(Не) мечта

Глава 1.

Сева

Моё сегодняшнее настроение можно назвать одним единственным словом- ностальгия. Поэтому я бессмысленно катаюсь по городу, коротая время до начала своей смены. Двадцатая годовщина со дня, когда моя единственная и невероятная любовь уехала в другой конец страны. Это сейчас модно и популярно переезжать на юг, а двадцать лет назад Светкины родители переехали в Мурманск. Она вместе с ними. Это был конец.

«Руки вверх» не помогали, мамины упрёки не помогали, дешёвый портвейн тоже не оправдал доверия. Как я выжил? Поступил в наш великий и могучий КУБ ГАУ и решил стать большим человеком. Для начала экономистом. И не смейтесь, в 18 лет мало кто смыслит в жизни. Но в 18 лет люди могут феноменально страдать.

Она уехала на север, я остался на юге, пути разошлись, а я до сих пор ищу её в каждой длинноволосой блондинке. У Светки был глубокий синий взгляд, пухлый изящный ротик, три родинки на лбу и крохотный шрамик над правой бровью. Я помню каждую мелочь.

Все наши одноклассники были в неё влюблены. Соперничество было страшное: каждый день спор, кто проводит её домой. Частенько за школой мы били друг друга за лишний взгляд или лишнее слово, адресованные ей. Дрались с упоением, с диким азартом, не чувствовали боль, только желание подтвердить своё право общаться с ней.

Светка быстро поняла, что нравится нам. Выбор она сделать не смогла, и чтобы никого не обидеть, придумала расписание. Суть его состояла в том, что у каждого из нас был свой день, чтобы её завоевать. В понедельник Мишаня купил ей булочку, Вовка подежурил вместо неё во вторник, Пашка всю среду носил ее портфель, Серёга в четверг решил ей всю контрольную по математике, в пятницу эстафету принял я и проводил её домой. Тогда, в пятом классе, я в первый раз стоял у её двери. Долго. Кажется, полчаса. Разинув рот, я слушал рассказ о проделках её кошки. Светка широко улыбалась, размахивала руками, а я просто любовался ею и хотел, чтобы вместо кошки она погладила меня.

Чёткого расписания не было, всё зависело от её настроения. Но разве это было важно? Она поверила в каждого из нас. Мы все старались, мы все хотели быть лучшими. Она делала нас лучше.

Такое положение дел длилось где-то полгода, потом от коллектива отбился Маркелов Пашка, переметнулся к Ольке Есиповой из 5 «А». Вскоре и другие пацаны предпочли футбол, денди и стрелялки общению с прекрасной Светой. Нас осталось трое: я, мой лучший друг Вовка и Мишаня. Мишаня отсеялся очень быстро, потому что ухаживал от нечего делать и жил с ней на одной площадке, ему просто было удобно. Светлана быстро поняла, что к чему и отвергла его ленивые попытки.

В итоге мы с Вовкой менялись через день. Он не был моим соперником. По Светке он сох за компанию, и я ему был благодарен за это. Остаться наедине с ней и тем, что я к ней чувствовал, было страшно.

Теперь я мог общаться с ней чаще и узнавать о ней больше. Оказалось, она обожает жевательный мармелад и игрушечных лошадок, а ещё сходит с ума по Крису де Бургу. Последнее обстоятельство меня очень смущало. Я был совсем мальчишкой и ничего толком не умел делать хорошо, а этот певец был, безусловно, талантлив. Как мне тягаться с ним? Мы с Вовкой долго думали, что делать. В итоге я стал осваивать гитару с помощью самоучителя. Так прошёл шестой класс.

Я тратил на свою любимую одноклассницу все свои карманные деньги. Со временем моя копилка опустела, а мечта о мотоцикле превратилась в цветной постер с ярко-жёлтым байком из девчачьего журнала. Его мне подарила Света, она понимала меня, она поддерживала меня, она становилась ещё ближе.

Новый год в седьмом классе стал для нас двоих решающим что ли. Я выступал на сцене перед всей школой с песней про снегопад, аплодировали все. Ирина Владимировна, учитель русского, даже закричала «Бис!». Светка вышла ко мне в длинном красном платье с прозрачной накидкой и поцеловала в щёку. Смутился ли я? Да, было стрёмно от того, что все на нас смотрят, но радости было больше, однозначно.

На зимних каникулах Света уехала на турбазу в горы, а я разучивал новые песни. В понедельник я ждал её возле ворот школы, как обычно, она не спешила. Заметив её бежевую шубку, я чуть не подпрыгнул от счастья. Она подошла ко мне и строго спросила:

- Почему ты за мной не зашёл? Я тебя ждала.

-Я? Ну я не знал. Я не, я не..- я заикался от волнения и неожиданности.

- Мы же теперь встречаемся, поэтому тебе придётся всегда за мной заходить.

- Конечно, я с радостью. Просто сегодня я забыл.

- Записывай, - строго сказала она и вошла в школу.

Мы опоздали на урок и наша математичка, конечно, это заметила:

-И где это вы ходите? Урок давно начался! Быстро займите свои места!

Всё внимание одноклассников было нам обеспечено, в овациях мы не купались, но всё равно было чертовски приятно, что мы вместе, и это видят. Светка на меня многозначительно поглядывала, а мне было очень стыдно, что из-за напрасных ожиданий она опоздала. Я представил, как она сидела возле окошка и волновалась из-за моего отсутствия. А я даже не догадался за ней прийти, какой же я дурак!

Теперь вся школа знала, что мы встречаемся, на все вечеринки и дискотеки мы ходили только вдвоём. Я полностью растворялся в любви к ней, больше я ни в чём не нуждался, ничего не хотел, я не мог без неё жить…

Летом, после 9 класса я умудрился слечь с ангиной в сорокоградусную жару. По версии врача я злоупотреблял ледяным душем, но причины моего недуга меня не интересовали. Самое главное, что я заболел за два дня до соревнований по баскетболу, которые проходили за городом. Вместо друзей и хорошей игры - постельный режим и куча лекарств. Положение мерзкое, согласитесь. Я позвонил Свете и осипшим голосом сообщил, что не поеду на игру. Она, конечно, расстроилась, посочувствовала и пообещала скоро приехать. Моему счастью не было предела! Победоносно взглянув на маму, которая не верила в нашу любовь, я вернулся в кровать. Я посмотрел несколько передач по телику, дочитал пять последних глав «Капитана Блада», он валялся под моим столом несколько месяцев. Я понимал, что Светке некогда, она была занята подготовкой к предстоящим соревнованиям, на ней были все организационные вопросы. Теперь ей ещё нужно было искать мне замену. Я и так целую неделю ломался, не желая идти в команду, с трудом попадал в кольцо, теперь вообще заболел. Я подвёл её окончательно.

Света пришла в сумерках, как всегда красивая, с распущенными волосами и озабоченным лицом. Она смущённо посмотрела на мою маму, та, всё понимая, вышла. У мамы был ещё более смущённый вид.

- Привет! - она радостно подмигнула мне,- Ты как? - я просто сидел и улыбался, глядя на то, как она вытаскивает из голубого пакета какую-то баночку. Она пришла! Она рядом! Она моя!

- Спасибо за заботу,- наконец, выдавил я.

-Это всего лишь малиновое варенье,- это было варенье цвета её губ. Я очень выразительно посмотрел на неё.

- Нет, нет, нет,- она усмехнулась. – Ты хочешь, чтобы я заразилась? Представляю, как мы оба будем лежать с опухшими носами, красными глазами и в шарфиках. - Она рассмеялась, - Ты же помнишь, какая на мне ответственность? К тому же простудиться летом- это полный дурдом. - её аргументы были бесспорны.

- Слушай, Свет, мне так неудобно. Я играть не смогу, нужна замена, мне очень жаль. - Я чувствовал себя очень виноватым, очень.

- Да брось ты! - она махнула рукой - Не морочь себе голову, у меня 6 запасных. Скорее всего, это будет Борька или Вадик, неважно.

- Тогда рад, что не доставил неприятности. - Мне и правда, стало легче.

- Всё, мне пора. Поздно уже. Я буду приходить каждый день. Обещаю! - ароматная и парящая, она порхнула к двери.

- Пока! Передавай всем привет! И удачи!

- За пожеланиями удачи я завтра приду! – её воздушный поцелуй был пойман мною и спрятан прямо в сердце, так надёжнее всего.

Вошла мама, чтобы проводить Свету. Я слышал, как они распрощались у дверей:

- До свидания, тёть Оль!

-До свидания, Светочка!

Мама снова заглянула ко мне:

- Температуру померь!

- Почему ты ей даже чаю не предложила? - набросился я на неё.

- Потому что чайник ещё закипеть не успел, как она уже умчалась! - она взяла градусник со стола и протянула мне. – И почему она меня теть Олей назвала, если я тетя Надя?

- Мам, не придирайся, - Устало попросил я.

За время болезни Света больше ни разу не приходила. Наверное, подготовка и сами соревнования забирали всё её время. Я не хотел ей мешать, поэтому даже не звонил.

А она позвонила мне через 6 дней, чтобы сообщить о победе. Я поздравил, конечно, и её, и Вовку, с которым она отмечала триумф. Мне было неловко, хотелось участвовать во всех событиях вместе с ними, быть рядом. Ещё через неделю Света позвонила, чтобы пригласить меня в кафе. Я должен был сделать это первым, но снова не додумался. Да уж, тормоз это про меня!

Громкий глухой звук отвлекает меня от моих сладостных мыслей. Я экстренно торможу. В реальность меня возвращает нечто оранжево-красно-фиолетовое, оно сползает с моего капота. Меня бросает в пот. Это не со мной. Я опытный водитель. Что произошло?! Я выскакиваю из машины. На земле, держась за бок, сидит девушка. Это я понимаю, даже не по длинным рыжим волосам, а по глазам. Они огромные, зелёные, перепуганные на смерть.

- Она..помогите..там..быстрее…пожалуйста! – прерывисто просит рыжая бледными искусанными губами.

- Какого чёрта?! Вам жить надоело? А если бы я вас задавил? – эта девушка с лицом зомби здорово меня разозлила. Если она захочет от меня денег, то у меня есть видеорегистратор. Лохушка!

- Извините! – еле слышно говорит она. - Вы ехали не очень быстро. Мне нужна помощь. Бабушка внезапно потеряла сознание, а все «скорые» заняты. Я ничего не знаю о вашем городе. - отчаянье этой особы на лицо.

- Ладно, посмотрим, что с ней.

Потерпевшая кое-как встает и плетётся к коттеджу, который стоит рядом с дорогой, за деревьями. Калитка небольшого дворика открыта настежь. Девушка поднимается на крыльцо:

-Давайте же!

Я спешу за ней. В коридоре между комнатами на полу лежит пожилая женщина.

- Она упала и не реагирует ни на что, - её страх невольно передаётся и мне.

Мы вдвоём доносим её до машины и укладываем на заднее сиденье.

- Не переживайте! Всё будет хорошо! – стоит приободрить свою несчастную пассажирку, и мы мчимся в ЗИП.

Глава 2.

Успел. Я мысленно хвалю себя за аккуратное вождение и смекалку. Обходными путями и дворами нам удалось доехать за 15 минут. Я сам помчался в приёмный покой, понимая, что эта девушка ни черта не соображает. Около часа я проторчал в больнице, чтобы узнать, что с женщиной. За шоколадку с миндалём хорошенькая медсестра позвонила Палычу и подтвердила мою причину опоздания на работу.

-Можешь сегодня уже не выходить, ты ж человеку жизнь спас, - разрешает Палыч.

-Любой на моём месте сделал бы то же самое, - возражаю я.

-Да не скажи! Сейчас вон кошки больные больше у молодёжи жалости вызывают, чем люди.

-Бывает, - с этим не поспоришь. - Тогда до завтра! - Пора домой.

Я слышу шаги позади себя. Оборачиваюсь. За мной медленно плетётся та девушка. Опустив голову, она приближается ко мне.

- Послушайте, можете просто сказать «спасибо». Преследовать меня вовсе не обязательно, правда. – Я сильно устал и перенервничал и уже не скрываю свое раздражение.

- Я потеряла линзу, - мямлит она.

И что делать? Извиняться за своё хамство? Или молча уехать? А она ещё час будет здесь маяться в поисках.

- Я не пользуюсь линзами, но, по-моему, вы уже в любом случае не сможете ею воспользоваться.

- Тоже верно,- вздыхает эта несчастная. Легким движением она вынимает вторую линзу и бросает в урну. – Спасибо, - она поднимает на меня свои опухшие красные глаза. Да, зрелище ещё то! Прям призрак из «Багрового пика»! - Вы ведь просили сказать спасибо? - на её длинных, как у рыбы, губах появляется подобие улыбки, но правый уголок рта никак не может подняться вверх.

Что я чувствую? Я чувствую себя дебилом! По сути, это уже я пристаю к ней с разговорами, и мешаю ей решать свои проблемы. В качестве извинения я предлагаю:

- Может, подвезти вас до оптики? Купите другую пару.

- У меня денег нет с собой, - прикусив губу, она идёт в сторону остановки.

- Я одолжу. У вас ведь сейчас нет времени на всякие мелочи, - я напоминаю ей о её беде! Что ни слово, то провал!

- Вы правы. Давайте. Деньги я вам в течение недели через мобильный банк переведу, ладно? - она выжидающе смотрит на меня. Блин, она такая высокая, что ее страшенные глаза на уровне моих. Каланча просто! Никакой утонченности, хрупкости – её широкие плечи, обтянутые пестрой тканью, не вызывают желания их обнять, овальное лицо и дрожащий выпирающий подбородок тоже не придаёт лицу очарования. А волосы? Волнистые, ржавого цвета, торчат в разные стороны. Откуда ты, недоразумение?

Я тупо стою и разглядываю её, хотя надо ехать.

Она начинает копаться в своих бездонных карманах. И, наконец, вынимает оттуда огромный телефон в чехле в форме панды. Интересно, сколько ей лет?

- Диктуйте номер карты, я сохраню. - Я называю цифры, а она быстро набирает их своими длинными пальцами с полукруглыми ногтями. Ни маникюра, ни цветных принтов, которые так обожают все девочки - просто неровно обрезанные ногти. Капец! Есть в ней хоть что-то привлекательное? - Я вам в течение недели всё отдам, - повторяет она. – А теперь поедем, мне сегодня ещё надо будет сюда вернуться,- тяжкий вздох выводит меня из ступора. У неё нехилые проблемы, бабка при смерти, а я стою и издеваюсь над ней. Хоть и не вслух. Всё равно придурок.

Глава 3

- Поехали! - я веду её к своему «Рено».

Она выбирает оптику на Красной, заходит в маленькое стеклянное здание и пропадает. Я никогда не покупал линзы, но хочу, чтобы процесс их приобретения проходил как-то быстрее.

Вдруг сквозь прозрачную стену магазина я замечаю свою попутчицу.

Она разговаривает с сотрудницей, кивает своей огненно - рыжей головой и теребит конец кофты. Какая же она жалкая! Плечи опущены, голову не поднимает, бубнит, наверное, что - то под свой конопатый нос. Я не выдерживаю и сигналю. Сколько можно уже? Девушка с консультанткой, которая, к слову сказать, оказалась гораздо симпатичнее этой, смотрят в мою сторону. Ну и что? Я спешу.

Она садится в машину. Пытается засунуть в карман маленькую коробочку, ничего не получается.

- У вас сумки нет? – раздраженно спрашивая я. – Что вы всё в карман суёте? Хлеб тоже там носите?

- Нет, - она удивленно смотрит на меня. Глаза её стали чище, прозрачнее, шире. Теперь я даже могу определить их цвет - нефритовый.

Точно. Именно такого цвета было ожерелье на шее Пенелопы Крус. Она лучезарно улыбалась с обложки женского журнала. А Танькин указательный палец настойчиво тыкал в загорелое лицо актрисы. Ожерелье было массивным, в несколько рядов, камни крупные. Невольно залюбуешься такой красотой. Пенелопа сияла, а Танька злилась и завидовала. Завидовала она испанке, а злилась на меня за то, что я не спрашивал её о зигзагообразном колечке на том самом указательном пальчике.

Чего ждут эти бабы? Что им надо? Чтобы ревновали их к каждому столбу и заваливали подарками? Нет, это не ко мне. Кольцо, скорее всего, было от её начальника Бориса Борисовича, совет им да любовь. Что касается ожерелья, то его бы я точно не купил. Тем более для Таньки.

Танька всегда была по случаю, если так складывались обстоятельства. Мы не встречались в общепринятом смысле. Мы просто встречались.

Что-то белое падает между сиденьями, как оказалось, квитанция из оптики.

-Э-э-э,- не понимаю я.

- Элеонора Ножкина, - подсказывает девушка.

- Элеоножкина.- Невероятно! О чем только думали её родители?

- Элеонора Ножкина,- терпеливо поправляет она.

- Никогда не представляйтесь таким образом, - умничаю я. – У людей это будет вызывать замешательство.

- Я привыкла. Но обычно меня зовут Эля.

- Уже легче. - Я возвращаю ей квитанцию, - Вам домой?

- Да. Надо вещи собрать для бабушки и отвезти в больницу, - её глаза моментально наполняются слезами и становятся огромными! Чистейшие нефриты таких размеров мне точно не по карману.

Я решил доиграть в джентльмена и потерпеть её ещё немного, но это было сложно. Правда.

Всю дорогу она вздыхает и всхлипывает, всхлипывает и вздыхает. Надоела до жути. Хочется включить радио, но боюсь весёлой музыкой оскорбить её чувства. Как выйти из этого тупика?

Она заходит во двор и снова пропадает. Можно я передумал и уехал домой? Можно у меня возникли дела? Можно было, в конце концов, не останавливать мою машину? Кинуться на другой капот? Я ведь помню, что передо мной проезжала красная «Мазда».

Почему я должен таскаться с этой чокнутой туда - сюда? Я завожу машину и двигаюсь задним ходом, и тут скрипит калитка, Элеонора Ножкина пожаловала. Уродская кофта с её плеч исчезла, вместо неё появился какой-то оранжевый балахон - впору «01» вызывать. Она себя в зеркале видела?

Прикусив безразмерную губу, она непонимающе глядит на меня.

- Что вы стоите? Садитесь уже! – мама учила меня вежливости, но получается у меня не всегда.

- А куда положить багаж? – уточняет девушка.

Я замечаю рядом с ней дорожную сумку, коричневую, в обезьянках с бананами. Ей в больницу или в аэропорт? Я молча заталкиваю чемодан в багажник и, наконец, нажимаю на газ.

Моя новая знакомая выходит у ворот ЗИПа. Колёса дурацкой сумки тарахтят по плиткам тротуара. Ржавые кудри на поникшей голове выбились из непонятной прически. Передо мной грустный клоун, и ожидает его вовсе не представление.

Глава 4.

Эля

Этот человек обескуражил меня своим замечанием! Разве я не говорила ему "спасибо" ? Кажется, всю дорогу, держа бабушку за руку, я твердила это слово. А я точно благодарила его?

Ладно, есть более важные дела. Надо думать о бабушке, она мне дороже всех. Я вхожу в палату, её глаза уже открыты.

- Бабуля! – я обнимаю её изо всех сил и прижимаю к себе. Если бы я могла, то прямо на руках отнесла бы её домой.

- Моя девочка, - вздыхает она. – Радуешься, что избавилась от меня на время? - она мне подмигивает!

- Никогда так не говори. Никогда. Напугала меня до смерти. – Я глажу её по голове, по щекам, беру её руки. Мне необходимо чувствовать её тепло, знать, что она жива.

Сейчас я очень злюсь на отца, за то, что его нет рядом. Злюсь на себя, что не уберегла родного человека. Боже мой! Страшно подумать, что было бы, если бы мы не приехали вовремя в больницу.

