Не грози Дубровскому! Том 7

Глава 1

Развилка рек Ангара и Курма.

Родовое имение Быковых.

На центральной площади маршировала гвардия Быковых. Они чеканили строевой шаг уже третий день подряд. Каждый из магов забыл, что такое сон, еда и поход в туалет.

От них нестерпимо воняло. Одежда превратилась в слипшиеся от пота клочки ткани. Гордые лица осунулись, а огонь в глазах потух. Маги превратились в подобие живых мертвецов.

Среди марширующих хуже всего пришлось начальнику охраны. Ему «повезло» и во время децимации он вытащил длинную палочку, выиграв жизнь. Но не повезло с господином. Богдан подошел к начальнику охраны и пожал тому руку за выполненный долг, а после окутал подчинённого пламенем обуглив его кожу до хрустящей корочки.

Начальник охраны был готов к смерти, но наследник рода Быковых был не столь милосерден. Штатные лекари подлатали начальника охраны, так, чтобы он не умер, а продолжал жить, чувствуя нестерпимую боль. А вместе с тем он превратился в кусок мяса, бугрящийся шрамами от ожогов, из которых сочилась сукровица.

Богдана отдал гвардейцам чертовски простой приказ «Маршируйте до тех пор, пока суд не признает Дубровского виновным.». И они маршировали. Стерев ноги в кровь. Заработав обезвоживание. Находясь на грани жизни и смерти. От пятитысячной гвардии осталось немногим больше четырёх тысяч солдат. Чудовищная потеря для рода.

Бойцы с трудом переставляли ноги, когда посреди плаца вспыхнуло синее свечение и раздался хлопок. Портальная арка схлопнулась так же быстро, как и возникла, оставив после себя хмурого человека.

— Отдать честь! — Рявкнул начальник охраны и бойцы тут же вскинули руки, продолжая, маршировать. Начальник охраны был счастлив видеть господина в добром здравии, правда обожженное лицо оказалось не способно выдать улыбку.

— Что здесь происходит? — Спросил Георгий Александрович, видя в каком плачевном состоянии находятся его гвардейцы. — Прекратить маршировать! Все вольно! Приведите себя в порядок! — Взорвался патриарх и тише добавил. — Смотреть больно...

Маги с радостью прекратили марш и направились в казармы, стараясь ничем не выдать свою усталость.

— Георгий Александрович, разрешите доложить? — Задыхаясь спросил начальник охраны и вытянулся по стойке смирно.

— Евгений, я же сказал вольно. Рассказывай всё как есть. -С болью сказал глава рода узнав по голосу начальника охраны.

— Георгий Александрович. Прошу принять мою отставку. Я не сумел уберечь вас от похитителя. Это мой позор. А всё что вы видите следствие моего провала.

— Женя, благодаря твоему провалу, я снова чувствую себя полным сил. — Добродушно сказал патриарх и хотел похлопать по плечу начальника охраны, но увидел, что его мундир пропитан кровью и опустил руку.

— Но как вы смогли спастись? Мы ничего не смогли противопоставить нападавшему врагу, а вы... — Патриарх прервал начальника охраны не дав договорить.

— Оказалось, что враг был не снаружи, а внутри... — Задумчиво сказал Георгий Александрович. — Меня похитили, а после лечили всё это время. Как только я поправился, меня отпустили. Впрочем, сейчас это не важно. Скажи лучше куда делась пятая часть гвардии?

— Георгий Александрович... — Замялся начальник охраны из-за моральной дилеммы, ведь ему предстояло сдать с потрохами одного господина, другому. Тяжело вздохнув, он сказал, как есть. — Богдан Георгиевич приказал убить каждого десятого гвардейца, за то, что мы не смогли схватить похитителя. После этого в рядах гвардейцев нашлись три сотни дезертиров и их тоже казнили...

Услышав это, Георгий Александрович Быков закрыл глаза и закусил губу до крови.

— Твою мать. Женя, как ты мог это допустить? Мы же с тобой полжизни взращивали наших ребят... — Проскрежетал патриарх.

— Георгий Александрович, но ведь...

— Да, ты не виноват. Ты просто выполнял приказ. Восемьсот человек... — С болью в голосе сказал Быков и приказал. — Семьи погибших взять на полное обеспечение. Их дети должны учиться в лучших учебных заведениях, хорошо одеваться и ни в чём не нуждаться. — Подумав он спросил. — Скажи, когда Дубровский меня похитил, с нашей стороны умер хотя бы один гвардеец?

— Никак нет, ваше высочество! На момент нападения и после него все вверенные мне люди были живы и здоровы... — Помедлив он добавил. — До момента децимации.

— Я тебя услышал. — Хмуро бросил Быков. — Благодарю за службу. Приведи себя в порядок, а завтра отправишься в Москву, попробуем исцелить твой ожог. — Сказал патриарх, точно зная кто сотворил такое с его верным другом.

Начальник охраны козырнул и пошатываясь двинул в сторону казарм. Георгий Александрович осмотрел двор имения, стены которого были залиты кровью убитых гвардейцев и тяжело вздохнув прошептал.

— Дубровский был прав...

***

Улица Байкальская.

Иркутский областной суд.

В зале заседаний было полно свободных мест. Из-за этой пустоты эхо гуляло по залу, создавая какофонию. Слова многократно повторялись, немного сводя с ума. Я сидел на скамье обвиняемого, рядом адвокат, а через проход справа от меня расположился Богдан вместе с обвинителем.

С лица моего заклятого друга не сходила самодовольная улыбка. Глупец. Он даже не догадывается что сам себя загнал в ловушку. Причём прилюдно. Впрочем, исход сражения будет зависеть от решения, которое примет его отец Быков Георгий Александрович.

Если любовь к сыну победит разум, то мне конец. Если патриарх решит придушить змею, пригревшуюся у него на груди, то моя победа станет всеобъемлющей. Сморщенный судья ударил трижды молотком и зачитал с белоснежного листа:

— Иркутский областной суд рассматривает в судебном заседании постановление следователя СО ОМВД Российской империи Черняева Д.И. о возбуждении перед судом ходатайства о применении высшей меры наказания в отношении Дубровского Виктора Игоревича, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 95, ч. 3 ст. 81 УК РИ. — Опустив очки и отложив лист в сторону он продолжил. — Прошу учесть всех собравшихся, что ведётся письменная фиксация хода судебного заседания. Секретарь, прошу сообщить о явке.

Справа от судьи поднялась миловидная женщина и осмотрев собравшихся сообщила:

— Обвиняемый Дубровский Виктор Игоревич — доставлен, следователь Черняев Дмитрий Игоревич — явился, прокурор Кошелев Дмитрий Валентинович — явился, адвокат Якушов Пётр Степанович — явился. — Секретарь поклонилась судье и села на место.

— Забавно. Против нас собралась команда два Д. И следователь Дмитрий, и прокурор. Интересно Богдан их так подобрал чтобы не запоминать кого как зовут? — Усмехнулся я, шепнув адвокату.

— Виктор Игоревич, прошу воздержаться от разговоров, пока судья не предоставит вам слово. — Серьёзно сказал адвокат, не оценив моей шутки.

— Согласно регламенту судебного заседания сперва мы выслушаем обвинителя, после выступит сторона защиты, в финале присяжные удалятся для вынесения вердикта. Напоминают участникам процесса о том, что за нарушение порядка в судебном заседании я могу оштрафовать или лишить свободы на пятнадцать суток за неуважение к суду. — Сказал судья и обвёл всех собравшихся взглядом. — Если вопросов нет, то давайте начинать.

Снова поднялась секретарь и зачитала:

— Дубровский Виктор Игоревич, граф Российской Империи, холост, детей не имеет, зарегистрирован по адресу: посёлок Раздолье Иркутской области. Обвиняется в похищении Зуброва Ярополка Ивановича, а также Быкова Георгия Александровича. Так же Дубровский обвиняется в убийстве государственного служащего, нотариуса Фадеева Фрола Алексеевича и князя Быкова Георгия Александровича. — Перелистнув страницу она продолжила. — Проводит слушание судья высшей категории Правдивцев Александр Александрович. Если у защиты или обвинения есть сомнения в объективности судьи, то вы можете заявить отвод судье. Обвинение?

Поднялся прокурор и приложив руку к груди елейным голосом промурлыкал:

— С Александром Александровичем мы давно знакомы, в его неподкупности я не сомневаюсь. Со стороны обвинения отвода нет.

— Защита? — Обратилась к нам секретарь.

— Со стороны защиты также нет необходимости в отводе. — Сказал мой адвокат, поднявшись со скамьи.

— Отводов нет. — Записала секретарь и передала слово судье.

— Начинается слушание о возбуждении перед судом ходатайства об избрании высшей меры пресечения ввиду тяжести совершенных деяний. — Судья снова трижды ударил молотком и добавил. — Передаю слово следователю.

К трибунам вышел Черняев Дмитрий Игоревич, он бросил в мою сторону насмешливый взгляд, который тут же спрятал, повернувшись к судье.

— Ходатайствую об избрании высшей меры пресечения, а именно смертной казни в отношении Дубровского Виктора Игоревича. Ваша честь, обвиняемый замешан в двух убийствах и двух похищениях, я уверен, что это далеко не все его проступки. — Начал было следователь, но адвокат его тут же прервал.

— Ваша честь! Протестую. Всё это домыслы следователя Черняева. Прошу говорить по существу.

— Принимается. Дмитрий Игоревич, говорите только о фактах. — Осадил следователя судья.

— Прошу меня простить. Если говорить, по существу, то факты следующие. — Черняев стал расхаживать из стороны в сторону и перечислять, то и дело бросая на меня косые взгляды. — Мы нашли свидетеля, видевшего как люди Дубровского подожгли дом вместе с находящимся внутри нотариусом Фадеевы Фролом Алексеевичем. Так же у нас есть свидетели похищения Зуброва Ярополка Ивановича. Есть свидетели похищения Быкова Георгия Александровича. Вместе с этим проведена экспертиза крови, найденной в особняке обвиняемого. Экспертиза подтвердила, что кровь принадлежит Быкову Георгию Александровичу. На мой взгляд доказательства виновности Дубровского неоспа... — Договорить следователю не дали.

— Дмитрий Игоревич, ваше дело ознакомить суд с найденными доказательствами. Выносить какие-то суждения, это вне ваших компетенций. Займите своё место, если от вас что-то потребуется, я вас вызову. — Осадил его судья и указал молотком в сторону свободной лавки.

Черняев зло скрежетнул зубами и развернувшись обжег меня взглядом. Забавный он. Слишком переоценивает свою значимость. Ведь Черняев всего лишь наёмный рабочий, желающий получить от господина премию. Суд шел неспешно и размеренно.

Оно и понятно, нужно всех опросить, выяснить кто что делал и где находился во время произошедшего. Эх... Когда там уже дадут мне слово?

— Прокурор, можете вызвать первого свидетеля. — Разрешил судья.

— Сторона обвинения вызывает Тетереву Софью Валерьевну.

Двери распахнулись, и в зал суда вошла незнакомая мне девица в дорогом наряде. При этом она выглядела как простушка и вела себя так же. Да и наряд на ней сидел как на корове платье. Было заметно что ей неудобно в новой одежде. Готов спорить что эти тряпки она себе смогла позволить благодаря подачке от Богдана.

Кое-как добравшись к трибуне, она уселась на стул, и судья передал ей слово.

— Софья Валерьевна, прошу рассказать суду, что именно вы видели.

— Эммм. Здрасьте. Тут такое дело. Я была в гостях. Ой, то есть по делу у Фрола Алексеевича. — Ойкнула девушка и тут же залилась румянцем вспомнив пикантные подробности визита. — Мы почувствовали запах дыма и Фрол Алексеевич, спустился посмотреть, что же горит. Оказалось, что весь первый этаж объят пламенем. Я от переизбытка чувств была готова потерять сознание, как вдруг услышала, что за моей спиной бьётся стекло! Обернувшись, я увидела двух крепких мужчин в чёрных нарядах. Лица они скрыли. Схватили меня и вытащили в окно. От испуга я потеряла сознание, но в последние секунды увидела, как один из моих похитителей ударил пытавшегося спастись нотариуса по зубам и крикнул «Тебе привет от Дубровского». — Девушка как будто говорила заученный текст, так как в обычной жизни она подобные слова не использовала никогда. Закончив, она повернулась к судье и уставилась на него.

— Софья Валерьевна, вы назвали этих мужчин похитителями. Вас удерживали в плену? — Уточнил судья.

— Эээ, нет, что вы. Они просто спасли меня от пожара и всё. — Замялась девица.

— Прошу вас точнее выбирать формулировки. Прокурор, вам есть что добавить?

— Ваша честь. Согласно словам свидетеля, мы можем понять, что в убийстве Фадеева замешаны люди Дубровского Виктора Игоревича, тем более что у них ранее был конфликт.

— Протестую! Всё это домыслы. Любой уголовник может выкрикивать моё имя во время совершения преступлений, но это не означает что я к этому преступлению причастен. — Сказал я, встав со скамьи подсудимого.

— Подсудимый, ваш комментарий принимается. Однако соблюдайте регламент судебного заседания. Я ещё дам вам слово. — Посмотрел на меня судья поверх очков. — Виктор Игоревич прав. Есть ли ещё какие-то доказательства, которые могли бы указать на виновность подсудимого?

— Ваша честь! Доказательств нет, Дубровский спалил всё здание дотла. Он всё предусмотрел... — Начал было Богдан, но судья вышел из себя.

— Богдан Георгиевич. Ещё одно бездоказательное обвинение и я буду вынужден выписать вам штраф за клевету.

— Я вас понял. — Ухмыльнувшись сказал Богдан и плюхнулся на скамью.

— Ваша честь, прошу вызвать следующих свидетелей. — Сказал прокурор.

Двери распахнулись и в зал вошли три перепуганных парня. Увидев меня, они стыдливо спрятали глаза. Вот же сопляки. А я ведь их отпустил, ещё и еды с собой дал. Нужно было отдать их в ученики Антипу, чтоб жизнь мёдом не казалась. Парни заняли место на трибуне и пролепетали:

— Э-э-это он! Он нас похитил! — Выпалил один из мальчишек.

— Прошу рассказать подробнее. Где, когда и при каких условиях было совершено похищение. — Обратился к ним судья.

— Ну... Мы просто... — Замялся парень, но его выручил друг.

— Мы гуляли, а его гориллы нас схватили и уволокли в портал!

— С какой целью вас похитили?

— Эммм. Ну... Я не знаю. — Промямлил храбрец.

— Хорошо. Вы видели, как похитили вот этого человека? — Прокурор показал суду и свидетелям фотографию Зуброва.

— Да! Видели! Он там был. Вот этот дядька избивал его. — В меня тыкнул пальцем парень.

— Подсудимый, вам есть что сказать? — Обратился ко мне судья.

— Да, ваша честь. Хочу задать пару вопросов. — Я встал со скамьи подсудимых и улыбнувшись спросил. — Парни, подскажите чем именно вы занимались рядом с моей аптекой и почему у вас в руках были бутылки с зажигательной смесью?

— Ну мы... Эээ... Нас подставили...

— Ваша честь. Эти «свидетели», никакие не свидетели. Мои люди поймали их при попытке поджога аптеки. После нравоучительной беседы, я их отпустил. А нанял этих ребят для поджога никто иной как господин Быков. — Улыбнулся я, посмотрев на него.

— Протестую! — Выплюнул Богдан, вскочив как ужаленный. — Это всё домыслы!

— Домыслы? Тебе бы очень хотелось, чтобы так всё и было. Но нет. У меня тоже есть свидетель. Свидетель с чьей помощью ты и организовал поджог. — Я расплылся в улыбке и перевёл взгляд на судью. — Ваша честь, разрешите защите вызвать первого свидетеля?

— Разрешаю. И Виктор Игоревич, что я говорил насчёт разговоров без разрешения?

— Вы правы, прошу простить. — Улыбнулся я и приложив руку к груди, кивнул.

Распахнулась дверь и в зал заседаний вошли двое. Патриарх рода Зубровых Иван Васильевич и его сын Ярополк.

— Прошу, расскажите, как всё было на самом деле. — Обратился к ним судья.

— Давай сын. Поступи, по совести. — Сказал Иван Васильевич, подтолкнув Ярополка вперёд.

— Я действовал по приказу Богдана Быкова. — Сказав это Ярополк поймал на себе озлобленный взгляд Богдана. — Я нанял вот этих ребят для поджога аптеки. За выполнение работы пообещал заплатить им по пятьсот рублей. Во время поджога нас поймали люди Дубровского. После чего Виктор Игоревич передал меня отцу, ничего дурного не совершив. Он достойный человек.

— Выходит вас никто не похищал? — Уточнил судья.

— Совершенно, верно. — Заключил Ярополк.

— Я хочу сказать, что Виктор Игоревич достойный человек. Благодаря ему я узнал, что Быков Богдан Георгиевич шантажом заставил моего сына присягнуть ему на верность. Это низкий поступок. — Громогласно пророкотал отец Ярополка.

Эти слова заставили Богдана скрежетать зубами, а присяжных шептаться зыркая в сторону Быкова. Увидев такую реакцию на слова Зубровых, я невольно расплылся в улыбке. Ну как тебе такое самодовольный засранец?

— Свидетель, сейчас рассматривается дело Дубровского. Если у вас есть претензии к господину Быкову, то можете подать заявление, мы рассмотрим его в судебном порядке. — Сказал судья и перевёл взгляд на Богдана. — Господин Быков, два обвинения из четырёх оказались несостоятельны. Хотите вызвать кого-то ещё?

— Да, ваша честь. Несмотря на то, что Виктор Игоревич отлично маскируется под добропорядочного гражданина, есть неоспоримое доказательство того, что он похитил и убил моего отца. Прошу вызвать свидетеля, который собственными глазами видел, как Дубровский совершил похищение. — Богдан развернулся в сторону двери и придавил взглядом вошедшего свидетеля.

Свидетелем оказался один из гвардейцев, охранявших патриарха в палате. Вот только он сильно изменился. Кожа покрыта ожогами, видно, что каждое движение доставляет ему боль. Со страхом смотрит на Богдана.

— Свидетель, прошу рассказать суду о случившемся.

— Ваша честь, я капитан гвардии Пилипов. Клянусь честью офицера в том, что лично видел похитителя. У него была точно такая же комплекция, как и у обвиняемого. — Уверенно сказал капитан, а после не так бойко добавил. — Правда он прятался под маской...

— То есть вы не видели лица нападавшего и не можете с уверенностью сказать, что это был именно Дубровский? — Уточнил судья.

— Нет! Нет, это точно был он. Я уверен. — Выпалил капитан, поймав полный ненависти взгляд Богдана.

Немного подумав, судья сказал:

— Прошу позвать менталиста, я хочу удостовериться в том, что вы действительно видели нападавшего.

В зал вошел менталист и встав рядом со свидетелем, положил ему руку на голову. Спустя пару минут он прервал заклинание и сказал:

— Свидетель не врёт, всё так и было. Но нападавший был в маске, под которой мог скрываться кто угодно. Поэтому прошу не учитывать заявление свидетеля.

— Благодарю. Ваше замечание принято. — Сказал судья, но тут вскочил Богдан и заорал.

— Может и так, но как Дубровский объяснит найденную в его особняке окровавленную рубаху моего отца?

— А-ха-ха! Так ты же мне сам её подкинул. Ваша честь, если вы проверите воспоминания следователя Черняева, то увидите, что он... — Начал говорить я пока адвокат меня одёргивал. Но договорить я не сумел, судья ударил молотком по столу прервав меня.

— Прекратить этот балаган! Господа, вы обмениваетесь взаимными обвинениями, которые ни на чём не основаны. Это начинает порядком утомлять. Виктор Игоревич, Богдан Георгиевич, вы оба оштрафованы на десять тысяч рублей. — Поправив ворот рубахи старик сказал. — Господин Черняев, сейчас менталист проведёт проверку ваших воспоминаний.

От этих слов на лице Черняева возникла паника, тут же перекинувшаяся на Богдана. Я едва сдерживался чтобы не расхохотаться на весь зал. Что клоуны? Перехитрили сами себя? Проклятье, я выиграю это дело, даже без патриарха Быковых.

То, что он не пришел даже к лучшему. Ведь он мог встать на сторону любимого сынули. А мне такие сюрпризы ни к чему, тем более что я разношу Богдана по всем фронтам.

Менталист подошел к следователю Черняеву и протянул руку, чтобы считать воспоминания, но тот отдёрнул голову в ужасе. Судья потерял терпение, снял очки, потёр виски и как только он открыл рот чтобы что-то сказать, двери суда резко распахнулись.

Шаги вошедшего разносились эхом по залу заседаний, заставляя присутствовавших разинуть рты. В зал вошел Быков Георгий Александрович. Зараза. Я смотрю он зол как чёрт и непонятно на кого конкретно он зол. Надеюсь, что я не пожалею об его исцелении.

Глава 2

— Прошу покинуть зал заседаний до окончания процесса! — Выкрикнул судья и посмотрев в сторону амбалов подпиравших стены добавил. — Охрана, вывести его!

— Да? Ну и как вы собираетесь разобраться в причинах моей смерти, если вышвырните меня из зала суда? — Стальным тоном спросил патриарх рода Быковых.

В зале повисло гробовое молчание, и только Богдан вскочил со скамьи после секундного замешательства и рванул к отцу.

— Папа! Ты жив? Я так пере... — Слова Богдана застряли у него в глотке, так как Георгий Александрович наотмашь ударил его по щеке. — За что? — Прошептал Богдан, ломая дешевую комедию.

— Что здесь происходит?! — Выкрикнул судья, стуча молотком по столу. — Представьтесь и объясните какое отношение вы имеете к текущему уголовному делу. — Сказал он и сняв очки начал их протирать.

— Я князь Быков Георгий Александрович. Так уж вышло что господин Дубровский меня действительно похитил.

После этих слов по залу прокатилась волна шепота, создаваемая присяжными.

— Я же говорил вам! — Радостно выкрикнул Богдан, потирая щеку.

— Закрой свою пасть. — Рявкнул патриарх. — Вот только господин Дубровский похитил меня не с целью получить выкуп и уж точно не с целью убить. По сути, он спас меня от неминуемой смерти.

— Папа, что ты такое говоришь?! — Испуганно лепетал Богдан, а глаза его бегали по залу ища того, кто мог бы помочь спасти положение.

