Не расставайтесь с любимыми

Глава 1

- Итак, продолжая наш разговор на тему реорганизации компании, я бы хотел к началу следующей недели получить от всех вас подробные планы и предложения. Мы и так целый месяц просто топчемся на месте. – Левантовский встал со своего кожаного кресла, ещё раз окинул взглядом сидящих за длинным столом, примыкающим к директорскому и резво, по-военному, повернулся к огромному, ослепительно чистому окну.

Окно выходило на широкий проспект, и с двенадцатого этажа взору представлялся шикарный вид Москвы. Левантовский держал на подоконнике небольшой, но достаточно дальнобойный «цейсовский» бинокль, развлекая себя просмотром уличных картин различной дальности. Как будто он всё время кого-то высматривал. Вот и теперь, несмотря на то, что в кабинете в абсолютной тишине за столом переговоров восседало больше десяти руководителей подразделений компании «Промби», Иван Николаевич, не обращая на них внимания, расчехлил свой бинокль и устремил свой взгляд вдаль.

На противоположной стороне проспекта прямо напротив располагался магазин модной обуви «КаблукЪ». На автомобильную стоянку около магазина постоянно подъезжали разноцветные автомобили, за рулём которых в подавляющем большинстве были женщины, стремящиеся посетить модный бутик и ни в коем случае не выйти оттуда с пустыми руками. Как мало надо женщине для счастья: толстый кошелёк или кредитку и запустить её в большой магазин. А некоторым мужчинам только и чудится, что их жёны и подруги стремятся спустить в этих магазинах всё их состояние, а, с другой стороны, если их не баловать, не покупать цацки и всякие мелочи, кому от этого будет только хуже? Да, и для чего вообще нужны деньги? Левантовский стоял и думал, а для чего он живёт. Пауза, связанная с изучением контингента посетителей обувного магазина слегка затянулась, Иван Николаевич понял это и так же резво повернулся к коллегам. - Прошу прощения, господа… Задумался... Бывает… Ну, в общем, мы с вами договорились, в среду жду вас с проектами. Не смею больше задерживать. Всем спасибо. – Сотрудники-руководители также молча поднялись и поспешно удалились, оставив директора одного. Левантовский снова отвернулся к окну.

Как же всё надоело. Бизнес, деньги. Их уже столько, что не знаешь, чего ещё захотеть. Он, конечно, знал, чего ему хотелось, за это он, не думая, отдал бы всё состояние, но всячески пытался отогнать от себя эти мысли. Иван снова взял в руки бинокль и стал смотреть на магазин. Вот подъехала красная «Тойота-Ярис», из неё выпорхнула длинноногая блондинка-Барби. Судя по её облику, ей просто необходима была сто сорок пятая пара босоножек. Она целеустремленно помчалась к стеклянным автоматическим дверям магазина.

Нет, она, о ком он думал, не похожа на куклу, она потрясающая, но она живая и естественная. «Увижу ли я её ещё когда-нибудь?» Левантовский усмехнулся и решил, что пора прекращать это кино. На вечер был запланирован поход в спортивный зал, дома уже неделю лежал диск с новым фильмом - способов убить время была масса. Он ещё раз направил бинокль на стоянку перед бутиком, наведя максимальную резкость. Несмотря на большое расстояние, бинокль позволял рассмотреть даже родинки на лицах людей, и уже было собирался убрать своего оптического друга в кофр, как невольно завис при виде маленькой салатовой «Дэу-Тико». Господи, какой яркий цвет, такой травяной и радостный. Как хочется взять косу пойти в поле, покосить траву, а потом сгрести всё в стог, упасть в него и надышаться вдоволь свежестью свежескошенной травы, и чтобы рядом была Лена…

Какая замечательная и живая краска была выбрана для машины. Как же приятно и полезно смотреть на зелёный цвет. «Смотри, Левантовский, релаксируй. Такая маленькая машинка, как игрушка.» На секунду Иван задумался о том, что наверняка за рулём этой «Дэу» женщина. А ездить на маленьких машинах по Москве женщинам крайне опасно, порой они такие незаметные в потоке автомобильных монстров. Он удивлённо улыбнулся оттого, что давно уже так ни за кого не переживал. Бывшая жена ездит на «Тойоте Лэнд Крузер», у неё личный водитель, дочь рассекает на «Лексусе». А тут, такая малышка, потрясающе изумительного цвета. Левантовский напрочь забыл, что ему надо спешить в фитнес-клуб и с нетерпением стоял и ждал, чтобы увидеть, кто выйдет из этой машины. Господи, какой же детский сад. Да, такая жизнь до хорошего не доведёт, пора сходить с неврологу или психиатру, может быть, они подскажут, как избавиться от навязчивой идеи? Водитель «Тико» что-то долго не выходил из автомобиля, было видно, что там еще кто-то сидел на заднем сиденье. Наконец из машины показалась женщина в голубых джинсах и рыжей замшевой куртке. Она открыла заднюю дверь, и оттуда выскочил мальчик лет шести. Женщина нетипично долго оставалась возле автомобиля, что дало возможность Ивану Николаевичу получше её рассмотреть.

На вид ей было вокруг тридцати, каштановые волосы средней длины были зачесаны за уши, женщина была в аккуратных очках без оправы, хорошая осанка, ладная фигурка. В какой-то миг Иван осознал, что не может оторваться от неё. Вот она закрывает заднюю дверцу, даёт пакет в руки ребёнку, берет малыша за руку, и они направляются отнюдь не в «КаблукЪ», а куда-то правее. Вот она поворачивает голову, как будто хочет посмотреть на него, и Левантовский видит её в профиль, на левой щеке очень удачно расположилась обворожительная родинка. Тут Иван почувствовал сладкое покалывание в паху, эта родинка напомнила ему что-то до боли знакомое и родное. Да, конечно, такая родинка была на щеке у Лены.

***

В свои тридцать два года Иван Николаевич Левантовский был вполне состоявшейся личностью: работа во внешнеторговой структуре, трёхкомнатная квартира в центре Москвы, «Опель Кадет» - по меркам 1988 года это было совсем неплохо. К наличию всего этого, почти на сто процентов приложил руку многоуважаемый тесть, но у Левантовского хватило ума всё это удержать и продолжать приумножать. Со своей будущей женой, Ольгой, он вместе учился в институте народного хозяйства им. Г.В. Плеханова. Ольга была умна, гордилась папой, вторым замом Мин Тяжмаша, но внешностью и фигурой слегка подкачала. До восемнадцати лет она носила очки, которые каким-то образом придавали её лицу некий налет импозантности, маскируя очень близко посаженные глаза и отвлекали от «лошадиного» подбородка. Но почему-то ношение очков было самым страшным наказанием для дочки замминистра, поэтому по достижении совершеннолетия, папа устроил ненаглядную дочку, естественно, вне очереди в институт микрохирургии глаза Святослава Федорова, где раз и навсегда было покончено с её близорукостью, причем, оперировал чуть ли не сам шеф. Ольга была счастлива, но поклонников это отнюдь не добавило, не заикнись она о своих перспективах. Мама всегда внушала ей, что она самая красивая и умная, а те, кто с этим не соглашался, просто завидовали их успеху и богатству.

Ольга часами сидела перед зеркалом и рисовала себе лицо, обложившись дорогущей и дефицитной косметикой из «Березки». Она даже представить себе не могла, что покрасить ресницы можно, поплевав, в ленинградскую тушь за сорок копеек. Но что-то у неё получалось не то, «диоры» и «ланкомы» были бессильны. Потом она умывалась и долго плакала, уткнувшись в подушку. Пусть завидуют, всё равно к ней прискачет самый красивый принц на самом красивом белом коне. Она заполучит его любыми способами, и тогда все узнают, на что способна Ольга Василевская.

Надо сказать, что принц не долго блуждал в поисках. Ольга и Иван Левантовский попали в одну группу в «Плешке». В начале семидесятых поступить туда было реально даже простому парню из города Н-ска. Почему Ваня пошёл в экономисты? Да, потому что в его семье все были бухгалтерами и счетоводами, а попасть в Москву было его заветной мечтой. Олин папа недаром занимал высокий пост в министерстве, поэтому предвидел, что за образованием такого класса будущее, тем более у дочки был порядок с точными науками и неплохо подвешен язык, подкачали иностранные языки, а то бы учиться ей в МГИМО. Встретились они на вечеринке у кого-то дома, Ольга сразу «срисовала» красавчика Ваню. Ну и пусть он не москвич. Как-то тихим сапом стали встречаться. Оля развила такую активную деятельность, что Иван не успевал о чём-то подумать, как его желания тут же сбывались. Начиная с дефицитных книг, и заканчивая шмотками. Надо отдать должное его независимости и порядочности, он всегда за всё платил сам, хотя Оля делала вид, что это неважно и стоит сущие копейки, но про себя подмечала, что этот мальчик хоть и не из богатой семьи, а имеет потенциал немалый, да и к тому же не нахал.

В общем, Ольга влюбилась по самые уши. А главное, что Ваня был единственным из всей мужской братии, который искренне ей радовался. Ни о какой влюблённости речи не шло, но он видел, как нежно она о нём заботится, и ценил это. Ольга приглашала его к себе домой, Иван сразу понравился её родителям, не делая при этом ничего специально. Так, постепенно Левантовский стал дорогим гостем у Василевских. Прошло полтора года, Оля и Ваня дружили, посещали музеи, театры, ходили за ручку, расставаясь, он целовал её в щёчку, что приводило девушку в неописуемый восторг, хотя Оля уже ждала чего-то большего. В тех книжках, которые подкладывала ей в стол мама, было много чего написано, но говорить вслух об этом было стыдно и страшно, поэтому она пока об этом вожделенно мечтала. «Ладно, ни к чему спешка. Главное, что Ваня ни на кого не смотрит, кроме меня, надо продолжать ту же политику и мальчик у нас в кармане. Господи, неужели я выйду замуж за такого красавца!» Обычно перед сном воображала Ольга.

Глава 2

Как же эта девушка похожа на Лену. «А сколько же сейчас ей лет… Так семнадцать плюс восемнадцать, получается тридцать пять. Боже мой, она сейчас старше меня тогдашнего. Нет, этой на вид, лет двадцать восемь -тридцать максимум. Она всегда хорошо выглядела, нет ничего необычного. А вдруг это она? И что? Бежать к машине с букетом цветов и ждать её? Во-первых, я могу не успеть, а, во-вторых, ты что, хочешь быть посланным подальше и отметеленным этим же букетом? Остановись, Левантовский, в своих фантазиях ты зашёл слишком далеко. Если вы не встретились за столько лет, живя в одном городе, значит, так было нужно и нечего ворошить прошлое, иди, проплыви километр в бассейне, попрыгай на батуте, попарься в сауне, и дурь быстро испарится. Хватит!» Иван больно ущипнул себя за руку, на миг пришёл в себя, но смотреть на удаляющуюся парочку мамы с сыном продолжал.

«А, может быть, это шанс? Ведь, при желании, я мог найти её в любой момент, но не делал этого, а тут она приехала сама. А будет ли она разговаривать со мной? Да, час от часу не легче.» Тем не менее, Иван Николаевич взял листок бумаги, направил бинокль на номерной знак автомобиля воображаемой Лены, записал гос. номер и убрал его в нагрудный карман. Потом он набрал телефонный номер и стал ждать.

- Алло, я Вас слушаю, – ответил приятный женский голос.

- Наталья, привет. Это Иван. Есть минутка? – Левантовский почему-то стал волноваться.

- Да, Вань, я узнала. Что случилось? – женщина искренне выразила беспокойство, потому что Левантовский, а именно, двоюродный брат её мужа, звонил крайне редко, но, как говорится, метко.

- Нет, лапуль, всё нормально, прошу информационной скорой помощи. Мне нужна свежая база ГИБДД и телефонов Москвы, я знаю, что у тебя всё это есть. Сама понимаешь, сидеть и рыться в Интернете, у меня нет времени. За мной - все, что скажешь.

- Да, легко, а что, кого-то найти надо? Сам хочешь порыться? А то скажи, найдём, – Наталья была истинной женщиной, и любопытства своего даже не скрывала.

- Да, сам хочу, если не возражаешь. А то всё задания всем раздаю, а тут самому захотелось, представляешь? – Левантовский не хотел углубляться в этот разговор, поэтому стремился поскорее назначить встречу и получить заветные диски с базами.

- Да, ладно, я шучу. Подскакивай через полчаса ко мне на работу – получишь свои диски.

- Наташка, ты – клад, я не устану это повторять. Димке повезло по многим статьям, эх, что ж мне всё никак не повезёт. Всё, через тридцать минут жди, – Левантовский подошёл к тумбе-бару, достал чёрно-белую бутылку ликёра «Шеридан», и положил её в красивый пластиковый пакет с логотипом фирмы «Промби».

Всё это время он неотрывно смотрел на салатовую машинку, интересно, когда они вернутся? А, может быть, они сегодня вообще не планировали уезжать. Хотя, она не стала бы ставить автомобиль перед магазином. А вообще, кто знает. Иван теперь с нетерпением ждал, когда его незнакомка с сыном вернутся обратно. Он ещё раз хотел посмотреть на неё, а вдруг он ошибся. Но надо ехать к Наташке, и выезжать надо через пять минут, чтобы успеть. Водителя он отпустил и решил держать это дело в своих руках. Как же заболела голова и где-то слева между рёбрами. «Всё, ладно, по крайней мере, я выясню, кто это, и успокоюсь или нет.»

Иван Николаевич задёрнул жалюзи, надел пиджак и поспешил к выходу. «Светло-зелёная «Дэу-Тико», кто же твоя хозяйка?» Долго не было лифта, наконец-то он приехал. Выйдя из подъезда здания, Левантовский теперь уже близоруким взглядом через широкую дорогу, щурясь в лучах заходящего солнца, ещё раз посмотрел на машинку травяного цвета, она стояла и ждала своих хозяев. Иван постоял ещё полминуты и поспешил к своему автомобилю.

***

К окончанию второго курса папа Оленьки Василевской сделал первый взнос за трехкомнатную кооперативную квартиру для любимой дочери. Как бы это ни было грустно, но ребёнка нужно отделять от родителей, думать о замужестве. Как раз дом обещали сдать через год, потом там устроить нормальный ремонт. А на четвертом, последнем курсе можно и замуж выходить, и жить своей семьёй. Кандидатура Ивана Левантовского тоже рассматривалась наряду с прочими кандидатами в мужья Ольге. Это были министерские и дипломатические сынки, в основном, желание женить их на Оле исходило от их родителей, а сами они и думать не хотели ни о каких брачных узах, тем более, жениться на этой закомплексованной Ольке. У сыночков давно были свои квартиры, машины, они пользовались услугами проституток, покуривали траву, всё было в полном ажуре. Жена и семья пока не входили в их планы, и как бы ни лезли из кожи вон их мамаши, дабы остепенить отбившихся от рук «золотых» мальчиков, похоже, все их попытки были напрасными.

Сначала родителей Василевской слегка настораживало то, что Ваня приехал из провинции, но со временем они поняли, что мальчик вырос в нормальной семье, здоров, физически развит, без вредных привычек и ведёт себя гораздо приличнее лощёных сынков служителей МИДа и «Внешторга», блестяще учится без помощи родительских вливаний в институте. Поэтому, когда Оля в очередной раз закатила истерику после ухода родителей потенциального жениха, они решили, что всё-таки пора остановить свой выбор на Иване. В начале второго семестра четвертого курса Оля и Ваня подали заявление в ЗАГС, а на Красную Горку сыграли пышную свадьбу в ресторане «Прага», экзамены сдали досрочно, осталось защитить диплом. Свадебное путешествие решили осуществить уже, будучи дипломированными специалистами, Сергей Васильевич Василевский выхлопотал молодым круиз на океанском лайнере по Средиземному морю.

Оля была на седьмом небе от счастья. В течение всего времени знакомства, Ольга и Иван поцеловались по-взрослому, наверное, раза три. На Ольгу нападал столбняк, когда дело доходило до нежностей, а Ваня как-то слабо представлял Ольгу в роли своей любовницы, она была верным другом и товарищем, но, чтобы в постель. Ну, если речь зашла о женитьбе, то без этого не обойтись.

В какой-то момент до Левантовского дошло, что брак с Ольгой Василевской открывает для него недюжинные возможности в плане карьеры, да и жизни вообще. Учитывая его ум и трудолюбие, наличие такого тестя создавало железобетонную основу для его успеха. Ну и ладно, что Ольга дурнушка, стерпится – слюбится. Ведь он уже так привык к ней за почти четыре года. Их отношения больше напоминали отношения сестры и брата. Зато она добрая, будет хорошей хозяйкой и матерью. Несмотря на далеко нестандартные возможности для девочки конца шестидесятых - начала семидесятых, Ольгина мама твердо была уверена, что времена меняются, поэтому не надо пребывать в эйфории от своего положения в обществе. Сегодня – густо, завтра – пусто. Поэтому она научила дочь готовить, шить, вышивать, консервировать овощи и фрукты. В общем, министерская дочка в жизненных реалиях обещала быть вполне качественной женой.

Первая брачная ночь была у них действительно первой. Ольга подсунула Ване книжку какого-то французского сексолога, теоретически они были подкованы, ну, а практически они всё же надеялись на природу. Труды их не прошли даром, они стали мужем и женой, более того, в первую брачную ночь Ольга умудрилась забеременеть, так что брак был заключён наверняка.

Глава 3

Наталья, должно быть, очень спешила, поэтому их встреча длилась ровно пять минут. Иван только успел отдать женщине пакет с бутылкой и перехватить два диска с ценнейшей информацией. Левантовскому не терпелось побыстрее домчаться до дома и начать штудировать базу номеров автомобилей. А вдруг она ездит по доверенности? Как же он найдёт её адрес? Внутренний голос периодически возвращал его с небес. «Ваня, опомнись, зачем тебе это снова? Неужели ты не наигрался в любовь восемнадцать лет назад? У тебя же всё было хорошо, стабильность, карьерный рост, жена была примерна во всех отношениях, подрастала дочь, что тебе ещё было надо?»

***

Левантовский сел за руль своего автомобиля и буквально отмотал плёнку времени назад, на восемнадцать лет. Так случилось, что Ольга с Маринкой не без помощи папы и деда собирались съездить в Болгарию. В конце восьмидесятых даже поездка в Болгарию считалась непозволительной роскошью, но отец-дед Василевский работал штатным волшебником, и для него, отправить любимую дочь и внучку на Золотые Пески было делом пустячным. У Ивана, как обычно, было по горло дел, так что он спокойно отпустил свою женскую половину отдыхать.

Надо сказать, что, несмотря на свою смазливую внешность и потрясающую фигуру, у Левантовского до сих пор была одна и единственная женщина – жена Ольга. Посмотрев на него, сразу возникала мысль, что перед вами стоит сердцеед и Казанова, сбивший с пути истинного не один десяток женщин, но на деле всё было не так. Левантовский был занят работой, как протекала его семейная жизнь, его тоже устраивало, Ольга была примерной хозяйкой, чистюлей и выдумщицей в плане кулинарных изысков, она также не забывала про супружеский долг. Ивану через некоторое время показалось, что супруга стала выглядеть более женственно, угловатость улетучилась, фигура приобрела определенные черты, материнство и замужество пошли ей на пользу. Но, несмотря на всё это, Иван до конца не мог понять, действительно ли это то, что должен испытывать мужчина? А сравнить ему было не с чем, да и времени у него на это совсем не было.

По счастливому стечению обстоятельств, через два дня после отъезда Ольги и Марины в Албену, Ивану предложили немного отдохнуть после сдачи очередного проекта и практически насильно выдали путёвку на десять дней в подмосковный дом отдыха «Бережки». И тут Иван почувствовал какое-то освобождение и облегчение, что, не раздумывая, собрал всё необходимое и через день выехал отдыхать, набрав полный чемодан книг и толстых журналов. Что ещё делать одному в доме отдыха, есть, спать и читать. Но буквально через несколько часов после приезда, Левантовский понял, что в доме отдыха есть занятия и поинтереснее.

***

Он даже не понял, в каком бреду примчался домой. Все мысли его были заняты только этими двумя дисками. Спортзал и бассейн отошли на задний план. Не успев снять ботинки, Иван, как «зомби» подскочил к своему компьютеру и лихорадочно вставил диск в дисковод. Пока настраивалась система, пока запускался диск с базой данных номеров автомобилей, Ивана немного колотила дрожь. «Зачем я снова ворошу прошлое, к чему это может привести. Да, я люблю её безумно до сих пор, но что это меняет. Просто столько лет прошло, у неё, должно быть, всё хорошо, зачем мне снова лезть в её жизнь?» Левантовский подошел к бару и налил себе треть стакана «Чивас Ригал». Ладно, надо всё-таки понять, она это или нет». Когда база загрузилась, Иван лихорадочно стал набирать номер машины. Дрожащей рукой он нажал клавишу «Enter», время пошло, компьютер задумался на несколько десятков секунд и через некоторое время выдал результат, что владельцем автомобиля «ДЭУ-Тико» с тем номером была Стрельникова Елена Владимировна, проживающая по адресу: ул. Изумрудная <…> «Не может быть, это она, всё, я снова пропал. Зачем мне снова всё это…»

***

Сначала была мысль поехать в дом отдыха с двоюродным братом Димой, но у него в последний момент что-то, как обычно, не срослось, Иван воспринял это как норму и решил, что значит, будет не до приключений с братцем, собрал книги и решил погрузиться в чтение. Когда ещё выпадет такая возможность.

Пансионат напоминал сказочный городок, отдыхающие размещались в небольших деревянных домиках на две–три семьи. В свою очередь эти домишки утопали в зелени, окружающий ландшафт был оформлен очень грамотно и со вкусом, в центре участка располагалась круглая площадь, с расставленными по кругу симпатичными скамейками, на аккуратно подстриженных газонах размещались ухоженные клумбы и вырезанные из дерева фигуры зверей. Художник-оформитель нестандартно подошёл к своей работе, всё в этом райском местечке радовало глаз. Правый край участка заканчивался затейливыми резными воротами, которые вели к водохранилищу. Сказка, да и только. Разместившись в домике, Иван решил сходить на разведку и погрузиться в атмосферу отдыха, расслабления и любви к себе. Недалеко от центральной площадки на газоне располагался большой план-схема пансионата, где очень чётко и ясно были отмечены все объекты. Главное, запомнить, где столовая и медпункт. Там была ещё и библиотека, но с этим у Левантовского проблем не было. Так что, ещё раз поздравив себя с началом периода внутреннего разложения, Иван побрёл записываться в столовую.

Даже столовая по тем временам была вполне приличной, не отпугивающая своим типичным запахом противного компота и пареного лука. Он занял себе столик у окна, там даже можно было выбирать себе меню на следующий день. Это удивляло вдвойне, потому что пансионат не относился к системе «Внешторга» или министерства. Значит, чудеса в жизни бывают. После столовой почему-то потянуло разведать, где мог быть спортивный зал. Всё-таки Левантовский где-то в глубине души надеялся немного растрястись в прямом смысле этого слова. Долго искать его не пришлось, спорткомплекс находился прямо за пищеблоком. И тут Иван понял, что начинает происходить что-то невообразимое, неподвластное его разуму. Он хотел зайти внутрь спортзала, а ноги его почему-то не слушались, и голова сама буквально сворачивалась куда-то вправо. В какой-то момент Иван понял, что боковым зрением «зацепил» фигурку молоденькой девушки, которая тоже направлялась к дверям зала. Сделав вид, что он изучает схему устройства баскетбольной площадки, Иван взялся её рассматривать. На вид ей было лет шестнадцать, невысокого роста, аккуратно сложенная, подтянутая. Тёмно-каштановые волосы средней длины убраны за уши. Девушка была одета в светлые шорты и розоватую футболку, на ногах шлёпки-вьетнамки. В руках она держала две ракетки для настольного тенниса. За несколько метров до входной двери в спортивный комплекс девушка замедлила шаг и остановилась, затем она повернула голову в сторону и направилась к скамейке и села на неё, уверенно закинув ногу на ногу.

Глава 4

Иван стоял, как вкопанный, и смотрел на неё, не отрывая взгляда, несмотря на то, что их разделяло не меньше десяти метров. Довольно быстро сверлящий взгляд достиг цели, и девушка повернула голову в сторону Левантовского. Её же взгляд выражал то ли вопрос, то ли удивление, она улыбнулась и к его изумлению заговорила первой.

- Здравствуйте! Вы хотели что-то спросить? – Её голос был уверенным и звонким. Левантовский стоял на ватных ногах и представлял собой варёный пельмень, прилипший ко дну кастрюли. «Да, что делается-то? С тобой разговаривает девчонка, которая годится тебе в дочери, а ты впал в ступор. Да, Иван Николаевич, дела твои плохи.» На мгновение сознание вернулось к нему, и Иван понял, что обращаются к нему, он пошёл к скамейке, на которой сидела незнакомка.

- Добрый день, разрешите представиться, Иван, – Левантовский галантно наклонил голову, а затем присел рядом, – я недавно приехал, вот гуляю, осматриваю местность. Мне показалось, что Вы здесь давно, наверное, уже освоились? Не расскажете подробнее про это милое местечко?

- Очень приятно, меня зовут Елена. Мы здесь второй день, - девушка улыбнулась и посмотрела на Ивана.

- Я так понял, что Вы не одна? – намекая на количество ракеток, Левантовскому вдруг стало жутко интересно выяснить этот вопрос. Сидя рядом с Леной, Иван понял, что к ней его притягивает какой-то неведомый магнит. Что-то было в ней необыкновенное, не заметное сразу, но что гипнотизировало и приковывало рядом.

- Мы приехали с сестрой. Она скоро подойдёт, пойдём, шарик покидаем. А Вы? – Лена поняла, что новый собеседник мужчина, значительно старше её, выглядит довольно ухоженным, что в основном, свидетельствует о наличии семьи. Было бы странным, если бы он приехал в гордом одиночестве.

- Хм… Вы удивитесь, но я одинокий странник, который приехал отдохнуть от городской суеты, на целых десять дней. А Вы, Леночка, надолго сюда? – он стал ловить себя на мысли, что ему хочется её так называть. «Тише, Ваня, не налегай, не шокируй девушку, она, вероятно, ещё в школе учится, а ты уже распушил хвост, павлин несчастный».

- Мы на две недельки. Сдали сессию и можно законно отдохнуть. Очень неожиданно, что такие мужчины отдыхают в одиночку, – Лена не стала далее вдаваться в расспросы, но стандартный вопрос о семейном положении Ивана очень активно крутился у неё на языке, и, похоже, Левантовский это понял.

- Жена с дочкой уехали в Болгарию, а у меня сначала с работой не получилось, а потом неожиданно оказался здесь. А Вы учитесь в институте? – честно говоря, максимум, сколько бы дал Иван Лене – это лет шестнадцать. Да, юная, свежая, чертовски привлекательная. «Господи, почему она родилась так поздно? Или я поспешил на этот свет. А, может быть, не всё ещё потеряно?» Иван задумался и не заметил, как подошла еще одна молодая особа. Лена охотно представила сестрёнку новому знакомому.

- Марусь, знакомься, это Иван. Простите, не знаю, как по отчеству. Он приехал сегодня. Это моя сестра, Маруся, она старше меня на целых две минуты. Правда, мы с ней абсолютно не похожи, ни внешне, ни внутренне, но жить друг без друга не можем ни секунды. – Маруся улыбнулась и протянула Левантовскому руку для джентльменского поцелуя. Иван отметил, что у сестёр были поразительно красивые руки, небольшие, но с длинными ровными пальцами и аккуратным маникюром. Он трепетно взял Машину кисть и едва прикоснулся к ней губами.

- Ну, что ж, девушки, возьмёте меня в свою команду? Я когда-то получал разряд по пинг-понгу. Сразимся? – и Иван как-то так нежно, по-отечески приобнял обеих и повёл в спортивный клуб. Не подумали бы чего окружающие.

***

На экране замерла запись с данными Елены Стрельниковой. Похоже, она не сменила фамилию, сейчас мало, кто меняет фамилию. «А почему это я решил, что Лена замужем. Да, с ней был ребёнок. Не обязательно же выходить замуж. Логично… А, может быть, ребёнок не её. Вряд ли… Нет, она до сих пор сидит и ждёт тебя, самоуверенного и самовлюблённого Левантовского. Бред… Набраться мужества и позвонить ей? Хочешь быть посланным? А вдруг там муж? Зачем ей ненужные неприятности? Что же делать? Похоже, я снова не могу остановиться». Левантовский снял пиджак, и загрузил базу квартирных телефонов. Наташа снабдила его самой свежей базой, где по адресу выдавался номер телефона и более того, выгружался список всех, прописанных по этому адресу с датами рождения.

Хорошо, надо слегка перекусить, принять душ и заняться этой процедурой. Иван слетал в душ, накромсал себе четыре бутерброда, быстренько сварганил пол-литровую кружку чая и фанатично вернулся к компьютеру. Он начал вспоминать, а где же она жила в 88-м. Похоже, на той же Изумрудной. Конечно же, все старые записные книжки он давно потерял. Но не обязательно жить, там, где прописан. Ладно, посмотрим. Иван набрал адрес и через несколько секунд на экране появился список лиц, зарегистрированных по нему. Стрельников Владимир Алексеевич 1945 года рождения, Стрельникова Татьяна Михайловна 1947 года рождения, Стрельникова Елена Владимировна 1970 г.р., Стрельников Сергей Владимирович 1989 г.р. Больше никого прописано не было. Маруся, видимо, числилась уже в другом месте, удивление и недоумение вызывал последний в списке, Сергей Владимирович, сейчас ему должно быть семнадцать лет. По всей видимости, это был брат Лены и Маши. Странно, она не говорила, что её мама ждёт ребёнка. Честно говоря, они вообще мало говорили о семье. А, где же тогда прописан малыш, которого он видел из окна? Или таких маленьких не фиксируют до определённого возраста? «Что ты привязался к малышу, может быть, это вообще абсолютно чужой ребёнок, может быть, это сын Маруси, или просто знакомый мальчик, Левантовский, угомонись. Внутренний голос приказывал Ивану успокоиться и остановиться, но сердце колотилось беспощадно и хотелось знать ВСЁ».

***

Теннисный турнир прошёл в лёгкой и непринуждённой обстановке, Иван по два раза обыграл каждую из сестёр, потом ещё по три раза проиграл каждой. В общем, они и не заметили, как подошло время идти ужинать, вечер был тёплым и ласковым. На поздний вечер был запланирован поход в кино на модную в то время картину «Сексмиссия или Новые Амазонки» или потолкаться на танцплощадке под хиты восьмидесятых. Все планы Левантовского лежать и читать рухнули в одночасье, новые знакомые теперь заняли основное место в его жизни на период отдыха. Со стороны они смотрелись очень интересно, то ли молодящийся отец вывез дочерей на отдых, то ли старший брат отдыхает с сёстрами, да кому какое дело. Жили они далеко друг от друга, встречались либо в столовой, либо на кругу, либо на озере. Даже, если кому-то и вздумалось за ними проследить, тут всё было чисто и аккуратно. За всё время пребывания в пансионате, Иван ни разу не переступил порога домика Лены и Маруси.

Десять дней проскочили незаметно, девчонкам оставалось ещё три дня, а Левантовскому надо было собираться домой. Как же ему было тяжело и горько. Больше всего на свете ему не хотелось возвращаться домой и встречаться с Ольгой. Здесь, на природе, Иван окончательно разобрался в себе и понял, как же он неправильно прожил доселе свою семейную жизнь, их с женой связывали чувство благодарности и братско-сестринские отношения, но не более того.

После рождения Маришки они вообще отдалились друг от друга, а когда родители Ольги предложили им переехать в их огромную квартиру, вообще разъехались по разным комнатам. Это не афишировалось, на людях, в присутствии Василевских Иван умел держать марку, но реально всё было как в коммунальной квартире. Была общая кухня, общий холодильник. Стиркой и уборкой занималась помощница по хозяйству, так что каждое утро наглаженная рубашка у Левантовского была гарантированно. Были ещё совместные походы в гости, выезды на министерскую дачу, но в целом, никто не мешал друг другу жить. Единственным условием Ольги было то, чтобы Иван не разводился с ней и не уезжал из квартиры. Во-первых, она до сих пор любила его и была сильно к нему привязана, а, во-вторых, Оля безумно боялась расстроить родителей, которые столько сделали для их семейного благополучия.

Глава 5

Расставание Ивана и девушек прошло нелегко, особенно для Ивана. Тем более, что он тоже сделал для себя ещё один важный вывод, что по уши влюбился в Лену. И это было именно тем, что в народе называют любовь с первого взгляда. Дня через два он даже засомневался, кто ему нравится больше, Лена или Маруся, потому что Мария была ещё та красотка со светло-пепельными кудрявыми волосами и бездонными голубыми глазами. Но ещё через день понял, что магнит находится у Лены. И что теперь с этим делать, Левантовский не знал и не понимал. Он влюбился впервые в жизни, как мальчишка, бесшабашно и безумно, и как теперь со всем этим жить, надо было придумать в самое ближайшее время.

***

Получив информацию, Иван сидел в своём кресле и осознавал, что от этого ему стало ещё хуже. Потому что все эти годы он каждое утро просыпался только потому, что где-то рядышком в большом и шумном городе живёт Лена, которая дороже ему всего на свете, и, наверное, они никогда не встретятся и уж тем более не будут вместе, но мысль о её существовании заставляла его жить. В этом году Ивану должно было стукнуть пятьдесят, времени оставалось около четырёх месяцев и до этого времени ему очень захотелось увидеться с ней и объясниться, снять камень с души, который давит уже восемнадцать лет. Неважно, прогонит она его или примет, Иван хотел сказать ей, что та нелепая ситуация, которая испортила жизнь Лене, испортила жизнь ему не меньше. И все эти годы он ждал её и хотел попросить у неё прощения.

***

С тех пор, как Иван вернулся из дома отдыха, прошло четыре дня. Он чётко отслеживал момент, когда должны были вернуться девочки и очень хотел позвонить Лене. А что может быть дальше? «Допустим, она поняла, что ты не равнодушен к ней и что? Сначала ты рассказываешь про свою «блатную» жизнь, про тестя-министра, а потом кадришься к практически школьницам. Ты, милок, подсчитал, что между вами пролегает пятнадцать лет разницы? И не забывай про те условия, которые поставила тебе Ольга. Ты боишься её, признайся? Ага, молчишь, а лезешь в пекло».

Вернувшись в Москву, Левантовский заболел, у него на нервной почве поднялась температура, давление, дрожали все мышцы. Ольга вызвала врача, супруг, действительно, выглядел неважно. Доктор открыл Ивану больничный, выписал успокоительное, и велел не волноваться и приходить в себя. В день приезда Лены в Москву, Иван болел особенно тяжело. Он не знал, стоит ли ей звонить, что из этого выйдет, но услышать её голос ему хотелось больше жизни. Когда Ольга ушла на работу, а Маринка ускакала гулять, Иван дрожащей рукой подтащил к себе телефонный аппарат и стал набирать заученный на память телефонный номер, гудков через восемь трубку подняли, это была Маруся.

- Алло, я вас очень внимательно слушаю. – Маша была довольно экзальтированной особой и настоящим её имиджем было говорить вызывающе, привлекая к себе внимание. – Ну, алло же!

- Да, Машенька, привет. Это Иван Левантовский, вы уже вернулись? Как дела? Какие новости? – К концу фразы голос Левантовского уже был уверенным, хотя рука, державшая трубку телефона, была влажная от волнения.

- О, привет, Вань! Ага, часа три назад приехали, новостей особо никаких, предки свалили на дачу, бабушка уезжает к сестре в Коломну. А так, всё путём. Ты-то как? Как семья? Соскучились? – Машка говорила с юмором, ей нравилось прикалываться. Было интересно общаться с мужчиной, который старше неё на пятнадцать лет.

- Они отдохнули прекрасно, загорели, накупались. А мне очень не хватает вас с Леной. Я так к вам привык за десять дней в «Бережках». Как Лена? – Наконец-то он осмелился спросить про неё. - Ленка ушла в магазин, у неё всё нормально. А ты на работе? А что, приезжай к нам в гости, посидим, поболтаем, мы тоже соскучились по твоему обществу. Можешь?

- Могу. Сейчас приеду. Что привезти? Что вы хотите? – Иван с благоговением начал планировать свой день.

- Привози всё, а лучше икры красной и черной, рыбки солёной, балычка копченого, коньяку, фиников. Да, шучу я, арбуз привези. Ты фотографии-то напечатал? Как мы там вышли? - Маруся продолжала развлекаться. - Хорошо, радость моя, через час буду. Ставьте чайник. Фотографии отличные!

Перед глазами Левантовского поплыли разноцветные круги. Никогда еще он так не волновался. Жизнь снова устраивает ему испытание, выдержит ли он его? Перед глазами пролетели годы студенчества, несуразная Ольга в очках с толстыми стёклами, официоз, министерские родственники, всё по вывшему разряду и больше ничего. А потом пансионат «Бережки», Лена плещется в реке, светит солнце, её молодое упругое тело сверкает в лучах заходящего солнца. Погода райская, солнце тёплое и приветливое. Рядом самый дорогой на свете человек. Но это скоро должно закончиться. Пришло время сделать главный выбор. И как после этого повернётся жизнь, никто не знает.

***

«Что же делать? Или забыть про всё. Нет, я не могу. Надо позвонить. Будь, что будет. "Ведь он когда-то очень хорошо знал этот телефон, но как-то в один день он напрочь стёр его из памяти и из всех записных книжек.

***

Иван даже не заметил, как неведомая сила подняла его с кровати, заставила принять душ, побриться, со скоростью света одеться. Ему надо было ещё заскочить в магазин, купить вкусненького и цветов девчонкам. О причине своей отлучки он решил подумать после. Недалеко от дома Левантовских находилась «Березка», Иван заскочил туда, купил две бутылки французского вина, черной икры, осетрины, бельгийских конфет, свежее манго, упаковку фиников, персики и арбуз он решил взять на рынке. Господи, как же ликовала и пела его душа. Он готов был всё положить к её ногам, лишь бы ещё раз увидеться. Да что ему Ольга, какие там ещё условия. В конце концов, он живой человек. Что ему сможет сделать тесть? Перекрыть кислород в карьере? Сергей Васильевич понимал, что Иван прекрасный аналитик и финансист, и всё, что он делает, это теперь уже личная заслуга зятя. Хотя из вредности и принципа, Василевский, конечно же, мог тоже поставить ему условия, защищая честь и достоинство единственной дочери.

«А что это я так размечтался, может быть, Лена пошлёт меня подальше с моими предложениями. Да, ей нравились его ухаживания, ну и что? Девочка перешла на второй курс, ей нравится учиться в институте, у неё самая лучшая пора юности – беззаботное студенчество, на кой ей такая ранняя семейная обуза? Не забывай, Николаич, что ей только будет восемнадцать, а тебе уже стукнет тридцать два. Может быть, не нужно засорять мозги ребёнку? А если сразу появится ребёнок?» Но, представив Лену, все мысли о том, что надо с ней расстаться, начинали работать в другую сторону. «Ладно, я уже обещал, что приеду к ним в гости, а там будет видно». Иван ещё раз глянул на себя в зеркало и выскочил на улицу. На дворе было начало августа, лето подходило к закату, но осень ещё ни разу не напомнила о себе.

Выполнив все пожелания Маруси, даже более того, Иван как метеор прилетел к дому девушек, он ловко припарковал свой «Кадет» около подъезда и уже было собирался выйти из автомобиля, как снова был парализован, он увидел Лену, идущую к дому. Наверное, это судьба, подумал Левантовский и как ошпаренный выскочил из машины. Лена сначала не поверила своим глазам, но потом всё-таки узнала в шикарном мужчине с огромным букетом цветов и тремя пластиковыми пакетами из магазина «Beryozka» своего недавнего знакомого из подмосковного пансионата.

Глава 6

- Привет, Иван. Вот так встреча! – Лена сделала вид, что ничего не понимает, хотя внутри все сжалось и начало подрагивать. «Зачем он приехал, интересно?»

- Да я ехал мимо, думаю, а не зайти ли мне к своим девчушкам, я так к вам привык, что три дня без вас были для меня целым испытанием, сегодня нужно компенсировать этот пробел. Радость моя, это тебе. – Левантовский протянул Лене букет прекрасных белых роз. – А я ещё захвачу арбуз. – Лена взяла букет, который с трудом поместился у неё в руках. Букет был слишком хорош, где он только достал такие розы? Хотя, уже было понятно, что для их нового знакомого не было невыполнимых задач. Пока Иван закрывал машину, она успела пересчитать – роз было тридцать пять штук. Странное число. И она задумчиво пошла к двери подъезда, прижимая цветы к себе.

***

Ивана трясло. Он хотел позвонить, но не знал, каков будет результат. И что он ей скажет? "Леночка, пойдём, сходим в ресторан и вспомним былое." Теперь походами в ресторан никого не удивишь, да, впрочем, Лене всегда была по барабану роскошь и понты. Но как её уговорить встретиться? Может быть, отправить курьера с букетом цветов, а в цветы положить письмо? Или подождать её около дома, просто поговорить. Бред… А, если она не живёт по этому адресу? Нет, всё равно сначала надо позвонить и разведать обстановку, придумать легенду, а потом уже делать выводы. Может быть, всё гораздо проще и доступнее, чем я себе это представляю." Перекрестившись, Иван набрал номер, сердце выскакивало из груди, но надо было собраться и быстро соображать, что говорить в каждой вероятностной ситуации, к телефону подошёл мужчина.

- Алло, слушаю. – Голос был молодой, скорее всего это был Сергей, брат Лены.

- Здравствуйте. Будьте любезны, Елену Владимировну позовите, пожалуйста. – Левантовский собрал всю волю в кулак и говорил чётко, стараясь не заикаться.

- А мама ещё не пришла с работы. Я могу ей что-то передать? Услышав слово «мама» Иван Николаевич решил, что он уже умер. Он разом забыл все слова русского языка, мгновенно спина его покрылась холодным потом, лицо начало перекашивать, рука с телефонной рубкой стала нервно подёргиваться. Но нужно было достойно завершить разговор.

- А, спасибо, извините за беспокойство. Я перезвоню, передайте, что это Андрей с работы. До свидания. – И телефонная трубка тут же выпала из руки Ивана на паркет, задняя крышка, закрывающая гнездо с аккумуляторами отскочила в сторону, а сами аккумуляторы отпрыгнули в другую. Хотелось кричать, плакать, вызвать «скорую», но ничего не могло помочь тому отчаянию, в которое мгновенно впал перспективный и самодостаточный бизнесмен Иван Николаевич Левантовский, который, казалось бы, мог справиться с любыми кризисными ситуациями, но только не с такой. Такого поворота событий он не ожидал. Предупреждал его внутренний голос, что нужно вовремя остановиться, но любопытство и неуёмная самостоятельность не давали покоя. Приехали, у Лены взрослый сын.

Когда Маруся открыла дверь, то не сразу обнаружила за сногсшибательным букетом свою сестру. Она стала громко восхищаться и прыгать по квартире. Иван по-хозяйски занёс продукты на кухню, всё аккуратно выложил на стол. Девчонки быстренько организовали сервировку, цветы поставили в самую большую вазу. В доме наступил праздник, они пили вино, ели чёрную икру ложками из большой железной банки. Финики, манго, арбуз. Отпуск продолжался. Иван осознал, что так он не веселился даже в студенческом общежитии с однокашниками. А тут, весьма странная компания и такие дружеские отношения. Периодически Лена ловила на себе влюблённые взгляды Левантовского, она тоже не знала, как на всё это реагировать. Маруся воспринимала всё это, как бесплатный цирк. Невольно, Иван взглянул на часы, было пора двигать домой, Ольга, наверняка, уже дома и пребывает в недоумении, куда пропал её приболевший благоверный. А так не хотелось уходить. Он чувствовал себя здоровее всех здоровых. Но несмотря на охлаждение их отношений, всё-таки приходить ночевать домой было принято, ну или хотя бы предупреждать. Он решил позвонить жене и сказать, что задержится. Без объяснения причины. Тем не менее, идти домой всё-таки пришлось, Иван поблагодарил сестер за теплый приём и неохотно засобирался домой. Тут Лена вспомнила, что бабушка перед отъездом сварила целую кастрюлю борща и оставила её на плите остывать и позвонила Лене, чтобы они забежали и убрали её в холодильник. Бабушка знала, что внучки летом кроме яблок и персиков в пищу не употребляют ничего, поэтому сама готовила им обеды, либо приносила уже готовые супы-гуляши к ним, либо зазывала обедать к себе, благо дома их находились через дорогу. Маруся категорически отказалась вылезать из дома после такого шикарного ужина, поэтому Лена, ни слова не говоря, пошла спасать еду. Иван ликовал, потому что ещё несколько минут побудет рядом с любимой.

В лифте они ехали молча, общались на уровне флюидов. На улице уже смеркалось, как ни говори, но день неумолимо убывал. Неожиданно Иван предложил проводить Лену до дома бабушки. Она почему-то не стала отказываться. Они поднялись на лифте на пятый этаж. В квартире бабушки царил идеальный порядок, пахло чистотой и свежесваренным борщом. Лена прошла на кухню и убрала большую кастрюлю в холодильник. Ну вот, на неделю еда есть, об этом можно не беспокоиться. Лена закрыла холодильник и замерла. Что происходит? Она находится вдвоём в пустой квартире с мужчиной, который очень к ней неравнодушен. А какие чувства она испытывает к нему? На минуту девушка задумалась. Да, красивый, воспитанный, состоятельный и успешный. Но он женат, и там, вроде как, всё нормально. Зачем он приехал к ним, напросился провожать её? «А ты сама хочешь этого? Ага… задумалась. Видимо, аллергии на эти ухаживания у тебя нет, и всё тебе нравится. Так что же дальше? Что нужно мужчине за тридцать? Наверное, не пить чай с плюшками и рассматривать корешки собраний сочинений классиков.» В самом разгаре мыслительного процесса Иван на цыпочках пробрался на кухню. Лена стояла спиной к двери. Левантовский подошёл к Лене и обнял её за плечи. Он так давно хотел прикоснуться к ней, прижать её к себе. В момент соприкосновения его пронзила молния страсти, он ещё никогда не испытывал такого наслаждения от общения с женщиной. Хотя на самом деле ещё ничего и не было, но сам факт тактильного контакта поднял в нём ураган эмоций и недюжинной энергии.

Иван наклонился к правому уху Лены, едва коснулся его языком и тихонько прошептал ей.

- Леночка, я люблю тебя. Я не могу без тебя. Выходи за меня замуж. – Когда он закончил, то понял, что совершает ошибку. Нельзя было сразу вываливать всё, он запросто мог отпугнуть девушку.

Она повернулась к нему лицом, обвила шею руками и едва коснулась губами его губ.

- Я тоже тебя люблю. Но я не могу выйти за тебя замуж. Во-первых, мне ещё нет восемнадцати лет, а, во-вторых, ты женат, я не могу разбить вашу семью. – Она сильнее прижалась к Ивану, и тут он взял инициативу в свои руки и стал страстно целовать её в губы. Болезнь и слабость моментально куда-то улетучились. Лена почувствовала, как напряглась его плоть, чем сильнее он прижимал её к себе. В какой-то момент она поняла, что буквально теряет сознание и растворяется в воздухе.

Левантовский взял Лену на руки и интуитивно принёс в комнату, которая была спальней. Посреди комнаты стояла большая двуспальная кровать, накрытая красивым атласным покрывалом в розово-бежевых тонах. Дальше всё произошло, независимо от их разума. Иван ещё никогда не испытывал такого блаженства. Только уже, сидя в машине, до него начало доходить, что он буквально час назад лишил девственности девушку, которой ещё нет восемнадцати лет, и которую он знает всего три недели. На следующий день, он решил позвонить Лене и встретиться с ней ещё.

Глава 7

Да, прийти в себя от такого было делом нелёгким. Юноша назвал Лену мамой. Как такое может быть? Ведь она сказала, что ребёнка не будет, потому что ей надо учиться, и у неё нет денег и мужа, чтобы нормально воспитывать ребёнка. "Так, спокойно!" Иван снова покрылся испариной, а что, если она всё-таки родила их ребёнка, но ничего ему об этом не сказала. "Как она могла молчать столько лет? "А чему ты удивляешься, старый осёл? Почему она должна тебе докладывать о таких вещах, если ты повёл себя, как последняя сволочь." Наверное, теперь точно нельзя соваться к Лене, но несмотря на это Левантовскому хотелось сделать это с удвоенной силой, потому что теперь ему очень хотелось познакомиться с Сергеем.

***

Их идиллия длилась две недели, пока бабушка отдыхала в Коломне у родной сестры. Иван понял, что даже не помнит своего медового месяца с Ольгой, потому что там всё было официально, с лоском и помпой. Когда они жили в шикарном отеле после бракосочетания, Левантовскому казалось, что всё, чем они занимались с Олей, транслировалось её родителям, ему чудились скрытые камеры, ему казалось, что родители Ольги не смогут на сто процентов доверить свою дочь никому, поэтому станут исподволь контролировать даже её интимную жизнь.

С помощью чеков в «Березку» Иван максимально продлил свой больничный, и даже уже выйдя на работу, старался в любой удобный момент вырваться, чтобы встретиться с Леной в квартире бабушки.

- Ванечка, а ты, правда, женился бы на мне? – Однажды спросила его Лена. Она уже не представляла жизни без него, и когда-то в пылу страсти сказанная им фраза о том, что он хочет её себе в жёны, глубоко засела в сознании девушки.

- Да, я очень этого хочу, мне никогда не было ни с кем так хорошо. – Иван нежно провёл рукой по её шелковистым волосам. – Всё-таки жениться надо по любви. Вся роскошь и карьера – это хорошо, но, когда не хочется возвращаться домой, все материальные блага становятся абсолютно ничтожными. – Левантовский расфилософствовался не на шутку. Конечно, предстоит тяжёлый разговор с Ольгой, но всё к этому идёт. У них нет будущего, у них есть только дочь, которую он никогда не бросит, и будет всегда помогать ей. На секунду Иван задумался о том, что предстоит сложный переходный период, придётся менять жизнь, может быть, даже радикально. Придётся решать и жилищную проблему, возможно, придётся менять работу. Но это произойдёт не завтра, поэтому можно будет постепенно готовить почву и продолжать наслаждаться своей малышкой.

- А что, если у нас будет ребёнок? – Лена мечтательно посмотрела в потолок.

Левантовский настороженно посмотрел на свою подругу, но потом обмяк и улыбнулся.

- Значит, он будет, дети – это всегда прекрасно. Я уверен, ты будешь замечательной мамой. А что, мы уже успели? – Иван наморщил лоб и стал припоминать, что вроде бы ни разу за время их встреч не допускал оплошностей, потому что, в общем-то, не хотел создавать проблем ни Лене, ни себе.

- Нет, я просто спросила. Я даже не знаю, готова ли я к такому шагу. Сначала надо окончить институт, а потом уже и о детях думать. - Как будет, так и будет. – Этот разговор очень хорошо запомнился Левантовскому и периодически всплывал в памяти. Он ненавидел себя в эти минуты.

***

Левантовский сидел и думал, как бы ему выяснить, что за юноша этот Сергей, который назвал Лену мамой, да и, вообще, что сейчас происходит с самой Леной. Звонить ей домой второй раз было бы верхом глупости. Наверное, надо найти Марусю и поговорить с ней. Только где её искать? "Я даже не знаю её новой фамилии." На фамилию Стрельникова данных по Марусе не выдавалось. Что же делать? Придумал! Мысль, осенившая Ивана, даже подбросила его немного вверх. Надо найти телефон квартиры бабушки и попытаться позвонить туда, а вдруг Маша живёт там. Хотя там может жить и её муж, звонить и бросать трубку, пока её не возьмёт Маруся. Интересно, жива ли их бабушка. Лена однажды познакомила её с ним. Бабушка очень приветливо встретила его, даже напоила чаем. Больше они не виделись. "Так, надо вспоминать адрес. Тупая башка, ничего в ней не сохранилось. Вспоминаем, дом стоял на противоположной стороне улицы, значит, он мог числиться по той же Изумрудной. Допустим, вспоминаем номер дома, без этого никак. Здесь тяжелее. А, может быть, попробовать прокачать по фамилии бабушки. Но бабушка была мамой мамы, поэтому фамилия у неё была не Стрельникова. Тоже плохо. Какой же там был номер дома?" Тут его осенила мысль, что он чётко запомнил номер квартиры бабушки Лены, это был номер 32, столько, сколько лет было Ивану в том году. "Посмотреть бы на карту этой улицы. Да, мы не ищем лёгких путей. Бог ты мой, времени-то уже полтретьего ночи, а у меня ни в одном глазу." Левантовский достал карту Москвы, расстелил её на полу и стал ползать в поисках Изумрудной улицы. Да, на карте понять расположение домов и дворов было крайне тяжело. Тем более, что за восемнадцать лет он больше никогда не был в том районе, память была не чёткой, многое уже стёрлось. «По-моему, бабушкин дом стоял где-то чуть вверх по улице по отношению к дому Маши и Лены. Так, проверим, какой номер дома Лены, тридцать первый, поэтому по логике дом бабушки может быть либо тридцать пятым, либо тридцать седьмым, либо тридцать девятым. Рискнём.»

Иван набрал название улицы и стал подбирать номер дома к тридцать второй квартире, корпус в этой базе не требовался, да он его и не вспомнил бы. Лишь бы напротив имени вероятной бабушки стояла дата рождения, потому что кое-где эти данные были пропущены. Манипуляция с домом номер тридцать девять выдала на экран заветную запись: Сергеева Надежда Васильевна 1921 года рождения. Точно, это она, бабушку звали именно так. Но почему больше в базе нет никого. Это катастрофа. Говорить с бабушкой Левантовский просто боялся, а как искать Марусю он теперь не знал совсем. Может быть, эта база старая. Но Наташка уверяла, что обновление было сделано в этом году. Позвонить бабушке? И что он ей скажет? "Это я Иван, помните меня, я совращал Вашу внучку восемнадцать лет назад." И бабушку тут же хватит сердечный приступ. Тем более, что женщине уже восемьдесят пять лет. Не годится. Ладно, надо поспать хотя бы три часа, а завтра набраться смелости и всё же позвонить по этому телефону, может быть, там живёт кто-то ещё.

***

А на следующий день Левантовского вызвал руководитель министерства и объявил, что в октябре этого года решено отправить Ивана Николаевича Левантовского на работу в представительство ООН советником по экономическим вопросам от СССР в город Вену вместе с женой и дочерью. Продолжительность командировки – четыре года. Командировка в Австрию. Об этом можно только мечтать. А раз будет положено начало загранпоездок, то при хорошем раскладе можно будет лет на десять – пятнадцать забыть про родную страну. Тем более, что первая страна была вполне солидной. Все очень складно получалось, именно то, к чему Иван шёл все эти годы. И в данном случае уже не столько тесть повлиял на эту командировку, сколько само руководство министерства было заинтересовано в своём человеке, умном, толковом и гибко мыслящем в такой международной организации. И всё это стало известно тогда, когда он почти объяснился с Леной.

Глава 8

Теперь всё его сознание занимал подготовительный период перед отъездом, Ольга будет в восторге, Маришка вообще будет летать на крыльях. Четыре года, это целая вечность. Как же быть с Леной? Теперь Левантовскому было уже как-то не важно, как на это отреагирует Лена. Он пребывал в эйфории, да, страсть, Лена, милая и нежная, но, по сути, ещё же ничего толком не было. Не рушить же свою карьеру из-за мимолётного увлечения школьницей. Значит судьбой ему предначертано жить с Ольгой. Да, на самом деле, у них семья, дочь, прочная основа под ногами, наверное, надо думать о деле. Пусть этот роман с Леной будет светлым пятном в его жизни. Ещё некоторое время поразмыслив, Иван решил пригласить Лену в ресторан и там всё ей рассказать. Но как-то сразу навалились дела, закрутилось, завертелось, он звонил Лене всё реже и реже, встретиться больше не получилось, пролетел август, за ним – сентябрь. Двадцать третьего августа Лена отмечала своё совершеннолетие, Иван ограничился звонком, ссылаясь на бешеную загрузку.

Подготовка к отъезду в Австрию шла полным ходом, Иван с семьёй заполняли кучу анкет, форм, дело это было муторным, но вместе с тем довольно приятным, зная, для чего делается вся эта рутинная работа. Поглощённый своей работой, Левантовский всё реже и реже вспоминал о своей малышке. Отъезд был назначен на двадцать восьмое октября. А он так и не встретился с Леной и не сводил её в ресторан. Надо сделать это, как можно скорее, сбросить камень с души. Что же делать, если обстоятельства складываются таким образом. Как-то Иван задержался на работе и решил оттуда позвонить Лене, к телефону подошла Маруся.

- Здравствуй, Машенька. Это Левантовский. Как вы там без меня? – Иван был в своем репертуаре, весел и остроумен.

- Привет. Живы пока. А ты куда пропал? Мы уж думали, что ты куда-то уехал. Тебе Ленку? – Маруся не стала долго рассусоливать и позвала сестру. Лена, как будто знала, кто это звонит, и через секунду уже схватила трубку. - Алло. Здравствуй, Ванечка. Я так соскучилась. Когда мы встретимся? – Лена выпалила всё разом, наболевшее у неё на душе, что даже не дала Левантовскому вставить слово.

- Здравствуй, Малыш! Я совсем замотался, прости меня паршивца. Я звоню тебе как раз для того, чтобы пригласить завтра в ресторан. Как тебе это предложение? Я заеду за тобой в шесть вечера, ты не занята? - Здорово! С удовольствием. Целую, приезжай скорей. До завтра. – Лена была рада до одурения, она ещё не догадывалась, что ей собирался сказать любимый.

***

Левантовский лёг на диван, укрылся пледом, но заснуть никак не мог. Перед глазами стояло лицо Лены, а в ушах звенел молодой бархатный голос Сергея. Проворочавшись ещё с час, Ивану всё-таки удалось уснуть. Засыпая, его осенило, что завтра будет суббота и никуда спешить не нужно. Главное, позвонить в квартиру Надежды Васильевны.

Спал он беспокойно и нервно. Бока затекли, пару раз сводило ногу. Проснулся он в семь утра, к сожалению, звонить было ещё рано. Он пошёл на кухню, сварил себе кофе, включил телевизор, тупо попереключал все сто пятьдесят каналов. Потом уселся в кресло, убивая время, пока часы не показали десять часов. Теперь можно рискнуть и позвонить. Дрожащей рукой Иван набрал номер телефона квартиры Лениной бабушки, к телефону долго не подходили. Он нажал на сброс и набрал снова, через два гудка трубку сняли, ответил приятный женский голос. Неужели это Лена? Что-то ёкнуло у него в груди, но полной уверенности на этот счёт у Ивана не было, поэтому он решил начать разговор постепенно.

- Здравствуйте. – Больше пока он говорить не хотел, пока не поймёт, как среагируют на это приветствие на том конце провода.

- Алло, я вас слушаю. – Теперь сомнений не было, это была Маруся. Можно поговорить, если б подошла Лена, Иван, наверное, бы, положил трубку.

- Мария Владимировна? – Иван начал издалека.

- Да. А кто это? – Она не узнала, кто звонил, поэтому резонно поинтересовалась этим.

- Маш, привет. Маруся! Это Иван Левантовский. Помнишь такого? – Иван не знал, как начать этот разговор, поэтому вывалил всё, что было на уме. Он уже ждал самых крепких выражений и даже инстинктивно втянул голову в плечи.

- О-па! Ну и ну! Хотела бы забыть, да не получается. Привет. Какими судьбами? – Маруся была в своём репертуаре. – По старой привычке решил набрать?

- Радость моя, на самом деле мне столько нужно сказать вам с Леночкой, но я боюсь, что она не захочет меня видеть и слышать. Мы можем с тобой встретиться?

- Встретиться-то можем, но я не знаю когда. У нас бабушка тяжело заболела, нужно переводить её в хорошую больницу, сейчас мы все этим заняты. Она уже старенькая, поэтому никто не хочет возиться с восьмидесятипятилетней старухой. Так что, сначала закончу с бабушкой, а потом всё остальное. Тебе крайне повезло, что ты меня застал здесь.

- А я думал, что ты теперь живёшь здесь. – Прикинулся Иван. – Лена ведь живёт в квартире родителей?

- А ты осведомлён неплохо. Да, Лена проживает там. А что это она тебя так снова заинтересовала? Нет бы, тебе появиться лет десять-двенадцать назад. А сейчас всё и так в полном порядке. Серега вырос, наверное, уже выше тебя будет. – Маруся говорила с напором, остановить который было непросто.

- Маш, а Серёга – это сын Леночки? – Левантовский дрожащим голосом попытался выяснить главную загадку своей жизни.

- А то! И тебя, между прочим, горе-папаша. В данном случае даже анализа ДНК делать не надо, сходство налицо! Только он этого не знает, слава Богу. Ему сказали, что его папа был дипломатом и погиб в Афганистане при выводе войск до его рождения. Так что, у Сергуни в сознании героический папа, совершивший подвиг. Напрягаться не стоит. – Маша получала истинное удовольствие от троллинга Левантовского.

- Этого не может быть… Серёжа – мой сын? Лена ведь говорила, что ребенка не будет. Почему она ничего мне сказала? Я – подлец… - Левантовский стал заикаться и бубнить что-то невнятное себе под нос.

- Это, по-твоему, не может быть, а на деле есть Серёжа, Ленкин сын и мой любимый племянник. То, что ты – подлец и сволочь, в этом никто не сомневается. Слушай, а что ты вообще звонишь? – Голос Маруси стал совсем неприветливым. – Решил через восемнадцать лет воссоединиться с внебрачной семьёй? Во цирк! Вань, раньше ты был более оригинальным.

- Маша, давай встретимся и поговорим. Не добивай меня окончательно. Я и так повергнут и растоптан.

- Ладно, достал ты меня. Только из уважения и безграничной любви к Сергуне. Приезжай в бабушкину квартиру в шестнадцать сегодня. Помнишь дорогу, жених? Пока. – Не дожидаясь ответа, Маша бросила трубку.

Глава 9

Левантовский решил сводить Лену в ресторан «София» на «Маяковке». Это теперь полно разнообразных питейных заведений, пивных, пиццерий и пабов, а раньше поход в ресторан мог себе позволить далеко не каждый, да и ресторанов было раз, два и обчёлся. Он заехал за ней ровно в восемнадцать. Лена вся сияла от радости, она была счастлива от того, что снова рядом с любимым человеком. Неужели они скоро будут вместе.

Иван думал совершенно о другом, глядя на Лену. Ему было горько, потому что им придётся расстаться, в то же время он не переставал любоваться ею. Надо скорее объясниться, чем скорее он это сделает, тем более безболезненно пройдёт это у неё. У ресторана стояло много машин, тем не менее, Левантовский ловко припарковал свой «Опель», галантно помог Лене выйти из машины и, поддерживая её за локоть, повёл к входу.

