отличии от нас.

Лили умело разрядила обстановку шуткой.

— Послушай, душа компании, а я почём знаю, почему индусы сделали их такими? Наверное потому, что туристов в заповедник пускают только днём, а солнце там жарит ого-го, или… просто посчитали, что так они будут выглядеть круче? У них сейчас такой период, когда они всей страной подсели на Голливуд и всячески стараются им подражать. А уж их местный Болливуд… Думаю, он произошёл от слова БОЛЬ.

— Хе-хе-хе, душа компании. — Фелисити с улыбкой взглянула на Лили поверх очков, правильно уловив шутку. — А мне вот кажется, что сейчас мы выглядим ну оооочень круто. Ночью. В солнцезащитных очках. Идём в подземелье. Какой самоубийца встанет у нас на пути? Я бы сразу дала дёру от таких… колоритных персонажей, встреченных ночью в катакомбах под древним замком.

— Поменьше сарказма, я и сам знаю как это выглядит. — огрызнулся я. — Есть идеи получше? Вперёд, поделись со мной.

— Ха-ха, да ладно тебе дуться, мы же просто шутим. Никто кроме нас самих не узнает о нашем позоре. И никому не расскажет. Так что можно и расслабиться немного. — якобы попыталась подбодрить Кэрол, но я видел, как играют желваки на её лице. Засранка едва сдерживла смех.

— А как же я? — хихикнула Лили, указав на себя пальцем. — Я вот запечатлела этот момент в своей памяти навечно. Жаль, что похвастаться пока некому, но когда я заведу себе призрачных друзей…

— Злые вы. — я махнул рукой на издевательства и покатил на диво молчаливую и сосредоточенную Дафну вперёд, толкая её кресло по гладкой и немного скользкой каменной поверхности. — Не цените вы меня. Уйду я от вас. Вот, уже ухожу, видите?

— Хе-хе, никуда ты от меня не денешься. — Фелисисти шутливо шлёпнула меня по заднице, пристроившись позади и освещая путь, поддерживая люмос на кончике палочки у нас над головами.

— Можно ли считать это сексуальными домогательствами на рабочем месте?

— Каком-каком месте? — прыснула от смеха Фелисити. — А я и не знала, что мой парень трубопроводчик. Где твои усы, Мариииио?

— Шути-шути, а принцесса-то уже вот, у меня в руках…

— Щас не поняла…

— Ха-ха!

— Слушай, я тут подумала… а почему нельзя было просто вытащить линзы из этих тупых очков и вставить их вместо линз наших масок?

— …

— Серьёзно? Ты об этом не подумал?! Так реально можно было?!

— …дерьмо… Я так заебался, что даже не рассматривал такой простой вариант. Думал перерасчитать формулы и создать линзы с нуля, но чтобы так…

— Ах-ха-ха-ха.

— Ну ты даешь, — покачала головой Шарпхарт, — так и скажи, что просто хотел выставить нас дураками и поржать.

— Хи-хи-хи! — не выдержала всё-таки Дафна.

— Ой, да идите вы. Раз такие умные, чего раньше не предложили, а?

— Так ты же не спрашивал…

— Ах-ха-ха-ха!

Так, продолжая шутить и подкалывать друг друга, группа опасных тёмных магов в солнцезащитных очках ступила во тьму. Вход был запечатан заклинаниями и отрезан трансфигурированными толстыми прутьями, однако…

Через пару минут в тоннель неспешной походкой зашла неизвестная, облаченная в элегантные черные доспехи, черные же плащ с глубоким капюшоном, скрывающим бледное лицо женщины. Ножны проклятого меча еле слышно бряцали о стальные поножи.

На земле, там где ступала её нога, увядала трава, мох и, кажется, даже сама земля. Старилась каменная кладка. Ее путь был отмечен черной полосой энтропии, словно пронизывающей живой лес страшным проклятьем смерти. Незаживающая гноящаяся рана на теле живого, дышащего существа.

Темно-зеленые локоны незнакомки, выбивающиеся из-под капюшона, будто светились изумрудным светом в темноте, поглощая увядающий вокруг лес. Вскоре Вивьен Могильная Трава бесшумно растворилась в темноте, так и оставшись незамеченной никем. Она не потревожила ни одно сигнальное или охранное заклинание, пройдя сквозь них как нож сквозь масло. Прутьев она и вовсе будто не заметила. Слишком уж широкие в них были зазоры, явно расчитанные на существ куда более крупного размера.

Ничто не могло остановить ученицу самой Морганы, когда она хотела проникнуть куда-то или вмешаться в чьи-то дела. Пугающая женщина, если подумать. Но пока что она собиралась просто наблюдать.

А в другом месте, всего днём позже, происходило нечто, имеющее не меньшее значение для будущего Авалона и Магической Британии, чем начало ритуала возрождения Морганы. События были связаны между собой нерушимой невидимой связью, тянущейся сквозь поколения, преследуя главных действующих лиц, словно злой рок.

***

Гарри вытер выступившей на лбу пот и перекрестился. Горгулья на входе в директорский кабинет пугала его тем больше, чем он узнавал о магии. Эта тварь могла голыми лапами порвать пятёрку авроров и даже не вспотеть (если бы камень мог потеть, конечно). Предположительно, но своей интуиции Гарри доверял. От старого бородача можно было ожидать чего угодно.

К счастью, Гарри знал пароль и миновал препятствие без проблем, взлетев вверх по винтовой лестнице к вершине башни. Но даже так, сказав пароль, он чувствовал недоверчивый и скептический взгляд вполне себе разумного конструкта. Может и не следовало надевать мантию невидимку, но… Ай, да пофиг. И так сойдёт.

Его же пропустили, а это главное. Даже если после страж доложит своему хозяину, что в его кабинет проник посторонний, пока директор отсутствовал, то какая разница? Вскоре всё это уже не будет иметь значения, ведь Великий Гарри Поттер и сам встанет на вершине мира. С сегодняшнего дня старый пень не сможет им помыкать!

Осталось лишь выполнить последний в цепочке эпический квест: Заполучить в свои руки легендарный меч легендарного же героя. Для кого-то менее умного и удачливого волшебника это бы стало той ещё невыполнимой задачкой, но… Он же Гарри Поттер, а не какой-то там худородный грязнокровка, или, того хуже — Уизли. Нет, он был слишком хорош. Потому точно знал где такой меч можно найти без проблем. Плёвое дело.

Вызнать у простака Локхарта пароль от кабинета Дамблдора было проще простого, а дальше дело за малым. Дождаться пока старый хрен свалит на очередной симпозиум (или куда там ходят престарелые волшебники вроде него?), надеть верную мантию-невидимку, прихватить безразмерную сумку со всем барахлом, которые насобирал по квесту и миновать стража. Со всем этим он благополучно справился и, войдя в кабинет, осмотрелся. Взгляд алчно шарился по кабинету в поисках искомого.

Феникс в клетке — не то. Документы на столе — не то. Всякие свистяще-пердящие артефакты в левом углу комнаты — тоже не то. Ах, вот же она! Лежит на верхней полке книжного шкафа. Распределяющая Шляпа.

— Иди-ка сюда, дорогуша. — пододвинув гостевой стул поближе к шкафу, Гарри взобрался на него и схватил шляпу. — Посмотрим, что ты прячешь в своих старых сморщенных складках…

— Ай! Помогите! Насилуют! — заорала разбуженная шляпа, в чьи глубины внезапно вторглась чужая рука по самый локоть.

Встревоженно заклекотал старый феникс (он был близок к циклу перерождения), тоже разбуженный очумелыми криками и возней. Гарри от неожиданности свалился со стула, разметав по полу несколько книг, за которые рефлекторно ухватился.

— Заткнись, старая тряпка, а то сожгу! — зашипел рассерженным нюхлером Гарри, потирая ушибленную коленку и угрожающе направив на беззащитную старую шляпу кончик волшебной палочки. — Не рыпайся и всё закончится быстро и безболезненно. Может, тебе даже понравится…

— Хнык, не надо… — простонала шляпа. — Что ты собираешься со мной сделать, мальчик-который-извращенец.

— Цыц. — Гарри зажал рукой с палочкой рот-складку Распределяющей Шляпе и снова засунул другую руку в её лоно. Пошарившись там, он наконец-то нащупал рукоять меча Годрика Гриффиндора — одного из четырёх основателей Хогвартса и героя войны (очередной) с гоблинами. — А вот и меч…

Лезвие без ножен выскользнуло из шляпы, бликуя отсветами магических свечей в канделябрах. Лезвие задрожало, издавая тонкий звон, словно камертон, только куда сильнее. Задрожали стекла в окнах. Завопил феникс, спрятав голову под крыло, будто пытаясь спрятаться от звона. Взмыли в воздух бумаги и свитки, что ожидали подписи на столе директора школы, закружившись в вихре магии вокруг Гарри Поттера.

— Ха-ха-ха! Наконец-то! Абсолютнааааая влааааасть! — смеясь, Гарри вскинул руку с зажатой в ней мечом к потолку, потрясая им. Он уже представлял как получит в свои владения сей древний замок, а также новое колечко на руку, как истинный наследник Гриффиондора, когда… — Кха-кха. Какого…?!

Гарри попытался было разжать пальцы на внезапно уколовшей его рукояти и выпустить меч из рук, но рука не слушалась. Изумрудные глаза Гарри Поттера будто подёрнулись пеленой и застыли. Против воли они закрылись, а когда открылись вновь… на сей бренный мир уже смотрел не Гарри Поттер, а первый король Авалона — Оберон Пендрагон.

Король спокойно опустил руку с мечом на уровень глаз и унял токи магии вокруг. С тихим шелестом опустились на пол документы. Всё стихло. Тишина была мертвенной. Даже феникс и шляпа замолчали, в неверии глядя на противоестественное явление.

— М-да. Это тело… отвратительно. Но лучше, чем могло быть. По крайней мере, из этой сырой глины всё ещё можно вылепить идеальный сосуд. — Оберон поморщился, разминая плечи и шею. Давно он не чувствовал такой… ущербности. — А ты что скажешь, Экскалибур? Рад видеть своего истинного хозяина?

— Дзиииинь. — тихо пропел меч, едва заметно вибрируя лезвием. — Дзынь! *»! *"@#

— Ну-ну. — хмыкнул Оберон, поднося палочку к кровоточащей руке, сжимающей рукоять мёртвой хваткой. Рана, образовавшаяся в момент попытки меча вырваться и сбежать, тут же закрылась без следа. — Так по твоему надо приветствовать своего Короля? Припоминаю теперь, почему отдал тебя своему никчёмному сыну. Впрочем, не важно. Раз уж ты не смог послужить якорем души для Артура, то чего теперь жалуешься, никчёмная палка? Тебя, считай, повысили. Это честь для тебя, принести себя в жертву во имя моего возрождения. А теперь пойдём, нас ждут великие дела.

— Дзынь… — уныло прозвенел меч.

— Да-да. Осталось недолго. Только закрепить успех и сделать это тело пригодным для жизни великого короля. Лучше бы провести ритуал поближе к нейтральному источнику магии… благо, он как раз под нами, но сначала… Пройдусь-ка я по лесу. Не зря ведь заставлял этого никчёмного человечишку осваивать змеиный язык, верно? Василиск нам пригодится… На всякий случай. Не хотелось бы, чтобы кто-то сорвал ритуал, не так ли? Ах-ха-ха-ха!

Король сбросил мантию невидимку на пол и гордо покинул разгромленный кабинет директора. Короли не прячутся. Она ему больше не понадобится. Даже с его нынешними скудными запасами маны и ущербным человеческим телом, он мог колдовать так, как людишкам и не снилось.

Тем временем с расстояния за действиями короля наблюдали все рыцари сезонов и сам хозяин кабинета — Дамблдор.

— Куда он направляется? — директор провел рукой по роскошной бороде, выражая недоумение. — Он разве не должен был проследовать в Тайную Комнату и там завершить начатое?

— Хммм. — задумался Лето. — Насколько я понял из наблюдений за ним… возможно, его Величество хочет прибрать к рукам василиска, которого на страже замка оставил один из основателей.

— Так он разве не должен быть в той же Тайной Комнате? — удивилась Осень.

— Не. Он сейчас как раз охотиться должен в Запретном Лесу. — отмахнулся Рыцарь Лета.

Сразу было видно, кто в курсе всех Хогвартских нюансов. Он не зря предпочёл оставаться подле Короля всё это время. Не только охранял, но и разведывал обстановку вокруг. Лже-Локхарт имел примерное представление о том, чем и для чего занимался «Гарри» последнее время.

— Понятно. — кивнула Рыцарь Зимы. — Что ж, тогда продолжаем держать дистанцию и следить за тем, чтобы прихвостни Морганы не попытались вновь помешать его величеству на его пути к возвращению из мёртвых.

— А кто будет убирать бардак в моём кабинете, мне интересно… — вопрос Дамблдора предпочли проигнорировать, неловко отведя взгляды. Лишь Осень хмыкнула незатейливой шутке.

— Ничто уже не сможет остановить его, Инверно. Ничто. — Самодовольно заявил Лето, потирая руки. В его глазах плескался азарт. Они вышли на финишную прямую, и сегодня он, Рыцарь Лета, навсегда внесёт своё имя на страницы истории, затмив наконец-то своего предшественника, чья тень довлела над ним все эти годы.

— Будем надеяться, что ты прав. — безразлично прокомментировала Весна, полностью закованная в нежно-салатового цвета доспехи.

Через тонкие прорези шлема на восторженного мальчишку смотрели мудрые глаза цвета лесных орехов. В них преобладала усталость, вовсе не предвкушение. Слишком многое она повидала на своём веку, и слишком многое узнала. Из всех рыцарей сезонов она была самой скептически настроенной относительно того, что у них что-то получится. Многие знания — многие печали.

Король Оберон был хроническим неудачником. Проклятье, что пало на него и весь его род, было слишком сильным, и ни конца ни края Весна не видела в этом круговороте смерти. С её точки зрения — уж лучше бы всё закончилось как должно ещё давным давно. Все эти попытки обмануть цикл жизни и смерти ей, как друиду, были противны. Тогда и им, Рыцарям Сезонов, не пришлось бы нести давно опостылевшую службу. Но она держала свои крамольные мысли при себе.

Кто знает, что творится в головах старых подруг? Они ведь почти не общаются столетиями, и от былой дружбы остались лишь померкшие воспоминания давно минувших дней. Они собирались все вместе, вот как сейчас, всего несколько раз на её памяти с тех пор, как приняли бремя стражей Авалона. В этом и была самая большая беда Рыцарей Сезонов. Их сезонный сон — расплата за долгую жизнь, постепенно размывала время и связи. Они жили веками, но словно и не жили вовсе. Сон три четверти года — оставшуюся же они проводили в работе, имея лишь немного свободного времени для личных нужд.

Весна не понимала, почему Оберон и Моргана так цепляются за жизнь. Но в её обязанности входила защита Авалона и служба Светлым Альвам, а значит… хочет она того или нет, но придётся помочь Королю Альвов возродиться. Вдруг на этот раз получится? Тогда это могло бы положить конец бесконечным распрям и затянувшейся гражданской войне. Тогда Весна, наконец-то, сможет уйти на покой.

Последняя попытка, про себя решила она, бросив взгляд на не особо-то и довольную Осень и бесстрастную Зиму. Только Лето излучал энтузиазм, но оно и понятно. Самый молодой среди рыцарей. Ещё не успел обжечься.

«Посмотрим, что выйдет из его задумки.» — устало вздохнула Весна, продолжая следить через волшебное зеркало за походом Короля через Запретный Лес. Василиска он таки нашёл, и даже смог подчинить его своей воле… относительно. Теперь он спешил в Тайную Комнату.

Только вот никто из наблюдателей не знал, что в Тайной Комнате уже были посетители, которые пришли туда раньше. Столкновения было не избежать. Словно сама судьба вновь сталкивала Моргану и Оберона. Снова и снова.

А ещё, так как их внимание переключилось с переставшего быть интересным кабинета директора Дамблдора на похождения короля, никто не узнал, что в кабинет проскользнул кое-кто ещё. Мантия-невидимка легла на плечи, скрывая фигуру, лишая возможности наблюдателям её обнаружить, если им вдруг взбредёт в голову вернуться к созерцанию хаоса на рабочем месте директора. Фоукс вытянул шею и приветливо курлыкнул, почуяв знакомую ауру.

Немножко весны:

Не определился ешё с цветом волос и причёской

Глава 73 Точка отсчёта

Как там говорится… Хочешь рассмешить Бога? Расскажи ему о своих планах.

Примерно так и подумал Амос Санхайд, когда во время ритуала в Тайной Комнате появился тот, кого он абсолютно точно видеть не хотел.

И как ведь неудачно получилось — ритуал находился в завершающей стадии, буквально минуты отделяли их от полного успеха — и тут такое. В пору сетовать на злой рок и приговаривать «Вот так всегда!».

Представим себе картину. Полумрак. Сырость подземелья. Магические факелы освещают ровным синим светом просторную залу, украшенную статуями и барельефами в стиле Слизерина (змеи, всюду змеи). На полу, стенах и высоком, на самом деле ооочень высоком, потолке, поблескивают алыми всполохами древние руны, заключенные в различные сложные геометрические фигуры, соединенные меж собой неразрывной спиралью ритуала.

На полу, в самой большой, центральной пентаграмме, лежит молодая девушка в просторной белой мантии, а над ней, словно дерижёр, размахивает волшебной палочкой тёмный маг, нараспев читая ритуальное заклинание, пропуская через себя и свои магические начертания колоссальные объемы маны, черпаемые из естественного источника магии под древним замком.

Дафна Гринграсс сильно изменилась за последние сутки. Уши немного вытянулись, приобретая характерную форму — как у фэйри и альвов. Седые волосы будто наполнились серебристым сиянием луны и удлинились. Пропали усталые мешки под глазами. Она немного вытянулась, став выше как минимум на пол головы. Черты лица неуловимо изменились, и её и до того привлекательное лицо стало воистину завораживающим. Говорить про фигуру и вовсе не стоило. Дафна повзрослела на добрый пяток лет и расцвела на грани с неестественной красотой.

Амос прикладывал довольно много усилий, чтобы не отвлекаться на неё. Мешковатая мантия уже не была такой уж мешковатой, как в начале ритуала, и облегала стройное тело, подчеркивая достоинства в нужных местах. Будь на месте Амоса более слабовольный подросток и… он бы уже поплыл, а ритуал был бы сорван.

Человеческое тело Дафны теперь было максимально близко к параметрам мистических народов исконного Авалона. Ну, насколько это было возможно, используя имеющиеся средства. Всё же нельзя было просто взять и стать альвом или фейри, проведя какой-то там ритуал. Но можно было приблизить характеристики тела искусственно, а потом «допилить напильником» — метаморфизмом, которым Моргана владела в совершенстве.

Уж кто-кто, а Моргана знала свой организм досконально и будь у нее время, магия и ресурсы могла бы легко восстановить свою уникальную конституцию тела. (Наполовину альв, наполовину фейри, напоминаю. Первая и единственная в своём роде.)

На финальном же этапе ритуала Амос уже переливал чистую магию в деву, словно наполняя пустой сосуд магией.

Дело непростое, ведь сосуд, несмотря на то, что он изменил форму, став более совершенным внешне, всё еще был сломан, разбит изнутри. Большая часть «воды» выливается наружу. К счастью, мана тут же попадала в замкнутый контур рунного массива и отправляется на второй, третий, четвертый и так далее круг.

Иначе ТАКУЮ утечку уже бы давно заметили снаружи. Повторение одного и того же действия в надежде на иной результат — безумие, но в данном случае… сосуд всё же наполнялся немного быстрее, чем протекал. Не говоря уже о том, что вся суть ритуала заключалась в другом.

Нельзя было просто закачать в человека чистую природную ману. Это опасно для жизни и вредно для здоровья, да и не задержится она в теле надолго, так как она изначально ничейная. Природная же. Это все равно что пытаться наполнить бак современной машины необработанной нефтью, а не бензином. Даже если сосуд целый — это лишь сделало бы хуже и тот просто… переполнился, разорвался или кардинально изменил форму, превращаясь в нечто нежизнеспособное.

Но в данном случае мана свободно втекающая и вытекающая туда и обратно в замкнутом цикле постепенно приобретала особые свойства, подстраиваясь под сосуд, словно проходя через перегонный куб. Не размывала те крохи, остатки магии, что все еще теплились в теле Дафны, а наоборот, все больше походила на них. Становилась ими.

И не только это. Бреши в сосуде постепенно затягивались, используя «осадок» маны, что не поддавался изменениям, как строительный материал. Процесс затягивался, по какой-то причине, но сейчас уже находился в финальной стадии.

Правда и прервать его уже было невозможно без летальных последствий. Сосуд был уже почти цельным, и если потерять контроль… произойдет взрыв маны, который убьет и Амоса, и Дафну.