— Вот этот человек. — Патриарх ткнул пальцем в грудь Богдана, да так что тот едва не плюхнулся на задницу. — Решил захватить власть над моим родом. А чтобы это сделать, этот сучонок не придумал ничего лучше, чем отравить собственного отца.

— Что? Я не... — Договорить Богдан не успел, так как мощный удар опрокинул его на пол.

— Закрой свою пасть, пока я не выпотрошил тебя прямо здесь. — Прошипел Георгий Александрович и продолжил. — Долгие пять лет я тратил баснословные деньги выписывая лекарей со всей империи и даже за её пределами. Но никто! — Эхо громогласно разнесло его слова по залу заседаний. — Никто не смог мне помочь. Я думал, что это смертельная болезнь, которой ещё нет названия и оказался прав. Эту болезнь звали Богдан. Виктор Игоревич раскрыл мне глаза на то, кого я вырастил. Да возможно из меня вышел никудышный отец. Зато я истинный аристократ и не стану марать имя своего рода подобным наследником. — С презрением сказал патриарх и добавил. — Я Быков Георгий Александрович, отрекаюсь от Богдана и изгоняю его из рода Быковых. Теперь ты пустое место. — Патриарх сплюнул в лицо сыну и развернувшись удалился из зала заседаний.

— Папа! Это ошибка! Дубровский лжец! — Выкрикнул Богдан, протянув руку вслед уходящему отцу, а когда родовой перстень на его пальце рассыпался в прах, Богдан скорбно завыл. — А-а-а!!! Ненавижу!!! Тварь! Ты за всё заплатишь! Я вырежу тебе сердце!

Богдан потянулся к мане готовясь атаковать меня. Но я даже не сдвинулся с места, а просто продолжил смотреть этот замечательный спектакль.

— Охрана! Отведите господина Быкова в камеру. Пусть отдохнёт и успокоится. В любом из случаев мы уже услышали всё необходимое.

Охрана за долю секунды оказалась рядом с Богданом и немилосердно выкрутив ему руки надели наручники. Проклятье! А охранники матёрые ребята. Видать тоже почувствовали, что Богдан потянулся к мане и просто ждали отмашки судьи.

— Вы все пожалеете! Пожалеете! А-а-а!!! Пустите твари! — Верещал Богдан пока его тащили по полу на выход.

— Да уж. — Судья устало вздохнул и потёр виски. — Дамы и господа, полагаю на сегодня довольно драмы и лжи. Предлагаю удалиться в совещательную комнату для вынесения вердикта. — Судья встал с кресла, снял парик и протёр тряпочкой лысину.

Следом за ним поднялись двенадцать присяжных и отправились совещаться. Хотя исход дела и так был ясен.

— Господин Дубровский. Вас одновременно чертовски просто и сложно защищать. — Сказал адвокат и протянул мне руку.

— Ха-ха! Отчего же?

— Вы остры на язык, и это могло сыграть с вами злую шутку. Но в то же время вы чисты на руку и самостоятельно выстроили линию защиты так, что я местами чувствовал себя лишним на этом процессе. — Извиняющимся тоном сказал адвокат.

— Если бы не вы с господином Панфиловым, то я бы так и остался за решеткой до начала суда и не смог бы подготовиться. Поэтому не могу сказать, что вы были бесполезны. — Заметил я и пожал руку адвоката.

— Значит мы сделали общее дело. Поздравляю. Вас точно оправдают.

— Друг мой, я в этом даже не сомневаюсь. — Сказал я и посмотрел на дверь, в которую утащили Богдана.

Может стоило его убить? Мёртвые проблем не доставляют... Так-то оно так, но вот родственники убитых доставляют проблемы и ещё какие. Стоит вспомнить семейство Бакаевых. Если бы не их жажда мести, то весь их род по мужской линия был бы жив.

Будем надеяться, что Богдан подохнет с голоду, так как в своей жизни он мало что умеет кроме раздавания приказов. Хотя маг он, конечно, неплохой. Особенно когда употребляет стимуляторы.

Спустя двадцать минут вернулись судья и присяжные. Когда все заняли свои места, судья ударил молотком и объявил:

— Присяжные посовещались и вынесли вердикт. Дубровский Виктор Игоревич полностью оправдан. — С радостью в голосе сказал судья, видимо это заседание его порядком достало. Судья ударил молотком по столу и добавил. — Постановление вынесено и оглашено. Стороне защиты и обвинения будет выдан протокол. Можете с ним ознакомиться и обжаловать в судебном порядке, если с чем-то не согласны. Судебное заседание закрыто.

Народ начал расходиться, вот только следователь Черняев остался сидеть на месте. Его обступила охрана зала суда, не давая подняться.

— Виктор Игоревич. Подойдите. — Проскрежетал судья и я, не теряя времени приблизился. — Вы утверждаете, что следователь Черняев работал на Быкова и подбросил вам улики?

— Именно так ваша честь. Посмотрите на него и всё поймёте.

— Я уже понял. — Сказал судья, посмотрев на меня поверх очков и улыбнулся. — Что ж, тогда я попрошу вас написать заявление, на основании которого мы проведём внутреннее расследование. Если господин Черняев виновен, то на свободе ему больше не ходить.

— С превеликим удовольствием отправлю его за решетку. — Довольным голосом сказал я.

— Алиса, дай, пожалуйста, Виктору Игоревичу бланк. А после проведи заявление и запусти его как можно скорее в работу. — Краем глаза судья посмотрел на секретаршу.

— Александр Александрович, всё сделаем. — Девушка улыбнулась и порывшись в папке достала два экземпляра заявления. — Виктор Игоревич, нужно будет заполнить один бланк. Если допустите ошибку ничего страшного, просто перепишите заявление на чистом.

— Благодарю. — Сказал я и забрав бланки поцеловал девушке ручку, от чего она покрылась красными пятнами.

Аллергия на поцелуи или так у неё проявляется смущение?

Улыбаясь, я прошел через весь зал и сел рядом с Черняевым.

— Уважаемый, напомни, как тебя зовут? — Спросил я, занеся ручку над бланком.

— Черняев Дмитрий Игоревич, — на автомате выпалил следователь и спохватился, — а что? Вы чего там писать собрались? — Испуганно спросил он.

— Ну как же? Делаю вашу работу. Зло ведь должно быть наказано. А вы господин Черняев самый что ни на есть злодей. — Задумчиво протянул я, выводя буквы. — Вот и хочу чтобы вам воздали по заслугам.

— Виктор Игоревич. Родненький, пожалуйста, ну может как-то решим без вот этого всего? — Жалостливо проблеял следователь.

— А как же ваши вопли «Дубровский сволочь! Ты сядешь!» и всё в этом духе? — Насмешливо спросил я.

— Помутнение нашло. У меня порой бывает. Так увлекаюсь работой, что...

— Что подбрасываете улики невиновным? — Закончил я за него фразу. — Нет родной. Правосудие оно либо одинаковое для всех, либо его не существует. Как говорится, сушите сухари, господин Черняев. — Сказал я, поставив точку и взмахнув заявлениями направился к секретарю.

— Дубровский, прости... Прости меня... — Всхлипнул Черняев и мне бы было его жаль, если бы эта тварь не пыталась только что отправить меня на виселицу. Увы для таких сволочей у меня сострадания нет, только справедливость.

— Алиса, прошу. — Я протянул девушке бумаги.

Она, бегло просмотрев заявление сказала:

— Виктор Игоревич, мы сегодня же привлечём менталиста и просмотрим все воспоминания господина Черняева. Если там найдётся доказательство преступного сговора, то следователь будет уволен с государственной службы и отправлен на рудники. В любом из случаев я вас уведомлю об итогах расследования. Всего доброго. — Она мило улыбнулась и стрельнув глазками ушла.

А вот такие девушки мне нравятся. Она не знает обо мне ничего кроме того, что указано в папке с личным делом. Я для неё обычный парень. Да, граф, да владею фабрикой. Но кто из аристократов не владеет какой-либо промышленностью? Я для неё один из многих, но я ей нравлюсь. И это искренняя симпатия.

Впрочем, единственная девушка, которая меня сейчас заботит это Юлия. Юлия оставшаяся один на один с выжившим из ума стариком. Интересно станет ли он теперь пытаться выдать её замуж за нищего Богдана? Он ведь даже не аристократ теперь. Просто безродная шавка.

Мои мысли прервал подошедший гвардеец рода Быковых.

— Виктор Игоревич, Георгий Александрович попросил вам передать это. — Он протянул мне толстый конверт со сломанной сургучной печатью. На конверте красовалась надпись «Мышкин Сергей Юрьевич».

***

Одиночная камера в подвале суда.

Богдан, рыча, молотил кулаками по стальным прутьям, разбивая костяшки до крови.

— Суки! Выпустите меня немедленно! Я князь! — Орал он, срывая глотку.

— Слышь дурачок. Ротик свой прикрой, а то я тебе дубиной зубы подровняю. Все уже знают, что ты не князь, а отброс, который папаньку ухайдохать пытался. Получил то, что, заслужил. А если не хочешь новых проблем нажить, то, — Насмешливый тон охранника сменился злобным криком. — заткнись!

— Попомни моё слово падаль. И ты, и эти суки. Вы все мне заплатите. Я перебью вас одного за дру... — Договорить Богдан не успел. Сквозь прутья влетела дубина и тычком ударила по зубам разбив губы в кровь.

— Я ж предупреждал. — Покачав головой сказал охранник и вытер окровавленную дубинку о штаны. — Завали своё хлебало. А то ведь тебя заперли тут на сутки, и может так статься, что сутки спустя ты выйдешь отсюда инвалидом.

Богдан опалил охранника взглядом полным ненависти, но снова огрызнуться не решился. Камера узкая и от дубинки увернуться не получится, а магия в застенках не работает.

От осознания своей беспомощности он издал рык, который перешел в протяжный вой. Впервые в жизни Богдан потерял контроль над происходящим и это ему не понравилось.

***

Выйдя на порожки суда, я тут же был окружен толпой. Вот только в этот раз это были не репортёры, а мои друзья! Лев, Гриша, Михаил и Василий подхватили меня на руки и начали, раскачивая подбрасывать в небо.

— Не виновен! Не виновен! — Орали они, а девчонки, стоявшие рядом размахивали воздушными шарами.

— Ну всё, хватит! Да поставьте меня уже на землю! — Хохотал я, взмывая к небесам, но друзья продолжали веселиться.

Пришлось использовать синергию и создать крылья. Зависнув в воздухе, я принял вертикальное положение и рухнул в центр толпы.

— Зануда. — Буркнул Оболенский, обняв меня. — Мы знали, что ты невиновен.

— Я знал, что вы знали. — Засмеялся я.

— Ну что? Едем в ресторан, праздновать? — Весело спросил Львов оттеснив Гришу.

— Я только за.

— Эмм. Ребята, позвольте украду Виктора на минутку? — Стеснительно сказал Картаполов, и не дожидаясь разрешения выдернул меня из толпы.

— Эй! Не забудь его вернуть! Ведь нам ещё нужно напиться! — Прокричал Ершов нам вслед.

— Да, да. Обязательно. — Отмахнулся Михаил, отводя меня в сторону. — Слушай тут такое дело... — Замялся Картаполов, не зная, как начать разговор. — Я покопался в документах отца и обнаружил что в одном из рудников он устроил собственную тюрьму.

— Ого! Предлагаешь поймать Богдана и упечь за решетку? — Усмехнулся я.

— Идея хорошая, но я не об этом. Так уж вышло, что в нашей тюрьме сидит твой дядя... — Миша замолчал и в воздухе повисла пауза.

Эмм. Что? Мой дядя? Я был уверен, что все без исключения Дубровские были убиты. Это что же получается? У меня есть дядя? Родной мать его дядя? Проклятье. А как с ним общаться? Если я правильно понимаю, то это тот самый дядя, владеющий магией природы. Правда это всё что я о нём знаю.

Да какая к чёрту разница?! Род Дубровских отныне лежит не только на моих плечах! Вот это новости! Родной человек нашелся!

— Миша, твою за ногу! Ты чего замолчал?! Вызывай машину, едем срочно освобождать его! — Выпалил я с радостной улыбкой заключив Картаполова в объятия.

— Нет нужды куда-то ехать. Мои люди уже освободили его. Твой дядя в моём поместье. Жизни его ничего не угрожает, но есть нюанс... — Михаил снова замялся заставив меня нервничать.

— Чего шушукаетесь? — Спросил Львов обрушив на наши плечи свои лапища.

— Оказывается у меня есть дядя. И он жив. — Озадаченно сказал я, смотря на скорбное лицо Картаполова.

— Ого! Так это же отлично! Зови и его в кабак! Отметим, считай два радостных события за один день. — Сказал Львов и посмотрев на Картаполова тоже помрачнел. — Всё не просто, да?

— К сожалению да. — Констатировал Миша.

— Ребята! Простите, но на сегодня праздник отменяется. Отметим в другой день. Всех соберу в моём особняке. У меня появились неотложные дела. — Извинился я и услышал разочарованные вздохи.

— Дубровский, ну какие могут быть дела? Ты только из тюрьмы вышел... — Печально сказал Оболенский.

— Гриш, дела рода, превыше пьянок. Сам понимаешь.

— Да понимаю, понимаю. Тогда на твою попойку я приведу девчонок и это не обсуждается. — Безапелляционно сказал Гриша и улыбнулся.

— Договорились.

— Не знаете зачем ему девчонки, если он не отходит от Кошкиной? — Спросил Львов.

— Видимо хочет чувствовать, что в любой момент может воспользоваться мнимой свободой. — Хмыкнул я.

— Вольный охотник, вольный стрелок, улёгся прямо у стройных ног. — Задумчиво сказал Картаполов.

— Миша, ты, конечно, поэт тот ещё, но что насчёт моего родича? — Вернул я Картаполова к самой важной теме.

— Ах, да. Прости. Машина внизу. Можем выезжать.

— Я с вами. — Отозвался Лев.

— Если я скажу нет, то ты ведь всё равно поедешь? — Спросил я.

— Само собой. Познакомиться с выжившим родственником моего друга, это святое дело! Ты то всю мою родню знаешь, а я твою нет.

— Дурак. — Усмехнулся я. — Ты и есть моя родня.

— Да иди ты. — Дрогнувшим голосом сказал Лев, мои слова его явно растрогали.

Спустившись вниз, мы сели в чёрный автомобиль и двинули по просторным улицам Иркутска. Я мог открыть портал в Ангарск и уже через полчаса мы бы были в особняке Картаполова, но спешить не хотелось. Напала какая-то задумчивость, ведь я совершенно не понимал, как дальше будет строиться моя жизнь.

— Миш, а сколько времени он просидел в вашей тюрьме?

— Согласно бумагам около трёх лет. — Извиняющимся тоном сказал Картаполов.

— Посмотри на меня. — Сказал я, видя, что Миша прячет взгляд. Робко он заглянул мне в глаза. — Ты ни в чём не виноват. Твой род не виноват. Всё это сделал твой отец. Он мёртв и к нему у меня больше нет претензий. Всё это в прошлом. А ты мой друг. И это не изменится.

Ну вот. Ещё один растроганный. Видимо у Миши внутри скопилось не слабое напряжение, так как он всхлипнул и заплакал навзрыд. Пришлось его успокаивать.

— Я боялся, что ты меня не простишь... — Вздрогнул Картаполов.

— А ты тут причём? Ты только начал перенимать дела отца, а дядя в тюрьме уже три года, это не твоих рук дело. Всё хорошо. Успокаивайся.

Три года в тюрьме... Полагаю тюрьмы в Сибирских рудниках, это то ещё испытание. Холодина, сырость, хреновая кормёжка, побои. И как он смог выжить? Да уж. Мой дядя кремень! Интересно какой он? Судя по длительности заключения, он должен был сильно поменяться и стать измученным и серьёзным. А каким он был в молодости?

Вопросы кружились в голове сменяя друг друга. И ни на один из них у меня не было ответа. Кстати, забавно получается. Если это тот дядя, о котором я думаю, то в бумагах моего отца было написано, что Картаполов его убил. Как же его звали? Вроде бы Тихон Тихонович Продубровский? Выходит, он не умер, а был пленён? Или это не тот дядя?

Мои мысли прервала машина, остановившаяся у порога в особняк Картаполовых. Двери открылись, и мы выбрались наружу. Солнышко светит, птички поют, лёгкий ветерок морозит лицо.

Осмотревшись, я заметил, что правое крыло особняка Михаила уже отремонтировано. Нападение Богомолова было так давно, что я о нём уже успел позабыть. Если бы не подпалины, оставленные на камне особняка, то я бы усомнился в том было ли это на самом деле или просто приснилось.

— Прошу за мной. Твой дядя размещён в моём кабинете. — Сказал Михаил и первым вошел в особняк.

Мы поднялись на пару этажей вверх, и проходя мимо оранжереи я улыбнулся.

— Миша, помнишь в окно оранжереи влетела птица? Тебе тогда ещё отрезало мочку уха. — Сказал я и Картаполов тут же схватился за ухо, на котором осталась тонкая полоска шрама.

— Это был Клювик? — Спросил Миша.

— Ты догадался? — Удивился я.

— Пару месяцев назад, когда увидел твоего коршуна поближе, то всё понял.

— Да, не с того у нас началось общение. — Задумчиво протянул я.

— Мне нужна была порка, чтобы прийти в себя. Спасибо, что вернул мне мою жизнь. Потому что я жил жизнью, которую мне навязал отец. — С болью сказал Миша и остановился. — Мы пришли.

Он указал на кабинет и толкнул дверь.

Глава 3

Войдя в кабинет Михаила, я увидел прямоугольный кусок плоти, из которого торчала голова. Мужчина лежал на диване и смотрел в потолок. Чёрные волосы, подёрнутые сединой. Лицо, изрытое глубокими морщинами. Он лежал и насвистывал под нос какую-то мелодию. Как только дядя заметил меня, то тут же радостно выкрикнул:

— Племяш! Сколько лет, сколько зим?! — На лице мужчины расцвела счастливая улыбка, а вот я, смотря на него не спешил улыбаться.

Нюанс, про который говорил Картаполов, вышел больно шокирующий. Пройдя вглубь кабинета, я сел на край дивана и спросил.

— Тихон Тихонович, как вы...? — Я посмотрел на место, где должны были быть руки.

— А ты про это? — Усмехнулся он. — Ничего страшного. Сдал их в химчистку вместе с ногами. Скоро должны вернуть.

Услышав такой первостатейный бред, я не смог сдержаться и расхохотался. Дядя поддержал мой смех, а вот друзья смотрели на нас как на придурков.

— Племяш. Мы ж родные, давай на ты. Козе в трещину эти формальности. — Улыбаясь сказал Тихонович.

— Смотрю ты в бодром расположении духа.

— Ну а как иначе? Ещё день назад я сидел в тюрьме Картаполовых, а нынче лежу на диване моего покойного врага. Ха! Вот так хохма. Я до сих пор жив, а он нет! — Радостно выпалил Тихон и замявшись посмотрел на Картаполова. — Михаил, ничего личного.

— Да ничего страшного. Отец был тем ещё чудовищем. — Отозвался Михаил и потянул на себя дверь. — Вижу вам нужно многое обсудить. Не будем мешать.

Дверь захлопнулась, оставив нас наедине.

— Михаил мне всё рассказал. Даже удивительно что Картаполовы пытавшиеся нас уничтожить, теперь служат Дубровским. Жизнь воистину полна чудес. — Сказал дядя и посмотрел на столик, стоящий у изголовья дивана. — Если не трудно, пододвинь вон тот бокальчик.

Я придвинул к Тихону чашу, покрывшуюся испариной к дяде. Из чаши торчала трубочка. По аромату содержимого я сразу же узнал коньяк, сделанный Вадимом.

— Кстати этот коньяк сделал мой человек. — Заметил я, когда дядя зажмурился от удовольствия потягивая ледяной алкоголь.

— Даже так?! Приятно удивлён. Если я тебе наскучу, то можешь утопить меня в бочке с коньяком. Лучшей смерти и представить нельзя. — Ухмыльнулся он.

— Обязательно так и поступлю. — Хмыкнул я и серьёзно сказал. — В родовых бумагах я нашел твой некролог. Писали, что Картаполов убил тебя в одном из сражений. Как ты смог выжить?

— Хех! Ну не сказать, что он прямо-таки убил меня, хотя было близко. Да и не убивают хранителей родовых артефактов. Таких, как я, берут в плен и пытают годами напролёт, пока не расскажем, где хранятся фамильные ценности. Как видишь Картаполов знал толк в пытках, правда это ему не помогло. — Хитро прищурившись сказал дядя.

— Ты не раскололся? — Спросил я, уважительно покачав головой.

— Ха-ха! Смеёшься? Он меня разделывал днями и ночами. Конечно, раскололся! Более того! Я знал, что расколюсь. — Самодовольно заявил Тихонович присосавшись к коньяку. — Поэтому, когда стало очевидно, что поражение неизбежно, я провернул один фокус. — Дядя заглянул мне за плечо и взглядом попросил приблизиться. — Я был довольно мощным магом природы и смог призвать древесного дракона. Вышел он мелким, но и его размеров хватило, чтобы заглотить фамильные реликвии и нырнуть в изнанку.

Услышав это, мои глаза расширились от удивления. Создал древесного дракона? Да даже я в прошлой жизни был на подобное неспособен. Нет, используя мощь Иггдрасиля, я смог бы провернуть подобное, но я крайне сомневаюсь, что Урфин занял сил Тихоновичу. Мои мысли прервал смех дяди.

— Видел бы ты лицо Картаполова, когда он узнал, что фамильные реликвии где-то на глубине изнанки. А самое замечательное то, что я вложил в дракона всю свою ману, а вместе с этим и десяток крупных макров. Теперь он может жить автономно десятилетия напролёт! Понимаешь? Можно сказать, что я создал живое существо. Теперь у него только одна цель, бесконечно развиваться и прятаться.

Я отстранился, переваривая услышанное, а дядя весело продолжил.

— Племяш, если бы я мог, я бы показал тебе как это делается. А так, сам видишь, маг из меня нынче никудышный.

Смотря на него, я ощущал, что ядро маны разрушено. К счастью, я знаю, как его восстановить. Ведь я уже прошел путь от бездаря не чувствующего потоки маны, до абсолюта.

— Расскажи про дракона. — Попросил я Тихоновича.

— Да чего про него рассказывать? Маны у меня оставалось немного, поэтому получился он размером чуть больше собаки. Морда клыкастая, лапы когтистые. Дракон как дракон, особо сказать нечего. — Задумчиво сказал Тихон и добавил. — Кстати, если есть желание, то можешь поискать фамильные реликвии. Я до сих пор чувствую, что мой дракончик жив.