Он забронировал уютный столик на две персоны у окошка. Иван позвал официанта и заказал шампанского. Лена сияла от счастья, она так долго ждала встречи с Иваном после долгого перерыва. Принесли два красивых хрустальных фужера и бутылку французского шампанского, что в то время было абсолютно непозволительной роскошью. Они молча смотрели друг на друга.

Левантовский сидел и думал, что есть последний шанс именно сейчас решить свою судьбу, либо сказать Лене, что им надо расстаться, либо просто сделать ей предложение. Что же будет решающим фактором. Ага, Иван посмотрел на арку входа в зал, где они сидели. Если войдёт женщина – сделаю предложение Лене, если мужчина – придётся объясниться и расстаться. Через несколько секунд в арке появился лощёный мужчина в шикарном сером костюме. Ну, вот и всё, значит, так тому и быть. Он взял в руки кисть руки Лены и нежно поцеловал её.

- Малышка, как твои дела? Как учёба? Я так соскучился. – Иван начал говорить совершенно отвлечённым тоном, как будто он не собирается говорить о чём-то неприятном для своей собеседницы.

- Учёба – нормально. А без тебя скучно. Так жаль, что мы перестали встречаться. У тебя сейчас много работы? - Нотки грусти преобладали в речи Лены.

- Да, меня решили задействовать в нескольких международных программах. И ещё… я хотел тебе сказать… - Иван на мгновение остановился, как будто, споткнулся, но решил не медлить и сказать эти слова как можно быстрее. -… Что двадцать восьмого октября меня направляют в командировку в Австрию. Я буду служить в представительстве ООН советником по экономическим вопросам. Я даже не ожидал, что так всё обернётся.

- Здорово, поздравляю. Я же знала, что ты у меня – умница! Но ты же скоро вернёшься, правда? – Лена улыбалась и искренне радовалась успехам своего любимого. – Когда ты вернёшься домой? Не на десять же лет тебя туда отправляют?

- На четыре года. Я еду туда с семьёй. Это одно из главных условий. Мы не увидимся четыре года. Леночка, солнышко, мне очень хорошо с тобой, но я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня. Ты молодая, тебе всего восемнадцать лет. Ты же не будешь сидеть, и ждать меня четыре года? Зачем тебе мучить себя и тратить свою молодость и красоту? – Иван пытался уговорить её не делать ошибки, но, похоже, это было бесполезно.

- А почему бы и нет? Подумаешь четыре года. Бабушка деда с войны тоже четыре года ждала и дождалась. А у неё ситуация была гораздо сложнее. А ты ведь будешь приезжать в отпуск? – Лена не понимала, какие могут возникнуть сложности. Либо просто Левантовский не хотел, чтобы она его ждала.

- Солнышко, ты должна понимать, что, находясь в командировке в капиталистической стране, я буду также находиться под неусыпным контролем наших особых служб, поэтому все мои связи вне семьи будут фиксироваться и у нас обоих возникнут неприятности. Поэтому я хочу ещё раз тебе сказать спасибо за то блаженство, которое ты доставила мне. Прошу, дорогая, не обижайся на меня, видишь, как складывается жизнь. Иван достал из кармана маленькую бордовую коробочку и протянул Лене. Она открыла её и увидела изящный комплект: серьги и колечко с маленькими осколочками бриллиантов.

- Спасибо. Честно говоря, не ожидала, что ты для этого приведёшь меня в этот шикарный ресторан. А я тоже хотела сказать тебе одну важную вещь. Ваня, я беременна, у меня от тебя будет ребёнок. Шесть недель. Вот как оно вышло. Но тебе это уже не интересно. Что ж, прощай, мне тоже было с тобой очень хорошо, жаль, что не долго. Она хотела встать, но Левантовский вскочил и мягко усадил её обратно.

- Почему ты раньше мне об этом не сказала? Почему?

- А что, если бы я тебе сказала об этом вчера, ты бы отменил командировку? Я сама ходила к доктору вчера вечером. – Лена грустно посмотрела Ивану прямо в глаза, её глаза медленно наполнялись слезами, но плакать не хотелось, не хотелось кричать и умолять его остаться. Он уже принял для себя решение, было видно, что Иван готовился к этому разговору. Естественно, он не променяет перспективную международную карьеру на любовь и младенца вчерашней школьницы. Всё, надо прощаться и уходить. Лену начинало подташнивать, то ли от услышанного, то ли от жалкого вида её недавнего пылкого любовника.

- Лена, ещё не поздно всё исправить. Я найду тебе врача, хочешь? У меня столько связей в медицинском мире. Я позвоню в Четвертое управление, там прекрасные специалисты. Зачем тебе усложнять свою жизнь, у тебя ещё всё будет замечательно. Ну, пойми же ты, я не могу не ехать в эту проклятую командировку. – Ещё чуть-чуть и Левантовский был готов заплакать.

Лена удивлённо смотрела на Левантовского, ещё недавно он был готов бросить всё и ринуться в омут счастья вместе с ней. А тут она говорит о том, что уже скоро появится малыш, их ребёнок, а для Ивана важнее какая-то командировка. Значит, он всё врал ей тогда, пудрил мозги, Господи, как противно и гадко.

- А значит пойти на то, что я рожу ребёнка и буду ждать твоего возвращения, ты не можешь. Ты наигрался, тебе нужны новые высоты. Ты теперь - птица высокого полёта, понимаю. Ладно, уговорил, действительно, я не буду оставлять этого ребёнка, зачем он будет всё время напоминать о тебе. Мы же больше никогда не встретимся. Прощай, желаю успехов в твоей интернациональной деятельности. Чао, бамбино! Только больше не звони мне и не ищи меня, считай, что я умерла. А то вдруг у тебя из-за меня ещё возникнут трудности с конторой глубокого бурения, да и я не хочу светиться в этой организации. Привет семье, Ванюша. – Лена встала из-за стола, подошла к Левантовскому на прощание чмокнула его в лоб и ещё раз посмотрела на него смеющимися, но влажными от надвигающихся слёз глазами.

Иван не смог её остановить, он сидел, как побитый и смотрел вперёд в одну точку. Лена подошла к официанту и изящно вручила ему бордовую коробочку со словами: «Подарите своей девушке!» Пока она не скрылась из вида, официант стоял с открытым ртом и не знал, как на всё это реагировать. За окном стоял октябрь 1988 года.

Глава 10

Ровно в шестнадцать Левантовский стоял у двери квартиры Надежды Васильевны. Он очень волновался. Во-первых, было очень интересно посмотреть на Марусю, во-вторых, было страшно и ужасно стыдно. Но ещё страшнее было жить все эти годы, и он нажал кнопку звонка. Маша быстро открыла.

Такое впечатление, что виделись они, буквально, вчера и не прошло восемнадцати лет. Маруся была такая же эффектная и соблазнительная, всё те же пепельно-русые слегка вьющиеся волосы, смеющиеся голубые глаза, точёная фигурка. Может быть, взгляд стал более серьёзным, а так, Иван очень порадовался, что время не властно над красотой.

Левантовский протянул ей букет розово-салатовых роз, которые назывались «Зелёное яблоко». Цветы дарить он умел. Маша взяла букет.

- Ну, здравствуй, родственничек. Не разувайся. – Маша пошла в комнату в поисках вазы. – Проходи на кухню.

Левантовский огляделся. Да, здесь всё осталось практически таким же, как было восемнадцать лет назад. Кое-что, конечно, поменялось, но, в целом, квартира была той же, где им с Леной так недолго, но было так хорошо.

Иван зашёл на кухню, достал из пакета бутылку «Шато Бриньон» и коробку каких-то дорогущих конфет. Маша поставила розы в вазу и тоже зашла на кухню.

- Ну, мы в своём репертуаре. Вино французское, конфеты бельгийские. – Маруся вынула из ящика штопор и протянула его Левантовскому. Затем достала два стеклянных бокала. Иван ловко выкрутил пробку и разлил вино в бокалы. Они молча пригубили. Первой заговорила Маруся.

- Божественно. Ты оттачиваешь мастерство угождать дамам. Ну, рассказывай, что привело тебя сюда? Зачем мы тебе понадобились через столько лет забвения? – Маша ещё сделала глоток и взяла из коробки конфету.

- Марусь, сказать хочу много, только не перебивай, пожалуйста. Я вчера видел Лену. Из окна. Она приехала на маленькой салатовой машинке с маленьким мальчиком. Я сначала не поверил глазам, но потом выяснил, что это была она. У Лены есть ещё ребёнок? – Левантовский говорил очень неуверенно, ему казалось, что стоит ему только замолчать, Маша набросится на него и станет припоминать все его старые грехи. Маруся могла хорошенько «отделать» словами, он это знал, поэтому заранее готовился и ждал.

- А что же ты к ней не подошёл, испугался? Да, это была она. Они с Васей ездили к бабушке в больницу. Вася – мой сын. Удовлетворил любопытство? – Мария бросила на Ивана презренный взгляд.

- Я не мог к ней подойти, я увидел её из окна офиса… Через бинокль… - Левантовский покраснел.

- Да ты что! А ты у нас ещё и извращенец. Из бинокля за людьми следишь? – Маруся от души расхохоталась.

Левантовский сгорал от стыда. Пятидесятилетний мужчина, успешный бизнесмен, человек, у которого было почти всё для счастья, сидел и краснел перед сестрой женщины, которую он когда-то очень сильно обидел и теперь уже вряд ли сможет вымолить прощение.

- Марусь, расскажи мне про Серёжу. Какой он? Честно говоря, я всегда мечтал о сыне.

- Серега – отличный парень, поступил в этом году в МЭСИ, школу окончил на четыре и пять. Очень похож на Ленку, слава Богу, хотя есть и твои вкрапления. Когда он начинает бузить, я ей всегда говорю, что это дерьмо Левантовского в нём закипает. Что уж тут поделаешь, гены пальцем не раздавишь. Честно скажу, растить ей его было непросто одной, все помогали. Ничего, вырос парень и без богатого папаши. И не дурнее твоей, которая, как сыр в масле каталась с рождения. Так что, можешь задним числом перевести на счёт Сергея кругленькую сумму для поддержания штанов. Можешь квартирку ему прикупить, скоро пора отселять. – Маша не унималась.

- Я бы с удовольствием, честное слово. Я так виноват перед Леной и Серёжей. Лена, наверное, не захочет со мной говорить?

- А кто её знает? Столько времени прошло, может быть, уже и соизволит. А о чём ты хочешь с ней поговорить? Что у вас общего? Ты не вылезал из заграницы, она мыкалась одна с ребёнком, не устроила свою личную жизнь. Зато сына нормального вырастила, доброго и порядочного.

- Я же предлагал ей помощь… тогда… она отказалась… - Левантовский начал тихо-тихо говорить, проглатывая слова.

- Тоже мне, герой. Предложил помощь по прерыванию беременности. Мил друг, на это много ума не надо, умеючи. У нас бабка – акушерка, у неё своих связей хватало. Только нельзя было Ленке аборт делать, угроза была там по удалению матки. Не всё так просто в этой жизни. Кто-то пятнадцать сделает и хоть бы хны, а кому-то и одного достаточно. Ладно, что загрустил, наливай. – Маша решила сбавить темп наезда на Ивана, уж больно жалкий был у него вид.

- Да, Маш, я хотел вот что сказать, только не отказывайся сразу. Ты говорила, что у вас проблемы с бабушкой. Могу я чем-то помочь? Я позвоню в ЦКБ, и её примут без звука в любое отделение. Что у неё болит? – Иван умоляюще посмотрел на Марусю, лишь бы она не послала его подальше.

- У неё камни в почках, дикие боли, вроде, лежала в нормальной клинике, не бесплатно, но, говорят, что возраст, боятся делать комплекс процедур, думают, не выдержит. Так, на сильных анаболиках сидит, потихоньку что-то делают, но не видно, чтобы был мощный эффект. В принципе, если поможешь, станешь в моих глазах немного лучше, в данном случае гордость не уместна. – Разговор перешел в деловое русло. Левантовский ликовал, он лихорадочно стал нажимать кнопку поиска в записной книжке мобильного телефона, чтобы найти телефон главного врача первого терапевтического отделения. Через него без проблем можно выйти на урологию, договориться с перевозкой, в общем, Иван был спокоен насчет качества оказываемых услуг одной из лучших больниц страны. Даже если Лена не захочет его видеть, ему станет немного легче, потому что он хоть как-то смог ей помочь.

- Спасибо, Вань, это будет очень кстати. Запиши мой номер телефона для связи. – Маша быстро написала номер мобильного на небольшом листке бумаги с рекламой каких-то модных витаминов. – Ты сам мне позвонишь, или мне тебя найти через пару дней?

- Марусь, не волнуйся, я сейчас попробовал найти Михаила, у него в данный момент выключен телефон, видимо, он занят. Я максимально быстро найду его и договорюсь обо всём. Будьте готовы завтра-послезавтра. Ни о чем не беспокойтесь. – Левантовский погладил своей ухоженной рукой Машину изящную ручку. – Расскажи мне ещё о Лене.

Маша допила вино и нажала на кнопку электрического чайника. Что ещё рассказывать? Про то, как Ленка мучилась, узнав, что беременна и отвергнута любимым человеком. О том, что она под страхом смерти запретила Маше говорить о том, кто отец ребёнка. Как тяжело проходила у неё беременность, о том, что Лена не бросила институт и даже не оформила академический отпуск. Как они всей семьёй растили Серёжу.

- А что ещё ты хотел бы узнать? Время – лучший лекарь. Лена в полном порядке. Она – заместитель директора процветающей фирмы, женщина – в полном расцвете сил, у неё взрослый сын, красавец, умный, добрый, в личной жизни у Елены всё тип-топ. Так что лучше тебе не вмешиваться и не бередить прошлое. Фотографию Сереги я тебе покажу. Ради Христа, не лезь. Она и так достаточно натерпелась и из-за тебя, и из-за собственной глупости и неопытности. Никто не говорит, что только ты виноват в том, что Лена забеременела. В данном процессе половина заслуги и её. Но ты виноват в том, что сначала наобещал ей золотые горы, а потом просто забыл про неё в её горе и сбежал за море-океан. Если бы ты знал, как она боялась, что наш отец узнает, что ты - отец Серёги. Что он найдёт тебя и твоя карьера накроется медным тазом. Она, по-моему, успокоилась только года два назад. Всегда, когда я говорила ей о тебе, она вся светилась от любви к тебе. Только я сидела и мучилась от этого багажа знаний. А так хотелось взять свёрток с месячным Сергуней и прийти к тебе в министерство и сказать, мол, где тут ваш великолепный Левантовский? А у него, между прочим, сын на стороне родился. – Маша достала чашку и налила себе чая.

Глава 11

Иван Николаевич припомнил ещё один эпизод. Это был их последний разговор с Леной по телефону. После их встречи в ресторане, через пару дней он всё-таки решил ещё раз позвонить ей и предложить услуги хорошего гинеколога. Он очень хорошо помнил этот разговор. Такой он никогда не помнил Лену. Она кричала на него, сыпала самыми отборными ругательствами, говорила, что если он теперь не оставит её в покое, то она сообщит куда следует о том, что он изнасиловал несовершеннолетнюю. И чтобы он катился к чертовой матери в свою Австрию, чтобы он навсегда забыл её имя, телефон и адрес. А оказывается, она так повела себя для того, чтобы не навредить карьере Ивана. Да, знал бы он, как дальше обернётся его жизнь, он бы никогда в жизни не расстался с Леной.

Маша посмотрела на часы и дала понять, что пора собираться на выход. Но напоследок всё-таки задала этот непростой вопрос.

- Левантовский, только я до сих пор не пойму, а что ты снова так встрепенулся насчёт Ленки? У тебя же была такая суперская жена, тесть, всё схвачено? Вы что развелись? Или снова на молодых потянуло? Но сейчас в тренде возраст 20+, а не тридцатишестилетние. А что, у тебя бабки есть, сейчас девкам только деньги подавай, что хочешь для тебя сделают.

- Машенька, мы с Олей развелись уже восемь лет назад. Четыре года в Австрии прошли, как один день. Правда, я в основном, пропадал на работе, жена и дочь жили своей жизнью. Материально всё было замечательно, а морально было невыносимо тяжело. Во сне я периодически называл Ольгу Леной, она не могла понять, кто эта женщина, по-моему, она даже установила за мной слежку, но так и ничего не выяснила. Затем в девяносто втором мы вернулись в Москву, пробыли в России два года и снова собирались в командировку в Южную Африку. Уже к тому времени мы даже не разговаривали. Маришка экстерном закончила школу и поступила в МГИМО. Мы были вынуждены ехать в Йоханнесбург без неё, я, честно говоря, страшно этого не хотел, но Ольга упёрлась и заставила меня не отказаться от этой командировки. Прошло ещё четыре года. Сразу после возвращения домой, я подал на развод и параллельно заявление об уходе из министерства. Так, в сорок два года я начал жизнь сначала, купил себе квартиру, по счастливой случайности бывшие институтские друзья пригласили в свой бизнес, постепенно я стал им руководить. Вот такие пироги. – Иван достал из кармана белоснежный носовой платок и вытер пот со лба. – Поверишь ты мне или нет, но я действительно все эти годы хотел искупить вину перед Леной, а, узнав, о сыне и перед Серёжей. Поэтому я обязательно сделаю так, чтобы он никогда ни в чём не нуждался.

- Ну что ж, как говорится, оскорбляйте и купюрами покрупнее. Я думаю, что даже если Ленка соблаговолит с тобой пообщаться, больше не примет от тебя даже цветка. Но с помощью меня ты сможешь осуществить свой благородный поступок, только прошу тебя, не наломай больше дров, воспользуйся хоть раз своими аналитическими мозгами. – Маша быстро помыла посуду и пошла на выход.

На улице Иван предложил Марусе подвезти её, куда она скажет, но Маша отказалась, потому что направлялась к родителям.

- Так мы договорились? Жду звонка. – Маша помахала Левантовскому рукой и быстро пошла через дорогу.

Иван сел за руль, но не сразу понял, что ему надо делать. Разговор с Марусей, с одной стороны, дал ответы на много вопросов, висевших в воздухе, а, с другой, ещё раз доказал ему, насколько бессмысленна была вся его жизнь до вчерашнего дня. По крайней мере, теперь он знал, что ему делать. Надо было срочно связаться с ЦКБ и желательно завтра перевезти Надежду Васильевну в нормальное отделение. Затем он хотел поговорить с Леной. Теперь у него был шанс встретиться с ней в больнице и, скорее всего, там она не будет устраивать сцен. «Хотя, почему ты решил, что она должна устраивать сцены. Слишком много чести. Она просто пройдёт мимо и всё.» Левантовский упрямо разговаривал сам с собой и прогнозировал их встречу, пытался предвидеть всевозможные нюансы.

А что там говорила Маруся про личную жизнь Лены? Что там всё тип-топ. «А чему ты удивляешься? У такой шикарной женщины всегда куча поклонников, ты своими собственными руками задушил и уничтожил своё собственное счастье. Теперь ты знаешь, что у тебя есть взрослый сын. Но мальчику рассказали, что его отец погиб. Можно, конечно, заявиться к ним домой, дверь откроет Серёжа, сказать ему, что пришёл его родной отец. Кому от этого станет легче? Тебе, старому дураку, оттого, что ты рассекретился? А как на это отреагирует Сергей? Зачем травмировать психику юноши? Этим ты подпишешь себе смертный приговор, Маруся собственноручно придушит тебя. Нет, больше нельзя совершать необдуманные поступки. Надо начинать пользоваться головой. Ладно, надо звонить в ЦКБ, а там видно будет».

Дверь родительской квартиры Маруся открыла своим ключом. Однако и события развернулись сегодня. Сразу сказать об этом Лене или подождать. Маша скинула босоножки и босиком пошла на кухню. Проходя мимо большой комнаты, она краем глаза узрела, что в комнате кто-то есть. Войдя в комнату, Маруся увидела Лену, которая дремала в кресле, положив ноги на журнальный столик. Она как будто ждала Машу и сразу открыла глаза.

- Здорово, систер. Я сегодня пораньше, не могу больше работать, голова раскалывается. – Маруся подошла к сестре и чмокнула её в щёку. – Как там бабушка? Я завтра с утра к ней поеду.

Маруся села рядом на подлокотник кресла.

- Не торопись никуда ехать. Может так случиться, что завтра её перевезут в одно очень хорошее место. Состояние её стабильно тяжёлое, но, по крайней мере, хуже не стало. Где Серый? – Маша думала, как бы поудобнее рассказать сестре о событиях сегодняшнего дня и тянула время.

- Он пошёл гулять. Слушай, Мань, а к чему птица снится?

Маша с улыбкой посмотрела на сестру. Она всегда, что-нибудь да придумает.

- Не знаю. Загляни в сонник, а что там птичка у тебя во сне делала?

- Птица была такая красивая, с разноцветными пёрышками, она сидела на ветке большого дерева и пела. Я бы бесконечно стояла и смотрела на неё и слушала бы. Это было так волшебно. – Лена сладко потянулась и встала с кресла.

- Романтизм в тебе неистребим. Этим и живёшь, а то давно бы повесилась. – Маша не знала, с чего начать разговор, и тем сильнее её подмывало быстрее всё рассказать. – Лен, присядь в кресло, я тебе сейчас кое-что расскажу, только ты не волнуйся. – Маруся сразу же пожалела о сказанном, потому что лицо сестры моментально побелело, руки задрожали.

- Что случилось? Говори скорее. – Лену начало трясти.

- Прекрати психовать. Все живы. А то перевозку придётся уже тебе вызывать. – Маша резко успокоила Лену. В общем, полчаса назад мы расстались с Иваном Левантовским.

Эти слова заставили Лену буквально рухнуть в кресло. Лицо её вытянулось, губы задрожали. Мария ещё раз пожалела, что сказала об этом, но раз он нарисовался, то их встреча с Ленкой была неизбежна. Так лучше подготовить её к этому заранее.

Глава 12

- Как он тебя нашёл? Зачем? – Лена недоумённо смотрела на сестру.

- Как нашёл, это не так интересно. Сейчас столько путей и способов. Больше всего непонятен вопрос «зачем». Видимо, всё-таки не может жить без тебя. – Маша подошла к Лене и обняла её за шею. – Дуры мы бабы, какие же дуры. Вот снова ты про него услышала и пиши - пропало. На кой он снова на твоем горизонте?

- Что он хотел от тебя? Он в Москве? Я думала, что он живёт где-нибудь за границей. – Елена грустно вздохнула.

- Живёт он в Москве, у него крупный холдинг, за границей бывает регулярно. С женой развёлся восемь лет назад, живёт, вроде как, один. А нарисовался он потому, что увидел тебя с Васей из окошка своего кабинета. Этот извращенец рассматривает баб через армейский бинокль с тридцать пятого этажа своего здания. Да, он всегда был немножко того. – Маша фыркнула, покрутила пальцем у виска и решила выложить сестре полную информацию во всех красках, чтобы та сориентировалась и попыталась сделать собственные выводы по этому вопросу. – Потом он срисовал номер твоей машины, прокачал его по базе ГИБДД, убедился, что это ты, затем проштудировал телефонную базу, нашёл все наши телефоны. Один раз даже звонил сюда, но нарвался на Серёжу. Прикинь, этот придурок сначала думал, что Серж – это наш брат. Вот урод. Неужели он настолько примитивный? – Маша всплеснула руками и продолжала. – Тебе Сергей ничего не передавал?

- Постой, да, он мне что-то говорил, что звонил какой-то Андрей с работы. Я ещё удивилась. У нас вообще нет ни одного Андрея. Честно говоря, я как-то пропустила мимо ушей это сообщение. Так, это был он. – Лена задумалась, теперь она сидела и смотрела в одну точку.

- В общем, Серёжа, похоже, назвал тебя мамой, в связи с этим Ваня встрепенулся ещё сильнее. Он сначала подумал, что Вася – твой сын. Простейшее! Что вижу, о том и пою. Если женщина с ребёнком, то ребёнок однозначно её сын. Если у мужчины и женщины одинаковое отчество, то они железно брат и сестра. Как таких в министерствах держат. Или там вообще одни тупицы сидят. – Машу начало распирать от ненависти. – Вот. Потом он начал искать меня. Но я задачку ему усложнила, сменив фамилию. Тогда этот Шерлок Холмс начал высчитывать, в каком доме может жить бабушка. Тупой-тупой, а вспомнил, что бабушкин дом через дорогу от нашего. И, представляешь, даже номер квартиры запомнил. В общем, отыскал он телефон бабки, в этих грёбаных базах теперь даты рождения пишут. Наверное, употел в поисках утраченного. Ну и, как ты уже догадалась, он всё-таки решился туда позвонить и на его счастье застал меня там. Всё. – Маша закончила и плюхнулась во второе кресло.

- А сегодня вы встретились? – Лену снова начало серьезно колотить.

- Да, я сказала, чтобы он приезжал к бабуле на квартиру, честно говоря, видеть его харю мне не доставило массу удовольствий, но это сделать было надо. Я очень боялась, что он начнёт действовать напрямую, а у тебя слабые нервы. Короче, я в очередной раз взяла огонь на себя. – Маруся закинула ногу на ногу. – Ваня хоть и постарел, но репертуарчик не меняет. Цветы, вино тысяча восемьсот затёртого года, конфетки из дьюти фри. Всё пытал меня о тебе, как ты, с кем ты, когда узнал, что Серёжа – его сын, чуть не умер от страха и счастья одновременно. Я его успокоила, сказав, что Серый живёт с мыслью, что его папа пал смертью храбрых, и претендовать на его виллу на Карибах мы, так и быть, не будем. – Теперь характер рассказа Маши принял саркастический оттенок, и она сама получала от этого бешеное удовольствие.

- И до чего вы договорились? – Гортань у Лены сжалась, и говорить становилось сложнее.

- Главное, это то, что он обещал перевезти бабулю в ЦКБ. Конечно и естественно Левантовский мечтает увидеть тебя и познакомиться с сыном. А так, жизнь продолжается, систер. Что нам теперь Левантовский со своим министерством, мы теперь и сами с усами. Ну что скажешь?

Лена сначала, как будто, напряглась, вытянулась в струнку, а потом наоборот вся обмякла и откинулась на спинку большого и удобного кресла.

- Знаешь, Мусь, пока ты всё рассказывала, я раза три пережила свою прошлую жизнь с ним, ещё раз полюбила его, потом ещё сильнее возненавидела, потом снова. А теперь, ты знаешь, кроме пустоты и дырки от бублика не осталось ни-че-го. Всё-таки столько времени прошло, и всё это было абсолютно без него. Я не представляю, как пройдёт наша встреча, но больше склоняюсь к тому, что бурных эмоций она у меня не вызовет.

- Ты, мать, не зарекайся, но сразу тебя предупреждаю, что он довольно сильно изменился и не в лучшую сторону, брюшко, мешочки под глазами, наметившаяся плешь. Плюнь ты на него. Поможет с бабкой, и на том спасибо. Мало он, что ли тебе нервов вымотал? Скучно стало? У тебя же есть Лёшка, и, слава Богу. Зачем тебе этот старый хрыч? Это тогда было прикольно, тебе восемнадцать, ему тридцать два. А сейчас, тебе ещё тридцать пять, а ему уже пятьдесят. Всё, проехали. – Маша была настроена решительно.

- Да, ты права. Всё прошло. Серёжа вырос без отца, а сейчас что-то придумывать, наверное, нет смысла. Я думаю, что и не надо ему говорить, что это его отец, вдруг нашёлся в горном ущелье с контузией, и только что к нему вернулась память. Даже если они встретятся, не надо ничего рассказывать. Так будет лучше для всех, правда, Марусь? – Лена умоляюще посмотрела на сестру, было ощущение, что как скажет Маша, так она и поступит, но Маша на удивление поменяла линию.

- А с другой стороны, почему Серёжа должен терять свое наследство? Сама посуди, ты мыкалась почти двадцать лет, не досыпала, не доедала, сколько нервов потратила, садик, школа, институт. А он отдыхал в Европе и ЮАР, какой молодец. Нечего, пусть поделится с сыном. У его Маринки бриллианты отовсюду сыплются. А я тебе хочу сказать, что он обмолвился о том, чтобы загладить свою вину перед сыном. Только не прыгай до потолка и не отрицай всё необдуманно. Господь велел делиться, и засунь свою гордость поглубже. Подумай о сыне, если тебе ничего не нужно, то хотя бы через столько лет, постарайся обеспечить своему ребёнку безбедную жизнь руками его недоделанного папаши. – Марусю снова потянуло митинговать. – В общем, я жду от него звонка, как только он даст сигнал, едем к бабуле и перевозим её в ЦКБ, он обещал организовать всё без сучка и задоринки. Дадим парню последний шанс исправиться. – Маша ещё раз обняла Лену и стала собираться домой.

Дверь за Марусей закрылась и Лена осталась в квартире одна. Она пыталась окончательно переварить услышанное, но у неё это плохо получалось. Боже, Левантовский нашёлся, через восемнадцать лет. Что же его заставило сделать это? Ведь Лена уже почти привыкла к тому, что его больше нет в её жизни. Наверное, изначально связь с Иваном не предвещала ничего перспективного, но мы, к сожалению, учимся на своих ошибках, порой очень грубых. Зато у неё есть Сережка, славный парень, который, конечно же, постоянно напоминает ей об Иване. Может быть, потому что Левантовский не воспитывал сына, Сергей не уловил его интонаций и особенностей поведения, но походка, некоторые жесты были исключительно от отца.

Глава 13

Лена заплакала. Хорошо, что никого не было дома. Она не хотела, чтобы её утешали. Маруся и так нянчилась с ней все эти годы. Лена была очень благодарна сестре за поддержку и помощь. Когда у Маруси появился парень с серьёзными намерениями, Лена молила Бога, чтобы у сестрёнки всё сложилось. У их отца на работе появилась возможность захватить последнюю волну кооперативного строительства жилья, Лена настояла, чтобы эту квартиру оформили на Машу. Маруся сначала сопротивлялась, но Лена сказала, что уже наломала дров и хочет, чтобы у сестры было нормальное начало семейной жизни. Внесли первый взнос, помогли родители Фёдора, будущего мужа Маруси, потом постепенно расплатились. Ребята переехали в отдельную квартиру, родился Вася.

У Лены долгое время не складывалась личная жизнь. На какое-то время она закрылась от внешнего мира, и не пускала туда никого, кроме самых близких. Не то, чтобы не было кандидатов и ухажёров, просто она настолько тяжело переживала их разрыв с Иваном, что не могла представить себе, как это может быть с кем-то ещё. Она училась, работала, воспитывала сына, закончила аспирантуру, защитила диссертацию. Родители помогали ей во всём. Она не переставала думать о Левантовском. Ей постоянно казалось, что он где-то рядом. Она видела его двойников в толпе, Лена понимала, что человек его уровня не ездит в метро, более того, его вообще нет в стране, но она периодически видела его рядом. Ей так хотелось сказать ему о сыне, что он родился здоровеньким и красивым, что она так соскучилась по нему. А он всё не появлялся и не звонил. Неужели Иван совсем забыл её? Неужели он ни разу не был в Москве? НЕУЖЕЛИ он так боится, что его звонок ей станет достоянием спецслужб? Получалась какая-то ерунда, кому была интересна какая-то Лена Стрельникова. Просто Иван Левантовский стёр своё мимолётное увлечение навсегда из памяти.

А теперь он появился и желает увидеться. Лена не представляла, как ко всему этому относиться. Уже два года её сердце было занято Алексеем, и она ничего не хотела менять. Лена жила на два дома, Лёша постоянно уговаривал её переехать к нему, но она разрывалась между сыном и любимым мужчиной. Теперь Сергей взрослый, поступил в хороший вуз, парень вполне самостоятельный, дедушка с бабушкой были совсем не против, чтобы внук продолжал жить с ними. А Лену они наоборот всеми силами выпихивали к Алексею. Они уже насмотрелись на её страдания и мечтали, чтобы дочь хотя бы на четвертом десятке обрела счастье с любимым мужчиной. И вот, буквально несколько дней назад Лена и Лёша пришли к общему мнению, что пора воссоединяться окончательно. Параллельно Леша периодически поднимал вопрос о совместном ребёнке. У него был сын от первого брака, к Серёже он относился, как к родному, но всё же мечтал и о Ленином малыше. Лена как будто пропускала эти разговоры мимо ушей, но заметила, что в последнее время они стали всё более настойчивыми.

Она не была против второго ребёнка. Тем более такого, который бы родился при нормальном отце. Слава Богу, тогда хватило ума не сделать аборт, поэтому по женской части противопоказаний не наблюдалось. Оставалось только решиться. И тут снова в её жизни появляется Иван Левантовский. Что же это за дьявол? Почему его принесло именно сейчас, когда она почти забыла его? Ведь он не успокоится, пока не встретится с ней, пока не познакомится с Серёжей. Больница для бабушки – это только предлог, он теперь начнёт её преследовать. Лена вскинула руки вверх, потянулась и жалобно застонала. Что теперь со всем этим делать? А как она боялась испортить ему карьеру тогда. Как папа пытал её, кто отец ребёнка. А теперь этот «ангел» снова здесь. Главное, не нервничать и думать о хорошем. Удивительно, что у него хватило ума не разговаривать с Серёжей и не искать её более настойчиво. «Как же пройдёт эта встреча? Хоть бы выдержать. Не дай Бог вспыхнут старые чувства, я этого очень боюсь и очень этого не хочу…»

Несмотря на то, что Надежда Васильевна была в таком возрасте, когда в нашей стране в медицинских учреждениях просто в прямую игнорируют и рекомендуют не отнимать драгоценное время специалистов, Иван Николаевич устроил всё так, что её приняли по самому высшему разряду, положили в отдельную палату, с телевизором и кондиционером. В день переезда в ЦКБ с бабушкой была Маруся, Лена либо не смогла, либо сделала вид, что не смогла. Иван очень расстроился, потому что он надеялся скорее увидеться с ней. Оставалась надежда на то, что она приедет навестить бабулю. «Господи, зачем же я всё это затеял? Но хотя бы увидеть её поближе, неужели всё кончено?"» В голове звучали слова Маруси, чтобы он не лез. Нет, очередной депрессии Лены Маруся ему не простит.

Иван и теперь боялся звонить Марусе и что-то спрашивать о Лене. Маша достаточно популярно дала ему понять, что не нужно проявлять излишней инициативы. Было видно, что их общение не доставляло ей удовольствия. На миг Левантовский представил Машу на месте Лены. Нет, она бы не совершила ошибки, Маруся в первую очередь жила разумом, а не чувствами. Ну почему же тогда он так глупо потерял Лену? Этот вопрос он фанатично прокручивал в своём воспалённом мозгу. Почему он тогда так резко всё обрубил? Ведь гипотетически он хотел, чтобы Лена родила ему ребёнка, но тогда, пребывающий в эйфории, он боялся любой помехи перед ответственной заграничной командировкой. Он сам во всём виноват, сам испортил жизнь самой прекрасной женщине на свете, и теперь вряд ли сможет вымолить хотя бы прощение. А на самом деле хотелось, конечно же, другого. Но надо быть полным идиотом, чтобы даже об этом мечтать. После всего, что было рассчитывать на то, что Лена примет его к себе обратно, было бы верхом кретинизма. Тем более, Маруся говорила, что личная жизнь Леночки вполне устроена.

Левантовский поймал себя на том, что его не интересовали никакие другие женщины. В его жизни была жена Ольга, к которой сначала он испытывал чувство супружеского долга, благодарности, а потом глубокой ненависти, секс с Ольгой был не более чем запланированным мероприятием их семейной жизни. Теперь это к счастью закончилось. Потом появилась Лена и затмила всё. После развода с Ольгой у Ивана было несколько очень случайных связей, даже с несколькими дорогими проститутками, но ничего кроме отвращения от этого он не испытал. Он старался представить вместо них Лену, но от этого несовпадения тошнило ещё больше. Видимо, это явилось некоторой божьей карой за все его прегрешения. Со временем, потребность в женщине у Левантовского стала пропадать, он был поглощён работой, новыми проектами, старался уработаться до изнеможения, чтобы не возникало даже мыслей на эту тему. До тех пор, пока он снова не увидел Лену. С её появлением все внутренние ресурсы как будто мобилизовались, активизировались и неистово полезли наружу. Теперь самым заветным его желанием было хотя бы увидеть её близко, взять за руку, если она позволит, снизойдёт до разговора. И не потому, что гордячка, а потому что имеет самое полное право всего этого не позволить по вполне объективной причине.

Противоречивые чувства переполняли Лену в день, когда перевозили бабушку из одной больницы в другую. В одной стороны, ей очень хотелось помочь сестре, побыть рядом с бабушкой, а с другой, она боялась встречаться с Иваном, она не знала, чем может закончиться эта встреча. Лена нарочито накручивала себя, что он мерзавец, предатель, ничтожество и самое недостойное существо во всём мире, отгоняла от себя мысли о том, что когда-то это был самый лучший мужчина в её жизни, её первая настоящая любовь. Но всё также при мысли о Левантовском у Лены начинала кружиться голова и душа начинала взмывать высоко-высоко.

Глава 14

Несмотря на все свои минусы, организовывать дела Иван умел. Бабушка была доставлена и размещена по самому высшему разряду, сразу же без промедления к ней направили врача, процедурную медсестру, в общем, начали серьёзно заниматься её здоровьем. Маруся была очень довольна, потому что очень устала от бесполезных телодвижений и суеты, связанных с лечением бабули. Слава Богу, и от Левантовского получился какой-то толк. Когда всё завершилось, и она засобиралась домой, Иван несмело подошёл к ней.

- Машенька, вот видишь, всё получилось, теперь Надежда Васильевна в надёжных руках. Если что будет надо, ты не стесняйся, я всегда рядом. Он нежно обнял Марусю за плечи и едва коснулся губами её душистых волос. А что Леночка не приехала? Занята? – Он очень аккуратно задал этот вопрос, заранее подготовившись к резкому ответу, снова мысленно втянул голову в плечи, как бы ожидая оплеуху.

- Спасибо тебе, Ваня, ты очень помог нам. Ты очень помог Лене. Она сегодня занята, собиралась приехать вечером. Ты скучаешь? Я рассказала ей о тебе. – Маша грустно посмотрела на Левантовского.

- Да, очень. Хотя, какое это теперь имеет значение? Ты знаешь, Маш, у меня есть почти всё, куча денег, власть, я могу купить полгорода, да что полгорода – целый город, и это будет незаметно для моего кармана, но я не знаю, зачем мне всё это теперь. У меня взрослая дочь, которая живёт своей жизнью, я ей не нужен, у неё есть всё. Я могу сидеть и отдавать приказы, и у меня будет всё, что я захочу. Если я захочу, то даже смогу не ходить ногами и меня будут носить на руках в прямом смысле. Но я не смогу купить, ни за какие деньги то, что сам растоптал восемнадцать лет назад. Вот заслуженный финал для такого, как я. Маруся, что мне делать? – Левантовский стоял, и по его щекам текли слёзы. Он не стеснялся своей слабости, видимо, он давно хотел с кем-то поделиться сокровенным, а такого человека не было в его окружении. Более того, про историю с Леной не знал никто, кроме них троих. Все эти годы он хранил молчание, мучился, страдал, но стоически молчал. Да и кому это было интересно?

- Ванюш, всё, чем я могу тебе помочь, так это выслушать тебя. К сожалению, как-то повлиять на ситуацию я не могу, да и не хочу, и ты знаешь почему. Я просто советую тебе попытаться с ней поговорить, просто поговорить, не давить, не уговаривать, упаси тебя Господи, не плакать и закатывать истерику. Умоляю тебя, не терзай её и не нервируй, у неё только что всё более-менее наладилось, твой поезд ушёл. Пусть она решает сама, что ей нужно в этой жизни. У тебя был шанс, но ты сам его уничтожил. Так что, мой друг, соберись и не наделай новых глупостей. Я понимаю, что ты мечтаешь познакомиться с Серёжей. Надо подумать, как это можно устроить с минимальными потерями. Только не беги впереди паровоза. Всё, мне пора. Созвонимся. – Она стряхнула невидимую пылинку с его плеча и поспешила к выходу из отделения.

Как же теперь встретиться с Леной? Затаиться и ждать, когда она приедет. Ходить следом за ней тенью и любоваться со стороны. Да, этот вариант был не лучшим. Раз Маруся сказала, что Лена должна вечером приехать проведать бабушку, Левантовский решил сегодня дождаться её любыми способами. Самым простым было поставить машину в зоне видимости центрального входа в отделение и бдеть, не смыкая глаз. А Ивану как раз после всего так захотелось спать, учитывая, что предыдущая ночь была практически бессонной. Но спать нельзя, либо попить кофе, а в больнице его не продавали. Если быстро куда-то смотаться, можно пропустить приход Лены. В общем, пришлось собрать всю волю в кулак, вставить спички в глаза и ждать. Интересно, она приедет на машине или нет? Узнает он об этом позже, потому что её на территорию больницы на машине точно не пропустят. Хорошо бы она была пешком, он бы с таким удовольствием отвёз бы её, куда она скажет. Да Бог с ней, с машиной, он отгонит её машину куда следует, какие проблемы, лишь бы она захотела с ним разговаривать.

Терзая себя думами, Левантовский не заметил, как прошло два с половиной часа, сон, вроде как, пропал. В здание урологического отделения входили люди, в халатах и просто посетители, выходили и заходили снова. А, может быть, она не приедет сегодня? Другого входа сюда нет, она не сможет проскочить мимо. Где же она? Прошло ещё полтора часа. Иван уже отчаялся дождаться Лену, как вдруг его взгляд выхватил из пространства что-то родное и близкое, быстро идущее по направлению к входу в здание больницы. Наконец, он дождался, надо быстрее бежать и перехватить её. «Зачем? Ну и дурак же ты Левантовский? Дай человеку пообщаться с бабушкой, не нервируй её, или ты думаешь, что обратно она выйдет из чёрного хода или улетит на самолёте?» Ивана затрясло нервной дрожью. Он знал, что и обратно Лена выйдет через двери, в которые зайдёт, но его всё равно сильно колотило от страха, что он больше никогда её не увидит.

Лена зашла в стеклянную дверь и исчезла в огромной утробе здания. Левантовский проводил её жадным взглядом. Теперь он, практически не мигая, смотрел на эти двери в ожидании чуда. Прошло сорок минут, потом ещё десять, ему казалось, что он сидит здесь в машине уже целую вечность, ноги его онемели, шея затекла от неподвижности. Иван испугался, что не сможет выйти из машины, поэтому решил сделать это заранее. Как только он захлопнул дверцу, на пороге лечебного корпуса снова появилась Лена. Теперь надо идти к ней и перехватить её, а сделать это было очень непросто, потому что внезапно ноги стали ватными, голова закружилась, язык перестал слушаться, в общем, от бравого и находчивого Ивана Левантовского снова не осталось и следа. Лена быстро сбежала по ступенькам и пошла по направлению к проходной, не замечая шикарный «Мерседес», стоящий практически у подножия лестницы.

Собравшись, Иван пошёл навстречу к Лене. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким жалким и беспомощным. Когда между ними осталось не более пяти метров, Лена обратила внимание на мужчину, который явно шёл к ней. Она сфокусировала взгляд и обомлела – перед ней стоял слегка постаревший, пополневший Ваня, её Ванюша, некогда безумно любимый и желанный. Он всё-таки её нашёл... Ноги Лены тоже стали подкашиваться, она решила остановиться. Иван подошёл к ней и тоже замер. Они стояли и несколько секунд смотрели друг на друга, как будто бы не расставались ни на день. Они не знали, что сказать друг другу. В оцепенении и онемении они не знали, что нужно делать в данной ситуации.

Первым начал Левантовский, потому что боялся, что, если он этого не сделает, Лена убежит и больше никогда не встретится с ним.

- Здравствуй, Леночка. Я так рад тебя видеть! - Он выглядел таким сияющим и безумно счастливым, что Лена буквально сощурила глаза от исходящего от него света. – Если бы ты знала, как я ждал этого момента. – Потом резко замолчал, чтобы не наговорить глупостей. Иван боялся взять её за руку, ему казалось, что любое непозволительное движение и всё, он потеряет её. Он стоял и ждал реакции.

- Здравствуй, Ваня. – Лена смотрела на него своими огромными смеющимися глазами, и тоже не верила, что такое может быть. – Ты как будто вырос из-под земли! – Мгновенно её глаза стали влажными.

- Я ждал тебя, потому что больше не мог терпеть. Когда ты не приехала утром, я думал, что умру. Поэтому решил подождать тебя здесь. Маруся сказала, что ты приедешь вечером. Как Надежда Васильевна? – Постепенно Иван сместил тему разговора в русло здоровья бабушки, чтобы разом не шокировать Лену своим напором страсти и любви. Хотя очень хотелось схватить ее, всю зацеловать, прижать к себе и больше никогда не отпускать, никогда.

Глава 15

- Спасибо тебе за больницу, с бабулей вовсю занимаются, говорят, что поставят её на ноги. Ты появился очень вовремя. – Лена замолчала, как будто она не знала, что ещё говорить.

- Ты на машине или пешком? Я подвезу тебя, куда скажешь. А, может быть, поедем, посидим где-нибудь, если не возражаешь? – Левантовский не знал, за что зацепиться, чтобы хотя бы на пять минут больше побыть вместе. Она была такой же прекрасной и юной, несмотря на прошедшие восемнадцать лет. Годы трудностей и страданий никак не отразились на её внешности. Чего нельзя было сказать про него, учитывая, что жизнь Ивана была, хоть и полна напряжённой работы, но гораздо проще в плане выживания.

- Я пешком, к сожалению, сегодня вечер у меня занят. Если не затруднит, довези меня до ближайшего метро, я очень устала и хочу домой. – Лена дала понять, что всё-таки не пройдёт мимо него, как мимо незнакомого человека, но желания пообщаться после длительной разлуки как-то не выражала.

- Радость моя, я довезу тебя, куда скажешь. Ты что, какое метро. Пойдём скорее к машине. – Он аккуратно взял её за локоть и талию и попытался увлечь по направлению к машине. Его прикосновение отразилось ударом молнии по всему телу Лены, она очень боялась, что не справится с собой и, поэтому как бы стряхнула руки Ивана с себя, и сама пошла по направлению к автомобилю. Он галантно открыл перед ней дверь и усадил на переднее сиденье.

- Давай я довезу тебя до дома? Или ты куда-то спешишь? – Голос Левантовского стал каким-то тусклым и безжизненным. Конечно, рассчитывать на то, что Лена бросится к нему на шею и будет мечтать, чтобы он украл её эдак дней на несколько не приходилось. Что характерно теперь в изобилии было мест, куда можно было красть, а самое главное, что больше не надо было ни перед кем оправдываться, но...

- Мне нужно на «Академическую», высади меня рядом с Универмагом. Ну, как ты живёшь? Что у тебя происходит? – Лена мгновенно перевела тему и сделала так, чтобы говорил Иван.

- Маруся, наверное, вкратце рассказала тебе обо мне. В принципе, всё так и есть. Руковожу корпорацией, всё в шоколаде, дочь выросла, вот узнал, что сын у меня есть. – Иван осторожно положил свою руку на левое колено Лены. – Я так хочу с ним познакомиться, ты себе не представляешь.

Лена положила правую руку поверх руки Ивана.

- Ты будешь смеяться, но я это представляю, как никто другой. Ещё бы, человек в почти пятьдесят лет узнаёт, что у него вдруг объявился семнадцатилетний сын. Естественное желание, познакомиться с ним. – Ванюш, давай уже поедем, я действительно спешу, поговорим в движении.

Левантовский нехотя убрал свою руку и вставил ключ в замок зажигания. Вот так. Теперь всё изменилось, она выросла, повзрослела, ей теперь не нужен Иван Левантовский со своими миллионами. И удивляться этому нет никакой нужды, потому что всё, что сейчас происходило, было результатом необдуманных действий самого Ивана Левантовского.

- Хорошо, как скажешь. Ты живёшь на «Академической»? Кто он? – Левантовского распирало узнать, кем было занято Ленино сердце.

- Он? Мужчина, которого я люблю и который любит меня. Дальше продолжать?

- Чем он занимается? – Иван не унимался, хотя предполагал, что можно договориться до устойчивого звука «хрясь» об колено.

- Ну, до тебя ему далеко, но мы не бедствуем. Ты для этого решил подвезти меня? Что это изменит, если я стану рассказывать тебе о своей личной жизни? – Момент истины приближался, щеки Лены стали покрываться розовыми пятнами, было видно, что она волнуется.

- Извини, солнышко, я не хотел тебя расстраивать. – Иван сделал невозмутимое лицо и уставился вперёд на дорогу.

- Я думаю, что разговор на эту тему не будет иметь смысла. Хотя, я даже не знаю, о чём с тобой разговаривать, Ваня. Представляешь? После всего, что было, я не знаю теперь, что тебе говорить и что у тебя спрашивать. – Лена потёрла пальцами виски и откинула голову на подголовник комфортабельного сиденья. Её шея была такой же юной, практически девичьей. Левантовский краем глаза ещё раз полюбовался ею.

- Лен, ты, конечно, мне не поверишь, но я все эти годы думал только о тебе. У меня была только работа и в мыслях ты. Я очень виноват перед тобой, наверное, мне до конца дней не уложиться, чтобы вымолить твоё прощение, но я рад, что смог сказать тебе это, мне немного стало легче. Прости меня, за всё то, что я причинил вам. – Иван как-то резко замолчал. Он помнил Марусины слова об эмоциях и истерике, но в данный момент просто не смог сдержаться. Он прекратил говорить и стремительно проглотил огромный ком горько-солёных слёз. Этот ком как будто процарапал его глотку и камнем упал внутрь.

- Если бы ты знал, Ванюша, сколько я ждала тебя. Если бы ты появился на два года пораньше, может быть, что-то и могло измениться. Но прошло слишком много времени, я привыкла и научилась понимать, что тебя больше нет. Как будто ты умер, и я все эти годы скорбела и привыкала к этому. Только могилы не осталось, куда бы можно было сходить и возложить цветы. Время действительно потрясающий лекарь. Вот я смотрю на тебя, вижу, что это ты, постаревший, потолстевший, умом понимаю, что это ты, а ты – это уже другой человек. Ты слишком долго собирался ко мне на встречу. Я давно простила тебя, но больше ничего общего между нами быть не может. Ещё раз спасибо тебе за помощь с бабушкой, но больше мне от тебя ничего не нужно. У нас всё есть, я собираюсь замуж, пока не уверена, но может быть, даже беременна. У меня вырос сын, он студент, к тридцати шести годам у меня более-менее наладилась жизнь. Ваня, я почти восемнадцать лет жила где-то в параллельном мире, поверь, это было непросто. А теперь у меня всё хорошо, и ты не вписываешься в мой график жизни. Поэтому я бы тебя очень попросила больше не появляться ни в моей жизни, ни в Серёжиной. Больше даже я волнуюсь за мальчика, не пытайся общаться с ним в обход меня и не вздумай рассказать ему всю правду о себе. Я не знаю, как он отреагирует на эту новость, да и нужно ли ему это? Он в хороших отношениях с моим будущим мужем, а фактически его отцом был и есть его дедушка, мой папа. Так что недостатка в мужском внимании у Серёжи не было, и нет. Всё, на этом закончим. – Лена высказалась, и она явно устала от речи, которую вынашивала все эти долгие восемнадцать лет.

Они уже подъезжали к Профсоюзной улице, ещё немного и они будут на месте. Иван молчал, переваривая услышанное. Вот и всё, последняя едва теплившаяся надежда в его душе, рухнула и, похоже, безвозвратно. Лена тоже больше не хотела говорить ни о чём, она устала от воспоминаний, повествуя Ивану, она ещё и не однажды невольно прокрутила в голове свою жизнь, страдания. Хорошо, что всё уже позади. Она безумно хотела прыгнуть в объятия Алексея, зарыться в нём, чтобы он защитил её от всех. Лена недаром сказала Левантовскому о возможной беременности. Имела место задержка месячных уже на пять дней. А при её стабильном цикле это не могло не настораживать. Она ещё раз посмотрела на Ивана и поняла, что у неё ничего больше не дрожит и не трепещет при виде него. Ей стало так спокойно и радостно, хотелось спать. Единственное, о чем она переживала, так это о том, чтобы Левантовский не дай Бог не психанул, и не попытался самоутвердиться в глазах Серёжи. В остальном, всё было нормально. Они подъехали у Универмагу на «Академической».

- Спасибо, Ваня. Ну, мне пора идти. Ещё раз спасибо за бабушку, ты действительно очень выручил. – Она провела рукой по его волосам и нежно обняла его за шею.

Левантовский сидел, как пришибленный, он не знал, что ему делать. Но, тем не менее, теперь он был обязан выполнить все условия, которые выдвинула ему Лена. Он на прощание притянул её к себе и, едва коснувшись, поцеловал в губы.

- Спасибо тебе за то, что не оттолкнула и выслушала. Я обещаю исчезнуть из вашей жизни, пусть у вас всё будет хорошо, это не пустые слова. Конечно, мне будет очень тяжело жить, зная, что в этом большом городе у меня есть сын, и он не знает, что его отец жив и здоров. Но я сам виноват в этом. Леночка, напоследок я хочу сказать тебе, что, несмотря на все глупости, которые я натворил, я всё равно любил, люблю, и буду любить только тебя. Если когда-нибудь я буду тебе нужен, я прилечу и сделаю всё, что ты пожелаешь. Береги себя, Серёжу и будь счастлива. – Иван снова замолчал и слегка отвернул голову к своему окну, он беззвучно плакал. Лена не стала смущать его и, выйдя из машины, быстрым шагом пошла по улице к дому, где жил Алексей.

Глава 16

Прошёл год. О Левантовском больше ничего слышно не было, он как будто бы растворился. С тех пор, как они расстались с Леной на «Академической» он канул куда-то в бездну.

Наступило восемнадцатое июня, в доме Стрельниковых был праздник, все готовились отмечать совершеннолетие Серёжи. Эти годы пролетели так стремительно, несмотря на то, что для Лены, Маруси и их родителей они были не самыми лёгкими в жизни. Но результат был достойным. Сын, племянник и внук оправдал ожидания родни, красавец, умный, добрый, теперь стал совсем взрослым. Каждый заранее продумал ценный и памятный подарок. Серёжа летал на крыльях от счастья. Он был любим, у него была большая и дружная семья.

Сначала думали пойти куда-нибудь в ресторан или клуб, но сам Сергей решительно отменил эту идею и попросил устроить это мероприятие дома, с бабушкиными пирогами, тортом в исполнении тёти Маруси, он хотел отметить свою первую значительную дату с самыми близкими дома, в уюте и спокойствии. Подготовка к торжеству была в самом разгаре, на кухне стоял дым коромыслом от горячей духовки и скворчащих сковородок и кастрюль. Зазвонил городской телефон, каким-то чудом его услышал Сергей. Все уже привыкали к мобильным и городской аппарат обычно сиротливо стоял в сторонке. Серёжа ринулся к трубке и успел ответить.

- Да, слушаю. - Он был радостный и естественно ждал очередного поздравления, хотя, по его мнению, его уже поздравили все, кто мог это сделать.

- Алло. – В трубке послышался хорошо поставленный мужской голос. – Могу я поговорить со Стрельниковым Сергеем Владимировичем?

- Да, я Вас слушаю. С кем имею честь? – Несмотря на свой юный возраст, Серёжа умел поддержать джентльменский разговор.

- Прекрасно. Во-первых, разрешите поздравить Вас, Сергей Владимирович, со столь знаменательной датой. А, во-вторых, у меня для Вас есть кое-что, что очень приятно Вас удивит. Я нотариус, Берсенев Игорь Львович, для Вас у меня есть распоряжение от одного человека. Информация конфиденциальная, я был бы рад, если бы Вы подъехали ко мне в нотариальную контору, даже сегодня. Я буду работать ещё три часа, она рядом с Вашим домом, на улице Ленской. Запишите мой телефон, и я буду рад до девятнадцати видеть Вас у себя. Закончив разговор, Сергей стоял с открытым ртом и не знал, как на это реагировать. Он вкратце рассказал об этом родственникам и все как один незамедлительно решили отправиться на улицу Ленскую в обитель господина Берсенева. Поехать решили все, включая маленького Васю. Нотариальная контора действительно находилось очень близко от их дома. Игорь Львович радушно встретил шумную компанию, но зайти в кабинет попросил Сергея Владимировича с мамой. Он почему-то очень обрадовался, что Елена Владимировна тоже пришла.

- Прошу вас, господа, присаживайтесь. – Берсенев учтиво указал на шикарный бордовый кожаный диван. – Не желаете чай, кофе?

- Нет, спасибо, мы буквально садились за стол, так что если можно, мы будем копить место в желудке для приготовленных яств? – Лене не терпелось узнать, что же это за дело, поэтому она тараторила, как заведённая, чем несказанно удивила собственного сына.

- Как вам будет угодно. Я постараюсь не задержать вас слишком долго. – Игорь Львович открыл большой кожаный фолиант и надел изящные очки в золочёной оправе. – Итак, господин Стрельников Сергей Владимирович, мне вверено донести до Вашего сведения и оформить все документы надлежащим образом, что в связи с Вашим совершеннолетием Вам сделан подарок. Подарок следующий, вернее, их два. Первый – четырёхкомнатная квартира в Западном административном округе города Москвы, документы прилагаются. Второй – вилла в Черногории в местечке Петровац на побережье Адриатического моря, участок земли общей площадью 30 ар. Все документы тоже прилагаются. Далее, всё налоговое бремя по поводу оформления дарения даритель взял на себя, о чём также свидетельствует налоговая декларация. Так что, поздравляю Вас, уважаемый господин Стрельников. В столь юном возрасте Вы стали обладателем неплохой материальной основы для Вашей будущей жизни. Прошу Вас, поставьте Вашу подпись, здесь и здесь. – Закончив свой спич, нотариус не сразу понял, что его удивляет во внешности этих двух людей. Оказалось, что от удивления у них напрочь вытянулись лица, Сергей и Лена сидели, как вкопанные и не знали, сон это или явь. Нотариус ещё раз пригласил Серёжу подойти к нему.

- Что же Вы, Сергей Владимирович, смелее. – Берсенев вышел из-за стола и широким жестом пригласил Серегу сесть за стол и поставить свои подписи.

Затем он аккуратно сложил все бумаги в ту шикарную кожаную папку и торжественно вручил её ошарашенному такой новостью юноше. - Поздравляю Вас, Сергей Владимирович, ещё раз. Удачи Вам и всех благ.

Будьте добры, оставьте нас с Еленой Владимировной наедине. – Сергей кивнул и вышел из кабинета. Нотариус и Лена остались в кабинете одни. Игорь Львович с хитрым прищуром поверх очков смотрел на нее и продолжал. - Я не думаю, уважаемая Елена Владимировна, что Вы будете гадать, откуда вам на голову свалилось такое богатство. Да-да, совершенно верно, это дело рук Левантовского Ивана Николаевича. Он рассказал мне, что Вы очень трепетно относитесь к вопросу принадлежности Серёжи к нему, и Сергей ничего о нём не знает. Он посвятил меня в свою тайну и предложил обсудить с Вами вопрос о том, как сказать сыну, кто сделал ему такие дорогие подарки. Всё равно шила в мешке не утаишь, мальчик резонно поинтересуется, откуда всё это. И ваш долг – вразумительно объяснить ему, кто является дарителем. Вариант первый, это погибший отец, зная, что у него будет, сын завещал ему свой состояние и приказал вручить всё в день совершеннолетия, второй вариант – просто рассказать правду. И решать это господин Левантовский доверил только Вам. Так что, подумайте и примите единственно верное решение. Не торопитесь, ведь Сергей наверняка попытается выяснить, кто же такой Иван Николаевич Левантовский. И если он узнает, что Вы его обманули, то неизвестно, что будет хуже. – Лена почувствовала, что по её ногам пошли какие-то тёплые волны, голова слегка закружилась.

- Спасибо Вам, уважаемый Игорь Львович, Вы всё правильно говорите. Наверное, пришло то самое время, когда надо открыть тайну отца Серёжи. Вы так доступно и правильно всё объяснили, несмотря на то, что я всё и так понимала, но почему-то боялась сказать правду в первую очередь себе. Ещё раз огромное спасибо. – Лена подошла к Берсеневу и пожала его холёную руку. – Скажите, пожалуйста, а где сейчас Иван, я уже год не видела и не слышала его. С ним всё в порядке?

- Я ждал этого вопроса. Вы – умница. Не волнуйтесь, с Иваном Николаевичем всё в порядке, почти год назад он уехал в Швейцарию, не на ПМЖ, но практически не бывает в России. Вот его визитная карточка, он оставил её специально для Вас и Сергея. Вот ещё письмо лично для Сергея. – Он протянул Лене лощёный конверт кремового цвета и визитку с адресом и телефонами Ивана. - Наверное, я рассказал Вам всё. Не смею больше задерживать Вашу многочисленную семью, а то пироги совсем остынут. Ещё раз примите мои поздравления, как мама взрослого сына. Честно говоря, выглядите, как старшая и мудрая сестра. Удачи Вам. – Игорь Львович поцеловал Лене руку, и она поспешила к семье в коридор.

Когда Лена появилась перед родственниками, их лица были ничуть не лучше их с Серёжей, когда Берсенев зачитывал текст дарственной. Даже Вася, не понимающий всей глубины произошедшего, сидел тихо и не мешал. Машу колотила нервная дрожь. Лена подошла в сестре и прижала её к себе. Первым начал Серёжа.

- Мамуль, так объясни мне и всем, пожалуйста, что это за фокус такой? Кто это такой Левантовский Иван Николаевич? Откуда взялся этот добрый волшебник?

Лена ещё сильнее прижала Марусю к себе и уткнулась носом в её душистый затылок. В воздухе повисла пауза, все ждали ответа. Лена стояла и думала о том, что прошло восемнадцать лет, а из всей её семьи о человеке, который перевернул всю её жизнь знали только они с сестрой-двойняшкой Марусей. Эта тайна сохранилась бы и дольше, если бы Левантовский вот таким изящным способом не заставил её сказать правду всем, а в первую очередь их сыну. Она поняла, что Маша успокоилась, отпустила её и подошла к Серёже.

- Дорогой сынок. Никогда не думала, что буду рассказывать тебе об ЭТОМ в коридоре нотариальной конторы в присутствии самых близких тебе людей. Но видит Бог, это время пришло. Итак, человек, который щедро одарил тебя и который зовётся Левантовским Иваном Николаевичем – это твой родной отец. – Выпалив это, она почувствовала, что к её лицу прилила кровь, застучало в висках. Лена буквально рухнула на стул. Немая сцена продолжалась, мама и папа Стрельниковы не могли говорить от безумного недоумения, Алексей схватил в охапку Лену и пытался понять, вызывать ли скорую или обойдётся, Маруся сидела, уткнувшись в ладони, малыш Вася сидел в уголке и тихо скулил, не понимая, что происходит с его родственниками. Тут, опомнившись, Серёжа подскочил к матери, прижимая к груди папку с документами, и встал перед ней на колени.

