Не месяц Март

Глава 1

Как известно, курить вредно, пить противно, но умирать здоровым – обидно. А с моим здоровьем всё, кроме обиды, и вовсе не актуально. Так что я без сомнений вышел на балкон покурить.

Незастеклённый балкон – а точнее лоджия, поскольку располагается на уровне окон, а не выставлен за пределы стены фасада. Всё никак не привыкну. В прошлой-то жизни уже редко можно было встретить балкон без остекления. А тут это норма. Пожалуй, только в юридиках и, может, в опричнине не так, но там я почти что не бывал, так, проездом можно сказать.

Вытряхнул сигарету из мягкой пачки с надписью «Друг», криво усмехнулся. Не друг ты никому, раковая палочка с огоньком на одном конце и самоубийцей на другом! Зажигалкой пришлось щёлкнуть трижды, похоже, кремень уже стёрся. А может газ заканчивается. Или это судьба шепчет: «Не стоит курить, бросай». Но я всё же раскурил, облокотился на перила, затянулся.

Откуда-то сверху раздался приглушённый мат. И дикий мяв. Наверное, у соседей кот что-то уронил. Эх, тоже, что ли, завести животину? Но с моим образом жизни и постоянными переездами...

Краем глаза заметил тень. Рефлекторно или машинально успел выставить руки. Поймал! Хотя это ещё вопрос, кто кого поймал! Нечто, упавшее прямо на мои вытянутые руки, вцепилось в эту внезапную преграду всеми когтями.

Я быстро отдёрнулся назад, занося добычу внутрь лоджии. Бело-серый клубок пушистой шерсти снова дико мявкнул и оттолкнулся семи четырьмя когтистыми лапами, пробороздив кровавыми полосами мои предплечья. Спрыгнул на пол, сразу же сиганул в угол, пытаясь забиться в щель между стеной и старым шкафом. Но туда даже морда не пролезла.

– Ну, не бойся... – негромко проговорил я.

На меня глянули два зелёных глазища. И тут же снова отвернулись в сторону щели. Так, ладно. Я открыл балконную дверь во всю ширину. Встал между кошаком и балконными перилами. И рыкнул:

– Кыш!

Зверушка, бешено загребая и скользя задними лапами по плитке пола, драпанула в комнату. Отлично. Оттуда уж никуда не денется. А то с балкона может и сигануть через перила. Снова. Хотя это ещё вопрос, было ли падение случайным...

Вот сейчас докурю и пойду спрошу у соседа сверху, как так вышло. Пока царапины на руках ещё не заросли.

В комнате кошака не нашлось. Забился куда-нибудь за диван или под шкаф. Ничего, вылезет. Я потратил ещё пару минут, чтоб нарезать колбасы на чайное блюдечко – всё равно сам пользоваться не буду – и поставить в комнате. Жрать захочет – вылезет. Пускай пока пересидит стресс.

Обул высокие ботинки на толстой подошве, тщательно зашнуровал. Не в тапках же идти, хоть и в подъезде. Но мало того, что на лестнице можно вступить во всякое – а в лифте, чтоб не было нассано, это вовсе должно чудо случится, но зачем мне лифт для подъёма на один этаж. Так ведь можно напороться и не только на какие-то отходы. В конце концов, у нас тут Хтонь да Хтонь кругом!

И вообще, я знатно рисковал, ловя летящее с балкона непонятно что. Это ведь мог оказаться вовсе не домашний котяра, а какая-нибудь хтоническая белка! А то и кто похуже. Впрочем, кобуру справа на поясе и ножны слева я не снимал даже дома, так что уж как-нибудь отмахался бы от грызуна, пускай и хтонического. И вообще, я же не планирую жить вечно! А кто не рискует – тот ведёт трезвый образ жизни. Что возвращает нас к обидному умиранию здоровеньким. В клыках какого-нибудь хтонолося, например.

Дверь я запирать не стал, просто захлопнул. Если кто-нибудь из соседей наберётся наглости и вломится – пристрелю, когда вернусь. Заодно потом тише будет. Но не стрелять же во всех шумных соседей... Даже в сервитуте за такое по головке не погладят. А вот пристрелить грабителя в собственной жилплощади – нормально! Да и если я вдруг не вернусь, то пусть уж вход будет свободным, а то там у меня котик один.

Поднялся на этаж выше, седьмой. Постучал в дверь соседа сверху. Ногой, конечно. Тишина в ответ. Постучал ещё раз.

– Да иду! Ща! – раздался визгливый бабий голос. – Надеюсь, руки у тебя заняты подарками, ска!

Хм, кажется, я всё же ошибся этажом. Хотя, возможно, сосед просто с женой живёт. Или... Нет, всё же нет.

Я с удивлением уставился на открывшую мне дверь персону. С первого взгляда я было принял её за извалявшуюся в штукатурке снагу. Всё же полтора метра роста, мне по грудь. Не бывает же таких здоровенных гоблинов, да? Да? Но серая кожа и чёрные буркалы глаз – точно гоблин. Гоблинша. Но пара дынек, выпирающих из розового пеньюара с кружавчиками... Не, гоблины, конечно, млекопитающие, но где это видано...

Не бывает толстых гоблинов! И пышногрудых гоблинш тоже! Они мелкие и шустрые, в любую дырку влезут. А эта... Полукровка, что ли? А гоблины скрещиваются со снага?

– Здрасьти. Я ваш сосед, – всё же заговорил я. Добавил: – Снизу.

– Ладно, красавчик, – томно протянула эта, наверное, всё же полу-гоблинша. – Так и быть. Согласна попрыгать сверху. Заходи.

Эх, эта шутка была стара ещё тогда, когда я в первый раз был молод и кучеряв. Но это в другом мире. А тут... Похоже, это и не шутка на сей раз.

– Спасибо за приглашение, но в гости с пустыми руками не ходят, – покачал головой я.

– Дык, а чего ты тогда ногами в дверь стучал? – смерила меня не особо довольным взглядом собеседница. – И ваще, чё припёрся, на?

– Вчера только въехал, вот, знакомлюсь с соседями, – развёл руками я. – Сверху – в первую очередь. Вдруг ты меня затопишь?

– И чё ты тогда мне сделаешь, красавчик, на? – подбоченилась гоблинша. – Изнасилуешь? Тады я уже бягу краны открывать!

– Ухи отрежу, – серьёзным тоном предупредил я, положив левую ладонь на рукоять охотничьего ножа. – И сожрать заставлю. Гоблинам же всё равно, что жрать. Хотя ты, смотрю, и так не голодаешь.

– Это ты чё, ска, намекаешь, что я толстая?! – визгливо возмутилась моя соседка сверху. – Да я тебя, ять, самого сожру, на!

– Не толстая, а выпуклая в стратегически нужных местах, – усмехнулся я. – Ну и крупная... Для гоблинши. Ни разу, ять, не видал гоблина ростом выше метр двадцать!

– Ах... Это моя жизненная драма! – внезапно воскликнула собеседница.

Шмыгнула длинноватым типично гоблинским носом, театрально смахнула с угла глаза несуществующую слезинку. Ну-ну, послушаем-ка эту историю и посмотрим это шоу единственной актрисы погорелого театра!

– Я у мамки одна родилася! – не дожидаясь реакции от такого неблагодарного зрителя, как я, заголосила эта актриска. – Весь, ять, выводок у мамки в утробе сожрала. Вот и отъелася! Не виноватая я, такой уродилась! А тепереча я одна, совсем, ять, одна, ска, на!

Ну, прям драма, достойная Шекспира. Если б он был гоблином. Хм, кстати, а кем он был в этом мире? Ладно, плевать, не до того сейчас...

– Ага, понятно, – протянул я.

У гоблинов, как и у снага, практически каждая беременность многоплодная. По шестерне рожают частенько. Наверное, чаще всего именно по шесть. Но бывает всякое. Я в этой области далеко не эксперт, но и то курсе, что при многоплодной беременности частые случаи, когда на ранней стадии один плод поглощается другим. И это не «сожрала» называется, конечно, только гоблины могли так упростить всё. А бывает и наоборот, зигота делится ещё надвое, и получается не шесть, а восемь или десять. Ну это всё ещё на клеточной стадии. Если позже, то поглощённый близнец может и проявиться как-то в братце или сестрице – в цирке уродов таких раньше показывали. Ох, ять, а если у неё там рожи братцев на полужопиях выглядывают? Или на дыньках... Ять, фу, на! Зачем я это представил?!

И вообще, хватит уже думать на гоблинско-снажьем диалекте, ска!

– Вот, и ты харю кривишь, – уже вроде бы по-настоящему грустным тоном протянула собеседница.

– В смысле? – искренне не врубился я, вынырнув из своих дурацких мыслей.

– В коромысле, ять! – рявкнула она. – Для гоблинов я слишком кобыла здоровая! А для остальных – слишком гоблин, ска!

– Ещё скажи, что ты не целованная вся и несорванный цветочек, – заржал я.

– Дурак совсем, ять? – покрутила она пальцем у виска. – Извращенцев-то хватает, ска! Но они ж такие, сунул, вынул и бежать. А кому мне борщи стирать и носки варить, на?!

– Какому-нибудь снаге-коротышке, – предположил я, пожав плечами.