— Судя по описанию дракона там реликвий было с гулькин член. — Усмехнулся я.

— Может и так. Но член у этой «гульки», вышел крайне ценный. — Хмыкнул дядя. — Ведь это остатки фамильных ценностей, ради которых твой род положил свои жизни. — Впервые серьёзно сказал Тихонович.

— Их жертва не будет напрасна. — Я похлопал дядю по груди и тот снова повеселел.

— Виктор Игоревич, етить тебя за ногу. Да наша жертва уже не напрасна. Род Дубровских жив и как я слышал процветает. Всё не зря.

— Ещё как процветает. У нас есть куча аптек, фармацевтическая фабрика, производство коньяка, охранное предприятие, один заказ государственной важности, гигантская теплица, ферма и много чего ещё в планах. Скоро ты всё это увидишь, а пока набирайся сил. — Сказал я и увидел, как дядя снова присосался к коньяку. — Или напивайся до потери пульса.

— Ха-ха! Хороший алкоголь лучше любых лекарств! Лечит и душу, и тело. Как будет время покажи мне всё, а то ведь я за эти три года кроме обледеневших камней и не видел ни черта.

— Обязательно покажу.

Я вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. В коридоре меня ждали Картаполов и Львов.

— Виктор, мой отец знает отличного протезиста. Если нужно, ты только скажи. — Львов с жалостью посмотрел на меня.

— А чего такой траурный голос? — Укорил я друга. — Дядя не унывает. У него всё отлично. Пережил своего врага. Да, немного растерял запчасти, но не смейте ему об этом напоминать своим жалостливым тоном. Жалость унижает мужчину и делает его слабым.

— Прости. Я просто... — Замялся Лев.

— Я понимаю. Ты хотел как лучше. Я это ценю. Если дядя решит, что ему нужны железяки вместо рук и ног, то мы обязательно воспользуемся предложением. Правда у него даже некуда закрепить эти протезы. Руки и ноги срезали начисто.

Из кабинета донёсся громкий хохот и крик Тихоновича:

— Спасибо Картаполычу, что яйца мне не отрезал! Вот это была бы трагедия! А руки с ногами, ерунда! А-ха-ха!

— Ты, конечно, извини, но дядя у тебя странноватый. — Сказал Миша после слов Тихоновича.

— После таких пыток это и не удивительно. — Покачал головой Лев и добавил. — Хотя Дубровский тоже не самый обычный парень.

— Ха-ха. Да, моих причуд хватит чтобы устроить вам весёлую жизнь, наполнив её захватывающими историями. — Усмехнулся я и посерьёзнев сказал. — Никто не должен знать о том, что мой дядя жив. Миш, если не против, то пусть он пока погостит у тебя. Как только я решу проблему с Плющовым, то сразу же его заберу, а пока у нас небезопасно.

— Конечно. Я уже к нему приставил служанку. — Михаил настороженно посмотрел на дверь и шепотом добавил. — К которой твой дядя мгновенно начал приставать.

Видимо три года в тюрьме до пределов обострили слух Тихоновича, так как он тут же откомментировал слова Картаполова.

— Михаил Евгенич! Ну ты видел её сиськи? Там же бидоны настоящие! А я не железный! Три года баб не видел! — По голосу было слышно, что он уже захмелел.

Расплывшись в улыбке, я покачал головой.

— Миш, пригласи, пожалуйста, пару элитных путан. Они должны быть красивы, готовы на всё, а заодно держать язык за зубами.

— Спасибо племяш! Вот ты человечище! От души! — Опять заорал Тихонович.

— Главное, чтобы он держал язык за зубами. — Настороженно сказал Миша.

— Да ради шлюх, я этот чёртов язык проглочу! — Рявкнул Тихон Тихонович.

Слова дяди заставили нас рассмеяться до слёз. Да, судьба подкинула мне очень интересного родственника. Что-что, а радоваться жизни он умеет как никто другой. Вытерев выступившие слёзы Картаполов, сказал:

— Кстати, свадьба состоится через неделю. Прошу всех быть при параде, для нас с Машей это очень важный день. — Сказал он явно нервничая.

— Не переживай. Оденемся так, что сам император обзавидуется. — Хихикнул Лев.

Я собирался пошутить, но почувствовал, как Грувдарг тянется к моему разуму желая поговорить. Одновременно вести две беседы желания не было.

— Ребят, спасибо вам огромное за поддержку. Я это очень ценю. Но мне нужно бежать.

— Куда на этот раз? — Спросил Лев.

— По делам. Есть один важный разговор. — Грувдарг начал ломиться в мой разум ещё интенсивнее, и я добавил. — И он не терпит отлагательств.

— Дубровский, ты самый занятой человек из всех, кого я знаю. Надеюсь, ты не станешь тянуть с посиделками. Всё-таки нужно отметить твоё освобождение. — Сказал Лев и протянул мне руку.

Попрощавшись с друзьями, я спустился на первый этаж и вышел за порог особняка. Как только я преодолел половину пути по лестнице, появился Грувдарг.

— Виктор Игоревич, это безусловно моё дело. — Перешел он в наступление, хотя я ещё не сказал и слова. — Ведь и ты, и твой дядя являетесь моими адептами. Поэтому я запихну свой нос в ваши дела. — Улыбаясь сказал Грувдарг.

— Гру, не мог подождать пока я перемещусь в особняк?

— Я пытался поговорить с тобой пока ты стоял у кабинета Картаполова, но ты отгородился от меня. — Обиженно фыркнул дендроид в человеческом обличье. — Да и тут разговор на пару минут. Нет смысла ждать пару дней пока ты найдёшь для меня время.

— Ладно, говори.

— Есть шанс поставить твоего родича на ноги. Руки тоже починим. — Заговорщически шепнул Грувдарг и сделал театральную паузу.

— Гру, не томи. Ты можешь заставить его конечности регенерировать?

— К сожалению нет, он ведь не ящерица. Это будет не регенерация в привычном смысле этого слова, а скорее создание новых конечностей. Выглядеть это может странно, но в целом он станет полноценным человеком. — Прорекламировал он свои услуги.

— Но? — Спросил я, скептически посмотрев на покровителя.

— А ты проницательный. Но и правда существует. — Ухмыльнулся дендроид. — Мне нужно повысить свой уровень.

— Тьфу ты. Я думал, что действительно что-то проблематичное. Говори сколько тебе потребуется макров и сегодня же закупим нужное количество.

— Видишь ли, тут есть одна проблемка. — Замялся Гру.

— Ещё одна?

— Скорее это продолжение текущей проблемы. Мой уровень достаточно высок, и чтобы снова эволюционировать, мне потребуются макры стоимостью в жалкий миллиард рублей...

Услышав сумму, я невольно сглотнул.

— Дружище, даже если мы тебя на аукционе продадим, то вряд ли кто-то сможет заплатить нам столько.

— Так и есть. Если повышать уровень макрами, то их потребуется невероятно много. А вот если я буду пожирать божественную энергию... — Он замолчал и с улыбкой уставился на меня.

— А-ха-ха! Ах, ты чёрт хитрый. Решил таким образом ускорить возрождение своего отца? Ты моему дяде конечности, я твоему отцу жизнь? — Расхохотался я.

Грувдарг с самодовольным выражением лица не сказал ни слова, лишь пожал плечами.

— Ладно. Ты прав. Сейчас удачное время, чтобы вернуться и забрать ключи у божественных зверей. Тем более что их осталось всего двое. Если повезёт, то за сутки управимся.

— Вот это другой разговор. — Довольно пробасил Грувдарг и я открыл портал в Виразиил.

***

Пятью минутами ранее.

— Михаил! Что там насчёт путан?! — Прокричал Тихон Тихонович, так что в коридоре его голос был слышен, как будто он орал прямо на ухо Картаполову.

Лев и Михаил стояли в коридоре смотря как Дубровский спускается по лестнице.

— Ладно Мишань. Вижу у тебя тут дел невпроворот. Не буду мешать. Главное скажи своей невесте, что будешь шлюх вызывать не для себя, а для дяди Виктора, а то свадьба может и не состояться из-за недопонимания. — Улыбнувшись сказал Лев.

— Ты прав. Пожалуй, прямо сейчас ей и позвоню, а уже после дам задание дворецкому, найти пару ночных бабочек. — Озадаченно сказал Михаил и достал мобилет.

— Ладно, я пошел. Не скучай.

— Ага. С таким гостем заскучаешь... — Вздохнул Картаполов и набрал номер возлюбленной.

Львов направился в сторону лестницы, и спустившись на один пролёт оглянулся. Михаил шел в дальнюю часть коридора разговаривая по мобилету.

— Отлично. — Прошептал Лев и на цыпочках покрался вслед за ушедшим Дубровским.

Спустившись на первый этаж, он увидел, что Виктор разговаривает с богом покровителем.

— Ладно. Ты прав. Сейчас удачное время, чтобы вернуться и забрать ключи у божественных зверей. Тем более что их осталось всего двое. Если повезёт, то за сутки управимся. — Сказал Дубровский и похлопал дендроида по груди.

— Вот это другой разговор. — Довольно пробасил Грувдарг.

Дубровский вытянул руку и из ниоткуда в ней материализовался портальный камень. По каналам Виктора хлынула мана, а через мгновение открылась портальная арка, через которую были видны огромные горы костей.

— Твою мать. Виктор, куда ты собрался? Уж не в тот ли мир, о котором рассказывал? — Прошептал Лев, а когда в портальной арке исчез Дубровский, рывком распахнул дверь и на всём ходу запрыгнул в стремительно закрывающийся портал.

***

Попав в Виразиил я посмотрел на красное небо и зажмурился от пыльного ветра швырнувшего в лицо прах от поверженных демонов. Да, кругом разруха, а адепты демонов смотрю даже не думают сюда соваться и пытаться хоть что-то восстановить. Ну и славно, у меня нет ни малейшего желания с кем-либо сражаться без веской причины.

Я собирался призвать Клювика, чтобы он доставил нас к берегам Фозота. Но за спиной послышался мат и грохот разлетающихся костей.

— А-а-а!!! Сука! — Выкрикнул Лев стряхивая с себя белёсую пыль, облепившую его с ног до головы. — Апчхи! — Чихнул он, а после ещё десяток раз.

— Ты какого чёрта тут делаешь? — Опешил я, увидев друга.

— Решил собственными глазами посмотреть на новый мир. От тебя ведь приглашения не дождёшься. — Улыбаясь сказал чумазый качок.

— Виктор Игоревич, я очень понимаю вашего друга. — Поддакнул Грувдарг. — Я тоже долгое время ждал приглашение на воскрешение отца. Пришлось торговаться. А вот он нашел свой способ получить желаемое. Так что не суди его строго.

— Адвокат хренов. Ты вообще на чьей стороне? Ты мой бог покровитель. Бери мою сторону! — Наигранно возмутился я. — Ладно, чёрт с вами, проведу экскурсию. — Сжалился я.

— Как великодушно с вашей стороны Виктор Игоревич. — Насмешливо сказал Лев и театрально поклонился. — Это ты устроил это побоище? — Спросил он, посмотрев на горы костей.

— Частично я, частично вот этот парень. — Я ткнул пальцем в Грувдарга и тот распрямил спину гордо задрав голову.

— Маньяки. — Прошептал Львов. — Это же геноцид какой-то.

— А тебе жалко демонов, которые поработили целую страну? Местных жителей они сделали наркоманами. Более того эти рогатые твари, пожирали людей, а часть пленников пускали на переработку, чтобы создать новых демонов. Одним словом, и я, и Грувдарг чертовски довольны тем, что устроили здесь резню.

— А что такое переработка? — Настороженно спросил Лев.

— Это когда тебя забрасывают в инкубатор, который растворяет твою плоть и поглощает душу. А после из этой субстанции создаёт нового демона.

Сжав кулаки Лев, сказал:

— Жаль, что меня здесь не было, я бы с радостью вам помог.

— Как видишь мы и сами неплохо справились. Ладно, не будем здесь задерживаться. Время ценный ресурс.

Я призвал Клювика, и мы полетели над пустынными землями, где когда-то царствовала великая армия демонов. По пути я травил байки, рассказывал, как прикинулся Виктусом Дубусом, а после и Ридусом Брадусом. Лев хохотал и не мог поверить, что это действительно произошло со мной.

Спустя три часа мы стояли на Виразиильском берегу реки. Вода была красно-бурого оттенка и текла куда-то, вниз создавая завихрения. Очевидно, здесь куча порогов, образованных камнями, а может и утонувшей техникой Гистуса. Ведь за тысячелетия здесь проходили сотни боёв.

На берегу Фозота клубились зелёные облака тумана. Выглядело всё это чертовски загадочно и местами пугающе. Ведь такого же цвета были и облака моих грибных спор, которые были способны убить противника за пару мгновений.

— А это что там? — Удивлённо спросил Лев ткнув пальцем в зелёную дымку.

— Это нам и предстоит выяснить. Но уверен, что ничего хорошего. — Сказал я посмотрев вдаль.

— Я сделаю мост. — Пророкотал Грувдарг и вскинув руки заставил мощные корни вырваться из земли.

Корни перекинулись через реку и забурились в противоположный берег. Как только древесина прикоснулась к зеленоватому туману, то в воздух тут же поднялись белёсые облака дыма.

— Какого чёрта там происходит? — Спросил Лев.

— Этот туман растворяет дерево. — Ответил Грувдарг.

— Выходит это кислотные облака или что-то в этом роде. — Задумчиво проговорил Лев.

— Выходит, что так. — Помолчав пару секунд я повернулся к другу. — Раз уж ты с нами, то я воспользуюсь твоей силой.

— Мне это уже не нравится. — Улыбнулся Лев.

— О-о-о. Когда ты узнаешь о моей задумке, тебе она понравится ещё меньше.

— Я весь внимания.

— Некоторые кислотные испарения огнеопасны. — Сказал я и замолчал.

— Дубровский, ты из ума выжил? Хочешь взорвать кислотное облако, которое накрывает целый континент? — Опешил Львов.

— Ну нам ведь всё равно нужно уничтожить божественного зверя. После такого взрыва он точно не выживет. Так что да. Я хочу попробовать. Я получу часть ключа, а ты сможешь рассказать отцу какой взрыв ты смог устроить. Не переживай. В случае чего, я успею утащить нас в карманную реальность.

— Чёрт с тобой. Но если мы подохнем, это будет на твоей совести. — Покачал головой Львов и начал создавать огненный шар.

— О чём ты говоришь? У него нет совести. — Усмехнулся Грувдарг.

— Вот да, только тебе меня и попрекать, деревяшка вороватая.

— А я то чего? — Искренне возмутился покровитель.

— А не ты ли всю дорогу воруешь макры и всё что можно сожрать?

— Отстань! Я просто голоден! Если бы ты чаще меня кормил, то я бы никогда... — Договорить он не успел.

Лев сплёл заклинание и между его ладоней сформировался полуметровый огненный шар. Размахнувшись, он зашвырнул его в зелёное облако.

— Ложись! — Рявкнул я, сплетая над нами кокон из лоз.

Глава 4

Огненный шар, шипя, ворвался в зелёное облако и исчез в нём. А мы всё продолжали лежать, укрывшись стеной из лоз. Но взрыва так и не последовало.

— Шар уже должен был долететь. — Сказал Лев.

— Проклятье. Видимо моя теория провалилась. — Выругался я, развеивая защитный барьер.

— Оно и к лучшему. — Хмыкнул Грувдарг.

На противоположном берегу по-прежнему клубились зелёные облака тумана, обещая растворить всё что в них попадёт.

— Может эта дымка растворила и моё заклинание? — Спросил Лев.

— Возможно и так. Пойдём, посмотрим. — Сказал я и направился в сторону моста.

— Виктор, может не стоит? — Спросил Лев, но его остановил Грувдарг.

— Оставь его. Ты же знаешь, что он всё равно сделает то, что считает нужным.

Я шел по деревянному мосту, раскинувшемуся над бурной рекой. Бурая жижа пенилась и плескалась, пытаясь хоть как-то достать пешеходов решивших пересечь воду не замочив ног. Мост у Грувдарга вышел загляденье. Мощные дубовые опоры, вензеля из лоз. Он был чертовски прочен и даже не думал раскачиваться.

Не дойдя десяти метров до тумана, я остановился и посмотрел на тлеющую древесину, коснувшуюся тумана. Древесину разъело так словно на неё воздействовала некротика. Хмм... Интересно как Гистус и Айнар сумели в своё время победить народ Фозота? Ведь к ним чисто физически невозможно проникнуть.

Ладно, есть у меня одна идейка. Я потянулся к мане и создал на противоположном берегу реки рододендрон. Это незатейливое растение любит кислую почву, а после усиления его свойств... А нет, растение погибло быстрее чем, успело укорениться... А если так?

Я раз за разом пытался менять свойства растения, скрещивать его с другими видами, убирать лишнее из структуры и добавлять что-то ещё.

— Да твою мать! — Выругался я после тридцатой неудачной попытки и начал всё заново.

Пока я экспериментировал, Грувдарг и Лев, молча стояли за моей спиной и наблюдали за процессом. Каждые пять минут я отбрасывал десяток комбинаций растений и начинал конструировать всё по новой.

Спустя три часа я скрестил можжевельник с фикусом. Получился невысокий кустарник с разлапистыми листьями и огромными белыми цветами. Увидев, что растение прижилось, я ликующе вскинул руки вверх!

Пришлось у гибрида выкрутить на максимум обмен веществ. Благодаря этому он с ужасной скоростью стал, вытягивал из земли полезные вещества, пуская их на восстановление листьев, которые кислотные облака пытались сжечь.

Суть гибрида была в следующем. Можжевельник отвечал за выживание гибрида, а фикус за очистку окружающего воздуха от токсинов.

Помимо этого, я сделал так что растение будет размножаться через корневую систему. А корни её распространяются не вглубь, а вширь, лишь на несколько сантиметров прячась под землёй от кислоты.

Подождав пару минут, мы увидели, как слева появился ещё один гибрид, а потом ещё и ещё. Облако зелёного тумана пусть медленно, но начало таять, позволив разглядеть пару метров берега.

— Да уж. Такими темпами уйдёт месяц прежде, чем твои цветочки очистят континент. — Скептически подметил Грувдарг.

— Если господин покровитель, желает показать мастер класс по очистке загрязнений, то милости просим. — Сказал я, указав рукой в сторону тумана.

— Не, не, не. Я молчу. Отличный метод. — Подняв руки к груди заявил дендроид. — Главное, что мы сдвинулись с мёртвой точки.

— Если возражений и предложений нет, то придётся немного подождать и вернуться сюда позднее.

— Опять ждать. — Тяжело выдохнул Грувдарг и закатил глаза.

— Не бухти. — Сказал я и увидел немой вопрос на лице Льва.

— И это всё? Возвращаемся назад? Я ведь даже ничего толком не увидел кроме кучи костей и тумана. — Разочарованно сказал он.

— Нет мой друг. Сперва мы заглянем в заснеженные пустоши. Познакомлю тебя с местным правителем. — Я подмигнул Льву понимая, что встреча его явно не разочарует.

***

Иркутский областной суд.

— Всё, вали отсюда. — Рявкнул охранник, толкнув Богдана вниз со ступенек.

Пробежав десяток ступеней, Богдан повернулся и с ненавистью посмотрев на охранника потянулся к мане. Красноватое свечение луны освещало лицо охранника, а ярость заставляла показать этому выродку, где его место. Богдан готовился испепелить наглеца по проходящий мимо патруль полицейских заставил умерить свой пыл.

— Ещё свидимся. — Зло сказал несостоявшийся глава рода и двинул в сторону дороги.

— Надеюсь, что твою морду больше не увижу. Выскочка малолетний. — Фыркнул охранник и закурил.

Скрежеща зубами, Богдан подошел к единственному работающему таксисту и плюхнулся на заднее сиденье.

— В особняк Быковых. — Коротко бросил он, не удостоив водителя даже косого взгляда.

— Запросто. Только оплата вперёд. — Таксист захлопнул дверь и выжидающе посмотрел на пассажира через стекло заднего видения.

— Когда доедем расплачусь. — Недовольно буркнул Богдан, понимая, что в кармане нет ни гроша, проклятый охранник при обыске забрал себе всё что было.

— Э нет барин. Я задарма не работаю. — Разочарованно протянул таксист.

— Поехали тебе говорю. Живо! — Прикрикнул на него разъярённый изгнанник рода Быковых.

— На родителей своих будешь кричать. Молокосос. Выметайся из машины. — Зло прошипел таксист и достав нож из сапога повернулся к пассажиру.

— Вот это другой разговор. — Хищно улыбнулся Богдан, и схватив мужика за предплечье выплеснул поток маны.

Волна пламени соскользнула с рук Богдана и за долю секунды окутала извозчика с головы до ног. Истошно вопя, водитель забился в агонии стараясь сбить пламя. Но всё было тщетно. Богдан открыл дверь и увидел, что к ним бежит патруль полицейских.

— Твою мать. — Выругался он и сплюнув на асфальт, со всех ног рванул прочь с места преступления.

Настроение у Быкова стало максимально паршивым. Проиграл дело, папаша выздоровел и изгнал из рода, закрыли в камере, охранник ударил по зубам и обокрал, так теперь ещё и этот проклятый таксист. В обычной жизни он бы не обратил на него никакого внимания. Но сейчас просто не смог сдержать гнев рвущийся наружу.

Богдан накинул покров маны и выбежал из города. За ним никто не гнался, вот только он этого не знал и продолжал бежать. Спустя полтора часа он добрался до Курминского пролива, где располагался родовой особняк. До боли знакомые стены встретили его яркими огоньками, снующими туда-сюда. На душе стало немного теплее.

— Опустить мост! — Рявкнул он, встав на высокий камень, чтобы его было видно с крепостных стен.

— Кого там чёрт принёс? — Возмущённо спросил начальник охраны всматриваясь в темноту.

— Вот сука. Он что издевается? — Прошипел Богдан. — Это твой господин! Забыл мой голос что ли?! — Выпалил Богдан.

— Нет у меня такого господина! Мой господин Быков Георгий Александрович, а ты псина безродная! Проваливай, пока ненароком тебя не подстрелили! — Насмешливым тоном выкрикнул начальник охраны.

— Ты что себе позволяешь?! Немедленно позови отца! Я хочу с ним поговорить! — Задохнувшись от возмущения заорал Богдан.

