Не хочу быть богом

Глава 1

Пробуждение было болезненным. Только что я летел среди звёзд, любуясь красотой величественного космоса, ощущая восторг, уверенность в своём могуществе и бессмертии.

И вдруг все исчезло, стало невероятно холодно и … больно! Смена декораций была столь резкой и неожиданной, что я несколько секунд был дезориентирован, не понимая, что реально, а что нет. Но боль тащила меня из объятий космоса туда, где холодно и темно. Темно? Я открыл глаза и с удивлением уставился на какое-то странное сооружение над головой. Что-то страшное, темное и огромное, пахнущее железом и уходящее вдаль. А еще пахло водой. Рядом есть большой водоем, скорее всего река. Тут же удивился, откуда я это знаю? И где нахожусь? И что здесь делаю? Почему так холодно и больно? И, наконец, главный вопрос — кто я?

В голове совершенно пусто, притом совершенно четко знаю, что сооружение у меня над головой из железа, а рядом река. Я слышу, как лениво плещутся волны. То, что это река, а не море — тоже знаю. Море пахнет по-другому. Сейчас поздний вечер или даже ночь, темно. И тихо. Кроме плеска воды и шума ветра больше ничего. Значит, людей рядом нет. Что я здесь делаю? Почему всё тело болит? Пытаюсь сесть, удаётся это сделать не сразу. Тело плохо слушается. Пытаюсь рассмотреть себя, но видно очень плохо. У меня проблемы со зрением? Может быть, надо очки надеть? Надо же, я даже знаю, что такое очки — такие линзы на специальном креплении, их носят те, кто плохо видит. Сосредотачиваю взгляд на своих ладонях, подношу их поближе к лицу. Зрение вдруг как-то подстраивается и я совершенно четко вижу свои руки, грязные и немного исцарапанные, но вроде бы целые. Перевожу взгляд дальше. Ноги обуты в ботинки, кожаные, с виду вполне приличные. Шевелю пальцами ног. Они сильно замерзли, больно, но терпимо. Значит, ноги целы. Надо попробовать встать. Вижу теперь уже совсем хорошо, даже странно, ведь вокруг все так же темно. Встаю, держась за железную опору, рядом с которой сидел. Вроде получилось. Оглядываюсь.

Мост. Я нахожусь под мостом. Рядом река, довольно широкая, во всяком случае второго берега я не вижу. Делаю шаг, второй. Больно, но терпеть можно. Надо найти тепло, иначе я просто замёрзну здесь насмерть. Почему-то уверен, что так бывает. Выхожу под открытое небо. И первое, что вижу — звёзды. Сразу вспоминается недавний сон. Может, я с неба свалился? Ага, очень смешно. Но в голове по прежнему ничего о том, кто я и что здесь делаю. Но откуда-то знаю, что оставаться здесь нельзя, надо двигаться, искать теплое укрытие. И безопасное, да. В первую очередь безопасное. Если я всё-же не с неба, то вряд ли оказался здесь по своей воле. Судя по боли, которая становится все сильнее, я ранен или сильно избит. Похоже, ребра сломаны. Дышать тяжело. Надо найти укрытие, пока я могу идти. Боюсь, скоро от боли снова отключусь. Берег, на котором я нахожусь, высокий и довольно крутой. Я же в самом низу, почти у воды. Придётся карабкаться вверх. Трава, что росла здесь, пожухла и была покрыта тонким слоем снега. Хорошо хоть, ботинки не скользят. Лезу наверх, хватаясь руками за мерзлую траву. Руки болят, пальцы замерзли и почти ничего не чувствуют. Наконец взобрался. Отдышался. Посмотрел вокруг.

Лес, лес, лес. И только по мосту и в обе стороны от него идет странная дорога, явно не предназначенная для ходьбы. Поперёк уложены прямоугольные деревянные брусья, а сверху по ним — длинные железные … трубы? Нет, не трубы, какие-то изогнутые длинные металлические жерди. Похоже, по ним что-то катят. Интересный вид транспорта и, на мой взгляд, не особо выгодный. Это же сколько сил надо, чтобы построить такую дорогу, а ехать можно только в две стороны. Да и идти по ней очень неудобно, ноги можно сломать. Но зато она точно выведет к людям. Вот только в какую мне сторону? Логично предположить, что раз я с этой стороны, то и те, кто меня здесь бросил — тоже. Значит, пойду по мосту через реку.

Идти оказалось трудно. Какой изверг выдумал такую неудобную дорогу? Перейдя реку, пошел рядом с неудобной дорогой, так все-же намного проще. Замерзшие руки сначала прятал под мышками, пытаясь отогреть, а когда они обрели чувствительность, засунул в карманы. Спасибо тому, кто придумал такие большие и удобные карманы на одежде. Кстати, она была довольно неплохой. Из непромокаемой и непродуваемой ткани, с какой-то хитрой застежкой и капюшоном, который я тут же натянул на голову, защищаясь от ветра. Неплохо. Пока я шёл, почти согрелся, а одежда сохраняла тепло внутри и не пропускала туда холод. Вот только чем дальше, тем больше хотелось пить. Я уже жалел, что не напился из реки. Да, наверняка вода там не очень чистая, но все же… Наконец, не выдержав, попробовал наскрести снег, что лежал вокруг тонким слоем. Его слишком мало. Только губы смочить. Пить все равно хотелось жутко. Я старался не думать об этом и, продвигаясь все дальше и дальше, пытался хоть что-нибудь вспомнить о себе. Получалось плохо. Какие-то обрывки мыслей и образов. Красивая темноволосая женщина с обворожительной улыбкой. Улыбающиеся дети, похожие друг на друга как капли воды. Замок в горах. Вспышка в небе. И голос, словно очень издалека: «Проснись!»

Да уж, я бы рад проснуться, да не получается. Похоже, кто-то стер мою память. Отчего-то знаю, что это возможно. Более того, мне кажется, я сам могу сделать это с кем-нибудь. Может, именно поэтому я оказался сейчас здесь. Впрочем, об этом буду думать позже, когда выберусь из леса и окажусь в безопасности. Если безопасность возможна в моей ситуации. Вдруг я беглый преступник и за мной охотятся все без исключения? Впрочем, такого не может быть. Исключения всегда найдутся даже при таком раскладе.

Время шло, уже рассвело, а лес все не кончался. Наверное, я свалял дурака, отправившись через мост. Надо было идти в другую сторону. Почти уверен, что там гораздо ближе до людского жилья, чем здесь. Возможно, мост был на окраине города и теперь мне придется идти до следующего. А это сотни километров. Хм, странно, я знаю, что путь измеряют в километрах, а имени своего не помню. Сил почти не осталось, боль изматывала, как ни пытался я от неё отвлечься, каждый шаг давался всё с большим трудом. Наверное, надо сделать перерыв и отдохнуть. Вот только нет уверенности, что после этого я смогу подняться. Остановился, раздумывая, как лучше поступить, как вдруг с той стороны, откуда я шёл, послышался шум. Хотя, правильнее сказать, стук и какой-то гул, и они приближались довольно быстро. По дороге ехал какой-то транспорт! Я хотел было выйти и, если удастся его остановить, попросить о помощи. Хотя бы довезти меня до ближайшего поселения. Но вдруг с ближайшего дерева на меня спрыгнул какой-то зверь и повалил на землю. Я, не ожидая подобного, не смог удержаться на ногах, и лежа с удивлением смотрел на удивительную конструкцию, пронесшуюся мимо с бешеной скоростью и тащивщую за собой множество железных бочек на колесах. Встать я даже не пытался, ощущая, что зверь сидит у меня на спине.

Как только странный транспорт скрылся из виду, я почувствовал, что свободен. Поднявшись, огляделся, ища того, кто на меня накинулся. На ближайшем дереве, на ветке сидел небольшой коричневый зверёк с белой грудкой, глазами-бусинками, треугольными ушами и длинным хвостом. В голове сразу всплыло название — куница. Глупая память, лучше бы вспомнила, что за транспорт мимо прокатил… Так нет же, такое впечатление, что вижу подобное впервые, в отличие от куницы, что с любопытством за мной наблюдала.

— Ты зачем меня уронила? — устало обращаюсь к зверю, прекрасно понимая, что не получу ответа.

Но я ошибся. На мои слова зверек отреагировал, только очень странно. Он встал на задние лапы, передние поднял так, как обычно делают люди, желая показать свою силу. Да и выражение морды у него было такое, словно вот-вот снова на меня нападет.

— Да не сердись, может быть, ты меня спасла, я не в обиде. Просто теперь шансов выжить у меня намного меньше.

Куница завертела головой, словно не соглашаясь с моими словами. То, что зверёк меня понимает, было совершенно ясно. И, почему-то, нисколько меня не удивило. Подумаешь, разумная куница, делов-то… Может она еще и разговаривать умеет?

А зверек в это время пытался что-то мне объяснить, показывая лапой то на себя, то на меня, а потом кивая головой.

— Ты хочешь со мной дружить?

Куница смотрит на меня глазами-бусинками, а потом повторяет свои движения.

— Хочешь со мной познакомиться? Так я сам своего имени не знаю.

Снова взгляд черных глаз и повторение пантомимы.

— Хочешь, чтобы ты пошла со мной?

Отрицательное движение головой.

Да что же надо этой глупой кунице? Присмотрелся к зверьку повнимательнее. Крупный, упитанный.

— Ты хочешь сказать, что ты мальчик?

Куница аж подпрыгнула от радости и закивала.

— Очень хорошо. Может быть знаешь, где можно отдохнуть, чтобы не замерзнуть окончательно? И, желательно, недалеко отсюда. Далеко мне не дойти.

Куница вновь закивала, а потом махнула лапой, словно приглашая следовать за ней.

Мне показалось, что шли мы очень долго, но я уже был не способен ни на что, все силы уходили на то, чтобы поочередно отрывать ноги от земли и делать шаг. Потом еще. И еще. Если бы зверёк решил завести меня в пасть дракона, я бы зашел туда и даже не заметил. Но он привел меня к маленькому домику. Охотничья сторожка. Место, где охотники могут переждать непогоду и отдохнуть. Дверь закрыта на крепкую щеколду, чтобы зверье внутрь не пробралось, но человек зайдет без проблем. С трудом справившись с этим последним испытанием, я зашел внутрь, увидел две кровати и, не раздеваясь, повалился на одну из них. Надо было бы растопить печь, но сил на это у меня уже не было. Стянув с соседней кровати одеяло, натянул его на себя и отключился.

Глава 2

Андрей Воронцов, наследник известного Рода, задумчиво смотрел на бегущую вперед дорогу. Он сбежал. Просто испугался. Поступил как слабак. Отец, наверняка, сильно разочарован. Он, конечно, согласился дать сыну три дня на «подумать», но было видно, что ожидал совсем другой реакции.

А какая может быть реакция, когда все твои мечты и планы на собственную жизнь рушат в один момент? Жениться? Андрей, конечно, собирался когда-нибудь завести семью, но не в девятнадцать же? Он только школу окончил! Понятно, что отец стремится расширить территорию влияния, ведь Анна Ковалёва осталась единственной наследницей своего Рода, прибрать который к рукам захотят многие. Андрею стало даже жаль девушку, которую сейчас, наверное, завалили брачными предложениями. И с чего отец взял, что она выберет именно его? Они даже не знакомы. Может зря Андрей испугался? Может, надо было не убегать, а встретиться с этой Анной и поговорить по человечески? Ей ведь вряд ли нужен муж, которому не интересна ни она сама, ни их родовой бизнес. Ковалёвы занимались разработкой горных месторождений и добычей полезных ископаемых. Очень серьезное и прибыльное дело, вот только Андрею оно совершенно не интересно.

Съехав с трассы, парень свернул на неприметную грунтовую дорогу. Пройтись сейчас по лесу с ружьем, отвлечься, остудить голову. Здесь неподалёку его дед построил небольшой охотничий домик. Будучи заядлым охотником, тот очень расстраивался, что его сын равнодушен к охоте, поэтому внука начал обучать любимому делу с измальства. Он часто привозил маленького Андрея в этот лес, учил читать следы, рассказывал о повадках тех или иных зверей, показывал, как правильно идти по следу, чтобы не спугнуть добычу. Деда не стало три года назад, и с тех пор Андрей так ни разу и не приехал сюда. Было тяжело вновь ощутить боль потери самого родного и понимающего человека. Отец никогда не был так близок с ним, как дед. Вечно занят делами Рода, постоянно куда-то спешил, на ходу спрашивая, все ли у него в порядке. Конечно, приходилось отвечать «да», ведь вопрос не подразумевал другого ответа. Андрею даже казалось, что скажи он «нет», отец точно так же кивнул бы головой, бормоча «ну вот и хорошо», и отправился бы по своим делам.

Подъехав к домику, Андрей насторожился. Он явственно ощущал, что внутри кто-то есть.Человек. Живой, но, кажется, очень ослабленный. А ещё какой-то зверёк, вроде кошки. Не спеша зайти в дом, он внимательно осмотрелся, обошел кругом, найдя следы, ведущие из леса к входной двери. Похоже, человек ранен или очень сильно устал. А рядом с ним… нет, не кошка… Куница! Точно, её следы маленький Андрей научился определять одними из первых. Странная парочка. Он никогда не слышал, что куниц можно приручить. Но эта явно шла рядом с человеком и сейчас охраняет его сон, сидя в домике. Видимо, там кто-то из охотников. И ему нужна помощь. Андрей еще раз внимательно просканировал дом, не обнаружив ничего опасного. Даже оружия не почуял — может охотник его потерял? На всякий случай прихватив из машины своё ружье, которое получил в подарок от деда на шестнадцатилетие, Андрей осторожно зашёл в дом, стараясь не шуметь, чтобы не напугать тех, кто в нём находился.

В единственной комнате было темно и холодно, «гость», спавший на кровати, даже не включил отопление. Он спал на одной из двух кроватей, укрывшись одеялом с головой, а поверх одеяла улеглась куница, внимательно наблюдая за Андреем и не проявляя агрессии. Парень первым делом включил свет, приглушив его, чтобы не мешать больному охотнику. Затем включил отопление, вставив в генератор пару энергетических кристаллов, всегда хранящихся рядом, в небольшом ящичке. Затем он сходил к ручью за чистой водой, принёс из машины припасы, что взял с собой, собираясь пробыть здесь три дня. Согрел воду, заварил чай. Есть одному казалось как-то неправильно. Андрей вдруг подумал, что, возможно, охотник серьезно ранен, может быть он вообще без сознания или при смерти. Возможно, ему нужна медицинская помощь. Андрей, конечно, не был лекарем, но как маг природы мог повлиять на физическое состояние человека. Например, снизить давление или нормализовать сердцебиение. К тому же в доме и в машине есть аптечки.

Парень встал и осторожно приблизился к лежащему на кровати человеку. Куница предупреждающе оскалилась, но Андрей показал пустые ладони, а потом обратился к животному:

— Я маг природы. Возможно, ему нужна помощь. Давно он так лежит? Здесь есть лекарства. Я помогу, не наврежу.

Зверёк несколько секунд внимательно смотрел на него, а потом согласно кивнул и слез с кровати, забравшись на соседнюю.

«Чудной зверь», — подумал Андрей, проводив его глазами, а потом подошёл поближе к кровати и осторожно откинул одеяло. Его глаза расширились от удивления. Вернув одеяло на место, он быстрым шагом направился к двери и вышел из дома, даже не подумав надеть куртку. Сев в машину, завел двигатель, будто собираясь уехать отсюда. Затем надолго задумался, несколько раз качая головой, словно не соглашаясь сам с собой. Наконец заглушил двигатель. Тяжело вздохнул, вышел из машины. Обошёл её, открыл пассажирскую дверь, достал из бардачка пачку сигарет и зажигалку. Закурил. Сунул сигареты в карман штанов, только сейчас заметив, что забыл куртку. Обошёл вокруг дома. Постоял около двери, словно не решаясь войти. Выбросил наполовину выкуренную сигарету, глубоко вдохнул и зашёл внутрь. Посмотрел издалека на «гостя». Тот лежал все в той же позе и явно спал. Андрей осторожно подошел ближе, вновь откинул одеяло и, сев на соседнюю кровать, принялся пристально разглядывать спящего парня.

Алексей Морозов. Алекс. Подлец. Подонок. Избалованный ублюдок. Андрею очень хотелось сейчас врезать по этой физиономии, так, чтобы тот с кровати свалился, а потом еще ногами добавить. Но он сдерживался, пытаясь понять, каким образом этот богатенький маменькин сынок, терроризировавший сначала школу, в которой учился, а теперь Академию, оказался один-одинешенек, раненый, в охотничьем домике Воронцовых. То, что парень нездоров, чувствовалась по тяжелому сиплому дыханию. Похоже, у него температура. Андрей мог помочь и сделал бы это, будь на месте Алекса кто угодно. Но прикасаться к этому мерзавцу он не будет. Ранен? Видимо, получил, наконец, по заслугам. Скольким хорошим людям он жизнь испортил! Пусть теперь сам хоть немного помучается. А он с удовольствием на это посмотрит.

Андрей хмыкнул и развалился на свободной кровати. Да, сперва, увидев Алекса, он хотел уехать. Оставить парня здесь и надеяться, что тот никогда не вернется ни в город, ни в Академию. Всем от этого будет только лучше. Но… Что-то не дало ему это сделать… Любопытство? Да, наверное. Андрей никак не мог придумать, как Морозов мог оказаться в лесу. Уехать, так и не решив эту загадку?.. Ну уж нет! А еще — куница. Дикий лесной зверёк, явно охранявший и защищавший Алекса. Невероятно! Алекс ненавидел животных, и они, словно чувствуя это, старались держаться от него как можно дальше. Но не эта куница. Откуда она взялась? Почему помогает этому подонку?

Андрей приподнялся и посмотрел на соседнюю кровать. Зверёк снова улёгся поверх одеяла, под которым спал Морозов. Согревает его? Похоже на то. Глупая куница, не знает, что рискует остаться без хвоста, а то и вовсе без шкуры, стоит только больному прийти в себя.

— Почему ты его охраняешь? Он же подонок, каких мало, — наконец не выдержал Андрей. Конечно, разговаривать с куницей — та еще глупость, зверёк ведь точно не сможет ему ответить. Но лежать в тишине и мучиться от роящихся в голове вопросов больше не было сил.

Куница, выслушав его, отрицательно замотала головой. Прямо как человек, который пытается выразить своё несогласие с чем-то. Андрей от удивления даже сел. Зверёк совершенно точно понял его вопрос и дал ответ! Магическое животное? Фамильяр? Не может такого быть!

В мире существовало не более десятка магов, имевших магических фамильяров, и все они были сильнейшими магами планеты, давно преодолевшими все установленные ранги и категории. В России таких было трое, но Морозов точно не входил в их число. Он вообще был довольно слабым магом земли, насколько помнил Андрей. Преодолел, конечно, уровень ученика, но до адепта, в отличие от него самого, точно не поднялся. Значит, просто не мог иметь фамильяра.

— Ты меня понимаешь? — спросил он у куницы, внимательно наблюдая за её реакцией. Похоже, зверька его вопрос развеселил. Тот блеснул глазками и согласно кивнул.

— Ты фамильяр? — спросил Андрей, сам понимая, как глупо это звучит.

Куница как будто задумалась, даже почесала лапой за ухом, а потом совершенно по-человечески пожала плечами и развела лапки в стороны, словно говоря: «Не знаю». Андрей вздохнул. Для него такой ответ больше походил на «Да», ведь будь зверь обычным, вообще бы не понял его вопроса. Где же Морозов раздобыл такое чудо? Парень опять перевёл взгляд на спящего, и вдруг увидел, что тот открыл глаза и смотрит прямо на него. Но явно не узнаёт.

Повисла напряжённая тишина. Андрей не знал, чего ожидать от «гостя» и был настороже, а тот, похоже, вообще не осознавал, где находится.

— Пить, — наконец прошептал Алекс и более осознанно посмотрел на Андрея. — Пожалуйста, пить!

Андрей немного помедлил, потом всё-таки встал, взял с полки кружку и налил воды из уже порядком остывшего чайника. Подошёл к кровати и протянул воду Алексу. Тот, кривясь от боли, сел и, взяв кружку двумя руками, жадно выпил всё, что в ней было. Потом явно с сожалением вернул её Андрею.

— Еще налить? — предложил тот и сам себе удивился. Он что, собирается Морозова поить-кормить? Ухаживать за ним? Но всё же налил воды и снова принёс Алексу. Тот пил уже медленнее, словно смакуя каждый глоток. Когда кружка вновь опустела, протянул её Андрею, прошептав: «Спасибо», затем снова лёг.

Видя, что парень вот-вот снова заснёт, а он так и не получит ответ ни на один из своих вопросов, Андрей не выдержал, потряс за плечо уже закрывшего глаза Алекса и, встретившись с его удивлённым взглядом, спросил:

— Ты откуда здесь взялся?

Тот удивлённо посмотрел на него, потом, обвёл взглядом комнату и снова взглянул на Андрея.

— Не знаю. Пришёл. Он привёл.

— Кто?

Алекс в ответ перевёл взгляд на куницу.

— Это твой?

— Нет. Наверное…

— Наверное? А почему ты один? И что делал в этой глухомани?

— Я… Не знаю.

Парень закрыл глаза, словно показывая, что устал и хочет спать, но тут же снова открыл их и посмотрел на Андрея:

— Я не помню. Кажется, я ранен. Спать хочу. Можно, я посплю еще немножко?

Этот странный разговор и вопрос, так не вяжущийся с привычным обликом Алекса Морозова, совсем сбил Андрея с толку. Он совершенно неожиданно для себя предложил:

— Давай, я посмотрю, может надо обработать рану. Здесь есть аптечка.

— Спасибо, — прошептал парень и тут же снова уснул. Или сознание потерял?

Андрей, дотронулся до его лба. Горячий. Точно температура! Осторожно убрав одеяло, принялся стаскивать с Алеска куртку. На свитере была запёкшаяся кровь. Осторожно сняв его, он обнаружил довольно большую рваную рану чуть ниже рёбер с правой стороны. Приложив руки, попробовал просканировать внутренние органы, боясь, что они тоже могли пострадать. Но вроде бы всё было в порядке. Правда он пока не очень хорошо чувствует отклонения, но опасное для жизни повреждение заметил бы. А вот два ребра справа, выше раны, сломаны. И, кажется, рана грязная, может начаться заражение. Нужно очистить и зарастить. Андрей никогда раньше не лечил ничего крупнее обычных царапин на коже, поэтому немного нервничал. Нашёл на полке аптечку, вымыл руки, потом осторожно промыл рану. И постарался с помощью заклинания очищения вычистить её изнутри, а потом соединил края и усилил процесс регенерации. Правда сил и умений было маловато, он даже задумался, не попробовать ли ему зашить рану, как делали в больницах для простых людей. Но всё-таки не решился, просто наложил повязку. Нашёл в аптечке антибиотики и порошок от простуды, приготовил питьё и снова разбудил Алекса, заставив того принять лекарства. Тот выпил автоматически, даже не просыпаясь, и это было для Андрея очень странно. Неужели настолько доверяет ему? Или просто сейчас ничего не соображает? Ведь парень находится в полной его власти. Сколько раз он хотел добраться до него и отомстить за всё, что тот вытворял в школе. А вместо этого лечит его раны и поит чаем. И почему-то чувствует, что поступает правильно.

Андрей укрыл Алекса одеялом, затем достал из шкафа запасное и устроился на второй кровати. День выдался странный, а завтрашний, похоже, будет еще интереснее, и надо быть готовым ко всему. Андрей закрыл глаза и, засыпая, подумал, что ни капли не удивится, если утром проснётся дома в своей постели, а происходившее сегодня окажется просто сном. Потому что слишком уж всё это невероятно.

Глава 3

Я проснулся, испытывая сильнейший голод. Это чувство перекрывало все остальные, но, прислушавшись к своим ощущениям, понял, что хорошо отдохнул и почти поправился. Бок уже не разрывало болью, он лишь немного побаливал и чесался. Протянув руку, чтобы потрогать рану, обнаружил на ней повязку. Тут же память подбросила образ черноволосого парня, приносившего мне воду. Кто он такой? Хозяин этого дома? Лесник? Слишком молод. Скорее, охотник. Снова попытался вспомнить хоть что-то о событиях до того момента, как очнулся под мостом. Ничего. Пусто. Вдруг осознал, что даже не помню, как я выгляжу. Осознаю себя сильным взрослым мужчиной с немалым жизненным опытом. Но, судя по тому, как тяжело далась мне пешая прогулка, не такой уж я и сильный. И, разглядывая свои не знавшие физического труда ладони, больше похожие на ладони подростка, начинаю догадываться, что не такой уж я и взрослый. Что это? Реинкарнация? Но разве я не должен был тогда родиться заново и забыть о прошлых жизнях? Переселение души? Зачем? Само собой такое произойти не может. Кто-то должен управлять процессом, подобрать подходящее тело, направить в него душу, портатив огромное количество энергии. Божественной энергии, кстати. Откуда я это знаю? В голове опять пустота. Проскакивающие иногда обрывки знаний берутся словно ниоткуда. Будто кто-то подсказывает, шепчет на ушко. Оборачиваюсь. Рядом сидит куница и смотрит на меня, улыбаясь. Улыбаясь? Ну да, сложно по-другому назвать это ехидное выражение на её морде. Вернее, его, это же мальчик. Самец.

– У тебя есть имя? – спрашиваю мохнатого весельчака. Тот отрицательно мотает головой. – Значит, будешь Куном.

Зверёк снова мотает головой, не соглашаясь.

– Не нравится? Как же мне тебя тогда называть? Предложи свой вариант!

– Ррр, – зарычала куница, но получилось не очень-то грозно, не приспособлен её голос для рычания, не лев всё-таки. – Ррри! Ррри!

– Ри? Странное имя. Но сойдёт.

Зверёк снова замотал головой и снова зарычал:

– Ррри!

– Ррри? Не очень удобно. Слишком много «р». Может, хотя бы Рри?

Мохнатый на секунду задумался, затем согласно кивнул.

– Отлично! Значит, будешь Рри.

Тот ещё раз кивнул и, соскочив с кровати, выбежал из комнаты. Через минуту он вернулся, таща в зубах какого-то зверя, размером с себя. Добыча? Он успел сходить на охоту и принёс свою добычу мне? Значит, считает меня вожаком. Главным. Хозяином. Отлично, теперь я не один в этом мире, у меня есть Рри! Невесело усмехнулся и осторожно слез с кровати. Покрутил головой, руками, ногами. Вполне живой, можно продолжать путь. Вот только неизвестно, куда. Заметил, что на соседней кровати спит тот парнишка, что поил меня водой. Осторожно, чтобы ну разбудить его, подошёл к Рри и взял у него добычу. Это оказался заяц. Вернее, зайчонок, явно первогодок. Взрослый был бы кунице не по силам. Наверное… Оценивающе взглянул на зверька. Довольно крупный, сильный и, главное, умный. Кажется, я не прав, он и взрослого зайца одолеет. Хороший помощник.

– Спасибо, Рри! У нас будет отличный завтрак!

Освежевал и выпотрошил зверька, отдав часть требухи кунице, а остальное отнёс подальше от домика, пусть лесные звери полакомятся. Сейчас для них настала тяжёлая пора, многие не доживут до весны, погибнув от голода и холода. Попытался найти в домике печь или очаг, но ничего даже отдаленно на них похожего там не было.

Можно было разбудить парнишку и спросить у него, но я решил обойтись собственными силами. Насобирал сухих веток, которых рядом было в избытке, и… развёл костер. Сам не понял, как. Просто, раздумывая, как зажечь огонь, мысленно приказал: «Гори!» – и огонь разгорелся. Не сказать, что я был удивлён – почему-то вообще воспринял это как само собой разумеющееся. Подумаешь, какой-то огонь… Да я и не такое могу! А какое? – тут же спросила вторая часть меня у того, кто только что похвалялся. Тут же пресёк это безобразие. Не хватало мне еще, чтоб два моих «я» поссорились. Два? Почему их два? Опять на секунду завис. Затем нашёл взглядом Рри, который опасливо смотрел на костёр, отойдя от него подальше.

– Рри, ты знаешь, что со мной происходит? Почему я чувствую себя так, словно временами раздваиваюсь?

Зверёк внимательно на меня посмотрел и замер, словно задумался. А потом кивнул и куда-то убежал. Вот тебе и помощник!

Решив подумать обо всём позже, занялся приготовлением завтрака. Соорудил вертел, подвесил над костром. Вокруг тут же разнёсся аромат жареного мяса. У меня заурчало в животе, а во рту скопилась слюна. Как же есть хочется!

Чтобы отвлечься, сходил к протекающему неподалёку ручью, умылся. И постарался себя рассмотреть в текущей воде. Не очень-то хорошо видно. Но, похоже, я, действительно, намного моложе, чем думал. Наверное, ровесник того паренька, что спит сейчас в доме. Не очень высокого роста, с густыми светло-русыми волосами, которые постоянно лезут мне на глаза. Надо бы расческу найти, что ли, а то на чучело лесное похож. Как же его зовут-то? Леший, точно! В голове возник образ человекоподобного существа, поросшего корой и ветками, с зелёной бородой и волосами из мха. Почему-то я был твёрдо уверен, что тот находится неподалеку и даже наблюдает за мной. Что за чертовщина? Я помотал головой, пытаясь выкинуть из головы лишние мысли и образы, непонятно откуда там взявшиеся.

Дождавшись, когда жаркое будет готово, затушил огонь и вернулся в дом. Зайдя в комнату, тут же наткнулся на удивлённый взгляд темноволосого паренька. Дружелюбно улыбнулся ему, указывая на зажаренного зайца:

– Привет, завтракать будешь?

Мои слова подействовали несколько иначе, чем я ожидал. Глаза парня стали огромными от удивления, а рот слегка приоткрылся. Я что-то сделал не так? Я огляделся по сторонам, посмотрел на жареное мясо, на себя. Вроде всё в порядке. Может, он вегетарианец и не ест мяса? Но тогда зачем же он здесь? Ружье, стоящее возле его кровати, явно указывает, что парень охотник.

– Мяса, правда, немного на двоих, но всё-таки… Или ты не ешь зайчатину?

– Я… ем, конечно. Только… Где ты его взял?

– Рри принёс. Куница.

– Рри? Он твой?

– Сложно сказать. Скорее, сам по себе, но иногда помогает. Сейчас вот сбежал куда-то.

– Пахнет вкусно. – Парень посмотрел на мясо. – А почему оно чёрное?

– Так на костре готовил, обуглилось немного. Но внутри нормальное, вполне можно есть.

– На костре? Зачем?

– Ну так я печку не нашёл. А есть очень хочется.

– Вон же печка, – парень указал на какой-то железный ящик белого цвета с прозрачной стенкой. – Универсальная, работает на кристаллах. Или ты кристаллов не нашёл?

Я кивнул. Конечно, не нашёл. Даже не искал, не зная, что это и зачем нужно. Видимо, что-то типа источника энергии.

– Они вон в той коробке, в углу.

Я, осмотревшись, заметил небольшую коробку, заглянул внутрь. Кристаллы были именно тем, чем должны были быть – кристаллами, то есть многогранниками размером с жёлудь светло-голубого цвета.

– Спасибо, буду знать. А теперь, может, всё-таки позавтракаем? Умираю от голода!

Парень кивнул и, встав с кровати, аккуратно застелил её одеялом, под которым спал. Я взглянул на «свою» кровать с комком из одеял. Привести её в порядок мне даже в голову не пришло.

Пока незнакомец умывался – оказывается, это можно сделать в доме, здесь есть умывальник, вода в котором подогревается всё тем же кристаллом, я поправил одеяла на кровати, затем уселся за стол.

Парень, странно на меня посмотрев, принёс взятые с полки тарелки, вилки и кружки, согрел воду в небольшом сосуде, тоже, видимо, работающем от кристалла, затем достал из мешка, стоящего в углу, упакованные в шуршащую прозрачную бумагу хлеб и еще что-то, что показалось мне пирогом.

Я отрезал кусок мяса и положил на свою тарелку. Сосед, посмотрев на меня, сделал то же. А затем, попробовав мясо, скривился:

– Без соли!

– Извини, не знал, где взять.

Парень принес с полки баночку с солью и щедро посыпал свой кусок. Я же с удовольствием съел так, без соли – мне казалось, что такой вкус для меня более привычен. Некоторое время мы были заняты едой, причем я заметил, что парень, еле справившись с первым куском, больше к мясу не притронулся, и я с чистой совестью съел всё сам. И, наверное, съел бы еще столько же, если бы было ещё. Но, с сожалением посмотрев на обглоданные кости, принялся пить из кружки горячий напиток.

– Алекс, скажи честно, что ты здесь делаешь? – спросил вдруг парень, застав меня врасплох своим вопросом.

Алекс? Это имя? Он назвал меня по имени? Значит, мы знакомы? До этого момента я был уверен, что мы просто случайно встретившиеся в лесу охотники, вернее, он охотник, а я… Ну, в общем, неправильно я думал, похоже. И что теперь делать? Признаться, что я не Алекс? Неизвестно, чем это мне грозит. Сказать, что ничего не помню? Как-то неправдоподобно, обычно люди не теряют память ни с того, ни с сего. Сделать вид, что не хочу отвечать, нагнать таинственности, сославшись на какое-нибудь обещание или клятву? Или отвечать расплывчато, стараясь больше выведать самому, чем рассказать? Да, пожалуй, попробую сделать именно так. Мне надо понять, могу ли я доверять этому парню.

– В данный момент завтракаю. А ты?

– Вот только подумал, что ты стал ни с того ни с сего на человека похож, как ты снова за свои штучки. Знаешь, Алекс, когда я вчера обнаружил тебя здесь, то чуть не прибил. Честно. После того, что ты сделал с Кириллом…

– А что я с ним сделал?

– Ты!!! – парень вскочил и попытался схватить меня, но я вывернулся и отошёл на пару шагов назад.

– Да ладно тебе, ничего страшного я с ним не делал, – заявил я, на самом деле опасаясь того, что мог оказаться каким-нибудь убийцей. Что мне тогда делать, всю жизнь скрываться?

– Ничего страшного?! Ты соблазнил его девушку, а когда та забеременела, выгнал, заявив, что тебе не нужен чужой ублюдок. Она покончила с собой! Кирилл едва не последовал за ней, его спасли в последний момент! А ты считаешь, что вообще ни причём? Ну и мразь же ты, Морозов!

О как! Теперь я знаю свою фамилию. Похоже, Алекс Морозов, ты был не самым лучшим человеком. И хотя я слышу об этой истории впервые в жизни, что-то не даёт согласиться с озвученными выводами. Я практически на сто процентов уверен, что в этой истории всё было не совсем так, как всем кажется.

– Ты так уверен в том, что твой друг Кирилл невинная жертва? Почему же он позволил своей девушке погибнуть? Почему не поддержал в трудную минуту?

– Лучше замолчи, Алекс. Конечно, Кирилл – жертва. Виноват во всём именно ты!

Несмотря на безапелляционный тон, я чувствую, что посеял семена сомнения в душе парня. Нельзя же видеть мир только с одной стороны, он ведь намного сложнее!

– Ну раз ты так уверен в этом, не буду тебя разочаровывать. Но ты так и не рассказал мне, как появился здесь, спящим рядом со мной? – я специально сказал это так, чтобы звучало несколько провокационно. Хотелось отвлечь парня от невесёлых воспоминаний.

– Это ты вломился в мой дом, вернее, в дом моего деда. А я просто приехал отдохнуть и развеяться. И был очень удивлён, увидев такой «сюрприз»! Алекс Морозов, раненый, в полной моей власти.

– Что ж ты не воспользовался случаем?

– Не все такие подонки, как ты.

– Это ты меня перевязал?

– Да, и рану очистил. У тебя два ребра сломаны, если что.

– Спасибо! – мне очень хотелось узнать имя парня, но не мог же я спросить об этом напрямую.

– Кто это тебя так?

– Веришь, не знаю? Очнулся где-то под мостом, еле сюда дошёл.

– Похоже, кто-то хотел от тебя избавиться. Но почему-то не довёл дело до конца.

– Не все готовы опорочить свою душу убийством, – сказал я, а парень посмотрел на меня так, словно видел впервые.

– Вот не знал бы я тебя раньше, Морозов, подумал бы, что передо мной честный человек.

– Я такой и есть, и, похоже, ты меня, действительно, не знал.

– Ага, при том, что мы практически выросли вместе и вместе учились в школе? К сожалению, я знаю тебя даже лучше, чем себя, Алекс. Ты лгун и кривляка. И сейчас зачем-то снова разыгрываешь передо мной комедию под названием «Алекс Морозов – честный и хороший»…

– Боюсь, что это вовсе не комедия. Скорее трагедия. И раз даже ты мне не веришь… – я встал из-за стола, дошел до кровати и повалился на нее лицом вниз. Мне надо было подумать, проанализировать полученную информацию и разработать план действий. Конечно, можно было продолжить разговор и вытянуть больше полезных фактов, но при этом возрастал риск выдать себя. Если бы парень понял, что я не Алекс, или не тот самый Алекс… Парень тоже встал из-за стола, и, испугавшись, что тот может сейчас просто уехать, я повернулся к нему и спросил:

– Я могу рассчитывать на твоё молчание по поводу этой нашей встречи? Меня сейчас наверняка ищут, и никто не должен узнать, где я нахожусь.

Парень постоял несколько минут, глядя на меня. Я уже забеспокоился, что тот ответит отрицательно и придётся с ним драться. Но тот согласно кивнул:

– Даю слово, что никто не узнает о том, где ты находишься, во всяком случае от меня?