- Мамочка, так он всё-таки жив? Он нашёлся? Значит он не погиб? Значит, это была ошибка? Мамочка, теперь я самый счастливый человек на свете, у меня теперь еще есть и отец. Мама, почему ты плачешь? Перестань немедленно. – Серёжа обнял Лену за шею и прижался к ней щекой, по её щекам текли слёзы, в горле образовался огромный ком, она сидела и беззвучно плакала.

Лена ничего не видела перед собой, наступило полнейшее расслабление, её сын наконец-то узнал о своём отце и радостно воспринял это сообщение. Более того, тайна, которую они с Марусей хранили восемнадцать лет, была раскрыта. Как будто камень свалился с плеч. Сначала она почему-то испугалась, из-за того, что, узнав об отце, да ещё о таком, Сергей станет активно с ним общаться и забудет о ней. Но потом быстро успокоилась и отогнала от себя бредовые мысли. Всё, надо прекращать разводить сырость, и уводить всех домой, садиться за стол. Лена вытерла слёзы салфеткой и внимательно посмотрела на своего ребёнка. Серёжа сидел перед ней на корточках и улыбался.

- Да, милый, твой отец жив, он очень ждёт встречи с тобой, он сильно тебя любит. Вот тебе письмо от него и визитная карточка с телефонами, можешь хоть сейчас позвонить ему. Он о многом должен тебе рассказать. – Лена потрепала Серёжу за макушку и обратила свой взгляд на родителей и Марусю. – И ещё я хочу сказать вам, мои дорогие, спасибо вам за всё, за то, что всегда были рядом. Идёмте скорее пировать, праздник же у нас, Маня, ты что скуксилась, ты же у меня герой, если бы не ты… Эх! – Она подошла к сестре, и они снова крепко обнялись. Все тихонько удалились и не мешали им. А они стояли, плакали и вспоминали, то далёкое лето, пансионат «Бережки» и загорелого Ваню Левантовского с полной сеткой персиков...

Глава 17

2017 год

День стоял солнечный, погода налаживалась, весна уже уверенно шагала по стране. Настроение было немного грустное, но принятие ситуации становилось все устойчивее. Лена поставила машину на стоянку перед забором кладбища и неторопливо направилась левее от входа. Сегодня сравнялось девять дней с тех пор, как не стало любимой бабушки. Бабуля ушла в 96 лет, несомненно, возраст она перешагнула солидный, надо сказать, победив одиннадцать лет назад заболевание почек, больше так сильно ее ничто не беспокоило. Конечно, в таком возрасте не может ничего не болеть, но все держалось в пределах возрастной нормы. Надежда Васильевна сама была врачом, и она умела контролировать многие ситуации, связанные с давлением, тахикардией и прочими сбоями организма. Выручала семья: дети, внучки, правнуки, немного не дожила она до рождения праправнука или правнучки. Жизненный багаж накопился солидный, в плане вспомнить был вагон и маленькая тележка.

Родилась Надя в 1921 году под Воронежем, детей в те годы рожали помногу, вернее, всех-всех, никто этот процесс не планировал, все было естественно с божьей помощью. Выживали те, кто были посильнее. Это реально был естественный отбор, иной раз и ребеночек ничем не болел, а подложат младенца на печку к более старшим, а кто-то завалится на малыша и пиши – пропало. Но ничего, мамка уже снова на сносях, не успеешь оглянуться, снова люлька под потолком в избе, малявка орет, корчится, не дает спать подросшим ребятам. Самым старшим, конечно, доставалось больше всех, их не щадили, ими затыкали все дыры, как будто они никогда не были маленькими, часто было очень обидно, но жизнь диктовала свои правила игры. После революции и гражданской войны была масса проблем, которые надо было решать всем сообща, поэтому не было времени на то, чтобы считаться, кто более обижен и ущемлен, а кто менее.

Надежда была самой старшей в семье, пока она не уехала в город учиться, вместе с ней в семье накопилось десять выживших детей. Не трудно представить, что все девять, плюс четыре, почивших в бозе младенца, прошли через руки Надюши. Она была добрая, покладистая. Ей было жалко мать, которая не успевала оправиться от одних родов, так уже готовилась к следующим. Отец пришел с войны с легкой контузией и хромой, он работал на мельнице, уходил с утра, а возвращался затемно. Нежности и ласки дети видели мало. Надя очень хотела учиться, у нее это хорошо получалось. В сельской школе учитель, который окончил гимназию еще при царе, очень хвалил ее. Он пророчил своей лучшей ученице светлое просвещенное будущее, советовал не лениться и по возможности идти дальше. Матери было удобно, когда Надя была дома, она настолько была истощена детьми, что ее мозг отказывался соображать, в принципе. Надежда напротив старалась пойти в школу при любой возможности и в дождь, и в снег. Как-то раз мать встала в позу и сказала ей, что сегодня она в школу не пойдет, надо остаться дома и помогать, как будто не было других старших детей. Но те приспособились отлынивать за Надиной спиной и как всегда уже слиняли в школу, хотя учиться тоже не особо хотели. Надя очень устала от такой жизни и просто сбежала в школу через окно. Потом получила от матери веником, было обидно до слез, но то, что сбежала за знаниями ничуть не жалела. Для себя она вынесла две важные вещи: у нее будет очень мало детей и она будет учиться много и долго, но, чтобы наверняка стать серьезным человеком.

Окончив сельскую школу, Надежда поехала в Воронеж, поступила учиться в фельдшерско-акушерскую школу, по вечерам работала санитаркой в городской больнице, половину зарплаты аккуратно отправляла матери.

Еще в 1870 году в Воронеже открыли фельдшерскую школу при губернской земской больнице. Полтора века назад это учебное заведение стало базовым местом подготовки среднего медицинского персонала в черноземной округе. В ту пору председатель губернского научного общества врачей, организатор бесплатных библиотек для бедных горожан и просветитель Константин Федяевский прикладывал все усилия, чтобы подобная школа появилась в Воронеже. И чудо случилось. Город получил место, где стали готовить медицинские кадры. Сначала в фельдшерской школе могли учиться только юноши в возрасте от 15 до 20 лет. Затем в 1876 году при губернской земской больнице появилась школа повивальных бабок. Она вылилась из родильного отделения медучреждения. Впоследствии учреждение переименовали в фельдшерско-акушерскую школу. И вот, когда к власти пришли большевики, в 1920 году они объединили два обозначенных учебных заведения медицинской направленности, в котором могли учиться и девочки.

Надя окончила медицинский техникум в 1940 году, поработала год акушеркой в городском родильном доме, а в 1941 году жизнь уже не оставляла ей выбора и 20-летняя Надежда Крапивина отправилась на фронт и прошла всю войну от самого начала до самого конца сержантом медицинской службы. Во время войны она познакомилась со своим будущим мужем, Мишей Сергеевым, он был из Москвы, служил в артиллерии. После войны они переехали в Москву, поженились, родилась дочка Таня. Надежда поступила в Первый Медицинский, окончила его с красным дипломом и всю свою жизнь проработала акушером-гинекологом.

Лена добралась до могилы. За загородкой был памятник деда и свежая могила бабушки, на холмике была установлена ее фотография и табличка "Сергеева Надежда Васильевна 1921-2017", вокруг все было усыпано цветами. Бабушка смотрела на внучку и улыбалась своей лучезарной улыбкой, глаза у Лены были такие же, как у бабули, смеющиеся. Что бы ни происходило в жизни, глаза всегда смеялись, наперекор всем невзгодам, трудностям, лишениям и горестям. А хлебнуть пришлось обеим.

Поправив венки и букетики, Елена достала из сумочки свечу, поставила ее рядом с фото и зажгла. Ветра не было, свеча спокойно разгоралась, пламя было ровным. Лена присела на скамеечку, ей вдруг стало так грустно. Вроде бы понятно, девяносто шесть лет, люди, в основном, живут гораздо меньше, но не хотела она мириться с утратой, бабушка была для Лены лучшим другом, для нее и для сестры Маруси. Родители были на работе с утра до вечера, отпуск только летом, в выходные тоже куча дел, потом огород, походы, байдарки, гонка какая-то, все надо было успевать. А бабушка, это был островок счастья. Они жили через дорогу друг от друга, поэтому, когда хотелось сбежать от суеты и нравоучений, всегда была она, любимая, теплая и добрая. Дедушка умер гораздо раньше, Ленке и Марусе было в районе пятнадцати, не выдержало сердце.

В текущем году им с сестрой уже будет по сорок семь. Как быстро пролетела жизнь. Вырос сын Сережа, вот скоро он станет отцом, сделает ее бабкой, уже девять лет младшей дочке Анечке. Все, вроде бы, хорошо, муж Леша заботливый, добрый, ласковый, чего еще надо? Родители слава Богу живы и здоровы. Но иногда где-то в центре организма включался какой-то центр грусти и тоски. А теперь, в день поминовения любимой бабушки все было как никогда остро. С тех пор, как 11 лет назад в ее жизни снова появился Иван Левантовский и так удачно «разрулил» огромный пласт ее жизни, устроив бабулю в хорошую клинику, чем продлил ей и существенно улучшил жизнь. А также произошло рассекречивание тайны всей ее жизни, Сережа узнал, кто его настоящий отец. Иван щедро одарил сына на совершеннолетие шикарной квартирой и домиком в Черногории. В то время Лена почти устроила свою жизнь, они уже жили с Алексеем, стабильность начинала превалировать, причем, стабильность в хорошем смысле, были и деньги, и счастье, и удовлетворение от жизни.

Если бы Иван появился на два года раньше, Лена бы, не раздумывая, приняла его, несмотря на все обиды и переживания, которые он доставил ей. Когда Левантовский понял, что личная жизнь Лены устроена, то он счел необходимым убраться восвояси и не мешать. Самый главный подарок, который подарила ему Лена - это была возможность представиться сыну. С Сергеем он общался достаточно плотно, несмотря на то, что Иван много времени проводил за границей, они даже периодически вместе проводили отпуск на вилле в Петроваце. С Леной за эти 11 лет они не виделись не разу. Скучала ли она? Было трудно сказать. Времени скучать особо не было, росла дочка, взрослел сын. Иван был настолько деликатен, учитывая предыдущий период, когда он "наломал слишком много дров", что Ленке иногда даже было обидно, почему он не ищет ее, не преследует. Неужели, она больше его не интересует? Вот же ж неуемная натура человеческая. «Ты же так хотела, чтобы он исчез навсегда. Вот он исчез. Чего тебе еще надо?»

Догорела свеча, Лена поправила цветы на могилке. Перекрестилась и уже было собралась выйти за ограду. Когда она повернулась, чтобы открыть калитку и выйти наружу, она увидела, что навстречу ей идет еще слегка постаревший и поседевший с момента их последней встречи, но весьма подтянутый и бодрый Иван Николаевич Левантовский в дорогом сером костюме, с огромным букетом роз. Картина была из серии "бойся своих желаний". Лена остановилась, как вкопанная, и снова села на скамейку.

Глава 18

По спине пробежал холодок. Действительно, как порой бывают материальны мысли. Левантовский подошел к ограде и остановился.

- Здравствуй, Леночка. – Его глаза излучали такой свет, что Лена даже слегка зажмурилась. – Я очень рад что успел застать тебя здесь. Соболезную твоему горю. – Иван Николаевич открыл калитку и зашел внутрь ограды. Он аккуратно разложил розы на могиле, потом выпрямился и некоторое время стоял и смотрел на фото Надежды Васильевны. Затем он повернулся к Лене, которая, замерев сидела на скамейке. Левантовский наклонился к Елене и обнял ее, зарывшись носом в пушистую макушку.

Лена тоже обняла Ивана. Как давно она этого не делала. Ей показалось, что именно сейчас он был в той форме, что и в 1988 году, такой же подтянутый и мышечный.

- Здравствуй, Ваня, спасибо, что пришел. Присаживайся. – Глухо пробубнила Лена, задыхаясь от объятий. Она слегка отодвинула Левантовского и подвинулась в сторону на скамейке. Иван сел рядом.

- Господи, как же я соскучился. – Иван обнял Лену, прижал к себе и сильно сжал руку. – Когда Сережа позвонил и сказал про Надежду Васильевну, я моментально начал собираться, хорошо, что были билеты на ближайший рейс. Прости, что не успел на похороны, но я рад, что могу запомнить ее живой. Хоть я и видел ее не так много. Ведь если бы не тот борщ, который она сварила вам с Машкой, чтобы вы не голодали, мы бы, возможно, не были бы вместе. - Лена положила голову Ивану на плечо. Ей показалось, что не было тех почти тридцати лет, и ей снова всего лишь восемнадцать.

- Ванечка, как же я рада, что ты приехал. Правда, очень рада. Можно свихнуться, но мы не виделись одиннадцать лет. Сережа скоро станет отцом, а мы с тобой дедом и бабкой.

- Лен, поехали в ресторан? Ты все здесь сделала, что хотела? Я не нарушу твоих планов? – Иван встал со скамейки и взял ее за руку.

Лена тоже довольно легко поднялась и обняла Ивана за шею.

- Поехали, с огромным удовольствием. – Она поцеловала его в губы. Иван слегка обалдел от такого решительного шага со стороны Елены и даже слегка оробел. Ему тоже показалось, что как будто они телепортировались обратно в 88-й год, когда им было бесконечно хорошо и они думали, что уже никогда не расстанутся. – Только я на машине… - Лена замолчала. – Её надо будет как-то перегнать к дому.

- Насчет машины не переживай, я сегодня «безлошадный», взял такси. В какой-то момент пришлось продать все свои московские машины, так как практически не жил в городе. Сейчас надо будет задуматься о покупке. Так что, поедем на твоей. Дашь порулить? – Левантовский засмеялся.

Они еще раз оба, как по команде, повернулись к могиле бабушки перекрестились и неспешно направились к выходу с кладбища. Иван сел за руль автомобиля Лены, они довольно быстро доехали с юго-запада столицы в самый центр, Левантовский давно не был в Москве и уже не очень был в теме, куда бы сводить любимую. Лена справилась с этой задачей, хоть в последнее время не так часто ходила по ресторанам, но все-таки что-то было на слуху. Был выбран небольшой итальянский ресторан, им предложили расположиться в самом углу за стильным буфетом с интерьерными бутылками. Лена и Иван уселись на удобный диван и прижались друг к другу, как студенты, которые только и ждали момента, чтобы уединиться.

Лена не совсем понимала, что с ней происходит. Казалось бы, прошло уже столько времени, целых двадцать девять лет, было много радости, но и горе не обошло стороной. Она стала снова обдумывать в своей голове, кто же такой на самом деле этот Иван Левантовский? Да, тогда давно он бросил ее с ребенком, но это только на первый взгляд. Он ведь тоже был заложником обстоятельств, ему никак нельзя было отказываться от той важной заграничной командировки. Лена же сама потом ему ничего не сказала. Почему-то именно сегодня ей не хотелось критиковать его и обвинять во всех смертных грехах, именно сейчас, когда он снова практически вырос из-под земли, Иван показался Лене самым близким и родным человеком. Такое ощущение, что та заноза, которая засела у нее в сердце в тот миг, когда она влюбилась в него, с годами вросла еще прочнее. На самом деле Левантовский, явившись в очередной раз, послужил триггером состояния Елены. Если в прошлый раз у нее все наладилось и ей не хотелось провоцировать себя даже прикосновением руки, то именно сейчас единственным желанием было прижаться к нему и утонуть в объятиях глубоко-глубоко.

С любимыми не расставайтесь!

С любимыми не расставайтесь!

С любимыми не расставайтесь!

Всей кровью прорастайте в них,-

И каждый раз навек прощайтесь!

И каждый раз навек прощайтесь!

И каждый раз навек прощайтесь!

Когда уходите на миг!

- Ваня, а ты приехал надолго или как? – Лена посмотрела на Левантовского и очень боялась его ответа. В любом случае ответ был кардинальным, уедет – снова разлука, вернется – жизнь все равно уже не будет прежней, в этом она была уверена на сто процентов.

- Леночка, я решил вернуться в Москву. Есть несколько зарубежных проектов, но ими можно рулить отсюда. Потом у меня в Швейцарии остались свои люди. Если честно, я устал жить без дома. Что бы ни говорили, а где родился, там и пригодился. Никогда я не привыкну к их укладу жизни, да, порядок, красиво, но дома лучше. Честно тебе скажу, убежать я хотел от себя и от тебя, а вижу, что не получается. – Иван потер нос. – Что-то нос чешется, надо выпить.

- С удовольствием, и бабулю надо помянуть, и за нашу встречу. – Лена с надеждой посмотрела на Ваню.

Левантовский махнул рукой и позвал официанта. Они сделали заказ. Людей в траттории было не много, все располагало к спокойному и приятному общению.

- Дорогая моя, а ты как-то переменилась ко мне. – Иван накрыл своей ладонью руку Лены. – Я смотрю, что ты сегодня совсем от меня не шарахаешься, как в прошлый раз. Что-то произошло?

Лена мгновенно покраснела. Она еще не до конца понимала, что происходит, но какое-то шестое чувство подсказывало ей, что Иван очень нужен ей именно сейчас, чтобы защитить ее, от кого, она тоже пока не догадывалась.

- Все нормально, просто рада видеть тебя. Я благодарна, что ты нашел нас одиннадцать лет назад. Сережа очень нуждался в отце. Я не знаю, почему не искала тебя сама. Не думаю, что до последнего была обижена, все плохое забылось довольно быстро, наверное, я просто ждала, чтобы ты сам меня снова нашел.

Официант принес вино. Они выпили, не чокаясь, помянув бабушку. Второй тост Иван поднял за их встречу, мотивируя это тем, что бабушка была бы очень рада, что они снова встретились. Лена согласилась с ним.

- Слушай, Лен, а когда нашей невестке рожать? Серый там что-то говорил, но он, кажется, сам в этом не сильно разбирается. Надо же готовиться, подарок купить, а? – Лицо Левантовского стало деловым, когда речь зашла о серьезных вещах.

- Где-то в начале июня, насчет подарков – это я не знаю, они сами все лучше всех понимают. Пусть родит, потом спросим, а то купим что-нибудь не то или лишнее. Сейчас молодежь, она такая, с детства закормленная, не то, что мы, которые радовались всякой ерунде. – Лена усмехнулась.

- Ну, хорошо, решим по ходу пьесы. Ты знаешь, так хочется жареной картошки на сале с лучком и кусок говядины, какой-нибудь филейный край, просто бросить на горячую сковородку, чтобы он подрумянился, а внутри может остаться розовым. Ух! Соскучился я по дому, надо снова найти повариху, я совсем разучился готовить, стервец. – Левантовский мечтательно посмотрел в потолок. – И вообще, Лен, учитывая нашу длительную связь, я понял, что ты ни разу не кормила меня завтраком, да ты вообще ни разу меня не кормила. – Лицо Ивана стало очень удивленным. – Лен, пожарь мне как-нибудь кусок мяса. Наверное, это сейчас моя самая заветная мечта.

Лена сидела и смотрела в одну точку. Да, в воздухе витало что-то невообразимое, не поддающееся никаким законам.

- Пригласи меня на свое новоселье, пожарю, проблем-то. – И Лена жадно сделала глоток вина.

Глава 19

После ресторана Лена вызвала «трезвого водителя» и ей помогли отогнать машину к дому. Иван поехал к себе на такси. Мысли у обоих переполняли голову. Елена поднялась на лифте на этаж, открыла дверь, в квартире было как-то подозрительно тихо.

- Ау, народ! Кто дома? Почему никто не встречает мать?

Из комнаты выглянула Аня.

- Мамуль, привет. Я дома одна, папа уехал на работу, сказал, что будет к вечеру.

- Странно. Он сказал, что сегодня никуда не поедет. Ладно. – Лена пошла в ванную и вымыла руки.

Она посмотрела на себя в зеркало. Под глазами обозначились темные круги, уголки губ опустились вниз. «Да, надо срочно в отпуск». Хотя после сегодняшней встречи с Левантовским тараканы в голове устроили какую-то революцию и мешали думать нормально. Учебный год закончился, Аня окончила второй класс и мечтала поехать в детский лагерь. Сидеть на даче с бабушкой и дедушкой все лето в ее планы не входило. Лена с Алексеем купили ей путевку в лагерь «Орленок», в тот самый, в который в советские времена ездили лучшие пионеры, отличившиеся на ниве боевой и политической подготовки. Ну, либо те, родители которых имели подходы к нужным людям, которые распределяли путевки. Эти времена прошли, поэтому сейчас путевку в такого рода лагерь можно купить просто за деньги.

Стало как-то грустно, Лена решила позвонить Марусе, поговорить с сестрой, всегда было бальзамом для души. Маруся родила троих детей, старший Вася уже был совсем взрослым, учился в кадетском корпусе, ему было шестнадцать, а младшими родились девочки-близнецы, только в отличие от Маши и Лены которые были двойняшками, Соня и Катя были одинаковы настолько, что их даже путали родители. Они были ровесницами Ани, поэтому их очень удобно было объединять, и дети микшировались друг с другом, обмениваясь интересами.

- Алло, Мань, приветик! – Лена улеглась на диван и положила ноги на подлокотник.

- Привет, систер. Нормально, Василий приехал, кудахчу, кормлю.

- О, здорово. Привет племяннику. Прибыл в отпуск?

- Типа того. Завтра на дачу поедет, говорит, хочет неделю проспать. – Маша рассмеялась. – Там бабка уже готовит комитет по торжественной встрече внучка. Счастливые они у нас, наши родители, дожили до внуков, да еще и до такого количества, между прочим, благодаря тебе они стали ультра молодыми бабушкой и дедушкой, а теперь их любимый старший внук сделает их прабабкой и прадедом. Счастье-то какое!

Ленка умильно улыбнулась, Маня знала, на какие кнопки нажать, чтобы выдавить слезы радости. Но потом быстро собралась.

- Конечно, загоняли парня, режим, муштра. Пусть отдыхает и отсыпается, малыш наш. – Лена тоже захихикала. – А как там мои принцессы?

- Принцессы в порядке. Тоже собираются в лагерь. Хорошо, пусть проветрятся, да и мы от них отдохнем.

Лена сладко потянулась на диване. Конечно, отдохнуть было надо, но ехать именно сейчас почему-то совсем не хотелось.

- Марусь, а вы сами-то куда-нибудь в отпуск планируете? Надо брать путевки, пока еще можно получить скидку или забронировать апартаменты.

- Не знаю, посмотрим. А вы? Вы-то что думаете? Леха как там? Давно вас вместе не видела. – Маша как-то многозначительно вздохнула.

- Не знаю, и вообще… - Ленка замолчала. – Я сегодня была на кладбище, сегодня же 9 дней. Сходила, все проверила, все в порядке. Левантовский приехал… - На том конце провода повисла неловкая пауза.

- Так, так, так… И что это мы до сих пор молчали? – Маруся очень удивилась и теперь очень хотела больше информации по данной теме.

- Он приехал поддержать меня. Если честно, для меня это тоже было большим сюрпризом. Я сама обалдела. Он приехал на кладбище, когда я там была, потом мы сходили в ресторан, помянули бабулю, ну, выпили за встречу. Имеем право, все-таки не чужие. В общем, Иван сказал, что он решил вернуться в Россию.

Маруся как-то очень оживилась, но вместе с тем выражала озабоченность и беспокойство.

- Лена, как ты заговорила! Не узнаю тебя. Предполагаю, что с тобой сейчас происходит. Что ты собираешься делать?

Елена как-то снова замолчала, а потом стала смеяться.

- Марусь, вот ты меня начинаешь пытать, а я сама ничего не понимаю. Совсем ничего не понимаю. Хотя, знаешь… когда я его увидела, мне не хотелось его прогонять. Он сказал, что купит снова машину для Москвы, в общем, сказал, что ему надоело жить не дома. Больше ничего я не знаю, что у него с семьей, наверняка, куча внуков, я вообще не знала, что с ним происходило в течение тех одиннадцати лет. Серый с ним общается, у них все хорошо. Честно тебе скажу еще раз, отторжения он у меня не вызвал. Он похудел, видимо, решил заняться своим здоровьем, подкачался. Для своих лет, сколько ему, кажется, 61 будет. Выглядит гораздо лучше, чем в 2006-м. А что я должна была делать? Он приехал, как всегда, с шикарным букетом роз, почтить память бабушки. Был внимателен ко мне. Маша, не терзай меня!

- Пойдем прогуляемся, есть кое-какая информация для тебя, не хочу по телефону говорить. – Маруся стала вдруг какой-то серьезной и Лена стала психовать еще больше.

-Что случилось? Говори немедленно. – Лену начало трясти.

-Жду тебя в кафе через дорогу от моего дома через полчаса. Ничего смертельного. Приезжай, а то не виделись уже неделю, неправильно это. – Повесив трубку, Маша пошла проверить, чем заняты дочки, они должны были собирать свои сумки для поездки в лагерь, но не особо торопились.

Через двадцать пять минут Лена уже сидела за столиком и ждала сестру. Маруся пришла бодрая и радостная. Она обняла сестру.

- Ну, приветик, радость моя. Без пяти минут бабушка. Что напряглась?

Лена заказала себе воду со льдом и внимательно смотрела на Машу.

- Я тебя внимательно слушаю. Ты же не случайно меня выдернула из дома?

Маруся попросила официанта принести ей кофе.

- Лен, я не случайно спросила у тебя, как дела у Лешки? Я действительно давно не видела его вместе с тобой. Вы в последнее время каждый сам по себе. Что-то случилось?

Лена сделала глоток воды и снова недоуменно посмотрела на сестру.

- У него какой-то проект на работе. Скоро сдача, да, немного ушел в свою работу, но это же временно. А почему ты именно сейчас об этом спрашиваешь? Новость про Левантовского вспахала тебе мозг?

Усмехнувшись, Маша взяла в руки чашку только что принесенного кофе и с удовольствием отхлебнула пенку с корицей.

- Левантовский у нас, конечно, герой дня, тут ему равных нет. Зачем он появился, мы еще будем выяснять. Он хоть и стал гиперположительным отцом семейства, воспитанным и благонадежным, но, насколько я знаю Ваню, он никогда ничего не делает просто так, учитывая его долгую связь с европейцами. Но я хотела бы тебе сказать, чтобы ты повнимательнее присмотрелась к своему текущему законному супругу. Проекты проектами, но, извини за зоркое зрение, я уже не раз видела Алексея с одной миловидной особой в кафе на Чеховской. Если бы это было раз, ну, нет вопросов. Но когда это повторилось три или четыре раза, причем, я специально, конечно, за ними не следила. Ему не повезло, что мы в одно и то же время ходим одними и теми же дорогами. Возможно, это рабочие моменты, но я тебя предупредила, так, на всякий пожарный.

Лена допила воду и гоняла во рту кусочек льда. «Зачем она мне это говорит? Разве это имеет какое-то значение?»

- Машенька, ты бдительна и внимательна, спасибо большое, я буду иметь в виду твой звоночек.

Глава 20

Утром восьмого июня, когда Лена уже вышла на улицу, чтобы ехать на дачу к родителям, зазвонил телефон, на экране отобразился незнакомый номер. Мало ли кто мог звонить, от спамеров до мошенников, а, может быть, просто кто-то ошибся.

- Алло, слушаю. – Ответила Елена.

- Здравствуй, Леночка. – Услышав голос Левантовского, внутри у нее все сжалось, пройдя последние два метра до автомобиля, она быстро сняла его с сигнализации, открыла дверь и с размаху плюхнулась на сидение. Говорить сидя было удобнее. Почему-то у нее снова затряслись руки.

- Привет. Только дошло что мы с тобой целую вечность не разговаривали по телефону. Сохраню, это твой номер? – Голос стал более уверенным, зато, глянув краем глаза в зеркало заднего вида, Лена обнаружила, что щеки ее зарделись румянцем.

- Да, мой московский, Сережка дал мне твой. Он почему-то не дозвонился до тебя, хотел сообщить эту новость первой, конечно, тебе, но, не дозвонившись, позвонил мне. Нину, нашу невестку, увезли на скорой в роддом. Говорит, отошли воды, теперь ждем. – Иван отдельно сделал акцент на словах «наша невестка», показывая, как всегда, что они - это одна семья.

- Ой, у меня он был выключен, Господи, как там у нее дела? – Лена включила курицу-наседку. – Куда увезли? В тот центр, где она наблюдалась?

- Малыш, не психуй, все там у них будет нормально. Центр хороший, Серега все сам проверил, говорит, врачи отличные. Без пяти минут бабушка, не волнуйся. - Иван засмеялся.

Лена откинулась на спинку сиденья, вспомнился июнь 1989 года, когда воды отошли у нее, вызвали скорую и отвезли ее в первый попавшийся роддом. Сработало кодовое слово «внучка Сергеевой», после этого вокруг Лены сразу стали прыгать и нарезать круги все, начиная с медсестры в приемном покое и заканчивая дежурным акушером. Имя бабушки послужило добрую службу в появлении на свет Сережи. Как же она скучала по Ивану, когда ей приносили кормить сына, собственно, кормить еще было нечем, но переполняло чувство радости и гордости от того, что теперь она – мать мальчика, красивого, здорового, очень похожего на отца, но где в тот момент был отец, никто не знал и выяснять это Елена запретила всем без исключения под страхом смерти. Записали Сережу на фамилию Стрельников. Родители еще пару раз для проформы спросили, как хоть звали отца, чтобы дать отчество, но Лена и Маша молчали, как партизанки на допросе. Решили не нервировать молодую мамашку и записали Сергея с отчеством Владимирович, методом исключения, так же, как и мать, по мужскому имени от деда новорожденного, отца семейства, Владимира Стрельникова.

После рассекречивания Ивана Николаевича Левантовского в качестве родного отца Сергея, в 18 лет было принято решение перевести Сережу на фамилию Левантовский с изменением отчества на Иванович. Когда Сергей женился на Нине, она взяла его фамилию. Иван, узнав об этом, сиял и ликовал, фамилия продолжалась, а если родится внук, то еще дальше продвинется вперед в века. Дело в том, что его старшая дочь Марина вышла замуж за шведа, сменив фамилию на Эрикссон, да еще уехала жить в Швецию, у нее было трое детей и все они были Эрикссоны. Если старшие, которые иногда бывали в России, еще немного понимали русский язык, то самый младший внук Левантовского говорил на трех языках, но в это число русский язык, к сожалению, не входил, в России не был ни разу, и, такое ощущение, что уже особо не собирался. Виделись они редко, иногда разговаривали по видеосвязи. В общем, в этой родовой ветке фамилия Левантовских была утеряна. Первая жена Ольга после развода с Иваном Николаевичем вышла замуж второй раз за гражданина Израиля по фамилии Фридман и благополучно стала Ольгой Фридман, также расставшись с фамилией, и в настоящее время проживала на Святой земле.

Левантовский был рад, что обрел сына, дал ему свою фамилию, больше всего был рад, что сын охотно с ним общался вне зависимости от тех благ которыми он обеспечил его. Сергей оказался хорошо воспитанным мужчиной, уважающим старших, всегда откликался на просьбы отца, которые, в основном, состояли в том, чтобы встретиться и пообщаться. Иван очень много разговаривал с сыном, с Маринкой, которую нянчил с пеленок они не говорили совсем. Все общение было построено на потреблении: дай денег, купи билет, устрой туда-то, договорись с тем-то. Иван Николаевич страдал от этого, он любил дочь, был к ней привязан, но огромная занятость в министерстве не позволяла общаться с дочкой столько, сколько хотелось. Мать, Ольга, сразу стала ориентировать дочь на то, чтобы ей найти мужа из-за "бугра" и благополучно уехать из России. Марина не возражала, вскорости был найден Ларс Эрикссон, вполне себе воспитанный и образованный, с кем дочь и отбыла в Скандинавию на ПМЖ.

Почему-то именно сейчас Лене очень захотелось, чтобы Иван был рядом. Просить его приехать было как-то неловко, напрашиваться самой было еще более стыдно. Почему-то после информации, полученной от Маруси, ей казалось, что она имеет на это право, хотя сама еще очень сомневалась.

- Ванечка… Спасибо тебе, что ты поддерживаешь Сережу. Ему очень этого не хватало все 18 лет. Он растворился в тебе, и я теперь поняла, что за него почти спокойна. Сам понимаешь, ведь быть абсолютно спокойной за детей невозможно, но здесь, особый случай.

- Лен, ты себе не представляешь, как-я-то рад. Сын, продолжатель фамилии, великолепный парень, умница, интеллектуал. За это низкий поклон тебе и твоим родителям, здесь моего было мало, так, парочка генов, а самое сложное выдюжили вы с семьей. Здесь мне еще пока не отмолить своих грехов, но я стараюсь, очень стараюсь. Откупиться денежками – это самое простое, а бессонные ночи, уроки, разговоры, поездки, это самое сложное и ценное для ребенка. Я был далеко. И мне очень жаль, что так получилось, искренне жаль. Я пытаюсь все наверстать сейчас. – Левантовский тяжело вздохнул на том конце провода.

- А что ты собираешься делать в Москве? – Вопрос, наверное, был немного неуместным, но Лена решила все-таки его задать.

- Жить, моя дорогая, просто жить. В особенности, зная, что в этом большом городе у меня есть любимая женщина и сын, а сейчас еще и внук или внучка появится. Ты понимаешь, все говорят, за границей так здорово, современно, стильно. Может быть, но там нет души, совсем нет. Душа моя живет только дома, здесь в России, Москва – не город моего рождения, но я так сросся с ней, что не понимаю, как можно жить где-то в другом месте. Я тут пробежался по магазинам и рынкам, здесь столько всего вкусного и по таким разумным ценам. Просто замечательно. Леночка, как же я хочу тебя обнять. Как же я мало делал это в своей жизни. Ты – мой запретный плод, я понимаю, что пока не достоин тебя, но я буду продолжать молиться, чтобы приблизить этот счастливый миг, только в том случае, если Всевышний соблаговолит это сделать. – Иван перевел дух. – Ты понимаешь, за эти двадцать девять лет я столько всего передумал, нормальному человеку будет трудно представить. Мы мало думаем о Боге, мы забыли Его, от того все наши беды. Подумать только, не срослось у нас с тобой, жизнь развела, есть сын, а мы не вместе, вот такая петрушка. Ты нашла себе мужа, родила дочь, слава Богу. А я никого больше не смог найти, если честно, не искал даже, потому что Бог послал мне тебя и мне больше никого не надо. Если ему будет угодно, мы будем вместе, я ждал долго, если надо, подожду еще, я стал очень терпеливым. Я рад уже только тому, что имел счастье быть с тобой, любить тебя, прикасаться к тебе. – Иван резко замолчал.

Лена сидела и понимала, что ее щеки мокрые от слез. Хорошо, что она не накрасила глаза тушью, а то бы слезы были черными. Она посмотрела на экран телефона, они разговаривали сорок минут. А вдруг у них уже родился внук или внучка.

- Ваня, ты где сейчас живешь? Я куплю мяса и приеду к тебе, будем ждать вестей из центра планирования семьи. Я собиралась на дачу, но это подождет. Прошло столько времени, а я не знаю, где ты живешь, не знаю номера твоего телефона, чем ты занимаешься, о чем думаешь… Какая-то катастрофа. Как такое может быть?

- Лена, я не верю своим ушам. Просто стой, где стоишь, я сейчас прилечу и заберу тебя к себе.

Глава 21

Лена стояла и не верила, что все это происходит именно с ней. Самым заветным её желанием аж с лета одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года было именно то, чтобы Иван прилетел и забрал бы ее к себе. Именно забрал, украл, увез, унес, только бы к себе. Почему-то так сложилось, что почти за тридцать лет этого не получилось ни разу. Сначала Левантовский был шибко занят и сам плотно спрятался за границей, делая успешную карьеру, Ленка ждала до последнего, пока не устала ждать и ее не перехватил Алексей. Да, а что там с Алексеем? Маруся зря наговаривать не станет. Маша была и есть самый верный друг, недаром говорят, что близнецы всю жизнь связаны незримой нитью.

Маша и Лена были абсолютно разными, как внешне, так и по характеру. Внешне каждая была хороша по-своему, причем, привлекательность их сохранилась и к почти пятидесяти годам. А вот характеры отличались кардинально. Маруся была весьма категоричной, расчетливой, с холодной головой, могла в любой момент «дать по мозгам» за невосторженный образ мыслей. С ней бы не прошел номер по облапошиванию, втиранию очков или навешиванию лапши на уши. Что касалось Лены, здесь вариантик был иной, Леночка была очень доверчивой, сердобольной, романтичной, боялась резко высказаться, обидеть. Несмотря на то, что на работе она была руководителем, и там со своими обязанностями справлялась вполне достойно, но, когда она покидала стены офиса, все бойцовские качества куда-то улетучивались.

Это и подкупило, что Ивана, что Лёху. Лена была из той категории, которую постоянно хотелось защищать. В принципе, такие женщины не могут долго оставаться в одиночестве. Здесь вышел казус, пока рос Сережа, она не теряла надежды и все ждала, что Левантовский найдется, а он все не находился. И таким образом Ленка прождала его в гордом одиночестве, пока сыну не исполнилось шестнадцать, когда они познакомились с Лешей. Все бы ничего, если бы через два года Иван наконец-то не разглядел Лену через цейсовскую оптику из окна своего офиса. Собственно говоря, началось снова-здорово.

И зачем он снова появился? Главное из всего этого было то, что Сережа нашел отца, все остальное можно было вынести за скобки. И, вроде бы, в течение одиннадцати лет вынесли, сократили дроби, упростили выражение до минимума. Лена не знала и не хотела знать ни телефона Ивана, ни его места дислокации, несмотря на то, что Сергей плотно с ним общался. С появлением дочки, Анечки, Елена снова углубилась в материнство, в семью, все было чинно и благородно. Думала ли она об Иване? Конечно, думала, но за делами и хлопотами эти мысли получалось благополучно отгонять. Пока не стало бабушки и Иван Николаевич снова не застал ее врасплох.

Может быть, Алексей что-то чувствовал, хотя Лена ни единым мускулом и ни единым помыслом не давала повода усомниться в своей порядочности и верности. Возможно, просто она была создана для одного мужчины с которым ей была не судьба соединиться раз и навсегда. А этот мужчина сам решал, когда ему появиться и каждый раз напрочь рушил все планы и устои Лены.

Вот и теперь она стояла и ждала, когда он примчится и заберет ее. Она даже не сказала ему, где она была, он все уже выяснил сам. «Может быть, Леша правильно сделал, что нашел себе отдушину? Я, наверное, гиблый номер. Хотя эти тринадцать лет нашего общения с Лешей и одиннадцать совместной жизни, в общем-то были весьма хороши. Господи, зачем он снова здесь? Этот Иван. Откуда он снова взялся? Мог бы дистанционно выразить соболезнования. Нет же, приехал, да еще и остался. А у меня уже все дрожит и горит.» Снова зазвонил телефон. Это была Маша.

- Привет, систер. – Маруся была, как всегда бодра и уверена в себе. – В общем, малявки до Туапсе доехали, все в порядке. Леха тебе не звонил?

- Привет, Мань. Хорошо. Лёха? А почему он должен звонить? – Лена недоуменно вскинула брови.

- Ну, ты, мать, даешь. Забыла, что он поехал сопровождать группу от родительского комитета? «Башню» снова снесло? Ау?

- Ой, точно. Я забыла. Сегодня Нину в роддом увезли, уже рожает несколько часов. Я, наверное, волнуюсь сильно. Прости. А Лешка, когда с Анькой уезжал, я даже и не вспомнила, что он не просто провожать поехал. Точно снесло и мозги расплавились. Я ему позвоню. Странно, что он мне сам не позвонил. Он вообще в последнее время какой-то отстраненный.

На том конце провода Мария тяжело вздохнула.

- Лена? У тебя точно все в порядке? Началось все по новой? Господи, за что? Только все наладилось, нет же ОН явился и снова все обрушил. Ты где сейчас? Мне приехать? Вообще-то ты на дачу собиралась.

Лена вышла из машины, и стала смотреть по сторонам, высматривая, когда подъедет Иван.

- Марусь, я на дачу сегодня не поеду, позже позвоню маме. Мне не ловко просить Васю, скажет еще, что командую. Попроси его купить кое-что в магазине на станции, я список скину. Я, правда, волнуюсь, Нина такая маленькая, а живот такой огромный у нее. Вроде сама должна родить. Я в городе подожду, надо ребят поддержать. Потом сообщу сразу.

- Ясно, влип, очкарик. Ванюша с тобой? Тоже волнуется? Дедуся, правда, уже не новоиспеченный. Его-то «карлсоны» деда не жалуют. Все зарылись «за бугром», поговорить не с кем, снова ринулся ко второй семье, очень удобно, а что? – Машка фыркнула в своей традиционной манере. Имей в виду, что Алексей пробудет в Туапсе еще неделю. Неужели он тебе об этом не говорил?

- Маш, не наезжай. Я сама еще не разобралась, что происходит. У меня совесть чиста, телефона Вани у меня не было до того момента, пока он мне сам не позвонил и не сообщил про Нину. Я вообще ничего не понимаю. – Лена увидела, что во двор поворачивает каршеринговая машина, в висках запульсировала кровь.

- А ты не можешь его послать? Ты же уже привыкла жить без него, главное, Серого пристроили к папаше, что еще надо?

Машина ехала прямо навстречу Лене. За рулем был Левантовский, дальше с Машей говорить она не могла.

- Нет, я не могу его послать. Я еще подумаю. Все, Марусь, пока-пока. Я позвоню позже, обязательно позвоню. – В конце фразы у Лены пропал голос. Она положила телефон в карман и смотрела на лобовое стекло.

Иван остановил машину, заглушил двигатель и быстро вышел. Он подошел к Лене, обнял ее и поцеловал, едва коснувшись губ.

- Привет. Вот я тебя снова нашел. Ты Сереже не звонила? – Иван выражал озабоченность.

- Нет, я не успела. Я сначала говорила с тобой, а только что закончила говорить с Марусей. Воспитывала меня снова. – Очень тихо произнесла Лена, подняла глаза на Левантовского и покраснела.

- Ух, Маня, совесть наша, молодец. Обожаю ее, надеюсь еще выпить с ней «шампаня». Честно тебе скажу, еще тогда в «Бережках», когда увидел тебя, а потом Машку, на миг стал крутить в голове, кто мне больше понравился. – Иван инстинктивно поднял плечи и с улыбкой втянул голову, ожидая хлопка по макушке. Но здесь можно было быть спокойным, Ленка на такое была не способна. – Чисто внешне – обе красотки, тут родители и Господь постарались на славу, но с Марусей я бы не рискнул связаться, она жестка и категорична. Но влюбился я сразу в тебя и до сих пор нахожусь в этом плену. Это навсегда. Думал, рассосется, ан, нет, не проходит…

- Ваня, ладно, это лирика. Мы поедем на твоей машине или на моей? – Лена смахнула невидимую пылинку с лацкана Левантовского. Она отметила, что он снова приехал в костюме, одет с иголочки, он просто приехал к ней на арендованной машине забрать и отвезти к себе домой. Можно было впрыгнуть в джинсы, надеть футболку и ветровку. Но Иван Николаевич надел костюм. Интересно, дома он тоже ходит в костюме? Лена едва заметно улыбнулась.

- Леночка, как скажешь. Но за руль сяду я. – Иван вернулся за руль своего автомобиля, ловко завел его и поставил на стоянку рядом с Лениным авто. – Ну, что, поехали? – Он открыл дверь рядом с водителем Лениной машины и помог ей устроиться. Потом сел сам.

- Пожалуй, поедем. – Лена взяла свою сумку и левой рукой закинула ее на заднее сидение. Левантовский перехватил руку и сильным рывком притянул Елену к себе. Их губы встретились, время остановилось.

- Ну, здравствуй, как же я соскучился. – Иван боялся выпустить Лену из своих крепких рук. – Я не могу тебя больше никуда отпустить.

Лене снова захотелось свернуться калачиком и спрятаться у Ивана в руках. Но надо было ехать. Она высвободилась из жарких объятий своей первой любви.

- Поехали. Все решим потом, у меня взрыв мозга и мне надо сделать два звонка и написать пару сообщений. Хотя я совершенно не в состоянии ничего делать. Давай по дороге заедем на рынок, и я куплю тебе мяса и картошки, я же обещала. Возможно, это будет реперной точкой, и ты решишь, надо со мной связываться или нет.

Иван Левантовский сидел и улыбался, забрезжили проблески удачи. Хотя он еще сам не понимал, где находится и какая роль ему заготовлена в этом сценарии.

Глава 22

Они ехали молча. Лена написала список продуктов, которые необходимо было купить родителям и отправила Маше для Василия. Затем она написала Алексею. На удивление он ответил через десять секунд и прислал общую фотографию на фоне главного корпуса лагеря. Аня и близняшки стояли рядом. «Слава Богу, пусть отдыхают. Да и Лёшка пускай тоже встряхнется. А вот как быть мне?» Лена закрыла глаза и старалась ни о чем не думать. Еще она позвонила маме и сказала, что не приедет, так как будет ждать вестей от Сережи и Нины. «Так, всех предупредила, ценные указания раздала. Осталось позвонить Сереже.» Елена набрала номер сына, она не представляла, рядом он с Ниной или где-то неподалеку. В любом случае, сориентируется.

- Алло, мам, привет. – Сергей ответил сразу. – Тебе отец все передал? А то я до тебя утром не смог дозвониться.

- Да, солнышко, привет. Я все знаю, волнуюсь вместе с тобой, но все будет хорошо, я просто в этом уверена. Ты в отделении или ждешь в коридоре? – Лена очень рада была слышать сына, Сергей был самым дорогим и близким ей человеком, не считая родителей и Маши. Об остальном она сейчас думать не хотела.

- Нинка меня выгнала, она сказала, что не хочет никого видеть, когда она будет корчиться и стонать. Она ходит с врачом под ручку, ей там с ним хорошо. Меня посадили в комнату отдыха, я иногда захожу издалека посмотреть на нее, но она еще ходит по коридору, не родила пока. Мне сказали, что первые роды могут длиться сутки, так что я готов. – Голос Сергея был напряженным, но бодрым и оптимистичным. – Ты меня долго рожала?

- Часов семь-восемь, наверное, не очень долго. Еще раз говорю, не психуй и молись, все будет хорошо. Мы с папой тебя и Ниночку обнимаем и целуем. – Лена вдруг поняла, что «прокололась», но слово уже вылетело.

- А вы что вместе? – С интересом спросил Сережа.

- Да, я тут всех распихала по лагерям и дачам, а папа заехал за мной, чтобы вместе было не так тяжело волноваться. Поеду приготовлю ему обед, а то он еще не нанял себе повариху. – Лена засмеялась, было действительно смешно.

- Ничего себе у вас там дела? – Сергей тоже усмехнулся. – Как отец? В порядке? А то он дико переживал, боялся тебе звонить. Ну, я смотрю, что ситуация под контролем. Ладно, хорошего вам дня, пойду гляну на свою красотку. Целую, папке привет. – Сергей закончил беседу.

Закончив переписку и переговоры, Лена положила телефон в карман, запрокинула голову назад и закрыла глаза. По крайней мере, все идет по плану, дети проверены, один ждет появления наследника, вторая с отцом на море, родители тоже в порядке под присмотром среднего внука. Теперь, наверное, можно заняться и собой, хотя бы немножко.

Иван положил руку Лене на колено. Она мгновенно открыла глаза.

- Ваня, остановись у рынка, надо купить еду. Хорошо?

- Леночка, милая, не спеши, не суетись. Мы сейчас возвращаемся к тебе обратно, сходи домой и возьми загранпаспорт, он может тебе пригодиться, у меня на ходу возникла шальная идея. Только не спорь и не перебивай. Позволь мне сегодня поруководить от и до. Если бы ты знала, как я давно этого ждал.

Лена уставилась на Левантовского и не совсем понимала, что именно он имеет в виду.

- Ты это сейчас, о чем? Загранпаспорт? Мы куда-то поедем? Ваня, ты себе не представляешь, когда ты появляешься, у меня сносит «башню», как скажет Машка, и я превращаюсь в какую-то бестолковую куклу.

- Лен, не нервничай, просто сходи домой и просто возьми загранник. Считай, что ты у меня в гостях, думать и что-то делать не надо, договорились? Хочешь, я схожу с тобой, чтобы тебе было не скучно? – Левантовский пытался помочь успокоиться Лене. Это ему в ней всегда нравилось, ее естественность, ее эмоции, тревожно-мнительное состояние. А ему в этот момент хотелось закрыть её своими огромными крыльями, чтобы никто не смог до неё дотронуться, чтобы никто не смог её обидеть.

Они подъехали к дому, где жили Лена и Алексей на Академической. Лена решила все-таки сходить одна.

- Жди меня, я скоро буду. – Она достала ключи и быстро направилась к подъезду. По информации Маруси, Лешки не будет еще шесть дней. Почему только он сам ей этого не сказал? А, может быть, и сказал, только она не слышала.

Лифт приехал на пятый этаж, Елена быстро открыла дверь и вошла внутрь. Оказавшись наедине с собой, ее начали душить сомнения, а правильно ли она поступает? Если можно было посмотреть с другой стороны морали, то вопросы возникали еще, начиная с июля 1988 года, когда она, не раздумывая, легла в постель с женатым мужчиной и благополучно забеременела от него. И что было правильно или неправильно сегодня она уже не знала. Лена открыла комод, достала коробочку с документами, вынула оттуда заграничный паспорт, там же лежал конверт с евро. Она также положила иностранную валюту в сумочку. Затем она шагнула в ванную комнату, и забрала из шкафчика две баночки с любимыми кремами, а также флакон с туалетной водой. В конце концов, бытовые мелочи можно купить где-нибудь на месте, если что. В прихожей Лена критически посмотрела на себя в зеркало, да, могло бы быть и лучше, но что есть, то есть. Последним движением схватив палантин с вешалки и перекинув его через плечо, она вышла из квартиры и закрыла дверь. Начиналась неделя какого-то сумасбродства, значит так тому и быть.

Когда Лена подошла к машине, на ее сидении уже лежал шикарный букет орхидей, чудеса начались. Иван Николаевич Левантовский вернулся в Москву и вспомнил, что когда-то он работал добрым волшебником, было это не долго, но было и очень хотелось повторить.

- Все в порядке? Можно ехать? – Иван преданно посмотрел на Лену.

- Да, мой генерал, все отлично. – Лена бережно взяла букет в руки. – Ваня, ты, как всегда, галантен и внимателен до умопомрачения! Спасибо. Мне никто уже тысячу лет не дарил орхидеи.

- Ну, и прекрасно, едем. Больше никаких вопросов и вводных. Я все взял на себя. Не переживай, любовь моя. Если б ты знала, как я счастлив. И если это счастье продлится всего пять дней, то я все равно буду благодарен, что эти пять дней были у меня с тобой. – Иван завел машину, обнял Лену и нежно поцеловал ее.

В Крылатское, где находилась квартира Левантовского, они домчались довольно быстро. Жилище располагалось на восьмом этаже. Лена поймала себя на мысли, что вообще понятия не имела, где Иван жил до, после или параллельно с ней. Квартира была просторной студией. Кухня была объединена с гостиной, отдельно был вход в спальню, там же располагался еще один санузел. В принципе, для холостяка было более, чем достаточно.

- Леночка, дорогая моя, добро пожаловать в мою берлогу. Вот видишь, успел найти помощницу по хозяйству, убралась и приготовила еду. – Иван обнял ее за талию и провел в комнату, усадив на диван.

Лена недоуменно смотрела на происходящее.

- А как же кусок жареного мяса? А то ты так и не узнаешь, умею я готовить или нет. – Ее стал душить смех.

- Радость моя, неужели ты думаешь, что если ты вдруг не сможешь пожарить мне кусок мяса, я стану сомневаться в тебе? Глупости все это. Я так долго ждал тебя, что все остальное будет настолько ничтожным и неважным. Тем более я знаю, что ты все это можешь. Просто я не хочу, чтобы ты на это тратила наше драгоценное время. – С этими словами Левантовский метнулся к холодильнику, достал оттуда бутылку какого-то дорогого игристого и два идеально чистых фужера. Он поставил их на идеально чистый журнальный столик из массивного коричневого стекла на красивую подставку.

Лена осмотрелась вокруг, было стильно, дорого и очень комфортно. Она поймала себя на мысли, что у нее дома беспорядка в вещах было гораздо больше. То есть либо Иван жуткий педант и будет изводить ее из-за капель на стеклянном столике, который надо будет натирать денно и нощно, либо он просто так идеально подготовился к ее приезду. Все это еще придется выяснить и какими будут выводы, пока было не ясно.

- Ваня, а ты постоянно протираешь свой стеклянный столик? У тебя тут так все безупречно. Мне даже страшно ко всему прикоснуться. А вдруг я что-нибудь испорчу?

Левантовский, который несколькими минутами раньше удалился в спальню, вышел оттуда в спортивном костюме. «Слава Богу, идея про костюм дома не подтвердилась».

- Радость моя, что с тобой происходит? Ты всего боишься, всего опасаешься. Не бойся меня, я не монстр какой-нибудь. Люблю, когда столик чистый, спорить не буду, но, как ты сказала, денно и нощно его не натираю. Когда хочу его протереть, делаю следующее, смотри. – Иван Николаевич взял маленький белый пультик, который лежал на нижней полочке столика и нажал на одну из кнопок. Идеально ровная стена рядом с окном внезапно потеряла свою целостность, и вперед выехала узкая панель. Это был небольшой пенал, в котором стояли какие-то предметы бытовой химии и аксессуары. Левантовский взял флакон со спреем и какую-то тряпочку, два «пшика» на столик, столько же движений тряпкой, и чистота столика была обновлена. После все было поставлено на место и с помощью пульта дверца пенала заняла свое первоначальное положение.

Нижняя челюсть Елены слегка отвисла. Она ожидала многое, но не такое, это уж точно.

- Да, Левантовский, ты превзошел все мои ожидания. Брависсимо! – Она захлопала в ладоши. – Удивляй меня еще! Удивляй меня постоянно. Мне, наверное, этого в жизни всегда не хватало.

Иван удовлетворенно улыбнулся.

- Да, мелочи. Но я счастлив, что доставил тебе минутку радости. Последние лет пятнадцать я занимаюсь изучением новых технологий, в том числе энергосберегающих, направленных на сохранение и санацию окружающей среды. Я же приехал обратно не просто валяться и тратить накопленные деньги. Мы с партнерами задумали построить экологичный завод по переработке отходов. Сама понимаешь, планета уже практически задохнулась от пластика, который может лежать в земле веками. Так что попробуем осуществить наши цели. Кстати, Сережа будет работать у меня, я его проверил, как специалист-управленец, он великолепен. Мы очень вовремя начали общаться, мне удалось многое ему передать. Вот, Лена, смотри Бог даст, ты свидетель создания семейного предприятия Левантовских.

- Прекрасно! Да, Маруся не зря сказала, что ты просто так ничего не делаешь. – Лена улыбнулась.

- Не понял, это о чем ты? – Удивился Иван. – Про этот приезд что ли? На самом деле, я еще уеду назад на какое-то время, но считай, что на 80% я уже вернулся.

- Я всегда восхищалась тобой, ты умел и умеешь совместить приятное с полезным, поэтому у тебя все так складно в бизнесе. Я была бы рада, чтобы Сергей пошел по твоим стопам. Я совсем не такая, я – хороший исполнитель, но креатив – это не мое. В жизни, как говорится, каждому достается своя роль. – Елена, удобно устроившаяся на диване, развернулась и вытянула ноги, не менее удобно приняв горизонтальное положение. – Давай выпьем за тебя! – Она мечтательно посмотрела в потолок.

Иван присел в кресло рядом, откупорил бутылку игристого, разлил пузырящуюся жидкость по бокалам. Затем встал и пересел на диван рядом с любимой.

- Леночка, давай выпьем за нас! – Он передал бокал Лене, она села на диван, поджав под себя ноги. – Не устану повторять, что сегодня я счастлив, как никогда. Хочу смаковать это счастье, пить его по капельке, не загадывать вперед, спасибо тебе, родная, что ты сейчас со мной. – Они едва коснулись бокалами и пригубили благородный напиток.

- Ванечка, спасибо, я снова унеслась на тридцать лет назад. Сколько это продлится, но сколько бы ни… ради этого стоило и стоит жить. – Лена поставила фужер, приблизилась к Ивану и обвила его руками за шею. – Да, забыла тебе сказать, ты в потрясной форме. Перешел на правильное питание и спорт? Когда мы виделись последний раз, ты был менее импозантным.

- Я-я, натюрлих. Мне тоже показалось, что в прошлый раз ты была мной не довольна, поэтому я срочно решил исправиться. Можно тебя на минутку? – Иван встал с дивана и протянул руку Лене, чтобы помочь ей подняться. Он пригласил ее зайти в спальню. – Лен, извини за волюнтаризм, но насколько я понимаю, сегодня мы больше никуда не едем, а в уличной одежде дома находиться не слишком удобно, поэтому предлагаю тебе переодеться. Посмотри, что я вчера купил для тебя. Крест на пузе, даже не мечтал, что затащу тебя к себе, так, на всякий случай, потом просто бы подарил. – С этими словами Левантовский жестом показал на сверток, который лежал на банкетке у кровати.

Развернув пакет, внутри Лена обнаружила нежнейшую шелковую пижаму персикового цвета с изображением бабочек и цветов, она состояла из просторных брюк и рубашки на пуговицах с длинным рукавом. Что характерно, с размером тоже был полный порядок. Да, Левантовский иногда превосходил самого себя.

Глава 23

- Ваня… Ты продолжаешь меня удивлять. Вот что значит встречаться примерно раз в пятнадцать лет, совершенно не знаешь, на что способен человек. Я даже не подумала, в чем же мне у тебя ходить, схватила 2 банки крема и палантин. Господи, какая же я легкомысленная… - Лена самокритично постучала себя кулаком по голове.

- А мне очень и очень нравится такая хоть и, как ты говоришь, легкомысленная. Все не так, просто у тебя рефлекс при мне отключаться и расслабляться, а мне только этого и надо, чтобы опекать тебя и заботиться постоянно. Я так ждал этого, предоставь мне такую возможность хотя бы на пять дней. – Левантовский тактично вышел из спальни, чтобы не смущать Лену.

Переодевшись, Елена вышла в гостиную. Там Иван уже накрывал на стол и разогревал еду. Да, в принципе, есть уже хотелось, несмотря на то, что день еще не закончился, а событий набросало, как на полный день.

- О, краса очей моих. Я угадал с цветом. Я помню, что ты всегда любила все оранжевое и терракотовое. – Иван подошел к Лене и привлек ее к себе. У нее от прикосновения побежали по спине мурашки.

- Спасибо, дорогой. Дай мне тоже что-нибудь сделать. А то я тут, как музейный экспонат.

- Хорошо, расставь тарелки и вилки с ножами. – Левантовский достал из СВЧ-печи два разогретых бифштекса, из холодильника салат и соус. – Красота какая, я так хочу мяса. Именно говядину. Ух!

Лена посмотрела на часы, по ее подсчетам невестка должна была рожать уже часов десять.

- Ваня, я сейчас наберу Сереже. Что-то снова заволновалась. – Она взяла в руки смартфон и набрала сына.

Сережа сообщил, что Нину забрали в родовой блок, попросил держать кулачки. Лена с Иваном налили еще немного шампанского и выпили за удачное родоразрешение.

- Ну, вот, скоро станем дедами. – Левантовский аппетитно отрезал кусочек от мясного куска и отправил его в рот. – О, вкусно готовит моя новая повариха, зачет. И мясо нормальное выбрала. Конечно, надо было красненького под такое мясо подать, ну, да, ладно, еще будет возможность.

Лена тоже попробовала, мясо действительно было очень качественным и хорошо жевалось.

- Ваня, а что ты молчишь про свою завиральную идею, ради которой мы возвращались за паспортом? Ты даже не спросил, могу ли я куда-то уехать, ведь это не на полдня?

Левантовский стал очень серьезным и заговорил весьма по-деловому:

- Во-первых, считай, что я тебя украл, ты мне еще давно говорила, что это твоя самая заветная мечта, а, во-вторых, ты не сильно сопротивлялась, обычно ты, если что-то не входит в твои планы сразу начинаешь митинговать. Или я не прав? – Иван отрезал еще кусочек мяса и стал его методично пережевывать, с улыбкой поглядывая на Лену.

- Как ты снова все просчитал. Вот что значит управленец-бизнесмен, не отягощенный бытом и всякой рутинной чепухой. Смею тебя заверить, что у меня есть только шесть дней, в течение которых я могу куда-нибудь исчезнуть. Машка как всегда прикроет. Слава Богу Василий на даче, помнишь того малыша, с которым ты «срисовал» меня из окна? В отпуск из «кадетки» прибыл, шестнадцать лет уже парню. Присмотрит за моими родителями. – Лена сделала глоток из фужера. – И? Расскажешь что-нибудь или мешок на голову и в багажник?

Иван Николаевич тоже взял в руку фужер и хитро улыбнулся, сделав глоток.

- Душа моя, не торопись. Я задумал все тебе рассказать только после того, как позвонит Сергей и скажет нам, что все получилось и озвучит нам нашу семейную радость. Ты согласна со мной? Не будем бежать впереди паровоза, за столько лет мы уже научились терпению и смирению, какая-то парочка часов погоды точно не сделают.

- Хорошо, как скажешь. – Лена отправила в рот последний кусочек мяса. – Очень вкусно, спасибо большое за прекрасный обед. – Ваня, а твоя повариха как часто приходит готовить и убирать к тебе?

- А почему тебя это интересует? – Левантовский ликовал, он настолько поглотил Лену своими «фишечками» и «фенечками», что еще немного и она уже всецело будет принадлежать только ему. Что характерно, не было никакого давления, шантажа и интриг. Все шло абсолютно на добровольной основе.

- Просто интересно, у меня никогда не было такой буржуйской опции в жизни. – Лена показала Ивану язык. – Всегда жила гораздо скромнее тебя.

- Особого графика нет, примерно раза два в неделю, заодно убраться. Как-то так. – Иван пожал плечами. – Ну, прости, не хотел выпячиваться, так получилось.

Иван встал из-за стола и, аккуратно собрав тарелки и столовые приборы, поставил их в посудомоечную машину. Потом он разлил шампанское по бокалам и убрал бутылку со стола.

- Если Нину забрали в родблок, то надо ждать звонка уже скоро, значит там уже все на мази. – Лена действительно очень переживала и за невестку, и за внука. Бабушка в свое время рассказывала ей много нештатных случаев, которые возникали во время родов, а работала она акушером-гинекологом почти пятьдесят лет, возможно вообразить, сколько всего у нее было.

Левантовский обнял Лену за шею. Ему совершенно не хотелось выпускать ее из рук.

- Пойдем в комнату, включу какой-нибудь фильм, поваляемся на диване и подождем. Тупо сидеть и нервничать – это не вариант.

