(Не)человеческий фактор

Глава 1 Человек-из-колбы

Тёплый воздух, ясное полуденное солнце, знойные лучи, ласкающие зелень, бездонное голубое небо — когда-то эти краски определяли здешний пейзаж. Но за последние пятнадцать лет такие дни стали редкими гостями, которых можно пересчитать по пальцам. Сегодня природа вновь отказалась от яркой палитры, набросив на мир тяжёлую вуаль облаков и окрасив всё в привычные свинцовые тона.

Эвелин зябко поёжилась от встречного ветра и поспешила сунуть левую руку в карман потрёпанной серой куртки, доверив управление транспортным средством правой. В кармане её пальцы нащупали гладкий, почти зеркальный плеер — самую дорогую вещь, что у неё оставалась, но слушать записанные давным-давно песни сейчас было нельзя. Требовалось сосредоточиться.

Когда-то личные автомобили не считались роскошью. Дороги петляли между городами, тоннели пронзали горы, а бензин лился рекой. Девушка лишь смутно помнила те времена — тогда она была ребёнком, чьи пальцы едва обхватывали руль игрушечной машинки. Теперь же даже километровые расстояния преодолевали пешком, но сегодняшний случай требовал риска. Она угнала джип без разрешения старейшин — ржавое корыто без крыши, зато с полным баком. Цель уже маячила на горизонте: военная база.

Именно там Ева надеялась найти то, что ей было так нужно.

Гористая местность едва успела смениться пустырём, как в поле зрения появилась чернеющая застройка. По мере приближения проступали очертания зданий, коих оказалось немало, но большинство из них стояли заброшенными. Бросив джип под старым засохшим деревом, чтобы не создавать лишнего шума, Эвелин двинулась к постройкам. Вскоре она наткнулась на высокий бетонный забор с колючей проволокой, который охранялся патрулями у ворот — стандартная картина на оккупированных территориях. Пришлось идти вдоль периметра в поисках лазейки. К счастью, та нашлась быстро — дыра в ограждении, нелепо прикрытая рваным брезентом. Пригнувшись, Ева протиснулась внутрь, чувствуя, как холодный металл царапает спину через куртку.

Быть пойманной сейчас означало быть расстрелянной на месте.

Укрывшись за чьим-то автомобилем, Ева стала изучать обстановку в старый потертый бинокль, висевший на шее. Едва она поднесла его к глазам, как у того отвалился объектив. Бинокль явно был ветераном боевых действий и мечтал о пенсии. Вставив деталь на место, девушка принялась рассматривать местность.

В поле зрения копошились не только солдаты — мелькали фигуры в гражданском: счастливчики, получившие «гостевые пропуска». Правда, счастье их длилось ровно до первой провинности.

На территории любой военной базы всегда находится как минимум госпиталь, а как максимум — какая-нибудь исследовательская лаборатория. Надписи на зданиях были сделаны на непонятном ей языке. Пришлось двигаться дальше. Днём даже на улице было людно из-за высокой плотности населения в таких точках, так что Эвелин повезло быть не единственным человеком, за которого мог зацепиться взгляд.

Едва девушка успела пройти вдоль одного из зданий, как раздалась оглушительная сирена, вой которой впился в барабанные перепонки. Ноги сами понесли её вдоль стены, пока громкоговоритель хрипел:

— Внимание! Рой хлебных точильщиков с северо-востока! Гражданским укрыться в убежищах.

Толпа бросилась врассыпную, а из зданий выбежали мужчины в камуфляже и с оружием. Последовав за каким-то дядечкой, Эвелин надеялась укрыться от взглядов военных, но через пару секунд за спиной раздались звуки стрельбы. Над бетонным забором показалось с дюжину двухметровых коричневых жуков, размерами напоминавших крупный рогатый скот, а не ту мелочь, что порой попадается в крупе.

Расценив это как шанс осмотреться в суматохе, девушка побежала по узкой улице и почти лоб в лоб столкнулась с медсестрой.

— Извините! Вы в порядке? — пролепетала та, и Ева поспешила зажать руку чуть ниже плеча.

— Меня ранило осколком! Пожалуйста, не могли бы вы меня проводить в госпиталь? — попросила она, болезненно морщась.

Женщина заколебалась, бросая взгляд на убежище, но здешний устав под угрозой расстрела предписывал оказывать помощь любому пострадавшему.

— Идёмте, — подхватив Эвелин под здоровое плечо, медсестра повела её в противоположную сторону.

Больница оказалась буквально за следующим поворотом. Светло-серое здание резко контрастировало с тёмными фасадами остальных домов. У выхода Эвелин резко рванулась в сторону, оглушив спутницу электрошокером. Накинув стянутый халат поверх куртки,

Ева усадила девушку за бетонным столбом, подперев ей спину, а сама юркнула внутрь, растворяясь в толпе медработников.

Холодный кафель, мерцающие лампы дневного света, запах антисептика — всё здесь дышало чужой, чужеродной цивилизацией.

Хорошо, что захватила халат. Слившись с группой медиков, бегущих на цокольный этаж, девушка очутилась на лестничном проёме, но вместо первого цоколя свернула на второй. Зря она это сделала. Замерев в длинном освещённом коридоре, Ева тут же наткнулась на охранника.

— Ваш пропуск! — потребовал он низким басом, похожим на медвежье рычание.

— Я этаж перепутала, извините, — смутилась она и рванула обратно к лестнице, но heё схватили за руку.

— Постойте-ка! Ваше удостоверение? — кажется, мужчина что-то заподозрил и не собирался её отпускать.

— Да, конечно, — Эвелин опустила голову и принялась рыться в карманах халата. — Я новый стажёр, еще не до конца здесь разобралась, — попыталась она заговорить ему зубы.

Она не имела ни малейшего понятия, как выглядело удостоверение, но, вероятно, оно было у каждого здешнего работника. Не найдя ничего в карманах, девушка одним движением выхватила электрошокер и ткнула им в грудь недоброжелателя. Мужчина пошатнулся и отступил, отпустив её руку, но сознания не потерял.

«Надо было в шею» — с сожалением мелькнула у неё запоздалая мысль.

Ева не подумала, что под формой может скрываться бронежилет.

Бежать. Бежать, не разбирая дороги. Теперь единственный шанс — где-нибудь затаиться. Грузный топот за спиной и несколько выстрелов мгновенно выбросили в кровь адреналин. Оказавшись в очередном коридоре, так сильно напоминавшем предыдущий, Ева изо всех сил толкнула одну из запертых дверей. Электронный замок пикнул, приветливо приглашая внутрь, и девушка поспешила скрыться в помещении.

Способность открывать любые электронные замки уже не раз спасала ей жизнь. Для кого-то это было сродни магии, и даже близким людям Ева не спешила раскрывать секрет своих возможностей.

К счастью беглянки, в кабинете никого не оказалось. Тусклый свет от приборов позволил не задеть ничего лишнего, и девушка двинулась вглубь, намереваясь найти укрытие, где можно будет переждать некоторое время. Возможно, даже сутки.

Озираясь по сторонам, блондинка негромко присвистнула. Вот бы забрать отсюда хоть что-нибудь! Электронные клавиатуры, различные компактные планшеты — чего здесь только не было. В последний раз подобные гаджеты она видела очень и очень давно. Казалось, она перенеслась на футуристичный островок цивилизации, затерянный в каменном веке.

Случившаяся десять лет назад трагедия и последовавшие за ней войны отбросили большую часть выживших на несколько десятилетий назад. Сплошная разруха, ресурсный кризис, перемена климата — далеко не все беды, что обрушились на мир после апокалипсиса. Несколько лет назад неизвестная аномалия стала превращать обыкновенных жуков в огромных мутантов. Конечно, не всех сразу, а лишь тех, что оказались в зоне её влияния. И вместо того чтобы сплочённо бороться с новой бедой, люди продолжали воевать друг с другом.

Для захватчиков это было вопросом выживания — лишившись своих земель, они строили колонии в других, менее сильных в военном отношении странах. Никакой сплочённости не было и здесь — просто все воевали со всеми.

Пробравшись вглубь этого довольно просторного помещения, Ева невольно сощурилась, когда в глаза ударил слегка зеленоватый свет. Она мгновенно бросилась на пол, но через секунду поднялась и замерла на месте, заворожённо глядя на объект в нескольких метрах от себя.

Это была большая колба, внутри которой в мутноватой жидкости находился человек. Девушка невольно поёжилась от мысли, что здесь проводят опыты над трупами, но его кожа не выглядела мертвенно-бледной.

Создавалось впечатление, будто мужчина просто спит или погружён в анабиоз.

Его лицо показалось знакомым. Европейского типа, овальной формы, с чуть выступающими скулами и тонкими губами. Ни морщинки, лишь седые пряди в каштановых волосах, из-за чего было сложно определить возраст. Подойдя ближе, Эвелин пыталась вспомнить, где могла его видеть, но ничего не приходило на ум. Скорее всего, этот человек был пленён, а значит, они могли пересекаться среди уцелевших группировок местных, которых захватчики неласково звали аборигенами.

Нечаянно прислонившись карманом к незамеченной панели управления, девушка тихо ахнула, когда жидкость с характерным шипением начала уходить, слегка побулькивая. Нет-нет, она вовсе не хотела его освобождать и обретать новые проблемы! Но в её случае системы безопасности и электронные замки были бесполезны, даже если у неё не было намерения что-либо вскрывать.

Лишь предполагая, но не зная точно, на чьей стороне незнакомец и кто он такой, Ева могла нажить себе нового свидетеля и врага. Понимая это, как и то, что оставаться здесь теперь не стоит, она поспешила обратно к выходу.

Осторожно выглянув в коридор и убедившись, что там никого нет, девушка направилась к лестнице в надежде избежать встречи с тем охранником. Но не успела. Удар тяжёлым прикладом пришёлся точно по голове. Вышедший из соседнего помещения охранник и сам удивился внезапной нарушительнице, потому сработал на инстинктах. Упав щекой на холодный кафель, Ева понимала, что теряет сознание. В глазах всё плыло, а тупая боль в затылке навязчиво пульсировала, напоминая, что она ещё жива. Пока что. Сейчас в неё выстрелят, и на этом песенка будет спета.

Мгновение растянулось в бесконечно долгое ожидание. Моргнув и отключившись с мыслью о неминуемой смерти, в следующий раз она очнулась на том же месте. Попыталась приподняться, но тело не слушалось, и она снова неуклюже распласталась на полу. Прямо перед носом она увидела длинные курчавые волосы на голой мужской икре, от которой пахло потом. С усилием приподняв голову и оглядевшись, Эвелин встретилась взглядом с ещё одним охранником.

К счастью, это лишь померещилось — то был освобождённый ранее человек-из-колбы, уже успевший надеть одежду валяющегося рядом мужчины.

— Нужно уходить, — заметив, что беглянка пришла в себя, сказал он.

Вероятно, он ожидал, что Ева сама поднимется и пойдёт, но мало кто на это способен после сильного удара. Светлые, слегка испачканные волосы девушки в месте удара уже успели окраситься в тёмно-красный цвет запёкшейся крови.

Она честно попыталась встать, но тело снова стало заваливаться набок.

— Мне нужно… достать лекарство, — с трудом выговорила она, прежде чем сознание вновь уплыло куда-то в космос, увлекаемое яркими воспоминаниями о годах, прожитых в мире до апокалипсиса.

Когда-то люди полагали, что сами устроят конец света. Так возгордились своими достижениями и величием, что забыли, насколько страшен может быть разгневанный мир. Против таких катастроф, как извержение Йеллоустоуна, они оказались бессильны.

Этот нечеловеческий фактор положил конец прежним устоям жизни для всего, что осталось на этой планете.

Глава 2 Побег и новое знакомство

Вы когда-нибудь просыпались после долгого сна с ощущением, будто тело налито свинцом? Когда каждое движение требует невероятных усилий, а мысли путаются в паутине апатии. Именно это чувствовал Лексар, сделав первый шаг за пределы стеклянной капсулы — своей тюрьмы. Однако преодолеть это состояние оказалось несложно. Слишком хорошо он понимал, где находится.

Окружающий мир воспринимался сквозь мутное стекло воспоминаний. Они тонули в вязком тумане, и лишь момент недавнего освобождения отпечатался ясным осознанием: утомительный плен, наконец, окончен.

Излучение, сковывавшее мышцы, отключили, и он впервые за долгое время смог открыть глаза. Мелькнувшая у капсулы незнакомка поспешно скрылась из виду.

Холодные струи воздуха от вентиляции обжигали голую кожу. Одежды поблизости не было. Дойдя до выхода, Лексар распахнул дверь — и застыл. Девушка лежала без сознания, а над ней склонился охранник, снимающий с предохранителя оружие.

Лекс не раздумывал. Одним стремительным шагом он оказался за спиной мужчины и нанес точный удар ребром ладони по основанию черепа. Охранник рухнул, но в тот же момент мужчину охватила волна тошноты. В ушах зазвучали чужие голоса, перед глазами поплыли странные образы. Схватившись за голову, он крепко зажмурился. Через несколько секунд видения исчезли.

Быстро стащив с охранника форму, Лексар облачился в нее. Бронежилет оказался великоват, но туго затянутые ремни решили проблему. Девушка на полу ненадолго пришла в себя, что-то пробормотала и снова отключилась. Осмотреть рану времени не было — в любой момент могли появиться другие.

Мужчине было бы сподручнее покинуть это место одному, но это оказалось бы нечестно по отношению к той, кто его освободила — нарочно или случайно. Без труда, словно она весила не больше походного рюкзака, он закинул её на плечо и двинулся к лестнице, прихватив всё, что было у охранника. Коридоры оказались пусты — весь персонал бросился на цокольный этаж и на улицу, где царил хаос.

Нашествие хлебных точильщиков не ограничилось десятком особей. Чувствуя запасы зерна, гигантские жуки продолжали прибывать на территорию базы.

— Это что за чёрт… — вырвалось у Лексара, и он бросился к бетонной стене, огораживающей лагерь.

Не успел он пробежать и пятидесяти метров, как с крыши на него спикировал один из коричневых монстров. Обычно эти твари не нападали первыми — люди их мало интересовали как еда, но могли атаковать в случае угрозы. Этот экземпляр, подстреленный кем-то из солдат, явно пребывал не в духе.

Лексар все еще сомневался в реальности происходящего. Может, это очередная галлюцинация поврежденного сознания? Лапа жука просвистела в сантиметре от лица, заставив его пригнуться. Нащупав пистолет, он выстрелил в голову чудовища.

Оружие в его руках было примитивным даже по меркам этого мира и не нанесло ожидаемого урона. Пришлось уворачиваться от новой атаки. Сделать это с «балластом» на плече было непросто. Из раны жука хлестала странная жидкость, но монстр продолжал атаковать. Второй выстрел — в основание крыла. Точильщик потерял равновесие и рухнул. Лексар не стал добивать — времени на бой не было.

Оказавшись у стены, он двинулся вдоль неё в поисках выхода, но на этот раз был остановлен военным при полном параде.

— Эй, ты! Нам нужно подкрепление! — схватив Лекса за рукав, солдат потащил его к месту боя.

Гражданских обычно не бросали на передовую, но сейчас, видимо, делали исключения. Лексар не собирался становиться пушечным мясом. Подняв пистолет, он прицелился в спину солдата — и вдруг палец отказался нажимать на курок. В голове снова загудело, тело стало ватным.

«Что за чертовщина?!» — мелькнуло в сознании.

Выстрел все же раздался, но пуля угодила в кирпичную кладку. Солдат резко обернулся, едва увернувшись от удара прикладом. Ответный пинок заставил Лексара опуститься на одно колено. Хорошо, что он успел придержать девушку — иначе удар пришелся бы и по ней.

Скинув Эвелин на землю, чтобы случайно не прикрыться ею, мужчина сделал выпад навстречу выставленному пистолету-пулемёту. Он перехватил ствол и отвел его вверх. Очередь ушла в небо. Одним резким движением Лексар опрокинул солдата и вырубил ударом ботинка в висок.

Свой пистолет он сунул в кобуру, прихватив и трофейное оружие. В лагере всё сгодится. Не забыл подобрать и девушку, продолжавшую беспечно игнорировать все тревоги, и продолжил путь вдоль стены. Где-то вдалеке взрывались гранаты — военные явно перешли к крайним мерам. Используя суматоху, Лексар выбрался за пределы базы через ближайшие ворота.

Сейчас требовалось найти убежище или исправный транспорт, но ничего подобного в поле зрения не наблюдалось. Пустырь вокруг базы сменился редколесьем. Среди засохших деревьев Лексар заметил брошенный джип с ключами в замке зажигания. В этом новом мире действовало простое правило: мертвым имущество не нужно, а значит, оно переходит к выжившим.

Отъехав в сторону гористой местности с десяток километров, Лекс надеялся продолжать путь, но топливо в баке кончилось. Ничего не оставалось, как сделать привал — по крайней мере, до тех пор, пока девушка не очнётся. А очнулась она только к глубокому вечеру, когда серость туч скрылась под чернотой ночи.

* * *

Эвелин открыла глаза. Тело болело, но чувствовала она себя отдохнувшей — видимо, организм воспользовался вынужденным покоем. Пересохшее горло невыносимо першило, и девушка стала озираться в поисках воды.