И тут, в такой критический момент, заявляется Гарри Поттер. Хотя нет, пожалуй, уже не Гарри, а тот кто нагло занял его место.

Оберон.

Да еще и в компании тысячелетнего василиска. Беда не приходит одна, вот уж точно.

Голос Амоса уже немного охрип с непривычки. Его голосовые связки

довольно давно так не напрягались. Он ещё никогда не произносил настолько длинных заклинаний, но сейчас едва сдерживал себя чтобы не выматериться в голос, задействовав скрытые резервы организма.

— Так-так-так. И кто это у нас здесь? — надменно и с наигранной ленцой поинтересовался Оберон, неспешной походкой будто вплывая в зал. В одной руке у него был невероятно красивый меч, а вторую он убрал за спину, словно аристократ, стремящийся держать идеальную осанку. — Моргана, моя нерадивая наложница. Вот мы и снова встретились. Скучала? Ха-ха, по лицу вижу, что да.

Дева в ритуальном круге поморщилась, сцепив зубы, но ничего не ответила. Потому что не могла. На деле, вся её сила и концентрация сейчас уходила на контроль ритуала со своей стороны.

Откровенно говоря, с точки зрения магических манипуляций, это была самая сложная часть ритуала, из-за которой никто в здравом уме не посмел бы таким заниматься. Но у Морганы был колоссальный опыт и знания и она могла позволить себе такой риск, как она думала. Однако, опасность сего еще никто не отменял, а потому она не смела отвлекаться, хотя и хотела бросить что-нибудь едкое в ответ. Она лишь бросила предупредительный взгляд на Амоса «не отвлекайся», мол.

Фелисити и Кэролайн встали между двумя враждебными сторонами застарелого конфликта, крепко сжимая в руках волшебные палочки и нервно переглядываясь.

Под потолком, незаметно притаилась во тьме полупрозрачная фигура Лили, которой Амос отдал мысленный приказ закрыть глаза в тот же момент, как понял кто к ним пожаловал. Он не был уверен, как взгляд короля змей подействует на высшую нежить, но проверять не хотел.

— Ну и ну, давненько мне путь не преграждала пара отменных красавиц. — цокнул языком Оберон. — Знаете ли вы, какова цена вашей дерзости? Неужели вы всерьез полагаете, что эти ваши волшебные зубочистки смогут остановить меня, Короля Авалона, когда я чего-то желаю? Хм. Забавные. — Оберон продолжал медленно приближаться, а за его спиной полз древний Василиск, извиваясь на каменном полу с весьма громким шелестом и хрустом, ломая и перетирая кости ранее сожранных им животных и магических тварей.

Привычное лицо Гарри было ныне возвышенно-надменным. Отталкивающим. Даже немного больше, чем обычно. Презрение, которым тот окатил всех присутствующих, было практически осязаемым.

— После моего воцарения мне снова придется озаботиться продолжением королевского рода, так что… придется вам отрабатывать повинность в моем гареме, а что касается тебя, Моргана… так уж и быть, в этот раз я сделаю тебя своей официальной женой, раз уж ты такая обидчивая и мелочная. Радуйся.

«Так сразу и не скажешь, Гарри это или Оберон. Как будто Поттер на максималках…» — подумал Амос, старательно игнорируя происходящее и продолжая магический напев несмотря на здоровенный отвлекающий фактор.

Оставалось совсем немного… он надеялся что говорливый дурак упустит шанс или что Фел с Кэрол и Дили смогут немного задержать ублюдка.

— Пошел-ка ты на хуй. — выплюнула Синдер, показав ему средний палец свободной рукой. — Зря ты сюда пришел.

Сразу после этого эта же рука скользнула в наружный карман мантии и сжала небольшую куклу вуду, воплощающую коронованную змею.

Фелисити, как и Амос, обычно предполагала худшее, а потому не сидела сложа руки все это время, пока он готовил, а потом проводил свой ритуал, а собирала свежую кожу василиска, чтобы создать собственный шедевр темной магии на случай возвращения короля змей.

И не прогадала. Осталось подгадать момент и…

— Наглая девка. — хмыкнул Оберон. — Строптивая. Такие в постели особенно горячи, а Моргана? Молчишь? Ну ничего, сейчас моя змейка вас немного разговорит. Фас. Разрушь ритуал и немного помни тут всех. Ученика Морганы убей на месте, мне он без надобности. Только мешаться будет, если выживет, как эта сучка Вивьен.

Гигантская голова змеи поднялась над землей, почти до потолка, возвышаясь над волшебниками на десятки метров. Раздалось шипение, словно целый поезд выпустил накопившийся пар. Раздвоенный язык мелькал с невероятной скоростью, передавая данные об окружающей среде на обработку в мозг короля змей.

Прозрачные склеры глаз, что словно фильтр позволяли включать и выключать убийственный взгляд василиска по желанию и даже дозировать дозу для окаменения, приоткрылись наполовину, являя миру светящиеся желтизной глаза, способные убивать или обращать в камень любого, кто встретится со змеем взглядом.

Но, почему-то, никто из присутствующих не окаменел и не умер.

— Тупая змея… — проворчал Оберон, пнув ногой толстенную чешую. — Думаешь, они просто так напялили эти странные очки?! Это защита от твоего козыря, глупец, так что не валяй дурака и прыгай уже на них!

Василиск обиженно зашипел, но внял. Подобрался, готовясь к броску. Тело напряглось как пружина, свернувшись кольцами. Встретить удар такого в лоб — это все равно что попытаться остановить скоростной поезд будучи мошкой. Вместе с ним напряглись и все остальные. Амос украдкой поглядывал за ситуацией боковым зрением, сильно нервничая.

Но прежде, чем змей закрыл защитные склеры обратно, а они не только людей от смертельного взгляда защищали, но и его чувствительные глаза от всякого-разного, будучи чрезвычайно прочными, тело змея пробила внезапная болезненная судорога, из-за которой тот на мгновение потерял контроль над собственным телом, и, вместо прыжка вперед, сулившего полное уничтожение ритуальных кругов и, возможно, защищавших их ведьм, метнулся вверх, влетев головой в каменные своды подземелья.

Раздался оглушительный грохот, на землю с высоты посыпалась пыль и каменная крошка, но, что самое важное… свой шанс нанести удар не упустила когтистая высшая нежить, парящая над потолком и с ненавистью взирающая вниз, на убийцу своего сына. Она ждала удобного случая — и он ей представился. Амос же вовремя дал отмашку и скоординировал удар между Фел и Лили.

Раздалось отчаяние шипение, а так же вместе с грохотом упавшим обратно на землю телом василиска пролилась и его кровь, а так же белок глаз. Змей заметался по залу от боли, из-за чего Оберону даже пришлось уклоняться и взмыть повыше, чтобы не быть сбитым и раздавленным многотонной тушей.

— Проклятье! Сука! Тупая змея! Фу! Сидеть! — негодовал король, мотаясь из стороны в строну, уклоняясь от свистящих осколков, рассекающего воздух хвоста и заклинаний.

Кэрол и Фел не стали упускать возможность и попытались достать Оберона, пока он был в не самом выгодном положении. До них-то василиск пока что не доставал. Слишком большое расстояние их все еще разделяло.

— Понятно теперь, почему Слизерин держал его взаперти. Эксперимент, очевидно, у него был неудачный. Слишком тупорылый получился змей, хоть и большой. А ну успокоился, кусок дерьма! Это приказ!

Змей замер, повернув голову и вперив пустые глазницы в короля альвов. Боль и дезориентация от потери глаз постепенно сходила на нет, а благодаря своему языку Василиск быстро адаптировался к ориентированию в пространстве и без своего обычного зрения. В принципе, когда его создавали, то предполагали потерю глаз, ведь это было самой очевидной и приоритетной точкой для нанесения урона. Потому он все еще был смертельно опасен даже без глаз и своего козыря.

— Неплохо, детишки, — зависнув в воздухе в своей развевающейся королевской мантии (да, он немного трансфигурировал свою старую в более пафосную) прокомментировал Оберон, — магия вуду, темная магия, проклятья, некромантия… Моргана вас неплохо натаскала, но… недостаточно!

Взмах Экскалибура чуть не разрубил спикировавшую с потолка Лили пополам. Та едва успела сместиться и, благодаря когтям на левой руке, что скользнули по лезвию меча по касательной, смогла разминуться с ним. Потеряв, однако, эти самые когти, к её огромному удивлению и неудовольствию. Ведь это было еще и больно.

— Ха. Что, не ожидала, куколка? Экскалибур может разрезать все, что угодно. Материальное и не материальное. Время, пространство, магию, душу… все, что я захочу! Так что, симпатичный неупокоеный дух, в следующий раз мой меч пронзит тебя как надо. С концами, ха-ха. Поняла шутку?

— Ублюдок… — выдавила сквозь сжатые зубы полу-рычащий звук Лили, с ненавистью глядя на Оберона. — Ты пытал и убил моего сына. Думаешь, я позволю тебе уйти отсюда безнаказанным?! Как бы не так!

— Которого сына? Ах, да, прости, теперь я понял. — Оберон повертелся, осматривая себя со всех сторон, а потом ткнул себе пальцем в грудь? — Этого, да? — на лице короля возникла гаденькая улыбочка.

— Ну, так получилось, не серчай. Твоему сыну была уготована великая честь — стать сосудом для этого короля! Уверен, он бы и сам с удовольствием принял бы свою судьбу, если бы знал, какая это честь — обменять свою никчемную жизнь на мою… Несопоставимо. Любой скажет.

— Я. Убью. Тебя! — Лили бросилась в бой, остервенело размахивая когтями на правой руке, но…

Оберон играючи уклонялся, нанося ей, к тому же, не смертельные, но болезненные уколы и надрезы на теле, из которых сочился белесый свет. Словно кровь.

Оберон попросту играл с нею, задорно подмигивая и делая сложные пируэты, показывая высокое мастерство обращения с мечом. Хотя и видно было, что это далеко не его максимум. Все же тело ограничивало довольно сильно. Иначе все уже было бы давно кончено.

— Жалко, что ты уже мертва, куколка. Было бы интересным опытом попробовать тебя в этом теле. Теле твоего сына. Если ты понимаешь о чем я, ах-ха-хах.

Обычно эмоции нежити не слишком выражены, но Лиши сохранила большую часть своей души и личности, а потому пришла в настоящее бешенство. Ее праведный гнев был чистым и не зависел от условностей существования в мертвом теле.

Но даже несмотря на то, что Лили помогали заклинаниями издалека, она никак не могла достать ненавистного убийцу её единственного ребенка, и вскоре лишилась когтей и на правой руке, а после ее сразу же головой протаранил василиск, впечатав вместе с собой в стену.

Этого и добивался Оберон. Уж что-что, а выводить людей из себя он умел превосходно, и частенько пользовался этим для собственной выгоды, заставляя совершать ошибки на почве ненависти. Вот как сейчас.

То, что Лили могла становиться нематериальной, ей не особо помогло, ведь чешуя василиска была почти полностью резистентна магии… что делало естественную защиту Лили Поттер бесполезной. Отчасти.

Все же её не размазало по стенам светящимся пятном. Она получила урон от столкновения с самим василиском, но прошла сквозь каменную стену и вылетела куда-то в один из тоннелей. Чего не скажешь о василиске, который нанес себе урона не меньше, чем своей жертве. Он-то прочувствовал твердость стен Тайной Комнаты во всей полнотее. Снова.

— Ох, какой же тупой змей… теперь еще и слепой как крот. И с сотрясением, похоже. Эх. Бесполезный мусор. — вздохнул и закатил глаза Оберон, поправляя волосы, зачесывая их рукой назад. — Ладно. Мне это всё надоело. Вижу, вы тянете время. Думаете, я идиот, да? Думаете, я позволяю вам задержать меня и завершить ритуал? Не нужно себя переоценивать, детишки.

Оберон с огромной скоростью сократил расстояние до Кэролайн, чуть ли не телепортировавшись прямо перед ней. Он убрал магией сопротивление воздуха и силу трения и использовал заодно полёт, а после одним ударом кулака заставил её согнуться пополам.

Выронив палочку, Кэрол отправится в непродолжительный полет, закончившийся отнюдь не плавным скольжением по неровной каменной кладке. Ее магический щит кулак Пендрагона будто и не заметил.

— Ой-йой. Магия крови, да? Опасненько. — пробормотал он, прикоснувшись к собственному сердцу, которое чуть не пропустило удар. — Успела-таки где-то нацелить немного крови этого слабого бесполезного тела, да? Тц-тц. Умная. Но второй раз это не прокатит, дорогуша.

Из-за слабости Кэролайн разжала пальцы и на пол выкатилась маленькая пробирка с алой жидкостью внутри. Оберон держал в руках палочку, направленную прямо на нее. Тут же её разнесло на осколки безмолвным заклинанием, а кровь испарилась без следа.

— Поверить не могу, что мне пришлось использовать этот ширпотреб. — прищёлкнул языком Оберон, параллельно взмахом отбивая атаку брюнетки. — Вы заплатите за это унижение, смерды. Я передумал. Никакого гарема для вас не будет. Только смерть! Все равно вы уже пользованные…

Завязался неравный бой, где Фелисити пришлось отдуваться за всех. Она крутилась волчком, пытаясь заодно не дать василиску помочь Оберону, мотая куклой вуду из стороны в сторону, направляя его броски в колоны и стены.

Фелисити смогла продержаться дольше благодаря своей скорости и ловкости, удивившей самого Оберона, которому даже пришлось вновь пустить в ход свой меч, чтобы не затягивать.

Лезвие его с легкостью разрезало волшебную палочку девушки, оставив её практически безоружной, а пинок ногой оказался настолько сильным, что едва не отправил её прямиком на тот свет, заставив ребра в груди неприятно хрустнуть. Еще немного и они сломались бы, пробив острыми концами легкие.

Отброшенная вдаль, как и её подруга ранее, Фелисити прокатилась по полу и тут же попыталась встать, но закашлялась кровью и упала обратно, мгновенно связанная магическими путами, как и Кэролайн, которая незаметно пыталась начертить своей кровью на полу какой-то глиф.

Довольно сильные волшебницы оказались практически бессильны против древнего мага, к тому же орудующего легендарным мечом. Он попросту разрезал все их заклинания на подлёте, и лишь у Кэрол почти получилось ему навредить из-за специфики магии крови. Но почти не считается.

— А может, и в гарем. Такая ловкость, гибкость и выносливость… я найду им более подходящее применение. — облизнул губы в предвкушении Оберон, оценив взглядом точеные фигурки брюнетки и красноволосой ведьмы. — Но это потом, а пока…

Он принял картинную стойку и замахнулся мечом, чье лезвие на миг сверкнуло всеми цветами радуги и будто бы вытянулось аж до самого потолка. Он ухмыльнулся и направил его прямиком на беззащитного Амоса.

— Отправляйся в преисподнюю, отродье. — сияющее лезвие начало падать с невероятной скоростью и неотвратимостью.

Амос прикрыл глаза, все еще не прерывая ритуал. Дергаться уже было поздно. Ранее Моргана связалась с ним по мысленной связи и убедила, что все будет в порядке и главное не прерывать ритуал, иначе точно смерть.

Он поверил Моргане наслово, ведь как такового выбора особо и не было. Стопроцентная смерть, или смерть с чуть меньшей вероятностью… если она не солгала ему, конечно.

В последний момент, когда он уже практически шеей ощутил ветерок от рассекаемого мечом воздуха, на пути у Экскалибура встал другой меч, удерживаемый закованной в черные латы… Вивьен Могильной Травой, по всей видимости. Она появилась из ниоткуда, словно сотканная из лесной тьмы.

Несмотря на то, что Оберон уверял, что Экскалибур может разрезать все, что угодно, он, похоже, несколько преувеличил его остроту. Меч Грэйвграсс почему-то не разлетелся на осколки, а спокойно держал удар.

— Тыыыы…! — прорычал Оберон. — Снова ты!

— Я. — спокойно ответила зеленоволосая женщина. — Пора тебе отправляться на перерождение.

— Ха-ха-ха! Думаешь? — ухмыльнулся Оберон, отскакивая назад и помогая себе левитацией.

Дернувшейся было за ним Вивьен пришлось сделать шаг назад, ведь мимо пронесся бронепоезд… то есть василиск, отделивший своего хозяина от опасности. Силу удара такой многотонной туши не стала недооценивать даже она. Магия магией, а физику еще никто не отменял.

Оберон пафосно встал на покачивающуюся из стороны в сторону голову василиска, делая вид будто проверяет лезвие меча на сколы и царапинки и якобы протирая его рукавом мантии.

— А я вот думаю, что это тебе придется отправиться в цикл перерождения. Будешь подменять там свою дорогую учительницу, пока я буду делать с ней детишек.

Вивьен устало вздохнула, не оценив шутку. Однако насторожилась, ведь Оберон не бахвалился и имел неплохие шансы осуществить угрозу, ведь… В этот момент из скрытого прохода, откуда ранее явился он сам, показались пять весьма значимых фигур, недооценивать которых не стоило даже ей. Четыре рыцаря сезонов и Дамблдор.

— Амос?! Санхайд?! —хором удивились одновременно двое из них.

Амос же в этот момент вновь проклял себя за то, что не догадался вставить чертовы линзы от очков в сраную маску. Тот самый случай, когда маленькая небрежность и лень привели к серьезным последствиям.

Кто ж знал, что в Тайной Комнате набьется народу как сельдей в бочке. Ни одной живой души, кроме одной змеиной, за чертовы десятки лет, и тут на тебе. Праздничный банкет, чтоб его…

П.С.

Решил не выделываться и разделить финальный акт на несколько частей. А то я так прикинул и там страниц на 20 будет. Тогда вы проду не увидели бы еще лет 100. Потому буду дробить немного, где это уместно.

xbnfntkm13, бечено

Глава 74 Точка бифуркации

— Какого… Что здесь происходит? — Лето встал как вкопанный. Не такое он ожидал увидеть. Совершенно не такое.

— То, о чем мы тебя все предупреждали. — печально хмыкнула Весна. — Не ты первый и, боюсь, не ты последний. Возомнил себя великим перекроителем судьбы, так вот она, Судьба.

— То, что все мы здесь сегодня собрались, лучше всего доказывает теорию её неизбежности. От злого рока не сбежать. — покачала головой Винтер.

— И снова прольется кровь… Как же мне надоел этот вездесущий красно-бурый цвет. — вздохнула Осень. — Однако допустить возвращения Морганы мы никак не можем. А Могильная Трава, в свою очередь, не может позволить Королю жить. Конфликт неизбежен.

— И чем всё это опять закончится — мы тоже знаем. Снова все пойдет по кругу, словно бесконечная смена сезонов. Цикл жизни и смерти во всей красе. Разве не иронично? — хмыкнул в бороду Дамблдор. — Однако… мистер Санхайд, какого Мордреда вы здесь забыли? Мисс Шарпхарт? И вы туда же?

— Ты знаешь этих молодых людей, Альбус? — удивилась Весна.

— Ученики Хогвартса… одни из лучших, как я считал. — за него ответил Лето, процедив сквозь зубы. — Но, кажется, я был слишком поспешен в своей оценке. Так вот что испытывает учитель, когда его ученики разочаровывают его? Неприятно. Теперь я лучше понимаю Дамблдора.

— Ха-ха, предполагаю что ваши ученики сейчас не менее разочарованы своими наставниками, чем вы ими. — Усмехнулась Вивьен, окинув взглядом проводимый ритуал. — Не только ученики могут стать разочарованием, возможно и обратное.

— Помолчи, ведьма. Тебя не спрашивали. — огрызнулся Лето, поудобнее перехватив доставшийся по наследству от прошлого рыцаря меч.

— Как бы там ни было, они всё еще дети. Ученики и… — Дамблдор прищурился, глядя на Фелисити. — И бывшие ученицы Хогвартса. Я за них в ответе, как директор. Мы ещё можем всё решить без лишней крови на руках. В молодости люди часто совершают ошибки, но каждый заслуживает второй шанс. Давайте не будем бросать в эту мясорубку ещё и их, давайте…

— Давайте без давайте. — оборвал его Оберон. — Эти смерды посмели встать на сторону изменницы, а так же злоумышляли против этого короля, а это значит… — Оберон махнул мечом, словно палач тесаком. — Приговор главному, что проводит мерзкий ритуал — смерть. Девок уж, так и быть, пощажу. Определю себе в наложницы. Кто-то же должен будет пудрить носик Моргане перед тем как она будет удостоена чести возлежать с этим королем, верно?

— Ваше величество… — попытался молвить шокированный Дамблдор но снова был прерван.

— Я все сказал. Главному — голову с плеч. Этой суке, Вивьен — тоже. А будешь мешаться… — Оберон повернул голову и пристально уставился на старого друида, вертя меж пальцев волшебную палочку. — То и твоя голова присоединится к списку. Я и так сегодня милостив. Если считать с Морганой, то больше половины мятежников выживет, ха-ха. И кто после этого не милосердный правитель?!