- Вот плакать, пожалуйста, не надо, - недовольно ворчит бабушка, отодвигаясь от меня,- Не хоронишь, ведь.

-Бабушка! - моему возмущению нет предела.

- Ну, что бабушка? Придёт время, отвезёшь меня на погост, рядом с дедом положишь.

- Я даже думать об этом не хочу!- мне очень неприятна эта тема.

- Думай, не думай, а оно само случится. А ты не открещивайся, я сто лет жить не собираюсь.

- Перестань уже!

- А думаешь легко в 78 ноги больные таскать да таблетки пить горстями? - не унимается она.

- Если бы ты не забывала про лекарства, то сейчас бы здесь не оказалась, - отчитываю я больную.

- С переездом разве всё упомнишь? Намаялись мы с тобой, внучка. Лишь бы не зря.

- Бабулечка! - я снова обнимаю её, она уже устало опускается на подушки. Пора идти.

Переезд из Сибири в Краснодар был папиной идеей. Спустя годы он решил стать отцом и позаботиться обо мне, поселить поближе к морю.

Он предлагал купить квартиру, благо застройка идёт активно, но мы с бабушкой были категорически против унылых стен и настояли на коттедже с собственным двориком.

Папа согласился. Конечно, переехали только мы с бабушкой. Друг без друга никак. Моя семья – это я и бабушка, родители не входят в этот маленький союз.

Это сложно объяснить, а понять ещё сложнее. Но со временем я с этой задачей справилась. Мои родители живут для себя. Меня всегда касались только их доходы.

Тёплые объятия, ободряющие слова, любящие взгляды были роскошью для меня, для них же мелочь, не имеющая значения. На бабушкиных руках я оказалась в два с половиной года, когда она вышла на пенсию. Родители с лёгким сердцем перевезли меня к ней и уехали на заработки в Испанию.

Бабушка заботилась обо мне, играла со мной, шила для меня кукол, рассказывала сказки, плела косы, водила сначала в садик, потом в школу. Я не знала, что такое папа и мама, а что такое бабушка я чувствовала очень хорошо.

Я понимаю, что если её не станет, не станет и меня. Я не умею жить без неё. Она – мой свет, мой навигатор, моя стена, моя подушка, моё всё.

Однажды я попробовала начать жить самостоятельно, но всё закончилось катастрофой. Теперь я всегда с бабушкой. Я уверена только в ней.

- Что ты там увидела? – я вздрагиваю от бабушкиного голоса и понимаю, что стою перед окном. На соседнем карнизе сидят два белых голубя, ненавижу голубей.

- Думаю просто, бабуль. Что тебе завтра принести? – Я сажусь на краешек её кровати.

- Не надо ничего. Только парня мне приведи, с которым мы сюда приехали. Спасибо ему скажу.

- Бабуль, - я прикусываю губу от волнения, - Я его уже поблагодарила. Будет неловко беспокоить его ещё раз.

- Тоже верно. Но ты всё ж уважь старую. Не всякий бы стал помогать, а этот не бросил в беде человека. Им вон и врачи и медсестры восхищаются, а я как рада, что ты не одна осталась!

- Попробую, - обещаю я.

Снова обращаться к нему? Это чересчур, наверное. А с другой стороны, бабушка верно говорит, она имеет право с ним встретиться.

- Пойду я домой. А ты отдыхай и выздоравливай. Ладно?

- Ладно,- она снова улыбается. - Ты мне халат голубой с ромашками завтра принеси. Надо же прилично встретить своего героя! – её глаза радостно блестят.

Надо же! Так это её герой? А я думала мой. Сможет ли он нести сразу два знамени?

Глава 5

Я дала себе сутки, чтобы успокоится и набраться смелости для звонка. Нужно выполнить обещание, данное бабушке, познакомить её с тем человеком.

Ох! Не хотелось бы мне снова с ним сталкиваться. Он такой суровый и колючий! В его присутствии мне было страшно даже дышать.

Ну да ладно, справлюсь, не съест же он меня. Посчитав до десяти, набираю его номер.

-Да! – я вздрагиваю от его недружелюбного тона.

-Добрый день! - Я даже имени его не знаю! Надо срочно собраться с мыслями.

-Алло! Вас не слышно! - похоже, он уже злиться.

-Это Элеонора! - я, наконец, соображаю, что меня-то он знает.

-Элеоножкина!- фыркает он. Вот болван!

-Да,- обречённо подтверждаю я. Это наш последний разговор, пусть называет меня, как ему вздумается. - Моя бабушка хочет лично поблагодарить вас за помощь, - выдыхаю я.

-Понял. Обязательно зайду к ней сегодня вечером. Ей лучше?

-Да, спасибо. Мы вовремя доставили её в больницу. Я вам очень признательна. - если бы он был сейчас рядом, я кинулась бы ему на шею, наверное. Неважно даже, что потом бы пришлось вытаскивать из себя его шипы.

-Эля, не стоит, - неужели он смутился?

«Эля», мне полегчало от того, что он обратился ко мне по имени.

-Я прямо сейчас отправлю вам деньги за линзы, ждите, – вовремя я вспомнила о своих долгах

-Хорошо, я при получении отпишусь.

-Договорились!

Я сразу перевожу нужную сумму, счёт принадлежит Всеволоду М. Быльскому

Всеволод?! А он ещё над моим именем смеётся!

«Пришли. Спасибо!» - тут же получаю сообщение от этого немногословного и порядочного человека.

Что ж, прощай, Всеволод! Я безумно рада знакомству с тобой!

Глава 6

Сева

Похоже, история со спасением немного затянулась. Но ничего, пожму руку старушке и поеду домой.

Пухленькая улыбчивая медсестра предлагает проводить меня до палаты. Она даже открывает передо мной дверь! Сервис одиноких девиц! Девочки, я занят!

Моя подопечная на кровати справа, в халате в ромашку. Она всё ещё бледна. Но это бледность живого человека, что для меня самое важное. Кажется, она дремлет.

-Здравствуйте! – тихо здороваюсь я. Если она спит крепко, то зайду в другой раз.

-О! А вы никак мой спаситель? - мгновенно подскакивает она.

-Я всего лишь Всеволод,- улыбаюсь я.

-Сева ,значит? Садитесь, садитесь! - она освобождает мне место на кровати.

-Как у вас дела?- мне крайне неловко.

-Да какие могут быть дела в мои годы? – она машет рукой. - Я, Лидия Николаевна, а вы?

-Сева, и давайте на «ты», пожалуйста.

-Да, конечно! – она улыбается, и я вижу перед собой лицо её внучки, только более полное, и глаза у этой женщины совсем не зелёные, а серые, но сходство определённо есть.

-Спасибо тебе за всё, - её голос срывается на шёпот, - Если бы не ты…Мне себя не жалко, я своё отжила, а вот Элька…Натерпелась бы она страху, - женщина судорожно вздыхает, - Только вот жизнь с ней снова начинаем, а тут, пожалуйста! Я ж всё для нее только стараюсь, - её глаза увлажняются, я глажу её по руке, - Переезд этот наш и беготня - документы, очереди, и не знаешь ведь никого! Вдвоём быт налаживаем,- всхлипывает она.

-Лидия Николаевна, успокойтесь! Вы себе только хуже делаете!

-Да я сейчас, сейчас,- она деловито протирает лицо платком,- ни к чёрту мои нервы, всё наперекосяк.

-С вашей внучкой всё хорошо. Подлечитесь, вернётесь к ней, она же не маленькая, в конце концов. Меня вон на дороге остановить не побоялась!

-Она ради меня на всё, а я ради неё. Только мой срок выходит, а ей ещё жить, а она не умеет. Вот на ноги её поставлю, тогда и умирать можно.

-Лидия Николаевна, вы сейчас в больнице после тяжёлого сердечного приступа. Думайте пока о себе, - советую я.

-Сева, я могу тебя кое о чём попросить? - она выжидающе смотрит на меня.

-Хорошо,- надо хоть как-то порадовать старушку.

-Мы в городе всего неделю, ещё не освоились, я тебе говорила. Может, покажешь Эле ваш Краснодар? Хоть пару раз выведешь куда-нибудь? Если, конечно, у тебя время есть и возражать никто не будет. – Наверняка, она уже заметила, что кольца на пальце у меня нет, поэтому и осмелилась просить. Да и внучку она мне не сватает, кажется.

-Я постараюсь. Экскурсовод из меня не важный, но погулять с ней смогу, - решаюсь я.

-Спасибо, - она сжимает мою руку в долгом рукопожатии.

Я желаю ей скорейшего выздоровления и выхожу. В коридоре та же медсестричка. Она устремляется мне на встречу. Я даже улыбаюсь ей.

-Пациентке Ножкиной измерьте, пожалуйста, давление, я за неё переживаю. - Наверное она ожидала от меня других слов. Девушка опускает глаза и возвращается на свой пост.

Моё сердце занято. Может, на груди сделать такую татуировку?

Глава 7

Эля

Бабушкина комната совсем готова. Главное, что она вернётся сюда и увидит, какой порядок я здесь навела.

Я разглядываю в зеркале своё зарёванное лицо и думаю, что уныние пора отключать. Развешивание занавесок и перестановка мебели здорово отвлекли меня по началу. А теперь, когда я увидела бабулину кровать с голубым покрывалом, золотистые шторы на окне, наполовину истлевшие салфеточки с вышивкой моей прабабушки, я начинаю понимать - это всё, что могло мне остаться после неё. Её бы не стало, а эта комната осталась бы вот такой, не дождавшись свою хозяйку. От этой мысли меня знобит.

Дни нашего переезда проходили в таком бешеном ритме, что я перестала замечать, пьёт ли она таблетки, как себя чувствует, устала или нет.

Бабушка вставала раньше меня, готовила завтрак, разбирала вещи. Я занималась только оформлением дома. Когда я в тот день вернулась и увидела её на полу, моему ужасу не было предела. Убедившись, что она жива, я начала звонить на все мыслимые номера «Скорой помощи», но они либо были заняты, либо находились слишком далеко. Решение просить помощи на дороге было самым простым и очевидным выходом из положения.

Сева был не единственным в те минуты, но он ехал не очень быстро, поэтому я смогла его остановить. Боже мой, если бы не он!

Стук в дверь разрывает мрак, который уже начал затягивать меня в очередную истерику.

-Вы всегда плачете? - передо мной материализовывается Всеволод. Как говорят в таких случаях? Лёгок на помине?

-Нет. - Я тщетно пытаюсь проморгать набежавшие слёзы, и найти себя в отражении ещё не установленного зеркала.

-Я не вовремя? - он нерешительно топчется на пороге.

-Всё хорошо, - я одёргиваю своё старое лиловое платье, поправляю волосы, стараюсь всем своим видом подтвердить свои же слова.

-Просто я вижу перед собой крайне расстроенную девушку на грани нервоза, – он опускает взгляд в пол, - Я очень любезен, да? - чуть тише спрашивает он.

-Вы на высоте! – я надеюсь, он пришёл не для того, чтобы добить меня.

Мы стоим и улыбаемся друг другу. Нервно, криво, неуверенно - в этих улыбках намешано всё – и неловкость, и стеснение, и попытка сгладить ситуацию и наладить отношения. Мой рот уже болит от непосильной работы, а в глазах рябит от красно-синих завитушек на придверном коврике.

-Я сегодня был у вашей бабушки. Она попросила меня немного отвлечь вас от грусти, погулять, показать город.

-Да? - от неожиданности я поднимаю глаза и вижу на его лице любопытство. Что за чёрт?- Прошу прощение за бабушкину настойчивость. Не стоит, я разберусь сама.

-Я пообещал,- возражает он. - Завтра идём в Горпарк,- громко хлопает дверь.

Глава 8

Сева

Я дал слово Элиной бабушке. За язык меня никто не тянул, но отказывать старому больному человеку как-то неудобно.

В принципе я готов провести несколько часов с этим чучелом.

Выбор мой пал на Городской сад. Вполне милый выходной вариант для молодой девушки. Побродим по дорожкам, покормим уточек - и вот я уже справился с задачей, я молодец. Все довольны.

Но я не учёл один немаловажный момент - суббота. В этот день парк захвачен молодоженами. Мне эта тема не близка совсем, а Эля похоже втянулась. Она облокотилась на парапет террасы, и увлечённо разглядывает пары вокруг. А я от нечего делать смотрю на неё. Замечаю, что кожа у неё очень белая, вся в веснушках. Раньше я их видел только на носу, теперь понял, что ими усеян и её лоб, и плечи и руки. На длинных загнутых ресницах слой коричневой туши, веки неопределённого цвета – краситься она точно не умеет.

А Светка всегда была на высоте - идеальный макияж, ровный тон лица, пушистые разделённые реснички, перламутровая пудреница под рукой.

Я носил её сумку сам, знал, что и где в ней лежит. Я быстро доставал своей девушке то, что нужно. Своей девушке. До сих пор сердце сжимается от этих мыслей. Неужели у сердца есть память?

- Знаете сколько у меня свадебных фотографий? - неожиданно спрашивает Эля. – Шестьдесят две: пять альбомов и портреты в разных ракурсах. Мне хотелось запечатлеть каждую счастливую секунду, хотелось, чтобы время остановилось с помощью снимков. Хотелось сохранить день свадьбы незыблемым, - она вздыхает. Боже, что за дурацкая привычка!

- Вы работали фотографом? - Мне вообще всё равно. Чего она завелась-то?

- Я была замужем,- мрачным голосом уточняет она.

Внезапно вспоминаю ее безымянный палец на огромном экране телефона, тогда он вызвал у меня отвращение. Элеонора подпирает рукой свой острый чуть вздернутый подбородок с длинной глубокой ямкой. Она смотрит не на меня, а на женихов и невест, позирующих внизу, под нами. Что она видит сейчас?

- Я была замужем, - повторяет она с усмешкой.

Она была замужем. Она знает язык новозеландского племени. Она спускалась в пылающее жерло вулкана. Она была на Марсе. Всё это близко по смыслу – одинаково невероятно.

- Я думала, что фотографии, гости, ресторан, новое белоснежное платье - всё это гарантия бесконечного счастья. Но это самообман.-пожимает плечами,- Просто так ты не испытываешь страха. Чувствуешь себя уверенней, красивей. Все на тебя восхищенно смотрят и он тоже.

Торжественный марш, красная дорожка, они думают, что это важно, - она кивает головой в сторону свадебной толпы. – А самое важное – это мир в доме, это взаимопонимание, это, когда всё хорошо, - снова проклятый вздох.

Обнять и плакать! Если ей неприятно, то чего распинаться - то? Мне это точно неинтересно. Может, пойти к малой сцене у фонтана и попросить у ди-джея микрофон? А что? Пусть людям праздник испортит.

Глава 9

Эля

Свадьба закончилась. Цветы завяли. Гости ни разу не позвонили. А мы с ним остались вдвоём. Самое страшное, что я не знала, что делать. Он позвал меня замуж, я побежала со всех ног. Думала, вот она свобода от родителей, от бабушки, от их советов и наставлений.

Губы предательски дрожат. Как же надоело плакать! Сколько можно?

Это был абсолютно сумасшедший период моей жизни. Я, круглая отличница, поступила в институт. Сразу появилось много новых знакомых, приехавших учиться со всей области. У них не было никого рядом, жили в общежитии свободной весёлой жизнью. Вели себя, как хотели. Я им завидовала. Мне было скучно возвращаться каждый вечер к бабушке, я жаждала перемен.

Особенно после встречи с Витей. Он сразил меня своим обаянием, улыбками, настойчивостью. Сначала он повсюду искал меня, а потом стал искать повод со мной остаться.

Я не сдержалась. Незнакомые чувства, странные мысли, опасные желания… Меня закрутило в такой водоворот, что я захлебнулась.

Бабушке он не понравился, я не удивилась, она у меня очень требовательная. Я перестала ночевать дома, она позвонила моим родителям и вызвала их к нам. Были долгие трудные разговоры. Я чувствовала себя взрослой, а они доказывали мне, что я глупа. Я не хотела их слышать, а они хотели, чтобы я их услышала.

Потом я пригласила Витю к нам домой, и он сделал мне предложение:

- Николай Иванович, Лариса Сергеевна, я прошу руки вашей дочери,- он уже получил от меня всё, кроме руки.

- Виктор, может, стоит подождать? - удивленно спросила мама. Она растерянно разглядывала нас - Витя держал мою ладонь в своей. Я непонимающе смотрела на него. Что происходит? Почему я в спортивном костюме? Где шампанское? Где ощущение счастья? Он с ума сошёл? Я звала его совсем не для этого.

- Вить,- прошептала я, - Что ты делаешь?

- Вытаскиваю тебя из этого дурдома. Ты же говорила, что устала от их морали. - Также шёпотом ответил он.

- Просто это так неожиданно.

- Виктор, я так понимаю, у вас всё серьёзно? – папа, кажется начинал понимать, что к чему.

- Конечно, - он держался довольно развязно, но я в него верила

Потом была свадьба - потрясающее платье, которое я нашла за один день, изящная фата, длинные атласные перчатки. Это был единственный раз, когда я чувствовала себя красивой.

А дальше началась наша семейная жизнь. Настоящая энциклопедия лжи, унижений, ошибок. Я была прилежной ученицей и старалась усвоить каждую главу, выучить каждый урок.

Сева, кажется, не слышит меня. Он разглядывает машины на парковке и ворчит, что с паркоматами прогулка по парку теряет свои преимущества.

-Вас угостить кофе? - я, почему-то чувствую себя виноватой.

-Хорошо, я угощу вас кофе. – Похоже, он точно не слышал меня.

Глава 10

Сева

- Я купила воздушные сливки, - кокетливо сообщила Светка. В руках у нее длинный голубой флакон. По её хитрому взгляду я догадался, что в кофе она их добавлять не будет. Я судорожно вздохнул и отодвинул от себя коричневую жидкость, которую она только что приготовила в кофеварке.

-Ты идёшь?- она обернулась в дверях своей комнаты.

Мы как раз закончили её реферат по географии. Я несколько раз всё проверил, она оформила титульный лист. Потом я отправился за своей наградой.

-Вы идёте? - Эля спускается по ступенькам к киоску у пруда.

- Иду. - Это не дежавю, это бред.

Она, ссутулившись, сидит на лавочке рядом со мной, дует на кофе, дует на пальцы, бормочет что-то непонятное.

Сливки были куплены не зря. До сих пор помню нежный аромат ванили. Помню вкус сладкой пены в сочетании со вкусом её нежной кожи и нескончаемых поцелуев.

Светка удивляла меня своей податливостью, своим воображением, своей смелостью. Она не уставала покорять меня и притягивать ещё сильнее.

Я уверен, что у другой пары из нашего класса, Ромки Назарова и Катьки Дьяченко, такого не было. Я наблюдал за ними со стороны - они ходили, держась за руки, он провожал её до подъезда и уходил домой. В кино они смотрели кино.

В наших же отношениях со Светкой были сплошные искры и фейерверк. Мы ловили каждую секунду, чтобы быть вместе, мы не хотели расставаться даже ночью. В тёмном кинозале нас меньше всего интересовал фильм. Мы не думали ни о чём. Мы не учились любить. Мы любили.

Глава 11

Эля

Сева о чём-то задумался. Одухотворённо разглядывает веточку под ногами, пока я рассказываю, какой кофе папа привозил из Испании. Он не шелохнулся даже, когда я встала. Медленно потягивает свой капучино и взглядом сканирует палку. Кажется, мне пора. Неприятно чувствовать себя глупой и ненужной.

Конечно, он отозвался на бабушкин просьбу показать мне город, но ему явно это не доставляет удовольствия. Мне, скорее всего, тоже.

Я спрашиваю у прохожих, на какой трамвай мне лучше сесть, и еду домой.

Из окна трамвая я вижу ещё незнакомые мне улицы. Город открывается с новой стороны. Он оказывается светлее, просторнее, чище. А из машины Севы всё выглядело уныло и серо, как будто краски не просачивались сквозь автомобильное стекло.