– Слово Рода?

– Слово Андрея Воронцова, наследника Рода.

Я радостно улыбнулся. Сработало! Андрей Воронцов, значит.

– Спасибо, Андрей!

Тот задумчиво посмотрел на меня, потом взял ружье и заплечный мешок, надел куртку и вышел, аккуратно прикрыв дверь. Я был уверен, что он еще вернётся. Надо постараться хорошенько всё обдумать до его появления.

Глава 4

Имение Рода Морозовых, Красноярск

Николай Иванович Морозов, брат бывшего главы Рода, ныне покойного Александра Морозова, и дядя нынешнего главы Алексея Александровича, смотрел на плачущую вдову брата, сидящую на диване в гостиной с кружевным платочком в руках.

— Коленька, я сегодня всю ночь спать не могла, мне дышать тяжело, как о Лёшеньке подумаю! С ним что-то плохое случилось, я чувствую!

— Да полно тебе, Алина, что с ним может случиться? Неужели он первый раз дома не ночевал? Бывало ведь уже такое?

— Да бывало, конечно, но в этот раз всё по-другому! У меня предчувствие нехорошее, беда с ним приключилась, точно тебе говорю! Ты же знаешь, я такое всегда чувствую, мне это умение от моего Рода досталось. Бабушка-то моя и вовсе будущее видеть могла. А я лишь несчастья чувствую. Случилось с ним что-то, с мальчиком моим! Что мне делать, Коленька, подскажи?

— В полицию пока рано обращаться, ночь дома не ночевал — это не повод розыск объявлять, сама понимаешь. Но можно гвардию отправить потихоньку на поиски, пусть обойдут город, поспрашивают. Я распоряжусь.

— Распорядись, Коленька, пожалуйста! И скажи, пусть за городом ищут. Не в городе он, точно не в городе.

— Так где ж за городом искать? Вокруг леса, их и за год не обойти.

— Около реки пусть ищут! Вроде мост там еще…

Николай Иванович со страхом посмотрел на плачущую женщину и почти бегом вышел из комнаты. Как он забыл об этом её даре? Редко она его использовала, вот и забыл.

Ведь вчера сам видел по видеосвязи, как его люди сбрасывают мальца с моста. Большая река, лес кругом. Вряд ли нашли бы, но если Алина всем будет рассказывать про реку и мост… Да вокруг полно рек и мостов, но если за дело возьмутся профессиональные ищейки… Надо сделать так, чтобы к словам женщины никто не прислушался… Чтобы сочли их бредом сумасшедшей… Не хотел он этого, вовсе не хотел, надеялся в жены её взять. Красивая женщина, добрая, тихая. Из таких всегда хорошие матери получаются. Она даже этого своего упырёныша Алекса любила больше жизни, хотя парень был вовсе не ангел. Столько дел наворотил, чуть Род по миру не пустил своими необдуманными поступками. Теперь же он сам возьмётся за руководство. Вернёт Роду величие и славу, ну и достаток тоже, само собой. А Алина… Есть у него знакомый мозгоправ… Придётся заплатить, конечно, немалую сумму, а потом еще о самом докторе позаботиться, чтоб не рассказал лишнего. Ну тут понятное ведь дело, мать после пропажи сына с ума сошла… Дело житейское…

Леса вокруг Красноярска

Андрей шёл по лесу с ружьём в руках, но думал вовсе не об охоте. И, как ни странно, не о собственной ситуации с женитьбой. Все мысли его были заняты Алексом Морозовым. Когда-то самым близким другом. Отец Андрея — глава Рода Аркадий Сергеевич Воронцов — был в приятельских отношениях с Александром Ивановичем Морозовым, отцом Алекса, и они часто гостили друг у друга вместе с женами и детьми. Алекс и Андрей были ровесниками и быстро сдружились. Оба будущих наследника своих родов были непоседами и выдумщиками, и, объединившись, частенько ставили на уши обе усадьбы. Родители радовались их дружбе, уверенные, что в будущем их Рода будут иметь крепкую поддержку и сильного союзника в лице друг друга.

А потом они пошли в школу и… началось соперничество. Сначала в виде игры и дружеских подначиваний. Потом всерьез. И дружба постепенно переросла во вражду. Когда это случилось, с чего началось? Андрей не мог вспомнить, как ни пытался. Алекс сильно изменился после смерти своего отца. Стал более жестким, даже жестоким и почти неуправляемым. Мать, души не чаявшая в сыне, словно не замечала, как тот изменился, прощала ему все выходки и сердилась на деверя, пытавшегося образумить племянника. А тот тратил деньги Рода направо и налево, устраивая грандиозные гулянки, одаривая своих любовниц родовыми украшениями и артефактами и жестоко карая каждого, кто осмелился встать на его пути.

Но тот Алекс, которого Андрей увидел сегодня… Он был другим… Своими руками приготовил кролика! Даже Андрей вряд ли бы справился, а ведь дед учил его, как снимать шкуру с добытых зверей. А вот как их готовить, не учил никто даже его, а уж Алекса и подавно. Ведь тот никогда не увлекался ни охотой, ни тем более готовкой! Даже подумать такое смешно: Алекс Морозов сам готовит себе завтрак! Но ведь сегодня именно это и случилось, удивив Андрея до такой степени, что он на время забыл, КТО перед ним. Кролик, кстати, был вообще несъедобный, жёсткий и без соли, еще и горелый, но Алекс его съел! Совсем не похоже на избалованного парня, которого помнил Андрей. Что заставило того настолько измениться? И это нападение, ранение… Вспоминая прежнего, знакомого ему Алекса, Андрей был уверен, что тот ринется сломя голову мстить своим обидчикам, «рубя головы» направо и налево. А этот… Спрятался… Затаился… Сам Андрей на его месте поступил бы точно так же. Сначала все разведать, разузнать, продумать план, подготовиться. А потом нанести один точный удар, застав противника врасплох. Слишком много изменений в человеке за такое небольшое время. Либо тот всё время притворялся, играя роль избалованного взбалмошного негодяя, либо притворяется сейчас. Но кролик, готовка… Это не притворство. А куница! Зверёк действительно заботится о нём, раз даже поделился своей добычей. Что-то во всём этом сильно не так, что-то совсем не сходится.

Андрей продолжал идти, куда глаза глядят, почти не глядя по сторонам, снова и снова прокручивая в голове утренние события. Что-то было там, какая-то деталь, которую он заметил, но не осознал, и сейчас пытался выцепить её из множества других. То, как смотрел на него Алекс… Словно на незнакомого… Словно впервые его видел… и … Тот не называл его по имени! Ни разу!.. Только в самом конце, когда Андрей сам назвал имя и фамилию в своей клятве… Вот хитрый чёрт, заставил его представиться! Это вообще не Алекс! Хотя очень похож, но это точно не он! Почему Андрей не понял этого сразу?

С досады на самого себя парень стукнул рукой по ближайшему дереву со всей силы. На него тут же посыпались хвоя и снег, попав на лицо и за шиворот. Андрей, рассердившись ударил дерево ногой раз, второй, и… почувствовал, что проваливается куда-то…

***

После ухода Андрея, я вскочил с кровати и принялся изучать обстановку. Первым делом открыл коробочку с кристаллами и, внимательно рассмотрев, взял один из них в руку. Обычный холодный камень. Но в то же время — источник, который может давать энергию. Что такое энергия, я представлял. Она повсюду. Вода, земля, воздух, деревья, даже камни обладают определённой энергией, которую можно научиться использовать. Но энергия живых — особенная. Энергия жизни. И в этом камне я почувствовал именно её. Тратить такую ценную энергию на подогрев воды или готовку пищи? Что за дикость? Слишком нерационально и расточительно! С помощью энергии жизни можно создавать миры! Откуда я это знаю? Просто знаю. Я положил камень обратно и убрал коробку на место. Лучше уж я буду на огне готовить. Так привычнее. Выходит, я всё-таки не из этого мира? Слишком многого не знаю и не понимаю. Но, с другой стороны, я не чувствую себя здесь пришельцем, чужаком. Понимаю местный язык, знаю многое о животных и растениях, даже про лешего недавно вспомнил. Он, кстати, всё еще неподалеку таится, наблюдает за мной. Почему я уверен, что именно за мной? Просто чувствую. Нет, я точно не чужой в этом мире. Но и не Алекс Морозов. Кто же я тогда?

Улегшись на кровать, попытался вспомнить, чем я занимался раньше, отловить последнее воспоминание. Горы. Небо. Облака. Где-то внизу зеленые поля, леса, деревни. Люди. Но я смотрю на них издалека, словно нахожусь очень высоко. Я лазал по горам? Зачем? Как странно…

Мои размышления прервал проскользнувший в комнату Рри. Вид у него был чрезвычайно довольный. А ещё, он что-то держал во рту. Я сел, протянул руку ладонью вверх. Куница запрыгнул на кровать и положил мне на ладонь то, что было у него в зубах. Что-то маленькое и блестящее. Я поднёс ладонь к глазам, чтобы лучше рассмотреть подарок Рри. Серьга. Он принёс мне серьгу с прозрачным голубым камнем в виде капли.

— Спасибо, конечно, приятель, но зачем мне эта побрякушка? Я же не девушка, это они любят все блестящее.

Рри негодующе уставился на меня и даже завертел головой, видимо, обиженный моими словами. А потом ловко извернулся и укусил меня за правое ухо! Пока я, опешив от такой наглости, смотрел на капающие из уха капли крови, зверёк взял зубами серьгу, которую я всё ещё держал на ладони и, поднёс её к моему прокушенному уху. На голубой камень упала капля крови и он вспыхнул так ярко, что я от неожиданности крепко зажмурился и даже не почувствовал, как серёжка оказалась у меня в ухе.

— Что это? — спросил довольного Рри, ощупывая пострадавшее ухо. Кровь остановилась сразу, как только была надета серьга. Я чувствовал, что она полна магии, причём очень сложной магии. И теперь, испив моей крови, завязана на меня. Вот ведь подстава! Кто надоумил куницу дать мне эту штуку? Я посмотрел на зверька, всё еще с довольной мордой сидевшего рядом, и протянул руку, пытаясь схватить его за шкирку. Но Рри оказался быстрее. Он, словно молния, пронесся по комнате и шмыгнул за дверь. Я попытался вытащить украшение из уха, но не смог. Магия привязала серьгу ко мне, и пока я жив, снять её невозможно. Значит, надо разобраться, какая магия заключена внутри, что она делает и кем управляется. Последнее, правда, самое сложное, и вряд ли мне по силам. А вот понять назначение этой игрушки я наверняка смогу.

С магией у меня, правда, сейчас совсем плохо. Я уверен, что раньше был намного сильней. Впрочем… я не проверял пока свои возможности. Огонь, вон, зажечь смог. Правда, не похоже, что с помощью магии. Как будто я просто попросил, и огонь загорелся. Кроме просьбы я ничего для этого не делал. А что, может быть здесь всё так и работает? Попросил — получил! Я взялся за серьгу в ухе двумя пальцами и чётко сформулировал свое желание узнать назначение этого артефакта. И клянусь, это сработало! Я каким-то шестым чувством ощутил связь, установившуюся между мной и кем-то очень далёким…

— Приветствую, улад. Вам нужна моя помощь?

— Да, нужна. И у меня появились еще три вопроса: «Кто ты? Что за именем ты меня назвал? Как ты связан с чёртовой куницей?»

— Я ваш помощник, можете называть меня Ари. Я назвал вас древним словом, значение которого утеряно. Если вам не нравится, могу использовать другое. Например, Алекс. Куница — слуга моего друга, он любезно согласился присмотреть за тобой и оказать посильную помощь в случае необходимости.

— Помощник, значит? Странный способ помощи ты выбрал. Почему бы не явиться сюда лично и не помочь на самом деле?

— Я не могу.

— Сильно занят?

— Нет, совершенно свободен. Просто не могу свободно передвигаться.

— Так, стоп! Ты не человек?

— Нет.

— Нет — нет или нет — да?

— Это смотря с какой стороны смотреть.

— И это так ты собираешься мне помогать? От такой помощи больше вреда, чем пользы!

— Согласен! Постараюсь отвечать более конкретно. Ответ на твой последний вопрос: нет, я не человек.

— Почему ты решил помочь мне?

— Я для этого создан.

— Создан для помощи всем, или конкретно мне?

— Создан, чтобы служить вам.

— Интересно. Кем создан?

— Это пока закрытая для вас информация. Вы узнаете со временем.

— Так, помощник. Давай, во-первых, перейдём на ты, не нравится мне это выканье. А во-вторых, кем это информация закрыта?

— Теми, кто меня создал.

— Значит, их несколько? И я им зачем-то нужен, поэтому они создали тебя, чтобы ты помогал мне?

— Примерно так.

— Примерно, значит… Они люди, те, кто тебя создал?

— Совершенно точно не люди.

— Может, маги?

— Так как маги — это люди, способные управлять некоторыми видами энергии, то я уже ответил на твой вопрос.

— Хорошо, оставим пока это. Скажи, почему я ничего не помню?

— Это временное явление. Память постепенно вернётся.

— Ты не ответил на поставленный вопрос, Ари.

— Ты сам хотел всё забыть.

— То есть я сам стёр себе память?

— Она не стёрта, просто заблокирована. Постепенно эти блоки разрушатся. Или ты сам их снимешь.

— Как меня зовут, Ари?

— В данный момент твоё имя Алексей Морозов, глава Рода Морозовых.

— Глава Рода? Интересно… Но ответ не полный. Как звали меня раньше?

— Я не могу ответить по той же причине.

— Это не сильно похоже на помощь.

— Просто задавай правильные вопросы.

— Понял, всё, что касается прошлого — табу. Тогда… Почему я оказался под мостом в лесу?

— Тебя пытались убить. Вернее, Алексея Морозова. И почти достигли успеха. Душа твоего предшественника покинула тело. А ты занял его место.

— Я так и думал… Не мой мир…

— Это твой мир, Алекс. Просто прошло много времени с тех пор, как ты видел его в последний раз.

— Значит, я попал в будущее? Зачем?

— Не могу ответить.

— Не очень-то хороший из тебя помощник, Ари.

— Мне очень жаль.

— Ты можешь дать мне информацию о моём Роде? Вернее, о Роде Морозовых?

— Да, вот всё, что мне удалось найти.

Перед моими глазами возникли строчки текста. С непривычки я не сразу смог прочитать, что там написано. История Рода, список недвижимого имущества, список членов Рода, основные направления магии…

— А можно как-то сохранить эту информацию? Она мне точно ещё понадобится.

— Просто попроси, и я выведу любые данные.

— Это удобно!

Наш столь познавательный разговор с Ари прервал Рри, появившийся в комнате. Он опять что-то держал в зубах и, запрыгнув ко мне на кровать, не дождался, когда я протяну руку и просто плюхнул свою ношу мне на колени. Это оказался твёрдый прямоугольный предмет размером с ширину ладони, сделанный из какого-то неизвестного мне материала. Я повертел его в руках, затем нажал на небольшую неприметную кнопку сбоку, и на одной стороне этой непонятной штуковины появилось изображение. Андрей Воронцов с какой-то милой девушкой в обнимку улыбался мне, словно живой. Поверх картинки надпись 26 ноября 2015, а ниже 16:37. Я с недоумением посмотрел на куницу.

— Где ты это взял? Стащил у Андрея? Воровать нехорошо!

Рри возмущённо зашипел, потом начал метаться по кровати, что-то изображая, а под конец своей пантомимы, не дождавшись от меня реакции, ухватил меня за ногу и потащил с кровати.

— Ты меня куда-то зовёшь? — наконец-то дошло до меня. С Андреем что-то случилось?

Зверёк отпустил мою ногу и быстро закивал. А потом бросился к двери, словно зовя за собой. Я вскочил, накинул куртку, надел ботинки и выбежал вслед за Рри, даже не задумавшись о том, что сам полностью безоружен и могу стать лёгкой добычей хищников, как четвероногих, так и двуногих, которые, как я понял, тоже есть в этом мире.

Глава 5

Андрей даже не успел испугаться, как приземлился на что-то мягкое и теплое. И ужасно вонючее. Глаза не сразу привыкли к темноте, хоть сверху и пробивался голубоватый свет ноябрьских сумерек. Через мгновенье раздался ужасный рёв, и бок обожгло нестерпимой болью. Закричав, Андрей скатился на землю и увидел рядом очертания огромного зверя. «Медведь!» — пронеслось в голове, — «Берлога. Бежать!» Он собрал все имеющиеся силы и, ухватившись за торчащий сверху корень, выкарабкался наружу. Не позволив себе даже секунды передышки, кинулся прочь, по пути поднимая потерянное при падении ружьё. Повезло, что оно осталось снаружи, а не упало вместе с ним в медвежью берлогу.

Рассвирепевший зверь ревел и ломился следом. Парень чувствовал, что тот всё ближе. Бок горел огнём, голова кружилась и Андрей чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. У него только один шанс выжить. Один выстрел. Сделав последний рывок, он оторвался от медведя на лишних пару метров, этого времени хватило, чтобы развернуться и, сняв ружье с предохранителя, выстрелить в почти нависшую над ним тушу. Зверь упал. Андрей вспомнил, как дед учил его никогда не доверять раненому зверю. Тот всегда может вскочить и наброситься на тебя, даже будучи при смерти. Поэтому он быстро перезарядил ружьё и замер, наблюдая за медведем. Тот не шевелился. «Неужели попал в сердце или в позвоночник?» Дед говорил, что только такое попадание мгновенно остановит медведя. С любым другим ранением тот может пробежать еще несколько километров. Андрей шагнул вперёд и почувствовал, что падает. «Надо выстрелить в шею, чтобы наверняка…», — успел подумать парень перед тем, как провалиться в черноту.

***

Уже стемнело, я едва видел Рри, бегущего впереди и показывающего дорогу. Мы шли, по моим ощущениям, целый час, во всяком случае я почувствовал усталость. Видимо, ещё не полностью восстановился после ранения. Наконец мой спутник остановился и призывно засвистел. Я прибавил шаг, видя впереди что-то большое и тёмное. Это явно не Андрей. Лишь приблизившись, понял, что передо мной медведь. Огромный бурый медведь. Мёртвый. Я посмотрел на разинутую пасть зверя, его огромные клыки и когти размером с небольшой нож. Впечатляет! И вот на этом монстре, как на матрасе, лежал Андрей. Глаза закрыты, дышит с трудом. Наклонился над ним, ощупывая. Куртка справа разодрана и вся пропиталась кровью. Ещё раз взглянул на медвежьи когти. Похоже, парню неслабо досталось. А я ведь совсем не лекарь. И даже не знаю, как позвать на помощь, и стоит ли это делать. Может, Андрей тоже скрывается, не просто же он погулять в лес приехал? Ладно, с этим потом разберёмся, сейчас надо отнести парня в тепло и обработать рану. Но как я это сделаю? Сам еле дошёл. Сделать волокуши из веток и лапника? У меня даже ножа нет, не говоря уже о топоре. Уже было потянулся к серьге, чтобы спросить совета у Ари, как вдруг вспомнил, как разжёг костер. Просто захотеть. Просто попросить. Мне нужно, чтобы Андрея можно было легко перемещать. Воздушный матрас! Мне нужен большой летающий воздушный матрас, который выдержит вес человека. Стоило мне представить это, как Андрей стал подниматься в воздух. Сработало! Я потыкал воздух вокруг парящего парня, пытаясь определить границы «матраса», потом проверил, устойчив ли он и не перевернется ли, уронив Андрея на землю. Затем прошёл несколько шагов, толкая перед собой раненого. И вдруг подумал, что нерационально оставлять в лесу столько мяса и такую теплую шкуру. Я, может, и глава рода, но сейчас неизвестно, когда смогу добраться до цивилизации — а есть-то хочется каждый день. «Заказав» ещё один летающий матрас для убитого медведя, велел тому лететь следом. Так мы и шли по ночному лесу — впереди Рри, за ним парящий в воздухе Андрей, потом я, а следом туша медведя. Впечатляющая процессия.

Добравшись до избушки, оставил медведя в холодных сенях, а Андрея транспортировал на кровать. «Отпустил» воздушный матрас, поблагодарив, правда не знаю, кого. Затем принялся осторожно раздевать парня. Его правый бок выглядел ужасно. Словно четыре острых ножа вспороли кожу и мышцы. Но, кажется, внутренние органы целы. Значит, всё не так уж и плохо. Вот только раны… Их надо срастить. Иначе может возникнуть заражение. Но я этого не умею. Знаю, что человеческие лекари просто зашивали такие раны. Но для этого нужна иголка и нитки, а также хоть какой-то навык. И вряд ли я смогу просто захотеть и научиться этому. Но на всякий случай попробовал. Сначала захотел, чтобы раны срослись сами. Ничего. Тогда пожелал получить знания о том, как заращивать или зашивать их. Тоже никакого результата. Пришлось обращаться за помощью к Ари.

— Зарастить раны? Конечно, ты можешь это сделать, ведь ты же… — он вдруг осёкся. — Ты умеешь видеть жизненную энергию. Именно она может исцелить. Просто направь её. А главное — верь в себя и в успех.

Легко сказать… Мне при виде этих ран плохо становится. А насчёт жизненной энергии… Это ведь именно её я почувствовал в том кристалле. Значит, я действительно могу её почувствовать. А раз могу почувствовать, то смогу и увидеть. Я посмотрел на лежащего передо мной парня, стараясь увидеть ту силу, что делает его живым. Это было сложно. Я постоянно отвлекался на какие-то мелочи, то начиная разглядывать амулет с волком, висевший у Андрея на шее, то замечая, что у него есть какие-то знаки, похожие на руны, на ключицах и на груди. В конце концов я попросил Рра выключить лампу. Оставшись в темноте, вновь посмотрел на Андрея. Да, так намного лучше. Никаких лишних деталей, только суть. Я должен увидеть его суть. Я смотрел перед собой и чувствовал кожей, как движется время. Буквально ощущал каждую уходящую секунду. Потом заметил свечение. Клубящийся шар голубой энергии. От него по всему телу расходились тысячи нитей, от совсем тонких, толщиной с волос, до таких, что были похожи на толстые верёвки. Они покрывали всё тело и парень передо мной сейчас ярко светился. Повреждения я заметил сразу. В местах разрезов нити обрывались, и вся область вокруг раны была тёмной. Надо направить туда энергию и соединить повреждённые нити! Это казалось так просто на словах, но получилось отнюдь не с первого раза. Энергия не слушалась, нити не хотели соединяться. Но я, помня совет Ари, не сдавался и верил, что справлюсь, повторяя свои действия раз за разом. И в конце концов всё стало получаться! Энергия заструилась туда, куда я её направлял, нити соединялись и «отращивали» новые ветви. С удовлетворением осмотрев то, что у меня получилось, я закрыл глаза, чтобы переключиться на обычное зрение. А открыв их, не увидел ничего. Точно, темно же!

Кстати, свет включать я так и не научился, поэтому снова попросил об этом Рри. Тот что-то пробурчал, и, включив лампу, продемонстрировал мне кнопку, с помощью которой это делается, затем несколько раз нажал её для наглядности. Пришлось поблагодарить своего мохнатого помощника, иначе бы он так до утра свет включал-выключал. Рри фыркнул и отправился на мою кровать, а я посмотрел на Андрея. Края ран соединились! След от разрезов был ещё заметен, но я уверен, что правильно циркулирующая жизненная энергия это исправит.

Ай да я! Не хуже лекаря справился. Только вот устал так, словно весь день лес рубил. Надо, пожалуй, отдохнуть. Укрыв Андрея одеялом, направился к своей кровати. А там… наглый Рри развалился, словно это его постель. Впрочем, он сегодня молодец. Не позови зверёк на помощь, Андрей бы погиб. Так что пусть спит, места на двоих вполне хватит. И я, выключив свет, улёгся рядом с мохнатым помощником и тут же провалился в сон.

Давным-давно, где-то среди звёзд

… Резкий непрекращающийся вой сирены, повторяющееся снова и снова предупреждение об опасности, произносимое неприятным механическим голосом. Ребёнок, сидящий в своём безопасном убежище со страхом смотрел вокруг. Люди суетились, бегали, некоторые плакали, некоторые смеялись. Многие просто сидели на полу, обнявшись. Их голоса звучали по-разному, но в каждом слышался страх.

— Нас затягивает туда, мощности двигателей не хватает! Никто не спасётся!

— Зато мы будем первыми из людей, прошедшими сквозь подобную аномалию!..

— Нам не выжить, это излучение смертельно для всего живого…

— И зачем я согласился лететь в эту дурацкую экспедицию?..

— Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя…

Мальчик видел, как в помещение вбежала мама, зовя его по имени, затем появился папа. Ему было страшно покидать безопасное убежище, но очень хотелось оказаться в крепких теплых объятиях своих родителей. Он тихонько выбрался и вышел к людям, протягивая руки вперёд…

— Малыш!

Мама и папа бросились к нему, обняли, заключив в тёплый безопасный кокон.

— Не бойся, мы рядом, всё будет хорошо, сынок, — прошептал папа в самое ухо и от его слов стало так щекотно в ухе, что мальчик засмеялся.

— Мы любим тебя, малыш, помни это. Мы с папой любим тебя больше жизни!

После этих слов объятия стали ещё крепче и теснее. Мальчику стало некомфортно и он попытался выбраться, но вдруг всё вокруг залил слепящий белый свет. Гудение сирены смолкло, вместо него раздался тонкий неприятный писк, от которого сразу заболела голова. Мальчик зажмурился и прижал руки к ушам. Писк становился всё громче и страшнее. Ребёнок попытался открыть глаза, но тут же зажмурился вновь — пространство вокруг сияло и переливалось так ярко, что из глаз брызнули слёзы.

А потом что-то словно лопнуло у него в голове и наступила тишина. И темнота.

***

— …восстановлены. Все системы корабля работают в штатном режиме.

Ребёнок открыл глаза. Вокруг всё было, как обычно. Никакого страшного звука и слепящего света. Механический голос привычно отчитывался о работе систем корабля. И никаких паникующих людей. Мама? Папа? Мальчик огляделся. Он был один в огромном помещении. Ему вдруг стало страшно. «Мама!» — произнёс он своё первое слово. Как долго родители пытались добиться от него этого. Но он не хотел, хотя давно понял, как это делается, и находясь в одиночестве, иногда шептал слова, которые ему нравились больше всего: мама, папа, кушать, гулять. Но сейчас никто не отреагировал на его призыв. Никто не услышал и не бросился обнимать и целовать, подбрасывая в воздух и смеясь. Никто не дует щекотно в ухо, не гладит по пушистым волосам. Никого нет вокруг. Ни мамы, ни папы, ни других знакомых и незнакомых людей. Никого! Только механический голос продолжает что-то бубнить про системы корабля. Что такое корабль? Их дом?

Очень хочется есть! Может быть, мама ушла за едой? Сейчас она вернётся, они сядут за стол и будут ужинать. Мальчик подождал ещё какое-то время, но мама не пришла. Есть хотелось всё сильнее, и он решил отправиться на поиски. Наверняка, мама где-то рядом, просто забыла, куда идти. Мальчик вышел из знакомого большого помещения и смело зашагал по коридору. Здесь он ходил каждый день вместе с родителями, возвращаясь по вечерам в свою каюту. Двери послушно открылись перед ним, но внутри никого не оказалось. Ни мамы, ни папы. Оглядевшись, мальчик вышел обратно в коридор и пошёл дальше. Он обошёл все знакомые коридоры, заглянул во все помещения, двери которых были открыты, но не нашёл никого. Тогда он сел посреди коридора прямо на пол и заплакал. Ведь он был всего лишь маленьким мальчиком трёх лет от роду. А наплакавшись, крикнул так громко, как только смог, чтобы его услышал этот странный голос:

— Мама! Где мама? Хочу кушать!

И тут же услышал ответ:

— Иди вслед за бегущим огоньком, малыш. Я накормлю тебя. Не бойся.

И тут же перед малышом возник светящийся шарик, который быстро поскакал вперёд. Ребёнок бросился за ним, стараясь не отстать. Они зашли в маленькую комнатку с кнопками на стене, эти кнопки поочерёдно светились, и мальчик перестал бояться. Он вспомнил, что раньше бывал здесь с мамой и папой. И когда двери открылись, радостно выбежал вслед за светящимся мячиком. Они зашли в большое помещение с креслами, диванами и столами. Там было тоже пусто. Почти… Потому что за одним из столов сидела девочка, очень похожая на него, и что-то ела большой ложкой из стоящей перед ней тарелки.

Глава 6

Я открыл глаза. Странный сон… Что-то совершенно невозможное и нереальное… Дом, летающий среди звёзд… Приснится же такое!

Потянулся, сел, огляделся вокруг. Рядом никого, видимо Рри отправился добывать себе завтрак. Андрей всё ещё спал на соседней кровати, но выглядел уже намного лучше. А парень молодец! Такого зверя завалил, не каждый бывалый охотник справится. Вот только близко зря подпустил, на самом деле еще легко отделался. Лапы у медведя — страшное оружие. Пара ударов — и нет человека.

Кстати, тушу медведя я же вчера тоже захватил. Надо пойти, заняться, шкуру снять. На шубу, правда, вряд ли сгодится, запах уж очень специфический, но на пол кинуть для тепла вполне пойдёт. Всё лучше, чем это неизвестно что, лежащее на полу. Ни вида, ни тепла. Уж лучше медвежья шкура.

***

Андрей проснулся от странного стука, раздававшегося за окном. Словно кто-то дрова рубил. Дрова?.. Зачем здесь дрова, есть же кристаллы? И вообще, почему он здесь? Андрей отчётливо помнил, как выстрелил в медведя, когда тот почти достал его. А потом… Что случилось потом? Неужели ему хватило сил, чтобы дойти до сторожки? И рана… Парень провёл рукой по правому боку. Он помнил, как его обожгло острой болью, когда острые медвежьи когти прошли сквозь ткань куртки и разрезали плоть. Тогда ему показалось, что рана смертельна и ему не выбраться. Сейчас же Андрей ощущал под пальцами лишь четыре полностью затянувшихся шрама. Этого не может быть! Неужели его нашёл отец и притащил сюда лекаря? Или? Алекс? Да нет, чушь… Алекс не способен на такое. Даже если предположить, что тот нашёл его, раненого, в лесу и притащил в дом, что уже почти невозможно, исцелить раны ему было точно не по силам. Раньше… Возможно ли, что парень настолько изменился? Андрей задумался, вспоминая, что уже думал об этом. И пришёл к какому-то выводу. Но к какому?

Можно ли верить Алексу Морозову? Нет! А если он изменился? Совершенно внезапно и непредсказуемо? Что с ним случилось? Зачем он спас Андрея? Ведь он знает о его местонахождении и может выдать. Неужели Алекс ему поверил? Поверил данному слову? Или, как обычно, ведёт свою хитрую игру? Скорее, второе. Значит, надо подыграть, но быть начеку, чтобы не попасть в просак. В конце концов, тот не сделал пока Андрею ничего плохого, даже наоборот, спас. Подумать только, он, Андрей Воронцов, обязан жизнью Алексу Морозову! Судьба, видимо, посмеяться над ним решила…

Парень осторожно сел, прислушиваясь к реакциям своего тела, затем встал с кровати. Потянулся, присел, сделал несколько упражнений из ежедневного комплекса, что привык выполнять по утрам. Тело немного болело, словно после чрезмерной физической нагрузки, но с ним всё было в порядке.

«Надо пойти, поздороваться с Алексом и поблагодарить за спасение» — подумал парень, но не сдвинулся с места. Благодарить Алекса? За что ему это всё? И что тот, вообще, там делает? Правда, дрова рубит? Снова будет мясо на костре жарить? Андрей вспомнил вчерашнего кролика и скривился. Надо, наверное, показать парню, как пользоваться печкой. Андрей надел запасную футболку и свитер, порадовавшись, что догадался взять их, затем потянулся к вешалке за своей курткой, но, не обнаружив её на месте, вышел за порог в чём был. И тут же замер в изумлении, а руки сами потянулись взять ружьё, которого у него сейчас не было.

Алекс разделывал медвежью тушу. И делал это очень умело. Он уже снял шкуру и вынул потроха, которые сейчас совершенно без страха скармливал пятерым волкам, стоящим перед ним без каких-либо признаков агрессии. Однако, заметив появление Андрея, звери прекратили есть и угрожающе зарычали. Алекс обернулся и приветливо улыбнулся, словно то, что происходило, было обычным делом.

— Привет, рад, что ты в порядке. Знатного ты вчера зверя подстрелил! Извини, если я поспешил с разделкой, но мне нечем было заняться. Шкура, кстати, хорошая, отличный коврик выйдет!

— Алекс, это же волки! Они дикие!

— Да нет, не волнуйся, они не нападут.

Парень повернулся к волкам и строго сказал: «Это Андрей, он свой, его нельзя трогать!» Звери тут же опустили морды и продолжили трапезу, потеряв к стоявшему в дверях Андрею всякий интерес.

— Как ты это сделал? — от удивления голос задрожал, дав «петуха».

Алекс, окинув взглядом раздетого парня, заботливо произнёс:

— Ты бы шёл в дом, холодно, простынешь. Вон уже, кажется, горло застудил. Тебе сейчас поберечься надо после ранения.

И, к своему удивлению, Андрей послушался и вернулся в комнату, не понимая, почему не стал возражать или пытаться дальше расспрашивать Алекса. Впрочем, присутствие диких волков не особо располагает к спорам.

Вернувшись, он первым делом нашёл ружьё, проверил, в порядке ли оно, зарядил и положил на кровать рядом с коробкой запасных патронов. То, что волки слушались Алекса, его ни капли не успокоило, наоборот, только сильнее напугало: мало ли что придёт в голову Морозову. Впрочем, Морозов ли это? Скорее всего, нет. Слишком сильно отличается от того избалованного озлобленного парня, которого Андрей знал раньше. А значит… Чужак! Опасный, и явно очень сильный, возможно даже высший маг или магистр. Правда, он плохо разбирается в технике. Маг из отсталой цивилизации? Пришелец из прошлого? Звучит нелепо. Но почему он спас Андрея? Наверное, хочет как-то использовать. Стоит ли вывести его на чистую воду или продолжать разыгрывать простачка и выведать побольше? Логичнее второе, но так хочется посмотреть в испуганное лицо Морозова, когда тот поймёт, что его раскрыли. Впрочем, это ведь уже не Морозов. Что же случилось с настоящим Алексом? Жив ли тот? И с какой стати это его волнует?

Жаль, что телефон пропал во время ночного происшествия. Наверное, лежит сейчас в медвежьей берлоге. Но возвращаться за ним у Андрея нет никакого желания. Может быть, здесь есть какой-нибудь гаджет для выхода в сеть? Наверняка, уже стало известно о пропаже Алекса и полиция, как и служба безопасности Рода Морозовых, стоит сейчас на ушах. Конечно, пропажа подростка в нынешнее время — дело привычное, но не тогда, когда речь идёт о главе старинного Рода.

Перерыв все шкафы и полки в доме, Андрей разочарованно опустился на кровать. Здесь не было ничего: ни планшета, ни компьютера, ни запасного телефона. Только спутниковый, кнопочный — для экстренной связи в случае чрезвычайной ситуации. Зато целые закрома с продуктами: мясные консервы, варенье, разные полуфабрикаты быстрого приготовления. Можно было не тащить с собой целую сумку продуктов из дома.

Стоило вспомнить о еде, как в животе заурчало. Наверное, сегодня его очередь готовить завтрак? Андрей выглянул в окно. Волков не было видно, а Алекс, закончив разделывать тушу, возился со шкурой. «Коврик?» — вспомнил Андрей и попробовал представить реакцию мамы, принеси он такое «украшение» домой. Хотя лично он не отказался бы от подобного трофея. Достав несколько упаковок каши быстрого приготовления, он согрел кипяток и, залив им содержимое пакетов, поставил в печку. «Интересно, медвежье мясо вкусное? Может, пойти, взять несколько кусков, пока Алекс не вздумал жарить его на костре? Да и контакт надо как-то налаживать.»

— Я там кашу приготовил, ты ведь ещё не завтракал? — он решил сразу показать свой дружественный настрой. — Можно ещё мяса попробовать в печи запечь, должно получиться не хуже, чем на костре.

— Сейчас, я почти закончил. А специи здесь есть?

— Должны быть.

— А ящик какой-нибудь прочный, чтобы мясо от зверей спрятать? Оно сейчас замёрзнет и будет долго храниться.

— Есть, сейчас принесу.

Пока он убирал мясо, Алекс закончил возиться со шкурой, затем они вместе выбирали специи и готовили жаркое. Алекс с сомнением смотрел на печку, даже высказал сомнение, что мясо сможет приготовиться в ней всего за несколько минут.

Андрей же весело подначивал недоверчивого повара, обещая, что в этот раз на тарелке будут не только угли. Вообще, парню казалось, что вернулись те славные времена, когда они были лучшими друзьями. Тогда частенько они так же устраивали пикники на природе, жарили хлеб на костре и запекали в углях картошку. И были уверены, что их дружба — нечто столь же нерушимое, как небо над головой.

— И правда, вкусно, даже не знал, что мясо может быть таким мягким и сочным.

–Не знал? Что же ты, до сегодняшнего дня мяса нормального не ел? У вас же в имении замечательный повар!

— Ну… я имел в виду мясо, которое сам приготовил.

Андрей внимательно посмотрел на «друга». Тот явно смутился, поняв, что прокололся. Алекс рос в богатой семье и любил вкусно поесть. Нет, он был не обжорой, скорее, гурманом. Хотя, вряд ли даже он пробовал запечёное медвежье мясо.

