Не герой_7. Мечтать не вредно. (или от судьбы... не зарекайся)

Глава 1

НЕ ГЕРОЙ_7.Мечтать не вредно… или от судьбы и тюрьмы не зарекайся. Часть 1. Мертвый город… Глава 1.

Ника.

Пробуждение настигло внезапно, словно удар молнии.

Резкий рывок, взгляд, мечущийся в полумраке, и осознание – всего лишь сон – выдохнулись облегчением. Но облегчение было мимолетным. Не успев осесть, оно сменилось неукротимым порывом. Я вскочила, словно ужаленная, и вылетела из палатки, гонимая тревогой. Найти Артема и сестру, убедиться, что с ними все в порядке – это стало моей первостепенной задачей.

Но даже сквозь пелену беспокойства настойчиво пробивался образ из сна – человек, чьими глазами я смотрела на мир. Перстень в виде черепа… Он казался до боли знакомым, словно отпечаток в памяти. А ещё – аура мощи, боевого артефакта. Я силилась вспомнить, где видела его, но память упрямо молчала. Так бывает, когда пытаешься ухватить ускользающую тень воспоминания, деталь, едва задевшую сознание. Чем больше усилий, тем сильнее сопротивление. Но стоит отпустить, успокоиться, и озарение настигнет само.

Попытавшись унять тревогу, я сосредоточилась на поиске сестры и своего парня. Их нигде не было видно. Глубоко вздохнув, стараясь сохранить видимость спокойствия, я обратилась к одной из девушек:

– Где Артем и принцесса Юнна?

– А, кажется, – она на мгновение задумалась, – они недавно ушли прогуляться по древнему городу гномов. Принцесса говорила, что ей любопытно посмотреть.

Я кивнула, почувствовав, как напряжение немного отступает.

Может, я и вправду зря паникую? – подумала я и вернулась в палатку.

Может быть, стоит просто успокоиться, сосредоточиться, ещё раз проанализировать сон, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Возможно, стоит рассказать обо всем Артему. Если первый сон ещё можно было с трудом отнести к случайности, то этот… Я не знала, что и думать.

***

Артем.

Вот же дьявольщина! – эта мысль, словно шальная пуля, пронзила мой разум. Лишь с запозданием я осознал, в какую переделку мы вляпались, да еще и со второй принцессой.

Вокруг – тьма… не абсолютная, нет, но после ослепительного света подземелья мрак казался непроницаемым. Хвала Юнне, она сохранила самообладание и не поддалась панике.

– Светлячок! – выдохнула она хрипловато, и над нами вспыхнул крохотный огонек, озарив наше незавидное положение. Благо винтовка уже сжималась в моих руках, и я открыл огонь, едва завидев тех, кто приближался.

Позвольте ненадолго приостановить ход событий и немного прояснить, куда мы угодили и что здесь творится.

Куда мы попали… а черт его знает! Вокруг простирался огромный темный зал, примерно двести квадратных метров. По периметру высились колоссальные колонны, а мы оказались в самой дальней точке этого зловещего места. Впереди… вернее, напротив нас, зиял выход – гигантские врата, преграждающие путь. Правда, они выглядели покосившимися и сомнительно, что их вообще можно было открыть в таком состоянии.

Но главная наша проблема – не врата, а те, кто населял этот зал… Колоссальный муравейник, почти достигающий потолка, и огромные, рыжие муравьи размером с хорошего добермана. При нашем появлении они, словно одержимые, устремились к нам, вываливаясь из своего жилища. Этот их энтузиазм не сулил нам ничего хорошего. К счастью, двух ближайших ко мне рыжих я смог, мгновенно среагировав, уложить наповал, потратив всего по одному выстрелу на каждого.

Что ни говори, а винтовка у меня зверь! Да и особо прочного панциря на муравьях не наблюдалось. Так что убивать их было относительно легко. Вот только их тут были не сотни, а тысячи… и при всем желании с такой ордой мне было не совладать.

За спиной, запоздало, словно эхо, вскрикнула Юнна.

Вполне понятная реакция для девушки, впервые столкнувшейся с подобным кошмаром. Краем глаза я заметил, как она выхватила когда-то мой пневматический пистолет, переделанный уже здесь и чьи аналоги, созданные руками мастера дворфа, теперь были у всех моих друзей… или тех, кого я считал таковыми, она принялась палить по ближайшим муравьям. Но мощность выстрела пистолета, сильно уступавшая моей винтовке раз в четыре, давала соответствующий результат – два-три выстрела на одного рыжего монстра.

– Дура! – рявкнул я, наблюдая за бессмысленной пальбой. – Ты же маг!

– Сам дурак! – огрызнулась она и наконец-то призвала магию… «Огненные пули», изобретение её старшей сестры Адель и отшлифованное до идеала, Никой. Теперь и Юнна использовала их в бою. Надо признать, с одного попадания она выжигала сразу двух-трех муравьев. Вот только в данном случае эта магия была столь же бесполезна, как и стрельба из пистолета.

Я крутился волчком, успевая отстреливать наседавших тварей, но их с каждой секундой становилось все больше.

– Хватит тупить! – взвыл я в отчаянии. – Используй что-то более масштабное, пока они до нас не добрались!

– Не ори на меня! – не менее эмоционально крикнула в ответ Юнна и на мгновение опустила руки. Я уже приготовился к истерике, предвкушая неминуемую нашу гибель. Но тут девушка сотворила внушительный огненный шар и по низкой траектории, почти касаясь земли, оставляя за собой шлейф копоти, запустила его в гущу муравьев. Шар, испепеляя чудовищных тварей, пронесся до самого муравейника и с тихим хлопком рассыпался огненными брызгами. Эффект проявился не сразу — лишь после третьей огненной атаки, произведенной Юнной с интервалом в полминуты. Муравейник вдруг вспыхнул! Пламя поначалу казалось слабым, готовым вот-вот погаснуть, но оно разгоралось, и поток выбирающихся из муравейника муравьев резко иссяк. Затем раздался то ли вопль, то ли скрежет, какой-то нечеловеческий звук, и оставшиеся муравьи, бросив свою атаку, развернулись и ринулись к горящему логову.

– Быстро за мной! – поняв, что это наш шанс, я спрыгнул с небольшого возвышения, где до этого момента оборонялся, и, подтолкнув Юнну в спину, указал на выход. – Бежим!

Воспользовавшись тем, что муравьишкам стало отчаянно не до нас, мы крадучись, словно тени, по самому краю, не приближаясь к пылающему, но странно не разгорающемуся муравейнику, достигли перекошенных врат, ведущих из этого пекла. Зияющая щель между створок, словно приоткрытая пасть, манила во тьму коридора. В последний раз окинув взглядом гигантских муравьев, что в бестолковой панике суетились, пытаясь затушить пламя потоками какой-то жидкости, я мысленно пожелал им удачи в этом нелегком деле и первым шагнул за порог, замирая в напряжении.

– Светлячок! – прозвучало теперь уже уверенное восклицание Юнны, и над нами вновь вспыхнуло рукотворное, миниатюрное солнце, высвечивая путь.

Коридор, к счастью, оказался пуст, что вселяло слабую надежду на возможность выбраться отсюда без непоправимых потерь. А если судьба смилостивится и позволит найти хоть какой-нибудь древний, уцелевший портал, то мы мигом вернемся в успевшую стать родной Академию. Пока же это были лишь хрупкие мечты.

Отойдя немного от опасного зала в дрожащем свете светлячка, мы заметили, как коридор изрезан сетью трещин, а потолок местами просел, обваливаясь небольшими завалами.

– Подожди, – остановил я Юнну, скидывая рюкзак. Отстегнув от него ножны с клинком, я протянул их девушке. – Бери! – приказ прозвучал категорично.

Юнна лишь покачала головой.

– А как же ты? – обеспокоенно спросила она. – В бою на мечах мне с тобой никогда не сравниться.

– Для таких случаев у меня есть кое-что другое, – ответил я, касаясь наручи. Обычная одежда сменилась бело-золотыми доспехами целителя, к которым крепилась моя любимая секира. Отложив ее в сторону, я взглянул на девушку и стал снимать панцирь доспеха.

– Одевай, – велел я.

– Что? – она недоверчиво посмотрела на панцирь. – Я обязательно должна его надеть? – прозвучал сомневающийся вопрос.

– А у тебя есть другие доспехи? – поинтересовался я и, не дожидаясь ответа, чуть ли не силой стал крепить на ней панцирь. Закончив с этим и с удовлетворением наблюдая, как она прилаживает меч к поясу, я вернул себе прежний наряд. После недолгих колебаний я прикрепил секиру на место меча к рюкзаку, решив пока остаться с винтовкой, предварительно сменив полупустой магазин на полный.