Они переместились на диван, Иван включил телевизор, нашли какую-то французскую комедию. Диван слегка разложили, чтобы можно было удобно устроить ноги, тут же нашелся мягкий пледик. Иван нежно подгреб к себе Лену, и она уютно устроилась у него на плече. Вот так выглядела картина абсолютного счастья. Если через минуту случился бы конец света, сила этого чувства не позволила бы этим двоим понять, что их уже нет здесь, в таком же состоянии они переместились бы в другой мир. Все это подействовало на Лену, как легкое седативное средство, и она незаметно задремала.

Глядя на Лену, мирно посапывающую на своем плече, Левантовский понял, насколько он все-таки реально счастлив. Возможно, если бы они были вместе все двадцать девять лет с момента своего знакомства, все выглядело бы уже не так романтично, а эти десятилетние перерывы давали им обоим возможность выдержать свои чувства, сделать очередную переоценку, понять, то ли это, что действительно нужно им обоим, либо это обман и просто страсть, не подкрепленная ничем духовным.

Иван давал себе отчет в том, что в какой-то момент, расставшись с Ольгой, семья которой дала ему очень хороший задел для безбедной жизни, за что он им был благодарен, он мог заполучить в качестве спутницы жизни кого-угодно. Вокруг него всегда вращалось много женщин, выбирать было из кого. Периодически случались какие-то романчики и интрижки, которые заканчивались через неделю. Все это было не то, что было ему действительно нужно для жизни. Он все время думал о Лене, когда не был занят работой, да, и когда работал, тоже думал. Но думы эти не истязали его и не выматывали, наоборот, эти мысли вселяли в него уверенность, давали возможность продумывать новые идеи, словом, благотворно влияли на его бизнес и жизнь.

Когда Иван случайно высмотрел ее из окна своего офиса, он так обрадовался, но вместе с тем испугался, потому что понял, что в жизни может что-то измениться, а он так привык жить с ней в голове. Конечно, еще, Маруся подлила масла в огонь, наехав на него, практически, на танке, пригрозив придушить его, если он начнет снова действовать. Зачем он ее послушал? В то время Иван Николаевич с головой ушел в бизнес, было много проектов, подключались зарубежные схемы, он в какой-то момент перестал на себя обращать внимание, поправился, постарел. Когда он увидел Лену в ее тридцать шесть, то он в свои пятьдесят выглядел очень взросло по сравнению с ней, юной и свежей. Может быть, это остановило его, убавило уверенности. А надо было применить тяжелую артиллерию и отбить Ленку у ее жениха, сейчас бы дочка была его, а так… Все как-то снова наперекосяк. Он погладил Лену по волосам, она сладко вздохнула во сне. Теперь не хотелось совершить такую ошибку снова, совершенно не хотелось. Хотя теперь все было еще сложнее.

На журнальном столике зазвонил телефон Лены, на экране отобразился контакт «Сережа». Аккуратно переложив любимую на подушку, Иван принял звонок.

- Сережа, алло, это папа. Мама спит. Что у вас?

- Привет-привет. Все, ура, сын у меня, 3500 и 53 сантиметра, заорал сразу, горластый. Нинка отдыхает, сама родила, все в порядке. Молодец, потрудилась на славу. Ура!!! – Серега ликовал. Счастье лилось в трубку телефона. – Папа, это такое счастье!!!

- Сынок, дорогой мой, поздравляю, сейчас я маму разбужу. – Левантовский поцеловал Лену в губы и погладил ее по щеке. – Лена, проснись, Серж звонит.

Лена открыла глаза, она не сразу поняла, что произошло, сон был настолько крепким и полноценным. Она поднесла трубку к уху.

- Да, Сережа, привет. Слава Богу, поздравляю вас и нас. Я – бабушка, как же здорово, баба Лена. – Она окончательно проснулась и звонко рассмеялась. – Как назовете, придумали уже?

- Есть варианты, отец тебе расскажет, ладно, мамуль, обнимаю, вы там тоже отдыхайте, нервничали не меньше. Пойду подержу за руку Нинусю, ее скоро в палату перевезут. Целую. – Сергей убежал к жене.

Лена бросила смартфон на стол и обняла Ивана.

- Поздравляю тебя, дед Ваня, с русским внуком, который с тобой еще поговорит о том, о чем ты захочешь на чисто русском языке.

Левантовский сидел и плакал от счастья. Лена взяла салфетку и промокнула его глаза.

- Прекрасная новость, очень и очень. Все, можно немного расслабиться. Давай допьем наш напиток, он не зря остался.

- Сережа сказал, что ты в курсе имени, ну-ка, рассказывай. Я смотрю, у вас там секретиков полно, прям, даже завидно. – Лена сделала губы подковкой.

Иван сладко потянулся, раскинув руки в стороны.

- Да, была идея назвать внука Петром, Петром Сергеевичем. Так звали моего деда, героя гражданской войны. Реально был крутой мужик, воевал на всех фронтах, был ранен, контужен, но вернулся домой живой, я его даже помню. Серега сразу принял мое предложение, во-первых, такое совпадение по имени, плюс фамилия пойдет продолжаться. Я очень рад.

- Отличная идея, поддерживаю. Вы – большие молодцы, как я вас люблю! Так, мы удаляемся от темы. Быстро рассказывай про свою интригу. – Лена развернулась и положила голову Ивану на колени.

- Да-да, теперь можно. Короче, завтра утром вылетаем в Тиват. Надо только данные твоего паспорта скинуть, чтобы билет выписали. Сережа разрешил нам посибаритствовать на своей вилле в Петроваце. Им сейчас не до этого. А мы заодно там все проверим. Как ты смотришь на это предложение? Заодно в море окунемся, давно не был на море.

Что-то подобное можно было предположить. Елена закрыла глаза и представила море, голубое небо, пальмы, олеандры и рододендроны на набережной. Ей нравилось это местечко на Адриатике. Раз Иван все решил, она уже была не в силах что-то оспаривать. Единственно, у нее совсем нет вещей, чтобы взять с собой даже на три дня.

- Ваня, а с чем я туда поеду? У меня есть пижама, палантин и крем для лица. Думаешь, хватит? Купаться будем ночью голышом? – Она засмеялась.

- А что, прекрасный вариант. Что еще надо? – Левантовский тоже стал хохотать. – На самом деле, прилетим и все купим тебе там. А теперь давай мне паспорт и марш в постель. Надо отдохнуть, такси в 6.00.

Глава 24

Лена вспомнила, что надо позвонить Маше, было столько событий, а она ей еще ничего не рассказала. Иван сел за стол с ноутбуком на кухне и занялся авиабилетами, Елена решила сходить в душ, оттуда и позвонить сестре, она не хотела, чтобы Левантовский ее слышал. На часах еще было 22.00. Маруся ответила сразу.

- Да, хэллоу, бабушка Лена. Наши поздравления! Мне Серый сразу написал, знает, кто в доме главный. Как там девочка, живая? Не сильно порвалась? – Маша сразу стала задавать конкретные вопросы, показывая основательное понимание вопроса, так как рожала она два раза, а второй раз вообще сразу двоих.

- Привет, моя золотая. Ты тоже, кстати, бабушка, только двоюродная. И тебя поздравляю. С Ниной все в порядке, думаю, что все сделали как надо. Сережа с ней был почти постоянно. Теперь можно будет выдохнуть. – Лена вздохнула. – Да, кстати, Лешка написал сообщение, что у них все хорошо прислал общую фотку, отдыхают, в общем. Я тебе ее переслала. Наши девчонки там кучкуются вместе.

- Ну, хорошо. А ты там как? Ты дома? Отволновались, голубки – Вопрос как-то неожиданно «повис» в воздухе.

- Нет, я у Вани… - Сказала Лена громким шепотом. И представила, что сейчас начнется.

На том конце провода что-то зажурчало и заклокотало. В принципе, ничего страшного не произошло. Вероятно, Маруся включила воду.

- Очень интересно. И что же ты там делаешь? Вероятно, разложила шахматную доску и готовишься к партии – Заинтересованность Маши уже было не скрыть. – Почему шепотом разговариваешь?

- Я в ванной. – Лена поняла, что сестра сейчас устроит ей полную обструкцию, но не обсудить ситуацию с ней она тоже не могла. – Мы завтра летим в Тиват на виллу к Сереже.

От неожиданности Маруся закашлялась и даже подавилась собственной слюной.

- Ваще-е-е-е. Вот сколько на свете живу, думала уже ничему не удивлюсь, а оказывается, что самое интересное только начинается. Левантовский тебе что-то подсыпал в стакан? Сыворотку преданности? Что с тобой, солнце мое? Ты шарахалась от него, когда вы встретились в 2006-м, целых одиннадцать лет ты не хотела его ни видеть, ни слышать, и что теперь? Может, за тобой приехать, пока до греха не дошло? - Маша снова закашлялась и стала пить воду.

- Марусь, я не знаю, что происходит. Но я не хочу от него уезжать. Такое ощущение, что мы в 1988 году, все эмоции и ощущения ровно оттуда. Может быть, он мне что-то и подсыпал сейчас, но то же самое я чувствовала, когда впервые встретила его на кладбище.

- И как ты собираешься со всем этим жить дальше? У вас уже все было? Все хорошо? – Машу слегка потрясывало.

Лена включила воду, шипучая струя вырвалась из крана и стала заполнять ванну. Ей показалось, что даже ее шепот слышно за стеной.

- Ничего у нас не было. Мы пили шампанское, Ваня кормил меня мясом, потом мы созванивались с Сергеем, потом я уснула на диване, потом позвонил Сережа, а дальше Ваня сказал, что завтра мы летим в Черногорию, взял мой паспорт и пошел бронировать билеты. Меня он отправил спать. Маш, у меня ощущение, что в голове осталась одна извилина, которая только выполняет его команды. И мне это нравится. Мне так надоело все решать и делать самой, что теперь хотя бы на пять дней я хочу куда-то устраниться, чтобы за меня все кто-то сделал. И пусть это скоро закончится, но я буду от этого безмерно счастлива.

- Ясно. Ну, что ж, воспитывать тебя бесполезно, он тебя испортил еще тогда, видимо было что-то типа вампирского укуса. С другой стороны, прокатись на море, время есть, там сама решишь, может быть, он тебе уже завтра надоест. Ой, Левантовский, хитрая сволочь. Вот всегда он что-то выдумает. Ух! Так бы и дала тапком по голове. Ты еще проверь в его квартирке, нет ли у него потайной дверцы, где он девок держит, как «Синяя борода», с него станется.

Елена прыснула со смеху. Машка была тонким мастером метафоры и юмора. В компании она всегда была душой и центром вселенной, Лене в этом вопросе было за ней не угнаться.

- Мать, ну, ты скажешь тоже, «Синяя борода». Ты знаешь, его внешность настолько обманчива, кто его не знает и видит впервые считает, что это «казанова» и сердцеед, а когда узнаешь его поближе, то видно насколько он одинок и тонок в своих душевных порывах. Я поняла, что до развода с женой у него было всего две женщины, это она и я. Мы, правда, "прикипели" друг к другу, и я не знаю, что мне делать дальше. Особенно волнует, как все сказать Лехе, Анечка… Все, сделаю так, как сказала ты, слетаю на море. А там будет видно. Люблю тебя и обнимаю, моя самая дорогая. Если б не ты, не видать мне счастья в жизни. Кто еще вразумит и мозги на место поставит. Видимо, из нас двоих Господь основную часть ума передал тебе, а мне уже, так, по остаточному принципу. Спокойной ночи.

- Давай, расслабься, что уж тут поделаешь? Видать, старая любовь не ржавеет. Всё, не кори себя, не считай, что совершаешь какой-то страшный грех. Ванька все-таки отец твоего сына, дед внука, это уже чего-то стоит. Матери только завтра позвони, а то она разволновалась из-за твоего отсутствия на даче. Обнимаю. Будь осторожна с этим Левантовским, а то дядя или тетя может быть моложе племянника. – Машка снова хохотнула и повесила трубку.

Вода почти заполнила ванну. Лена разделась, нашла на полочке флакон с пеной и налила немного. Пена стала заполнять поверхность воды и источать аромат чего-то фруктового. Она выключила воду и опустилась в ванну. Водичка была приятно-теплой и мягко расслабляла мышцы. Хотелось остаться здесь на ночь. Лена поймала себя на мысли, что очень давно не занималась именно собой. Все было вкупе с семьей и какими-то общими делами. Даже поход в парикмахерскую и салон был запланирован строго по времени, чтобы не дай Бог не опоздать куда-то. Наверное, это было неправильно.

С мужем, Алексеем они были ровесниками. Леша был женат, у него рос сын немного моложе Сережи. Они общались. С Сергеем у Алексея тоже сложились нормальные отношения. Правда, вместе под одной крышей они не жили, Сергей сначала проживал у деда с бабушкой, а потом переехал в квартиру, которую подарил ему отец. Леша пытался выяснить у Лены, кто такой отец ее сына, она благополучно уходила от ответа, не вдаваясь в подробности. Сказала, что это была ошибка ее молодости, но она ни о чем не жалеет, сын получился прекрасным и замечательным. Надо отдать должное Лене, что за все время, после последней ее встречи с Левантовским, она не предпринимала ни единой попытки связаться или встретиться с Иваном Николаевичем. Вариант «позвони бывшему» в состоянии расширенного сознания не рассматривался вообще. Лена знала, что Сергей общается с отцом, периодически передавала Ивану приветы, но не более того. И так продолжалось одиннадцать лет.

Ночевать в удобной ванне было, конечно, не лучшим вариантом, пришло время выходить. На полочке с пушистыми полотенцами Лена нашла сложенный вчетверо белоснежный махровый халат и такие же тапочки. Она облачилась в халат, полотенце даже не понадобилось. Расчесала волосы, высушила их феном, жизнь налаживалась. Надо было нанести на лицо вечерний крем и можно было ложиться спать. Крем находился в сумке.

Елена зашла в гостиную. Ни на кухне, ни в гостиной Ивана не было, вероятно, он, закончив все дела, также пошел принять душ перед сном. Лена намазала кремом лицо и пошла на кухню выпить пару глотков воды. Голова очистилась до конца и настроение было легким и приподнятым. На море поехать очень хотелось. А что, Лешка сейчас на море, значит ей тоже можно. Тем более её вообще украли, она сама даже и не думала никуда ехать. Самобичевание и самооправдание надо было заканчивать, в данном случае, коготок уже увяз, делать было нечего. Лена вернулась в гостиную. Ей нравилась квартира Левантовского, было слегка официозно, но это, наверное, потому, что здесь давно никто не жил. Сейчас Иван приехал, обживет свою «берлогу» и здесь начнет пахнуть жизнью.

Углубившись в свои думы, Лена не заметила, как Ваня вышел из своей ванной комнаты в таком же белоснежном халате.

- С легким паром, Леночка. Я думал, ты уже уснула. Устала за сегодня. – Иван подошел к Лене и обнял ее.

- Я решила подождать тебя, тем более, что сон куда-то улетучился. Ваня, у тебя шикарная квартира и потрясающая ванна. Так все продумано и в плане комфорта, и в плане эстетического наслаждения. Я в восхищении. – Без ложной лести Лена решила сделать Левантовскому комплимент, её действительно поразил подход к обустройству его жилища.

- Милая, я мечтаю и буду продолжать мечтать, чтобы ты стала хозяйкой всего этого. Ну, здесь, как получится, но я рад, что тебе тут все понравилось. А теперь пошли спать, завтра надо встать не позже пяти, чтобы собраться и ничего не забыть. – И Иван нежно увлек Лену в спальню, приобняв, за талию.

Проснувшись в 5 утра, Лена проверила телефон, нет ли там важных сообщений. Первым было сообщение от Маруси, она сообщала: «Хай. Обрати внимание на блондинку в красной майке рядом с Лешкой на общей фотке в лагере. Это с ней он периодически захаживал в кафе на «Чеховской». Так что, можешь спокойно дуть на море. Левантовский тебе практически родственник. Не сильно там хулиганьте. Целоваю».

Глава 25

Посреди ночи Левантовский проснулся от странных звуков, он повернулся и понял, что это что-то еле слышно говорила Лена, потом она засмеялась и затихла. Он провел рукой по ее волосам и улыбнулся. Иван поймал себя на мысли, что он никогда не засыпал с ней и не встречал утро. Это было очень обидно, потому что тысячи дней прошли в разлуке с любимой, вероятно, это время было отпущено им обоим, чтобы все продумать, осознать и осмыслить, но эти дни были чужими. Узкая полоска света из окна освещала спокойное лицо Лены. Иван Николаевич приподнялся на локте и стал любоваться ею. Что же в ней такого было, что не отпускало его от нее столько лет? Вероятно, самая главная сложность была именно в простоте. Он боялся дотронуться до нее, чтобы не разбудить и не потревожить ее сон.

Мысли о Лене переместили его в детство, в Рязанскую область близ города Скопин, где они детворой летом купались в реке Моша. В те годы дети гуляли одни без присмотра родителей, начиная с четырех-пяти лет, ребят на улице было много, кто-то постарше, кто-то помоложе. Взрослые знали, что, если что, старшие всегда придут на подмогу малышне. Иван вспомнил Ксанку, соседскую девочку. Ему тогда казалось, что она была значительно старше него. Хотя разница между ними была не более трех лет, девчонки же созревают и взрослеют немного раньше пацанов. Ксанка была из Москвы и приезжала на лето к бабушке в отличие от Ивана, который жил там постоянно. Она ходила в босоножках на танкетке, и у нее была красивая кожаная сумка через плечо с бахромой. Сельская детвора с открытым ртом смотрела на «богиню» из города.

Само собой, что ее интересовали мальчишки постарше, а если у парня еще был и мопед, то все внимание городской модницы начинало принадлежать только ему. «Мелкота», к которой в то время относился Ванька Левантовский, не сильно интересовала Ксанку. Ваня напротив понял, что влюбился в нее с первого взгляда, но шансов у него практически не было, учитывая хотя бы тот факт, что он был ниже нее на полголовы. Единственное место, где днем встречались все возрастные группы детей, это была речка. Ване нравилось наблюдать за предметом своего обожания издалека. Ксанка была длинноногой и стройной, ее кожа была бархатной, нежно персикового цвета. В отличие от сельских девчонок, которые плескались в воде в обычных ситцевых купальниках, у Ксанки был модный однотонный импортный купальник, синий, с красной окантовкой. О таком пляжном наряде скопинские модницы могли только мечтать. Любимым занятием Вани было наблюдать за Ксаной, когда она выходила из воды, купальник намокал и плотно прилегал к ее телу, подчеркивая аккуратную девичью грудь с проступавшими сосками. При виде этого Ванька начинал быть каким-то взволнованным и у него нестерпимо начинало бурлить и чесаться где-то чуть ниже пупка.

У Ксанки были такие же смеющиеся глаза, как у Лены, а еще у нее на щеке была такая же родинка. Ветер воспоминаний принес Левантовскому волну какой-то эйфории и невероятного позитива, он вспомнил, что тогда, почти пятьдесят лет назад был готов отдать половину жизни только за то, чтобы прикоснуться к Ксанкиной руке. Но это было сравнимо с полетом на Марс. Ночью, лежа в кровати, Ваня думал о своей любви, представлял ее в купальнике и без и ему казалось, что еще немного и он просто улетит в какую-то бездну от счастья, лишь вообразив все это в своей подростковой голове. В какое-то лето она не приехала к бабушке, Ваня услышал от девчонок, что Ксанка вышла замуж и ждет ребенка. Детство быстро закончилось. Больше Ваня ее никогда не видел, а потом и сам уехал в Москву поступать в «Плешку». Теперь ему казалось, что Лена явилась ему неким повторением его детской влюбленности, приветом из прошлого. И если двадцать девять лет назад Левантовский потерял ее, то обретя заново сейчас, не собирался делать это во второй раз.

Зазвонил будильник. Иван Николаевич быстро выключил его и на цыпочках вышел из спальни. После утреннего туалета он отправился на кухню, чтобы сварить кофе и соорудить легкий завтрак перед тем, как приедет такси, чтобы отвезти их в аэропорт.

Лена проснулась от ароматов кофе и подсушенных тостов. «Господи, где я? Он не дает мне ничего делать самой. Интересно, это ловкая «замануха» или он, в принципе, такой по жизни? Я же совершенно его не знаю. Не знаю промежуточного, повседневного. В моей жизни он был либо праздником, либо трагедией. А какой он каждый день? Да… Возможно, эта поездка расставит все точки над «Ё».

Спрыгнув с кровати, Елена не слышно прокралась на кухню.

- Доброе утро, Иван Николаевич. Вы все хлопочете? Я, прямо, не совсем понимаю, куда я попала, наверное, в сказку. – Она подошла к Ивану и обняла его за талию.

Левантовский развернулся кругом и сильно прижал Лену к себе.

- Доброе утро, родная! Как же я счастлив! Мы проснулись вместе, мог ли я мечтать от таком? Так, давай быстренько умываться и за стол, а то машина скоро приедет. – Иван ласково шлепнул её по «мягкому месту».

На столе Лену ждал кофе с пенкой, тосты с сыром, с семгой и вялеными томатами. Слегка закружилась голова. В такую рань организм еще есть не хотел, но отказаться от такой вкусноты было не в силах. В голове мозг начинал превращаться в кашу. Что будет, когда они вернутся из Черногории? «Да, Маша снова озадачила. Что это за дама в красной майке? Если она на фото вместе с детьми, значит она чья-то мама. Лешка рядом с ней. Ну, да, он водил Аню в детский клуб, куда тоже водили двойняшек Маруси. Собственно, идея отправить детей в «Орленок» родилась в этом клубе. Почему я все пропустила? Если я решу уйти от Лешки и переехать к Ивану, с кем останется Аня? Она очень привязана к отцу. Леша может не отдать мне дочь. Ладно, я подумаю об этом потом».

У Ивана зазвонил телефон, он ответил, это был таксист.

- Лена, ты собрала все необходимое? Пора идти вниз. – С этими словами Левантовский выкатил из гардеробной небольшой пластмассовый темно-фиолетовый чемодан.

- Ваня, мне в нынешней ситуации, как голому, остается только подпоясаться. – Елена похлопала рукой по своей сумке, которая висела через плечо. – А вот это положи к себе, пожалуйста. – Она передала Ивану пакет с пижамой, палантином и косметичкой. – Потрясающе, но я вообще так никогда не отдыхала. Что же за этим последует? – Лена подошла к зеркалу, поправила прическу и уверенно шагнула на выход.

Глава 26

Было странно, что Лешка не позвонил ни разу, только фотка и пару фраз, что все нормально. Видимо, ему там было чем заняться. Эх… В принципе, было даже не больно и обидно, а скорее наоборот. Это ж надо, так совпасть в походах налево. Если бы Левантовский не объявился, страдать бы пришлось Лене и тогда бы не возникло вопросов, с кем останется Аня. С другой стороны, может быть, тогда Маша не сказала бы про спутницу Алексея в кафе. Это она сделала, когда узнала, что явился Иван и напрочь запудрил сестре мозги. Возможен был и еще один вариант, что у Леши не было планов уходить от Лены. Это она все себе разрисовала, подготовилась к низкому старту, а он, может быть, завел себе интрижку на стороне, которая скоро закончится. Кто знает, может быть, у него эта интрижка не первая. Как же было здорово жить в счастливом неведении, растить дочь, радоваться успехам сына, работать, любить мужа, заботиться о родителях. Все это резко перестает плыть по течению, потому что, видите ли, Иван Николаевич Левантовский принял решение вернуться в Россию.

Иван о чем-то разговаривал с таксистом. Лена решила позвонить маме. Хотя, стоп, было еще рано. Перед вылетом. Тогда можно написать Алексею, подумаешь, вдруг рано проснулась. Если спит, прочитает позже, если нет, тоже будет видно.

«Приветик. Как отдыхаете? Как водичка? У Аньки в уши вода не попадает? Следи за этим. А то как-то было, и пришлось даже лечить. У Сережи 8-го родился сын, назвали Петром. Целую. Обнимаю».

Она отправила сообщение. Вероятно, супруг спал, поэтому должен ответить позже. «Хорошо, главное, что я написала». Лена скучала по дочке, несмотря на то, что она была очень близка отцу, но и с матерью у Анечки были трепетные и доверительные отношения. Елена Стрельникова была очень хорошей матерью. В принципе, женой тоже. Просто стаж материнства был гораздо больше в силу сложившихся обстоятельств.

***

Когда родился Сережа Лене еще не исполнилось девятнадцать. Погруженная в тоску и безысходность, с появлением кричащего родного человечка, она начала оживать. Большое спасибо родителям и бабушке, которые на тот момент были еще довольно молодыми и без особых усилий могли помогать. Главным образом, хотя бы материально, поэтому Лене не пришлось бросить институт и срочно искать работу. В Институте она договорилась и перевелась на вечернее отделение, чтобы передавать Серёню с рук на руки родителям, а самой бежать на лекции и семинары. Во время сессий помогала прабабушка Надя. В общем, справлялись. Когда Лена окончила институт. Подошла очередь в детский сад. В те годы жизнь даже в Москве была не такой простой и комфортной, как теперь. Страна пыталась восстать из руин и пепла после разрушения огромной системы под названием Советский Союз, в несмелых потугах построить что-то новое, исключительно буржуазно-демократическое. Обязательно демократическое, как на Западе. Ведь у них же все было самое лучшее. Но с годами многие поняли, что не все, и разрушать Союз с такой яростью тоже было не надо. Пока до этого «допёрли», должно было пройти немало времени.

В 1992 году Лена устроилась на работу в фирму, которая занималась компьютерами. Было ощущение, что в начале 90-х только ленивый не занимался компьютерами, в той или иной степени. Платили прилично, коллектив подобрался довольно дружный. Когда Сережа заболевал, больничный брала мама Лены, бабушка Таня, потому что в плане зарплаты и необходимости быть на рабочем месте, позиция Елены была более перспективной. Несмотря на знание того, что у Лены был маленький ребенок, за ней принялись ухаживать наперегонки три молодых холостяка из их офиса. Их совершенно не отпугивало, то что интересующая их дамочка была «с прицепом», да еще родила «в девках». В эти времена, к счастью, такие нюансы уже не имели большого значения.

Симпатизировала Лена всем молодым людям сразу и каждому в отдельности. Каждый из них был по-своему хорош. Она сходила с каждым в ресторан, в театр, на прогулку по Москве. Но почему-то дальше культурной программы в дело не продвинулось. Шел 1992 год. Лена прекрасно помнила, что в этом году Иван должен был вернуться из Вены. Она очень надеялась, что как только он приедет в Москву, он сразу начнет ее искать и все у них будет хорошо. Но, к великому сожалению и разочарованию Елены Стрельниковой, вплоть до 31 декабря 1992 года Иван Левантовский не подал никаких признаков жизни.

***

В аэропорту было, как всегда, оживленно, но людей было не очень много. Самолет по расписанию планировался через два часа. Лена и Иван сдали багаж, зарегистрировались на рейс, прошли паспортный контроль и решили немного посидеть в баре. Левантовский заказал кофе и круассаны. Лена проверила свой смартфон, ответа от Алексея пока не было. «Спит, наверное, ну, да, ладно. Ответит». На этот счет у нее не было каких-то терзаний и сомнений.

- Леночка, неужели мы с тобой только вдвоем? И больше никого нет? – Иван тоже не совсем верил в то, что происходит.

Лена с аппетитом жевала круассан с куриной пастромой.

- Как видишь, никого больше. Если честно, я пока тоже думаю, что мы снимаемся в каком-то фильме. Знаешь, Вань, что я подумала, вероятно, эти дни были подарены нам для того, чтобы мы, пережив эйфорию первой встречи через столько лет разлуки, поняли для себя, насколько мы сможем дальше быть вместе, бок о бок. То, что каждый напридумывал себе в голове, не факт будет приемлемо в обычной повседневной жизни. – Закончив философско-витиеватую фразу, Лена не ожидала от себя такой мудрости.

Левантовский чуть не поперхнулся кофе. Видимо, он тоже не ожидал, что его маленькая Леночка, которая стала всецело принадлежать ему в неполные восемнадцать лет, изрекает какие-то незыблемые истины. Вероятно, виной тому ее весьма непростая жизнь и накопленный жизненный опыт выживания, тренировки несгибаемой воли.

- Милая моя, ты, прямо, стала философом и психологом. Пойдешь к нам в корпорацию в отдел по подбору персонала? Будет вообще семейный бизнес Левантовских. Там, не успеешь оглянуться, и Петька подрастет. – Иван засмеялся.

- Ну, во-первых, я не Левантовская, я буду вам портить всю символическую картину. А, во-вторых, я не хочу заниматься подбором персонала. – Лена допила кофе и сделалась серьезной.

- А ты не меняла фамилию после замужества? – Иван Николаевич искренне удивился, выражая свою неосведомленность.

- Нет, дорогой мой Левантовский-старший, конечно, мечтой моей юности было изменить свою фамилию на ту, о которой мы только что говорили. Я мечтала о свадьбе, платье, красивой церемонии, чтобы раз и на всю жизнь. Но получилось так, как получилось. Собственно говоря, я рада, что сын и внук стали продолжателями прекрасной фамилии. А я настолько привыкла к своей фамилии Стрельникова, что когда все-таки решила сделать «ходочку», то поняла, что в 37 лет менять фамилию уже бессмысленно. Тем более Машка фамилию поменяла, должен же кто-то из потомков остаться Стрельниковым. – Лена снова как-то серьезно посмотрела на Ивана.

- Интересно у тебя снова получилось уесть меня. – Левантовский посмотрел на часы. – О, через двадцать минут объявят посадку. Пойдем прогуляемся по дьюти-фри.

- А, пойдем. – Лена спрыгнула с высокого стульчика в баре. – Только маме позвоню, а то она меня потеряла. И надо что-то придумать, чтобы особо ничего не привирать и так, чтобы меня снова не начали искать с собаками.

Лена вышла из бара и уселась в пластмассовое кресло в зале ожидания. Она набрала номер мамы.

- Мамулечка, дорогая, привет. Поздравляю тебя, наша самая молодая прабабушка. – Лена тараторила, не давая матери вставить ни слова.

- Спасибо, моя маленькая бабушка. Как там дети? Как Нина? Маруся что-то пыталась рассказать, но Сергуня, как всегда, в двух словах. – Мама-бабушка-прабабушка была реально на седьмом небе от счастья.

- Все у них хорошо, врачи прекрасные, девочка – молодая и здоровая. Я думаю, завтра-послезавтра выпишут. Как Василий, помогает?

- Ой, Васятка, дорогой мой, помогает. А ты приедешь к нам. У тебя же отпуск? – Осторожно спросила Татьяна Михайловна.

Вопрос был ожидаем, но он все равно застал Елену врасплох.

- Мамуль, я приеду через пять дней, я сейчас в аэропорту, Серега дал задание сгонять в Черногорию, кое-что сделать на вилле. Они-то пока не смогут туда наведаться. Я заодно пару раз в море искупаюсь. Не все же Лешке с Анюткой на пляже балдеть. – Лена уже хотела по-быстрому свернуть разговор, но мама знала, как ее поразить в самое "яблочко".

- Доченька, а ты одна что ли летишь? – На том конце провода «повисла» затянувшаяся неловкая пауза.

- Мама, ты – мастер разоблачения, но врать тебе я не буду. В общем, приехал Иван, мы летим в Петровац вдвоем. Надеюсь, что это останется между нами. Папе привет. – И Лена закончила разговор.

Глава 27

В дьюти-фри Левантовский увлек Лену в ювелирную секцию. Она шла и улыбалась, памятуя его истерику в ресторане «София» в октябре 1988 года, когда у нее под сердцем уже был крохотный Сережка. Тот комплект в бархатной коробочке, который Иван принес ей на их прощальный ужин, а еще он потом хотел дать ей денег на аборт, но так и не дал. Как Лена подарила эти украшения официанту, вогнав его в длительный ступор. Все это выглядело как-то смешно по прошествии стольких лет. Подумать только, Сереже через десять дней исполнится 28 лет. Сейчас он на десять лет старше нее тогдашней, наивной, восторженной, верящей в чудеса и сказки. Каково же было Ленино разочарование, когда после вручения изысканного ювелирного комплекта, Левантовский вслед за этим не сказал: «Любимая, будь моей женой!» Вместо этой долгожданно-вожделенной фразы всех молодых девушек на свете Иван Николаевич что-то не слишком внятно пробубнил себе под нос, что ему было так хорошо с Леной, но жизнь диктует свои новые правила игры, поэтому им необходимо расстаться. Это событие положило начало долгого и трудного пути Елены Стрельниковой, в течение которого она стала вырабатывать характер, укреплять волю и тренировать терпение.

Надо сказать, что все у Лены получилось не плохо. Характер получился вполне себе крепкий. Она даже привыкла жить без Левантовского почти тридцать лет. Главное, чтобы он не появлялся в ее поле зрения. А он снова взял и появился. И твердый характер дал слабину. И с этим надо было что-то решать, по крайней мере, на это было еще пять дней.

Иван нежно обнял Лену и предложил подойти к сверкающей витрине.

- Леночка, я очень хочу сделать тебе подарок. Как-то раз мне совсем это не удалось, ввиду того, что я был клиническим идиотом. Я безумно хочу исправиться.

Лена зажмурилась от всего этого великолепия. По большому счету ей все это было по барабану. У нее были любимые серьги, обручальное кольцо и колечко, которое она сама себе купила с первой зарплаты. Она все это не слишком жаловала. Сережки носила, не снимая, кольца только днем на работе или на выход. К нарядным платьям и костюмам было несколько шкатулок всевозможной бижутерии. Носить украшения за «бешеные» деньги Лена не привыкла, собственно, это ее ничуть не удручало. В жизни были другие ценности и ориентиры.

- Ванечка, дорогой, ты знаешь, я просто хочу на море. Лучше купим мне на месте купальник, шлепанцы и сарафан. А это все я боюсь потерять. Я, на самом дела, жуткая растеряша, хотя Машей зовут мою сестру. – Лена засмеялась.

Левантовский стоял и недоумевал. Еще ни одна из его скоротечных подруг не отказалась от золотых дорогущих «цацок». А этой ничего было не надо.

- Почему ты ничего не хочешь? Смотри какие колечки! Какие браслеты!

- Слушай, если мы тут будем рассматривать золото и бриллианты, наш самолет улетит без нас. – Лена развернула Ивана и вытолкала его из магазина. – Давай поступим так, если вдруг мне что-то придет в голову, купим на обратном пути. Пойдем смотреть на табло, кажется, объявили гейт. Скорее, а то опоздаем. Мы тут не на шутку зависли. – Лена быстро обогнала Ивана и направилась к выходу на борт.

Аэроплан подали близко к выходу из стеклянного вестибюля, соорудив рукав. Все пассажиры организованно заполнили салон, заняв абсолютно все места. Лена благодарно плюхнулась в кресло. Такая ранняя побудка была не для нее. Она намеревалась еще покемарить хотя бы час, чтобы по прибытию уже полноценно отдыхать, принимать солнечные и морские ванны. Иван тоже немного «клевал носом». Ничего, в полете выспаться – милое дело. В кармане завибрировал телефон. Лена достала смартфон. На экране значилось оповещение в виде зеленой телефонной трубки. Она провела пальцем по экрану. Это было сообщение от Алексея:

«Приветик, моя Леночка. У нас все хорошо. Аня занята во всех возможных и невозможным проектах, наши близняшки не отстают, здорово, что они дружат, хорошо бы это длилось вечно. Очень не хватает тебя. Скучаю. Сергея поздравил лично, рад безмерно. Чувствую себя квази-дедом, хотя с настоящим дедом тягаться не возьмусь. Скоро увидимся, привет маме с папой и Маруське. Целую всю-всю!»

Мозг Лены снова «поплыл». Лешка скучает, ждет ее, а она куда-то летит с непонятным человеком. Иван заказал вина, на борту на удивление была такая опция. Лена попросила белого со льдом. Принесли маленькие бутылочки. Разлили по бокалам, выпили. Еще больше захотелось спать. Успокаивала мысль о том, что у нее есть миссия – проверить виллу сына, ну, и заодно немного отдохнуть на побережье. По идее, даже не придется врать.

Как-то раз Серега вытащил мать с Алексеем на свою виллу в Петроваце, они тогда еще женихались с Ниной. Лена была рада, что от Левантовского «обломилось» хоть что-то для сына, лично ей ничего не было надо. Сергей реально был рад обрести отца, для мальчика это было очень важно. Вилла располагалась на второй линии, на первой были, как говорили в народе, виллы Абрамовича и олигархов, которые, вероятно в 90-е скупили весь этот небольшой клочок земли за чемодан денег. Вторая линия тоже было не плохо, движение – это жизнь, зато сверху было лучше видно море с островками и периодически меняющийся цвет воды. За две недели, что они прожили там, получилось так шикарно подтянуться и подкачаться, что фитнес-клуб просто отдыхал.

Как раз из окна второго этажа хорошо просматривались два островка: Катич и Святого Воскресенья - это удивительные, скалистые и компактные острова в бухте Петроваца, которые располагаются очень близко друг к другу. Находились они напротив пляжа на расстоянии от береговой линии не более километра. Добраться до этих островов можно было только по воде. Лена с Лёшей брали катамаран и добирались до островков самостоятельно. Остров Святого Воскресенья – это один из самых интересных островов во всем мире, который несомненно запомнится каждому, кто хоть раз его увидел вживую. Жители города Петровац рассказывают интересную легенду об острове Святого Воскресения и одноименной церкви на нем. В стародавние времена на море произошел сильный шторм, который уничтожил корабль и экипаж. Только чудом несколько моряков спаслись и смогли найти убежище на небольшом каменном острове. В знак благодарности Господу за своё спасение они построили небольшую часовню на этом месте. Кораблекрушение произошло в воскресенье и церковь соответственно назвали Святого Воскресенья. По настоящее время местные жители считают, что церковь и остров Святого Воскресения оберегают каждого мореплавателя. Землетрясение во второй половине XX века, уничтожившее многие архитектурные памятки не только Петроваца, но и всей Черногории, не пощадило и церквушку и сейчас она полуразрушена. Но несмотря на это, в часовне до сих пор можно позвонить в колокол, а вечером церковь подсвечивается и выглядит просто потрясающе.

А остров Катич - это небольшой скалистый и необитаемый участки суши. Несмотря на это, нескольким соснам все-таки удалось приспособиться к нелегким условиям существования на Катиче. Здесь же находится маяк, указывающий дорогу мореплавателям.

В общем, места там были ошеломительные. И, если бы не то, что там совсем нечего было делать, кроме туризма и отдыха, периодически возникало желание переехать туда насовсем.

Лена закрыла глаза и готовилась ко взлету. Надо бы выключить телефон, и только она собралась это сделать, на экране снова появилось сообщение в мессенджере. Это был месседж от Маруси.

«Привет, роковая женщина. Вы уже добрались до райского острова или нет? Тем не менее, желаю лично тебе хорошего отдыха и перезагрузки. Если честно, в такие-то благие помыслы этого стервеца не поверю никогда, с другой стороны, он такой всю жизнь, можно бы уже и привыкнуть. Позвони, как приземлитесь. Скучаю и люблю».

Лена перекрестилась, пожелала всего самого наилучшего Марусе, родителям, детям, мужьям и выключила телефон.

Глава 28

Петровац приветствовал Лену и Ивана ласковым солнцем и невероятным зарядом хорошего настроение. В аэропорту их встретил Драго, мажордом, которому Левантовский платил зарплату, чтобы он присматривал за виллой и содержал её в полном порядке. Иван решил, что на вилле обязательно должен быть человек на постоянной основе, и это было удобно всем.

- Добренькое, как дела? Надолго к нам? – Драго был очень вежлив и обходителен. Он был еще из тех сербов, которые учили русский язык в школе.

- Здравствуй, дорогой! – Иван и Драго обнялись, как старые добрые друзья. – Знакомься, это Елена. – Лена протянула руку, Драго аккуратно её пожал и наградил лучезарной белозубой улыбкой.

- Добрый день. Спасибо за теплый прием. – Лена щурилась от солнца, темные очки были на дне сумки. - Мы ненадолго.

- Лена, я Вас мог когда-нибудь видеть? Вы мне кого-то очень-очень напоминаете? – Драго, не отрываясь смотрел на Елену, и никак не мог сообразить, где они могли встретиться.

Левантовский засмеялся.

- Драго, Елена – мама Сережи, хозяина виллы. Точно, похож?

Мажордом изобразил на своем лице такое умиление и удовлетворение, а потом тоже стал радостно смеяться.

- Точно, а я все думаю, на кого же она похожа. Точно, на Сержа. Мама? – Драго снова внимательно осмотрел Лену. – На маму не похожа, на сестру – да. – Ну, да ладно, располагайтесь, хорошего отдыха. Если что, я буду у себя. – И он довольный направился поставить автомобиль в гараж.

Жилая зона располагалась на втором этаже. Третий и четвертый этажи сдавались в аренду в высокий сезон. Никто никому не мешал, плюс был дополнительный доход. У Драго была своя комната в цоколе. В данный момент квартирантов пока не приехало, поэтому вся вилла была в их полном распоряжении.

Лена и Иван поднялись наверх. Елена сразу вышла на балкон, окна выходили на море, как раз были видны два островка. Если посмотреть на них под разными углами, то казалось, что между ними не было никакого промежутка. Было ощущение восторга, радости, пока не хотелось больше ни о чем думать. Единственно, о чем она сейчас мечтала, так это о том, чтобы скинуть брюки и блузку, принять душ и переодеться в какой-нибудь балахон, который бы не сковывал движений, а еще лучше в купальник и просто обмотаться парео, а ноги вставить в легкие шлепки. А еще лучше рвануть на пляж и срочно окунуться в море, можно даже с головой, чтобы просолиться, смыть городское напряжение и тревогу.

- Ваня, а пойдем в магазин? Мне срочно надо переодеться. – Она отвернулась от окна и посмотрела на Левантовского. Он стоял в дверях и молча смотрел не нее. – Что-то не так?

Иван медленно подошел к ней обнял ее и крепко прижал к себе.

- Все так, любимая. Просто не могу наглядеться на тебя. Прости… Пойдем на разведку и купим тебе все необходимое. – И он из романтика сразу превратился в делового и рассудительного человека. В последнее время его шарахало из стороны в сторону на качелях, из прошлого в настоящее и он сам не понимал, где он, и что он на самом деле хочет.

В плане возможностей шопинга Петровац, конечно, уступал Милану, весьма уступал. Но, учитывая скромные запросы Лены, удовлетворить их получилось достаточно быстро. Они направились на набережную, где было какое-то количество магазинчиков. Там быстро было куплено все необходимое. Иван хотел, чтобы Лена выбрала себе обязательно что-то необыкновенное. У Лены на этот счет было более спокойное состояние. Надо было во что-то облачиться, чтобы можно было искупаться в море, поэтому провести в лавке с тряпками час она не желала. Она выбрала себе два купальника, парео, шлепки и сарафан. Вещей было более, чем достаточно, чтобы эффективно провести четыре дня на морском побережье. Это все еще надо было в чем-то везти обратно, а у нее не было большой сумки, ну, и чемодан Ивана был не резиновый, так что все было в порядке.

С ворохом одежды, Лена выбралась из примерочной и прямиком направилась к кассе. Там ее ждал сияющий Левантовский.

- Как успехи? Все нашла, что хотела? Больше никуда не пойдем?

Лена отрицательно замотала головой.

- Не-не, все. Достаточно. Я и дома не большой любитель ходить по магазинам, а на отдыхе тем более. Все, вот это беру. – И она выложила кучу текстиля на столик перед кассой.

Продавщица ловко все отсканировала и выбила чек, потом все очень аккуратно сложила в два красивых пакета. Было еще не так много времени, поэтому очень хотелось побыстрее переодеться и пойти на пляж.

- Ну, что, домой, переодеваться и на пляж? – Иван сгреб в охапку Лену и нежно поцеловал.

- Давай скорее, а то пока мы тут ходим-бродим, солнце зайдет за горизонт.

Иван повел Лену на дальний пляж, но он был удобнее и комфортнее. Да и людей там было не так много, потому что подавляющее большинство было с детьми и далеко ходить особо не любило. Они взяли два шезлонга и удобно устроились под огромным зонтом. Солнышко уже припекало, хотя было еще не таким знойным, как в июле или августе. Море было еще прохладным, но это что касалось приверед и тех, кто намеревался провести здесь месяц или два, тогда можно было покрутить носом и повыбирать. Все вышеперечисленное совершенно не могло омрачить Лене ее счастливых дней. Она сразу же побежала в воду, Левантовский еле за ней успел.

Под ногами была, как называемая мелкая галька, а иными словами песок, напоминающий крупу булгур. Лена с разбегу запрыгнула в воду и сразу поплыла. Как же было здорово смыть всю усталость и напряжение, накопившееся за год, годы, зимы, вёсны, наконец-то снова лето. Лена очень любил лето. И хотя день рождения у нее был за неделю до его окончания, все равно это было самым лучшим временем года. Иван тоже разбежался и прыгнул в воду. Он прекрасно плавал, Левантовскому не составило труда догнать Лену.

- Ага, попалась! Теперь ты от меня никуда не уйдешь! – Иван поравнялся с Леной и немного заплыл вперед, загораживая ей дорогу.

- Я, собственно, не собираюсь никуда уходить. Поплыли до волнорезов? – Лена тихонько перебирала руками и ногами.

Волн не было, море было спокойное и ласковое. Водичка была прохладной, но не резкой, ей удалось взбодрить Лену, она пришла в нормальный тонус. Левантовский первым добрался до волнорезов и запрыгнул на бетонную плиту. Лена еще плыла и смотрела на него снизу-вверх. «Да, Ванюша капитально занялся собой в течение последних десяти лет. Может быть, на то была какая-то причина? Хм… Кто знает? Но похудел и подтянулся он капитально. Для своих шестидесяти лет он выглядел на шесть с плюсом. По сравнению с 2006-м годом, тогда он был просто каким-то замученным и неухоженным тюфяком. Не думаю, что это он делал ради меня. Тем более, что мы разошлись, как в море корабли. И зачем он так резко вернулся в Россию? Странно это все. Надо еще поговорить с Сережей, может быть он что-то знает. Хотя, Серый – валенок еще тот, вообще не шпион, уши не греет совсем». В какой-то момент Елене показалось, что она начала проговаривать мысли вслух, и тут она коснулась рукой металлической скобы на боковине бетонной плиты. Лена зацепилась за железку и зависла в воде.

- Класс! Давно не плавала с таким удовольствием! – Она подтянулась на руках и села на плиту, развернувшись в воздухе.

- Не то слово. Я только здесь отдыхаю, тут какая-то невероятная атмосфера. – Иван обнял Лену. – Ленка, мы же никогда с тобой не отдыхали на море. Мы же никогда… - Иван Николаевич запнулся. – Да, мы с тобой сделали только одно хорошее дело – завели сына, и то, благодаря тебе, а так нам необходимо еще многое наверстать. Как ты считаешь?

Лена сидела и болтала ногами в воде.

- Можно попробовать, главное, написать план, что именно мы хотим наверстать. А, может быть, что-то получится недостижимым.

- Ты же сама знаешь, что если очень хочется, то можно, и нет никаких преград. – Иван хитро улыбнулся.

- Дорогой мой, вам, буржуям, некоторые вещи вообще не ведомы, а они есть. Помнишь, если, конечно, смотрел фильм «Покровские ворота», где Савва Игнатьевич говорит Хоботову: «Смотрю я на тебя, на стольких языках говоришь, а простых вещей понять не можешь: живут не для радости, а для совести». Я, когда молодая смотрела этот фильм, над этой фразой хихикала каждый раз, когда слышала. А тут недавно снова посмотрела и до меня она наконец-то дошла. Фраза очень правильная, и осознание ее приходит с годами. Это насчет отсутствия или наличия преград. – Лена еще сильнее стала бултыхать ногами.

- Смотрел, конечно, даже в Швейцарии. Там такое телевидение, вообще одна «пурга», так у меня была тарелка с русскими каналами, я только наши фильмы и крутил. Верная фраза, не спорю. Но и насиловать себя и жить тем или иным способом, потому что надо, тоже не рекомендуется. – Иван повернул голову и внимательно посмотрел на Лену.

- Не, насиловать никого, в том числе себя точно не надо. – Лена улыбнулась. – Слушай, хотела тебя спросить, а в связи с чем ты так постройнел и высушился? Форма – просто супер и экстра. Были заказчики? Только не сочиняй, говори правду.

Левантовский зажмурился и резко открыл глаза. Вопрос оказался слегка неожиданным.

- Лена, ты – Шерлок. Хм… да, ничего от тебя не скроешь. – Он снова обнял ее и поцеловал в плечо. – Я много лет серьезно занимался кольцевыми гонками. Даже участвовал в европейских кубках. Для этого пришлось потрудиться над собой, честно скажу, я этим скорее доволен, чем нет, потому что и самочувствие улучшилось, и настроение, и потенция, если угодно.

Эта информация удивила Лену, она не ожидала услышать ничего подобного.

- Ничего себе, Иван Левантовский – гонщик. Больше не гоняешь?

- Все, хватит, возраст, во-первых, потом это очень дорогое удовольствие. Я, конечно, не бедствую, но решил направить заработанное на благие цели. Как я тебе уже говорил, где-то через три недели подписываем контракт и начинаем строить мусороперерабатывающий завод в промзоне в Тульской области. – Лицо Ивана стало серьезным.

- Прекрасно, лучше строить, чем гонять. – Лена засмеялась. – Поплыли обратно, а то я жутко проголодалась. Вода отбирает последние силы, хочу мяса или тонну рыбы.

- Конечно-конечно, плывем на обед. - Левантовский сделал паузу. - Лен, ответь мне, пожалуйста, только тоже честно, ты бы сейчас могла все бросить и уйти ко мне? – Иван снова очень серьезно посмотрел на Елену.

Лена улыбнулась и посмотрела куда-то вперед, найдя какую-то слепую точку. Вроде как, посмотреть вперед, а ничего не увидеть.

- Честно, говоришь? Нет, все взять и бросить я не могу. Тем более, что мне есть что терять, и оно мне очень дорого. Куда уж честнее. – Ладно, поплыли, а то я тебя сейчас здесь съем, такого мясного и мышечного. – Лена практически не слышно погрузилась в воду и резво поплыла к берегу.

Глава 29

В ресторане они заказали всевозможную рыбу. Благо она была здесь под боком в море. Иван пытался быть безупречным, ему каждым жестом хотелось угодить Лене. Она смотрела на него и не понимала, это так надо или это какие-то пассы для привлечения к себе внимания? Его вопрос про «бросить все» на пирсе был каким-то граничащим с безысходностью. Где он был последние одиннадцать лет? В принципе, пока Лена его не видела, она особо не скучала, здесь играл роль эффект физического присутствия. Левантовский вышел ненадолго, Лена решила позвонить сестре. В любой спорной ситуации она всегда звонила Марусе, как в телевикторине "звонок другу" всегда выручал из безвыходной ситуации. Их незримый канатик, который соединял двойняшек так и не разорвался почти за сорок семь лет. В этом тандеме Маша была ведущей, может быть, потому что родилась первой. А, может быть, и по какой-то другой причине.

- Марусенька, привет. Я скучаю. – Лене действительно не хватало сестры.

- Привет. Здорово! Как вы там? – Маша была чем-то занята, но на поговорить с Леной время находила всегда. – А что скучаешь? Культурная программа у твоего героя-любовника уже закончилась?

- Я не знаю, что у него за программа, но он очень старается. Хочет всего самого лучшего и изысканного. А я уже не знаю, надо мне это или нет? Сегодня спросил, брошу ли я все ради него? А я подумала и сказала, что не брошу. Он вообще живет на другой планете. – Лена устало вздохнула. – Здесь очень хорошо, я рада, что у Сережи есть дом на море, что там будет дальше, не знаю, но, если он иногда позволит к нему приезжать, буду рада, кстати, надо нам с тобой как-нибудь сюда скататься, только ты и я, без детей и мужей. Прекрасное место, все близко, как деревня, только ориентация по вертикали, спускаешься постепенно сверху-вниз, а внизу – море. Дом большой, четыре этажа и цокольный этаж. Они даже сдают апартаменты в жаркий сезон. Бизнесмены потомственные. Но никто никому не мешает, все автономно. Во дворе растет инжир, фиговое дерево, жаль сейчас еще все зеленое. – Она засмеялась.

Маша чем-то зашуршала в трубке.

- Интересный он человек. Бросить все ради него, что он о себе возомнил? Он хоть что-то сам создал, а то мастер все разрушить, подождать десять лет и на готовенькое прилететь. А ты уже дошла до кондиции. Лешка звонил?

- Лешка написал такое нежное сообщение. Может быть, у него там ничего и нет? – Лена стала жадно пить воду из стакана. На горизонте показался Левантовский. – Ладно, потом наберу, обнимаю тебя, моя дорогая.

- Пока, не пропадай. – Настроение сестры не очень понравилось Марусе, и она решила взять это под контроль.

Иван вернулся в хорошем расположении духа. Вскоре принесли огромное дымящееся блюдо с жареной рыбой и картошкой. Пахло фантастически. Он позвал официанта и попросил принести самое дорогое и хорошее белое вино. На удивление минут через семь официант прикатил к столу столик на колесах, на нем стояло ведро со льдом, в котором находилась бутылка Philippe Pacalet 2010 года. Он очень элегантно откупорил бутылку и, взяв фужер, налил в него немного вина. Затем он предложил попробовать Лене. Вероятно, по этикету полагалось первой предложить женщине. Вино было соломенного цвета с золотистыми переливами. Как бы написали в каталоге, у него был изысканный аромат с нотами груши в карамели и белых цветов. Отдельного внимания заслуживало послевкусие, которое должно быть с фруктовыми и сливочными нюансами.

Наверное, Лена никогда не пила такого дорогого вина и, даже если бы оно ей не понравилось, она бы никогда этого не сказала, потому что ей никогда прежде не предлагали попробовать вино, которое, наверняка стоило не одну тысячу европейских денег. Но вино действительно было выше всяких похвал. Она сделала глоток и положительно кивнула. Официант не менее элегантно налил Лене и Левантовскому, поставил бутылку обратно в ведро со льдом и удалился.

- Любимая, за нашу встречу. Я даже не верю в то, что происходит сейчас. Мне уже казалось, мы никогда не встретимся. – Он еле слышно прикоснулся своим фужером фужера Лены и сделал глоток. – О, вино, действительно, шикарное. Иван поймал взглядом взгляд официанта и показал ему большой палец в качестве похвалы за прекрасный выбор напитка.

- За нас и наших детей! – Лена тоже немного пригубила. Теперь она могла дегустировать дорогущие вина. Она улыбнулась.

- Ленка, ты так мне толком не ответила, ты переедешь ко мне? – Иван выглядел каким-то игривым. Лена снова поразилась, насколько он помолодел, возможно, он даже что-то сделал с лицом, но все выглядело очень аккуратно. Только седые волосы выдавали тот факт, что ему было не тридцать лет, хотя встречаются люди, которые уже в тридцать абсолютно седовласы. И, если женщины обычно этот изъян маскируют окрашиванием волос, то нормальные мужчины живут спокойно с седыми волосами, что, надо сказать, придает им дополнительный шарм.

Купание в море, вино, солнце, слегка расслабили Лену, и она уже не так была шокирована этим вопросом, но говорить на эту тему так сразу была не совсем готова, особенно всего лишь через два дня после встречи и довольно плотного общения с Левантовским.

- Ваня, а как ты себе это представляешь? Что значит «переедешь»? Я же не веду образ жизни скучающей дамочки, которая одним днем может съехать со своей квартиры и выдвинуться, куда она захочет. У меня семья, маленькая дочь. Наши вспыхнувшие чувства – это прекрасно, но это не означает, что с твоим появлением, я на полусогнутых ногах побегу, куда ты скажешь. – Рыба была фантастической, и пока она не остыла, ее надо было есть. Лена взяла на тарелку целую дорадо и принялась ее поглощать.

- Леночка, прости, мне просто уже надо все и сразу. Хотя, наверное, я не прав. Но я буду ждать столько, сколько ты скажешь. А как зовут твою дочку, я забыл. Сережа говорил, но у Маши ведь тоже две дочки, и я перепутал все имена. – Иван сделал лицо провинившегося школьника и засмеялся.

- Мою дочку зовут Аня, Анна Алексеевна. Ей девять лет. - Лена подчеркнула отчество. - У Маши близняшки – Софья и Екатерина, попрошу запомнить, если ты хочешь быть в курсе нашей семьи. Им тоже по девять лет. Вот мы с Марусей умудрились выдать такие подарочки в один год. Зато девчонки дружат, не разлей вода. В лагерь вместе поехали. Наша более гуманитарного склада, а Соня с Катей, те, технари. Так вот. Василий у Маши уже вырос, учится в кадетском корпусе. – Лена довольно сделала еще глоток из бокала. Обходительный официант вдруг появился, как из-под земли и долил каждому еще.

- Господи, как же летит время. Моей Маринке было девять или десять, когда я встретил тебя. Как же я давно ее не видел. Они там в своей Швеции живут совершенно отдельной жизнью. Сколько я их звал к себе, да, и, в принципе, поехать куда-то всем вместе, но у них год уже расписан по дням, никаких изменений в расписании не допускается. Только фотки шлет, иногда разговариваем по скайпу, но внуки почти не говорят по-русски, я, конечно, владею английским, немецким и итальянским, но поговорить с родными внуками хотелось бы на родном языке. Хотя... им он уже и не родной… - Левантовский грустно посмотрел сквозь Лену и сделал глоток вина.

- Ничего, не переживай, скоро Петюня научится говорить, будете болтать. Я так рада, что Серж совсем не хочет никуда уезжать за границу, он очень любит и уважает Россию и намеревается жить и работать дома, во благо родной страны и своего народа. Наверное, я его правильно воспитала. Мы все его правильно воспитали, спасибо моим родителям и Марусе. Я так уже скучаю по Сережке, хочу обнять их с Ниной, взять на ручки внука. Какое же счастье, я – бабушка. Наверное, ради этого стоит родить в девятнадцать, чтобы в неполные сорок семь радоваться тому, что у тебя родилась вторая производная. Давай выпьем за нашего внука и его родителей. Все-таки без нашего участия этого бы не произошло. – Лена с любовью посмотрела на Ивана. Его глаза стали влажными.

- За внука, сына, за тебя, Леночка. Спасибо тебе. – Иван встал, подошел к Лене, обнял ее и поцеловал долгим горячим поцелуем.

Глава 30

С каждым днем Лена понимала, что присутствие рядом Левантовского уже не приводит ее в трепет настолько, как это было в первые дни, когда они увиделись после большого перерыва. Маруся была, как всегда, права, эта поездка требовалась, чтобы поставить на место Ленины мозги и отрезвить ее замутненный рассудок. Ей было неловко и стыдно перед Алексеем, даже если у него тоже был какой-то флирт, себя она казнила и корила больше. Ведь смогла же она отбиться от Ивана в 2006 году, почему в этот раз растеклась и поддалась искушению? Надвигающаяся старость, сантименты, ретроградная амнезия?

«Ладно, у меня уважительная причина, я поехала по заданию Сережи проверить, как тут дела. Маша меня не выдаст. Господи, зачем я во все это влезла? Как была всю жизнь какой-то безвольной курицей, так и осталась. И вообще, надо позвонить Лешке». Иван после завтрака с ноутбуком пошел в интернет-кафе. Из-за урагана неделю назад была порвана оптика, и на вилле временно наблюдались проблемы со связью.

- Алло, привет, Ленусь. Хорошо, что позвонила, а то все пишем-пишем. – Леша был очень рад ее звонку.

- Здравствуй, мой хороший. Я думала, вы там с утра до ночи в делах, боялась помешать. Как там наши девчонки? - Лена была крайне счастлива, услышав родной голос мужа. Теперь ей хотелось поскорее увидеть его.

- В делах – это не то слово. Тут прямо как в Советском Союзе, разве что смотра строя и песни нет. Дети напрочь забыли про то, что есть планшеты и смартфоны. Сплошная движуха. Наша Анна там вместе в вожатой руководит каким-то драмкружком, ставят пьесу. Звезда просто! Я снимал на видео репетиции, умрешь со смеху. Пришлю. Ты как? У вас все нормально? – Голос Алексея был совершенно таким, каким был обычно, родным, добрым и заботливым. Не было подозрения, что он хочет казаться лучше, чем есть на самом деле.

- Какие вы молодцы. У нас все хорошо. А меня Серега отправил в Петровац проверить кое-что, заодно искупаться в море. Вернусь с тобой одновременно. Ниночку завтра выписывают с Петей домой. Так что, поедем смотреть на пупсика. – Лена решила все рассказать самой. Как говорится, лучше говорить правду, ну, почти. Кончики ее ушей резко покраснели.

- Слушай, молодец Серый, правильно сделал. Используй эти дни на полную катушку. Я забыл тебе сказать, у нас с отпуском не получится в этом году, есть одно дельце, но это пока сюрприз. Приеду – расскажу. Так что используем предоставленные дни на море, как подарок свыше. Люблю тебя, скучаю. Анька тебе передает привет, правда, я ее тоже порой вижу только издалека. Обнимаю и целую. Скоро увидимся.

- Лешенька, пока мой милый, я привезу тебе бутылочку твоего любимого черногорского, а, может быть, и не одну. Оно тут также по 3 евро за бутылку молодого вина и чуть дороже более выдержанное. До встречи. Целую нашу принцессу и двойняшек. От Маруси привет. – Лена закончила разговор и решила сходить в магазин и купить себе чемодан. Возвращаться им с Иваном придется разными дорогами, а у нее возникло несколько идей, чего привезти отсюда в качестве подарков, но для них требовалась тара в виде сумки или чемодана.

Лена посмотрела на часы, Левантовский обещал вернуться через час. У него был какой-то конференц-кол с партнерами по бизнесу. Она быстро накинула на себя сарафан, впрыгнула в шлепки, взяла сумку через плечо, деньги и направилась на набережную, там рядом с кафе был магазин какой-то кожгалантереи, скорее всего, там продавались и чемоданы. А то как это можно приехать из Черногории домой с пустыми руками?

На ее счастье чемодан нашелся сразу, среднего размера, темно-зеленого цвета. По пути Лена зашла в супермаркет и купила несколько бутылок вина всем домашним. Потом она пробежалась по мясомолочному отделу, взяла несколько упаковок нарезок изысканного лакомства под названием пршут и три упаковки выдержанного сыра. Все это продавалось только здесь, в малюсеньком городке между горами и морем, стоило все это совсем не дорого, но было очень качественным и невероятно вкусным. В отделе «домашний текстиль» она взяла несколько полотенец в подарок маме и Марусе: будет во что завернуть стекло, чтобы не разбилось при транспортировке. Счастливая и довольная Лена направилась обратно к дому. «А теперь надо переодеться и сходить на пляж. Интересно, Иван уже освободился?»