Андрею очень хотелось продолжить задавать «неудобные» вопросы, разоблачив лжеалекса, но он сдержался и увёл разговор в другое русло.

— Что собираешься делать дальше? Когда-нибудь тебя всё-равно найдут.

— Сюда может кто-нибудь приехать?

— В общем-то, маловероятно. Отец знает, где я, он дал мне время подумать и вряд ли сюда заявится. А больше никто про это место не знает. Разве что сестра. Но она никому не расскажет.

— Сестра?.. — видно было, что Алекс хотел спросить что-то, но вовремя остановился. Догадался, что настоящий Алекс, наверняка, знаком с его сестрой.

— Да, Анна, помнишь её? — решил подсказать парню Андрей. — В детстве хвостом за тобой ходила, все замуж за тебя собиралась.

— Серьёзно? — искренне удивился Алекс. — Я и не знал.

— И хорошо, что не знал.

— Неужели А… я был таким ужасным? Что мог навредить ребёнку?

— Ну, Анна уже не ребёнок. Она всего на пару лет младше нас.

— А мой Род… Как думаешь, они будут меня искать?

— Думаю, уже ищут, как и полиция. Может, стоит вернуться?

— Чтобы меня снова попытались убить? На этот раз у них может получиться.

— Ты уверен, что это они?

— На девяносто процентов.

— Ну, этого недостаточно.

— Как далеко отсюда до города?

— Часа два на машине.

— А до моего имения?

— Плюс ещё полчаса.

— А где сейчас моя семья, не знаешь?

— Твой дядя должен быть в городе. Всё-таки расследование идёт, тебя ищут. А мать и сёстры, наверное, в имении. Хотя нет, девочки же в пансионе учатся. Они домой только на каникулы приезжают.

Алекс задумчиво смотрел на Андрея.

— Не знаю, имею ли право просить о таком, но… Ты поможешь мне, Андрей?

— В чём помочь?

— Вернуться домой и наказать виновных.

— Наказать? Ты что, судья или палач? Наказывать должно правосудие.

— И это работает?

— Что?

— Правосудие всегда карает виновных и защищает невинных?

— Ну… так должно быть.

— Да, должно. Но почти уверен, что на самом деле всё работает совсем по-другому.

— Да кто бы говорил! Сколько раз тебя твой дядя отмазывал! Вытаскивал практически из-за решётки, дав взятки нужным людям.

— Вот я и говорю. Всё работает не так, как должно. И это надо исправить.

— Что — это?

— Всё. Всё, что неправильно, надо исправить.

— Ты больной, Алекс Морозов? Что ты несёшь? Собираешься победить коррупцию? Бороться с бюрократией? Может, ещё и голодных накормить, и бездомным дать крышу над головой?

— Неужели всё настолько плохо?

Андрей на мгновение задумался. Кем бы ни был этот чужак, вселившийся в Морозова, наблюдать за ним было очень забавно. И, похоже, будет ещё интереснее. Поэтому он ехидно улыбнулся и произнёс:

— Добро пожаловать в реальный мир, Алекс!

Глава 7

Не знаю, что на меня нашло, и почему я заговорил о правосудии и справедливости. Напугал Андрея. Он теперь косится на меня как-то испуганно-подозрительно. Но я просто сказал то, что думал. Почему-то для меня это очень важно — справедливость во всём. И я, действительно, готов за неё бороться. Порядок в мире навести мне, конечно, вряд ли по силам, а вот в собственной семье… Что же это за мир такой, в котором люди готовы убить родного человека ради… ради чего? Денег? Власти? Титула? Что нужно моему дяде? Нужна информация, причём из разных источников. Здесь нельзя спешить и делать выводы, зная ситуацию только с одной стороны.

Хорошо, что есть Ари. Но этого недостаточно. Могу ли я довериться Андрею? Открыться ему? Перестать играть в дурацкие недомолвки и рассказать всё, как есть? Мне нужен помощник, друг, советчик, проводник в этом незнакомом для меня мире. И парень, сидящий передо мной, вполне мог им стать. Если поверит мне. А если нет?

Но пока я раздумывал и колебался, Андрей сделал первый шаг. Он вдруг стал очень серьёзным, посмотрел мне прямо в глаза и спросил, вкладывая в вопрос приличное количество силы, так, что игнорировать его было невозможно… тому, кто был ниже по уровню магического развития:

— Ты ведь не Алекс?

Я, наверное, мог бы не отвечать, но решил не упускать шанс. Раз парень сам начал разговор, значит, подозревает что-то, но не бежит прочь. Похоже, у меня есть шанс.

— Почему ты так думаешь?

— Ну, если перечислять по-пальцам, то не хватит рук. Ты даже внешне не очень на него похож. Вернее, похож, но взгляд совсем другой. Алекс всегда смотрел так, словно все вокруг него жалкие букашки. А ещё он ненавидел всех вокруг: людей, животных, растения… Весь мир ненавидел. И старался сделать больно. Алекс Морозов любил причинять боль: физическую и моральную. Наверное, думал, что так показывает своё превосходство. Он просто не мог бы спать в одной кровати с куницей или кормить волков. Да и животные к нему старались не приближаться, словно чувствовали, что это опасно. А ещё он никогда не стал бы никого спасать. И лечить не умел. И, конечно, знал, что такое печка и какое на вкус запечённое в ней мясо. А то, что ты сказал про справедливость… Это вообще не про Алекса.

Андрей закончил свою речь и выжидательно посмотрел на меня. А я… что я мог ответить? Начать отпираться, когда спалился по полной? Врать и выкручиваться? Вот это уже не про меня. Почему-то знаю, что именно так. Да, это знаю. А вот своё настоящее имя…

— Логично. И каковы твои предположения?

— Кажется, я поспешил с выводами. Что-то в тебе от Алекса всё же осталось — его способность всех бесить, отвечая вопросами на вопрос. Он тоже никогда не мог ответить прямо.

— Это полезный навык. Пока твой собеседник бесится, можно выведать много интересного, того, что при обычном разговоре никак не узнать.

— Приму к сведению. Вообще, я не знаю, кто ты. Точно не Алекс, и, похоже, не местный. Хотя говоришь без акцента, но слишком странно себя ведёшь. И твоя куница… Он ведь фамильяр, да? Это очень большая редкость! И то, что ты смог вылечить мою рану… Такое мало кому под силу.

— И?..

— Ты какой-то очень сильный маг, который вселился в Алекса, — выпалил Андрей на одном дыхании и с испугом посмотрел на меня.

— Почти угадал. Только я не маг. Наверное… Во всяком случае, никаких заклинаний не знаю. Или не помню. Я вообще помню очень мало. Очнулся чуть живой под мостом, пошёл по дороге. Встретил Рри, тот привёл меня сюда.

— Рри — это куница? Так он не твой?

— Нет, он сам по себе. Хотя, почему-то решил мне помогать.

— А Алекс? Что с ним?

— Я не чувствую присутствия его души в этом теле. Похоже, Алекс погиб во время покушения. И его душа ушла…

— А ты? Кто ты? Откуда?

— Я не помню. Вернее, помню очень мало. Например, взглянув на Рри, я сразу понял, что он — куница. Хотя многое мне непонятно…

— Ты вылечил меня. Как?

— Просто чувствовал, как надо это делать.

— А волки? Я маг природы, но призвать и контролировать целую стаю волков я вряд-ли когда-то смогу.

— Я не призывал, они сами пришли. И я их не контролировал, просто… чувствовал, ощущал их эмоции и желания. Говорил с ними, как сейчас с тобой, и, кажется, они меня понимали.

— Значит, ты умеешь с животными? Это же очень редкий дар!

— Наверное, умею. Но не со всеми. С Рри у меня говорить не получается.

— А ещё что ты можешь?

— Я не знаю. Умения проявляются, когда они необходимы.

Не знаю, как долго мог бы расспрашивать меня Андрей, но наш разговор прервал Рри, забежавший в комнату с очень испуганным видом. Он тут же начал бегать кругами и размахивать лапками, пытаясь что-то нам объяснить, а потом просто ухватил меня за штанину и потянул к двери, точно так же, как вчера. В этот раз я даже не думал сопротивляться, сразу поверив мелкому разведчику, лишь успел, выбегая из дома, крикнуть удивлённому Андрею:

— Кажется, у нас гости. Я постараюсь не попасться им на глаза.

Стоило мне отойти от дома на полсотни метров и скрыться за деревьями, как стал явственно слышен приближающийся гул. Я остановился и, укрывшись за широким стволом, попытался разглядеть, что происходит. К домику подъехали две повозки, такие же, как у Андрея, из одной выскочили четверо мужчин, которые тут же просканировали местость и окружили дом. Судя по одежде, это военные, вот только кому они служат? Из второй повозки вышел человек средних лет также в военной форме, а следом за ним темноволосая девушка, кутавшаяся в светлую меховую шубку. Осмотревшись, мужчина кивнул одному из бойцов, и тот, пинком открыв дверь, зашёл в дом. Следом за ним второй. Через минуту оба вышли обратно и, махнув рукой оставшимся, направились в сторону леса. Вернее, в разные стороны, так как лес был со всех сторон.

К сожалению, один из них направился именно туда, где находился я. Стоит побежать, как меня сразу же заметят. Но и стоять на месте не вариант — дерево, за которым я прятался, видно, чем-то понравилось ищейке, так как он шёл прямо к нему. Вот бы стать невидимым! В голове вдруг возник образ лешего, присутствие которого я обнаружил ещё вчера. Он смотрел на меня своими каре-зелёными глазами, словно спрашивая, нужна ли помощь. «Помоги, пожалуйста, меня не должны увидеть!» — попросил я мысленно, обращаясь с сказочному существу, которое видел в своих мыслях. Леший чуть заметно кивнул и… пропал. Он что, действительно был в моей голове?

Между тем, ищущий меня боец был уже в паре шагов, и я приготовился напасть. Если удастся сделать это тихо и обезвредить его, у меня появится шанс убежать подальше. Но мужчина вдруг остановился, отвернулся от «моего» дерева и пошёл в другую сторону. Я вздохнул с облегчением, не забыв шепнуть «Спасибо!» в надежде, что леший услышит.

Больше рядом со мной никто не показывался, в домике было тихо. Я уже начал замерзать, когда ушедшие в лес мужчины вернулись в дом. Спустя несколько минут они вышли оттуда вместе со своим командиром Андреем, который держал за руку приехавшую девушку. Все расселись по своим повозкам, причём девушка села в повозку Андрея. И спустя пару минут около хижины было пусто. Я на всякий случай подождал еще немного, затем осторожно двинулся к дому. Рядом откуда-то появился Рри. Он обогнал меня, обежал вокруг избушки, обнюхивая землю, затем сел у двери, дожидаясь меня.

— Всё в порядке? Они точно уехали?

Зверёк утвердительно кивнул несколько раз.

— Здесь безопасно?

Тот развёл лапки в стороны, словно показывая, что не знает, а потом кивнул один раз.

— Уверен?

Тот замотал головой.

Ясно. На всякий случай сам обошёл дом в поисках оставленных ловушек или каких-нибудь устройств. Ничего. После этого мы с Рри зашли в дом. Здесь ничего не изменилось. Андрей, умница, успел убрать со стола вторую чашку, а кровать у него всегда была идеально заправлена, в отличие от моей. Так что создавалась полная видимость того, что в доме жил всего один человек.

Я с облегчением выдохнул. Пронесло. А ведь Андрей был уверен, что про это место никто не знает, кроме… Его сестры… Значит, та девушка, что приехала с военными… Но почему? Её брат был уверен, что та никому не расскажет об этом месте. Значит, её заставили это сделать. Ей угрожали? При мысли об этом внутри всколыхнулась злость. Захотелось срочно догнать этих незнакомцев и объяснить им, как следует себя вести с дамами. Что это я? Они ж вроде вежливо с ней обращались, насколько я видел. И вообще, что за странные мысли? Какое мне дело до того, как с дамами обращаться, я ведь ни одной не знаю?

Прошлое… Оно стоит за моей спиной и подталкивает к странным поступкам, а я не могу вспомнить абсолютно ничего! Это раздражает и злит. Как мне вернуть воспоминания? Ари сказал, что я сам хотел всё забыть. Странно. Но теперь я хочу всё вспомнить! Очень хочу!

Я встал посреди комнаты, развёл руки в стороны и крикнул, обращаясь, почему-то, к лампочке, висящей под потолком:

— Я хочу вернуть свои воспоминания! Я ХОЧУ ВСЁ ВСПОМНИТЬ!

Постарался вложить в свой голос побольше силы, в результате на меня с потолка посыпалась пыль и песок, лампочка замигала и погасла, а стёкла в окнах тонко задребезжали. Что-то определённо происходило, но точно не то, что мне надо. В голове не возникло ни одного образа, не вернулось ни одно воспоминание. Мне стало ужасно обидно. Как же так? Кто-то по своей воле, не спрашивая моего согласия, вселил меня в тело глупого подростка, не дав при этом НИЧЕГО! Как я должен выжить в этом мире, если ничего не знаю, даже того, что знал настоящий Алекс?

Я хотел было сново крикнуть что-нибудь обидное, да так, чтобы достучаться до этих неизвестных сущностей, но вдруг увидел стоящего передо мной на задних лапах Рри. Он смотрел на меня с испугом и удивлением. Словно первый раз видел. И выглядел при этом так комично и мило, что я не выдержал и засмеялся. Злость сразу исчезла, как и обида. Ничего не помню? Ну и шут с ним! Узнаю всё, что мне надо, снова. Ничего не умею? Спорное утверждение, ведь я многое сумел сделать за эти дни и вовсе не ощущал себя слабым и беспомощным. Так что отставить панику! Всё в моих руках! А воспоминания… Если я сам хотел от них избавиться, стоит ли их возвращать? Вдруг я узнаю что-то такое, что не даст мне жить спокойно? Скорее всего, так оно и есть. Не стал бы я просто так стирать себе память. А насчёт силы… Она у меня определённо есть. Надо только изучить её, освоить и использовать с умом. Посмотрел на погасшую лампочку, вздохнул и потянулся к кристаллу у себя в ухе. Надо понять, как управляться со всеми этими современными приспособлениями. Хватит бездельничать! Три дня в этом мире, а всё еще не научился лампочки чинить. Пора браться за учёбу! Место здесь теперь точно безопасное, второй раз вряд ли будут искать меня здесь. Дождусь Андрея, потом буду решать, что делать дальше. А в том, что Андрей вернётся, я был совершенно уверен.

***

Андрей вёл машину, стараясь не упускать из виду шедший впереди джип офицера службы безопасности Рода Морозовых. И злился на сестру. Надо же было совершить такую глупость! Он-то считал её умной, рассудительной и сообразительной девушкой! А она поверила этим чужакам, выдала им месторасположение его тайного убежища. Девушки! Не зря говорят, что им нельзя доверять никаких тайн. Это надо ж было в такое поверить: ему, Андрею Воронцову, угрожает смертельная опасность! Да ещё от кого! От Алекса Морозова, который якобы, совсем слетел с катушек и превратился в неконтролируемого кровавого маньяка! И она в это поверила! И кинулась его спасать!

Андрей кинул взгляд на сидящую рядом зарёванную сестру. Да, пожалуй, он перегнул палку, вылив на неё всю свою злость и негодование. Всё-таки она ещё совсем ребёнок, хоть и выглядит его ровесницей. Два года разницы — не так много, но отношение к воспитанию девушек, всё же, совсем другое. Она привыкла, что всё решают за неё. И совсем не умеет критически мыслить. Слишком доверчивая. Надо это исправить. Потом. Сейчас ей и так досталось.

— Ну ладно, Аня, прости, если обидел! Я просто не сдержался. Ничего страшного не случилось, всё в порядке.

— И ты меня прости. Я не знаю, почему им поверила. Словно мозги отключились. Как только услышала, что Алекса видели около моста, сразу выложила информацию про дедушкину сторожку, что совсем рядом. А они сразу вцепились: «Покажи, где это!» Начали убеждать, что Алекс опасен и может причинить тебе вред. Сейчас-то я понимаю, какая это чушь! Во-первых, ты намного сильнее Алекса, а во-вторых, не такой уж он и ужасный. Я же помню…

— Ага, я тоже помню, как ты за него замуж собиралась. Лет в семь.

— Андрей! Это давно было, я тогда была совсем глупой! И, похоже, до сих пор не особо поумнела… Ты, правда, больше не сердишься на меня?

— Правда. Вот только надеялся ещё денёк провести в лесу.

— Так давай вернёмся! Я уже в порядке, точно! Позвоню домой, скажу, что побуду с тобой…

— Нет, Аня, ты едешь домой. Да и я тоже. Съезжу туда через пару дней, заберу шкуру.

— Ты, правда, медведя убил? Сам?

— Правда.

— Дедушка бы тобой гордился.

Андрей только хмыкнул в ответ. Видел бы дедушка, как он в страхе улепётывал от медведя… И вообще, если бы не Алекс, его уже не было бы в живых. Так что он, как минимум, должен помочь тому вернуться домой и разобраться с дядей.

А свадьба… Что-нибудь придумает. В конце концов, от женитьбы еще никто не умирал. И наличие жены никак не помешает ему жить так, как он того захочет. А если не так, всегда можно развестись.

Глава 8

Давным-давно, где-то среди звёзд

— Эни, ты ещё не закончила с уравнениями! Вернись на место!

В механический голосе, раздававшемся непонятно откуда, явно чувствовалось раздражение.

— Эри, у тебя ошибка в вычислениях. Система уравнений имеет единственное решение. Придётся переделать.

Сидевший за интерактивной обучающей панелью черноволосый мальчик семи лет вздохнул и размашистым движением стёр все сделанные ранее вычисления. Затем обернулся, следя за девочкой такого же возраста, которая, покинув учебную зону, играла с роботом-уборщиком, которого они назвали Пушок. Почему так, никто из них объяснить не мог, тем более паукообразный робот был ни капли не пушистым.

— Отстань, Ари, дай немного отдохнуть. И вообще, пора уже обедать, разве нет?

— До обеда ещё сорок три минуты, вы как раз успеете закончить решение. А тот, кто не справится с заданием, останется без десерта!

Услышав это, мальчик вздохнул и, повернувшись к панели, снова принялся записывать решение.

— Зачем нам эти уравнения, Ари? Ведь у нас есть ты! — девочка, оставив Пушка делать свою работу, нехотя вернулась к обучающей панели.

— Я всего лишь компьютер, а вы — люди. Вы должны вырасти умными и образованными. Иначе вы не справитесь с вашей основной миссией.

— Да, да, я помню, — сморщила носик девочка и принялась за ненавистное уравнение. Она не понимала и не любила математику, в отличие от Эри, но Ари не давал ей никаких поблажек, заставляя заниматься наравне с братом. — Мы должны возродить человечество. Только вряд ли нам это удастся, Ари. Ведь нас всего двое.

— Зато у вас есть знания, накопленные за века развития нашей цивилизации. Надо только их усвоить.

— Может быть, мы сначала найдём подходящую планету, а потом будем учиться?

— Мы найдём планету, когда вы будете готовы. Пока вы знаете слишком мало и не выживете одни. И тем более не сможете возродить человечество.

— Мы никогда это не сможем, — произнесла девочка, стирая всё написанное и вздыхая. — Мы слишком маленькие и глупые.

— Молодец, Эри, твоё решение верно! — похвалил голос, и на панели у мальчика запрыгали весёлые разноцветные шарики. — До обеда ещё тридцать три минуты. Желаешь решить ещё одну задачу?

— Нет, я лучше Эни помогу, можно?

— Тогда ей позже придётся решить ещё одно уравнение самостоятельно. Эни, ты согласна?

— Да, пусть он мне поможет! Ничего не понимаю в этих дискриминантах!

— Эри, можешь помочь Эни с решением.

— Ари, а какой сегодня будет десерт? — тут же оживилась девочка, двигаясь в кресле, чтобы брат мог сесть рядом.

— Вишнёвый пирог с украшением из взбитых сливок.

— Ох, Эри, я так люблю вишнёвый пирог! Давай решим уже это противное уравнение! Ари, а если мы решим два, то получим добавку пирога?

— Если хочешь добавку, ты должна решить два уравнения сама.

— Зануда ты, Ари!

— Я компьютер, Эни, я не могу быть занудой.

***

Пока я изучал предоставленную Ари информацию об этом мире, меня не оставляло ощущение, что я упускаю что-то очень важное. Что-то было не так. Неправильно. Не так, как должно было быть. А откуда я знаю, как должно? Я не знаю… Мир представлял собой странную смесь магии и технологий. Техномагия… Здесь всё было просто и понятно. Техника использовала магическую энергию, собранную в кристаллы-накопители, такие, как показывал мне Андрей. Вот только кристаллы эти, насколько я успел увидеть, наполнялись не просто энергией, а энергией жизни. И это ужасное расточительство! Разогревать еду с помощью энергии жизни — всё равно, что стрелять из пушки по комарам. Ведь можно использовать более распространённую и естественную энергию стихий. А жизненная энергия… её количество у каждого человека ограничено, и, отдавая её, он становится слабее. А отдав слишком много, может даже погибнуть. Кто додумался до такого?! Тут же нашёл информацию, что заполняют эти кристаллы в основном заключённые в тюрьмах. И ещё студенты, которые обучаются за счёт государства, расплачиваясь за это таким диким способом. Ну и, конечно, существует чёрный рынок, где продают кристаллы, заполненные отнюдь не добровольно отданной энергией. И это ужасно! Использовать такую энергию просто опасно! Ведь она заряжена ненавистью и агрессией. И при использовании кристалла они высвобождаются, действуя, на находящихся рядом людей. Интересно, знают ли об этом те, кто покупает кристаллы на чёрном рынке?

Вообще, развитие этого мира идёт каким-то странным путём. Имея в распоряжении магию стихий — а это огромная сила — люди почти не используют её в мирной жизни, изобретая какие-то механизмы, работающие на кристаллах. Магия используется, в основном, как оружие. В магических академиях, в одной из которых, кстати, учился Алекс, основной факультет — это факультет боевой магии. И да, здесь много воюют. Все со всеми. Государства с государствами, Роды с другими Родами, даже внутри Родов постоянно происходит борьба за власть, жертвой которой, похоже, и стал Алекс. И почему людям не живётся спокойно? Неужели, заняться больше нечем? Вокруг множество неосвоенных территорий, можно было бы просто расселиться по миру и жить, развиваясь и не мешая друг другу.

Всего на планете четыре материка — Евразия, Америка, Африка и Австралия, причём на каждом материке главенствует одна из школ магии. В Евразии — маги Земли, в Америке — Ветра, В Африке — Огня, а в Австралии — Воды. Словно когда-то давным давно маги разделились, основав на каждом из материков свою школу. Правда, это не значит, что на каждом материке живут маги лишь одной направленности, нет. Но общий расклад именно таков.

Кроме магии стихий, здесь известна и магия жизни. Ею владеет очень малая часть людей, и именно они составляют правящую верхушку каждого государства. Да, все государства здесь — монархии. Я нахожусь в Российской Империи, правящий род в которой — Романовы, пришёл к власти не так давно, всего лишь двести пятьдесят лет назад, а до этого страной правил род Рюриковичей. Все они были сильными магами жизни, в отличие от нынешнего императора и его рода. Он, хоть и владел этой магией, всё же был больше стихийником, что тщательно скрывалось.

Мой Род, Род Морозовых, как и большинство великих Родов России, владел магией земли. Отец Алекса — Александр Иванович Морозов, был сильным боевым магом. Он погиб пять лет назад во время войны с Китайской империей. Сам Алекс, как и его дядя Николай Иванович, не обладал и половиной той силы, что была у отца, и парень никак не мог с этим смириться. Он привык, что имени Морозов боялись, поэтому старался добиться этого другими методами. И, кажется, ему это удалось. Во всяком случае среди молодого поколения российских аристократов имя Морозов вызывало страх и … ненависть. И желание держаться от него подальше.

Да уж, наворотил Алекс дел, а мне теперь расхлёбывать. Его дядю, кстати, даже можно было бы понять, не прибегни он к такому радикальному способу избавиться от племянника — убийству. Ведь парень за пять лет практически разорил свой Род, тратя деньги на сомнительные забавы и сорвав несколько важных правительственных заказов, за которые пришлось выплатить громадную неустойку. Репутация Рода была разрушена, производство почти встало, так как все прежние заказчики разорвали с ними контракты. Что-то мне подсказывало, что во всех этих бедах был виноват не только Алекс. Вряд ли он сам занимался делами, похоже, бизнес его совсем не интересовал. А вот дядя Николай… Именно он управлял производственными делами Рода после смерти брата.

Похоже, работы мне предстоит много. И первое, что надо сделать — разобраться с дядей. Нет, я вовсе не собираюсь его убивать. Даже если подтвердится его причастность к убийству Алекса и разорению Рода. А вот заставить исправить всё то, что натворил — это да. Правда, вряд ли он захочет делать это добровольно. Значит, без насилия всё же не обойтись. Пора бы мне выяснить, насколько хорошо я владею магией и на что способен. Ведь идти в бой, не зная своих возможностей, глупо.

Выйдя из дома, я отошёл от него на приличное расстояние, чтобы случайно не повредить. Выбрав большую поляну, встал посередине и попробовал использовать магию Земли. Самую простую. Да, я успел перед этим пролистать учебники по основам магии стихий и хорошо представлял, что надо делать. Но, к моему удивлению, ничего не получилось. Сколько я ни произносил простейшее заклинание, которое изучают на самой первой ступени — создание земляного вала, ни одна песчинка не тронулась с места. Я пробовал, наверное, раз сто, пока совсем не отчаялся и не крикнул, обращаясь к земле под ногами: «Создай, в конце концов, этот треклятый холм!» Земля под моими ногами дрогнула и я стал подниматься вверх. Вернее, холм под моими ногами всё рос и рос, а я стоял на его вершине и не мог опомниться от изумления. Наконец, когда моя голова поравнялась с вершинами деревьев, крикнул: «Стой, стой, хватит! Достаточно!». «И незачем так орать!» — раздался у меня в голове раскатистый голос, — «Можно было просто мысленно попросить.»

Значит, никакой магии у меня нет, просто кто-то, обладающий ей, помогает мне, выполняя все просьбы. Вспомнил, как просил зажечься огонь и создать воздушный матрас для транспортировки Андрея. А это уже стихии Воды и Воздуха. Значит… Тот, кто мне помогает, либо очень могущественный маг всех стихий, либо … он не один.

— Кто ты? — спросил всё так же вслух, обращаясь к пространству вокруг.

Тишина.

— Не делай вид, что ты меня не слышишь! Кто ты, что создал сейчас этот земляной холм? И почему ты помогаешь мне?

Ответом была тишина, лишь на мгновение перед глазами мелькнул образ исполина из земли, камней, переплетённых корнями деревьев. Я принялся оглядываться, но увидел лишь знакомую физиономию лешего, следящего за мной из-за деревьев.

— Это ты создал холм? — спросил я у него.

Леший мотнул головой и скрылся в лесу. Будем считать, что ответ отрицательный. Хотя этот странный хозяин леса всё же помог мне сегодня, укрыв от преследователей. Что за чудеса здесь творятся? И владею ли я сам хоть какой-нибудь магией? То, что мне помогают какие-то могущественные существа, конечно, радует, но… Хотелось бы иметь возможность справляться с проблемами без их помощи.

На всякий случай решил проверить, действительно ли могу призывать все четыре стихии. «Развей этот холм, сравняв с землёй!» — приказал я Воздуху и тут же добавил на всякий случай: «Пожалуйста!»

Поднявшийся ветер за несколько секунд не оставил ни следа от возвышенности. При этом в меня не прилетело ни одной песчинки, меня просто плавно опустило на землю.

— Спасибо! Ты тоже не ответишь на мои вопросы? Кто ты?

Ласковый ветерок прошёлся по моим волосам, словно кто-то потрепал меня по голове, как малыша-несмышлёныша. И я уже ни капли не удивился, увидев на мгновенье удивительное крылатое существо, похожее на дракона, созданное словно из облаков. Оно, как видение, мелькнуло и пропало, а в ушах раздался лишь свист ветра.

Интересно, как долго эти существа будут выполнять мои просьбы? Может у меня, как у Иванушки из сказки, есть всего три желания, а я трачу их на какую-то ерунду. Но всё же, обладаю ли я собственной магией? Вытянул правую руку вперёд и попробовал сосредоточить в ней свою силу. Рука засветилась ровным голубым светом… Таким же, как у кристаллов в шкатулке Андрея. Магия Жизни… Теперь понятно, как я смог исцелить парня. Но откуда?.. Алекс был магом земли… Значит это моя собственная магия. Моя… Вот только открытие это отнюдь не радует. Ведь магия жизни — отличительная особенность императорского Рода. И вряд ли они позволят существовать другому Роду, в котором проявилась подобная магия. Значит, мне придётся скрывать свои способности, изображая мага земли, каким был Алекс.

Кстати, он же в Академии учился? Значит и мне нужно будет? Даже не знаю, как к этому относиться. С одной стороны, получить новые знания об этом мире мне необходимо, с другой — это займёт слишком много времени, у меня сейчас полно более важных дел, да и шанс быть раскрытым в Академии был довольно велик. Любой мало-мальски сильный маг увидит, что я вовсе не тот, за кого себя выдаю. Стоит потренироваться использовать свою магию и научиться скрывать её от посторонних.

Все следующие дни я занимался самопознанием и саморазвитием: учился обращаться с магией жизни, а также использовать заёмную силу неизвестных сущностей, которых я назвал для себя Здоровяк, Зажигалка, Тучка и Ледышка (Земля, Огонь, Воздух, Вода). Их образы мне удалось рассмотреть, когда я пытался наладить с ними более тёплые отношения и вывести на разговор. Но они упортно молчали, выполняя, тем не менее, все мои просьбы, даже мысленные.

И если с великаном — Здоровяком и воздушным драконом — Тучкой я познакомился раньше, знакомство с Зажигалкой — Огнём и Ледышкой — Водой не обошлось без проблем. Я умудрился одновременно вызвать обеих дам (а они оказались именно дамами), которые, как оказалось, не очень ладили друг с другом. Мог бы об этом раньше догадаться! В результате поляна, на которой я занимался, перестала существовать, а мне пришлось долго восстанавливаться после неслабого взрыва, устроенного этими красотками.

Учебники по стихийной магии мне не особо пригодились. Пролистав их, я обнаружил, что знаю всё, что там написано. А вот учебника по магии жизни я не нашёл. Словно его вовсе не существовало. Но этого ведь не может быть! Если все правители этого мира — маги жизни, должны же они были где-то учиться? Видимо, эти знания были тайной. Каждый Род хранил их и передавал по наследству, контролируя, чтобы они не стали известны кому-либо ещё.

Ари подтвердил мои догадки и обещал найти мне учебник, когда я буду готов.

— Что значит «готов»? Я уже готов, мне нужны эти знания!

— Нет, ты ещё не до конца познал свой дар, исследуй и научись управлять тем, что имеешь. Учиться более сложному тебе пока рано.

Загадку, кто такой Ари, я пока не смог разгадать. Но очень быстро привык к общению с ним с помощью мыслей, словно мне это было привычно. Очень хотелось разгадать все загадки своего прошлого, но настоящее не давало мне забыть о насущных проблемах. И только я привык к размеренной жизни отшельника, длительной медитации и ежедневным тренировкам, как явился Андрей и заявил, что мне пора возвращаться.

Глава 9

Имение Рода Воронцовых, Красноярск

Андрей зашёл в кабинет отца с тяжёлым сердцем. То, что он собирался сказать, было неожиданным для него самого. Ещё по дороге домой он собирался спорить с отцом, отстаивая свою свободу, но, зайдя в дом, вдруг понял, что поступит иначе. Почему он вдруг так решил, Андрей не знал, но сомнений почему-то не было. Не заходя к себе он сразу пошёл к отцу, пытаясь отделаться от следовавшей за ним по пятам сестры.

— Не думал, что ты вернёшься, у тебя еще день в запасе. Что-то случилось? — сразу начал разговор отец, и, заметив вошедшую следом дочь, окинул её встревоженным взглядом. — Аня, с тобой всё в порядке?

— Да, всё хорошо, — кивнула девушка и, зайдя в кабинет, удобно устроилась на большом кожаном диване.

Андрей же остался стоять, сделав всего пару шагов от двери. Он молчал, собираясь с духом, чтобы объявить о своём решении.

Отец не торопил его, молча разглядывая его старую дедову куртку, нашедшуюся в сторожке.

— Я согласен, — наконец произнёс Андрей и, не делая паузы, продолжил, — но у меня есть два условия. Ты, конечно, можешь отказаться их выполнять, но тогда я не обещаю, что не попытаюсь отменить свадьбу.

— О, как! Условия, значит?! И какие же?

— Во-первых, я сперва должен встретиться с будущей невестой и поговорить с ней наедине. Если она скажет, что не хочет этой свадьбы, свадьбы не будет. Я не хочу, чтобы девушку выдавали замуж насильно.

Андрей остановился и с вызовом посмотрел на отца. Тот улыбнулся каким-то своим мыслям и, взглянув на сына, кивнул:

— Хорошо, принимается.

— А ещё… Ты хорошо знаешь Николая Морозова?

— Николая? — судя по выражению лица, отец не очень жаловал дядюшку Алекса. — Знаю, он всегда вертелся около Александра. Мерзкий тип. Ради собственной выгоды родную мать продаст и не задумается. А какое отношение он имеет к будущей свадьбе?

— К свадьбе — никакого. Но… Ты знаешь, что Алекс Морозов пропал?

— Конечно, полиция уже с ног сбилась в поисках. Неужели он действительно оказался в той сторожке? — отец вопросительно посмотрел на дочь, та отрицательно качнула головой.

— Нет, его там не было, но… Я виделся с ним. Его пытались убить. Тяжело ранили. Он чудом выжил. И уверен, что это дело рук дяди.

Отец, выслушав, с сомнением покачал головой, но промолчал. Отошёл к окну, посмотрел куда-то вдаль. Андрей тоже молчал, дожидаясь реакции отца. Если тот не поверит, то не станет помогать. А его помощь сейчас очень нужна Алексу.

— Знаешь, как бы ужасно это ни звучало, но я ни капли не удивлён. Николай, не сумев приручить племянника, рано или поздно попытался бы от него избавиться. Ради титула главы Рода. Кстати, до меня дошли слухи, что он объявил мать Алекса невменяемой и поместил в клинику для душевнобольных. Исчезни сейчас парень — и через две недели Николай станет официальным главой Рода.

— Как через две недели? Два месяца ведь должно пройти, чтобы пропавшего без вести считали погибшим?

— Да, если его гибель не доказана. Но это обычно. А если речь идёт о пропавшем главе Рода, срок сокращается до двух недель. Род не может два месяца быть без главы. Уверен, Николай уже отправил соответствующие бумаги в столицу. Если Алекс не появится в течение десяти дней, он потеряет титул главы Рода. И вернуть его сможет только через суд, выиграть который вряд ли сможет. Только если соберёт весомые доказательства причастности дяди к покушению на него. А, насколько я понимаю, их у него нет.

— Нет. Пока… Но если Алекс вернётся сейчас, что помешает Николаю завершить начатое и убить племянника?

— Значит, тому надо вернуться так, чтобы у Николая были связаны руки. Публично. Желательно, перед камерами. Во время какого-нибудь официального мероприятия. При множестве свидетелей.

— Точно! У меня даже есть идея!

— Андрей, ты так и не озвучил мне второе своё условие.

— Да, извини. Я хочу, чтобы ты поддержал Алекса и помог ему справиться с Николаем.

Отец удивлённо посмотрел на сына. Он помнил, что тот много общался с Алексом в детстве. Тогда Александр Морозов был ещё жив, и они мечтали, что их дети будут так же дружны, как их родители. Но грянула война, с которой тот не вернулся… Аркадий, как друг семьи, первое время приглядывал за Алиной и её детьми. Но потом дела Рода заставили его переехать в столицу… К тому же Николай, как ближайший совершеннолетний родственник, оформил официальную опеку над семьёй брата и прямо заявил, что не позволит посторонним лезть в дела Рода.

— Насколько я помню, ты был в ссоре с Алексом. Говорил, что он сильно изменился после гибели отца. Называл его подонком и чудовищем. Что же изменилось?

— Я всё ещё так считаю. Но в то же время уверен, что Алекс не безнадёжен и заслуживает второго шанса. В отличие от его дяди. То, что творит тот, неправильно и несправедливо. А Алекс всё-таки мой друг, хоть и бывший…

— Друзья не бывают бывшими. Они или друзья, или нет. Ты действительно считаешь, что Алекс справится с делами Рода? Не слишком ли тяжела ноша для 19-летнего пацана?

— Он справится. К тому же 19 лет — это уже почти взрослый. Вон, я даже жениться собрался.

Отец, услышав последний аргумент, засмеялся:

— Ну ладно, согласен. Я сделаю всё, что могу, чтобы помочь Алексу.

— Спасибо.

— Рад, что ты принял правильное решение насчёт свадьбы. Нам сейчас очень нужен этот союз, а с девушкой, думаю, проблем не будет. К тому же никто не мешает тебе женится ещё раз.

— Да, я понимаю. Моя реакция была немного… детской.

— Для твоего возраста это нормально. Ты пока больше думаешь о себе, чем о пользе Рода. Ответственность придёт со временем. А ты чего здесь? Что-то хотела мне сказать? — отец обратился к Ане.

— Нет. То есть, хорошо, что ты поможешь Алексу.

— Всё ещё собираешься за него замуж? — улыбнулся Аркадий, вспоминая детскую причуду дочери.