— Ты то может и хочешь поговорить, а вот Георгий Александрович с тобой дел иметь больше не желает. У тебя три секунды, чтобы свалить. А после мы откроем огонь.

— Скотина! Ты какого хрена мне тыкаешь?! — Заорал Богдан, но его голос дал петуха перейдя на истеричный визг.

— Три, два, один. — Протараторил начальник охраны за долю секунды. — Уничтожить вторженца!

На крепостных стенах вспыхнули десятки цветных точек. Гвардейцы сплетали заклинания огня, воды, земли, воздуха и многих других школ. Нервно сглотнув, Богдан прошептал:

— Это шутка какая-то? Они не посмеют...

Но гвардейцы посмели. Более того, они давно ничего так не жаждали, как уничтожить нерадивого отпрыска своего господина. Десятки заклинаний сорвались с места и устремились на противоположный берег.

Огненный шар упал прямо у ног Богдана. От взрыва парня отшвырнуло в еловые заросли. Пролетев десяток метров, Богдан врезался спиной в толстый ствол и сполз вниз, харкая кровью. Если бы не огненный щит, который он успел использовать в последний момент, то Богдан уже был бы мёртв.

Впрочем, умереть никогда не поздно. Ветряной серп срезал верхушку ели, и она рухнула вниз. Богдан с огромным трудом сумел увернуться за мгновение до того, как толстый ствол проломил бы ему голову.

Гвардейцы потеряли его из виду, но продолжали поливать лес всё новыми и новыми заклинаниями. Богдан собирался перевести дух и убраться отсюда подобру-поздорову, но увидел, как в небе формируется алая печать.

— Вот суки! — Заорал он и со всех ног ломанулся наутёк. Гвардейцы плели заклинание вихрь пламени, который спалит всё в радиусе двухсот метров. — Вы заплатите! Вы все за это заплатите! Дубровский сука-а-а!!!

***

Ветер свистит в волосах. Лев вцепился в перья Клювика и вопит от восторга. Всё же не каждый день он может полетать на такой высоте смотря на заснеженные просторы. А впереди столица Айнар. Мы сделали пару кругов над храмом божественного зверя, а после приземлились у шатра Кьяры.

Грувдарг мгновенно потеряв интерес к нашей экскурсии и исчез. Скорее всего вернулся в академию или кармашек и сейчас чем-нибудь обжирается.

Пока мы летели на аудиенцию к правительнице Айнара, я порядком вышел из себя. Глазами Клювика я увидел, что войска Айнара вторглись в центр континента Гистуса и сравнивают города с землёй. Какого чёрта она творит? Я уже забрал артефакт у Гистуса. В излишней жестокости нет никакого смысла.

Спрыгнув с Клювика, я тут же направился к шатру властительницы.

— Приветствую тебя вестник хаоса. Госпожа занята. — Утробным голосом пробасил амбал преградив мне дорогу.

Разговор у нас вышел коротким. Тяжело вздохнув, я влепил ему такую затрещину, что ноги амбала подкосились и он рухнул на снег.

— Здесь так принято или ты зол именно на него? — Спросил Лев удивившись моему поведению.

— Я просто зол. — Распахнув полог шатра я ворвался внутрь. Кьяра вместе с военачальниками склонилась над картой и оживлённо обсуждала наступление. — Все прочь! — Рявкнул я, заставив мужчин застыть в ужасе.

— Вестник? — Удивлённо спросила Кьяра приподняв бровь. — Давно же тебя не было. Я решила, что ты погиб.

— Немедленно отведи войска из Гистуса. Их божественный зверь уже мёртв. — Сказал я и извлёк из хранилища белоснежные пластины.

— Вот как. Так ты всё-таки справился? Надо же. Завладел частью кляча. — Величественно сказала она, но её слова были больше похожи на насмешку.

— Выведи войска. — Прошипел я.

— Я думаю в этом нет нужды. Мы ослабим противника на следующую сотню лет, ведь они делали тоже самое с моим народом. А когда мы заполучим сердце ми... — Слова властительницы застряли в её глотке.

Было видно, что она пытается не уронить собственного достоинства перед подчинёнными, но моё терпение лопнуло. В центре шатра возник ворох лоз, который спеленал военачальников и вышвырнул их из шатра. Ещё одна лоза схватила Кьяру за горло и вздёрнула над землёй.

— Отведи войска, пока я не сравнял здесь всё с землёй. — Стальным тоном отчеканил я и развеял заклинание.

Девушка, скаля зубы рухнула на меховой ковёр и мгновенно использовала артефакт оказавшись у меня за спиной.

— Виктор! — Заорал Лев пытаясь её остановить, но было поздно.

Кьяра со всего размаха вонзила кинжал мне промеж лопаток. Что и говорить? Лезвие вошло в кислоту словно в масло. А вместе с лезвием, в кислоту угодил и кулак Кьяры. Она, завизжав от боли, отдёрнула руку и тут же была схвачена Львом. Да, синергия со Слаем одна из моих сильнейших форм, по крайней мере против холодного оружия.

— Будь ты проклят! Прихвостень Гистуса! Эти ублюдки должны подохнуть все до единого! — Извивалась она, пытаясь, вырваться.

Но на этом фокус Кьяры не закончились. Она призвала свою тигрицу, которая попыталась откусить Льву голову. Но как я и говорил ранее, этому миру не тягаться в могуществе с магами империи. Лев почувствовал изменение в пространстве и напитав тело маной, схватил тигрицу за шею и прижал к земле.

Кошка брыкалась, пыталась достать когтями, но заглянув в глаза Льва, увидела что-то такое, что заставило её обмякнуть и трусливо поджать хвост.

— Кьяра. Почему я вечно должен доказывать тебе, что я сильнее всей вашей братии? Почему я должен убеждать тебя в том, что мы на одной стороне? Почему я всё время вынужден переживать о том, что ты вычудишь что-то и натворишь глупостей? — Отчитывал я её как нашкодившего ребёнка, пока лоза лечила химический ожог на её руке.

Кьяра испепеляла меня непокорным взором, а я в ней видел лишь своевольную дуру. Но то, как на неё посматривал Лев, обнимавший властительницу сзади, говорило о том, что мой друг в восторге от этой дамочки. Лоза закончила исцелять рану, и я повторил вопрос:

— Скажи, почему я должен быть на твоей стороне, если ты так неразумно себя ведёшь? Почему я должен отдать тебе части ключа, если ты пытаешься меня убить? — Я мог бы перечислять эти «почему» до бесконечности, но она всё поняла.

— Я отведу войска. — Недовольно фыркнула она, понимая своё положение.

— Хотелось бы больше конкретики. — Сказал я, скептически посмотрев на неё.

— Я отведу войска немедленно. — Прошипела она, склонив голову.

— Умница. Приступай.

Лев отпустил владычицу и она, распахнув полог шатра, показала нам сотни бойцов готовых умереть за свою королеву. Готовых, но не попытавшихся это сделать без приказа. И как это расценивать? Трусость или они настолько верны королеве что без её указки и шага не ступят?

Кьяра потирая шею, отдала приказ военачальникам и те рванули его выполнять. Пока мы наблюдали за этим действом, Лев шарил по талии владычицы восторженным взглядом. Он смотрел на девушку словно ребёнок смотрит на подарок. Готов спорить он с радостью сорвал бы с неё одежду.

Задержавшись на минуту у входа, Кьяра что-то обдумала и вернувшись преклонила колено сказав:

— Вестник. Прошу простить мою несдержанность. Гистус наш заклятый враг и когда ты исчез, мы решили, что ты погиб. А после мы увидели, что войска Гистуса оставив свои позиции отступили вглубь континента. И мы решили, что это отличный шанс для наступления.

В её голосе сквозила обида, видимо считает, что я помешал победоносной войне. Только победоносностью там и не пахло. Уничтоженная морально страна, не имеющая возможности производить новое вооружение, отступая просто пыталась выжить. А Кьяра почувствовав кровь, не упустила шанса, чтобы добить раненную жертву.

Вдобавок ко всему, Айнарцы даже в такой войне потеряют десятки тысяч жизней. Всё же один огненный шар, куда менее разрушителен, в сравнении со взрывом фугаса.

— Ты права, я виноват в том, что не сообщил вам о том, что Гистус и Виразиил пали. Если бы ты была в курсе, то я надеюсь не повела бы войска против растоптанных государств? — Я с надеждой в голосе посмотрел на неё, но было очевидно, что она всё равно устроила бы резню. Да, пожалуй, сердце мира ей не достанется при любом раскладе. Но знать об этом Кьяре не следует. — Остался только Фозот. Я убью их зверя, и ты получишь доступ к чёртовому сердцу мира.

— Ты сломил и Виразиил? Так быстро? — Шокировано выпалила она.

— Очень быстро. А теперь задумайся что я могу сделать с жителями Айнара, если ты ещё раз поступишь против моей воли. — Зло сказал я и придавил её хищным взглядом.

— Вестник хаоса, прошу простить меня. Больше такое не повторится. — Затараторила Кьяра смиренно склонив голову.

— В течение суток, все твои бойцы должны вернуться на территорию Айнар. Если этого не произойдёт... — Я пригрозил ей пальцем и сделав театральную паузу двинул к выходу из шатра.

Выйдя на улицу, я лицом к лицу столкнулся с сильнейшими гвардейцами Кьяры. Накачанные двухметровые лбы выглядели жалкими щенками, которых я мог уничтожить без особого труда. Полагаться на магические артефакты это здорово, но только в том случае, если в твоём арсенале есть что-то ещё. А в их арсенале ничего не было.

— С дороги. — Рявкнул я и толпа расступилась.

— Дубровский, это что сейчас было? — Удивлённо и немного озадаченно спросил Лев.

— Я тебе уже рассказывал, что в этом мире идёт бесконечная война за артефакт, исполняющий желания. Так вот я договорился с этой дамочкой, что добуду для её страны три ключа и она позволит загадать мне желание. В обмен на это, она должна была сидеть смирно и ничего не делать без моей команды. Как видишь она устроила расправу над ослабленным противником.

— Виктор, ты не перестаёшь меня удивлять. Ты мой ровесник, но решаешь судьбы целых королевств? Кому расскажи, никто не поверит и каждый кто услышит эту историю назовёт меня сумасшедшим. — Усмехнулся он и мечтательно добавил. — Я ничего не понял из вашего разговора, но королева хороша. Чертовски хороша. Как её зовут? Кьяра?

— Проклятье. Иди сюда. — Сказал я и положив руку на лоб друга использовал божественный дар полученный от Игдры. Яркое свечение окутало Льва, и я обратился к охраннику, стоящему рядом. — Эй ты, скажи что-нибудь.

— Вестник, вы ко мне обращаетесь? — Удивлённо спросил страж.

— Спасибо. Этого достаточно. — Я повернулся ко Льву и увидел озадаченность на его лице. Отлично. Теперь он понимает язык местных. — Лев, думаю ты уже понял, что девочка сама у себя на уме. Да, она красива, но жить с ней будешь как на пороховой бочке.

— А как это? В смысле, они же только что говорили какую-то тарабарщину. — Разинув рот протянул Лев.

— Не обращай внимания, я использовал на тебе божественный дар. Теперь ты понимаешь все языки. Возможно даже все языки любого из миров. — Пояснил я, заставив друга ещё сильнее удивиться.

— Ого. Отличный подарок. Спасибо. — Лев улыбнувшись прикоснулся к своему лбу. — А с чего ты взял что я собираюсь с ней жить?

— С того, что у тебя всё на морде лица написано. Я никогда ещё не видел, чтобы одна из твоих многочисленных академических пассий, вызывала столько восторга. Если ты удумал влюбиться в Кьяру, то по-дружески прошу тебя оставить эту глупую затею.

— Не говори глупостей. Конечно, не влюбился. — Отмахнулся он, но по лицу было видно обратное. Ещё как влюбился.

— Вот и славно. Продолжай убеждать себя в этом и однажды это станет правдой. — Усмехнулся я.

Выйдя на свободную местность, я призвал Клювика и когда Лев запрыгнул на спину птицы мы рванули вдаль.

Пролетев над войсками Айнар, мы приземлились в лесу, где было вечное лето. Лозы поймали для нас пару кабанов, и мы зажарили их на вертеле. Над головой бескрайнее звёздное небо, вкусное мясо, верный друг рядом. Правда этот друг витает в облаках. Видимо опять думает о Кьяре. Нужно вытаскивать его отсюда.

— Дождёмся утра, сделаем облёт земель Гистуса и убедимся, что все войска выведены. — Сказал я, откусив жирный кусок кабанятины.

— А после?

— Вернёмся домой.

— Так быстро? — С печалью в голосе спросил Лев.

Отложив шампур в сторону, я потёр виски и тяжело вздохнув сказал:

— Лев, ты взрослый парень. Я не хочу тебя учить и уж тем более указывать с кем дружить и кого любить. Поэтому скажу так. Всё в твоих руках. Хочешь подкатить к Кьяре? У тебя будет шанс, так как мы сюда ещё вернёмся.

— Да я же говорю, что у меня нет к ней чувств! — Выпалил он, но довольная улыбка, расцветшая на его лице от моих слов, говорила об обратном.

***

Шатёр владычицы Айнар.

— Госпожа! Разумно ли выводить войска? Мы так близки к победе. Сотрём с лица земли остатки Гистуса и нашим потомкам не придётся с ними воевать. — Выпалил военачальник.

— Если мы этого не сделаем, то вестник сотрёт с лица земли нас. — Зло сказала Кьяра задумчиво смотря в огонь, разведённый в центре шатра. — Исполняйте приказ и не задавайте вопросов. — Меланхолично бросила она, не сводя взгляда с пламени.

— Вестник просто застал нас врасплох, но в следующий раз мы будем готовы и дадим отпор. — Начал упорствовать второй военачальник.

— Он самолично уничтожил божественных зверей Гистуса и Виразиила за пару недель. А нашим предкам приходилось тратить на то же самое целые годы! Как ты хочешь противостоять такой мощи?! — Выкрикнув она вскочила с кресла и указала на выход из шатра. — Пошли вон! Война отменяется.

Военачальники потянулись к выходу недовольно переговариваясь. Кьяра знала, что такими темпами она не только не впишет себя в историю Айнара как победительницу, но и заклеймит себя позором. Владычица пала ниц перед чужаком. Склонила голову в ужасе. Впрочем, всё это было верно. Вестник слишком силён.

О силе Дубровского говорил кулак, обожженный кислотой. Обычный человек от такого удара мгновенно умер. А вестник хаоса даже не почувствовал его. Ожог уже зажил, но боль продолжала противно дёргать мышцы. Сжав и разжав кулак, она выругалась, а после почувствовала странный запах. Сняла меховой жилет и принюхалась.

— Мерзкий чужак! Как он посмел хватать меня? — Выкрикнула она и иронично добавила. — Я Кьяра, владычица северных пустошей. Стоящая на коленях склонив голову...

Сбоку к владычице подошла тигрица и ткнулась мордой в ногу.

— Лана, девочка моя. — Ласково сказала Кьяра потрепав тигрицу за ухом. — Ты тоже почувствовала мощь безымянного?

Кьяра зарылась в мех жилета лицом и полной грудью вдохнула аромат.

— Незнакомец пахнет как настоящий зверь. — Улыбаясь Кьяра замахнулась, чтобы швырнуть жилет в огонь, но на полпути остановила руку и снова вдохнула аромат Льва. — Ещё один вестник хаоса. — Фыркнула она и добавила. — Ненавижу. — Вот только в этом она пыталась убедить сама себя, а вместе с этим желала перестать нюхать проклятый жилет, но не могла этого сделать.

Глава 5

Мы заболтались до самого рассвета. Я рассказал Льву во всех подробностях чем занимался в этом мире. Как познакомился с Кьярой. О том как живут в Гистусе. Про увиденное в Виразииле. Лев слушал с открытым ртом, но особенно его волновали истории о Кьяре.

В эту ночь я убедился в двух вещах. Во-первых, Лев точно влюбился. А во-вторых, Грувдарг повзрослел. Ближе к рассвету мы уже собирались спать, когда из зелёной вспышки появился Грувдарг с ящиком коньяка подмышкой. А после началось веселье.

Бог покровитель уговорил десяток бутылок коньяка и заорав «Даёшь аттракционы!», создал тысячи лоз. Они хватали то меня, то Льва за руки и за ноги и зашвыривали вверх над деревьями. После перехватывали и бросали на сотню метров вперёд.

Мир безумно вращался перед глазами, а в ушах свистел ветер, но было здорово. Мы хохотали от души наслаждаясь свободным полётом и пьянящими ароматами хвои. В этот момент я был счастлив, что не стал пить алкоголь, иначе содержимое кишечника разметало бы по всей округе.

Эта развлекуха продолжалась добрых полчаса, пока мы не услышали громогласный храп. Мелкий засранец уснул! Лозы тут же развеялись, и мы вместе со Львом рухнули с высоты на землю. Если бы не покров маны, то мы могли бы и покалечиться, благодаря малолетнему пьянчуге. Впрочем, ему намного больше лет чем нам вместе взятым.

На утро мы отправились осматривать территории Гистуса. Должен признать я был опечален. Половина городов разорена, другая половина превратилась в один огромный укрепрайон. Из каждого окна торчали пулемёты выискивающие признаки приближения Айнарцев.

Даже сумей я избавить их от необходимости сражаться каждую сотню лет за сердце мира, сомневаюсь, что здесь наступит перемирие. Нации, которые тысячелетия напролёт убивали друг друга и накопили огромное количество взаимных обид, будут воевать если не ради себя, то ради предков.

Единственное, что могло бы их объединить это общая беда. Я мог бы стать для них угрозой, против которой придётся объединиться. Но, к сожалению, я не смогу объединить их, не утопив предварительно в крови. Ладно, будем думать. Сперва добуду ключи, а там посмотрим.

Осмотрев территории Гистуса мы не нашли ни единого солдата Айнар. Кьяра вывела всех бойцов, как и обещала. Хорошая девочка.

— Что теперь?! Летим к Кьяре? — Спросил Лев, пытаясь, перекричать ветер.

— Возвращаемся домой! — Обломал я друга и Клювик резко пошел на снижение.

Приземлившись, я открыл портал, и Лев пошел к нему с жуткой неохотой. Всё посматривал куда-то вдаль, видимо пытался понять, где находится эта бешеная кошка Кьяра.

— Топай! — Сказал я, втолкнув его в портал, а после и сам вошел в синеватую арку. — Я же тебе обещал, что в следующий раз пойдёшь со мной. Вот и жди следующего раза. Думаю, через неделю снова туда наведаемся.

— Поймал тебя на слове. — Радостно выпалил Лев и попрощавшись телепортировался к родителям в гости. Надеюсь, он не прожужжит им все уши о том какую богиню повстречал...

Как только исчез Лев, у меня тут же завибрировал мобилет. Звонила Юлия.

***

Иркутский национальный банк.

После ночной пробежки Богдан был вымотан, зол и истощен. Одежда превратилась в грязные лохмотья, а всё лицо исцарапано еловыми ветками. Несостоявшийся глава рода перебежками двигался от улицы к улице в надежде, что его никто не разыскивает за вчерашнее убийство таксиста. Пока всё было тихо.

Город только проснулся. Люди бежали по делам, совершенно не обращая внимания на нищего аристократа. Хотя какой он к чёрту аристократ? Просто оборванец, без рода и племени. Эти мысли давили, заставляя судорожно думать, как жить дальше. И Богдан придумал план.

Он решил опустошить все свои счета и уехать как можно дальше от родного причала. Туда, где его никто не знает и всё начать сначала. Набраться сил, а после вернуться и всем врагам свернуть дурные головы.

Эти мысли тешили самолюбие Богдана и заставляли подбираться всё ближе к Иркутскому национальному банку, который только открылся. У входа в банк стоял охранник и лениво курил самокрутку. Заметив Богдана, он устало закатил глаза и коротко сказал:

— Проходи мимо. Милостыню не подаём.

— Я клиент. — Также коротко ответил Богдан, и потянул дверь на себя.

— Э бродяга! Постой! — Воскликнул охранник и дёрнул Богдана за плечо.

За секунду в груди Быкова всё заклокотало, и он со злостью оттолкнул охранника заскочив внутрь банка.

— Саня! Хватай нищеброда! — Заорал охранник своему напарнику, дежурившему внутри.

— Да я клиент! Тупая ты скотина! — Надрывно заорал Быков готовясь не только оттолкнуть охранника, но и выбить из него всю дурь.

— Что здесь происходит?! — Спросил седой мужчина в деловом костюме.

— Арсений Палыч, нищий... — Начал пояснять охранник, но седой узнал оборванца.

— Богдан Георгиевич? Что с вами? — Удивлённо выпалил он.

— День не задался. — Коротко ответил Быков и перешел сразу к делу. — Я хочу снять деньги со своего счёта.

— Да, да разумеется. Прошу за мной. — Улыбнулся управляющий и провёл Богдана к свободному окошку. — Оксана, обслужи молодого человека. Это Быков Богдан Георгиевич. Он хочет снять средства.

— Арсений Павлович, сейчас всё сделаю. — Чирикнула молодая девушка и достав толстую папку стала перелистывать страницу за страницей. Спустя десять минут поисков она озадаченно сказала. — Эмм. Богдан Георгиевич, ваш счёт пуст.

— Что значит пуст? — Выпучив глаза спросил Быков.

— Это значит что на нём ноль рублей, ноль копеек. Последняя операция датируется вчерашним числом. Ваш отец перевёл все средства на другой счёт.

— Как это может быть!? Счёт принадлежит мне! Почему вы позволили распоряжаться им другому человеку! — С паникой в голосе закричал Богдан, вскочив со стула.

— Вы правы, счёт открыт на ваше имя, но открывал его ваш отец и он является владельцем счёта. То есть, он может им распоряжаться наравне с вами... — Замялась девушка и слегка зажмурилась, как будто за такие слова её могут ударить.

— Проклятый старик... — Прошипел Богдан. — Что с моими банковскими ячейками? — Спросил он, помня какое количество артефактов, макров и драгоценностей успел рассовать в эти ячейки.

— Минуту. — Девушка быстро достала новую папку и покопавшись в ней, со скорбным видом сообщила. — Увы они так же пусты.

Услышав это, Богдан обессиленно плюхнулся на стул и улыбнулся.

— Нищий граф, обанкротил князя? Занятно. — Задумчиво протянул он. Тяжело вздохнул и вышел из банка.

В спину ему смотрели насмешливые взгляды персонала. Но всё это было неважно. Важно было только одно. Где достать деньги, для того чтобы сравнять с землёй эту проклятую область вместе с её жителями?