Воды не было. Зато был костёр, за которым виднелся сидящий силуэт мужчины. Не подавая виду, что пришла в себя, Эвелин нащупала в кармане электрошокер. Тело не было связано, но в затылке пульсировала боль. Она наблюдала за мужчиной почти час, но тот не проявлял активности. Казалось, он уснул сидя, и тогда девушка стала аккуратно сдвигаться в сторону, но была поймана с поличным.

— Очнулась? — его голос звучал скорее как констатация факта, чем вопрос.

Понимая, что притворяться больше не выйдет, Эвелин подскочила и встала полубоком, пряча шокер за спиной.

— Кто ты? И что тебе от меня нужно?

Парень поднялся и беспечно пожал плечами.

— Я Лексар, — не совсем верно расценив её вопрос, ответил он. — В общем-то, ничего. Подумал, что в твоем состоянии опасно оставаться на базе, — честно рассказал он, не предпринимая попыток приблизиться.

Ах точно, теперь-то Ева вспомнила тот болезненный удар прикладом. И то, что охранник её не убил только благодаря этому парню. Рука потянулась к затылку, наткнувшись на перевязь.

— Спасибо, конечно, что не бросил меня там, но мне нужно вернуться, — девушка чуть расслабилась, принимая во внимание благие цели Лексара.

Она сделала шаг к джипу, но едва не упала.

— С сотрясением и без транспорта? — Лексар покачал головой. — Бензин кончился.

— Бывало и хуже, — буркнула Эвелин, все еще сжимая шокер. — Далеко мы уехали? — поинтересовалась она, в тусклом свете огня пытаясь разглядеть очертания скал и редких деревьев.

Ответ не обрадовал — пешком идти несколько часов. Да еще и ночью, когда активизировались мутанты.

К джипу Ева всё равно прошла, где в подстаканнике отыскала начатую бутылку воды и утолила жажду. Жестом предложила оставшееся парню, но тот отказался — у него была фляжка с водой из ближайшего пруда. Вернувшись к костру, Эвелин достала из багажника спальник.

— Второго нет, — на всякий случай предупредила она.

— Не страшно, — Лексар пожал плечами. — Я не мерзну.

Неожиданно он вскочил, выхватив пистолет, и выстрелил в темноту. Эвелин инстинктивно кувыркнулась в сторону, прикрывая голову руками.

«Ну вот, началось», — с горечью подумала она.

Так сильно хотелось хотя бы одной спокойной ночи…

Выстрел гулко отозвался между скал, нарушив ночную тишину. Ева бросилась в сторону звука и обнаружила в десятке метров меховую тушку в луже багровой крови. Небольшое животное походило на кролика, но при ближнем рассмотрении оказалось горной вискашей — грызуном.

— Ничего себе! — обрадовалась девушка, наблюдая, как Лексар поднял добычу и понёс к костру. — Как ты её заметил?

Радость от неожиданной удачи заставила забыть о дистанции. Теперь её волновал лишь один вопрос — сколько мяса они получат.

Присев у костра, Лексар достал нож и принялся свежевать тушку. Тупое лезвие затрудняло работу.

— Раньше такого не было, но, похоже, после опытов я хорошо стал видеть в темноте, — поделился он.

Неплохой бонус, но достаточная ли расплата за отнятое время и пользование телом?

Эвелин потянулась за ветками, чтобы их заточить, но остановилась — добыча-то не её.

— Поделишься? — прямо спросила она, очень надеясь, что мужчина не окажется скрягой.

Последний раз мясо ей доводилось пробовать месяц назад.

Лексар задумался и кивнул:

— При двух условиях. Первое: скажешь, как тебя зовут. — Уголки его губ дрогнули в полуулыбке.

Эвелин насторожилась. Стоит ли называть настоящее имя? Но необходимости во лжи не было.

— Эвелин Лорис, — ответила она, и Лекс дёрнул подбородком, принимая информацию к сведению. — А второе? — хотелось верить, что и это условие окажется простым.

— Ты расскажешь, зачем тебе понадобилось на ту военную базу и почему помогла мне.

Девушка замялась. Что если он связан с захватчиками? Но тогда зачем было бежать? Да и кушать очень хотелось.

— Хорошо, я расскажу, — согласилась она и тут же принялась отламывать ветки от поваленного бревна, которые затем села натачивать, не желая задерживать ужин. — Мне нужен антибиотик для больного дедушки. У нас в поселении туго с медикаментами, — кратко пояснила Лорис.

— И больше негде достать? — не поверил Лексар, но собеседница покачала головой.

Раньше медицинские препараты были доступнее, особенно антибиотики широкого спектра.

— А тебя я… случайно освободила, когда пряталась от охранника. — Она бросила взгляд на мужчину. — Кстати, сколько ты там пробыл?

Лекс задумался, вместе с тем принимаясь срезать мясо и отделять его от органов, которые не спешил отправлять в утиль — в нынешнее время съедалось всё.

— Какой сейчас год? — задал он своевременный вопрос.

— Две тысячи семьдесят первый.

— Значит, пять лет прошло, — задумчиво произнес Лексар.

Интересно, база повстанцев осталась на прежнем месте? Живы ли друзья и прежние боевые товарищи?

Ева закончила с ветками и принялась насаживать на них будущий ужин. Отчего-то ей стало жаль нового знакомого.

При свете костра она разглядела его глаза — фиолетовые радужки с неестественным блеском, как у ночного хищника. Видимо, «подарок» от захватчиков.

— И зачем ты им был нужен? Что они там с тобой делали? — подкинула девушка новых вопросов.

Но говорить о чём-то ему нравилось больше, чем сидеть в напряжённом молчании.

— Без понятия. Судя по тому, что они сменили мне глаза, не удивлюсь, если что-нибудь ещё модифицировали, — предположил мужчина. — Ничего не помню после того, как привели в лабораторию.

Эвелин невольно поёжилась. Пять лет в заточении… Лучше умереть, чем стать чьим-то экспериментом.

Сам компаньон, устроившись на бревне, ответственно следил за мясом, не забывая периодически поворачивать его. Свежая, ещё не успевшая остыть кровь то и дело капала в огонь, с шипением сворачиваясь.

— У меня есть предложение, — внезапно нарушил он тишину и перевёл взгляд на Еву, которая поспешила заняться рассматриванием собственных ботинок. — Ты меня освободила — я у тебя в долгу. Если получится добраться до базы повстанцев, смогу достать лекарство для твоего дедушки.

Знать бы, куда идти. Едва ли он мог сориентироваться по одному только солнцу, но у Лорис оказался с собой навигатор. На нём никакая база отмечена не была, но Лексар примерно помнил место на карте. Отсюда часов семь пути — если пешком, и найти топливо для заправки в округе вряд ли выйдет.

— Было бы здорово, но ты уверен, что спустя пять лет она всё ещё существует? — задала девушка резонный вопрос.

О самих повстанцах она, вроде бы, слышала — они периодически досаждали военным захватчикам.

— Если убежище не разбомбили — да, — оптимистично заверил парень.

Оптимистично — потому что очень сложно при нынешнем вооружении разрушить огромный атомный авианосец. Судя по тому, что он успел увидеть, сейчас значительная часть человеческих сил шла на борьбу с мутантами.

Так или иначе, предложенный им вариант Еве нравился больше, чем перспектива возвращаться на базу военных, где её снова могла ждать неудача. Если бы только время не поджимало…

— Хорошо, отправимся, как только начнёт светлеть, — приняла решение Лорис, засовывая начинающие мёрзнуть ноги в спальник.

— Я думаю, мы могли бы выдвигаться после ужина, только если ты не планируешь поспать, — предложил мужчина, но идея была отвергнута.

Ева рассказала, что передвигаться ночами с появлением мутантов-жуков стало опасно. Лексу довелось с ними познакомиться, но что из себя представляет каждый вид и откуда вообще взялись эти твари, он понятия не имел.

— Где-то севернее, около четырёх лет назад появилась аномалия. Она воздействует только на жуков, иначе представь ещё гигантских муравьёв, кузнечиков или даже бабочек, — девушка невольно поёжилась, вспоминая первое время, когда мутанты только-только начали появляться.

В далёком детстве Ева очень любила жуков — она даже коллекционировала их и имела несколько энциклопедий.

— Какие-то виды охотятся целенаправленно, а другие просто занимаются своими делами, но всё равно могут случайно кого-нибудь раздавить или что-нибудь разрушить. Например, почти все плотоядные жуки не прочь подкрепиться человечиной, — поделилась Лорис своими познаниями.

— И как от них спасаться? В воде? — предположил мужчина, вспоминая, что жесткокрылые, кажется, не очень хорошо плавают.

Но и тут он не угадал.

— В водоёмах тоже небезопасно — там часто обитают плавуны, нырялки и прочие. Кроме солёной воды, — ответила девушка. — Наше спасение в том, что многие виды не ладят ещё и друг с другом. Вообще порядок действий зависит от того, с кем именно тебе не повезло встретиться.

Всё это звучало жутко, да и в целом ситуация с мутантами была страшной. Но Ева вела свой рассказ с едва заметным упоением. Знания о жуках, полученные ещё в детстве, часто помогали предсказать поведение того или иного вида и выработать план действий. Больше всего девушка опасалась встречи с тараканами — они обитали группами и не боялись ничего. А пик активности как раз приходился на ночь.

— Но есть и дружественные для людей виды, если их так можно назвать, — поспешила приободрить девушка Лекса, который пребывал в тихом ужасе от масштаба разразившейся напасти. — Например, божьи коровки не такие крупные, чтобы навредить нам случайно, а нарочно они этого никогда не делают. Кроме того, они поедают личинок других жуков и даже взрослых особей, если те меньше размером.

— А какого самого большого мутанта ты встречала? — поинтересовался парень, снимая с огня первую порцию еды и осторожно отламывая краешек.

Попробовав, он расценил, что мясо ещё не дожарилось, и сменил ветвь. Эвелин последовала его примеру, когда заметила, что насаженная печень едва не сорвалась с тлеющего сучка.

— Жука-оленя, метров пятнадцать с рогами, — Эвелин представила себя нанизанной на эти гигантские отростки. — К счастью, они древесину предпочитают.

Если этот вид оказался такой величины, не хотела бы она когда-нибудь наткнуться, скажем, на дровосека-титана. К несчастью, ареал их обитания — по крайней мере, до апокалипсиса — включал в себя данную местность.

Девушка рассказала и про другие, довольно часто встречающиеся виды, а также об их слабостях, если таковые имелись. Сам мужчина жуками никогда не интересовался и особо про них ничего не знал, кроме очень уж общих аспектов, а сейчас эти сведения были крайне актуальны.

За вкусным ужином, от которого по желудку расходилось приятное тепло, а также доверительной беседой, время до рассвета пролетело незаметно. Ева с удовольствием делилась своими знаниями, и про себя Лекс прозвал её ходячей энциклопедией — столь подробно она всё рассказывала. Мужчина внимательно слушал, запоминая каждое слово. Эти знания могли оказаться жизненно важными.

Впереди их ждала длинная дорога, поэтому было решено оставить немного готовой еды и, забрав всё из автомобиля, с первыми лучами солнца выдвинуться в путь.

Глава 3 Тёплый приём

— Слушай, а что мы вообще ищем? — Ева с трудом переводила дыхание, усталость давала о себе знать после долгого пути.

Никто не предупредил её, что половина маршрута пройдёт в гору. Подъёмы девушка ненавидела, особенно пешие. К тому же час назад они едва не столкнулись с военным конвоем — десяток машин, гружённых боеприпасами и провизией, медленно ползших по старому серпантину. Заметить двух путников из окон было проще простого. Спасли лишь кусты, проросшие сквозь потрескавшийся асфальт.

Теперь же они уже несколько часов брели по горному хребту — не самому высокому в округе, но убежища так и не находили.

— Не понимаю, где мы, — пробормотал Лексар.

Он отлично помнил, что раньше под хребтом расстилалось плато, окружённое тремя вершинами. Но сейчас перед ними была лишь бесконечная череда скал и холмов.

Сомнения развеялись, когда Эвелин рассказала о землетрясениях, сотрясавших эти места последние два года. После этого Лексар начал сомневаться, сохранилось ли убежище в прежнем виде.

А девушка с каждым шагом напрягалась всё сильнее. Что, если Лекс всё-таки враг и ведёт её прямиком к захватчикам? Они ведь тоже делились на фракции. Или он просто заманил её в глушь, чтобы утомить и обезвредить? Правая рука непроизвольно потянулась к электрошокеру в кармане.

— Это пещера или тоннель? — спросила Лорис, выдергивая парня из раздумий.

Он как раз сверялся с навигатором, когда перед ними возникла отвесная скала, доступная разве что горным козлам. Но Лексар легко отыскал выступы и быстро взобрался наверх, затем помог подтянуться Еве на небольшую площадку, за которой ждали новые препятствия.

— Это атомный авианосец, — наконец признался мужчина, отчего у Эвелин нервно дёрнулся глаз.

Всё ясно. Он не враг — он сумасшедший. Опыты в лаборатории явно повредили рассудок. Разве мог огромный корабль массой в десятки тысяч тонн оказаться в горах? Это же невозможно!

Цепляясь за шершавые выступы, Ева решила не задавать больше вопросов и обдумывала план побега. Когда же она наконец вскарабкалась наверх, взгляд упал на открывшуюся панораму. Ни зелёных лугов, ни живописных пейзажей — лишь редкие деревья, которые можно было пересчитать по пальцам. Но поразило её не это. Внизу, в долине, лежало нечто гигантское... Эвелин даже не сразу поняла, что это, но уж точно не корабль. Скорее летательный аппарат с плоской верхней палубой и массивными двигателями по бокам.

— Уточнение: атомный авианосец летательного типа, — явно обрадованный находкой, как всегда вовремя пояснил Лекс.

— Такие вообще существуют? — пытаясь отдышаться после экстремального подъёма, удивилась Лорис.

Она не особо интересовалась техникой, но о подобных монстрах никогда не слышала.

— До апокалипсиса успели построить всего четыре. Этот, похоже, совершил не слишком удачную посадку, — объяснил мужчина, жестом приглашая идти дальше.

Теперь стало ясно, почему захватчики до сих пор не нашли убежище. Не зная точного места, обнаружить его среди гор было невозможно. Разве что с воздуха. Но летательной техникой даже военные пользовались редко — сказывался топливный кризис и общая нехватка исправной техники. Да и многие самолёты сбивали летающие мутанты, невидимые для радаров.

Сначала казалось, что подъехать к этой махине невозможно, но чуть позже одна дорога нашлась. Именно в её конце, у огромного въезда, напоминающего ворота большого гаража или же ангара, Ева обнаружила несколько брошенных автомобилей. Невольно захотелось проверить, есть ли в них топливо.

Едва они приблизились, как над воротами с лёгким гудом раздвинулись жалюзи, обнажив стволы семи автоматов. Лорис замерла на месте. Не самое дружелюбное приветствие.

Лексар снял с плеча трофейный пистолет-пулемёт, положил его рядом с обычным пистолетом на землю, поднял руки — но продолжил движение к воротам.

— ID L.E.X, — чётко произнёс он по буквам.

Наступила пауза.

— ID не существует, — ответил робот.

Его давно внесли в списки погибших. Теперь грозил расстрел, но, к счастью, автоматы молчали. Впрочем, и ворота не открывались.

— Тогда позовите кого-нибудь, — наивно потребовал Лексар у виртуального собеседника.

Поняв, что у парня ничего не выходит, Эвелин подошла поближе, но предусмотрительно остановилась в паре метров.

— Если вы выполнили задание и хотите получить выплату, скажите «один». Если вам требуется транспорт, скажите «два». Если вы ранены и нуждаетесь в медицинской помощи, скажите «три», — монотонно перечислял робот варианты, среди которых не было подходящего.

Ева задумалась — может, стоит вмешаться? Наверняка и этот замок поддастся её необычному гаджету. Но как сделать это незаметно для Лекса? Тот был слишком увлечён изучением динамика, смотря на него, как на личного врага. Однако если ворота откроются по её прихоти, не создаст ли это новых проблем?

На седьмом варианте динамик неожиданно захрипел, выбросив сноп искр, и замолчал.

Сзади раздался рёв двигателей. На дороге появились бронированные машины, остановившиеся рядом с брошенным транспортом. Из них высыпали вооружённые люди. Сначала новоприбывших проигнорировали — всех знать в лицо невозможно. Но затем вперёд вышел командир взвода, и его взгляд сразу же наткнулся дымящийся динамик.

— Вы ещё кто? Это вы устроили? — он резко дёрнул подбородком в сторону повреждения.

Пока Лексар подбирал слова, Ева решила взять инициативу:

— Понимаете, мой друг был здесь пять лет назад. Военные взяли его в плен, и всё это время он провёл в заточении. Его ID почему-то не работает, — кратко, без лишних деталей, объяснила она.

— Поэтому вы сломали динамик, — недовольно хмыкнул мужчина.

Рассказ явно не произвёл на него впечатления.

— Взять их, — приказал он.

Несколько бойцов тут же схватили пару.

— Нет, это не ... — попыталась возразить Ева и невольно дёрнулась, когда грубые руки скрутили её запястья.

Оставлять их снаружи явно не планировали. Лексар не сопротивлялся, но как подтвердить слова девушки — не знал.

— Возможно, здесь ещё есть те, кто меня помнит, — предположил он вслух, когда ворота начали открываться.

