(Не) герой

Глава 1: начало новой истории

В тот печально известный зимний день пала некогда могущественная империя Сисиль. Это была не самая большая страна из альянса пяти человеческих государств, но, несмотря на это, с ней предпочитали считаться. По большей части, из-за её Императора — знаменитого военачальника, умного и рассудительного политика, под началом которого даже у самого маленького войска будет шанс на победу — Рафаэля фон Сисиль. Но так же стоило опасаться и его жену — мудрую Императрицу — Вивьен фон Сисиль. Эта Империя могла просуществовать ещё многие десятилетия, но то, что она находилась на границе владений орков и тёмных эльфов — оказалось её погибелью. К сожалению, два великих народа выбрали для места бойни именно этот островок мира. Истинный герой, который находился на границе государства для его защиты от монстров воинственно пал в бою, исполнив свой долг, другой истинный герой не сумел подоспеть во время к полю битвы, и без великой силы героев войска императора не справились с огромным полчищем монстров и столица, вместе со всеми остальными городками исчезла с лица земли.

По приданиям, блуждающим по миру, в ходе битвы из всей императорской семьи выжила лишь юная принцесса, ставшая "несчастным героем". Такое прозвище ей даровали люди. Когда случилась трагедия, девочке исполнилось всего семь лет. Она практически не запомнила своих родителей, ей не о чем было сожалеть. Практически всё своё время она проводила в пылу битвы, неся бремя защитника человечества. Так думали люди, но на самом деле воспоминания о жизни в империи Сисиль были для неё очень дороги и она не забудет их никогда.

Это её история.

Стояла уже глубокая ночь когда в покои единственной принцессы империи Сисиль вбежала главная служанка. Из её косы торчали в разные стороны пряди; девушка была одета в одну ночную рубаху — только проснулась.

— Госпожа Лилия, собирайтесь, нам нужно срочно уезжать! — её голос дрожал, а ноги подгибались, но она не могла позволить себе и секунды промедления. Воины эльфов могут придти с минуты на минуту. Жизнь принцессы была в опасности. Служанка распахнула шкаф в комнате Госпожи и, трясущимися от паники руками, начала сгребать вещи в походную сумку.

— Эми, что случилось? — принцесса открыла глаза и недоумевающе посмотрела на женщину, — Зачем ты собираешь мои вещи? Куда мы уезжаем посередине ночи? — она сонно потёрла глаза кулачками. Пока девочка смотрела на напуганную Эми, ей невольно передалось волнение служанки.

— Нам срочно нужно уезжать, эльфы уже вот-вот будут тут. Госпожа, Вам надо вставать, — женщина поставила набитую вещами сумку на пол и застыла, прислушиваясь к чему-то.

— Эми? Что-то случилось? — Лилия обеспокоенно сжала в ручках одеяло.

Вдруг, в тишине раздался отдаленный звук эльфийского гонга. С лица служанки вмиг пропали все краски и она, забросив сумку на одно плечо, подбежала к кровати принцессы, протянув к ней руки.

— Госпожа, идите ко мне, я понесу Вас. Нам срочно нужно уезжать!

— Но я не хочу уезжать, Эми, я хочу знать, что происходит! — малютка отползла, прижавшись к спинке кровати, в попытке отстраниться подальше от служанки. Девочка совершенно не понимала, что случилось, зачем им понадобилось так внезапно уезжать и почему Эми резко побледнела. Вся эта ситуация походила на какой-то страшный сон, но принцесса Лилия никогда не видела таких детальных кошмаров.

Служанка чертыхнулась себе под нос и, дотянувшись до девочки, закинула её на свободное плечо.

— Принцесса, это приказ Императрицы, прямо сейчас мы должны покинуть дворец! — с этими словами горничная побежала вон из дворца вниз, туда где их уже ждала карета.

— Подожди, Эми, я не взяла моего дракончика! — девочка протянула руки в сторону свой комнаты, словно игрушка сама могла вернуться к ней, — Эми, давай вернемся! Это приказ принцессы!

— Как личная горничная Императрицы, я подчиняюсь только ей и Императору. Сидите смирно, мы не можем сейчас вернуться, — служанка сильнее сжала девочку в руках, чтобы та, не дай Бог Света, не упала, и побежала быстрее.

Маленькая принцесса сопротивлялась, била служанку кулачками по спине и надрывно плакала, но Эми совершенно не обращала на это внимания — полностью сосредоточилась на побеге. Женщина быстро выбежала из дворца и подбежала к первой попавшейся карете, времени на приготовление императорской кареты с кучером не было, поэтому служанка и госпожа должны были ехать на обычной. Как только они оказались внутри и заперли дверцу, возничий тут же ударил лошадь поводьями. Быстро стуча копытами, кони повезли транспорт прочь от дворца в сторону границы двух империй — Сисиль и Версаль.

Война — очень страшное событие. Ещё ни разу за всю историю мира не было такого, что она не затрагивала обычных жителей. Люди всегда стремятся к выживанию, и как только появляется угроза их жизни: первым делом — стремятся спастись сами, забывая про все драгоценности. Перед тем как отправить Эми за принцессой, Императрица дала ей свои свободные накопления, но, к сожалению, их хватит только на жильё и нормальное питание их вместе с Госпожой около месяца.

Какое-то время девочка продолжала плакать, смотря в маленькое окошко на отдаляющийся замок, где осталась её первая игрушка которую ей подарил отец. Впрочем, после вынужденных утверждений Эми, что скоро они смогут вернутся обратно, Лилия успокоилась. Но вскоре, начала задавать неудобные вопросы:

— Эми, что произошло? Почему мама захотела, чтобы я уехала? Мы надолго уезжаем? А куда? А мама придёт к нам? И что это был за звук, после которого ты так побледнела?

Они сыпались на служанку, как из рога изобилия. Она подрастерялась — не знала, как объяснить девочке сложившуюся ситуацию. В конце концов, ей пришлось собраться с духом и разом ответить на всё, чтобы прекратить этот допрос.

— Ваше высочество, Ваша матушка обязательно присоединится к нашему путешествию, но не сейчас, а чуть позже. И как только она приедет, то обязательно расскажет Вам, что произошло и когда мы сможем вернуться обратно в замок. Сейчас же, мы направляемся в соседнюю империю — Версаль. Вы её знаете, Вам преподавали язык и историю этой страны. Мы остановимся в одном из городов неподалеку от столицы и будем ждать Госпожу Вивьен, — всё то время, пока служанка говорила, с её лица не сходила мягкая улыбка, но она была лишь на губах. В глазах же, поселилась глубокая печаль.

Горничная не хотела обманывать девочку, но таково было предсмертное желание Императрицы. И Эми, и Вивьен понимали, что Императрица не выживет в схватке с эльфами одна, без мужа, поэтому она приказала слуге, чтобы та не говорила ни слова дочери о её гибели.

— Госпожа, Вам необходимо поспать, до рассвета осталось ещё часа три. Вам не стоит сбивать режим даже за пределами замка.

Служанка достала из сумки, в которую, в суматохе, клала самые необходимые вещи перед уходом из дворца, два пледа. Один она положила в свернутом состоянии под голову принцессы, а вторым укрыла уже зевающую девочку. Всё-таки, та оставалась маленьким ребёнком, которому нужно много спать. Не прошло и пятнадцати минут, а Лилия уже тихо сопела, укаченная мерным ритмом движущейся повозки.

Эми перевела взгляд с лица спящей девочки на ночной небосвод. Тёмно-синее небо, подёрнутое дымкой перистых облаков, за которыми можно было увидеть ярко-сверкающие звезды и тонкий, как лезвие косы, месяц. Служанка прикрыла глаза, в серебристом лунном свете можно было увидеть, как маленькая слёза скатилась по её щеке. Она не могла поверить, что девушка, которой она прислуживала ещё с самого девичества — её Госпожа — с которой они пережили войну, покинула этот мир. Стала одной из тех далёких звезд, что сейчас мерцали над головой.

В сознании женщины одно за другим всплывали воспоминания... Вивьен впервые появляется во дворе и слуги начинают шептаться, что никогда не слышали о ней; она видит её, сидящую за столом и увлечённо читающую книгу. Дальнейшие события мелькали, будто в калейдоскопе: праздник в честь дня основания Империи; раскрытие заговора второго принца и госпожи Элоизы; проводы Вивьен на поле битвы; похороны четвёртой принцессы Риллиан; шикарная свадьба Вивьен и Рафаэля, и, наконец — рождение Лилии.

Эми была рядом с Императрицей с самого первого её появления во дворце, но когда у той родилась дочь, Вивьен приставила свою служанку к малышке. По внешности девочка была чистой копией отца, только с красными волосами, характером она полностью пошла в мать. Такая же колкая и дерзкая, даже в младенчестве. Теперь, каждый раз глядя на принцессу, Эми будет невольно вспоминать свою, наверно, уже покойную, Госпожу.

Эми хотела поселиться вместе с девочкой подальше от границы империи, однако в маленьком окраинном городе — Гомаге у кареты сломалось колесо и они остановились. Спустя немного времени служанка решила остаться вместе с госпожой в этом мирном месте.

С того момента как они покинули замок и поселились в городке прошел уже целый месяц. И даже спустя такое больше количество времени Императрица так и не приехала за дочерью и служанкой. Девочка ещё не знает, что та и не приедёт, никогда. Она не знает и того, что голова её матери теперь нанизана на шест, украшая тронный зал того замка — их бывшего дома. Алые, как закат, локоны убраны в элегантную причёску, очки закреплены на переносице, на голове — прекрасная корона. Даже сейчас она невероятно красива. Король тёмных эльфов знает толк в украшениях.

В городе Эми и Лилия смогли найти жилье и немного обжиться там. Так как малютка, как образцовая принцесса знала язык Версаля, который признан мировым языком, проблем с пониманием жителей не случалось. В её голову с самого детства закладывали множество разных знаний, вот только девочке редко приходилось их использовать. На самом деле, в душе она всегда хотела обучаться владению оружием, но отец говорил ей, что это "не женское дело". Тем не менее девочка знала, что родители её очень любили, хоть и не могли уделять ей столько внимания, сколько бы ей хотелось, ведь, почти всегда они занимались государственными делами.

Всё время их совместной жизни Эми заботилась о принцессе, однако, когда та снова начинала расспрашивать про родителей, и о том, когда они приедут, слуга отвечала молчанием.

За этот месяц служанка устроилась на работу горничной к местному богачу. Благо, в своём детстве, из-за того что она была дворянского происхождения, учила Версальский язык, а затем во время нахождения рядом с Вивьен, немного освежила знания языка в голове. Но эта работа оказалась тяжелее, чем в родной Империи, и у Эми не было времени следить за каждым шагом принцессы. А Лилии уже через неделю наскучило сидеть дома, поэтому она начала делать вылазки в город. Естественно, не говоря об этом Эми. Строгая служанка была против любых её прогулок в одиночку, а ждать единственного дня в неделю, когда у женщины выходной — слишком долго.

Как выяснилось, город был не таким большим как ей показалось вначале заселения. Уже через пару недель она обходила его весь по нескольку раз. За это время она запомнила наизусть каждый камешек на мощеной брусчатке, все улочки и магазины. Однако, бродить по улицам в разгар декабря в одном лишь тоненьком пальто, оказалось не только скучно, но и холодно.

