Не по собственному желанию 3. Финал
Аннотация
Аннотация
Третья и увы последняя книга цикла "Не по собственному желанию". Классика. Эта история началась когда пожилой человек, в августе 2020-го года, оказался заброшен в тот же август, но 1960-го, в своё собственное детство. Получив второй шанс начать все сначала, герой очень постарался, и в итоге все получилось неплохо. Впрочем, иначе и быть не могло какая же тогда история. Вот только какие возможности есть у школьника? Родители, учителя, прочие старшие и более опытные товарищи - все они считали, что лучше знают, как ему следует жить. Наконец, десятый класс, а за ним и институт. Дышать стало легче, Сашка окунулся в бурную и увлекательную студенческую жизнь. Лекции, новые друзья, дальние походы и конечно же, девушки — что за повесть без них? Словом, и на любовном фронте он не дезертир. Теперь, у него появился реальный шанс не дожидаться вместе со всеми обещанного коммунизма, а начать строить капитализм в отдельно взятом теле - в своем. И с этой задачей он справился. Разумеется, как и в школе, здесь очень пригодилась включенная функция предвидения и неплохие знания, полученные в будущем.
Минуло шесть лет, институт остался позади и Александр начал самостоятельную, взрослую жизнь. Неотвратимо приближаются те времена, когда империя под названием Советский Союз останется лишь названием на страницах учебников истории. Герой и не думает препятствовать этому объективному историческому процессу, но и не предпренимает попыток его ускорить. Главная задача для молодого специалиста — заявить себя в профессии и как-то вырваться за границу. Нет, не в эмиграцию, а лишь для реализации давних планов.
И вот, наступило время, когда уже не страшно доставать из-под кровати чемодан с деньгами. Вот только для него это уже мелочи, десяток лет как сэр Алекс стал невидимым акционером нескольких компаний с оборотами в миллиарды долларов. Главные направления развития мировой экономики ему известны, так что личное состояние бывшего комсомольца неуклонно растёт. Вот только деньги для него - не цель, а лишь средство. Александр приступает к организации собственной финансово-промышленной империи. Именно она и должна сыграть главную роль на заключительном этапе.
Он не теряет надежду, что сможет предотвратить печальные события четырнадцатого года, вот только история решила иначе. Случилось то, что случилось, но руки он не опустил. Вот только опираться на свои знания из будущего уже не выйдет. Именно поэтому, страшные события февраля 2022-го года застали врасплох и его. Вот только, к чему-то подобному он давно готовился и сейчас в его распоряжении, все возможности финансовой империи Сиверинского. Он не знает, чем закончилась война в его прошлой реальности, но в этой, он сделает всё зависящее от него ради достижения успеха.
Глава 1
Глава 1
Бодрой утренней походкой подхожу к троллейбусной остановке. Несмотря на плащ и тёплый свитер, утренняя прохлада заставляет слегка поежиться — всё же не июль на дворе. На сегодняшней утренней пробежке, даже корочками льда на лужах похрустел. Самое время доставать из шкафа форму номер три - я ведь вам не девчонка, которую неумолимая мода заставляет покрываться гусиной кожей, но тем не менее бегать в коротенькой юбочке и капроновых колготках даже в январе. Как подумаешь о нелегкой бабьей доле, так даже уши мерзнуть начинают, а перед глазами всплывает героический образ генерала Карбышева.
Притопывать, в ожидании своего троллейбуса мне не пришлось: в это время они бегают регулярно, с точностью смены караула у мавзолея и интервалом не более двух-трёх минут. Бывает, даже выстраиваются в длиннющие очереди друг за дружкой. Чаще всего такую картину приходится наблюдать по утрам, когда все советские люди торопятся кто на стройки коммунизма, а кто на учёбу. Наши транспортники не дают трудящемуся человеку ни единого шанса написать в своей объяснительной записке, что он не смог вовремя пересечь финишную вертушку из-за задержки троллейбуса. А нынче у нас времена строгие, даже опоздание на несколько минут, в случае повторения, может привести не только к обрезанию, имею ввиду обрезанию квартальной премии виновнику, но и к жирному минусу в показателях всего подразделения в его борьбе за первое место. Мы ведь постоянно с кем-то боремся. А это, помимо осуждающих взглядов коллег приводит например, к проблемам с отгулами, внеочередным нарядам на овощную базу и еще многое другое.
В моей новой конторе дела обстоят так же. За производственной дисциплиной строго следит экс-полковник, а нынче зав. отделом кадров – товарищ Коцюба. За пять минут до восьми он занимает пост у проходной, справа от вахтера. И ничего не берет этого закаленного вояку - ни осенний дождь, ни зимняя стужа. Все тот же внимательный, подозрительный взгляд и коричневый потрепанный блокнот в руках. Казалось бы, сиди у себя в кабинете и утренний кофей попивай, так нет - человека все на передовую, поближе к народу тянет.
Неделю назад, поняв, что сегодня мне во время финишировать не удастся, я решился отправиться на работу на собственной машине. За пару минут выгнал её из гаража, который совсем рядом с домом и уже через четверть часа, даже не запыхавшись, влетел на проходную. Успел вовремя: флажок на часах нервно подрагивал на цифре восемь. К счастью, основной поток моих коллег уже успел просочиться на территорию и сейчас устраивал свои задницы, кто на стульях, а кто в креслах. Поэтому, меня смогли увидеть лишь несколько таких же счастливчиков, как и я, к счастью совсем не знакомых. Окинув меня удивлёнными и одновременно заинтересованными взглядами, они проскочили мимо полковника-вахтёра, который уже тянулся за своим кондуитом. Вновь проделывать тот же фокус с автомобилем я не хотел, личное авто мне пока не по статусу. И без того некоторые коллеги бросали подозрительные взгляды, и почти не сомневаюсь, задавались вопросом: каким таким образом этому пройдохе, прямо из вчерашних студентов, удалось махнуть сразу в инженеры-конструкторы второй категории? Из какого высокого кабинета тащит его та мохнатая лапа? Да и в вообще, ездить на работу на собственном транспорте считается даже неприличным – у нас это прерогатива самого директора, двух его замов и нескольких начальников отделов. По правде сказать, нашего главбуха также иногда подвозят, но ведь это на служебной машине её мужа. Вот, пожалуй, и всё. Так что не стоит лишний раз дразнить своих гусей-сотрудников.
На сей раз, несмотря на то, что троллейбусы ходили исправно, толпа на остановке собиралась немалая, что заставило задумался над задачей из области теории очередей.
- Вот почему бы умникам, которые протирают штаны в транспортном отделе исполкома, не напрячь извилины и разнести начало рабочего дня на разных предприятиях? Не на много, хотя бы минут на десять-пятнадцать. Все же посвободнее в транспорте стало бы.
Лично меня устраивал любой маршрут, поэтому, не глядя на номер, протискиваюсь и пытаюсь попасть в первую же машину. И тут же ощущаю в душе маленькую радость – я вновь угадал с диспозицией, правильно определил, где именно откроются задние двери. Для меня это стало своего рода забавой, и вскоре я выработал собственный алгоритм посадки. Как правило, спокойно стою и дожидаюсь машину немного в сторонке от общей толпы, а вот когда троллейбус подъезжает к остановке и начинает притормаживать, пытаюсь вычислить наиболее вероятную точку, где откроются двери. И вот тогда, совершаю стремительный бросок в нужном направлении.
Вот и на сей раз угадал, и вместе с компанией таких же сообразительных или везучих, меня заносят в теплое нутро "десятки ". Привычно устраиваюсь в нише у заднего колеса и стараюсь выудить из кармана подготовленные монетки. Справа от меня, установлен один из двух полуавтоматов самообслуживания. В этом месяце я как-то пропетлял и забыл приобрести месячный проездной билет. Поэтому, бросаю в щель прорезанную в прозрачном пластике свои трудовые четыре копейки, и покрутив эбонитовое колёсико, отрываю билетик. Одновременно с билетным рулончиком прокручивается и резиновая лента транспортёра, на которой поблескивает россыпь монеток, в том числе и мои. Видимо, не очень надеясь на стандартный лозунг "совесть - лучший контролёр", транспортники выбрали именно такую конструкцию. Мол, глядите уважаемые товарищи: я честный пассажир, не шайбочки с винтиками для звона бросил, а настоящие четыре копейки.
Наконец, устроился, теперь у меня будет минут пятнадцать для медитации и размышлений в тепле и спокойствии.
Пошел уже третий месяц, как я влился в дружный коллектив "Научно-исследовательского института городского хозяйства". Всё как обычно: не успел я приступить к работе, как на меня уже залезли и погоняют. Вначале, как вчерашнему студенту, видимо не зная, чем же таким полезным можно загрузить такого ценного кадра, мне поручили собирать материалы по различным направлениям, которые определяли старшие и более опытные товарищи. Что ж, первое время такая ситуация меня полностью устраивала, ведь я не сидел на месте, а имел свободный график для посещения Государственной научно-технической библиотеки и её патентного фонда. Благодаря этому у меня оставалось достаточно свободного времени для решения собственных бытовых вопросов, которых накопилось немало.
А вот вторая новость оказалась для меня неприятной. Неизвестно по какой причине, наш отдел перспективных исследований, не дав ему развернуться, прикрыли. Поэтому с изучением "передового зарубежного опыта" придется повременить.
Моя безмятежная жизнь продолжалась недолго. Три дня три назад ситуация резко изменилась и случилось это по моей же вине. Дело в том, что, особо не задумываясь, я подбирал нужную информацию не только в изданиях, которые были переведены на русский язык, но и в оригинальных журналах - на английском, испанском и немецком. Некоторое время, на это никто не обращал внимания, до тех пор, пока один дотошный старший научный сотрудник не решил подробнее ознакомится с первоисточниками собранного мною материала. Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что искомый журнал издаётся лишь на испанском языке. Казалось бы, ничего странного в этом не было, ведь в Центральной государственной библиотеке можно было заказать перевод любой статьи, хоть с китайского. Но дело в том, что очередь к переводчикам стояла длиною от нескольких недель до нескольких месяцев. Да и нехилая оплата таких услуг не могла миновать институтскую бухгалтерию, а её не было.
Словом, на следующий день меня вызвали на ковер к руководству отдела, где я услышал странный вопрос: а почему это ты, парень до сих пор молчал о таких своих талантах? Спросили не просто так. Оказывается, существовал номерной приказ по министерству о дополнительных выплатах таким полиглотам, а я тут сижу и ворон считаю. И что мне ответить на такой правильный вопрос? Сказать своему начальнику, что такая мизерная добавка меня совершенно не волнует? Ага… таких дураков еще поискать надо, поэтому, пожав плечами я ответил:
- Видите ли Валерий Михайлович, меня об этом никто и не спрашивал. Ведь все это написано в моей автобиографии, да и в учётной карточке, которая находится в отделе кадров, наверняка имеется. Вот я и подумал, что все в курсе…
Услышав такой ответ, начальник удивленно взглянул на меня, мол, что взять с этого студента и отпустил с богом как золотую рыбку. Отпустить то отпустил, но с этого дня все сообразили и думаю не только наши, что появилась отличная возможность сэкономить на переводчиках. Не прошло и недели, как эта информация разнеслась по всему пятиэтажному зданию нашего института. А это не есть gut. Наверняка теперь попытаются усадить этого полиглота за переводы для всей конторы, что меня соверщенно не устраивает. Так ведь, на долгие годы можно закопаться в пыльных архивах и библиотеках. А сидя в них, сложно рассчитывать на продвижение и такую желанную для меня заграничную командировку.
Чтобы хоть как-то подсластить пилюлю, мне была выписана максимальная премия за четвёртый квартал в целых сорок процентов, но разве я за этим сюда пришёл? Ничего не поделаешь, надо обязательно проявить себя по профильной специальности. Вот только давненько мне ничего толкового в голову не приходит. Да и что такого можно придумать, не имея конкретного задания? Если за минувшие три месяца я не нашёл ответа на этот непростой вопрос, то и на нынешние троллейбусные пятнадцать минут надеяться нечего.
Проходную я пересек вовремя, минут за пять до восьми, и устроившись за рабочим столом за открыл ежедневник с ближайшими планами.
- Ну что ж, сегодня и завтра я работаю здесь, в институте, систематизируя и обрабатывая собранные за последнюю неделю материалы.
Мысли вновь перескочили на совершенно посторонние вещи, и я внезапно припомнил нашу ноябрьскую гулянку, которую сотрудники отдела устроили накануне октябрьских праздников. Пропустив по паре рюмок, мои коллеги слегка расслабились, и тут я с удивлением узнал, что меня они держат за дальнего родственника то ли нашего директора, то ли, по меньшей мере, одного из его заместителей. Действительно, а как иначе можно объяснить тот стремительный рывок, который позволил мне обойти десяток старших и наверняка более опытных коллег? А я ведь не только вчерашний студент, но и на четыре-пять лет моложе любого из них.
В тот раз, за столом, я ничего объяснять не стал: хорошо знаю, любые оправдания только усиливают подозрения. Да и прямо в глаза мне ничего не говорили - так, лишь намекнули за рюмкой. Тем не менее у меня появилась ещё одна веская причина доказать всем, что не только за свои красивые глаза я занимаю должность инженера-конструктора второй категории. Одно время даже подумывал, а не нацепить ли на лацкан пиджака свой значок лауреата отраслевой премии и с независимым видом прогуляться институтскими коридорами?
- Эх-хе-хе, нелегка судьба попаданца - вульгарис. Вот как всем объяснить, что не получается у меня быть таким же, как все. Пробовал - не выходит.
Но переживать пока рано, ведь всего три месяца прошло. Я не сомневаюсь, придёт время, и явится она, та самая "плодотворная дебютная идея" – та, на которую возлагал столько надежд великий комбинатор товарищ Бендер.
Вот толк днями сидеть бездумно глядя в потолок, в ожидании, когда-же наконец на тебя упадёт то самое ньютоново яблоко, - не мой метод. Ьыли и другие вопросы, которыми надо бы заняться. Имею в виду - личного свойства.
Я переключился на новую мысль, ведь никто не отменял известного правила - деньги должны работать. А вот мои финансы лежат себе в сберкассе и пылью припадают, не принося практически никакого дохода своему владельцу … скажем, почти никакого. Не считать же прибылью те жалкие три процента по депозиту?
А что мне делать? В нашей стране, с ее удивительными законами, особо не разгонишься - не открывать же мне подпольный цех по производству сахарных петушков или полиэтиленовых пакетов с аппликациями группы Битлз? Уж слишком строго наши партаппаратчики оберегают свою монополию на обогащение. Уверен, именно поэтому и прописана в Уголовном кодексе та волчья статья о незаконном предпринимательстве. Нет, если мы с Алексеем склепаем с десяток чемоданов на колёсиках или насушим парочку мешков картофельных чипсов, на это внимания не обратят. Не обратят раз, может и второй, а дальше то что? О том, что может быть дальше и думать не хочется, да и вообще, весь прежний опыт подсказывает, на мелком предпринимательстве настоящих денег не заработать. Иное дело оптовая торговля или игра на бирже ….. Но где я, а где та токийская биржа….
Делать нечего, если уж так все складывается, то пусть мои рублики полежат и дальше, а вот с японскими активами следует что-то решать, тем более что их прирост немного затормозился. Почему так? Как мне сообщил Харуки, наши коллеги-акционеры проголосовали за то, чтобы все годовые дивиденды направить на развитие производства. Ничего плохого в этом не вижу: знаю, что стоимость акций понемногу растёт, но всё это пока что на далёкую перспективу. А вот то, что мои семьдесят четыре тысячи долларов, которые хранятся в банке господина Ито, вместо положенных десяти- двенадцати процентов приносят лишь три, мне очень не нравится.
И что с этим делать? Лучшее решение - заняться игрой на бирже - тем более что основные тренды развития экономики мне приблизительно известны. Вот только есть одна проблема. Компаний, входивших в первую десятку рейтинга в моих двухтысячных - тех, о которых я хорошо помню, - в начале семидесятых ещё не существует. Имею в виду таких лидеров ай-ти отрасли как Apple, Google, Amazon… разве что слышал кое что о Sumsung Electronics. Да и то, как я недавно с удивлением узнал, эти корейцы сейчас производят какие-то удобрения и пищевые добавки для собак и кошечек. Может, это совсем не тот, а какой-то другой Sumsung?
И что прикажете с этими знаниями делать? Опять немного подождать? Думаю, не стоит: просто не надо гнаться лишь за будущими лидерами списка "Форбс", ведь можно неплохо заработать и на скромных флагманах сегодняшнего дня. На тех, которые наверняка продержится на плаву еще пару десятков лет.
Я хоть и человек не курящий, тем не менее помню о компаниях по производству табака и сигарет. В свое время читал, все они показывали неплохую динамику вплоть до тех времён, когда набрала популярность мировая кампания за здоровый образ жизни. Вот только кроме "British American Tobacco" я больше никого не знаю.
- Не просить же у моего Харуки прислать ещё и биржевой бюллетень? Если кто-то следит за нашей перепиской, выглядеть такой мой интерес будет довольно странно.
Я недовольно выдохнул - и тут же в голову пришла другая, более здравая мысль.
- Что это я туплю? Я ведь часами просиживаю в своей научно-технической библиотеке! Неужели, кроме темы строительства, там нельзя отыскать чего-то полезного и из области международных финансов. Вот не может такого быть, чтобы из более чем тысячи изданий которые туда поступают со всего мира, не найдется хотя бы одного завалящего бюллетеня? Пусть даже и не совсем свежего…
- Нормальная мысль - не зря морщил мозг. Наконец появилась хоть какая-то программа действий на ближайшее будущее. А попросить у Харуки, что бы тот прикупил для меня некоторое количество акций я как ни-будь смогу, необходимые для этого полномочия у него имеются.
Понятно, я не помнил, какая там должна быть прибыль, но в любом случае, она в разы больше, чем та, которая капает по моему депозиту в токийском банке.
Тут же, в голове всплыли воспоминания о будущих тревожных временах, когда за то, что ты просто держишь собственные денежки на банковском счету, ты не только ничего не сможешь получить, а наоборот – станешь сам доплачивать. Бывало, что и до процента. И это лишь для того, чтобы эти жлобы- банкиры вообще согласились держать их у себя. Какой-то депозитный кошмар получается …
Сижу, а на лице неожиданно появляется ехидная ухмылка. Как хорошо, что дорогой товарищ Брежнев, чей портрет висит над моей головой, не догадывается, где сейчас витают мысли этого комсомольца. Я полностью согласен со словами, " всех денег не заработаешь, часть придется украсть" - но попытаться-то можно?
За такими сладкими мечтами я и не заметил, как стрелка часов подобралась к пяти. В торце коридора задребезжала пулеметная очередь зуммера, который напоминал мне сигнал боевой тревоги на подводной лодке. Давно приготовившиеся к команде старт, девяносто процентов нашей трудовой интеллигенции, едва не наступая друг другу на пятки, рванула в направлении проходной. Я даже и в коридор выглядывать не стал и подумал
- Бегут прочь, как пациенты, которых до срока выписали из опостылевшей лечебницы…., порою забывая снять одноразовые бахилы.
Мне спешить было некуда, да и не люблю я толкаться на остановке, особенно в пиковое время. Подожду минут десять, пока волна беженцев немного схлынет. Посидел немного и пришёл к выводу, что надо-бы переговорить с начальником отдела, а то так и просидишь до пенсии переводчиком-библиотекарем, хоть и с относительно неплохим окладом. А к чему мне тот оклад? Меня совершенно не волнуют эти жалкие сто тридцать рублей в месяц плюс премия. Необходимо срочно влиться в какой ни-будь перспективный проект. Иного способа, выплыть на поверхность и вырваться на свободу я не вижу.
- А что, мысль неплохая, именно так и сделаю. В понедельник я должен сдавать последнюю выборку – вот тогда и поговорю. А если нет, то придётся потеребить своего знакомого министра: это ведь он меня сюда сосватал. Были же у него какие-то свои планы?
А какие великие планы когда-то были - или, вернее, мечты.
- Вот закончу институт – думалось мне - и тогда… И что тогда?.. Может стоило шагать по комсомольской линии? Мне ведь даже в партию вступить предлагали. Впрочем, ерунда все это, если бы такое случилось, то семейка гейтсов со мной бы даже разговаривать не захотела.
Время до понедельника пролетело незаметно. Наконец, пятиминутка, которая у нас длится не меньше получаса, закончилась, и главные специалисты отдела начали неспешно покидать душный кабинет начальника. Когда я отворил дверь и нырнул в его затхлую атмосферу, тот удивлённо поднял глаза словно спрашивая : а тебе парень, чего здесь надо?
- Валерий Михайлович, у меня к вам вопрос. Не скажете, долго мне еще работать на должности не инженера-конструктора, а инженера-библиографа второй категории? Все же я молодой специалист, мне ведь положено расти и нарабатывать навыки профессии. А чем я у вас уже три месяца нес занимаюсь? Сами посмотрите: у нас все сотрудники расписаны по различным направлениям, один я непонятно кто и болтаюсь как что-то в проруби. Надеюсь, вы в курсе – здесь я решил немного надавить, - что я не просто так попал именно в ваш институт, вполне мог бы остаться на кафедре, в аспирантуре. Вот спросят у меня там: а чем же ты, парень, занимался целый год - и что я должен этим товарищам отвечать?
Произнося слово "там" я многозначительно посмотрел и ткнул пальцем куда-то в сторону люстры. Вижу, начальник понял правильно, о чём это я, потому как тут же беспокойно заерзал в кресле, а затем, немного подумав, произнес:
-Знаешь, Александр, я и сам об этом задумывался, но и ты должен меня понять. Работу, которой ты сейчас занимаешься, никто кроме тебя не потянет. Я имею в виду эти твои переводы. Давай поступим следующим образом: как только наши проекты перейдут из стадии сбора и изучения материалов к какой-то конкретике, имею ввиду к эскизным проектам, так сразу тебя к ним и подключим. Как тебе такое предложение?
- Валерий Михайлович, так к тому времени все более-менее приличные направления разберут, и мне останется разве что строительными нормативами заниматься. Я вот что хочу предложить. У нас же есть несколько барышень, которые с великим удовольствием согласятся делать то, чем я сейчас занимаюсь. Да все они спят и видят, как бы за проходную выбраться. Так ведь можно и полезную работу сделать и при случае, отстоять очередь за финскими сапожками. А если возникнет необходимость, то я не отказываюсь: прямо здесь, в отделе, смогу сделать перевод. Пусть только фотокопии статей закажут - это можно сделать быстро и получится совсем недорого.
Минут через десять, наши переговоры завершились на мажорной ноте, и уже со следующей недели я поступаю в распоряжение руководителя второго сектора - Ивана Ивановича Новохатько. Этот сектор работает в рамках всесоюзного проекта по строительству Рижской ГЭС. По большому счету, это именно то, что совпадает и с моими интересами, хотя никакого опыта строительства гидротехнических сооружений у меня нет. Впрочем, о каком вообще опыте можно говорить? Откуда ему взяться, этому опыту? На строительстве колхозных ферм в Саратовской области или ремонте крыши собственной дачи?
Ладно, ничего страшного в этом не вижу, как всегда буду надеяться на привычное везение, внезапное озарение или просто на счастливый случай. Я перенесся лет на десять в прошлое и подумал:
- Может напрасно я поперся в это строительство. Как славно жилось в третьем классе. Никаких тебе проблем. Сидишь себе на уроке, ничего не делаешь, и только пятерки получаешь.
Впрочем, сидеть и думать куда приятнее и приносит заметно больше прибыли чем махать лопатой. Мне припомнился короткий диалог Фимы со своим сыном Моней.
Указав на выходящего из квартиры соседа, Фима бросил.
- Сыночка – ты взгляни на его мозолистые руки. Этот человек совершенно не хочет работать головой …
Трудовые будни на новом месте начались с того, что я с помощью двух коллег мужского пола, перетащил свой письменный стол через весь коридор в свой закуток. В этой просторной комнате все козырные места - у окон и по углам, были давно заняты и мне выделили место неподалёку от выхода. Для этого, пришлось, немного сдвинуть кульман, на котором был закреплён лист ватмана с какими-то чертежами. За моей спиной возвышался деревянный шкаф для документации. На его полках стояли шеренги различных справочников и литературы по строительству гидротехнических сооружений. Третью снизу, оставили свободной: там, на замызганной картонке, стояла мутная двухлитровая банка со следами старой заварки, а рядом, на блюдечке, лежал покрытый белым налетом большой киловаттный кипятильник - непременный атрибут нынешних офисных помещений. Тут-же, мне пришла в голову тревожная мысль:
- Может у них принято "проставиться" за новоселье? А то хожу по институту весь такой импортный, а до сих пор никого даже пирожками с капустой не угостил. Надо бы организовать для коллег день рождения Индиры Ганди. Принесу на коллектив двухсотграммовую пачку "Три слона" и жестянку "Indian Instant cofee" – должна такая где-то на антресолях валяться. Мне он все равно не нравиться. Не знаю, чего в нем не хватает: то ли аромат не тот, то ли микроэлементы не те - не знаю. А вот в нашем совке, этот кофе - самый шик, признак достатка и лучший подарок.
Впрочем, бывало я и такое попивал, особенно если сделать напиток, который можно назвать никому здесь не ведомым словом -"латте".
В этой просторной комнате я стал шестым обитателем и разумеется, самым молодым. На прежнем месте вокруг меня были одни барышни: секретарь-машинистка начальника, копировальщица и лаборантка на все руки, которая заодно являлась и материально ответственной. А вот здесь, скрипели карандашами четверо мужиков – инженеров различных степеней и категорий. Пока распихал вещи по ящикам, пока разложил бумаги на столе – подошло время обеда. Мои коллеги извлекли из портфелей и сумок газетные свертки, наполнили банку водой и принялись степенно потреблять белки, жиры и углеводы, наполняя нашу невентилируемую комнату чесночно-луковыми ароматами краковской колбасы и винегрета. Ну а мне, пришлось делать непростой выбор между институтской столовкой и находившимся неподалёку ресторанчиком. Еще в начале своей трудовой деятельности я подумал, что будет полезным иногда заглядывать в институтский пищеблок – иначе, у коллег могло сложится превратное мнение обо мне и появиться ненужные вопросы. Как этот парень не боится спускать почти треть своего заработка на ресторан? Какой-то он не наш, не советский, наши - в булочную на такси не ездят. Впрочем, с этим я разобрался и тогда, когда в столовой работала смена Натальи Петровны, ходил именно туда.
Сразу же после обеда, меня часа два вводили в курс дел. Как выяснилось, моя новая команда занималась проектными работами связанными со строительством Рижской ГЭС. Ранее, я о такой и не слыхивал, хотя, как выяснилось, будет она немаленькой - более чем на четыреста мегаватт. Разумеется, основные работы по проектированию, таким специалистам, как мы, никто доверять не собирался. Кто мы такие, чтобы замахиваться на стройку всесоюзного масштаба? Головной проектной организацией был назначен московский "Гидропроект". Нам же, сирым и убогим, выпало то, что попроще, - а именно: разобраться с водозащитными сооружениями и спроектировать подъездные пути.
Хочу заметить, работы по перекрытию реки Даугава начались ещё в 1966 году, когда соорудили дамбу у острова Мартиньсала. Тогда, всем строительством руководил местный трест "Даугавагесстрой". Предполагалось, что будущее водохранилище не только должно дать республике электричество, обеспечить город Ригу питьевой водой, но и навсегда снимет проблему с постоянными затоплениями, которые не давали горожанам покоя со времени основания.
На следующие несколько месяцев я с головой ушёл в мир чертежей, расчётов и справочников. Если решать задачу в лоб, то все кажется не сложным: достаточно лишь рассчитать высоту и длину защитных сооружений и определить объёмы земляных и бетонных работ. Казалось-бы простая, чисто техническая работа. Но, углубившись в вопрос, я понял, что будущее водохранилище должно затопить не только пустоши, но и несколько окрестных хуторов вместе со старинной школой. Кто-то мне возразит: и что тут такого - лес рубят, щепки летят. Например, при строительстве водных каскадов у нас на Днепре десятки сёл под воду ушло. Но тут вам не там: и первыми тревогу забили различные общественные организации, музеи, к которым затем подключилось и Министерство культуры Латвии. Оказывается, под воду должны уйти и немало объектов культурного наследия республики. Особенно, местных волновала судьба известной усадьбы неких баронов фон Ливен -"Duenhoff". Бои местного значения и бесчисленные согласования заметно тормозили строительство, но нам то что делать? Ради этого, возводить более высокую и мощную дамбу никто не позволит - и без того в сроки не укладываемся.
Я, как и все, постоянно напрягал свою извилину, но результат был один: вся их старинная архитектура должна уйти под воду. Так что сейчас, пока еще есть такая возможность, пусть активнее ведкт свои раскопки – еще год на это у них есть.
Наступающий Новый год станет вторым со дня основания нашего института и фактически первым с того времени, как он фактически начал работать. Вот наши профкомовцы и решили отличиться: они арендовали кафе "Алмаз", которое совсем недавно открылось на левом берегу. Решили, всем дружным коллективом отпраздновать новогодний праздник. Как всегда, в основном там будет молодёжь, которая ещё не успела обзавестись собственной жилплощадью, чтобы уединившись у телевизоров, встретить праздник под куранты, шампанское и салат оливье.
Стоимость пригласительного билета была невелика, и желающих набралось прилично - человек пятьдесят. В свою очередь, и я решил пригласить туда свою Вету, потому как считал: предложение провести новогоднюю ночь вдвоём пока не ко времени и может быть неверно истолковано. А может все и не так… не знаю. Я вообще удивился, что девушка согласилась на мое предложение, ведь до сих пор этот праздник она отмечала в своём городке, со своими родителями. Похоже, чувствовала себя в долгу, так как всё-таки не выдержала и приобрела у меня джинсы конвертировав, по моему совету, лиры в рубли.
Идея профкома пришлась мне по вкусу ещё и потому, что у нас планировалось не обычное застолье с торжественными речами и поздравлениями от руководства, а нечто иное. Такое же нестандартное, когда-то старались организовать и мы в своём КИСИ. Разница была лишь в том, что сейчас всё это будет не на улице, а в тёплом, уютном кафе, но ведь и мы уже не те прежние голозадые студенты, а ИТР. Кстати, не путайте аббревиатуру ИТР – инженерно-технические работники с довольно близким по смыслу понятием – исправительно-трудовые работы. Словом, когда мне предложили войти в состав оргкомитета праздника, я не стал упираться: подумал, это очень неплохой шанс стать в нашем коллективе более заметным, а может статься и вовсе своим.
Вечеринка была назначена на семь, поскольку в эту новогоднюю ночь работники кафе не соглашались слишком задерживаться на рабочих местах. Первым, кто встречал гостей у входа был я - одетый в костюм то ли цыгана, то ли пирата, и с бочкой вина под мышкой. Что бы придать своему изделию из картона подобающий вид, потребовалось два вечера. Внутри моей конструкции находилась закутанная в поролон пятилитровая канистра, куда я периодически доливал красное "Каберне". Никто из гостей, включая и директора, не мог проскользнуть в помещение, не испив хоть глоток этого терпкого вина. Как бы для затравки и хорошего настроения.
Общий гардероб находился в холле первого этажа - не очень удобно, поэтому все гости оставляли свои шубы, пальто и куртки прямо здесь, в общем зале. Высокая металлическая вешалка, словно пьяный, не желала удержать равновесие и под навешанной на неё кучей одежды постоянно падала. В конце концов, её просто отодвинули в угол, а все вещи клали рядом, на стулья.
Сегодня, я впервые обратил внимание на то, что снимать свои высокие меховые шапки женщины отказывались категорически. Это что - мода нынче такая, сидеть за столом в шапках, или причина в ином? Скорее всего, им просто не хотелось портить причёску, рассчитанную минимум на неделю.
Этот праздник напомнил мне "Голубой огонёк", где нашлось место не только для магнитофона, но и для самодеятельности. А таланты у нас были. В отделе снабжения работала пара профессиональных танцоров, а кроме них отыскался и любитель несложных фокусов из бухгалтерии. Интересно, а в финансах он также показывает свое искусство? И разумеется, было много музыки и танцев.
Загруженный хлопотами на общественном фронте, я едва не профукал, как какие-то ловкачи попытались увести мою Вету. Хорошо, что удалось остановить их на начальном периоде "охмуряжа". Эта парочка была крайне раздосадована, когда девушка с ними распрощалась и вернулась за наш столик. Я же, посоветовал этим парням приобрести "губозакаточную машинку". Должны же знать простую истину: "кто девушку ужинает, тот её и танцует".
- Нет, все же недостаточно внимания я уделяю своей подруге, надо бы исправить ситуацию.
Для того чтобы заняться личным, не забывая об общественны, пришлось изрядно попотеть и я подумал - Несомненно, самое трудное желание, это желание понравиться всем.
Бой курантов, вся компания встретила в отличном настроении, хорошо заведённая и немного уставшая от танцев. Чтобы дать гостям передохнуть, я решил исполнить несколько своих песен под гитару, причём бесспорным лидером стало "Солнышко лесное". По лицам некоторых слушателей я понял, что Ветка не сдержала язык за зубами и поделилась с кем- то из своих новых подруг, кто же на самом деле являлся ее автором.
Минут за двадцать до полуночи я вновь постарался растормошить наш сытый коллектив, обеспокоив при этом собственное начальство. Мне вспомнился старый фокус из прежних времён и я изготовил с десяток особых, не гасимых свечей. В конце девяностых они были довольно популярны на корпоративах. Секрет был прост: сама свеча была обычной, парафиновой, а вот внутрь фитиля вставляли тоненькую проволоку. От горящего пламени она накалялась, и после того как пламя казалось полностью погасшим, происходило повторное возгорание свечи.
Уверенной походкой я вышел к микрофону и в наступившей тишине торжественно заявил:
- Коллеги, все вы знаете, что в этом году наш институт отмечает свой первый юбилей. Хочу всех порадовать, товарищ директор учредил специальную премию тому, кому удастся погасить десяток свечей на этом праздничном торте.
Закончив, я установил на столик большущий бисквитно-кремовый торт, вставил туда тоненькие свечки и поджёг. Бросив мимолетный взгляд на директора, я заметил на его лице удивлённое и одновременно озабоченное выражение. Разумеется, ни о какой премии речи не было, и в данный момент он наверняка размышлял, как бы поэлегантней выбраться из созданной мною ситуации. Но радовало то, что он сдерживался и вслух не протестовал.
А тем временем, к столику подошёл первый претендент на директорскую копейку. Парень из отдела главного метролога, надул щеки, покраснел как синьор Помидор, набрал побольше воздуха в легкие, а затем и изо всех сил дунул, едва не сдвинув со стола и коробку с тортом. Все десять свечей дружно погасли, сам же герой, с видом победителя обернулся и устремил взор в зал, в надежде сорвать аплодисменты и поздравления. И действительно, один поспешный хлопок таки последовал, но уже через несколько секунд, лица присутствующих озарились улыбками, а затем раздался дружный веселый смех. Ничего не понимающий победитель обернулся и взглянул на торт. Там, весело помигивая огоньками, горело восемь свечей из десяти. Сообразив, что не все так просто, номер второй изменил тактику. Также, набрав побольше воздуха, он начал не сильно, но продолжительно дуть на свечи. Результат оказался немного лучше предыдущего, но тем не менее - отрицательный. Секунд через десять, над тортом полыхнули пламенем целых пять свечей.
После двух неудачных попыток, все желающие кончились, меня обвинили в жульничестве, после сего предложили самому показать, как это делается. К такому повороту я был готов, поэтому спокойно, влажными пальцами, погасил весь десяток. После чего, обернувшись к присутствующим, спокойно заявил:
- Товарищи, если вспомните, я сказал, что их нужно погасить. А вот как именно это сделать - это дело каждого.
Но праздник он и есть праздник: двое неудачников вскоре забыли об этом эпизоде, и программа вечера продолжилась. Позднее, мне всё же пришлось поделиться своим секретом с некоторыми самими любопытными.
Вот только этим всё не закончилось. Под конец вечеринки, кто-то вспомнил, что сегодня я отыгрываю роль цыгана, а значит просто. обязан погадать коллективу на будущее, или по крайней мере предсказать, что ожидает нас в этом году. Услышав такое, Ветка тут же подобралась - наверняка вспомнила о заявленных мною цыганских способностях, вот и смотрела на меня с искренним интересом. И если все остальные восприняли такое предложение как очередную шутку, то она отнеслась серьёзно.
Ну что ж, если вам нужны камлания без бубна в новогоднюю ночь - они есть у меня. Годы общения со старым Такедой не пропали даром, поэтому мне было, что сказать своим не испорченным интернетом коллегам. Промочив горло бокалом Каберне и прокашлявшись, я начал.
- Друзья, хочу напомнить вам, нынешний год по восточному календарю будет годом собаки. Это значит, что в Украине обязательно смениться хозяин. Кто это будет, я сейчас не скажу, но непременно придет другой человек. Так что, не будем спешить, и немного подождём.
Никакого риска не было : я точно помнил, что представителя харьковского клана Шелеста на посту первого секретаря ЦК должен сменить Щербицкий. Он, как и его патрон Брежнев, считался делегатом днепропетровских. Вспомнил, как остряки тогда шутили – к "допетровскому и после петровскому периоду, теперь добавился днепропетровский"
Молодым инженерам было до лампочки, кто там в первой шеренге портретов сменит Шелеста; лишь на лицах директора и его зама промелькнула тень недоверия и удивления. Впрочем, думаю, и они восприняли всё это как обычную новогоднюю шутку. Ну-ну… пускай себе думают, ждать им осталось недолго. А тем временем я продолжал.
- А ещё… - при этом я остановил взгляд на нашем завхозе, бывшем сверхсрочнике, - в этом году всех старшин приравняют почти к офицерам: всем им присвоят звание прапорщик, а на погонах появятся по две маленькие звёздочки. И выглядели бы вы Степан Иванович, совсем как генерал-лейтенант – правда, такой … ночной.
Отведя взгляд от озадаченного Ивановича, я обратил внимание на полупустые бутылки на наших столах и тут же вспомнил ещё об одном, а именно - об эскизе нового юбилейного рубля, который недавно напечатали во всех газетах. На этой монете, вождь мирового пролетариата, поднятой вверх рукой, указывал людям путь в светлое будущее.
- И надо же такое, едва не забыл. Ведь в этом году, предпримут очередную безуспешную попытку победить зелёного змия. По этому поводу даже примут специальный Указ о борьбе с пьянством и алкоголизмом, а спиртное в магазинах начнут продавать начиная с одиннадцати часов утра до семи вечера.
Эти прежние воспоминания искрой пронеслись в голове, и я, выдержав театральную паузу, торжественно заявил:
- Товарищи, думаю, вы обратили внимание, что на новом юбилейном рубле рука вождя указывает точно туда, где на циферблате часов находится цифра одиннадцать. Поверьте, просто так у нас ничего не делается.
Во время вспомнил, как некоторые остряки тогда говорили: наконец-то наступил "ленинский час", и как заявлял вождь: "товарищи, не теряйте времени, промедление смерти подобно"…
Поэтому я, тут же став серьезным и обведя присутствующих обеспокоенным взглядом, огласил очередное пророчество:
- Друзья, звёзды говорят, что для любителей пропустить стопарик наступают не простые времена. Поэтому, каждый из нас должен иметь свой небольшой запасец, чтобы дотянуть до… одним словом, дождаться одиннадцати.
Можно сказать, наша вечеринка более чем удалась: работников кафе даже не пришлось уговаривать, чтобы те немного задержались - им и самим было интересно послушать такие новости. Словом, разбежались мы где-то около двух.
Выйдя на присыпанную свежим снежком улицу, я порадовал свою девушку последней новинкой. Дело в том, что в одном из подразделений нашего института занимались вопросами освещения складских помещений, в которые не было окон. Они выдвинули идею подавать туда солнечный свет с помощью жгутов оптоволокна. Дело было за малым: выпросить с десяток коротеньких, никому ненужных обрезков. Я собрал один конец в пучок и к торцу присоединил малюсенькую лампочку от фонарика с батарейкой. Эта конструкция вышла не такой красивой и компактной, как у будущих китайцев, но работало все исправно. И вот, в ночной темноте, в руке Ветки, расцвёл настоящий световой букет. Она так и шествовала с ним, размахивая и не выключая, до самой станции метро.
После новогоднего банкета всё случилось так, как я и думал. Если неделю назад, когда я проходил длинными институтскими коридорами, на меня не обращали никакого внимания, то теперь, приветствия слышались отовсюду. Нормально все получилось. Плохо лишь то, что в профессиональном плане пока был полный затык: никаких светлых мыслей и прорывных идей - обычные серые будни.
Заканчивался апрель месяц и сидя у открытого окна, я вдыхал первые весенние ароматы, лениво наблюдая, как в парке, разбитом через дорогу, работники зеленстроя сгребают в кучи прошлогоднюю листву и готовят к оформлению клумбы. Лишь один участок - слева, так и оставался нетронутым. Здесь, возвышался довольно высокий, весь заросший травой и сорняками холм, метров через десять круто опускавшийся к пешеходным дорожкам. Припомнил, очень похожую картину я когда-то видел на даче у соседа в свои будущие двухтысячные. Проблему благоустройства тот решил довольно оригинально. Он заказал грузовик речной гальки, которую засыпал в сварные металлические сетки, соорудив, таким образом, метровую подпорную стенку. Через неделю, когда грунт полностью осел, он аккуратно спланировал холм бульдозером. Получилось оригинально и красиво, а кроме того – там появилось место для строительства небольшой беседки.
Вынырнув из давних воспоминаний и вернувшись в безрадостное настоящее, я с досадой вздохнул и направился к своему кульману, где меня дожидались незаконченные чертежи элементов подошвы дамбы. Неожиданно вспомнил, каким необычным словом сосед назвал свою конструкцию -"габион". И тут меня словно током прошибло: да вот же оно - именно то, чего я с нетерпением дожидался уже полгода.
Слово "gabbione" по-итальянски означает "большая клетка". Сами габионные конструкции - это обычные ящики из металлической сетки, которые наполняются декоративным или природным камнем.
- Так это же именно то, что и надо для укрепления берегов и насыпей. Благодаря металлической сетке, такая конструкция обладает отличной гибкостью, в дополнение к прочности. Кроме того, особенно если речь идёт о гидротехнических сооружениях, габионы можно использовать для укрепления опор мостов. Стоимость этих элементов невысока, нет необходимости завозить тонны бетона, а главное - можно использовать обычный камень, которого на рижском взморье завались.
Я тут же сорвал с кульмана свои чертежи и принялся лихорадочно сочинять пояснительную записку, делать предварительные расчёты и набрасывать эскизы. За этим занятием я провел дня два - всё-же поразмышлять было над чем. Одновременно, в голове появилась мысль, неплохо бы опубликовать эту идею, хотя бы в хорошо мне знакомом журнале "Промышленное строительство". Подумав, пришёл к выводу, что на сей раз попробую обойтись без соавторов: я ведь не тот бесправный студент, а инженер, да и знают меня в редакции неплохо. Только в прошлом месяцев месяце едва ли не мешок писем прислали с вопросами по последней публикации.
Со статьей проблем не было - слава богу, нужный опыт уже имелся. Вот и славно, на сей раз, от корыта с вареньем меня не отодвинут. На третий день, тщательно все проверил, вычитал текст, после чего отправил его в редакцию. И лишь затем, направился с визитом в кабинет начальника.
Придерживая в руках папку с пояснительной запиской и чертежами, я осторожно постучал и заглянул в комнату. Валерий Михайлович был не один: напротив него, клевали носами двое руководителей групп, которые занимались проектированием автомобильной дороги и железнодорожной колеи, которая будет проходить по гребню дамбы.
-Тебе чего, Сиверинский? Врываешься сюда как будто к себе домой. Если у тебя что-то не срочное, подходи минут через тридцать–сорок: видишь, что у нас совещание.
Немного поколебавшись, я решил надавить.
- Что вам сказать, Валерий Михайлович… Дело может не такое уж и срочное, но как мне кажется, это может многое поменять в наших планах. В том числе и связанных с прокладкой дорог, - сказав это, я кивнул в сторону двух его собеседников, - тогда и ваше следующее совещание может состояться совершенно по другому поводу.
После этого, я искоса взглянул на обоих руководителей - такая реплика должна непременно их разбудить. Судя по некоторым признакам, эта невеселая компания заседала здесь уже давненько, и наверняка они устали по третьему разу перемалывать одни и те же вопросы. Не исключаю, именно по этой причине шеф и подумал, что маленькая пауза им не повредит, и согласился выслушать, что там хочет этот - молодой. Правильно поняв разрешающий жест, я открыл свою папку и без предисловия приступил к пояснениям.
- Вот гляньте, здесь я набросал несколько эскизов конструкций, которые на итальянском называются "габион", - начал я, доставая из папки рисунки и чертежи. Сдвинув находящиеся на столе начальника документы и освободив пространство, я разложил свои рисунки, придавив края пепельницей, до краев заполненной окурками. – и недовольно поморщившись, продолжил.
- Я предлагаю в качестве подпорных стенок, для укрепления склонов и основы насыпей использовать именно такие конструкции. Все получится дёшево и как у нас говорят, сердито, а главное – много времени не потребует. Да и от постоянных паводков лучшую защиту трудно придумать. Всего и работ то: сварить стальные ящики из сетки и заполнить их булыжниками с побережья. Много времени и больших усилий на это не потребуется. А главное, не нужно будет делать никакого фундамента. Вот здесь, я все просчитал.
Пока я выкладывал свои аргументы, присутствующие внимательно разглядывали моё творчество. Минут через десять, шеф поднял глаза от чертежей и задал вопрос, который я ожидал услышать с самого начала:
- Послушай, Сиверинский, а откуда ты все это взял? Кто-нибудь такие штуки уже использует?
Вот же…! И что ему сказать? Впрочем, мне не впервой становится основоположником. Не говорить же шефу, что впервые подглядел такое на даче у соседа. Та что, пришлось начать издалека – с кинематографа.
- Валерий Михайлович, я абсолютно уверен, что вы и сами их не раз видели, вот только не обратили внимания. Так сказать, смотрели с другой стороны. Вспомните хотя бы фильм "Война и мир". Скажите, чем там пушки защищали? Да ведь, примерно такими же, почти двухметровыми корзинами, которые устанавливали, а затем засыпали туда песок, землю или камни. Вот только у нас их турами называли. И нормально все получалось – ядра и картечь они держали отменно.
- Саша, ты не сравнивай те старинные ядра с постоянной и значительной нагрузкой от оползней и паводковых вод. Эта твоя конструкция тут же рассыплется….
Не дав оппоненту закончить, я решил перебить.
- Уверен, что нет, Валерий Михайлович. Смотрите…вот тут я все просчитал, конструкция должна получится прочная и наверняка выдержит. Что же касается водной эрозии грунтов, то габионы обеспечат куда более лучший дренаж, чем сплошная бетонная стенка. Более того, как мне кажется, со временем, за счёт уплотнения и усадки, прочность всей конструкции будет лишь увеличиваться.
После моих слов свои пять копеек решил вставить и третий участник совещания:
- А ты случаем не забыл, что рельеф насыпи у нас не прямоугольный и с этими твоими коробками может быть совсем не просто?
Я обернулся к Игорю Степановичу и возразил:
- Как раз все наоборот: с ними будет ещё проще. Ведь стальная проволока, из которой изготовлены габионы, очень гибкая и может принимать практически любые формы. Хоть по кругу ее пускай. Такая гибкость конструкции позволит нам укрепить любой контур берега. И даже если грунт начнёт плыть, габионы должны сохранить форму и не развалятся.
Решил, для первого раза сказано достаточно, но тут же вспомнил ещё одну важную деталь:
- Кроме того, учтите быстроту и простоту их сооружения. Сами знаете, наше строительство и так прилично выбивается из графика, а тут еще и эти местные упираются - уж больно им хочется сохранить усадьбу своих баронов фон Ливенов. Мне кажется, что используя габионы, мы получим солидную экономию по времени, да и некоторого компромисса с латышами можно добиться.
В разговоре наступила короткая пауза. Наконец, Валерий Михайлович, который до сих пор слушал молча и не перебивал, - видимо, размышлял о чём-то своём, - подвел итог:
- Предложение действительно интересное и довольно неожиданное. По моему, все это требует не только расчётов, но и испытаний. Давайте поручим Игорю еще раз все просчитать, что же касается испытаний…
Здесь он на какое-то время завис, и я решил ему помочь:
- Валерий Михайлович, а давайте я попытаюсь связаться в ректором нашего КИСИ: у них же есть свой полигон. Думаю, им и самим будет интересно на все такое посмотреть. Если не возражаете, я завтра же подъеду в институт, и попробую обо всём договорится. Полагаю, меня там ещё помнят. От нас нужно только гарантийное письмо составить.
Через день я сидел в такой знакомой приёмной. Долго дожидаться не пришлось, и минут через десять я стоял перед Юрием Алексеевичем. Добродушно улыбаясь, мой бывший ректор поинтересовался:
- Ну, и с чем ты к нам на этот раз? Я почему-то не сомневался, что спокойно в своём институте тебе не усидеть. Чем ты там сейчас занимаешься?
- Юрий Алексеевич, времени рассиживаться у нас нет: нам же коммунизм надо строить. Мы и так отстаём от графика. Если помните, еще Никита Сергеевич обещал, что к восьмидесятым должны закончить. Вот так и у нас в институте, мы также выбиваемся из графика. Сейчас, работаем в качестве субподрядчиков у московского "Гидропроекта" на строительстве Рижской ГЭС, занимаемся защитными сооружениями, противопаводковыми дамбами и прочим…. А что до идей – так они действительно есть и чтобы все это проверить, наше руководство просит вас разрешить использовать полигон КИСИ. Своим то мы пока не обзавелись, а ждать – времени нет.
Юрий Алексеевич сразу не ответил, и немного погодя поинтересовался:
- И что же такое вы хотите испытывать? Опять что - то грандиозное, вроде твоего горизонтального бурения, или это пока секрет?
- Да нет там никакого секрета: их даже в кино показывали, да и моя статься, в отраслевой сборник уже отправлена. Думаю, месяца через два, вы сами сможете с ней ознакомиться. Но там, ничего такого нет. Остаётся лишь удивляться, почему у нас в строительстве их до сих пор не применяют? Но уверен, после первых же успехов, дело точно сдвинется с места.
Закончив, я достал чертежи, которые предусмотрительно прихватил с собой, и минут за десять рассказал профессору все несложные особенности своей конструкции и те пдюсы, которые она способна дать. Закончив, порадовался, когда увидел, что скепсиса в глазах собеседника было значительно меньше, чем у моих начальников. Как-никак, а знал меня Юрий Алексеевич куда лучше.
Нашу просьбу удалось удовлетворить без проблем - похоже, институтский полигон в настоящее время момент был свободен. После того как ректор продиктовал секретарше соответствующее распоряжение, он задержал меня ещё минут на десять, расспрашивая о жизни и о том, как обстоят дела в нашем научно- исследовательском институте. Через полчаса мы распрощались. На прощание, Юрий Алексеевич тяжело вздохнул и пожаловался:
- Жаль, что не удалось нам оставить тебя в аспирантуре, но ты сам должен понимать: против распоряжений сверху возражать сложно.
Аккуратно вложив подписанное письмо в папку, я весело сбежал по знакомым мраморным ступеням. На сегодня я был полностью свободен, ведь числился в местной командировке. Было время подышать свежим майским воздухом и прогуляться старым Хрещатиком, с надеждой, авось увиже что-то полезное на полках магазинов.
Выйдя из прохлады метро, я тут же уткнулся в афишу, которая извещала, что сегодня в кинотеатре "Дружба" показывают первую советскую двухсерийную экранизацию "Двенадцати стульев", где роль Остапа Бендера сыграл Арчил Гомиашвили. Как по мне, в роли Остапа он выглядел получше Андрея Миронова.
- Интересно, вот если бы товарищу Бендеру достался такой же бонус как и мне? Уверен, он точно не гонялся бы по Союзу за этим жуликом Корейко. Даже представить боюсь - что бы он тогда натворил… не то, что я. Впрочем, если прислушаться к китайцам, то я все делаю правильно – большая река течет тихо, умный человек не повышает голоса …. и не высовывается.
До начала сеанса оставалось немногим более двадцати минут, поэтому первую появившуюся в голове мысль - плотно пообедать с бокалом вина в ресторанчике напротив или хотя бы в приличной столовке, пришлось отбросить. Во время вспомнил своё босоногое детство - те времена, когда бегал сюда на курсы иностранных языков. Здесь, совсем неподалеку, слева от здания станции метро находилась известная всему городупирожковая. Именно сюда я частенько забегал - и не только чтобы подкрепиться, но и для того чтобы немного согреться.
У входа в просторный зал, в начале длинного оцинкованного прилавка, возвышался здоровенный сорокалитровый титан из нержавейки. Повернув никелированный краник, каждый желающий мог нацедить себе стаканчик крутого костного бульона. Здесь же, на алюминиевом подносе, стояли две чашечки, из которых каждый мог добавить туда молотого перца или соли. Горячего бульона можно было налить себе и два, и три стакана – уверен, здесь его никто и никогда не считал.
Полный расчёт производился л в конце прилавка, где граждане голодающие могли купить тёплые, а бывало и горячие пирожки с мясом. Помнится, это были настоящие пирожки, а не те, пережаренные в масле пончики за четыре копейки. Круто развернувшись, я решил окунуться в прошлое и занял место в конце небольшой очереди. С удовольствием отметил, что за прошедшие годы здесь ничего не поменялось: как и прежде - "в избе пахло пирогами", а сами пирожки были такими же вкусными и горячими, как и десять лет назад. Кстати, и цена была той же. Я же подумал:
- В мои будущие времена здесь было бы не протолкнуться от армии бомжей. Вот что такое семь копеек запирожок? Да и просто отогреться и попить бесплатного бульона, хотя бы вприкуску с коркой хлеба, будет неплохо.
Слегка успокоив желудок, я в который раз просмотрел знакомую киноленту и только сейчас, впервые обратил внимание на то, что давно напрягало меня во всех кинотеатрах. В отличие от кинозалов будущего, все звуки доносились лишь с одной стороны.
Между тем, в институте всё шло неторопливо и по плану. За десять дней, рабочие опытного участка, без проблем, изготовили штук шесть двухметровых коробов из сетки, а также один - так называемый "габионный матрас" длиной метров двадцать. Для большей прочности, перестраховываясь, я попросил вварить в короба ещё и внутренние перегородки. После того, как все было готово, институтский грузовик доставил эти странные конструкции на полигон КИСИ. Я не поленился и побывал там дня за два до того, найдя подходящий склон, который словно просил нас укрепить его стенки. Следовало лишь немного спланировать основание, подсыпав туда немного песка.
Как часто бывает, первый блин вышел комом. На следующий день, после того как эти ячеистые клетки были установлены на место, на площадку прибыл самосвал с камнем. Каково же было моё разочарование и недовольство, когда я сообразил – этот камень слишком мелкий, он просто просыплется сквозь ячейки. Мой начальник, вместе с заместителем директора, которые также явились на первые показательные выступления, не преминули выразить своё недовольство. После того, как они убедились, что в спецификации я правильно указал размер фракции, вектор их гнева переместился в направлении отдела снабжения. Эти деятели не обратили внимания на такие мелочи: ведь камень он и есть и камень - снабженцы решили, что меньший размер будет даже лучше, так же как и при заливке.
Следующую попытку договорились перенести на один день. На сей раз всё получилось как надо. Для строительства подпорной стенки потребовалось менее двух часов, что было раз в пять быстрее чем при сооружении бетонной. Как я и предполагал, габионы получили оценку "отлично", а сама стенка смотрелась не только прочной, но и нарядной - словно декоративной; не то что прежний голый бетон, который для красоты у нас облицовывали плиткой, по крайней мере в городах. Этой конструкции дали день, что бы устояться, после чего начались собственно испытания: на прочность, на сдвиг грунта, на воду и дренаж - словом, все то, что и было прописано в протоколе. Хоть я немного и волновался, но существенных недостатков выявлено не было. Единственное, что было отмечено комиссией - необходимость поработать над ускорением работ по укладке камня.
Уставшие и голодные, мы отметили этот успех в ближайшем ресторанчике. А уже через неделю состоялось заседание научного совета института, на котором результаты испытаний были признаны вполне удовлетворительными. Лишь после этого, руководство решило направить соответствующие предложения с изменениями в адрес головного исполнителя работ - института "Гидропроект". Пусть они там решат и дадут руководящие указания.
А на следующий день случилось то, чего я ожидал уже давно. Меня вызвал к себе начальник отдела, который начал не только издалека, а ещё и с боку:
- Послушай, Саша, скажи, как ты видишь своё будущее в нашем институте? Имею в виду: а не пора ли тебе уже сейчас задуматься над кандидатской диссертацией? Мне кажется, дополнительные пятнадцать–двадцать процентов к окладу лишними не будут. А ещё и с должностью проще выйдет. Более того, ты ведь еще и за знание иностранных языков сможешь надбавку получать.
Что мне сказать? Слова были правильные, и я только утвердительно кивал головой, уже догадываясь – что последует дальше. И шеф меня не подвел, сказал именно то, что я и думал:
- Я вот что хочу предложить. Считаю, это предложение подтвержденное результатами вчерашних испытаний необходимо направить в отраслевой вестник, например "Строительство и архитектура". Вот тебе и будет первая публикация. Ты ведь знаешь, что публикации для кандидата наук не только необходимы, а и обязательны. Давай поступим так, если ты не возражаешь, набросай основные тезисы, затем я все отредактирую, и отправим эти материалы в редакцию. У меня там есть неплохие связи, так что затягивать печать они не станут.
Не смотря на то, что к такому повороту я был готов, тем не менее, на пару секунд замолк и задумался.
- Ну что ж, всё как всегда: ничего в мире не меняется – что тогда в КИСИ, что у нас, в институте. Оказывается, это уже не моё, а наше предложение, а следовательно и статья выйдет за двумя подписями. А может и за тремя, это если и директор вздумает свою запятую поставить. Они ведь не дураки, будущие плюшки уже просчитали. А вот нужно ли мне, такое трудное счастье? Я ведь теперь не тот зеленый студент, а целый лауреат отраслевой премии, да и публикаций у меня хватает - вон даже в американском издании отметился. Кто еще в нашей конторе может таким похвастаться?
Поэтому, тяжело вздохнув и разведя от огорчения руками, ответил:
- Видите, Валерий Михайлович, дело в том, что статью по габионам я недели три как отослал в редакцию журнала "Промышленное строительство". Они когда-то напечатали парочку моих статей и неплохо меня знают. Уверен, что и в этот раз никаких препятствий не случится.
После этих слов лицо шефа резко помрачнело и осунулось. Видать уже видел свою фамилию в министерском списке на премию. Он поднял на меня хмурый взгляд и недовольно произнес, сказав, что так торопиться не стоило: вначале, надо было дождаться результатов испытаний. На его замечание я лишь растерянно развёл руками – извините мол товарищ начальник, так уж получилось: чего взять с молодого специалиста….
Не прошло и недели, как пришел ответ от генерального подрядчика. Было понятно, почему они так торопились. Москвичей эта идея заинтересовала: она обещала дать существенную экономию на материалах и сокращала сроки строительства защитных сооружений, которые на данный момент серьезно выбивались из графика. Шефы с радостью разрешили нам внести соответствующие изменения в проект – хотя и не на всех участках. По-видимому, немного побаивались слишком уж радикальных нововведений, вот и не решились применить такие необычные конструкции в наиболее ответственных местах. Лично я совсем не переживал: главное было сделано. Оставалось лишь дождаться очередной, уже четвертой статьи, отзывов специалистов, и разумеется, такого необходимого для меня признания среди строительной мафии.
По всему видать, началась она - та самая белая полоса, так как и прочие мои планы пошли как по маслу. У меня получилось передать Харуки подробные инструкции, в какие именно акции я хотел бы вложить свои японские активы. Кстати, я иногда путал, называя его то Харуки, то Таруки: дело в том, что в устной японской речи звуки "т" и "х" звучат очень похоже.
Чтобы связаться с японцем, я был готов даже лететь во Владивосток - к его папаше, - однако, как выяснилось, этот город находился в пограничной зоне. Для его посещения была необходима бумага о командировке, туристическая путёвка или хотя бы приглашение от родни, даже самой дальней. Я уже подумывал, что придётся пойти кружным путём и попробовать извернуться как ни-будь иначе. Ведь просто так, взять и набрать номер господина консула, и выложить ему необходимые инструкции, я не решался. Не хотелось, лишний раз привлекать к себе внимание, а вместе с ним и вопросительный знак в личном деле.
Но белая полоса не за красивые глаза называется белой. Неожиданно, эта проблема уладилась наилучшим образом. Не иначе как их богиня Аматэрасу обратила на меня свой благосклонный взор. Дней десять назад, господин Йосида сам позвонил и сообщил, что вскоре должен прибыть в Москву. Его вызывают в посольство, на какое-то совещание. Сказал, что если у меня появится желание и будет возможность, то мы вполне могли бы с ним встретиться.
Разумеется, желание у меня было - и немалое, поэтому я лишь уточнил у консула, когда он прилетает, и попросил сразу же сообщить, как с ним можно будет связаться. Перед тем как повесить трубку вспомнил и попросил, мол если появится такая возможность, прихватить с собой кое- какие вещи, список которых тут же продиктовал.
Неожиданностей не случилось, и через четыре дня он появился в столице. Йосида связался со мной и сообщил номер телефона в гостинице, а также время, когда бы мы могли встретиться. Жаль, что это были не выходные, придётся потратить один из моих бесценных отгулов, которые я приберегал для летнего турпохода. Можно сказать – кровный отгул: ведь я заработал его как донор-доброволец, вместе с бесплатным обедом, стаканом красного "Каберне" и шоколадным батончиком за тридцать три копейки.
На следующее утро я уже выходил из купейного вагона на Киевском вокзале. Немного поежился, но вовсе не от холода, а от нахлынувших воспоминаний.
- Если не ошибаюсь, это уже мой четвёртый визит в Москву, причём о последнем и вспоминать не хочется. Оставалось надеяться, снаряд в одну воронку дважды не попадает, и на сей раз никаких неприятностей произойти не должно. Тем более что и мой Либман, уже год как ударно трудится на киевских стройках.
Не смотря на то, что поезд прибыл довольно рано, я всё же решил позвонить господину Йосиде. Надеюсь, он пока еще у себя в номере и уже на ногах, всё же в его Находке нынче полдень. Побеспокоил его в столь ранний час, поскольку не был уверен, что мне удастся отловить его в течении дня, наверняка умотает куда ни-будь, где мне потом его отлавливать.
- Не буду же я крутиться у ворот японского посольства? В таких местах наблюдателей более чем достаточно - ещё подумают что я туда с каким - то заявлением пробираюсь или желаю выменять деревянные матрёшки на японский магнитофон.
Позвонил и понял, что поступил правильно. По бодрому голосу консула стало понятно, что он уже давно не спит. Закончив приветствия господин Йосида предложил встретиться с ним в ресторане гостиницы, в которой он проживал, однако я подумал, что столики там расположены слишком близко друг от друга, а ещё и эти официанты… Наверняка каждый второй из них на две ставки трудится! Подобный расклад меня совершенно не устраивал, поэтому пришлось предложить свой вариант – отдохнуть в известном мне летнем кафе неподалеку от парка имени Горького, там и летняя терраса имеется. А то, что нынче еще не сезон, так и вовсе отлично. Остальные посетители наверняка предпочтут отдохнуть под крышей заведения.
Йосида не возражал и сообщил, что освободиться сможет лишь после трёх.
- Нормально, - подумал я - до отправления вечернего поезда у нас будет достаточно времени, чтобы обсудить все вопросы.
Я задумчиво взглянул на часы. До рандеву, времени оставалось более чем достаточно, поэтому я первым делом решил вкусно и недорого позавтракать в неприметной пельменной, которую я запомнил неподалёку от вокзала. Утолив голод, и напоминая своим пытливым взглядом коммивояжера из пригородной электрички, я побрёл вдоль Кутузовского проспекта, провожая внимательным взглядом витрины магазинов, не забывая и уличные лотки. Меня не оставляла надежда наткнутся на распродажу дефицитных бананов или апельсинов с мандаринами. Вообще-то, цитрусовыми меня исправно снабжал дядя Вазген, но их сезон в Грузии уже закончился и ручеёк витаминов от А до Д, пересох. А вот здесь, если повезет, можно будет отовариться египетскими или сирийскими.
Не знаю почему, но чаще всего эти арабы предпочитали рассчитывались за танки финиками. Практически в каждом овощном магазине страны можно было встретить серые картонные коробки с этим сладким фруктом, а цена их была и вовсе смешной - всего лишь восемь копеек за сто граммов, по цене пряников "Северных". А еще, эти финики были настолько сладкими, что умять за один заход более чем пятьдесят граммов, было проблематично. Выглядел этот фрукт не очень – как спрессованный и слипшийся куб. Продавцам приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы большущим тесаком наковырять покупателю кулечек.
Миновав одну за другой несколько помпезных высоток сталинской поры, я наткнулся на то, что искал, и уже рванулся в конец пока еще небольшой очереди, но тут задумался.
- И как я буду выглядеть на рандеву с японским консулом с авоськой бананов в руках? Как-то не по протоколу получится….
- И как мне быть … И так нельзя, и возвращаться домой с пустыми руками не положено. Да у нас такого просто не поймут. Вот что за времена такие! Когда же наконец эти проклятые супермаркеты появятся?
Но, взвесив за и против, я всё-же решил прикупить по пять килограммов ароматных фруктов. А почему бы и нет? До нашей встречи с консулом оставалось ещё часа три с гаком, так что я вполне успею заскочить на вокзал и оставить этот ценный груз в автоматической камере хранения. Решено, именно так и поступим.
По дороге на вокзал, меня не менее десятка раз останавливали потные от беготни пригородные снабженцы. Всех их интересовал вопрос - где это мне удалось отхватить такой дефицит?
- И почему у нас до сих пор не додумались проихводить обычные, непрозрачные полиэтиленовые пакеты? Шёл бы сейчас спокойно - никто бы и внимания не обратил. Может, стоит самому наладить их производство?
Теория, что удача, как и беда, ходит парами, подтвердилась. По пути на вокзал мне удалось приобрести неплохие австрийские мокасины, а к ним и три пары дефицитных "белых" чешских колготок. В данной теме я разбирался мало и плавал, но если уж товарищи женщины настолько активно их гребут, а из конца очереди доносятся крики - "больше чем по три пары в одни руки не выдавать", то видать, оно того стоит. Топтаться в длиннющей женской очереди мне не пришлось. Откровенно повезло: у прилавка я оказался третьим. К началу распродажи я находился совсем рядом с отделом, расплачиваясь за свои мокасины. По дороге на вокзал, я так и не решил: кого именно и как, всем этим осчастливлю.
А вот в подземном бункере Киевского вокзала, где аромат мочи смешивался с запахами цитрусовых, колбасы и ещё чего-то непонятного, удача решила, что на сегодня достаточно. Меня ожидал неприятный сюрприз: свободных ячеек в автоматической камере хранения не оказалось. И что теперь делать? Хоть выходи на улицу и устраивай распродажу, не сомневаюсь - с руками оторвут. И пока я в нерешительности топтался на месте, растерянно оглядываясь по сторонам, диктор объявил посадку на поезд Москва-Одесса и десятки пассажиров сорвались со своих лавочек и устремились к ячейкам за багажом. Один, такой же сообразительный, как и я, поджидавший свою удачу, рванул в моём направлении, вот только я оказался проворнее и первым занял освободившуюся ячейку.
Вот и все, теперь можно расправить плечи и облегченно выдохнуть: я вновь свободен как ветер, с одной лишь сумкой через плечо. Кстати, это была не моя старая дедова самоделка, с которой я проходил лет семь. Эта, была настоящая - кожаная, итальянская, с тиснёным рисунком, ее я приобрел два года назад.
Господина Йосиду дожидаться не пришлось – все же тот дипломат и явился минута в минуту. На всякий случай я осторожно оглянулся вокруг. Похоже, "хвоста" за ним не было, хотя не с моими способностями было отследить работу профессионалов из семёрки. Оставалось надеяться, что моего консула, наши спецслужбы относят к чистым дипломатом - без всякого двойного дна.
Несмотря на то, что солнце стояло практически в зените, температура поднялась лишь до семнадцати градусов, хотя ветра не было. Для секретной беседы, мы облюбовали дальний столик на открытой террасе, все же оба к такому привычные. Как и предполагал, остальные посетители предпочли более тёплые и уютные столики внутри. Вот и хорошо - именно на это я и рассчитывал. Господин консул также не возражал и понял все правильно: ведь не просто так я выбрался в Москву?
Времена роллов или суши в корзинках еще не наступили. Мой визави заказал себе что-то рыбное с овощным салатиком, я же - отдал предпочтение хорошо прожаренной отбивной с картошкой. От коньяка с водкой Йосида решительно отказался - заявил, что на всех официальных приёмах, только этим и угощают. Но ведь не сидеть же нам насухо? Для советского официанта подобное может выглядеть очень подозрительным. Пришлось заказать бутылочку полусладкого "Траминера" на двоих. Жаль, что первых блюд здесь не готовили, но не беда - мы ведь здесь не потому, что проголодались.
После того как консул закончил свою повесть о семейных делах, бизнесе старшего брата и успехах Харуки, он внимательно взглянул на меня и спросил:
- Ну а у тебя как? Мне почему-то не верится, что ты примчался в Москву лишь потому, что соскучился по мне.
Я подтвердил его догадку многозначительной улыбкой, осторожно оглянулся по сторонам, и не заметив ничего подозрительного, продолжил.
- Как всегда вы угадали, Йосида –сан. Скажу, мне очень не нравится, что мои денежки лежат у вас в Японии и даже не пытаются поработать. Ведь вы и сами бизнесмен, и должны меня понять.
Нанизав на вилку копченую шпротину, решил пояснить:
- Не так давно, я попытался разобраться со всей информацией, до которой удалось дотянуться. Посидел, подумал, посчитал и сейчас хочу попросить вашего сына прикупить на мое имя некоторое количество акций. Вот здесь я записал их краткий перечень. Мне кажется, что прибыль по ним должна быть в несколько раз выше, чем по моему депозиту. Ну а если я вдруг ошибся - то так тому и быть. Сами знаете, игра на бирже это своего рода лотерея.
Мой собеседник посмотрел в листок и тут же задал вопрос:
- Слушай, Александр, я смотрю, ты не собираешься вкладывать деньги в дополнительные акции своей компании? Там ведь прибыль также обещает быть неплохой. Или ты в нее не очень веришь?
- Нет, господин Йосида. Я не сомневаюсь, что у нас всё будет хорошо и итог окажется неплохой. Вот только, не нравится мне складывать все яйца в одну корзину. Надеюсь, вы меня понимаете.
Немного подумав, Йосида согласно кивнул и возражать не стал. После чего задумчиво протянул,
- Ну что ж, может быть ты и прав. Во всяком случае, ранее я не замечал, чтобы ты часто ошибался. Считай, что мы договорились. И какие же компании из этого списка интересуют тебя в первую очередь?
Я неуверенно пожал плечами,
- Что могу сказать, … Лично мне кажется, что по крайней мере лет двадцать, хорошие перспективы должны быть у табачного бизнеса. А вот после того как начнется кампания за здоровый образ жизни – станем продавать. А она обязательно начнется, можете не сомневаться. Думаю, будет лучше всего если Харуки сможет приобрести для меня бумаги British American Tobacco. Пусть закупит на все деньги - полномочия у него имеются, впрочем, вы и сами об этом прекрасно знаете, доверенность на него мы ведь у вас оформляли.
Йосида, на пару секунд задумался, а затем рассеянно взглянул на меня, словно прикидывая, а не стоит ли и ему проделать нечто похожее. Затем, после небольшой паузы, проговорил.
- Ну что ж, если ты в этом уверен – так и сделаем. Особых проблем я не вижу и передам сыну твою просьбу.
Далее развивать эту тему мы не стали: неподалёку от нас на свободный столик приземлилась молодая пара. Или мест внутри не нашлось, иди как и мы, им захотелось уединится. Во всяком случае, рисковать не стоит. Мы посидели еще минут двадцать, беседуя о разном - поговорить нам было о чём и без этих табачных акций. Уже прощаясь, консул хлопнул себя по лбу и достал из портфеля большой полиэтиленовый пакет с яркой эмблемой какой-то японской компании.
- Ну вот, едва не забыл, - извинился он. - Хорошо, что вовремя вспомнил, иначе пришлось бы везти все назад. Надеюсь, с размером я угадал.
Я искренне поблагодарил за подарок, но разглядывать содержимое не стал. Не выкладывать же всё на столике среди тарелок и бокалов. Ещё подумают, что "фарцовщик" и примут. А вновь ночевать в отделении почему-то сильно не хотелось.
И хорошо, что не стал, как позже выяснилось, японец был лишен комплексов и добавил к своему презенту пару десятков презервативов. Вот как бы я выглядел, выкладывая все на столик в кафе? Хотя – мужик с пониманием: имеет понятие о нуждах молодого организма, а еще знает такое слово, как дефицит.
До отправления поезда на Киев оставалось часа два, и я не спеша пошагал в направлении метро. По дороге, не изменяя прежней привычке, вновь постарался найти что-нибудь интересное, всматриваясь в ярко освещённые витрины магазинов. Подаренный мне пакет, в итальянской сумке не поместился, и привлекал всеобщее внимание своим шикарным заграничным видом. Мелькнула правильная мысль:
- Нет, не буду сегодня срезать путь через подворотни. Не хватало вновь нарваться на старых знакомых.
До вокзала добрался без приключений, но и без покупок. Похоже, высшие силы решили, что для меня будет достаточно бананов с двумя ананасами и пары австрийских мокасин с колготками.
Не успел я пристроить вещи под полкой, как тут же распечатал пакет Йосиды. Что могу сказать – всё выглядело неплохо. В красивой целлофановой упаковке находились вельветовые джинсы в мелкий рубчик и такой же пиджак с круглыми лацканами – именно такие сейчас и входили в моду.
С материальной точки зрения, эта поездка в столицу получилась удачной, вон даже подарок для своей Виолетты привезу. Понятно, это я не о презервативах. Поскольку следующие два дня у нас будут выходными, то наведаюсь к ней в общежитие: хороший повод есть.
- И как они тут выживают, без телефона в кармане? Бедолаги. Вот лет через тридцать кого угодно можно будет хоть в сортире поймать.
Еще одна причина нанести визит в общежитие появилась случайно. Не доходя нескольких метров до своего подъезда, я едва не столкнулся с Валерой из соседнего дома. Я хорошо знал этого жучка, который зарабатывал себе на сладкую жизнь продажей билетов - начиная от футбольных матчей и заканчивая опереттой. Однажды, пребывая в приподнятом настроении после нескольких бокалов пива, Валера признался. Выяснилось, что в каком-то министерстве работает его дальний родственник и из их министерских квот, отстегивал долю малую племянничку на леденцы. Ну а тот, толкал их дальше, понятно, что с небольшой маржой, которая достигала иногда пятиста процентов. А что делать - жизнь у нас такая. Страна тотального дефицита: едва ли не всё, за исключением водки, у нас по блату.
Увидев меня, Валера обрадовался словно родственнику. Он смотрел на меня такими глазами, словно от меня зависела его дальнейшая судьба. Торопливо достав из сумки небольшую стопку голубеньких билетов в кинотеатр "Слава", он вперил в меня вопрошающий взгляд. Казалось бы - ну и что здесь такого? Но все дело в том, что со следующей недели, у нас начиналась демонстрация фильмов Московского международного кинофестиваля, который позавчера завершился в столице. Да я и сам вчера разглядывал афиши. Не колеблясь, я расстался со одной трудовой пятёркой, получив взамен два билета. Вот и ещё одна веская причина навестить свою барышню. Заодно и чешские колготки презентую – жаль лишь, что подсобить с их примеркой мне доверят не скоро. Впрочем, всему свое время, спешить мне некуда, да и не стоит.
Увы, но визит в общежитие оказался напрасным, Вета, в эти выходные укатила к родителям. В который раз мне пришлось пожалеть по поводу тотального отсутствия связи. Пришлось оставить записку у ее подруг, которые с видимым интересом разглядывали мой новый вельветовый прикид. На словах, я убедительно попросил их передать, чтобы Виолета, обязательно перезвонила мне по известному ей номеру, и намекнул на небольшой сюрприз.
И сюрприз таки случился - хотя и не такой, на который я рассчитывал. Нет, в понедельник она со мной связалась, и я порадовал её хорошей новостью: мол, мне совершенно, случайно удалось отхватить два фестивальных билета в кинотеатр "Слава". Как и предполагал, такую новость она восприняла с энтузиазмом. Мы договорились созвониться на следующий день, чтобы окончательно согласовать время и место нашего рандеву, с учетом того, что перед сеансом я собирался угостить свою барышню кофе с пирожными и мороженым.
Вот только, как и в той сказке о Мальчише - Кибальчише, пришла беда откуда не ждали – из-за черных гор объявился проклятый буржуин, как две капли воды похожий на начальника нашего сектора, Ивана Ивановича Новохатько.
- Вот что, Александр, хочу тебя порадовать. Карты вновь нагадали тебе дальнюю дорогу. Впрочем, вам, туристам, к такому не привыкать. А сейчас, слушай меня внимательно. От нашего института в Ригу направляется группа специалистов, чтобы на местности оценить фронт наших будущих трудовых свершений. Руководство решило, что и тебя нужно включить в их группу: поедешь и там поглядишь, где и как лучше будет твои габионы устанавливать. Так что давай, не затягивай - бегом в отдел кадров, оформляй там командировку, а затем в бухгалтерию за суточными. Гостиница и билеты на вас уже заказаны.
Уже выходя в коридор, вдогонку услышал:
- И не забудь связаться с Петром Иосифовичем, начальником третьего отдела. Он назначен руководителем вашей делегации - возможно, еще что-то добавит. И не тормози – отъезжаете послезавтра вечером.
- Вот тебе и сходил за хлебушком… И что теперь делать с моими грандиозными планами на эту пятницу и билетами в кино? Не переносить же командировку институтской команды из-за такой уважительной причины?
Тяжко вздохнув я задумался.
- Что ж, не получилось сейчас - выйдет в следующий. Главное: я напомнил Ветке о своём существовании, теперь знает, что не забываю о ней. А то действительно, после Нового Года полностью пропал.
И да, в мои планы не входило слишком уж форсировать наши отношения с неизбежным последующим их переходом в горизонтальную плоскость. Напомнил ей свой светлый образ – и достаточно, пусть хранит и в памяти и в мечтах, не давая заснуть. Мелькнула крамольная мысль: а может всё-же стоит жениться? Помню, как один мой знакомый - большой специалист по слабому полу утверждал:
- Сашка, если хочешь лично воспитать свою будущую жену, то женись на той, которой лет восемнадцати, не больше - может тогда у тебя что-то и получится.
Увы, но воспользоваться этим мудрым советом мне не светит: крайний срок давно упущен.
Единственное, с чем мне повезло, так это то, что рижский поезд отправлялся поздно вечером, а звонок от Ветки я ожидал услышать где-то в районе шести. Полагаю, времени, чтобы встретиться и передать ей эти фестивальные билеты, будет достаточно, ведь от общежитий политеха до Центрального вокзала рукой подать - одна остановка метро.
Всё получилось не совсем так, как я рассчитывал. Ее звонок раздался не в шесть, а уже ближе к семи, когда я почти стоял в дверях, отправляясь на вокзал. Мне не показалось: неприятное известие о такой неожиданной командировке Виолета восприняла с явным разочарованием. Если бы билеты в кино были обычными – то не исключаю, она бы и на встречу могла не прийти. Но ведь эти были фестивальными…
Мы встретились в Центральном зале вокзала - у правого выхода на первую платформу. Действительно, по телефону, мне не показалось, девушка выглядела расстроенной. Наверняка, завтрашний день рассчитывала провести совсем иначе, а тут вдруг такое. Жаль, времени, чтобы посидеть в ресторане у нас уже не оставалось, пришлось ограничиться двумя порциями эскимо в буфете. Прощаясь, я едва не забыл отдать билеты, после чего пожелал ей с подругой приятного просмотра. Хотелось надеяться, что в кино она пойдёт все-же с подругой, а не с каким-то бездельником – одногруппником.… Впрочем, всякое бывает: кто может заглянуть в душу женщины, даже если это твоя будущая прежняя невеста?
Я не ошибся, Виолета действительно возвращалась к домой не в лучшем настроении. В своих чувствах она не хотела признаваться даже самой себе – ведь и сама не была полностью уверена. Уж слишком стремительно ворвался этот необычный парень в её жизнь. Необычный не своей внешностью – здесь как раз ничего особенного не было, среди её знакомых попадались парни и более приметные. Просто, от этого Сашки всегда исходила какая-то уверенность и надежность, от него всегда можно было получить ответ практически на любой вопрос. Иногда ей казалось, что для него не существует ничего невозможного. В этом, он очень напоминал ей отца – но ведь тому почти шестьдесят.
А эти его подарки… Да и вообще, такая удивительная способность достать все, что угодно. А в наши времена это довольно серьёзный бонус. А ещё – такие странные "гадания"! Вот как можно это объяснить? Когда она рассказала маме о их первой встрече, та также не смогла ничего ответить. Кроме того, у Веты, складывалось впечатление будто знакомы они уже давно - уж слишком часто этому Сашке удавалось угадывать её привычки, вкусы и предпочтения. Может и это - результат того самого гадания? Да нет… ерунда все это. Не бывает такого, и бога тоже нет.
Но более всего её мучило любопытство. Очень уж хотелось узнать о нём побольше, вот только расспрашивать, она пока не решалась - а то вдруг неправильно поймёт или много возомнит о себе? Да и не по телефону же все выяснять. По натуре, Виолета являлась конформисткой, она считала, что первым инициативу всегда должен проявить мужчина. Вот только все так интересно…
Прикинув то, что ей было известно наверняка, она быстро подсчитала:
- Сашка, может быть старше её на год или максимум, на два. Но, вместо того, чтобы только сейчас заканчивать институт, он уже работает инженером. И, как выяснилось на той новогодней вечеринке, не простым инженером, а уже второй категории. Вот как прикажете такое объяснить? А ещё - почему он так редко с ней встречается? Может, она для него так,… просто очередная знакомая? Ведь после того памятного новогоднего вечера, где они так весело провели время и натанцевались, ни одного свидания так и не было. Вот и сейчас не сложилось, а она так рассчитывала на этот совместный поход в кино, сколько планов себе настроила…,
В это самое время поезд мчал меня в Ригу. Ничего особенного - поездка как поездка. Компания у нас собралась интеллигентная: никто не начал доставать из авосек духовитую жареную курицу, завёрнутую в промасленную кальку, или яйца, сваренные вкрутую. На маленький столик выставили несколько баночек шпротов, бутерброды с копчёной колбасой и корейкой, и ещё, что-то из десерта. Я также добавил разнообразия в вагонный натюрморт: выложил баночку венгерского гусиного паштета из своих старых туристских запасов и пирожки. Песен под гитару в купе не заказывали - не тот у нас коллектив подобрался. Выпили по стопке и по полкам.
На Рижском вокзале нас встречала целая делегация. Три черные Волги отвезли почетных гостей прямо к зданию исполкома, в столовой которого и был накрыт стол.
- Странно… Не припомню, чтобы так, когда ни-будь принимали командированных – может нас спутали с проверяющими из Москвы или делегацией города-побратима Лейпцига? Разве что ковровую дорожку не расстелили и почетный караул не выстроили.
- Наверняка, им от нас что-то нужно, - прокомментировал ситуацию мудрый Петрович.
Впрочем, не будем спешить, вскоре всё станет на свои места. Да и губу мы раскатали рановато. Нас встречал вовсе не председатель исполкома и не предводитель губернского дворянства и даже не кто-то из их замов, а главный архитектор города, заведующий отделом строительства и директор местного краеведческого музея.
- Интересно… а этот что в их компании делает?
Взаимные приветствия незаметно перешли в завтрак - или уже в обед, - во время которого мы и услышали вопросы, ради которых, собственно, и приехали. Меню состояло преимущественно из блюд национальной кухни; не обошлось и без бутылочки знаменитого рижского бальзама. Вскоре, все стало на свои места. Документы по нашему большому строительству так долго не удавалось согласовать, потому что после возведения, дамбы под воду уйдут некоторые из исторических памятников - а такое, местных товарищей, категорически не устраивало. В конце концов, генеральный подрядчик - тот, что сидел в Москве, - решил проблему просто: там подумали и решили сбросить этот скользкий вопрос на плечи киевских коллег. Мол, решайте все с украинскими ребятами, ведь именно они занимаются проектированием дамбы и защитных сооружений.
К чему-то подобному я был готов и даже прихватил с собой черновые расчёты. Но прежде всего, надо бы ознакомится со всем на месте. После застолья, так и не дав побродить улочками старой Риги, нас повезли в направлении будущего городка Саласпилс. Именно здесь и развернулось основное строительство.
Передвигаться по разбитым самосвалами дорогам было бы удобней на каком-нибудь Land Rover, потому как две наши чёрные "Волги" с такой задачей справлялись с трудом. В конце концов, наша делегация все же покинула машины и в сопровождении хмурого прораба, далее пробираться ножками. Самую удаленную или скорее грязную часть маршрута, я прошел в одиночестве, как самый молодой и тренированный. По дороге, нас поприветствовала свора собак: минут десять эти друзья человека сопровождали нас, недружелюбно облаивая. Пёсики как будто чувствовали, что вскоре, их уютная конура скроется под водой. И всё это из-за этих….
На моторном катере я побывал и на острове Доле, большая часть которого также скрыться под толщей вод. В основном, все что я увидел, совпадало с картой и схемами, но я все же выпросил для себя рабочие копии чертежей строительства – с последними примечаниями и исправлениями. Разберусь с этим позже. В общих чертах задача была понятна и решение вырисовывалось: полагаю, что и местных оно должно устроить, потому как значительную часть их памятников сохранить удастся, а вот все - никак. Имелся, правда и другой выход… но в этом случае окружающий ландшафт стал бы напоминать Нидерланды, когда уровень моря находится выше уровня земли. Но кто же у нас на такое пойдёт?
Своими соображениями я поделился с нашим руководителем - ведь именно он обязан транслировать выводы комиссии по инстанциям. Мне такое пока не доверят – не по чину. Окончательный вариант для согласования, мы пообещали выслать через несколько дней, когда вернемся в Киев и ещё раз всё тщательно просчитаем и проверим.
Старинная гостиница, где нас разместили, находилась в центре города. Мужская часть коллектива, вдоволь надышавшись свежим воздухом балтийского побережья, решила, что после сытного ужина будет лучше отдохнуть в уютном номере за преферансом и приговорить там бутылку подарочного бальзама. И пока я прикидывал, не присоединиться ли и мне к их компании, последовало еще одно предложение. Наша единственная женщина выразила желание прогуляться по вечерней Риге –не зря же она захватила с собой новое платье. Понятно, что высокая честь сопровождать даму на променад выпала на мою долю: ведь остальные были слишком заняты подготовкой к вечернему турниру.
Впрочем, я и не протестовал - самому было интересно. Разумеется, ни о каком флирте со своей спутницей речи быть не могло. Хотя, сорока ей еще не было, а выглядела она еще моложе, разница между нами была ощутимой.
После двухчасовой прогулки, отметив, что высокие каблуки достаточно утомили мою спутницу, я решил, что самое время немного посидеть в одном из местных ресторанчиков. А их здесь было заметно больше, чем у нас в Киеве. Вот и сейчас, буквально в сотне метров от нас, мигала неоном таинственная надпись - "иной бар". Не сговариваясь, мы направились в эту сторону. Как и меня, мою спутницу заинтриговало, что же в этом заведении есть такого "иного". Вот только подойдя поближе, поняли свою ошибку. Оказывается, на вывеске перегорели неоновые трубки на двух буквах - и из "Пивного бара" он превратился в "иной". Похоже, это их не беспокоили, и иным он назывался не один день.
Подумав, что посидеть за воблой и парой кружек пенного напитка Светлана Алексеевна вряд ли захочет - я стал озираться вокруг, и тут-же же нашелся альтернативный вариант.
- А вот это то, что нам нужно … лишь бы свободные столики нашлись. Почему бы благородному дону не пригласить даму в ресторан?
На наше счастье, таблички "Мест нет", намертво приколоченной к двери я не обнаружил. Свободных столиков здесь хватало, и мы уселись за один, почти по центру. Я, как и положено джентльмену предложил своей спутнице меню и тут же осознал свою ошибку.
- Как может моя старшая коллега решиться заказать что-либо дороже блюд, которые можно встретить и в обычной столовке? Уверен: вгонять в дополнительные и немалые расходы молодого специалиста, то есть меня, ей воспитание не позволит.
И как теперь быть? Похоже, выхода не было, придётся нарушить этикет. Собственно, к этому все и шло, не сегодня так завтра, разведка из отдела снабжения сопоставит все имеющиеся факты, сделает правильные выводы и выведет на чистую воду подпольного миллионера Сиверинского.
Немного подождав и посмотрев, как Светлана Алексеевна неуверенно перелистывает страницы меню, я извинился и взял дело в свои руки. Гулять - так гулять. Решил оторваться полной, и начал уверенно диктовать заказ не обращая внимания на обеспокоенный взгляд Светланы. Поскольку омаров или мраморной говядины здесь не подавали в принципе, мне удалось уложиться всего лишь в двадцать рублей. Вот только это для меня – "всего лишь", а вот что подумает моя спутница? Как объяснить себе, что рядовой инженер, к тому же молодой специалист с невеликим окладом, не моргнув глазом угощает её - заместителя начальника отдела - да ещё такими изысканными блюдами?
Я обратил внимание на то, как понемногу меняется выражение ее лица. От удивленного, к растерянному, а затем к задумчиво-решительному. Наверняка, решила разделить такие чудовищные траты. Этот вопрос она себе наверняка задавала, ведь итоговая сумма вышла примерно равной нашим недельным суточным на эту командировку.
- Ну что ж, видать пора сдаваться – подумал я. – а то перед официантом будет неловко, когда мы начнем двигать купюры от нее ко мне и обратно. Ничего страшного, пускай коллеги начинают привыкать. Вскоре и о моей машине пронюхают, а там и до трёхкомнатной квартиры очередь дойдёт.
За разговорами мы просидели почти два часа. Танцевать под тихую музыку не решились – ноги и так гудели, особенно у неё. Естественно, что ведущим в нашем " ток-шоу" был я: мне было о чем рассказать. Признался и о своей блестящей победе над теорией вероятности в тираже Спортлото. Как оказалось, она также читала ту статью в газете годичной давности, но совершенно забыла фамилию чемпиона, да и не связывала это со мной. Увидел, как после моего признания, Светлана Алексеевна тут же расслабилась, поняла и приняла истинную причину такого легкомысленного отношения к деньгам.
Хочется сказать, что после нашей совместной прогулки и особенно ресторана, Светлана Алексеевна стала для меня просто Светланой. И это нормально: надо потихоньку обрастать полезными связями и знакомствами в верхних институтских эшелонах.
Кроме того, была ещё одна мелочь. Именно здесь, в Риге, я наконец то нашёл ответ на вопрос, мучивший меня уже давно: какая же сумма в сутки необходима простому советскому человеку для поддержания штанов, чтобы они не падали? Прежние расчёты, давали различные цифры - от шестидесяти копеек в день (это когда завтрак, обед и ужин состоял из половинки батона и бутылки молока - лишь бы не протянуть ноги, и до двух с половиной рублей – этого хватало на обед в дешевой рабочей столовой. И вот сейчас, эта, моя первая командировка расставила все по местам и дала точную, научно обоснованную цифру.
Наши суточные составляли два рубля шестьдесят копеек. Я удовлетворенно улыбнулся: эта цифра находилась совсем рядом с моими оптимистическими расчётами, а недостающие десять копеек, по-видимому, предназначались на транспорт. Как правило, деньги на командировку выдавались с некоторым запасом: кто его знает, с какими неожиданностями может столкнуться человек в далёких палестинах? Вот только после возвращения домой, всё, что не удавалось подтвердить квитанциями, чеками или билетами, надлежало вернуть в кассу. Представляете, как нелегко было расставаться с деньгами, которыми ты целую неделю шелестел в кармане и считал своими?
Глава 2
Глава 2
После возвращения из командировки меня не беспокоили целую неделю, а затем начался настоящий накат. Собственно, а на что я рассчитывал, когда вылезал со своими габионами? Поскольку головная организация сочла возможным принять их на вооружение, то согласно правил, обязательных для всей строительной отрасли, это должно было найти своё отражение в нормативных документах. Здесь я имею в виду "Строительные нормы и правила" - своего рода строительный ГОСТ.
Такими вопросами в нашей системе занимался специальный отдел института стандартов и разумеется, без автора предложения было не обойтись. Дела сложились так, что сейчас я едва ли не больше времени проводил в московских командировках. Все это, совершенно не устраивало начальника нашего отдела. Своё неудовольствие он выразил тем, что срезал мне премию за второй квартал, хотя и не полностью. Этим, он как бы давал понять - если ты парень, работаешь на Москву, так пусть там тебе и платит. Узнал я о таком безобразии постфактум, когда ставил свою подпись в ведомости. Стопудово, на такое решение повлияло то, что я слишком поторопился со своей публикацией, не дав шанса Валерию Михайловичу протиснуться в ряды соавторов. Но уж как получилось, так получилось, Боливар не выдержит двоих. Но как на такое безобразие реагировать молодому специалисту Сиверинскому? Просто утереть слезы и промолчать?
Нельзя сказать, что двадцать рублей квартальной премии были для меня настолько важны. Конечно же нет, просто задел сам факт, что вместо ожидаемого поощрения и похвалы я получил подзатыльник. Словом, к кобыле я подошёл не с той стороны. Если так пойдет и дальше, то со своими новациями и предложениями придется категорически завязывать – буду сидеть себе в тиши кабинета, исправно кивать начальству и не суетиться под клиентом.
Но все это будет потом, а сейчас что мне делать прикажете? Если спокойно и без эмоций посчитать, то сейчас, эта лишняя двадцатка совсем не та, что будет лет через двадцать. Этой суммы вполне хватит либо на неделю скромной жизни молодого специалиста, либо два раза сходить в ресторан - с коньячком и рублём благодарности официанту и швейцару в генеральском мундире.
- Что забавно: еще лет семь назад я бы радовался и подсчитывал,, что этого мне хватит на сто порций эскимо, а вот сейчас, всё измеряю бутылками коньяка или посещениями ресторана. Так или иначе, а цифра для нашего брата инженера существенная: у нас даже победителям социалистического соревнования, помимо вымпела-треугольничка с профилем вождя, всего десятку выписывают, причем назначенные передовиками граждане, выглядят вполне довольные жизнью. Что люди могут подумать, если увидят, что Сиверинскому на это глубоко наплевать?
По-видимому, когда я спустился в столовую, эти невеселые думы были написаны на моем челе. Во всяком случае, Светлана Алексеевна, случайно встретившая меня в коридоре, их тут-же срисовала.
- Сашок, над чем это ты так глубоко задумался, что никого вокруг не замечаешь? Неужели опять придумал какой ни-будь очередной переворот в строительстве?
- Да нет, Светлана, как раз все наоборот. Сдается мне, что со всеми этими новациями придется заканчивать - до добра они не доводят.
Она удивлённо взглянула на меня и поинтересовалась:
- А вот теперь я не поняла. Ты вообще-то о чём?
- Да все о ней же, о своей квартальной премии. Вот вчера приехал и узнал, что мне её срезали на тридцать процентов. Шеф так и заявил: мол для собственного отдела ты ничего не сделал, так что пусть теперь Москва тебе премии выписывает. Я что, только для себя старался?
Выставив наши бизнес-ланчи с подноса, мы уселись за свободный столик и в двух словах я описал сложившуюся ситуацию.
- Надо же… какой наш Валерка выкинул фокус… Не ожидала я от него такого. Вообще то, он человек порядочный. Похоже, ты его чем-то задел.
А затем, будто ухватив за хвост какую-то новую мысль, она принялась подробно расспрашивать:
- Слушай, а у тебя вообще как, взыскания бывали какие-то? Может, на работу регулярно опаздываешь или завалил плановое задание? Ну, ты меня понимаешь….
Как я уже говорил, у меня имелась своя версия относительно случившегося, но не делится же ею своей недавней знакомой.
- Да нет, Светлана, ничего такого,как раз с этим у меня всё в порядке.
Она ненадолго задумалась и после небольшой паузы предложила:
- Слушай, давай-ка пересядем куда-нибудь в уголок и спокойно поговорим. Выпьем по чашке кофе. Оно хоть и черное, но светлым мыслям способствует, неплохо мозги прочищает.
- Эх, Светлана Алексеевна, не люблю я на работе, да ещё и с утра кофеи распивать. Однажды попробовал, так потом до обеда уснуть не мог…
Она звонко рассмеялась и выдала первую рекомендацию:
- Давай сделаем так: первым делом попробуй обратиться в профком, там есть комиссия по трудовым спорам. Пускай твой шеф им пояснит причину.
Отщипывая кусочки пирожного, я задумался. Мне совсем не хотелось обострять конфликт с Валерием Михайловичем – ведь нам с ним и дальше работать. Но с другой стороны - оставлять всё как есть, будет также неправильно. Похоже, придётся мне натравить на сатрапа-начальника наши советские профсоюзы.
Однако, проблема разрешилась куда как проще. Через день, после окончания очередного совещания, Светлана Алексеевна поделилась моей бедой с директором института, с которым была на короткой ноге. А вот ему, наоборот, от моих габионов прилетело немало плюшек, да и в стройкомитете нас отметили. Словом, в этот же день моего обидчика вызвали на ковёр и директор совершенно заслуженно поставил его в позу. Мол, узко мыслите, уважаемый заведующий: надо учитывать интересы всего института. Словом, справедливость была восстановлена, хотя теплые отношения со своим непосредственным руководством так и не появились. Тем не менее, с этого дня, учитывая позицию директора, открыто задевать меня начальник побаивался. Так, шпынял иногда, но это все мелочи - можно сказать, рабочие моменты.
Напоминание Светланы о профкоме что-то всколыхнула в моей душе. А там было много чего - не первый раз живу. Меня беспокоили не общественные интересы, а сугубо личные, проще говоря - шкурные. Дело в том, что в той жизни мне как-то удалось просочится в состав профкома и занять там вакантную и непыльную должность руководителя спортивного сектора. Казалось бы мелочи - обычная общественная нагрузка. Но это лишь на первый взгляд. В тот раз, помимо полезного плюсика в анкете, мне удалось выбить финансы на покупку двух туристических байдарок, которые я тут-же приватизировал. Провернуть такой трюк было несложно: ведь кроме меня они были никому не нужны.
Вот и сейчас, я подумал, что двум моим плавсредствам стукнуло лет восемь - солидный возраст, особенно с учётом суровых условий эксплуатации. А тут, как раз подоспели городские соревнования среди предприятий, для участия в которых ныне действующему спортивному боссу никак не удавалось собрать команду. Да и вообще, даже без диоптрий было видно, что мается человек на этой должности. Надо-бы ему помочь.
Как я и предполагал, никаких проблем с моим назначением не случилось. Мы с ним обо всём договорились, и я пообещал сколотить институтскую команду, укрепив ее парочкой крепких ребят из конструкторского отдела. А для нужного количества, добавлю к ним двоих туристских друзей. С ними, пришлось провести краткий инструктаж, после которого парни стали выглядеть как настоящие строители. Впрочем, особо с этим не напрягался, знаю: проверить могут лишь первых призёров, а до таких высот мы точно не доберемся.
В этом году, соревнования проводились лишь по лёгкой атлетике и плаванию, и к всеобщему удивлению, нам удалось занять общее третье место. Заплывы на сто и двести метров я выиграл с совсем уж неприличным - отрывом, что вызвало обоснованные подозрения у организаторов. Ведь до сих пор, наш институт в этой дисциплине ничем не отличался. Чтобы успокоить граждан судей, пришлось временно изъять из отдела кадров свою трудовую книжку. Пробежали мы также неплохо, и вновь, отдуваться пришлось в основном мне. Более-менее удачно я проявил себя лишь на длинных дистанциях. А вот в прыжках, результаты оказались неважными. Тем не менее, задача-минимум была выполнена: почётная грамота за третье место упокоилась в сейфе профкома, я же был зачислен в его ряды.
Ковать железо нужно, пока оно горячо. Золотые слова. Пока еще свежи в памяти наши выдающиеся спортивные достижения, мне удалось получить у председателя профкома согласие на покупку двух трёхместных байдарок "Салют". Сопротивлялся тот недолго: ведь даже невооружённым глазом было видно, как здорово заработал обновлённый спортсектор. Словом, мелочи, а приятно.
Поскольку моя палочка-выручалочка - дядя Марк – уже год как загорал на средиземноморских пляжах, составить протекцию для приобретения такого дефицита было некому. Вот только реальность оказалась гораздо приятнее: в специализированном магазине спорттоваров, что на улице Неманской, по безналичному расчёту они продавались совершенно свободно. Вначале, я даже не поверил такому счастью.
Миновало два года моего стажа как молодого специалиста. Видимо там, в верхних эшелонах, большие люди решили, что участие инженера лишь второй категории в группе, что составляла нормативные документы союзного уровня, выглядит несолидно, так что мне присвоили звание инженера-конструктора первой категории - иначе говоря, ведущего инженера. Внутреннюю конкуренцию в отделе никто не отменял, поэтому, чтобы не вызывать ненужных инсинуаций – будто бы я внебрачный сын нашего директора или племянник одного из его замов, - решил прицепить на лацкан значок лауреата отраслевой премии. Пускай коллеги увидят и убедятся: не за красивые глаза Сиверинский получил это внеплановое повышение. Так и сделал.
Что можно сказать? Это произвело нужное впечатление и вызвало массу пересудов. Меня обсуждали недели две, а затем постепенно всё вернулось в прежнюю колею. Вот и хорошо, надеюсь, все лишние вопросы и подозрения исчезли и даже наш завотделом слегка отмяк и успокоился.
Ежели кто не в курсе – то должность ведущего инженера является последней ступенькой к первой номенклатурной должности - заведующего сектором или лабораторией. Осень неплохо для такого как я. И это при том, что девяносто процентов моих студенческих товарищей до сих пор трудятся на нижних ступеньках инженерной иерархии - взять бы того же Либмана. После окончания института ему удалось получить распределение в Киев, и сейчас он работал на строительстве нового моста через Чорторый на Троещину. Вот теперь думай, насколько безопасно будет передвигаться по новому мосту.
В окрестностях моста были отличные места для отдыха, особенно летом. Не раз, прихватив палатки, мы с Веткой, вместе со всей нашей туристской компанией отмечали там чьи-то дни рождения. Вот только природа была слегка перепахана бульдозерами, а рукотворных парков еще не насадили.
Это если летом. А вот прошлой зимой, мы с Виолеттой впервые съездили в моё любимое Славское, где я попытался поставить свою девушку на доску. Ученица оказалась способной, и к концу недели была способна потихоньку скатиться с горки. Для неё, наиболее сложным элементом оказался подъём на бугеле: эта противная доска каждый раз норовила выскользнуть из под ее ног. Чтобы не дать барышне слететь с трассы в сугроб, мне приходилось крепко придерживать свою ученицу под ягодицы. Мне такое понравилось: подержаться там было за что. Впрочем, куда больше чем катание она полюбила наши вечерние посиделки в колыбе. Ветка была совершенно поражена числом моих знакомых, статусом наибольшего благоприятствования у хозяина заведения и пропуском без очереди на подъёмник.
Меня же беспокоило то, что наши отношения слишком уж приблизились к той черте, где заканчивался статус хорошего знакомого и начинались более тесные отношения со всеми вытекающими из них плюсами и последствиями. А что было делать? Не объяснять же ей, мол ещё в третьем классе я пометил в календаре дату нашей свадьбы - весна семьдесят пятого, до которой оставалось еще долгих два года. Уверен, она наверняка не одобрит такой прагматичный подход к высоким чувствам. Меня спасали лишь многочисленные и частые командировки - они были отличной отмазкой и немного притормаживали процесс.
Кроме того, по данному вопросу имелись и другие соображения. До нашей свадьбы, я рвссчитывал оформить свои отношения с заграницей. Имею в виду мою будущую компанию Microsoft. С этим то как быть?
Как позже выяснилось, здесь я сильно ошибался, совершенно не учитывая реалии сегодняшнего дня. Дело в том, что советский специалист, выезжающий за границу, должен обзавестись семьей - за исключением спортсменов или служителей музы. И если обстоятельства сложатся именно таким образом, то дату нашей свадьбы придётся скорректировать. Но увы, никаких, даже легких намёков на заграничную командировку на горизонте не просматривалось. Это как понимать, неужто для достижения цели придется придумать ещё что ни-будь грандиозное? А с этим сейчас непросто…
А вот загранично-финансовые дела меня радовали, хотя и в режиме on line. Я имею в виду неуклонный рост табачных активов. Я тогда не ошибся, решив вложить денежки именно в них. Даже Таруки-Харуки в своем последнем послании это подтверждал и лишь жалел, что не принял мои рекомендации всерьёз. Впрочем, и сейчас это не поздно. Конечно, все это хорошо, но никак не отменяет задачу, вырваться на некоторое время за рубеж.
Уже давно я составил и выучил наизусть конспект предполагаемого диалога с ребятами из будущей Microsoft. А вот все остальное зависело уже не от меня. Не пора ли потеребить моего знакомого министра в Москве? Это ведь в их системе работают все эти "Загранстрои" и "Западгидросистемы".
Кстати, во время одного из последних визитов в столицу я узнал, что меня вновь удостоил своим вниманием лично товарищ Новиков – хотя и заочно. Он вспомнил обо мне на одном из совещаний, посвящённому строительству гидротехнических сооружений. Тогда, обратившись к директору НИИ "Гидропроект", Трофим Игнатович поинтересовался:
- Товарищ Беляускас, а как ваши успехи на строительстве Рижской ГЭС? Помнится мне, там имело место существенное отставание от графика – я даже вашу докладную по этому поводу читал. Скажите, удалось как-то решить вопрос с местными товарищами по повожу защитных сооружений?
Директор поднялся, и нервно теребя папку с документами, принялся бодро докладывать:
- Знаете, Игнатий Трофимович, там все отлично. Нам удалось не только наверстать отставание, но даже немного опередить график. Честно сказать, в этом больше не наша заслуга - здесь наши киевские субподрядчики из Института городского хозяйства постарались. Они предложили простое, но очень эффективное решение - да ещё такое, из-за которого сейчас готовится несколько дополнений к строительным стандартам. Я думаю, вы уже слышали об этих … "габионах"? Именно так их назвал автор метода. Впрочем, это итальянское слово у нас не прижилось, мы решили заменить его на "туры". Но самое интересное - ничего нового там нет: похожие конструкции наши прадеды ещё под Бородино строили, вот только никто, кроме киевских коллег, взглянуть на проблему с этого бока не смог. Мы даже хотели одного их парня к себе перетащить – уже и квартиру ему подыскали, и повышение пообещали, но он почему-то отказался. Говорит, мол у меня и здесь с жильём всё в порядке, а с повышением местные товарищи и сами подсуетились. Сдается мне, сейчас он едва ли не единственный в нашей системе молодой специалист, который, не отбыв трёхлетний стаж, работает на должности ведущего инженера.
Министр, с видимым интересом выслушал рассказ своего подчинённого, а затем улыбнувшись, проговорил:
- А знаете, товарищ Беляускас, давайте я сейчас попробую угадать фамилию вашего уникума. Это случайно, не Сиверинский?
- Так выходит… Игнатий Трофимович, вы и сами в курсе всей этой истории?
- Да нет, уважаемый, просто догадался, когда вы мне об этом киевском институте напомнили. А знакомы мы с ним, уже лет десять - тогда он ещё пионерский галстук носил. Мы, тогда, вместе с бывшим первым секретарём, товарищем Павловым, ему и рекомендацию в комсомол давали. Кстати, в тот раз без нарушения устава не обошлось. Но с нашими подписями на рекомендации эти райкомовские деятели даже внимания на такое не обратили. Да и в этот институт я его сам же и направил, хотя вначале, как и вы, рассчитывал к себе забрать. А затем подумал - пускай парнишка немного в поле поработает, шишек себе набьёт. Мне хотелось посмотреть, как он проявит себя на самом низу. А оно вон как вышло. Кстати, а вы знаете, сколько ему лет?
Беляускас пожал плечами - мол, а какое это имеет значение. Но министр сам ответил на свой вопрос:
- Так вот, ему всего двадцать один. Иные, в его возрасте, ещё за конспектами и за партами в институтах сидят, - после чего задумчиво, добавил: - Выходит, не ошибся я тогда. Очень перспективный юноша. Я начинаю думать, что ему ни поручишь - всегда выход найдет. Хоть бери и назначай его главным специалистом по затыканию дыр на проблемных объектах. Да уж… очень интересно… Надо бы над этим подумать…
Затем, минуту понаблюдав через окно кабинета за воробьями, которые чистили пёрышки, и будто вернувшись в прошлое, министр обернулся и спросил:
- Что же касается проблем…. Знаете, что он мне однажды сказал? Говорит, если перед вами стоит сложная задача, поручите ее лентяю, тот обязательно найдет самое простое решение…!
Подождав, пока все отсмеются, товарищ Новиков продолжил:
- А еще вот что, товарищи. Все вы знаете, что уже несколько лет как у нас началось производство автономных бетономешалок. Я имею в виду как те маленькие - на несколько вёдер, так и большие - на автомобильном шасси. Не буду вам напоминать, что именно это и дало толчок монолитно-каркасному строительству. Благодаря им появилась возможность возводить нестандартные, оригинальные объекты. Так вот, тот пионер ещё лет десять назад, в кабинете товарища Павлова, нам об этом говорил.
Сказав это и сделав какую-то пометку в своём ежедневнике, он продолжил совещание.
На этом история не закончилась. Через несколько дней меня срочно вызвали в директорский кабинет. Причём не просто срочно, а очень срочно! Ворвавшись в приёмную, я правильно понял жест секретарши, которая просто махнула мне в сторону директорских апартаментов. Пётр Юхимович не сидел в своём кресле, а стоял у стола и с кем-то почтительно разговаривал по телефону. Заметив меня, он прервал разговор и сказал:
- Игнатий Трофимович, тут как раз подошел товарищ Сиверинский, с которым вы хотели поговорить… Да, да …хорошо… передаю ему трубку.
- Саша, добрый день, - услышал я далёкий, но такой знакомый голос. - Думаю, ты догадался, кто звонит? Хочу поздравить тебя с большим успехом и поблагодарить за ваши "туры", которые сейчас устанавливаются на Рижской ГЭС. Уверен, для них мы найдем применение и на других объектах. Рад, что не ошибся тогда в тебе. Мы обязательно подумаем, как отметить твою работу, а сейчас хочу задать один нескромный вопрос: а чего бы ты сам бы хотел? Я имею в виду - где бы ты хотел потрудиться?
На несколько секунд я завис, а затем выдал чистую правду:
- Знаете, Игнатий Трофимович, я бы с удовольствием прогулялся по ленинским местам… где-нибудь в Цюрихе.
В трубке послышался короткий сдавленный смешок, а чуть позже я услышал и ответ:
- Ну что ж, кажется я тебя понял. Буду иметь в виду…
После чего, задав ещё несколько несущественных, скорее личных вопросов, он попросил передать трубку директору. Я понял, что на этом всё, и незаметно выскользнул из кабинета. Тогда я и представить не мог, что наш разговор вскоре резко изменит мою жизнь, на которую и так жаловаться не приходилось.
Не успела Алла Семёновна, неизменная секретарша нашего директора, спустится в столовую, как её со всех сторон обступили подруги. А чему тут удивляться - всё же она главный источник последних новостей и слухов. Спешить женщины не стали, и все вопросы посыпались на Аллочку лишь за десертом.
- Что там у вас, Аллочка, случилось? Говорят, нашему Петру Юхимовичу прямо из Москвы звонили?
Поддерживая интригу, Алла Семёновна неторопливо разломила пополам маковое пирожное, одну половину - под сметану, вторую - под кофе с молоком. Затем, наклонившись к подругам, таинственным шёпотом сообщила:
- Действительно, звонили из министерства. И не абы кто, а сам министр, товарищ Новиков. Мне показалось, он очень доволен работой нашего института. Думаю, всех нас ожидают неплохие премии. Но самое интересное не это. Директор попросил срочно пригласить в кабинет Сиверинского - вы должны его помнить, того, из отдела Валерия Михайловича.
- А-а… ну да... Это тот, которого с нашей Светланой Алексеевной часто вместе видят.
Последняя новость сразу же заинтересовала некоторых дам:
- Да не может этого быть! Она ведь намного старше, хотя и незамужняя.
Алла Семёновна нахмурилась и вновь перехватила инициативу:
- Так, девочки, не выдумывайте лишнего. Ничего такого у них нет. Просто иногда общаются в обед: по чашке кофе выпьют - и всё. Что же касается Сиверинского, … вы помните хоть один случай, чтобы министр захотел поговорить с простым инженером? Более того, как мне показалось, они давно знакомы. О чём там был разговор я не в курсе, но Сиверинский вышел из кабинета очень довольный.
Вот теперь, всем стало ясно. Понятно, откуда у этого парня взялась машина и трёхкомнатная в центре.
Между тем, дни шли за днями, а в моей инженерной жизни ничего не менялось. Оставалось лишь набраться терпения и ждать. Может и правы те, кто утверждает: отсутствие плохих новостей - уже хорошая новость? Да и царь Соломон утверждал: "всё прошло - пройдёт и это". Прорвемся, и если мне не понравится дорога, по которой я иду, начну прокладывать другую. Мне ведь всего двадцать один.
Как-то, сидя и тупо уставившись на стенку перед собой, словно пытаясь взглядом остановить стрелку часов, я задумался: непростых ситуаций, в которые ранее я частенько попадал, теперь стало намного меньше. Да что там меньше - их вообще не было. Может, это потому что теперь началась настоящая взрослая жизнь, а значит и ответственность за совершенные деяния совсем иная? Нынче, одной лишь записью красными чернилами в дневнике и вызовом родителей в школу не отделаться.
Эх, зря я забыл постучать по дереву! В который раз пришлось убедиться, что мысли имеют свойство притягивать события. Только-только в голове мелькнул эта философская мысль, как проблемы меня нашли. Как и в каждом советском учреждении, наш институт не миновала судьба участвовать в ежегодной выездной рабочей сессии, а именно – в работах по оказанию шефской помощи этим ленивым аграриям. В прошлой жизни мне также приходилось участвовать в чем-то подобном, вот только тогда, все наши трудовые десанты были однодневными: то на овощную базу, то огурцы-помидоры в поле собрать. Возможно, за эти годы многое изменилось, и в начале семидесятых дела обстояли несколько иначе?