– Вот теперь можно идти дальше, – заключил я.

***

Ника.

Артема и Юнны не было и через час. Паника захлестнула меня с новой силой, и я принялась лихорадочно организовывать их поиски среди других студентов. Но те лишь снисходительно отмахивались, пытаясь убаюкать мои страхи:

– Да что может случиться? Не волнуйтесь, скоро сами вернутся. Этот уровень подземелья – сама безопасность. Здесь нет ни души, представляющей хоть малейшую угрозу.

Их слова не находили отклика в моей тревоге. Тогда я обратилась напрямую к старшим наставникам. Те, поначалу, тоже встретили мои мольбы с прохладцей, явно не желая вникать в проблему, твердя заученную фразу о полной безопасности. Но тут в разговор вмешалась госпожа Ольга.

– Господа, позвольте напомнить, что пропала не кто-нибудь, а вторая наследница престола. Если с ней случится хоть что-то, головы полетят наши.

После этого недвусмысленного предупреждения поисковая операция была организована в считанные минуты.

***

Артем.

Впереди забрезжил свет, и я предусмотрительно попросил Юнну погасить светлячок. Она повиновалась без промедления. Тихо, крадучись, мы ощупью добрались до выхода из туннеля и осторожно выглянули наружу.

Перед нами предстал очередной шедевр подземной архитектуры горных карликов, изуродованный временем и войной. Казалось, его долго и методично обстреливали из тяжелой артиллерии. Разрушения были колоссальными.

Я остановил Юнну, когда та уже собралась шагнуть вперед.

– Не торопись, – предостерег я. – Первое правило в незнакомом месте – осмотрись.

– Прости, ты прав, – признала она, отступая.

Я указал на противоположную сторону подземной полости.

– Видишь лестницу? – Я имел в виду подъем, уходящий вверх вдоль стены.

– Вижу, – кивнула она.

– Скорее всего, нам туда. Либо лестница ведет, на другой уровень подземелья, либо сразу на поверхность.

– Возможно, – согласилась принцесса. – Но прежде нам придется как-то миновать эти руины.

– Не только их, – я сместил указание чуть в сторону. – Взгляни туда.

Я указал на группу муравьев, снующую среди обломков.

– Глупо было надеяться, что здесь их не будет. То, что мы не встретили их в коридоре, еще ничего не значит. К тому же, по центру явственно видна тропа, протоптанная муравьями.

– Я и не заметила, – смущенно призналась Юнна.

– Ничего страшного, – успокоил я. – Главное, я увидел.

Лишь минут через десять, завершив предварительную оценку обстановки, я тихо скомандовал:

– Вперед! Держись за моей спиной.

И, первым шагнув в пролом, пошел к узкому зияющему проходу между двумя полуразрушенными громадами зданий, намереваясь разведать путь. Проход оказался возможен, но метров через сорок он преграждался грудой обломков, гигантским завалом, который требовал либо преодолевать, карабкаясь по нему, либо обходить. Я выбрал обход, через уцелевшую часть соседнего здания. Руины нависали угрожающе, но несколько комнат чудом сохранились, позволяя пробраться на другую сторону.

В крайней комнате нас ждал зловещий сюрприз: обглоданный скелет человека, и двое муравьев-падальщиков, которых я, к счастью, успел заметить вовремя. Рефлекторный выстрел – и твари больше нам не угрожают.

– Боже мой! – прошептала Юнна, глядя на останки. – Бедняга!

На скелете еще виднелись клочки истлевшей одежды, а рядом лежал посох… обыкновенный дорожный посох, выточенный из дерева. Но чувствовалось, что его создала рука мастера, знатока своего дела. Да и древесина, казалось, принадлежала к ценной породе.

Дорогая вещь!

Я наклонился, привлеченный не столько самим посохом, сколько гравировкой на рукояти. Поднеся ближе к свету, прочел:

– Магистр Нортон… – дальше надпись стиралась, поглощенная временем, и разобрать её было невозможно.

– Магистр Нортон? – удивленно переспросила Юнна. – Но…?

– Полагаю, – ответил я на её невысказанный вопрос, – это и был настоящий магистр Нортон… впрочем, теперь это уже не имеет значения.

Посох я решил прихватить с собой. Кто знает, вдруг он нам еще пригодится.

– Идем отсюда.

Я подвел Юнну к зияющему оконному проему, через который мы выбрались наружу. Увы, мы снова оказались на муравьиной тропе, и нужно было как можно скорее убраться восвояси, пока встреча с этими тварями не стала неизбежной.

Мы успели вовремя.

Только свернули в узкий переулок между домами, как навстречу двинулась нескончаемая вереница муравьев, тянущих свою добычу. Они шли четкими рядами колонны, неся непомерный груз: камни, целые бревна, и даже огромный хвост, похожий на хвост ящера. К счастью, они промаршировали мимо нашего переулка, даже не заметив нас.

– По крайней мере, ведут они себя как муравьи, но все же… лучше нам с ними не пересекаться, – пробормотал я, словно отгоняя дурной сон.

– Артем, – неожиданно позвала Юнна, и в голосе ее звучала тихая благодарность. – Спасибо! Без тебя я бы пропала, – поспешно добавила она, словно боялась, что я не пойму.

– Прости меня, что накричал… нагрубил, – покаялся я за то, что произошло в зале. Слова дались мне нелегко.

– Нет, ты все правильно сделал… Я растерялась и вправду начала тупить, – слабо улыбнулась она, и эта улыбка согрела меня в промозглом холоде подземелья.

Я кивнул, облегченно выдохнув, и мы двинулись дальше.

Вскоре нам пришлось перебираться через завал. К счастью, подъем не представлял особой сложности. Достигнув вершины, мы ненадолго остановились, чтобы оглядеться и наметить дальнейший путь.

– Там можно пройти! – указала Юнна вперед. – Вон там, между двумя домами.

Я кивнул, соглашаясь с ней. Эта часть подземного города выглядела целее, чем та, что осталась позади. Но мое внимание привлекли другие детали – следы, оставленные существами куда крупнее муравьев. Воспоминание о хвосте ящерицы, мелькнувшем в темноте, заставило меня поежиться. Неужели здесь могут водиться подобные твари? Встречи с ними я точно не желал.

– Пошли, – сказал я, и первым, с крайней осторожностью, начал спускаться вниз. Каждый шаг отдавался гулким эхом в мертвом городе.

***

Ника.

Тревога мгновенно переросла в панику. Час поисков – и ни Артема, ни Юнны как и не бывало, словно в воздухе растворились. Даже обычно невозмутимые наставники забили тревогу, бросив на их поиски всех, кого только можно. Искали до поздней ночи, пока призрачный свет, проникавший сюда сквозь толщу земли, не начал меркнуть, предвещая скорое наступление тьмы. Лишь тогда, окончательно отчаявшись, старшие приказали прекратить поиски и вернуться в лагерь.

В сопровождении Ками, плечом к плечу с наставником Нортоном, я шла обратно, и в голове снова и снова возникали обрывки сновидения. Если верить ему, Артем и Юнна смогут сами вернуться в Академию. Но каким измученным и уставшим выглядел Артем во сне… Его поддерживала под руку странная эльфийка с волосами двух разных оттенков. Возможно, именно поэтому он и не успел защитить сестру. Ему ведь оставалось сделать всего один шаг, чтобы заслонить Юнну собой.

Кто же этот мерзавец с перстнем на руке, точь-в-точь как у Нортона… перстнем, которым он размахивал у меня прямо перед лицом. И тут меня словно молнией пронзило…

Да вот же он, этот ублюдок! – пронзила меня мысль.

– Мастер Нортон, – медленно произнесла я, – какой интересный у вас перстень.

– А… что? – рассеянно отозвался он. – Нашел где-то в руинах… давным-давно… А что? – оглянулся на нас.

– Да нет, ничего, – я изобразила милую улыбку. – Просто забавный перстень… – и тут же, без предупреждения, со всей силы ударила его ногой в пах. Нортон завыл от боли и рухнул на колени.

– Держи его! – крикнула я Ками. И, к счастью, та не стала задавать лишних вопросов, а просто придавила наставника ногой к земле.

– Эй, что вы творите! – сквозь опешившую толпу студентов к нам пробилась наставница Ольга.

Вместо ответа я наступила Нортону на руку и сорвала с его пальца проклятый перстень.

– Вяжи его! – приказала я Ками и так же без лишних разговором принялась связывать того его же ремнем.

– Ника, что происходит? – потребовала объяснений Ольга.