Елена поднялась на второй этаж, ловко перехватив чемодан из одной руки в другую. Настроение было очень хорошим. Она собиралась дождаться Левантовского и пойти снова на пляж. Вкатив чемодан в прихожую, Лена легко и непринужденно направилась к себе в комнату, она даже сразу не заметила, что в гостиной на диване неприметно сидел Иван, запрокинув голову назад.

- Ванечка! С тобой все в порядке? – Лена кинулась к нему и взяла его лицо в свои ладони.

- Леночка, привет. – Иван схватил ее кисть руки и приложил к губам. – У меня большие проблемы, я даже не подозревал, что настолько большие.

- Что случилось? Что-то с бизнесом? – Лена не понимала, что происходит и стала сильно нервничать.

- Меня «кинул» партнер, он просто пропал, мы через две недели должны подписывать контракт и вносить всю сумму на строительство нашего предприятия. Что касается моей доли, я все подготовил, но мне нужен еще миллион евро живыми деньгами и очень-очень срочно. – Иван закрыл лицо руками.

Ну, вот, идиллия закончилась, наступил рабочий момент, пора быстро соображать и искать пути решения проблемы. В такой ситуации Лене стало даже проще жить, конфетно-буфетный период с Левантовским слегка затянулся и начал досаждать ей, а порешать возникшие проблемы – было в самый раз.

- Ваня, ты только не переживай. Если проблему можно решить деньгами – это не проблема. Давай думать, откуда можно взять денег. - Лена быстро включила «соображометр». Ей это иногда удавалось. – Думай, Ваня, ты же – мозг! – она села рядом с ним и обняла его.

- У меня в настоящий момент больше нет свободного миллиона, остальные деньги у меня в деле. Что же делать? – Иван Николаевич закрыл глаза.

На мгновение Елена посмотрела на потолок, потом встала и подошла к окну. В ее голове родилась поистине гениальная идея.

- Иван, я знаю, как тебе решить проблему. Вам надо продать эту виллу. А потом дело пойдет и купите что-то другое, но зато весь бизнес у вас будет собственным, без привлечения капитала чужаков, только ты и наш сын. Звони Сереге, говорите, я думаю, он не будет против. - Лена раскинула в стороны руки, как будто поддерживая их в грядущем деле.

Лицо Ивана стало просветляться, реально эта идея как будто упала с неба, хотя это было самым простым, о чем можно было задуматься, и, казалось бы, лежала под ногами, но только Елена до этого додумалась. «Господи, Лена, это мой ангел, моя радость. Она послана мне свыше. Спасибо тебе, Господи, я буду молиться тебе за нее всю жизнь».

- Леночка, спасибо тебе. Это реально сможет решить мою проблему. Сейчас я поговорю с сыном. – Иван подошел к Лене и крепко прижал ее к себе. – Господи, как же я счастлив… Леночка…

Иван удалился в кабинет и набрал Сереге. Поговорив с сыном минут пятнадцать, Иван вышел уже в обновленном расположении духа.

- Сережа сказал, что надо срочно продавать виллу. Сейчас я позвоню Драго, он мне говорил, что тут один буржуин ходил вокруг и спрашивал, не продаем ли мы домик? Ленка – ты гений! Давай, переодевайся, идем на пляж. Море отменить никак нельзя. Тем более, я привез тебя сюда в первую очередь ради него. Я думаю, решим вопрос. Сережка весь в тебя, такой же классный и надежный. Если мне вдруг повезет, и мы снова будем вместе, это будет самым дорогим подарком в моей жизни.

Лена довольно посмотрела на него. Ну, и прекрасно. Пусть решают вопросы и начинают бизнес. Ей даже было на руку, что Иван слегка переключился на свои проблемы и перестал «нарезать» круги вокруг нее. Более ровное поведение своего некогда пылкого любовника нравилось ей больше, тем более она уже настроилась на встречу с мужем. Положив на одну чашу весов семью, мужа, дочь, а на другого Левантовского с его страстью, Лена все-таки была склонна выбрать и самой присоединиться к первой чаше, где была семья. Так она считала было правильно и более честно, причем, двигало ею не только чувство долга.

Буквально через десять минут Лене позвонил Сережа.

- Мамуль, привет. Как ты?

- Привет, котенок, я в порядке. – Лена очень была рада слышать старшенького.

- Ты же с отцом в Петроваце? – Сергей решил уточнить это на всякий случай.

- Да, сынок, он меня буквально туда перенес, как ураган.

- Мам, а вы снова вместе или как? – Голос Сергея стал очень серьезным.

- Нет, что ты. Так, нахлынули старые чувства, хорошо, что никого больше не было рядом. На море побывала, проверила твою виллу, она чудесная. Скоро домой, Леша возвращается из Туапсе. Аня там звезда «Орленка».

- Уф-ф-ф… Слава Богу… а то я уже испугался, что этот ловелас снова тебя сбил с толку. Я к Лёхе уже привык, он тебя очень любит. Потом Анютка… у вас хорошая семья… отец снова бежит от себя, не ведись на его провокации… - Сергей говорил очень уверенно.

- Спасибо, родной. Я тебя очень люблю. Я очень хочу обнять тебя, Ниночку и Петю. Мы скоро увидимся. Ты не сильно переживаешь из-за продажи виллы? – Лена все-таки решила задать болезненный вопрос.

- Мам, брось ты, если это надо для дела, значит надо. Раскрутимся, значит найдется что-то другое. Эта сделка спасет репутацию отца. Его реально «кинули», здесь вариантов нет. – Сережа был горд собой.

- Спасибо тебе, ты – мое счастье. Я не зря прожила свою жизнь. До скорой встречи. Обнимаю тебя, мой мальчик. - Слова Сергея запали в ее душу, вероятно, он что-то знал еще.

Лена взяла пляжную сумку, которая висела на крючке в прихожей, бросила туда запасной купальник, полотенце и пошла за Иваном, чтобы позвать его на море. Надо было захватить последние деньки и получить удовольствие.

Море было ласковым и приветливым, несмотря на то, что оно еще недостаточно прогрелось. Зато не было пекла и можно было сидеть не под зонтом, а прямо на гальке, которая практически не отличалась от песка, так, была немножко крупнее, и болтать ногами в воде. Так делали малыши, которые параллельно строили сооружения из песка. Их мамашки были лишены возможности спокойно полежать под зонтом, а тем более расслабленно поплавать в море. Они не смыкали глаза и следили за своими чадами, которые по пояс зарывались в песочно-водную массу. Иван сказал, что он должен еще куда-то кому-то позвонить, поэтому на море придет позже. Лену это ничуть не огорчило. Ей даже уже нравилось, что Левантовский с головой погрузился в свои проблемы и держался от нее на «пионерском» расстоянии.

Лена обратила внимание на одну молодую мамочку, которая уже на последнем издыхании пыталась вразумить одного из двух детей выйти и немного погреться, но пацан упорно не слышал ее увещеваний и глубже, и глубже уходил ниже уровня моря, выгружая увесистые лепешки мокрого песка наружу. Второй ребенок, девочка, напротив срочно желала уйти с пляжа и играть в комнате дома. Сама мама просто хотела искупаться. Решить уравнение с тремя параметрами было практически невозможно. Лена встала из своей песчаной ложбинки и сместилась к беспокойной семейке.

- Здравствуйте. Хорошая сегодня водичка, теплеет на глазах. Меня Елена зовут.

Замученная мамашка сначала не поняла, что хочет Лена и бросила на нее хищный взгляд.

- Добрый день. Чем обязана?

Ситуацию надо было срочно разруливать, иначе недалеко и до беды.

- Как Вас зовут? Я хочу Вам помочь.

Молодая мамашка, готовая уже, походя, нагрубить непонятной тетке, которая зачем-то навязывалась, вовремя осеклась и покорно ответила на вопрос Лены.

- Лариса. – И все еще настороженно смотрела на Лену.

- Очень приятно. Лариса, я вижу, что Вы очень хотите искупаться. Я присмотрю за Вашими детками, а Вы идите и спокойно поплавайте. Не волнуйтесь, я умею с детьми, у меня сыну почти двадцать восемь, дочке – девять, и скоро неделя, как родился внук. – Лена весело засмеялась и пододвинулась к мальчику, который пытался построить еще и крепость.

Лариса на глазах обмякла и тоже улыбнулась.

- Ой, простите, а я, как еж, колючая и готова на всех кидаться. Правда, устала. Пойду быстро до буйков и обратно. Неделю уже здесь, а еще ни разу не плавала, вот с ними у берега барахтаюсь, как черепаха. – Мамаша жестом показала на своих «спиногрызов».

- Ступайте, не спешите, я тут с вашими поболтаю, покопаюсь. Насладитесь морем. Лена еще ниже спустилась к мальчику и стала помогать ему строить стены крепости.

Увидев, что брату помогает строить крепость какая-то добрая тетя, сестра тут же примчалась к воде из-под зонта и присоединилась к их компании. Лена выяснила, что Веня и Лиза приехали с мамой из Мурманска, папу не отпустили в отпуск, поэтому мама поехала с ними одна. Вене было шесть лет, Лизе – четыре. Губы у Вени стали немного синеть, видимо, мама не зря пыталась вытянуть его на берег. Лене каким-то чудом удалось уговорить его ненадолго выйти и погреться. А Лиза тем временем решила закончить вторую стенку крепостной стены. С детьми у нее всегда получалось, как с равными, как со взрослыми. Они почему-то всегда слушались Лену, причем, делала она это без особого напряга и ни в коем случае, не повышая голос.

Лена посмотрела вдаль на море, Лариса добралась до волнорезов и села на бетонную плиту. Лена помахала ей рукой, показав на детей, Лариса благодарственно показала поднятые вверх большие пальцы на обеих руках, выражая высшую степень восторга и признательности. «Да, Лёшка что-то говорил, что они с командой заинтересованных лиц хотят организовать детский клуб, чтобы проводить там различные мероприятия и кружки. Могу тоже пойти туда работать усмирителем отбившихся от рук детишек». Она улыбнулась. Дети – это прекрасно. И как же здорово, что у нее есть Сережа и Аня. А скоро и Петя подрастет, а, может быть, появятся еще внуки. Лена мечтательно закрыла глаза. Веня лежал в шезлонге, укрытый полотенцем и согревался. Лиза устроила очередной подкоп под береговую линию. Все были при деле. Через некоторое время из заплыва вернулась Лариса.

- Спасибо Вам, Лен, преогромное, я так классно поплавала. А можно узнать, что Вы им сказали, что эти чертенята стали практически «шелковыми»? Поделитесь, пожалуйста, жизненным опытом. Хотя я бы в жизни не сказала, что Вы – бабушка.

Лена растерянно посмотрела на новую знакомую.

- Даже не знаю, что сказать. Просто стала говорить с ними, как со взрослыми и сказала, что это в высшей степени несправедливо не давать маме плавать и отдыхать наравне с ними. Ведь мама – это не прислуга, а равноправный член семьи, который тоже приехал на море получить свою порцию удовольствия. Мне показалось, что Вене стало немного стыдно. А потом Лизонька подтянулась. – Лена похлопала ладошкой по воде. – Я родила сына в девятнадцать, сама была еще ребенком. Видимо, он меня научил, как надо с детьми управляться. Не переживайте, они у вас отличные ребятки, просто немного на солнце перегрелись. Бывает. Теперь, по-моему, самое время уводить их обедать и отдыхать в пик жары. Давайте, пока они еще «тепленькие».

- Спасибо Вам огромное еще раз. А Вы здесь надолго? – Лариса уже выглядела диаметрально противоположно той рассерженной мамашке, которую встретила Лена час назад.

- Три дня еще, потом в Москву. Давайте объединимся, пока я здесь, присмотрю за детками, а Вы хоть наплаваетесь вдоволь. Вечером приходите обязательно, водичка еще теплее будет.

Не успела Лена оглянуться, как детишки, словно по команде, быстро собрались и были готовы идти на обед.

- Тетя Лена, пока, до вечера. – И дети наперебой замахали своими маленькими ладошками.

- Пока-пока, приятного аппетита. – Лена решила, что тоже было бы не лишним сплавать до волнорезов. Что-то Левантовский не спешил к ней присоединиться. Чем-то он был капитально занят. Периодически срываясь на какую-то пустопорожнюю болтовню для отвода глаз, было видно, что внутри него кипели какие-то страсти.

Елена положила пляжную сумку под зонт и обернула ее сарафаном. Полотенце разложила на шезлонге, чтобы оно прогревалось. Любителей поплавать было как-то не очень много, все обожали воду +27, но Лене и +21 было более, чем прекрасно. Зато в акватории было свободно и вольготно. Она с большим удовольствием проплыла расстояние до волнорезов и, как обычно, присела на плиту немного отдохнуть. Море было спокойным, поэтому было можно проплыть еще метров пятьдесят от волнорезов до красно-синего буя, который был уже самым дальним ограничителем территории, где можно было спокойно купаться. Лена уже намеревалась сделать это, как вдруг она «зацепила» взглядом знакомую спортивную фигуру мужчины, который шел по берегу и высматривал кого-то. Это был Иван, он все-таки пришел на пляж. Елена встала в полный рост на волнорезе и стала махать руками. Левантовский заметил ее и помахал в ответ. Скинув шлепанцы и шорты, Иван Николаевич с разбегу занырнул в море и быстрыми гребками устремился к Лене.

Не успела она о чем-то еще подумать, как Иван ловко запрыгнул на волнорез и крепко обнял Лену.

- Леночка, я жутко соскучился. Как будто мы не виделись год. Ты не скучаешь? Извини, надо было кое-что сделать. Сама знаешь, стоит только что-то запланировать… - Иван засмеялся. – Завтра утренним рейсом мне надо улететь в Швейцарию. Оттуда я уже вернусь в Москву, но зато утренним рейсом завтра же сюда прилетает Сережка. Драго нашел того интересанта, он готов купить виллу, Сергей с юристом будет заключать договор. Так что проведете два дня с сыном. Вы же тоже не часто встречаетесь? – Левантовский снова обнял Лену. Ему все время казалось, что, если он перестанет ее касаться, она растает, как морская пена.

- Ну, что же, бизнес есть бизнес. Спасибо тебе за эти мини-каникулы. А что в Швейцарии? Я так понимаю, что бизнес теперь на сто процентов «левантовский» без примесей чужаков? Или тебя еще что-то связывает с этой чудесной страной?

На мгновение Иван как-то замолчал и начал выглядеть неуверенно, но быстро нашел, что ответить.

- Малыш, ты себе не представляешь, какие они там все консерваторы. Все на бумаге, никаких E-mail. Либо личное присутствие, либо письмо в конверте. Даже в России сейчас все более продвинутое и современное. Там не было таких шоковых изменений в жизни, как это было у нас в стране, вот они и придерживаются своего закоренелого консерватизма. Мне надо в налоговую сходить, проверить все декларации, встретиться с арендодателем и закрыть договор аренды дома. И тогда будет «все».

- А ты там, где обитаешь, в какой части Швейцарии? Я про нее много читала, но так никогда и не довелось посетить. – Лена никогда не спрашивала его о его зарубежной жизни. Почему бы и не спросить?

- Леночка, я жил в Лугано, это – итальянская Швейцария. – Очень приятное место. – И лицо Левантовского внезапно примерило маску грусти.

Глава 31

Проснувшись утром, Лена поняла, что Иван уже уехал. На журнальном столике лежал небольшой сверток, перевязанный красивой атласной ленточкой. Она посмотрела на часы, было 7.00. Стало немного грустно. В основном, грустила она о том, что больше никогда не посетит этот дом, сегодня приедет Сережа, и дом продадут другому человеку. Хотя она сама была здесь всего два раза, но уже успела неким образом «прикипеть». «Ну, что ж, если это неизбежно, это нужно принять и жить дальше. Жизнь на этом не заканчивается. Значит будет что-то еще. Сережа – молодой, перспективный, должен был нахвататься у отца хорошим и полезным навыкам ведения бизнеса. Да, и сам он от природы очень цепкий и смекалистый. Найдет что-нибудь еще. Может быть, все вместе будем выбирать». Лена мечтательно потянулась. Надо идти умываться, завтракать и ждать сыночка. Драго сказал, что самолет прилетает в 9.00. Время еще есть.

Смартфон на стеклянной столешнице задребезжал. Лена взяла его в руки и посмотрела на экран, там было сообщение от Левантовского: «Доброе утро, любимая! Я подлетаю к Женеве. Не забудь забрать сверточек на столике. Обнимаю. До встречи в Москве». Елена уже забыла, что заметила какой-то сверток на столике и решила его все-таки рассмотреть. Она развязала ленточку, аккуратно развернула бумагу. Внутри свертка оказалась маленькая черная коробочка с надписью золотом «Chopard». Она открыла коробочку, внутри была атласная подушечка, разделенная пополам, в самом центре лежало кольцо. Это было необыкновенное кольцо из розового золота, оно было разомкнутым. На одном конце располагалось более крупное сердце, украшенное опалом, второе миниатюрное, на противоположном конце с подвижным бриллиантом, танцующим между двумя сапфировыми стеклами. «Господи, Ваня, он все-таки добился своего. Я бы никогда не выбрала такого кольца. Очень красивое и, наверное, безумно дорогое». Лена примерила его на безымянный палец левой руки. Оно смотрелось действительно очень стильно и эффектно. Взяв в руки смартфон, Лена сделала фото кольца на своей руке и отправила Левантовскому со словами: «Спасибо. Королева в восхищении!»

Приведя себя в порядок, выпив чашку кофе с творожком, Лена была готова к встрече с Сергеем. Они были очень близки и сейчас, когда Сережа женился и уже основательно отселился от Лены и ее родителей, ей страшно не хватало видеть его. Созванивались они несколько раз в день, но видеться, это было отдельным таинством. Вот и теперь она ждала машину Драго, которая должна привезти любимого ребенка из аэропорта. Лена приготовила ему кое-что перекусить с дороги, потом он должен был встретиться с покупателем, а вечером Елена думала, что они сходят в рыбный ресторан. Проводить время в рыбном месте и не наесться рыбы было бы непростительно.

Лена вспомнила 1993 год, Сережке исполнилось четыре года, он родился очень болезненным, в садик ходил в крайнем случае, как говорится, скорее не ходил, потому что как только наступала осень, плавно переходящая в зиму, бациллы обычно побеждали и ребенка старались держать дома в тепле, пичкая порошками и народными средствами. К лету папе на работе дали путевку в пансионат в Анапу на Пионерском проспекте, названия пансионата Лена уже не припоминала, помнила только то, что проспект этот был самым протяженным в городе, более десяти километров. Поехали вчетвером, Лена, Сережа, мама и Маруся. Было весело и просто. Несмотря на то что Сережка был шустрым и шебутным, все успевали и за ним присмотреть, и наплаваться вдосталь. Еда была нехитрая, собственно, обычная советская столовская еда. Добирали фруктами на рынке или просто заходили во дворы к бабушкам. Надо сказать, что после этого лета в Анапе Серега стал как-то даже здоровее, а потом начались бассейны, спортивные секции и потихоньку общими усилиями укрепили иммунитет любимцу семьи. А теперь он вырос и даже уже продает свою виллу в Черногории, чтобы спасти репутацию своего отца, которого он узнал случайно в 18 лет. Да, чудны дела твои, Господи... Лена еще раз посмотрела на кольцо, которое как будто бы было у нее всегда. Два сердечка, одно побольше, другое маленькое, рядом, но никак не могут соединиться. Да, история знакомая, даже ювелиры это воплощают в своих изделиях. Лена подошла к окну, во двор завернул автомобиль Драго.

Управляющий вышел из автомобиля, следом за ним ловко выскочил Сергей, из вещей у него был всего лишь большой рюкзак для всего необходимого и сумка-планшет через плечо для бумаг и документов. Лена сверху помахала сыну рукой, Сережа улыбнулся ей и стал махать обеими руками в ответ. Вскоре он поднялся на второй этаж.

- Мамочка, привет. Как же я соскучился! – Сережа обнял Лену и крепко прижал ее к себе. Точно также ее любил прижимать к себе Иван. Что-то у них с сыном было очень общим.

- Здравствуй, родной мой. – Лена обхватила его лицо руками и чмокнула три раза в щеки. – Слава Богу, я очень волновалась. Бросай вещи, проходи, буду тебя кормить. Мой руки с дороги. – Сергей удалился в ванную комнату.

Елена быстро пошла к холодильнику и стала вытаскивать тарелки с уже заготовленными нарезками. Потом в тостер были загружены кусочки хлеба. Следующим нажатием включилась кофеварка. Как же сейчас все просто и удобно. Молоко, сливки, все было на столе. «Надо спросить, может быть, Сереня захочет омлет или глазунью.»

Сережа умылся и выглядел свежим и отдохнувшим.

- Ой, мам, как же хорошо здесь!

- Омлетик сделать? – Лена не унималась.

- Мам, спасибо, я думаю, что всего, что стоит на столе будет более, чем достаточно! Пожалуйста, присаживайся сама и не суетись. – Серега отодвинул стул и аккуратно усадил мать за стол. Потом подошел к кофемашине и налил две чашки ароматного кофе.

- Спасибо, милый, еще чашечка кофе совсем не повредит. Как вы там? Как Петенька? Все в порядке? Молочко есть? Ниночка восстанавливается? Кто с ней сейчас? – Лена хотела узнать сразу все, причем, абсолютно искренне, как настоящая бабушка и истинная мать.

- Петька ест, как богатырь. Молоко есть, но с таким аппетитом, боюсь, не хватит. Придется чем-то добивать, наверное, сразу мясом. - Сергей засмеялся. - Нина нормально, приехала тёща, но она у меня и сама шустрая, Петя не очень орет по ночам, в принципе, пока жить можно. Сейчас фотки покажу, на тебя похож, все сказали в один голос. – И Сергей передал Лене свой телефон с галереей фотографий внука.

Да, сходство с бабушкой Леной было потрясающее, надо сказать, что Сережа тоже очень походил на мать. Недаром Драго спросил, не виделся ли он с ней когда-либо, хотя виделся только с Сергеем.

- Масенький, рыбка моя, как же я хочу тебя обнять и потискать. Похож на меня и на тебя, хотя еще поменяется, наверное, должен быть на свою маму Нину похож. Так обычно бывает, мальчики на мам, девочки на пап. – Глаза Лены стали влажными, она быстро проморгалась, это были слезинки счастья.

- Приедем в Москву, сразу к нам. – Сергей с аппетитом поглощал круассан с пршутом и вялеными томатами. – Как вы тут отдыхали? Все нормально? Не успели поругаться? – Серега прищурился и хитро смотрел на мать.

- Что ты! Мы почти не виделись, Иван все на телефоне и в ноутбуке. Я уже тут взяла шефство над одной семьей на пляже, мамашка с малолетними детьми неделю не могла искупаться, я их взяла на себя, вот, подружились. Ребята из Мурманска приехали погреться, загореть. Белые-пребелые северяне, приглашали на рыбалку на треску. – Лена весело рассмеялась. – Вот колечко подарил, я уж не знаю, как к этому относиться. – Она протянула руку с кольцом сыну.

- О, батя знает толк в красоте. Молодец. Одобряю. – Сергей похлопал в ладоши. – И чего вы себе думаете?

- Ничего, прокатилась на море, послезавтра домой. Это я про себя. Ваня какой-то озадаченный, видимо, проект серьезный, не до шуточек. – Лена допила кофе. – А что он так в Швейцарию сорвался? Говорил мне, что съездит туда, но позже. Там какие-то проблемы? Я надеюсь, не финансовые? Ничего больше продавать не придется?

Сергей перестал улыбаться и очень серьезно посмотрел на мать.

- Уффф… Ладно, расскажу, все равно шила в мешке не утаишь. Отец говорил тебе, что он как переехал в Лугано, там, в Швейцарии увлекся шоссейными гонками? Короче, он так в это дело внедрился, что я сначала порадовался, что он перестал страдать. На самом деле, когда он нашел тебя в 2006 году, он просто ушел на дно, с одной стороны, он радовался, что мы с ним встретились, с другой, он жалел, что не проявил настойчивости и не забрал тебя к себе. Там Маруся на него так наехала, что он реально испугался. Он принял решение совсем уехать из России, чтобы ничто его не провоцировало искать тебя. Как говорится, с глаз долой. Гонки вернули его к жизни. Учитывая его азартный характер, это было то, что ему нужно. Папа резко занялся своим здоровьем, сел на диету, пошел на массаж, спортзал, никакого пива и мусорной еды. То, что ты видела сейчас – это результат колоссальных усилий. Но там поставили условия, что пилот должен иметь определенный вес и параметры. Соответственно, показатели здоровья должны быть в рамках установленных норм. Ему удалось все вывести буквально в идеальную линию и уже за пятьдесят ему позволили начать заниматься. – Сергей встал из-за стола и налил себе еще кофе. – Видимо, это занятие очень увлекло его. Естественно рваться за гран-при он не собирался, нравилось действие и скорость. Он даже как-то попал в аварию, слава Богу, обошлось. Видела у него шрам внизу живота?

Лена покраснела и с улыбкой посмотрела на сына.

- Нет, шрама я не видела. – Она закрыла лицо ладонями.

- Ну-ка, с этого места поподробнее, пожалуйста. – Удивления на лице Сергея было не скрыть, что он облокотился о стол и приблизился к лицу матери близко-близко. – Чем вы тогда занимались? Как скажет тетя Маруся, в шахматы что ли играли?

- Мы только целовались. – Произнеся это Лена, не отрывая ладони от лица, она стала истерически смеяться.

Сергея также начал душить смех. Он, конечно, понимал, что мамашка у него не от мира сего, но, чтобы настолько.

- Нормально. Ладно, верю. Вот тебе я верю. – Он откинулся на спинку стула и салфеткой вытер слезы.

- Понимаешь, сынок, когда я увидела его на кладбище, меня снова, как током прошибло. Нахлынули старые чувства. А со временем как-то все утихло и улеглось. Все-таки столько времени прошло. Я понимаю умом, что мы где-то родственники, но не более того, что у нас общий взрослый сын, а теперь еще и внук. Я инициативы не проявляла, Ваня тоже не рвался в бой и был каким-то робким, видимо, нам нужно было другое, чтобы понять, что мы значим друг для друга. Так мы проспали с ним несколько ночей в одной кровати под разными одеялами. Как-то так… - Лена устало посмотрела на Сережу. – Я тут тебя не заболтаю? Ты не опоздаешь на сделку?

- Нормально, еще полтора часа и приедет мой юрист, Герман. – Сергей посмотрел на часы на руке. – Короче, отец после аварии и операции был определен в «ослабленную» группу. Инструктором у него была Габриела Торнелли, Габи, шикарная девчонка. Она даже была призером каких-то гонок. Я ее видел однажды, когда ездил к отцу. Мне кажется, он влюбился в нее сходу. Она в него тоже, отцу было 53, ей 35. Она его восстановила, он даже где-то успел поучаствовать. Потом они поженились. Габи была одержима скоростью. Ей ничего не было надо, кроме этого. Надо сказать, что отцу тоже. Те шесть счастливых лет вместе были для него подарком судьбы. А в 2015 году Габриела попала в аварию. Как потом говорили, кто-то устроил ей подлянку и испортил тормоза. В общем она разбилась вдребезги, ее собирали по кускам, но она не умерла. Отец определил ее в клинику, где её подключили к аппаратам. Сначала даже была надежда на то, что она очнется. Прошло полтора года, отец продолжал оплачивать клинику, но прогнозы были неутешительными. Многочисленные анализы показывали, что мозг практически умер, а сердце качала помпа… - Сергей взял салфетку и вытер пот со лба. Рассказ получился очень эмоциональным. – Я так понял, что папе сказали срочно приехать и решить вопрос об отключении Габи от аппаратов. Казалось бы, человек платит деньги, держи пациента на аппаратах сколько влезет, но, вероятно, и в этих кругах тоже существует определенная этика и четкие правила. – Сергей посмотрел на мать. Лена сидела, смотрела в одну точку и по щекам у нее в три ручья текли слезы.

Глава 32

- Мамуль, не плачь, прошу тебя. Прости, но я должен был тебе это рассказать. – Сережа вскочил со стула, подбежал к матери и прижал её к своей груди. – Не плачь, умоляю. – Он не мог видеть горьких слез матери, понимая сколько слез она, в принципе, пролила в своей жизни по милости его дражайшего папаши. – Я же знаю, что будет. Только что-то там произойдет, Маша сразу начнет «гуглить» швейцарские сайты, найдет выдержку из местной газеты и начнет тебе рассказывать последние новости. Зная её горячую любовь в кавычках к Ивану Левантовскому и, зная твой впечатлительный нрав, я представляю, что может случиться. Я не осуждаю ее, наверное, она имеет на это право, но лучше я сам тебе спокойно все расскажу, а уж когда она подключится, ты уже будешь воспринимать это спокойнее. Согласна?

Лена взяла салфетку и вытерла глаза. Хорошо, что не успела накрасить ресницы. Да, в общем-то незачем это делать, все равно нырять в море.

- Спасибо, детка, ты – мой оберег. Раньше такой была Машка, она всегда брала удар на себя. Я всегда была некоторой «размазней», мне всех жалко всегда было, а Маруся у нас тоже сначала была такой девочкой-пай, но, понимая, что у меня перевоспитываться не получается, начала вырабатывать характер и научилась шашкой махать. Господи, что б я без нее делала? Да, и ты тоже. Она с тобой столько сидела и возилась, так что тоже тетку не забывай. – Елена встала и обняла сына. Какой он стал огромный и красивый, а был такой же малюсенький, как сейчас Петруша. – Ладно, прочь сырость, прости меня тоже, тебе надо настроиться на деловой лад, чтобы ничего не пропустить. А я схожу на пляж, во-первых, хочется еще искупаться, а потом Лариса меня ждет и дети тоже. – Лена улыбнулась, хотя внутри все бушевало и кипело.

- Давай, я как закончу, сразу тебе позвоню и тоже к вам присоединюсь. Знаешь, как-я-то на море хочу? – Сергей звонко чмокнул мать и пошел переодеть рубашку.

Лена собрала сумку на пляж, умылась, припудрила распухший нос. Позвонила Лешке, он выяснил, когда они с Серегой прилетают и даже пообещал их встретить, потому что он приедет гораздо раньше. Все складывалось весьма красиво, и они прилетят из Черногории даже с Сергеем. Хотя какое это имеет значение? Они с Алексеем доверяли друг другу. Ломать голову по поводу незнакомки в кафе она уже не хотела, даже если что и было, она тоже не ангел, так что можно сказать, что счет 1:1. Она как всегда оказалась в руках Левантовского в силу двух довольно эмоциональных событий: смерти бабушки и рождения внука. И вообще, учитывая, что происходит у Ивана, она вообще должна молчать в тряпочку. Может быть, она, Лена у него в жизни существует как нечто светлое и жизнеутверждающее, такая мягкая жилетка. И пускай у них нет будущего, Лена была рада, что смогла побыть с ним в минуты дичайшего горя. А то, что он ничего не рассказал, так это его право. «Интересно, что у него там за шрам? Вот почему он ходит в таких длинных плавках?»

Раскладывая в голове всю полученную информацию, Елена незаметно быстро добралась до пляжа. Ее мурманские друзья уже были на месте, Лариса учила плавать Лизу, а Вениамин снова что-то строил. Увидев Лену, дети побежали к ней с восторженными криками и повисли на ней, как грозди. По дороге Лена купила им по початку горячей кукурузы и выдала, чтобы они немного обсохли и отдохнули.

- Привет-привет, друзья. Как настроение? – Елена уже выглядела получше, надо было отвлечься, поэтому она решила разговориться.

- Здравствуйте, тетя Лена. А мы тут собираемся покататься на кораблике после обеда. Поедете с нами? – Лиза отпихивала Веню и хотела быть ближе к Лене и касаться ее руки.

-Привет, Лен. – Лариса тоже была в порядке.

- Вы – молодцы. Давайте маму отпустим поплавать? Лара, давай, пока они не передумали. – Лена махнула рукой, как на старте.

- Да, непременно. Море становится все теплее и теплее. – И Лариса быстро зашла в воду и шустро поплыла.

- Друзья, насчет кораблика не знаю, ко мне приехал сынок, я обещала подождать его на пляже. У него сейчас переговоры. – Лена очень важно посмотрела на детей, ей было очень радостно за Сережу, что он у нее такой деловой и правильный.

- А сколько ему лет? Он поиграет с нами? – Лиза стала выяснять подробности, как истинная женщина.

- В это воскресенье, 18 июня, ему исполнится двадцать восемь лет. Мне самой не верится, но это так. Вот такой у меня уже взрослый сын. Вы тоже не заметите, как станете взрослыми. Поэтому не спешите и наслаждайтесь своим счастливым детством. – Лена обняла Лизу и тут же Веня подлез под вторую руку. «Господи, какие же хорошие и ласковые детки, слава Богу еще есть нормальные семьи. Прямо, как мой Сережа. Мой ангел!» - Давайте вы сегодня покатайтесь на кораблике, а завтра утром мы с Сережей придем на прощальное купание, и он с вами поиграет. Мы завтра уезжаем домой.

- У-у-у-у! - Дети начали недовольно скулить. - А тогда вы приезжайте к нам в гости. У нас тоже есть интересные занятия, рыбалка, северное сияние. Правда, у нас обычно холодно, надо тепло одеваться.

- Обязательно приедем. Я никогда не была в ваших краях. – Лена сняла сарафан. Вскоре из воды вернулась Лариса.

- Ленусь, давай, прям, шикарное море, освежись. Так, а вы, марш переодеваться, скоро к пирсу подойдет катер.

- До завтра, встречаемся утром здесь. – Лена послала детям и Ларисе воздушный поцелуй и неспешно пошла в воду.

Вода действительно прогрелась на два градуса, не меньше. Людей, к счастью, было все равно не много. Иван и Габи не выходили из Лениной головы. «Если ему было 53, а ей 35, то Габи на четыре года моложе меня, значит сейчас ей сорок три. Господи. Какой ужас…» Лена решила не сидеть на волнорезе, а сразу перепрыгнуть его и поплыть дальше до крайнего буйка. Так мысли не сильно одолевали ее. Она поплыла дальше. За волнорезами вода была еще чище. Вот в стороне показался белый катер, дети, наверное, уже в восторге.

Маша все время убеждала Ленку в том, что Левантовский – проходимец и все делает только ради собственной выгоды. Лена упорно не хотела в это верить. Даже когда она родила Серегу, и все родственники стали ее «пытать», кто отец? Маруся по-тихому зажала ее в углу и попробовала спровоцировать выдать всю правду, да еще сходить в министерство, чтобы ему жизнь медом точно не показалась. И тогда, несмотря на всю свою мягкость, Лена стала тверже алмаза и сказала, что, если кто-то посмеет испортить ему жизнь, она возьмет сверток с Сережей и уйдет из дома. Обычно Лена такой не была, но если уж случалось, то она обычно не шутила. От греха подальше родственники от нее отстали. Правда, и Иван не появился ни через четыре года в 92-м, ни через восемь в 96-м.

Подплыв к огромной бочке расцветки команды ЦСКА в голову Лене внедрились стихи Юлии Друниной:

Не встречайтесь с первою любовью, Пусть она останется такой — Острым счастьем, или острой болью, Или песней, смолкшей за рекой.

Не тянитесь к прошлому, не стоит — Все иным покажется сейчас… Пусть хотя бы самое святое Неизменным остается в нас.

Все верно было сказано в этих двух четверостишиях. Лена хотела воспринимать Ивана таким, какого она полюбила его, когда ей было семнадцать, а ему тридцать один, и не пытаться что-то исправить через тридцать лет. И она принимала, что все его фиглярство и понты были не более, чем защитной реакцией, потому что он очень хотел быть именно с Леной, а этого не сложилось, и он бежал от себя, загружаясь работой, увлечениями и новыми отношениями. Наверное, он и сам был не рад, что ползал по разложенной на полу карте Москвы, выискивая адрес Лены тогда летом 2006 года, и все-таки нашел ее. Но слишком много утекло воды, слишком много. Лена зацепилась за крюк, к которому был прилажен буй. Она увидела, что не сняла новое подарочное кольцо, а в воде пальцы становились тоньше и кольцо могло соскочить на «раз». «Господи, какая же я все-таки нескладеха. Теперь буду думать только об этом кольце».

«Не тянитесь к прошлому, не стоит — все иным покажется сейчас. Пусть хотя бы самое святое неизменным остается в нас». Повторяла Лена прекрасные стихи, поглядывая на палец с кольцом. Она решила сжать левую руку в кулак. «Да, если бы меня сейчас видела Машка, она бы лопнула от смеха». Подплыв к волнорезу, Лена попыталась подтянуться на руках. Чтобы встать на него. Но так как левая рука была зажата в кулак, это создало дополнительные трудности. В третий раз пытаясь запрыгнуть на бетонную плиту, Лена вдруг поняла, что летит куда-то вверх. Она уже собралась закричать. Но тут поняла, что просто чьи-то сильные руки подхватили ее и поставили на волнорез. Она подняла глаза и увидела Сережку.

- Ой, сынок, ты уже здесь? Как все прошло? Нормально? Продал «нашу девочку»?

Сережа стоял на волнорезе и улыбался своей лучезарной белозубой улыбкой, он был очень похож на отца в этом возрасте, только глаза были смеющимися, Ленкиными.

- Блин, мам, я уже собрался полицию вызывать. Звоню тебе полчаса. Решил уже пойти сюда, я знаю, что здесь лучший пляж и отец наверняка привел тебя именно сюда. Слава Богу нашел. Продал, все. Аванс даже пришел уже. Я решил, что ничего забирать не буду отсюда, смысл? Еще наживем, если что-то где-то купим, правильно?

- Жалко, конечно, но надо, так надо. Поплавай как следует, и пойдем отметим. Мы тут такой ресторан рыбный нашли. Рыба фантастическая. Только вино купим подешевле, а то Иван Николаевич, в прошлый раз, как всегда, решил выпендриться «на все». А нам деньги сейчас нужны для дела. – И Лена, хитро взглянув на сына, ловко спрыгнула с пирса, плотно сжимая левую кисть в кулаке.

Глава 33

Проснулась Лена очень рано, в день отъезда всегда начиналась какая-то предполетная горячка. Самое главное, это было не забыть паспорт и деньги, а также хорошо упаковать бутылки с вином в недавно купленные полотенца. Как только открылся супермаркет, она «слетала» туда еще и набрала кучу упаковок с нарезанным пршутом. Если вино еще можно было купить, правда, дороже раз в пять, то черногорского пршута в Москве просто не существовало, как класс. Когда Лена вернулась на виллу, Сережка уже шуршал на кухне.

- Доброе утро, малыш! Пойдем купаться? А то, когда еще на море попадем?

- Мам, привет. Отец не звонил? – Сын был каким-то встревоженным.

- Нет, он только вчера написал, что долетел и все. А что ты так волнуешься? Наверняка, у него там куча дел, в общем-то, не самых радостных. Давай наберем ему ближе к обеду? – Лена видела, как Сергей был привязан к Ивану, и это очень радовало ее. По крайней мере, у Вани появился очень близкий и родной человек, который теперь будет совсем рядом, не то что в течение последних десяти лет. Хотя тогда была Габи, но можно ли было сравнивать ее с Сергеем?

- Давай. По чашке кофе и пойдем поплаваем. Драго отвезет нас к 19.00 в аэропорт. Времени еще вагон.

Они сварили кофе, ели тосты, круассаны, весело болтали. Лена уже не помнила, когда так общалась с сыном. Было и радостно, и грустно, радостно, потому что Сережа вырос, стал образованным и состоявшимся человеком, отцом семейства, а грустно, потому что всегда жаль, когда дети вырастают, значит ты становишься старше, стареешь, а это всегда очень хочется приостановить, хотя это неизбежно.

На пляже их ждали Лариса и дети. Дети очень обрадовались Сергею. Они, конечно, не поняли, что такое двадцать восемь лет, и когда увидели высокого красавца под два метра ростом, то сначала слегка ошалели, а потом оккупировали его и не отпускали вплоть до их ухода на обед. Лена и Лариса обменялись телефонами. Почему-то идея съездить в Мурманск на рыбалку очень понравилась Лене, почему в отпуск обязательно надо ездить на теплое море, а вот взять и поехать на холодное. Она очень хотела посмотреть северное сияние. Ну, вот и надо посмотреть.

- Ну, что теперь поплыли? – Лена подмигнула сыну. – Что, устал от детей? Тренируйся, скоро Петя будет на тебе ездить, как на лошадке. И попробуй откажись.

- Двое сразу – это жестко. Теперь понимаю бабулю с дедулей, когда вы с Машкой у них родились обе одновременно, ну, и нашу Марью-царевну. Интересно так, а у тебя дети по одному родились. Генная инженерия! – Серега озадаченно посмотрел на небо. Начинали собираться облачка и стало еще комфортнее, хотя особо жарко не было с самого начала.

- Хорошо, когда дети растут в полной семье. Это – большое счастье, и получается не так сложно, например, как было у меня с тобой. Мне было легче, потому что родители и сестра помогали. Хорошо, что дед был еще молодой и ты не испытывал дефицита мужского внимания. Мальчик обязательно должен воспитываться в семье с отцом. Поэтому ты такой хороший и вырос. – Лена встала и пошла к воде.

Сергей тоже поднялся. И они одновременно бултыхнулись в море и поплыли. Прощай, Черногория. Здравствуй, Тула. Как говорится, business first. А там уже, как пойдет.

- Мам, ты мне никогда не рассказывала, почему ты выбрала отца? – Сергей, правда, никогда не задавал Лене такого вопроса.

- Честно тебе сказать? Скорее, он меня выбрал, а я особо не сопротивлялась. Произошла химическая реакция чистой воды. Потом понравилось, втянулись, а потом его отправили в командировку. По большому счету, ничего толком не было. Он десять дней пожирал меня глазами в пансионате, а потом все произошло в квартире бабушки Нади. Она как раз в Коломну уехала к сестре, борща нам с Машей наварила, мы и пошли его в холодильник убрать. Вот так. Ничего нового. Если бы я не забеременела, вообще бы ничего не было. Разошлись бы, как в море корабли и все. Хотя я ему сказала, что не буду оставлять ребенка. Надо тебе сказать, что с 88-го года никаких упоминаний об Иване не было. Я не собиралась его искать, вероятно, в его планы это тоже не входило. У него были другие дела, поважнее меня. – Они доплыли до волнорезов и решили немного посидеть-отдохнуть.

- Поэтому вы рассказывали мне, что мой отец погиб в Афганистане? Пытались и тогда его героизировать, а не выложили всю правду про проходимца, который обманул невинную девочку. – Сережа обнял маму и поцеловал. – Какая же ты у меня необыкновенная! Я таких никогда не встречал. Нинка, она хорошая, но она не такая.

Лена засмеялась. Ей было приятно, что Сережа нуждается в ней, в том смысле, чтобы просто посидеть-поболтать и прикоснуться.

- Машка вообще считает меня малахольной. У каждого свои мерила. Да, я сама про себя все знаю. Как вижу твоего папку, мозги сразу отказывают. Хотя виделись мы за двадцать девять лет не больше десяти раз. И так бывает. Но теперь я поняла, что нет у меня с ним будущего. Слава Богу у вас дела, бизнес, на здоровье. У меня муж, дочка, нам с Лешкой её еще растить и растить. Мы разные. Одно дело – покуролесить, а другое – жить вместе и тереться задницами в местах общего пользования. Он же все равно лидер, привез меня к себе, сдувал пылинки, а я собиралась пожарить ему мяса, не разрешил ничего делать, нанял повариху. Нормально? Я не стала сопротивляться. Поэтому, я думаю, что я ему быстро надоем, ему нужна такая, как Габриела, которая запрыгнет в болид и выжмет двести километров в час. И с ней он, наверное, особо не спорил. Наверное, наслаждался каждым днем. Но не долго музыка играла. Жалко до безумия. А как произошла осечка, побежал снова меня искать, чтобы уткнуться в жилетку. И что характерно, ни слова не сказал, просто хотел быть рядом. Что он теперь делать собирается? Он со Швейцарией совсем завязывает? – Лена с грустью и интересом посмотрела на сына.

- Да, он решил уехать оттуда совсем. Габи была сиротой, я не знаю, где он ее похоронит. Либо возьмет урну с прахом и похоронит в Рязанской области рядом с родителями. – Сергей спрыгнул с волнореза «солдатиком» и ушел с головой под воду. Потом он подпрыгнул вверх, подплыл к Лене, взял ее за ноги и утащил вниз под воду. Затем бережно поднял и снова усадил на плиту. – Давай, просолись напоследок, а то в Москве один угарный газ.

- Как здорово! Я сама не решалась. А ты все правильно сделал. – Лена отплевывалась и вытирала глаза от соленой воды.

- Кстати, они с Габи поженились не просто так. Отец что-то подобное предполагал, детей они заводить не собирались. При ритме жизни Габриелы, рожать ей было просто некогда, она, в общем-то, не парилась по этому поводу. А в случае, если бы она была одинокой, ее бы никто не стал никуда класть на аппараты. А так, воля супруга. Был шанс вытащить человека с того света. Тоже не совсем дерьмовый мужик, как думают многие. – И Серега снова ушел под воду с головой.

Лена встала на волнорез и посмотрела вниз на гладь воды. Ей очень захотелось прыгнуть «рыбкой», но она в какой-то момент испугалась и просто сползла в воду. В этот момент показалась голова Сереги.

-Ну, что. Поплыли обратно, надо Ване позвонить. Ну, и Леше, Марусе. А то они решат, что я попросила здесь политического убежища. Ты, кстати, кому-нибудь, кроме жены говорил, что улетел сюда? И про повод?

Серега протер глаза.

- Нет. Только Нинка знает. Если до нее дозвонились наши, то что-то сказала. Но они сейчас её беспокоить не будут, так что мы с тобой тут, как говорится, под прикрытием.

Они поплыли к берегу. И мало кто мог предположить, что это были мать и сын. Лена достала телефон из сумки, на экране «завис» неотвеченный вызов от Маруси. Надо перезвонить.

- Алло, Маш, привет. – В ухе еще булькало, поэтому Лена прикидывала, к какому из ушей лучше приложить трубку.

- Систер, здорово. Я тебя потеряла. У вас все нормально? – Голос Маруси выражал беспокойство.

- Все хорошо, не переживай. Сегодня вылетаем домой. Лешка приехал? Мне пока не звонил.

- Лешка дома, сказал поедет встречать вас. – Маша сделала загадочную паузу. – У вас уже шведская семья?

Лена разразилась смехом, аж слезы брызнули из глаз.

- Муська, ты же ничего не знаешь. Мы здесь с сыночком. Сережа прилетел вчера. Он продал виллу, нужны еще деньги для их завода. Ваня в Швейцарии, у него там дела.

- А-а-а, тогда понятно. Идеальное возвращение. Леночка в своем репертуаре. Комар носа не подточит. Браво! – Маша хмыкнула. – Значит накрылся мой отпуск на вилле в Черногории? Всегда вот так. Наприглашают сначала, а потом раз, и нету виллы.

- Так получилось, Ивана подставил партнер. Зато теперь будет чисто семейное предприятие. Заработают денег, купят другую, еще лучше. – Лена пыталась объяснить сестре детали.

- Ладно, бывает, я не думаю, что это просто так. Как наш дорогой и любимый? Снова тебя сбил с прямой дорожки? Что ты собираешься делать? – Машу распирало все выяснить. Она не была вредной, просто, когда появлялся Левантовский, Лену приходилось «выпрямлять», а это умела делать только она.

- Не волнуйся, моя любимая систер, я излечилась от этой болячки. Хватит уже фигней страдать. А Иван пусть занимается с Сережей бизнесом. – Лена посмотрела на Сергея, он говорил по телефону, лицо у него было очень серьезным.

- Если так, то хорошо. Да, мои фитюльки тут фотки прислали, та мартышка в красной майке так рядом с Лёхой вьется. На всех фотках рядышком. Будет тебе факультативчик разобраться. – Ладно, привет племяшу. Пршута-то привезешь?

- Привезу, уже чемодан забила до отказа вином и пршутом. Да, еще сырок «Грана Падано». Прощена? Целую. – Лена закончила разговор, встала с шезлонга и подошла к сыну.

Сергей как раз закончил разговор.

-Что там? – Лена обняла Сережу.

- Отец сказал, что все сделал, завтра даже получит урну с прахом, если его выпишут из больницы. Он оступился и упал. От падения у него чуть не разлился аппендикс, еле успели прооперировать.

Глава 34

Ноги Лены подкосились, она резко побелела, и Сергей едва успел подхватить мать.

- Мам, что с тобой? Есть вода? В сумке? – Сережа усадил ее на лежак и мигом схватил сумку, в которой находилась пластиковая бутылочка с водой. Он открыл бутылку и передал ее Лене.

Лена жадно сделала несколько глотков, было ощущение, что внутри нее все пересохло, как в самой жаркой пустыне.

- Господи, Ваня… Интересно, он крещеный? Я даже и этого не знаю.

- Крещеный точно, у него в Скопине жила тетка, он ее крестной называл. – Сергей сел рядом с мамой и обнял ее за плечи. – Напугала ты меня. Чуть не лишился обоих родителей.

- Пойдем в храм сходим, в ту церковь святого Илии. Свечку за его здоровье поставлю, записку подам. Пусть быстрее поправляется. А он как говорил, нормально? Я хочу ему позвонить. Мне надо ему кое-что сказать, а то вдруг он забыл из-за наркоза. – Лена встала и с надеждой посмотрела на сына.

Сережа тоже встал с шезлонга и посмотрел на мать сверху-вниз. Господи, как же он ее любил и боготворил. Это был самый родной ему человек, та, которая дала ему жизнь несмотря на все преграды и трудности. Он обнял ее.

- Да, все с ним нормально. Лежит и с ума сходит от безделья. Небось, лапароскопию сделали, так что завтра уйдет из больнички на своих двоих. Звони, он так быстрее поправится.

Елена уже не слушала сына и нажала строчку с номером Левантовского.

- Алло, Лена. Леночка. Привет, моя любимая. – Иван от неожиданности немного охрип.

- Здравствуй, Ваня. Как ты? Как же ты так? – Лена начала говорить и по щекам у нее потекли слезы.

- Ну, вот такая ерунда. Не переживай, все сделали, парочка проколов и нет аппендикса. Слава Богу успел не лопнуть, горемыка. Как ты? Сережка тебя развлекает? Не то, что я, сачок. – Иван засмеялся и инстинктивно схватился за живот.

- Все хорошо, Сережа – молодец, в нем я никогда не сомневалась. Сейчас сходим в храм, помолимся за тебя и на дорожку, и будем собираться в аэропорт. Поправляйся, Ванечка, в воскресенье надо что-то устроить в честь дня рождения сына. Ты приедешь или у тебя еще дела? – Лена как-то строго спросила его об этом.

Левантовский ответил не сразу. Такое ощущение, что он набрал в легкие воздух.

- Так, сегодня 14-е… Буду обязательно в субботу вечером, вы там все организовывайте, я все оплачу.

- Я спросила об этом лишь потому, что хотела бы, чтобы ты присутствовал на семейном торжестве, как отец Сережи. Ты же никогда этого раньше не делал. Оплатить мы можем и сами, сейчас не это главное. Приезжай живой и здоровый. Все, отдыхай, была рада слышать твой живой голос. Целую, до встречи. – Лена положила телефон в сумку.

Они ушли с пляжа, сходили в храм, Лена купила несколько свечей, написала записки, помолилась, положила все в ящичек. Свечи поставила на площадки с песком. В храме никого не было, все можно было брать самим, а деньги и записки класть в отдельные ящики. До отъезда с виллы оставалось еще пять часов.

- Сынок, пойдем, посмотришь, может быть, на вилле все-таки есть что-то, что дорого тебе. Проверь все хорошенько, больше же ты не приедешь? – Лена пыталась тоже заботиться о сыне.

- Пойдем, купаться уже надоело, в ушах до сих пор булькает. Да, я сделал доверенность Драго на передачу имущества. Он – надежный товарищ. Чуть не плакал, когда узнал, что мы решили продаваться. Хорошие здесь люди, душевные, похожие на нас, правда, очень подвержены влиянию америкосов. Не думаю, что тут что-то будет хорошее в будущем. Поэтому, наверное, все идет правильно. Хоть наше Черное море и не такое эксклюзивное, но свое и родное. Если решу что-то покупать, то скорее всего буду рассматривать наш юг. Ты согласна, мам? – Сергей с улыбкой посмотрел на мать.

- Я вообще поражаюсь твоему гибкому уму и дальновидности. Ни в коем случае не собираюсь считать это случайностью, это вполне закономерно, просто это вдвойне заставляет меня гордиться тобой, потому что ты – мой сын. Я согласна, что деньги надо вкладывать в свою страну. Если что, сюда можно будет прокатиться просто так. – Лена улыбнулась и перекрестилась.

Драго помыл машину и поставил ее перед входом. Лена и Сережа поднялись к себе. Сережа вспомнил, что в кабинете было три иконы. Лена решила забрать пляжную сумку, уж очень она ей понравилась. Еще Сергей забрал скатерть ручной работы, которую ему подарила мама Драго, это был действительно очень ценный и дорогой сердцу подарок. Лена закрыла чемодан, включила фоновую музыку и прилегла на кровать. Она даже не заметила, как уснула. Море очень отбирало силы, но вместе с тем давало энергию и пробуждало желания. За полчаса до отъезда Сергей зашел к матери и нашел ее спящей, она совсем не походила на мать семейства, да еще и бабушку. Свернувшись калачиком в своей пижамке персикового цвета, Лена спала и периодически глубоко вздыхала.

- Мамуля, просыпайся. Скоро ехать. Как ты себя чувствуешь? – Сергей погладил ее по голове. – Леха уже позвонил мне, я сказал, что ты наберешь ему перед взлетом.

- А? Что? Долго я спала? – Лена открыла глаза и не сразу поняла, где она. Таким глубоким был ее сон.

- Часика два. Это же прекрасно. Представляешь, как ты хорошо отдохнула за эту неделю, а сколько впечатлений у тебя было! Иногда и за месяц не наберется. А Петьке завтра неделя. Круто, скажи? – Серега был страшно горд собой.

- Не то слово, как круто. Уже почти неделю я – бабка. – Лена вдруг стала закатываться со смеху. – Вспомнила присказку, что не так страшно стать дедушкой, как спать с бабушкой. Это про Лёху. Смешно, правда?

- Слушай, Леха у тебя – мировой мужик, мне кажется, он никогда тебя не бросит и не предаст. У вас обоих были истории, все в прошлом, если что, папаню я успокою, будет сидеть тихо. Лешка – это то, что тебе нужно. Он так смотрит на тебя! Аж завидно. У отца все-таки что-то хищное во взгляде, как будто он все время чего-то недополучает, ему надо еще больше и больше, к тебе у него какая-то животная страсть, а Алексей просто любит. Берегите друг друга. – Серега погрозил матери пальцем. – Переодевайся, надо ехать.

Лена быстро скинула пижаму, переоделась в походное, еще раз проверила деньги и документы. «Ну, все, можно ехать. Прощай, чудесная страна Монтенегро! Даст Бог мы еще встретимся!»

Самолет приземлился в Москве точно по времени. Забрали багаж тоже без запинок и проволочек. Лена надеялась, что стекло, обернутое в махровые полотенца, долетело в полном порядке. Как-то раз она лицезрела на ленте транспортера чей-то огромный чемодан в бордовой луже, вероятно, бутылки с вином были упакованы не так хорошо. Ее зелененький чемоданчик прибыл домой в идеальном состоянии. Прошли паспортный контроль, на выходе их ждал Алексей. Сердце ёкнуло у Лены. Она поняла, как скучала по нему. В голове тут же брякнули слова Маши про факультативчик и красную майку. Но это будет потом. По методике Скарлетт О'Хары она подумает об этом завтра.

Елена кинулась к мужу.

- Привет, Лёшенька. Привет, мой дорогой. – Она повисла на нем. Сергей смотрел на них с огромным удовольствием.

- Привет, солнце. Позвони маме, она просила, чтобы ты сама ей сказала, что приземлилась. Она не ляжет спать. – Леша хитро и строго посмотрел на жену.

- Да, конечно, сейчас. – Лена быстро набрала маме и отчиталась, что они с Сергуней снова в Москве.

Дорога была свободной, лето – это маленькая жизнь. Жаль, что оно в средней полосе такое короткое. Они завезли Серегу на Рублевку и поехали к себе на Академическую. Лена положила Алексею голову на плечо, ей очень хотелось касаться его.

- Как ты отдохнул? А почему у нас с отпуском не получится? Расскажешь?

Алексей уверенно вел автомобиль.

- Завтра, хорошо? Сегодня не буду забивать тебе голову. Сегодня отдыхай. Приедем, выпьем по глоточку винишка и баиньки. Я так соскучился.

- Какой ты загадочный! Ну, хорошо. Аня там еще не затмила всех своей харизмой? А то скажет, что останется там жить и блистать. – Лене было весело.

- Дочка у нас – полный отпад. Кстати, по темпераменту – вылитая Машка, как будто не ты рожала ее. А эти две Соня с Катей – все в тебя, такие же правильные и аналитики. Вот такая у нас мишпуха. А завтра в 14.00 жду тебя на «Чеховской» у выхода к "Ленкому", выспишься как следует и приезжай. Я думаю, тебе понравится. - И Алексей хитро скосил взгляд на супругу.

Глава 35

На следующее утро Иван проснулся ни свет, ни заря. Чувствовал он себя хорошо, доктор осмотрел его и сказал, что, по идее, все нормально, но он бы рекомендовал побыть в стационаре еще сутки. Они собирались еще поставить ему капельницу, понаблюдать за температурой, за давлением. Все-таки не молодой мальчик и лететь на самолете через три дня. В принципе, уже ничего не «горело», нужно было забрать урну с прахом Габриелы и встретиться с арендодателем дома, чтобы отдать ключи и получить свой экземпляр договора о расторжении. В принципе, все и так было ясно, но другая страна, свои порядки, оригинал документа был бы не лишним. Депозит и деньги за двенадцать дней хозяин естественно собирался перевести на карту. Ну, еще собрать вещи, вроде бы, особо ничего не было, а начнешь собирать, наберется полкомнаты барахла. У Габи на удивление было мало шмоток, она обычно ходила в спортивных костюмах, летом – в шортах, было несколько платьев и юбок. Куда их теперь? Левантовский решил все оставить в доме. Единственно, чем была очень увлечена Габриела, так это коллекционированием фигурок гепардов, она была потрясена, что гепард – самое быстрое животное на Земле, а так как скорость была её жизненным кредо, поэтому она решила, что будет собирать гепардов. И с той поры все друзья и знакомые, узнав об этом увлечении отчаянной гонщицы, дарили и привозили ей гепардов из всех уголков земного шара. Они были и керамическими, и резиновыми, и пластиковыми, и стеклянными. В разных позах, в прыжке, с котенком в зубах, в полете, свернутый клубочком. Собственно, таких фигурок набралось около сотни, они были бережно расставлены в стеклянной витрине в гостиной. Иван решил забрать эту коллекцию, на подготовку к транспортировке было нужно время, чтобы все упаковать и обернуть специальной пузырчатой упаковкой, чтобы ничего не разбилось и повредилось в дороге.

Габи рассказывала, что ее мать была цирковой гимнасткой, летала под куполом шапито, они ездили по всей Европе. Случилось, что она забеременела. Как-то так вышло, что аборт было делать уже поздно, пришлось рожать. Материнство в ее планы не входило от слова совсем. Когда настало время родить ребенка, ее привезли в родильный дом. В Италии детей записывают при рождении на своё имя, а не на имя мамы. После рождения госпитализируют под своим именем. Родила она свою дочурку, поплакала, перекрестила, записала на имя Габриела Торнелли, а потом вышла подышать воздухом и пропала навсегда. Её пытались искать, но так и не нашли. Габи определили в семейный детский дом. В Италии, в принципе, не существует такого понятия, как детский дом. Потом она выросла и пошла работать на коневодческую ферму. А еще позже увлеклась мотоспортом, записалась в секцию и гоняла так, что у мужиков закладывало уши. Как-то раз один из инструкторов посадил ее в гоночную машину и предложил прокатиться. Габриела сделала это так, что все, кто это видел, просто «выпали в осадок». Было ощущение, что эта девушка родилась с рулем в руках. Один из владельцев мотоклуба решил заняться ею и сделать из Габи чемпионку. И не прогадал.

Откуда она узнала про мать? Позже её нашел хахаль матери, он вычислил её по фамилии, когда Габриела стала призером очередных соревнований. Мужчина приехал и разыскал ее, чтобы попросить денег на лечение матери. Мать упала с трапеции и сломала позвоночник, потом в месте травмы образовалась опухоль, никто не хотел лечить. Габи помогла матери, но встречаться с ней не хотела. Она просто передала деньги на операцию.

Левантовский лежал на больничной койке и размышлял о своей жизни. А что хорошего и доброго он сделал людям? Его тусклая жизнь в провинциальном городке в Рязанской области, потом переезд в Москву, учеба в одном из ведущих экономических вузов СССР. Далее знакомство с дочкой министерского служащего, Ольгой Василевской, удачная женитьба, квартира в Москве, семья, дочка. А потом пансионат «Бережки», Лена, Леночка… Здесь линия мыслей прерывалась. Ах, если бы все это было раньше, он бы никогда ничего больше не поменял в своей жизни. А теперь все было наперекосяк, он испортил, просто изгадил жизнь Лене, слава Богу, сын Сережа оказался отличным парнем, который с радостью встретился со своим никудышным отцом, который откупился от него. Надо сказать, Сережка оказался таким прекрасным парнишкой, ему ничего не надо было от его новонайденного папаши. Он настолько обрадовался, что его папа нашелся живым, а не погиб в Афганистане, что никого, кроме его папки ему было не надо, никаких квартир и домов. Но Лена уже была занята. Конечно, можно было ее отбить у жениха, но что бы это принесло? На следующий день Маруся бы скинула ему на голову кирпич или устроила какую-нибудь катастрофу. А он испугался… Слабак… Решил не связываться, от греха подальше. И что это изменило?

Иван закрыл лицо руками. Он понимал, что наступил какой-то тупик. Завтра он заберет урну с прахом Габриелы и может быть свободен. Только вот вопрос, свободен от чего? Из Швейцарии надо было уезжать, здесь его ничего не держало, а что ждало в России? Успокаивало то, что там был сын Сережа, еще теперь и внук Петя. Лена была недосягаема, как что-то священное. Большим подарком было просто увидеть ее, прикоснуться к руке. Она была превыше всего. И с этим надо было смириться и больше ничего не выдумывать. Единственно, надо было съездить в Скопин и похоронить Габи в фамильном склепе, в Швейцарии он этого делать не хотел, потому что его больше ничего не связывало с этой страной.

В 14.00 Лена стояла на выходе из метро «Чеховская», как ей велел Алексей. Он умчался из дома еще утром, а она отсыпалась после перелета. «Интересно, что он выдумал?» Буквально через пять минут кто-то обнял ее за талию.