Я вздыхаю полной грудью. Мне нравятся уютные скверы, мимо которых я мчусь, пёстрые клумбы и яркие граффити удивляют и заставляют обернуться.

Теперь я живу здесь!

История нашего переезда началась с обычного скайп-сеанса с папой. Он заинтриговал нас словами «гениальная идея». Мы с бабулей решили, что родители возвращаются в Россию. Мне почему-то казалось, что теплое море, оливковые рощи и свежевыжатый апельсиновый сок на завтрак могут надоесть. Но папа удивил нас ещё больше.

- Я тут подумал, подсчитал и понял, что всё реально.

- Пап, ты о чём? – не поняла я. Мысленно я уже стояла в зале нашего аэропорта и искала его глазами в толпе прилетевших.

- Вы с бабушкой переезжаете на юг,- с широкой улыбкой объявил он.

- Ну, нет! Я в вашу Испанию не поеду! - заявила бабушка. – Нет. Я на родной земле помирать буду.

- Поэтому я предлагаю переехать на Кубань, - уже спокойнее объяснил папа. - Там тепло, другая обстановка, другая жизнь. Элька отвлечётся. - Он сказал это так, как будто меня рядом не было, хотя я просто отодвинулась, чтобы бабуля могла лучше рассмотреть своего сына.

- Квартиру или дом выбирайте сами, с краснодарским риелтором я связался. Деньги переведу.

Вот так, уже через месяц мы оказались в большом и совершенно чужом городе.

Да, Россия, да, родной язык и вывески вокруг одни и те же, а всё равно всё не так.

Бабушка с переездом сильно измучилась. Вот и результат – сердце не выдержало. Хорошо, что я вовремя вернулась домой. Но … ничего ведь хорошего! Знакомых никого! Да, я спасла бабушку. Но спасусь ли сама?

Глава 12

Сева

Кажется, пора брать самый жирный фломастер и ставить галочку. Испытание «Горпарк» пройдено! Не могу сказать, что успешно, Эля откровенно захандрила. Но! Факт остаётся фактом - прогулка свершилась. Ещё один выход в свет, и я чист и перед Лидией Николаевной и перед своей совестью.

Думаю, следующий поход стоит предпринять на художественную выставку.

Через два дня я снова стучу в её дверь. Эля молча встречает меня в пижаме-единороге. Прям реклама антидепрессантов – единорог, не верящий в чудеса.

-Привет! - машу я рукой.

-Здравствуйте! – уныло протягивает она.

-Сегодня мы идём в местный выставочный зал. Экспозиция кубанских художников.- Знать бы только, каких именно. Но читать-то я умею, на месте разберусь.

-Нет. Сегодня я дома. – Она идёт в зал, и мне приходится идти за ней.

-Уверены? - надеюсь, я не выгляжу очень довольным.

-Не волнуйтесь, - она делает глоток из большой красной кружки, - Я скажу бабушке, что вы справились.

Я замечаю зелёный пластырь на безымянном пальце. Тут же всплывает в памяти её признание о замужестве.

-Порезались?

-Неудачно приготовленный бутерброд, - она кивает на пустую тарелку на столе.

-Где теперь ваш муж? - я не слишком бестактен? Не могу понять, что происходит. Вместо того, чтобы заняться своими делами я сажусь рядом с ней. Она случайно не владеет техникой гипноза?

-Он улетел,- я слышу её типичный тихий навязчивый вздох.

Значит, улетел. Тут же перед глазами всплывают картинки из туристических буклетов, где белый песок, лазурные волны, шезлонги под соломенными крышами. Глядя на такие иллюстрации, рука сама тянется к банковской карточке.

Вот гад, а я даже в Турции ни разу не был. А этот бросил свою никчемную женушку и свалил. Да он не гад, он красавчик! Начал новую жизнь, нашёл себя и, наверняка, девушку посимпатичнее и живёт в своё удовольствие.

Эля продолжает что-то бубнить, я прислушиваюсь, мне интересно, как же они расстались.

- Сначала я думала, что это адаптация. Первый год брака - привыкание друг к другу. Потом поняла, нет - это издевательство, ломка и унижение. Он не считался с моим мнением, он запросто мог оскорбить меня или толкнуть. Всё свободное время он проводил с друзьями, много пил, хвастался нашей квартирой.

Я уже не хотела, чтобы он возвращался домой. Мне было стыдно и страшно, что обо всём узнают бабушка и родители.

Последний раз, когда я его видела, он был на кухне. Мы ругались из-за супа, он не хотел есть вчерашний суп.

Я перестал испытывать симпатию к этому парню. Ругаться из-за супа? Бред! На его месте я… Стоп! Нет, его место рядом с этой чокнутой, моё нет. Точно нет. Точно.

- Он сказал, я плохая хозяйка,- глядя в пустоту потухшими глазами, продолжает Эля. - Сказал, что я никчёмная, что кроме денег во мне нет ничего интересного, я убожество. Он швырнул тарелку в меня, я обожглась, схватилась за руку. Он орал, что я притворяюсь, чтобы он меня пожалел. Мне надоело это слушать, я замахнулась, чтобы ударить его, а он схватил меня за обожжённую руку и начал её выкручивать, пытаясь снять моё кольцо. Он сломал мой палец, кольцо упало, а он продолжал орать: «Ты должна покорно принимать всё, что я говорю или делаю! Ты моя жена!!!».

Я вырвалась, убежала в ванную, мне надо было остудить палец, остыть самой, дать ему успокоиться. Когда я вернулась на кухню, его уже не было.

Я, как дурак, сижу и слушаю бабьи откровения. Мне не по себе. Я не знаю, что говорить, как реагировать. Это женщины охают, вставляют комментарии, сыпят проклятиями. Что должен делать я? Выразить сочувствие? Утешить? Прикасаться к ней мне точно не хочется, значит, и по плечу её не погладишь. Может, стоит тему сменить? Или вспомнить о чём-нибудь срочном?

Глава 13

Эля

Я, как фокусник, могу виртуозно подкидывать слова, превращать их в эвфемизмы и ни разу не ошибиться.

Замена слов - это не обман, это хитрость, которая не позволяет реальности подкрасться к тебе слишком близко. Эти слова обволакивают меня, будто кокон, и уже не так холодно, не так больно.

Сева всё ещё сидит напротив меня. Наверное, я напугала его своим рассказом. Но воспоминания облепили меня, как мухи, и от них трудно отмахнуться. Я борюсь с ними.

- Я непонимающе смотрела вокруг. Вити не было. -Я испытала облегчение - скандал закончился. А под облегчением прятался страх, что муж вернется и будет ещё хуже.

- И куда он улетел? - будто со стороны звучит вопрос Севы. Очнулась. Передо мной другие стены и другой стол. - Так куда он улетел? - Он так некстати решил поддержать разговор!

- В окно, - Я смотрю на своего собеседника. По-моему, он растерялся. - Я начала сметать осколки. Прибежала соседка Маша. Я её голос ещё за дверью услышала, она что-то кому-то кричала. Потом я поняла, что мне. Она дико стучала в дверь. Говорила, что Витя на тротуаре лежит, что она вызвала «скорую». А я пошла к мусорному ведру.

Машка пыталась меня обнять, вглядывалась в моё лицо, тянула то к окну, то к двери. Всё настежь. Участковый зашёл, спрашивал о чём-то.

Он ведь только что был здесь. Стоял надо мной. Я слышала его оскорбления. Только его слышала. А Машки с участковым, как будто не было. Я попросила их уйти.

Я больше никогда его не видела. Соседи пытались рассказать мне, как он лежал под их окнами, как его молодое тело застегивали в синий мешок. Что-то про несправедливость, смешанное со словами сочувствия, про меня...Один сплошной гул, который всего лишь действовал на нервы.

-Мне было всё равно, представляете? - я поворачиваюсь к побледневшему Севе. - Я не простилась с ним. Я не прикоснулась к нему. Я не ходила к нему ни разу. Я не захотела. - Вдруг чувствую тепло на своей руке. Сева осторожно дотрагивается до моего искалеченного пальца.

-Не надо! - прячу руку под полотенце. - Уже не болит!

Глава 14

Сева

Я прикоснулся к ней. Нет, немножко не так – я к ней прикоснулся! Чувства такие, будто я преодолел страх перед земляной жабой или крокодилом. Мне казалось, её кожа шершавая, ледяная, липкая, но я ошибся. Руки у неё тёплые, чуть дрожащие, будто в такт её сердцу.

Она волнуется, хоть и говорит с деланным спокойствием или даже безразличием. Пройти через такое! Умом можно тронуться! Эля ведь, действительно, особенная! Она отодвигается от меня.

- Его родители обвиняли меня в бесчувствии, лицемерии, в его смерти. – Её густые, как лес, брови сдвигаются в одну линию. – Велось следствие, выяснилось, что это несчастный случай. Я не виновата!- её лицо раскраснелось, глаза вспыхнули, на конопатом носу появилась испарина.

-Я не сомневался,- зачем-то говорю я, и ведомый непонятном рефлексом, опять тянусь к её руке. Наваждение какое-то! Её руки крайне напряжены. Она не обращает на меня внимание.

-У него была привычка курить, сидя на подоконнике. Его возбуждало чувство высоты. Он чувствовал себя Богом, глядя на мир с пятнадцатого этажа. Ощущения, по его словам, непередаваемые. Он испытал их все. В полной мере. – Она закрывает глаза и откидывается на стул. По пунцовым щекам текут слёзы. Я, как верный пёс, держу её за руку и придумываю предлог, чтобы уйти.

-Я вымыла пепельницу. Плохая никчёмная хозяйка взяла и помыла пепельницу. - с горечью подчеркивает Эля. - Он, наверное, не нашёл её на привычном месте и потянулся к раковине. Не удержался. - Её слова становятся быстрее и жёстче. - Я её видела, она валялась под батареей, а я оставляла её сушиться на мойке.

-Это просто случайность, - вставляю я. Мне стало понятно - она не виновна перед законом, но не в собственных глазах.

-Я чудовище. - слышу я хриплый шёпот. Её лицо исказилось так, что она на себя не похожа – глаза пылают, рот скривился, подбородок дрожит, на лбу и переносице отвратительные глубокие морщины. Брр! – Я ничего не почувствовала, не предвидела последствия. Я оставила его на кухне одного!

-А если бы он убил тебя? - не выдерживаю я.

- Тогда я была бы не виновна, - черты лица Эли снова разглаживаются. Глаза угасают, по всей видимости, она успокоилась.

Самое время ей возразить, доказать, что жизнь лучше, чем смерть, что она преувеличивает. Но не успеваю. Она выпрямляется, расправляет плечи и заявляет:

- Мне жаль, что так случилось. Но мне не жалко его. Мне страшно, что эта история произошла со мной. Мне легко, что я от него избавилась. Моей смелости не хватило бы признаться всем, что я ошиблась со своим замужеством, что я ничего не смыслю в людях и в жизни.

Я уже была готова мужественно терпеть Витю всю свою жизнь. Я даже хотела родить от него ребёнка. Я думала, что тогда наша с ним семья обретёт хоть какой-то смысл. Существование станет ярче, приятнее, интереснее. Я на самом деле была готова отдать ему всю себя. Лишь бы никто не догадался о моей глупости.

- Ты ненормальная!- Не самые подходящие слова утешения, не правда ли? – Ты.. как вообще можно так рассуждать?

- Я чудовище, - со вздохом повторяет она.

Глава 15

Сева

Любуюсь розовато-серым закатом, который надвигается на город. Пока он только цепляет многочисленные крыши высоток. Но минут через сорок захватит все вокруг.

Передо мной Краснодар, признаный одним из самых комфортных городов для жизни.

Город-мечта. Большой, гостеприимный, щедрый. Высокие зарплаты, доступное жильё, прекрасный климат.

Город-лето. Здесь цветы цветут круглый год. Многим жителям России кажется, что море у нас плещется за порогом. Даже не догадываются, какие тут пробки у моря-то.

Город-солнце. Солнечных дней хоть отбавляй, зимы нет почти. Здесь покупка желанной «норки» лишь дань моде, алчности и зависти, а не необходимость.

В результате все, кому не лень, переезжают в Краснодар. Ситуация тут же кардинально меняется - зарплаты падают, потому что соискателей тьма тьмущая. Цены на жильё растут, спрос позволяет. На дорогах пробки. Вокруг незнакомые лица, слышатся неместные диалекты. И ты уже в собственном городе чувствуешь себя чужим.

А эта чокнутая Эля? Тоже ведь откуда-то приехала. Из Сибири что ли? Я несколько дней приходил в себя после её откровений. Хорошо, что кошмары не снились.

Жаль её, конечно, но я не психолог, поэтому предоставил её самой себе. Справится.

Возня возле моей входной двери привлекает мое внимание. С удивлением смотрю на Таню, открывающую дверь своим ключом. Прямо с порога она заявляет, что останется у меня на пару дней.

- Хорошо, что не на всю жизнь,- замечаю я, равнодушно глядя, как она выкладывает из красной спортивной сумки свои вещи прямо на мой бедный диван.

- У меня в квартире ремонт. Хозяева решили срочно перестелить пол. Это официальная версия. Но я то знаю, что они поссорились, и Мишке некуда идти. Через пару дней жена позовёт его обратно, и я от тебя съеду. Вот такая чемоданная последовательность.

- Ладно, только сильно не располагайся, и мне место оставь.

- Сев, ты душка! – Она целует меня в щёку, и лёгкий аромат Kenzo, напоминает мне, что ещё в феврале я собирался предложить ей стать моей девушкой. Какой же я был осёл!

Таня мне очень напоминает Светку. Я долго присматривался к этой девушке с ресепшена тренажёрки, мысленно крутя её то в одну, то в другую сторону. Потом понял, что прав и пошёл в магазин за подарком. Танька, как и Света, обожала всё модное. Флакон с дорогим ароматом стал идеальным выбором.

- Как думаешь, получится? - спрашивает Таня, ловко подпиливая ногти.

-Ты про что? - не понимаю я.

-Сев, ты со мной? Он будет меня ревновать? – она пытливо смотрит на меня.

Светка тоже вот так вот на меня смотрела своим изумительными синими глазами. Она подмигивала мне, подмаргивала, пока я не начинал смеяться. Потом я делал то, чего ей очень хотелось: что-то ей покупал, куда-нибудь шёл с ней или решал её проблемы.

После этого она обнимала меня, трепала по голове и говорила:

- Севка, какой же ты хороший!

- Слушай, это просто здорово, что у тебя до сих пор никого нет! Ты, как гей-подружка, мужчина, не таящий в себе опасность, – мурлычет Таня уже у меня под мышкой, сдувая очередной слой лака.

-Чего? – я отталкиваю её от себя. Вот это разговоры!- Что за сравнения? Вообще больная? Какая я тебе подружка?

Таня испуганно хлопает ресницами:

- Я без всякого же! Я не в обиду! В Америке, например, это очень модно!- она дирижирует своими руками, чуть не поав мне пилкой в живот.

- Таня, я не гей! И ты в этом сама убеждалась ни раз! Если простое «извини» для тебя неподъёмно, то просто закрой рот!

Ей повезло! Надо же, удобно! Порадоваться что ли за неё? Живу для других – даю ночлег бездомным, выгуливаю убогих. Когда повезёт мне?

Этот вопрос зависает в воздухе, зацепившись за луч не выключенных фар моей машины за окном. Если сядет аккумулятор, шкала моего невезения поднимется ещё выше.

В машине у меня возникает желание покататься. Всё лучше, чем возвращаться к Светке, то есть Таньке. Задолбало!!!

Глава 16

Эля

Сидеть вечерами без бабушки очень тоскливо. Не хватает её ворчания и энтузиазма. Иногда мне казалось, что она рада переезду больше, чем я. Это при том, что она оставила в Омске куда больше жизни, друзей, воспоминаний. Ей реально, было, что бросать, а я, кажется, так ничем и не обросла, не приобрела ничего. У меня была бабушка и всё. Этого было достаточно.

Её потенциала хватило бы на десятерых и сил тоже, и настроения. Она дерево, крепкое и сильное, я же паразит, который оплетает его ствол и вытягивает из него соки.

Да, мне стыдно, что я не делаю ничего, только помогаю ей. Я всегда на подхвате, но никогда не начинаю сама. Она любит меня, и я питаюсь её любовью, без неё я погибну.

Допивая холодный чай, я понимаю, что жалеть себя хоть и приятно, но совершенно бессмысленно. Бабушку скоро выпишут, а я ещё даже вещи толком не распаковала. Хороша! Вот и повод себя проявить и отвлечься.

Я уже заканчивала переносить одежду в шкаф, когда мне послышался стук. Так, блузку повесила, брюки туда же, вот и второе белое полотенце нашлось.

Тук, тук, тук!- да ладно! Я быстро взглянула на часы- 00:32.

Стук становится настойчивей. Я беру скалку на кухне и иду к двери.

- Кто там?- сурово спрашиваю я.

- Доброй ночи! – невнятно приветствует меня голос Всеволода.

- Уверены? - усмехаюсь я, осторожно выглядывая на улицу.

- Нет, - он соизволил ответить на мой вопрос. – Не подумайте, что я вот так нагло приперся к вам.

- А на самом деле вы заранее предупредили меня о своём визите? – иронизирую я. Ей богу, мне сейчас не до него.

- Я шёл мимо. Увидел в окнах свет и подумал, что не помешаю вам или, по крайней мере, не разбужу. - он спотыкается на каждом слове.

- Мимо? – недоверчиво переспрашиваю.- Шли?- если я похожа на доверчивую дурочку, то он точно похож на маньяка. Вот чёрт! Как там правильно- 02, 002 или ещё как-то?

- Я был в кафе на Леваневского, это соседняя улица. За руль сесть не могу. - Покаянно вздыхает такой всегда правильный и серьёзный Сева.

- Вы пили! – Блин, маньяк и алкоголик! А я ещё, идиотка, гадала какого цвета у него глаза! Так, ситуация переходит в режим SOS, надо что-то делать!!! – Давайте, я вызову вам такси,- я обратила внимание, что на дорогах такси очень много. Чтобы быть готовой ко всему, я фотографировала их, пока они стояли в пробках, а потом сохраняла номера.

- Не-ет, слушайте Эля, не пойдёт. Я оставил машину там. Завтра вернуться вовремя за ней я не успею. И домой возвращаться не хочу, там такое… - судя по размаху его рук, двухметровый питон, не меньше.

- Может, в гостиницу?- даже в такой поздний час мой мозг работает вполне плодотворно.

- По близости нет гостиниц, - виновато объясняет он моему коврику.

- Пойдемте,- я пропускаю его в дом, пьяного малознакомого мужчину! Я осознаю всю легкомысленность своего поступка, но…. Добро пожаловать!

- Хотите есть? - из вежливости спрашиваю я. Ноутбук и серебряные ложки где-то в коробках, наличных денег в доме нет. На кухне у меня под рукой перечница, коровка в платье для фламенко, испанский сувенир - с ней я чувствую себя вполне уверенно.

- Хочу,- он с третьей попытки садится на табурет у стола. Сама скромность!

- Хорошо,- киваю я. Мой вопрос риторический, на согласие я не рассчитывала. Ну, что ж! - Может, омлет?

- Пусть будет омлет, - он согласно мотает головой, и, кажется, морщится.

Я быстро взбиваю в миске яйца, молоко, специи, добавляю чуть-чуть зелени. Ставлю сковороду на огонь. Чем быстрей он поест, тем быстрее мы разойдемся по комнатам.

Я замечаю, его голова упала на стол, и меняю тактику. Отправляю на сковороду несколько ломтиков ветчины. Наблюдая за ним, добавляю в блюдо всё новые и новые ингредиенты. Надеюсь, что когда обернусь, увижу его уже спящим. Но он, наоборот, приходит в себя, выпрямляется и начинает постукивать по столешнице баночкой с зубочистками. Этот звук мне даже напоминает какой-то марш.