Не отвечая, я надела трофей на свой палец и ощутила мощный прилив энергии. Вытянув руку вперед и направив указательный палец на стену ближайшего дома, я высвободила энергию, и… дыра получилась не то чтобы огромная, но кулак в полуметровой стене точно бы поместился.

Что и требовалось доказать! – удовлетворённо подумала я, почувствовав прилив облегчения. Теперь во мне появилась уверенность, что все закончится нормально. Осталось дождаться когда Артем вернет обратно мою сестру.

– Думаю, это будет сложно объяснить, – сказала я. – Но мне кажется, что именно он стоит за исчезновением Артема и моей сестры! – охваченная гневом, я даже не заметила, что выдала себя с головой…

Глава 2

Глава 2.

Артем.

Нападение обрушилось внезапно, словно гром среди ясного неба. Лишь повышенная бдительность спасла меня от неминуемой гибели. Я успел огрызнуться парой выстрелов, прежде чем осознание пронзило меня, как ледяной кинжал: передо мной стоял кристаллический скорпион. Чудовище, словно сотканное из глубоко-синего минерала, возвышалось передо мной, размером с крупного коня. Мои пули, бесполезные, словно горох о стену, лишь высекали искры из его толстой, кристаллической брони, на миг задерживая натиск. В тот же миг в чудовище врезалась огненная стрела Юнны. Даже она не смогла причинить ему ощутимого вреда, лишь отвлекла на долю секунды, подарив мне шанс сбросить рюкзак и высвободить свою секиру. Мощным ударом я встретил тянущуюся ко мне клешню. С первого раза разрубить её не удалось – скорпион успел отдёрнуть конечность и в ответ попытался вонзить в меня своё смертоносное жало.

Опасность таилась в каждой детали! Если верить древним фолиантам, яд этого жала вызывал чудовищную кристаллизацию крови, приводя к мгновенной и мучительной смерти от закупорки сосудов. Каким-то непостижимым образом, танцуя на грани, я уклонился от смертельного удара и встречным взмахом отсёк кончик жала.

Искры, словно миниатюрные фейерверки, брызнули во все стороны, и отсечённый кончик жала, упав на землю, мгновенно превратил небольшой участок почвы в подобие сверкающего синего кристалла. Юнна, осознав опасность, отступила на несколько шагов, продолжая осыпать чудовище градом огненных пуль. Каждая из них, взрываясь, оставляла лишь тёмные отметины на кристальной броне, не более.

Я понимал, что времени у нас немного. Скорпион приходил в ярость, и каждое его движение становилось всё быстрее и яростнее. Клешни щёлкали, словно стальные капканы, а пасть, усеянная острыми кристаллическими наростами, издавала жуткий скрежет, готовый в любой момент сомкнуться на моей плоти.

Собрав всю свою волю в кулак, я ринулся в атаку. Секира рассекала воздух, стремясь попасть в уязвимые места – сочленения лап, промежутки между броневыми пластинами. Удары сыпались один за другим, вынуждая скорпиона отступать, хотя пробить его защиту было невероятно сложно даже моей смертоносной демонической секирой, которая казалась без усилий разрубала все и всякого

Юнна, заметив, что я отвлекаю чудовище на себя, использовала момент, чтобы обойти его с фланга. Следующая огненная пуля, выпущенная ей в голову скорпиона, наконец, возымела эффект. Кристаллическая броня в районе головы треснула, открыв взору мерцающую синим светом полость.

Воспользовавшись секундной заминкой чудовища, я без колебаний обрушил на трещину всю мощь своей секиры. Кристальная броня разлетелась вдребезги, и оружие вошло глубоко внутрь, поразив что-то жизненно важное. Скорпион забился в предсмертной агонии, и, наконец, обрушился наземь, превращаясь в груду синих осколков.

– Отличный выстрел! – произнес я, чувствуя, как усталость липкой волной окатывает все тело. Бой с кристаллическим скорпионом выжал из меня последние силы.

– Ты тоже был неплох, – отозвалась Юнна и слабо улыбнулась.

Наши взгляды встретились на мгновение, и странное, непривычное чувство шевельнулось во мне по отношению к сестре Ники.

– Уходим отсюда, пока на звуки битвы не пожаловал кто-нибудь еще, – глухо проговорил я, отворачиваясь. Подхватил с земли рюкзак и мгновенно закинул его за спину. Винтовка устроилась на животе, а вот с секирой расставаться не хотелось. Против таких тварей, как кристаллический скорпион, она в разы эффективнее.

Мы прошли немного, когда впереди раздались шаркающие звуки. Инстинктивно я увел Юнну в темное ответвление прохода между домами, надеясь избежать нежелательной встречи. Еще один скорпион и еще одна такая битва могли стать для нас последними.

Затаив дыхание, мы прижались к сырой каменной стене. Звуки приближались, становились различимее. Это были не шаги, а скорее скольжение, царапанье по камню. Вскоре в конце улицы показались силуэты. Не один, а целых три кристаллических скорпиона, гораздо меньших размеров, чем тот, с которым мы только что сражались. Они рыскали, словно ищейки, явно привлеченные шумом битвы.

Юнна едва заметно кивнула в знак согласия с моим решением остаться незамеченными. Бессмысленно было вступать в бой, когда можно было его избежать. Тихо, стараясь не задеть ничего, мы двинулись вглубь прохода, надеясь обойти скорпионов. Но, видимо, нам не суждено было просто так уйти. Один из скорпионов внезапно остановился, поднял клешни и повернул голову в нашу сторону.

Они нас учуяли. С протяжным кристаллическим скрежетом, троица рванулась в нашу сторону. Отступать было некуда. Пришлось принимать бой. – Бери одного, я займусь двумя! – крикнул я Юнне, выхватывая секиру.

Скорпионы надвигались стремительно. Размерами они уступали предыдущему, но от этого не становились менее опасными. Я вспомнил про отсеченный кончик жала первого скорпиона. Кристаллизация. Этого нельзя было допустить. Первым делом нужно лишить их этой возможности.

Взмах секиры был молниеносным. Я обрушил лезвие на ближайшего скорпиона, целясь в жало. Удар оказался точным – кончик отлетел в сторону, и чудовище взвизгнуло, дернувшись всем телом. Второй скорпион не заставил себя ждать, попытавшись атаковать клешней. Я уклонился, контратаковав в ответ. Секира с хрустом вошла в сочленение лапы, лишив тварь подвижности. Юнна не отставала, ее огненные пули с хирургической точностью поражали уязвимые места третьего скорпиона, заставляя его метаться в агонии.

Оставшийся без жала скорпион, лишенный возможности использовать свой самый опасный аргумент, отчаянно огрызался клешнями. Я блокировал удары секирой, шаг за шагом приближаясь к нему. Один точный удар – и от чудовища осталась лишь груда искрящихся осколков. Второй скорпион, с перерубленной лапой, тоже не представлял серьезной угрозы. Несколько ударов довершили начатое, превратив его в сверкающую пыль.

Я обернулся к Юнне. Ее скорпион уже догорал, обуглившись до черноты. Она стояла, сжимая в руках свой... вернее мой меч, и смотрела на меня. В ее глазах я увидел не только усталость, но и… надежду! Она надеялась и верила в меня! В то что я смогу вывести её от сюда, как однажды смог вывести и Нику.

– Кажется, все, – произнёс я опуская секиру. – Пора уходить. Это место мне нравится все меньше и меньше.

Дальше мы шли с ещё большей осторожностью, внимательно оглядывая и изучая каждый метр своего пути. И из-за этого скорость нашего движения упала буквально до минимума.

И всё же, благодаря этой осторожности, нам удалось миновать несколько кристаллических чудовищ и даже стать свидетелями яростной схватки двух скорпионов, не поделивших что-то меж собой в этой каменной обители.

Но как ни крути, выбраться из подземелья до наступления темноты нам было не суждено. Когда свет начал меркнуть, я понял, что пришло время искать убежище. К счастью, подходящее место нашлось почти сразу. Мы наткнулись на полуразрушенный дом, и в уцелевшей комнатке на краю его и решили остановиться. Из обломков и всякого хлама я соорудил подобие баррикады у входа, а сам вместе с Юнной устроился в углу, стараясь слиться с тенью.

Вот тут-то мой верный рюкзак и пригодился во всей своей полноте. Помимо аптечки и скудного запаса еды – провизии на одного человека на два дня – в нём таились и другие полезные вещи.