- Ку-ку, моя радость. – Лена обернулась, сзади стоял Алексей.

- Приветик. Ты так быстро убежал утром, я даже не успела очухаться. – Лена обняла мужа. - Куда идем?

- Идем в кафе «Пальмира». – Лешка развернул ее в сторону движения.

- А что за повод? – Лене было жутко интересно.

- Увидишь. Не спеши.

Они прошли немного вперед и вошли в кафе. Внутри было свежо, работал кондиционер. Алексей подошел к администратору и спросил, куда им пройти. Администратор показал жестом на столик у окна. Стол был на три персоны. Значит должен был подойти еще кто-то. Лена села у окна. Хотелось пить. Она попросила принести воды. Минут через пять к столу подошла молодая женщина, кого-то она напоминала Лене, сразу она не поняла.

- Леночка, знакомься, это Галя. Галя – это Лена. – Лешка засмеялся.

- Очень приятно. – Галя присела за стол. Тут Лена поняла, что это была девушка в красной майке с фотографии из лагеря.

- Добрый день, Галя. Мне тоже очень приятно. – Лена протянула Гале руку.

Алексей позвал официанта и попросил принести меню.

- Девочки, выбирайте себе еду. А то на голодный желудок говорить сложно. – И Леша тоже открыл меню и стал его изучать.

Когда заказ был сделан, Алексей решил продолжить вещать.

- Уважаемые дамы, не буду долго ходить вокруг и около. Лена, смотри, мы с Галиной решили учредить детский центр для развития подростков. Сняли помещение, сейчас там идет ремонт. Галя - заведующая по гуманитарной части, я – по технической. В этой связи отпуск летом пока откладывается, но если дело пойдет, то можно поговорить об этом на первых каникулах в октябре. В принципе, желающих водить детей в наш центр было много. Галя – мама одноклассницы Ани. Как-то так. Если все пойдет, как надо, сможем тоже сделать это семейным бизнесом. Леночка у нас большой специалист по взаимодействию с малышами, они слушаются ее по первому зову. Можно открыть группу раннего развития. – И Алексей довольно улыбнулся.

Глава 36

Лена серьезно посмотрела на мужа. В воздухе повисла какая-то звенящая тишина.

- Неожиданно. Очень неожиданно. Тебе удалось меня удивить, ничего не скажешь, десять баллов!

- Ленусик, тебя что-то смущает? – Алексей растерянно посмотрел на жену, потом на Галину. – Я что-то не так сказал?

- Понимаешь, мой дорогой, одно дело, ты говорил, что есть идея создать детский клуб, а другое, уже создать, вложить деньги, начать ремонт, и по факту сказать об этом своей жене. Если, как ты говоришь, это будет семейное предприятие, я бы хотела знать об этом на стадии зарождения, и еще, можно вопрос, какую роль в нашем семейном предприятии играет Галя? Она теперь тоже член нашей семьи? – Лена сурово и растерянно посмотрела на Лёшу и Галю. Обычно она была очень спокойной, многим даже казалась расслабленной и индифферентной, но, когда было задето что-то личное, Лена собиралась в кучу и все получали по заслугам.

Галина как-то заерзала на стуле, было видно, что она нервничала.

- Елена Владимировна, не надо делать поспешных выводов. В чем Вы хотите обвинить Алексея? Может быть, он хотел сделать Вам сюрприз.

Елена сделала глоток вина и снова посмотрела в глаза Гале.

- Галина, очень интересно. Я, кажется, не представлялась Вам так официально. С чего это вдруг Вы стали так ко мне обращаться?

Галя снова засуетилась на стуле и сказала, что ей надо выйти.

Алексей сидел и смотрел в одну точку. Было видно, что такого хода событий он не предполагал.

- Лен, что ты тут устраиваешь? Что ты набросилась на Галю? Она-то тут при чем? – Леша пытался сгладить углы.

- Я? Набросилась на Галю? Извини. Не я её привела сюда и представила в качестве участника семейного предприятия. – Хотелось уже пойти домой. – А перед этим ты мне объявил, что скорее всего с отпуском ничего не получится. А ты мог хотя бы со мной обсудить детали своей идеи, что и как планируется, сколько это будет стоить, где располагаться, кто собирается в этом участвовать. Извини, но ты сейчас выглядишь не очень хорошо, потому что сам не продумал ничего. Вы с Галей хорошо отдохнули в Туапсе, чего-то там решили, а теперь ты решил все рассказать мне. Вы между собой называли меня по имени-отчеству? Я здесь еще нужна? А то мне как-то уже поднадоел этот беспредметный разговор на тему, которая уже решена, – Лена допила вино и взяла в руки сумку.

- Лена, перестань. Что ты? Я не думал, что все так выйдет. – Алексей начал выглядеть каким-то жалким.

- Лёш, так не делают. Почему ты не обсудил это со мной? Откуда ты взял деньги? Сколько? Где вы сняли помещение? Почему я должна вытягивать из тебя эту информацию клещами? Самое главное, что первое, что ты объявил мне, что отпуска у нас не будет.

Вернулась Галя, она была заплаканной. Лена вообще не понимала, что происходит. Принесли горячее. Ели в тишине, больше ничего не обсуждали. Когда трапеза была окончена, Лена решила нарушить молчание.

- Могу я ознакомиться с документами на предприятие и на аренду помещения? – и она посмотрела как-то сквозь Алексея.

- Да, дорогая, дома я все тебе покажу. Извини, надо было сделать это раньше. – И Алексей посмотрел на Галю. Галя выглядела не лучшим образом. Что ее довело до слез, было пока не ясно, но Лене уже очень хотелось покинуть эту компанию.

- Все было очень вкусно, спасибо за обед, Алексей Юрьевич. Но мне пора, есть еще дела. Всего хорошего, Галина. – Лена еще раз окинула взглядом присутствующих, встала из-за стола и направилась к выходу из ресторана.

На душе скребли кошки. Что-то снова не складывалось. Вероятно, причиной этому был Левантовский. Ведь пока его не было в поле зрения, все, вроде бы, шло по своей программе, но стоило только ему появиться, все пошло наперекосяк. Лена решила позвонить Марусе.

- Маш, привет. Можешь говорить? – Голос Лены был не очень радостным.

- Привет, Леночка. Что-то случилось? - Маша всегда чувствовала, когда у сестры что-то было не в порядке.

- Марусь, мне очень плохо. Можно я к тебе приеду? Мне надо с тобой поговорить.

- Конечно, я буду дома через пять минут. Приезжай, конечно. Жду.

Лена зашла в магазин, купила коробку с пирожными и бутылку белого вина. Маша жила на «Нахимовском», так что по прямой в метро было не более получаса. С одной стороны, не хотелось загружать сестру лишней информацией, а, с другой, кто, как не она, всегда разрулит и поможет найти выход из, казалось бы, безвыходной ситуации.

Маша открыла дверь. В доме пахло чем-то печеным.

- Заходи, систер. – Машка чмокнула Лену в щеку. – Кто обидел мою девочку? Кому снести башку?

Лена прошла на кухню, поставила на стол гостинцы, сполоснула руки под краном и вытерла их бумажным полотенцем.

- Как у тебя вкусно пахнет! Что печешь? – Ленка вдохнула аромат.

- Клафути с малиной. Купила вчера у метро ягодку. Такая ароматная. Скоро уже вытащу, заодно попробуем. Никогда такого не пекла. – Маша взяла силиконовую перчатку и проверила готовность выпечки. – Ты откуда такая горестная? – Маша знала, какие нужно задавать вопросы.

- Мы были в кафе на «Чеховской». – Лена посмотрела на сестру. – Лешка, я и эта женщина в красной майке, ее зовут Галя.

Маша с недоумением посмотрела на Лену. Понимания ситуации еще не наступило.

- И? Что вы там делали втроем? Зачем он потащил туда тебя? Ему стало с ней скучно? – Маруся вытащила форму с пирогом из духовки и поставила ее на доску на стол.

- Он пытался объяснить мне, что они с этой Галей создали совместное семейное предприятие и теперь пора об этом объявить мне. – Лена зажмурилась. – Маш, скажи мне, пожалуйста, либо я такая непроходимая дура от рождения, либо мне по жизни достаются какие-то патологические латентные идиоты? Что со мной не так? Мне кажется, я уже сполна расплатилась за свои прегрешения с женатым мужчиной. Сын уже вырос, внук есть. Что я снова делаю не так? Либо мне пора куда-нибудь исчезнуть?

Маша взяла нож и разрезала пирог на несколько одинаковых кусочков и отставила форму еще немного остыть.

- Твоя хроническая болезнь называется «Иван Николаевич Левантовский», и никуда она не делась. А, учитывая то, что он скоро переедет жить обратно, ты уже «теплая» и не замечаешь ничего вокруг. Я думала к солидному возрасту это рассосется, но тут получается, что ни фига подобного. Что с вами со всеми делать? Ума не приложу. И куда ты собралась исчезать? А Аня? Извини, дочь ты обязана вырастить. – Маша подошла к Лене и обняла ее.

- Почему Лешка мне ничего не сказал про то, что они уже все организовали, оплатили? Я чувствовала себя последней дурой. Да, он чаще меня ходил в школу, поехал в лагерь. Что со мной-то не так? – Лена заплакала, тушь потекла по щекам черными струйками.

- Слушай, я не знаю, что у него в голове. Не руби пока с плеча. Все с тобой так. Угомонись. Мужики вообще существа полигамные, бесятся иногда. Ничего, перебесится, будет прощения просить. А что Ваня уехал в Альпы? Он же тут затеял какую-то стройку века. Он к 18-му вернется? Надо бы всем собраться, все-таки днюха у Сержика. Наш общий любимец и симпатяга. – Маша улыбнулась. Она очень любила своего племянника, которого буквально вырастила с пеленок.

- А тебе что было некогда пробить сайты Лугано? Наверняка там что-то уже написали в местной газетенке. Я думала, ты меня встретишь этой новостью с порога, – вытирая глаза и щеки салфеткой, Лена удивленно посмотрела на сестру.

Маруся фыркнула в своей манере.

- Слушай, мать, ты считаешь, мне вот совсем нечем заняться, только следить за твоим Левантовским. Да, шел бы он и ехал. Когда-то любила «пробить» человечка, но приоритеты немного поменялись. Что у него на этот раз?

- Очень грустная история, потом расскажу, сейчас у меня уже нет на это сил. Если интересно, набери в поисковике «Gabriela Tornelli Lugano auto racing». Отключил он свою жену-гонщицу от аппаратов, она разбилась два года назад, была все это время в коме. Вот я думала, что с годами жизнь стабилизируется, а она еще больше раскосячилась. Ладно, пойду я. Зачем тебе это все? – И Лена закрыла лицо ладонями.

- Нет уж, пойдет она. Давай чайку попьем с новым пирогом. Я тебе видосы из лагеря покажу. Лешик твой ничего еще не успел показать? Вы уже к этому моменту поссорились? Девчонки у нас замечательные, причем, твоя – это я, а мои – это ты. Такая вот фигня. Вот чую намучаюсь со своими еще, – и Маша обняла сестру и прижала ее к себе. «Господи, спаси и сохрани нас, дур грешных. Вразуми, наставь на путь истинный».

***

Левантовский проснулся и понял, что ему пора покидать стены госпиталя. Он позвал медсестру, она в свою очередь вызвала доктора, его осмотрели и сказали, чтобы он собирался, а ему в течение получаса выдадут выписку и рекомендации по дальнейшему лечению дома. Получив все документы, Иван Николаевич позвонил своему домовладельцу и назначил встречу вечером в кафе рядом с домом. Теперь можно было ехать в крематорий и забрать все, что осталось от Габи. Было уже не так тяжело, потому что ей уже было не больно, но невероятная грусть и тоска переполняли его. Ивану хотелось поскорее все сделать и уехать в Россию, ему казалось, что только там ему станет спокойнее на душе, и он начнет совершенно новую жизнь.

Глава 37

Закрыв все дела, Иван намеревался вылететь в Москву вечерним рейсом 16 июня. На следующий день съездить в Рязанскую область, похоронить Габи, посетить могилы предков и вечером вернуться домой, ведь в воскресенье день рождения любимого сыночка. От шведской дочки и внуков давно ничего не было слышно. Вероятно, они даже не знали, что у него что-то было в Швейцарии, эти люди настолько жили своей жизнью, сытой, самодостаточной, что наличие папы-деда где-то в России уже не слишком волновало их. Левантовский поначалу скучал, а со временем уже не понимал, по кому надо или не надо скучать. Сколько бы он ни приглашал Марину с семьей к себе, куда-то в поездку на теплое море, они всегда отвечали отказом, типа у них все запланировано на год вперед, поэтому данное мероприятие никак не может быть вписано и вклинено в уже устоявшуюся схему.

Иван Николаевич аккуратно следил на всеми днями рождения, как дочки с зятем, так и всех внуков и аккуратно переводил каждому определенную сумму на карточку. Сначала даже звонили и говорили «спасибо», потом присылали смс. В последние пять лет общение было исключительно односторонним. Иван задумался и не припомнил, когда Марина последний раз поздравляла его самого с днем рождения, Бог с ним с подарком, хотя бы смс-кой. Поломав голову, так и не вспомнил. Радовало то, что у них все было хорошо, и в нем они совсем не нуждались.

Надо было собираться и вызывать такси. Упаковав свои вещи в два огромных чемодана, в одном из которых бережно лежала коллекция гепардов Габриелы, Иван присел перед выходом. Прощай, Швейцария, красивая и немного чопорная страна, где ему недолго было хорошо. Видимо, судьба его жить и доживать свою жизнь на Родине. Очень радовало то, что в России у него были отличные родственники и любимая женщина. Он снова пытался загнать себя в тупик в мыслях о Лене, но твердо решил больше не провоцировать ее и не баламутить. Если она сама решит быть с ним, так тому и быть, но не раньше. Впереди было много работы, настройка бизнеса, тесное сотрудничество с Сергеем. Ему очень импонировало работать с сыном, они понимали друг друга с полуслова. Это было отменной отдушиной для Ивана, потому что все остальное, связанное с самыми близкими только ранило его.

В планах Ивана Николаевича было прочно зарекомендовать себя в Тульской области, где они собирались строить завод по переработке отходов. Сначала жители не очень позитивно встретили эту идею и даже попытались бунтовать. Левантовские довольно долго проводили разъяснительную работу среди населения, Иван консультировал из-за границы, а Сергей с командой ездили туда, показывали фильмы, как это работает в Европе, что на самом деле это благое дело и достаточно экологически чистое, так как на выходе стоят мощные и качественные фильтры. Проводили сравнительный анализ, показывали мусорные полигоны с тучами птиц, неимоверной вонью и чистенькие хромированные корпуса таких предприятий с красочными клумбами вокруг. Самое главное, что строительство абсолютно не затронуло ничьих интересов, не навредило транспортной инфраструктуре и ни коим образом не показалось сомневающимся, что все отходы будут сливаться в реку. Остатки старинного мусорного полигона собирались разровнять и на этом месте построить то, что решило бы одну из самых насущных экологических проблем человечества. Более того, было сделано объявление, что на заводе будут созданы рабочие места со стабильной зарплатой. Так что пользы от данного предприятия намечалось гораздо больше, чем вреда.

Сидя в кресле в самолете, удобно откинувшись на спинку, Левантовский продолжил мечтать. «А зачем мне в таком случае жить в Москве? Что мне там делать? Большой город, много шума, я уже так отвык от мегаполисов. Надо продать квартиру и построить дом рядом с будущим заводом. А вообще можно мини-ферму организовать, там же земля черная, все растет, как на дрожжах, корову купить, коз, кур, молочко, сырок, эх… мечты… Но нет ничего не возможного, если очень хочется. В общем, есть, о чем задуматься, что проработать». Ивану грела душу мысль, что с ним Сережа и все в итоге достанется ему и внукам с правнуками. «Может быть, и Лена как-нибудь приедет в гости, там такая река Ока, никакого моря не надо». Иван Николаевич прикрыл глаза и самолет пошел на взлет.

***

Маруся и Лена попили чаю с новым пирогом, поплакали и посмеялись, все шло своим чередом. Лена умылась, снова накрасила смытую слезами тушь, причесалась. Стресс немного был снят, надо было жить дальше, что там было впереди? Сестры обнялись. На прощание Маша, как всегда выдала ей мудрую фразу.

- Лен, да, не мечи ты бисер, все хорошо, если что, у тебя есть Иван Николаевич, уж теперь-то он точно будет ждать только тебя. Аньке, я думаю, он тоже понравится, в молодости он вообще был ого-го, а теперь постарел, но стал добрым и милым дедушкой. Вообще надо на нашего гонщика посмотреть, а то вдруг ты счастье свое упускаешь. Ладно, в воскресенье повидаемся. Ты уже заказала ресторан?

Лена снова чуть не разрыдалась. Слова сестры растрогали ее, но снова красить глаза она не хотела и загнала слезу обратно.

- Нет, мне надо позвонить Сереже и все выяснить. Он хотел все устроить рядом с домом, чтобы Нина могла в любой момент уйти, они с Петюней зайдут ненадолго, а потом пойдут домой. Да, и Сержу тоже особо кататься не хочется, устал, парень.

- Ладно, сообщи о времени и месте. – Маруся еще раз обняла сестренку. – Пока, не грусти, мы еще чечёточку с тобой отобьём на костях недоброжелателей.

Приехав домой, Лена не обнаружила там мужа. После всего того, что она лицезрела сегодня, может быть, это было не худшим вариантом. Она нагрела чайник, заварила себе чая с мятой и чабрецом, поставила сериал, улеглась на кровать и не заметила, как уснула. Ей приснилась бабушка, она улыбалась и была очень красивой и молодой.

***

Добравшись до Москвы, Иван Николаевич решил рано утром следующего дня выехать в Скопин. Так как он планировал скататься туда и обратно, то выезжать было необходимо пораньше. Он заказал в каршеринге автомобиль. Затем написал Сереже сообщение, что он в Москве. Два огромных чемодана, не разбирая поставил в гардеробную. Коллекции Габи надо будет найти достойное место, купить витрину, а еще лучше это организовать уже в своем доме. В холодильнике была какая-то еда и даже творожки на утро, за что он был очень благодарен своей поварихе. Левантовский принял душ и отправился спать.

Он откинул покрывало, постельное белье еще хранило частички Лены. Он погладил рукой простыню. Иван боялся прикасаться к ней без ее разрешения, а сама она пока была как-то закрыта. Но он был счастлив от того, что, хотя бы пять дней побыл просто рядом. Возможно, еще что-то будет, но не надо торопить события и гнать волну. Следы от проколов на животе еще немного побаливали, но уже было гораздо лучше, чем в самом начале. Левантовский встряхнул одеяло, прежде чем улечься в кровать. Вдруг он заметил, что что-то блеснуло по диагонали на простыне. Он подошел и посмотрел, это была тоненькая золотая цепочка, которую Лена носила летом на ноге. Замочек расстегнулся, а ее хозяйка даже не заметила пропажи. Иван взял цепочку в руку, и крепко сжал кулак.

Глава 38

Дорога до города Скопин заняла ровно столько, сколько показывал навигатор - три часа и десять минут. С тех пор, как Иван Николаевич был здесь последний раз, не сильно что-то изменилось, разве что стало почище. Он прямиком направился на кладбище, контора уже была открыта, он зашел туда и на удивление быстро договорился захоронить урну. Он думал, что это затянется надолго, но человек в кабинете быстро кому-то позвонил, появился вполне трезвый мужчина с лопатой. Сговорились за три тысячи, «штуку» главный отдал землекопу, и все остались довольными. Конторщик даже записал в журнал имя и фамилию усопшей, которую будут подхоранивать на участок. У Левантовского с собой был какой-то документик с указанием номера. На участке, где были похоронены родители Ивана был порядок, он тогда же, в 2006 году, когда был здесь последний раз, нашел местных жителей, тут же на кладбище и они за плату соблюдали в чистоте и порядке фамильное захоронение Левантовских. Когда все было закончено, на душе стало легко и спокойно, все, долг выполнен, теперь надо найти кого-то из знакомых, если получится и возвращаться домой.

Все скопинские друзья детства отсюда уехали давным-давно, разве что пройтись по родной улице, может быть, кто-то встретится? Родительский дом был продан очень давно, и кто теперь там жил, Иван даже не подозревал. Он уехал с кладбища и по старой памяти взял курс на Рязанскую улицу. Он поставил машину около магазина и решил пройтись пешком. Да, давненько он тут не бывал, а сколько всего здесь было пережито. Иван набрал в легкие воздуха и сделал глубокий выдох. Вот родительский дом, его перестроили, живут люди, Иван Николаевич постоял и посмотрел в окна. На удивление, никто не выглянул и не выскочил из калитки, вероятно, никого не было дома. Он прошел еще вперед. Навстречу ему шла очень пожилая женщина в платке. По мере их сближения, каждый старался хорошенько разглядеть друг друга. Левантовский стал ловить себя на мысли, что эта старушка очень похожа на соседку тетю Машу, он решил пока просто поздороваться. Они поравнялись и остановились.

- Доброго здоровья! Здравствуйте! – и поклонился.

Женщина еще секунд пять разглядывала его.

- Здравствуйте-здравствуйте. Ты что ли Ванька Левантов?

Иван слегка обалдел от такого вычисления и понял, что это точно была тетя Маша.

- Я, теть Маш, он самый! – они обнялись, расцеловались.

- Давненько тебя не было на малой родине. Уж больно на Кольку, отца своего похож, а так бы не признала франта в костюме. Чего занесло-то? – соседка начала расспросы в характерной деловой манере.

- На кладбище приехал, десять лет не был. Вот решил исправиться. – Про все цели своего приезда Иван решил умолчать.

- Хорошее дело. Я к твоим захожу периодически, убрано там всегда. Кто-то прибирается? – Она строго посмотрела на Ивана.

- Да, теть Мань, я нашел людей, а то нехорошо, когда беспорядок и бурьян. – Он снова обнял ее. – Какая Вы бодрая, я так рад Вас видеть.

- Нормально, держусь. Мне сегодня 89 лет, день рождения. Вышла подышать, пока мои девки там на стол мечут. Пошли, ты как раз к столу, – и тетя Маша гордо посмотрела на Левантовского.

- Да, Вы что, поздравляю от всей души. Я сейчас. Машину подгоню к дому, там у меня и подарочки. – Иван руками фигурально зафиксировал соседку, чтобы стояла и никуда не уходила и рванул в сторону магазина, где стоял автомобиль.

Он быстро приехал к дому Марии Васильевны, и поставил машину у калитки на обочине. В багажнике у него всегда был «дежурный» чемоданчик с шампанским, конфетами и всякими мелочами, которые порадовали бы теток. Иван схватил его и направился к дому.

- Проходи, дорогой гость, посмотри, узнаешь кого-нибудь. – И тетя Маша открыла перед Левантовским дверь. Он прошел в прихожую. В доме пахло пирогами, салатами и соленьями. Сразу захотелось есть. Утренний творожок уже давно переработался в энергию движения на малую родину. В комнате-кухне хлопотали две женщины, на первый взгляд, это были мать и дочь.

Иван окинул их взглядом и первым прервал молчание.

- Доброго дня, девушки. Поздравляю вас с днем рождения Марии Васильевны, – он прошел ближе к столу и поставил на стул свой чемоданчик.

Женщины встрепенулись от неожиданности и синхронно оглянулись. Та, что помоложе, не поняла, кто это был, а та, что явно была ее матерью стала с интересом разглядывать гостя.

- Здравствуйте, молодой человек. Спасибо. Это кого это к нам в глушь занесло? – она еще несколько мгновений «сверлила» Ивана взглядом, а потом как крикнет. – Ваня! Господи, какой ты стал! – она вытерла руки полотенцем и побежала к Левантовскому обниматься.

- Привет, Оксан. Узнала? – Иван Николаевич нежно обнял ее и чмокнул в щеку. – Я тебя тоже. Сколько лет мы не виделись? Сорок пять или сорок шесть?

Ксанка заплакала. Такая радостная встреча случилась сегодня утром, да еще в мамкин день рождения.

- Ванька, какой ты красавчик. Эх, знала бы, что ты таким станешь, задвинула бы всех столичных женихов. – Они засмеялись. Потом Ксанка повернулась к более молодой женщине. – Ваня, знакомься, дочка моя, Люся. Кстати уже бабушка, а я прабабкой стала. Представляешь наша Мария Васильевна уже пра-прабабка. Вот в этом плюсы ранних родов. Все мы рано обзавелись дитями. Согласен? А у тебя что-как? – Оксана деловым взглядом окинула стол и сняла передник.

- У меня четверо внуков, трое в Швеции, один в Москве. Двое детей. В настоящее время не женат. – И Левантовский вытянулся в струнку, как на линейке. Он успел хорошо рассмотреть Ксанку. Конечно, от той трепетной красоты, от которой сходили с ума все мальчишки не осталось и следа, но, в целом, для своих шестидесяти с хвостиком выглядела она вполне достойно.

О, молодец, пострел, везде поспел. А что не женат? Мы тебе быстро невесту найдем. – Ксанка оживилась.

Левантовский как-то вдруг испугался и вытаращил глаза, знал он этих деревенских, не успеешь глазом моргнуть, уже поженят.

- Не, все в порядке, невеста есть, почти уломал. Надеюсь, что в этом году женюсь. – Сказал Иван и мысленно помолился, чтобы слова эти не стали пустым звуком.

- Ваня, неужели тебе надо кого-то уламывать? - Удивилась Оксана. - Мне кажется, у тебя с этим не может быть проблем.

- Не простая невеста попалась, на тебя похожа. Такая же королева. - И Иван улыбнулся и посмотрел куда-то вдаль.

Потом они сели за стол, ели домашние вкусности, Иван Николаевич снова «блеснул» своим джентльменским набором из редкого игристого, каких-то небывалых конфет, сыра и фитюлечек в малюсеньких изысканных коробочках. Все женщины были на седьмом небе от счастья. Левантовский тоже, как будто побывал в детстве сорок пять лет назад. «Господи, Люся всего на два года моложе Лены». Пришло время собираться обратно. Ваня всех расцеловал и помчался к машине. Как выяснилось, Сережа все заказал, завтра будет праздник. Теперь ехать домой, отдохнуть, Лена должна видеть его в хорошей форме.

***

Лена проснулась рано, в 6 часов. Она повернулась на бок, рядом спал Алексей. Значит он вернулся поздно, и она даже этого не заметила. «Интересно, что он делал все это время. Или уже не интересно?» Елена встала и пошла на кухню варить кофе. Солнышко уже вовсю пробивалось через небольшие тучки, как же она любила лето. Она снова стала вспоминать, как рожала Сережу, была примерно такая же погода. Серый написал, что все забронировал, завтра встреча в 15.00 в ресторане неподалеку от его дома. Ну, и хорошо. Сегодня надо сходить в салон, привести себя в порядок. Она потянулась за телефоном, чтобы написать своей маникюрше, как тут чья-то рука забрала телефон, развернула Лену и притянула ее к себе.

- Доброе утро, любимая! - Леша тоже быстро встал и побежал соответствовать.

- Привет. – Особой радости голос Лены не выражал. – Где был вчера? С кем, могу догадаться?

Алексей легонько оттолкнул жену.

- Ты снова за свое? Что ты взбеленилась вчера в ресторане? Я хотел сделать тебе сюрприз, а ты всех выставила врагами. Между прочим, тоже обидно.

- А Галя нам зачем в нашем семейном предприятии? У нас что планируется пополнение в семействе? – Лену стал душить смех.

Алексей начал нервничать и злиться. Из-за этого он совершенно не понимал шуток.

- Лена, вот теперь слушай меня. Вообще-то это была идея Гали создать этот клуб, мы как-то засиделись на собрании и разговорились. Она режиссер народного театра, наша Анька от нее без ума. Ты бы видела, как дети вокруг нее вьются. Там еще парочка родителей хотели подключиться. Расписали направления, я буду математический кружок вести, авиамодельный, Галя – театральную студию, еще одна мама иностранные языки, тебя мечтаю подключить к студии раннего развития, зная твою любовь к малышам и их к тебе. Что ты сама не своя? Хотел, как лучше.

- А почему ты мне раньше ничего не рассказал? И я вообще-то работаю, и моя работа меня устраивает. – Лена недоуменно посмотрела на мужа.

- А мы наоборот устали работать на «дядю». Хочется чего-то своего. – Алексей упорно гнул свою линию. – Ты постоянно на работе, я пытался тебе что-то говорить, вот и начали без тебя.

- Мы - это ты и Галя? Хорошо… У вас уже прочный союз меча и орала, поздравляю! – И мне было не понятно, почему Галя заплакала и убежала в дамскую комнату? Она не попутала берега? Вообще-то я твоя жена, а она – родитель одноклассницы нашей дочери. Все хорошо? Да, и ты обещал мне дать посмотреть учредительные документы и договор аренды. Хочу увидеть и свое имя в составе семейной фирмы. – Лена успокоилась и начала давить.

Леша немного заёрзал.

- Лен, документы у юриста, будут на следующей неделе.

- Что ж, я подожду. И еще, если ты не забыл, завтра день рождения у Сережи, он ждет всех в 15.00 на Рублевке около их дома. Сергей очень тебя уважает и хотел бы видеть на своем празднике.

Алексей снова как-то занервничал.

- Я постараюсь. – Он посмотрел на Лену какими-то бегающими глазами. – Я слышал, что отец Сергея в городе, он тоже будет?

- Да, должен быть. А тебе-то что? – Лена с усмешкой посмотрела на мужа.

- Буду держать руки в карманах, чтобы не дать ему в морду, за то, что доставил тебе массу хлопот в молодости. – С этими словами Леша быстро исчез в ванной комнате.

Глава 39

Налив себе кофе, Лена все-таки написала сообщение мастеру маникюра. Вот она проснется и сразу напишет, когда можно подъехать. Причесаться и накраситься можно и самой, но идеальная красота ногтей – это святое. Так не хотелось разборок с Лешкой. Вроде бы, все было нормально. В последнее время они немного отдалились друг от друга, но такое иногда случается между супругами. Что он замышляет? Снова начала копаться в себе. Алексей вернулся из ванной.

- Тебе сделать кофе? – Спросила Лена уже более нежно.

- Спасибо, я сам. Не вставай. – Он нервно подошел к кофе-машине, добавил воды и нажал на кнопку.

- Присаживайся, давай сделаю яичницу или омлет? Чем тебя покормить? – Лена поднялась и направилась к плите.

Леша взял чашку с кофе и сел за стол.

- Лена, тебе самой не тошно от своей правильности? Другая бы уже полквартиры разнесла, а ты кормить меня хочешь. Ну, тоска же. Я думал, это временно, а это – основная черта твоего характера. У меня первая жена была ураган, когда мы с ней расстались, я задышал, захотелось прибиться в какую-то тихую гавань. Когда мы познакомились с тобой, мне показалось, вот идеал для меня, я наконец-то ее нашел. Ты была вся соткана из одних плюсов. А потом от этой пресноты стало скучно, захотелось какого-то урагана. А ты не способна устроить бурю. Лен, что с тобой? – Он залпом выпил кофе.

- Не обжегся? – Лена жалобно посмотрела на мужа. – Со мной все в порядке. Видимо, с тобой что-то не так. Надо было в начале наших отношений предупредить меня, что через восемь-десять лет мне будет необходимо устроить бурю. Как говорится, перед плаванием надо было договориться на берегу. Но вот с бурей проблемка, милый друг. По бурям у нас Маруся специалист, но она в надежных руках. Так что, давай договариваться на сегодняшней мели. – Лена подошла к окну, затренькал телефон, маникюрша написала, что может принять ее завтра в 10.00. «Завтра, так завтра».

- Я понять не могу, почему ты все время такая спокойная? Ведь у тебя была отнюдь не простая жизнь, очень непростая? Ты что заморозила в себе все эмоции? Или ты до сих пор покорно ждешь ЕГО, а он все играется с тобой и не приходит. Ты же загубила всю свою молодость. Ты же сама рассказывала, что за тобой толпами ходили мужики, а ты так и не вышла замуж. А теперь испытываешь мое терпение. – Алексей снова подошел к кофеварке и налил себе еще одну чашку.

Лена улыбнулась. «О, как ты прав, Алексей Юрьевич, даже себе не представляешь, как ты прав!» Но вслух сказала другое.

- Да, Лёш, наверное, я все заморозила, но это не помешало тебе одиннадцать лет быть рядом, в принципе, срок достаточно долгий, казалось бы, нас обоих все устраивало. Надо тебе сказать, что я ЕГО почти дождалась, ОН снова появился в моей жизни летом 2006 года, когда у нас с тобой уже было все хорошо. У меня хватило силы воли, чтобы отправить его обратно, Иван очень помог с бабулей, ну, и через год вышел из подполья и воссоединился с сыном. С моей стороны не было никаких поползновений, чтобы искать его и общаться втайне от тебя, я даже не знала номера его телефона. Ты все это прекрасно знаешь. Возможно, я замороженная, но я никому не причинила боли своими поступками. Если у тебя другое мнение на этот счет, высказывай, я его выслушаю. – Лена налила себе в чашку немного молока и поставила подогреть в микроволновку.

Алексей встал и подошел к Лене. Он обнял ее.

- Ну, что ты? – И все-таки она обладала таким свойством, что несмотря на то, что была сильной и несгибаемой, периодически вызывала у мужчин чувства нечеловеческого желания заботиться и опекать. Ее порой очень хотелось ограждать от всех и вся, и не позволять ничего делать самой. – Леночка, ты пойми, мы утратили какую-то искру в отношениях, все стало каким-то обыденным. Как нам все исправить?

Елена расцепила руки мужа и встала со стула.

- Для начала покажи мне, что вы там наоформляли с Галей. В данном случае я не хочу иметь ничего общего с какими-то нечистоплотными действиями финансового характера, к которым косвенно могу быть причастна. Если бы ты мне сказал обо всем заранее, может быть, я бы и даже поучаствовала в этом мероприятии. А так, даже не знаю, Леш, плясок с бубнами от меня ты уже не дождешься. Да, кстати, ты взял что-то из общих денег или кредит? – Лена подозрительно прищурилась.

- Вот ты снова сухим языком. Все по делу. Как с тобой можно разговаривать? – Леша пытался говорить шутливо. – Я взял ровно половину, я же не последняя сволочь. И, да, Галя открыла ИП на себя. Если что, кредит она будет брать тоже на себя. – Алексей немигающим взглядом посмотрел на жену.

- Понятно, если что, плакали твои денежки. Но это твой выбор. Про семейное предприятие ты что-то явно напутал. Ладно, давай пока не будем гнать волну. Я уже начинаю рожать, извини, у меня генетическая память, каждый год, начиная с 1989 года 17 июня я начинаю рожать. – Она рассмеялась. – Я надеюсь, что ты завтра приедешь к Сереже. Он тебя очень ждет. А сама я напросилась к Пете, посмотреть внука. Нина очень аккуратная и мнительная, но бабушке исключение сделала. Завтра они будут на банкете, правда, не долго, а я так мечтаю просто потискать маленького, я страшно соскучилась по малышам. – И Лена начала раскладывать использованную посуду в посудомойку.

***

Левантовский приехал домой не так поздно, но понимал, что очень устал. Шестьсот километров в один день было тяжеловато. Тем более инвазивные мероприятия на животе еще напоминали о себе. Хорошо, что заботливая хозяйка-повар Полина приготовила кашу и еще что-то из нулевой диеты, как потом выяснил Иван, все протертое, нежирное, но зато очень вкусное и практически не надо было жевать. Очень хотелось позвонить Лене, хотя было боязно. Собирался минут десять и все-таки решил написать. Как же это было удобно. И никто никого не беспокоит и травмирует.

- Привет, любимая. Я в Москве. Где завтра встречаемся? Тебя забрать? Или вы будете с мужем?

Прошло минут пять, Лена ответила.

- Привет, это здорово. Надеюсь, ты в порядке? Как живот? Мы пока собираемся все вместе, если что-то изменится, напишу утром. Целую.

- Живот на месте, немного еще чувствую, но, в целом, порядок. Алкоголь пока не показан, так что я буду за рулем. Обнимаю.

- Привет от Сережи, я у них, Петя – просто сказка! До завтра.

Прочитав это сообщение, в висках Левантовского сразу запульсировало. «Лена здесь, она рядом». Иван купил квартиру сыну рядом со своей, через подъезд, очень повезло. Он быстро набрал Елене.

- Леночка, ты можешь говорить? – он тяжело дышал и ртом хватал воздух.

- Ваня? Да, конечно. Что случилось? Почему ты так тяжело дышишь? – Лена слегка забеспокоилась.

- Не уходи никуда еще пятнадцать минут. Я сейчас… - И разговор прервался.

Она стояла и пыталась понять, что это было. В комнату зашел Сережа.

- Мам, ты в порядке? Кто звонил?

- Это Ваня, он сейчас придет. Он какой-то запыхавшийся и разволновавшийся. – Лена с удивлением посмотрела на сына.

- Что ты! Это папа от чувств-с. Не ожидал, что ты здесь, а он не рядом. Все просто, как гвоздь. Пойдем на кухню, Нина Петю укладывает, – и мать с сыном перешли в просторную кухню-столовую.

- А мы с Лешкой поссорились, – Лена грустно посмотрела на Сережу, – оказывается, я его достала своей правильностью. А ты считал, что он для меня идеал. Влез в какую-то авантюру с детским центром, связался с какой-то мамашей из нашего класса. Хорошо, хоть кредитов не успел набрать, хотя это еще не точно. В общем, фрукт еще тот. В тихом омуте. А ты говоришь?

Сергей подошел к матери и обнял ее. Жаль, что нельзя было создать ее клон, и она существовала такая в единственном экземпляре. В детстве Сережа говорил, что когда он вырастет, то женится только на маме, потому что больше никаких кандидатур в его поле зрения существовать не могло. Когда он подрос и выяснил, что к чему, стал искать девушек, похожих на нее, но так и не нашел.

- Мам, дело в том, что я – такой же, как и ты, твоя точная копия в мужском исполнении, такой же правильный и совестливый. И весь мой базар-вокзал про Леху и идеального мужа был направлен на то, чтобы убедить тебя не рушить семью. Мой папа тоже не большой подарочек, но, если пошла такая пьянка и Алексей засмотрелся куда-то в сторону, даже не думай, делай, как подсказывает сердце. Сколько времени вы оба шли к этому? И сколько этого времени у вас осталось? Поживи наконец для себя. А насчет Анюты, здесь, я думаю, вообще не будет проблем. Даже если бы у тебя было пять детей, отец принял бы их и любил бы также, как тебя. Давай, оттаивай, мать… - Серый взял в руки ее голову и посмотрел в глаза. Лена плакала, но ей стало гораздо легче. В дверь позвонили. – Иди быстро умываться, пойду впущу нашего недобитого дедушку, – и Сережа, смеясь, побежал к входной двери.

Глава 40

Лена посмотрела на себя в зеркало. «У верблюда два горба, потому что жизнь – борьба. Сколько же можно бороться? Может быть, Сережка прав, что пора начинать уже жить для себя? Хватит уже кому-то что-то доказывать. И если меня до сих пор не тошнит при виде Левантовского, может быть, это моя судьба? А меня не тошнит, а наоборот, даже тянет. И за последние несколько лет, а в частности, несколько дней у него образовалось несколько шрамов, которые украшают мужчину, а я их до сих пор не видела, дурища!» Стало смешно. Она умылась, да, лицо, конечно, было немного опухшим, но ничего. Лена нашла флакон туши, немного подправила макияж. «Годится!» Выпрямив спину, Елена Владимировна Стрельникова гордо вышла из ванной комнаты.

В прихожей и коридоре уже никого не было. Лена направилась на кухню. Иван с Сергеем сидели за столом и что-то живо обсуждали. Елена поймала себя на мысли, что никогда не видела их вместе. Более того, они никогда не собирались все вместе втроем, никогда в жизни. Если не считать того дня, когда Иван пригласил Лену в ресторан, и Сережка был еще у нее внутри.

- Здравствуйте, товарищи Левантовские! Как я рада видеть вас в таком составе. Господи, в этой квартире целых четыре Левантовских, кроме меня. А я, как всегда, белая ворона. Трам-пам-пам! – настроение у Лены было каким-то веселым. Конечно, в голове было понапихано много всего, но веселиться хотелось прежде всего. Она – мама, бабушка, жена, невеста, если хотите.

- Наша мама пришла! – воскликнули в один голос Сережа с Иваном и, как по команде встали и кинулись навстречу Лене. Они обнялись все втроем, как будто и не расставались совсем.

- Иван Николаевич, чем обязана таким скорым визитом? – Лене хотелось хохмить. – Чего ты прибежал? Увиделись бы завтра. – Она нежно посмотрела на Ивана и провела рукой по щеке.

Левантовский откинул полу пиджака. «Господи, он через подъезд пришел в костюме. Видимо, если я решу к нему переехать, мне придется приобрести дюжину корсетов и кринолинов. Ладно, шелковую пижаму он мне уже купил, для начала сойдет». Иван достал из внутреннего кармана маленькую бархатную коробочку и протянул Лене.

- Леночка, дорогая моя, как хорошо, что я застал тебя сегодня здесь. Прими от меня этот подарок, я хочу, чтобы завтра на празднике нашего сына ты надела это, – он вложил её в ладонь Елены.

Лена раскрыла коробочку. Внутри были серьги с плавающими бриллиантами под стать кольцу, которое он подарил ей в Петроваце, когда уезжал в Швейцарию. Украшение было выше всяких похвал.

- Ваня, спасибо. Но у меня нет платья под стать твоим подаркам. Очень красиво и стильно. Ты знаешь, я чуть не потеряла твоё кольцо в море, – Лена испуганно посмотрела на Левантовского. - Когда я поняла, что оно может соскользнуть с пальца, я забыла про купание и всеми фибрами души пыталась не разжать кулак левой руки и побыстрее оказаться на берегу. – Лена подошла к Ивану и обняла его. – Спасибо, мой дорогой.

- Поедем и купим тебе новое платье, туфли. В чем же дело? Ты сама – украшение для любых бриллиантов. – Левантовский уже забыл про усталость и готов был ехать и идти куда угодно.

Посмотрев на сына, Лена подошла и обняла Сережу.

- Сынок, милый мой, что поделаешь со старыми дураками. Посмотри на нас и представь, каким ты будешь через 20-30 лет. Мы, пожалуй, пойдем. Отдыхайте, ребятки. Ниночке большой привет, Петю схвати за пяточку. В общем, завтра к 15.00 мы будем на месте. Бабушка с дедушкой тихо уходят, – она взяла за руку Ивана и повела его к выходу.

- Давайте, предки, я хочу, чтобы у вас все было хорошо, – и Сергей сжал кулаки крест-накрест.

Левантовский открыл перед Леной дверь, они вышли из подъезда. Был теплый июньский вечер. Наверное, это было чем-то нервным, но Лене казалось, что внутри нее что-то толкается и пихается, она никак не могла забыть тот момент, когда у нее родился Сережа, хоть с того дня прошло уже двадцать восемь лет.

- Ну, что, куда пойдем? – спросила Лена. Стояли самые длинные и теплые дни, хотелось гулять ночи напролет. Но ей было жалко Ивана, он действительно выглядел уставшим, тем более Сережа сказал ей, что он успел съездить туда-обратно в Скопин.

- Пошли домой? Не буду лукавить, устал сегодня. Много провел за рулем, – и Иван обнял Лену.

Они поднялись к Левантовскому домой. Лене даже показалось все таким родным и знакомым.

- Ванечка, а ты ничего не знаешь? – Лена была хитра и загадочна.

- Что, милая? Я могу догадываться, но лучше ты скажи сама. – Левантовский стоял завороженный.

- Я решила перестать быть правильной и закончить заниматься самобичеванием. Короче говоря, мы с Аней готовы переехать к тебе. Правда, Аня еще об этом не знает, тебе придется ей понравиться, – и Лена закрыла глаза ладонями.

Иван Николаевич слегка пошатнулся. Он схватился за спинку стула и оперся о нее.

- Господи, неужели это правда? Мне даже от неожиданности стало как-то нехорошо.

Лена подскочила к Ивану и усадила его на стул.

- Эй, друг мой милый, давай, легче, а то швы у тебя там все разойдутся на нервной почве.

- Ты серьезно насчет переезда? – Иван строго посмотрел на Лену.

- Серьезнее некуда. Подробности потом, если захочешь. Самое главное, что, благодаря Сереже, я поняла, что хватит кому-то что-то доказывать. И даже если Господь отведет нам пять лет счастья, значит это будут пять наших лет, – Лена заплакала. – Ваня, я хочу есть. У тебя есть что-нибудь вкусненькое?

Левантовский вскочил со стула и побежал к холодильнику. Он быстро стал выставлять на стол какие-то баночки и коробочки.

- Сейчас, все будет. Сейчас, – он был так рад, что можно снова суетиться вокруг Лены, что даже забыл, что один из проколов в животе снова начал ныть к вечеру.

Иван накормил Лену, напоил чаем. Она видела, что ему уже невмоготу.

- Ваня, давай я вызову такси, а ты ложись и отдыхай. Я думаю, что завтра приеду одна. У меня все сложно. И самое главное, что ты тут ни при чем. В 10.00 у меня маникюр, с платьем вообще полный швах. Буду думать, как выкрутиться. Хорошо, что Аня в лагере, хоть ей пока не надо ничего объяснять. Родители все поймут, они привычные. Такие дела. Угу? – она уже поднялась, чтобы поставить тарелки в раковину и начать вызывать такси.

- Лен, а что ты тогда выдумываешь? – Левантовский встал с дивана, придерживая бок, – если ты все решила, оставайся здесь. Напиши, что останешься у Сергея. Завтра утром отвезу тебя на маникюр, потом заедем и купим платье с туфлями. Так пойдет? – Иван подошел к Лене и стал ее целовать. Он так давно хотел это сделать. – Потом все обсудим. Есть уже встречные предложения. Или послушай меня сейчас, только, прости ради Бога, можно я лягу? А то мне кажется, что там внутри что-то лопнет.

Теперь наступила очередь суетиться Лене. Она отвела Ивана в спальню и уложила его на кровать.

- Извини, пожалуйста, я вся на эмоциях, никак не приду в себя. Ну, рассказывай.

- Ты понимаешь, если перевозить вас с Анечкой, эта квартира совсем не пригодна для жизни с ребенком-школьником. Надо к сентябрю что-то придумать с новым жильем и со школой, либо она будет ходить в ту же школу, либо её можно сменить. Я прав? – Иван лежал и поглаживал себя по боку. Все-таки он резко начал функционировать после операции. - Честно говоря, у меня после возвращения домой возникла мысль построить дом в Тульской области, рядом с заводом. Но, чувствую, эта тема пока немного подождет, - он довольно улыбнулся.

Елена сидела в состоянии шока и смотрела на него широко раскрытыми глазами. Господи, как он уже все продумал. Неужели он всегда был таким?

- Ваня, а у тебя точно нет комнаты «Синей Бороды», где ты прячешь своих наложниц? – И Лену стал душить смех. Тут же, лежа на кровати и придерживая бок, стал корчиться от смеха Левантовский. Она положила свои ладони ему на живот, чтобы он не лопнул.

- Да, Леночка, все-таки я понимал, что жить мне до конца только с тобой, никого больше не хочу, ни с кем мне не будет мне так весело, даже за пять минут до смерти. Да, кстати, выдвинь ящик тумбочки, со своей стороны, там есть кое-что интересное, – Лена послушно открыла ящик. На белой салфетке лежала ее золотая цепочка, которая упала с ноги, а она в тот момент этого совсем не заметила.

Глава 41

Написав сообщение Лёшке о том, что она останется у Сережи, Лена стала ждать приступов угрызения совести. Но даже через полчаса, когда в ответ пришло сухое «ОК», приступов не случилось. На душе от этого становилось легче и легче. Иван уснул, вероятно, он дико устал за сегодняшний день и под конец тоже расслабился, в особенности от ее сообщения, что они с Анечкой собираются к нему переехать. «Конечно, Леха может повредничать, скажет, что дочь не отдаст. С другой стороны, ей уже девять лет, и мы спросим ее отдельно, с кем она намеревается остаться. А, в принципе, если Лешка увлекся этой мадамой, у которой тоже ребенок, интересно, где она живет, или он перевезет их в нашу квартиру?» В голове начинала бушевать каша и тараканы выстраивались стройными рядами на парад. Надо снова призвать на помощь Скарлетт и подумать об этом завтра. «Что-то я в последнее время очень много думаю, это не вредно?» Лена прыснула со смеху. Левантовский дернулся во сне. Она поправила на нем одеяло, выключила ночник и вышла из спальни.

Спать еще не хотелось. Лена взяла коробочку с вновь подаренными серьгами, положила в нее колечко. Бриллианты засверкали каким-то нереальным блеском. «Господи, сколько же он денег отвалил за этот комплект? Может, лучше дом в Тульской области? А вообще, долой нищебродскую психологию, раз купил, значит не на последние».

Лена сходила в душ, завернулась в белый махровый халат. Пижама осталась у нее дома на Академической. Сегодня придется спать в чем мать родила. На часах было еще 22.00. Надо звякнуть Маньке. Не хватало ее задора и настроения. Она даже когда ругается и посылает, получается все по делу, воодушевляет и вдохновляет.

- Привет, систер. Не спишь?

- Привет, не-а. Федька еще не приехал, ездил к своим родителям на дачу. Вот жду его, – Маруся зевнула, – А ты как? Где? Иван Николаевич выжил? Он вообще вернулся на Родину?

- Я у Вани, он выздоравливает, я ездила к Сереге, дали поиграться с Петенькой. Какой же он хорошенький. Я, прям, вернулась назад в прошлое. Хотя у меня в то время были другие мысли, но все плохое надо забывать, правда, Маш?

Маша перестала зевать и стала внимательно слушать, что ей рассказывала сестра.

- О, очень хорошо. А Алексей наш, ясное солнышко, послан подальше? Или он уже ушел сам? Я в вашей Санте-Барбаре уже запуталась. Потеряла нить, кто кого первым послал.

- Алешка обвинил меня в том, что я скучная и правильная. И ему это надоело. Он взял половину общих денег и вложил в ИП, которое на себя открыла Галя, это женщина в красной майке. Они хотят «замутить» детский центр и заманить туда тучу детей, планируют получать нереальные доходы. Правда, на вопрос показать хоть один документ, отнекивается и говорит, что все у юристов. Я вообще не уверена, считали ли они хоть что-то. Она там замахивается на Вильяма нашего Шекспира, руководитель народного театра, Леша вообще мимо экономики. Хоть бы Серого попросили просчитать им прогноз, – Лена потянулась. – Если честно, все что Леша мне говорил в присутствии этой Гали, выглядело, как бред человека с высокой температурой. И у меня какое-то суровое подозрение, что эти деньги им нужны для каких-то иных целей.

- Скажите, пожалуйста, ты – скучная. Да, я ему за тебя мозги вправлю. Он че, рамсы совсем попутал? Такое тебе говорить? – Машка клокотала от гнева. Она ненавидела несправедливость и чуть что шла на баррикады за правду.

- Роднулька моя, да, знаю я, что ты всем вправишь и не только мозги. Ты понимаешь, после разговора с Сережей, мне стало вообще все равно. Мне лишь бы Анютка приехала из лагеря, а там видно будет. Может быть, брошу работу и уедем на лето в Тульскую область, где ребята завод строят. Ваня хочет дом там построить. Пока снять что-нибудь, присмотреться, – Лена была спокойна и расслаблена.

- А что тебе сказал Сережа? Наш миротворец.

- Он мне сказал, что, если Леша зафордыбачил, плюнуть на все и воссоединиться с отцом, то есть с Левантовским. Так он мне своим аналитическим мозгом все расписал, что я своим все это приняла, как руководство к действию. Представляешь? – И Лена запела песенку из оперетты.

- Звезда моя, ну, и молодец. Давно пора. Давно. – Маруся снова начала зевать. – Завтра только свои будут? Друзей они собирать будут потом, позже?

- Да, завтра приедут следующие гости: родители, вы с Федей, Сережа, Нина, Петя, мы с Ваней. Вася приедет? Алексея тоже пригласили, но он тут залепил, что будет держать руки в карманах, чтобы не заехать Левантовскому за меня.

- Японский городовой, ну, у вас там уже «криминальное чтиво». Я надеюсь, Лехи не будет? Особенно, если ты сегодня не с ним. Вася сказал, что у него дела, потом поздравит, – Маруся чихнула.

- Будь здорова. Не знаю, голова отказывается гадать, завтра настанет и увидим. Короче, давайте подтягивайтесь к 15.00. Целую и обнимаю.

- Спасибо, дорогая. Привет Ванечке. Хочу выпить с ним завтра шампусика. Давно не пили, соскучилась. – И Маша снова чихнула. – Спокойной ночи.

Лена поставила будильник на 8.00 и пошла спать. В спальне было тихо. «Интересно, он вообще храпит? Или это только, когда меня заманивает?»

На следующее утро оба проснулись без будильника в 7.30. Лена встала первой и пошла на кухню.

- Ваня, тебе кофе можно? Варить? С молоком.

- Да, Леночка, можно. Я сейчас подойду. У меня там еще спец завтрак, надо доесть, чтобы не пропал. А тебе кашку разогреть? Овсянку, и туда ягодки положить. Полина сварила, она хорошо готовит, – Левантовский вышел из ванной, свежий, с капельками воды на лбу. Он обнял Лену и поцеловал.

- А когда я приеду к тебе, ты уволишь повариху? – Лена серьезно посмотрела на Ивана.

- Как скажешь, так и будет. Мне не так дорого она обходится. В принципе, она еще у Серого работает. Так что, если что, можно звать ее иногда. – Левантовский улыбнулся.

- Ну, вы, буржуи. – Лена улыбнулась. – Сереже помогает – это хорошо, Нине сейчас надо войти в ритм жизни с маленьким ребенком. Хорошо, что так сложилось. Очень хорошо.

Они позавтракали, Лена вызвала такси и съездила на маникюр. Потом они сходили в магазин рядом с домом и купили ей шикарное платье и туфли. К 15.00 все потихоньку собирались в ресторан. Для семьи был накрыт большой стол в отдельном помещении.

Первыми, кроме Лены с Иваном, пришли Маша с Федором. Левантовский на семейном мероприятии был впервые, ни родители, ни Федор его до сих пор не видели и не знали.

- Привет, ребята. – Лена расцеловала сестру и зятя. – Феденька, знакомься, это Иван, отец Сережи. – Иван Николаевич и Федор пожали руки.

Федор, наверняка, от Маруси был в курсе последних событий, но, будучи человеком очень воспитанным, лишних вопросов не задавал. Затем приехали родители, и Иван также был им представлен. Все улыбались и молча рассаживались за стол. Пришли Сережа с Ниной и Петенькой в слинге. Малыш только покушал и спал. Казалось бы, все были в сборе, из вероятностных гостей не было только Алексея.

Лена подошла к Сергею.

- Серж, Лешка звонил, поздравлял тебя? Он приедет?

- Нет, не звонил и ничего не говорил. Ладно, приедет, значит приедет. Ждем десять минут и начинаем? – Сергей был довольным и старался общаться со всеми, кто пришел к нему на торжество.

Лена набрала телефон мужа. В ухо сказали, что телефон вне зоны. «Странно, но бывает».

Все расселись, официанты начали предлагать напитки. Иван попросил простой воды. Начали произносить тосты, сначала говорил дед Володя, потом бабушка Таня, потом Маруся, Федор, все очень радовались тому, что у них был такой замечательный Сережа.

Когда народ уже подзаправился закусками и ждал горячих блюд, слегка прихлебывая из фужеров, руку поднял Иван Левантовский.

- Дорогие друзья, прошу наполнить свои бокалы. – Он попросил официанта тоже налить ему немного шампанского. – Так сложилась жизнь, что мне посчастливилось присутствовать на семейном мероприятии в честь дня рождения моего любимого сына только через двадцать восемь лет после его рождения. Наверное, в этом по большей части моя вина, отрицать и отпираться не буду, было дело. Но я рад, что уже десять лет общаюсь с сыном и безмерно счастлив, что скоро мы запустим наше чисто семейное предприятие Левантовских. Сережа - перспективный специалист и тонкий аналитик, из него уже вышел толк, а дальше будет еще лучше. – Иван Николаевич выдержал небольшую паузу и по кругу окинул взглядом всех сидящих за столом. Все внимательно слушали. Иван умел владеть аудиторией. – Но я хочу сказать вот о чем, давайте все выпьем за ту, без которой сегодняшнего торжества просто бы не было, за Леночку, за Елену Владимировну, маму нашего замечательного новорожденного. За женщину, которую я любил, люблю и буду любить, пока бьется мое сердце. – Все как-то синхронно поставили бокалы, начали аплодировать, затем снова подняли, начали чокаться, потом пить. У Лены закружилась голова. Иван обнял ее и поцеловал. При всех он сделал это впервые. Когда все немного затихли. Левантовский снова встал и сказал. – Спасибо вам всем большое за моего сына и низко поклонился.

Лена поняла, что после такого тоста она уже не может ни есть, ни пить. Петенька завозился в слинге, и Сережа отправился проводить их с Ниной домой. Маша подошла к Левантовскому.

-Ну, что, родственничек, давно с тобой не пили. Давай, махни свое шампанское. Знаю, что нельзя, но за сына выпить обязан!

- Маш, с тобой, всегда, – они звонко коснулись бокалами и выпили игристый напиток. – За Сережу. Спасибо тебе, Маш, за все, реально за все. Ты так поддерживала и поддерживаешь Лену. Я просто преклоняюсь перед тобой.

- Что поделать, такая у нас судьба. Ты давай теперь бразды заботы в свои цепкие и крепкие ручки забирай, а то хорошо устроился, то здесь, то там. А у меня, между прочим, муж и трое детей. – Маша звонко захохотала. – Родители сидели и умилялись своим отпрыскам. Если и были у них вопросы, то задать они их собирались потом, а сейчас был праздник.

Лена куда-то вышла, минут через пять она вернулась какая-то озадаченная. Она подошла к Марусе:

- Пятый раз за день звоню Лешке, выключен телефон, и он Серого даже не поздравил. Ситуация очень странная и не понятная.

Глава 42

Во вторник Лена пошла в полицию и написала заявление о пропаже мужа, гражданина Алексея Юрьевича Кравцова. На связь он не вышел ни в воскресенье, ни в понедельник. Правда, Леночка тоже не утруждала себя посещением квартиры на Академической. В конце концов, существует телефон, и на него Алексей обычно отвечал, а тут как-то мимо. Иван Николаевич вообще был против, чтобы его любовь возвращалась в ту квартиру. Он готов был вызвать несколько грузовиков, чтобы вывезти из квартиры все, что она хотела, лишь бы она была с ним.

Полицейский принял заявление и задал ряд стандартных вопросов. Когда, кто и где последний раз видел пропавшего, с кем поддерживал дружеские отношения пропавший, какой образ жизни он вел, имел ли он конфликты с кем либо, каков круг его общения, какова профессия пропавшего, что он рассказывал про свою работу, кто приходил в гости к пропавшему, чем он увлекался. Лена честно сказала, что в последнее время он очень плотно общался с Галиной, фамилии которой она не знала. Типа Галина была мамой одноклассницы их дочери. Имя дочери Лена тоже не помнила. А еще Алексей Юрьевич затеял с этой мамой совместное предприятие. Полицейский подозрительно посмотрел на Лену и все аккуратно записал.

- Елена Владимировна, я все зафиксировал, будут какие-то новости, я Вам наберу. Вы с свою очередь тоже следите, мало ли что проявится. В данном деле важна каждая деталь. – Полицейский снисходительно посмотрел на Лену.

Лена попрощалась и пошла из отделения. Что делать? В принципе, если она решила переехать к Левантовскому, надо собрать их вещи в Анюткой и перевезти к Ване. Лета еще было больше двух месяцев, за это время Иван что-то должен был придумать. По крайней мере, он это обещал, и что характерно, Лена ему верила, потому что теперь ему было не отвертеться. В ее сумочке лежали ключи от его квартиры. И даже если он собрался куда-то снова сбежать… Ну, дурные мысли она решила от себя прогнать. «Скорее всего никуда больше он не сбежит. Интересно, куда делся Лешка? Надо же, выключил телефон. Типа обиделся что ли? Господи, все взрослые люди, практически договорились. Насильно мил не будешь. Хочешь – иди к своей Гале, но пропадать без вести зачем?»

Лена приехала к Ивану в Крылатское. Перед этим она зашла к себе в квартиру и накидала несколько пакетов с тряпками. Иван, конечно, был готов скупить для нее весь ГУМ и ЦУМ, но лично она такого расточительства не очень приветствовала. В квартире как раз проводила уборку Полина.

- Здравствуйте, Елена Владимировна. Я не помешаю? – Полина деликатно уточнила, уместно ли ее присутствие.

- Здравствуйте, Полиночка, что Вы, я тогда пойду в магазин, не буду Вам мешать. Спасибо Вам огромное за Вашу работу. – Лена взяла матерчатую сумку и прыгнула обратно на коврик в прихожей.

- Не за что. Я всегда хотела познакомиться с женой Ивана Николаевича. Я что-то где-то представляла, но в жизни Вы еще лучше. Иван Николаевич знает толк в женщинах, – и Полина улыбнулась и продолжила пылесосить комнату.

Ваня с Сережей сегодня поехали в Тулу. Вообще мысли переехать в Тульскую область возникали все чаще и чаще. «А что, природа, речка, лес. Говорят, что там неким образом отразилось чернобыльское облако, так на Красной площади вообще радиационный фон 67 микрорентген в час. А что мы едим? Если бы мы видели, что выращиваем, а что нам пихают все в упаковках, а что там, никому неизвестно. По крайней мере, переехать на лето было бы здорово. Именно жить своей семьей, чтобы никто не мешал. А скоро и Петенька подрастет, буду невестке помогать растить внука».

Иван сказал Лене, чтобы она настоятельно обдумала тему, чтобы уйти с работы. Причем, сделать это не ради того, чтобы начать пахать на еще не открытом семейном предприятии, а просто заняться чем-то интересным чисто для себя, рисовать, шить, вязать, что угодно. «Господи, как же я мечтал, чтобы Лена была рядом. Все время мешали какие-то обстоятельства. Ольга всю жизнь сидела дома и занималась невесть чем, в доме постоянно были домработницы, повара. В итоге Ольга в Израиле, Маринка в Швеции, я им нахрен не сдался, всю жизнь что-то добывал, выкапывал, доставал, вывозил за границу. Все воспринималось, как должное. А Сережка вырос в обычной хорошей и доброй семье, дружной и интеллигентной, мама отдала ему лучшие годы своей молодости, бабушка, дедушка и тетя опекали его и постоянно занимались с ним. Вырос прекрасный человек. Каким же я был подонком, что мог только предположить, чтобы ребенка Лены не было. Как же мы все были тогда зомбированы этими заграничными командировками, как же можно было от них отказаться. В итоге разбитая судьба и безотцовщина до восемнадцати лет. Господи, если кто-то только посмеет подумать о ней плохо. Кара и возмездие последуют незамедлительно».