– Да тьфу! – она буквально смачно харкнула на пол. – Нах мне коротышка, на? Я большой хочу, ска!

– Я не люблю варёные носки и стираный борщ, – сразу отказался я.

– А если наоборот?

От ответа на этот вопрос я воздержался. Предпочёл сменить тему:

– Меня Мартын зовут. Но лучше просто Март.

Ну и дурацкое имечко же мне досталось. Такое... Земское.

– А я – Лузитания! – назвалась в ответ соседка. – Но лучше просто Лулу.

– Как? – аж слегка подавился я.

– Эт пароход такой был, ба-а-альшо-о-ой, – пояснила она. – Сосед наш, дядь Митя, мамке подсказал. А она – дура.

Что-то я такое слышал. Не здесь, а ещё в своём мире. Какая-то история у этого корабля, наподобие как у «Титаника». Но другая... Короче, тоже куча народу там утонула. Но романтическое кино об этом не сняли. Остальное – не помню нифига. Интересно, здесь такое тоже было? Или дядя Митя – тоже попаданец? Что-то наших тут вообще как собак не резаных!

– Тогда почему Лулу, когда для краткости должно быть Луза? – хмыкнул я.

– Ну, я готова побыть и лузой для твоего кия, – с жеманным смешком подмигнула гоблинша.

В игре на бильярде совсем не шарит, ясно. Но объяснять ей, что в лузу вообще-то надо загонять шары, а вовсе не кий, я, пожалуй, не буду. А то в рамках метафоры щас начнётся такое... Нафиг!

–А почему ты совсем не ругаешься словом «врот»? – заметил я.

– Чё? Да я, ска, ваще не ругаюсь, ять! Я ваще культурная, на! – возмутилась она. – Это, ска, не ругательства, а префиксы! Но если хочешь, могу и в рот! Вообще без базара, на!

Я оценил взглядом её широкий лягушачий рот. Может, точно. Многое может, наверное. В этакую лузу, пожалуй, и кий вместе с шарами влезет.

Интересно, я столько выпью?

Нормальному попаданцу полагается эльфийская принцесса! Но у нас тут эту нишу занял Бабай Сархан, ска, врот, ять, на! Он-то точно из наших, сто сорок шесть процентов даю! И что остаётся остальным вообще и в частности мне?

Не, эльфиек на свете ещё много, но... Этих самых всяких и разных «НО» – ещё больше. Так что с эльфийкой мне вряд ли что-то светит.

Среди снага иногда попадаются на удивление симпатичные барышни. Ну и что, что зелёные? Конечно, таких одна из ста, остальные – бр-р-р! Но мне хватит, для разнообразия. С чёрной уручкой тоже пробовал. Пришлось сперва с ней на кулачках помахаться... Благо, это я могу! Сдюжил! Но потом в процессе активности в постели всё равно рёбра болели, передохнуть она мне не дала. И я понял – нет, это не моё. Уж слишком много бурной активности сразу.

А вот гоблинш я, конечно, в таком плане не рассматривал. С одной стороны, им, мелким, даже наклоняться не пришлось бы. Если б ещё голова квадратная, чтоб кружку ставить... Но это только как шутка годно. А реально – ну, фу! Тощая, метр ростом – с ребёнком ассоциируется, а не с бабой! Да ещё серая и страшненькая до кучи. Тьфу, со всех сторон!

Зрелые кхазадки не в моём вкусе. Не люблю баб, у которых талия шире моих плеч. А молодые – ну, те же человечки, среди людей невысоких и фигуристых дамочек тоже хватает. Только ещё её папаша может топором приголубить, за то, что дочку попортил. А оно мне надо? Оно мне не надо. Человечки – ну, тут понятно, ничего в другом мире не изменилось. Хорошо, но никакой экзотики. Есть ещё всякие мутантки-кошкодевки и прочие зверодевки в Зоотерике, но... К шлюхам у меня брезгливость. Может, когда-нибудь, при случае, исключительном...

Короче, возвращаясь к соседке. Крупная фигуристая гоблинша. Фигурка очень даже хороша. Серая кожа – фигня. У уручек тоже серая. Да и морда тоже... Сильно на любителя. Ну, буркала у гоблинши стрёмные. И нос длинноват. И крючковат. Но я даже без пакета обойдусь. Смотря какую позу выбрать.

И вообще, если я её пошлю – она меня максимум завтра точно зальёт!

– Э, алё, Июль, куды уплыл? – помахала у меня перед лицом ладошкой соседка.

– Задумался, где тут прикупить пузырь бырла, чтоб вечером к симпатичной соседке в гости заглянуть, – хмыкнул я.

– Я бырло не пью! – внезапно заявила она. – Винище люблю. Розовое.

Оп-па, на, хрена себе поворот, ска!

– Прям не пьёшь? – не поверил я.

– Ладно, пью, – вздохнула Лулу. – Я ж, ска, гоблинша! Но винище лучше, ять! Винный за углом. Иди покупай, на.

И захлопнула передо мной дверь. Это что сейчас такое было? Если б Лулу продолжила мне предлагать всякое и на меня вешаться, я б, скорее всего, всё же свалил и не вернулся. Но перед захлопнутой дверью, как нормальный мужик, остановиться не могу! Так что вечером вернусь с винищем. Потом – посмотрим, как пойдёт. Мне напиться сложно, уж слишком бурлят в крови всякие коктейли специфические.

Вон уже и царапины затянулись корочкой. Если её содрать, под ней будет новая розовая кожа. Так что надо поспешить этажом выше, а то и предъявить соседу будет нечего. Нет, я и без предлога в виде царапин проясню эту ситуацию. Но так будет проще. Так что шагаю наверх. А об остальном подумаю потом.

В магазин-то всё равно идти. Коту нужен лоток, как минимум. Вряд ли я его верну соседу. Есть такое предчувствие...

Глава 2

Я поднялся на восьмой этаж. Снова постучал в дверь ногой. Опять пришлось подождать. Постучать снова. И ещё раз, уже сильнее.

Так, дверь не железная. Старая, деревянная. Обита шкурой старого дермантина. Такую я бы плечом вышиб и в прошлой жизни. Но пришлось бы постараться. А в этой – с двух ударов. Спасибо всем тем, кто поработал над этой тушкой. Знать бы ещё, кто это был...

Раз уж я могу на равных помахаться с чёрным уруком, подозреваю, не обошлось без Зоотерики. С виду-то я обычный человек. Ну, почти двухметровый лось, конечно. Но достаточно худощавый, отнюдь не Мистер Олимпия. Но при этом весы подо мной зашкаливают, а по ветхим деревянным лестницам мне лучше не ходить – сломается. Вес что-то около двухсот кило. Мне говорили, что это из-за укреплённых костей и уплотнённых мышц. В подробности не посвящали. Отвёртка не объясняет винтику, зачем его закручивает.

Увы, ультимативным бойцом я не стал. Из-за веса и плотности мышц я сильнее обычного человека, но не особо быстрее – из-за того же веса. Марафонского бегуна из меня не выйдет. По скорости реакции-то, конечно, фору дам. А уж если ещё эликсир бахнуть! Тут уж держите меня семеро! Ладно, семеро точно удержат. Или даже трое – если это будут чёрные уруки. От двух смогу вывернуться и отмахаться, чтобы сбежать, если они не в курсе моих возможностей и не готовы к сопротивлению. И если повезёт. Потому что уруки – это такое... Почти хтоническое.

– Открывай! – заорал я, побарабанив в дверь кулаком.

И почти сразу дверь открылась. За ней оказался средний такой мужичок. Не очень высокий, но коренастый, с простецким лицом. Слегка синеватым, отчасти из-за фингала, отчасти от общего нездоровья.

– Чё ломишься? – пробурчал он, глядя на меня снизу вверх.

– Сосед снизу, – отрекомендовался я. – Кота терял?

– Не. Не терял. Выкинул падлу, – буркнул он.

За что тут же получил кулаком в рыло. Не в полную силу. Даже не в половину. В четверть. Так, тюкнул слегонца. Вырубать его рано, я ещё не всё прояснил. А побить как следует успею, если надо будет.

– С-скотина, – прошипел я, двинув ему ещё в пузо. – За что кота выкинул? В тапки нассал, а?

– И нассал, – тупо кивнул мужик, едва распрямившись после удара в живот. – И орёт, гадина. И ваще, это не мой кот. Нах он мне нужон.

– А чей? – сурово спросил я.

– Дочкин был. А мне он... – Мужик пошатнулся, опёрся рукой на стену для устойчивости. Поднял на меня взгляд, с трудом сфокусировался и спросил: – Ты кто такой, на?

– Дочка твоя где? – спросил я.

– Хтоноволк задрал, – буркнул мужик. – А жена ушла. Если ты к ней...

Он пьяно икнул и покачнулся.

Я поморщился и сплюнул на пол – всё равно грязно, будто с месяц тут не подметали и не мыли. Но я и по себе знаю, что одинокий мужик вполне может загадить пол и за несколько дней. Особенно когда бухает и не обращает внимания на такие мелочи, как вытирание ног о коврик после улицы, где был дождь.

– Сколько лет дочке было? – мрачно поинтересовался я.