***

В трубке послышался голос Юлии.

— Виктор, забери меня отсюда. — Выпалила она надрывно дыша.

— Где ты? — Спросил я и услышал в трубке встревоженный голос её отца.

— Юленька! Положи чемодан! Немедленно! — Рявкнул Сергей Юрьевич.

— Будешь на своих подчинённых орать! Убери свои руки! — Вскрикнула она, борясь с отцом и добавила. — Я в Хабаровске! Воронежская семьдесят шесть! — Юля зарычала, судя по звукам она боролась с отцом. — Отпусти меня!

Мобилет упал на пол и продолжал передавать ругань отца и дочери. Сергей Юрьевич просил его простить за попытку выдать её замуж. Говорил, что это всё ради её блага. Пытался хоть как-то оправдаться. Но Юлия уже всё поняла, да и сложно не понять, когда отец тебе открытым текстом сказал неделей ранее что ты лишь имущество.

Сбросив вызов, я тут же переместился на телепортационную станцию управления истребителей. Родственник Зуброва больше не пытался играть в дружбу и лишь хмуро кивнув спросил:

— Куда?

— В Хабаровск докинь, пожалуйста. Очень надо.

— Ну раз надо, то конечно докину. — Он вздохнул и потянувшись к мане создал в воздухе десятки рунических символов, сложившихся в портальную арку.

Полыхнуло синеватое свечение, и я тут же запрыгнул в открывшийся портал. Выйдя, с другой стороны, я оказался на телепортационной станции, которая была немногим меньше, чем сельский магазин. При этом здесь было душно как в аду. Сняв пальто, я выбежал на улицу и остановил первого попавшегося таксиста.

— Родной, на улицу Воронежскую, дом семьдесят шесть. Если доедем за пять минут сверху заплачу тысячу рублей. — Сказал я, запрыгнув на заднее сиденье.

— За пять минут? — Задумчиво сказал таксист и с улыбкой пригладил пышные усы. — Думаю справлюсь.

Надавив на педаль газа, он неспешно свернул за угол и проехав десяток зданий остановился.

— Мы на месте. — Усмехнулся он и протянул руку.

— Ха-ха! Ловко. — Оценил я свой просчёт, но заплатил полную сумму, как и договаривались.

— Если куда ещё нужно, вы только свистните. — Довольным тоном сказал водитель, пересчитывая заработанное.

Я выскочил из такси и сразу же направился ко входу в здание. Это была двухэтажная гостиница, украшенная барельефами, колоннами и ликами императора. Распахнув двери, я наткнулся на охранников Мышкина, которые тут же осели на пол держась за разбитые лбы. Всё-таки дубовые листья очень быстро летают и больно бьют.

На втором этаже я встретил ещё четверых охранников, но и они не смогли меня остановить. Как только первый противник потянулся к мане, я тут же использовал артефактную монету парализовав его и сбив плетение.

Следом полетели дубовые листья. Они плашмя лупили охранников по рукам, ногам и голове, до тех пор, пока сопротивление не прекратилось. Впрочем, охрана была неплоха и если бы я не использовал артефакт, то они даже могли бы составить мне конкуренцию. Но вот без магии, они превратились в обычных людей.

Дверь я распахнул как истинный джентльмен, предварительно постучав ногой. Убогая конструкция разлетелась на щепки открыв моему взору просторное помещение, в центре которого происходила семейная драма.

— Ты мне больше не отец! — Выкрикнула Юлия и влепила отцу пощечину.

— Дура! Я же ради тебя стараюсь! Хочу, чтобы у тебя было в этой жизни всё чего ты пожелаешь! — Взорвался Сергей Юрьевич, потирая щеку.

— Кроме свободы выбора? — Зло спросила Юлия и схватив чемодан пошла в мою сторону.

— Куда ты собралась? Я тебе не разрешал... — Договорить он не успел, ведь я преградил ему путь. — Дубровский, проваливай. Это тебя не касается. — Прорычал он, сверля меня взглядом.

— Сергей Юрьевич, вы не правы. Ваш протеже пытался отправить меня на плаху, а вы решили по-быстрому провести свадебку, как раз после моего суда. И что-то мне подсказывает что дата была выбрана не просто так. — Усмехнулся я, держа Сергея Юрьевича за предплечья.

— Щенок! Ты что такое несёшь?! Если бы я захотел, то тебя бы уже...

— Меня бы уже что? — Я осадил его стальным тоном. — Ваш любимец Богдан не просто проиграл дело, а лишился своего титула. Всей своей проклятой власти, к которой так стремился. Не стоит меня недооценивать. Я хоть и младше вас, но это совсем не значит, что я стану терпеть оскорбления и нападки с вашей стороны. Мы уходим и только попробуйте нас остановить, я сломаю вам ноги, клянусь всеми богами.

В моих глазах блеснуло что-то дикое, заставив Мышкина сделать шаг назад. Но сложно отступать, когда тебя за руки держит неприятель.

— Я рад, что мы друг друга поняли. — Ухмыльнулся я.

— Молодой человек, я расцениваю это как похищение, и вы...

— Сергей Юрьевич, можете снова подать на меня в суд. Свою дочь вы увидите лишь в том случае, если она сама захочет с вами встретиться. Всего доброго. — Я отпустил руки Мышкина и повернувшись положил ладонь на спину Юлии. — Идём. — Я подтолкнул её к выходу, а сам задержался на мгновение. — Ах да. У меня ведь есть для вас подарок. — Я покопался в пальто и достал из внутреннего кармана конверт, который мне передал гвардеец рода Быковых. — Вот бумаги которыми вас шантажировал Богдан. Можете не волноваться, они в единственном экземпляре. — Презрительно сказал я и впечатал конверт ему в грудь.

— Папа, ты продал меня за молчание...? — Дрожащим голосом спросила Юлия мгновенно всё поняв.

— Всё не так! — Испуганно выпалил Сергей Юрьевич, я отвернулся и забрав с собой Юлию пошел к выходу. — Юля! Я же хотел для тебя... Прости. — Послышался из-за спины слабеющий голос Мышкина.

Даже удивительно. Человек, который когда-то помог мне решить проблему с Богомоловым, сейчас выглядит таким жалким. Делает низкие поступки, и даже не пытается бороться до конца, ибо понимает, что он неправ и сделает только хуже.

Хотя с его ресурсами он, конечно, мог бы сравнять с землёй мой особняк, но что от этого толку? Дочь это не вернёт, а скорее наоборот, заставит её навсегда от него отвернуться.

— Юль. Останься, ну пожалуйста. Не уходи. Я ж всё для тебя... — Скулил позади Мышкин, а Юля, закусив губу, обливалась слезами выходя в коридор.

Было видно, что ей это решение даётся не просто. Она была готова простить отцу многое, но не предательство. А когда она поняла, что отец согласился на помолвку лишь ради спасения собственной шкуры, то ценность родственных уз мгновенно развеялась.

Выйдя из гостиницы, я открыл портал в кармашек и мы исчезли, оставив после себя избитых охранников, сломанную дверь и Сергея Юрьевича сгорающего со стыда.

— Ты как? — Спросил я, но ответа не получил.

Юлия выронила чемодан и зарыдав бросилась мне на грудь. Её плечи вздрагивали, а всхлипы разносились по округе привлекая к нам внимание работников.

— Как он мог? Как он... — Ревела Юлия.

Я же не пытался успокоить её или сгладить углы, просто дал шанс выплеснуть всю боль, что засела в её сердце. Когда рыдание стихло, Юлия отстранилась, вытерла глаза и осмотревшись по сторонам спросила:

— Где мы?

— Это моя маленькая империя. — Улыбнулся я и показал рукой влево. — Вот это теплицы которые через месяц завалят рынки Сибири свежайшими овощами и фруктами. Вот тут располагается ферма, на полную мощность она выйдет только через пару лет, но я работаю в этом направлении. Виноградник, в подвале замка винодельня, в левом крыле производство лекарств. Планирую переместить сюда фармацевтическую фабрику. — Я закончил экскурсию и заметил степняков.

— Виктор Игоревич! Рад видеть! — Помахал мне рукой Гантулга идущий на стадион.

— И я тебе рад. Как тренировки?

— Ооо. Всё отлично. Мои бойцы готовы ко всему! — Выпалил он по привычке и поправился. — Я хотел сказать наши бойцы.

— Молодцы! Ты ведь помогаешь Антипу с подготовкой новобранцев?

— Разумеется. Гоняем их и днём, и ночью. — Сказал степняк и засмеялся, вспомнив что-то забавное. — Прошу меня извинить, я вернусь к тренировкам. Кстати, у вас обворожительная спутница.

— Ты прав, спутница обворожительная. И она у меня. Не смей строить ей глазки. — Усмехнулся я.

— Даже и не думал. — Гантулга поклонился и ушел.

— А это...? — Удивлённо протянула Юлия.

— Да, ты всё верно поняла, он монгол. Их здесь пара тысяч. Отличные ребята. Надёжные. Отлично сражаются и разбираются в скотоводстве. Одним словом, живём душа в душу.

— Понятно... — Задумчиво сказала Юлия обведя взглядом мои владения. — А почему ты не хочешь, чтобы он строил мне глазки? Боишься, что уведёт меня? — Кокетливо спросила она.

Я улыбнулся и подойдя ближе, прижал её к себе.

— Он мне не соперник.

— Как самонаде... — Договорить она не успела, ведь я заткнул ей рот поцелуем.

Юлия обхватила меня за шею и поцеловала в ответ, а после прижалась ко мне всем телом и шепнула.

— Я так боялась, что ты не придёшь. Чувствовала себя беспомощной и ни на что неспособной. Казалось, что моя жизнь мне не принадлежит.

— Всё позади. — Я погладил её по голове, а после забрал чемодан и потащил Юлию за собой. — Кстати, ты любишь птиц?

— Если они поют, то да. А что?

— У меня есть для тебя один сюрприз.

Оставив чемодан на пороге замка, мы обошли строение вокруг и остановились рядом с гнездом, над которым возвышался Клювик. Я хотел спросить у него как идут дела, но в этом не было необходимости. Из-под чёрного крыла на нас уставились две человекоподобные морды.

— Дубровский! Что это? Ты завёл детей? — Ошалело спросила Юлия переводя взгляд с меня на головы гарпий, которые и правда выглядели детскими.

— Почти. — Улыбнулся я и добавил. — Клювик, подними крыло.

Коршун покорно выполнил приказ и перед нашими глазами появилась кладка. Десяток яиц треснул, готовясь со дня на день выпустить в новый мир птенцов, ещё восемнадцать, даже не проклюнулись. А два птенца вылупились и жались к Клювику в поисках тепла. Они были похожи на ощипанных кур с человеческими головами.

Рассмотрев птенцов, я не сдержался и захохотал. А Юлия поняв, что это вовсе не дети, посмотрела на меня и испуганно спросила:

— Дубровский, ты совсем сдурел? Это же гарпии... — В её голосе были ужас и восторг одновременно.

— Юль, это не просто гарпии. Они станут твоими тотемными животными. — Птенцы всматривались в лицо Юлии и один из них истошно запищал. — Видимо они голодны. Хочешь покормить? — Спросил я и подошел к ящику с макрами, стоящему рядом с гнездом.

— А разве они не плотоядные? — Настороженно спросила Юлия беря из моих рук горсть средних макров.

— Конечно плотоядные, но кормление макрами позволит им понять кто их покровитель, мама если угодно.

— Я мама? — Проговорила она, покрывшись румянцем. Сделав робкий шаг вперёд, она протянула ладонь первому птенцу. — Иди сюда мой хороший. Хочешь кушать? Кто такой голенький? Кто такой красивый? — Начала она сюсюкать и птенец, не почувствовав угрозы сделал шаг навстречу.

Странная голова на длинной шее изогнулась, и птенец захватил зубастой пастью два камня и проглотил их. Почувствовав ману, растекающуюся по его телу он тут же снова прильнул к руке кормилицы и забрал оставшиеся камни.

Это было забавное зрелище. Недавно вылупившийся птенец стал покрываться перьями. На ногах проросли острые когти. Птенец гарпии на глазах увеличивался в размерах, и через мгновение исчез в ярком свечении.

Лысый уродец превратился в молодую гарпию. Ростом около метра, голова увеличилась в размерах, мутный взгляд сменился умным хищным взглядом вертикальных зрачков. Голова твари раскачивалась из стороны в сторону наблюдая за Юлией.

— Протяни ей руку. — Сказал я, обняв, Юлю сзади и взял её за предплечье.

— Вот так? — Робко спросила Мышкина.

Она подставила гарпии ладонь и та, взобравшись на край гнезда склонилась над ладонью. Одним неуловимым движением тварь укусила кормилицу за руку. Юля вскрикнула и попыталась отскочить назад, но я удержал её.

— Всё в порядке. Так и должно быть. — Успокоил я Мышкину.

Гарпия от испуга зашипела. Пару секунд она раскачивалась на месте пытаясь понять есть ли с нашей стороны какая-то угроза. После снова склонилась над рукой Юлии и слизала раздвоенным языком кровь, сочащуюся из укуса.

Я потянулся к мане, и почувствовал, что гарпия благодарит Юлию за угощение в виде макров и крови. А раз так, то самое время насильно связать их души. Тем более что пернатая тварь воспринимает Юлию если не матерью, то кормилицей. А значит ритуал выйдет простецким.

Так и вышло. Поток маны разделился на две тонкие нити. Одна коснулась энергетических каналов гарпии, другая каналов Юлии, а после я стянул их вместе.

Словами сложно описать то, что происходило, ведь это не столько магическая техника, сколько работа с самой душой. Я вплетал в душу Юлии, крошечную искру души этой новорождённой гарпии. Процесс занял пару минут, а когда я закончил Юлия отскочила от меня и удивлённо выпалила.

— Что это?! Почему я чувствую, как у меня в груди бьётся второе сердце? Такое быстрое, мощное. Виктор, что происходит? — Её зрачки расширились, дыхание стало сбивчивым, как и мысли, в которые вторгся разум гарпии. — Мне кажется она хочет есть...

— Тебе не кажется. — Улыбнулся я. — Возможно ты будешь ругаться, когда я всё объясню, но сперва прислушайся к сердцебиению.

— Что ты сделал? — Спросила она и закрыв глаза сосредоточилась. Пару минут ничего не происходило, а после Юлия удивлённо уставилась на меня. — Это девочка! Она меня понимает! Как такое возможно?!

— Теперь ваши души связаны. На первом уровне эволюции у гарпии есть лишь зачатки разума, но со временем она сможет стать для тебя полноценным другом. — Пояснил я. — Попробуй отдать ей какой-нибудь приказ.

— Фурия, лети! — Выкрикнула девушка и подпрыгнув вскинула руки вверх.

Гарпия послушно выполнила приказ. Переминаясь с ноги на ногу, она спрыгнула с края гнезда и полетела! Правда не вверх, а вниз. Крылья гарпии вспарывали воздух, но лучшее что она смогла сделать, так это замедлить падение. Она, конечно, эволюционировала, но мышцы, судя по всему, ещё не окрепли.

— Фури, ты в порядке? — Испуганно пискнула Юлия подбежав к пернатому чуду водящему мордой из стороны в сторону.

— Смотрю ты ей уже и имя выбрала. — Усмехнулся я.

— Как только она меня цапнула за руку, я сразу подумала «злющая как фурия!». — Пояснила Юлия и смущённо закончила. — Вот...

— Не переживай за неё. Теперь Фурия будет жить до тех пор, пока жива ты. Даже если её убьют, она не погибнет окончательно. Теперь она навеки запечатана в твоей душе. — Пояснил я. — Кстати, закрой глаза и снова вслушайся в её сердцебиение.

— Ага, сделал. Дальше что? — С интересом в голосе спросила Юлия.

— Представь, как сердцебиение становится медленнее и полностью угасает.

— Готово. — Юлия выполнила моё задание на пять с плюсом.

— А теперь открой глаза.

— Фурия! Где моя птичка? — Растерянно взвизгнула Юля, озираясь по сторонам.

— Я же говорю, что теперь вы связаны. — Я обнял Мышкину и добавил. — Представь, что её сердцебиение разгорается с новой силой, и она появится.

Через пару мгновений в воздухе появилась полупрозрачная пелена, из которой на землю вывалилась гарпия. Юля запищала от радости и повиснув у меня на шее, начала тараторить периодически покрывая меня поцелуями.

— Виктор, спасибо, спасибо, спасибо! Мне такого подарка никто никогда не делал! Так вот что ты чувствуешь когда призываешь своих питомцев? Обалдеть! Я никогда не думала, что и я тоже...

— Остановись на минутку. — Улыбнулся я, прерывая эмоциональную речь Юлии. — Нам ведь нужно приручить ещё одну птичку. — Я указал на голодного птенца, который осмелился подойти на край гнезда и с интересом изучал Юлию.

Мышкина была так счастлива, что казалось это не её пару дней назад, пытались насильно выдать замуж. Как будто это чей-то чужой отец разбил сердце кому-то другому. Понятное дело рана никуда не делась. Но Юля так увлеклась новыми питомцами, что казалось будто пернатые уродцы стали для неё целым миром.

***

Великий Новгород.

Имение Плющова рядом с озером Ильмень.

Константин Ярославович Плющов был в отвратительном настроении. Дубровский выжил. Не пойми откуда взявшийся Быков, провалился не сумев отвести наглеца на плаху. А вместе с этим он упустил из рук Ярославу, фармацевта Дубровского. В добавок ко всему потерял пять сотен отборных магов и лишился фабрики.

Всё это приводило его в неописуемое бешенство. Константин Ярославович расхаживал из угла в угол, пинал попавшуюся под руку мебель, рычал, и судорожно думал, что делать дальше.

— Какого чёрта происходит? Этот сопляк как будто заговорённый. Я лично видел, как Пестрихин прошил ему печень. Почему Дубровский ещё жив? Это какой-то бред. Ха-ха. — Иронично усмехнувшись он продолжил говорить сам с собой. — А бредовее всего-то, что всего два человека уничтожили пять сотен бойцов. Пять грёбанных сотен! Да что вообще происходит? Он человек? Я ведь нанимаю не каких-то олухов, едва закончивших магическую академию, а отставных офицеров с боевым опытом! Восемнадцатилетний сопляк разгромил отставников? Что за вздор! — Рявкнув он со всей силы пнув стул, и тот пролетев полкомнаты врезался в стену.

В дверь постучали и не дожидаясь ответа, вошли внутрь. Это был официант, который должен был нанести смертельную рану Дубровскому на помолвке дочери министра. Плющов привык разговаривать со всеми свысока, но только не с этим человеком.

Пестрихин Арсений Кантемирович хоть и был простолюдином, но своё дело знал. А ещё любил деньги и ненавидел, когда его мешают с грязью. За такое он с лёгкостью мог прирезать и собственного нанимателя.

— Арсений Кантемирович, родненький. Скажи, как же так вышло, что после твоего удара, этот выродок, остался в живых? — Сквозь зубы процедил Плющов едва сдерживая гнев рвущийся наружу.

На вопрос нанимателя убийца лишь пожал плечами и сказал:

— Константин Ярославович, его гибель, дело времени. Не волнуйтесь. Не сдох от одного удара, так подохнет от десятка. — Шрам на лице Пестрихина уродливо изогнулся, демонстрируя безумную улыбку.

— Ты уж не разочаруй меня, пожалуйста. Этот щенок должен сдохнуть. И как можно скорее.

— Обязательно сдохнет. Правда мне потребуется немного времени на подготовку. А ещё мне нужны сто тысяч рублей для найма новых дарований. — Холодно сказал Пестрихин, не сводя взгляда со своего нанимателя.

— Если это поможет убрать Дубровского, то я готов заплатить и в сотню раз больше. — Ухмыльнулся Плющов.

От автора: Уважаемые читатели, прошу поддержать книгу своим императорским лайком. Книгу читает больше 3000 человек, а лайком одобрили лишь 500. Поставь лайк, сделай автору приятно) Вот вам Кьяра если бы дело было в мире киберпанка в обмен на сердечко :)

Глава 6

Я проснулся от тёплого дыхания Юлии. Она лежала у меня на груди, и ждала пока я открою глаза. Это было бы чертовски мило, если бы с потолка на меня не пялились две гарпии. Зацепившись за перекрытия, они висели вниз головами ожидая приказа своей госпожи.

Радует, что Юлия так быстро забыла о предательстве отца. Но то, что она не хотела отзывать своих зверушек подбешивало. Говорит: «они будут без меня скучать». Ага. Как же. Единственное по чему эти существа могут скучать, так это по крови и вкусу плоти.

Мышкина назвала гарпий Фурия и Пандора. За вчерашний день они научились летать, а ещё орать, когда их об этом не просили.

Вот и сейчас одна из гарпий разинув пасть собиралась крикнуть. Но я потянулся к мане, и лоза тут же заткнула ей рот. Барабанные перепонки спасены, а Юлия ничего не заметила. Кстати, у симбиоза Мышкиной и этих вопящих созданий была одна интересная особенность.

Вопль гарпий не оглушал Юлию, из-за чего она не могла понять почему я так злюсь, когда её милые птички начинают петь. Ха-ха. Петь блин. От этого пения в любую секунду из ушей могла хлынуть кровь. Ну да ладно. Главное, что Юлия меня услышала и стала контролировать этих летучих бестий.

— Ты проснулся? — Промурлыкала она.

— Проснулся, а ещё принял ментальный ледяной душ. — Я кивнул в строну гарпий. — Когда на тебя сверху смотрят четыре желтых глаза с вертикальными зрачками, то не сразу поймёшь привидеться тебе спросони или пришел момент сражаться.

— Да ладно тебе. Они ведь милые. — Хихикнула Юлия и поцеловала меня.

В этот момент гарпии начали водить мордами из стороны в сторону и пробурчав что-то невнятное, рухнули с потолка лупя крыльями. Зависнув над кроватью, они заорали и вылетели в раскрытое окно подняв столб пыли.

— Фури, Панда! Вы куда?! — Вскрикнула Юлия вскочив с кровати.

Я лениво потянулся и подошел к окну, в которое по пояс высунулась Юлия. Прижавшись к её бёдрам, я посмотрел на улицу. Толпа монголов жарила барана на вертеле. Гарпии на бреющем полёте спикировали и попытались утащить завтрак степняков, но силёнок не хватило.

Монголы заорали, размахивая руками, и начали пытаться отогнать невиданных ранее существ. Эту картина заставила Юлию не на шутку распереживаться.