— Решать вашу судьбу — не моя задача, — равнодушно бросил командир.

За воротами открылся высокий, ярко освещённый коридор, достаточно широкий даже для танка. Среди вернувшихся началась суета, и вскоре навстречу выкатили электрокары с красно-синими мигалками — внутренний транспорт авианосца. Люди в характерных робах начали рассаживаться по машинам, другие приняли у взвода оружие, погрузили его в отдельный электрокар и увезли.

— Лекс! — вдруг раздался оклик.

К ним, не опасаясь военных, подбежал коренастый мужчина лет тридцати пяти с азиатскими чертами лица. Он уставился на парня, который, казалось, не мог его вспомнить, хотя отчаянно пытался.

— Рен? Ренри? — неуверенно предположил Лексар.

— Ну точно! Лекс! — всё ещё удивлённо воскликнул тот. — Ты жив? Уже столько лет прошло, где тебя носило? — начал задавать он вопросы, но обстановка явно не предрасполагала к беседам.

Военные почему-то замерли в нерешительности.

— Они сломали входную систему безопасности, — вмешался командир, явно раздражённый от задержек. — Мне предписано передать их в штаб, не мешайте процессу.

Ева уже десять раз пожалела, что согласилась на эту авантюру. Даже если всё сложится удачно, сколько же ненужной волокиты их ждало. Ей же сейчас был дорог каждый час.

Ситуацию разрешил всё тот же азиат, полезший в потрёпанный задний карман. Он достал предмет, похожий на флешку, но одно нажатие кнопки превратило её в голографический экран с данными. Ренри показал информацию командиру, который мельком пробежался глазами по тексту — и его лицо из скептично-раздраженного стало напряжённо-хмурым. Ева краем глаза заметила ID: ROU/LI и номер — 0006.

— Всё в порядке, передайте их мне, — миролюбиво сказал азиат.

К удивлению, командир без возражений кивнул подчинённым и удалился.

— Вот это сюрприз. Похоже, сегодня им придётся обойтись без меня, — кивнув в сторону рабочих, почесал Ренри затылок.

— А тебя что, понизили? — явно удивился Лексар, потирая онемевшее запястье.

Азиат фыркнул, показательно оскорбившись столь кощунственным предположением.

— У нас рук на хватает на всё, вот и приходится помогать парням, — пояснил он. — А вы, девушка, похоже, с ним? — обратился он уже к Еве.

— Вроде того, — скромно пожала она плечами, продолжая рассматривать этого мужчину с некоторым недоумением.

Что в нём такого, что даже командир взвода напрягся? По потрёпанной одежде и внешности важной персоной он не казался.

— Она помогла мне сбежать, — пояснил Лекс. — Я тебе с удовольствием расскажу подробности, но не могли бы мы пойти в место поспокойнее?

— Ну разумеется, — с готовностью отозвался Ренри и пригласил их в один из электрокаров, после чего повёз куда-то вглубь базы.

Сначала мелькали длинные коридоры, и только когда они закончились, азиат припарковал машинку в одном из отдельных ангаров, после чего повёл двоих куда-то. По пути попадались автоматические стеклянные двери, туда-сюда сновали люди.

У одной из них Эвелин замерла, не веря глазам. За стеклом стояли знакомые колбы с зелёной жидкостью — точь-в-точь как та, в которой нашла Лекса. Внутри тоже что-то было, но рассмотреть детали не удавалось.

Девушка сделала шаг, и дверь послушно открылась. Входить без приглашения она не собиралась — просто хотела разглядеть содержимое колб. Неужели там тоже люди?

Рядом материализовался Рен, который еще десять секунд назад ушёл с Лексом вперёд.

— Как ты это сделала? — поражённый тем, что дверь открылась перед посторонней, спросил он.

Даже у него не было доступа сюда — а тут какая-то девчонка без ID.

Невольно отшагнув, Лорис закусила губу в надежде как-то отмазаться, но тут на весь блок оглушительно завыла серена.

Глава 4 Единственно верное решение

Звук сирены редко предвещает что-то хорошее. Люди высыпали из соседних помещений, спеша к электрокарам, направлявшимся к главному входу. Лекс озадаченно уставился на Ренри, который наблюдал за происходящим с невозмутимым видом, словно это была обыденность.

— Раненых привезли, — прокомментировал он и двинулся дальше в сторону изначальной цели, на счастье девушки, позабыв о только что возникшем прецеденте.

— Часто так бывает? — удивился Лексар такому равнодушию.

Трое вошли в просторный холл. Оттуда Ренри повёл новоприбывших в свой личный кабинет. Помещение представляло из себя пусть и небольшое, но комфортное рабочее пространство: рабочий стол с компьютерными приблудами на любой цвет и вкус, нескольких кресел и целая ремонтная зона, в которой там и сям были разбросаны различные приборы.

Кивнув на свободные кресла, азиат присел в своё и откинулся на спинку. Гостей дважды просить не пришлось — после долгой дороги Ева только и мечтала о том, чтобы уже, наконец, отдохнуть.

Лексар с интересом рассматривал ремонтную зону.

— Ты всё ещё занимаешься разработками?

— Не без этого, — кивнул азиат. — Но в основном в свободное время и на свои средства. Постоянные поломки не оставляют времени для капризов.

Подумав об усталости гостей, Ренри заварил чай и достал галеты с джемом — скромное, но желанное угощение.

Лекс не стал тянуть кота за причинное место и начал излагать события последних дней. О периоде плена он мог сообщить мало — большую часть времени провёл без сознания.

— Во время эвакуации из сектора «J» меня схватили с другими членами исследовательского центра. Потом нас куда-то повезли, ну а дальше я товарищей уже не видел. Помню поднявшийся шухер, началась суматоха и перестрелка — а дальше я потерял сознание — честно попытался припомнить парень всё, что было. — Кто-нибудь вернулся тогда?

Ренри покачал головой.

— Судя по виду, тебя держали в анабиозе. Ты даже помолодел, кажется.

— Это ты постарел, — усмехнулся Лекс, окидывая друга оценивающим взглядом.

Ева тем временем сверлила его глазами — он, казалось, забыл причину ее прихода.

— С того времени тут многое поменялось — не в лучшую сторону, — вздохнул Рен, встав и отойдя в свою любимую зону с приблудами для ремонта и разработок. — Когда появились мутанты, стало совсем тяжко. Вечные проблемы с продовольствием, куча раненых и убитых, — он кивнул в сторону двери, за которой всё отчётливей становились звуки приближающихся электрокаров, сопровождаемых отличительным звуковым сигналом.

— А вы уверены, что стоит обсуждать всё это при постороннем? — намекая на себя, перебила рассказчика Лорис.

Азиат удивлённо посмотрел на неё:

— Ты разве не собираешься присоединиться к нам? Спасение нашего человека — достаточный повод.

Его предположение разбилось об объяснение Лекса — он обещал девушке антибиотики. Достать лекарство было несложно — пенициллин производили здесь же. Но возникла другая проблема.

— Ой-ой-ой, что ж вы сразу-то не сказали, — запричитал Ренри, нервно теребя порядком отросшие чёрные, как смола, волосы. — По новым правилам, узнав наше местоположение, ты не можешь просто уйти.

— То есть? — нахмурился Лексар. — А какие у неё варианты?

Раньше такого не было. И вообще, трава была зеленее, а небо — голубее. Но в последние годы участились случаи шпионажа, причем военные часто нанимали местных гражданских. Атомный авианосец был сердцем группировки — отсюда столь жёсткие правила.

— Их, в общем-то, теперь немного. Или присоединиться к нам… ну или расстрел, — совершенно серьёзно ответил азиат.

— Разве я могу быть чем-то для вас полезной? — шокированно спросила Эвелин, готовая на месте прибить парня, что привёл её сюда.

Во что бы то ни стало, она должна была доставить лекарство дедушке и ухаживать за ним до полного выздоровления. Мысли о вступлении группировки — тем более спонтанном — даже не приходили ей в голову. Всё, что она думала по этому поводу, Ева честно изложила мужчинам. Один из них теперь напоминал провинившегося котёнка, а второй — будто ему только что подписали смертный приговор.

— Рен, нужно что-нибудь придумать, — чувствуя груз ответственности за эту ситуацию, Лексар встал со своего места и стал ходить туда-обратно вдоль стеклянной двери.

Азиат попросил минуту, достал устройство — то самое, на котором ранее показывал командиру данные, и связался с кем-то.

— Даже если так… — пробормотал он себе под нос, вращаясь в кресле. — Через час моя сестра с отрядом снабжения выезжает за провизией. Можно попробовать вывезти её контрабандой — спрятать под тентом в багажнике. — Он кивнул в сторону Эвелин. — Но если нас раскроют или проверят записи с камер, то открутят головы. В лучшем случае — двоим.

— Я возьму всю ответственность на себя, — заявил Лекс, но собеседник лишь хмыкнул.

Вряд ли решение зависело от них.

Спрашивать мнение Евы не пришлось — она была готова на любой вариант. Конечно, в идеале стоило бы ещё и выжить, но к таким рискам девушка уже привыкла.

Попросив Лорис остаться в кабинете и не показываться на глаза, азиат проводил товарища в отдел безопасности для восстановления ID. Данные о Лексаре сохранились в системе, но отдел теперь состоял из новых людей — всего троих. Молодой парень, года на три младше, пристально сравнивал лицо новоприбывшего с фотографией в базе.

— Лексар Велидан? — переспросил он и, получив кивок, начал задавать уточняющие вопросы из биографии. На всё Лекс отвечал без запинки.

Безопасник восстановил идентификатор и выдал ему голограф — ту самую флешку, при нажатии на которую возникал интерактивный голографический экран с досье. Устройство также позволяло связываться с другими и получать доступ к архивным данным — жалкому подобию некогда глобального интернета. Информация там была скудной: карты, инструкции по обращению с оружием и прочие прикладные знания, необходимые для выживания в этой эпохе.

Далее Лекса отправили в медотдел для анализа крови, а Рен не терял времени и сходил за антибиотиками. То, что именно он будет сопровождать девушку, даже не обсуждалось. Велидан и сам ни за что не отпустил бы её одну — слишком велик риск, что авантюра раскроется.

— А где твой халат? — удивился Ренри, встретив друга у дверей.

До пленения Лекс работал в лаборатории, занимаясь выращиванием искусственных органов. Он был одним из немногих, кому разрешалось входить в отдел тканевой инженерии — те самые двери, которые теперь открылись перед Эвелин. Ренри не сомневался, что товарищ вернётся к прежней работе.

— Ты думаешь, после пяти лет в колбе мне захочется снова на это смотреть? — скривился Лексар.

Его едва ли не тошнило от всех этих жидкостей, образцов тканей и склянок. Лучше уж стрелять мерзких мутантов, чем снова возиться с органами. Тем более в отдел сопровождения всегда требовались кадры — по сути, пушечное мясо, прикрывающее отход основных сил. А базовую боевую подготовку он давно прошёл — как и все остальные.

— Как вернёшься — отправлю тебя к психиатру, — проворчал Ренри.

Для него ситуация казалась очевидной: тяжёлая психологическая травма, требующая лечения. Лекс же просто решил навсегда завязать с прежней профессией.

Вернувшись, они застыли на пороге, оглядывая пустой кабинет. Их не было всего полчаса — а Ева уже успела исчезнуть. Может, решила сбежать одна, чтобы не создавать проблем? Но антибиотики-то ей ещё не отдали…

В голову тут же полезли мрачные мысли: её обнаружили, схватили и куда-то поволокли. Однако опасения развеялись, когда девушка показалась из-за ограждения в дальнем углу — зоны, не просматривавшейся со входа.

— Решила, что здесь меня не сразу заметят, если кто-то зайдёт, — пояснила Лорис.

Ренри не стал втягивать сестру напрямую, а просто попросил место в её машине для «особого груза», который сам же и загрузит. Чтобы лишний раз не светиться на камерах, Еву завернули в мешок, положив рядом ещё один рулон — так силуэт не бросался в глаза. Лекс взвалил свёрток на плечо, как делал это совсем недавно, и понёс «груз» к электрокару.

- Отряд снабжения направляется в сектор «Е». По пути они обычно делают одну остановку — на пять минут, чтобы сходить в туалет. Это наш шанс, — объяснил Рен, показывая маршрут на карте.

Увидев конечную точку, Эвелин невольно обрадовалась: она находилась всего в шести километрах от её поселения. Поэтому план «сбежать на остановке» сменился на «сбежать по прибытии».

Для Лексара же теперь было необходимо попасть в сопровождение именно этой машины. Всего их выдели семь — немало для такой миссии. И регион, и сама ферма считались неспокойными: постоянные набеги мутантов-вредителей стали привычным делом.

Отряд снабжения состоял из двух человек на каждую машину — водителя и его подстраховщика. Остальные числились в сопровождении, их задача — защита груза и транспорта.

Когда Еву загрузили в багажник, Лекс остался ждать рядом. Первыми прибыли «снабженцы» для проверки машин и подготовки груза. Они же принесли упаковочные материалы — ткани, коробки и мешки, в точности как тот, в котором теперь томилась Лорис.

— Лекс? Лексар Велидан? — раздался удивлённый женский голос.

Он обернулся и уставился на привлекательную китаянку с фарфоровой кожей и гладкими, будто отполированными, угольно-чёрными волосами, собранными в низкий хвост.

— Мы знакомы? — неуверенно спросил он.

Мозг тут же подсказал ответ, но принять его оказалось не так просто. Не укладывалось в голове, что та самая прыщавая четырнадцатилетка, называвшая его «мужем», превратилась в такую женщину. Даже в рабочей одежде и бронежилете она выглядела изящно.

— Очень приятно слышать такое! — попыталась обидеться она, но радость и удивление перевешивали.

— Лан-Лан? — с наигранным скепсисом продолжил дразнить её Лекс.

— Не зови меня так! Я Лана, — скрестила руки на груди девушка. — Где ты пропадал? Когда вернулся?

— Долгая история. Расскажу по возвращении, — пообещал он.

Лана хмыкнула, отложив расспросы на потом, но твёрдо намереваясь выведать всё до деталей.

— Так это твой «груз» попросил доставить мой брат? — догадалась она, подойдя к багажнику, где лежал объёмистый свёрток. — Что там?

— Благодарность человеку, который помог мне выбраться из плена, — почти не солгал Лексар, прислоняясь к машине, чтобы преградить ей путь.

Новость о плене заинтересовала Лану куда больше, чем содержимое багажника. Она надеялась, что с парнем приключилось что-то менее мрачное. Да, его могли захватить как ценного специалиста — знаний у него хватало, — но всё же…

Через пару минут прибыл полный состав сопровождения. Командир, вечно испытывавший нехватку бойцов, обрадовался подкреплению, но на долгие разговоры времени не было — лишь краткий инструктаж.

Сначала предстоял серпантин. Самая неприятная часть пути. Половина дороги — разбитый грунт, бесконечные повороты и «змейки», из-за которых кузов то и дело кренило. Или Лана специально так вела? Но для своих лет она управляла машиной уверенно — дети здесь давно перестали быть детьми, и девушка села за руль ещё в пятнадцать.

Когда горы остались позади, стало легче — но только в плане тряски. Несколько раз их атаковали мутанты, от которых приходилось отбиваться. Хорошо хоть не летающие — с теми было бы куда сложнее.

На остановке Лекс, в отличие от остальных, остался в машине.

— Ты там жива? — тихо спросил он. В ответ раздалось невнятное «угу».

Эвелин так укачало на серпантине, что её начало клонить в сон, и она успела немного задремать.

Багажник начинался сразу за задними сиденьями, отделённый от салона лишь пластиковой перегородкой. Для перевозок сподручнее было бы использовать грузовики, но в нынешних реалиях они почти не встречались — слишком уязвимы перед мутантами. Внедорожники же куда более манёвренные.

Лекс достал голограф и проверил их местоположение. До цели оставалось около двадцати километров.

Вторая половина пути прошла неожиданно спокойно — ни врагов, ни мутантов. Но это оказалось лишь затишье перед бурей.

Ферма представляла собой участок, засаженный базовыми культурами: кукурузой и пшеницей. Поодаль виднелся небольшой сад с фруктовыми деревьями и пара теплиц с овощами.

Урожай складировали в три ангара, разнесённых по территории — так хотя бы что-то уцелеет, если один или два уничтожат. А набеги мутантов здесь были делом обычным.

Как только снабженцы и работники начали разгружать машины, со стороны холма показались чёрные силуэты. Их становилось всё больше, и командир отряда отдал приказ занять оборону.

Лекс стоял рядом с автомобилем, в котором до сих пор находилась Ева — нужно было дождаться, когда работники отправятся за урожаем для погрузки. По команде он открыл огонь из автомата по несущимся на них гигантским колорадским жукам. Их чёрные полосы были так широки, что жёлтый едва проглядывал. Он мысленно выругался, ожидая, что вот-вот насекомые взлетят, но те продолжали нестись вперёд, словно тараканы при вспыхнувшем свете.

Мутация лишила многих жуков способности летать. Пропорции крыльев остались прежними, но масса увеличилась в разы, сделав полёт невозможным. Зато колорады научились быстро бегать. Их атрофированные крылья превратились в панцирь, который хоть и пропускал пули, но только с высокой пробивающей способностью. Автомат Калашникова справлялся, однако вооружены им были не все. Пули с недостаточным импульсом просто рикошетили или застревали в хитине.