Иван решил позвонить Лене, он страшно скучал. Было много дел, но поговорить с любимой женщиной хотелось постоянною

- Леночка, привет. Как ты? У тебя все хорошо? – Иван пытался быть и не слишком навязчивым, но дать понять, что он рядом и готов опекать постоянно.

- Привет, Ванечка. Нормально. Сходила в полицию, забрала несколько мешков с тряпками из квартиры. Буду захламлять твой идеальный порядок. Ты даже не представляешь, с какими барахольщицами решил связать свою жизнь. – Лена засмеялась.

- Милая моя, привози что хочешь, мы все устроим, все разберем. Главное, чтобы тебе было удобно. А когда Анечка возвращается из лагеря? – Левантовский был очень доброжелательно настроен. Он боялся спугнуть Лену.

- Двадцать девятого июня поезд уже прибудет на Казанский вокзал. Приедут наши девчонки, Аня, Соня и Катя. Слушай, а, может быть, не надо ничего выдумывать с продажей квартиры? Отгородим ей угол в огромной студии, поставим стол и стул, пусть занимается. Купим ширму, чтоб не отсвечивала. Аня, кстати, такая же в плане быта, типа меня. Вообще не капризная. Тебе Ванёк, повезло с девчонками.

- Лена, а что в полиции сказали? - Левантовский стал очень серьезным.

- Ничего пока, сказали, если что, позвонят, также сказали самим следить за ситуацией. В целом, тишина. Я вообще не понимаю, куда он мог деться. Мне кажется, у него что-то произошло с головой. Он таким не был. Что-то эта Галя там намудрила. – Лена тяжело вздохнула. – Вы когда обратно?

- Леночка, я приеду точно завтра. Я не могу так надолго тебя покидать. Буду усиленно искать дом рядом с площадкой. Было бы здорово остаток лета провести на природе.

- Ваня, зачем ты купил мне такие дорогие украшения, я все равно ничего не ношу. Давай продадим их и купим дом. Это будет лучше и ценнее. – Лена говорила и из глаз у нее потекли слезы.

- Милая моя, я так хотел сделать тебе приятно, чтобы ты носила поистине королевские украшения. Я уверен, что ты достойна большего, но, видит Бог, я старался, как мог. Лена, дом мы построим, не волнуйся, мы еще там развернемся. Я очень скучаю. Мы с Сережкой – это сила. Спасибо тебе за сына! До завтра. Целую!

Вечером, часов в восемь позвонила Анечка, она говорила, что очень скучает и уже хочет домой, Соня с Катей в порядке. Правда, только что приезжал папа с тетей Галей. Они забрали Жанну, дочку тети Гали и очень быстро уехали. Папа сказал Ане, что у него очень важные дела и он позже ей напишет или позвонит. Вечер собирался быть томным. Лена очень обрадовалась, что дочка в порядке, собственно, бывший муж был тоже жив и здоров. Надо было сходить в полицию и сообщить им новые детали.

Глава 43

Выяснив фамилию Жанны, Елена утром следующего дня сходила в полицию и сообщила о том, что гражданин Кравцов был замечен в городе Туапсе, живой и здоровый в компании Галины Загер и ее дочери Жанны. Скорее всего он поменял сим-карту и дозвониться по его прежнему номеру телефона было нереально. Честно говоря, узнав о том, что с ним все в порядке, Лена уже не хотела дальше искать и разматывать веревочку. Наверное, появится когда-нибудь. На самом деле, дел было полно, выяснять маршруты миграции Лешки в планы Лены не входило. Она просто не понимала, если он решил уйти от нее, почему он в лоб, в глаза ей не сказал об этом. Какая-то морока с детским центром. На лицо было какое-то помутнение рассудка. Таким Алексей не был никогда. А здесь начал предъявлять претензии, что устал и заскучал от порядка и правильности, захотел бурю и ураган.

Лена стала припоминать их жизнь с Лешкой, все было, и ругались даже, и веселились, и в гости ходили, и к себе приглашали и в интимном плане проблем не было. Про Левантовского он узнал ровно десять лет назад, когда их пригласил нотариус и огласил подарки Сереже. Там не говорилось, что это его отец, но Лена, конечно, же потом сама объяснила, что Сережа – его сын, хотя отцовство никто не устанавливал, Сергей просто поменял фамилию и отчество, так было правильно и честно. Алексей, конечно, глазки закатил, узнав, что обломилось его пасынку, но больше тему не поднимал. Тем более, что Сергей вообще никогда не мозолил ему глаза, в то время, когда они женихались с Леной, Сережа продолжал жить у Стрельниковых, а затем переехал в собственную квартиру, подаренную отцом. И потом, и далее Ивана Николаевича никто и никогда не обсуждал, Елена понимала, что было, то было, у каждого были свои скелеты в шкафу, но травмировать своего мужа рассказами о бывшем, по меньшей мере, было неэтично. Но материального состояние господина Левантовского все-таки покоя Леше не давало.

В полиции Лена передала дополнительную информацию.

- Добрый день. Ситуация следующая, мой супруг нашелся, правда, со мной на связь не вышел, но без вести он не пропадал, жив, здоров и, похоже, строит новую семью. Так что прошу прощения за доставленные неудобства, не теряйте своего драгоценного времени, лучше занимайтесь реальными пропажами. Видимо, я настолько его больше не интересую, что он решил пропасть «с радаров». Обидно, досадно, ну, ладно.

Дежурный все аккуратно записал и сказал, что любая информация нет-нет, а пригодится. На душе стало легче. Надо было ехать в Крылатское, скоро приедет Ваня. Через неделю возвращается Аня. Дел, планов и всяких комбинаций была полна голова. Снова вернулась мысль о том, чтобы уволиться с работы. «А почему бы не поработать у наших. Сколько можно «работать на дядю», когда есть свое семейное предприятие».

Вообще надо б съездить на дачу к родителям, туда она так и не доехала. Говорить что-либо про изменения в своей личной жизни родителям она пока не хотела. Они и так знали про нее слишком много, поэтому в данном случае она была готова рассказать обо всем, когда новое примет уже какие-то конкретные очертания. Выяснять у Ани новый телефон Алексея она тоже не хотела, а что она ему скажет? И вообще, зачем навязываться? Если он таким образом решил сбежать от нее.

«Да, кстати, так не дошли руки проверить, что у нас там на банковском счете. Леша сказал, что взял ровно половину с их общего депозита.» Лена зашла в банк онлайн, на счете действительно осталась половина от суммы, которая была отложена, как «деньги семьи». Понимая нечистоплотность поступков мужа, она не исключала, что он в любой момент может зайти и забрать остальное. Иван Иваном, но оставаться с голым задом тоже не хотелось. Поэтому Елена решила, что раз активы были поделены по-братски, то ее половина принадлежит ей, а также дочке Ане, про которую Алексей, наверное, не думал, когда забирал деньги для "предприятия с Галей". Лена решила закрыть этот депозит, а деньги перевести на свой личный счет. Как хорошо и удобно было сейчас проводить все денежные и банковские манипуляции, не выходя из дома, сидя на лавочке во дворе. Главное, почаще менять пароли.

Затем Лена зашла в квартиру, где они жили с Алексеем и Анюткой и накидала еще несколько пакетов с вещами. Сюда она уже возвращаться не собиралась. Квартира принадлежала Алексею, она досталась ему от родителей, единственный момент, в этой квартире была доля Ани, как его дочери и Аня была в ней зарегистрирована. Хотелось уже уехать в деревню. Снова в голову полезли мысли, не надоест ли она Ивану. А может быть, у них у всех будет столько дел, что им всем будет не до глупостей.

Аня была очень развитым в гуманитарном плане ребенком, любила петь, плясать, рисовать. У нее были мысли попробовать порисовать с натуры, Лена даже купила ей этюдник, чтобы можно было выезжать на природу. «Это будет прекрасно, если Анька попробует порисовать луг, речку, лес». В общем, планов было громадье. Да, Аня по темпераменту больше была похожа на свою тетку, Марусю. «Может быть, дочка внесет поправку в мой спокойный и уравновешенный характер, и нам всем вместе не будет скучно? Ваня же умеет с девочками, у него Маринка, правда, они тысячу лет не виделись. Вот такие бывают перипетии и коллизии в жизни. Нет ничего стандартного, установленного по каким-то правилам, что-то, но обязательно выбьется, испортит идеальную картину».

Напоследок Лена решила еще раз набрать номер Алексея, мало ли, вдруг он решил одуматься и оставить старую «симку». Уверенный голос робота объявил, что данный номер в сети не зарегистрирован. «Что ж, умерла, так умерла». Стало еще легче и, схватив набитые до верху пакеты, Лена отправилась к машине. Здесь ее больше ничего не держало. «Да, надо будет еще обсудить с Аней вопросы школы, в связи с изменившимися обстоятельствами. Захочет ли она ходить в старую школу на «Академической» или, может быть, рассмотреть вопрос о переходе в другую школу, ближе к новой квартире. Анечка – разумная девочка, я думаю, мы с ней договоримся». Лена села за руль и завела двигатель. Только теперь она поняла, как скучала по дочке. Они были очень близки, Алексей, бесспорно, много ходил на собрания, но Лена постоянно держала руку на пульсе. Осознанное материнство в тридцать восемь лет давало о себе знать, по-другому не могло и быть. Уж какое у нее было осознанное материнство в девятнадцать. А тут в два раза старше.

Когда Лена подъезжала к дому в Крылатском, позвонил Иван.

- Леночка, привет. Ты дома? Я уже в пяти минутах. – Он не скрывал своей радости.

- Ваня, привет. Я тоже почти приехала, паркуюсь. Я подожду тебя у подъезда. Поможешь мне дотащить очередные пакеты. Я снова набрала тряпок. Ты меня выгонишь скоро, у тебя такой порядок, а заедут две матрешки и захламят все своим барахлом. – Лена засмеялась. – Ты точно готов к такому изменению своей размеренной жизни?

- Милая моя, не то слово, как готов, мне так надоел этот порядок и звенящая тишина. Так хочется, детского смеха. Леночка, я нашел нам дом. Сейчас приеду и все покажу и расскажу. Ты знаешь, иногда работает такое понятие «звезды сошлись». Так вот они сошлись, понимаешь? Дом построили какие-то крутые ребята, потом раздумали там жить, бросили все с мебелью, там никто не обитал, все было закрыто, задраено. Я вышел на собственника, нормальный мужик, деньги не последние. Мы договорились, если нам понравится, то купим, а пока он за символическую плату разрешил пожить. Ленка, это так здорово! Поедем в деревню, купаться в речке, собирать ягоды и грибы. Если хочешь, посадим огородик. Хочешь, найдем садовника? Лена, я не верю своему счастью. Мне кажется, что все это во сне, – Левантовский вышел из машины и увидел Лену, она стояла спиной к нему и говорила с ним по телефону. Такая родная и любимая. Он подошел и обнял ее. Лена слегка испугалась, но, поняв, что это Ваня, обмякла и повернулась к нему.

- Ванька, здорово. А я решила уволиться с работы, будем работать все вместе. На предприятии Левантовских. Если ты мне сделаешь предложение, я даже готова сменить фамилию, мне она всегда нравилась. – Она обняла его. – Как твой живот? Может быть, полежишь еще, бегун, чтобы все окончательно заросло?

- Живот в полном порядке, пошли скорее домой, я очень соскучился, ты себе не представляешь, как, как может соскучиться человек, который мечтал о своей женщине двадцать девять лет? – Он обнял Лену, потом схватил пакеты, и они быстро пошли к подъезду.

Часов в 10 следующего утра Лене позвонили из ОВД, куда она подавала заявление о розыске Алексея. Ей сообщили, что по данным пограничников, владелец паспорта ХХХ Кравцов Алексей Юрьевич сегодня рано утром пересек границу РФ по направлению аэропорта Бен-Гурион, а если по-простому, Алексей отбыл в Израиль, в дополнение к сказанному, опер сообщил, что женщина и девочка по фамилии Загер тоже следовали вместе с ним.

Глава 44

Утром следующего дня Елена отправилась на дачу, это, конечно, было форменным свинством, что она уже две недели не могла доехать до родителей. Иван поехал по делам, а заодно поговорить с дизайнером помещений, как реорганизовать комнату и выделить место для стола Анечке. Подъехав к воротам, Лена набрала номер мамы и через некоторое время Василий открыл ей, и она заехала на участок.

- Привет, племяш. Как дела? Не заскучал еще здесь? – Они обнялись и Лена выдала Васе три пакета с гостинцами, чтобы он отнес в дом.

- Нормально, пока держусь, откармливают. – Вася улыбнулся и зашагал к дому.

Вышла мама, она уже была одета в огородное, видимо, что-то собиралась полоть или сажать.

- Здравствуй, мамочка. Я очень соскучилась. – Лена обняла мать и крепко прижала к себе. – На дне рождения так и не поговорили.

- Здравствуй, доченька. Пойдем в дом, чайку попьем, а то рано приехала, наверное, не завтракала? – Мама внимательно посмотрела на Лену.

- Нет, что ты, я не голодная, но от чая с вареньем и плюшками не откажусь. А папа где?

- Отец пошел к соседу, что-то там пилят. Какой-то шкафчик творят. Слава Богу, при деле. – Татьяна Михайловна обняла дочь, и они пошли к крыльцу.

В доме пахло вкусной едой. Мама была большой мастерицей. Она даже успела испечь плюшки к Лениному приезду.

- Ой, какая красота. Сто лет не ела твои плюшки. – Лена сразу схватила одну и начала есть.

Мама улыбнулась.

- Леночка, а что Леши не было на дне рождения Сережи? Я у Маруси спросила, но она сказала, что ты сама все расскажешь. Маша всегда тебя оберегает и, если что сразу отправляет к первоисточнику.

- Мамуль, судя по тому, как он себя ведет, он, похоже, решил от меня уйти. – Лена засмеялась. – И, ты понимаешь, мне уже вообще все равно. Сначала я напрягалась и переживала, потом все проанализировала и поняла, что, да скатертью дорожка. Посмотрим, как он там приживется.

- А куда он ушел? Ты знаешь подробности? Сейчас-то он где? – Мама вообще ничего не понимала. Насколько все конкретно и основательно в семейной и личной жизни было у Маши, и настолько запутанно и таинственно у Лены.

- По последним данным, вчера он перемещался в сторону Израиля. Он спутался с мамашей из нашего класса. Сначала мутил воду и рассказывал, что они хотят организовать центр детского развития, взял половину общих денег. Меня хотел туда же приплести, как участника семейного дела. Все было преподнесено так топорно и шито белыми нитками, что сразу было понятно, что здесь что-то не так. Я, конечно, устроила разборки, почему мне он не рассказал о том, что уже началась какая-то работа, по его словам, сняли помещение, зарегистрировали предприятие, начинают ремонт. Мне стало как-то обидно, а я кто, пустое место? Эта дамочка побежала плакать, стала говорить мне, дескать, зачем я так, Алексей же хотел, как лучше, сделать сюрприз. Потом я ушла из кафе, он остался там с ней. В общем, как-то так. – Лена взяла в руки чашку и мелкими глоточками стала пить ароматный чай с листом смородины. - Документов он мне так и не показал, видимо, их просто не было.

Мама слушала и глаза ее становились все больше и больше от удивления.

- Подумать только, наш тихоня, Лёша. При живой жене. Зря это он. Давай папе пока ничего не будем говорить? А-то он, боюсь, сердиться будет сильно. – Мама тоже налила себе чаю. – А Израиль как всплыл?

Лена снова весело засмеялась. Теперь эти разговоры по Алексея только веселили ее, видимо, она приняла эту ситуацию и развлекалась на эту тему.

- Мамусик, ты сейчас упадешь, присядь. Он же двое суток не выходил на связь, телефон был в отрубе, а потом вообще, как будто номер был исключен из списков абонентов. Ну, я пошла в полицию, разыскивать мужа законного, пропал же. Заявление приняли. А чуть позже позвонила Анютка и сказала, что в лагерь приезжал папа с тетей Галей, забрали Жанну, дочку Гали, одноклассницу Ани, и они уехали. Лешка сказал ей, что напишет или позвонит. Анька тоже ничего не поняла. А позже опер мне позвонил и рассказал о местоположении нашего товарища.

- А Анечка расстроилась? – Мама стала сильно переживать. – Ведь она папу очень любит. Вот, поросенок, Лешка…

- Не знаю, по голосу, ребенок был веселым, ей там не до скуки. Приедет, поговорим. Теперь ждем сведений со Святой Земли. Обхохочешься, правда, мам?

Мама с ужасом смотрела на Лену. Все-таки как-то в этом плане не клеилось у нее.

- Леночка, а ты что собираешься делать? Только не нервничай и не психуй. Хрен с ним. У тебя все хорошо, Сережа, Петя, мы с папой, Анечка, Маша, Машины дети, Федя, все тебя очень любят. Не переживай, золотко мое. – Мама подошла и чмокнула дочь в макушку.

- Ты знаешь, я уже переработала эту информацию. Наплевать. Я, то есть мы с Аней переезжаем к Ивану. – И Лена с улыбкой посмотрела на мать. – Будем жить в одном доме с Сережей. Очень удобно.

Татьяна Михайловна строго посмотрела куда-то вперед.

- Нам с папой понравился Иван Николаевич, то есть, Иван, он очень тебя любит. Наверное, это верное решение. А как он с Аней? Интересно, они поладят? Она у нас шустрая, конечно, но смышленая девочка. Мне кажется, он любит детей.

- Ты представляешь, мам, Ванька уже собрался продавать квартиру и покупать с отдельной комнатой для Ани. Я тормознула его и сейчас мы продумываем вариант сделать ей выгородку в студии у окна, чтобы она могла делать уроки, там комната, метров тридцать, нормально, можно вмонтировать. – Лена вздохнула. – Уже суетится. Уж, не знаю, как мы с ним уживемся, но придется, а что делать? Видишь, мама, от меня сначала уходят, а потом возвращаются. Интересно, Леша надолго? – и ее снова стал душить смех.

- Вообще-то так не делают. Он что, не мог с тобой объясниться нормально? Игры в шпионов какие-то. Не наигрался что ли в детстве? – Старшая Стрельникова фыркнула, как это обычно делала Маруся. – Я не думала, что он такой дурачок. Даже не подозревала.

- Ты знаешь, он со мной немного поговорил. Он сказал, что я скучная и правильная и меня саму должно от себя тошнить, а ему пришло время устроить бурю и ураган, и, вероятно, Галя для этого очень подходит. Короче, скучно жить мне не суждено, не я сама, так мужички мои меня веселят. – Лена встала из-за стола и обняла маму. Она очень скучала и была рада, что у родителей все более-менее в порядке, в своем почтенном возрасте они сами себя обихаживают, что-то делают на даче, да еще с внуками возятся.

- Бог с ним, пусть живет, как ему вздумается, нам не привыкать. Только пусть теперь не возвращается, а то Галя сейчас разберется, что к чему и наладит героя обратно. – Мама хитро улыбнулась. – Когда Аня возвращается? Давай ее к нам? А вы там занимайтесь своими делами.

Лена загадочно посмотрела в потолок.

- В следующую среду. Мам, ты знаешь, я решила уйти с работы, буду с ребятами вместе, помогать, чем смогу. Ваня нашел нам дом на лето, наверное, поедем туда. Аня хотела порисовать на пленэре. Вот устроимся там, вас с папаней отвезем. Там очень живописно, я сама очень туда хочу поехать, надоела городская жизнь. Наверное, это уже старость. – Она задорно хихикнула.

Потом пришел папа, он нашел Лену и свою жену в хорошем расположении духа. Они еще посидели и мило побеседовали, давно не виделись, было что обсудить. Часа в 4 Елена собралась обратно. «Все отлично, теперь меня не мучает совесть». Родители надавали ей с собой зелени и редиски. Все, чем были богаты в тот период подмосковного лета. Подъезжая к МКАД, Лена услышала, что телефон звякнул, как будто пришло сообщение. На светофоре она посмотрела. Это было сообщение с неизвестного номера: «Лена, привет. Я сменил номер, так как потерял телефон. Напиши, когда я могу тебе набрать, надо поговорить.» Почему-то подписи под сообщением не было, мания величия человека зашкаливала. Лена поняла, что это Лешка.

Она написала, чтобы звонил и вставила в ухо наушник. До дома еще было минут тридцать пять, можно было поговорить, тем более было очень интересно, что он расскажет теперь.

Алексей набрал буквально через две минуты.

- Ленка, привет, – голос его был веселым и бодрым, как будто ничего не произошло. – Как дела? Все в порядке?

Лена хмыкнула. Конечно, надо как-то было начинать разговор, правда, вопросы были поистине идиотскими.

- Привет. А если не в порядке, что-то изменится? Ты все бросишь и приедешь из Израиля? Короче, чего хотел? – Хотелось быть стервой и не растекаться мыслью по древу.

- А ты за мной следишь? Очень интересно. – Голос Алексея изменился. – Скучаешь? Это приятно.

- Дурашка, не мечтай. Просто хотела предвосхитить события и не попасть на опознание трупа в морг. Пришлось написать заяву в полицию. В общем-то, когда люди расстаются, надо поговорить и расстаться. А ты хотел урагана? Ну, вот и играй в свой ураган, только меня больше в свои игры не впутывай. Вообще-то можно было Сереже позвонить хотя бы. Он ждал и тоже волновался, когда ты пропал. – Лену начало подташнивать от ненависти.

- Прости, конечно, надо было позвонить, но вам там и так было чем заняться. А у меня в магазине вытащили телефон из кармана, а восстанавливать «симку» было некогда. Аня же тебе сказала, что видела меня? – Лешка пытался оправдываться, только получалось это слабенько и неуверенно.

- Это я уже поняла. Что-то еще? – Лена не собиралась больше выдавать никакой информации, а Алексей как будто ждал повествований от нее.

- Какая ты скучная. Я думал, ты мне расскажешь, как вы отметили день рождения Сережи в тесном семейном кругу, он был рад, что мама и папа были с ним? – Голос Лехи снова стал каким-то мерзким.

- Извини, если ты поиздеваться, то закончим разговор, я думала у тебя какие-то дела. Пока. – Лена уже почти положила трубку.

- Ладно, не хочешь говорить, не надо. Я хотел сказать, что через две недели приеду в Москву и начну заниматься продажей квартиры. Поэтому соберите там вещи, я так понимаю, на улице вы не останетесь, ваш «папик» позаботится о тебе? Поняла?

Лена чуть не бросила руль от неожиданности.

- Нормально. А то, что в этой квартире прописана твоя дочь? Это как? Ты бросаешь дочь? Оставляешь ее без наследства?

- Ну, возвращаясь к твоему сыну, он до восемнадцати лет прожил без отца и ничего, никто никого не бросает, мне просто очень нужны деньги. – Леша закашлялся.

Дослушивать это бред Елена больше не хотела, она нажала на кнопку сброса и швырнула телефон на сиденье рядом.

Глава 45

В голове у Елены бушевала настоящая буря. С каким же ничтожеством она прожила одиннадцать лет. Да, дьявол он весь спрятан в деталях, вроде бы, в целом, мужик нормальный, без особых вредных привычек, к дочке в школу ходит, перевез Лену к себе в квартиру. А начни копать и разбирать мелочи, можно удавиться. Никогда ей не надо было особо анализировать Алексея. В основном, он ее устраивал, естественно все люди со своими особенностями, приходилось с чем-то мириться, на что-то закрывать глаза. Но бурь и ураганов Елена не устраивала, по критическим поводам точно, а, вероятно, было надо, да еще скалкой по башке накатить, тогда бы была полная семейная гармония.

Насчет квартиры на «Академической» Лена не переживала, ей было просто обидно за дочку, честно говоря, и за старшего сына Лёши тоже было неприятно. Сашка давно жил отдельно, нормальный парень, квартиру ему купила мать, разменяв родительскую. В квартире Лешиных родителей тоже была доля Саши, ведь это же были его дедушка с бабушкой. Ленка по жизни была за правду, которая одна, а не у каждого своя. У каждого своя – это ложь. Она вспомнила свои познания английского языка, даже там говорилось «to tell the truth» c определенным артиклем и «to tell a lie» с неопределенным. Люди коверкают эти фразы с годами и веками уже так, как выгодно им, но правда от этого менее горькой и жестокой не становится.

Телефон снова задрыгался. Снова звонил Леша. Лена уже почти доехала, она решила договорить с ним и встала в «карман» перед поворотом во двор.

- Да, слушаю.

- Что-то связь прервалась. Здесь Интернет не очень. – Начал оправдываться Алексей. Он решил, что их разговор прервался не по воле Лены.

- Я очень вам сочувствую. В Москве отличный Интернет. Что ты хотел мне сказать еще? – Лена решила не нервничать, а говорить спокойно, главное, что она не видела его наглых глаз.

- Ленк, не злись. У тебя же все хорошо. Я бы не стал делать таких шагов, не представляя, что у тебя в жизни. Вы с Анюткой будете в надежных руках. Иван будет теперь заглаживать свою вину до конца дней. – Наглость Кравцова зашкаливала. Видимо, он понимал, что находится далеко, и кирпич на его дурную голову, брошенный Леной просто не долетит.

Лена фыркнула в их с Машей манере.

- Офигеть! Как ты все распланировал! Иван будет заглаживать свою вину, а ты в отместку начнешь гадить? Я в шоке, если честно, у меня подозрения, что эта Гала, чего-то тебе подсыпала в пищу, что у тебя мозги снесло напрочь. Ты понимаешь, если ты продашь квартиру и вдруг у вас там совместно ничего не срастется, тебе некуда будет возвращаться. А для начала, тебе не особо дадут продать квартиру, потому что там зарегистрирован несовершеннолетний ребенок. Это очень проблемные кейсы, как сейчас модно говорить. А еще у тебя есть сын, Александр, который тоже имеет право на кусочек от этой квартиры. Ты про это совсем не думал? Мне вообще все равно, что будет с этой квартирой, если что, я всегда вернусь к родителям, они – мои верные друзья, а вот что будешь делать ты, не знаю. – Говорить с Лёхой уже изрядно поднадоело. Хотелось чего-то горячего и под одеяло. К вечеру немного холодало.

- Ты у нас знаешь все. На том и стоим. Разберусь я и со своей жизнью, и со своими детьми. Ты, главное, мне не мешай. – Гонор у Леши начал бурлить. – Да, кстати, сходи и подай на развод, чтобы уже закрутилось. Пошлину оплачу, пришлешь квиток.

От такой наглости у Лены закружилась голова и хотелось реально выйти на улицу и заорать нечеловеческим голосом, чтобы выпустить пар.

- Вот что я скажу Вам, Алексей Юрьевич, разводиться было Вашей инициативой, поэтому заявление Вы идите и подавайте сами. Я еще выставлю себя пострадавшей стороной, что тебе небо с овчинку покажется. Ха-ха-ха. Ты бури захотел? Так вот, я готова! – И Лена засмеялась, причем, нотки в этом смехе проскальзывали какие-то недобрые.

- А ты изменилась, Лена. Я считал всегда тебя более бесхребетной, а тут ты вот как заговорила. И я предполагаю, что это произошло, когда снова появился твой Левантовский. Надо было все-таки отметелить его в темном углу. Но мне было некогда. – На том конце провода послышалось какое-то шуршание.

Помутнение рассудка у уже бывшего, как решила Лена, было налицо.

- Леш, скажи мне, пожалуйста, а почему Израиль? Странный выбор, да, и страна не самая простая, как в плане климата, так и в плане обстановки. Я представляю, какая там сейчас жарища. – Детали все-таки выяснить очень хотелось.

- Ну, наконец-то, а то я все ждал, когда ты начнешь меня пытать каленым железом. – Леша засмеялся. – Леночка, ты себе не представляешь, как я обрадовался, что встретил Галю. Мы как-то сразу настроились на одну волну. Она мне рассказала, что ждет решения по поводу репатриации в Израиль. Галя Загер – чистокровная еврейка, как по маме, так по папе. Но они уехать не захотели, а она наконец-то дозрела. Ты себе не представляешь, как я хочу уехать из этой страны поскорее. В теплые, жаркие края, чтобы не видеть этого снега, этой серости, слякоти и промозглого неба. С тобой же на эту тему можно было даже не начинать, ты у нас – патриотка, комсомолка, как же бросить родину, это же преступление. А что она нам дала? Да, ничего, один прессинг, а в Израиле, я уверен, я буду по-настоящему свободен. А ты тут сиди и жди солнца, пей витамин Д. – Кравцов закашлялся и стал истерически хохотать. – Кстати, не считай меня стопроцентным подонком, мы, кстати, почти заключили договор аренды на помещение для детского клуба. Мы хотели немного на этом заработать, перспективы прорисовывались весьма неплохие. Просто Гале буквально в тот же день пришло уведомление, что можно выезжать. Мы не стали размениваться по мелочам. Ну, как-то так. И все-таки для ускорения процесса нашего расставания, обдумай вопрос похода в суд для расторжения брака. Я думаю, что Иван Левантовский с вожделением ждет тебя, чтобы осчастливить и стать законным супругом через тридцать лет.

У Лены возникло ощущение, что Леша принял что-то расширяющее сознание. Она никогда его таким не слышала и была в тихом ужасе.

- Хорошо, Алексей, как говорят у вас, мазаль тов! Совет да любовь! Но, когда в суде у меня спросят причину, почему я хочу расстаться с тобой, я укажу полную потерю рассудка и кражу семейных денег. Пойдет? Давай, адьёс, привет Галчонку. – И Лена, поставив машину перед домом, вышла на улицу. Было ощущение, что перед эти она разгрузила вагон с каменным углем.

Дома пахло чем-то вкусным. Вероятно, только что ушла Полина. «Да, Ванька меня разбалует, а потом тоже начнет обвинять, что я ничего не делаю. Почему мне периодически то везет, то не везет? Вот у Машки, все по-другому. Я, конечно, к ним не лезу, наверняка, и ругаются, но не до такой же степени. Ладно, если что, Ваня уедет в Тульскую область, а мы с Анькой будем здесь жить. Еще интересно, как Аня отреагирует на бегство папаши? Ладно, подумаю об этом потом». Она разулась, бросила сумку на диванчик.

- Ванечка, ты дома? Я приехала.

- Ау, я здесь. – Послышался голос из спальни. – Ты дома, радость моя? Иду. – И Левантовский выскочил из спальни, как чертик из табакерки и бросился навстречу Лене. – Как съездила? Порадовала родителей собой? Не ругались на тебя?

- Привет. Я соскучилась. – Лена поцеловала Ивана. – Все в порядке, даже привезла редиску и зелень. Полина что-то наготовила? Очень вкусно пахнет.

- Да, она тут похозяйничала, я думаю, мы сейчас поужинаем. Мой руки и переодевайся. Я пошел накрывать на стол. – Иван радостно направился на кухню.

Лена переоделась, умылась холодной водой, смыла макияж. «Пусть привыкает ко мне не накрашенной, к черту кринолины. А то ишь, барские замашки». Она посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. За редким исключением, морщин у нее в сорок семь лет почти не было, лицо было в достаточно тугим и подтянутым, причем, без особых усилий, так, крем и масочки.

На столе царила царская сервировка. Было видно, что Левантовский хотел прыгать вокруг Лены и угождать каждому ее капризу.

- Ваня, скажи мне, пожалуйста, только честно, если я разучусь готовить и вообще не буду заниматься домашним хозяйством, ты не будешь меня попрекать этим? Ты же сам все делаешь, чтобы это произошло не сегодня-завтра. Вот только что говорила с бывшим, он оказывается столько претензий ко мне имеет, а одиннадцать лет молчал. Так что, Иван Николаевич, предлагаю договориться на берегу, что берете себе в жены белоручку. Как, помнишь, в ролике «а мама у нас просто красивая!». Договорились? – Лена плюхнулась на стул, она поняла, как сильно хочет есть.

Левантовский открыл холодильник и достал запотевшую бутылку какого-то белого вина. Он разлил вино по бокалам.

- Леночка, дорогая моя, я так долго карабкался к тебе, что мне уже все равно, лишь бы ты просто была рядом, ты не поверишь, я видел много женщин, красоток, модниц, но все они были просто чужие мне женщины. А я все-таки надеялся, что смогу вернуть тебя. И теперь очень верю, что мне никто не помешает, – Иван подошел к Лене и нежно ее поцеловал. Жизнь начала входить в прежнее русло, хотя в голове у Лены до сих пор рвались снаряды.

Глава 46

Настроение постепенно выравнивалось, вкусный ужин бокал вина, аура любви – все было направлено на восстановление потерянных сил и истраченных нервов.

- Ваня, спасибо большое за вкусный ужин. Хотя мне до сих пор кажется это немного нетипичным, это ты должен мне говорить такие слова. – Лена улыбнулась, поджала под себя ноги и положила голову на плечо Ивану, когда они переместились на диван.

- Лен, все, больше таких разговоров не ведем. Могу я тебя радовать таким простейшим образом? Если могу, значит буду. А главное – хочу. Будет желание приготовишь что-нибудь сама, например, когда поедем в Тулу. Договорились? – Левантовский боялся встать и пошевелиться, чтобы Лена не ушла. – Включить что-нибудь?

- Включи что-нибудь ненавязчивое. Можно музыку спокойную. – Лена поцеловала Ивана в шею. Мгновенно по его спине побежали мурашки. – Он сильнее прижал Лену к себе. – Знаешь… Что-то у меня на душе как-то не спокойно. Особенно после разговора с Лешкой. – Елена освободилась из объятий Левантовского и села на диване по-турецки. - Иван передумал что-то включать и положил пульт на столик.

- Что случилось? Ну-ка, рассказывай, все в подробностях. Чтобы потом не было никаких сюрпризов. – Лицо Ивана стало строгим и серьезным.

- Позвонил Леша, я его таким вообще никогда не слышала. У него был какой-то странно-раскованный голос, как будто он выпил, но не совсем такой, как после выпивки. Он постоянно на меня наезжал и предъявлял претензии. Как будто буквально за последние три-четыре дня его хорошенько обработали, накачали и теперь он агрессивно стал выдавать нужную кому-то информацию. Он все время упоминал твое имя, пытался как-то поглумиться, унизить тебя, потом переложить всю ответственность, что теперь пришло твое время замаливать грехи. Он-то что вообще про это знает. Я тебе клянусь, тема «Левантовский» в нашей семье была закрыта. Алексей услышал из моих уст эту фамилию в приемной нотариальной конторы и все. Если что-то про тебя мне рассказывал Сережа, когда вы созванивались или встречались, мы всегда разговаривали только вдвоем. – Лена глубоко вздохнула. – Видимо, ты и твой статус с твоими возможностями, всегда его волновали, но признаться в этом он смог только сейчас, как будто он резко осмелел и решил наконец-то высказаться. И совершенно не понятно, зачем.

- Подумать только, какая я особо важная персона, что про меня говорит уже бывший муж моей любимой женщины. Все, выбрось его из головы. И не переживай. Он подал на развод? – Левантовский был крайне удивлен своей неслыханной популярностью.

- Да, я совсем забыла тебе рассказать, что они уехали в Израиль, типа на ПМЖ. – Лена сделала бровки «домиком» и посмотрела на Ваню. – Его мадам получила отмашку на репатриацию, а Алексей, оказывается, всю жизнь мечтал свалить из родной страны, предпочтительно в теплые страны, и я, видите ли, ему мешала своей правильностью и своим патриотизмом. В общем, выслушала про себя столько информации, что прямо даже не знаю, как он так мучился все одиннадцать лет со мной, «синим чулком». – Внезапно Лену разобрал смех, что она раскачалась и чуть не упала с дивана. Иван успел ее подхватить. – Самое главное, что он собирается приехать через две недели и начать продавать квартиру на «Академической», рекомендовал мне собрать вещички и порадовался, что, благодаря тебе, мы с Аней на улице не останемся. На развод тоже посоветовал подать мне, чтобы не задерживать процесс. – Лена серьезно посмотрела на Ивана. – Ты хотел всей правды? Так вот, Лешка назвал тебя «папиком». – Ее снова начал душить смех. Это было и нервное, и смешное, но смеяться было лучше, чем плакать.

Левантовский уронил голову в ладони и опустил голову вниз. Было не понятно, то ли он плачет, то ли смеется. Лена положила ему голову на шею.

- Да, просто праздник какой-то! – Воскликнул Иван и поднял голову. – Чего только про себя не узнаешь от незнакомого человека. Ленка, какая ты! Весь мир вокруг тебя вертится. Эх, не надо было тогда слушать Машку и хватать тебя и увозить куда-нибудь подальше. Она меня тогда так запугала, что я реально испугался. Вплоть до того, что у тебя может случиться сердечный приступ, если я начну шаги вперед. – Иван снова закрыл лицо ладонями. – Дурак, конечно, я, непроходимый, потерял одиннадцать лет. А теперь уже старый дурак.

Лена встала, сходила на кухню и принесла фужеры и бутылку с вином. Иван налил. Они посмотрели друг на друга и молча выпили, говорить ничего не хотелось.

- Старый, да не очень, годишься еще. Мне понравилось, – и Лена хитро посмотрела на Левантовского. От этих слов в его глазах зажглись яркие искорки надежды и любви.

- Лен, а ты не пыталась сама меня искать? Вопрос, конечно, глупый, но все-таки? – Иван Николаевич растерянно посмотрел на Лену.

- Году в 1993-м, не дождавшись тебя, я позвонила по твоему номеру в вашу квартиру, но мне сказали, что такой господин здесь больше не проживает. Я решила, что вы окончательно уехали за границу, погоревала, конечно, поплакала, но что было делать, надо было жить, хотя не всегда хотелось. Больше я не пыталась тебя искать. – Снова захотелось плакать, но распускаться было нельзя. Лена встала и пошла в ванную. Там она умылась и вернулась обратно свежей и улыбающейся. Перемалывать старые беды было бессмысленно, надо было думать, как не влипнуть в новые проблемы. – Короче, слава Богу, ты меня высмотрел, нашел, дураки учатся на своих ошибках. – Лена села на колени к Ивану. – Я, знаешь, чего боюсь, что Лешка в плане воздействия на меня может использовать Анютку. Надо максимально оградить ребенка от взрослых грязных игр.

- По идее, если он начал хамить и говорить о деньгах, этот парняга может не остановиться ни перед чем. Просто, если он задумал быстро продать квартиру, ему не дадут это сделать, там же прописана Аня, она несовершеннолетняя. Ей надо будет купить площадь, причем, не ущемив в правах и удобствах, я слышал, сейчас с этим очень строго. Либо надо дать огромную взятку, но денег у него нет, насколько я понимаю? Может быть, он начал что-то принимать или покуривать? Не замечала за ним ничего такого? – Озабоченности Левантовского было не скрыть. - Он будет пытаться найти деньги другими способами.

- Ничего не замечала. Я – не Маруся, она бы уже быстренько что-нибудь «нарыла». – Лена засмеялась. – Хотя про твою швейцарскую жизнь она мне ничего не успела рассказать, видимо, была чем-то занята другим. Конечно, у человека трое несовершеннолетних детей, попробуй их растить, вести хозяйство, любить мужа и выглядеть, как королева. – Лена подмигнула Ивану. – У меня бы так не получилось, я все тоже могу, но по очереди.

Иван Николаевич посмотрел в одну точку перед собой.

- Лен, а почему ты ничего не спрашиваешь у меня про Швейцарию? Серега сказал мне, что посвятил тебя в подробности.

- Вань, а что спрашивать? Это была твоя жизнь, единственно, что могу тебе сказать, что мне очень жаль, что так вышло с Габи, искренне, честно и по-настоящему. Ты – большой молодец, настоящий мужик, ты еще больше вырос в моих глазах, я горжусь тобой. – В глазах у Лены засверкали слезинки. – Мы с тобой никогда так много не разговаривали, вероятно, это надо сделать, ведь столько времени прошло мимо нас.

- Спасибо тебе, Леночка, спасибо. Я знал, что ты такая, самая лучшая, самая чистая. – Иван повернулся к Лене, в его глазах тоже блестели капельки слезинок. – Он аккуратно вытянул руки вверх, потом аккуратно провел по боку, где были проколы от операции. Затем снова подгреб Лену к себе. – В общем, моя дорогая, план такой, за романтическими беседами я тут кое-что набросал в своем воспаленном мозгу. Давай мне номер телефона и точные данные твоего бывшего, есть мысль пробить его через серьезных людей и поставить «на карандаш», а то вдруг начнет безобразничать. А нам этого не надо. – Он звонко чмокнул Лену в щеку. – А теперь пошли спать.

Глава 47

Ночью Лене приснился сон. Она едет в лифте, вдруг рвется трос, и кабина стремительно летит вниз. От ужаса происходящего она проснулась и даже закричала. Иван тоже проснулся и стал ее успокаивать. Потом вскочил и побежал на кухню за водой.

- Лена, на, попей воды. Может быть, валерьяночки? У меня есть. Тоже пью иногда. Что же этот такое?

- Вань, спасибо, давно кошмары не снились. Уф… Страшно было, как на самом деле. – Лена выпила воду, поставила стакан на тумбочку и прижалась к Левантовскому, он был теплым и домашним, рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. – Завтра Аня с девчонками возвращаются из лагеря. Надо решить, кто будет встречать. А Машка, оказывается, рассчитывала, что в этом году им удастся в Черногорию на виллу съездить. Обломали вы с Сережей им все планы. – Лена засмеялась.

Иван Николаевич сделался грустным.

- Извините, девушки и парни, мы не нарочно, я сам чуть не плакал. Представляешь, даришь сначала долгожданному и любимому сыну подарок, а потом просишь его продать этот самый подарок, так как очень нужны деньги. Обидно до жути. Слава Богу мальчик вырос понимающий, хороший и вежливый, весь в маму. – Ваня обнял Лену и поцеловал ее. – У такой замечательной мамы не могло быть другого сыночка. Спасибо тебе преогромное!

Лена зажмурилась от удовольствия, можно было еще поспать часок, но сон как-то улетучился.

- Ваня, я забыла у тебя спросить, что сказал дизайнер? Он или она сделает, то что мы задумали? Будет у Аньки кабинет?

- Да, конечно-конечно, завтра-послезавтра все посчитает, прикинет, что надо будет купить, в начале следующей недельки сделают, думаю за день-два, что там делать-то? А потом все втроем поедем в деревню, точно? Там как раз надо будет в доме порядок наводить, вот вы с Анютой там и похозяйничаете, пока мы с Серым будем делами заниматься. – Он осторожно потянулся, бок еще давал о себе знать. – Ну, что пойдем кофе пить или еще поваляемся?

- Я уже после своего лифта не усну сегодня. Пойдем пить кофе. Давай я тебе сделаю омлет? Тебе можно яйца? – Лена захихикала.

- С удовольствием, я очень люблю омлет, яичницу, вареные яйца, с детства приучили, в деревне много было кур, все яйца и ели, и ни о каком холестерине не думали, здоровая пища, до сих пор не представляю себе завтрака без яиц. – Левантовский пошел в дальний санузел, предоставив ближний Елене.

Утро хоть и началось рано, но тревоги и печали быстро улетучились за душевными разговорами, планами на ближайшее время, а также на чуть подальше, думать о грустном и плохом не хотелось. Лена уже подумывала самой сходить и подать заявление на развод, чтобы быстрее освободиться от этой ноши. Поведение Алексея совсем ее не радовало, а скорее пугало и настораживало. Что-то было в нем не так, нельзя было сказать, что его прямо подменили, но нотки чего-то чужого и очень противного становились все навязчивее. Да, и быстрее бы продал свою квартиру и убрался восвояси.

Лене уже казалось, что Аня для него стала не такой важной и любимой, что-то дьявольское искрило в Лешке нынче, понять по телефону это было тяжело, когда они виделись последний раз, он, вроде бы, был таким, каким обычно, но Лена была не уверена, потому что не отличалась особой внимательностью и в последнее время ее голова целиком и полностью была занята Иваном Левантовским.

Ничего она с этим поделать не могла, как выяснилось, Иван тоже. Как бы ни пытались они разбежаться подальше друг от друга, судьба все равно снова соединяла их вместе, хоть через восемнадцать, хоть через одиннадцать лет. Видимо, эти временные отрезки были даны им для того, чтобы они смогли все хорошо обдумать, взвесить, сравнить и действительно понять, что они значат друг для друга. Похоже, такое время, когда они это действительно поняли, пришло, очень хотелось ценить каждый миг, слушать каждый вдох и выдох, касаться друг друга, любить и беречь друг друга, и время, проведенное врозь отнюдь нельзя считать потерянным, оно как раз было важно для принятия действительно судьбоносных решений.

Они попили кофе, Ваня нахваливал омлет, в окно светило солнце, заканчивался июнь, впереди еще было два месяца тепла, радости и летнего счастья. Лена убрала посуду, вытерла стол.

- Ванечка, я все-таки хочу сходить в суд и сама подам заявление. Пусть начинает крутиться колесико, быстрее разберемся, правильно?

- Очень правильно, я только «за». А как разберешься, пойдем подадим другое заявление, ты обещала поменять фамилию. Не передумала? – Иван хитро посмотрел на Лену. А то выбиваешься из коллектива. Если что и Аню переведем. Ну, это не мои дела, давить не смею, здесь вы сами решайте, хотя я очень позитивно настроен по этому вопросу. Все твои дети - это и мои дети тоже. – Он неслышно подошел к Лене сзади и обнял ее. Ему постоянно хотелось держать ее в своих руках, чувствовался дефицит общения, особенно телесного, и он хотел, они хотели вместе наверстать упущенное.

- Ладно, милый мой, ты дома будешь? Я тогда в суд, может быть, к Машке заеду и обсудим завтрашние мероприятия по встрече детей. Скучаю безумно, почти месяц без моей ляльки. – Лена улыбнулась и посмотрела вверх. – Хорошо бы Сержик еще внучку нам родил, да? Готовься, дед, скоро будем с внуками сидеть. Петька чуть подрастет, надо будет молодых отпускать, а мы все-таки в одном доме, удобно же.

Левантовский и блаженно смотрел на Лену. «Господи, за что мне такое счастье…»

- А, может, мы с тобой еще кого-нибудь родим? – И он инстинктивно втянул голову в плечи, ожидая удар тапком по голове.

- Нет уж, я считаю, что для этих дел есть более молодое поколение, мы уже нужны для другого. Так что не мечтай, хотя родить я еще могу, но раз ты так серьезно настроен, надо сходить к доктору и продумать защиту, а то знаю я тебя, Левантовский, с твоими природными данными, даже со шрамами и проколами, – Лена потрепала Ивана за ухом и пошла одеваться.

В суде все прошло достаточно быстро, единственно, стали выяснять, где сейчас находится ответчик. Лена обещала все выяснить, а также сказала, что он скоро будет в Москве, так что почту можно прислать по адресу регистрации.

Потом она позвонила Марусе. Ехать сил не было, хотя, вроде бы, не далеко, но у людей были свои дела, вмешиваться и навязываться не хотелось.

- Здорово, старшенькая. Как дела? Готовишься к приезду банды?

- Привет, Ленусик. Нормально. Куда их потом девать? Может, на дачу всех отправим? Предки там как? Справятся? Они же мне мозг съедят. Слава Богу Васька поумнел. Слушай, у него там деваха какая-то на даче завелась, он оттуда вообще уезжать не хочет. Как бы не пошел по твоим стопам. – Маша прыснула со смеху. – Шучу-шучу. Такой неземной любви, как у вас с нашим Иваном-царевичем не было, нет и не будет ни у кого. Расслабься. - Марусю распирало поугорать со смеху.

- Да, я собственно, не напрягаюсь, шути, мне это очень нравится, кто ж еще пошутит, как не любимая систер. Завтра я могу их забрать или как? Как скажете. – У Лены всегда налаживалось настроение, когда она говорила с Машкой.

- А забери, у Федора на работе какие-то накладки, а я редко езжу, бояться стала одна, так что давай. Заезжай за мной и поедем, как раз пять человек в машину влезет.

- Маш, слушай, я понимаю, что у тебя есть некоторая неудовлетворенность в плане отпуска в этом году из-за того, что виллу продали. Ты знаешь, это для нас самих стало полной неожиданностью. Смотри, у Левантовского есть новая идея. – Лена взяла воздух, как будто собиралась петь. – Ваня в Тульской области присмотрел нам дом, большой, пока снять, говорит дом нулёвый, построили и закрыли. Если понравится, купим. Мы на следующей неделе хотим все поехать и его посмотреть. Ваня говорит, что там такие живописные места, лес, луг, река, давайте вы приедете туда к нам? Никакой Черногории не надо. Подумайте. – Лена снова перевела дыхание. – Только бы с Кравцовым побыстрее разобраться. Приедет через две недели, попробуем быстро развестись. Он еще квартиру задумал продавать. В общем, в Израиле они. Надо эту проблему решить. Даже не представляла, что Леша может стать такой сложностью в жизни.

- Вот слушаю я тебя, блин, голова – дом Советов, что ты тут прозябаешь, тебе надо в парламент, рулить законами, государством. Идея насчет Тульской области мне даже очень понравилась, мы обсудим это с Федей. А насчет Кравцова ты меня, прямо, расстроила, че так все серьезно? – голос Маши стал каким-то мрачным.

- Все бы было не так страшно, ты бы, конечно, раскусила его на «раз». Мне показалось, что Лешка что-то принимает. Ну, ты поняла, или курит. Что еще с этим делают? Нюхают? Говорил очень странно и срывался часто, алкоголики так себя не ведут. – Лену немного начало трясти.

- Когда он приезжает? – Маша уже взялась за дело. – Я приеду и все тебе сразу скажу, не дрейфь, мать, разберемся. Я торчков вычисляю сходу. Ладно, я пошла в магазин, у меня в холодильнике остался сыр «Пармезан» особой выдержки и шампанское, а завтра дети приедут, им надо чего-нибудь еще. Целоваю. Звони и приезжай. – Маша закончила разговор.

Тут в голову Лене пришла еще одна идея. Звонить она не стала, а по свежим следам написала Ивану: «Ваня, ты можешь своих ребят попросить по своим каналам «пробить» некую Галину Загер, к сожалению, отчества не знаю. По линии ОБЭП. Что-то быстро они слиняли в Израиль, странно все это. Если что, её дочь зовут Жанна. Что-то мне она не дает покоя. Целую. Заявление подала. Скоро буду.»

Глава 48

Поезд прибыл с небольшим опозданием, дети стали выпрыгивать из вагона, как горошины из стручка. Сопровождающие с радостью облегчения передавали ребят в руки их законных представителей и делали отметки в списке. Все-таки это безумно сложная и очень ответственная работа – работа с детьми младшего возраста. Особенно на выезде, в достаточно непростых условиях, где постоянно есть опасность получить травму, солнечный ожог, укус насекомого, да и просто ссадину на коленке. Чего уж говорить про море, когда их двадцать человек, а воспитателей всего двое.

Лена про себя отметила, что вряд ли смогла бы работать педагогом, так, провести какие-то занятия в классе, это можно. Ее любили детки, она их тоже, но поехать в лагерь почти на месяц – это было выше ее сил. Они с Марусей от души поблагодарили старшего воспитателя, а также всех родителей, которые согласились помочь в доставке детей домой. «Странно, зачем Лёшка мотался в Туапсе? Изображал из себя заботливого папашу? А потом они посреди смены приехали и забрали Жанну. Вероятно, не просто так они с такой срочностью рванули из страны. Я даже особо не помню эту Галю. По-моему, Жанна пришла в класс только в этом году. Они откуда-то приехали». Пока они шли до машины, Лена крутила в голове разные мысли.

Девчонки загорели, подтянулись, были веселыми и постоянно что-то рассказывали.

- Ну, что, поедете еще? Понравилось в лагере? – Деловито спросила их Маруся.

Соня и Катя запрыгали и наперебой стали рассказывать, как им понравилось.

- Да, я поеду, только на следующий год. Больше пока не хочу, дома больше свободы. – Выразилась Соня. – А там была девочка, которая осталась еще на одну смену.

- Мне тоже понравилось, было весело. Только в море не много давали купаться, нырять не разрешали. – Рассказала Катя.

Аня шла молча, держа за руку Лену.

- А я хочу на дачу, я скучала по маме, Сереже, бабушке и дедушке. – Она сильнее сжала руку матери. – Мам, а где папа? - Девочка очень серьезно посмотрела Лене в глаза.

Надо было что-то быстро отвечать, причем, уверенно, чтобы у Ани не возникло никаких сомнений и подозрений. А дальше будет видно, как строить линию повествования.

- Малышок, папа уехал по делам. У него что-то по работе. – Надо было быстро перевести тему на всех. – Девчонки, это же здорово, что вы прекрасно провели время. А теперь небольшая перезагрузка в городе и можно поехать на дачу. Вы как на это смотрите? – Лена пыталась выглядеть веселой и уверенной.

- Да, на дачу надо поехать обязательно, потому что сидеть в городе в жару бессмысленно, а потом надо помочь бабушке и дедушке. А то там Василий за всех отдувается. – Присоединилась Маша. Ну, вот, они и пришли к автомобилю.

Сумки и чемоданы ловко закинули в багажник, всех рассадили, можно было ехать. Лена сначала отвезла сестру и племянниц. Затем они с Аней выдвинулись домой. Елена пока не знала, как рассказать дочери, что они с отцом решили расстаться. Очень кстати была перепланировка в Крылатском, поэтому они с Иваном пока решили, что до середины следующей недели, пока не будет закончено строительство мини-комнаты для Анютки, Лена с Аней поживут на «Академической». Да, и у ребенка не будет резкого шока. А то получается, что только папа ездил с ней в лагерь, а потом, раз, и с чужой тетей и ее дочкой уезжает вообще куда-то далеко-далёко.

- Как ты с сестрами, общалась или у вас были разные интересы? – Пыталась выяснить подробности пребывания в лагере Лена.

- Общались, но я больше в театральной студии проводила время и в художественном кружке, а Соня и Кэт играли в настольный теннис и были заняты в квесте «Дети шпионов». А так, вечером на дискотеке вместе тусили. – Аня обняла мать и прижалась к ней. – Мамочка, я очень соскучилась по тебе, я очень хотела домой всю последнюю неделю.

Лена тоже взяла дочку на руки и не хотела выпускать. Потом посадила к себе на колени.

- Я тоже уже считала денечки, когда ты приедешь. Тебя никто не обижал? Не было ссор или каких-то стычек?

Аня обхватила мамино лицо и поцеловала ее в щеки.

- Мамочка, я очень тебя люблю, очень-очень. Ты у меня самая лучшая!

Лена тоже начала целовать дочурку, приступ нежности и привязанности захватил обеих.

- Милая моя, мы же с тобой никогда не расставались так надолго. Я очень боялась тебя отпускать, но вместе с тем понимала, что ты у нас уже взрослая и умная. Ты обязательно со всем справишься.

Аня вдруг спрыгнула с коленей и подошла к окну.

- Мам, а эта тетя Галя… я ее боюсь. Она со мной всегда такая добренькая, все время мне что-то дарила, но я чувствую, что она какая-то злая. Не знаю почему. И она все время рядом с папой. А еще она стала спрашивать у меня про тебя. «Анечка, расскажи про свою маму, где она работает, что делает, а она это умеет или не умеет?» - Девочка снова серьезно посмотрела на Лену.

- Очень интересно. – Лена вскинула брови от изумления. – И что ты ей рассказала?

- Я ей сказала, что моя мама – самая лучшая. – Аня снова подбежала к Лене и повисла на ней. – Мне показалось, что она какая-то колдунья. Я потом старалась с ней не разговаривать. И Жанка ее тоже противная, говорит таким мерзким голосом, что уши закладывает. – Аня погладила мать по голове. – Мам, мне кажется, что эта Галя влюбилась в нашего папу. Ты только не переживай, хорошо? Еще ничего не известно. Я просто очень хотела вернуться к тебе и больше никогда-никогда не расставаться. – Анютка уткнулась в Лену.

«Господи, спасибо тебе за все, за жизнь, за здоровье, за любовь, за прекрасных детей. Заслуживаю ли я такой жизни? Спасибо, спаси и сохрани детей в первую очередь, их чистые и светлые души, полные добрых и благих помыслов». Елена еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться от счастья. Что бы далее не происходило, она понимала, что у нее есть мощный тыл. И этот маленький девятилетний человечек – уже целостная система, на которую уже можно положиться.

- Анютка, радость моя, мы вместе, все будет хорошо. Все будет так, как надо. Главное, ты не переживай раньше времени. – Лена снова чмокнула дочь. – Давай я буду разбирать чемодан, а ты иди и прими ванну с дороги.

Когда дочка пошла плескаться в душе, Лена решила позвонить Ивану.

- Привет, любимый. Ну, все, мы приехали, всех доставила, даже с Анюткой успели поговорить. Галя ее насторожила, дочь сказала, что она пыталась выяснять всякие подробности про меня. Но Анька ее отбрила и считает ее колдуньей. – Лена засмеялась. – В общем, и смех, и грех.

- Слава Богу, что вы вернулись. Волновался, когда ты ездишь одна, без меня по Москве. – Иван сделал паузу. – Короче, есть информация про эту Галю. Зовут ее Загер Галина Альбертовна, 1982 года рождения, разведена. Набрала кредитов где-то на десять миллионов рублей, которые перестала платить, плюс ко всему на нее было открыто несколько юридических лиц, по которым числится тоже большая сумма долга по налогам. Это даже пробивается по открытым источникам. В Москве зарегистрирована временно, так, она вообще из Новосибирска. Такие пироги. Поэтому денежки, понятно, для чего нужны, и Израиль тоже теперь объясним. Так что, разводись быстрее. Я, конечно, понимаю, что дочке нужен отец, но, если он так начал себя вести, так, может быть, ну его нафиг?

- Спасибо, Вань, очень своевременная информация. Ладно, у меня почти неделя, чтобы придумать, как сказать Ане, что мы переезжаем к тебе. Хотя она мне намекнула, что «эта тетя Галя ухлестывает за папой». Вот дети, некоторые такие глазастые и внимательные, я в детстве вообще таким «фантиком» была, ничего вообще не замечала и не секла, зато Маруся – это был разведчик и шпик, благодаря ей я и выжила, по ходу – Лена снова немного нервно рассмеялась.

- Да, Леночка, у меня перед Марусей отдельный должок. Но люблю я только тебя. Я очень скучаю. – Иван тихо заскулил, как подбитый щенок, изображая страдания. – Но я буду терпеть и ждать. Скоро все сделают, и вы приедете в обновленную квартиру.

- Я тоже буду скучать, очень-очень. Целую тебя. – Лена с грустью завершила разговор с Иваном.

***

Подошла к концу среда, прошел четверг, наступила пятница. Лена с Аней в субботу собирались поехать на дачу к родителям и дедам. Утром у Лены были дела, она уехала, Анютка осталась дома. Девочка полюбила рисовать акварелью и по памяти воспроизводила морские пейзажи. Увлеченная своим творчеством, она даже не заметила, как открылась входная дверь и через некоторое время в комнату вошел улыбающийся и радостный её папа, Алексей, с небольшой дорожной сумкой.

- Привет, солнышко! Ты одна? – Лёша был на подъеме.

Аня вскочила со стула и подбежала к отцу.

- Приветик. Мама уехала по делам, приедет часа в 3. – Они обнялись.

- Я очень соскучился, привез тебе подарки. Налетай. – И Алексей принялся ловко открывать сумку…

Глава 49

Иван Николаевич встретился с дизайнером интерьеров, Ольгой. Он знал ее давно, Оля была очень опытным и креативным специалистом в своем деле.

- Оля, задача у нас не простая. Нам нужно сделать мини-комнатку а-ля кабинет в большой комнате для юной барышни, с которой лично я еще не знаком, но которой очень и очень хочу понравиться. – Левантовский загадочно посмотрел на девушку. – Я очень давно люблю ее маму, у нас с ней взрослый сын, потом судьба нас жестоко развела. Так сложились обстоятельства, что мы с ней снова вместе и теперь я готовлюсь к встрече с дочкой моей любимой женщины. Я очень волнуюсь, мне хочется создать ей максимально комфортные условия у себя дома. Ей девять лет, она очень смышленая и развитая девочка. Оленька, помогите мне, пожалуйста.

- Иван Николаевич, я Вас поняла, не волнуйтесь, не переживайте, сделаем все по максимуму, как Вы любите. Пойдемте все рассмотрим, я сделаю замеры, покажу Вам образцы материалов, которые планирую использовать в своей работе. Если не будет чего-то экстраординарного, то дня за три управимся. – Оля открыла свой блокнот и начала что-то записывать. Левантовский удовлетворенно смотрел на нее, ну, вот, скоро они заживут с Леной и Анечкой одной семьей, все будет прекрасно и замечательно.

Иван давно не общался с маленькими детьми. Конечно, он все вспомнит, когда была мелкой Маришка, но некоторое опасение и страх присутствовали. Лена говорила, что Аня очень похожа характером на свою тетку, Марусю. Это немного осложняло дело, потому что у Маруси был довольно резкий и напористый характер в отличие от Лены. С другой стороны, с Марусей у Левантовского были хорошие отношения, она, конечно, периодически припоминала ему старое, но делала это уже в шутливой форме, так, что обиды Иван на нее не держал. Они договорились с Ольгой, что она пришлет ему по почте все чертежи и образцы, Иван в свою очередь согласует это с Леной и можно будет начинать работу.

Пребывая в благостных мыслях, Иван решил позвонить Лене. Завтра они с Анечкой собирались к родителям на дачу. Возникла идея отвезти девчонок, по пути поговорить, понаблюдать за Аней, позволить ей тоже рассмотреть его. С некоторых пор Левантовский стал жутко мнительным и аккуратным в отношении Лены, понимая всю предысторию их предыдущей жизни. Конечно, для ребенка в любом случае будет травмой расставание с отцом, переезд в другое жилище, наличие какого-то другого дяди, который теперь с её мамой, да еще спит с ней в одной кровати. На душе было как-то неспокойно. «Ваня, ты же опытный управленец, перспективный бизнесмен, у тебя же всегда хорошо «варила» башка, а как всегда был подвешен твой язык, что ты дрейфишь? Ты же добился своего, причем, даже без войны, какими-то неведомыми усилиями все сложилось само собой, Лена сама пришла к тебе, радуйся, сокол. Все идет по твоим нотам, что же ты испугался? Маленькой девчонки? Которая, если бы не твои сомнения и страх одиннадцать лет назад, спокойно могла бы быть твоей дочкой». Иван набрал Елене.

- Леночка, привет. Как ты? Ты еще занята?

- Ваня, привет. Я почти закончила, закрыла вопрос с работой. Жалко, конечно, столько лет было отдано этой организации, прекрасные люди, столько всего пережито вместе. Но жизнь идет дальше, с девчонками не потеряемся. Все, страничку перевернула. – Лена была настроена решительно и деловито.