Тут, конечно, сервитут, окружённый со всех сторон Хтонью. Даже двумя, если формально подходить к вопросу. По правому берегу одна, по левому другая. Да ещё третья в центре почти, Хтонический парк Культуры и Отдыха, как местные шутят. Ну, там-то только хтонические хомячки да белки водятся. Хотя и кто покрупнее с окраин забрести и спрятаться может. Детей в одиночестве туда однозначно пускать нельзя. Ребёнку и белки хватит.

– Сем... ик... надцать...

Я слегка выдохнул и расслабился. Ну, это уже не ребёнок. Всё равно жалко молодую девку. Но в таком возрасте в сервитуте уже при оружии ходят и пользоваться им умеют. Просто не повезло. Бывает. С каждым может случиться. Одного волка лично я бы грохнул, максимум отделался одним укусом в случае внезапного нападения. Двух – уже если повезёт. Стая меня сожрёт, как и кого угодно. Ну, кроме мага. Хотя опять же, в случае внезапного нападения из кустов и мага могут сжевать раньше, чем он намагичит что-то путное.

Я двинул мужику в нос. Вполсилы. Он медленно сполз по стеночки и распластался на полу.

– Дебил, – сплюнул я уже прямо на него.

Горе у него, понимаю. Но кота-то выкидывать зачем? Мало того – за что? Так ведь дочкин питомец, память о ней! Мудак. Не понимаю я таких людей. Которые при потере близких начинают крушить, ломать и выбрасывать всё, что тем было дорого. Нет, тех, которые устраивают из комнаты умершего ребёнка алтарь, сохраняя все его вещи на местах – тоже не понимаю. Это тоже не нормально. Ношеные трусы стоит выкинуть, а остальные шмотки отдать нуждающимся. Всякое повседневное барахло тоже повыбрасывать или раздать. Но вот то, что человек ценил, какую-нибудь коллекцию фигурок или там комиксов, любимые книги – непременно сохранить, расставить на полке и регулярно протирать от пыли. Память же! А уж питомец – тем более. Живое существо, близкое для твоего близкого человека! Надо заботиться так, как заботился бы он сам.

Значит, теперь это мой кот. И раз он переезжает, стоит забрать его вещи. Пьяному мудаку точно без надобности. Я перешагнул через распластанное посреди коридора тело, прошёл в комнату. Так, когтеточка, лежанка, переноска... Кота явно любили и заботились. И чего жена этого мудака не забрала зверюгу с собой? Не хотела устраивать стресс с переездом? Или просто наплевала? Ладно, если вдруг она вернётся, спрошу, разберёмся. Эх, вынести бы всё это ещё за раз... Не, не донесу. Ещё лоток и полмешка наполнителя.

И бухло. Судя по количеству пустых бутылок, этот чёрт уже не первый день в запое. Но и полных ещё целая батарея. Если он всё это выпьет – сдохнет. И так весь сине-жёлтый. Судя по некоторым этикеткам – загулять решил на все деньги, падла. Или распотрошил запасы из бара. О, вон и розовое вино, это точно не он покупал. Так, ну, бырло я экспроприировать не буду, в Хтонь его.

Я сам не бедствую, грабить алкаша мне смысла нет. Просто лень до магазина тащиться. Да и сходу сорить деньгами на новом месте – палево. Если этот мудак не сдохнет от бырла, а выйдет из запоя и придёт в адекват – я ему при встрече бабки отдам. Несколько монет, что в кармане завалялись, я даже сразу оставил на столе. Много оставлять пока всё равно нет смысла – точно пропьёт. И допьётся до отказа печени. Скорую ему вызывать смысла нет, никто не повезёт пьяное тело в больничку, не в сервитуте.

Я постепенно перетаскал весь груз к лифту. Ну, если там опять нассано... Куплю камеру, установлю и вычислю зассанцев! И морды начищу. Наверняка кто-то из гоблинов или снага. Хотя и некоторые люди ничуть не лучше.

Из открывшихся дверей лифта выпорхнула лёгкая блондинистая фигурка в развевающемся платьице. Вот только в ботинках на толстой подошве, потому что на каблучках от хтонотварей не уцокать! Сумочка в руках, а в ней наверняка ствол. Ну, если не дура, хоть и блондинка.

– Ой, а вы переезжаете? – проворковала она.

– Не я. Кот, – отозвался я.

– Ваш кот? – захлопала пушистыми ресничками девчонка.

– Теперь мой, – кивнул я. – Я с шестого этажа. Вчера въехал.

– Вижу, новоселье справлять собираетесь, – покосилась она на ящик с бухлом. – Или это тоже кот?

– Не, он у меня не пьющий.

Я заглянул через плечо собеседницы в двери лифта. Ну да, лужа на полу. Как и ожидалось. Взять, что ли, у алкаша каких тряпок да протереть? Не ставить же на ссаный пол кошачьи вещички. А челночный бег по лестнице не входит в мои любимые виды спорта. Но рыться в его барахле как-то неохота...

– Вам, может, помочь?

– С выпивкой? – не врубился в предложение я. – Да можно...

– Нет, я тоже не пью, – поджала губки блондинка. – С переносом вещей.

– А можете ведро воды вынести и тряпку ненужную? – попросил я. – Полы в лифте помыть.

– Так ведь через час снова нагадят, – поморщилась она.

– Ага, – кивнул я, и не подумав спорить. – Но мне хватит, чтоб вещи в чистом лифте спустить.

Вот говорят, мол, чисто не там, где убирают, а там, где не гадят. Брехня! Как ни крутись, а убирать всё равно надо. Да и с чего не гадить там, где и так уже нагажено? Я по тому же принципу кидаю окурки – туда, где уже валяются. Правда, таких мест – через каждые два шага, так что далеко ходить не приходится. А вот если б каждый мыл пол в лифте, обнаружив там лужу – глядишь, даже гоблины бы перетерпели через раз, привыкнув к тому, что там обычно чисто.

– Мужчина, который моет ссанину в лифте, фи, – сморщила носик эта фифа.

– Что, больше по вкусу те, которые ссут на пол? Ну, пошли, зайдём к тебе, организую в комнате бассейн, – огрызнулся я. – Так дашь ведро или я пошёл пешком?

Постучусь к Лулу, уж ведро выдать она не пожалеет. Или у себя возьму, в конце концов. Там куча бабкиных тряпок. Я хату снял вместе с мебелью и барахлом. Девяносто процентов которого – на выброс. Включая постельное бельё, благо, один новый комплект я сразу привёз.

– Дам... Ведро...

И такая демонстративная пауза. Угу... А ничего кроме ведра и тряпки я у тебя и не просил давать, фифа! Таких в базарный день пучок за пятачок. В любой бар заходи вечером, хоть три таких можно домой увести.

– Ой, ну тебя, соседка, – отмахнулся я.

Подхватил подмышку когтеточку, в другую руку лежанку. Зашёл в лифт, нажал на свой этаж. Если сопрёт бутылку какую – да и Хтонь с ней, не жалко. Авось лоток не унесёт.

– Эй, Пушок, – позвал я, зайдя домой.

Не отзывается. Ну, наверное, его и не так звали раньше. Но спрашивать бывшего хозяина не буду. А раз пушистый такой – будет теперь Пушок. Прячется пока что. Ничего, даже если за диваном нагадит – всё равно надо все полы мыть. Да и диван сменить, а то из этого пружины так и торчат. Эх, на весь этот несчастный сервитут только один крупный мебельный магазин... И я там был, не прошло и полугода! Палево... Чего этот подозрительный тип так часто переезжает? Натворил что-то на старом месте?

Да, всего-то соседа грохнул. Мага-пустоцвета. Теперь вот заказ на другого пришёл. Пришлось поближе переехать, чтоб за ним следить. А от кого заказ? Да сам толком не знаю... Но люди серьёзные! Я сам-то не местный, всего с год как в чужое тело подселился. Помер тогда Мартын от очередного эликсира, на усиление тела. Передоз всякой химии вышел, что-то отказало из органов. А вселенство попаданца дохлую тушку лечит!

Бабай Сархан не даст соврать. Его ж надёжно грохнули. А он взял и воскрес! Только это был уже не полу-урукский ублюдок, а вселенец. Мне на него подробное досье давали почитать. Это был будто экзамен – смогу устранить такую мишень? Я таким семиэтажным матом экзаменаторов послал – снага бы заслушались и малость покраснели! Не, на такое извращённое самоубийство ищите другого дурака! Я лучше возьмусь какой-нибудь небольшой клан магов вырезать, чем покушаться на долбаного предводителя долбаной Орды! Кстати, ответ оказался правильным, экзамен я сдал. Ибо нет ничего хуже, чем чрезмерная самоуверенность исполнителя. Они б меня ещё дракона убивать послали!

Глава 3

– Ты чаво ет тут катаисся, хулюган?

На меня уставились два недовольных глаза, с красноватыми от полопавшихся капилляров белками. Хуже то, что смотрели они поверх пары чёрных «глаз» двустволки.

– Я не хулиган, я тут полы мыл, – сообщил я, демонстрируя ведро с грязной водой.