В конце концов, и город надоел девочке, поэтому в один из дней она решила выйти за его пределы и сходить в лес неподалёку. Пока она гуляла между магазинчиков, слушая разговоры прохожих, узнала много страшных историй про ту местность, но Лилия не верила ни в одну.

Девочка молча шла по заснеженному лесу меж деревьев. Было очень тихо, лишь снег хрустел под её ногами. Вдруг, она услышала чей-то приглушённый голос где-то неподалёку. Лилия удивилась и пошла на звук. Дальше, в глубине леса, виднелось пространство, где стволы деревьев расступались, образовывая маленькую полянку. Там стоял мальчик примерно того же возраста, что и Лилия, с деревянной палкой в руках. Девочке стало любопытно, что он делает, поэтому спряталась за широким деревом, чтобы понаблюдать.

Паренёк неуклюже махал импровизированным мечом — веткой — в воздухе, явно пытаясь повторить какую-то связку ударов. Из его носа облачками выходил пар; брови, покрытые корочкой инея, нахмурены; а почти синие губы напряженно поджимались во время выпадов. Похоже, он тренируется здесь уже давно. Движения мальчика были неумелыми, слишком неумелыми и резкими. Даже Лилия заметила, что он лишь новичок.

Глядя на его тренировку, девочку окатили воспоминания, о тех случаях, когда ей удавалось застать, сражения родителей друг с другом. Лилия помнила их движения — плавные и быстрые, не то, что у незнакомца. Тогда они бились, словно хотели порубить друг друга, но всё заканчивалось в тот момент, когда Рафаэль приставлял меч к горлу Вивьен, обратные ситуации были сильно реже, но всё-таки имели место быть.

По сравнению с воспоминанием то, что делает мальчик казалось Лилии всего лишь игрой или нелепой разминкой, к которой он слишком серьёзно относился. Было чувство, что он пытается достичь невозможного. Девочка смотрела на его попытки, не отворачиваясь, её поглотил интерес. Тем более, это хоть что-то занятное за последнее время.

В один момент мальчик вложил в удар слишком много силы и оступился, упав на спину. К счастью, его падение смягчил снег и он не пострадал.

— Вот черт! — сдавленно ругнулся он, пытаясь встать.

Принцесса дёрнулась, чтобы помочь ему, но остановилась, не решаясь выйти. Всё же она без спросу наблюдала за его тренировкой. Но поздно, паренёк заметил какое-то движение за деревьями и их взгляды пересеклись.

— Ты кто ты такая? Ты… ты всё видела?! — мальчик покраснел. Наверное, не хотел, чтобы кто-то видел, как он тренируется.

«Да, я всё видела» — хотелось ответить Лилии, но она поняла, что это будет слишком жестоко по отношению к незнакомцу. Какое-то время она молчала, пытаясь подобрать слова, но вскоре она поняла, что молчит слишком долго, поэтому решила ответить ему уже хоть что-то:

— Ужасно.

— Ужасно?

— Совершенно ужасно.

Лилия запаниковала. Это было совсем не то, что она хотела произнести, но сказанного уже вернуть. В этот момент время словно остановилось. Сначала мальчик смотрел на неё ошарашенным взглядом, будто не понимая, что она только что ему сказала, но потом до него дошло. В его взгляде появился гнев, а потом и отголоски ненависти. Пацан фыркнул и, встав, быстрым шагом сбежал вглубь леса, оставив девочку стоять в полной тишине.

Таким было воспоминание Лилии о её первой встрече с её будущим «старшим братом-по-обучению».

В последующие дни Лилия ходила в лес, но того паренька больше не видела. Наверное, он понял, что это место уже не секретное и начал тренироваться в другом. Подальше от грубиянки.

Тем временем, вдохновившись тренировкой мальчика, принцесса тоже решила научиться владению оружием. Она взяла крепкую палку и стала вспоминать и повторять то, как тренировались её родители и то, что делал мальчик. Она часто падала и подскальзывалась, но иногда у неё получались уверенные и точные движения, тогда принцесса очень радовалась — с ещё большим рвением продолжала тренировку. Лилия начала понимать мальчика в его упорстве.

Когда девочка приходила домой, её руки были красными и обледеневшими. Эми, которая работала горничной, трудилась с утра до вечера, чтобы обеспечить жизнь своей маленькой Госпоже. Иногда она спрашивала чем занимается принцесса, но та отвечала ей, что просто сидит дома у окна и Эми, из-за своей усталости не обращала внимания на то, что просто сидя у окна нельзя настолько сильно замерзнуть, они лишь снова и снова читала ей нотации. И всё же горничная не могла постоянно следить за принцессой и та снова выбиралась на "волю", возвращаясь только к обеду или ужину.

Однажды девочка снова тренировалась в лесу к ней кто-то незаметно подошел со спины. Некоторое время он наблюдал за ней, так же, как она наблюдала за мальчиком, и хриплым голосом сказал из-за дерева:

— У тебя определённо есть талант. — Лилия обернулась. — Не хочешь обучаться владению мечом у меня? — на краю поляны стоял мужчина, одетый в плотный поддоспешник, будто готовый хоть сейчас сорваться в бой. На вид ему было лет сорок-пятьдесят. Седые волосы; темно-синяя, почти чёрная, радужка; глаза, формы феникса, они обрамлены морщинами. Его тонкие губы растянуты в доброжелательной улыбке.

— У меня нет денег, — маленькую принцессу никогда раньше не обманывали, так что она не могла знать о том, что не стоит разговаривать с неизвестными людьми. Тем более на улице.

— Мне и не нужно от тебя денег. У тебя есть потенциал и я хочу его раскрыть. А платой пусть будет твоя помощь во время обучения, — задумчиво произнес он.

— Хорошо, — немного помявшись ответила девочка. Все-таки, ей и вправду не помешал бы учитель.

— Тогда, иди за мной. — решительно произнес он.

Лилия кивнула и послушно пошла за мужчиной. Они вернулись в город и, немного попетляв по улочкам, подошли к детскому приюту. Их в городе всего два: городской приют и приют, который построил местный богач-покровитель. Оба этих сиротских дома не были построены по последнему пику моды, однако, там имелось хоть какое-то отопление, да и жить, в принципе, можно.

Принцесса стояла перед входом в здание, которое построили совсем недавно на деньги богача. Правда, сильно новым он не выглядел.

— Добро пожаловать, я управляющий этого места. Моё имя — Зигфрид, — произнес мужчина, пропуская девочку в дом.

— Приятно познакомиться, я — Лилия фон Сисиль. Ой простите, точнее, просто Лилия. — произнесла она и улыбнулась. Ей не хотелось чтобы с ней говорили как с принцессой.

— Ты единственная выжившая принцесса из империи Сисиль?

— Вообще-то, я просто сюда приехала со своей горничной, а она сказала, что мои родители очень скоро ко мне приедут.

— Вот как, — ответил на её речь Зигфрид, делая заметку в уме: скорее всего горничная не рассказывала малютке о смерти её родителей. — Пойдём внутрь, я хочу тебя с кое-кем познакомить, перед тем как начать обучение.

Они прошли через всё здание и оказалась на широком заднем дворе. Он был выложен песком и огорожен низким деревянным забором. За забором находились достаточно большие кучи снега, очевидно те, которые убрали с заднего двора. Спиной, к только что пришедшей Лилии, стоял мальчик с темными волосами, он держал в руках меч и махал им, никак по-другому назвать не поворачивался язык. Он обернулся, их глаза встретились и они одновременно воскликнули:

— Что ты тут делаешь?

Глава 2

— Что ты тут делаешь?

— Так вы знакомы. И когда только успели? — Зигфрид удивлённо перевёл взгляд с Лилии на мальчика и обратно. Они смотрели друг на друга с явной неприязнью. Казалось, будто они хоть сейчас готовы сорваться в драку, но из-за присутствия взрослого сдерживались. — Что-то случилось?

— Учитель, эта… эта девчонка помешала моей тренировке неделю назад! — мальчик до белых костяшек сжал в руках меч, буквально выдавливая из себя слова.

— А я виновата, что ты решил тренироваться в лесу, где каждый встречный-поперечный тебя увидит? Я просто проходила мимо, но заметила как ты упал и захотела тебе помочь, а ты так говоришь, будто это я тебя толкнула!

— Больно нужна мне помощь от какой-то девки! Тем более от той, которая оскорбляет других людей, сама бы попробовала, раз такая умная!

С каждой секундой дети распалялись всё больше и больше.

— Прекратите ссориться! Я так понимаю имён друг друга вы не знаете, тогда мне стоит вас друг другу представить. Лилия, это Леонхард, — Зигфрид потрепал мальчика по голове. — Леон, это Лилия. Я увидел как она тренировалась в лесу, ваши навыки примерно на одном уровне. С этого дня вы оба — мои ученики, я надеюсь, что вы найдете общий язык.

— Общий язык? С ним? — Лилия скептически посмотрела на учителя и сложила руки на груди, вздернув нос, — Пф, ничего не обещаю.

— Ну, приятно познакомиться. Наверно, — Леон хмыкнул и воткнул меч в песок. — Теперь ты, так уж и быть, можешь называть меня «старшим братом по обучению», — он явно был в восторге от того, что его обидчица, будет так к нему обращаться.

— Я не буду тебя так называть. — сказала, как отрезала. — Ты не достоин такой милости от меня.

Девочка поняла что сказала только когда из её рта вылетело последнее слово: «Вот чёрт, я ведь не хотела вести себя тут как принцесса. Это всё дурацкие привычки!»

То, что она сказала — привычная речь, которую говорили аристократы тем, кто был ниже их по статусу. Скажи Лилия такое во дворце, это сочли бы за должное, но проблема в том, что они не во дворце и Леон ещё не знает что она принцесса. На самом деле, девочка просто хотела удивить его, хотя понимала, что от этого особо ничего не изменится, просто мальчик подумает, что у неё свои тараканы в голове. Однако, его реакция будет бесценной.

— А, забыл предупредить, эта девочка Лилия фон Сисиль, последняя принцесса империи Сисиль, — подлил масла в огонь Загфрид.

— Так ты — принцесса?! — ухмылка медленно сползла с лица Леона. Масса эмоций сменялись на его лице прежде, чем он неожиданно растянул губы в легкой улыбке и выдал: — Ну да всё равно, раз тут нет ни Императора Рафаэля, ни его жены, ты ничего мне не сделаешь. Тем более, между учениками принято общаться неформально, так что не думай, что к тебе будет особое отношение только из-за твоего статуса. Хорошее отношение нужно ещё заслужить.

Лилит облегченно выдохнула. И вправду, сейчас она не в замке и можно чуточку расслабиться. Хотя, ей всё же хотелось как-нибудь наказать Леона за его поведение.

— Мне вот больше интересно, — мальчик задумчиво взглянул на неё. — Что принцесса империи Сисиль делает в маленьком городишке Версаля?

Лилия закусила губу и отвела взгляд. Она и сама не знала, почему она до сих пор тут, где её мама и когда она вернется. Девочка множество раз спрашивала Эми об этом, но ответом служило лишь молчание.