– Да ты просто кладезь предусмотрительности, – заметила Юнна, наблюдая, как я расстилаю на полу утеплённый плащ и извлекаю из недр рюкзака завёрнутый пакет с едой: обычные бутерброды, приготовленные горничными по моей просьбе в дорогу. Рядом я поставил флягу с водой и с лёгкой иронией произнёс:

– Стол накрыт, принцесса!

– Благодарю, мой рыцарь! – с притворной торжественностью ответила она и, не выдержав серьёзного тона, рассмеялась.

Я тоже улыбнулся, но от смеха воздержался.

– Знаешь, – проговорила девушка, откусывая от бутерброда, – твоя уверенность и невозмутимость просто поражают. Глядя на тебя, я начинаю верить, что всё закончится хорошо.

– Иначе и быть не может, – уверенно ответил я, беря свой бутерброд. – Вернёмся и надерём задницу этому козлу. – мрачно пообещал я. Меня злило, как легко он заманил нас в эту ловушку, в круг портала, забросившего нас сюда. Сейчас, размышляя об этом, я понимаю, что допустил две грубые ошибки. Вторая – когда не сообразил изменить точку выхода. В этом случае мы бы уже были дома. Но говорить об этом вслух я не стал.

После скромного перекуса я принялся готовиться ко сну. Достав из рюкзака второй плащ, бережно укрыл им Юнну.

– Отдыхай, – тихо произнес я.

– А ты? – в её глазах плескалось беспокойство.

– Я тоже прилягу, но чуть позже, – пообещал я, стараясь её успокоить.

– Так не пойдет, – покачала она головой. – На тебе и так больше нагрузки… Давай ты поспишь, а я покараулю, – предложила она с неожиданной твердостью.

Я вздохнул. Спорить с ней не было ни малейшего желания. Если хотя бы наполовину она так же упряма, как Ника, то… Я снова вздохнул и потянулся за пузырьком с таблетками, чудом сохранившимся со времен моего попадания в этот мир.

– Хорошо, – извлек я одну из таблеток и протянул ей. – Запей водой.

– Что это? – с подозрением взглянула она на мою ладонь.

– Специальный препарат, снимающий усталость и напряжение, – слукавил я… хотя, назвав это ложью, я бы сильно погрешил против истины. По сути, я сказал правду… всего лишь слегка приукрашенную и с измененным финальным акцентом.

Юнна послушно проглотила таблетку, запив водой из предложенной фляги.

Я вернулся к узкому окну, служившему слабым подобием наблюдательного пункта, и на какое-то время погрузился в созерцание окружающего пейзажа. Когда же я обернулся, Юнна уже мирно спала, облокотившись спиною на стену.

Едва заметная усмешка тронула мои губы. Я тихо подошел к ней и бережно укрыл откинувшимся плащом. Пусть спит! А то, что завтра она, подобно Нике, будет сердиться на меня… как-нибудь переживу. Главное, чтобы она проснулась отдохнувшей и полной сил, а не клевала носом, терзаемая единственной мыслью: Как же я хочу спать!

Снова у окна. За каменной стеной не было ничего примечательного – ни признака жизни. Казалось, даже скорпионы и муравьи попрятались в свои норы, отчего эти древние развалины казались по-настоящему вымершими.

Немного постояв, я вернулся к спящей Юнне. Присел рядом и осторожно обнял её за плечи, придерживая, чтобы она во сне не упала со скользкой каменной стены на пол. Не самое удобное положение она выбрала для сна.

Какой приятный запах! – невольно подумал я, вдыхая тонкий аромат её волос. Волной прокатилось предчувствие, обжигая кровь.

– Тебе ещё чего не хватает? – пробормотал я, бросив строгий взгляд в район паха, словно… этот мой приятель мог мне ответить. Да и что бы он сказал?

Ты, хозяин, совсем спятил? Я бабу хочу! Рядом с тобой две такие красотки кокетливо помахивают хвостами, а ты тупишь не по-детски! Хватай обеих и тащи в постель. А последствия, потом разгребать будем!

Пожалуй, именно это он бы и сказал мне, если бы мог говорить. Вот только сейчас было явно не до любовных похождений. Да и наживать себе врагов в лице родителей девочек, я хотел ещё меньше всего.

Но черт возьми, какая же она...!

***

Ника.

Что я могла сказать в оправдание?

Что видела сон!

Бред сивой кобылы!

Да кто поверит в этот абсурд, в козла, убивающего мою сестру во сне?

И пока в моей голове лихорадочно роились нелепые версии, вплоть до банального убийства, Ками, не обремененная сомнениями и просто верящая мне, стягивая веревки на наставнике Бойко, неловким движением дернула за тонкую нить цепочки на его шее, порвав её без малейшего усилия. И по толпе студентов пронёсся вздох изумления, эхом отозвавшийся даже среди наставников.

– Какого черта?! – Госпожа Ольга даже за рукоять клинка схватилась. – Что это значит? Кто это?

Обернувшись, я застала зловещую метаморфозу на лице наставника Бойко. Лицо его словно поплыло, подобно оплывающему воску свечи, принимая чужие, незнакомые черты. Зрелище, для неподготовленного человека было поистине жутким. Это потом выяснится, что эта цепочка, была замаскированный артефакт смены личности, которые в империи были под запретом. Но это потом, а пока...

– Это не профессор Бойко! – выпалил, не придумав ничего умнее, наш наставник боевой магии, возглавлявший вылазку в это подземелья. Быстро совладав с собой, он рявкнул: – Кто ты такой, черт побери? Где профессор Бойко?

Связанный незнакомец, с явными признаками примеси эльфийской крови, лишь презрительно скривился в ответ, демонстрируя полное нежелание сотрудничать.

– Полагаю, он знает, куда пропали Артем и Юнна, – я невольно обрадовалась, что никто не заметил моей оговорки, когда я назвала вторую принцессу своей сестрой. Взгляд, полный ненависти, теперь был прикован ко мне.

– Как ты поняла, что он не тот, за кого себя выдаёт? – удивленно спросила Ольга. Этого вопроса я боялась больше всего. Поэтому вместо ответа я лишь неопределенно пожала плечами, пытаясь сменить тему.

– Сейчас это не важно! – заявила я и легонько пнула ногой пленника, переключая внимание на него. – Главное – заставить его говорить!

– Заговорит! – мрачно пообещал наставник магии. Он был вне себя от ярости и полон решимости узнать правду. Оглянувшись, он громко произнёс, не обращаясь ни к кому конкретно: – Найдите и приведите наставника Нортона!.. Живо! Он мне срочно нужен!

Мастера боя нашли мгновенно… Вернее, он сам нашёлся. Вероятно, он был неподалёку, когда здесь началась вся эта неразбериха, а затем услышал требовательный голос наставника боевой магии и поспешил сюда, чтобы выяснить, что происходит.

После краткого пояснения старший наставник закончил свою речь неожиданной фразой:

– …Не думал, что когда-нибудь придется прибегать к такому, и что я стану тебя о таком просить, Нортон, но мне нужно как можно скорее вытянуть информацию из этого… – он кивнул на связанного. – Так что, я не стану тебя сдерживать… Делай что хочешь, но он должен заговорить! Я должен знать, кто он такой и какое отношение он имеет к пропаже наших студентов.

– Я понял, – жестко ответил Нортон и указал на ближайший дом. – Этого я забираю туда, а студенты пусть возвращаются в лагерь, – добавил он тише. – Не стоит им слышать то, что здесь сейчас начнётся.

Прибежавшие наставники тут же погнали нас в лагерь. Уходя, я успела обернуться и увидеть, как мастер Нортон, схватив лже-Бойко за шиворот, вывернул его руки в болезненном захвате, заставив согнуться чуть ли не пополам, и потащил в один из пустующих домов. Следом за ними туда ушли наставница Ольга и магистр Один, наставник боевой магии.

Не нужно быть гением, чтобы понять, что сейчас будет происходить в этом доме. Именно для того, чтобы оградить наши уши от жутких воплей, нас и погнали в лагерь, расположенный на окраине заброшенного города. Но, честно говоря, я не испытывала ни малейшего сожаления и не собиралась сочувствовать тому, кто должен был стать убийцей моей сестры.

***

Нортон. (час спустя)

Больше всего на свете я презираю наемных убийц. И вот, один из них сейчас корчился передо мной. Сопротивление его оказалось на удивление недолгим. Вся спесь и надменность испарились, словно дым, стоило мне лишь применить армейские методы экспресс-дознания, вбитые в нас сержантами на полигонах.

Вскоре он уже выплюнул все. Этот выродок – наемный убийца, занявший место профессора Бойко. Самого же профессора, похоже, уже нет в живых: убийца перебросил его через мерцающий портальный круг в какое-то забытое богом место, откуда тот не вернулся и за два года. Да, именно два года этот змееныш притворялся Бойко, играя свою роль настолько безупречно, что никто и не заподозрил подмены.