Чтоб соседи не мешали, я действительно катался на лифте, с десятого до второго этажа. И вот, нетерпеливые соседи таки не поленились подняться с первого на второй, чтоб меня подловить.

– Эка, – причмокнула губами вооружённая двустволкой бабка-кхазадка, шире меня раза в полтора, но на столько же и ниже ростом. – Тады другое дело.

Она опустила ствол, позволив мне выдохнуть свободно. На мне, конечно, как на собаке заживает, вон от царапин уже и следа не осталось. Но выстрел в упор – это... Даже если там картечь... Особенно если в лицо. Нет, после такого не выживают. Пожалуй, даже уруки. Разве что тролли.

– Хороший мальчик, – потрепала меня по плечу бабка. – Заходи, печеньем угощу.

Номер квартиры она, конечно, не назвала. Даже этаж. Наверное, предполагалось, что её все соседи знают. Ну, или, что для получения халявного печенья надо пройти квест с выяснением адреса.

Я вышел из лифта, впуская соседей, а сам сбежал вниз по лестнице, на улицу. Железную дверь с кодовым замком подпёр обломком кирпича, чтоб не захлопнулась. Код-то я знаю, но вдруг кто изнутри задвижку закроет ещё? Грязную воду вылил в палисаднике, под несколько деревьев, чтоб не заливать корни. Присел на лавочку у подъезда, закурил. Всё же надо сбегать в магазин, за кошачьим кормом. Но сперва куда-то деть ведро, возвращаться с ним домой лениво.

Пока я размышлял, подъехал автомобиль. Парканувшись на площадке перед подъездом, встав наискосок. Прям иллюстрация «Я паркуюсь как мудак»! Модель авто я не определил. И в родном-то мире в автопроме шарил так себе, а уж тут, на Тверди, и вовсе... Но явно премиум. Плоский вытянутый прямоугольный капот всем видом намекал, что его было бы отлично использовать в качестве стола, где-нибудь на выезде на шашлыки. Только вот заниженная посадка откровенно говорила, что по гребеням эта тачка ездить не создана. В целом авто выглядело довольно брутально, если б не ярко-жёлтый цвет!

С переднего сидения вышел пассажир. В синем костюме-тройке, при галстуке и с тростью в руке. А вот и мой клиент! Михаил... Отчество и фамилию забыл, да и всё равно он тут под вымышленным именем. Зато прозвище помню хорошо – Труха. Можно было бы по прозвищу вычислить его настоящую личность, но... Мне, честно говоря, плевать.

Я мог бы вот прямо сейчас одним рыком подскочить к нему. И либо выстрелить с правой, либо ударить ножом с левой. Снизу под челюсть, прямо в горло или в висок... Он даже руку протянуть не успеет. А потом драпануть. Но я что, бомбист какой-то? Да и он не царь! Нет, сработать надо чисто и аккуратно.

С водительского сидения выбралась девушка. В обтягивающей жёлтой маечке, едва сдерживающей ого-го какое богатство. С таким богатством маечка больше напоминает спортивный лифчик, только не очень-то плотный. М-да, с таким личным водителем я бы и не женился никогда...

– Мила, куда? – обернувшись к ней, погрозил тростью Труха. – Машину поставь нормально.

Той же тростью он указал на засыпанную галькой парковку напротив дома. Ну, плюсик ему в карму. Не совсем уж конченый.

Даже не уверен, что он такой уж злодейский злодей. Понятно, такие прозвища на ровном месте не дают. Но у него это ещё с момента инициации. На выпускном в школе. Выплеск магии при инициации не сдержал, в итоге весь класс, да и вообще всю параллель, а за компанию и учителей с директором – в труху! Я видел фотографии. Горстки праха, из которых торчат осколки костей, а на некоторых сверху – белые банты.

При инициациях всякое случается. В том числе – трагическое. И парень это ведь не специально. Уж не знаю, какой там у него повод был. Я б заподозрил, что психанул, когда ему кто-то на лакированный ботиночек наступил или пиджачок облил... Но от такого даже самые самовлюблённые нарциссические мажоры не инициируются.

И ведь вовсе не за это его сюда сослали. С тех пор лет так пятнадцать, если не все двадцать прошло. Судя по физиономии, Трухе сейчас хорошо так за тридцать. Кого-то не того он грохнул не так уж давно. И отмазался достаточно, чтоб в наказание быть сосланным всего лишь в закрытый сервитут, окружённый двумя хтонями. И кому-то это сильно не понравилось, так что к делу подключили меня...

– Эй, сосед! – окликнул его я, помахав рукой с зажатой сигаретой.

– Добрый день, – чопорно кивнул Труха, смерив меня равнодушным взглядом.

– Будь другом, ведро прихвати с собой, а? – попросил я, помахав уже обозначенным предметом. – В лифте оставь. Я потом заберу. А то до магазина надо сбегать...

– За бырлом, – без вопросительной интонации через губу бросил он.

Минусик в карму. На алконавта я, вроде, не особо похож, нормально выгляжу. И одет, в отличие от него, вполне в адекватном для сервитута стиле.

Но в ответ я только криво улыбнулся и дёрнул плечом. Мол, такая жизня, мужик, такая жизня...

– Давай своё ведро, – вздохнул он, шагнув ко мне и протянув руку.

Если коснётся меня и направит магию... Да ни хрена мне не будет, аха-ха! Кого попало убивать магов не посылают.

Сперва я называл себя антимагом. Потом узнал, что тут для этого есть другой термин – нулёвка. Только вот считается, что на нулёвку магия не должна действовать вообще, никак. А на меня действует – но только изнутри. Эликсиры всякие, например. Ну или операционные методы, изменившие моё тело... Впрочем, минимум один широко известный прецедент имеется – нулёвка, способный превращаться в дракона! Возможно, это вообще у всех так, иммунитет к магии только внешний? Просто нулёвок никто не вскрывал для экспериментов? Ну, это навряд ли, скорее – не афишировали результаты... Или я такой уникальный? Типа, нулёвка-пустоцвет? Кожу мне молнией или файерболлом не прожечь, а вот если в открытый рот залетит... Так нечего хлебало разевать! Впрочем, телекинетик запросто забьёт меня до смерти летающим табуретом, а пиромант может сжечь одежду – и от этого ожоги будут. Так что о неуязвимости речи не идёт. Разве что от таких вот, как Труха... Ну, если он не догадается во время борьбы в партере сунуть палец мне в ноздрю, хе. Но я и не собираюсь с ним борьбой заниматься в любом случае.

Как бы то ни было, ведро он у меня забрал. И удалился в подъезд. Я же прикурил от окурка вторую сигарету, наблюдая, как Мила паркует брутальный жёлтый рыдван, пытаясь втиснуть его на одно парковочное место. Прямо драматическая короткометражка: «Женщина и парковка». Не, я сам вовсе водить не умею! Но это не отменяет того, что она парковаться нормально тоже не умеет!

– Ну, ты и нахал, – покачала головой девушка, подойдя ко мне, закончив страдания с парковкой. – Самому Михаилу Арсеньевичу мусорное ведро вручил?!

– Оно не мусорное, – возразил я. – Это я пол мыл. В лифте. Там опять гоблины нассали. Как всегда.

– А-а... – она так и замерла с приоткрытым ртом.

– Закрой рот, хтоница залетит, – не удержался я.

Хотя хотелось отвесить более пошлую шуточку на тему. Но тогда она наверняка обидится, мы поссоримся... А может, и ведро моё из лифта выкинет на неизвестно каком этаже. А оно мне ещё пригодится, не последний день тут живу. Да и ссора с водителем-телохранителем моей будущей жертвы – так себе подход к делу.

Хотя какой телохранитель из девчонки, в которой полтора метра с кепкой в прыжке? Ладно, на самом деле, наверное, примерно метр шестьдесят или шестьдесят пять, точно повыше Лулу этак на полголовы. А вот фигурами с гоблиншей даже похожи. Обе выпуклые. Только если у гоблинши такая хлеборезка, что разом батон хлеба с палкой колбасы влезет, то этой разве что два пальца в рот положить...

– Вообще, я предлагаю назначить дежурства по подъезду на уборку лифта, – как ни в чём не бывало, продолжил трепаться я. – Мы же тут культурные люди, ну и кхазады... Ещё некультурные снага и гоблины. И кого-то из них явно надо бы к врачу сводить по поводу недержания. Только выяснить, кого именно. И помочь, по-соседски.

– Да морды им набить надо! – воскликнула Мила. – Зелёные. Или серые. А можно и сразу пулю в лоб.

– Мозги и кровь оттирать ещё сложнее будет, – цокнул языком я. – Да и если даже одного зассанца пристрелить, вдруг потом у других от стресса на нервной почве тоже недержание начнётся...

– Ты совсем больной? – скривилась Мила. – Другой темы, кроме недержания у гоблинов, для разговора с девушкой не нашёл, да?

Ять, да что мне сегодня так с человеческими бабами не везёт, а? Она ж сама подошла. Про ведро спросила. А там – слово за слово... И вообще, я про уборку и добрососедские отношения говорю! Вовсе и не про недержание.

– Это самая актуальная проблема нашего подъезда, соседушка, – развёл руками я.

– А я не с вашего подъезда, – фыркнула девушка. – Я вообще со второго.