Зима и Осень переглянулись, почувствовав на себе мимолетный, но ощутимо сальный взгляд владыки Авалона. Пусть он пока ничего и не сказал, но им и так стало понятно, что за их счёт, вероятно, Оберон собирается расширить свой будущий гарем, когда вернёт всю полноту своей силы. Перспективы, мягко говоря, не радовали. Если бы тут не было Вивьен… Из-за неё всё становилось слишком сложным.

Весна лишь устало вздохнула, а вот Лето… лето аж пошатнулся, лязгнув доспехами. Последние надежды на светлое будущее разбились словно витрина, в которую на всем ходу въехала карета запряженная шестью пегасами. Все его страхи и сомнения стали претворяться в жизнь. Мало того что Король Оберон оказался именно таким, каким его рисовали слухи, распускаемые мятежниками, так он ещё и… решил сохранить жизнь МОРГАНЕ?! Чтобы снова наступить на те же самые грабли? Что за бред? Как это вообще возможно? Это же попросту глупо! Неужели всё это правда, а не дурной сон? Тогда всё, ради чего он старался… зачем это было? Он прикрыл глаза и провёл латной перчаткой по шлему, закрывая забрало. Лето не желал чтобы сейчас хоть кто-то увидел его перекошенное лицо.

— Как это недоразумение вообще стало королем Альвов… Разве они не светлые и добрые создания? — пробормотала себе под нос скривившаяся от отвращения Кэролайн. Но её услышали.

— Как он стал королем вообще, ты спросила? — Вивьен хмыкнула, выходя на передний план, встав между вторженцами и уязвимым ритуалом. Амос скосил на неё взгляд но продолжил хриплым голосом читать заклинание. Однако уши навострил, тоже желая узнать правду.

Вивьен перевернула свой двуручный меч лезвием вниз и оперлась о рукоять двумя руками, поставив его поперед собой. Лезвие легко вошло в зачарованный камень и погрузилось на десяток сантиметров, словно в обычный грунт.

— Об этом уже мало кто помнит, но… если поискать по руинам, то можно найти кое что. В Авалоне-то такого днем с огнём не сыскать, ведь хитрый Оберон постарался убрать всякое упоминание о временах ДО его правления, но… к счастью, он никак не мог провернуть такой фокус на землях, которые ему не принадлежали даже в сладких грёзах…

— Заткнись, тварь! — несколько мощных огненных заклинаний сорвалось с его волшебной палочки, обрушившись на выставленный магический щит Могильной Травы. Король ожидал, что к его атаке присоединятся союзники, но тем тоже было интересно послушать, потому они сделали вид, что не поняли его намерений и лишь немного приблизились, расходясь полукругом, пытаясь взять противника в окружение.

— Фейри вели весьма детальные хроники, между прочим, и хотя они забрали большую часть своих библиотек с собой… некоторые знания они всё же оставили позади. — Интенсивность атак Оберона нарастала, но Вивьен вполне спокойно могла выдержать напор его магии даже не пошевелив и мускулом. Ревущее пламя не смогло заглушить её пробирающий до мурашек потусторонний голос. — Так вот, никто из альвов просто не захотел занять это место. Если бы не постоянная угроза и давление со стороны фейри, то они даже и не подумали бы о какой-то централизации власти. Оберон был единственным тщеславным альвом среди всех, что, насмотревшись на то, как живут соседи фейри, возжелал повторить их опыт и возвыситься. Раньше народ Авалона прекрасно жил и без всяких там королей… прямо как сейчас, кстати. Никто из вас, друидов, всерьез не задумывался о том, почему даже спустя тысячи лет у Авалона так и не появилось нового единого правителя? Серьезно? Вы же не думаете, что альвы хранят верность мертвой династии Пендрагонов, не так ли? Нет. Им это не нужно. Это всегда был Оберон, тот, кто жаждал править. Хотя надо признать, если бы он не заигрался и не попытался прыгнуть выше головы, то у него были все шансы закрепить успех. Его сын, Артур, в отличие от отца, имел все шансы стать признанным всеми правителем Авалона…

— Чушь! Ложь! — выкрикнул Король, со злобой на лице указав остриём Экскалибура на свою оппонентку. — Я занял престол по праву сильнейшего. Умнейшего. Достойнейшего! Лишь я подходил на эту роль и не нашлось никого, кто оспорил бы мои притязания на престол! Никто не смеет мне перечить!

— Пффф. — Вивьен прикрыла рот ладошкой, наигранно пряча смех. — Умнейший и достойнейший, да? Вот уж в чем «вашему величеству» не откажешь, так это в чувстве юмора и удаче. Особенно удачи у вас всегда было в достатке, не так ли? Просто повезло, только и всего. Ваше предназначение было породить на свет Артура — истинного правителя Авалона и убраться со сцены, но нет… вы решили держаться за власть до конца.

— Молчать! — взревел Оберон, взмахом клинка посылая рябящую пространственной магией дугу в Грэйвграсс. Та, впрочем, легко парировала её, перенаправив в сторону двух рыцарей сезонов, что обходили её с левой стороны, стремясь зайти за спину. Им тут же пришлось сменить позицию, разбежавшись в разные стороны. Их тут же разделила выросшая из пола стена из костей и мертвой плоти. Они досадливо зыркнули на Оберона, но промолчали. — Да что ты можешь знать, соплячка?! Когда я ходил по земле, тебя еще даже в яичниках твоей шлюхи-мамаши, что раздвинула ноги перед человеческим смердом, не было.

— А вот это ты зря, твоё «величество». — если взглядом можно было бы убивать, несомненно, зеленые глаза Грэйвграсс уже отравили бы Оберона самым болезненным нейротоксином на свете. — За это я буду шинковать тебя медленно. По кусочкам. Начну с твоего непомерно длинного поганого языка.

Движение руки Вивьен смазалось даже в сверх-остром восприятии Амоса. Вот её меч погружен остриём в камень, а спустя долю секунды уже чертит оставляющий за собой след чернильного смога в воздухе. Василиск дернул головой, попытавшись уклониться, но этого не потребовалось.

— Не так быстро. — Винтер взмахнула мечом и ледяная вьюга, сорвавшаяся хрустального лезвия меча, перехватила едва заметный в темноте росчерк магии смерти, что почти добрался до Оберона.

Из-за того, что Король всё еще пребывал в человеческом теле, пускай и улучшенном его внутренними манипуляциями, человеческие глаза даже не сумели уловить опасность, за что он едва не поплатился жизнью. Он списал это на сопутствующую ему всю жизнь удачу, но на самом деле причиной всему было отточенное за века мастрество Рыцаря Зимы. Хотя… может быть и это можно считать удачей?

— Тц. Значит, сначала придется разобраться с вами, да? — цокнула языком немного разочарованная некромантка-полукровка, легким взмахом меча отбивая едва заметную атаку Весны, что всё же подобралась к ней со спины, заодно отправляя ту в полёт мощным ударом закованной в броню ноги. Осень удачно перехватила ту в полёте своей магией ветра и помогла ей приземлиться рядом без особых проблем. — Я надеялась на то, что у вас проснутся остатки здравого смысла, но… видимо, вам слишком качественно промыли мозги эти старые пни из Круга. Печально, но ладно. На этот раз, обещаю, я убью не только Лето, но и еще одну из вас. Это как минимум. Участь Оберона же и вовсе давно предрешена.

— Постойте! Давайте все обсудим и как-то договоримся! — вновь попытался встрять в разговор Дамблдор, утирая белоснежным платком пот со лба. Он крепко сжимал в руках бузинную палочку, не зная как поступить.

После таких откровений последнее, чего он хотел, так это возвращения блудного короля альвов. Даже воцарение Морганы уже не казалось ему таким уж плохим вариантом. Может быть с ней получилось бы договориться? Оберон-то уж точно не выглядел договороспособным. Всё лучше, чем этот…

К тому же, Альбус не мог допустить смерти учеников у себя под носом. На территории Хогвартса! Это претило его морали. Да и, положа руку на сердце, магический откат за то, что он мог предотвратить смерть учеников, но предпочёл отсидеться в стороне, был отнюдь не слабым. Как и политические потери и… ещё сотня других причин, почему он очень не хотел допускать смерть Амоса и Ко.

— Если битвы не избежать, то давайте хотя бы уберем отсюда детей… В предстоящей заварухе они же просто погибнут!

— Да что ты заладил, трухлявый пень?! Договориться-договориться, тьфу. Ты — прислуга, вот и выполняй то что тебе велено! — покраснев от унижения (а Оберон подсознательно понимал, что от позорной смерти с одного удара его только что спасла подчиненная, а никакая не удача), вызверился на надоедающего своими нотациями старого друида Король.

Нонсенс. Какая-то прислуга смеет открывать свой рот в присутствии Короля и оспаривать его решения! Если бы он не был в настолько плачевном положении, когда ему приходилось полагаться на кучку людишек, то он бы уже давно казнил наглеца за длинный язык и саботирование приказов…

«Впрочем, если он не заткнется, видит Солар, Я, может, и не сдержусь.» — мысленно добавил Оберон.

— Ну и ну. Директор Дамблдор, оказывается, умеет заботиться о детях, когда припечёт. Вот это неожиданность.

— Лили?! — ахнул друид, повернувшись на звук и схватился за ёкнувшее в груди сердце, ощущая как его будто сжали ледяные тиски. Никакой магии. Лишь чувство вины. Появление бывшей ученицы потрясло его до глубины души. Он испытал стыд, какой не испытывал никогда в жизни. Друид прекрасно понял намек женщины, сына которого не уберег, хотя клялся заботиться и опекать.

— Да. Я. Удивлены, директор? — сложив руки на груди, Лили Поттер смерила его сложным, нечитаемым взглядом.

Она плавно приземлилась неподалеку от одной из колонн, покрытой лепниной в змеиной стилистике, и пошарилась призрачной рукой во рту каменного барельефа головы змеи. Мгновение, и она извлекает оттуда длинный нож, чье лезвие весьма опасно поблескивало на свету багровыми волнистыми разводами, заставив напрячься стоящих неподалёку от неё рыцарей Зимы и Весны, как и самого Оберона. Вивьен же одобрительно улыбнулась, узнав характерную ауру проклятого клинка. Почти такой же смертельно опасный и ядовитый, как у нее самой, только поменьше. Моложе. Но сила в нем уже была немалой, а потенциал был… весьма приличный.

Амос не мог притащить с собой любимую трость, ведь она уже была известным символом главы дикой Охоты, но и без своего шедевра на такое важное дело он идти опасался. А потому предварительно извлек лезвие и пристроил к нему новую временную рукоять, превращая его в весьма длинный и опасный нож.

И хотя он хотел верить в лучшее… но опасался худшего, а потому специально припрятал его здесь, на случай если все пойдет не по плану и его, и девочек, разоружат. По идее его должна была взять в руки Фелисити, но она пока что не могла этого сделать, извиваясь на полу и пытаясь разорвать магические оковы. А вот Лили могла. К тому же, её тоже в некой степени разоружили, так что Амос дал добро и позволил высшей нежити взять в руки самое опасное оружие, что было у него в наличии. Помимо неё самой, конечно. Ну и себя себя он тоже не считал.

— Лилиан, я…

— Что? Пришел убить своим бездействием еще пару детишек, прикрываясь удобными отговорками? Ради высшего блага, разумеется. Ради возрождения… а чего, собственно? Этого убожества? И ты еще смеешь смотреть мне в глаза? — давила на Альбуса Лили, прекрасно зная на какие мозоли нужно наступать.

Она совершенно не жалела Дамблдора и не испытывала к нему сочувствия. Может быть она и не ненавидела его так, как ненавидела Оберона или Северуса, но и былого уважения и доверия к бывшему наставнику не испытывала. К тому же… сейчас она готова была использовать любые средства, чтобы внести разлад в ряды врагов. Выиграть ещё пару секунд времени.

Чтобы защитить. И чтобы отомстить. Лилиан Поттер готова была пойти на многое и слегка пошерудить в открытой ране старого директора совершенно точно не вызывало у нее моральных терзаний. Заслужил.

— Хватит! Тянуть! Время! — Оберон нервно топнул ногой, из-за чего василиск под ним недовольно зашипел. Сам Оберон спустился вниз, чтобы василиск мог сделать бросок в нужный момент. Тот тут же начал скручиваться, словно гигантская, смертельно опасная пружина. — Время разговоров прошло. Потом будете разбираться в своей сопливой семейной драме! Этот король приказывает вам остановите ритуал любой ценой! Сейчас же!

И они попытались. Однако Вивьен пришла не одна. Не зря ведь она считалась непревзойдённым мастером некромантии? Некоторые поговаривали, что она уже превзошла свою учительницу на поприще магии смерти.

С Винтер скрестил мечи рыцарь смерти, махина под три метра ростом, удивительно бесшумно появившаяся из-за колоны, перехватив ринувшуюся на Вивьен женщину с фланга, оттеснив от союзников. Чёрные латы блестели словно глянцевые в голубоватых отсветах настенных факелов. Острые шипы, покрывающие броню в самых неожиданных местах, сочились зеленоватым гнилостным светом. Отравлены порчей смерти, очевидно. Может, трупный яд?

Эта нежить внушала ужас в души людей одним своим видом. Своей… неестественной аурой разложения и отчаяния. К счастью, Инверно, как её иногда называют, давно закалила себя и свой характер, не дрогнув под давлением проклятой ауры.

Казалось бы, куда там обычной высшей нежити до Рыцаря Зимы, однако… к ужасу своему она обнаружила, что не может просто так справиться с ним. Их мечи сталкивались раз за разом, но двуручный меч нежити не спешил покрываться трещинами и разлетаться ледяными осколками. Он даже с легкостью резал её магию. Ту, что он позволял ей проявить, постоянно держась поблизости и не давая разорвать дистанцию.

Это была не простая нежить. Совсем непростая. Даже для высшей. И оружие у рыцаря смерти было ему под стать, сочащееся гнилостным болотным светом. Проклятый меч. Материалом для создания рыцаря смерти и его клинка, предположительно, послужил, кто-то из мистических народов. Винтер могла только предполагать, чьё лицо скрывалось за чёрным рогатым шлемом, в прорезях которого плясали болотные огоньки, однако могла предположить что… когда-то это был представитель народа асов.

Очень вероятно даже, если судить по конституции тела и разлагающимся ошмёткам ауры, ранее принадлежащей живому существу немалой силы. В отличие от Авалона, Асгард давно пал и канул в Лету, но ранее населявших его жителей всё ещё иногда можно было встретить в странах Скандинавии. Видимо, конкретно этому асу не повезло встретить на своем пути Могильную Траву… Противник не из лёгких. И, в отличие от вполне себе живой женщины, мертвецу было плевать на боль, отраву и ранения. Зиме же приходилось полагаться на всё свое мастерство и преимущество в скорости, чтобы избегать любых ранений — каждая царапина могла оказаться смертельной. Причем из-за шипованной брони она даже не могла ударить рыцаря ногой или рукой, опасаясь за собственное здоровье.

Весна же вступила в бой с некой непонятной образиной, рухнувшей с потолка прямо на неё. Нечто, напоминающее мерзкую помесь осьминога и дракона, сочилось вонью разложения и гнили. Словно какой-то больной разум сшил трупы повелителя глубин и неба. Тварь нестерпимо громко клекотала, щёлкая смертельно опасным клювом и всё старалась дотянуться скользскими щупальцами до отбивающейся от его атак Рыцаря Весны.

Одно за другим она отрубала неживые отростки, но те отрастали с невероятной скоростью и лишь множились и множились. На месте одного щупальца вырастало три новых, поменьше, зато куда проворнее. Присоски на щупальцах постоянно сокращались, исторгая из себя едкую слизь, что разъедала камень подобно кислоте. Не говоря уже о том, что при сокращениях можно было заметить спрятанный в глубине каждой ядовитый изогнутый шип. Словно крючья, они только и ждали возможности добраться до мяса, чтобы вцепиться мёртвой хваткой.

Не стоило забывать и про шипастый хвост, который, словно бич, хлестал из стороны в сторону, преодолевая с хлопком звуковой барьер, пробивая кинетические щиты рыцаря, словно толстое шило невесомую ткань. Всему виной был костяной шип на кончике хвоста — вживленный в плоть клык неведомой твари, которая, очевидно, имела при жизни антимагические свойства. В мире редко встречались твари, охотящиеся на волшебников целенаправленно, но встречались. И они были на порядок опаснее даже своих сотоварищей по высшей категории опасности как раз из-за своих необычных способностей и умения убивать именно волшебников.

Магия кое-как помогала тягаться с этой тварью, и будь у женщины-рыцаря больше времени на подготовку, или если бы её поддержали огнём другие рыцари, то она бы уже смогла одолеть страшное порождение гнусной магии смерти, но… Ей приходилось справляться самой. Рыцарь смерти, доставшийся Зиме, явно был послабее, несмотря на превосходное владение мечом и куда большую смышленость.

Особенно туго стало когда тварь исторгла из своего клюва струю едкого желтого гноя, что будто разъедал саму жизнь и нестерпимо вонял, провоцируя рвотные позывы и едва не уничтожая рецепторы отвечающие за обоняние. Та расплескивала её как дешёвые чернила, не жалея. Подобно убегающей каракатице, с поправкой на то, что эта тварь никуда бежать не собиралась. Или уместнее будет сравнить её с разъяренным драконом, поливающим огнем все вокруг, добиваясь тем самым превосходства на местности?

Постепенно магия друидов и растений, в которой Весна была особенно хороша даже на фоне других рыцарей, потеряла восемьдесят процентов своей эффективности. Лужи гноя на полу начали постепенно испаряться, желтым туманом окутывая фигурку Рыцаря Весны. Та пыталась вырваться из неблагоприятной среды или развеять ту, но желтый туман словно живое существо преследовал её по воле монстра и быстро восстанавливал целостность благодаря пополнению из недр ужасающей нежити, что не прекращала плеваться своим ядом. Головной пузырь то и дело слетал из-за того что Весне приходилось двигаться на высоких скоростях, чтобы избежать столкновения с щупальцами, постоянно атакующими её с разных сторон.

Этот монстр будто был специально создан для убийства друидов. В частности, её самой. Ведь, помимо всего прочего, он воплощал потаённые страхи Весны, преследовавшие её на протяжении всей её жизни. Один вид этой твари заставлял её трепетать, давя на мозг без всякой ментальной магии.

Словно боггарт какой-то. Хотя нет, даже боггарт не смог бы воплотить такой ужас, потому что полагался на страх и фантазию жертвы, а Весна не была больной на голову психопаткой, а потому не могла и вообразить себе нечто настолько отталкивающее.

Определённо, у Вивьен было достаточно времени, чтобы изучить своих врагов. И она не тратила его впустую, отдыхая по три четверти года как некоторые. А ещё у некромантки явно было «специфическое» чувство юмора.

Осень, Лето, Дамблдор, Оберон и его ручной василиск же наседали на саму Вивьен, которой приходилось весьма туго. Ей, ведь, помимо всего прочего, приходилось тратить силы на прикрытие Амоса и проводимого ритуала. Защищать кого-то всегда сложнее, чем себя, а тут ей приходилось ещё и перехватывать все атаки, направленные на уничтожение важнейших магических символов, украшающих стены, пол и потолок. Непростое дело. Повезло ещё, что большая часть начертаний уже исполнила свою роль и более не была так важна, как пару часов ранее.

Но Вивьен сражалась не одна. Когда началась заваруха, Лили воспользовалась возможностью и с помощью клинка Амоса разрубила магические путы, удерживающие Кэролайн и Фелисити, вернув их в строй. Хотя Фелисити и сама уже почти справилась с этим. Изменив свои зубы на волчьи клыки, пока никто не смотрит, она практически сумела перегрызть золотые веревки.

Молодые девушки лишь путались бы под ногами Вивьен, попытайся они вступить в схватку с реликтами древности напрямую, но они всё еще могли быть довольно полезными, действуя как поддержка издалека.

Фелисити, например, вытащила из кармана плюшевого василиска и продолжила мешать ему добраться до Амоса или цапнуть Вивьен, влияя на него через магию вуду. Она не могла, как в фильмах, убить его, затыкав иголками, или скрутить и выжать как тряпку, всё же василиски были крайне устойчивы к магии, да и сами по себе невероятно живучи. Но сейчас даже небольшого влияния на движения короля змей в момент его стремительных бросков было достаточно, чтобы он потерял значительную долю смертоносности. Она сделала его… неуклюжим. Будто пьяным, невероятно раздражая этим матерящегося как сапожник недовольного Оберона, пытавшегося направлять короля змей голосовыми командами на парсетланге.