Зачем он здесь? Его главной целью было устранение принцессы. Ради этого его и ввели в преподавательский состав Академии, чтобы в нужный момент не вызвать подозрений у охраны. Первую попытку он предпринял на вступительной церемонии, но из-за внезапной смены имиджа принцессы, сменившей прическу и цвет волос, попросту ее не узнал. И вот теперь – вторая попытка, во время полевого выхода.

Что случилось с принцессой и тем парнем? Их просто перебросили через тот же зловещий круг, через который избавились от профессора Бойко, в какие-то неведомые подземелья, где, как надеялся убийца, их и ждала погибель.

Вопрос в том, что делать теперь? Если принцесса погибнет, головы полетят. Все наши головы.

Я вопросительно взглянул на Ольгу и Одина, словно взывая к их разуму: как нам теперь быть?

– Значит, нам нужно идти туда, – тихо произнесла наставница Ольга. – Возможно, мы еще успеем…

Глава 3

Глава 3.

Ника.

Наставники… отважные люди! За их решимость броситься на спасение Артема и Юнны я прониклась к ним искренним уважением. Едва закончив вытягивать информацию из наемного убийцы, они тут же принялись организовывать спасательную экспедицию. И слава богам, вспомнили обо мне… вероятно, припомнив, что я не просто декоративный элемент, а полноценный боевой маг, кое-что повидавший. Было бы непростительно, если бы они отправились в одиночку… и сгинули в безвестных краях. Прибыв на место сбора, выслушав их план, я, окидывая взглядом этих смельчаков, безапелляционно заявила:

– Никто никуда не пойдет. Только вас там не хватало!

В их взглядах читалось немалое удивление – явно не ожидали такого поворота. Наверное, думали, я с энтузиазмом соглашусь… и в другой ситуации, возможно, так бы и было, но сейчас, когда сны стали не просто видениями, а зловещими предупреждениями… и зная, что в моем сне Артем и Юнна вернулись сами, я продолжила твердо:

– Пока с Юнной Артем, о них двоих беспокоиться не стоит.

– Госпожа герцогиня! – сдержанно заметил наставник боевой магии. – Ваша вера похвальна, но мы не знаем, куда они могли попасть.

– Мастер, вы меня не слышите, – с легким раздражением повторила я. – Я запрещаю кому-либо отправляться за ними! Даже если там объявится полчище демонов, мне их будет только жаль – не ту жертву выбрали… Артем им не по зубам!

Наставница Ольга усмехнулась, кивком головы подтверждая мои слова. Уж кто-кто, а она отлично знала, на что способен Артем. Вот только убедить этих упрямых наставников будет непросто.

Поэтому, обведя взглядом собравшихся, я властно произнесла:

– Господа, прошу вас покинуть нас… Наставница Ольга, наставники Нортон и Один, полагаю, я смогу объяснить причины своей уверенности, но этот разговор не для посторонних ушей.

И, понимая, что у меня есть только один шанс их убедить, добавила решительно:

– Ками, – обратилась я к молчаливой мечнице. – Проследи, чтобы нам никто не помешал.

Та безмолвно кивнула и отошла в сторону.

– Недавно мне был задан вопрос, как я узнала о причастности наставника Бортко к исчезновению Юнны и Артема, – мрачно напомнила я. – Скажем так, мне приснился сон, в котором лже-Ботко, используя вот этот перстень… – я продемонстрировала трофей. – …убивает вторую принцессу в момент ее возвращения в Академию.

И я подробно рассказала свой сон. Никто и не думал усмехаться – слушали внимательно, не перебивая.

– Именно по этому перстню я и вычислила возможного убийцу принцессы. – закончила я. – А когда я опробовала его и убедилась, что сон и реальность совпадают, что это и вправду сильнейшее магическое оружие, я больше не сомневалась – это был не просто сон.

– И часто вам снятся такие сны? – хмуро спросил Один, погруженный в глубокое раздумье.

– Это второй… Первый сбылся до мельчайших деталей…

Наставник магии медленно кивнул.

– Опишите эльфийку, которую вы видели во сне, – неожиданно попросил он. – Еще раз. Во всех деталях.

И я послушно повторила все, что запомнила о той женщине, все, что всплывало в памяти, связанное с ней.

– Что-то неладно с этой женщиной? – Нортон вперил в мага испытующий взгляд.

– По описанию, словно тень с моей наставницы по боевой магии писали… Мы всей группой звали ее Мегерой, – прошептал Один, словно выдавливая слова по капле. – Но это невозможно… просто немыслимо. – Он тряхнул головой, как от наваждения. – Кажется, я начинаю понимать… Пропавшие студенты должны вернуться сами, без нашего вмешательства. Видимо, Артем и правда не из простых… Но что мы скажем Императрице, когда все раскроется?

Я устало вздохнула. В голове всплыл старый анекдот про ежиков, что плакали, кололись, но с упорством продолжали грызть кактус. Точь-в-точь как я сейчас. Понимаю, что творю черт знает, что, добровольно выдаю свою самую страшную тайню, но поступить иначе не в силах.

– Еще раз напомню: мои слова о снах останутся между нами… Как и то, что последует сейчас. Проболтаетесь… – Я осеклась, не договорив угрозу. Снова вздохнула и произнесла: – С Императрицей… то есть, с моей матерью, если потребуется, я объяснюсь лично.

В повисшей тишине можно было услышать звон в ушах. Даже наставница Ольга, которую я знала много лет, казалось, задыхалась. Рот приоткрыт, глаза вытаращены так, что вот-вот выскочат из орбит. И смех берет… и в то же время горько видеть наставников, словно их всех разом, без мыла… ошарашили новостью.

– А… – неуклюже начал наставник Нортон. – Ваше…

– Тсс… – решительно остановила его я. – Я все та же Ника, младшая дочь герцога Адамадова… Хочу, чтобы вы именно это помнили и забыли о том, что я вам сказала раньше, – настоятельно попросила я.

– Хорошо, – чуть помолчав, медленно произнес Один. – Поступим так, как вы… юная герцогиня, и сказали… Отменяем все спасательные действия. Надеюсь, ваш Артем и вправду справится с защитой принцессы… Надеюсь, хоть он не внебрачный сын Императрицы, – не смог сдержать вздоха.

– Нет, он всего лишь не очень известный на всю империю князь Бегемот! – не удержалась я от смеха, увидев их лица. – Правда, он очень ненавидит это свое прозвище… прямо до зубного скрежета. Так что настоятельно советую не называть его так…

***

Юнна.

Пробуждение нахлынуло свежей волной, но вместе с ним пришло и горькое осознание: меня обманули.

Артем, словно застывшая тень, неподвижно стоял у окна, впиваясь взглядом в утренний пейзаж за пределами нашего укрытия. При малейшем шорохе с моей стороны, его голова резко повернулась, и взгляд, в котором читалось напряжение, встретился с моим. Неуверенная улыбка тронула его губы. Он ожидал моей реакции, но в ответ я лишь грустно усмехнулась и произнесла:

– А Нику ты тоже так, постоянно обманываешь?

– Нет… она давно знает все мои уловки, как свои пять пальцев, – честно признался он и добавил: – Собственно, как и я её.

– Выходит, вы друг друга стоите, – вздохнула я. – Ты вообще не спал ночью? – спросила я, вглядываясь в его лицо, которое, к моему удивлению, не выдавало ни усталости, ни недосыпа.

– Я немного подремал, – ответил Артем, словно пытаясь развеять мои сомнения.

– И что там, снаружи? – поинтересовалась я, поднимаясь с плаща, служившего мне постелью.

– Как ни странно, довольно спокойно, – ответил Артем, снова бросив взгляд в окно... и чуть помолчав добавил. – Относительно спокойно.

Я подошла к нему и тоже выглянула наружу.

Вдалеке, метрах в ста от нашего убежища, цепочка муравьев деловито тянулась между руинами, образуя живую нить. И больше никого. Действительно, тишина и спокойствие царили вокруг.

– И каковы наши планы на сегодня? – спросила я у парня.

– Попытаться выбраться из подземелья, – просто ответил он.

– Отличный план, – с иронией заметила я, заметив кристаллического скорпиона, притаившегося в развалинах одного из домов. Этот был небольшим, и всё его внимание было поглощено муравьиной тропой, пролегавшей мимо его логова.

– Можешь предложить что-то лучше? – вопросительно посмотрел на меня Артем.

– Боюсь, что нет, – признала я.