Мальчик увидел, что задел принцессу за больное и поспешил поменять тему. Вражда не вражда, а есть темы, на которые лучше не давить.

— И всё же ты выбрала правильного учителя. Мастер Зигфрид не какой-то там рыцарь, а самый настоящий истинный герой!

— Истинный герой? Не припоминаю кто это. В любом случае, раз я о них не знаю, значит не такие уж они и сильные.

— Да как ты смеешь, нахалка! Наш учитель был истинным героем! Они крутые, защищают всё человечество, а ты их совершенно не знаешь, наверняка, потому что спала вместо того, чтобы слушать преподавателей! Я тренируюсь чтобы стать таким же крутым как они! — кричал мальчишка в гневе.

«Хах, ты слишком большого мнения о себе раз думаешь, что у тебя получится. Так, истинные герои значит… хм. Кажется, помню что-то подобное из курса истории, правда она меня никогда сильно не интересовала…»

— Хватит трепаться! — прикрикнул учитель на детей, — Первый совместный урок начнётся сейчас. Бегите десять кругов, — оба ученика молча кивнули и побежали. — Ну всё, теперь вы будете у меня в ежовых рукавицах, — Зигфрид грозно приподнял кулак, якобы угрожая.

В тот день Лилия вернулась достаточно поздно и горничная уже была дома. Она сидела за столом и нервно теребила краешек платка. Заметив принцессу, Эми тут же бросилась к ней.

— Госпожа, у Вас всё лицо красное! — воскликнула та, осматривая девочку со всех сторон, чтобы удостовериться, что с ней всё хорошо. — Что же Вы такого делали? И где Вы были?

— Эми, я всего лишь гуляла. — девочка пыталась привести своё дыхание в нормальный ритм, и успокаивающе улыбнулась.

— Госпожа, я же просила не ходить на улицу без меня. Ладно, главное, что с Вами ничего не случилось, — служанка выдохнула и села обратно за стол, взяв в руки вязание. — К слову, Госпожа, Вы не забыли какой завтра день?

— Какой?

— Вы забыли? Завтра двадцать второе декабря — Ваш день рождения.

«Что-то я, и вправду, умоталась в последнее время. Столько всего произошло, что дата совсем из головы вылетела. А ведь раньше, помнится, очень ждала этот праздник, даже дни, кажется, считала.»

— И вправду, совсем про него забыла, — Лилия поникла, опустила глаза в пол и, набравшись смелости, спросила: — А родители приедут навестить меня? За все эти несколько недель, пока мы здесь, они мне даже письма не написали.

— Извините, Ваши родители не смогут приехать. Они очень заняты, — произнесла Эми, не отрываясь от вязания. Ей было очень совестно за враньё. Вдруг Эми охватил сухой кашель, царапающий горло и она согнулась пополам, пытаясь откашляться.

— Эми, что случилось? Ты заболела?

— Думаю, я просто простудилась, не нужно беспокоиться, — служанка мысленно отметила, что в последнее время себя не очень хорошо чувствовала.

— Хорошо. Только, ты со своей работой не забывай лечится. — девочка очень волновалась за служанку и ей не хотелось остаться одной.

Принцесса ещё немного поболтала с горничной прежде, чем та отослала Лилию спать. Вздохнув, девочка пошла в свою часть чердака. Она закрыла штору и улеглась на кровать, уставив взгляд в потолок.

Сам по себе чердак, был старым. Из щелей между досками даже сильно продувало, отчего становилось холодно, по началу там везде лежал большой слой пыли, но Эми убрала помещение, и теперь комната стала боле-менее прилично выглядеть, но всё равно не шик. Кончено, покои принцессы в Императорском дворце были сильно лучше, хотя по сути эти два места не идут ни в какое сравнение друг с другом. Однако, Эми заботилась о своей маленькой принцессе, из-за чего жизнь оказалась не так уж плоха.

На следующий день принцесса встала очень рано. Быстро одевшись, она со всех ног помчалась в приют. Девочке уже не терпелось учиться владению мечом. Но когда Лилия зашла в дом, оказалось, что дети только начали завтракать и ей придется ждать. Принцесса вздохнула, оперлась о косяк и осмотрела столовую.

Небольшое помещение с длинным столом и лавками, за которыми сидели завтракающие дети. Несмотря на то, что приют выглядел не самым лучшим образом, с едой здесь проблем не было. У каждого ребенка стояли тарелка овсяной каши, чашка горячего чая и один большой кекс. На раздаче находилась самая старшая из девочек в приюте. Лилия отметила, что Леон был самым старшим из всех ребят и, скорее всего, эта девочка стояла на втором месте по старшинству.

В приюте числилось около семнадцати детей от двух до десяти лет. Принцессе очень понравилась атмосфера в этом месте: все были достаточно дружелюбны, говорили вежливо и всё делали вместе.

Помнится, когда-то давно Лилия просила у своих родителей брата или сестричку. Она хотела, чтобы ей не было одиноко и она могла о ком-то заботиться, однако, великие Император и Императрица отказывали ей, говоря, что либо это будет позже, либо никогда. В те моменты она обижалась и, волоча свою любимую мягкую игрушку по полу, шла в свою комнату практически в слезах. Иногда её отец вставал с места и бежал к ней, брал на руки, утешая свою ненаглядную, затем делал подобное предложение Императрице, мол, Лилия очень красивая и вся в неё и он хочет себе ещё одну дочку. Тогда уже в Императора, с дочерью на руках, летела книга, зачастую и не одна, но он ловко от них всех уворачивался и убегал из тронного зала. Нёс дочь в её покои и играл с ней.

Наверное, это была единственная просьба, которую они не исполнили.

Вообще, Лилия не капризный ребёнок, у неё имелось всё, однако ей совершенно ничего не было нужно. И сейчас, когда она жила не особо богато, имея всего одну курточку и пару платьиц, ей было не так уж и плохо, хотя, порой хотелось есть на полдник мороженное и другие десерты от Анны — их повара в замке, она готовила просто шедеврально.

Лилию вывел из воспоминаний чей-то пристальный взгляд. Оказывается, пока она витала в мыслях, то её взгляд случайно упал на девочку за раздачей и та, заметив его, начала пялиться в ответ.

— Привет, — поздоровалась с ней Лилия, чувствуя некоторую неловкость.

— Приветик, ты новая ученица у смотрителя? Отец вроде упоминал что тебя зовут Лилия. А я Альмерия, но все меня зовут просто Али, ты тоже можешь меня так звать.

— Приятно познакомится Али.

— Лилия, хочешь покушать?

— Спасибо, я уже завтракала сегодня, — соврала принцесса. Она так сильно торопилась на тренировку, что совершенно забыла про еду.

— Ты не похожа на человека который может позволить себе есть кексы каждое утро, — задумчиво сказала собеседница осмотрев девочку, — а у нас есть такая возможность, ведь их готовлю я. Да и тут осталось парочка.

— Раз уж ты так настаиваешь, то я хочу попробовать. — облизнулась принцесса, ведь, она очень любила сладкое.

Когда Лилия откусила первый кусочек, ей показалось будто из её глаз посыпались искры. Воздушное тесто таяло на языке, открывая доступ к сладкому клубничному джему внутри. Даже Анна готовила не так вкусно, как эта девочка из приюта. Лилия была готова создать культ посвящённый Альмарии.

— Вау, Али, это очень-очень вкусно! Мне никогда не доводилось пробовать что-то подобное!

— Хахаха, не смущай меня, — хоть она и отнекивалась, но было видно что девочка радовалась похвале.

Но всё хорошее когда-то заканчивается, вот и кекс закончился. Расстроенно вздохнув, девочка заметила вошедшего в зал Зигфрида.

— Думаю, можно начинать урок. — сказал наставник, обращаясь к Лилии и Леонхарду.

Леон тут же встал из-за стола. Они оба вышли из приюта и пошли на задний двор. Сегодняшние тренировки совсем не отличались от вчерашних, только сегодня шёл снег. Его было очень много, он падал целыми хлопьями, но девочке и пареньку это совсем не мешало заниматься. Вокруг них мерцал пар, им стало даже жарко.

В тот день после тренировки Лили зашла в комнату на чердаке, где они жили с её служанкой и увидела несколько коробочек на столе. Все они были аккуратно запакованы. Глаза девочки заблестели от счастья, ведь, она поняла, что это предназначалось ей и, возможно, эти подарки прислали мама с папой.

Она пробежала вглубь комнаты, даже не снимая обувь и тёплую одежду, оставляя за собой мокрые следы. И вот, она наконец начала аккуратно, стараясь не порвать упаковку, раскрывать. В первой большой коробочке оказалась игрушка-ящерка зелёной расцветки, девочка сразу почувствовала тепло от этого подарка, сразу ведь понятно, что родители прислали ей эту ящерку взамен утраченного дракончика! Далее она решила не церемонится с упаковками и уже вовсю сидела на столе, так как низкий рост не позволял ей стоять так и распаковывать подарки (раньше-то она сидела на стуле и распаковывала) следующим подарком оказалась книга, принцесса полистала её, картинки там, конечно, были хорошие. И вот, остался последний подарок…

— Госпожа, что Вы делаете? — в комнату ворвалась Эми. — где Вы были, я Вас искала! — Лилия посмотрела на неё с максимально виноватым видом.

— Я гуляла.

— Я же столько раз говорила, что меня надо предупреждать если идёте гулять, ах, ладно, снимайте тёплую одежду, а то так нельзя. — Лилия послушно слезла со стола сняла всё, что просила Эми, служанка в это же время протерла полы от следов ботинок. И, в конце концов, под присмотром горничной, Лилия смогла открыть последний подарок, им оказался тёплый, пушистый, шерстяной шарф.

Несмотря на то, что обычно в день рождения принцессы всегда устраивали большой банкет и вручали горы даров, сегодняшние подарки ей понравились даже чуть больше, ведь, они сделаны с душой. Девочке сразу вспомнились родители, они всегда улыбались и поздравляли её с праздником, их тёплая улыбка — самый дорогой подарок.

В тот вечер они с Эми сидели на чердаке, пили чай и читали ту книгу, которую именно она подарила, сказав, что это подарок от её родителей. Это был очень тёплый день для принцессы, в несколько раз лучше всяких скучных светских балов. На ночь, выпив тёплого молока, она легла спать, завернувшись в тёплый шарф и обняв ящерку, Эми даже невольно растянула губы в улыбке, смотря на свою маленькую госпожу.

Помнится, однажды перед своим днём рождения принцесса не могла уснуть и Лилия решила прогуляться по замку, пока никто не видит. Она долго бродила по тёмному и холодному замку, пока не увидела под одной из дверей свет и разносящиеся голоса. Кто-то спорил:

— Мне кажется, девочки в её возрасте должны любить играть в куклы. — говорил мужской голос.

— Наша дочь никогда не играла в куклы, даже когда дворяне дарили ей их. И вообще, не лучше ли ей подарить лошадь? — парировал ему женский.

— Ты знаешь хоть одну дворянку, у которой есть собственная лошадь и которой нравилось бы с ней возиться?