Нотки грусти, конечно, тоже присутствовали, но в новые жизненные обстоятельства ее работа уже не вписывалась. Надо сказать, это решение она тоже приняла сама без особого давления. Иван ликовал, что особого греха на душу не брал, не считая ментального воздействия на Лену. А, может быть, так и должно было случиться, просто пришло время.

- Лен, у меня есть предложение. А давай я отвезу вас с Анюткой на дачу? Можно даже и сегодня вечером, заодно познакомимся. Я что-то так волнуюсь, а вдруг я ей не понравлюсь? – Голос Левантовского немного дрожал.

- А что, хорошая идея. Тогда я позвоню родителям, чтобы оставили ворота открытыми, не будем их беспокоить. Ты же останешься? Или привезешь и уедешь обратно? – Лене понравилась его идея, но она сама не понимала, как лучше все организовать.

- А как ты считаешь? С родителями, вроде бы, уладили, правильно? Я бы остался, лишь бы Аня не сильно расстроилась, понимая, что мы с тобой теперь вместе.

- Я сама волнуюсь, но это надо делать, потому что все к этому идет. Чем раньше начнем, тем лучше. Тебе же надо понравиться Аньке. У меня идея, сгоняй в художественный магазин и купи ей чего-нибудь для рисования. Набери мне оттуда, я подскажу. Думаю, это будет хорошим реверансом. – Внутри себя Лена ликовала и восхищалась Левантовским. Она была уверена, что он обязательно понравится дочери.

Решили поехать сегодня вечером, а лучше в ночь, чтобы не стоять в пробке на трассе. Время было дачное, все горожане в пятницу вечером массово покидали мегаполис, чтобы насладиться загородной прохладой. И набиралось таких любителей дачной жизни ну, очень много. Иван решил посетить магазин для художников, это было хорошее идеей, чтобы начать завоевывать сердце маленькой леди.

Через пять минут позвонила Лена, голос ее был взволнованным.

- Ваня, я три раза набрала Ане, у нее выключен телефон. Я еду на «Академическую». Приезжай скорее.

- Лена, не нервничай, встречаемся там, я скоро буду. – Левантовский за секунду собрал мысли в кулак и помчался к машине. «Господи, только бы ничего не случилось с ребенком.» Через пятнадцать минут Иван уже стоял у подъезда дома на улице Кедрова. Вскоре подъехала Лена. Она была растеряна и бледна. Они быстро вбежали в подъезд. Трясущимися руками Елена стала открывать квартиру.

- Аня, дочка, ты дома? – Лена вихрем вбежала внутрь. Ей никто не ответил. Пробежав по всем комнатам и даже заглянув в шкаф в спальне, было понятно, что ребенка дома не было.

- Лена, присядь. – Левантовский видел, что состояние Лены было сложным и надо было помочь в первую очередь ей.

- Ваня, куда она делась? Она никогда не уходила из дома без разрешения. Мы договорились, что я скоро буду и мы будем собираться на дачу. – Руки у Лены затряслись.

- Спокойствие, сейчас я позвоню кое-кому. – Иван сходил на кухню и налил в стакан воды из фильтра. – Попей воды. Не дергайся. Посмотри, нет ли в квартире чего-то подозрительного.

Лена встала и прошла еще раз по квартире. Стоп, на столе лежала упаковка от нового планшета. Значит здесь кто-то был. Лёшка…

- Ваня, проверь через своих, где сейчас находится Леша. Мне кажется, он был здесь. – И из ее рук выпала картонка от планшета.

Иван сделал звонок. Через некоторое время ему сообщили, что Алексей Кравцов утром был в аэропорту Шереметьево. В настоящее время его телефон был выключен.

Глава 50

Лена сидела и смотрела в одну точку. Она перестала реагировать на внешние раздражители. Иван стал опасаться, что может случиться что-то непоправимое.

- Леночка, как ты себя чувствуешь? Может быть, тебе надо полежать? Я позвонил своим людям, они обещали все проверить. Не нервничай и не накручивай себя.

- Я не знаю, что мне делать… Где Аня? Ваня, найди ее… Умо-ля-ю… - Силы Лены заканчивались на глазах.

Ситуация осложнялась тем, что телефон Ани был выключен. Последняя геолокация показывала квартиру на Кедрова, когда ей утром звонила Лена. Потом телефон был вне зоны действия сети.

Иван на всякий случай вызвал скорую помощь. Приехала бригада, вколола Елене седативные препараты. Её удалось уложить поспать. Новостей с полей пока не было. Обстановка накалялась. Как надо было действовать, пока было не понятно. Что там задумал Алексей?

Ждать было мучительно и страшно. Иван Николаевич включил телевизор, там шли какие-то новости, он стал переключать каналы. Он опасался за Лену, ему очень хотелось ей помочь, можно было только молиться за Аню, чтобы с ней ничего не случилось. Распространяться про то, что случилось было не нужно, но в случае критических событий оставлять Лену одну было опасно. Левантовский решил позвонить Марусе. Она, конечно, была очень эмоциональной девушкой, но в особых ситуациях собиралась и действовала, как надо.

- Маша, привет. Это Левантовский. Можешь говорить?

- Здравствуй, Ваня. Могу. Вы на даче? – Маша была спокойна. Казалось бы, ничто не могло вывести ее из себя.

- Машенька, у нас беда. Только тихо. Можешь приехать на «Академическую»? Аня пропала, Лена не очень себя чувствует, пытаюсь разобраться в ситуации. – Иван реально хотел помощи, и он знал, что Маша поможет.

- Конечно, сейчас буду. Что-то привезти? Лекарства? Как Ленка? – Маруся начинала «бить лапками».

- Солнышко, приезжай сама, ты гораздо лучше любого лекарства, побудь с сестрой. Я, возможно, отлучусь, не хочу оставлять ее одну. Пока только никому ни слова, чтобы не сеять панику. Я очень надеюсь, что мы решим вопрос малой кровью, я подключил серьезных людей. – Левантовский еле сдерживался, его тоже начинало колотить и швырять из стороны в сторону.

- Поняла, жди. – Было похоже, что Маша уже «встала на крыло».

Приехала Маша, новостей пока не было. Иван периодически набирал номера Ани и Алексея, ситуация была прежней, телефоны были отключены.

- Маш, ты не знаешь, где у Лены лежат документы всякие, паспорта и свидетельство о рождении Ани?

- Знаю, пойдем посмотрим. Ты думаешь, этот гад мог увезти ее с собой? – Маша быстро кинулась к комоду. В каком конкретно ящике лежало то, что перечислил Иван Николаевич, она не знала, но методом исключения выяснила, что синяя папка лежала в третьем ящике. Маша достала все документы и стала их раскладывать. – Смотри, загранник здесь, свидетельства о рождении не наблюдаю. Странно… - Она задумчиво посмотрела на Ивана.

- Ясно, значит за границу он ее не увезет, а свидетельство либо взял Алексей, либо оно еще где-то. Зачем оно ему? Либо, если что доказать принадлежность ребенка? – Иван тоже не понимал, что происходит.

- А когда это произошло? – Маша хотела выяснить все подробности.

- Сегодня, буквально пару часов назад. Лена поехала увольняться, Ане сказала сидеть дома и собираться на дачу. В моей квартире ремонт, делаем Ане комнату. Я предложил их отвезти, заодно познакомиться с Анечкой. Потом мне снова позвонила расстроенная Лена и сказала, что у ребенка выключен телефон. И мы рванули сюда. – Левантовский посмотрел куда-то сквозь Машу. – Я вызвал скорую, я не гарантировал, что Лена будет в порядке с помощью обычной валерьянки. Ей сделали укол, пусть поспит. А я на трубе, если что надо будет уехать, а ты уж с ней побудь, ладно? - Иван обнял Машу и поцеловал в макушку.

Так они просидели еще полчаса. Старались говорить о чем-то отвлеченном, пытались даже шутить, но получалось это как-то не очень, все время хотелось вскочить, схватить что-нибудь тяжелое и с размаху разбить его об стену. Зазвонил телефон Елены, номер был скрыт.

- Маш, возьми трубку и поставь на громкую, подожди, я сейчас включу диктофон. – Иван быстро настроил запись и моргнул Марусе.

- Алло, слушаю. – Маша попыталась говорить спокойно. Не так, как говорила обычно, а скорее теперь она пыталась подражать Лене. В принципе, голоса у них были похожи, и если Машка не выделывалась, то порой, их голоса можно было не отличить.

- Елена Владимировна? – На том конце говорил мужчина, у него был приятный низкий голос, но Маше он был не знаком. – Вы знаете, где сейчас находится Ваша дочь?

Маша посмотрела на Ивана. Он кивнул и знаками показал, чтобы она ответила, что не знает.

- Нет, я не знаю.

Мужчина откашлялся, в трубке что-то затрещало.

- Ага. Значит Ваша дочь у нас. С ней пока все в порядке, не волнуйтесь. Но чтобы гарантировать ее безопасность и здоровье, мы бы рекомендовали Вам не позднее завтрашнего дня в 17.00 привезти определенную сумму по указанному адресу. Вы должны понимать, что это важно, полицию приводить с собой не надо, никаких резких движений тоже делать не рекомендуется. Детали сброшу смской. – Мужчина снова стал кашлять.

Маша снова посмотрела на Ивана. Он показал ей, чтобы она говорила и не перечила собеседнику.

- Хорошо, присылайте данные. А я могу поговорить со своей дочерью? Как мне вам поверить? Вдруг вы меня разводите? – Маруся решила спросить, как это обычно делают в фильмах или детективных произведениях.

Иван быстро написал на бумажке, чтобы она потянула время, а сам вышел в коридор и позвонил ребятам, чтобы они быстро «пробили» номер, с которого звонил шантажист, особенно его геолокацию.

Откашлявшись, мужчина засмеялся.

- Вы просто должны мне поверить, если хотите увидеть дочь живой и здоровой. Это все. Ждите информацию и очень прошу Вас не "рубить с плеча". Я надеюсь, мы поняли друг друга. Всего доброго. – Связь оборвалась.

Из коридора вернулся Левантовский.

- Значит звонили с номера какого-то уже неживого человека, там все проверили быстро, это я и предполагал, но локацию установить удалось. Это Лесная улица, недалеко от Бутырской тюрьмы. Уже что-то. – На лбу Ивана выступили капли пота.

- Сейчас пришлют смс. Там будет адрес и сумма, которую надо привезти. – Ваня, мне страшно. Ведь ехать придется Ленке, а вдруг она не сможет? Блин, жалко, что мы с ней разнояйцевые, могла бы я вместо нее пойти. – Маша сидела, и из глаз ее текли слезы. Иван никогда не видел Марусю в таком раздрае. Он сел рядом и обнял ее.

- Машенька, успокойся, родная, будем молиться и думать о хорошем. Сейчас посмотрим на сумму и будем понимать, есть она у нас или нет. Это же всего лишь деньги, а Ленку проводят до места, мало ли что эти сволочи сказали. Они боятся полицейских машин с мигалками, у нас другие методы. В конце концов, продам свою почку, я еще не такой старый, здоровье привел в порядок. – И Левантовский засмеялся.

Затренькал телефон, пришла смс-ка. На экране было написано: «Лесная 37 столб у электрощит 300ке».

- Смотри. – Маша передала телефон Ивану.

Он надел очки и все внимательно прочитал.

– Отлично, значит чувак этот звонил оттуда, куда надо будет привезти деньги. Ленивые тюлени. Либо не догадываются о наших возможностях. 300 тысяч евро. Так, у меня точно есть сто. Двести надо где-то найти. Сразу класть "куклу" опасно, они могут быстро проверить. – Иван начал что-то искать в телефоне. – Маша, сиди с Леной, проснется, тихонечко начинай готовить. А я позвоню партнеру, попробую быстро достать деньги. Все, дверь на цепочку, никому не открывать. Я приеду, позвоню.

Маша встала и обняла Левантовского, потом перекрестила.

- Спасибо тебе, дорогой. Давай, сам там осторожно.

Иван набрал номер телефона.

- Илья, привет. Можешь говорить? Ты в офисе? Могу приехать прямо сейчас, очень срочное дело. – И он, сжав кулак и моргнув Маше, быстро вышел из квартиры.

Глава 51

Маша зашла в спальню и посмотрела на сестру. Лена зашевелилась.

- Привет, систер. Проснулась? – Маруся подошла к кровати и села рядом.

- Маша? Как ты здесь? – Лена села на кровати.

- Милый твой вызвал, чтоб присмотрела за тобой. Отдохнула? – Маша улыбнулась.

- А где Ваня? Его вызвали? Куда? – Лена приходила в себя от снотворного и не совсем понимала, что происходит.

- Леночка, все будет хорошо. – Маша взяла в свои руки ладони сестры. – Звонили вымогатели, Аня у них, объявили сумму и точку встречи. Я говорила от твоего имени. Но ехать с «котлетой» придется тебе, сама понимаешь, ставка сделана на тебя. Если б мы с тобой были одинаковыми, я бы естественно поехала вместо тебя, зная твою впечатлительность, но тут не промажешь, подлог раскусят сразу. Нам же главное, Аньку вытащить. Все, не психуй.

- Маш, откуда у тебя такой лексикон? «Котлета»? – Лена удивленно посмотрела на сестру.

- Я тут читала один детектив, там так это и называлось. Вот возьмешь «котлету», положишь в пакет и отдашь этим сволочам. А они тебе должны параллельно отдать ключ от квартиры и записку с адресом, где находится Анюта. Так что, соберись в кучу и морально настраивайся. Завтра до 17.00 надо туда поехать. – Маруся выглядела загадочной и очень собранной.

- Да, конечно, я поеду, просто мне надо взять себя в руки. Я готова на все, лишь бы скорее вернуть ребенка. – Лена сначала хотела заплакать, но потом шмыгнула носом и передумала.

***

Иван приехал в офис к своему приятелю и партнеру, Илье Корнилову.

- Приветствую, Илья Александрович. Как сам? – Они поздоровались за руку.

- Николаич, привет. Сколько же мы с тобой не виделись так лично? Все по телефону, переписка. – Илья был рад видеть приятеля. – Как твой аппендицит? Зажил?

- Зажил, куда он денется. Слава Богу, сейчас уже не режут поперек пуза, как поросят, а дырки колют, повезло, что лопнуть не успел. – У Левантовского перехватило горло. Он подошел к кулеру и налил себе воды.

- Может чаю или кофейку? – Корнилов посмотрел на Левантовского.

- Спасибо, Илюш, водичкой хорош буду. У меня к тебе очень большая и очень срочная просьба. Прости, что приехал только по делу. Но ситуация реально хреновая. – Иван с надеждой посмотрел на Илью.

- Давай, жги, Левантовский. Я знаю, что ты по фигне не приедешь.

- Илюха, мне нужно наличными двести тысяч евро. И лучше сегодня, на крайняк, завтра утром. Только между нами. – Левантовский зажмурился и резко открыл глаза, наступило просветление. – Короче, я встретил свою любовь, Ленку, помнишь, я тебе про нее рассказывал? – Иван с прищуром посмотрел на друга.

- О, какие дела-то у нас. Это серьезно. И что, она сразу выкатила тебе счет за прошлые годы? – Илья Александрович решил пошутить, чтобы разрядить обстановку.

Иван Николаевич посмотрел куда-то наверх.

- Ну, можно сказать, и так. В общем, ее дочку похитили и вымогают деньги. Есть подозрение, что это бывший муж, он свалил куда-то в Израиль, с другой женщиной. А потом он экстренно вернулся и увез дочку, пока Лены не было дома. А потом позвонили и стали требовать выкуп… Триста тысяч евро… - Лоб Левантовского покрылся испариной. – Я только что вложился в новое дело в Тульской области. Сотка у меня есть, мне нужно еще две. Я завязан на «наших», они держат ситуацию под контролем, я уверен на 99%, что деньги вернутся обратно, по крайней мере твои точно. Падаю в ножки, Илья Александрович, выручи, дай взаймы двести, Христом Богом прошу.

Корнилов смотрел на Ивана с широко раскрытыми глазами.

- Ванька, да, конечно, что ты такое говоришь? Что за уродцы? – И Илья поспешил к сейфу, который был вмонтирован в стенку за его спиной. Он достал четыре фиолетовые пачки и передал Левантовскому. – Держи, Вань, быстрее вытаскивайте девчонку. Блин, что за выродки?!!

Илья сам был многодетным отцом, у него было пятеро детей. Что характерно, Иван обратился к нему вовсе не поэтому, а потому что Корнилов просто был нормальным и честным мужиком.

- Илюх, спасибо тебе преогромное. Если что, продам почку. В общем, лишь бы Аня была жива. – И Иван сложил ладони домиком.

- Не за что. Молимся. Как старший твой, Сережка?

- Нормально, дедом меня сделал. Петька, внук, мы с Ленкой дед и бабка теперь. Вот Анечку еще выручим и совсем хорошо будет. – Иван понял, что силы были на исходе. – Я поеду, как все провернем, сразу позвоню, потом обязательно встретимся все вместе. Я домой вернулся же, теперь в Тульской области буду развивать бизнес. – Илья и Иван обнялись, и Левантовский быстро пошел к лифту.

Дорога обратно была какой-то пустой и безликой, хотелось скорее увидеть Лену и понять, что она готова к операции. В голове крутилась схема. «Они написали до 17.00, значит будут «пасти» этот участок с утра идо 17.00, если, конечно, они не решат перезвонить еще раз. Наверное, надо отправлять Лену часов в 15-16, чтобы был запас. Сейчас еще созвонюсь с ребятами и наметим план действий».

Иван зашел в квартиру и сразу услышал, что Лена и Маша разговаривали.

- Девочки, привет. Я вернулся. Как дела? Леночка, ты поспала, голова не болит? – Он подошел к ней и нежно обнял, она тоже прижалась к нему.

- Ваня, я готова, Маша мне все рассказала. Во сколько мне завтра ехать? Как я поеду? Наверное, на такси? – Лена уже мобилизовала все свои силы и была готова к решительным действиям.

- Умница, я знал, что ты у меня боец. Такси организуем, деньги достал. Думаю, что тебе надо ехать часам к 15.00. – И Левантовский снова сгреб в охапку свою любимую, все ведь будет обязательно хорошо, просто не надо паниковать и верить.

Глава 52

Маша засобиралась домой, хотя хотелось, конечно, поддержать своих родных и дорогих людей. С некоторых пор рейтинг Левантовского колоссально возрос в глазах Марии, она пересмотрела свое отношение к нему, а именно тогда, когда Алексей свернул на какую-то кривую дорожку. В общем, снова с этой Ленкой было как-то не так, но от этого менее дорогой и любимой она не становилась. Да, и всем вместе водить хороводы в такой ситуации было совсем не уместно, поэтому она решила подождать развязки дома с телефоном в поле зрения.

- Давайте, друзья, держите меня в курсе, я телефон из рук не буду выпускать, пишите сразу. Я, естественно, молчу, как рыба. Ленка, давай, нос выше, понахальнее и посмелее, не уходи в себя, дело важное. Хорошо бы еще узнать, кто все это организовал, но не надо быть Вангой, здесь, как мне кажется, все довольно прозрачно. Ладно, поживем-увидим, лишь бы Анечку поскорее вызволить. – Маруся перекрестилась и пошла к выходу.

Левантовский пошел на кухню и поставил чайник. Окинув взглядом кухню, задумался. «Да, жили ведь люди десять лет здесь, наверное, любили друг друга. Дочку родили. Все тут так аккуратно, стильно, наверное, это все Лена сделала. А потом ее променяли на другую жизнь. И во всем в этом виноват только один человек, и этот человек – я, Иван-дурак. Завтра Лена поедет выкупать дочь. И это и моя расплата за глупость, так мне и надо! Господи, быстрее бы это произошло, надо в темпе позвонить ребятам».

Пока Иван предавался анализу и самобичеванию, закипел чайник. Он нашел в шкафчике чайные пакетики и налил две кружки. Хотелось залить внутрь себя чего-то жидкого и горячего. В холодильнике даже было пол-лимона.

- Ленчик, давай чайку махнем? – Иван принес чашки, блюдце с лимоном и поставил их на столик в комнате.

- Давай. - Лена была строгой и собранной, было видно, что она держится из последних сил, но распускаться совершенно не имеет права. – Ванюш, ты же мне все расскажешь? А ты будешь где-то рядом? А вдруг они нас обманули? – Лену начинало трясти.

Иван Николаевич сел с ней рядом, обнял и стал громко шептать на ухо горячим шепотом.

- Малыш, ничего не бойся, сейчас мы попьем чаю, я уложу тебя в кровать, чтобы ты отдыхала перед завтрашней вылазкой, а сам пойду на всякий случай на улицу и поговорю с мальчишками. Не хочу ничего говорить здесь в квартире, стены, сама понимаешь, иногда имеют уши. Дверь я открою сам, сиди, включи телевизор или музыку, релаксируй, уже никуда не денешься, надо держаться, поэтому уговаривай себя на удачу. – Он взял ее лицо в свои руки, поцеловал, потом уложил и укрыл пледом. Потому что, дотронувшись до ее ладоней, Иван понял, что на диком нервяке они были ледяными. – Все, любовь моя, пей чай, грейся. Я пойду, пройдусь и скоро вернусь обратно.

Погода была прекрасной, июль набирал обороты. Иван прошел в небольшой сквер недалеко от дома и уселся на скамейку. Людей вокруг было не много, поэтому он рассчитывал спокойно поговорить и обсудить все детали. Он набрал номер, ответили сразу.

- Да, слушаю. Иван Николаевич? – Голос был четким, уверенным и каждое слово было, как будто, взвешено.

- Добрый вечер. Простите, как Вас зовут. Я общался с Сергеем, но он сказал, что главным по завтрашнему событию будет кто-то другой. – Иван пытался был любезным, несмотря на то, что люди, с которыми он общался были иногда похожи на роботов или винтики в огромном механизме, вместе с тем они не переставали быть людьми и с ними тоже надо было разговаривать вежливо и душевно.

- Гордей, простите, не представился. Я буду курировать завтрашнюю операцию. В основном, слушайте, сейчас все расскажу. – Гордей взял паузу и бодро продолжал. – Значит то место, куда надо будет приехать мы проанализировали и даже поставили «наружку». Дом какой-то малонаселенный, похоже, его готовят к сносу, плюс еще лето, многие уехали из города. Вообще район не очень живописный, рядом Бутырское СИЗО. Мои наблюдатели сделали несколько снимков мужчин, которые входили и выходили из разных подъездов. Дом точно тот, оттуда шел сигнал телефона, с которого звонили. Я Вам их пришлю, скажете, есть ли кто из знакомых. Тогда мы определимся, на какой из подъездов обратить более пристальное внимание. – Гордей откашлялся и сделал глоток. – По информации от вымогателя, Елене Владимировне необходимо приехать и стоять у столба напротив электрощитовой. По нашему опыту, к ней подъедет какая-то машина, может быть, такси, а, может быть, очень стремная машина без номеров, заляпанная грязью, ржавая и разбитая. Возможно, даже автомобиль в угоне, чтобы его не сразу можно было определить. Здесь нет предела совершенству. Они обычно быстро уезжают, бросают этот рыдван во дворах и пересаживаются на нормальную рабочую машину. Мы постараемся перехватить их раньше. Она отдаст пакет, они ключ и какую-то информацию об адресе, где находится ребенок. Возможно, устную, возможно и не будет ключа. А ребенок, накаченный снотворными, просто где-то лежит и спит. – Не потеряли нить, успеваете за мной?

- Да, Гордей, все более, чем понятно. Продолжайте, пожалуйста. – Иван слушал очень внимательно, начала побаливать голова от сильнейшего напряжения.

- Я фото послал. Посмотрите? Потом дайте знать. Сейчас каждая деталь важна.

Иван открыл окошко мессенджера и увидел несколько фотографий мужчин.

- Гордей, к сожалению, я не помощник, я из этой компании не видел «живьем» никого. Я сейчас перешлю их знающим людям и перезвоню Вам буквально через пять минут.

Левантовский быстро отметил все фотки и переслал их Маше с вопросом: знаешь кого-нибудь? Если да, напиши номера, а потом позвони и прокомментируй.

Минут через пять перезвонила возбужденная Маша.

- Во-первых, огромное человеческое спасибо, что прынцессе нашей ничего не послал, а то бы завтра точно некого было туда отправлять. Во-вторых, «крендель» под номером четыре в зеленой кепке, натянутой на глаза, очень напоминает мне Кравцова. Значит он тоже там сидит? Интересно, в каком состоянии там Анька? Небось обкололи девчонку. Ух-х-х-х-х. Урыла бы на месте, сволочь! Смотри, видать, смекнул, что за ним могут следить. Так, особо не обратишь внимание. Он кепки вообще не носит. Может быть, сказали, те, с кем он связался? – Маша что-то забубнила себе под нос. – Вань, а те, с которыми ты работаешь, пришлют врача, чтобы Ане сразу оказать помощь? Я что-то боюсь за ребенка, не чужая ведь. А если они у тебя такие крутые, почему не устроить облаву раньше, не дожидаясь завтра? Или они хотят с поличным, чтобы уже «закатать» по полной программе? – Маша тяжело вздохнула.

- Машенька, мне, кажется, то, о чем ты сказала последним, это и есть главное. А потом устраивать облаву, это же шум, шухер, прикинь, сколько квартир в подъезде. Во-первых, они могут смотаться, а, во-вторых, что-нибудь сделать с ребенком. Мы же не знаем, в каком они состоянии. Лена предполагала, что Алексей что-то начал принимать, скорее всего с адекватностью там проблемы. В общем, я не большой спец в этих вопросах, слава Богу, в приятелях нашелся такой человек, с которым еще во Внешторге при СССР работали, он сейчас большая «шишка». Все, держимся, я сейчас передам дополнительную информацию и строим алгоритм действий дальше. Все, целую. Пока. – Левантовский закончил разговор и снова набрал Гордея.

- Гордей, это снова я. Вроде номер четвертый «наш». Похоже, даже на папашку девочки. – Дико захотелось пить, нервозность давала о себе знать. Пришлось накопить немного слюны. – Скажите, пожалуйста, а сложно провернуть облаву, не дожидаясь, завтра? Поймите меня правильно, я – экономист и коммерсант, ни черта не смыслю в ваших тонкостях, просто на кону здоровье девятилетней девочки, она мне, как дочь. У вас есть врач, чтобы сразу оказать ей помощь? Я задаю много вопросов, потому что очень волнуюсь. – Иван вытер пот со лба и стряхнул руку.

- Иван Николаевич, я вполне Вас понимаю. Будем надеяться, что там все-таки отец и он не самый последний враг своей дочери, чтобы продать ее за двадцать миллионов рублей, а, во-вторых, наверное, там используют какие-то барбитураты, на два дня это не смертельно. Прокапаем потом девчоночку, почистим, витаминки, потом на дачу, ягоды, водичка, все будет хорошо. Я вам с Еленой Владимировной очень сочувствую, у меня самого дочке восемь лет. Расстрелял бы сходу. Простите… - Гордей вздохнул.

- Спасибо Вам большое. Завтра такси пришлете? Своего? – Голос Ивана начал дрожать. – Могу я с Вами поехать?

- Да, конечно, завтра все расскажу. Главное, Елену доставим на место. У меня наблюдатель в квартире в доме напротив засядет, прямо, в поле зрения. Да… - Гордей запнулся. – Сейчас пришлю аудио-запись разговора, вероятно, бывшего супруга Елены Владимировны. Они не удосужились сменить сим-карту. Значит не сильно перестраховываются. Послушайте, я думаю, Вы все поймете. Все будет хорошо. Да, еще, Господи, сам начал волноваться, отставить. Сейчас пришлю к Вам мальца, пометите бумажки прямо в пакете, ну, он знает. Не помешает. Все, честь имею. До завтра! – Гордей закончил разговор.

Через минуту Ивану Николаевичу пришло сообщение с аудиозаписью. Видимо, говорил Алексей со своим подельником.

- Не боись, бро, она же тупая курица, она тени своей боится. Куда она пойдет?

- Точно знаешь? А то вдруг менты засядут в кустах или на крыше? Может, рвануть куда-то еще?

- Куда? Сиди и не рыпайся. Ее папик соберет деньги и притащит, чтобы спасти свою дражайшую пассию. Он по ней тридцать лет сохнет. Не понимаю, по чему там сохнуть… Сам влип, как дурак.

- Если так уверен, сам будешь отвечать. Ладно. Пока.

Глава 53

Ближе к вечеру заехал молодой парнишка от Гордея. Он надел перчатки и попросил Ивана Николаевича принести пачки с деньгами. Затем положил их в плотный пакет с «молнией», насыпал на них специальный порошок. Увидеть этот порошок можно было только при свете ультрафиолетовой лампы. Парень закрыл пакет и бережно передал Левантовскому.

- Ну, вот и чудненько. Дополнительная страховочка не повредит. Так сказать, возьмем с поличным. Пакет больше не открывайте. Можно положить его еще в один непрозрачный. Как только кто-то схватится за пачку с деньгами, при подсветке ультрафиолетом будут «сиять» как деньги, так и пальцы схватившего. Деньги в этой связи ни в коем случае не испортятся, порошок потом легко удаляется. Все, Мавр свое дело сделал. Всего доброго. – Парнишка откланялся.

- Спасибо Вам, всего доброго. – Иван проводил «бойца» и вернулся в комнату к Лене.

- Ваня, рассказывай, что мы завтра делаем. А то ты все обещаешь, а ничего мне так и не рассказал. – Лена села на кровати. Настроение было, конечно, поганым, но, в целом, она уже к этому привыкла и готовилась к завтрашнему марш-броску, не время было распускать нюни.

Иван показал ей пакет, который положил в еще один белый и непрозрачный из какого-то обувного магазина.

- Значит дела такие. Ты берешь этот пакет, кладешь его в свою сумку, закрываешь молнию. Завтра в 14.45 к дому приедет такси, за рулем будет кто-то из команды. Он отвезет тебя к месту. Держи телефон близко в кармане, они могут тебе позвонить. На руку наденешь браслет, который будет показывать твою локацию. Смотри, он выглядит, как обычные электронные часы. На нем есть тревожная кнопка, если что. – Левантовский показал Лене умное украшение. – А во дворах будут стоять автомобили для перехвата преступников, а также где-нибудь примощусь я, чтобы сразу примчаться к тебе, когда ты пойдешь в дом. Ничего не бойся, все должно быть под контролем.

- Здорово вы все придумали. Вот, что значит настоящие профессионалы своего дела. – Лена встала с дивана и обняла Ивана. – Скорее бы уже все сделать. Как там Анечка? С ней же все будет хорошо?

- Не волнуйся, ко мне в машину сядет врач-психолог, она же осмотрит девочку и сделает необходимые инъекции антидотов, потом по ситуации либо отправим ее в больницу, либо ей окажут помощь дома. Все, не нервничать и не психовать! - Иван гладил Лену по рукам, он хотел разогреть ее, она как-то остывала и уходила в себя.

Лена еще раз набрала номер Ани, он стабильно был выключен. Она пошла на кухню, выпила валерьянки и направилась в спальню, надо было хорошо выспаться перед завтрашней операцией. Пятница растянулась настолько, что казалось, прошло уже три дня. Слава Богу Иван успел найти деньги, подкладывать «фантики» из магазина смешных товаров было опасно, преступники могли раскусить этот замысел на месте и тогда… было страшно подумать, что могло бы быть. «Самое главное, я предупредила маму, что у нас поменялись планы. Господи, я представляю, как она переживает. Мне кажется, она чувствует, что у меня что-то происходит. Надо было умудриться стать дочкой-катастрофой для своих родителей. С восемнадцати лет держу всю семью в напряжении, казалось бы, вроде неплохая девчонка получилась, не хулиганка и гулёна, а скорее наоборот. А такого натворила. Да, тихий омут – это наше все. Ладно, потом придется ей все-все-все рассказать. Осложняет ситуацию тот факт, что мама узнала еще про Лешку. Вот про кого она никогда бы не подумала. А когда узнает вообще все. Ладно, надо отключить голову хотя бы на ночь, а то мозг просто взорвется».

Иван укрыл любимую одеялом и посидел рядом, пока она не уснула. Сон сняло, как рукой. Состояние было, как после наркоза. Периодически начинали ныть места проколов на животе, трещала голова. В данной ситуации можно было «махнуть» рюмочку коньяка и покурить, но завтра надо было на руль, а к курению Левантовский относился резко отрицательно. Он пошел на кухню и поставил чайник, чашка горячего чая с медом и лимоном в какой-то степени была способна хоть немного исправить ситуацию.

Сев за стол, Иван Николаевич стал вспоминать свои детские страхи. Он жил в сельской местности, опасностей там было больше, чем в городе. Тем более в те годы, дети вообще были предоставлены сами себе, не то, что сейчас, некоторых до пятого класса провожают в школу. Родители Ивана работали счетоводами в колхозе, целый день в конторе, а он с мальчишками носился с утра до вечера, особенно летом, когда не надо было ходить в школу. Ему повезло, что у него была старшая сестра, Валентина, мать давала ей задания по хозяйству, а Ваня был младшеньким и радовался жизни по полной программе. Валя была старше брата на пять лет. «Да, кстати, надо Валюшке позвонить, может быть, даже съездить к ним. Надо ее познакомить с Леной». Сестра жила в Иркутске на Байкале, она вышла замуж за курсанта военного училища и, помотавшись по стране, они осели в Забайкалье. Край был суровым, но бесконечно красивым и завораживающим. Уезжать оттуда им абсолютно не хотелось, как это сделали многие. Иван с Валентиной поддерживали связь, но исключительно по телефону. Эту ошибку надо было исправить. Однажды они летали туда с Сережей, племянник очень понравился тетке, очень хотелось познакомить сестру с любовью всей его жизни, а теперь еще и с дочкой. Предполагая, что произойдет буквально завтра, Левантовский намеревался удочерить Аню и дать ей свою фамилию.

Предаваясь воспоминаниям о своей малой родине и сестре, Иван Николаевич вспомнил один случай. Пошли они с ребятами как-то купаться на речку, погода была хорошая, светило солнце, вода была теплой. Все с раннего детства плавали, как рыбы. Ваня был очень спортивным, быстро бегал, подтягивался на турнике, любил играть с мячом. И поплыли они как-то раз наперегонки в самом широком месте реки, Левантовский, конечно, одним из первых вырвался вперед, целью было переплыть на тот берег и обязательно первым, он всегда хотел быть первым и лучшим, и, в основном, у него это получалось. Он оглянулся назад и с огромным удовольствием осознал, что его уже не догонят, и он первым прибудет на противоположный берег. Ощущение победы пронзило все его тело. В это связи он решил сделать пару гребков и снизить скорость, он дернул ногой и вдруг понял, что с ногой что-то произошло. Нога перестала слушаться и ее сковало какой-то нестерпимой болью. Иными словами, ногу резко свело. Вероятно, он попал в холодное течение, а, может быть, просто устал. Проплыть-то он успел не меньше двухсот метров. Мальчишки были еще далеко, где-то посередине, а до берега с камышами тоже еще было метров сорок. Ваня попытался крикнуть «Помогите! Тону!», но голос совсем не звучал. Нога зверски болела и тащила на дно. Он стал лупить руками по воде, движения вперед не получалось. Поборовшись еще немного Ваня из последних сил крикнул «Мама!» и ушел с головой под воду.

Очнулся Иван на берегу. Он лежал на траве, укрытый брезентовой штормовкой. Вокруг него с выпученными глазами сидели ребята, поодаль у костра он заметил фигуру взрослого. Это был сосед, дядя Вася. Он развел костер и что-то кипятил в котелке. Василий подошел к ребятам.

- Ну, что, Иван, ожил? – Дядя Вася присел на корточки и положил свою большую и шершавую ладонь на лоб Ване. – О, теплеет парень, а то совсем холодный был, как лягушонок, думал, вовсе не отогрею. Давай чайку попей, как раз заварил. – И он с улыбкой посмотрел на мальчика. – Ты уж, это, давай аккуратнее плавай в следующий раз, а то я не всегда тут рыбачу. – Дядя Вася вернулся к котелку, чтобы налить в жестяную кружку травяного чайку.

– Дядь Вась, только мамке не говорите. - И Ваня умоляюще посмотрел на Василия.

Иван вспомнил этот взгляд немолодого деревенского дядьки. Дядя Вася казался ему суровым и грубоватым, его даже немного побаивались. Но только теперь Ваня рассмотрел, какие же пронзительные голубые были у него глаза. Это были глаза спасителя и глаза надежды на то, что все плохое уже позади. «Все завтра будет хорошо! Я просто уверен, иначе быть не может». Он допил свой чай и тоже отправился спать.

Рано утром в субботу на небе уже светило солнышко. Иван и Лена проснулись одновременно. Настроение было очень боевым, они позавтракали, выпили кофе, о чем-то много разговаривали. Иван позвонил дизайнеру, Оля сообщила, что ко вторнику все работы будут закончены.

- Леночка, во вторник можно уже переехать, все уже достроят. Я думаю, к этому времени, Аню уже приведем в порядок, и она по достоинству оценит свой новый кабинет. – Левантовский как мог подбадривал Елену.

Лена подошла к окну и посмотрела вниз.

- Это замечательно. Спасибо тебе огромное, Ванечка, за то, что ты есть. – Она подошла к Ивану и обняла его.

В 14.40 зазвонил телефон, это было такси. Надо было спускаться вниз. Лена села в такси, Иван с свою арендованную машину. Они тронулись по направлению Лесной улицы. В какой-то момент надо будет оторваться друг от друга и ждать сигнала. Лена посмотрела на свои новые часы, они показывали 14.45, скоро все произойдет, и она снова обнимет Анечку.

Глава 54

«Как все-таки странна и непредсказуема жизнь. А, может быть, наоборот очень даже предсказуема, просто глупые и ослепленные чем-то второстепенным люди не видят сигналов и подсказок, которые посылаются им свыше». Так размышляла Елена Владимировна Стрельникова, двигаясь в такси по направлению Белорусского вокзала, а если более конкретно, то Бутырского СИЗО, рядом с которым находился дом, в котором преступники-вымогатели удерживали ее маленькую дочку, ее красавицу-Анечку, юную художницу, умницу, веселую и самую лучшую девочку на свете. И, что самое досадное, то к похищению Ани, похоже, был причастен ее родной отец, Алексей Юрьевич Кравцов, который захотел какого-то праздника в своей жизни, и было ощущение, что он хорошо с этим справился.

«Почему тогда летом 2006 года, когда Ваня нашел меня, я не кинулась ему на шею и не осталась с ним, а выбрала Лешку, с которым пока было еще не так все ясно. Испугалась? Решила сделать назло? А, может быть, Левантовский нашелся именно тогда, когда был должен найтись, а ты, бестолочь, ничего, как всегда, не поняла? А теперь он все равно рядом и даже готов продать свою почку, чтобы вытащить твою дочь. Почему люди так слепы и глухи?» Хотелось плакать, но этого делать точно было нельзя. Лена взяла себя в руки. Она не заметила, как они свернули на Тверскую. Город был чистым и летним, люди гуляли по улице, заходили и выходили из магазинов, но все это было не важно. Лена крепче схватила сумку, в которой лежал пакет с деньгами. «Неужели, Лешка – преступник? Ведь в нем никогда ничего такого не проявлялось. С другой стороны, как это могло проявиться? Глупо… Может быть, он правда стал зависим от наркотиков, и ему постоянно нужны деньги? Еще эта Галя. Господи, лишь бы с Аней все было нормально. Ну, не зверь же он? Хотелось бы верить».

Они свернули, внутри все сжалось. Водитель оказался молчаливым парнем, это было даже хорошо. «Ваня сказал, что когда я отдам деньги, надо быстро запомнить адрес и бежать к Ане, Ваня по браслету меня определит. Почему в таких ситуациях надо все повторять по десять раз самой себе? Неужели ничего не понятно? Потому что ты не смотришь детектив, лежа на диване, а сама являешься действующим лицом и ошибка, и неточность может стоить жизни твоему ребенку». Машина подъехала ровно к тому столбу, к которому было сказано. Лена вышла, такси быстро уехало прочь.

Через пять минут в кармане завибрировал телефон. Лена достала его. На экране снова был скрытый номер. «Интересно, они сидят у окна весь день и пасут? Или мой телефон у них, как маячок? Хорошо, что я им не пользовалась. А Ваниного они, к счастью, не знают. Спокойно, Лена!»

- Алло, слушаю. – Четко ответила Елена.

- Здравствуйте, Елена Владимировна. Я рад, что Вы оказались послушной девочкой. Стойте, где стоите, сейчас к Вам подъедут. Бордовая «Тойота» с правым рулем. Отдайте пакет водителю и идите туда, куда он скажет. – Мужчина прервал разговор.

«Девочку нашел, тоже мне, козлина». Лена вообще не понимала, кто это мог быть, голос не был похож вообще ни на кого. «Откуда у Лешки такие знакомые? Явные же маргиналы. Как я могла этого не заметить? Или это происходит моментально, как только садишься на эту «дурь»?

Через несколько минут к обочине подъехала старая «Тойота Камри», кузов был изрядно потаскан и пробит, машина была очень старой. Хотя, скорее всего, этот автомобиль приехал в Москву из Владивостока своим ходом, но это было очень давно. Окно водителя было открыто, остальные стекла были сильно затонированы, гораздо больше допустимой нормы, так что с улицы было вообще не видно, что происходило в салоне. Водитель был в кепке, надвинутой на глаза и в солнцезащитных очках-каплях. Лена точно была с ним не знакома. Мужчина небрежно свесил руку из окна, Елена открыла сумку, достала пакет и передала водиле. Он цепко схватил пакет и кинул куда-то назад.

- Подождите, сейчас проверим, а то вдруг бумажек нарезали там. – Голос был не похож на тот, который был в телефонной трубке.

На заднем сидении началась какая-то движуха, видимо, тот, кто там сидел, был экспертом по европейской валюте и наощупь тестировал ее аутентичность.

- Нормально, можно ехать, пробубнил кто-то глухим басом. – Лена тоже не поняла, кто это мог быть. Может быть, это вообще какой-то кошмарный сон, и она скоро проснется вся вспотевшая от страха, но сон останется сном. Но, к ужасу, это было наяву.

- Где моя дочь? – Спросила Лена и от страха у нее пропал голос. – Где я могу ее забрать?

Водила дебильно засмеялся и завел машину.

- Не ссы, курочка, третий подъезд, квартира 52. – И он так дал по газам, что Лену отбросило почти на траву с тротуара. Она еле устояла на ногах.

«Раз он не дал ключ, значит, квартира открыта. Все, надо бежать». Лена понимала, что ноги становились ватными и идти совсем не хотели, но надо было бежать. Он ущипнула себя за руку и быстро пошла за дом к третьему подъезду. Когда входная дверь в подъезд была перед глазами, Елена посмотрела на свой модный браслет-коммуникатор и нажала на тревожную кнопку. Ей хотелось, чтобы Ваня прилетел к ней поскорее. Домофона в подъезде не было. Она из последних сил стала подниматься наверх. Судя по нумерации, это был третий этаж. Номера на квартире не было, методом исключения Лена поняла, что это была крайняя от лестницы, ведущей на четвертый этаж. Она толкнула дверь, дверь послушно открылась. В нос ударил запах затхлости и табака. В квартире было две комнаты, из большой был вход в маленькую. В большой комнате посреди стоял стол и три стула. На столе стояли бутылки, лежали газеты. У стены стояла кровать со скомканным бельем. Больше в комнате не было ничего. Дощатый пол, некогда выкрашенный стандартной коричневой краской, был напрочь стерт. Насчет ремонта и уюта в этой квартире не заморачивались, похоже, никогда. Потолок был серым. Лена поежилась от омерзения и ринулась в маленькую комнату.

Аня лежала на кровати, укрытая покрывалом. В комнате тоже пахло какой-то плесенью. Лена схватила дочку и стала ее тормошить, Анечка была теплой, но крепко спала. «Интересно, за два дня ребенку хотя бы дали стакан воды? Где же Ваня с врачом?»

- Аня, доча, проснись, это мама, милая моя, мы сейчас поедем домой, все уже позади. – Елена села на кровать и прижала к себе ребенка. Ей показалось, что и так не крупного десятка, Анютка стала вообще какой-то невесомой. Ей жутко хотелось поскорее выбраться из этого логова зверя.

В прихожей послышался шум. Дверь с треском открылась.

- Лена! Ты здесь? Отзовись! – Это был Иван.

- Ваня, мы здесь, быстрее в дальнюю комнату. – Лена выговаривала слова из последних сил. Она предполагала, что медицинская помощь не помешала бы и ей самой, потому что она с трудом адекватно оценивала то, что происходило вокруг.

В комнату вбежал Левантовский, позади него стояла брюнетка в очках. Она подвинула Ивана Николаевича и подошла к девочке.

- Здравствуйте, меня зовут Инна. Сейчас я осмотрю ребенка. - Лена передала Аню доктору.

Инна быстро измерила давление Ане, оно было 90 на 60, достала глюкометр и оценила показатель глюкозы в крови, сахар был на уровне трех единиц, она покачала головой, быстро достала из чемоданчика какой-то уже заготовленный шприц и сделала девочке укол.

- Что с ней? – Лена сидела и была белее бумаги, хотя она понимала, что если еще и она грохнется в обморок, то явно не обрадует здесь никого.

- Слабенькая, я ее забираю в больницу, там приведем ее в чувства. Сейчас я подняла ей глюкозу, она начнет просыпаться. Не нервничайте, в стационаре возьмем кровь, прокапаем, дня через два-три заберете. Уф… Все, Лена, держитесь. Вы – большая молодец. Вы спасли свою дочь. – Инна жестом показала Левантовскому, чтобы он взял Аню на руки. – Поехали быстрее из этого смрада. Господи, как здесь можно вообще находиться хотя бы пять минут.

Анечку отвезли в детскую больницу, Инна сказала, что проследит за всем необходимым и велела Лене и Ивану ехать домой.

- Все, друзья, самое главное, что мы должны были сделать, мы сделали. Езжайте домой, я вам позвоню. Отдыхайте. – Доктор открыла сумочку и достала блистер с таблетками. – Лена, возьмите, попейте эти таблетки дня три, три раза в день, поможет получше расслабиться. Все, пошли работать. И Инна скрылась за высокими белыми стеклянными дверями.

Лена стояла и смотрела на Ивана. Было видно, что он тоже зверски переживал. Она пыталась понять, что она ощущала. Наверное, примерно то же самое, что ощущала бабушка, когда сначала получила «похоронку» на деда, а через месяц письмо от него, что он едет домой. И радость, и опустошение одновременно. Хотелось кричать, плакать, что-нибудь разбить, прыгнуть в воду, взлететь вверх. Она достала из сумки бутылочку с водой, вычленила одну пилюлю из блистера, выданного Инной, и быстро запила ее.

- Вань, поехали домой, я хочу лечь на кровать или даже на пол, иначе я просто умру. – И она абсолютно не лукавила.

- Да, конечно, что же я стою тут, как истукан. Прости, тоже как-то накатило. – Он подхватил Елену и буквально потащил ее к машине.

- Ты позвонил Маше?

- Нет еще, я не успел. Сейчас сделаю. – Иван Николаевич достал телефон и набрал Маше. Он быстро ей все рассказал, главное, что Аня жива и уже в руках медиков.

Голос Маруси был не таким, каким бывал обычно, все были в напряжении.

- Дай мне Ленку, она-то там как? Я вообще не представляю, как такое можно пережить.

Иван передал телефон Лене.

- Марусенька, привет. Мы всё, едем домой. Спасибо тебе. Аня в стационаре, позвони маме, скажи, что у меня «медовый месяц», не рассказывай ей ничего. Конечно, потом все всё узнают, но сейчас не надо. Всё, пока, я потом напишу и позвоню. Люблю тебя.

Глава 55

Через три дня Елену Стрельникову вызвали в СИЗО на свидание с мужем. Алексей сидел за столом и вообще не был похож сам на себя, казалось, что он похудел и его трясло от холода. Он был в наручниках и это настораживало.

- Привет. – Лена присела на стул, напротив.

- Привет, любовь моя. – Леша стал как-то истерически смеяться. - Я тебя поздравляю, ты добилась своего. А я вот, к сожалению, нет. Помешали обстоятельства и излишняя доверчивость. А ты - молодец, я думал, ты вообще никакая. Даже горжусь тобой!

- Леша, что ты такое говоришь? Ты с ума сошел? Кто чего добился? – Лена вообще не понимала, с кем она разговаривает. Перед ней сидел какой-то изможденный человек, от которого можно было ожидать всего, чего угодно.

- Да, я сошел с ума. И ты теперь меня не увидишь, живи и радуйся! Обществу не нужны такие, как я. Я - шлак, мусор, отработанный материал.

- Леш, как ты мог так поступить с Аней? Я все понимаю, но зачем было использовать ребенка и подвергать опасности? Ты точно – псих. Хотя это тебя не оправдывает. Ты же уехал? Ну, и на здоровье, мы, вроде бы, обо всем договорились. Что ты отчебучил? Это Галя тебя надоумила? Я знаю, что она сбежала из России из-за экономических преступлений. Леша! Кто ты? Неужели ты ТАК изменился за несколько месяцев? – Лена закрыла лицо руками.

Алексей начал трясти руками и бряцать цепочкой от браслетов.

- Зато я ни о чем не жалею, это не тошнотная жизнь с тобой, все по правилам, по расписанию, Леночка сказала так, Леночка сказала сяк. Хотя в койке с тобой было хорошо. Врать не буду. – И Кравцов снова как-то демонически засмеялся.

- Леша, ты понимаешь, что ты получишь вплоть до пожизненного? Зачем ты это сделал? Ради денег? Ты – наркоман? – Слезы сами потекли из глаз Елены.

Алексей придвинулся ближе к Лене, глаза его были абсолютно безумными. Он заговорил громким шепотом.

- Да, ты права. Я - наркоман. Так получилось. Но это были незабываемые ощущения. Грани и границы стерлись напрочь. И я подумал, зачем мне теперь ты? Лена - чистейшей прелести чистейший образец. - Алексей шмыгнул носом и потер его. - Вот взять твою сестру, Машу, клевая девчонка, если что, и по мозгам даст, и красивая. Не, ты тоже красивая, но другая. Но "папик" почему-то запал на тебя и влачится за тобой полжизни. Ну, и иди уже к нему. Жаль, на бабосики не удалось раскроить его, очень жаль. - Леша внимательно с улыбкой посмотрел на Лену. - И все-таки в тебе что-то все равно есть, чего нет ни у кого, но я этого так и не понял. Если б ты знала, Ленка, как же мне плохо. - И Алексей с грохотом уронил голову на стол.

- Леш, что ты с собой сделал? Повинись, слава Богу, никто не погиб. Тебя отправят на лечение, ты перезагрузишься. Леша, у тебя сын, вспомни, когда ты виделся с ним последний раз? - Слезы продолжали течь из глаз Елены. - Ну, ведь все же было хорошо.

- А, может быть, я не хочу больше жить? Ни с тобой, ни с кем. Ты тут вообще ни при чем. Всё, иди, я больше не хочу с тобой разговаривать. Я хочу только дозу, но мне ее не дадут. Прощай и забудь про меня. И пусть Аня тоже забудет. Ей не нужен такой дрянной отец. Пусть твой Левантовский заменит ей отца, все не так плохо, малышка. Иди, иначе я устрою буйство. – Кравцов сильно стукнул руками по столу и громко заорал. – Уведите меня отсюда скорее!

Вошел охранник и увел Алексея. Лена вышла следом, её колотило. На улице в машине ее ждал Иван.

- Ну, что? Поговорили? – Левантовский обнял Лену. – Не надо было тебе туда ходить. – Все поехали, Инна сказала, что после 14.00 можно забрать Анечку, говорит, что она сегодня первый раз хорошо поела и даже попросила добавки.

- Поехали. Я хочу забыть сегодняшний день. Это наркотики... Правильно, что в Китае расстреливают и за употребление, и реализацию. Нам тоже надо ввести такую меру наказания. У людей стираются грани, и они продают своих близких, чтобы получить грамм удовольствия, который ведет к неминуемой смерти, в первую очередь, души. – Лена высморкалась. – Да, я забыла у тебя спросить, тебе удалось выхватить деньги? Хотя бы, чтобы отдать Илье? А то будем кидать кости, чью почку пойдем продавать. - Лене было уже все равно.

- Да, ребята сработали по высшему разряду. Они перехватили их на подъезде к Шереметьеву, что-то сказали им, что им пришлось показать багаж, потом просветили пакет и руки ультрафиолетом. Алексей сидел на заднем сидении и проверял деньги, когда ты передала их водителю. Он собирался улетать обратно, но не успел запаковать деньги в чемодан. А еще они обыскали сумку Леши и обнаружили там банку с растворимым кофе, в которой были уложены дозы с белым порошком с его отпечатками пальцев. Кофе – это чтобы отбить нюх у собаки. Но все как-то было сделано топорно, видимо, он настолько был уверен, что уже всемогущ. – Иван посмотрел на Лену. – Илюха, кстати, сегодня заедет к нам. Очень хотел с тобой познакомиться.

- Ваня, я не причесана и мне надо сделать маникюр. Ты что? Предупреждать надо. Ты – сумасшедший! – Лена начала возмущаться и тем самым очень нравилась Левантовскому.

- Не переживай, в нашем доме, на первом этаже есть хороший салон, туда ходит Нина, наша невестка, спроси у нее, к кому там надо идти и сходи. Дел-то? Хотя мне ты и такая нравишься, просто перестань плакать и накрась губки. – Иван погладил Лену по голове.

Ровно в 14.00 Лена стояла у стойки дежурной медсестры в отделении, где лежала Анечка.

- Добрый день. Аню Кравцову уже можно забирать? – Осторожно спросила Лена.

- А, эту художницу? Можно, забирайте. Детвора из всех палат к ней ходила на мастер-классы, думала всю бумагу нам тут изведут на свои художества. Десятая палата, сейчас я документы в папку положу, подходите. – Медсестра улыбнулась.

Лена быстро пошла по коридору, выясняя, где находится десятая палата. Она приоткрыла дверь. Анечка сидела у окна и, разместив на тумбочке лист бумаги, что-то рисовала. Двое других детей сидели вокруг нее и очень внимательно наблюдали.

- Здравствуйте, дети! – Лена вошла в палату. – Анна Кравцова, домой едем?

Аня подняла голову и с криком кинулась к матери.

- Мамочка, любимая моя, я тебя так ждала! – Они обнялись.

Собственно, собирать было нечего, Аня попрощалась с коллегами по несчастью и оставила им все свои рисунки. Забрав выписку, Лена и Аня вышли на улицу. Около машины их ждал Иван. Лена начала первой.

- Аня, познакомься, это Иван Николаевич.

Левантовский наклонился к юной леди и поцеловал ей руку.

- Мама уж очень официальна у нас, можно просто Иван. Договорились? Ну, девочки, быстренько в машину, поедем домой, жутко хочу есть. – Иван открыл дверь и усадил Лену с дочкой на заднее сидение.

«Своя машина, конечно, хорошо, но пока и так сойдет. Зато не надо «париться» о техобслуживании, резине, гараже. Все идет по плану».

Аня прижалась к маме. Теперь она была в полной безопасности. Лена начала первой.

- Дочка, скажи, пожалуйста, а куда вы ходили с папой в пятницу? Я так волновалась, когда ты не подошла к телефону.

- Папа приехал и сказал, что ты меня отпустила с ним гулять, поэтому я не стала тебе звонить. Мы поехали в парк с аттракционами, катались на колесе, потом я захотела прокатиться на карусели и меня укачало, папа сказал, что надо выпить таблетку, больше я ничего не помнила. – Аня строго посмотрела на мать. – А где сейчас папа?

Ответ на этот вопрос уже был заготовлен Леной, и она больше не хотела что-то сочинять и юлить. Конечно, про тюрьму говорить она не хотела, пока.

- Ань, в общем такие дела, папа решил со мной расстаться, ты не случайно заметила, что они с тетей Галей очень хорошо общались на море. В общем, он уехал к ней в Израиль. Они переехали туда. Видимо, хотел с тобой напоследок пообщаться. – Лена выдохнула. – Посмотрим, может быть, он тебе еще позвонит.

- Тетя Галя – злая, она заколдовала папу. – Девочка посмотрела на мать. – Мама, ты не переживай, ты у меня самая лучшая. А Иван – это кто? Он симпатичный, мне кажется, я его где-то видела.

«Господи, помилуй и спаси, ребенок выздоровел». Лена с любовью посмотрела на дочку.

- Иван Николаевич – это папа Сергея, твоего старшего брата, моя первая любовь, он приехал, чтобы поддержать меня. Он меня до сих пор любит. Мы будем жить у него. У тебя там будет своя очень необычная комната-студия. А еще завтра мы пойдем знакомиться с Петей, это твой племянник, наш Сережа стал папой, а я и Иван бабушкой и дедушкой, представляешь? – Лена засмеялась.

- Ух ты. А в моей комнате можно поставить мольберт? У меня в голове столько идей, столько морских и горных пейзажей. – Аня уже подпрыгивала от нетерпения.

Они подъехали к дому. Иван помог девчонкам выйти из машины. Они поднялись в квартиру. Первое, что бросилось в глаза – это стеклянное футуристическое помещение, построенное внутри комнаты. Это была комната Ани, она была у окна, внутри стоял рабочий стол с креслом, кровать и мольберт со стеллажом для личных вещей.

- Добро пожаловать в наше гнездо. Аня, смотри, вот твоя комната. Там, похоже, успели поставить мольберт. Надо отдельно поблагодарить Оленьку, есть же крутые специалисты своего дела. – Иван довольно улыбнулся.

- Какая красота. – Аня сразу заняла свою комнату. Интересной особенностью этого помещения было то, что стеклянные стены можно было сделать непрозрачными, опустив вниз рулонные шторы. – Я здесь остаюсь. – Девочка начала все рассматривать и была очень весела, что не могло не радовать Лену и Ивана.

- Останешься, это однозначно. Только сначала, марш в ванную после больницы. – Лена развернула дочь и показала, куда надо пойти, чтобы смыть усталость и остатки больницы.

Наконец Иван и Лена остались одни. Лена примостилась за круглым столом на кухне, Левантовский открыл холодильник и обнаружил, что Полина успела наготовить еды.

- О, Полина тоже на высоте. Все-таки мне в жизни очень везет с женщинами. – Иван хитро посмотрел на Лену. – Смотри как все вокруг прекрасно, а, главное, ты снова рядом. – Он подошел к любимой, сел перед ней на корточки и положил ей голову на колени. – Лен, что мне еще надо для тебя сделать, чтобы ты согласилась выйти за меня замуж? Я думаю, что вас сейчас быстро разведут. Ну? Что?

Лена запустила руки в волосы Ивана.

- Я давно согласна, просто в последнее время все некогда было объясниться. Я обещаю, что на этот раз сменю наконец-то свою фамилию на твою, и у нас точно будет целый клан Левантовских. – Она засмеялась. – Ты уже столько всего наделал, что я даже уже не знаю, чего можно желать в этой жизни. Лишь бы еще пожить, посмаковать каждый час и каждый день. - Она чмокнула его в макушку.

- Ну, слава Богу, наконец-то. И не вырывай мне остатки волос. – Левантовский тоже засмеялся.

Иван пошел ставить чайник. Пост стресс еще надо будет пережить, но уже можно снова заняться своими делами, а не быть участником шпионской операции. Как же хотелось уехать в деревню, лечь на травку и посмотреть на чистое голубое небо.

Зазвонил телефон Лены, номер был какой-то неизвестный с кодом "499". Она вышла в комнату и села на диван.

- Слушаю, добрый день. - Лена снова напряглась.

- Елена Владимировна, приветствую, старший следователь Макаров. У меня не очень хорошие новости для Вас. Два часа назад Ваш супруг, Алексей Кравцов, скончался в камере предварительного заключения без каких-либо признаков насильственной смерти. Вскрытие показало острую сердечную недостаточность. Он когда-либо жаловался на сердце?

- Нет... у него была аллергия на березу, а так он был здоров, по крайней мере, по документам. - Лена сползла с дивана на пол.

- Примите мои соболезнования. Я сообщу Вам позже, когда можно будет забрать тело. До свидания. - Лена еще больше сползла на пол.

Левантовский позвал Лену и заглянул в комнату. Он увидел ее, сидящую на полу.

- Что случилось? - Он подскочил к ней, плюхнулся на пол и стал ее тормошить. - Лена, очнись!

- Лешка умер... Следователь звонил... У него что-то с сердечным клапаном... Его могли убить? Сказали, что следов насильственной смерти не было. А где, интересно, сидит его подельник? - Лена говорила так спокойно, как будто сама работала в прокуратуре или СИЗО.

- Слушай, у этих "друзей" может быть все, что угодно. Там так душат иногда и нажимают на такие точки, что следов вообще не остается. А в заключении, что хочешь напишут. А, может быть, и, правда, у него сердце слабое было. Да, ну, и дела. Царствие небесное. Все-таки он был отцом твоей дочери. Кстати, проверь, она там еще в ванной или уплыла в мировой океан, - Левантовский задумался.

Лена проверила Аню, девочка уже сушила волосы феном. Состояние было скорее удовлетворительным, чем нет, даже казалось, что наступило какое-то облегчение. Надо было выпить и поесть.

- Ваня, у тебя есть коньяк или водка? Я хочу выпить. - Она посмотрела на Ивана широко раскрытыми глазами.

- Водка есть в морозилке. Огурцы даже есть соленые. Пойдет? - Он все достал и выставил на стол.

Лена достала тарелки. В холодильнике было много еды. «Наверно, уже надо начинать что-то делать самой. А то можно расслабиться до потери пульса». Она посмотрела на Ивана.

Левантовский налил по рюмке и выложил из банки на блюдце огурцы.

- Как говорится, упокой Господи душу раба твоего Алексия, прости ему всякое прегрешение, вольное или невольное. Аминь. - Они выпили не чокаясь. - Теперь надо найти момент и как-то сообщить это Анечке. - Да, Елена Владимировна, мы можем теперь спокойно идти в ЗАГС подавать заявление, мы теперь оба свободны. Кто бы мог подумать, что мы доживем до этого именно таким образом. - И Иван налил еще по одной.

Елена взяла рюмку со стола и снова залпом выпила. Внутри стало тепло и нервозность постепенно сходила на нет.

- Ваня, а знаешь о чем я только что подумала. Насчет квартиры на «Академической». У Лешки есть сын, Саша, хороший парень. Он с ним очень мало общался и это крайне незаслуженно. Я хочу, чтобы эта квартира осталась у мальчика, тем более он женился, пойдут дети. У нас же все есть, правда? Мы же поможем ему? – И она посмотрела на Левантовского глазами той Лены Стрельниковой, когда он впервые увидел ее, юную и прекрасную в шортиках и вьетнамках с двумя ракетками от настольного тенниса в руках. Когда стало ясно, что назад дороги уже точно нет и не будет…

11 ноября 2022 года