Двоих ближайших к машине жуков подстрелил напарник Лекса, но на перезарядку у него ушло пять секунд. Последний мутант был уже в двадцати метрах. Велидан пытался попасть в уязвимые места, но даже после нескольких точных выстрелов жук не останавливался. Краем глаза он оценил ситуацию: товарищ не успеет перезарядиться.

Никто не требовал от них стоять насмерть — это было бессмысленно. Мужчина отпрыгнул, досылая патрон в патронник уже на земле. Две секунды — именно столько не хватало времени, чтобы спасти машину, которая должна была с грохотом перевернуться.

Боевой товарищ Велидана думал, что пристрелит мутанта, пускай и с опозданием, главное — не подпустить к полям. У напарника же была другая цель.

Лекс не думал. У него не было на это ни времени, ни права. Там, внутри, всё ещё находилась Эвелин. Откинув бесполезный автомат, он выставил перед собой руки и приготовился встретить на них удар, который пригвоздит его спиной к багажнику. Тот оказался открыт, но парень поздно об этом подумал. Колорад был из небольших видов мутантов — размеры колебались от двух до трех метров в длину, но даже так, прямое столкновение с ним во время разгона равнялось по силе с конём.

Непонятно, конечно, на что надеялся, однако в момент удара мужчина остался на месте. Упираясь ботинками в землю, он чувствовал давление, с которым мутант пытается его сдвинуть, но у того ничего не выходило. Это продолжалось несколько секунд, которые растянулись в вечность.

Все, кто стал невольными свидетелями данной картины, уставились в ожидании того, что должно было неминуемо случиться, но не происходило. Лишь через пять секунд напарник очнулся и добил тварь. Выпрямившись, Велидан облегчённо вздохнул и потянулся за автоматом, один из немногих понимая, что бой ещё не окончен. На удивление и другие эмоции времени не оставалось — всё потом.

А вот двое из соседнего экипажа отвлеклись надолго и пропустили жука слишком близко. В последний момент они рванули в стороны, избежав столкновения. Мутант протаранил машину, та перевернулась несколько раз и врезалась в ту, что охранял Лекс, — теперь уже сбоку. Сам колорад, слегка изменив траекторию, был тут же застрелен командиром, руководившим обороной.

Второй автомобиль с грохотом опрокинулся на бок, и из багажника, словно ошпаренная, вылетела Эвелин. Она запуталась ногой в мешке, едва не грохнулась лицом в землю у ног Лексара, но мгновенно вскочила.

Девушке стоило огромных усилий не вылезать из багажника, пока шла стрельба. Она проделала щель для воздуха и через неё наблюдала за происходящим, мысленно попрощавшись с жизнью, когда Лекс бросил автомат. То, что случилось дальше, не укладывалось ни в какие рамки. А удар машины и падение окончательно добили её психику.

Лексар машинально придержал её за плечо, бегло осмотрев — вроде цела. Ева дёрнулась назад, осознав, что оказалась на виду в самый неподходящий момент, но было поздно.

Бой ещё не закончился, но командир уже подошёл к ним, игнорируя свист пуль.

— У меня два вопроса, но начну со второго. Кто это? — он кивнул на Эвелин, не отрывая взгляда от Лекса.

Конечно, вопрос звучал иначе, чем подразумевался. Вернее было бы спросить: «Как это понимать?» Но Велидан, как всегда, всё понял по-своему. Мозг, отчаянно ища выход, выдал самый неожиданный ответ.

— Это моя невеста, — заявил он, прижимая Еву к себе.

Глава 5 Нравственная дилемма

Ева исподлобья взглянула на внезапно появившегося перед ней командира, оценивая возможные действия. Мужчина ей не понравился. Вообще, мало кто в форме и с оружием вызывал у неё симпатию — слишком уж угрожающе они выглядели.

«Попробовать сбежать?» — мелькнула отчаянная мысль. Она бы и попыталась, если бы Лекс не продолжал крепко держать её за плечо.

А его следующая фраза заставила её подавиться собственной слюной. Коротко кашлянув, девушка едва сохранила невозмутимое выражение лица.

— И? — Приподняв бровь, командир перевёл тяжёлый взгляд на Эвелин.

— Мне нужно передать лекарство больному дедушке. Он тут, в поселении неподалёку, — честно ответила она, но собеседника, похоже, это мало интересовало.

Он потребовал номер ID, заранее зная, что у незнакомки его нет. Так и оказалось.

— Выходит, в центральном штабе побывал чужак? — скорее констатировал, чем спросил командир. — Подобное нарушение карается расстрелом. Всех причастных. — Голос его звучал мрачно.

Одним движением он выхватил пистолет из кобуры и на вытянутой руке навёл его прямо на девушку. Дуло теперь находилось в метре от её лба — уклониться на таком расстоянии было невозможно. Впрочем, предохранитель оставался включённым, что не укрылось от взгляда Лексара, который шагнул вперёд, заслоняя Еву собой.

Но Лорис тут же сделала шаг вбок и резко схватила командира за кисть, отталкивая руку с пистолетом в сторону.

— Вы вообще о чём? — пародируя его мимику, девушка вскинула одну бровь в убедительном удивлении. — Я была в лесу, когда Лекс связался со мной и сообщил, что вы едете в сторону моего поселения. Зная мою ситуацию, он предложил доехать с вами, и я подсела на остановке. Ну и что в этом такого преступного? — сходу выдала она. — Мне вам проезд оплатить? Так я оплачу, только отпустите меня скорее, мой дедушка в очень плохом состоянии.

Разумеется, эта ложь раскроется, как только командир проверит записи с камер. Но это будет потом. Сейчас же Еве нужно было уйти — тогда, возможно, её больше никогда не найдут. А Лекс… У него ещё есть шанс выжить. Судя по тому, что она недавно видела, его наверняка захотят изучить и использовать, если повстанцы смогут это сделать.

Весь душевный диалог был прерван громким тарахтением двигателей. Со стороны леса показалась колонна машин, среди которых командир различил два бронетранспортёра — редкое зрелище в их времена. К счастью, это были свои. К тому моменту все мутанты уже лежали мёртвыми, и мужчина, отдав приказ взводу, вынужден был отвлечься от разбирательства. Хотя перед этим он распорядился поставить охрану вокруг Лекса — целых троих бойцов. Девчонка его мало интересовала, а вот этот нечеловечески сильный мутант мог либо создать проблемы, либо стать ценным оружием.

Прибывший отряд остановился рядом, а их командиры обменялись приветствиями. Ева увидела а этом шанс сбежать и уже собиралась сделать это, как вдруг заметила мальчика лет десяти на руках у одного из солдат.

Ребёнок едва держался в сознании. Пересохшие губы говорили о сильном обезвоживании, хотя, судя по всему, его уже напоили. Впалые щёки и осунувшееся лицо лишь подчёркивали болезненное состояние. Подбежав к военному, Лорис осторожно тронула мальчика за плечо.

— Эй! Ты меня помнишь? — спросила она. Тот после паузы кивнул. — Что случилось?

Имя этого ребёнка девушка забыла, но обладала хорошей памятью на лица. Она точно видела его несколько раз в поселении.

Военный положил мальчика на землю, чтобы обработать раны и ушибы.

— Дедушка Иша… — с усилием проговорил он, и у Евы похолодело внутри. — Еда кончилась. Он взял нас с Индикой с собой. Сказал, что пойдём на ферму. В лесу на нас напали монстры. Мы спрятались в пещере. Когда они ушли, я звал их идти, но у них не было сил… — голос его дрожал.

Повезло, что военные нашли его раньше мутантов. И что это оказались не враги.

— Ты помнишь, где эта пещера? — едва сдерживаясь, чтобы не закричать, спросила Ева.

Мальчик покачал головой. Военный пояснил, что нашли его одного, заблудившегося в лесу. Девушка опустила глаза, на мгновение задумавшись. Она давно жила в этих местах и знала лишь одну пещеру — скорее, грот или медвежью берлогу.

Основная задача здешних военных заключалась в зачистке колорадов — их ежедневные набеги на ферму отнимали слишком много ресурсов. Вот только не ожидали, что мутанты атакуют с другой стороны.

Ева попыталась успокоить мальчика, сказав, что с дедушкой и Индикой всё будет хорошо, что им обязательно помогут. Но кто, если не она? Повстанцам вряд ли было дело до спасения каких-то местных.

Между делом Лорис подошла к одной из пустых машин и проверила — ключ был на месте. Она села за руль, завела двигатель и резко дала задний ход, чтобы развернуться. Командир что-то закричал ей вслед, но она уже не слышала — лишь бы не прострелили колёса.

Она поехала аккурат туда, откуда только что прибыла группировка, надеясь, что не наткнётся на мутантов по пути.

Она направилась туда, откуда только что прибыл отряд, надеясь не встретить по пути мутантов.

— Вы двое — верните автомобиль! — скомандовал командир, указывая на подчинённых.

Конечно, Велидана в этом списке не оказалось. Казалось бы, чего переживать — его миссия почти выполнена. Эвелин доставили в нужное место, о большем они не договаривались. Но что-то внутри требовало броситься вслед, чтобы хотя бы убедиться, что девушка останется жива. Любой другой исход казался немыслимым.

Командир, всё это время внимательно наблюдавший за Лексом, подошёл к нему и остановился в нескольких метрах.

— Если ослушаешься приказа сейчас — назад дороги не будет. Будешь предателем, — холодно предупредил он.

Конечно, парень это понимал — военный устав всё же не руководство по эксплуатации электрочайника. Но он также знал, что повстанцам выгоднее изучать его, чем просто убить. Да и сам он хотел разобраться, что с ним происходит.

Проводив взглядом машину, ушедшую в погоню, он тяжело вздохнул, разрываемый между долгом и желанием.

— Мой долг и моё личное желание — служить общему делу до самого конца, — весьма патриотично выдал Велидан.

Он хотел добавить, что, несмотря на долг, не может позволить своей «невесте» погибнуть, но в этот момент рядом с рёвом подъехала машина, резко развернувшись на газоне. В окне мелькнуло лицо Ланы.

Она жестом показала на заднее сиденье, явно предлагая прыгать. Тело среагировало быстрее мысли — Лекс буквально ввалился внутрь, даже не успев схватить оружие. Брюнетка тут же рванула с места. Через пару секунд раздались выстрелы, но так же внезапно стихли.

— Интересно, во что же это выльется, — сам себе под нос пробубнел командир, мгновением ранее отдав приказ о прекращении огня.

— Интересно, во что это выльется, — пробормотал командир, только что отдавший приказ прекратить огонь.

Он привык доверять интуиции, а сейчас она подсказывала отпустить ситуацию.

Лана, удивившись отсутствию погони, немного сбавила скорость — теперь на кочках внутренности хотя бы не пытались катапультироваться.

Логично было бы следовать за военными, которых послал командир, но те уже скрылись из виду. Лекс открыл карту, но та не содержала нужных деталей.

— Нам нужна пещера в лесу, — сказал он, запомнив это слово из разговора Евы с мальчиком.

Лана посмотрела на него через зеркало, как на дурака, но через секунду её лицо осветилось пониманием.

— Знаю одно место неподалёку, похожее на пещеру, — уверенно сказала она.

Работа в отряде снабжения заставляла её часто бывать на ферме и искать новые маршруты, особенно во время погонь от мутантов.

Ехать пришлось недолго — через десять минут дорога закончилась, и они увидели брошенную машину — ту самую, которую угнала Ева.

— Лан-Лан, спасибо, — Лексар уже выпрыгивал из салона. — Возвращайся к отряду — ещё можно сказать, что неправильно поняла ситуацию, — распорядился он, будто имел на это право.

— Ага, конечно, — усмехнувшись, с сарказмом отозвалась Лана.

Она уже ввязалась в эту авантюру, и отступать было поздно. Да и не хотелось. Вот только Лекс воспринял её слова всерьёз и, уверенный, что она послушается, рванул по тропинке вглубь леса. Сухие ветки норовили оцарапать кожу, а хруст листьев под ногами напоминал ломающиеся кости.

Вскоре перед ним показалась опушка с холмом и тёмным входом. Пещера напоминала медвежью берлогу, только втрое больше. Вокруг всё было вытоптано, а неподалёку валялись останки двух небольших мутантов. Коридор уходил вниз, и двигаться по нему было неудобно — легко было поскользнуться.

— Эвелин, ты здесь? — крикнул Лекс, прислушиваясь.

Раздавшийся впереди треск заставил обнажить нож — единственное оставшиеся оружие. Замерев, парень вгляделся. Впереди виднелся тусклый луч, пробивающийся через отверстие сверху — единственный источник света в тёмном гроте. Ещё несколько шагов, и стали различимы человеческие силуэты.

Ева сидела неподвижно, держа в руках сморщенную ладонь. Рядом, опираясь на плечо старика, так же неподвижно сидел мальчик. Казалось, что они оба безмятежно спят — на телах не виднелось серьёзных ран. Луч света падал аккурат рядом с ними. Лекс, всё -таки прокатившись на ногах последние пару метров, подскочил к ним, чтобы померить пульс и оказать первую помощь, но девушка придержала его за руку и покачала головой.

— Они умерли. Скорее всего, от жажды, — тихо сказала она, сжав губы.

Какая обидная смерть для их мира. Даже мутанты не добрались до них — но хрупкому человеческому телу угрожает не только это. У мальчика была вывихнута нога, а дед не смог оставить его умирать одного, будучи не в силах унести.

Ева не плакала. Наверное, все слёзы она выплакала ещё после смерти родителей. Но сейчас в груди будто резали тупыми осколками стекла. Старик был её последним близким человеком, и она просто хотела, чтобы он прожил подольше и ушёл без мучений.

Сверху, у входа, раздалось шуршание, прервав её размышления о судьбе и дальнейшей жизни. Лекс резко обернулся и устремил взор в проход — его способность видеть в темноте позволяла хоть что-то различать. Сжимая нож, он двинулся вперёд, но через несколько секунд вынужден был отпрыгнуть в сторону.

Глава 6 Ложь (не)во спасение

В нынешних условиях жизни нет места слабостям — их лучше вообще не иметь. И Еве казалось, что она вполне соответствует этому миропорядку, но из-за последних событий начало складываться ощущение, что девушка вот-вот станет клаустрофобом.

Сначала тесный багажник и духота, затем подземный грот с телами дорогого человека и ребёнка. Теперь — маленькое помещение без окон, где из мебели только два стула и стол. Прямо карцер. Не самые радужные перспективы, когда принимаешь протянутую руку помощи.

Впрочем, винить Лекса было сложно — он явно ожидал другого приёма. Где он сейчас и что с ним, она не знала.

Долго ждать не пришлось — в дверь вошёл незнакомец. Его облик словно сошёл со страниц старых криминальных сериалов из её детства: тяжёлый взгляд, одутловатое лицо со шрамом на щеке, крепкое телосложение.

Расположившись на стуле напротив, незнакомец поставил стакан с недопитым кофе и несколько минут молча рассматривал девушку, которая терпеливо ожидала допроса.

Хотя ей сказали, что это будет "беседа" — якобы для выявления её способностей и целей. Обычная процедура для новичков, тем более в мятежной организации. Они называли себя "Менторами", хотя среди чужаков это имя не употреблялось. Справедливости ради, у мужчины действительно были бланки анкет для заполнения после разговора.

Именно этим он и занялся, наконец, прервав тишину.

- Итак, мисс Лорис, вы долго жили в деревне близ сектора "Е", но не являетесь местной, — начал он с известных фактов.

— Всё верно, — кивнула Эвелин. — Семь лет назад меня взял под опеку местный житель, принявший за погибшую внучку. — Голос её дрогнул на слове "взял", несмотря на все попытки сохранить хладнокровие.

Внимательно наблюдающий за ответом Евы мужчина кивнул.

Приёмный статус девушки был очевиден — почти все жители той деревни были мулатами, тогда как её светлые волосы и европеоидные черты выдавали чужака. Но цель допроса заключалась не только в сборе информации, но и в проверке её правдивости.

— Что было раньше? Как вы жили до апокалипсиса? — спросил он, отхлебнув кофе. Ева с тоской посмотрела на стакан — пить хотелось невыносимо.

Ещё один минус в копилку «гостеприимного» приёма — ей не дали даже воды, не говоря уже про пищу и тем более — душ. После всех приключений тело, одежда и волосы имели не лучший вид. А ещё очень хотелось поспать.

— Изначально я оказалась здесь во время путешествия моих родителей. Это случилось ещё до апокалипсиса. Отец работал бизнесменом. Точнее, кажется, соучредителем в какой-то большой фирме, но я могу ошибаться. В общем, мы довольно часто куда-то ездили, — слегка сбивчиво начала Ева. — После апокалипсиса началась неразбериха и обстрелы. Мы переезжали из города в город, но континент покинуть не смогли. Это продолжалось несколько лет, пока родители не погибли. С тех пор я предоставлена самой себе, — продолжила девушка свой рассказ.

Некоторые факты собеседнику уже были известны. Он продолжал искать подвох — вдруг девушка шпион? Пока ничего подозрительного, но вскоре речь зашла о знакомстве с Лексом. Их показания расходились: он утверждал, что они знакомы две недели, Эвелин честно сказала — несколько дней. Осознав ошибку, она пожалела, что не соврала.