Узнав об этом, я не слишком удивился, когда обнаружил в списке "добровольцев" свою фамилию. Такая себе мелкая подлянка со стороны моего непосредственного начальства. А на что собственно можно было рассчитывать при таком доброжелательном отношении зав.отделом? Как правило, к таким трудовым десантам было не принято привлекать руководителей среднего звена, считалось, что больше пользы они способны принести работая на своем рабочем месте. Впрочем, в первой жизни мне довелось слышать историю как некий академик, в знак протеста, вместе со своими сотрудниками отправился на овощную базу перебирать и сортировать овощи. Человеком он был креативным и в каждый овощной набор вкладывал свою визитную карточку, где были указаны его многочисленные регалии. Можно себе представить, как могла реагировать хозяйка, обнаружив в сеточке с картофелем этот беленький прямоугольничек. На замечание институтского парткома, что такие действия подрывают политику шефской помощи хозяйствам, ученый возразил. Нет, этим, я подтверждаю, что все сделанное мною выполнено на совесть.
Я же никакой не академик,так что придется недельку другую подышать свежим воздухом, от души наестся витаминов и попить молочка из-под коровки. Не мой это лозунг, пусть работа нас не боится - мы ее не тронем!
Не смотря на то, что команда будущих аграриев подобралась молодая, одним из самых юных оказался я, хотя по должности стоял как минимум на две ступени выше любого из своих коллег. Главным образом, в нашу бригаду были направлены техники и лаборанты, хотя и нашлось здесь и двое инженеров - молодых специалистов из последнего помета. Для того, чтобы немного сгладить ситуацию, именно меня и назначили командиром комплексной бригады - какое-никакое, а я все же начальство.
Не беда, переживу, это ведь не коммунизм в отдельно взятом колхозе строить - справлюсь. Если вспомнить подвиги двухгодичной давности, то мне не впервой выстроить взаимодействие с колхозной верхушкой.
Зелёная, постукивающая на стыках рельс разболтанная электричка на Нежин доставила нашу компанию до неизвестной станции, где нас дожидалась колхозная полуторка с гостеприимно откинутым деревянным бортом. К счастью, по ухабистой дороге мы тряслись недолго – каких-то восемь километров. Для проживания, нашей бригаде выделили помещение бывшей сельской амбулатории, совсем не рассчитанное на уже прохладные осенние ночи. Было видно, что это здание уже несколько лет как покинуто всеми за исключением мышей. Метрах в двадцати, в ветхом деревянном строении находилась кухня с печкой и дровяной плитой, из которой уже начинали выпадать кирпичи.
Когда мы ехали сюда, я рассчитывал на то, что нас будут кормить централизовано, в колхозной столовой, но как выяснилось, данный сервис был контрактом не предусмотрен. Аборигены, харчевались на дому, только бригаде механизаторов обед вывозили прямо в поле. Гендерный состав нашей команды отличался заметным перекосом в девичью сторону. И это понятно: сборщиков овощей требовалось заметно больше, чем нас, грузчиков. Из двадцати человек личного состава девушек прибыло четырнадцать, поэтому им досталась большая комната, разделённая фанерной перегородкой на две части. Что интересно, ранее здесь размещался акушерский пункт, поскольку на крашеных голубой краской стенах все еще висело несколько пожелтевших плакатов с полезными рекомендациями, советами и инструкциями соответствующего профиля. Подумал, девчонкам это пойдет лишь на пользу - пусть на сон грядущий изучают матчасть, в жизни всякое пригодится.
Заселение прошло организованно, хотя и с небольшим скандалом. Получив богатый опыт "комиссарства" в стройотряде, я прежде всего занялся обустройством быта. Сразу же указал хозяевам на несоответствие санитарным нормам температуры в помещениях – благо, обнаружил нужные цифры на одном из настенных плакатов. А после того как я намекнул председателю, что нас сюда доставили на транспорте, не приспособленном для перевозки людей, а это ещё одно нарушение, тот тут же согласился с моими справедливыми замечаниями. На один день, в мое распоряжение был выделен ещё бодрый дедушка – столяр он же печник, и кроме того, был обеспечен свободный доступ к колхозной кладовой, с одним лишь условием: без фанатизма.
Определив двух парней на хозяйственные работы - носить воду и рубить дрова, - со всеми остальными я отправился в поле, хотелось лично осмотреть фронт будущих работ. Всякий генерал обязан осмотреть поле будущей битвы – авось, что толковое в голову придет.
Казалось-бы, чего тут еще придумать? Собирай огурцы в вёдра и высыпай все в ящики, которые парни загрузят в тракторный прицеп. Ан нет ….! Забегая наперед, скажу: кое-что всё же удалось поправить. Я выпросил ещё один прицеп, который установили на противоположном конце поля, и теперь четверка пацанов таскала свои вёдра к тому, который находился ближе. Хоть и небольшая, но все же экономия сил и времени. Кроме того, на колхозном складе удалось разжиться дополнительным комплектом вёдер.Теперь, наши девчонки будут работать, а не болтать друг с другом, в ожидании, когда им вернут опустевшую тару. А главное, удалось договориться с трактористом - и пока стояли погожие деньки, он доставлял нам обеды прямо в поле, как и механизаторам.
К обеду, сколотили длинный стол, укрыли его трофейной клеенкой и все дела. Обедать под кронами дубов и клёнов оказалось намного приятней, чем в убитой столовке акушерского пункта с облупившейся штукатуркой. А главное, такое логистическое решение, экономило нам почти час времени, который не нужно было тратить на ежедневную спортивную ходьбу в столовую и обратно. Быт также наладился: печка перестала дымить, а уютно потрескивала, исправно прогревая все помещения. Увидев среди прочего хлама неработающий титан, мы притащили его на кухню, подсоединив к водопроводной трубе. Нагревать воду он давно не мог, так что дежурные по камбузу просто подогревали лишний котёл кипятка и заливали его в этот бак. Теперь, утром и вечером можно было умываться тёплой водой, что получило высокую оценку у наших бойцов и особенно бойцыцек.
Вот только не хлебом единым … следующим вечером после того как мы полностью обустроились, нашим девицам приспичило культурно отдохнуть, их словно магнитом потянуло в клуб - на танцы. И хотя было у меня неспокойно на душе, но возразить было нечего. Ведь даже древние римляне, помимо хлеба насущного, требовали зрелищ. Может, записать всех в библиотеку. Отпускать их туда одних я не решался - кто его знает, что за кавалеры в этом захолустье водятся. Хорошо, если смирные, а если как и повсюду? Так как явное численное преимущество наверняка будет за местными, мне пришлось не только привлечь весь наличный мужской состав, но и лично отправиьться в этот очаг культуры. Так сказать, попытаться компенсировать нашу малочисленность качеством.
Сегодняшний день не задался: после обеда пошел моросящий холодный дождик, и сбор огурцов с помидорами был отменен, и вовсе не потому, что мы боялись промокнуть. Нет, просто мокрые овощи не принимались на хранение. Сидеть, и киснуть в четырёх стенах без телевизора и магнитофона девчонки не пожелали и уговорили меня пораньше сходить в клуб.
Несмотря на то, что темнеть начнет еще не скоро, там уже во-всю гремела музыка, слышался гомон молодых нетрезвых голосов и попытки хорового пения. Оказалось, для местной молодежи сегодняшний день был особым, село провожало в армию своих лучших сыновей. Считай третий, после свадьбы и похорон праздник на селе. Естественно, что отбывающая на два года троица решила достойно отметить такое знаменательное событие. Они притащили в клуб едва ли не ведро самогона и нехитрую закуску: сало, хлеб, зелень и жареную рыбу из местного пруда. Впрочем, закуски было немного. Рядом с ведром, на фанерке, стояла щербатая эмалированная кружка, с помощью которой каждый желающий могл зачерпнуть из ведра и разлить огненную жидкость по своим стопкам – в качестве которых, использовались обычные двухсотграммовые гранчаки. Похоже, что эта кружка была клубной, стационарной и предназначалась для воды, поскольку была прикована к стенке массивной собачьей цепью.
Уровень зелья в ведре понемногу снижался, а настроение окружающих, соответственно повышалось, уверенно подбираясь к нужному градусу. Поскольку, это был их не первый выход в народ, наши девушки немного расслабились и охотно отплясывали не только со своими ребятами, но и с местными кавалерами.
Вот только, как я уже говорил, сегодняшний день был особым. Я не сразу обратил внимание на суету, которая началась в противоположном углу зала. Да и как я мог что-то услышать сквозь громкую музыку, несвязные крики и топот десятков ног? Только когда разногласия сторон достигли критической точки и эмоции начали зашкаливать - шум немного притих. Как позже выяснилось, двое будущих защитников отечества решили сделать своеобразный подарок своему третьему корешу. Идея возникла спонтанно и с точки зрения уже перегруженного сознания, казалась весьма удачной.
- Слушай, Анька, - обратился к своей партнерше её партнер по танцу, - подари на дорожку поцелуй нашему Миколе? Представляешь, он до сих пор не только девчонок на сеновале не мял, но еще ни разу не целовался. …..
Увидев на лице своей дамы полное непонимание, он продолжил уже более настойчиво - Да ладно ... чего тебе стоит – не ломайся. Пожалей парня, ему ведь целых два года терпеть, так пусть хоть эти проводы немного запомнятся.
После этих слов, не дожидаясь согласия партнерши, он ее туда, где наклонившись словно Пизанская башня, стоял их непорочный товарищ. Тот уперся в дверной косяк, словно опасаясь, что тот упадет. Наша Анечка, чертежница из отдела строительных конструкций, на такое заманчивое предложение отреагировала не сразу и даже успела сделать несколько шагов в направлении этого нераспустившегося бутончика, но опомнилась, попыталась вырваться и бросила беспомощный взгляд в нашу сторону. Увы, но её уже крепко держали за запястье, при этом настойчиво просили не дергаться.
- Слушай, да что ты из себя строишь? Тоже мне городская штучка! Или ты брезгуешь простыми хлопцами из села? Давай, давай …. не упирайся, это совсем не больно, глядишь - еще и самой понравится. Слушай…а может ты и сама еще не целованная? Так это не беда, вот прямо сейчас могу научить.
Сказав это, её неадекватный партнер притянул девушку за талию и попытался слюнявыми губами дотянуться до ее шеи. Через минуту, на помощь вырывающейся Аньке подоспела кавалерия - один из наших парней,– который сделал безуспешную попытку оттащить барышню от нахального ухажёра. Вот только он опоздал, да и подмога получилась неубедительной. Его обхватили сзади за шею, и не обращая внимания на безуспешные попытки вырваться оттащили в сторону.
Тем не менее, эта короткая заминка дала время и мне добраться до эпицентра событий. В таких случаях, положено сделать предупредительный выстрел в воздух, но … Поэтому, первым делом, как командир отряда, я попытался разрешить дело миром, вот только мой голос утонул в общем гаме. Да и на донышке ведра плескались лишь остатки самогона, и никакие разумные слова уже не действовали. Словом, мне не оставалось ничего другого, как несильно ткнуть десятисантиметровым ключиком от нашей кладовой под мышку самому активному из нападавших.
Попал удачно, именно туда куда и целил. Этого тычка оказалось достаточно, чтобы рука призывника-неудачника отлипла от девушки и повисла, как плеть. На короткий миг, все вокруг застыли, не понимая, что происходит, а затем - по старой, уже проверенной схеме – меня также попытались схватить сзади за шею и свалить на пол. Вот только ребята, здесь вам не там, да и пол в клубе слишком грязный. Освободиться от такого элементарного и неумелого захвата было так же легко, как леденец у ребенка выманить. Я не просто освободился, а еще, разумеется случайно, угодил нападавшему, локтем в печень. После такой подлянки, тот минут на пять был вынужден отказаться отактивного участия в боевых действиях.
А тем временем, конфликт набирал обороты, вовлекая все новые действующие лица. Нам повезло, что нападавшие и их многочисленные союзники были уже под приличным градусом и действовали не организованно. Тем не менее, их было слишком много - человек пятнадцать, а может и больше. Впрочем, слишком уж пьяными я бы их не назвал, всем известно, дураки пьянеют медленнее, ведь в первую очередь алкоголь бьет по мозгам. Следующую парочку самих рьяных, я без труда отправил в нокдаун, нанеся точные удары ногами по второму уровню. Как и рассчитывал, приёмы из арсенала, которым меня перед отъездом обучил Такеда, не подвели. К счастью, буквально через минуту, на помощь мне подоспели двое молодых конструкторов третьей категории. Ситуация, которая минуту назад казалась безнадежной, немного выровнялась, однако я понимал – все это ненадолго, поскольку успел заметить, как двое местных выскочили во двор и принялись азартно выламывать доску из забора. Судя пор всему, опыт подобных стычек у наших соперников был, и немалый.
В поисках выхода я растерянно огляделся по сторонам и тут же обнаружил справа, распахнутую настежь дверь каморки киномеханика. Оттуда, через мощные колонки, не смотря на царящий в клубе бардак, залихватски орал магнитофон. Я крикнул что-то очень грозное, и почему-то на японском, страшно выпучил глаза, состроив самую бандитскую физиономию, а затем ринулся в атаку на двух юнцов, преграждавших нам путь у свободе. Те, в панике порскнули в стороны, освобождая нам дорогу. Увы – я ошибся, стратегического отступления не получилось, в захваченном нами помещении не былол даже форточки. Тем не менее, положение существенно улучшилось, теперь мы занимали более выгодные оборонительные позиции. Словом, сдаваться пока рано, ещё повоюем. Проскочив в каморку, мы тут же соорудили в дверном проеме баррикаду из стола и двух стульев. Решили пока не выламывать у них ножки. К счастью, растерявшийся противник укреплению наших боевых порядков не препятствовал.
Тем временем, в танцзал вернулись трое боевиков, вооружённые штакетинами. Оно бы и не страшно, вот только на одной из досок я заметил ржавые гвозди, торчавшие сантиметров на пять. Ситуация была неприятной, их оружие заметно дальнобойней чем наше. И вновь выручила смекалка. Баррикаду, которую мы соорудили в проходе, было решено укрепить магнитофоном с колонками. Сказано – сделано и после этого послышались жалобные стенания заведующей клубом. Дальнейшие наступательные действия грозили в щепки разнести единственный на селе музыкальный агрегат, после чего клуб, а соответственно и танцы, надолго стали бы недоступной роскошью. Наступило хоть и не перемирие, но оперативная пауза, во время которой нападавшие принялись вслух обсуждать различные варианты, как нас отсюда выкурить.
Предлагались различные способы - от самодельной дымовухи из тряпок, соломы и и конского навоза, до построения черепахи наподобие римской, которую по их мнению можно было соорудить из двух столешниц и снятого дверного полотна. Какой-то умник сообразил притащить в зал рыжего лохматого пса, которого попытался натравить на наш маленький гарнизон. Однако пёс, сам напуганный до щенячьего визга шумом и криками, начал испуганно лаять, вырываться и даже умудрился цапнуть за ляжку своего поводыря. Звуки музыки, доносящиеся из неугомонного магнитофона, нетрезвые вопли осаждающих и собачий лай – это же классика, настоящая сельская свадьба.
К счастью, время играло на нашей стороне. Девчонки - и наши, и местные, которые уже давно убежали из клуба, подняли шум. Услышав непорядок, в клубе появился представитель местной власти в лице председателя сельсовета. Несмотря на такой поздний час, он был еще трезвым и смог во всём разобраться. Простыми и незатейливыми матами он разогнал по домам всех боевиков, а троице будущих вояк пригрозил, что вместо армии они легко могут переночевать в опорном пункте милиции.
К моему удивлению, такая угроза подействовала. Я и не предполагал - насколько страшным было такое наказание. Подумать только – тебя не возьмут в армию! Оказывается, деревенские парни, дождаться не могли, когда же наконец военкомат заберет их из хлевов и огородов и запишет в ряды легендарной и непобедимой. А там, после службы, глядишь, и в городе зацепиться получится.
Возбуждённые последними событиями, мы возвращались к себе на базу. Девушки, терпеливо дожидавшиеся своих защитников метрах в двухстах от клуба, присоединились к нашей компании и шли впереди,щебеча о своем. Уверен, Аньке нынче достанется. Ну а троица моих соратников, перебивая друг друга, вновь и вновь, с упоением обсасывала наиболее острые эпизоды нашей эпической битвы. Наконец, очередь дошла и до меня.
- Слушай, Сашка, а что это было? Это ведь карате, да?
Разумеется, в эти времена ни о каком ушу, или тхэквондо с айкидо никто понятия не имел. Только карате - ну, может, ещё и джиу-джитсу… В городах, начали открываться подвальные школы этих искусств, а я и сам толком не знал, к какому направлению следует отнести те несколько специальных приёмов, которым меня обучил Такеда. Не оставалось ничего другого, как в знак согласия утвердительно кивать головой.
- Точно… что-то из карате…
Но парнишка и не думал оставлять меня в покое:
- А нам… ещё раз показать сможешь?
Я покачал головой,
- Разве что рассказать, потому что лететь ты будешь вот до того забора… так что давай вначале с помидорами покончим, - сказав это, я кивнул в сторону деревянной ограды, окружавшей наш медпункт
Вот собственно и все, думаю, на сегодня приключения закончились: теперь мы дома, можно и расслабиться. Дополнительным бонусом сегодняшних событий стало то, что наши девчонки и думать забыли о своих танцах. Впрочем, ничего страшного, до дембеля нам оставалось всего пару дней. Тем не менее, начиная с этого дня, в поле нас сопровождал кто ни-будь из представителей колхозной администрации. Так, на всякий случай, во избежание …
На этом история не закончилась. Утром, меня вызвали в контору. Чего-то подобного я и ожидал - все же ЧП местного масштаба. Открыл заседание председатель и начал он с наезда, обвинив нас чуть ли не в организации массовой драки и порче колхозного имущества. Он говорил еще что-то – уже не помню. Вот только он не учел, что после московских застенков меня таким не испугать. Достав заранее заготовленное заявление, я положил его перед председателем. И да - адресатом значился вовсе не его сосед, здешний участковый дядя Ваня, а начальник следственного отдела нежинского района. В моем заявлении были подробно описаны вчерашние события, заверенные подписями многочисленных свидетелей.
Бумага была составлена в соответствии с лучшими образцами милицейского канцелярита, с обязательным упоминанием соответствующих статей УК. Председатель осекся, это заявление произвело нужное впечатление на неискушенного Михалыча. Он что, предполагал, что я соглашусь с его версией событий. Кто поверит, что троица отморозков со мной во главе, ворвалась в клуб и отмутузила две дюжины мирных пейзан, которые после напряженного трудового дня пришли сюда, чтобы отдохнуть в кругу друзей и в культурной обстановке отпраздновать всесоюзный день алконавтики. Мало того, и в клуб мы явились возмутительно трезвыми!
Сообразив, что с наскока меня не взять, председатель тут же изменил тон. Действительно, где найти следователя, который поверит в его версию? Как и все нормальные переговоры, эти также завершились достижением консенсуса. Обвинитель, отзывает свое заявление, а Ответчик - засчитывает нам один гектар, как убранный нашей бригадой. Кроме того, близкие родственники четверых зачинщиков обязаны выплатить контрибуцию в виде двух килограммов сала, копченостей, сушеных и маринованных грибочков. Расстались мы вполне довольные друг другом.
Как оказалось, у этой истории было и продолжение. Я заимел определенный авторитет в среде колхозников, и нельзя было сказать, что от него не было никакой пользы. На следующий день, у входа в столовку меня перехватил знакомый водитель газона, который и доставил нашу команду в село. Таинственным шепотом, настороженно оглядываясь по сторонам, он предложил перенести четыре ящика помидоров немного не в ту сторону. Например, вон в ту берёзовую посадку, что росла метрах в сорока от поля. В этом месте, под дорогой проходила широкая труба, которая весной наполнялась талой водой. Именно в этой трубе мы и спрятали свою закладку.
Ничего особенного я не видел. Ведь нашей задачей было убрать поле, а не собрать определённое количество ящиков огурцов, так что на поставленную перед нами задачу эти четыре ящики никак не повлияли. А вот выгода была очевидной, в вечернем меню появились кровяные колбаски и жареные карасики из местного пруда. Ну и пиво - куда же без него, впрочем, это было уже за свой счёт. В общем, прощальный ужин удался.
Поставленную перед нами задачу мы выполнили на сутки раньше, и полуторка с тем же водителем доставила нашу бригаду на станцию. Нам повезло, как раз сегодня закончилось тёплое бабье лето, и мы успели. Помимо чувства глубокого внутреннего удовлетворения от хорошо выполненной работы, каждого из нас согревали по десять килограммов отборных овощей и поделенная по справедливости контрибуция. Колхоз не поскупился. Видимо, посчитали все это дополнительной моральной компенсацией за все неприятности, доставленные нам в сельском клубе.
Понятно, что на следующее утро на работу никто не вышел. Так решили все . Как никак, а у нас оставался сэкономленный законный выходной. Но и расставаться вот так просто, никому не хотелось: впечатлений и общих воспоминаний накопилось достаточно. Поэтому, забросив свои пожитки и хорошо отмывшись от крепкого сельского духа, мы встретились в Гидропарке, где нажарили шашлыков. Вот тут-то и пришлось раскрыть свой следующий талант, уже не как руководителя. Расчехлив гитару, я до первых звёзд давал концерт одного артиста. Лишь пришлось выслушать обиженные девичьи упреки - почему это в колхоз я гитару не прихватил. Может быть, они были правы, тогда и в клуб ходить бы не пришлось.
Кроме этого, мне удалось порадовать новых знакомцев ещё одной заграничной новинкой под названием ДЖИН! А получилось все так. Однажды, я решил навестить Семёна Захаровича на его даче. Он пару раз приглашал меня, да и самому хотелось решить вопрос приобретения холодильника для одного хорошего знакомого. На одной из гулянок, я не удержал на привязи длинный язык и неосторожно похвастался, что запросто могу решить его проблему.
Оказавшись во дворе знакомой дачи, я решил осмотреть сад хозяина и тут же обратил внимание на роскошный декоративный куст, росший в дальнем углу. Оторвав взгляд от прочих экзотов, я замер. Это что, действительно он или мне только кажется? На его веточках я разглядел до боли знакомые тёмно-синие шишечки. Точно такие, какие были и у меня на даче в далёком будущем.
Я не ошибся, это был "можжевельник настоящий", именно его ягоды, во всём мире и используют для производства джина. А уж сам процесс я помнил досконально, хоть среди ночи разбуди, поскольку в свое время перегнал не один десяток литров этого крепкого и ароматного напитка. По правде сказать, я иногда вспоминал о джине, напрасно пытаясь встретить его на полках магазинов. Увы, "Союзплодимпорт", почему то не жаловал этот замечательный напиток. Я и сам бы мог бы заняться его производством, вот только где найти необходимые ингредиенты? Мелькала даже шальная мысль, отправиться с экскурсией в наш ботанический сад и попытаться с их помощью решить проблему можжевельника. Думаю, не отказали бы. А вот сейчас, прямо под носом и такое счастье! Джин, даже без Тоника, нравился мне больше, чем разные виски, а тем более - обычная водка.
Договориться с Захаровичем о сборе его урожая шишечек труда не составило, и менее чем за двадцать минут я стал обладателем целой коробки. Этого хватит литров на десять–двенадцать напитка. Оставались мелочи, а именно изготовление самого аппарата, так как колхозные конструкции, по образцу бабки Мавринки - со змеевиком и сухопарником, для производства качественного напитка совершенно не подходили.
Конструкцию правильного аппарата я знал досконально, оставалось лишь воплотить ее в металле. Впрочем, нужная тропка была натоптана ещё с третьего класса и вела она к Алексею. Чтобы завод самого товарища Артёма да не справился с таким простым заданием? Да быть такого не может.
Но прежде всего, пришлось прихватить частичку рабочего времени и с помощью кульмана, таясь от коллег, сделать подробный чертеж.Фактически, такая конструкция давно была знакома и успешно работала на наших спиртзаводах, вот только масштабы там были не те. После некоторых раздумий я решил, что будет достаточно тридцатилитрового бака и обязательно из нержавейки, к которому через прокладку из пищевой резины, привинтим на барашках ректификационную колонну высотой приблизительно в метр. Именно она и являлась наиболее сложным элементом всей конструкции, ведь в её нижнюю часть необходимо было вварить трубки дефлегматора, а на выходе установить проточный холодильник. К моему удивлению, дольше всего Алексей провозился устанавливая гнёзда для термометров, ведь китайские, цифровые, с их тонким и длинным щупом, заказать на Aliexpress пока не получалось. Вот собственно и все, давно себе говорил - главное - начать действовать, все остальное зависит лишь от упорства
Привезя заказ к себе, я нетерпеливо собрал свою конструкцию на кухне. Высота получилась метра под два. Хорошо, что в моей квартире такие высокие потолки, в родительской хрущёвке, верхушка колонны в него бы точно уперлась. Беспокоило наличие запаха, но я подумал, что вентиляция у меня нормальная. Жаль, что в гараже не было проточной воды, перегнал бы самогон там, тогда бы и вовсе никаких вопросов не возникло.
Первую, опытную партию я решил сделать по плимутской технологии. Как обычно, первым делом требовалось получить обычный самогон. Хотя, не совсем обычный, а хорошо очищенный, двойной перегонки. Для брожения в пятидесятилитровой ёмкости лучше всего походил гараж. Через неделю, сырье было готово и тремя ходками, я перенес полученную бражку на кухню, где и значался сам процесс. Первая перегонка проблем не вызывала, а вот при второй, необходимо было очень внимательно следить, чтобы максимально точно отсечь "головы" и "хвосты". Именно в них и содержались вонючие ацетоновые фракции, придававшие самогону его незабываемый аромат.
А затем, начался двухнедельный этап подготовки. В шести трехлитровых банках настоял шишечки можжевельника, смесь пряностей, лимонную и апельсиновую цедру. Именно дефицитные цитрусовые, достать оказалось сложнее всего.
И вот, наступил тот долгожданный вечер. Именно вечер, поскольку процесс крайней перегонки довольно долгий и занял у меня часов десять. Я заперся в квартире и даже отключил телефон, чтобы нежелательные звонки не отвлекали. На внезапное появление нашего участкового я так жене рассчитывал.
Все получилось, передо мной стоят две трёхлитровые банки с джином, одна - первого сорта и одна - второго, та, которая немного с хвостами. Впрочем, по качеству и эта вполне нормальная. Сразу же дегустировать не стал, напиток должен сутки постоять, отдохнуть, а там можно и Алексея в гости зазвать, пробу лучше вдвоем снимать. Он хотя и не гурман, но тем не менее знаток и признанный авторитет в определенных кругах.
Спрятал банки в темное место, а сам уставший уселся на табурет и задумался:
- И чего это я столько лет дурью маялся? Давно ведь мог соорудить такой аппарат, вот и не пришлось бы клянчить для наших турпоходов гидролизный спирт, который начальник выписывал для протирки оптических осей. Мне оставалось лишь пожалеть, что фирменной тары нигде не найти. Не разливать же такой изысканный напиток в бутылки из-под "Жигулёвского"? Да и распечатать на струйнике импортные этикетки не получится. Разве что с укупоркой проблем не будет, на любой почте можно запросто разжиться килограммом сургуча, а затем фирменно запечатать горлышки. А что, смотреться все должно не хуже, чем императорская "Смирновская". Теперь, проблем с жидкой валютой у меня не будет, так что все бытовые вопросы с сантехниками, грузчиками и прочими слесарями, решать станет гораздо проще. Конечно, мне совсем не хотелось повторить печальную судьбу бабы Мавринки, но ведь я не на продажу делаю, а для личного потребления. Как мне помнится, это уже другая статья, хотя надо бы уточнить. Впрочем, знание закона не освобождает от соблазна...
Дни шли за днями. Ничто не предвещало беды, пока Ветка не затащила меня на музыкальный вечер в клуб КПИ. Там, должен состояться вечер самодеятельной песни. Впрочем, никакая это не беда, просто очередное приключение, и как позже выяснилось, даже приятное. Отказаться было сложно, билеты она достала по большому блату, чем очень гордилась. Да если честно, и желания отказываться не было. С чего бы?
Зал студенческого клуба был до отказа заполнен галдящей толпой. Безбилетные меломаны заняли даже подоконники – напомнив мне воробьем на проводах. К счастью, курильщиков видно не было. Протиснувшись сквозь толпу, я даже удивился, когда обнаружил, что с наших законных мест - в пятом ряду у центрального прохода – сгонять никого не пришлось. Поерзав, устроился в скрипучем откидном кресле из гнутой фанеры и приготовился внимать, как бородатые и не очень парни перебирают на струнах популярные мотивы Кукина, Окуджавы, Визбора. Мысленно поаплодировал ведущему, который честно объявлял фамилию автора и название произведения. Прозвучало здесь и несколько песен самобытных поэтов, которые, впрочем, не произвели ни на меня, ни на публику особого впечатления. Тем не менее, зачёт за старание я бы им поставил.
Концерт плавно приближался к своему финалу, когда минут за десять до конца конферансье объявил, что сейчас прозвучит песня, впервые исполненная в далёкой Карелии во время водного похода. Где-то в душе, я ожидал чего-то подобного, и совсем не удивился, когда тот произнес, - А сейчас, прозвучит песня "Солнышко лесное" на слова и музыку Александра Сиверинского.
Услышав такое, моя Ветка едва ли не подпрыгнула на стуле, удивлённо уставилась на меня и в полной тишине, послышался ее вопрос:
- Саша, так это правда, неужели это ты написал?
Можно было бы вновь отшутиться или начать все отрицать, но я решил не множить минусы в карме. Да и сомневаюсь, что у меня это получилось. Она, прекрасно знала и о моём туристском хобби, и том, что я неплохо играю на гитаре, а слишком много совпадений настораживает. Как утверждал один знакомый с кафедры теплофизики: если несколько фактов указывают на одно и то же - это уже не случайность, а закономерность. А еще, я не сомневался: пройдёт немного времени и всё тайное станет явным. Вон даже архивы КГБ лет через тридцать рассекретят.
Впрочем, возможно всё бы и обошлось, но на эти ее слова, прозвучавшие в тишине зала, обратили внимание и наши соседи. На вечере, присутствовал один бородач, с которым я когда пересекся на маршруте. Помню, как тогда мы с ним хорошенько побренчали у костра под две гитары. Были здесь и знакомые туристы-водники из турклуба КПИ "Глобус", которые меня неплохо знали - хоть и не как гитариста.
Так что, я не совсем не удивился, когда ведущий пригласил автора выйти на сцену и лично исполнить своё произведение. Ну, пожал плечами, ну вышел, ну спел – вот только на этом все не закончилось. Откуда-то из задних рядов раздался вопрос:
- Простите, насколько мне известно, марш космонавтов также написал Сиверинский, но ведь это было лет десять назад. Скажите, это что, ваш родственник или просто однофамилец?
Я сморщился, словно доедал лимон и недовольно прикусил губу.
- Ну вот, музыковед на мою голову отыскался! И ему что-ли соврать? А и надо ли? Может, не стоит дальше таиться – эти, всё равно на чистую воду выведут.
Словом, не оставалось иного выхода, как кивнуть головой и скромно признать своё авторство. После такого, пришлось в который раз рассказать свою, прилично отредактированнуюисторию об "Артеке", о космонавтах с Гагариным, закончив нашим с Айзеншписом концертом в Колонном зале.
Ну а после этого, посыпались вопросы. Моё великое музыкальное прошлое разобрали до мельчайших винтиков. Добрались почти до истоков творчества известного поэта –песенника Сиверинского. Имею ввиду те куплеты о коровах, которые ещё в седьмом классе я позаимствовал, у так и не состоявшегося мюзикла о Мэри Поппинс. Не прошло и получаса, как весь зал, взявшись за руки и раскачиваясь, азартно подпевал припев:
"Тридцать три коровы,
Тридцать три коровы,
Свежая строка.
Тридцать три коровы -
Стих родился новый,
Как стакан парного молока".
Так получилось, что концерт самодеятельной песни незаметно превратился в авторский вечер поэта Сиверинского. А в конце моего неожиданного бенефиса, дошла очередь даже до и Гены. Мне пришлось исполнить ту, трогательную арию Крокодила. Присутствующие с удовольствием окунулись в своё детство, которое у большинства из них закончилось не так уж и давно.
Стоило отметить, что практически все песни перемежались с воспоминаниями. Действительно, у нас ведь не концерт – а творческий вечер. Большой и заслуженный успех получила история о моих подработках в качестве подпаска. А под конец вчера, я и вовсе разошёлся – видать сказался длительный период молчания. Похвастался, как играл в футбол с самим Гагариным, не забыв упомянуть и о близком знакомстве с шахом Ирана, который к моему творчеству не имел ни малейшего отношения. Очень тепло присутствующие приняли попурри на пароходную тему, которое я впервые исполнил во время путешествия по Днепру в составе своего седьмого "Б". И хотя автором произведений был вовсе не я, но ведь и в нем была моя частичка!
Вечер неприлично затянулся, так что организаторы уже нервно поглядывали на часы. Вот только напрасно мы с ними решили, что это уже все. Хорошо разогретая публика - и не только она - требовала продолжения банкета. Именно в этот момент и раздался тот провокационный вопрос:
- Скажите, Александр, а в последнее время вы не придумали чего-нибудь новенького? Очень хотелось бы стать первыми слушателями. Мы же видим, до сих пор у вас неплохо получалось.
К этому времени и я поймал кураж - да такой, что и самому останавливаться не хотелось. А почему бы и нет? Тем более, что я давно обратил внимание на нескольких "жучков" с переносными магнитофонами, которые установили свои микрофоны у самой сцены. Вот и подумал.
- Ежели я сейчас исполню эту песню, до появления которой оставалось ещё лет шесть–семь, то прежде чем её захотят написать истинные авторы, она успеет трижды облететь весь Союз. Тогда, на моё авторство и покусится никто не посмеет.
Эту песню, а точнее некоторые её слова, появились в моей голове лет пять назад, когда наша группа закончила маршрут по реке Чаткал, на берегу Чарвакского водохранилища. Километрах в трёх от раскинутых палаток, в лучах заходящего солнца, почти скрывшегося за горами, сияли золотом крыши посёлка Бричмула. Эта песня мне нравилась, и я напряг память. Затем, как обычно, был долгий и мучительный процесс воспоминаний, во время которого перед моим мысленным взором выплывали иногда строки, а а иногда и отдельные слова. И вот, неделю назад последний куплет занял свое законное место. Словом, нынешним вечером я был полностью готов.
- А чего я собственно опасаюсь? Вон как славно с тем же "Солнышком" прокатило – товарищ Визбор даже и рта не раскрыл.
Так что вопрос, который я услышал, воспринял как очередной вызов и утвердительно кивнул головой. Шум в помещении клуба постепенно утих, и по залу разлетелись первые аккорды
Сладострастная отрава - золотая Бричмула,
Где чинара притулилась под скалою? Под скалою…
Про тебя жужжит под ухом вечная пчела
Бричмула, Бричмуле, Бричмулу, Бричмулою…
Был и я мальчуган, и в те годы не раз
Про зелёный Чимган слушал мамин рассказ,
Как возил детвору в Бричмулу тарантас -
Тарантас назывался арбою…"
Пусть меня простит семейство Никитиных – но не сомневаюсь, с их талантами они и без этой песни проложат себе путь на сцену. Что поделаешь, не повезло ребятам, что мне пришла в голову именно их песня…
Ветка, уже давно притихла и затаилась незаметной мышкой в своем кресле, но со счастливой улыбкой на устах и гордо поднятой головой. Даже не сомневаюсь, после сегодняшнего вечера мой рейтинг в её глазах вырастет как минимум на две ступени, достигнув левела мастера. Ее легко было понять - она ведь не просто знакомая, а можно сказать подруга, такого известного композитора! Да все девчонки в ее группе трусики намочат от зависти….
Еще одним бонусом, который я осознал со временем, оказалось то, что теперь мне было не трудно объяснить ей происхождение своего автомобиля, квартиры и частых, как для молодого специалиста посиделок в ресторанах. Уже давно я опасался услышать такие неприятные вопросы, которые наверняка крутились у неё на языке. А вот теперь, после этого концерта, всё стало на свои места. Асе знают, космонавты - люди не только не бедные, но и не жадные. Наверняка, прилично отстегнули автору за свой марш.
А еще через несколько месяцев, перед самими майскими праздниками, неожиданно для себя, я заработал очередной плюсик к авторитету на бывшей ниве - электротехнике и электронике.
- Что за полоса подарочных акций и приятных бонусов!
Дело в том, что на праздники я решил усесться за баранку и махнуть с Веткой на пару дней в Крым. Захотелось оставить за плечами холода и дождливую погоду нынешней киевской весны и погулять со своей барышней под кипарисами, поваляться на зелёной траве, расслабиться за столиком в тени вечнозелёных магнолий. В наших широтах такого счастья ещё ждать и ждать. Кроме того, чего скрывать, хотелось прихватить подарок Йосиды и вспомнить лозунг сталеваров завода имени Ильича – наши планы в наших плавках!
Оно бы, лучше махнуть куда-нибудь в сторону Сухуми с его изумительным рынком. Проходя вдоль его прилавков заваленных горами разнообразной зелени, я сходил с ума от таких пряных ароматов. А эти горластые продавцы чебуреков? Вот как им удается сделать их такими сочными и вкусными? Берёшь в руку - а между пальцами стекает ароматный, горячий сок. Красота! Но увы, далековато туда, за четыре дня не управимся, разве что самолётом. Впрочем, Крым – это тоже неплохо.
Вот только, мечтая о будущих четырех чудесных днях, я совершенно упустил из виду суровые реалии студенческого бытия. Поэтому и крайне удивился, когда на такое заманчивое предложение, вместо того, что бы услышать радостный визг и твердое ДА, Ветка невесело вздохнула и покачала головой:
- Знаешь, Саша, в этот раз тебе придётся без меня. Не поверишь, совсем задолбал этот проклятый курсовой по источникам питания, а сдавать его нужно сразу после праздников. Вроде бы все там понятно, но … Я рассчитывала что успею, вот только никак не получается втиснутся в рамки задания. Не поверишь, раза три всё переписывала и пересчитывала. Если электрические параметры в норме - не получается с габаритами, если с ними всё в порядке - не дотягиваю до требований по мощности. И в чём здесь заковырка – понятия не имею. Кого из наших не спрошу, никто ничего посоветовать не может.
Я решил действовать, как всегда в таких случаях: крепко задумался и почесал затылок. Иногда помогало, хоть и не так, как медитация на любимом диване. Да уж, диван это сила и я не согласен с мнением знакомого эксперта, который утверждал, что лежа работают только девушки в домах терпимости.
Но делать нечего, я тяжко вздохнул и сказал:
- Ладно, двоечница, давай, тащи своё задание. Вместе посмотрим, может, что-нибудь толковое и придумаем.
Ветка, с явным недоверием, на которое я совершенно не заслуживал, покосилась на меня. Ее глаза словно говорили - и что там может понимать в их электронике этот строитель. Впрочем, возражать не стала, недоверчиво хмыкнула и положила передо мной листик с заданием. От такого пренебрежительного отношения к моим скрытым талантам, стало немного обидно. Может, и правда, время заканчивать с этой благотворительностью и махнуть на юг одному? Не сомневаюсь, на ЮБК бесхозных девушек на всех хватит, особенно если ты с машиной. Вот только врожденная порядочность сразу же отбросила эту, может и правильную, но крамольную мысль.
Тратить время и силы на то, чтобы что-то выкручивать, уменьшать и подгонять в её черновиках, я не собирался – тогда, мне пришлось бы по новой выполнить целую кучу расчётов, и не факт, что она этого не сделала, причем не один раз. Я решил поступить проще, изобразил простейшую схему импульсного источника питания, который работал по тому же принципу, что и некогда предложенный мною сварочный автомат. Подумал,
- А что здесь не так? В ее задании были указаны лишь технические параметры, а как именно их получить – об этом ни слова. Наверняка решили, что студенты это знают по умолчанию.
Искомые электрические параметры получить удалось легко, ну а размеры я даже не стал проверять – был абсолютно уверен, что с этим будет все в норме. Как известно, габариты магнитопровода трансформатора обратно пропорциональны квадрату рабочей частоты импульсного источника питания, поэтому, чем выше частота, тем меньших размеров будет сердечник. Используя это, можно значительно уменьшить габариты трансформатора, а следовательно – в несколько раз снизить вес и размеры всего источника питания. Кроме того, появляется возможность непосредственного управления постоянным током, так что эффективность таких устройств значительно выше, чем у обычных, трансформаторных.
Я решил не углубляться в дебри теории, и нарисовал простую последовательную импульсную схему с топологией основного контура, подобной обычному источнику питания, где силовые транзисторы работают в коммутационном режиме. Присущий мне перфекционизм требовал использовать более продвинутую технологию с ШИМ - широтно-импульсной модуляцией, - но я подумал, что для студентки четвёртого курса это будет уж слишком.
Короче, поработав "от забора до обеда", мне удалось не только в несколько раз перекрыть требования задания, но и объяснить нюансы этой схемы своей бестолковой ученице. Сдавать то работу и объясняться с преподавателем придется не мне, а ей. Ветка слушала меня с открытым ртом, и только после третьего раза до нее дошло. Не страшно, впереди у нас четыре дня – будет время отшлифовать.
Всё вышло как я и рассчитывал. По незабитым транспортом дорогам семидесятых, уже к двенадцати, мы добрались до места назначения. Провести наш внеплановый короткий отпуск решили в Евпатории, отдыхающих здесь заметно меньше, чем в Ялте, а еще и пляж здесь песчаный. Ветка набралась отваги и разок окунулась в пока ещё прохладное море, а затем мы целый час отогревались за столиком в набережном кафе. Увы, но сожалению, заполучить два свободных номера в гостинице не вышло. На праздники, даже вкладыш в паспорт с профилем Ильича не сработал, а заселять нас в однушку никто не соглашался. Но я не отчаивался - без труда нашли вполне приличную комнатку в частном секторе, да ещё и дешевле.
Мы гуляли по побережью, вдоволь надышались насыщенным йодом воздухом, наелись ее любимых заварных пирожных и обедали в одном им том же кафе, где неплохо жарили кефаль. А еще, много болтали, и я не забывал вновь и вновь повторять барышне все нехитрые нюансы работы импульсного источника питания.
Как-то, в конец устав от этих лекций, я задал вопрос, который давно крутился у меня на языке:
- Слушай, дорогая, а почему ты вообще решила поступить на эту электронную специальность? Это ведь не твоё.
- Так это не только тебе так кажется. Сама я хотела выучиться на врача или педагога, как родители, но они были категорически против. Мама сказала - доченька, оно тебе надо - до двенадцати сидеть над планами уроков и проверять по сорок тетрадей каждый день? А вот у инженера - твердый график, зарплата повыше, премии дают, да и с квартирой на крупном предприятии полегче будет.
Я задумался
- Оно может правильно, но не верно - всю жизнь заниматься нелюбимой работой не лучшее решение, - а затем подумал, махнул на это рукой,
- А чего это я вообще парюсь по поводу её работы? Если получится претворить в жизнь хоть десятую часть моих грандиозных планов, то она, если захочет, сможет стать хоть стилистом, хоть ландшафтным дизайнером. А если ее так тянет в учителя или медицину – то купит себе университет или больницу. Как там говаривал слепой - поживём – увидим….
За эти четыре дня отдыха в Евпатории мне особенно запомнился один забавный эпизод. Теплым вечером, мы неспешно шли по главной улице, заглядывая чуть ли не все рестораны этого небольшого курортного города, с надеждой хоть где-то приземлиться. Но увы, длиннющие и к сожалению неподкупные очереди у входа, говорили о том, что количество желающих, как всегда, заметно превышает число посадочных мест. И что нам делать? Придётся зайти в ближайший гастроном, купить на ужин батон и триста граммов докторской, а затем, нацедив пару литров пива или взяв бутылку вина, вернуться к себе и в десятый раз проверить, хорошо ли она запомнила способ преобразования импульсов в постоянный ток.
Уже отбросив последние надежды, мы миновали ресторан "Интурист". И тут, неожиданно для себя я обратил внимание – у его входа не толпилась такая привычная ожидающая чуда, очередь. Ага… все понятно, для рядовых строителей социализма в отдельно взятой стране сюда вход закрыт – это заведение для особой касты, для уважаемых иностранцев. А то вернуться к себе и будут там нехорошее о нашей стране врать.
Неожиданно мелькнула мысль:
- А почему бы и не попробовать? В наших заграничных шмотках мы мало похожи на тех, кого одевает швейная фабрика "Москвичка". Спасибо неусыпной заботе Таруки и его отца - выглядим мы в полном соответствии с последней японской модой. А уж бойко трещать по-иностранному – меня учить не надо.
Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я решительно подхватил под руку Ветку и потащил ее к дверям заведения, по дороге втолковывая, как ей отыграть нехитрую роль. В соответствии с придуманным на ходу сценарием, я стал уважаемым гостем нашей страны, она же - моей сопровождающей от Комитета по связям… да хоть с боливийским движением сопротивления.
Как рассчитывал - так и получилось. Я, беспрерывно рассказывал о соборах и фонтанах Барселоны, она же, с умным видом слушала, в нужных местах, изредка кивая. Не обращая внимания на поднявшегося со своего места охранника - швейцара, который проводил нас внимательным и крайне подозрительным взглядом, мы уселись за свободный столик в углу зала. Увы, но переговоры с официантом, который не заставил себя ждать, пришлось вести Виолете. Я, же пытался ей что-то подсказать на испанском. Почему именно испанский? Элементарно Ватсон, в эти времена, все эти англичане с американцами, к нас в СССР были штучным товаром, а вот кубинцев - можно было встретить на каждом шагу.
Словом, Ветка, с серьезным видом кивала, не забывая внимательно следить за моим указательным пальцем, который я не забывал задерживать на нужной строчке в меню. Всё получилось удачно, вот только болтать нам пришлось очень осторожно – не хватало, что бы во мне вычислили обычного советского инженера, хотя и вемьма изобретательного. Впрочем, это вряд ли…
Под конец вечера стало немного полегче, мне удалось зацепится языками с веселой компанией за соседним столиком. Эти смуглые парни из Йемена строили у себя социализм похожий на наш, и уже месяц как приехали к нам перенимать передовой опыт. Поскольку на курантах пробило десять, все решили, что Аллах час как отправился на отдых, и можно позволить себе слегка расслабиться. Разумеется, наша беседа велась на арабском, а не на моем родном испанском - но кому какая разница. Главное - что мы импортные товарищи и этого достаточно. В некотором смысле, арабские ребята оказались моими коллегами - гидростроителями. Я же подумал:
- Эх.. было бы неплохо махнуть к ним…но увы, не от меня это зависит.
Придется и дальше ждать, с надеждой на привычное везение. Только бы, Всевышний обо мне не забывал – пускай даже его называют Аллах. В ресторане мы просидели почти до закрытия, а затем всей дружной компанией покинули заведение.
Как мне показалось, под конец вечера, персонал всё-же раскусил нашу нехитрую комбинацию, вот только поезд ушел, да и щедрые чаевые должны были погасить лишние подозрения. Да никто и не решился бы вытягивать нас из компании арабов и вести в подсобку писать объяснительную. Я же, сделал для себя пометку: неплохо бы раздобыть арабские бурнусы, а на Ветку напялить хеджаб - тогда бы точно никаких вопросов нам не задавали.
С её нерешаемым курсовиком всё получилось так, как я и ожидал, разве что девицу слегка потряхивало от волнения. Преподаватель, никак не ожидал, что эта студентка справится с его заковыристым заданием. Как позже выяснилось, этот перезрелый Дон Жуан, специально составил такие жёсткие граничные условия, чтобы испортить праздники симпатичной студентке. А вот почему - я не знаю. То ли за пропуски его занятий, то ли за то, что та совсем не обращала внимания на его влажные взгляды. Впрочем, сейчас это не важно.
- Тек..с, - предвкушая будущие неприятности, потирая ладошки, проговорил доцент, удобнее устраиваясь в кресле. - И что же у вас девушка не получилось? В габариты не влезли или электрические параметры получились не те?
Следуя полученным инструкциям, Ветка удивленно приподняла брови и с безразличным видом уверенного в себе отличника выложила перед преподавателем пояснительную записку с чертежами. Тот, неторопливо полистал страницы, первым делом взглянув на принципиальную схему. Увидев там нечто совершенно необычное, принялся более внимательно вчитываться в текст, пытаясь разобраться, в том, что лежало перед ним. Минут через десять, до доцента дошло. И это понятно. Как я уже говорил, ничего сверхъестественного я не изобрел, по отдельности это было уже известно. Вот только применительно к источникам питания, пока еще не использовалось.
Как я и предполагал, поначалу, Леонид Львович предпринял неубедительную попытку придраться,
- Позвольте барышня, но ваше решение далеко выходит за рамки нашего учебного плана.
На это, натасканная мною Ветка решительно возразила, подсунув ему свое задание. Возразить было нечего.
- Леонид Львович, условия проекта выполнены? Выполнены. А каким именно способом - вопрос другой, в вашем задании об этом ни слова.
Жалкая попытка обвинить ее в плагиате и некомпетентности была легко отбита, натасканная мною Виолета, стояла как скала, строго следуя полученным инструкциям. В конце концов, она поклялась своим комсомольским билетом, что ночей не спала, работая над курсовым. При этом, ни на йоту не соврала, ночи у нас действительно были бессонными.
Мало помалу, и сам доцент заинтересовался и принялся задавать конкретные вопросы. Все здесь было просто, вот только до сих пор, под таким углом, проблему конструирования источников питания никто не рассматривал.
В конце сдачи работы, отношение преподавателя к этой способной студентке заметно изменилось. Оно и понятно – ведь та подбросила ему неплохую идею, а может быть и тему, если не для диссертации, то для публикации в "Вестнике КПИ", точно. Уверен, на летней сессии отличная оценка у неё практически в кармане.
Наша поездка в Крым запомнилась и с другой стороны - и не просто запомнилась, а стала знаковой, особенно для нее. Случилось так, что наши дружеские отношения как-то незаметно перешли в горизонтальную плоскость. И как долго мне удастся тянуть и изображать из себя полного ботаника? А прикинуться небесно-голубым теперь точно не получится. А ведь с нашей свадьбой я решил не спешить, а протянуть хотя бы до весны 1975-го, разумеется том случаеесли не случится какого либо форс-мажора. Вот только, не зря говорят - хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах.
Однажды задумался, а долго ли девушки способны ждать? Ведь познакомились мы года три назад? Для кого-то, это не срок, сам знаю, из армии и по три года дожидались…. Вот только это в том случае, если прочих кандидатов поблизости не оказалось. В этом случае, многое зависит от характера. Главное, что бы девушка не решила, что её элементарно водят за нос.
Приближалось начало лета: на улицах стало заметно теплее и молоденькие девчонки наконец-то надели свои коротенькие юбки. А я вот взял и заболел. Причём заболел совершенно детской болезнью - свинкой. А ведь я искренне считал, что подобным болеют лишь дети, лет семи –десяти от роду. Ошибался, как разъяснил мне участковый Айболит, такое случается и у взрослы х- примерно один – два случая на сотню. Выходит, я из тех, кому не повезло. На следующий день у меня поднялась температура и стало тесно за ушами.
- Да, с такими украшениями на улице лучше не появляться, ибо как заверил меня врач, свинка - болезнь заразная.
Ничего не попишешь, теперь мне гарантированы дней десять домашнего ареста и молочно-овощная диета. Уже покидая меня этот ехидный эскулап, очевидно желая поднять мое настроение, бросил.
- Хочу предупредить вас, молодой человек. Случалось, что свинка оказывала влияние и на репродуктивную функцию.
Очень хотелось надеяться, что меня такое не коснется, поскольку детей я себе запланировал не менее трех, а там как получится.
Несмотря на тот, что заболевание считалось инфекционным, оставлять меня в покое никто не собирался. Желающих навестить болящего, а заодно и выпить рюмочку –другую джина, было более чем достаточно. Первой, заявилась Веточка, которая достала из сумки две банки душистого земляничного варенья. Сама она таким переболела еще в детстве и не опасалась дышать одним со мною кислородом. Поставив банки в холодильник, она авторитетно заявила, что именно эта лесная ягода лучше всего поднимает иммунитет. Если бы не эта болезнь, я бы постарался убедить ее, что лучше всего иммунитет поднимает регулярный секс. Но увы… Так что сейчас отлеживаюсь, читаю и попиваю чаи с витаминами, наслаждаясь лесными ароматами. А ведь и правда, такого, даже в моем кооперативном магазине не сыщешь. Ппрятать банки на антресоли не стал, сработала долговременная память - а как опять на голову свалится?
Вспомнили обо мне и друзья - туристы, которые из своих дальних странствий привезли пакетик мумие для заживления ран и переломов. Они что, думают что такой дефицит способен излечить всё что угодно? Заходили и коллеги с работы, в свою очередь решившие отметиться в книге посетителей. Неожиданно, объявился друг - Либман, который заранее позвонил и предложил сходить с ним в оперетту, которая, по его словам, давала свой выездной концерт в пивбаре "Русалка". Словом, нормально поболеть в свое удовольствие мне не дали.
Пользуясь такой па редкой паузой, я решил пересмотреть свои старые записи с техническими решениями. Ничего особенного не добавил, лишь изложил всё немного по другому - в современном формате, убрав элементы будущего технического сленга и еще не известные в наше время термины.
А ещё, раз уж появилось время для медитации, иногда погружался в воспоминания о прошлом и мечты о будущем. Неожиданно вспомнилось заветное желание худенького пятиклассника из первой жизни – купить себе шикарную надувную резиновую лодку за восемь рублей. Словно наяву, я увидел её, оранжевую, занимавшую половину витрины магазина спорттоваров. Вспомнил, как долго стоял и молча глядел на это резиновое чудо, слегка припудренное тальком, мечтая о дальних странствиях. Вот только куда я собирался отправится в путешествие – не помню. Хотя, интересно получается: выходит ещё в те времена моя душа тянулась именно к водному туризму.
А уж вовсе несбыточной мечтой была детская железная дорога с паровозиком и тремя маленькими вагончиками. Она, стоила заметно дороже и тянула уже на сорок пять рублей. Почему именно она? Точно не скажу, детская душа - потемки. Скорее всего потому, что именно такую я впервые увидел в детской комнате харьковского вокзала, куда меня отвела бабушка, пока сама стояла в длинной очереди за билетами.
А еще, вспомнил свое первое путешествие в Карелию, когда наш слишком уж экономный завхоз набрал кофейного напитка в высоких картонных банках. Если не ошибаюсь, назывался он "Ячменный" и "Золотой колос". Кофе там не было в принципе, а в "Колосе" - даже цикория. А ведь пили. Главное - сахара побольше насыпать или сгущёнки налить.
От скуки, решил навести порядок на кухне и за холодильником обнаружил старый, эмалированный бидончик в синий горошек, который по какой-то причине, до сих пор не оказался на помойке. Вспомнил, как стоял с ним в длиннющих очередях за квасом. Как сейчас у меня перед глазами: три литра стоили тридцать шесть копеек, а если попросишь баристу налить тебе доверху - выкладывай все сорок. С этим же бидончиком я бегал и за молоком. Теперь, даже представить страшно: семь часов утра, на улице мороз и метель, а ты топчешься в длинной очереди. Неужели в те времена еще не продавали молока в бутылках? Странно, ведь это было начало шестидесятых. Блестящие крышечки от бутылок из-под молочных продуктов заменяли нам спортивные медали и ордена. Именно такими мы и расплачивались в своих детских играх. Чаще всего попадались серебряные - от молока. Реже - золотые, от простокваши, которую мои родители практически не покупали. А бронзовыми, у нас считались зелёные крышечки от кефира.
Погрузившись в пучину воспоминаний, я совершенно выпал из реальности и по ароматам доносящимся со стороны кухни понял, что едва не прозевал картошку. Давно известно, кастрюля начинает жарить после того, как заканчивает варить. И когда же наконец у нас появятся такие удобные мультиварки с таймером? Тогда и не пришлось бы начинать всё сначала.
Что бы было веселее чистить картошку, включил телевизор и тут же попал на новостную программу. Показывали "Международную панораму", из которой узнал о взрыве в порту Майами, нападении террористов на панамских депутатов и масштабном наводнении в Испании, приведшем к гибели восьми человек. Вот зачем нам всё это, да ещё и на ночь? Неужели нельзя показать что ни-будь позитивное: о лесорубах Сибири, о том сколько внеплановых рельсов протянули сидельцы гулага,… простите БАМа? Вот и шел бы наш товарищ отдыхать с твердой уверенностью, что наша страна единственный островок стабильности в бурном океане жизни.
Так что - оставить свои мечты о загранице и начать строительство фундамента светлого капиталистического будущего здесь, дома? Пожалуй что нет, буду как и раньше с надеждой смотреть в будущее. Не помню кто, но говорил он правильно – оптимист, это тот же человек, у которого не хватает информации. Но все это не про меня: уж чего-чего, а знаний о будущем у меня более, чем достаточно.
Глава 3
Глава 3
Кто знает что повелел начертать на своем перстне царь Соломон? – Я знаю -"Всё проходит, пройдёт и это" Вот и у меня минуло, и хотелось надеяться, что без тех ужасных последствий, которыми стращал вредный врач. Я закрыл бюллетень и на следующее утро, словно ничего не случилось, сидел за своим столом, с интересом выслушивая последние институтские сплетни. Как по мне, то особых новостей не было, если не считать приличных премий, которыми отметили практически каждого сотрудников. В приказе так и было сформулировано - за плодотворный и творческий труд и значительный вклад в …. Пожалуй, я был единственным, кто ещё не поставил свой автограф в ведомости, но у меня была уважительная причина.
Что можно сказать? Сто пятьдесят рублей премии погоды не сделают, и много счастья на них не купишь, но и лишними они не стали. Кроме того, мое юное эго согревало понимание - размер моей премии оказался самым высоким среди сотрудников моего ранга.
Через час я осознал, как соскучился по работе, поэтому сходу вломился в неё, как танк в молодые берёзки. За несколько дней я подтянул все хвосты и тут же понял, что совершил ошибку. Как и заведено, тут же получил новое задание. Как мог забыть простую истину - кто работает, того и погоняют, а ведь мог бы развалившись на стуле еще дня три любоваться заоконными пейзажами. В мелких и больших хлопотах пролетел месяц. Я уже собирался приступить к подготовке к летнему путешествию по алтайским каньонам, как неожиданно получил приглашение явится к директору.
- А почему это не к заведующему отделом, а прямо к Петру Юхимовичу? Интересно, что там на сей раз у них в лесу сдохло?
Вина лежала на нашем министерство, но новость оказалась хорошей.
Товарищ Новиков бодро вошел в кабинет, начав производственное совещание в соответствии с общепринятым протоколом. Первым делом он напомнил собравшимся, о руководящей и направляющей роли. Это так, на всякий случай, что бы не забывали. Люди здесь собрались занятые, и с преамбулой министр затягивать не стал. Он сразу же перешел к конкретике – возможно еще и потому, что приближалось время обеда.
- Товарищи, как всем вам известно, не так давно наше правительство подписало несколько важных межправительственных соглашений по строительству гидротехнических сооружений на острове Свободы и в Сирийской народной Республике. Перед нашим министерством, партия поставила важнейшую задачу, помочь молодым республикам в их движении по пути социализма. Месяц назад, я дал поручение сформировать две группы специалистов способных с максимальным качеством достичь поставленных целей. Туда должны войти настоящие профессионалы своего дела. На прошлой неделе я получил ваши предложения с конкретными кандидатурами, и теперь все они проходят обязательную проверку в компетентных органах. Товарищи, время у нас пока есть: выезд первой группы на Кубу планируется на конец сентября, а в Сирию - на октябрь–ноябрь, когда там жара немного спадёт. Но расслабляться не стоит.
Окинув взглядом присутствующих и не услышав вопросов, Игнатий Трофимович пролистал блокнот и продолжил:
- Сегодня, я собрал вас для того, чтобы заслушать руководителей двух этих коллективов. Хотелось бы напрямую услышать, как там идут дела и какие имеются трудности. Вам слово, Владимир Ильич.
С места поднялся сухощавый мужчина лет пятидесяти, и окинув взглядом полное собрании обещаний товарища Брежнева, стройной шеренгой стоявшее на полках кабинета министра, не заглядывая в свои записи, начал:
- Коллеги, мы с Виктором Васильевичем составили предварительный список специалистов, составленный с учётом предстоящих работ, и подали его в канцелярию министерства. Однако, три дня назад мы получили ответ с требованием сократить его как минимум на две позиции. А ведь мы и так отбирали людей, стараясь подобрать специалистов - универсалов, способных при необходимости закрыть одновременно несколько позиций. И тем не менее в спущенные сверху рамки мы не укладываемся. Более того, следует учитывать и климатические особенности этих стран. Работать там, придется а непростых условиях, так что к здоровью кандидатов будут повышенные требования. Игнатий Трофимович, я хотел бы спросить вас. Может есть возможность немного надавить и уладить этот вопрос? – он вопросительно посмотрел на министра.
С ответом тот не торопился:
- Не думаю, уважаемый Владимир Ильич, что у меня получится. Я уже пытался решить этот вопрос, но мне мягко напомнили, что количественный состав делегаций согласован на уровне Министерства иностранных дел. Так что, давайте попытаемся ещё раз пройтись по вашим кандидатурам - возможно, вместе нам удастся, что то придумать.
После этого, Новиков придвинул к себе оба списка и углубился в чтение. Далее, началось оживлённое обсуждение кандидатур, громкие споры и отстаивание собственных позиций. Минут через двадцать, несмотря на отчаянное сопротивление ответственного за механизацию, одно место всё-же удалось освободить.
- А это что за четыре непонятные персоны? – поинтересовался министр у начальника первого отдела, добежав глазами до последней строки.
- А вот без этих никак, - пояснил тот. - Вы ведь хорошо знаете наши порядки: без представителей известной вам организации за границу никого не выпустят. А двое других – это переводчики с испанского и арабского. Проверенные товарищи, не первый раз отправляются в подобные командировки. Там ведь с местными товарищами придется общаться и часто.
На некоторое время все замолчали и задумались. Министр, тяжело поднялся с кресла и заложив руки за спину, словно копируя манеру Иосифа Виссарионовича, прошёлся за спинами своих подчинённых. Неожиданно, на его лице и в походке что-то изменилось. Он поднял голову, с видом победителя взглянул на присутствующих, после чего заявил:
- А знаете товарищи, кажется я знаю как можно решить эту проблему. Вот что, предлагаю включить в состав кубинской делегации молодого инженера из Киева. Не смотря на то, что ему не исполнилось и двадцати трех, многие из вас о нём наслышаны. Очень талантливый парень. Это именно он на строительстве Рижской ГЭС предложил использовать туры, что позволило существенно ускорить работы по сооружению водозащитных сооружений. Благодаря этому, все наши объекты мы сдали в соответствии с графиком. А ведь он ещё во время учёбы в институте не сидел без дела. Вспомните, известные вам мобильные бетономешалки - к ним он также руку приложил.
Внезапно, Игнатий Трофимович замолчал, задумался и через несколько секунд, словно что-то вспомнив, добавил:
- Вот только, насколько мне известно, у него была одна проблема. Он до сих пор не женат, а как вы знаете, наши комитетские относятся к таким персонам с некоторой настороженностью. Могут и завернуть.
Он на минуту замолк, а затем, словно отвечая самому себе, закончил:
- Впрочем, время у него есть. Если подсуетится, то со своей свадьбой должен успеть. Не верится, что у такого завидного жениха до сих пор девушки нет.
Здесь, в разговор вмешался руководитель кубинской делегации:
- Товарищ министр, а чем же нам может помочь ваш знакомый? Или вы считаете, что ему по силам работать одновременно на трёх направлениях, или будет тридцать часов в сутках?
Новиков, хитро прищурившись, с усмешкой пояснил.
- Нет, дело в другом. Если я не ошибаюсь, товарищ Сиверинский на довольно неплохо владеет испанским языком. Мы сможем убить сразу двух зайцев. В одном лице получим и специалиста по проектированию водозащитных сооружений, и переводчика. Как говорится, и волки сыты и яйца целы….. простите, оговорился – овцы.
Закончив, он окинул присутствующих победным взглядом .
- Игнатий Трофимович, вы считаете, что он справится? Всё-же очень молодой, да и квалификация его как переводчика вызывает сомнения. Вы не думаете, что он из тех, кто пишет в анкетах: "читаю и перевожу со словарём"? - поделился своими опасениями кадровик.
- А вот этим вопросом, я попрошу озаботиться именно вас, Степан Петрович. Проверьте его лично. Не откладывайте, после совещания, позвоните в Киев, пускай на следующей неделе его пришлют и он пообщается с кем-нибудь из наших переводчиков, - бросил министр, закрывая совещание.
Оказавшись в кабинете директора, я тут же почувствовал разлитое в воздухе напряжение.
- Ну что, Александр, добился таки своего, вчера вечером мне звонили из столицы. Сказали, чтобы ты срочно готовился к заграничной командировке. Так что собирайся в Москву - у министерства к тебе есть несколько вопросов. Приказ о командировке я уже подписал, давай бегом в бухгалтерию, получай свои суточные, заказывай билеты и завтра в путь. Впрочем нет, завтра же у нас суббота - тогда в понедельник. И смотри там в столице, не подкачай.
От радостного возбуждения моё сердце учащенно забилось. Наконец то, вот оно - долгожданное, на расстоянии вытянутой руки. А я уж постараюсь не подкачать. Но что они хотят от меняв этой Москве? Сказали бы просто, готовь Сашка документы и суши сухари. Так нет - вызывают в министерство, причем срочно.
Я, со всей ответственностью отнесся к указанию руководства и за полчаса оформил необходимые бумажки. Затем, набрал номер своей железнодорожной агентессы -кассирши, без труда договорился о билетах на понедельник и вернулся к своему кульману. Вот только после визита к Петру Юхимовичу, работать совершенно расхотелось. В голову лезли посторонние мысли. С трудом дотянув до пяти, я направился в сберкассу пополнить оборотные средства. Что-то стал замечать, что в последнее время становлюсь сам себе не по карману, а Москва город особый, не просто так туда толпы снабженцев на колбасных электричках мотаются.
Под конец дня, в отделении районной кассы посетителей было немного. Три пенсионерки стояли у окошка, где принимали платежи за коммунальные услуги, а двое мужчин чего-то дожидались у входа. Вот и хорошо - никогда не любил стоять в очередях, минут за пять должен управится. Тут же вспомнил, как в первые годы моего попаданства меня страшно раздражала даже самая маленькая очередь. Ну как маленькая – это та, которая минут на пять-десять ожидания. А вот сейчас, даже если приходилось отстоять в ней пол часа, считаю такое нормой. А чего удивляться? Мы коммунизма уже лет двадцать дожидаемся - и ничего, все в очереди стоят, никто не разбежался. Впрочем, а куда бежать, кто тебя из очереди выпустит?
А пока, мои мысли перенеслись на будущую заграничную поездку. Задумался и попытался угадать – куда именно меня собираются упечь. Впрочем, не так уж это важно, лишь бы не на остров Врангеля, это хоть и далеко, но никакая не заграница.
Как и рассчитывал, управился быстро, а затем, засунув свои две сотни во внутренний карман, неторопливо направился к выходу. Неожиданно, дорогу мне преградили двое крепких парней, а кто-то за спиной угрожающе закричал:
- Всем на пол! Легли… быстро! А ты, курица старая, - обратился мужчина в вельветовом пиджаке к вовсе не старой кассирше, - давай открывай сейф и выкладывай всё сюда!
После этих слов, мужчина в надвинутой на лоб серой шляпе перепрыгнул через перегородку и поставил перед перепуганной женщиной видавший виды кожаный саквояж.
Я может и пропустил бы мимо ушей такое невежливое предложение - ложиться на давно не мытый пол мне вовсе не улыбалось. Но, внимательно всмотревшись, заметил у одного из приятелей серой шляпы настоящий наган. Только и успел подумать, где это они раздобыли такой раритет, - и тут же плюхнулся на пол. А что мне делать, ведь при всех моих полезных навыках, пуля всяко быстрее летит.
Закончив потрошить первый сейф, грабители принялись за второй, но с этим у них получился облом, сейф оказался заперт.
- Ключи давай, толстуха! - вновь заорал главарь.
- Да нету у меня ключей, они у заведующей, - дрожащим голосом ответила женщина, испуганно втягивая голову в плечи.
- А заведующая ваша где?!
- Ирина Петровна час назад повезла отчёт в главное управление, - еще более испуганным голосом пролепетала кассирша.
Услышав такое неприятное известие, главарь поморщился и бросил одному из своих, карауливших выход:
- Эй, ты же у нас шнифер? Ходь сюда, работа для тебя имеется.
Ближний ко мне мужик подошёл к сейфу, достал что-то звякнувшее из сумочки на поясе и начал неторопливо ковыряться в замке. Через несколько минут послышался негромкий металлический щелчок, и дверца распахнулась. Главарь, принялся быстро выгребать его содержимое.
Вот только закончить ему не дали - с улицы послышался пронзительный свист и крик:
- Шухер, братва, менты на подходе!
Видать, одна из барышень всё-же успела нажать тревожную кнопку. Бандиты дружно рванули к выходу. На улице хлопнула дверца автомобиля и заурчал двигатель. Последним, пятясь и поводя во все стороны стволом нагана, помещение кассы покидал атаман. Подойдя к дверям, он спрятал револьвер в карман и уже собрался выскочить наружу, откуда уже доносились близкие милицейские трели.
Вот только кто ему позволит такое? Стоило мне убедится, что оружие скрылось из виду, то тут же выставил ногу. Главарь споткнулся и грохнулся на пол, не добежав до дверей какой-то метр. Его наган выпал из кармана и скользнул под стол.
Мы вскочили одновременно. И тут он совершил ошибку. Вместо того чтобы в темпе бежать, грабитель выхватил нож и бросился на меня. По всей видимости, его зацепило, что этот лох, вместо того, чтобы испугано скорчится на полу, отыерывая роль испуганной жертвы, решился на такое.
- Ну что ж, если я теперь против ножа, это совсем другая история. Тем более, что вот-вот должна подоспеть подмога.
Немного сместившись вправо, я перехватил его руку и провёл залом кисти. Нож, со звоном упал на пол. Свалив передней подсечкой на доски пола растерявшегося противника, я сразу же перевернул его на живот, уселся сверху, и не отпуская руку жертвы только усиливал болевой прием. В таком положении нас и застали ворвавшиеся в помещение милиционеры.
- Всем стоять! А вы двое - на пол, руки за спину! – скомандовал нам младший лейтенант.
Я поморщился: - Вот уж нет, мне что, опять чистой рубашкой грязный пол вытирать? Может, лучше было бы дать этому типу сбежать?
Тем не менее, команду пришлось выполнить. Лежать пришлось недолго. Кассиры и вышедшие из ступора бабушки, стали наперебой рассказывать о моём геройском поведении, да и кассирша подтвердила, что я простой посетитель.
Помещение быстро наполнялось людьми. Здесь были и в форме, и в штатском. Зачем то привели собаку, хотя всем было известно, что грабители уехали на авто. Последним пришел важный полковник. Обеих пенсионерок отпустили первыми, меня же, как главное действующее лицо, оставили на закуску.
- Товарищ Сиверинский, может быть вы услышали какие-то имена, клички?
Я на секунду задумался, вспоминая, а затем радостно ответил,
- Так точно, товарищ следователь, было такое. Вот этот – я указал на бандита у которого в это время откатывали отпечатки пальцев - позвал одного из своих. Помнится, тогда он крикнул – эй, шнифер, давай сюда, работа для тебя имеется.
После моих слов даже полковник улыбнулся.
- Да нет, Александр, здесь ты ошибаешься. "шнифер" - так они называют специалистов по сейфам, иначе говоря "медвежатников". Но ничего, думаю, благодаря твоему пленному мы это дело быстро размотаем. Очень ты нам помог, не струсил. И откуда у тебя такие навыки?
- Что вам сказать, Алексей Дмитриевич… Просто этим подонкам не повезло нарваться на бывшего чемпиона города по дзюдо. Меня, лет восемь тренировал мастер Такеда. Может и вы слышали об этом японце?
Полковник внимательно посмотрел на меня и ответил:
- А… ну тогда всё понятно. Действительно, этим бандюкам крупно не повезло. А о твоем японце я не только слыхал – я с ним даже встречался. По просьбе Подольского райотдела милиции он провёл несколько показательных схваток между своими учениками и нашими сотрудниками - самбистами. Впечатление тогда хорошее оставил, ничего не скажешь.
- Товарищ полковник, а тот наган хоть настоящим был? Если бы не это, я бы и со всей их шоблой смог бы разобраться.
- Настоящий он, самый настоящий… Так все правильно ты сделал, что на него не полез.
Пока осматривали место преступления, пока опрашивали свидетелей и заполняли протоколы, прошло не менее часа. Только после того все стандартные процедуры были выполнены, меня наконец отпустили записав все данные, включая место работы, На прощанье, полковник, оказавшийся начальником Печерского райотдела милиции - ещё раз поблагодарил, крепко пожал руку и подарил визитку со своим прямым номером, сказав при этом:
- Если вдруг что - не стесняйся, звони. Мы теперь у тебя в долгу…
Делать нечего, все мои планы на сегодняшний вечер полетели к чертям. Посидеть в кафе или заглянуть в ресторан совершенно расхотелось.
- Пойду ка я домой, и свернусь калачиком на любимом диванчике.
Я развернулся в сторону дома, решив по пути заскочить в магазин коопторга, что бы прикупить чего ни-будь, для холостяцкого ужина.
По дороге меня не покидала мысль. Совсем недавно я удивлялся, что по сравнению со школьными и студенческими временами, всяческие неприятности стали обходить меня стороной. Даже попытался подвести под это философскую базу - и тут на тебе. Это что же, получается - правы сторонники теории субъективного идеализма, которые утверждают, что мир зависит от личности наблюдателя, и человек сам формирует свою реальность. Согласно их теории, слова и мысли имеют свойство материализоваться, формируя мир вокруг нас. А ведь сбываются не только надежды, но и наши страхи. Вот только что мне делать с такими знаниями? Никогда не задумываться о плохом? Или нужно стучать по дереву и трижды сплевывать через левое плечо?
Поступил незатейливо, купил себе кулек хрустящей квашеной капусты, щедро пересыпанной клюквой, килограмма два мочёной антоновки и приличное кольцо домашней колбаски в смальце. Не забыл и о парочке бутылок пива. Сюда как раз завезли тёмное -"С раками", первого пивзавода. Увидев его, я внутренне усмехнулся, вспомнив известный рекламный слоган, который услышал еще в бытность студентом – "пейте пиво сраками".
А пока на сковороде шкварчала картошечка с салом, я вновь вернуться к сегодняшним событиям, придя к однозначному выводу.
- Таки да, я поступил как надо, на рожон не полез, но и труса не праздновал. Глядишь, ещё и толк от этой истории будет. Это, если не считать визитки полковника милиции, которая имеет свойство случайно выпадать из книжечки с правами, во время проверки ГАИ.
В воскресенье встретился с Веткой и порадовал ее известием, что на несколько дней даю ей отпуск, так как завтра отправляюсь в Москву. Подумав, добавил.
- Если надумаешь, можешь заказ сделать….
- А зачем ты туда едешь? – последовал естественный вопрос.
Я прищурился, и словно ныряя в холодную воду, выдал:
- Если всё будет так, как я рассчитываю, то попробую подобрать тебе свадебное платье. Ты только скажи, тебе вообще, какой стиль по душе - удлинённый силуэт или обычное, с рюшками? И еще – мне под фату смотреть или под шляпку?
Услышав такое, Ветка даже рот забыла закрыть от неожиданности, а затем, широко распахнув глаза, уставилась на меня, пытаясь понять, это я так шучу или все всерьёз. Не дождавшись ответа и поняв, что моя девочка находится в состоянии ступора, закончил свою шутку,
- Да, как всегда ты права: не будем спешить. Если сама еще не определилась с фасоном, не стоит торопиться и со свадьбой, обсудим это после возвращения.
Весь вечер Вета пребывала в трансе или состоянии радостного возбуждения. Ещё бы: сегодня, я впервые заговорил о таком. Не в первый раз появившись на свет, я был абсолютно уверен, что девушки, начиная строить серьезные отношения с парнем, в душе, рассчитывают именно на такой финал. У них всех, ещё до Рождества Христова сформировалось своё представление о женском счастье и свадьба - его главная составляющая.
В министерстве я появился через полчаса после начала рабочего дня, перехватив перед визитом стаканчик кофе в пирожковой на Киевском вокзале. Встречаться с Игнатием Трофимовичем я вне рассчитывал, поэтому не удивился, когда из приёмной меня отправили к начальнику местного HR - иначе говоря - к заведующему кадрами.
Здесь и состоялся первый предметный разговор. Из него я узнал, что меня планируют включить в группу советских специалистов, которая готовиться отправиться на Кубу. По словам кадровика, точно такая же команда формируется для поездки в Сирию – где займется строительством гидротехнических объектов. Решение по мне принято не окончательно и влиться в команду счастливчиков я смогу, если мне удастся совместить работу инженера-проектировщика с обязанностями переводчика. По первому пункту, вопросов ко мне не имелось, а вот по второму – были сомнения.
Устремив на меня недоверчивый взгляд, специалист по кадрам сказал.
- Товарищ министр заверил нас, что ты на приличном уровне владеешь испанским. И если сегодня успешно пройдёшь собеседование – то готовься, мы включим тебя в нашу кубинскую группу. Они отправятся в сентябре. Тебя пригласили именно для того, чтобы проверить твои знания. Ты ведь у нас не профессиональный переводчик?
На минутку я задумался, быстро перебирая варианты. Казалось бы, Куба выглядит предпочтительней: недалеко от США, там до Майами менее четырёхсот километров - ближе, чем от Киева до Одессы. Но есть и большое "но" – все еще действует американское эмбарго на всё кубинское, включая и сношения с островом Свободы. Не стану же я пробираться в Штаты ночью на лодке контрабандистов. А вот вариант с Сирией кажется более интересным: в этой стране легально работают не одна американская компания, да и Израиль рядышком, а янки у этих евреев чувствуют себя как дома.
Эти мысли быстро пронеслось в голове, я обернулся к своему собеседнику и спросил:
- Скажите, а нельзя ли отправить меня в Сирию? Думаю, с арабским у меня дела получше будут.
Услышав такой неожиданный вопрос, кадровик удивлённо поднял на меня глаза, после чего поднял трубку и набрал короткий трехзначный номер. Дождавшись ответа, проговорил:
- Петрович, у тебя есть сейчас кто ни-будь из сектора Ближнего Востока? Мне тут надо срочно одного вундеркинда из Киева проверить. Да-да… именно так, угадал, это по поручению Игнатия Трофимовича. Спасибо… жди, мы сейчас будем.
Закончив и повернувшись ко мне, он с видимым удовольствием сказал,
- Скажу вам, Александр Борисович, для нас так будет даже лучше. С "испанцами" ситуация более-менее, а вот с "арабистами" - полная засада.
Затем, перейдя на доверительный тон, продолжил - Не поверишь, наши вояки даже студентов старших курсов из институтов восточных языков повыгребали – одни девки остались. А их к арабам и на пушечный выстрел боязно подпускать, разве что паранджу на них напялить. Скажу тебе, на прошлой неделе нам даже заявку пришлось в Таджикистан отправлять: говорят, у них там языки немного похожи, может и поймут что-то. Словом, если твой экзамен пройдет нормально – можешь считать, что ты нас очень выручил.
Он поднялся, еще раз окинул меня недоверчивым взглядом, прихватил папку со стола и кивнул, приглашая следовать за собой. Поднявшись на этаж, мы вошли в логово переводчиков. В большущей комнате отбивали дробь клавиши нескольких машинок, слышались приглушённые голоса на различных языках, а от окна раздавался чей-то хриплый кашель.
- Интересно… у нас же разгар лета. Это что, неужели этот деятель в каком ни-будь Китае летучих мышей поел и ковид подхватил?
Проходя через первую комнату, я с удивлением озирался по сторонам. – Вот это да, неужели я до сих пор в Стройкомитете?
Здешние сотрудники, выглядели словно на студенческой вечеринке. Кто-то листал фривольные глянцевые журналы, на обложке которых я заметил полуодетых красоток, кто –то, обложившись для вида технической макулатурой разгадывал кроссворды. Два солидных мужичка, по виду за сорок, курили у окна, в то время как третий собеседник, усевшись на подоконник, расслаблено болтал ногой. Мне тут-же захотелось наняться в переводчики.
Прошествовав во вторую комнату, мы остановились у заваленного бумагами стола, за которым сидел мужчина лет сорока, который не спеша перелистывал хорошо знакомую мне Saudi Gazette, издававшуюся в Джидде и Эр-Рияде. Несмотря на жару, одет он был в тёмный костюм и даже не повесил пиджак на спинку стула - видать, в своих Кара-Кумах привык и не к такому. Глубокие, боковые залысины, характеризовали его как человека думающего. Года три назад я разрешил для себя и эту задачу. Оказалось, все просто, если залысины по бокам – значит, их обладатель размышляет, подперев лоб рукой, если же лысина на темечке – то в случае затруднений, он привык чесать себе репу.
Встретившись взглядом с моим провожатым, мужчина со вздохом отложил в сторону газету и с интересом посмотрел на меня. Пожав незнакомцу руку, мой гид сказал:
- Вот что, Роман Карлович, оставляю вам этого молодого человека. Проэкзаменуйте, пожалуйста его по арабскому, а затем скажете что думаете. Наше руководство интересует вопрос, способен ли товарищ Сиверинский исполнять обязанности переводчика. Полагаю, одного часа вам будет достаточно?
После чего, обернувшись ко мне, попросил:
- Александр, после того как закончите собеседование, зайдите, пожалуйста, ко мне.
Искренне пожелав удачи, кадровик удалился.
- Ас-саляму алейкум, муаллим - поприветствовал меня экзаменатор. Услышав аналогичный ответ он указал мне на газету, которую только что просматривал, ткнул пальцем в статью на первой странице и попросил прочитать её, а затем пересказать содержание.
- Нет-нет… пожалуйста, читайте вслух, мне бы хотелось прослушать ваше произношение, - перебил меня он, когда я принялся быстро водить глазами по затейливой арабской вязи.
- Как скажете мухтарам, мне без разницы.
Дочитав до конца статью, я как мог, своими словами, пересказал её содержание. Убедившись, что с чтением я справляюсь неплохо, Карлович принялся за живое общение, постепенно увеличивая темп. Диалект моего экзаменатора, скорее всего был палестино-иорданским, тогда как мой - больше напоминал сирийско-ливанский. Тем не менее, это не помешало нам пообщаться и отлично понять друг друга.
Минут через двадцать, этот экспресс-экзамен закончился, и Роман Карлович расслаблено откинувшись на спинку стула, поинтересовался:
- Скажите, молодой человек, вы ведь сами из Киева? Но, насколько мне известно, в вашем институте иностранных языков не преподают арабский. Так кто же тогда вас так хорошо натаскал?
Никакого секрета я не раскрывал, поэтому вкратце рассказал свою нехитрую историю. Через двадцать минут, мы с ним расстались уже как будущие коллеги, и я вернулся в отдел кадров. На этот раз, меня встретили намного приветливей. Начальник, поздравил с успехом и сообщил, что я могу считать себя зачисленным в сирийскую группу. Протянув памятку для выезжающих за границу, задал лишь два вопроса.
- Скажите, Александр, наверное это ваша первая поездка за рубеж?
Было видно, что он ожидал услышать утвердительный ответ и уже приготовил для меня несколько полезных рекомендаций. Однако, узнав, что я ветеран движения, побывавший за границей - и не где ни-будь в лагере, а в самой Италии, - решил, что знаю я достаточно. А вот второй вопрос, точнее совет, касался моего холостяцкого статуса.
- Очень советую вам, молодой человек, до отъезда обязательно решить эту проблему: времени у вас достаточно. Полагаю, что вы в курсе пожеланий наших компетентных органов и хочу надеяться, что проблем с этим у вас не будет.
Подмигнув,под конец добавил
- Вот гляжу я на вас, и не верю, что вы до сих пор себе девушку не завели. Это сколько вам уже стукнуло? Двадцать три? Ну вот - самое время. Я и сам женился в двадцать четыре. До октября у вас остается месяца четыре, так что действуйте, не теряйте времени даром. А поскольку вы сейчас здесь - подойдите к нашей Ангелине и заполните анкету. На этом у меня всё, желаю успехов.
Он крепко пожал мою руку и дождавшись, когда за мною закроется дверь, набрал номер приёмной министра:
- Мариночка, соедините меня пожалуйста с Игнатием Трофимовичем, он просил доложить лично…
- Товарищ министр, от меня только что вышел товарищ Сиверинский… Нет, в кубинскую группу он не попал… нет, нет, что вы, … не в этом дело, сам не захотел. Почему?.. Даже не знаю… но все получилось ещё лучше. Час назад он прошел собеседование с нашим специалистом по восточным языкам, и тот меня заверил, что его арабский на достаточно высоком уровне, намного лучше, чем у тех таджиков, которых нам прислали для формирования предыдущей партии. Перевод текста отличный, да и с устной речью проблем нет …
- Да…да, так точно, всё идёт по плану: списки готовы, резерв также. Вот только теперь переводчика нам придется подбирать для кубинской группы, но уверен, это будет заметно проще. Вы ведь знаете -"испанцев" у нас всегда хватало … Разумеется .. конечно .. я всё ему объяснил и обо всём предупредил. Будем ждать, чем закончится собеседование наших кандидатов на Лубянке, надеюсь, там никого не завернут. Кстати, как раз у вашего Сиверинского проблем с этим быть не должно. Оказывается, он уже успел побывать в Италии… А… так вы уже знали об этом?..
Вернувшись в Киев, я вновь ушел в работу, вот теперь мои мысли были там - в жаркой Сирии. Ещё в поезде я мельком пролистал папку с бумагами, которую на прощанье мне вручил кадровик. Ничего особенного: обычные памятки, советы, наставления для выезжающих за рубеж. Это знаю, это также проходили, об этом слышали… Тем не менее, по приезде домой я решил еще раз и более внимательно просмотреть документы и обнаружил там одну любопытную бумагу, на которую вначале и внимания не обратил. Это была выписка из постановления "Об утверждении Правил условий труда советских работников за границей". Было странно, ведь если судить по дате, это был лишь проект постановления – опубликовать его должны лишь через пару месяцев. Но молодцы, эти министерские, заранее подсуетились, позаботились о своих, чтобы ещё до отъезда те были в курсе.
На тщательное изучение этого интересного документа у меня ушло два вечера и думаю, потратил их не зря: очень полезной оказалась бумага. Например, я и не подозревал, что начиная с даты приказа о назначении на должность и до момента пересечения границы, зарплата мне будет выплачиваться с надбавкой в 200% от максимального оклада по должности! Это где такое у нас бывало? Кроме того, для таких стран, как Сирия, ввели специальную климатическую надбавку; правда, действовала она не весь год, а лишь с апреля по август, но и это неплохо. Жаль только, что пятьдесят процентов всех этих надбавок, подъёмных и прочих приятных дополнительных выплат начислялись в советских рублях, которых у меня и так пока достаточно.
А в пункте десять, я нашел самое интереснее. Оказывается, специалистам, работающим за границей, оплачивают расходы и на переезд членов их семей. И что из этого следует? А следует то, что пригласить к себе члена семьи вполне возможно. В прежнем документе от 1959 года, ничего подобного не было: сиди себе там как за колючкой, работай и ожидай три года до свиданки. Вот она - забота партии о народе!
Нашелся здесь и раздел о надбавках, которые должны выплачивать работникам, владеющим иностранными языками. Интересно, а кем меня туда направят - переводчиком-инженером или инженером-переводчиком? Буду настаивать на инженерной должности. Там было написано еще что-то и о совмещении должностей, но как-то невнятно, вскользь - придётся разбираться с этим на месте. Впрочем, всё это должно быть отражено в наших трудовых договорах.
И словно изюминка на торте, было указано, что как и прочим советским труженикам, специалистам, работающим за границей, раз в год предоставлялся отпуск сроком на один календарный месяц. Имелось короткое примечание внизу, которое уточняло: в случае если отпуск будет на территории СССР, то соответствующие средства выплачиваются в рублях. И как прикажете это понимать? Неужели имеется возможность провести законный отпуск и не на территории СССР? Может, тогда взять и махнуть куда-нибудь на Доминикану? Было бы неплохо …
А вот самым неприятным пунктом был тот, в котором мне напоминали, что вся заработанная валюта, перед возвращением в СССР должна быть сдана в финчасть, где ее переведут по грабительскому курсу в чеки Внешторгбанка. Впрочем, и такое для большинства было пределом мечтаний, ведь за четыре тысячи чеков с желтой полосой, в "Берёзке", можно было приобрести новую "Волгу".
Короче, я переписал в свою записную книжку с десяток примечаний и несколько вопросов - будет над чем посидеть долгими вечерами. А эти вечера действительно бывали длинными и очень скучными. Например, я не мог, удобно устроившись на диване, нащелкать пультом и интересный фильм, выбрать себе сериальчик на Netflix, или почитать интересную книгу о таких как я. Нет, кое что было, но и фильмы, и книги были уже по нескольку раз пересмотрены и перечитаны ещё в той, прошлой жизни. Разве что, за исключением футбольных матчей, на результаты которых со мной теперь никто не рисковал забиваться. К счастью, меня не держали за экстрасенса, а всего лишь за знающего спортивного аналитика, или просто за везунчика. Ну и пусть их, так оно лучше будет …
На работе я уже не горел. Все почувствовали, что мысленно я уже не с ними, а в мире чистогана и валютных сертификатов, поэтому новыми заданиями не нагружали, имею в виду теми, которые на далекую перспективу. А может, не просто почувствовали, а уже знали, не верится мне, что ничего не протекло из директорского кабинета. И действительно, вначале поползли слухи, за которыми последовали неизбежные вопросы - что, где, куда, когда и я тоже хочу. До сих пор, я отделывался неопределёнными ответам, ведь действительно – не всё еще решено, не стоит загадывать наперёд. Разве что Светлане Алексеевне я выдал версию, которая максимально приближалось к действительности. Решил, что от неё эта информация далеко не уйдёт.
Не рассказать Ветке о сложившейся ситуации я также не мог - без неё никак. Ведь она станет главным действующим лицом комбинации. Мне навсегда запомнится тот чудесный вечер, когда я рассказал ей, что меня ждет в ближайшем будущем. Если бы наш разговор время от времени не прерывался поцелуями, то все бы выглядело как производственное совещание, а не признание в любви - особенно если учесть важность поднятых проблем.
Что касается меня, то я уже всё обдумал и решил, так как знал о ней главное: ночью она не храпит и одеяло на себя не перетягивает. А еще, было понимание, что далее держать её во френдзоне не получится. К этому разговору была готова и она, и как оказалось - давно. Первым делом Веточка поинтересовалась, не были ли шуткой мои слова о свадебном наряде, сказанные, когда я готовился к поездке в Москву? Тут, я решил пошутить, и начал именно с него – с наезда:
- Ну что милая, сколько еще собираешься тянуть, ты наконец обдумала моё предложение? Разве можно так долго ждать, это становится даже неприличным, что мама с папой подумают? Ведь мы с тобой встречаемся почти четыре года. А теперь уже не просто встречаемся… А если вдруг что случится, имею ввиду такое …. незапрограммированное? Думаю, ты понимаешь, о чём я. Представь себе, ведь даже с небольшим животиком, ты не будешь чувствовать себя достаточно комфортно под белой фатой.
Моя девчонка даже речь потеряла от такой наглости. Выходит, это она со свадьбой динамила, а не я так затягивал. Но, через несколько секунд, разглядев весёлые чёртики в моих глазах, она облегченно рассмеялась. По правде сказать, такой финалу был ожидаем, но тем не менее, случилось все как-то неожиданно - примерно как очередная зима для наших коммунальщиков.
Через час, устав от поцелуев и прикончив на радостях бутылку шампанского, мы пришли к общему знаменателю. Прежде всего, нам необходимо поставить в известность родителей, после чего, уже как сватов - познакомить их друг с другом. Тянуть с этим, мы не стали и уже через три дня я пригласил моих в гости, намекнув на маленький сюрприз.
Хорошо, что в это время на рынках еще можно найти всё что угодно, поэтому наш стол можно было назвать шикарным – учитывая то, что сегодня накрывал его не я, а Виолета. Вот вам и ещё один плюсик к её многочисленным достоинствам. Звонок в дверь - и на пороге появились будущие дедушка с бабушкой. Позади них топтался и вероятный дядька, мой младший брат, который в этом году перебрался в седьмой класс. Первым делом, я перезнакомил будущих родственников, и речь моя получилась хоть и короткой, но содержательной. Сообщил, что откладывать свадьбу на неопределённый срок мы не намерены и хотите вы того или нет, а через месяц-полтора - будьте любезны подготовиться.
Ветка безупречно отыграла роль скромной невесты. Во время моего монолога, она стояла молча, скромно опустив глаза в пол, и ковыряла ногтем сервант. Увы, но печки-то у нас нет! Но и без нее все получилось как положено только по-современному, имею ввиду традиции и накрытый стол. На следующие выходные, уже в полном составе, мы отправились в гости к ней. Теперь, принимать дорогих сватов будут ее родители. За день перед нашим визитом, чтобы не терять времени и застолбить наиболее удобную дату регистрации брака, мы подали документы в ЗАГС.
- Хочу сказать, мне никогда не нравилось это слово, ведь хорошее дело браком не назовут!
После такого знакового для нас события мне не пришлось прилагать особых усилий, чтобы убедить Ветку окончательно переехать ко мне. Места для двоих у меня более чем достаточно, не сравнить с ее общагой. Не буду обманывать, она и ранее иногда оставалась у меня, но лишь в качестве гостьи. А вот теперь, почувствовала себя полноправной хозяйкой. Мне же, нужно было подумать о свадебном подарке, нынче с этим не просто.
Прежде всего, мне вспомнился один интересный разговор, который я услышал во время одного из походов. После вечерней бани мы уселись вокруг пылающего костра, и так-как команда подобралась исключительно мужская, разговор пошел о них – о женщинах.
- Слушай, Олег, - услышал я чей то вопрос. – Вот ответь мне, если бы ты надумал жениться, что бы ты хотел получить в подарок?
…Что-что… понятно что, рконечно-же деньги!..
- Эх ты … Ну хорошо, а допустим у тебя имеется столько денег, что и складывать некуда? - Ну ты даешь… ! А зачем мне тогда жениться? – пожав плечами ответил его собеседник.
И не понятно – это он так всерьез?
Вечером, придя с работы я совсем не удивился, когда увидел, что Виолета начала наводить свои порядки в моей холостяцкой берлоге. Непонятно откуда, на подоконниках появилось несколько вазончиков с неизвестными мне растениями, портьеры и занавески были безжалостно отправлены в стиральную машину, а на кухонном столе красовалась новая клеёнка, на которой я не нашел записанных шариковой ручкой телефонных номеров. Не могу сказать, что я совершенно не следил за жильем, просто не обращал на многое внимания. Например, носки, которые до этого спокойно лежали на полу, с появлением женщины начали валяться. И вообще, если ранее, все у меня было разбросано на своих местах, то теперь было аккуратно сложено неизвестно где.
- Жаль лишь, что со своей старой кухонной скатерти, которая верой и правдой прослужила мне адресной книгой лет пять, я не успел переписать в записную книжку некоторые номера.
А вот в гараж ее пускать категорически рано - это я решил твёрдо, как и раскрывать секрет наличия у меня самогонного аппарата. Когда то это случится, … но как-нибудь позже.
В ЗАГСе, меня с Веткой встретили так, будто именно нас они и ждали последние пять лет. Заявления мы написали без ошибок и уверенно, ручка в пальцах не дрожала. В качестве компенсации за такое отчаянное решение, нам вручили два талончика-приглашения в салон для новобрачных. Не думаю, что там найдется что-то полезное, выбор в комиссионках куда лучше. Можно было бы заказать что-нибудь через японцев, но боюсь, у меня уже нет на это времени. Но нам ли быть в печали? Если проблем с деньгами у тебя нет, то и в СССР можно неплохо жить. Правда, это пока неплохо… примерно до середины восьмидесятых.
Ранним субботним утром, мы впятером загрузились в мою десятилетнюю "Волгу" и отправились с официальным и дружественным визитом к родителям Веты. Надо бы окончательно закрыть вопрос со сватовством. Понятно, будущие счастливые тесть с тёщей были заранее извещены, поэтому я твёрдо рассчитывал на свежую кровянку, пиханую пальцем домашнюю колбаску и запечённую в печи буженину с чесноком. И никак иначе – ведь первый птенчик из домашнего гнёздышка вылетает.
Кстати, спустя много лет, я с удивлением узнал, что наша кровянка - это практически полный аналог знаменитого английского пудинга. Меня им угостили, когда узнали, что я являюсь большим поклонником этого блюда. Увы, но понравилось не очень. Угощал нас один ирландец, но думаю, и у англичан рецепт такой же. Не могу понять, почему они повсюду суют свою овсянку, неужели не понятно, что с гречкой все будет вкуснее? Да и не колбаска у них, а нечто похожее на наши хрустящие гренки. Словом, не кровянка, а какая –то порнография …
В ее далеких палестинвх встретили нас приветливо, совсем по-семейному. Я лишь удивился, когда не обнаружил никакой родни, кроме ее младшего брата. Посидели, поговорили, рассказали о своих планах на будущее. Мне пришлось рассказать свежую новость о предстоящей командировке с Сирию. Сообщили о дате торжества и естественно, пригласили всех на нашу свадьбу - хотя выглядело оно как-то не по понятиям: не получив родительского благословения, взять и назначить дату создания семьи. Но времена меняются, сейчас почти все так делают. Под вечер, загруженные сумками вкусностей, мы вернулись домой. Поскольку было ещё не поздно, мы пригласили нескольких друзей, и я постарался наверстать все то, чего недобрал днём. Получилось славно, я лишь запомнил Серегину разу – Давай, наливай, чего жмешься. Это для Атоса пол-литра много, а вот для графа Де ля Фер - мало.
Гости разбрелись около двенадцати и пока Ветка прибиралась на кухне, я сидел и задумчиво перебирая струны гитары, рассеянно напевая один и тот же куплет старинного романса:
Разлука ты, разлука, Чужая сторона, Никто меня не любит, Как мать - сыра земля…
Итак, что мы имеем в сухом остатке? Нынче у нас июль. До начала сирийской кампании остается менее трёх месяцев. Дата свадьбы назначена на начало августа, а если точнее - на первую пятницу. За оставшееся время нужно… - и затем шёл длинный перечень всего, что нужно. Но главное не в этом. Как быть с молодой женой?
Вариантов было два. Отправиться со мной в качестве жены и… собственно, это и всё, ведь без диплома устроиться там будет проблематично. Разве что на кухню при советской диаспоре - да и то вопрос, возьмут ли: боюсь, желающих там своих хватает. Второй вариант, выглядит получше, хотя он предполагает целый год разлуки. И это все - через месяц после свадьбы! Как то не складывается у нас нормальный медовый месяц на средиземноморском побережье. Брать академку на последнем курсе, было-бы стратегически не верно. Наоборот, нужно поскорее заканчивать с ее бурсой и вставлять диплом в рамочку.
Позже, мы часто обсуждали эту проблему и сошлись на том, что лучше все же остаться - тем более что была возможность на Новый год прилететь ко мне в гости.
Утром, мы проснулись весёлые и счастливые! Имею ввиду, без головной боли и сухости во рту. Да о чём тут говорить? Продукт ведь - отличный, собственного производства, а свою меру я знаю, хотя столько и не выпью.
Этой ночью я принял еще одно стратегическое решение, взять отпуск: не пропадать же такому добру как отдых, тем более что денежная компенсация за него, была мне совершенно не нужна. Пока есть время, надо бы подготовить квартиру к длительному отсутствию умелых мужских рук: ведь первый и единственный ремонт я делал лет десять назад, сразу же после заселения.
Сказано – сделано. За неделю, мы поменяли обои в маленькой комнате, заменили старые, еще еврейские краны, подвесили новый светильник на кухне (светодиодный… ха-ха!). Меня даже заставили одолжить у соседа с первого этажа паяльную лампу, чтобы выжечь грибок под раковиной. Сам я и внимания на него бы не обратил, но теперь у меня появилась санстанция, водоканал и зеленстрой в одном лице.
Хочу сказать, этот сосед снизу, Валерий Илларионович, несмотря на свои многочисленные закидоны, напоминал мне истинного интеллигента времён Александра III и был весьма интересным собеседником. Но и недостаток у него имелся и был он стандартным: его практически невозможно было застать абсолютно трезвым, хотя определенную черту он старался не переходить.
- Скажу тебе Александр, - словно в оправдание, как-то заявил он, - научно доказано, что организм выводит алкоголь за одни сутки. Именно поэтому, пить мне приходится каждый день.
Возможно, он был прав, я и сам припоминаю, как какая-то кинозвезда заявила: - Я встречала немало счастливых людей; трезвых среди них было немного.
Словом, весь июль мы наслаждались компанией друг друга, занимались текущим ремонтом и готовились к операции судного дня. Наш праздник я решил отметить в банкетном зале ресторана "Динамо", где у меня было немало хороших знакомых. В отличие от свадьбы друга Алико, гостей пришло немного - человек сорок, причём со стороны Ветки их оказалось восемь: четверо её подружек и родители с братьями. Я же, помимо своих туристских друзей, пригласил директора завода холодильников Захаровича, давних знакомых из Министерства торговли и разумеется Алексея с женой. Ведь они были людьми не только хорошие, но и полезными. А такое не часто случается. Без бабушки с дедом также не обошлось: посажу их на почётных местах, все же аксакалы….
Чтобы пополнить оборотные средства, я несколько раз посетил знакомую сберкассу. Там меня сразу узнали и обслужили без очереди. Хоть какая-то польза от той истории.
Свадебное платье для Виолеты шили на заказ и обошлось оно мне в сто двадцать целковых - считай, месячная зарплата рядового инженера, но это того стоило. Когда она выплыла в нём из нашей спальни, у меня перехватило дух… Мне тут же захотелось снять его…, что бы не помять. Это произведение портняжьего искусства, до дня свадьбы висело под покрывалом на отдельной вешалке, и прикасаться к нему мне категорически не позволяли. Хотя, я не сомневался: когда меня не было дома, она всё же доставала его из шкафа, чтобы вновь и вновь покрутиться перед зеркалом. От такой малости невозможно удержаться.
А вот со свадебной каретой нам неожиданно помог …. Игнатий Трофимович, который изволил поинтересоваться, как у меня дела с последним пунктом обязательной программы для выезжающих за границу. Я заверил, что всё идёт по плану, а под конец, решил и его пригласить на свадьбу.
Разумеется, я и не надеялся на положительный ответ, однако вместе с поздравлениями услышал неожиданный вопрос:
- И что же мне тебе подарить? Может, у тебя есть какая-то идея? Ты давай, говори, не стесняйся.
Ну что ж, раз прямо спрашивают, то и отвечать следует так же. Знаю, смелость города берёт, в то время как скромность топчется под стенами. Поэтому, не стесняясь, я сказал:
- Так, кажется, всё есть… жаль только, что свою невесту я по городу на "Чайке" прокатить не смогу.
Слово было сказано и через два дня, за неделю до свадьбы, со мной связался завгар Министерства иностранных дел. Мы договорились, что в назначенный день, с утра и до обеда новенькая ГАЗ-13"Чайка" поступает в моё полное распоряжение. Вот это да, действительно - царский подарок! Помню, ведь именно такие, Никита Хрущёв подарил Гагарину и Фиделю Кастро. Автомобиль оформил официально, через кассу, и я еще долго хранил квитанцию на тридцать восемь рублей, которую тут же оплатил.
КУого-то из моих друзей удивил тот факт, что со стороны невесты явится так мало гостей. Да я и сам знал, что этих родственников, разбросанных по всей стране, у неё раз в пять больше, чем у меня. Дело в том, что в ресторане "Динамо" состоится лишь первый акт Марлезонского балета, а вот финал нашей свадьбы, в соответствии со старыми украинскими традициями, отыграют на территории невесты. Можно было лишь жалеть, что туда "Чайку" не погонишь. Вот это было бы настоящее событие.
Сегодня настал тот самый день - забыть дату которого, даже через пятьдесят лет, грозит мужчине крупными неприятностями. Веткины подружки появились сильно заранее, более чем за час до назначенного срока и всё это время шептались в нашей спальне, что-то поправляя - то в платье, то в причёске. Наконец, всё готово: действующие лица собрались в гостиной, присели и нервно выдохнули. Трижды сверили явки, пароли, кольца, паспорта и квитанции фотографа. Похоже, ничего не забыли. И вот, в квартиру ворвался растерянный Алико и сообщил, что пора, карета подана. Разумеется, ни он ни все остальные, понятия не имели что мы отправимся в семейную жизнь именно на "Чайке". Как оказалось, сюрприз был не только для них, но и для меня: у подъезда стоял автомобиль-кабриолет с откидным верхом. Там, можно было даже встать и помахивать изумленным прохожим, словно маршал Гречко на параде на Красной площади.
Поглазеть на это чудо сбежался чуть ли не весь дом – вся детвора точно. Салон автомобиля был светлый, кожаный, цвета слоновой кости. Мягкие, удобные сиденья с подлокотниками позволяли свободно вытянуть ноги. Но самое большое впечатление на Ветку произвели электрические стеклоподъёмники: она никак не могла наиграться и раз за разом гоняла левое стекло вверх-вниз…
Минут пять, Виолета держала себя как Нефертити на приёме у Цезаря Октавиана Августа. Поджав губки и сдерживая улыбку до ушей, она сидела невозмутимо, гордо подняв подбородок, искоса поглядывая вокруг. Словом, старалась делать вид, будто выше всей этой суеты и к подобному давно привыкла. Но вскоре, эта роль ей надоела - и она вновь стала похожей на саму себя. Сам же я сидел, обливаясь потом, в этом тёмно-синем, почти чёрном костюме. Вот не нравится мне носить все эти костюмы с галстуками! Но, как уверяли авторитеты - "так надо" – такой мол нынче свадебный дресс-код. Так он у нас всегда такой! Это у этих женщин мода хоть в чем-то меняется, а у нас - всё как всегда: разве что количество пуговиц на пиджаке меняется да лацканы - сегодня острые, а завтра закруглённые.
А вообще, свадьба всегда казалась мне чем-то похожим на шахматную партию, где на доске расставлены белые и чёрные фигуры. Причём, как и в большинстве турниров, белые начинают - и практически всегда выигрывают. Для себя же я твердо решил, что все эти костюмы надену лишь дважды: на свадьбу и на похороны. Разве что, ещё в Колонный зал - если меня туда пригласят для награждения золотой звездой Героя.
У знаменитого "Шоколадного домика", где размещался центральный ЗАГС, мест для парковки нашего небольшого кортежа оказалось достаточно. Долго стоять в очереди желающих создать семью не пришлось и через полчаса, годами отработанная процедура регистрации завершилась. Солидная женщина с толстой цепью на шее и профессиональным, прищуренным взглядом Ильича указала, в каком именно месте нам следует поставить свои подписи, а затем, пожелав успехов в построении семьи, коммунизма и всего прочего, прошествовала в свою комнату..
Вот и стали мы - я мужем, а она женой. До начала банкета в ресторане оставалось часа три, поэтому молодёжная компонента свадебной тусовки отправилась по стандартному маршруту киевских молодожёнов - на склоны Днепра, а затем на набережную: фотографироваться и пить шампанское. Задействовать эту "Чайку" я собирался по полной. Звон бокалов, приветственные возгласы друзей-товарищей … Увидев такой шикарный кортеж, в нашу сторону тут-же подтянулось несколько милицейских патрулей. Нам они не мешали - стояли себе в сторонке, так сказать, во избежание.
Метрдотель ресторана "Динамо" постарался на славу - ещё бы, за такие чаевые. Вечеринка прошла нормально: ничего необычного не случилось, а что это за свадьба без драки? Немного после одиннадцати мы прибыли домой. Вот только доставила нас сюда уже не "Чайка", а обычное зелёное такси с шашечками на дверцах. Кто-то мог бы сказать: финита ля комедия - шикарная карета превратилась в обычную тыкву! Не угадал: наш семейный праздник продолжался почти до утра.
Следующий день начался также как и у всех. По-турецки сидя в постели, мы вытряхнули конверты и принялись с интересом пересчитывать заработанные на вчерашнем пиру деньги, обсуждая и прочие ценные подарки. Еще в третьем классе я заметил, такие упражнения по устному счету всегда поднимают настроение. Бывало, что и спорили: нам не всегда удавалось вспомнить, что и от кого. Устав от этой арифметики, мы позавтракали, а затем отправились в поход по гостям – нанеся свой первый семейный визит деду с бабушкой. Уж больно вкусные борщи, котлеты и вареники умела готовить моя старушка - пусть теперь молодая жена опыт перенимает.
Поскольку, до начала второй серии свадьбы оставалась еще неделя, мне пришло в голову предложить ей отправиться в четырёхдневное путешествие пароходом до Запорожья. Эта идея была с восторгом принята. Свежий воздух, роскошный люкс на верхней палубе и виды Днепра, сделали наше путешествие незабываемым. А ещё, у меня случилась одна неожиданная и приятная встреча. Вечером, со своей молодой женой и гитарой под мышкой, я вышел на верхнюю палубу и начал негромко наигрывать старые мотивы. При этом, рассказывая Ветке и о той давней школьной поездке, которая случилась лет десять назад и также в Запорожье. Она, тут же попросила, чтобы я исполнил то самое попурри о "Белом пароходе". Каково же было моё удивление, когда к нам подошёл кто-то из команды "Некрасова", и остановившись рядом, спросил:
- Слушай, парень, а ты откуда эту вещь знаешь?
Я удивлённо поднял глаза на этого здоровяка и ответил:
- А как же мне её не знать, если я её и сочинил?
После чего, пристально вглядевшись в собеседника, спросил:
- Уважаемый, а это случаем, не мы с вами гоняли наперегонки у одного днепровского острова?
А теперь и он меня признал - и тут же засыпал вопросами. Через некоторое время, к нам присоединилось ещё несколько речников: Павел рассказал им о наших приключениях, и почти на полчаса мы углубились в давние воспоминания. За прошедшие годы мой знакомый успел закончить речной техникум и дослужился до первого помощника капитана, одновременно став председателем профсоюза отряда. Не последний человек в пароходстве.
- Слушай, Саня, а давай сделаем остановку у нашего островка и попробуем повторить тот заплыв? Очень уж хочется мне взять реванш…
Услышав такое предложение я лишь усмехнулся:
- Что тебе сказать, Павлуша… думаю, что не стоит. Видишь ли, в те годы у меня был примерно первый юношеский, а сейчас я уже до мастера доплавался, так что… сам понимаешь.
Старый знакомый лишь кивнул, соглашаясь и настаивать не стал. На следующий день, узнав, что у нас сейчас свадебное путешествие, Павел организовал роскошный праздничный ужин в салоне на верхней палубе. Понятно, что там, в который раз прозвучала песня о нашем белом пароходе.
А через день – нам снова в бой, покой нам только снится. К усадьбе тещи с тестем, мы впятером добрались на моей старенькой "Волге". Надо бы после Сирии на что-то другое пересесть. Впятером - это мы с Веткой, её подружка и Алико со свахой Ленкой. Прочие девяносто девять гостей, будут местными. Разумеется, я пошутил, назвав такую нескромную цифру, но гостей действительно пришло очень много. Впрочем, здесь так принято - не буду соваться в чужой монастырь…
В первую очередь, мне пришлось вновь перезнакомиться с многочисленной роднёй невесты - со всеми её дядьями и тётками, как троюродными, двоюродными, так и родными. При этом, наверняка пребывая в состоянии эйфории и расслабившись, я забылся и удивил дядьку Жору, которого назвал по имени-отчеству, ещё до того, как нас с ним познакомили. Точно так же, поприветствовал лохматого охранника - Графа. Ничего удивительного в этом не было: ведь я их отлично помнил ещё из прошлой жизни. И если дядька удивлённо взглянул на меня, то пес никак не отреагировал - он дружелюбно замахал хвостом – может узнал? Мою оплошность удалось быстро сгладить: гости занимали места за столом, и Жора не стал докапываться до истоков моих знаний.
Следующее утро выдалось отличным, никто никуда не спешил, а мы приходили в чувство в компании нескольких ящиков пива. В Киев мы прибыли лишь в понедельник - уставшие, переполненные впечатлениями и нагруженные сумками с остатками свадебного пиршества. Вот и все, обязательная программа выполнена: можно нести документы в КГБ и окунаться в рабочие будни – хоть и ненадолго. Вскоре, меня ожидает поездка в Сирию, да и с Ветой необходимо окончательно решать - вернее, уговаривать.
Первым гостем, который навестил наш, уже семейное гнездышко, был друг-Либман. А кто бы сомневался. Причина была банальной:
- Саня, а ты не мог бы одолжить мне рублей сорок?
Выяснилось, на строительстве мостового перехода, мой Анатоль получил повышение. Недавно, его перевели на хлебную должность прораба со всеми вытекающими из этого правами и обязанностями – и разумеется, с материальной ответственностью. По словам моего школьного товарища, какая-то падла стащила из подсобки сварочный аппарат. Впрочем, не исключаю, что он сам, не глядя подмахнул акт приёмки. Как бы там ни было, а проблема была, и ее надо было решать и решать, как можно быстрее. Вот он и решил, что после свадьбы денежки у меня должны водиться, и явился с поздравлениями, даже букетик прихватил. Уверен, что с клумбы.
- Анатоль, а ты хоть помнишь, что уже должен мне двадцать рублей, и уже давно?- строго посмотрев на него, спросил я.
- Ой… вот за это Саня, можешь не переживать, конечно же помню. Об этом долге я до конца жизни не забуду!
Вот и успокоил.
- Вот что ты за человек такой, Толик? У таких умных родителей вырос такой бестолковый сын. Как будто ты и не еврей вовсе! Ни украсть, ни обмануть - сразу видно, твоим воспитанием никто не занимался. А ведь я всегда считал, что вас, евреев, уже при рождении можно зачислять на первый курс Института торговли.
Впрочем, в некой практичности ему отказать было нельзя. Как-то, по случаю, он приобрел себе сто пар одинаковых тёмно-синих носков - совершенно одинаковых, без всяких там узоров и полосочек. А затем, когда один из них утащит кошка или засосёт в пылесос, Толик просто вынимал из пачки другой. Так же он поступал тогда, когда в одном из них появлялась дырка, в которую пролезал большой палец.