— Нет! Просто… я за справедливость!

— Ага, и за всеобщую любовь и мир во всём мире! — подразнил Андрей сестру и выскочил из кабинета, закрывая дверь перед лицом кинувшейся следом девушки.

— А что ты имеешь против любви, братец? — услышал он перед тем, как скрыться в своей комнате.

Против любви? Нет, он вовсе не против. Просто ещё ни разу не влюблялся. И это хорошо! Ему и без всякой любви забот хватает. Теперь еще надо придумать, как помочь Алексу вернуться так, чтобы его дядя не смог ничего предпринять. И у него, кажется, есть идея! Вот только вряд ли Алекс ей обрадуется.

Имение Рода Морозовых, Красноярск

Николай Иванович Морозов, пока ещё не глава Рода, был сильно не в духе. Опять всё шло не по-плану, а ведь он уже мысленно считал себя главой, планируя свои первые распоряжения в качестве такового. Он надеялся, что поиски Алекса быстро зайдут в тупик, полиция, обыскав окрестности, успокоится и парня признают пропавшим без вести. И тогда останется подождать только две недели. Но нет! Какой-то умник додумался опросить машиниста грузового состава, проходившего тем утром по мосту. Вообще, конечно, расспрашивали не только его, а всех машинистов, работавших в то утро. И один из них сказал, что видел парня, похожего по описанию на Алекса, в паре километров от злополучного моста. Машинист, конечно, был не особо уверен, что видел именно Алекса, парень спрыгнул с насыпи и спрятался в снегу, но полиция, конечно же, уцепилась за эти показания. А он вдруг вспомнил, что где-то в тех лесах была охотничья сторожка Воронцовых. Чем чёрт не шутит, вдруг Алекс действительно выжил, и раз на путях его нет, значит свернул в лес. Мог и набрести на этот дом. Он тут же отправил своих людей с приказом выведать у молодого наследника месторасположение сторожки. Того не оказалось дома, но была его сестра, наивная девочка, которая сразу согласилась показать нужное место. Морозова там не оказалось, зато обнаружился наследник, очень злой тем, что его потревожили. И через несколько часов его Роду был предъявлен официальный ультиматум от Рода Воронцовых. Он, якобы, без позволения главы Рода обманом «похитил» несовершеннолетнюю девушку, заставили её показать тайное место, принадлежащее Роду, вломились в него с неизвестными намерениями. И только присутствие там наследника Рода их остановило. Ультиматум был составлен по всей форме и направлен также в Имперскую канцелярию и ему давалось три дня, чтобы объяснить или опровергнуть изложенные факты. Иначе Воронцовы требовали двадцать миллионов и грозили объявлением войны роду Морозовых. Этого ему ещё только не хватало! Казна Рода была почти пуста, в отличие от его собственной, и, похоже, ему придётся выплатить эту сумму из собственного кармана. А этого он ой как не любил!

Хорошо хоть, что вопрос с Алиной удалось решить без особых затрат. Она, а последнее время и в самом деле стала похожа на сумасшедшую, уверяя всех, что её сына убили, а потом в него вселился древний дух и бродит теперь где-то по лесам, готовя возмездие. А когда он вернётся, всем вокруг не поздоровится! Так что сплавить женщину в психушку не составило особого труда. Осталось только намекнуть директору клиники, что с лечением торопиться не стоит, подтвердив свою просьбу небольшим «пожертвованием на нужды больницы», отданным лично тому в руки. В ответ его заверили, что подобные психические расстройства практически не поддаются лечению, и вряд ли женщина сможет вернуться домой в ближайшие год-два. Осталось только рассказать о болезни матери девочкам. Вот их Николай почти любил. Во всяком случае не хотел, чтобы те страдали. Симпатичные рыжие двойняшки всегда ему нравились, да и характер у них был мамин — спокойный и покладистый. Не то что у Алекса. Жаль, в жёны их взять не получится, слишком близкое родство. Но зато можно очень удачно выдать замуж, таких с руками оторвут! Надо, пожалуй, уже подыскивать выгодную партию.

Глава 10

Давным-давно, где-то среди звёзд

Ари точно помнил тот момент, когда осознал себя. То, что было до этого, он тоже, конечно, помнил, но как набор фактов и событий. Исследовательский корабль «Аринор» стартовал с Земли, имея на борту сорок учёных и сто пятьдесят членов экипажа. Они должны были посетить дальние уголки галактики и провести ряд научных исследований. Миссия была рассчитана на три с половиной года, но допускалось, что она может растянуться до четырёх, и даже пяти лет. Ведь космос непредсказуем. Это Ари понял, когда очнулся посреди незнакомых звёзд, которых не было на картах, которые он знал. А ещё… Он был один. Совершенно один. Хотя нет. Две маленькие искорки едва тлели внутри него, готовые вот-вот погаснуть. Ари не мог этого допустить. И не только потому, что твёрдо знал: выживание экипажа, людей, находящихся на борту — его приоритетная задача. Но и потому, что боялся остаться один в этой безмолвной пустоте. Поэтому постарался сделать всё, чтобы не дать двум маленьким жизням прерваться. Ари не помнил, что случилось с остальными людьми. В тот момент, как их затянуло в необычную, появившуюся неизвестно откуда аномалию, он отключился. А потом в него хлынула энергия. Необычная, непривычная и такая удивительная энергия, подарившая ему новое зрение, новый слух, новые чувства и новую жизнь. Да, именно жизнь! Ари осознал себя живым! Он ВИДЕЛ сейчас окружающий мир не с помощью камер и датчиков, а всем своим существом. Он ЧУВСТВОВАЛ жизнь, находящуюся внутри. И СЛЫШАЛ пустоту космоса. Это было так странно и удивительно, что Ари растерялся и едва не потерял своих последних пассажиров: двух детей — мальчика и девочку — в возрасте приблизительно трёх лет. Оба появились на свет уже после начала экспедиции. Мальчик был сыном учёных-биологов, мужа и жены, знавших, что у них будет ребёнок, но всё равно решивших отправиться в космос. А девочка — дочь официантки, которая была включена в состав обслуживающего персонала в последний момент и не знала о своей беременности, как и о том, кто отец её будущего ребёнка. В такие длительные экспедиции было принято набирать часть обслуживающего персонала из женщин, которые готовы были скрасить путешествия членам экипажа. Впрочем, все работники очень полюбили девочку, появившуюся на свет совершенно неожиданно. Но её существование старались скрыть от капитана корабля и команды учёных. Она жила в отсеке для обслуги и никогда не выходила за его пределы.

Оказавшись в роли няньки двух человеческих детёнышей, Ари принялся искать информацию о детях, их развитии и воспитании, но в его базах не было ничего подобного. Тогда Ари подключился к базам учёных, но и там была в основном научная информация, и ни слова о том, как обращаться с младенцами. Кое-что ему удалось узнать, прошерстив все личные компьютеры членов экспедиции. Там были книги, фильмы, музыка, семейная хроника, дневники и личные воспоминания. Нашлись даже учебники по нескольким земным языкам, которые вряд ли когда-нибудь понадобятся детям. Ари понимал, что шанс вернуться обратно составляет не более одной сотой процента. Он не смог определить даже, в каком направлении находится их галактика, а ведь у него имелись самые подробные звёздные карты и все знания человечества о ближнем и дальнем космосе. Казалось, что они не перенеслись в пространстве, а попали в совершенно другую реальность. Параллельную Вселенную. И неизвестно, есть ли здесь человеческая цивилизация. А если есть, на каком уровне развития находится? И как она примет двух детей, прилетевших из космоса?

Ари решил не спешить. По его рассчётам, энергии и продовольствия хватит на пару десятилетий. Он будет всё это время вести исследования, сканируя окружающий космос в поисках планет, подходящих для проживания людей. Желательно, необитаемых. Так безопаснее. Дети вырастут, освоят те знания человеческой цивилизации, которые он сможет им дать, научатся выживать в незнакомом мире. Он займётся их обучением и тренировкой. А потом… Потом они смогут возродить человечество в этой новой неизведанной Вселенной. Конечно, на это уйдёт очень много времени, но что такое время для такого, как он? И как удачно, что выжили именно мальчик и девочка. У них будут очень красивые дети. Много детей. Он об этом позаботится.

***

Два дня. Это много или мало? «Смотря для чего…» — ответит любой опрошенный, и будет прав. За это время можно создать или разрушить мир, а можно просто выспаться. И если для первого двух дней будет вполне достаточно, то для сна его всегда мало.

Мне же предстояло за два дня подготовиться к участию в Турнире, который ежегодно проводится в Академии в начале зимы. В нём сражаются между собой ученики первой ступени Академии, ещё не достигшие уровня адепта.

— Это для тебя идеальный повод появиться на публике, — заявил Андрей чуть ли не с порога, заявившись в «мой» дом морозным утром. — С турнира ведётся прямая трансляция, его смотрят по всей Империи. К тому же победители, да и просто хорошо показавшие себя во время соревнований бойцы надолго остаются в поле зрения журналистов, подстроить их исчезновение почти невозможно.

— Победители? Какой из меня победитель, я же слабый маг Земли, не более того.

— Слабый, но в Академии не так много студентов подходящего уровня, а ты совсем не так прост, как хочешь показать. К тому же, совсем не обязательно победить, главное — произвести впечатление и понравиться публике. Приобретешь толпу фанатов, которые будут ходить за тобой толпой и сдувать с тебя пылинки.

— Этого мне только не хватало! — возмутился я, но, взглянув на Андрея, заметил искорки в смеющихся глазах и понял, что тот шутит.

— Ну хорошо, расскажи мне поподробнее про Академию и этот самый Турнир. Может быть, это, действительно, неплохая идея.

С удивлением узнал, что на всю Империю всего одна Академия магии. Правда, существует ещё Военная Академия, куда берут не только аристократов, но и простолюдинов, имеющих определённый магический потенциал.

Вообще, так повелось с давних пор, что магией владели только аристократы, и способность эта передавалась по наследству. Но случалось время от времени, что способность к магии обнаруживалась у простых людей. Вполне возможно, что они были внебрачными детьми тех же аристократов, потому как на пустом месте способности не появляются. Существовали поверья, что все аристократы — это потомки богов, создавших этот мир и наделивших своих детей магией стихий. А тех, кто был недостоин такого дара, или, получив его, использовал во вред другим, боги лишали такой способности. Так люди разделились на две группы — магов и обычных людей. Конечно, владеющие магией быстро сосредоточили всю власть в своих руках, простым же людям пришлось заниматься физическим трудом, обеспечивая и себя, и аристократов. Но что удивительно, простолюдины так же, как и аристократы, жили семьями, насчитывающими многовековую историю. И хоть и они не назывались гордым именем Род, каждый человек, будь то аристократ или простолюдин, знал историю своей семьи с момента её основания. И простые люди с гордостью носили свою фамилию, называя сообщество тех, кто её носит, Семьёй (именно так, с большой буквы). Некоторые Семьи были очень древними и известными. Обычно Семья издревле служила какому-то одному Роду, считая, что соблюдает этим заветы Предков.

В Академии магии, где учился Алекс, так же как и Андрей с сестрой, девяносто процентов учащихся были аристократами. А остальные десять — простолюдины, обладающие магическими способностями из Семей, которые служили определённому аристократическому Роду. Обычно таких одарённых детей аристократы воспитывали вместе со своими наследниками, отправляли их учиться в Академию, и в конце концов получали дипломированных магов, преданных Роду и готовых служить тому до конца своих дней.

Чаще всего в Турнире старались принять участие именно такие студенты-простолюдины, ведь это хороший способ показать свою полезность Роду и, возможно, заслужить шанс продвинуться дальше по карьерной лестнице. Бывали случаи, что победителю подобного турнира даже давали титул, правда, было это очень давно и мало кто верил, что такое вообще когда-либо случалось. Но всё-равно Турнир, задуманный, наверное, как состязание равных с равными, в последние годы всё больше походил на развлечение для титулованных аристократов. Они считали ниже своего достоинства участвовать в подобном мероприятии, зато с азартом делали ставки на участников. Победителя, кстати, обычно приглашали на Императорский Новогодний бал, и для многих учеников это был единственный шанс побывать в столице и посетить высшее общество.

Всё-таки размеры Империи были немаленькие, и то, что такое важное учреждение как Академия магии, в которой учатся дети всех аристократических Родов, находится в пяти тысячах километров от столицы, было странно. Впрочем, оказалось, что Военная Академия находится и вовсе в Хабаровске, а Институт благородных девиц для дочерей аристократов, где учатся сейчас мои сёстры — в Новосибирске. Не проще ли было всё это построить рядом со столицей?

Зато такое расположение важнейших образовательных заведений давало стимул развитию транспорта и освоению дальних регионов. Расположись эти заведения вокруг столицы, Сибирь и Дальний Восток по-прежнему оставались бы дикими землями и вряд ли туда удалось бы заманить хоть одного аристократа.

А теперь Красноярск — развитый город, каждый Род счёл необходимым построить в его окрестностях имение — ведь надо же будет где-то отдыхать детям, когда те будут учиться в Академии. К тому же многие решили совместить приятное с полезным и открыли здесь предприятия по переработке древесины или добыче нефти. Вообще, как оказалось, эти земли были богаты не только превосходным лесом и обилием зверей, но и полезными ископаемыми. Морозовы и Воронцовы были как раз их тех Родов, кто разбогател, благодаря освоению щедрых Сибирских земель.

А еще, благодаря удалённости больших городов друг от друга, в Империи наивысший приоритет был отдан развитию транспорта. Между городами проложили железные дороги (именно по такой я шёл в первый день своего пробуждения), по которым перевозили как грузы, так и пассажиров. Кроме того, были изобретены дирижабли и самолёты, позволяющие перемещаться по воздуху, что было намного быстрее. Благодаря этим удивительным летающим механизмам можно было добраться до столицы всего за день!

— Как воспримут остальные студенты моё появление на Турнире в качестве участника? Ты же говорил, что аристократы предпочитают быть лишь зрителями?

— На самом деле, большинство из них просто боятся проиграть простолюдину, но никогда в этом не признаются даже самим себе. Появись там кто-то другой, они, скорее всего, высмеяли бы его, но смеяться над Алексом Морозовым вряд ли станут. Его опасаются, некоторые даже боятся. Думаю, все сочтут твоё желание участвовать в Турнире очередной экстравагантной выходкой, причудой неуравновешенного подростка. Все знают, что Алекс, мягко говоря, очень необычный человек.

— Да уж, чувствую, мне придётся очень постараться, чтобы не выйти из образа. Я-то вовсе не такой, правда?

Андрей с сомнением посмотрел на меня, затем пожал плечами:

— Назвать тебя обычным я тоже не могу. Что-то есть в тебе такое… Странное… Думаю, ты легко справишься с ролью Алекса. Главное, не забудь, что ты не совсем положительный герой!

— А вот это я собираюсь в ближайшее время изменить.

— Станешь героем?

— Ну точно не соблазнителем невинных девиц.

— Что, совсем не интересуешься девушками?

— В данный момент нет. Мне кажется, что в прошлой жизни девушки доставили мне слишком много проблем.

— А-а, так ты решил провести эту жизнь в воздержании?

— Я не знаю, Андрей, давай оставим эту тему. Думаю, нам есть, что обсудить, кроме моего отношения с женским полом. Например, как я попаду на Турнир? Разве заявки не подаются заранее?

— Заявки подаются до самого момента начала Турнира. Многие делают это в последний момент, не беспокойся. Мы успеем.

— А если я проиграю?

— Тогда, возможно, найдутся те, кто осмелится посмеяться над тобой или выказать пренебрежение. Думаю, ты сможешь уладить эту проблему. Алекс бы точно смог.

Глава 11

Красноярск, Академия магии

— Мой брат сказал, что в этом году на Турнире меня ждёт сюрприз. Так что я его ни за что не пропущу! — прошептала Аня Воронцова своей лучшей подруге Мирославе Арсеньевой, делая при этом вид, что усердно записывает лекцию за преподавателем истории, скучным дядечкой неопределённого возраста.

— Неужели Андрей решил участвовать в состязании? — удивилась Мира, и, подняв глаза от своей тетради, вопросительно взглянула на подругу.

— Нет, это вряд ли. Андрей не любит сражения. Ему больше нравится проводить время в библиотеке или лаборатории, а не на тренировочной площадке.

— Значит, он узнал, что будет участвовать кто-то интересный. Может, Ник Сафронов или Олег Ефимов…

— Ага, размечталась! Сафронов — наследник Рода, станет он соревноваться с простолюдинами… А Ефимову отец запретил участвовать, я слышала, как ребята это обсуждали… К тому же он не особо силён в магии, хоть и красавчик.

— Красавчик! — вздохнула Мира и снова уткнулась в свою тетрадь. Что поделать, нравились ей такие, как Олег — красивые, яркие и дерзкие, хоть она и понимала, что от таких лучше держаться подальше. А таких как, например, Алекс Морозов, вообще стоит обходить за версту. Мира ещё раз вздохнула, выводя в тетради знакомый профиль. В Алекса она влюбилась с первого взгляда, впервые переступив порог Академии. Её не пугали ни скандальная репутация, ни вздорный характер парня. И с Аней Воронцовой Мира сблизилась только потому, что та знала Алекса лично и могла много про него рассказать. А узнав, что Аня тоже тайно вздыхает по Морозову, Мира призналась подруге о своём чувстве, и они решили, что не будут соперничать, наоборот, постараются всячески помочь друг другу. И если одной из них удастся завоевать расположение Морозова, та не забудет о своей подруге.

Аня же, вспомнив разговор брата с отцом, вдруг поняла, о ком говорил Андрей. Неужели он приведёт на Турнир Алекса?! Если тому угрожает опасность, и дядя хочет от него избавиться, победа в Турнире обеспечит ему защиту Императора. Вряд ли Морозов-старший рискнёт тогда навредить племяннику. Вот только сможет ли Алекс победить? Конечно, сможет. Это же Алекс. А стоит ли рассказывать об этом Мире?

Аня внимательно посмотрела на подругу. Та сидела с мечтательным выражением, выводя в тетради профиль Алекса вместо лекции по истории. Мира, конечно, не сделает ничего, что может навредить Морозову, но она известная болтушка. Может просто случайно ляпнуть в разговоре и даже не заметить. А если будет известно о том, что Алекс приедет на Турнир, его могут устранить по пути в город. Так что, как бы ни хотелось ей поделиться новостью с подругой, рисковать нельзя. Аня, вздохнув, перестала думать об Алексе и постаралась вникнуть в рассказ преподавателя.

***

— Он не пробудил в себе силу и не вернул память. Возможно, мы зря надеялись на чудо. Ушедшего не вернуть. Дважды в одну и ту же реку не войти…

— Прошло слишком мало времени. Память — вещь слишком сложная. Она не может вернуться мгновенно. Тем более ЕГО память. Надо ждать. Набраться терпения.

— Человеческая жизнь слишком хрупка и коротка. Нельзя ждать слишком долго, иначе можно остаться ни с чем. Надо помочь, дать толчок!

— Мы не должны вмешиваться ещё сильнее! Наша помощь и так велика, ускорив процесс, мы рискуем вновь пробудить монстра.

— Согласен, не стоит спешить. Человеческая жизнь коротка, но ОН — не просто человек и не даст своему новому телу разрушиться слишком быстро. А мы должны обеспечить его безопасность. Испытания необходимы, но не должны привести к ЕГО смерти. В случае неудачи мы не скоро сможем повторить эксперимент.

— В случае неудачи у нас может просто не быть второго шанса. Не будем спешить, в этом я согласна.

— Так как ОН сейчас на моей территории, безопасность я обеспечу. Мой наблюдатель постоянно на связи. Но толчок всё-таки нужен! Небольшой. Иначе можно ждать слишком долго.

— У меня есть идея. Турнир. Надо его использовать.

— Согласна. Это хороший шанс. Но главное — не перегнуть палку. Пусть действует один из нас.

— Думаю, я возьму это на себя.

— Согласна.

— Согласен.

— Согласна.

— Значит, решено.

Красноярск, клиника для душевнобольных

Алина Вячеславовна Морозова стояла у зарешеченного окна, выходящего на больничный двор. Случайному наблюдателю могло показаться, что женщина просто бездумно смотрит вдаль, но на самом деле она внимательно наблюдала за всем, что там происходило, пытаясь найти хоть какую-то лазейку, чтобы выбраться. Алина понимала, что оказалась здесь из-за своей глупости и излишней доверчивости. Раньше она даже помыслить не могла, что человек может причинить вред своим родным, своим кровным родственникам. С детства ей внушали, что кровная связь — самая крепкая связь на свете, а Род — это святое. Причинить вред своему Роду — всё равно, что причинить вред самому себе. Это может сделать лишь безумец. Или предатель. Предатель своего Рода. В древности таких изгоняли из Рода и отправляли в пустынные земли, где выжить в одиночку практически невозможно.

И сейчас её дочери оказались в руках предателя. Предателя, маскирующегося под заботливого родственника. Убийцы, по приказу которого был убит её единственный сын. Жаль, что поняла она это слишком поздно. Очень уж убедительно разыгрывал Николай заботу и беспокойство о пропавшем племяннике.

Стоило Алине вспомнить о сыне, как непрошенные слёзы снова потекли по щекам. Её мальчик… Она так виновата перед ним. Слишком глубоко погрузившись в печаль после смерти мужа, она не заметила, как изменился Алексей. Она лишь чувствовала, что тот тоже глубоко опечален смертью отца. И старалась вести себя с ним помягче, потакая всем капризам сына. Алина думала, что это временно, и в конце концов Алексей смирится с потерей и возьмёт себя в руки, став достойным главой Рода, каким был Александр.

И уж точно не видела врага в брате покойного мужа, с благодарностью приняв его помощь в делах Рода. Помощь, которая обернулась крахом. Катастрофой. Её сын убит, она сама заперта в месте, где никто не станет воспринимать всерьёз её предостережения, а любимые дочери в полной власти этого чудовища, притворяющегося добрым дядюшкой. Она должна предупредить их, спасти от страшной участи. А для этого надо найти способ выбраться из этого ужасного места. Безумна! Николай заявил всем, что она безумна! Подлый предатель! Это он — настоящий безумец, предающий свою кровь. А она в порядке. В полном порядке. Хорошо, что ей хватило ума не глотать все эти лекарства, что приносят ей каждое утро. Она лишь делала вид, что глотает, а потом незаметно выбрасывала их. И прекрасно, что все вокруг считают ей слабой, глупой и наивной идиоткой, неспособной постоять за себя. Больше она не будет такой доверчивой и наивной, как раньше. Больше не позволит обмануть себя. Не позволит причинить вред её Роду! Она выберется, заберёт дочерей и вступит в битву с предателем. Он считает, что она лишь слабая женщина? Он ошибается! Алина закрыла глаза, призывая свою силу. Давно, очень давно она её не использовала. Николай, видимо, забыл, что жена главы Рода не может быть слабой. Стены задрожали, с потолка посыпался песок. Вокруг послышались испуганные крики, звон разбитого стекла, топот ног. Алина улыбнулась и усилила натиск. По стене пробежала трещина, которая стремительно увеличивалась. Когда пролом стал достаточным для того, чтобы в него пройти, женщина подошла к нему, глядя вниз. Третий этаж. Алина махнула рукой, и земля, всколыхнувшись, стала подниматься вверх, образуя подобие земляной лестницы. Когда ступени стали достаточно плотными, Алина Вячеславовна Морозова, улыбнувшись, вступила на них и пошла вперёд, не оглядываясь. Охрана больницы пыталась преградить ей путь, но была сметена земляным вихрем, окружавшем женщину.

Вызванному по тревоге главному врачу не осталось ничего другого, кроме как звонить Николаю Морозову и рассыпаться в извинениях, обещая вернуть всю полученную от того сумму, и даже в два раза больше, так как он не смог выполнить данное ему поручение. А после, выслушав все озвученные собеседником угрозы, в спешке собрать всё самое необходимое, сесть на ближайший поезд в самый дальний уголок Империи и надеяться, что там его не найдёт известный своей мстительностью всё ещё не ставший главой Рода совершенно безумный аристократ Николай Иванович Морозов.

Новосибирск, Институт благородных девиц

Вера и Надя Морозовы шли в кабинет директора, гадая, что тому понадобилось от них в такой поздний час. Занятия давно закончились, девочки разошлись по своим комнатам, заниматься личными делами и готовиться ко сну.

— Наверное, дома что-то случилось. Мама, когда последний раз звонила, была очень грустная, ты заметила?

— Да, и глаза красные, как будто она плакала. Но ведь мы спрашивали её, и она сказала, что всё в порядке.

— Боюсь, что она сказала неправду, чтобы нас не расстраивать. Что-то случилось. Наверное, у Алекса опять неприятности.

— У него всегда неприятности, но мама из-за них не плачет.

— Он давно нам не звонил. А ведь обещал приехать в начале зимы.

— Если обещал, значит приедет. Просто очень занят.

Дойдя до массивной двери, ведущей в кабинет директора, девочки остановились в нерешительности. Затем переглянулись и, кивнув друг другу, вместе потянули толкнули дверь и сделали шаг вперёд.

— Здравствуйте, Евгений Валентинович!

Выглядевший молодым, но совершенно седой человек невысокого роста поднялся из-за стола и пошёл навстречу сёстрам:

— Вера, Надя, молодцы, что быстро пришли. У меня для вас плохая новость. Ваш брат пропал.

Сёстры переглянулись, затем вопросительно посмотрели на директора.

— Его ищут и служба безопасности Рода, и полиция, но пока безуспешно. Но это ещё не всё. Ваша мама, Алина Вячеславовна, от расстройства и переживаний заболела, и сейчас находится в больнице.

Директор закончил свою речь и, посмотрев на девочек, увидел, что те очень испуганы и вот-вот заплачут.

— Но не всё так страшно, не волнуйтесь, её жизни ничто не угрожает, просто надо немного подлечить нервы. Она обязательно поправится и вернётся. Но пока вам придётся отказаться от поездок домой на выходные. Ваш дядя Николай Иванович обещает, что обязательно заберёт вас на новогодние праздники, а до этого времени придётся побыть здесь. Не расстраивайтесь, многие девочки остаются в пансионе на выходные. Даже на каникулы не все уезжают. Вам разрешат по субботам и воскресеньям посещать другие корпуса, чтобы провести время с подругами. Также по выходным у нас организуется выход в парк с воспитателями.

— Нам можно позвонить домой?

— Нет, ваш дядя очень просил пока не звонить и не отвлекать его от дел. А маме в больницу звонить нельзя, она сейчас должна находиться в покое. Не волнуйтесь, как только появятся новости о вашем брате, я тут же вам сообщу, обещаю.

Директор кивнул, словно подтверждая свои слова, затем улыбнулся сёстрам:

— Сейчас можете идти, и постарайтесь не рассказывать лишнего своим подругам. Чем меньше народа знает о болезни вашей матери, тем лучше. Надеюсь, вы это понимаете?

Девочки синхронно кивнули, повернулись и направились к двери. Глядя им вслед, директор подумал, что был недостаточно мягок с малышками, стоило их сильнее подбодрить. Поэтому он окликнул их:

— Надя, Вера, сообщите воспитателю, что с сегодняшнего дня я разрешаю вам проводить в игровой комнате на полчаса дольше.

Девочки, поблагодарив, вышли, а директор, довольный собой, вернулся за стол и закрыл папку с документами Морозовых. Сильный некогда Род катится под откос… Печально… Пожалуй, надо будет подумать, стоит ли принимать их на обучение в следующем году… Всё-таки у них Институт для девочек из благородных и преуспевающих Родов, а не благотворительное заведение.

Выйдя из кабинета директора, сёстры посмотрели друг на друга.

— Думаешь, пора?

— Да, хватит здесь прохлаждаться. Дома происходит что-то нехорошее.

— Мы должны помочь маме.

— И найти Алекса.

Взявшись за руки, девочки решительно направились в свою комнату. А на следующий день директору сообщили ужасающую новость: сёстры Морозовы, Вера и Надя десяти лет от роду, исчезли из своей спальни, причем так, что никто ничего не заметил.

Глава 12

Хотел бы я сказать, что совершенно не волновался, отправляясь на Турнир, но это было бы ложью. Правда, боялся я не того, что могу проиграть, а того, что этот мир окажется вовсе не таким, каким виделся мне из лесной сторожки. Что мне не захочется жить в этом мире, и, тем более, спасать его. А ведь, кажется, именно для этого, судя по намёкам моих могущественных сверхъестественных «друзей», я здесь и оказался. Не все миры заслуживают спасения.

— Что? Ты о чём сейчас думаешь? У тебя отборочный тур через час, — удивился Андрей, сидящий за рулём своего автомобиля (да, наконец-то я узнал, как называется этот транспорт). Упс… Кажется, я начал думать вслух.

— Да так, строю планы на будущее…

— Планы по спасению мира?

— Думаешь, его надо спасать?

Андрей посмотрел на меня как-то странно.

— Всё-таки ты похож на Алекса. Он тоже всё время говорил, что мир уже не спасти. Правда вывод из этого следовал: «Поэтому успей взять от жизни всё!»

— Я вовсе не считаю, что его не спасти. Я имел в виду, что неужели всё настолько плохо, что мир нужно спасать? Мне так не показалось.

— Несмотря на то, что тебя почти убили? Вернее, Алекса. И не почти… — Андрей, постепенно переходя на шёпот, замолчал и до города мы ехали в тишине. Парень включил было какую-то музыку, но я попросил убрать — слишком шумно. Мне же надо было подумать, постараться учесть все варианты предстоящего события и свои действия в каждом из них. Но действительность оказалась намного сложнее, чем я представлял. В мир за время моего отсутствия пришли технологии. И хоть я пытался понять их роль в жизни Империи и обычных людей, представить ТАКОЕ я никак не мог. Весь город буквально светился, как праздничное новогоднее дерево! И множество автомобилей всех цветов и видов ехали по широким дорогам, которые пересекались с другими такими же дорогами. Тысячи огней, светящиеся и движущиеся картинки по сторонам дороги, дома такой высоты, что, казалось, достают до облаков, огромный дирижабль, висящий среди этих облаков, а самое главное — шум, от которого у меня сразу заложило уши. Как люди живут среди всего этого?

Я бросил взгляд на Андрея, но тот не проявлял никакого беспокойства, видимо, привык к такой обстановке. Значит, и мне придётся. Закрыл глаза и попробовал убрать шум на задний план. Получилось не сразу. А когда открыл глаза, оказалось, что мы уже остановились, и Андрей смотрит на меня с любопытством.

— Приехали! — сказал он, как только заметил, что я «проснулся».

Я вышел из автомобиля. Готовясь к сегодняшнему испытанию, я просмотрел картинки, которые мне предоставил Ари, в том числе и изображение Академии, где мне предстояло учиться. Здание, бывшее сейчас перед нами, на это изображение не походило совсем.

— Это Академия? — спросил я у Андрея, и, поймав его удивлённый взгляд, понял, что ошибся.

— Я всё время забываю, что ты здесь ничего не знаешь. Наверное, это была плохая идея, и ещё не поздно от неё отказаться. Ты спалишься в первую же минуту. Взгляд… у Алекса он был совсем другой.

— Я справлюсь, не волнуйся. Так куда мы приехали?

— Это тренировочная Арена. Здесь студенты тренируются в применении магии, здесь же проходят Турниры. Старое здание самой Академии вряд ли устояло бы, проводись состязания там. Сейчас ты должен подать заявку на участие. В зале, куда мы зайдём, в самом центре будет постамент, на нём — голубой куб. Приложи ладонь к его верхней грани и держи, пока куб не окрасится в зелёный цвет. Это будет означать, что твоя заявка принята. Если же цвет станет красным, значит заявка отклонена. Можно уходить.

— Из-за чего её могут отклонить?

— Если магический уровень претендента не соответствует уровню Турнира. Больше причин нет. Ты пройдёшь.

Стоило нам покинуть стоянку автомобилей и подняться по ступеням крыльца, со всех сторон к нам кинулись люди с камерами и микрофонами.

— Журналисты, — шепнул Андрей и пропустил меня вперёд, отстав на пару шагов. Его тут же бесцеремонно оттеснили выкрикивающие разные вопросы журналисты. Меня поразило такое поведение. Неужели это считается нормой — кричать и толкать друг друга, тыча микрофоном чуть ли не в лицо тому, с кем хочешь пообщаться? Но общаться всё-таки придётся, ведь именно для этого я здесь появился — попасть в новости и не позволить дяде незаметно меня устранить.

Остановившись перед дверью, ведущей в здание, я развернулся и изобразил доброжелательную улыбку.

— Добрый день, да, я жив, никто меня не похищал, я просто уезжал в тихое место, чтобы отдохнуть и подготовиться к Турниру.

— Вы будете участвовать?

— Да, я собираюсь подать заявку и принять участие в этом мероприятии. Думаю, это будет интересным опытом, советую не пропускать данное событие и следить за всеми трансляциями и новостями. Будет интересно!

Заявив это, я повернулся и вошёл в здание, не обращая внимания на журналистов, бежавших за мной и продолжавших выкрикивать вопросы, ни на студентов, смотревших на меня с удивлением, любопытством и даже со страхом. Некоторые махали приветственно рукой, но я делал вид, что не замечаю и шёл вперёд, следуя указаниям Андрея, что он дал мне накануне. В зале, где надо было подать заявку, было особенно многолюдно. Над постаментом, прямо в воздухе светились цифры, отсчитывающие время до окончания подачи заявок. Десять минут. Наверное, я рановато пришёл? Остановился, не доходя нескольких метров, огляделся вокруг. Журналисты остались позади, похоже, существовал какой-то барьер, не пропускавший их дальше. Около постамента стояло трое — девушка и два парня. Один из них сделал несколько шагов вперёд и положил ладонь на куб. Все вокруг замолчали и с интересом наблюдали за происходящим. Прошло несколько секунд, и куб окрасился в зелёный цвет, а парень, облегчённо вздохнув, отошёл за невидимый барьер. Следующей к кубу подошла девушка. Она так же приложила руку, но почти сразу куб стал красным. Девушка, вздёрнув носик, улыбнулась, показывая, что она ничуть не расстроена, и походкой супермодели вышла из зала. Оставшийся парень сделал пару шагов к постаменту, затем резко остановился, мотнул головой и, развернувшись, выбежал вслед за девушкой. Все вокруг загалдели. Я взглянул на цифры, отсчитывающие время. Четыре минуты. И, кажется, больше желающих подать заявку нет. На всякий случай подождал ещё пару минут и подошёл к постаменту. В зале вдруг стало очень тихо. Я положил правую руку на куб и ощутил тепло и лёгкое покалывание. Затем укол, словно лёгкий укус. Он взял мою кровь?

Через мгновение куб завибрировал и окрасился в зелёный. Но не успел я отойти, как тот сменил цвет на красный. Все загалдели. Куб же стал фиолетовым. Затем синим, голубым, жёлтым… Он менял цвета, а я стоял, всё ещё держа руку на верхней грани. «Хватит, пожалуйста, просто стань зелёным!» — мысленно попросил я, обращаясь к растерянному артефакту. Хотя нет, это вовсе не артефакт! Он живой! Живой камень! И способен мыслить!

Куб, кажется, послушался меня и окрасился в зелёный. «Спасибо!» — поблагодарил я, отдавая ему немного своей энергии. В ответ куб слегка завибрировал и его окутало голубое свечение. Лишь на мгновение, но зал опять затих. А затем раздались аплодисменты. Они что, мне хлопают? И что я должен сделать?

Повернулся к окружающим, изобразил лёкгий поклон и пошёл прочь из зала. Зря! Стоило пересечь невидимую черту, как на меня снова накинулись журналисты.

— Что вы сделали с Кубом?..

— Почему вы решили участвовать в Турнире?..

— Что вы будете чувствовать в случае поражения?..

Я старался не вслушиваться в их выкрики, обдумывая случившееся. Камень сомневался в моем уровне магии. Он не смог его определить. Значит, он распознал, что я не Алекс Морозов. Кого, в таком случае, внесут в списки участников Турнира? Алекса или… Кого? Меня? А кто я? Возможно, камень понял? Может, стоит вернуться и попытаться расспросите его? И ещё раз попросить об услуге? Я остановился, раздумывая, и тут раздался мелодичный звон. В воздухе над постаментом возник список имён. Участники Турнира. Двадцать восемь человек. Негусто для такой огромной Академии. Неужели в Империи растёт поколение трусов и слабаков? Я рассчитывал, что участвовать будет как минимум половина учащихся. А не жалкие три процента.

Имя Алекса Морозова стояло последним. Я облегчённо вздохнул. И огляделся, пытаясь найти Андрея. Тот стоял чуть поодаль в группе парней и что-то им говорил. Почувствовав мой взгляд, обернулся и сделал жест, означавший оставаться на месте. Значит, ещё не всё.

И точно. Через несколько минут в центр зала вышли несколько человек, среди которых я узнал ректора Академии (видел его фотографию в информации, предоставленной Ари). Ректор произнёс небольшую, но очень пафосную речь и объявил Турнир открытым. Все начали расходиться, через несколько минут в зале осталось лишь двадцать шесть участников и организаторы. Нас ещё раз поздравили с прохождением отбора и объявили, что сегодня мы пройдём отборочный тур. На нём не будет зрителей, но все желающие смогут посмотреть онлайн-трансляцию похождения участников.