Мужчине явно был знаком их разговор с командиром на ферме. Тогда Лорис сказала, что не была в штабе и просто подсела в машину. Этой версии она придерживалась и сейчас, но её нервозность не ускользнула от внимательного взгляда.

— Что ж, хорошо, — неожиданно легко согласился он, мысленно отметив несостыковку.

Кое-какие подозрения имелись, и разрешить их мог просмотр видеозаписей с камер наблюдения, чем он и занялся, войдя в систему безопасности авианосца через свой голограф. Параллельно задал ещё один вопрос:

— Мне передали любопытное заявление Лексара Велидана. Что вы его невеста. Как это возможно при знакомстве в несколько дней? — спросил он, не отрываясь от экрана.

Ева мельком увидела на голографе кадры с камер. Нужно было проверить всего один день — возвращение Лекса. Когда это было — сегодня или вчера, — она уже не понимала, сбившись во времени.

Осознавая, что ложь вот-вот раскроется, она задумалась о последствиях. Чужак в штабе мятежников — не лучший статус.

Вряд ли после этого Еву примут с распростёртыми объятиями без каких-либо санкций — хотелось надеяться, что расстрела всё же удастся избежать. Версия Лекса хотя бы давала шанс на снисхождение.

— Вы же знаете, при каких обстоятельствах мы познакомились? — спросила Эвелин, пытаясь уточняющими вопросами оттянуть время, чтобы что-нибудь придумать. — Я спасла его из лаборатории, где над ним проводили опыты. А потом он спас меня от военного. Мы вместе сбежали и вместе переживали дальнейшие трудности. Такие обстоятельства очень сближают людей. Мы решили, что это наша судьба, — наплела она какой-то бред, изо всех сил пытаясь выглядеть убедительно, но получилась не очень.

Её внимание привлекло прерывание записи на голографе — изображение сменилось белым шумом. Мужчина хмыкнул, явно встревожившись. Время сбоя совпадало с возвращением Лекса. Дефект распространялся на все записи до выхода отряда на задание. Это требовало срочной проверки — он уже торопился к IT-специалистам.

— Что ж… заполните анкету, после чего вас проводят в выделенные апартаменты, — явно торопясь, бросил мужчина. — Решение о вашем статусе в организации будет принято в течение суток. Если оно будет утвердительным, вам нужно будет пройти процедуры медосмотра, профпригодности и получить голограф, — пояснил он уже на ходу.

Он не стал уточнять, что будет в противном случае. Дверь открылась — в проёме стоял мужчина в деловом костюме, похожий то ли на бизнесмена, то на серьёзного дядю из отдела охраны. Видимо, он наблюдал за допросом извне. Его взгляд заставил Еву ёрзнуть на стуле. Она поспешила заполнить анкету — десятки вопросов о происхождении, семье, психологических особенностях.

Очень уж хотелось понаставить галочки наобум, но это могло выйти ей боком, так что Лорис честно вникала в суть вопросов. Тестов оказалось несколько. Через час мучений её повели по коридорам к жилому блоку.

Авианосец имел шесть жилых зон. Перемещение на электрокарах совершалось между блоками и к выходу, в то время как внутри одной части передвигались пешком. Зайдя в грузовой лифт, двое отправились на третий этаж, где очередной коридор напоминал отель — такой, в которых они когда-то останавливались с родителями. Одинаковые двери по обе стороны, пара растений на этаже — больше тут ничего и не было.

Воспользовавшись голографом, как электронным ключом, сопровождающий мужчина пропустил девушку в одно из помещений и без комментариев удалился.

"Каюта" оказалась вполне комфортной: шкаф, широкая кровать, письменный стол, мини-холодильник. Как и в других помещениях, окон здесь не наблюдалось, отчего понять время суток возможным не представлялось. На одной из стен висели три расположенные вертикально монитора, огороженные друг от друга брусами с имитацией оконной рамы, но они не работали.

Первым делом Ева бросилась в санузел — крошечное помещение с душем и раковиной. Она напилась прямо из-под крана — вода имела явный привкус сырости. Видимо, её брали из ближайшей реки и плохо очищали. Удивительно, что на авианосце вообще удалось наладить такие условия после аварийной посадки в горах.

Напившись до состояния вздувшегося живота, девушка скинула грязную одежду, замочив её в раковине, и поспешила под тёплые струи душа. Она давно об этом мечтала — несколько дней уже точно. В доме дедушки Иши душ хоть и имелся, но насос давно сломался, поэтому воду приходилось носить из колодца и подогревать. Здесь же Лорис вновь вспомнила о благах цивилизации, некогда доступных гораздо большему числу людей.

Мысли о смерти старика нахлынули с новой силой, сменившись тревогой о будущем. Поддавшись эмоциям, она впервые за годы ощутила себя по-настоящему одинокой. Раньше Эвелин и не думала вступать в группировки. Пригодится ли она здесь? Хотелось верить, что её не отправят на передовую.

Лекса она не видела с момента возвращения на базу — их везли в разных машинах. Не то чтобы она сильно переживала — к нему у неё были вопросы, как впрочем, и у многих других. Но мысли снова вернулись к дедушке, затем к собственной судьбе — этот круг повторялся снова и снова.

Закончив водные процедуры, Ева вернулась в комнату и прилегла на кровать. Она планировала облюбовать холодильник на предмет наличия хоть какой-либо еды, а если её нет — отправиться на поиски. Тут наверняка есть какое-то организованное питание, ну или у соседей можно было что-нибудь попросить. За этим планированием Ева сама не заметила, как уснула в считанные секунды. Сны Лорис видела довольно часто, но сейчас мозг был настолько уставшим, что в сознании осталась одна чернота.

В следующий раз девушка проснулась, поняв, что мёрзнет. Перед глазами обрисовалась пока ещё не успевшая стать знакомой комната, и несколько секунд ушло на то, чтобы вспомнить последние события. Взгляд сфокусировался на тусклом свете ряда ламп, включённых ранее над столом. Достатка сил по-прежнему не ощущалось. Перевернувшись на бок и накинув край одеяла, Эвелин опять подумала о приёме пищи и вновь провалилась в объятия Морфея.

На этот раз сон показался мгновенным — как бывает при крайней усталости.

Такое часто ощущают люди, которые ложатся спать в полночь с поставленным на шесть утра будильником. Её же будильником стало шуршание одеяла, которое само по себе перемещалось вдоль тела. Ступни отдавали холодом, как и руки, и Лорис нехотя разлепила глаза, чтобы вновь укутаться.

Перед взором возник силуэт. Сердцебиение тут же участилось, когда мозг понял, что это не дедушка Иша. Более того, Ева вовсе не в их доме в деревне, а в новом месте — в апартаментах на авианосце. И в этих апартаментах не должно быть кого-то, кроме неё.

Невольно вскрикнув и резко сев, девушка стала озарятся в поисках чего-либо для защиты. Только теперь, окончательно проснувшись, узнала Лекса. И застыла в недоумении — он стоял в одних трусах, с маленьким полотенцем на голове. В их первую встречу он и вовсе был голый, но сейчас не было оправдывающих обстоятельств в виде колбы.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она и уже собиралась возмутиться его видом, пускай сложно было придраться к его телосложению, как вдруг вспомнила детали своего отхода ко сну.

Она не планировала засыпать. И уж точно не ожидала гостей. После душа на ней не было одежды — менять попросту не во что. В сидячем положении одеяло прикрывало только ноги с животом, и девушка с поджатыми губами и выступившем румянцем поспешила сгруппироваться и тут же натянуть одеяло аж до подбородка.

— Извини, не хотел будить, — сказал Лекс, повернувшись спиной и продолжая вытирать волосы. — Ты раскрылась, и мне показалось, что замёрзла.

— Что. Ты. Здесь. Делаешь?! — повторила она, теперь уже с нотками ужаса.

Ужас был от осознания возможного ответа, с которым девушка в очередной раз не прогадала.

— Меня распределили в эту каюту, — спокойно пояснил Лексар, словно в этом не было ничего странного.

Лорис уже не сомневалась, с чем связано решение о именно таком соседстве.

Говорила же мама, врать — плохо.

Глава 7 Элегантный способ выйти из ссоры

Звонок по голографу в поздний час редко предвещает добрые вести.

Несмотря на глубокую ночь, Ренри и не думал ложиться спать. Пальцы быстро скользили по голографической клавиатуре, формулируя запрос на углубленное исследование организма Лекса. Он первым узнал шокирующие результаты и пока поделился ими только с самим Велиданом и небольшой группой лаборантов, проводивших обследование

Когда устройство замигало, он ожидал увидеть идентификатор кого-то из высшего командования. Вместо этого на экране высветился ID Лекса, с которым они расстались всего час назад.

Когда мужчина вернулся на базу, друг не думал обнаружить его под присмотром целого конвоя военных. Азиат стал свидетелем двухчасового допроса (правда, его туда не пустили). Потом, уже без лишней охраны, Лекса отправили на медицинское обследование. Нескольких специалистов быстро посвятили в суть проблемы: нужно было выяснить источник его сверхчеловеческой силы и проверить на наличие шпионских устройств.

Ренри то и дело наведывался в лабораторию — а именно, примерно раз в пятнадцать минут, чем несколько нервировал работников. Но любопытство грызло его нестерпимо, да и с главой исследовательской группы у него были хорошие отношения, поэтому его присутствие терпели.

Между визитами он пытался вытянуть из друга хоть какую-то информацию, но Лекс и сам мало что знал.

Новость быстро разлетелась среди руководства, и в лабораторию начали наведываться высокопоставленные лица. Их нельзя было не пустить, хотя их вопросы только мешали работе.

Экспресс-анализ крови не показал ничего необычного. Но когда дело дошло до ЭКГ и УЗИ, приборы начали выдавать абсурдные показания. Рентген и вовсе демонстрировал нечто невообразимое — стало ясно, что с телом Лекса происходит что-то за гранью понимания.

— У него как будто весь скелет из металла, — наравне с остальными рассматривая снимки, пробормотал Ренри. — Но протезам не требуется кровеносная система.

— Нужно провести вскрытие, — негромко уведомил начальник лаборатории Лекса.

Он был уверен, что тот воспротивится столь радикальным мерам, но ничего другого предпринять не мог. Конечно, можно было сделать МРТ всего тела, но аппарат простаивал неисправным уже около месяца.

Велидан же отнёсся спокойно к данному решению — раз никак иначе невозможно узнать правду. Занимаясь раньше выращиванием органов, парень спокойно относился к такого рода вещам. Но тут вмешался Ренри, сбегавший за странными приборами.

— Погодите, у меня есть другая идея, — заявил он, вызывающе прерывая подготовку к операции.

Пришлось вступить в спор с начальником, который Ренри в качестве излишне любопытного зрителя ещё терпел, но вот в роли исследователя видеть не желал. Десять минут азиат доказывал: если три разных аппарата показывают наличие металла, возможно, это не ошибка. Обычное вскрытие могло быть опасным.

В итоге ему дали шанс, однако вид его приборов устрашал Лекса куда больше, чем перспектива вскрытия.

— Это мое личное изобретение, — с гордостью пояснил Ренри, облепляя тело друга странными присосками. — Отлично просвечивает технику и сложные механизмы.

Тот тяжело вздохнул.

— Меня током не шарахнет? — уточнил Лексар, скептически разглядывая аппаратуру, но друг покачал головой.

Получив результаты в трёх проекциях, Ренри мельком пробежался взглядом на картинам, а потом вдохновлённый умчался в свой кабинет. Зря — стоило ему исчезнуть, как начальник отдал приказ готовиться к операции.

Наркоз подействовал странно. Тело Лекса отключилось, но сознание осталось — он слышал все вокруг, но не мог пошевелиться. В первый момент его охватил ужас — вдруг он почувствует скальпель? Но тело будто превратилось в деревяшку, не подавая никаких сигналов.

Операция прошла быстро. Послушав предостережения Ренри, медики ограничились небольшими разрезами на предплечье и около ключицы. Никаких механических деталей не обнаружилось — только странно серые кости. В связи с этим было принято решение взять на анализ костный мозг, хотя биоптическая пункция считалась устаревшим методом. Даже это оказалось непросто — мышцы мешали добраться до нужных участков. К концу процедуры Лекс начал приходить в себя.

Еще несколько часов он провел в стационаре, пока шли анализы. Затем появился Ренри с результатами. После этого прибыла парочка представителей высшего руководства, но их устроило одно лишь известие об успехах в исследованиях, однако в устной форме доклад не воспринимали. Бюрократия и связанная с ней тягомотина пережила даже апокалипсис.

Теперь азиат корпел над официальным отчетом, разжевывая сложные моменты, а Лекса отправили отдыхать в выделенную каюту перед новыми тестами. Хорошо хоть накормили — еще в стационаре.

Аппартаменты оказались не личными — на кровати крепко спала Эвелин. Раньше Лекс жил в двухкомнатной каюте на шестерых, так что один сосед казался роскошью.

Ранее прошедший допрос был напряженным — с ним говорили почти как со шпионом. Касались и последних событий — Лекс продолжал настаивать, что Ева его невеста. Голова раскалывалась от вопросов, но он считал: если уж врать, то до конца.

Вот и последствия.

Приняв душ, мужчина вернулся в комнату, где остановился напротив кровати. К этому моменту Ева почти раскрылась и, учитывая её наготу, Велидан со стороны мог сойти за извращенца. Он внимательно рассматривал её с минуту, но взгляд был лишён похоти. Его самого это удивляло. Каждый раз при взгляде на Лорис, Лекс ощущал незнакомые ранее мысли и эмоции, возникающие на пустом месте. Сформулировать их было сложно даже для самого себя. Они походили на желание оберегать и защищать, при этом не связанное с романтическими чувствами. Да и откуда им было взяться за каких-то несколько дней знакомства.

Девушка стала шевелить ладонью в поиске одеяла и проснулась, когда парень начал накрывать её.

Реакция Эвелин оказалась ожидаемой. Видимо, она рассчитывала на отдельную комнату или хотя бы на соседку вместо соседа.

Когда Лекс присел на край кровати и стал вытирать волосы, она обмоталась в простыню и проследовала к шкафу, в котором нашёлся комплект из робы и штанов на пару размеров больше. С армейской скоростью Лорис оделась и обнаружила, что мужчина имеет явные намерения отхождения ко сну. Вернувшись за простынёй, он стал деловито поправлять бельё на кровати.

— И тебя такой расклад устраивает? — поинтересовалась Ева.

Тот кивнул.

— Это неплохие условия. Большинство живёт в блоках с двухкомнатными каютами, где располагаются по четыре-шесть человек. На этом этаже расположены семейные одиночные номера, ну и личные апартаменты для важных персон, — рассказал парень.

Скрестив на груди руки, Лорис остановилась с другого края кровати. Она была двуспальной и легко поместила бы даже троих, но девушка попросту не хотела делить место для сна с кем-либо. Пусть ей выделят более скромные условия, но хотя бы с личной кроватью и соседями женского пола.

— И что, мы теперь спать вместе должны? — вслух рассуждала она. — Ах, я поняла. Ты с самого начала всё так придумал, раз знал, что могут отправить жить к кучке мужикам. Решил за мой счёт улучить жилищные условия? Можно было моё мнение сначала спросить, — вдруг завелась Эвелин.

У неё всегда портился характер и развязывался язык в моменты сильного голода, а поесть так и не довелось.

— Ты думаешь, когда ты вывалилась из багажника, я сразу стал планировать, как устроиться поудобнее? — возмутился Лекс.

— Зачем вообще врал про нашу помолвку? Из-за этого нас и поселили вместе! — игнорируя его вопрос, девушка отошла к столу и стала ногтем ковырять старое лаковое покрытие, которое по углам начало отходить. — Я не знала, что говорить на допросе! Наверняка наши показания разошлись, и теперь меня сочтут шпионкой! — продолжала высказывать Эвелин свои переживания, перерастающие в истерику.

Стресс в этом мире накапливался быстро, а сбрасывать его было негде. Если не выпускать пар вовремя — рано или поздно рванет.

Где-то в глубине она понимала — Лекс ни в чем не виноват. Он хотел помочь, когда рисковал жизнью, спасая ее от колорада. Да и в «Ментор» она тогда не собиралась.

Ева смотрела на мужчину через зеркало над столом. Он стоял к ней боком, поэтому эмоции плохо прослеживались — лишь тяжёлый вздох выражал отношение к этому разговору.

— Что ты мне сейчас предлагаешь? Пойти в чужую каюту и поспать там? Хорошо! — легко согласился Велидан, не имея желания продолжать этот спектакль.

Но слова разошлись с делом — он плюхнулся на кровать. Ева аж словами подавилась от возмущения и развернулась, но тут же одумалась отвечать. Подбежав, она потрясла соседа за плечо и несколько раз окликнула — никакой реакции. Пальцами она стала нащупывать пульс на шее, который едва прослеживался, тогда как ухом приблизилась к лицу. По крайней мере, дыхание присутствовало. Только сейчас Ева обратила внимание на повязку вокруг предплечья и большой пластырь в районе ключицы. Приняв их за признаки ранений, она связала данное обстоятельство с потерей сознания и почувствовала нарастающую панику. Что она может сделать в ещё чужом для неё месте, без каких-либо приспособлений под рукой? Еве даже голограф ещё не выдали для связи.