— Вить! Они же убьют их! — Выкрикнула она и завернувшись в халат рванула вниз по лестнице.

— О боги... Что за морока? Я же говорил, что теперь эти птички не могут умереть... — Вздохнув я выпрыгнул в окно, немного опередив Мышкину.

Я приземлился на порожек, а Юлия распахнув дверь пролетела мимо меня словно комета и помчалась в сторону монголов.

— Что вы делаете?! Не трогайте их... — Закричала Юлия и осеклась на полуслове.

Один из монголов заметил меня и хохоча сказал на ломаном русском:

— Виктор Игоревич, твой птица? Такой смешной. Смотри как мяса ловит.

Оказалось, что монголы даже не думали убивать обнаглевших гарпий. Вместо этого они отрезали от бараньей туши небольшие куски мяса и швыряли в небо, где гарпии их ловко заглатывали. Поняв, что Фурии и Пандоре ничего не угрожает Юлия с облегчением выдохнула.

— Красивый птица! На лицо женщин, на мой мать похож! — Воскликнул кто-то из монголов, и все окружающие дружно заржали.

Подошел Гантулга и поприветствовав нас сказал:

— Виктор Игоревич, доброго утра. Присоединитесь к нашему столу? — Его раскосые глаза радушно улыбались.

— С радостью. — Отозвался я, прижав к себе Юлию.

— Только я сначала переоденусь. — Смущённо сказала Мышкина поймав на себе десяток заинтересованных глаз степняков, ведь она была одета в ночную рубашку.

Спустя полчаса мы сидели посреди орды наёмников. Вороны смешались со степняками и громко смеялись, обмениваясь байками. То тут, то там сновали монгольские женщины и разносили нам еду. Свежеиспечённые лепёшки, жаренная баранина, наваристый суп, увы не знаю, как он называется, и пирожки с персиками.

Всё это было очень вкусно. Юлия сперва смотрела с опаской на матёрых воинов, исписанных шрамами, а после расслабилась, прижалась ко мне бочком и стала орудовать ложкой.

Перекусив, мы отправились гулять по моим владениям. Я показал ей производства, рассказал с чего всё начиналось и к чему мы идём, а после повёл к реке. Во время прогулки я вспомнил о том, что хотел завезти сюда певчих птичек, а в итоге завёз истошно визжащих гарпий. Миссия выполнена. Подумав об этом, я расхохотался.

— Ты чего? — Улыбаясь, спросила Юлия, взяв меня за руку.

— Просто счастлив, что ты снова рядом. — Я подхватил девушку на руки и крутанув вокруг своей оси швырнул в воду.

Гарпии, увидев, что происходит что-то неладное, тут же рванули ей на помощь, но не успели. Юлия со всего размаха плюхнулась в тёплую как парное молоко воду. Недолго думая, я нырнул следом.

— Ах, ты гад! — Хохоча выкрикнула Юлия и плеснула в меня водой.

Мы смеялись, гонялись друг за другом, целовались. Это было так прекрасно что хотелось, чтобы этот момент длился вечно. Я обнял Юлию и прижал к себе. Через промокшую одежду проступили два бугорка и мягко упёрлись мне в грудь.

— Вить, я хочу перевестись в Иркутскую академию. — Внезапно сказала она.

— Боишься, что отец снова попытается выдать замуж?

— Просто хочу просыпаться рядом с тобой. Видеть знакомые лица... — Начала перечислять Юлия, но я прервал её.

— Можешь не продолжать, мне достаточно и первого пункта. Идём, переоденемся, а после навестим Маргариту Павловну, она будет счастлива узнать, что ты возвращаешься.

Я притянул Юлию к себе, и перекинув через плечо потопал к замку. Она хохотала, прося поставить её на ноги, а над нашими головами парили две обожравшиеся гарпии.

Спустя час мы стояли у кабинета Маргариты Павловны и ждали пока закончится совещание. Дверь скрипнула и из кабинета потянулась вереница профессоров.

— Виктор Игоревич. Рад вас видеть. — Улыбнулся профессор артефакторики.

— Взаимно. Как у вас дела?

— О-хо-хо! Всё отлично. В следующем году моя дочка будет поступать в академию, вы станете для неё отличным примером.

— Уверен она уже знает и умеет на порядок больше остальных студентов.

— Ваша правда, артефактор из неё выйдет отличный. Подаёт большие надежды. — Над профессором нависла Красавкина и прервала его речь.

— Мне кажется у Виктора Игоревича есть какие-то неотложные дела к ректору.

— Да, да. Прошу меня простить. — Улыбнулся артефактор и добавил. — Виктор Игоревич, загляните ко мне на досуге, интересно ваше мнение насчёт одной безделушки.

— Обязательно загляну, тем более что и мне есть что вам показать.

— Вот как. — Улыбнулся профессор. — С нетерпением буду ждать встречи.

Красавкина взяла его под руку и потащила прочь, подмигнув мне.

— А это...? — Замялась Юлия начав ревновать.

— Да, это новый профессор магии природы. Крайне умелый маг. — Охарактеризовал я Красавкину и потянул Юлию следом за собой.

Ректор сидела за столом, который был завален горами папок.

— Виктор Игоревич? Чем могу помочь? — Спросила она не поднимая головы.

— Вижу вам самой не помешала бы помощь. — Улыбнулся я садясь напротив.

— И не говорите. После вашего фурора на академическом турнире, к нам желают поступить со всех уголков империи. Вы теперь звезда господин Дубровский. Лицо академии. Сами видите сколько заявок мне нужно просмотреть. Просто ужас... — Сказала она и подпёрла голову кулаком. Немного помолчав, ректор подняла взгляд и засияла. — О! Юлия Сергеевна. Рада вас видеть. Слышала в Краснодарской академии вы отлично себя проявили. Стали лучшей на факультете теней? Вы умница. Какими судьбами вас занесло в наши заснеженные дали?

— Маргарита Павловна, я хочу снова у вас учиться. — Робко сказала Юлия боясь, что ректор откажет ей.

— Какие прекрасные новости! Сегодня же отправлю документы о вашем переводе. За таких студентов как вы незазорно и побороться. — С прищуром сказала ректор, намекая на то, что всю бюрократию возьмёт на себя, лишь бы Мышкина снова вернулась.

— Огромное вам спасибо! — Пискнула от восторга Юлия и оббежав стол вокруг повисла на шее у ректора.

Маргарита Павловна опешила от такого прилива нежности и потерпев немного отстранила Юлию, поправив очки.

— Я тоже рада вашему возвращению. — Она официально улыбнулась и добавила. — Если это всё, то позвольте мне снова нырнуть в бескрайнее море работы, иначе я никогда с этим не закончу.

— Конечно Маргарита Павловна, не будем вам мешать. — Сказал я и мы вышли наружу.

В коридоре не было никого кроме нас с Юлией и она, не сдерживая эмоций начала радостно приплясывать.

— Ура! Ура! Ура! Я снова дома!

— Я же говорил, что Маргарита Павловна с радостью примет тебя обра...

Зазвонил мобилет, на экране которого красовалось имя князя Панфилова.

— Доброго дня Дмитрий Валентинович. — Сказал я, сняв трубку.

— День и правда добрый, но вечер будет ещё лучше! — Задорно заявил Панфилов. — Сегодня состоится очередной сабантуй в кругу моих близких друзей. Вы приглашены. — Не дав мне вставить и слова, Панфилов добавил. — Нет, нет и ещё раз нет Виктор Игоревич! Не хочу ничего слышать. Как и договаривались, в этот раз вы придёте ко мне в гости.

— Я даже не думал отказываться. — Усмехнулся я. — Просто хотел спросить могу ли я взять с собой одну прелестную молодую особу?

— Разумеется! Вы главное приходите! Будет много влиятельных людей, даже министр торговли сегодня заскочит на огонёк.

Услышав это мне стало немного неловко. Всё же я этому самому министру устроил поножовщину на помолвке.

— Замечательно. Тогда вечером я прибуду к вам при полном параде и с парой ящиков коньяка.

— А-ха-ха! Виктор Игоревич, я ещё не выпил и десятой части прошлой партии, но спасибо.

— До скорого Дмитрий Валентинович. — Попрощавшись я повесил трубку. — Доставай своё лучшее платье, мы приглашены в гости к князю Панфилову. — Сказал я, повернувшись к Юлии.

— Дубровский, с тобой не жизнь, а бесконечное приключение. То опасности подвергнешь, то спасёшь, то подарками завалишь, теперь вот на праздник позвал. — Кокетливо сказала Юлия положив мне руки на плечи.

— Я не говорил, что там будет праздник. Хотя зная Панфилова, там точно будет весело.

Как и договаривались мы прибыли в поместье Панфилова ровно к восемнадцати ноль ноль.

— О! Виктор Игоревич! Рад вас видеть! — Сказал Панфилов выбежав нас встречать. — Боги! А что это за прелестное создание рядом с вами? — Расплылся он в улыбке смотря на Юлию.

— Мышкина Юлия Сер... — Начала было она говорить отчество, но осеклась на полуслове. — Просто Юлия.

— Вы обворожительны. — Сказал Панфилов и поцеловал ей ручку. — Прошу в дом! Гости вас уже заждались.

Особняк Панфилова кишел разношерстной публикой. Политики, купцы, деятели искусства, военные, одним словом, здесь был весь цвет нации.

— Кажется ваша фамилия Дубровский? — Спросил статный мужчина с необъятным животом. Это был министр торговли. — Здорово вы пошумели на помолвке моей дочери.

— Прошу прощения, но мне не оставили выбора. — Начал было я, но министр меня остановил.

— Не стоит извиняться. Благодаря вам гости надолго запомнят помолвку, а вместе с этим о ней написало каждая уважающая газета в империи. Я, конечно, мог купить разворот в газете и этим самым заполучить публикацию, но согласитесь, куда приятнее попасть в газету спонтанно.

— Рад что вы не в обиде.

— Да какие могут быть обиды? — Отмахнулся министр. — Мой зять прожужжал о вас все уши. Вы весьма впечатлили его своими навыками. А он, между прочим, тоже очень умелый боец. Кстати, он тоже здесь. Кажется, пошел в оружейную Дмитрия Валентиновича. Очень уж он любит разного рода безделицы, да чтоб поострее и посмертоноснее. — Шутливо сказал министр.

— Замечательно. Значит нам с ним явно будет о чём поговорить.

— Вот и славно. Прошу меня извинить, но вон за тем столиком господа решили поиграть в преферанс. А я не могу позволить им сделать это без моего участия. — Министр азартно потёр ладони и двинул к столику.

— Ты был прав, здесь куча занятных людей. — Шепнула мне на ухо Юлия и начала перечислять мне бесконечный список влиятельных богачей.

Признаться от такого количества имён голова шла кругом. Иногда нас захватывала проходящая мимо компания, погружая в собственный мир. Травили ничего незначащие байки, весело и по-доброму общались и уступали нас следующей компании.

После начались танцы. Живая музыка, резонируя с деревянными стенами заполняла весь дом. А желтизна пламени от свечей отражалась от лакированного паркета, привнося в приятную атмосферу немного загадочности.

Я познакомился с главой кузнечной мануфактуры, балериной, выступающей по всей империи, оперной певицей, профессиональным фехтовальщиком и многими другими. Я не знаю как Панфилов смог собрать эту компанию, но гости все до единого оказались приятными людьми. Возможно, аура князя привлекает лишь подобный контингент.

Юлия сияла. Мы кружились в танце, пили игристое вино, целовались как школьники, когда никто не видит, а ещё общались, общались и снова общались. Друг с другом, с гостями, с хозяином праздника. В один из моментов Юлия отлучилась в уборную, и в ту же секунду появился зять министра торговли, Тополев Никита Юрьевич.

— Виктор Игоревич. Рад встрече. — Он широко улыбнулся и пожал мне руку. — Признаться я навязался следом за тестем, как только узнал, что вы тоже приглашены.

— Как много внимания к моей скромной персоне. — Улыбнулся я.

— Ха-ха! Я наслышан о ваших деяниях. Вы скромная персона лишь по меркам столицы, но вот в Сибири о вас слышали многие, если не все. — Расхохотался Никита Юрьевич.

— Вижу вы навели обо мне справки. — Ухмыльнулся я, пытаясь понять почему именно я удостоился такого внимания. — Если вы знаете обо мне всё, то расскажите о себе.

— Вы правы, не хорошо получается. Я офицер имперской армии. Заслужил пару орденов за доблесть. Владею собственной мануфактурой, производящей мундиры и премиальную одежду. Кстати... — Сказал он и сделав шаг в мою сторону потрогал ткань моего дорогого пиджака. — Ткань вашего костюма тоже изготовлена на моей мануфактуре. Радует, что у вас есть вкус и вы выбираете лучшее.

— Добротную вещь видно издалека. — Ответил я комплементом на комплемент.

— Так и есть. Кстати, хотел узнать у вас как прошла проверка вашего производства? Я слышал, что сам министр здравоохранения приезжал для этого лично!

— Всё прошло отлично. В моей команде работают только профессионалы. Министр удостоверился что производимые лекарства высочайшего качества и со спокойной душой вернулся в столицу. — Ответил я, опустив пару подробностей.

— Позвольте я скажу одну крамольную мысль, но она всё время крутится на языке. — Увидев, что я кивнул он продолжил. — Мне кажется, что министр здравоохранения плохо подходит для своей должности. Ведь он не отличается хорошим здоровьем, если вы понимаете, о чём я. — Тополев двумя руками изобразил толстый живот министра и надул щёки, заставив меня расхохотаться. — Говорят у министра проблемы с сердцем, и он уже давненько ищет способ поправить здоровье.

— Что ж, пожелаем ему удачи. Если зашьёт рот, то всё у него получится. Разве можно столько жрать? — Пошутил я в ответ вызвав на лице Тополева улыбку.

— Виктор Игоревич, а вы забавный. — Сказал Никита Юрьевич и сделав короткую паузу добавил. — Не сочтите за наглость, я не хочу испортить вам вечер, но не могу отказать себе в удовольствии. Может проведём небольшой спарринг?

Мимо проходил Панфилов и услышав слова Тополева, тут же вклинился в беседу.

— Никита Юрьевич, все сражения за пределами моего поместья. Не хочу, чтобы кто-то из гостей пострадал. Я понимаю, что вы молоды и полны сил, но покажите лучше своё мастерство за обеденным столом, он, кстати, уже накрыт. Прошу. — Панфилов расплылся в улыбке и подхватив Тополева под руку, потащил к столу.

А я, воспользовавшись свободной минуткой, тут же позвонил Антипу.

— Приставь слежку за министром здравоохранения и его доверенными людьми. Если кто-то из этих выродков решит купить лекарства в нашей аптеке, позаботься чтобы фармацевт сказал, что именно этот препарат закончился.

— Сделаю. — Коротко ответил Антип и отключился.

Я убрал мобилет в карман и в отражении окна заметил, что Юлия крадётся ко мне. Сделал вид, что не заметил её. Мышкина запрыгнула мне на спину и звонко захохотав спросила:

— Скучал?

— Ещё как. — Отозвался я и ловким движением перебросил её через себя. Глаза девушки расширились от страха, а потом и от удивления, когда она приземлилась на ноги.

— Дубровский. — Испуганно выдохнула она и улыбнувшись впилась в мои губы.

Вечер шел своим чередом. Мы поужинали, поплясали, спели пару песен. Панфилов пригласил ведущего, который, провёл десяток конкурсов. Одним словом, вечер прошел шикарно! И, несмотря на то что Панфилов запретил нам спарринговать, мы с Тополевым таки поборолись на руках. Я победил.

Попрощавшись с гостями и Панфиловым, я приобнял захмелевшую Юлию и шагнул в портал. Синеватая арка перенесла нас в кармашек, а когда портал закрылся, Юлия тихонько шепнула:

— Спасибо тебе. Это был лучший день за долгое время.

***

Трущобы высоко в горах.

Пестрихин Арсений Кантемирович убивал людей столько, сколько себя помнил. Он рос в мире полном насилия, голода и злобы. Если ты не будешь защищать собственный кусок хлеба ценой жизни, то его у тебя отберут и ты так или иначе умрёшь.

Идя через полуразрушенный район, он смотрел на покосившиеся дома с осыпавшейся черепицей, и улыбался.

— А здесь мало что поменялось. Всё точно так же, как было во времена моего детства.

Он заметил, как из подворотни на него пялятся голодные глаза. И слева тоже, и справа, на крыше ещё двое. Да, это уже не дети. Голодные звери, которые сделают что угодно ради выживания. Пестрихин знал, что в трущобы нельзя соваться в богатом наряде, но как ещё выманить самых остервенелых хищников?

— Идите сюда! Обед прибыл! — Выкрикнул он, подставив лицо холодному лунному свету.

Со всех сторон к нему рванули подростки, вооруженные сталью, заточенной до бритвенной остроты. Один, второй, десятый! Спустя минуту все волчата лежали на земле сплёвывая кровь, а Пестрихин скалился похрустывая костяшками пальцев.

— Ну что, молодые волки? — Хищно сказал он. — У меня для вас есть работа.

— Сколько платишь? — Спросил парень шестнадцати лет, даже не озаботившись уточнить что именно нужно сделать.

— У меня есть сто тысяч и так уж вышло, что эта сумма отлично делится на ваше количество. Каждый получит по десять тысяч рублей. Нужно убить одного аристократа.

Волчата, лежащие в пыли, присвистнули и тут же встали на ноги.

— За такие деньги мы прикончим хоть самого императора. — С готовностью сказал один из парней и шмыгнул носом.

— Вот и славно. — Пестрихин хищно улыбнулся.

Он предпочитал нанимать озлобленных на весь мир зверят, нечувствительных к мане. Ведь маги хороши лишь в открытом столкновении. А вот если пырнуть их ножичком в подворотне, то они сдохнут так же, как и все остальные.

Тем более что у неодарённых есть весомое преимущество. Им не нужно пользоваться дурацкой маной, которую чувствуют маги, а значит убивать скрытно становится ещё проще.

От автора: Уважаемые читатели, прошу поддержать книгу своим императорским лайком. Книгу читает больше 3000 человек, а лайком одобрили лишь 500. Поставь лайк, сделай автору приятно) Вот вам светлый лик яростной Кьяры в обмен на сердечко:

Глава 7

Проснувшись рано утром, я тайком выбрался из кровати, стараясь не разбудить Юлию. На цыпочках спустился на первый этаж замка, услышал, что Яшка кашеварит на кухне. В животе тут же заурчало. Но решил прежде чем идти завтракать, позвонить Клещову. Он поднял трубку мгновенно.

— Виктор Игоревич, а я как раз собирался вам звонить. — Лебезящим тоном сообщил Афанасий.

— Есть чем порадовать?

— Увы нет. Плющов постоянно перемещается из одного жилища в другое и нигде не задерживается дольше чем на полдня. Мои люди его находят, но он тут же меняет место пребывания.

— Афанасий. Ты ведь помнишь, что твоё сердце остановится через четыре дня?

— А разве такое можно забыть? — Огрызнулся Клещов и тут же прикусил язык. — То есть я хотел сказать, что помню и прилагаю все возможные усилия для того, чтобы вас не разочаровать.

— Молодец. Продолжай работать и тогда твоё гнилое сердце будет биться ещё долгие годы.

Я сбросил вызов, и сразу же набрал Большакову надеясь, что хотя бы он был более успешен в поисках.

— Алексей Павлович, как продвигаются поиски?

— Виктор Игоревич, мои люди нашли Мышкина, но насколько я знаю вы нашли его раньше нас.

— Всё верно. Компромат на Мышкина можете больше не искать. Быков Георгий Александрович обыскал комнату сына и нашел в сейфе документы, которыми Богдан шантажировал Сергея Юрьевича. Оказалось, что Мышкин не особенно то и чист на руку. Подворовывал у императора, жалкие полпроцента от общей доходности, но суммы через его руки проходили баснословные, поэтому и боялся за собственную шкуру. — Пояснил я и спросил. — А что насчёт Плющова?

— Плющов последний раз был замечен в Санкт-Петербурге, но, когда мои люди попытались проверить полученные данные, он куда-то исчез. Продолжаем поиски.

— Это печально. — Задумчиво сказал я.

Плющов занят деловыми поездками или прячется от меня? Если второе, то, скорее всего, этот боров готовит какую-то подлость. Знать бы только какую...

— Вас понял. Продолжайте поиски.

Я повесил трубку и спрятался за лестницей услышав шаги Юлианы, доносящиеся сверху.

***

Неподалёку от Усть-Ордынска.

Бодрой походкой Богдан чеканил шаг по дороге в Усть-Ордынск. Если родной папенька отвернулся, а в банке отказали в выдаче кредита, не беда. Всегда есть надёжные друзья, если таковыми можно назвать людей, присягнувших на верность.

Топая по лужам, Богдан ощутил, что левой ступне внезапно стало холодно. Посмотрев на ногу, стало ясно что ботинок порвался и теперь при каждом шаге открывал пасть словно крокодил.

— Да твою ж мать! — Выругался бывший аристократ и хотел выбросить испорченный ботинок, вот только другого у него не было, как и денег на покупку новой обуви.

Проклиная всё на свете, Богдан ускорил шаг и через час добрался к имению Саламандровых. Баронская халупа выглядела убогой деревенской хатой, но сейчас Богдан с радостью заночевал бы и в такой.

Подойдя к воротам, он постучал в калитку. Залаяли собаки. Они высовывали морды под воротами норовя укусить босяка за ногу, из-за чего Богдан отступил на пару шагов назад.

— Бешеные твари. — С ненавистью прошипел он и услышал, что в его направлении идёт дворецкий.

— Кого там нелёгкая принесла? — Бухтел старик.

— Юрий Никифорович дома?

— Возможно. — Сказал дворецкий, осматривая с ног до головы зачуханного гостя.

— Скажи, что его хочет видеть Быков Богдан Георгиевич. — Надменно сказал изгой и засунул подмышки околевшие руки.

— Обождите пару минут. Я сейчас вернусь.

— Куда ты пошел? Я что на морозе должен ждать? — Возмутился Богдан.

— Без разрешения господина, я вас в дом не пущу. Вы уж извините. — Искренне побожился дворецкий и двинул в сторону особняка.

— Ха-ха! Богдан сука Георгиевич. Ну и как ты докатился до такой жизни? Раньше тебя рады были видеть на приёмах князья! А сейчас сраный барон на порог не пускает. — Иронично усмехнулся он и поднеся руки ко рту попытался согреть их дыханием.