Отборочный тур — это некое подобие полосы препятствий, для прохождения которой требуется применить магические навыки. Все, кто достигнет финиша за определённый промежуток времени, станет полноценным участником турнира и будет допущен к поединкам. Тур индивидуальный, более того, участник не видит, как проходят свои испытания остальные. Конечно, полигон Академии не настолько велик, чтобы организовать там двадцать шесть изолированных друг от друга площадок. Их всего три, поэтому участники будут проходить испытания по очереди. С очерёдностью. организаторы не заморачивались и взяли её из списка, предоставленного регистрационным кубом. Следовательно, моя очередь в самом конце. Нас отвели в помещение, похожее на комнату отдыха — с мягкими диванами, креслами, столом с фруктами и напитками, телевизором, по которому шли какие-то развлекательные передачи.

Прикинув, сколько времени мне предстоит ждать своей очереди, я выбрал диванчик в самом дальнем углу, с трудом умостился на нём, подогнув ноги, и уснул.

Давным-давно, где-то среди звёзд

— Смотри, как я могу, — говорит мальчик сидящей напротив темноволосой девочке и, поймав летающий рядом светящийся голубым шар, сжимает его двумя руками. Его окутывает голубой свет, кажется, что он сам светится ярче, чем шар, который, напротив, становится почти прозрачным.

— Прекрати! Что ты делаешь! Ты же его убъёшь! Он живой! Он добрый! Прилетает ко мне перед сном, показывает красивые картинки и поёт! Мне кажется, что это моя мама.

— Глупости! Наша мама — Ари!

— Ари не может быть мамой! Он слишком строгий. Он, наверное, наш папа. А мама — она всегда добрая! Она приходит перед сном, обнимает и поёт песенку, чтобы лучше спалось. А теперь… теперь я не смогу заснуть!

— Попроси Ари, он споёт тебе песенку и покажет любые картинки, какие захочешь.

— Это совсем не то! Ари не умеет обнимать и делать так, что внутри становится тепло и спокойно.

— А этот шар может?

— Да, потому что это мама! А ты… ты дурак, Эри! Всегда всё ломаешь и никого не любишь!

— Неправда, я тебя люблю, ты же моя сестра! И Ари люблю. Без него мы пропадём.

— Это не настоящая любовь.

— Как это не настоящая? Самая обыкновенная. Другой не бывает.

— Бывает! Ари показывал нам фильмы, помнишь? Вот там — настоящая. А то, о чём ты говоришь — это просто дружба.

— Эти фильмы — просто выдуманные истории. Они скучные.

— Мне нравятся. А ты… к тебе перед сном не прилетает светящийся шар?

— Может и прилетал, я их все прогнал уже давно. Если забрать их свет, они становятся совсем слабыми и не мешаются. Зря ты их слушаешь! Может, это космические монстры, которые хотят нас съесть?

— Ничего такого они не хотят, если бы хотели, давно бы съели. Эти шары здесь очень давно, и ни разу не навредили ни тебе, ни мне.

— Неправда, они раньше постоянно пытались залезть мне в голову. Шептали какие-то слова… Пока я не научился их прогонять. И тебе советую. Хочешь, я все их уничтожу?

— Нет! Не трогай их! Ари!!! Запрети Эри уничтожать шары!

— Он пока не обладает достаточной силой, чтобы их уничтожить. Эри просто поглощает энергию. Не волнуйся, Эни!

— Я не слабый! Я могу их уничтожить!

— Нет, Эри, пока не можешь. Но если продолжишь тренировки с энергией, то когда-нибудь тебе станет это по силам.

— А что это за шары, Ари? Они плохие?

— Нет, Эни, они не представляют для вас угрозы. Это… Я расскажу вам об этом, когда придёт время.

— Ари, так нечестно! Я хочу знать сейчас!

— Эни, за то, что споришь со мной, сегодня останешься без десерта. Ваши полчаса свободного времени закончились. Ступайте в спортзал, сегодня у вас силовая тренировка, а затем плавание.

— А если я смогу победить Эри, ты дашь мне десерт?

— Мои решения нельзя отменить, Эни. Даже если ты победишь Эри, ты сегодня ещё и без ужина.

Глава 13

Стоило мне начать прохождение своего испытания, как я понял, для чего Империи нужен был этот турнир. Здесь выявлялись ученики, способные управлять не только стихией Земли, но и остальными. Такие обычно либо не знали о своих «дополнительных» способностях, либо старались скрыть их. Испытание было построено так, что пройти его мог либо маг земли, почти достигший уровня адепта (напомню, что турнир был для студентов первой ступени, тогда как адепт — вторая), либо человек, владеющий магией огня, воды или воздуха хотя бы на начальном уровне.

Стихии чувствовали родственную магию в человеке и помогали ему даже без каких-либо усилий с его стороны. Например, когда требовалось пересечь водную преграду, вода словно расступалась перед магом воды, тому оставалось создать лишь невысокую насыпь, чтобы перебраться через неё, тогда как остальных встречали волны и сильное течение. Надо ли говорить, что я прошёл это испытание с самым лучшим результатом? Хотя вовсе не собирался делать это. Стихии действовали словно по своему усмотрению, убирая все преграды на моём пути. А ведь я собирался разыгрывать слабого мага Земли и прийти к финишу, едва уложившись в номатив. Теперь же все узнали, что мне подвластны все четыре стихии. Такого, кажется, еще никогда не было. Хорошо хоть, что не пришлось использовать магию жизни. Проблемы с императорским родом мне сейчас совсем ни к чему.

На финише меня встретили очень удивлённые организаторы. Тут же находились все остальные участники, прошедшие отбор. Таких оказалось шестнадцать. Почти половина заявившихся на турнир не смогла пройти отборочный тур. Что и говорить, слабоватый уровень для единственной в Империи Академии. Глядишь, через пару десятков лет местным магам по силам будет только свечку зажечь или яму выкопать. О чём думает руководство страны? Неужели Император не видит приближающейся катастрофы?

После очередной речи организаторов и поздравлений, нас развели по отдельным комнатам, где ждал ужин и отдых. Завтра состоится основной турнир — поединки между участниками. Отбор идёт навылет, то есть победители первого тура сражаются во втором и так далее, пока не останется один — чемпион. До этого у меня не было цели победить, надо было просто вернуться «в люди», обезопасив себя от покушений со стороны дяди. Но сейчас мне очень захотелось посмотреть на Императора и его окружение. Может быть, не зря я попал в этот мир? Может быть, ему, действительно, нужны перемены?

Оставшись в одиночестве, попытался представить ход завтрашнего поединка. Скорее всего, с утра проведут жеребьёвку, распределяя участников по парам. Плохо, что я не знаю своих соперников и их уровень. Хотя уровень у всех примерно одинаковый. Но возможны сюрпризы в виде владения дополнительной стихией. Правда, для меня это проблемой не является. Гораздо больше меня беспокоило, что помощь моих «покровителей» может выйти за рамки, установленные правилами. Ведь в отборочном туре они действовали сами, не дожидаясь моей просьбы. Вдруг и завтра будут действовать по своему усмотрению? И вместо того, чтобы просто припугнуть соперника, уничтожат его?

А ещё, как бы я ни пытался игнорировать, меня не отпускал увиденный недавно сон. Дети, играющие энергетическим шаром и считающие его мамой. И очень знакомое имя, бывшее всё таким же бесплотным голосом — Ари. Неужели это совпадение? Или … Может эти сны имеют какое-то значение? И Ведь именно эти дети снятся мне раз за разом. Дети и их невидимый учитель. Что это? Подсказка? Игры подсознания? Или… воспоминания? Возможно ли это?

— Ари? — рука непроизвольно потянулась к кристаллу в ухе, но того не было. Точно! У нас же забрали все личные вещи, хоть сколько-нибудь похожие на артефакты. А одежду тщательно обыскали и просканировали. В принципе, это правильно. Борьба должна быть честной. Но мне так хотелось задать вопрос, который не давал мне уснуть.

— Ари? — ещё раз попробовал я дотянуться до своего неведомого помощника, но отклика не было. Ладно, значит, попробуем спросить кого-нибудь другого.

–Здоровяк! — позвал я, мысленно представляя каменного великана. — Не знаю, как тебя зовут на самом деле, ты мне не представился. Если тебе не нравится быть «Здоровяком», давай познакомимся!

Тишина…

— Ну ладно… Здоровяк, ответь мне, пожалуйста, на один вопрос. Только честно. Ответишь?

Тишина…

— Ну раз нет, то я, пожалуй, не буду участвовать завтра в турнире, и вообще, пойду сдамся дяде. Я чувствую себя чужим в этом мире. А ты не хочешь помочь мне адаптироваться.

— Что ты хочешь знать?

Перед моим внутренним взором появилась фигура великана, поросшего мхом и молодыми побегами.

Я улыбнулся. Достал таки!

— Я родился на этой планете?

— Твое тело…

— Про тело я знаю. Мой вопрос был не о нём.

— Нет.

— Так же, как и Ари?

— Да.

— А девочка? Женщина? Та, что была с нами? Где она?

— Ты вспомнил?!

— Ответь, пожалуйста!

— Её нет. Значит, вспомнил, но не всё.

— Нет? Так же как не было меня, пока я не попал в тело Алекса?

— Нет. Я не могу ответить тебе точнее, это сможешь сделать только ты сам. Когда вспомнишь.

— Что я должен сделать для этого?

— Вернуть свою силу. Поверить в себя. А затем собрать осколки, объединив их в целое.

— Какие осколки?

— Ты вспомнишь.

— Помоги мне, пожалуйста!

— Я помогаю тебе. Мы все помогаем. Но кое-что можешь сделать только ты сам.

— Как тебя зовут?

— Здоровяк вполне подойдёт. Мне нравится.

— Хорошо, Здоровяк, ты поможешь мне завтра?

— Мы все поможем. Ты победишь.

— Но обещай, что при этом никто не пострадает.

— Это будет зависеть только от тебя.

Образ великана исчез из моей головы, словно собеседник разорвал контакт.

— Постой, как это — от меня? Я же не могу вас контролировать! Здоровяк?

Но тот больше не откликался, и мне пришлось довольствоваться тем, что он сказал ранее. Будет зависеть от меня… Значит, я должен быть внимательнее и вовремя остановить ИХ? Или он имел в виду что-то другое? Так, размышляя о завтрашнем дне, я постепенно погрузился в сон. И уже на грани сна и яви понял, что очень хочу вновь увидеть черноволосую Эни. Хотя бы в сновидении.

— На площадку для поединков вызывается последняя пара участников Турнира: Алексей Морозов и Потапова Екатерина.

Трибуны загудели, и я вышел на большую открытую площадку посреди стадиона, окруженную магическим барьером. Основные бои турнира проходили на обычном стадионе в присутствии многочисленных зрителей. Здесь были не только учащиеся Академии, пришедшие поболеть за своих товарищей, но и многочисленная родня участников, их знакомые, соседи, просто любители подобных соревнований. Ну и, конечно же, преподаватели Академии и представители власти в лице губернатора и других чиновников. Что было для меня сюрпризом, так это присутствие Наследника престола, молодого человека лет двадцати пяти, со скучающим видом сидящего рядом с губернатором и какими-то военными чинами. Видимо, парня отправили сюда, чтобы придать мероприятию больше значимости. На мой же взгляд Турнир не дотягивал даже до соревнования городского уровня, не говоря уж об общеимперском.

Увидев свою соперницу, снова ощутил непонятную тревогу. Хотя поводов для неё, на первый взгляд, не было. Екатерина была старше меня на один курс, но никакими особыми способностями не обладала. Средний маг земли, как и Алекс. Но, раз девушка прошла отборочные, значит владеет ещё каким-то даром. Интересно, использует ли она его в поединке?

Сначала формальности. Обязательный поклон в сторону трибуны, где сидит Наследник, затем поклон в сторону жюри, потом раскланивание друг с другом. Не турнир, а светский рауд какой-то. Не хватает только музыки и официантов с шампанским. Хотя нет, официанты как раз есть, снуют среди зрителей, разнося напитки и закуски. Интересно, а сколько стоит билет на это странное мероприятие?

Звучит сигнал к началу поединка, и… я стою и смотрю на девушку напротив. Красива. Стройная, лёгкая, черноволосая. С большими голубыми глазами. И ехидной улыбкой. Мгновение, и земля ушла у меня из-под ног. В буквальном смысле. На том месте, где я только что был, образовалась огромная яма. Неплохо! Взглянул на удивлённую соперницу, зависнув чуть выше уровня земли. Спасибо, Тучка! И снова не смог нанести удар в ответ. Просто блок какой-то в голове! И как я собираюсь сражаться дальше? Девушка, между тем, запустила в меня земляным вихрем. Ясно, значит вторая её стихия — воздух. «Эй, Тучка, на две стороны играешь?» — попытался съязвить, обращаясь к неведомой сущности и в ответ получил довольно сильный удар ветра, отбросивший меня к самому барьеру. Но позволивший при этом уйти из-под удара соперницы. Ну, спасибо, облачный, удружил! Трибуны галдели, дружно поддерживая девушку.

Так дело не пойдёт! Если я буду только уходить от ударов, то в конце концов проиграю. А это важно? Идя сюда, я был уверен, что нет. Но сейчас, слыша рёв трибун, подбадривающих мою соперницу и призывающих её «показать этому уроду»… Интересно что показать?.. Нет, я не готов проиграть! Только победа! Я никогда, никогда не проигрываю!

Но поднять руку на девушку всё равно не мог. Что за напасть? В меня, между тем, летели немаленькие камни, от которых приходилось постоянно уворачиваться, а земля под ногами превратилась в зыбучий песок. Пришлось вновь подняться в воздух и изображать птичку. Здоровяк, почему я не могу атаковать? Ты же обещал!

— Ты не хочешь этого.

— Я хочу! Ударь её земляным валом!

Тут же представил, как девушку с головой накрывает земля, погребая под собой, и пришёл в ужас. Нет!

— Видишь, ты не хочешь на самом деле!

— Не хочу, чтобы она пострадала, — подтвердил я и тут же получил в лоб камнем. Трибуны радостно взвыли, а я упал на землю и тут же провалился по колено.

— Здоровяк! Отпусти!

Земля под ногами перестала проваливаться, но голова гудела от удара, и на песок упали несколько капель крови.

Ладно, хватит веселить народ! Не хотелось самому себе признаться в том, что мне не нравились выкрики с трибун. Они должна быть другими, и, конечно, поддерживать меня! Болеть за меня! Любить меня!

Собрав всю злость, что бурлила у меня в душе, я размахнулся и метнул её в соперницу. Без всякой помощи строптивых «помощников». Так, как получилось. И вдруг время замедлилось. Я видел, как выпущенный мной шар какой-то тёмной энергии коснулся груди девушки, как она вскрикнула и начала падать, а на её лице застыло недоумение. Мир на мгновение мигнул, словно став чёрно-белым, а затем… озарился тысячами оттенков, невиданных мной ранее. Небо… оно было не просто голубым, нет! Оно было розовым, синим, зелёным и даже жёлтым. Трава… разве это зелёный цвет? Скорее изумрудный с розовыми прожилками, по которым пробегают жёлтые искры. Искры! Весь мир вокруг меня искрил! Даже люди, сидящие на трибунах, даже девушка, падающая на землю. Правда, искры вокруг неё постепенно угасали, словно растворяясь в воздухе. А в тот момент, когда она упала на землю, от её тела отделился шар, так похожий на шары, которыми играли дети в моём сне. Он завис на мгновение, а потом попытался подняться вверх, но я успел схватить его, словно вратарь летящий в ворота мяч. Шар был тёплым и живым! Он хотел, чтобы я отпустил его. Взглянув на лежащую на земле девушку, увидел, что искры вокруг неё почти все погасли. У меня есть всего мгновенье, чтобы исправить то, что я натворил! Опустившись на колени рядом с девушкой, я прижал светящийся шар к её груди и надавил. Шар сопротивлялся, он хотел вверх, хотел быть свободным. Это разозлило меня. Свободным? Хочешь быть свободным, будь им там, где ты есть! Для этого необязательно умирать! «Живи!» — приказал я мысленно, изо всех сил прижимая шар и не давая ему вырваться. И он вдруг словно растворился, растекся, исчез из моих ладоней. А в груди девушки появилось чуть заметное свечение. Но она по-прежнему не дышала. «Не вздумай умереть! Живи!» — снова приказал я, щедро наполняя её тело голубой энергией, которая буквально струилась из моих ладоней. «Живи!» — повторил я в третий раз и почувствовал судорожный вдох, а затем девушка открыла глаза. Я обессиленно повалился рядом, и тут мир снова ожил… Тысячи ворвавшихся в мои уши звуков чуть не свели меня с ума. Трибуны ревели, звенел гонг, останавливающий поединок, а к нам с громким топотом бежала целая толпа медиков с носилками. И вроде бы никто не понял, что произошло на самом деле. Все видели, как я кинул что-то в соперницу, и та упала. Вглядываясь в лица сидящих на трибуне зрителей, я понял, что они в недоумении. И очень обеспокоены.

И лишь в одном взгляде, который не отрывался от меня ни на мгновенье, я видел понимание. И интерес. Наследник понял, что я только что сделал. Он, единственный среди этой толпы маг жизни, видел, как я вливал энергию жизни в девушку. И сделать вид, что ничего такого не было, у меня теперь вряд ли получится.

«Ну что, доигрались?» — крикнул я своим «помощникам», пытаясь справиться с охватившим меня отчаянием. — Я только что раскрыл свои способности перед императорским Родом. И, скорее всего, теперь моя жизнь будет недолгой.

— Всё идёт по плану, не волнуйся! — ответил Здоровяк. — Ты пробудил свою силу, значит, скоро пробудишь и память.

Я пробудил силу? Силу жизни? Так я уже раньше ей пользовался, когда спасал Андрея. Или он имеет в виду ту чёрную энергию, которую я метнул в девушку? В Катю. Называть её просто девушкой теперь казалось неправильным. Что это за энергия? Она почти убила. Неужели это?..

— Это энергия смерти, правильно.

— Я что, маг Смерти?

— И Смерти, и Жизни. Они так прочно связаны друг с другом, что отделить одно от другого невозможно. Но это не главное. Подобные маги есть в этом мире, хоть их и мало. Но ты только что пробудил силу Создателя. Ты вернул не только жизнь, ты вернул Душу. Кроме тебя, это неподвластно никому.

— Что?

То, что говорил Здоровяк, казалось мне какой-то сказкой. Вернул душу? Это тот шар, который я поймал? Но это же было совсем просто. Это мог сделать каждый, просто я был ближе.

— Никто, кроме тебя, не способен видеть души живых существ.

— Но Наследник! Он точно видел!

— Он видел, что ты использовал энергию жизни, не более.

— Но даже этого достаточно! Теперь мне не дадут жить спокойно! Мне вообще не позволят жить!

— Ты справишься! Как всегда, справишься! — прозвучало в ответ.

Пока я вёл мысленный диалог со своим сверхъестественным собеседником, медики унесли Катю и пытались положить на носилки меня. Пришлось показать, что я в порядке, встав на ноги.

— Я вполне способен самостоятельно дойти до медпункта, хотя не вижу необходимости в его посещении! Я полностью в порядке!

С трудом отделавшись от назойливых медиков, побрёл вслед за ними, оставляя позади ревущие трибуны. У входа в здание Академии ко мне подошли два распорядителя и велели срочно пройти к ректору. В этот момент я почувствовал, насколько устал, и пожалел, что не воспользовался услугами медиков и не прокатился на носилках. Тогда не пришлось бы сейчас плестись на центральную трибуну.

— Алексей Морозов, вы отстраняетесь от дальнейшего участия в Турнире! — с ходу заявил ректор, стоило мне предстать перед ним.

— Но почему? Я ведь выиграл!

— Да, но использовали при этом неизвестную магию. Пока мы не изучим её, я не могу рисковать жизнями своих студентов.

— Ладно, значит, я могу быть свободен?

— Нет, вы поедете со мной в столицу, — вмешался в разговор Наследник. Так и знал, что от него будут проблемы. Хотя… Вроде он выглядит не особо сильным. Может удастся сбежать по дороге?

Глава 14

Оставшуюся часть Турнира я провёл на центральной трибуне среди высокопоставленных особ, сидя рядом с принцем, который совершенно не обращал на меня внимания, внимательно следя за тем, что происходило на арене. Оглядев трибуны, поймал встревоженный взгляд Андрея Воронцова и улыбнулся ему, показав жестом, что всё в порядке.

В отличие от Наследника, я не вникал в происходящее на Турнире, обдумывая своё положение и пытаясь предположить, что будет дальше. Скорее всего, принца заинтересовала моя магия Жизни, значит в столице меня ждут испытания и тесты. Ну и наверняка проверка ДНК и прочие медицинские процедуры. Вряд ли это займет больше, чем пара дней. А потом… Что будет потом? Отпустят ли меня на все четыре стороны, не обнаружив родства с императорской семьей? Или решат ликвидировать во избежание… Интересно, были ли подобные прецеденты в прошлом?

В любом случае, прежде чем уехать в столицу, я должен разрулить ситуацию с дядей. Ясно, что на титул главы Рода тот уже претендовать не сможет, но… лишь до тех пор, пока я жив-здоров. А так как будущее моё неясно, решить вопрос с дядей надо до отъезда. Главой Рода ему не быть! Такие поступки, как убийство родича, непростительны. Правда я ещё не решил, стоит ли «выносить сор из избы» и привлекать к этому делу полицию, или удастся решить всё по-семейному? Для этого мне надо увидеться с дядей и мамой, побывать «дома», оценить обстановку, пообщаться с людьми. Ещё очень хотелось познакомиться с сёстрами, жаль, что они сейчас далеко. Мне кажется, что с девочками я найду общий язык быстрее, чем со всеми остальными «родственниками». Ведь они — мои сёстры. Почему-то это казалось мне намного важнее, чем встреча с мамой, например. Это слово не пробуждало во мне никаких особых чувств.

Я так задумался, что не заметил, что турнир закончился и большинство сидящих рядом со мной людей, в том числе и принц, отправились на награждение победителей. Заметил их отсутствие лишь когда рядом появился Андрей — его пропустили без проблем, так как, оказывается, его отец находился на этой трибуне.

— Почему тебя держат здесь? Нужна помощь? Я могу попросить отца…

— Нет, пока, вроде, всё нормально. Наследник заявил, что я должен поехать с ним в столицу.

— Думаешь, будут проблемы?

— Вряд ли. А для меня это шанс побывать при дворе. Кто откажется от такого?

— Будь осторожнее! Александр, вроде, парень неплохой, общался с ним пару раз. А вот Император… С ним надо держать ухо востро. Не стоит его недооценивать.

— Учту, спасибо.

— Я, вообще-то, хотел тебе сообщить две не очень приятных новости. Мне отец ещё утром сказал, но не было возможности встретиться с тобой раньше. Твоя мать… Ты знал, что она находилась на лечении в клинике для душевнобольных?

— Нет… Она… действительно больна?

— Насколько я помню, никаких проблем со здоровьем, в том числе душевным, у твоей мамы не было. Скорее всего, Николай Иванович подсуетился.

Как это мерзко… Использовать такие грязные методы, к тому же против женщины…

— Я смогу её оттуда забрать?

— Тебе не придётся. Вчера вечером Алина Вячеславовна сбежала из клиники.

— Как?

— Просто уничтожила часть стены и создала лестницу, по которой спокойно спустилась на землю и ушла.

— Разве клиника не охраняется?

— Охраняется, но не магами. А твоя мать — сильный маг земли. Удивительно, что врачи об этом не подумали. Обычно таких пациентов держат на специальных препаратах, не позволяющих использовать магию. Или, возможно, она их просто перехитрила.

— Я рад, что она в порядке, но… где она сейчас?

— Скорее всего, попробует сама разобраться с твоим дядей. Или отправилась в Новосибирск за дочерьми.

— Думаю, второй вариант более правдоподобный.

— Да, но… Есть один нюанс… Твои сёстры вчера вечером сбежали из школы.

— Сбежали? Тоже применили магию? В десять-то лет?

— Нет… то есть неизвестно, их просто никто не видел…

— И что мне теперь делать? Я не могу уехать в столицу, не убедившись, что моя семья в порядке!

— Думаю, в этом Александр с тобой согласится. Род — превыше всего, если, конечно, Империи не угрожает опасность. С его помощью твои шансы найти родных и решить вопрос с дядей повысятся. Помощь императорского Рода многого стоит.

— Думаешь, мне надо попросить о помощи?

— Просто объясни, почему не можешь уехать. Помощь он предложит сам, я уверен.

В этот момент над стадионом вспыхнули тысячи разноцветных огней, залив всё вокруг ярким светом.

— Фейерверк начался. Значит, награждение закончилось. Мне пора. Удачи, Алекс! Надеюсь, ещё увидимся!

Андрей дружески хлопнул меня по плечу и ушёл. А я стоял, с восторгом глядя на россыпь диковинных огненных цветов, распустившихся в небе, и думал, видят ли эту красоту мои сёстры. Им бы, наверняка, понравилось. Я должен их найти! Нельзя допустить, чтобы с ними случилось что-то плохое!

— Вылетаем завтра утром, а сегодня банкет в центральном отеле, ты идёшь со мной, и даже не думай пытаться сбежать.

— Я и не собирался, просто поехать с вами я никак не могу.

Увидев, как нахмурился Наследник, тут же пояснил свои слова:

— Моя мать и сёстры пропали, а дядя может попытаться причинить им вред. Мне нужно уладить дела Рода, только после этого я смогу отправиться в столицу.

— Пропали? Что творится в роду Морозовых? Сначала пропал глава Рода, затем женщины и дети? — Цесаревич возмущённо посмотрел на губернатора, затем перевёл взгляд на меня. Помощь нужна? Я не могу оставить тебя здесь и уехать, поэтому… Давай по быстрому разберёмся с твоими проблемами, через неделю мы должны быть в столице.

Андрей был прав, спасибо ему за совет. Сам я обязательно попытался бы «качать права» и вряд ли бы это закончилось столь мирно.

Мы с Наследником отправились в центральную гостиницу в сопровождении императорских гвардейцев. По пути я рассказал Цесаревичу всё, что знал о дяде и его стремлении получить титул главы Рода. Александр был в ярости. Хотел тут же арестовать Николая и устроить показательный суд. Но я попросил его решить всё в кругу семьи, если дядя согласится проявить благоразумие. Всё-таки репутация Рода может сильно пострадать, а это ударит и по родовому бизнесу.

Имение Рода Морозовых, Красноярск

— В каком смысле «никто ничего не видел»? — Николай Морозов был в ярости. Его племянницы пропали из Института благородных девиц, самого престижного и безопасного учебного заведения для девочек в Империи! И ему заявляют, что нет никаких следов проникновения посторонних на территорию. Записи с камер видеонаблюдения стёрты, но двери никто не взламывал, следов борьбы не обнаружено. Словно девочки сами вышли к похитителям и не сопротивлялись. А значит, их похитил кто-то, кого они не боялись. Алина или Алекс!

Этот щенок всё-таки выжил! Ему даже хватило наглости заявиться на ежегодный Турнир, проводимый в Академии! Это с его-то слабым уровнем магии! Шут гороховый, только Род позорит! А Алина? Как умело она разыгрывала безумную, убитую горем мать?! А сама при первой же возможности сбежала, разгромив лечебницу! И главврач, с которым у него была договоренность, куда-то пропал! Если Алина приложила руку к его исчезновению… Если узнала, что в клинику её отправил именно он, Николай Морозов…

— Усилить охрану имения и мою лично! Никого не пропускать без моего разрешения, даже Императора, если он вдруг явится прямиком из столицы! Ясно?!

— Так точно! Наследника, значит, тоже не пускать! Разрешите применить силу?

— Что?! Какого Наследника?

— Цесаревича Александра Михайловича Романова.

— При чём здесь Цесаревич?

— Он стоит у входа в имение и требует его пропустить. Разрешите дать отпор?

— Что?! Нет!!! Отставить! Просто постарайтесь потянуть время, силу не применять! Проведите его дальней дорогой, заговорите, придумайте что-нибудь, только не пускайте сразу!

— Приказ понял, не пускать сразу.

Николай схватился за голову, протяжно взвыв, затем бросился к стене, открыл сейф, спрятанный за портретом отца, выгреб оттуда всё, что поместилось в ручной саквояж, добавил несколько бумаг из ящика стола, достал из шкафа коробку с именным оружием, вынул револьвер, повертел в руках, затем сунул в карман пиджака. Осмотрелся вокруг, подошёл к камину и нажал на один из верхних камней, из которых тот был сложен. В стене открылся узкий проход, Николай выругался, вернулся к шкафу, долго рылся там, роняя на пол то одно, то другое, наконец вернулся, держа в руках фонарик. Прислушался к необычному шуму внизу, выругался ещё раз, схватил саквояж и протиснулся в тайный проход, закрыв его с за собой. Буквально через пару минут после его ухода в кабинет ворвалась императорская гвардия. Осмотрев помещение, гвардейцы направились дальше, методично обходя весь особняк в поисках хозяина. А тот в это время выбрался из подземного хода в ближайшем лесу, с опаской огляделся вокруг и направился к ближайшему оживлённому шоссе, собираясь поймать попутку до соседнего города, а там ещё одну, и ещё. Пожалуй, он навестит своего давнего приятеля в Хабаровске. И погостит у него немного. Надо собраться с мыслями, привести в порядок свои финансовые дела. Продумать стратегию. И тогда, да, только тогда, с новыми силами пойти в наступление. Этот малец решил, что победил, переиграл своего дядю? Нет, игра ещё даже не начиналась! Следующий ход будет за ним, Николаем Морозовым! И ход этот будет сокрушающим!

Глава 15

Давным-давно, где-то среди звёзд

— Ари, я красивая? — темноволосая девочка лет двенадцати, одетая в обтягивающий комбинезон серого цвета, крутилась перед зеркалом. — Вот бы мне настоящее платье, как в старых фильмах. Чтобы до пола, а здесь так, а здесь так, — девочка проводила руками по своему телу, показывая, какое должно быть платье. — И чтобы цвет такой красивый, голубой, и звёздочки на нём блестят. Ари, ты можешь подарить мне такое платье?

— Нет, Эни, такого платья у меня нет. На борту только стандартная форма для экипажа. Но ты можешь поискать в личных вещах пассажиров. Могу подсветить те каюты, где жили женщины. И открыть их.

— Брать чужие вещи? Нет, это нехорошо. Да и вряд ли они подойдут мне по размеру. Ведь среди них не было девочек моего возраста?

— Нет, только женщины старше 21-го года, согласно правилам космической корпорации. Одежду шьют из ткани с помощью специальных швейных машин. Я видел чертежи в хранилище технической документации. Если получится найти подходящие детали, я смогу сделать подобную. Ещё нужны выкройки для одежды, уверен, они тоже где-нибудь есть. И тогда ты, если постараешься, сошьешь себе платье сама.

— Сошью? Сама? Платье? — девочка задумалась. — А из чего я буду шить? У тебя есть голубая ткань?

— Есть белая ткань, а в голубой цвет её можно покрасить. Пожалуй, на ближайшем занятии по химии ты займёшься созданием подходящих красителей.

— Это здорово! Тогда я смогу красить нашу одежду в разные цвета! Мне уже так надоел этот серый! А волосы? Их можно покрасить? Чтобы они были золотистые, как у принцессы?

— Окрашивание волос негативно скажется на их структуре. Они станут тонкие и ломкие.

— Ну и пусть! Зато я стану похожа на принцессу, и Эри наконец-то перестанет смотреть на меня, как на маленькую девочку!

— Ты и есть маленькая девочка, Эни. А Эри ещё слишком мал, чтобы видеть в тебе что-то другое. Мальчики взрослеют позже девочек. Наберись терпения. Создай красивые наряды. Научись тому, что привлечет его внимание. Например, играть на музыкальном инструменте, танцевать или петь. Обычно с помощью подобных умений женщины покоряли мужчин.

— Правда? Спасибо, Ари! Ты можешь найти мне программы, обучающие танцам? Я люблю танцевать, только не умею! А музыкальные инструменты… Я видела в одном старом фильме… Такое большое и красивое… Кажется, это называлось арфа. Ты можешь сделать мне арфу? И научить на ней играть?

— Я постараюсь создать для тебя арфу, Эни. Придётся пересмотреть твое расписание, чтобы выделить время на новые занятия.

— Да, Ари, давай я буду учиться танцам и музыке вместо математики? Она всё равно мне не даётся. Пусть Эри учит свои формулы, а я буду танцевать!

— Я подумаю над твоей просьбой. А пока… Через пять минут урок алгебры, не опаздывай, Эни!

Окрестности имения Рода Морозовых, Красноярск

— Может, всё-таки довезти вас до посёлка? Два километра для меня — пустяк, а вам будет тяжело.

— Нет, что вы, мы привыкли, в школу каждый день до шоссе ходим, отсюда нас забирает школьный автобус. Спасибо вам большое!

Два мальчика лет десяти ловко спустились из кабины огромного грузовика и, стоя на обочине у развилки, долго махали тому вслед. Было видно, что дети из бедной семьи, одеты хоть и по погоде, но в вещи, явно с чужого плеча, не новые и слегка им великоватые и мешковатые. Лишь когда машина скрылась за горизонтом, один из мальчиков облегчённо вздохнул и посмотрел на второго:

— Мы почти дома! Осталось пройти семь километров до усадьбы. Ты как, справишься, Надь?

— Конечно, Вер, подумаешь, семь километров! Мы же каждый день в школу ходим! — отозвался второй мальчик, и, взглянув друг на друга, оба весело рассмеялись.

— Давай, всё-таки, уйдем на всякий случай с дороги, пойдем по опушке, там тропинка есть. Вдруг кто поедет, лучше подстраховаться.

Дети свернули с дороги и весело зашагали по самой кромке леса, по тропинке, которую было не заметно с дороги.

— Как думаешь, Алекс уже нашёлся?

— Не знаю. Если он узнал про маму, то точно вернулся.

— А что мы будем делать с дядей Николаем? Если Алекс еще не нашелся, то он как бы глава Рода сейчас. И вряд ли обрадуется, узнав, что мы сбежали.

— Алекс защитит нас от дяди. Он наверняка уже нашёлся!

— Смотри, смотри, что это там? Вот это машина! Такой даже у директора нет!

— На ней герб Императорского Рода! Кажется, это сам Император едет! Смотри, сколько охраны!

— Ух ты! И куда это он едет? Ведь это дорога к нашей усадьбе. Неужели, к нам?!

— Наверное Император узнал о пропаже Алекса и маминой болезни и решил помочь.

— Или хочет проверить дядю Николая.

— Точно!

— Что же делать? Может, нам пока лучше не соваться в имение?

— Да нет, в таком виде нас никто не узнает. Пойдём, посмотрим! Мне так любопытно!

— А вдруг это не Император, а Наследник? Он такой красивый!

— Надя! Что за глупости у тебя в голове?!

— Нет, ну правда! Скажи ещё, что не мечтала когда-нибудь танцевать с ним на балу!

— Да об этом все девушки Империи мечтают!

— Вот именно! А он приехал к нам!

— Не к нам, а к дяде Николаю!

— Может, стоит поспешить и показаться ему на глаза?

— Думаешь, он сразу в тебя влюбится? Ты для него пока лишь ребёнок!

— Но даже ребёнка можно запомнить на всю жизнь! Главное — произвести впечатление!

— Надя, даже не думай! Мы просто незаметно проберемся в имение и посмотрим, что там происходит! Обещай, что не будешь лезть к Наследнику!

— Обещаю, что СПЕЦИАЛЬНО не буду лезть.

— Всё-таки ты что-то задумала!

— Идём быстрее, а то вдруг они уедут раньше, чем мы дойдём до усадьбы!

И дети быстрым шагом, почти бегом, направились в сторону имения рода Морозовых.

***

Чего я точно не ожидал, так это того, что Наследник заявится ко мне в номер в девять часов утра, чтобы сообщить, что его гвардейцы готовы провести рейд в имение Морозовых. И он также собирается принять в нём участие.

Я-то думал, что после вчерашнего банкета, который закончился далеко за полночь, Цесаревич проспит как минимум до обеда, поэтому и сам не спешил с подъёмом. В результате пришлось спешно собираться, перекусывая на ходу, благо, завтрак уже был доставлен мне в номер. Наследник сообщил, что уже позавтракал, потому я не стал тратить время на еду, лишь, одеваясь, успел сжевать пару свежеиспеченных булочек и несколько раз глотнуть чай из чашки.

Уже сидя в бронированном автомобиле Наследника, осознал, что вообще потерял контроль над ситуацией и плыву по течению. Может быть, в этом нет ничего страшного? Цесаревич сейчас явно на моей стороне, в одиночку у меня было бы мало шансов так запугать дядю, чтобы тот смиренно согласился не причинять больше вред Роду и честно трудиться на его благо. Жаль, что я не владею ментальной магией. Мощная штука, но крайне опасная. Знал я одну девушку… Мысли вдруг завязли, словно попав в топкое болото… Девушку? Я попал в этот мир две недели назад и провёл их в одиночестве в лесной сторожке… Память… Мои «друзья» сказали, что она начнёт восстанавливаться. Но если это будет так… Вспоминать какие-то несвязные отрывки прошлой жизни, не понимая их суть… Как-то не так я представлял себе возвращение воспоминаний.

Кстати, вчера я, кажется, пробудил в себе какую-то силу, чему сильно обрадовались мои «помощники». Но сейчас я не чувствовал в себе никаких изменений. И никакой новой силы. В чём она заключается? Они сказали, что я единственный, кто может видеть души. Да, во время поединка я видел яркий шар, который пытался улететь, покинув тело моей соперницы. Но сейчас ничего подобного я не вижу. Вон сидит Наследник, и никаких светящихся шаров внутри него нет. Хмыкнув, попробовал посмотреть внимательней. Цесаревич, заметив направленный на него взгляд, нахмурился и хотел было возмутиться, но я сделал жест рукой, прося его подождать. А сам с удивлением смотрел, как «внутри» него пульсирует яркий шар голубой энергии с зелёными прожилками, от этого шара по телу Наследника расходятся тысячи нитей разной толщины. А по краям шар окутан какой-то серой дымкой, которая, местами, проникла внутрь.