Вспомнив про устройство, Лорис бросилась в ванную, где стала копаться по карманам мужской одежды и нашла заветную флешку. При нажатии на одну из боковых кнопок возник уже знакомый виртуальный экран. Не составило труда в главном меню отыскать список контактов, вбитых в устройство по умолчанию, но их оказалось очень много — наверное, все члены «Ментора». Усложнялось всё тем, что обозначены они были не именами, а ID. Судорожно листая вниз, Ева порадовалась, что её память запоминает, порой, не очень нужные вещи. При первой встрече с Ренри девушка обратила внимание, что его ID несколько отличается от имени. «Роу Ли» или как-то так. Такой контакт нашёлся, и, к большой радости, ответил азиат почти сразу.

— Лекс сознание потерял! Что делать? — выпалила Эвелин, возвращаясь в комнату, чтобы продемонстрировать по видеосвязи валяющееся на кровати тело.

Ренри, удивленный ее лицом вместо Лекса, в следующее мгновение уже бежал к ним.

Глава 8 Исключительный мужчина и девушка из цеха

Ренри действовал нелогично, бросившись спасать друга вместо вызова врачей, но первая реакция оказалась именно такой. От рабочего места до жилого блока, где находились их каюты, было всего пару минут ходьбы. Номер апартаментов Лекс сообщил заранее, поэтому азиат быстро оказался у нужной двери. Как выяснилось, не каждый голограф мог открывать любую дверь.

Ева тщетно искала кнопку для открытия. Она прикладывала голограф Лекса к ручке, затем к другим частям двери, но ничего не происходило

— Как открыть дверь? — крикнула девушка и, не дожидаясь ответа, бросилась к столу, куда перед умыванием сложила немногочисленные вещи из карманов.

После допроса ей вернули все: зажигалка, компас и плеер с наушниками — проверяющие сочли их безопасными. Схватив плеер, Эвелин вернулась к двери, которая в этот момент чудесным образом открылась.

Ренри влетел в помещение и устремился к кровати, повторяя действия, которые до этого предпринимала Ева.

— Он же просто спит, — констатировал он спустя минуту после осмотра.

— Он упал прямо во время разговора и не откликался! И пульс слабый! — возразила девушка, уверенная, что так засыпать — нездоровый признак.

Ренри спокойно накрыл друга одеялом.

— Для спящего это нормально. Лекс, когда сильно устаёт, может отключиться за секунду, и разбудить его тогда почти невозможно. Такое уже бывало. После долгих обследований и наркоза это неудивительно.

Ева хотела подробнее расспросить о наркозе. Она даже не знала, где был Лекс всё это время и что с ним делали.

Её собственный желудок истошно заурчал отчаянным возгласом кита.

Хмыкнув, Ренри предложил показать ближайшую столовую. К счастью, она работала круглосуточно из-за ночных смен, и сейчас здесь было немноголюдно.

Столовая соответствовала классическому представлению: витрина со скромным выбором — пара гарниров и нечто, отдалённо напоминающее мясо; подносы и посуда в одном конце, касса с автоматической оплатой — в другом. Эвелин удивилась необходимости платить — она думала, "Ментор" существует на принципах бартера.

— Не-е-т, это бы всё усложнило, — покачал головой Рен. — Многие здесь просто ради более-менее комфортной жизни. Без валюты они бы работали спустя рукава. Она называется баллы — их начисляют за выполнение рабочих заданий. Не волнуйся, у меня их много — бери, что хочешь, — не без гордости добавил он.

Обрадованная, Ева наложила щедрые порции. Она едва сдерживала слюни, пока азиат оплачивал еду, после чего они устроились за столом, где Лорис набросилась на долгожданный ужин.

— На что ещё можно тратить баллы? — поинтересовалась она с набитым ртом.

Ренри не смутился — он понимал, как она голодна, если последний раз нормально ела больше суток назад.

— В общем, не на многое. Магазинов или чего-то подобного тут нет. Базовые нужные вещи выдаются по запросу — к ним относятся средства гигиены, несколько комплектов одежды и ещё по мелочам, — стал рассказывать мужчина. — Если тебе нужна дополнительно, скажем, запасная куртка, то тогда ты можешь купить её за баллы. А, ну и с лекарствами та же фигня. Как ты понимаешь, по необходимости тебе предоставляют медикаменты бесплатно, но не все. Раненые пребывают каждый день, так что это весьма ценный расходник. А ещё бывает, что человек в критическом состоянии — настолько, что ему требуется протез или другой орган. Бесплатно на такую плюшку могут рассчитывать только о-о-очень важные шишки.

Хотя Ренри выглядел старше Лорис лет на десять-пятнадцать, его манера речи была молодёжной, стирая разницу в возрасте и статусе.

— Тут выращивают органы? — удивилась она.

До апокалипсиса медучреждения во всём цивилизованном мире освоили данную технологию, однако в нынешних условиях подобные работы казались чем-то невозможным.

— Да, и процесс это очень дорогой, — кивнул Рен. — Поэтому, если у тебя откажет, к примеру, печень, то нужно будет заплатить очень много баллов, чтобы тебе поставили искусственную. Я до сих пор возмущён тем, что Лекс не захотел возвращаться к этому. Раньше он тоже состоял в лаборатории, которая выращивает органы.

— Лекс? — переспросила Эвелин с нескрываемым удивлением.

Он больше походил на боевика, чем на учёного. Этим домыслом она поделилась с Ренри, и тот улыбнулся.

— Я тоже, знаешь ли, не только циферки в компухтере набираю и гайки кручу, — опять свёл он разговор к теме о себе. — Во-первых, все при вступлении в «Ментор» проходят базовую военную подготовку. Так что и тебя научат обращаться с оружием и оттачивать быструю перезарядку. Во-вторых, мы с Лексом довольно давно здесь, и за это время в столько разных переделок встряли. Тут хочешь-не хочешь, а если прижмёт, то и танк научишься водить. Естественный отбор во всей его красе — усмехнулся он, попивая чай.

Ева, слегка утолив голод, вспомнила главный вопрос.

— Так что с ним, выяснили?

Похоже, всё это время азиат терпеливо ждал этого вопроса, чтобы теперь начать длинный рассказ о том, как ему повезло узнать о произошедших на миссии событиях первым и вклиниться в исследования.

-… так что они ничего сами выяснить не смогли бы, просто потому что подход неверный. Ну, или делали бы это значительно дольше. Я же использовал собственное изобретение — вообще оно помогает мне чинить и проверять всякие устройства и механизмы. С помощью спектрального анализа на высоких частотах оно выдаёт картину в трёх проекциях. Её сходу не расшифруешь, и мне понадобилось несколько часов. Зато как удобно — представь себе, могу узнать состав сплава, из которого изготовлен какой-нибудь подшипник. Или же увидеть износ детали и рассчитать оставшуюся долговечность, — вдохновлённо рассказывал Ренри.

— А при чём тут Лекс? — не поняла Ева, закончив есть.

Азиат очень любил свою работу и так же сильно любил про неё рассказывать, поэтому в разговоре легко мог увлечься и понестись не в ту степь.

— В общем, оказалось всё именно тем, что показывали все эти ЭКГ и прочие рентгены, — подвёл итог Рен, с победным грохотом опустив пустую чашку на столешню. — Как бы это по-простому объяснить… В общем, тело Лекса укреплено по методу вроде экзоскелета, только изнутри. Понятия не имею, кто и как это провернул, потому что даже для доапокалиптических времён данный результат является чем-то на грани фантастики. Его кости покрыты очень тонким слоем сплава на основе рения. Это один из самых прочных и крепких металлов. При этом напыление настолько ювелирное, что практически не влияет на массу. Не помню, конечно, сколько Лекс раньше весил, сейчас его масса составляет девяноста семь килограмм. Не самая маленькая, но не такая, чтобы можно было предположить о наличии металла в костях. Между прочим, у рения сравнительно высокая плотность — двадцать один грамм на кубический сантиметр, — начал мужчина глумить голову ничего не говорящими Еве цифрами.

Известие об укреплённых костях не удивило её так, как могло бы, но представить технологию для поворота такого трюка фантазии не хватало.

— Но как это объясняет его силу?

— А никак, — вдруг отрезал Ренри. — Это напыление только необходимость, чтобы Лекса не переломало от своей же отдачи. Сила действия равна силе противодействия, и не укреплённый скелет не смог бы выдерживать нагрузки от его собственных ударов. Фишка кроется в другом, и это ещё более невероятно, — он сделал короткую паузу, чтобы нагнать ещё больше интриги. — Ему встроили полимерные волокна в собственные мышцы. Там такое сложное соединение, что я даже не уверен, получится ли выяснить его состав. Одно могу сказать точно — что-то подобное мог придумать и провернуть только гений.

На минуту повисло молчание. Эвелин переваривала информацию и отчаянно пыталась представить, каким образом провели такие манипуляции с телом. Разрезали по кусочкам? Вскрывали фрагментами, вытаскивали кости, разделяли мышцы и вшивали в них волокна? Если так, то хорошо, что Лексар ничего не помнит.

В очередной раз девушка поймала себя на глупой жалости. Только избавившись от плена, где над его телом ставали эксперименты, Велидана снова ждала перспектива быть подопытным.

— А про зрение выяснил? — вспомнила Лорис, и собеседник уточнил, что она имеет ввиду. — Он не говорил? Лекс отлично видит в темноте. Ты не обратил внимание на цвет глаз? — удивилась она.

— Слушай, мужчины подобные мелочи не замечают. Я даже цвет глаз своей сестры не помню, хотя мы видимся куда чаще, — фыркнул Рен.

Вскоре азиат ушёл — к утру нужно было отправить отчёт.

Оставшись одна, Ева вернулась в жилой блок. У двери она ругнулась про себя — так и не спросила, как её открывать. Афишировать способности плеера не хотелось - отберут и не вернут.

Прибор непонятным для Лорис образом воздействовал на любые электронные замки, находящиеся на расстоянии меньше одного метра, но это происходило только когда проигрывалась музыка. Правда, девушка частенько забывала её выключить в наушниках, поэтому иногда открытие срабатывало случайно — например, как вышло с Лексом.

Заметив камеру, она решила не рисковать. Для виду постучала и, не получив ответа, отправилась исследовать блок.

Многие зоны были закрыты. Различные склады, производственные помещения, лаборатории — всё это удавалось, в лучшем случае, мельком увидеть через открывшуюся на пару секунд дверь. Под конец пешего путешествия Ева наткнулась на любопытное место. Оно состояло из нескольких помещений для досуга. Доступ в них оказался свободным, так что удалось побродить и ознакомиться с возможностями.

В одном обнаружился небольшой спортивный зал. Тренажёров немного, но само их наличие радовало. В столь раннее время здесь почти не наблюдалось людей — только бегающая в отведённой для этого зоне девушка и мужчина, который занимался с гантелями.

Рядом располагалась творческая зона — краски, холсты, глина, нитки для плетения. На верхних полках — наборы для алмазной мозаики. Вряд ли это производили здесь — скорее, наследие прошлого.

Как выяснилось позже, Ева ошиблась. Кое-что делали и сейчас — например, одежду, в цехах с минимальной автоматизацией.

С внутренней кухней данных процессов девушке предстояло ознакомиться подробнее и в дальнейшем иметь с ними дело — потому как распределили её на работу именно сюда. Ева не обладала исключительными знаниями или навыками просто потому, что не успела полноценно вырасти и выучиться в мирное время. Ренри утверждал, что ей повезло получить такое распределение, а не миссии на выездах. Лорис подозревала, что данное решение связано с недоверием в её сторону.

Так она думала, но лишь первое время.

Работа оказалась каторжной. Она включала целый ряд обязанностей, начиная с таскания различных тяжестей и заканчивая необходимостью по двенадцать часов сидеть за швейным оборудованием, скрючившись креветкой. Ещё и рабочий день был ненормированным из-за вечных авралов.

Через неделю Ева перестала понимать, какой сегодня день. Она забыла, как выглядит солнце — даже сквозь вечную пелену облаков. С Лексом они почти не пересекались — мужчина пропадал на обследованиях, появляясь лишь чтобы поспать. Пару раз они сталкивались в дверях, обмениваясь обрывками фраз.

Решение по расселению было отложено Евой на неопределённый срок — хотя бы до тех пор, пока организм не привыкнет к такому ритму жизни. Она стала думать над тем, чтобы записаться даже в «пушечное мясо» — лишь бы не ходить больше в душный цех. Первое время теплилась надежда завести новые знакомства, но специфика работы не предрасполагала. Все были очень заняты, а привычной вертикали должностей и начальства не имелось.

После очередной смены Эвелин волокла ноги в каюту, предвкушая крепкий сон. Но едва она вошла в помещение, застала соседа на кровати. И он был не один. В полупрозрачной ночнушке нависая сверху, словно грациозная кошка, замерла брюнетка немного старше Евы. Её ладонь находилась на оголённой груди парня, который в своей позе больше походил под описание «бревно».

Девушка пискнула извинение и уже хотела ретироваться, но вовремя вспомнила — их считают парой. Легенду нужно поддерживать.

— А это еще кто?! — возмутилась она, упирая руки в бока. — Лекс, как ты мог? Ты же клялся мне в вечной любви! - продолжила Лорис свой театр одного актёра.

Брюнетка в него поверила. Тут же рывком села на край кровати, поджав ноги, и попеременно посмотрела на мужчину и на незваную гостью.

— Так это правда? — подала она голос, в котором прозвучали нотки отчаяния.

Уже знакомый тяжёлый вздох красочно выражал отношение к ситуации. Ева не поняла, помогла ли она ему или всё испортила.

— Лан-Лан, я же говорил. Давай не усложнять жизнь, — устало произнёс Велидан.

Ожидаемых слёз и показательных хлопаний дверью не последовало. Вместо этого с выкриком «Стерва!» брюнетка броском кобры кинулась в сторону Эвелин, которая вовсе не собиралась становиться участницей женских боёв без правил за звание «единственной» для просто невероятной исключительности мужчины. Но в таких делах мнение оппонента спрашивать не принято.

***

Глава 9 LEX_004

Лекс был несколько озадачен, когда перед запланированным отходом ко сну в гости явилась Лана. Девушка выглядела встревоженной, и отправить её восвояси, не выслушав, он не мог.

Нынешнее состояние не предрасполагало к приёму гостей или просто к излишним телодвижениям. Добровольно-принудительные исследования изматывали не только психологически, но и физически. Особенно после вчерашнего — Ренри с глазами, полными надежды, попросил разрешения извлечь небольшой кусочек мышечной ткани, чтобы наконец попытаться определить состав того самого полимера.

Велидан никогда не жаловался и стоически переносил все процедуры. Где-то в глубине сознания теплилась мысль, что чем лучше его изучат, тем выше шанс, что подобные технологии смогут применять на других членах «Ментора». Это означало больше успешных операций, меньше погибших товарищей… Иногда, лежа ночью с открытыми глазами, он представлял, как его наработки спасают чьи-то жизни. Эти мысли помогали терпеть.

Лана прошла в комнату и присела на край кровати. Лексар стоял неподвижно, ожидая объяснений, но девушка упорно молчала, будто играя в партизана. Через минуту он тяжело вздохнул и присел рядом, ощущая, как усталость давит на плечи.

— Что случилось? — спросил мужчина, стараясь сделать голос мягче.

— Говорят у тебя есть невеста? — наконец вырвалось у Ланы, и она подняла на него глаза, в которых смешались обида и какая-то детская растерянность.

Лекс почувствовал, как в груди что-то неприятно сжалось. Можно ли доверять эту историю давней знакомой? Он колебался буквально секунду, но этого хватило, чтобы Лана напряглась.

— Всё верно, — утвердительно кивнул он.

— Не верю! — вдруг воскликнула Лана.

Брюнетка вскочила, как ошпаренная, и в два шага сократила расстояние между ними. Ее пальцы впились в его плечи с такой силой, что даже закаленные мышцы почувствовали давление.

— Ты же всегда… — она внезапно запнулась, впервые по-настоящему разглядев его глаза с близкого расстояния.

Ярко-фиолетовые радужки казались неестественными, почти искусственными, лишенными того живого блеска, который она помнила.

— Твоё дело, — пожал плечами Лекс, не имея намерений настаивать на своём. — У тебя нет причин доверять мне, — добавил он.

Он прекрасно понимал — после стольких лет отсутствия любое его слово должно вызывать сомнения. В их мире люди менялись, предавали, попадали под влияние. Кто знает, что с ним происходило все эти годы?

— Нет причин? — голос Ланы дрогнул, в нем явственно проступили боль и что-то еще. — Ты хоть представляешь, что я почувствовала, когда со мной связался брат и сказал, что ты вернулся? Мы все… мы давно похоронили тебя, Лекс. А ты появляешься — живой, невредимый, точно такой же, каким был пять лет назад.

Она опустила голову, демонстрируя собеседнику черноволосую макушку. Велидан же, по своему обыкновению, неправильно расценил сказанное.

— Ну извини, что разочаровал, — хмыкнул он.

Лана снова посмотрела на парня, пытаясь понять, дурак он или притворяется.

— Ты действительно не понимаешь? Я… я люблю тебя! Всегда любила! — выпалила она и на эмоциях толкнула Лексара в плечо, заставив откинуться и упереться локтями в матрас. — Поэтому теперь не смей куда-то пропадать. Второй раз я этого не выдержу.