Тут надо сделать небольшое уточнение… Всё это было возможно лишь по той причине, что василиск не особо-то и старался навредить ученикам Хогвартса, и, по большому счёту, помогать Оберону не горел желанием. Он был зол из-за потери зрения, но не настолько, чтобы смертельно мстить неразумным детёнышам. Глаза регенерируют сами собой через несколько десятков лет, так что это не особо волновало хладнокровное существо, которое имело достаточно альтернативных средств ориентации в пространстве. Если Вивьен он ещё пытался прикончить, чтобы хоть как-то выплеснуть свое негодование от всей этой ситуацией, где ему приходилось подчиняться неразумному говорящему, то вот нанесение прямого вреда ученикам школы, которую он защищал по приказу своего создателя более тысячи лет… Сей приказ он саботировал как мог. Всё же василиск был разумным и даже имел некоторую… сентиментальность и чувство принадлежности, и даже причастности, если можно так сказать, к Хогвартсу.

Потому он подыгрывал девочке-волку, намеренно давая той немного времени перед очередным его броском.

Кэролайн же, потеряв прямой доступ к крови Гарри Поттера, решила сосредоточиться на защите Амоса и ритуала, всеми силами пытаясь минимизировать сопутствующий ущерб, который наносили масштабные атаки волшебников, чьи силы превосходили её многократно. Что ещё она могла? Пропасть в столетия боевого опыта не так-то просто переступить.

А вот Лили в себя поверила и влезла в бой на стороне Вивьен, крутясь и вертясь над схваткой словно коршун, пытаясь достать Оберона или хотя бы Рыцаря Лета. Терпеливо ожидала момента, когда сможет нанести свой удар возмездия. Слишком уж ей сорвало крышу от близости к истинным виновникам смерти её сына.

К тому же, она продолжала давить на совесть Дамблдора, пересказывая ему моменты из жизни её сына, через которые его заставили пройти, прежде чем он согласился сдаться и уйти на перерождение. Лицо Дамблдора становилось всё мрачнее с каждым новым откровением, а бузинная палочка дрожала в старческих пальцах, словно веточка дерева на ветру. Огненная магия, срывающаяся с кончика палочки директора, становилась всё яростнее, будто отражая закипающий гнев внутри друида. Толпы инферналов и прочей низшей нежити, которых призвала себе на помощь Вивьен, сгорали в синем пламени, словно спичечные головешки.

Глядя на это, Лето всерьез начал опасаться того, что ему в спину сорвётся убийственное проклятье или прожарит до хрустящей корочки волной огня. Мечи Рыцарей были сильными артефактами, но и один из даров Смерти в правильных руках не уступал им в разрушительной мощи. Если бы Дамблдор специализировался на несколько ином, более темном спектре магии, то легко смог бы встать на один уровень со своей пра-пра…-бабкой.

И он, и Оберон стали подсознательно передвигаться таким образом, чтобы не оказаться спиной к директору школы. Лето, впрочем, ещё и испытывал невероятный стыд. Пусть и косвенно, но он был очень даже причастен ко всему тому дерьму, что вылилось на голову Оберона. От мимолётно брошенного на него взгляда Осени, которая тоже всё это слушала поджав губы, ему захотелось провалиться сквозь землю.

Нет никаких сомнений в том, что даже если всё для них здесь закончится благополучно, то ему всё равно придётся забыть о признании и уважении среди других Рыцарей Сезонов до конца дней своих. Всё это затевалось им в первую очередь для того, чтобы перестать быть тенью, заплаткой, неудачной заменой прошлому рыцарю Лета в глазах старших Рыцарей. И теперь всё пошло прахом из-за призраков прошлого, настигших его.

Всё тайное, в конце концов, становится явным.

Несмотря на всё это, защитники Авалона продолжали давить, и вот, неожиданно для всех, Осени удалось отвлечь Вивьен на себя, сковав её в магическом и физическом клинче. Изумрудные глаза Могильной Травы вспыхнули застарелой ненавистью из-за чего магия внутри неё вскипела. Её ручная нежить будто перешла в режим берсерка, совершенно перестав заботиться о получаемом уроне, желая лишь нанести как можно больше повреждений противникам здесь и сейчас. Она чувствовала приближение неминуемого провала, а потому готова была выложиться на полную, как тогда. Будто история вновь повторялась.

В таком противостоянии Осень обязательно проиграла бы, конечно, но зато она могла выиграть немного времени, пожертвовав собой ради победы. Осень не была в восторге от Оберона, мягко скажем, но альтернативы виделись ей куда мрачнее. Она не могла допустить того, чтобы Авалон пал.

— Наконец-то! — обрадовался Оберон и взмахнул Экскалибуром, направляя почти невидимый слеш спрессованной магии в Санхайда.

Вивьен поморщилась и убрала одну руку с рукояти меча, вытянув её в сторону атаки. Попыталась заблокировать удар Оберона ценой того, что меч Осени начал медленно приближаться к её шее. Она-то держала меч двумя руками и давила магически и физически изо всех сил, не отвлекаясь ни на что.

Но Лето встал на пути, разрубив мечом магию зеленовласой ведьмы, отразив её в потолок, заодно и повредив один из внешних контуров ритуала, из-за чего с высоты на зал начала опускаться сконцентрированная взвесь дикой природной магии, весьма вредной для волшебников.

К счастью, ритуал уже был на самой завершающей стадии и такие минимальные повреждения не могли прервать его. Тут же подключился вторичный резервный контур, вновь замыкая циркулирующую магию внутри себя, не дав той расплескаться из-за пробоины.

Но своего Оберон добился.

Единственным препятствие на пути его магии оказалась… Шарпхарт. Она могла бы уклониться. Просто отойти в сторону, но… не стала. До последнего она пыталась скопировать технику отражения магии, которой пользовались Могильная Трава и Лето, чтобы перенаправить удар Экскалибура, но… у нее не вышло. Вернее, получилось, но плохо. Немного, самую малость, она все же смогла изменить траекторию атаки.

Брызнула на пол алая кровь.

Бок девушки оказался беспощадно истерзан магией, открывая вид на белесые кости. С тихим чавкающим звуком в лужу крови на полу упала её правая рука, сжимавшая волшебную палочку.

Глаза Амоса расширились в неверии, когда он увидел как оседает на пол его лучшая подруга, теряя сознание из-за болевого шока и мгновенной потери приличного количества крови. Алые волосы разметались по полу, смешавшись с горячей алой жидкостью, толчками покидающей тело девушки. Рана, нанесённая легендарным, мечом выглядела смертельной.

Санхайд едва не запнулся. Чуть не сорвал ритуал из-за ёкнувшего в груди сердца и вставшего в горле кома, перехватившего дыхание.

Почему? Почему она зашла так далеко ради него? Амос не чувствовал себя достойным такого друга. Почему именно сейчас, когда его сила была нужна больше всего, он не мог сдвинуться и на сантиметр, чтобы помочь той, кто с самого начала поддерживал его и прикрывал спину?

Смертельный удар, направленный на него, разминулся с его шеей в считанных сантиметрах, но какой ценой? Лишь невероятным усилием воли он смог заставить себя продолжить читать заклинание, мысленно молясь всем богам, чтобы Кэрол выжила. Сейчас он просто физически никак не мог ей ничем помочь, лишь навредить. Оставалось всего ничего, и ритуал будет завершен. Возрожденная Моргана в силах тяжких легко сможет залатать подругу, верно же?

Верно?!

Но на этом всё не закончилось. Его личный кошмар лишь начинался.

— Оберон! — взревел Дамблдор. Картина окровавленной ученицы, изломанной куклой рухнувшей на пол в лужу собственной крови что-то надломило внутри него, став последней крупицей на чаше терпения. — Не смей убивать моих учеников!

Колкие слова Лили удобрили и без того плодородную почву сомнений и взрастили в нем семена непокорности, посеянные еще «Гарри Поттером».

Взмах бузиновой палочки, и не ожидавший предательства в момент своего триумфа Оберон едва успевает отразить смертельное проклятье, направленное ему в грудь. Экскалибур был способен и на такое. Но хилые пальцы подростка в решающий момент не смогли удержать толстую рукоять меча, рассчитанную на крупного взрослого мужчину-альва и меч отлетел в сторону, завертевшись волчком по каменному полу.

— Ах ты! Сраный предатель! — разъярился Пендрагон. Пусть он потерял свой меч и немного даже ослаб из-за этого, но у него все еще была волшебная палочка. — Хотел авадой меня убить? Что же, отлично. Получай её обратно. Авада Кедавра!!!*

Если бы Альбус стоял не так близко.

Если бы у него было чуть больше времени оценить обстановку и подумать.

Если бы не обрушившийся на его разум дикий стресс.

Если бы только он не попытался по привычке заблокировать убивающее проклятье трансфигурацией, а постарался бы уклониться…

То у него были бы шансы выжить.

Но он растерялся, услышав обвинение в предательстве, замешкался, не зная как поступить дальше, очутившись под пристальными взглядами союзников.

За что и поплатился.

Зеленая вспышка словно молния прошила его тело насквозь, развеявшись только спустя десяток метров после. Мощь магии Оберона не стоило недооценивать. Он мог одной авадой выкосить человек пятнадцать, а не одного единственного.

— Нет! Альбу-кх-с… — вскрикнула шокированная Осень. Она на мгновение ослабила хватку, дрогнула. Дала слабину. И тут же ее голова покатилась по полу.

Вивьен не прощала ошибок.

Льдистые глаза еще пару мгновений в неверии смотрели в распахнутые глаза её любимого родственника. Практически внука. Такие же голубые, как у нее самой. Такие же холодные и ныне безжизненные. Добрые, всепрощающие глаза остававшегося до конца верным своим принципам и идеалам директора Хогвартса.

Синеву их глаз одновременно будто стала затягивать корка белесого льда. Словно первые осенние заморозки сковывали озерную гладь. Смерть сменяла жизнь на её посту.

Заплакал появившийся во вспышке огненного всполоха феникс Фоукс — фамилиар павшего волшебника. Он опоздал на какие-то секунды.

Его печальная песня стала погребальным звоном — предвестником еще больших страданий.

Фоукс опустился рядом с павшим другом на землю и склонил голову, роняя горькие слезы на его покрытое морщинами лицо. Он накрыл его глаза своими крыльями, будто обнимая своего верного соратника в последний раз.

— Как же так… все должно было быть иначе. Триумф… Мой триумф… — Пробормотал Лето, едва не опустив руки.

Меч Вивьен мгновенно чуть не лишил головы ещё и его, но Лету повезло. Винтер успела прийти ему на помощь, справившись со своим противником раньше, чем другие, пожертвовав своей рукой. Снова. К счастью, терять артефакт было не так неприятно, как живую руку, потому она без сожалений заплатила эту цену. Хотя, несколько сочащихся зеленью прорех в броне не оставляли сомнений, что только потерей протеза она не отделалась. Пришедший в ярость рыцарь смерти успел сделать своё дело, пустив корни гнили в её организм. Если срочно не предпринять что-то, то Инверно могла погибнуть от отравления.

Теперь Зима окончательно определилась и сражалась не за «Никчемного Короля», а против Вивьен и её шайки некромантов и ренегатов. Винтер не могла позволить той победить и желала отомстить за смерть подруги. Но она решила — если выживет и победит, то… отомстит ещё и Оберону. Этому похотливому тупоголовому отбросу, который снова все похерил.

Лето и Зима смогли сдержать Вивьен еще на мгновение, которого Оберону, впрочем, хватило, чтобы усугубить и без того тяжелую ситуацию до отчаяной.

— Аааавадааа Кедавра! — Новое убивающее проклятье сорвалось с кончика палочки направляясь прямиком в Амоса.

И вновь Вивьен никак не могла ему помешать, ведь отчаявшийся, снедаемый чувством вины, Рыцарь Лета в этот момент бросился на её меч, буквально сам нанизавшись на него, как букашка на булавку… при этом он не спешил умирать, терпя невероятную боль.

Мужчина вцепился в руку, зацепившись за выступ на латной перчатке некромантки, мешая той извлечь меч из своего нутра, напротив, всаживая его в собственную плоть всё глубже, так, что лезвие вышло аж из спины, пробив доспехи с другой стороны.

Из-за этого ведьме приходилось изворачиваться и колдовать свободной рукой, не давая Зиме разрубить её пополам или проморозить насмерть. Пару болезненных ударов она всё же получила, как бы ни старалась. История и правда имела свойство повторяться.

Но помешать Оберону у Грэйвграсс так и не получалось. Союзная нежить была слишком занята, отвлекая внимание василиска на себя, постепенно нанося ему хоть и не очень глубокие, но весьма болезненные порезы молодым проклятым мечом. Так бы продолжалось и дальше, если бы она не потеряла оружие. Крайне неудачно так совпало, что клинок застрял между прочнейших чешуек короля змей и та все никак не могла его вытащить из-за вечно двигающегося на большой скорости василиска.

Впрочем, увидев что дела приняли такой скверный оборот, она попыталась вмешаться и отважно встала на пути убивающего проклятья. Так же самоотверженно, как сделала это более десяти лет назад, на Хэллоуин, в своем собственном доме в Годриковой лощине, прикрывая собой сына. Только вот… Лили позабыла, что тогда она имела материальное тело. Была жива. Ей было чем расплатиться перед смертью. А сейчас нет.

А потому зеленый луч прошел сквозь нее, будто и не заметив ее стараний, не причинив никакого вреда. Словно свет сквозь прозрачное стекло.

Амос, которому оставалось буквально пара слов, чтобы завершить начатое, прикрыл глаза, принимая свою судьбу.

Не успел.

Магия Оберона двигалась слишком быстро. Он, даже если бы захотел, уже никак не успевал ни увернуться, ни завершить ритуал. В человеческом обличии он был далеко не таким проворным. Он был всего лишь… человеком.

Зато Фелисити в своем волчьем облике очень даже должна была успеть.

И успела.

Размытой черной тенью она пронеслась наперерез убивающему проклятью, прикрывая его своим телом.

Она не раздумывала ни секунды. Не сомневалась. Не думала. Просто делала. А потому была единственная, кто смогла.

Амос широко раскрыл глаза. Он видел, как с хрустом тело Истинного Оборотня врезается в стоящую неподалеку колонну, оседая у её основания. Для него словно пропал весь звук в мире. Зрение сузилось до одной точки.

Он смотрел как могучее волчье тело теряет очертание зверя и превращается обратно в хрупкую девушку.

Обнаженное. Бледное. Безжизненное тело.

Это было дня него уже слишком. Слезы навернулись на глаза, а горло будто сдавили тиски. Он не мог выдавить из себя последние необходимые слова даже если бы попытался.

Он чувствовал это. Как разрывается невидимая связь, что связывала его с Фелисити Синдер. Без сомнений, такая мощная авада сильно превзошла способности Истинного Оборотня к сопротивлению магии. Она мертва.

Он перевел взгляд на истекающую кровью Кэролайн. Затем на ухмыляющегося ублюдка, в глазах которого плясало злорадство и чувство глубокого удовлетворения и самодовольства.

— Я не такой дурак, как вы обо мне думаете. Я же вижу, что в этот раз мне точно не дадут вернуться к жизни как положено, так что… Не доставайся же ты никому, так вроде говорят люди, да? Ха-ха-ха. А теперь, будь послушным мальчиком и присоединись к свей подружке! Ав…

С этого момента события развивались стремительно.

— Нет! Амос, держи ритуал! Держи ритуал, иначе мы все погибнем! — Взвыла бессильно Моргана, почувствовав как пришла в движение мана. Оставалось совсем немного до. Но…

Амос сломался. Что-то в его душе надломилось с мерзким хрустом, а глаза застелила кровавая пелена. Весь накопленный стресс и ярость одномоментно вырвался наружу, помутив ранее практически всегда кристально ясный ум. Влиянием тёмной магии, в которую он углублялся всё глубже с каждым годом, наконец дало о себе знать. Как водится, в самый неподходящий момент.

Черная удача пыталась как могла защитить его даже сейчас, но… она испарялась с невиданной доселе скоростью. Черный клевер, проявившийся на руке, крутился с бешеной скоростью, теряя цифры. Вот от него оторвался один лепесток. Вот второй…

— …ада Ке…

Тело Амоса покрыли светящиеся синим огнём трещины, из которых сочилась красная венозная кровь и фонтанами била артериальная. В глазах горела бездна магии, на которое никогда не было рассчитано тело человека. Даже если этот человек — Истинный Оборотень.

Сейчас вся мощь проводимого ритуала, вся сила Морганы, на одно жалкое мгновение, оказалась в его руках, неотвратимо разрушая его изнутри. Моргана забилась в конвульсиях, выгнувшись дугой, сдирая ногти о каменный пол.

Черная удача могла справиться практически с чем угодно, но… только с чем-то одним.

С поддержанием ритуала и жизнедеятельности тела, принудительно завершив ритуал хотя бы частичным успехом.

С урегулированием последствий ментального шатдауна из-за помутнения рассудка, благодаря чему Амос смог бы мыслить трезво и довести дело до конца самостоятельно, отомстив хотя бы таким образом. Посмертно.

Или… с тем чтобы исполнить его самое страстное желание в данный момент времени — нивелировать всякую удачу Оберона и уничтожить ублюдка даже ценой всего.

— …давра! Акцио Экскалибур!

И хотя с точки зрения рациональности любой вариант кроме последнего был бы логичнее и разумнее, однако… черная удача не подчинялась логике. Она подчинялась подсознательным желаниям владельца, в лучшем случае. А потому…

Хоть Оберон и успел бросить еще одно смертельное проклятье и даже попробовал призвать Экскалибур к себе, это его не спасло. Лили сумела поймать пролетающий мимо Экскалибур за рукоять, а дальше… Чудовищная магическая мощь разорвала тело вероломного Короля на куски, вновь выбросив душу в круговорот перерождения. Огромная, зияющая пустотой трещина в пространстве пролегла от Амоса до Оберона. И даже дальше.

Сам же Амос прожил лишь мгновением дольше. Пошатнулся и завалился на спину, убитый выпущенной перед смертью авадой Оберона.

Ритуал окончательно сколлапсировал, потеряв управляющий и сдерживающий элемент ещё и вместе со всей накопленной маной.

Истошно закричала в ритуальном круге Моргана, чье тело тоже не пощадила разбушевавшаяся магия. В этот раз она была максимально близка к успеху, а потому и провал был особенно болезненным во всех смыслах.

Как всегда, в самый последний момент всё полетело к бездну.

Пространство вокруг затрещало, начав складываться само в себя, словно карточный домик.

Тайная Комната начала рушиться, а пространство стало максимально нестабильным, переполненное дикой магией.

Вивьен бросилась было к Экскалибуру, что выпал из рук растворяющейся в воздухе призрачной фигуры, но и тот внезапно исчез, будто его и не было здесь никогда.

Оглянулась на ножны, но и они пропали.

Пробормотав под нос проклятье, некромантка быстро сориентировалась, кое как сумела разорвать дистанцию с Винтер и, разрубив мечом обезумевшее пространство, сбежала, бросив свою высшую нежить на растерзание магической катастрофе. Существенная потеря, но восполнимая для той, кто не старел и мог жить вечно.

Что до остальных…

Весну, которая тоже попыталась сбежать, не пустила нежить, обвив щупальцами ногу, впрыснув в кровь трупный яд и организовав заражение крови, решив утянуть с собой на дно.

А Зима… Зима подхватила раненого, в общем-то, умирающего рыцаря Лета и тоже смогла трансгрессировать. Правда, несколько неудачно. Пространство было слишком нестабильным и агрессивным, так что Лето не пережил прыжок из-за того, что был слишком слаб. Его разорвало пополам как раз в том месте, где его пронзил проклятый клинок Грэйвграсс.

Зима не сдалась, вопреки логике вернулась обратно, чтобы попытаться вытащить хотя бы Весну… но погибла вместе с ней, когда потолок, да и вообще половина древнего замка обрушилась в разверзшуюся пространственную аномалию, погребая под собой десятки молодых волшебников, учеников и авроров.

Последней в бездну магии рухнула директорская башня.

А затем…

***

Луна открыла глаза, тяжело дыша. Ей было дурно. Жарко. Тело ломило. Что-то горячее текло из глаз и носа. Она провела рукавом мантии по лицу, утирая пот и, как она думала, слёзы и сопли, но это оказалась кровь. Кровавые слёзы текли из её глаз. Нос тоже кровоточил. Зрение было ужасно размытым. Она не видела дальше собственного носа.

Обеспокоенно курлыкнул Фоукс, перелетая со своей жёрдочки на высокую спинку гостевого кресла, на котором развалилась обессиленная Луна Лавгуд, с которой сползла мантия-невидимка, повиснув на ручке стула. Феникс склонил голову набок, заглядывая в её измождённое лицо то одним умным глазом, то другим. Подгадав момент, когда Луна поднимет голову и прищурится, попытавшись его рассмотреть, уронил по одной слезинке на каждый кровоточащий глаз.