– Ладно, – он тоже бросил быстрый взгляд в сторону скорпиона. – Предлагаю позавтракать и выдвигаться.

– Хорошо, – согласилась я и вернулась к нашим скромным припасам.

Наш скудный завтрак прошел в тишине, и лишь после того, как Артем начал собирать вещи, готовясь к выходу, я нарушила затянувшееся молчание.

– Я все хотела спросить… – медленно проговорила я, разглядывая его лицо. – Ты знаешь столько песен, и все какие-то особенные, не похожие на те, что обычно слышишь. Во дворце, конечно, гвардейцы тоже пели… Так что я наслышана всяких песен, но твои какие-то незнакомые, немного… чудные. Ты сам их сочиняешь?

Артем замер, словно я застала его врасплох. На мгновение он погрузился в раздумья, и только потом отрицательно качнул головой.

– Нет, таким даром я не наделен… Все песни, что я знаю, созданы другими людьми. Я лишь умею перебирать струны гитары да изредка касаться клавиш рояля, – с легкой улыбкой ответил он.

– Странно… Почему же тогда эти песни не звучат повсюду? – задумчиво произнесла я. – У нас служивые обожают такой репертуар… Им бы точно пришлось по душе… Но я ни разу не слышала, чтобы их кто-нибудь еще пел… Ты уверен, что на этот раз не пытаешься меня обмануть? – с подозрением прищурилась я, глядя на него.

– А что ты вообще обо мне знаешь? – неожиданно спросил Артем, и взгляд его стал каким-то… изучающим.

– Что я знаю? – удивилась я. – Знаю, что ты избранник богини, которая одарила тебя довольно странными дарами. Знаю, что ты непревзойденный маг-целитель и воин. А еще ты телохранитель моей сестры, и моя матушка уже прочит тебя ей в мужья.

– Однако! – Артем выглядел пораженным. – Всплывают такие пикантные подробности, что я, признаться, в шоке, – пробормотал он и снова посмотрел на меня. – Понял, – уверенно констатировал он. – Главного ты обо мне не знаешь. Ладно, – сказал он, и на лице его появилась какая-то загадочная улыбка. – Когда вернемся, обещаю раскрыть тебе страшную тайну моего происхождения! Но сейчас не время для подобных откровений.

– Буду с нетерпением ждать твоей ужасной тайны! – скептически усмехнулась я, ничуть не поверив в его слова. Скорее всего, он снова пытается меня разыграть.

Тем временем Артем разобрал баррикаду, и мы выбрались из дома. Но на самом выходе мы замерли, увидев снаружи скорпиона. Я, разумеется, тут же решила, что он пришел по нашу душу, но скорпион, задрав хвост, вдруг рванулся куда-то и тут же исчез из виду. Однако тут же раздались звуки, напоминающие яростную битву. С осторожностью выглянув наружу, мы стали свидетелями эпического сражения скорпиона и нескольких муравьев. Один рыжий муравей уже лежал полузасыпанный кристаллическими наростами. Но и скорпион был покрыт какой-то неприятной жижей, которой его облевали муравьишки. И исход этой битвы пока оставался неясным.

Вот и второй муравей пал жертвой скорпиона, но тот, словно опомнившись, резко развернулся и дал стрекача, оставив позади поле битвы. Оставшиеся в живых муравьи, ведомые яростью и жаждой мести, ринулись вслед, превратив погоню в неистовый вихрь. Они пронеслись мимо нас, не замечая, словно нас и не было, поглощенные лишь одной целью.

– Ладно, пошли отсюда, пока эта вакханалия не привлекла сюда еще кого-нибудь, – тихо проговорил Артем и, не дожидаясь ответа, первым двинулся вдоль дома по узкому переулку. Его целью была лестница, ведущая из этого мрачного подземелья. Но, возможно, это лишь игра моего воображения, но мне казалось, что он ведет меня совсем в другую сторону…

***

Артем.

Полночи я ломал голову, как нам быть. Чтобы попасть на лестницу, взмывающую ввысь, по идее, нам следовало спуститься к основанию города…

Ах да… как я мог упустить столь важную деталь! Я так и не описал этот самый город, возведенный «горными карликами». Кажется, тогда я упомянул, что он изрядно разрушен, но позабыл уточнить, что город состоял из нескольких – пяти – уровней. В своем воображении я окрестил их ступенями. Коридор, берущий начало в зале с муравейником, выводил на верхнюю, пятую ступень – наиболее пострадавшую от времени и катаклизмов. Тот самый завал, через который мы с Юнной продирались вчера, являлся проходом на четвертую ступень, где разрушения были куда менее значительными. Дом, давший нам приют на ночь, стоял на самом краю этой четвертой ступени.

Ниже простиралась третья ступень – практически не тронутая разрухой, а затем вторая и первая… подобно пятой, погребенные под обломками.

В сущности, это все, что можно рассказать об этом месте… если не вспоминать о его обитателях. Помимо муравьев и скорпионов, здесь обитали и огромные ящерицы… вернее, я видел лишь одну, да и то мельком, проскользнувшую между руин первой ступени.

Теперь о моих ночных размышлениях. Чтобы попасть на лестницу, уводящую наверх – к поверхности или на другой уровень подземелья – нам вовсе не нужно было спускаться к ее основанию. Неужели создатели этого города не предусмотрели способа доступа к лестнице с любой из ступеней? Именно поэтому я и повел Юнну к самой высокой стене, к границе города и ступени.

– Нам действительно сюда? – Юнна осторожно спросила, пробираясь следом за мной сквозь пролом в стене разрушенного дома.

Я остановился, оглянулся и вкратце объяснил ей, что ищу. Юнна задумалась на мгновение и согласилась:

– Вполне вероятно, что ты прав… Это было бы логичным решением, проектируй этот город… ну, например, я или ты.

– Остаётся лишь надеяться, что мы с тобой не исключение из общей массы разумных существ, и все мыслят так же, как и мы, – пробормотал я. Юнна тихо рассмеялась.

И вот мы у самой стены… и вот он, туннель и лестничный проход. Вот только место оказалось занято. Занято, уже знакомыми мне, крупными змеями… правда, эти, по сравнению с теми, что встречались несколько лет назад, были раза в два меньше. С мстительным удовольствием я расстрелял этот змеиный выводок из своей винтовки. Помнится, в прошлый раз мой самострел не пережил встречи, из-за чего мастер-дворф долго дулся на меня. Но в этот раз всё было иначе. Тяжёлые пули дробили головы рептилий, словно перезрелые арбузы, лопающиеся от брошенных камней.

Юнна стояла за моей спиной, освещая проход магическим светлячком, иногда помогая добить подраненных змеёнышей. Вскоре они закончились, и, расстреляв змеиную кладку, мы выбрались по очищенной от паразитов лестнице наверх, к основной лестнице.

Настроение было отличным. Нам всё-таки удалось достичь своей цели с минимальными потерями. Совершенно не хотелось лезть на нижние уровни города, постоянно ожидая нападения местных чудовищ. В какой-то момент я мог просто не успеть среагировать. Поэтому, оказавшись на лестнице, ведущей прочь из этого подземного города, я испытал облегчение. И совершенно неважно было, как я тогда думал, куда ведёт эта лестница – на поверхность или на другой уровень подземелья.

Подъем по лестнице оказался на удивление легким. Ступени были явно рассчитаны на существ куда меньшего роста, но и Юнна, и я довольно быстро приспособились. Магический светлячок, выпущенный Юнной, мягко освещал путь, позволяя разглядеть детали кладки. Лестница обвивала шахту, уходящую ввысь, и казалось, что подъему не будет конца. В какой-то момент я начал ощущать легкую усталость, но не позволял себе останавливаться. Нам нужно было выбраться из этого проклятого места.

Внезапно впереди забрезжил свет. Я прибавил шаг, предчувствуя скорое завершение подъема. Юнна, не отставая, следовала за мной. Вскоре мы оказались у выхода из шахты. Он представлял собой широкий проем, ведущий в просторное помещение. Осторожно выглянув, я убедился, что опасности не видно.

Мы выбрались из шахты. Комната оказалась довольно большой, с высоким потолком и множеством колонн. На стенах виднелись следы древней резьбы, изображавшей сцены из жизни горного народа. В центре комнаты находился огромный каменный стол, на котором лежали какие-то предметы, накрытые тканью.

Юнна подошла к столу и отдернула ткань. Под ней оказались древние свитки, карты и различные инструменты. Судя по всему, это была комната картографов или ученых, изучавших подземный мир. Я почувствовал, прилив любопытства, но решил, что сейчас важнее покинуть это место. Кто знает, что еще таится в его глубинах.