Брюнетка скинула длинный халат на пол, под которым оказалась полупрозрачная ночнушка, предназначавшаяся для чего угодно, только не для сна. Она положила руку на мужскую грудь, на четвереньках замерев перед ним, пока тот молчаливо остолбенел от происходящего.

Лекс подумал, что в последнее время ему стало сложно понимать истинное значение слов, которые ему говорят — причем независимо от собеседника. Он воспринимал всё буквально, а вкладываемый эмоциональный подтекст — будь то сарказм, угроза или благодарность, вовсе проходил мимо.

Все эти словечки про мужа от четырнадцатилетней Лан-Лан никогда не воспринимались им всерьёз. Она была сестрой друга с приличной разницей в возрасте. Даже теперь, когда Лана стала сформированной девушкой на пике своей красоты и женственности, Велидан не видел в ней объекта для романтических чувств.

Электронный замок входной двери негромко щёлкнул, и в проходе появилась Ева. Лекс мысленно поблагодарил ее за своевременное появление — Лана наконец отпрянула от него. Лорис, быстро сообразив ситуацию, начала разыгрывать спектакль ревнивой невесты. Лана сначала замерла, затем ее лицо исказилось от боли. Прежде чем Лекс успел что-то предпринять, она с криком бросилась на Еву с явным намерением покалечить.

Его тело среагировало мгновенно, будто на автопилоте. В замедленной съемке он видел, как Лана замахивается, как Ева инстинктивно прикрывает лицо руками. Одним плавным движением Велидан перехватил брюнетку, скрутив ей руки за спину с такой силой, что та вскрикнула от боли. Тем не менее, он продолжал удерживать её до тех пор, пока попытки сопротивления не прекратились.

— Отпусти! — уже начинающим срываться голосом повторила Лана.

Мужчина упорно игнорировал данное требование, но сейчас очнулся и освободил руки. Ева за прошедшие секунды переместилась к столу и пыталась продолжить играть негодование, но пальцы едва заметно дрожали. Она замерла, скрестив руки на груди, чтобы скрыть это.

Нет, едва не случившаяся рукопашная драка с разъярённой фурией отнюдь не самое страшное, что подкидывала когда-либо нелёгкая. Испугала реакция Лекса. Он словно бронепоезд — скрутил гораздо более хрупкую девушку и продолжал держать её, доставляя боль. Эта хладнокровность походила на инстинкт или же на реакцию закаленного в боях фсбшника, который даже при взрыве атомной бомбы будет продолжать исполнять назначенную задачу.

— Ненормальный! Ненавижу! — выпалила брюнетка прежде, чем вылететь за дверь в одной ночнушке, оставив ранее скинутый халат валяться на полу.

Когда дверь за ней с грохотом захлопнулась, Лорис стушевалась и присела, облегчённо выдохнув. Она пронаблюдала за мужчиной, который бы мог кинуться следом, но тот лишь поднял халат и повесил его на спинку стула.

— И кто это был? — поняв, что Велидан никуда не собирается, спросила Ева.

— Сестра Ренри, — пояснил тот и обратно опустился на кровать, уперев лоб в выставленную ладонь.

Голова разболелась от всего этого шума. Он удивился вопросу, но потом вспомнил — Ева была в багажнике, когда они впервые встретились с Ланой после его возвращения.

— Так это она? — вдруг встрепенулась Лорис и едва не застонала.

Ренри довольно часто упоминал родственницу в разговорах, и девушка уже имела своё представление о китаянке, как и желание если не подружиться, то иметь с ней хорошие взаимоотношения.

Почувствовав сухое першение в горле, мужчина поднялся, чтобы набрать воды в стакан, после чего остановился у шкафа и стал искать чистую футболку. Эвелин проследила за ним взглядом. Существует такое давнее поверье, что многие мужики любят по дому в одних трусах разгуливать — и пока что Лекс блестяще соответствовал этой теории. На его теле появлялись всё новые бинты, пластыри и повязки.

Надев спортивные штаны и футболку, Велидан засобирался на выход.

— Ты рзве не собирался спать? — удивилась Ева, видя его осунувшееся лицо и темные круги под глазами.

— Посплю в кабинете у Ренри, — Лекс слабо улыбнулся уголками губ. — Там уже моя персональная кушетка появилась.

Он прекрасно знал, что будет стеснять соседку, и это может вылиться в очередной спор. Девушка сначала было кивнула, но затем сообразила, с чем связано данное решение.

— Оставайся. Кровать большая. Я сейчас так устаю, что даже не замечу тебя рядом, — в ее голосе слышалась неуверенность, но и искреннее желание помочь.

Лексар подозрительно прищурился. Шестое чувство подсказывало, что если во сне он слишком громко перевернётся или — не дай бог! — случайно закинет руку на чужую половину кровати, то может оказаться на полу ещё до того, как проснётся.

— А как же личное пространство? — уточнил он с очевидной отсылкой к беседе в момент заселения.

— Слушай, как хочешь, уговаривать не буду, — отмахнулась Ева и взяла из шкафа чистую одежду, после чего отправилась в душ.

Когда она вернулась, Лекс уже спал, даже не сняв одежду. Его ровное дыхание прервалось, когда девушка выключила свет. Поняв, что разбудила его, Ева повернулась лицом к шкафу, пытаясь рассмотреть очертания мебели почти в полной темноте. Она надеялась, что через минуту-другую Велидан отправится назад в мир снов, но поверхностное дыхание свидетельствовало об ином.

— Спишь? — негромко спросила Эвелин.

Лекс неопределённо отозвался. В отличие от соседки, в темноте он видел всё довольно разборчиво, и сейчас рассматривал потолок, задумавшись над чем-то.

— Ну… Прости, что накричала тогда. Я на самом деле не считала так, как говорила, — решила девушка извиниться. — Я была голодная и на стрессе. В общем не думай, что сильно тут стесняешь меня. Мне тоже приходилось бывать в более некомфортных условиях, а тут всё довольно неплохо.

— Я это понял, — ответил Лекс просто, без упрека.

Разрешив свой внутренний конфликт, Ева подтянула ноги к животу и за несколько секунд провалилась в крепкий сон.

* * *

— Профессор, чем вы там увлечены? — поинтересовался Велидан, едва зашёл в помещение.

Мужчина сидел спиной к двери, увлеченно что-то программируя, его пальцы быстро стучали по клавиатуре. Лекс не был специалистом в кодах, поэтому даже не пытался вникнуть в мелькающие на экране строки — все эти скобки и команды казались ему китайской грамотой.

— Моей дочери в следующем году исполняется десять. Хочу сделать ей особенный подарок, — с небольшой задержкой отозвался собеседник.

Он развернулся и встал, устало потянувшись к потолку и разминая затёкшую спину.

— И что там будет, если не секрет? — Лекс прошёл к пустующему столу и привычно опустился в свободное кресло.

Парень довольно часто сюда приходил — обычно по рабочим вопросам. Но на кофе-брейк захаживал почти каждый день — уж очень ему нравилась компания профессора. Они работали в совершенно разных областях, что не мешало иметь множество общих тем, общаться или же увлечённо спорить.

— Секрет, — вдруг по-детски завредничал тот. — Не уверен, что успею закончить в срок, если только наш новичок мне не поможет. А вот, кстати и он, — указал мужчина ладонью на только что вошедшего азиата.

Он прошёл к креслу, которое минутой ранее занял Лексар, и в недоумении остановился. Запоздало Велидан на обычно пустующем столе заметил кружку с недопитым чаем.

— Это Роу Ли, — представил профессор новенького коллеге. — А это Лекс, он работает в отделе тканевой инженерии. Сможешь заказать у него почку, если откажет.

— Зовите меня Ренри, пожалуйста, — азиат настойчиво поправил начальника, но тот, как всегда, сделал вид, что не услышал.

Мужчина достал электронную сигарету и закурил прямо в кабинете, не стесняясь, но забыл предварительно снизить мощность подачи дыма, из-за чего закашлялся.

— Скоро вам новые легкие понадобятся, если не бросите эту привычку, — скептически заметил Лекс, пока соседка по кабинету возмущалась и недовольно хлопала тетрадью, разгоняя дым.

— Ладно, ладно, — профессор поднялся, откладывая сигарету. — Роу, я отправил тебе задание. Нужно будет написать модуль. Изучи мой код, если что-то непонятно — спрашивай. — мужчина вышел, оставив их вдвоем.

Очень уж не любил он на перекуры выходить на улицу — пока дождёшься лифта и сто с лишним этажей вниз съедешь. Всему виной случай, когда в здании аварийно отключилось электричество, и возвращаться в кабинет пришлось пешком.

— Тебе повезло с начальником. Он классный мужик, — уступив новенькому его законное место, Лексар без зазрений совести занял кресло профессора.

Тот только хмыкнул, из-за чего показался не очень общительным. Сделав глоток остывшего чая, Ренри открыл пришедший файл.

— Он, похоже, твой фанат, — вдруг выдал азиат, обращаясь к новому знакомому.

— С чего вдруг? — скептически вскинул брови парень, и тогда Рен жестом позвал его подойти.

Единственное вложение в сообщении имело короткое название: «LEX_004».

* * *

Ева проснулась от непривычного ощущения тепла. За последние месяцы она привыкла ворочаться во сне, пытаясь согреться под тонким одеялом — после сна она всегда мёрзла. Медленно открывая глаза, она осознала причину — её спина плотно прижата к груди Лекса, его руки крепко обнимали её талию, а дыхание ровной струёй согревало её шею.

С того вечера, как случился спектакль с участием Ланы они периодически спали в одной кровати — когда графики пересекались. Но мужчина никогда прежде не нарушал границ, строго обитая на своей половине.

Ева замерла, боясь пошевелиться. Впервые за долгое время девушку не била дрожь от утреннего холода. Она осторожно прислушалась — дыхание Велидана было глубоким и размеренным, сердце билось ровно и гулко где-то у неё за спиной.

Эвелин слегка пошевелилась, но Лекс не просыпался, лишь крепче притянул её к себе. Его пальцы непроизвольно сжали её бок, и девушка почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

Мужчина проснулся через пару минут от звонка на голограф, через который его упорно пытался разбудить старый-добрый друг.

Миновал месяц с момента начала исследований, и Велидан стал киснуть от своего распорядка дня. И от того, что не занимался самостоятельно чем-то полезным.

— Лана вернулась с миссии, сейчас в реанимации в тяжёлом состоянии, — сходу выпалил Рен голосом, полным отчаяния.

Лексар впервые слышал его таким.

Глава 10 Случайный шанс

Редкий выходной выдался сегодня, и Ева наконец выбралась из опостылевшего авианосца. Рассеянный свет после долгого пребывания внутри показался непривычно ярким, заставив её прищуриться. Она глубоко вдыхала свежий воздух, радуясь этой простой мелочи, и решила прогуляться по окрестностям.

Кроме основной дороги для транспорта, идти было практически некуда. Непроходимые природные заросли совсем не жаждали принимать гостей, но через нескольких сотен метров Лорис всё-таки обнаружила тропу, ведущую в овраг. Она стала спускаться, аккуратно ступая по слегка размытой после недавнего дождя земле, и вскоре вышла к роднику.

Вода в нём была кристально чистой и холодной. Место явно было известно многим — тропы редко возникают сами по себе, — но девушка всё равно обрадовалась находке.

Умывшись и сделав несколько глотков, Эвелин ненадолго задержалась у воды, рассматривая своё отражение. В кои то веке чистые волосы выглядели светлее, чем она сама привыкла их видеть. Уже не так сильно выделялись скулы от скудного рациона питания и в целом кожа приняла более здоровый вид, но из-за общей усталости лицо осунулось.

Сейчас всё складывалось неплохо. Крыша над головой в безопасном месте, регулярное питание — хотя времени на полноценные приёмы пищи по-прежнему не хватало. Когда базовые потребности удовлетворены, появляется возможность задуматься о чём-то большем.

Лорис размышляла о смысле своего существования. Неужели теперь ей предстоит всю жизнь проводить в цеху за пошивом одежды? Она сожалела, что не успела получить образование до катастрофы, как Лекс и Ренри, и на их фоне чувствовала себя бесполезной. Однако сегодняшним утром всё изменилось — появилось кое-какие перспективы, о которых девушка сейчас раздумывала.

На обратном пути Ева столкнулась с возвращающимся конвоем. Одна из машин остановилась, и вышедший мужчина потребовал предъявить ID. Лорис показала документ на голографе, после чего её беспрепятственно пропустили.

У входа разворачивалась тревожная картина — из тех же машин выгружали раненых, которых сразу увозили в авианосец. Уже второй раз всего за день.

Утро началось с ужасных новостей — Лана серьёзно пострадала. Ренри тут же связался с Лексом, и Ева стала невольной свидетельницей их разговора. Девушка выразила желание пойти с Велиданом, но по пути его задержали сотрудники медицинской лаборатории для очередных срочных анализов, поэтому Лорис отправилась к азиату одна.

Спустя четверть часа Лекс нашёл Ренри у дверей реанимации в компании Евы. Внутрь никого не пускали — и правильно, нечего отвлекать медиков, спасающих жизни. В узком коридоре столпились обеспокоенные родственники и друзья, создав небольшую толкучку.

— Много пострадавших? — спросил Велидан, положив руку на плечо друга и выводя его из оцепенения.

Тот безучастно пожал плечами.

— Около двенадцати человек. Пятеро или шестеро в реанимации, — ответила вместо него Ева, сохранявшая присутствие духа и уловившая обрывки разговоров.

Лексар непроизвольно сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Пока он оставался здесь, более слабые товарищи рисковали жизнями в схватках с мутантами и врагами. Подробностей он не знал, но Лана явно пострадала во время обычного продовольственного рейда — её обычного задания.

Развернувшись, мужчина решительно последовал к выходу, но был остановлен Эвелин, едва сделал пару шагов.

— Ты вот так бросишь Ренри? — удерживая его за запястье, возмущённо спросила она.

Лорис пыталась утешить азиата, но плохо знала его, чтобы подобрать нужные слова. Намерения Велидана оставались для неё загадкой.

— Лучшее, что я могу — начать приносить пользу. Будь я с ними, как в прошлый раз, жертв было бы меньше, — ответил он, не оборачиваясь, но и не пытаясь вырваться.

— А как же обследования? Их же ещё не завершили, — напомнила девушка.

Из всей троицы именно она сохраняла хладнокровие. Конечно, к смерти и ранениям невозможно привыкнуть, но Лана оставалась для неё лишь сестрой Ренри, с которой не сложились отношения. Это не шло ни в какое сравнение с гибелью дедушки Иши или расстрелом матери на её глазах.

— Меня уже изучили вдоль и поперёк. Взяли всё, что можно. Нет смысла отсиживаться, — Лекс попытался уйти, но девушка не отпускала его.

Она не соглашалась. Мужчина обернулся с явным недовольством.

— Думаешь, сможешь всех спасти в одиночку? — озвучила она его мысли. — Не только сила решает.

— Правда? — скептически хмыкнул Лекс. — По-твоему, того бегущего мутанта, который едва не снёс машину с тобой, можно было просто попросить развернуться?

Он явно был не настроении, и Лорис даже удивилась. Ей показалось, что парень достаточно холоден по отношению к Лане.

Автоматические двери открылись, пропуская новоприбывших. Один из них подошёл к Ренри и завёл разговор, содержание которого из-за шума разобрать было невозможно.

— Попросить — нет. Зато можно посыпать почву золой и пеплом, или же приготовить из них раствор и опрыскивать урожай. Тогда и набеги прекратятся, — ответила Ева, не понимая, почему этот метод до сих пор не применяют на фермах.

Лексар воспринял её слова как шутку. За последний век методы борьбы с вредителями кардинально изменились. Генномодифицированные культуры, вроде картофеля со скорпионьим геном, сделали многие традиционные способы устаревшими. Сейчас такие знания можно было найти разве что в старых книгах, ставших редкостью после катастрофы.

Шутки были неуместны, и Лекс всё-таки вырвал руку, скрывшись за дверью. Эвелин тоже не собиралась тратить время на споры. Раз хочет рисковать жизнью — его право. Но едва она повернулась к Ренри, как её остановил один из недавно вошедших мужчин лет пятидесяти.

— Прошу прощения, я только что случайно подслушал ваш разговор. Скажите, откуда у вас такие сведения? — спросил он, отшагнув в сторону из центра коридора.

Ева замешкалась. Она чувствовала себя неуютно, когда подслушивали, хотя в данном случае вряд ли это вышло намеренно.

— Ну… Это следствие моего увлечения, — ответила она покороче.

— У вас имеются какие-то источники с информацией о борьбе с вредителями? — продолжил допытываться мужчина.

Поняв, что быстро отвязаться не получится, Лорис вздохнула.

— Сейчас нет. Ещё до апокалипсиса у меня были книги по жесткокрылым, но они на другом материке, если вообще уцелели. Многое осталось вот здесь, — она пальцем постучала по собственному виску.

Мужчина, похоже, знал, что мутанты сохраняют многие черты своих прототипов.

— Вам стоит поговорить с главой отдела изучения мутантов, — заявил он тоном, не предполагавшим возражений.

Он достал голограф и начал набирать сообщение, пока Ева застыла в ошеломлении от неожиданного поворота. Она плохо знала структуру подразделений и удивилась существованию специального отдела.

— Я проходила тестирование на профпригодность, но направления на собеседование в этот отдел не получила, — осторожно заметила девушка.