Ждать пришлось долго. Саламандров не спешил выходить и более того! Этот выродок приоткрыл штору, чтобы удостовериться, в том, что его гость по-прежнему ждёт на морозе. Это окончательно вывело Быкова из себя.

Потянувшись к мане, он создал щит огня мгновенно согревшись, а после подошел в плотную к воротам. Сталь раскалилась до красна, а чёрная краска вспыхнула ярким пламенем. Забавно, но подобное послание хозяин особняка понял мгновенно и выбежал встречать дорогого гостя.

— Богдан Георгиевич! Вы уж простите моего дворецкого, он просто старый и нерасторопный. Заходите. Чай будете? — Пролепетал Саламандров и потянувшись к мане окутал свою руку пламенем, для того чтобы не обжечься пока открывает раскалённую до красна дверь.

— Чай буду. — Коротко бросил Богдан и широким шагом двинул в сторону особняка.

Попав внутрь, Юрий Никифорович провёл Богдана в гостиную. Быков осмотрелся и тяжело вздохнув буркнул под нос «как я и думал, халупа». Это услышал Саламандров, но виду не подал.

Быков прошел через всю гостиную и взяв вазу с печеньем, плюхнулся на белоснежный диван. Одежда, покрытая грязью тут же, заляпала ткань дивана заставив глаз хозяина нервно дёрнуться.

— Вижу дела у вас идут не очень... — Проблеял Юрий Никифорович.

— Юра, мои дела тебя не кафаются. Есть временные твудности, но я их рефу. Даже не фомнефайся. — Самоуверенно заявил Богдан без остановки жуя печенья. — Но ты можеф мне помочь. Мы ведь двузья? — Чавкая спросил он.

Этот вопрос озадачил Саламандрова, ведь он никогда не чувствовал себя другом Быкова. Рабом, подчинённым, прислугой, да кем угодно, но точно не другом.

— Р-р-разумеется. — Замялся Юрий и натянуто улыбнулся.

— Отлифно. Вайми мне миллион вублей. Череф мефяц я верну тебе его ф пвоцентами. — Сказал Богдан и из его рта вывалились крошки окончательно разрушив величественный образ.

— Э-э-э. Дело в том, что всеми финансами заправляет мой отец и я...

— Ну так поговори с ним. В чём проблема? — Возмутился Богдан, громко сглотнув и добавил. — Ты говорил про чай. Где он?

— Ах да. Сейчас прикажу чтобы принесли чай. — Извиняющимся тоном сказал Саламандров чувствуя себя слугой в собственном доме.

Слева послышался стук тяжелых сапог и в гостиную вошел двухметровый мужчина с задорным взглядом и слегка безумной улыбкой.

— Никифор Петрович! Рад вас ви... — Сказал Богдан вскочив с дивана, но договорить не успел.

— Юрка, ты совсем из ума выжил? То собаку притащишь бродячую, а теперь бомжей домой водишь? — Прорычал патриарх рода Саламандровых.

— Папа, но ведь это...

— Мне плевать что ты скажешь. Чтобы этого чучела не было здесь через минуту.

— Никифор Петрович, вообще-то я Богдан Георгиевич Быков, сын... — Горделиво расправив плечи начал говорить Богдан, но его снова прервали.

— Сукин сын. — Патриарх закончил фразу за Богдана. — Так это ты Георгия травил? Мелкий выродок. Выметайся с моей земли! Если ещё хотя бы раз заговоришь со мной или моим сыном, клянусь всеми богами, я выпотрошу тебя, а твою дурную голову насажу на флюгер. Будешь показывать куда движется паршивая погода. — С ненавистью прорычал патриарх, заставив Богдана поёжиться.

— Это всё слухи... — Попытался оправдаться несостоявшийся глава рода Быковых.

— Я с твоим отцом бок о бок сражался десять лет в русско-японской. А ты падаль малолетняя хотел не только отравить моего друга, но ещё и моего сына своей шестёркой сделал? — Патриарх смерил Богдана хищным взглядом и прошипел. — У тебя двадцать секунд, чтобы добежать до забора. Не успеешь, сдохнешь.

— Никифор Петрович, вы... — Попробовал сказать Богдан, но его уже никто не слушал.

— Один, два...

Богдан рванул со всех ног на выход, зная, что этот человек точно не шутит. Да и шансов справиться с отцом Саламандрова у Богдана не было, а вот шанс успеть добежать до забора оставался.

***

Завтракали мы в тёплом кругу. Вадим с Ярославой и я с Юлией. Вкусная пища с шутками и прибаутками насыщала желудок, а забота наших дам грела сердце.

— Вить, тебе ещё налить морсику? — Промурлыкала Юлия смотря на меня влюблёнными глазами.

— Да, будь добра. — Улыбнулся я и поцеловал её в щёку.

— Вадик, блинчиков положить? — Тут же заговорила Ярослава.

Они как будто соревновались друг с другом кто краше и обходительнее. А мы с Вадимом наслаждались прекрасным моментом.

— Кстати, тебе Оболенский вчера не смог дозвониться, поэтому позвонил мне. — Сказал Вадим, запихивая в рот дымящийся блин.

— Странно, видимо связь барахлила. Чего хотел? Небось опять какую-то гулянку решил устроить? — Спросил я, отпив ледяного морса.

— Сказал, что сегодня он с ребятами пойдёт выбирать подарок Картаполову на свадьбу. И если ты не планируешь индивидуально даровать что-то уникальное, то можешь присоединиться к ним. В двенадцать часов Оболенский тебя будет ждать в Иркутске, у портальной станции.

Проклятье. Мишкина свадьба состоится через пару дней, а я даже не думал о том, что ему подарить. Пару гарпий? Ха-ха. Они ведь с Лавандовой мечтают о детях, а я тут привезу им пару верещащих подкидышей. Нет, такой подарок им и даром не нужен. Хотя ручные гарпии определённо удивили бы молодоженов.

— Спасибо, что сообщил. Обязательно к ним присоединюсь. Юль, пойдёшь со мной?

— Если ты не против, то я хотела бы провести время с моими птичками. — Улыбнулась Мышкина.

— Только не перекармливай их макрами. Одна эволюция в день, не больше. Не хватало ещё чтобы они сдохли от переедания. — Вздохнул я, ибо любовь девушки к пернатым бестиям начала переходить грани разумного.

Как-то раз я проснулся, а Юли рядом не было. Она сидела на балконе, и любовалась как гарпии парят в свете луны. Не спорю, это красиво, но сон явно будет поважнее.

— Тьфу, тьфу, тьфу! Ну ты чего такое говоришь? Вить, смотри не сглазь. — Испуганно протараторила Юля и плюнула через левое плечо.

Когда завтрак был съеден, мы поднялись с Юлей в спальню и провели пару приятных часов наедине. Лежа в кровати с обнаженной Юлией мне чертовски, не хотелось уходить. Но самостоятельно выбирать проклятый подарок хотелось ещё меньше. Не люблю я это дело.

Да, можно подарить какой-нибудь артефакт, но какой? Да и они мне самому пригодятся. Вещи штучные, а в передряги я влипаю постоянно. Попрощавшись с домашними, я открыл портал и отправился в Иркутск.

Оболенский ждал меня в коридоре телепортационной станции. Как всегда при параде, улыбается рассматривая красоток, бегущих по делам. Всё-таки Кошкина вряд ли заставит его остепениться...

— О! Виктор как дела? — Спросил Оболенский, заметив меня.

— Всё даже лучше, чем могло бы быть. Юлия вернулась.

— Да иди ты! Неужели тиран отец решил от неё отстать? — Удивлённо выпалил Григорий.

— Ага, решил. — Хмыкнул я. — Но только после скандала и возвращения компромата, которым Быков его шантажировал.

— Даже человека такой величины могут шантажировать? — Присвистнул Оболенский.

— Особенно человека такой величины. Ведь он может потерять куда больше, чем любой другой житель империи.

— Ты прав. — Задумчиво сказал Оболенский и тут же оживился. — Ладно, идём. Ребята уже должны быть в салоне.

— А куда идём то?

— Хммм. Разве я не сказал Вадиму? — Озадаченно спросил Григорий. — Мы идём покупать автомобиль.

Прогулявшись по заснеженным улочкам Иркутска, мы добрались до огромного здания похожего на ангар. На фасаде здания висела вывеска «Автосалон Ивлеевых». Попав внутрь, мы оказались в просторном помещении, заваленном автомобилями. Десятки, а возможно и сотни видов. От такого обилия техники разбегались глаза.

К нам подскочил продавец и с широкой улыбкой выпалил:

— Господа, добро пожаловать! Чем могу помочь?

— Вам звонил господин Ершов по поводу авто. — Пояснил Григорий.

— Да, всё верно! Василий Аркадиевич вместе с другом осматривают автомобили вон там. — Продавец указал в дальний угол автосалона, где мелькали две знакомые макушки.

Подойдя к ним, я услышал оживлённый спор.

— Думаешь им нужен такой мощный движок? — Спросил Лев.

— Ну а почему нет? Вдруг дети будут опаздывать в школу, Мишка придавит педаль газа, вжух и на месте. — Объяснил свою позицию Ершов.

— Хочешь сказать, что Картаполов может опаздывать? Он ведь сама пунктуальность, так ещё и женится на Лавандовой. Теперь пунктуальность их родовая черта. Будут приходить на встречу, не за пятнадцать минут до её начала, а за целую жизнь до встречи. — Усмехнулся Лев.

— Согласен. — Озадаченно протянул Василий.

— Господа, о чём спорим? — Спросил я встав рядом.

— Да всё никак выбрать не можем. Куча моделей и у каждой есть изъян. Одна надёжна и безопасна как танк, но тащится как каракатица. Другая резвая как дикая кобыла, но при желании я её кузов голой рукой насквозь проломлю. Да и выглядят все по-разному. Попробуй, угадай какая Мишке понравится. — Объяснил Лев заглядывая в салон нового автомобиля.

— Тогда мы можем взять что-то из премиального класса, но с усреднёнными характеристиками. Пусть будет в меру бронированной, быстрой и надёжной. — Предложил я.

— Премиум? — Задумчиво сказал Оболенский. — Мы планировали по сто тысяч скинуться. А премиальные начинаются от восьмисот тысяч и дороже.

— Значит нам как раз хватает на премиальный автомобиль. — Улыбнулся я и пояснил. — Мишка ведь присягнул на верность моему роду, а значит большую часть суммы и должен внести я. Но скажем что подарок от нас четверых.

— Не, так не годится. — Покачал головой Ершов.

— Согласен. Если скидываемся, то равными долями. — Добавил Лев.

— Да. Мишка то не будет знать кто сколько скинул, а мы то будем. Не хочется каждый раз видя автомобиль, думать, что зажал денег на подарок другу. — Подытожил Оболенский.

— Значит решено. Увеличиваем бюджет. По двести-триста тысяч нормально будет? Никто не обеднеет? — Спросил я, осмотрев друзей.

— Придётся на обедах экономить. — Хитро прищурился Оболенский. — И раз уж это по твоей вине, то будешь каждый день нас водить в профессорскую столовую.

— Замётано. — Я звонко отбил пятюню Грише, и мы направились к продавцу консультанту.

Оказалось, что это было отвратительное решение. Ушлый продавец вечно подводил нас к машинам, выходящим за рамки бюджета.

— А вот новая модель называется Аврора. Цена жалких пять миллионов рублей. В ней вы будете чувствовать себя... — Молол языком торгаш и мы каждый раз возвращали его с небес на землю.

В конечном итоге он показал нам чёрный как смоль автомобиль. Длинный нос, просторный салон и багажник. Кожаные сиденья и руль, одним словом, выглядел транспорт надёжно и богато.

— Эта модель называется Аркаим. Бронебойные стёкла и корпус, выдерживают три прямых попадания огненным шаром. Развивает максимальную скорость до ста пятидесяти километров в час, при этом расход макров остаётся минимальным. Также здесь есть... — Продавец продолжил рекламировать товар, а мы с друзьями уже приняли решение.

— Берём. — Сказал я и потянулся к завибрировавшему мобилету.

На экране устройства высветился незнакомый номер.

— Слушаю.

— Виктор Игоревич, вас беспокоит секретарь Алиса. — Представилась девушка и я сразу же её вспомнил. Она помогала судье во время моего судебного процесса.

— Доброго дня Алиса. Чем могу помочь?

— Я звоню, чтобы сообщить вам об итогах расследования в отношении следователя Черняева. После изучения воспоминаний выяснилось, что он действительно замешан в неоднократном получении взяток. Только что завершилось закрытое заседание суда. Господина Черняева осудили на десять лет строгого режима. Наказание будет отбывать на рудниках. После того как он выйдет на свободу, Черняеву будет до конца жизни запрещено работать на государственных должностях. — Сообщила девушка.

— Надеюсь после завершения разбирательств на свободу выпустят всех, кто пострадал от рук Черняева.

— Так и есть, уже ведётся работа по освобождению пострадавших и выплате им компенсаций за ложное осуждение.

— Благие вести Алиса. Спасибо что сообщили.

Оболенский, увидев, мою довольную физиономию спросил:

— Что-то хорошее случилось?

— Да, сегодня у меня стало на одного врага меньше.

— Но ты ведь найдёшь новых? — Усмехнулся он.

— Скорее всего. — Улыбнулся я и потянул Гришу в сторону кассы.

***

Плющов Константин Ярославович прятался в небольшом домике на Урале. Кругом горы и ни единой живой души. Куря сигару, он посмотрел на стол. На нём лежал вибрирующий мобилет. Звонил штабс-капитан Лавров.

— Ярославыч, ну как дела? — Весело спросил Лавров.

— Никифор, а тебе как сказать? Правду или обнадёжить? — Тяжело вздохнув Плющов выглянул в окно своего убежища.

— Всё так плохо? — Озадаченно спросил друг.

— Ну как тебе сказать. Этот сучонок уничтожил мою фабрику в Подмосковье. А это значит, что мы с тобой стали намного беднее чем были неделю назад. А ещё я узнал через проверенных людей, что он меня разыскивает. Разумеется, для того чтобы убить. Если я сдохну, то жить тебе Елизарыч на одну зарплату. Понимаешь о чём я?

— Да уж... — Тяжело вздохнул штабс-капитан. — И что думаешь делать?

— Что думаю? Думаю, скрываться попутно пытаясь прикончить его. Есть у меня один человечек, который должен помочь, но если честно я уже перестаю верить в то, что Дубровского можно убить. Живучий как таракан. — Пожаловался Плющов.

— Хреново... — Задумчиво протянул Лавров.

Повисло томительное молчание. Каждый думал о своём. Плющов о том, как не сдохнуть, Лавров о том, как не лишиться сладкой жизни. Первым молчание нарушил Лавров.

— Слушай. Есть у меня один неучтённый артефакт. Божественного уровня, между прочим. Им ещё никто не пользовался, но артефактор сказал, что предмет способен запечатать разум человека на ком его применят. Правда нужен физический контакт с артефактом.

— Физический? И что ты предлагаешь? Взять эту безделушку и подкрасться к Дубровскому? — Скептически спросил Плющов.

— В идеале да. Тебе нужно лишь коснуться его, и мальчишка превратится в овощ, пускающий слюни.

— Звучит опасно, но мне нравится. — Хищно оскалился Плющов.

— Тогда встретимся лично, на нашем месте. Сегодня в пять.

— У Машки, что ль?

— У неё родимой. И артефакт передам, и шишки попарим. Хе-хе. — Весело сказал Лавров.

— Замётано.

Плющов положил трубку и впервые за долгое время почувствовал себя хорошо. Да убийца нанятый им профессионал, но он уже один раз облажался. А вот артефакт и тем более божественного уровня! Это уже серьёзная заявка на победу. Кстати, об убийце. Плющов посмотрел на экран снова зазвонившего мобилета. Звонил Пестрихин.

— Константин Ярославович, команда набрана, и мы готовы нанести удар. — Отчитался убийца.

— Арсений, это отличные новости. Осталось только выбрать время и место.

— Не нужно ничего выбирать. Я уже знаю когда и где будет Дубровский без своей своры наёмников. — Самодовольно сказал Пестрихин.

— Вот как, ну и где же? — С улыбкой на лице спросил Плющов чувствуя, что сами боги благоволят его мести.

— На свадьбе Картаполова. Она состоится через пару дней. Ребят я подготовил, план проникновения на свадьбу проработали. Всё сделаем в лучшем виде.

Плющов искренне расхохотался. Наконец то всё идёт так как и должно идти! И скоро жалкий граф исчезнет с лица империи.

— Арсений. Ты молодец. Так и поступим. Я тоже принесу подарочек для молодоженов. Благо мне есть чем их удивить. — Плющов расплылся в хищной улыбке и положил трубку. — Придётся невесте перекрасить свадебное платье в красный.

Глава 8

Время пролетело незаметно. Вот мы выбирали платье Юлии для свадьбы Картаполова, бац! И уже наступил день этой самой свадьбы. Спасибо ребятам, что помогли с выбором подарка, иначе я бы до сих пор ломал голову.

— Юль, где мой галстук? — Спросил я, поправляя ворот рубахи.

— В шкафу, на верхней полке. — Ответила Мышкина протискиваясь в чёрное кружевное платье с глубоким вырезом на спине.

С возвращением Юлии в моём царстве появился некий беспорядок. Точнее беспорядок там был всегда, но контролируемый! Я всегда знал, что и где лежит. А к набегам Степана я уже привык и если не находил вещь на своём месте, то точно знал куда он её убрал.

А вот Юля жила за пределами моей обыденности. Из-за чего нужные мне вещи исчезали словно в бермудском треугольнике. Да, она делала всё как нужно и в замке стало намного уютнее, но всё же... Достав галстук с полки, я залюбовался изгибами Мышкиной.

— Юлия Сергеевна, вы чертовски притягательны в этом платье.

— А без него? — Кокетливо спросила она.

— Ну давай посмотрим. — Улыбнулся я и направился к ней.

— Нет! Витя, я уже час наряжаюсь, придётся всё заново начинать. — Засмеялась она и повисла у меня на шее.

— Уговорила. Но когда вернёмся со свадьбы Картаполова, твоё платье разорвётся в лоскуты. — Сказал я, пожирая её взглядом.

— Жду с нетерпением. — Промурлыкала Юлия и поцеловав отправилась выбирать украшения.

До тех пор, пока я не начал жить с Юлией, я даже и не догадывался сколько стоят женские побрякушки. Проклятье. Если ты родился мужчиной, то всё что от тебя требуется это выглаженная одежда, и чтобы перегаром не разило. Ну может ещё придётся причесаться и воспользоваться парфюмом.

А вот у женщин всё совершенно не так. Они играют по-крупному! Крема, лифчики, трусики, ночнушки, носочки, чулочки, перчаточки, одно платьешко для прогулок, второе для светских выходов, третье повседневное. И вы чертовски наивны если думаете, что женщина способна ограничиться тремя платьями.

Нет в теории может, но если бюджет позволяет, то платьям не будет конца. И это я ещё умолчал про туфли. О боги. Для Юлии туфли оказались каким-то фетишем, таким же каким для Большакова являются арбалеты. Но там я хотя бы могу понять, а тут...

Куча кожаных ленточек с минимальным различием. Где-то каблук повыше, где-то незначительно меняется форма и цвет. Ладно, у каждого своё оружие. У мужчин то которое убивает врагов. У женщин то которое пленяет мужчин.

Когда Юлия закончила наряжаться я смог оценить её боевой комплект. Действительно туфли, на покупку которых она потратила половину дня смотрелись идеально с чёрным платьем, делая её ноги ещё более стройными и длинными. Хотя ноги у неё и так были идеальны.

Чертовка сумела меня порадовать подобранными украшениями. А вместе с этим она подчеркнула, что пришла именно со мной. На её аппетитной груди красовалась подвеска с зелёным камнем который окружало золотое плетение. Подвеска, к слову, выглядела как могучий дуб с зелёной кроной в виде камня.

Серьги оказались миниатюрной копией подвески и также имели форму дуба. Я не смог сдержать довольной улыбки. Всё же не зря она тратит мои деньги. Эстетическое удовольствие стоит того, чтобы потратить несколько сотен тысяч.

— Как я тебе? — Улыбнулась она, зная ответ.

Я смотрел на Юлю и вспомнил давний разговор с её отцом. На дне рождении Мышкиной я сказал, что ей подошла бы моя фамилия. И сейчас смотря на её образ понимаю, что случайно брошенная фраза, может оказаться пророческой.

— Ты восхитительна. — Коротко сказал я и прижал её к себе. В ноздри тут же ударил терпкий аромат духов, заставив зажмуриться от удовольствия.

— Правда? — Мурлыкнула она и поцеловала меня в шею.

— Правда. — Сказал я и увидел, как за окном парят Фурия и Пандора. Две пары желтых глаз пялились на нас с нескрываемым интересом. — Только потуши сознание своих питомцев или оставь их здесь. На свадьбе Картаполова им не место.

— Нет, здесь я их точно не оставлю. Твои ребятки в прошлый раз перекормили моих птичек. Не хватало ещё чтобы Фури и Панда заработали ожирение. — Юлия закрыла глаза и сосредоточившись отозвала питомцев.

С горем пополам мы сумели собраться и уже через час стояли у ворот особняка Картаполова.

— Гриша, где машина? — Спросил я, видя, что наш подарок отсутствует.

— Виктор, всё под контролем. Ты же не хочешь испортить сюрприз? После церемонии владелец автосалона подгонит машину, украшенную цветами, в ней молодожены и поедут кататься по городу.

— А ты не такой балбес каким порой кажешься. — Улыбнулся я.

— Это прикрытие. На самом деле я умнее вас вместе взятых. — Хохотнул Оболенский и шепнул. — Тихо. Дворецкий идёт.

Калитка распахнулась и нас провели в особняк. Внутри всё было украшено белыми цветами с вкраплениями лаванды. Запах стоял такой, что даже голова начала кружиться. Сразу видно Мишка нервничал и слегка переборщил с закупкой цветов.

— Прошу располагайтесь. Молодожены скоро спустятся, и мы начнём церемонию. — Сказал дворецкий и поклонившись ушел.

В гостиной собралась наша компания и три десятка мало знакомых мне людей. Видимо родственники Картаполова и Лавандовой. Ершов пришел с Лунгиной, Оболенский с Кошкиной, я с Юлией, а вот Лев был один.

— А ты чего не взял с собой Кошкину младшую? — Подойдя к другу шепнул я.

— Нет настроения. — Отмахнулся он.

— Понимаю. Это ведь не владычица северных пустошей. Да? — Поддел я друга, но он не стал отнекиваться.