- Приятного аппетита! – я ставлю перед ним полную тарелку и сажусь напротив.

- Вы не составите мне компанию? Не люблю, есть в одиночестве,- неплохая идея, про ужин я сегодня забыла совсем.

- Да, конечно! - я торопливо подхватываю лопаткой кусок омлета, и он благополучно шлёпается мне на ноги.

Я переодеваюсь в то, что первое попадается на глаза - кораллового цвета сарафан, кружевная срамота. Он появился в моём гардеробе благодаря маме. Это была её тщетная попытка придать мне пристойный вид. Минимум длины, множество ажурных воланов, широкие аляпистые лямки, упавшими крылышками ложатся на мои широкие плечи. И в этом я, по маминой версии, я должна была обрести лёгкость и изящество? Я как раз не нашла для него вешалку, и он висел на дверце шкафа. Что ж, Сева не будет судить строго, я надеюсь.

Похоже, он не притрагивался к еде, ждёт меня. Воплощение галантности или паранойи? Я быстро сажусь на свой стул. Вечер затянулся. Собственные голые колени нервируют. Хотя нервирует на самом деле всё: ночной гость, незаконченные дела, запах алкоголя с примесью шоколада, мой мандраж. Что это такое? Сева сидит перед моим носом, молча ест, умиротворенно разглядывает перец, кукурузу, помидоры, красные кольца лука в своей тарелке. Я чувствую, что он не опасен. Но меня колотит, и это не от холода, и не от страха. Что тогда? Почему мне хочется сесть поближе ? Убираю руки от своего табурета, чтобы они сами не подвинули его незаметно для меня.

Почему я рада, что Сева здесь? Он мог отправиться куда угодно, у него наверняка есть и родственники и друзья. А он пришёл ко мне! Вот дура! Сижу и думаю всякую ерунду. Надо мыслить конструктивно, подумать, чем себя завтра занять. Точно. Дел ещё много. И они меня ждут.

- Спасибо, омлет бесподобен!- гость, кажется, остался доволен. Я смотрю на его уставшее лицо: лоб пересекают три незначительные морщины, маленькие морщинки собрались вокруг его теплых пепельно-серых глаз, рот упрямо сжат, как будто он чему-то сопротивляется. Глаза медленно закрываются. Да, он засыпает! Я усмехнулась. Типичный мужчина - еда, сон, и он вполне счастлив. Мужчина, который пришёл ко мне… Нет, никаких фантазий! Уборка, мытьё посуды, душ, крепкий сон. Вот идеальная последовательность, которую я наконец-то выстроила в голове. Приступим.

Я тихо, как вор, убираю со стола, задвигаю свой стул и включаю воду тонкой струйкой. Мне остаётся только всё помыть, и этот вечер закончится, когда последняя тарелка займёт своё место в сушилке.

- Почему вы себя так ведёте? - я вздрагиваю от его язвительного тона, и вилка с пронзительным звоном падает на гранитный пол. Сева здорово меня напугал.

- Что вы имеете в виду?- мне неприятен его внезапный вопрос и резкое пробуждение. А может, он не спал, а подглядывал за мной?

Да, этот человек бывает резким, раздражительным, задумчивым. Бывает сердитым. НО он помог мне в беде и нравится бабушке. Нет, конечно, он не злодей. Наверное, я просто отвыкла от общения с мужчинами.

Я выжидающе смотрю на него. Он лениво сканирует меня. Я самой себе кажусь виноватой, но ведь это не так!

Сева сбивает меня с толку. Каждый раз, когда мы встречаемся, я не знаю, как себя с ним вести. Я определённо не соответствую его представлениям о женщине. Его присутствие выглядит, как одолжение. Ему не интересно, что я говорю. Но сегодня я постаралась всё сделать, как надо: проявила гостеприимство, накормила его. Да это был лучший омлет в моей жизни! А этот мужчина сидит и осуждает меня!

- Что вы имеете в виду? – закипаю я.

- Вы еле дышите, ходите на цыпочках, и стараетесь не греметь посудой, - обвиняет он.

- Может быть, потому что я не хочу потревожить ваш сон? - меня раздражает, что он не понимает очевидного.

- Хм. Я понял ваш мотив, но для меня это странно. Я пьяный пришёл к вам домой, вы накормили меня, ещё и беспокоитесь о моём сне. Вы святая?- Это определённо не комплимент. Дурак неблагодарный! Его ехидные интонации бьют по моим нервам. Вибрации его вкрадчивого голоса буквально ощущаю кожей. Пошёл ты!

- Всеволод, представляете, есть такая вещь, как этикет и воспитание, - мой голос на пределе. Староват он для нотаций, но всё же.

- Это две вещи, - поправляет он.

- Вы умеете считать! - я уже откровенно злюсь.

- Меня бесит это обращение «Вы». Может, вернемся в век 21? Эля, неужели за неделю знакомства, мы не наговорились, чтобы перейти к более дружескому общению? - Опять упрекает? Он морщится, но голос вполне решительный. Что с ним происходит?

- Хорошо, согласна,- я протягиваю ему руку. Всё это, конечно, очень глупо, но протягиваю.

- Значит, теперь на «ты», Тем более, я ночую у тебя,- Сева нервно сглатывает, не принимает мой жест, пятится к двери. - Где я могу лечь? - его дыхание сбивается, он бледнеет прямо на глазах. Я иду на него, он занял собой весь дверной проём. Мы сталкиваемся. - Эля!

Ах, да, я ещё ему не ответила. Я всем телом чувствую его тепло, его присутствие здесь. Он снова заговорил про ночлег? Меня трясёт. Я заболела? Он тоже не выглядит здоровым. Я смотрю прямо в его глаза, теперь они со стальным блеском, сверкают, как лезвие. Не хотела бы я стать блюдом, которое будет приготовлено с помощью такого ножа. Он не отводит взгляд. Решительный и сильный. Здесь. Со мной. Почему?

- Эля! - я вздрагиваю от его голоса. А мне сейчас не хочется говорить и не хочется слышать. Я так поглощена его видом, что ничего не соображаю.

Он касается моего плеча и поправляет лямку дурацкого сарафана. Его пальцы путаются в розовых кружевах.

- У тебя здесь…- его голос хриплый, совершенно незнакомый для меня, он поглаживает мои руки и внезапно притягивает к себе. Мы оказываемся слишком близко, и я понимаю, что это тупик. Или продолжение?

Глава 17

Сева

Я сожалею. Как любой порядочный мужчина, я сожалею. Хотя… где взять сожаление в час ночи с бутылкой виски внутри?

Да, я мог бы сделать пару звонков, и кто-нибудь из друзей приютил бы меня. Но я почему-то пришёл сюда. Парадокс! Немыслимо! Реально, даже не пытайтесь понять, как это случилось. Я не понимаю, вы не поймёте тем более.

Я вижу свет в её окнах, значит, у меня есть шанс. Я смотрю на неё со скалкой в руке, наверное, я пугаю её. Она вся растрёпанная, помятая.

Пусть просто выгонит меня и всё! И я честно уйду. Но Эля ведётся на мой треп, и я остаюсь. Девочка, ты ошибаешься!

Она предлагает мне омлет, и я убеждаюсь в том, что передо мной полная дура! Как можно вести себя так с мужчиной? Какой омлет? Гони меня к черту!

Я веду себя адекватно, хотя меня жутко штормит. Я спокойно сижу на стуле, от её суеты у меня кружится голова и слегка подташнивает. Если закрыть глаза, становится легче, так и делаю.

Я верю в Элю до тех пор, пока не появляется её пёстрый омлет на ядовито-розовой тарелке. Я верю в себя, пока она ни переодевается в кружевной сарафан. О, мой Бог! Оказывается, под её бесформенными тряпками скрывались стройные ноги и достаточно высокая грудь, смелая «троечка». Она себя в зеркале видела? Учитывая, что переоделась она очень быстро, вряд ли она себя оценила. Пытаясь, отвлечься от её соблазнительного вида, я отважно берусь за блюдо.

Хотите вернуть мужчину с небес на землю? Накормите его какой-нибудь дрянью! Шкала его интереса и вожделения быстро опустится вниз. Я пережевываю сырые овощи и яичную скорлупу, стараясь быть любезным. Эля ест вполне спокойно, возможно, она готовит так всегда. Надо уходить отсюда, пока жив.

Она выдаёт свой фирменный вздох, её грудь, обтянутая тонкой прозрачной тканью при этом приподымается, и я понимаю, что никуда не уйду. Я просто обязан остаться с такой грудью. Спасите меня!

Я наблюдаю, как она убирает со стола и моет посуду. Если вы думаете, что я испытываю при этом умиротворение и благодарность, то не фига. Я очень зол. На неё. За то, что она такая доверчивая, любезная, приветливая, гостеприимная. А я мысленно уже держу её в своих руках, без этих пурпурных лоскутков. Я так возбуждён, что мой тестостерон уже плещется в районе затылка. Такой реакции у меня не было очень давно. А была ли вообще? Не помню. Какая разница? Я хочу эту ненормальную инфантильную девицу. Хочу так, что мои руки дрожат, а сердце отбивает набат. Меня пугает такая реакция, это неправильно. Ножкина – нелепая и жалкая девочка, она не мой тип, я не обижаю убогих.

Надо просто нахамить ей, она выгонит меня, и всё станет на свои места.

-Почему вы себя так ведёте? – резко спрашиваю я. Меня реально бесит её деликатность и предупредительность. Она вздрагивает, роняет вилку.

-Что вы имеете в виду? – она недовольна. Её веснушки вспыхивают на румяном овальном личике.

-Итак? – я тупо считаю пятнышки на её удивительно ровном носу, она не отступает. Я чувствую её злость и возмущение. Я приближаюсь к цели.

-Вы еле дышите, ходите на цыпочках, и стараетесь не греметь посудой, – обвиняю я. Мне было бы проще, если бы она болтала, сплетничала, оставила посуду на завтра, как все девушки, которые мне встречались. Но нет, она, видно, решила свести меня с ума.

-Может быть, потому что я не хотела потревожить ваш сон? – её простое и такое элементарное объяснение окончательно убеждает меня в том, что я непроходимая скотина.

-Хм. Я понял ваш мотив, но для меня это странно. Я пьяный пришёл к вам домой, вы накормили меня, ещё и беспокоитесь о моём сне. Вы святая? - Я не сдамся! Веди себя так, как принято в нормальном обществе! Хватит строить из себя сказочную принцессу! Неужели ты не понимаешь, зачем я здесь? Эй!

-Всеволод, представляете, есть такая вещь, как этикет и воспитание! - Она что читает мои мысли? Конечно, по правилам этикета, наверное, ни в одной стране не предусмотрено перемещаться из-за стола прямо в постель хозяйки дома. Ух, Эля у тебя последний шанс!

-Это две вещи. Согласитесь, этикет и воспитание - два понятия, не одно. - Хороший повод её допечь.

-Вы умеете считать! - она краснеет, крылышки носа трепещут, зеленые глаза мечут молнии. Отлично!

-Меня бесит это обращение «Вы». Может, вернемся в век 21? Эля, неужели за неделю знакомства, мы не наговорились, чтобы перейти к более дружескому общению? - Я откровенно провоцирую её. Смеюсь над ней. Что я несу? Разве к этому я хотел привести наш диалог?

-Хорошо, согласна, - она слышала, как захлопнулся капкан? Я точно услышал.

-Значит, теперь на «ты», тем более, я ночую у тебя! - я улыбаюсь ей самой обворожительной улыбкой. Можно претвориться, что это обычная ночёвка у друга. Интересно, я могу уже считать её другом? - Где я могу лечь? - развязка близка и я почему - то нервничаю. Я иду спиной вперед к выходу из комнаты. По логике моё место будет где-то там. Эля испуганно смотрит на меня. Она вся дрожит! Я так страшен? - Эля! - я пытаюсь вывести её из ступора. Она смотрит на меня, затягивая своими омутами в бездну. Она в замешательстве, она пышет жаром. Я не могу оторвать от неё свой взгляд, я так увлечённо любуюсь ею, что застреваю в двери и она, двигаясь в мою сторону, сталкивается со мной. Я замечаю перекрученную бретельку сарафана на её незагорелом плече:

—– У тебя здесь… - я слышу, как будто со стороны, свой охрипший голос, моя рука уже тянется к ней. Эля судорожно вздыхает и закрывает глаза. Я не обману её ожидания.

Глава 18

Сева

Я иду по огромному саду. Вокруг невысокие стройные деревья. Поднимаю голову и вижу персики. Большие румяные плоды проглядывают сквозь зелёную листву. Лёгкий ветерок шелестит в кронах и разносит сладчайший запах повсюду. Прямо надо мной свисает тяжёлая ветка с плодами. Я тянусь к самому соблазнительному, с тёмно-красным бочком, персику. Видимо, ему солнца доставалось больше, чем остальным, его бархатная кожица впитала в себя все краски летнего солнца: от розового рассвета с одной стороны до горячего зенита снизу и багряного заката с того бока, который и привлёк мой взгляд. Я беру его и ощущаю мягкость и нежность под своими пальцами. Ветер усиливается, и сквозь трепет листьев и шорох веток я слышу песню:

Небо похоже на холст.

Солнце похоже на воск,

Но не могу я ни дня без тебя…

Энергичный гитарный бой и проникновенный голос Шклярского - младшего настойчиво взывает ко мне. Будильник!

Я быстро открываю глаза. На моей руке щека. Вот это дела! Я оглядываюсь по сторонам - это точно не моя комната, и не Танькина, нет тошнотворного лососевого цвета стен. Я смотрю на кровать и вижу, что рядом спит Эля.

Знаете, что чувствует в такой момент нормальный мужик? Желание свалить! Не имеют значение ни отросшая за ночь щетина, ни запах изо рта, даже в туалет не хочется. Свалить как можно быстрее … и дальше.

И волшебный портал не нужен, чтобы через мгновение исчезнуть из кровати, мы, мужчины справляемся без чудес техники. Кстати, мне тоже пора переместиться, иначе дурацкой ситуации не избежать!

Эля, закутанная в оранжевый плед, лежит лицом ко мне, ржавые волосы разметались по подушке, открыв её лицо. Веснушчатый нос, длинный, как у рыбы рот, не красавица совсем! И как меня угораздило? Для меня категорически не приемлем секс в знак благодарности, секс благотворительный или из жалости. Бред ведь! В моей постели только желанные женщины.

Быстро разобрав кучу с вещами, я сматываюсь.

На склад я еду на маршрутке. Первая поездка на общественном транспорте за несколько лет. Я отвык от посторонних лиц, которые постоянно ко мне прижимаются и ворчат, не переставая. Откуда столько негатива ранним утром? С Элей, кажется, спал только я.

Конечно, я опоздал на работу, потому что ни черта не знаю о городских остановках и скорости маршруток. Я выхожу на Уральской и смотрю по сторонам, мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, в какую сторону идти.

В отличие от меня Палыч, наш завгар, собран и прекрасно ориентирован. Несколько ориентиров он указал и мне, приветствуя моё опоздание и лёгкое амбре.

- И какого хрена ты вообще тогда пришёл? – спрашивает он меня, жмурясь от аромата вчерашнего виски. Поверьте, в бокале он пах гораздо приятнее.

- У меня рабочий день, - напоминаю я. Знаю, что вопрос риторический, и Палыч скоро успокоится, но всё равно что-то пытаюсь говорить. Самому от себя тошно.

- Сегодня будешь за грузчика. Часов до трёх поработаешь и вали отсыпаться. Понял? - для профилактики он окидывает меня ещё одним суровым взглядом и оставляет наедине с кучей коробок. Что ж, добейте меня уже! Ничего хорошего меня сегодня точно не ждёт!

Глава 19

Эля

Так тщательно я претворялась спящей только, когда бабушка ставила под ёлку домик для Барби. И это не было потрясением для меня, мне уже было девять, и я догадывалась, что Дед Мороз - вымысел. Мне не хотелось расстраивать бабушку.

Я не позволила ему уйти, я хотела, чтобы он ушёл. Вот и всё.

Знаете, чем отличаются женщины, бывшие в браке, от незамужних? Они не питают иллюзий, они циничнее и холоднее. Я бы не побежала готовить ему завтрак. Это не мой мужчина. Между нами ничего нет.

Первым делом я звоню бабушке, спрашиваю о её самочувствии. Потом берусь за дела, которые запланировала вчера до появления Севы. Нет, я не буду вспоминать о нём, раскладывать свои ощущения по полочкам, это неблагодарное дело. Я…я… почищу ковёр.

Натирая стёкла, пропалывая клумбу, готовя обед, я чувствую себя бессильной. Я наказываю себя за случившееся и оттягиваю время до встречи с бабушкой.

Я боюсь, что она сразу всё поймёт, с первого взгляда, как только я открою дверь. Это я в зеркале вижу не смытую тушь, заросшие брови, прыщик на переносице, а она? Вдруг она заметит стыд? Вдруг она почувствует мой страх?

Нет, конечно, я не стану ей рассказывать, гордиться тут не чем. Я просто узнаю, как у неё дела, мы поболтаем.

До окончания приёмных часов остается 20 минут, этого времени хватит, чтобы побыть с бабушкой и не проколоться. Я лёгкой и твёрдой походкой вхожу в палату и…он здесь!

Глава 20

Сева

Я сразу замечаю её огромную лохматую голову, хоть она тут же скрылась за дверью. Почему она не зашла? В конце концов, это её бабушка, не моя.

Лидия Николаевна жалуется на грубость медсестёр, показывает мне синяки от капельниц, рассказывает о своей новой подруге и даже не догадывается, что вчера я делал с её бедной Элечкой.

Почему я вспоминаю об этом? Почему мне неловко сидеть здесь? На ум даже приходит слово «Стыд». Всё, хватит самокопания, я не такой. Я встаю, прикрываю окно, чтобы не было сквозняка в палате, и прощаюсь.

Я не грешник, и сюда я пришёл не за отпущением грехов, просто визит вежливости. Да, я очень вежливый парень. Я кавалер!

На кушетке в коридоре сидит мой кошмарный сон. Эля тут же подскакивает и бросается на меня. Похоже, объяснений не избежать.

- Послушай!

- Я надеюсь, ты ничего не рассказал бабушке? - она, действительно, перешла на «ты». Мне стоит этому радоваться?

Стоп, о чём она меня только что спросила? О том, не идиот ли, я? Есть ли у меня мозги?

- Зачем мне это рассказывать? – я возмущён, настолько, что мне хочется её встряхнуть. Именно это я и делаю.

- Я на всякий случай спросила! -Эля испуганно дрожит в моих руках. Чёрт, её тело в такой близости со мной меня возбуждает! В больнице, на глазах у персонала! Я держу её за плечи, но мысленно прижимаю к себе, вижу её пульсацию на ключице, дышу её персиковым запахом, исходящим от волос. Чёртов больной извращенец! Это Эля, а не девочка с обложки. Придурок!

-Эля! - Я извинюсь перед ней за вчерашнее. А потом уйду на все четыре стороны. Не уйду, а сбегу на хрен отсюда!

- Не смей! - она резко вырывается, не давая продолжить. Ого! Она телепат? Её глазищи полыхают зелёным огнем, и я отступаю, давая ей пройти в палату. Что с ней?

Глава 21

Эля

Я продержалась у бабушки целых 10 минут. Я старательно смотрела ей в глаза, рассказывала, как провела день, и чувствовала себя непроходимой лгуньей. Меня не волновали цветы, продукты в холодильнике, вообще ничего, кроме того, что Сева хотел передо мной извиниться.