— Ой, спасибо, Фоукс. Мне уже лучше, правда. Но сейчас на это нет времени. — вымученно улыбнулась дружелюбному созданию Луна. — Тебе нужно поспешить. Ты не можешь опоздать в этот раз. У нас осталась последняя попытка.

— Курлык?

— Да, Фоукс. Боюсь, сейчас судьба мира зависит от тебя. Прости за это. — Луна помассировала саднящие виски. — Так, ну где же они…

Девочка зарылась рукой во внутренний карман мантии. С облегчением выдохнула, когда нащупала золотую цепочку и потянула за неё, извлекая на свет свои «карманные часы». Стрелки на них показывали не актуальное время, а какую-то белиберду. Да и расположение, количество и скорость хода стрелок было ненормальным. Странные часы, одним словом, не имеющие никакого отношения к обычному течению времени.

— Ох. Вот же. Посмотрим.

Луна прищурилась и попыталась рассмотреть циферблат. Ей пришлось поднести часы практически вплотную, потому что её зрение сейчас, несмотря на помощь Фоукса, всё еще было крайне ослабленным. Как у глубокой старухи. В частности, она совершенно потеряла возможность видеть вероятности будущего.

Было не ясно, вернется ли её дар прорицания со временем, или же он стал необходимой жертвой для изменения вектора судьбы, но… Луна не так уж и сильно горевала бы о нём, даже исчезни дар навсегда. Разве он может сравниться по важности с жизнями её дорогих друзей? Глупый вопрос. Нет конечно. Да и жить без него станет куда интереснее. Каждый наступивший новый день — ворох загадок и чудес.

— Как только я скажу «сейчас», Фоукс, ты должен будешь перенестись к своему партнёру и спасти его от смертельного проклятья, хорошо?

— Курлыыы… — Согласно протянул феникс, утвердительно кивнув головой из-за чего его хохолок забавно качнулся из стороны в сторону.

— С тобой же всё будет в порядке, да?

— Курлыыы!

— Тогда приготовься. — Луна до рези в глазах всмотрелась в циферблат, отслеживая движение стрелок. Из-за синяков под глазами она сильно напоминала щурящуюся панду — СЕЙЧАС!

Вспышка пламени.

В кабинете директора осталась сидеть лишь одна Луна, выжатая как лимон на Ти-тайме.

— Надеюсь, этого хватит… — устало пробормотала она, попытавшись встать со стула. Слабость в теле была слишком сильной, из-за чего ей пришлось опуститься обратно и укрыться мантией-невидимкой. — Ладно. Больше я всё равно ничего сделать не смогу, так что… передохну тут, немного… Спать что-то хочется, да ещё и так холодно, хммм…

***

Тем временем в Тайной Комнате, за мгновения до катастрофы.

— …что же, отлично. Получай её обратно. Авада Кедавра!!!

Зеленый луч убивающего проклятья стремился ужалить смертью директора Дамблдора, однако, во вспышке света, перед ним вдруг появился его фамилиар — феникс, что сбил волшебника с ног и принял грудью проклятье вместо него, тут же обратившись пеплом, начав цикл своего перерождения.

— Ублюдок! — взревела Осень. Она ослабила натиск на Вивьен и позволила всей накопленной некроманткой мощи минуть её защиту по касательной, провалившись вперёд и уйдя с траектории меча перекатом*.

— Ой, блять… — только и успел сказать Оберон, когда неожиданная атака Вивьен разорвала его на куски. Может, он и успел бы что-то сделать, но в решающий момент рука, в которой он сжимал волшебную палочку, почему-то перестала его слушаться. Как и ноги, что наотрез отказались повиноваться Королю.

Из-за выбитого из рук Экскалибура его контроль над телом временно ослаб и именно в этот момент дал о себе знать его предыдущий владелец, который решил, что умирать в одиночку ему не по статусу и решил утащить с собой на тот свет хотя бы главного манипулятора, который, по его обновлённому мнению, и был виноват во всех его бедах. То есть Оберона. (Гарри часто меняет своё мнение по поводу того, кто виноват в его бедах, да. Все, кроме него. Конечно.)

Со смертью Оберона зал погрузился практически в гробовую тишину. Лишь Амос продолжал читать заклинание, не обращая внимания на весь тот непонятный пиздец, творящийся вокруг него. Ему нужно было поторопиться, чтобы спасти Кэролайн. Фелисити подбежала к ней и уже оказывала первую помощь, бросая нервные взгляды на короля змей, которого «отпустила». Кэролайн теперь должна была протянуть до конца ритуала.

Даже бои нежити и рыцарей стихли. Удивлённая таким поворотом событий Вивьен отозвала своих подручных и сама отдалилась на свою половину «поля».

Напротив застыли собравшиеся вместе Рыцари Сезонов и Дамблдор, одним движением руки собравший в горсть пепел своего фамилиара и ссыпав тот в карман цветастой мантии.

Василиск прошипел что-то недовольно на змеином и, вильнув напоследок титаническим хвостом, расплющив перегородившую выход низшую нежить, удалился из Тайной Комнаты куда-то в сторону Запретного Леса. Наверное, охотиться и восстанавливать силы. Дальнейшие события его мало волновали. Он только надеялся, что ему хотя бы будет куда возвращаться, когда разборки в его комнате закончатся.

— Ну и что теперь? — задала вопрос Весна, переводя недоумённый взгляд с одного на другого.

*Нужно заметить, что проклятье смерти хоть и считается абсолютным убивающим проклятьем, но его мощь напрямую зависит от волшебника. Авада Темного Лорда и авада простого обывателя будут сильно отличаться в своей пробивной способности. На того же дракона и пяток авад простых волшебников будет мало, например. Том завалил бы его с одной. Иными словами простенькую аваду легко можно было отразить и трансфигурированным на ее пути чайничком, а вот сильное проклятье смерти… лучше не стоять на траектории изумрудного луча, который можно было сравнить с концентрированным потоком радиации. От слабого изучения защититься было просто, а вот от сильного… практически невозможно. Лучше избегать его.

* Осень делает РОУЛИНГ РОУЛИНГ РОУЛИНГ!!!

Поняли шутку про Роулинг, да? Про Джоан Роулинг. И перекаты. Ну не гений ли я? Определенно. Как же я крут, господи. Дай миру сил выдержать мою крутизну и не расколоться пополам, как полыхающие недра некоторых читателей в момент прочтения главы.

Признавайтесь, кто из вас плакал, а кто проклинал Автора, а? Знаю, что кто-то точно это делал, но доказать не могу. Если у меня выскочит прыщ на жопе, я буду знать кого винить.

Думаете всё закончилось, да? Думаете всё обошлось?

Ну-ну. Ничего ещё не кончено! Луна изменила только самый неблагоприятный исход, но означает ли это, что автоматически будет хэппи энд и все дружно ускачут в закат на радужных пони? Узнаем в продолжении... Но я бы не надеялся.

Я немного садист, я знаю.

Глава 75 Точка.

Рыцари Сезонов были в смятении. Они спорили между собой, иногда срываясь на крик и ругань. Мнения разошлись. Одни настаивали на немедленном отступлении в Авалон и начале подготовки к возобновлению горячей фазы войны. Другие хотели продолжить и прервать ритуал, пока ещё не поздно. Но тут вносил разлад Дамблдор, категорически выступая против того, чтобы вредить ученикам, из-за чего мнение большинства начало склоняться к первому варианту, но с поправкой на то, чтобы включить в список полную изоляцию Авалона от внешнего мира в случае, если Моргана всё же вернется.

Вивьен же… стояла и наблюдала за ними с загадочной улыбкой, от которой у видящих её пробегали мурашки по коже. Она придерживала подле себя свою нежить, словно голодных псов на поводке. Их удушающие ауры и гнилостное зловоние подавляли волю к борьбе. Время играло на её стороне, так что она никуда не спешила, и провоцировать сражение тоже не хотела, опасаясь совместной атаки Рыцарей. В конце концов, они всё ещё могли так жахнуть, что ритуал просто сметёт, несмотря на всю её защиту. Но тогда погибнут и ученики, и, минимум, парочка Рыцарей — она озаботится этим лично.

Вивьен нынешний расклад очень даже устраивал, на самом деле. Враги были деморализованы и разобщены. Душа Оберона вновь лишилась физической привязки к материальному миру и не представляла для неё никакой угрозы на ближайшие лет сто-двести. Этого времени ей с головой хватит.

Она косо глянула на Экскалибур, который сейчас находился в руках у весьма шустрой высшей нежити, черноволосого мальчишки-некроманта, проводившего ритуал. Что странно, привередливый меч пока что не спешил сбегать. Наблюдал. Это было очень хорошо, хоть и странно. Как и его бывший владелец, Артур, Экскалибур был слишком самонадеян. Не беспочвенно, впрочем, но… каждого можно достать. Уж Вивьен-то знала об этом получше многих. Если повезёт, то получится поймать его и избавиться от надоедливого дурачка навсегда.

Тем временем Амос, несмотря на нервозность и некоторую спешку, смог удачно завершить ритуал. Ко всеобщему удивлению. Даже его собственному.

Он до последнего опасался, что что-то пойдёт не так. Помешают, или ритуал пойдёт вразнос, но нет. Все закончилось подозрительно благополучно. Руны, глифы и начертания на поверхностях Тайной Комнаты вспыхнули последний раз особенно ярко, из-за чего всем пришлось на мгновение прикрыть глаза, а затем… Хрупкая женская фигурка поднялась над полом и засветилась тем же светом. Мана потоками устремилась в нее, но на этот раз не прошла насквозь, а исчезала внутри тела с концами. Её контуры будто размыло светом.

Женщина плавно поменяла положение с горизонтального на вертикальное и на холодный пол подземелья ступила босая нога древней ведьмы. Сияние погасло, позволяя увидеть высокую молодую женщину с длинными серебристыми волосами и удлинёнными ушами. Её красота не подлежала сомнению, выйдя на новый уровень очарования. Грация и достоинство читалось в осанке и взгляде окрасившихся ярко-алым цветом глаз. Моргана вернула практически всю свою силу. От неё исходила особая аура. Не подавляющая, а, скорее, обволакивающая. Спокойная, словно море в штиль. Мгновение словно замерло, боясь вздохнуть.

Рыцари отпрянули назад, сделав пару шагов по направлению ко входу в тоннель, куда ранее скрылся василиск.

Вивьен повернулась к ней вполоборота, так, чтобы не упускать из вида Рыцарей Сезонов, и опустилась на одно колено, почтительно склонив голову. Зеленые локоны скрывали выражение её лица, и лишь довольная, немного подрагивающая от предвкушения улыбка была видна на бледном лице.

— Госпожа. Приветствую в мире живых.

Моргана бросила на бывшую ученицу нечитаемый взгляд и, помедлив секунду, одобрительно кивнула.

— Благодарю, Вивьен. — сорвалось с нежно розовых губ древней ведьмы.

«Похоже, я ошибалась на её счёт. Отрадно, что мои подозрения оказались ложными.» — облегчённо выдохнула Моргана, повернувшись к другому своему… ученику. Да, теперь он уж точно доказал, что достоин быть её учеником. Исполнение ритуала, пускай и с её посильной помощью, получилось сильно выше среднего.

— Даф… нет, Моргана, кха-кха. — Амос поклонился, но на колено становиться не стал.

Он закашлялся. Его голос охрип и, очевидно, был сорван. Санхайд кое-как продержался до конца ритуала, но теперь отдача настигла его, из-за чего на тело навалилась усталость. Голосовые связки слишком перенапряглись, ведь во время чтения заклинаний тоже пропускают через себя ману. То, что устал даже такой выносливый маг как Амос Санхайд, говорило о сложности всего процесса лучше любых слов.

— Кэролайн… она… кха-кха. — всё же смог выдавить он, указав взглядом на бледную, словно мел, обескровленную подругу. Она была жива, но находилась в критическом состоянии. И он сильно сомневался в том, что даже в Мунго её смогут вылечить, ведь раны от Экскалибура были не так просты, как могло показаться на первый взгляд.

Моргана подняла руку, остановив его сбивчивую речь, и сделала несколько шагов навстречу, вышла из круга и, похлопав ученика по плечу, прошла мимо, сунув ему в руки ножны со словами «подержи». На всякий случай.

Было бы глупо лишиться ученика сразу же после признания и возвращения. А ножны Экскалибура, освобожденные от бремени хранения в целостности её души, вновь вернули первоначальные свойства, уменьшая вероятность смерти держащего их практически до нуля. Моргана не могла предсказать, как будут далее развиваться события, но о себе она уж как-нибудь позаботится, а ученик теперь был защищен от внезапной атаки Рыцарей.

Остановившись подле Фелисити, которая пыталась остановить кровь перевязкой и беспалочковой магией, наклонилась над красноволосой девочкой, потеснив Синдер. Та не сопротивляясь отошла в сторону, встав сбоку от Амоса. Она видела, что любимый сильно вымотался и жестом предложила ему опереться на её плечо, чем волшебник и воспользовался, с облегчением выдохнув. Ему нужна была небольшая передышка. Регенерация выносливости постепенно прогоняла усталость, но сейчас он был ослаблен.

«Как всегда, в первую очередь думают о своих, а потом уже обо всём остальном.» — улыбнувшись, подумала Моргана, одним движением кисти и коротким напевом на языке фэйри обращая время для израненного тела вспять. Заклинание работало по принципу репаро для предметов, но было на три порядка сложнее, ведь живая плоть, разум и душа — это совершенно иной уровень, доступный единицам. А раны, нанесенные Экскалибуром, именно эти аспекты и затрагивали.

Страшная рана на боку стала затягиваться, а рука, что лежала рядом, сама собой вернулась обратно и встала на свое место с тихим хрустом сращиваемых костей. Словно какой-то пазл, стянутый алыми жгутами крови. Это стало возможным лишь потому что прошло совсем немного времени после получения ранения, и потому, что Моргана хорошо успела изучить своих… подопечных? Помощников? Не важно. Ключевым фактором в магии времени всегда было время, как бы смешно и тривиально это ни звучало.

— Вот так. — удовлетворенно кивнула она, наблюдая за тем как белое, как полотно, лицо Шарпхарт вновь обретает здоровые краски. Кровь, что натекла из открытых ран, испарилась, вновь вернувшись в систему кровообращения девушки как ни в чём ни бывало. — Она придёт в себя завтра. Её разуму и душе нужен отдых и покой. Но она будет в полном порядке. — обрадовала она выдохнувшего с облегчением ученика, который явно сильно переживал за подругу, и только сейчас, после её слов, чуть расслабился и разжал кулаки, из-за чего стало видно кровавые отметины от ногтей на ладонях.

— Спасибо… — едва слышно прохрипел он.

Фелисити, на чьё плечо он всё ещё опирался, дублировала его слова громче, выражая и собственную благодарность. Она тоже несколько привязалась к Шарпхарт и не хотела видеть как та умирает. Ещё меньше — видеть как убивается по ней Амос, который наверняка стал бы винить во всём себя.

— Не говори глупостей. — отмахнулась выпрямившаяся во весь рост босоногая ведьма в белом. — Это меньшее, что я могла сделать за всю ту колоссальную работу и риск, через которые тебе пришлось пройти ради моей эгоистичной просьбы. Вам всем. Моя благодарность не заставит себя долго ждать, но… пока что, я думаю, можно отложить этот вопрос на потом. Есть дело, которое ждать не будет.

Её взгляд переключился на напряжённых Рыцаре Сезонов и Дамблдора, что успели отступить ещё дальше и теперь не знали что делать. Сражаться против Морганы и Вивьен одновременно было бы форменным самоубийством, однако же, с другой стороны, они не могли просто сбежать, не подтвердив возвращение Морганы. Это было слишком важным событием. Теперь же… они вновь не знали, что делать, замерев в нерешительности.

— Не стоит бояться. — глубокий напевный голос ведьмы словно пронизывал само пространство, разносясь по Тайной Комнате. — Вопреки вашим худшим опасениям, я не желаю более ни мести, ни королевского престола. Довольно с меня крови и смерти. Довольно.

Моргана прошла мимо удивлённых Амоса с Фелисити и встала рядом с поднявшейся на ноги Могильной Травой, что чуть отступила за спину своей учительницы, пристроившись за правым плечом.

— Всё это зашло слишком далеко. Пришло время зарыть топор войны. Я не прошу забыть былые обиды, это невозможно, но ради будущего Авалона и Нокстеллы… наши пути должны разойтись и более не пересекаться.

— Вы имеете в виду, что готовы официально завершить войну? Как вы себе представляете наше… несоприкосновение интересов? — молвила Зима. — Мы живём не в сказке, и я сильно сомневаюсь, что если друид из Авалона и некромант из Нокстеллы встретятся где-то на нейтральной территории — не прольётся кровь. А это, в свою очередь, может нарушить хрупкий мир. Вы же не предлагаете полную изоляцию? Это может сработать лишь на время. Сто, двести лет, а после — деградация и вымирание. Нужен приток свежей магической крови, иначе наши люди просто вымрут.

— В этом нет необходимости. — покачала головой Моргана. — Я просто уведу за собой своих людей, последовав протоптанными древними фейри тропами. Если мы не можем ужиться в одном мире, то почему бы нам не разойтись, как это сделали когда-то мудрые предки?

— И вы просто так… сдадитесь? Отступите? — нервно облизнула пересохшие губы Осень Дамблдор. — Как-то не верится. А как же месть… Оберону?

Моргана покачала головой, прикрыв глаза.

— Если честно… меня уже давно перестала волновать судьба этого глупца. Мне нет до него дела. К тому времени, как он возродится вновь, если вы конечно захотите ему в этом помочь, — саркастично улыбнулась ведьма, — я буду уже далеко. И едва ли кто-то вроде него будет тратить время на погоню за мной по далёким тропам иных миров. Хватит с меня этой затянувшейся драмы. Теперь он сугубо ваша головная боль.

— Это… Весьма неожиданно. И приемлемо, пожалуй. — вынуждена была признать Весна. С её точки зрения это действительно был идеальный исход, в котором никому из молодого поколения не придётся вновь гибнуть из-за старых обид. — Если вы, конечно, не пытаетесь обвести нас вокруг пальца.

Лето, что до сих пор помалкивал, с опаской косясь на прожигающую в нём взглядом дыру полупрозрачную фигуру рыжего призрака с Экскалибуром в руке, решил выйти вперед и тоже молвить слово. Его-то личные проблемы явно не закончатся на этом, даже если Моргана Ле Фей не обманывает их. Лили Поттер точно его в покое не оставит. Впрочем, Рыцарь Лета не сомневался, что хитрая некромантка просто заговаривает им зубы, и отложил проблему Лили на потом.

— Или, что вероятнее, вы ещё не полностью восстановились и попросту не хотите рисковать и ставить свою жизнь на кон в бою с лучшими воинами Авалона. — гордо вздернул подбородок Рыцарь, сияя немного раздражающей белозубой улыбкой Локхарта. (Так и не сменил образ до сих пор.) — Что мешает вам вернуться и попытать удачу снова, когда наберетесь сил и залижите раны, а? Время всегда играет на стороне некромантов, не так ли? Так может нам лучше покончить с проблемой сейчас, пока ещё не поздно? — последний вопрос он адресовал скорее своим коллегам, нежели иронично хмыкнувшей на эту отповедь ведьме.

— Послушай, мальчик, я могл…

Но какие слова решила выбрать Моргана для того, чтобы убедить представителей Авалона в своей искренности, узнать было не суждено, ведь кое-кто ей всё же поверил на слово. К несчастью.

Проклятый меч, покрытый гнилостно-зелёным свечением, пронзил её со спины столь стремительно, что никто не успел среагировать. Ну, почти. Всё же Моргана — это Моргана. Она успела чуть сместиться, и вместо смертельного удара прямо в сердце лезвие вошло практически в центр груди… перебив позвоночник.

Вскрикнув, Моргана упала на пол, получив мощный пинок в спину. Она через силу повернула голову, оглянувшись на предательницу. Её глаза были широко распахнуты, как и у всех остальных присутствующих. В них читался шок. Может древняя ведьма и подозревала Вивьен в некой недобросовестности, но точно не в столь вопиющем предательстве.

— Вивь…ен… поче…му? — едва шевеля губами она смогла задать повисший в воздухе общий вопрос.

— Почему, ты спрашиваешь? — рассмеявшись каким-то неестественным, полубезумным смехом Могильная Трава. Её действительно позабавила глупость той, кого она когда-то считала непогрешимой Меккой магии. Мудрой, сильной и жестокой наставницей. — Причин хоть отбавляй, на самом-то деле. Перечислить все, или только основные?