Я только снова развёл руками. Панелька в десять этажей и восемь подъездов... Так странно и непривычно, в моём мире и того, и другого обычно было на один меньше. А мы сейчас возле пятого сидим. И почему водительница живёт за три подъезда от начальника? Не нашлось другой свободной квартиры? Или специально, чтоб начальник ночью в гости на чай не заглядывал?

– Хотя у нас там те же проблемы, – подумав, добавила она. – Но я это мыть не буду!

– Ну, конечно... Лучше же сперва ботинками в этом потоптаться, а потом домой нести, – протянул я.

– Я на третьем. Пешком хожу, – возразила она. – Всё, пока... Поломойщик.

– Меня Март зовут, – сообщил я ей в спину.

Ну, ладно, пониже немного я смотрел. Ответа не удостоился. Пожал плечами и пошёл в магазин.

Когда вернулся, обнаружил, что кто-то снова не дотерпел до дома. Но на этот раз использовал ведро. Что ж, придётся его пожертвовать на общественные нужды.

Глава 4

Проснулся я на мятой и попахивающей потом простыне, которая, к тому же, наполовину сползла на пол. Один. Но судя по звукам с кухни, моя гостья к себе не ушла. Семь утра, долбаная рань! Но не могу дрыхнуть, когда в моей холостяцкой берлоге кто-то шебуршится. Да и пить хочется после вчерашнего.

Я всё-таки вчера надумал и пошёл в гости к Лулу с бутылкой вина. Ну и не только, не буду же я сам пить розовое вино? Да и гоблинше одной бутылки не хватило. Даже не помню, сколько и чего точно мы вчера выпили. Но организм у меня крепкий, так что похмелья нет. А вот сушняк во всей красе.

Хотя пили мы у Лулу, кувыркаться в койке пошли ко мне. У неё диван только на гоблинов рассчитан, как в длину, как и по крепкости. Я своей тяжёлой тушей просто раздавлю. Да и спать, свесив ноги по колено, как-то не особо удобно.

– Проснулся, любовничек, – не особенно-то ласковым тоном приветствовала меня гоблинша, не поворачиваясь от плиты.

Ну и ладно, мне же лучше. Поскольку надеть Лулу удосужилась только передник. Так что упругая серая задница была представлена на обозрение во всей красе. Хотя я по утрам ни на что такое не настроен, но полюбоваться обнажённым женским телом можно в любое время суток. Даже гоблинское, с таким формами. А вообще, какой-то особой разницы я вечером и ночью не заметил. То же самое, что со снага или человеческой девушкой. Бурную активность я решил списать на темперамент, а не гоблинскую природу.

– Утро добрым не бывает, поэтому просто привет, – пробурчал я, направляясь к крану.

Но Лулу меня опередила. Оторвавшись всё же от плиты, подскочила к холодильнику и достала коробку апельсинового сока. Налила в высокий стакан. И откуда у меня дома апельсиновый сок взялся? Мы вчера ещё в магазин ходили, что ли? Не столько я выпил, чтоб память отшибло.

– Освежись, болезный, – хмыкнула гоблинша.

– Да мне нормально, просто в горле пересохло, – заверил я.

Но отказываться не стал. Холодный апельсиновый сок с утра – это замечательно. И хотя я не фанат плотных завтраков, в этот раз не окажусь. Аппетитно пахнет яичница с колбасой. О, там ещё тёртый сыр и зелёный лук... Откуда у меня лук-то взялся? Сыр был, это помню.

– Ну, ты прям хозяюшка, – похвалил я, когда передо мной поставили тарелку.

– Замуж не пойду, даже не зови, Сентябрь, – отмахнулась девушка.

Я только пожал плечами, глотнул сока и приступил к трапезе. Жалко, хлеба нет.

– У тебя в холодильнике шаром покати, Февраль, – посетовала гоблинша. – Пришлось к себе сбегать.

Интересно, она так в фартуке на голое тело и бегала? Или вообще у себя его и взяла? Я без понятия, был ли тут где-то фартук... Я въехал-то позавчера. И ещё ничего толком не успел сделать. Только выкинул кое-какой мусор, включая несколько пакетов круп из шкафов – в ней завелись жучки. Спасибо, что не хтонические.

– Деньги на тумбочке, возьми, сколько надо, – махнул рукой я.

– Зачем? – резко насупилась гоблинша. – Обижаешь, Декабрь! Я не такая! Я за ночь любви денег не беру, ять!

Издевается. Как есть издевается. И не только именуя меня всеми месяцами года в произвольном порядке. Это-то даже забавно.

– Компенсация за сок и прочее, – спокойно пояснил я.

– Не нищая, могу позволить любовника завтраком накормить, – отмахнулась она. – Ты меня вчера поил, я тебя сегодня кормлю. Нормально, да?

– Нормально, – кивнул я. – Надо будет повторить.

– Мне завтра на работу. Через три дня можно повторить.

Я кивнул. Почему нет? Вряд ли у нас сложатся прям отношения, но приятно провести вместе вечер и ночь иногда можно. Ну, пока я тут живу. Так-то как знать, когда я грохну Труху и свалю? Торопиться с этим не надо, а то будет очень уж подозрительно выглядеть. Только въехал, как сразу случилось убийство. И новый жилец сразу съезжает. Не-не, пару месяцев точно спокойно поживу, всем примелькаюсь. Да и разузнаю, один Труха живёт или нет? Где бывает? Всегда ли с сопровождением ходит?

Так-то залезть бы к нему через балкон, вырубить ударом по башке, да подкинуть в кровать пару хтонических белок. Несчастный случай, не закрыл на ночь форточку, а эти белки совсем обнаглели! Уважаемому человеку, целому магу первой ступени глотку прямо в постели перегрызли! Ну или что они там грызут первым делом, я как-то не вникал в такие детали.

– А где ты работаешь? – чисто для поддержания разговора спросил я.

– В библиотеке, ять! – огорошила меня ответом Лулу.

Я едва яичницей не подавился. Гоблинша-библиотекарь? Может, она ещё и читает много? Хотя сегодня, вон, даже матерные префиксы почти не использует в разговоре. Забывает, что ли?

– Полы там мою, ска, – добавила она.

Фух, когнитивный диссонанс прошёл. А то я уже представил её в строгих очках, с волосами пучком и в юбке-карандаше, обтягивающей бёдра. А ещё в чулках и на шпильках. При этом топлес.

Последнее – это потому, что Лулу скинула фартучек, выставив всё богатство мне на обозрение. Так что фантазия уже пасовала.

– Ну что, любовничек, ещё разок по-быстрому туда-сюда? – прагматично поинтересовалась она.

– Хм... Ещё раннее утро... – задумчиво начал я.

– Ну, ладно, тады я пошла, – отмахнулась гоблинша, не дав мне договорить.

В коридоре что-то зашуршало, похоже, Лулу всё-таки что-то надела. Хлопнула дверь. Эх, вроде я уже и настроился почти... А с другой стороны – всё же в такую рань... Да и постельное бельё надо поменять после бурной ночи. В общем, эту потерю я переживу.

Налил себе ещё стакан апельсинового сока. Проверил корм и туалет кота. Ночью выходил, всё сожрал, так что наложил ещё. В лоток погадил, пришлось убрать. Сам пока прячется. Ну, не буду его торопить. За диваном не гадит – уже нормально.

Вышел на балкон, закурил. Надеюсь, сегодня мне сверху новых подарков сыпаться не будет. И никакой гадости тоже, а то инцидентов в Хтони давно уж не случалось.

Впрочем, тут почти центр города. Так что сюда долетает в основном всякая мелочь. А мелкая птичка-хтоничка разве что пьяному гоблину глаз выклюет. И даже птеры с левосторонней Хтони не особо опасны, они размером-то чуть больше голубя. А всяких здоровенных дактилей с расположившейся на левом краю города опричной базы посбивают. Без опричников твари с левой Хтони город бы с землёй давно сравняли.

Хотя в такой безопасности есть свои минусы. Во-первых, ингредиенты с хтонических тварей денег стоят. Можно было бы набрать не выходя из дома. Ну, для меня это не актуально. А во-вторых, нет шансов, что Труху кто-нибудь случайно сожрёт. С прошлой-то мишенью мне так и фартануло, ничего делать не пришлось. Мужик просто ушёл в Хтонь на охоту и там сгинул. Так что наёмный убийца я пока очень начинающий и неопытный.

Интересно, сколько времени удастся косить от выполнения поставленной задачи? Прошлый раз пять месяцев прокатывало. За это время я убедился, что моя жертва – тот ещё мудила дикий. Так что пристрелить его рука бы не дрогнула, просто случай представиться не успел. А насчёт Трухи я пока не уверен. Он, вон, даже ведро донести не обломался. Не хотелось бы убивать мужика чисто за то, что его кто-то в верхах не любит.

От всей этой политики я далёк. Так что очень рад, что меня поселили в закрытый город. Залесный – даже с названием никто не заморачивался, он же за лесом, хтоническим. И сюда так просто не войти, не выйти.

С одной стороны, сюда отправляют ссыльных. Но населённый одними преступниками город бы не выжил. Сколько среди них сантехников, строителей, сварщиков, врачей, учителей? Маловато, маловато будет!