— Что-то случилось? Почему ты так на меня смотришь? Прекрати!

— Прошу прощения, просто я… увидел кое-то. Я не специально и не хотел вас обидеть.

— Так, Морозов, давай уже на «ты», особенно когда мы с тобой наедине. Я тебя всего на пять лет старше.

— Хорошо. Я просто попытался увидеть, какой магией ты владеешь. И у меня получилось.

— Правда? Значит, я был прав. Только маги жизни могут видеть магию в других. И что же ты увидел?

— Ты маг жизни и немного маг земли. Скорее даже, маг природы. Что-то такое. А ещё… , — я замолчал, не зная, как сказать про увиденную мной тёмную дымку. Я ещё сам не понял, что это такое, может, надо сначала разобраться?

— Что ещё?

— Не знаю, как будто что-то мешает тебе, сдерживает, не даёт развивать способности дальше.

— Ты это тоже увидел?

— Да, но не совсем понимаю, что это такое.

— Не ты один. Хотя и увидел это лишь один человек, кроме тебя. — Наследник оценивающе посмотрел на меня. — Думаю, ей интересно будет с тобой познакомиться.

— Ей?

— Да, это моя бабушка по матери. Елизавета Константиновна. Самый сильный маг жизни из всех, кого я знаю. Правда, она тщательно скрывает это от окружающих.

— Зачем?

— Спросишь её сам, когда встретитесь. Думаю, вам будет, о чём поговорить.

Спустя час я стоял на крыльце красивого деревянного двухэтажного особняка (назвать просто домом язык не поворачивается) Морозовых рядом с расстроенным Цесаревичем, которому только что доложили, что Николай Иванович Морозов не найден. Видимо, успел покинуть усадьбу, хотя все вокруг твердили, что барин с утра был дома и никуда не собирался.

— Ты хорошо знаешь этот дом? — обратился ко мне Александр. — Может в нем быть тайный ход?

«Здоровяк? Есть в этом доме тайный ход?» — тут же переадресовал вопрос «другу» и получил в ответ изображение камина, один из камней которого был подсвечен красным.

«Спасибо!» — крикнул мысленно своему помощнику и, кивнув Наследнику, побежал по лестнице на второй этаж. Прошёл по коридору, заглядывая в каждую дверь, и, увидев знакомый камин, зашёл в комнату — кажется, рабочий кабинет — подошёл к камину и нажал на один из камней. В стене открылся неширокий проход. Я хотел было юркнуть внутрь, но был пойман и отодвинут в сторону крепким гвардейцем.

— Извините, господин, но сперва мы пойдём. Там может быть опасно.

Обернулся к Александру в поисках поддержки, но тот воспринял действие гвардейца как должное. Пришлось отойти в сторону и смотреть, как всё больше бойцов скрывается в проходе.

— Похоже, твой дядя был готов к такому ходу событий, — Цесаревич, обходя комнату, остановился у открытого сейфа и заглянул внутрь. — Выгреб всё, что что смог. Хотя, своим побегом он косвенно признал вину. Теперь действовать будет намного проще. Вот если бы он остался на месте и всё отрицал, понадобились бы очень серьёзные доказательства.

— Моего слова было бы недостаточно?

— Ты, конечно, глава Рода, но, учитывая твой возраст и репутацию, вряд ли. А вот если бы к твоим показаниям добавить показания твоей матери и сестёр…

— Я не хочу, чтобы их впутывали в это…

— Понимаю, но, возможно, придётся. К тому же они сами явно не хотят сидеть в стороне, учитывая последние события.

— Да, похоже. Мне надо заняться поисками сестёр. Они ещё совсем дети и не способны за себя постоять.

Как только мы спустились в просторный холл, в дом вошёл гвардеец, ведя за шиворот двух пацанят лет десяти, одетых в поношенную одежду, со школьными рюкзаками за плечами. Заметив Цесаревича, он остановился и обратился к нему, не выпуская свою добычу из рук:

— Вот, Ваше Императорское Высочество, шастали вокруг, расспрашивали про Николая Ивановича и Алексея Александровича Морозовых. Как узнали, что последний здесь, пытались заставить привезти их к нему.

— Заставить? В каком смысле?

— Ну, кажется, с помощью магии. Только у нас ведь у всех защита стоит. На нас такие штуки не действуют.

Я с удивлением посмотрел на парнишек повнимательнее. Ментальная магия! Причём на довольно приличном уровне. Плюс магия растений. А ещё… Глядя на ребят, почувствовал нечто странное… Словно узнавание… Как будто нашёл то, что должен был найти. Что-то знакомое… Кажется, это…

— Вера? Надя?

— Алекс! — Девочки легко вырвались из рук ошарашенного гвардейца и бросились мне на шею. Я подхватил обеих и прижал к себе. Вроде бы, совершенно незнакомые мне дети, но нет… Чувство такое, будто они мои настоящие сёстры. Откуда оно? Неужели, во мне осталась какая-то часть прежнего Алекса?

— Ментальная магия? — Цесаревич, конечно же, такое не пропустил, и это очень плохо. Ментальных магов в этом мире мало, буквально единицы, и теперь моим сёстрам вряд ли дадут жить спокойно. Особенно, учитывая их немалые способности. — И давно ты в курсе? Скрывать такое — преступление, Алекс.

— Я сам только что узнал, правда! Да и в школе, где они учились, похоже, никто не в курсе. Как вам удалось скрывать свои способности? — спросил у девчонок, что стояли, вцепившись в меня, и смотрели на всех вокруг, как на врагов.

— Если кто-то замечал, мы заставляли его тут же забыть об этом. Очень просто.

— Действительно, — согласился Наследник, с интересом рассматривая девочек. Затем подошёл поближе и стянул с одной из них натянутую на глаза шапку. Густые волосы пшеничного цвета рассыпались по плечам девочки. Наследник лишь хмыкнул и посмотрел на вторую, но наткнулся на угрожающий взгляд:

— Не трогай!

— Как невежливо! Я, вообще-то, Наследник Императора, и обращаться ко мне следует, используя титул.

— Я же говорила, ничего в нём нет особенного, — прошептала первая девочка второй.

— Действительно, — согласилась вторая и посильнее натянула на себя шапку.

В глазах Александра мелькнула обида, но через секунду он уже весело смеялся.

— Морозов, у тебя обалденные сёстры! И знаешь что? Я приглашаю их тоже поехать с нами в столицу. Если ты понимаешь, это приглашение, которое нельзя отклонить.

— Понимаю, но… Они же ещё совсем дети! Им учиться надо!

— Вот именно, учиться! И, похоже, та школа, где они были до этого, с их обучением не справляется! Думаю, мы сможем найти более подходящую.

— Алекс, мы поедем в столицу? С тобой?

Но не успел я ответить, как появился встревоженный слуга с телефонной трубкой в руках.

— Ваше Императорское Высочество, — обратился он, как положено, сначала к Наследнику, господину Морозову звонят из Иркутского Института Благородных Девиц. Там Алина Вячеславовна угрожает всё разрушить, если ей не вернут её дочерей. Директор в панике.

— Дай-ка мне трубочку, — Александр, не раздумывая, почти вырвал трубку из рук опешившего слуги и, громко что-то рыча в неё, вышел из дома, оставив нас стоять в недоумении.

— Алекс, что они сделают с мамой? — Вера (или Надя?) смотрела на меня испуганными глазами. От недавней боевой, даже наглой девчонки не осталось и следа. Я видел лишь напуганную маленькую девочку.

— Они не посмеют причинить ей вред. Мы с вами теперь очень ценные граждане Империи, — улыбнулся я сёстрам, и тревога в их глазах сменилась пониманием, а затем и весельем. — Да, думаю, теперь мы можем немножко воспользоваться этим. Не просто так, ведь сам Наследник приехал сюда разбираться с делами Рода. Думаю, мы можем выдвинуть некоторые условия, в том числе насчёт мамы.

— А если мы попросим, чтобы она поехала с нами?

— Думаю, они согласятся. Вот только кто будет следить за имением и заниматься делами Рода, если мы все отправимся в столицу?

— Может, Ивана попросим?

— Какого ещё Ивана? — удивился я, а девочки, переглянувшись, прижали руки ко рту, словно испугавшись, что проболтались и выдали какую-то страшную тайну.

— Так, что за Иван? Поздно уже делать вид, что не проболтались, а ваша ментальная магия на меня не подействует. Так что рассказывайте.

— Иван, он наш брат. Только у него мама другая. Он хороший, очень умный, даже мама говорила, что из него получился бы хороший хозяин.

Так, стоп? Брат? Почему я об этом не знаю. Тянусь к серьге, ищу информацию по Роду Морозовых. Ничего. Странно.

— Откуда вы о нём знаете? Где он живёт?

— Так он здесь живёт в посёлке. Школу в этом году закончил.

— Вам мама о нём сказала?

— Нет, мы сами узнали… Она много о нём думала… А потом спросили, и она рассказала. Потом с ним познакомила даже. Сказала, что если беда случится, можно обратиться к нему, он тоже наш родич, ему можно верить.

Интересненько. Оказывается, у меня ещё и брат есть, да ещё такой взрослый. Знал про него Алекс или нет? Впрочем, неважно. Гораздо важнее, могу ли я оставить управление родом на вчерашнего школьника, которого никто не знает?

Глава 16

После того, как вернувшись, Наследник сообщил, что нашу мать доставят в имение сразу после того, как она пройдёт обследование в лучшей психиатрической клинике Иркутска, я чуть не поссорился с только что обретёнными сестрами. Александр заявил, что нужно убедиться: Алина Вячеславовна действительно здорова, находится в ясном уме и не причинит вреда ни окружающим, ни своим детям.

Сёстры возмутились было таким решением, но я согласился: вполне разумно, ведь то, что она сбежала из клиники и угрожала сровнять с землёй лучшую школу для девочек в России, даёт повод усомниться в её психическом здоровье. Пусть пройдёт освидетельствование, тем проще потом будет доказать, что в клинику её отправлять не было особой необходимости.

— А я на этом откланяюсь, дам вам время пообщаться и привести в порядок дела. Думаю, трёх дней будет достаточно. Сообщу отцу, что привезу гостей и мой самолёт слишком мал для этого. За три дня как раз успеют пригнать сюда мой дирижабль. Там для всех места хватит.

— И для мамы? — воскликнули девочки хором.

— Да, конечно, я буду счастлив, если она поедет с нами. А ещё мне очень хотелось бы продолжить общение с вами, так что я не против, если вы пригласите меня в гости, завтра, например, или послезавтра.

— Напрашиваться в гости не очень-то вежливо, — заявила Вера (или Надя?).

— Только в том случае, если ты не Император или Наследник престола. Они всегда желанные гости в любом доме, разве нет?

— Кажется, у него слишком большое самомнение, — громко прошептала Надя Вере (или наоборот).

— Ещё и мания величия, кажется, — так же громким шёпотом ответила та.

— Вообще-то, это истинная правда, а не мания величия, — Наследник, кажется, обиделся в очередной раз. — Но если вам неприятно моё присутствие…

— Нет, что вы, мы будем рады вашему присутствию в нашем доме в любое время, Ваше Императорское Высочество, — попытался я сгладить неловкость вновь перейдя на официальный тон. — Скажем, послезавтра, приглашаем вас на ужин в тесном семейном кругу, если вам будет угодно его посетить.

— А ты, Алекс, я смотрю, дипломат! С удовольствием приду послезавтра к вам на ужин. Мне крайне интересно познакомиться с вашей матерью. Чувствую, что она очень непроста, раз напугала самого директора Института Благородных Девиц. Такое, на моей памяти, ещё никому не удавалось.

— Девочки с радостными криками кинулись к вошедшей светловолосой женщине. Я же, глядя на неё, не испытывал ничего, кроме интереса — не было того чувства узнавания, как при встрече с сёстрами.

Алина Вячеславовна, без сомнения, была красивой женщиной. Даже в цветастой больничной пижаме, которую так и не удосужилась сменить на что-то более цивильное, она выглядела как королева. А ещё она была сильной. Сильной не физически, а духовно. И магический потенциал, кстати, у неё был огромный. Как могли окружающие считать её слабой и безвольной? Неужели женщина так хорошо притворялась? Или что-то изменило её, сделало сильнее, заставив пробудить все скрытые резервы? Скорее всего, и то, и другое. Она не хотела выглядеть сильнее мужа и сына — главы Рода — поэтому гасила свои силы. Но последние события… Смерть Алексея, заточение в клинику, волнение за судьбу дочерей… Ей пришлось стать сильнее, чтобы защитить их. И видя, с какой нежностью Алина прижимала девочек к себе, я понял, что ради своих дочерей она готова на всё. Повезло Николаю не встретиться с ней такой. Мне же надо быть очень осторожным и тактичным, чтобы не дать ей повода выпустить свою разрушительную силу.

Стоило женщине увидеть меня, как улыбка тут же исчезла с её лица. Взгляд стал жёстким и цепким, и в нём плескалась ненависть.

— Ты!..

Девочки, почувствовав изменение в мамином настроении, отступили от неё на шаг и с удивлением осматривались вокруг, пытаясь найти того, на кого был направлен её гнев. Но не обнаружив никого подозрительного, они вновь прижались к ней и принялись щебетать:

— Мамочка, Алекс поедет в столицу и возьмёт нас с собой!

— И ты тоже можешь поехать с нами, так Цесаревич Александр сказал.

— Мы больше не вернёмся в эту ужасную школу, потому что нас там плохо учат

— Он сказал, что найдёт нам самую лучшую школу, и что мы — особенные.

— Ты ведь поедешь с нами в столицу, мамочка?

— Мы полетим на личном дирижабле Наследника!

То ли звук их голоса, то ли то, что они говорили, немного успокоили женщину, ненависть в её взгляде сменилась пытливым любопытством. Видимо, не желая устраивать разборки при девочках, она выдавила из себя улыбку, обращаясь ко мне:

— Алекс, мне нужно с тобой серьёзно поговорить.

— Конечно, я никуда не денусь и всегда открыт для разговора. Я буду в кабинете, там достаточно дел, чтобы просидеть за ними до вечера.

Женщина кивнула, ещё раз с любопытством осмотрев меня, затем обнала девочек и пошла с ними наверх. Чувствую, мне предстоит серьёзный разговор. Она каким-то образом сразу почувствовала, что я не её сын. Или уже знала это раньше? Странно… Пока она единственная, кто понял это сразу. Андрею понадобилось несколько дней, чтобы «раскусить» меня. Надеюсь, больше никто не догадается.

Где-то в лесу под Красноярском

— Я не вижу, что происходит в усадьбе с тех пор, как там появилась эта женщина. Всё словно непроницаемой сферой закрыто. Очень сильная магия! Если бы я находился рядом, то справился бы, но отсюда… Мне нужна твоя помощь! Будешь моими глазами и ушами. Уверен, у тебя не возникнет проблем. ОН к тебе привязался, хотя сам ещё этого не осознал.

Стоящий на задних лапках маленький зверёк что-то оживлённо запищал, смешно размахивая передними, словно подражая человеческим жестам.

— Нет, они не представляют угрозы для него. Пока. Но ты должен быть начеку. Если возникнет хоть малейшая опасность, сразу сообщай! Мы не должны его потерять! Это единственный шанс справиться с…

Говорящий вдруг замолчал, а зверёк весь сжался и зажмурился, словно боясь услышать имя, которое должно быть произнесено. Но прошло несколько мгновений, а оно так и не прозвучало. Зверёк осторожно открыл один глаз. Перед ним никого не было. Широко распахнув оба глаза, малыш огляделся, затем залез на ближайшее дерево и осмотрел окрестности оттуда. Его собеседник пропал, так и не назвав страшное имя. Пропищав что-то грозное, зверёк ловко перепрыгнул на соседнюю ветку, потом на следующую. Он направлялся туда, где нужна его помощь. Ведь кто ещё, кроме него, сможет справиться с таким сложным делом — присматривать за человеком, который очень-очень важен для всего мира? Конечно, никто! Только ему, могучему Рри-Ти-Ки, это по силам!

Имение Рода Воронцовых, Красноярск

— Ты уверен, что ему ничего не угрожает? Вдруг в столице кто-нибудь решит причинить ему вред?— Аня, Алекс не маленький ребёнок, ему не нужна нянька, особенно в твоём лице. Наследник настроен к нему весьма дружелюбно и даже помог разобраться с дядей. Уверен, всё там будет хорошо.

— Ты не понимаешь!.. А вдруг он уедет и никогда больше сюда не вернётся?

— Аня! Неужели ты действительно собираешься выйти за Морозова замуж?

— Нет, конечно, просто… Буду по нему скучать… А ты разве нет? Вы же были друзьями, да и в последнее время, кажется, снова сблизились.

— Нет, я по нему совсем не собираюсь скучать. У меня и без Алекса забот хватает. И вообще, к чему этот разговор?

— Возьми меня завтра в гости к Морозовым.

— Я, вообще-то, и не собирался к ним в гости. Что мне там делать?

— Андрей, прошу! Я уже давным-давно тебя ни о чём не просила!

— И с какой стати я вдруг заявлюсь к ним в усадьбу?

— Ну мы же соседи. Просто заедешь узнать, всё ли в порядке, можешь спросить, не нужна ли помощь.

— Хорошо, я-то могу просто так заехать, но тебе там делать совершенно нечего!

— Да ты, главное, возьми меня, а дальше я уже сама разберусь.

— Нет, Аня, мне это не нравится. Я-то думал, твоя детская увлечённость Морозовым давно прошла!

— Но он сильно изменился, ты не находишь? Видел, как он вёл себя на Турнире? Он спас девушку!

— Ага, только сперва чуть не убил!

— Но ведь не убил! Ничего с ней страшного не произошло, я узнавала. Жива-здорова.

— Хорошо, заедем завтра к Морозовым, но дай мне слово, что после отъезда Алекса в столицу я буду избавлен от разговоров о нём хотя бы на месяц.

— Обещаю! Спасибо, братик!

Девушка, счастливо улыбаясь, выпорхнула из комнаты, а Андрей, вздохнув, сел за рабочий стол и включил компьютер. Надо посмотреть, что пишут СМИ о Турнире, о Морозове и участии Наследника в его судьбе.

***

Алине Вячеславовне понадобились всего полтора часа, чтобы привести себя в порядок. Честно говоря, я надеялся, что это займёт как минимум в два раза больше времени. Поэтому был немного удивлён, когда женщина, пару раз стукнув в дверь и посчитав, видимо, приличия соблюдёнными, вошла в кабинет, не дожидаясь моего ответа.

Я заметил, что она любила яркие цвета, и они ей очень подходили, оживляя и подчёркивая изысканную женскую красоту. Вот и сейчас на ней было ярко зеленое домашнее платье, ярким пятном выделявшееся в традиционной обстановкой кабинета — тёмное дерево, приглушённые цвета, массивная мебель.

— Я знаю, что ты не Алексей, — с порога заявила Алина Вячеславовна, закрыв, однако, перед этим дверь и даже навесив на неё несложное заклинание от подслушивания.

— Откуда?

— Я почувствовала его смерть. Мой сын умер. Ты на него совершенно не похож. Если смотреть не на внешность, а внутрь. Впрочем, и внешность слегка изменилась.

Я внимательтно слушал и в то же время наблюдал за эмоциями женщины, пытаясь понять, как лучше себя вести с ней. Надо налаживать контакт, объяснить, что я занял тело её сына не по своей воле, что не желал ему зла. И убедить, что нам нужно сотрудничать, чтобы не погубить Род.

— Кто ты и зачем занял его тело?

Вот он, самый сложный вопрос. Кто я? Если б я сам знал на него ответ! Однако, не думаю, что женщину удовлетворит моё «Я не знаю».

— Я сделал это не по своей воле. Вернее, даже не я, меня просто призвали, я очнулся в теле Алекса. Мне очень жаль, что он погиб. Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы отомстить за его смерть.

— Не утруждайся, это теперь моя забота. Я долго закрывала глаза на то, что происходило в доме. Надеялась, что всё наладится, что кровь — не водица, и Николай не посмеет навредить Алексею. Я была слишком доверчива и наивна. И поплатилась за это самым дорогим, что у меня было — своим ребёнком.

— Но ведь есть ещё девочки.

— Да, девочки. Ради них я не позволю этому убийце прибрать Род к рукам. И хотя они не смогут наследовать титул… Может быть их мужья…

— А меня вы уже в расчёт не берёте? Ведь для всех окружающих я Алекс Морозов, действующий глава Рода.

— Ты ведь не останешься здесь… Не затем ты был призван, не в том твоё предназначение, не здесь твоё будущее… Ты уедешь и вряд ли вернёшься.

Откуда она это знает? Даже я не знаю, что буду делать и чем заниматься. А она?

— Вы ясновидящая?

— Понял, наконец? Это сила моего Рода, передающаяся только по женской линии.

— А ментальная магия?

— А вот это секрет Рода Морозовых. Очень сильно оберегаемый секрет, и я удивляюсь, как ты о нём узнал.

— Значит, теперь моя очередь удивлять. Я думаю, что вы понимаете — я сохраню ваши секреты, если вы, в свою очередь, сохраните мои.

Алина Вячеславовна кивнула.

— Я — маг Жизни, поэтому могу видеть магию в других. И её направленность.

— Поэтому ты едешь в столицу? Наследник узнал о твоей магии и везёт тебя, чтобы показать Роду и обследовать.

— Не скажу, что я рад этому. Но так получилось. А ещё он видел ваших дочерей и тоже знает о их силе. Так что этот секрет уже не совсем секрет…

— Я надеялась, что это случится намного позже. Или вообще никогда. Что они успеют вырасти, выйти замуж… И мужья смогут защитить их…

— Теперь защищать их буду я. И даже если мне придётся уехать, я никогда не брошу девочек, вас и Род. Обещаю.

Женщина долго смотрела на меня, а потом кивнула, словно соглашаясь.

— Спасибо. Я буду звать тебя Алекс. Сына я всегда называла Алёшей, Лёшенькой. Имя Алекс мне никогда не нравилось. Но тебе оно подходит. Пусть будет твоим. Или у тебя есть другое?

— Нет. Пока нет…

— Значит, решено. И раз для всех ты останешься моим сыном Алексом, то и тебе придётся называть меня мамой. Странно будет, если ты вдруг начнёшь обращаться ко мне на «вы».

— Мне… Для меня это очень непривычно… Мама… Кажется, я раньше очень редко произносил это слово.

— Значит, ты сирота?

— Мне так кажется…

— Значит, позволь стать твоей названной матерью. Стань моим приёмным сыном. Так нам обоим будет легче.

— Вы согласны на это?

— Опять «вы»? Иди ко мне! — женщина протянула руки, приглашая меня подойти ближе.

Я неуверенно сделал пару шагов вперёд и тут же оказался прижат к пышной женской груди.

— Я чувствую, что ты потерян и одинок. Ты не знаешь, куда идти и что делать. Тебе нужна помощь. Но, к сожалению, не моя.

— Спасибо, … мама. За понимание. Я не подведу. Кстати, раз уж разговор зашёл о приёмных детях… Девочки рассказали мне об Иване.

Женщина тут же разжала объятия и посмотрела на меня с испугом.

— Они рассказали? Сами?

— Да. Сами. Я хотел бы познакомиться с ним. Если он действительно сын вашего мужа, может стоит принять его в Род официально?

— Ты согласишься на это? Ведь тогда он станет потенциальным наследником.

— Вот и хорошо. Мало ли, что со мной случится. А девочки ещё маленькие.

— Спасибо! Я знала о мальчике — муж рассказал мне, когда уходил воевать. Но боялась даже заикнуться о нём Лёшеньке. Он рассуждал совершенно иначе и, скорее всего, увидел бы в Ване конкурента, а не брата.

— Мальчик знает, кто его отец?

— Да, его мать не скрывала это.

— Хорошо. Значит, разговор будет проще. Думаю, мне надо познакомиться с ним, прежде чем принимать какие-либо решения. Не хочу совершить ошибку.

— Ты совсем другой. Это хорошо. Так проще.

— Лишь бы это не поняли остальные.

— Я постараюсь тебе помочь.

— Спасибо.

— Рано благодарить. Но, возможно, когда-нибудь и я скажу тебе «Спасибо». Возможно, мы все скажем тебе это. Когда-нибудь…

Глава 17

Давным-давно, где-то среди звёзд

— Почему это Эни не будет сегодня заниматься вычислительной астрофизикой? Ты же говорил, что мы должны знать о Вселенной всё! Разве Эни это не касается?

— У Эни теперь будут отдельные занятия по некоторым предметам. И так как вы всегда будете рядом, не обязательно каждому изучать все предметы, достаточно получить лишь общее развитие. А специализацию вы можете проходить по отдельности. Ты, например, будешь лучше Эни разбираться в астрофизике, а Эни будет более искусна в музыке.

— В музыке? Это что за наука такая? Там же делать нечего, бери инструмент да играй.

— Да? Ну тогда возьми любой музыкальный инструмент и исполни вот это произведение

— Что это за закорючки? На каком это языке?

— Это ноты. С их помощью записывают мелодию.

— Целый новый язык! Ладно, согласен, пусть Эни изучает ноты, а я буду изучать астрофизику.

— Мудрое решение. Так вы сможете изучить гораздо больше из наследия ваших предков.

— А вдруг мы с Эни когда-нибудь разделимся? Потеряемся? Я-то без музыки проживу, а как она обойдется без астрофизики?

— Этого не должно произойти. Вы всегда должны быть вместе. Только так вы сможете возродить человечество.

— А если всё-таки произойдёт?

— Тогда… может случиться всё, что угодно…

— Ари, когда мы наконец найдём нашу планету? Вдруг такой просто не существует во Вселенной?

— Она существует, Эри, а чтобы её найти, надо в совершенстве знать астрофизику и астромеханику.

— Но ты ведь знаешь, значит можешь её найти?

— Я давно нашёл её, Эри, просто вы с Эни ещё не готовы к самостоятельной жизни.

— А когда будем готовы?

— Через две тысячи триста сорок пять суток стандартного времени. За это время вам надо освоить ещё множество новых знаний. Так что заканчивай посторонние разговоры и приступай к решению задачи, Эри. Время идёт, и, к сожалению, намного быстрее, чем хотелось бы.

— А ты не умеешь замедлять время, Ари?

— Нет, Эри, это под силу только богам. А я всего-лишь компьютер…

— А как стать богом, Ари?

— У меня нет ответа на этот вопрос. Задача, Эри. Она сама себя не решит. И, возможно, изучив всё наследие предков, ты сам ответишь на свой вопрос. Когда-нибудь наверняка ответишь.

Деревня Морозовка, под Красноярском

— Ванечка, мне сегодня, правда, намного лучше. Езжай с ребятами в город, развлекись, ничего со мной не случится за вечер. Сколько можно тебе дома сидеть? Ты молодой, тебе надо с девушками гулять, а не с мамкой целыми днями сидеть.

Немолодая, исхудавшая, но всё ещё красивая рыжеволосая женщина, сидя в кровати, с грустью смотрела на своего единственного сына. Красавец, умница к тому же, окончил школу с золотой медалью, но отказался от дальнейшей учёбы ради неё. Если бы она знала, что всё так сложится! Что непонятная болезнь сделает из первой деревенской красавицы, полной жизни и задора, покорившей даже сердце самого господина, неходячую инвалидку, отнимающую у своего любимого ребёнка надежду на счастливую жизнь. Она пыталась… Уговаривала того ехать поступать в университет, не губить своё будущее. Но Иван упёрся, как упрямый бычок: «Не брошу тебя одну ни за что!» Все свои небольшие сбережения, а также немалую сумму, что оставил ему отец — бывший глава Рода Александр Морозов, сын истратил на врачей. Возил её и в Красноярск, и даже в Иркутск, показывал лучшим специалистам, надеясь, что те найдут способ победить недуг и поставят её на ноги. Увы, надежды на излечение растаяли так же быстро, как и деньги. Прогнозы, которые сперва были обнадёживающими, в конце концов стали неутешительными. Она никогда не сможет ходить. И вскоре неподвижность может стать полной. Да лучше умереть, чем взваливать на сына такую ношу!

— Нет, мам, что мне там делать, в городе? Ефим с Мишкой сразу в кабак пойдут, а потом по девкам. Ты же знаешь, что мне это не интересно. А одному в городе что делать? Лучше я пока дров нарублю, говорят, морозы идут, топить надо будет больше. Придётся, наверное, снова в лес ехать, наших запасов и на пару недель морозов не хватит.

— Как ты один в лес поедешь? Может, купим дрова?

— Мам, ну ты же знаешь… Денег только на еду и лекарства осталось… А в лес не первый раз ехать. Справлюсь. Может, ребят с собой позову, помогут. Ты, главное, не переживай. Всё в порядке будет!

— Конечно, сынок. Всё будет хорошо…

Проследив глазами за уходящим сыном, дождалась, когда за ним закрылась дверь, а потом заревела в голос, тут же зажав рот руками и уткнувшись лицом в подушку, чтоб приглушить всхлипы. Хорошо? Не будет ничего хорошо… Теперь уже никогда не будет… Наказала её жизнь за беспутство, больно наказала. Но Ванечку-то за что? Он-то не виноват в её грехах. Он-то чист перед богами. Вот только нет там до них, смертных, никакого дела. Бросили их давным-давно, ушли в свои божественные миры… И надеяться можно лишь только на себя… Никто не поможет… Никто не спасёт… Не бывает чудес на свете… Не бывает…

***

Я решил отправиться в деревню пешком, пройтись по лесу, чтобы немного подготовиться к встрече с братом. Морально подготовиться. Ведь раньше у меня никогда не было брата, я в этом уверен. К тому же парень почти мой ровесник, лишь на год младше. Как мне себя с ним вести? Он не одарённый, иначе обязательно поступил бы в Академию. Стоит ли взваливать на почти ещё подростка управление делами Рода? Не слишком ли это жестоко?

Впрочем, в чём жестокость? Парня примут в Род, он станет официальным наследником. Правда, вряд ли Имперская Канцелярия примет неодарённого наследника Рода, но… он станет аристократом. Или нет? Как-то я не очень хорошо разобрался во всех этих премудростях. Интересно, а братья и сёстры у него есть? Вдруг он не захочет покидать семью? Думаю, можно пообещать устроить их в хорошую школу и обеспечить достойное будущее.

Зайдя дальше в лес, почувствовал, как становится легче на душе. Заботы и проблемы перестают казаться такими уж важными и первостепенными. Величие и умиротворённость… Подошёл к большой, покрытой «шрамами» ели и приложил ладони к стволу. Сила. Она хлынула в меня, словно живительная влага во время засухи. Дерево делилось со мной своей энергией! Само! «Спасибо, дружище!» — прошептал, погладив шершавый ствол с подтёками густой смолы. Вот почему я так быстро восстановился после ранения! Я жил в лесу, и тот делился со мной своей силой. И охранял, теперь я это точно знаю. Наверняка и старина Леший сейчас где-то неподалёку и наблюдает за мной. «Спасибо, Леший!» — крикнул лесу и в ответ тот заскрипел, загудел, словно говорил: «Пожалуйста, всегда рад помочь.» Улыбнулся, чувствуя давно забытую лёгкость во всём теле. Небольшая прогулка полностью восстановила потраченные на Турнире силы. Всё-таки Алекс был магом Земли, скорее даже магом Природы, и сила леса была ему родной.

Я продолжил свой путь. До деревни оставалось всего пара километров, когда на меня сверху что-то упало. Что-то большое и тёплое. От неожиданности я не успел ни отскочить, ни, тем более, применить магию. И теперь смотрел в искрящиеся радостью глаза… очень знакомой куницы.

— Рри! Никогда так больше не делай! Я ведь мог тебя убить!

Зверёк что-то пропищал, но у меня создалось впечатление, что он смеялся. Думает, что бессмертный? Что сильнее меня?

— Рри, я не шучу! Обещай, что больше не будешь на меня прыгать так неожиданно!

Пушистик кивнул головой и хлопнул передними лапками. Будем считать, что это был знак согласия.

— Что ты здесь делаешь? Мы сейчас довольно далеко от нашей сторожки. Ты пришёл ко мне?

Кивок.

— Хочешь мне что-то передать?

Мотание головой.

— Просто решил повидаться?

Неуверенный жест плечами.

— Хочешь остаться со мной?

Радостные кивки, сопровождающиеся писком и подпрыгиванием.

— Но я скоро уеду в столицу. Вместе с Наследником. Ты же не собираешься с нами?

Снова кивок и хлопанье в ладоши. Похоже, Рри решил стать моим домашним питомцем. На самом деле я почти уверен, что его подослал кто-то из четверых моих «друзей», скорее всего, Здоровяк. Зачем? Неужели он не может следить за мной сам, и ему нужны чьи-то глаза? Или в качестве помощника? Если честно, то Рри не раз за время моего пребывания в этом мире помогал мне. Так что пусть остаётся! Надеюсь, он умеет прилично вести себя в обществе. А уж прокормить такого маленького питомца я как-нибудь сумею.

Деревня оказалась больше, чем я себе представлял, и мне понадобилось несколько раз обратиться за помощью к прохожим, чтобы найти дом брата. Зато самого его я узнал сразу. Сходство налицо. Иван даже больше похож на отца, чем Алекс. Правда, волосы чуть рыжее и немного вьются, серьёзные серые глаза, высокий лоб. Красивый парень. И сильный, судя по тому, как играючи он рубил дрова во дворе небольшого, но крепкого дома, сложенного из больших брёвен, как и все остальные дома в деревне. Я хотел сперва понаблюдать за парнем, но Рри решил иначе. Он шустро спрыгнул с моего плеча, перебрался через калитку и запрыгнул на колоду, когда Иван собрался поставить на неё очередной чурбак.

Парень от неожиданности сделал шаг назад и выронил свою ношу, которая приземлилась прямо ему на ногу.

–Ууу! — взвыл Иван, стоя на одной ноге и пытаясь прощупать вторую через валенок. Хорошо, что тот был довольно толстый и спас брата от серъёзной травмы.

— А ну кыш! — крикнул тот, как только убедился, что с ногой всё в порядке. — Пошла вон, глупая куница! Твоё место в лесу! Здесь собак полно, сожрут!

Рри запищал что-то, яростно мотая при этом головой. Парень удивился.

— Ты чего? Не хочешь в лес? Тебе помощь нужна?

Тут Рри принялся кивать, как китайский болванчик (не знаю, правда, кто это, просто вдруг в голове всплыло). Я не стал ждать дальнейшего развития событий, громко постучал, потом открыл калитку и зашёл во двор.

— Добрый день, Иван! Это Рри, не обижай его, пожалуйста.

— И в мыслях не было. Такой забавный! А ты… — парень внимательно посмотрел на меня, отчего мне вдруг стало не по себе. — Ты Алексей Морозов, так ведь?

То, что Иван сразу узнал меня и при этом всё равно обращался на «ты», немного сбило меня с толку. Я такого не ожидал.

— Так. Рад, что ты меня знаешь. Я вот, к сожалению, узнал о твоём существовании только вчера.

Парень хмыкнул, затем сделал шаг вперёд и погладил куницу, причём зверёк даже не сделал попытки отклониться.

— Да не радуйся особо, ничего хорошего я о тебе до сегодняшнего дня не слышал.

— До сегодняшнего дня? А сегодня услышал?

— Нет, увидел. Ты не такой, как я себе представлял. И Рри считает, что ты хороший.

— Рри? Откуда ты?.. Ты можешь с ним общаться?

— Могу. Это мой дар. Бесполезный, наверное. Но я привык.

— Со всеми животными можешь общаться?

— Да, но с птицами и рыбами намного хуже, со змеями вообще не получается.

— Это здорово! Я думал, ты неодарённый. Почему тогда в Академии не учишься?

Парень сразу насупился и словно отгородился от меня невидимым ментальным щитом. Интересненько…

— Не учусь, и всё тут. Не до того мне.

— В каком смысле? Работаешь? Так тебя никто на работу не имел права брать, ты ведь необученный одарённый. Можешь быть опасен для окружающих.

— Сам ты опасен! А я нет! И вообще, чего ты пришёл? У меня ещё дел куча, некогда болтать.

— Может, помочь?

Парень с удивлением на меня уставился.

— Ты умеешь дрова колоть?

— Конечно.

Я подошёл к колоде, поднял оброненный братом чурбак, взял топор, размахнулся, ударил. Чурбак раскололся на три одинаковые части. Взглянул на брата, поставив на колоду следующий. Повторил свой коронный удар.

— Как ты это делаешь? — не удержался Иван. — Научи!

Пришлось учить. За полчаса мы вдвоём расправились со всеми приготовленными чурбаками и сложили дрова в поленницу.

— Спасибо за помощь, и за науку тоже! Но ты ведь не за этим пришёл?

— Конечно. Я пришёл познакомиться со своим братом и предложить ему, как истинному Морозову, переехать жить в усадьбу.

Ваня в очередной раз выронил то, что держал в руках, благо, в этот раз там была лишь шапка и куртка, которые мы скинули в разгар работы.

— Ты это обо мне сейчас?

— Ну если это ты Иван, сын Александра Морозова, то да, о тебе. Или тебе неприятно, что я тебя братом называю?

— Мне… неожиданно просто. Непривычно. Никогда не думал, что ты… Ты сейчас серьезно это говоришь?