Я так много говорила, что бабуля предложила мне минералку. Она заметила, что я возбуждена, но я всё свалила на усталость. Десять минут у меня не закрывался рот, я выпила три стакана воды. Бабушка ни о чём не догадалась, но облегчения я не испытала. Он собирался извиниться передо мной!!!!

Я аккуратно закрываю за собой дверь, я очень стараюсь успокоиться. Я спускаюсь на первый этаж и замечаю его. За что?

Наверное, именно так начинается шизофрения. Я всю жизнь, как черепаха, ношу с собой свой багаж. Там аккуратно уложены принципы, правила, взгляды, мораль, представление о нравственности. Я знаю, как надо себя вести. Я понимаю, что Сева для меня чужой человек, даже после этой ночи. Нас ничего не связывает.

Но вдруг я вижу себя рядом с ним, я чувствую под своими руками его лёгкую щетину. Мои губы дотягиваются до его виска. Это провал! Мой мозг начинает отдавать команды к отступлению - это реакция на бездействие Севы. Он замер и просто смотрит на меня своими серыми глазами. Мне холодно от этого взгляда. Я должна бежать, но я всё ещё здесь. Его запах заполняет мои лёгкие. Я не знаю, чем именно он пахнет, я знаю, как он пахнет, как незнакомый привлекательный мужчина. Ох!

Его висок пульсирует под моими губами. Через несколько ударов моего сердца я слышу его судорожный вздох и понимаю, что он пришёл в себя. Оцепенение закончилось. У обоих. Чары рассеялись, и до того, как я превращусь в тыкву, надо сбежать. Я убираю руку. Отстраняюсь от него. Теперь я свободна. Через секунду между нами уже расстояние.

Существует выражение «Красиво уйти». Знайте, что это адски трудно - высоко поднять голову, эффектно хлопнуть дверью, звонко постучать каблучками, оставив последнее слово за собой.

Блин, тут хоть бы уцелеть после бесславного побега!!! Я цепляюсь о порог, что-то отрывается от туфли, палец на ноге начинает дико пульсировать. Эта резкая обжигающая боль отвлекает меня от позора. Я, как песок, рассыпала чувство собственного достоинства и никак не могу его собрать. Может, оно мне уже и не пригодится? А что? Минуту назад я прекрасно обошлась без него. Я ковыляю на трамвайную остановку. Говорят, в Краснодаре это самый быстрый вид транспорта.

Глава 22

Сева

Я решил её дождаться. Может, надо было оставить её, злую, возбуждённую, но я хочу попытаться ещё раз. В конце концов, это была моя инициатива, это я пришёл к ней посреди ночи. Это я должен был просить прощение за содеянное.

Я готов к разговору, но не к её появлению. Она увидела меня и сразу подошла. Я будто знал, что она меня поцелует. Я ждал, когда она прикоснётся ко мне. Но её действия почему-то всё равно застали меня врасплох.

У меня была Светка. У меня были и другие девушки. У меня была вполне активная и интересная жизнь. Мне уже больше 30 лет. Так какого чёрта я веду себя, как мальчишка?

Её рука слегка дрожит, пальцы очень теплы и медлительны. Я прислушиваюсь к каждому её прикосновению, я замираю от той нежности, которую она даёт мне. Эля нелепа в своей неопытности и столь же прекрасна. Я не хочу разочаровать её и не хочу обнадёживать.

Меня пугают её неловкие, спонтанные ласки, но ещё больше меня пугает моя собственная реакция на неё. Я тщетно пытаюсь отдышаться. Кажется, даже закружилась голова. Я, как в тумане, а эта девчонка смотрит на меня.

Потом Эля уходит. Будто очнулась, дёрнулась и пошла к выходу. Пусть идёт! Как можно быстрее! Я не хочу её обижать. Ей и так досталось. Отвлекаюсь на плакат о профилактике ЗПП, висящий на стене. Как будто освобождаю её от своего пространства.

Несмотря на непростую ситуацию, а, может, она наоборот слишком простая, мне приходится вернуться за брошенной машиной. Вспоминаю вчерашний маршрут. И проделываю его снова.

Я вхожу в её дом под громкую музыку. В дверях кухни замечаю её танцующую фигуру. Вся в лучах заходящего солнца она вертится и жонглирует луковицами. Я не собираюсь пропускать такое шоу, поэтому стараюсь ничем не выдать своё присутствие. Сейчас она спиной ко мне. На ней белое платье в розовую полоску, больше похожее на ночнушку, но это не важно. Важно, что при каждом взмахе её рук, подол платья поднимается до критической черты. И я ловлю себя на мысли, что пялюсь на её неидеальные формы. Хотя…вчера ночью я точно думал иначе…Всё забыли!

Может, сейчас я хочу разочароваться?

Эля умело подбрасывает луковицы, но судя по количеству шелухи на полу, это ей удалось не сразу. Когда в очередном пируэте она поворачивается в мою сторону, я делаю вид, что только что вошёл. Но зигзаги между её широкими медными бровями дают понять, что выгляжу я сомнительно.

-Привет! - глупо улыбаюсь я.

-Привет! - она собирает луковицы по всему полу. А я не отвожу глаз от её подола.

-Можно воды? - мне реально жарко. Интересно, какая у меня сейчас температура?

-Я говорю можно! - где-то рядом слышится раздражённый голос Эли.

Я стараюсь отвернуться от широкой розовой полосы на краю её платья и посмотреть в сторону раковины.

-Ты что-то готовишь? - мне очень хочется найти нейтральную тему для разговора. Любую, даже о способе размножения мадагаскарских тараканов! Хотя нет, о размножении не надо!

-Суп, французский луковый суп,- она выбрасывает шелуху в мусорное ведро, – утром я сделала заготовку, осталось только запечь.

- Прости? Ты запекаешь суп?

-Да,- она пожимает плечами и достает хлеб.

-Первый раз слышу такой рецепт, - Наверное, в далёком прошлом французские крестьяне ели с удовольствием свою луковую похлёбку, а за неимением газовых плит, готовили в печи. Но сейчас? Всё это было очень странно. Но с Элей по-другому ведь и не может быть?!

-Эля!

-Да?- она отвлекается от сервировки.

-Ты догадываешься, зачем я пришёл? - она молчит и этим совсем не помогает мне. - Я вчера вёл себя недопустимо. Бабушке я точно ничего бы рассказывать не стал, потому что знаю, что это мерзко.

-Что мерзко? - её голос дрожит. Глаза мерцают, как две звёздочки, которые постепенно погружаются в воду. Эля тщательно сдерживает слёзы.

Я злюсь на себя и на неё. Почему из всех моих слов она вырвала из контекста только слово «мерзко» ?!

-Я мерзкий! Я плохо поступил. - Вспомнил себя шестилетнего, когда нашёл припрятанные к Пасхе конфеты, и все съел. Интересно, сейчас ситуация похожая?

-Я! - вдруг выкрикивает Эля мне прямо в лицо. Она, видимо, решила все мои слова использовать против меня. - Я ушла, чтобы не слышать твои извинения. Я не хотела, чтобы ты снова приходил сюда и распинался передо мной! Ты не понимаешь, что обижаешь меня?

Я смотрю на её увеличившиеся веснушки, на красные пряди, торчащие, как антенны, на взмахи её длинных рук. Мне кажется, они поднимают ветер!

Она в бешенстве. Она не слышит моих оправданий. Она не понимает моих причин. Вся суть её криков сводится к тому, что я идиот и зря припёрся. Вот так грубо, но дословно.

-Ты пожалел о том, что пришёл, да? - она устало прислоняется к столу. Кажется, гроза прошла. Она обречённо смотрит на меня, и я понимаю, что передо мной уже не обвинитель, а осуждённая.

-Тогда или сейчас? - осторожно уточняю я.

- Тогда,- устало вздыхает она.

Мы оба вздрагиваем от сигнала кухонного таймера. Я с благодарностью смотрю на этот гаджет в виде мандарина со стрелочками, а Эля открывает духовку. Я стою рядом с дверью, и у меня есть пара минут, пока она вынет горшочки с супом. Но я хватаю со стола полотенце и помогаю ей с горячей посудой.

Глава 23

Эля

Он сидит прямо передо мной, как и вчера, ест суп. Разглядывает содержимое горшочка, мешает ложкой, осторожно трогает губами сырную корочку. Вам знакомо это странное ощущение, как будто время остановилось, и вы возвращаетесь в прошлый момент? Как будто никуда не уходили? Сева за моим столом именно этот момент! Боюсь, что привыкну.

Почти не злюсь. Я выплеснула столько эмоций, что мой внутренний огонь потух, в нём только тлеют угольки, но они уже не причинят вреда.

Сейчас я могу смело сказать, что хочу, чтобы он смотрел не в тарелку, а на меня. Я такая смелая, что готова лететь в космос. Без вопросов!

Сева съел всё. А потом помог мне помыть посуду. Он такой услужливый и предупредительный, что это настораживает. Когда последняя ложка засияла в его руках, я задаю ему прямой вопрос:

- Почему ты настаиваешь на извинениях? Почему не оставляешь меня в покое? - Кажется, это уже два вопроса, но они для меня неразрывны.

Он издаёт тяжёлый вздох, и я готова к приговору.

-Я повёл себя вчера очень… нагло? - он ищет подсказку в моём взгляде, но не стоит надеяться, я не дам.

-А я? - через секунду понимаю, что бросила ему спасательный круг.

-Ты? - Он явно ошеломлён.

-Да, Сева, я тоже повела себя нагло? Я тоже допустила лишнее? Я тоже виновата?

-Нет, конечно,- его брови оказываются где-то в районе макушки. С ними можно попрощаться.

-Я тоже не считаю себя виноватой. Мне кажется, что произошло то, чего мы захотели об-б-ба. - Почему я заикаюсь? - Может, сейчас, когда ты протрезвел, ты понял, что погорячился? Я далеко не красавица и прекрасно об этом знаю, но я не бросаюсь на всех подряд. А свои извинения можешь засунуть в какое-нибудь укромное место. Договорились? – Я ухожу в свою комнату. Дорогу домой он прекрасно знает.

Я сдвигаю в сторону плюшевого тигра, длинное туловище которого занимает половину кровати, потом обматываю его вокруг себя – идеальная поза для грусти.

Прошлой ночью я была определённо счастлива. Мне было легко и спокойно в руках Севы. Я забыла, что бабушка болеет, забыла, что в этом городе совсем одна. Всё исчезло. Это было волшебство. Только для меня.

Я была в эпицентре нежности, заботы, лёгкости, эйфории! Сева качал меня на волнах страсти, и мне было не страшно. Мне было очень хорошо.

Казалось, что он разделял мои чувства. Довольно мурлыкал мне в ухо, и никак не хотел меня отпускать.

Это была моя первая близость за последние четыре года. Это была самая лучшая ночь за всю мою жизнь.

А теперь надо вернуться к холодной и дурацкой реальности, где передо мной извиняются за чудесные моменты. Ненавижу!

Я вытираю набежавшую слезу хвостом своей игрушки. Хорошо, что я привезла Тима с собой, мне кажется, я больше никогда не смогу спать одна.

- Ты к себе немного несправедлива,- я напрягаюсь от знакомого голоса за спиной. Кровать слегка прогибается под чужим весом. - У тебя невероятные волосы – яркие, густые, блестящие,- он перебирает пальцами мои спутанные пряди. – У тебя нежная кожа, к которой всё время хочется прикасаться, - пальцы замирают на моём плече. - У тебя потрясающие глаза удивительного оттенка. Я не встречал таких никогда,- он поворачивает меня к себе и с печальной улыбкой рассматривает меня. - Я не жалею о нашей ночи. Я благодарен тебе, что ты разрешила мне остаться.

- Сева, я, кажется, просила тебя уйти,- не сдаюсь я.

-Кажется, я не обещал это делать. - Он наклоняется ко мне и целует в уголок губ. У меня перехватывает дыхание. Я жду, что будет дальше. Он придвигает меня к себе и ложится поудобнее. - Знаешь, сегодня был очень сложный день. Давай отдохнём,- он чмокает меня в макушку и затихает.

Глава 24

Сева

Я снова ошибся. Однозначно. Будто хожу в кромешной темноте, постоянно на что-то натыкаюсь, падаю и понимаю, что бессилен до тех пор, пока кто-нибудь не вкрутит лампочку. Но пока её вкрутить некому. Поэтому я снова в нокауте. Надоело!

Мне остается надеяться, что яичница с улыбкой-кетчупом поднимет ей настроение, когда она поймёт, что я ушёл. Кажется, мы расстались на более чем приятной ноте, поэтому она не обидится и не расстроится. Именно так я и буду думать.

Вчера я точно был придурком - плёл ей про волосы, кожу, глаза, весь такой слюнявый и приторный. И она мне поверила!! Народ, где мой Оскар?!

Первое, что я обнаруживаю в своей квартире - Таньку, подпевающую Егору Криду. Неужели все татуировки, крутые шмотки и провокационные клипы этот рэпер создаёт для вот таких тощих безголосых девиц? Я ни черта не понимаю!

Она замечает меня в зеркале и прекращает свой дикий вой.

-О, Сева, привет! Что-то я тебя совсем потеряла.

- Не дождёшься! – Сегодня я проснулся достаточно рано, чтобы успеть забежать домой и переодеться. Это меня радует. Хорошее начало дня поднимает настроение. Я направляюсь на лоджию за чистыми носками, и в мой нос попадает совершенно посторонний запах. Я удивлённо оглядываюсь по сторонам.

-Тань, чем это здесь пахнет? - раздражённо интересуюсь я.

-Ой, ты заметил? Я вчера ароматизатор воздуха купила. Классный, да? Иланг-иланг. - Она болтает белой пластиковой штукой у меня перед носом.

Это новые мамины духи. Тебе нравится?

Странно, что я сам не вспомнил этот аромат. На секунду показалось, что он мне неприятен. Но это не так. Не должно быть так. Мне нравится всё, что связано со Светой.

-Не надо ничего тащить в мой дом. Договорились? - Если соглашусь с этой штуковиной, Таня принесёт что-нибудь ещё. Не стоит игнорировать её попытки пустить здесь корни.

-Договорились! - моя соседка разочарованно ставит ароматизатор обратно на тумбочку.

Вот так. Не стоит покушаться на моё настроение и мою территорию. Это опасно.

Глава 25

Эля

Кажется, мы увлеклись. Его внимание, забота и предупредительность делают его всё более и более необходимым в нашей жизни. Он безотказно выполняет наши просьбы. Бабушка с ним советуется по любому поводу. Вчера, например, он отвёз её на автовокзал, она поехала к своей новой знакомой Зиночке в Горячий Ключ. Затем он молча подбросил меня до дома.

А сегодня я позвала его на чай. Правда, чай! Но по его тёплому взгляду я поняла, что чайник ставить не надо.

Сева кладёт руку на мой затылок и притягивает к себе.

-Давай не будем это никак называть. Хорошо?- Он теснее прижимает меня к себе.

Я тут же киваю. Мне это очень подходит. Более того, это единственное, что подходит мне.

-И мы не будем это комментировать. – Он шумно втягивает воздух. Я кладу голову ему на плечо, согласная с ним во всём.

-И извинений ты от меня не дождёшься, - смеётся он, поднимая меня на руки.

Я лежу в полумраке комнаты и пытаюсь понять, что происходит. Как мы дошли до этого момента? Почему он больше не пугает меня? Мне кажется, я очень скоро могу привыкнуть к нему. Мои мысли хаотичны и расслаблены, и его внезапный голос в темноте меня возвращает с небес на землю.

-Светка! Моя Светка!-по спящему лицу пробегает улыбка.

А ведь ничего не предвещало таких сюрпризов! Но они появляются в образе какой-то Светки, которая, вероятно, пришла к Севе во сне. Меня охватывает какая-то противная беспомощность. Опять! Не хочу! Самое унизительное из самого унизительного для любой женщины - это когда твой мужчина в твоей постели произносит не твоё имя. Всё. Просто Света, а не Эля.

Сон, подсознание - чем больше об этом думаю, тем сильнее хочется его ударить. Я не стану искать для него оправданий. Что тогда будет дальше?!

Я сталкиваю его с кровати и говорю, что ему пора.

Глава 26

Сева

Резкий толчок и неожиданное падение буквально вытряхивают меня из моего сна. Я пытаюсь понять, куда делась Света, она только что сидела на своём фиолетом диванчике рядом со мной. Судя по кромешной мгле, ночь ещё не кончилась, значит Света где-то неподалёку.

-В чём дело-то? - я сижу на полу, пытаюсь дотянуться до девушки, но руки нащупывают только телефон, автоматически проверяю время на экране.

- Поздно уже. Утром соседи увидят тебя, будет неудобно, - констатирует шипящий голос из темноты.

-Я что с кровати упал? - растерянный, я уже чувствую ссадину с боку.

- Я хотела тебя разбудить, но силы не рассчитала, - обыденным тоном объясняет не Светка, черт побери, нет! Ночь скрывала от меня Элю. Конечно, видимо, именно её я и заслужил!

-Проехали.- Так по-хамски со мной обойтись и оставаться спокойной! Эта девушка меня удивляет всё больше и больше.

Приходится в темноте, свет она включать, похоже, не собирается, искать носки.

Заботливая такая, собиралась их зашить. Первая женщина после мамы, которая озадачилась моими носками.

А-а-а!!! Что-то острое впилось в мой палец. Боль адская, ничего не видно. Я на ощупь пытаюсь достать нечто, ещё раз укололся. Блин!

- Может ты всё - таки включишь свет? - спрашивает она у меня, явно намекая на моё слабоумие.

- Эля, ты трогала мои носки? - я стараюсь сдержать своё возмущение.

- Да. Зашила их вечером, пока ты принимал душ.- Не женщина, а клад! Сплошное везение!

- Я же просил их не трогать!- Спокойствие, где ты? – Ты вытащила иголку, когда закончила? - я, действительно, стараюсь.

- Конечно. Это же логично - закончить шитьё, вынуть иголку и убрать всё в специальную коробку. – Вот кто заслуживает приз за невозмутимость и хладнокровие!

Почему она до сих пор не у моих ног? Не дует на мою рану? Пару часов назад она бы поступила именно так. Да что там! Пару часов назад она спасала мой носок, хотя я её об этом не просил. Я не понимаю её совершенно, и это бесит меня сильнее боли.

-Логично?- Меня разбудили, покалечили, выгоняют на улицу. Какие эмоции я должен испытывать по пятибалльной шкале?

- Мне всё равно- 1 балл;

-Досадно слегка, но переживу- 2 балла;

- Неожиданно и обидно- 3 балла;

- Неожиданно, обидно и больно- 4 балла;

- Я в ярости- 5 баллов!!!

Спросите от чего? Пожалуйста:

От её поведения;От её отношения;От её слов!

Думаю, я вполне объективен.

- Логично? Эля, ты не можешь говорить о логике! Ты абсолютно не логична! Ты не вытащила иголку из носка! Ты спишь со мной и заботишься о своей добродетели! Тебе не нравится собственная внешность, и ты уродуешь себя ещё больше! Тебя бесят твои волосы, и ты всегда их распускаешь! Ты – психопатка! – я швыряю в неё носки, быстро натягиваю джинсы и футболку, обуваю свои любимые кеды на босу ногу и ухожу. Надеюсь, навсегда.

Глава 27

Эля

Кажется, сейчас мне всё равно. Мимо, мимо, всё мимо. Я не слышу ничего. В голове звучат его обвинения. Оказывается, он так внимателен был ко мне всё это время. Я пока не знаю, что делать с этим открытием, и просто утешаю себя: «Он думает обо мне. Он обо мне думает. Обо мне думает он».

Хлопнул дверцей. Завёл машину. Он вообще знает, что делает?

- Эля,- произношу громко и отчётливо, чтобы моё имя звуковой волной долетело до его возбуждённого мозга. – Эля,- повторяю я ещё несколько раз на всякий случай.