Так что основная часть местного населения – добровольцы. При наличии полезной рабочей профессии им предоставляется жильё и хорошие подъёмные. Да и с зарплатами не обижают. Вот только чтоб уехать – надо подъёмные в полном объёме вернуть. Ну и обратный проезд на опричном конвертоплане оплатить уже за свой счёт. А ценник там конский.

Ну, потому что всё снабжение города в принципе производится специальными конвертопланами. За счёт Государства, поскольку конской наценки ни на продукты, ни на всё остальное нет. То есть, доставка для потребителей бесплатная. Только живите, процветайте, хтонических тварей отстреливайте, плодитесь и размножайтесь. Чтоб, значит, Хтонь не расширилась на всю территорию города. И не начала прорываться в другие стороны, принося неудобства мирным жителям, которые за это бонусов не получают. А то придётся там сервитуты устраивать... Да и не любит Государство Российское свои территории отдавать, даже и дикой Хтони.

Хотя, на мой вкус, жить здесь не так уж и плохо. Да, чем-то напоминает девяностые моего мира по атмосфере. Только оружия у населения гораздо больше. Ну и применяют друг против друга его не так уж часто, хотя не без этого. А что на улице хтонолось может сожрать, так это не сильно страшнее пьяного идиота за рулём, который гоняет, нарушая ПДД! В лося хотя бы стрелять разрешено.

– Значит, всё не так уж плохо на сегодняшний день, – тихонько напел я, сунув в карман рубашки пачку сигарет, а на плечо вешая ружьё.

Написал объявление – требуется помощь двух-трёх мужиков для выноса старого дивана и заноса нового, с меня пузырь, каждому. Лишь бы не подрались за право помочь соседу – за пузырь, ага. Вот будет забавно, если Труха впишется! Но это я уж фантазирую, конечно, не похож он на человека, который станет таскать тяжести. Что не делает его плохим.

Спускаясь в лифте, заметил, что ведра нет. Спёрли, сволочи! Но и пол чистый. Ладно, куплю новое ведро, раз всё равно тащусь в гипермаркет «Всё для хаты». Не люблю на левый берег ездить – туда только автобусы типа «пазиков» ходят, а я в них по росту стоя не помещаюсь, а сидя – коленки упираются. Но там из застройки почти сплошной частный сектор. Подозреваю, так сделали на случай, если хтонозавры всё же прорвутся через опричную базу. После крупных разрушений восстанавливать проще будет, да и жертв меньше. Но при этом и крупные гипермаркеты все там – из-за логистики поставок через опричный аэродром. Ну, хотя бы дороги – центральные – по всему городу хорошие, так что на кочках трясти не будет. А с утра, по идее, мало кто на левый берег поедет, это днём куча тамошних жителей на нашу сторону приезжают, а вечером домой. Так что, может, сяду на задней площадке, ноги вытяну в проход. Иногда быть почти двухметровым лосем – вот нифига не преимущество! Но я такой уже вторую жизнь, так что привык. И не хотел бы ничего менять, видеть мир на уровне чужих подмышек – да ну нафиг надо!

Глава 5

– Эй, сосед!

Конечно, это мне. Откуда в такую рань у подъезда была бы толпа народу? Все либо ещё мирно спят, либо активно собираются и завтракают, либо уже убежали на работу.

А вот что Мила тут забыла в такое время? У машины стоит, курит. Неужели сигареты в бардачке вчера забыла, вот и вышла? В то, что Труха такое время поедет куда-то, я верю с большим трудом... Хотя, что я знаю о его делах? Да ни шиша вообще. Это только в нуарном кино всякие плохие люди собираются глубокой ночью в тёмных подвалах для обсуждения своего незаконного бизнеса. А насчёт того, что Труха плохой и преступник – вообще есть сомнения. Ясное дело, н невинная овечка, но это как любой аристократ. У каждого из них за плечами даже не шкаф со скелетами, а маленькое кладбище. Или совсем не маленькое. Иногда – вполне официально, если на войне. Но не найдётся ни одного аристократа, который бы вообще никого не убил в жизни. Мужиков уж точно, насчёт дам – возможно, есть те, кто не замарал рук.

– Утро добрым не бывает, поэтому просто привет, – кивнув, повторил я свою дежурную шутку, в которой основная доля правды.

– На работу собрался? – поинтересовалась Мила.

– Не, сегодня выходной, – отмахнулся я.

Вообще, тут не особо принято спрашивать у малознакомых людей про работу. Потому что меньше знаешь – не сможешь стать свидетелем. Шутка... По большей части. С незаконными делишками в закрытом городе туговато, учитывая сильные ограничения с логистикой. Во всяком случае, для простолюдинов. У аристократов есть возможности, но нет смысла заниматься всякой ерундой. А серьёзное что-то... Уверен, опричники на самом деле проверяют весь груз, который везут их конвертопланы. Просто на что-то закрывают глаза.

Я формально работал грузчиком на том самом опричном аэродроме – разгружая доставку. И даже появлялся там иногда... Раз в месяц. Для передачи информации связному и получения инструкций.

А так... Может, я просто выданные подъёмные средства проедаю и пропиваю! Кому какое дело? Или охочусь в Хтони. Что, конечно, не запрещено. И не знаю, есть ли там среди возможной добычи что-то такое ценное, чтоб продавать контрабандой, а не по официальным каналам, не особо вникал. Да хоть те же яйца хтонолося для повышения потенции добыть по индивидуальному заказу какого-нибудь престарелого аристократа – вполне законное дело, но такое не афишируется, ясное дело. В общем, потому и не спрашивают, что многие не станут отвечать, только отношения с соседями портить.

– Мне во «Всё для хаты» надо, – продолжил я. – Диван новый купить.

– Что, уже сломал? – ахнула Мила, картинно прижав ладошку ко рту.

Это она на что намекает? На слишком бурный секс? Лулу, конечно, была ночью шумной, не настолько же. Не говоря уж про второй подъезд, но и Труха на четвёртом этаже не услышал бы ничего. Буду считать, что это просто шутка.

– До меня почти сломали, – вздохнул я. – Пружины выпирают, едва обивку не рвут. Все бока отлежал. Да и ещё кой-чего прикупить надо.

– Ну да, ты же только на днях въехал, – покивала Мила. – Ну, садись, подвезу.

Я только хмыкнул и не стал спрашивать, по каким это делам она сама собралась в ту сторону. Да ещё так удачно совпав по времени со мной.

Ясное дело, что охрана Трухи проверяет нового соседа.

Ну или Мила вчера в меня влюбилась с первого взгляда. Ага, как в героя дешёвого бульварного романчика в мягкой обложке. Точно, всё дело в этом.

– Конечно, круто! – искренне порадовался я. – Повезло. Не люблю автобусы. Потолок башкой задеваю.

– Да уж ясное дело, – фыркнула девушка, открывая водительскую дверь. – Вымахал, лосяра.

Когда я сел на пассажирское, сидение уже было отодвинуто, так что поместился я с комфортом.

– А начальник не против, что ты используешь его машину в личных целях? – поинтересовался я.

– Это моя, – фыркнула Мила. – У Трухина его «Урса» на платной парковке стоит.

Трухин, значит? Самоироничный выбор фальшивой фамилии. И хорошая маскировка на случай, если кто-то где-то вдруг случайно ляпнет, назвав его Трухой.

– И с чего ты взял, что он мой начальник? – смерила меня взглядом девушка. – Может, любовник!

– Это всё мой шовинизм, – со вздохом повинился я. – Привык, что обычно это мужики средних лет подвозят до дома своих молоденьких любовниц на своей же крутой тачке. А когда наоборот, у меня стереотипы ломаются и шаблоны рвутся. А это больно. Вот и решил, что ты... На него работаешь, в общем.

– И кем же? – хмыкнула Мила, выводя машину с парковки и сразу резко давая по газам с пробуксовкой.

Я даже ухватился за ручку над дверью, чтоб не упасть вперёд. Но пристёгиваться всё равно не стал. Мы ж в сервитуте! Вокруг атмосфера девяностых! И мне двадцать лет! Когда мне было двадцать в прошлой жизни, мы никогда не пристёгивались! Разве что перед постом ГАИ на пару минут.

– Хм, сложный вопрос, – протянул я.

Вообще-то она не особо похожа на сотрудницу службы безопасности, каковой, почти наверняка, на самом деле является. Вот только какие у неё рабочие обязанности я без понятия. Собирать информацию про всё окружение начальника – это понятно. Какими методами? Вот это вопрос.

Эта девочка-припевочка с отличной фигуркой и ненавистью к лифчикам запросто может оказаться и спецом по допросам с пристрастием и киллером. И просто агентом по первичному сбору информации. Но не озвучивать же ей эти размышления. Которых у простого обывателя и быть не должно.

– Точно не личным водителем, – высказался я. – Это скорее попутно и иногда, по случаю. А то я бы тебя уже уволил.

– Чем тебе не нравится, как я вожу?! – возмутилась она.

– Мы только что через двойную сплошную развернулись и пролетели на красный, – пояснил я. – А поворотники вообще придумали какие-то идиоты, да?