Мы шагнули к выходу и… Упс! Выход из этого место нам перегородили некие создание похожие на оживших дементоров из Гарри Поттера.

– Гуль-гуль...

Гули! Вашу мать! Не ужели мы попали в древний учебный городДискирлин. – пронеслось в голове. – Привет! – слова сами сорвались с моих губ. – А как бы нам увидеть вашу самую главную? – без особой надежды спросил я.

Глава 4

Глава 4.

Ника.

Ночь – не сон, а пытка, кошмар без края. Мысли роились в голове, словно потревоженный улей, отравляя сомнениями каждое принятое решение. А стоило ли все это? Не проще ли было плюнуть на осторожность, метнуться вслед за Артемом и Юнной? Перед глазами вновь вставал тот зловещий сон: Артем, иссушенный, словно выжатый лимон, едва передвигал ноги. Юнна поддерживала его с одной стороны, незнакомая эльфийка – с другой. Его измученный вид отравлял душу тревогой, множил сомнения.

Утро встретило меня раздражением и злостью. Хмурясь, я наблюдала, как несостоявшегося убийцу, с изувеченными руками, уводили здоровенные стражники Академии. Начались сборы в обратный путь.

– Дерьмо! – прошипела я, едва слышно. Бессонная ночь испортила настроение окончательно, я была готова рычать на любого, кто осмелится приблизиться. Ками, кажется, единственная в мире, кого не волновали мои душевные бури. Она даже бровью не повела на мое ворчание, продолжая собирать вещи.

И почему я тогда не пошла за ними?

Этот вопрос вновь и вновь терзал сознание, как заноза. Разум твердил, что все будет хорошо, но сердце ныло от ожидания, раздираемое сомнениями.

А виноват во всем, конечно же, Артем!

Это решение пришло внезапно, словно удар молнии, и раздражение вспыхнуло с новой силой.

– Только посмей не вернуться, – прошептала я, скорее себе, чем кому-то еще. – Ты даже представить себе не можешь, что я с тобой тогда сделаю…

Сборы тянулись мучительно долго. Каждый шорох, каждое движение отзывались гулким эхом в воспаленном сознании. Хотелось сорваться с места, бежать навстречу неизвестности, но здравый смысл удерживал от опрометчивых поступков. Я понимала, что сейчас я мало что могла уже изменить. Даже если брошусь к тому порталу… то вряд ли Артем будет дожидаться меня там... на выходе из портала. Но разве можно было спокойно оставаться на месте, когда сердце разрывалось от тревоги за тех, кто мне дорог?

В итоге, не в силах больше сдерживаться, я отошла в сторону, прислонилась к шершавой стене старого дома и закрыла глаза. Чтобы успокоится, я решила воспользоваться медитацией... и хоть, и не сразу мне удалось слегка успокоить себя и вернуть, хоть какое-то, душевное равновесие.

Наконец-то, где-то спустя получаса, меня окликнула Ками, сообщив, что уже скоро выходим… Прервав медитацию, я вернулась к своим, так и не законченным сборам.

И пусть только попробует Артем попасть в беду. Тогда ему точно не поздоровится.

***

Артем.

Это было словно немая сцена из гоголевского «Ревизора» – не ждали! Наши с Юнной лица, застывшие в немом изумлении.

И лишь когда до слуха донеслось уже знакомое:

– Гуль-гуль! – в голове что-то отчетливо щелкнуло, и из меня само собой, как вырвалось нелепое и неосознанное:

– Привет! А как нам увидеться с вашей главной?

Подле меня Юнна ахнула и начала было вызывать в руке огненный шар, но, к счастью, я успел вовремя ее одернуть:

– Не смей! Этим ты им не навредишь, а лишь разозлишь!

– Гуль-гуль! – произнес один из гулей и, как мне показалось, склонил голову в подобии кивка.

– Гуль-гуль! – «подтвердил» второй.

– Вот-вот, – прозвучал третий голос. – Слушай мальчика. Он у нас здесь уже бывал и знает, о чем говорит… Хотя, признаться, крайне удивлена нашей новой встрече… Тебя что, магнитом тянет в переделки? Хотелось бы услышать, каким ветром тебя занесло в нашу лабораторию и зоопарк?

– А, – понимающе кивнул я. – Теперь это так называется… Вернее, раньше называлось!

– Ну да, – архимаг в обличье гуля подтвердила мои слова кивком. – Когда-то здесь была лаборатория для изучения редких видов монстров. Так как ты умудрился сюда попасть?

– Так через круг портала, а как еще? – удивился я ее вопросу.

– А, через тот самый круг… – пробормотала архимаг. – Так он еще действует! А я-то думала, он давно уже нерабочий… за все это время никто из внешнего мира к нам не заглядывал.

– Может быть, все дело в том, что ваши… питомцы за это время здесь неплохо освоились и совсем не рады незваным гостям, – хмыкнул я.

– А это вполне возможно, – совершенно серьезно согласилась со мной архимаг. – И я так понимаю, тебе снова нужно выбраться наружу? За город…

– Вы абсолютно правы, госпожа, – я склонил голову перед женщиной-гулем.

– Ну что с тобой поделать, – вздохнула она и перевела взгляд на Юнну. – А на тебе, девочка, хоть и измененная, но форма имперской академии. Я не ошибаюсь?

– Да, – кивнул я. – Так получилось, что я теперь там учусь, – сообщил я ей.

– А что стало с той девочкой, что была с тобой в прошлый раз? – поинтересовалась архимаг. – Как она поживает?

– Она тоже учится в академии, – ответил я.

Мы двинулись в сторону выхода из учебного города Дискирлина. С такой сопровождающей гули не смели даже приблизиться, держась на почтительном расстоянии и лишь украдкой выглядывая из полуразрушенных домов-убежищ, провожая нас неизменным «гуль-гуль».

– Так значит, ты у нас теперь боевой маг, – заметила разумная гуль.

– Вообще-то, нет… Я целитель! – скромно произнес я, и реакция последовала незамедлительно. Архимаг резко дернулась и развернулась ко мне всем телом.

– Что ты сейчас сказал? – довольно тихо переспросила она. – Ты сказал – целитель?

– Ну да? – я насторожился. Ее реакция меня сильно смутила.

– Как интересно, – протянула архимаг странным тоном, словно оценивая что-то невидимое. – Хотя… Какой у тебя уровень? – уже более спокойно спросила она.

– Матушка Зина… – я не отрывал взгляда от гули, – моя приемная мать считает, что я переплюну даже сильнейшего мага-целителя империи. Что-то внутри подсказывало: сейчас врать нельзя. И спрашивает она не из праздного любопытства, а из глубокой заинтересованности. – Она уверена, что мой уровень куда выше десятого… Но к чему этот вопрос? – осторожно добавил я.

– Выше десятого, – прошептала архимаг, словно пробуя слова на вкус. – Этого, боюсь, может не хватить… – Она вздохнула, и в этом звуке слышалась тоска. – Пожалуй, потребуется не меньше двух магов с даром целителя, и оба твоего уровня. – Ещё один вздох. – Не бери в голову… Просто несбыточные мечты.

– Объясните, зачем вам это нужно… Может быть, я смогу найти вам достаточно магов-целителей… – тихо, но настойчиво попросил я.

– Это было бы чудесно, мальчик, – грустно произнесла гуль. – Но…

– Всё же скажите, – не отступал я.

– Наше проклятье… – медленно начала она, словно вытаскивая слова из глубины веков. – Запечатано в чёрном демоническом кристалле… Разрушить его нельзя, лишь отменить… Для этого нужна лишь малость: маг-целитель, чья сила превзойдёт ману-проклятье, переполняющую кристалл. Когда-то здесь, в городе, было много целителей, и их объединенной силы хватило бы, чтобы снять проклятье. Но гули лишены целительной маны, мы не можем помочь себе сами. В самом начале были попытки просить людей, обратиться к Императорам с мольбой прислать сильных целителей… Но ответа мы не дождались и перестали надеяться. Да и сильнейшим целителям опасно появляться в этих землях.

Я задумался, переваривая услышанное.

– Если бы матушка узнала об этом… – медленно проговорил я, – она бы ни за что не отказала в помощи… Думаю, она бы собрала необходимое количество целителей для этого.

– Я могу поклясться, что Императрица не получала подобных просьб о помощи… – вмешалась Юнна. – Она бы не оставила это без внимания!

– Императрица должна думать, в первую очередь, о своих подданных, а не…

– Императрица – моя мама, – резко заявила девушка. – И я знаю её как никто другой… Мама бы не проигнорировала такую просьбу! Как минимум, она бы прислала верных людей, чтобы все проверить и доложить ей.