Глава 28

Сева

Ну вот и всё, конец этой безумной Одиссеи. Эта чокнутая навсегда ушла из моей жизни.

Боль в пальце напоминает мне о ночном происшествии. Эля была спокойнее, чем обычно. Но в этом её спокойствии было что-то ещё…без…

Неожиданный звонок в дверь сбивает меня с настойчивой мысли. Кого принесло в такую рань? За дверью стоит моя одноклассница Галя, яростная активистка, которую никогда не воспринимали всерьёз.

Она была из тех толстых краснощёких девчонок, которых все дразнят, а они находят в этом смысл, влюбляются, конечно, стихи там всякие пишут, намекают на чувства, но остаются одни.

Галя была очень навязчивой особой, целеустремлённой и последовательной, но бегала она, слава богу, не за мной. Ей нравился Колька Чехлов, она ему, естественно, нет. Чуда не случилось!

Гадкая Галя осталась гадкой Галей. Но по слухам, она-таки вышла замуж за кого-то, родила двоих детей и даже стала начальницей одного из отделений почты.

Так вот, именно она стояла передо мной:

-Привет, Быльский, а я специально пораньше к тебе заскочила, чтобы дома застать. – Её красное лицо растягивается до невероятных размеров, одаривая меня, своей не обворожительной улыбкой. - Вот приглашение на вечер встречи выпускников,- в мою руку ложится зелёный листок с замысловатым шрифтом, отпечатанный в местной типографии. Там, кажется, сейчас наша Зуева рулит.

-Ого! Неожиданно! А что так вдруг? Вроде не сезон,- удивляюсь я.

- Быльский, мы ведь в феврале так и не встретились, а у нас юбилей, между прочим! Сейчас появилась возможность собраться всем составом: Димка Чугунов в командировку приезжает из Москвы, у Вовки Ситько отпуск, Светка Давыдова прилетает по делам. В общем, не отбивайся от коллектива.

- Светка? – переспрашиваю я, не веря своим ушам.

-Ну, да, - Галя разворачивается и спускается по лестнице, а я смотрю на её широкий в клеточку зад и чувствую себя самым счастливым человеком на свете.

Глава 29

Я открываю калитку и снова прохожу через крошечный двор своих подопечных. Дверь приоткрыта. Шагнув на порог, я слышу голос Лидии Николаевны. Значит, она уже вернулась. Интересно, сколько дней я не заходил?

- Ну, и дура! А? Какая же дура! Попёрлась с ним! Только пальчиком поманил, и вот уже, нате! Рядышком лежит! Тьфу, окаянная! И он же хорош, на уме себе, лишь бы девок портить!

Я, кажется, прирос к полу. Не хотелось мне , конечно, таких разборок. Но, видимо, придётся. Хотя, можно ведь и уйти. Меня пока никто не заметил, внучку свою отчитает да, и помирятся, а я… Я просто могу сюда не возвращаться.

-Это ж надо, нравы какие! Чуть что и сразу в постель! Смотреть противно!- распаляется бабуля.

- Озон-зон-зон! - я вздрагиваю. Эта дурацкая песенка, как будто заклинание, расколдовывает меня. Конечно! Я здорово стукнул себя по лбу. Лидия Николаевна смотрит какой-то сериал! Ух! А я чуть было… ладно, стою, как пень, ни туда, ни сюда. Наконец, открываю дверь и чуть не падаю. На моём пути возвышаются гигантские ярко-оранжевые кроссовки. Её любимый цвет! Неужели у неё такой размер? Ну, и лапа! Я сдвигаю ногой эти корабли в сторону и вижу уже знакомые голубые балетки с бисерными бабочками – размер не совпадает.

- Ты чего там топчешься? - из соседней комнаты выглядывает Лидия Николаевна. – Заходи, Эля на кухне, я телевизор смотрю.

-Я понял, - с диким облегчением отвечаю я.

Напротив Эли сидит какой-то парень. Сверкая лошадиным оскалом, он увлечённо вещает:

- Когда мы на второй день спустились в долину, то увидели Терек во всей красе. Все ж думали: «Вот он! Вот он! Уже рукой подать!» а шли два дня! - Однако, у него очень длинные пальцы. Сидит, расписывает себя перед глупой девочкой. Обычно, в таких случаях рассказывают всякие слёзные истории. О спасённом котёнке, например. А этот не спасатель! Зачем так банально? Он покоритель! - Ну, искупались, конечно, порыбачили, сварили уху. Эля, а вы когда-нибудь варили уху на речной воде?

-Никогда. – Она с интересом хватает каждое его слово.

- В речной воде рыбе умирать легче! - загадочно произносит этот олень и разражается смехом.

- Даня, вы такой смешной! - хихикает Эля.

Сказать мужчине, что он смешной, это всё равно, что опустить мосты, открыть ворота и вывесить белый флаг. Можно ещё и караваем заморочиться, вина налить и выйти навстречу. Да, так картина будет гораздо полнее. Ведь «Смешной» - это не «забавный», «остроумный» или «весёлый». Это – «классный», «самый лучший» и «Я повержена».

Она закашлялась. Конечно, ржать с набитым ртом!

-Выпей воды! - командую я. Она испуганно оборачивается и хватает кружку. Парень кидается к ней и сгребает в свои лапы, надавливая на грудину.

-Всё, всё, спасибо! - Эля выдыхает со свистом, - Достаточно! Отпускайте! – её гость медленно разжимает руки.

-Вам лучше?- уточняет верзила.

-Да, спасибо, - дышит она ещё тяжело. - Сева, здравствуй, мы тебя не заметили. – Я чуть не улыбнулся от мысли, что она обратилась ко мне, как к другу. Блин, ну и что? Не хотелось бы, чтобы моя улыбка начала жить собственной жизнью.

- Ты в порядке?- чувствую, что у меня бровь задергалась.

- Да, - она изящно опускается на стул. - А это Данила, наш новый сосед. - виновато бормочет она

- Я только вчера въехал, - важно сообщает гость, протягивая мне руку, - Данила, можно Даня.

Он встаёт во весь свой огромный рост, в рябых лосинах, красных шортах, белых носках, какой-то футболке с непонятной символикой. Как будто с пробежки. На столе коробка конфет… А под мышкой, наверное, гитара?

- Нельзя.

- Почему нельзя? – непонимающе, он таращится на меня.

- Что нельзя? - Я пытаюсь сообразить, что происходит.

- Я сказал, можно Даня, вы сказали, нельзя.

Я сказал это вслух? Лажа какая-то. Конечно, нельзя говорить «Даня». При звуках этого имени любой девушке захочется потрепать его по голове или по щеке погладить. Фу!

Это, как команда к действию, «Даня» и женщины начнут приставать к нему с обнимашками и расспросами, не надо ли чего. И вот уже у этого спортсмена крылья шелестят за широкой спиной, и сладкие струны дрожат под перебором его длинных пальцев. Фу! Фу! Фу!

- Нельзя открывать окно! – придумываю я, заметив, что Эля как раз сидит у окна, - Сквозняк. – Добавил я для большей уверенности. В былые времена я отмазывался более эффектно.

- Всё в порядке, - смущённо бормочет она.

Глава 30

Порядок - это, когда всё лежит на своих местах. Это ясные цели, чистые мысли, это точное понимание окружающего.

Порядок – это не про меня. Не сейчас, когда я смотрю на него и нагло вру прямо в глаза. Я напугана его приходом. Мне кажется, что глянув на меня рядом с ним, все сразу догадаются. Я этого не хочу. Я сама ещё не догадалась, что у меня с ним. Может, и нечего боятся, и это просто фантазии. Но я кожей чувствую его взгляд. Это моя супер способность? Как ею можно воспользоваться? Нет, мне не нужны такие навыки!

Наш новый сосед оказался очень общительным, и мне не хочется его перебивать, да и раскрывал он совершенно новые для меня темы. Активный отдых, далёкие походы, сплав по реке. Когда ещё такое услышишь?

С приходом Севы мой интерес начинает угасать, но я продолжаю вникать в речь Данилы. Я гостеприимная хозяйка, вежливый человек, в конце концов. И страшная лгунья.

Я киваю Данилу, смеюсь его шуткам, ем конфеты, которые он принёс. Я чувствую себя преступницей под прицелом Севы.

Он слышал свой крик, когда я закашлялась? Он не тронулся с места, но мне полегчало только от его приказа. Горло саднило, текли слёзы, но мне реально легче только от того, что он рядом.

Он держит дистанцию между нами, и я благодарна за это, иначе просто начну захлёбываться и тонуть. Руки сами тянутся к нему, учащается сердцебиение. Может, теперь моя очередь полежать в больнице?

- Я принёс дисконтную карту для Лидии Николаевны. Очень развитая аптечная сеть и отличные скидки. – Его напряжённый голос выводит меня из ступора. Теперь я понимаю, зачем он пришёл.

– Хорошо, спасибо.

- Вы часто болеете? – Сочувственно спрашивает Данила. Какой же он чуткий!

- Это мамина, а она переехала в станицу, там нет таких аптек,- я вижу его чуть подрагивающую бровь и плотно сжимающиеся губы. Он очень суровый и неприветливый. Вон Даня весь светится, как тысяча солнц, но меня почему-то это не согревает.

- Выпьешь с нами чаю? – Мне неловко, что он стоит в дверях, а мы сидим за столом. Откажись!

- Нет, я просто загляну к Лидии Николаевне и пойду. – Настроения у него не прибавилось.

- Как хочешь,- я отворачиваюсь и занимаюсь пятном на сахарнице.

- Эля? – Ах, да! У меня же гость. – Мне показалось, вы задумались. – Вкрадчиво напоминает о себе Даня.

- Нет, я с вами. - Я ободряюще ему подмигиваю. Не стоит портить наше знакомство.

- Тогда я продолжу рассказ, если вы не против.

- Нет,- надеюсь, это не звучит двусмысленно.

Глава 31

Эля

Обидно. Очень обидно осознавать свои ошибки. Особенно, когда этой ошибкой является Сева. Он больше не приходит.

Моя вера, моя надежда, мои ожидания…Ничего не сбылось. Этот парень не вернулся. Всё.

Я снова связалась не с тем мужчиной. Добро пожаловать в начало!

На пятый день я поняла, что свою глупость и самоуверенность уже невозможно отрицать. Я снова ошиблась в человеке. Неудачница! С возвращением!

Мой вермишелевый суп в третий раз выливается на плиту, я сдаюсь и выключаю газ. Я не справляюсь даже с супом! Что уж говорить об остальном!

На меня падает огромная тень. И я уже знаю кто это. Точно не тот, кого я жду.

-Привет! - Даня, как всегда в хорошем настроении.

-Привет! - отвечаю я, уныло помешивая разваренную вермишель. На что я потратила целый час?

-Посмотри, кого я к тебе привел,- загадочно предлагает Даня.

Не может быть! В ушах звучит отбойник. Резко оборачиваюсь и вижу счастливую физиономию соседа с котёнком в руке.

Чёрт! Ну, конечно, не чёрт, а серый пушистик, но сейчас я совсем не рада. Просто не способна на положительные эмоции. В следующий раз.

-Я сегодня ездил в Горгаз, а там же парковаться негде, пришлось помыкаться по дворам. Вот и наткнулся на Толика.

-Толик?!- я не понимаю, о ком идёт речь.

-Я котёнка Толиком назвал. У меня сосед раньше был, классный пацан. Мы с ним и на рыбалку вместе и по девчонкам, и…

Я поняла, что сейчас начнётся очередное повествование. Дабы избежать насилие над своей головой я включаю гостеприимность:

-Есть хочешь? - Даня кивает и начинает аккуратно укладывать свои длинные ноги под стол.

Потом мы решаем выбраться в центр. Лучше провести день с Даней, чем заниматься самобичеванием. Мне кажется, на моих извилинах мозга скоро появятся рубцы.

Я не буду грустить, оставлю это занятие до завтра. Лучше надену лёгкое белое платье, идеальное для плюс тридцати восьми.

Даня очень навязчивый парень, но сейчас меня это не раздражает, наоборот, хочется отвлечься, хочется забыться, оказаться в другой реальности.

Выглядывая из окон его серого BMW, я обращаю внимание на Цветочные часы и предлагаю их рассмотреть поближе.

- Элька, ты такая красивая в этом платье, воздушная такая, может пофоткать тебя здесь? – нам пришлось пройти два квартала от места парковки, я слегка запыхалась, но мой спутник полон энтузиазма и уже наводит на меня объектив своего дорогого телефона, название которого я не запомнила,- Давай, давай, пошевелись немножко, ну! - Он присел, чтобы сфотографировать меня снизу.

- Камера меня не любит,- смущённо замечаю я, в то время, как Даня бесконечно щёлкает кадры.

- Это ты себя не любишь! Очень фактурная и выразительная барышня! Повернись! Пройдись, наклонись к цветам, будь естественной! - Кажется, Даня вошёл в образ фотографа.

Я начинаю ему подыгрывать, не воспринимая нашу затею всерьёз. Он почему-то мной восхищается, говорит комплименты… Жалеет? Или флиртует?

- Пошли вечером в клуб, - вдруг предлагает Данил. Флиртует, значит. - У меня тут с риэлторшей моей что-то наклёвывается, - он машет рукой, чтобы я повернулась,- Решил попытать удачу, но не агрессивно, чтобы не спугнуть. Твоё присутствие будет в самый раз, - Он умоляюще смотрит на меня.

Соглашаться? Конечно, да, если я не хочу мумифицироваться дома. Хотя погода под стать и настроение тоже…

Глава 32

Сева

Я ползу в пробке по Гаврилова со скоростью 5 км/ч. Примерно с такой же скоростью в моей голове двигаются мысли. Я чувствую, что выпал из своей нормальной жизни. Никак не могу выпихнуть Таньку из собственной квартиры, не готов к встрече класса. Блин! Что происходит? В сердцах я ударяю по рулю, тут же гудит мой автомобильный сигнал, белая «шкода» сбоку испуганно шарахается в сторону. Её водитель-пенсионер зыркает на меня, в ответ я пожимаю плечами и сквозь его окна замечаю Элю.

Да, ладно! Краснодар не такой уж и маленький город! Я проезжаю ещё пару метров и понимаю, что это на самом деле она. Ходит босиком по Цветочным часам и принимает немыслимые позы. Она нормальная? Хотя, какие могут быть вопросы? Она - нет. Но что за кульбиты на фоне фиалок? Когда я, наконец, достигаю перекрёстка, то вижу её во всей красе. И не только её. Рядом с ней кружит Данила с фотоаппаратом. Бесплатное шоу. Я брезгливо отворачиваюсь и продолжаю путь домой. Танькина очередь.

Когда вся квартира пахнет котлетами, ругаться не хочется совсем. Хочется просто сесть за стол и спокойно поужинать по-семейному. Но в свои тридцать шесть я ещё холост. Красная табуретка напротив меня пока пустует, и я никому не разрешаю садиться на неё. Её положение как бы визуализирует мою мечту о Светкином возвращении, делает её реальнее, осязаемей. Мне так кажется. Мне так спокойнее.

-Ты уже пришёл? - Таня встаёт с дивана, готовая меня обнять.

-Привет! – я игнорирую её порыв и вешаю свою сумку на дверь.

-Сегодня у нас отличный ужин -пюре, котлеты, жареные кабачки, абрикосовый компот и шарлотка! - гордо отчитывается она.

-Хорошо. Только кабачки я не люблю, а от компота изжога. Я в душ, - уверен, что она расстроилась, но я даже не оборачиваюсь.

Вернувшись на кухню, я вижу накрытый стол и Таню с тёркой в руках.

-Разве ужин ещё не готов? - уточняю я.

-Вношу коррективы,- бурчит она в ответ.

-Хорошо. - Я сажусь за стол.

Не так уж она и обижена на самом деле. Она сменила домашнюю синюю майку с Микки Маусом на белый топ с голубым цветком, в тон которому через тонкую ткань просвечивает голубой лифчик. Может, она помирилась со своим Игорем? Не меня же она хочет соблазнить в самом - то деле. Она лёгким движением поправляет свои распущенные волосы и продолжает резать помидоры. Я надеюсь, что ужинать мы будем сегодня. Я отворачиваюсь от неё и захожу в галерею телефона, нужно найти фото квитанции, которую требует от меня Палыч. Разберёмся.

-У меня всё готово,- Таня передвигает тарелки с едой, чтобы поставить блюдо с помидорами и сыром. - Приятного аппетита! - Она мило улыбается и берет себе кабачки. Может, зря я её в чём-то подозреваю?

-Спасибо,- благодарю я и приступаю к еде. - Что там с твоей квартирой? Хозяин не съехал ещё?

-Пока тишина.

-Что это значит?- не люблю недосказанности.

-Это значит, что обратно меня пока не зовут, я остаюсь у тебя. Ты же не против?

-А с Игорем у тебя как дела?

-Никак. Он обижается.

-На что обижается?

-Блин, Сева! Тебя дома не бывает! В коей-то веке пораньше пришёл, думала, поедим спокойно, чем-нибудь займёмся, а ты устраиваешь мне допрос! - она вскакивает со стула и возмущённо смотрит на меня.

-Мне просто интересно, что у тебя творится,- невозмутимо отвечаю я, потом оправляю в рот кусок котлеты и с удовольствием прожевываю. Чем не комплимент?

-Я тебе надоела, да? - вдруг обнаруживаю её на своих коленях.

-Тань?

-Да, ладно! Чего ты паришься? Я живу у тебя, мы давно знакомы, и вполне могли бы.. - Я прерываю чувственный трёп захватом её маленьких ладошек, которые смело пробираются под мою футболку. - Сев! - Она удивлённо смотрит на меня. - У тебя проблемы? - Она прикасается пальцами к моей щеке, и меня будто ударяет током. Перед глазами возникает робкое лицо Эли. Как неприятно!

- Без вариантов! - я стряхиваю её с себя, доедаю последнюю ложку и выхожу из кухни.

Мне не хочется думать, что меня выживают из собственной квартиры, и я с взглядом победителя закрываюсь на лоджии. Но кого я обманываю? Я прячусь от Таньки и её холодных рук. Этого мне точно не надо!

Спотыкаюсь о фиолетовую калошу и замечаю груду обуви «для дачи», мама ещё не всё с собой увезла. Она переехала в Динскую ещё год назад, но многое из «нужных» вещей так и не забрала. Я подталкиваю калошу ближе к её паре и замечаю забитые хламом полки стеллажа. Давно же я не заглядывал в этот угол! Я решил, что поездка к маме здорово меня взбодрит и отвлечёт от дурдома, в котором я сейчас живу. Мысленно составляю список того, что нужно отвезти в первую очередь – пустые банки, их здесь не меньше двадцати, и неожиданно за ними показывается голубой бидон с рябинкой, в нём бабушка привозила клубнику.

Эта посудина – моё детство, мама с ложкой пенки в руках, Жучка, привязанная у огорода, тоска по Светке, которая оставалась в городе, пока я у бабушки гостил. Это моё прошлое.

Но Светку я к прошлому отнести не могу, она вне рамок и времени, она со мной всегда, и своё будущее я тоже связываю с ней. До встречи выпускников остаётся неделя, тогда всё и решится. Наконец.

Мои мысли разгоняет телефонный звонок Элиной бабушки.

-Да, Лидия Николаевна.

-У тебя всё нормально? – тревожится она.

-Да, всё хорошо.

-А я новости по местному каналу смотрю, аварию показали, девять машин, представляешь? Одна машина на твою похожа, - её голос дрожит. Ну, нельзя быть такой впечатлительной!

-Я дома. Уже давно. Со мной всё в порядке, не переживайте.

-Слава богу! А то, как представила! – она совсем затихает.

-Лидия Николаевна, перестаньте об этом думать. Пусть Эля вам валерьянки нальёт.

-Эли дома нет, с Даней где-то.

-Может, мне подъехать?