Я уже понемногу начал жалеть, что не поехал на автобусе. И что не пристегнулся. Теперь-то уже как-то совсем беспонтово будет пристёгиваться. Хотя... Кажется, тут вообще нет ремня.

– Правила созданы для бедных и слабых, – фыркнула эта наглая девица.

Ну да, конечно. Видимо, как и норму носить лифчик под тоненькой маечкой. И чего у неё соски так торчат? Адреналин от опасного вождения, что ли? И лучше я буду нагло пялиться ей на грудь, чем смотреть на дорогу – у меня нервы не настолько железные! Хотя я даже сам водить не умею и всех ПДД не знаю. Но даже я вижу, что она лихачит, как джигит, вчера с гор спустившийся!

– Даже негласные? Например, про то, что не надо в лифте ссать? – уточнил я.

– Почему это оно негласное? – удивилась Мила. – Это так-то нарушение общественного порядка. За это штраф полагается. Или арест. Или принудительные работы.

– Ой, честно, кому не насрать? – отмахнулся я. – Вот вернёмся... Если доедем... В лифте опять будет лужа. Позвоню я в полицию. И что мне скажут?

– Что значит, если доедем?! – возмутилась девушка, обернувшись ко мне.

На дорогу смотри, блин! На мне узоров нет и цветы не растут!

– Так что мне скажут? – повторил я, игнорируя её вопрос.

– Ну... Если оцензурить ответ, то молча повесят трубку, – пожала плечами она, всё же вернув взгляд к дороге.

– Вот! А раз официально проблему решать никто не собирается, значит, правило негласное. Такое, за которое могут морду набить... Как и за проезд по односторонней дороге не в ту сторону, ять!

– Пусть попробуют, – фыркнула Мила. – Я так-то боевой маг.

Упс... Значит, она всё-таки боевик-телохранитель. Ну, хорошая новость – в канаве мы точно не застрянем. Если что, Мила тачку вытащит. И даже я могу наружу не выходить при этом. Особенно если она не пустоцвет, а второй ступени. Но это уж вряд ли, конечно... Хотя...

В общем, если она пустоцвет, то, наверное, я смогу с ней немного помахаться врукопашную в случае чего. Может, даже уложить... Например, если у меня будет лом, а у неё ничего. А вот если вторая ступень, то разорвёт меня напополам вдоль секунд за десять – и так долго только для того, чтоб мне больнее было.

Хорошо, что я не вздумал вчера напасть на Труху. Наверное, даже не успел бы выстрелить. Боевой маг второй ступени – это как Супермен на минималках. Показывали мне пару видео... Хм, или это только в момент инициации? Впрочем, всё равно, любой маг второй ступени – убойная сила. А боевик – чистый физик. Если не Супермен, то как минимум Халк. Пока запасов энергии хватает, конечно.

Кстати, о канавах. А в каких это гребенях мы едем и зачем?

– Ты меня Хтонь завезти решила? – спросил я.

– Испугался? – хихикнула девушка. – Вот, бойся. Будешь плохо себя вести, высажу тут, возле Хтони.

И ухватила меня за коленку. Поведя ладонью выше.

– Серьёзно?!

Я думал, такое бывает только в фильмах категории «В». Или даже там не бывает. В бульварных книжонках? Или скорее вовсе в фанфиках.

Нет, там я, в качестве главного героя, точно должен был бы предположить, что девушка в меня влюбилась. Но в реальности это явно какая-то проверка.

Мила завернула на полянку, уже непосредственно на границе с Хтонью, и резко вдавила тормоз. Нет, пешком я отсюда вполне уйду. Даже если она у меня ружьё заберёт. В принципе, любой бы ушёл, сейчас же нет инцидента, Хтонь не агрессивна. Но топать придётся далеко.

– Я так подумала... А мужчина, который не гнушается уборкой, это не так уж и плохо, – протянула Мила. – Может, ты ещё готовить умеешь? И с детьми ладишь?

– Готовлю... Кое-что... – отозвался я.

Я такой себе кулинар. Уж точно не домохозяин. Скорее закоренелый холостяк, способный жить не впроголодь и не в свинарнике. Но не более того. И если наверху шкафа лежит пыль – пусть себе лежит, и я полежу, на диване. В этой жизни я вообще ещё не прожил столько времени в одном месте, чтоб устраивать генеральную уборку.

Но как-то не очень уместно рассказывать что-то девушке, которая уже оседлала твои колени, перекинув через тебя ногу. И задрала маечку.

– И чем тебе не понравилась моя езда?

– Да я ещё не... А!..

А, езда! На машине... Мне не то послышалось. Из-за того, что в этот момент Мила приподнялась и чуть мне в глаз торчащим соском не ткнула. Но я успел отклониться и поймать его губами, пока она расстёгивала мне ширинку. И опустилась, направляя рукой. Оказалось, на ней и под юбкой белья тоже нет.

Она застонала, а я слегка сжал зубы.

– Плохой мальчик.

Я получил лёгкую пощёчину. В исполнении боевого мага, так что голова дёрнулась. Это часть проверки? Как простой обыватель, я должен заорать от боли? Или она просто слегка не рассчитала? Ну, если она в такой момент всё просчитывает, то я уже засыпался. Так что не буду портить момент... Перед смертью. Ну или прокатит.

Я дёрнул ручку, опуская сидение и откидываясь назад. Мила ещё и подтолкнула меня, упираясь руками в грудь. Ну и я ответил тем же, только не отталкивая, а стискивая. Она снова застонала.

Глава 6

– Приехали.

Мила тормознула на парковке, заняв наискосок сразу два парковочных места.

Случившееся в машине на границе Хтони мы не обсуждали. Она просто слезла с меня, взяла из бардачка пачку влажных салфеток и ненадолго вышла. Вернулась, и мы поехали дальше. Молча.

– Обратно мне на автобусе? – всё же уточнил я.

– Чего это? – удивилась девушка. Нахмурилась. – Дурак совсем? Или тебе не понравилось? Молчал...

– Вот поэтому мужчины редко заявляют об изнасилованиях, – хмыкнул я. – Особенно на магичек. «Тебе что, не понравилось?» – я даже передразнил, кривляясь. – Если понравилось, то на что жалуешься? А если нет, это оскорбление аристократки будет.

– Изнасилование? – вскинула брови девушка. – Я не помню ни слова возражения. Хотя языком ты шевелить мог.

– Языком мог, а дыхание спёрло и во рту пересохло, – криво усмехнулся я. – Боевой маг же. Шею бы мне свернула. Или придушила.

– Что-то со страху у тебя кровь вовсе не к пяткам приливала, – рассмеялась она. – А если сухость во рту прошла...

Она склонилась к моему уху и зашептала. Шептала долго. Был бы я на самом деле двадцатилетним юнцом – покраснел бы. Или даже ещё более бурно отреагировал. А так... Очень, очень интересные идеи у этой девушки. Весьма занимательные. Хотя для этого лучше специальную смазку использовать, а не слюну. И только прошлой ночью я это делал с на удивление привлекательной гоблиншей. Что было новым опытом, в отличие от того же самого с человечкой. Но всё равно идея привлекательная. А учитывая, что она боевой маг...

После того, как Мила закончила шептать свои занимательные предложения и напоследок лизнула меня в ухо, я откашлялся и сказал:

– Кажется, мне понадобится очень, очень прочный диван.

– Эй! Я сильная, но лёгкая, как тот ёжик! – возмутилась она. – И прочная. Так что...

Она наклонилась для новой порции шёпота, но я её остановил. Правда, случайно положив руку на грудь. Ну, правда, нечаянно вышло.

– Я понял. Так что, ты теперь моя девушка?

– Ну-у... Не торопи события, Июль, – протянула она.

Это ретроградный Меркурий? Или астрологи предсказали неделю насмешек над моим именем от всех девушек, с которыми я перепихнусь? Хотя Лулу начала раньше, чем это произошло.

– И руку убери уже. А то я зрителей стесняться не буду.

Я убрал руку с её груди. На нас и так косились все, проходящие мимо – из-за стиля парковки машины.

– Ладно, тогда пойдём выбирать диван, – объявил я. Чуть подумал и добавил: – И обои.

В квартире всё равно откровенно «бабушкин» ремонт. Да и затапливали сверху уже явно не раз. Уж не знаю, Лулу виновата или предыдущие жильцы. В общем, ужасные обои в цветочек все пожелтевшие, местами отклеились, а где-то сильно драные. А мне там ещё несколько месяцев точно жить. И ремонт – хорошая отмазка. Для всего. Раз делаю ремонт, значит, не собираюсь скоро сбегать. Не хожу на работу – так потому, что ремонт делаю. И повод для знакомства с соседями. Помочь шкаф подвинуть, рулетку или длинную линейку одолжить...

– Обои... Это серьёзный шаг, – задумалась Мила, закусив губу. – Выбирай ты. Я только забракую, если будет совсем ужас.

Я вдохнул, выдохнул. Она в меня не втюрилась. Она сотрудница службы безопасности. И играет свою роль. Явно переигрывает. В процессе не отказывает себе в развлечениях... А что, я всё же парень симпатичный! Но в разговорах – прям любительский театр. На профи у Трухи всё же денег и связей не хватило, нанял не так давно инициированную девчонку. А она комедию ломает. Если что не так – свернёт мне шею, да и всё. Отмажется легко.