- Да отдам я, отдам, не переживай, - принялся успокаивать он. - Сейчас, на новой должности, у меня и зарплата будет повыше, да и другие возможности, на которые ты намекаешь, появятся. Тебе что, жалко? Я же точно знаю, денежки у тебя водятся, тем более сейчас, после свадьбы.
- Ада не переживаю я, конечно одолжу. Просто запомни на всякий случай мои слова – ты их вскоре даже по телевизору услышишь: - богатые тоже плачут…
Пока продолжалась эта шутливая пикировка, Ветка успела вынести и положить на стол те самые сорок рублей. Получив желаемое, Либман даже от чашки кофе отказался и мгновенно исчез. То ли боялся, что я передумаю, то ли действительно, у него неслабо подгорало.
Как и все в этом мире, мой отпуск подошёл к концу – пора и на работу, да и у Виолеты, через день занятия начинаются. Сегодня, в аудиторию она войдет уже в новом статусе, вот и старается, к зеркалу не подпускает. Забот у неё побольше моего будет. Даже представить страшно, сколько ей бумажек придется переделывать на новую фамилию! Хотелось надеяться, что у Ветки не появится странного желания, отгулять и третью свадьбу – со своими институтскими подружками.
И положено, о своей сирийской командировке я сообщил ей давно, задолго до свадьбы. Помню, как узнав об это, Виолета мгновенно расцвела. Извлекла из шкафа мой школьный географический атлас и начала внимательно разглядывать район среднего востока - наверняка представляла себя в волшебной стране минаретов и бедуинов, лежащей в тени пальм на берегу теплого Средиземного моря. Махнуть со мной в Сирию? Да это же словно оказаться в настоящей сказке! Однажды спросила - а не там ли Али-баба проживал.
Ну да, Сирия, это вам не какая ни-будь Болгария с Польшей: там в самой убогой лавке на рынке можно ишь свободно купить "Кока-колу" и жевательную резинку. Хочешь джинсы? Пожалуйста - лфасон и цвет выбирай! Да много чего там есть, даже мечтам в голове тесно. Именно так я и расшифровал ее мысли.
Ну что ж, придётся потратить парочку вечеров, что бы окунуть эту барышню в реалии, объяснить ей всю разницу, между туризмом и рабочей командировкой.
- Слушай сюда, любимая – усадив ее на колени ласково начал я, - того, что ты себе представляешь, не будет. Понимаешь, совсем не будет. Шесть дней из семи ты будешь маяться в нашей тесной квартирке в закрытом городке советских специалистов и с нетерпением дожидаться, когда твой любимый вернётся с работы. И даже тот единственный выходной, не обязательно будет принадлежать нам. Хочешь узнать почему?
Я с сочувствием посмотрел ей в глаза, желая убедится, что меня понимают правильно..
- Дело в том, что я не только инженер, а ещё и переводчик. А теперь сама подумай, какой нормальный руководитель отпустит в город своих сотрудников, которые ни слова не понимают по-арабски? Да они и сами не захотят! Так что поваляться в своё удовольствие на морском песочке, у нас неполучится - по крайней мере, каждые выходные.
Я плеснул в стакан холодного пивка, отхлебнул и продолжил крушить ее хрустальные замки.
- Да через две-три недели твоей надуманной заграничной жизни ты волком взвоешь, уж поверь. Вот представь себе: жара за тридцать, ты одна, в маленькой однокомнатной квартирке, где и словом не с кем перекинуться - ведь все соседи разойдутся по работам. И такое счастье по восемь часов каждый день. Да на свою "Кока-колу" ты уже на второй день смотреть не захочешь.
Закончив с этим, я повернул на другой галс и попытался ударить в еще одно больное место. И это был трезвый расчет.
- Кроме того, ты ведь сама читала: только пятьдесят процентов своей зарплаты я буду получать в валюте. Я узнавал, по местным меркам это не такие уж большие деньги. И если за моё проживание и питание заплатит государство, то за тебя, мы будем платить из своего кармана. Ведь без диплома и специальности ты там никто и никому не нужна.
Говоря это, я хитро улыбнулся, будто только сейчас мне в голову пришла мысль, и добавил:
- Конечно, и без институтских корочек у тебя может быть свой путь…
- Это какой? - с надеждой встрепенулась Виолета.
- Тот, который нужно будет ежедневно подметать… Точно также как наша дворничиха тётя Соня. В лучшем случае, тебе могут предложить что-нибудь типа "принеси-подай", да и то вряд ли: у них таких и своих хватает. А вот с дипломом инженера перед тобой откроются все пути. Сможешь выбрать что захочешь. Хочешь в кино, хочешь в цирк, а можно и пирожок с мясом купить…
После этих слов, я крепко обнял её и поцеловал. Разумеется, она приняла невеселые жизненные реалии - хотя отбросить свои розовые мечты, было не просто. Слишком уж много воздушных замков успела нарисовать. А под конец я заявил:
- А за все остальное можешь не волноваться: всё будет как я и обещал той тетке в ЗВГСе, я люблю только тебя. И не вздумай ничего себе додумывать - иначе получишь проблемы, которых вначале и не было.
Мужики в отделе, после того как я вышел из отпуска, встретили меня бурно и сразу же намекнули, что изменение моего семейного статуса необходимо отметить в тесном холостяцком кругу. Мои отговорки, что прошло уже три недели, не принимались. Делать нечего - придется сдаваться. В нашу компании хотела влиться и Вета, но я ее не пустил:
- Нет-нет, дорогая, там всё будет серьёзно - детям с нами нельзя. Я лучше завтра тебя в кукольный театр свожу или пожарную машинку в магазине купим… Договорились..?
Как и предполагал, домой я явился после двенадцати - и разумеется на ушах. На обоих,… но сам.
- Вот видишь, любимая, как хорошо, что ты со мною не пошла: ещё и тебя я домой бы точно не дотащил…
Строго поджав губки, она решила возразить - А я бы с вами не пила…
Не дав закончить я перебил – Видишь ли дорогая, одной такой фразой - "я не пью" ты как бы бросаешь вызов всем остальным и в дальнейшем, весь смысл пьянки сводился бы к тому, чтобы тебя напоить.
С нетерпением дождался того дня, когда пришёл вызов из Москвы – пора пройти последнее собеседование и инструктаж. Ответственный сотрудник конторы глубокого бурения, перелистывая моё - не такое уж худенькое - дело, удовлетворенно заметил:
- Ну что ж, товарищ Сиверинский, вижу, что в капиталистическом окружении вы уже успели побывать, так-что долго задерживать не буду, – после чего, позволил себе пошутить:
- На всякий случай советую вспомнить "Марш коммунистических бригад". Вы наверняка его слышали.
- Вы это к чему? – не сразу понял я.
- Да это я так… просто советую обратить внимание на этот текст:
- "Будет людям счастье? Счастье на века - У советской власти длинная рука…"
На этом, собственно, и всё. Выйдя из серого здания, я направился в заграничный отдел – где сдал свою "краснокожую паспортину" для сирийской визы, оставил несколько подписей и оформил документы на командировку. К большому удивлению, прямо здесь я получил суточные на две недели вместе с подъёмными. Пачка оказалась изрядная - причем полностью легальная: будет что Ветке на пуговки оставить.
Эта стопка ненужных за границей бумажек с профилем Ильича, напомнила мне ещё об одном, о чём я постоянно забывал. Давно собирался связаться с Харуки, и попросить его открыть на моё имя счёт в банке "Лионский кредит", у которого был свой филиал в Алеппо. Посидев над картой, я прикинул, что добираться туда мне будет заметно удобней, чем в Дамаск. Много мне не надо - тысяч пять долларов должно хватить, иначе могут и вычислить. Люди у нас памятливые и наблюдательные, не говоря уже о чекистах. Была уверенность, что некоторые мои коллеги обязательно будут друг за дружкой приглядывать. От синдрома конца тридцатых избавится не просто.
Не иначе как Всевышний толкнул меня под руку. Буквально перед отъездом, я сообразил заскочить в гости к своему учителю - египетскому сирийцу Абу Халиду. И не прогадал. О будущей командировке я сообщил ему ещё месяц назад, да все никак не мог выбрать времени, что бы встретиться. И хорошо, что зашёл: Абу дал мне массу полезных советов. У него же удалось раздобыть старую схему города Халеб - или, как его называли европейцы - Алеппо. Квартирку Абу я покинул довольный, с паролями и явками дюжины торговцев, старых знакомцев Халида. Надеюсь, что теперь мне не придётся выкладывать три цены за товар, да и авторитета у нашей диаспоры такие полезные связи мне добавят. Кто же из советских, будет против, если удастся чуточку сэкономить? А ещё - пресса. Я набрал у Халида пухлую стопку газет. Они хоть и не отличались свежестью, но давали какое-то представление о современной Сирии.
На крупномасштабной карте, я отыскал городок советских строителей, в котором будем жить. Он находился у посёлка Сафира, неподалёку от озера Джаббуль. Именно здесь планировалось построить мощный гидроузел, который должен снабдить водой местных феллахов, а электричеством - всю северную часть страны. От западной окраины Сафиры до центра Алеппо было не более тридцати километров, так что даже с учётом состояния местных дорог, дорога до столицы провинции будет занимать не более двадцати минут. И было бы совсем неплохо, если получится договориться с завхозом насчет транспорта. Тогда и вовсе никаких проблем.
Наше большое строительство планировалось начать года на три раньше, но в 1973 году Сирия и Египет решили вновь повоевать с Израилем. Вот только, вернуть Голанские высоты, захваченные в ходе арабо-израильской войны 1967 года, сирийцам так и не удалось. После подписания в этом году, третьего по счету перемирия, к проекту строительства решили вернуться. С этим мне повезло, кому война, а кому мать родная. Если бы эта заварушка началась на год раньше, в состав советской делегации я бы точно не попал.
А еще, Халид настоятельно рекомендовал мне сразу по прибытии, не тянуть и переодеться в местные одежды: в них намного легче переносится жара, а куфия - или, как у нас ее назовут,"арафатка", - защитит лицо от солнца и частых пылевых бурь. Его совет мне понравился. Ведь стоит мне одеть кандуру - это такой халат до щиколотки с длинными рукавами, то с моим арабским, от местного меня не отличить.
За время, оставшееся до отъезда, я обошел и попрощался со своими друзьями, получив от каждого множество пожеланий типа: "что я должен им привезти". Их набралось столько, что впору будет заказывать железнодорожный полуконтейнер.
А если о главном, то я в который раз перелистал свои старые записи и освежил в памяти, что же полезного могу предложить двум ребятам, из пока не существующей Microsoft. Очень надеюсь, что мне удастся их заинтересовать: парни они молодые, азартные; старший из них моложе меня на целых два года. Все эти заманухи хотелось бы сделать как можно более привлекательными, чтобы они тут же забыли о своем творческом гараже под Сиэтлом, сорвались с места и срочно вылетели в Дамаск.
Вот только не рановато ли? А вдруг не оценят перспектив сотрудничества и откажутся от моих предложений? Хотя, не должны. Буду придерживаться старых лекал того мудрого третьеклассника, ведь пока что, его советы меня не подводили. А если что не так - в резерве у нас есть ещё один простой американский парень по фамилии Джобс, Стив Джобс.
Ну а если и там облом, делать нечего, в таком случае придётся строить капитализм в отдельно взятом теле, …. в своём. И пусть потом все эти неудачники сгрызут ногти до мяса, пользуясь уже моим графическим интерфейсом или блуждая по паутине только моего Интернета.
А пока, остаётся лишь ждать. А ещё - мечтать и думать, ведь планы по восхождению на финансовый олимп составлены начерно, так сказать - грубыми мазками. Главное - не забывать, что сахар в чае остается всегда на дне стакана.
Глава 4
Глава 4
Надоевший за шесть часов перелета монотонный гул двигателей нашей "тушки" начал стихать, превратился в пронзительный визг, а затем и вовсе смолк. Утомленные долгим перелётом пассажиры зашевелились, вытягивали затёкшие в креслах эконом-класса ноги и заёрзали, тихонько переговариваясь. Те, которым повезло больше, расплющили носы о стекла иллюминаторов правого борта - именно отсюда можно было увидеть длинное двухэтажное здание аэропорта города Дамаск. На высокой, позолоченной мачте, видневшейся в сотне метров, неподвижно повис выгоревший под горячим солнцем сирийский триколор. Даже в салоне самолёта начинала ощущаться жара, царящая за бортом. А ведь вылетали мы из мокрой московской осени - кто в свитерах, а кто в плащах и куртках.
Наконец, дождавшись приглашения одной из наших очаровательных бортпроводниц, пассажиры, гуськом, нетерпеливо подталкивая друг друга в узком проходе, потянулись к выходу. Разумеется, никакими "шаттлами" здесь не пахло, но бетонная коробка аэровокзала находилась неподалеку, метрах в ста, так что сами дойдём, не рассыплемся, только бы багаж в какой ни-будь Париж не отправили.
Группа строителей, без хлопот прошла паспортный и таможенный контроль, и неуверенно озираясь по сторонам, сгрудилась в центре зала первого этажа. Здесь нас встречали. Загорелый как баклажан мужчина в светлой футболке с короткими рукавами и в соломенной колхозной шляпе извлек из портфеля бумагу и принялся зачитывать длинный список фамилий. Через несколько минут, его коллега, внешне смахивающий на таджика, не выдержал, перебил и громко объявил по-арабски:
-Так, товарищи, есть среди вас переводчики? Всех прошу подойти ко мне, для нас выделен отдельный транспорт.
Из общей толпы вышли четверо и направились к "таджику". Я и сам дёрнулся, не совсем понимая, к какой именно категории себя относить, но подумав, решил остаться на месте. Тем временем, "таджик", достал свой собственный короткий список, заглянул в него, пересчитал своих по головам, и понял, что в этом стаде не хватает некоего Сиверинского. Обернувшись к нам, он недовольно спросил уже на великом и могучем:
- Ещё раз спрашиваю, здесь есть Александр Сиверинский? Или он с вашей группой не прилетел?
Дальше скрываться, не имело смысла – свой будущий статус надо было определить сразу. Немного поколебавшись, я протиснулся вперёд.
- Что же ты, мил человек, не вышел со всеми? Может арабский не понимаешь? У меня здесь ясно указано, что ты переводчик, - он ткнул пальцем в свой список. - Давай в темпе, загружайся вон в ту зелёную машину, сейчас выезжаем.
Но тут, свои права на меня решил заявить руководитель основной группы:
- Извини, Хуршед, но товарищ Сиверинский в моем списке значится как инженер- проектировщик, правда с особой пометкой. Да и в его направлении должно быть указано, что он поступает в распоряжение руководителя группы проектировщиков и будет заниматься дамбами, насыпями и прочими защитными сооружениями. А то, что он владеет языком – так это его дополнительная нагрузка, можно сказать, бонус для тебя.
Делили мою тушку недолго. За пару минут старшие договорились, что работать я буду таки в проектном отделе, а в случае острой необходимости, меня будут выдёргивать и на другие объекты, уже в качестве переводчика.
Наконец разобравшись, нас вместе с горой чемоданов и сумок загрузили в два автобуса и повезли в городок гидростроителей, который с этого дня и надолго станет моим домом. Смотреть через запыленные окна автобуса, было заметно интереснее чем в иллюминаторы аэроплана. Непривычного было много, а вот интересного - нет. Припорошенное песком пустыни шоссе, финиковые пальмы, сотни одноэтажных глинобитных халуп, на фоне которых наши "хрущевки" выглядели дворцами. Часа через три мы въехали в металлические ворота с неизменной красной звездой и остановились во дворике, полностью лишённом какой-либо растительности. По периметру стояли четыре стандартные трёхэтажки и несколько складских бараков.
Через десять минут я получил ключ от двадцать второй квартиры на втором этаже. Цепляя подошвами ободранный линолеум длинного затхлого коридора, я подошел к двери и отпер ее. Внимательно осмотрев свои новые апартаменты, сразу понял, что жить буду не один - не по чину мне отдельная жилплощадь. Одна из двух кроватей, что у окна, была небрежно застелена клетчатым пледом, а на другой, видимо моей, кучей лежали чьи-то вещи. Ничего, бывало и похуже. Я аккуратно переложил чужое барахло на стул и застелил матрас чистым бельём, выданное мне женой коменданта.
Не успели мои вещи занять место в шкафу и тумбочке, как дверь без стука отворилась – с работы вернулся сосед. Первое впечатление было неплохим, впрочем, как и второе. На его потном добродушном лице тут же расплылась приветливая улыбка.
- Клим… - протянул он широкую ладонь, после чего открыл холодильник.
Тот тихонько урчал в углу и был практически пуст, так как я ещё не успел убрать туда гостинцы, которые заботливая жена собрала мужу в дорогу. Достав из дверной ниши початую литровую бутылку прозрачной жидкости, сосед молча налил две стопки граммов по сто и вопросительно посмотрел на меня.
- Ну что, юноша, давай за прибытие? –предложил Клим. Ни минуты не сомневаясь, что его предложение будет принято. - У меня тут неплохой арак неделю стоит, лучшее из того, что можно достать у местных бутлегеров.
Климов арак, оказался крепчайшим абрикосовым самогоном градусов под пятьдесят. Хорошо, что у меня нашёлся кусок сала и запечённая с чесноком и перцем подчерёвина.
- Удивляюсь, как это твоё сало таможенники пропустили? Ведь это запрещённый во всех мусульманских странах продукт, - с удовольствием отрезая приличный шмат, покачал головой сосед.
Чтобы в дальнейшем, избежать проблем на религиозной почве, от такого вещественного доказательства следовало избавиться и как можно быстрее. Быстро проглотив первый кусок, Клим выразительно посмотрел на начатую бутылку. Моё контрабандное сало оказалось отличной закуской. А кто бы сомневался! Уже после третьего подхода, я обратил внимание на гриф гитары, торчавший за спинкой его кровати.
- Слушай Клим, а ты что, балуешься этим?
- Нет, где там. Это сосед - Володька оставил, когда домой уезжал. Вечерами делать нечего, вот я и попробовал научиться, даже самоучитель раздобыл, вот только толку ноль. Не моё оно.
После чего, с надеждой взглянув на меня, спросил,
- Слушай, а может ты умеешь? Когда Володька был в настроении, у нас весь этаж собирался.
Я поднялся, взял в руки гитару, смахнул кухонным полотенцем толстый слой пыли, немного подкрутил колышки и по нашему этажу поплыл гитарный перебор. Не прошло и десяти минут, как к нам, без стука и билетов заявились первые слушатели, и как и предупреждал сосед, не с пустыми руками. Вот только ассортимент был всё тот же - арака.
Мое сало таяло как снег в конце марта и вовсе не от жары. Не прошло и десяти минут, как я с тоской проследил за последним исчезнувшим куском. Не страшно, зато у нас собралась неплохая компания. Через полчаса, на кухне всем стало тесно, и мы перебрались в комнату, и вскоре откуда послышалось дружное хоровое пение. Выводили нескладно, но громко и с душой. Не зря я считал, что лучший учитель пения - литр водки.
Последними, к нам на огонек заглянули особист и комендант общежития. Эта парочка посидев минут десять, незаметно удалились.
- Гляжу, Сиверинский, ты начал с места в карьер. Смотри, не увлекайся зелёным змием, а то некоторых товарищей приходилось с волчьим билетом в Союз отправлять. Надеюсь, последствия тебе понятны? – уже в дверях, негромко бросил майор.
Утром я проснулся на удивление с ясной головой. Во дворе общежития урчал двигатель разъездного автобуса "Рено", который должен доставить нас на стройку. Вскоре, познакомившись с объёмами работ и своими сирийскими коллегами, я вошел в спасительную прохладу конторы и под мерное гуденье кондиционера начал разбираться с бумагами, оставленными моим предшественником. Всё было знакомым, словно я работал здесь не первый день. Раздражало лишь то, что меня постоянно отвлекали, дёргая на различные объектыв качестве переводчика – бывало, что и на весь день. Не нравилось это не только мне. Заведующему гаражом приходилось каждый раз искать свободную машину с водителем. Однажды, даже он сам поработал у меня шофёром. В конце концов, узнав, что я неплохой водитель, завгар подвёл меня к старенькому, побитому жизнью и дорогами пикапу Renault, стоявшему в дальнем углу гаража.
- Вот, Александр, дарю. Владей и помни о моей доброте, - торжественно заявил этот жук, протягивая мне ключи.
По выражению лица завгара, можно было бы подумать, что он только что подарил мне лимузин представительского класса. Тем не менее, я был доволен. Личный транспорт давал мне такую желанную автономность, а вместе с ней и свободу. Прежде всего, я со всех сторон обошел машину, покрытую толстым слоем пыли. Поднял капот, проверил уровень масла и тормозной жидкости, а затем с надеждой посмотрел на двух слесарей, крутившихся рядом, видимо, ожидавших моей первой реакции. Ну что ж, по крайней мере следов масла под машиной я не заметил. Впрочем, это не показатель. Как утверждали опытные водители, если из отечественного авто перестало капать масло, значит оно кончилось.
Тяжко вздохнув, я обернулся к старшему из гаражных пролетариев и спросил:
- Ребята, а вы не подскажете, в каком году этот рыдван в последний раз выезжал за ворота гаража?
Они заговорили оба и сразу, перебивая друг друга, видимо не желая подставить своего начальника:
- Да нормальная машина, здесь надо только …
После этих слов, последовал длиннющий перечень того, что "надо", а именно список проблем и необходимых работ. Что-то, можно было сделать на месте, для чего-то требовались дефицитные запчасти. Поскольку, для себя я окончательно решил, что машина мне крайне необходима, то слушал их внимательно и с интересом.
- Дороговато конечно, но ведь это свобода. А свобода, как и удовольствия, стоит дорого.
Наконец, полностью определившись, я намекнул завгару, что всё необходимое будет мною оплачено в полном объёме и из собственного кармана. Выданный аванс в сирийской валюте я еще не успел потрать, и этого должно было хватить.
Кто-то может спросить, а что это я так разбрасываюсь деньгами, если до первой получки оставалось еще три недели? Так всё просто. Ещё в Киеве мне удалось связаться с Харуки и попросить его открыть на моё имя счёт в банке "Credit Lyonnais", ближайшее отделение которого находилось совсем неподалёку, в Алеппо. Уверен, что тех пяти тысяч долларов будет более чем достаточно для удовлетворения моих скромных потребностей, а тратить большие суммы, привлекая ненужное внимание зависть коллег своим мотовством, я не собирался.
Словом, не прошло и недели, как я впервые выехал за ворота базы на собственном автомобиле, сверкающим на солнце свежей белой краской. Для меня начинался новый, очень интересный период. На работу, я по-прежнему ходил пешком, а вот выезды на объекты требовали мобильности. Тем более, что бензин мне заливали бесплатно. И не нужно забывать о шопинге и рынках Алеппо, где пользуясь адресами и советами учителя Халида, а также хорошим знанием арабского, мне часто удавалось получать неплохие скидки – бывало, довольно значительные. А со временем, когда я поближе познакомился с несколькими торговцами - тем более.
Не прошло и месяца, как о таких моих талантах узнала женская половина советской диаспоры. Так что теперь и довольно часто, именно мне выпадала честь сопровождать наших ханум, в их воскресных набегах на базары и лавки. В этом был и свой плюс: мелкие вопросы технического характера решались быстро и без ущерба для моего кошелька. Дело в том, что среди моих постоянных клиенток была и Клавдия Петровна - супруга нашего уважаемого завгара. Благодаря этому, я получил у механиков и слесарей статус наибольшего благоприятствования. Теперь, мой старенький "Рено" обслуживался даже быстрее, чем "Мерседес" самого начальника строительства.
Хочу сказать, что шопингом увлекались не только женщины. Я и сам, по совету Халида, приобрёл себе дишдашу - длинный светлый льняной халат до щиколоток, а на голову надел куфию, или, как её позже назовут, арафатку. Особенно, мне нравилась куфия - она хорошо защищала уши и нос от палящего солнца. А это для меня всегда было важным. Каждой весной, стоило только появиться первым лучам яркого солнца, как я уже ходил с облупленным носом – мои весенние походы это подтверждали. Сейчас же, я практически не отличался от местных, даже уличные попрошайки отстали от меня и не преследовали как ранее, когда принимали за европейца с полными карманами денег. Да и с продавцами общаться стало заметно проще. Мои соотечественники вначале косо посматривали на такую причуду, но затем привыкли. Более того, следуя моему примеру, некоторые также обзавелись если не халатом, то куфией.
Через месяц, для ближайших знакомых, я прочитал мини-курс по культуре общения, особенно напирая на два правила: никогда не брать еду и деньги левой рукой; и второе – ходить в туалет со своей бумагой. И вы знаете - помогло. Странно, неудобно, но ничего не поделаешь – восток дело темное и не всегда понятное.
Первым делом, вырвавшись на свободу, я отметился в отделении банка в Алеппо. Там, обменял триста долларов на сирийские фунты, или лиры – кому как нравится. Получил пухлую пачку банкнот. Надеюсь, никто не будет рыться в моём чемодане, который я спрятал в шкафу. Сосед Клим - человек порядочный и не любопытный. Можно сказать, с ним мне повезло. Он хорошо понимал, что на свою инженерную зарплату, которую получал на родине, накопить на машину сможет лет за сто, да и то в кредит. Тем не менее, Клим не трясся над своими лирами и не варил гороховый суп в раковине. Чай, кофе и пиво в холодильнике пополнял я, он же отвечал тем, что не задавал лишних вопросов. Вот есть там пиво - и хорошо.
Первое посещение банка порадовало еще вот чем: открытие счёта давало право на личную банковскую ячейку, на адрес которой можно было получать различную корреспонденцию. Вот тебе и решение проблемы переписки с будущими коллегами из Сиэтла. Ведь отправлять и получать депеши из нашего городка – было бы чревато. Не сомневаюсь, что доблестные органы обязательно обратят внимание на переписку комсомольца Сиверинского, почти из логова Хамаз. Вот мне и решение проблемы переписки с будущими партнерами из Сиэтла. А вот сейчас, самое время отправить письмо - сколько можно тянуть? Не зря говорят - пока ожидаешь подходящего момента, пролетают годы.
Собственно, послание Полу и Биллу было давно готово, хотя время от времени дополнялось и переписывалось. Я не особенно скрывался, ведь писал по-английски, вполне обоснованно полагаясь на глубокие школьные знания своего соседа. Клима, моя писанина совершенно не интересовала. Он давно привык, что вечерами я частенько засиживаюсь на кухне, что-то записываю, черчу, рисую. Наконец, я решил, что достаточно: лучшее - враг хорошего
Прежде всего, в своем письме, я похвалил двух друзей, и подчеркнул, какое сильное впечатление на меня произвела статья в одном из журналов, где сообщалось о том, как два студента из Сиэтла, ещё не окончившие колледж, разработали собственный интерпретатор BASIC для проекта Traf-O-Data. После чего, выразил сомнение в успехе и дальнейшем развитии этого проекта, указав иные варианты применения их талантов. Я порекомендовал ребятам обратить свое внимание на четырёхразрядный микропроцессор Intel 4004. Именно в нем, впервые, удалось вместить серьёзные вычислительные возможности в корпус миниатюрной микросхемы. Выразил уверенность, что благодаря этому чипу, мечта о персональном компьютере в каждом доме может стать реальностью.
Далее, намекнул на более мощную восьмиразрядную модель Intel 8080, и настоятельно рекомендовал ребятам приобрести его и изучить возможности. Я ведь помнил, именно на его платформе и будет создан первый IBM XT.
Затем, упомянул о якобы прочитанной мною статье в журнале Popular Electronics , где описывался компьютер Altair 8800 компании MITS. Отметил, что без надёжного языка программирования, неплохой в сущности Altair может так и остаться обычным набором микросхем. В связи с этим, настоятельно рекомендовал парням как можно скорее адаптировать их BASIC к новому микрокомпьютеру и попытаться предложить его MITS.
В реальной истории они так и поступили, вот только в тот раз им пришлось немного приврать, ведь собственного интерпретатора у ребят ещё не было, они его в авральном порядке доводили до ума. Кроме того, намекнул им, что у меня имеется в запасе еще несколько перспективных идей. В конце написал, что сейчас нахожусь в Сирии, где избавлен от постоянного наблюдения вездесущего КГБ. Именно поэтому и решился им написать. Попросил, что бы ответ они направили в Алеппо, желательно с номерами своих телефонов.
Вот и все, дело сделано. Наживка заброшена - остается лишь дожидаться поклевки и надеяться.
Но сидеть и ждать не вышло: помимо основной работы меня постоянно дёргали на конференции, встречи, совещания. Вот и сейчас, меня на три дня отправили в Абу-Кемаль, что у самой границы с Ираком. Здесь, планировалось начать строительство нефтеперерабатывающего завода, и из Союза прибыла большая группа специалистов, которые почему-то решили, что переводчиками их должен обеспечить местный контингент. Так что и я попал в число счастливчиков, которым предстояло целую неделю просидеть в этой пыльной дыре.
Работы у меня практически не было - мой подшефный был человеком не многословным. На совещаниях сидел невозмутимо, как гвардеец у Букингемского дворца, изредка кивая, словно желая продемонстрировать окружающим признаки жизни.
Само это селение было небольшим, на знакомство с его достопримечательностями мне хватило двух дней. Дольше всего, я с интересом наблюдал, как местные, вручную, ткут ткани, работают с металлом и глиной. На южной окраине зашел в одну из сохранившихся до сих пор глиняную хижину конусообразной формы. Меня уверяли, что в них легче переносится зной. Оказывается, многие здешние феллахи до сих пор говорили а языке Иисуса Христа – на арамейском. В развалины старинного монастыря окруженные виноградниками и оливковой рощей заходить не стал, не думаю, что обнаружу там что-то кроме овечьего помета. И конечно-же, не упустил случая отведать блюда местной кухни. В остальном же, все было невообразимо скучно.
А самой неприятное – это постоянные проблемы со связью. Именно поэтому, о внезапной кончине отца я узнал лишь через три дня, вернувшись к себе на базу. Впрочем, что бы изменилось узнай я на пару дней раньше? На похороны, я всё равно бы не успел. Что поделаешь, жизнь она такая…. Каждый человек словно продукт, с известной датой выпуска и неизвестным сроком годности.
Как обычно, беда не приходит одна. Прочитав Веткино письмо, я узнал о разводе Ленки и Алико. Хотя…зная непостоянный и любвеобильный характер моего друга, именно такого финала я подспудно и опасался. В ответном послании, попросил Вету передать безутешной Ленке, что бы та не особо расстраивалась.
- Скажи ей, что первый развод - это как молочный зуб. Пусть не переживает, вскоре на его месте вырастет настоящий, коренной.
Не сомневаюсь, у нас с моей женой всё будет иначе, ведь умную женщину мужчина не должен ощущать на своей шее.
Похоже, что сегодня именно тот день, когда у меня завершился первый, относительно беззаботный период жизни. Тёплым солнечным утром, впрочем, здесь почти все они такие, я подъехал к знакомой лавке в Алеппо. В магазинчике Сеида, за довольно умеренную цену можно было всегда прикупить неплохой китайский чай и контрабандный кофе. Я нередко сюда заезжал. Крутнув вправо руль, привычно припарковал свою раскалённую на солнце антилопу в тени, под стеной магазина.
Нам с Сеидом понадобилось минут двадцать, чтобы выбрать и упаковать мои покупки и вовсе не потому, что я заказал оптовую партию. Надо же поговорить о жизни, этакая здесь традиция. На Востоке дурным вкусом является, вот так просто выбрать товар и тут же откланяться. Взяв пакет, в котором находилось с десяток кулечков и коробочек, я вышел и бросил его на свободное сиденье рядом с водительским. Повернув ключ зажигания завел машину и начал потихоньку сдавать ее назад, осторожно выворачивая свою "реношку" на шоссе.
Неожиданно, боковым зрением, заметил какую-то серую тень, которая неслась в мою сторону. Тут –же, повернув голову вправо, я увидел как по встречной полосе, прямо на меня несется здоровенный белый джип "Тойота". На одних инстинктах, я тут же переключил рычаг передач и попытался сдать вперёд, туда, откуда и выехал.
На все это мне потребовалось не более секунды, но вот этой самой секунды мне не дали. До буфера бампера мчащегося на меня джипа оставалось не более тридцати шагов, а скорость его заметно переваливала за сотню. Через секунду, я ощутил мощный удар в заднюю часть кузова, а мою машину развернуло по ходу движения. Мотор "Рено" тут же заглох, она замерла, словно в нерешительности. В левое боковое зеркало я увидел, как джип резко вильнул на дороге, затем он зацепил чугунный пожарный гидрант и опрокинувшись на правый бок, заскользил дальше, вдоль улицы, по пути задевая и другие припаркованные автомобили. А затем, случилось и вовсе непонятное. Через несколько секунд раздался мощный взрыв, и на короткое время я полностью оглох. Только и успел заметить, как метрах в ста от меня горит перевёрнутый джип - точнее, то, что от него осталось, а также несколько других покореженных автомобилей. А вот лавка со сладостями, которая стояла у самой дороги, исчезла вовсе.
Прошло не менее минуты, прежде чем я попытался осторожно покрутить головой, словно желая убедится, что она на месте и разогнать морок. От этого движения картина за окном не изменилась, я же понял, что зря все затеял, поскольку ощутил резкую тупую боль в висках. Понемногу, ощущения вернулось, и предо мной предстала картина настоящего апокалипсиса. Неподалеку, из поврежденного гидранта, в небо била тугая струя воды, а немного дальше, на тротуаре, в неестественных позах застыли несколько человеческих тел.
Успокоившись, что ничего серьезного со мной не произошло, а в машине нет запаха жаренного и ничего не взрывается, я немного успокоился, решив еще посидеть и подумать. А буквально через несколько минут началось настоящее голливудское шоу, похожее на то, что показывают в американских боевиках. Завывая сиренами, к месту происшествия подлетели сразу четыре полицейских экипажа с зелёными полосами по бортам. Из них, высыпал едва ли не взвод, наряженых как на парад полицейских. Подсознательно удивился:
- Это как понимать, сегодня что - праздник какой-то? А я и не знал ….
Полицейские действовали решительно и со знанием дела. Они тут же оцепили место происшествия, огородив его зелено-белыми лентами. По счастью, я со своим "Рено" оказался за пределами отгороженного периметра. Следом за ними появились пожарные. Они быстро раскатали шланги, и вскоре, над горящими обломками курился лишь слабый дымок. Одновременно, перекрыли и повреждённый гидрант и холодный дождь над пыльной улицей прекратился. Последними, кто прибыл на место происшествия были телевизионщики и журналисты. Не теряя времени, эти шустрые ребята взялись за дело. Одни, принялись приставать с расспросами к каждому полицейскому, выходившему за ленту. Другие, пытались выявить и расспросить свидетелей проишествия, которые не успели вовремя сбежать с места аварии. На меня же, все еще сидевшего внутри автомобиля, пока внимания не обращали.
Решив, что окончательно пришёл в себя, я попытался открыть водительскую дверь, но там что-то заклинило. Осторожно перебравшись на пассажирское сиденье, я бочком выбрался наружу. Первым делом обошел вокруг автомобиля. Что можно сказать – как по мне, повреждения были не такими уж серьезными. Вся задняя часть кузова, в которую и пришелся удар, была полностью смята, а чуть дальше, валялся оторванный металлический бампер. На первый взгляд - это всё. Слава богу, ходовая не пострадала, и удар не зацепил заднее колесо. Хорошо, что за мгновенье перед столкновением, мне удалось подать пикап на метр вперед.
Скрываться с места происшествия я не собирался, не стоит навлекать на себя лишние подозрения. Не хватало, чтобы местные гаишники принялось шить мне дело, ведь истинный виновник уже ничего никому не расскажет. Хотя, повидимому виновница, в последний момент мне показалось, что за рулём "Тойоты" находилась женщина.
А вот подошла и моя очередь. В мою сторону направилась троица правоохранителей, один из которых был одет в штатское, похоже что следователь. Как и положено, первым делом я предъявил документы и тут же заметил растерянность и удивление на их лицах. Первый из троицы тут же бросился с докладом к своему начальству и вскоре к нам присоединился какой-то важный чин, в мундире и с аксельбантами, не хуже чем у швейцара гостиницы "Метрополь".
Эта парадная компания с облегчением выдохнула и расслабилась, когда узнали, что я свободно владею их языком. А затем, меня засыпали градом вопросов, напомнив игру "что, где, когда". Что-либо скрывать я не собирался, и честно рассказал всё, что видел, чувствовал, после чего и сам задал вопрос, который меня интересовал:
- Скажите, господин полковник, а что здесь собственно произошло? Не мог же бензобак, даже у такой большой машины, так мощно рвануть? Да что там бензобак, так бы и цистерна с топливом не взорвалась. Это я точно знаю, не зря в свое время сапёром сапоги топтал.
Полковник, немного помедлил, а затем решил честно ответить - всё равно в вечерних новостях эти журналисты обо всем разболтают. Ероме того, в его глазах я заметил искру благодарности.
- Дело в том, господин Алекс, что за рулём джипа находился террорист, и в ней находилось не менее ста фунтов тротила. Сегодня, нам крупно повезло, и не исключаю, что именно благодаря вам. Я имею ввиду управление полиции города Алеппо.
Как выяснилось, метрах в четырёхстах от нас, в торце улицы, находилось главное городское управление полиции. Именно сегодня, по случаю Дня республики, там проходил смотр и другие торжественные мероприятия. Чтобы не мешать праздничной колонне, полицейские даже убрали один из бетонных блоков заграждения, который из соображений безопасности перекрывал половину проезжей части. Замысел смертницы был прост: на бешеной скорости протаранить металлические ворота, врезаться в шеренги полицейских и уже там привести в действие взрывное устройство. Уверен, мощный "кенгурятник" джипа справился бы с такой задачей. Могу представить себе колличество возможных жертв. После такого пришлось бы объявлять конкурс и практически с нуля набирать новый состав городской полиции.
Теперь, мне стала понятна та не высказанная благодарность в глазах полковника. Как оказалось, именно он и являлся начальником этого управления. Понятна стала и причина той оперативности, с которой прибыли первые полицейские машины: ведь от нас до управления, пешком было метров четыреста.
- Теперь понятно, почему все они прибыли в парадной форме…. Прямо с праздника…
Не успели мы закончить разговор, как к полковнику подбежал адъютант и что-то сказал на ухо своему шефу. Выслушав, тот повернулся к нам и сказал:
- Оказалось, за рулём джипа была женщина.
Увидев, что я удивился, он решил пояснить:
- Господин Алекс, в последнее время эти бандиты из "Джунд аш-Шам" для своих терактов все чаще начинают использовать именно женщин. Дело в том, что те более уязвимы, чем мужчины, и куда легче поддаются манипуляциям, а кроме того, вызывают меньше подозрений. Если принять во внимание их одежду и паранджу, становится понятным, почему им проще проникать в места совершения теракта. Женщину гораздо легче припугнуть и принудить. Возможно вы не знаете, но в некоторых районах нашей страны для женщины, обвинённой во внебрачной связи, такое самоубийство может стать наилучшим выходом, чтобы избежать наказания - например, убийства от рук отца, брата или мужа и не допустить публичного позора для всей семьи.
Когда они ушли, мною занялся следователь в штатском. Он долго опрашивал меня, стараясь выяснить мельчайшие детали, на которые я мог обратить внимание, исписав при этом листа три. Только через час, выжатый как в стиралке, вспотевший и уставший, я бросил в кузов оторванный бампер, уселся за руль и на второй передаче, неспешно покатил к себе, по дороге размышляя, что же мне написать в докладной товарищу майору.
Но первый вопрос я услышал уже в гараже, куда загнал свой искалеченный "Рено". Недовольный этим супруг Клавдии Петровны, налетел с порога,
- Вот и доверяй этим пацанам приличную машину, - именно такими были первые слова завгара. – думаю, придётся ее у тебя забрать. А теперь рассказывай, что там у тебя приключилось. Хоть полиция к нам не заявится?
- Уже явилась, Леонид Степанович, я все обязательно расскажу, но только не сегодня. За день я уже так наговорился, что даже язык шершавым стал, а ведь мне ещё докладную Терентию Павловичу до ночи писать.
Докладную я написал, хоть и не с первого раза. Мог бы закончить и раньше, но уж слишком Клим теребил со своими расспросами. И вовсе хорошо, что у нас хватило ума снимать стресс не до, а после того, как я отнёс свою писанину адресату. Майора на месте не оказалось, поэтому я просто положил свое творчество ему на стол. И лишь после этого, мы устроились на кухне, где я подробно изложил все, что сегодня произошло. Сейчас, я и не подозревал, сколько их ещё будет - этих рассказов. Удивительно, но снимать стресс при помощи араки мне совершенно не хотелось. Но иначе нельзя – ведь люди её делали, старались…
Утром, не успел я разлепить глаза, как меня вызвали к нашему особисту. У него и состоялась третья по счету серия рассказов о вчерашних событиях. Майора интересовало буквально всё: как это случилось, с кем я разговаривал, что у меня спрашивали и кто, что я отвечал, и множество других вопросов, в том числе и таких - а что я вообще делал в том квартале, и с кем именно у меня была встреча. Хорошо хоть не спросил, кому это я передал секретную информацию по плотине, хотя в его глазах, что-то подобное я все же заметил.
Хочу сказать, что этот майор был человеком адекватным, но уж слишком недоверчивым. Я думаю, ко всем людям он относился очень своеобразно: считал, что человек виновен, до тех пор пока не доказано обратное. Что поделаешь, служба у нихтакая …. недоверчивая. За минувшую ночь, вчерашние события полностью улеглось, и я даже решил изложить Терентию Павловичу собственную версию событий.
На мой взгляд, всё было так: террористка, сидевшая за рулём была не очень умелым водителем и разогнавшись до приличной скорости, не обратила внимания на припаркованный у обочины продуктовый фургон, который доставил в лавку свежие овощи. Чтобы его объехать, она вырулила на встречку и тут перед ней появляюсь я, сдающий задним ходом, что бы вырулить на шоссе. Смертница, резко крутанула руль, пытаясь избежать столкновения, но не успела. Последовал удар, ее машину повело, затем последовал ещё один - о чугунный пожарный гидрант и всё, до своей цели она не добралась, хотя ей оставалось каких-то триста метров.
- Ну что ж, не исключено, что именно так всё и произошло, - задумчиво кивнул головой майор, одновременно внимательно вглядываясь в закорючки моей докладной. - Теперь, нам остается ждать реакции местных товарищей.
И эта реакция не заставила себя ждать. В вечерних новостях, на всех центральных телеканалах крутили ролики с места событий, показывали интервью со свидетелями и офицерами полиции. В нескольких эпизодах я увидел и себя, беседующего с начальником управления. Словом, - настоящая сенсация. Похоже, от домогательств журналистов меня спасло лишь то, что я укрылся в закрытой зоне - для советских специалистов.
Что характерно, многочисленные обозреватели рассматривали меня как героя, который, рискуя собственной жизнью, предотвратил теракт с возможными многочисленными жертвами среди местной полиции. А вот майор, меня не беспокоил. Складывалось впечатление, что Терентий Павлович уже успел с кем-то пообщаться и они его успокоили, сказав, что неприятностей нам ожидать не стоит. Прошло еще три дня, я начал понемногу обо всем забывать, но как оказалось - поспешил. Похоже, что в верхах слишком долго принимали решение.
В субботу, меня вызвал Владимир Ильич - разумеется, не тот, что находится в мавзолее, а начальник нашего строительства, - и распорядился тщательно вымыть шею и завтра с утра, быть готовым к поездке в Дамаск.
- И еще хочу сказать, не вздумай одевать этот свой халат. Надеюсь, у тебя найдётся одежда поприличней?
Не прокричали первые ишаки, как мы втроём уселись в руководящий "Мерседес", пахнущий сосной озонатора, и отправились в трёхчасовое путешествие в столицу Сирии. Втроём - это он, я и наш постоянный сопровождающий Санчо Панса - Терентий Павлович. Без его недремлющего ока у нас и шагу не ступить. Водителя Гришу я не посчитал, как и сам автомобиль. Около десяти, запыленная машина въехала на широкий двор советского посольства, и пристроилась рядом с автомобилем посла, несущего красный флажок на капоте.
Не останавливаясь, мы прошли вслед за провожатым в прохладный вестибюль, где нас уже поджидал кто-то из номерных секретарей посольства. Здесь, нашу компанию разделили: меня с Владимиром Ильичом провели наверх, в кабинет посла, а товарища майора поручили вниманию кого-то из сотрудников. Видать, не по чину майорам сидеть в высоких кабинетах.
В просторной комнате, облицованной кедровыми панелями, находилось четверо. Трое арабов в европейской одежде и сам посол - товарищ Мухитдинов. Не особо вдаваясь в расспросы, похоже, что работы у него хватало, посол произнёс краткую речь, отметив, что наша страна гордится тем, что молодой советский специалист не только помогает строить сирийский социализм, но и своими действиями содействовал органам правопорядка. Все прочее было примерно в том же ключе. Я же подумал.
- Самое время, наказывать невиновных и награждать непричастных.
Что полезного, кроме поздравлений и похвал я получил от товарища посла? Да собственно ничего - не считать же настоящей благодарностью почётную грамоту с профилем вождя? Хотя, кто его знает, может, и она когда-нибудь пригодится. А вот сирийцы порадовали. Главный из них, который представился главой администрации президента Асада, но не этого, известного нам Башара, а его отца, Хафеза. С торжественным видом, он взял со стола зелёную коробочку, в которой лежал "Орден заслуг" второй степени и прикрепил его к моему пиджаку. А ведь как в воду глядел мой начальник, на халате все бы смотрелось не так, хотя париться всю дорогу в костюме было неприятно. Я искоса посмотрел на грудь.
- А ничего так, симпатичная звёздочка на нарядной бело-зелёной ленте.
Как оказалось, это было далеко не всё. Вот что значит не испорченные развитым социализмом капиталисты: знают, что из всех видов печатной бумажной продукции, наибольшим спросом всегда пользуются деньги. Так что чек на сумму, эквивалентную пятистам долларам США, был отличным дополнением к моей медали. Но, больше всех удивил и порадовал министр внутренних дел. В благодарность за то, что, как он сказал, " я сберег" ему целое управление, он вручил мне бессрочный сертификат, дающий право на десятидневный отдых в пятизвёздочном отеле в курортной Латакии. В моей голове тут же стрельнуло: откуда он узнал, что вскоре прилетает моя Веточка? Эх, и оторвемся мы с ней на средиземноморском побережье! А после возвращения домой, рассказов подружкам о европейском сервисе ей хватит на целый месяц.
Я искренне поблагодарил и был приятно удивлён, когда оказалось, что это ещё не всё. Загадочно улыбаясь, министр указал мне на две деревянные резные шкатулки. Когда я открыл первую, у меня глаза полезли на лоб. На ярко голубом бархате лежал настоящий пистолет Glock, выполненный в подарочном варианте: щёчки рукояти у него были отделаны слоновой костью. Арабская вязь на них должна была объяснить каждому, что это личный подарок министра внутренних дел господину Алексу Сиверинскому – "за бесценный вклад в дело борьбы с терроризмом".
Разумеется, я обрадовался, причём совершенно искренне. Какой же пацан, с детства не мечтал о личном оружии? Я также не был исключением и искренне поблагодарил его за такой подарок. Во второй шкатулке находились три запасных магазина и элегантная кобура из жёлтой кожи. А еще, мне вручили бумагу, дающую право на ношение оружия. Ну всё, разбегайтесь господа террористы!
После процедуры награждения и раздачи слонов, нас всех пригласили к обеду, где я совершенно потерялся среди разнокалиберных вилок, ложек и щипчиков. Пришлось подсматривать и старательно копировать действия второго секретаря посольства, который сидел напротив. Нашего майора, голодным также не оставили, вот только стол накрыли в другом, общем зале. Уверен, что и я бы там чувствовал себя намного увереннее.
На обратном пути, Терентий Павлович внимательно осмотрел и едва ли не обнюхал подарок министра. Словно делая это каждый день, он ловко выщелкнул магазин, поклацал курком, после чего спросил:
- Хочу спросить тебя, лейтенант запаса, а ты пистолет-то в руках держал?
- Обижаете, товарищ майор. Я даже три раза из него стрелял, но помнится, так никуда и не попал.
Терентий Павлович усмехнулся, снисходительно похлопал меня по плечу и заявил:
- Думаю, с такой проблемой я смогу тебе помочь. А главное, не забудь, сегодня же зайти к коменданту и выписать сейф. Думаю, ты в курсе правил хранения оружия? Я распоряжусь, чтобы тебе его выдали.
На базу мы вернулись около семи. Мой сосед мирно сидел на кухне, смотрел телевизор и наворачивал что-то не очень вкусное из своей миски. Я обмотал голову полотенцем, оставив свободными лишь глаза, выхватил пистолет, заскочил в комнату и тут же прокричал на арабском:
- Ни с места! Руки за голову! Это ограбление. Немедленно признавайся, где прячешь араку!
Когда его первоначальный шок миновал, я пересказал соседу историю с награждением. Ну а затем, как и положено, мы обмыли награду, опустив ее в стакан со спиртным. Под вечер следующего дня, слесарь явившийся по поручению коменданта общаги, прикрепил к вбитым в стену мощным дюбелям небольшой сейф – скорее, металлический ящик для хранения оружия и я тут же обрадовал Клима:
- Все братан, наконец ты можешь спать спокойно, безопасность я гарантирую.
В гараже, вопросов мне не задавали: завгар, пришпоренный лично Владимиром Ильичом, пообещал в кратчайшие сроки восстановить мой верный "Рено", на сей раз без привлечения моих личных средств. А жизнь то налаживается, похоже, начинается она - белая полоса.
Спустя три дня, меня вновь вызвал Терентий Павлович:
- Слушай сюда Александр, вчера я договорился с одним своим знакомым, он служит инструктором на базе сирийского спецназа. Их подразделение стоит не далеко от нас, километров шесть-семь. Советую встретиться с ним. У них есть неплохой полигон и тир, думаю, Алексей не откажет тебе подтянуть навыки стрельбы.
Немного продумав, добавил:
- Ты ведь у нас на машине, так что сможешь ездить туда несколько раз в неделю.
Отмахиваться от такого шикарного предложения было бы глупо, так что этим же вечером я подъехал к воротам базы. Ко мне вышел старший лейтенант в сирийской форме, но с широким славянским лицом.
- Алексей, - сунул он мне свою твердую ладонь.
- Александр, - в свою очередь отрекомендовался я, и добавил - или как называют меня сирийские коллеги - Искандер.
За беседой, что, где, когда и откуда, мы подошли к отдельно стоящему одноэтажному зданию - здешнему тиру. Желая покрасоваться перед новым знакомым, я достал было из кобуры свой шикарный подарочный Glock, но старлей, с интересом взглянув на него, отрицательно покачал головой и отложил в сторону:
- Нет, сегодня будем стрелять из нашего ПМ. Для твоего, у нас патронов нет, а если у тебя получиться их где-то раздобыть, то боюсь, что на тренировки уйдёт весь твой месячный заработок.
Возражать против мнения специалиста я не стал. Взяв со стола старый, обшарпанный ПМ, я встал на позицию. Алексей, убедившись, что я знаю, где находится курок, дал команду открыть огонь. Что можно сказать, эта первая попытка вышла ниже среднего.
- На "два с плюсом", - хмуро подтвердил мою догадку Алексей и тут же поинтересовался: - Ты это чего принялся палить словно из автомата? Не иначе как фильмов о ковбоях насмотрелся. Не торопись, вначале научись хоть куда-то попадать, а уж затем и свою скорость станешь показывать. А сейчас, единственное, за что могу похвалить: рука у тебя твердая, не дрожит. И это хорошо, по крайней мере утюг покупать не придётся.
Не прошло и месяца, как мы стали почти друзьями. После тренировок, частенько засиживались под кустиком на берегу водохранилища, попивая холодное пивко, которым я не забывал исправно снабжать уважаемое общество. Именно общество, так как вскоре к нам присоединились помощник Алексея, командир взвода сирийского спецназа лейтенант Хакими и мой коллега, военный переводчик Игорь.
Странно, но как раз с ним отношения и не сложились. Я заметил, что он очень ревниво относится к моему, так называемому подвигу, считая, что такое счастье свалилось на меня не по заслугам. Надо признать, я и сам был в этом немного виноват, так как однажды с юмором рассказал и об аварии и о своем награждении.
Этот Игорь старался не упускать случая, что бы хоть чем - то меня не задеть. Вот и этим вечером, мы вчетвером сидели, попивая пенный напиток и лениво наблюдали, как солдаты-сирийцы под командой своих сержантов преодолевают полосу препятствий.
- Ну что, Саня, а ты бы так смог? - указывая рукой с зажатой в ней жестянкой пива в сторону своих подопечных, спросил у меня Алексей.
Я беззаботно ответил:
- Товарищ старший лейтенант, ты не смотри, что нынче я в штатском. Я тебе не какой-то там лейтенант запаса - а сапёр-диверсант. Мы, и из пулемёта построчить могем, и мост при случае подорвём, да и парочку таких языков как ваши, захватим при случае.
- Скажешь тоже… будто я вас пиджаков, никогда не видел. Знаю я, какие из вас офицеры: вы там на своей кафедре даже материться толком не научились… - не остался в долгу Алексей.
Сдаваться я не собирался и поддержав шутливый тон, продолжил.
- Нет, дружище, здесь ты не прав. Ты что, никогда не слышал о таких войсках специального назначения как стройбат? Так вот, скажу тебе, там такие звери служат, что им даже оружие не доверяют - боятся!
Я и не заметил, что все это время, "засланец" Игорь тихонько переводит нашу шуточную перепалку сирийскому лейтенанту и похоже, что в собственной интерпретации, поскольку под конец, горячий араб вскочил на ноги и запальчиво воскликнул:
- Искандер, так ты утверждаешь, что мог бы двух моих ребят спеленать? Так давай попробуем! Или ты просто бросаешь слова на ветер?
И что теперь прикажете делать заслуженному сапёру? Начать оправдываться и объяснять, что меня неверно поняли и тем самым развеять легенду о героях-стройбатовцах и о себе лично, как об опытном диверсанте, да ещё и отмеченном самим президентом Асадом? Нет уж, подвиньтесь, и я удивляясь сам себе - согласился.
Мы тут же договорились, что наши тренировочные поединки состоятся в начале следующей недели, в понедельник. Но увы, в понедельник не сложилось, и в этом нам помешали северные курды. Весь взвод лейтенанта Хакими, вместе с ним самим, на неопределённое время перебросили куда-то в район границы с Ливаном, где в это время начались столкновения между повстанцами и правительственными войсками.
Случилось так, что эта неожиданная задержка не пошла нам на пользу. Не прошло и нескольких дней, как беспроводное солдатское радио разнесло весть о нашем споре по всей базе спецназа, а затем она дошла и до руководства. Видать, тот майор, назначенный судьей, оказался тем ещё болтуном. Через неделю, его вызвал командующий западным округом и возжелал подробностей. Собственно, докладывать было нечего, обычный такой спор за банкой пива. Вот только у генерала Салеба была своя точка зрения: почему бы ему, Салебу, не стать основателем таких соревнований, как армейское троеборье? А там глядишь, и в столице заметят, объявят благодарность за инициативу, да и вообще… Вреда от этого точно не будет, а вот польза вероятна.
Словом, женили нас с Алексеем, не спрашивая. В штабе сирийцев решили провести настоящие окружные соревнования, в которых должен принять участие: батальон спецназа, в котором служил Хакими, подразделение морской пехоты, базирующееся в Тартусе, разведчики танкового полка, расположенного неподалеку от границы, и как вишенка на торте - мы с Алексеем - как отцы-основатели движения и лучшие представители советского военного и трудового контингента.
Ввиду появившихся организационных проблем, наши старты перенесли на две недели, поскольку различным родам войск никак не удавалось согласовать регламент.
К моему счастью, состязания по огневой подготовке решили не проводить: ведь у каждого подразделения было своё оружие, к которому они привыкли. А как известно, различное оружие предполагает и разные возможности. Таким образом, у нас будет обязательный пятикилометровый кросс с полной выкладкой, преодоление водной преграды - водохранилища шириной метров триста, и под конец, наиболее зрелищная часть - единоборства. Без этого никак. Никто не забыл, как я хвастался, что запросто любого сирийского спецназовца уложу. В первом туре пройдут поединки без оружия, а во втором – с учебным ножом.
Инициатива командования вызвала живейший интерес в армейских кругах и соответственно, озабоченность у руководства нашей диаспоры. А как же иначе – ведь двое наших, будут участниками, а нам, советским, никак нельзя уронить честь великой страны. И если за старлея Алексея никто особо не переживал - всё-же тот служил инструктором спецназа, а ранее являлся чемпионом своей части, то в отношении меня сомнения имелись и немалые. Мою начальство немного успокаивал тот факт, что я был мастером спорта по плаванию, а кроме того, они неоднократно наблюдали, как по утрам я бегаю свои кроссы. Что касается поединков, здесь была полная неопределённость и поле для догадок. Ведь в моих документах, ни о каком дзюдо не было сказано ни слова, сам же я также старался не светиться. Не без оснований считал, что рановато все козыри на стол выкладывать.
Как ни откладывай, а этот день настал. Ещё с вечера, товарищ майор провел со мной предварительную беседу-накачку, из которой я узнал, что на нас с Алексеем смотрит едва ли не вся страна. Отдельно, он убедительно просил меня не проигрывать слишком много, а там, глядишь, Алексей вытянет и мы сможем зацепиться хотя бы не за последнее место. Если вкратце, эти рекомендации выглядели так:
- Послушай, Сиверинский, ты в детстве, пацаном улица на улицу на кулачках дрался? Вот и вспомни былое, а главное – сразу же не ложись, не сдавайся.
Воскресным утром, на двух машинах, мы отправились к месту соревнований. В первой, ехал наш куратор, к которому присоединился и Владимир Ильич с женой. Наверняка это София Антоновна уговорила, какое - никакое, а всё же шоу. В моём же пикапе, подпрыгивал на ухабах сосед Клим, который убедил меня, что лучшего секунданта мне не сыскать. Особого не было, к тому же я вспомнил отчаянного спасателя Алико на теплоходе "Адмирал Нахимов" и подумал – может и этот окажется таким же удачливым.
Не смотря на ранний час, народу на берегу водохранилища собралось немало. В основном здесь были военные. Солдаты уже успели обустроить временный лагерь - установили палатки для участников соревнований, летнее кафе, в котором мерно тарахтел генератор, охлаждая напитки и мороженое. Кроме этого, они установили штук пять лёгких навесов, где желающие могли укрыться от палящих лучей полуденного солнца.
Генерал - распорядитель соревнований, пригласил подойти всех восьмерых участников, по двое от каждой команды, на предстартовый инструктаж. С этим он затягивать не стал и минут через десять, наша дружная компания заняла исходные позиции. Посмотрев на часы, генерал выпалил в воздух из своего пистолета и мы отправились в путь. Бежать с автоматом и полными подсумками патронов, которые бьют тебя по бедрам, было непривычно и неудобно, хорошо хоть не заставили одеть противогазы. Со старта, я немного отстал. Прошло минут десять, пока удалось хоть как-то приспособиться. Тем не менее пришёл вторым… вот только с конца. Алексей также не порадовал – видать и он не привык к забегам в такую жару. Усевшись в кресло для отдыха, я отметил выражение недовольства на лицах наших руководящих болельщиков. Но ничего, три этапа еще впереди.
И точно, победа при преодолении водной преграды смогла вывести нас на общее второе место, подтвердив авторитет советской школы плавания вольным стилем с автоматом. Поначалу, он мне сильно мешал, я даже попытался плыть на спине, но затем вспомнив однорукого Чапая, приспособился. Не смотря на все, моё преимущество в технике дало о себе знать. Особенно этим фактом были расстроены морские пехотинцы из Тартуса, они наверняка рассчитывали на победу в своей коронной дисциплине, однако второе и третье места были также неплохим результатом.
Перед заключительным туром публика сразу оживилась, даже самые ленивые покинули свои навесы, под которыми пряталась от солнца, ведь большинство их них приехало сюда именно для того, чтобы посмотреть на поединки. Всех участников распределили таким образом, чтобы в первом круге между собой не встретились представители одной команды. После жеребьёвки Алексей отвёл меня в сторонку и жарко зашептал в ухо, давая последние указания:
- Вот что Саня, ты попытайся утомить соперника, побегай вокруг своего танкиста, а главное - и ни в коем случае не иди с ним на сближение. В крайнем случае, постарайся проиграть по очкам, а не вчистую. Я смотрю, твой соперник крепкий, но не очень поворотливый, вот и попытайся его погонять.
Я выслушал его молча, улыбаясь в душе, в нужных местах согласно кивая головой. А вот и первая схватка. Моя пара будет третьей, а сейчас я внимательно наблюдал, стараясь определить приблизительный уровень будущих соперников.
Уже через минуту разочарованно вздохнул. Если оценивать по шкале дзюдо, то я бы сказал, что у ребят дан третий- четвертый, не выше.
А вот и моя очередь. Под немногочисленные ободряющие возгласы болельщиков, на татами появился сапёр-диверсант. Давненько не брал в руки я шашек. Этот импровизированный ковер, по своим размерам вдвое превышал тот, к которому я привык, поэтому совет старлея, как можно дольше бегать от соперника выглядел вполне разумным - вот только зачем мне это? Нужно-ли ли в такую жару скакать словно заяц, затягивая предсказуемый финал? Мой соперник -танкист, кое-что обо мне разузнал, поэтому, не взирая на орден "За заслуги" и отдельные слухи, видел во мне самого обычного гражданского, который научился немного бегать, а ещё лучше - плавать.
Возможно поэтому, сразу-же после отмашки арбитра, он резво рванул в мою сторону, с намерением как можно быстрее закончить наш поединок. Что могу сказать - добежал он быстро, но тут же свалился, нарвавшись на элементарную переднюю подсечку. Мне даже обидно за него стало –это ведь приём для новичков. Оставалось лишь зафиксировать его локтевой сустав между ногами и слегка надавить. Этим все и кончилось: почувствовав сильную и нарастающую боль, танкист невнятно зашипел на своем языке и через несколько мгновений его воля к победе испарилась. Увидев его беспомощные трепыхания и искаженное болью лицо, судья решил остановить поединок.
- Ну ты и монстр, - такими словами меня встретил напарник, после того как я уселся на место рядом с ним, - как это ты его так?
- Что тебе сказать Леша, оно все само как то все получилось, ты же видел, что этот боров сам налетел на элементарную переднюю подсечку…
- Ну не скажи,… не совсем обычную, я же видел, как ты перед этим хитро крутанулся на месте.
Я решил не отвечать и старлей, все еще недоверчиво поглядывая на меня, отправился готовиться к своему поединку. Выиграть его он выиграл, но жребий был слеп и свел меня с ним в следующем круге. Мой земляк начал схватку осторожно, следуя своему собственному совету. Он старался всячески уклоняться от близкого контакта и активно перемешался по кругу, не давая мне возможности выполнить захват. А то, что одеты мы были не в кимоно, а в свою военную форму, делало эту задачу ещё сложнее. Мне иникак не удавалось ухватиться за ворот или рукав соперника. Но у всего есть начало и конец. Алексей, слишком уж увлекся своей беготней и нарвался на бросок через плечо – пожалуй, наиболее популярный приём в дзюдо, - сэой-нагэ. И пока он не пришел в себя после падения, я постарался перехватить его сонную артерию. Десяток секунд и старлей затих, прекратив сопротивление. Возвращаясь на место, я перехватил недовольный взгляд лейтенанта-переводчика Игоря, стоявшего в первых рядах зрителей. Улыбнувшись, я незаметно показал ему средний палец, что можно было истолковать и так: смотри мол, первый пленный уже есть.
Финальная схватка оказалась даже легче предыдущей. Было видно, что мой соперник сильно нервничал. Оно и понятно, ведь перед этим я выиграл у учителя, а сейчас, передо мною его ученик. Этот соперник упирался недолго – наверняка на него произвела большое впечатление моя предыдущая победа над их инструктором по рукопашному бою. Несмотря на волнение, невысокий, гибкий сириец вначале попытался как-то сопротивляться, но продержался не более минуты. Я вовремя вспомнил, что здесь у нас не соревнования по дзюдо, а военное единоборство и правила трактуются несколько иначе. Резкий удар по мышцам, после чего левая рука соперника повисла вдоль тела. На этом собственно и всё. Судья, увидев его беспомощное состояние, не стал затягивать интригу и в знак победы поднял мою руку. Вот вам и второй пленный – теперь ящик пива точно мой.
А вот во второй серии случилось то, чего я никак не ожидал. Неожиданно, в поединках по ножевому бою я нарвался на настоящего гуру. Тот показал такие навыки, о которых Такеда даже не упоминал. Мне еще повезло, что я встретился с ним в финале – иначе, наверняка бы вылетел как пробка из шампанского, ещё в первом туре. И не видать бы мне общего первого места. Этим умельцем оказался сержант- морпех из Тартуса - невысокий, жилистый, с лицом человека, который умел улыбаться только глазами. На первый взгляд - обычный сержант, таких сотни. Но когда он взял в руку учебный нож, в нём все изменилось. Плечи, будто стали шире, взгляд - прохладней, движения - экономнее. Ни одного лишнего шага, ни единого лишнего взмаха. Не боец - пружина.
Я вышел на площадку в статусе фаворита. Публика шумела, а мои болельщики под навесом возбуждённо переговаривались, уже празднуя победу. Терентий Павлович, стоял в компании сирийских военных, с таким видом, будто только что получил приказ о своем награждении орденом Ленина. Даже Владимир Ильич, перестал недовольно хмуриться и внимательно наблюдал за всем, забывая даже мигать.
Судья дал команду и мы сошлись. В первые секунды я попытался действовать так, как и привык: постарался установить удобную для себя дистанцию. Хотелось завести соперника, заставить его как-то реагировать. Вот только у нас здесь не дзюдо и даже не дворовое "улица на улицу". Здесь работа с ножом, пусть и учебным. Противник не повелся и сходу в атаку не кинулся. Он просто стоял, и мне показалось, если я сейчас не сделаю шаг к нему, то опоздаю. А он, будто бы знал, что я собирался сделать. Я сделал попытку зайти сбоку, и он мягко сместился на полшага. Я попытался навязать свой темп, он не отреагировал и я почувствовал, как начинает сбиваться ритм.
Заметив это, морпех сделал свой первый выпад - короткий, почти ленивый. Я отбил, и как мне показалось, неплохо… но тут-же ощутил легкий холодок на коже: ему удалось меня достать и по настоящему ножу уже стекала бы кровь. Судья нас не остановил. Он, или не заметил или решил – у нас здесь не спорт, а военное единоборство.
Соперник, на мгновенье замер, будто давая мне время прийти в себя. Публика, что то почувствовав, притихла. В этот момент я понял - если продолжу играть с ним в прежние ножики, то проиграю. Казалось, он жил каждым движением, не показывал особых трюков или обманных движений, просто внимательно отслеживал каждое мое движение. И как его победить – я не знал.
И тут он ускорился. Шаг - в сторону и вперёд. Ранее уходил, а теперь сам навязывает контакт. Я никак не успел среагировать на его движение – быстрое как бросок кобры. Удар получился коротким, совсем не по-киношному, и я на миг ощутил лезвие внутри живота. На этот раз, судья меня не пожалел, он остановил бой и поднял руку - не мою.
Публика взорвалась, болельщики сержанта под навесом завопили так, будто они только что отвоевали Голаны. Даже София Антоновна звонко хлопала в ладоши, а товарищ майор застыл - лишь по уголкам рта было заметно, что он недоволен, но держит покер-фейс. А вот Владимир Ильич расплылся в довольной улыбке, его инженерный ум успел просчитать, что в итоге мы заняли общее первое место. Готов поклясться комсомольским билетом, что наш неугомонный майор, вернувшись в городок, тут же начнет строчить очередную докладную московскому начальству. А закончив, вызовет меня на ковер и спросит тоном, от которого мурашки побегут по спине:
- Так Сиверинский… а сейчас давай, выкладывай, откуда у тебя все это…
Возбуждённые зрители, словно после киносеанса, обмениваясь мнениями и впечатлениями, расходились, занимая места в машинах, нас же участников, пригласили к генералу на процедуру награждения. Позже понял, для меня было бы намного лучше, если бы я занял второе или даже третье место. В этом случае, я получил бы хоть и не большую, но греющую карман сумму в сирийских фунтах, а не сияющий красным лаком мотоцикл Kawasaki KZ400.
- И что прикажете мне с ним делать? Рассекать, по здешним пасторалям под палящими лучами солнца глотая дорожную пыль? Спасибо, как-то не хочется, уж лучше будув своей "Реношке" мучиться.
В общем, и здесь как у нас: лисице - сыр, вороне - слава. История с мотоциклом закончилась тем, что я поставил мой генеральский подарок в гараж, а ключики повесил на гвоздик - пользуйтесь люди добрые, кому надо. Этот широкий жест оценили, особенно комендант общежития, которому приходилось часто мотаться в ближайший городок по своим комендантским делам. Повидимому, именно по этой причине, нам с Климом поменяли холодильник на новый, более вместительный и не такой гремящий, а ещё, сделали внеочередную профилактику кондиционера.
- Ну вот Клим, помнишь как ты меня поругивал, когда я будил тебя по утрам выбегая на пробежку. Может, теперь и ты со мной за компанию? Скинешь свое пивное пузо – вернешься домой, все девки твоими будут.
- Ерунда все это, когда я вернусь со стопкой сертификатов и куплю новенькую "Волгу", все эти девки и без твоего спорта никуда не денутся, - резонно возразил сосед и немного подумав, добавил: - Если бы твой спорт действительно приносил пользу, то на каждом турнике висело бы по трое евреев.
- Ладно Клим, понял я твою позицию. Главное в жизни - не лениться, захотел спать - иди и ложись.
Разумеется, своими успехами в троеборье я не мог не похвастаться перед любимой, тем более, что о чем то писать надо. Вот только зря я это сделал, меня тут же засыпали письмами, в которых она насочиняла кучу планов, а мне проблем, как бы доставить мой приз домой. Как оказалось, её старший брат, ещё со школы мечтал о своей "Яве", а тут у меня безхозный "японец". Успокоилась лишь после того, как я просчитал и разложил по полочкам все минусы её предложений. Все они были из области логистики, ведь не зря говорят - за морем телушка - полушка, да рубль перевоз.
Строительство плотины продвигалось бодро и в соответствии с графиком, а все что касалось сооружения защитных сооружений, даже немного опережало. Я даже подумал - все же, здешние арбайтеры получше наших будут. Да и мои габионы помогли. Оценив такие успехи, мне даже немного работы подкинули. Мое недовольство, Ильич погасил просто – Александр, ты же советский человек, а нам к повышенным обязательствам не привыкать их нужно только перевыполнять. Странный мужик. Или он думает, что советские люди сплошь дураки, и не понимают, что в этом случае им повысят не зарплату, а планы. Так что, как у нас и принято, я получил устную благодарность руководства и третью по счету почётную грамоту от министерства, - ту, что с профилем вождя. А собственно на что я надеялся? На двухкомнатную квартиру улучшенной планировки в центре Дамаска?
Приближалась пора, когда согласно "Положению о заграничных командировках", нам должны начислять климатические надбавки. Поэтому, я совсем не удивился когда увидел, что никто из советских специалистов, даже гипертоники со справками, даже не заикнулся о положенном отпуске. Понимают, что пара тысяч сирийских фунтов лишними не будут.
Работа отнимала приличную часть времени, но я не жаловался. И это хорошо: хоть как то разгоняло сирийскую скуку, не давая невеселым мыслям полностью овладеть думами. Не зря Конфуций утверждал - самые веселые люди, в тоже время и самые мрачные. А повод для беспокойства имелся.
Во-первых, слишком уж долго молчат мои будущие заокеанские партнёры. Неужели эти два юных балбеса не осознают всю глубину своего счастья? Что, не понимают, что я как ишака, толкаю их в светлое миллиардерское будущее? А как же эта знаменитая американская мечта, которую они впитывают с молоком матери? Вот толко делать нечего, оставется лишь терпеливо ожидаться, и каждый раз с надеждой заглядывать в свою банковскую ячейку. Написать им еще одно послание? Наверное нет, не стоит лишний раз напоминать о себе. Навязывать им свою компанию - не лучшая стратегия.
Что немного отвлекало от невеселых дум, так это мечты о приезде моей Ветки, которая вскоре осуществит своё заветное желание и ступит на растрескавшийся от солнца асфальт заграницы. И я не только мечтал, у меня давно вызрел план, как с максимальной пользой и комфортом отгулять свой первый отпуск.
Глава 5
Глава 5
Этим утром я поднялся рановато, разбудив местечкового муэдзина и своего соседа. Протяжно зевая, с риском вывихнуть челюсть, он также начал натягивать штаны, но посмотрев на будильник, с удивлением уставился на меня,
- Ты это чего в такую рань подхватился? Что, опять эти жиды воевать затеяли?
Я успокаивающе махнул рукой, ложись мол, досматривай сны о своей "Волге". Это для меня утро будет особенным, ведь именно сегодня в центральный аэропорт Дамаска должен прибыть спецрейс из Москвы с очередной группой советских специалистов, иными словами гастарбайтеров, разве что валютных. Именно так про себя я нашего брата и называю. Не один раз довелось убедиться, что настоящие, классные специалисты остаются дома, в Союзе, а сюда попадают главным образом те, кто заимел нужные связи или влиятельных родственников. А ещё, приезжают те, кому удалось подмазать кого нужно. Впрочем, бывало и среди наших попадались настоящие профессионалы, без которых работа просто встанет. Но такое бывало нечасто и исключения лишь подтверждали правило, я - яркий пример.
Но отбросим все лишние рассуждения и параллели. Главное, что этим рейсом прибывает и моя Вета. Как же бесконечно долго я ожидал этого! Ждать то ждал, но лишь вчера подумал, как же достойно встретить молодую жену, да так, чтобы она надолго запомнила эту первуюпоездку за границу? В голове вертелось множество мыслей, среди которых попадались и совершенно завиральные. Например, а не попросить ли моего Алексея, чтобы тот прислал к трапу почётный караул из своих спецназовцев, хотя бы и без оркестра. А что такого, он ведь мне должен, пусть теперь отрабатывает. Впрочем, все это глупости, и в голове долго не задержались - размечтался, совсем солнцем головку напекло. В конце концом, все закончилось безальтернативными цветами. Нормальное решение, она это любит, а в Сирии растут великолепные розы, куда красивее тех, что можно найти у самых элитных кавказских ботаников на рынке.
Наученный предыдущим печальным опытом, когда один мой букет попросту увял, я не стал покупать цветы заранее – ведь рейс могли и задержать. Такое здесь частенько случается. И только услышав слова информатора, что рейс АН-28771 из Москвы заходит на посадку, я стремглав кинулся к знакомому байи в цветочной лавке, где в прохладе кондиционера, меня дожидался букет белых роз. Именно такой цвет и должен засвидетельствовать мою чистоту и непорочность. И это истинный факт, которым можно было только гордиться. День простоять нетрудно, а вот ночи продержаться, не поддавшись советам и подначкам коллег, которые время от времени предлагали свести меня с раскрепощёнными работницами горизонтального труда из буфета и библиотеки. Позднее, всех их станут толерантно называть женщинами с пониженной социальной ответственностью.
Толпы встречающих не было. Как и в тот раз, когда прибыл я сам, пассажиров ожидала лишь парочка убитых на местных ухабах автобуса и несколько легковушек, одной из которых был мой пикап - "Renault".
Неуверенными группками в фойе первого этажа начали появляться первые пассажиры, прошедшие таможню.
- А где же она, - нетерпеливо начинал вибрировать я – ведь не могла проспать вылет. Хотя, это в ее стиле – не торопиться и не толкаться в толпе. Однажды, даже процитировала мне чью-то мудрую фразу:
- В стадо сбиваются ничтожества, мудрецы воюют в одиночку
А вот и она, "влекущая хворосту воз" - катит большой чемодан… и да, на колёсиках. Неплохую конструкцию я перед отъездом успел склепать. Почти выходные убил, слоняясь по блошиному рынку, пока не удалось отыскать подходящий экземпляр для глубокой модернизации. А сейчас, смотрю и радуюсь, усилия даром не пропали. Да и остальные пассажиры, которые пыхтя сгибаются под тяжестью своих баулов, с завистью косятся на ее удобный девайс.
Уже видно, как она, вытягивает шею, с надеждой озирается по сторонам, едва ли не встаёт на цыпочки, пытаясь увидеть меня. Наконец заметила, укрывшегося за пышным букетом в зоне прибытия, и едва-ли не затанцевала от нетерпения. Ничего, потерпи, ждать осталось недолго. И вот, все формальности закончены и советских контрабандистов выпустили за ограду. Ветка, не обращая внимания на громкие окрики руководителя группы не расходиться, бросилась мне на шею, с головой погрузившись в аромат свежих роз. Руководитель рейса застыл на месте увидев такое зрелище. Как же так, комсомолка, которой всю дорогу вдалбливали правила поведения советского человека за границей, сразу по прилёту, бросилась обниматься с каким-то мутным сирийцем в халате и куфье.
К счастью, знакомый особист, который по должности также встречал делегацию, сразу успокоил своего коллегу. – Мол, не стоит волноваться дорогой товарищ, это же наш Сиверинский, хороший знакомый президента Асада и почти кореш нашего посла – товарища Мухаметдинова. Оно и понятно, ведь после недавних подвигов, в том числе и на спортивной арене, я теперь узнаваемая личность во всей советской общине.
Решив, что продолжать обнимашки нам будет удобнее в другом месте, я повел жену к своему автомобилю. Не успел уложить ее вещи, как знакомый капитан подошёл и попросил:
- Слушай, Саня, гляжу, ты на колёсах. Может, подбросишь до базы моего коллегу, да и немного багажа хотелось бы загрузить тебе в кузов. Сам видишь, сколько всякого барахла новенькие притащили, и зачем оно им? Наверняка и эти наслушались всякого, и набрали полные чемоданы брикетов горохового супа и гречневой каши с луком.
Как бы извиняясь, я развел руками и покачал головой,
- Не получится Петрович, сегодня нам не по пути. Мы с женой прямо отсюда двинемся на море, в Латакию, ты уж извини, что так получилось. Да и вообще, с сегодняшнего дня я в отпуске.
И тут же, заметив краем глаза нечто интересное, попросил его немного подождать: - Погоди немного, может и удастся тебе помочь.
Пока Ветка под завистливыми взглядами своих вспотевших соседок по салону, уже сидящих в автобусных креслах, наслаждалась двумя рожками мороженого с шербетом и шоколадом, запивая всё это статусной "Кока-Колой" из банки - лютой мечтой каждого советского человека, - я быстрыми шагами направился к багажному крылу аэровокзала.
Там, неподалеку, на площадке у таможенного поста, я заметил своего хорошего знакомого - владельца кафе, которое располагалось рядом с нашим городком. Я частенько забегал в его прохладу выпить чашечку кофе с овечьим сыром или ароматного чая с пахлавой, а заодно, послушать местные новости и узнать цены на рынке. Там, на полочке над прилавком, стояла моя персональная пиала, размером вчетверо больше стандартной. Никак не могу привыкнуть к местным миниатюрным порциям. Прожив целый год, не понимаю, как можно целых полчаса прихлёбывать чай из чашечки, размером меньше половины стакана?
- Ас-саляму алейкум, уважаемый Барак, ты не сможешь подбросить до места несколько своих будущих клиентов с вещами? Ты ведь знаешь наших. Как всегда, не подумали и привезли сюда кучу всякой ерунды. Неужели думают, что у нас до сих пор послевоенная разруха, голод и на полках магазинов шаром покати. Кстати, по дороге ты можешь попробовать сторговать у них ни-будь полезное. Сам знаешь, первый покупатель всегда снимает сливки. Ну что, мы договорились?
Всё это я выложил на изысканном арабском языке, вновь вызвав некоторые сомнения у кагэбэшника из новой партии. Тем не менее, вопрос был улажен: букет с Виолетой и её козырным чемоданом на колёсиках одиноко разместился в кузове моего пикапа, и под завистливыми взглядами прибывших строителей сирийского социализма мы, в крайний раз поцеловавшись, направились в Латакию. Здесь, уже месяца три, нас дожидались двухкомнатные апартаменты в отеле "Marriott".
То, как мы провели следующие два дня, а особенно ночи, мне не то что писать - вспоминать неловко. В свободное от секса время - по утрам, а иногда днём - мы занимались бездуховным отдыхом. Валялись на пляже, помогая здешним продавцам фруктов, напитков и сладостей выполнять план. Когда же жара спадала, выходили в город, бродили по его узким улочкам, подыскивая уютное кафе. Почему именно кафе, а не ресторан? Да все просто, дело в том, что завтрак и ужин были включены в стоимость министерского сертификата, а повар-итальянец, нашего роскошного пятизвёздочного отеля готовил европейские блюда на высшем уровне. Словом, мой отдых напомнил мне будущий беззаботный all inclusive на курортах Египта и Турции.
Но постоянно валяясь в шезлонге, можно и пролежни себе заработать, да и прогулки по одним и тем же улочкам небольшого городка вскоре надоели. Поэтому, чаще всего после обеда, мы усаживались в мой старенький "Renault" и отправлялись в недалекое романтическое путешествие, проезжая оливковые рощи и виноградники пустынного в это время, средиземноморского побережья.
Не без оснований считая себя опытным туристом, я не искал проторённых путей и асфальтированных шоссе - это удел "чайников". Бывало, нас заносило в такие непролазные дебри, откуда и выбраться непросто, ведь навигатором наша Реношка оборудована не была. Единственное, что спасало, - так это подробная карта, копию которой мне удалось выменять у знакомого геодезиста за пару банок пива.
В один из таких чудесных солнечных дней, а собственно все дни здесь солнечные и чудесные, когда наша "антилопа", завывая перегретым двигателем, прилагала все усилия, чтобы выбраться из очередной песчаной ловушки, из кустов, что росли по обе стороны дороги, выскочила троица хмурых коммандос, которые тут же направили на нас дула автоматов. После чего, прозвучали знакомые каждому нормальному шпиону и диверсанту слова:
- Стоять, не двигаться! – Не мешкая, я ответил им по-арабски, но с одесским акцентом:
- Все.. все уважаемые, стоим… не двигаемся… боимся, уже никто никуда не спешит.
Ну а дальше все, как и написано в книгах:
- Ваши документы… кто такие, что делаете в закрытой зоне?
Вот на какой вопрос следует отвечать первым? Наверное, всё-же на тот, что про документы, которые я по привычке всегда носил с собой.
Думаю, вы догадываетесь, как неприятно шарить по карманам под направленными на тебя дулами трёх автоматов? Если нет, не догадывайтесь и дальше. Я, осторожно достал два наших паспорта и своё удостоверение советского специалиста, работающего на строительстве местной ГЭС.
Сержант, старший группы, ознакомившись с нашими бумагами, приказал своим подчинённым помочь вытащить наш транспорт из песчаной ловушки. Затем, нахально подвинув в кабине мою Ветку, влез туда сам, а двое других устроились в кузове. И зачем это им? Подумал, что ребята не захотят топтать свои берцы и решили с комфортом добраться до базы. На всем пути, наше общение состояло примерно из таких фраз.
- Так,…. сейчас давай вперёд, … направо….а вон за тем деревом резко поворачивай снова направо, там увидишь нормальную дорогу, поедем по ней, не заблудишься,
Вначале, я подумал, что нас просто выведут на нормальное шоссе и пожелают счастливого пути, и даже подумывал чем таким отблагодарить ребят, но нет, все было иначе. Впереди, метрах в трёхстах, я увидел вышку, забор из колючей проволоки и гостеприимно поднятый шлагбаум. Нас встречали. Похоже вояки, те что в кузове успели по рации предупредить, что к ним едут нежданные гости.
Заехав во двор, мы остановились и под любопытными взглядами охраны, которая с интересом разглядывала симпатичную шатенку без паранджи, вышли на плац секретной базы морских пограничников.
Сержант, тут же отправился с докладом, и через несколько минут, на ступеньки штаба вышел офицер в звании капитана. Его я сразу узнал. Именно его я видел среди болельщиков, которые поздравляли меня с победой на последних соревнованиях по военному четырёхборью. Вспомнил, как тогда он настойчиво приглашал нас с Алексеем к себе в гости. Тот меня также узнал, бросил какую-то команду подчинённым и напряженность, а с ней и автоматы - исчезла.
После чего, обращаясь уже ко мне, с приветливой улыбкой произнес:
- Очень рад, господин лейтенант, что вы все же согласились принять моё приглашение. Правда, все получилось как-то неожиданно, поэтому прошу меня простить за то, что мы не подготовились.
Я оценил его шутку и представив жену, в двух словах рассказал капитану, за каким таким чёртом мы вообще оказались в том месте. Немного отойдя в тень финиковой пальмы, мы продолжили разговор. Минут через десять, нас всех пригласили в здание штаба, где уже был накрыт скромный дастархан. На столике с низенькими гнутыми ножками, стояло несколько пиал, чайник, лепёшки из тандыра и различные фрукты со сладостями. Не успели все устроится, как офицеры вскочили. К нашей компании решил присоединиться и сам командующий базой в звании полковника, сопровождаемый двумя старшими офицерами.
Дружеская беседа с чаепитием продолжалась минут тридцать, в течении которой мне пришлось в который раз рассказать о случае с террористкой и церемонии награждения в здании посольства. После того, как полковник нас покинул, завязалась более непринужденная беседа. Главным образом, присутствующих интересовал вопрос: а действительно ли в состав советской армии, входят подразделения сапёров-диверсантов имеющих такую великолепную подготовку как у меня? Такую, что даже офицеры запаса, которые прошли эту школу, способны легко справится с действующими спецназовцами.
Что можно сказать, нет ничего легче, чем говорить правду, что я и сделал. После того, как офицеры узнали, что я едва ли не бывший чемпион республики по дзюдо, они дружно согласились, что их ребятам не на что было рассчитывать. Выпив по три чашки чая, офицеры оставили нас, сославшись на занятость. Мой знакомый проводил нас до машины, предупредив на прощанье, что завтра с утра, он прибудет с ответным визитом.
Да и нам давно было пора возвращаться. По-дружески попрощавшись с гостеприимными пограничниками, я уселся за руль и надавил педаль газа, постаравшись не опоздать к ужину.
Следующее утро началось не с бодрых звуков "Пионерской зорьки", а с мощного рёва судовой сирены. Некоторые из соседей, которые завтракали с нами на открытой террасе отеля, аж поперхнулись от неожиданности. К плавучему бону отеля "Marriott International", на малом ходу, подходил средний ракетный катер советского проекта "Оса-1". В центре группы моряков, стоявших на мостике, я увидел капитана Салида, который белозубо скалясь, что-то кричал, махая рукой, словно приглашая на борт.
Я угадал. Как выяснилось, он уговорил полковника выделить на весь день этот катер - для рыбалки и морской прогулки. Салид, лишь разводил руками и извинился за то, что ничего меньшего у них в хозяйстве не нашлось.
- Ну и напугал ты этих буржуев. Еще надумают смыться из отеля, подумают, что вы объявили следующий джихад этим евреям, и с катера на причал выскочит десяток вооружённые до зубов бойцов ЦАХАЛ.
Не доев свой завтрак, мы с Веткой поднялись в номер, переоделись и через минут десять катер, разогнав волну широким корпусом, направился к выходу из бухты. Четырёхчасовая морская прогулка была замечательной, чего было нельзя сказать о моей рыбалке. – Что поделать, такое для меня привычно – подумал я, вспоминая свои напрасные таймырские попытки. Что, опять не правильную блесну мне подсунули! У остальных ведь - ловилось…
Хотя мы ничего не поймали, зато отлично накупались. Вот только мне очень не понравились те влажные взгляды, которыми сирийская матросня оценивающе смотрела на мою Ветку. Эта фифа и не подумала прихватить с собой закрытый купальник. Уверен, именно не захотела, а не нашла..… Кто там в душу женщины заглянет ..
Перед обедом мы вошли в неприметную бухту и причалили неподалеку от упрятанной в скалах прибрежной деревни, где, как выяснилось, проживали родители командира катера. Нас встречали едва ли не все жители, а вскоре состоялся общий обед.
Столы были завалены жареной в оливковом масле и запечённой на углях рыбы, нежной бараниной, приготовленной в горшочках. На гарнир, подали неизвестное мне блюдо - что-то из бобовых. На первое, была очень похожая на нашу уху рыбная похлёбка. И конечно-же, горы пахучей зелени, овощей и фруктов.
После обеда-ужина появился и менестрель - дед с дутаром, похожим на большую грушу с очень длинным грифом. Над поляной полились тягучие арабские напевы. К сожалению, даже нам, никаким не мусульманам, обычного пива никто не догадался предложить. Ну что ж, придется в гостинице здоровье поправить –это я обещаю и торжественно клянусь.
В отеле мы появмлись под конец ужина, который был уже лишним. К нам подошел администратор и сообщил, что со мной очень хочет поговорить господин главный менеджер. Он убедительно просил, как только мы вернемся, зайти к нему в кабинет. Ну что ж, если так просят –надо уважить человека. И я даже догадывался о причине.
Закончив ужин, я поднявшись к себе и нарядился в лучшие одежды - то есть чистые, прицепил на грудь красивый бело-зелёный орден и направился на приём к господину управляющему. Несмотря на поздний час, тот был у себя. Я вежливо постучался, вошёл в кабинет и аккуратно прикрыл за собой дверь. Набравший было в легкие воздух, господин Гентель бросил удивлённый взгляд на мою награду, после чего внимательно всмотрелся в мое лицо. Мне показалось, он уже открыл рот, чтобы высказать своё недовольство, утренней выходкой моряков, как вдруг на его лице промелькнуло выражение узнавания. Все верно: это же мой героический профиль несколько месяцев назад целую неделю крутили по каналам местного телевидения. Как часто бывает, опытный господин Гентель переобулся в воздухе и радостно улыбаясь, заявил:
- Я только что узнал, что в нашем отеле проживает такая известная личность как вы, господин Алекс. Было бы неправильно, если бы наша компания оставила без внимания заслуги человека, сорвавшего замыслы террористов. Уверен, в противном случае, это могло бы спровоцировать внутреннюю нестабильность в стране. У меня есть полномочия предложить вам недельный бесплатный отдых в нашем отеле, и я искренне надеюсь, что вы со своей очаровательной супругой не откажетесь от моего предложения.
Вот так сюрприз, да ещё как вовремя, - едва не воскликнул я. Не далее как вчера мыс Веткой прикидывали, а стоит ли и дальше платить бешеные деньги за наш люкс, причем на сей раз уже с из собственного кармана. Ведь послезавтра срок действия министерского сертификата подходит к концу. Так что господин главный менеджер может не переживать – разумеется мы примем его любезное предложение. С удовольствием примем.
Я не был бы я, если бы не попробовал подшутить над своей простодушной любимой. Перед тем, как зайти в номер, я натянул на лицо такой озабоченный вид, словно меня только что обвинили в госизмене.
- Что случилось, милый? У нас что, какие-то неприятности? – с тревогой взглянула на меня Веточка.
- Как тебе сказать … даже не знаю, как нам теперь быть, - задумчиво начал я. – Понимаешь, дело в том, что нам предлагают пожить в этом номере ещё на недельку, а ведь я так хотел перебраться в то селение на побережье. Ну, в то - где братья капитана Салида угощали нас рыбными деликатесами? Вот теперь и не знаю, как поступить, со всех сторон засада…
Моя девочка посмотрела на меня глазами, в которых я увидел большое сомнение в моем психическом здоровье. Но уже через минуту все поняла и бросилась мне на шею. По меньшей мере на неделю, наш квартирный вопрос был решён. Но имелась еще одна проблема - не менее важная. Дело в том, что Виолетта, как дипломированный молодой специалист, через десять дней должна выйти на работу. И как бы она не хотела похвастать перед подружками и будущими коллегами своими сирийскими обновками, желание подольше побыть рядом со мной было сильнее.
Я уже подумывал над этим, но для реализации моих замыслов нам нужно было на денек смотаться в Дамаск.
- Заодно, и в "Лионский кредит", заверну, оборотные средства пополню. Все эти фунты и лиры моя Веточка вытягивала, словно промышленный пылесос. Вспомнил, как однажды он чуть котёнка в контейнер не засосал.
Так или иначе, а министерская премия дня три как приказала долго жить, да и та жалкая сумма, называемая отпускными, заканчивалась.
- Впрочем, не жалко, где еще она так оторвется, у нас дома такого шопинга точно не увидит. А денежки на счету есть, ведь я ими практически не пользовался, так что завернем на обратном пути в Халеб и сниму сколько надо.
Из Латакии мы выехали рано, было бы не плохо проскочить по холодку, да и дороги в это время немного свободнее. Несмотря на ранний час, Дамаск встретил нас толпами людей на улицах, беспорядочно снующими велосипедистами и мотороллерами, звуками клаксонов и звонками трамваев, где лишь окна вагоновожатого не были заклеены рекламой. Во двор посольства я решил не заезжать, а припарковался у тротуара неподалёку от входа. Не хватало нарваться на вопросы типа - а тебе дорогой товарищ, что здесь надо? Мы подошли к воротам, и сунув охранникам советские паспорта, вошли в прохладу вестибюля.
Я еще не забыл расположение кабинетов и легко отыскал секретариат товарища посла. Разумеется, товарища Мухаметдинова, своим мелким вопросом решил не беспокоить. Хоть мы и знакомы, но все же…. Сотрудник посольства к которому я обратился, меня сразу узнал, а со знакомыми решить такие проблемы было проще – хватило одной бутылки ирландского виски и приятельских отношений с секретарём. И то и другое было в наличии. Для объяснений потребовалось минут десять, после чего, мы с ним составили нужную бумагу, черновик которой я предусмотрительно прихватил с собой. Это была просьба посольства СССР в Сирии к рядовому директору… а именно, к директору завода "Генератор". Именно сюда и направили отбывать трёхлетний срок молодого специалиста Виолетту Сиверинскую.
Если отбросить лишнее, то текст письма, изложенный на грамотном канцелярском языке, подправленном секретарем, был примерно таким:
- Уважаемый товарищ директор, настоящим уведомляем вас, что в данное время сотрудник вашего предприятия Сиверинская В. О. находится в Сирийской Арабской Республике. В связи со сложившимися обстоятельствами просим отсрочить на десять дней приказ о выходе гражданки Сиверинской В. О. на работу. В Советский Союз она вернется сразу же после завершения празднования 57-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, а именно, не позднее девятого ноября…..
И все прочее,… в таком же духе. У товарища директора должно было сложиться впечатление, что такая задержка связана именно с проведением праздничных мероприятий. Для секретаря посольства эта бумажка ничего не значила: мы ее и не думали регистрировать. Из текста, было не совсем понятно – не будет ли эта Сиверинская, во время парада находится на трибуне рядом с самим президентом Асадом. В том, что просьба будет решена положительно, я не сомневался: кто станет спорить с бумагой на посольском бланке? Уж точно не директор рядового предприятия.
Вот и все, одно дело сделано, еще один пунктик можно пометить крестиком как выполненный. Далее, в плане была часовая прогулка по столице, а затем домой, в Латакию, с заездом в Алеппо.
Что касается часовой прогулки, здесь я конечно погорячился. Как я мог забыть, что для моей Ветки этого времени будет достаточно разве что на один магазин. Остановило ее татарский набег на бутики не то, что она купила все, что по ее мнению крайне необходимо, а то, что у меня банально закончились деньги. Как хорошо, что в банк я решил заехать на обратном пути.
- Веточка, оставь хоть что ни-будь на следующий раз, - едва шевеля языком, проговорил я. – и не забудь себе купить ещё парочку больших чемоданов.
Хорошо, что вспомнил. На обратном пути мы заехали в наш городок. Я ведь так и не показал ей свое жилище. Действительно, как-то некрасиво получается, уж слишком мы были заняты собой и до я сих пор не познакомил ее ни со своими коллегами, ни с соседом Климом. Надо бы исправить пока мы здесь. В поселок гидростроителей мы прибыли вовремя, как раз к обеду. Так что смотрины состоялись в столовой. Женщины посматривали на модно одетую незнакомку с заметной завистью, а мужики - с одобрительным интересом. Когда я отошел к кассе, ко мне подкатил Клим и незаметно поднял большой палец. Понизив голос произнес:
- Поздравляю Саня, ничего так у тебя женушка, симпатичная. Теперь понятно, почему ты и буфет и библиотеку стороной обходишь..
Для всех посвящённых, намёк был более чем прозрачен: все здесь знали Марину - симпатичную буфетчицу из Харькова, барышню предбальзаковского возраста, - и её подружку Вику, которая прибыла из какого-то южного городка. Временами, именно эти две дамы разбавляли скуку застоявшихся мужиков. Как правило, денег они не брали, всё –же, женщины порядочные – а вот от подарков никогда не отказывались. Более того, эти подарки им принято было дарить заранее.
Мне совсем не верилось, что представители доблестных органов, тех, кто даже спит с открытыми глазами, ни о чем не догадывались. Наверняка знали - просто закрывали глаза на такие мелочи, ведь измена жене – это не измена родине. Понимали: молодым здоровым организмам иногда требуется разрядка. Так уж лучше здесь, чем там, за оградой. Да и надежнее так, ведь медосмотр в нашем посёлке проводился дважды в месяц.
Кое-что услышав, но так ничего и не поняв из прозрачного намёка Клима, Вета толкнула меня локтем в бок и шепотом спросила:
- Саня, а почему это ты в библиотеку не заходишь? Ты ведь всегда любил на ночь чего- то почитать…
- Любимая, да я и сейчас это люблю, вот только той литературы, которая мне нравится, в нашей библиотеке нет. И уж точно не на ночь. Давай сейчас оставим это, вот вернемся к себе, я тебе подробнее все объясню, а может, и на ночь почитаю…
США, штат Вашингтон, месяца за два до этих событий.
Все началось с раннего визита Пола.
- Привет Делон, ты чего это так рано подхватился? – отчаянно зевая, с риском вывихнуть челюсть поприветствовал товарища Билли. – Уж не хочешь ли сообщить, что решил уволится из своей Honeywell и вернуться обратно в колледж? А если ты по вопросу нашей фирмы, так я и сам все знаю, только вчера проверял. Там на счёту целых 745 долларов, вот и думаю, стоило ли нам вообще с той программой заморачиваться.
Аллен недовольно поморщился - Слушай, дружище, я ведь просил тебя, что бы ты меня именем этого Зорро не называл. А если не желаешь меня слушать, так я и уйти могу.
- Да ладно тебе Пол,уже и пошутить нельзя. Так чего там такого стряслось, а то у тебя такой вид словно тебе только что сообщили имябудущего президента.
- Билл, да мне плевать, кого у нас президентом назначат, я о другом. Ты помнишь, то письмо, которое в прошлом месяце пришло из Сирии от какого то комми? Ты еще хотел его сразу в корзину отправить.
Гейтс, на секунду завис, вспоминая, а затем согласно кивнул и с удивлением взглянул на своего компаньона и товарища.
- Так вот Билли,… - Пол на секунду замолк, словно решая, что говорить дальше, а затем продолжил, - впрочемнет, лучше возьми вот это и прочитай, – после этих слов Аллен сунул своему юному другу январский номер журнала Popular Electronics. Этот журнал, основанный лет десять назад, считался самым продаваемым изданием вмире для любителей электроники.
- Нет…смотри здесь, на десятой странице – указал пальцем Пол.
Быстро пробежав глазами коротенькую статью, Гейтс – младший удивленно взглянул на товарища.
- Ну, и что такого ты здесь увидел? Ну выбросили они на рынок набор своих микросхем, и чем они отличаются от Мотороллы?
Билл, хотел добавить еще что то, но Аллен его перебил. – Да не в этом дело, ты вспомни, что нам писал тот парень из России… Кстати, вот его письмо, можешь перечитать, хорошо, что я тогда не послушал тебя и не выбросил.
Билл пробежал глазами три листочка заполненные убористым почерком, а затем удивленно переспросил.
- Это что же получается, ты хочешь сказать, что он этот журнал раньше нас прочитал или как?
- Не выдумывай Билли, скорее всего эти ребята из MITS о своем Алтаир и до этого раструбили где могли, вот оно ему на глаза и попалось. Одно не могу понять, как этот Алекс понял, что у их четырехразрядной крошки достаточно памяти и мощности, чтобы потянуть Бейсик? Я и сам в это не верил, пока ночью не посидел и не разобрался. И действительно, для нашего интерпретатора хватит четырех килобайт памяти – а это лишь четверть возможностей этого процессора.
Гейтс, недоуменно пожал плечами и с недоумением спросил? Откуда взялись у этого русского настолько глубокие познания, ведь кроме валенок и ракет с танками, они толком и делать ничего не умеют?
- Да не русский он – машинально поправил товарища Пол – видишь, пишет, что сам из Киева. Я специально сходил вбиблиотеку и поинтересовался где это. Так вот, Киев, это Украина. Что-то вроде нашего штата, но большая такая …побольше нашей Калифорнии.
- Да какая нам разница, из какого штата - из Техаса парень или из Иллинойса?
- Нет Билли, у них все по другому. Там не штаты, а республики, да и язык у каждой свой. А эта Украина присоединилась к русским лет триста назад, причем непонятно как это случилось. Одни пишут, что добровольно, на каком-то там съезде "казаков", а другие утверждают, чтоони тогда просто военный союз заключили. Чья там правда – не понятно, никаких документов не осталось, а может и остались, просто показывать не хотят. Я об этом немного почитал, самому интересно стало. Так вот, как по мне, скорее всего это был союз на время войны. Сам подумай, армии у них были отдельные, командующих назначали каждый своего, да и договора подписывали, кому, когда и с кем вздумается. А под конец, так и вовсе разругались, начали с московским царем воевать и вначале прилично ему наваляли.
Аллен, тряхнул головой и продолжил,
- Впрочем, сейчас не об этом. Дело в том, что позавчера я встретил Дэна, может помнишь его, он со мной в одном кампусе жил. Так вот, Дэн, сейчас работает в этой самой MITS. Он сообщил, что они собираются выпустить на рынок свой Альтаир, и хотят написать для него язык программирования. Тебе никакие мысли в голову не приходят? – он вопросительно посмотрел на своего партнера. Ты ведь только что письмо читал, неужели не обратил внимания?
Билл, на минутку задумался, вспоминая.
- Ты хочешь сказать, что этот Алекс из Сирии еще три месяца назад советовал нам приспособить наш Бейсик к их Альтаир, имею ввиду – написать для него компактный интерпретатор?
- Точно – подтвердил коллега, - а еще, он пишет, что революция персональных компьютеров не за горами и если мы хотим войти в эту тему, то надо желать это сейчас, на старте …..
Не дав Полу закончить, Гейтс – младший, азартно воскликнул.
- Так Пол, давай звони в Альбукерку, президенту MITS. Нет, лучше вначале свяжись с этим Дэном, пусть подскажет, с кем там лучше говорить. Намекни ему, что у нас почти готов интерпретатор для Бейсика, и через месяц мы можем его им показать. Ну, там еще чего ни-будь придумай….
Затем, ненадолго задумавшись, спросил,
- Слушай, сколько ты говоришь у нас на счету осталось? Мне икажется, нам надо срочно брать билеты и лететь в этот его Бейрут или Дамаск … не запомнил точно. Ты же читал письмо, он пишет, что у него еще кое-что интересного припасено …
Да погоди ты с билетами, покачал головой старший и более рассудительный Пол. Скажи, куда ты лететь собрался? Вначале, давай письмо отправим, пусть по телефону а нами свяжется, тогда и решим. Месяца два у нас точно есть, а пока, на всякий случай, поговори с Монти, скажи что б математикой к интерпретатору начинал заниматься. Пообещай там ему что ни-будь ….
В Дамаске, и в нашем городке мы немного задержались, поэтому в Алеппо прибыли уже под вечер, когда до закрытия банка оставалось менее получаса. В кассе, я получил и разменял на местные фунты триста долларов, упрятал пухлую пачку местных банкнот в сумку и рассовал по карманам, а затем достал ключи, и насвистывая под нос мотив, полковнику никто не пишет, открыл банковскую ячейку.
И тут меня накрыло. Внутри находился голубой конверт авиапочты с маркой, на которой красовался тот же профиль, что и на пятидолларовой банкноте.
Даже не пытаясь скрыть свое волнение, я распечатал конверт прямо в банке и забегал глазами по нескольким строкам. Очень коротко, ничего лишнего. И да, письмо было именно от них. Ребята писали, то, что я ожидал - нам обязательно необходимо встретиться, причем как можно скорее и в конце, указали номера домашних телефонов в Сиэтле. Правильно, договориться о месте и дате нашей встречи разумней будет именно так, а не телеграммой или неделями переписки. Как вам поговорка – что мизера ходят парами? Два приятных события случились почти одновременно - прибытие Веточки и такой долгожданный контакт с двумя двоечниками и будущими миллиардерами.
Было бы неплохо, если бы они не тянули и прилетели уже на этой неделе: мой отпуск подходил к концу, скоро на работу, а от туда не всегда вырвешься. Да и вести переговоры с гражданами страны вероятного противника, находясь под неусыпным приглядом товарища майора и его добровольных помощников, - удовольствие такое себе..
Впрочем, судя по их письму, ребята и сами тянуть не намерены. Похоже, чем то я их хорошо зацепил. Да здесь и гадать нечего, наверняка сбылись один или несколько моих прогнозов.
- Так … теперь давай посчитаем, что у там сейчас, на их вашингтонщине. Получается, примерно девять утра? В принципе нормально, можно и позвонить, а то убегут в парк на пробежку. Хотя это вряд ли, не припоминаю за ними таких дурных привычек.
Мы уже направились в сторону почты, как я понял свой промах. Вспомнил, ведь судя по письму они сейчас в Калифорнии - а это никакое не восточное побережье. А значит, к моим девяти утра следует не прибавлять три часа, а наоборот, отнимать… И что у нас получается? Если позвонить им в такую рань, то можно нарваться на такую же реакцию, как и тогда, когда меня Йосида из Владика разбудил. И как быть? Придётся погулять по городу, хотя бы до восьми. Похоже, что придется пропустить не только обед, но еще и ужин в отеле. Но дело того стоит, ещё как стоит. Прикинул, гулять нам придется часа три, но это все пустяки, я лет десять этого ждал.
Вечерняя прогулка обошлась моему кошельку совсем не дорого, удалось уложиться в каких-то десять тысяч фунтов и если вспомнить курс, то это всего долларов десять. Впрочем, сейчас не время копейки считать, мысли теперь заняты будущими миллионами.
В который раз взглянув на часы я решил что все, нагулялись, можно и позвонить. Захожу в кабинку и набираю первый из двух номеров указанных в письме. Похвалил себя, что хватило терпения дождаться и не повесить трубку. После десятого гудка я услышал чей то недовольный, заспанный голос. Похоже, что с меридианами и часовыми поясами я немного промахнулся. Ничего, простят, причина то, уважительная.
- Прошу прощения, что беспокою так рано. Скажи пожалуйста, я туда попал, ты Билл или Пол?
В ответ послышалось недовольное ворчание:
- Если ты целился в Билла, то попал правильно. Вот только странно, что сам не знаешь, кому звонишь.
- Извини, но так уж получилось, я сейчас все объясню. Это Алекс Сиверинский, из Сирии. Только что прочитал ваше письмо, но там вы указали лишь два номера для связи. А вот где чей, почему-то забыли написать. А звоню я так рано, потому что у нас сейчас восемь вечера, и меня вскоре выгонят с почты. Поэтому, давай ускоримся. Хочу вернуться к вашему предложению. Я готов встретиться с вами в любое удобное время, но не желательно тянуть. Дело в том, что через неделю у меня заканчивается отпуск, и я должен выйти на работу. Вы же понимаете, откуда я. За нашим братом постоянно приглядывают, поэтому могут появиться некоторые трудности. Для меня, было бы крайне нежелательно, если бы о нашей встрече кто ни-будь узнал. В данный момент, я проживаю в Латакии, в отеле Marriott и буду здесь еще несколько дней. Я сброшу вам номер своего телефона, а вы решайте побыстрее – буду ждать.
- Постой, …постой Алекс. Куда это ты собираешься сбросить номер? Что-то я тебя не совсем понимаю, - послышался удивлённый голос Билла.
Мысленно стукнул себя по лбу. Бывает, от волнения совсем забыл, какие нынче времена. … без СМСные…
- Извини Бил, совсем заговорился, возьми ручку и запиши мой номер. И решайте там поскорее. Кстати, хочу порадовать, у меня есть ещё парочка интересных предложений - при встрече мы их обязательно обсудим. - решил я освежить наживку.
Под конец разговора, уже окончательно проснувшийся Билли, заверил, что предстоящая встреча и в их интересах, и пообещал не откладывать, переговорить с Полом и сразу же перезвонить. Закончив разговор, я продиктовал свои координаты, повесил трубку и пробормотал:
- Вот и славно… надеюсь, не позвонят мне в три часа ночи.
Увидев моё радостно - возбужденное лицо, Вета спросила: - Вижу, у тебя все хорошо?
- Любимая, ты себе даже представить себе не можешь насколько. Запомни, этот день -имиенно сегодня заложен фундамент нашего будущего благополучия.
Выйдя из здания почты я выругал себя за откровенную бестолковость.
- Это что, от жары мозги не так работают? Как это не пришло в голову позвонить в штаты из своего номера?
Подходя к машине, я с улыбкой вспомнил о недавнем пассаже с СМСкой. Мне сразу же вспомнился один давний случай в школе. Тогда, на большой перемене направляясь в столовую, я услышал позади себя радостно-удивленный возглас – " О .. симка!" Вздрогнув от неожиданности, я тут же обернулся. Нет, на полу не валялась найденная кем-то карточка мобильного оператора. В нескольких метрах позади, догоняла меня девчонка с двумя мелкими косичками. Ее то и звали, той самой Симкой…
Долгожданный звонок из Калифорнии раздался на следующий день и не поздно - около девяти вечера, когда я уже весь извелся от нетерпения. Но настроение тут же поднялось: дела шли даже лучше чем я рассчитывал. Эти два будущих миллиардера времени зря не теряли – они уже успели приобрести билеты на завтрашний рейс до Бейрута, откуда рассчитывали на арендованном автомобиле добраться ко мне в Латакию. Видать, так им было удобнее, чем лететь через Дамаск, а тем более через Тель-Авив. Хорошо, что они выбрали именно такой маршрут, ведь в запарке я совершенно забыл предупредить ребят, что через Израиль лететь не стоит - любая, даже давняя израильская виза навсегда закрывала человеку дорогу в Сирию.
Весь день - на пляже, в ресторане, на прогулке - я выглядел каким-то отстранённым, все время перебирал различные варианты будущих переговоров. Дошло до того, что Ветка даже обиделась на мою невнимательность.
- Я у тебя уже третий раз спрашиваю, а ты словно не слышишь! – возмущенно заявила она.
Пришлось, лишний раз поцеловать и угостить ее мороженным с шербетом. Могла бы и сама купить, сирийские лиры у неё были, да и в магазинах и на рынке она как в первые дни не терялась. Разве что торговаться до хрипоты не получалось - здесь необходим талант особого рода. И дело вовсе не в языке.
Волнение росло. Никак не мог выбросить из головы неприятные мысли: не задержится ли рейс, насколько удачной получится наша встреча, успеем ли договориться за четыре дня - и о чём именно. И главное, чтобы товарищ майор не надумался в гости нагрянуть. Застукать меня во время переговоров - это был бы даже не скандал, а намного серьезнее, такое, за что ему вполне могли бы навесить лишнюю звёздочку на погоны.
На всякий случай я забронировал для своих гостей скромный двухместный номер. Хоть с этой стороны следовало себя прикрыть. А то, что будущие богатейшие люди планеты проведут три дня в одной кровати, не страшно: нынче они не такие привередливые.
Расчётное время истекало, а моих долгожданных гостей все не было. Я уже готовился перестать надеяться, как на стоянку гостиницы лихо влетел запылённый синий Ford Mustang с ливанскими номерами. Пятой точкой, где как и как и у всех находится центр интуиции, я почувствовал: это они. А может просто вспомнил, что эти американцы предпочитают ездить на американских автомобилях.
Два пассажира неспешно вышли из салона и принялись разминать косточки и крутить головами, озираясь по сторонам. Перепрыгивая через несколько ступенек я сбежал по лестнице и направился к ним. Не ошибся, это были они. По старым фотографиям из интернета узнал обоих. А вот они видели меня впервые и вначале даже не обратили внимания на загорелого сирийца в длинном полосатом халате.
Не тратя лишнего время на приветствия, я проводил гостей к стойке с надписью "Riseptio", а затем, получив ключи - мы отправились в их номер. Дела делами, но вначале, по крайней мере, пускай переоденутся и примут с дороги душ.
Вскоре, мы вчетвером сидели в ресторанном зале гостиницы, где я представил этих пока ещё простых американских парней своей очаровательной супруге. За обедом, о делах не говорили – в основном на общие темы, о погоде, как долетели, сравнивали жизнь в США и у нас в Союзе. Отметил, как оба обрадовались, когда поняли, что со мной можно свободно общаться без переводчика.
Затем, как мы заранее договорились, Веточка попрощалась со и отправилась к себе в номер, мы же, с нетерпением, принялись за дело. Все правильно, нечего ей с нами делать: языка не знает, а модных журналов эти двое прихватить не догадалась.
Пол, тут же решил подчеркнуть их значимость в моих глазах, рассказав, как они успешно справились с заданием компании MITS. А именно, насколько высоко оценила компания их интерпретатор с языка BASIC. Что сказать, для меня это неожиданностью не явилось, как и то, что логическим продолжением их успеха, стал первый серьёзный контракт, а с ним и нормальные деньги. А вот когда сбылся и второй мой прогноз, у парней тут же сработало в головах: они дружно решили бросить все и мчаться через два континента к этому компьютерному гуру.
Парни мы молодые, все на одной волне, так что в дальнейшем наша беседа шла неформально. Я же с нетерпением ожидал, когда все эта беллетристика перейдет к деловым переговорам. И это время настало. Со своей стороны, я вновь подтвердил то, о чем уже им писал, а именно - скорый переход на 16-разрядные процессоры. Спрогнозировал и обосновал безальтернативное появление арифметических сопроцессоров, процессоров ввода-вывода и прочих БИС, которые существенно уменьшат размеры компьютеров. И даже примеры привел, после чего добавил, что под это дело необходимо заранее позаботиться и о софте. Порадовался, что мне поверили не задавая вопросов.
- Ребята, поверьте, времена монстров в железных тумбах и блоках памяти размером с холодильник подходят к концу. Компьютеры будущего будут стоять на столе у каждого. Надеюсь, вы уже ознакомились со статьей вашего соотечественника – мистера Мура?
Услышав, как Пол о чем-то тихо зашептал своему другу, я подтвердил:
- Да, Пол, ты прав, это тот самый - основатель Intel. Так вот, мистер Мур утверждает, что каждые два года количество транзисторов на кристалле будет удваиваться по экспоненте и он безусловно прав. Если вы не читали эту статью, то уверен - вы без труда найдете ее в ….библиотеке. И вновь, у меня едва не вырвалось – в интернете.
Отпив глоток тёмного ирландского пива, я захрустел солёными орешками, а спустя минуту продолжил:
- Я это к тому, что мы с вами должны быть готовы к тому, чтобы не только создать интерфейс между машиной и человеком, но и сделать его намного удобней и понятным не только профессиональным программистам, но даже домохозяйке.
Услышав о домохозяйках, парни недоверчиво переглянулись, а я с удовольствием отметил, что они совершенно спокойно отреагировали на местоимение "мы". Вопросительно взглянув на обоих, словно желая убедиться, что они поняли все как надо, решил уточнить:
- Надеюсь, я правильно сделал, использовав слово "мы"? Что хочу сказать еще, я мог и сам попытаться, но как вы знаете, в нашем обществе индивидуальное творчество не приветствуется, да и доступ к необходимым ресурсам у нас затруднен. А делится своими идеями с фондом мира или передать их в качестве подарка голодающим детям в Африке, желания нет.
Оба друга стали серьезнее, слушали меня внимательно, не перебивая, временами кивая с одобрением. Похоже, и сами рассчитывали именно на такой вариант сотрудничества. Действительно, иначе зачем бы им забираться в такую даль?
- Хорошо, и что же ты предлагаешь, Алекс? – перешел к конкретике Аллен, который до сих пор молча потягивал свой виски со льдом.
- Что предлагаю…что предлагаю. Буду следовать старому правилу. Если ты уже выучил таблицу умножения - остановись на пятю - пять, Не стоит перед оппонентом выкладывать все свои карты
После небольшой паузы я ответил.
- Над этим вопросом я уже думал. Почему бы нам не основать совместную компанию по разработке программного обеспечения? На досуге я даже название для неё придумал - Microsoft. Фирма будет более широкого профиля и станет заниматься не только интерпретаторами языков высокого уровня, таких как COBOL или FORTRAN, это у вас и без меня хорошо получается. Полагаю, в первую очередь нам следует заняться созданием собственной операционной системы. А так как время это деньги, и что бы его не терять, на первом этапе предлагаю причесать какую-либо из уже существующих, а уж затем заниматься собственной.
Возражений не последовало, после чего у нас началось долгое и малопонятное для не специалистов обсуждение различных технических аспектов, пока, наконец, мы не подошли к сути. Договорились о регистрации совместной компании с равными долями участников и блокирующим пакетом в тридцать процентов. Оказалось, эти предусмотрительные ребята к чему-то подобному были готовы и даже прихватили с собой образец такого соглашения, составленного в соответствии с требованиями американского законодательства. Потребовалось лишь внести туда мелкие правки и реквизиты. Всю первую половину следующего дня мы только этим и занимались, после чего, усевшись по машинам отправились в Алеппо. В здешнем американском консульстве, удалолось без проблем зарегистрировали все наши договорённости.
Помимо нематериальных активов – иначе идей, в уставный фонд будущей компании было решено внести и денежные средства. Моя доля составила десять тысяч долларов, которые я обязался внести в течении нескольких месяцев.
Было забавно наблюдать, как мои новые партнеры удивились этому факту. Они то считали, что я буду просить об отсрочке или пообещаю внести со временем, из будущих доходов. Понять ребят было не сложно, откуда у простого советского человека могли взяться такие большие деньги? Ведь на такую сумму у них в штатах можно приобрести три-четыре недорогих автомобиля. Все это, ещё больше убедило моих новых партнёров в серьёзности моих намерений и в том, что при необходимости я способен решить вопрос самостоятельно.
А еще, они попытались вернуть мне деньги за свой номер, но я убедил обеих компаньонов, что считаю это в некотором роде компенсацией их расходов на перелёт: ведь теперь у нас всё должно быть общим - и доходы, и расходы. Это лишний раз убедило Пола с Биллом, что недостатком финансов я не страдаю.
Свою копию договора я собирался переправить на родину через Ветку, так сказать - в тёмную. Оставлять в тумбочке общежития бумаги с печатью американского консульства, было чревато.Думаю, что среди многочисленных кофточек, шортиков и прочей дамской бижутерии никому и в голову не придёт вскрывать крышку одного из чемоданов этой очаровательной пассажирки. Кстати, надо бы не забыть, два таких чемоданища, уже три дня дожидались меня в мастерской Рувида. Тогда, повертев в руках мой чертеж, мастер сказал, что справиться, пообещав приделать снизу по паре колёсиков. Не сомневаюсь, что и для себя он все это запомнил и взял на заметку. Так что, не исключаю появление сирийского бренда дорожных чемоданов.
К моему удивлению, Пол и Билл, также выразили желание проводить мою Веточку в аэропорт. В Дамаск мы отправились на разных машинах – было бы лишним, если с этими двумя представителями блока НАТО меня застукает кто ни-будь из наших: они частенько ошивались в аэропорту сопровождая различные грузы. Желание двух американцев можно было понять, ведь побывать в Сирии и не посетить её древнюю столицу, было бы неправильным. Так что, пускай моя Веточка гордится, какие уважаемые люди сопровождают её к трапу самолёта.
В аэропорт мы прибыли часа на два раньше. Пока двое американских парней со своими "Polaroid" бродили по улицам древнего города, мы с женой, уединились в прохладе ресторана, наслаждаясь своими последними мгновениями общения. Была еще одна причина, я хотел еще раз дать ей устные инструкции и рекомендации.
Услышав объявление о том, что регистрация на рейс Дамаск-Москва начинается у отделения номер три, я потащил три огромных чемодана к ленте транспортёра. С удовольствием убедился, её багаж с приличным отрывом занял почетную первую строчку в конкурсе тяжеловесов. Единственно, мне пришлось прилично доплатить за превышение веса.
Ну вот и всё - до встречи дорогая! Надеюсь, ждать ей остается недолго: что ни-будь придумаю. Ведь свои планы, связанные с сирийской командировкой, я успешно выполнил и далее сидеть в этой норе, глотая пыль и зарабатывая сертификаты на автомобиль или кассетный магнитофон, я не собирался.
Через час, в условленном месте, я встретился со своими компаньонами, и мы без приключений вернулись к себе - в почти родную Латакию. Жаль, что мой отдых в этом красивом местечке месте, также как и отпуск, подходил к концу. Завтра, у нас будет последний и очень насыщенный день, хотя предложить я смогу не так уж и много как хочется. Увы, но практически все мои идеи касались хоть и неотдаленного, но всё же будущего. Имеющиеся на сегодняшний день технологии, не удовлетворяли моим многочисленным хотелкам. Вот бы годик – другой подождать …
Но зарабатывать деньги нужно было уже сегодня. Подумав, решил предложить идею модема, который наверняка вскоре появится. Впрочем, не самого модема, а возможностей его применения. Уверен, модем до сих пор не изобрели лишь потому, что для него пока не имелось подходящей задачи. А вот я ее нашел - и предложил.
Для понимания проблемы, вначале, мне пришлось изложить несложный принцип передачи данных. Здесь все было на поверхности:
- Господа, смотрите сюда: - склонившись над простенькой схемой, начал я - перед вами устройство, которое я предлагаю назвать модемом (от слов "модулятор-демодулятор"). На входе, он модулирует несущую, таким образом добавляя в нее полезную информацию. Далее, всё это передается потребителю по обычным телефонным линиям, а уже в пункте приема сигнал демодулируется и полезные данные поступают получателю. Протокол обмена довольно прост, и вам, с вашими знаниями в этой области, будет совсем несложно справиться с такой несложной задачей.
- Хочете спросить, а зачем все это? Знаю, что вы неплохо поработали над микрокомпьютером Altair для компании MITS. Но ведь по сути, это никакой не компьютер - скорее микроконтроллер, иначе говоря, управляющая машина, предназначенная в основном для задач производственного характера. А вот благодаря нашему модему мы сможем управлять ею на большом расстоянии - и не только управлять, но передавать и получать приличные объёмы полезной информации.
Это, что касается конкретно Altair. Но ведь существуют и большие ЭВМ, перед которыми также ставят задачи обмена и передачи данных. Скажем, та же IBM. Я абсолютно уверен, что ребята из Армонка, этим устройством должны заинтересоваться. Поэтому, не будем терять времени, срочно займитесь этим вопросом. Если будут вопросы, не стесняйтесь, сразу же сообщайте мне, вместе подумаем. Поддерживать связь предлагаю как и раньше - через мой банк, ну или я сам вас из города буду набирать, когда удастся вырваться. По известным для вас причинам звонить мне на работу не рекомендуется.
В этот последний вечер, мы засиделись до ночи, выдув литров восемь пива, набрасывая схемы и исписав пачку листов черновиками и протоколами обмена. Упёртые ребята - эти будущие миллиардеры. На следующее утро, будто бы и не было бессонной ночи, они уселись в свой "Форд" и через четыре часа оказались в Бейруте, откуда и вылетели домой, в Сиэтл. Счастливые люди в свободной стране.
Для меня же, начинался новый, интересный и думаю очень напряжённый этап жизни. Меня напрягало и то, что главная задача моей сирийской командировки была выполнена, и работать здесь и далее не имело смысла. Не сомневаюсь, свою плотину они и без меня до ума доведут. Вот только, просто взять, купить билет, сесть в самолёт и улететь домой, где меня с нетерпением ожидает молодая жена, я не мог. До конца рабочего контракта оставался еще как минимум год, и что придумать, чтобы хоть немного сократить этот срок, я не представлял.
Пролетел еще год, а я всё ещё здесь, в Сирии – изнываю на южном солнце, получая положенную климатическую надбавку к зарплате. Замечу, совсем небольшую. Впрочем, это для меня, в мечтах уже миллионера, она маленькая, а вот прочие мои коллеги на неё очень рассчитывают - специально не идут в отпуск в этот период. Вот только я - не "все остальные". Как же соскучился по зелёным улицам Киева и нашим каштанам…
А моей работе конца и края не видно. Что-то сдохло в сирийском королевстве. Не иначе, как господин Хафез, это который Асад – решил построить для себя и сына Башара, свой Геленджик или заасфальтировать в четыре полосы шоссе до Тегерана. Как бы там ни было, а со строительства северной ГЭС, за последнее три месяца, испарилось две трети всей техники. Вот так: вчера еще гудела и двигалась, а сегодня ее нет - словно корова языком слизала. Может, это вояки получили приказ выстроить третью линию обороны против "вооружённой до зубов израильской военщины"? Не знаю, но факт остаётся фактом: дело двигалось, но совсем неторопливо, как чаепития, в соответствии с арабскими традициями.
Все это, вполне устраивало наших арбайтеров, особенно тех, кому на заветную "Волгу" оставалось ещё копить и копить. Передо мной же такая задача не стояла, и мне оставалось лишь молча беситься и скрипеть зубами, изнывая от скуки. В голове же складывались различные несбыточные планы - типа: а может плюнуть на конспирацию, да и выписать из Японии персональный экскаватор с грейдером? Дороговато получится, но это стоит моей расшатанной психики.
Нельзя сказать, что за прошедшие полтора года ничего особенного не случилось. Один раз мне удалось съездить в законный отпуск на родину, иначе, совсем бы с катушек съехал или сбежал в американское посольство, с рекомендательными письмами от своих заокеанских компаньонов.Увы, но отпуск пролетел как одно мгновенье, хотя своим орденом засветится успел. Надел я его и во время обязательного визита к тёще –Ветка настояла. В своих заграничных нарядах, она выглядела на все сто, я же, еще раз убедился - самое главное в одежде – это женщина, которая ее носит.
К счастью, в их городке мне не предложили выступить с речью на торжественной школьной линейке, хотя это и стало бы событием. Уверен, Героев Сирии во всём Союзе можно пересчитать на пальцах одной руки - да и той многовато будет.
А вот в родном институте выступить в довелось: директор не поскупился и выделил два часа рабочего времени, чтобы все услышали, как представитель института коммунального хозяйства, не щадя здоровья и живота своего, помогает сирийскому народу строить светлое будущее. Хочется сказать, что об этом самом светлом будущем вопросов почти не задавали - с будущим и без меня все было ясно. Главным образом, нашу инженерную братию интересовали вопросы быта и цены в сирийских лавках, а ещё – что требуется для того, что бы и им влиться в ряды счастливчиков достойных заграничной командировки. Естественно, пришлось в деталях рассказать и о моем содействии местным силам правопорядка, как мне удалось помочь им обезвредить банду международных террористов. Рассказал и о том, как лично президент Асад награждал меня одним их высших орденов республики.
Разошелся настолько, что под конец не выдержал и достал из наплечной кобуры именной Glock-17. Да что там не выдержал - специально для такого случая его и прихватил. Мол, а вы что думаете? Сидите здесь, в тылу, а у нас работа такая - неспокойная, можно сказать, под пулями басмачей дамбу строим. В общем, делайте выводы дорогие товарищи: здесь вам не там, советское государство задарма валюту не тратит!
Ветка также отличилась и пригласила меня в кино - на двухсерийную комедию "Труффальдино из Бергамо". Пригласила с дальним прицелом. А я и не возражал – не стану же я говорить, что этот новый фильм я уже смотрел раза три. Впрочем, эта лента с молодым Райкиным действительно неплоха, так что я позволил себе вспомнить прошлое. А там ещё и Боярский за кадром затянул - комедия-то музыкальная.
В кинотеатре мы появились сильно заранее, но похоже это было ею запланировано. Моей барышне отчаянно хотелось познакомить меня со своими коллегами. Когда, в фойе кинотеатра я оказался в центре их группы, то с облегчением выдохнул: достойных конкурентов здесь не было. А я лопух, все не мог догадаться, почему это она так настойчиво уговаривала меня надеть костюм да ещё и орден прицепить…
- Ты только свой пистолет дома оставь, - попросила она. - А то они подумают, что ты меня ревнуешь.
С этим пистолетом была отдельная история. В результате спецоперации, где правда пересекалась с откровенной дезинформацией, мне удалось получить официальное разрешение на его ввоз и хранение в СССР. Формулировка была довольно расплывчатой и непонятной, но главное - справка позволяла носить этот "Глок" при себе.
Случилось так, что один старый знакомый, работавший тренером по рукопашке, пригласил посетить Киевское высшее инженерное радиотехническое училище, сказав, что там имеется приличный тир. Офицеры училища встретили меня снисходительными улыбками, даже после того, как увидели мой Глок. И что вы думаете? Свой класс я подтвердил: мне удалось выбить сорок шесть из пятидесяти. Все-таки, год тренировок на базе сирийского спецназа пропал не зря. Жаль лишь, что Алексей не успел научить меня по-ковбойски палить от бедра. Австрийский "Глок" вызвал живейший интерес - даже начальник училища отстрелял из него целую обойму.
Возвращаться в постылое селение под Алеппо отчаянно не хотелось, но делать нечего. Хорошо, что работа потихоньку пошла. Сирийскую скуку дважды скрасили неожиданные визиты моих новых американских партнеров. Первым, заявился бородач Пол, а через полгода – смахивающий на израильтянина Билл. Это никого не удивляло: таких как он, здесь чуть ли не треть. Понятно, встречались мы не у меня в комнатке, в городке советских гидростроителей, а в подвальчике неприметной кофейни многолюдного Алеппо. Ведь среди толпы, как и листу в лесу - спрятаться легче.
К счастью, в обеих случаях, мне удалось убедить моих американских коллег надеть арабскую одежду. В халате до пят и с куфией на голове ребята практически не отличались от местных – тольео бы рот не открывали. Они и не против, парни молодые, им и самим такие шпионские игры против страшного и могущественного КейДжиБи были по приколу.
Если с Полом мы преимущественно по технике, то с Гейтсом всё было иначе. Во-первых, его отец – тот самый корпоративный юрист - был не в восторге от сделки, которую его сынок подписал с этим подозрительным комми из далекого Киева. Правда, после того как сын рассказал бате о моей стойкой антисоветской позиции, взгляды старика несколько смягчилось. Прибавило уважения в глазах старшего Гейтса и то, что, как сообщил ему сын, у меня имелся приличный пакет акций British & American Tobacco. А если бы он узнал, что я являюсь одним из акционеров-основателей SnowPlane Japan Inc., то и вовсе бы забронзовел в его глазах.
Как бы там ни было, наш бизнес развивался неплохо, ну а помощь - причём на первом этапе совершенно бесплатная - от такого юриста, как Уильям Гейтс-старший, лишней не будет. Как по мне, то недовольство семьи объяснялось просто: отец с матерью были не в восторге от того, что их сыночка, по слухам, именно из-за его компьютерных забав, отчислили из Гарварда. Как по секрету сообщил мне Пол, в уведомлении было написано: "за неуспеваемость и прогулы". Впрочем, это их дела - не мне влезать в семейные разборки. Точно знаю, вскоре все оно само утрясётся.
Идея с модемом понравилась нескольким крупным вычислительным центрам, и они выразили свою заинтересованность. Ещё бы, появилась реальная возможность быстро передавать значительные объёмы информации: хоть между своими офисами в одном здании, хоть между западным и восточным побережьем США. Особенно обнадёживающей выглядела перспектива сделки с Пентагоном. Вот только, людей в форме заботила секретность и возможность шифрования данных. Но это не было проблемой, специалистов нужного профиля можно было легко найти - тем более сейчас, когда мои парни выбрались из своего гаража и взяли в аренду целый этаж в шикарном офисном здании.
Такой динамичный рост лишний раз убедил моих партнёров, что в Microsoft я не просто балласт. Меня же занимал вопрос: а если эти многозвёздные генералы ненароком пронюхают, что один из основателей Microsoft и их подрядчик – является правоверным комсомольцем? Не отыграют ли все назад? Впрочем, узнать об этом будет непросто, мы давно договорились не время афишировать моё участие. Буду, как обычно, числиться подпольным акционером. К этому я привык.
Во время второго визита, случилось событие, напугавшее меня до дрожи в коленках. Произошло это, во время встречи с Полом, и лишь чудом она не стала для нас последней. Нет, речь не шла о налете банды исламистов. Дело было в другом.
Для наших встреч мы облюбовали малоизвестную уютную кафешку неподалёку от рынка. В этом неприметном заведении можно было всегда найти свободный столик в уголке, где мы и решали наши проблемы за чашкой ароматного кофе. И надо же такому случиться, что когда я склонилвшись над бумагами старательно вычерчивал простенькую схему манипулятора типа "мышь", в дверях появился начальник строительства энергозала ГЭС со своей энергичной супругой.
Эта настырная и до смешного экономная особа знала меня достаточно хорошо: ведь я не раз сопровождал их шумную женскую компанию в набегах на магазины, при этом, как правило, цены падали прилично, иногда процентов на двадцать. Она заметила меня первой, и по ее лицу я увидел - искренне обрадовалась:
- О, Саша, как хорошо что мы тебя встретили. Повезло, что муж предложил зайти именно сюда. Видишь ли, через две недели мы собираемся в отпуск и хотелось бы кое-что привезти в качестве подарков. Ты ведь не против в этом помочь? А вообще… что ты здесь делаешь, и кто это? – последние слова она таинственно прошептала мне в ухо, искоса поглядывая на Пола, который сидел молча, склонившись над бумагами.
Целая пулемётная очередь из вопросов - и ни секунды на ответы. В голове лихорадочно заметалась мысль, и я тут же сообразил, как мне поступить. Хорошо, что Пол сидел в пол оборота к нам не снимая арафатки, а после того как заметил эту европейскую пару - ещё ниже опустил голову. Из-под полосатой куфии, торчала лишь рыжая лохматая борода, и он практически не отличался от прочих жителей Алеппо. А если бы борода была черная, так и вообще ..… но кто ж знал. Конечно, зайди сюда кто - либо из кураторов отвечающих за нашу безопасность, тогда бы и вовсе кранты. Хоть срывайся со стула и бегом, просить убежище в американском консульстве. А так, была возможность выкрутиться.
Я поднялся со стула и отведя матрону немного в сторону, подражая ей таинственно зашептал:
- Уважаемая Клавдия Семеновна, вы не подумайте …. ничего такого. Просто, у меня здесь деловая встреча с господином Шакири. Я хочу договориться с ним по поводу продажи небольшой партии недорогих джинсов Lee. Кажется, товар у него контрабандный, так-что цена довольно привлекательная - всего пятнадцать долларов за пару. Мне бы не хотелось, что бы о нашей встрече узнал кто-либо еще.
Выдать себя за человека, который собирается провернуть маленький личный гешефт, оказалось неплохим объяснением. Особенно, для этой пары. Даже на фоне бережливой советской диаспоры их семейка считалась уж слишком бережливой. Было известно, что у них на кухне висит график, где аккуратно отмечается, сколько еше осталось копить на заветную "Волгу". Клеточки, закрашенные голубым, обнадеживающим цветом, подозрительно точно совпадали с началом сезона климатических надбавок. Не смотря на это - почти на каждом пальце Клавдии Семёновны блестела золотая гайка приличных размеров.
Я не зря озвучил такую цену, она была минимум вдвое ниже рыночной. Понятно, что в глазах у этой мадам тут же увидел алчный блеск. Она взяла меня под руку и отвела ещё дальше:
- Саша, а ты не мог бы договориться с этим Шакири и на нашу долю? Сам знаешь, сколько они в Союзе стоят. Нам бы пары три-четыре…
- Ну да, может ей еще губозакаточную машинку предложить..… - подумал я. – Размахнулась, словно у меня здесь оптовая база.
- Что вы, уважаемая Клавдия Семеновна, - возразил я, - у него всего десяток и есть. А вы предлагаете отдать вам почти половину. А теперь скажите - мне это зачем? Максимум, что могу вам предложить, это одну пару. И то - исключительно ввиду нашего давнего знакомства.
После недолгих, но результативных переговоров, во время которых она время от времени бросала подозрительные взгляды на все еще молчавшего контрабандиста Пола, мы сошлись на двух парах - по семнадцать долларов. Довольная достигнутым результатом, Клавдия Семеновна подхватила под руку своего муженька, мнущегося в нетерпеливом ожидании у стойки и даже не допив свой кофе, парочка исчезла за дверями. Наверняка, чтобы не беспокоить своим присутствием контрабандиста из Алеппто.
- Фух… - облегченно выдохнул я. – Думаю, что пронесло. А главное, болтать они наверняка не станут, побоятся, что джинсы уплывут.
Хочу сказать, в нашем коллективе практически у каждого была несложная обязанность: сотрудники, в своих ежемесячных отчётах должны рассказывать друг о друге все - кто, где, когда и с кем. Не исключено, что самим плодовитым писателям за их труды, начислялись определенные баллы в досье наших кураторов.
Но вернемся к моим заокеанским компаньонам. Если личных встреч у нас было лишь две, то по телефону я общался заметно активней - не реже двух раз в месяц. Вот во время одной из таких бесед я и предложил младшему Биллу обсудить с матерью возможность заключения соглашения с компанией IBM.
Дело в том, что не так давно я вспомнил, что этот контракт обязательно будет подписан – вот только немного позже. Именно он и станет мощным толчком в развитии уже нашей корпорации. Правда, в моё время, все работы они вели в большой спешке, появлялись даже обвинения в краже операционной системы 86-DOS, которая после небольшой доработки стала называться MS-DOS.
Вначале, Гейтс - младший и слушать ничего не хотел – сказал, что у него нет достаточных знаний и опыта для разработки такого продукта. Но я не сдавался и посоветовал ему обратиться напрямую к автору операционки: за нормальные деньги тот точно не откажет.
Не могу вспомнить наверняка, но как мне кажется, у нас ещё год в запасе. Имею ввиду, до того времени, когда IBM предложит этим ребятам написать операционную систему для своего первого в мире персонального компьютера. Хотя, что значит "сама предложит"? Когда такое было? Для этого нужно хорошо поработать и задействовать связи. Как вы думаете, почему тогда IBM выбрала именно Microsoft, у которой на тот момент и близко ничего не было за душой - ни собственной операционной системы, ни положительного предыдущего опыта? Как сказал бы Жириновский: - "всё однозначно, подонки". Дело в том, что матушка моего Билли была хорошей знакомой генерального директора IBM. Вот я и намекнул своему юному компаньону, что неплохо бы подключить родственные связи. А пока у нас есть время, нужно к этому подготовиться, и ввести в состав программного обеспечения ещё несуществующего компьютера, несколько языков высокого уровня, таких как широко известные COBOL, BASIC и Pascal. Вот тогда им не придётся работать в спешке, просиживать за консолью ночами, отлавливая и исправляя найденные баги.
По правде говоря, со своим советом я забежал года на два вперед, а если считать и мышку - то и на все три. Никто не спорит, что учитывая наличие графического интерфейса, она существенно облегчит ввод данных в ПК, но ведь этой самой графики ещё и в разработке нет. Пришлось намекнуть и на это, описав общие требования и те возможности, которые она открывает. Можно сказать, я выдал практически все, что было записано в старой тетрадке, добавив к этому, то немногое, что удалось вспомнить позже. Не зря говорят: хуже не бывает - если не знаешь, а затем ещё и забудешь.
А пока мой заокеанский бизнес стремительно шел в гору, у меня крепло желание поскорее закончить с затянувшейся сирийской эпопеей и вернуться домой. А там, глядишь, и завершу карьеру инженера-строителя. Свою задачу эта специальность успешно выполнила, вытолкнув меня на международную орбиту. А вот как быть дальше, над этим придётся крепко подумать. Хорошо, что теперь нет нужды заботиться о хлебе насущном. Если посчитать – то уже сейчас я могу ничего не делать и сидеть на попе ровно. Не сомневаюсь, что эти простые американские парни и сами справятся с задачей, вывести меня в когорту миллиардеров. Главное - не мешать. Вот только какой советский человек, а тем более если он попаданец, будет спокойно сидеть на берегу реки, дожидаясь, когда мимо проплывет яхта его врага? Нет, такая спокойная и бездуховная жизнь не для меня.
Глава 6
Глава 6
Придерживая за руку старшую дочь, шагаю в школу, вот только не по тем, натоптанным с детства улочкам к привычному зданию с широченными окнами. Нет, год назад, неподалеку от нашего дома построили новую, да еще и назвали ее – экспериментальной. Я не удивился, когда впечатлительная женская натура Ветки не устояла перед натиском рекламы и советами соседок. Именно туда мы нашу Светку и записали. Справа и немного позади, с огромным букетом белых астр, торопится и она, моя Ветка, постоянно что-то поправляя в идеальной, как по мне, причёске и форменном платьице Светланки. При этом, без устали нас подгоняет, словно это не она столько времени крутилась у зеркала. Не удержавшись, я с неудовольствием заметил
- На первый урок можно и опоздать, или ты не согласна с Марком Фабием Квинтилианом, который однажды заявил, что учиться никогда не поздно?
И да, у нас подрастает дочь, а кроме нее, дома, дожидается своих родителей Виталик, на два года младше. Это пока всё, но чувствую, что ненадолго, через несколько месяцев наша семья имеет шанс вырасти, а вот за счет кого, остается лишь гадать. Раз уж эти УЗИ ещё не придумали, оставалось лишь гадать. Я надеялся, что это будет Сашка, Виолетта была со мной категорически не согласна, сама она надеется на Иринку, но тут уж как господь распорядится, нас устроит любой вариант, лишь бы все закончилось благополучно. К счастью, это практически все разногласия, которые между нами существуют.
Не прошло и месяца, как я узнал, что этой экспериментальной школе экспериментируют не только с учениками, но и с их родителями. По крайней мере, в бытность мою школьником, я такого не припоминал. А вот сейчас, как мне сказали, подобная практика распространена повсеместно. В общем, когда классная почувствовала себя хозяйкой и укрепилась в родительском комитете , она сообщила, что мы должны сдать деньги на шторы. И это в новой школе - а чего нам ожидать через несколько месяцев, когда наши сорванцы закончат разрисовывать парты, освоятся с подоконниками и примутся оббивать штукатурку на косяках? Мне к месту вспомнился рассказ одного знакомого, который работал в прокуратуре. Когда классный руководитель спросила у него, чтобы такого он мог бы сделать для родной школы, тот не задумываясь, ответил:
- Могу возбудить уголовное дело.
Отныне, подобными проблемами его больше не беспокоили.
Нашей дочке не повезло, она появилась на свет тогда, когда я доматывал трёхлетний срок в Сирии. Судя по всему, во время последнего отпуска мы немного увлеклись и не уследили, а может, просто я поленился заскочить в аптеку и прикупить нам чего-нибудь к чаю. И я даже предполагал, когда это могло случиться, нам очень запомнилась первая ночь после приезда. Помнится, в тот раз мы лишь дважды прерывались на рекламу. Но я не переживал, когда-то ведь такое должно случиться - так почему не сейчас? Вот только жаль, что я не смог встретить жену на ступенях роддома с букетом фирменных белых роз. Сожалел - да, но не переживал. А вот с Виталькой, всё получилось как у людей. На новеньком чёрном автомобиле ГАЗ-24 "Волга ", в сопровождении тёщи и мамы, я минут за двадцать до назначенного времени подкатил к больнице, где мы стали терпеливо дожидаться, когда же нам вынесут белоснежный сверток перевитый голубой андреевской лентой. Обязательные памятные фото на крыльце роддома – и вот мы дома. Теперь, нашей Светланке придётся немного потесниться.
Но она не переживала, скорее наоборот, была очень рада. Ведь когда я, исполняя отцовский долг, читал на ночь Виталику сказки, к нашей компании присоединялась и она. Светка все их помнила, но все равно любила слушать, особенно в моём исполнении. Вскоре, я понял, что отцы не очень подходят для такой прозы - не то, что мамы и особенно бабушки. Под их убаюкивающие голоса ребёнок прикрывал глаза и быстро засыпал. А вот у нашего брата всё было иначе. У меня складывалось впечатление, что малыши не собираются засыпать вовсе, у них было единственное желание – поскорее узнать, что же случится с невезучим колобком. Неужели, на сей раз, этот жук не прорвётся! А может дело было в моих недоверчивых интонациях? И правду, я всегда относился к этим анонимным народным сказкам довольно критично. Мне никак не удавалось погрузиться в их сказочный мир. Бывало, читаю, а сам все думаю: и кто такое мог придумать? Скажем на прошлой неделе, сижу и в который раз пересказываю своим сорванцам читанную до дыр сказку, а самого мучает вопрос:
- Скажите, вот куда бегала за молоком мать семерых козлят, если она сама коза?
Впрочем, все это лирика, пора возвращаться в реальность. Я не оговорился, когда похвастался своим новым авто. Вот уже год как я рассекаю на новенькой двадцать четвёрке, а свою старую, продал какому-то торговцу ранними помидорами из Азербайджана. А получилось все довольно просто. Как известно, всю заработанную на чужбине валюту, советский гражданин, перед отъездом на родину обязан сдать в кассу, где по грабительскому государственному курсу ее поменяют на чеки Внешторгбанка. На те самые чеки, которые у нас называли сертификатами. Именно на эти бумажки и можно было приобрести лютую мечту каждого арбайтера - новую "Волгу ". В свободной продаже их не увидишь - все распределялось лишь по предприятиям и таксопаркам.
Надводная часть айсберга, а именно мои приличные расходы, о которых все знали, никому не давали повода думать, что мне хоть что-то удалось накопить. Я никогда не стеснялся в тратах, готовил на кузне не часто, в основном пользуясь услугами ближайшего кафе. Словом, такому транжире как я собрать требуемое количество сирийских фунтов, и думать было нечего, но… Как хорошо, что всегда существует это "но ". Выход всегда найдется, хоть он и не всегда вас устраивает. Все вышло просто. Те доллары, которые оставались на моём счёту в банке "Лионский кредит ", я обменял почти на мешок местной валюты. Обмен я провел не в кассе банка, а у хороших знакомых на рынке. Этой суммы было вполне достаточно, чтобы воплотить в жизнь мечту каждого советского - автомобиль ГАЗ-24 "Волга ", да ещё и в экспортном исполнении. Более того, у меня даже немного осталось - так сказать, "на бусы и зеркальца" для многочисленных друзей и знакомых.
Казалось бы, у наших, не отличающимся излишним доверием структур, мог бы возникнуть закономерный вопрос: откуда у этого Сиверинского могло взяться такое количество сирийских лир? Это ведь известный всем гуляка, мот и транжира, завсегдатай местных кафе и забегаловок. Однако, объяснение было простым и надежным, как асфальтовый каток. Разумеется, я все это заработал, хотя и не экономил на мелочах, как другие. А что гороховый суп из концентратов и гречку в брикетах на ужин себе не варил – так кто там проверять будет? Главное, все хорошо знали о той неплохой премии, которой более года назад наградили "героя". Да и на отпуск этот Сиверинский особо не потратился, у него же все оплачено – ему же министр бесплатный сертификат вручил.
Та скороспелая и опрометчивая мыслишка, что после возвращения на родину надо бы забросить строительную специальность и перейти в "управдомы", в свое удовольствие прожигая немалое состояние, не выдерживала никакой критики и всерьёз не рассматривалась. Кто бы мне такое позволил? Тот же министр, первым стал бы топать ножками и метать гневные и справедливые фразы: мол, вон сколько средств и усилий наше государство в твоё обучение вложило, а ты… Словом, я решил, что не стоит быть настолько безответственным, и продолжил строительную карьеру, вот только в другой организации - городского строительства и архитектуры.
Почему именно здесь? Да так получилось. Совершенно случайно с их директором на одном из совещаний пересёкся. Слово за слово, и он предложил мне руководство сектором во вновь созданном отделе. Думал я недолго и согласился. Очень неплохой вариант, а еще и перспективный. Глядишь, со временем, смогу и неплохой участок себе под застройку выделить. Впрочем, об этом попозже, я и сам до конца не решил. Понятно одно, жить в собственном доме намного лучше, чем в самой комфортабельной трёхкомнатной квартире.
Олимпиада-80 меня не задела, впрочем, у нас в Киеве все прошло как то незаметно. Я и не думал отправиться в Москву, чтобы сторговать у иностранцев пару поношенных джинсов. Остался дома и смотрел парусную регату в моем заливе. Однажды, пришлось поработать переводчиком. Хотя, что значит поработать - просто объяснил трём испаноговорящим девушкам, где на набережной можно найти ближайший туалет. Видать вовремя, даже не успев меня поблагодарить, девчонки рванули в указанном направлении.
За эти годы, большие изменения произошли и в стране. Иначе и быть не могло. Знаю, не пройдет и трех лет, как закончиться этот славный, беззаботный период, который позднее обзовут обидным словом - застой. СССР, а вместе с ним и я встанет на пороге больших перемен или если точнее, приготовится падать в пропасть - это уж кому как нравится. А пока, и телевидение, и пресса продолжают трубить о невиданных успехах и достижениях. У нас в Багдаде все спокойно, дорогие товарищи, мы уверенно шагаем по пути, который наметило товарищ Ленин, а наша страна, как всегда, на подъёме. Но я-то знаю, она действительно на подъёме - болезненном, долгом, ведущем к голой вершине.
Миновал восемьдесят второй, когда под пушечные залпы, которые недоброжелатели называли праздничным салютом, "дорогого Ильича" опустили в мёрзлую землю под кремлёвской стеной, а полные собрания его обещаний заняли достойное место на полках киосков по приёму вторсырья.
Брежневская эпоха длилась довольно долго – я прожил при нем восемнадцать лет, считай, большую половину жизни. Я бы, разделил Брежневский период на две почти равные части. Первые десять лет, это когда Брежнев был еще здоровым человеком, красивым, сильным, веселым, любил погонять на автомобилях и предпочитал целовался не с руководителями иностранных делегаций, а с некоторыми певицами и личной медсестрой. Ну и последние восемь, после того как он перенес инсульт, инфаркт и стал выглядеть словно дряхлый старик. Почему то в будущем мне вспоминались именно эти последние годы, которые производили тягостное впечатление. Но еще раз хочу отметить - первые десять лет его правления, которые пришлись на мою раннюю юность, никакого застоя я не наблюдал.
Последние годы правления Брежнева, я бы сравнил с пенсионером, когда с одной стороны – ты многое уже знаешь и понимаешь, а с другой, тебя начинают мучить старческие недуги – радикулиты, диабеты, геморрои. Тебе не хочется ничего делать, лишь посидеть с удочкой у пруда и дожить спокойно.
Такого печального исхода, страна подспудно ожидала, но никто не предполагал, что все случится настолько быстро. Ведь всего три дня назад, седьмого ноября, Брежнев стоял на трибуне мавзолея и вяло помахивая ладошкой, приветствовал парад.
Когда по всем каналам телевидения начали показывать "Лебединое озеро", всех сотрудников нашей организации срочно пригласили в актовый зал на траурный митинг. Комсорг, профорг и парторг зачитали каждый свое сочинение. Лучшим бы я назвал текст, который произнес парторг, он больше соответствовал общему настрою и даже я попытался выдавить скупую мужскую слезу. У меня сложилось впечатление, что он приготовил свою речь полгода назад. Словом, невеселым получился некролог…
Сразу же после того, как генсек покинул наш бренный мир, все стали разгадывать загадку, а кто же будет его сменщиком? Понятно, советские люди ожидали перемен к лучшему. Вот только на что им было надеяться, если в списке кандидатов одни старики? Устинов лежал в больнице, другой член политбюро, Пельше – находился при смерти, да и Кириленко, был тяжелобольным человеком.
Я хорошо знал, что уход Брежнева из жизни никак не повлияет, ни на жизнь внутри страны, ни во внешней политике. Ведь те, кто его сменит, либо не смогут предложить кардинальных перемен, либо у них не будет времени их осуществить, даже если такие намерения изначально и были. Словом, я предпочитал помалкивать и на все попытки втянуть меня в дискуссию лишь пожимал плечами притворяясь глухонемым. Не хватало мне прослыть не только футбольным оракулом, но и особой приближенной к политбюро. Хотя и хотелось намекнуть, догадаться было не сложно. В мае, заместителем генсека по идеологии был назначен товарищ Андропов, а этот пост у нас по традиции считался вторым в партии.
Намекнуть то я мог, но на этом все. Помнил, как при новом генсеке, всех этих идеологов правильного социализма равномерно распределят по приполярным базам отдыха и психушкам.
Так и случилось, история не подвела и не свернула с известного пути, и новым фактическим главой государства стал Андропов. Что я о нем помнил? Да в общем то, не так уж и много. Он сделал КГБ практически всевластным, пересажал оппозиционеров или как их позже назовет его способный ученик - иноагентов, также как и тот, ссадил на землю "Боинг" и едва не начал войну с Западом. Вам это никого не напоминает? А еще, если ранее, был один уполномоченный от КГБ на район, то теперь, они присматривали практически за каждым крупным предприятием.
И это не только потому, что Андропов был выходцем из спецслужб. В конце октября 1956 года, во время венгерского антикоммунистического восстания посол СССР в Венгрии Юрий Андропов находился в здании посольства в Будапеште. Он лично видел, как прямо под его окнами повстанцы вешали на деревьях и столбах местных коммунистов и гебешников. Главный урок, усвоенный тогда Андроповым, был прост. Он понял, с какой легкостью Коммунистическая партия может потерять власть над страной. Достаточно лишь немного ослабить идеологический контроль, цензуру, как тут же исчезает страх. Ничто иное подорвать власть партии не в состоянии. Главное – крепко держать вожжи и не давать свободы.
Интеллигентный вид, спокойная манера речи, начитанность, знание нескольких языков, умение говорить без бумажки – поначалу, все это, создавало образ современного руководителя. Западная пресса даже вспомнила об увлечении нового генсека джазом. А еще, в отличие от Брежнева Андропов был фигурой непубличной, поэтому за рубежом и даже в советском обществе новость о его назначении на пост генсека многие восприняли с надеждой.
Скажите, откуда у людей появились подобные мысли? Когда Андропову начали поступать доклады о плачевном состоянии экономики, он нашел лишь один выход – необходимо ужесточить дисциплину на производстве. Он критиковал летние отпуска министров и напоминал о "приоритетной роли идеологической работы", иначе говоря - пропаганды. Собственно, это и все. В итоге, ничего не изменилось, лишь запустили всесоюзную кампанию по укреплению трудовой дисциплины. В крупных городах стали проводить милицейские облавы в кинотеатрах, универмагах, банях, парикмахерских, электричках - отлавливая прогульщиков. Ужесточили и наказания за опоздания на работу.
Вот только главным его врагом были не диссиденты, а здоровье. Еще с ранней молодости, Андропов страдал почечным диабетом. Позднее, к этому добавились гипертония, пневмония, колит, артрит, мерцательная аритмия, опоясывающий лишай. Чего только у него не было – полный букет. Не прошло и трех месяцев после прихода к власти, как у генсека отказали почки. Не было ничего удивительного в том, что продержавшись в главном кресле страны немногим более двух лет, он отправился вслед за Брежневым.
.Черненко – тот, также не засиделся в кремлёвском кабинете и вновь заставил президентов и премьер-министров лететь в холодную и заснеженную Москву. Впору было абонементы на самолёт заказывать.
На этом собственно, и всё: через год СССР должен вступить в период, который у нас назовут перестройкой, я же - началом построения дикого, первобытного капитализма. Одно хорошо - вскоре мне не придется таится, смогу чувствовать себя членом бизнес-сообщества, да не простым, а весьма уважаемым.
Почему я так думаю? Да просто считать умею. За прошедшие восемь лет мне удалось дважды пересечься с Харуки. В первый раз это было в Хабаровске, когда мы с Веткой отправились в путешествие по Дальнему Востоку и Курилам, а второй - через два года – ринимали его у нас, в Украине, на Закарпатье. Похоже, товарищ Павлов, которого Евтушенко назвал "комсомольцем с румяными щеками", под конец своего председательства проснулся и вспомнил, что именно СССР является родиной сноупланинга. Вот и решили наверху, что пионером советского "доскостроения" должна стать известная фабрика в Мукачево, куда и прибыл Харуки с командой японских специалистов. Установка и запуск современной линии по производству спортивного инвентаря заняла около трёх месяцев, так что у нас было достаточно возможностей встретиться ипоговорить. Его отчет меня порадовал.
Жаль, что мне сразу не удалось опробовать эту японско-советскую новинку в зимнем Славском - всё-же весна на дворе. Но ничего, в следующем году обязательно наверстаю. Тогда я специально съездил в Мукачево, на фабрику, где осмотрел оборудование и познакомился с японскими специалистами. Те, видели во мне очередного советского функционера, который приехпл посмотреть на передовое японское оборудование. Разумеется, мой товарищ не сообщил своим, что по сути - я их босс и один из владельцев компании.
Если вернуться к вопросу финансов, то можно сказать, они давно не поют романсы. Дивиденды по японским акциям начали выплачивать, и на данный момент в банке господина Ито хранилось около миллиона долларов, а если добавить к ним и стоимость самих акций, то мои японские активы приближались к приятной цифре - четыре. Отдельной строкой проходили акции British and American Tobacco – этих также набежало почти на миллион. Компанию Microsoft я вообще выношу за скобки - это отдельная история. К слову, об этой стороне моего бизнеса Харуки даже не догадывался. Это пока что не знает. А ведь могло бы быть еще круче, если бы не противный старикашка - отец Билла.
Дело в том, что под конец моей сирийской командировки произошла встреча, на которую я никак не рассчитывал. В гости, из Бейрута, наведался сам Уильям Гейтс-старший - тот самый корпоративный адвокат и по совместительству отец моего Билла. Мне он показался очень похожим на сына, правда не на нынешнего, а на того, чьи фотографии я увижу лет через тридцать. Похоже, этот старый волчара наконец-то почуял запах больших денег, вот и выбрался в такое далёкое путешествие, чтобы, как он мне пояснил, "уладить некоторые вопросы и избавить нас от иллюзий и проблем в будущем". И действительно, ему таки удалось избавить меня с Аленом от этих самих иллюзий, а заодно, и от некоторой доли наших акций.
Впрочем, возможно он и прав. Гейтс - старший убедил меня, что наша, наспех составленная и зарегистрированная в консульстве, договорённость содержит массу неточностей и дыр, которые он намерен исправить. Разумеется - для нашей же пользы. В результате, моя доля в компании Microsoft похудела до жалких двадцати процентов. Как позже выяснилось, ситуация у второго моего компаньона, была ненамного лучшей: у мистера Алена имелось на процент больше.
Опытный биржевик мотивировал все тем, что для увеличения оборотного капитала необходимо выбросить некоторое количество акций в свободное обращение. Взамен, мы будем пользоваться его всесторонней адвокатской поддержкой и статусом наибольшего благоприятствования в двух банках, где матушка Гейтса трудилась членом совета директоров. Не скрою, мне совсем не хотелось разбрасываться будущими миллиардами, но я вовремя вспомнил, ведь в далеком детстве, даже жалкие пять процентов компании "Microsoft" были для меня несбыточной мечтой. Впрочем, не исключено, что в тот момент у меня случился приступ неконтролируемой щедрости и христианской благотворительности. Но что имеем, то имеем, на то он и опытный адвокат, чтобы обвести вокруг пальца таких лохов как мы с Полом.
А вот третья наша встреча с дружбаном - Биллом запомнилась надолго, потому что случилось это не где-нибудь, а в столице Каталонии - жаркой Барселоне. Каким ветром меня туда занесло? Так всё просто: именно в Испанию и появилась возможность вырваться дней на десять. Дело в том, что чемпионат мира по футболу 1982 года пройдет именно там, в Испании. Провозгласить себя заядлым футбольным фанатом, или как у нас говорят - болельщиком, оказалось делом одной минуты, а вот со всем прочим получилось сложнее.
Для доступа в кабинет главы Спорткомитета СССР, мне потребовалось недели две и несколько безуспешных попыток связаться лично. Все удалось благодаря моему старому знакомству с его секретаршей. Хоть и с трудом, она всё же вспомнила участника чемпионата мира в Италии - Сиверинского.
И вот, я стою в просторном кабинете главы советского спорта. Кабинет уже не тот, в котором мне доводилось бывать ранее, а другое, более шикарное помещение. Я огляделся и тут же нехорошо подумал об этих бывших комсомольцах:
- Ну да, того кто вышел из народа, в народ обратно не загнать.
Тянуть я не стал, все же мы не за арабским чайным столиком, поэтому решил зря не тратить время такого занятого человека, и сразу приступил к делу,
- Сергей Павлович, как мне известно, именно вы занимаетесь формированием списков нашей делегации на чемпионат мира в Испанию. Я хотел бы обратиться к вам с большой просьбой. Полагаю, вы уже догадались, о чем я?
Глава спорткомитета удобнее устроился в кресле и долгим оценивающим взглядом посмотрел на меня, словно что-то решая для себя. Я же, пор-прежнему стоя по стойке "смирно", добавил:
- Никаких проблем с законом, Сергей Павлович. Всего два года назад был истинным комсомольцем, к уголовной ответственности не привлекался, на оккупированной территории не проживал… в плену не был …
На этом месте Павлов остановил поток моих слов:
- Так, Александр, нетрудно догадаться, что именно тебя интересует. Я попробую тебе помочь, вот только этот вопрос решаю не я - вернее, не один я. Обещаю тебе подумать, а сейчас рассказывай, как жил, чем занимался все эти годы? Семьёй и детьми хоть обзавестись успел?
Минут за десять я доложил товарищу председателю о том, где и кем сейчас работаю, о своей командировке в далёкую Сирию. Разумеется, не мог не упомянуть и о своём "подвиге". При этом заметил, что с каждым разом, он и мне самому кажется все более героическим. Это и понято – стереть из жизни ничего нельзя, но дорисовать то можно?
Ход оказался удачным. Товарищ Павлов вспомнил об этом, но даже не подозревал, что именно я и являлся главной действующей фигурой. А когда я похвастался орденом от президента, то пятой точкой почувствовал, как моя фамилия в общем списке претендентов на поездку сдвинулась на сотню позиций вверх, к началу списка. Но, как стало понятно из дальнейшего разговора, главное было не в этом.
- Хорошо, я попытаюсь тебе помочь, - ещё раз заверил меня товарищ Павлов, - но, как я уже говорил, не всё зависит от меня. Советую тебе встретится с полковником Копцом, его координаты возьмешь у моей секретарши, команду я дам. Именно он занимается твоим вопросом со стороны своего ведомства.
Мы распрощались, и я незамедлительно направился в сторону Лубянской площади на поиски неведомого мне товарища Копца. Знаю, сложнее всего начать действовать, все остальное зависит лишь от упорства. Да и выхода у меня не было. Не возвращаться же пустым назад в Киев. Чего только не сделаешь ради того, чтобы с трибуны "Ноу Камп" прокричать: "шайбу, шайбу…"
На вопрос прапощика-дежурного, честно глядя тому в глаза, я ответил, что вот только сейчас от товарища Павлова, который направил меня к полковнику Копцу. Я спокойно выдержал пристальный взгляд стальных глаз и даже не удивился, когда мне поверили. Вновь повезло, полковник оказался на месте и дежурный сержант завёл меня в его просторную приёмную.
- И что мне сказать этому Копцу? Как лучше сформулировать свою нахальную просьбу, чтобы меня тут же не выставили за порог?"
Вот только всё обернулось наилучшим образом, и даже слишком. Переступив порог кабинета, я с удивлением узнал, что "полковником Копцом" работает мой давний знакомый по Сирии, Терентий Павлович, в те годы ещё майор. Вот сколько раз с ним общался, временами даже очень тесно, но так и не удосужился узнать его фамилию. С тех пор майор прилично прибавил. Килограммов десять в талии и по две звёздочки на плечи. Не уверен, кто из нас больше удивился такой неожиданной встрече. Наверняка, полковник задумался, с какого такого перепугу у него появился этот Сиверинский? Неужели, что-то по старым делам всплыло? Я решил сразу развеять его опасения.
В двух словах объяснил цель своего визита, вскользь напомнив о своем давнем знакомстве с председателем спорткомитета и о том, что с ним все вопросы улажены и добро получено. Минут через пять, адъютант полковника принёс нам какой-то неизвестный ароматный чай с бутербродами и беседа продолжилась.
- Интересно, и где они берут такой чай? Такого, я даже за границей не встречал, не то что в Москве. Может это презент от их резидента в Индии?
Во время этого Five o'clock, мы перешли на воспоминания о далёкой Сирии. Минут десять он расспрашивал меня о том, что случилось в нашем строительном коллективе после того, как его отозвали на родину. Зная его, я постарался как можно подробнее, в деталях, обо всем рассказать, под конец успокоив: отрапортовав, что во время вашего отсутствия, товарищ полковник, героических поступков с моей стороны замечено не было. Терентий Павлович мне не поверил, и тепло распрощался, пообещав, что сделает всё от него зависящее, чтобы я оказался в числе избранных.
Как со временем выяснилось, в основной список я таки попал, но… лишь на двести девяностую позицию. Так бы я и остался одним из лидеров резерва, если бы вновь не вмешалось провидение. Дело в том, что для футболистов, тренеров, врачей, журналистов и прочих болельщиков, был зарезервирован чартерный рейс Москва - Мадрид, который должен выполнить самолёт Ил-62. Такая ситуация, меня совсем не устраивала, потому что он вмещал не более двухсот пассажиров. Скорее всего, я так бы и смотрел этот чемпионат по телевизору, ведь у каждого члена политбюро, секретаря обкома или простого министра подростали свои дети и внуки. И все они, по странному совпадению, оказались не только заядлыми болельщиками, но и были впереди такого заслуженного меня. Наверняка, какое-то недоразумение!
Хоть это и нечасто, но бывает, что и в министерских кабинетах рождаются светлые мысли. Кому-то из спорткомитета, пришла в голову отличная идея, ведь чемпионат мира может стать хорошей рекламой не только для советского спорта, но и для нашего авиапрома. Поняв это, буквально в последний момент, чиновники от спорта решили заменить Ил-62 на гордость "Аэрофлота" - новый Ил-86, который лишь в прошлом году пошёл в серию. Этот широкофюзеляжный гигант мог перевезти уже триста пятьдесят пассажиров, хоть в эконом-варианте. Но нам ли быть в печали – каких-то пять часов можно и потерпеть, мы же вам не буржуи. Мы и на стоячие места были бы согласны.
От мадридского аэропорта Барахас до Севильи, где наша сборная будет играть свои первые матчи, мы добирались почти столько же, сколько и летели. Увы, но я совсем ничего не помнил об этом чемпионате и надеялся, что на первом круге, турнир для наших парней не завершится. Похоже, что так же думал и мистер Гейтс, когда резервировал для себя апартаменты в Барселоне. Хорошо хоть, что этот умник не догадался оформить бронь и на Александра Сиверинского.
Когда советская сборная без шансов продула свою первую встречу бразильцам, я едва не пал духом, ведь надеялся, что нашим удастся зацепиться хотя бы за ничью. К счастью, в дальнейшем всё сложилось как надо и только благодаря везенью, на сей раз не моему. Из-за лучшей разницы забитых и пропущенных мячей сборной СССР удалось обойти сборную Шотландии и попасть в одну восьмую. Ну вот, наконец-то можно выдохнуть - завтра мы перебираемся в столицу Каталонии.
В Барселоне, пока еще не известного в бизнес-сообществе миллионера Сиверинского, вместе с прочими членами советской делегации, заселили в двухместный номер заштатного отеля на самой окраине. Райончик был так себе – неподалеку от промзоны. Кто ж знал, что при желании, их скромный постоялец в состоянии приобрести всё это здание вместе с соседним парком. Да я и сам чувствовал себя весьма неуютно, совсем как знаменитый Александр Иванович Корейко, который скрывался от известности, бегая по вокзальным туалетам со своим чемоданом. Впрочем, "неприятность эту мы переживем", ждать осталось недолго. Главное, что с Биллом сможем повидаться и кое-что спокойно обсудить в приватной обстановке. А поговорить было о чём.
Вот только пересечься с таким человеком, как Гейтс, оказалось совсем не просто, и виной этому был не мой американский партнёр, а десяток папарацци, которые постоянно сопровождали его едва ли не до туалета. Эти прохвосты с фотокамерами, отслеживали все контакты такой известной персоны, фиксируя буквально каждое движение, а заодно и всех тех, с кем тот встречался. А я то дурень радовался, что пока еще не те времена, когда за тобой из каждого банкомата камеры подглядывают.
Такая реклама была для меня лишней, вот и пришлось договариваться с администрацией "Hotel El Palace", где остановился Билл. Он и договорился. В его люксовые апартаменты мне приходилось пробираться через кухню. Ну хоть колпак и белый фартук надевать не заставил. Это выглядело бы как своего рода месть за Сирию, где я заставил их с Полом одевать халаты. Понятно, что договаривался обо всех этих шпионских играх не я, а дружище Билл. Это же он числился официальным миллиардером.
Как следствие, ресторан отеля мы не посещали - всё необходимое нам доставляли прямо в номер. Но Билл не унывал. Мне даже показалось, что моему американскому компаньону эти шпионские заморочки пришлись по вкусу. Ещё бы - поводить за нос не только свору журналистов, но и грозную Кей Джи Би.
Тем не менее, но одному, самому сообразительному, всё-же удалось застать нас врасплох. Этот шустрик снял себе апартаменты через улицу, и просидев в квартире более суток дожидался своего часа, когда мы с Биллом вышли на балкон вдохнуть воздухом Барселоны. В качестве компенсации, ему удалось сделать парочку снимков. К счастью, я не забывал надевать солнцезащитные очки, так что спецам из СМИ оставалось лишь гадать: кто же был тем таинственным собеседником этой известной личности. Напрасно я сожалел о нынешней технологической отсталости. Да будь сейчас хотя бы простейшее мобильное приложение распознавания лиц типа SearchFace, так уже на следующий день, в первом отделе КГБ с удивлением разглядывали мое изображение, теряясь в догадках, какого черта этот Сиверинский забыл в апартаментах известного миллиардера.
Встретились мы не зря. Свой первый инсайд я начал с того, что выяснил у коллеги, что ему совершенно ничего не известно о сети ARPANET, которую сейчас разрабатывали при поддержке Управления перспективных исследований США. И он не просто не знал, а совершенно ничего не знал. Сейчас, все мысли Билла и Пола были сосредоточены на разработке программ для IBM PC и собственной операционки MS-DOS. Загружены были так, что даже на матчи бейсбольной лиги забили. Поэтому, для введения в курс проблемы, мне пришлось целый час рассказывать Биллу об этом самом ARPANET, и только после этого "спрогнозировать" - что не пройдёт и года, как эта сеть перейдёт на более удобный протокол обмена информацией TCP/IP.
Я решил промолчать, что за сетью закрепится название INTERNET – угадать еще и ее название - было бы слишком. Следующие два вечера потратил на то, чтобы объяснить партнёру главные принципы сетевых операционных систем, которые позволяют обеспечить доступ к удаленному компьютеру. Далее, обозначил шесть главных направлений развития вычислительных систем: планирование задач процессора, управление памятью, управление файловой системой, вводом-выводом и прочие. Помимо технических, намекнули на некоторые коммерческие аспекты широкого распространения Интернета. Судя по загоревшимся глазам, Билл полностью проникся и наверняка поставит на уши команду своих программистов.
Предупредил, чтобы он с этим не затягивал, ведь некоторые из моих личных проектов, настоятельно требовали скорейшего внедрения Интернета. Прежде всего - это создание виртуальных торговых площадок, социальных сетей и прочего. Было бы неплохо, имея запас по времени, обойти или хотя бы потеснить на рынке такие компании как Google, а также Амазоны с Цукербергами. Здесь, как и во всяком бизнесе, было важно стать первым.
Ещё одним вопросом, который я обсудил на нашей встрече, была организация собственного фонда. Как пояснил партнёру, в настоящее время я не имею свободного доступа к собственным финансам, так что хотелось бы организовать отдельную структуру, которая будет этим заниматься. К моей просьбе Билл отнёсся с пониманием и пообещал, что через отца постарается найти опытного, а главное - порядочного управленца. Ведь как оно получается: мои миллионы лежат и медленно растут на одних процентах, а не пухнут на биржевых дрожжах. А это в корне не верно - тем более что на этот фонд у меня имелись и другие планы.
Что могу сказать, поработали мы на славу: у меня даже не оставалось времени, посмотреть матчи нашей сборной. Впрочем, чего там было смотреть - она даже до четвертьфинала не добралась, уступила братьям-полякам.
Но сейчас все это в прошлом, и я более не знаю, чего еще могу предложить. В каком направлении двигаться дальше? Тем более,, что в памяти сохранилось не так уж и много – не сравнить с тем, что было в голове у того толкового третьеклассника. Тогда принял правильное решение, когда заставил себя подробно записывать всё, что помнил. Если бы не это, то сейчас вряд ли мог что-либо сказать, хотя бы о тех же плоских экранах или спутниковой связи. Впрочем, может все было бы нормально. Как сказал один китайский мудрец, если вы не знаете куда идти, любая дорога приведет вас туда.
Вот вспомнил об этих экранах и тут же подумал, время то идёт – не пора ли побеспокоить Харуки? Это ведь он у нас работает технологом в компании Sharp, думаю, должен разобраться, или хотя бы вывести меня на тех, кто на такое способен. Иногда, перелистывая старые записи, которым исполнилось более двадцати лет, я не переставал удивляться, как вообще мог об этом знать, а затем все записать. Это же настоящие технологические дебри! Хотелось надеяться, что это джунгли только для меня, строителя дамб и откосов, хоть и с электронным уклоном. А вот мой японский друг наверняка заинтересуется или по крайней мере, кого толкового посоветует. Не может же он совершенно ничего не знать, насколько помнил, первые плоские экраны появились ещё в конце семидесятых – в карманных калькуляторах и часах.
Правда я предлагаю совсем другое, куда более продвинутое. У меня речь идет о жидких кристаллах – а именно о материалах, которые под воздействием напряжения изменяли количество света, проходящего сквозь них. Иными словами, жидкокристаллический дисплей работает иначе, не так как обычный светодиодный. По принципу блокирования, а не излучения света. Совершенно иной подход. Соответственно, для работы, таким дисплеям необходима подсветка. Базовую структуру жидких кристаллов контролируют, изменяя подводимое напряжение, и используют поляризованный свет.
Именно в таком порядке я и постарался донести информацию до Харуки, хотя и сам не до конца понимал многое из того, что ему наговорил. Хочется надеяться, что мои слова попадут в уши грамотного специалиста. В тех старых записках было еще много чего. Странно, что Харуки даже не поинтересовался, откуда мне вообще известны такие подробности хоть и задал парочку вопросов. Увы, но припомнить еще что ни-будь, я даже не пытался. Знаю, пока вспомнишь, о чём забыл, забудешь то, что еще помнишь.
Предвосхищая закономерные вопросы японца, я по секрету сообщил, что все это поступило из закрытых источников, и попросил крайне осторожно делиться полученной информацией - желательно с порядочным специалистом, который сможет выполнить необходимые исследования, а затем, в случае успеха все это запатентовать. Разумеется, и на мое имя тоже. На слишком многое я не претендовал, всего на какие-то тридцать процентов.
И почему мой младший брат пошел учиться по специальности инженера электронной техники, а не инженера-технолога? Может тогда было бы с кем посоветоваться. Впрочем, о чём это я - он только в этом году заканчивает институт, а из этих молодых специалистов те еще инженеры: по своим коллегам знаю.
Забегая наперёд, скажу, что фидбек от японцев себя долго ждать не заставил. В отличие от наших, японские инженеры время на бумажки и согласования не тратили. Через два месяца, ко мне прибыл их посланник с паролем от моего друга - решать подобные вопросы по телефону Харуки поостерегся. И правильно делал.
На меня высыпали ведро вопросов - к счастью, большей частью не технических, а организационных. Главным образом, моих островных партнёров интересовало, кто же тот гений, которому удалось решить задачу, над которой бились технологические подразделения ведущих японских компаний? И естественно, у них появились понятные сомнения по поводу патентования этих новаций.
- Мистер Сиверинский, мы не можем поверить, неужели этого до сих пор никто не сделал? Вы не думаете, что заявки уже поданы? Это ведь настоящая бомба в нашей отрасли!
Я, как мог успокоил своего визави, сообщив, что с этой стороны опасаться нечего –пусть не теряют времени и поскорее подают заявки сами.
- А вообще, Аки-сан, - завершил я, - чем вы собственно рискуете? Если я вдруг ошибаюсь и в вашем патентном ведомстве эти заявки завернут, то мы потеряем лишь время и совсем мизерную сумму за регистрацию.
Хотелось надеяться, что мне удалось убедить недоверчивого японца, и он улетел удовлетворенный результатами наших переговоров. При этом, не последнюю роль сыграли положительные рекомендации моего приятеля – Харуки.
Кажется все: это был мой последний технический "вброс", который много лет дожидался своей очереди в пожелтевшей тетради. А жаль… помню, что в одном солидном издании, по-моему это был Ветхий Завет кто-то написал – во многих знаниях – многие печали. А я вот не могу с этим согласиться. Как по мне – во многих знаниях большие перспективы и возможности. Так что, выбрасывать на помойку эту старую тетрадь я не собирался - пусть будет на память. Как ни-будь закажу для нее красивую рамку из красного дерева и вывешу в центральном холле своего небоскрёба, где-нибудь на Манхэттене.
Но прочь мечты о бизнесе – приближаются события куда более важные и неприятные. Меня давно беспокоил вопрос, как быть с той аварией, что случится на Чернобыльской АЭС. А эта дата уже не за горами. Что делать с моими знаниями, а главное - можно ли всего этого избежать? Поморщившись, вспомнил, как в далёком 1961 году я уже попытался избежать трагедии в Бабьем Яру. Чем все закончилось - известно. Пшик получился; тогда, мне еще повезло, что самого не замели. А что с того времени поменялось в системе? Да, собственно, ничего: всё как и было, разве что письмо теперь могу написать более грамотно – за прошедшие годы неплохо выучил советский стиль изложения.
Обращаться за поддержкой к знакомому министру или в Спорткомитет, и просить. Что быотменили эксперимент по выбегу ротора реактора? Даже не смешно. Все эти товарищи понятия не имеют, что это такое, так же, как не должен знать и я. Наверняка проверят, а затем и спросят - откуда дровишки Александр? А уже после них могут прийти другие товарищи, которые захотят узнать - кто вы, доктор Зорге? Как так получилось, что мы вас раньше не замечали?
Если учитывать свои личные, шкурные интересы, то я дождаться не могу, когда же канет в Лету этот Совок с его КГБ. В этом смысле, Чернобыльская трагедия должна быть в моих интересах. Почему? Считаю, правы были те эксперты, которые утверждали, что хребет Советскому Союзу сломали не только низкие цены на нефть, но и те колоссальные средства, которые он вбухал в ликвидацию последствий аварии в Припяти. В своё время, мне доводилось слышать чудовищную цифру - тридцать миллиардов рублей. И это в нынешних ценах, когда доллар у нас идет по шестьдесят копеек.
И это не все, представим себе, что станция уцелеет, но ведь впереди у нас 1988-и, когда случится землетрясение в Спитаке? От этого, нашему дырявому бюджету также придется не сладко. Не намного меньше Чернобыля, где-то около тринадцати миллиардов, и все это с учётом того, что нефть мы сейчас продаём по смешной цене - семнадцать долларов за баррель. Да и то не всю: за деньги уходит процентов сорок, не больше, всё остальное, отправляем как помощь дружественным странам народной демократии по очень невыгодному бартеру. Лично я считаю, именно это нашу хромающую экономику окончательно и добило.
А если все так, то пусть добивает и дальше - к будущим кризисам я готов: вон даже Эмму Рудольфовну для нас нашел. Разумеется, не себе, а детям и своей любимой. Эту, ещё довольно бойкую пенсионерку, мне порекомендовала моя давняя знакомая - та самая, что в далёкие школьные годы была моей бесплатной учительницей языка. В оющем, уже несколько месяцев, за совсем небольшую плату, два-три раза в неделю эта приятная и интеллигентная пенсионерка, обучает наших Свету и Виталика, языку туманного Альбиона - и не только их. Нередко, к их компании присоединяется и Виолетта, и это правильно: хоть не будет с круглыми глазами бродить по супермаркету в условном Бостоне.
Лет шесть у неё в запасе имеется- этого времени должно хватить, тем более, что под боком сплю я, который предложил за завтраком вести разговоры исключительно на английском. И пусть только попробует сачкануть - не возьму с собой за океан. Так ее и предупредил.
Иногда мне казалось, что Рудольфовна и без денег, с большим удовольствием занималась бы с нашими малышами - уж очень они пришлись ей по душе. А что: женщина она одинокая, совсем недавно вышла на пенсию. А у нас в доме - шум, гам. молодость, а кроме этого и денежки капают. Живет она очень удобно для нас - всего четыре остановки троллейбусом, так что думаю, нам с ней повезло. Может и её за компанию в Штаты прихватить?
Через -чур активная Ветка предлагала пригласить для Светланки еще и репетиторов по математике и физике, но я встал на дыбы,
- Любимая, ты ведь сама уговорила, чтобы мы отдали детей именно в эту экспериментальную школу? Вспомни, как тогда убеждала - учителя здесь, высший класс, после университета. А теперь, объясни мне сирому, чего стоит тот учитель, у которого ученики бегают к репетиторам? Это же как врач, который сам себе коньяк покупает!
Недавно, из телевизионных новостей я узнал, что на общесирийском референдуме моего давнего знакомого, президента Хафеза Асада, в третий раз, и уже на семь лет, утвердили президентом страны. Может, стоит прицепить свой орден и отправиться на торжественный приём в их посольство - поздравлю их президента-ветерана? А что, статус ордена такое позволяет! Хотя, какого там ветерана… Помню, что ни Путина ни Ким Ир Сена, ему так и не удалось переплюнуть. Эх, поспешил я тогда влезать на ту проклятую или счастливую лестницу - не мог подождать еще лет десять: тогда бы и узнал, кого именно ВВП назначил своим преемником? Точнее, кого именно выберут своим следующим царём "дорогие россияне".
Столько лет прошло, и если с глобальными прогнозами я ещё справляюсь, то с текущими, дела обстоят всё хуже и хуже. Если в первые годы я мог припомнить результаты чуть ли не всех футбольных матчей, то сейчас – даже не знаю, в каком году снесут Берлинскую стену или отменят запрет на свободный выезд за границу. Но чувствую: ждать нам осталось недолго. Но вот когда именно?
А думы, вновь вернулись к памятной дате, накрепко засевшей в голове: двадцать шестое апреля 1986 года. Ничего удивительного - ведь в той, первой жизни мне довелось несколько месяцев поработать в Чернобыле на ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. И как теперь быть с этой бедой? Ничего подходящего в голову так и не пришло. Один Далай Лама, номера которого не помню, сказал - если проблему нельзя решить, то не стоит о ней беспокоиться. Ага, тот еще мудрец, решить может и возможно – вот только пусть подскажет как?
А пока, пользуясь тем, что в нашем институте имеется копировальная машина "ЭРА", я тайком напечатал сотню воззваний, где от имени еще никому не ведомой бабы Ванги предупреждал граждан о грядущей катастрофе. Как по мне, все было довольно убедительно. В этих прокламациях я призывал всех, кто сможет, до двадцать пятого апреля убраться из Припять, а кроме этого привел перечень препаратов, содержащих йод, - для снижения воздействия радиоактивного облучения. Там же, дал и несколько советов организационного характера. Я не надеялся, что многих удастся убедить, но собственную совесть немного успокоил. Свое творчество, под покровом ночи я разбросал по подъездам домов, на площади у горсовета и в некоторых людных местах Припяти. Кака хорошо, что в эти времена, еще не вошли в моду уличные камеры наблюдения.
Разумеется, сам я также предпринял необходимые меры: а именно, приобрел десятка два билетов в Крым, и заранее озаботился арендой просторной дачи на побережье - причём снял её сразу на четыре месяца, до сентября. Цены там, еще не кусались и были умеренными, совсем не те, которые выставят хозяева, когда в Крым хлынет девятый вал беженцев.
Наиболее сложным, оказалось убедить мою Вету. В очередной раз пришлось сослаться на свои невеликие цыганские таланты, добавив сюда всезнающую бабу Вангу. Долго убеждать не пришлось – мы и так собирались поехать в отпуск на море, так почему бы не в Крым? И ничего страшного, если этот отдых начнётся немного раньше.
- Саша, я смотрю, ты со своей бабкой совсем с катушек съехал. Скажи, вот куда Светка в мае поедет? Ей ведь до конца четверти еще целый месяц учиться!
- Веточка, просто будем считать, что у меня появились нехорошие предчувствия. Ты ведь сама слышала, что в Припяти кто-то листки с предупреждениями разбросал. Давай сделаем так: отправим в Крым Рудольфовну с мамой и Витальку с Сан Санычем. Пусть себе погуляют, подышат морским воздухом. А мы со Светкой, пока останемся здесь, в Киеве. А дней через десять станет ясно – шарлатанка эта бабка или нет.
Все еще хмурая Виолетта покрутила пальцем у виска и гордо подняв подбородок удалилась в свою вотчину - на кухню. Я же, облегченно выдохнув, проговорил про себя.
- Поглядим, что она об этой бабке через месяц запоёт.
Разумеется, я не рассказал, что "дышать морским воздухом" ей с детьми придётся по крайней мере до конца сентября, но уверен: вскоре она и сама все поймет.
Вечером, двадцать пятого апреля, я отвез свою шумную компанию на вокзал, усадил их в вагон и наконец, вздохнул свободно, хоть за этих не придется переживать. А с этой упоротой Веткой поговорю денька через три, посмотрим, что она запоет. Время у нас будет, как я помню, ветерок в сторону Киева повернет лишь на четвертые сутки. А пропусков школьных занятий, которых так боялась жена, я не опасался: знаю, уже в первых числах мая школы и сами начнут выпихивать своих клиентов за город, распределяя по пионерским лагерям.
Изменений прежней истории не случилось: станция рванула ночью, строго по графику, а уже с самого утра, к северным околицам Киева потянулись пожарные и колонны машин с военными. По столице поползли первые, пока еще неясные и противоречивые слухи, которые не обошли стороной и лабораторию, где я числился начальником.
- Александр Борисович, а вы случайно не знаете, что собственно происходит? - с таким вопросом, обратилась ко мне наша лаборантка. Любопытно было не только ей , уши насторожились у всех, кто находился в комнате.
Хочу сказать: за годы, что минули, я успел повзрослеть и стать Александром Борисовичем, хоть и не обзавелся прочими признаками руководителя - лысиной и брюшком. Да, теперь я начальство и свои тридцать пять, как и могучий интеллект, от общественности не спрячешь. Вопрос лаборантки был по делу: не увидеть передвижение по городу военной техники было трудно. Колебался я не долго:
- Может и правду, стоит провести разъяснительную работу, по крайней мере для своих - пускай хоть эти поберегутся? Ну а от них, моя информация, как круги по воде разойдётся - по родственникам и знакомым. Может, у кого-то и хватит здравого смысла не тащиться со всем семейством на первомайскую демонстрацию?
Отбросив все колебания и приняв решение, я поднялся с начальственного стула, и повысив голос сказал:
- Товарищи, из достоверных источников мне стало известно, что сегодня утром на атомной станции в Припяти произошла авария. Отсюда и все те перемещения пожарных и военных, о которых вы спрашиваете. Скажу, в результате аварии произошел значительный выброс радиоактивных частиц в атмосферу.
Увидев озабоченность и даже страх на лицах, я успокоил, сказав, что это не атомная бомба рухнула, а пусть и неприятный, но все же тепловой взрыв и нашему Киеву ничего не угрожает. К счастью для нас и к несчастью для белорусов - ветер дует на север, в их сторону. Однако предупредил, что расслабляться не стоит, так как денька через три-четыре ситуация может измениться. Под конец посоветовал.
- Товарищи, если хотите знать моё мнение, то я рекомендую всем, особенно тем у кого есть дети и возможности, не тянуть, а отправить их подальше от города - желательно куда-нибудь на восток или юг. Да и всем вам, хотя бы первые три недели, рекомендую как можно меньше гулять на свежем воздухе. Так что, пока еще нет паники – постарайтесь приобрести билеты на поезда, ведь уже через несколько дней сделать это будет очень сложно.
Словом - выложил все то, что и было написано в прокламациях бабы-Ванги. Не вдаваясь в технические детали, коснулся и причин трагедии, а в конце, порекомендовал всем кушать побольше морской капусты. К счастью, этим продуктом у нас завалены полки всех магазинов.
Как и предполагал, это спонтанное выступление не осталось без внимания начальства. Уже на следующее утро, двадцать седьмого апреля, меня вызвали в кабинет директора.
- Сиверинский, ты чего это вчера своим наговорил? Откуда все взял? Неужели и ты той бабке поверил? Панические настроения вздумал распространять? Ты это мне брось - знаешь, что у нас за такое бывает?
Вообще-то, Иосиф Михайлович, относился ко мне неплохо, ведь именно с его подачи я и попал в этот институте, и до сих пор мне удавалось оправдывать его доверие. Но сейчас, вопрос был скорее политическим, и я решил идти ва-банк.
- Товарищ директор, лучше не спрашивайте, откуда мне все это известно, - после слова "это", я со значением посмотрел в сторону люстры. – Давайте не будем торопится, а немного подождем, уверен, через несколько дней и до вас эту информацию доведут. А пока, я бы и вам порекомендовал не затягивать, а отправить своих родных за пределы города.
Иосиф Михайлович на секунду задумался, словно взвешивая мои слова, а затем решив, что несколько дней погоды не сделают, забросал меня кучей уточняющих вопросов. Поскольку, в кабинете мы были одни, я выложил директору практически всю известную мне информацию: о причине аварии, о возможных последствиях и об угрозе здоровью жителям города. Сообщил, что на днях в Киев должна прибыть правительственная комиссия, которая сформирует штаб под руководством одного из заместителей председателя Совета министров СССР. Сам я и не подозревал, что это напрямую коснется меня.
Услышав такие подробности, Михайлович засомневался, решил, что мне что-то известно - ведь просто так выдумать все, было невозможно. Как бы там ни было, из кабинета директора я вышел без последствий.
Прошло три дня, и мой авторитет у руководства поднялся едва ли не до уровня первого заместителя. Теперь, меня приглашали на все совещания – и это меня, работавшего всего лишь на должности заведующего сектором.
Первомайская демонстрация состоялась в соответствии с устоявшимися традициями, хотя и не в прежних масштабах. Может и я приложил к этому руку? Обстановка в городе не говорила, что что-то у нас что-то не так: обычная спокойная, мирная жизнь. Вот и сейчас смотрю, как какая-то сердобольная бабушка крошит на канализационном люке полбатона для стайки голубей.
- И зачем это она?? Отсюда, до элеватора второго хлебозавода рукой подать. Она что, не видит, какие они упитанные - словно поросята.
Сам я, также решил убраться подальше. Срочно собрал команду своих единомышленников с детьми, и в конце мая мы отправились в путешествие на байдарках по Днестру. Единственно, перед походом мне пришлось смотаться в Крым, и доставить оттуда двух членов свего экипажа - Вету и Свету.
Отдых удался, мы плыли не торопясь, надолго останавливались в красивых местах, бродили днестровскими каньонами, ходили на экскурсии и совсем не торопились возвращаться в Киев. Поэтому, наше плавание растянулось почти на три недели. А вот по возвращении, меня поджидал сюрприз. Пожалуй, впервые в этой жизни я обрадовался, что мобильников ещё не придумали - иначе выдернули бы прямо с маршрута. Неужели без Сиверинского обойтись не могут?
Как выяснилось, один из заместителей министра строительства товарища Новикова, был назначен членом штаба по ликвидации последствий аварии, который сформировался в Чернобыле. Одной из задач, стоявших перед строительным департаментом, было не допустить загрязнения Припяти радиоактивными отходами, которые вместе с дождевой водой постепенно стекали в реку. Ну а кто у нас считается главным специалистом по строительству дамб и защитных сооружений? Все знают, разумеется, это Герой Сирии Сиверинский. Словом, не успел я переступить порог квартиры, как услышал телефонную трель. Подняв трубку, я с удовольствием узнал, что меня срочно отзывают на работу - даже законный отпуск догулять не дали. Отказаться возможности не было: не те нынче времена. Собственно, я и не собирался этого делать - ведь в той, прошлой жизни, мне так же довелось поработать в зоне, пускай и в ином качестве. Вот вам и тот снаряд, который в одну воронку не падает.
На сборы и оформление разрешительных документов мне выделили одни сутки - и вот я стою на верхней палубе теплохода "Ракета", который мчит меня в Чернобыль.
Здесь, всё было знакомым: тот же крутой подъём от пристани к городу, центральная площадь с безальтернативным памятником Ильичу и длинный ряд кирпичных трёхэтажек. Здесь, на площади, в здании райсовета, товарищи министры и развернули свой штаб.
Не откладывая, меня ввели в курс дела и познакомили с помощником, который прибыл на два дня раньше. Тот оказался грамотным специалистом и уже успел составить подробный план местности. Он же передал и список техники, которую мы сможем получить в свое распоряжение. После чего, познакомил с будущим коллективом. Обстановка и правительственная комиссия требовали скорейших действий, так что времени на раскачку нам не дали.
Через день, к берегу пришвартовались две баржи с камнем - и работа пошла. Защитные валы и дамбы росли буквально на глазах, неплохим стимулом была увеличенная в несколько раз зарплата, а к ней - целая куча премий и бонусов в виде почётных грамот.
Вообще-то, в самом городе было относительно безопасно. Это продолжалось до тех пор - пока нам не поручили выполнить обваловку водоёма-охладителя. Этот бассейн располагался непосредственно на территории станции. Здесь, уровень радиации зашкаливал за верхнюю планку более чем в сотню раз. Помня прежний опыт, я организовал шесть смен по полчаса каждая, и тем не менее, желающих отличиться было предостаточно. Ещё бы: в так называемой первой зоне коэффициент зарплаты составлял четыре, а что касалось повышенного в десятки раз уровня радиации - так она ведь не пахнет! Многие были абсолютно уверены, что авось переживут. И таки оказались правы, хотя и не все.
Однажды, и мне пришлось немного поволноваться. Да что там немного - мы с мужиками едва в колготки не наложили. Распоряжением штаба в моё распоряжение был выделен военный гусеничный МТЛБ с водителем Тарасом, или, как этот транспорт называют вояки -"мотолыгу". Этот бывший танк усовершенствовали: убрали пулемёт, а все изнутри обшили защитными свинцовыми плитами, установив маленькие круглые окошки из противорадиационного жёлтого стекла. Их необычный, таинственный цвет объяснялся высоким содержанием свинца.
Причиной приключения были мы сами, вернее наше чрезмерное любопытство, помноженное на пофигизм молодости. Скажите, как можно побывать буквально рядом и не отметится в знаменитом "рыжем лесу"? О чём ты потом девицам рассказывать будешь? Вот наша четверка и отправилась на такую экскурсию. Мотор уверенно ревет, дозиметр негромко щёлкает, сообщая, что за бортом фон превышает два рентгена. Но внутри нашей боевой машины всё почти нормально: он лишь слегка превышает норму, но к такому мы давно привыкли.
И вот, когда МТЛБ добрался чуть ли не до середины поражённого участка, мотор "мотолыги" неожиданно заглох. На несколько секунд наступила настоящая, как часто говорят - гробовая тишина. Оживленная беседа тут же умолкла, и все растерянно уставились на жёлто-зелёные лица товарищей. И что будем делать? Радиостанция в лесу не работает, связи нет, а покидать машину, чтобы снять защиту и заняться двигателем, желающих не нашлось. К счастью, минута молчания длилась недолго - секунд двадцать, но за это время, перед моими глазами пронеслась чуть ли не вся жизнь. Еще один рывок стартера, двигатель уверенно взревел, и мы единогласно проголосовали за то, что пора заканчивать нашу увлекательную экскурсию.
Минуло полтора месяца и в начале августа работы были завершены. Мне предложили еще задержаться и помочь на строительстве накрытия над разрушенным блоком, но я отказался: будет с меня трудовых побед, героических свершений и шальных денег, которые мне особо и не нужны. Домой я вернулся с острым воспалением лёгких. Скажите где, среди лета, я умудрился подхватить свою болячку? Уверен, вся причина в бомбардировке лейкоцитов нейтронами и сниженном иммунитете.
Наши дети до сих пор купались в Чёрном море, а вот Виолетта, как верная жена, примчалась в Киев, чтобы ухаживать за мной, таким больным и несчастным. Как кто-то пошутил о жёнах декабристов: они поехали за мужьями в Сибирь и испортили им всю каторгу.
Возможно, что именно благодаря ее заботам я через две недели полностью выздоровел. Мне выписали голубенькое удостоверение, получил законные три грамоты, приличную сумму денег, а главное - талон на приобретение автомобиля - ВАЗ-2108, или, как его пренебрежительно называли упёртые поклонники классики, "зубила". Это из-за необычного, скошенного книзу капота. Меня такое не волновало, я то прекрасно знал, вскоре почти все автомобили будут выглядеть именно так.
И как теперь быть: стоит ли менять свою, ещё не старую "Волжанку" на эту новую модель с передним приводом? Решил, что нет, не стоит. Причина была простой: рассадить на заднем сиденье "восьмёрки" всю нашу немалую семью – та еще задача. Но я был бы не я, если бы отказался от такого подарка. Разумеется, машину я взял, и наездив для приличия тысячу километров, продал. Разумеется, новая цена была чуть ли не втрое выше той, магазинной, по которой она мне досталась.
Символично или нет, но первый серьезный шаг в направлении капитализма Советский Союз сделал через два года – и тоже двадцать шестого мая 1988 года, когда Верховный Совет принял "Закон о кооперации в СССР". Почему символично? Да потому что этот день был знаковый и для нас: ровно четырнадцать лет назад мы с Веткой вышли из дверей ЗАГСа счастливыми мужем и женой; а еще наш младший, Сашка, также появился на свет именно двадцать шестого, да и Чернобыль бабахнул тогда же.
В принципе, принятие данного закона мало что изменило в стране, поскольку старт большому кооперативному эксперименту дали принятые в феврале 1987 года постановления Совета министров о создании кооперативов. Ко времени опубликования закона, лишь в одной Москве насчитывалось пять сотен частных предприятий - по бытовому обслуживанию населения, производству товаров народного потребления и в сфере питания. Я хорошо помнил, об экономических реформах Горбачёва - очередной отчаянной попытки вывести страну из крутого пике. Возможно, кто-то продвинутый из окружения генсека напомнил тому об удачном ленинском эксперименте с НЭПом.
Бюджет на следующий год свели с двадцатипятипроцентным дефицитом, который покрывался за счёт внешних заимствований и распродажи золотого запаса. А когда основатель кооператива "Техника", потомок дореволюционных купцов Артём Тарасов цивилизованно заплатил девяносто тысяч рублей партийных взносов со своего дохода в три миллиона - всем всё стало понятно.
Лично меня этот закон не особенно интересовал, потому что ещё в прошлом году я зарегистрировал кооператив "Будтех", в устав которого записали всё, что только возможно. На первом месте было предоставление строительных услуг, ну а к этому прилагалось много чего полезного, включая торговлю и посреднические услуги. Именно эти услуги и приносили нам девяносто процентов прибыли, и кто там станет разбираться, что это направление для нас не профильное. Зачем вообще мне понадобился этот кооператив? Так надо, да и просто хотелось вновь почувствовать себя предпринимателем. А вообще, наличие собственной компании на просторах бывшего Союза лишним не будет.
Давным давно, я уже был председателем кооператива и прекрасно помнил, что тогда не сделал, упустил, хотя и мог бы. Прежде всего, имею в виду посреднические услуги - перспективное и очень недооценённое направление. Дело в том, что на счетах предприятий-заказчиков лежали большие суммы свободных бюджетных денег, а вот у предприятий - исполнителей были свои, совершенно другие, спущенные сверху планы. Они никак не могли удовлетворить всех желающих. И тут на помощь пришли мы - наш кооператив. Так называемые "творческие коллективы" напрямую договаривались с заказчиком и выполняли для них необходимую работу. Нам же, за нашу печать, штамп на договоре и банковские реквизиты перепадало иногда до двадцати процентов от общей суммы сделки. Очень приличная маржа, и это при том, что вся работа легла на плечи бухгалтера.
Благодаря широкой рекламе услуги нашей компании пользовались немалым спросом, и за очень короткое время общий оборот превысил миллион рублей. Конечно, это было несколько меньше, чем у Тарасова, но все же что-то. Я даже стал переживать, что члены нашего кооператива забросят свою основную работу, где получали раз в пять меньше, и сосредоточатся лишь на посредничестве.
А вообще, куда нам со своим жалким миллионом. Как-то узнал из новосей, что в порту Новороссийска задержали партию танков, которую некий кооператив АНТ пытался отправить за границу. Вот у них - действительно обороты.
Ещё одной важной и непростой задачей стала организация собственной службы безопасности. Я хорошо помнил, что приближаются лихие девяностые с их рэкетом и повальным бандитизмом. Поэтому, случайная встреча на дне рождения моего товарища с его двоюродным братом оказалась очень своевременной. Этот родственник носил погоны подполковника КГБ и на тот момент являлся начальником межрайонного отделения.
Правду сказать, он уже донашивал свои погоны: ведь через полгода на карте появится Украина, которая займется созданием собственного СБУ, и таким, как нащ подполковник, места там не найдётся. Останется лишь почётная отставка и небольшая пенсия. Но сорок пять лет для мужика – это не тот возраст, чтобы вешать на гвоздь амбиции вместе с кобурой и фуражкой.
Результатом двух раундов переговоров, где я в шутку, пообещал присвоить ему генеральское звание, Лев Иванович согласился на моё предложение, а кроме того пообещал подтянуть к нам и нескольких своих бывших коллег из оперативного отдела. Ну что ж, теперь, за это направление я могу не беспокоиться.
Одним из последних серьёзных вызовов, который встанет перед СССР, который уже начинал понемногу разваливаться, будет землетрясение в Армении. Увы, но я помнил лишь год - 1988-й, а ещё несколько фотографий, на которых было видно, как там работают спасатели со всего мира. На этих фото было видно, что вокруг лежит снег. Вот я и решил, что землетрясение должно случиться где-то в декабре, потому что два других снежных месяца - январь и февраль - это уже 1989-й.
Повлиять на этот промысел Божий я не мог, тем не менее, хотелось что-то сделать для этих несчастных армян. Попытаться предотвратить землетрясение - было бы полной глупостью, а вот попробовать уменьшить его негативные последствия – почему бы и нет. Идти по проторенному бабкой Вангой пути, разбрасывая по Еревану листовки с прогнозами или воззвания от ее имени? Не думаю, что такое сработает, тем более, учитывая особенности региона. Наверняка там решат, что все это очередные происки недоброжелателей из Баку.
Как всегда, идея пришла неожиданно. Это случилось тогда, когда я, потягивая пивко, лениво переводил взгляд с книжки на экран телевизора, где шла передача посвящённая извержению очередного вулкана где-то на севере Исландии. Еще не старый доктор наук, интересно и со знанием дела рассказывал о причинах и последствиях землетрясений, а в конце лекции даже продемонстрировал карту с наиболее опасными тектоническими зонами планеты. Этого профессора я хорошо запомнил, скорее всего потому, что он носил распространённую фамилию - Маклай. Ему не хватало лишь приставки - Миклуха.
Я обратил внимание, что отмеченная им опасная зона проходит как раз через те места, где и должно случится землетрясение. Мой план сложился сразу. Не откладывая, уже на следующий день я отправился в Москву, где под личиной корреспондента какого -то никому не известного желтого издания росетил Институт физики Земли АН СССР. Уверенный вид, дорогой кожаный блокнот и японская фотокамера должны были произвести нужное впечатление и подчеркнуть мой статус.
Уважение к прессе ещё не выветрилось из мозгов советских людей, поэтому мне, без труда удалось разыскать Михаила Михайловича Маклая. Наше интервью было не долгим, но интересным. Профессор, вновь подтвердил: таки да, северная часть Армянской ССР действительно находится в сейсмоопасном районе. Что делать далее, было лишь делом техники и моей фантазии.
Через неделю, статья, автором которой значился этот маститый учёный, была готова. Оставалось лишь опубликовать её в армянской прессе. Да здравствует перестройка и гласность: нынче, опубликовать практически любой материал в "жёлтом" издании не составляло труда - лишь бы денежки платили. Словом, в начале ноября 1988-го в нескольких газетах Армении и Азербайджана вышла моя статья. И хотя писал её я, авторством, без сожаления, поделился с профессором.
Я не переживал, что вся слава достанется ему - мне бы свою совесть успокоить. Над заголовком статьи был напечатан и сделанный мной фотопортрет этого самого Маклая. В ней, кроме стандартных призывов применять сейсмостойкие решения при строительстве или усиливать уже существующие здания - с чем уже ничего нельзя было поделать, - имелся и ряд других полезных советов. В основном, все они касались повышения готовности населения к таким катастрофам: информирование о правилах поведения во время землетрясения, внедрение системы раннего оповещения, обеспечение населения средствами индивидуальной защиты и прочее….
А далее, шёл исключительно мой авторский текст. Устами профессора Маклая, ссылаясь на некие мифические расчёты академика, я авторитетно заявлял о высоком риске землетрясения именно в декабре этого года и рекомендовал всем, у кого есть такая возможность, покинуть Спитак и его окрестности и временно перебраться в более безопасные места – хоть бы в сторону Еревана. Подчеркнул, что последствия могут быть крайне тяжёлыми, так как сила толчков может достичь десяти баллов. Учитывая низкое качество материалов и банальную кражу цемента, использовавшегося при строительстве жилья, оставаться в городе будет крайне опасно. Тут же вспомнил слова Горбачёва, которые когда-то меня зацепили: первый и последний президент СССР был возмущён тем, что дома, построенные при "кукурузнике Хрущёве", устояли, а вот современные строения - нет.
А уже через неделю случилось то, что и должно было случиться. Очнувшись от спячки, местные чиновники направили вал запросов в Институт геофизики с просьбой прокомментировать, подтвердить или опровергнуть статью их сотрудника. Институт ответил не сразу – скорее всего, письма были написаны на армянском. А еще дня через три, ничего не понимающий Михаил Михайлович, начал всё отрицать – правда, как-то вяло. После того как во всем разобрались и его прижали к стене фактами, институт стал требовать от издательств опровержения. На это также понадобилось время. Газетчики, вроде бы и соглашались, но упирались, заявляя, что любая публикация должна быть оплачена - даже если это обычное опровержение. Поскольку, соответствующая статьи расходов на прессу в Институте геофизики не была предусмотрена, там стали угрожать, что обратятся в прокуратуру, в Политбюро и даже в лигу сексуальных реформ.
Вся эта неразбериха продолжалась до тех пор, пока не началось землетрясение, причём состоялось оно в точном соответствии с прогнозом профессора. К счастью, руководители низового звена всё же приняли к сведению его предупреждения и предприняли некоторые меры, хоть и недостаточные. Понятно, погибшие и раненые были, но в заметно меньших масштабах, да и готовность властей к ликвидации последствий повысилась.
Побочным, но приятным результатом стало то, что к незаслуженно пострадавшему профессору зачастили уже настоящие журналисты: его стали активно приглашать на телеканалы и просить об интервью. А настоящим апофеозом научной карьеры Маклая послужило приглашение в Национальный институт геофизики и вулканологии (INGV) в Италии. По словам итальянцев, они были поражены качеством и точностью прогнозов советского учёного и очень просили его выступить с развёрнутым докладом на ближайшей конференции.
Сам я также подключился к помощи пострадавшим - но не лично, не так, как в Чернобыле. Да и что мне там делать? Дамбы строить? Чтобы совесть не мучила, я перечислил свою месячную зарплату в фонд помощи пострадавшим, при этом с удовлетворением подумал:
- Ведь если меня мучает совесть - значит, она у меня есть. Получается, зря моя Ветка заявляла - какой же ты бессовестный Сиверинский….
Тем временем, распад СССР набирал обороты. Бывшая Армянская ССР объявила войну Азербайджанской, на юго-западе случился приднестровский конфликт, а в столицу Литвы и Ригу, где я когда-то начинал свою карьеру строителя, ввели танки. Собственно, случилось всё то, что и должно было случиться, и о чём я неоднократно предупреждал своих близеих знакомых. Думаю, теперь даже на Чукотке поняли, что СССР, все. А я ведь ему присягу, аж два раза давал!
Глава 7
Глава 7
Мой первый визит в Штаты, которые первой жизни посетить так и не довелось, я представлял несколько иначе. В моём воображении, вначале, на горизонте нарисуются верхушки небоскрёбов Манхэттена, затем из тумана, величественно выплывет корона статуи Свободы и наконец, известив о своем прибытии солидным гудком, наш белоснежный красавец-лайнер пришвартуется в гавани Нью-Йорка. Но все это красивые картинки, нынче так путешествуют, или вернее сказать отдыхают лишь бездельники на своих круизных судах. Для нас, людей бизнеса, которые ценят каждую минуту своего времени, придумали самолёты. Впрочем, мечта она на то и мечта, что не всегда совпадает с реальностью. Со временем, мы с Веточкой обязательно совершим такое путешествие, но точно не в этот раз, а позже… на собственной яхте.
- А она точно будет, не зря же меня с раннего детства тянули водные просторы. А как ее назвать? Ведь как утверждал морской волк капитан Врунгель, как ты судно назовешь, так оно и поплывет…. Впрочем об этом потом, мы заходим на посадку.
Как и предполагал, перед этой поездкой мне пришлось выдержать не одну кухонную баталию. Узнав, что вскоре я отправляюсь в США, Виолетта решила, что отправится вместе со мной и конечно же с детьми. Никакие разумные доводы во внимание не принимались. Хочу - и всё тут. А после моих слов – ты старших не перебивай, ты старших слушай, - наградила меня званием черствого, бездушного и разносторонне ограниченного человека и обиженная до глубины души отправилась в спальню. Спорить с женщинами всегда не просто, знаю, в спорах чаще побеждает не тот, кто переспорит, а тот, кто переплачет.
Я знал несколько способов убедить женщину - ни один не сработал. В принципе, понять ее было несложно: какой нормальный советский человек, а особенно женщина, не мечтает вырваться за железный занавес, да еще и не куда-нибудь, в страны лагеря, а в самую что ни на есть цитадель мирового империализма и как не странно – демократии - в США. Не могу понять, вот как этим американцам удается обеспечить одновременный рост числа безработных и числа миллиардеров?
Ее позиция была правильной, но тем не менее неверной. Сейчас, такая совместная поездка будет не ко времени, ведь прежде всего я должен разобраться со своим разноплановым бизнесом, обсудить с партнёрами и теми, кто захочет влиться в их ряды множество вопросов, завязать полезные знакомства, и наконец - подготовить условия для нормального проживания нашей большой семьи. Вот только цветные буклеты американских супермаркетов работали куда эффективнее, чем мои слова, и достучаться до здравого смысла жены удалось лишь тогда, когда я напомнил ей о школе, наших сильно пожилых родителях, о детях и прочем. К счастью, в этом меня активно поддержала Рудольфовна. Пришлось дать страшную индейскую клятву последнего из могикан, что в следующий раз, которого, как я ей пообещал, ждать долго не придётся, мы обязательно отправимся вместе и даже Рудольфовну, которая теперь почти член семьи, с собой прихватим.
Имелась ещё одна причина, по которой я не хотел брать с собой Ветку. Дело в том, что до сих пор я ей ничего не сказал о своей второй жизни, о неизвестно откуда взявшихся приличных активах, о планах завоевания Америки, вместе со всем остальным финансовым миром. Не любил я гнать волну перед собой, всегда старался жить так, чтобы люди понятия не имели, откуда у меня берутся деньги. А если никто не знает, то и ей пока рано или преждевременно. Преждевременно и даже опасно для моего украинского бизнеса.
Возможно я и ошибался, и женщины также умеют хранить тайны, … вот только все вместе. Так что, лучше немного погодим. А в эти Штаты мы с ней обязательно съездим, но позже. И это не обсуждается, кто как не я знал, что вскоре, лет на пять, жизнь на просторах Союза для семьи миллионера обыкновенного может стать очень опвсной и непредсказуемой, даже при наличии надёжной охраны. Достаточно лишь вспомнить, сколько президентов замочили. Я о том, что сейчас мы практически приблизились к бурным девяностым, временам братков, рэкета, похищений детей и заказных убийств.
Может, кто-то и верил, что светлое капиталистическое будущее без очередей и с утренней клубникой в супермаркетах возникнет по мановению волшебной палочки, но я-то знал: до такого счастья нам ещё терпеть и терпеть, а некоторым - дожить. И дождется его далеко не каждый. Более того, я был абсолютно уверен, не захочет моя Вета ходить улицами города в сопровождении бригады мордоворотов в темных очках Джеймса Бонда. Именно поэтому и считал, что для неё и детей лучшим вариантом будет пересидеть это тревожное время подальше, в спокойном месте, а именно здесь, в Соединённых Штатах.
А еще, сомневаюсь, что она сможет спокойно жить наблюдая, как всё вокруг стремительно валиться и приходит в упадок. Наверняка попытается чем-то помочь, вначале друзьям, а затем и просто знакомым. А может и всем остальным, которые сейчас ни о чём не догадываясь, а продолжают жить с надеждой на лучшее. Хотя знаю, не пройдёт и года, как те же люди начнут жить с надеждой, что хуже уже не будет. Словом, пусть всё остается как есть, сделать всех счастливыми не входило ни в мои планы, ни в планы всевышнего при сотворении мира.
А на статую Свободы мы с ней обязательно полюбуемся, и думаю - с борта собственной яхты. Впрочем, сейчас не об этом, сейчас я в Штатах, и наконец – то избавлен от привычки снимать дворники с лобового стекла и прятать их под сиденье.
В международном аэропорту имени Джона Кеннеди, куда я прибыл из Дортмунда, меня встречала целая делегация, явились даже Билл с Полом, за которыми как обычно, следовала стая репортёров. Очень уж интересовало этих акула пера, какую такую важную персону прибыли встречать двое таких уважаемых господ. Вначале, я не хотел в первый же день раскрывать своё инкогнито и даже послал их всех ….. к чёрту, но затем подумал и успокоился. В конце концов, какая разница, всплывёт оно сегодня или через неделю? Уж слишком приучила меня советская власть оставаться в тени и нервно вздрагивать от позднего звонка в дверь.
В аэропорту, долго задерживаться не стали, и через час, на самолёте Cessna Citation, принадлежавшем компании Microsoft, собственно моей компании, вылетели в Сиэтл. Главный офис Майкрософт располагался неподалеку, в городке Редмонд, вот только я попросил вначале заехать в штаб-квартиру моего фонда, для которого ещё семь лет назад выбрал странное, непонятное для всех название — "Bitcoin Corporation". Назвал так специально, чтобы за повседневными хлопотами не забыть об этой альтернативной валюте. Подарить такую интересную и перспективную тему с электронными деньгами кому-то другому, я не собирался. Всем известно – именно торговля деньгами приносит наибольшую прибыль.
Мобильная связь в штатах работала безупречно, поэтому на ступенях двадцатиэтажного офисного здания, где мы арендовали этаж, нас встретил управляющий - немец Генрих Крауф, его заместитель и начальник службы безопасности, отставной сотрудник ФБР Абрахам Уайт. В полном контрасте со своей фамилией, тот оказался здоровенным афроамериканцем.
Генрих, был приятно удивлен, когда я обратился к нему на родном языке, видимо, не ожидал такого от выходца из бывшего СССР. Словно не немец, а коренной американец, роскошно улыбаясь, он представил мне двух своих помощников, а затем провёл всех к лифтам. В свою очередь, я познакомил их с Биллом и Полом, которых они конечно же знали, но только из газет и телевидения.
Мы поднялись на седьмой этаж и вошли в большой зал, где своего молодого "босса" терпеливо дожидалось около полутора десятков сотрудников. Хотя, какой я теперь молодой – все это скорее по привычке, ведь года через два мне сороковник стукнет. Понятно, все уставились не на меня. Их интересовал не я, а те кто меня сопровождал - два простых американских парня - Билл Гейтс и Пол Аллен. Сколько баллов это прибавило к моему авторитету - не знаю, но то, что все застыли по стойке смирно, отметил сразу. Ну хоть в очередь за автографами не выстроились.
Задерживаться, для знакомства с каждым из сотрудников в отдельности, я не стал, позже с ними разберусь. Посмотрел коллектив на своего таинственного шефа и достаточно. Времени на церемонии не было, нас давно дожидался накрытый стол в одном из ресторанов Сиэтла. Из своих сотрудников я пригласил туда двоих - Генриха, которого через своего отца Билл должен был знать, и его заместителя.
Ну а затем был банкет. Ничего особенного: джин, виски, сладкие калифорнийские вина и изысканные блюда из мяса и морепродуктов. За минувшие годы, я успел научится уверенно орудовать щипчиками и вилками для омаров и лангустов. Особая благодарность Эмме Рудольфовне, которая даже за домашним столом заставляла всех следовать правилам этикета. Нет, не ругалась –достаточно было бросить на провинившегося свой фирменный взгляд.
С удивлением узнал, Билл являлся большим поклонником тёмного пива, чего во время наших сирийских встреч я за ним не замечал. Возможно, это потому, что в то аремя он ещё не закончил школу? А вот как выперли из Гарварда, так и пустился во все тяжкие. Забегая наперёд, скажу, именно поэтому я не удивился, когда в начале двухтысячных он неожиданно для многих инвестировал почти миллиард долларов в торговую марку Heineken. Что ещё заметил - так это то, что за нашим столом я не увидел ни одной женщины. Будто у нас в ресторане не прием, а производственное совещание .
- А может я чего-то не знаю, и на сегодня запланировано все по серьезному?
Выспался неплохо, не смотря ни на какие часовые пояса. Легкий завтрак, после которого лимузин, ожидавший меня у ступенек отеля, отвёз вновь прибывшего босса в штаб-квартиру компании Майкрософт в Редмонде. Это совсем небольшой городок, неподалеку от Сиэтла, примерно в шестидесяти верстах – то есть милях. Для отличных американских автобанов – совсем не расстояние. Сегодня, мне предстояло встретиться и познакомиться с сотрудниками уже другой, но в некотором смысле – также моей компании.
Наше авто остановилось не у центрального, а у бокового, служебного входа, похоже, водитель понятия не имел, кого везёт. Ничего страшного, я лишь пожал плечами и неторопливо зашагал направляясь к лифтам, задумавшись и размышляя на ходу о высоком. А вот далее случилось нечто совсем незапрограммированное. Как-то отвык я в своём Совке от навязчивого внимания отставников-охранников, поэтому даже вздрогнул от неожиданности, когда меня сзади ухватил за рукав. Это был не молодой, новсе еще крепкий секьюрити.
Скорее всего, он собирался лишь притормозить этого мутного посетителя и отвести его к стойке регистрации, чтобы я им сообщил, кто такой и что мне здесь нужно. Вот только, сделал он это не достаточно учтиво, да и произошло все неожиданно для меня. Моему подсознанию, которое всегда стояло на страже безопасности, такое сильно не понравилось, и на вбитых еще Такедой рефлексах я инстинктивно вывернулся, в свою очередь, заломив руку секьюрити уронив того на пол. Лишний раз, и не на собачках, убедился в мощи советской пауки и правильности идей академика Павлова об условных и безусловных рефлексах.
Ну а после этого все и началось! Поднялся невообразимый гвалт, раздались сердитые окрики и на помощь поверженному охраннику бросились двое его коллег с бейджиками на костюмах, а еще через минуту появился и сам начальник.
И ходить бы мне с синяком под глазом, если бы он сразу не признал во мне своего нового шефа. Не мог он не помнить, как меня представляли на вчерашнем банкете. Последовал целый поток искренних извинений, которые были прерваны неожиданным появлением Пола, который как раз вышел из лифта, направляясь в сторону подземного паркинга. Похоже, он куда-то спешил, так как на ходу пожал мне руку и не останавливаясь, похлопав по плечу, направился дальше. Судя по посеревшим лицам троицы охранников, которые молча наблюдали за этой сценкой, эти ребята уже прощались со своей непыльной и необременительной службой.
Впрочем, я не жалел о случившемся. Это наверняка добавит мне авторитета среди силового блока компании. Немногим позже, по дороге в туалет, я подслушал разговор в курилке. Мужики спорили, с помощью какого именно приема я свалил ветерана- морпеха Джека. Может и здесь стоит запустить инсайд о себе, как о сапере –диверсанте, удостоенного награды за борьбу с терроризмом самим президентом Асадом?
Сопровождаемый начальником службы безопасности, я прошел в зал, где меня познакомили с сотрудниками, представив как одного из соучредителей компании и владельца третьего по размеру пакета акций. Вот только авторитета мне добавило не это, а то, что представивший меня Билл сообщил, что я не простой мешок с деньгами, а и автор некоторых решений, которые позволили компании занять то место, которое она сейчас занимала. А уж после того, как он упомянул о некоторых интернет-новинках, о моем вкладе в создание офисных программ, поисковой системы, а также всем известного хоть и простенького манипулятора "мышь", на лицах не только офисного персонала, но и разработчиков появилось выражение уважения. Похоже, до сих пор, во мне видели лишь очередного богатого инвестора, а этим, в штате Вашингтон, мало кого удивишь. А вот теперь, они увидели своего коллегу - инженера и им оставалось лишь гадать, какое именно направление я возьму на себя.
И некоторые угадали, Пол с Биллом предложили мне курировать новое направление, наши интернет-проекты. Прежде всего, меня познакомили с руководителем созданной группы –высокой симпатичной блондинкой, причем натуральной. Мы проговорили часа два и на мое счастье, за рамки этой сферы не выходили. Еще повезло, что все связанное с интернетом находилось сейчас в зачаточном состоянии. А задай она вопрос по якобы предложенному мною графическому интерфейсу, то уверен – светлый образ нового шефа и его авторитет, как компьютерного гуру упал бы до уровня плинтуса. А еще, после этого, сложившийся у меня стереотип блондинки существенно пошатнулся.
Увы, но в этот раз, каких либо прорывных решений я не привёз. Компания Майкрософт успела выйти на такой уровень, что не мне, с моими невеликими знаниями, было что-то советовать. А замыслы относительно создания виртуальных торговых площадок, социальных сетей и прочего, я решил до поры придержать лично для себя. Акции Майкрософт и без того растут как грибы после дождя, и особой выгоды лично для себя, от таких новаций я не видел. И это понятно, мне пришлось бы в невыгодной пропорции делиться прибылью с Полом и Биллом, а эти сейчас и так не бедствуют. Словом – деньги я решил раздать…. себе!
Кстати, о нашем совместном детище. В прошлом году, когда компания отмечала пятнадцатую годовщину со дня основания, стоимость акций Майкрософт перешагнула планку в один миллиард долларов, из которых примерно сто пятьдесят миллионов числились за мною. Можно спросить, а зачем мне сдалась еще и такая крохотная украинская компания, как "БудИмпекс"? А за надом… Тем более, что на ее счетах также лежало более сотни миллиардов, правда не долларов, а украинских купонов. Словом, пусть потихоньку работает, эта компания создавалась вовсе не для обогащения, а с дальним прицелом, да и не хотел я полностью рвать связи с родиной.
- Кстати, хорошо, что вспомнил. Надо бы не забыть зарегистрировать на неё как можно больше сельхозугодий, мало кому нужную сейчас недвижимость и доступные, сейчас заброшенные месторождения полезных ископаемых, и вообще всё то, что в это время можно приобрести практически за бесценок.
А еще, не мешает позаботится и о морских воротах во внешний мир, имею в виду приватизировать какой-нибудь порт где ни-будь возле Одессы. Желательно, глубоководный, скажем Черноморский. Разумеется, такой лакомый кусок мне будет трудно, а скорее всего невозможно проглотить, вон какая очередь жаждущих в президентском коридоре с ноги на ногу переминается. Тем не менее, если даже ухватить всё не получится, было бы неплохо хотя бы парочку причалов на себя переписать.
Дня через три, после того как я порешал с майкрософтовскими коллегами текущие вопросы и вернулся в Сиэтл, пришла очередь заняться и делами собственного фонда. Перечень направлений его будущей деятельности у меня был готов, а все остальное – дело техники, были бы финансы. Вот только ляжет все это, главным образом, на плечи господина Крауфа с командой, долго здесь я задерживаться не собирался. Вот только, как мне кажется, для успешного продвижения на тех фронтах, которые я запланировал, наличного персонала будет недостаточно. Но ничего, время у нас есть, скажу, пускай начинает подбирать себе людей. Откуда? Да хоть из своей Германии дойчарбайтеров выписывает.
Наше первое рабочее совещание я решил начать с того, что приоткрыл Генриху и его заместителю, свои близкий связи с компанией Майкрософт. Рассказал о моем давнем знакомстве с Биллом, его отцом и Полом Алленом. Меня позабавило выражение лица Арнольда Бакстона, когда тот узнал о размере моей доли в этой компании. Наконец, ему стало понятно происхождение капиталов нашего фонда. Я же, сделал для себя пометку на будущее: молодец мой Генрих – об этом он знал давно, но молчал как партизан в гестапо, даже со своим заместителем, Арнольдом, не поделился. Вот что значит немецкая натура - во всём должен быть порядок.
Под конец, дошла очередь и до Snowplan Japan и British & American Tobacco. С каждым новым миллионом, который я выкладывал на стол перед своими управленцами и который мог быть привлечён к операциям фонда, или уже корпорации, лица моих собеседников светлели на глазах. Понятно, перед ними открываются широчайшие возможности для будущих инвестиций и финансовых манипуляций! А это и было их стихией.
Покончив с вопросами финансов, мы приступили к обсуждению основных направлений будущей деятельности. Прежде всего, я попросил своих коллег обратить внимание на такие компании, как Тойота, Фольксваген, Мерседес, и изучить возможность приобретения даже небольшого пакета акций этих автогигантов. Отдельно отметил, что ценные бумаги американских автопредприятий меня совершенно не интересуют. Знаю, пройдет немного времени и под давлением европейцев с японцами, не говоря уже о китайцах, янки не смогут удержать даже свой внутренний автомобильный рынок. А еще, в автомобильной отрасли, помимо будущих прибылей, меня интересовала и возможность доступа к технологиям ведущих автопроизводителей. А для моих дальнейших планов – это было важным.
Не обошел вниманием и нынешнего лидера индустрии, как General Electric. Сейчас, этот холдинг был настоящим монстром, да ещё и таким, который помимо производства различной техники, такой как авиационные двигатели, энергоустановки, газовые турбины, занимался медицинским оборудованием, бытовой техникой и пластмассами. Но меня, более всего интересовали их подразделения по разработке и производству разнообразной военной техники, начиная от стрелкового вооружения и заканчивая бронетехникой.
Тот факт, что в настоящее время General Electric начала плотно заниматься развитием сферы информационных технологий и уже вложила сюда приличные деньги, давал нам неплохой шанс. Ведь у нашего фонда были свои, и очень тесные связи с Microsoft, а к этому и несколько собственных патентов. Хочу заметить, в долгосрочной перспективе, на какие либо приличные доходы я не рассчитывал, тем не менее, до середины девяностых GE будет считаться одной из самых прибыльных компаний США. Помнил, на это повлияла военная операция против Ирака - "Буря в пустыне". А вот как только пополнятся армейские арсеналы, наступит период упадка. Надо бы об этом не забыть и напомнить Генриху, чтобы тот вовремя сбросил пакет её акций. Конечно, с моим появлением многое может измениться, и все будет зависеть от международной обстановки, ведь значительную часть прибыли компании составляют именно военные заказы за счёт федерального бюджета.
Под конец, высказал своим немцам просьбу, которая их очень удивила. Я попросил их срочно разыскать и связаться с неким господином Безосом. В настоящее время, тот еще был никому не известным бизнесменом среднего звена и пока не задумывался о создании своего Amazon. Вот я и решил отщипнуть для себя приличный кусок от этого лакомого пирога, конечно, если не удастся скушать его весь.
Собственно, на этом всё, пора бы заняться делами семейными. Ведь я уверил свою Виолету, что именно за этим сюда и отправился. Прежде всего, напряг секретаршу мистера Бакстона и попросил ее подобрать мне приличную риэлтерскую фирму или хотя бы толкового риелтора. Она правильно поняла мою просьбу, как намерение осесть здесь, в Соединённых Штатах, если не навсегда, то надолго.
- Скажите мистер Алекс, а вы не задумывались над вопросом получения американского гражданства? С такими связями и солидным капиталом этот вопрос решить просто?
Не скажу, что подобная мысль и раньше не приходила мне в голову, но я помнил, что по законам будущей Украины двойное гражданство будет запрещено или по крайней мере – не поощрялось. А ее гражданство мне ещё очень пригодится. И вовсе не потому, что появилась идея баллотироваться в президенты или в парламент. Нет, у меня были другие планы, для которых гражданство США и назойливый контроль Госдепа станут лишь помехой. Разумеется, Госдеп, это вам не КГБ, но всё же. Поэтому я ответил:
- Спасибо, Арнольд, обязательно буду иметь это в виду, но сейчас отвечу - нет. А вот на некоторое время осесть здесь вместе с семьёй, был бы не против. Может, вы можете порекомендовать мне какой-нибудь уютный городок? Только учтите, человек я теплолюбивый и очень люблю воду. Вовсе не обязательно, что это должен быть океан, меня устроит, если рядом будет приличное озеро или река … и обязательно хороший лес – вспомнив тихую охоту, добавил я.
В дальнейшем, к теме гражданства мы более не возвращались, и уже на следующий день секретарша Бакстона передала мне контакты, как она уверяла, одной из самых известных риэлтерских компаний.
- Ага… самая известная, а следовательно и самая дорогая…
И тут же усмехнулся. Никак не удается выдавить из себя то босоногое совковое детство сборщика стеклотары. Казалось бы, имея на кармане за сотню миллионов долларов, можно было не беспокоиться о подобных мелочах, так нет…, каждый раз вылезает тот зелёный болотный охотник за насекомыми.
Риелторы и впрямь оказались специалистами своего дела. Выслушав мои скромные пожелания, они тут-же предложили пару десятков вариантов в различных уголках США - как на восточном, так и на западном побережье. Придя в гостиницу, я перелистал с десяток альбомов с фотографиями, и внимательно изучив описания, решил остановиться на Северной Каролине. Городки Дарем и Ньюпорт-Ньюс подходили больше всего.
Хоть оба они и были расположены примерно на широте Самарканда, но там был более умеренный климат. Вообще, с этой Америкой всё не так. Например, читая повести Джека Лондона, я всегда считал Канаду суровой северной страной со снежными заносами, морозами и ездовыми собаками. Но например городок Муни, расположенный на северном берегу, по словам писателя, холодного Гудзонова залива, имел ту же широту, что и наши Черкассы, а ведь они расположены заметно южнее Киева. Скажите, как с географической точки зрения такое можно объяснить?
В последний момент в Дарем я решил вообще не заезжать. Уже в машине, подробнее ознакомился с буклетом переданным мне риелтором из которого узнал, что этот городишко считался настоящим афроамериканским центром США. Здесь работало большое число финансовых и прочих "чёрных" предприятий. Даже улица, на которой находились их офисы, носила неофициальное название "чёрный Уолл-стрит". И хоть я ни разу не расист, но такое соседство все же напрягало.
Дом, который мне предложили в Ньюпорт-Ньюс или как его попросту называли местные – Нью-Нью, сразу же понравился, да и цена его была довольно умеренной – немногим более ста тысяч. А я ведь моя жаба побаивалась, что Веткина американская мечта обойдется мне заметно дороже. Я ведь еще не забыл, что в прежние времена, в Киеве, такую цену просили за обычную трешку, и даже не в центре. Впрочем, я тут же включил внутренний калькулятор и успокоился - посчитал, что нынче покупательная способность доллара раз в семь выше.
В этом двухэтажном здании из коричневого кирпича было семь комнат, и как бы отметил Абдула: чего ещё нужно человеку, чтобы спокойно встретить старость? И я с ним был почти согласен. Вокруг дома раскинулся большой старый парк, соток на шестьдесят, со взрослыми деревьями, хотя и без павлинов, как у таможенника Верещагина. Надеюсь, что моя Ветка, как настоящая украинка, не станет разбивать здесь грядки под картошку и помидоры. Слева к дому, примыкал вместительный гараж на два автомобиля. Словом, нормальная такая усадьба и недорогая. А когда я поднялся и вышел на балкончик второго этажа, передо мной открылся великолепный вид на океанский залив. Мелькнула мысль – Вот и будет где яхту припарковать.
Купчая была составлена заранее, так что на все формальности много времени не потребовалось. Вот и стал я настоящим американским землевладельцем - латифундистом. На прощанье, девушка - риелтор выдала мне несколько полезных и главное бесплатных советов. Прежде всего, порекомендовала как можно скорее нанять охранника. Я, был с ней полностью согласен, поскольку стеклянные витражи и хлипкие на вид двери моего нового жилища, оптимизма не внушали. Потирая ладони, подумал:
- Ну что ж, теперь можно и Веточке позвонить, хорошие новости для нее в имеются. Так и скажу: видишь дорогая, не зря здесь целый месяц просидел, только о тебе и думал, для тебя старался, все искал, где получше и подешевле.
Можно сказать, все задачи, которые я наметил для этого первого заокеанского визита, были выполнены, теперь можно домой. Оставалось лишь купить билеты и отметить крестиками длинный список того, что по мнению жены, ей не хватает для полного счастья.
- Все это хорошо, но что там у нас со временем? Ага, если у нас десять вечера, то скорее всего, она должна быть дома и уже не спит.
Трубку подняли после третьего гудка. Ей даже в коридор бежать не пришлось, трудолюбивые мужские руки установили параллельный аппарат в спальне, на прикроватной тумбочке.
- Доброе утро, солнце. Как там без меня спится, одинокой, в пустой, холодной постели?
В трубке послышалось непонятное хихиканье, и после небольшой паузы я услышал:
- А кто тебе сказал, что она пустая? Тебе врать не хочу, потому скажу честно - эту ночь я провела с мужчиной… - сказав это, она выдержала небольшую паузу, но так и не дождавшись моей реакции, закончила словами Остапа Бендера:
- Пусть бросит в меня камень тот, кто скажет, что наш Сашка это женщина, - а затем пожаловалась:
- Своим звонком ты его как раз разбудил. Сашка-разбойник, а ну давай, переползай ко мне малыш. Хочешь с папкой поговорить? - и не дожидаясь, тут же переключилась на свое: - Как там дела, когда домой собираешься?
- Все уже, вчера закончил, теперь можно и возвращаться. Потому и звоню, чтобы выслушать твои ценные указания, и узнать, без чего ты жить не можешь.Вчера даже новый блокнот себе купил, будет куда записывать.
К моему удивлению, для всех ее хотелок хватило одной страницы формата А4, правда, мелким почерком. Через три часа, сопровождаемый секретаршей Генриха, я отправился на шопинг. Как выяснилось, подобные экскурсии по бутикам и супермаркетам, так еще никто не называет.
Вечером, у себя в номере, пытаясь затолкать покупки в три больших чемодана, все старался угадать, что из всего этого для нее, а что уйдет в качестве подарков. Лететь, вновь придется через Москву, надеюсь, что таможенники в Шереметьево не будут слишком придирчивыми и не станут утверждать, что я пытаюсь провезти товарную партию. Мол, это уже не подарки, а груз. Но самое главное лежало в моем дипломате, а именно - десятка три цветных фотографий нашего будущего гнездышка. Пускайна досуге посидит и поиграется в свои мебельные пазлы, помечтает, какого цвета шторы лучше всего подойдут для детской или гостиной. О шеренгах цветочных вазонов на всех подоконниках я уже молчу.
Обстоятельства сложились так, что наш переезд на новое место жительства затянулся более чем на полгода - помешали внутренние проблемы и школа. Рудольфовна встала на дыбы против того, чтобы срывать детей с места до окончания учебного года. Может оно и к лучшему, тем более что совпадало и с некоторыми другими моими планами. Ничего страшного – уверен, Генрих справится, а я пока буду руководить дистанционно и получать новости он-лайн.
А там, за океаном всё шло по плану. Через неделю после моего отъезда, мистеру Крауфу удалось разыскать и предварительно переговорить, с никому ещё не известным господином Безосом. Никому – кроме меня. Выяснилось, что торопились мы не зря. Несмотря на то, что до открытия первой площадки Amazon оставалось ещё года три, первые мысли об этом уже бродили в его светлой голове. Понятно, пока что это были одни наметки, которые он еще не до конца сформулировал, но всё же… И это хорошо, ведь начинать сотрудничество с кем либо лучше до того, как тот накопит первый жирок.
В это время, этот выпускник-отличник Принстона трудился на Уолл-стрит где ему удалось достичь неплохих результатов. Джефф, занимал среднюю руководящую должность и получал неплохую зарплату. Однако, предложенные нами заманчивые перспективы вместе с инвестициями в размере полумиллиона долларов поколебали его вначале неуступчивую позицию. А главное, тот бизнес, который ему предложили, полностью совпадал со взглядами и устремлениями самого Безоса. Теперь, Джефф мог арендовать не только приличный офис, но обширный склад и отбросил мысли как заработать на хлеб насущный. И он меня не подвел, с места в карьер принялся воплощать мои и свои замыслы в жизнь.
А таких задумок набрался целый мешок, несравнимо с его прежними планами. Сам Джеф планировал начать собственный бизнес с интернет-торговли только книгами. Его выбор объяснялся тем, что этот товар удобно хранить, аннотации дают необходимую информацию покупателям, недорогая пересылка. Я же, предложил новому компаньону сразу замахиваться на большее, чуть ли не на все сразу, хотя начать можно и с книг. В качестве моего вклада в общий проект, помимо инвестиционного взноса, было то, что я подключил Джефа к двум толковым программистам, у которых заканчивался контракт с компанией Майкрософт.
Прежде всего, они должны будут разработать удобную поисковую систему. Меня совсем не устраивала ненадёжность и пока ещё не достаточно широкое распространение Интернета. Надеюсь, когда дело дойдёт до первых покупок, ситуация улучшится. Кроме того, была надежда, что вот-вот появится более мощная машина с 32-разрядным микропроцессором Pentium.
Словом, Генриху удалось закрыть эту важную для меня позицию. Надо-бы не забыть напомнить Джеффу о необходимости мощной рекламной кампании с размещением информации о нашем Amazon, на первой странице поисковой системы Yahoo. Хоть и дороговато будет, зато эффективно.
Задумался. Вот и пошли первые серьёзные расходы, которые еще долго не будут подкреплены поступлениями. Радовало лишь то, что кривая роста по прочим направлениям напоминала мне е в степени х, иначе говоря - экспоненту.
А пока американский бизнес развивался успешно и без моего участия, я решил сосредоточиться на маленьком, но очень динамичном украинском рынке. Помню, через год-полтора у нас начнется первая волна массовой приватизации, когда на предприятиях станут раздавать приватизационные сертификаты. Вот тогда-то нам и понадобятся значительные свободные средства на счетах "БудИмпекса". И видится мне, одной этой конторы будет недостаточно, надо бы оформить ещё три-четыре - для разных направлений.
- И чего такого ты нам напланровал? - таким был первый вопрос моего заместителя, Валерия Васильевича, или проще - Валеры. Всё-же я старше его на несколько лет, а ко всему - верховный вождь нашего племени.
Я вздохнул и взглянул на свои записи, будто бы и без этого не знал, что там написано.
- Так Валера, а начнем мы все с агропредприятий. Они никакие не стратегические, вот и попадут в первую волну приватизации.Я только точно не припомню, когда людям начнут земельные паи раздавать….
И тут же – осекся. Это как же я мог об этом забыть, если приватизация еще не начиналась? Хорошо, что мой зам не обратил внимания на такую оговорку, и я продолжил.
- Валера, ты там поищи какого ни-будь толкового агрария, пускай он с этим вопросом разберётся – после чего, уже более подробно, пояснил свои намерения:
- Когда у нас все начнется, нам срочно потребуются живые деньги и немалые, нужно как можно быстрее скупить всё самое интересное и доступное. Поэтому, не тяни: поищи такого человечка, желательно из бывших председателей колхозов или совхозов. Заодно, попроси его пускай по кадастрам пройдется. Пообещай, что мы объявим его первым фермером. Кто-то ведь должен работать на земле, а как это делается, лучше их никто не знает. Это в Совке, сроки посевной и уборочной определял первый секретарь райкома, который не забывал на митингах и совещаниях указывать, что и как сеять. Словом, сейчас, у нас на руках неплохая карта, вот только мы понятия не имеем, с какой нужно ходить. Поставив перед Валерой задачу я задумался,
- Надо бы обязательно связаться с Крауфом и попросить, чтобы тот переговорил с кем ни-будь из John Deere и законтрактовал для нас какую-нибудь сельхозтехнику. На все эти древние "Беларусы" и "МТЗ" надежды нет никакой.
После небольшой паузы я резко поменял тему и продолжил:
- Вторым направлением будет все та же приватизация, если не порта, то хотя бы парочки причалов. Вот только ищи их не в Крыму, а где ни-будь в районе Одессы, и чтобы обязательно неподалеку железка проходила. Попробуй подыскать нужного человечка в управлении портами, пусть за копейку малую на нас потрудится. А если покажет себя толковым, то можно его и в штат ввести, на руководство морским проектом посадим.
Повертев в пальцах карандаш, добавил:
- Уверен, пройдёт немного времени, и нам придётся таскать - не перетаскать свои грузы.
- А теперь, записывай о третьем направлении. Им станет логистика. Имею в виду, нам обязательно нужно создать собственную транспортную компанию, построить склады и элеваторы. Будем их строить с дальним прицелом – запомни, большая часть должна быть подземными. Ну и грузовики, конечно. В Штатах их купим, можно и БУ, а то наши древние КАМАЗы через пару лет рассыплются.
Постучав карандашом по столу и бросив строгий взгляд на своего зама, который как мне показалось, начинал незаметно позевывать и поглядывать на часы, я продолжил:
- Валера, ты не спеши прятать свой блокнот, есть еще и "пятый элемент". Нам крайне необходима собственная охранная структура, типа ЧОП или чего-то подобного. Если не ошибаюсь, это уже разрешено законом. Ты ведь знаешь, уже полгода как у нас шерстят бывших КГБшников и занимаются строительством собственного СБУ, и как обычно - не для всех. Та вот, под эти сокращения часто попадают толковые специалисты, те у которых в новой власти родственников и знакомств не нашлось. Вот и подбери десяток таких для нашей новой структуры. Впрочем, лучше это поручить Льву, он ведь у нас из бывших…
Я вновь строго посмотрел уже на откровенно позевывающего Васильевича, который демонстративно скривился, вздохнул и продолжил:
- Да брось ты - это ведь не твой вопрос, подбором специалистов нужного профиля у нас есть кому заняться. Подключи нашего подполковника, пусть там подсуетится. Может кого из старых знакомых подгонит.
Действительно, много чего надо бы сделать, а задумок ещё больше, видать придётся "урезать осетра". Я тяжко вздохнул, но подумал, что все делаю правильно. Если вы не знаете, куда направляетесь, любая дорога приведет вас куда надо.
- Как же не хватает времени на все, а главное - грамотных и надёжных людей. Может, что-то отложить на потом? Вот только не хочется терять время именно сейчас, когда у нас самая жатва начинается.
Если вспомнить, то республики бывшего СССР, вместе с Украиной, вступают в непростой период. Уровень ВВП в России и Украине к 1996 году сократится почти вдвое, а в Грузии так вовсе, стал равен одной пятой от того, что было в восьмидесятых. Не сразу там поняли, на одних мандаринах с гвоздиками капитализм не построить. Коммерсанты засуетились, пошел мощный вал импорта фруктов из Турции, Сирии и Марокко. Советский Союз развалился настолько быстро и неожиданно, что новые независимые государства до сих пор не могои понять, как же так, что собственно произошло и как жить дальше.
По настоящему умные люди поняли это еще в конце 1990 года, когда у нас появились одноразовые отрезные купоны на сахар, масло и некоторые другие, продовольственные и дефицитные товары. Всю эту макулатуру, для надежности заверенную почтовыми штампами, выдавали вместе и в соответствии с заработной платой. Получалось, что человек теперь мог что-то купить лишь на свою зарплату, воспользоваться прежними накоплениями - не получалось. Некоторые из моих знакомых даже начали приторговывать этими бумажками.
Прошёл год и Украина шагнула ещё дальше. У нас появились купоно-карбованцы, напечатанные на какой-то дешевой бумаге, напоминавшей оберточную. Кто мне скажет, зачем для этого понадобилось отправлять целую делегацию во Францию? Может опасались, если изготавливать их у нас, то как обычно, половину разворуют? Сейчас, эти купоны ходят параллельно со старыми советскими рублями, но знаю, не пройдет и года как рубли вовсе исчезнут из официального оборота, переместившись на чёрный рынок. Мало того, стали циркулировать упорные слухи, будто в этом году Украина и вовсе намерена выйти из рублёвой зоны.
- Это как понимать? Неужели канет в вечность едва ли не единственная гордость Советского Союза - стабильные цены.
Помню, как в детстве уважительно рассматривал чугунную пудовую гирю, которую притащил отец. На ней, в металле была отлита цена - один рубль семьдесят копеек и дата изготовления - 1956 год. И никаких тебе штрихкодов. Вплоть до распада СССР цена ее не менялась - незыблемая, как египетские пирамиды. И такое было не только с гирями. Цена товара штамповалась прямо на предприятиях, торговля к этому не имела никакого отношения. Спросите – а как же инфляция? – И в ответ получите также вопрос - а это что за зверь такой? Это все не у нас, это на загнивающем Западе! Дефицит? Ничего страшного, переживем, зато у нас негров на улицах не бьют, и живём мы в стране, "где так вольно дышит человек…".
Эти философские размышления были прерваны на самом интересном месте. Непокорная мысль, отряхнувшись от пыли и паутины старой свалки, бодро пробиралась в голову.
- Стоп, а ведь ты едва не упустил одну очень важную деталь.
Жаль, что Валерка уже убежал. - Не помню, когда именно, но точно до 1993 года нашего Кравчука таки дожмут, и он решится на создание акционерного концерна "Бласко". Это его детище, умудрится всего за год распродать самое мощное в Союзе Черноморское пароходство по своим офшорам. А ведь какой это лакомый кусочек – более двухсот судов! Надо бы обязательно направить туда толкового человека, чтобы тот разобрался с этим вопросом и узнал полный ассортимент - что именно и когда будет выставляться на торги. Впрочем, если мы намерены заниматься портами, то эту тему можно тому же деятелю поручить.
А эти мысли и не думали успокаиваться, и цепляясь одна за другую, не давали покоя.
- Понятно, придётся подогреть нужных людей, иначе у нас никак. Уверен, через год-два все эти сухогрузы и зерновозы нам ой как пригодятся, тем более что сейчас всё это добро можно будет приобрести практически за бесценок. Ведь наше зерно нужно на чём-то возить? Да и газовозами с танкерами не стоит пренебрегать. Пригодятся, хотя бы для перевозки удобрений или масла. Хоть и не хочется раздувать штаты, как в наших министерствах, тем не менее, придётся создавать ещё одно подразделение.
- А не слишком ли это для одного меня, если учитывать ещё и американские хлопоты? Я ведь не рожу себе в сутках сорок восемь часов? И тут же мне вспомнился третий класс и мои хождения по мукам - на плавание, на гимнастику, на музыку, на курсы английского… А ведь надо было не забывать и о сборе стеклотары …
Команду надо формировать, надёжную команду, которой все это смогу поручить. Тут мне в голову пришли мудрые слова Козьмы Пруткова. – Невозможное – невозможно. Например, невозможно лететь быстрее скорости света, но даже если бы такое и было возможным – стоит ли стараться? Все равно никто этого не увидит и не оценит…
А мысли перенесли меня за океан, в Америку. Перед моим взором вновь встала та картинка со статуей Свободы.
- А может, стоит приобрести ещё и пассажирский лайнер? Да хотя бы тот же "Максим Горький", кажется он у нас самый современный. Вот и будет на чём покатать жену с детьми по Карибам. Впрочем, даже если с лайнером ничего не выйдет, то мы с Веткой обязательно полюбуемся на статую Свободы - пусть хоть с борта танкера.
Листая старые записи, мне вспомнилось давно забытое. Как же, ведь именно сейчас начинаются боевые действия в Молдавии, в той её части, которая находится на левом берегу Днестра. А совсем скоро, может даже в этом году, там объявят о создании Приднестровской Молдавской Республики. А это же совсем рядом с нашей главной аграрной базой в Одесской области. Подобное неприятное соседство не очень вдохновляло, но не воевать же нашему "Будимпексу" со всей четырнадцатой армией? Надо бы и с этим что-то решать, а пока, зашлю к ним небольшую команду, желательно из местных военных, пускай потихоньку вживутся, оботрутся. Со временем, могут даже российское гражданство принять, я не против, надо будет - отмажем. Если не их, так их детей. Ведь работать "спящими агентами" этим штирлицам придётся не один год. Да что там год - лет двадцать, не меньше. За это время, кто–то и до президента может дослужиться. Чем чёрт не шутит, с моей финансовой поддержкой такой вариант вполне возможен.
Стоило подумать о Приднестровье - как в голове всплыл ещё один известный сепаратист, будущий президент Крыма - Мешков. Если не ошибаюсь, в конце президентства Кравчука, где-то в девяносто третьем, его как раз и должны избрать. Сейчас, в эйфории от той свободы, которая неожиданно свалилась нам на голову, умники из Верховной Рады раздают всем этим автономиям права направо и налево, а затем начнут локти кусать и собственные указы отменять. Надо бы притормозить этот процесс, а еще лучше - этого Мешкова и вовсе к власти не подпустить. Правильно говорил тот усатый кумир миллионов россиян - "нет человека, нет проблемы". Впрочем, не мое это дело, пускай мой зам. по безопасности этим займется. Пока не поздно, пусть своим знакомым "браткам" его рожу покажет. Оно так дешевле получится.
А пока у нас бардак, не буду затягивать с регистрацией новых предприятий и активнее наполнять их счета оборотными средствами. Мне эти гектары за доллары никто не продаст, хотя и очень хотеть будут. Наполнить счета купонами сейчас несложно, ведь все продажи импортной оргтехники и компьютеров идут с трёхсотпроцентной маржой, впрочем, как и всё остальное - импортное. А ведь у нас ещё и водка есть, и не заслуженно забытый спирт "Роял", "Распутин", ароматный израильский "Кеглевич" и многое другое, что подешевле. Надо бы не забыть подсуетится и оформить этот бизнес под крылышком какой-нибудь "чернобыльской" конторы, тогда и пошлину платить не придётся, по меньшей мере года два, пока эти болтуны в Верховной Раде не спохватятся и не поймут собственную глупость. А почему бы и нет? Герои-ликвидаторы на роль учредителей у нас имеются, взять хотя бы меня …?
- Ну все, хорош … что-то засиделся я сегодня. Надеюсь, ничего не забыл.
С удовольствием поднялся с кресла, потянулся, хрустнул позвонками и подошёл к бару. Поработал - пора бы и отдохнуть.
Недавно закончился такой длинный для Ветки и Светки учебный год, и я уже не мог найти веской причины, чтобы и далее откладывать нашу поездку к месту будущего проживания - в США. Все документы давно оформлены, визы получены, и сборы много времени не заняли. Прямые рейсы из Киева откроются еще не скоро, поэтому вновь придётся вылетать из столицы страны, где так не любят Америку, тем не менее, назвав каждое десятое свое жилище именем их президента – "барак".
- Может, имеет смысл приобрести себе какой-нибудь подержанный "Боинг"? На подобных авто, что пригоняют из Германии, люди годами ездят. Впрочем, не стоит заморачиваться, ведь тогда придётся ещё и экипаж с ремонтниками и стюардессами нанимать… хотя последняя позиция интересна. Я был бы не против возглавить комиссию по кастингу.
Десять часов полёта - завтрак и обед на борту, и вот под крылом не надоевшие океанские волны, а земная твердь - страна, которая называет себя оплотом демократии. Вета, расплющив нос о стекло иллюминатора, пытается что-то разглядеть сквозь редкие облака. Рудольфовна, также проснулась и тихонько рассказывает Свете и Виталику очередную историю про некого Гавроша, один только младший - Сашка, всё ещё сопит в две ноздри, скрутившись калачиком в детском кресле. Не иначе, как воздух свободы на него так действует.
- Ну что, дорогая, как тебе понравился наш перелёт? - повернулся я к Виолетте.
- Да мне любой перелёт нравится, если он заканчивается посадкой… - потянувшись как кошка, ответила она.
Мистер Крауф позаботился обо всем заранее, и в аэропорту Даллес нашу большую семью встречали. Я распахнул дверцу и уже собрался забраться в нутро белого минивэна, как Ветка неожиданно ухватив меня за руку, придержала. Она заметила громадный красный баннер "Макдональдса", торчавший за углом здания аэровокзала. Ну как такое можно пропустить? Несмотря на то, что в самолёте нас недавно накормили, она не смогла удержаться чтобы не посетить это всемирно известное заведения быстрого питания. А я не смог отказать.
Пришлось попросить водителя немного подождать, ведь еще дома я пообещал, что исполню любое её желание, хоть и не мог не заметить удивлённые глаза этого негра под коротеньким козырьком его flat cap. Тот не мог понять, чем же такую уважаемую личность, как сэр Алекс, могла заинтересовать обычная аэропортовская забегаловка? А мне куда деваться? Я лишь вздохнул, кивнул в сторону жены и устало пожал плечами.
Ее странное желание понять было легко. Еще когда мы мчались по Москве, направляясь в аэропорт, Виолетта обратила внимание на длиннющую очередь на Пушкинской площади.
- Саня, как ты думаешь, а что за дефицит там сегодня выбросили? – не разобравшись в ситуации, поинтересовалась она.
Перед тем как ответить, я сам попробовал ответить на вопрос: интересно, во всем мире слово "выбросить" означало избавиться от чего-то ненужного, совершенно лишнего - а вот у нас, так все наоборот, так говорят, когда на прилавках появляется какой-то дефицит, и конечно же крайне нужный. Да и вообще, известно ли на Западе слово "дефицит"?
- Да ничего такого, Веточка, - пояснил я - просто наслушавшимся о западном сервисе москвичам, американцы пытаются впарить свои сосиски с булочками и жареную картошку. Всё как у нас, разве что запивают они все не "Буратино", а "Кока-Колой". Это очередь в "Макдональдс", видишь, за углом торчит его вывеска? Не обращай внимания, завтра прилетим в Нью-Йорк – там на каждом углу такие забегаловки, сама сможешь зайти и убедится.
Вот она и захотела, причём немедленно. Что поделать, если уж обещал - надо исполнять. Времени у нас хватало, тем более что начальство никогда не опаздывает. Поэтому, всей компанией, мы заняли два уличных столика. Я угадал, ничего кроме скорострельного обслуживания мою жену не впечатлило. Сама она умела готовить и получше. Именно такой итог и подвела.
- Веточка, хочу тебе сказать, что приличный обед спешки не терпит. Вспомни, сколько времени нам приходилось дожидаться своего заказа в ресторанах. Мне всегда казалось, что официанты просто тянут время, пока желудочный сок ручьем не хлынет и лишь после этого все приносят. А местная быстрая еда - прямой путь к ожирению. Глянь вокруг, сколько толстух и толстяков, особенно среди чернокожих. Кстати, хочу тебя предупредить - ради бога, ни в коем случае не называй их неграми. Запомни: они все - афроамериканцы.
Женушка на секунду зависла, а затем посмотрела на меня и удивлённо спросила:
- Саша, а как же тогда называть негров в Германии или Франции? Афронемцами или афрофранцузами? Ерунда какая-то…
Не могу с ней не согласиться. Действительно, как?
От аэропорта, до нашего нового жилища было около двухсот километров. Расстояние не маленькое, но для отличных американских автобанов – это не много. Вот только увидев надпись на дорожном указателе, Ветка упросила меня завернуть в Нью-Йорк,
- Хочется хоть одним глазком глянуть на этот город контрастов, давай туда заскочим …а ? – жалобно попросила она, обернувшись ко мне.
- Ты опять все перепутала, Семен Семеныч в своем ЖЭКе, рассказывал о Стамбуле, вот он как раз и есть город контрастов – поправил ее я. Тем не менее, более часа мы потратили, покрутившись по окраинам этого мегаполиса. Хватило ума в центр не соваться, иначе и ночевать бы в пробках довелось. Спасибо, помогла Рудольфовна, которая принялась ворчать.
- Дети мол, устали с дороги, домой пора …
Да и мне путешествие надоело, хотя в центр города с его широченными проспектами заглянуть хотелось. Не зря же Гоголь писал, - "не всякая бабка добежит до середины пятой авеню"… или что-то похожее…
Минут через десять, выехав из этого города бомжей и миллионеров, мы прибыли в Ньюпорт Ньюс. Заехав на зелёную, аккуратно подстриженную лужайку мы остановились у крыльца. Несмотря на то, что Веточка раз сто видела его фото, дом её поразил и в десятый раз понравился. Её, слегка зеленоватые глаза засветились изумрудами радости, словно не веря - неужели это чудо теперь наше?
Я также вздохнул с облегчением, наконец-то мы в Америке… дома?. Как же надоело выслушивать из каждого утюга бодрый голос Лёни Голубкова, рассказывающего всем и каждому, какой он молодец, что вовремя купил купоны МММ у Мавроди. Теперь, есть за что сапоги жене купить. И если вы товарищи зевать не будете, также успеете …
У дома нас встретил нанятый секретаршей Крауфа охранник, он же садовник - полный, весёлый афроамериканец лет сорока – Сэмюэль, охотно отзывавшийся на имя Сэм. С его женой, которая приходила раз в неделю для уборки, Вета познакомится завтра. Все комнаты она распределила заранее, ещё в Киеве, поэтому детвора сразу же разбежалась в поисках своих апартаментов. Двое старших, будут жить отдельно, а вот Сан Саныч - пока что, поживет с Рудольфовной. Будет народные сказки на английском рассказывать. Кстати, её усилия не пропали даром: у Веты и особенно у Светы с Виталиком английский был на довольно приличном уровне, заметно лучше, чем у меня, когда я лишь начинал свою звездную карьеру третьеклассника.
Всю следующую неделю мы практически не расставались. Бродили по городу, знакомились с окрестностями и соседями, которые никак не хотели поверить, что мы прибыли из далёкой, никому неведомой Украины. - А это где? Пришлось устроить вечеринку, где за борщом с голубцами, весь вечер рассказывали о нашей стране. Думаю, соседи наконец поняли, что мы никакие не "русские". О себе я говорил мало - просто сказал, что работаю в крупной корпорации из Сиэтла под названием "Биткоин Корпорейшн", которая вскоре переедет сюда. Впрочем, моя неизвестность - это не надолго, вскоре сами все узнают. Тут же подумал, пока есть время, надо бы не забыть зайти в муниципалитет и подыскать земельный участок под офисный центр.
В первые дни, все свое послеобеденное время Вета посвящала магазинам – понемногу отмечая крестиками позиции в списке самого необходимого. Она быстро привыкла к банковской карте, на которую я положил пятидесят тысяч. Нашу Рудольфовну, недавно произведенную в гувернантки, также не обидел, хотя сумма у нее была несколько скромнее. Вот что мне всегда нравилось в Ветке, так это то, что она никогда не спрашивала, сколько у меня денег и откуда они берутся.
- И как тебе нравится заграничная жизнь? Ты ведь так в эту Америку рвалась – спустя неделю поинтересовался я.
Она неопределенно пожала плечами: - В общем, неплохо, жить можно, но я представляла себе немного иначе, комфортней что–ли …. Все же много для нас непривычного и даже странного. Вот позавчера, мы с Сашкой решили к врачу сходить – так и не смогли. Ты представить себе не можешь, какие здесь очереди! Что бы попасть на прием к педиатру, необходимо записываться чуть ли не за месяц! Вот скажи мне - и откуда они знают, чем собираются болеть через тридцать дней?
А еще, мне удалось встретился с Безосом. Он давно оставил офис на Уолл-стрит и все свое время посвящал нашему проекту. Джефф, набрал небольшой штат сотрудников, наладил контакты с программистами из Microsoft, которых я ему порекомендовал и сейчас активно готовил складские помещения в припортовом районе. Учитывая, что будущий ассортимент будет весьма широк, я предложил ему сразу же подумать об автоматизации складских операций. Для этого, набросал схемку, вроде той, которую в двухтысячных подглядел на ролике AliExpress. После трёхчасовой беседы мы расстались довольные друг другом, с надеждой, что наш совместный бизнес пойдет, и не просто пойдет – а взлетит. Забегая наперёд, скажу - он действительно полетел. Уверен, с таким партнёром, лет через десять мы ворвемся в первую пятёрку крупнейших компаний и США и мира.
Это утро я встретил в своем офисе в Сиэтле. Господин Бакстон порадовал хорошими новостями - ему удалось договориться с инвестиционным холдингом Vanguard Group о приобретении небольшого пакета акций General Electric. Документы были подготовлены, а сама сделка должна состояться через месяц. Моя непонятная прихоть обойдётся компании почти в двадцать миллионов долларов. Таких вложений в непрофильные активы я до сих пор не делал. Вероятно, именно поэтому Крауф и сидит такой мрачный, недовольно хмуря брови, хотя и молчит. Увы, но объяснять ему мою странную стратегию я не имел желания, да и опасно это.
Особо не понимал Генрих это то, зачем мне понадобилась именно эта General Electric. Описать компанию не хватит обычных слов - "компания", "корпорация", "концерн", "конгломерат". Прибыль здесь будет минимальна - да и не скоро она появится. Но не объяснять же ему, что дело вовсе не в этом. Я затеял всю возню лишь затем, чтобы как миноритарный акционер получить доступ к некоторым интересным технологиям. Думаю, для этого будет достаточно лет десять, а затем можно будет и продавать. В середине двухтысячных акции GE должны капитально просесть. Разумеется, передо мной не лежит биржевый вестник двухтысячных, просто до сих пор еще помню о финансовом кризисе 2008-го от которого, когда-то и сам пострадал. Спросите, зачем мне сдались эти технологии? А потому, что надо. Но об этом позже и не для всех.
Следующей задачей, поставленной перед командой моих ТОП-менеджеров, было то, что я решил прикупить себе парочку …. островов, расположенных в Эгейском море. Вообще-то, меня устроил бы и другой регион, но здесь было удобнее. В Греции тепло, да и Европа с Украиной рядом.
За годы минувшие с момента падения хунты "чёрных полковников", эта несчастная Греция, полностью так и не оправилась и не представляла себе, где же взять деньги для наполнения тощего бюджета. А еще, в правительстве не имели понятия, что же делать с этими небольшими, никому не нужными клочками суши. И таких островов у греков - целое Эгейское море.
В результате скучных, неторопливых переговоров, которые продолжались почти год, нам удалось договориться только об аренде, хотя и долгосрочной, на девяносто девять лет. Наследники гордых эллинов заявили, что суверенную территорию Греции продавать не имеют права, что потомки скажут, да и триста спартанцев в своих гробницах перевернутся. Жаль, что хунта полковников не продержалась еще лет десять, с этими ребятами я бы точно договорился.
Ну что ж, на нет и суда нет, впрочем, для моих планов и этого срока будет достаточно. Наш выбор пал на остров Сифнос, площадь которого была немногим больше, чем у нашей Винницы. Ни нефти ни золота на островке не имелось, хотя где-то читал, что во времена герцога Одиссея на нем работали крупнейшие в регионе серебряные рудники. В качестве компенсации за отказ от продажи, нашим адвокатам удалось добиться от правительства Греции неплохих административных послаблений. В договоре была зафиксирована полная таможенная независимость острова, право на собственную полицию и невмешательство метрополии в дела на нем. Разве что объявлять войну Турции и вторгнутся на Кипр - Сифнос не имел права.
Тем двумстам жителям, которые там проживали, я гарантировал трудоустройство и приличные условия жизни, получше чем у их земляков в материковой Греции. Поскольку переговоры шли достаточно долго, о них пронюхали и соседи-турки, ведь никакой тайны мы из этого не делали. Похоже, что османы также понятия не имели, как им поступить с несколькими собственными клочками суши, поэтому, на тех же условиях предложили нам и свой островок - Калем. Тот, был заметно меньше, всего двести гектаров, и особого интереса для меня не представлял. Тем не менее, мы согласились. Подкупило то, что на острове имелось множество источников геотермальной целебной воды, да и турки запросили за него уж совсем смешную цену – жалких пять миллионов долларов.
Прибывшая на место команда специалистов и я, как известный строитель и специалист по дамбам и защитным сооружениям, приступили к планированию работ по капитальному преобразованию острова, который я намеривался превратить в современный промышленный и технологический парк. Куда там браться тому же китайскому Шэньчжэню. Островок Сифнос, сейчас напоминал большой рогалик, с мелководной бухтой посередине и длинным, высоким холмом в центре. Задача проектировщиков состояла в том, чтобы как можно больше увеличить его площадь. Это не казалось невыполнимым – ведь удалось арабско-нефтяным шейхам целый город в океане выстроить? Как там сговорил да Винчи - простота это высшая форма сложности? Вот и сделаем попроще. Эту задачу облегчало то, что окружающее остров море было спокойным и неглубоким, а материалом для дамб и насыпей, должен был обеспечить тот самый высокий холм, что торчал в центре острова. Похоже, древние шахтёры просто не успели сравнять его с землёй, видать серебро там закончилось. Мне он был ни к чему, вот и уберу его к чёрту. Имею полное право, в договоре все записано.
Выполненные расчёты показали, что площадь островка можно увеличить более чем вдвое, используя грунт с холма и ту землю и камень, которые мы будем вынимать со дна для обустройства глубоководных причалов. Дело завертелось, и теперь всё зависело от того, хватит ли у меня оборотных средств, потому как распродавать свои акции мне не хотелось - они ведь непрерывно росли. А скоро еще и налоги платить…! Не зря говорят - когда богатый должен платить налоги, он завидует нищему.
А тут еще позвонил Харуки, который огорчил меня, сообщив, что от некоторых лицензионных соглашений его "Тошиба" намерена отказаться. Современные технологии экранов ушли далеко вперёд и уже превосходили тот уровень, который я когда-то предложил и запатентовал. Радовало одно – мне тогда удалось сорвать неплохой куш, а кроме этого, оставался еще приличный пакет акций этой "Тошибы", стоимость которых продолжала неуклонно расти.
Год назад, мистер Крауф, предложил свой план реструктуризации нашей компании – уж слишком многопрофильной стала её деятельность. Подумал, и решил согласиться, мой немец, как тот толковый третьеклассник, глупостей не посоветует.
А годы бегут, вот и наступил новый 1995-й. Все это время я прожил главным образом в самолёте, разрываясь между Америкой и Украиной. Мой фонд, а теперь уже известный холдинг "Биткоин Корпорейшн", перебрался в новое тридцатиэтажное здание недавно построенное в Ньюпорт-Ньюс. На сегодня, там работало более трёх тысяч сотрудников. Ничего не скажешь - впечатляющая цифра, а ведь ещё не приступили к работе несколько новых промышленных предприятий. И если в Штатах дела шли уверенно и постепенно, со скоростью асфальтового катка, то дома - на родине, ситуация развивалась куда динамичней.
И это понятно – всё же Украина стартовала почти с самого дна. Как я и предполагал, лучше всего шли дела у неторопливых и обстоятельных колхозников, которых теперь у нас называли крупными сельхозпроизводителями. В прошлом году государство, наконец-то провело большую приватизацию земельных паев. Мы вовремя подключиться к этому процессу, можно сказать возглавили его, и теперь, на балансе "Будимпекса" имелось почти триста тысяч гектаров, главным образом в Николаевской и Одесской областях. А это будет побольше, чем весь Люксембург. Неплохими были дела и с элеваторами, хотя значительную их часть пришлось полностью переоборудовать, ведь многие из них напоминали обычные колхозные амбары.
Последние три года урожаи были неплохими, зерно собрали без потерь, а вот с его вывозом - были проблемы. Нет, мы его как-то вывозии, частично собственными зерновозами, но часто случались простои судов, которые приводили к приличным штрафам, а значит - деньги на ветер. Я давно надоел своим, настаивая на том, что нам необходим собственный порт или хотя бы парочка нормальных причалов с терминалами, но этого никак не удавалось добиться. Государство крепко держалось за такие лакомые активы.
И вот, в начале года процесс кажется пошел, хотя и не так, как хотелось. Нам с большим трудом и с помощью наличных, удалось подписать договор на долгосрочную аренду двух, не самых больших причалов в порту Южный. При этом, эти жлобы из фонда госимущества ободрали меня так, словно я выкупил в полную собственность все порты на южном побережье. Тем не менее, пришлось вздохнуть и согласиться – уж очень удобным было то, что к Южному примыкало несколько железнодорожных станций: Береговая, Химическая и Промышленная.
А вот с другим портом, о существовании которого я ранее и не подозревал, проблем не было. Честно говоря, вначале, в эту сторону я и не смотрел - уж слишком неустроенным и запущенным тот выглядел. Подходы к не широким, коротким причалам заросли бурьяном, русло Дуная, в этом месте, обмелело до двух метров, и годилось разве что, для выращивания экологически чистого камыша. Да и вообще, этот Усть-Дунайский порт и во времена СССР, не принимал крупные морские суда - максимум до трёх тысяч тонн, поэтому и объём грузоперевозок здесь был раз в пять меньше, чем в том же Измаиле, не говоря уже об Одессе. Позже, я узнал, что он считался самым маленьким из всех портов Украины. Но ничего, теперь, когда он стал моим, посмотрим. Хорошо, если с румынами удастся договориться, а нет - напугаю этих цыган тем, что начну углублять канал Быстрый, ведь этот рукав более короткий и проходит полностью по нашей территории. Представляю, как забеспокоятся потомки даков, когда основной грузопоток пойдет мимо их территории.
Только подумал, что в аграрном секторе всё идет тихо и спокойно, как какие-то бандюки в масках попытались отжать два крупнейших элеватора, да ещё и с приличными запасами подсолнечника. На наши, они бы точно не полезли, но видать разведка у них сработала неважно. Эти элеваторы были оформлены на одного из моих партнёров, тесно связанного с компанией "Будимпекс" договорами и лизинговыми соглашениями. Так что, можно было сказать – они были наполовину мои.
Пацанов в масках прибыла большая компания - человек сорок. Они тут же начали трясти директора, требуя передать им всю документацию по фирме, включая ключи от складов. К счастью, охранник на входе не зевал, и вовремя сообщил о наезде и нам, и в полицию. Вот только наши прибыли минут на двадцать раньше. Нападавшие, не придумали ничего лучшего, как тут же открыть стрельбу - вначале по нам, а затем и по прибывшим полицейским. Мы ответили. В результате - трое раненых и около сорока человек задержано.
Как выяснилось, вся эта афера была тщательно продумана и неплохо подготовлена с юридической стороны. У рэкетиров, имелась какая-то левая выписка из реестра собственников, разумеется поддельная. Собственно, поддельной была доверенность, на основании которой эту выписку им выдали. Вот что значит не контролировать работу аккредитованных госрегистраторов. С ними обязательно нужно что-то решать, ведь этот случай не был единичным.
Эту поездку я постоянно откладывал, но вот теперь руки дошли и до неё. Решил посетить некоторые предприятия - те, которые не так недавно считались гордостью промышленного комплекса не только Украины, но и всего СССР. Прежде всего, это харьковский завод имени Малышева и КБ "Южное". За полгода до этого у меня состоялось несколько телефонных переговоров с ведущими специалистами киевских КБ "Луч" и "Квант". Тем, моё предложение понравилось, им надоело мотаться в Польшу или Турцию с клетчатыми баулами. А вот теперь наступила очередь и востока страны.
Времена нынче неспокойные, в регионах временами постреливали, особенно там, на Донбассе, поэтому я, мой заместитель по безопасности и два технических специалиста широкого профиля отправились в поездку на четырёх машинах под надёжным сопровождением из десятка охранников. Главной целью поездки было встретиться, а затем и договориться с руководителями и теми специалистами, которые ещё не успели разбежаться. Хотелось бы привлечь их к собственным проектам, главным образом - за рубежом.
Я не сомневался, что от полугодичной стажировки в General Electric, да ещё и с приличной зарплатой в валюте, никто из них отказываться не станет. И если всё сложится как я рассчитываю, далее, их ожидает интересная работа на греческом острове. На том, где в древности серебро добывали, ну а мы, намерены клепать золотые изделия. Пора, ведь там уже начали возводить первые корпуса современного промышленного комплекса.
На бывшем танково-тракторном заводе мы встретили тёплый приём. Оно и понятно, мало кто в Украине не слышал о "Будимпексе" и его хозяине. Этот харьковский гигант, помимо гражданской продукции, до начала девяностых, выпускал широкий спектр тяжёлой и лёгкой бронетехники. Танки нас не интересовали, а вот последние модели БТР-3, БТР-4 - почему бы и нет?
В первой столице мы задержались дня на три – их хватило, чтобы провести предварительные переговоры с нужными специалистами, хотя оставалось их не так уж и много. Нам помогли. Кого-то, пришлось вытаскивать из-за руля такси, кого-то - из-за прилавков рынка Барабашово, но дело того стоило. Как и предполагал, от таких заманчивых предложения не смог отказаться никто, поэтому к скорому переезду за океан готовилось чуть больше тридцати человек.
Неожиданно для меня, в Харькове случилась ещё одна, интересная и очень полезная встреча. Уже не помню с какой целью, но нас занесло в аудитории харьковского авиационного института. Здесь, мы обнаружили ту же картину полного запустения. Именно это и было причиной того, что большая группа сотрудников еврейской национальности и такой же наружности, готовилась отбыть в землю обетованную. Казалось бы что здесь такого - пускай себе едут на здоровье, пополняют ряды пулеметчиков ЦАХАЛ. Вот только все они были специалистами новой, и на мой взгляд очень перспективной области, которая лишь начинала развиваться. Это я о беспилотных летательных аппаратах.
Как тот гончий пёс, я тут же сделал стойку и насторожил уши – такое и нам не пригодится. Переговоры шли недолго, и вскоре, вся эта группа, согласилась присоединиться к команде "танкистов", вот только стажироваться они должны в другом – в авиационном подразделении GE. Прежде всего, пускай ознакомятся с современными системами наведения и навигации, а всё остальное они знают и умеют делать получше этих американцев. По крайней мере, так меня уверяли.
Путь из Харькова в Днепропетровск занял часа три, с одной остановкой на "плотно пообедать". В нашей машине, рядом с водителем сидел Артём – молодой, крепкий, а главное - очень разговорчивый парень. Часа два он развлекал водителя - Сергея своими байками, пока не зацепил и меня, поведав одну забавную историю из своих студенческих времён.
Оказывается, в первой машине ехал его давний друг Тарас, с которым они вместе заканчивали исторический факультет киевского университета. После окончания, как и почти у всех - дворницкая зарплата, денег не хватало, вот ребята и пошли в милицию, в команду силовиков, ведь у каждого за плечамиимелся разряд по боксу и вольной борьбе. А сравнительно недавно, Лев переманил их к нам.
Так вот, когда Тарас учился на втором курсе, к студентам, с обычной просьбой обратился их куратор. Он, как раз получил ордер на новую квартиру, и ему срочно требовалось перевезти туда вещи. Отказать любимому преподавателю было сложно, тем более что тот пообещал всем добровольцам зачёт-автомат по своему предмету. Четверка студентов грузового факультета прибыла к подъезду, а через некоторое время туда подъехала крытая машина с домашним скарбом предприимчивого доцента. Тройка добровольцев, принялись быстро таскать вещи на пятый этаж. Увы, но лифта в доме не было. Ребята они здоровые, и минут через двадцать, почти всё было перенесено и расставлено по местам, в кузове грузовика одиноко стоял двухкамерный холодильник "Донбасс". Когда Тарас спустился на первый этаж, он увидел, что все его напарники уже здесь, смущенно переглядываются и неловко ковыряют ботинками цементный пол. Тащить на пятый этаж такой тяжеленный агрегат им не улыбалось. Делать нечего - Тарас подошёл к машине и скомандовал тому, кто подавал вещи из кузова:
- Чего тормозишь, Витёк, давай, кидай его мне на спину.
Так он и занёс холодильник без остановки на самый верх, по дороге кряхтя и размышляя: уж больно тот тяжеловат, - вероятно потому, что старый, советский, их тогда ещё из танкового железа клепали.
На следующий день, перед первой парой в аудиторию заглянул тот самый доцент и обеспокоенно спросил:
- Тарас, с тобой всё в порядке, как ты себя чувствуешь?
- Спасибо, Игорь Владимирович, кажется всё нормально, - крайне удивленный такой заботой, ответил парень.
Преподаватель, ещё раз виновато взглянул на него и пробормотал:
- Ты уж извини меня парень, но я и сам не знал. Когда грузчики заносили вещи в машину, мешок с сахаром в кузов не помещался. Вот они его в тот холодильник и засунули.
Наша машина дрогнула от дружного хохота.
Почему мы решили наведаться и в КБ "Южное"? Нет, перепахивать гектары на Марсе я пока не собирался, и на Земле дел достаточно. А вот разработать собственную сеть спутниковой связи и опередить пройдоху Маска, пожалуй, стоило. Подумал, что с этой задачей, при моей финансовой поддержке и рекомендациями из будущего, такое уникальное украинское предприятие должно справиться.
Начиная с середины семидесятых конструкторское бюро "Южное" вело самостоятельные разработки по реализации старта космических ракет типа "Зенит" с платформ, установленных в экваториальных водах мирового океана. Так почему бы им не запустить в пространство заметно меньшие и более лёгкие ракеты класса Falcon? Уверен, серьезных проблем быть не должно. Ранее выполненные работы дали КБ "Южное" достаточный проектный опыт. Вот только реализация такого крупного проекта могла быть осуществлена лишь в рамках международной кооперации. У кого еще могли найтись такие деньги? Только там, на Западе. А какая компания, если не "Биткоин Корпорейшн", лучше всего отвечала этим условиям? Тем более, у нас и свои специалисты имеются, и предприятие по производству современных чипов на Тайване приступило к работе.
Проведенный ещё в начале 90-х маркетинговый анализ, показывал устойчивый коммерческий спрос на запуски космических аппаратов связи, который не мог обеспечить имеющийся на сегодня парк ракет-носителей.
Наши переговоры с одним из заместителей генерального конструктора, как обычно говорят, прошли в дружеской и деловой атмосфере. Мы договорились по технической части, а финансированием проекта будет заниматься наш американский холдинг. Не исключено, что к этому проекту присоединятся и другие заинтересованные стороны - а такие наверняка появятся.
Учитывая те скудные сведения, которые у меня сохранились из будущего, общие требования к такому проекту выглядели следующим образом. Глобальная сеть связи должна состоять из нескольких тысяч спутников, находящихся на низкой околоземной орбите, примерно в пятистах километрах над поверхностью Земли. Возможно, это и не совсем так, однако помню, что довольно низко. Каждый спутник должен весить не более двухсот–двухсот пятидесяти килограммов и питаться от солнечных батарей. Коммерческое название сети менять не стал, решил, что так и остаётся - Starlink. Пускай теперь этот Маск помучаетс, придумывая другое название.
Спутники Starlink должны быть оснащены электростатическими двигателями, работающими на эффекте Холла с использованием криптона. Что это такое я конечно же не представлял, но почему-то запомнил этот непонятный научный термин. Но ничего, имея такую подсказку, специалисты должны разобраться
Наличие собственных двигателей позволит спутникам, при необходимости, менять орбиту, маневрировать в космическом пространстве и сходить с орбиты по окончании срока эксплуатации. Для того, что бы обеспечить начальные потребности сети, их общее количество должно быть не менее четырёх тысяч. Разумеется, выводить на орбиту мы их будем не по одному.
КБ "Южное" обязалось разработать специальную кассету, способную вывести на орбиту как минимум пять–шесть десятков таких аппаратов одновременно. Мы договорились, что все конструкторские работы будут вестись на территории Украины, в Днепре, а запуском спутников займемся мы, с морской платформы у берегов Африки, в районе экватора. Никакой связи с США наше совместное детище иметь не будет, поэтому и согласований с американской Федеральной комиссией связи не потребуется. И это главное – смутно припоминаю, сколько крови попили у Маска эти бюрократы из Вашингтона. Он с ними года два бодался.
Ещё одной, не афишируемой стороной проекта, станет то, что ракеты типа Falcon, в зависимости от количества ступеней, можно будет вполне использовать и в качестве баллистических ракет средней и большой дальности. Но это все пока что, под большим секретом. Кроме того, имелось большое желание не дать загнуться этому мощному предприятию, так необходимому будущей Украине.
Глава 8
Глава 8
Я вздрогнул, выныривая из старых воспоминаний, поднял голову и огляделся по сторонам.
- И куда это меня занесло? В НьюНью живу давненько, но не могу узнать, что это место.
Впрочем, если точнее, не живу, а поселился здесь десять лет назад. Окружающая меня нищета живо напомнила трущобы сирийского Алеппо, с их настежь распахнутыми дверями, разрисованными стенами и захламлёнными, запущенными дворами. Вот и тут мне показалось, что мусор отсюда не вывозили со времен окончания войны между севером и югом. Вдоль левой стороны закоулка стоял с десяток картонных коробок, в основном из-под холодильников. Некоторые, были побольше – похоже, что от двухкамерных. Внутри, можно было разглядеть разнообразный хлам и тряпье, и где-то теплилась разумная жизнь.
Мысленно почесал затылок,
- Так вот она какая – эта американская мечта…! У нас, даже во времена полного разгула беспредела девяностых, я такого не встречал.
И тут же возразил сам себе. - Ну да, у нас в Украине климат такой, что ночевать в январские морозы в этих расписных коробках, даже обложенных пенопластом, не самая удачная идея.
Пока я с удивлением озирался по сторонам, то совсем не заметил, как сзади ко мне подобрался владелец просторной коробки с надписью Frost Recycling Cooling от Hitachi и довольно невежливо поинтересовался:
- Мистер, подскажите, в каком кармане вы обычно храните свой кошелёк - при этом недобро улыбаясь щербатым ртом, продемонстрировал мне что-то похожее на японский кухонный нож сатори.
В принципе – вещь знакомая, у меня на кухне был такой же, отобьюсь. Вот только, периферийным зрением я заметил, как от мусорных баков к нам направилось ещё двое его коллег, явно желающих ознакомится с содержимым моего портмоне. Если подумать, то и с этими троими я мог бы справиться, вот только неизвестно, сколько таких подснежников на наш спектакль еще подтянется? Да и возможный синяк под глазом на моей завтрашней встрече с сенатором был бы совершенно ни к месту. Я успел улыбнуться, вспоминая давний разговор со своим старшим коллегой по татами.
- Что тебе сказать, Саня. Ты не слишком надейся на свой чёрный пояс. Очень часто, уличную драку выигрывает не мастер спорта по дзюдо, а мастер спорта по бегу.
Наверное он знал о чем говорил, вот только в каком направлении мне начать свой стратегический отход? Даже и не знаю, так можно и вовсе забраться в такие дебри, что до вечера не выберусь. Поэтому, сделав вид, что уже готов наложить в штаны, дрожащим голосом я пробормотал:
- Да, да …. разумеется мистер, подождите секунду… я сейчас, - с этими словами потянул молнию на куртке, чтобы нащупать во внутреннем кармане верный куботан.
Я и не подумал хватать противника за руки иди выбивать у него нож. Вспомнил, слова своего старого учителя.
- Саня, в драке, никогда не хватай нападающего, ведь ты не милиционер, который обязан доставить его в отделение. Сам подумай, твои руки будут заняты, а вот его нет, так что отоварить он тебя способен в любой момент.
Я уже расстегнул куртку и тут с удивлением увидел, как мой невежливый собеседник мгновенно посерел и из чернокожего превратился в какого-то мулата.
- Это как понимать, неужели парня настолько впечатлила моя сирийская медаль за храбрость, которую я приготовил, чтобы не забыть надеть на завтрашнюю встречу? Не думаю, она здесь ни при чём.
Скорее всего, я на рефлексах ухватился за рукоятку своего Glock-17, который торчал из подмышечной кобуры. Куда именно исчез японский сатори я не заметил, настолько быстро негр разоружился. Затем, искатель приключений на свою пятую точку, едва не потеряв по дороге тапочки, попятился и мгновенно испарился за углом дома. Я лищь пожал плечами и вздохнул.
- Ну и пусть себе, я и не думал его задерживать. Я ведь не за жалованье городского копа работаю. Подумал, хорошо, что прислушался к словам начальника охраны, когда тот убеждал меня, что подарок от президента на то и подарок, что постоянно должен быть со мной, тем более что для него изготовили такую чудную кобуру.
Минут пять пешком строго на север - и вот я уже совершенно в ином мире. Да, это именно она, настоящая Америка, а не те декорации из фильмов про апокалипсис. Надо бы переговорить с кем ни-будь из членов муниципалитета по поводу этих трущоб. Можно даже подкинуть им доллар - другой на благоустройство. Дело того стоит, я ведь и далее здесь жить намерен.
К бетонной коробке поста охраны наш лимузин подкатил ровно в девять. Я, господин Крауф и сенатор Ли Борнмут вышли из машины и уверенно направились к главному входу. А как же иначе, не через служебный же нам идти на встречу с одним из заместителей начальника Объединённого штаба вооружённых сил США. Мой недавний знакомый, сенатор Ли, заранее договорился о нашей встрече, поэтому к четырёхзвёздному генералу, командующему военно-воздушными силами, нас провели не спрашивая и без задержки.
Я не поленился и успел пролистать его биографию, поэтому знал, что наш нынешний собеседник успел в своё время повоевать во Вьетнаме и не просто там присутствовал, а действительно летал, и считался одним из лучших командиров авиакрыла. Вот только под конец, над вьетнамскими джунглями капитану Палмеру не повезло. Всего за месяц до вывода американских войск он был сбит и оказался в плену, где и провёл три не самых лучших своих года. Можно сказать капитану повезло, что летал он на вертолётах, так как к лётчикам, которые бомбили мирные города и сёла, вьетконговцы относились заметно хуже. Но в любом случае, три года отсидки в яме, а затем в тюрьме, здоровья бывшему лётчику не добавили. Ну а затем, последовала успешная карьера, и он оказался в Пентагоне.
Навстречу нам поднялся ещё не старый, подтянутый мужчина в синем мундире, украшенном целой россыпью орденов, разноцветных планок и нашивок.
- Ну точно как тот северокорейский генерал или швейцар ресторана Украина. – подумал я. Вот любят эти вояки красивые цацки, совсем как женщины.
Естественно, что первым он поздоровался со своим старым знакомым – сенатором Борнмутом. Как позже выяснилось, эти двое вместе воевали, вот только мой сенатор занимал там мирную должность, он заведовал тыловым обеспечением авиакорпуса.
Закончив с процедурой объятий и похлопываний по плечам, сенатор Ли представил и нас с Генрихом, хотя не сомневаюсь, генерал уже успел подробно изучить досье на одного из самых богатых предпринимателей страны. Далее, словно мы с ним на востоке, разговор шёл ни о чём. Почему-то, и этого генерала интересовал вопрос, когда же наконец я окончательно переберусь в Штаты и стану полноценным гражданином США.
- С чего это их так волнует? Налоги ведь я и плачу в полном объеме?
Отойдя от личного, мы перешли на обсуждение ситуации в Украине, а затем и в России. Генерала интересовал мой прогноз относительно будущего развития наших стран. Кое-что он уже знал, но все-же не достаточно. Мне показалось, что Украину он считает какой-то банановой республикой, в которой не растут бананы. Однако, радовало уже то, что он не путал ее с Россией и знал название столицы. Упомянул и о последних дебатах в нашей Верховной Раде, поинтересовался причиной, по которой депутаты предлагали внести целых семнадцать правок в восьмую заповедь Христа. А под конец общей части, принялся расспрашивать о планах моей компании, проявляя при этом подозрительную осведомленность.
- Может, уже успел что-то почувствовать старый волчара? А сейчас всё просчитывает и никакие знания будущего ему не нужны?
Наконец, я решил, что сейчас самое время поднять тот вопрос, ради которого я уже несколько месяцев бегал кругами вокруг сенатора, который считался одним из наиболее влиятельных членов комитета по обороне и давним товарищем нашего нынешнего собеседника.
- Господин генерал, полагаю, вы не хуже меня осведомлены о той заинтересованности, с которой правительство США и американские компании смотрят в сторону стран Африки и Ближнего Востока. Уверен, для вас не секрет, что развитию бизнеса в этих регионах сочень мешает их нестабильная политическая ситуация. Имею ввиду, все эти постоянные перевороты, свержения правительств и перманентные войны. Не успеешь подписать соглашение с одним голозадым вождём или президентом, как из джунглей вылезают отряды следующего претендента, борца за независимость, и всё приходится начинать сначала. А инвестиции, особенно в разработку полезных ископаемых, требуют стабильности по крайней мере в течение десяти лет, не меньше. Мне известно, что некоторые бизнесмены уже обращались к правительству и президенту, с просьбой обеспечить защиту интересов американских компаний и граждан в этих странах, но положительного ответа так и не получили. Почему-то в Вашингтоне, считают, что введение даже ограниченного контингента американских войск, может привести к эскалации международной обстановки в этом регионе и испортить отношения со странами третьего мира. А скажем, тех же россиян или кубинцев такие соображения совершенно не волнуют.
Переключившись на физическую географию, я продолжил.
- Думаю, что для вас, господин генерал, не является секретом, что среди прочих континентов Африка занимает первое место по запасам марганца, хромовых руд, бокситов, золота, платиноидов, кобальта, алмазов и фосфоритов. Там, разведаны и огромные запасы титана, ванадия, никеля, висмута, лития, бериллия, тантала, ниобия, олова, вольфрама. Это я говорю лишь о запасах, разведанных на сегодняшний день. Несколько десятков американских компаний полностью готовы приступить к работам в этом направлении, а ещё больше интересуется этом, но… Именно об этих "но", я и говорил вам ранее.
Генерал слегка наклонил голову, словно соглашаясь со всем, что я сказал, а затем спросил:
- Алекс, и что же вы хотите от меня? Неужели считаете, что у меня есть возможность отправить туда с десяток "Геркулесов" и несколько сотен десантников? Вы должны прекрасно понимать, что без решения правительства и подписи президента сделать это невозможно, а как мне известно, на сегодняшний день, наш президент разрешения на подобную операцию не даст. Я хорошо знаю его позицию, да и Ли может это подтвердить.
Он взглянул на сенатора, словно ища поддержки, после чего про себя, добавил:
- Видать, эта Премия Мира ему покоя не даёт
Я отрицательно покачал головой и решил, что пора перейти к сути.
- Здесь вы ошибаетесь, господин Палмер, я имел в виду совершенно иное. Позвольте поясню. Уверен, вы прекрасно знаете, что из себя представляет знаменитый французский иностранный легион. Именно он помогал и до сих пор помогает решать некоторые деликатные вопросы в пользу Франции. По этому, я и предлагаю создать нечто похожее и у нас, правда, с одним существенным отличием. Если легион - это полностью государственная структура, которая можно сказать, является лицом Франции, то в нашем случае, я предлагаю создать обычную частную организацию….
- Как вы знаете, у нас работают сотни таких детективных и охранных агентств и компаний, так почему бы нам не организовать ещё и военную?
Сказав это, я решил бросить ещё один камешек на чашу весов.
- Добавлю, что все организационные расходы и затраты на подготовку, наш будущий консорциум готов взять на себя, и не только это.
Я вопросительно взглянул на внимательно слушавшего генерала и решительно продолжил,
- Желаете знать, что за консорциум? Прежде всего, это моя компания, а также несколько других, которые больше остальных заинтересованы в надёжной защите собственного бизнеса на тех территориях. Все они уже дали предварительное согласие и готовы поддержать этот проект.
- Возможно вы не в курсе, господин генерал, но нечто подобное давно работает на моих греческих островах. Лет десять назад мы были слегка обеспокоены ситуацией на Кипре и не хотели, чтобы греко-турецкий конфликт перекинулся на нашу территорию. Вот и решили немного подстраховаться. А сейчас, я предлагаю более масштабный проект, ведь речь пойдет не о маленьком островке.
В этот раз генерал кивнул более уверенно, по-видимому соглашаясь, и заинтересованным взглядом предложил продолжать.
- По нашему мнению, эта охранная компания должна работать вне юрисдикции США, поэтому ваше правительство не будет нести никакой ответственности за её деятельность. Тем не менее, нам бы хотелось рассчитывать, пусть и не на прямую, но все-же поддержку со стороны Вашингтона. Прежде всего, мы очень заинтересованы в помощи с вооружением. Помочь нам с этим, любезно согласился сенатор Ли. Мы у себя кое-что подсчитали и подготовили эту записку.
Я подвинул к генералу два полностью заполненных текстом листка и достав свою копию, принялся зачитывать.
- Скажем, наши специалисты проявляют большой интерес к приобретению Enstrom 480, лёгких многоцелевых вертолётов или хотя бы устаревших, но надёжных Blackhawk, на которые вам приходилось летать. Транспортные машины также лишними не будут. Кроме того, интересуют бронемашины с лёгкой пушкой, типа LAV-300, и тактический внедорожный бронированный автомобиль Humvee. Ну и разумеется, разнообразное лёгкое вооружение - ПЗРК, гранатомёты, автоматические винтовки, миномёты и тому подобное. Как видите, перечень всего необходимого нами подготовлен и может быть предоставлен хоть завтра. Сразу хочу успокоить вас , мы вовсе не претендуем на последние разработки, но нам бы не хотелось, чтобы поставки шли с тех складов, на которых хранят вооружение времен Второй мировой войны. Вы ведь понимаете господин генерал, нашими противниками будут не только босоногие аборигены с цыпками на ногах, но и хорошо обученные кубинские отряды. А они уже успели получить неплохую практику в Анголе и на юге Африки.
На этом месте генерал решил меня перебить.
- Скажите, мистер Алекс, а почему вы не хотите воспользоваться тем вооружением, которое осталось от СССР? Мы ведь знаем, что у вас в Украине такого добра хранится более чем достаточно, да и связи на родине у вас наверняка неплохие?
- Вы абсолютно правы, господин генерал, если с Пентагоном договориться не удастся, то именно так мы и поступим. Вот только хочу заметить - советская техника менее надёжна и не очень приспособлена для действий в Африке. Боюсь, у нас могут возникнуть проблемы с ремонтом, с запчастями и прочие. Кроме того, как-то странно будет выглядеть, если мы будем защищать интересы американских корпораций советским оружием. Надеюсь, вы со мной согласны?
По глазам Палмера было видно, что наше предложение пришлось ему по вкусу. Ещё бы, обеспечить американское присутствие в странах черного континента без вмешательства самих военных - да это же давняя, лютая мечта Пентагона вместе с Госдепом. А там, и до организации полноценных военных баз дело дойдет. Генерал бросил взгляд на большой глобус, стоявший в углу кабинета и скорее всего, служивший ему скрытым баром, и спросил:
- Скажите господа, а с каких именно стран вы планируете начать развёртывание своих сил? Боюсь, господин Алекс, что на всю Африку даже вашего капитала не хватит.
Воспользовавшись короткой паузой, к нашему диалогу присоединился сенатор.
- Джек, наши деловые партнёры прежде всего заинтересованы в странах западного побережья, таких как Бенин, Камерун, Конго, к ним можно добавить ещё и Нигерию. Правда, последняя будет немного не по профилю, но несколько известных нефтедобывающих компаний в ней очень заинтересована и согласилась принять участие в проекте.
- А не слишком ли вы, ребята, размахнулись? Это же сколько сил там придётся развернуть?
Я улыбнулся и поправил его:
- Нет, господин Палмер, мы вовсе не собираемся захватывать эти страны или свергать там законную власть. Мы лишь хотим помочь их правительствам, заметьте, избранным демократическим путём, удержать ситуацию под своим контролем. Так что, беспокоится здесь не о чем, вся наша деятельность будет находится в рамках устава ООН и не вызовет никакого международного скандала.
Немного подумав, я усмехнулся и добавил:
- Разве что Россия, Куба и Китай немного по-возмущаются с трибуны, но и только. Ведь ничего реального им предъявить не удастся.
После возникшей паузы, немного помедлив, сказал:
- Разумеется, наша помощь не будет для их президентов бесплатным подарком. Взамен, мы рассчитываем и для себя получить нечто полезное … думаю, вы должны нас понять, бизнес есть бизнес.
После этого, наша беседа перешла в деловое русло, словно все военные вопросы были уже решены. Тау что вместо запланированного часа мы просидели в кабинете заместителя начальника объединённого штаба более двух, пора бы и закругляться. Думаю, материалов для размышлений у пентагоновских генералов теперь более чем достаточно. Пускай посидят у этого глобуса и разложат всё по полочкам.
Сенатор также незаметно зевнул и хрустнул костяшками. Видимо, генерал это заметил и понял как надо. Он поднялся с кресла и завершая встречу сказал:
- Ну что ж, рад был с вами познакомиться, мистер Алекс, все ваши предложения мне понятны, интересны и очень своевременны. Мы обязательно это обсудим на одном из ближайших заседаний, а пока, пусть над ними поработают эксперты. Впрочем, лично я считаю, что их оценка не будет расходиться с нашей.
Попрощавшись, мы с сенатором, в сопровождении подтянутого адъютана покинули кабинет с глобусом, который генерал так и не решился открыть.
- Даже рюмочку не предложил, жмот, - в шутку кивнул я сенатору, - и тут же подумал: а может, и себе заказать такой же? Неплохая вещь для неформального общения, литровая бутылка в этом земном шарике точно поместиться.
Это я шучу так. От напряжения. Хотелось надеяться, что главного мы достигли, хотя конечная цель всей африканской авантюры известна лишь мне, а еще и нескольким ближайшим помощникам с украинской стороны.
Как вообще в моей голове появилась такая мысль? Ведь не смотря на сирийскую медаль на выцветшей ленточке, я всегда считал себя глубоко гражданским человеком. Натолкнула на это моя ещё более пацифистская жена и как водится всё произошло случайно. Одним прекрасным субботним утром Ветке захотелось вытащить наше семейство на морскую прогулку, а то все бизнес, дела… так можно и вовсе семью забросить.
- Саня, а давай завтра возьмём нашу яхту, пригласим нескольких друзей с детьми и прокатимся вдоль побережья, до самого Нью-Йорка. Посмотри, какой сегодня день пригожий, а на завтра синоптики обещают ещё лучше.
И тут на меня словно ведро воды вылили. Неожиданно пробились воспоминания из далёкого прошлого, а точнее будущего, двадцатого года. И вытащила их именно её фраза - "пригожий день".
- Действительно, я все еще помню того лысого бандита, который в своё время хорошо прогулялся по Африке, да ещё и неплохое состояние там сколотил. Если не ошибаюсь, за свои услуги он смог несколько неплохих концессий от голопузых вождей получить. Действительно, отличная идея, которая к тому же, органично вписывается в мой общий план. И не только вписывается, а и способна его значительно улучшить ! Надо бы в своем кругу всё это хорошо обмозговать.
- Договорились, дорогая, обязательно съездим, сегодня ты это более чем заслужила. Да и проветрюсь там, чтобы мысли в голове улеглись, - подумал уже про себя.
Они и улеглись, и не только в моей. Детально обсудив со своими ребятами, мы подправили общий замысел, чтобы он стал выглядеть более логичным и привлекательным для господ из Пентагона и Госдепа. Если все выйдет как задумано, этого лысого Пригожина мы ещё погоняем по Африке.
Как и обещали генералу, нами было создано отдельное подразделение корпорации "BitCoin" - военное, главной задачей которого будет защита интересов международных корпораций, в основном - на западе Африки. Позднее, мы его выделим в отдельную структуру, не хотелось увязывать наш легальный бизнес с такой сомнительной организацией. Как и всякое новое дело, потребовались деньги и немалые, хотелось надеяться, что со временем этот проект будет сам себя кормить, особенно если удастся к нам подтянуть парочку компаний, заинтересованных в наведении порядка в Западной Африке. Напрягало лишь то, что первоначальные инвестиции придётся делать самим и немедленно, ведь доверие инвесторов предстоит еще зарабатывать.
Но это лишь верхушка айсберга, так сказать для общего потребления. Главной задачей была подготовка личного состава, который в состоянии качественно выполнять специальные задания, не спрашивая, зачем, где и как на это посмотрят в правительстве. Они должны полностью доверять своим командирам, ну а те, разумеется, будут действовать под нашим контролем.
После некоторых раздумий основной контингент этой интербригады было решено набирать из колумбийцев, никарагуанцев и в значительной части из своих - украинцев. Надеюсь, что все эти южноамериканцы, как и китайцы с нашими, согласятся воевать за относительно небольшие деньги, заметно более скромные, чем во французском иностранном легионе. Хотел добавить к ним и палестинцев, те также бойцы неплохие и уже обстрелянные, но поразмыслив, решил отказаться от этой идеи. Не хватало нам ещё терок на религиозной почве.
Для того, чтобы пропустить через созданные учебные центры как можно больше кадров, мы решили ограничить срок контракта пятью годами, пообещав нашим отставникам, что компания о них не забудет и как только появится необходимость, их обязательно найдут и вернут из резерва. А такая необходимость обязательно будет. Имея ввиду печальные события 2014 года, я рассчитывал, что мы сможем развернуть сложившуюся в то время ситуацию в правильном направлении. Думаю, что бросив на чаши весов тысяч пять - десять наших "ихтамнетов", с поставленной задачей удастся справиться. Ну, хотя бы на первое время, а там и мир, и Украина должны очнуться.
Если быть уж совсем точным, то почти полный батальон таких контрактников уже существовал и был развёрнут на Сифносе. Мы его сформировали лет семь назад, на всякий случай, имея рядом конфликт, который в те годы разгорался на Кипре. До последнего времени, эти бойцы находились в подчинении службы безопасности, а вот теперь, всех их выведут за штат и переведут на баланс отдельной структуры - ЧВК "Шервуд", именно так мы и решили назвать новую структуру. Нормальное название, помнится, этот Робин Гуд своих недругов также по этому лесу и болотам гонял, и довольно успешно.
Расчет оказался верным, толчок был дан и последующие события, независимо от нас, начали разворачиваться в нужном направлении.
- Приветствую вас, господин президент, - входя в овальный кабинет, поприветствовал Обаму начальник объединённого штаба, - вы меня вызывали?
- Да, Майк, присаживайся. Я хотел узнать твоё мнение относительно того проекта, который в Конгрессе так настойчиво проталкивает сенатор Борнмут. Я думаю, у вас в Пентагоне все в курсе, о чём идёт речь?
- Разумеется, господин президент, генерал Палмер сразу после встречи с сенатором Ли и мистером Сиверински доложил об их предложении. Более того, наши аналитики недавно положили на столсвои первые выводы. Хочу сказать, все они положительные. Мне и самому представленный план кажется очень перспективным, и подавляющее большинство моих офицеров склоняется к тому, что нам следует его поддержать. Довольно смелое, неожиданное, а главное – очень своевременное решение.
Генерал, достал и развернул на столе карту Африки, после чего продолжил, обведя карандашом западный регион.
- Возможно вы помните, господин президент, именно страны Западной Африки мы всегда рассматривали как зону наших стратегических интересов на континенте, однако политика невмешательства в их внутренние дела не способствует более активным действиям. А тут - такой неожиданный подарок. Тот факт, что главный спонсор африканского проекта не является гражданином США, не даст оснований для обвинений в наш адрес.
Президент взглянул на карту, поднялся из-за стола и прошёлся по кабинету. Подойдя к камину, он неожиданно сменил тему разговора.
- Хотел вас спросить, генерал, а что вы сами думаете об этом Алексе? Имею в виду, какова его истинная цель? Неужели одно лишь желание заработпть деньги? Мне кажется, он и без этого с этим неплохо справляется. Знаю, его предприятия разбросаны по всему миру и, что характерно, почти все они работают в области новейших технологий. Совсем недавно, директор ЦРУ докладывал, что некоторых из их новинок нет даже на вооружении нашей армии. Правда, сказал, что эффект от некоторых из них, довольно сомнительный. Имею в виду эти воздушные дроны.
- Да, господин президент, всё верно. Кроме того, мы обратили внимание еще на одну особенность. Только незначительная часть его предприятий находится на территории США, большинство - за рубежом. Правду говоря, сейчас так поступают почти все. Думаю, вы понимаете господин президент: дешёвая рабочая сила, сырьё, небольшие налоги и тому подобное... Может, в этом и кроется причина, почему этот Сиверинский так затягивает с получением нашего гражданства? Видать, не по вкусу ему работать под надзором наших контролирующих органов, в своё время ему внимания со стороны КГБ хватило. Правда, это лишь мои предположения. Но, так или иначе, всё, что он до сих пор сделал, полностью совпадало с нашими интересами. Не так ли?
- Ну что ж, генерал, раз и вы такого же мнения, то дадим им зеленый свет. Я, со своей стороны разрешаю предоставить этому проекту статус наибольшего благоприятствования. И не будем с этим затягивать.
После чего усмехнувшись, добавил - Надеюсь, вы согласны с утверждением, что правильное решение, принятое с опозданием, - это ошибка.
Не прошло и полугода, как наши надежды полностью оправдались, имею в виду, мы получили полный доступ к армейским складам резерва. Благодаря усилиям сенатора Борнмута, вооружение, которое нам удалось выбить у Пентагона, оказалось вовсе не хламом. Сенатор - старый складской волк прекрасно знал, как следует обставлять дела такого рода. Большая часть предоставленного оружия до сих пор использовалась армией США. А еще, радовало то, что нам удалось получить так называемый открытый лист, то есть, в случае необходимости мы получили возможность полностью восполнять свои потери, причём конечная дата этого разрешения указана не была. И дай бог, чтобы их генералы не опомнились ещё лет двадцать. Нам бы получить такой же бесплатный ленд-лиз! Вот только это лишь мечты.
Развёртывание первых подразделений "Шервуда" началось в конце 2005 года, и никаких проблем не было. Первую базу на чёрном континенте решили обустроить на окраинах городка Ибадан, неподалёку от порта Лагос, что в Нигерии. Правительство этой страны с великим удовольствием выделило в наше распоряжение несколько сотен гектаров саванны, а уже через пару месяцев нам удалось разогнать или заставить укрыться в джунглях большинство отрядов местных сепаратистов. Некоторое врем, они ещё на что-то надеялись, возможно рассчитывали, что эти янки как обычно, посидят немного и уйдут? Во всяком случае, теперь они боялись и нос из джунглей высунуть, а через год так вовсе переберутся в другие, более спокойные регионы. Имею ввиду те - кто уцелеет.
Словом, не прошло и полугода, как нефть и вольфрамовые руды рекой потекли в сторону портов на побережье, а наши финансисты смогли облегченно выдохнуть . ЧВК "Шервуд" подписала свои первые жирные контракты с четырьмя крупными корпорациями, и хочется надеяться, это лишь начало. Хорошие новости из Нигерии заставили всех тех, кто до сих пор колебался, подписать контракты на охрану, а правительства Камеруна и Габона, у которых денег всегда не хватало, предложили нам рассчитаться концессиями на добычу некоторых видов вкусных лантаноидов. Цена оказалась более чем приемлемой и мы, немного подумав для приличия, согласились. Они и не подозревали, что всё это нужно скорее нам, чем им. Не прошло и двух лет, как частная военная компания "Шервуд" не только смогла полностью рассчитаться по своим долгам с BitCoi Corp., но и стала получать стабильную и довольно неплохую прибыль.
А деньги сейчас были не лишними, ведь Южный машиностроительный завод, наконец передал для пробных испытаний ракету, которую мы решили назвать "Зенит - Интерлинк". По своим характеристикам она напоминала знакомый мне Falcon Илона Маска. Вот только наша, была чуть мощнее и была способна вывести на орбиту больше тарелок связи, одновременно - до восьми десятков. Пусковую платформу установили у берегов Камеруна, очень удобное место. Экватор здесь, совсем рядом, а это позволяло немного увеличить полезную нагрузку на носитель, да и охрана в этом районе была своя, надёжная и бесплатная.
Не могу сказать, что всё у нас было тихо как на кладбище, ведь наши противники и не думали сидеть тихо. Одиночные нападения случались постоянно. Однако, со временем, местные боевики или партизаны, как они себя называли, заметно поумнели и начали избегать открытого противостояния с нашими бойцами. Слишком уж очевидной была разница в уровне подготовки и вооружении. Этого нельзя было сказать об упорных кубинцах. Заброшенные в регион ещё во времена Советского Союза, эти вояки успели прижиться в африканских джунглях и с тех пор считали себя хозяевами положения, а тут откуда ни возьмись, появились мы. Как они называли - проклятые янки. Почему? Не знаю, ведь от них мы получали только вооружение.
Словом, уступать район без боя отряды барбудос не собирались и время от времени случались внезапные налеты. И надо сказать, иногда это у них получалось. Сказывался немалый опыт партизанской войны, приобретённый за два десятка лет, знание местных условий и устойчивые связи с вожаками местных сепаратистов. Их тактика была проста. Подберутся под утро, обстреляют наш блокпост и тут же прячутся в густых зарослях, попробуй отыщи их там. Но ничего, на каждый болт с левой резьбой найдется своя гайка, вскоре их ждет один неприятный сюрприз.
Наш бизнес в Украине также развивался неплохо. В нефтегазовую отрасль, которую у нас называли "бизнесом президентов", мы не совались, в свою очередь, и нам на бывших колхозных, а теперь собственных полях давали спокойно дышать, и это приносило свои результаты. В прошлом году, доля Украины в мировом экспорте пшеницы достигла цифры в восемь процентов, кукурузы - пятнадцати, а подсолнечного масла - вообще доходило до сорока двух. Считаю, что для страны, которая во времена СССР была вынуждена импортировать зерновые, это отличный результат.
Бурное развитие аграрного направления сыграло на руку и нашим партнёрам из Днепропетровска. Южный машиностроительный и ранее, небольшими партиями, выпускал тракторы ЮМЗ и комбайны КЗС-11, "Днепр-350", а вот сейчас, нам удалось договориться с компанией John Deere, так что днепряне получив лицензию, освоили выпуск самой современной сельхозтехники. Она шла не только для внутренних нужд, но и отправлялась на экспорт, что пополняло заводскую копилку. Но все же, девяносто процентов своей прибыли предприятие получало именно от наших ракетных программ. А еще, радовало и то, что у нас получилось сохранить на плаву это мощное предприятие, и не только сохранить, но и перевести на рельсы современных технологий.
Элеваторы работали с полной нагрузкой, причем некоторую часть их объёмов, у нас арендовали сторонние фирмы, очень уж удобным было их расположение - совсем рядом с портами. Проблем с зерновозами у нас не было, хотя семь выкупленных и модернизированных балкеров уже не справлялись. К двум арендованным терминалам в Черноморске, на внешнем рейде, всегда стояла небольшая очередь. Разумеется, в первую очередь обслуживались грузы своей компании. Ситуация заметно улучшилась, когда в прошлом году заработал и самый маленький в Украине порт - Усть-Дунайский. Впрочем, сейчас уже и не самый маленький. Что можно сказать. Нам пришлось вложить немалые средства в работы по углублению русла, и теперь в порту могли швартоваться лихтеры до пяти тысяч тонн. Неплохое приобретение мы сделали на заре приватизации, а главное – за сущие копейки. Пусть теперь эти деятели из Фонда госимущества ногти себе до локтей обгрызут. Опоздали ребята, поезд ушёл.
Хочу отметить, постоянное общение с нашими чиновниками вызывало странные чувства. Как когда-то и Эйнштейн, я задавал себе вопрос, это я не в своём уме или ненормальные те, кто вокруг меня? Нет, всё-же они. Потому что разглядеть там хоть какой-то интеллект можно было лишь в очках с приличными диоптриями. Не могу поверить, что во всём виновата только коррупция. Чем больше узнавал о некоторых из них, тем больше мне нравились собаки.
Не скрою, частенько и нас пресса поливала грязью, выискивая и подгоняя факты и я прекрасно знал, чья это работа Любимая тема - этот полуамериканец вскоре половину Украины себе захапает. Ничего, пускай себе пишут, я всегда считал, что не стоит обращать внимание на критику людей, к которым ты сам бы не пошёл за советом. Тем не менее, зарубку на память поставил. Этот случай заставил задуматься, как это я выпустил из внимания четвёртую власть? Надо бы и себе прикупить какой-нибудь приличный медиарупор, …. не один, и не только у нас.
Я уже упоминал о тех огромных подземных хранилищах для техники, которых настроили намного больше всех разумных потребностей, но кого это волнует? Пусть счтоят, они ведь предназначены вовсе не для комбайнов или тракторов с сеялками. Из основного, там уже хранилось несколько десятков БТР-3, которые так удачно затерялись по дороге в Таиланд. Точнее, они таки туда добрались, но только по документам. КаВот так, у нас имеются не только Кашпировский с Чумаком, но и работают свои коперфильды на таможне.
Пройдет немного времени, и все эти подземные хранилища начнут заполняться, именно для этого и был приобретен на периферии, подальше от недремлющего киевского ока, порт Усть-Дунайский. Полагаю, внимание к нему будет минимальным, а своих людей на эту, мало кому интересную таможню, мы всегда пристроим. Но об этом позже, вот лет через пять начнём загружать хранилища более современным вооружением, главным образом натовским, тогда и поговорим. Эта техника будет поступать не только с баланса частной военной компании "Шервуд", но и с наших греческих предприятий.
Хочу признаться, я всегда испытывал слабость ко всему, что можно спрятать под землёй. Как уже упоминал, жемчужина наших греческих владений, остров Сифнос, имел форму вытянутого бублика с большой мелководной бухтой посередине. Отгородив дамбой внутренний залив от моря, мы откачали воду, но засыпать впадину не спешили. В ней было выстроено огромное современное предприятие, три этажа которого находились ниже уровня моря. Главным образом, неприхотливые китайцы, хотя работали и другие, в том числе украинцы. На верхних этажах, с прекрасным видом на море, плечом к плечу трудились за компьютерами приглашённые специалисты КБ "Луч" и киевского НИИ "Квант". Все они прошли годичную стажировку в General Electric и General Dynamics, поэтому, учитывая их собственные наработки, я рассчитывал на отличные результаты. Жаль, что на все интересные и перспективные направления у меня еще не хватало финансов. Все же и о прочем бизнесе забывать не следовало.
Этажом выше сидела дружная команда моих старых знакомых, последователей бога Яхве из Харькова. Это именно та команда, которую я едва успел снять с рейса, отлетавшего в Израиль. После стажировки, все они согласились обосноваться на острове. А что, место здесб райское, тихое, под боком Греция и Турция, куда можно съездить на выходные, а при желании – можно и посетить "землю обетованную". Зону отдыха класса люкс, мы организовали неподалеку - на турецком острове Калем. Он хоть и небольшой, но там были отличные термальные бассейны с лечебной водой, поэтому никаких предприятий на нем решили не строить.
Несомненно, все это вдохновляло трудящихся еврейской национальности на трудовые свершения. Во всяком случае, мы уже провели первые испытания беспилотных аппаратов различного класса - от разведывательных до ударных. И не только испытания, десятка два из них недавно отправились в Африку, на полигон ЧВК "Шервуд". Пусть там, в боевых условиях, выявят и подлечат детские болезни.
В Камерун, на полигонные испытания, я решил отправиться лично, в сопровождении охраны и нескольких разработчиков. Такой, своеобразный отпуск, они заслужили. По данным разведки, в том районе действовало несколько вооружённых формирований антиправительственных войск, возглавляемых кубинскими офицерами. Следуя своей обычной тактике, накрыв минами наши и правительственные блокпосты, они тут же меняли место дислокации, так что нанести в ответ эффективный артиллерийский удар по районам их сосредоточения было затруднительно. Вот мы и решили провести разведку и корректировку огня применив для этого, новые беспилотники. Уверен, противодействовать такому необычному противнику наши оппоненты еще не научились.
В связи с тем, что дальность полета первых образцов была небольшой, не более семи - восьми километров, нам пришлось развернуть свою базу довольно близко к передовой. Разведывательные дроны - это вам не ударные, которые гудят, как мотоцикл, поэтому, вначале их даже не замечали, а если и замечали, то не обращали никакого внимания. А зря…
Часа через четыре, одному из операторов удалось выявить места сосредоточения сил противника, и артиллерия тут-же нанесла по ним удар. При этом дроны-разведчики отлично проявили себя и как корректировщики огня. Все, кому посчастливилось уцелеть, разбежались по джунглям, но большинство осталось на месте, неподалеку от своей догорающей техники.
Такая удачная атака очень не понравилась другим отрядам сепаратистов, и они сделали выводы. Под вечер, нашу временную базу обстреляли из миномётов. К счастью, не из полковых, а меньшего калибра. Я вовремя услышал их неприятное завывание, но сообразил, что же это такое, лишь после того, как ощутил сильный толчок в спину. Это старший моей охраны, довольно бесцеремонно уложил своего босса мордой в траву саванны. Обстрел был неточным, потому как вёлся с максимально возможной дистанции, но всё же одного из наших немного зацепило, к счастью, несерьёзно. Наверняка, стоял столбом как и я, разинув рот. Этот случай меня по-настоящему напугал, ведь работа генерала - сидеть в штабе и думать генеральские думы, а не шляться по джунглям. Вот случись что со мной - и тогда что, всё? На всех наших мечтах можно будет поставить жирный крест? Нет, это было бы уж слишком.
Но польза от непосредственного участия в боевых действиях всё же была. Очень уж неудобным показалось мне управление дронами. Замечания, вдохновили разработчиков на создание чего-то похожего на FPV, а наши тайваньские компании получили срочный заказ на разработку и изготовление необходимых чипов. Надеюсь, через несколько лет нам удастся сделать их намного лучше. Впрочем, радовало то, что нам удалось превзойти лучшие игровые приставки виртуальной реальности.
Но вернемся к моему африканскому приключению. Тогда я подумал,
- А может, учитывая ранение полученное на поле боя, господина Берштейна стоит наградить какой-нибудь медалью? Хотя бы памятной? Впрочем, не думаю, что он оценит такой жест, лучшей наградой для еврея всегда будет денежная премия.
Михаил Иосифович и ценил, только добавил в своей обычной манере: - Александр Борисович, вот ответьте старому Моше, почему, чтобы обеспечить себе старость, надо обязательно угробить молодость?
Тонко подмечено, с ним и не поспоришь. Вот только так было всегда.
Этот день я решил провести в кругу семьи. Сейчас, расслабленно, с удовольствием потягивая через соломинку джин с тоником, сижу под зонтиком у бортика бассейна и лениво прислушиваюсь, о чем болтают мои женщины и спорят зять Дэвид и мой средний - Виталька. Впрочем, какой он теперь Виталька, этому здоровяку недавно исполнилось двадцать, и тем не менее детского в нём оставалось еще достаточно. Вот и сейчас, они с Дэвидом затеяли соревнования, кто из них дальше проплывёт под водой. Пока что, лучше все получается у зятя, которого, как и положено, поддерживает его Светлана.
- Да я бы дальше тебя проплыл, вот только промахнулся в конце и ушел немного наискосок, вы же сами все видели? - горячится мой сын.
- Так ты смотри, куда плывёшь, - возражает дочь, - вон у моего Дэвида почему-то все вышло.
- Не люблю я плавать открытыми, вода глаза режет. Вот если бы кто-то пдсказывал или хотя бы очки дал, я бы точно у него выиграл…
Потягивая холодный джин, я задумался.
- Как это мы оставили без внимания такое перспективное направление, как война на море? Ведь у нас самих главная база на острове. Да и ребята из НИИ "Квант" всегда были ориентированы именно на это, а я их своими сухопутными проблемами заставил заниматься. А ведь у Украины довольно большая протяжённость береговой линии, которая практически не защищена. Не считать же настоящими боевыми кораблями те ржавые коробки, которые нам достались после распила Черноморского флота. Да и не стоит полностью полагаться лишь на ракетное вооружение. Ракеты ведь иногда сбивают.
Я встал и потянулся за записной книжкой.
- Придётся загрузить наших доблестных инженеров ещё и этой проблемой. Если есть беспилотники воздушные, так почему нельзя построить и морские, в том числе и подводные? На радарах, эти маленькие кораблики будут практически не заметны, а взрывчатки туда можно запихнуть куда больше, чем в самый тяжёлый дрон.
- Неплохая мысль, надо бы над этим помозговать. А может в этом направлении уже кто ни-будь работает? Возможно, возможно …вот только мне об этом ничего не известно. А нужные специалисты у нас есть, должны справиться. Тем более, что вскоре заработает собственная спутниковая система связи, которая обеспечит точное определение координат. Более того, она даст возможность оператору принимать изображение с камер и корректировать действие дрона в реальном времени.
Не прошло и недели, и у нас появился новый отдел, в который согласились перейти несколько инженеров из ВВС. В положительном конечном результате я не сомневался, эта задача будет не сложнее той, с которой мы столкнулись при разработке воздушных дронов, а может даже проще, ведь здесь заметно меньше помех от действия систем РЭБ.
А вот с подводными дронами дела шли со скрипом и проблема была та же, что и с воздушными – долго плыть под водой они не могли. Помочь этому могли бы новые аккумуляторы с улучшенными характеристиками, над которыми давно работали специалисты. Надеюсь, у них всё получится, ведь нынче наша корпорация считалась безусловным лидером в этой области. Литий ионные технологии уже знали, вот только для наших задач не очень подходили. Может быть стать лидерами направления нам удастся благодаря моему упоминанию о литий-феррум полимерных технологиях, хотя кроме самого названия я так ничего и не вспомнил. Но ничего, возможно и этого намёка будет достаточно, наши специалисты догадаются и сделают правильные выводы. Хорошо что, получив в концессию африканские месторождения редкоземельных металлов, особенно лития, нам удалось обеспечить себе полную независимость от поставок из Китая.
С системой спутниковой связи, которую, как я уже говорил мы назвали StarLink, дела продвигались успешно. Хорошо, что в своё время к этому проекту мы подключили Южный машиностроительный, а не указали компанию BitCoin как генерального подрядчика проекта. И вопрос был не только в ракетных технологиях. Я до сих пор помнил, как Илон Маск потратил три года жизни и размотал клубок нервов, пока не согласовал с бюрократами из Федеральной комиссии связи максимальное количество спутников, утвердил высоту их орбит и еще что-то, второстепенное. А вот у нас - никаких проблем. Украине, все это до лампочки, а моему хорошему знакомому, президенту Камеруна, тем более. Хочу сказать, с этим бывшим выпускником Сорбоны у меня сложились неплохие отношения. Все же самый долгоиграющий президент в мире. Он вступил на должность еще в 1982-м. Тогда, мы немного помогли ему в вооруженном конфликте с Нигерией, за нефтяной полуостров Бокасси и с тех пор я имел возможность беспрепятственного доступа в его канцелярию.
В общем, со спутниковой сетью нам было полегче. Ведь никто не указывал нам, что и как мы должны делать и на каких высотах летать. И у нас все получилось. Сейчас, благодаря системе StarLink, технологии наведения дронов и ракет стали заметно опережать те, которые ориентировались на GPS и стояли на вооружении армии США.
Как-то, я попытался выписать по памяти перечень всех направлений, над которыми работали инженеры компании, но без компьютера, так и не смог этого сделать. Слишком уж много различных новинок у нас крутилось. Хорошо, что в своё время удалось сколотить мощную команду помощников, которых и контролировать не требовалось. Годы ведь бегут, мне уже под шесть десятков, и все идёт к тому, что вскоре и в порнофильмах я смогу сниматься лишь в роли отрицательного героя.
Года два назад нам удалось приобрести издательство The Independent. То самое, с давней историей. Почему я решил заняться и этим сегментом, ведь всегда считал прессу средствам массового оболванивания? Вероятнол потому, что из прежнего опыта помнил, как важно работать с массами и каково их влияние на общественное мнение.
Сделка состоялась и обошлась нам совсем дешево. Дело в том, что в последние годы, это издание захирело и медленно скатывалось к нижним ступенькам рейтинга. А вот сейчас, к удивлению экспертов рынкап, его популярность начала неуклонно расти, особенно в среде финансистов и работников высокотехнологичного сектора. Наших редакторов и журналистов начали с удовольствием приглашать на вечерние шоу, интересовались их мнением на телеканалах. Ну а я, наконец-то, стал обладателем последнего признака олигарха – собственным медиа.
В возросшей популярности The Independent не было ничего удивительного, ведь я до сих пор не забыл, как будут развиваться главные мировые события, и с успехом этим пользовался. Это вам не прогнозы на футбольный матч "Динамо" - "Спартак" составлять и ящик шампанского спориьть.
Первой ласточкой, вызвавшей не только общественный интерес, а и споры и бурные протесты специалистов, стала большая публикация касающаяся возможности вторжения армии США в Ирак. Издание The Independent писало, что после успешного завершения операции "Буря в пустыне" американское правительство на этом не остановится. Тем более, что пошли утечки якобы из ЦРУ и Пентагона относительно того, что Ирак имеет программу и разрабатывает оружие массового поражения и является чуть ли не главным спонсором Аль-Каиды. Вопреки всем этим заявлениям, наш обозреватель заявлял, что, согласно данным, полученным из собственных анонимных и проверенных источников, эта информация не соответствует действительности. Вначале, мало кто обратил внимание на публикацию в издании, которое в это время занимало лишь тридцатое место в мировом рейтинге. Но позже, когда наш прогноз полностью подтвердился, а особенно после того, как даже американская комиссия по терактам не нашла ни единого факта и пришла к такому же выводу, что и мы, издание тут же подскочило на десяток позиций в направлении вершины списка.
Но самыми резонансными стали подборки аналитических материалов относительно мирового ипотечного кризиса, который, по прогнозам The Independent, должен разразиться в 2007–2008 годах. Наш прикормленный аналитик, Сэм Нильсон, детально проанализировав рынок недвижимости, пришёл к выводу, что пузырь недвижимости вот-вот лопнет и кризис неизбежен.
Что тут началось… Нас, а главным образом меня, пначали обвинять в полной некомпетентности, лоббировании интересов собственного бизнеса и даже в банальной попытке сыграть на падении курса акций. С небольшими перерывами эта травля продолжалась до середины 2007 года, когда даже самые упертые экономисты поняли всю серьёзность ситуации. Вот только сделать что-либо было уже поздно, глобальная рецессия затронула всю мировую экономику.
А мы ведь вас предупреждали! А вы нас не слушали!
После такого громкого успеха сидеть в засаде уже не получалось. Пришлось опубликовать парочку статей, в которых мы давали рекомендации, говоря о путях возможного выхода из кризиса. И каково же было удивление бизнес-сообщества, когда в итоге, именно так всё и случилось. Стремясь предотвратить полный крах финансовой системы, министр финансов США Генри Полсон призвал правительство выкупить у финансовых институтов их проблемные активы на сумму около сотни миллиардов долларов.
Ничего удивительного в этом не было, ведь когда знаешь конечный результат, подогнать под него правильную аналитику - дело техники. Вот олько, всякий раз мне приходилось привлекать к написанию статьи нового специалиста-аналитика. Я обоснованно опасался, что большое количество предсказаний, которые постоянно сбываются, и все от одного человека, будет выглядеть очень подозрительно. Так оно и случилось. Однажды, один из таких подставных специалистов поинтересовался:
- Сэр, мне конечно известно, что вы не новичок в бизнесе, но всё же объясните, как вам удается всё так точно просчитать? Я и не только я, всегда считали, что такое просто невозможно?
Вот что мне ему ответить? Не резать же правду-матку в глаза? Подумал, и решил перевести вопрос в шутку:
- Ник, скажу только тебе и по секрету, у меня один талисман есть. Всегда с собой ношу - голова называется…
Ещё одним резонансным и на сей раз довольно противоречивым и непопулярным выводом был наш прогноз относительно роли Китая в мировой экономике. В своих статьях мы предупреждали, что его доля будет неуклонно расти, пока Поднебесная не выйдет на первые позиции. И действительно, экстраполяция темпов развития на двадцатые - тридцатые годы нашего столетия приводила именно к такому, неутешительному для американцев выводу. Согласно расчётам, которые после нашей публикации бросились проводить и другие экономисты, получалось, что китайцам удастся обойти не только Европу, но и Соединённые Штаты. В статье, на многочисленных примерах, подчеркивалось, что Запад сам себе роет яму, предоставляя китайцам новейшие технологии и перенося туда высокотехнологичные предприятия. Эти публикации вновь наделали много шума, подняли волну критики и споров, вот только я знал, что так оно и будет и рассудить всех сможет только время.
Что интересно, немного коснулись и медицинской темы вместе с поп-культурой. Все же круг читателей желательно расширять. Ведь избиратели это не только финансисты и компьютерщики. Пригодилось то, что я вовремя вспомнил некогда прочитанную мною статью, которая касалась неожиданной кончины Майкла Джексона. Вспомнил лишь потому, что это случилось тогда, когда завершилась острая фаза мирового финансового кризиса, о которой мы как раз писали. Вот и объявился у нас анонимный медицинский эксперт, который высказал мнение об ошибочной стратегии лечения этой известной поп-звезды и отметил, если ее не поменять, существует высокая вероятность скорого летального исхода.
Естественно, никто не обратил внимания на рекомендации неведомого специалиста да ещев таком непрофильном издании. Все случилось как и тогда. Майкл Джексон умер 25 июня 2009 года от острой интоксикации организма, вызванной передозировкой сильнодействующего снотворного препарата - пропофола. Тогда-то и обратили внимание на статью в The Independent. Популярность издания скакнула заметно выше, чем после наших сухих экономических прогнозов.
Еще одним значительным, более того важнейшим медиа проектом стало создание социальной сети Face to Face, в дальнейшем она получила название - F&F. Задача, поставленная перед программистами, заключалась в создании чего-то наподобие Facebook и они с ней отлично справились. Работы длились всего год, ведь я все еще не забыл ряд основных требований, которым эта сеть должна удовлетворять. В результате, нам удалось почти на полтора года опередить Цукерберга с компанией, которые работали примерно над тем же. Ничего, не сомневаюсь, что эти талантливые ребята не пропадут и подыщут себе другой стартап или назовут, то, что у них выйдет непонятным словом "Твиттер". Были все основания надеяться, что этот общественный проект сможет не только развернуть общественное мнение в нужном направлении, но и принесет неплохую прибыль. Если не ошибаюсь, здесь миллиардами пахнет.
- Узнав, что я намерен вложить приличные средства в это новое, непрофильное для корпорации медиа-направление, Генрих заметил.
- Сэр, скажите, а вам не надоело бросать свои деньги на ветер? - на что я улыбнулся и ответил шуткой, - господин Крауф, бросать деньги на ветер иногда полезно, но лишь в том случае, если он дует в вашу сторону. А еще, скажу вам дорогой Генрих, деньги для меня - это не цель, а только средство.
Старик покачал головой и пробормотал про себя,
- Увы сэр, но для большинства они как раз и являются целью…
Я рассказываю лишь об успехах, но хочу сказать, что у нас не всё получалось, по крайней мере с первого раза. Тем нее менее, я не расстраивался и успокаивал себя, и помощников известной цитатой.
- Не расстраивайтесь, что приходится начинать всё сначала. Ведь теперь вы начнёте не с нуля, вы начнёте с опыта. И не слушайте разных скептиков, которые утверждают - если с первой попытки не получилось, значит, парашютный спорт не для вас!
Глава 9
Глава 9
Что удивительно, так это то, что даже сейчас, когда я уже принимаю достаточно серьезные решения, совсем не ощущаю, что это каким-то образом влияет на известное мне развитие событий. Это что же получается, неужели для мироздания я по-прежнему муравей? И как этому жалкому неудачнику, охотнику-любителю Экельсу, тому, который у Бредбери, достаточно было лишь на бабочку наступить! Может мне войну развязать или в ней победить? Хотя, для удовлетворения любопытства этого будет уже слишком. И кто там говорит, что будущее никогда не бывает случайным, его создают? Лично у меня с этим ничего не получается, по крайней мере в данной реальности. Впрочем, если задуматься, вопрос, что же такое реальность и есть главный вопрос философии.
Словом, все было как и в той - прежней истории, без изменений. На выборах две тысячи десятого года победил известный поклонник меховых шапок - Виктор Янукович. А это значит, что как и тогда, Украину ожидают непростые времена. Мог ли я что-либо изменить? Может и да, но так ничего и не сделал. Да и из кого там было выбирать? Не уверен, что та же Тимошенко, давний партнёр и соратник премьера-беглеца Лазаренко, была бы лучшим президентом. Разве что эта поумнее. И если кто-то из тех, кто митингует с картонными табличками об этом забыл, так только не я. Как бы оно все повернулось, не знаете? Вот и я не знаю и даже не хочу об этом думать. А вот сейчас, пока живу в своей Америке и ни во что не вмешиваюсь - знаю. А как известно, знание - сила, а ещё - моя козырная карта.
Первое, что сделала новая администрация, это похоронила хоть и вялые, но всё же демократические реформы Ющенко по децентрализации власти. Украина вновь развернулась к единоличной, кучмовской модели управления. Вернулась всем знакомая президентская вертикаль власти. Последнее, что успел сделать его предшественник, так это громко хлопнуть дверью присвоив Степану Бандере звание Героя Украины. Такой себе ход…
Янукович начал действовать, как и привык. На всех ключевых постах и денежных потоках он принялся расставлять своих людей. Должности, не связанные с экономикой, но тем не менее весьма значимые, заняли люди с российскими паспортами. Имею в виду Министерство обороны, СБУ и Генеральный штаб. Это я хорошо помнил еще с прежних времен и не переставал удивляться – как в таких условиях Украине вообще удалось сохранить самостоятельность и выжить?
Не смотря на такие перемены, наш аграрный бизнес никто не трогал. Более того, неожиданно я получил приглашение из администрации президента, где мне и моему заместителю по сельхоз направлению должны будут торжественно вручить правительственную награду - "Орден Державы" с присвоением звания Героя Украины. С чего такое внимание? Я ведь не президент Египта и не космонавт.
Меня немного напрягало то, что эту высокую награду мне должна вручить такая одиозная личность, как наш нынешний президент, но и отказаться не было причин. Как потом все Ивановичу объяснять? Я ведь не слепой, вижу, как он весь светится от гордости. А нам ведь с ним и дальше работать и желательно без ненужных недоразумений.
Я, с Семёном Ивановичем, которого пришлось срочно выдергивать из его ферм и полей на юге Херсонщины, решили не бронировать апартаменты в отеле, а эти несколько дней пожить в моей прежней киевской квартире, которая лет пять пустовала. Знакомые, включая мэра города, давно предлагали мне участок на Печерских холмах и даже успели провести соответствующее решение через Киевраду, но я отказался. Считаю, что личный особняк желательно иметь за городом, где-нибудь у речки или леса. Не хотелось тратить лучшие годы на стояние в пробках и матюки в адрес коллег автомобилистов объезжающих тебя по запрещенной полосе.
Сейчас, моя квартира была совершенно не похожа на ту, которую тридцать лет назад мне фактически подарило дружное семейство евреев-репатриантов. На минутку задумался - А как там они устроились? Уверен - ни о чём не жалеют.
Лет десять назад мне удалось выкупить две другие квартиры на нашем этаже и теперь я мог кататься не велосипеде в апартаментах площадью более двухсот квадратных метров, хотя и сам не мог понять, зачем мне столько. Из старого, я оставил лишь большие старинные часы. Просто так, на память. За цепочку с медными гирьками я потянул сразу, как только переступил порог, - пускай себе потихоньку тикают. Помню, их мерный ход меня всегда успокаивал и настраивал на философский лад.
Угадал, кое какие мысли таки появились и не все они пришли из мира позитива. Может, это прежняя квартира так действует? Как же я мог забыть о "харьковских соглашениях", которые на днях подпишет Янукович? Они же продлят на десять лет срок пребывания российских войск на территории Украины? Да это же настоящее приглашение россиян в Крым и вскоре спровоцирует события на Донбассе. Да уж, здесь я что-то недоглядел… но дело сделано и его не исправить. Слышал, именно так и говортли в Турции, когда отрубали голову не тому, кому надо.
Общим голосованием, наша троица решила в ресторан не идти, а устроить себе нечто вроде холостяцкого ужина. Тем более, что на улице начал накрапывать унылый осенний дождик и покидать уютное жилище никому не хотелось. К счастью, вместе с нами был начальнки службы безопасности, как без него. Как оказалось, бывший подпол являлся поваром - любителем, хотя немного и уступал моей Ветке.
Наша спонтанная вечеринка напомнила мне молодые годы и веселые посиделки в гаражах, когда гаечные ключи и прочие железяки, небрежно отодвигалось в сторону, освобождая место на столике или верстаке. На нем расстилалась газета "Вечерний Киев" и начинался скромный банкет из тех припасов, которые в сумку каждому сунула заботливая жена. За беседами и спорами, мы иногда просиживали до последнего троллейбуса. Славные были времена, беззаботные, тогда меня совершенно не волновали новости с сингапурской биржи, падение индексов Доу Джонса или скачки цен на нефть.
Как и было указано в приглашении, в администрацию президента, мы прибыли ровно в двенадцать и без задержки были приглашены в приёмную Януковича. Этот здоровяк был на полголовы выше меня. С улыбкой гостеприимного хозяина он поприветствовал присутствующих, поздравил нас с высокими правительственными наградами и выразил уверенность… одним словом, выразил всё то, что положено в таких случаях. Удивительно, но приветственную речь он произнес на "державній мові", не иначе как всё утро тренировался. Хочется отметить, это у него получилось заметно лучше, чем у Азирова. Как ни странно, но Янукович произвел на меня неплохое впечатление и усмехнувшись про себя я подумал,
- Может, есть смысл посоветовать ему отложить строительство дворца в Межгорье и пока цены не поползли вверх, пускай выкупит себе приличную квартирку в Ростове?
На душе остался неприятный осадок – вот от кого я не ожидал награды, так это от него. Теперь сиди и думай, а не выкатит ли мне будущая власть претензию за сотрудничество с "преступным режимом"?
Нас, новоиспеченных кавалеров было четверо, это если считать и нас с Ивановичем, поэтому, процедура награждения не затянулась. Заметил, что во время церемонии, на меня с интересом посматривали прочие участники церемонии, особенно беспокоил внимательный взгляд главы администрации. Он смотрел так, будто от меня зависела дальнейшая судьба Украины. Впрочем, это и не удивительно, ведь если посчитать, то в долларовом эквиваленте мое состояние равнялись едва ли не четверти ВВП всей Украины. Такое повышенное внимание господина Лёвочкина мне не понравилось, наверняка у того имелись на меня свои виды. Надо бы срочно уматывать к себе в Штаты.
Однако от разговора уклониться не удалось. Это было ожидаемо. Он с наскока принялся меня уговаривать принять участие в неких масштабных проектах, инвестировать деньги в сомнительные активы и тому подобное. Я кивал, в нужных местах понимающе угукал и с искренностью в голосе пообещал, что попробую попробовать. Сергей Владимирович был не дурак, все понял правильно и более меня не беспокоил.
Вот и славно, дел дома хватало. Потихоньку, наши склады, как на острове Сифнос, так и на юге одесской области, заполнялись тем, для чего они собственно и были предназначены. Появились там и ракеты. Небольшой процент ракет "Зенит - Интерлинк", поставлявшихся по программе космической связи, объявлялся браком и возвращался производителю. Вот только возвращались они по документам, на самом же деле, в одном из удаленных корпусов производственного комплекса, перед отправкой в Украину, туда устанавливали мощную боевую часть, немного больше, чем та, что была у широко разрекламированного "Искандера". Ну а по характеристикам точности и скорости наши Зениты и вовсе не имели мировых аналогов. Считаю, что собственная баллистика для Украины лишней не будет.
Неожиданно сложным оказался вопрос с отправкой на родину пусковых установок и систем управления. Несколько таких комплексов нам все же удалось протащить, а вот с остальными решили не рисковать. Если возникнет необходимость, сможем их доставить в течении недели. Не думаю, что Турция будет рассматривать эти отдельные элементы электроники как какое-то оружие, и в случае перекрытия проливов Босфор и Дарданеллы нам удастся их переправить. Это же совсем рядом, да и с премьером Эрдоганом у нас сложились неплохие личные отношения. И это сейчас он премьер, а вскоре станет полновластным президентом и надолго. Все эти эрдоганы, они такие: поменять нужную им статью конституции для них как пальцем об асфальт.
Познакомились мы с ним,из-за этих неугомонных курдов, или точнее – в связи со схожими взглядами на эту проблему. Вам интересно, а откуда взялись ещё и курды? Могу объяснить. Дело в том, что в один прекрасный день я получил приглашение из Пентагона. Ничего странного я в этом не видел, ведь интересы нашей ПВК и военных частенько пересекались. Но того, что на этой встрече будет присутствовать сам госсекретарь, да ещё в сопровождении директора ЦРУ, я не ожидал.
Долго ходить вокруг да около эти очень занятые ребята не стали, и сразу же выложили на стол свои хотелки. Вернее одну, но большую. Всё было как всегда, когда очень хочется, но президент-пацифист сомневается, тут же появляется потребность то в диверсантах ЦРУ, то в таких мутных конторах, как наша ПВК.
Разговор начала госпожа Клинтон.
- Алекс, все мы знаем, что вы не являетесь гражданином нашей страны, но тем не менее надеемся, что интересы Америки вам не безразличны. Кстати, я давно хотела спросить, почему вы так тянете с нашим гражданством? У нас в Вашингтоне уже надоело делать ставки на то, когда же наконец вы напишете заявление? Я бы с удовольствием его подписала. Можно узнать, в чем причина? Ведь остальные члены вашей семьи давно приняли правильное решение.
Она вопросительно взглянула на меня, улыбнулась и видя, что я молчу, сама решила ответить.
- Думаю, не ошибусь, если предположу, что вам просто не хочется плотной опеки федеральных контролирующих органов. Кивните, если я угадала.
- Примерно всё так, госпожа Хиллари, но это не единственная причина. Чуть позже вы сами все поймёте, мне даже объяснять не придётся.
Между тем, директор ЦРУ придвинул своё кресло ближе к камину и решил направить беседу в нужном ему направлении.
- Господин Алекс, мы пригласили вас, чтобы обсудить один важный и деликатный вопрос. Хотелось бы надеяться на вашу обычную сдержанность.
Получив моё молчаливое согласие, он продолжил.
- Полагаю, для вас не секрет, что мы собираем подробные сведения о всех влиятельных людях, которые проживают, а тем более ведут бизнес в нашей стране, и не только. Это касается и вас. Так вот. Как нам стало известно, в прошлом, вы несколько лет проработали в Сирии и не только работали, но ещё и смогли там отличиться. И хотя это было давно, мы уверены, что некоторые знакомства и связи у вас сохранились.
Сделав короткую паузу и взглянув на госсекретаря, словно ожидая его одобрения, он продолжил.
- Надеюсь, вы уже ознакомились с последними выводами нашей Геологической службы? Они утверждают, что на территории Сирии разведаны огромные запасы нефти. По данным комиссии - довольно значительные: там может быть около двух миллиардов баррелей нефти и до четырёх триллионов кубических метров газа. Конечно, по сравнению с мировой добычей это не так уж и, не более двух процентов, но для стран средиземноморского бассейна, прежде всего для нашего стратегического союзника Израиля, это может иметь огромное значение. Вот только все усложняется тем, что на территории Сирии поднимают голову различные исламистские движения, прежде всего хорошо известный вам ИГИЛ. Ну и третье - США весьма заинтересованы в том, чтобы создать там свою военную структуру, которая сможет создать мощный противовес "Хезболле" и прочим проиранским группировкам. Вот только нас беспокоит то, что некоторых из них поддерживает нынешний режим президента Асада. А совсем недавно и россияне сунули туда свою медвежью лапу. Как видите, в Сирии сейчас сформировался целый клубок различных интересов и противостояний.
Дэвид немного задумался, будто сомневаясь, стоит ли об этом говорить, но затем продолжил.
- До последнего времени, вся наша политика в этом регионе была построена на поддержке курдского движения сопротивления, которое развернулось на севере страны. Вот только это очень не нравится нашему главному союзнику в регионе - Турции. В связи с этим, Эрдоган уже сделал несколько громких заявлений. А теперь, я бы хотел перейти к сути.
Хиллари поддержала его одобрительным взглядом и перехватила инициативу.
- Нам известно, что когда-то у вас сложились неплохие личные отношения с отцом нынешнего президента - Хафизом - и с некоторыми сирийскими военными, прежде всего с бывшим командующим западным округом. Хотелось бы надеяться, что они такими же добрыми и остались. Если вы не в курсе, скажу – не так давно, одного вашего давнего знакомого назначили на должность начальника Генштаба вооружённых сил Сирийской республики. По сути, сейчас это второй по важности пост в стране. Кроме того, прошу простить наше любопытство: вы несколько раз были замечены в окружении господина Эрдогана. Это также может оказаться кстати.
Она выдохнула и наконец выложила свою просьбу.
- А теперь подумайте и ответьте: не могли бы вы для защиты законности и порядка в этой стране, расширить деятельность вашей ЧВК на несколько регионов Сирии? Со своей стороны могу обещать всестороннюю поддержку правительства и президента, полное финансирование проекта и снабжение ваших подразделений всем необходимым, включая современное вооружение.
- Для защиты законности и порядка или под предлогом защиты законности и порядка – тут же промелькнуло у меня в голове – впрочем, мне то какая разница?
Госпожа Клинтон, вопросительно посмотрела на меня и наконец, решила поставить точку.
- Итак, если мы с вами достигли принципиального согласия, то детали операции могут осудить ваши специалисты вместе с помощниками господина генерала в Пентагоне. У них уже создана команда, которая занимаются планированием наших операций за рубежом. Не так ли господин генерал? - решила она подключить к обсуждению и номинального хозяина кабинета.
После того, как эта двухчасовая беседа завершилась, я и двое моих заместителей надолго заперлись в моих апартаментах на улице Лонгстрит. В результате, было принято решение согласиться с предложениями правительства. Все же плюсы от такого сотрудничества значительно перекрывали минусы.
Как известно, все эти войны, революции и государственные перевороты - дело непростое, затратное и требует тщательного планирования. Не зря же господин Ульянов целый месяц медитировал в камышовом шалаше под Разливом. Вот и мы спешили медленно, тщательно подсчитывая средства и свои потребности, так что мой "Боинг" вылетел в Дамаск только недельки через две.
Что же касается нежелания работать под надзором федеральных чиновников, то здесь госпожа Клинтон была абсолютно права. Не исключаю, что сказывался синдром жизни в СССР. Вот только знала она далеко не всё, да и откуда ей было знать? Дело в том, что учитывая возможные будущие риски - такие как санкции, падение курса валют и даже возможность блокирования наших счетов, - я пришёл к выводу, что нам следует подумать о новой, неподконтрольной ни одному из правительств валюте, которая позднее станет известна как BitCoin. Хотя что значит "пришёл к выводу"? Ведь о последствиях такого шага я не только знал, но и просчитал наперёд. Что же касается названия новой электронной валюты, так пускай все думают, что оно от названия нашей корпорации.
Я размышлял над этим давно и распорядился создать и сформировал задание небольшой, но мощной команде программистов - специалистов по криптографии и шифрованию, что и было выполнено. На первом рабочем совещании, я как мог постарался очертить собравшимся основные требования к этой полностью децентрализованной и независимой платёжной системе. Информацию из прошлого-будущего приходилось выдавать гомеопатическими дозами, иначе расколют меня на две половинки - прямо по заднему шву. Наверняка о чем-то догадаются, ребятки они сообразительны и шустрые.
Увы, но мои знания о ней были такими же глубокими, как море у Арбатской стрелки. Так что, засветиться я особо не опасался, так как и сам наверняка не понимал, как оно все там работает. Просто поставил задачу, что эта система должна функционировать в полностью автономном режиме, без необходимости администрирования, тем более государственными органами. Принципиальным отличием новой электронной валюты, которую, как я уже сказал, мы решили назвать BitCoin, было сохранение информации в блокчейне, где асимметричное шифрование используется для проверки полномочий, а криптографические методы, так называемый майнинг, станут доказательством выполненной работы. Наших финансовых гениев с компьютерным уклоном, сразу же увлекла общая идея, как и те названия и термины, которые я якобы придумал. Эти ребята, с радующим меня энтузиазмом принялись за дело. Полагаю, года два на все им хватит.
И вот, этот день наступил. Можно сказать, сегодняшний понедельник станет знаменательным не только для меня, но и для всего финансового сообщества. Сегодня, мы запустили новую валюту, будущего соперника доллара. Уверен, прежде всего, она придется по вкусу наркодиллерам, нелегальным торговцам оружием и живым товаром – словом всем тем, кто никоим образом не заинтересован в контроле банков и государства над своим бизнесом. Вот только бы нас с ними не связали, а то еще подумают, что мы действуем заодно.
Понятно, что в первое время курс новой электронной валюты будет совсем смешным, но я уверен: постепенно, в результате мощной рекламной кампании, её популярность будет стремительно расти, прежде всего, в среде профессиональных программистов. Хотелось бы надеяться, пройдёт лет десять - пятнадцать, и BitCoin превратится в одного из главных конкурентов доллара. Вот только до тех славных времён надо ещё дожить, и тому, кто оказался в первых рядах и в нее поверил, повезёт больше всех. Например, в моём криптокошельке уже имелось не менее сотни тысяч этой валюты. Неплохой такой резерв на будущее и на случай возникновения непредвиденных ситуаций.
Мой давний товарищ и соратник Генрих, который, казалось бы, должен уже привыкнуть к вывертам фантазии своего бывшего шефа, выдал свое мнение с обычной прямотой. Когда я навестил старика в его маленьком домике у озера, где тот проживал в последнее время, и поделился новостями, тот с неодобрением покачал головой и возразил. И не просто возразил, а очень эмоционально. Я же про себя подумал:
- Ничего себе: казалось бы, уже совсем дедушка, а вскочил, кричит, руками машет - совсем как молодой. Может, и к делам решится вернуться, после таких встрясок?
- Алекс, неужели вы и правду считаете, что эти ваши электронные деньги способны составить конкуренцию мировым валютам? Я вас знаю давно, но сейчас совершенно уверен - это полная чушь! Существующая финансовая система создавалась на протяжении столетий, а вы решили, что будет достаточно каких-то двух десятков лет, чтобы все это сломать? Нет, нет и нет … никогда в такое не поверю.
Я, который в это время рассеянно наблюдал за поплавком, уже начавшим подёргиваться, ответил:
- Давайте подождём, господин Крауф. Скажу вам по секрету: когда мне говорят – что такое невозможно - это не факт, а лишь мнение. Иногда даже, что и общее мнение. А если у меня и не получится - не страшно: даже если над нами будут смеяться, это означает одно - мы приносим людям радость. А это, во времена сплошных разочарований и неприятностей – уже неплохой результат. Тем не менее, я всё же посоветовал бы вам, Генрих, прикупить и себе одну-две тысячи этих коинов. От этого вы не обеднеете, а вот лет через десять и поглядим, кто из нас окажется прав. А если у вас денег не хватает, я могу и одолжить… немного.
С небольшим уловом мы вернулись в его лесную хижину, где и продолжили нашу содержательную беседу. А поговорить было о чём: несмотря на свои семьдесят шесть, этот немец до сих пор сохранял светлую голову. Ему бы ещё моё знание будущего - так цены бы такому управленцу не было.
- Что до предложения принять участие в вашей финансовой авантюре - так поздно мне, всё же не мальчик - устроившись у камина проскрипел Генрих.
- Да бросьте, господин Крауф. То, что ваши нынешние семьдесят - прекрасный возраст, вы поймёте, когда вам стукнет девяносто. А вообще, давайте лучше немного выпьем, как когда-то, в былые времена, - с этими словами я достал из дорожной сумки несколько бутылок и коробку с конфетами и поставил их на стол.
- Не стоит дорогой Генрих нарушать наши вредные привычки…
Генрих указал на конфеты и покачал головой.
- Что вы, герр Алекс, у меня ведь диабет, врачи всё сладкое запретили.
- Согласен, сладкое… ну пусть ещё полусладкое, но ведь сухое то - можно? Например, вот этот сухой "Мартини"? Да и не понимают ничего те врачи, кторык утверждают, что алкоголь вреден для организма. Они что, не знают, что водку требует душа, а не организм.
Не зря съездил к старику: некоторые из его замечаний стоит принять к сведению. И живёт он скромно, в своё удовольствие, хотя вполне мог бы купить себе дворец на Лазурном берегу или построить замок в Геленджике. Правду говорят: для кого-то это апартаменты в пентхаусе, а для кого-то обычная хибара на чердаке. Всё зависит от точки зрения.
Но вернемся к нашим баранам, а если конкретнее - к сирийским баранам.
С целью обеспечения операции, которую мы решили назвать в американском стиле - "Скала на Востоке", (даже нас приучили эти янки к красивым, громким названиям), - нам следовало перебросить на Ближний Восток несколько тысяч своих бойцов из Африки. Чтобы полностью не оголять африканское направление, пришлось отозвать из резерва пару сотен наших ветеранов, и все учебные центры по подготовке и переподготовке пополнения вновь заработали на полную мощность. А это хорошо. Радовало и то, что под предлогом обеспечения согласованной с Пентагоном операции нам удалось неплохо порезвится в их армейских складах. Армия США выделила нам, сиротам, некоторое количество ракетных комплексов "Джавелин", БМП "Брэдли" и прочее дефицитное вооружение. Никто и не подумал поинтересоваться: а зачем вам собственно эти "Джавелины", ведь у повстанцев никаких танков нет?
Пользуясь естественной путаницей и неразберихой с передислокацией, небольшая часть этого вооружения разместилась на подземных стеллажах фермерских кладовых в Одесской области. Позже, всё это спишем на боевые потери. Мой Иванович даже заволновался, мол, если так и дальше пойдёт, так вскоре и для его тракторов с комбайнами мест не останется.
Моя первая встреча с президентом Асадом состоялась через три недели после прибытия на Ближний Восток. До этого, мне удалось провести несколько встреч с чиновниками нефтегазового сектора Сирии и заручился их полной поддержкой. Такой же карт-бланш получил и от господина Эрдогана, которому мы пообещали всячески противодействовать дальнейшему продвижению курдских отрядов на юг и запад страны. Со стороны, всё выглядело так же как и в Африке: мы якобы будем действовать только в интересах частного бизнеса. Имею в виду самих сирийцев и британские нефтедобывающие компании Shell и British Petroleum. А нам бы, только зацепиться за ту территорию, а затем, как у той лисички из сказки, выгнать нас из лубяной избушки будет не просто.
На встречу с Асадом я прибыл не в старый президентский дворец в центре столицы, а в его летнюю резиденцию. И это хорошо. Учитывая, что наша встреча не будет носить официальный характер, я оделся в удобную арабскую одежду, а на халат прицепил свой потемневший от времени орден. Думаю, лишним он не будет.
Встретили нас приветливо, в полном соответствии с арабскими традициями. На вопрос президента, каким таким образом я был удостоен такой почётной награды, мне пришлось в тридцать третий раз поведать отполированную годами былину о своем давнем подвиге, не забыв и о церемонии награждении. Слегка приврал, сказав, что вручал его мне лично его отец - Хафиз Асад. Благодаря этому, а также свободному владению языком, наша встреча прошла в дружеской обстановке. Потому-то я практически не сомневался, что Башар согласится с нашим предложением, тем более что меня поддержали и некоторые из влиятельных местных кланов. Да что там кланов: удалось заручиться одобрением начальника генерального штаба Сирии. Попивая чаи из маленьких фарфоровых пиал, мы погрузились в давние воспоминания. К моему большому удивлению, господину генералу очень запомнились те наши первые соревнования по военному троеборью, опыт которых их военные затем распространили на все округа.
В целом, я не ошибся: сирийцы согласились почти со всеми нашими предложениями. А почему бы и нет? Я ведь не янки какой-то, а свой, советский, хоть и бывший, который помогал им не только строить социализм, но и бороться с терроризмом. Да они и сами понимали свою выгоду. Остановить продвижение отрядов ИГИЛ или курдов да ещё и чужими руками? Это же праздник какой-то. Повезло, что этот Асад никакой не попаданец и в будущее заглянуть ему не дано.
Словом, соглашение было достигнуто, и дальнейшие переговоры и согласования вёл уже не я, а те, кто лучше в этом разбирается, - военные и гражданские специалисты соответствующего профиля. Естественно, наша охрана обойдётся нефтедобывающим компаниям в кругленькую сумму, но она в значительной степени будет компенсирована правительством США. Американцы, в свою очередь, получат несколько баз, хотя для всех они будут числиться на балансе ЧВК "Шервуд". Широкомасштабного ввода американских войск в Сирию удалось избежать и президент Обама мог как прежде, рассчитывать на свою Нобелевскую премию мира. Тот ещё президент-пацифист. И да, обо мне также не забыли: под Рождество я торжественно получил почётную грамоту конгресса. Тут же подумал,
- Опять все то же … Это ка, они что, такой себе американский аналог "Ударника коммунистического труда" при думали? Вот зачем она мне, лучше бы хоть процентов десять налогов скосили.
В итоге, все остались удовлетворены этой мирной сирийской операцией. Белый дом получил желаемые опорные пункты и возможность противодействия дальнейшему продвижению сил ИГИЛ, Турция – некий барьер от курдов, у нас же - появилась отличная возможность существенно пополнять свои склады на юге Украины современным вооружением. Теперь уже не было смысла торопиться, чтобы успеть, пока Турция не перекрыла проливы. Кстати, генерал Палмер о наших бедах также не забыл и подкинул десяток своих отставников - инструкторов. Хотя, что такое эти отставники ВВС? Да этим ребятам ещё и пятидесяти не стукнуло – все они с радостью согласились еще немного полетать, и даже на боевые задания. Наши также были за: пусть вспомнят своё недавнее прошлое, а заодно и нашу молодёжь обкатают.
Пятеро из вновь прибывших, летали на F-16 и F-15, а остальные – числились техниками по обслуживанию. Пользуясь открывшейся возможностью, мы пригласили в Сирию группу лётчиков из Украины - пускай ребята поучатся, полетают на натовской технике, может когда и пригодится.
Между тем, дела домашние развивались стремительно, хотя и не так, как мне того бы хотелось. А может, я просто многое забыл? На смену более умеренной группе Клюева - Лёвочкина пришла молодая и голодная до денег команда во главе со "стоматологом" - Александром Януковичем. Понимая, что до конца президентства отца осталось не так уж и много времени, эти ребята решили подсуетится и принялись действовать в духе уже забытых девяностых годков. Прежде всего, они попытались расставить на всех ключевых направлениях, или вернее денежных потоках, своих людей – смотрящих. К счастью, наш аграрный бизнес их пока что не заинтересовал. Или посчитали выше своего достоинства в земле ковыряться, или специалистов нужного профиля у них не нашлось. Но скорее всего, папа запретил и близко подходить к Герою Сирии и Украины Александру Сиверинскому, учитывая возможную негативную реакцию со стороны США. Точно не скажу, так как и сам не знаю.
А вот "Южный машиностроительный" лихая доля не миновала: там сменили почти всё руководство, в том числе и генерального директора, с которым мы успешно сотрудничали долгие годы. Вот только заработать столько, сколько планировали, молодым эффективным менеджерам не удалось. Это предприятие работало по долгосрочным контрактам, срок которых истекал ещё не скоро. Идея наладить поставки ракетной техники в условную Индию и Бразилию полностью провалилась. Чего стоит даже самая современная ракета без электронной начинки, поставки которой обеспечивала единственная компания - BitCoin Corp. Что до экспорта сеялок и комбайнов, так и чёрт с ними: пускай забирают, на них много не заработают. Новые назначенцы были ребятами грамотными, вскоре и сами во всем разобрались, потому оставили предприятие в покое, правда, прежнего генерального на должность так и не вернули.
Приближался 2014 год - год больших потрясений; именно эту дату я и наметил как поворотную и начальную точку для полномасштабного вмешательства. Решил: довольно прятаться, настало время вылезать из подполья. Реальной возможности предотвратить вмешательство России в украинские дела я не видел: слишком уж глубоко зашел процесс. Однако я надеялся, что нам удастся дать хороший ответ планам Путина и российское вторжение на юго-востоке не примет тех масштабов, какие случились в моей прежней истории. Уверен, мы сможем доказать, что Украина - это вам не Грузия, страна хорового пения, танцев и отличных кулинаров. Да и небольшая она, честно говоря…
А пока еще есть время, надо бы заняться настроениями европейцев, а особенно американцев. Мне сразу же вспомнилась сценка из старого фильма, который назывался "Стакан воды". Там, один мудрый лорд объяснял геополитику молоденькой барышне.
- Если какая-то большая страна захочет подчинить себе маленькую, то у последней шансов нет. А вот если другая большая страна с этим категорически не согласна, то у маленькой, появляются шансы - иногда неплохие.
Успокаивало еще и то, что я не мог припомнить ни единого случая, когда России удалось бы в одиночку победить в войне против европейского государства. Каждый раз, им кто ни-будь помогал, разве что за исключением войны против маленькой Финляндии. Но там уж больно ощутимым было превосходство в ресурсах - примерно раз в сорок. Да и то… едва справились, пришлось с десяток своих генералов к стенке поставить.
О непростых временах, которые все приближались, я никому не говорил – такое знание объяснить было бы невозможно. Тем не менее, нами была подготовлена и начата мощная кампания в информационном пространстве. На это время, "The Independent" уже не являлся откровенным середнячком лиги, который не попадал в мировые рейтинги. Многие нас читали, цитировали и прислушивались к выводам и рекомендациям, причем не только в старой Европе, но и за океаном. А тут еще и новая сеть F&F появилась.
А еще, склонить общественное мнение в нужную сторону нам помог лично российский президент. Он постоянно заявлял, что это только Россия сломала хребет немецкой военной машине, а помощь США и Великобритании была не такая уж и существенная. Мол, пока эти осторожные западные вояки штурмовали какую-то ферму в пустыне или вообще гоняли верблюдов по барханам, советские войска освобождали города и целые страны. Что же касается Франции, так та и вовсе запрыгнула в последний вагон команды победителей лишь в последний момент, и то - благодаря хорошему настроению товарища Сталина.
Такой чувствительный и неприятный для европейцев посыл, принижавший роль союзников во Второй мировой, очень не понравился на Западе. Понятно, мы не могли не воспользоваться таким подарком и еще долго крутили эту речь на своих каналах. Подобранные ведущие, на вечерних ток-шоу, более месяца вытаскивали на свет божий наиболее удачные на их взгляд цитаты российского президента. Не скрою, кое-что пришлось выдёргивать из контекста и немного преувеличивать. Но ведь всякая пропаганда и должна быть такой.
Не забыли приглашать на встречи и уважаемых экспертов - историков, которые поясняли своим слушателям менталитет современного российского общества, привыкшего, что у них обязательно должен быть хозяин. Такое было несложно сделать, в России всегда менялись лишь названия - царь, император, генеральный секретарь, а вот теперь и президент. Все они сидели на троне пожизненно, так же, как и все эти кимирсены или туркменбаши. И если глубинный народ все это устраивало, то флаг им в руки – вот только пусть своим соседям жить не мешают. Вот хотят они помять и использовать вчерашнюю "Правду", штопать колготки или стирать полиэтиленовые пакеты, то и не надо им мешать. Словом, мы действовали грубо и прямолинейно, полностью в русле более поздней российской доктрины, объявив тотальную информационную войну.
В наших аналитических статьях, советовали крупному бизнесу не впадать в излишнюю эйфорию и крайне осторожно относится к инвестициями в Россию. Учитывая возросший авторитет "The Independent" в деловых кругах, это принесло свои плоды. Мы постоянно публиковали прогнозы "нужных" специалистов касательно того, что ожидает Европу, если она и далее будет продолжать сидеть на российской газовой игле. Нашим же американским читателям напоминали, сколько их президентов пытались начать политику перезагрузки отношений с этой страной и к каким плачевным результатам это привело. И наоборот: реальных успехов добился лишь Рейган в 1991-м, когда решил действовать совсем по-другому.
Такая мощная пропагандистская кампания, в которую пришлось вложить приличные средства, была подхвачена и прочими изданиями, что принесло свои плоды. Блиц - опросы общественного мнения показали хоть и медленный, но всё же рост недоверия западного общества к своему восточному, очень непредсказуемому соседу. Ещё одним следствием наших усилий стало то, что постепенно усиливалось влияние наших лоббистов в обеих палатах конгресса. У нас появились устойчивые связи, особенно в сенате, да и в палате представителей позиции понемногу укреплялись.
Не могу сказать, что на всех направлениях у нас были лишь успехи. Неожиданно, к нам на остров заявились нежеланные гости, которых мы не приглашали. На Сифнос прибыла официальная делегация, в составе которой находилось несколько очень уверенных в себе чиновников греческого правительства, представитель таможни и два десятка полицейского спецназа. И что они тут забыли – неужели захотели вернуть остров назад? Ну да – с двумя то десятками полицейских! Причина оказалась как всегда банальной - вновь все упиралось в деньги - в евро, доллары - не важно. У греческого дырявого бюджета с этим были проблемы, а сейчас они стали такими, что даже Евросоюз отказался дыры латать. Лично я эту еврокомиссию прекрасно понимал: иначе и быть не могло. Вот что думали эти греки, когда в разгар мирового кризиса, несмотря на имеющиеся финансовые трудности, правительство популистов, решило ввести пятичасовой рабочий день, а мойщик автобусов зарабатывал по сто евро за машину? Не удивительно, что решать свои проблемы греки решили за чужой счёт, на сей раз за наш. А чего тут думать, ведь прямо под боком валяется такой лакомый кусок - и как им казалось - совсем без надзора. Казалось-бы, только нагнись и подними.
В это время я находился в Юго-Восточной Азии, но представитель нашей компании на острове, которого за глаза называли губернатором, справился и сам. Прежде всего, он организовал торжественную встречу, хотя и без оркестра. Когда судно с греческой делегацией пришвартовалось к пирсу, незваных гостей встретил почётный караул из сотни вооружённых до зубов и одетых в бронежилеты седьмого класса наёмников. К зданию администрации острова гости отправились на трёх лимузинах, и не могли не заметить по дороге бронемашины Bradley, которые укрывались в тени по обе стороны шоссе.
Тем не менее, на мистера Закироса, который у прибывших был за главного, это не произвело должного впечатления: прямо с порога он попытался качать права. Вообще, как для руководителя делегации, этот господин производил странное впечатление. Слишком уж молодой, а его костюм выглядел так, словно ещё в старших классах мама купила его на вырост. Главный посыл греков был такой: "мол остров - суверенная территория Греческой республики и должен жить по нашим законам, а также следовать всем нормативным актам страны". Ну и, разумеется, подпадать под полный таможенный и финансовый контроль Афин. Там еще и про налоги что-то было.
- И каска это понимать, неужели потомки гордых эллинов совсем страх потеряли? Как только уладились их терки с Турцией из-за Кипра, так и вспомнили времена непобедимой Спарты?
"Губернатор", положил перед гостями копию договора аренды и пригласил наших юристов. Статьи соглашения и обязательства сторон в нем были расписаны предельно ясно. Они были бы понятны даже дебилу со справкой, но, несмотря ни на что, главный грек отступать не собирался и продолжил давить - видимо, очень уж подгорало у них в Акрополе. После трёхчасовых бесплодных переговоров и споров, переговорщики устали, да и аргументы начались по второму кругу. Пришлось пригласить делегацию на обед, причём накормили и всех их сопровождающих. После чего аккуратно предупредили, сказав - что единственный отель на острове в данное время на ремонте, а заселять их в личные апартаменты владельца компании он права не имеет.
- Придётся вам господа, заночевать на своей "Афродите", хотя, согласен, в креслах вам будет не очень комфортно. Но ничего, ночи нынче тёплые, легкий ветерок с моря, а теплые пледы из ангорской шерсти для вас найдутся.
На следующий день, убедившись, что переговоры зашли в тупик и не желая ещё и следующую ночь провести в неудобных креслах на верхней палубе, молодой человек в коротеньких штанишках наконец выкатил свой ультиматум. Похоже, он у них был заранее заготовлен. Неторопливая переговорная партия прямо с дебюта перешла в эндшпиль.
- Ну что ж, господа, мы поняли, что решить вопрос конструктивно вы не намерены, поэтому поставьте в известность своего босса, что со следующей недели для всех жителей острова въезд на территорию континентальной Греции будет закрыт.
Ничего себе заявка - и как такие действия согласуются с правилами еврозоны? Если бы я в это время был на острове, то наверное, не удержался и отвесил главе делегации свой секретный пендель. Если не в прямом, так в переносном смысле - точно. Разумеется, позднее мы обжалуем все в еврокомиссии, а пока пусть всё остается по-прежнему: это не повод, чтобы очень расстраиваться и начать топать каблуками. Ведь от нашего островка до турецкого Бодрума, ненамного дальше чем до их Греции. Так что со своей блокадой пусть идут себе лесом.
Вспомнил, как почти двадцать лет назад, я впервые ступил на землю этого почти безлюдного, забытого и никому не нужного островка. Получили его не за красивые глаза, а заплатили за аренду неплохие по тем временам деньги. Из той сотни рыбаков, которые здесь проживали, остаться согласилась почти половина - и они не прогадали. Сейчас, кроме жилья на острове, почти у всех имелись собственные дома на материковой части Греции. А теперь, когда Сифнос превратился в настоящую промышленную жемчужину Средиземноморья, вернуть всё назад? Дудки: придётся этим грекам подождать ещё лет восемьдесят, потому что решение Стокгольмского арбитража безусловно будет в нашу пользу – в этом сомнений ни у кого не было. Впрочем, думаю, и сами греки это прекрасно понимали, иначе не прибегали бы к таким дешевым методам с запугиванием.
Военного вмешательства мы совершенно не опасались. Пусть только попробуют. Ведь если сюда подтянуть хотя бы половину наших из Африки и Сирии, так мы и сами можем совершить очередной удачный переворот в Афинах. Уверен, что из Вашингтона нам после такого лишь пальчиком погрозят. Так что…
Но всё сложилось даже лучше, чем мы рассчитывали. В результате такого непродуманного греческого эмбарго, пострадали прежде всего они сами - имею в виду владельцев многочисленных кафешек и ресторанчиков на побережье. Именно сюда, каждые выходные выбиралось несколько тысяч наших китайцев, индийцев и прочих арабов. Немногим позже взбунтовались хозяева лавочек и супермаркетов, ну а под конец к их компании присоединились и мэры нескольких припортовых городков. Они забили тревогу, когда обнаружилось, что поступления налогов в городскую казну упали на треть. И как теперь прикажете быть с теми самыми социальными выплатами, которых так много наобещало новое правительство социалистов? Словом, на таком голодном пайке упорные греки продержались месяца два, после чего ситуация незаметно вернулась к прежнему состоянию. Надеюсь, теперь уже надолго.
Тем временем события в Сирии набирали обороты. Прошло совсем не много времени и президент Асад, которого подталкивали в спину Москва и Тегеран, выразил свое недовольство нашей деятельностью. Бойцы "ЧВК "Шервуд" вели себя не совсем так, как он себе представлял. Помогая правительственным силам, мы одновременно поддерживали неплохие отношения и с некоторыми вожаками повстанцев. Как говорится, и вашим, и нашим – ничего личного, просто бизнес. Правда, столкновений с правительственными войсками до сих пор удавалось избежать. Это продолжалось до тех пор, пока сирийский президент под давлением Ирана не согласился увеличить имеющийся российский контингент в Сирии, и вскоре рейд Тартуса закрыл дымовой завесой единственный авианосец и гордость российского флота "Адмирал Кузнецов". А вскоре, в страну прибыли и наши старые африканские знакомые - наёмники из ЧВК "Вагннер". Не теряя времени, эти ребята тут же взялись за дело и толкало их одно желание - заработать. Действовали они как всегда - просто и без затей. И почему этому самому Пригожину понадобилось навести порядок именно в тех районах, которые были богаты нефтью?
Понять их было легко. Вагнеровцам надоело гонять отряды нищих повстанцев по пескам северной и восточной Сирии: там много не заработаешь, а вот откинуться можно запросто. Вот они и приняли заманчивые предложения конкурентов Shell и BP, решив взять под свою опеку несколько газовых месторождений, на их беду именно тех, которые находились в контролируемых нами районах.
Не думаю, что командиры "Вагнера" понятия не имели, что район держим именно мы, а может, их разведка ещё не перебралась сюда из Конго. Иначе, чем можно было объяснить тот факт, что на эту операцию они двинулись в походной колоне, не обращая внимания на предупреждающие надписи, которые сообщали всем и каждому, что они пересекли границу частной территории, куда вход строго запрещён и здесь живут злые собаки. А возможно это потому, что все таблички были написаны на арабском, или просто не испугались штрафа в десять долларов. Ну что ж, это их проблема - пришлось выписать другой штраф, иначе говоря, отвесить хороших звездюлей в стиле африканской саванны, накрыв колонну парочкой залпов дивизиона семьсот семьдесят седьмых.
Им не повезло еще и потому, что совсем недавно к нам прибыла их новая модифицированная версия, рассчитанная на использование снарядов высокоточного наведения Excalibur. Вот заодно и испытали эту новинку в боевых условиях. После артиллерийского налета, командир базы направил в тот район четыре вертолёта, где пилотами летали трое украинцев и один американский инструктор, пусть попрактикуются. Ребята и причесали из крупнокалиберных пулемётов всё, что еще шевелилось.
Это первое боестолкновение стало полезным вдвойне: опасаясь более масштабного вмешательства россиян, Пентагон выделил нам дополнительные средства ПВО и пяток истребителей F-16. И это нормально - пускай ребята полетают, керосин в Сирии дешёвый. Надеюсь, что под руководством опытных инструкторов украинские пилоты смогут быстро освоить новые машины и приобретут хоть какой ни-будь опыт. Ну а там, при случае, спишем аэропланы как хлам и перегоним их в Украину.
Такую неслыханную щедрость Пентагона можно было объяснить ещё и тем, что американские генералы начали регулярно пользоваться нашей спутниковой сетью связи. Разве что попросили несколько изменить систему криптографии и шифрования, под их стандарты. С этим легко справились специалисты, которые к этому времени закончили разработку и проверку протоколов криптовалюты, эта задача оказалась как раз по их профилю.
Сегодня был один из тех немногих свободных дней, когда мы с Веткой и старшим внуком, которого отдали нам в Нью-Нью на все каникулы, отправились на прогулку по городу. День был будний и гуляющие попадались не часто. Я бы не удивился, если бы выяснилось, что большинство из тех, кто сейчас с безразличным видом бродит по аллеям парка, являются сотрудниками моей службы безопасности. Совсем как в той известной присказке:
- Слушай, Иван, а ты суслика видишь?
- Нет…
- А он есть…
Ничего, пусть погуляют ребята на свежем воздухе - работа у них душная, только бы лишнего внимания к моей персоне не привлекали; я не относил себя к тем, кто даже в туалет привык ходить с охраной. Попадались и местные, но тех было немного. Наверняка, кто-то из них узнал господина Алекса, хоть он и скрывался за темными стеклами очков, но предпочитали этого не показывать.
С вафельным стаканчиком мороженого и колой в руках мы вышли на набережную. Я всегда любил наблюдать, как Ветка своим язычком аккуратно слизывает верхушку – совсем как в детстве.
А вот здесь публики собралось побольше. Кто-то прогуливался, неспешно беседуя, а кто-то сидел за столиками под зонтиком, потягивая из высоких стаканчиков и отдыхая после трудового дня. Неподалёку от нас, метрах в тридцати, какой-то чернокожий бодро наяривал на гитаре, подпевая себе на ломаном испанском. Что интересно, что играл он не на привычном африканском банджо, которое напоминало мне балалайку, хотя, в отличие от последней, было круглым, а на классической испанской гитаре. Может какого-то кубинского эмигранта к нам в Нью-Нью занесло?
Ветка, хитро прищурившись, повернулась ко мне и спросила. Вернее намекнула.
- Сашка, а ты ещё помнишь, как за струны дёргать? Даже не могу вспомнить, когда в последний раз ты играл на таком инструменте. – при этом, она указала своим пальчиком в сторону уличного музыканта.
Что сказать, сегодня её день - я обещал. Подойдя к лицу негритянской наружности, я положил тому в шляпу пятьдесят долларов, а затем попросил на некоторое время одолжить мне свой инструмент. Похоже, что этого было слишком много, так как бросив взгляд в шляпу, увидел там лишь несколько долларовых бумажек и лишь одну - с портретом Авраама Линкольна. Ну что ж, пускай и у этого парня сегодня будет праздник.
Я, поудобнее пристроил гитару, подкрутил под себя один из колков и уверенно, словно вернувшись в былые времена, взял первые аккорды. Как вы догадались, над парком понеслись слова её любимой - "Солнышко лесное ". Затем, настал черед более энергичной "Бричмулы" и нескольких песен Высоцкого. Не обошел вниманием и песни из англоязычного репертуара. По-видимому гуляющим, моя импровизация пришлась по душе, не думаю, что это моя охрана набросала в футляр под сорок долларов для любимого босса. В группе слушателей, которая меня окружала, я заметил и какого-то шустрика с фотокамерой, и уже догадывался о названии статьи, которую напечатают в утренних газетах. "Богатейший бизнесмен Америки старается зарабатывать не только игрой на бирже..…". Ну и чёрт с ними, главное - моя любимая довольна, вон как улыбается и радостно щурится на солнце. Ведь главное украшение жизни – хорошее настроение.
Минут через двадцать я вернул гитару ее владельцу, и мы направились дальше. Всё же неплохо, что меня сегодня выдернули из офисного кресла, а то все дела да дела. Вздохнул и с легкой грустью подумал,
- Наверняка, это наша крайняя в этом году прогулка по парку НьюНью…. Хорошо, что выбрался ….
Шел октябрь 2013-го, приближались известные мне события. Вскоре, один мой недальновидный знакомый, не устояв перед миллиардной взяткой изКремля, откажется подписывать соглашение об ассоциации с ЭС. Значит, и мне пора отправляться на родину.
Если я к этому только готовлюсь, то несколько бригад наших механизаторов из Африки уже там, под Одессой, налаживают контакты и готовятся помогать формировать отряды местной самообороны. С этим были некоторые сложности, ведь никаких колумбийцев с никарагуанцами отправить туда не получалось, нужны были только свои. В первую группу включили настоящих универсалов, которые могли и поле вспахать и за рычагами танка просидеть. А чтобы всё выглядело по-настоящему, на несколько дней, ребятам пришлось отложить свои M16A3 и под удивленными взглядами жителей пригородов Ибадана, вспахать десяток гектаров африканской саванны. Это так, для практики. Всех гиен и шакалов в джунглях распугали. Иначе нельзя, для всех остальных, они будут комбайнерами из Винницкой, Житомирской и Хмельницкой областей, которые прибыли вместе со своей техникой для уборки поздней кукурузы. И никто не задавал вопросов, а почему большая часть уборочной техники так и осталась стоять не распакованной в громадных морских контейнерах. А чего спрашивать? Начальству оно видней. А еще, удивлялись уж слишком загорелым физиономиям этих хлеборобов, впрочем, нынешним летом солнце и в Украине жарило по-взрослому.
Как и предполагал, события развивались по знакомому мне сценарию, тому же, что и в оставленном мною прошлом. Поводом для начала первых протестов стал неожиданный почти для всех отказ правительства Януковича подписать ранее анонсированное соглашение об ассоциации между Украиной и Европейским союзом. Очень опрометчивое решение. Что мешало тому-же Путину и далее руководить Украиной через своих агентов влияния? Никто не предполагал, что в результате этого, правительство в полном составе будет вынуждено перебраться в Ростов.
Резкий разворот Януковича в вопросе ассоциацией стал неожиданностью для всех кроме меня. На этом бывший зэк не остановился, а принялся резко разворачивать страну в восточном направлении. Не каждому удастся устоять перед искушением пятнадцатимиллиардной взятки от Путина. В столице забурлило, начались первые протесты - вначале робкие, но позднее они охватили западные и центральные регионы. К вопросу ассоциации люди относились по-разному. Восток и юго-восток, все еще тянулись к действующему президенту, впрочем, это не-надолго. Я же задумался.
- Удивительно, но и у нас, в Штатах я наблюдал очень схожую картину. Имею в виду деление страны на синие и красные цвета. Кто может мне объяснить, почему "синие" штаты практически на всех выборах поддерживают демократов, а "красные" – в большинстве сврем, голосуют за республиканцев? Вопрос интересный …
Некоторые, объясняли это тем, что "красные" штаты более склонны к сохранению традиций, более религиозны и воспринимают влияние правительства на свою жизнь как незначительное. "Красные", в своём большинстве, прислушиваются к церкви, в то время как "синие" - более восприимчивы к изменениям, новациям и глобалистике. Именно в синих штатах и находились крупнейшие космополитические центры страны, в то время как избиратели "красных" - это преимущественно жители маленьких городков и сельской местности. Там оседало меньшее число эмигрантов и других этнических групп.
Для меня, такая ситуация была не совсем понятна, ведь в отличии от нас, население США не сидело на месте, а частенько переезжало с места на место в соответствии со сменой места работы. Примерно как сообщающиеся сосуды: где условия получше, туда они и перетекают. В этом то и заключается вопрос! Вот как, переехав в "красный" штат, "синий" избиратель лишь за один- два года становится "красным" и ярым сторонником республиканцев? Что-то здесь не так, не сходится ….
А вот у нас всё понятно. Нынешние синие регионы, которые при Кучме считались самими "советскими", - это главным образом восток и юго-восток. Здесь годами, последовательно голосовали вначале за коммунистов, а затем за тех, кто обещал им возврат к временам такого сытого совка. Хотя, какого чёрта сытого? Воплощением их мечтаний стала именно Россия, где, судя по тем мультикам, которые им регулярно крутило российское телевидение, люди живут "по-богатому". Почему бы на наших каналах не показать этим люмпенам какую-нибудь глубинку, скажем, ту же Туву, Бурятию или любую другую российскую область с деревянными туалетами во дворах пятиэтажек? Пусть всяк имеющий телевизор - да увидит, а имеющий уши - да pазвесит.
Скажем, с Донецкой и Луганской областями всё было более-менее понятно. Именно здесь и проживали потомки тех трудармейцев, которых в тридцатые завез в теплушках товарищ Сталин, затыкая дыры на предприятиях и шахтах. Кроме того, эту странную тягу к совку можно было объяснить и тем, что во времена СССР, труд шахтёра был хоть и тяжёлым, зато денежным. Еще будучи школьником, мне доводилось сталкиваться с представителями этой профессии. Шахтёры, приезжавшие на отдых в Крым, ничем не отличались от тех, кто несколько лет отпахал на Крайнем Севере или Дальнем Востоке. Пачки денег, пьяные гулянки в ресторанах - именно таким и был их стиль. А вот тех, кто трудился на обычных предприятиях, они считали людьми второго сорта. Не удивительно, что им и их детям так хочется вернуться к прежним временам, где жилось хоть и не очень хорошо, но всё же получше, чем у соседа. Я давно забыл и о школе и о политических раскладах в Веймарской республике двадцатых годов. А вот это, до сих пор помню.
А вот на роль колеблющихся штатов, которые бывало, меняли свои предпочтения, такие как Мичиган и Пенсильвания в США, вполне подходила наша Херсонщина, Николаевщина или Днепропетровская область. Скорее всего, в данном случае, большую роль играла бешеная пропаганда за русский язык и ряд ошибок со стороны оранжевой команды. Впрочем, не сомневаюсь, что местным активистам, ведомым африканскими комбайнёрами, удастся качнуть ситуацию в нужную сторону. В крайнем случае, помешать задавить первые ростки местных майданов им вполне по силам.
А пока, приходилось работать по тихому, не высовываясь, заботясь о том, чтобы не привлекать внимания центральных властей, а вот как только все силы "Беркута" и милицейского спецназа отправят разгонять киевский майдан - серьёзных противников для нас, я здесь не видел.
Вчера вечером я принял окончательное решение.
- Все, пора, завтра же собираем штаб - и айда в Украину. По дороге, заеду на греческий архипелаг: надо бы ознакомится с последними новинкпми, среди которых были и усовершенствованные системы наведения и средства РЭБ.
Я вынырнул из этих мыслей и ускорил шаг, желая догнать жену, которая неторопливо шла метрах в двадцати впереди. Подойдя к трем бетонным цветочным вазам, я на минутку остановился, увидев, как по земле волочится шнурок. Так и наступить на него недолго. Присев, чтобы завязать, я услышал мощный взрыв - и всё… Всё вокруг исчезло: мне не холодно и не жарко, не слышу ни единого звука, а ещё - воздуха не хватает…
Глава 10
Глава 10
Дежавю. А ведь такое я уже переживал … когда-то, …давно… И не просто давно, а очень давно, может быть даже в другой жизни. Снова чувствую как могучий, упругий поток тёмной, почти чёрной воды плавно несёт меня по узкому тёмно-серому каньону с высокими гладкими стенами. Казалось, что это какие-то неведомые гиганты высекли его из цельной глыбы гранита. На сей раз, я уже ученый и даже не думаю зацепиться за его гладкие стены и выбраться из воды. Непонятно откуда, но приходит понимание - все мои потуги будут напрасны. Наконец, как и тысячу лет назад, где-то далеко впереди, небо становилось светлее, постепенно. стены каньона расступаются, и меня выносит в широкую, спокойную заводь.
Несколько гребков и я подплываю к пляжу или, вернее к пологому берегу, так как пляжем эту мусорную свалку назвать было сложно. И вновь, передо мною знакомый сероватый, словно припорошенный радиоактивным пеплом песок, чуть дальше от берега - разбросанные в беспорядке горы разнообразного хлама. Чего здесь только нет: и пластиковые бутылки, и банки из-под пива, и обрывки старой одежды вместе с рваной обувью, но чаще всего, попадаются консервные банки из-под кильки в томате и аргентинской тушёной говядины. Словно кто-то останавливался здесь на свой "пикник на обочине" и ушел по английски, не прибрав за собою. Медленно выбираюсь на берег и с удивлением ощупываю свою одежду. Она абсолютно сухая! Не удается вспомнить, было ли так же и в прошлый раз? Что делать дальше, куда занесло на этот раз? Вновь в шестидесятый… или, может, ещё дальше? Вот открою глаза и выяснится, что я собственный прадед, а может и купец первой гильдии Козлобородов? Почему такая дурацкая фамилия? Да чёрт его знает, да и не важно это. А может мне предстоит проделать путь от пеленки вонючей, до савана зловонного…?
Через минуту выяснилось - никуда идти и не нужно - ко мне самому пришли. Вот только первыми звуками, которые я услышал в этой реальности, была не бодрая мелодия "Пионерской зорьки", а негромкое, монотонное пиканье. А это что такое? Я не расстраиваюсь – это гораздо лучше, чем очнуться под печальные мотивы Фредерика Шопена.
Безуспешно пытаюсь открыть глаза, или хотя бы один. В них словно песка насыпали, но все же разглядеть что-то удаётся. Слева от себя увидел какой-то модерновый медицинский агрегат, от которого ко мне тянется с десяток разноцветных проводков и силиконовых трубочек различного диаметра, а справа, слышно как мерно качает свою помпу аппарат искусственной вентиляции лёгких. Судя по дизайну оборудования, изготовлено оно точно не в девятнадцатом веке и даже не в двадцатом. Уже легче - хоть с этим повезло. Не сомневаюсь, мне бы точно не понравилось ходить на ночную вазу или топать по морозцу в дощатый туалет.
Тем временем, разумный аппарат, сообразив, что его клиент уже очнулся, ускорил ритм, а на зеленом экране бодро поползли столбики разноцветных цифр. Почти одновременно с этим дверь осторожно приоткрылась, и в палату заглянула молоденькая девушка в белом халатике, похоже, медсестра. Встретившись со мной обеспокоенным, а затем удивленным взглядом, она тихонько пискнула, прикрыв ладошкой рот, и вновь исчезла за дверью, даже забыв её прикрыть.
- Куда же ты милая умчалась, а посидеть, а поговорить? Как там принято у нашего брата попаданца? Мне ведь положено спросить, что у нас за держава, какой нынче год от Рождества Христова, кто сидит на троне - Великий князь, Генеральный секретарь или президент?
Как оказалось, убежала она не просто так и совсем ненадолго. Не прошло и двух минут, как в комнату решительным шагом вошёл мужчина средних лет, на ходу застёгивая белоснежный халат. Внимательно посмотрев на показатели, помигивающие на экранах, он направился ко мне. Мне показалось, что мигающие цифры его удивили, а затем порадовали. Подойдя к кровати, он взял меня за запястье и словно не доверяя своей космической технике, нащупал пульс. Воистину, у всех врачей мира протокол один .
- А рука то у него тёплая – не к месту подумал я, - видать, хочет лично убедиться, что аппарат не соврал, сердце проснулось и в холодильник пока рановато. Впрочем, почему это я решил, что оно не стучало до того.
Закончив этот, обязательный для эскулапов всех времён ритуал, врач выпрямился, на минуту задумался, словно принимая решение, а затем принялся решительно отсоединять меня от систем жизнеобеспечения, давай мол, теперь справляйся сам уважаемый.
Закончив и подойдя поближе, он о чём-то спросил меня по-английски. Странно, но я понял всё – неужели было достаточно тех скудных знаний, полученных на языковых курсах в 1991-м? С ответом я не спешил - и не потому, что не хотел или не знал что сказать, просто двигать языком оказалось ещё большей проблемой, чем открыть глаз. Пришла мысль – было бы неплохо, если меня оставят в покое, тогда и время появится привести мысли в порядок, а при удаче и попытаться хоть что ни-будь вспомнить. Врач оказался опытным и правильно понял мой взгляд, поэтому, ещё раз заглянув пациенту в глаза, вышел, прихватив с собой и свою симпатичную медсестричку.
И вновь я наедине с собой и своими мыслями, но теперь хоть уверен, что нахожусь по правильную сторону той границы, которая отделяет мир живых от тех, кто стоит в очереди к Петру-ключнику. Итак, это всё-таки я, Александр Сиверинский, а не некая бестелесная сущность, как в том фильме ужасов, который некогда довелось посмотреть. Во всяком случае, люди меня видят, слышат и о чём-то спрашивают. И это радует.
Понемногу, туман в голове рассеивается, а может, просто спадают последствия моего лечения, и что-то подсказывает, очень длительного лечения. Первыми, начинаю чувствовать пальцы, затем руки, ноги. Наконец, сделал окончательный вывод - это я - Александр Сиверинский, вот только непонятно прежний дедушка шестидесяти лет или опять пацан- третьеклассник?
- Вот почему всем порядочным попаданцам сразу же на глаза попадается свежий номер газеты "Правда", из которой тот всегда может узнать не только последние новости, но и год и сегодняшнюю дату. Что это, только мне так не везёт?
Делаю попытку осторожно повернуть голову в поисках этой самой газеты и тут же пожалел об этом. В виски ударила резкая боль.
- Ладно, ничего не поделаешь, думаю, терпеть осталось недолго, меня ведь должны покормить, тогда и попытаюсь выяснить. Кстати, а спросить хоть что-то я способен, или язык по прежнему не шевелится? И да, на каком языке все они общаются, неужели в этом заведении настолько продвинуты, что даже обычная медсестра свободно болтает на английском?
И действительно, почему именно на английском? Может, меня уже расшифровали и я проснулся в одной из секретных лабораторий ЦРУ? Все правильно, никакой болезни и не было, просто надо мной проводили опыты желая вытащить информацию и сведения о моем криптокошельке. И как теперь быть – дожидаться, что будет дальше или попытаться смыться? Похоже, никто меня не охраняет. Но бежать в нижнем белье, как Чапай от колчаковцев, не самая удачная идея. Да и куда бежать? Нет, надо бы вначале прийти в себя и определиться, где я и что я.
- Так, хорошая новость, язык похоже ворочается и для начала, попробую-ка я продекламировать какой-нибудь стишок,… ну тот, который первый в голову придет, или хотя бы известную мантру - мама мыла раму. Нет, лучше пусть будет песенка, тем более, что она как раз в тему.
Я открыл рот и попытался продекламировать запомнившиеся с детства строки:
May there always be sunshine, May there always be blue sky, May there always be mummy, May there always be me!
Получилось! Вот и отлично, значит у меня все нормально, но почему вновь на английском. Впрочем, не страшно, зато я точно знаю - по меньшей мере три канала коммуникации работают в штатном режиме. Имею в виду зрение, слух и речь. То, что я в больнице, и не в обычной районной, я понял сразу. Остается лишь выяснить, в какой именно и как я сюда попал.
Закончить мысль мне не дали. Словно узнав, что пациент полностью пришёл в себя, двери палаты широко распахнулись, и в комнату вошли трое: тот самый врач с тёплыми руками и военной выправкой и с ним двое незнакомцев. Разумеется, все были в белых халатах. Похоже – его коллеги другого профиля.
- Сэр, как вы себя чувствуете? Говорить можете или желаете ещё отдохнуть?
Я удивлённо взглянул на спросившего. Что-то не припомню, чтобы я работал принцем-консортом при Букингемском дворе или заседал в палате лордов.
Старший, из вновь прибывших подошёл вплотную и прежде всего, проверил меня на рефлексы. Проверил. По глазам было видно, ему все понравилось, так как эстафету перехватил третий. А вот этот, явно работал специалистом по человеческим душам, потому как принялся ездить мне по ушам, задавая множество разных вопросов, порой - совершенно бессмысленных. А может это только я так думаю, потому что на большинство из них просто не знаю, что отвечать. Минут через десять, эта односторонняя викторина мне надоела, и я невежливо перебил доктора, задав те два вопроса, которые интересовали меня больше всего.
- Мистер, а не подскажете, какой нынче год и вообще, где мы с вами находимся?
Люди в белом, молча переглянулись между собой, и словно получив общее согласие, первый ответил:
- Сегодня у нас второе сентября 2015 года, - а затем вновь добавил волшебное слово - "сэр".
- Сэр, вы пролежали в коме один год и десять месяцев. Скажу вам честно, мы и не надеялись, что нам удастся вас вытащить. Уж слишком долго за вас работали аппараты искусственных лёгких, почки и кардиостимулятор.
Подумал: - видать плохи были у меня дела, хорошо, что не поторопились и не отвезли прямо в морг, а то очнулся бы там и принялся пугать санитаров и прочих нормальных покойников. Не удивлюсь, если узнаю, что их главный, успел заказать для меня поминальную табличку.
- Ну что ж, хоть и не очень приятный, зато честный ответ. – после которого пришло время и для второго вопроса.
- А сейчас прошу напомнить, где я и как меня зовут?
На сей раз, процедуры молчаливого совещания не потребовалось, и доктор тут же ответил.
- В данный момент мы с вами находимся в центральном госпитале Министерства обороны США в городе Кливленд, а зовут вас Алекс Сиверинский. В июле этого года вам исполнилось полных шестьдесят четыре.
Правду говорят: если вам нечаянно заехали по голове, и она начала вращаться против часовой стрелки - это плохая примета. Похоже, со мной так и произошло, потому как после его слов у меня словно заслонку сорвало. Из глубин памяти, по отдельности и целыми косяками, начали всплывать давние воспоминания. Детство, юность и даже немного дальше, причём все показалось мне странным, словно я переживал это дважды. Ладно, со временем и с этим разберусь. Главное, что я нахожусь по правильную сторону, как последней черты, так и черты бедности.
- Благодарю вас, господа. И наконец, последний вопрос. А в вашем центральном госпитале Министерства обороны пациентов вообще-то принято кормить, ведь если я вас правильно понял, мне только что сообщили, что последний раз я пообедал года два назад?
Врачи, внимательно наблюдавшие за мной, улыбнулись, и низкорослый ответил:
- Вот и хорошо, если у вас появилось чувство юмора, значит, дела точно пошли на лад. Разумеется, сейчас вам всё принесут, вот только не рассчитывайте на бокал пива и свиные рёбрышки с картофельным гарниром - такого счастья вам придётся дожидаться как минимум недельки две-три.
Какие мелочи, по сравнению с годом и десятью месяцами. Да я не рассчитывал на такое, ибо знал: если тебя несколько лет кормят через силиконовую трубочку, то даже зубы могут забыть, для чего они вообще нужны.
Светила местной медицины не стали дожидаться начала моего банкета и тут же удалились, мягко прикрыв за собой дверь. Вместо них, в дверном проеме появилась уже знакомая медсестричка в коротеньком халатике в сопровождении дюжего мулата, который аккуратно толкал перед собой столик, на котором стояли две чашки. Одна из них аппетитно пахла куриным бульоном, а в другой - колыхалось нечто похожее по запаху на отвар шиповника с черникой.
- И откуда я такие слова знаю, да ещё и на английском? Видать, память возвращается заметно быстрее, чем я ожидал.
Съев, или вернее выпив обед, я вновь откинулся на подушку, всем своим видом показывая, что очень устал и хочу немного вздремнуть. На самом деле, мне просто хотелось, чтобы меня никто не тревожил для обследований или анализов. Прежде всего, требовалось собрать воедино тот пазл, под названием память, потому что там до сих пор было процентов семьдесят белых пятен. Что интересно, все они касались моего детства. Но может, так и положено, двигаться к цели следует начиная от истоков…
Радовало то, что теперь то я хоть знаю, кто такой, а вот почему меня занесло в Америку, да ещё и в главный госпиталь Пентагона, предстояло еще вспомнить. Со временем найду ответы и на эти вопросы, так что спешить будем медленно.
И я оказался прав: воспоминания скатывались откуда-то сверху, словно кубики в игре "Тетрис", уверенно занимая нужные ячейки. Не уверен, смогу ли сегодня заснуть, уж очень хотелось узнать как начало, так и продолжение своей истории. Тут же подумал.
- Ничего страшного не случится если не смогу заснуть – я достаточно выспался за эти два года.
Первой, явилась в голову правильная мысль.
- Сдается мне, что непростой я человек, а ещё не бедный и совсем не местный. В таком случае, почему оказался именно здесь, в каком-то Кливленде, да ещё и в этом элитном медицинском учреждении? Оно ведь точно строилось не для бомжей. Два года продержать меня на таких аппаратах - задача не из дешёвых.
Я не ошибся. До первых петухов, мне так и не удалось заснуть, хотя и старался делать вид, что крепко сплю, даже пытался похрапывать. За ночь, мне удалось вспомнить почти всё, за исключением мелких деталей. Единственное, чего я не знал, и что больше всего меня интересовало, - что же на самом деле случилось в тот день на набережной Нью-Нью? На этот вопрос ответа у меня не было. А ещё - очень волновал вопрос, что же случилось с моей женой и когда наконец я смогу обнять её, наших детей и внуков?
На следующее утро я почувствовал себя настолько хорошо, что мне было позволено хлебать куриную похлебку сидя. Думаю, дела мои быстро идут в гору, так что до жареной картошки с салом и солёными огурчиками доберусь значительно раньше, чем предрекал пессимист Гарри. Гарри - так звали моего врача, а точнее первого лейтенанта медицинской службы Гарри Коэна.
Я не ошибся и дней через десять уже гонял по дорожкам роскошного парка - даже без помощи моей помощницы Барбары. Ну как гонял: рулил на каком-то модерновом кресле, украшенной разнообразной дружелюбно помигивающей электроникой. Раве что, лотка для телепортации пива и унитаза к нему не приспособили. За прошедшие дни я выяснил практически все, и все эти новости были неутешительными. Возможно, если бы не это, так и на ноги я встал бы заметно раньше.
Итак, теперь я остался один - точнее, не совсем один: дети и внуки никуда не подевались, а вот моей любимой не стало. Тогда, на набережной, сработало мощное взрывное устройство, и мне удивительно повезло, что я в это время присел, чтобы завязать шнурок. От взрывной волны и практически всех осколков меня защитила бетонная клумба для цветов, высотой дюймов тридцать. Моей везучей голове достался один обломок железобетона, правда довольно приличный, который удачно угодил прямо в темечко. И слава всевышнему, что на излете. Я почесал шрам и подумал:
-А не в то ли самое место, куда свалилась и та банка с клубничным вареньем? По крайней мере, мои первые ощущения были полностью идентичны.
Впрочем, даже и этого могло хватить, однако вновь повезло. Высшие силы не думали расставаться со мной так просто, похоже, не все ошибки ещё сделаны.
А вот моей Веточке так не повезло. Хотя она и опередила меня всего на несколько шагов, досталось ей по-полной. Позже рассказали, что нашу маму и на кремацию везли в закрытом гробу. Похоронили её здесь, в Штатах, - именно так решила семья, ну а сам я, по понятным причинам, участия в голосовании не принимал. К счастью, наш Максимка, или Макс, который в тот солнечный день гулял вместе с нами, совершенно не пострадал. Он рванул далеко вперёд, желая первым посмотреть на уличное кукольное представление, поэтому находился метрах в ста от эпицентра взрыва. Мальчик оглох на одно ухо, но со временем все прошло.
Понятно, как только разрешили врачи, я увиделся и с детьми и с внуками. Одинр лишь Сашка не приехал. Сейчас он был далеко - в Юго-восточной Азии, по вопросам нашего французского филиала. У них возникли некоторые проблемы, но он обещал обязательно примчаться дня через два.
Как мне сообщили, расследованием теракта занималось центральное управление ФБР. Им удалось выяснить, что следы террористов вели далеко - аж в самую Африку. Федералы установили не только имена исполнителей, но и вычислили предполагаемого заказчика - вернее, заказчиков. Главный исполнитель, который и нажал на кнопку, уже год как дожидался подписи президента, которая усадит его на электрический стул, а двое других, бывших наблюдателями, отбывали пожизненное заключение. Ведь тогда, кроме Веточки, погибли ещё трое ни в чём не повинных людей.
Результаты расследования указывали, что за организаторами покушения стояли мои старые знакомые - кубинцы, а с высокой вероятностью к этому был причастен ещё и кто-то из команды "Вагнера". Слишком уж много соли мы им насыпали под хвост в Африке. А когда к списку наших "злодеяний" добавилось ещё и практически полное уничтожение их военной колонны в Сирии, решение было принято. Ничего, на память я не жалуюсь. Как только вернусь к делам и возьму бразды правления в свои руки, тут же и объявлю этим подонкам тотальную войну - личную войну. Отныне, у меня появился свой враг, и он об этом знает. Но и я знаю, что они знают, а еще – они знают, что я знаю, что они знают…
То, что я практически полностью пришел в норму - по крайней мере моя голова, - стало ясно тогда, когда мне удалось вспомнить ту задачу, которую я пронёс сквозь годы своей второй жизни. Цель, ради достижения которой приложил столько усилий и потратил уйму долларов.….
Несмотря на явное недовольство врачей, неделю назад я смог встретится со своими заместителями, которые рассказали мне о состоянии дел компании. Даже без меня, дела у нас шли неплохо, даже отлично. На сегодняшний день общая капитализация BitCoin Corporation превысила триллион долларов и останавливаться на этой цифре не собиралась. Результаты могли бы быть и повыше, но сказывались довольно приличные расходы на разработку и производство вооружения - а как известно, такое во все времена считалось делом не дешёвым. Но это того стоило, и особенно радовало то, что в области беспилотников, морских дронов, средств наведения и РЭБ, разработки нашей компании превосходили все имеющиеся аналоги.
Казалось бы, все хорошо, только выставляй на продажу. Но тем не менее, в таких известных выставках как парижская Eurosatory или IDEX в Абу-Даби, мы участия не спешили. Нет, я не сомневался, что инвестировать в наши разработки желающие найдутся, вот только покупатели нам были ни к чему. Ведь на данный момент помещения складов в Африке, Греции и Украине были заполнены едва ли на пятьдесят процентов. Как говорят - патронов всегда не хватает….
Увы, но пока я валялся в коме, помощники, которые не были до конца посвящены в мои замыслы, просто не знали, как им поступить. Они так и не решились на открытое выступление. Вероятно, именно по этой причине ситуация в Украине развивалась не совсем так, как я планировал.
Немного позже, прибывший навестить шефа полковник Джекобс, рассказал о делах ЧВК "Шервуд" в Сирии. Если говорить об этой стране, то в контролируемых нами районах, ситуация оставалась под нашим полным контролем. Но это все у нас, а вот по оценкам аналитиков, очень возросла вероятность свержения режима династии Асадов. Да я и сам считал, что давно пора, ведь эта дружная семейка измывалась над своими гражданами неполных пять десятков лет.
А вот у нас дома ситуация все еще оставалась очень нестабильной. Может, я и ошибался, но мне казалось, что события в стране развивались немного по другому, иначе чем в той, моей первой реальности, которую я когда-то покинул. Такому обороту я даже удивился, ведь давно замечал, что все мои потуги изменить ход исторических событий оказывались безуспешны.
Если кратко, то общая картина была такова. Как и тогда, Янукович сбежал в Россию, и Крым удержать не удалось - здесь все без вариантов. Пастор, он же капеллан, а по совместительству временный президент всея Украины, даже и не попытался хоть что-то предпринять, ну а меня, с моим африканским спецназом, по известным причинам, рядом не было. Точно так же, не удалось удержать и часть Донецкой и Луганской областей. Как и когда-то, практически во всех крупных центрах Восточной и Южной Украины начались столкновения демонстрантов и правительственных сил с пророссийскими "антимайдановцами" и многочисленными "засланцами" переодевшимися в гражданку, которых Москва отравила сюда в командировку.
А вот в херсонской и одесской областях, столкновения продолжались совсем недолго и не имели шансов на успех. Оно и понятно: ведь против не организованных сторонников бежавшего президента подкрепленных агентами ФСБ выступала не кучка активистов с дубинками и деревянными щитами, а отлично вооружённые и хорошо обученные африканские трактористы. А эти ребята у нас не отличались чрезмерной толерантностью - камерунские папуасы с кубинцами приучили.
Начальник службы безопасности, который посетил болящего одним из первых, поведал об одном показательном случае. Когда на подъезде к Мариуполю, толпа из сотни сепаратистов, среди которых было много женщин, по уже отработанной схеме окружила и попыталась остановить наши БТР-3, водитель Миша сделал вид, что оглох и забыл в казарме свои очки с шестью диоптриями. Он лишь плотнее придавил педаль газа и рванул прямо. В результате - трое раздавленных колёсами броневиков, а еще семерым повезло, они попали не в морг, а в больницу скорой помощи, где всем диагностировали множественные переломы. Ранее агрессивная толпа разбежались по окрестностям, после чего принялась жаловаться на "зверства" украинской военщины на различных российских телеканалах и строчить письма во все инстанции, включая лигу сексуальных реформ. Наши же, по примеру кота Леопольда решили, что …неприятность эту – мы переживем … Данный урок сыграл свою положительную роль, и в дальнейшем, подобные попытки блокировать технику никогда не повторялись.
К сожалению, так было не везде, и вялые попытки Киева остановить силовую смену власти на востоке к желаемому успеху не принесли. Слабо вооружённые и ненадёжные части ВСУ, которые были здесь расквартированы, постоянно жаловались на отсутствие чётких приказов из центра и нередко уклонялись от вооружённого противостояния с так называемыми "ополченцами" из числа местных жителей. Хотя и понимали, что значительная их часть - это переодетые россияне.
Кульминацией событий на востоке стала последняя декада августа. После того как силам АТО удалось очистить большую часть захваченной сепаратистами территории и они вплотную подошли к городу Иловайск, украинско-российскую границу перешли части регулярной российской армии. Если бы тогда я находился в сознании, то постарался бы парировать этот прорыв. Уж слишком хорошо помнил все подробности и последствия той трагедии.
Но случилось как случилось. Сборная солянка украинских подразделений, состоявшая из армейских частей, добровольцев майдана, сотрудников МВД, в том числе и сотня моих комбайнёров, - очутились в котле. Командование, с обеих сторон начало переговоры о "зелёном коридоре" и российские офицеры гарантировали нам беспрепятственный проход. Вот только несколько беспилотников, которые были в распоряжении нашего отряда, засекли несколько засад, устроенных россиянами. Разумеется, командир нашего отряда тотчас же доложил об опасности, ожидавшей колонны на оговоренном пути отхода в штаб группировки, но кто станет слушать вчерашних колхозников, комбайнеров и трактористов? Ведь наши командиры получили честное офицерское слово!
Рано утром, отряд получил команду на отход. Основная группировка так и поступила – они пошли по заранее согласованному коридору. А вот наши, решили действовать иначе, по-своему, и двинулись не на юг, а выбрали для себя другой путь - вдоль линии железной дороги, мимо Любимовки на Моспино, которые считались одними из очагов скопления значительных сил боевиков. Тем не менее, у них всё получилось, и через три дня сборная солянка из сотни наших бойцов, к которой присоединились добровольцы майдана и несколько подразделений МВД, вышла к переправе у посёлка Горбачёво-Михайловка. На противоположном берегу реки, нас встречали украинские подразделения. Всего, из окружения, удалось вывести около пяти сотен человек. Потери были минимальными: за время марша ранило лишь троих.
Совсем иначе развивались события в районе отхода основных сил. Некоторое время, украинские подразделения двигались спокойно, организованными колоннами по заранее согласованным с российской стороной маршрутам - тем самым "зелёным коридором". Часа два колонны двигались беспрепятственно, проходя мимо российских укреплённых позиций. Но затем, убедившись, что украинские силы полностью оказались в огневом мешке, рашисты открыли бешеный огонь, расстреляв колонны на марше. Тогда погибло до четырёх сотен украинских военных, а ещё больше было ранено и попало в плен.
Эта неудача и стала причиной того, что при деятельном участии ОБСЕ, Меркель и Франсуа Оланда в Минске было подписано соглашение о временном прекращении боевых действий. Увы, но затишье продолжалось недолго. Слишком уж лакомым куском был городок Дебальцево - крупный железнодорожный узел, который клином врезался в оккупированную часть Донбасса, отрезая кратчайший путь из Донецка на Горловку. Горячая фаза операции началась зимой, в конце февраля 2015 года, Противник обрушил на позиции ВСУ огонь артиллерии и установок "Град", после чего перешел в массированное наступление поддержанное танками.
Ничего удивительного в этом не было: ведь по словам Путина, такое оружие свободно продавалось даже в ростовских гастрономах. Вот только нынешняя ситуация на фронте была совсем иной, чем в моей прошлой реальности. В одесском порту успела разгрузится и подойти полноценная бригада, сформированная из тех украинцев, которые в это время служили в составе "Шервуда" в Африке и Сирии.
Не теряя времени, эта бригада, под добровольческими флагами, была переброшена в район Дебальцево. Россияне, впервые столкнулись с тем, что их коллеги в Африке уже давно испытали на собственной шкуре. Несмотря на значительное превосходство в артиллерии, первый натиск противника полностью провалилась. Наши 155-миллиметровые орудия, хоть и уступали количественно, но были оснащены высокоточными снарядами "Эскалибур". Они наносили серьёзные потери наступающим боевикам и их российским побратимам. А батареи, оснащённые современными артиллерийскими радарами, без шансов выигрывали контрбатарейную борьбу, так что вскоре противнику просто не стало из чего стрелять. Над линией фронта, постоянно висело несколько дронов, и о любых передвижениях войск и подкреплений в нашем штабе становилось известно заранее. Спутниковая разведывательная сеть также сработала на отлично. Жаль, что ударных дронов ещё не завезли.
Словом, все попытки захватить украинские позиции бронетехникой полностью провалились. А после того, как джавелины успешно сожгли полтора десятка танков и бронемашин, противнику пришлось отойти. Неплохая штука этот "Джавелин", жаль, что делают их на Lockheed Martin, а не у нас на Сифносе. Для ударов по бронетехнике из засады, лучшего и не придумать. К сожалению, со складов резерва американской армии удалось утащить лишь несколько десятков – списав их якобы, для учений.
Можно сказать, Дебальцевская наступательная операция россиян 2015-го года полностью провалилась: украинским войскам впервые удалось противостоять массированному наступлению регулярных войск оккупантов. Именно после этого успеха командиру нашей первой добровольческой бригады, президент Порошенко присвоил звание полковника и разрешил оставаться самостоятельным подразделением, хотя и в составе ВСУ. Да ему ничего и не оставалось. Пусть только попробовал не позволить - наши бойцы мигом свалили к себе на Херсонщину готовиться к весенней посевной. Они ведь у нас добровольцы!
Позже, узнав все детали, я пришел к выводу, что в тот раз нам еще повезло. Не принимала Москва всерьез вооруженные силы Украины, вот и не выделила достаточных сил для дебальцевской операции. Ведь сдержать двумя-тремя боеспособными бригадами наступление нескольких дивизий, никакие дроны не в состоянии.
Я усиленно напрягал память, пытаясь вспомнить и другие расхождения в известной мне истории, но других серьезных изменений так и не обнаружил - а может, за давностью лет, просто о многом успел подзабыть. Оно и понятно, ведь с момента моего переселения минуло лет пятьдесят.
Как удалось узнать, в настоящее время шли вялые переговоры о том, кто именно нарушает Минские соглашения. И да… я что-то не слышал, что здесь были отдельные "Минск-1" и "Минск-2". Важный транспортный узел Дебальцево всё ещё оставался под контролем ВСУ: россиянам так и не удалось его захватить, а тем более - окружить защитников. Именно поэтому удалось избежать того обвала фронта, который в мое время так напугал президента и правительство и привёл к подписанию второго Минска.
Время, до полного выздоровлению заняло несколько месяцев. После чего, по настоянию врачей, мне был рекомендован месяц реабилитации на Гавайях, после которого я смогу вернуться к полноценной работе. Как же я по ней соскучился - к тому же работа хоть как-то отвлекала от тягостных воспоминаний.
Пользуясь месячным периодом безделья, чтобы не терять времени, я решил восстановить былые связи и знакомства в Вашингтоне. Я и не предполагал, что их окажется настолько много. На все эти визиты и встречи уходило немало времени - более месяца. Ведь не с каждым из этих важных сенаторов и конгрессменов можно было по-простецски посидеть в баре за стаканчиком виски. Затем, настала очередь инспекций - в основном виртуальных, хотя в отдельных случаях приходилось посещать объекты лично. Перелёты, переезды, даже на собственной яхте ради разнообразия поплавать пришлось: уж слишком много наших филиалов было разбросано по всему шарику.
Заглянул даже на Тайвань, где ранее бывать не доводилось. Здесь, под самым боком у коммунистических китайцев, работали наши главные предприятия по производству микроэлектроники. Во всех поездках, меня постоянно сопровождал кто-либо из семьи - мальчики старались постоянно находится рядом. И правильно: это немного отвлекало от тяжёлых мыслей о любимой жене. Именно внуки и уговорили на тот неторопливый морской переход на яхте – заодно отдохнули и рыбку половили.
Последним из того, что я посетил, стал африканский континент. Здесь, уже лет десять, работали предприятия по добыче полезных ископаемых, и я обнаружил разительные изменения. Вместо временных земляных укреплений, обнесённых колючей проволокой, по джунглями были разбросаны железобетонные бункеры, прикрывающие друг друга; по периметру торчали сторожевые вышки, оснащённые камерами наблюдения и детекторами движения. Всё это великолепие дополняли радиоуправляемые минные поля. Похоже, здесь и мышь не проскользнёт - за этот район можно быть спокойным.
Также думали и местные бандиты. По словам управляющего, одиночные нападения из джунглей прекратились более двух лет назад. Можно было сказать – сейчас здесь не служба, а настоящий курорт. Может, и правда, стоит половину наших африканцев в Украину переправить – пускай на фронте свою зарплату отрабатывают.
К сожалению, сделать так в нынешних условиях было сложно, украинцев в Африке практически не осталось. Большинство из них были уже там, на родине, а все эти колумбийцы с никарагуанцами никак не походили на аграриев из Херсона. Нынешнее руководство страны о таком варианте даже говорить не захочет, уж очень там бояться слов "эскалация" и "срыв переговоров". Но ведь пятой точкой чувствовать что-то должны? На что они в Киеве надеются или взрывы на складах боеприпасов, ставшие уже регулярными, никого не настораживают и ни на какие мысли не наводят?
Неожиданно, на африканском побережье я задержался чуть дольше, чем планировал, похоже, в душе вновь проснулось что-то из детства. Дело в том, что к нам, на испытания, прибыла первая партия лёгких дронов, которые позже назовут - FPV. Понятно, все эти экземпляры не отличалась стабильной работой и свой первый видеомодуль я бездарно сжег, подключив шлем без антенны. Как пояснил мне недовольный главный конструктор, " там что-то перегрелось".
Что хочу сказать? Недостатки были и немало. Видеошлем оказался слишком громоздким и недостаточно удобным для длительного использования. Угол обзора, в отличие от более стабильных Мавиков, был маловат. То же самое можно было сказать и о дальности и времени полета. Пожалуй, единственное, что радовало, так это скорость и маневренность.
Тем не менее, едва проснувшись, я надевал шлем и дня три дёргал джойстики управления, пытаясь вначале просто удержать в воздухе эту непослушную машинку, а затем как можно точнее навести ее на цель. В целом, разработка получилась неплохая, наверняка ее ожидает большое будущее на поле боя. Надо бы не забыть деньжат этим ребятам подкинуть.
За то время, которое я вынужденно провёл на больничной койке, технологии литиевых батарей заметно улучшились и новые аппараты намного дольше держались в воздухе. Жаль только, что аккумуляторы стали лучше не только у нас. Управлять Фпивишками у меня получалось не очень: всё же у человека после шестидесяти, едва вставшего с постели, не тот вестибулярный аппарат. Так что, мои внуки, приехавшие со мной, не упустили своего шанса, заткнуть деда за пояс.
Как и предупреждали врачи, такие интенсивные и продолжительные поездки со сменой широт и часовых поясов сказались на самочувствии: похоже, рановато я в дела окунулся. После очередного обследования врачи настояли на необходимости двухнедельного отпуска. Уезжать из Штатов мне не хотелось, поэтому мы перебрались во Флориду, где мне подыскали небольшой, но неплохо оборудованный СПА.
Я и до этого три-четыре раза в месяц посещал тренажёрные залы, а вот здесь начал заниматься там регулярно. Разумеется, вернуть прежнюю форму я не надеялся, но по крайней мере, не хотелось ощущать себя сарделькой на перекладине. От вездесущей прессы удалось скрыться, а вот от собственной охраны – нет. Единственно чего добился, так это запретил этим бугаям подходить ко мне ближе, чем на десяток метров. Ненавязчивый, но внимательный взгляд, наверняка раскроет моё нехитрое инкогнито.
Здешний зал был хоть и невелик, но оборудован в соответствии с самыми современными требованиями. В нем даже работал свой протеиновый бар со всякими модными БАДами и энергетиками. Но даже в этом тихом уголке приключение меня не миновало. Все случилось на второй неделе.
Как обычно, я начал с беговой дорожки и наматывал уже третий километр, когда в зал вошла веселая компания возглавляемая молодым афроамериканцем. Вот никак мне не удается избавиться от старорежимной советской привычки не называть их всех понятным словом – негр. Скажите, как прикажете называть тех, кто обитает например, в Конго? Может, конго-африканцами? Впрочем, это проблема самих американцев, у которых, крыша совсем поехала от чрезмерной толерантности.
- Эй, дед, а тебе не кажется, что уже достаточно. Смотри, из тебя уже песок сыплется. В это время на этой дорожке занимаюсь я, так что давай заканчивай, и иди на солнышко косточки греть, - послышалось странное предложение
Удивительно, но этого представителя семейства афроамериканцев совсем не волновало присутствие в помещении администратора и моего охранника, впрочем, тот молча тягал свою штангу в противоположном углу зала. Меня же он в расчет не брал. Обливаясь не знаю каким уже по счету потом, я не сразу сообразил, что обращаются ко мне.
Не увидев никакой реакции, темнокожий красавчик подошёл к тренажеру и вдавил кнопку остановки, одновременно, другой рукой, подталкивая меня к выходу.
- Это как понимать? – даже удивился я. Подобного обращения, в таком роскошном заведении я не ожидал, и куда смотрит местная охрана? Она ведь точно здесь есть - сам видел мужика за монитором.
И тут же мелькнула задорная мысль: эх… давно не брал я в руки шашек… Уж больно удобно стоял темнокожий здоровяк – можно и похулиганить. Тем более, что я был абсолютно уверен, через десяток секунд к нашему диалогу обязательно присоединится и Джек, отставной сержант спецназа морской пехоты. Так что, по сути, я ничем не рискую!
Отработанным с детства движением я крепко прижал руку чернокожего к своему плечу, а затем, развернувшись, всем корпусом, надавил ему на локтевой сгиб. С удовольствием подумал: опыт не пропьёшь. Претендент на мой тренажер согнулся едва ли не до пола и зашипел от боли. Ему бы лучше не шипеть, достаточно просто похлопать ладонью по полу - я бы его понял. Вот только правил дзюдо тот не учил.
Двое его приятелей, вначале ничего не поняли и застыли неподалеку в нерешительности. Эта растерянность длилась не более нескольких секунд. Тот, который стоял ближе ко мне, направился влево, а вот второй, попытался просто перепрыгнуть тренажёр, который ему мешал, стараясь обойти с другого фланга. Давать им хоть какой-то шанс я не собирался, и с силой толкнул навстречу, почти уткнувшегося носом в пол, вожака. Довольно ухмыльнулся, когда тот точно воткнулся головой в живот своему подельнику. С третьим участником, без проблем справился Джек - который подоспел к финалу первого акта. Морпех в отставке так приложил своего оппонента, что тот вообще забыл, где он и зачем сюда зашел. Он медленно уселся на пол и замотал головой, словно проверяя, на месте ли она.
Я взглянул на двоих своих крестников и с удовлетворением отметил:
- Есть ещё порох в пороховницах и ягоды в ягодицах..!
И дишь после этого подоспела охрана заведения. - И чего они так долго копались? Матч бейсбольной лиги досматривали, что ли?
Но больше всего я удивился, когда эти охранники начали предъявлять претензии к нам с Джеком. Они что, и в самом деле ничего не видели или думали, что мы, как сейчас принято, встанем на колени и станем извиняться перед чернокожим за сотни лет рабства? Ничем не могу объяснить подобную глупость. С какой стати, люди, которые никогда не имели рабов, должны просить прощения у тех, кто никогда этим рабом не был?
Понятно, что секюрити нас не повязали, не имели права, а вот полицию они вызвали. Копы явились быстро, на трёх машинах, с гирляндами и сиренами, как и любят показывать в кинобоевиках. Выслушав объяснения сторон, для дальнейшего разбирательства нас всех отвезли в участок. Давненько не сиживал я на нарах, кажется в крайний раз это случилось в Москве, лет сорок назад. И тогда, мне все очень не понравилось. Первым, опросили главного пострадавшего. Выяснилось, мой оппонент был старшим сыном управляющего СПА и его здесь все знали.
К счастью, допрашивал нас не юный следователь после юрфака, а поживший и много повидавший инспектор. Первым делом, полицейские изъяли записи с камер видеонаблюдения. Сделали это во-время, не уверен, что они бы все не подчистили. Можно было сказать, на этом разбирательство и закончилось, все всем стало понятно. Извинившись, нас с Джеком тут же отпустили. Отпустить то отпустили, но протокол составили. Данное происшествие не оставило от моего инкогнито камня на камне. Полицейские хорошо знали кто такой Алекс Сиверински.
Можно сказать, что на этом мой спокойный отдых закончился. Какой то ловкач из полиции решил немного подзаработать и продал копию записи инцидента на один из местных телеканалов. Так что, уже на следующий день ролик с моим участием в главной роли, крутили чуть ли не по всем каналам Америки. Ещё бы: один из самых известных бизнесменов планеты жестоко измывается над несчастным чернокожим. Правы те, кто утверждает: вопреки всем законам физики слухи распространяются гораздо быстрее звука. Один лишь Джек сиял как цыганский самовар на рынке. Еще бы, ролик на YouTube с его участием, лишь за первые сутки получил два миллиона просмотров
Я даже не удивился, когда на следующее утро ко мне с глубочайшими извинениями буквально приполз управляющий отелем вместе со своим непутёвым сыночком. А что, вот возьму и выкуплю все их заведение вместе с прилегающим кварталом, а то и выставлю штраф в миллиард долларов. На их счастье, к утру я уже успел остыть и крови не жаждал. Извинения были приняты, отца я успокоил, а сыну, если ему адреналина не хватает, продиктовал телефон кадровой службы ЧВК "Шервуд".
- Скажешь им, что от меня, примут без очереди – на прощанье, обнадежил я парня.
Новый 2016-й. начался с того, что украинские войска все же были вынуждены оставить район Дебальцево. Этот город, хоть и имел важное стратегическое значение, но совсем не был приспособлен для обороны. По сути, весь плацдарм с трёх сторон простреливался ствольной артиллерией россиян и их подельников, и выстроить там долговременные фортификационные сооружения было невозможно. По мнению наших генералов, выпрямить линию соприкосновения можно было двумя способами: либо планомерным отходом километров на двадцать на запад, либо начав общее наступление и захватив Горловку. Вот и выбирай. А эта Горловка - довольно большой город, и для такой крупной операции сил было необходимо раз в пять раз больше, чем имелось у ВСУ на этом участке. Словом, сейчас, наступательная операция такого масштаба была не по зубам нашему Генштабу. Кроме того, у некоторых наших генералов до их пор не выветрились из головы воспоминания об иловайском позоре, и воевать напрямую с россиянами они не решались. Хотя, если подумать, то могли бы. Нет, не просто так советские генералы носили дубовые петлицы.
А во всем остальном мире также происходило много чего непонятного. В то время как на африканском континенте мы активно гоняли кубинцев по джунглям, президент США, Барак Обама надумался посетить Гавану с двухдневным визитом. Эта поездка стала первым официальным визитом главы Белого дома с 1928 года. Вот кто мне скажет, зачем оно понадобилось главному афроамериканцу Америки, если до конца его президентства оставалось менее года? Неужели он надеялся таким образом перетянуть голоса избирателей кубинского происхождения в лагерь демократов?
Как и следовало ожидать, это им не помогло, и на смену пацифисту Обаме пришёл холерик Трамп, а вот моя добрая знакомая Хиллари, проиграла. Как по мне, Трампу помогла очень странная и никому не понятная система американских выборов: ведь будущий президент набрал на 0,2% голосов меньше своей соперницы. Тем не менее, победил именно он. Сколько ни спрашивал у своих юристов так и не нашел ни одной страны в мире, где такое возможно.
С командой нового президента нормальных контактов у нас не имелось - на такое никто не рассчитывал. И вообще, я так и не понял, а была ли у Трампа своя команда? Его новые кадровые назначения казались всем спонтанными и необъяснимыми. Скажем, госсекретарём назначили никому не ведомого Тиллерсона, главу совета директоров Exxon Mobil, из всех достоинств которого, были разве что приятельские отношения с газпромовцем Сечиным.
Но были и хорошие известия. Правительство и Верховная Рада неожиданно, решили отменить закон "о некоторых видах лицензирования", что затронуло прежде всего производителей вооружений. Закон распахнул двери для частного бизнеса. В Украине, как грибы после дождя, начали создавать новые предприятия оборонного профиля. Правда, в основном - это маломощные заводики районного масштаба, которые изготавливали, или скорее перешивали, главным образом каски, бронежилеты, модернизировали и ремонтировали автомобили и прочую легкую бронетехнику. Наш БудИмпекс также решил подключиться к процессу. А что было делать, если единственный в Украине патронный завод остался в оккупированном Луганске, а тех запасов, что еще оставались на складах, будет явно не достаточно? Тем более, что эти склады по всей стране, стали загадочным образом взлетать на воздух. Полагаю, не только для нас это должно стать тревожным звоночком. Неужели наверху не понимают, что россияне готовятся к чему-то серьёзному. Оставался лишь вопрос – когда все начнется и где. К сожалению, последние записи в моей карте памяти, датировались осенью 2020-го года, так что точного ответа на вопрос я не имел.
Воспользовавшись новыми нормами закона, наш БудИмпекс присоединился к начавшейся "гонке вооружений" и решил начать с привычного нам - строительства. Подходящее место для обустройства двух заводских площадок удалось найти в Тернопольской области - по две стороны длинного невысокого холма. Вначале, были мысли строить, как и все остальное, на юге страны, но мы столкнувшись с проблемой людских ресурсов и решили обосноваться здесь. Высокими технологиями заниматься не собирались, достаточно было и Сифноса. Решили, что на данный момент, главная задача это снабжение армии наиболее массовым и несложным в производстве оружием поля боя – минометами. Кроме того, здесь развернем производство патронов, снарядов и мин. На второй площадке, отделённой от первой тем самым длинным холмом, планировалось наладить производство взрывчатки.
Заранее договорившись с представителями немецкого концерна Rheinmetall, я отправился на ежегодный форум в Давосе. Сейчас, это некогда мощное немецкое предприятие переживало непростые времена. Старушка Европа всё ещё находилась в состоянии летаргического сна, во всмем полагаясь на американские базы, их ядерный зонтик и на то, что, как всегда, как-нибудь обойдётся. Дошло до того, что бюджетные расходы стран ЕС на оборону достигли исторического минимума, что не могло не сказаться на финансовом состоянии немецкого промышленного гиганта.
Концерн, держался на плаву, главным образом за счёт экспортных контрактов со странами третьего мира, тем не менее, жесткой экономии и сокращений персонала избежать не удалось. Только этим и можно было объяснить тот факт, что наше предложение построить два крупных завода в Украине, немцы встретили с большим энтузиазмом. Ещё бы: мы ведь предлагали не привычные кредитные соглашения с рассрочкой на десяток лет, а живые деньги - причём все и сразу.
Тянуть, бюргеры не стали, и в декабре восемнадцатого года большое строительство на западе страны началось. Главным требованием с нашей стороны было то, что мы хотели разместить оба предприятия под землёй – точно так же, как и на нашем Сифносе. Тем более, что опыт подобного строительства имелся. И это понятно, если уж военные склады, которые неплохо охранялись, регулярно взлетают на воздух, то что говорить об этих новых предприятиях?
Забегая наперёд, скажу: людей и техники под Тернополь нагнали столько, что не прошло и двух лет, как оба завода уже отправляли заказчикам первые партии продукции. Одна линия пока не работала – ее я зарезервировал под производство снарядов натовского, 155-го калибра. Не везти же все для своих подразделений из-за моря?
На этом фоне, как-то совсем незаметно, проскочило ещё одно радостное известие, на сей раз из мира финансов. Курс BitCoin, впервые, превысил отметку в десять тысяч долларов. Не скажу, что деньги сейчас были настолько необходимы, но я всегда считал: самые приятные деньги - те, которые ты получаешь даром. Не удалось отказать себе в маленьком удовольствии, и я связался со старым скептиком Генрихом:
- Ну, дружище, и где ящик шампанского, который ты проиграл? Вспомни, как не верил и убеждал не транжирить деньги на эту безнадёжную авантюру?
Жаль, что старый Генрих уже лет восемь как отошёл от дел. Сидит себе на своем причале у озера Мичиган с удочкой, и даже новостей не читает. Может это и к лучшему, когда чужие проблемы не волнуют? Счастливый человек. Может, после того как у нас всё закончится, стоит и себе поселиться на киевском Полесье? Там и займусь тихой охотой – буду грибы собирать. А что, бутылки когда-то выискивал, и вполне успешно? Может оно у меня в генах?
Между тем, как многие не смеялись, как не изгалялись карикатуристы, а весной открыли автомобильную часть Керченского моста - правда, пока что по ней удалось прокатиться лишь Путину. Но это сегодня, уверен: еще год-полтора и там первые эшелоны пойдут. В этой связи, наши аналитики выдали неутешительный прогноз: именно запуск в эксплуатацию керченского перехода может стать той самой точкой отсчёта. Ведь даже дураку ясно, без надёжного сообщения с материковой Россией никакие боевые действия со стороны Крыма невозможны.
О том, что напряжённость на границах постоянно росла, свидетельствовал и факт задержания в международных водах трёх небольших корабликов ВМС Украины - якобы за незаконную попытку пройти Керченским проливом. Вообще-то – нашими водами. Во время их захвата применили и оружие. Таким себе получился "пробный шар" президента Порошенко, которым тот хотел прощупать реакцию россиян. Впрочем, может, это было и правильно?
А тем временем, Трамп продолжал удивлять как самих американцев, так и своих европейских союзников. В Европе не могли понять, останутся ли США их надёжным партнёром и станут ли при необходимости защищать Европу. И в 2019 году, у многих из них появились большие сомнения. Почему? Дело в том, что начиная с 2014-го, Штаты и наша компания, по заданию Пентагона, оказывали неявную, но существенную поддержку сирийским курдам, которые воевали на севере, неподалеку от тех баз, которые контролировал наш "Шервуд". Предполагалось, что они будут неплохим противовесом ИГИЛ. Однако, после своей победы, Трамп распорядился убрать с этого участка американский живой щит. Не исключаю, что он просто откликнулся на просьбу Турции, которая хотела без помех атаковать позиции своих постоянных противников. Все так и произошло: не прошло и месяца как турецкие войска вошли в Сирию и открыли боевые действия против курдов. После измены бывших союзников, даже близкие соратники Трампа назвали сдачу курдов недальновидным и безответственным решением, которое нанесло существенный ущерб репутации США.
Не прошло и года, как этот клоун вновь вляпался в громкий скандал, на сей раз связанный с Украиной. В сентябре, демократы обвинили действующего президента в злоупотреблении властью и препятствовании работе Конгресса. Стало известно, что этот девелопер-президент распорядился заморозить ранее одобренную Конгрессом помощь Киеву на 400 млн долларов, а затем, в частных переговорах пообещал ее возобновить - но лишь в том случае, если Украина передаст ему необходимый компромат на сына Байдена, главного соперника Трампа на будущих выборах. Когда все эти переговоры всплыли наружу, палата представителей конгресса проголосовала за импичмент сорок пятого президента. Его спаслалишь позиция Сената. Подобное, было лишь дважды за всю многолетнюю историю США.
Что касается Украины, то для нее, 2019 год также стал богатым на громкие политические события, которые ещё в первой жизни меня удивляли. В стране стартовала президентская кампания и буквально за считанные минуты до Нового года главный исполнитель и продюсер "Студии Квартал 95" Владимир Зеленский развеял главную интригу последних месяцев, заявив, что всё-же будет баллотироваться на пост главы государства.
Его обращение, вместо традиционного поздравления президента, "искренний друг" президента Порошенко Игорь Коломойский, показал в эфирах своих телеканалов. Несмотря на то, что никакой партии, ни необходимого опыта у артиста не было, "простые" украинцы избрали Владимира Зеленского шестым президентом страны. Во втором туре, его поддержали 73,22% явившихся на выборы - рекордная цифра для второго тура. А я, впервые пожалел, что решил оставался в стороне от политики. Посчитал, что слишком занят, что бы еще и этим заниматься. Теперь, придется страдать, что мною правят дураки.
- А все же, какой это обтекаемый термин - "простые украинцы". Где проходит та грань, отделяющая "простых" от тех, кто не очень? Может эти психологи очертили некую границу в соответствии с уровнем IQ? И как тогда называть тех непростых, которые за него не голосовали?
Если честно, я всегда считал, что власть, и не только у нас, выбирают не те, чья специальность размышлять, наоборот. Вот попробуйте задать себе вопрос, кого на свете больше – умных, или не очень? Почти не сомневаюсь, ответ будет совпадать с цифрами психологов, которые утверждают, что умных (совсем не гениев,) от 9-до 12%. Не думаю, что Украина является исключением. А поскольку президенты и парламенты избираются этим самим большинством, вывод может быть один – власть, она не от умных.
Но как бы там ни было, а Зеленский почти с трёхкратным отрывом обошёл Петра Порошенко, за которым стояло лишь 24,45%. Как такое могло случиться, не понимал никто - ни у нас, ни за границей. Впрочем, чему здесь удивляться: ведь такие же "простые американцы" Трампа себе выбрали, хотя и не с таким отрывом. Может, этих "простых" у них на десяток процентов меньше?
Зеленский начал очень решительно, тут же объявив досрочные выборы в Верховную Раду. Они прошли при полном доминировании наспех сколоченного бренда партии нового президента - "Слуга народа". Особенно, это было заметно на мажоритарке. Никому до этого не известные кандидаты от новой партии обошли многих маститых политиков, которые годами прикармливали свои округа. Можно сказать, за год в Украине произошла полная перезагрузка политической элиты. Как по мне, оно и неплохо. Плохо то, что победа Зеленский и его "Слуг" позволила совершенно неопытному политику и такой же команде сосредоточить в своих руках абсолютное управление страной, да еще и в такое неспокойное время.
Вообще, последние годы этого десятилетия и в первой жизни казались мне какими-то странными и совершенно непредсказуемыми. Чего лишь стоили проповеди Греты Тунберг у стен парламента. Не скрою, она придумала отличную причину прогуливать занятия. Вышло у нее неплохо. Девочка начала с призывов обратить внимание на экологию и… на истребление китов в мировом океане. Вот дались ей эти киты и кашалоты! Но ведь на морских млекопитающих долго не протянешь, так что она вскоре переключилась на другое, …на то что в голову пришло. Меня удивило иное, как быстро эти призывы раскрутила "четвёртая власть" и как все это восприняло общество! Свою школьную забастовку Грета начала в августе 2018-го, а уже в следующем году, получила приглашение выступить с трибуны ООН. Никто даже не задумался, стоило ли для этого прогуливать школу - может, надо решать эти вопросы по другому, если они вообще были. Неужели, для всех было тайной, что эта девочка обычная больная синдромом Аспергера? А может дело не в ней, а в нас самих?
Не исключаю, так оно и есть. Совсем недавно, мне на стол положили любопытное исследование английской компании "Mass Observation". Статья была большой, а ее главный посыл сводился к тому, что, несмотря на бурный технический прогресс, человечество с каждым годом стремительно тупеет. Например, в развитых странах, где и проводились эти исследования, двадцать пять процентов взрослых не справляются с элементарной математикой. Зачем она им, если под рукой есть смартфон с калькулятором? Особенно удивился, когда узнал, что в США таких "гениев" насчитывалось более тридцати пяти процентов. А нас хотят убедить, что именно сюда и стекаются лучшие мозги планеты! Далее - ещё интереснее. С 2015 года резко выросло число восемнадцатилетних, которые элементарно не могут сфокусировать внимание. Половина опрошенных, за год, прочла лишь одну книгу, а сорок пять процентов подростков не читают их вовсе. Вот такая невесёлая арифметика будущего вырисовывается.
Безусловно, главным событием 2020 года стала пандемия COVID-19, начавшаяся в декабре 2019-го в Китае и ставшая одной из крупнейших за всю историю человечества. Это вызвало массовое введение жёстких карантинных мер, и спровоцировало мировой экономический кризис. Одно хорошо, многочисленные локдауны, комендантские меры и самоизоляция способствовали тому, что миллионы людей перешли на дистанционную работу и обучение. Все это стало сильным толчком для бурного развития IT-технологий. Дошло до того, что даже некоторые рестораны переключились на доставку еды. О многочисленных землетрясениях, наводнениях и ураганах даже вспоминать не хочется - это были такие "мелочи", которые теперь воспринимались как повседневность.
Ещё в той, прошлой жизни я плотно интересовался эзотерикой, астрологией и космогонией, пытаясь найти ответ, почему всё происходит именно так. Собрав доступную мне информацию, я выстроил собственную теорию. Она может и ошибочная, но меня устраивала. Ее суть такова: как известно, земная ось постоянно смещается и постепенно переходит из одного зодиакального созвездия в другое. Такой переход происходит раз в две тысячи лет. От рождения Христа до двухтысячного года все мы жили в эре Рыб - так называемой нашей эре, а вот начиная с двухтысячных, наступила очередь эры Водолея. Эзотерики, астрологи и прочие шаманы считают, что это приведёт к большим изменениям – как то климата, поведения людей и даже религии. Почувствуем мы это не сразу: приблизительно первые сто лет будет продолжаться так называемый переходный период, период турбулентности, природных и социальных катаклизмов, которые мы в данное время и наблюдаем. То же самое можно сказать и об обществе как части биосферы. Никак иначе я не могу объяснить происходящее вокруг. Хочу заметить, некоторая часть учёных в чём-то с такой теорией согласна.
Прошел еще год. Как результат, Америка устала от закидонов Трампа, и для меня не было неожиданностью, что очередные президентские выборы в США выиграл Джо Байден, став самым дряхлым президентом в истории страны. Собственно, это было последним из того, что я еще помнил из прошлой жизни. Далее – будут одни лишь прогнозы и догадки, как и у всех остальных. Я совсем не удивился, что холерик Трамп не угомонился. Еще несколько месяцев он бегал по судам различных штатов с требованием отменить результаты голосования. Удивляться этому не стоило, ведь иначе он не был бы Трампом!
Случилось ещё одно важное событие, которое, по мнению наших аналитиков, могло повлиять на расширение нынешней вялотекущей войны или начало новой. Какой –то умник утверждал, что для войны нужны деньги, деньги и ещё раз деньги? И он был абсолютно прав. Одной из последствий пандемии стало резкое падение мировых цен на нефть. В какой-то момент, на американских биржах она стала даже отрицательной: производителям приходилось доплачивали покупателям, лишь бы те поскорее забирали нефть, потому как добытое сырьё просто негде было хранить. Загруженные нефтью танкеры месяцами болтались на рейде - а ведь это колоссальные убытки. Из-за этого, доходы российского бюджета, почти на восемьдесят процентов зависящие от продажи нефти и нефтепродуктов, резко упали. Именно поэтому, за 2020-й, а может и за 2021-й, можно было не переживать. Путин наверняка не решится начать что либо серьезное.
Всё остальное шло почти по прогнозам - аналитический отдел не зря ел свой хлеб с маслом. В России обнародовали итоги "референдума" по поправкам к Конституции. Эти поправки давали возможность действующему царю-президенту оставаться у руля ещё два срока - вплоть до 2036 года. За эти изменения "проголосовали" 77,92% "простых россиян", или, как их называют в Украине - "пересічних". Да и кто бы сомневался во всенародной поддержке царя-батюшки, ему бы только бояр нормальных подобрать.
А вот то, что в спокойной и законопослушной Беларуси начнутся массовые протесты против уже привычной фальсификации выборов, для меня стало сюрпризом. Слишком уж спокойная и не конфликтная нация - эти белорусы. Почему я так думаю? Да все просто, книжки читал. Кто мне скажет, что там происходило в годы Гражданской войны? Например, не всякий может перечислить все те повстанческие армии, отряды и совсем мелкие банды, которые лет пять колесили по Украине? Батька Махно, атаманы Зелёный и Григорьев, петлюровцы, гайдамаки, батька Маруся, холоднояровцы – да всех и не упомнить…. И это, если не считать совсем уж мелких. А вот ничего подобного на территории Беларуси я так и не смог припомнить, хоть и старался. Разве что о какие-то там зеленых что-то слышал. А ведь лесов там не счесть - спрятаться было где.
Ну что ж, вот и дожил я до тех времён, о которых ничегошеньки не знаю, ведь свалился в третий класс в августе 2020 года. С этого времени, со всеми прогнозами и предсказаниями надо заканчивать. Ничего, буду ошибаться, как и все прочие. Хорошо, что в последние годы успелнашу The Independent в первую пятерку вытащить.Начало формы
Глава 11
Глава 11
Двадцать второго июня, ровно в четыре часа
Киев бомбили, нам объявили, что началась война….
Не знаю, что меня разбудило - то ли назойливая, не прекращавшаяся мелодия из телефона, то ли сильные удары в дверь спальни. С трудом разлепив веки, я глянул на экран: цифры показывали, что сейчас половина пятого утра. Я подошёл к дверному косяку и спросил:
- Сергей, у тебя что, что-то срочное?
В ответ услышал нервную фразу и почему-то на французском. За последнее время, я с грехом пополам начал понимать и этот язык. Всё же наша Западная Африка - бывшая зона французских интересов, в тех джунглях даже попугаи на нем разговаривали.
- Мсье Алекс, похоже это началось…! - послышался взволнованный голос Мишеля, бывшего легионера, который сегодня был на дежурстве.
- Что началось… и что такое- "это"?.. – в первый момент не сообразил я. Распахнул двери и впустил парня в комнату - не держать же его в коридоре. Он вошёл, и этого оказалось ему достаточно, что бы перейти на английский.
- Сэр, только что пришло сообщение: русские запустили ракеты, бомбят аэродромы под Киевом, а еще, начали обстрел передовых позиций на Чонгаре. Говорят, это они пытаются артиллерийским огнем уничтожить минные поля.
Я тяжко вздохнул: - Дождались. Как говорится: никогда такого не было - и вот опять.
Этим новостям я не очень удивился, хотя ещё лет десять назад никому бы и в голову не могло прийти, что русские и украинцы начнут стрелять друг в друга. Да и сейчас, для большинства, все случившееся не укладывалось в голове. А ведь восемь лет вялотекущей войны на Донбассе, должны были чему-то научить и заставить кое-кого задуматься. И если с нашей стороны начавшаяся война - это вопрос выживания нации, то чем, кроме болезненных амбиций одного человека, заражённого манией величия, руководствовались те, кто рвутся к нам из-за поребрика, что бы защищать Родину на чужой территории? Все же правы были те англичане в своём исследовании: люди перестали пользоваться головой. Зачем она, если вечером вам всё объяснят из ящика? Все как всегда. Разница лишь в том, что если для нас, информация поступала пережёванной, то для россиян - уже и переваренной.
Я торопливо оделся и распорядился собрать наш небольшой штаб, куда кроме чисто гражданских, хотелось бы пригласить кого-то из военных.
Война застала нас в Тернопольской области, где мы изучали возможность расширения производства на двух новых военных заводах. Поэтому, первое совещание придётся провести без участия командиров двух бригад. В настоящее время полковник Семенюк находился в Николаеве, в штабе Первой отдельной добровольческой механизированной бригады. А на подходе была и вторая - под командованием подполковника Онопко: она только неделю назад начала разгружаться в Усть-Дунайском порту. Ее большая часть уже успела выгрузиться и сейчас стояла под Измаилом, ожидая прибытия тяжелой техники. Из наших армейцев с нами был начальник штаба первой бригады - отставной майор армии США Стентон. В своё время, он с отличием окончил академию Вест-Пойнт, но во времена президентства лауреата премии мира Обамы - попал под сокращение и был вынужден уйти в запас. Но как известно: лишних денег не бывает, так что Джек с удовольствием принял наше предложение и согласился еще немного повоевать. Вскоре, все убедились в его талантах, и в настоящее время он по праву занимал должность начальника штаба группы. Собственно, этим же он и занимался и ранее, в воздушно-десантных войсках – вот только масштабы там были другими. Майор успел отличиться в Сирии, в стычках с ИГИЛ, а теперь вот прибыл в Украину. Надеюсь, что не зря.
Первое совещание началось когда еще не было восьми, именно к этому часу мы получили первые разведданные от аэро – и радиолокационной разведки США и собственной спутниковой сети. И все они были неутешительными. Российские колонны - с бронетехникой, "Градами" и средствами ПВО - несколько часов назад прошли Чонгарский перешеек и не встречая сопротивления, продвигались в направлении Днепра. К удивлению как американского майора так и всех нас, на снимках было отчетливо видно, что ни один из мостов на пути их следования, так и не был уничтожен. А ведь местные власти уверяли и докладывали наверх, что все у них под контролем и при необходимости мосты будут тут-же уничтожены. Это как понять, обычная халатность мирного времени, измена или работа российских ДРГ? Надеюсь, позже, мы получим ответ и на этот вопрос.
Понятно, что взорванные мосты не стали бы серьёзным препятствием для сил вторжения. Разведка показывала, что неподалеку от границы сосредоточены как минимум три понтонных батальона в полной боеготовности. Для их развёртывания, при полном отсутствии противодействия с нашей стороны, потребовались бы считанные часы. Тем не менее, отсутствие мостов могло бы серьезно замедлить продвижение вражеских колонн. Только через несколько дней мы поняли, как дорого обошлись нам именно эти первые часы войны.
Я повернулся к американскому майору:
- Джек, ты не подскажешь, какими силами располагают наши в том районе? И вообще, есть ли там хоть кто ни-будь кроме погранцов? Не всех же этот Залужный распорядился отправить на Донбасс?
Майор, внимательно просмотрел в свои записи и ответил:
- Кроме пограничников, на левом берегу, где-то в районе Олешек, должна дислоцироваться пятьдесят девятая бригада. По имеющимся у нас данным её совсем недавно вывели из зоны АТО на доукомплектование. В настоящее время она не полностью готова: отдельные части еще не прибыли. Но есть и хорошие новости - в её составе имеется полноценный танковый батальон на Т-72, и это может существенно усилить оборону на том участке.
Открылась дверь, в комнату торопливо вошёл сотрудник узла связи и доложил: около девяти утра российский десант, высадившись с вертолётов, занял позиции в районе Антоновского моста - главной транспортной артерии, соединявшей оба берега Днепра. Если это так, то плохи наши дела. Это значит, что части пятьдесят девятой бригады оказались в тактическом окружении на левом берегу.
Не зря говорят, что новости ходят парами, особенно плохие. Почти одновременно с этим мы узнали о захвате дамбы Каховской ГЭС. На спутниковых снимках было отчетливо видно, как на админздании станции поднимают российские флаги. Всё правильно, все как по учебнику - в первую очередь противник занялся мостами и переправами через Днепр, это же азбука наступления. Словом, первый день начинался на сплошном негативе.
Оставаясь в Тернопольской области, мы ничем не могли помочь. Необходимо срочно выдвигаться на юг, к Херсону. Тем не менее, мы решили немного здесь задержаться, хотелось получше разобраться в обстановке, ведь на ходу сделать это будет заметно сложнее. Мне хотелось как можно скорее прибыть в штаб отдельной группы ЧВК, который в данное время размещался в Николаеве.
Хоть это и не было моей прямой задачей, но желание помочь, чем могу - имелось. Растерянность первых часов быстро миновала, мы собрались и спустя час четыре черных внедорожника устремились на юго-восток. Нужен ли я там? Думаю, что не очень, ведь не смотря на корочки старшего лейтенанта запаса и сирийский орден за заслуги, ни опыта, ни глубоких военных знаний у меня не было. Не засчитывать же в военный стаж те три года, которые я спокойно проспал на военной кафедре? Тем не менее, была уверенность, что балластом не стану. Среди наших бойцов я имел некоторый авторитет, скорее всего благодаря прежним удачным прогнозам. А еще, в моём присутствии командиры чувствовали себя более уверенно, в их глазах я был весомой фигурой, способной поддержать и прикрыть их перед высшим руководством, в случае принятия непопулярных, но необходимых на войне решений.
А их обязательно придется принимать. В первой бригаде до сих пор помнили, какой гвалт поднялся в российских и некоторых наших медиа после "случайного" наезда БТР на гражданских протестующих под Мариуполем.
А кроме того, наши вояки не являлись военнообязанными: свои подписи они ставили не под текстом присяги, а под обычным контрактом. И я, как владелец компании "Шервуд", имел полное право принимать необходимые решения, не особенно оглядываясь на официальный Киев. Скажем так, пока что мог, по меньшей мере, до объявления военного положения.
В Николаев мы въехали около шести, и войдя в помещение штаба бригады, обнаружили там картину пожара в борделе во время наводнения. Офицеры и связисты заходили со своими бумажками, затем вылетали из дверей и неслись в разных направлениях. В одной их комнат, кто-то, громко и крайне изобретательно ругался по телефону. Словом, все происходило так, как я когда-то видел в фильмах о начале войны сорок первого года.
В комнате оперативников, куда я прошел первым делом, светились большие экраны, на которых время от времени отмечали текущую обстановку на направлениях российского вторжения. Лица офицеров были хмурыми и невеселыми, но паники я не заметил. Всё же, большинство из них успело пройти хорошую школу в Африке и на Ближнем Востоке.
Не секрет, что главным образом меня волновала ситуация на нашем юге, хотя, по большому счёту, наступление на Киев имело не меньшее, а скорее даже большее значение. Вот только там, мы ничем помочь не могли. А ведь захват столицы мог кардинально изменить ход всей войны - вплоть до перехода к партизанским действиям. Но даже в эти, первые, самые тяжёлые дни о капитуляции никто не заикался.
Я понимал, что полковнику Семенюку сейчас не до меня, поэтому, тихонько присев в уголке, стал просматривать последние данные воздушной разведки и те немногочисленные, часто противоречивые донесения, которые поступали с передовой. К этому времени, Василий Дмитриевич, так не дождавшись распоряжений из Генштаба, уже отдал приказ выдвинуть два батальона первой бригады в направлении Днепра - к Антоновскому мосту. Как показали дальнейшие события, сделал он это вовремя.
Около шести вечера российские десантники, которые уже успели отрапортовать своему командованию об успешном захвате Антоновского моста, оказались зажаты с двух сторон и в свою очередь попали в ловушку. С левого берега Днепра, их поджимали авангардные части отходящей пятьдесят девятой бригады, пытавшейся оторваться от наседавших российских войск и перебраться на правый берег, а с запада - по ним ударил второй батальон нашей добровольческой бригады. Шансов - как и тяжёлой бронетехники - у десантников не было, как и не нашлось желающих стать Героем России посмертно. После короткого, но интенсивного обстрела из артиллерии и танков все, кто еще уцелел, приняли единственно верное решение – сдаться в плен. Не исключено, что эти десантники стали первыми российскими пленными на этой войне.
Позже, мне довелось поприсутствовать на одном из допросов. Врали эти вояки настолько вдохновенно, что на их спектакль можно было продавать билеты. Дескать, ничего мы не знаем, нас усадили в вертолёты и отправили на учения, куда высадили – мы понятия не имели, так что простите нас дяденька в погонах, мы больше не будем. А на то, что названия рек и всех населённых пунктов были написаны по-украински, внимания не обратили. А может, просто читать не умели, говорят, во второй армии мира такое не редкость.
Но все это будет позже. А сейчас, через два часа после начала боя усталые, с запотевшими и запылёнными лицами через мост, в сторону Херсона потянулись колонны отступающей пятьдесят девятой. Перед самой войной эта бригада дислоцировалась неподалёку от Крыма – ее туда отвели на переформирование из зоны АТО.
Хмурый, почерневший от усталости майор, рассказывал - Когда послышались первые взрывы, у нас объявили тревогу и все подразделения начали покидать полевой лагерь, выдвигаясь в районы сосредоточения, а оттуда - на оборонительные рубежи, в направлении Чонгар-Чаплинка. Еще по пути, россияне нанесли по нам несколько мощных авиаударов. ПВО бригады была настолько слабой, что вражеская авиация ходила буквально над нашими головами и сбрасывала на колонны даже обычные, неуправляемые авиабомбы.
По словам майора, некоторое время подразделения бригады стояли на рубежах обороны, определённых планом, но затем, поступила другая команда: начать отход - вначале в район Брилёвки, а затем к Великим Копаням. На тот момент - россияне в прямые боестолкновения не вступали, стараясь обойти бригаду с флангов, что бы взять украинские силы в клещи, и продвигаться на Олешки и к Новой Каховке.
В отличие от них, ситуация в воздухе на правом берегу Днепра была совершенно иной. С помощью комплексов ПВО ближнего радиуса NASAMS 2 и нескольких десятков ручных "Стингеров" нам удалось ссадить сразу три Су-25 и МиГ-29. Россияне, такого поворота явно не ожидали. Такая негостеприимность вынудила их авиацию искать менее зубастые цели. Получив хоть какую-то защиту с воздуха, отступающие бойцы пятьдесят девятой, теперь могли вздохнуть с облегчением. Несмотря на усталость, на лицах ребят появились улыбки, слышались невеселые шутки. Понять их было можно – еще бы, удалось вырваться из клещей и избежать позорного плена.
Самый большой и основной мост через Днепр вновь оказался под контролем ВСУ, и теперь быстро развернуть понтонную переправу противнику точно не удастся: для этого нужно было захватить хоть какой-то плацдарм на правом берегу.
А вот севернее, в районе Каховки, события развивались совсем неприятно для нас. Воспользовавшись захваченной дамбой и форсировав Днепр, противник резко изменил направление и двинулся на юг - к Херсону. Помешать ему было сложно, из четырёх бригад, предусмотренных планом обороны, в нашем распоряжении имелось лишь две, причём одна - недоукомплектованная и уже потрёпанная, та самая пятьдесят девятая.
Такие неприятные известия продолжали поступать до самого вечера, так что уснуть мне удалось лишь в половине второго, да и то - часа на четыре. Утром стало известно, что перейдя на правый берег у Новой Каховки, российские колонны двинулись не только на Херсон, но и по двум другим направлениям. Меньшая группировка – ударила на север, и не встречая сопротивления, уже подходила к Бериславу, а две другие избрали своими целями Херсон и Николаев.
- Если они и дальше так будут распылять свои силы, то через пару дней у них и воевать некому будет. Неужели в российских штабах сидят одни дураки? – задумчиво проговорил полковник Семенюк.
Я пожал плечами о ответил.
– Скорее всего, они насмотрелись фильмов о войне, когда в сорок первом немцы гоняли по Белоруссии красную армию.
Полковник, пожав плечами и повернувшись ко мне, продолжил,
- Ведь это же понятно, что они будут вынуждены выставлять блокпосты на дрогах, выделять дополнительные силы для охраны баз снабжения. Если не против регулярных частей, то против местных партизан. И вообще, я никак не могу понять, на что они вообще рассчитывали. Даже элементарные подсчёты, которые способен сделать курсант-первокурсник, показывают: для того чтобы захватить, а главное удержать такую территорию, как Украина, на ее границах необходимо было сосредоточить как минимум впятеро больше сил.
Вот только, что имеем - то имеем. Оставалось надеяться, что генерал Залужный все же сообразит, что главный удар противника направлен вовсе не на восток, и сможет перебросить часть обстрелянных бригад на действительно опасные участки.
Почему Украина оказалась совершенно не готова к нападению, если все соцсети были переполнены сообщениями и от жителей Крыма, фиксировавших масштабные скопления российской техники, и от жителей Херсонщины, наблюдавших необычные манёвры российских войск неподалеку?
Нельзя было объяснить и то, почему так и не был взорван ни один мост через оросительные каналы, которыми была густо покрыта вся левобережная часть области. А ведь эти каналы, спроектированные ещё в советское время, фактически выполняли роль противотанковых рвов. Если бы удалось их вовремя подорвать, оккупанты не смогли бы продвигаться такими темпами. Ведь все эти рвы тут же заполнила вода. Вот только задавать такие вопросы сейчас некому - штаб обороны юга до сих пор не сформирован.
Немного позже, главе Херсонской ОГА господину Лагуте, все же пришлось ответить на эти и другие вопросы. От него мы услышали исчерпывающий ответ: мол, таких полномочий у гражданских не было, это вопрос военных, а его администрация, согласно инструкции, должна была заниматься лишь эвакуацией и перемещением на запасной пункт управления.
В ситуация была такова. Получив по зубам на кратчайшем пути к Херсону с юга, оккупанты попытались прорваться и обойти город с востока и уже оттуда продолжить наступление на Николаев. К счастью, нам удалось вовремя уничтожить мост у Дарьевки, что заметно осложнило и снизило темпы их продвижения. Вот только быть сильными сразу на всех направлениях нашим бригадам элементарно не хватало сил, так что вскоре, противнику удалось захватить второй мост через Ингулец, у Снигирёвки. После этого, часть их сил направилась на Николаев, а другая, немного меньшая, сделала попытку охватить херсонскую группировку с севера. Сил для этого у них было достаточно. По данным воздушной и спутниковой разведки на правый берег уже переправилось более тридцати тысяч личного состава. И вот теперь, вся эта орда надвигалась на две наши бригады, которые в сумме насчитывали не больше семи тысяч бойцов. Разумеется, в тылу группировки начали формировать вспомогательные отряды территориальной обороны, но до уровня подготовки регулярной армии им еще далековато.
Если на нашем участке фронта обстановка была как позже скажут, "более-менее контролируемой", то восточнее перешейка дела шли совсем скверно…
В ночь с 27 на 28 февраля, в Токмаке, российские диверсанты, которые были заранее заброшены на территорию Украины в составе диверсионно-разведывательных групп, а перед этим выкрали на одном из военных складов форму ВСУ, вступили в бой с немногочисленными украинскими подразделениями. По данным разведки, в течение ночи, между переодетыми диверсантами и ВСУ происходили ожесточённые стычки. К счастью, этих засланцев удавалось распознавать благодаря тому, что на них были бронежилеты российского образца, иначе дела стали бы и вовсе скверными. Тем не менее, Мариуполь оказался полностью отрезан от основных сил на востоке.
Менее чем через неделю, двадцать седьмого февраля ситуация и на нашем участке стала крайне опасной, отчетливо вырисовывался херсонский котёл. С севера, на нас двигались силы россиян, перешедшие Днепр у Каховки, с востока протекал широкий Днепр, а на юге - волновалось Чёрное море. Под вечер двадцать седьмого, со мной на связь вышел Василий Дмитриевич.
- Александр Борисович, ситуация складывается угрожающая и я не вижу иного выхода, как начать отход наших силы в направлении Николаева. Как заверила меня местная гражданская администрация, оборонные рубежи там уже подготовлены.
Хочу отметить, что полковник Семенюк взял на себя временное общее руководство всей херсонской группировкой, в которую входила как наша первая, так и части пятьдесят девятой бригады ВСУ. К счастью, её командир, полковник Сухаревский, оказался человеком толковым и не амбициозным. Он прекрасно понимал, к чему может привести путаница в приказах, и не дожидаясь прямого приказа из Генштаба, согласился занять должность его заместителя. Сороковая бригада, которая также принимала участие в боях на правобережье, в данное время уже была задействована на севере николаевского направления. На помощь ей направлялась и только что сформированная 124-я бригада территориальной обороны.
Не скрою, больше всего, мы рассчитывали на нашу вторую бригаду подполковника Онопко, которая наконец-то закончила формирование и двигалась ускоренным маршем в направлении Черноморска. К общему удивлению, противник почему-то решил не бомбить стратегический мост в районе посёлка Затока. Вероятно, рассчитывал сохранить его для собственных нужд. Например, как наиболее близкий и удобный путь для соединения с Приднестровьем.
К этому часу мы уже знали обо всех силах, которыми располагали россияне. Против наших двух бригад они задействовали примерно 25 БТГ, это до двадцати тысяч личного состава, 22-й армейский корпус в полном составе, не менее одной дивизии 58-й армии и до половины 7-й десантно-штурмовой дивизии. К ним следует добавить и 140 самолётов, 60 вертолётов вкупе со всем корабельным составом Черноморского флота. Понятно, что Семенюку не оставалось другого выхода, как принять тяжёлое решение - оставить Херсон и отвести обе бригады под Николаев. Хотелось думать, что нам удастся отстоять этот город: он будет покрупнее, и более важный, чем Херсон. Ведь в случае его захвата, оккупантам открывался прямой путь на Одессу.
А Николаев готовился к обороне. Через день, общая ситуация вокруг города стала настолько угрожающей, что командование флота отдало приказ затопить у стенки флагман и гордость украинского флота, фрегат "Гетман Сагайдачный". Сейчас, он стоял на ремонте и не имел возможности выйти в открытое море. Словом, пока что всё выглядело неважно, пожалуй единственным светлым пятном, вызвавшим наши невесёлые улыбки, стало сообщение полученное от разведчиков. Они доносили, что где-то под Каховкой местные ромы украли российский танк.
Облегчать оккупантам жизнь мы не собирались. Поэтому, перед началом общего отхода, полковник Семенюк отдал приказ на подрыв Антоновского моста. А вот выполнить его оказалось не так просто. И помешать попытался вовсе не противник, а начальник антитеррористического центра СБУ в Херсоне. Он, с несколькими сопровождающими, прибыл на трёх джипах к мосту и предъявил сапёрам приказ руководителя СБУ в Херсонской области, где категорически запрещалось совершать любые действия, которые могли нанести ущерб мосту. Мол, этот объект обязательно понадобится ВСУ во время нашего скорого контрнаступления. Более того, он тут же связался с главой Херсонской ОГА, и тот подтвердил его полномочия. И как это понимать? Неужели, как говорят украинцы - очередная "зрада"?
Иван Дмитрович пребывал в некой растерянности. Скорее всего, полковника Семенюка очень смущали генеральские лампасы прибывшего СБУшника, хотя ситуация требовала от него решительных действий. Хитрец Дмитриевич не придумал ничего лучшего, как переложить всю ответственность на плечи гражданского человека, а именно на Сашку Сиверинского. Поскольку ранее мы уже обсуждали такой вариант развития событий, то я, в качестве номинального шефа ЧВК "Шервуд", согласился взять всю ответственность на себя и подтвердил его приказ на подрыв моста.
Я не очень беспокоился вступая в конфликт с представителями местной власти, поскольку обладал достаточным авторитетом - как здесь, на юге, так и в Киеве. При необходимости, я всегда смогу прикрыть и себя и своих людей. Увидев, что наши сапёры не собираются прекращать работы по минированию и твердо решили взорвать мост, господин генерал попытался арестовать нашего полковника. Вот только к этому времени тот полностью успокоился, приняв окончательное решение, и в свою очередь приказал арестовать самого СБУшника. Далее, расследованием этого дела занимался особый отдел второй бригады - все прочие подразделения ничего подобного в своём штате не имели.
В этом, нам очень помог объявленный президентом Указ о военном положении. Согласно этому приказу, все гражданские органы власти, находящиеся в зоне боевых действий, были обязаны подчиняться военному командованию и сформированным им комендатурам. Поэтому, распоряжение отданное николаевской областной прокуратуре привлечь к следственным действиям своих специалистов не вызвало вопросов. Николаевские следаки решительно взялись за дело, и такая оперативность сражу же дала результат. Прокурорам повезло, уж слишком уверенно и беспечно чувствовал себя господин генерал. В ходе обыска его жилища были найдены, а затем восстановлены небрежно удаленные файлы со схемами минных полей на границе с Крымом. На допросе, тот попытался объяснить это тем, что такая информация была ему необходима как начальнику Антитеррористического центра СБУ в Херсоне. Однако, найденная в смартфоне частная переписка расставила всё по местам. Более того, появилось подозрение, что именно он и корректировал действия российской авиации, когда сопровождал колонну херсонской СБУ в эвакуацию.
Времени и желания заниматься ещё этим, у нас не было, противник давил по всем направлениям, поэтому, через пару дней, его отправили в киевский следственный изолятор - пускай там решают, как с ним поступить дальше. И похоже, на сей раз решили правильно, так как уже через несколько дней появился приказ об освобождении от должности и лишении генеральского звания, как его, так и его шефа.
Примерно в эти же дни мне выпала возможность пообщаться с командиром сводного отряда пограничников, которому удалось вырваться из-под Чонгара. Этот исхудавший и с кругами под глазами подполковник, рассказал:
- Наша группировка на границе жила в режиме мирного времени: все минные поля были обозначены на местности для безопасности мирных жителей, автодороги и большинство мостов вообще не было заминировано, эшелонированная оборона отсутствовала, позиции для ПВО и артиллерии не подготовлены. В первые же часы, с той стороны нанесли массированный ракетный удар по местам дислокации украинских подразделений, по пунктам управления, по стартовым позициям и пунктам управления средств ПВО, по аэродрому в Мелитополе. Средства РЭБ противника глушили нашу радиосвязь, поэтому как-то ответить не удалось. Выпустив ракеты, россияне обстреляли артиллерией украинские передовые позиции на Каланчакском и Чонгарском КПВВ. И что мы могли сделать с одними автоматами?
Слушая подполковника, я подумал:
- Неужели наш Генштаб рассуждал так же, как и я? Понятно, тех сил, что они собрали у границ, было явно недостаточно для захвата всей Украины – здесь необходима группировка намного больше. Но я ведь никакой не военный, а вот они что? Наши генералы должны были действовать не по учебнику арифметики, а по заранее составленным мобилизационным планам обороны и развёртывания сил. Почему всё получилось именно так, для меня оставалось непонятным.
К середине марта, фронт на правом берегу Днепр, немного стабилизировался. Россиян удалось остановить как на северном, так и на восточном, николаевском направлениях. Что же касается нашего участка, то подавляющему превосходству противника в воздухе нам удалось противопоставить новейшие системы ПВО и удары по их аэродромам. Особенно ненприятными были огневые налёты на Чернобаевку. Несмотря на постоянные и значительные потери, россияне упорно не выводили оттуда свои вертолёты, и фронтовую авиацию ближнего радиуса действия. Такое удивительное упрямство лишь играло нам на руку.
А еще, если к нам постоянно поступали подкрепления из числа добровольцев и мобилизованных, то противнику было заметно сложнее. Он был вынужден снимать резервы с более спокойного мелитопольского участка и подтягивать дополнительные силы из внутренних регионов России. Все это привело к тому, что к концу марта российская группировка в Херсонской области достигла цифры в тридцать тысяч человек. И хотя, этому времени, нас было уже больше, хорошо обученных и подготовленных бойцов не хватало. Как не хватало и оружия, главным образом миномётов и артиллерийских снарядов советского калибра. Всё же сказалось уничтожение части военных складов.
Но более всего, меня тревожили сообщения с северного фронта Украины, особенно с самого важного, с киевского направления. Именно сюда и были нацелены основные усилия оккупантов. Начальный этап вторжения был очень похож на то, что мы наблюдали и на юге. Как и у нас, россияне попытались добиться успеха при помощи десантов, а главная надежда в планах российского Генштаба была на первый ракетно-авиационный удар. Прежде всего, они рассчитывали уничтожить центры управления, после чего планировалось быстрое и глубокое продвижение бронетанковых колонн и мобильных отрядов специального назначения, у которых была задача заблокировать основные силы украинской армии, сосредоточенные на востоке, и не дать им возможности подойти на помощь столице.
По мнению российских стратегов, важнейшим элементом для преодоления обороны Киева должен был стать захват аэродромов Гостомеля и Василькова. Первый - десантом с вертолетов, а второй - парашютным, с последующим развёртыванием там оперативных баз для приёма транспортных самолётов. По-видимому, московские вояки рассчитывали на то, что после создания реальной угрозы окружения и захвата столицы, гражданское и военное руководство Украины сдрыснет из города, парализовав тем самим управление войсками, по меньшей мере на несколько дней. А за это время, Кремль рассчитывал получить контроль над большей частью страны или по крайней мере, над левобережьем.
Я не знал об их грандиозных политических замыслах, и считал, что Москва просто планирует посадить в Киеве подконтрольное себе марионеточное правительство, которое признало бы захват Крыма, Донецкой и Луганской областей и дало бы гарантии обеспечения Крыма водой и электроэнергией. Лишь значительно позже, я понял, как тогда ошибался: истинной целью Путина было окончательное уничтожение Украины как независимого государства. И главные разногласия у нас с ним были по аграрному вопросу. Его желанием было закопать нас в землю, а наше - чтобы он по ней не ходил.
Как рассказывали коллеги, прибывшие из Киева, для захвата столицы, были задействованы российские десантники из состава 11-й и 31-й гвардейских десантно-штурмовых бригад из Кубинки и Ульяновска.
Еще не рассвело, как их вертолеты вылетели с аэродрома Мозырь, по словам председателя Лукашенко - "нейтральной" Беларуси. Перед первой волной стояла задача - захватить аэродром Антонов в Гостомеле, на который планировалось посадить самолёты Ил-86 с десантом и техникой. Вот только, в отличие от юга, всё у них пошло не по плану. И это не смотря на то, что в районе аэродрома находилась лишь одна бригада, причём неполного состава, ведь несколько дней назад большая её часть, отправилась на ротацию в Луганскую область. Главным образом, в районе постоянной дислокации оставались тыловики, офицеры управления, срочники и всего десяток контрактников. Тем не менее, ребята не растерялись, прямо на взлётную полосу они выкатили две зенитные пушки ЗУ-23-2 и вместе со сводной группой спецназовцев ССО довольно негостеприимно встретили российский десант.
Тем не менее, потеряв несколько вертолётов, большей части десанта всё же удалось высадиться, однако им не удалось захватить ни аэродром, ни взлётную полосу, чтобы обеспечить посадку самолётов с основными силами десанта и техникой. Делать было нечего, и весь личный состав, который был уже загружен в самолёты, отправили в Гостомель наземным путем. Благодаря этому, ВСУ удалось выиграть не менее двух суток.
А вот на других направлениях. запланированное российское наступление разворачивалось согласно первоначальному плану. Так, кроме группировки, которая наступала на Киев через Чернобыльскую АЭС, была и западная, которая перекрыла Житомирскую трассу с намерением отрезать столицу с запада и юга.
В первый же день, россияне прошли через Обуховичи, где сводные группы ВСУ приняли первый бой в селе Иванков. Это был важный стратегический пункт, и именно поэтому сюда спешила чернобыльская группа противника. При существующем раскладе сил удержать Иванков было невозможно, однако два бетонных моста через реку Тетерев, уничтожить получилось. Первый - возле самого Иванкова, а второй - в районе посёлка Кухари. Тогда же, были подорваны и все три моста через Ирпень - на Житомирской и Варшавской трассах. В отличие от юга, под Киевом с мостами не церемонились. Главное - остановить продвижение противника, а мосты можно позже и восстановить.
Не сразу, но россиянам удалось навести понтонную переправу, но главное - темп их наступления был утерян. Эти две переправы надолго стали главной целью для нашей реактивной артиллерии. Фактически, всё снабжение в этом секторе повисло лишь на двух дорогах: от Бучи до Бородянки, и далее - на север до Иванкова, через Чернобыльскую зону в Беларусь.
После того, как не без проблем, агрессору удалось переправиться, они продолжили своё наступление, разделившись на три тактические группы: одна из района Феневичей пошла в направлении Бородянки, другая, возле Катюжанки - в направлении Здвижевки. В конце недели россияне вышли в район Блиставицы, а затем направилась на Гостомель, уже полностью зачищенный от десантников. Была ещё и третья, которая двигаясь через Дымер и Демидов, и также должна была выйти в район Гостомеля.
По сути, треугольник Ирпень- Буча –Гостомель, стал своеобразным форпостом Киева - бои здесь длились в течении месяца. Главной естественной преградой, на которую опирались защитники Киева на правом берегу, стала река Ирпень. Наши силы очень удачно использовали природные особенности местности. Так, возле села Демидов, была подорвана дамба. Вода, которая ранее уходила в Киевское водохранилище разлилась, и севернее города Ирпень заблокировала дороги для техники противника. И что помешало поступить аналогично на нашем юге, где оросительных каналов было более чем достаточно?
Словом, первая, самая опасная фаза блицкрига была сорвана, и начиная с 17 марта россияне более не продвигались вперёд. Наоборот, они принялись интенсивно окапываться на захваченных территориях. Нашему командованию удалось стабилизировать ситуацию и не подпустить противника ближе чем на 25 километров к столице - фактически на дальность эффективного обстрела из полевой артиллерии.
Однако, на этом противник не успокоился. Десятого марта, сводная полковая группа 6-го танкового полка 90-й танковой дивизии российской армии вновь попыталась атаковать Киев, на сей раз с северного направления, со стороны Броваров. Их группировка, которая шла от границы через Новую Басань, имела задание заблокировать Киев с востока и севера. В районе Скибина, колонну встретили бойцы 72-й отдельной механизированной бригады, полка национальной гвардии "Азов" и территориальной обороны, при мощной огневой поддержке артиллерии. В результате, российские танки попали в огневой мешок, четыре из них были сожжены, три другие захвачены, а кроме того, было уничтожено с десяток бронетранспортёров с личным составом. На этом и закончились все попытки россиян прорваться к Киеву с востока и севера.
Вечером, обсуждая ход военных действий на севере, майор Стентон долго не мог успокоится.
- Да вам просто отчаянно повезло, что русским не удалось взять Киев. – горячась и размахивая руками доказывал он. – Перед самим началом войны, отправить на восток единственную бригаду, которая должна была защищать столицу …? Это также трудно объяснить, как и не взорванные мосты на нашем направлении. Мало того, 72-ю бригаду, которая согласно плану была обязана защищать Киев с севера, разместили за сто километров южнее города. Да если бы эти россияне вместо вертолетов сразу отправили самолеты с десантом, эта бригада наверняка бы не успела подойти. Скажу вам, у нас в Штатах, этому Залужному и взвод бы не доверили…
Поняв, что взять столицу с нахрапа не получилось, россияне перешли к обороне, а уже через несколько дней началось контрнаступление нашей армии. Вначале, пошли небольшие локальные успехи. Так 22 марта ВСУ выбили россиян из Макарова. На следующий день - их оттеснили еще дальше - к Бородянке, после чего вышли на Варшавскую трассу. На протяжении последующих трёх дней (24–26 марта) продолжалась операция в районе Ирпеня - Бучи. В результате, 28 числа появилось официальное сообщение о полном освобождении города Ирпень. Украинским силам удалось воспользоваться слабостями в логистике и организации российских войск, и вскоре начался массированный отход российских подразделений. Лишь на одном участке, в районе трассы Киев -Житомир, им удалось сделать это без паники (прикрывшись минными полями и грамотно действуя заслонами). На всех остальных направлениях россияне отступали хаотично, бросая оружие и технику, но не забывая прихватить стиральные машины, телевизоры и даже унитазы.
Увидев такое, проснулись и западные партнеры. Они увидели и поверили в способность украинской армии к сопротивлению. Неужели там считали, что у россиян получится как в и Грузии? Начались первые, пока ещё робкие поставки современного вооружения и военной техники, что позволило повысить боеспособность наших подразделений. Особенно полезными были противотанковые ракетные комплексы и средства ПВО, которые позволили эффективно противодействовать бронетехнике и авиации противника, особенно на лесистых дорогах северо- запада.
Если вернуться к событиям первых дней на киевском направлении, то наши командиры, не понаслышке знакомые с операциями в африканских джунглях не переставали удивляться. И вновь, больше всех возмущался начальник штаба первой бригады майор Стенсон.
- Вот кто может мне объяснить, почему у вас практически не использовались диверсионные группы? – сказав это, он подошёл к карте, висевшей на стене. Ткнув в нее пальцем, продолжил.
- Ведь простая логика операций подсказывает именно такое простое решение. Сами посмотрите, ведь в этих местах большинство путей снабжения россиян проходило через плотные лесные массивы. Разумеется, они выставляли блокпосты на дорогах, и кроме них организовали небольшие базы снабжения тактического уровня. Но ведь не через каждый же километр? Вот что мешало вашим ДРГ на некоторых, удобных участках выходить из леса на трассы и устанавливать там мины? Вспомните, ведь именно так и действовали эти проклятые кубинцы в Сенегале! И вполне успешно действовали. В первое время, нам без тралов разминирования и выдвигаться за пределы базы было страшновато.
Усевшись на место, он вспомнил ещё о чем-то и добавил:
- А поняв, что мы научились справляться, кубинцы перешли на дистанционные подрывы с помощью радио. Если бы в составе колонн у нас не было мощных средств РЭБ, то не знаю, сколько техники добралось бы до места назначения. Так неужели ваш Залужный не мог догадаться до такого простого решения?
Я непроизвольно поморщился. У этого американца был настолько густой бас, что временами казалось - он разговаривает с нами при помощи инфразвука. Хотя в данном случае, он был абсолютно прав, я и сам нередко задавал себе похожие вопросы. Оставлять его реплику без ответа не хотелось, и я покачал головой:
- Ты прав Джек, но давай договоримся. Теперь это уже не ваши, а наши генералы, не забывай об этом. А почему они действовали именно так, узнаем у господина Залужного… попозже, после войны. А ещё спросим с Генштаба за полную неготовность армии, за сосредоточение практически всех боеспособных частей на востоке, хотя все видели сосредоточение россиян именно на юге и севере.
Я и сам задавал себе этот простой вопрос:
- Почему жертва нападения, как правило, никогда не готова к будущей войне? Слишком уж много подобных примеров известно из истории.
Меня тут же потянуло на философию, и я постарался на него ответить,
- Думаю, здесь всё упирается в человеческую психологию. Человек всегда настроен на позитив, на то, что всё будет именно так, как ему того хочется, как ему удобнее и комфортнее. А всем и всегда хочется лучшего. Например, у нас молятся за победу, так и на той стороне, также молятся за свою, другую победу. Правда на нашей стороне? Оно так, но ведь и правда у каждого своя и зависит от многих факторов. Кто скажет мне, сколько в дурдомах наполеонов, которые искренне считают, что главврач дурак? Можно возразить, мол истинная правда базируется на заповедях божьих - не убий, не укради, сделай для другого то же, что хочешь и для себя самого…. Но кто там за поребриком об этом думает, об этих заповедях? Проблема в том, что у мордвы, черемисов, бурят и прочих мокшей есть свой бог в Кремле, и верующих в него намного больше, чем атеистов. Ну а все кто поумнее, и был не согласен с утверждением, что земля должна вращаться вокруг вождя, давно разбежались по миру. Впрочем, в этом нет ничего удивительного: ведь на той территории, которая со всех сторон окружена цивилизацией, всегда правили ханы, цари, императоры, а в двадцатом веке - генеральные секретари.
А война все продолжалась и не думала останавливаться. Западные медиа, особенно те, которые финансировались нами, несколько преувеличивали успехи ВСУ, ведь люди всегда хотят слушать позитивные новости. Не исключено, что именно благодаря таким победным реляциям, полковнику Семенюку было присвоено давно заслуженное им звание генерал-майора, и он был назначен командующим силами юго-западного направления, позднее фронта, воевавшего на правом берегу Днепра. Собственно, иначе и быть не могло: здесь были задействованы две наши бригады, да и значительная часть вооружения и боеприпасов поступала именно со складов ЧВК "Шервуд", что под Одессой.
Настроение заметно поднялось после успешного удара ракетами "Нептун" по флагману Черноморского флота - крейсеру "Москва". Наш старый знакомый, я помнил его ещё по Сирии, когда корабельное ПВО крейсера прикрывало российскую военную базу Хмеймим. И как это нам самим не пришло в голову такое решение - ведь с десяток "Атакамсов" необходимые для удара были в наличии? Видать, всему виной было отсутствие координации со штабом ВМФ.
Вообще, с согласованными действиями на отдельных участках фронта всегда были проблемы: важная информация довольно часто не доходила до штабов групп, а если и поступала, то с солидной задержкой, уже когда становилась неактуальной. Не зря говорят, что правильное решение, принятое с опозданием, - это ошибка. Именно поэтому, наши главным образом опирались на данные полученные от собственной разведки, и спутниковые снимки, которыми щедро делились с Генштабом в Киеве.
После того, как Василий Дмитриевич был назначен на новую должность ситуация с координацией несколько улучшилась, но тем не менее, проблем было достаточно. Например, лишь недавно мы узнали об уничтожении разведывательной группы россиян в районе Коблево, где они подыскивали удобное место для высадки морского десанта. От этих пленных, удалось узнать, что вражеские корабли несколько раз подходили непосредственно к устью Дуная, вот только высадится, не решились. Не исключено, они узнали о частях второй бригады, которые именно в это время разгружались в порту. Это была неприятная информация, ведь по Дунаю проходили все наши грузы в порт Усть-Дунайск.
Двадцать шестого апреля случилось то, чего мы давно опасались и ожидали. Оккупанты всё же решились и нанесли ракетный удар по железнодорожно-автомобильному мосту в посёлке Затока. Видать они оставили мысли о соединении с Приднестровьем. По этому мосту проходила главная транспортная артерия, которая соединяла юг Одесской области с остальной территорией Украины. Нам было удобно пользоваться этим мостом при перевалке грузов из порта Усть-Дунайск.
Была попытка разрушить его ещё двадцать пятого числа, но успеха она не принесла - несколько ракет удалось сбить еще под Одессой, а две другие так и вовсе не долетели, и упали в море. А вот сейчас, одна из них попала, повредив мост. На следующий день россияне нанесли повторный удар. Если эти повреждения окажутся серьёзными, то нам придётся пользоваться альтернативным шоссе, которое на протяжении нескольких километров проходило территорией Молдовы. Надо бы выкупить у молдавских крестьян их огороды.
Примерно в те же числа, 25-26 апреля, начали поступать неприятные известия с севера области - из Приднестровья. А ведь это буквально рядом с нашими главными базами и складами. За первые сутки в Тирасполе и в его окрестностях, прозвучало три серии взрывов, а двадцать пятого, неизвестные лица, якобы атаковали здание министерства безопасности Приднестровья. Еще через день, в Тирасполе, из гранатомёта РПГ-22 обстреляли территорию местной воинской части и столичный аэродром. И наконец утром, 26-го прогремели два взрыва в посёлке Маяк, которые вывели из строя две антенны, ретранслировавшие российские телеканалы. Неужто эти идиоты действительно думали, что Украина испугается и подтянет в этот район свои резервы?
Тем не менее, все это немного нервировало и напрягал и я задумался,
- Не пора ли кардинально решить давно назревший приднестровский вопрос?
Глава 12
Глава 12
После недельной прогулки в Тирасполь, я вместе с бывшими бойцами Павлика Эскобара, из третьей медельинской, вернулся туда, где шли настоящие боевые действия, на правый берег Днепра. Почему бывшей? Так у нихуже появилось другое название. Разве что в отличие от старых советских традиций на знамени бригады не блистало золотым шитьем ее название – "Третья Приднестровская". Впрочем, и самого этого знамени также не имелось.
Несмотря на то, что фронт на правобережье удалось стабилизировать, россияне не оставляли попыток прорваться к Николаеву. Что бы усилить давление, они перебросили на правый берег Днепра дополнительный полк морских пехотинцев, подкрепив их несколькими отдельными танковыми подразделениями. Вот только, учитывая тот факт, что и наши силы на этом направлении возросли, прибывшее усиление не принесло тех результатов, на которые рассчитывали в Кремле. Четыре недавно сформированные бригады позволили достаточно уплотнить боевые порядки и сейчас, вместо системы опорных пунктов, нами была создана практически сплошная линия обороны. Эти бы бригады ещё обучить как следует…!
Месяца не прошло как россияне сообразили, что вступать в прямые столкновения с вояками, одетыми в натовский пиксель, себе дороже и активные действия старались проводить на других участках фронта. А вот их пропаганда воспользовалась таким фактом на полную. Попробуй теперь докажи всем этим мокшам, бурятам и мордве, что они не с НАТО воюют.
По-прежнему противник превосходил нас в артиллерии, на каждый наш выстрел они отвечали пятью – шестью своими, воздух также был за ними, да и минометы нам бы не помешали. Может, что то полезное в Колбасной отыщется? Несмотря на такое превосходство противника, генералу Семенюку удавалось успешно парировать его попытки продвинуться в направлении Одессы. Во многом, благодаря наличию разведывательных дронов. Его штаб получал самую свежую и достоверную информацию о местах скопления противника и направлениях, на которых он готовит свои удары. Жаль, что ударных "самолётиков" у нас еще маловато, всего месяц назад завод на Сифносе перешел на трехсменку. Ничего, вскоре ситуация обязательно улучшится.
Похожая ситуация была и у наших соседей на севере области. Уже с первого июня, на Криворожском направлении россияне были вынуждены остановить наступление и перейти к обороне. Со спутников было хорошо видно, как они снимали бетонные плиты с автодорог, и начинали сооружать укрепления. А еще через неделю началось активное минирование берега реки Ингулец. И это им удавалось, к сооружению укреплений и плотному минированию вероятных путей наступления, их генералы относились серьёзно. Намучаемся мы с этим, когда будем гнать на тот берег.
А еще через несколько дней, поступили сведения, что спецподразделениями оккупантов подорваны все мосты через эту реку в районе Давыдова Брода и Великой Александровки. Это также подтверждало, что они оставили планы наступления с этого направления. Не за горами и наш черед переходить к активным действиям.
Первых успехов долго ждать не пришлось. Через три недели украинским военным удалось выбить противника с позиций в селе Давыдов Брод и захватить плацдарм на левом берегу Ингульца. Несмотря на ощутимое превосходство в артиллерии и в воздухе, все попытки россиян отбить свои бывшие позиции, потерпели неудачу.
Как ни странно, положение на юге осложнила информационно-психологическая спецоперация проводившаяся на протяжении августа в украинских и мировых медиа, где широко обсуждалось предстоящее наступление Вооружённых сил Украины на нашем участке. Надо сказать, здесь и наши медиа постарались. Они, а также и телеграмм-каналы активно распространяли эту дезинформацию. Но дело того стоило. Российское командование поверило в сказочку о предстоящем наступлении украинцев на Херсон и не обратило внимания на сосредоточения сил ВСУ для наступления в харьковской области. С целью противостоять мифическому наступлению Семенюка, они перебросили на наш участок часть своих подразделений с Харьковщины, в частности - первую гвардейскую танковую армию. Понятно, воевать нам стало заметно сложнее, но такое ослабление группировки оккупационных войск на Слобожанщине стало одним из определяющих факторов успешного наступления ВСУ, на том направлении.
Широкая кампания по дезинформации противника шла по всем направлениям. Подогревалась атмосфера и в самом Харькове. По городу, ходили упорные слухи, будто к Херсону намерены отправить их любимую 92-ю бригаду, которая начиная с четырнадцатого года обороняла Слобожанщину. Глава харьковской администрации даже звонил по этому поводу главкому Залужному, беспокоясь о безопасности города. А вот о подготовке к контрнаступлению на юге постоянно трубили не только наши комментаторы и так называемые западные эксперты, но и российские военкоры.
Утром, шестого сентября харьковский фронт пришёл в движение, причём совсем не там, где этого ожидали россияне. Вначале, наши атакующие действия, где на нескольких участках в бой были брошены небольшие подразделения, не вызвали беспокойства у их командования. В течение первых часов наступления штабы не воспринимали всерьёз сообщения своих командиров с линии соприкосновения. Там предпочитали верить в то, что это очередной отвлекающий удар, а вовсе не масштабная наступательная операция. Да и сам ход наступления оказался таким, что на той стороне фронта не могли понять, в каком направлении продвигаются наши войска, которые находились в постоянном движении. Для противника это оказалось проблемой, ведь до сих пор их артиллерия привыкла вести огонь по статичным целям. ВСУ, быстро преодолев полосу опорных пунктов, стремительно продвигались по направлениям Балаклея - Волохов Яр - Шевченково - Купянск. За первый же день было пройдено примерно двадцать километров, а восьмого сентября - ещё пятьдесят.
Одновременно, россиян выбивали и из других районов области. Как таковых, серьёзных боестолкновений практически не было. Началось паническое бегство второй армии мира. Принципиально важным было то, что эта победа была достигнута не за счёт преимущества в количестве, а благодаря преимуществу в качестве. ВСУ наступали, несмотря на то, что российская артиллерия по числу стволов и боеприпасов все также превосходила наши силы втрое, и к этому следует добавить полное господство в воздухе. Авиация россиян старалась помочи и непрерывно наносила бомбово-штурмовые удары по обнаруженным целям. Но поскольку обстановка менялась уж слишком динамично, часть этих ударов нередко приходилась на собственные позиции.
Штабы противника прилагали максимум усилий, чтобы остановить наступление небольших, мобильных отрядов, но прежде всего их мы переиграли тактически. Моральная победа в харьковской операции была не менее важна, чем разгром противника. Лишь за первую неделю силы ВСУ освободили от захватчиков 3800 кв. км территории и более трёхсот населённых пунктов. Восьмого сентября украинский флаг взвился над Балаклеей, десятого - над Купянском и Изюмом, а двенадцатого - наши войска вошли на территорию города Святогорска, что на севере Донецкой области. Эксперты Американского института изучения войны назвали освобождение Изюма, крупнейшим военным достижением Украины со времени успеха в битве за Киев.
В результате харьковской операции были полностью разгромлены части самарского и башкирского СОБРа, Росгвардии, 237-й гвардейский десантно-штурмовой полк и многие другие подразделения армии оккупантов. На этот разгром последовала ожидаемая реакция со стороны страны-агрессора. Они решились объявить всеобщую мобилизацию. Удивляло одно, почему так долго их вечный диктатор не решался на такой шаг. Может не мог иначе? Ну да, ведь с начала войны, по российским телеканалам гулял миф, что в Украину введены лишь полицейские силы и росгвардия – с целью восстановления законности и порядка, и отстранения от власти кучки неонацистов.
Как бы там ни было, а 21 сентября, Путину всё же пришлось объявить призыв людей из запаса. Как водится, их медиа сообщали, что это ответ на растущую угрозу со стороны стран "коллективного Запада", которые желают уничтожить нашу миролюбивую родину. Ведь все давно знают, что мы за мир … и в борьбе за это готовы всех уничтожить. Эта мобилизация должна была пополнить армию не менее чем на триста тысяч человек.
А пока все внимание было приковано к событиям, на Харьковщине, мы на юге, также не ловили ворон. Третьей колумбийской, или теперь уже приднестровской бригаде удалось освободить ключевой посёлок Высокополье, после чего она продолжала тревожить оккупантов ударами по понтонным переправам наведенным у взорванного Антоновского моста, не забывая и реку Ингулец, где противник выстроил довольно мощные оборонительные позиции. Такие непрерывные удары не позволили противнику быстро перебросить первую танковую армию назад, на харьковское направление, что значительно облегчило наступательные действия ВСУ на том участке.
Несмотря на прибывшие подкрепления, а в распоряжении генерала Семенюка сейчас находилось более двадцати пяти тысяч бойцов, нашим подразделениям никак не удавалось преодолеть глубоко- эшелонированную оборону противника и форсировать речку Ингулец. Что-что, а зарываться в землю и строить крепкую оборону россияне умели. Несмотря на практически полное уничтожение мостов, им все же удавалось снабжать боеприпасами свои подразделения, хоть и не в прежнем объеме. Американские "Хаймарсы" и наши "Зениты" постоянно разбивали понтонные переправы, которые старались восстановить их саперные части. В нашем штабе понимали, что сидя в обороне, войну не выиграть, но никак не удавалось схватить за хвост удачную дебютную идею. Поэтому, когда меня пригласил на разговор наш новый – старый командующий, я не рассчитывал, что услышу от него что-либо прорывное. А зря.
Пройдя пустую приёмную, где почему-то не было привычного адъютанта, я вошел в кабинет, в котором сидело лишь двое. Это был сам командующий южным направлением и его заместитель, полковник Онопко. После обязательных приветствий, вероятно для того, чтобы подчеркнуть важность того, что мне собираются сообщить, полковник встал и подойдя к дверям, слегка их приоткрыл. Убедившись, что в приёмной пусто, он вновь вернулся за стол.
Переглянувшись со своим заместителем, генерал взглянул на меня и будто за что-то извиняясь, начал:
- Александр Борисович, я думаю вы догадываетесь, что на меня постоянно давят из Киева с требованием как можно скорее приступать к активным наступательным действиям и на нашем участке фронта. В Генеральном штабе считают, что пришло время полностью освободить от оккупантов правый берег Днепра. До сих пор, мне удавалось оттягивать начало операции. Причины были, да и сейчас я считаю - не готовы мы еще к активным наступательным действиям. Сами знаете, противник все еще превосходят нас и в артиллерии и в воздухе, да и харьковский урок не прошел для них даром. Тем не менее, далее оттягивать у нас не получится: так можно и с генеральскими погонами распрощаться. Хорошо, что здесь воюют три, подчинённые лично вам бригады ЧВК. А может, и ваш авторитет помогает: побаиваются на печерских холмах, что наши ребята просто снимутся с позиций и умотают к себе в Африку.
Скрипнув стулом Семенюк поднялся, не торопясь подошел к висящей на стене карте, после чего, повернувшись ко мне продолжил.
- Хочу сказать, ещё месяц назад генерал-полковник передал окончательное требование – операция должна начаться не позднее Рождества и ее целью должно быть полное освобождение от оккупантов всего правобережья.
Затем, словно бросаясь в холодную воду, Семенюк добавил:
- Я поручился своими погонами, что мы не только вышибем их с правобережья, но и заставим тех, кто останется поработать над восстановлении того, что они здесь натворили. Просил лишь подождать до прихода тепла. Но всему есть предел, в том числе и терпению нашего нового главкома. Позавчера, он вновь связался со мной и предупредил, что на подготовку к наступлению нам дается два месяца, ни днем больше. Вот спрашивается, куда командующий так спешит? Он лишь неделю как приступил к своим обязанностям, даже не успел запомнить, где в их Генштабе туалеты находятся. Сказал - Василий Дмитриевич пора и вам начинать играть за белых, полагаю и вам надоело отступать и защищаться. Гляди, как мы их под Харьковом причесали..
В этом месте, тон Семенюка изменился и стал каким-то просящим:
- Александр Борисович, мне кажется мы смогли найти неплохое решение, и здесь нам потребуется ваша помощь, - неуверенно глянув на меня, произнёс он, пригласив подойти поближе к карте, висевшей в углу за ширмой. Это была топографическая карта Херсонской области с непонятными для меня обозначениями.
- Взгляните сюда, - с этими словами генерал ткнул указкой в участок, где я разглядел надпись: "Каховская ГЭС".
- Мы, с полковником Онопко, пришли к единодушному выводу, что в случае развертывания наступления наших сил и вытеснения оккупантов на левый берег Днепра каховская дамба будет ими обязательно подорвана. Не стану говорить об экологических последствиях, но в военном плане, это позволит им на некоторое время, исключить всю левобережную херсонщину, как потенциальный театр для продолжения дальнейшего наступления. Противник прекрасно понимает, что разлив реки затопит низкий левый берег минимум километров на десять от русла. Ни о каком преследовании в таких условиях не может быть и речи. Более того, россияне даже смогут отвести оттуда часть сил для усиления позиций у Мелитополя, Бердянска или на любом другом участке донецкого направления.
Взглянув на меня, что-бы убедится, правильно ли я его понял, Семенюк продолжил:
- Созданная при штабе специальная группа считает, что будет намного эффективней, если мы сами уничтожим эту плотину, причём в удобное для нас, а не для противника время. Разумеется, такие действия могут иметь как позитивные, так и негативные последствия. Как я уже говорил, в результате подрыва дамбы ГЭС, вода затопит широкую полосу передовых позиций оккупантов, некоторые из их складов и районы сосредоточения техники. В отдельных местах, такое искусственное наводнение вынудит их покинуть позиции и отойти километров на десять вглубь своей территории. Во-вторых, вода размоет пути сообщения с правым берегом, вследствие чего, части, сдерживающие нас на Ингульце, на некоторое время останутся без снабжения. И наконец, мы рассчитываем, что вода смоет как уже наведённые понтонные переправы, так и затопит те понтонные парки, которые они развернули в прибрежной полосе. Дополнительным бонусом станет то, что подтопление дельты Днепра облегчит нам освобождение Кинбурнского полуострова – последний клочок занятой противником Николаевской области. Из-за этих песков, глава их администрации мне уже пол мозга вынес.
Если первые слова генерала я выслушал со скепсисом, то последнюю часть - с заметным интересом. Я понял всю грандиозность их замысла. Тем не менее, словно адвокат дьявола, попытался отыскать пробелы в этой операции. Хорошо знаю - каждое новое решение порождает и новые проблемы.
Тем временем, Семенюк достал из ящика небольшой пакет и продолжил:
- Нам удалось найти старые чертежи и расчёты сорокалетней давности. Так вот, еще советские специалисты считали, что после разрушения дамбы паводок станет спадать лишь на шестые сутки, а для того, чтобы можно было вновь пользоваться подъездными путями, можно смело накинуть еще дней десять. Уверен, этого времени нам будет достаточно для разгрома правобережной группировки россиян. Без боеприпасов и свежих подкреплений, много не навоюешь.
В этом месте к беседе подключился его заместитель и старый товарищ полковник Онопко, бывший командир второй бригады:
- Василий Дмитриевич, не стоит забывать, что левобережье Херсонщины - это кратчайший путь к крымским перешейкам. Перекрыв их, нам удастся полностью разрушить всю логистику противника на юге. Такого, Кремль допустить никак не сможет и будет вынужден не только удерживать свои войска на первой линии обороны, но и попытается усилить их резервами с других направлений.
Я задумался. В целом, идея казалась неплохой, мне она нравилось, но было и несколько вопросов.
- Скажите, уважаемые, а такая акция не создаст проблем для работы Запорожской АЭС? Насколько мне известно, вода Каховского водохранилища используются для охлаждения её блоков. Не надо ли предусмотреть некоторые превентивные меры, для минимизации рисков?
Семенюк, посмотрел на полковника, словно желая сказать – а я тебе что говорил, после чего последний ответил:
- Уверен, что нет. Те, кто захватил станцию, вполне могут проложить дополнительные трубы, чтобы добраться до воды, или вовсе, пробурить на территории АЭС артезианские скважины. С учетом местности, глубина их не должна быть слишком большой.
- Ну что ж, тогда задам последний вопрос, - сказал я. - Дмитриевич, а зачем вам понадобилось моё мнение, ведь такое решение вы в состоянии принять и сами?
Семенюк не замедлил с ответом:
- Есть один момент, который мы не сможем решить без вашей помощи. Дело в том, что ракеты для систем "Ольха" или HIMARS, которые используются нашими подразделениями, имеют боевую часть не более 100–200 кг. А для подрыва такой крепкой конструкции, как каховская плотина, требуется мощность заряда раз в десять – двадцать больше. Советские инженеры умели строить.
- А то я не знаю нас - советских строителей: сам в своё время такими вопросами занимался, - подумал я.
Тем временем, Семенюк вынул из пакета какое-то фото и пододвинул его ко мне. На нём, я сразу же узнал своего Виталия, который что-то оживлённо объяснял и показывал своим собеседникам, стоя на пирсе рядом с экспериментальным образцом одного из наших морских дронов.
- Александр Борисович, может вы помните, как весной двадцатого, мы с майором Стенсоном гостили у вас на Сифносе? Вот тогда, ваш сын и показал нам свои новые разработки в области беспилотных морских систем. Если не ошибаюсь, он утверждал, что эти катера-камикадзе способны доставить до тонны взрывчатки на расстояние в тысячу километров.
Сказав это, генерал с затаенной надеждой посмотрел мне в глаза, будто ожидая подтверждения, а затем добавил:
- Что вы скажете: на что сейчас способны ваши новые рыбки? Я почему-то уверен, что Виталий Александрович на достигнутом, не остановился.
На несколько секунд я задумался, стараясь припомнить все детали. Действительно, технические характеристики новых катеров заметно подросли, однако, если их использовать для операции на каховской плотине, это раскроет супостату наш тайный козырь. А ведь мы планировали использовать их против севастопольской группы российского флота, а кроме того - для подрыва опор керченского моста. А вот если их засветить в предложенной Семенюком авантюре, противник обязательно подготовиться, станет осторожнее и постарается найти противодействие этому оружию.
Вот олько, предложение генерала было очень смелым и перспективным, а главное – более важным чем иные наши планы. Отрезать от снабжения, хотя бы на несколько недель херсонскую группировку россиян? Да это же праздник какой-то: результат будет такой, который сможет полностью обрушить фронт россиян на юге.
- Добро, Василий Дмитриевич, я поддержу вас. А сейчас скажите, когда и куда необходимо доставить эти катера. И вообще, посчитайте, сколько их вообще понадобится. Что касается технических характеристик - так я их и сам хорошо помню. Последние образцы катеров способны доставить до двух тонн взрывчатки на основе гексогена и пластификатора на расстояние до тысячи километров. Но, если я вас правильно понял, нашим дронам нужно будет преодолеть дистанцию значительно меньшую, поэтому, их боевую нагрузку можно смело увеличить как минимум в полтора раза.
Я налил себе воды из куллера, выпил и продолжил:
- А чтобы вы знали на будущее: новинка двадцать второго года – SeaStorm, будет иметь еще лучшие технические характеристики. По сути, это многоцелевая универсальная платформа, на которой можно разместить и собственное вооружение: начиная от ракет ПВО до пулемётов и малокалиберных пушек. Для навигации, они используют нашу спутниковую систему - как более защищённую. А ежели удастся разработать эффективные системы РЭБ, можно попробовать и оптоволоконные кабели. Работы в этом направлении уже ведутся, вот только, в этом случае дальность может значительно упасть.
Затягивать с подготовкой мы не стали, времени и так оставалось в обрез. Для обустройства базы катерников, саперы выбрали неприметный участок в районе посёлка Лысогорка. В этом месте, в правый берег Днепра врезалась небольшая, тихая бухта, прикрытая от наблюдателей с левого берега длинным, заросшим лозами холмом. Он не позволял напрямую увидеть, что здесь происходит, а воздушной разведки россиян мы не боялись. Несмотря на потребности фронта, сюда был подтянут полный дивизион "ЗенитМ". Каюсь, это именно я настоял на таком, ведь сюда, в Лысогорку, с командой специалистов прибыл и мой Виталий. Его желание принять личное участие в будущей операции я прекрасно понимал и не возражал.
В тёмное время суток четыре контейнера с разобранными корпусами катеров были доставлены на временную базу, где для всех непосвященных, военные инженеры якобы оборудовали очередной полигон для подготовки новобранцев. Не прошло и недели, как у деревянных пирсов, которые были заранее подготовлены и укрыты маскировочными сетями, покачивалась на днепровской волне четвёрка катеров очень необычной формы. Еще неделя, понадобилась для того, чтобы установить и протестировать оборудование, настроить радиотехнические системы и загрузить взрывчатку. Слишком затягивать с часом Х, было опасно: даже случайный артиллерийский обстрел с левого берега мог вызвать очень печальные последствия. Все отлично понимали, что может натворить взрыв десятка тонн гексогена.
Надо бы ещё и ещё раз погонять тесты электроники, но синоптики решили за нас. И они не ошиблись. На следующий день после Рождества, разыгралась настоящая буря: задул сильный, встречный ветер с мокрым снегом. Мы резонно рассчитывали на то, что охрана дамбы, которую и так несли спустя рукава, попрячется по тёплым каптеркам, а может и вовсе продолжит празднования. По данным разведки, караул для охраны станции привлекли не кадровых военных, а каких-то росгвардейцев из Владимирской области. Службу несли кое-как, примерно так же как и деды-вохровцы на овощной базе: всё-же Каховка - это глубокий тыл, до передовой - километров шестьдесят.
Еще лет десять назад я бы не удержался от того, чтобы лично не отправиться на тот открытый всем ветрам берег Днепра, но сегодня – значительно комфортнее чувствовал себя в тёплом штабном помещении, прислонившись спиной к горячей стенке печки.
- Знаешь, Дмитриевич, - сказал я, держа в руках стакан только что сваренного глинтвейна. Тот сидел напротив, временами бросая нетерпеливые взгляды на Falcon RF-7800M-MP - широкополосную радиостанцию, в ожидании первых новостей.
- Когда-то в детстве мне отчаянно хотелось заиметь хоть какую-то суперспособность, такую, о которых в книжках пишут. Скажем, видеть в темноте, читать чьи-то мысли, предсказывать будущее… Мне кажется, на восьмом десятке кое-что их этого осуществилось: теперь я прекрасно чувствую магнитные бури и дни, когда должен пойти дождь.
Генерал, который делал какие-то заметки в своём планшете, и казалось бы, совсем меня не слушал, тем не менее обернулся и успокоил:
- Не волнуйся, Борисович, мы с тобой ещё потопчем землю. Давно известно, что те, кто дожил до ста лет, по фитнес-клубам не бегали. Вот сейчас доложат нам о результатах операции, отрежем себе по шмату сала, выпьем твоего джина за здоровье и удачу - и на боковую.
- Э..э .. тут ты не прав, господин будущий генерал-лейтенант: за здоровье надо бороться, а не только пить.
Но видать, этой ночью, Семенюк упорно желал оставить последнее слово за собой:
- Не скажи, пан миллиардер. Вот есть у меня один знакомый - так медицинская карточка у него толщиной с книжку "Три мушкетёра", и ничего: живёт себе дедуля и водочку попивает.
Когда в ночной тиши заработали двигатели катеров, всем, кто в этот момент находился на берегу, показалось, что их рев слышен даже в Запорожье. Хорошо, что ветер относил все звуки в нашу сторону. Виталий, тут же успокоил начальника штаба, который стоял рядом:
- Не волнуйтесь, полковник: километров за десять до плотины они сбросят обороты, после чего пойдут на малом ходу – никто и не услышит.
Все получилось, операция прошла как задумано. Катера незаметно подкрались и тихонько приткнулись к бетонным колоннам машинного зала станции. По нашему мнению, совпадавшему с рекомендациями специалистов, именно здесь и было самое уязвимое место плотины. Тянуть с подрывом не стали, и через несколько минут ГЭС и городок Новая Каховка содрогнулись от мощного взрыва. Когда дым и пыль рассеялись, а осколки перестали летать, дроны-разведчики, оснащённые приборами ночного видения, прислали первые картинки того, что мы натворили. Днепровская вода, которую теперь не сдерживала плотина, бурным потоком вырвалась в долину, быстро разливаясь по берегам. Как и предполагалось, в основном, все досталось левому, который был значительно ниже. Мы хорошо видели, как мечутся на своих позициях заспанные россияне, тщетно пытаясь завести двигатели и вывести свою технику в более безопасное место.
Как бывший инженер-гидростроитель, хочу сказать - о полном разрушении плотины станции говорить было нельзя. Я наблюдал лишь существенное повреждение участка в том месте, где прорывалась вода. Но главное – чёрное дело мы сделали; оставалось дожидаться результатов - и не только со стороны военных. Больше всего нас беспокоила реакция Киева, а также таких непонятных для всех организаций. как ЮНЕСКО, МАГАТЭ и прочих ненужных, а иногда и вредных структур.
Хотелось надеяться, что нам удалось скрыть свою причастность, ведь эта операция проходила в режиме абсолютной секретности. В полном объёме об этих планах знали лишь несколько офицеров штаба Семенюка, трое специалистов Виталия и мы с генералом. Команда, собиравшая катера, целиком состояла из иностранцев, которые прибыли сюда как в обычную командировку. Взрывчаткой, суденышки снаряжали и вовсе другие люди, а программировала и управляла катерами троица, во главе с моим сыном. Но, как говорится, всё тайное когда-нибудь становится явным; так что и эта операция не будет исключением. Вот только случится это не завтра и не послезавтра, так что будем надеяться на то, что победителей у нас не "садят".
Да и вообще - при чём здесь мы? Ведь всем понятно - это дело рук россиян. В пользу "украинской" версии событий говорило и то, что ещё в апреле двадцать второго, сразу же после захвата Каховской ГЭС, Главное управление разведки сообщало о проведении ими работ по минированию плотины. И наши, и американские спутники фиксировали дополнительное минирование шлюзов и опор, а на саму плотину заехали тентованные грузовики со взрывчаткой. Хорошо, что не только мы вели активную фотофиксацию. В штабе полагали, что именно эти грузовики, сдетонировав, поспособствовали большим повреждениям дамбы. Возможно, что именно поэтому местные жители сообщали о двух взрывах с интервалом в несколько секунд.
Информационная кампания по нашей тайной акции была подготовлена заранее. Разумеется, что вся вина за разрушение плотины была возложена на оккупантов. Поэтому, никто и не удивился, когда появилось сообщение из Брюсселя о том, что "ЕС решительно осуждает такое варварское нападение на ключевой объект инфраструктуры с катастрофическими гуманитарными и экологическими последствиями". Хочу заметить, в этом нам очень помогли сентябрьские атаки на плотину Карачуновского водохранилища в Кривом Роге, когда россияне пытались сдержать форсирование нами Ингульца. Тогда, это также вызвало резкое повышение уровня воды в реке Ингулец и подтопление множества строений.
Ситуация на фронте начала развиваться в соответствии с прогнозами Семенюка. Отрезанные от своих баз снабжения оккупанты были вынуждены резко сократить интенсивность обстрелов наших позиций. Если до этого, на каждый наш снаряд они отвечали тремя-четырьмя своими, то сейчас, ситуация изменилась кардинально. Мне, почему-то вспомнился старый фильм, где непобедимый Рэмбо стоит по колено в стрелянных гильзах и всё стреляет и стреляет… И ведь никто не задает простого вопроса: а как это он допёр туда эти две тонны патронов? Все это и называется логистикой.
А ещё, нам очень помогла устроенная двумя днями ранее демонстрация, когда ВСУ решили имитировать подготовку наступления с плацдарма у Давыдова Брода. Тогда, россияне за два дня выпустили почти недельный запас снарядов и мин. Это их не беспокоило, ведь рассчитывали, что в течение нескольких дней удастся полностью пополнить свои запасы. Но на сей раз получилось не так, как думалось. Все попытки организовать воздушный мост, такой же, как и для Паулюса под Сталинградом, полностью провалились. Транспортным самолётам негде было приземлиться: аэродром в Чернобаевке был фактически уничтожен, а вертолёты уверенно сбивались нашими летчиками и системами ПВО. Да и что там эти геликоптеры могут привезти? Тем более, что некоторые из наших пилотов-добровольцев уже пересели в кресла привычных им F-16, которые ЧВК "Шервуд" получила из Нидерландов. Эта страна, имевшая на вооружении сто тридцать таких машин собственного производства, передала нам целых тридцать два экземпляра, причём все они были второго поколения.
Получить разрешение от президента Байдена на их передачу оказалось той еще задачей: слишком уж осторожным и упрямым был этот дедушка. Даже получив карт-бланш от обеих палат Конгресса на ленд-лиз, он все еще колебался и морщил задницу. Положительно решить вопрос с истребителями нам помогло лобби в Конгрессе и мощное давление военных из Пентагона, которые были крайне заинтересованы в передаче им наших технологий, касающихся беспилотных систем.
На фронте всё шло в соответствии со сценарием Семенюка. Оставшись без топлива, россияне попытались мешать остатки бензина со спиртом, который украли на местных спиртзаводах. Увы, результат это дало минимальный - только пьяни в окопах добавилось.
Несмотря на отчаянное сопротивление оккупантов, слабеющее с каждым днём, подразделениям пятьдесят девятой и сорок шестой бригад удалось прорваться с плацдарма у Белогорки и ускоренными темпами двинуться в направлении к Бориславу. Поначалу, плотное минирование и открытая местность затрудняли продвижение штурмовой пехоты. Отчаянно бились и заслоны оставленные оккупантами. Но вскоре, вырвавшись на оперативный простор, эти бригады заметно усилили давление и увеличили темпы наступления.
В штабе противника поняли, что дальнейшее продвижение грозит разрезать пополам всю херсонскую группировку и отрезать её от понтонных переправ у Новой Каховки. Но что было делать, кроме как идти в штыковую. Через четыре дня, начался полный обвал северного фланга херсонского фронта. Подразделения, которые до сих пор сохраняли управление, а также отдельные группы оккупантов рванули на восток, в направлении Днепра, будто не знали, что переправы через реку давно уничтожены, а немногочисленные понтоны снесены водой. Январская температура в Днепре не позволяла преодолеть широкую реку ни вплавь, ни с помощью подручных средств. В результате, нашим частям удалось блокировать скопления сил противника в прибрежных районах и нанести по ним мощные авиационные и ракетно-артиллерийские удары. Слабые заградительные отряды были атакованы при поддержке тяжёлой бронетехники, после чего они разбежались вдоль берега, пытаясь укрыться в плавнях.
Во-время вводя резервы, Семенюк постоянно наращивал давление на вражеские позиции на юге, одновременно уничтожая остатки материального обеспечения херсонской группировки оккупационных войск. Наступление сопровождалось интенсивными артиллерийскими ударами по позициям, складам с остатками боеприпасов и командным пунктам противника, а также мостам и переправам в ближнем тылу. Огневое превосходство Сил обороны Украины давало о себе знать.
Наконец, противник не выдержал и бросая вполне исправную технику, начал откатываться к берегу реки. А там что делать? Даже при наличии понтонных переправ, отступающим это бы не помогло. Ведь левый берег был подтоплен, на несколько километров вглубь от реки, поля и дороги превратились в непроходимое болото. Некоторые, наиболее сообразительные попытались выловить и воспользоваться разбитыми секциями понтонных переправ, однако течением их чаще всего вновь прибивало к нашему берегу. Отдельным смельчакам повезло больше: их вынесло в Чёрное море, так как управлять неуклюжей секцией с помощью длинных жердей или вёсел было делом гиблым. Вот только, можно ли назвать это везением? В зимнем море, на обрубке понтона, размером два на три метра …..
Одним из последних приказов, которые получили российские войска на правом берегу, был: "переодеваться в гражданскую одежду и действовать по ситуации". С передовой нам сообщали, что при попытках перебраться через Днепр, большое количество российских военных утонуло.
Кажется, пришло время поздравить пана Семенюка с таким громким успехом, что я и сделал, перехватив его в коридоре:
- Ну что, Дмитриевич, считаю, что погоны генерал-лейтенанта будут хорошо смотреться на твоих плечах. А еще, хотел бы узнать: как ты думаешь, какое количество рабочих мест нам забронировать в лагерях для пленных?
Вечером того же дня, впервые с начала войны, я с большим удовольствием включил программу российского телевидения, где генерал Суровикин, недавно назначенный командующим объединённой южной группировкой российских войск, постоянно запинаясь и спотыкаясь на каждом слове, прочитал с телесуфлёра обращение, в котором сообщил о чрезвычайно сложной ситуации, сложившейся в районе Херсона, и большой вероятности принятия "самых непростых решений".
А вот сейчас, такая же "непростая ситуация" сложилась и у нас – но только по иной причине. Никто не рассчитывал на более чем двадцать тысяч пленных. И что нам с ними делать? Может, хорошенько профильтровать и тех, кто еще не полностью повернут на пропаганде, отправить на Тернопольщину – пускай поработают на победу на моих заводах? Но немного обдумав такой вариант, решили, что рисковать не стоит: ведь совсем рядом находится предприятие по производству взрывчатки. Ну что ж, нет - так нет. Пускай сами обустраивают свой быт за колючкой, или как их называют эти толерантные европейцы - "местах временного содержания".
Значение победы на южном направлении трудно было переоценить. Понятно, что ни наши, ни европейские телеканалы не могли оставить без внимания такой успех. На протяжении нескольких недель "военные эксперты и аналитики" различных уровней и взглядов, обсуждали возможные последствия этой операции. Давалось множество прогнозов, искали схожие примеры времён Второй и Первой мировой. Словом, тему мы им подкинули надолго..
Генштаб сообщал, что в городе Херсон и области находились наиболее подготовленные и боеспособные российские подразделения. Теперь, большая их часть - десантные войска, силы специального назначения и морская пехота – оказались в плену и теперь будут осваивать профессии каменщика и землекопа. Успехи наступательной операции под Херсоном, критически подорвали моральный дух россиян, заставив даже некоторых из наиболее упоротых, усомниться в возможности завершить войну на своих условиях. Это поражение стало для Кремля одним из самых болезненных военно-политических и имиджевых ударов. Теперь, даже среди её друзей, появились сомнения в благоприятномдля нее исходе.
Что касается наших западных союзников, то такой успех привёл к тому, что ручеёк военной помощи, который поступал с Запада, превратился пока еще в небольшую, но всё же речку. Со снабжением самим необходимым стало полегче. Настолько легче, что можно было передать на другие участки фронта несколько партий ударных дронов и дронов-разведчиков, которые по своим характеристикам заметно превосходили широко разрекламированные в начале войны турецкие "байрактары".
От местных жителей стало известно, что в последние дни оккупации россияне вывезли из Херсона тысячи гражданских - как коллаборантов, так и простых жителей, которых удалось запугать возможным приходом "бандеровцев". В общей сложности было депортировано около ста двадцати тысяч жителей правобережья области. Ну что ж, вольному воля, мне ничуть не жаль этих упоротых сторонников Партии регионов.
Как и рассчитывал генерал Семенюк, нашим десантникам удалось довольно просто очистить Кинбурнскую косу и прилегающий район, который оказался полностью отрезан водой от снабжения и сообщения со своими на юге. До нашего наступления, на этом участке россияне чувствовали себя в полной безопасности, имея на левом берегу собственные войска. Именно поэтому, достаточно приличных фортификационных сооружений они так и не построили, отрыта была лишь сеть окопов и блиндажей. Когда косу со всех сторон отрезали, оборонявшаяся здесь рота, решила сложить оружие и наконец-то похлебать горячую пищу. Особенно, этому известию обрадовался глава Николаевской ОВА, ведь Кинбурнская коса являлась последним клочком области, который до сих пор не был освобождён.
Семенюк, не был бы самим собой, если бы не попытался на плечах отступающих продвинуться дальше - в направлении Крымского полуострова. Однако, встретив ожесточённое сопротивление, он вынужден был отдать приказ остановиться и занялся оборудованием оборонительных позиций на Кинбурнском перешейке. Это был важнейший, но увы единственный плацдарм на левом берегу Днепра.
К сожалению, сбылся и мой негативный прогноз. Увидев, на что способны беспилотные морские дроны-камикадзе, россияне стали \заметно осторожнее. Вначале, не рисковали направлять корабли на запад от Севастополя, а затем и вовсе, практически весь флот, перевели в Новороссийск. Но главным достижением было то, что нашим маленьким корабликам, на которые позднее установи ли крылатые ракеты ближнего радиуса действия, удалось изменить баланс сил в ходе борьбы за западную часть Чёрного моря в пользу Украины. Теперь, наши зерновозы получили возможность почти беспрепятственного движения к проливу Босфор.
Одновременно с эжтим, дроны-разведчики зафиксировали оборудование заграждений из затопленных барж у Крымского моста. Вот такую простую защиту от наших скоростных брандеров придумали в Кремле. Словом, Крымский мост был единственным пунктом моего плана, который не сработал. Ничего: для того и придумали штабы, чтобы что-то выдумывать, что-то планировать и перепланировать. Надеюсь, что нашим новым баллистическим ракетам удастся справиться с этим мостом, а если нет – так пускай диверсанты думают.
Наиболее неприятным следствием херсонской операции стало то, что Путин во второй раз решился объявить о дополнительной мобилизации. Похоже, что тех, кто соглашался подписать контракт, стало не хватать. Эта новая волна должна была затронуть и большие города, такие как Москва и Петербург. Не удивлюсь, если количество беглецов превысит прежние показатели - и это будут не простые люди, а те, кто "дружит с головой".
Глава 13
Глава 13
По своим результатам, херсонская операция превзошла знаменитую харьковскую, которую ВСУ провели в прошлом году. Одних только пленных приняли чуть ли не в десять раз больше. Не говоря уже о огромном количестве полностью исправной техники. Жаль, что снарядов советского образца практически не досталось, не смогли россияне обеспечить ими ни своих, ни соответственно нас. Впрочем, ситуация с боеприпасами к старым артсистемам была не столь критичной как в начале войны. Оно и понятно, если вспомнить о том благотворительном взносе, который хранился на складах четырнадцатой армии в Колбасной.
Почивать на лаврах никто не собирался, да и кто бы такое позволил? Из главного штаба приходили настойчивые приказы наступать на Токмак, который являлся ключом к крымскому перешейку. Увы, но приказать всегда легче, чем выполнить. Прилегающиек Днепру дороги левого берега, находились в таком состоянии, что о дальнейшем продвижении не могло быть и речи. И вовсе не из-за противника. В те первые, наиболее благоприятные для наступления дни, когда противник в панике откатывался на восток, развить успех помешал разлив Днепра. И не просто помешал, а сделал наступление полностью невозможным. Во всей десятикилометровой полосе, передвигаться по дорогам можно было разве что на лошадях или резиновых лодках.
Таким образом, наиболее благоприятное время было упущено, а спустя неднелю, россияне пришли в себя, подтянули свежие резервы с других участков фронта и настолько плотно вгрызлись в землю, что выкурить их с позиций можно было лишь ценой значительных потерь. А такое нас категорически не устраивало. Василий Дмитрович, это вам не мясник Жуков, у него подход совсем иной. Требовалось отыскать иное решение.
Надо отдать должное Генштабу, они также это поняли. И начали все больше склоняться к мысли, что пришло время перенести боевые действия на территорию противника, ведь там еще не все почувствовали, что у них в общем-то война идет. Нет, наступательных действий с глубоким переходом границы никто не предлагал, считали, что еще рановато. А вот похулиганить в глубинке России и наделать там шороху – так почему бы и нет?
Речь шла не о высадке воздушного десанта где-нибудь в районе Байкала. Зтого никто не планировал, но нарушить размеренную и спокойную тыловую жизнь, проведя там ряд диверсий, имело смысл. Тем более, что нашим СБУшникам, совместно с армейской разведкой, уже удалось провести не одну такую операцию. Вот и в нашем маленьком штабе подумали, почему бы им не помочь? А ведь учитывая обширные довоенные контакты наших компаний, такая возможность имелась.
Если подробнее, то в этом плане холдинг BitCoin Corp. ничем не отличался от прочих крупных международных компании. Имею в виду, что в её составе имелось специальное подразделение промышленной разведки и контрразведки. На этапе становления, такими вопросами занималась служба безопасности, но со временем, когда наши интересы распространились практически весь земной шар, этих шпионов в галстуках и белых воротничках, выделили в отдельную службу, напрямую подчинённую одному из моих заместителей. А еще через три года, этих полу-гражданских рыцарей плаща и кинжала вообще перевели в отдельное здание. Не хотелось, напрямую связывать их полулегальную деятельность с нашим основным бизнесом.
В настоящее время, в этом подразделении трудились около сотни сотрудников, главным образом бывших работников спецслужб своих стран. И это, если не считать тех подснежников, которые работали на нас внештатно, нередко занимая на своих предприятиях весьма ответственные посты.
Не являлась исключением и Российская Федерация, вот только с началом войны мы полностью свернули там всю деятельность, закрыли офисы и вывезли сотрудников. Людей то вывели, а вот связи их никуда не делись, так же как и расписки за полученные гонорары. Неплохой такой компромат. Так что, ничто не мешало нам и далее продолжать такое взаимовыгодное сотрудничество. Разве что, в связи с военным положением выросли риски, а вместе с ними и итоговые суммы в платёжных ведомостях в графе "и прочие непроизводственные расходы".
Понятно, что личный состав связников в стране-агрессоре кардинально поменялся, ведь многие выехали, но что мешло работать не напрямую, а через своих представителей в израильских, индийских или бразильских филиалах? Да собственно, ничего. Именно благодаря этим нейтралам, мы как держали руку на пульсе внутренней кухни российской промышленности, так и держим. Вот только сроки получения свежей информации из кремлевских коридоров заметно увеличились. Теперь ее приходилось получать кружным путём, через третьи, и как правило - недешевые руки.
Никто не спорит, информация - дело нужное и полезное, но нынешняя сложная ситуация на фронте требовала и других, более решительных действий. Одними знаниями войну не выиграть. Поэтому, когда мне сообщили, что в штаб херсонской группировки должен прибыть командующий силами специальных операций ВСУ, я решил воспользоваться удобным случаем.
На наш участок фронта он прибыл по своим делам: полковника интересовала возможность использования самого южного участка херсонского фронта - на Кинбурнской косе, для наведения ударов по крымской группировке и базам флота противника. Этот визит отвечал и нашим интересам, ведь мы давно хотели поднять вопрос о совместных действиях, которые могли бы нанести ущерб важным объектам в глубинке России. Любая дестабилизация в тылу лишней не будет. Такие предложения, должны заинтересовать нашего гостя, это же как раз по их профилю.
Мы не ошиблись, полковник заинтересовался перспективами такого сотрудничества. Почему бы и нет, тем более, что действовать мы рассчитывали исключительно собственными силами и за свой счёт. Последнее, понравилось ему более всего, ведь серьезная спецоперация - дело не из дешевых, а выбить дополнительные ассигнования у нашего, вечно нищего Министерства обороны, задача непростая, тем более сейчас, во время войны.
Полковник, с энтузиазмом поддержал наше предложение, и дальнейшие переговоры касались главным образом порядка взаимодействия служб, а именно, кто и чем должен заниматься, а главное - отвечать. Гость, покинул нас с надеждой, что наши довоенные связи, помноженные на опыт и возможности военной разведки при проведении диверсий, дадут неплохие результаты, не менее значительные, чем их удары по Крыму.
Кроме того, полковник поддержал и по достоинству оценил наши усилия по размещению нужной информации в западных медиа. Иногда, эти сообщения и анализы, были весьма сомнительными, но мы старались сделать все возможное, что бы они выглядеи как истинная правда. Не зря ведь такой известный специалист по пропаганде, как Йозеф Геббельс, говорил: "чем чудовищнее ложь, тем охотнее в неё верят". И это срабатывало, наши вбросы, нередко подхватывались, причем не только западной прессой, но и так называемыми российскими "военкорами". А их влияние на глубинный народ, который в большинстве своём все еще поддерживал путинскую агрессию, было весьма значительным.
Мысль, перенести боевые действия или хотя бы наносить удары по территории противника, поддерживало и общество, которое устало слышать только о наших проблемах. То в Днепре военкомат подорвут, то машину военного сожгут, то изловят тридцать третьего вражеского корректировщика. А ведь возможности ответить зеркально у нас были, и немало –точнее сказать, они недавно появились.
Экспериментальный центр по разработке современных видов вооружения на острове Сифнос наконец-то передал для войсковых испытаний первую партию новейших дронов дальнего радиуса действия. Сделанные из сверхпрочного пластика, они были практически не заметны для средств ПВО, а их дальность достигала почти трёх тысяч километров. Чем вам не баллистическая ракета среднего радиуса? Более того, специалистам удалось значительно снизить шум от их двигателей и установить последнюю версию. При этом, использовался алгоритм плавающей частоты и ориентация на шестерку спутников связи, которые на геостационарных орбитах висели над востоком Украины и европейской частью России. Благодаря этому, они были слабо подвержены действию вражеских средств РЭБ, а навигация совершенно не зависела от сигналов стандарта GPS.
На эти новые аппараты мы возлагали особые надежды - и не только как на дроны-камикадзе. Они были способны доставить до сотни килограммов груза в заданную точку, после чего, их легко можно отправить в обратном направлении. Было бы кому. Необходим лишь был специалист по запуску и дозаправка топливом, да и то не всегда. В итоге, получился такой себе многоразовый шаттл для шпионских нужд ССО. Дела налаживались, люди были, средства доставки в наличии, а главное - в нашем распоряжении был неподконтрольный Киеву и немалый бюджет.
Илья Кузьмич, главный диспетчер смены станции Самара, Куйбышевской железной дороги, возвращался домой в прекрасном настроении. Долгие годы он не изменял своей давней традиции - дважды в месяц, после получения аванса и зарплаты, посидеть в ресторанчике. У него даже был личный тайник для таких "ресторанных" денег. Частенько сотрудники, с понимающими улыбками наблюдали, как диспетчер, получив зарплату наличными, усаживался в каком-нибудь закутке и сортировал купюры по отдельным кучкам, иногда перекладывая их из одной в другую. Меньшая - для алиментов первой жене, вторая шла в семью, ну а третья - это святое, на ресторан. И вот сегодня был именно тот самый счастливый день, когда Кузьмич с предвкушением уселся за свой постоянный столик, расслабленно ожидая заказ.
Спешить было некуда, и он как обычно, с полузакрытыми глазами наслаждался специфическим ресторанным духом, всей душою впитывая тихий перестук вилок по тарелкам, приглушённые голоса посетителей, а ещё эти запахи - запахи изысканных блюд. Илья Кузьмич, каждый раз сидел в одиночестве: знакомые официанты давно изучили его привычки и старались никого не подсаживать. Вот только не в этот раз. Сквозь легкую дрему, Кузьмич увидел, как в направлении его столика, сопровождаемый администратором движется мужчина лет сорока в изысканном тёмно-синем костюме в мелкую полоску.
- И как этому синему удалось уболтать этого Петровича? – диспетчер вспомнил имя администратора зала. – Наверняка, не меньше косаря тому сунул, а может и хабаровск заслал.
При виде будущего соседа Кузьмич недовольно поморщился, но смолчал. Бросив взгляд в зал, он убедился, что свободных мест действительно нет. Немного позже выяснилось, что кривился он зря, уже через несколько минут стало ясно, его опасения по поводу испорченного вечера были беспочвенны. Новый знакомый оказался человеком компанейским, отличным знатоком блюд и напитков, а главное – ни капельки не жадным и это пожалуй главное. По его поведению было видно, что рестораны тот посещает не только по праздникам. Но более всего, Кузьмичу пришлась по душе фраза нового знакомого. Тот решительно заявил официанту, что все прочие заказы должны быть записаны на его счёт. Естественно Кузьмич и не думал спорить, а тем более возражать, он только за. А еще и собеседником новый знакомый оказался неплохим. Всем известно, что такое хороший собеседник. Разумеется, это тот человек, который не только внимательно слушает, но и вовремя наливает.
Не прошло и пяти минут, как выяснилось, что господин Яхим Коган - именно так представился его сотрапезник - уже несколько месяцев как проживает в Самаре и работает по контракту шеф-инженером некой израильской фирмы, которая взялась за пусконаладочные работы нового оборудования, которое проныры - израильтяне якобы поставили одному из местных предприятий. Собственно, само оборудование было немецким, фирмы "Сименс" и запускать его должны были дойчи, но некстати случилась война, последовали санкции, и все эти гансы с фрицами укатили домой, в свой фатерланд. Но как известно, деньги - великая сила, и вскоре их место заняли менее чистоплотные евреи. Для заказчика ничего не поменялось, разве что итоговая сумма контракта возросла процентов на тридцать. Но с этимм ничего не поделаешь: на войне как на войне, хорошо хоть этих удалось уговорить.
Новый знакомый, как и Кузьмич, оказался истинным фанатом современных цифровых решений, связанных с автоматизацией производственных процессов. Не прошло и получаса с их знакомства, и тот принялся вдохновенно рассказывать своему новому знакомому, как будет выглядеть новая линия, которую они вскоре запустят. Главное - никакого обслуживающего персонала.
- Представь себе дружище, громадный цех под тысячу квадратов, в котором не видно ни единого человека: только тумбы управляющих машин, манипуляторы и транспортеры, которые по командам подают комплектующие и забирают готовую продукцию! - вдохновенно вещал господин Яхим, или минут десять как просто - Ефим.
- На весь зал будет лишь один человек, что сидит перед дисплеем. Да и тот там так, на всякий случай, если вдруг потребуется экстренное вмешательство или иная внештатная ситуация.
Взглянув на собеседника, который слушал его с видимым интересом, израильтянин сделал неожиданное предложение:
- Слушай, Илюха, я вижу ты этим также интересуешься. Так вот, в следующем месяце мы сдаём первую очередь - приглашаю тебя к нам в гости, тогда всю эту технику сможешь в действии увидеть.
Уступать хоть в чём-то новому знакомому, железнодорожник не собирался. Илья Кузьмич, не спеша промокнул губы салфеткой, откинулся на спинку стула, снисходительно улыбнулся и сказал:
- Так у нас, на железной дороге, такая система уже года два как работает. Я и мой сменщик, только наблюдаем и почти никогда не вмешиваемся в работу нашей АСУ ЖД. А хозяйство у нас большое - побольше вашего заводика будет. Скажу тебе, самарский железнодорожный узел по перевалке грузов входит в первую десятку в России.
Затем, вспомнив о своей любимой работе, добавил:
- Вот сидишь ты перед экранами и наблюдаешь, как все эти разноцветные черточки непрерывно снуют по ниткам рельсов, то пропуская вперед, то кого-то обгоняя. Сидишь и представляешь себе все эти составы. А они все идут и идут, никогда не пересекаясь, а их у нас сотни. А вокруг - глухая ночь и тишина. Всего и работы на нашем дежурстве - иногда подгружать в систему необходимые корректирующие вводные или вносить иные экстренные изменения в график. Да и то, мы все делаем не сами – исходные данные поступают из Центральной диспетчерской.
Не сдержавшись, и желая похвастаться перед новым и таким приятным собеседником, Кузьмич, неожиданно для самого себя предложил:
- Слушай, Ефим, а зачем нам ждать целый месяц, давай приходи ко мне на работу хотя бы в следующий вторник. У меня как раз ночная смена будет. Лучше было бы днём всё показать, но увы - посторонних к нам не пускают. Объект-то режимный! А вот ночью, с двенадцати до шести, я там самый главный начальник - никто и знать ничего не будет. Хоть это и считается нарушением режима, но мы с напарником давно работаем по одному, да и не мы одни. Сам подумай, что такого там может случиться, если всем автоматика рулит?
- Да это же праздник какой-то, - подумал Иоахим, Яхим или теперь уже Ефим, который, тем не менее, попытался сделать вид, что раздумывает и только после небольшой паузы, как бы нехотя, согласился на предложение. Для него всё складывалось как нельзя лучше. Ведь именно ради этой минуты, он уже вторую неделю ходил кругами вокруг диспетчера. Однако, такое спонтанное приглашение неплохо было бы закрепить, а то еще карась с крючка сорвется. За три дня может и передумать. Поэтому, он как бы неуверенно, кивнул головой и тут же внес свою поправку, которая тянула тысяч на семь рублей.
- В самом деле, почему бы и не зайти? Погляжу, что там ваши наворотили. Если не против, я с собой бутылочку ирландского виски прихвачу. Уверен, с нею и ночь будет короче..
Все три дня, что оставались до долгожданного вторника Ефим–Иоахим занимался тем, что вновь и вновь изучал и подготавливал пути своего отхода, ведь то, что он задумал, наверняка заинтересует и ФСБ и Следственный комитет. Он лишь тихо радовался и удивлялся, что его задача может быть выполнена настолько быстро. Сам же он не должен привлечь внимание спецслужб. А если такое и случится, то на него смогут выйти не ранее чем через пару недель, после того как отработают ближний круг знакомств Кузьмича. Наверняка, начнут вначале опрашивать коллег по работе, соседей и прочих гаражных знакомых. А к кругу знакомых Кузьмича до последнего времени, он никак не относился.
Новые знакомые договорились встретится у правого входа на центральный вокзал - за столиком в "МакДональдсе". Засиживаться здесь не стали: это ведь не ресторан. Хорошо ему известными тайными тропами Кузьмич провёл своего ночного гостя к зданию управления. Воздух на станции был насыщен теплым запахом креозота, откуда-то издалека доносились свистки тепловозов, прерываемые понятным лишь для специалистов невнятным бормотаньем информ-барышень.
Как хорошо, что Кузьмич провел Ефима не только кратчайшим путем, но и через вовсе непролазные дебри. Сегодня ночью, интересы обеих полностью совпадали: первый – не хотел привлекать ненужное внимание охранников к ночному гостю, а второй – не менее его, был заинтересован и далее оставаться незамеченным.
Дедушка-вахтёр у входа в здание, относился к своим необременительным обязанностям с такой же ответственностью как и сторож детского садика и в это время отлучился в свою каморку заварить чайку. В двенадцатом часу ночи, коридор, как и все здание управления, был совершенно пуст, поэтому на всем пути нашим друзьям, никто не повстречался. Заперев друга - Ефима в женском туалете, Илья Кузьмич отправился принимать смену. Много времени это не заняло, и минут через пять в соседний, мужской номер кто-то зашёл. Похоже, это его коллега, который на дорожку решил снять с души и с пузыря ненужный груз.
- Хорош, слезай с толчка "татьянка", давай, выходи, освобождай кабинет, - попытался пошутить Кузьмич. – Можешь расслабиться: до шести утра кроме нас с тобой, на этаже никто не появится.
Проследовав за хозяином, Иоахим вошёл в просторную комнату и с интересом осмотрелся по сторонам. В помещении диспетчерской царил мягкий полумрак: работала лишь парочка плафонов дежурного освещения на стенах и светились экраны десятка широкоформатных мониторов, на которых сверху вниз пробегали, меняясь, колонки разноцветных цифр. Было видно, как в разных направлениях стороны перемещаются цветные прямоугольники и полоски составов. Кузьмич не соврал, это все напоминало какую-то паутину, где казалось бы невозможно было разобраться, а лишь запутаться. Но ведь все как-то работало и двигалось, не мешая друг другу! Стрелки переключались, составы распределялись по путям, а некоторые так и вовсе загонялись в тупик.
Нельзя сказать, что специалист в области полиграфического оборудования, Иоахим Коган совершенно не разбирался в этом хитросплетении. Всё же, месячный тренинг в центре специальных операций лишним не стал, однако некоторые отличия имели место, и с ними следовало разобраться. Повернувшись к товарищу, который заканчивал заполнять журнал дежурств, он спросил.
- Илья, если я правильно понимаю, эти движущиеся полоски и есть составы на вашем участке? Тогда поясни мне, почему они обозначены различными цветами? Это что ни-будь значит?
Диспетчер, отложивший свои записи, с облегчением поднялся, подошел ближе и пояснил.
- Так это и есть наша новинка, её всего год как запустили. Теперь, все стало намного удобнее и понятнее, нет необходимости лишний раз в журналы заглядывать. Глянь сюда - он ткнул пальцем в экран - зелёные полоски, это пассажирские, голубые – с разной химией – как правило, это цистерны, а коричневые - промышленное оборудование и материалы. С прошлого года, сюда добавились ещё и красные, так обозначают воинские эшелоны. Как правило, все красные помечены как литерные, то есть вне всякой очереди и с минимальными задержками на перегонах. Но здесь мы наблюдаем лишь общую информацию, более точно все можно узнать из специальной базы. Для этого, достаточно щелкнуть мышкой на номере состава. Но мы этим практически не пользуемся, за всем следит умная автоматика.
Закончив, он потащил Иоахима в сторону левого экрана и выделив мышкой небольшой участок, продолжил свои объяснения,
- Посмотри сюда, на то, что в синей рамочке. Видишь, на семнадцатый путь сейчас должен прибыть пассажирский поезд Москва - Самара, а сразу же после него пройдет эшелон с цистернами. Здесь видно, как начинают переключаться светофоры на входной стрелке, что бы немного попридержать эту химию.
- А теперь глянь сюда - он щёлкнул правой кнопкой мышки на голубой ленте. Внизу, в правом углу экрана высветилось - "Перхлорат аммония, двести тонн". "Керосин, триста тонн"… - Не правда ли удобно, тут же всё становится понятным?
Иоахим припомнил, как на одном из занятий инструктор им объяснял - перхлорат аммония - это основной компонент ракетного топлива. Да это же как раз то, что ему и нужно!
А тем временем Кузьмич продолжал разливаться соловьём, - понятно, всем этим цистернам спешить некуда, а вот пассажирский, ожидают встречающие, поэтому, желательно соблюдать график именно для них. Все это заранее программируется в Центре перевозок, наша же задача - лишь наблюдать.
Илья настолько увлёкся, что минут десять, взахлеб, рассказывал о системах сигнализации, блокировки, обеспечивающих взаимосвязь между стрелками и семафорами, и исключающих открытие перегона при неверно установленных и не закрытых входных стрелках, а при разрешающем сигнале - не допускающих перевода тех стрелок, по которым должен быть пропущен поезд или маневровый тепловоз. Он был бы не прочь продолжать и далее, но Иоахим, которому уже надоело выслушивать лишние для него подробности, перебил.
- Послушай, Кузьмич, скажи, а зачем вы вообще здесь нужны, если никак не влияете на ситуацию? Можешь мне ответить - а если что случится или там вирус в программу пролезет? Ты хоть что-то исправить можешь, или у вас вовсе нет доступа ни к системе, ни к программе?
- Ну ты даёшь, Ефим Израилевич. Ты уж нас диспетчеров, за болванчиков в еврейском преферансе не держи. Ты вот это ты видишь? – с этими словами он достал из внутреннего кармана электронную карточку, напоминавшую обычную банковскую. - Это мой персональный ключ доступа на тот случай, если случится внештатная ситуация. При необходимости, я смогу перевести всю систему или её отдельные участки в полуавтоматический и даже полностью в ручной режим. Конечно, в этом случае я обязан вызвать на помощь всю дежурную смену, так как справиться с такими громадными объёмами информации одному человеку не по силам.
Израильский полиграфист с облегч56нием выдохнул. Ну вот и все, последний пазл встал на место. Пора действовать, далее медлить не стоит, тем более что и военный литерный вот-вот должен выйти на перегон.
Кузьмич не отличался крепким телосложением, и когда его крепко обхватили сзади, сопротивлялся недолго. А через несколько секунд начала действовать и инъекция бурундаги. Использовать именно такой экзотический наркотик предложил врач третьей бригады - колумбиец. По его словам, бурундага широко применяется во всём южно-американском преступном мире. В состав сока этого растения входит известный нам скополамин, который делает человека полностью безвольным и покорным чужой воле. Вот только в отличие от чистого скополамина, данное вещество можно обнаружить в крови лишь в том случае, если точно знаешь, что ищешь. Мы не без оснований рассчитывали, что среди российских экспертов найдется немного знатоков медицины инков. Как уверяли историки, именно инки впервые начали применять данное вещество, чтобы уболтать гарем бывшего императора и упокоить жен заживо рядом с телом своего повелителя. В наши же, цивилизованные времена эту эстафету подхватили сотрудники ЦРУ. Так называемое дыхание смерти, они долгое время считали наиболее действенным средством, способным выведать секреты даже у самых упертых молчунов. А главное, нет необходимости разворачивать дорогое химическое производство. Это вещество содержалось в пыльце деревьев, которые росли неподалёку от колумбийской столицы. Там об этом знали не только взрослые, но и дети.
Согласно составленного позже отчета господина Когана, далее все шло по плану. Он рассказывал,
- Мне повезло, что мой пациент был не последней шишкой в здешнем железнодорожном лесу, а ночью - так и вообще самым главным. Карточка, которой похвастался Кузьмич, давала возможность получить полный доступ к автоматической системе управления движением на самарском участке железной дороги.
Это существенно облегчило мою задачу. Теперь, я не должен был как тот партизан, на пузе подползать к стрелкам, для того, чтобы направлять составы на нужные пути.
Израильскому инженеру достаточно было нескольких минут, чтобы разобраться с системой, всё же полезными оказались те месячные курсы. Молоточки в голове постоянно напоминали - "время… время". Он уже собрадся приложить электронный ключ изъятый у своего молчаливого товарища к сканеру, когда в тиши кабинета громко зачиркал смартфон.
- А что б тебе пусто было …, - аж вздрогнул от неожиданности мистер Коган, - так и заикой на старости стать недолго. Тем не менее, любопытство победило, и он открыл сообщение.
- Супчик в холодильнике, когда будешь возвращаться домой, не забудь купить хлеба и сметаны… Катя…
Инженер облегченно выдохнул и подумал, - похоже, этой Катерине теперь придется самой бегать по магазинам, а затем, улыбнулся и отбил ответ - "все понял, забегу…", - после чего, нетерпеливо поднёс электронную карточку к сканеру.
Некоторое время он молча и с надеждой вглядывался в экран, однако ничего не происходило, система никак не реагировала и продолжала исправно работать в автоматическом режиме. На лбу израильтянина выступил холодный пот, - что же я делаю не так? - Спокойно, спокойно… волноваться не надо … попробуем ещё раз. Однако и вторая, и третья попытки были такими же безрезультатными, пока Иоахим не обратил внимание на небольшой символ в углу экрана с изображением пальца.
- А это что такое, неужто эти паровозники так подстраховались и продублировали систему доступа? Ну что ж, попробуем и это.
Решив, что позаимствовать у своего напарника большой палец - это уж слишком, инженер попытался подтянуть того к пульту. Неразговорчивый и послушный Кузьмич, который все время неподвижно сидел в углу и пускал слюну, не возражал. Прижать его палец к сенсору было непросто, для этого пришлось протиснуться в щель между пультом и шкафом. Тем не менее, всё сработало, теперь можно выдохнуть с облегчением.
"Внимание!" – неожиданно выскочила красная надпись по центру экрана, - "вы переходите от автоматического режима управления к полуавтоматическому! Напоминаем, этот режим не предназначен для управления движением в реальном масштабе времени, а используется лишь для внесения изменений или в экстренных случаях. Будьте внимательны, такие действия могут привести к аварийной ситуации! Вы действительно желаете перейти в полуавтоматический режим? Да/Нет".
- Разумеется, желаю, с чего бы я сюда среди ночи припёрся? - пробормотал под нос Иоахим,
А вот сейчас, нужно выполнить ещё одну операцию, иначе все усилия могут оказаться напрасными.
Он поспешно пробежался глазами по главному меню и, найдя подраздел "Доступ к системе", легко вошёл в программу.
- Ага, так я и думал, - оказывается, в данный момент, кроме Кузьмича, движением можно было управлять ещё с трёх терминалов, два из которых имели отметку "Активное подключение".
- Ну что ж, полагаю, для них это будет лишним, поэтому уберем доступ со всех терминалов, кроме моего.
На главном экране вспыхнуло очередное предупреждение.
- "Вы уверены, что желаете отменить разрешения для указанных абонентов? Да/Нет".
- Да "Да… Да", конечно же уверен, можно было бы и не переспрашивать, - пробормотал Иоахим, одновременно нажимая "Да" в окне "Управление движением".
На сей раз, система не ограничилась одним лишь уведомлением "Особое внимание! Режим управления движением - полуавтоматический, будьте осторожны". Из неприметного динамика под столом раздался довольно противный и пронзительный зуммер. Коган, аж вздрогнул от неожиданности. Ну вот, кажется всё, остается лишь выбрать утку пожирнее и желательно не одну.
- А вот и она. - инженер обратил внимание на два состава, которые как раз выходили на перегон. – и хотелось бы надеяться, что разработчики системы не предусмотрели режим защиты от дурака … или от таких как я. Впрочем, разве я дурак?
И в этот раз разумная система не подвела. Не зря в нее столько бабок вбухали. Единственное, на что оказалась способна автоматика, так это попытаться в который раз напомнить этому ненормальному диспетчеру - "Внимание, вы переводите стрелку на путь, по которому приближается встречный поезд. Такие действия могут привести к аварии. Вы действительно желаете перевести стрелку? Да/Нет?" - Да, …именно этого я и желаю, и даже очень желаю… Нажимаю "ДА" и на экране монитора вижу, что глупая система разрешила и это. Вот и все, голубая полоска с цистернами через несколько минут должна встретиться с красным квадратиком литерного. Реагировать на последующие системные предупреждения времени не оставалось, поэтому, изменив направление движения ещё и коричневого тяжеловоза, Иоахим подхватив под руку своего покладистого компаньона, потянул того из кабинета. Операция вступала в завершающую фазу. Как говорил инструктор Центра специальных операций, - надо не только удачно начать, главное -успешно закончить.
Два подельника уже подходили к трубе водосборного коллектора, который израильтянин не далее как позавчера наметил себе как путь отхода, когда послышался лязг затвора и громкий оклик - "Стоять! Ни с места. Вы кто такие.., документы?"
- Ну да, …нам только собеседования со здешним охранником не хватало.
После того, что сейчас произойдет, объяснить, что мы просто вышли прогуляться перед сном, не получится. Не долго думая, диверсант выхватил пистолет и трижды выстрелил в направлении двоих охранников, после чего, низко пригнувшись, потащил за собой безвольного Кузьмича. Промелькнула мысль,
- Труба должна быть совсем рядом, может и выйдет там спрятаться.
Удивительно, но несмотря на темень, Ефим в кого-то таки попал, что было странным, ведь на полигоне ЧВК упражнение номер два ему никак не давалось. В ответ, послышалась короткая автоматная очередь, и тут же послышался болезненный стон.
- Эх… видать напарнику не повезло – с огорчением подумал Иоахим - ну что ж, Кузьмич до конца отыграл свою роль, напоследок заслонив товарища от пули. Может, оно и к лучшему, хоть мараться с ним не придется. Тем более, что из него получится отличный кандидат на роль предателя. Да и тащить его за собой теперь не нужно.
Раздалась новая очередь, и от попавших в рельсы пуль полетели искры. Одна из них просвистела настолько близко от уха, что Иоахим почувствовал волну холодного воздуха. Третьей очереди не последовало, её заглушил пронзительный свисток и экстренный скрежет тормозов литерного. Похоже, что именно это и заставило дрогнуть палец единственного, оставшегося на ногах охранника. Тот дёрнулся и лишь чудом не попал в цель с такого близкого расстояния. А буквально через секунду к "литерному" присоединилась и сирена товарняка с цистернами, после чего на станции начался армагеддон, такой каким его и показывают в голливудских боевиках.
Время, словно спрессовалось, и на фоне пламени от первого взрыва израильтянин увидел своего неудавшегося убийцу, который так и застыл, опустив калаш, испуганно таращась в сторону цистерн, которые переворачиваясь, катились прямо на него. Перед глазами, словно вспыхнула красная надпись "EXIT", и Иоахим рыбкой нырнул в темный провал трубы коллектора, распахнувшей перед ним свои гостеприимные объятия.
- Слишком близко, - пронеслась мысль и тут-же раздался мощный взрыв. Израильского диверсанта свалило с ног, при этом хорошо приложив спиной о бетонную стенку.
Локомотив, а за ним и первые три цистерны с ракетным топливом, лопнули словно бутылка с минералкой, на которую наехал автомобиль, а затем пошла звуковая волна от мощного взрыва. Иоахиму повезло, что все цистерны покатились с насыпи в противоположную от его укрытия сторону. Он никогда не думал, что звук может быть такой силы. Все вокруг словно погрузилось в мешок с ватой, а виновник всего этого на несколько минут выпал из реальности.
Два состава, имея огромную массу и инерцию, даже сойдя с рельс, продолжили своё движение по земле, выворачивая соседние пути и подрезая опоры контактной сети. Если цистерны просто катились и переворачивались, разливая вокруг своё пахучее содержимое, то вагоны с личным составом сто десятой якутской бригады вставали на дыбы, кувыркались или просто скользили на боку. Вот только для "инженера", всё это проходило в абсолютной тишине.
- Да быть такого не может, у меня что - уши отвалились? - было первое, о чём подумал Иоахим, прийдя в себя.
Судя по всему, этой ночью бог Яхве болел за правильную сторону, потому что первые вагоны с якутскими добровольцами не доскакали до его убежища в трубе каких-то двадцать метров. Цистерны продолжали взрываться и вскоре к этому фейерверку добавились звуки артиллерийской канонады под скрежет металла. Наконец-то огонь добрался до вагонов с боезапасом бригады.
- Эх, знал бы что все будет именно так, подумал бы о другом пути отступления, или столкнул бы лбами поезда, немного подальше… - с опаской ощупывая свою голову, подумал инженер, - но уж слишком жирная цель была. Шеф будет доволен.
И действительно, теперь можно было с уверенностью сказать, что цель действительно "была", и добровольцам больше не придется мерзнуть в своей Якутии. Бросив взгляд левее от вагонов, Коган разглядел распластавшееся у электроопоры тело охранника. Он с легким сожалением подумал, - а ведь жизнь ему спас тот, кто желал смерти. Ведь именно этот охранник загнал меня в бетонную трубу.
Иоахим, прополз по трубе ещё метров двадцать, после чего осторожно высунул голову, надеясь осмотреться вокруг, но тут же втянул ее в плечи. Буквально в нескольких метрах от него, с ночного неба рухнул покореженный металлический ящик с оборванными проводами. Такая шрапнель продолжала летать ещё минут десять, иногда залетая почти на километр. Сидя в укрытии, израильтянин задумался. Ему показалось, что он услышал лишь два взрыва. Неужели, их умная система все же сообразила, что на путях непорядок, и заблокировала движение прочих составов?
Жаль конечно, что этими двумя все ограничилось, ведь на экранах мониторов Иоахим наблюдал приличный трафик. Но ничего не поделаешь, и того что удалось будет достаточно, чтобы надолго заблокировать работу станции, не говоря уже о потерях в личном составе бригады.
- Не менее двух рот, - с удовлетворением отметил Коган.
Вот только далее отсиживаться в такой уютной трубе не стоит. Он почувствовал резкий и неприятный запах химикатов, от которого уже начинала кружиться голова. Иоахим поморщился.
- Да, это уже не просто диверсия, а настоящая экологическая катастрофа. После такого и местным жителям мало не покажется.
Да, пора уходить. Сотни тонн ракетного яда, выливавшегося на землю, могли в любой момент заполыхать. Оказаться крылышками, запечёнными на гриле ему не улыбалось, и Иоахим рванул в темноту, подальше от эпицентра.
- Да какие там запеченные крылышки, - пришла на бегу мысль, - здесь и угольков не останется.
А ещё, - подумал он – должна же наконец опомнится охрана станции? Сколько еще эти болваны будут бестолково носится по территории? Вскоре все плотно оцепят и будут тщательно проверять всех, кого поймают. И как объяснять чем занимался инженер по полиграфическому оборудованию на железнодорожных путях в такое неурочное время?
И вновь повезло. Буквально в последний момент, ему удалось проскочить не замеченным. Хорошо, что все эти люди все еще бегают в разных напавлениях, не зная, что им делать и куда прятаться. Удалившись на несколько километров от станции, Иоахим стал чувствовать себя уверенней, самое худшее осталось позади, можно и билеты на Стамбул заказывать. А по поводу того, что его счёт в банке вскоре вырастет на сто тысяч долларов, он не сомневался. Шеф никогда не разбрасывался обещаниями.
Примерно в это же время, в адрес главных инженеров трёх газокомпрессорных станций участка Ухта – Грязовец поступил циркуляр из отдела автоматизации РАО "Газпром". В этой телеграмме, им предлагалось привести в порядок документацию и обеспечить все условия для приёма группы специалистов, которые должны внести некоторые изменения в алгоритм работы программного комплекса системы автоматического управления газоперекачивающим агрегатом. Затем, в течение недели каждая станция не обязана направлять ежедневные отчёты в центр, а должна заняться сбором статистических данных. Это позволит сделать первые выводы относительно эффективности внесенных новаций.
Поскольку, этот десант гостей из столицы был далеко не первый, никаких вопросов уведомление не вызвало. Точно в указанный день, к проходной станции "Грязовец" подкатил чёрный внедорожник, по крышу заляпанный грязью. Может, именно поэтому их станцию так и назвали? Из автомобиля, осторожно, стараясь обойти лужи от недавнего дождя, выбирались столичные гости. Главный инженер станции, который хотел лично встретить прибывших, безошибочно выделил главного – это был худощавый мужчина лет пятидесяти, немного смахивающий на еврея. Второй, был заметно моложе, кудрявый, в крупнокалиберных дюймовых очках. Выглядел он как типичный ботан-программист, однако дольше всего взгляды встречающих задержались на третьем члене делегации. Им оказалась симпатичная женщина лет тридцати, в тёмно-синем деловом костюме с сумочкой от "Диор" на плече. Неизбалованных подиумными красавицами станционных мужиков можно понять, фемину такого класса можно было встретить лишь на обложках глянцевых журналов, а никак не на их забытой богом, но не начальством компрессорной станции.
- И кто же она такая, - задумался главный инженер, - на аппаратчика или программиста точно не тянет, а личных секретарш сюда еще никто не присылал.
Все оказалось проще, Ева Соболь состояла в должности экономиста, но не простого, а старшего. Именно она и будет вести однодневный семинар для работников планово-экономического отдела, чтобы разъяснить местным дамам новую методику расчёта экономической эффективности от внедренных новаций. А это было самым важным - ведь повышение экономической эффективности - верный признак того, что вскоре всем можно рассчитывать на неплохие премии.
Кудрявый программист даже не пообедав, тут же засел за консоль. Сверяясь со своими, понятными одному ему шпаргалками, к концу дня он внёс все необходимые изменения в алгоритмы функционирования агрегатов, за исключением отдельных деталей. На следующий день, в присутствии специалистов станции, режимы по новой программе несколько раз прогнали и протестировали на наличие вирусов и прочих вредоносных закладок. А уже на следующее утро, московские гости отправились на следующую станцию этого участка. И никто не обратил внимания, что протестированы были лишь два работающих компрессора. О том, который в данный момент находился в резерве, все как-то поабыли. Впрочем, чего там проверять, ведь на двух других всё работало как часы.
Со своим заданием справилась и экономист из Metropolitan Models. Сотрудники планово-производственного отдела разобрались в новых формах отчётности, так что от зубов отскакивало. Чем все это время занимался руководитель группы москвичей, было неясно. Скорее всего, попивал привезенный с собой коньячок в компании директора.
На утро следующего дня, тепло распрощавшись с инженерным персоналом, дружная троица отправилась на следующую станцию участка Грязовец – Выборг.
На этой и следующей, дела пошли заметно веселее, сказался предыдущий опыт и дня за три все работы были закончены. Персонал станций пребывал в радостном предвкушении, все с нетерпением ожидали обещанной экономии топливного газа, а соответственно и снижения себестоимости его транспортировки. Здесь все знали, в случае положительных результатов эксперимента, персонал ожидают неплохие премиальные, что всегда было приятно.
Они не ошиблись, результат действительно вышел впечатляющим. Ни для кого не секрет, что значительная часть руководящих работников нефтегазовых компаний России, имела украинские корни, а до 2014 года они являлись ещё и гражданами Украины. Эти ребята отлично знали как систему управления агрегатами, так и общие регламенты проведения работ на станциях. Для одной нашей службы, не составило большого труда, уговорить некоторых из них перейти на сторону света и добра.
Как известно, из трёх агрегатов, которые имелись на каждой станции, задействовано в работе было лишь два. Третий, всегда находится в резерве и подключался лишь в случае аварии или вывода на плановый ремонт одного из двух работающих. Именно на этом, резервном агрегате и была установлена закладка. Его никто и не думал проверить, да и обнаружить хитрый баг на неработающей системе было практически невозможно.
Ожидаемое обеими сторонами событие случилось через две недели, когда всех станциях участка пришел срок ставить в резерв и на профилактику один из работающих агрегатов. Подключение резервной турбины было штатной и давно отработанной процедурой.
Таймер на активацию вируса включился одновременно с запуском и тут же пошел обратный отсчёт. Время срабатывания программы установили на ночную смену, именно ночью, согласно давней традиции за пультами сидели молодые и менее опытные операторы. К такому порядку все привыкли, ведь старые, опытные кадры заслужили свое право отдохнуть от ночной вахты. Давно завоеванное и никем не оспариваемое право, провести ночную смену в тёплых постелях.
В три часа ночи, программа, которая управляла подачей топливного газа и поддерживающая стандартное давление в системе, штатно не сработала. Давление газа в магистрали начало неконтролируемо расти. Задача вируса была простой - заблокировать антипомпажное регулирование, режимы нормальной и аварийной остановки и систему пожаротушения.
Только на одной из станций участка диспетчер не дремал, свернувшись калачиком на диванчике, а боролся со сном на рабочем месте, перед консолью управления. Он, почти что вовремя обратил внимание на странное поведение автоматики. Лихорадочно пощёлкав кнопкой мышки, а затем и тумблерами, он попытался перевести агрегат в ручной режим, но было уже поздно. Дистанционное управление исполнительными механизмами было заблокировано, так же как и не воспринималась любая иная команда с пульта оператора. Через несколько минут, давление в газовой магистрали, втрое превысило критическую отметку, и в ночной тиши прогремел газовоздушный взрыв мощностью в одну килотонну. И он был не единственным, взорвались две станции.
Вообще - то, мы планировали вывести из строя все три, но после первых двух хлопков давление в магистрали само по себе резко упало, что и спасло третью станцию. Турбины, весом в десятки тонн буквально вырвало из своих фундаментов и отбросило на десяток метров в сторону. Эта авария практически уничтожила оборудование двух станций, и теперь, для их восстановления, потребуется не менее двух месяцев, и это при условии наличия запасных компрессоров и турбин с подходящими характеристиками. А ещё неизвестно, найдутся ли такие. Ведь вследствие санкций, фирма "Сименс" прекратила поставки запасных частей к генераторам, да и турбины у запорожской "Мотор-Сич" теперь не закажешь.
Авария не только оставила без газа практически весь северный регион, но ещё и лишила сырья завод сжиженного газа "Крион". А это – существенная потеря валютных поступлений. Оставалось лишь пожалеть, что сейчас на дворе не февральские морозы.
А в это время, члены важной "московской комиссии" крепко спали в комфортных номерах турецких отелей. Все приятные новости они надеялись услышать на следующий день, из программы новостей. Хочется сказать, что данная операция, четко проведённая службой промышленной разведки компании, оказалась не слишком сложной. Труднее всего было организовать телеграмму из офиса "Газпрома", что и сделали, изменив в оригинале лишь несколько предложений. Такая комиссия, действительно должна была прибыть, но только через месяц и имела задачей внести незначительные изменения в программу учёта бухгалтерской отчётности.
К сожалению, не всего можно было добиться инженерно – техническими диверсиями. Благодаря наличию дронов дальнего радиуса действия, силам спецопераций удавались и менее значительные, но тем не менее болезненные для россиян укусы даже в удаленных уголках страны-агрессора. Сегодня, ни один из регионов европейской части России не мог чувствовать себя в полной безопасности. Особенно, это касалось тех районов, где работали военные заводы, нефтебазы и имелись крупные объекты инфраструктуры. Взрывчатка и необходимое оборудование без проблем доставлялись дронами, на которых были установлены специальные устройства самоликвидации. Их ставили, чтобы те случайно не оказались в лапах ФСБ. Для этого, каждый из летательных аппаратов был оборудован видеокамерой и небольшим взрывным устройством, которое срабатывало в случае несанкционированного доступа к аппарату.
Вдохновился такими успехами и мой средний сын. Никак не мог он остаться на обочине такого праздника. И где уважение к моим сединам. Не поставив нас в известность, он приобрел, не иначе как на свалке, какую-то развалюху – контейнеровоз и зарегистрировал его под названием "Uber". Собственные деньги на это у него нашлись. Вывесил на корме флаг Филиппин и отправился воевать, а точнее пиратствовать. И это понятно, ведь именно он отвечал у нас за военно-морское направление. Команде ремонтников понадобился лишь месяц, чтобы немного подшаманить и доработать его старую лоханку, чтобы та не развалилась и доковыляла до берегов японского моря.
Слесаря и электрики на Сифносе с таким несложным заданием справились без проблем. Они работали вовсе не над каютами, ведь длительная эксплуатация судна не планировалась, ему бы только до Хакодате добраться, а уж там старик Таруки встретит и поможет. В контейнерах открыто стоявших на верхней палубе находились мобильные установки для одновременного запуска тяжелых дронов. Каждая пусковая, была рассчитана на сорок восемь штук. Помимо этого, в специальном отсеке трюма дожидались своего часа с десяток катеров-камикадзе.
После того, как его операция закончилась, у нас состоялся серьезный разговор и увы, защищать его как ранее, было уже некому. Впрочем, с его аргументами трудно было не согласится. В самом деле, чего это мы пытаемся прилепить лазерный прицел на рогатку и залазим в настоящие дебри высоких технологий? Ведь там, куда он отправился - край не пуганых идиотов. В тех тихих местах, даже древние турецкие байрактары способны шороху навести. Под конец разноса Виталька не удержался и поддел меня моими же словами – Батя, ты ведь сам говорил, что в стадо сбиваются ничтожества, мудрецы воюют в одиночку…
- Ну да, я действительно такое говорил, но ведь совсем по другому поводу…! Н.. да… не жизнь, а сплошное получение жизненного опыта… А вообще то – молодец, это слабый человек подыскивает себе оправдания, а настоящий мужик их заранее подготовил.
Как бы там ни было, а в международный день объятий, его старенький "Uber" все же добрался до выбранной точки, находящейся на одинаковом расстоянии от портов Находка и Козьмино. Такой выбор был сделан не зря. Именно через эти порты шла четверть морского экспорта нефтепродуктов РФии. Почему Витька назвал свое судно "Uber"? Не знаю, как-то не поинтересовался, может быть имелась ввиду быстрая и надежная подача средства доставки адресату? Шли они открыто, не отключая трекер. Для большей достоверности, кто то из его шайки позаботился и заказал обратный фрахт из Находки.
Наконец, наступила долгожданная ночь. До обеих портов оставалось не более пятидесяти морских миль – не дистанция для современных дронов. Немногим далее, на северо-западе, угадывался поселок Фокино. Как показываласпутниковая разведка, именно здесь стояли на якорных стоянках прибывший из Владивостока флагман Тихоокеанского флота крейсер "Варяг" сопровождаемый эсминцем "Быстрый". Нашим авантюристам такое стало только на руку, все же завести катера в хорошо охраняемую гавань Владивостока, миновав остров Русский, было бы заметно сложнее.
Катера – камикадзе отправились творить историю первыми, все же им часа на четыре дольше до цели добираться. Будущий фейерверк, обязан поднять на ноги даже самих ленивых прапорщиков ПВО, так что у воздушных дронов могли появиться непредвиденные проблемы.
Такое случается не часто, но план сработал на все сто. После того, как три катера несущие на борту четыре тонны взрывчатки врезались в правый борт "Варяга", дальнейшее случилось ровно так же как и с крейсером "Москва", разве что тот, чуть дольше на поверхности продержался. А вот эсминцу повезло больше, до него добралось лишь два катера, но и здесь богиня удача была на стороне сил добра. Большая часть команды была отпущена на берег и сейчас попивала винцо в городских кабаках или развлекалась в клубе моряков. Словом, тушить разгоравшийся пожар и откачивать воду из разрушенных отсеков, было некому.
Воздушные дроны также отработали как надо. Ни о каком противодействии со стороны ПВО речь не шла, и все удары были нанесены в полигонных условиях, птички без помех достигли своих целей. А что такое налет сотни дронов на хорошо видные и совершенно беззащитные объекты, объяснять не надо. На нефтяных терминалах начался истинный армагедон. Первым, заполыхал резервуарный парк. Дроны разворотили не одну и не две емкости для хранения нефтепродуктов, а целый десяток. Причалы и пирсы были заблокированы огнем, и туда еще долго не могла пробиться пожарная техника. Как дополнительный бонус, под раздачу попали и три китайских танкера, которые в это время закачивали в свои танки топливо. Поскольку добраться до швартовочного оборудования и крюкам быстрого отсоединения не удалось, то и китайцы выгорели практически до трюма. Интересно, кому они свои ноты протеста адресовать будут? Неужели правительству Филиппин?
Финал всей операции был продуман заранее. Не прошло и десяти минут после того как последняя птичка сошла с направляющих, как от борта обреченного на вечную славу "Убера" отошел скоростной катер, который практически летя над волнами понесся в сторону Хакодате.Не прошло и часа, как его экипаж поднимался на борт личной яхты господина Харуки. К сожалению, по причине аварии вызванной неудовлетворительным техническим состоянием "Uber", на плаву тот продержался недолго и вскоре отправился вдогонку за гордым крейсером "Варяг". Этот ротозей судовладелец, даже застраховать его забыл.
Побочным и приятным, совершенно не связанным с этой операцией событием стало то, что на борту яхты Виталька познакомился с симпатичной племянницей Харуки. Это вынудило его несколько задержаться и недельку погостить у моего старого друга в Саппоро. А может просто, решил оттянуть встречу со мной. А я и не возражал, ведь рано или поздно, а каждый мужчина обязан жениться. Счастье не может продолжаться вечно…
Мы не очень надеялись на то, что такие действия способны всколыхнуть "скрепный народ" вызвав волну недовольства в глубинке, нет. Да и кому там было возглавить движение сопротивления? Немцова застрелили ещё в 2015 году, а Навальный, которого травили, но пока еще не дотравили, уже год как шил рукавицы в колонии строгого режима. Похоже, что с тем здоровьем, которое у него ещё оставалось, осваивать новую рукавичную профессию осталось недолго.
Кто являлся заказчиком операции против него, догадаться несложно. Как говорят следователи - ищи кому выгодно. Ну а прочие "оппозиционеры", вместе с самими осторожными или вернее - дальновидными гражданами, давно разбежались - кто по Европам, а кто и в Штаты. Интересно, и с кем теперь господин Путин собирается проводить своё знаменитое импортозамещение и бурный промышленный рост? Ему бы, импортозамещение мозгов запустить, а не мультики с космическими технологиями по ТВ показывать. Новые территории ему подавай. Неужели просторы Сибири уже освоены? А как известно, страна живущая прошлым в нем и останется.
Целью подобных диверсионных действий была вовсе не революция, а лишь желание нанести как можно больший ущерб военно-промышленному потенциалу, а ещё напомнить всем непричастным, что у них таки война идет. А таких непричастных еще довольно много. Это именно к ним недавно обратился Путин, призывая всех "сплотиться и ответить на вызовы". Мне же, сразу вспомнилась фраза Жванецкого - "ничто так не сплачивает народ, как похороны руководства". – И я с ним полностью согласен, только за….
Глава 14
Глава 14
Новая волна мобилизации, хоть и не без проблем, но дала возможность пополнить армию оккупантов ещё на двести – двести пятьдесят тысяч потенциальных двухсотых и трёхсотых. Разумеется, о качестве пополнения речь уже не шла, но тем не менее, их масса, хоть и не сразу, но позволила остановить наступление ВСУ, которое после херсонской операции угрожало обрушить весь южный фланг тысячекилометрового фронта. В первые, самые опасные дни, непролазная грязь, на полях и дорогах днепровского фронта, не позволила нам в полной мере воспользоваться окном возможностей, а затем, стало уже поздно. Окошко захлопнулось, а ведь оно было, пока все эти жертвы мобилизации месили глину на учебных полигонах.
Новое пополнение было так себе, не чета тем кадровым, которые начинали эту войну, но тем не менее, через некоторое время они чему-то научились, так что за счёт свежего мяса, московским генералам удалось остановить продвижение ЗСУ. Да иприрода повернулась против нас. Если в первые дни эта широкая десятикилометровая полоса болот на левом берегу играла нам на руку, делая невозможной логистику россиян, то теперь - всё оказалось ровно наоборот. Размытые дороги и заболоченные обочины не давали возможности технике в темпе продвигаться вперёд. Да чего там быстро, хоть как-то продвигаться. Семенюку, не оставалось ничего другого, как нервничать, теряя драгоценное время и дожидаясь тёплой сухой погоды. Тогда и дороги подсохнут и река вернётся в свои берега. Жаль, но это будет совершенно иная ситуация, паника первых дней сойдет на нет.
К счастью, это было единственное, о чём следовало пожалеть. Наши успехи на юге повлияли на ситуацию и в другом плане. Честно сказать, с этой стороны, вопрос мы не рассматривали. Случилось то, чего мы давно ожидали. Наконец-то, страны старой Европы поверили в нашу победу. Они словно проснулись, уже не так остро реагировали на страшилки об эскалации и наконец разродились довольно мощной поддержкой. Вернее, пока что лишь ее обещаниями. Впрочем, неплохо зная запутанные бюрократические процедуры ЕС, ни на что иное я пока не рассчитывал, по крайней мере в ближайшем будущем..
Имелись основания считать, что не только успехи на юге подтолкнули их к принятию давно ожидаемого решения. Помогла и информационная компания. Вовремя мы подсуетились прикупив убитое, но с нашей помощью вновь ставшее влиятельным издание "The Independent", а к нему и парочку популярных телеканалов. Подтянули к себе парочку известных обозревателей, и в настоящее время, медийная кампания в поддержку Украины развивалась довольно успешно. И это не могло не дать своих результатов. Согласно последних опросов общественного мнения, идею увеличения объёмов помощи Украине поддерживали 62% европейцев, и не просто европейцев, а избирателей. Даже осторожные немцы осмелели и сейчас присылали не только каски с бронежилетами и инвалидными колясками, но и подготовили к передаче первую партию танков "Леопард".
Хотелось лишь пожалеть - уж слишком долго они колебались и набирали ход. Например, в тех же диктатурах подобные вопросы решались заметно быстрее. Пока чешский президент Павел носился по миру с протянутой рукой, собирая обещанный миллион снарядов, Северная Корея отправила России целых двенадцать. Пришлось надеяться на себя, ведь вскоре на полную мощность должен заработать наш завод под Тернополем. Даже сейчас, когда там стояло лишь две линии, он отправил на фронт почти два миллиона. Вот что бы мы без него делали?
Пожалуй, наиболее важным и приятным известием, стало то, что замороженные Европой 250 млрд. российских активов, наконец-то согласились разблокировать в пользу Украины. И это было очень кстати, ведь компания BitCoin начинала ощущать нехватку средств, всё-же, дорогая штука, эта война. И это не смотря на то, что к подобному сценарию мы готовились еще с середины девяностых.
Сосредотачиваться лишь на войне мой бизнес позволить себе не мог, у компании имелся ряд и других задач. Оставалось жалеть, что финансов на все хотелки не хватало.
Можно сказать, любые дополнительные источники поступлений были крайне важны. Например, мы давно поднимали вопрос более широкого привлечении иностранных добровольцев в ряды ВСУ, вот только пока что были вынуждены воздерживаться от этого. Уж слишком затратным был такой шаг. Разобрались с этим после встречи с бригадным генералом Кириллом Ющенко, который, летом 2023-го года, должен стать первым этническим украинцем, возглавляющим Французский иностранный легион. И нет, не напрягайтесь, это даже не дальний родственником третьего президента Украины, хотя его дед родился где-то у нас - на Сумщине.
На встрече с генералом мы обсудили различные варианты. Кирилл рассказал, что из девяти тысяч военнослужащих легиона семьсот украинцев уже выразили желание отправиться воевать на наши фронты, вот только все они хотели бы остаться своим, отдельным подразделением. И таких добровольцев отыщется немало. Вопрос упирался в банальное – в деньги. Скажем, во Франции, в тыловых подразделениях, зарплата простого легионера составляла около 1300 евро, а вот когда тот отправлялся в зону боевых действий, она возрастала почти втрое. Примерные расчеты показали, что комплектование лишь одной бригады, без вооружения, должно обойтись в сто миллионов в месяц. А таких свободных денег у меня уже не было, не надо забывать и о других направлениях бизнеса.
Собственно, добровольцы и без этого прибывали, в мире всегда можно было найти людей - любителей пострелять. А если при этом можно еще и неплохо заработать, так этот ручеёк может превратиться в полноводную реку. Поэтому, эти замороженные 250 миллиардов вполне могут перевести формирование новых подразделений из области фантастики, в реальность.
В отличие от России, у Украины не было крупных нефте-газовых месторождений, и миллиарды долларов не вытекали прямо из-под земли. Хорошо, что собственного газа, хоть и с трудом, нам хватало на собственное потребление. Обладая таким ресурсом, Путин пытался убедить весь мир, что в состоянии воевать сколь угодно долго. Вот только вопрос это спорный. Скорее всего, именно Украина находилась в лучшем положении. Почему? Да хотя бы потому, что на войну россияне были вынуждены тратить свои миллиарды, а Украина, в значительной степени, воевала за счёт помощи своих богатых союзников, или вернее - партнёров.
Вот только финансы - финансами, а воевать по заезженным советским шаблонам со страной, где "бабы ещё нарожают", - неблагодарное дело. В нашем случае, требовались либо новые, рискованные решения, либо современные, прорывные технологии, которых нет у противника.
Меня всегда удивлял такой совковый подход к войне. Причём, что во времена второй мировой, что сейчас. Поясню что имеется в виду. Нередко приходилось читать, что в российско-советских армиях было особой доблестью захватить некую территорию. А то, что в результате этого потери могли достигать едва ли не до трети личного состава – во внимание не принималось. Как заливались пропагандисты на телеканалах - "проявив героизм и не жалея собственной жизни"! И наоборот, когда грамотные командиры добивались тех же результатов без потерь, то и оценка этого успеха со стороны высшего командования была не слишком высокой. Выводпрост – захватили, не встретив достойного сопротивления. Я хорошо помню, как оценивая вклад стран коалиции в победу над Германией, советским историографам очень нравилось подсчитывать людские потери. Можно сказать, они даже гордились этим. Мол, чего там эти американцы с англичанами навоевали, если они потеряли всего четыреста двадцать тысяч, против наших двадцати миллионов. Вот и сейчас, мы наблюдаем примерно то же самое.
Что еще что удивляло, и в Европе и в Штатах помнят о Второй мировой войне, а вот страна, потерявшая больше всех, о ней похоже забыла, хотя и не перестает повторять старую советскую мантру – "ничто не забыто, никто не забыт". Иначе, чем можно объяснить это их - "можем повторить"?
Наши приблизительные подсчеты показывали, что сейчас, за каждый квадратный километр захваченной территории противник теряет приблизительно 100-120 человек. Можно сказать, что по отношению к своим гражданам, нынешняя Россия переплюнула даже коммунистов СССР. Ведь за все десять лет войны в Афганистане, потери составили около 18000. И даже такая скромная, по нынешним временам цифра, в годы совка казалась чудовищной. Во многом, это поспособствовало завершению тогдашней СВО и стало причиной вывода войск. А что у нас? Если подсчитать, то территория, скажем Сумской области, составляет почти 24000 квадратных километров. Получается, для того что бы ее захватить в Кремле готовы закопать еще два с половиной миллиона своих граждан? И пусть у них воюют за деньги и практически одни маргиналы, но все же …
Что до ситуации внутри Украины, то некоторые сдвиги имелись. Наконец-то, усилия по изменению некоторых статей УК завершились успехом. Удалось добиться важных изменений в законодательстве. Ситуативное большинство в Верховной Раде все же удалось сколотить, и они проголосовали как надо. На кого-то пришлось немного надавить, а где и конверты помогли. Несмотря на сопротивление так называемого "демократического сообщества", удалось протянуть нужные изменения в закон о Государственной границе. Так что со следующего месяца, за попытку незаконного пересечения границы во время военного положения, нарушителю грозил не жалкий штраф или трудотерапия с метлой, а полноценная десятка в колонии строгого режима. Примерно то же ожидало и их пособников. Уверен, теперь число нелегальных эмигрантов значительно сократится. Впрочем, люди у нас креативные, не исключаю, что все закончится тем, что погранцы свои расценки поднимут.
Не полностью, но некоторые проблемы с мобилизацией удавалось решать. Очень вовремя кому то вспомнился старый анекдот.
- Алло, это военкомат?
- Да…
- Скажите, а вы могли бы меня в армию записать?
- Конечно можем, а вы сейчас где?
- Ну где, где… в тюрьме…!
Возможно, именно это и натолкнуло кого-то на одну интересную мысль, которой тот не замедлил поделиться с господином Семенюком, теперь уже уважаемым и авторитетным генерал-лейтенантом.
- Слушай, Василий Дмитриевич, как ты считаешь, разве это государственный подход, когда молодые, здоровые мужики отсиживают задницы в тепле на уютных нарах и строчат на машинках трусы с рукавицами? Может тем, кто попал на зону не по тяжкой статье, дать возможность начать жизнь с чистого листа? Почему бы не дать им возможность искупить вину на фронте, в окопах? Вот только надо грамотно прописать условия и сделать все так, чтобы всякие шустрики с деньгами и связями не осели на тыловых должностях и при военкоматах. А то знаю я этих вечно голодных военкомов, за приличную мзду они и моего кота заведующим колбасным складом оформят.
К моему удивлению, затягивать с этим не стали, и через два месяца соответствующий Указ президента был опубликован. Ну а для того, чтобы будущие "добровольцы" не слишком засиживались на нарах и поскорее сделали правильный выбор, начальникам исправительных учреждений было негласно рекомендовано ввести диету номер четыре в колониях и отменить всяческие послабления режима.
Такой, на первый взгляд, не популярный ход дал возможность существенно восполнить потери в бригадах, но панацеей не стал. Ведь на будущее лето перед армией была поставлена амбициозная задача - освободить территории, которые были так бездарно потеряны в первые дни российского вторжения.
- Борисович – с горечью задал мне вопрос наш главный аграрий, в ведении которого находились склады на юге, - ты мне скажи, почему так получается, что жертва агрессии почти никогда не готова к нападению? Неужели и Сталин настолько полагался на договор о ненападении, как и наш президент на договоры о границах и дружбе и сотрудничестве?
Я и сам неоднократно задавал себе этот вопрос, поэтому ответил не задумываясь,
- Думаю, все это заложено в самой человеческой природе, ведь каждый из нас живёт с мыслью, что всё случится именно так, как ему того хочется. А каждый нормальный человек желает одного - жить посытней и поспокойней. Вот молятся у нас за победу, так и с той стороны за неё тоже молятся. Скажешь, что правда на нашей стороне? Так давно известно, что правда у каждого своя. Разве что российской пропаганде не понадобилось много времени, убедить скрепоносный народ что Россия окружена врагами и вынуждена защищаться от тех, кто стремится завладеть ее территорией, ресурсами, уничтожить язык, культуру и прочее. Но при этом, почему-то совершенно не обращают внимания на факты, лежащие прямо на поверхности. Не задумываются, как так получилось, что защищаясь от Швеции Россия отобрала Финляндию, защищаясь от поляков - прихватила себе Царство Польское, защищаясь от турецкого султана - завоевала Крым, Молдавию и всё Закавказье?
Я на секунду замолк, а затем вспомнив, продолжил,
- Разве что с завоеванием Сибири мне недавно стало все понятно. А ведь вначале вопросы имелись и много. Причем такие, на которые и ответ найти не просто. Вот скажи мне, каким таким волшебным образом нескольким сотням казаков во главе с Ермаком удалось покорить огромное Сибирское ханство? Может скажешь, что у тех казаков имелось огнестрельное оружие? Так все это ерунда. Их фитильные пищали – просто насмешка, один выстрел в минуту, а то и того меньше.А ведь ответ довольно прост. Дело в том, что население Сибири нападение Москвы воспринимало не как акт захвата, а как возвращение своего. Ты ведь должен знать, что ранее, всё Сибирское ханство входило в состав Великой орды, правопреемницей которой после распада Золотой орды, сталмосковский улус, иначе говоря - Московия. Вот этот самый улус и отправил войско, что бы вернуть свое. Скорее всего, это и будет правильный ответ.
А сам подумал. Если не слишком углубляться в дебри философии и считать, что правда и истина - одно и то же и базируется на заповедях Божьих, то вопрос, что же такое правда становится более понятным. Сложно поспорить с тем фактом, кто именно в нашем случае наплевал на заповеди - "не убий", "не укради", "возлюби ближнего своего"… Разумеется, их нарушил тот, кто напал, кто украл и кто убивает. Мне кажется, это должно быть понятно не только дураку, но и простому россиянину. А оправдывать себя мантрой, что если бы мы не начали первыми, то они всё равно бы напали – полнейшая чушь. Если вспомнить историю, точно такие же аргументы выдвигал и всем известный Адольф Алоисович Шилькгрубер с командой своих единомышленников, которым очень не повезло на Нюренбергском процессе.
В годы моей юности, мне постоянно приходилось слышать, что наш СССР - это главный борец за мир во всём мире. Не говорили лишь о том, что в борьбе за это он готов уничтожить каждого кто с этим не согласен. Впрочем, в Кремле и сами все прекрасно осознавали. Ведь не зря нападение на Польшу в тридцать девятом назвали не войной, а, польским походом, как и в случае с Финляндией. В Афганистан вторглась не непобедимая и легендарная, а "ограниченный контингент". Да и нынче, нашу войну стыдливо называют не войной, а специальной военной операцией. Забывая при этом, что все эти афганцы или герои СВО пользуются теми же правами, что и участники Отечественной войны. И это не смотря на то, что они стреляют в тех, с чьими дедами их деды вместе защищали Сталинград и брали Берлин. Впрочем, о чём тут говорить….
Тем временем, военные действия в Донецкой области разворачивались не совсем так, как нам того хотелось. Впрочем, мы и сами в этом помогли. Главком, позорно провалил наступление на запорожском направлении. Скажите, на что он надеялся, решившись наступать при общем превосходстве противника? Наши потери были приличными.
Оправившись, и пользуясь численным преимуществом, а также преимуществом в воздухе, российские войска начали понемногу продвигаться в районе Бахмута. Именно здесь и проявились наши старые африканские знакомцы - наёмники из отрядов Вагнера. Что интересно, они также начали действовать по нашему сценарию, то есть стали пополнять свои ряды за счёт зэков, которых там, за поребриком, чуть ли не впятеро больше, чем у нас. А еще, вагнеровцев совершенно не интересовал вопрос, кто, как и за что оказался на нарах.
И это начало приносить свои плоды: во вс яком случае, на один-два километра в неделю противнику удавалось продвигаться. Да и такая утилизация собственных отбросов – дело полезное, ведь кормить и присматривать за двухсотыми не нужно.
За всеми этими событиями я наблюдал издалека, получая сообщения и официальные доклады с фронта и лишь изредка общаясь с очевидцами, так как бизнес вновь занес меня в Сирию. Нет, я не собрался устраивать там очередной переворот, такого задания из Вашингтона не поступало. Попал я сюда по личным делам.
Общая ситуация в этой стране не изменилась. Силы президента Асада, как и ранее, контролировали восток и центр, а месторождения нефти находились южнее и были под надежной охраной нашего "Шервуда". Прибыл я на восток, потому что хотелось что-то порешать с непрекращающимся транзитом российской нефти. А именно – с так называемым теневым флотом, а заодно и потрепать нервы их неявным союзникам - хитроумным китайцам.
Не смотря на санкции и сокращение экспорта сырья, нефтяные доходы страны агрессора упали не сильно. Это произошло потому, что в последнее время цена на сырую нефть резко пошла в гору, а эти жлобы из ОПЕК и не собирались увеличивать её добычу. От такой рыночной конъюнктуры, россияне получали немалую выгоду. Они рыскали по миру, выкупая сотни ржавых судов и слегка их подрихтовав, стали использовать как каботажные танкеры. Разумеется, большинство из них давно было пора отправить на металлолом, но со своими задачами они кое-как справлялись. Ведь этим ржавым корытам не было нужды бороздить океанские просторы. Достаточно было заполнить свои танки на нефтяном терминале где ни-будь в Новороссийске, а затем перегрузить все сырьё в море - на один из китайских супертакеров -маток, которые ожидали их в международных водах. Преодолеть каких-то триста - двести километров и при этом не затонуть, этим лоханкам было по силам. И всё нормально, никаких претензий. Формально, китайские супертакеры не подпадали под санкции, а общая сумма транспортных расходов, хоть и возросла, но не критично. Это привело к тому, что спрос на танкеры вырос в 3,6 раза. Такая ситуация нас совершенно не устраивала, вот и решил подумать, как этому помешать. И как ни странно, в этом очень помогли…… хуситы.
В отличие от своих соседей по Аравийскому полуострову, таких как Кувейт, Катар, Саудовская Аравия - йеменские племена почему-то не захотели качать нефть и потихоньку богатеть. Хоть они и не были знакомы с программой батьки Махно, но действовали практически по его лекалам. Хуситы, избрали для себя перманентную войну, фактически превратив половину своей нищей страны в самое настоящее пиратское государство. Лет двадцать назад, мне приходилось наблюдать нечто похожее в Сомали, вот только с тех пор военные технологии скакнули далеко вперёд. Канули в лету те давние, романтические времена, когда похожие на наших бомжей сомалийцы на своих деревянных катерах, с ржавыми китайскими автоматами перехватывали суда, шедшие узким аденским проливом по пути в Индийский океан.
В наше время, излюбленным оружием их последователей – хуситов, стали хорошо известные иранские шахеды, которые доставляли так много хлопот украинской ПВО. Разумеется, Иран, воспользовавшись методичкой Путина - всё это отрицал. Мол эти хуситы закупают свои игрушечные самолётики на блошином рынке в Эр-Рияде. Хотя, всем было ясно, что именно иранская военная и финансовая помощь была надёжным тылом для террористов. Разумеется, мишенями для их ударов были почти все суда, исключая российские, китайске и иранские, а также те, кто под чужими флагами перевозил контрабандную нефть, главным образом в Индию.
Вот и решил я изменить такой расклад. А может просто надоело сидеть на месте, ведь фронт на нашем участке практически замер. Никаких подвижек, а поделать ничего нельзя.
- Так почему бы не отправиться в тот же Йемен, так сказать, тряхнуть стариной напоследок?
Это можно, здесь главное, чтобы старина не отвалилась, ведь в семьдесят лет многие уже на печи сидят и шептуны пускают. Но нет: дедушку потянуло на приключения, и после недолгих колебаний, я поручил службе безопасности разработать маршрут будущей поездки. Где-где, а в этих краях мне еще бывать не доводилось.
До столицы Йемена Саны мы добрались через границу с Саудовской Аравией, а затем, на джипах с пулемётами и под надёжной охраной из местных проплаченных бедуинов, уже вторую неделю колесили по пустыне, горам и святым местам, где нас встречали настороженные бородачи с автоматами. Последней на нашем маршруте, стала обитель святого Нуслима. Этот выходец из Сирии был четвёртым или пятым вождем непримиримых, к которому мы заехали.
Увы, но на моей стороне было лишь знание языка, арабских традиций, а ещё и правил этикета, присущих именно жителям Сирии. Во всяком случае, по морщинистому лицу нашего святого старца было видно, что тот воспринимал все с удовольствием. А почему бы и не быть довольным, ведь за такую небольшую услугу мы обещали им приличные деньги и партию легкого вооружения.
К сожалению, этот шейх решал далеко не всё: настоящей властью на побережье обладали мелкие независимые бандитские вожди, которые называли себя хуситами. Целью нашего путешествия, было прикормить один из таких отрядов, взяв его под свой контроль, хотя бы на время. Я ведь считал, были бы деньги и оружие, а всё остальное - мелочи, не стоящие внимания, вот только действительность оказалась намного сложнее. Сказывалось давнишнее и мощное влияние Ирана.
Минуло дней десять, с тех пор как наш караван, состоявший из десятка джипов с охраной, начал объезжать базы местных вожаков. Мне хотелось бы договориться хоть с кем-то о помощи в нанесения ударов по нужным целям. Вот только здешние дела шли не очень: эти правоверные видели в нас не братьев по борьбе, а представителей мирового капитала, тем более что шустрые иранцы постоянно опережали нас буквально на шаг, словно зная, куда мы направимся дальше.
Эта четвёртая по счету встреча проходила по уже привычному сценарию. На небе зажглись южные звёзды, Аллах давно отправился на заслуженный отдых, и на столах появилось вино. Нас щедро угощали, внимательно слушали, согласно кивая черными бородами, но понимания и нужного нам согласия в глазах хозяев я не видел.
- Похоже, что и с этим, четвёртым по счету и последним вожаком, все закончатся пшиком, - тяжело вздохнув, подумал я.
Я отвалился на подушки и принялся неторопливо размышлять, расслаблено посасывал кальян. Неожиданно, со стороны одной из кучек бородатых последователей пророка, которые о чем-то весело болтали у соседнего костра, до меня донеслась очень знакомая мелодия - и не просто музыка, а моя музыка. Никак не ожидал я услышать что-то подобное, здесь, на пустынном побережье Баб-Эль- Мандебского пролива. Эта мелодия, была не совсем той, привычной нам, но я не сомневался: это был именно он, мой марш космонавтов. Не сдержавшись, я принялся тихонько подпевать под нос такой знакомый мотив.
Весь уйдя в себя, я и не заметил, как на меня удивленно смотрит сейид Керим, вожак отряда, у которого мы находились в гостях.
- О… мистер Нордмен, оказывается и вам знакомы эти слова? - встретив мой вопросительный взгляд, спросил Керим. После чего, как бы отвечая на собственную мысль, продолжил:
- Впрочем, о чем я? Если вы, как утверждаете, долго жили в Советском Союзе, то просто не могли её не знать. Там ее каждый слышал. Хочу похвастаться: я был одним из тех, кто первым исполнял её, и случилось это в присутствии первого космонавта – Юрия Гагарина. Давно все было – мечтательно проговорил он, - лет пятьдесят прошло, но я до сих пор отлично помню те беззаботные времена своего детства, когда нас пригласили в "Артек". Что ни говори, а такое надолго остаётся и в памяти, и в душе.
Почему меня назвали мистером Нордменом? - Так понятно, я ведь не собирался светить своей настоящей фамилией, слишком уж известна она во всём мире. Но всколыхнуло память иное. Я вспомнил, что в составе той интернациональной команды первых исполнителей, было двое йеменцев - брат и сестра. Мне не удалось вытащить из глубин памяти имя брата, а вот имя сестры вспомнилось сразу - Барика.
- Послушайте, уважаемый сейид, - обратился я к своему собеседнику, - вы правы, это б действительно произошло очень давно, я также вспоминаю тот случай. Среди участников было двое выходцев из вашей страны, и я до сих пор не забыл, как звали ту очаровательную девушку. Думаю, не ошибусь, если назову её имя - Барика.
Мне показалось, что Керим, едва не подпрыгнул от неожиданности, а затем, пристально всмотревшись в мое лицо, неуверенным голосом спросил:
- Алекс… Александр… неужели это ты?.. Неужели Аллах в своей безмерной любви услышал мои молитвы и дал возможность напоследок заглянуть во времена беззаботного детства.
Мы вскочили со своих мест и бросившись навстречу, сжали друг друга в крепких объятиях. Мои охранники, как и местная братва, смотрели на нас с изумлением, совершенно не понимая, что происходит. Затем, едва ли не час, все время перебивая и дополняя друг друга, мы делились общими воспоминаниями. Оказалось, сестра Карима, Барика, до сих пор жива и занимает ответственную должность первой жены очень уважаемого в этих краях человека. Именно благодаря ее протекции, моему давнему знакомцу и удалось получить под командование одно из местных формирований.
Вновь объяснять Кериму все выгоды своего предложения мне не пришлось, я лишь добавил несколько приятных бонусов в виде поставок современного вооружения. Внимательно выслушав, и приказав заткнутся своему заместителю, Керим согласился на все, под конец заявив:
- А знаешь, Алекс, неделю назад нас посетили несколько иранских офицеров. Они предупреждали, что вскоре к нам заявится какой-то богатый янки и будет уговаривать поработать на его интересы. Вот только теперь я знаю, что эти сыны ишака нам солгали. Кто, как не я помнит, что никакой ты не американец, а советский, а вы всегда были друзьями нам, арабам.
На следующий день у меня получилось посидеть и поговорить по дущам с заместителем Керима. Не хотелось оставлять непонятки у себя за спиной. Перед отъездом следует уладить все разногласия и не оставлять недоразумений. В свое время, изучая досье на местных вожаков, я запомнил эту персону, которая считалась одним из духовных лидеров всего юга Йемена. Эдакий старичок, года на четыре старше меня, он некогда преподавал в медресе Аль-Султания, в хорошо мне знакомом Алеппо. Так случилось, что этот Сакур ввязался в высокую политику и после того, как отец нынешнего президента, мой старый знакомый Хафез Асад, в 1982 году подавил восстание "Мусульманского братства", был вынужден, оставив свое медресе срочно смазывать пятки. Совсем как тот Эней у Котляревского. Находится и дальше в Сирии, было не только опасно, но и бессмысленно. Во-первых, он был шиитом, а во-вторых, Хафез Асад позакрывал все медресе в стране, считая, что именно оттуда и расползается эта исламистская зараза.
Но всё это будет потом, а сейчас я разбудил в нём давние воспоминания. Как оказалось, шейх прекрасно помнил события семьдесят четвёртого года, когда я героически предотвратил террористический акт у полицейского участка города Алеппо. И не только вспомнил, а ещё и знал об этом можно сказать изнутри, ведь именно члены их братства и готовили то неудачное нападение. Вначале, между нами возникла некоторая напряжённость, но после того, как я с юмором рассказал о том, что и как произошло в действительности, всё уладилось.Так сказать, не по моей злой воле, просто такова была воля Аллаха. После нашего разговора, шейх также убедился, что я и в самом деле советский, а не какой-то американский агент или не приведи Аллах, израильтянин. Вот так, за общими воспоминаниями о старом добром Алеппо, его рынках и кофейнях мы просидели до полуночи. Расстались добрыми друзьями, которых объединяют общие воспоминания и надежды на будущий совместный успех.
На следующее утро, часть специалистов из моей команды, принялась за согласование деталей будущих операций, в то время как другая, отправились на побережье, в поисках подходящнй бухты для базирования наших катеров-дронов. Не прошло и недели, как греческий балкер, загрузившийся на Сифносе, доставил полтора десятка морских беспилотников и приличный груз взрывчатки. На примере каховской плотины мы хорошо знали возможности наших корабликов. После того как мы обо всем договорилисьт, мне оставалось лишь наслаждаться морским воздухом и греться на солнышке, в ожидании известия о появлении жирной утки.
Отношение к нашим людям было доброжелательным: ещё бы, ведь их старшой оказался давним другом шейха. А еще, хозяевам пришлась по вкусу затея, которая наверняка испортит жизнь проклятым капиталистам. Ещё бы: так смачно ударить по носу всемирному олигархату, да ещё и за чужой счёт!
Операция была продумана в мельчайших деталях. Удивляться было нечему: все же воюем не первый год - и не с кем-нибудь, а со второй армией мира. Разведывательная сеть, разбросанная от Стамбула до Суэцкого канала, своевременно снабжала нас информацией о том, какие суда и под чьим флагом повезут через Баб-эль-Мандебский пролив российскую нефть. Нашим лозунгом стало известное "No pasarán".
Слишком долго ожидать первую цель не пришлось: уже через неделю наши усилия принесли первые плоды. Как после этого писали мировые СМИ, "йеменским террористам" впервые удалось не только повредить, но и пустить на дно большой китайский танкер и серьёзно повредить ещё три, которые шли под флагами таких известных морских держав как Либерия и Габон.
Эту первую операцию я хотел увидеть собственными глазами, что и было сделано с помощью мощного телескопа, установленного на склоне горы. Наблюдательную позицию оборудовали с комфортом, она оказалась не хуже чем на смотровой площадке Эйфелевой башни. Погода стояла чудесная: в небе ни облачка и видимость достигала километров тридцати. Я весь извелся от ожидания. Наконец, в окулярах телескопа появилось огромное судно, величественно рассекавшее воды Красного моря. Чуть позади, на расстоянии четырёх-пяти кабельтовых, просматривался силуэт военного корабля береговой охраны Великобритании. Было хорошо видно, как на нём медленно вращаются решётки радиолокаторов, а несколько наблюдателей пристально всматриваются в безоблачное небо. Никому и в голову не приходило, что смотреть следует вовсе не туда, а вниз, на морскую гладь. Поэтому, парочке наших катеров, которые были практически незаметны на фоне морских волн, удалось приблизиться к каравану почти на километр и лишь после этого запустить двигатели на полную мощность. Для того, чтобы преодолеть такую незначительную дистанцию им понадобилось не более минуты. А вот британским морякам, чтобы выйти из тени танкера и двинуться на перехват - времени не хватило. Первый взрыв потряс тело гиганта где-то в районе машинного отделения, после чего раздался ещё один. В принципе, было бы достаточно и одного, ведь нашей задачей было не утопить, а лишь нанести тяжёлые повреждения китайцам. Я не собирался загрязнять нефтью тёплое курортное море, но уж как получилось - как получилось.
Поскольку это была первая такая атака, мы резонно опасались, что судам сопровождения удастся перехватить один из дронов, вот и перестраховались, направив туда сразу два. Кто ж его знал, что британцы окажутся не моряками, акурортниками, которые и войны не нюхали. К примеру, тех же россиян на Чёрном море мы давно приучили выставлять тройную смену наблюдателей и организовывать конвои сопровождения не из одного судна.
Что удивительно, больше нас радовались хозяева. Веселясь как дети, эти бородачи скакали, смеялись, паля в воздух из своих автоматов, а онин ненормальный даже запустил заряд из "Стингера". Ещё бы: это ведь не те комариные укусы с воздуха, которые удавались их коллегам. В большинстве случаев, после таких налётов достаточно было лишь немного подкрасить судно и идти дальше по маршруту.
На всюследующую неделю эта новость стала настоящим бестселлером для мировых СМИ, вызвав целый шквал переписки между дипломатами и военными. В штабах Роял Нэви и Пентагона никак не могли определиться, как им быть дальше и вообще - стоит ли реагировать. Танкер то – китайский. А пока в штабах разбирались, караваны продолжали идти своими привычными маршрутами.
После нескольких удачных операций, имя шейха Нуслима, стало настолько популярным, что к нему выстроилась целая очередь добровольцев, желающих примкнуть верным последователям имама Хусейна аль-Хуси. Этому паломничеству, поспособствовало несколько удачно отснятых роликов, которые нам удалось закинуть в "Аль-Джазиру". Только за первую неделю количество просмотров перевалило за четыре миллиона. Ещё бы: ведь каждое выступление этого святого по телевидению или в Ютубе начиналось с одних и тех же слов: "Смерть Америке, смерть Израилю, проклятие евреям и победа ислама".
Едва ли не единственной проблемой, было то, что нашим специалистам, прибывшим с острова Сифнос, пришлось переодеться в халаты и научиться наматывать чалму. А чалма - это вам не портянки. Но самая страшная военная тайна заключалась в том, что в составе нашей команды верных помощников шейха затесался один еврей. К счастью, обрезание – это в традициях не только в последователей Иеговы. Пришлось рискнуть, мой Виталик никак не мог обойтись без него, и в этом случае, как всегда, основную роль сыграли деньги. А ведь поначалу, никто из иудеев не поддавался ни на какие посулы, не желая отправиться в эту командировку. И я их прекрасно понимал.
Разумеется, мы не надеялись, что наше присутствие на побережье удастся долго хранить в тайне. Военные специалисты и разведки некоторых стран отлично знали, что до сих пор, отряды хуситов использовали лишь не очень эффективные дроны самолетного типа. Эти, сравнительно скромные птички могли нести небольшой, совершенно недостаточный для гигантских танкеров заряд взрывчатки. Они могли разве что поцарапать палубу. А вот с надводными или подводными корабликами все обстояло иначе. Вот только, ни один из отрядов хуситов подобного оружия не имел, потому как не было его и у Ирана. Всё это приводило к единственной мысли, которая указывала на нас. И это были не просто подозрения, в натовских штабах умели делать правильные выводы: разведка свой хлеб даром не ест. Вот только, одни лишь подозрения в дипломатии не пляшут и к делу их не подошьешь - требовались железные доказательства, а их у них не было. Словом, возмущаться и сотрясать воздух с трибуны ООН было можно, вот только кому именно следует направлять ноты протеста? Все так и закончилось - "чувством глубокой озабоченности".
Вскоре, решительные действия подконтрольных нам хуситов принесли свои плоды. Большинство перевозчиков стало выбирать обходные маршруты, и протяжённость транспортировки нефти в Индию и Китай увеличилась в два с половиной раза. Соответственно - поползли вверх и страховые платежи, и стоимость фрахта. В целом, накладные расходы выросли чуть ли не втрое. Ну что ж, совсем неплохой результат за относительно небольшие деньги
Позже узнал, месяца через три после моего отъезда, бедолагам хуситам таки досталось на орехи от объединённых сил США и Великобритании, но наших друзей это не коснулось. Своих повстанцев мы предупредили заранее, и все порядочные боевики успели укрыться в горах. В результате налета, как всегда, пострадали непричастные, а именно базы и места дислокации "неправильных", проиранских бандюков.
За тот месяц, что я загорал на побережье Красного моря, никаких серьезных изменений на всех фронтах не произошло. Как и ранее, противник, не считаясь с потерями, делал отчаянные попытки продвинуться. Кто-то и в главном штабе подсчитал, что за захват квадратного километра территории россияне платили жизнями примерно ста десяти своих вояк. А если посчитать, что территория Украины составляет примерно 650 000 квадратных километров, то… получается, что им придется перевести в двухсотые чуть ли не половину населения.
По наблюдениям военных, данным разведки, и спутников, стало ясно, что на той стороне подходят к концу запасы тяжёлой техники, даже старой, советского образца, поэтому в свои локальные атаки россияне стали отправлять небольшие пехотные подразделения, которые словно тараканы расползались по балкам и рощам, пытаясь найти и просочиться в малейшую щёлку в украинской обороне. Скажем прямо, временами, такое им удавалось: всё же обеспечить плотной воздушной разведкой и беспилотниками всю тысячекилометровую протяжённость линии фронта было проблематично. Собственно, на той стороне ситуация была похожей. Оно конечно неприятно, ведь о каких либо оперативных прорывах, как под Харьковом или Херсоном, речь уже не шла.
В этой ситуации, задача наращивания сил беспилотных систем стала главным приоритетом для компании BitCoin. Заводы на Тайване работали в трёхсменном режиме, обеспечивая интеллектуальную начинку, а саму сборку дронов можно было организовать и здесь, в Украине, на любом предприятии или даже в колхозной мастерской. Что касается специалистов - дроноводов, то они нашлись, причем на удивление быстро. Оказалось достаточным разместить красивую рекламу в ТикТоке и на Ютубе, как мы получили большое количество заявок. Так и хотелось провозгласить - геймеры всех стран, объединяйтесь. Выяснилось, многие из любителей повоевать в виртуальной реальности, которые до сих пор гоняли монстров на своих PlayStation, были не против засесть за топовые консоли, которые по своим характеристикам превосходили даже знаменитые Intel Core i9 с NVIDIA RTX 3080. Тем более, что мы смогли гарантировать им достаточный уровень безопасности и неплохие заработки. Это стало возможным благодаря тому, что дальность управления новыми летательными аппаратами существенно возросла. Поэтому, появилась возможность обустроить центры управления не ближе чем за сорок-пятьдесят километров от линии фронта, иными словами, в достаточно безопасных местах. Сами же аппараты, запускали совсем другие люди, которые находились значительно ближе к линии соприкосновения. Этим фанатам мультиплеерных игр оказалось куда интереснее охотиться на реальных, живых орков, чем блуждать в виртуале по занесённым снегом руинам Лос-Анджелеса среди толп нежити в игре на выживание под названием Snowbreed.
Что удивительно, но очень непростыми для новых армейцев оказались организационные и бытовыевопросы. Никак не получалось заставить всех этих лохматых дроноводов соблюдать устав и армейские порядки. Ведь сидеть перед своими экранами им приходилось не тогда, когда самим захочется, а тогда, когда приходила соответствующая команда. А такое, бывало и среди ночи. Со временем, с этими проблемамиудалось справиться, и проблема исчезла.
Через некоторое время выяснилось, что воевать, как все нормальные люди эти ребята не умели - скучно им видите ли. Они создали собственный закрытый канал, где обменивались несекретной информацией, делились своими приёмами и достижениями с коллегами, а ещё организовали специальную страничку, где публиковалась он-лайн таблица рейтингов. Такой себе зал славы. Не минуло и полугода, как у этих ребят и девчат появились свои воздушные асы, награждённые рыцарскими знаками отличия, которые присваивались участникам, авторитетной в их сообществе комиссией.
Вот только и противник не дремал: он начал ускоренными темпами развивать свою малую авиацию. Именно поэтому одним из главных приоритетов для нашего командования стало противодействие дронам дальнего радиуса действия, которые начали залетать всё дальше и дальше, вглубь Украины, терроризирую мирное население. Путинские вояки, будучи не в состоянии нанести существенный ущерб войскам на фронте, решили направить свои усилия на уничтожение гражданской инфраструктуры. Поначалу, средства РЭБ неплохо справлялись со своей задачей, но вскоре россияне начали переходить на системы независимого наведения. Они не обладали достаточной точностью, но против таких объектов, как большие города, это было не важным. Для противодействия им, наши специалисты занялись разработкой специальных дронов-перехватчиков, для управления которыми можно было использовать обычную геймерскую приставку. Да и наведение было очень простым – акустическим. Всем было хорошо слышно, где именно находятся вражеские аппараты. А в последнее время наши вундеркинды пошли ещё дальше. Они принялись работать над улучшением "машинного зрения". Направление это новое, сложное, но многообещающее, так что денег на такое было не жалко.
Между тем, значительное численное превосходство противника давало о себе знать, и на отдельных участках фронта россияне хоть и медленно, но понемногу продвигались. Особенно, это было заметно на донецком фронте, где засветились наши старые африканские знакомые - вагнеровцы. Всё же прежний боевой опыт давал о себе знать, да и не жалели они своих штрафников - отряды штурмовиков из бывших зэков. Как и когда-то штрафбаты, их обычно пускали впереди, ведь такого расходного материала было не жаль. Надо будет – еще насажаем. Если так пойдёт и дальше, то придётся все тюрьмы и колонии в России позакрывать, оставив разве что женские.
Крайняя волна мобилизации привела кто тому, что "глубинный народ" наконец то начал задавать ненужные вопросы, а более миллиона россиян так и вовсе махнули за поребрик. Это стало причиной того, что Кремль все активнее стал использовать контрактную систему, делая ставку на маргиналов, которых в глубинке имелось более чем достаточно. Но долгое время выгребая из регионов желающих заработать шальные деньги, россияне были вынуждены поднять единовременную выплату по контрактам до двадцати тысяч долларов. А это очень приличная сумма - даже мы не могли себе такого позволить. Что поделать: нефть продолжала бить из-под земли. Единственно, утешали расчёты наших аналитиков. Все они единогласно утверждали, что такими темпами России хватит не более чем на два-три года, а далее - либо принудительная мобилизация, либо окончание войны. Три года – это пожалуй многовато, хотелось бы надеяться, что они ошиблись и не учли действие санкций и наши усилия по снижению объема экспорта нефтепродуктов, как и прочее, направленное против их союзников - явных и тайных.
Надо признать, что пропаганда войны "за поребриком" была на высоком уровне. Взять хотя бы все эти патриотические акции типа "Бессмертный полк", "ничто не забыто - никто не забыт" и прочую лабуду. А ведь ещё великий Аристотель заявлял, что следующая война начинается тогда, когда люди забудут о предыдущей. Так что зря все эти крики, о том, что ничто не забыто - похоже, там уже ничего не помнят.
Что до меня, то я старался поддерживать себя в тонусе, хотя здоровье было далеко не то, а тут еще и мотаться приходилось по всему миру. Хорошо, что смог наладить работу своей бизнес-империи и мои дети, вместе с мистером Муром и его командой пока справлялись. Хочу сказать, вот уже лет десять как Генриха Крауфа на посту исполнительного директора, или управляющего делами корпорации, сменил австралиец Мур. Да и сам я начал передавать рычаги управления своему Виталику, Сашке и мужу Светланки. Времени на всё не хватало, ведь сейчас, я был главным образом сосредоточен на украинских делах.
Вот и сегодня, удобно устроившись под кондиционером в помещении малого штаба под Николаевом, я просматривал бумаги из особой папки. "Особой" она называлась не потому, что в ней лежало нечто сверхсекретное, вовсе нет. Просто еще год назад я попросил командиров четырёх наших бригад обратиться к личному составу с необычным предложением, которое не присуще воинским подразделениям. На досуге, мне припомнились прежние советские времена с их плюсами и минусами и правильным подходом к рационализаторским предложениям. Что можно сказать – иногдаэто приносило неплохие результаты.Временами, среди кучи шлака удавалось отыскать настоящий бриллиант, который тянул уже не на рацпредложение, а на самое настоящее изобретение. Вот я и подумал, а не вернуться ли в прошлое и знать о предложениях снизу, от рядовых бойцов, те предложения, которые не видны из окон генеральских кабинетов.
И как оказалось - не прогадал, за короткое время поступило немало как интересных, так и спорных предложений. Начиная от дооборудования тяжёлой техники рыбацкими сетками, что, по мнению авторов, должно былозащитить её от вражеских дронов, до специальных дронов-перехватчиков с секаторами, которые должны были разрезать тоненькие паутинки линий оптоволокна. Разбираться с ворохом предложений времени не было, так что в мою личную папку попадали лишь те из них, которые проходили первичный фильтр на "здравый смысл". Но то, что сейчас лежало передо мной, удивило, а скорее – рассмешило. Какой-то сержант, который был не намного моложе меня, предлагал пригнать на фронт несколько сотен - то ли ослов, то ли козлов – и направить их в передовые подразделения.
- И как это понимать, неужели нашим парням надоело таскать на себе свои пулемёты, боекомплект, воду и харчи? Как так получилось, что мой секретарь пропустил эту ересь в мою персональную папку? Надо же такое… Видать решили: если уж болеть - так на всю голову…"
Тем не менее, я не поленился, и дочитал до конца этот опус и как оказалось, не зря. Тот пожилой сержант, начинал свою военную карьеру ещё в Афганистане и вспомнил об одной тактике тамошних моджахедов, которые регулярно минировали пути отхода. Наши, попытались ответить той же монетой, но … Как позже выяснилось, местные знали, что ослы каким-то чудесным образом чувствовали, где именно установлена противопехотная мина, и крайне редко на них наступали, при этом регулярно задевая практически за все растяжки. Именно поэтому, разведывательные группы моджахедов пускали впереди себя себя такого себе длинноухого сапёра, внимательно наблюдая, куда серый ставит свои копытца. Для нас это также было актуальным, так как с недавнего времени россияне принялись дистанционно засевать целые гектары своими подарками.
Этот необычный заказ был выполнен, и вскоре, в четырех наших бригадах появилась штатная должность погонщика ослов. Немного позже, эти упрямые, но неприхотливые животные не только указывали бойцам безопасные проходы, но и помогали доставлять еду или боезапас поближе к передку. Причем, делали это самостоятельно, даже без своего погонщика.
День перешел в вечер, а вечер в ночь, и я готовился отправиться на отдых, как услышал громко хлопнувшие входные двери и топот ног нескольких человек.
- Понятно, если охрана так спокойно их пропустила, значит, это не только свои, но ещё и близкие.
Я угадал: в комнату, стряхивая со своих накидок капли дождя, вошёл генерал Семенюк, вместе с командирами второй и третьей бригад. В это время, наши подразделения доживали свои последние недели здесь, на хорошо знакомой нам Херсонщине. По слухам, уже был подписан приказ о переброске их куда-то на северное направление, где в тайне готовилась наступательная операция на территорию России. Там, для наращивания темпов будущего наступления и понадобятся свежие резервы,.
- Приветствую, Борисович, вижу, ты все еще работаешь… А я думал, отдыхать отправился и придётся будить, - весело поздоровавшись, прогудел генерал.
- Э… Васильевич, ты ведь хорошо знаешь: по работоспособности мы, украинцы, на втором месте в мире.
- Интересно, а кто же тогда на первом?
- А ты что, не знал? Разумеется кони…!
Все весело рассмеялись, после чего расселись вокруг стола. на своих привычных местах. Давненько мы вот так не сидели - все вместе, за стаканом чая с коньячком по-адмиральски. А поговорить было о чём. Гости рассказывали о своих впечатлениях, новостях и сообщений разведки, а я поведал о своем недавнем Йеменском вояже и удавшейся операции по блокированию транзита нефти через Красное море. Постепенно, общий разговор переключился на Россию.
- Вот никак я не могу понять этого Путина, - пожав плечами, заявил Иванович. – Всем говорил, что его главной задачей было отодвинуть границы НАТО подальше от России, а вышло все наоборот. Теперь получил на свою голову северный фланг, на границе с Финляндией. Это что же, им нужно новый округ создавать?
Сделав большой глоток и прикрыв глаза от удовольствия, он продолжил:
- То же самое и на востоке. Сидели эти японцы тихо на своих островах и не дергались, штамповали свои телевизоры с автомобилями. Никакой армии в привычном смысле у них не было, да и не нужна она им. Хватало американских баз на Окинаве. Хотя нет, вру: были у них какие-то силы самообороны. А теперь что? Думаю, вы слышали, что позавчера их парламент проголосовал за создание полноценных родов войск, а с вооружением у этих самураев всегда было всё в порядке. Пять процентов от ВВП - приличная такая цифра. Это побольше, чем вся наша западная помощь. Я уже не говорю о Германии, которая начала в полном объёме восстанавливать свой бундесвер, да и о ядерной программе их канцлер недавно заговорил. И заметьте: никого в Европе это не волнует, будто бы так и должно быть. А ведь еще недавно, года этак три назад, такой бы вой вокруг этого подняли. Смотрите мол люди добрые, что творится. Вы что забыли, как эти немцы две мировые войны начали, что вы себе думаете, остановите этих Гансов. Так нет… в Европе молчок..
Командира второй бригады слушали молча. Собственно, и сами это знали. Знали и так же не понимали этих россиян: три года воевать, потерять под миллион своих граждан, а в итоге получить противоположное тому, чего добивались…
В этом месте, к разговору подключился командир третьей бригады.
- Да много чего у них непонятного… Кто мне может сказать, почему их Путин не взялся за те братский республики, в которых после развала Союза принялись в плановом порядке вырезать всех русских? Имею ввиду тех, у которых ума не хватило бросить все и рвануть в направлении этнической родины? Почему-то взял и апал на Украину, где любителям русского мира жилось не так уж и плохо, получше чем их братьям по языку за поребриком. Что интересно, первым делом принялись освобождать от имущества, жилья и жизни тех, кто проживает на востоке и всегда был последовательным сторонником идей Чучхе – Путина? Все же не зря их баснописец писал – умом Россию не понять, аршином общим не измерить….
Здесь, я решил переключить внимание собравшихся на вопрос, который меня интересовал больше.
- Дмитриевич, как там наши дела, уже известно куда вас на сей раз перебрасывают? Или это даже для меня большая военная тайна?
Генерал, секунду колебался, а затем вздохнув, ответил:
- Да нет, тебе сказать могу, хотя и не всё: сам до конца не знаю. Похоже, что направят куда-то на север, скорее всего в район Курска или Белгорода. Сам понимаешь: сидя в обороне, эту войну нам не выиграть.
После чего, на минутку задумавшись, продолжил:
- Хотя, вероятнее всего, отправят все-же на Курское направление: там оборона у них пожиже будет, да и от Харькова подальше. Сам знаешь, на харьковском направлении, они собрали приличные резервы и смогут спокойно перебросить их на наш участок. Тем более, что на прошлой неделе этот харьковский фронт россияне усилили дивизией десантников, которую перебросили из самого Калининграда. Похоже, с резервами у них туговато, вначале из ленинградского округа всё выгребли, а сейчас и до Калининграда добрались. Если так пойдет и далее, так у них на севере вообще солдат не останется. Как тогда защищать финскую границу? Те же теперь члены НАТО?
За столом завязалась дискуссия на тему: "А почему нас перебрасывают на север? Почему бы не попытаться ещё раз форсировать Днепр и начать наступление здесь, на знакомой Херсонщине? За этот сценарий выступал командир третьей бригады. Действительно, почему бы и нет? Ведь именно здесь была кратчайшая дорога в Крым. Остальные его не поддержали, и их аргументы показались мне более весомыми. Действительно, переправившись на левый берег, наши части тут же стали бы заложниками нескольких линий снабжения, которые полностью зависели от надежной работы понтонных переправ. А это вам не капитальные мосты, и уничтожить их ударами с воздуха будет заметно проще. Если такое случится, наши силы окажутся в том же положении, в каком были россияне год назад. А если что-то пойдет не так, и операция затянется? И как быть когда начнется ледостав и эти понтонные переправы перестанут работать?
И тут меня что-то зацепило. Я почувствовал себя, словно в далеком прошлом - когда какая-то важная мысль упорно пробивает себе путь у мозг. Стучится, стучится - а у неё никак не выходит. Придется оставить её в покое, на дворе глухая ночь, пора заканчивать наши посиделки и расходится. Не зря говорят - утро вечера мудренее.
Глава 15
Глава 15
Я оказался прав, утро не подвело и мысль окончательно сформулировалась. Фраза, вскользь брошенная Дмитриевичем, что десантную дивизию, которая с начала войны дислоцировалась в Калининграде, недавно перебросили на харьковское направление, напомнила мне о давней, но так ни разу и не выигранной стратегии, в которую я и еще трое великовозрастных игроманов, пару раз пытались поиграть еще лет десять назад. Кому то это покажется странным, но ведь каждый имеет право на собственное хобби, вот и мы туда же … А почему бы и нет, ведь балуются же в штабные игры? Или возьмем тот же Цусимский форум, на котором кучка фантазёров от истории выдвигает идеи, пытаясь переиграть позорное поражение российского флота. Некоторые из них, пошли еще дальше и предлагали свои варианты, как должен был поступить Куропаткин, чтобы и вовсе изменить итоги войны девятьсот пятого года. Фантазии меня и моих друзей отличались лишь тем, что события, вокруг которых мы танцевали, ещё не случились, а возможно, никогда и не случится. Тем не менее, подвигать солдатиков, потягивая джин с тоником в компании единомышленников, было интересно. Сейчас, и не припомню, кто был инициатором, но та игра, которую мы громко называли стратегией, как раз и имела целью захват Калининграда, или как мы его всегда называли, - Кёнигсберга, разумеется, вместе со всей областью. Именно поэтому, случайная фраза брошенная генералом о том, что силы россиян в этом анклаве стали существенно меньше, вызвала глубинное желание попытаться сыграть еще раз. И на этот раз, я почему-то был уверен, что шансы на успех уже не такие мизерные.
Не исключаю, где-то в подсознании я давно ожидал чего-то подобного, а может не только ждал, но и надеялся. Если вернуться в прошлое, то в той игре силам добра, ещё ни разу не удавалось победить. А если и получалось добиться хоть какой-то полупобеды, то шансы на успех были такими, как когда-то, у моих коллег по игре в Спортлото. Удивляться было нечему: этот самый западный форпост СССР, а затем и РФ был по маковку напичкан войсками и техникой. А как же иначе - город- крепость Калининград, со всех сторон окружённый врагами - странами НАТО.
Вот только с началом украинской войны, которую "за поребриком", уже четвертый год стыдливо называют специальной военной операцией, ситуация изменилась. Разведки стран НАТО неоднократно сообщали, что то одна, то другая пусковая установка "Искандеров" перемещалась на украинское направление. Года полтора назад, два батальона морских пехотинцев из Калининграда десантировались под Херсоном. Работящие ребята. Сейчас они с успехом осваивают специальности токаря и шлифовальщика и регулярно выполняют норму, обтачивая болванки для 155 мм. на заводе под Тернополем. А совсем уж недавно, дивизион кораблей из Балтийска снялся с якорной стоянки и присоединился к эскадре, которая непонятно за какой надобностью отправилась в далекую Сирию. А вчера, как вишенка на торте, генерал сообщил о полной дивизии, которая покинула уютные балтийские казармы и заняла окопы харьковского фронта.
Так что мысль, вновь полистать старые планы и в четвертый раз попробовать всё переиграть – показалась мне не такой уж бредовой. Тем более что сейчас появились новые вводные, которые ранее учитывать не приходилось. Да и политическая ситуация, впоследние годы сложившаяся вокруг самого западного анклава, уже не та, что была десять лет назад. С тех пор многое изменилось, и не в их пользу.
А еще, сверлила мысль - решать то что-то надо, нынешняя ситуация на фронте я бы не сказал, что оптимистичная. Противник воюет упорно, и не считаясь с потерями, со скоростью упорной улитки продвигается вперёд. А вот внутри страны все не так безоблачно. Здесь мне вспомнились детали прошлогоднего рейда наших африканских знакомых из Ростова на Москву. Ведь в тот раз, и в самом городе, и на его околицах войск и техники было намного больше, чем сейчас оставалось в том же Балтийске. И тем не менее, оказать хоть какое-то сопротивление пригожинским "бунтарям" никто не решился - а может просто - не захотел. И это не смотря на то, что о продвижении отрядов боевиков к городу было известно заранее. Более того, на следующий день некоторая часть так называемых повстанцев, численностью в четыре тысячи пошла в рейд на Москву и, не встречая никакого сопротивления, добралась почти до границ Московской области. До стен Кремля им оставалось пройти каких-то двести километров. А ситуация тогда сложилась очень напряжённая, даже Путин был вынужден сбежать из Кремля, ну так, на всякий случай. Так почему бы нам не повторить их успех? Или возьмем то же Приднестровье. Тогда мы видели не проблему, а искали ее решение. Точно, надо бы вечерком собраться старой компанией и над этим посидеть.
Уснуть долго не удавалось и напрасно, под утро, плоды моих надежд были практически съедены червем сомнения. Тем не менее, я все же пригласил нашу прежнюю команду, вернее тех, кто оставался возле меня. Без лишних разговоров я предложил, учитывая реалии сегодняшнего дня, попытаться в пятый раз разложить наш кёнигсбергский пасьянс. Пригласил в основном гражданские, поэтому и обсуждение проходило не в штабе фронта, а в Одесской области, неподалеку от посёлка Любополь, где я уже год проживал в обычном сельском домике.
По правде сказать, он лишь с виду был обычным, метрах в тридцати от него мне оборудовали мощный бетонный бункер, не хуже того, который на Валдае выстроили для фюрера. Для пущей безопасности, в ближайшей роще находилась полная батарея ПВО. Модернизированные ракеты "Зенит-Интерлинк М10", стоявшие у неё на вооружении, по своей эффективности, немного превосходили широко разрекламированные Patriot. Они были способны перехватить практически любую цель, даже баллистическую ракету малой и средней дальности. Правда и стоимость такой забавы была заметно выше, чем у ее американского собрата. Дело в том, что в состав экспериментального комплекса входили два разведывательных спутника, которые зависли над районом на геостационарных орбитах. Это давало возможность заранее обнаружить и отследить практически любую ракету, которая двигалась в нашем направлении. Конечно, деньжат было жалко, но безопасность собственной шкурки волновала еще сильнее. Не настало еще время предоставлять свою тушку в распоряжение очередного кандидата из колеса сансары.
На этот раз, команда собралась в усеченном составе: кто-то решал задачи компании в Штатах, а итальянец Лугано не так давно покинул наш бренный мир. Автомобильная авария, в которой он погиб, показалась мне несколько подозрительной, надеюсь, нашей службе безопасности удастся все выяснить. Впрочем, такова селяви - человек похож на продукт c известной датой выпуска, но неизвестным сроком годности.
В просторное помещение, стены которого были увешаны экранами, на которых отображалась текущая ситуация на фронтах, я вошёл последним. Все приглашенные, уже сидели на привычных креслах, изредка перебрасываясь короткими фразами. Их интересовал вопрос - что шеф задумал на сей раз?
Уже давно я решил, начинать следует с того, что сеет сомнения. Не стал затягивать с преамбулой и прямо с порога, припечатав стол папкой с бумагами, бодро заявил:
- Господа, что то мне подсказывает, у нас появился отличный шанс сорвать тот старый банк. Но вначале, прошу всех ознакомиться с последними данными разведки. Попробуйте все оценить, а затем каждый скажет, что он думает в этой связи. Если хотите знать мое мнение, то я думаю, на сей раз, у нас имеются неплохие шансы на успех. А еще, посмотрите на проблему шире. Предлагаю оценить не только военную сторону, но и общее состояние дел с той стороны. Позже, я поясню, что имею в виду. И предвосхищая неизбежный вопрос, скажу - да, нашего генерала мы конечно же поставим в известность, вот только пусть это случится на последнем этапе и только в том случае, если посчитаем, что все складывается в нашу пользу. Мы все знаем, человек он занятой и на пустые прожекты отвлекаться не станет.
Окинув помещение взглядом и убедившись, что возражений и вопросов не последовало, я продолжил.
- Чтобы сэкономить наше время, предлагаю обсудить только морской вариант. Считаю, нынешняя обстановка этому благоприятствует и со стороны Польши или тех же прибалтов, проблем ожидать не придется. Вы же понимаете, все они члены НАТО, а значит, игроки крайне осторожные и несамостоятельные. Пока будут находить свои консенсусы, согласовывать позиции, оценивать риски, так и война может закончиться. Возможно, года два назад они бы принялись протестовать, но нынче уже устали бояться. Итак …у меня все! Прошу всех ознакомиться и будьте смелее. Вспомните слова, Эйнштейна - логика может привести вас от пункта А до пункта Б, а воображение - куда угодно.
Собравшиеся, придвинули к столу кресла и начали внимательно вчитываться в документы из специальной папки. На ознакомление с материалами ушло не более двадцати минут - ведь общее представление о театре будущих действий они имели ещё с прошлых времён. Закончив, мои коллеги подняли глаза от бумаг и вопросительно уставились на меня.
В этом году, последняя декада октября даже у нас, на юге Одесской области, выдалась довольно прохладной, поэтому я сидел у камина и терпеливо ожидал, глядя на яркие искорки, которые гасли не долетая до кованной решётки.
- Ну что ж, друзья, - встряхнулся я, когда убедился, что все готовы, - вы наверняка обратили внимание на то, что силы противника, находящиеся в этом районе, за последний месяц существенно уменьшились. Сейчас, там осталось не более двух мотострелковых полков, без учета отдельных вспомогательных частей и хозяйственников отправленной на фронт десантной дивизии. К ним, следует добавить несколько сотен чекистов и полицейских с Росгвардией. Но, мы все хорошо знаем какие из них вояки. Они неплохо научились дубасить своими ПР-73 по спинам дорогих россиян на акциях протеста.
С удовольствием отметив, что пока что присутствующие со мной согласны, я продолжил:
- Как и в Приднестровье, главную ставку предлагаю сделать на эффект неожиданности. Как показала практика, в этом случае не имеет большого значения, сколько солдат в распоряжении противника, ведь дать настоящий отпор у них всё равно не получится. Уверен, их командиры - те, которые не запаслись водкой и не отправились на рыбалку, будут пребывать в полном ступоре не менее суток, поэтому основную проблему может представлять инициатива младших командиров и самоорганизация рядовых.
Окинув взглядом присутствующих и хитро усмехнувшись, добавил,
- Думаю, те из вас, кто отслужил срочку, хорошо знают, что слово "инициатива" в советской армии - слово почти нецензурное. Господам офицерам, с тех пор, как они впервые надели курсантские погоны, постоянно вдалбливают, что инициатива это зло и все это от лукавого. Главное, для российского офицера - дисциплина, старательность, заправленное без складок одеяло на койке и слепая вера в высшее руководство. Что касается самоорганизации рядового состава - то это вопрос мотивации. А какая мотивация может быть у восемнадцатилетних пацанов-срочников? Уверен, мало кто из них захочет погибнуть героем в бою неизвестно за что и неизвестно с кем, в то время как их офицеры растворились в пространстве или попрятались. Ну а те немногие, кто остался, до сих пор растерянно хлопают ресницами и пытаются дозвониться до тех, кто чином повыше.
Окинув взглядом коллег, словно пытаясь угадать, кто что думает, продолжил:
- Впрочем, что я вам рассказываю: вы ведь сами прекрасно помните, как в четырнадцатом году украинская армия потерялась на просторах Крыма и не сделала ни единой попытки оказать хоть какое-то сопротивление "зелёным человечкам". Понадобился месяц, что бы они пришли в себя и побежали по телеканалам, что бы дружно рассказывать свои байки о том, как все было и оправдываться: "А что прикажете нам делать? Согласно уставу мы дисциплинированно ожидали команды из Киева, но так и не дождались". Ну а поскольку в Калининграде находится точно такая же "советская армия", то и действовать она будет по тем же лекалам.
Мои стройные рассуждения прервал осторожный помощник по тылу.
- Борисович, а если ты ошибаешься, и мы всё же встретим какое ни-какое сопротивление? Ты хоть подсчитал, сколько сил с нашей стороны нужно задействовать для такой десантной операции?
- Дорогой Берт, дело в том, что никакой классической десантной операции я не планирую. В этом и есть залог нашего успеха. Действовать будем отдельными ротными группами и прежде всего, захватим или хотя бы выведем из строя аэродромы. Если не ошибаюсь, их там всего четыре.
- Сэр, неужели вы думаете, что сотня или две диверсантов способны захватить базу целой флотилии и четыре военных аэродрома? – не сдавался Юхансон.
Этот слишком уж осторожный норвежец, едва не вывел меня из себя своим нытьем еще год назад, под Тирасполем, но может в этом был свой смысл? Адвокат дьявола иногда бывает полезен. Тем не менее, я недовольно зыркнул на него и резко ответил.
- Послушай Брент, хочу напомнить тебе недавние события в Махачкале? Если ты забыл, то напомню.Там, пять сотен гражданских с дубинками и охотничьими ружьями захватили центральный аэропорт. Местная полиция, росгвардейцы и дагестанские эфэсбешники тут-же скисли и разбежались по окрестностям. Я абсолютно уверен, что сотня наших отлично вооружённых командос - сила куда более серьёзная. А еще, давай не будем забывать, что за два с половиной года наши ребята получили неплохую фронтовую практику, и каждый из них стоит троих тыловиков. Впрочем, уверен, что геройствовать и совершать подвиги им не придётся: для того, чтобы вывести из строя взлётную полосу, достаточно выкатить на неё парочку топливозаправщиков и снегоуборочных машин. Все получится так же, как и с попыткой псковских десантников высадиться у нас под Киевом.
Не дождавшись более возражений, я сделал глоток чая и продолжил:
- И только захватив базу флота и аэродромы, можно приступить к взятию под свой контроль областного центра - Калининграда, простите, теперь уже Кёнигсберга. Полагаю, после известной тираспольской операции мы с вами хорошо знаем, как и что нужно делать.
Заметил, как мой старый товарищ и заместитель по "Будимпексу" Валерий Васильевич неуверенно заёрзал в кресле, словно хотел о чём-то спросить, но никак не решался.
- Васильевич, чего ты там мнешься как семиклассница на сеновале, выкладывай, что у тебя на душе. Мы ведь для того и собрались.
- Александр Борисович, все же у меня есть большие сомнения, что для захвата такого областного центра как Калининград, будет достаточно всего две-три тысячи человек. Не маловато ли? Они ведь просто растворятся на его улицах.
Я усмехнулся, покачал головой и уверенно заявил:
- Поверьте господа, если тысяче с небольшим игиловцев удалось захватить двухмиллионный Мосул в Сирии, где размещалось две дивизии правительственных войск, то трех тысяч наших фронтовиков - будет вполнедостаточно, чтобы взять под контроль город вчетверо меньший, тем более, что там никто не ожидает нападения. Ну а когда местные наконец придут в себя и попытаются что-то предпринять, подтянутся дополнительные силы. Ещё раз хочу вам напомнить недавнюю историю пригожинского рейда на Ростов. Заметьте: о нем было известно заранее. И что? Несмотря на большое количество войск и в самом городе и его окрестностях, никто и не подумал оказать сопротивление этим повстанцам. Говорили, они даже получали некоторую поддержку со стороны местного населения. Поэтому, не сомневаюсь, одной бригады в пять тысяч человек будет достаточно, чтобы захватить всю Калининградскую область. А если говорить о сроках, то думаю - одних суток должно хватить. Вспомните хотя-бы нашу прошлогоднюю операцию в Приднестровье.
Вновь обернувшись к Бренту закончил.
- Ведь если судить по спискам, то тогда, нашим колумбийцам противостояла вся четырнадцатая армия.
После этого, ухватив за хвост очередную мысль, добавил - Кроме того, мы обязательно постараемся запудрить всем мозги относительно гражданства наших "серых человечков". Именно для этого нам и будет нужен "Русский добровольческий корпус".
Я на минуту замолчал и задумался, после чего закончив мысль, решил кое-что пояснить:
- Разумеется, пока что план операции, составлен лишь в общих чертах. В случае необходимости, мы вполне можем перебросить туда дополнительные силы. Скорее всего, так оно и будет. Пусть в штабе все хорошенько просчитают - тогда и решим окончательно. Главное, чтобы нас поддержал Семенюк, а вот Генштаб и Верховного, как обычно, поставим в известность задним числом.
- Господин Северинский, вижу, вся ваша уверенность в успехе базируется на том, что застигнутые врасплох на своих базах российские вояки серьезного сопротивления оказывать не будут? – вновь раздался голос из угла зала.
- Не совсем так, уважаемый Брент, хотя процентов на девяносто вы правы. Ещё раз подчёркиваю: лично я считаю, что пятитысячного корпуса для захвата этого анклава будет достаточно.
После своих слов я встал из-за стола и подошёл к норвежцу.
- Вот скажи мне, как ты думаешь, сколько там осталось вояк после того, как все боеспособные части отправились в район Харькова? Тысяч пятнадцать-двадцать, вряд ли больше. Причём заметь, настоящих бойцов там почти нет: большинство из них срочники, а какие из них вояки – мы с тобой хорошо знаем. Единственно, на что они будут способны, - это запереться в своих казармах и терпеливо дожидаться, что будет дальше - имею в виду, когда же наконец их придут освобождать. Что касается полиции и местных чекистов, то ни почти наверняка разбегутся по домам. А вообще, я более чем уверен, что и сами солдатики через день-два чтанут переодеваться в гражданку и постепенно растворятся среди местных. Там же в большинстве - зелёная молодёжь, и получить Героя России посмертно - это, последнее, о чём они мечтают. Печально, но аналогичным образом вели себя и украинские военные с пограничниками в Крыму и на Донбассе весной и летом 2014 года.
Со знаменитым ленинским прищуром, я окинул внимательным взглядом присутствующих:
- Думаю, не ошибусь, если спрошу: большинство из вас беспокоит вопрос, а как отреагируют Европа и США на наши действия. Но это уже политический аспект и его мы обсудим позднее - когда окончательно убедимся в возможности военного успеха в кёнигсбергской операции. А пока, прошу вас ещё раз внимательно ознакомиться с этими бумагами и буду ждать предложений и замечаний.
Присутствующие загремели, отодвигая стулья, встали с мест и направились к выходу из кабинета. Уже в дверях, начальник службы безопасности остановился и задал вопрос, которого я давно ожидал:
- Александр Борисович, это действительно так, или мне кажется? Вы об этом как то вскользь упомянули. Вы действительно не собираетесь посвящать нашего главнокомандующего в детали операции? А как же тогда думаете сформировать ударную группу?
- Ты угадал, Валера: действительно не намерен, по крайней мере, на первом этапе. Пусть себе ездит по заграницах и с Западом о помощи договаривается. А после того как вернется, пускай заниматься войной с НАБУ и своими коррупционными схемами. Сейчас, это его беспокоит больше. Думаю, ты согласишься: направлять наши планы на утверждение в офис президента - это почти то же самое, что переслать их прямо в Кремль. Напрямую или через так называемых западных партнёров - результат будет один. А вот нашего Василия Дмитриевича обязательно поставим в известность - и не только проинформируем, но и приложим все усилия, чтобы перетянуть его на свою сторону. Сам понимаешь, без его согласия и поддержки ни единой бригады с фронта мы выдернуть не сможем. Даже наших добровольцев, не говоря уже о тех небольших, но полезных для дела формирований из числа россиян, которые воюют на нашей стороне. Имею в виду такие соединения, как "Русский добровольческий корпус", легион "Свобода России" и Сибирский батальон. Конечно, их там и на полноценный батальон не наберётся, но они нам ой как пригодятся - и вовсе не как военная сила. Думаю, им будет по силам создать правильную картинку перед журналистами: так сказать, как представители вооружённых формирований нового федерального образования.
Трёх дней оказалось достаточно, чтобы поспорить поругаться просчитать и окончательно перепроверить несколько вариантов. Пошло на пользу и нытье скептика Брента. Действительно, мы как то не подумали, что не все корабли флотилии будут стоять у стенки. Еще два дня ушло на то, чтобы уговорить генерал-лейтенанта Семенюка. Ему, как человеку сугубо военному, было непросто решиться на какие-либо действия без прямой команды сверху. Пришлось очень постараться, чтобы перетащить его на свою сторону.
- Василий Дмитриевич, ты же сам видишь: фронт сейчас в таком состоянии, что для того чтобы добиться хоть какого-то перелома, необходимо рискнуть. Я готов выслушать все твои замечания, и если шансы на успех будущей операции окажутся менее тридцати-сорока процентов, я первый откажусь от её проведения. Я слышал, что в нашем Генштабе поговаривают о Курске, но не лучше ли будет отказаться от хорошего в пользу отличного?
Генерал медленно прошёлся по кабинету, тяжело вздохнул и сказал:
- Все же ты авантюрист, Борисович. Но где-то я с тобой согласен. Разумеется, в моём штабе всё тщательно взвесят и просчитают, но дело не в этом. Понимаешь, не могу я без согласия высшего руководства позволить провести такую операцию. Меня ведь потом в штурмовики разжалуют, дадут сапоги и в окопы направят.
Я подошёл и успокаивающе похлопал его по плечу.
- Во первых – я не авантюрист, а кризис-менеджер. Авантюра - не что иное, как расчет на авось или ошибку потивника.У нас же – разумный риск. А за второе, можешь не переживать, господин генерал. Напомню, как в феврале и марте двадцать второго мы с тобой не очень дожидались команд из Киева. Действовали тогда так, как считали правильным. И ничего, справились, когда все закончилось, никто и слова горбатого не сказал. Наоборот, еще и наградили. Или вспомни ту же операцию с Каховской плотиной. Это ведь после нее ты получил генеральские погоны? Или хочешь сказать - мол молодой был, горячий?
Взглянув ему в глаза с уверенностью заявил.
- Сам должен понимать, захват Кёнигсберга вполне способен поставить жирную точку во всей войне. Наш успех будет такой оплеухой Путину, что тот может ее и не пережить. Сам подумай, как все это воспримет их "глубинный народ"? А по поводу того, что нам надо получить не только согласие, но и команду сверху, - так послушай меня. Ты ведь не хуже меня знаешь: у них не менее месяца уйдёт на подсчёты, различные согласования и переговоры, в том числе и с западными партнёрами, ну а те, не вылезая из своей норки, станут нам что-то осторожно советовать: "Всё это прекрасно господа украинцы, нам такое тоже нравится, вот только мы категорически против возможной эскалации". Да и вся наша секретность пойдёт коту под хвост - сам понимаешь. А ведь именно внезапность и должна стать залогом успеха.
Решительно покачав головой, я заявил - Нет, так рисковать мы не имеем права, там ведь будут наши люди.
После чего, улыбнулся, похлопал по плечу и шутливо успокоил генерала:
- А вообще, Дмитриевич, стоит ли так переживать? Если у нас получится, как планируется, то сам знаешь - победителей не садят. А ежели вдруг пойдет что не так, то у тебя будет достаточно времени, чтобы забраться в мой вертолет и отправиться загорать на Сифнос или на сафари в Африку. Уж там то, тебя точно никто не достанет. Найдем для тебя какое ни-будь приличное племя, назначим верховным вождём или шаманом - и будешь потихоньку воевать с соседями.
Разумеется, он согласился и вовсе не из-за моих уговоров, а потому, что и сам был человеком, склонным к принятию неожиданных и смелых решений. А главное, как он признался в конце разговора, не последнюю роль сыграло то, что Сиверинский, до сих пор "не часто ошибался". Мне оставалось лишь надеяться, что и на сей раз он будет прав.
Начиная смарта двадцать второго года, грузооборот в порту Калининград упал процентов на девяносто - всё из-за этих незначительных санкций. Поэтому, известие о том, что к порту направляются танкер и контейнеровоз, стало настоящим праздником для оголодавших за эти годы таможенников. О прибытии обоих судов стало известно заранее: неким ловким коммерсантам удалось уломать одну кипрскую фирму, и она согласилась рискнуть, не побоявшись нарваться на санкции. Эти суда должны были доставить какую-то химию и оборудование для местного рыбзавода. Для города и области это было важным: ведь более тридцати процентов рыбных консервов поступало на российский рынок именно отсюда.
Танкер, на сорок тысяч тонн, избрал для себя более короткий маршрут - через узкий пролив мимо Балтийска, между молом Северным и Южным. Не было ничего удивительного в том, что на мачте судна развевался флаг Кабо-Верде, а его команда состояла из филиппинцев. Ну а номинальным владельцем судна вообще был какой-то кипрский офшор. Такое, сейчас в порядке вещей и никого не удивляло. Например, покинуть порт и отправиться в обратный путь тот же корабль мог уже под другим названием с гордо развевающимся на корме флагом Габона. Такая практика очень широко использовалась ушлыми дельцами для обхода различных эмбарго.
Как оказалось, вторая таможенная смена беспокоилась не зря. На траверзе Балтийска произошла непредвиденная заминка, танкер резко сбавил ход, а затем и вовсе остановился. На его мачте взвился сигнал: "не могу управляться". Одновременно, по радио, начальник порта получил сообщение, что на один из винтов судна намотались рыбацкие сети и на устранение проблемы ему понадобится минут двадцать. И нет – никакой помощи не требуется. И действительно, вскоре корабль вновь дал ход и уверенно направился к дальнему нефтяному терминалу. Похоже, его капитан неплохо знал здешний фарватер, и не собирался приглашать портового лоцмана.
Волнение начальника таможенной группы можно было понять. Через два часа им на смену должны прибыть коллеги, и о каких - либо презентах можно будет забыть. Он повернулся к старшему досмотровой группы и недовольно бросил.
- И чего эти жлобы так долго копаются. Взяли бы нашего лоцмана, так уже давно стояли бы у пирса. Не думаю, что капитан решил сэкономить денежки владельцу, скорее всего,сам собирается положить в карман пару тысяч вечнозелёных.
Следует отметить, что экипаж судна считался филиппинским лишь на бумаге. На самом деле, большинство из них - от боцмана до стюарда, были выходцами из Колумбии и всего месяц назад сражались в рядах четвёртой, приднестровской бригады. Разумеется, никакой химии танкер не вез, в его переоборудованных танках находилось совсем иное. Большая их часть была под завязку загружена оружием и боезапасом. В остальных - в максимально комфортных условиях, уже дней десять как отдыхали туристы - пять тысяч смуглых, черноволосых парней. Умельцы на верфи, прорезали для них десяток световых люков в верхней палубе.
Вместе с ними, к высадке готовилось и два небольших отряда российских легионеров. Этих было немного и нужны они были, прежде всего, для того, чтобы попозировать перед телекамерами иностранных журналистов, приблизительно так же как и нарядная обёртка на конфетке. А то, что эти акулы пера, обязательно налетят сюда как мухи на мед, сомнений не вызывало.
Сидельцы трюма вырядились в соответствии с погодой. Не было ни шорт, ни панамок, ни клетчатых рубашек: простой, скромный российский камуфляж.
Несмотря на ранний час, а сейчас было только пять - к борту судна лихо пришвартовался портовый катер, и на палубу танкера весело переговариваясь между собой, поднялся десяток таможенников. Их нетерпение было понятно, провозись они еще час и танкером станет заниматься следующая смена. А кому хочется с кем-то делиться? Судя по их радостным лицам, эти бравые парни уже шелестели купюрами в своих карманах, ведь с началом войны коррупционная составляющая их доходов сократилась практически до нуля.
В дальнейшем, все происходило как обычно. Представителей портовых властей вежливо провели в носовой капитанский салон, где любезно известили, что десять минут назад власть в городе сменилась, и им всем рекомендуют, не поднимая лишнего шума, спуститься вниз и обсудить эту новость в уютном трюме. Эти помещения только что освободилось, и с нетерпением ожидали новых постояльцев.
Увы, но как часто бывает, на десяток умных найдётся один-два дурака. Были такие и среди этой смены. Один юный прапорщик таможенной службы сделал попытку незаметно позвонить, любимой тёще, чтобы сообщить ей о том, что вероятнее всего онзадержится и опоздает на завтрак. В планы пришельцев такое не входило. Те двое, которые этого не поняли, отделалась несколькими болезненными ударами по почкам, а всех остальных попросили незамедлительно сдать на ответственное хранение свои смартфоны. Впрочем, это было излишним: связаться с кем-либо вряд ли удалось бы. МТС, "Мегафон", вместе с "Билайном" и "Теле-2", уже с полчаса как были временно недоступны. Для мощных фронтовых средств РЭБ это не стало сложной задачей.
Не прошло и получаса, как практически все туристы, которые за время путешествия успели неплохо изучить окружающую местность, высадилась на берег, не мешкая, уселись в свои БМП и БТРы и мгновенно исчезли в неизвестном направлении. Впрочем, это для работников порта не известном, сами же они прекрасно представляли маршрут движения.
То ли калининградские ППСники привыкли к постоянным перемещениям военных, то ли они просто не решились останавливать боевые машины, и проверить их маршрутные листы и водительские права, но уже через тридцать минут, передовой отряд, сбив шлагбаум и зацепив бронированным боком караулку на входе, ворвался в главные ворота базы Балтийска. Не прошло и десяти минут, как пользуясь общей суматохой и неразберихой, нападающим удалось без проблем взять под контроль главный штаб флотилии. Можно сказать, нашим откровенно повезло, несмотря на такой ранний час, в здании штаба собрался почти весь руководящий состав во главе с адмиралом. Полными дураками мореманы не были и приняли единственно разумное решение, не став играть в героев. Возражений не последовало и товарищи офицеры, вывалили на стол свои пистолеты с кортиками.
Для тех кораблей, что стояли у стенки, оказалось достаточным по два десятка командос, и уже через полчаса, их безоружные экипажи, ровными шеренгами выстроились вдоль корпуса столовой. Для их охраны выделили два отделения, командиру которых был дан строгий приказ – молчать, не вступать в дискуссии и не отвечать ни на какие вопросы.
Нельзя сказать, что эта акция прошла совсем уж гладко, попытки качать права были. Всё же база была не овощная, а военная. Дураков или сумасшедших можно найти в любой армии мира. Но неразговорчивые ребята, которых лишь две недели назад как выдернули из окопов, легко успокоили самых буйных и непонятливых. Особых инцидентов не случилось, лишь какому-то мичману не повезло – совершенно случайно ему прострелили колено. Этого урока оказалось достаточно, чтобы достичь полного взаимопонимания с прочим личным составом. Не зря говорят – добрым словом и пистолетом можно добиться больших результатов, чем одним добрым словом.
Теперь, главную проблему для захватчиков представляли те два корвета, которые дежурили на рейде - приблизительно в одной-двух милях от берега. Конечно, в составе первого батальона имелось несколько американских плавающих бронетранспортёров ACV-P с 12,7-мм пулемётом и 30-мм автоматической пушкой, но добраться до них было практически невозможно. Тем не менее, от вдохновлённого первым успехом командира "мазуты" такое занятное предложение и поступало.
С пирса, было хорошо видно, как на этих двух корытах, экипажи наконец то очухались, а их командиры принялись нервно засорять эфир паническими радиограммами. Естественно, все попытки преодолеть армейские средства РЭБ, были безуспешными, поскольку текст радиограмм был один и тот же. Да и спецы у них оказались так себе, надежную связь могли наладить лишь с портом и штабом флота в Балтийске, которые теперь находились под нашим полным контролем. Ну да, в больших делах без недоделок не обходится
Часа через два, поняв всю бесперспективность попыток преодолеть противодействие подавителей связи, оба командира, видимо, посоветовавшись между собой, решились выйти в открытое море, что бы покинуть зону действия нашей электроники. Ну что ж, вполне разумное решение, на их месте мы бы поступили так же. Но… всегда отыщется это "но". Такой сценарий был предусмотрен в первоначальных планах – спасибо перестраховщику Бренту.
Нам повезло, выход из залива был лишь один - узкий пролив между Балтийском и Балтийском - рыбным. И так получилось, что три часа назад именно в этом месте остановился танкер, намотав на винт рыбацкие сети. Для незаметной установки донных акустических мин много времени не требовалось. Зрителям, которые в большом количестве собрались на пирсе Балтийской морской базы, в том числе и нашим пленным, которых ещё не успели развести по казармам, было хорошо видно, как вначале под одним корабликом, а через минуту и под другим, взметнулись громадные фонтаны воды и послышались три приглушённых водой и расстоянием взрыва. Этим небольшим корабликам заряда взрывчатки хватило с избытком. Один из них просто переломился пополам, а второму - полностью оторвало носовую часть. Немного перестарались наши минеры, впрочем, ничего страшного – много не мало.
Вот так господа, сегодня война пришла и в этот, до сих пор мирный город. На всякий случай, к месту катастрофы был отправлен лоцманский катер, который пришлось взять напрокат. Мы ведь не звери какие: может, и найдём кого уцелевшего, в ноябре месяце в Балтийском море особо не поплаваешь.
Эта картина произвела правильное впечатление на экипажи остальных кораблей и в дальнейшем, на поведение этих пленников, жалоб не поступало. Да и с чего бы им бунтовать? Кормить моряков стали даже лучше чем ранее, появились острые блюда южно-американской кухни, в казармах взаперти не держали, а давали возможность прогуляться по территории, поиграть в футбол и волейбол. По вечерам, после обязательной политинформации, в клубе крутили новые фильмы. А то, что всех их на некоторое время лишили возможности пользоваться интернетом и отобрали мобильные телефоны, это так не главное, придется немного потерпеть у нас ведь война идёт.
Трудно было не согласиться с мнением скептиков, которые утверждали, что захватить такую военно-морскую базу лишь с тремя сотнями бойцов – похоже на авантюру, но в нашем случае роль сыграло то, что наиболее боеспособные суда с десантом присоединились к флотилии, которая два месяца назад отправилась к берегам Сирии. Так что, будем считать: - авантюристам еще и везёт.
Но всё это будет потом, а сейчас четыре тактические группы, по свободному от транспорта шоссе приближались к аэродромам Черняховска, Чкаловска и Храброво. И хорошо, что поспешили, именно благодаря этому наши ребята не опоздали на завтрак, и большую часть лётчиков и обслуги аэродромов, не пришлось отлавливать по городским чердакам и подвалам. Большинство из них находилось здесь, в столовой. Правда, в большей степени, это касалось рядового состава, ведь часть офицеров ночевала в своих городских квартирах и на службу приходила позднее. Это было и хорошо и плохо одновременно. Плохо - потому что нам не удалось изолировать всех разом, а хорошо - потому что оставленные без руководящих указаний низовое звено и бойцы батальона аэродромного обслуживания понятия не имели, как им действовать. Только лишь в Храброво была предпринята неудачная попытка поднять в воздух учебный вертолет. Машина стояла немного в стороне от ангаро, и не была принят во внимание нашими десантниками. Но Бог на свете есть, и в тот день он был на нашей стороне. Повезло, что разгильдяи-ремонтники чего-то там с вечера не докрутили, и двигатель машины банально глох после каждой попытке набрать высокие обороты. Понятно, что наши ребята не могли оставить без внимания такой громкий рёв и пришли на помощь двум невезучим летунам. Этих смельчаков, за шкирки вытащили из кабины, пару раз для профилактики дали под дых и на трое суток поместили в прохладное в эту пору года помещение гауптвахты. Пускай немного посидят и остынут, проветрят свою "храбровскую" храбрость.
Хочется отметить, техника на всех аэродромах была в заметно лучшем состоянии, чем та, что досталась нам по репарации от четырнадцатой армии в Приднестровье. Этот 689-й гвардейский истребительный полк имел в своем составе штук сорок полностью исправных Су-24 и Су-27. И что теперь прикажете с ними делать? Похоже, придётся вызывать сюда своих лётчиков. Но, пожалуй, наиболее ценным призом были два полностью исправных комплекса "Искандеров" и три штуки С-300. Именно они, вместе с десятком наших Зенитов, должны стать основой ПВО нового федерального образования. Еще бы найти и договориться с теми, кто умеет с ними работать….
На территории базы нашлось немало ценного военного имущества: артиллерийский арсенал флотилии, минный и ракетный арсеналы вместе с десятком складов разнообразного технического имущества. Полезной будет и транспортная авиационная эскадрилья, базировавшаяся в том же Храброво. Нашлось ещё много всякой всячины, но разбираться с трофеями будем позднее и скорее всего, уже не мы, хотя …. как сказать. Не зря говорят, что с бою взято – то свято! А вообще, нам чужого не надо, поэтому и продадим, …. Скорее всего в Мали.
Из захваченной документации выяснилось, что на территории области имелся и пятый аэродром - в Девау, вот только он считался спортивным и уже давно не использовался. Тем не менее, от греха подальше, и его взлётную полосу было решено немного раскурочить. Новая власть позже разберется.
Как и предполагалось, первый день операции стал самим напряжённым: уж слишком много было запланировано, и именно он решил судьбу всей операции. После того, как уладились все вопросы с вояками, пришла очередь брать в свои руки и гражданскую власть в регионе. Хорошо, что наши спецы прошли неплохую школу в Приднестровье, где за короткое время смогли установить правильную власть. Вот и здесь, было достаточным захватить здания полиции, ФСБ и занять кабинеты руководства областной администрации, что и было сделано уже к обеду.
Чисто вымытые БТРы с эмблемами Русского добровольческого корпуса, которые встали на дежурство рядом с указанными объектами, и лёгкие танки на перекрестках основных магистралей, стали весомым аргументом для всех, кто был не согласен с новой властью. Как мы и предполагали, полиция объявила нейтралитет, решив не вмешиваться и в большинстве своем, куда-то попряталась, так что патрулировать улицы города нашим бойцам пришлось самим.
К счастью, пока всё было тихо: местное население, хорошо наученное дубинками Росгвардии, оказалось смирным и законопослушным. Впрочем, не исключаю, что от новой власти они и сами ожидали перемен к лучшему. Уже к вечеру, некоторые наиболее смелые и любопытные, успели пообщаться с бойцами Добровольческого корпуса и Сибирского батальона и решили, что жить, как их земляки в Литве, Эстонии и Латвии, будет комфортней.
Назначенного Путиным губернатора удалось отловить по дороге на аэродром города Черняховск. По-видимому, тот оказался не в курсе, что именно с захвата аэродромов области и началась вся операция. Несмотря на то, что генерал-полковник Черняховский был талантливым полководцем и украинцем по происхождению, истина нам дороже. Этому старинному городку планировалось вернуть его историческое название - Инстербург.
Как известно, ехать ночью... в лес... в багажнике – плохая примета… Впрочем, это я так шучу. Обратный путь в областной центр, уже бывший губернатор, проделал вовсе не в багажнике, однако и не в кожаном салоне персонального "Мерседеса". Он возвращался на службу в боевом отделении защищённого надёжной бронёй американского "MaxxPro". Эти бронеавтомобили лишь в прошлом году были приняты на вооружение армии США. Такая мощная машинка была способна защитить экипаж, а заодно и губернатора от взрыва семи килограммов тротила. Необходимо беречь такой ценный трофей, ведь уже вечером он должен поставить свой автограф на важных и можно сказать, судьбоносных документах.
С этим случилась заминка, так что необходимый кворум областной власти удалось согнать часам к десяти вечера. Большую часть чиновников пришлось приглашать, вернее - доставлять персонально. Удивительно, но посильную помощь нам оказали их соседи, видимо эти деятели хорошенько их достали. Ну что ж, пускай в последний раз поработают в интересах своих избирателей.
Долго уговаривать, выбитого из колеи последними событиями и прибывшего в отсеке боевой машины губернатора, как и его коллег, не пришлось. Все нужные формальности были быстро завершены и бумаги подписаны. На следующий день весь цивилизованный мир и Россия, с удивлением узнали, что бывший калининградский анклав РФ находится под контролем временного правительства поддержанного вооруженными силами Свободной России. На тот факт, что их костяк состоял из бойцов добровольческих подразделений, которые до недавнего времени входили в состав иностранных формирований ВСУ – внимания можно было не обращать.
Поставленный в известность лишь несколько часов назад официальный Киев делал большие глаза и разводил руками. Комментируя последние события, в украинском МИДе заученно отвечали, что "нас там нет", а сам Иностранный легион, в рядах которого недавно воевали указанные добровольцы, указом президента был расформирован, его бойцы демобилизованы, и за их дальнейшей судьбой украинская сторона следить не обязана. Словом – все они обычные отпускники. И впредь, Украина просят не приплетать её к внутренним разборкам между гражданами РФ. В Киеве справедливо напоминали, что и к пригожинскому бунту Украина никакого отношения не имела.
А тем временем эти "бунтовщики", или теперь уже освободители, которые успели полностью взять под контроль всю Калининградскую область, с удовольствием раздают многочисленные интервью представителям мировых медиа. Мол, никакие мы не захватчики, а наоборот - освободители. Уже через день, последовало официальное заявление о создании Балтийской республики - первого субъекта будущей федерации Свободной России. Не мешкая, новая власть приступила к формированию избирательных округов и комиссий, что должно было подчеркнуть полную приверженность к демократии и прочим ценностям цивилизованного мира. Старая Европа, которая все еще не могла прийти в себя от таких новостей, реагировала сдержанно, но чувствовалось, что с одобрением. Не прошло и недели, как открылись закрытые ранее пункты пропуска на границах Польши и Литвы. Разумеется, всё это делалось исключительно из гуманитарных соображений, чтобы отрезанные от своей метрополии жители области, или теперь уже Балтийской республики, могли съездить на выходные в Польшу за сыром, колбасой и фруктами, или в Литву - за молоком и сметаной. Собственно, в область вернулось всё то, что и было до две тысячи пятнадцатого года.
А как же реагирует на это Кремль? А почти никак. Никаких войск в регионе у него не осталось, так как власть новой Балтийской республики предложила бывшим российским военным либо само-демобилизоваться, что местные уже давно сделали, либо покинуть территорию области - разумеется, без оружия. Напротив, со всех регионов РФ в бывшую Калининградскую область хлынули толпы возбужденных добровольцев, которые давно только и мечтали, как поскорее вступить в ряды армии Свободной России.
Не стали затягивать с прибытием и статусные эмигранты, которые до сих пор сражались между собой в медиа на просторах Европы. Уже через несколько дней после получения таких новостей, некоторые из них стали прибывать в область. И это понятно, ведь полезней строить будущую политическую карьеру не где ни-будь во Франции, а именно здесь - на родной земле.
Мне оставалось лишь удивляться, наблюдая с каким энтузиазмом население, которое совсем недавно поддерживало войну в Украине, приветствует наступление эры свободы и демократии, при этом выказывая явное намерение отделиться от бывшего рейха. Подавляющее большинство искренне желало стать жителями независимой страны, которая со временем, безусловно, станет членом ЕС.
Что характерно, на этом фоне резко рванули в гору цены на недвижимость - причём сразу в несколько раз. Дошло до того, что граждане России началив режиме on-line скупать любые халупы, лишь бы была крыша над головой. Их намерения были прозрачны: хотелось срочно получить местную прописку и обеспечить себе паспорта граждан будущей страны Евросоюза.
А что же официальный Кремль? Неужели так все и проглотил? Удивительно, но реакция на события была какой-то вялой. Причина проста: растерянность и прострация у правящей верхушки. Первые, наиболее сложные и неприятные для нас недели пошли у них на то, чтобы хоть немного разобраться с ситуацией и как-то определиться. Мы же, не сидели сложив руки, а использовали эту любезно предоставленную паузу в свою пользу. В Кёнигсберг прибыли части третьей бригады, которые помогли существенно усилить оборону ключевых точек. Всё же сил одной бригады для отражения возможного нападения было явно недостаточно. Кроме того, через границу с Польшей были переброшены специалисты знакомые с трофейной техникой, дополнительные средства ПВО и парочка дивизионов противокорабельных ракет "Нептун".
Когда я говорю "мы", это значит, что и я решил прибыть в регион. Очень уж хотелось своими глазами взглянуть на то, что мы тут натворили. Я приехал через неделю, так как большинство моих советников и близкие, не рекомендовали отправиться в Кёнигсберг на первом же танкере. Впрочем, я и сам это хорошо понимал. Во-первых, годы не те, чтобы бегать с автоматом по улицам города, а во-вторых - не хотелось уж слишком явно подчеркивать свою причастность к случившемуся. Хотя, о чём это я: шило в мешке не утаишь, все, кому надо, давно все поняли.
Словом, первые, наиболее напряжённые деньки, когда ситуация находилась в неустойчивом равновесии, Кремлем были бездарно упущены. А позже, наступила совершенно другая ситуация, которая затрудняла московским властям проведение силовых акций по наведению "конституционного порядка" в регионе. Почему так? А все простою. Ведь этот анклав, со всех сторон окружён странами - членами НАТО. Иными словами, сухопутным путём ввести туда войска или даже просто разбомбить "бунтовщиков и сепаратистов" у путлеровцев не выйдет. Единственный доступный путь - с моря. Но и тут имелось множество проблем. Проводить десантную операцию Балтийский флот был не в состоянии. Нет, они в авральном порядке развернули из сирийского Тартуса свои корабли, но… Откуда взялось это "но"? Да все просто: узкий пролив, который вёл к городу, был нами плотно заминирован, а подходы к нему перекрывались противокорабельными ракетами. Российские флотоводцы прекрасно помнили, как всего лишь две ракеты этого класса отправили на дно гордость Черноморского флота - крейсер "Москва". А о том, что нынче у нас на вооружении стоят куда более мощные боеголовки, да и количество их в несколько раз больше, чем тогда, тринадцатого апреля двадцать второго года, они также в курсе. Так что, морского десанта мы особо не опасались. Да и вообще, если "второй армия мира" за два года войны не удалось форсировать Северский Донец, то где им было переплыть Балтийское море, а затем ещё и обеспечивать потребности своего карательного корпуса, который собрался воевать на расстоянии в тысячу километров от своих баз?
Кроме того, возникал вопрос, а как отреагирует НАТО, если Путин вздумает развязать ещё одну войну в Европе, пусть даже на формально своей территории? Нужны ли Западу новые толпы беженцев в Польшу или Литву? Там и от трех миллионов украинцев уже тесно.
Кроме того, имелась ещё одна проблема. Даже если Кремль решится на новую войну, согласится ли на такое его уставшая за три года войны армия? Одно дело - убивать ментально "чужих" чеченцев или грузин, непонятных сирийцев, "хохлов-бандеровцев", а другое - настоящая гражданская война россиян с россиянами. А гражданская война - штука такая: её легко разжечь, но в ней можно и самим быстро сгореть. Не исключаю, что именно по этой причине и оказался таким успешным прошлогодний рейд наших африканских знакомцев - боевиков Вагнера - на Москву.
Но и ничего не делать, а просто признать своё поражение Путин не мог. Это ведь означает - потерять лицо и как утверждают многочисленные эксперты и путиноведы, такое вполне может привести к потере власти, а значит - и самой жизни. А он ведь практически не пожил в своём дворце в Геленджике… И что бедному диктатору остается в такой ситуации? Выходов было два: либо срочно заканчивать войну с Украиной на очень не выгодных для себя условиях, либо всё-же, развязать гражданскую войну. Оба варианта плохие, особенно второй, потому что число сторонников Свободной России на пока ещё подвластной ему территории страны стремительно росло. Особенно, на её восточных границах.
Оба варианта объединяло одно: в обоих случаях это означало победу Украины - хотя и не на поле боя. В первом случае - когда она без боя, а за столом переговоров, возвращает ранее утраченные территории; во втором - когда, пользуясь российской смутой и неразберихой, ВСУ переходят в решительное наступление на агонизирующую и распропагандированную армию противника.
Но пока, это лишь прогнозы и мои предположения. Сдавать позиции Путин пока не собирается. Более того, под видом переселенцев в Кенигсберг начали засылать диверсионные и разведывательные группы, с которыми пока что удаётся справляться. Удивительно, но в этом нам очень помогало местное население. Всё же, благодаря принятым законам и видимым изменениям, число сторонников старой власти стремительно сокращается.
Одной из основных проблем стало то, что в Кремле решили отключить свой взбунтовавшийся регион от поставок газа по магистрали Минск - Каунас - Калининград. И все это – перед наступлением зимних холодов. Мы имели возможность направить сюда парочку танкеров со сжиженным газом, но к сожалению, в городе не было построено ни единого терминала для его приёмки. Их строительство только началось.
Как часто бывает, выход нашёлся и выход неожиданный. Подсказала его обычная статья в местной газете "Наше Время". Там, на четвёртой странице, была напечатана статья о выявленной внимательными коммунальщиками попытке незаконной врезки в газовую сеть одного из домов. А уже через день, на стол назначенного нами, вернее новой властью, военного губернатора легло неожиданное предложение. Предлагалась простая схема подключения к трубопроводу "Северный поток", по которому в Западную Европу, до сих пор, поступал российский газ, хотя и в ограниченном количестве.
И правду, почему бы и нет? Мы ведь находимся в состоянии войны, а на войне законны любые действия! Не мешкая, за дело взялись водолазы из спецназа моего Виталия: ведь именно их надводные коллеги так грамотно, а главное - вовремя, решили вопрос с плотиной Каховской ГЭС. Сами работы по врезке в работающий трубопровод проблемой не стали, потому что подключиться решили при помощи труб значительно меньшего диаметра и на небольшой глубине. На всякий случай подключили сразу три линии - пускай на всякий случай резерв будет. Таким образом, проблема отопления на зимний период была решена, а летом - либо терминал достроим, либо Россия закончится. Хорошо, что прежняя власть еще не всё растащила, и сооружение плавучего терминала регазификации сжиженного газа хоть и медленно, но продолжалось.
Разумеется, после такой диверсии не обошлось без протестов со стороны "Газпрома", вот только куда их было направлять? Регион у нас не признан, в суд на него не подашь, да и не переживали мы из-за таких мелочей. На кого было жаловаться в Стокгольмский арбитраж? России - на российский же регион, пускай и не признанный? А подать жалобу в Басманный суд это все равно, что в лигу сексуальных реформ. Приостановить поставки газа через "Северный поток" "Газпром" не решился, ведь это автоматически означало нарваться уже на настоящие судебные иски.
Но и оставлять все как есть, россияне не захотели, они предприняли несколько попыток убрать усовершенствования своего газопровода с помощью коммерческих подводных аппаратов и специальных водолазных команд. К полному успеху их действия не привели, хотя одну из трёх ниток повредить удалось. Могли бы добиться и большего, но надводные корабли в район врезки соваться поостереглись, справедливо опасаясь попасть под удар противокорабельных ракет. Да и зима на Балтике - не лучшее время.
Эпилог
Эпилог
Тем временем, в самой России началось именно то, что мы предполагали и втайне надеялись. Проблемы с вербовкой и мобилизацией очередных кандидатов в двухсотые становились все сильнее. А тут ещё и взявшееся словно ниоткуда западное направление, оттянуло некоторую часть резервов. Оно и понятно, появилась непосредственная угроза для "колыбели революции" - Санкт-Петербурга. Выход виделся лишь один, Путин в третий раз решился провести мобилизацию, которую до сих пор постоянно откладывал. Различие было в том, что на этот раз, видимо опасаясь очередного рейда на Москву, в администрации решили начать с отдалённых регионов России.
Почему возникла срочная потребность в мобилизации? Скорее всего, дело в том, что РФ столкнулась с серьезными финансовыми проблемами. Уже не удавалось, как прежде, заливать регионы деньгами. Все мелеющий приток новых добровольцев не мог удовлетворить потребности фронта. Этому способствовало и существенное сокращение экспортных доходов на фоне постоянного роста выплат по контрактам. Наша разведка докладывала, что процесс мобилизации в России проходил в разных регионах по разному, доходило и до волнений. Такая ситуация не могло не обострить социальную напряжённость, которая и так имела место из-за понимания неравенства при формировании "добровольческих батальонов".
Как и ожидалось, первые проблемы для центра начались с локальных столкновений в Дальневосточном, а затем и в Северокавказском округах. Движущие силы этих протестов отличались между собой. В первом случае, главную роль сыграл демографический фактор. Как известно, в Сибири и на Дальнем Востоке России с населением не густо, а этнических русских - ещё меньше. Сейчас, туда зашел агрессивный китайский бизнес, их рабочие и инвестиции постепенно наращивали своё присутствие. Этот процесс можно было назвать словами – "мягкая экспансия", то есть без вторжения, но с постепенным ростом влияния. С началом большой войны такая ситуация лишь усугубилась: молодёжь выезжала, маргиналы вербовались на фронт, а вот китайские работники оставались.
Несмотря на декларируемую официальным Пекином приверженность принципу невмешательства во внутренние дела, нерушимости границ, территориальной целостности и прочему, КНР была максимально заинтересована в ослаблении российского федерального центра и наоборот, в усилении своего сотрудничества с российскими регионами Дальнего Востока, Восточной Сибири и Арктики. Цель председателя Си была очевидна: де-факто инкорпорировать их в экономический организм Китая при сохранении де-юре позиции поддержки целостности РФ. Просьбы Кремля воспрепятствовать проявлениям местного сепаратизма, поддерживались в главным образом на словах. Китайский фактор можно было сравнить с действием чёрной дыры, которая затягивает в себя более слабые соседние экономики.
Было не сложно заметить, как финансовая и организационная поддержка Пекина способствовала тому, что региональный дальневосточный сепаратизм начал поднимать голову. Не прошло и года с момента мощных протестов в поддержку неоднозначного губернатора Хабаровского края, и вовсе не потому, что он всем нравился. Нет, просто людям надоело, что их ни во что не ставят, и Центр может убрать всякого неугодного и назначить того, кого сочтет лояльным, причём вовсе не из местных. Это и стало причиной того, что спичка "новой мобилизации" попала в легковоспламеняющийся материал, и крупнейший город Дальнего Востока, взбунтовался. Попытки центра экономически подавить регион натолкнулись на понятные трудности. Причин, почему всё закончилось неудачей, было несколько. Во-первых, мобилизация ухудшала и без того сложную ситуацию с трудовыми ресурсами, которых здесь постоянноне хватало. Это тут же ставило местные китайские компании в затруднительное положение. Дополнительный приток китайских работников не мог полностью приглушить проблему, поэтому со стороны Китая начался вначале скрытый саботаж, а затем и открытое сопротивление. Любой другой регион, где ни-будь в глубине, Москва могла бы легко принудить, просто перекрыв каналы поставок, однако здесь – под боком был Китай, который с удовольствием заместил товарную нишу, возникшую в результате такого опрометчивого решения.
Вторая причина заключалась в том, что по территории края проходил крупнейший экспортный газопровод России - "Сила Сибири", перекрыть который Кремль не решался ни при каких условиях. Вот и оставалось властям лишь лавировать, вести переговоры и идти на отдельные уступки. Увы, но с этим они опоздали, процесс начался и пример дальневосточного региона показал остальным, что центральная власть не такая уж монолитная.
Поэтому, никто не удивился, когда немного позже что-то похожее началось и на Северном Кавказе. Толчком стало то, что примерно триста солдат из Дагестана не изъявили желания продолжать воевать в Украине. После того как их отвели в район Мариуполя на ротацию, "даги" отказались продлевать действие своих контрактов и потребовали отправить их в родные аулы. Просидев три недели в казармах и так и не дождавшись документов об увольнении, они самовольно двинулись в сторону своей базы в г. Буйнакск. Местный военком не нашёл лучшего решения проблемы, как всех ихарестовать и доставить в Ростов. По дороге, колонна с военными арестантами была заблокирована местными, ее охрана разбежалась, а бывшие вояки вернулись в свои дома. И это было лишь началом.
Если разобраться, Северный Кавказ всегда считался проблемным для России. Она долгое время завоёвывала этот горный край, и как только ослабевал нажим центральных структур, Северный Кавказ тут же взрывался. Новая советская власть, также утверждалась в этих краях с большими трудностями. Даже в благополучные времена застоя Северный Кавказ считался особым регионом. Если в коренной России не стоило ожидать радикальных протестов, то этого нельзя сказать об этом регионе. Народ здесь подобрался горячий, вспыльчивый. К этому следует добавить и социальный фактор тесно переплетённый с клановым. Воспользовавшись указом о мобилизации, на волне общего недовольства, обделённые кланы решили усилить свои позиции, подвинув от кормушки кланы зажиточные - те, которые разжирели на путинских нефтерублях.
Не буду утверждать, что Северный Кавказ был единым. Дагестанцы, ингуши, чеченцы – каждый тянул в свою сторону. Их объединяло лишь одно - желание сбросить власть Москвы. События на Кавказе и на Дальнем Востоке вызвали эффект снежного кома. То в одном, то в другом регионе России состоялись беспорядки. Как правило, все начиналось с погромов военкоматов, или, как теперь принято говорить - центров комплектации.
Путину и ранее с большим трудом удавалось восполнять ежедневные тысячные потери на фронте и вербовать новых добровольцев. А вот теперь, их ручеёк и вовсе иссяк. Российские контрактники, привыкшие к регулярным ротациям, были вынуждены месяцами сидеть в своих окопах без надежды на отдых. И без того невысокий наступательный дух армии резко упал. Случаи дезертирства случались и ранее, но теперь все это приобрело массовый характер. Действительно: зачем морозить свои задницы в окопах или идти в атаку под постоянное жужжание украинских дронов, когда у тебя на карточке лежат тысячи долларов и только ждут, когда за ними явятся твои наследники.
Так или иначе, но прошло всего четыре месяца после удачной для нас Кёнигсбергской операции, как российская армия, которая ранее была скреплена деньгами и страхом наказания начала сыпаться. Процесс знакомый: все это живо напоминало то, что произошло с царской армией в 1917 году.
ВСУи не думали бросится вперёд, хотя и могли. Ни к чему им это. Ведь даже те вояки, которые до сих пор не разбежались, вполне способны нанести существенные потери украинским подразделениям. Нет, раз уж терпели три года, подождём ещё несколько месяцев, тем более что логистика армии противника всё больше теряла свой потенциал - как в результате постоянных ударов по складам и железным дорогам, так и по причине внутреннего бардака в тылу.
Нельзя сказать, что для Кремля события последних месяцев оказались полной неожиданностью. Чувствовалось, что уже после утраты контроля над своим самым западным регионом они подспудно ожидали чего-то подобного. Особенно, это стало заметно по изменению риторики путинского окружения, дипломатов и пропагандистов на телеканалах. На перманентных переговорах, где до сих пор удавалось договариваться лишь об обмене пленными, начались осторожные вбросы, касающиеся изменения позиции относительно завершения этой войны. Если вначале, россияне требовали отдать им всю Донецкую, Луганскую, Херсонскую и Запорожскую области, то после кёнигсбергского провала мы услышали осторожные слова о готовности заморозить боевые действия по нынешней линии соприкосновения. О денацификации, разоружении, вопросах языка и прочей ерунде, речь уже не шла.
Прекрасно понимая, в каком направлении развиваются события, российские дипломаты на этом не остановились и неделю назад, согласились полностью очистить Запорожскую и Херсонскую области, создав за счёт оккупированной части Донецкой и Луганской областей сорокакилометровую демилитаризованную зону. При этом, Европа получила согласие на ввод туда своих миротворческих сил.
Вот только зачем оно нам? В нынешней ситуации, Украина и без НАТО в состоянии обеспечить свою безопасность. Да и вообще – есть ли смысл туда вступать? Зачем? Чтобы стать союзником Венгрии и Словакии? Лично для меня, куда более привлекательной казалась идея подписания соглашений по безопасности между отдельными странами.
Понятно, от этой войны устала не только Россия, поэтому затягивать с подписанием пока что не мирного соглашения, а лишь перемирия, наше правительство не стало. Окончательное решение вопроса о границах и возмещении причинённого ущерба будет задачей специальной комиссии с привлечением авторитетных международных экспертов. Возможно, так оно и лучше. Годика через три, которые отводились сторонам на окончательное урегулирование - либо падишах умрёт, либо ишак сдохнет, имею в виду путинскую Россию.
Кстати, их несменяемый диктатор за неделю до подписания перемирия вылетел с официальным визитом в Китай. Мне почему – то кажется, что его визит может затянуться, а то и вовсе стать бессрочным – таким же, как и у Януковича.
А тем временем, ближайшее окружение некоронованного монарха попыталось мягко перетянуть на себя его абсолютную власть. Действовать решили сейчас, пока еще существовала возможность быстрой передачи и консолидации власти, сохранения внутренней стабильности путём урегулирования отношений с Украиной и Западом, в основе которого лежал вывод российских войск из Украины.
К требованиям представителей Киева, оставить за собой территории бывших ОРДЛО и Крым я относился скептически. На мой взгляд, в среднесрочной перспективе Россию в любом случае ожидает распад и дестабилизация. Это ведь объективный исторический процесс и судьба всех империй. Ну а после того, как там начнется, эти регионы и сами попросятся в "родную гавань".
Вот только я ошибся. Дальнейший ход событий показал, что глубина кризисных явлений в РФ делала высокой вероятность того, что бывшая элита не сможет взять под контроль внутриполитическую ситуацию, и Россия может не сохраниться в своих нынешних границах. Впрочем, в долгосрочной перспективе это будет ей только на пользу. Наконец-то перестанут называть эту страну одной седьмой частью суши, со всех сторон окруженной цивилизацией.
Некоторые эксперты считали, что распад РФ будет сопровождаться гражданской войной, разрывом экономических связей и разрушительными межрегиональными конфликтами. Нечто подобное мы уже проходили в девяностые, но справились и выжили. Правда, не надо забывать о той поддержке, которую оказали нам США и Европа. А вот как будет на сей раз, когда ни о какой западной помощи не может быть и речи? Высока вероятность того, что некоторые регионы начнут искать спасение в присоединении к своим соседям. При этом, вполне возможно, что Восточная Слобожанщина и Кубань вспомнят о своих украинских корнях и сами попросятся в границы 1918 года. Не спорю, лучшей защитой для Харькова мог бы стать украинский Белгород, а для Мариуполя - Таганрог. Безопасность на Азовском море также возможна лишь в том случае, когда оно будет полностью украинским. Но вот нужно ли это нам? Ведь только недавно нам удалось избавиться от пятой колонны Януковича на востоке страны - да и то, не полностью. Так стоит ли вновь наступать на те же грабли? Что об этом думают в администрации президента не знаю, но лично я против. Украина и без новых территорий – одна из самых крупных стран Европы. Что до оттока населения, то и это не проблема. Тот же Казахстан, имеет территорию заметно больше, а населения там меньше, и ничего, живут себе и кумыс попивают. А еще, как быть с обещанной помощью ЕС и США на восстановление? Делиться этими миллиардами еще и с Кубанью и Белгородом? Ага… и целых три раза. Возможно, лет через десять-пятнадцать и будет смысл вернуться к данному вопросу, но это уже без меня. Сейчас главное - самим в такой же бардак не свалиться.
Думаю, будет лучше оставаться в границах, где проживают люди с головами, не повреждёнными российской пропагандой. Как когда-то сказал наш майор на военной кафедре: тех, у которых задело лишь кору головного мозга, а не саму сердцевину.
Пожалуй, что так. Пускай это будут границы девяносто первого года - не стоит создавать прецедент. Имеется вероятность, что вследствие бегства или принудительного переселения фанатов "русского мира" из ОРДЛО и Крыма во внутренние регионы РФ, с одной стороны, и возвращения туда украинских беженцев - с другой, этнический и электоральный состав этих территорий существенно изменится. Это должно поспособствовать их скорейшей реинтеграции. А если вдруг нет - то тысячи отставников в этом точно помогут. Вон сколько ребят с войны вернётся.
А что с теми, кто живет за поребриком? При любом раскладе, итогом войны для России станет утрата прежнего военного могущества и статуса сверхдержавы, который и так пошатнулся. Во всяком случае из Совета безопасности ООН она должна вылететь. Может случиться так, что именно Украина, как одна из держав - основателей займёт вакантное место. Почему бы и нет? Если нам удалось выстоять против второй армии мира и не просто выстоять, а победить, то Украина уже точно не вторая. А какая? Ответ на такой вопрос может дать лишь война, а не та арифметика с количеством танков или самолётов, которыми увлекаются дедушки-отставники из Defense Express.
И не только Россия - мир также изменится. Под серьёзным давлением окажутся те политические режимы, которые опирались на российскую поддержку. Прежде всего это Иран, Куба, Венесуэла. Беларусь также распрощается с вечным Лукашенко и там начнётся процесс демократизации. Собственно, этот председатель колхоза и так сидит тихо, как мышь под веником, опасаясь лишний раз вздохнуть. Наверняка, что-то чувствует. Давно пора им заняться, да все руки не доходили, есть более важные проблемы. Разумеется, снижение экономической зависимости белорусской экономики от России будет сопровождаться серьёзным социально-экономическим кризисом, но, с учётом того, что в России вскоре должно начаться, белорусам в любом случае этого не избежать.
Скорее всего, на территории России, о создании национальных республик речь идти не будет. Уж слишком успешно там двигались вначале по пути формирования советского человека, а затем и "дорогого россиянина". Думаю, что новые независимые образования в своём большинстве, не будут иметь какой-либо этнической основы; они сформируются на базе сильного регионализма. Разве что на Кавказе, с их особенностями, может быть по другому.
Но это лишь мои прогнозы. Минуло четыре года как я уже не могу с снисходительностью всезнающего человека двадцать первого столетия заглядывать в прошлое и штамповать свои прогнозы. Уже несколько лет как ничем не отличаюсь от армии политтехнологов и аналитиков-прогнозистов на Ю-тубе. Поэтому не хочу рисовать границы будущих государств. Хотя, временами и самому бывает интересно: угадаю или нет? Но это задача на десятилетия, а может и больше. Понятно одно: через год на нашем шарике останется только одна империя - Китайская, но с ее проблемой пусть разбирается следующий на очереди попаданец.
Конец формы
Спасибо за чтение
Вернуться к книге