Не дождавшись ответа, глядя глаза в глаза, Вивьен зловеще усмехнулась и продолжила:

— Первая и самая главная причина… Моргана, моя дорогая наставница и лидер, за которым мы все пошли в свое время… уже давно мертва. То, что осталось… точнее, то, чем ты стала, постоянно пребывая в мире мертвых… — во взгляде Вивьен появилось нечто, что ближе всего подходило под описание отвращения и брезгливости. — Отвратительная, слабая, никчёмная с-с-сущность. Позор. Лучше бы ты так и оставалась мёртвой, больше проку было бы. Мёртвый символ куда лучше ожившего разочарования. — процедила зеленоволосая некромантка.

— Вивьен… со временем, для живых существ меняться и развиваться — это нормально. Неужели ты забыла об этом? Неужели… кха-кха, живого примера Оберона тебе недостаточно? — для Морганы столь странные мысли бывшей ученицы были совершенно… непонятны. — Ты… настолько далеко зашла по пути смерти? Я же предупреждала тебя быть осторожной и соблюдать балланс, а ты…

— А я! Я зашла настолько далеко, как никто до меня! Даже вы «наставница»! — последнее слово она буквально выплюнула, сочась ядом. — Теперь ни время, ни судьба, ни сама смерть более не властны надо мной! Я и только я выбираю свою судьбу. Больше я не буду инструментом чужих амбиций. ВАШИХ амбиций. У меня есть свои.

— Так… всё дело в этом? — Моргана тяжело дышала, кровь алыми струйками сочилась у неё изо рта. — Ты просто захотела власти? Забрать моё место и…

— Ха-ха-ха! — засмеялась как припадочная Вивьен. — Твоё?! Ох, ну ты и насмешила, право слово. — некромантка сделала вид что смахивает пальцем выступившую от смеха слезу.

Она так же проигнорировала Амоса, что заклинанием резко подтянул Моргану к себе, выводя из-под возможного добивающего удара. За ней по полу протянулась широкая кровавая полоса, словно неосторожный художник пролил на картину красную краску и не нашел ничего лучше чем размазать её широкими мазками кисти по полотну в надежде спасти хоть что-то.

Вивьен могла легко успеть нанести смертельный удар, если бы захотела. Но не стала. Она была вполне уверена в том, что удар, нанесённый ею, был фатальным. Магический яд и проклятье уже успели пустить цепкие корни и Вивьен не сомневалась — Моргана доживает последние минуты своей только начавшейся заново жизни. Но, раз уж выдалась такая возможность, то почему бы не излить душу, обрушив на бывшую наставницу всё, что она копила в себе многие сотни лет. Шанс высказать все, что накипело, напоследок.

— Думаешь, ты ещё хоть что-то значишь? Думаешь, хоть что-то решаешь, да? Серьёзно? — Продолжала насмехаться предательница. — Не спорю, из твоего имени получилось отличное знамя. Прекрасное, я бы сказала. Очень мотивирует новичков и всё еще оказывает влияние на «старичков», но… не более.

Голос Вивьен становился все громче и в нем стали отчетливо слышны какие-то даже инфернальные нотки.

— Это Я правлю Нокстеллой и легионами тьмы! Это Я вела их в бой, сражалась и проливала кровь всё это бесконечно долгое время, пока вы с королём-идиотом крутились-вертелись в бесконечном цикле противостояния, беззаботно убиваясь друг об друга раз за разом. Это Я наносила Авалону поражение за поражением, пока ты прохлаждалась и «переосмысливала» жизнь! Если бы ты осталась прежней Морганой, той, что я помню, той, что я уважала и превозносила во времена своей молодости, то я была бы даже рада отдать бразды правления в твои руки и вновь признать тебя своей наставницей и лидером, но то, что я вижу сейчас… подтвердило мои худшие опасения.

Вивьен принялась расхаживать туда-сюда, меряя шагами пятачок земли пять на пять метров, не обращая внимания на Амоса и Кэрол, что пытались оказать хоть какую-то помощь их умирающей подруге. Она не переживала по этому поводу. Ничего у них не получится. Моргана умрет, это факт.

— Ты преступно ослабла. Размякла. Очеловечилась! Тьфу. — сплюнула она на пол. Столь едкой была её слюна, что камень зашипел, словно от пролитой кислоты. — Посмотри на себя. Жалкое зрелище. Ты сама учила меня быть бдительной и всегда следить за спиной, это было одним из твоих первых уроков мне, помнишь? А что теперь? Отдала ножны Экскалибура какому-то мальчишке, которого знаешь без году неделю. Открыла спину ученице, что давно уже превзошла своего учителя и обрела самостоятельность и амбиции… И мало того, сразу же, как вернулась, не разобравшись в ситуации, решила заявить свои права на то, что тебе уже давно не принадлежит! Лицемерная гнилая сука!

Вокруг Вивьен будто сгустилась тьма, потрескивая лютой стужей. Лужа горячей крови, что успела натечь с раненной Морганы покрылась тонкой коркой льда. Но это был не тот мороз, что использовал Амос. Это был пронизывающий все живое холод истинной смерти. Чего-то… совершенно неестественного. Вивьен же лишь распалялась, не обращая внимания на обнявшую её тьму.

— Какое право ты имеешь договариваться за нас всех и обещать, фактически, капитуляцию перед Авалоном?! Нонсенс. Смотреть тошно. Думаешь, я позволю увести МОИХ подчинённых в какой-то далекий задрипанный мирок, позабыв о столетиях вражды, пролитой крови и святой мести, как раз когда мы как никогда близки к цели? Ошибаешься! Не бывать этому!

— Вивьен… остановись. Зачем… всё это? — в глазах Морганы стояли слёзы. То-ли от боли физической, то-ли из-за предательства любимой, когда-то, ученицы и близкой подруги. — Ты зашла слишком далеко… Поверни назад.

Моргана явно видела в этой тьме, что окружала Вивьен куда больше, чем все остальные. Вероятно, потому что она знала куда больше о темных искусствах и некромантии, чем кто либо из присутствующих. Разве что кроме Вивьен. Она-то знала.

— Слишком поздно! — ухмыльнулась Вивьен. И в этом тоже часть твоей вины. — Те раны, что я получила тогда… не прошли бесследно. Пришлось выбирать. И свой выбор я сделала. Как и ты свой. Пришло время сбросить маски и завершить начатое.

Голос Вивьен стал тише под конец, и от её взгляда, направленного на Моргану, повеяло таким холодом, что та вздрогнула, ощутив хватку смерти на шее как никогда неотвратимой. И это при перебитом позвоночнике и всем её опыте нахождения за гранью жизни в течении тысячелетий. Впрочем, неестественный холодок дыхания смерти на шее ощутили все. Но кое-кто смог побороть страх и высказать свое мнение смерти в лицо, сместив акценты.

— Если ты так уверена в себе и в верности своих людей, то что же ты ударила в спину, Вивьен? — сделал едкое замечание Амос, что всеми силами пытался залатать кровоточащую дыру в груди среброволосой ведьмы несмотря на то, что пальцы дрожали, а руки ходили ходуном. Хорошо хоть горло немного отпустило и он снова мог нормально говорить, без надрыва. Хотя пока что лучше было не колдовать что-то слишком убойное. — Может быть не так уж всё и гладко в твоём царстве-государстве, раз тебе пришлось устранить Моргану и не дать ей открыть рот, ммм? Неужели ты… испугалась?

Пылающие мертвым огнём изумруды сосредоточились на брюнете, пригвоздив его к полу. На несколько долгих секунд воцарилась звенящая, буквально гробовая, тишина.

Вопреки худшим опасениям парня в него не полетела ни авада, ни какая-то другая гадость похуже. Вивьен же… одобрительно улыбнулась, к его вящему удивлению.

— А ты не так прост, да? Теперь я понимаю, почему ты выбрала его, взяла к себе в ученики, «наставница». — кивнув своим мыслям изумрудная ведьма продолжила. — Ты прав в одном, маленький волчонок. Действительно, последние столетия мои «люди» немного устали от всего этого. К тому же, вынужденное затишье после того моего ранения и некоторые… изменения, последовавшие за ним, а так же поспешное отступление остатков разбитой армии вглубь земель фэйри… Плюс большие потери среди старших учеников, коих я обучала и наставляла лично… Всё это отразилось на боевом духе и морали. Они оказались подорваны. Не критично, но и усугублять не хочется. — Вивьен разочарованно покачала головой, сетуя на бесхребетных подчиненных. — Спасло ситуацию лишь то, что Авалон и сам сильно пострадал в тот час, понес существенные потери на нашей территории, попытавшись добить и откатился обратно, хлебнув лиха. Глупцы посмели разевать свой роток на кусок, что не смогли проглотить, ха-ха. В общем, появилось несколько бунтовщ… кхм, лидеров альтернативных мнений, что, как и моя «дорогая наставница», слишком «устали» и не хотят больше сражаться и проливать кровь. Они… потеряли интерес, скажем так. Пацифисты-некроманты. Даже звучит дико. Позор. — Вивьен перекосило, словно она съела лимон целиком. — Тех, кто действительно застал древние времена и всё еще жаждет отомстить за то, что произошло во времена раскола, осталось не так уж и много, к сожалению. Время никого не щадит, мда…

— Так может… ну его? На кой хрен вам сдался этот Авалон, если у вас есть Нокстелла? И земли фэйри практически полностью в вашем распоряжении, насколько мне известно. Что такого ценного в нём? — осторожно спросил Санхайд, не прекращая попытки помочь Моргане и заговорить зубы Грэйвграсс, пока Фел, скрипя зубами, пытается зашить рану специальными магическими нитями, кои обычно использовала для создания магических кукол вуду. Очень крепкие и не разлагаются от перенасыщения темной магией. Перчатки из драконьей кожи для работы с проклятыми ранами, что она надела прежде чем приступить, например, уже начали тлеть. Швы расходились один за другим, настолько едким была магическая пакость, засевшая в ране Морганы.

— Если вам мало, то почему бы не поступить как предложила Моргана? Уйти в неведомые дали. Создать там себе Новый Авалон, по примеру древних фейри, да краше чем прежде?

— Хммм. Должна признать, Авалон действительно сильно сдал в последние столетия и, в общем-то… с точки зрения чистой выгоды, затраты на его покорение, вероятно, не окупятся. — кивнула Вивьен, чья улыбка стала чуть шире. — Но дело совсем не в этом, малыш. Даже жаль немного, что твоя преданность всецело принадлежит моей одряхлевшей наставнице… впрочем, у меня самой сейчас имеется не менее талантливый апрентис, иначе… я бы действительно задумалась над тем чтобы пощадить тебя и обучить как положено. Талант и мозги у тебя на месте, но… Не судьба. — в голосе Вивьен было не разобрать эмоций. Невозможно было понять, шутит она или говорит серьезно. — Но ты не учитываешь фундамент всего этого конфликта. Хоть ты и оказался прав насчёт целесообразности захвата Авалона с точки зрения выгоды и логики, но не понимаешь сути. Это дело принципа. Гордости, если угодно. Авалон будет моим — и точка. Я не успокоюсь пока не завершу начатое.

Вивьен начала распаляться. Изумрудные глаза налились магией, а сама она начала экспрессивно размахивать руками.

— Я положила на это дело тысячи лет и отступать не намерена. Я, а не Моргана! Месть свершится. Авалон падёт. Гнусные предатели-друиды из Круга заплатят за каждую потерянную из-за их слепой верности жизнь моих учеников. Что, удивлен? Так уж вышло, что, в отличие от Морганы, мне не плевать на судьбу своих учеников. Никто не скажет, что Вивьен Грэйвграсс выбрасывает своих учеников словно надоевшие игрушки, подбирая себе поновее. — в её голосе слышалась горечь, обида и… ревность. Слишком уж много всего было намешано в её эмоциях, так и не разберешь. — Все, кто полёг за время поднятого МОРГАНОЙ восстания, будут отомщены! Все!

Рыцари Сезонов, что всё это время продолжали спорить и пытались прийти к консенсусу наконец-то о чём-то договорились и начали медленно сближаться с Вивьен, которая отвлеклась на разговор с новым учеником Морганы, выплеснув на него всё накопленное негодование.

Не то чтобы ей было интересно общаться с каким-то сопляком, который едва ли способен понять, через что ей пришлось пройти, чем пожертвовать и что изумрудная ведьма повидала на своем веку. Скорее Грэйвгасс просто хотела выговориться и, по большей части, её слова были адресованы медленно угасающей наставнице, а не мальчишке, который при всём желании не мог понять существо, в которое превратилась Могильная Трава. Вивьен хотела причинить Моргане побольше боли своими словами, растеребив душевные раны.

— Другими словами, это ваша идея фикс. Вы просто зациклились, помешались на Авалоне и мести живым… а ещё не способны отпустить прошлое… от вас веет смертью так, что любой рыцарь смерти позавидует… вы прямо как злой дух какой-то… как… ха-ха… да нет. Не может быть! Вы… вы — нежить?! — Амос наконец-то сложил этот пазл, вздрогнув от осознания.

Моргана же догадалась чуть раньше, продолжая печально и беспомощно взирать на то, что осталось от её некогда самой близкой и дорогой подруги. Смерть… всегда меняет тех кто соприкоснулся с ней. По разному меняет. К добру или к худу, но никто не остается прежним, коснувшись костлявой ладони. Кто-то меняется больше, кто-то меньше, но у высшей нежити всегда должна быть какая-то цель. Важная причина, по которой она задержалась в мире живых. И эта причина становится смыслом существования и якорем.

— Догадливый, на свою беду. — всякий намёк на улыбку пропал с лица ведьмы. Её прекрасное лицо исказилось в нечитаемой гримасе, а в уголках глаз пролегла паутинка морщин, намекающая на солидный даже для долгоживущих рас возраст.

Она повернулась к нему полностью, скрипнув доспехами и встав в стойку, предзнаменующую скорую расправу. Расстояние в сорок метров её ничуть не смущало.

— В награду за твой острый ум я убью вас быстро и безболезненно, а потом подниму нежитью. Может быть даже сохраню немного мозгов и какую-никакую самостоятельность. Так вы сможете прикоснуться к тайнам смерти так, как ни одному живому существу не дано. Тогда и только тогда вы сможете меня понять. Возможно.

Амос и Фелисити, слушавшие весь этот бред давным-давно мертвой ведьмы, невольно сглотнули и переглянулись. В их глазах читался реальный страх друг за друга, ведь они прекрасно понимали, что Вивьен нихрена не шутит и не бахвалится. Она реально может это сделать.

— А после я перебью всех этих напыщенных и «правильных» Рыцарей Сезонов. Обращу их в верных МНЕ рыцарей смерти и заставлю уничтожить собственными руками всё, что им было дорого при жизни. Защитники Авалона обратятся его величайшим кошмаром, ха-ха-ха. Ну и, конечно же, Моргану, мою дорогую наставницу, я тоже не забуду. По крайней мере ее тело — первоклассный материал для высшей нежити невиданной мощи. Она так пропиталась эманациями смерти за эти тысячи лет, что мне даже немного боязно от того, что из нее может получиться в итоге, ха-ха-ха! Чувствуешь, «наставница»? Чувствуешь, как твоё новое тело стынет и коченеет? Подготовительный процесс уже начался.

— Сумасшедшая сука. — сквозь зубы процедил Амос, скрывая за бравадой лютый ужас. Как неплохо подкованный в некромантии человек, он тоже мог себе примерно представить, что могла бы сотворить посмертно с телом его подруги и наставницы обезумевшая некромантка с тысячелетним стажем.

Вивьен же, погрузившись в свои мысли, проигнорировала его. Или не услышала.

— Да… смерть всегда хорошо мотивирует, мне ли не знать. Знаешь, это станет отличным стимулом, толчком, что способен расшевелить этих убогих пацифистов, заведшихся в моем легионе. А если наглядная демонстрация судьбы Рыцарей Сезонов на них не подействует… что же, придется им послужить на благое дело несколько в ином… формате. Легион Смерти. Звучит.

Рыцари Сезонов и директор Хогвартса, не проронив ни слова, подобрались к Вивьен уже довольно близко и застыли перед ней, словно натолкнувшись на невидимую стену. Вивьен хоть и не атаковала их, но внимательно следила за тем, чтобы они не пересекли некую невидимую черту.

— С Рыцарями Сезонов ещё куда ни шло, более-менее понятно, но это каким же таким волшебным образом убийство вашего духовного лидера и символа восстания может принести тебе дополнительные очко доверия и повысить моральный дух, ммм? Не говоря уже о превращении ее в какую-то жалкую марионетку. Это что, какая-то тупая реверсивная психология? Или это пресловутое «бей своих, чтобы чужие боялись?» — Амос невесело ухмыльнулся, сочась иронией. — Боюсь, может случиться конфуз, если твои собственные ученики поймут наконец, что ты больная на всю голову сука с прогнившими мозгами. — Санхайд, наставив на ведьму свою волшебную палочку. Ему было страшно, пиздец как страшно, но он продолжал отвлекать её в надежде на то, что она, как и любая типичная злодейка разболтает ещё больше своих планов и в конце подставится под удар из-за непомерно раздутого эго. Как это было с Обероном. — Не боишься получить нож в спину от своих же учеников? Вот это была бы ирония.

— Ох, правда что ли? — деланно удивилась Вивьен, прикрыв ротик рукой, словно… обычный живой человек.

Теперь Амос начал понимать, что настораживало его в зелёноволосой ведьме с самого начала. Эффект зловещей долины. Просто он не сразу понял, что его беспокоит. Он заработал в полную силу только тогда, когда он узнал что с ним общается не живой человек, а нежить. И вроде как некроманту вроде него не пристало бояться трупов, но… что-то с Вивьен было очень сильно не так. Она была отнюдь не обычной нежитью. И даже не высшей нежитью в привычном понимании. Было что-то ещё. Нечто куда более зловещее, до чего он пока никак не мог дотянуться, как бы не старался понять. Вивьен тем временем продолжила.

— Но мои подопечные узнают несколько иную версию истории, видишь ли. Давай расскажу, как все было «на самом деле»? Подлые Рыцари Сезонов убили всеми любимую Моргану Ле Фей. На этот раз — насовсем. Печально. Ужасно даже. Это уже само по себе событие будоражащее кровь и взывающее к мести, а тут ещё и так удачно совпало, что я, Вивьен Могильная Трава, тут же отомстила им за свою «любимую» наставницу, поквитавшись с Рыцарями Сезонов. Ее безжизненное тело я продемонстрирую всем желающим, проведем пышные похороны, а после… После уже будет плевать. Ну право слово, не станут же они раскапывать ее могилу, чтобы проверить, на месте ли тело, так ведь? Я этого точно не допущу, так что… Никто не узнает о её участи. Правда будет похоронена здесь, вместе с вами. Никто ничего не узнает. — Вивьен приложила пальчик к подбородку и постукала по нему пару раз, задумавшись. — А даже если и узнает, то что с того? Кому поверят, как вы думаете - заклятым врагам или мне, лидеру, что вела в бой легион всё это время, а?

Улыбка вновь появилась на лице мертвой ведьмы. Только вот от такой улыбки стало бы не по себе даже дьяволу, ведь все котлы с кипящим маслом в Аду промерзли насквозь.

— Не говоря уже о том, что потеря Рыцарей, само собой, сильно подорвёт боеспособность Авалона… Я давно готовилась к этому, так что… сокрушить их будет легче, чем вы думаете.

Кланг!

— Лицемерная тварь, сдохни! — прошипела Осень, чей меч почти достал спину Грэйвграсс, но был с лёгкостью остановлен проклятым клинком ведьмы, что та не глядя завела себе за спину, будто имея глаза на затылке. Впрочем, у нее была высшая нежить, чьими глазами та могла следить за всем в Тайной Комнате с разных ракурсов. Она лишь играла с ними, позволяя проклюнуться робкому ростку надежды, чтобы раздавить его латным сапогом, словно подснежник. — Думаешь, это сойдёт тебе с рук, тварь?!

— Думаю, уже сошло. — лениво ответила Вивьен, пинком закованной в металл ноги отправив Осень Дамблдор в полёт, в сторону других, спешащих на помощь, рыцарей. Но они оказались перехвачены на пути к ней подконтрольной нежитью, которая только и ждала отмашки своей хозяйки чтобы напасть. — Хотя бы половину Рыцарей я сегодня уж точно прикончу, а потом… выживших ждёт сюрприз. Пока мы тут с вами мило болтали, мой новый ученик спокойно пополняет мою армию свежей кровью, ведь все, кто мог бы ему помешать… находятся здесь. Иронично, не правда ли? Магическую Британию ждут оооочень плохие новости в ближайшее время.

— Что ещё за ученик такой, раз удостоился отдельного упоминания от самой Грэйвграсс на фоне сотен других её учеников? Похоже на дешёвый блеф. — Лето использовал весь свой магический талант для того чтобы помочь Зиме совладать с той тварью, с которой ранее сражалась Весна.