— Да, знаю, это была принцесса Риллиан… — повисла короткая пауза.

— Господи, да что же мы с тобой за родители такие, которые вообще не смыслят ничего в подарках на день рождения ребёнку. — произнёс мужчина, судя по звуку, хлопнул себя рукой по голове, — Вот ты, Лилит, во что играла в детстве?

— Рафаэль, в нашей семье не было денег, и мне всегда дарили либо одежду, либо что-то, что могло пригодится в хозяйстве. — ответила девушка, которую Рафаэль назвал «Лилит». Принцесса знала, что это голоса её родителей, однако она впервые слышала, как кто-то называл её мать «Лилит», обычно, все обращались к ней «Императрица» или «Госпожа Вивьен».

— Я практически всё детство занимался учебой, меня игры совсем не интересовали. — сказал он и тут же продолжил, — Кажется, у меня есть идея!

— Ну и какая? У меня идей нет, хотя, у нас есть кладовка и магия… — произнесла Императрица.

— Помнишь, наша дочь говорила о том, что хочет себе братика… — не успел договорить свою речь Император, как, кажется, ему дали оплеуху по лицу, — И за что ты так?

— Во-первых, из-за работы мы и так уделяем мало должного внимания нашей единственной, повторюсь, ЕДИНСТВЕННОЙ дочери! Ты хочешь, чтобы у тебя была ситуация такая же, когда ты и Риллиан говорили о предыдущем Императоре, как о «старикашке»? — Лилит возмущённо скрестила руки на груди, — А во-вторых, я не хочу откладывать гору императорских дел и всего подобного из-за ещё одного ребёнка. Это такие муки, тебе не понять. И вообще, я не планировала даже замуж выходить в своей прекрасной жизни, а ты тут о втором ребёнке говоришь. Я первого так скоро не планировала. Кто после душа вернулся в халате весь мокрый? Разве это не соблазнение?!

— Вообще-то, тем вечером ты… — не успел он закончить речь, как его перебили.

— Я просто примеряла новую пижаму! — крикнула она.

На этих словах принцесса поняла, что с подарком на её день рождения они точно определяться и пошла в свою комнату.

Девочка практически сразу уснула, правда, ей хотелось, чтобы родители приехали и поздравили её.

С каждым днём Эми выглядела всё хуже и хуже, хоть она и говорила, что это просто простуда, казалось, это что-то другое и Лилия начала серьёзно беспокоится. Принцесса каждый день ходила на занятия по владению мечом и уже шла нога в ногу с Леоном. Наверное, это был талант, так как её отец и мать оба прекрасно владели мечами.

Спустя два месяца Эми совсем слегла в кровать и не могла работать, врачи приходили к ним, но никто ничего говорил об этой болезни — все, пожав плечами, уходили. Лилия носила еду Эми из столовой, в которой готовили другие горничные, те девушки хорошо общались с Эми, поэтому помогали ей в этот сложный момент.

В один день она была уже настолько слаба, что не могла даже подняться. Тогда принцесса отпросилась у своего учителя на пару дней, чтобы присматривать за своей горничной, которая уже стала для неё частью семьи.

— Госпожа, я хочу Вам кое-что сказать, — слабый голос Эми возвратил из сна принцессу, сидевшую рядом с ней.

— Да, Эми, я тебя слушаю, — сказала Лилия.

— На самом деле, Ваши родители погибли. За несколько месяцев до вашего уезда из дворца погиб Ваш отец, а Императрица погибла в тот день, когда мы уехали из дворца. — сказала горничная.

— Эми, у тебя наверное бред. — Лилия не верила сказанному, — Да не может такого быть!

— Я чувствую, как из моего тела утекает жизнь, поэтому, после моей смерти, посмотрите в шкафу, там лежат все Ваши вещи и деньги. Не забывайте очень туго затягивать корсет, правильно питайтесь, будьте благородной леди. — говорила она.

— Нет, Эми ты точно выздоровеешь! — девочка схватила Эми за холодеющую ладонь.

— Как пожелаете, Госпожа.

Через несколько дней Эми не стало. Девочка в слезах собирала свои вещи, как в шкафу наткнулась на одну газету. Заголовок гласил «Падение империи Сисиль»:

«Второго ноября империя Сисиль пала. Говорят, что Император этой страны умер ещё полгода назад при масштабной атаке, а императрица погибла лично от рук предводителя темных эльфов. Принцесса Лилия без вести пропала, есть мнения о том, что она умерла. После смерти истинного героя Рейнхарда, что защищал границы империи, прошло трое суток, и тогда на помощь человечеству прибыли ещё три Истинных героя, одним из которых был сильнейший — Чужак Зигфрид со святым мечом Иреттумом. Истинные герои отстояли границы человеческих государств, ныне темные эльфы и орки изгнаны. Земля империи Сисиль вернулась к людскому роду, однако разрухи столицы и остальных городов не пригодны для жизни…»

Тогда на маленькую девочку свалилось осознание, что она одна. Что все, кто окружал её до этого мертвы. И матушка, которая так часто рассказывала маленькой принцессе о ведьмах и магии, и отец, любивший играть со своей маленькой дочуркой и даже Эми, которая защищала малютку до конца. Все они… мертвы.

В тот день маленькая Лилия познала, что такое смерть. Она поняла, что такое пустота — когда помнишь о дорогих тебе людях, но осознаёшь, что никогда их больше не увидишь, не сможешь поговорить. Это очень больно, пусть это не боль от раны, но это душевная боль.

Всю ночь ей пришлось просидеть в парке на холоде. Лилия решила, что не хочет так жить — таким образом можно получить много болезней и вскоре умереть. Всё то время, она сидела на лавочке и дрожала как осиновый лист. Периодически, она начинала рыдать и тогда слёзы замерзали на её лице. Она много думала о жизни, о смерти и о всех своих родных, в итоге единственное место, пожалуй, где находились знакомые для неё люди был детский приют, в котором она в последнее время проводила дни напролёт.

Глава 3

Маленькая девочка с набитой до краёв сумкой, висящей через плечо, стояла перед воротами, пустым взглядом смотря перед собой. Зигфрид, Али, Леон и остальные приютские дети — сейчас единственные кого Лилия знала в этом, внезапно показавшимся ей огромном, городе. Она понимала, если её тут не примут, то идти ей, в общем-то, некуда, поэтому оттягивала этот момент. Но больше медлить нельзя — примерно через полчаса должна начаться тренировка, и бывшая принцесса толкнула тяжелые ставни.

— Доброе утро, Али, — девочка обнаружилась в гостиной, читала детям сказку. — Не подскажешь где наставник Зигфрид?

— О, Лилия, доброе. — Алмерия оторвалась от книги и приветливо улыбнулась Лилии. — Учитель скорее всего в своем кабинете на втором этаже. Первая же комната от лестницы.

— Спасибо, — принцесса попыталась улыбнуться в ответ, но поняла, что улыбка вышла уж слишком натянутой и выбросила идею из головы, предпочтя пойти на поиски учителя.

Наверху было много дверей, на каждой из которых написано по четыре имени. Судя по всему, это имена детей, живущих здесь. На первой двери красовалось зачеркнутое: «Воспитатель», и корявым детским почерком снизу было приписано «Страшная бабайка», но и эта надпись была перечеркнута и уже другим почерком, не менее корявым, на двери мостилось «Злой дед», на удивление, эта надпись зачеркнутой не была.

«Мило» — подумала Лилия, и, пожалуй, это чуть-чуть подняло настроение.

Она набралась смелости и легонько постучала в дверь три раза, мужской голос ответил:

— Войдите.

Лилия потянулась за ручку и вошла в комнату. Кабинет оказался просторным с минимумом мебели: одна широкая одноместная кровать; шкаф для одежды и книжный шкаф; дубовый письменный стол, заставленный целыми стопками документов; два стула и мягкий ковёр на полу. Никаких зеркал или лишних тумбочек. Всё необходимое и только.

— Что-то случилось? — Зигфрид оторвался от чтения какого-то документа и взглянул на девочку из-под очков.

— Эм, учитель, мне надо Вам кое-что рассказать... — девочка отвела взгляд и нервно начала теребить ремешок сумки, — Дело в том, что недавно… Вчера вечером Служанка, которая спасла меня, она... — её голос становился всё тише и тише, пока совсем не утих. Девочка закусила губу. В горле стоял неприятный ком, мешая говорить.

— Так, Лилия, присядь и выпей водички. Тебе нужно успокоиться, — Зигфрид, видимо, начал догадываться, что произошло, поэтому налил стакан воды из графина и протянул девочке.

— Спасибо, — прошептала она, еле шевеля губами, и сделала глоток. От подступающей истерики зубы дрожали, стуча по стакану. Через пару минут она собралась с силами и начала говорить, — Эми — моя служанка, недавно заболела. Она говорила, что всё хорошо и она поправиться, но всё это оказалось неправдой! С каждым днем ей становилось хуже пока она... она…

Девочка всё же не выдержала и разрыдалась, согнувшись пополам.

— Тихо-тихо, не плачь, всё будет хорошо. Давай сделаем так: ты скажешь мне адрес где вы жили, и я сам разберусь с этим. А пока, Алмерия покажет тебе тут всё. Не волнуйся, мы не прогоним тебя, — Зигфрид положил свои ручищи на хрупкие плечи девочки и тепло улыбнулся.

— Да, конечно. Мы жили на улице святой Эрин на чердаке третьего дома, — Лилия постаралась пересилить себя. Она была счастлива от того, что её не прогнали. Не оставили одну. Они её приняли. От этого снова захотелось плакать.

— Хорошо, у нас как раз есть одна комната. — Встав, он открыл дверь и громко крикнул: — Альмерия, подойди сюда!

— Да, я тут! — Али тут же поднялась по лестнице.

— Лилия теперь будет жить с нами, будь добра, сначала отведи её в двадцать третью комнату, а потом покажи ей всё.

— Лилия?.. — Девочка удивленно взглянула на принцессу, но через пару секунд удивление сменилось осознанием и сочувствием. — Конечно, Лилия, пойдем со мной.

— Аг-га, — та шмыгнула носом и, соскользнув с высокого стула, вышла вслед за Али.

В неловком молчании две девочки шли в самый конец коридора. Лилия всё ещё пыталась успокоиться, а Али просто не знала, что делать. Обычно, дети приезжают сюда либо из соседних приютов, либо совсем детьми. Не представлялось сталкиваться с таким случаем, до этого времени. Тем более, Лилия была старше Али и та не думала что когда-либо увидит слезы новой подруги. Так они и дошли до двери с номером двадцать три. Кроме цифры там не было вписано ни одного имени, значит эта комната ещё никем не занята.

— Вот твоя комната. Одна из четырёх кроватей твоя и тумбочка рядом с ней, соответственно, тоже. Как разместишься, приходи ко мне, я тебе всё покажу и расскажу. После этого и застелю тебе постельное белье на кровать.

— Спасибо, — сказала Лилия, тут же зайдя в комнату и захлопнув за собой дверь.

Что же ей теперь делать? Кто её защитит? Она же всего лишь маленькая девочка, в чём она так провинилась перед Богами?