– У меня есть ещё одна любовница! – заявил я.

– Она тоже должна одобрить обои? – спросила Мила.

Чё?! Я взрослый мужик, некоторый опыт с женщинами имеется, всякий и разный. От разово приятно проведённых вечеров, до совместной жизни и брака. Но тут я, кажется, поломался. Мои полномочия на этом всё.

– Обои ей без разницы, – буркнул я.

– Тогда нормально. Потом познакомишь. Согласуем график.

Отлично, теперь я герой гаремника! И если с Лулу я просто не стал упускать шанса на экзотику, то тут меня вовсе никто не спрашивал!

– Будем жить втроём? – с усмешкой, хотя и несколько натянутой, спросил я.

– У тебя же двушка, – сказала она спокойным тоном.

Вот и как это понимать? Типа, двушки маловато, была бы трёшка, чтоб всем по комнате... Или – двушка же, одна спит с тобой, другая в соседней комнате.

А вторую комнату я даже расхламлять ещё не начинал. Только ещё больше захламил. Не стал выбрасывать всё и сразу. Вдруг из двух сломанных стульев вполне можно собрать один целый? Хотя я могу и новые стулья купить, мне по карману. Но не такие. В старой мебели есть что-то такое, своя атмосфера.

Пожалуй, надо ещё набор инструментов для ремонта прикупить. Мебель, помимо дивана, я менять не планирую, но полки в шкафах требуют приложить к ним руку, как и петли на дверцах.

Первую-то квартиру мне предоставили уже в приличном виде, отремонтированную. Только диван хлипкий был и долго не продержался под моей тушей, пришлось менять. А в этот раз досталась захламлённая бабкина хата, так что придётся многое чинить и ремонтировать. Ну, будет чем заняться. Не ходить же мне по пятам за Трухой целыми днями, это было бы нелепо. Из меня так себе шпион.

Диван я выбрал быстро – просто взял ту же модель, что в прошлый раз, она отлично себя показала. Продавец был другой, меня он раньше не видел, так что достаточно скорая повторная покупка дивана не вызвала вопросов. А вот в отделе обоев застрял надолго.

Вот в плане материалов и прочего мир Тверди вовсе не застрял в девяностых. Ну, разве что в земщинах. Вот там и бумажные обои в цветочек на стенах, и кровати с панцирной сеткой распространены. А у нас тут сервитут! И несмотря на сложный процесс логистики, Государство Российское не экономило. Так что в гипермаркете огромный выбор, в том числе обоев!

– Чёрные, серьёзно? – встала возле меня, прижавшись к плечу, Мила, когда я завис возле очередного стенда.

– Хм-м, – задумчиво протянул я.

Лет в двадцать точно бы взял такие обои! Правда, мне сейчас снова двадцать, но... Это уже не то. Так что нет. Всё же темновато будет в комнате. Да и эти золотые вензеля на чёрном всё же делают обои не мрачно-готичными, а в стиле «дорохо-бохато». Белые быстро пожелтеют, в том числе от сигаретного дыма. Правда, я не планирую жить в этой квартире годами, так что вроде бы и наплевать.

– А ты что посоветуешь? – спросил я Милу.

– Мои вкусы несколько специфичны. Видел мою машину? – хихикнула она.

– Хм-м, – снова протянул я.

Ну да, вкусы у неё те ещё. Этак она мне вон те фотообои с хтонолосями выберет. А их ещё и клеить замучаешься так, чтоб в стыки попасть.

– А обратите внимание вот на эту модель, – вдруг откуда ни возьмись появился продавец-консультант. – Помимо стильного дизайна, эти обои имеют ещё одно огромное преимущество. А именно, уникальное противохтоническое покрытие!

– Чего?! – удивились мы с Милой синхронно и переглянулись.

– Да-да, это новинка, только на днях привезли, – соловьём разливался консультант. – Экспериментальный образец, пока поставляется только в наш сервитут. И только в такой расцветке.

– И что в них такого противохтонического? – скептическим тоном спросил я.

– Специальное покрытие! – повторил продавец. – Блокирует излучение хтонических эманаций.

– Тогда с таким покрытием надо одежду для вылазок в хтонь делать, а не обои, – хмыкнула Мила.

– Непременно, непременно станут делать! – пообещал консультант. – Вероятно, уже делают. Но это секретно, – он демонстративно прижал палец к губам. – А нам вот прислали обои. Уникальные! И совсем не дорого.

Я глянул на ценник. Он не особо отличался от соседних. Расцветка не особо радовала глаз, но и не отталкивала. Какой-то абстрактный узор из коричневатого цвета нескольких оттенков пересекающихся кубов, шаров и пирамид с эффектом трёхмерной глубины, а по краям рулона широкие серые полосы, так что со стыками проблем не будет.

– Эффект также действует на хтонических тварей, – продолжал вещать продавец. – С этими обоями ни одна тварь не сможет почувствовать вас внутри квартиры.

Ага, как будто они сквозь стены чуют. Или эти обои на окна поклеить, а? Бредятина какая-то, прям отборная.

– А если я этим рулоном обмотаюсь и так в Хтонь пойду? Меня там не почуют? – с серьёзным видом спросила Мила.

– Лучше обматываться в два слоя, – не моргнув глазом, отозвался консультант. – Тогда наверняка должно помочь. Но гарантий дать не могу. Всё же обои предназначены дня наклеивания на стены, а не...

Договорить он не успел, потому что грохнулся на пол, сбитый с ног подсечкой. Среагировать на падение не успел тоже, так что впечатался в пол прямо мордой со всего разлёта. Мила тут же оказалась сидящей на нём сверху, заламывая руки за спину.

– Ах ты ж сволочь такая, – ласковым тоном проворковала боевая магичка. – Мало того, что людям фуфло толкаешь, так ещё с риском для их жизни. А если какой дурак поверит и, замотавшись в рулон, в Хтонь пойдёт?

– Гарантий не даю... – вякнул продавец, за что получил мощного леща.

Мила тем временем достала из сумочки наручники. Не какие-то игрушечные или из магазина для взрослых, а нормальные, полицейские.

– А что, у тебя есть полномочия? – поинтересовался я.

– Гражданский арест, – пожала плечами девушка. – Ща полицию вызовем. Сдадим этого ушлёпка. Мошенничество, обман покупателей, создание риска для жизни.

– Не надо полицию! – заголосил продавец. – Вы меня не так поняли! Это же шутка была. Ха-ха! А для тех, кто распознал в этой акции шутку, у нас специальное предложение! Скидка пятьдесят процентов на эти обои! И бесплатная доставка! Клей в подарок! А также валики, кисти и шпатель, всё, что нужно для поклейки обоев!

– Что скажешь, Апрель? – обернулась ко мне Мила. – Как тебе этот уникальный дизайн? За полцены-то?

– Да ничё так, – пожал плечами я.

Я мог бы себе позволить и не экономить. Но это будет выглядеть подозрительно. Да и обои не так уж плохи. Хотя при прочих равных вряд ли из всего ассортимента я бы выбрал именно их. В свою комнату я их клеить всё же не стану. А вот для коридора норм. Ну и вторая комната, если нужное число рулонов найдётся.

– И сколько их в наличии? – поинтересовался я.

Количество на коридор и одну комнату оказалось как раз. Я тихонько вздохнул с облегчением, но для виду скривился и возмутился:

– На всю квартиру не хватит. Придётся ещё другие брать.

Хотя я не планировал прямо сейчас вторую комнату ремонтировать. Но теперь придётся.

– Думаю, того не стоит, – заметила Мила. – Лучше всё же оповестить полицию.

– При оптовой покупке я готов предоставить вам скидку в двадцать... Двадцать пять процентов на обои для второй комнаты! – заголосил жуликоватый торгаш.

Хм, это он владелец магазина, что ли? Или, если простой консультант, из своей зарплаты будет разницу компенсировать? И чего тогда так стремился впарить нам эти «противохтонические» обои? Не настолько они ужасные, да и количество не так велико. Впрочем, это не моя забота, так что даже не буду забивать себе голову вопросами о чужих тараканах.

Заказ оформили быстро. Доставят всё завтра, вместе с диваном.

– Удачно сходили, – заметила Мила. – На этом всё?

– Ещё пара мелочей нужна, – возразил я.

Взял набор инструментов в чемоданчике. И ведро, на замену тому, что спёрли. Это я на доставку откладывать не стал, сразу заберу. Тем более раз уж Мила меня подвезёт.

На обратном пути незапланированных остановок на опушке у Хтони делать не стали. Запланированных, впрочем, тоже. И хотя Мила зашла в подъезд вместе со мной, но направлялась не ко мне, а к Трухе. Ну и ладно, я особо и не настаивал.

К моему удивлению, ведро в лифте вновь оказалось на своём месте. Причём – чистое, помытое. И на полу тоже чисто, хотя ещё влажно. А на стене висела приклеенная изолентой бумажка с надписью корявым почерком «Соблюдай чистоту, ять!»

Интересно, это Лулу постаралась? Или положительный пример подействовал на кого-то из пока незнакомых мне соседей? Посмотрим, насколько этого энтузиазма хватит...