Отлично, бабушка только оклемалась, а она гуляет. Ещё и с незнакомцем! А если он маньяк? Переехал в Краснодар, потому что в другом городе закончились девушки его типажа? Поулыбается ей своим лошадиным оскалом и отправит по волнам Кубани в долгий путь с перерезанным горлом.

-Сева! Сева! Связь что ли плохая, или я уже понажимала чего? - беспокойство Лидии Николаевны отрывает меня от созерцания обескровленной Эли. Бурная же у меня фантазия!

-Простите, я задумался. Выпейте лекарство, держите телефон рядом с собой, плохо себя почувствуете, сразу звоните в «Скорую». – Я очень зол. Не на Лидию Николаевну, конечно.

-Хорошо, хорошо, Сева! Сейчас и на канал другой переключусь, а там и Эля вернётся.

-Договорились, Лидия Николаевна. Пожалуйста, не болейте! – перед глазами всплывает сутулая фигурка Эли на кушетке в коридоре. Наверное, она имеет право развлечься. Но не с этим сомнительным типом.

Я отключаюсь от бабушки и набираю Элю.

-Алё! - я требовательно кричу в трубку, чтобы она сразу поняла, как я серьёзен.

-Сева? – вокруг нее орёт музыка.

-Где ты?

-В клубе «Сержант..» что-то английское, а я в нём не сильна, - она, как всегда мямлит, и этим злит меня ещё больше.

-Ок!

-Что?!

Учи английский, идиотка!

-Таня! – моя сожительница вздрагивает на диване. Опять смотрит нескончаемую Доминиану.

-Пожар что ли? – обиженно спрашивает она.

-Игорь работает барменом в «Сержанте»?

-Ну да. А что?

-Поехали туда. Не пропадать же твоему лифчику.

-Чего?! – её попытка возмутиться оставляет мою спину совершенно равнодушной.

****

Бар «Сержант..» очень модное, очень пафосное, очень популярное и вообще «Очень» местечко в Краснодаре.

И я, кажется, здесь уже как-то был на Дне Рождения приятеля. Подробностей не помню, только то, что было громко и весело.

Конечно, если хочешь пустить своей девушке пыль в глаза, а позднее не только пыль, то это абсолютно подходящий бар. Он понравится и интеллектуалкам настольными играми, и заядлым тусовщицам музыкой и ди-джеями. Голодные львицы и скучающие модницы здесь тоже найдут что-то для себя.

Элю в свете софитов и музыкальных вибрациях я себе представить не могу.

-Слушай, Сев!- не столько заискивающий голосок Тани, сколько её ручонка на моём бедре, снова включают мою злость.

-Ну?

-У тебя же скоро встреча с одноклассниками, я приглашение на холодильнике увидела. А у меня есть пара соблазнительных платьев. Вы же, мальчики, любите друг перед другом выпендриваться, - на последнем слове её рука опускается ниже.

-Мне не идут платья! - напряжённо отмечаю я. Конечно, я не корчу из себя девственника, но и изнасилованным быть не хочу.

В ответ я слышу визгливый смех. Она привычно прикрывает рот ладонью. Я освобождён!

Машину приходится оставить в нескольких кварталах от клуба, но это ничего. Мне нужно остыть. Таня чуть отстаёт от меня на своих серебристых шпильках. Я терпеливо жду её. Сейчас она мне нужна.

-Как я тебе?- отдышавшись, спрашивает она.

-Нормально.

-А волосы?

- Тоже нормально.- Она подпрыгивает от моих слов.

-Сева! Там же дресс - код! У них дресс – код!

-Что ты заладила «Дресс - код, дресс-код», как будто Барсика зовёшь. Что, нам твой благоверный не поможет?

-Откуда я знаю! Мы плохо расстались,- она дует на свою чёлку.

-Звони! – я настроен очень решительно.

-Алло, Игорёчек, привет! Я знаю, что ты на работе. Это очень важно,- только через несколько минут я понял, что надо подойти к служебному входу. Игорь уже стоит на пороге и ждёт нас.

-Так вас двое? - удивляется он.

-Сева!- я протягиваю ему руку и тут же перехожу к главному.- Игорь, у меня проблема, среди гостей клуба есть девушка, которая меня очень сильно интересует.

-Проходи контроль и добро пожаловать!

-Ты же сам видишь, что меня не пропустят!- я стою перед ним в недорогих, но очень удобных джинсах и в красном поло.

-Позвони ей, пусть выйдет,- безразлично советует он.

-Не пойдёт. Она там не одна. С ней мутный тип. Я должен показать ему, кто её парень. Расставить всех по местам. Понимаешь? - Игорь всё ещё непреклонен, и я киваю в сторону Таньки.- У тебя же тоже с девушкой нелады, а я ее, между прочим, привёз, дал шанс вашему перемирию. Ну? - я зорко слежку за реакцией Игоря. Нутром чую, что с ним договориться легче, чем с охранником. Он расслабляется и смотрит в Танькину сторону. Она же увлечённо пялится в экран телефона. - Игорь, она готовилась, собиралась, радовалась предстоящей встрече. Помоги!

-Пошли! Только у тебя пара минут, чтобы пометить территорию. Не отставай!

Мы прошли какой-то тёмный коридорчик, идя на звук, и оказались прямо за барной стойкой. Игорь быстро разлил напитки и разогнал недовольных официантов.

-Давай шевелись!- злится он. Конечно, я мешаю ему работать, это понятно. Я внимательно смотрю по сторонам и начинаю поиск. За одной из высоких перегородок я замечаю торчащую голову Данилы.

-Всем привет!- я уже стою возле их столика и вижу растрёпанную Элю с тремя пустыми стаканами. Блеск!

-О, Сева! Привет! - ослепляет своей улыбкой Данил.

-Привет!- из-за его широкого плеча выглядывает какая-то брюнетка.

-Сева, это Наташа! – комментирует здоровяк.

-Очень приятно!- я уже не смотрю на них, передо мной бордовая Эля. Как же сильно она старается улыбнуться! Нет, мои глаза не выдержат этой гримасы.

-Эля, у тебя все в порядке?- я пытаюсь заменить раздражение заботой.

-Да, да, конечно! Спасибо!- она протягивает руку к пустому стакану и опрокидывает последние капли в своё горло.

-Тебе что-нибудь заказать?

-Боюсь, что нет. Очень боюсь, - она хихикает и мотает головой.

-Сева, может, присоединишься к нам?- Данил показывает на место рядом с Элей.

-Я только подошёл поздороваться. Отдыхайте! - моё время истекает, и Данил явно ориентирован на Наташу. Моя миссия выполнена.

-Подожди! - Эля встаёт, держась за стол.- Мне нужно на воздух. Уделишь мне минутку?

-Нет проблем!

-Но сначала в туалет! - Конечно, стоит только согласиться, и ты уже не только заботливый приятель, а ещё вешалка, подставка и таксист!

-Хорошо!- вздыхаю я.

Обмениваюсь с Игорем рукопожатием и собираюсь идти.

-А что, у Таньки с Борис Борисычем всё серьёзно? - останавливает меня он.

-Не знаю, дружище, вроде нет, он ведь женатый.

-Современным девушкам это не мешает,- обречённо жалуется парень.

-Согласен! Но про тебя она часто вспоминает. Очень часто. Так что дерзай!

На улице я сразу замечаю Таньку. Она сидит на лавочке с какой-то розовой бутылкой в руках.

-Сева, за тебя!- похоже, уже надралась.

-Домой едешь?

-Я с Игорем!

-Тогда спокойной ночи!

-Сева, какой ты скучный! - Танька брезгливо морщится и отворачивается от меня.

Глава 33

Эля

Ничто так не бодрит, как чёрный кофе без сахара и прохладный кафель. Я прислоняюсь к стене возле раковины и медленно прихожу в себя. Мой разум ещё не вернулся, но дышать точно легче.

Отражение меня расстраивает – косметики на лице уже нет, кожа красная, глаза пылают лихорадочным блеском. Даже в линзах я не могу чётко сфокусировать свой взгляд. Да и, слава богу, мне не нравится, как я выгляжу. В сумке нахожу резинку и собираю свою копну в самый обычный удобный узел. Вздох облегчения. Моя шея свободна, плечи свободны. Я снова жива.

Следующий этап не менее сложный, надо найти Севу. Какая удача, что он оказался здесь! Очередной акт спасения! Наверное, стоит ему расшить плащ золотой нитью. Ох!

Клуб - это точно не для меня. Конечно, я всегда это знала, но Даня так отчаянно меня приглашал, что пришлось согласиться. Его логика была странной, он хотел, чтобы Наташа пошла с нами, не догадываясь, что это её свидание, иначе бы ее это как-то напрягало. Через пару минут общения мы все поняли, что ее ничего не напрягает, но я уже была в клубе и допивала свой первый коктейль.

Дверь выпускает меня на душный ночной воздух. На меня как будто накидывают тёплое одеяло. Но мне не холодно. Честно. Можете его с меня снять.

-Эля! - я, кажется, вижу его. Он стоит и широко улыбается. И эти его зубы! Они лучше, чем у меня. – Едем домой? - Почему меня мутит от его заботы?

-Есть другие предлож-ж-жения? - я пытаюсь справиться с собственным языком. Бой неравный.

-По-моему, ты не в состоянии продолжать,- он обнимает меня за талию, и мы уходим.

Я думаю, что вполне осилю чашку кофе в уличном кафе, но на горизонте появляется его машина. Синее разочарование. Ненавижу тебя!

-Садись! – Сева открывает мне дверь и пристегивает ремень. - Как прошёл вечер?

-Чудно!- если я буду говорить шёпотом, я буду меньше заикаться?

-Отлично! - он заводит машину, и мы едим.

-Сева! - тихонько зову его.

-Что? - он не оборачивается.

-Ты ведь мог мне просто вызвать такси.

-Мог.

-А я постоянно дёргаю тебя. Это эгоистич-ч-ч-чно.

-Эля, тебе неудобно здесь? Что-то не так? - Он не понимает, что мне плохо? У меня не голова кружится, у меня кружатся мысли, мне страшно. Сегодня утром я почти отказалась от него, а вечером он неожиданно возник, как будто это знак, что он должен быть рядом. Может, я не права в своей злости и обидах? Мне кажется я должна ему что-то сказать, но не помню, что.

-Эля, всё в порядке? Может, сиденье опустить? - он по-прежнему не сводит взгляд с дороги. Я тоже смотрю на дорогу. Должно же в ней быть что-то захватывающее, раз я не заслуживаю даже взгляда.

Когда я вижу, что он поворачивает на мою улицу, из меня вырывается крик:

- Я не хочу домой!- вот оно! Я вспомнила свою мысль и даже смогла ее озвучить!

Он молча разворачивается и меняет направление. Сева беспрекословно выполнил мою просьбу. Все мои просьбы. Его положительность зашкаливает! Он такой свежий, бодрый, спокойный, а я горю на сиденье рядом с ним. Неважно, что работает кондиционер, от меня останется горстка пепла.

Сева молчит всю дорогу. Я не узнаю те места, где мы проезжаем, он же обещал показать мне город…Вдруг он съезжает на грунтовую дорогу вниз, и я понимаю, что мы на пляже.

-Мы можем выйти на улицу, но там нас съедят комары, а можем остаться здесь. Посидишь, успокоишься, выдохнешь, наконец, - он тянется ко мне,- я не опасен.

- Ты это говоришь сейчас? После нашего… - что на меня нашло?! Я не хочу произносить это слово, оно и близко не выражает то, что я чувствую.

-Ты хочешь об этом поговорить? - он иронично поднимает бровь. Ага, сейчас!

-Не хочу! - отрезаю я, но, по-моему, он тоже не хочет.

Я зачем-то сажусь к нему на колени, он тут же откидывает своё кресло и прижимает меня к себе. Мне хочется думать, что он делает это нежно. Мне хочется думать, что ему хорошо сейчас. Мне нет. Я боюсь того, что он делает, и что думает при этом. Вдруг он просто из вежливости терпит мои поползновения? Или из жалости?! Мне страшно! Я сжимаю губы и зажмуриваю глаза. Его рука медленно и лениво гладит мою спину. Он не убирает руку! Что это значит?

Глава 34

Сева

Вид пьяной Эли ещё более ужасен, чем в нормальном состоянии. К её несусветной внешности добавились неровная походка, пунцовый цвет лица и судорожные движения. Она не знает, куда деть свои руки, её губы дрожат, а глазищи то открываются, то закрываются. Ничего, я и с этим справлюсь.

На улице она с готовностью принимает мою поддержку, и мы кое-как добираемся до машины. Всю дорогу домой она дёргается, теребит свою гриву, смотрит то в окно, то на меня, пытается что-то говорить. А потом она заявляет о нежелании ехать домой! Неожиданно! Пай-девочка Элечка решила удариться в кураж? Да она ведь даже просто сидеть не в состоянии! Я разворачиваю машину и еду к Карасунским озёрам, сидеть за рулём я устал.

Она непонимающе смотрит на меня, когда я отстёгиваю её ремень. Она вжимается в кресло и чего-то ждёт.

-Я не опасен, -улыбаюсь я.

-Ты говоришь это сейчас? После нашего… - она замолкает. Скромница.

Да, я прекрасно помню, что было между нами. Мы уже можем ничего не бояться, быть откровенными, настойчивыми даже. Но какая-то стена всё ещё разделяет нас, и меня это успокаивает. Проводить ночи вместе и расходиться –это очень легко, гораздо сложнее продолжить общение.

Сейчас я расположился за этой гипотетической стеклянной стеной. Сквозь неё смотрю на пылающую Элю и могу ничего не делать.

А она забирается ко мне на колени, и я инстинктивно прижимаю её к себе, отпуская для удобства своё сиденье. Мои руки совершенно бессознательны. Они сгребают её в охапку, и подтягивают повыше. Её кудрявый висок щекочет мою щёку. Происходит что-то ненормальное. Но разве с этой девочкой может быть что-то нормальным? Я знаю, что не должен допускать такого близкого контакта с ней. Мы типа расстались, хотя и не были вместе. Офф! У меня были девушки, я знаю, что такое быть в отношениях- это рутинный процесс с периодическими вознаграждениями. Ситуация с Элей и близко не напоминает это. Вот даже сейчас- я только что находился параллельно относительно неё, но уже весь покрыт ею.

Я провожу рукой по её спине, она скованна и напряжена. Пробегаю пальцами по всему позвоночнику, легко кружу по острым лопаткам.

-Эля, всё хорошо? - уточняю я.

-Очень хорошо, - её губы слегка касаются моего уха, дотягиваются до всех моих мурашек, провоцируют мой сильный вздох. Вместе с воздухом я обретаю понимание, что бессилен сопротивляться и отрицать. Я хочу быть здесь. С этим лохматым чудовищем. Почему-то.

Глава 35

Эля

Сева засыпает до того, как заварился его чай. Я смотрю на него и до меня доходит, что его присутствие в моём доме уже очень естественно. Или даже необходимо.

Кружку нужно отнести обратно на кухню, но вместо этого я сажусь рядом с ним. Его голова опустилась, черные, давно нестриженные пряди волос падают на загорелый лоб. Наверное, их стоит поправить, но лишь тихонько дую на них.

Мне хочется быть причастной к этому мужчине. Быть близко настолько, насколько может позволить физика, химия, психология и сам Сева. В эти минуты моя комната и я являемся его миром. Он принадлежит мне, и это ощущение порождает во мне и радость, и сомнения по поводу состояния моего рассудка.

Я просыпаюсь от звуков чужого голоса: «Нам повезло. Сейчас в Галерее отличные распродажи. Есть шанс наконец-то купить тебе костюм. Жду тебя дома!»

Я изо всех сил пытаюсь дышать, но горло как будто перекрыто. Я хватаю воздух, но это бессмысленно. А ещё меня пугает странный гул в ушах. Я рывком встаю с дивана и распахиваю окно. Воздух с улицы помогает мне справится с непонятными симптомами.

Со двора доносится Казак FM, бабуля снова копается на своей клумбе. Я дома. Все как всегда. Единственный дисбаланс- это женский голос, разбудивший меня.

- Завтракать будешь? - я оборачиваюсь к Севе, и гул в ушах возвращается с новой силой.

-Опять яичница? - в моём вопросе слишком много сарказма, но я не в силах себя контролировать.

-Гренки! - с вызовом отвечает он, - я очень привязан к яйцам.

-Сейчас приду, - бессильно отвечаю на его лицемерное предложение.

-Поспеши! У меня возникло срочное дело, - эти слова останавливают меня на полпути.

-Я тебя ни в коем случае не задерживаю, можешь позавтракать без меня.

Я запираюсь в ванной с чётким намерением провести в ней весь день.

Глава 36

Сева

Я оставляю три кусочка хлеба и мысли, что странная Эля сегодня слишком странная. Еду домой.

Танька в лёгком розовом платьице домывает посуду.

- Одежда на гладильной доске, - довольно сообщает она.

-Ого! Спасибо! - иногда с ней очень удобно.

Через пару минут я выхожу из душа и тут же попадаю в цепкие пальчики своей соседки.

-Сева, а ты и в полотенце неотразим, знаешь? – она проводит рукой по моему неприкрытому телу и прищуривает глаза. Сколько она ещё будет устраивать мне ловушки?

-Таня, кажется вчера ты помирилась с Игорем,- напоминаю я.

-Севочка, у него ещё очень много вопросов ко мне, -она тянет узел на полотенце.

-Стоп! – я резко запахиваю свою накидку. От прикосновения её рук меня буквально передергивает. – И вообще мы куда-то собирались.

-У тебя с той вчерашней всё серьёзно?! – настаивает Таня.

-Я должен был тебе об этом сообщить? - я не понимаю её претензий. Поводов надеяться и допрашивать я не давал.

- Ну мы ведь всем делимся друг с другом, - она хлопает своими гиперресницами, и я улыбаюсь, потому что сейчас она похожа на цирковую обезьянку, не более.

-Таня, фу! - я легонько отталкиваю её от себя. – У тебя куча вариантов с полотенцами, работой, жёнами, детьми, поищи там! Здесь тебе искать нечего!

Я забираю одежду в ванную, чтобы переодеться там. От греха подальше.

Обещание купить что-то и для неё мигом разглаживает морщинки на лбу неугомонной Тани. И в первую очередь мы, конечно, ищем это «что-то». Зелено-голубое платье с большими оранжевыми цветами спасает меня и мои ноги.

Танькина грудь аккуратно ложится в декольте, под которым завязан пышный бант. Она счастливо кружится передо мной, и я вынужден согласится, что этот летний нарядец ей очень идёт. Её распущенные волосы здесь в тему, и открытые взглядам ножки тоже. Перед глазами почему-то возникает Эля в белом платье на фоне цветочных часов: лёгкая, парящая, неловкая. Девушка, вызывающая не восхищение, а желание обнять, прижать к себе и не…

-Оставлять. – Я растерянно смотрю на суровое Танькино лицо.

-Что ты сказала?

-Я говорю, нельзя тебя оставлять, сразу виснуть начинаешь.

-Да ну тебя! Давай уже купим любую рубашку и поедем домой. Я очень устал.

Наслушавшись бредней о размере пуговиц, качестве ткани, длине подола и разновидностях воротника, я выбрал голубую рубашку и брюки темно-синего цвета.

За то, что я весь день провёл в магазине, я тихо ненавидел и Таньку и весь свой класс. Единственное утешение- это Светка, мой компас, моё будущее.

Глава 37

Эля

Я смогу привыкнуть к его отсутствию? Моя голова перестанет оборачиваться на дверь?

Розовый фантик замирает в моей руке, и Толик с любопытством смотрит на меня.

- Ты не наигрался? - я в пятый раз меняю ему воду и подталкиваю его. Но котёнку нужно что-то другое, как и мне.

-Утечка устранена. Хорошо, что Сева подсказал из чего сделать заплатку, ремонт шланга завершился быстрее, - отчитывается Даня.