Рыцари благоразумно перераспределили противников. Весна взяла на себя Рыцаря Смерти, сражение с которым для неё с самого начала проходило довольно удачно, ведь прочные корни, пробившиеся на поверхность, то и дело мешались у нежити под ногами, не давая реализовать преимущество в скорости и физической силе.

— О! Думаю, уже совсем скоро вы с ним познакомитесь, так или иначе, хе-хе. Может быть не все будут достаточно живы, чтобы поприветствовать его как полагается… Хотя… А ведь некоторые из вас и так его знают! Даю подсказку. У нас с ним довольно много общего.

— Бляяять. Что-то у меня очень плохое предчувствие насчет всего этого. Хотя казалось бы, куда уж хуже… — простонал Амос. Рыцари схлестнулись с Вивьен и её тварями с небывалой яростью, прекрасно понимая, что либо они остановят её здесь и сейчас, либо… она осуществит свои угрозы и всему придёт конец.

Молодой некромант всего несколько секунд понаблюдал за завязавшимся неподалеку смертельном боем и перевел взгляд на слабеющую Моргану, чья голова теперь покоилась на его коленях. Она взирала на потолок из-под полуприкрытых ресницами алых глаз и о чем-то усиленно размышляла, находясь в прострации.

— Не каркай. — стукнула его кулачком в плечо Фелисити, что кое-как смогла зашить страшную сквозную рану с двух сторон, но… особо это ситуацию не улучшило. Вивьен била наверняка. Для этого ей даже не потребовалось двадцать восемь ударов мечом. Всего один, но зато какой точный. Фел сняла и отбросила в сторону разваливающиеся на части перчатки. Те как будто только того и ждали — тут же превратились в смолянисто-чёрную жижу, что с шипением въелась в камень. — Что будем делать? Бежать?

— Подожди. Моргана… как тебе помочь? Не молчи, а то ты начинаешь меня пугать… — нервно оттянул ворот мантии Амос. Магическая битва его сильно напрягала. Он стрельнул глазами в Синдер и та начала возводить вокруг них достаточно прочный магический барьер. — Не может быть, чтобы ты не предусмотрела вариант с эпическим провалом всего и вся… Правда ведь?

— Кха. Ты… прав.

— В смысле… так предусмотрела или нет?

— Да.

— Проклятье, сейчас не время для шуток! — Амос потёр переносицу. — Давай серьезнее.

— Кое что… всё еще можно… сделать… — голос Морганы постепенно начинал слабеть, а от раны на груди стали расползаться черные прожилки, отлично видные на фоне её белоснежной кожи. Словно трещины на фарфоровой кукле. Казалось, она вот-вот разобьется без надежды быть склеенной вновь. Она изо всех сил старалась использовать свой метаморфизм, борясь с заразой внутри тела, но это была только незначительная отсрочка. Моргана перевела взгляд рубиновых глаз на своего ученика, сосредоточившись на его лице. — Я очень надеялась, что у меня… получится вернуться к жизни… с твоей помощью, но… похоже я была слишком… кха, оптимистичной. Проклятье этого старого козла… моего учителя, Мерлина, просто так не отпустит меня. Хух-хух. — У неё появилась одышка. Видно было, что зараза уже добралась до лёгких.

— Следовало догадаться. Выбор у меня невелик. Сдаться и вернуться в этот бесконечный цикл… «возрождений», что всё еще возможно, потому что проклятье ещё действует, что бы там ни говорила Вивьен… Тут она ошиблась. Или же сдаться на её милость и… стать безмозглой нежитью — марионеткой в руках другой марионетки своих страстей. Хух.

— А варианты без «сдаться» имеются? — раздраженно прищурил глаза Амос. — Выкладывай давай. Я уже понял, что мне не понравится альтернатива. Но не может же он быть ещё хуже, чем эти «варианты». — он обозначил финальное слово кавычками, выразив своё отношение к полной капитуляции.

— Вариант бросить меня и бежать самому ты, по всей видимости, рассматривать не желаешь? — Амос осуждающе покачал головой. — Ладно, тогда самый… приемлемый для меня вариант… тот, что я запасла как резервный. Я желаю разорвать этот порочный круг. Совсем. — Моргана, закрыла глаза и попыталась сделать вдох. Закашлялась кровью. Черной кровью. — Нуж-кха-кха-но позволить проклятому пророчеству Мерлина исполниться в точности, но с некоторыми оговорками. Я… долго бегала от него, от смерти, от своей судьбы, но… сейчас понимаю, что всё было тщетно. Я оттягивала неизбежное, и сделала только хуже. Сейчас… последний подходящий момент, когда я всё ещё сама могу выбрать, где поставить точку в этой затянувшейся истории. Вивьен в чём-то права. Я больше… не нужна.

— О чём ты говоришь, чёрт возьми? Нам ты очень даже нужна, вообще-то. Думаешь, мы так старались ради какой-то эфемерной награды? — поджал губы Санхайд. — Ну, не без этого, конечно, но это лишь второстепенный приятный бонус. Объясни нормально!

— Спакхасибо. Долго объяснять… слишком много нюансов и подводных камней у пророчеств, вроде этого… Как всегда и бывает с подобной прилипчивой дрянью… На расшифровку его ушло очень много времени, но если, кха, выделить лишь суть, что сейчас актуальна и может стать как концом, так и спасением… — Моргана грустно улыбнулась. — То я должна погибнуть от руки самого близкого мне человека, пронзённая в сердце Экскалибуром. Только тогда я обрету долгожданный покой и проклятье развеется.

— Подожди-подожди-подожди-ка… — схватился за голову Амос. — Но Вивьен не пробила твоё сердце, да и не Экскалибуром нанесла тебе эти раны, так ведь? Так о каком исполнении пророчества может идти речь?

— Конечно… ведь моя глупая кха-кха ученица своими действиями самолично вычеркнула себя из списка близких, да и Экскалибур не дался бы ей в руки. Он подчинялся… только Артуру и подыгрывает, немного, тем в ком течёт его кровь… Своим предательством Вивьен исключила из уравнения неправильный вариант ответа — себя, оставив только один верный на сей момент…

Амос сглотнул.

— Ты хочешь сказать… — он покосился на парящую рядом Лили, в руках которой все ещё находился строптивый артефакт. Она явно говорила не о ней, да и Лили была высшей нежитью, существующей благодаря его мане и желанию. Она, фактически, часть него самого. — …что во мне течёт кровь того самого Артура?! Это же бред! Я магглорождённый, я проверял. Тщательно. Нет у меня никаких именитых магов в родословной до седьмого колена.

— Наивный кха-мальчишка. — хмыкнула Моргана, из-за чего изо рта потекла почти чёрная, густая жижа. — Все эти проверки крови не имеют значения. Понятное дело, что кровь Пендрагонов в тебе так размыта, что от неё практически ничего не осталось. Лишь капля от капли. Ты не сможешь использовать Экскалибур или претендовать… хоть на что-то кроме людской ненависти. Меч не подчинится тебе… по многим причинам. Но ты можешь взять его в руки. Как простой меч. И сделать то, для чего простые мечи только и годятся. Экскалибур… будет только рад выполнить своё предназначение и убить меня наконец-то. Так что не станет сбегать даже от… потомка Мордреда.

— Что…? Мордреда, не Артура? Того самого Мордреда, чьё имя в магическом мире стоит в одном ряду с дьяволом у церковников? Ну охуеть теперь…

— А по моему круто. — вставила свои пять кнатов Фелисити, на что Амос лишь закатил глаза и отмахнулся. Уж кому действительно было плевать на то, что у парня в дальних родственниках притаился, фактически, дьявол, так это Фелисити.

— Но если крови во мне чуть, то откуда такая уверенность? Нет, я понимаю, что раз Лили может спокойно держать Экскалибур и тот не пытается сбежать порталом… в некоторой степени само по себе аргумент в пользу этой теории, но ты ведь явно знала об этом ещё раньше, не так ли? Не могла не знать. Так?

— Разумеется. — слабо кивнула Моргана. — Ты правда думал, что твоя необычная удача — это нечто обыденное? Просто какая-то редкая разновидность «судьбы», да? Только у Мордреда и некоторых его потомков, раз в несколько поколений, проявляется этот… дар. Или проклятье, это как посмотреть. Думаешь, как Мордред умудрился убить Артура, который унаследовал от своего отца невероятную удачу, защищающую его практически от всех невзгод, а? Конечно я… кха, немного помогла Мордреду, похитила ножны Экскалибура перед их финальной битвой, но… без своей особенности, способной нивелировать влияние удачи на судьбу Артура… ничего бы у него не вышло.

— Допустим… Но даже так, почему я?! Я не хочу тебя убивать, знаешь ли! Я, блять, много времени угробил на попытку спасти тебя, а не наоборот. И спрашивал, вообще-то, как тебе помочь, а не добить. Я не предатель!

— Ох, Амос… Всё одновременно и просто, и сложно. У меня больше не осталось других живых родственников. Не осталось друзей. Ученица, которой я всецело доверяла и считала лучшей подругой — предала меня. Время не пощадило никого из моей родословной. На них охотились особенно усердно. Остался только ты, мой последний и самый заботливый ученик.

— Помедленнее, я что-то запутался… — погладил подбородок Амос, нахмурив брови.

— Хннн. Мало кто помнит, но Мордред родился от внебрачного союза моей младшей сестры, Моргаузы, и этого кобеля — Артура… Именно он мог стать той самой первой и последней точкой в моей жизни. Это было бы правильно. Справедливо. Но я… испугалась. Запуталась. Пророчество тогда было расшифровано лишь наполовину и я… предала его. Чем не горжусь. Это была ошибка. Страшная ошибка, что аукается мне до сих пор.

Моргана закашлялась и прервалась на пару секунд, пытаясь отдышаться.

— И вот к чему мы пришли в итоге. Так что, технически… ты еще и мой дальний родственник. Повезло, что Мордреду передалось повышенное либидо его предков… Он успел наплодить достаточно бастардов задолго до своей смерти. Не думала, конечно, что кровь Ле'Фей сохранится таким вот образом, но… что есть, то есть. Так как Мордред не брезговал спать и с обычными женщинами без толики магии… Несколько капель его «крови» затерялось, и она была разбавлена позже настолько, что охотники Авалона упустили нескольких дальних выродившихся потомков. Поздравляю, кха-кха, твоя родословная самая ненавистная в Авалоне и Магической Британии. Вдвойне ненавистная, кха-кха-кха. Лучше бы тебе о ней помалкивать, если не хочешь, кха, сгореть на костре инквизиции или быть утопленным в пруду Круга Друидов, да.

— Пиздец…

— Ёмко отражает суть проблемы… Однако, моё время уходит, Амос. Большего я рассказать уже не успею. — Моргана совсем ослабла и перешла на шёпот, из-за чего Амосу приходилось наклоняться, чтобы слушать. Черные трещины-вены уже почти добрались до её лица, покрыв шею. — Возьми в руки этот назойливый меч и разорви порочный круг, прошу.

— Но я не хочу… — на языке горечь, в мыслях шторм.

— Пожалуйста. Сделай это. Ради меня. Я больше не боюсь… смерти. Довольно с меня такой «жизни». Я хочу начать новую, переродившись кем-нибудь без всего этого обременительного багажа. Кха-кха. — нехотя, Амос принял из призрачных рук Лили меч. Рыжая молчала, не зная что сказать в такой ситуации. — Экскалибур задрожал от предвкушения, издавая тихий протяжный звон. Вот уж кто был доволен всем этим. — Ах, подожди… Чуть не забыла. Всё как будто в тумане. Зрение застилает… черная пелена. Кххх. Подставь… позади места будущего прокола ножны так, чтобы меч вошёл в них, когда пронзит моё сердце и выйдет из спины. Моя кровь должна наполнить их до краёв и насытить лезвие меча. Это… должно прервать цикл перерождений Оберона и разрушить его привязку к якорю в этом мире. Долго объяснять но… таков ключ к снятию уже моего проклятья с никудышного короля… Будет… забавно… Иронично. Наши пути разойдутся сегодня навсегда.

Фелисити помогла приподнять лёгкое как пушинка, обескровленное тело, придерживая Моргану за плечи. Твердой левой рукой Амос подставил ножны меча к спине среброволосой ведьмы, а в дрожащей правой крепко сжал рукоять вибрирующего Экскалибура.

Вивьен не могла слышать их разговора из-за купола барьера, да и слишком уж была доселе поглощена боем, разнося Тайную Комнату в клочья, однако, когда на периферии зрения изумрудной ведьмы мелькнуло что-то неладное, она тут же попыталась помешать, рванув в их сторону.

Но и Рыцари были не лыком шиты. На её пути встали Дамблдоры. Старшая и младший, заблокировав сорвавшуюся с кромки лезвия ужасающую атаку. Фрактальный щит из света разлетелся осколками радужного стекла. Их разбросало в разные стороны взрывом, но тут же в подмышку неживой колдуньи вонзился клинок Лета, заставив ту сбиться и прервать заклинание, которым она собиралась снести хиленький щит и заодно голову Санхайда.

Вивьен, скрутив корпус, припала на одно колено, извернувшись так, чтобы не потерять ведущую руку. Рыцарь Лета попытался было воткнуть ей в глаз волшебную палочку и выпустить усиленную бомбарду, но тут же поплатился за свою дерзость ступней и повалился на спину, схлопотав невербальное проклятье удушения.

Но своего он добился, пускай и не смог нанести нежити особого урона. Раны на Вивьен заживали быстрее чем на собаке, да и боли нежить не чувствовала. Зато предательница упустила последний шанс вмешаться, пока Амос всё ещё колебался.

— Прости… что тебе приходится делать это, ученик. Я… так тобой горжусь. — Экскалибур с тихим шипением, без особых проблем разрезал плоть и пробил сердце.

Окровавленное лезвие вошло в ножны. Кроваво-чёрная жидкость быстро заполнила их и полилась наружу, окропляя дрожащие руки Санхайда. Вместе с Морганой Экскалибур убил и проклятье Вивьен, что должно было превратить ту в заготовку под нежить. План Могильной Травы рухнул.

Последние слова Морганы Ле Фей, легендарной личности, какой бы противоречивой она ни была, эхом отдавались в разуме Санхайда. Он стиснул зубы, поклявшись отомстить Вивьен.

Все вокруг почувствовали… что-то. Будто в затхлой комнате наконец-то было открыто окно и по полу потянул сквозняк. Эфемерное чувство, будто старый, давно забытый гордиев узел был разрублен пополам, перестав сжиматься и душить всех вокруг.

— НЕТ!!! — завопила пришедшая в ярость Могильная Трава. Её глаза засияли чистой, незамутненной жаждой убийства. Аура смерти шибанула с такой силой, что напрочь снесла защитные чары Фелисисити.

Но так и не смогла навредить Амосу, как и находящимся за ним Кэролайн и Фелисити, разбившись о невидимый барьер, словно штормовая волна о волнорез. В дело вступили ножны Экскалибра, окончательно сменившие владельца.

— Ах ты мелкий ублюдок! Я убью тебя за то, что ты лишил меня самого желанного трофея! Я заставлю тебя страдать! Я прикончу всех, кто тебе дорог и заставлю смотреть как их истерзанные души мучаются после смерти вечность!!!

Из множества тоннелей, что вели в Тайную Комнату, стал доноситься какой-то шум. Шелест. Скрежет. Будто сотни хитиновых паучьих лапок бодро перебирали по каменным стенам и потолку. Амос тянул время возлагая надежды не только на Рыцарей.

— Ну наконец-то… — облегчённо выдохнул парень, когда из проходов хлынул поток испещрённых рунами инфернальных пауков. — Проклятье, в следующий раз буду держать их поближе.

Амос выгреб все резервы, что располагались в Запретном Лесу, и призвал на помощь. Те сразу же волной смели малочисленные остатки гуманоидных инферналов Грэйвграсс, охранявших входы и выходы из Тайной Комнаты, похоронив их под хитиновой волной. Пауки, не ведая страха, набросились на Вивьен и её высшую нежить. Понятно, что они не могли нанести слишком много урона закованным в зачарованную броню Вивьен и рыцарю смерти, но всё равно путались у них под ногами и заставляли отвлекаться.

Инферналы были самых разных размеров, и некоторые из них, те что посвежее, обладали некими опасными улучшениями, заставивляя даже Вивьен относиться к ним серьёзно. Все же некоторые членистоногие твари могли взорваться огненным шаром, начинённые взрывчаткой, или могли ужалить спрятанным среди жвал осколком проклятого льда.

Их хитиновые панцири, зачарованные Амосом по самое немогу, лопались как переспелые арбузы под ударами проклятых мечей и могучего драконьего хвоста и щупалец, но их было много. Очень много. Тентаклевому дракону не повезло больше всех. Его размер сыграл с ним злую шутку.

Пауки облепили его, кусали, рвали жвалами отрастающие щупальца, заливали его едким ядом, иногда взрывались, горели, превращались в ледышки, пытаясь опутать прочнейшей паутиной, словно попавшую в паутину жирную бабочку. Взмахнув крыльями, высшая нежить взлетела, попытался оторваться от них и сбросить с высоты, но… сверху на неё уже сыпались другие акромантулы, что карабкались по стенам и прыгали на своих жертв с потолка. Конечно, "здоровья" им такие манёвры не добавляли, но они изначально создавались как расходный материал, а потому Амос нисколько не жалел о потраченных ресурсах. Сейчас было не время экономить.

Союзная нежить сильно облегчила жизнь Рыцарям Сезонов, которые хоть и кривились из-за необходимости биться бок о бок с нежитью против другой нежити, но пострашнее, старались лишний раз своими атаками по акромантулам не попадать.

Амос решил, раз уж он всё равно засветился как некромант, строить из себя невинную овечку поздно. Единственное, что он не хотел пока показывать — свою причастность к Дикой Охоте и природу оборотня. О дипломе и так, скорее всего, придётся забыть, так что… не стоит усложнять себе жизнь ещё больше. Альбус с него спросит за Лили, это как минимум.

Дождавшись, когда к ним доберется самый крупный из его инферналов, Амос повернулся к Фелисити с виноватым выражением на лице и сказал:

— Фел, бери Кэролайн, тело Морганы, садись на паука и вали. Инфернал вывезет вас наружу, за трансгрессивный барьер Хогвартса. Оттуда сразу же прыгни несколько раз, сбей след, а потом дуй на главную базу. — он всучил опешившей Фелисити ножны в руки, оставив себе лишь сам Экскалибур, поблескивающий острой кромкой лезвия в отсветах остатков факелов, словно зловещая ухмылка палача в казематах. Кровь все ещё обильно стекала на пол, словно пропитала меч насквозь.

— Если ты думаешь, что я тебя здесь оставлю одного, то ты знаешь меня намного хуже, чем думаешь, Санхайд. — подбоченилась черноволосая ведьма, упрямо уставившись на Амоса. — Никуда я без тебя не уйду, так что залезай на чёртового паука. Это не наша война. Больше нет. Рыцари сами справятся с Вивьен, а если нет… то лучше бы нам валить из страны, потому что это явно не наш уровень. Ты сам видел, на что она способна. Ты ничего не сможешь с ней сделать! Только под ногами путаться будешь.

Он устало вздохнул.

— Фелисити, сейчас не время упрямиться. Сделай как я прошу, а я в свою очередь обещаю, что не буду лезть на рожон и не подойду к этой сумасшедшей ведьме ближе чем на пару десятков метров. Лишь окажу небольшую поддержку её противникам издалека, обещаю. Пожалуйста. Время дорого.

Фелисити закусила губу и сжала пальцы в кулаки, немигающим взглядом, глаза в глаза, сверля Амоса. Если бы только у неё всё еще была её волшебная палочка… Но та сломана. Что автоматически превращает её в обузу. По крайней мере, в бою такого уровня.

Наглядный пример — сбитый одной лишь аурой нежити барьер, установленный Фелисити совсем недавно. Амос же ясно дал понять, что использовать волчью форму не стоит. Так что… Да, она — обуза… Фелисити могла лишь, скрепя сердце, сделать так как он просит и не путаться под ногами.

— Обещаешь, что не умрешь здесь? — она шмыгнула носом. Глаза были на мокром месте, но взгляд был твёрдым и требовательным. Без обещания она не сдвинется с места.

— Обещаю.

— Хорошо. Если ты соврал, то я воскрешу тебя и самолично придушу, так и знай. — пригрозила ведьмочка, взваливая на спину присевшему акромантулу труп Морганы и закрепляя на спине бессознательную подругу наколдованными веревками.

— Понял-понял. — покивал Амос с кривой ухмылкой. Он не был уверен в том, что Фелисити шутит. Она была достаточно помешанной на нём, чтобы действительно постараться вернуть его к жизни некромантией… хоть в каком-то виде. Будь то инфернал или призрак…

Санхайд поёжился и как-то резко передумал бросаться на Вивьен с Экскалибуром наперевес и криком «банзай!». Не то чтобы он действительно собирался, но…

— Я вернусь сразу же, как сброшу груз на базе и возьму свою запасную волшебную палочку! — поставила ультиматум Фелисити, клюнув его в щёку на прощание, прежде чем умчаться в сторону одного из тоннелей на своём восьмилапом скакуне.