С трудом отлипнув от стены, принцесса на подгибающихся ногах подошла к кровати. Бросив сумку на тумбочку, Лилия упала на незастеленную, уткнувшись лицом в подушку, зарыдала. Её сердце разрывалось на части, а мозг не желал принимать тот факт, что Эми, Матушка, Отец… их больше нет рядом. Она осталась совсем одна.

Всё произошло так быстро... Почему же Эми не сказала ей правду в самом начале? Почему Вивьен не уехала вместе с ними?! Они же могли жить все вместе! Так почему Мама осталась там? Почему она не рассказала что случилось с Папой?

Мысли метались в голове будто колибри, девочка чувствовала, что она попросту тонет в них. Если она сейчас же не отвлечется от них, то её затянет в такое болото, выхода откуда нет, поэтому она встала и трясущимися руками начала разбирать сумку. Повесила плащ сушиться, разложила вещи, поставила одинокую книгу со сказками на полку. Она цеплялась за монотонные действия, пытаясь забыться в них, но переживания не хотели покидать её голову, навязчиво сменяясь одна за другой.

«Что мне теперь делать?»

«В чем смысл моего существования?»

«Зачем я сейчас тут?»

«Почему я не могу просто пойти к маме, папе и Эми?…

Вдруг, она взглянула в окно, вид из которого вёл на задний двор приюта, стойка с мечами красовалась у забора. В ту секунду, лишь заметив орудия на заднем дворе, она осознала и повернула голову в угол комнаты, где лежал её железный меч, который она бросила туда, лишь зайдя в комнату. Точно, она же хотела научится сражаться мечом… и обогнать Леона. Девочка вцепившись в эту мысль, как в спасательный круг при шторме.

Да, она точно обгонит Леона! Сделает это, чего бы не стоило!

Утерев слёзы, девочка до побелевших костяшек сжала в руках меч и воинственно смотрела в окно.

Сейчас, когда у неё не было никакой другой цели она инстинктивно ухватилась за то единственное, что могло бы помочь ей не скатится в пучину.

Но для того, чтобы обогнать Леона, она должна много тренироваться, а значит, медлить нельзя!

Развернувшись спиной к окну, она ещё раз осмотрела комнату. Две двухэтажные кровати и тумбочки рядом с ними; один большой шкаф, сзади неё; у окна, стоит длинный стол и четыре стула; по бокам от окна висели, пока что, почти пустые полки для книг. Слева же от двери, на стене, находилось зеркало в полный рост. Удивительно, в комнате было чисто и ни единой пылинки не виднелось, хотя тут точно никто не жил. Ну что ж, теперь, это её комната, к этому надо привыкнуть, а сейчас…

— Али, я готова. — Лилия зашла в столовую и отыскала взглядом девочку.

— Хорошо, тогда сейчас я тебе всё покажу. — Альмерия встала с колен и отряхнула платье, — Дети, поиграйте пока что без меня, я скоро. И так, Лилия, ты у нас не впервые, так что уже знаешь, что это, — она обвела комнату руками, — центральная комната. Мы используем её одновременно и как столовую и как игровую. Дальше у нас…

Али прошла в дверь, находившуюся за стойкой раздачи еды, там была достаточно маленькая кухня, но в ней было всё, что нужно для готовки.

— Это кухня, обычно здесь готовлю я, иногда ещё и Леон. Знаешь, я бы хотела посмотреть на уровень твоей готовки, надеюсь, ты к нам присоединишься, у нас тут не так много рабочих рук.

— Эм, честно говоря, я совсем не умею готовить… — произнесла Лилия, отводя взгляд. В замке ей готовила прислуга, а позже Эми. Лилия даже не думала, что ей придется когда-нибудь готовить самой.

— В таком случае, я тебя научу! — глаза девочки загорелись, — Правда, мне ещё не приходилось такого делать и мне интересно знать, смогу ли. Поэтому, ты будешь подопытной Номер Один!

— Я, пожалуй, откажусь! – принцесса отошла на пару шагов, а Али лишь наигранно печально вздохнула.

— Эх, как жаль, что выбора у тебя нет. Ну ладно, пойдем дальше!

Через гостиную девочки прошли в другую дверь, находившуюся в противоположной стороне от кухни. Остановившись на пороге, Лилия ахнула. В этом месте витало достаточно много пыли, наверное, сюда редко кто заходил. Библиотека. Небольшая, но плотно уставленная уходящими к потолку стеллажами, заставленными разными книгами, журналами и отдельными бумагами.

— Тут редко кто бывает. — Али прошла дальше и зажгла свечку на столе, — Обычно, сюда захожу либо я за рецептами или новыми сказками, либо Леон за информацией о священном оружии или технике и тактике боя. Другие дети не особо любят это место, к тому же, учитель их не допускает, чтобы они «не портили книги» — так он говорит. Но, думаю, тебе он ничего не скажет, так что, ты можешь приходить сюда сколько захочешь. Однако, пожалуйста, приноси книги обратно и ставь их на место.

— Вот как. Кажется, я тоже в скором времени буду частым посетителем этого места.

И пусть в этой библиотеке было не так много книг, как в императорской, Лилия надеялась, что найдёт тут информацию об оружии, истинных героях и прочих вещах.

— Что же, думаю, на этом я закончу твою «экскурсию», всё-таки у нас больше нет никаких злачных мест. Конечно, остался второй этаж, но там только детские комнаты и душ. На этом всё. Может, у тебя есть какие-нибудь вопросы?

— Почему та комната, в которой я сейчас, такая чистая? В ней вообще никто не жил?

— Дело в том, что каждые две недели у нас в приюте генеральная уборка: мы моем полы, стираем, вытираем пыль везде, даже там, где никто не живёт, ведь в любой день может появиться какой-нибудь ребёнок, которому нужна крыша над головой.

— Теперь понятно. Спасибо за ответ. — поблагодарила принцесса и улыбнулась.

— Если появятся ещё вопросы, то можешь подойди ко мне. А сейчас, я пошла, дети меня, наверно, уже заждались! – Али улыбнулась и вышла из библиотеки.

Лилия обернулась спиной к двери — чтобы обогнать Леона ей нужно узнать всю информацию, об истинных героях, которая только найдется в этой библиотеке.

Через пару часов принцесса вышла из библиотеки с увесистой стопкой книг в руках. Там были книги и о великих истинных героях и их деяниях, и о святом оружии, и даже инструкции по его использованию. В общем, информации было достаточно чтобы занять себя на следующий месяц.

В комнате девочка расставила книги на полке, и поспешила на задний двор. Почитать она успеет и позже, а сейчас время для физической тренировки. Когда она спустилась, Леон уже тренировался, осыпая ударами тренировочное пугало. Взяв в руки меч, Лилия начала отрабатывать удары вместе с Леоном.

В комнату Лилия вернулась уставшая, но довольная. Пусть ей не удалось сегодня превзойти Леона, но она и не отстала. Сегодня они были наравне. Захватив с собой краткий справочник для начинающих, девочка довольно разлеглась на уже застеленной кровати и погрузилась в чтение.

"…и сила данная приносит роду людскому спасение. Лишь стоит герою активировать её. Это совершенно простое занятие: могучий воин берёт в руки свои спасительные святое оружие и напрягает мышцы тела, думая о благодати для всего человечества…"

"…оружия, созданные великими учеными древности, что думали о спасении людей. Все они состоят из десятков разных талисманов, а в их соединении образуют убийственную силу для демонических отродий…"

"…и тогда Бог Света, повергнув Богиню Тьмы, создал человечество. Самое совершенное его создание. И после сего случая он вскоре ушёл, и люди долгое время жили в притеснении демонов адских, до тех пор, пока не пришли на землю спасители — пять мудрецов, будущих правителей пяти человеческих государств. Они создали самое лучшее и совершенное, что существует в мире — святое оружие."

Девочка зевнула и отложила справочник на тумбочку. Пожалуй, на сегодня с неё хватит, пора спать, ведь завтра её ждёт не менее насыщенный день.

И так, за тяжелыми тренировками, ночной учёбой, заботами по дому, незаметно пролетело четыре года.

За это время многое успело произойти. Альмерия, как и обещала, попыталась научить принцессу готовить, хотя, толку в этом оказалось мало. Али тогда сильно расстроилась, говоря, что она — бездарный учитель. Лилия перечитала все книги о героях и священном оружии из приютской библиотеки и начала ходить в городскую. А ещё к их с Леоном тренировкам присоединился еще один воспитанник — Артур. Он на пару лет был младше Лилии и Леона, но прыткости в тренировках ему было не занимать.

Тренировка в тот день отличалась от привычной, вместо того, чтобы сражаться друг с другом, Лилия и Леон выступили плечом к плечу против учителя. Ребята стояли и крепко сжимали в руках одноручные мечи. Они, конечно, изучали техники боя на многих видах оружия – одноручные и двуручные мечи, копья, луки... Но, так как святые оружия являлись чаще всего мечами, упор был именно на них.

По краям тренировочного поля столпились приютские дети, они шептались, обсуждали, выкрикивали поддерживающие слова и делали ставки. Громче всех был Артур, он болел за Леона, как делал это всегда. Из толпы вышла Альмерия, которую Зигфрид назначил судьей, она взмахнула рукой в небо и быстро опустила её, давая отмашку начинать.

В ту же секунду Лилия и Леон рванули в разные стороны и одновременно атаковали. Но за мгновение до столкновения учитель отшатнулся на пару шагов. Послышался лязг скрестившегося оружия. Лили мысленно выругалась и подала другу специальный знак. Конечно, они и не надеялись просто так победить Зигфрида, как-никак, он был Истинным героем, поэтому долгое время придумывали и отрабатывали командные связки. Одной из них они сейчас и собираются воспользоваться. Так как Лилия была достаточно лёгкой, Леону не составляло особого труда подкинуть её в воздух, как при играх на озере. И в то время, как девочка атаковала учителя сверху, целясь в голову, он с низкого старта рванул вперед, стремясь ударить по ногам своих учеников.

Зигфрид рукой блокировал атаку сверху, а потом увернулся от второй. Девочка ногами оттолкнулась от блока, сделала в воздухе сальто и приземлилась на песок, оставив на нём глубокие борозды. Дети кружили вокруг учителя, нанося беспорядочные атаки, которые, впрочем, по цели не попадали.

Через пару минут они поняли, что так они ничего не добьются и Лилия незаметно показала ещё один знак. Леон кратко кивнул. Они плечом к плечу понеслись прямо на учителя. Самая простая атака, от которой легко можно увернуться. Тот, кто нанесёт удар, зависит только от того, в какую сторону учитель решит уклониться. Влево.

Леон, стоявший справа, пролетел дальше, а Лилия прокрутилась на месте и ударила наставника по спине. Голова тут же закружилась, а меч будто стал в несколько раз тяжелее, но она почувствовала, что попала! Она попала!

Бой окончен.

— Я попала! — она счастливо улыбнулась, опустив меч, попыталась привести дыхание в норму. — Попала…

— И вправду, вам удалось одурачить меня, — Зигфрид снял пальто и с усмешкой разглядывал дырку посередине спины.

— Пф! Мелкая, даже не думай, что вся заслуга твоя. Просто удача сегодня на твоей стороне. — Леон сдул выбившуюся из маленького хвостика на затылке прядь волос, оперевшись на меч.

— Вы оба хорошо сегодня сражались, — Али вышла на поле.

— Могли бы и лучше если бы не кое-кто, — покосившись на Леона, фыркнула принцесса и тут же перевела тему. — кстати, учитель, Вы же обещали показать нам Ваш святой меч, если мы выиграем.

— Я никогда не забываю о своих обещаниях. Ждите здесь, я сейчас вынесу — сказав это, он Зигфрид скрылся в тёмном проёме приюта.

Тем временем дети обступили Лилию и Леона и начали наперебой рассказывать свои впечатления, пытаясь перекричать друг друга.

— Отец, это было так круто! Вы так легко подкинули Лили!

—Да, отец, ваши удары были такими быстрыми и точными!

— И все равно эти «быстрые и точные» удары «отца» ни разу не достигли цели, — почти неслышно произнесла принцесса и улыбнулась.

Отцом они называли Леона. Сначала так говорила только Али, мол он заботиться тут обо всех как настоящий отец, а потом эту фишку подхватили и все остальные. Да и вообще, во всех нормальных семьях должен был быть отец. Зигфрид не был особо хорошим отцом, ведь не сидел много с детьми, а настоящий отец должен — по крайней мере так думали детишки, а Леон к тому же ещё был самым старшим среди детей. Да и этот «злой дед», разве только управлял приютом, детей он любил, но не сказать, чтобы впечатлял их.

Леон сначала упирался и обижался на прозвище «отец», говоря, что он не такой старый и пусть зовут его старшим братом, но вскоре привык. А «мамы» не было. Как так? Да просто. Лилия хоть и была самой старшей среди девочек нельзя было сказать, что прям любила домашние дела, возиться с детьми и все подобное, да и с Леоном они ладили плохо. А «мама» и «папа» должны любить друг друга. Тогда получалось, что Альмерия была единственным человеком, которого можно было по-настоящему назвать «мамой», но дети звали ее «сестренка».

Лилия тихо рассмеялась воспоминаниям и боковым зрением заметила выходящего из дома Учителя.

Мужчина нёс в руках нечто, завёрнутое в бинты. По очертаниям оно напоминало огромный двуручный меч и весил он явно немало, но Зигфрид нёс его как пушинку. Наставник подошёл к детям и с легкостью воткнул оружие в землю перед ними. Глаза всех детей на поляне засветились от счастья и Леон дрожащими руками начал аккуратно, словно боясь коснуться, снимать бинты с оружия. Когда последний слой слетел на землю Лилия восторженно ахнула вместе со всеми остальными. Меч был сделан из чего-то металлического, пронизанного множеством трещин как на стекле, он сверкал на солнце, отбрасывая радужные блики на лица собравшихся вокруг и будто бы светился. Дети застыли пораженные красотой святого оружия.

Принцесса рвано выдохнула и поняла, что все это время боялась дышать. Она боялась, что один неосторожный выдох и меч распадаться на тысячи осколков, пусть и понимала, что это не так. Еще давно, в книге, она прочитала что святые оружия изготавливались из множества редких и могущественных артефактов, и их невозможно было сломать ничем.

Вдруг из размышлений ее вывел неожиданный вопрос Леона.

— Учитель, а как вы его получили?

Лилия обернулась. Этот вопрос интересовал и ее.

— О-о, это моя любимая история, — Зигфрид усмехнулся и нежно погладил рукоять меча. — Когда я был маленьким, примерно в вашем возрасте, мои старшие братья поймали меня на слабо и вынудили пробираться в Церковь, где и находился этот меч в ожидании хозяина, и стащить его.

— И у вас получилось?

— Что? Нет конечно! Меня поймали в тот момент, когда я почти дотронулся до него.

— Но как тогда… — Леон нахмурился.

— Я попросил посмотреть. Знаете ли, в молодости я был довольно таки уважаемым человеком. Кхем. Ну и я как и вы, конечно, не удержался от того чтобы полапать его. Тогда-то Иреттум и признал меня своим хозяином. Видели бы вы лица святош, — Зигфрид рассмеялся.

— А как вы поняли, что Иреттум выбрал вас?

— Ну, это такое, — мужчина задумался, пытаясь охарактеризовать то, что он тогда чувствовал, — необыкновенное чувство. Когда я дотронулся до него он будто засветился изнутри, а я почувствовал такую лёгкость в теле, будто в моих силах сделать все что угодно. Это было невероятное чувство…

— Эхх, меч, конечно, красивый, — Лилия схватилась за рукоять и с трудом подняла меч, — но думаю одноручное оружие гораздо практичнее.

А меч всё-таки был очень тяжел для девочки.

Вдруг яркая вспышка ослепила ее. Казалось, словно что-то горячее оказалось в легких. Она не могла вздохнуть. Секунда. И вот, это чувство прошло. Она дышала полной грудью, устремив меч в небеса. Иреттум стал легким как пушинка, а руки наполнились силой. Казалось, словно меч был чём-то родным и тёплым. Улыбка озарила уста принцессы.

— Да ладно, это что шутка?…

Будто сквозь вату принцесса слышала голос Леона.

— Нет, это точно шутка.

Она открыла глаза и сфокусировала зрение на мальчике. Тот смотрел на нее со смесью злости и недоверия.

— Нет, это не шутка, — Зигфрид пораженно смотрел на свой, уже бывший, меч в руках ученицы. — Иреттум и правда признал ее своей хозяйкой.

— Нет. Я отказываюсь в это верить. Почему? Почему она, а не я?! — Леон сорвался с шепота на крик и тут же поджал губы, с яростью смотря на соперницу.

— Леон, успокойся, — осадил мальчика учитель. – А ты, Лилия, идем со мной.

— Как пожелаете, учитель, — сказала девочка, неверяще смотря на меч.

Учитель и ученица поднялись по лестнице, оставив Леона, и детей позади. Они вошли в комнату, наставник закрыл дверь и сам сел на кровать:

— Садись, — он указал на стул и девочка послушно села — я хочу тебе кое-что рассказать. Тебе прекрасно известно что в прошлом я был истинным героем, а Иреттум моё священное оружие, однако не многим известно что я не совсем простой человек.

— Учитель, вы сейчас шутите? Боюсь у вас совершенно отсутствует чувство юмора, к тому же мне не пять лет, чтоб верить во всю эту чепуху.

— Это не шутка. Мало кто знает, что Солэй, бог света, после того как убил богиню тьмы стремился ее воскресить. Он сохранил частичку ее сознания, но проблема была в том, куда его поместить. Обычное тело не подошло, богиня как никак, поэтому он до конца своей жизни не оставлял попыток создать идеального человека. И у него получилось. Я один из четырёх «идеальных людей» практически равных богу, однако с другими из них я сильно не в ладах, поэтому возможно в этой жизни тебе придётся обнажить свой святой меч против Бога, возможно умереть. Поэтому, если ты сейчас возьмешь это оружие — указал он на двуручный меч, что стоял в углу, — то ты должна будешь взять бремя жизни мира на себя.

Лилия не могла понять, что он имеет, говоря, что он бог, однако утвердительно кивнула, ведь если она возьмёт меч, то станет такой же крутой и могущественной как родители.

«А может это шутка и он пытается проверить ее на стойкость и уверенность. Точно, обычный человек ведь не может быть богом, верно же? Да это точно проверка!» — подумала Лилия, но в любом случае она была уверена в своём выборе.

— Хорошо, тогда на этом всё, — сказал он и они вышли из комнаты.

Лилия вышла из кабинета и тут же наткнулась на Леона. Парень с прикрытыми глазами стоял у выхода на лестницу и подпирал плечом стену. Видимо он ждал ее, только зачем? Хотя это даже хорошо, не придется его искать.

Девочка вытерла потные руки о штаны и откашлялась. Ей внезапно вспомнилось что мечта Леона стать истинным героем, а она по факту отобрала ее у него. Но она ведь не хотела…

— Учитель просил передать, что завтра утром мы поедем в столицу чтобы пройти экзамен на героев.

Парень открыл глаза и осмотрел принцессу. Его взгляд остановился на мече, который Лилия до сих пор держала в руках.

Некоторое время они молча стояли, думая о своем. Лилия ждала хоть какой-нибудь реакции. Криков, предъявления обвинений, оскорблений. Но вместо этого Леон просто стоял и молча смотрел на меч.

— В одиннадцать в гостиной, — нечитаемым голосом произнес парень, и, не дожидаясь ответа, спустился по лестнице вниз, помогать Али с приготовлением ужина.

Лилия заторможено кивнула и медленно побрела в свою комнату. За этот день произошло так много, что все это не укладывалось в голове. Мысли метались от одной теме к другой. Почему меч признал именно ее? Что ей теперь с ним делать? Как она станет героем и что будет, когда она им станет? А станет ли? Вдруг другие герои решат, что она не справится с этой ролью и не дадут ей стать истинным героем? Ей придется покинуть приют? О чем с ней хочет поговорить Леон?..

За размышлениями о произошедших переменах девочка не заметила, как прошел ужин и часы почти пробили одиннадцать. Лилия будто очнулась и тут же поспешила вниз.

Леон уже ждал ее, устроившись на диване и невидящим взглядом смотря в стену перед собой. Девочка вздрогнула. Она никогда не видела его таким. Принцесса прошла в комнату и села на краешек кресла, рядом с Леоном. Она еще никогда не чувствовала себя так неловко.

И снова тишина.

— Для чего ты решила стать героем? — Тихо спросил мальчик.

— Мои родители — владели оружием, и я часто наблюдала за их спаррингами. Они правда круто сражались и, смотря на них, я тоже хотела научиться, но они не разрешали. А потом случилась война. Папа уехал на фронт, а мама осталась в замке. Вскоре я переехала со своей служанкой сюда и решила, что это мой шанс начать что-то делать. Потом учитель взял меня в ученики, тогда я была по-настоящему рада. Наверное, потому что просто хотела. Сейчас меч, это единственное в чем я преуспела, и в чем могу быть уверена. — ответила Лилия, опустив глаза вниз. — а ты, Леон? За что ты сражаешься?

— Я хочу защитить этот приют — мою семью. Я хотел…хочу стать героем чтобы защитить Али, Артура и всех остальных. Это дает мне силы двигаться дальше.

— Хах, наверное, через месяц моего отсутствия про меня здесь все забудут. — грустно прошептала девочка, — Я буду скучать без десертов Али.

— Никто не забудет, не выдумывай. А про десерты. Знаешь, наверно это то немногое в чем я с тобой согласен. Готовка Али — это то, ради чего стоит жить. — Леон негромко рассмеялся.

— Пхаха, да. Интересно, как у нее это получается? Кто ее так научил?

— Она сама научилась. Выхода не было, — Леон сложил руки на груди и перевел тяжелый взгляд на девочку. — Маму она совсем не помнит, а отец возвращался домой раз в несколько дней. И то, только для того чтобы поесть да поспать. Он не заботился о ней, не уделял внимания, и будто бы даже не помнил о ее существовании. Ей приходилось выживать. А когда ей было семь он ввязался в какую-то авантюру. Ну и зарезали его как свинью, хотя что там, почему «как», он и был самой настоящей свиньей. Предполагалось, что её отдадут в городской детский дом, но тут вмешался учитель и забрал Али в этот приют. Не спрашивай зачем, я сам не знаю.

— Вот как. Наверное, у всех тут такое прошлое, которое никому не пожелаешь.

— Не думай, что я это тебе просто так рассказал, — мальчик фыркнул. — Я просто надеюсь, что ты не считаешь, что у тебя тут самая трагичная история и что ты вообще вся такая из себя страдалица. Молчи, дай мне договорить. Да, ты принцесса павшей империи, рано потеряла родных и пережила войну, но ты когда-нибудь жила неделю в одной комнате с трупом? Выживала без еды дней так шесть? Или может тебя в детстве избивал твой собственный пьяный отец? Вряд ли. Все детство ты жила в достатке, не то что многие дети из этого приюта. Да, судьба обошлась с тобой жестоко, но ты не одна такая. В этом мире много детей с жизнью и похуже, — парень закусил губу и отвёл взгляд, явно переживая не самые лучшие воспоминания. — Я тебе даже завидую. У меня нет такого таланта как у тебя, меня не выбрало легендарное оружие, обо мне не пишут в газетах, и учитель не пророчит мне такое великое будущее. Но даже не смей думать, что после этого я хуже или слабее тебя, — Леонхарт заглянул в глаза Лилии. В его взгляде читалась решимость догнать и перегнать её. — Если я буду стараться, то скоро оставлю тебя далеко позади, младшая сестра по обучению. — и не дожидаясь ответа, Леон вскочил со своего места и вышел из комнаты.

Лилия зло сжала зубы. Конечно же она не считала себя страдалицей! Просто не знала о чужих проблемах, вот и все. Принцесса резко встала и быстро ушла к себе, злясь то ли на себя, то ли на Леона.

Лилия подошла к кровати и замерла, заметив, что прямо у изголовья стоит, закутанный в бинты, Иреттум. Видеть его было очень непривычно, и она до сих пор не верила что эта махина теперь ее. А ведь она так хотела сражаться одноручным, говоря, что такие длинные и тяжелые мечи — дико не практично. Как же так вышло?

Девочка переоделась и легла, но долго не могла уснуть, все смотря на новое оружие. Оно так и притягивало ее взгляд. Вскоре она не выдержала и грубо закинула его под кровать. Пусть пока полежит там.

Этой ночью ей впервые задолго время что-то снилось. Во сне она в легком платье гуляла по равнине, земля которой была устлана лепестками роз. Она танцевала, хотя ей это никогда не нравилось, сейчас это приносило истинное удовольствие. Казалось, ветер шепчет ей на ухо слова о величии, и, мимоходом, опоясывается ее всю.

В один момент она остановилась. Вдалеке девочка увидела своих родителей, которые, держась за руки, и кричали ей.

— Лили, иди сюда! — махали руками и улыбались.

Она побежала к ним, но как только приблизилась — они рассыпались сотнями сверкающих золотых бабочек, это выглядело волшебно, но в то же время невыносимо грустно, что даже во сне они покинули её.

Затем она увидела Эми — свою преданную горничную, та тоже посмотрела на юную Лилию, что-то прошептала, и в этот раз Лилия смогла понять то, о чем она говорила. «Спасибо вам, госпожа» — прочитала по губам Лилия.

Потом на поляне появилась девочка с белыми волосами, в своих руках она держала меч — Иреттум, она улыбалась. «Ты, та, кто был рождён править, но теперь будешь сражаться вечность веков.» — говорила загадочная незнакомка, — «надеюсь мы с тобой встретимся в будущем и ты изменишь судьбу и станешь той, кем должна была быть испокон веков.» — сказала та и тоже рассыпалась золотыми бабочками. Ветер усилился, небо потемнело, солнце закрыли тучи. Начался дождь, он словно оплакивал всех тех, кто находился на этой поляне.

Вдруг из плена сна ее вырвал чей-то детский голос.

— Эй, Лили, просыпайся!

— Что? — Принцесса приоткрыла глаза и с трудом приподнялась на локтях, пытаясь опомнится после сна. – А, Али, что-то случилось?

— Учитель попросил разбудить тебя пораньше, чтобы было время на сборы. Вы едете в столицу!

— Точно, столица!

Лилия моментально проснулась и села. Радость — вот, что она чувствовала в этот момент. За пару минут она оделась, в какой-то мешок сгрузила все самые необходимые вещи и одну книгу по искусству меча, и вот, вытащив Иреттум из под кровати была окончательно готова выдвигаться в путь.

Глава 4

Пусть солнце показалось из-за горизонта всего час назад, его лучи уже нещадно палили землю и несчастных странствующих путников, что на своё горе решили покинуть дома в этот день. По пустынной дороге медленно шла старая лошадь, тяжёлым грузом висела на ней упряжь, ведущая к повозке с двумя детьми. Зигфрид, сидящий на месте кучера, ударил кнутом клячу, но та была настолько стара, что даже после этого не шла быстрее.

— Учите-ель. Жарко… — изнеможённый голос принцессы раздался из повозки.

— Терпи. — сухо ответил мужчина, даже не оглядываясь - это длилось уже полчаса.

— Ну учите-ель, Вы можете сделать хоть что-нибудь с этой жарой?

— Нет. Терпи.

Леон оторвал взгляд от книги и недовольно посмотрел на соперницу. Ему тоже было невыносимо под палящим солнцем, оно не щадило никого. Но парень хотя бы другим не мешал. Мальчик понимал, что никто не может ничего поделать с этим пеклом, разве что кроме Бога Света, которого, возможно, даже и не существует вовсе.

— Это отличная тренировка на выносливость. Так что, страдайте во имя себя будущих, потом мне даже спасибо говорить будете.

— Ну, учитель!

Прошло еще пару часов и солнце взошло на свой пик. Как назло, небо было девственно чистым, за всё время на нём не появилось ни одного облачка, не говоря уже о спасительных тучах, которые могли скрыть смертных от палящих лучей. Повозка ехала среди бесконечных однообразных полей, которые изредка сменялись перелесками.

Леон всё так же сидел, уткнувшись в книгу, а Лилия лежала, накрыв лицо панамой, устав смотреть на унылый пейзаж вокруг. Вообще, она хотела немного поспать до вечера, но духота не позволяла расслабиться. Девочке было настолько скучно, что даже рассматривание браслета, который подарила перед отбытием Али, стало скучным. Альмерия готовила эти браслеты весь вечер прошлого дня, в итоге, получилось три браслета и их обладателями стали Лилия, Леон и сама Али. Это было сделано для того, чтобы, находясь далеко друг от друга, они не забывали приют и остальных двух обладателей браслета.

— Эй, вы там как, ещё живы? — неожиданно обратился к ученикам Зигфрид, стегая кнутом лошадь.

— Да, наставник. — в один голос простонали обессилившие от жары дети.

— Вы оба, наверняка, прочитали большинство тех заумных книжек про героев, которые пылятся в библиотеке, и знаете, что такое яд.

«Яд» — это сила, которую способны использовать все живые существа. Какие-то расы имеют больше возможностей и силы при его использовании, а какие-то меньше. Эта способность «отравляет» того, кто её использует, то есть чем яростнее пользователь сражается, используя яд, чем больше ему плевать на свою жизнь, тем мощнее будет сила яда, и тяжелее последствия после его использования, но только при таких. У людей способности к яду очень низкие, но они всё равно есть, а святые оружия, при впитывании этой загадочной силы, становятся почти самым страшным оружием против других рас на континенте. Но святые оружия — это всего лишь груды талисманов, соединенные воедино, и ими нельзя сделать многого, как например магией, поэтому человеческая раса не находится на пьедестале мира, но и в самых низах тоже не бывают.

Много лет люди процветают, их число неуклонно растёт, и они широко расселяются по земле. Но это, в конце концов, навлекает беду, так как расселившись повсюду, они подвергаются нападениям множества разных рас. Им приходится постоянно сдерживать натиск монстров — самых разных мутировавших зверей, диких и опасных. Территориальные споры с орками и тёмными эльфами часто выливаются в стычки.

Вдобавок ко всему перечисленному, люди являются одной из слабейших рас в плане силы чистого яда. У них нет ни чешуи, ни клыков, ни когтей, ни крыльев, и они не могут овладеть могучей магией. Даже их репродуктивность — одно из их сильных качеств — уступает той же функции у орков. И всё же, людям удаётся сохранить огромные территории благодаря героям и их мечам. Если бы не это совершенное оружие, люди бы перестали существовать как вид.

— Конечно знаем, но Вы же сказали, чтобы мы и не думали о нём. Так зачем Вы сейчас спросили это? — Лилия сдвинула шляпу на затылок и недоумевающе посмотрела в спину учителя.

— Да, учитель! Тем более, его же можно зажечь только при помощи святого оружия, — недовольно воскликнул Леон, который таковым оружием не обладал.

— Ну вообще-то нет, в книгах врут, чтобы кто попало не пытался его активировать и не калечил себя. Хотя, возможно, глупые люди забыли про возможность его активировать таким образом. Яд можно зажечь даже без оружия. Он укрепит ваше тело, временно усилит характеристики и при правильном управлении им, можно даже сделать так, чтобы не ощущалась такая жара. — Зигфрид говорил не оглядываясь, но чувствовал, что его дорогие ученики во всём внимании, — Изначально, когда человечество ещё жило под сильным гнётом, пять мудрецов осознали способности человечества в плане использования яда. Вы знаете эту захватывающую легенду, о ней написано очень много книг.

Ученики закивали, убеждая наставника в правоте его слов, хоть он и не мог этого увидеть.

— Так вот, они начали проводить исследования «яда». Сначала тот использовался в быту, без мечей и всего подобного — тогда их просто не существовало.

— Вот как. Значит и правда, можно зажечь «яд» и без меча… — Леон посмотрел на Лилию и победно ухмыльнулся, — Тогда я прямо сейчас попробую его зажечь!

— Ха, не думай, что ты сможешь сделать это раньше меня, ведь, у меня есть Иреттум! — Девочка погладила рукоятку меча.

— Только, будьте осторожны, — Зигфрид вздохнул и продолжил везти повозку.

Двое учеников начали пытаться изо всех сил зажечь яд. Для того чтобы это получилось, для начала, надо было почувствовать его в своём теле. Лучше всего для этого помогла бы медитация. Дети пытались отстранится от всего сущего, но жара мешала им. То, что сейчас происходило, можно назвать проверкой способности на концентрацию и усидчивость, с учётом воздействия негативных факторов.

К вечеру, когда солнце зашло за горизонт, и стало заметно прохладнее, Леону всё-таки удалось почувствовать яд в своём теле. Ощущение, словно какая-то искра, находящаяся где-то на два пальца выше пупка. И силой мысли он мог сделать с ней что-угодно! Это потрясающее чувство.

Яд — это нечто вроде огня. Небольшая искра мало на что способна, но может обрести пугающую силу, разгоревшись в могучее пламя — однако для этого нужны время и усилия.

— Вау, это так, — Леон изумлённо смотрел на свои руки, словно именно там лежал «яд». — невероятно.

— Вижу, ты смог его почувствовать. — Зигфрид обернулся на Леона и ухмыльнулся, — У всех в первый раз такая реакция.

— Э..? Леон?! У тебя получилось? — Лилия тут же вскочила с места. — Как ты это сделал?

— Я не знаю, просто медитировал и в один момент почувствовал. — немного неуверенно проговорил юноша, прикоснувшись к тому месту где находился огонек.

— Я хотела быть первой, — цокнув, Лилия села обратно и разочаровано стукнула по мечу. — С этим куском непонятно чего ни черта не легче.

Столица являлась огромным культурным центром. Чего только стоили прекрасные дворцы, для постройки которых привлекли самых известных и талантливых архитекторов.

Первый дворец — дворец Императора, здесь жила правящая чета, проводились великолепные балы и творилась судьба империи. Большая постройка, в бело-голубых цветах с позолоченными акцентами, она производил незабываемое впечатление на простых смертных.

Второй же, не менее завораживающий, принадлежал церкви «Истинный свет». Именно в этой Церкви посвящали в «истинные герои», и именно она давала героям поручения. Герои не всегда были связаны с религией, честно говоря, практически все они не были верующими, иронично, что приказы им отдавала как раз Церковь.

Когда Лилия, Зигфрид и Леонхард зашли в церковь, дети подняли голову, поражаясь бесконечным сводам, будто заканчивающимся где-то в небе, и поддерживающим их колоннам.

— Не, ну всё равно, я круче тебя, — неожиданно прошептал Леон, портя всю атмосферу.

— С чего бы это? — Лилия упёрла руки в бока и возмущенно посмотрела на соперника.

— А с того, что у меня теперь на одну победу больше! — Леон вскинул подбородок, смотря на девочку сверху вниз.

— Вообще-то мы сравнялись. Девяносто шесть побед у каждого!

— А какая разница, я, ведь, яд почувствовал первее!

— Я тоже его почувствовала! Если бы это случилось на пару мгновений раньше, то я бы тебя разделала! — Лилия самоуверенно скрестила руки на груди, закатила глаза и показала Леону язык.

— Как дети малые. Мы, вообще-то, в храме — потише. — Зигфрид посмотрел на своих учеников и приложил палец к своим губам в знак того, что надо молчать. Ученики тут же замолчали и встали по разные стороны от него, всё ещё злобно косясь друг на друга.

Но ожидание им быстро наскучило, поэтому они начали оглядываться по сторонам и рассматривать зал.

Вокруг царила идеальная пустота, это был очень большой и практически необъятных размеров зал. Всё сделано в белом или бело-жёлтом цветах, словно ты находишься прямо под солнцем. Такой же тишины, как пустоты, не было — за одной из колонн кто-то спорил, да так яростно, что, судя по всему, даже не услышал то, что в зал вошли тоже громко ругавшиеся между собой.

— Святой отец, одумайтесь! Туда нужно ехать срочно! — раздавался на весь зал громкий детский голос какой-то девочки.

— Не волнуйся, мы послали туда героя с мечом. Он точно должен справится. — голос взрослого мужчины, священника или пастора, наоборот звучал максимально лениво и спокойно, будто бы никаких проблем, насчёт которых его вразумляла девочка, и не было.

— Да понимаю я, что Вы послали! Но Вы же послали именно «его». Там на пути, если он увидит хоть одного человека — побежит спасать, использовав свою способность, которая обновляется раз в месяц! — настаивала на своем девочка, явно беспокоясь.

— Он — разумный человек. Так что, всё должно пройти хорошо.

— Пастор, рад Вас видеть! — присоединился к ним Зигфрид, который, судя по всему, знал этого человека.

— О, добрый день дружище! Какими судьбами ты здесь? — из-за колонны вышел мужчина, одетый в монашеские одежды, а вслед за ним и девочка лет пятнадцати со светлыми волосами и в белой форме истинного героя с эмблемой меча и солнца, скрепляющей плащ у горла. Форма истинного героя почти не отличалась от обычных доспехов: серебряный нагрудник, плащ, юбка с железными вставками, рыцарские железные ботинки. Правда эта форма являлась скорее парадным вариантом, нежели действующим.

— Я нашёл приемника. — сказал Зигфрид и указал на не ожидавшую подобного Лилию, — Она умная и способная девочка, неудивительно, что Иреттум выбрал именно её. Думаю, она прекрасно подойдёт на роль истинного героя.

— И какое же имя у этой прекрасной юной особы?

— Лилия фон Сисиль.

— Ах, так это — та легендарная личность!.. Мы всегда готовы принять таких перспективных бойцов в наших рядах истинных героев. Но, для начала, я бы хотел лично увидеть все её силы. Пусть она сразится с Шейлой, — указал он на девочку, стоявшую рядом с ним, — она совсем недавно вступила в ряды «истинных», очень способная. Её выбрал Экскалибур, а сама она является дочерью Ренешты и Кабольда.

— А, старые приятели. — Зигфрид ухмыльнулся и неожиданно вспомнил, что у него есть ещё один ученик, которого, по-хорошему, тоже стоило бы пристроить. — Кхм, пока не забыл, ещё я хотел бы представить парнишку. Леонхард — весьма упорный малый, думаю, в рядах приключенцев или героев ему самое место.

— Хорошо, я запомню его. А сейчас, бойцы, готовьтесь к бою, мы идём на полигон. — произнёс пастор и растянул губы в очередной фальшивой улыбке, от которой становилось неуютно.

Очевидно, этот бой — проверка на твои боевые возможности в измотанном, после поездки, состоянии. Ведь каждый истинный или обычный герой долго добирается до поля битвы, да и во время самого боя никто не будет ждать пока ты восстановишь силы.

Священник вёл их через пристройки дворца и прекрасные сады. Всё выглядело в прямом смысле сногсшибательно, и Лилии отчего-то вспомнились моменты, когда они с отцом и матерью выбирались в летнюю резиденцию. Помнится, матушка любила танцевать среди цветов, и иногда отец предлагал ей свою руку, и они танцевали вместе, а принцесса наблюдала за ними со стороны и смеялась. Тогда они выглядели счастливыми.

Воспоминания о прошлом накрыли девочку с головой, но она старалась сохранить серьёзное лицо перед остальными людьми, что шли вместе с ней.

Вскоре, все пятеро наконец дошли до полигона. Им оказался очередной зал, напоминающий тот, в котором они уже были, только чуть меньше и без колонн.

Лилия прошла в центр зала и сняла с пояса двуручный палаш, схватив его обеими руками. Напротив неё встала Шейла и достала свой одноручный меч. Принцесса тут же её узнала, именно Экскалибур художники чаще всего изображали в книгах. Это очень мощное оружие, отчасти потому что оно передавало знания прошлых владельцев нынешнему, но правда и критерии, по которому меч выбирал себе владельца были очень жестокими. Насколько же сильна это девушка?

Пастор крикнул:

— Начать!

Не успел мужчина договорить, как две девушки тут же сорвались со своих мест на встречу друг другу. Послышался лязг метала, и Лилия активировала яд. Она понимала, что они с Шейлой в равных позициях — её меч не мог ничем помочь, кроме дарования новых знаний, а Иреттум — меч Лилии — убил бы противника в случае полученной смертельной раны, но по правилам истинные герои все равны, и они не должны сражаться «до смерти» между собой, поэтому Лилия не могла использовать «коронную» способность своего меча. Это — дуэль, а значит в ней были особые стойки и правила. Учитель давал уроки им с Леоном специально о технике боя во время дуэли. Принцесса считала эту технику совершенно не практичной, так как во время реального боя так не сражаются.

Схватка продолжилось, девушки кружили вокруг друг друга, нападая и парируя удары. Но вскоре Лилия поняла, что в этом бою ей не победить. На тренировках они всегда делали упор именно на одноручный меч и, пускай с двуручным она тоже умела обращаться, но не так хорошо. И эта, казалось, небольшая разница сильно повлияет на исход. Шейла была действующим истинным героем, а значит, у неё был огромный опыт битв и техник она знала больше, что давало ей огромное преимущество перед Лилией.

Как принцесса и предсказывала, вскоре меч Шейлы оказался у её горла. Девушка вздохнула, подняла правую руку вверх и сказала:

— Я подтверждаю поражение, — а затем очень тихое, — простите меня, учитель.

Пускай Лилия с самого начала знала исход боя, но на душе всё-таки остался неприятный осадок. Она не смогла победить свою ровесницу даже используя яд, наверно, учитель огорчён.

— Это ещё не конец. — произнёс Зигфрид, одобряюще похлопав ученицу по спине, — Если кто-нибудь из истинных героев одобрит твою кандидатуру то, ты точно вступишь в их ряды.

— Думаю, Лилия неплохая кандидатура. Если судить по навыкам — она способный боец, и это при том, что до этого она тренировалась с одноручным мечом. Но видно, что ей не хватает физической подготовки. Святое оружие она взяла в руки очень недавно, я полагаю. А если она и в правду она та Лилия фон Сисиль, дочь Императора Рафаэля, то принцесса — идеальный герой. — высказался святой отец.

— Вот видишь, не всё пропало, — Зигфрид тепло улыбнулся.

— Тогда, девочка, ты должна будешь на протяжении года улучшать свои навыки и тогда, под попечением Шейлы сможешь дебютировать вкачестве истинного героя. — сказал пастор, — Я являюсь «отцом» этой святыни. Ты будешь под моим командованием.

— Да, Ваше превосходительство. — учтиво поклонилась Лилия, скрывая расползающуюся на лице счастливую улыбку. Она смогла!

— Хорошо, святой отец. Раз Вы считаете меня достойной для обучения нового героя, то пусть будет так. — Шейла тоже поклонилась.

— Слушай, дружище, а она мне уже нравится! — сказал пастор и раздвинул руки в стороны. Конечно, эти слова были сказаны про Лилию. — Шейла, сейчас я лично разберусь с мальчиком, а ты покажи нашему будущему истинному герою её покои. — та кивнула.

Принцесса успела лишь помахать Зигфриду с Леоном до того, как более опытная девочка взяла Лилию за руку и повела её по всё тем же коридорам с жёлтыми стенами и садам обратно в Церковь. Девочки зашли в основное здание Церкви, повернули по коридору направо (от жёлтого цвета вокруг у Лилии уже появилось навязчивое желание прекратить свои муки — повесится), и через пару шагов ещё раз свернули.

Взору принцессы предстала картина идеальной пустоты. Ну правда, это был просто большой зал с жёлтыми стенами без какого-либо орнамента и одиннадцатью дверьми.

— Это твоя, — Шейла указала на десятую слева дверь и кинула принцессе ключ.

Лилия поймала ключ, кивнула и пошла к комнате.

Когда девочка открыла дверь, её глаза почувствовали облегчение — в этой комнате не было ни одной вещи белого или жёлтого цвета! Здесь стояла огромная кровать, можно даже сказать, что она трёх или четырёхспальная. На полу лежал мягкий ковёр, также был письменный стол, а над ним полка для книг. Девочка упала на кровать и уже засыпая счастливо подумала, что она практически официально истинный герой!