- Спасибо! – я оживаю при упоминании о Севе. Видимо, они общаются. Ну и пусть. Я игнорирую его смс и звонки. Какой в них смысл? Дома его кто-то ждёт! При чём здесь тогда я?

- А ты решила моего котенка утопить? Воды через край! - Он указывает на мокрый пол и синюю миску.

- Мы с ним играли. Он так носился! Думала, пить захочет.

Даня хватает котёнка в охапку, как будто ему действительно что-то угрожает.

- Как Лидия Николаевна? – интересуется он, отойдя на безопасное расстояние.

- Хорошо. Ей Горячий Ключ идёт на пользу. Говорит, зря мы с покупкой поспешили, надо было там жильё присматривать.

Я ещё ни разу там не была. По рассказам бабушки, это идеальное место- в меру прохладное, в меру тёплое, дышится там легко, природа красивая. Но там нет Севы. Хотя и здесь его тоже нет.

Я устала себя ругать, правда устала. В конце концов, в чём моя вина?! В том, что я впечатлилась этим потрясающим мужчиной? Поверила ему, приняла его, ничего о нем не зная на самом деле? От возникших вопросов в голове хочется убить себя ещё сильнее! Надо срочно отбрасывать лопату, которая сначала меня прикончит, а потом закопает, и переключиться на Даню. Шланг починил, пусть теперь чинит моё настроение, эгоистично, но не смертельно, в отличие от самокопания.

- А у тебя, что с Наташей? – Может, мне тоже попрактиковаться в психоанализе? Я выжидающе смотрю на него, готовая поддержать.

- Уехала в Сочи на сделку. Меня с собой не звала. -спокойный тон моего собеседника наталкивает на мысль, что утешать никого не придётся.

- А ты бы поехал? – Я бы точно поехала, с пирогами, зонтиком, пледом, браслетом от комаров. Точно бы поехала. Но до недавних событий. Сейчас я готова только малодушно представлять себя рядом с Севой на каком-нибудь диком пляже. Болтающей с ним о всякой ерунде. На моём испанском изумрудно-зеленом покрывале.

- Не знаю даже. Мы ещё мало знакомы, - Даня равнодушно пожимает плечами и садится в кресло.

Вот они мужчины! Расставания, расстояния- всё не по чём! Спокойно продолжают заниматься своими обычными делами, как будто ничего не случилось!

А может, и правда, для них ничего не случается? Это мы всё придумываем, накручиваем и в это же и верим за десятерых. За двоих, за двоих, конечно.

-А как же Ваши свидания? Ты же так рвался с ней сблизиться! - я возмущённо стреляю в него глазами.

- Эй, Элечка, полегче! Не накидывайся! - он шутливо выставил свободную руки вперед и отшатнулся от меня. - Конфетно-букетные традиции были соблюдены, а дальше уж как пойдёт- он наклонился к Толику и начал его тормошить.

- Я и не набрасывалась,- не набрасывалась же? -Просто иногда такое равнодушие убивает,- вздыхаю я.

- Но Сева ж тебя не убил? Звонит, пишет.

- А ты откуда знаешь? – я подозрительно смотрю на него, мужская солидарность что ли?

- Он сам говорил,- Даня увлеченно драконит своего питомца, и тому определенно нравится.

- Когда Вы успели подружиться? Одно дело, позвонить ему и спросить, где лежат наши инструменты, и другое дело о личном расспрашивать, - недовольно замечаю я.

- Он спрашивал о тебе,- Даня неожиданно поднял голову и доверчиво посмотрел на меня.

- И что ты ему сказал? - я взволнованно перехожу на шёпот.

-Что ходишь мрачная, обиженная… А с обиженными сама знаешь, что делают, - он подхватывает котенка и уходит.

-Даня! Что значит мрачная? - я спешу следом за ним.

- В зеркало посмотри! - Даня, не оборачиваясь, выходит за дверь, что-то рассказывая Толику.

Глава 38

Сева

Я абсолютно готов. В зеркале я вижу идеального современного молодого человека.

Танька та ещё штучка, но в целом в моде она разбирается. Благодаря ей, мне, кажется, удалось разрушить стереотип о курьерах. Интересно, удастся произвести впечатление на своих одноклассников? Да, да, конечно, моя основная цель Света. Я не пытаюсь себя обмануть. Я пытаюсь отвлечься, не думать. Иначе, меня захлёстывает адреналин. Мне не терпится её увидеть, и это произойдёт уже через несколько минут.

- О, Сева, привет! – я замечаю своего одноклассника Вовку на крыльце.

- Ого, вот это встреча! –Мы обнимаем друг друга, похлопывая по спине.

Я рад, что он отобрал у меня последние секунды мандража.

- Наконец, ты решил к нам присоединиться! Уверен, что это только Светкина заслуга. Да? – он подмигивает мне.

- А шутки у тебя всё те же, - отвечаю я.

- Можешь не претворяться, - он толкает меня в плечо,- Если ты продолжил встречаться с ней даже после того как мы случайно переспали, твои чувства очень сильны. Это заслуживает уважения, знаешь?

Я опускаю голову в пол, замечаю каждую крапинку на коричневом мраморе, и не перестаю улыбаться. Какое эпичное начало вечера, однако!

- Ну кто-то же должен уметь любить, - и отвечаю ему таким же толчком.

Мы вместе входим в ресторан, как раньше, как два друга.

«Переспал» - очень подходящее слово для задиристого и удачливого Вовки двадцатилетней давности. Я лишь кивал и хмыкал на эти слова, никогда не принимая их всерьёз. Он всегда был очень общительным и весёлым спортсменом. Девчонки вились вокруг него разноцветными бабочками. Постоянной девушки у него не было ни разу, у меня же была Светка, поэтому я не обращал внимание на его громкие заявления.

А сейчас…Сейчас я чувствую себя дураком. Я с неприязнью смотрю ему в след. В голове пульсирует один единственный вопрос: «когда?». Под хит «Руки вверх» «Девчонки» выплясывают Юлька и Наташка, Галя увлечённо что-то печатает в телефоне. Васька и Паша идут нам на встречу.

- Сколько лет! Севыч, ты совсем не изменился! – Пашка жмёт мне руку, демонстрируя запястье с дорогими часами.

-Здоровый образ жизни, - отвечаю я.

- Пешком разносишь посылки, - шутит он.

- Ага, приседая и подпрыгивая, - улыбаюсь этой неприятной шутке.

Наша маленькая компания заливается хохотом. Эти ребята ещё не поняли, что я пришёл не для того, чтобы их веселить.

- Над чем смеётесь? - вздрагиваю от звуков Светкиного голоса. Её рука изящно опускается на моё плечо. Я чувствую холодок и заставляю себя улыбнуться.

- Привет! Вот кого я, действительно, рад видеть! – я подмигиваю одноклассникам и делаю шаг вперёд.

У неё всё те же золотистые прямые волосы, только ещё длиннее. Ярко-красное платье облегает её, как вторая кожа. Бесконечные ноги, столько раз обнимающие меня, обуты в золотистые босоножки на высоких каблуках.

Идеальная и такая желанная. Должна быть такой. Она покачивается в такт музыке.

- Нравлюсь? - она явно флиртует со мной, теребит зонтик в своём напитке.

- Что пьёшь? – Мне почему-то не хочется ей отвечать.

- Дайкири. Надо повторить. Пошли к бару.

- О, наши голубки! - Вовка салютует нам уже пустым коньячным бокалом.

- А ты как всегда завидуешь нам, - упрекает его Светка, целуя в щёку.

- И делаю это очень талантливо! - ухмыляется он, скользя взглядом по её телу.

- Я вам не мешаю? - я пытаюсь прервать этот зрительный блуд, вырывающийся из рамок приличия. Но мои старания тонут в его реплике:

- Ты нам никогда не мешал.

Света тут же поворачивается ко мне:

- Сколько он уже выпил? – она явно хочет прочитать мои мысли, но я и их сам разобрать не могу! Они так быстро написаны, что сразу и не поймешь. Кажется, они состоят на 100% из матов.

Её рука ложится на моё колено:

- Давай выберем напитки и пойдём к остальным.

- Почему ты нервничаешь? - спрашиваю я, рассчитавшись с барменом.

- Столько лет прошло, - эта затертая до дыр фраза, наверное, используется для того чтобы ничего не говорить. Секундная ностальгия для запудривания мозгов.

- Это жизнь,- также бессмысленно отвечаю я. Но сказать хочется очень многое.

Галя во главе стола лупит вилкой по стакану, призывая всех собраться. Света садится рядом с Пашкой. Я ухожу в другой конец. Мне как-то не по себе. Может стоит выпить какую-нибудь таблетку? Вспоминаю утомлённое лицо Лидии Николаевны. Что-то я их забросил.

Монотонный гул из радостных голосов и щелчков селфи навивает скуку. Прилетевший в меня шарик из салфетки заставляет меня подскочить.

- Пас! – требует гогочущий Вовка, - Хотя ты ведь так и не научился играть в баскетбол Очень многое потерял.

- Трёх очковый! – объявляю я, когда брошенный мною шарик попадает в его лоб.

За столом все смеются, наблюдая наш поединок. Вовка швыряет шарик под стол.

- Ну вот, ты хоть оживился, а то, как на поминках сидишь, - его фальшивая забота начинает злить.

- Не волнуйся за меня,- я встаю из-за стола.

Светка стоит у окна и разговаривает по телефону. Я даже не заметил, как она выходила.

- Жень, я вернусь послезавтра, тогда и выберем диван, ок? - она закатывает глаза,- тогда звони дизайнеру, и пусть он выбирает нужный оттенок. Всё для твоей мамы! – ее интонации подсказывают мне, что жизнь Светы далека от идеала.

Она замечает моё присутствие. Мне неловко от того, что я подслушал ее разговор, но, чёрт побери, здесь звукоизоляция не предусмотрена.

- Ты, действительно, обычный курьер? - я, надеюсь, что сожаление в когда-то родном голосе мне лишь показалось.

- Что за вопрос?

- Обычный вопрос,- она пожимает плечами.

- Перед тобой стоит твой бывший парень, а это единственное, что тебе интересует? – Да что со мной? Как будто пытаюсь её разжалобить.

- Я ждала от тебя чего-то большего.

- А я ждал тебя.

- Ты правда думал, что мы поженимся? – удивлённо спрашивает она.

- Не думал, - вру я.

- После школы всё было бы по другому. - Шепчет Света. Она берет меня за руку, я убираю свою ладонь. Эта тактильность мне кажется лишней. - Тогда почему ты обижаешься? - вид у неё очень подавленный.

- Я не обижаюсь, - что-то слишком много желающих погладить меня по голове. Эта тенденция однозначно начинает подбешивать.

- Ребята, давайте к столу! - Галя стоит в дверях и смотрит на нас. Пусть она ничего не скажет про дежавю! Она ухмыляется и уходит.

Глава 39

Эля

Я по достоинству оценила покупку Дани- уличные качели веселенькой желто-розовой расцветки. Сидеть удобно, кататься приятно, полог прекрасно скрывает от солнца. Нигде не скрепит, не давит, не колит, я выдала массу стандартных фраз, проявила максимум вежливости и с безумным желанием удалиться, наконец, встаю.

-Сева тебе привет передаёт! - Данил поднимает глаза от телефона и загадочно улыбается.

-Очень мило! - безразлично отвечаю я.

- Очень мило - это, когда ты делаешь вид, что тебе все равно, - смеётся мой наблюдательный сосед. - Ладно, это не моё дело, но я всегда могу выслушать. – в этот момент он очень серьёзен и очарователен в своей наивности.

Не выдержав морального давления, я возвращаюсь к нему с огромной чашкой черешни. Мы едим в полной тишине. Если бы не то неожиданное голосовое, сейчас я бы была довольна всем.

- Эй, эй, эй! - Даня хватает меня за плечи.

- Всё нормально, - я не понимаю, чего он всполошился.

-Да ты покраснела вся и пятнами пошла. Не подавилась? – Он пристально смотрит на меня. Я дую себе на лицо, пытаюсь успокоиться, усиленно вытираю щёки, уничтожая следы набежавших слёз.

Надо взять себя в руки. Посмотрите на меня! Драмтеатр на дому! Дура!

- Может это реакция на черешню? Гербициды? - увиливаю я. Не стоит сейчас тонуть в жалости к себе.

-Ну уж нет! - Обижается Даня, - я её на ярмарке купил, там всё домашнее.

-Возьми меня с собой как-нибудь, - прошу я. - Куплю яблок, слив, груш, сварю компот.- Может быть, хотя бы консервация отвлёчет меня от навязчивых мыслей?

-Да ладно! Современные девушки всё ещё варят компоты?- Даня чуть не подскочил на месте. - Сева, конечно, намекал, что ты чудная, но я не думал, что настолько.- Он по-дружески обнимает меня за плечи и прижимает к себе, но я тут же его отталкиваю.

-Что он тебе ещё обо мне сказал? Почему вы вообще общаетесь? - нападаю я.

-Эй! Полегче! Ты сейчас мои новые качели сломаешь! - Даня смёется, глядя на моё возмущение. - Лидия Николаевна дала мне его номер и попросила позвонить, чтобы узнать что-то, так и началось. Он же один среди нас местный, - он снова смеётся.

- Я не знала, что вы настолько близки.

-Ну свои успехи мне не приплетай, -нагло подмигивает он, - Я просто с ним советуюсь иногда. Например, по поводу этого фото. - Он быстро показывает мне экран своего гигантского телефона с моим изображением, нажимает куда-то, - Вот, пусть оценит наш уличный фотосет. Вдруг я когда-нибудь решусь на личную выставку.

-Даня! Зачем? Оно ему надо?- меня трясёт от его наглости.

- А что такого? Вдруг прямо сейчас у него нет подходящей заставки на домашний экран? - Он делает скорбное выражение лица, - А тут я! то есть ты! - и он опять заливается хохотом. Я хватаю с качели длинную подушку и начинаю бить его. -Стоп, стоп! Он что-то ответил!

- Что? - Тут же останавливаюсь я.

- Стебется над моим несомненным талантом, неблагодарный! А ты у меня красавица! - любуется моим снимком в телефоне.

Ага! Красавица! Как же! Рядом с ним кто-то гораздо красивее. Иначе бы он вернулся. Иначе бы он не уходил.

Глава 40

Сева

Пашка хвастается открытием своего третьего СТО, девчонки делятся фотками детей. Светка тихо потягивает вино. А меня беспокоит неуёмное желание уйти. Смс от Дани со снимком Эли отвлекают меня от приступа зевоты. Эля, перебирающая руками разноцветные лепестки фиалок, завораживающее зрелище. Я перевожу взгляд на свою бывшую девушку, она тоже не в теме общих разговоров. Как и двадцать лет назад, мы существуем параллельно классу. Мы не с ними. Но уже и не вдвоём.

«Ну и как тебе?» - Даня прислал это фото ради оценки?!

«Типа фотохудожник? (задумчивый смайл)».

Света тоже что-то листает на экране телефона. Может, выбирает диван? Её диван в школьные годы был фиолетового цвета. С высокими подлокотниками и пуговками на спинке, которые которые каждый раз беспощално впивались в тело.

В тот вечер, когда Света пригласила меня домой, я был на седьмом небе от счастья, а может даже на восьмом…я вообще себя не помнил. Она так сильно соскучилась по мне! Была такой смелой, щедрой и решительной.

Хохочущий смайл от Дани переключает меня на реальность, в которой я вынужден вздохнуть с облегчением, что это лишь смайл, а не очередное смешное видео из жизни его кота или Эля, которую он тоже добавил в свой контент.

- А сколько стоит Ваша доставка? - вдруг спрашивает меня Пашка. Не слишком ли много желающих меня достать?

- Смотря что и смотря куда. – Отмахиваюсь я.

- Я же говорил про японские запчасти,- напоминает он. Прости, братан, но эта тема мне вообще не интересна.

- Извини, я не услышал, - думаю, не стоит показывать своё раздражение

- Думаешь о прошлом? – Подключается Вова.

- Здесь все думают о прошлом. Ради него и собрались, - улыбаюсь я.

- Но ты же у нас самый сентиментальный! – похоже, он станет моим кошмаром.

- Вов, но не я же начал делиться воспоминаниями.

- Эй, народ, хорош! - Галя пытается остановить нас.

- Все нормально! - говорю я. А ведь мы ни разу не дрались с ним в школе! Может, стоить нарушить традицию?

- Наш Севыч любит сглаживать ситуации, - Вовкин оскал нельзя принять за улыбку.

- Давай не будем сглаживать! Без проблем! Можешь возобновить рассказ о том, сколько раз ты забил Светке, надежда большого спорта!

-Не смей! - взвизгнула Света.

- Что за волнение, Светик? Вовка так гордится своими, гм, тренировками с тобой. Вы молодцы!

Она густо краснеет, сливаясь со своим обалденным платьем, а я…я понимаю, что понял всё верно.

- Что-то ты разговорился, Быльский! - Вова, видимо, удивлён моим словам.

- Ты же переживал за моё настроение. Сейчас оно у меня отличное, - улыбаюсь я.

Глава 41

Сева

Встреча выпускников оседает пятью новыми фотками в моём телефоне. В основном это селфи с нашей учительницей, которая позже присоединилась к нам.

Ещё пришлось подписаться в ВК на Юлию Ноготочкину и Маришу Ламинирование ресниц. Поддержал отечественный бизнес, так сказать. Чего не сделаешь ради одноклассниц!

Пал Палыч подписывает мой обходной лист и с тоской вручает его мне.

- И что я без тебя буду делать? Опять какие-нибудь ушлёпки набегут, которым машину доверить нельзя.

- Ладно тебе, Палыч! В первый раз что ли? Я тоже ушлёпком к тебе пришёл. Помнишь? - Мы оба смеёмся.

Не говорю ему, что мне одобрен кредит, и я открою свою собственную службу перевозок. Только скрещиваю пальцы.

Все мои сообщения Эле по прежнему не прочитаны. С непониманием смотрю на серые галочки. Со звонками история та же. А мне между прочим нужен был поручитель в банке! Но и с этим я справился, помог тот же Пашка, взамен я договорился с ним о бесплатной доставке запчастей и расходников.

Между делом я лично перевез Таньку в её старую съемную квартиру, созвонившись предварительно с хозяином, который давно уже помирился с женой.

Когда эти горы упали с моих плеч, я, конечно, нуждаюсь в отдыхе. Хочу выбросить всё из головы и потеряться.

По пути я заезжаю в несколько магазинов, успеваю потолкаться в пробке на Ставропольской и уже под вечер добираюсь до места назначения.

- Привет! – я не обращаю внимание на тишину и сразу иду на кухню. Эля стоит на пороге, сложив руки на груди. Я высыпаю все купленные конфеты, леденцы и мармелад в красную вазу-ракушку, которую тоже приобрёл по случаю.

- Я очень устал за эти дни, знаешь? Встреча выпускников, отработка часов перед увольнением, беготня по банкам. – Я сам ставлю чайник на огонь, достаю свою любимую кружку с лягушкой, - Но я всё закончил. Сейчас мне нужен чай. - Трубочки из «Патрик и Мари» перебираются на розовую тарелку. Её лицо остаётся каменным, - Кроме конфет есть ещё бананы и черешня.

- Только не черешня! – неожиданно восклицает Эля.

-Значит, съем её сам,- не возражаю я.

Я смотрю на неё во все глаза- недовольная, румяная, взволнованнаяанная она жадно разглядывает меня, как будто видит впервые.

-Ну иди, иди ко мне! Я очень соскучился! – Я протягиваю к ней руки. Облегчение от того, что она идёт ко мне, застаёт меня врасплох. Её щека идеально вписывается между моей головой и плечом. - Я потом расскажу тебе всё очень подробно. - Она сжимает меня изо всех сил! И я понимаю, что я дома.