— Так и есть. — Вздохнув Лев спросил. — Когда планируешь снова отправиться... — Он замялся, пытаясь вспомнить как называется тот мир, но названия он не знал, ведь я его не говорил.

— В Изиду? — Подсказал я. — После свадьбы Мишки можем заглянуть на денёк. Посмотрим, насколько очистилась атмосфера над Фозотом. Если всё хорошо, то может задержимся на пару дней.

— Вот это другой разговор. — Расплылся в улыбке Лев.

— Не слабо она тебе в душу запала. — Хмыкнул я.

— Мальчики, вы чего тут шушукаетесь? Кого обсуждаете? — Спросила Юлия принеся мне и Льву по бокалу шампанского.

— Я хвалился другу какая мне досталась красивая спутница. — Соврал я, но Юлия засияла от восторга.

— Засмущал. — Она потупила взгляд и спряталась под моё крылышко.

К нам подошли Ершов и Лунгина держась за руки.

— Всё это так волнительно. Такие молодые и уже женаты. — Выпалила Лунгина обмахиваясь веером.

— Кстати, о молодости. Елизавета Антоновна, твой брат принёс мне клятву верности и на правах покровителя вашей семьи мне интересно, когда состоится ваша свадьба с Василием. — Пошутил я.

Услышав это, Василий подавился шампанским, а Елизавета покрылась красными пятнами.

— Виктор Игоревич, что вы такое говорите? Какая свадьба? Нам нужно сперва окончить академию, а только потом... — Затараторила Лунгина, как будто её поймали за руку во время кражи.

— Да, свадьба дело такое, всегда успеется. — Сказал Василий, но я-то заметил, что оба потупив взгляд улыбнулись и тайком зыркнули друг на друга.

Неужели все решили разом пережениться? Хотя кто эти все? Я вот не решил. Лев может и решил, но сперва ему нужно добиться своей тигрицы. Даже интересно как изменится наша шайка, если все в ней будут окольцованы?

Со второго этажа к нам спустилась молодая пара. Миша одет в чёрный как смоль костюм с белоснежной рубашкой и красным галстуком.

Мария выбрала платье лавандового оттенка с белой фатой. Выглядела она экстравагантно, но не мне судить. Как я понимаю она отдала дань своим корням и именно поэтому выбрала такой цвет.

Следом за молодоженами спустился свадебный генерал в виде пышной раскрасневшейся тётки. Видать накатила перед праздником. Улыбнувшись во все тридцать два, она объявила:

— Дамы и господа! Поприветствуем молодоженов!

Зазвучали аплодисменты, гости выкрикивали комплименты, а молодые скромно улыбаясь шли в центр зала, где расположилась арка, украшенная цветами. Встав перед аркой, Михаил взял за руки Марию и заглянул ей в глаза.

Я же встал слева от Картаполова с бутылкой шампанского, которую мне всучила ведущая. Ох, и шустрая женщина! Жуть.

Когда все заняли свои места, заиграла живая музыка и ведущая произнесла речь:

— В этот знаменательный день, вы собрались здесь, чтобы поздравить Михаила и Марию с заключением союза. Это не мимолётное решение, а выбор на всю жизнь. Вы будете опорой друг для друга. Любовь и уважение сплетутся воедино, даруя силы для преодоления трудностей. Улыбки и радость будут сопровождать вас куда бы вы не шли. А вместе с этим и все замечательные люди, приглашенные вами, будут следовать за вами даря тепло своих сердец. Цените каждое мгновение, проведённое вместе и пусть боги хранят вас на жизненном пути. Горька!

Зал взорвался возгласами «Горька! Горька!». Родители Лавандовой рыдали навзрыд. Кошкина и Юлия тоже прослезились, остальные же просто хлопали и умилялись молодой парой.

— Один! Два! Три! — Заорала ведущая и все продолжили считать вместе с ней.

Досчитали до двадцати и только тогда Михаил отлип от своей невесты.

— Все вы стали свидетелями искренней любви этой прекрасной пары. Если среди вас есть тот, кто против этого союза, то пусть прямо сейчас выйдет и скажет об этом. А если нет, то пусть молчит до скончания времён! — Продолжила ведущая.

— Пусть только попробует! Мы ему морду разнесём! — Рявкнул Оболенский, заставив гостей хохотать.

Вот же дурень. Вроде он аристократ с рождения в отличие от меня, а про манеры порой забывает. Хотя я про манеры тоже не всегда вспоминаю.

Когда гости закончили хохотать, ведущая обратилась к Михаилу и Марие.

— Молодожёны, клянётесь ли вы всегда оберегать, уважать и поддерживать друг друга, в болезни и здравии, богатстве и бедности, быть верными друг другу, пока смерть не разлучит вас?

— Клянусь. — Ответил Картаполов не сводя глаз со своей избранницы.

— И я клянусь. — Сказала Лавандова и Юлию с Лунгиной прорвало. Они, всхлипнув, начали заливаться слезами от умиления.

— Властью, данной мне императором батюшкой, объявляю вас мужем и женой! Михаил, можете поцеловать Марию.

Зал взорвался аплодисментами, а Картаполов утонул в поцелуе с Лавандовой на пару минут. У некоторых гостей даже руки устали хлопать, ожидая пока этот поцелуй завершится. Как только молодожены отлипли друг от друга, подскочила ведущая и протянула им планшет с ручкой.

— Поставьте подписи, здесь и здесь. После этого ваш брак будет официально зарегистрирован.

Михаил и Мария расписались, после чего ведущая забрала папку и громогласно рявкнула:

— Всем шампанского!

Из комнат, прилегающих к гостиной, потянулись вереницы официантов. Белые рубашки, чёрные жилеты, улыбчивые лица. Своим видом официанты создавали впечатление будто они не обслуживают гостей, а сами являются частью праздника.

Даже удивительно что они так ловко управляются с подносами. Сколько им? Шестнадцать или пятнадцать лет? Красавцы! Несут бокалы с шампанским так, что ни одна капля не проливается.

Когда каждый гость получил свой бокал, наступила пора поздравлений. Гости выстроились в очередь. Кто-то дарил цветы и конверт с наличностью, кто-то кухонную утварь и прочее барахло. Родители Лунгиной подарили молодоженам загородный дом на озере Байкал. Кстати, недалеко от моего санатория.

Смотря на то какое барахло, дарят молодым и как они рады, я с облегчением выдохнул. Уж наш то подарок точно им понравится. Нет, ну правда. Как можно сравнивать машину премиального класса с набором кастрюль? Я слабо себе представляю Лавандову стоящую на кухне у плиты.

Пока очередь неторопливо двигалась, вокруг сновали официанты. Они забирали пустые бокалы и приносили полные, а вместе с тем разносили закуски.

Когда подошла наша очередь поздравлять молодоженов, я заметил, что официанты как-то резко посмуглели. Какого чёрта? Зимой в Сибири загореть невозможно. И уж тем более невозможно получить загар за пару часов. Настороженно я заозирался по сторонам и увидел официанта который, пырнул меня ножом на помолвке в столице.

***

Бывший следователь Черняев.

Рудники под Якутском.

— Вечер в хату. — Сказал следователь, когда его с силой втолкнули в камеру.

— Хэ. Хэ-хэ-хэ! — Заржал коренастый заключённый, покрытый наколками. — Мужики! Смотрите кого к нам подселили! А-ха-ха! А судьба и правда та ещё шлюха. То в морду плюнет, то раком перед тобой загнётся. Да?

Черняев тут же узнал половину из присутствующих. Троих он собственноручно отправил за решетку. Двоих за дело, а вот третьего подставил так же, как и Дубровского. От осознания того в какую жо... в какую передрягу он попал, следователя тут же прошиб холодный пот.

За спиной захлопнулась дверь и внутри Черняева что-то оборвалось. Всё, это конец. Теперь не сбежишь и не откупишься...

— Дмитрий Игоревич, а чего ты в дверях то замер? Заходи, располагайся. — Радушно сказал Толик Ряха, которого Черняев незаконно упрятал за решетку. Видать он здесь и был главным, паханом то есть.

— Да, добрый вечер. Мужчины, не держите зла. Вы же понимаете, работа такая. — Проблеял Черняев, чувствуя, как коленки начинают предательски ходить ходуном.

— Димасик, мы всё понимаем. Мы ж не нелюди какие. Работа есть работа. Согласен. Ну ты располагайся. — Улыбаясь сказал Ряха и указал на свободную шконку.

— Ага. Премного благодарен. — Нервно выпалил Черняев и приставными шагами подошел и уселся на указанное место.

— Э-э-э нет гнида мусорская. Ты меня не так понял. Я тебе разрешил сесть не на шконку, а заползти под шконку. — С ненавистью в голосе выплюнул пахан.

— Под? — Испуганно переспросил Черняев и посмотрел на пол, который был земляным с резким ароматом плесени.

— Мужики, нам походу тупаря прислали. Давайте поможем ему разместиться. — Хищно ухмыльнулся Ряха.

— Господа, право слово, я не со зла... — Заикаясь промямлил следователь, но оплеуха от огромного детины заставила его свалиться на пол.

Сокамерники пару минут обхаживали его ногами по рёбрам, а после запинали следователя под шконку. Оказавшись на дне пищевой цепи, Черняев тихонько заплакал, ощущая собственную беспомощность. Послышались шаги и рядом с лицом следователя показались две ноги. Подошедший наклонился и заглянул под шконку.

— Тут тебе самое место. Петушара. — Ухмыльнулся Харя и плюнул следователю в лицо.

***

Радостные поздравления утонули в звоне бокалов, падающих на пол. Смуглые официанты выхватили клинки и устремились ко мне. Идиотизм какой-то! Я оттолкнул Юлию в руки Льва, а сам использовал Синергию со Слаем и призвал лозы. Я думал, что успел связать всех мальчишек, но видимо парочку упустил.

Со всех сторон на меня обрушилась сталь, которая тут же таяла под действием кислоты. Маленькие убийцы от удивления смотрели на расплавленный металл и собственные руки, изъеденные зелёной слизью. Забавно, но они даже не кричали от боли. Чёртовы монстры. Обезоруженных официантов вырубили Григорий и Лев.

Официант, который пытался прикончить меня в Москве тоже не остался в стороне. Он неуловимо скользнул мне за спину и рубанул по шее клинком длиною в локоть. Лезвие прошло насквозь, правда голова моя осталась на месте. Вместе с этим я резко повернулся и обнял убийцу.

— Встретишь Плющова у адских врат, когда я его прикончу. — Усмехнулся я и почувствовал, как убийца в агонии продолжает наносить удары мне в живот.

Гости визжали от ужаса, хотя особых причин для беспокойств не было. Малолеток, напавших на меня, уже обезвредили. А убийца растаял в моих объятиях как снег по весне, оставив после себя лишь лужицу зеленоватой слизи. Эх, Картаполов явно мечтал не о такой свадьбе.

— Виктор! Ты в порядке? — Испуганно выпалил Михаил, подбежав ко мне.

Но ответить я не успел, в гостиную ворвался всклокоченный дворецкий.

— Михаил Евгеньевич, особняк окружен неизвестными. Требуют, чтобы мы выдали Дубровского. — Шепнул дворецкий, стараясь чтобы никто не услышал его слов.

Глава 9

— Что? Кем окружены? Что происходит? — Выпалил Картаполов раздувая ноздри.

— Мы окружены двумя сотнями магов. Портал открыть не получается. Выходит, что у нас сейчас два пути, либо сражаться, либо... — Дворецкий покосился на меня.

— У нас только один путь. — Усмехнулся я. — Миш, прости что я принёс вместе с собой проблемы, но я их и решу. Оставайтесь в особняке, я выйду к нападающим.

— Один ты никуда не пойдёшь, я с тобой. — Выпалил Михаил, но я его остановил.

— Не дури. Если они вторгнутся в особняк, кто-то будет должен защитить Марию и её родителей.

— Мне, конечно, приятно что вы заботитесь о нашем благополучии, но вообще-то мы тоже маги. — Сказал подошедший к нам отец Лавандовой. Он был совершенно спокоен. — Миша, я попытался вызвать свою гвардию, но мобилеты увы не работают. Если эти наглецы вторгнутся в особняк, то мы дадим им бой, а пока я и моя жена возвели защитный барьер вокруг здания. Сможем выиграть немного времени. Скажи, у вас здесь есть потайные ходы?

Картаполов был бы рад сказать, что они есть, но эта тайна умерла вместе с его отцом. Сам же Михаил никогда не был посвящен в секреты семьи, потому что отец ему не доверял.

Беседу прервал взрыв сотрясший особняк. Это был одиночный удар, как будто нападавшие напоминали о том, что следует принимать решение как можно быстрее.

— Всё будет хорошо. Оставайтесь внутри. — Сказал я и повернувшись наткнулся на встревоженную Юлию.

— Не ходи туда. — Попросила она.

— Я справлюсь. — Коротко ответил я и поцеловав отстранил девушку в сторону.

— Ты хотел сказать МЫ справимся. — Сказал Лев встав рядом.

— Да. Единоличник чёртов. Решил всю славу захапать себе? — Ухмыльнулся Григорий.

— Настоящие друзья делят все тяготы жизни. Поэтому от нас тебе не отвертеться. — Добавил Ершов.

— Вы вообще слышали, что там больше сотни магов? — Спросил я, заглядывая в решительные лица друзей.

— Пффф. Да кому какое дело? С нами абсолют, а значит мы обречены на победу. — Легкомысленно сказал Лев и двинул на выход.

— Если вы решили сегодня дать дуба, то сделаем всё, по-моему.

Я потащил друзей на крышу особняка откуда прекрасно было видно шайку, собравшуюся нас убивать. Сильные маги, преимущественно седьмого уровня. Пока нападавшие ждали моего выхода, они спалили весь лес в радиусе километра. Как предусмотрительно. Видимо не хотят повторения Московских событий.

Что сказать? Мы обречены. Точнее мы были бы обречены если бы решили драться честно. Но зачем нам это?

Я призвал Клювика и Грувдарга. Гру уменьшил свой размер, а коршун тут же подхватил его за руки и взмыл в небо. Защитный барьер оказался не проницаем только снаружи, и парочка без проблем растворилась в небесной синеве.

Увидев меня стоящего на крыше, со стороны нападавших послышался насмешливый голос:

— Дубровский! Выходи, не бойся! Мы только поговорим! Хе-хе-хе!!! — Заржал Плющов.

— И что теперь? — Спросил Оболенский начавший нервничать от вида таких бравых магов.

— Нападать. — Усмехнулся я, ткнув пальцем в небо.

Да, Плющов предусмотрительно вырубил все деревья. Но какой в этом смысл? Ведь я могу посадить новые. Грувдарг парящий в небе раскинул руки в стороны, и из его ладоней нескончаемым потоком посыпались желуди.

***

Константин Ярославович Плющов залез на крышу своего броневика и в бинокль любовался лицами нервничающих друзей Дубровского.

— Хех. Гляди-ка. Окружен, а всё храбрится. Неужели и правда выйдет к нам? — Сказал сам себе Плющов.

К нему подошел один из наёмников и деловито сообщил:

— Константин Ярославович, рекомендую прямо сейчас начать штурм особняка. Мы, конечно, подавили всю связь и возможность открывать порталы, но в подобного рода операциях не стоит мешкать. Нужно решительно нанести удар, не оставив никого в живых и отступить. Сами понимаете, лишние свидетели...

— Ведут к лишним проблемам и тратам. — Плющов закончил фразу за наёмника. — Ты прав. Атакуе... Какого хрена? — Возмутился Плющов когда ему на голову упал желудь, а следом за ним посыпались ещё сотни и даже тысячи таких же.

***

Как только желуди касались земли, они за пару секунд прорастали, достигая десятиметровой высоты. А после Грувдарг превращал их в дендроидов. Деревянные гиганты с ходу нападали на магов, осадивших поместья перемалывая их в фарш.

Самое прекрасное здесь было то, что кольцо оцепления фактически было разорвано внезапно возникшими деревьями. Координировать защиту не представлялось возможным, и поэтому каждый маг оказался один против всего света. А точнее против сил природы.

Огромные дубы топтали магов превращая их в кровавую кашу. Их шаги сотрясали землю, а мощные ветви раскачивались из стороны в сторону. Воистину грозное и в то же время прекрасное зрелище. Можно было оставаться на крыше особняка и просто ждать пока дендроиды перебьют всех наёмников.

Правда был нюанс. Десяток магов оказались воистину сильны и умелы, а вместе с тем владели магией огня. Каким-то чудом они сумели пробиться друг к другу и встав кругом, начали плетение. Огненный купол окутал их и пульсируя стал расширяться, испепеляя всех дендроидов, попавших в его радиус действия.

Если так пойдёт и дальше, то эти деятели не только спалят все дубы, но и заденут своим куполов особняк Картаполова. А в добавок ко всему Плющов понял, что дело пахнет жареным и запрыгнул в свой броневик. Вот только я не позволю ему скрыться.

— Ваша задача уничтожить магов, создавших огненный купол. Я за Плющовым. — Отдав приказ я спрыгнул вниз и понёсся к границам магического барьера, друзья последовали моему примеру.

Ершов на бегу сплёл заклинание водяной поток и взявшаяся из ниоткуда волна хлынула прямиком на пламенный купол. От удара в небо взмыло густое облако пара, но купол устоял. Лев потянулся к мане и запустил десяток огненных шаров, которые купол увы так же остановил.

Проклятье! Неужели придётся и сейчас всё делать самому? Но тогда Плющов может сбежать. Чёрт! А если не помогу друзьям, то они могут погибнуть...

Мои раздумья прервали две чёрные точки, парящие в небе. Фурия и Пандора зависли на границе пламенного купола и распахнув зубастые пасти издали оглушительный визг.

Высота огненного купола была около десяти метров. Магам не повезло и этого расстояния не хватило чтобы погасить звуковую волну. Истошный вопль двух бестий разорвал барабанные перепонки магов заставив их уши кровоточить. Огненный купол мгновенно исчез, а его создатели рухнули на землю держась за уши.

— Юлька, умница! — Выкрикнул я и проскочив под ногой дендроида нарвался на пару выживших магов.

Правда прожили они недолго. Из земли возникли лозы и накрыли их словно одеяло. Прижали к земле и сломали кости все до единой.

Пробежав ещё сотню метров, я увидел Плющова окруженного дендроидами. Ха-ха! Грувдарг, спасибо за такой прекрасный подарок. С радостью разделаюсь с этим скотом собственноручно.

Плющов боялся выйти из машины, а ехать ему было банально некуда. Неловкое движение? И вот твоё корыто уже превратилось в жестяную банку от удара дендроида.

— Ты хотел меня видеть? — Выкрикнул я.

Потянувшись к мане, создал огромный корень, который начал барабанить по крыше автомобиля, с каждым ударом сминая её всё сильнее. Бил я так, чтобы двери заклинило.

Широко распахнутые от ужаса глаза Плющова, рот приоткрыт, видимо тяжело дышит. Дёргает ручку двери, но она не открывается. Вот лобовое стекло лопнуло и осыпалось мелким крошевом. Крыша прижала Плющова так, что уже никуда не денешься. Остаётся только лечь и помереть.

— Сука! — Рявкнул Плющов и я ощутил, как по его каналам заструился мощный поток маны.

Автомобиль покрылся инеем и за секунду до того, как корень оборвал бы жизнь непутёвого афериста, Плющов нанёс свой удар. Боковая дверь разлетелась синеватым крошевом, а пассажир выкатился на землю. По его лицу текла кровь, а сам Плющов безумно улыбался.

— Хе-хе-хе! Ну вот мы и встретились лицом к лицу. Сучонок. Ты не мог просто сдохнуть, и не мешать мне? Проклятый выскочка. Ну ничего, сегодня мы раз и навсегда решим кому будет принадлежать фармацевтический рынок.

— Ой, да заткнись ты уже. Давай просто закончим всё это, и я пойду праздновать свадьбу друга. — Устало вздохнул я.

— Самоуверенный сопляк! — Выкрикнул Плющов и зачерпнул какое-то невообразимое количество маны.

Знаете, придуркам тяжело живётся. А всё, потому что они слишком часто не могут оценить собственных сил и сил противника.

Ледяная волна хлынула ко мне и накрыла с головой. Стоявшие вокруг нас дендроиды покрылись синеватой коркой и замерли. Ко мне улыбался подошел Плющов. Вот он момент его триумфа! Стоит лишь разбить застывшую фигуру конкурента.

— Витюша, сынок. Ты не на того нарвался. Вот и сдохнешь, как собака. — Хищно ухмыльнулся Плющов и замахнулся, чтобы нанести удар.

Синергия с ледяной душой Михалыча спасла меня от смерти. Хотя что значит спасла? Я в любой момент мог использовать монету и прервать заклинание этого кретина. Но разве так было бы весело?

Одним рывком я проломил лёд, сковавший меня, а в следующее мгновение плечевой сустав Плющова пронзил клинок света. Рука которой он собирался меня ударить повисла словно плеть. Плющов отшатнулся и не веря уставился на меня.

— Как, как такое возможно? Ты же...

— Я же маг природы, или ты забыл? А что такое лёд, если не одна из стихий природы? — Ухмыльнулся я и нанёс укол в ногу.

Обливаясь кровью Плющов рухнул на колени. Несмотря на огромный поток маны струящийся в его теле, он понимал, что ничего не сможет противопоставить моей скорости. Дёрнется и я снесу ему голову. Как-то глупо получается. Он рассчитывал на одно единственное заклинание?

— Д-давай договоримся. Я-я-я. Я отдам тебе все фабрик. Только не убивай... — Склонив голову начал тараторить хозяин жизни и медленно пополз к моим ногам на четвереньках.

— Подними голову и умри как мужчина. — Холодно сказал я когда Плющов был у моих ног.

— Конечно. Конечно. — Промямлил он и коснулся ладонью моей ноги, а после посмотрел на меня снизу вверх. — Только это ты сдохнешь, как овощ. — Самодовольно выплюнул он и я замахнувшись мечом ослеп от яркого света.

Все органы чувств резко отказали. Я ничего не слышал, не видел и не чувствовал даже собственного тела, но это продолжалось лишь мгновение. В следующую секунду я услышал растерянный голос Плющова:

— Какого хрена?

Мы находились в широком каменном коридоре, стены которого уходили высоко вверх и исчезали в облаках. Коридор был разделён на две части, чем-то наподобие стекла. Часть пространства досталась Плющову, часть мне. А в небе фиолетовым пылала надпись:

Да свершится правосудие!