Архимаг взглянула на девушку и тихо произнесла:

– Значит, наша просьба не дошла до неё.

– Значит, я донесу вашу просьбу до кого нужно, – твёрдо пообещал я.

– Спасибо тебе, мальчик! – мягко поблагодарила меня женщина-гуль.

– А если с этим? – неожиданно спросила Юнна, демонстрируя свой медальон. – Насколько я знаю, количество маны в накопителе как раз равно десяти.

Замерли оба – и я и архимаг.

– Неужели… – прошептала женщина, и в голосе её сквозило робкое волнение. – Неужели это и вправду возможно? – Она замолчала, вперив в меня взгляд, полный несбыточной надежды.

– Стоит попробовать, – медленно произнёс я, ощущая, как слова даются с трудом. – В конце концов, мы почти ничем не рискуем. – Я вопросительно посмотрел на гуля.

– Не знаю, – после долгой паузы прозвучал её тихий ответ. – Кристалл проклятия – порождение чуждого мира, и я не могу предвидеть его реакцию… По идее, если твоей маны окажется недостаточно, ничего не произойдёт. – Но в её голосе не было уверенности, лишь тень сомнения.

– И что я должен делать? – после короткого молчания спросил я, чувствуя, как неуверенность сковывает меня. Эта идея переставала нравиться с каждой секундой.

– Ничего… – ответила женщина. – Если твоей маны окажется больше, кристалл признает тебя своим новым владельцем.

– Покажете мне этот кристалл, – я попытался придать голосу решительности, хотя сомнения терзали меня. В глубине души я успокаивал себя мыслью: «Только взгляну, и всё…»

Архимаг-гуль кивнула, и мы двинулись дальше по разрушенным улицам. Гули расступались, освобождая нам дорогу, но при этом постепенно за нашими спинами их собралась, целая толпа. Было такое чувство, что нас провожали на битву с драконом.

Юнна шла рядом, время от времени бросая на меня обеспокоенные взгляды. Я чувствовал её тревогу, но старался не показывать собственных колебаний.

Вскоре мы оказались перед огромными каменными воротами, и забором что огораживал комплекс каких-то зданий... среди которых виднелась полуразрушенная башня, зловеще возвышающаяся над руинами. Справа от башни, большая портальная арка. Она очень старая и естественно не активная. При других обстоятельствах, я тут же бы бросился её изучать, пытаясь понять, могу ли ею воспользоваться для возвращения в Академию. Но сейчас...

– Там, – коротко бросила архимаг, указывая на башню. Войдя внутрь, мы оказались в полумрачном помещении, где в центре на постаменте лежал он – чёрный демонический кристалл. Он пульсировал тёмной энергией, от которой веяло холодом и отчаянием.

Архимаг остановилась в нескольких шагах от кристалла и жестом пригласила меня подойти ближе. Я нехотя сделал шаг вперёд, затем ещё один. Кристалл словно почувствовал моё приближение, и его пульсация усилилась. Юнна крепко сжала мою руку, словно пытаясь меня удержать, но я высвободился и продолжил двигаться вперёд.

Остановившись в нескольких метрах от кристалла, я почувствовал, как внутренняя магия начинает пробуждаться. Я сосредоточился и попытался оценить уровень энергии, исходящей от кристалла. Он был огромным, подавляющим. Но я знал, что должен попробовать. Ради этих существ, ради самой возможности исцеления, я должен был хотя бы попытаться.

Глубоко вздохнув, я протянул руку назад и тихо попросил Юнну:

– Дай мне свой накопитель... пожалуйста!

***

Юнна.

– Дай мне свой накопитель… пожалуйста! – Артем протянул руку назад и ко мне.

– Будь осторожен, – прошептала я, уже сожалея о своей необдуманной идее.

Не говоря ни слова, он взял мой кулон-артефакт и, шагнув к черному кристаллу, приложил к нему ладонь. В тот же миг я вскрикнула от неожиданности. Рука Артема преобразилась, став подобной руке гуля. Но, в отличие от меня, он даже не дрогнул. По черной поверхности кристалла побежали сине-белые сполохи. Однако взгляд мой был прикован не к кристаллу, а к тому, как меняется тело Артема, как он медленно обращается в гуля. Это было зрелище, вселяющее ужас.

Казалось, он сам не обращал внимания на происходящее, продолжая насыщать демонический кристалл, теперь испускавший калейдоскоп разноцветных огней. Я даже не заметила, как мой артефакт в его руке засиял, пульсируя и перекачивая ману в тело Артема. Я неотрывно следила за изменениями, пока в какой-то момент они не прекратились, и он застыл, превратившись в гуля лишь на треть.

– Вы же говорили, что ничего подобного не произойдет? – обвиняюще взглянула я на архимага, застывшую рядом со мной.

Но она молчала.

Мой взгляд снова упал на Артема, но новых изменений я не заметила. Зато кристалл перестал быть черным. Теперь в нем преобладала синева, пронизанная черными всполохами. Вдруг мой накопитель маны перестал реагировать, отдав всю свою энергию Артему. Однако он продолжал питать кристалл собственной маной.

И внезапно камень вспыхнул так ярко, что я зажмурилась. Затем он засиял ровным, нежно-голубым светом. Но сейчас важнее было другое: Артем медленно возвращался к своему прежнему облику. Снова обычные человеческие руки, никаких признаков гуля.

– Думаю, все! – произнес он слабым, усталым голосом. Его ладонь соскользнула с синего кристалла, повиснув плетью. – Госпожа архимаг… – он обернулся к гулю и замолчал. – Что с вами?

Я тоже посмотрела и увидела, как тело архимага рассыпается песком, который закручивается вокруг нее вихрем.

– Да, теперь действительно все! Спасибо мой мальчик! Тебе удалось освободить нас от проклятья! – услышала я ее голос, словно издалека. Но в нем было столько облегчения и радости, что не оставалось сомнений: произошло чудо.

Я заметила, что и остальные гули, толпившиеся у входа, распадаются, превращаясь в черный песок, который закручивается спиралью, поднимаясь в небо. И только бывшая архимаг – женщина-гуль – даже в виде черного песка продолжала кружиться на месте, изгибаясь то в одну, то в другую сторону.

Тем временем снаружи все стихло, и черный песок исчез.

– Что-то она не спешит уходить, – пробормотал Артем. – Эй, госпожа архимаг! – позвал он все еще усталым голосом. – Вы меня слышите? – Он пошатнулся, и я, словно очнувшись, бросилась к нему, поддерживая с одной стороны.

Действительно, с архимагом происходило что-то иное, не то, что с остальными гулями, от которых не осталось и следа.

В какой-то миг, песок, что кружил воздухе, стал притягиваться, собираясь к центру образовывая, что-то наподобие кокона. Но и в таком состояние черный песок продержался недолго. Вот от самого верха он начал снова осыпаться, но не было никакого вращения и чего-то подобного. Он просто осыпался на пол и оставался лежать на нем. А вот то, что до этого было скрыто коконом, меня откровенно поразило. Под ним оказалась вполне себе живой человек с необычным колером волос. Одна половина, чисто белая, а другая черная, с четкою границею по середине. Но в каком шоке я оказался, когда увидел торчащие из-под волос заостренные кончики ушей.

Архимаг оказалась красивою, молодой женщиной, да к тому же эльфийской крови!

***

Ника.

На меня внезапно накатило, когда мы уже, практически вернулись в Академию.

Я ощутила яростный откат маны, словно невидимый насос выкачивал жизненную силу с чудовищной скоростью. Миг ошеломления, и лишь потом память услужливо подсказала причину – наша связь с Артемом. К счастью, этот вампирический акт завершился быстро, не оставив серьезных последствий. Мой верный артефакт, накопитель маны, мгновенно восполнил наполовину опустевший резерв, сведя неприятные ощущения к мимолетному покалыванию.

Ками, неотступно следовавшая за мной, словно привязанная невидимой нитью, почувствовала неладное и вопросительно взглянула.

– Все в порядке, – заверила я ее, – мимолетная слабость.

Но внутри натянулась струна тревоги.

Ради чего Артем опустошил меня настолько?

В памяти всплыл сон, его изможденное лицо после возвращения. Сопоставив недавнюю утечку маны и картину из сновидения, я с четко осознала: мой Артем, в этот миг, должен быть ослаблен до предела. В таком состоянии он не сможет идти без посторонней помощи еще добрых пару часов.

И снова, навязчивой тенью, возник тот мучительный сон.

Не означает ли это, что они с Юной вернутся уже скоро? – с надеждою подумала я.