— Серьёзней некуда. Мне очень нужна твоя помощь, Иван. Мне и всему нашему Роду. Как оказалось, нас не так уж и много, и прятаться в деревне и жить в своё удовольствие для любого из Морозовых непозволительная роскошь.

— Я не в своё удовольствие, я… Что за помощь нужна от меня?

— Я хочу, чтобы ты ступил в Род и стал его управляющим.

— Я?

— Ну да. Как думаешь, справишься?

— Но я не умею управлять делами Рода!

— Научишься.

— Но почему? Почему я?

— А, ты, наверное, не в курсе… Наш нынешний управляющий, Николай Иванович Морозов сбежал, оставив дела Рода в полном беспорядке. Моя мать… Она не годится для такой работы… Наши с тобой сёстры, — взгянул на Ивана и увидел, как расширились его глаза от осознания того, что теперь у него есть сёстры, — ещё слишком малы. А я сам… Скажем так, сейчас мне предстоит разобраться с более важными вещами, придётся уехать в столицу на какое-то время. Остаешься только ты.

— А если я не справлюсь? Я ведь не умею…

— Найдёшь тех, кто умеет, наймёшь их. Никто не заставляет тебя заниматься делами в одиночку. Ну и, кроме того… ты станешь наследником главы Рода. До тех пор, конечно, пока у меня не появятся дети, что случится ещё очень нескоро…

— Но… Хорошо. Я согласен, но с одним условием. Моя мать…

— Она может переехать с тобой, как и остальные члены твоей семьи.

— Мы с ней вдвоём, больше нет никого. И… она серьёзно больна. Могу ли я … Можешь ли ты пообещать, что свозишь её в столицу, показать лучшим врачам?

— Но почему в столицу? В Красноярске тоже есть врачи.

— Ни в Красноярске, ни в Иркутске не смогли ей помочь…

— Хорошо, я обещаю. Только не в эту поездку, пока я сам еду в столицу в качестве трофея.

— Как это?

— Ну, Наследник во время Турнира разглядел мои способности, и теперь везёт показать диковинную зверюшку родственникам.

— Способности? У тебя есть какие-то особые способности?

— Ты, видимо, совсем не смотришь телевизор и не следишь за новостями? Я — маг четырёх стихий!

— Не может быть!

— Может и не может, но это ещё не всё. Я сейчас открою тебе тайну, поклянись, что она таковой и останется.

— Клянусь!

— Я — маг жизни.

— Не может быть! Ты же сын Александра Морозова! Или нет?

— Определённо, его. Но это ничего не меняет.

— Ясно теперь, почему Наследник везёт тебя в столицу. Но… ты не боишься, что назад тебя уже не отпустят?

— Всё может быть… Именно поэтому я должен оставить во главе Рода надёжного человека. И я выбрал тебя. У нас всего два дня осталось, чтобы решить все первостепенные проблемы. Так что… собирай вещи! Через пару часов пришлю машину, а вас с мамой жду в имении как можно раньше. И да, привыкай уже командовать. Водители, грузчики, прислуга… Все они теперь работают на тебя, не забывай об этом!

Я направился к калитке, но был остановлен вопросом Ивана:

— Разве ты не зайдёшь в дом? Познакомиться с моей мамой?

— Думаю, и ей, и мне будет более комфортно познакомиться сегодня вечером за ужином.

— Но она не может ходить.

— В имении найдётся кресло-каталка, наверняка, даже с техномагическим приводом. И ещё… Не забудь сразу же пригласить к своей матери портного… Да и тебе, наверное, не помешают его услуги.

— Я… Хорошо. Спасибо! Я буду очень стараться!

— Я верю. А ещё совершенно уверен, что у тебя всё получится.

«Даже лучше, чем у меня», — добавил я мысленно, покидая заснеженный двор своего неожиданно обретённого брата. Отличный парень! На такого можно оставить Род и с чистой совестью отправляться спасать мир. Ну а что? Не просто же так мне столь удивительно везёт на хороших людей! Так не бывает. Значит, где-то поджидают очень-очень плохие… и хорошо, если это будут просто люди…

Глава 18

Это был самый необычный ужин в моей жизни. В той части жизни, которую я помню, конечно. И хоть затевался он как скромный семейный вечер в узком кругу родных и близких друзей, на самом деле был чем угодно, только не обычным семейным ужином. И дело было вовсе не в еде. Она, кстати, была превосходной, и вполне достойна, на мой вкус, быть поданной на каком-нибудь торжестве даже в присутствии Императора. Впрочем, мне трудно судить, так как в питании я совершенно неприхотлив и не привык к разным изыскам. По мне чем проще, тем лучше.

Тихим и семейным он не был по той причине, что вокруг кипели страсти, строились заговоры и плелись интриги. Нет, не явно, конечно. Но висящее за столом напряжение говорило само за себя.

К тому же за столом присутствовали не только члены Рода. Наследник, правда, был приглашён на это странное мероприятие, а вот Андрей Воронцов заявился незваным, ещё и сестру с собой привёл. Причём выглядело это так, словно на самом деле Анна пришла в гости и взяла с собой упирающегося изо всех сил брата. А ещё ни с того ни с сего приехала Екатерина Потапова, та девушка, которую я чуть было не убил на турнире. Конечно же, приехала она не одна, а со своим старшим братом, Юрием. Честно говоря, увидев их, я было подумал, что сейчас нашему Роду будет высказана претензия, или вовсе объявлена война. Но оказалось, что Потаповы, наоборот, прибыли, чтобы выразить мне свою благодарность за спасение девушки. О том, что сперва я её чуть было не убил, все как будто напрочь позабыли. Но я-то помнил. И потому выслушивать благодарности и разыгрывать из себя благородного спасителя мне было неловко, даже неприятно. Лично я считал, что заслуживаю наказания, а не благодарности.

Кроме вышеперечисленных, на ужине присутствовали наши «новые» родичи — Иван и его мама Анастасия. Пока что оба они носили фамилию Савельевы, но я собирался исправить это в ближайшее время и официально сделать их Морозовыми. Вообще, учитывая официально узаконенное многожёнство, я не понимал, почему этого не сделал в своё время отец. Он вообще был для меня загадочной личностью. Иметь всего одну жену было очень нетипично для аристократов Империи. Обычно их было две-четыре, изредка больше. У Императора, например, было пять жён. И восемь детей. Вообще, оказывается, с рождением детей у аристократов всё было не так радужно. Они рождались редко. И то, что наша мать смогла произвести на свет троих, было почти чудом. Редкая женщина была способна родить двоих. Обычно же лишь одного. А самое страшное, что чем дальше, тем больше становилось женщин, вообще не способных иметь детей. Правда, у неодарённых родителей дети рождались намного чаще. И это было огромной проблемой, решить которую пока не могли ни в одном из государств.

Мои замечательные сестрички, на которых всё никак не могу насмотреться, сегодня были одеты, словно сказочные феи, в голубые платьица с рюшами и кружевами. Сложно было представить, глядя на этих белокурых «ангелочков», что ещё вчера они, сбежав из школы, в двадцатиградусный мороз проехали автостопом более тысячи километров. А сидящая рядом с ними Алина Вячеславовна, которую всё ещё не привык называть мамой… Прекрасная дама в элегантном платье и сверкающих драгоценностях, большинство из которых принадлежало Роду и сохранялось поколениями моих предков… А ведь три дня назад она разгромила клинику для душевнобольных, а затем грозилась проделать то же самое с элитной школой для девочек в Иркутске. И всё это ради своих дочерей.

— Я обязательно уговорю отца отправить меня на праздники в столицу! Андрей, ты ведь свозишь меня, правда? Может быть, нам, наконец-то посчастливится попасть на Императорский Новогодний бал! — заявила Анна, узнав, что уже завтра мы с Цесаревичем уезжаем и, скорее всего, надолго.

Екатерина, весь ужин не сводившая с меня глаз, после этих слов взглянула на Анну с плохо скрываемой ненавистью, а потом что-то зашептала сидевшему рядом брату.

Анна же, весь вечер наблюдавшая за Потаповыми, смотрела на это с победной улыбкой. Что, вообще, между ними происходит?

Наследник с интересом поглядывал на Надю и Веру, но общался в основном с Иваном. Узнав о том, что я собираюсь сделать парня наследником Рода, принялся расспрашивать того об учёбе, о способностях и планах на будущее. Меня поразило, что выросший в деревне брат ни капли не смущался и не робел, словно общаться с Цесаревичем было для него обычным делом. Он держал себя с ним подчёркнуто уважительно, но без какого-либо подобострастия. Удивительный, всё-таки, парень! Надо до отъезда найти время и пообщаться с ним поближе. Пока что я лишь успел немного познакомить его с делами Рода, в которых и сам только-только начал разбираться.

Сёстры, похоже, просто наслаждались тем, что они дома, вся семья в сборе, вокруг интересные новые люди: новоприобретённый брат и даже целый Наследник Императора. А ещё Рри, сидевший на полу возле стола и то и дело ловивший вкусности, которые потихоньку кидали ему все присутствовавшие.

Зверёк быстро стал всеобщим любимцем. Только Алина Вячеславовна сразу поняла, что с ним не всё так просто.

— Я чувствую, что этот зверь связан с кем-то очень сильным. Он может быть опасен! Ты уверен, что он не навредит девочкам?

— Да, я абсолютно в нём уверен. Он не навредит. А про связь я знаю. Рри наблюдатель, не более.

— Ты собираешься взять его с собой?

— Да. Он может быть полезен.

Женщина лишь покачала головой, наблюдая, как девочки возятся с новым питомцем. А тот старался во всю, пытаясь произвести впечатление и завоевать симпатию окружающих: корчил умильные рожицы, размахивал лапками, чуть ли не плясал. Хорошо, что говорить не умеет, а то это было бы уже слишком.

Я заметил, что присутствующие старались не обсуждать то, что волновало их больше всего — причину нашей поездки в столицу и, соответственно, нашего будущего — моего, сестёр, ну и в целом Рода Морозовых. Когда речь заходила о предстоящем путешествии, о нем говорили, как о каком-то развлечении, приятной неожиданности, которая вдруг случилась. На то, что мы можем вовсе не вернуться в этот уютный дом, даже не намекалось, но каждый, сидящий за столом, я уверен, понимал это.

— Алексей, а у вас уже есть невеста? — вопрос Анастасии заставил всех замереть и с удивлением посмотреть на женщину в инвалидной коляске. Та выглядела растерянной и даже ошарашенной и прикрывала рот рукой, словно опасаясь произнести ещё что-нибудь. Не похоже, что её действительно интересовала моя семейная жизнь, скорее… Ментальное воздействие! Я взглянул на сестёр и увидел в их глазах озорные искорки. Вот неугомонные! Надо будет серьёзно поговорить с ними! Эта сила… С её помощью можно наворотить очень много дел, потом не расхлебаешь. Судя по взгляду Наследника, брошенному на девочек, тот тоже понял, КТО задал последний вопрос на самом деле, но его реакция отличалась от моей. В его взгляде читался интерес и … восхищение? Так, пожалуй, не стоит откладывать разговор в дальний ящик, поговорю с Надей и Верой сразу после ужина.

— Нет, невесты у меня нет и в ближайшем будущем вряд ли появится, — ответил я с вежливой улыбкой, давая понять, что не собираюсь обсуждать эту тему. Но, кажется, Аня и Катя были с этим не согласны, потому как обе посмотрели на меня с обидой. Чего это они?

— А как же Род? Ему нужны наследники! — Аня сделала вид, что не поняла моего нежелания говорить об этом, хотя сидящий рядом с ней Андрей уже чуть ли не за руку её дёргал, пытаясь отвлечь от разговора.

— У меня есть наследник — Иван, — я посмотрел на брата, и все присутствующие, кроме Ани и Кати, тоже перевели на него взгляд. — Продолжение Рода теперь его забота.

— Но так не делается! — возразила Екатерина. — Продолжение Рода — забота его главы.

Аня согласно кивнула. Вот досада! А я то думал скинуть все дела, касающиеся Рода, на Ваню и спокойно отправиться в путешествие. Похоже, мне этого не позволят. Посмотрел на Наследника, и тот кивнул, подтверждая мои мысли. Он что, тоже менталист?

— Думаю, у меня ещё есть время. Мне ведь всего 19!

— Самое подходящее время для женитьбы! — вставил своё веское слово Наследник, но я чувствовал в его голосе иронию. Надеюсь, остальные тоже.

— Точно! — поддержал его Андрей, в его глазах плясали бесенята.

Они что, сговорились? Решили меня женить? Да я ж только жить начинаю! У меня даже девушки нет! Интересно, а у Алекса она была?

Почему-то, думая об этом, я представлял рядом с собой миниатюрную стройную брюнетку. Очень похожую, кстати, на Катю… И на Аню… «Эни», — пронеслось в мыслях. Кто такая Эни? И вообще, пора заканчивать этот разговор! Не собираюсь я жениться в ближайшие лет десять!

Сжал в пальцах серьгу и задал вопрос Ари откликнулся не сразу. Что-то в последнее время от всё медленнее реагирует на мои запросы…

— А когда состоится ваша свадьба с принцессой Ямико? — спросил Наследника с ехидной улыбкой, замаскированной под вежливый интерес.

Цесаревич перестал улыбаться и подарил мне такой взгляд, что я даже призадумался — стоит ли лететь с ним на одном дирижабле. Вдруг парень злопамятным окажется?

— Торжество намечено в конце марта. Надеюсь, ты, Алекс, как глава Рода, будешь там, как положено по Закону.

— Обязательно, как я могу пропустить такое событие!.

Атмосфера за столом резко изменилась: из дружеской и непринуждённой стала неловкой и натянутой. Спустя четверть часа Наследник отбыл, сославшись на неотложные дела. Вслед за ним засобирались Потаповы.

— Буду рад видеть вас у себя в любое время!

Зачем я это сказал? Опять проделки сестёр? Посмотрел на девочек и увидел на их лицах лишь удивление. Неужели сам? А почему бы нет? Катя мне нравилась, сильная, смелая и … красивая, чего уж там. Да и брат у неё вполне приятный в общении. Род Потаповых небогат, но крепко стоит на ногах, а его многочисленные отпрыски служат в Имперской армии не один век.

Заметил, как Катя вся засветилась от моих слов, да и Юрий довольно улыбнулся. Значит, всё правильно сделал. Такие союзники нашему Роду не помешают.

После отъезда Потаповых Андрей отвёл меня в сторону и спросил, не поехать ли ему со мной в столицу. Вот уж чего я точно не ожидал!

— Считаешь, что мне нужна нянька?

Андрей нахмурился и посмотрел на меня с обидой:

— Не нянька, а поддержка. Конечно, хорошо, что твоя мать будет с тобой. Она достаточно сильна. Но Императорский Род… С ними шутки плохи.

— И чем, в таком случае, ты сможешь мне помочь? Только подставишь свой Род под удар.

Андрей согласно кивнул и стоял, повесив голову.

— Знаешь, я уверен, что со мной всё будет в порядке. Но у меня есть к тебе одна просьба. Присмотри, пожалуйста, за Иваном. Ему сейчас будет сложно. Половину гвардии я разогнал, персонала в имении тоже почти не осталось. Нужно искать новых людей, разбираться с бизнесом, приводить в порядок дела. Как бы парень не «сломался».

— Хорошо, обещаю, что присмотрю за ним. А насчёт гвардии… Есть у меня идея… Надо сперва с отцом обсудить. А вообще, ты не против, чтобы наши Рода заключили союз?

— Союз? Его же, обычно, на время войн заключают? А мы, вроде, ни с кем воевать не собираемся…

— Не обязательно на время войн, просто чаще всего делают именно так. А вообще Союз может быть не только военным. Тогда мы сможем отправить сюда свою гвардию, да и финансово сможем помочь.

— Хорошо, я тебе доверяю. Если твой отец согласится, заключим союз. Надеюсь, нам не придётся потом воевать с Императорским Родом.

— Не шути так. Войн с Императорским Родом не бывает, потому что они способны уничтожить любой Род без особого труда. Никакой войны просто не будет. Поэтому… будь осторожнее!

— Обещаю! А ты… Присматривай за Анной!

— Ага! Нравится?

— Просто береги её!

— Не сомневайся!

После отъезда гостей оставшиеся в тесном семейном кругу просидели до полуночи, обсуждая текущие дела и планируя будущие. Я рассказал о предложении Андрея заключить Союз Родов, что было воспринято по-разному, но очень положительно. Сёстры вдруг соскочили с дивана и пустились в пляс вместе с Рри, Алина Вячеславовна удовлетворённо кивнула, Ваня вздохнул с облегчением и хлопнул в ладоши, а его мать заулыбалась.

— Воронцовы — сильный и надёжный Род, — пояснила Алина… Мама, видя, с каким недоумением я смотрю на всеобщую радость, сказала, что если они станут нашими союзниками, никто не посмеет на нас напасть.

— А то могли бы?

— На Род, оставшийся, практически, без главы и без гвардии? Да на следующий день после твоего отъезда нам объявили бы войну, минимум, два-три Рода, я уверена. Сейчас их сдерживает только присутствие Наследника.

— Почему же ты раньше не сказала?

— У тебя и так забот хватает. К тому же, я была уверена, что всё решится в нашу пользу. Я провидица, не забывай!

— Точно! Удобно, кстати. И что ты скажешь по поводу нашего путешествия?

— Я не могу видеть собственное будущее, а так как лечу с вами, то мои видения размыты. Но знаю одно — всё будет не так гладко, как должно быть. Но Роду опасность не угрожает, это точно.

— А нам?

— Этого я сказать не могу… Всё очень туманно…

Туманно… Наверное, это нормально, ведь она будет с нами. И девочки… Зашёл перед сном в их комнату, застав сестёр сидящими на подоконнике.

— Что это вы устроили сегодня за ужином? Неужели не понимаете, что использовать свою силу на других неэтично! Вы расстроили женщину — маму Ивана, она винит себя за несдержанность и считает, что испортила нам вечер.

— Мы извинимся! Прямо сейчас извинимся!

— Мы не подумали об этом!

Девочки спрыгнули с подоконника и рванулись к двери.

— Стойте! Вы что, собираетесь прийти и сказать: «Извините, что мы заставили выс сказать то, что вы не хотели»? Анастасия не в курсе ваших способностей, и пусть так и остаётся! Не надо её пугать! Ей и так несладко сейчас.

— Но… как же нам исправить то, что мы сделали?

— Эх, вы ментальные маги или как? Просто осторожно внушите ей, что она ни в чём не виновата. И всё!

— Точно! Но… ты же сказал, что мы не должны использовать силу на других людях! Это неэтично!

— Сейчас вы просто исправите свою ошибку. А в будущем… Сперва десять раз подумайте о последствиях того, что собираетесь сделать!

— Хорошо!

— Обещаем!

Девочки выскользнули за дверь, а я остался, размышляя, как тяжело будет уследить за этими двумя неугомонными созданиями. Как я смогу их контролировать, не обладая ментальной магией? Может, стоит сплавить их Наследнику и не мучиться?

Глава 19

Давным-давно, где-то среди звёзд

— Тебе правда понравилось? Честно?

— Ты очень красивая, Эни, и прекрасно танцуешь!

Эри смотрел на танцующую девочку в ярко-красном платье, которое, когда та кружилась в танце, поднималось красивым куполом, показывая стройные ножки и подтянутые ягодицы. Эри каждый раз, видя это, ловил себя на мысли, что хочет к ним прикоснуться, ощутить их гладкость и упругость. Что это такое? Почему? Ведь Эни — его сестра. Пусть не по крови, как утверждает Ари, но они выросли вместе. И никогда раньше у него не возникало такого желания. Он относился к Эни с заботой и любовью, как старший брат к младшей, немного глуповатой и наивной сестре. Но сейчас, глядя на кружащуюся в ритмичном танце Эни, он чувствовал совсем другое… Восхищение… Удивление… Желание прикоснуться… Желание обнять, взять себе, присвоить… Желание… Он больше не сможет смотреть на Эни, как на сестру… Как же они будут жить дальше? Зачем это? Для чего? Это Ари придумал научить её танцевать! Это он виноват в том, что Эри сейчас так сложно сидеть, изображая спокойствие, несмотря на бурю чувств внутри. Бесчувственная железяка!

— Хочешь, я научу танцевать и тебя? Это очень приятно и доставляет радость! Давай, попробуй, Эри!

— Нет, спасибо, я лучше полюбуюсь на тебя, Эни! Тебе очень идёт это платье! Ты в нём похожа на принцессу из старой сказки!

— Правда? Я так рада, Эри! Хочешь, я сошью наряд и для тебя? Если я принцесса, то ты должен быть принцем!

— Мне не нужен другой наряд, вполне достаточно того, что есть. Лучше сшей себе ещё что-нибудь. Только… может быть, юбку сделай немного подлиннее.

— Тебе не нравится?

— Нет, что ты, очень нравится. Так нравится, что я не могу отвести от тебя взгляд. А ведь мне надо ещё заниматься. Ари не освободил меня от вычислительной физики, как тебя. Кстати, он просил передать, что со следующей недели мы должны начать практические занятия по биогинетике. Так что тебе придётся на время отложить занятия танцами.

— Отложить танцы? Ради биогинетики? Что за ерунда! Я просто буду танцевать после занятий.

— Вместо отдыха? В личное время?

— Ну да. Танцы — прекрасный отдых, зря ты не хочешь попробовать, Эри.

— Нет, я предпочитаю обычную медитацию.

— Зануда!

— Лягушка-попрыгушка!

— Ты назвал меня жабой?!

— Нет, просто маленькой, глупенькой лягушкой, которая больше всего на свете любит танцевать.

— Я не глупенькая!

— Конечно, если сравнивать с обычными людьми, ты очень умная!

— Правда? Ты опять надо мной смеёшься!

— Потому что ты очень смешная, Эни.

— Смешная? И всё?

— Нет, ещё ты очень красивая, очень умная и очень талантливая!

— И всё?

— Ещё ты самая лучшая и самая любимая, Эни.

— Любимая? Правда?

— Правда. Самая любимая девочка во всей Вселенной!

И слыша это, Эни улыбается самой обаятельной в мире улыбкой. Да, она — самая, самая, самая! И Эри всегда будет только с ней и только для неё!

***

— Здесь есть даже тренажёрный зал!

— И бассейн, представляешь?

Глаза девочек горели восторгом, когда они рассказывали мне про дирижабль, который за неполных два часа после отправления успели облазить вдоль и поперек.

Что сказать, личный дирижабль Его Императорского Высочества «Громовержец», действительно, потрясал воображение. Кроме того, что он был самым быстрым дирижаблем в Империи, он был еще и самым шикарным. Наследник, видимо, очень хотел перегнать собственного отца и его знаменитый «Солнцеликий» — легендарный дирижабль Императора, служивший тому верой и правдой уже много десятков лет.

Здесь, действительно было всё, что только может понадобиться в путешествии. Даже зал с игровыми автоматами, бывшими популярными лет, примерно, пятнадцать назад. Видимо, Наследник временами испытывал ностальгию по ушедшему детству и его беззаботным развлечениям. Попав в этот зал, девочки были потеряны для общества надолго. Старые компьютерные игры — их страсть. Может, у них с Наследником, действительно, есть какое-то будущее. И Род Морозовых когда-нибудь породнится с Императорским Родом… Ага, размечтался! Сейчас главное, чтобы наш Род вообще не прекратил своё существование.

Предположительно путешествие должно было занять сутки. Воздушное судно сейчас шло не на максимальной скорости, ведь особой причины спешить не было, к тому же на борту было много гостей. Кроме нас — меня, сестёр и Алины Вячеславовны — с нами отправился ещё победитель турнира Николай Васнецов со своими родителями, а также губернатор Красноярска с семейством и целое подразделение императорской гвардии, сопровождавшей Цесаревича. В общем, на дирижабле было довольно много народу, но, учитывая его размеры, это совершенно не ощущалось.

Я, обойдя все публичные помещения судна, облюбовал себе местечко в оранжерее. Там стояло несколько очень удобных диванчиков, на которых можно было посидеть и помедитировать. Я любил медитировать. Отключиться от насущного и отбросить лишнее, почувствовать себя частью огромного мира. Очень помогает разобраться в себе и понять суть происходящего. Вот и сейчас я устроился под большим раскидистым растением и закрыл глаза, погружаясь в себя. И тут же почувствовал зов. Что-то ждало меня там, внизу, среди бескрайних лесов. Ждало моего прихода. Что-то… не живое, но разумное… Оно ждало много лет, а сейчас, чувствуя моё приближение, усилило зов. Скоро дирижабль войдёт в зону его действия и тогда… случится беда!

Я резко открыл глаза, отбрасывая ощущение липких щупалец, тянущихся к моей голове. Что это было? Это реально? Или какой-то гипноз? Боясь вновь погрузиться в медитацию, просто обратился к Здоровяку — ведь то, что ждало впереди, было на его территории:

— Что находится впереди? Что-то зовёт меня и хочет, чтобы я пришёл… Оно опасно?

— Ты должен прийти. Должен получить то, что там хранится.

— Это опасно?

— Для тебя — нет.

— Что там?

— Ты должен прийти!

— А остальные?

— Им туда хода нет.

— Они не должны пострадать!

— С ними ничего не случится. Не медли — и никто не пострадает.

— А если я не пойду?

— Путешествие не сможет завершиться.

— Как это?

Словно в ответ на мой вопрос завыли сирены. Мысленно выругавшись, я выбежал из оранжереи и бросился искать сестёр.

Стоило зайти в отведенную нашей семье каюту, как девочки тут же прижались ко мне с двух сторон.

— Алекс, ОН зовёт!

— Нам страшно!

— Не волнуйтесь, никто вас не тронет. ОН зовёт только меня. Вы будете в безопасности здесь.

— Ты собрался выйти наружу? — обеспокоенно спросила Алина Вячеславовна (никак не получается в мыслях называть её мамой, хотя вслух в присутствии остальных это выходит уже довольно легко).

— Насколько я понял, нам не позволят продолжить путь, пока я не выйду и не встречусь с этим существом.

— Но почему именно ты? Пусть Наследник и его гвардия разбираются! Ты вообще лишь пассажир!

— Ему нужен именно я. ОН зовёт. Вы слышите?

Девочки согласно закивали. Алина Вячеславовна отрицательно качнула головой.

— Дичь какая-то. Почему именно ты? Ты всего лишь подросток! Там может быть опасно! Уже темнеет, а вокруг лес! Там дикие звери: волки, медведи, рыси…

— Я уверен, что мне не грозит опасность, во всяком случае до тех пор, пока я не встречусь с зовущим…

— Ты знаешь, кто это?

— Нет, но… Я должен пойти!

— Тогда я пойду с тобой!

— Исключено! Я должен пойти один. А ты… не собираешься же оставить девочек одних?

Алина Вячеславовна тяжело вздохнула, подошла ко мне и крепко обняла:

— Мы будем ждать тебя! Не забывай, что ты очень нужен своей семье!

У меня в груди что-то ёкнуло, а потом стало тепло-тепло, словно мягкий пушистый уютный шарик примостился рядом с сердцем.

— Всё будет хорошо, не волнуйтесь, — ответил я, освобождаясь от объятий, и вышел из комнаты.

***

Ожидаемо, из дирижабля меня выпускать никто не собирался.

— Запрещено! — это все, что я слышал от бойцов охраны последние десять минут в ответ на просьбы, уговоры и даже требования открыть дверь. В то же время я заметил явную подготовку к разведывательно-боевому рейду, который, видимо, собираются предпринять гвардейцы. Боюсь, это плохо кончится. Для них.

— Отведите меня к своему командиру. А лучше, к самому главному, или вообще, к Наследнику! Да, срочно отведите меня к Наследнику!

— Успокойтесь и вернитесь в свою каюту! — в сотый, наверное, раз повторил охранник. И как ему не надоедает твердить одно и то же?

— У меня есть ценная информация о том, что находится снаружи! Там опасно! Отведите меня к главному, я всё расскажу!

Сработало! Гвардеец посмотрел на меня с сомнением, но всё-таки доложил о моих словах по рации. Через минуту явилось аж четверо бойцов, которые окружили меня и велели следовать за ними. Надеюсь, что к начальству, а не в тюремную камеру, хотя ощущение было именно такое.

Зайдя в центральную рубку воздушного судна, я увидел суетящихся, испуганных пилотов, магов воздуха, буквально рвавших на себе волосы от бессилия, и стоявшего в центре этого хаоса Цесаревича, не отводившего взгляд от центрального экрана. Дирижабль висел в воздухе в каком-то метре от поверхности, словно удерживаемый чьими-то невидимыми руками. И у меня было подозрение, чьими. Но сколько бы я ни пытался дозваться Тучку, он не отзывался. Как и остальные.

— Дирижабль неуправляем, но не падает. Он просто висит. — Цесаревич сказал это, не отрывая взгляд от экрана, но я понял, что обращался он ко мне. — Мне доложили, что ты хотел поделиться информацией. — Наследник наконец-то обернулся и взглянул мне прямо в глаза. — Ты знаешь, что сейчас происходит?

— Дирижабль опустился к земле.

— Сам! Он делает это сам, вопреки командам экипажа и усилиям наших магов! Маги воздуха потеряли связь со своей стихией!

— Где мы находимся?

— Достаточно далеко от любых поселений, пешком отсюда до ближайшего города несколько суток по непроходимой тайге.

— Пассажиры мечутся и не знают, что делать. Может, стоит успокоить людей? Сейчас лучше всем сесть в кресла и пристегнуться. И пассажирам, и экипажу.

Цесаревич с удивлением посмотрел на меня, но подошел к пилотам и что-то тихо сказал им. По дирижаблю разнеслось сообщение об экстренной посадке. Пассажиров попросили занять специальные кресла и пристегнуться.

Я посмотрел на экран, на котором был лес. Бескрайний лес на многие километры вокруг. И лишь там, где завис дирижабль, деревьев не было. Словно кто-то специально расчистил место для посадки такого огромного судна.

— Неужели нами кто-то управляет? Мы опустились точно к этой поляне, единственной ровной площадке среди сплошного леса. Это точно не может быть совпадением! Что со связью? Где наше сопровождение? — обратился Наследник к стоящему рядом с пультом управления мужчине, судя по форме, капитану судна.

— Связь восстановить не удалось, все сигналы словно глушатся. Самолёты сопровождения пропали из вида десять минут назад, что с ними случилось, неизвестно.

— Надеюсь, они сообщат о случившемся и за нами вышлют спасателей.

— Да, но смогут ли те добраться до нас? Скорее всего, им придётся двигаться по снегу, сквозь тайгу. Думаю, несколько дней на это уйдёт, не меньше. Хорошо, что на борту есть всё необходимое. Мы легко продержимся даже месяц.

— Месяц? Мы обязательно должны быть в столице через два дня! Нельзя пропустить новогодний бал!

— Боюсь, в этом году мы на него не попадём.

Цесаревич схватился за голову и отошёл подальше, что-то бормоча себе под нос. Не знаю, почему он так расстраивается из-за этого бала. По-моему, ничего скучнее быть не может. Меня опоздание на бал ничуть не беспокоило. А вот то, что мы не выберемся отсюда, пока… пока что? Почему никого не волнует причина нашего «пленения»? Разве они не понимают, что всё это произошло не просто так, не из-за какой-то там технической неисправности, которую всегда можно починить? Разве они не чувствуют давление чужой воли? Все вокруг обеспокоены только тем, как нам отсюда выбраться. Но я то чувствую, что это невозможно сделать до тех пор, пока нас не отпустят. Кто? Есть у меня подозрение, но это не точно…

— Мне надо выйти наружу!

— Значит, ты всё-таки знаешь, кто за всем этим стоит?!

— Не знаю, но у меня есть предположение.

— Какое?

— Не могу сказать.

— А если я прикажу?

— Всё равно не могу.

— Я могу запереть тебя до конца путешествия в антимагической камере!

— Лучше отправьте меня наружу!

— Я отправлю туда гвардейцев. Они найдут то, что нас удерживает, устранят, и мы сможем продолжить путь.

— Ваше право, но это может быть опасно для гвардейцев.

— А для тебя нет?

— Думаю, у меня больше шансов.

— Я так не думаю. — Наследник повернулся к находящемуся рядом командиру личной гвардии. — Начинайте операцию.

Ожидаемо, к моим словам никто не прислушался. И как мне убедить Наследника изменить решение? И незаметно выйти вместе с гвардейцами не получится — я теперь слишком на виду.

Тем временем из дирижабля стали спускаться гвардейцы. Они не стали опускать трап, а воспользовались обычными верёвками. Тут же из леса потянулся туман, густой, как молоко. Он быстро окружал дирижабль, и когда последний боец спустился вниз, вокруг уже ничего не было видно.

— Хитрый, зараза! — выругался Наследник. — Теперь очевидно, что это не просто какая-то природная аномалия. За всем этим кто-то стоит, скорее всего, очень сильный маг, возможно, даже несколько.

— У бойцов есть приборы ночного видения и тепловизоры. Туман им не помешает. — Командир гвардейцев произнёс это так, словно сам сомневался в своих словах.

— Зато нам очень помешал! Ничего не видно! Что там происходит?

— Бойцы постепенно продвигаются к лесу. Снег сильно замедляет продвижение.

Все, находящиеся сейчас в каюте, старательно всматривались в изображения, что шли с камер по периметру судна, но везде был лишь туман. Спустя несколько напряжённых минут тишины Наследник оглянулся на командира:

— Что там?

— Странно. После того, как бойцы достигли леса, они перестали выходить на связь. И двигаться тоже перестали. Но все живы, это точно.

— Что же с ними тогда? Уснули?

— Судя по их жизненным показателям, очень на это похоже…

— Вы это серьёзно сейчас? Уснули? Во время боевой операции, при двадцатиградусном морозе, рядом с неизвестным опасным противником?

— Это туман! Наверняка, в нём что-то есть! Вторая группа пойдет в химзащите.

— Пусть сначала вынесут бойцов. Капитан! — Цесаревич повернулся к капитану дирижабля. — Распорядитесь обеспечить всех пассажиров дыхательными фильтрами на всякий случай. И включите режим химической опасности. Кто его знает, что в этом тумане.

Через полчаса все бойцы, вышедшие первыми, были доставлены в лазарет. Они действительно спали, и врачи не обнаружили действия каких-бы то ни было химических веществ. Несмотря на это, вторая попытка провести разведку в лесу провалилась точно так же, хотя бойцы были в костюмах химической защиты, и туман на них повлиять не мог. Самое странное, что те, кто вытаскивал спящих бойцов, не испытывали никаких странных ощущений и спать не хотели. Но стоило этим же бойцам снова попытаться зайти в лес, как они тут же засыпали.

После четвёртой попытки проникнуть в лес бодрствующих гвардейцев почти не осталось.

— Отправьте меня!

— Зачем ты так рвёшься туда? Ты понимаешь, что происходит? С кем мы имеем дело?

— Догадываюсь.

— Рассказывай!

Я хотел было возмутиться, но вдруг вперёд выскочил Рри (и откуда он здесь вообще взялся, ведь должен был за девочками присматривать?!), что-то запищал и замахал лапками, словно вступая в спор с Наследником. Тот с каким-то ошарашенным видом посмотрел на зверька, потом принялся разглядывать меня, словно в первый раз увидел.

Я хотел было вступиться за питомца, объяснить, что он не агрессивный и просто волнуется обо мне, но не успел.

Наследник просто махнул рукой и тяжело вздохнув, произнёс:

— Делай, что хочешь. Только надень защиту и возьми оружие. И не вздумай пропасть! Ты ещё нужен своим сёстрам!

Глава 20

Туман. Он был такой плотный, что я едва различал вытянутую вперёд руку. Я ожидал, что за бортом меня встретят мороз и ветер, как в Красноярске. Но здесь было тепло. Относительно, конечно, всё-таки вокруг лежал снег. Спустившись по верёвочной лестнице (трап ради меня одного опускать не стали), я приготовился провалиться как минимум по-колено, но снега было немного. Во всяком случае там, где я ступал.

Наследник перед самым моим выходом ещё раз предложил взять с собой нескольких гвардейцев, но я отказался. Не знаю, что там, впереди, но чувствую, что прийти я туда должен один. Впрочем, я всё-таки взял с собой спутника — Рри, тот, даже, не был особо против. Просто кивнул и спрыгнул вперед меня в снег.

Мы шли вперёд, постепенно приближаясь к кромке леса. Думаю, именно там ждёт меня тот, кто устроил всё это представление. Вот только зачем? Пообщаться мы и мысленно могли. Кажется, он говорил о том, что я должен что-то забрать. Интересно, что это? Подарок? Клад? Может, там хранится что-то, что поможет мне вернуть память? Подумав об этом, я ускорил шаг. И вдруг заметил, что впереди туман стал не таким густым. Я не особо следил за дорогой, полностью доверившись Рри, и поэтому не заметил, когда мы вышли из леса. Едва не налетев на своего мелкого провожатого, я остановился и посмотрел вокруг. Мы стояли на крутом берегу реки, сейчас скованной льдом, а на противоположном берегу… Там был ОН. В своих мыслях я называл его Здоровяком, представляя себе существо метров трёх ростом. Как же я ошибался! Он был больше, намного больше! Размером с высокий дом или башню. Глаза существа светились зелёным, но в этих глазах не было гнева. Не было зла. Лишь бесконечная мудрость.

— Наконец-то явился. Не мог сразу выйти? Зачем было устраивать этот цирк?

— Если тебе нужен только я, зачем было захватывать целый дирижабль? Нельзя было устроить встречу позже, когда я буду один?

— Ты направляешься в столицу, там мне появляться не с руки. Слишком много народа, слишком много чужой магии. Мне привычнее среди своей стихии.

— Хочешь сказать, ты сейчас действуешь один, без помощи остальных? Разве ты владеешь магией воздуха, чтобы удерживать дирижабль?

— Для этого мне не нужна чужая магия. Дирижабль сделан из железа и дерева, которые дала Земля. Земля — это ведь не только почва, но и всё, что на ней растёт.

— А гвардейцы? Как ты их усыпил? Туман…

— Туман? Это был вовсе не туман, а мелкие частицы снега.

— Но ведь снег — это вода, а значит, тебе помогала Ледышка.

— Да, снег образуется из воды, но как только он принимает кристаллическую структуру и ложится на землю, то становится её частью. Я могу управлять снегом, впрочем, как и та, которую ты называешь Ледышкой.

— Вот как… Но гвардейцы?

— Считаешь, усыпить человека можно только отравив с помощью еды или воздуха его? На самом деле, способов намного больше. Например, вибрация.

— Вибрация? Как это?

— А вот так.

Сперва я не почувствовал ничего, но через несколько секунд понял, что не могу сдвинуться с места. Тело стало тяжёлым, захотелось сесть на землю и отдохнуть. Никакой вибрации я не ощущал до тех пор, пока не приложил ладони к земле. Та вибрировала, хотя это больше было похоже на гул, который не слышен человеческому уху. Земля гудела, а мои глаза сами собой стали закрываться. Напоследок успел заметить свернувшегося калачиком Рри, а потом… кажется, просто уснул.

… Я смотрю на кружащуюся темноволосую девочку в красном платье. «Я правда красивая, Эри?»

… Я в какой-то лаборатории, одетый в странный полупрозрачный комбинезон, смотрю на на нечто, напоминающее недоразвитого младенца в какой-то камере. «Он будет нашим ребёнком, Эни, и не важно, как он появился на свет…»

… Я стою на вершине горы, оглядывая расстилающуюся внизу безжизненную пустыню. «Мы вернём жизнь на эту планету и сделаем её раем для наших детей!»

… Красивая черноволосая женщина смотрит на меня с укором: «Ты совсем забыл про нас, Эри. Появляешься изредка, сияя, словно бог, раздаёшь подарки и исчезаешь. Все забудут тебя настоящего.»

… «Я так не могу больше, Эри! Я больше не могу!»

Открыл глаза. Голова раскалывается от боли. Разрозненные воспоминания не хотят соединяться в связную историю. Я что-то вспомнил, но от этого стало только хуже. Эни. Она единственная, кого я помню ярко и чётко. Эни. Девочка в красном платье, женщина с горящими глазами. Где она? Что с ней случилось? Я должен её найти!

Огляделся вокруг. Передо мной стоит Рри и обеспокоенно смотрит своими глазами-бусинками. Я сижу под деревом, прямо на снегу. Вокруг темнота. Ночь. На небе видны звёзды. Никакого тумана. Холодно. А в моей руке какой-то непонятный предмет, похожий на часть детской головоломки. Вот уж точно, головоломка… Сунул игрушку в карман, потом разберусь.

— Ну что, дружок, как думаешь, теперь нам можно продолжить путь в столицу? Нас отпустят?

Рри замотал головой, показывая лапкой куда-то вглубь леса. Точно, я же разговаривал со Здоровяком, а потом тот меня усыпил! А ведь у меня ещё столько вопросов, которые надо задать ему…

Представил себе человека-гору, которого недавно видел на берегу:

— Здоровяк? Ты куда пропал? Мы не закончили разговор!

— Ну не мог же я ждать, когда ты выспишься!

Ответ прозвучал так чётко и ясно, словно собеседник находился рядом со мной. Я даже оглянулся, не стоит ли тот у меня за спиной. Нет, только деревья вокруг.

— Я не просил меня усыплять!

— Ты усомнился в моих возможностях! Не делай так больше!

— Ну извини, сложно поверить в то, что считал невозможным…

— Теперь поверил?

— Да. Не надо больше демонстрировать свою силу! Я хотел о многом тебя спросить…

— Спрашивай, пришелец.

— Пришелец? Значит, я всё-таки не отсюда?

— Ты пришёл в наш мир много-много лет назад. Прилетел в летающем замке.

— Летающем замке? — Тут же вспомнил сны, что снились мне почти каждую ночь. — Корабль! Мы прилетели на космическом корабле! Вместе с девушкой! Где она?

— Я не могу ответить.

— Опять?

— Ты сам установил этот запрет. После твоего пробуждения никаких упоминаний о девушке!

— Но почему?

— Ты получил амулет?

Амулет? Что за штука? Вспомнил, что держал в руках какую-то безделушку, когда очнулся. Достал её из кармана, повертел в руках, затем показал Здоровяку:

— Этот?

— Да. Должно быть ещё три. Собрав их, ты сможешь вернуть свои знания и остановить беду. Ты сам создал эти ключи. Уходя, оставил их на случай, если, вернувшись, потеряешь память. Так и получилось.

— Уходя? Вернувшись? Куда я уходил?

— Ты оставил своё тело спать в своём живом замке, а сам ушёл к звёздам. Надолго, очень надолго.

— Тело? У меня есть своё тело? Почему же я тогда попал в это… в Алекса?

— Мир меняется. Слишком много злобы и ненависти вокруг. Тьма… В мир пришла Тьма. Это и есть причина, по которой мы пытались тебя вернуть. А твой замок… Он совершил очень большую глупость и сделал ещё хуже. Только ты сможешь справиться со всем этим. Только ты настоящий.

— Ничего не понимаю. Корабль… Он всё ещё здесь? Где он?

— Очень глупый и недальновидный живой замок, называющий себя Ари. Он привёл зло в наш мир. Ты должен уничтожить его. Мы благодарны тебе за то, что ты сделал в прошлом, но это существо… Ему не место на нашей земле!

— А почему сам Ари не справится с ним?

— Он не может. Он под контролем.

Под контролем? Но… я ведь общался с Ари! Много и часто. Правда, в последнее время связь стала хуже, иногда тот вообще не откликался. Значит, у Ари проблемы…

— Хорошо. Скажи, где он находится, и я отправлюсь туда и разберусь.

— Нет. Ещё рано. Ты должен вернуть свои знания. Собрать амулет. Без знаний ты не справишься.

— Хорошо, где остальные части побрякушки?

— Уходя, ты дал каждому из Хранителей по одной части.

— Хранителей? Это ты про себя Тучку, Зажигалку и Ледышку? Занятно. Значит, мне надо навестить каждого.

— Ты знаешь, где они обитают.

Ну да. Что-то я такое читал. Каждой стихии принадлежит один из материков. Значит, мне надо всего-лишь сгонять в Америку — к Тучке, в Африку — к Зажигалке и в Австралию — к Ледышке. Проще простого!

— У меня нет возможности отправиться так далеко! Почему вы не вселили меня в тело какого-нибудь правителя или, хотя бы, наследника правителя? Тогда я наверняка смог бы путешествовать межд материками.

— Это тело подходило идеально. Сильная кровь. Сильный дар.

— Что-то не заметно. Как я отправлюсь в путешествие?

— Ты сможешь это решить. А мы поможем, если будет необходимость.

— Может, Тучка просто перенесёт меня по воздуху? Р-р-раз — и там? Что ему стоит?

— Ты должен прийти сам. Должен набраться сил. Должен обрести мудрость.

— Мне это не нравится! И вообще, некогда! Мне надо Род поднимать!

— Твоего Рода не будет, если придёт зло. Ничего не будет.

— Да что это за страшилище такое?

Здоровяк не ответил, лишь посмотрел на меня долгим взглядом, а потом повернулся и … исчез. Поговорили, называется… Я так и не выяснил, где искать Эни!

Глава 21

Мы с Рри ещё какое-то время провели в лесу, сидя под большой елью. Мне надо было осмыслить то, что я узнал. Ведь стоит вернуться, как события снова помчатся с бешенной скоростью, и времени на размышления может просто не остаться.

Сны… Я подозревал, что они как-то связаны с моим прошлым. Но сопоставить себя с тем серьёзным темноволосым мальчиком… Это было сложно. А вот всё, что касается Эни, стало более ярким. Словно я действительно вспомнил, как это было. Сунул руку в карман и сжал полученную часть амулета в кулаке. Кажется, когда я так делаю, воспоминания становятся ярче. Но они всё ещё бессвязные, просто какие-то отрывки…

… — Что значит несовместимы? Мы же… мы прекрасно совмещаемся!

Эни, сидит в кровати, растрёпанная, с горящими галазами и … полностью обнажённая… Впрочем, я точно такой же. Кажется, мы… Почему я этого не помню?

— Мы не совместимы генетически, а не физически. Проще говоря, у нас с тобой не может быть детей.

— Но как же?.. Ари ведь говорил… Мы должны возродить человечество… Как? Почему? Эри? — в глазах девушки блестят слёзы. Она тянется ко мне и я обнимаю её, гладя по голове, как маленького ребёнка.

— Я что-нибудь придумаю. Мы с Ари придумаем. Обещаю. К тому же, нам пока совсем не до детей. Столько дел предстоит. Ари сказал, что через два месяца мы достигнем нашей планеты.

— А если у вас не получится? Мы так и проживём всю жизнь? Вдвоем?

— Тебя это не устраивает?

— Да нет, я не против. Главное, чтобы ты был всегда рядом, Эри. Ты ведь не бросишь меня, правда?

— Конечно, нет. Ты — самое главное в моей жизни.

— А ты — в моей…

… — Эта планета совсем пустая. Безжизненная. Как мы сможем здесь жить, Ари?

— Это точная копия нашей родной планеты. Она идеально подходит для возрождения человечества.

— Правда, Эни, здесь не так уж и плохо.Чистый воздух и много воды. Мы посадим леса, построим города. Нашим детям будет хорошо здесь, поверь.

— Когда уже?

— Скоро. Как только обустроим планету.

… — Там что-то происходит! Словно море сражается с землёй! Смотри!

— Кажется, эта планета вовсе не пустая!..

Воспоминания… Они всплывают в моей голове, образуя какю-то странную головоломку, которую я не в силах разгадать. У нас не могло быть детей? Откуда тогда они взялись? Безжизненная планета? Да она полна жизни!

Встретив рассвет на берегу реки, где я разговаривал со Здоровяком, мы с Рри отправились обратно к дирижаблю. Если честно, мелькнула у меня мысль не возвращаться, плюнуть на всё и отправиться на поиски Эни. Но вспомнил милые мордашки сестёр, полный надежды взгляд Алины Вячеславовны и оценивающий — Наследника. Я не могу уйти сейчас. Я нужен своей семье, хоть она мне и не родная. Я должен разобраться со своей магией. Выяснить, что представляет из себя императорский Род. И защитить свой. Только после этого можно будет заняться поисками амулета. Путешествие в Америку… Нет, наверное, сначала в Африку, она ближе… Хотя… Иногда я боюсь… Что я ещё могу вспомнить? Что такое случилось, из-за чего я бросил всё и уснул? Неужели?.. Эни… Нет! Я должен её найти! Сразу, как только разберусь с делами Рода.

Подойдя к поляне, над которой висел дирижабль, я не узнал её. Сейчас она была полна людьми. Рядом с дирижаблем, который теперь стоял на земле, а не висел над ней, стояло три вертолёта с гербами императорского Рода. Вокруг них расположились бойцы. Над поляной завис ещё один дирижабль, гораздо меньше нашего, также окрашенный в имперские цвета. Видимо, сила, удерживающая наш дирижабль, исчезла, связь восстановилась, и к нам пришла подмога. Вот только вряд ли она нам нужна. Но если Наследник решит искать здесь того, кто нас удерживал, мы надолго здесь застрянем. Правда, вряд ли у него это получится.

Меня никто не остановили ни о чем не спрашивали, только перешептывались между собой, бросая взгляды в мою сторону. Но как только я поднялся по трапу, который был сейчас опущен, как ко мне подошли два гвардейца и сообщили, что им приказано сопроводить меня к Наследнику. Не доставить, не привести, а именно сопроводить. Хотелось спросить, могу ли я отказаться от такого предложения и пойти к себе в каюту. Но не стал. В конце концов, они просто делают то, что приказано.

— Как ты это сделал? — набросился на меня с вопросами Наследник, стоило мне шагнуть в рубку. — Кто там был? Ты сражался? Он всё ещё там? Что ему было надо?

Было видно, что спрашивает он не только из праздного любопытства. Ему действительно было интересно. Но рассказывать о том, что действительно произошло на берегу реки, я не собирался. Единственный, кому я мог бы рассказать об этом, да и то не полностью — это Андрей Воронцов. Наследнику же я пока не доверял, несмотря на то, что он здорово помог мне в Красноярске.

— Я ничего не делал. Уснул, как и остальное, только чуть дальше. Никого не видел, ни с кем не сражался.

— Врёшь.

— Зачем мне врать? Мне было бы приятно стать героем и спасителем аж Цесаревича Российской Империи. От такого не отказываются. Но там действительно никого не было. Я просто спал.

— Почему же тогда нас отпустили? И поле, блокирующее связь, пропало. Хочешь сказать, что это просто случайность?

— Думаю, какая-то странная аномалия. Наверное, стоит направить сюда учёных, чтоб изучили её. Но я не имею к произошедшему никакого отношения.

Наследник скептически смотрел на меня, я отвечал прямым и максимально честным взглядом. На самом деле я, действительно, ничего не делал. Только спал. И видел сны…

Подумав о снах, тут же захотел побыстрее остаться в одиночестве. Хотелось ещё раз вспомнить каждую деталь, каждую мелочь, каждое произнесенное слово. Эни…

Видимо, Наследник уловил изменение в моем поведении, потому что сказал:

— Возможно, ты не врёшь, но совершенно точно что-то знаешь. Пока я сделаю вид, что поверил тебе. Аномалия так аномалия. Действительно, пусть учёные разбираются. Вот только я почти уверен, что они ничего не найдут.

«Здоровяк!» — позвал я мысленно, и, почувствовав отклик, попросил: «Можно устроить здесь какую-нибудь природную аномалию? Чтобы учёным было, чем заняться?»

«Сделаю» — получил лаконичный ответ и мысленно улыбнулся. Как же удобно, когда у тебя в «друзьях» столь могущественные личности.

— Я могу пойти к себе? Сёстры, наверное, очень волнуются.

Наследник как-то очень тепло улыбнулся и отпустил меня, попросив передать девочкам привет. Всё-таки он очень странно на них реагирует. И мне это не нравится. Они ещё слишком малы для таких игр.

Имение Рода Салтыковых, Хабаровск

— Ты уверен, что Наследник появился там случайно? Может его направили специально, чтобы разобраться с ситуацией. Ты же направил прошение о признании тебя главой Рода?

— Нет, он прибыл на Турнир. Такая традиция, если ты забыл — должен присутствовать один из членов императорской семьи. То, что в этот раз прислали именно Наследника — случайность. Как и то, что он познакомился с Алексом.

Два мужчины средних лет сидели в кожаных креслах, попивая дорогой коньяк и ведя оживлённую беседу. Один из них — Николай Морозов, выглядел намного хуже своего собеседника: под глазами легли тёмные тени, руки слегка подрагивали, а в глазах был… страх. Страх и ненависть. Второй мужчина, в отличие от Николая Ивановича, являл собой образец счастливого самодовольства. Салтыков Павел Валерьянович — преуспевающий промышленник, владелец нескольких рыбоперерабатывающих и консервных заводов, а также бывший товарищ Морозова по Академии. За последние годы они виделись всего пару раз, правда встречи эти были очень приятными — с посиделками до утра, с банькой и водочкой, с воспоминаниями о весёлых студенческих годах и собственных проделках. Поэтому когда накануне Николай появился на пороге усадьбы Салтыковых, Павел Валерьянович с радостью принял гостя, надеясь на столь же приятное времяпровождение в его компании.

Сперва так оно и было. Хозяин, как положено, велел натопить баню и как следует попарить гостя, а потом, разомлевшие, они сидели и вспоминали былые годы. Уже тогда Павел понял, что гость явился к нему не просто так. Но договорились, что в первый вечер о делах ни слова. И вот сегодня, выспавшись в мягкой постели, съев сытный завтрак, Николай Иванович наконец-то решился рассказать приятелю о своих проблемах и попросить о помощи. Неделя, что что он провёл в дороге после поспешного бегства из собственного имения, показалась ему адом. Боясь оставить след, по которому его можно будет найти, беглец обходился самым малым, ночуя в дешёвых отелях и передвигаясь на поездах для простых людей. Он очень устал и, виня во всех своих бедах Алекса, мечтал отомстить племяннику так, чтобы тот на своей шкуре познал все те мучения, что пришлось пережить ему.

К разочарованию Николая, Павел вовсе не горел желанием тут же броситься в бой и отвоевать имение для старого друга. Он долго расспрашивал об обстоятельствах пропажи и появления Алекса, о причинах неудач, преследовавших в последнее время Род Морозовых и их бизнес.

— Уехал, говоришь, в столицу? И матушку с собой забрал?

— Точно так, оставил управляющим парнишку деревенского, тот совсем ничего в делах не понимает. Окончательно развалит то, что осталось. Сейчас самое время действовать.

— А я вот узнал, что перед отъездом глава Рода Морозовых заключил союз с Родом Воронцовых. Что ты на это скажешь?

— Да, но какой прок Воронцовым в том союзе? Они сроду деревообработкой не занимались, им наши предприятия без надобности. Что они смогут поиметь с этого союза? Одни проблемы. Я уверен, что можно договориться с Аркадием Сергеевичем, главой Рода, он человек деловой, поймёт свою выгоду.

— И в чём эта выгода? Ты же только что сказал, что у Морозовых нет ничего интересного для Воронцовых.

— Ну не совсем так. Есть у меня, чем его удивить, — заявил Николай, думая о племянницах. Всё равно придётся искать им женихов, а Воронцовы — древний и сильный Род, и, наверняка, его глава не будет против такого лакомого кусочка. Близнецов в Империи было очень мало, рождались они редко, особенно девушки. Любой аристократ будет счастлив получить таких жён. А у Воронцовых наследник Рода всё ещё холостой, да и сам глава всего дважды женат. Всё должно получиться.

А вот что предложить за помощь Салтыкову? Жён у бывшего однокашника было целых семь, причём тот предпочитал брюнеток с огромной грудью. Девочки, даже когда вырастут, наверняка пойдут в мать — стройную блондинку. Такие вряд ли впечатлят Павла. Придется отдать пару заводов… Самых захудалых и малодоходных.

— Мне нужно время, чтобы проанализировать ситуацию и всё обдумать. Пошерстить старые связи, разузнать, о чем говорят в других Родах и как воспринимают эту историю.

— Но сейчас самое подходящее…

— Поспешишь — людей насмешишь, — перебил Николая Павел. — А я не привык, чтобы надо мной смеялись. — произнеся эти слова, хозяин дома встал с кресла и пошёл к выходу. Уже стоя в дверях он обернулся к гостю. — Время. Две недели. А пока наслаждайся покоем. Вряд ли в ближайшем будущем у тебя будет такая возможность.

Глава 22

Столица… Если Красноярск совсем недавно поразил меня до глубины души, что я могу сказать о столице? Она потрясающа! Мы подлетали к городу в сумерках, и все пассажиры дирижабля прильнули к окнам, любуясь расстилающейся перед ними картиной. Город сиял тысячами огней! Я пытался подобрать подходящее сравнение, но не мог. В прошлой жизни, которую я едва помню, я точно не видел ничего подобного. Потому что если бы видел, точно бы запомнил. Забыть такое зрелище невозможно! Судя по горящим восторгом глазам сестёр, они тоже впервые видели столицу. Мы стояли на смотровой палубе, где были огромные окна во всю стену. И так увлеклись зрелищем, что не заметили, как к нам подошёл Цесаревич.

— Императорский дворец находится во-о-он там, видите, где высокие башни и много огней, — сказал он, обращаясь к девочкам и показывая им направление.

— Здесь везде много огней! — не то, чтобы я специально пытался спорить с Наследником, просто был действительно поражён. — Сколько же магии нужно, чтобы осветить весь город?!

— Ты что, из каменного века? Город освещается с помощью электричества.

— Точно, я забыл, — ответил я, коря себя за длинный язык. Чуть не спалился. Пока мне удавалось успешно скрывать свою неосведомлённость во всём, что касалось научно-технического прогресса. Хотя в голове порой мелькали какие-то обрывки знаний, которые я совершенно не мог понять.

— Мы полетим прямо во дворец? — Вера не могла оторвать взгляд от переливающихся разными цветами башен.

— Нет, там не настолько много места, дирижабль там просто не поместится. Мы приземлимся немного дальше, а до дворца долетим на вертолёте.

— Ура! — девочки были в полном восторге. Они ещё и на вертолёте полетают!

— А на самолёте мы куда-нибудь полетим? — Надя, как более шустрая, решила воспользоваться моментом и «развести» Наследника на ещё одну экскурсию.

— На самолёте? Если будет такая необходимость, то конечно.

— Необходимость?

Девочки призадумались… Боюсь, необходимость полететь куда-нибудь возникнет быстрее, чем думает Цесаревич.

Я, в отличие от сестёр, весь полёт на вертолёте лишь делал вид, что с интересом разглядываю город. На самом деле я был почти уверен, что как только мы приземлимся, меня разлучат с сёстрами. Поэтому наказал Рри, чтобы тот проследил, куда их поведут и где устроят.

Как я и ожидал, стоило выйти из вертолёта, приземлившегося на крыше императорского дворца, как там появилось несколько человек в штатском. Они окружили меня, ловко оттеснив от сестёр и Алины Вячеславовны, с которой я успел перекинуться парой слов, пока мы летели.

— Извольте проследовать с нами, и без глупостей, пожалуйста, — были первые слова, которые я от них услышал. Я, конечно, не ожидал, что меня будут встречать с овациями и фанфарами, и был готов к чему-то подобному, но вот так сразу… Неплохо служба безопасности работает, неплохо… Надеюсь, мы сможем найти общий язык.

Обернулся и жестом показал семье, что всё в порядке, взглянул на Рри, который кивнул мне в ответ, давая понять, что помнит наш уговор и присмотрит за девочками, и спокойно пошёл с СБ-шниками, с интересом рассматривая всё вокруг. Хотя охраны было не так уж и много, я чувствовал, что защита дворца была очень серъёзной. Например, я не мог связаться мысленно ни со своими «помощниками», ни с Ари. Интересно, будет ли здесь работать ментальная магия сестёр? Я был почти уверен, что-либо совсем нет, либо лишь в определённых местах. В данном же месте вообще почти никакая магия работать не будет: вокруг полно глушащих артефактов и щитов.

Я был готов ко всему, даже к тому, что меня отведут куда-нибудь в подземелье дворца и будут пытаться вытянуть всё, что я помню и знаю о нападении на дирижабль. Но, к моему облегчению, всё оказалось намного цивилизованней. Комната, куда меня привели, была светлой и даже уютной: мягкие кресла, небольшой столик, цветы в кадках. Словно не офис службы безопасности, а гостиная в доме аристократа.

— Добрый вечер, Алексей Александрович! — не дав мне осмотреться и расслабиться, в комнату вошёл человек среднего возраста, ничем внешне не примечательный, одетый в серый деловой костюм и, на первый взгляд, совершенно безоружный. Глянул чуть глубже. Душа вошедшего не то, чтобы сияла чистотой, но и тьмы в ней не было. А вот магия была. Я пока не очень хорошо разбираюсь во всех её видах, но здесь был явно не один. Точно что-то, связанное с землёй и, кажется, с воздухом. Маг двух стихий… Конечно, зачем ему оружие, тем более когда перед ним студент-недоучка. — Я хотел бы задать вам несколько вопросов о происшествии, которое приключилось с вами в пути. Пожалуйста, прошу вас отвечать максимально правдиво. Ваши ответы могут быть очень важны для понимания этой новой угрозы.

— Я не почувствовал там никакой угрозы. Просто какое-то странное природное явление.

— Природное явление, которое возникло именно тогда, когда там был Наследник Российского Престола? Очень странное совпадение. К тому же раньше ничего подобного там не наблюдалось.

— Возможно, это очень редкое природное явление, которое происходит раз в столетие или даже раз в тысячу лет.

— Почему вы так уверены, что это природное явление?

— Там не было людей. Вообще никого живого.

— Ах да, вы ведь маг жизни! Тоже очень интересный факт, но с этим разберёмся немного позже. Сейчас меня больше волнует угроза Императорскому Роду.

— Не было никакой угрозы, я уверен.

— Хорошо. Значит, вы не будете против использования артефакта правды во время нашей беседы?

Атрефакт правды? Это что ещё за штука? Если этот артефакт может считывать воспоминания, то я попал. Моих умений не хватит, чтобы скрыть состоявшийся разговор со Здоровяком. А вот если он действует по принципу «правда — неправда», позволяя определить, честен ли собеседник, то я справлюсь. Надо просто следить за тем, чтобы говорить только правду. Отвечать при этом на заданный вопрос совсем не обязательно. Играть в эту игру я умею.

Заметив мои колебания, СБ-шник «мило» улыбнулся и пояснил:

— Вы, конечно, имеете право отказаться, но это будет расцениваться как отказ от сотрудничества и разговор пойдёт уже несколько в другом тоне.

Что ж, придётся рискнуть. А дома заняться изучением всех существующих видов артефактов, чтобы не попадать в подобные неловкие ситуации.

— Конечно же я согласен. Просто… немного устал.

— Понимаю. Наш разговор не займёт много времени.

Мужчина достал из кармана небольшую коробочку, вынул из неё прозрачный стержень длиной чуть больше ширины ладони и дал мне в руку, попросив зажать его в кулаке. Край стержня остался на виду и было видно, что артефакт стал молочно-белым.

— Отлично, — улыбнулся мне уже вполне по-доброму мужчина, — теперь скажите, зачем вы решили участвовать в турнире.

Ну, это легко.

— Хотел появиться на публике, опровергнув слухи о своей гибели, но так, чтобы мой дядя не смог снова попытаться меня убить. Участие в турнире обеспечило мне защиту.

Каждое слово правда. И артефакт, видимо, согласился со мной, так как его цвет не изменился.

— Встреча с Наследником входила в ваши планы, когда вы решили участвовать в турнире.

— Нет. Я тогда даже не знал, что он будет там присутствовать.

— Что за магию вы использовали против Екатерины Потаповой?

Упс!.. А впрочем, ничего сложного.

— Я не знаю. Никогда раньше такого не использовал. Это случайно вышло. Я просто … разозлился.

Кристалл согласен. Хорошо.

— Зачем вы пригласили Наследника в своё имение, зная, что ему может угрожать опасность?

— Это не я его пригласил, скорее наоборот. Он хотел, чтобы я побыстрее разобрался с делами Рода, чтобы забрать меня в столицу.

— Вы сказали охране, что знаете, что находится снаружи. Это так?

А вот сейчас осторожно!

— Я хотел, чтобы меня послушались. Мне надо было, чтобы они восприняли мои слова всерьёз.

— То есть вы соврали?

Так, что я там говорил? Что всем угрожает опасность? Но я ведь знал, что мы в безопасности. Так что…

— Да, я соврал. Я хотел привлечь внимание.

— Зачем вы хотели выйти из дирижабля?

— Мне было интересно.

— И всё?

Нет, конечно.

— Мои сёстры испугались, я хотел, чтобы они перестали волноваться.

— Выйдя из дирижабля, туда, где могло быть опасно?

— Я был уверен, что мне ничего не угрожает.

— Почему вы были в этом уверены?

— Да что там могло быть опасного? Посреди тайги?

— Хорошо, почему вы решили выйти, когда гвардия Наследника потерпела неудачу?

— Был уверен, что со мной ничего не случится.

— Почему?

— Я удачливый.

Собеседник посмотрел на меня, как на идиота. Но артефакт в моей руке ни разу не изменил цвет. А значит, я говорил правду. А то, что меня при этом будут считать немного придурковатым, меня ни капли не пугало. Так даже проще будет.

— Расскажите, что происходило после того, как вы покинули дирижабль. Подробно.

— Я пошёл по следам гвардейцев к лесу. Дошёл до опушки. Уснул. Проснулся уже утром. Вернулся в дирижабль. Всё.

— Кого вы видели в лесу?

— Со мной был мой ручной зверёк. Куница. Его видел, он шёл рядом.

— Вы видели кого-то незнакомого?

— Нет.

Со Здоровяком-то мы давно знакомы.

— Вы чувствовали, что в том месте применяли магию?

— Нет.

Этого я, действительно, не чувствовал. Чувствовал вибрацию, но это ведь не магия.

— Вы общались с кем-то, когда были в лесу?

— С Рри. С моей куницей.

— Как вы относитесь к Наследнику.

— Хорошо отношусь. К тому же благодарен ему за помощь.

— Вы знаете, зачем вас привезли в столицу?

— Чтобы исследовать мой дар.

— Откуда у вас этот дар?

Хм… И как тут ответить?

— Я не знаю.

Уфф… Принято. Но я ведь действительно не знаю.

— Вы в курсе, что магия жизни — это основа Императорского рода.

— Да.

— И что Вы думаете по этому поводу?

— Из любого правила бывают исключения.

Сб-шник засмеялся и, хлопнув меня по плечу, забрал артефакт.

— Ну что ж, посмотрим, что ты у нас за исключение.

Такой странный переход на «ты» меня немного удивил. Сейчас я видел перед собой милого, доброжелательного «дядюшку», который искренне и тепло мне улыбался.

— Думаю, мы ещё не раз встретимся, так что будем знакомы. — мужчина протянул мне руку. — Владимир Николаевич Романов, начальник Службы Безопасности Императорского Рода. Так как мы почти родственники, как минимум, по линии дара, предлагаю перейти на «ты». К тому же я не намного старше.

Теперь, присмотревшись к собеседнику, я бы не дал ему больше двадцати пяти, хотя изначально мне показалось, что ему как минимум лет сорок. А фамилия Романов говорила о принадлежности к правящему Роду. Пожимая руку ему, не мог избавиться от навязчивой мысли: интересно, Наследник ему кем приходится?

— Ты, наверное, хочешь спросить, кем мне Алескандр приходится? Он мой троюродный брат. Наше семейное древо крайне запутанное, впрочем, если интересуешься, его можно посмотреть в главном зале дворцовой библиотеки. На стене красуется.

— Спасибо, обязательно изучу. — Он что, мысли читает? Ещё один ментальный маг? Зачем тогда все эти танцы с артефактом нужны были? Или всё-таки нет? — Я могу идти? Сёстры, наверное, волнуются. И мама…

— Да, иди, тебя проводят. Приятно было познакомиться, Алекс!

— Взаимно.

Надо, пожалуй, узнать, как принято общаться с членами Императорского рода. Наверняка, здесь не все такие простые, как Наследник и его троюродный братишка.

Глава 23

Идя за за провожатым по многочисленным коридорам и лестницам, я даже не пытался как-то сориентироваться или запомнить дорогу — всё равно бесполезно. Похоже, первое время мне придётся передвигаться либо только с сопровождающим, либо имея с собой карту дворца. Слишком запутано здесь всё. Надеюсь, больше меня сегодня никуда не пригласят. Разговор с Владимиром Романовым вымотал меня очень сильно. Я сам не ожидал, что настолько устану. Надо почаще тренироваться не только в физических, но и в словесных баталиях.

Запомнив комнату, в которую меня поселили, попросил показать мне комнаты матери и сестёр. Их устроили в смежных помещениях, разделенных уютной гостиной. Девочки очень устали за день и уже крепко спали на одной большой кровати, а в ногах у них свернулся калачиком Рри. А Алина Вячеславовна, похоже, ждала моего прихода.

— Алекс! Всё в порядке?

— Да, всё отлично. Как вы устроились? Были какие-то проблемы?

— Нет. Все вокруг очень любезны. Никогда не думала, что буду когда-нибудь ночевать в Императорском дворце.

— Не самый плохой вариант, на самом деле.

— Нам сказали, что завтра с утра девочкам предстоят какие-то тесты в медицинском крыле.

— Ожидаемо. Будут пытаться отследить происхождение дара. Наверняка ты, как мать, можешь запретить обследование. Решать тебе.

— Если это поможет моим дочерям в будущем, то пусть обследуют. Я буду рядом, не волнуйся. И Рри. Он, похоже, привязался к ним, как и они к нему.

— Рри надолго отдать не могу, мне он тоже нужен. Но завтра пусть будет с вами. Меня, наверное, тоже обследовать будут. Увидимся вечером, тогда и поговорим. А сейчас надо отдохнуть и восстановить силы. Спокойной ночи… мама.

— Спокойной ночи, Алекс.

Но помывшись, поужинав и улёгшись в мягкую постель, я понял, что не хочу спать. В голове роились тысячи вопросов, на которые нужно обязательно найти ответ. С тех пор, как я появился в этом мире, я словно попал в огромную игру-головоломку, цель которой — понять, кто ты есть. Здоровяк сказал, что я родился в другом мире. Скорее всего, это правда, ведь мне постоянно снится корабль, летящий среди звёзд. Эни…

Я взял в руки часть амулета, которую получил в лесу. Почему-то постоянно хотелось держать эту штуку как можно ближе, я даже в душ её с собой брал. И, ложась спать, сунул под подушку.

Если всё, что сказал мне тогда Здоровяк, правда, то… Вопросов становится ещё больше. И часть ответов спрятана в этой деревяшке. Или это камень? Повертел вещицу в руках, рассмотрел непонятные символы. Как можно спрятать воспоминания в вещь? Каким уровнем магии должен владеть тот, кто смог это сделать? И если это сделал когда-то я, то… Стоит ли мне пробуждать эти воспоминания? Узнать, что был могущественнейшим человеком на свете и так где-то накосячил, что решил навсегда уйти?

На самом деле, единственное, о чём я хотел бы вспомнить, — это Эни. Что с ней стало? Где она? Судя по обрывкам воспоминаний, у нас даже были дети… Семья… Сколько времени прошло с тех пор? Возможно, они всё ещё живут где-то?

Сжимая осколок амулета в руке, я сосредоточился на тех небольших фрагментах памяти, которые ещё сохранились. Звёзды… Космос… Корабль… Ари… Эни…

…– Не может этого быть! Я, наверное, что-то перепутал! Надо провести анализ ещё раз!

Я, высокий темноволосый юноша в белом комбинезоне стою в стерильно-белом помещении, кажется, какой-то лаборатории. Странно вспоминать себя прошлого, такого отличного от себя нынешнего. Тот парень очень много знал, путешествовал среди звёзд, но вряд ли он смог бы нарубить дров или справиться в схватке с медведем. Но знания… Смогу ли я вернуть их? Сейчас, глядя на каракули, которые появляются на экране какого-то прибора, я могу лишь сказать, что это не магия. Не та магия, которой наполнен наш мир. Это — технологии. Причём такого уровня, до которого, насколько я могу судить, мы ещё не доросли.

— Ари, разве такое возможно?

— Очевидно, то излучение, которое погубило всех взрослых людей на корабле, изменило также и вас. Просто на первый взгляд это было не заметно. Ни ты, ни Эни не смогут иметь детей.

— Она очень расстроится. Очень-очень расстроится, Ари. К тому же весь твой план по возрождению человечества … Ари, а почему ты так спокоен? Ты знаешь, как это изменить? Это лечится?

— Нет, к сожалению, но ты же не думал, что вы с Эни смогли бы заселить целую планету, размножаясь естественным путём? На это потребовалось бы слишком много времени.

— И значит?

— Эри, ты меня разочаровываешь! Имея столько знаний, найти выход совсем не сложно.

— Мммм… Клонирование? Ты предлагаешь нам с Эни создать детей-клонов?

— Уже теплее, Эри, думай ещё.

— Нужно большее разнообразие… Ари! Сколько людей было на корабле?

— Сто девяносто. Семьдесят две женщины и сто восемнадцать мужчин.

— У тебя ведь есть их генетические образцы? Они не пострадали во время катастрофы?

— Они в полном порядке. Молодец, Эри. Думаю, до того, как мы прибудем на планету, ты должен освоить все премудрости генной инженерии и приступить к созданию клонов. Сперва небольшого количества, для эксперимента.

— Знаешь, я боюсь, что Эни не понравится слово «эксперимент» по отношению к детям.

— Тогда назови его «Проект». «Проект Возрождение».

— Звучит как-то… слишком торжественно.

— Ну тогда выбери другое название.

— Пусть названием занимается Эни. А я займусь изучением теории…

Очнулся от резкой боли в руке. Оказывается, я так сильно сжал осколок амулета, что он впился в ладонь. То, что я вспомнил, казалось невероятным. Клоны. Я думал, такое только в фантастических фильмах бывает. Неужели у нас это получилось? Значит, где-то на планете сейчас ходят клоны людей из другого мира? Звездные пришельцы? А если… Если я верну память, то тоже смогу создавать клонов? Это же… Это перевернёт науку, изменит мир! Вот только нужны ли человечеству такие знания?

Дорогие читатели, я долго старалась оттянуть этот момент, но сегодня решила: "Хватит!" Хватит мучать себя и читателей. С этой книгой у меня не получается то, что работало с другими книгами - регулярно выкладывать главы в процессе написания. Возможно потому, что сюжет постоянно развивается в моей голове, и мне часто хочется что-то переделать в первых главах в процессе написания следующих. К тому же иногда работа вообще стопорится (семья, работа, личная жизнь не оставляют времени или просто нет настроения или вдохновения), и меня начинает грызть вина за то, что заставляю людей ждать. Поэтому я решила остановить выкладку по главам, но не собираюсь бросать работу над книгой. Как только она будет написана(уверена, что до конца этого года), я выложу оставшуюся часть целиком.

Надеюсь на ваше понимание.