Естественно, Вивьен постаралась её остановить, но благодаря ножнам и чинимым Рыцарями и паучьей армией Амоса помехам, не преуспела. Что разозлило её ещё больше. Рыцари начинали постепенно сдавать, хотя и у самой Вивьен всё было далеко не гладко. Иначе она просто завалила бы проход, которым хотела уйти Фелисити. Но ей помешала Осень, перенаправив удар ведьмы в одну из колонн. Своды затряслись. Рухнувшая колонна подняла облако пыли, придавив собою пару крупных пауков, что как раз карабкались по ней к потолку.

Лето только и мог что время от времени посылать дистанционные атаки с помощью стихийной магии, ведь без ступни особо не попляшешь. Он лежал ближе всех к Амосу, прямо между ним и беснующейся ведьмой, выступая в роли этакого щита.

Весна обзавелась неприятной раной на ноге, пускай и не настолько смертельно опасной, как той, что получила Моргана, но всё ещё болезненной и медленно вытягивающей из женщины силы. Она постепенно давила Рыцаря Смерти, разбирая того на запчасти, но и сама получала ранения. Нежить пришла в состояние берсерка и лупила не заботясь о собственной целостности.

Осень при поддержке немного подкоптившегося Дамблдора, потерявшего в бою свою шикарную бороду, не давала Вивьен заскучать, постоянно отвлекая, словно танцуя вокруг неё, больше уклоняясь и раздражая, нежели действительно атакуя и нанося урон. Она ждала, пока другие рыцари закончат со своими противниками чтобы вместе навалиться на Вивьен. Но долго так продолжаться не может. Одна маленькая ошибка могла стоить жизни Дамблдорам.

Зато Зима преуспела. Отделалась гематомами и переломом пары ребер, добив, в отместку, самую проблемную нежить Вивьен. Вморозила её в пол с помощью магии проклятого льда, вместе с облепившими ту аккромантулами. Проклятый лёд был штукой ультимативной, хоть и опасной. Редко когда друиды прибегали к чему-то столь противоречащему их убеждениям, но… тяжелые времена требуют тяжелых решений. Зима была не только друидом, в конце концов. Как стихийная волшебница, Инверно могла дать фору почти любому современному волшебнику. Проклятый лёд начал разрастаться, так что слишком сильно затягивать бой не стоило.

Несмотря на то, что Вивьен потеряла одну свою тварь, пока что о победе и речи идти не могло.

Всё висело на волоске. Из-за того, что Вивьен стала нежитью, причём уже довольно давно, судя по всему, убить её было… весьма и весьма сложно. К тому же, она совершенно не показывала признаков усталости или истощения… в отличие от своих живых противников.

Амос с сомнением взглянул на притихший Экскалибур в своей руке.

— У тебя сегодня хороший день, да? — Экскалибур не ответил, конечно, но по руке словно прошла вибрация, которую Амос трактовал как «да». — А хочешь сделать его ещё лучше?

Вот на такое предложение от меча раздался «удивлённый» звон, мол, что ты можешь мне предложить, человече? Я делаю тебе большое одолжение уже хотя бы тем, что разрешаю грязным плебейским рукам касаться своей рукояти. О большем ты и мечтать не можешь.

По крайней мере, так Амос трактовал нечто вроде мыслеобразов, которыми, как оказалось, может общаться легендарный артефакт. Очень приблизительно трактовал, конечно, так как понять его вот так, без практики, было весьма… затруднительно. Но общий посыл уловил.

— Я предлагаю тебе одноразовую сделку. — Амос поднял меч горизонтально на уровень глаз.

В покрытом кровью лезвии отразились его собственные глаза, но он знал, что так Экскалибур смотрит в ответ, причём столь же пристально, как и он на него.

— Один удар — один труп. Позволь мне воспользоваться твоей силой для того чтобы убить Вивьен Могильную Траву. Я знаю, её смерти ты желаешь не меньше, чем смерти Морганы и освобождения от бремени судьбы жалкого якоря для Оберона. Сегодня я собственными руками дал тебе то, чего ты желал больше всего. Но могу ведь дать ещё больше, если ты немного поможешь… Совсем капельку…

Меч… задумался. Молчал. Думал. Не особо долго. Раздался насмешливый, тихий звон.

— Ну… нет так нет. Лили, меняемся. Ты мне мой НОРМАЛЬНЫЙ и ПОСЛУШНЫЙ меч, а я тебе эту тупую железяку. Я хочу чтобы ты догнала Фелисити и засунула меч обратно в ножны. Из них он сбежать не сможет, а потом… я придумаю, куда его можно выбросить, чтобы его никогда больше никто не нашёл. — Амос вытянул руку ладонью вверх, поманив необычайно молчаливую сегодня Лили пальцем.

— Хорошо. — она уже было вложила ему в руку длинный нож, когда вновь раздался раздражающий звон. На этот раз… возмущенный. Амос улыбнулся и отвёл руку.

— Хорошо. Договорились. Когда всё закончится я верну тебя Авалону… Это несложно. Тут как раз присутствуют его представители… Но о ножнах забудь. Это память о наставнице, и я их никому не отдам.

Дзынь.

— Если они все умрут, то… ладно, я совершу паломничество и всё равно верну тебя в Авалон. Доволен? Никакого обмана. Нахер ты мне не нужен, такой привередливый и наглый.

Дзыыыынь!

— Сделка.

Лили Поттер смотрела на всё это скептическим взглядом, прикидывая видимо, не сошёл ли её мастер с ума от всего пережитого сегодня. Проворчав что-то про безумных некромантов, она поудобнее перехватила доверенное оружие, которое так и осталось у неё в руках, и приготовилась прикрывать спину незадачливого брюнета.

Амос же вернулся в ритуальный круг и, чуть подправив магией несколько контуров, изменил кое-что в формуле заклинания, начал колдовство. Вновь засветились некоторые уцелевшие руны, прогоняя через себя ману и наполняя Экскалибур дикой, необузданной мощью магии, черпаемой из недр под замком.

Меч начал светится молочно-белым светом, привлекая внимание. Даже у Оберона в руках он не светился так сильно в момент его атак, что насторожило зеленоволосую некромантку.

— Ну уж нет! — оттолкнув от себя Осень, Вивьен метнулась к Амосу с невероятной скоростью.

Санхайд понял, что никак не успеет завершить начатое. Экскалибур в активном состоянии фонил как ядерный реактор. Ничего удивительного, что его заметили и решили помешать.

На пути у Вивьен хотел было встать Лето, но та просто поспешила обогнуть калеку по дуге, чтобы не тратить на него ни секунды времени, но… Она никак не ожидала, что Рыцарю решит помочь его заклятый враг — Лили Поттер. Она подхватила рыцаря и за считанные мнгновения смогла переместить его, поставив прямо на путь некромантки.

Хотя, это с точки зрения Вивьен она ему помогала, а вот с точки зрения Лили… она убивала двух зайцев одним выстрелом. И Амоса таким образом смогла прикрыть, и от ненавистного убийцы сына попыталась избавиться. Лето, надо признать, тоже это прекрасно понимал, но противиться или уклоняться от боя не стал. Грустно улыбнувшись, он одним взглядом попросил у призрачной женщины прощения, прежде чем вложил всё, что у него есть, в один единственный, последний удар.

Вспышка.

Голова рыцаря слетела с плеч. Золотистые кудри залило кровью. Лицо преобразилось, возвращаясь в своё изначальное состояние. Лик профессора Локхарта заменило лицо молодого блондина лет двадцати пяти. Довольно похожее на самого Гилдероя, только значительно моложе. И глаза. Глаза у него были не голубые, а зеленые, как свежая листва.

Медленно, словно уходящая летняя пора, в них угасала жизнь.

Вивьен тоже прилично досталось. Она замедлилась, лишилась левой руки (хоть и временно), да ещё и Лили Поттер умудрилась воспользоваться ситуацией в свою пользу и полоснула вражину по глазам, пока та была отвлечена самоубийственной атакой Лета.

Вдребезги разбиваются изумруды. Глаза ведьмы каплями разлетелись по каменному полу. Та зарычала в ярости, ударив наотмашь по призрачной фигуре своим мечом. Некромантке, тем более мертвой, не нужно было обычное зрение, чтобы знать где в пространстве относительно неё находится чёрная дыра — другая нежить, потребляющая, но не вырабатывающая самостоятельно ману.

Лили вскрикнула, развеявшись словно утренний туман. Лезвие безымянного меча Амоса звякнуло о пол и откатилось прочь.

Потеря глаз и руки были для Вивьен лишь временными трудностями, однако… лишившись обычного зрения, Вивьен пришлось полагаться на магическое. Что подвело её в этот момент. Экскалибур уже настолько раскочегарился, впитав в себя дикую ману, что в магическом зрении превратился в настоящее солнце. Находящееся очень близко к смотрящему солнце. Вивьен, ослеплённая, ничего не видела перед собой. Не говоря уже о том, что прицелиться в незначительную на фоне «солнца» фигурку Амоса было просто нереально. Вивьен попыталась было наколдовать нечто более масштабное, чтобы прикончить гадёныша с гарантией, но она упустила момент. Всё пространство Тайной Комнаты утонуло в молочном сиянии, а потом…

Удар.

Вивьен почувствовала, что летит. Она потеряла ориентацию в пространстве.

Где верх.

Где низ.

Где… она?

Она… проиграла?

В сиянии всеочищающей магии света её мертвое тело растворилось без остатка, развеявшись прахом.

***

Холодно. Голодно. Тоскливо и страшно.

Свернувшись калачиком на сыром матрасе, который будто вытягивал из Беллатрикс последние крохи тепла, она дрожала как осиновый листик на ветру, кутаясь в лохмотья — всё, что осталось от некогда дорогой, роскошной рунной мантии, что носили раньше все пожиратели смерти из ближнего круга Лорда.

Промозглые сырые ветра продували Азкабан насквозь, время от времени занося в камеру хлопья морской пены с бушующих волн, что едкой солью въедались в кожу, день ото дня старя кожу и волосы заключенных ещё сильнее. Будто присутствия дементоров и сложных условий жизни было недостаточно, чтобы превратить узников за считанные годы в стариков. Жалкие, блеклые копии себя прежних.

Она ненавидела это. Ненавидела то, во что её превращает невольное заключение в самой жуткой тюрьме магического мира. Одна из красивейших женщин своего поколения стала похожа на бездомную бродяжку.

Азкабан считался не только жутким, но ещё и неприступным. Десятки авроров. Сотни дементоров. Зачарования на толстых отвесных стенах тюрьмы. Стационарный антитрансгрессионный барьер и вечно бушующий океан за окном были той преградой, что надёжно отделяла узников от свободы.

Впрочем, тюрьма эта была для самых отпетых негодяев, так что ведьма прекрасно понимала, почему она заперта здесь. Никакая другая не удержала бы такое количество пожирателей смерти, собранных под одной крышей. И Белла понимала, что находится тут не просто так, а из-за своей абсолютной верности господину и… отсутствию какого-либо раскаяния за содеянное. Просто… её больше всего беспокоила увядающая красота. Даже искажения в разуме, психике и памяти не беспокоили Беллу так сильно, как эта напасть. Её прекрасные волосы цвета воронова крыла превратились в какую-то ломкую засаленную солому. Появились морщины. Агатовые глаза будто выцвели.

Ужасно. Просто ужасно. Если всё так и продолжится, то… когда владыка наконец-то придёт чтобы спасти их, спасти её… Посмотрит ли он на неё как прежде? Как на женщину? Как на желанную женщину? Или же его холодные, змеиные глаза останутся равнодушными, как при взгляде на всех прочих своих последователей? Вот что терзало Беллатрикс по ночам.

Безразличный взгляд возлюбленного повелителя.

Проклятые дементоры навеивали сей кошмар раз за разом, словно выжимая из неё все соки, усугубляя состояние. Бесконечный цикл кошмаров.

— Ту-ту-ту, тру-ту-ту, всех дементоров закабалю.

Беллатрикс закрыла глаза и уши. Дожили. Теперь ещё и слуховые галюцинации добавились.

— Ту-ту-ту, тру-ту-ту, Беллатрикс свою найду. — веселый и немного… пугающий, знакомый?! голос продолжил ввинчиваться ей будто прямиком в мозг, минуя барабанные перепонки. Дрожащими ладонями она сжимала уши, но звук неумолимо приближался. К нему добавились звуки борьбы. Взрывы. Крики. Зазвучал сигнал тревоги, оборвавшийся, впрочем, на самой высокой ноте.

Дементоры, кружащиеся над потолком, дёрнулись и будто вытянулись по струнке. Из-за того, что они вечно горбятся, сложно было осознать их рост в полной мере, но теперь… Трёхметровые образины весьма впечатляли габаритами.

Белла приоткрыла глаза, неверяще уставившись на странную потустороннюю картину застывших над потолком дементоров которые, похоже, позабыли как дышать и замерли не двигаясь. На лестнице послышались шаги. Аврор, что совершал обход на их этаже, тоже всё слышал и знатно так струхнул.

Узники загомонили, припав лицами к решёткам камер, словно дикие животные. Они потянули руки к ненавистной алой мантии, желая разорвать стража на куски, словно кусок мяса. У Долохова почти получилось достать отшатнувшегося от клетки Розье аврора. Почти.

Молодой аврор с размаху заехал кулаком по лицу заросшему заключённому и, когда тот осел на пол, выругался и тут же направил волшебную палочку в проход, однако…

Оранжевая вспышка.

Палочка аврора со стуком упала на каменный пол и покатилась в сторону камеры Долохова. Мгновение, и окровавленная рука одного из лучших малефикаров Пожирателей Смерти утащила её в камеру, словно змея лакомую добычу. Полубезумный смех раздался из тьмы камеры. Белла не видела лица товарища по несчастью, но могла представить его. Она на его месте тоже была бы в восторге.

Беллатрикс сползла со своей койки. Ноги отказывались держать женщину и она так и не смогла встать. Ведьма на карачках подползла к решёткам своей камеры, как раз вовремя, чтобы застать картину того, как сражённый неизвестным заклинанием аврор живьем погружается в пол, громко вопя и умоляя о помощи.

Всё произошло быстро. Вот он ещё тянет руки к неизвестной фигуре в чёрном балахоне, а секундой позже из пола виднеется лишь его лик, искаженный в немом ужасе. Памятная плита смерти и отчаяния. Она была очень уместна в этом месте скорби и разбитых надежд.

Фигура двигалась неспешно. Заключённые затихали в благоговейном трепете, когда неизвестный проходил мимо них. Большинство тут же падало на колени, кланяясь в пол. Белла поддалась общему настроению и опустила голову в пол. Сердце стучало о рёбра как бешеное.

А нарушитель спокойствия будто и не замечал ничего, продолжая напевать мотив какой-то простенькой песенки.

— Ту-ту-ту, тру-ту-ту… нашёл тебя.

Беллатрикс увидела лакированные ботинки. Такие красивые. Чистые. Из змеиной кожи. Совершенно неуместные среди всей этой мерзкой грязи вокруг. Незнакомец остановился. Носки ботинок повернулись в сторону её камеры.

Белла подняла голову и обомлела. Из-под глубокого капюшона на неё смотрело прекрасное, молодое лицо её возлюбленного владыки. Время словно и не тронуло его вовсе. Желтые глаза со змеиным зрачком лукаво прищурились. На его бледном лице появилась участливая улыбка, словно взрослый смотрит на запачкавшегося в песочнице ребёнка.

— В-владыка?

— Давно не виделись, Белла. Выглядишь, конечно, не очень, но мы это поправим, не переживай. Всех вас поставлю на ноги. За верность я награждаю.

Раздался щелчок. Много щелчков. Все камеры на этаже открылись в тот же момент, когда Тёмный Лорд щёлкнул пальцами.

Азкабан пал быстро и внезапно, приведя правительство Магической Британии в ступор и погрузив страну в ужас.

Пожиратели Смерти вернулись, а Тёмный Лорд возглавил их, сильный, как никогда.

***

Магическую Британию трясло уже третьи сутки. Министерство было одновременно и в ужасе, и в ярости. Фадж был в бешенстве и требовал крови.

Им нужно было найти козла отпущения, повод и громкий заголовок для газет, чтобы отвлечь жителей от назревающего кошмара и некомпетентности властей. Министр требовал хоть что-то, или кого-то, кому можно было безнаказанно пустить кровь и показать общественности, что Министерство работает как часы и землю носом роет.

И как назло, ничего подходящего не было, разве что…

Аманда сидела за чайным столиком у окна и читала свежую газету с каменным выражением лица. Правый глаз слегка подергивался из-за нервного тика.

На первой полосе Ежедневного Пророка красовалась фото молодого парня.

Знакомого молодого парня, которого обвиняли по таким статьям, что волосы на голове дыбом вставали.

Если верить газетам, то Амос Санхайд страшный тёмный маг, преступник, убийца и некромант. В общем-то, в это Де Аморе как раз-таки поверить могла, но не в то, что его на этом поймали. А вот во что она точно не поверила, так это в то, что накалякала далее Рита Скиттер. Если углубиться в статью дальше, то можно узнать что Санхайд, оказывается, едва ли не правая рука Темного Лорда (ну да, магглорожденный, кто бы мог сомневаться в этом…) и вообще угроза мирового масштаба…

Министерство празднует победу, словно они самого Темного Лорда взяли, не меньше. Ну да, конечно. Будто бы они вообще хоть палец о палец ударили. Поймал-то его ведь Дамблдор, а не аврорат, если конечно вообще кто-то поверит в этот бред. Так что где тут министерство умудрилось втиснуться, ей было непонятно.

В статье вскользь упоминался «незначительный» момент с недавним побегом из Азкабана… всех заключенных. Очень незначительное происшествие, конечно же, о котором беспокоиться жителям не надо, ведь всё под контролем. Упоминалось-то оно лишь в контексте споров о целесообразности заключения Амоса в Азкабан. Некоторые, в основном Лорд Нотт и Малфой, настаивали на казни посредством арки смерти, но Фадж и Дамблдор уперлись и склоняли суд принять решение в пользу Азкабана.

Дамблдор понятно по каким причинам, он всегда был за мягкие методы, тем более в отношении учеников, а Фадж… он просто хотел, чтобы в Азкабане был хоть один преступник. Ему нужно было показать, что Азкабан всё ещё работает и случившееся ранее было просто досадной ошибкой. Случайностью. Иначе какая же это «самая надежная тюрьма», верно?

— Надеюсь, наш семейный адвокат-протектор сможет выбить ему послабления… — пробормотала блондинка, откинувшись на спинку стула и уставившись в потолок. — Главное, чтобы не смертная казнь, но с этим Дюфрейн справится наверняка. Замороженный счёт в Гринготтсе его тоже едва ли особо волнует. Санхайд никогда бы не доверил гоблинам хранить более десятой части своего золота. И правильно делал.

Аманда взяла фарфоровую чашку в руки и сделала маленький глоток невероятно горького чая. Такого, от которого аж скулы сводит. Рука чуть дрожала.

— А дальше… зная Амоса и «надежность» Азкабана, которая отныне не подлежит сомнению… без дементоров-то, мда… Надолго он там не задержится и сбежит.

Аманда решила не мучить себя и сыпанула в чашку сахара от души. Без ложки, прямо из сахарницы, на глаз. Сладкий чай чуть приглушил горечь на языке.

— Тем более… его «подельники» вроде как на свободе и так и не пойманы до сих пор. Надеюсь, он выберется из этой передряги, потому что страшновато мне как-то без него. Неуютно. Аж сама с собой разговаривать начала из-за стресса, эх… Проклятье! Ну откуда вылез этот Темный Лорд?! Как же всё не вовремя…

П.С. Автора

Моргана обрела покой и долгожданный шанс на перерождение и спокойную жизнь, так что не грустите слишком сильно.

Лили не уничтожена. Просто развеялась на время и находится в стазисе.

Дамблдор не говнюк. Он спас Амоса от расправы со стороны Рыцарей, которые линчевали бы его за всё что он наворотил. Тюрьма - компромис. Он то знает, что Азкабан для Амоса не помеха.

Вот и подошёл к концу первый том. Не знаю, когда восьмусь за второй, да и нужен ли он вообще, ведь откытые концовки тоже хорошее дело... посмотрим) Подписывайтесь на автора, чтоб не пропустить что-то интересное. Вот.

Спасибо всем вам, дорогие читатели. И прощайте.

Шутка, ха-ха. Что, подумали что я прощаюсь и ухожу в закат? Нееее. У меня идей ещё просто море. Чего только стоят планы на мрачную вселенную DC...

И немного артов Морганы ещё.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге