(Не) могу быть твоей, Дракон!

Глава 1. Пять лет вперёд

Айви

– Ты абсолютно бесполезна, – гневно рычит Рон, мой муж, мой истинный. – Как могли Драконьи Боги связать меня с таким никчёмным существом, как ты?

Мощь разъярённого дракона давит на меня, но я не опускаю голову. Все обвинения в мой адрес отлетают как шелуха. Сейчас самое главное – другое. Сын. Только Рон может его спасти. И я с мольбой смотрю в пылающие глаза с вертикальным зрачком.

– Отвлеклась на шмотки, др-рянь, – падают на мою голову жестокие слова мужа. – Магии в тебе не больше, чем в этой столешнице, – Рон стучит костяшками пальцев по дереву. – Но я надеялся, что в тебе есть хотя бы материнский инстинкт. Я дал тебе защитный перстень. Нужно было всего лишь не спускать глаз с Арвена и при опасности активировать артефакт. В нём достаточно заряда, чтобы прикрыть и тебя, и моего сына хоть от целой армии драконов.

«Нашего сына», – думаю я, но вслух сказать это не рискую. Я виновата. Я так привыкла к безопасности за эти пять лет в родовом гнезде Ардэнов, что непозволительно расслабилась.

Не в первый раз мы отправились на ежегодную ярмарку в соседний город. Прошлый раз Арвена так впечатлили приезжие акробаты, что он целый месяц говорил только о них. Потом подзабыл: в трёхлетнем возрасте память короткая. Но я предвкушала, как Арвен опять будет радоваться цирковому представлению. А я буду радоваться вместе с ним. У нас в замке так мало развлечений. А Рон, ректор самой престижной Академии Аэртании, навещает нас очень редко.

И сначала всё было как всегда, пока мы не зашли в швейную лавку. Охрана осталась снаружи, заблокировав все входы и выходы, а Лина, няня Арвена, вместе с моим сыном ждали меня в гостиной, пока портниха снимала мерки.

– Весь дом был под защитой, – лепечу я в своё оправдание.

– Молчи, Айвира, – рявкает муж.

Он прав. Какие уж там оправдания? На его месте я бы меня убила. Сын, мой маленький Арвен, похищен. Сердце сжимается от боли.

Когда я вернулась в гостиную, нашла там только мёртвую няню. Сын исчез. Маги проверили каждый миллиметр дома, но не нашли ни малейшего признака портала, через который могли бы уйти похитители. Но Арвен ведь жив? Всхлипываю, вспоминая безжизненное, высушенное тело Лины, откуда магией вытянули жизненные силы. Светлая магия на такое не способна. Что если Арвен понадобился им для тёмных ритуалов?

Что если прямо сейчас…

Только не думать о худшем. Не притягивать несчастье. Слёзы безостановочно текут по моим щекам, и, похоже, моё горе только ещё больше бесит Рона. Он отворачивается, сжимая кулаки. По его коже пробегает чешуйчатая волна. Да, у меня метка, и я его истинная, но магии во мне почти нет, и мне не дано чувствовать того, с кем связала меня судьба. Однако и без этого я понимаю, что его дракон разъярён и рвётся наружу.

– Ваше сиятельство! – В комнату без стука врывается начальник охраны Дагар. – Есть след.

– Иду. – Забыв о моём существовании, муж делает шаг к двери.

– Рон, – торопливо говорю я, – возьми меня с собой. У меня иногда получается почувствовать Арвена, если расстояние небольшое. Я всё-таки мать.

– Ты плохая мать, – рычит он. – Когда я найду сына, ты больше к нему не подойдёшь.

– Сейчас главное – найти его, – упрямо настаиваю я. – Не оставляй меня здесь, я могу быть полезна.

– Нет, – отрезает Рон, даже не повернув головы в мою сторону.

– Ваше Сиятельство, – неожиданно вмешивается Дагар. – Леди Айвира права. Я видел, как она играла с сыном в прятки. Она действительно способна почувствовать его на расстоянии метров двести как минимум. Там, куда мы отправимся, сложная система пещер…

Рон удостаивает меня ледяного взгляда.

– Посади её на любого из драконов, Даг, – бросает он.

Мне слышится отвращение в его голосе. Сегодня я потеряла не только сына, но и мужа.

– Вам нужен тёплый плащ, леди Айвира, – тихо говорит Дагар. – Мы полетим высоко и быстро.

Отрицательно мотаю головой. Драконы и маги собираются в центре двора. Здесь много лиц, которые я вижу впервые. Вот-вот прозвучит команда к взлёту. Кто меня будет ждать? Да и не до того мне, чтобы беречь себя.

Но Дагар настойчив:

– Превратившись в лёд, едва ли вы будете полезны в наших поисках.

Меня выручает управляющий, с поклоном подав плащ из меха снежного вигра. Замечаю косой взгляд Рона и его лёгкий, почти незаметный кивок. Неужели это он позаботился? Хотя о чём я? Как только мы найдём Арвена, он выкинет меня из своей жизни. А пока он, видимо, как и Дагар, надеется, что я хоть чем-то могу быть полезна в поисках.

А была ли я в его жизни все эти годы? Во рту появляется привкус железа. Кажется, я до крови закусила щёку изнутри. За эти пять лет Рон едва ли полгода провёл с нами. Мой удел был ждать, ждать и ждать. Хуже всего, что и Арвен тосковал по отцу. Ему тоже его не хватало. Но Академия была важнее нас.

Драконьи Боги, о чём я думаю? Разве важны сейчас наши отношения, когда сын в опасности?

О плохом стараюсь не думать. Мы найдём его обязательно. Рон спасёт Арвена. Сейчас я согласна даже на то, что он мне его не доверит, лишь бы знать, что сын рядом с отцом и в безопасности.

Тёплый плащ окутывает мои плечи. Машинально киваю Дагару. Замечаю прищуренный взгляд мужа. Ярость в нём разгорается сильнее. Ощущение, что он вот-вот полыхнёт пламенем. Опускаю взгляд, чтобы не злить его ещё больше. Я должна увидеть сына, убедиться, что он в безопасности, а потом… хоть на костёр, хоть в обитель.

Один за другим драконы переходят во вторую ипостась, по очереди отталкиваются от брусчатки и взмывают вверх. Небо темнеет от обилия крыльев, перекрывающих солнечный свет. И эти тени усиливают зловещий мрак, воцарившийся в моём сердце.

– Даг, доверишь мне леди Айвиру? – раздаётся за спиной незнакомый голос. – Буду осторожен.

Поворачиваюсь. Рядом с нами стоит высокий и широкоплечий мужчина, которого я вижу впервые. Один из прилетевших на зов Рональда? Судя по его обращению к начальнику охраны, не знаю его только я.

Внешне мужчина выглядит лет на тридцать-сорок, как и большинство собравшихся здесь магов-драконов. Но что-то его отличает от всех.

Не сразу понимаю, что именно… Глаза? Да, пожалуй… Они старше, чем у всех когда-либо виденных мной драконов. Меня даже дрожь пробирает при мысли о том, сколько ему может быть лет. Пятьсот, тысяча?

Светлые волосы лежат на плечах, сливаясь белизной с цветом камзола из дорогой ткани. Возможно, они даже седые. Драконы не прячут седину.

Взгляд доброжелательный, но я чувствую себя букашкой рядом с его мощной аурой.

– Великая честь, лорд Микель, – почтительно склоняется перед гостем Дагар. – Но удобно ли будет?

– Вполне.

Взгляд лорда окутывает меня теплом, и это столь неожиданно, что я еле удерживаюсь, чтобы не всхлипнуть.

Мне так нужна поддержка, хотя и понимаю, что я её не заслужила.

Лорд отходит в центр площадки для взлёта, и я стряхиваю с себя флёр его обаяния. Мне нельзя расслабляться и жалеть себя. Я должна быть собрана. Ради сына.

Оборот происходит мгновенно, без промежуточной стадии. Вот только что посреди двора стоял элегантный мужчина, и уже весь центр занимает белоснежная громадина.

Крыло дракона приглашающе касается моих ступней. Дагар поддерживает меня под локоть, и я осторожно, стараясь не потерять равновесие на прогибающихся эластичных перепонках, добираюсь до гребня.

В последний момент едва не спотыкаюсь, ощутив спиной тяжёлый взгляд. Оборачиваюсь, ожидая увидеть мужа, но позади никого. Пробегаюсь глазами по окнам. Вроде в одном шевельнулась занавеска. Скорее всего, показалось.

Возможно, это моё собственное чувство вины. Только теперь понимаю, что до сегодняшнего дня я гневила Богов, считая свой брак не самым счастливым.

Если бы только можно было отмотать время назад к тому моменту, когда я решила заглянуть к портнихе, а ещё лучше к той минуте, когда мы с Арвеном только собрались покинуть замок…

Я бы всё изменила и больше никогда не роптала бы на судьбу.

Я даже глаза прикрываю, словно это может помочь мне вернуться в недавнее прошлое.

Сильный толчок, и огромный зверь взмывает вверх. Судорожно цепляюсь за шип впереди себя. Не падаю только потому, что сильный воздушный поток вжимает меня в спину дракона, быстро набирающего высоту.

Под плащ, как я ни стараюсь в него завернуться, забирается холод, пальцы рук начинают замерзать. Надеюсь, что мы долетим прежде, чем я окоченею и свалюсь с облачной высоты.

Опасения напрасны: едва полёт дракона выравнивается, меня окутывает тёплый воздушный кокон. Лорд Микель помнит, что на его спине пассажир. Более того, протянув руку в сторону, я нащупываю упругую прозрачную преграду. Так что упасть мне в любом случае не грозит.

Драконы один за другим приземляются на каменистой площадке рядом с горой, испещрённой дырами, подобно куску сыра.

Лорд Микель совершает оборот, и, охнув, я словно в яму проваливаюсь, когда опора подо мной исчезает.

Сильные мужские руки подхватывают меня и почти сразу же ставят на ноги. На всякий случай лорд Микель придерживает мой локоть. И это не лишняя мера: с непривычки я с трудом удерживаю равновесие.

Ловлю на себе злой взгляд Рона, вижу, как раздуваются его ноздри. Ему даже смотреть на меня неприятно. И чувство вины под его давящим взглядом разрастается до удушающих размеров.

– Спасибо, лорд Микель, – благодарю я, высвобождая свою руку.

А в следующее мгновение я забываю обо всём из-за нахлынувшего знакомого ощущения. Он здесь, совсем рядом.

– Арвен! – кричу я, бросаясь ко входу в ближайшую пещеру.

– Ты хоть иногда головой думаешь? – Рон догоняет меня уже в пещере и, схватив за плечо, разворачивает к себе.

На фоне светлого входа не вижу его лица, но и голоса достаточно. Как же я его бешу! Но мне сейчас не до этого.

– Пусти, – пытаюсь вывернуться. – Я уверена, он там.

– Это может быть ловушкой, – начинает Рон, и его фразу почти сразу же обрывает грохот падающих камней со стороны входа.

Испугавшись, в первое мгновение я инстинктивно прижимаюсь к мужу в поисках защиты, но тут же отшатываюсь.

– Стой спокойно, – рявкает Рон, и я замираю.

Сверху сыпятся мелкие камешки, но на меня почему-то не попадают. Я лишь догадываюсь об этом по дробному стуку и по тому, что, ударяясь о пол, часть из них отлетает, задевая мои ноги. Похоже, Рон прикрыл меня щитом.

«Мог бы и не тратить магию на такое никчёмное существо, как я», – мелькает горькая мысль.

А потом воцаряется тишина и темнота. Ненадолго. Рон создаёт на своей ладони небольшой огненный шар. Света достаточно, чтобы осмотреться.

Вход завален огромными булыжниками. При виде этого на лице Рона появляется настороженность. Он расслаблен и одновременно собран, как хищник, чувствующий опасность. Быстро оглядевшись, Рон освещает начало ведущего вглубь горы прохода.

– Ты всё ещё чувствуешь Арвена? – спрашивает Рон и я киваю. – Идём, – сердито говорит он. – Не стоять же на месте, пока раскопают завал. Только вперёд не забегай. Добегалась уже.

Что тут ответишь?

Рон ныряет в проход, и я молча следую за ним. Буквально метров через двадцать он резко останавливается, и я утыкаюсь в его спину.

– Пришли, – цедит Рон сквозь стиснутые зубы и поднимает выше руку с огненным шаром.

Выглядываю из-за его плеча: перед нами пространство размером с небольшую комнату, и ни намёка на проход.

Но самое ужасное, что Арвена я больше не чувствую.

Что если мне показалось? Может, я выдала желаемое за действительность? Я ведь слабый маг. С чего я вообще взяла, что способна на подобное магическое чутьё? Возможно, в наших играх с сыном срабатывала обычная интуиция, а я себе возомнила. И вот теперь из-за меня мы оказались запертыми в пещере.

До боли сжимаю переплетённые пальцы.

– Успокойся, Айви, – сдержанно говорит Рон. – Только в истерику не скатись. Нам надо выбираться отсюда.

Я, вообще-то, хоть раз в жизни скатывалась в истерику? Все эмоции всю жизнь держала при себе. Только при Лине и позволяла себе расслабиться, да рядом с Арвеном мне было легко.

Арвен. Хоть бы с ним ничего не случилось! Я сейчас даже Хаосу готова молиться.

– Может, обвал – случайность? – робко предполагаю я. – Ты, правда, думаешь, это ловушка?

Рон хмыкает, но ответить не успевает.

– Как же вы предсказуемы, – низкий голос, в котором отчётливо слышится насмешка, отражается от стен пещеры. Есть в нём что-то знакомое, но из-за многослойного эха не могу определить, где я его слышала. – Именно ловушка, детка, и заманить вас обоих в неё ничего не стоило.

– Где мой сын? – вырывается у меня. – Это ты…

– Айви! – обрывает меня Рон на середине фразы и спрашивает в пустоту пещеры: – Что тебе нужно?

– То, что мне нужно, я уже получил. И в принципе твоя жизнь мне не нужна. Ты мог бы заделать своей жене ещё пару детишек. Но ты ведь не успокоишься, Рональд Ардэн, верно? Будешь искать Арвена. Всё это растянется на годы. А я бы хотел теперь, когда приз почти у меня в руках, сосредоточиться на главном деле моей жизни без всяких помех вроде тебя и твоей недалёкой жены. Ты мне не соперник, но к чему лишние проблемы? Лучше я устраню их все сейчас.

– Зачем тебе мой сын? Какая-то застарелая кровная вражда, о которой я не знаю, лорд Микель?

Я давлюсь воздухом. Так вот почему голос показался знакомым. Этот дракон, на котором я сюда летела, и есть тот, кто украл моего сына?

Но зачем?

– Вражда? – удивлённо хмыкает невидимый лорд. – Нет, Рональд, всё гораздо серьёзнее. Это ты, пусть и случайно, отобрал у меня то, что должно было принадлежать мне.

– Уж не мою ли жену ты имеешь в виду? – бровь Рона изгибается. – Так это не моя прихоть. Это Боги определили её мне как истинную.

– Сочувствую. Нет, она, конечно, хорошенькая, но убереги меня Хаос от пары, почти полностью лишённой магии, – Микель презрительно фыркает.

А я чувствую себя униженной и не теми словами, которыми лорд сейчас размазывает меня, а собственной доверчивостью. Мне хочется сгореть от стыда, что я поверила в кажущееся сочувствие лорда после того приступа гнева, которым обжёг меня муж.

– Ты, Рон, сам не ведая того, отнял у меня сына.

– Что? Я. Отнял. Твоего. Сына? – От оскорблённого рёва Рональда с потолка падает ещё несколько камешков.

А я вскрикиваю от боли, потому что пальцы мужа сжимают моё предплечье с такой силой, что, кажется, кости плавятся и превращаются в желе.

– Рон, – спешу оправдаться я. – Я сегодня видела этого лорда впервые в жизни.

Хохот негодяя заполняет небольшое пространство пещеры.

– Не в этом смысле, Рональд. Плоть от плоти он твой сын, но его дар должен принадлежать мне. Моей истинной должна была стать Лиара, мать твоей жены. Я сделал всё, чтобы у неё появилась метка, надеялся, что она принесёт мне сына. Но она сбежала к пустому и родила девчонку без магии. Смешно, да? Лиара родила пустышку.

Смешно? Ну да, обхохочешься.

– А может, она правильно сделала, что сбежала от вас? – взвиваюсь я.

– А ты способна дерзить, леди Айвира. Это делает тебя интереснее. В любом случае теперь всё это неважно. Ребёнок с нужным мне даром родился, хоть и через поколение. И тебе, Рон, не повезло, что родился он у тебя. Но я это исправлю. Считай, уже исправил. Арвен – мой. Я выращу его как собственного сына и сотру в его памяти все воспоминания о вас.

За мгновение до того, как потолок пещеры обрушится на наши головы тоннами камней, Рон совершает оборот, закрывая меня собой.

Визуал

Лорд Рональд Ардэн

Леди Айвира Ардэн (Эристер)

Арвен Ардэн

Лорд Микель

Глава 2. С чего начиналось

Айви

– Айка! – пронзительный голос вырывает меня из забытья.

Из-за резкого перехода между сном и явью я не сразу соображаю, где нахожусь. Сердце гулко стучит в груди, словно ему не хватает места, и оно рвётся наружу до боли в рёбрах. Воздуха ничтожно мало. Втягиваю его с усилием.

Сон, похожий на душную чёрную тучу с неясными очертаниями, медленно и неохотно отползает и начинает развеиваться.

Но на его место приходит странное ощущение, будто именно там, в ночном кошмаре, осталось что-то настоящее и дорогое. А вот реальность в виде голоса сводной сестрицы скребёт по сердцу наждаком.

– Айка! – верещит Паэлла. – Сколько можно спать?! Уже матушка вниз спустилась.

Морщусь. Желание заткнуть рот надоедливой крикунье заставляет меня сесть на кровати и спустить ноги на пол. И, только коснувшись босыми ступнями холодных досок, я начинаю приходить в себя.

Я дома, в своей каморке под самой крышей. По полу гуляет прохладный ветерок, леденящий ноги. Дом, принадлежавший моим родителям, каменный, и только чердачная надстройка, которую мачеха отвела мне после смерти отца, построена из плохо пригнанных друг к другу корявых досок. Щели такие, что затыкай не затыкай, а ветер и холод найдут лазейку. То ли дело в нашем замке.

Что?

Промелькнувшее видение светлой комнаты с искусной лепниной, пылающим камином и подогревающимся полом настолько яркое, что я трясу головой. Где это мне могло такое привидеться? Я и в замках-то не бывала. Разве только во сне. И только после чтения романов, строго-настрого запрещённых мне мачехой.

А книги-то мамины. И сама госпожа Фецилия любит поваляться с романом на диване в жарко натопленной гостиной, пока я выполняю роль прислуги.

– Где наш утренний кофе? – ярится сестра у основания чердачной лестницы, когда я наконец выхожу на площадку.

Она в розовом пеньюаре, щедро отделанном кружевами и рюшечками, что делает её больше, чем обычно, похожей на поросёнка.

– До скольких ты спать собираешься?

– А спросить, не заболела ли я, в голову не приходит? – срывается у меня с языка.

– Что-о-о?

Щёки Паэллы стекают вниз из-за отвисшей челюсти, а глаза выпучиваются. Оказывается, они карие. Надо же, не замечала.

– Ма-а, Айка дерзит.

Из гостиной раздаётся гортанный голос мачехи.

– Пришли её ко мне.

– Слышала? – победно улыбается Паэлла, и её толстые щёки, подпрыгнув вверх, снова превращают глаза в щёлочки. – Иди давай. Мама объяснит тебе, как надо вести себя с господами.

– Кофе принеси с выпечкой, – приказывает мачеха, едва я появляюсь в дверях гостиной.

Госпожа Фецилия возлежит на оттоманке с очередным любовным романом в руках.

Никаких иллюзий о том, что выговор отменяется, у меня нет. Вот сейчас принесу ей кофе, и мне всё объяснят: и что кормят меня из милости, и что я должна быть благодарна.

Спускаюсь на кухню, не сильно торопясь.

Меня окутывает тепло от печи. Запахи корицы и ванили щекочут нос. На столе – почищенные и нарезанные на дольки яблоки, рядом – большая деревянная миска, накрытая белым полотенцем. Судя по горке над ней, тесто уже поднимается.

Возле плиты хлопочет Лина. При виде неё у меня неожиданно перехватывает дыхание. В голове возникает жуткая картинка, на которой моя Лина лежит на полу в смутно знакомой комнате, высушенная, словно мумия.

– Что с вами, госпожа? – ласково спрашивает самый родной для меня человек. – Вы словно привидение увидели.

А я даже ответить сразу не могу: так сжалось горло. Откашливаюсь.

– Всё в порядке, а ты как? Здорова?

Не могу удержаться, делаю шаг вперёд и обнимаю Лину. Мне необходимо почувствовать её тепло, то, что она живая. Что за бред? С чего ей не быть живой? Она ещё совсем не старая.

– Ну что вы, госпожа, – растроганно шепчет Лина, стоя с разведёнными в стороны руками и стараясь не испачкать меня мукой. – Не ровён час, увидят да госпоже Фецилии доложат. Не положено вам со слугами фамирья... фамильяр… ну вы поняли.

Я отстраняюсь и шмыгаю носом.

– Я и сама могла ей кофию наверх подать, так ведь вы опять голодной останетесь. Вот скушайте. Только поджарила.

Лина ставит на стол тарелку с горкой пышных, исходящих паром творожников. У меня слюна выделяется.

Присаживаюсь на край табуретки, поглядывая на дверь: не хотелось бы попасться на глаза вездесущей сводной сестре, беру рукой горячий кружочек и откусываю. Под хрустящей корочкой обжигающая нежная творожная масса.

Наблюдаю за руками Лины, как они ставят на поднос чашку, кофейник и сливочник из тончайшего фарфора.

С этими тёплыми руками связано моё детство.

Мама умерла родами. И Лина стала для меня всем. Кормилицей, няней. А когда отец женился второй раз, Лина вытирала мои детские слёзы и тайком подкармливала, если мачеха в воспитательных целях лишала меня ужина. Совсем тяжело стало, когда и отец умер. Но Лина всегда была со мной. И сейчас она тоже со мной. А жуткое видение, скорее всего, продолжение ночного кошмара. Не стоит о таком думать, чтобы не навлечь беду.

Когда-нибудь я вырвусь родительского дома, ставшего мне чужим, и обязательно заберу Лину к себе.

Есть у меня план, который я тщательно от всех скрываю, даже от неё. То есть Лина, конечно, знает, что ещё в подростковом возрасте у меня начала просыпаться магия, но о своей главной задумке я пока молчу.

Вот-вот в магических академиях разных миров начнутся вступительные экзамены. А наш Шарден – это особенный город. Он связан порталами практически со всеми известными академиями. Эти порталы расположены в самом центре города, на центральной площади.

Главное – раздобыть пропуск. А для этого нужно попасть в мэрию, когда будет объявлен очередной набор абитуриентов, и показать хотя бы минимальные способности к магии. Основные экзамены будут уже в самой академии. В конце концов, даже если не поступлю в первый год, можно попытаться устроиться на работу в той же самой академии.

Вот только как вырваться из дома? Быть может, когда мы с Линой в очередной раз отправимся на рынок за продуктами? Лина всегда была на моей стороне. Она мне точно поможет.

– Айка! – верещит Паэлла. – Ты хочешь, чтобы мама умерла от голода?

Быстро дожёвываю и проглатываю последний кусочек творожника, подхватываю поднос. В дверях обхожу сводную сестрицу.

– Какая же ты нерасторопная, – шипит она мне вслед. – Скорее бы мама от тебя избавилась.

Что-то новенькое. Это она просто так ляпнула или…

На меня накатывает странное ощущение. Словно такое уже было: и эта фраза, и эта моя мысль. Мне становится жарко. Может, я и впрямь заболела?

На подносе в дрогнувших руках звякают друг о друга сливочник и кофейник. Не хватало ещё разбить баснословно дорогой фарфор. Да меня со свету сживут.

Отбрасываю странные мысли. Осторожно поднимаюсь по ступеням, стараясь думать только о том, чтобы не оступиться.

Уф, благополучно добралась до двери. Сейчас выслушаю очередную нотацию. Вот что мне не молчалось?

Сколько раз уговаривала себя не огрызаться. Нет ведь смысла сопротивляться там, где ты ничего не можешь изменить. Ничего, вытерплю. Открываю дверь гостиной, но, прежде чем я успеваю шагнуть внутрь, внизу раздаётся звон дверного колокольчика.

Кто может прийти с визитом в такую рань? Это по крайней мере невежливо.

И снова на меня накатывает ощущение узнавания. Дрожащими руками расставляю на столе перед мачехой всё необходимое для завтрака.

– Встань в центр комнаты и слушай, – приказывает мачеха.

Но я уже знаю, что на этот раз нотации не будет, потому что, как только госпожа Фецилия принимается за еду, раздаётся осторожный стук в дверь.

Вид у дворецкого ошарашенный.

– Госпожа Фецилия, – говорит он. – К вам…

За несколько мгновений до того, как старый Альгис произнесёт имя посетителя, оно уже звучит набатом в моей голове.

– Его Светлость Лорд Рональд Ардэн с частным визитом.

Госпожа Фецилия застывает с открытым ртом, из которого выпадает кусочек творожника.

А у меня внутри всё холодеет.

Судорожно сжимаю пальцами пустой поднос. Мысли мечутся. Я что, с ума сейчас схожу? Так не бывает. Невозможно настолько чётко знать то, чего ещё не было.

У меня что, открылся дар предвидения? Если так, то надо бы радоваться. Любая Академия примет меня с таким редким даром. Но почему-то на сердце словно тяжёлый камень лёг.

Чернильная тьма… Падающие камни… дракон.

– Зови. – В голосе мачехи испуг. – Айка, быстро убрала тут всё. Что застыла, как дура?!

Вздрагиваю от резкого окрика и бросаюсь к столу. Вспышка нового видения меня останавливает. Едва я прикоснусь к посуде, мачеха в тот же момент вскочит на ноги, и драгоценный фарфор разобьётся. Виноватой буду я.

Замедляюсь ровно настолько, чтобы оказаться хотя бы немного в стороне от стола.

Мачеха вскакивает. Мелодичный звон столкнувшихся в воздухе кофейника и сливочника. Глухой звук при падении осколков на ковер. Запах кофе становится ярче. Светлый ворс окрашивается в коричневый цвет жижи.

– Дрянь, – взвизгивает госпожа Фецилия. – Это из-за тебя.

Опускаюсь на колени, чтобы собрать то, что осталось от любимого сервиза мачехи. Всё равно виновата я. Толку от этого предвидения.

Дверь отворяется.

– О, какая честь, Ваша Светлость, – приторно-сладким голосом начинает мачеха. – Вы так неожиданно. Простите, что мы не можем принять вас как подобает.

Гость молча стоит в дверях, из моего положения видны только его сапоги из тонко выделанной кожи. Такие стоят целое состояние. А выше поднять глаза я не решаюсь.

Зато мужчина, по-видимому, смотрит на меня, потому что мачеха вдруг переходит к оправданиям:

– Служанка – неряха. Опрокинула поднос с завтраком. Так неудобно перед вами.

Ноги в сапогах направляются прямо ко мне. Останавливаются рядом.

– Служанка? – раздаётся над головой низкий рокочущий голос, от которого веет угрозой. – У меня другие сведения. Встань, девочка.

Поднимаюсь на ноги. Никаких вспышек предвидения больше не происходит. Понять, что нужно от меня неожиданному гостю, я не в состоянии. Мне становится жутковато. От него исходит такая мощь, что всё моё тело деревенеет.

– Пошла вон, – шипит мачеха.

И я даже с некоторым облегчением делаю шаг к двери, но тяжёлая рука ложится на моё плечо, удерживая.

Меня окутывает сложный древесный аромат, из которого я могу выделить только нотку сандала, слабенький аромат можжевельника и некую терпкость, принадлежащую, я почему-то уверена, только этому мужчине. Всё это странно волнует меня. Как будто я не впервые вдыхаю этот запах. Может ли быть память у предвидения?

Мысли в голове окончательно спутываются.

Лорд Ардэн отпускает моё плечо, бесцеремонно завладевает моей левой рукой и, развернув ладонью вверх, проводит большим пальцем по внутренней стороне запястья. От его прикосновения под кожей появляется покалывание и прорисовываются очертания небольшого кружка с неясным символом внутри.

Мужчина хмыкает с явным неудовольствием.

– Ну что ж, ошибки нет, – говорит он сам с собой. – Понять бы ещё, почему именно она.

Поёживаюсь от его холодного тона.

– О чём вы, Ваша Светлость? – не выдерживает госпожа Фецилия.

– Я её забираю, – жёстко заявляет он.

А меня неожиданно накрывает та самая душная тёмная туча из моего кошмарного сна. И приходит понимание, что вот эти слова и есть начало того, что приведёт… к чему?

– Нет, – вырывается у меня инстинктивно. – Я не вещь, чтобы меня забирать.

Смотрю в лицо мужчины и вижу недоумение в таких знакомых зелёных глазах. На миг погружаюсь в них, словно в омут. Взгляд очаровывает, поглощает, давит, лишает воли.

Но тут же, тряхнув головой, высвобождаю руку и делаю шаг назад. Я не должна идти с ним. Иначе случится что-то непоправимое.

– Девочка права! – возмущённо восклицает мачеха. – На каком основании вы хотите её забрать?

– У неё моя метка истинности, – со спокойной уверенностью поясняет мужчина, не поворачивая головы к госпоже Фецилии.

Мачеха ахает:

– Так вы дракон, Ваша Светлость?

– И на этом основании я её забираю.

– Нет, – снова говорю я, демонстрируя своё запястье. – Здесь нет никакой метки.

Мужчина наклоняет голову и окидывает меня изучающим взглядом. Мои возражения выглядят, по крайней мере, странно для всех. Любая девушка из квартала, в котором я живу, узнав, что у неё появилась метка, прыгала бы от радости. Стать истинной дракона – это честь, это счастье, это богатство.

– Достаточно того, что мой дракон её чувствует, – наконец, снисходит до объяснения мужчина. Метка появится после… обряда. Ты идёшь со мной прямо сейчас.

– Может, вы ошиблись? – с надеждой спрашивает мачеха. – Метки ведь нет. Айка не единственная молодая девушка в доме. Может, метка у моей дочери?

Несмотря на сложность ситуации, я кашляю, чтобы скрыть смех. На миг представила пампушку Паэллу рядом с этим красивым мужчиной.

Подозреваю, что гость уже мог видеть мою сводную сестру, когда поднимался по лестнице, потому что на его лице появляется брезгливая гримаса.

– Нет, – жёстко отвечает он и добавляет: – Выйдите, госпожа. Мне нужно поговорить с моей невестой наедине.

Вздрагиваю. Я уже невестой стала? Как быстро.

– Но это неприлично, – растерянно бубнит мачеха, – оставлять молодую незамужнюю девушку наедине с посторонним мужчиной.

– Вон, – леденящим тоном негромко говорит дракон.

Дверь за госпожой Фецилией захлопывается.

Лорд Ардэн переводит раздражённый взгляд на меня:

– Итак, Айвир-ра, в чём проблема?

– Я вас не знаю, – говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. – Я так не могу.

– Я тебя тоже, – хмурится мужчина. – Не думай, что я в восторге. Я бы обошёлся и без брака, и без детей ещё лет четыреста, а то и пятьсот. Но не нам с тобой судить, почему Драконьим Богам вздумалось устроить всё это прямо сейчас.

«Как могли Драконьи Боги связать меня с таким никчёмным существом, как ты?»

Голос, произнёсший эти слова, звучит так явственно в моей голове, что я невольно смотрю на губы дракона. А он самодовольно ухмыляется, по-своему истолковав мой взгляд.

У меня внутри появляется незнакомое ощущение: я начинаю закипать. Как будто во мне просыпается незнакомая вторая «я», не готовая вот так вот подчиняться давлению. И робость неожиданно отступает. Словно со стороны слышу свой голос.

– Ну так в чём же дело, господин дракон? Зачем так спешить? Мне всего восемнадцать, и я охотно обойдусь без этого навязанного нам обоим брака. И вам, и мне, как я вижу, он неприятен. Так, может, не стоит мучить друг друга? – возражаю, а в уголочке сознания частичка меня готова упасть в обморок.

Я так разговариваю с драконом?

В глазах мужчины появляется что-то новое. Он делает шаг ко мне: один, затем другой, а я начинаю инстинктивно пятиться, пока не упираюсь мягким местом в стол.

– Ну вот видишь, Айви, – говорит дракон вкрадчивым голосом, нависая надо мной. – Пять минут разговариваем, и у нас уже появилось что-то общее.

А у меня от этого «Айви» внутри начинает плавиться. Очень знакомая реакция. Понять бы, почему у меня возникло это ощущение, ведь до сих пор ни один мужчина не находился ко мне так близко, как этот самоуверенный дракон.

Отклоняюсь как можно дальше, дышу через раз, потому что от запахов сандала и можжевельника по венам словно жидкий огонь пробегает.

– Видишь ли, Айви, – продолжает лорд, обжигая дыханием мои губы, – ждать, пока в твоей хорошенькой головке уложится мысль, что наш союз неизбежен, мне некогда. Истинная должна быть защищена. Я не могу оставить тебя здесь. Любая угроза для тебя – угроза для моего дракона.

– Ах, вот оно что! – Ладонями упираюсь в грудь мужчины, но угол наклона над столом такой большой, что, пытаясь оттолкнуть его, я только помогаю себе лечь на стол. И в итоге вынуждена вцепиться пальцами в отвороты камзола.

А гостя явно забавляет моя беспомощность.

– Ну так что, Айвир-ра, сама пойдёшь, или тебя понести? Странная ты. Не помню случаев, чтобы девушку, получившую метку истинности от Драконьих Богов, приходилось силой тащить под венец. У тебя есть шанс стать первой.

Он что, правда, может так сделать – насильно забрать меня из дома?

– Сама, – решаю подыграть дракону. Главное – получить относительную свободу хотя бы на время, чтобы всё обдумать. – Но дайте мне возможность побыть дома хотя бы до завтра, чтобы я могла собрать вещи.

– Нет, – безапелляционно отвечает дракон. – У меня не так много времени, чтобы потакать твоим капризам. К тому же, что ты собираешься брать отсюда?

Лорд Ардэн всё-таки выпрямляется и отпускает меня.

Стою, красная как рак, а дракон подцепляет пальцами какую-то рюшечку на моём платье и резко дёргает. Треск. А затем он подносит кусочек ткани к моим глазам.

– У тебя все наряды такие? Мы отправимся через центр Шардена и всё купим тебе по дороге. Ты должна прибыть в мой замок как леди.

Мелькает картинка. Замок. Уютная комната, потрескивающий огонь в камине, тёплые полы. Волшебная сказка.

Так почему внутри меня всё криком кричит против того, чтобы я пошла за этим драконом? Разве это хуже, чем жизнь у мачехи?

– Идём, Айви, – словно подслушав мои мысли, мягко убеждает Лорд Ардэн и предлагает свой локоть. – Не думаю, что здесь у тебя была лёгкая жизнь.

И я, поколебавшись, продеваю руку под его локоть. А что я могу сделать? Мои протесты бессмысленны. Не только для окружающих, но и в моих собственных глазах. Законы всех драконьих миров на его стороне.

А мои предчувствия – это просто галлюцинации в глазах остальных.

Никто не пытается нас остановить. Мачеха куда-то исчезла, наверное, переживает, что её выгнали из её собственной гостиной, а вот Паэлла не может пропустить такое событие. Вижу, как колышется тяжёлая штора окна.

Дворецкий открывает перед нами дверь, низко кланяясь, но я замечаю любопытный взгляд, брошенный в мою сторону. Ну да, для слуг подобное событие – это прямо праздник, всем кварталом будут обсуждать.

Мы проходим по дорожке, вымощенной цветной плиткой, к воротам. Там уже ждёт открытый экипаж. Неприятно! Вся улица увидит, как я уезжаю с посторонним мужчиной. Хотя… какое мне дело? Как бы ни сложилась моя жизнь, я отчётливо понимаю, что в дом, который все эти годы был для меня чужим, я не вернусь.

Колёса экипажа стучат по брусчатке. Квартал, где живут пустые (люди без дара), довольно далеко от центра. Я ездила туда всего несколько раз с отцом, когда он был ещё жив, очень давно. И сейчас я, в сущности, впервые так хорошо могу разглядеть город, на окраине которого прошли восемнадцать лет моей жизни.

Экипаж останавливается у двухэтажного дома, окружённого садом.

Лорд Ардэн выходит и подаёт мне руку. Не думая, вкладываю пальцы в его ладонь и только потом запоздало удивляюсь, как элегантно у меня получилось. Как будто всю жизнь только и ездила в экипажах.

– Сейчас мы зайдём к хорошей портнихе, – объясняет дракон. – Закажем несколько платьев. В этом невозможно ходить.

Кровь приливает к моим щекам из-за его прямоты. Но в следующий момент вообще всё становится неважным.

Детский крик заставляет меня замереть.

– Ма-а-ма! – по саду прямо на нас несётся темноволосый мальчишка лет четырёх или пяти, очень похожий на...

Вскинув на мгновение глаза, он огибает меня и спешит к незнакомой женщине. Но одного его взгляда мне достаточно, чтобы вспомнить всё.

Глава 3. Вспомнить будущее

Айви

Живот скручивает от невыносимой боли. Как будто кто-то намотал на кулак все мои внутренности и то тянет их из меня так, что натягиваются жилы во всём теле, то отпускает ровно настолько, чтобы я могла со всхлипом втянуть воздух.

Ноги подкашиваются, и, если бы не Рональд, подхвативший меня на руки, я бы не мило осела в обморок, как положено леди, а рухнула бревном.

«Арвен!» – едва не вырывается у меня, но горло сдавлено спазмом, и из него вылетает хрип.

Сын, мой похищенный сын.

А вот этот дракон, который несёт меня на руках, мой муж, но не сейчас, а в том будущем, где я потеряю… потеряю всех: и его, и сына, и саму себя. Я так виновата.

«Ты плохая мать. Когда я найду сына, ты больше к нему не подойдёшь».

Он, правда, так сказал? Да, помню это отчётливо. В тот момент я думала только о своей вине и о том, чтобы найти сына. И жестокость слов мужа настигает меня только сейчас. Потому что о сыне мне больше не надо думать, спасать больше некого.

Мой. Сын. Не. Родился.

И, если я не хочу его потерять, нельзя допустить, чтобы он родился.

Эта мысль вызывает внутри новый приступ боли такой силы, что я уплываю в темноту.

Прихожу в себя от ощущения тёплой волны, вливающейся в моё тело, расслабляющей, размывающей островки спазмов. Но память о физической боли ещё остаётся, и я боюсь пошевелиться.

– Как часто у тебя бывают такие приступы? – спрашивает Рон, наклонившись надо мной. Его ладонь лежит на моём солнечном сплетении.

Смотрю на хмурую морщинку между его бровями и начинаю понимать: моего бывшего-будущего мужа очень волнует вопрос: «А не досталась ли ему больная истинная?»

– Ты меня слышишь? Как часто…

«Первый и надеюсь, последний», – думаю я, но вслух говорю другое: – Очень часто, Ваша Светлость. Не думаю, что вам стоит связывать свою судьбу с настолько бесполезным и никчёмным существом.

Ну, разумеется, Рон не уловил сарказма. Не может же он помнить те слова, которых ещё не произнёс.

– Я покажу тебя лучшим целителям, – цедит он сквозь зубы. – А пока продержишься на моей магии.

Так вот откуда тёплая волна. Мне бы повернуться, чтобы сбросить его ладонь, но я всё ещё чувствую слабость во всём теле. А для того осуществления той задумки, которая начинает зарождаться в моей голове, силы понадобятся.

– Где я?

– В доме швеи, – мрачно отвечает Рон. – Но боюсь, сегодня не до нарядов.

«Отвлеклась на шмотки, др-рянь!»

– Госпожа Анита, – зовёт кого-то дракон, отвернувшись от меня.

Горько усмехаюсь. Пожалуй, бегать по портнихам за шмотками я в ближайшие пять лет не захочу. И Лина, моя Лина, тоже останется жива. При этом воспоминании я содрогаюсь.

Спокойно, Айви, всё теперь будет по-другому.

С чего вдруг разнылась? Ничего не случилось и не случится. На этот раз всё уже сейчас начинает отходить от того пути, по которому я когда-то прошла.

В том сегодня, которое случилось пять лет назад, я побежала за своим истинным, как послушная собачонка, очарованная его мужественной красотой, бархатным голосом, зелёными глазами, восхищённая перспективами блестящей жизни. Но тогда он не говорил мне, что обошёлся бы без брака и детей ещё лет пятьсот. Не говорил, потому что я ему не противоречила. О да! Я с восторгом смотрела в рот благородному дракону, не замечая пренебрежительного отношения к себе. Глупая влюблённая левретка. И покорная до тошноты.

Тогда я совершенно позабыла о своей мечте. Просто выбросила её на помойку. Хотела ведь поступить в Академию, но Рон сказал «нет», и та я послушалась. Согласилась на женское счастье в варианте, о котором с детства твердили в том болоте, где я выросла: муж, дети, благополучие.

Я точно хотела именно такую жизнь?

Арвен… Арвен – вот кто действительно был счастьем.

Сердце болезненно сжимается. Только не думать о потерянном ребёнке. Как-то принять, что он не у мерзкого мага в руках. А значит, всё к лучшему. Не вспоминать тёмные кудряшки, зелёные глаза, как у отца, голос, зовущий «Ма-а-ма». Как он… Стоп!

Он. Не. Родился.

И снова сжимается моё бедное сердце.

– Не переживайте, Ваша Светлость, я подберу фасоны и ткани такие, чтобы на подгонку ушло минимум магии, – звучит рядом негромкий голос, и я прикрываю глаза. – Я всё пришлю по тому адресу, который вы указали.

– Благодарю.

Слышу звон монет. Рон расплачивается с портнихой.

Ещё одно несовпадение. Прошлый раз я вышла отсюда разряженная, как доро – красивая, неспособная летать птица, у которой мозг не крупнее виноградины. А сейчас…

Рон подходит к дивану, на котором я лежу, и наклоняется, чтобы взять меня на руки.

– Я сама. – Открываю глаза и сажусь, в последний момент увернувшись от его прикосновений. – Я уже хорошо себя чувствую.

Чтобы доказать это, поднимаюсь на ноги и направляюсь к выходу. Уже в дверях вспоминаю о вежливости и оборачиваюсь.

– Простите, пожалуйста, госпожа…

– Анита, – подсказывает мне симпатичная женщина средних лет. – Ничего страшного, я всё понимаю.

Ой, не всё. Всего я и сама не понимаю.

Невольно отмечаю, что швея одета неброско и элегантно, не так, как я вырядилась прошлый раз.

– Госпожа Анита, – говорю я тоном из той будущей жизни, которой у меня, надеюсь, не будет, – я наслышана о вашем безупречном вкусе. – И вижу, что слухи правдивы. Подберите мне, пожалуйста, что-нибудь по своему усмотрению. Необязательно модное, но элегантное.

Упс! Кажется, у какого-то дракона челюсть отвисла. Не думал Рон, что девушка из захолустья способна в принципе связно говорить.

Хаосова слабость всё-таки подводит меня, и я оступаюсь, сходя с крыльца. Рон подхватывает меня на руки. И отпускает, только усадив в экипаж. Прикосновения бывшего мужа отзываются внутри жаром, на который тут же яростью реагирует сознание. Не на Рональда, на себя.

Я по-прежнему на него реагирую. После тех пяти лет холода, в котором я жила. На что я надеялась? Что в один прекрасный день мой дракон прилетит домой и скажет: «Я понял, что всегда любил только тебя»?

Наивная девочка. Теперь-то я понимаю, что всё было зря. Сегодня (пять лет назад) он чётко сказал, что ему это не нужно.

Но тогда-то я ждала. А потом я задвинула свои мечты куда подальше и отдала всё внимание и всю свою любовь сыну, чтобы услышать:

«Ты плохая мать».

И вот сейчас какая-то дрянная, слабая, ноющая часть меня хочет тепла и защиты от того, кому безразлична?

Глупая левретка, отказавшаяся от самой себя.

Отворачиваюсь от Рональда, делая вид, что разглядываю дома и людей, а сама смаргиваю слёзы. Меня затапливает горечь.

Нет, дракон, не выйду я замуж за тебя. Ошиблись твои Драконьи Боги! Вот только как я буду жить без Арвена?

Солнце уже высоко, и на широкой улице, по которой мы приближаемся к центру, всё чаще попадаются встречные открытые экипажи и закрытые кареты.

Здесь всё по-другому: не так, как на окраине, где я живу… то есть жила. Как же здесь красиво. Балконы домов украшены цветами. Тротуары чистые. Никакой вони. Спешат по делам прилично одетые горожане. Даже лоточники выглядят иначе. Лотки с товаром у них не облупленные, и сами они одеты аккуратно и чисто.

Смотрю во все глаза. Словно в другой мир попала. Когда же я была здесь последний раз? Это мачеха с сестрой по большим праздникам обязательно отправляются в центр, а для меня дома всегда находится работа. Снова поправляю себя: «Находилась».

Сейчас в Шардене весна, и кое-где между домами видны цветущие яблони и сливы.

На душе неожиданно становится легче.

Нет смысла страдать по тому, что ещё не случилось. Ведь не зря мне дан второй шанс. Значит, можно всё исправить. Сейчас главное не пройти тот же самый путь. И начать нужно с того, чтобы не замуж скоропалительно выскочить, а в Академию поступить. Рональд будет против? Несомненно. А значит, надо улучить момент и сбежать.

Во всех Академиях всех миров действует одно правило: ни родители, ни мужья, ни тем более женихи не имеют права забрать девушку без её согласия.

А мне очень нужны эти пять лет, чтобы понять, какую магию я не раскрыла в прошлой жизни, а вот так нечаянно передала сыну на беду всем нам.

Кричат мальчишки-газетчики, предлагая свежие новости вчерашнего дня. Обычный уличный и многоголосый шум.

– Новости! Ночные происшествия! Фонтан возле мэрии взорван, – раздаётся совсем рядом пронзительный голос мальчишки.

– Маги ищут злоумышленника. Неужели стычка адептов? – вторит другой.

– Опасно! – подтверждает третий. – Возле мэрии ядовитый туман!

– Гаргулья задница, – рявкает Рон. – Гони.

Лошадь реагирует на драконий рык раньше, чем извозчик замахивается кнутом.

Мы, правда, едем к мэрии? У меня внутри появляется надежда. Неужели Боги меня услышали? Именно там, на площади перед мэрией, находятся порталы, ведущие в разные Академии. Возможно, у меня появится шанс.

Академии расположены в разных мирах, и у всех свои правила. У кого-то сейчас выпускные экзамены, у кого-то вступительные. То есть почти круглый год можно найти тот мир, который набирает адептов. Вся информация об этом и пропуска для абитуриентов – в мэрии.

Экипаж останавливается при въезде на площадь. Рональд выскакивает наружу. Кажется, он обо мне забыл. Ага, как же… забудет он. Поворачивается ко мне, грозно говорит да ещё указательным пальцем в меня тычет:

– Ты сидишь здесь. Ни шага из экипажа.

Рон умеет быть убедительным. Ощущение, что его взгляд вдавливает меня в сиденье.

Киваю. Рон, поверив в мою покорность, быстрыми шагами направляется к площади.

Вот только я уже не та. Внутри сейчас причудливым образом сплавляются в единое целое два моих «я», рождая нечто новое: менее наивное, чем молодая восемнадцатилетняя девушка, и более решительное, чем домашняя клуша, принявшая свою судьбу.

Внимательно слежу за мужем. Отмечаю, как он замедлился, прежде чем пересечь невидимую границу. Это происходит не сразу, а когда он уже сделал не менее десяти своих размашистых шагов по брусчатке площади.

Похоже, маги оградили место происшествия барьером от посторонних. Но мэрия с другого края площади, и туда можно пройти. Только надо это сделать так, чтобы Рон даже случайно не заметил.

– Эй ты, что там у тебя? – извозчик, воспользовавшись передышкой, подзывает одного из торговцев выпечкой.

Парнишка лет двенадцати подходит поближе и откидывает край белоснежной салфетки, прикрывающей пышные крендели, обильно посыпанные сахарной пудрой. Сглатываю голодную слюну. Когда он был, тот утренний творожник? Но, право же, не до того.

Мне пора. Пока извозчик торгуется, покидаю экипаж. Не думаю, что он попытается меня остановить, но в любом случае лучше будет, если не заметит направление, в котором я скрылась. И я спешу нырнуть в ближайший проулок.

Пересекаю задний двор дома, прилегающего к площади, ещё один проулок. Людей здесь меньше, чем на улице, где остался экипаж, но они всё же есть. Поэтому бежать не рискую. Стараюсь идти быстро и с деловым видом. Рональд мне даже переодеться времени не дал. И сейчас на мне хоть и аккуратное, но очень простенькое платье, в котором только в соседнюю лавку можно сбегать. Надеюсь, я похожа на служанку, спешащую по поручениям своей госпожи.

Мне нужно обогнуть проулками и дворами едва ли не половину огромной площади, чтобы подобраться к мэрии. Задыхаюсь с непривычки, в боку начинает покалывать. Но не останавливаюсь. Кто знает, сколько времени Рональду понадобится, чтобы переговорить с другими магами? И, как поведёт себя пока ещё невидимая метка, я тоже не знаю. Что если Рон, обнаружив мой побег, сможет почувствовать, где я нахожусь? Ведь нашёл же он меня в доме мачехи.

С опаской поглядываю на своё запястье. Метка появилась на миг, когда Рон держал меня за руку. Но сейчас кожа опять стала чистой. И это хорошо. Насколько мне известно, девушек, связанных обязательствами, к экзаменам допускают только с разрешения их женихов или же мужей.

По опыту прошлой жизни я отлично помню, что рисунок стал видимым после…

Чувствую, что краснею и не от того, что разгорячилась из-за быстрой ходьбы. Так странно вспоминать о том, что происходит между мужчиной и женщиной после свадебной церемонии, когда ты ещё невинная девушка. Однако теперь мне придётся с этим жить.

Но хуже всего то, что в глубине души поднимает голову тоска по тому мужчине, которому я не очень-то и нужна. А вот её лучше бы выкорчевать с корнями, если получится…

Мне сейчас нужно любой ценой поступить в Академию, а там уже буду разбираться со своими чувствами.

Перед мэрией много юношей и девушек, и я смешиваюсь с ними. Неужели мне повезло, и какая-то Академия прямо сейчас ведёт набор?

Шарден находится на перекрёстке между мирами, и порой сюда прибывают одарённые из других мест, чтобы найти ту Академию, которая больше подходит для их магии.

Бросаю взгляд в центр площади. Никакого тумана, о котором кричали газетчики, не вижу, но вот фонтан действительно пострадал. Куски мрамора покрывают довольно большое пространство. И там среди всего этого хаоса стоит внушительная группа магов.

Рона замечаю сразу же. Он стоит вполоборота ко мне, и взгляд невольно залипает на его красивом профиле.

Прямой нос, чётко очерченный волевой подбородок, высокие скулы, губы, такие мягкие, когда касаются моих. Помню их вкус. Как же я была им очарована тогда, пять лет назад.

На этот раз что-то сжимается не в области сердца, а внизу живота.

В самом начале мне показалось, что он любит меня. Я помню его другим, не столь холодным и сдержанным. Он был таким внимательным, чутким в наш первый раз.

Затем, по крайней мере полгода после свадьбы, Рон прилетал часто: через день, самое долгое через два. А потом всё реже и реже. В Академии Аэртании, которой он управлял, были то вступительные, то выпускные, то просто рутинная работа и вообще…

«Моя работа тебя не касается», – так ответил муж, когда мои вопросы и нытьё ему надоели.

Когда же всё пошло не так?

Рон откидывает волосы назад очень знакомым движением головы, и я отвожу взгляд, опасаясь, что вот сейчас он его почувствует и повернёт голову. И все мои планы рухнут. Втягиваю воздух со сложной смесью запахов мужских и женских парфюмов, вспотевших от волнения тел.

Оказывается, пока я смотрела на Рона, я не дышала. Ничего, это пройдёт. Когда людей разделяют миры, любое притяжение, даже истинное, ослабевает.

Пробираюсь к дверям мэрии. Это несложно, внимание большинства поступающих привлечено тем, что происходит на площади. Мне нужно внутрь.

– Айви? – неожиданно окликает меня знакомый голос. – Откуда ты здесь?

Глава 4. Пропуск

Айви

Вздрагиваю, резко поворачиваюсь и невольно расплываюсь в улыбке.

– Лита? – С искренней радостью обнимаю подругу. – Я так по тебе соскучилась.

Надо сказать, что обхватить мою подругу не так-то просто. И нет, она не толстая. Талия у Литы такая же, как у меня. Но вот грудь потрясающих размеров. Я прямо чувствую, что все окружающие нас парни, которые видят эту сцену в данный момент, мне завидуют.

– Мы же два дня назад виделись, – удивлённо говорит подруга.

Упс. Моя вторая память вмешалась, та, что пятилетней давности. Но Лита уже отвлекается на другую мысль.

– Тебя Фецилия всё-таки отпустила на экзамены? – спрашивает она и тут же понижает голос так, чтобы никто не услышал. – Или ты сбежала?

– Сбежала, – киваю я.

– Тогда нам надо побыстрее пробраться внутрь. После поступления она ничего уже не сможет сделать, чтобы вернуть тебя.

Лита начинает уверенно протискиваться между плотно стоящими кандидатами в маги. И первое время никто не обращает на это внимания, потому что большинство всё ещё увлечённо разглядывает пострадавший фонтан и стоящих рядом с ним самых известных магов из разных миров. Я, правда, никого не знаю, кроме Рона, а вот остальные, охая, перечисляют известные им имена.

– Смотри, смотри, это же Кристер*, ректор Академии Айсгарда, – восхищённо восклицает кто-то из парней. Вот бы попасть в его Академию, там лучшая боевая подготовка со времён Хаоса.

– Ах! Сам Кристиан Арский!** – восторгается девушка. – Красавчик!

– Ага. Только рот не разевай, он женат на истинной.

– Ты уверена? Вот это разочарование. А Рональд Ардэн? Тоже женат?

– Вроде нет, но с таким лучше не связываться. Он уже столько сердец разбил. Ни одной не удалось задержаться рядом с ним дольше, чем…

Дальше я не слушаю. Лита тянет меня за руку, и я с готовностью следую за ней.

С меня хватило пяти лет гаданий, с кем мой муж проводит время. Он больше не мой муж, и мне это совершенно не интересно. Вот только кулаки сами собой сжимаются, и я случайно наступаю на чью-то изящную туфельку.

– Осторожнее, деревенщина, – шипит какая-то девица, чьё лицо я не успеваю разглядеть.

Бросаю короткое «извините» и ввинчиваюсь за Литой дальше в ряды абитуриентов.

– Спешите, девушки? – останавливает нас негромкий мужской голос, когда до заветного крыльца остаётся пара шагов.

Он звучит за моей спиной, и такое ощущение, что с неба, потому что доносится со стороны моей макушки.

– Верно, – спохватывается вихрастый брюнет, заступая дорогу идущей впереди Лите. – Сейчас наша очередь за пропусками.

Непроизвольно стискиваю ладонь подруги. Как это всё невовремя. Однако Лита знает своё главное оружие. Выпрямляет спину и делает шаг в сторону вихрастого. Выражения её лица не вижу, но и парень, похоже, тоже, потому что взгляд его немедленно сползает вниз и слегка стекленеет.

Однако путь по-прежнему перекрыт, и я разворачиваюсь к тому, кто нас остановил, в надежде убедить его пропустить нас без очереди.

Взгляд утыкается в широкую грудь, затянутую в форменный камзол из дорогой ткани, украшенный начищенными до блеска пуговицами. На каждой из них вырезан маленький дракон.

Мне приходится задрать голову, чтобы посмотреть в лицо парня. И я встречаюсь с холодным взглядом серых глаз. Светлые волосы коротко подстрижены по последней моде. Я такие причёски только на фото в газетах видела, в рекламе самых дорогих салонов.

Незнакомец

Вижу этого человека впервые, но всё в нём, а не только одежда, кричит о высоком статусе. Само выражение лица говорит о том, что он привык повелевать.

Незнакомец смотрит на меня свысока. Свысока не в смысле того, что он выше меня на голову, а с подчёркнутым пренебрежением к девушке, одетой как простолюдинка.

– Мне, правда, нужно быстрее, – негромко говорю я и бросаю взгляд за его спину.

Обсудив свои вопросы, маги расходятся. Я вижу удаляющуюся спину Рона. Он идёт ко мне, то есть к экипажу, и очень скоро обнаружит, что меня там нет.

Парень, проследив за направлением моего взгляда, поворачивается ко мне.

– Очередная жертва чьего-то обаяния? – презрительно спрашивает он. – Хочешь попасть в Академию за своей мечтой? Это ты зря. Маги на таких, как ты, не женятся.

Этот высокомерный индюк принял меня за охотницу на мужчин? Выпрямляюсь и отвечаю ему не менее холодным взглядом. Во мне просыпается Айвира Ардэн, которой доводилось хоть и нечасто, но общаться в высшем свете.

– Привыкли судить по внешнему виду, юноша? А что, если мне, наоборот, нужно в Академию, чтобы избежать замужества? И сейчас счёт идёт на минуты.

В глазах парня появляется интерес.

– Говоришь убедительно. Ладно, но будешь должна. – Взгляд парня задерживается на моих губах, и он хищно усмехается. – Пропусти их, Вест.

Услышав это распоряжение, вихрастый тут же освобождает путь, не сводя, впрочем, глаз с Литы, и мы наконец-то оказываемся у заветной двери.

Что-то меня тревожит. Прежде чем шагнуть в полумрак прохладного коридора мэрии, я оборачиваюсь и нахожу глазами блондина. Он разговаривает с какой-то брюнеткой в пол-оборота ко мне, а я пытаюсь сообразить, что в нём не так.

Породистые черты лица кажутся мне смутно знакомыми, хотя я абсолютно уверена, что не встречала этого человека ни в этой жизни, ни в будущей. Кажется, ещё чуть-чуть, и я пойму нечто важное.

– Ну же, Айви, давай быстрее, – пританцовывает от нетерпения Лита.

И в этот момент парень оборачивается и перехватывает мой взгляд. На его губах появляется самодовольная ухмылка. Он явно по-своему толкует моё внимание к нему.

Вспыхиваю не от смущения, а от двусмысленности ситуации, отворачиваюсь и захлопываю за собой дверь.

– Удостоверение личности, – требует страж на входе голосом, демонстрирующим усталость.

А вот об этом я забыла. И я ведь знаю, где у мачехи хранятся мои документы. Сколько раз представляла, как и в какой момент я смогу попасть в её комнату и забрать своё. Сделать это я собиралась перед самым исчезновением, потому что ключа от нужного ящика бюро у меня не было, а сломанный замок мачеха, скорее всего, сразу заметила бы.

Но кто мог подумать, что вот так неожиданно меня увезёт Рональд? Прошлый раз мне вообще никакое удостоверение личности не понадобилось, а на этот раз я о других вещах думала, пыталась сон от реальности отделить.

Лита кладёт на стол перед стражем порядка сложенный вчетверо листок и поворачивается ко мне.

– Айви, давай, – она протягивает ко мне руку, а я растерянно смотрю на её раскрытую ладонь. Мне нечего туда вложить.

Лита, поняв, на миг сводит брови.

Страж разворачивает её бумагу, но, прежде чем он опускает глаза на документ, Лита подаётся к нему.

ЛИТА

– Господин страж, – Она делает глубокий взволнованный вдох, и взгляд немолодого уставшего мужчины немедленно сползает туда, куда ему и положено. – Вы здесь лучше всех обо всём знаете.

Мужчина приосанивается, а Лита продолжает голосом наивной перепуганной девчонки:

– Часто ли не допускают до вступительных?

– Всех допускают, у кого магия есть, – охотно отвечает тот, позабыв о бумаге. – А там уж, – он показывает пальцем вверх, – в самих академиях решают, принять или нет. На то и экзамены.

– А вот это её документ, – Лита вытягивает из пальцев стража листок, на который он так и не глянул, вкладывает его обратно и снова протяжно вздыхает. – Я так волнуюсь… Что, если я что-нибудь перепутаю, и мне не поверят, что у меня есть дар?

Страж бросает на меня мимолётный взгляд, но на бумагу в своих руках по-прежнему не смотрит. Куда там. Его взгляд всё так же нацелен на Литино декольте.

– Не волнуйтесь так, юная леди, – охрипшим голосом успокаивает он. – Там не надо ничего демонстрировать. Уровень меряют специальным артефактом. Если магия есть – её увидят. – И с сожалением добавляет: – Вам на второй этаж, леди, первая дверь.

– Благодарю, вы меня успокоили. – Лита во второй раз отбирает у стража всё тот же листок и поворачивается ко мне: – Держи Айви, это мой, а это твой.

После этого, обольстительно улыбнувшись мужчине, она, покачивая бёдрами, направляется к лестнице на второй этаж. Страж провожает её затуманенным взглядом.

– Спасибо, – выдавливаю я, хотя мужчина едва ли это слышит, я для него так и осталась невидимкой.

И я начинаю подниматься по лестнице вслед за подругой, всё ещё не веря, что страж не окликнет меня в последний момент.

– Ну, ты даёшь, – шепчу я Лите, когда мы оказываемся на втором этаже.

– Ерунда, это несложно, – небрежно говорит она, пожимая плечами. – Мужчины все одинаковы. Грудь и попа – это то, при виде чего они забывают об остальном.

Мы останавливаемся перед высокой дверью из резного дерева, и Лита добавляет доверительно:

– Но не это самое важное. Прикинь, сидит этот страж на своём посту целыми днями, никто его не замечает. Ну протянут документ, и всё. Он как человек-невидимка. Знаешь, как ему обидно, что его не дороже мебели ценят? Улыбнись, прояви уважение. Правда, таких, как тот белобрысый, который велел нас пропустить, подобным не взять. Они избалованы женским вниманием. Интересно, что ты ему сказала?

– Просто попросила.

Лита недоверчиво хмыкает.

– Просто?

Дверь отворяется, и из неё выходят двое парней с зажатыми в руках пропусками. Картонные прямоугольники окутаны светящейся дымкой. Не глядя на нас, они направляются к лестнице.

Лита нажимает на ручку двери, приоткрывает её и первая заглядывает:

– Можно?

И, получив утвердительный ответ, отступает в сторону, освобождая мне дорогу.

– Ну что, Айви, вперёд!

Не позволяя волне страхов и сомнений захлестнуть меня, я делаю шаг внутрь.

Светлая комната с мебелью из тёмного дерева. За столом женщина неопределённого возраста.

– Какая магия? – резко спрашивает она.

– Стихийная, воздух.

Женщина берёт в руку лежащий на столе кристалл, а другой рукой указывает на место в центре комнаты:

– Встань туда.

Прямо на моих глазах на полу прорисовывается золотистый круг, а затем из него вырастает полупрозрачная колонна с мерцающими искорками внутри.

Я стою на месте, не решаясь сделать шаг.

Очень хочется спросить, что и как сейчас будет. И женщина, поняв моё состояние, снисходит до пояснений:

– Ну чего ты так трясёшься? Ничего с тобой не случится. Если у тебя слабый потенциал, пропуск дам в любом случае, пусть приёмная комиссия решает, подойдёшь ты им или нет. А если сильный, то тебя перебросит в ту Академию, которой нужны именно такие адепты.

Сглатываю от волнения и послушно шагаю в центр. Некоторое время ничего не происходит, и я рискую задать вопрос:

– Что з-значит перебросит?

– О, такое бывает редко, только у одарённых с большим потенциалом. – Она сочувственно покачивает головой. – Не твой случай. У тебя всего два деления. Пропуск дам, но вряд ли поступишь. Надо не менее пяти.

Закусываю губу. Полный провал. Прав Рон.

В голове звучит его раздражённый рык:

«Ты абсолютно бесполезна. Как могли Драконьи Боги связать меня с таким никчёмным существом, как ты?»

Судьба? Отчаяние удавкой сжимается вокруг горла. Мне трудно дышать. Но из глубин души уже начинает прорастать неведомое мне прежде ощущение свирепой ярости.

«Я не хочу такую судьбу!»

Хочу выйти из светящейся колонны, но ноги словно вросли в пол, и от ступней начинает подниматься тёплая волна. Чувствую, как нагревается воздух вокруг меня. Вижу, как затуманивается пространство. Слышу удивлённый вскрик женщины. И погружаюсь в темноту.

––––––––––––––––

* Кристер (сын Айварса) впервые упоминается в книге "Истинная для Ледяного дракона" в эпилоге, затем в качестве второстепенного персонажа в "Чужая Невеста для Огненного Дракона"

** История Кристиана Арского и его истинной Алисы из Зазеркалья описана в книге "Тихоня в Академии Драконов" – эта история происходит в другом мире.

Глава 5. Приёмная комиссия

Айви

Когда-то, впервые попав в портал, я испугалась и пролетела через него, вцепившись в руку Рональда, так ни разу и не открыв глаза.

Сегодня я впервые одна, но страха нет. Злость, ещё блуждающая по венам, не уступает места тревоге. Тем более темнота не сплошная, в ней носятся огненные и голубые искорки. Порой они начинают крутиться вокруг собственной оси и превращаются в золотистые и голубые спирали. Стоп.

Рон объяснял мне, голубые смерчи – это воздух, и они связаны с моей стихией, а огненные – с его. Так откуда они сейчас здесь?

Я даже оглянуться пытаюсь. Нет ли рядом Рональда? И почти сразу же ловлю ощущение, что я здесь не одна. Неужели он смог меня отследить?

Ощущаю прикосновение к своей ноге на уровне середины голени. Вскрикиваю от неожиданности и… неуклюже вываливаюсь из портала прямо в центр освещённого ярким солнцем помещения. Свет ослепляет, и в первые несколько мгновений я не могу понять, где верх, а где низ. Мир плывёт перед глазами, и, покачнувшись, я падаю, больно ударившись коленом.

– Это что за недоразумение? – раздаётся недовольный женский голос.

– Спокойно, госпожа Тарина, – отвечает ей низкий мужской баритон откуда-то сверху и из-за моей спины, – это тот самый случай, когда распределяющему артефакту лень было выдавать пропуск.

Стук в дверь эхом разносится по помещению.

– Подождите, вас вызовут, – раздражённо рявкает женщина и добавляет не менее приветливо: – Ну же, милочка, вы так и собираетесь сидеть на полу?

Поднимаюсь на ноги. Снова ощущаю прикосновение к голени чего-то живого и тёплого. Еле сдерживаю крик. Но рядом со мной никого. Что за фокусы?

Глаза уже привыкли к яркому свету после полутёмных помещений мэрии и ещё более тёмного портала, и я быстро оглядываюсь, пытаясь понять, куда я попала.

Судя по всему, это точно академия.

Огромная светлая аудитория, построенная в виде амфитеатра, с полукруглыми рядами, уходящими вверх, а передо мной кафедра и преподавательские столы, за которыми сидят четверо мужчин и одна женщина, видимо, та, которую кто-то назвал госпожой Тариной. Мужчины смотрят на меня с интересом, а она с явной неприязнью.

– Откуда вы такая? – спрашивает женщина, окидывая меня взглядом с ног до головы так, что мне становится неловко за свой внешний вид.

Но, с другой стороны, я ведь не на охоту за женихами явилась. А в Академиях, насколько мне известно, должна быть форма, единая для всех.

– Из Шардена, – отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

– Это ясно, мир какой?

– Я здесь родилась, в Шардене.

– Имя?

– Айвира Ар… Карно.

Откуда-то сверху за моей спиной раздаётся треск, словно деревяшка сломалась или карандаш. А меня прошибает холодный пот. Боги, чуть не ляпнула: «Айвира Ардэн». Отвыкла за пять лет от девичьей фамилии.

– Поня-атно, – тянет женщина брезгливо. – Карно, значит. Родители торговлей занимаются? Маги если и были, то поколений семь назад?

– Мама… – начинаю я.

Но госпожа Тарина уже составила обо мне своё мнение:

– И как же у вас получилось, милочка, пробиться через защитные барьеры и вот так оказаться прямо перед приёмной комиссией?

От женщины исходит откровенная неприязнь. Вот чем я могла ей насолить?

Беспомощно развести руками и сказать, что не знаю? Мне и так ещё предстоит доказывать, что со своим ресурсом в два деления я достойна того, чтобы учиться в Академии.

– Очень хотела попасть в Академию, – начинаю неопределённо.

– Стихийная портальщица? – щурится сквозь круглые очки немолодой человек в синей мантии.

Надо отвечать. И врать нельзя. Ибо портальщица из меня никакая.

Мотаю головой.

– Нет, господин магистр, артефакт в мэрии переправил меня сюда.

– Ну хорошо, – кивает маг, поправляя очки на крючковатом носу. – Редко, но такое бывает. Продемонстрируйте, юная леди, что вы умеете.

Холодок пробегает по спине. А вдруг не получится? Сдаваться нельзя. Должно получиться. Я всё-таки готовилась, пусть без руководства и по книгам.

Вытягиваю перед собой правую руку с раскрытой ладонью и начинаю тянуть силу из солнечного сплетения.

Стараюсь расслабиться. Но как же это сложно, когда на тебя смотрят несколько человек. Тем более что это опытные магистры, от которых зависит моя судьба.

Тепло поднимается вверх по телу и медленно начинает заполнять плечо, предплечье, кисть. Теперь надо сформировать в центре ладони спираль, раскрутить её и превратить в воздушный вихрь.

– Мы здесь до завтра будем сидеть? – ядовито интересуется женщина.

Я вздрагиваю, и концентрация ослабевает. Белая дымка, уже было закрутившаяся колечком, втягивается обратно.

Растерянно гляжу на экзаменаторов. Начинать сначала?

– Госпожа Тарина, – с лёгкой укоризной обращается к женщине светловолосый маг с короткой ухоженной бородкой. – Ну зачем вы так? Девушка волнуется.

– Ах, оставьте, магистр Айрэнд*, – отмахивается женщина. – Как будто я не вижу, что магия у неё есть. Мне для этого артефактов не надо. Слабенькая воздушница. Чтобы её дар развить, вы представляете, сколько сил надо положить? Вы тут прониклись сочувствием при виде хорошенькой мордашки, сами же потом растворитесь в морских далях, а возиться с ней кому придётся? Стихийную магию я преподаю. А значит, и решать мне.

И госпожа Тарина смотрит на меня с таким видом, словно надеется, что я сама сейчас устыжусь и исчезну.

– Вы забываете, магистр Тарина, – снова баритон из-за моей спины, и на этот раз в нём звучат стальные ноты, – что девушку сюда перебросил артефакт. Сам. А значит, не всё так просто.

Очень хочется обернуться и посмотреть на того, кто за меня заступается. Не решаюсь. Неизвестный мне мужчина, видимо, сидит на одном из верхних рядов амфитеатра.

– Ну, если вы так считает, Ваше Сиятельство, – госпожа Тарина поджимает губы, – то вы и решайте, кто будет откапывать в этом самородке неизвестный талант. Я его не вижу.

Хлопает дверь за спиной.

– О, господин ректор, – восклицает женщина, и лицо её озаряет радостная улыбка, – вы так вовремя!

– Я сам решу все вопросы, связанные с этой абитуриенткой, – раздаётся очень знакомый голос, не узнать который я не могу.

Этого не может быть. Он ректор этой Академии?

Внутри всё опускается.

Всё против меня. Как он успел так быстро сориентироваться?

– Мисс Карно, – ледяным тоном произносит Рон, – прошу вас пройти в мой кабинет.

Я медлю, всё ещё на что-то надеясь. И помощь приходит.

– Не спешите, господин ректор, – раздаётся сверху тот самый голос, который уже дважды за меня вступался. – Я бы хотел узнать выводы приёмной комиссии.

И на этот раз мне кажется, что когда-то давно я его уже слышала. Но обернуться пока не могу. Стою столбом в центре аудитории.

– Мнения приёмной комиссии разделились, – ядовито заявляет взъевшаяся на меня госпожа Тарина. – Лично я против. У девушки почти нулевая магия.

Эта грымза явно почуяла, что ректор поддержит именно её.

– А я бы не стал разбрасываться абитуриентами, которых артефакт приводит к нам напрямую, – возражает женщине светловолосый магистр Айрэнд. – Что касается нежелания госпожи Тарины тратить время на эту стихийницу, я готов принять её в свою экспериментальную группу. В рейд мне недель через пять. За это время я либо помогу ей раскрыть потенциал, либо признаю… свою педагогическую бездарность.

Сарказм в его голосе говорит о том, что такие стычки с невзлюбившей меня женщиной не редкость. Если даже я и не заинтересовала его как любопытный экземпляр, то насолить своей коллеге он не против. И именно он обращается к немолодому магистру в синей мантии:

– А что скажете вы, профессор Левир? Один голос «за», один «против». Я так понимаю, что ваше слово решающее.

Маг в синей мантии снимает очки и начинает не спеша протирать стёкла.

– Э… – глубокомысленно изрекает он.

А меня прямо-таки начинает трясти. Он что, издевается?

Магистр снова напяливает очки на свой крючковатый нос и устремляет взгляд на мои… ноги? Разглядывает так, что мне становится неудобно. Я даже юбку невольно одёргиваю.

– Думаю, это интересный экземпляр, – наконец говорит он рассеянно. – Да-да, интересный. Безусловно, принять в Академию.

– Два против одного, – удовлетворённо улыбается светловолосый.

– Два против двух. И один из них я. – С этими словами Рон выходит вперёд и останавливается рядом со мной. – Надеюсь, меня никто не лишит права голоса? – чуть насмешливо спрашивает он.

– Ну что вы, господин ректор, – восклицает довольная госпожа Тарина и победоносно смотрит на магистра Айрэнда. – Более того, мне кажется, слово ректора имеет больший вес.

Сникаю. Вот и всё. Похоже, я поступила неверно. Нужно было сразу, когда Рональд за мной пришёл, поговорить с ним. Нет, не о том, что я прыгнула в прошлое. В это никто не поверит. Но про то, что я хочу учиться. А теперь он так зол на меня за моё сопротивление и побег, что может быть против просто из принципа.

– Ну что ж, – продолжает госпожа Тарина. – Вопрос решён.

– Не совсем, – гремит сверху. – Есть ещё мой голос как представителя королевской семьи и главы Совета обеспечения Академий Аэртании. И, пожалуй, пришло время им воспользоваться.

Слышу шаги. Неизвестный мужчина спускается с верхних рядов амфитеатра:

– Я голосую «за» эту абитуриентку. Вы ведь не станете оспаривать моё право, лорд Ардэн?

– Разумеется, нет. – Кажется, я слышу зубовный скрежет своего бывшего мужа. – Но скажите, лорд Микель…

Ох! При звуке этого имени меня охватывает ужас. Я резко поворачиваюсь к нашему убийце. Страх тут же сменяется ненавистью. Это он, тот, кто похитил Арвена. Я бы наверняка себя выдала, если бы негодяй смотрел на меня. Однако, на моё счастье, лорд Микель меряется взглядами с Рональдом. И я успеваю взять себя в руки.

–…какой интерес у короны, – продолжает Рональд, – и Совета обеспечения в том, чтобы зачислить в Академию заведомо слабую одарённую? Обычно мы набираем либо уже хорошо подготовленных адептов, либо тех, которые без балансировки магии способны на неконтролируемые выбросы и представляют опасность для окружающих. В данном случае нет ни того, ни другого.

– Не уверен, господин ректор, – вклинивается в спор профессор Левир. – Фамильяры не следуют за кем попало.

– Какой фамильяр? – негодующе восклицает магистр Тарина. – Вы опять со своими фантазиями?

Я ничего не понимаю, но догадываюсь, что речь идёт обо мне.

С огромным трудом заставляю себя повернуться лицом к экзаменаторам. Я, конечно, понимаю, что едва ли лорд Микель при всех сделает что-то плохое, но всё равно страшно оставлять его за спиной.

– Фамильяр, говорите? – светловолосый маг с интересом смотрит мне под ноги.

– Возьмите мой артефакт, – профессор снимает очки и протягивает их коллеге.

Тот осторожно берёт предмет за дужку, но прикладывать к глазам не спешит.

– Хм, а я ведь и так вижу. Правда, нечётко. Ну-ка, а если через ваш бесценный артефакт?

На мужественном лице магистра Айрэнда старомодные круглые очки смотрятся нелепо. Странно, конечно, что я вообще думаю о таких мелочах. Тут вроде как моя судьба решается. И, похоже, странный разговор о фамильяре мне на руку.

И в этот момент я снова ощущаю прикосновение к ноге. На этот раз оно не эфемерное. Мамочки, что это такое? Нечто тёплое прижимается к голени, и я испуганно смотрю вниз. Ничего. А ощущение-то никуда не исчезает. Более того, когда я пытаюсь отступить в сторону, невидимый спутник тут же следует за мной. Да что происходит-то?

– Давно он с вами, леди Айвира?

– Кто? – растерянно переспрашиваю я, даже не поняв, кто именно задал вопрос.

– Фамильяр, – уточняет профессор Левир.

Судя по тому, что никто не бьёт тревогу, скорее всего, живое существо, которое продолжает прижиматься к моей ноге, для меня не опасно. И даже напротив, заинтересовало приёмную комиссию.

Пытаюсь сообразить, когда я его почувствовала впервые. По-моему, в портале. А поскольку я долго не отвечаю, профессор делает вывод:

– Она его пока не видит. Но, кстати, возможен вариант, что именно фамильяр забирает часть магии. И я настаиваю, чтобы адептка посещала факультативно мою лабораторию. Очень интересный фамильяр.

– Ну вот и решили, – говорит лорд Микель. – Я так понимаю, больше возражений против поступления мисс Карно ни у кого нет?

Ѓоспожа Тарина кивает с недовольным видом и склоняется над бумагами. Остальные экзаменаторы тоже делают какие-то пометки.

– Я поступила? – недоверчиво спрашиваю я.

– Да, юная леди, – улыбается убийца.

Такая же тёплая и доброжелательная улыбка была на его лице в тот день.

– Зайдите в ректорат, мисс Карно. Мой секретарь вам всё объяснит. – На лице Рональда многообещающая гримаса.

Ох, чувствую, что объяснять мне будет не секретарь.

–––––––––––––

* Ферон Айрэнд – впервые упоминается в книге "Трофей для адмирала драконов" во второстепенной роли.

Глава 6. Академия на летающем острове

Айви

Иду на выход и спиной чувствую провожающие меня взгляды. Щёки горят. У меня даже ладошки вспотели.

Непроизвольно ускоряюсь, чтобы как можно быстрее сбежать из аудитории.

Выскакиваю в коридор, тяжёлая дверь сама за мной захлопывается, не иначе как на магической пружине, а я спотыкаюсь и лечу вперёд. Не растягиваюсь на полу только потому, что с лёту влипаю в литое мужское тело. Пуговицы с гербом мне знакомы, только до мозга не сразу доходит, что это тот высокомерный блондин, с которым я уже сталкивалась перед мэрией.

– Ну что, детка, – язвительно интересуется он, – удалось сбежать от замужества? Или за тобой прямо сейчас гонится толпа женихов?

Приятели поддерживают смехом его слова. Но мне наплевать. Все мои мысли остались там, в аудитории. Поэтому я огрызаюсь, не думая о последствиях:

– Не твоё дело.

– Оу, неужели зачислили? И ты сразу такая дерзкая стала. Забыла уже, кому глазки перед мэрией строила?

– Ничего я не строила.

Упираюсь руками в грудь наглеца, чтобы оттолкнуть его, но он крепко держит меня за оба локтя.

– Ещё поговорим, крошка, о твоём долге, – цедит парень. – Кстати, не поймай я тебя, ты бы нос сейчас расквасила.

Коридор трижды освещается зелёной вспышкой.

– Дэн, – окликает его кто-то из приятелей, – тебе на экзамен.

– Иду. – Парень наклоняется к самому моему уху и шипит: – Сейчас мне некогда. Но мы ещё обсудим твоё поведение. Будешь так себя вести, вылетишь из Академии быстрее, чем влетела. И запомни: мне нравятся послушные девочки.

Поворачиваю голову и в тон ему шиплю:

– А мне до гаргульей задницы, какие девочки тебе нравятся.

Любимое ругательство Рона вылетает само собой и явно не соответствует моему теперешнему облику и возрасту. Пять лет назад я даже слов таких не знала. В принципе, леди вообще так не выражаются.

На высокомерном лице парня мелькает тень удивления, которое почти сразу же сменяется неприкрытым раздражением, и он меня отпускает, криво усмехаясь:

– А вот теперь ты нарвалась.

– Дэн, – торопит его приятель.

И этот тип исчезает за дверью, окинув меня напоследок многообещающим взглядом.

А у меня именно в этот момент включается голова.

Проклятье, мне вот только врага нажить не хватало. Похоже, сегодня думание не самая сильная моя сторона. Прям затмение нашло. Не стоило злить того, кто явно принадлежит к одной из аристократических семей.

И неожиданно вынырнувшая из-за группы парней Лита это подтверждает:

– Ну ты даёшь, скромница. Какой шершень тебя укусил?

Отмахиваюсь, чтобы не спорить. Лита уже переключается:

– Слушай, ты как просочилась мимо меня там, на площади?

Мнусь, косясь на обступивших нас абитуриентов. Чувствую, что не стоит рассказывать при всех.

– Ладно, потом, – понимающе говорит подруга. – Мне сейчас сдавать. Скажи только одно. Ты поступила?

Киваю неуверенно. До сих пор есть сомнения в том, что всё это по-настоящему. Слишком уж много странностей. Ещё и фамильяр какой-то, которого кто-то видит, а кто-то нет. Сейчас вот я его совсем не чувствую. Морок какой-то.

– А кто в приёмке? – деловито интересуется подруга, выпрямляя спину, отчего её главная красота выдаётся вперёд. – Мужчины? Или тётки тоже есть?

Отвечаю, понизив голос:

– Увы, одна есть и очень неприятная.

Морщусь непроизвольно, вспоминая госпожу Тарину. Хорошо, что пять недель как минимум я буду в группе у магистра Айрэнда. А потом куда? К ней?

– Ну ничего, справлюсь, – встряхивает головой Лита.

Мне бы хоть капельку её уверенности. Пытаюсь вспомнить, слышала ли я что-либо о её судьбе в той будущей жизни? Похоже, что ничего. Брак разорвал все мои отношения не только с семьёй мачехи (о чём я ни секунды не жалела), но и с подругами. А их хоть мало, но были.

– А кто там ещё в комиссии? – нервно интересуются абитуриенты.

– Профессор Левир и магистр Айрэнд.

– Сам Айрэнд? – у парня прямо глаза на лоб лезут от изумления. – Ты уверена? Лучший воздушник Аэртании?

Лучший? Не знала. И такой маг готов взяться за моё обучение? Мне радостно и одновременно тревожно. Потяну ли я? Сердце начинает колотиться от волнения. Почти безумная надежда на то, что такой мастер что-то там разглядел в неопытной абитуриентке, перекликается со страхом, что я могу не справиться. Нервно сглатываю. Рано об этом думать.

– А ещё ректор и кто-то из Совета обеспечения, – добавляю я.

– Ой, мамочки! – вырывается у миниатюрной брюнетки. – Я точно провалюсь.

Остальные просто замолкают, переваривая.

– Ты сейчас куда? – спрашивает Лита.

– Велели идти в приёмную ректора, к секретарю, – спохватываюсь я. – Я побегу?

Про себя добавляю: «Пока там ректора нет».

Да, так будет лучше. Я не готова к разговору с Роном. Не сейчас. Мне обязательно надо всё обдумать. С момента возвращения памяти у меня ни мгновения не было для того, чтобы попытаться собрать мозги в кучку. Этак меня затянет в ту же самую жизнь, я и заметить не успею.

– Ну давай, – Лита машет рукой в сторону выхода, откуда льётся поток света. – Лучше не через первый этаж. Через переход в главный корпус быстрее получится. Ты только с заселением в общагу не спеши. Дождись меня. Вместе будет веселее.

– Обязательно, – улыбаюсь я и устремляюсь в сторону, куда она указала.

Насколько мне известно, абитуриенты сначала фиксируют свой пропуск в ректорате. А значит, Лита невольно подсказала нужное направление. Начни я расспрашивать, куда идти, пришлось бы объяснять, каким путём я попала в Академию. Не уверена, что об этом стоит знать всем.

Чего я не ожидаю, так это магического барьера, перегораживающего выход из полутёмного коридора. Он не для людей – для ветра. Невидимая плёнка почти не ощущается, но едва я пересекаю грань, потоки воздуха раздувают мои волосы, а яркий свет заставляет зажмуриться. Открыв глаза, я не могу удержаться от восхищённого вздоха.

Обнаруживаю, что стою в длинной открытой галерее, откуда открывается во все стороны потрясающий вид. Переход ведёт к величественному зданию. Оно огромное, но из-за изящных колонн кажется невесомым.

Вот только это я замечаю во вторую очередь. А первое, что меня поражает: территория Академии с этой высоты видится неровным кругом. И края этого круга обрамлены облаками. Да-да, облака находятся на уровне Академии, а не высоко в небе.

Застываю на месте. Куда я попала?

Академия что, находится на вершине горы? Это какое-то плато?

Академия Эртариан

Держась за мраморные перила, перегибаюсь, чтобы рассмотреть, что внизу. Похоже на парк. В густых зелёных зарослях деревьев и кустарников петляют белые каменные дорожки, ведущие к другим зданиям. Помимо величественного главного корпуса, на территории есть ещё несколько поменьше, но не менее светлых и изящных. Воздушных.

Аэртания. Точно! Это слово звучало уже сегодня несколько раз. Но только сейчас до меня доходит, куда я попала. Аэртания – одна из стран этого мира, здесь правят драконы, владеющие воздушной стихией.

Замок Рональда, в котором я жила пять лет, находится на границе двух других стран: Драгонвэла и Айсгарда, где царствуют огненные и ледяные драконы.

Но, как бы там ни было, это тот же самый мир, будь он неладен! Меня пробирает дрожь. Ну почему распределяющий артефакт не мог направить меня в любой другой?

Красота Академии меркнет. Бежать. Мне надо обратно в Шарден. Попасть в любую другую Академию. Возможно, ещё не поздно.

Железные пальцы сжимают мой локоть:

– Что за игру ты затеяла, Айви?

Зелёные глаза Рона смотрят с недовольством. Красиво очерченные губы плотно сжаты.

Он сейчас стоит слишком близко ко мне. Знакомый древесный аромат проникает в лёгкие, стремясь по сосудам добраться до мозга.

У маленькой и глупой восемнадцатилетней Айви мурашки начинают водить хороводы по всему телу и сердечко восторженно пускается вскачь.

Но тень второй Айви делает медленный выдох, и сердце замедляет бег.

– Я поступила в Академию, Ваша Светлость? Разве это плохо?

– Почему ты не сказала, что хочешь учиться?

«Так говорила же в прошлый раз! – хочется выкрикнуть мне. – Ты же сказал: «Нет».

– А вы бы это допустили? Вы разве не пытались сорвать экзамен?

– Я не увидел в тебе дара, – неохотно признаёт он.

Ну хоть честно.

– А другие увидели.

Рональд молча поигрывает желваками.

– Скажите, господин ректор, – перехожу я к официальному обращению, – вы ведь просто не хотите, чтобы кто-то узнал, что Боги подсунули вам недостойную пару? Стыдитесь меня, да?

– Сейчас ты пойдёшь ко мне в кабинет, – его голос становится вкрадчивым, – и мы поговорим без свидетелей.

Рука Рональда смещается на моё запястье, и большой палец нежно поглаживает то место на внутреннем сгибе, где уже пыталась проглянуть метка.

Тело начинает плавиться от невесомой ласки. В животе подогретым мёдом разливается тянущее тёплое ощущение. Я так соскучилась по объятиям мужа, по тем временам, когда он прилетал ко мне почти ежедневно. Рон, действительно, навещал меня часто… до беременности.

Эта мысль отрезвляет. Сквозь туман в голове проклёвывается и ещё одна здравая мысль: «Связь… это связь начинает действовать. Ещё немного, и я безропотно пойду выполнять волю Драконьих Богов».

Хотя… кто-то же меня переместил в прошлое. Кто, если не эти самые всесильные Боги? Это же они дали мне второй шанс? И, если я сейчас его упущу…

Так, душа моя, сейчас ты возьмёшь себя в руки.

– Нет, господин ректор, – говорю я, и хоть голос мой просел, взгляд я не отвожу. – Мне сейчас нужно заняться оформлением. Мы поговорим, но чуть позже.

Пальцы Рона на моей руке сжимаются сильнее.

– Больно, – шиплю я. – Синяки останутся.

Рональд скрипит зубами, но хватка ослабевает, и у меня получается высвободить свою несчастную кисть.

– Откуда в тебе столько своеволия? – глухо рычит он. – В доме мачехи ты была на положении прислуги. Не думаю, что ты с ней спорила.

– И вы на это рассчитывали, Ваша Светлость? – холодно щурится пришедшая в себя взрослая Айви. – Вас бы устроила тихая, безропотная овечка, благодарная за еду и тряпки?

Это, милый, тебе за «Отвлеклась на шмотки, др-рянь» – авансом, так сказать.

– Что ты несёшь? – В глазах Рона вспыхивает гнев.

Несу? Ну да, меня несёт. И, пока я сама своих слов не испугалась, спешу добавить не без язвительности:

– Пару раз вывели в свет, одетую как куклу, и забыли, да? Такой жене не пришлось бы уделять своё драгоценное внимание. Вам ведь этот брак не нужен, как и мне.

Зрачки в зелёных глазах вытягиваются по вертикали, по открытым участкам кожи пробегает чешуйчатая волна. Воздух вокруг меня уплотняется, сдавливая меня, словно мошку.

Прижимаюсь спиной к перилам. Две лапищи с уже формирующимися когтями со скрежетом ложатся по обе стороны от меня. Ох, кажется, я умудрилась выбесить не только первую ипостась.

– Айви! – раздаётся со стороны корпуса, который я только что покинула. – Я поступи-и-ила! – На галерею вылетает Лита.

Рональд отшатывается. Миг, и передо мной снова ректор с холодным взглядом, которому можно доверить и управление Академией, и честь адепток.

– Посмотрим, что у тебя получится, дерзкая девчонка, – очень тихо, с глухим клокотанием в горле говорит он. – Поступить мало, надо ещё удержаться.

Рон отворачивается и уходит. Смотрю ему вслед. Вот надо было мне выговориться напоследок? Наверное, правильнее было бы попросить дать мне шанс, сказать, что развитие магического потенциала матери может благоприятно сказаться на будущих детях, а не выплёскивать обиды, о которых он ни сном ни духом. Он же теперь сделает всё возможное, чтобы я отсюда вылетела.

– Айви, – Лита смотрит на меня расширенными глазами. – Чего хотел от тебя Лорд Ардэн?

– Он был недоволен, – честно отвечаю я.

– Чем?

– Тем, что такую бездарность, как я, приняли в Академию. Боится, что я подорву репутацию учебного заведения, – вру я.

Хотя почему вру? По сути, это так и есть.

– Он так близко к тебе стоял, – с сомнением говорит Лита. – Хорошо, что я первая сюда вышла. Дэнир, который сдал раньше меня, до сих пор общается со своими вассалами.

– Ты о чём? Какой Дэнир?

– Ну этот парень, весь из себя важный, который к тебе клеился. – Лита вскидывает голову и изображает высокомерный взгляд белобрысого.

– А что за вассалы?

– Прихлебатели его. Смотрят ему в рот, готовые выполнить любое распоряжение. Ты бы держалась от него подальше. Если начнёт всерьёз тебя доставать, тяжело будет. Может и выдавить тебя из Академии.

Не хватало ещё войны с сынком какого-то важного вельможи.

Качаю головой:

– Надеюсь, когда начнётся учёба, на подобное не останется времени и сил.

– Наивная ты, Айви. Это на учёбу может времени не хватить, а вот на такое как раз всегда находится. Но ты не переживай, я рядом буду.

– И что ты сделаешь? – с улыбкой спрашиваю я.

Лита подмигивает мне и приосанивается:

– Постараюсь отвлечь внимание на себя. Этот Дэнир, конечно, суперважный тип, но и у нас кое-что имеется. Я, в конце концов, не только ради учёбы поступила, мне бы не помешало и мужа себе присмотреть.

– Ох, Лита, не влипни сама. Такие типы не очень-то любят жениться.

– Хм, какая-то ты не по годам рассудительная стала. Я тебя с трудом узнаю.

– Нет, Лита, – грустно говорю я. – Я всё та же. Но сейчас действительно придётся побороться.

– С кем?

– С собственной бездарностью, – вздыхаю я. – У меня ведь и правда слабый дар. И если я не смогу его раскрыть, то ректор с радостью подпишет приказ о моём отчислении. А куда я потом? Опять к мачехе?

Об альтернативном варианте я, понятное дело, умалчиваю.

– Э, подруга, не вешай носа. Прорвёмся. Я всё-таки с магом перед поступлением занималась несколько лет. Помогу, чем смогу. А сейчас идём быстрее оформляться и, главное, поселяться, пока лучшие комнаты в общаге не захватили другие.

Мы быстрым шагом направляемся в главный корпус. Не могу удержаться и успеваю на ходу бросать взгляды по сторонам, любуясь красотами с верхотуры Академии. Интересно, а гора под ней очень высокая? Вот бы увидеть, что внизу, когда облака развеются.

– Сначала в ректорат к секретарю, – щебечет Лита, а я радуюсь, что иду в логово к хищнику не одна.

При Лите Рон точно ничего мне не сделает.

– Эй ты, – бьётся в спину грубоватое. – Постой. Опять спешишь?

Глава 7. Рональд Ардэн. "Всё пошло не так!"

Рональд

Гаргулья задница! Что было непонятного в моих словах, когда я велел ей сидеть в экипаже?

Хрупкая, сил как в котёнке, а колючая, как дикий котоёж.

С первого мгновения я столкнулся с сопротивлением. Я должен был предвидеть, что она попытается удрать.

Впрочем, не так всё пошло с самого начала.

Я не стремился к браку и к тому, чтобы в ближайшие пару сотен лет обзаводиться наследниками. В то же время я понимал, что не нам это решать, и истинность может обрушиться на голову в любой момент.

Всё же я смел надеяться, что при подобном раскладе Драконьи Боги предназначат мне в спутницы девушку с сильным даром: с любым, необязательно Огненным.

Даже лучше, если не с таким, как у меня. Наследники от смешанных браков получаются сильнее.

Из всех прочих стихий мне более других нравились воздушницы: утончённые, светленькие. Возможно, поэтому я и задержался в Аэртании, сначала устроился преподавателем в Парящую Академию, а потом неожиданно для себя стал ректором.

А тут сплошное недоразумение. Дракон встрепенулся и потащил меня в Шарден, город между мирами. Еле удалось его придержать, чтобы сначала навести справки в мэрии.

Новости меня обескуражили: мать у девчонки была аэртанкой-воздушницей, хоть это в плюс, а вот отец – пустым. А значит, о сильной магии уже можно забыть.

Родители умерли. Девчонка, как мне сказали, живёт с мачехой в доме у самой пустоши.

Пока я добирался до окраины Шардена, в голове всё сложилось. Истинная есть истинная, и получить от неё сына-дракона вполне реально. Даже если это человечка.

Отвезти в замок, окружить заботой и слугами, готовыми выполнить её любой каприз.

А самому потом завидовать друзьям, которые идут по жизни со своими истинными рука об руку. Роувеллу с его Лией и Рэйгарду с Кирой.

В общем, я всё решил до того, как её увидел.

При виде плохо одетой и недокормленной девицы в мешковатом одеянии Ларга пришлось сдерживать. Даже моей человеческой ипостаси захотелось прибить мачеху с её толстопузой, наряженной в цвет поросёнка дочкой. А уж Ларг был готов спалить весь квартал.

С трудом успокоил дракона:

«Заберём – откормим. В замке отогреется, забудет ужасы этой жизни».

Порадовало меня, что Айви оказалась не совсем пустой. Лёгкая светлая магия воздуха. Ожидал худшего. И почти расслабился.

Но вот того, что она взбунтуется и откажется отправиться со мной, я никак не ожидал. Да ещё в какой форме отказалась: «Я вас не знаю. Я так не могу».

Зря, конечно, я ей высказал, что тоже не в восторге. Не удержался.

Нет, я понимал, что девушки могут быть неприступными, но вокруг всегда было много других, и мне ни за кем не приходилось гоняться. А к тому же я её истинный. Вот и сорвался.

Ларгу же, наоборот, понравилось сопротивление. В моём драконе сразу взыграл охотничий инстинкт.

«Вкус-сная», – заявил зверь.

И не поспоришь: прижав девчонку к столу, вдохнул неповторимый аромат, драконьими органами чувств разобрал его на оттенки: ваниль и лесная земляника. Не просто земляника, а с полянки, нагретой летним солнцем.

План затрещал по швам.

«Забр-рать. Унес-сти», – тут же потребовал Ларг, возвращая меня к первоначальной идее, и попытался вырваться.

И мне пришлось снова убеждать его не дёргаться.

Едва ли мэру Шардена понравились бы новости о том, что какой-то дом, пусть и на окраине, в щепки разнёс дракон.

Ну и на Айвиру, на Айви, пришлось надавить. Вроде смирилась, послушалась.

Пока ехали, разглядывал. Слабенькая – да. Но хорошенькая, беленькая, нежная – в моём вкусе. Сегодня же в замок, к Хаосу вступительные экзамены. Без меня разберутся. Но сначала к швее. Приодеть. Пусть привыкает к новому статусу.

А там новый сюрприз.

На пороге дома швеи её скрутил такой приступ, что испугался: не выживет. Пришлось влить в неё свою магию. И в будущем, вероятно, нужно будет подкармливать почаще. И не только через солнечное сплетение.

При мысли о том, какими ещё способами можно передавать силу истинной паре, в паху потяжелело.

Гаргулья ж задница. Не слишком ли я с ней жёстко?

Сидит, вжавшись в бортик экипажа, напряжённая. Пухлые губы сжаты в упрямую линию. На реснице повисла слезинка. Ларг снова начинает психовать.

И вот какого Хаоса в этой ситуации я полез на площадь выяснять, что там с этим нарговым фонтаном?!

Центральная площадь Шардена (с ещё целым фонтаном)

Сбежала. Да не просто сбежала, а рванула на вступительные. Хорошо хоть, её в мою Академию забросило.

И вишенкой на торте стало то, что её приняли.

Провожаю взглядом выходящую из аудитории свою дерзкую истинную. Откуда в этом хрупком теле столько противоречия?

Ларг беснуется. Добыча, как ветерок, утекает между пальцами.

И я злюсь, а злость надо на ком-нибудь сорвать.

– Какого Хаоса, Микель? – шиплю негромко, чтобы остальные магистры не слышали. – С чего вдруг тебе вздумалось заступиться за эту абитуриентку? У неё же ресурса почти по нулям. В ней от пустого больше, чем от мага.

– Не скажи. Артефакт её сюда зачем-то перекинул напрямую.

Есть у меня догадка, что это Высшие Силы вернули беглянку туда, где ей и положено быть, – ко мне. И магия тут ни при чём. Но Микелю об этом знать незачем.

– А кроме того, – с воодушевлением продолжает приятель, – разве это не твоя идея? Забыл про наш спор?

– Какой ещё…

Микель поигрывает бровями.

– Не ты ли когда-то уверял, что если есть хотя бы тлеющая магическая искорка, то ты сможешь из любого сделать полноценного мага? М? А на что спорили, помнишь?

Глава 8. Тренировка

Айви

Потолка касаются первые лучи утреннего солнышка. Свежий горный воздух проникает в комнату через приоткрытое окно. Нет, я не оговорилась – именно горный. Только теперь я уже в курсе, что мы не на горе, а над горами.

Академия находится на парящем в облаках острове. И от этого меня переполняет почти детский восторг.

Я только слышала о таких островах, но даже не мечтала, что когда-нибудь окажусь на одном из них. Рассматриваю высокий потолок с лепниной и счастливо улыбаюсь.

В моей прошлой-будущей жизни Рон отправил меня в замок через портал мэрии. И всё, что я знала о его работе, – он магистр какой-то Академии. Даже о том, что он ректор, муж не счёл нужным упомянуть.

Не хочу об этом думать. «Предвидения» меня больше не посещают, потому что я сошла с этой тропы. Удержусь я, Рон, в твоей Академии. Зубами и когтями вцеплюсь и удержусь. Буду заучкой из заучек.

Лита ещё спит, а я сажусь на кровати, с удовольствием и внутренним трепетом разглядывая нашу комнату. Она чудесная, светлая, с огромным окном во всю стену. Здесь всего две кровати, две тумбочки, большой письменный стол, за которым свободно уместятся два человека. Над столом книжная полка, вдоль одной из стен большой шкаф для одежды. Вся мебель и обе двери сделаны из светлого дерева, а стены окрашены в нежно-голубой цвет. И от обилия света и воздуха о плохом вообще не думается. Нет, самого главного я не забыла, отлично помню, кого следует опасаться. Но первый же шаг у меня получился, значит, и второй получится.

– А? – резко подскакивает Лита. – Что? Мы ещё не проспали?

Она садится на кровати, кутаясь в одеяло от утренней прохлады, и щурится в попытке открыть глаза. Да, я тоже не выспалась, мы вчера долго не могли уснуть, обмениваясь впечатлениями. Но я-то привыкла к раннему подъёму, а Лита росла у любящих родителей.

– Полчаса до первой тренировки, – успокаиваю я.

– Тогда ты первая в купальню, – бормочет она и трёт не желающие открываться глаза.

– Бегу.

Ещё одно счастье. У нас на двоих чудесная ванная и умывальник, дверь к ним ведёт прямо из комнаты. Не надо бежать с чердака на первый этаж. Конечно, в том будущем, от которого я убежала, было роскошнее. Но сейчас, когда я начала менять свою судьбу, пропитанные горечью картины постепенно блёкнут в памяти.

Плещу себе в лицо холодной водой, смывая остатки сонливости и плохие мысли.

Не позволю переживаниям испортить мою новую жизнь.

Быстро чищу зубы и принимаю душ.

Пока Лита в купальне, одеваюсь. Нам выдали две формы: одна для интенсивных тренировок, вторая для всех прочих занятий.

Надеваю длинные штаны. И свободную, не стесняющую движений рубашку. Непривычная одежда для девушки. До сих пор я носила только платья. Но до чего же удобно в этой почти мужской одежде.

А самое удивительное, что здесь, в Академии, не придётся тратить время на стирку и чистку. Как нам объяснила госпожа Каэллина, выдававшая форму, наша задача – после каждого использования всего лишь вешать одежду на плечики в шкаф, в отведённое ей место, а не бросать комком где попало. Остальное сделает бытовая магия.

Пока жду подругу, ещё раз пробегаюсь взглядом по комнате. С особым удовольствием смотрю на полку с учебниками. Наконец-то можно не прятаться.

Появляется Лита.

– Есть хочется, – ворчит она, начиная одеваться.

Мне нет. Ощущение, что вчерашнего сытного ужина мне хватит на неделю.

Сбегаем вниз по лестнице вместе с другими адептками.

Есть и ещё повод для радости: в этом крыле живут только девушки. Парням в наше общежитие доступ запрещён. Невольно морщусь, вспоминая вчерашнее «Эй ты!»

Вихрастый парень, один из окружения белобрысого, попытался сунуть мне записку. Пока я колебалась, взять её или нет, Лита отреагировала быстрее. Она выхватила бумажку из рук ошалевшего парня и развернула её.

– Ой, – сказала подруга, лишь мельком глянув на содержание, и разжала пальцы, позволяя потоку воздуха подхватить и унести послание. – Извини. Тебя зовут Вест, да? Сам видишь, ветер.

Лита быстро утянула меня за руку, а парень так и остался с открытым ртом.

А потом мы закрутились с беготнёй по делам. И я постаралась отбросить мысли о том, что белобрысый может доставить мне неприятности.

Тут много девушек. Сейчас, когда мы все в одинаковой форме, у меня есть шанс не выделяться среди других. Может, он не станет ко мне цепляться?

И действительно, когда мы пришли на полигон, этот тип лишь мельком скользнул по нам равнодушным взглядом.

А потом магистр Айрэнд объявил построение, и началось.

– Владение магией на высоком уровне зависит в том числе и от состояния ваших тушек. Хилый адепт не может быть сильным магом. Ясно?

– Да! – вразнобой звучат голоса, преимущественно мужские.

– Не понял! – поморщился магистр. – Вы уже сдохли? Я спрашиваю: «Ясно?!»

– Да! – гаркнули парни так, что с ближайшего здания вспорхнула стайка птиц.

– Чуть лучше! – усмехнулся магистр. – Начнём с пробежки. Девушки для разминки – один круг, парни – два. Один равен двум. Понятна арифметика?

– Да! – менее уверенно, но стройно ответил хор парней.

– И чтобы прибежали одновременно, – добавил магистр. – Последний прибежавший получит отработку: дополнительные круги вечером после всех занятий. Всем ясно?

– Да!

– Вперёд!

И мы рванули. Ну как рванули? Кто как мог. Беговая дорожка опоясывала всю академию по краю обрыва. Кое-где ветер развеял облака и с огромной высоты открылся потрясающий вид. Вот только через несколько минут он перестал меня интересовать. Добежать бы свой единственный круг. На домашней работе особо не натренируешься. А школа, в которой у нас была хоть и слабенькая, но физкультура, давно осталась в прошлом.

В боку закололо почти сразу же. Попытка, стиснув зубы, бежать на волевых провалилась метров через пятьдесят.

– Беги с той скоростью, с которой сможешь, главное, беги, – с сочувствием посоветовала Лита.

А я махнула рукой, показывая, чтобы она на меня не ориентировалась и думала о себе.

Лита умчалась вперёд. Я же продолжила свой так называемый бег, держась рукой за раздираемый болью бок. Мир медленно полз мне навстречу, пот заливал глаза. Кажется, меня уже начали обгонять парни, пошедшие на свой второй круг. Не избежать мне вечером второго забега.

– Дыши, – раздаётся за спиной.

Сквозь гул в ушах не сразу узнаю голос.

– Вдох на два шага, выдох на три.

Рон? Что ему надо? Пришёл посмеяться над моим позором?

– Ну же, хоть это сделай так, как я сказал, если не хочешь вылететь сегодня же, – насмешливо говорит он.

И голос его звучит так ровненько, как будто он сидит в кресле. Проклятый драконище. Первым обрадуется, если подведёт под отчисление.

«У меня пять недель, обещанных магистром Айрэндом», – думаю про себя. Вслух не говорю, потому как на это дыхания точно не хватит.

Пробую делать так, как советует Рон. И о чудо, становится чуть легче. Боль в боку остаётся, но получается сосредоточиться на подсчёте шагов и выдохов. Странно, что выдох длиннее вдоха. Мне казалось, что, когда воздуха не хватает, надо, наоборот, вдыхать почаще.

Убедившись, что я последовала его советам, Рон куда-то исчезает, а я продолжаю тихонько чапать по бесконечному кругу. Какая же огромная эта Академия.

Я доползаю, ибо бегом это назвать сложно, последней из девушек, но несколько парней, пробежавших два круга, всё-таки чуточку отстают. Очень хочется рухнуть на землю, но все, кто прибежал раньше, меряют полигон шагами, и я, найдя глазами Литу, присоединяюсь к ней.

На этом, однако, ничего не закончилось.

– Упали! – рявкнул магистр.

Мои ноги благодарно подогнулись, и я вместе со всеми опустилась на землю. Вот только команда полежать и отдохнуть не последовала.

– Отжимания! Р-раз…

Руки сказали: «Нет».

Тем не менее я попыталась отжать от земли хотя бы верхнюю часть тела. Ненадолго меня хватило. А затем я просто уткнулась носом в почву, из которой проклёвывались редкие травинки.

Если это всего лишь начало, что ждёт меня дальше? «Дальше» обрушилось на меня сразу же после завтрака. Только тогда я поняла, что пробежка и отжимания – это всего лишь разминка.

*****

– Нужно поесть, – убеждает меня Лита.

В изнеможении опускаюсь на стул. Боли нет, но каждая клеточка моего тела ноет о том, что до раздаточных столов мне не дойти.

– Хорошо, я тебе принесу, ты что-то совсем никакая. – Лита начинает подниматься, а я отрицательно мотаю головой.

– Не надо, я не хочу есть.

– Что значит не хочешь? Хотя бы немного.

– Ещё одна порция отжиманий, и я не удержу в себе завтрак, – жалобно говорю я.

– Ерунда, сейчас лекция. Практика после обеда.

Вздыхаю:

– Ладно. Попробую.

Встаю, опираясь на стол, и встречаюсь с колючим взглядом белобрысого. Отводит глаза. Вспоминаю о вчерашней записке, унесённой ветром. Я так и не знаю, что в ней было. Впрочем, плевать. День-два, и этот Дэнир обо мне не вспомнит. Вон за его столом уже примостилась ярко накрашенная блондинка и ест его глазами.

Иду к раздаточной, стараясь не хромать. Боли нет, но ноги слушаются плохо. Мне уже объяснили, что то, что всё тело сейчас ватное и обессиленное, – это ерунда. Болеть мышцы начнут завтра.

Все адепты уже сидят за столами, я почти последняя. Передо мной только хрупкая брюнетка, та самая, которая переживала, что провалится на экзамене. Поступила. Ещё бы она не поступила. Вот кто тренированный. Я её видела утром с нами на полигоне. Едва прозвучала команда бежать, её как будто ветром сдуло.

Вокруг запястья девушки змеёй обвивается браслет. Невольно задерживаюсь на нём взглядом. Змея выглядит словно живая. Очень красиво, но натуральность вызывает у меня волну дрожи.

Девушка протягивает руку за тарелкой, и змея поворачивает голову.

Отшатываюсь.

– Мамочки, – вырывается у меня. – Она настоящая?

– Ты что, испугалась? – поворачивается ко мне брюнетка. – А, поняла, ты боишься змей? Это не совсем змея, это мой фамильяр. Её Тея зовут. А меня Алина.

– Меня Айви, – улыбаюсь я.

– Привет, Айви, а у тебя есть фамильяр? Или ты будешь выбирать в Академии?

– Я н-не знаю, – неуверенно отвечаю я, вспомнив разговор магистров на экзамене о каком-то там невидимом фамильяре.

– В смысле? Как можно не знать такое?

– Вы будете брать еду или собираетесь до завтра здесь стоять? – скрипучим голосом вклинивается в наш разговор полная женщина на раздаче.

Алина первая прикладывает ладошку к панели для расчётов.

Женщина ставит перед ней поднос с салатом, омлетом, хлебом и двумя кусочками сыра.

– Напиток выбирай сама, любой.

– Мне ещё ветчину за дополнительную. – Алина снова прикладывает ладошку, и женщина добавляет к сыру два ломтя ветчины.

– Следующая.

Прикладываю ладонь.

При оформлении нам объяснили, что есть доступный для всех рацион, который каждый адепт получает бесплатно. Но, если хочешь чего-то ещё, плати. Мне вносить на счёт было нечего. Да это и не обязательно. Уверена, мне хватит того, что положено каждому. Не сомневаюсь, у них тут выверено всё до калории, чтобы адепты выдержали тренировки.

Получаю свой омлет с сыром и салат. Ставлю на поднос стакан ягодного отвара, над которым поднимается ароматный пар.

Поднимаю поднос и чуть не роняю его обратно на раздаточный стол от неожиданности. На него весомо опускается тарелка с солидным ломтем мяса.

– Запишите на меня, – раздаётся знакомый голос над моей головой.

– Разумеется, господин ректор, – расплывается в улыбке женщина.

– Вы что? – начинаю возмущаться я. – Мне не надо.

– Чтобы всё съела, – холодно говорит Рон. – Если, конечно, хочешь выдержать следующее занятие.

– Да я и не смогу столько…

Но Рон уже отвернулся и отошёл к магистру Айрэнду.

Стоят вдвоём молча посреди зала, заложив руки за спину, оглядывая столовую.

Два надзирателя.

– Бери, девочка, – ласково улыбается раздатчица. – Магистру виднее, чем тебя кормить.

– Но это же стоит денег, – растерянно пытаюсь возразить я.

– Иди уже, это не моё дело, – машет женщина рукой. – Не успеешь поесть.

Избавиться от мяса, которое в меня точно не влезет, не получилось.

Плетусь к своему столу.

Обязательно найду возможность поговорить с Роном. Не хватало ещё, чтобы он тратился на меня. Это сразу же переведёт наши отношения на другой уровень. А я не хочу этого.

В области сердца теплеет. Точно ли не хочу? Точно.

– Ого, – поднимает бровь Лита, увидев содержимое моих тарелок. – А говорила, есть не хочешь.

– Это не я, – показываю глазами на стоящую в центре столовой парочку надзирателей. – Это ректор. Заставил.

– Странно. Ты же говорила, что он хочет тебя отчислить. С чего бы ему о тебе заботиться?

– Сама не понимаю, – вру я.

На самом деле до меня уже начинает доходить, что Рон решил применить другую тактику. Он надеется, что я не выдержу здешних нагрузок, проникнусь его заботой обо мне и сама прибегу к нему сдаваться. Не дождётся. А поговорить обязательно надо.

Нехотя отрезаю крохотный кусочек от огромного ломтя. Кладу в рот с мыслью, что скорее умру, чем проглочу.

Мясной сок растекается по языку, и я понимаю: это безумно вкусно. В голове всплывают тусклые воспоминания о том, что мне эта еда знакома по тем временам, когда я жила в замке. Вот только у моего сегодняшнего тела своя память. Мясо в чистом виде в него до настоящего момента не попадало. Максимум котлетки, на три четверти состоящие из овощей и хлеба. И организм реагирует резким пробуждением аппетита.

С удивлением смотрю на чистую тарелку перед собой. Это что, я всё съела? Запиваю ягодным отваром. Незнакомое состояние сытости окутывает меня.

Положите меня где-нибудь в тёмный закуток. И забудьте до завтра.

Визг со стороны раздаточной заставляет всех повернуть головы. Оба магистра уже там.

– Здесь кто-то есть, – верещит женщина. – Он выхватил у меня из-под рук кусок мяса.

– Как он выглядел? – спрашивает магистр Айрэнд.

– Не знаю. Мясо уползло само, а потом оторвалось от стола и стало исчезать, как будто его кто-то проглотил.

– И вы не видели?

– Нет. Никого. Это было пустое место.

– Странно, – говорит магистр Айрэнд и поворачивается к залу лицом.

Он смотрит на меня? А я здесь при чём? Нет, отвёл взгляд. Выдыхаю с облегчением.

Ой, знакомое прикосновение к ноге заставляет меня вздрогнуть. Сдерживаю нормальное женское желание взвизгнуть. Неужели это всё-таки то самое, в смысле фамильяр.

Я знаю, что такое фамильяры. Но проблема в том, что никогда с подобным не сталкивалась. Магистры же не могут ошибаться? Невидимое существо издало чавкающий звук. А потом исчезло. Я для верности подвигала ногой под столом – ничего.

– Первый курс, – раздаётся громовой голос магистра Айрэнда, заглушая гомон голосов.

Моментально воцаряется тишина.

– Слушаем внимательно. Группа магистра Тарины Фаллиан отправляется по расписанию на лекцию. Моя группа – обратно на полигон.

О нет! Какой полигон? Я ведь в его группе? Вроде да. И это тот самый мой шанс. Магистр Айрэнд обещал за пять недель раскрыть мой дар, если он, конечно, у меня есть.

Вот только вместо лекции – полигон. Я же не выдержу.

Встречаюсь глазами с Рональдом. Взгляд самодовольный и хищный. Это что, его задумка? Никакой передышки, чтобы как можно быстрее довести меня до состояния «не могу»?

– Две минуты, и чтобы никого в столовой не было, – рявкает магистр Айрэнд.

– Сочувствую, – торопливо говорит Лита, поднимаясь. – Я была уверена, что на лекции обе группы будут вместе.

На крыльце столовой поток адептов разделяется на два рукава. На меня направлено множество удивлённых взглядов. Только теперь понимаю, что в группе Айрэнда я единственная девушка. А мне точно сюда? Может, я что-то не так поняла?

И когда магистр Айрэнд командует: «Бегом до полигона и ждём меня» – я всё ещё топчусь рядом с крыльцом.

– Простите, – решаюсь спросить. – А мне точно туда?

На меня смотрят две пары глаз с одинаково хищным прищуром.

– Ну если вы передумали оставаться в Академии, мисс Карно, вы можете выбрать третье направление, – язвительно улыбается Рональд. – Мой секретарь на месте и примет у вас заявление об отчислении.

– Не дождётесь, – со злостью говорю я, нарушая все возможные варианты того, как адептка должна обращаться к ректору.

Отмечаю удивлённый взгляд магистра Айрэнда и, развернувшись, трусцой отправляюсь по направлению к полигону.

Я-таки права. Один мучает, второй заботится. Выбирай, Айви. Чувствую внутри здоровую злость. У меня даже силы откуда-то появляются. Догоняю группу.

Белобрысый Дэнир встречает меня ядовитой улыбкой, отстаёт на пару шагов от остальных. Я бегу, а он своими длинными ногами вышагивает с той же скоростью.

– Нашла покровителя? – наклоняется он к моему уху. – Теперь я понимаю, почему свидание со мной не заинтересовало. А ведь притворялась такой недотрогой.

Глава 9. Блок

Айви

Что должна ответить восемнадцатилетняя Айви? Оправдываться? Возмущаться? Сказать: «Я не такая»?

Угу. Как же. Чем больше оправдываешься, тем хуже.

– Если бы ты действительно так думал, Дэнир, – отвечает та Айви, у которой до гаргульей задницы своих проблем, – едва ли ты посмел бы задать такой вопрос. М?

– Это почему же? – зло сощуривает глаза.

– Решил бы, что я могу пожаловаться так называемому «покровителю».

– Ты всё меньше похожа на простушку, – цедит блондин сквозь зубы. – Почему-то мне кажется, что ты не та, за кого себя выдаёшь. Придётся тобой заняться.

Смерив меня многообещающим взглядом, он отворачивается и ускоряет шаг.

Что? Проклятье! Не хватало ещё, чтобы он всерьёз мной заинтересовался. Ясное дело, что о симпатии тут и речи нет, но вот испортить мне жизнь этот парень запросто может.

– Начнём с теории, – говорит магистр Айрэнд, оглядывая строй, и его голос, усиленный магией, разносится по всему полигону. – Какие воплощения боевых заклинаний стихии воздуха вам известны? Давай ты.

Магистр указывает пальцем в середину шеренги и попадает в вихрастого.

– Воздушный дротик, копьё, – бодро перечисляет тот. – Метательный диск, плеть.

Магистр кивает.

– Сеть, – подумав, добавляет парень.

– Для начала достаточно. А цели применения? Ты?

– Убийство, связывание, – отвечает другой адепт.

– А с чего надо начинать отработку боевых заклинаний? М?

– С изучения плетений? – неуверенно спрашивает кто-то.

– Адепт Легар?

– С защиты, – уверенно говорит Дэнир.

– Верно. Этим и займёмся сегодня. Запомните, пока защита не отработана до уровня навыка, боевые заклинания и плетения применять запрещается. И, вообще, вся боевая магия только на полигоне и только по моей команде. Нарушивший этот закон отчисляется из Академии без права на восстановление. И это в том случае, если никто не пострадал. Во всех прочих нарушитель передаётся в руки стражей закона. Всем ясно?

– Да! – гаркает стройный хор мужских голосов.

– Итак, первое базовое плетение для самого простого щита...

Через полчаса я уже мокрая от усилий. Ноги дрожат от напряжения и усталости, но сесть никто не предлагает.

Уверенность в собственных силах тает. Всего в группе четырнадцать человек, включая меня. И несмотря на то, что мои пальцы лучше приспособлены для создания плетений, щит не получается только у меня.

Несколько парней, включая белобрысого, явно занимались раньше и, скорее всего, с учителями-магами, а не по книжкам, как я. Для них это всё не в новинку.

Блондин создаёт щиты разного размера и разной плотности. Пару раз ловлю на себе его высокомерный взгляд. Мне не важно, насмехается он сейчас надо мной или выпендривается, демонстрируя свою крутость.

Плевать. Я пытаюсь срисовать дух движения.

– Если вы будете пялиться на парней, адепт Карно, – вырастает за моей спиной магистр Айрэнд, – не научитесь.

Кровь приливает к щекам.

– Я не…

Хочу сказать, что парни меня меньше всего интересуют, по сравнению с тем, что они делают. Но в этот момент магистр кладёт ладонь на мою поясницу, и я вздрагиваю от неожиданности.

– Стойте спокойно, – приказывает он.

И я замираю. Мне неловко, что посторонний мужчина так бесцеремонно ко мне прикасается. Но самого магистра это явно не волнует. Он преподаватель. Наверное, это допустимо. Замечаю, однако, прищуренный взгляд белобрысого. Кажется, этот тип мне припишет ещё одного покровителя.

– Для начала расслабьтесь. – Продолжая прижимать левую ладонь к моей пояснице, магистр правой рукой берёт мою кисть. – Сейчас всё внимание необходимо сосредоточить под рёбрами, в центре силы, и постепенно непрерывным потоком направить его в руку. Я помогу.

Прислушиваюсь к ощущениям. Чувствую, как прохладный ветерок, исходящий от ладони магистра, пытается проникнуть в моё солнечное сплетение. И одновременно вместо расслабления, о котором он сказал, внутри нарастает напряжение. У меня словно стена внутри появляется.

– Хаосова бездна, – отдёргивает руку магистр. – Разрядом шибануло. У вас, адепт, похоже, стоит серьёзный блок. Придётся к целителям…

Его прерывает негромкий, но злой рык Рональда:

– Ферон, какого хаоса ты позволяешь себе распускать руки?

– Ты о чём, Рон? – недоумевает мой преподаватель. – Проверь сам: у неё блок на центре силы.

Магистр всё ещё держит меня за запястье. И взгляд Рона, устремлённый на наши руки, говорит о том, что слова он сейчас воспринимает плохо.

Он что, ревнует?

Не припомню за ним такого. В прошлой жизни Рон сразу же утащил меня в замок и... Я краснею, вспоминая о том, что произошло, едва мы оказались в его владениях. Рон прекрасно видел и чувствовал, что я плавлюсь от каждого его прикосновения. И не стал ждать обряда. А я была так очарована им… что даже не подумала протестовать.

Нет, обряд, конечно, был проведён, но позже, когда на моём левом запястье уже горела метка истинности. Я стала его собственностью: покорной, доступной и верной.

Ревновать повода не было.

И что из этого? Получается, что я совсем его не знаю?

Выдёргиваю руку из ладони магистра Айрэнда. Мне сейчас только скандала не хватало.

– Я тоже это почувствовала, господин ректор, – спешу заверить Рона, пока разборки не зашли слишком далеко. – Было похоже на стену.

Мне очень важно, чтобы Ферон Айрэнд выполнил своё обещание и помог мне раскрыть магию. Я начинаю в него верить. Ведь именно он первым заметил блокировку.

До Рональда наконец доходит смысл того, о чём мы говорим.

– Блок? Откуда бы ему взяться? Ферон, продолжай занятия, я сам за ней присмотрю.

– Ну… зови если что. Блок – штука тонкая.

– Сам справлюсь, – недовольно шипит Рон вслед магистру Айрэнду.

Но тот уже не слышит. Он отходит к парням, которые в данный момент уже смотрят в нашу сторону, чисто для проформы создавая щиты.

– Я чем сказал заниматься? – раздражённо рявкает магистр. – Здесь не театр. Упали: пятьдесят отжиманий.

Во взглядах, обращённых на меня, появляется неприязнь. Ну да, конечно, это же я виновата в том, что им сейчас придётся глотать пыль, уткнувшись носом в землю.

– Айви, – вкрадчиво говорит Рон, загораживая своими широкими плечами остальных. – Давай посмотрим, что тут у тебя.

– Может, позже, господин ректор, – пячусь от него. – Я на занятии. И вообще… ваше внимание наносит ущерб моей репутации.

– Вот как? – глаза Рона опасно суживаются. – И из-за кого ты так тревожишься о своей репутации?

– То есть ради себя самой я не могу?

– Ты моя невеста, и, если тебя обвинят в связи со мной…

– Вы меня отчислите. Верно? Это ваша цель?

Рон неожиданно вздыхает.

– Это была бы неплохая идея, но, к сожалению… – Он обрывает сам себя и делает быстрый шаг ко мне.

Отшатнуться я не успеваю. Одной рукой Рон бесцеремонно берёт меня за плечо, вторую кладёт на солнечное сплетение.

Обжигающая волна заполняет живот и, вместо того чтобы направиться в центр силы, стекает вниз сладким тянущим ощущением. Щёки начинают гореть. Закусываю губу. Отстраниться нереально, я в руках Рона словно в тисках и при этом превращаюсь в послушную мягкую глину.

Всё как тогда, пять лет назад, и даже хуже, потому что в сегодняшнем невинном теле просыпается память о том, чего с ним ещё не происходило: о тех полётах, в которые отправлял меня муж, проникая до самых глубин, присваивая, заставляя кричать.

Выгибаюсь в пояснице. Сдерживаю стон. Расширенные зрачки Рона опасно приближаются. Он тоже чувствует? Или ему передаётся моё состояние? Горячее дыхание касается моих губ. Сердце пускается вскачь. В ушах шум из-за пульсации крови.

Где-то на границе сознания мелькает мысль, что я не должна этого допустить. Пытаюсь сдержать мужчину, упираясь ладонью в его грудь. Чувствую, как перекатываются под тканью камзола литые мышцы, ощущаю, как под ними бьётся сердце в такт моему.

Всхлипываю. Пытаюсь отстраниться. Тело – предатель. Оно горит и само подаётся навстречу.

– Гаргулья задница, – рычит Рональд. – Что за…

И всё исчезает.

Рон отшатывается от меня и даже делает пару шагов назад, всматриваясь во что-то мелкое, почти невидимое на уровне моих голеней.

С опозданием до почти оглохшей меня долетает шипение и нечто, похожее то ли на рык, то ли на мяуканье.

– Ауч! – Мне достаётся по ногам жёстким хвостом.

А у Рона на штанине дыра как раз на уровне пасти маленького разозлённого… дракончика? Да, больше всего полупрозрачное существо напоминает одного из самых грозных существ магических миров, только крохотного.

На ладони Рона разгорается огненный шар.

– Назад, Айви, – рычит он.

И я понимаю, что бесстрашно прыгающему на него существу сейчас придётся несладко.

– Нет! – Наклоняюсь и подхватываю дракончика на руки.

Существо продолжает вырываться и даже выплёвывает несколько искорок в сторону Рональда.

– Ты в своём уме, Айви? Фамильяр должен быть под контролем. И уж во всяком случае не огрызаться на ректора Академии. Ты сейчас же отнесёшь своего дикаря в виварий при факультете магических животных. Пусть посмотрят, что с ним не так.

– И не подумаю, – начинаю я.

– Мне кажется, вы оба ещё не готовы для занятий в академических группах, – холодно говорит Рон.

Малыш фыркает и в следующее мгновение растворяется в воздухе. А я смотрю в глаза Рональда, стараясь придать своему взгляду максимум наивности. Где фамильяр? О чём вы?

И этот вопрос волнует не только меня.

– Вы о чём, господин ректор? – за спиной Рональда вырастает магистр Айрэнд. – Что значит «не готова»? Согласен, воздушная стихия у мисс Карно не развита, но я, кажется, взял на себя ответственность. Пять недель ей занимаюсь я. Блок видели? С целителями сам поговорю.

Магистр перешёл на официальный тон. С чего бы? Вроде бы только что они общались вполне дружески.

– Это сложный случай, – возражает Рон. – Я сам ей займусь.

– И поставите под удар мою репутацию? Представляю, как магистр Тарина будет рада.

Сдерживаю смешок. Репутация? То же самое обвинение, которое бросила я бывшему мужу.

– Что тебе за дело до мнения этой старой кури… – зло начинает Рон, но спохватывается, вспомнив о моём присутствии.

Всё-таки обсуждать магистра при адептах не стоит. Ферон Айрэнд это тоже понимает.

– Адепт Карно, – резко говорит он. – Идите к остальным и продолжайте экспериментировать. Полигон не покинете, пока у вас не получится хотя бы тоненький хиленький щит.

Магистр Айрэнд окидывает меня взглядом, и я понимаю, что у него едва не срывается сравнение: «…как вы». Ещё бы «дохленький» сказал.

Хотя, если начистоту, я не такая уж и худенькая, но по физической подготовке я именно дохленькая.

В любом случае отвечаю преподавателю благодарным взглядом и спешу отправиться к группе. В следующий момент радость моя улетучивается, потому как магистр гаркает на весь полигон:

– Адепт Легар, попробуйте объяснить мисс Карно, как создавать щит.

Я встречаюсь с торжествующим взглядом Дэнира.

Это зачем? Магистр что, не мог поручить меня кому-то другому? Не хватало ещё, чтобы этот высокомерный урод начал меня лапать в поисках центра силы. Рональд, скорее всего, этого не выдержит.

Самодовольный взгляд Дэнира уже сменился пренебрежительным. Ну ещё бы, я столько раз огрызалась на него, а тут он на высоте.

– Становись в стойку, – цедит он. – Что такое исходное положение для нулевых, ты хоть знаешь?

Делаю вдох и выдох. Обижаться на «нулевую» смысла нет. Он прав. На вопрос отвечаю кивком.

Уж это даже новички знают. Ноги на ширине плеч, колени слегка согнуты. Ладони… А куда девать ладони? Друг напротив друга – так создают обычный шар или сгусток, который потом можно закрутить в смерч. А для щита какое положение лучше?

Замешкавшись, я жду очередного презрительного замечания со стороны Дэнира. Но он неожиданно со всей серьёзностью объясняет:

– Статика не поможет. Щит проще создать, когда руки двигаются. Давай сначала чисто схему без использования силы. И запомни правило: если собираешься пойти вправо, начни движение влево. Если от себя, начни движение с направления к себе.

Смотрю недоверчиво. Как это к себе, если надо от себя? Спросить не решаюсь. Но парень сам понимает, что лучше показать.

Над ладонями Дэнира вихрится воздух, он соединяет это всё в один шевелящийся ком. Затем делает плавное движение к себе и по дуге от себя, раскрывая ладони в последней части траектории.

– Представь стену перед собой и дай воздуху в неё упереться, – с лёгкой надменностью говорит он, и бесформенный комок растекается по невидимой поверхности ровным слоем.

У меня вырывается восхищённый выдох:

– Круто!

Уголки губ Дэнира изгибаются в довольной улыбке, и тон его меняется, в нём теперь подбадривающие нотки:

– Не бойся, получится. Просто повторяй за мной. Сначала само движение, можно без магии.

Я послушно пытаюсь изобразить то же самое. Вроде похоже.

– Теперь хотя бы немного воздуха, ну же, – в голосе Дэнира искренняя увлечённость.

И я делаю раз, другой, третий.

С четвёртой или пятой попытки между ладонями появляется почти неосязаемое уплотнение. Не верю сама себе, но Дэнир подбадривает:

– Получается. Продолжай.

От неожиданности я едва не упускаю сгусток. Но меня выручает уже наработанное движение. Я продолжаю тянуть к себе, делаю петлю и толкаю воздух от себя раскрытыми ладонями.

– Стена, – тихо подсказывает парень.

Прямо передо мной по невидимой опоре растекается тонюсенький воздушный слой.

– Великолепно, – раздаётся рядом голос магистра Айрэнда.

И новорождённый, первый в моей жизни щит растворяется.

– Не ожидал, адепт Легар, – одобрительно продолжает магистр. – У вас прямо талант педагогический.

А я расстроенно хлопаю глазами. Не удержала щит. У меня от огорчения выпячивается нижняя губа.

– Вы молодчина, адепт Карно, – тепло говорит магистр. – Я не сомневался, что у вас получится. Не расстраивайтесь, что щит непрочный. Сделали один раз, сделаете снова. Может, стоит поручить адепту Легару шефство над вами, раз уж у вас так хорошо получается?

Ой, не уверена, что это хорошая идея. Этот Дэнир сейчас только и будет, что мои долги подсчитывать.

– Не хотелось бы отнимать время у адепта Легара, – бормочу смущённо.

– Мне нетрудно, – ухмыляется парень, и его взгляд проходится по моей фигуре. – В свободное от занятий время.

Преподаватель одобрительно кивает:

– Вам на пользу пойдёт. Учить других – один из способов быстрее продвигаться самому.

– Знаю, магистр, – соглашается Дэнир, хищно улыбаясь. – Меня отец учил: «Пока объясняешь, и сам лучше поймёшь».

И, когда магистр Айрэнд отходит от нас, парень тихонько добавляет:

– Вот теперь я тобой займусь.

Займётся он. Ох, боюсь, Рональду такое не понравится.

Глава 10. Пора искать работу

Айви

– Бери, что дают, – хмурится женщина на раздаче. – Из-за вашей группы я и так на час позже с работы уйду.

Она отходит к следующему в очереди парню из тех, с кем я сегодня бок о бок провела день на полигоне.

Я всего лишь пыталась выяснить, почему мне опять плюхнули на тарелку сочный кусок мяса. Едва ли такая дорогая еда входит в рацион безденежных адептов.

В обед было то же самое, но тогда за мной в очереди стояло человек десять, не меньше, и, едва я открыла рот, чтобы задать вопрос, раздатчица на меня зафыркала, чтобы я ускорилась.

А за ужином мы пришли в столовую позже всех. И теперь она спешит домой и отвечать на мой вопрос не собирается. Или не хочет.

Уношу свой поднос к ближайшему столику.

Всё равно я выясню. А сейчас нет ни сил, ни желания спорить. Рональда я не видела с утра, но что-то мне подсказывает, что именно он позаботился о моём питании.

Склоняюсь над тарелкой. От мяса исходит аппетитный аромат специй. Сверху лежит веточка розмарина, а из подливки выглядывают крупные зёрнышки граната. Тушёные овощи довершают чудесную картину.

Сглатываю голодную слюну. Пожалуй, сейчас, если даже выяснится, что мясо мне досталось по ошибке, расстаться с ним будет трудно.

Отрезаю маленький кусочек и кладу в рот. Мягкое, жевать почти не надо. Разбираю языком на волокна. М-м-м, как же вкусно. Организм, потерявший столько магии, да ещё и с непривычки, требует, чтобы его кормили. Сдерживаю порыв проглотить первый кусок не жуя. Наслаждаюсь вкусом, полуприкрыв глаза.

И чуть не подпрыгиваю, когда на мой стол с громким стуком один за другим обрушиваются ещё два подноса.

– Не помешаем? – спрашивает Дэнир, падая на соседний стул.

Так и надо: сначала сесть, а потом спрашивать. Хотя какая разница? Отказать парню, который сегодня столько времени на меня потратил, было бы невежливо. Киваю молча, потому как рот занят. Делаю глоток горячего морса из высокого стакана. Приятная горчинка брусники дополняет вкус мяса.

Напротив меня устраивается Вест. И если у Дэнира на тарелках даже больше вкусностей, чем у меня, то у вихрастого всё гораздо скромнее. И от этого мне особенно неловко.

Так дальше не пойдёт. Не хочу быть обязанной Рональду. Надо обязательно выяснить, есть ли возможность для адептов где-нибудь подрабатывать.

И, словно услышав мои мысли, высшие силы посылают к нам за стол ещё одного человека, ту самую Алину, с которой я познакомилась утром.

– Привет, Айви! К вам можно? А то моя группа уже поужинала.

Улыбаюсь ей искренне:

– Конечно, буду очень рада.

Представляю всех присутствующих друг другу.

Алина лучится приветливостью.

Лицо же Дэнира особой радости не выражает. Бурчит невежливо, продолжая вгрызаться в кусок мяса. Вест более внимателен: ведёт глазами в сторону Алины, разглядывает её оценивающе, здоровается, а потом утыкается в тарелку. На змею, тихо замершую в форме браслета на запястье девушки, никто внимания не обращает.

АЛИНА

– Мы только с тренировки, – объясняю я Алине, чтобы сгладить неловкость. – Устали очень. А ты как от своих отстала?

– Засиделась в библиотеке, – девушка продолжает улыбаться, и мне приятно, что она не обиделась на моих мрачных соседей. – Думала на пять минут перед ужином забежать, а в итоге чуть не опоздала. Надо заранее было домашку подготовить, завтра мне на подработку. У меня через день.

Я быстро прожёвываю очередной кусок мяса и глотаю, почти не чувствуя вкуса. Как же она вовремя.

– А ты где работаешь?

Алина вздыхает:

– В Шардене теперь. У меня была чудесная работа в Портурее, но, когда Академия переместилась, я, естественно, её потеряла. Теперь только Шарден. Он надёжнее. Неважно, в каком месте Аэртании висит наш остров, портал в Шарден всегда открывается рядом с мэрией. И, что удобно, как раз на площади рядом с дверью в «Драконий коготь».

Удача. Я могу у Алины выяснить всё: и о порядках в Академии, и как получать пропуска для работы.

Однако при парнях не решаюсь расспрашивать. Хорошо, что они не засиживаются. У меня ещё половина еды в тарелке, а Дэн уже поднимается.

– Не опоздай завтра на утреннюю, – напутствует он, уходя.

Вест, как привязанный, следует за ним.

Мы с Алиной остаёмся одни. И я наконец могу всё выяснить:

– А в вашем «Драконьем когте» ещё нужны работники?

– Хм. Тебе тоже надо? Могу спросить. Слушай, а ещё лучше, если завтра сходишь туда вместе со мной. Годится?

Я часто-часто киваю. Надо же, как повезло. Только подумала о работе, и сразу же появился шанс.

Алину же волнует кое-что другое:

– Айви, а этот белокурый красавчик, он тебе кто?

– Никто, – честно отвечаю я.

– Ну, я в смысле, он тебе нравится? У тебя на него планы есть?

– Не, – мотаю головой. – Совсем нет.

Какие уж тут планы, когда рядом бродит мой истинный. Я, конечно, совершенно не думаю о Роне, ну или стараюсь не думать, но вот он…

В этот момент змея на руке новой знакомой резко вскидывает голову и, раскрыв пасть, издаёт громкий шипящий звук. Я невольно вздрагиваю.

Понимаю, что это не совсем настоящая змея, а фамильяр, но всё равно не по себе.

– Странно, с чего это она вдруг? – удивляется Алина.

В ответ раздаётся рычание. На стуле, где совсем недавно сидел Дэнир, положив передние лапки на стол, стоит на задних полупрозрачный дракончик.

– У меня всё-таки есть фамильяр, – гордо говорю я.

– Ух ты! – новая знакомая смотрит на малыша с искренним восхищением. – А как его зовут?

– Не знаю, – смущённо отвечаю я. – Он недавно со мной. А как узнать?

– Сам скажет, – уверенно заявляет Алина. – Тея мне только дня через три открылась.

– Пых! – из пасти фамильяра вылетает несколько искорок и вьётся дымок.

Не хватало ещё, чтобы он сжёг что-нибудь.

Но жадный взгляд зверька на мою тарелку подсказывает, чего ему не хватает.

Короче, мясо бы делим пополам. Зверёк довольно чавкает и облизывает перепачканную соусом мордочку.

Насытившись, дракончик издаёт довольное урчание и растворяется в воздухе.

С Алиной мы расстаёмся, договорившись о завтрашнем походе в «Драконий коготь». Она мне объясняет, где берут пропуска.

Но, главное, просвещает меня, что нет никакой необходимости идти в общежитие пешком. И это очень здорово, потому что сил осталось совсем мало. Эйфория от удачных занятий схлынула. А усталость накрыла меня душным одеялом.

Оказывается, между всеми зданиями Академии существуют мини-порталы, мгновенно переносящие адептов и преподавателей из одного корпуса в другой.

Я видела утром эти полупрозрачные столбы, но вот воспользоваться ими не довелось.

И сейчас такое быстрое перемещение как нельзя кстати. Лёгким дискомфортом, который появился у меня, пока я находилась в портале, можно и пренебречь. Главное: миг – и мы в женском крыле.

Лита встречает меня с мрачным видом и сразу в лоб огорошивает вопросом:

– Всё-таки ты мне что-то недоговариваешь. Какой таинственный покровитель прислал тебе это?

В её голосе нотки зависти. Этого мне ещё не хватало.

Причину искать не надо, она прямо перед глазами.

– Зачем ты это всё разложила на моей кровати? – стараюсь говорить спокойно, но раздражение прорывается. – Где ты это взяла?

– Курьер принёс.

– И что сказал?

– Что это от госпожи Аниты Велер, – язвительно отвечает Лита. – Ты разве не знаешь, что Велер – лучшая швея Шардена? Да что там Шардена, у неё клиентки из других миров в очереди стоят.

– Ну, а я здесь при чём? Может, не надо было распаковывать чужую посылку? – делаю акцент на слове «чужую».

Всё-таки за несколько лет в замке я отвыкла от того, что кто-то может бесцеремонно рыться в моих вещах. А в доме у мачехи в новом времени я почти не успела вспомнить, что я нищенка и ничего своего у меня нет. И сестричка Паэлла может в любой момент нагрянуть ко мне в каморку и покопаться в книгах или в тумбочке.

Лита понимает интонацию правильно: в глазах появляется «виноватинка», но губы всё равно надувает, демонстрируя обиду. И я со вздохом смягчаю свои слова:

–Тебе не пришло в голову, что это ошибка и вещи принадлежат не мне?

– Курьер назвал твоё имя.

Не решаюсь спросить какое. Совершенно не помню, как меня Рон представил в доме швеи. Почти всё время там я пролежала в полуобмороке. Но раз Лита не задаёт вопросов на эту тему, значит не «Ардэн». И то ладно.

Разглядываю платья из дорогой ткани. Не могу удержаться: провожу пальчиком по воротнику бирюзового. Вздыхаю. Оно бы точно подошло к моим светлым волосам, а вот красное выглядит, пожалуй, вызывающим. Наверняка выбор Рона. Он когда-то любил, чтобы я одевалась ярко, я же старалась выбирать более спокойные цвета.

– Примерить не хочешь? – врывается в воспоминания голос подруги.

– Нет, Лита, – вздыхаю я. – Мне такая одежда не по карману. Нужно её вернуть. Но сегодня разбираться с этим не буду. Я так устала, что сейчас упаду прямо на эти платья. Давай всё сложим и упакуем как было. Завтра отнесу в ректорат.

– Извини, я почему-то подумала, что ты себе нашла… – подруга недоговаривает, но мне и так понятно, что речь о «покровителе».

Хмыкаю. Интересно, она мне позавидовала бы в таком случае, или это тревога о том, что я могла оступиться? Хочется верить, что Лита проявляет дружеское беспокойство.

– Иди в купальню, – виновато добавляет подруга. – Я сама всё приберу.

Ну что ж, справедливо. Не я распаковывала. Киваю и выхожу из комнаты.

Смотрю на струю воды, наполняющую ванну. Алина посоветовала посидеть подольше и расслабиться, чтобы завтра хоть чуточку легче было.

Думаю о посылке. Совесть всё-таки подгрызает меня. Я соврала. Отлично знаю, откуда эти наряды и кто за них заплатил. Но, с другой стороны, я сказала правду. Рон покупал это великолепие для своей невесты, а не для адептки. А значит, надо вернуть. Меня вполне устраивает на ближайшие годы форма Академии. И лучше, если никого из мужчин с моим именем связывать не будут. Завтра обязательно отправлюсь на поиски работы. На подобную роскошь мне, понятно, не заработать, но хотя бы дополнительную еду постараюсь обеспечить себе сама.

Ванная набирается быстро, и я, дождавшись, пока она наполнится чуть больше половины, погружаюсь в тёплую воду.

Расслабиться? Да я сейчас напрячься не в состоянии.

Блаженствую. Всё-таки Академия – это здорово, особенно после дома мачехи. Какой же глупой я была, что прошлый раз не настояла на учёбе. Может, всё сложилось бы иначе.

И не было бы у меня в сердце занозы – воспоминаний о потерянном сыне. Сейчас они почти не тревожат, я уже убедила себя, что в этом времени ничего подобного не происходило, и мой ребёнок не в плену у мерзкого гада, но то и дело возможное будущее напоминает о себе саднящей болью.

Глушу в себе эти воспоминания. Мне надо думать о другом. В том числе о том, что понадобилось от меня лорду Микелю. Именно слово этого негодяя сыграло решающую роль на вступительном экзамене. Зачем-то же ему нужно было, чтобы я поступила.

Он говорил о даре моей мамы. Ничего об этом не знаю. Пытаюсь по крупицам собрать то, что помню: она была сиротой, училась в Академии, потом сразу же вышла замуж за моего отца, человека без дара – пустого. Но лорд уверял, что мама должна была стать его истинной? Разве так бывает, чтобы истинная убегала?

Фыркаю. Ну и вопрос. А я сейчас что делаю? Хотя… я ведь не к другому мужчине сбежала, а в Академию. Хм, а если мне, скажем, понравится кто-нибудь вроде Дэнира? Сразу же обрываю себя.

Ой, брось! Парень из аристократов. Такому я на один зубок, побаловаться. Да и не чувствую я к нему ничего.

Мысли в голове начинают расплываться: «Мама… Микель… красивые платья… Рон». Пора выбираться из ванной, пока я в ней не уснула.

Лита уже прибралась, и пакет с вещами стоит у двери.

На излёте сил убираю форму для тренировок в магшкаф, чтобы завтра идти не в грязной. С сожалением смотрю на одежду для лекций. Так и не пришлось её сегодня надеть, а она красивая: белая блузка, юбка ярко-фиолетового цвета, галстук в тон к юбке. Вот этого мне вполне хватит.

Падаю на постель и заворачиваюсь в одеяло.

Уже в полудрёме слышу голос Литы:

– Этот Ферон вас совсем замучил.

– Нет, что ты, – зевая бормочу я. – Он лучший препод. Даже не думала, что у меня с первого дня столько всего получится. И Дэнир не такой уж и гад… помогал…

– Дэнир? – оживляется Лита.

– Завтра, всё завтра.

Уплываю в сон.

А утром я начинаю понимать, о чём меня предупреждали. В теле нет ни одной мышцы, которая бы не болела.

Соскребаю себя с кровати. Услышав мой стон, Лита сначала смешливо фыркает, а затем проникается сочувствием.

– Может, к целителям забежишь? – предлагает она. – Я слышала, они совсем начинающим помогают. Мазь выдают.

– Ты надо мной смеёшься? Само слово «забежишь» пугает.

– А ведь сейчас пробежка и всякие прочие сюрпризы от магистра Айрэнда, – безжалостно добавляет Лита. – Могу посоветовать только одно: начни двигаться через не могу. Мышцы согреются, станет легче. Поверь моему опыту, я ходила на подобные тренировки последние полгода. Очень тяжёлая только первая неделя.

– Утешила, – со стоном выдаю я. – Выдержать неделю такой боли…

А ведь придётся. Стискиваю зубы и, стараясь не хромать на обе ноги, отправляюсь в купальню.

– Горячий душ прими, – догоняет меня совет Литы.

Надо сказать, совет дельный.

Утренняя разминка проходит в мучениях. Мышцы, правда, разогреваются во время пробежки, и я перестаю напоминать деревянного человечка из сказки, но боли от этого не меньше.

К счастью, после завтрака магистр Айрэнд отправляет нас на лекции. Первую должна читать магистр Тарина. Кажется, я даже буду её рада видеть, уж не знаю, как она меня.

А перед лекцией нам хватает времени забежать к себе, принять душ и переодеться. И остаётся ещё немного, ровно столько, чтобы успеть забежать в ректорат и вернуть кое-что одному самоуверенному дракону.

Беру пакет с вещами. Он огромный, но очень лёгкий, почти невесомый. Знаю такие платья с вплетённой магией. Они не только лёгкие, но ещё и по фигуре сами подгоняются.

Айви, прожившая восемнадцать лет у мачехи, о таком даже не слышала. Чувствую сожаление, что придётся расстаться с этими чудесными вещами, однако тут же напоминаю себе о словах Рона: «Отвлеклась на шмотки, др-рянь».

Внутри закипает.

Вот и забери свои «шмотки».

По дороге в ректорат, впрочем, решимость наговорить Рону гадостей куда-то исчезает. Не произносил он таких слов в этом времени. И, что сказать ему, я не знаю.

Появляется робкая надежда, что его нет в кабинете и у меня получится оставить вещи у секретаря. Скажу, что неизвестная посылка. И пусть сами разбираются.

Ну, надеяться-то я могу на что угодно. Реальность оказывается иной.

Глава 11. Гад чешуйчатый

Айви

Секретаря на месте нет.

Жаль, я надеялась попутно пропуск в Шарден оформить. А так придётся ещё раз заходить, но позже и вместе с Алиной.

Смотрю на закрытую дверь ректорского кабинета. Интересно, Рон сейчас на месте? Внутри появляется волнение не из-за того, что он может меня застукать, иное. Странное желание увидеть, заглянуть в зелёные глаза. Услышать… Что услышать? Что я «абсолютно бесполезна»?

Стискиваю зубы, борясь с охватившим меня горьким ощущением. Это всё в прошлом. Нужно просто сделать то, ради чего я пришла.

Осторожно ступая, подхожу ближе и, стараясь не шуршать, опускаю на пол пакет, прямо у порога. Здесь он не сможет его не заметить.

Надо бы объяснить, почему я возвращаю вещи, но я боюсь. Боюсь с ним встретиться наедине.

Теперь так же тихо надо уйти. А ноги почему-то не идут. Лёгкий аромат сандала и можжевельника окутывает меня. Скорее всего, мне это просто кажется. Мне теперь всегда мерещится этот запах, когда я думаю о Рональде.

Повторяй или не повторяй, как заклинание, что я не была замужем, а из памяти не вычеркнуть ни первую близость, ни то, как я ждала его, ждала каждый день. И первое время Рон прилетал часто. Иногда на крыльях, иногда приходил через портал. Я рассказывала ему о каких-то своих мелочах, и его это забавляло. Он много улыбался. А потом мне стало всё труднее находить темы, которые могли его заинтересовать. И он стал прилетать реже.

В знакомом запахе появляется терпкая нотка, вызывая внутри тягучее болезненно-сладкое ощущение. Я даже глаза прикрываю на миг. Сквозь все мои переживания и обиды прорывается то, о чём я хотела бы забыть. Неужели я соскучилась? По Рону? Или по той мечте, которой он был для меня?

В кабинете что-то падает с громким звуком. Оказывается, Рональд там. В панике пячусь к выходу.

Надо уходить. Не время и не место хотеть и мечтать. Шаг, ещё шаг назад, налетаю спиной на нечто большое и упругое. И оказываюсь в кольце рук.

Бойтесь своих мечтаний. Не почудился мне запах сандала.

– Так быстро уходишь? – раздаётся над моей головой знакомый голос, а волосы согреваются тёплым дыханием. – Не спеши, Айви. Я хотел поговорить с тобой в спокойной обстановке, – Рональд говорит мягко, руки его при этом не стискивают меня в объятиях, а лишь едва касаются. Наверное, поэтому оттолкнуть его и возмутиться у меня не хватает духу.

Он зарывается в мои волосы и, втягивая носом воздух, тихо-тихо шепчет, словно бы самому себе:

– Лесная земляника. Вкусно.

Мои ноги слабеют.

– Идём в кабинет, Айви, а то Парсонс вернётся.

– Я не могу, – мой голос срывается, и я заканчиваю шёпотом: – У меня… у меня лекция.

– Подождёт твоя лекция. – Рон губами прихватывает верхушку моего уха, и тело пронизывают обжигающие разряды.

Вздрагиваю и рефлекторно выгибаюсь в спине.

– Нет, пожалуйста, – прошу я шёпотом, но получается не очень убедительно.

Объятия становятся крепче, мои ноги отрываются от пола. Боль в мышцах, которую Рон пробудил неосторожным касанием, возвращает меня в реальность.

– Пустите, господин ректор, – пищу я и, вспомнив, добавляю: – В вашем кабинете кто-то есть. Куда вы меня несёте?

– Айви, в мой кабинет никто не может войти, пока меня там нет, не придумывай, – с укором говорит Рон. – На нём магическая защита.

– Но мне больно.

– Поэтому не барахтайся. – Рон перехватывает меня поудобнее под колени, делает шаг и… спотыкается об оставленный мной пакет. Сразу же восстанавливает равновесие. Но я уже успела испугаться.

От страха, что Рон может меня выпустить из рук, я крепко обнимаю его за шею и утыкаюсь носом в гладко выбритую щёку. Лёгкие расправляются, впитывая родной запах, разнося его с током крови по всему телу, наполняя каждую клеточку.

Горячее дыхание обжигает мои губы. Рон медлит, а я прикрываю глаза и замираю. Лёгкое, почти невесомое прикосновение. Муж исследует, проверяет границы дозволенного, захватывает одну губу, другую, а я плыву, как в первый раз: позволяю языку проникнуть в мой рот и сама отвечаю на поцелуй. Я скучала. Об этом говорят все мои реакции.

Рон усиливает напор. Слышу звук отлетающей в стену двери. Прихожу в себя уже в кабинете.

Что происходит? Какой муж? Дёргаюсь, пытаясь отстраниться. Рон издаёт недовольный рык, но уступает, разрывая поцелуй.

– Пусти…те, – упираюсь в грудь обеими руками.

Продолжаю брыкаться и, наконец, добиваюсь, чтобы Рон поставил меня на ноги. Отскакиваю от него.

– Ауч! – Спиной влетаю в книжный шкаф и отмечаю, как Рон быстро взмахивает рукой над моей головой.

На пол с грохотом падает увесистый фолиант. У дракона отличная реакция: упади такая книжища мне на голову, и на лекции можно не ходить: знания вкладывать будет уже не во что.

Ноги ватные, в коленях дрожь. Продолжаю опираться спиной о книжные полки, чтобы не упасть. Впрочем, идти некуда. Выход перегорожен Роном. Одной рукой он упирается в корешки книг справа от меня. С левой стороны – дверь, которую Рон уже успел закрыть.

– Хочешь сказать, что тебе не понравилось? – В его горле клокотание.

Зрачки вытягиваются по вертикали, по лицу пробегает чешуйчатая волна. Он зол. И, в чём причина его ярости, я понимаю только после следующих слов.

– Ты очень хорошо целуешься для невинной девушки. Где училась?

Ах ты ж гад чешуйчатый. Замахиваюсь, чтобы влепить ему пощёчину, но Рон перехватывает моё запястье.

– Я задал вопрос.

– Не ваше дело, господин ректор.

– Очень даже моё. Надеюсь, ты хотя бы невинна?

В глазах темнеет. Не соображая, что я делаю, наклоняюсь и зубами впиваюсь в удерживающую меня руку.

От неожиданности Рон отпускает меня, и я бросаюсь к двери, поворачиваю ручку, но открыть не успеваю.

От дракона убежать трудно. Дверь с грохотом возвращается на место. А Рон вжимает меня в неё.

– Ты должна… – с яростью начинает он.

Яркая вспышка озаряет кабинет. Рональд резко разворачивается, открывая обзор и для меня. На ректорском столе, вцепившись когтями в зелёное сукно, изрыгает пламя маленький дракон.

Пользуясь тем, что Рон отвлёкся, открываю дверь в приёмную, но вместо того, чтобы юркнуть в неё, останавливаюсь, не зная, как быть: бежать самой или спасать моего маленького защитника. Кто знает, на что способен разъярённый дракон.

Фамильяр решает за меня. Он растворяется в воздухе, оставив после себя на столе вспоротое когтями сукно и догорающую стопку бумаг.

Бежать.

Рон поворачивается ко мне и делает шаг. Не спеша, как хищник, знающий, что жертва никуда не денется. Переступаю через порог и едва не падаю, споткнувшись о злополучный пакет с платьями. Треск рвущейся бумаги.

Извернувшись, подхватываю пострадавший пакет и продолжаю отступать, держа его перед собой, как щит. Бумага, которая прежде казалась очень прочной, продолжает расползаться прямо в руках. Через огромную прореху видно то самое вызывающее красное платье. Лёгкий шёлк струится наружу.

– Айви, – угрожающе рычит дракон.

А у меня в голове звенит его последнее «должна».

– «Должна» говоришь? – шиплю я. – Ты именно для этого платишь за мою еду и подкидываешь мне «шмотки» из дорогущей ткани? Чтобы я была должна?

– Ты моя невеста, я обязан о тебе заботиться, – рычит Рон, продолжая надвигаться на меня. – Но ты, похоже, забываешь о своём статусе.

– Не смейте ко мне подходить. И про ваше «обязан» можете забыть. Не стоит связывать себя с таким «никчёмным существом», как я.

Краем сознания понимаю, что процитировала его самого из будущего. Но ведь он и сейчас хоть и не говорил, наверняка думал обо мне что-то подобное.

– Айви, что за бред ты несёшь? Ты сейчас немедленно успокоишься, и мы поговорим.

– Нам не о чем…

Входная дверь уже близко, однако, если я не поспешу, то разговор, продолжится.

Не стоило сюда приходить.

Швыряю пакет в надвигающегося на меня дракона, чтобы выиграть время, и бросаюсь к выходу из приёмной.

– Стоять! – рявкает Рон.

И в этот момент дверь открывается мне навстречу. На пороге возникает магистр Тарина со слащавой улыбкой на лице.

– Господин ректор, – начинает она, и лицо её меняется при виде открывшейся картины.

Рот приоткрывается от изумления, взгляд стекленеет.

Ну да, есть чему удивляться. Посреди приёмной стоит ректор академии с рваным пакетом и свисающими почти до самого пола разноцветными платьями: красным, бирюзовым, нежно-сиреневым. А к выходу летит адептка-первокурсница с горящими щеками и, скорее всего, с растрёпанными волосами.

Вот ведь незадача. Что она подумает? А ну да… «покровитель». У всех же только одна мысль.

– Спасибо, господин ректор, за совет, – растянув губы в вежливой улыбке, бросаю я напоследок и, обогнув госпожу Тарину, выскальзываю в коридор.

Позорище. И у меня ведь сейчас будет лекция у этой мадам. Нужно хотя бы в порядок себя привести. А времени мало.

Если в главный корпус я шла по наружной галерее, то сейчас мне лучше воспользоваться порталом. Приглаживаю волосы и шагаю в столб голубого света, мысленно давая команду доставить меня в женское крыло.

Хоть бы пробраться к себе незамеченной.

Незамеченной не получается, именно сейчас адептки покидают свои комнаты, чтобы успеть на лекции. Взгляды, которые они бросают на меня, говорят о том, что выгляжу я подозрительно.

И Лита это подтверждает.

– Айви! – восклицает она и замирает.

Отмахиваюсь рукой и влетаю в купальню.

Проклятье! В зеркале отражается девушка в помятой блузке, со сдвинутым едва ли не на спину галстуком и растрёпанными волосами. Да ещё и две верхние пуговицы у блузки расстёгнуты. Когда он успел, гад чешуйчатый? А хуже всего губы, они пылают так, что даже горящие щёки по сравнению с ними кажутся снежно-белыми.

И вот в таком виде я шла по женскому крылу, где меня успели заметить минимум десять адепток? А до этого ещё и госпожа Тарина? Не сомневаюсь, что все, кто меня сегодня ещё не видел, получат детальное описание с дополнениями и домыслами.

Я просто в отчаянии. Рон делает всё, чтобы меня выдворили из академии. Если на этот раз обойдётся, больше я близко к ректорату не подойду, одна по крайней мере.

Плещу в лицо холодной водой. Расчёсываю волосы.

Настраиваюсь на объяснение с Литой. Хотя бы подруга должна быть на моей стороне. Нужно будет соврать – совру.

Выхожу с решимостью на лице.

– Что это было? – хрипло спрашивает Лита, и я вижу осуждение в её глазах.

– Ректор ко мне клеится, – выпаливаю я. – Я отнесла вещи в приёмную. Секретаря не было на месте. А ректор ко мне пристал.

– Но это же невозможно. В Уставе Академии чётко прописан запрет на отношения между преподавателем и адептом. Тебя отчислят.

– Да уж, догадываюсь, что едва ли снимут с должности такого замечательного ректора, – со злостью говорю я. – Он меня с экзамена невзлюбил.

– В смысле? Он тебя всё-таки домогается или невзлюбил?

– Он был против моего поступления в Академию, – решаюсь сказать полуправду. – Заявил на экзамене, что у меня ресурса почти нет. Мне кажется, что он хочет меня подставить, чтобы отчислить.

– Очешуеть, – выдыхает Лита. – Вот ведь гад чешуйчатый! И что ты собираешься делать?

– Остаться любой ценой. Буду держаться от него подальше.

– Слушай, – в глазах Литы появляется задумчивость. – Что, если тебе начать встречаться с кем-нибудь из адептов? Отношения между адептами не запрещены.

– Лита, я учиться поступила. Мне не нужны интрижки.

– А кто говорит о настоящих отношениях? Тебе нужно прикрытие. Давай я с Вестом договорюсь. Он неровно ко мне дышит, а значит, и на просьбу откликнется, и приставать к тебе не станет.

Рональд такого точно не потерпит. Просто утащит меня из Академии и посадит под замок.

– Я, конечно, подумаю, – не возражаю прямо, чтобы не обидеть подругу. – А пока… ты можешь, если мне, к примеру, понадобится пропуск в Шарден или ещё что-нибудь в ректорате, сопровождать меня?

– Не проблема. – Лита подходит ко мне и обнимает сочувственно. – Мы не дадим ему ни малейшего шанса, Айви. Я буду рядом всё свободное время. А на твоих практиках просто держись рядом с парнями. С Вестом я всё-таки поговорю. Идём, опоздаем.

Ох, чувствую, нелегко мне придётся на лекции магистра Тарины. Но не будет же она при всех устраивать скандал?

Глава 12. Рональд. "Всё пошло не так" 2

Рональд Ардэн

Гаргулья ж задница! Опять всё через это самое место.

Целуется она действительно охренительно. Даже у человеческой половинки крышу снесло. О драконе и речи нет, тот поплыл мгновенно, стоило только войти в приёмную и увидеть хрупкую фигурку Айви.

Ещё ни на ком из адепток так ладно форма академии не сидела. Свободная юбка заманчиво обрисовала аппетитную попку, и эта самая попка двигалась прямо ко мне в руки. Ну то есть хозяйка попки пятилась к выходу из приёмной.

Руки сами сомкнулись вокруг девчонки, а Ларг не преминул напомнить: «Моя!»

Моя! И всё…

Вдыхаю аромат лесной земляники и подталкиваю добычу к дверям кабинета.

– Подождёт твоя лекция.

Айви реагирует на каждое моё прикосновение: дрожит, выгибается в спине от простого прикусывания ушка, вжимаясь в меня своими аппетитными булочками. Какая же она чувствительная. В паху становится тесно.

Всегда держал в узде свои реакции, но сейчас крышу сносит основательно, словно ураган пронёсся.

Подхватываю свою истинную на руки и удачно спотыкаюсь о какую-то хрень, лежащую на полу. Надо будет Парсонсу за бардак… благодарность объявить. Перепуганная Айви обхватывает меня за шею, и её губы оказываются слишком близко для того, чтобы я смог отказаться.

И она не против. Отвечает на поцелуй голодно, жадно, словно ждала меня всегда. У меня в голове плывёт не меньше, чем у моего дракона. Ощущение, что вернулся к знакомому источнику. Словно эти губы уже были в моей власти.

Или… уже целовались много и жадно? Эта мысль приходит в голову уже после того, как отпускаю её. А отпускаю, потому что она начинает неистово вырываться. Куда? Стоять!

Желание обладать и одновременно мысль о том, что кто-то уже прикасался к её губам, приводят меня в такую ярость, что не могу удержаться от обвиняющего: «Ты очень хорошо целуешься для невинной девушки. Где училась?»

Зацелованные губы изумлённо приоткрываются, и в следующий миг она замахивается с возмущённым видом.

Перехватываю тонкое запястье. Знаю, что следующий мой вопрос оскорбит её ещё больше, но у моей человеческой половинки вырывается с рыком: «Надеюсь, ты хотя бы невинна?»

Драконы в таких делах понимают лучше людей. Ларг сам в шоке от моего вопроса. Оба мы в курсе, что она невинна. Но целовалась же и как… отвечала, перехватывала инициативу, сносила мне крышу своим юрким язычком.

Вспышка и грохот за спиной заставляют быстро развернуться навстречу непонятной опасности. Вид фамильяра, уничтожающего мой стол вместе с документами, приводит меня в ещё большую ярость. И будь моя воля, стол догорел бы вместе с мелким пакостником. Но Ларг неожиданно упирается. И даже закрывает свою магию от меня.

Гаргулья задница! Хоть что-нибудь здесь зависит от меня?!

Фамильяр растворяется в воздухе, оставив после себя запах гари, в который вплетается тонкая нотка аромата лесной земляники от сбежавшей Айви.

Итог: я стою посреди приёмной с какой-то разноцветной хренью в руках. Никогда прежде не оказывался в такой идиотской ситуации.

– Господин ректор, – голос магистра Фаллиан дрожит от потрясения. – Что тут произошло?

Фокусирую взгляд на стоящей в дверях женщине. Какое её гаргулье дело?

Вовремя влетает секретарь.

– Артефакт взорвался? – быстро находится Парсонс при виде клубов дыма, валящих из кабинета. – Видел в коридоре перепуганную адептку. Не зацепило её?

– Хаос знает. Проверьте.

– Бежала резво, ноги точно целы.

Он что, ещё и шутит? Весь мир решил меня вывести из себя. Однако Парсонс умеет и проблемы решать.

– Дайте-ка сюда, – секретарь освобождает меня от всё ещё висящих на руках тряпок.

– Это что за хрень? – зло спрашиваю я.

– Разберусь, – коротко говорит он и поворачивается к магистру Фаллиан, всё ещё торчащей у входа с раскрытым ртом. – Вы по делу, магистр Тарина? Я могу помочь с каким-то вопросом?

– Я позже зайду, – блеет женщина, отступая в коридор. – Вам не до меня. А мне лекцию читать.

Ну да, подозреваю, что вид у меня не самый приветливый.

Парсонс выпроваживает магистра, продолжая скороговоркой объяснять что-то о взорвавшемся артефакте.

Затем возвращается и распахивает все окна.

Наблюдаю, как он деловито формирует и запускает воздушное плетение, в мгновение ока выносящее дым наружу.

Вопросов не задаёт. Он никогда не задаёт лишних вопросов.

В очередной раз думаю о том, как мне повезло, что Роувелл вместе с ректорским креслом оставил мне и своего помощника. Мог ведь, покидая Аэртанию, такой ценный кадр забрать с собой на Авейру.

Опускаюсь в кресло в приёмной, наблюдая, как незаменимый Парсонс аккуратно складывает цветные тряпки. Вспоминаю о пакете, о который так удачно споткнулся. Спрашиваю:

– Это откуда?

– Изначально это пришло из Шардена от швеи для мисс Карно.

«…подкидываешь мне «шмотки» из дорогущей ткани… чтобы я была должна?» Точно. Она же в меня этим швырнула.

Что же она несла ещё? Какой-то бред про «никчёмное существо».

Внутри беспокойно заворочался Ларг.

«И ты хорош, – мысленно рявкаю на своего дракона. – Не дал мне подпалить хвост этому мелкому пакостнику. Ничего бы с ним не случилось. Драконы, даже такие мелкие, не горят. Но должен знать место».

«На нём отпечаток магии, – снисходительно поясняет Ларг. – Твоей магии и её. Нет, я не знаю, как это возможно».

*****

– Есть у меня одна идея, – задумчиво говорит Парсонс, созерцая аккуратно сложенные платья. – Можно задействовать её мачеху, чтобы убедить вашу невесту принять одежду.

Мой помощник единственный в курсе, кем является для меня Айви и откуда я её забрал. Поэтому он так шустро принял меры, помешав главной сплетнице Академии, мадам Тарине, сделать более правильные выводы из увиденной сцены.

– Позже. Это терпит.

А сам думаю, что Айви и в униформе хорошо выглядит, даже слишком хорошо. При мысли о том, что там, на занятиях, её озабоченные однокурсники, поди, уже глаза стёрли о её задницу, теряю контроль над второй ипостасью. И прихожу в себя, когда Парсонс покашливает, многозначительно поглядывая на мои руки. На деревянных подлокотниках кресла – глубокие царапины от драконьих когтей.

Намёк понят. Сегодня только-только стол сменили. Полностью. Мелкий фамильяр не оставил никаких шансов для реставрации прежнего. Эдак никакой мебели не напасёшься. Откуда только у пакостника отпечаток моей магии? Первый раз слышу, чтобы связь так действовала до консумации.

– Могу принести новые копии документов, – прерывает мои размышления Парсонс. – Для повседневной работы я вам обычно не даю оригиналы. Так что всё в порядке.

– Неси.

Хорошая идея заняться муторной работой для приведения в порядок мозгов. Выхожу из кабинета только дважды: на обед и на ужин. Преподавательская столовая находится отдельно от студенческой, и Айви мне на глаза не попадается. Оно и к лучшему. Быстро ем и возвращаюсь к работе.

Парсонс появляется в моём кабинете, когда начинает темнеть. И я сразу чувствую, что спокойная часть дня закончилась.

– За обедом и ужином она отказалась от дополнительной еды, – докладывает секретарь.

Хмурюсь:

– Что за фокусы?

– Но это ещё не всё. – На лицо Парсонса набегает тень. – Я допустил оплошность, и она получила пропуск в Шарден. И уже отбыла.

– Зачем? – Ручка в моей руке распадается с треском на две части.

– Проверил запись в журнале портальной службы. Основание – поиск работы.

– Гаргулья задница! – рычу я. – Кем она там собралась работать?

– Могу только предположить. На неё получила пропуск её однокурсница, адепт Алина Ристер, – эти слова Парсонса догоняют меня уже в дверях.

Спрашиваю, не поворачиваясь:

– И?

– Та девушка работает разносчицей в «Драконьем когте».

Этого ещё не хватало. Моя пара будет в вечернее время разносить пиво любителям ночных развлечений?

«Драконий коготь» находится на центральной площади Шардена, рядом с мэрией. И днём это приличное заведение, в которое ходят семьями с малыми детьми. Но днём адепты Академии заняты под завязку. А вечером и до поздней ночи там любит посидеть местный бомонд.

В такое время девушка должна быть под защитой Академии. Мирно спать в своей постели.

«Или в твоей», – подсказывает Ларг.

Или в моей. Воображение подкидывает картинки одна другой интереснее.

Хаос с ней, с этой учёбой. Хочет – пусть учится. Хотя лучше бы согласилась учиться удалённо. В конце концов, провести портал из Академии в замок не проблема. Я бы наведывался каждую ночь.

Проклятье! Что за упрямая истинная мне досталась?! Это же она назло мне отправилась на заработки.

Выйдя из портала, оглядываюсь и немного успокаиваюсь. Площадь перед мэрией ярко освещена фонарями. Людей ещё много. Вокруг всё ещё не работающего фонтана прогуливаются парочки. Пожалуй, всё не так страшно. От портала до «Драконьего когтя» не по темноте идти. Это не значит, что я ей разрешу работать. Но хотя бы сегодня она вне опасности.

– Ардэн? – окликает меня знакомый голос.

Оборачиваюсь и пожимаю руку:

– Обертон.

Прищуриваюсь, рассматривая Нортана Обертона. Хм, вот так встреча. И что же забыл учредитель корпорации «Дратур» в Шардене вечером?

Не самое подходящее место для него. Впрочем, и для меня тоже. Внутри неясная тревога, и всё, чего мне хочется сейчас, – поскорее разыскать Айви, а не рассыпаться в любезностях.

Нортан больше не делает попыток заговорить. Кажется, тоже не настроен на болтовню. Это хорошо.

Спустя несколько шагов понимаю, что мы идём в одном направлении.

В конце улицы через дорогу тускло светятся прямоугольные окна местной забегаловки.

– Ты тоже в «коготь»? – показываю глазами на главный гадюшник Шардена.

Обертон морщится.

– Хотел проверить кое-что, – судя по тому, как напряжённо он всматривается в окна бара, скорее, не «что», а «кого». Но это не моё дело.

Своих проблем хватает.

Хотя как бы не пришлось забирать Айви на его глазах.

– Адепты по-прежнему собираются здесь? – как можно более безразлично интересуется Нортан. – Этот притон до сих пор не прикрыли? Куда только смотрит мэр?

Тяжело вздыхаю:

– Вероятно, он предпочитает закрывать глаза, когда карман регулярно оттягивает мешочек золотых.

Обмениваемся с ним понимающими взглядами. Никто из нас не спрашивает другого о причинах визита в эту дыру, но мысленно мы определяем один другого в союзники.

Переходим дорогу.

Останавливаемся напротив заведения. Критическим взглядом окидываю вход в забегаловку.

Массивная дубовая дверь слегка приоткрыта, и изнутри доносятся нетрезвые голоса. Окна занавешены тёмными шторами. Это чтобы снаружи не было видно, что там творится? Чёрные буквы вывески светятся в темноте. Мягкий знак так покосился, что, кажется, вот-вот и отвалится. Но так уже несколько лет, и ничего, пока держится.

Чем дольше смотрю, тем сильнее закипаю. Айви точно здесь делать нечего.

– Давай уже покончим с этим, – мрачно произносит Нортан.

И в этот момент шум в баре усиливается. Раздаётся чей-то крик, женский визг, грохот мебели. И тут же звон стекла. Плотная штора одного из окон срывается вылетающим из окна телом. Мы с Нортаном одновременно бросаемся вперёд.

Внутри пьяная драка. Несколько деревянных столов перевёрнуто. Но на это всё мне плевать.

«Пусти», – рычит Ларг, пытаясь начать оборот.

И я чувствую то же, что и он. У одного из парней на руках моя перепуганная истинная. И она цепляется за него так же, как сегодня утром цеплялась за меня.