— Потому что тест выявляет склонности к распространённым задачам, — объяснил мужчина. — Вам следовало сразу заявить о своих знаниях. В любом случае, приходите на собеседование.

Он запросил её ID, чтобы отправить координаты отдела и контакты начальника, после чего удалился по своим делам.

Когда ей пришло сообщение, Лорис вновь почувствовала себя неуютно. Мужчина оказался подполковником из отдела стратегического планирования. Её охватило беспокойство — достаточно ли почтительно она с ним разговаривала? Но тревога быстро сменилась мыслями о предстоящей встрече.

Вспомнив про Ренри, Ева вернулась к нему. Очевидно, лезть сейчас со своими новостями и вопросами было не лучшей идеей, хотя азиат и выглядел чуть бодрее, чем до разговора с подошедшим к нему мужчиной.

Вернувшись к Ренри, она увидела, что тот выглядит немного бодрее после разговора с незнакомцем.

— Что-то новое? — спросила Ева, присаживаясь рядом.

— Жизнь Ланы вне опасности, — кивнул он. — Она потеряла много крови, успели сделать переливание. Органы не затронуты. Будет на реабилитации.

Посещение всё ещё было запрещено до стабилизации состояния, но самое страшное миновало.

Они ещё немного посидели в коридоре, после чего Ренри сообщил, что вернётся к работе. Двое вместе сходили в столовую, где Ева рассказала азиату о разговоре с Лексом, а также о выданном ей направлении.

— Ой дура-а-ак, — протянул мужчина, выражая свои мысли в отношение друга, после чего принялся трезвонить ему на голограф, но тот игнорировал попытки связаться. — В чем-то он, конечно, прав. Все необходимые образцы мы взяли, осталось разве что черепушку вскрыть, но это совершенно не гуманно, так что остаётся ждать, когда МРТ починят. Если вообще смогут, — вспомнив, сколько времени аппарат простаивает в неисправном состоянии, прокомментировал Рен. — Но если не гонят, чего на месте не сидится?

— Наверное, не может по-другому. Или устал тут сидеть, — примеряя на себя ситуацию, предположила Ева.

Новость о собеседовании обрадовала Ренри. Он удивился её познаниям о жесткокрылых и заверил, что такие навыки точно пригодятся.

Воодушевлённая его словами, после обеда Лорис связалась с начальником отдела и договорилась о встрече. Прямо сейчас он не мог её провести из-за срочной работы — тогда-то девушка и отправилась развеяться на свежем воздухе. А когда время подошло, она направилась к стоянке электромобилей — отдел находился в другом секторе.

Как это часто бывает, перед дверьми на неё накатил мандраж и неуверенность в собственных силах. Показалось, что вся информация разом улетучилась из головы, словно там никогда и не была, и Эвелин остановилась в коридоре, не решаясь войти.

Она стояла до тех пор, пока из помещения не вышла какая-то девушка, едва не налетев на Лорис. Тогда она впервые вживую увидела протез, который заменял правую кисть незнакомки.

Глава 11 Собеседование армрестлингом

Когда человек пытается прыгнуть выше головы, у него редко что-то получается. Но Лекс не был обычным человеком. И в данном случае его превосходство оказалось скорее помехой, чем преимуществом.

Он уже который день пытался убедить руководство в необходимости вернуться к прежней работе — той, на которую устроился по возвращению. Но причины для отказа находились одна за другой: то группа уже укомплектована, то не хватает снаряжения. Бывший командир и вовсе отказался брать под своё начало «жертву экспериментов». Сила всегда заманчива, но в чужих руках она пугающе опасна.

В итоге Велидана направили в спецподразделение. По словам Ренри, чтобы попасть туда, нужно быть настоящим монстром. И Лексар вполне подходил под это определение. Проблема была не только в сложных заданиях, но и в особом «собеседовании».

Командир взвода в этот момент как раз проводил тренировку на крытом полигоне. Задача — за отведённое время найти и поразить несколько подвижных мишеней. Сам он сидел у входа на складном табурете, не отрывая глаз от таймера ра голографе.

Окинув взглядом помещение и обнаружив в поле зрения только одного человека, Лекс подошёл к нему.

— Вы — лейтенант Тайлер? — уточнил он, изучая лицо собеседника.

Фотографии из базы данных безнадёжно устарели. Черты вроде бы совпадали, но сейчас мужчина выглядел иначе — лет сорока, с густыми бровями, сведёнными к переносице. Одна из них была пересечена шрамом, тянущимся до линии коротко стриженных русых волос. Лёгкая щетина довершала образ, но больше всего впечатляла его мускулатура. Тайлер напоминал скалу, а в сидячем положении казался ещё массивнее. Вторая примечательная деталь — полностью протезированная левая рука.

— А ты кем будешь? — уточнил мужчина, кажется, позабыв о намечающемся пополнении в отряде.

— Лексар Велидан, направлен в ваш взвод в качестве боевой единицы, — то ли напомнил, то ли представился тот.

Тайлер кивнул и велел подождать окончания тренировки. Вскоре из полигона вышли бойцы — все как на подбор, с рельефными мышцами, проступавшими даже под плотной тканью камуфляжа. На их фоне Лекс выглядел задохликом.

Сложив учебное оружие, группа направилась в соседнее помещение, напоминающее спортзал с несколькими столами.

— К собеседованию готов? — уточнил Тайлер у Велидана после того, как большую часть подчинённых отправил заниматься крайне полезным делом — разгрузкой стоящего на входе электрокара.

Он снова достал складной табурет и уселся на него, хотя вокруг хватало обычных стульев.

— Так точно! — с готовностью отозвался Лексар и только потом решил уточнить детали. — Что мне предстоит сделать?

Тайлер громко рассмеялся. Его искренне удивило, что кандидата отправили в отряд, не предупредив о «вступительном испытании», которое проваливали 95% претендентов.

— Раньше я сам проводил собеседования, но начальству не нравилось, что в моём отряде всего два бойца. Пришлось упростить, — Тайлер скрестил руки. — Главное качество для спецподразделения — грубая сила. Можно быть ловким, быстрым, но если не вытащишь себя и напарника из трясины — ты нам не нужен. Семён — наш седьмой по силе, золотая середина. Твоя задача — продержаться против него в армреслинге хотя бы десять секунд.

Семён, как и остальные, выглядел внушительно.

— Побеждать не нужно? — уточнил Лекс, и командир вновь рассмеялся.

— Если так хочется, то можешь попробовать, — кивнул он.

Возникло предположение, что Тайлер не знает об особенностях Велидана, но это даже к лучшему. Наконец-то появился реальный шанс получить желаемую работу.

* * *

Много ли нужно человеку для счастья? Или хотя бы для чувства удовлетворения?

Эвелин который день с удовольствием спешила на новую работу. Прощай, душный цех с бесконечными переработками, больной спиной и чернотой в глазах. Теперь девушка не носила ничего тяжелее пачки бумаги, а основную часть дня проводила перед монитором, от которого зрение напрягалось куда как меньше, чем от вглядывания в мелкие строчки, оставляемые швейной машинкой.

Сотрудников в лаборатории было немного, и каждый занимался изучением конкретной задачи. Даже подруга появилась.

Нора была всего на три года старше, но уже имела солидный опыт. Под руководством старшего коллеги она изучала немутировавших жесткокрылых, проверяя различные гипотезы. Например, ходили слухи, что жуков-вонючек отпугивает луковая шелуха. Прежде чем данные попадали в архив, их тестировали: несколько несчастных насекомых помещали в условия с нужным воздействием, а затем фиксировали реакцию.

Сегодня Нора с утра выглядела встревоженной. Обычно она излучала спокойствие и добродушие, поэтому непривычное настроение сразу бросилось в глаза. Первое время у Евы возникало нравственное противоречие от этого образа с тем, как хладнокровно Нора ставит свои опыты над живыми жуками. К немутировавшим особям Лорис всё ещё испытывала тёплые чувства, а потому страдала всякий раз, как наблюдала за их мучениями. Разумеется она понимала важность и необходимость проводимых экспериментов.

Нора постоянно поправляла и перезакалывала кучерявые русые волосы, что под светом ламп отливали золотом, и это не осталось незамеченным.

— Что-то случилось? — оторвавшись от работы, осторожно поинтересовалась Эвелин.

Пока что её задача заключалась в систематизации данных о мутантах. Статьи сильно разнились по качеству, и руководитель поручил привести их к единому формату. Хотя Ева и торопилась закончить, чтобы приступить к собственным исследованиям, она не допускала переутомления.

— Да ничего, — сначала отмахнулась Нора, но потом всё же призналась: — У отца сегодня опять будут неприятности на работе.

— А чем он занимается? — спросила Лорис.

Ответить девушка не успела — в разговор вмешался руководитель, предложив сходить проверить, не привезли ли новых особей. Заодно — познакомить Эвелин с поставщиком.

— Вообще он возглавляет четвёртый отряд спецподразделения. Но поскольку наши сотрудники нечасто выезжают наружу, то периодически привозит найденных жуков с заданий. По моей личной просьбе, — по пути к стоянке электрокаров рассказала Нора.

Присвистнув, Ева в очередной раз заметила, что у многих людей здесь есть серьёзные связи.

Она машинально села за руль, но тут же поняла, что не знает маршрута. Нора предложила поменяться местами — дорога предстояла долгая, от кормы к носовой части авианосца.

— Вообще мой дядя, а не отец. Просто мои родители погибли, а при вступлении сюда он оформил надо мной опеку, чтобы было проще, — признавалась Нора.

— Я тоже лишилась своих, — с понимаем кивнула Эвелин. — Так какие у него проблемы на работе?

Из-за поворота внезапно вылетел электрокар, и они чудом избежали столкновения. Ева громко выругалась на водителя-шумахера, а Нора оставалась в спокойной меланхолии.

— Понимаешь, он очень привередлив к отбору людей в свой отряд. Сегодня как раз новый кандидат придёт, а после очередного отказа ему достанется от начальства, — вздохнула девушка.

Эвелин лишь хмыкнула. Даже ей было ясно: если в спецподразделение набирать кого попало, потери будут катастрофическими. Жёсткий отбор — единственный способ сохранить жизни на сложных заданиях.

— Кстати, всё хотела спросить… — Лорис слегка замялась, но отступать было уже поздно. — Удобно с протезом? Сильно уступает по функциональности обычной руке? - озвучила она мысль, которая не давала ей покоя ещё с самой их первой встречи.

— Нет, вообще не уступает, — спокойно ответила Нора. — Кроме чувствительности. Но даже её можно настроить и приблизить к настоящей, просто мне так удобнее.

Вскоре они прибыли к полигонам. Парковка была забита электрокарами, а этажом ниже слышались крики и улюлюканье — весьма необычно для этого места.

Нора быстрым шагов последовала вдоль перегородки полигона до одной из дверей, откуда и доносились оживлённые возгласы. Ева едва поспевала за девушкой, которая вошла в помещение и замерла на пороге, не веря своим глазам.

Пройдя следом, Лорис также остановилась рядом с коллегой, наблюдая поединок года.

По разные стороны стола, сцепив руки, Лекс и Тайлер выясняли, кто из них сильнее.

Со стороны казалось, что силы неравны, но Ева знала — это лишь видимость. Её больше удивило, что Тайлер, напоминавший гориллу по телосложению, не уступал Лексу. Велидан визуально уступал в размере мышц, но обладал по истине нечеловеческой силой. Хотя, если подумать, это объяснимо: они боролись левыми руками, а у командира вместо неё был протез от плеча.

Вокруг столпились бойцы, подбадривавшие соперников криками различного тембра и громкости.

— Что здесь происходит?! — звонко перекрыла гам Нора.

И в этот момент раздался громкий стук — рука проигравшего ударилась об стол.

Глава 12 Снова в путь

Любому человеку важно чувствовать себя нужным. Иметь цель, дело, приносящее пользу — это то, что наполняет жизнь смыслом.

После успехов Эвелин на её новой работе Лекс также получил возможность проявить себя. Правда, теперь их графики совпадали, и те редкие моменты уединения в каюте, когда они почти не пересекались, остались в прошлом.

Велидан уже успел поучаствовать в нескольких выездных миссиях под командованием Тайлера. Поскольку всё подразделение редко отправляли куда-то целиком, познакомиться с другими бойцами пока не удалось, но и в рамках взвода работы хватало.

Бойцы произвели хорошее впечатление слаженно работающей команды, в которой каждый по отдельности — профессионал. Лексар старался не высовываться, прислушиваясь к более опытным товарищам.

Сейчас мужчина прибыл к месту сбора в назначенное время и помогал загружать автомобили боеприпасами. Всё шло хорошо, пока не раздался знакомый голос:

— А вот и мой названный брат!

От этих слов по спине Лекса пробежали мурашки. Тяжёлая металлическая рука легла ему на плечо — Тайлер, проигнорировав приветствия других подчинённых, сосредоточил всё внимание на Велидане

После тестирования армреслингом командир выжил из ума. Встретив кого-то равного по силе, он стал называть только что вступившего новичка не иначе как «названным братом» и уделял ему слишком много внимания. Лекса это откровенно раздражало — он предпочитал сугубо профессиональные отношения. Но открыто дать отпор означало нажить проблемы, поэтому парень лишь морозился.

— Автомобили загружены. Выезжаем по расписанию? — спросил Велидан, забрасывая последний ящик с патронами.

— Да, если никто не опоздает, — кивнул Тайлер. — Как только соберутся все, проведу брифинг.

Детали миссии держались в строжайшей тайне даже для бойцов — стандартная мера предосторожности на случай утечки информации или шпионажа. Так противник не успевал подготовить засаду.

Вскоре к месту сбора начали подъезжать электрокары с остальными участниками операции. К удивлению Лекса, среди гражданских он заметил Еву в компании Норы. Последнюю он знал лишь как коллегу своей соседки и, кажется, родственницу Тайлера.

— Ты что здесь делаешь? — мгновенно оказавшись рядом с Эвелин, спросил Лекс без особого восторга.

Та даже растерялась от такой прямолинейности.

— Еду на миссию, — простодушно ответила она.

— Какого чёрта? — возмутился мужчина. — Ты хоть представляешь, насколько это опасно? Какое отношение ты вообще имеешь к этому? Твоё место в лаборатории!

— Нас специально пригласили из отдела, — вмешалась Нора. — В той зоне можно найти редкие виды для исследований.

Это объяснение совсем не удовлетворило Велидана. Он скептически оглядел обеих девушек. Их присутствие явно будет только мешать выполнению основной задачи.

— Вас послали собирать жуков, а нас — нянчиться с вами? — высказал он вслух свои мысли.

Тут уже уже возмутилась Ева.

— Вообще-то я еду как специалист по мерам противодействия мутантам, — не без гордости в голосе пояснила девушка. — И в случае возникновения затруднительных положений я буду давать рекомендации, которые вы, многоуважаемые бойцы элитного спецподразделения, будете исполнять, — она дёрнула подбородком вверх на последнем слове и скрестила руки на груди.

Лекс многозначительно вздохнул — так, как умел только он. Несколько секунд длилось немое противостояние, пока его не прервал знакомый голос:

— Это я их позвал, — появился Ренри, одетый для похода и с рюкзаком за плечами. — Задание крайне важное, от него зависит наше будущее. Профессионалы необходимы. И кстати, Тайлер со мной согласился, — по его словам было ясно, что азиат в курсе деталей, неизвестных остальным.

— А чего это ты не рад, что твоя невеста поедет с тобой? — скептически спросила рядом стоящая с Ренри Лана, метнув недоброжелательный взгляд в сторону упомянутой.

Ева предпочла использовать тактику игнорирования, чтобы избежать эскалации конфликта, и сосредоточенно копалась в своём рюкзаке, проверяя наличие всего необходимого.

— Да вы все с ума посходили, — вздохнул Лекс и задумчиво почесал затылок.

Он представлял, как будет защищать всю эту компанию в случае опасности. Слишком много людей, за которых он волновался, — это мешало сохранять хладнокровие.

— А тебе-то зачем? — обратился Велидан к Лане, кивнув на её недавно зажившее ранение.

Брюнетка резко встряхнула головой, рассекая конским хвостом воздух.

— Здесь больше платят, — коротко ответила она.

Для чего ей нужны баллы в месте, где почти нечего купить, Лекс спросить не успел. Тайлер созвал всех на брифинг. Шум стих, и командир начал:

— Цель миссии — привести в действие железную дорогу, соединяющую северо-восточное побережье с центром материка. Не так давно нами был отвоёван порт, в котором сейчас находится несколько гружёных суден. На борту много полезного, но автомобилями такое количество груза не перевезти — поэтому враги до сих пор всё не растащили. Железная дорога в данный момент не функционирует, хотя находится в надлежащем состоянии. Нужно произвести зачистку от скоплений мутантов и кое-какие ремонтные работы. Также в нашу миссию входит доставка продовольствия военным, которые охраняют порт, — описал Тайлер общую картину.

Он сделал несколько шагов в сторону подготовленных автомобилей в количестве шесть штук.

Он сделал несколько шагов к подготовленным автомобилям — их было шесть.

— До порта около 25 часов пути. Посередине — привал в старом лагере. Выезжаем с интервалом в 20 минут. Если будет засада, не погибнем все сразу. Вопросы?

Конечно же, они были, но не все решались их задать. По слухам, Тайлер не отличался терпеливостью к разного рода глупым уточнениям, что оказалось правдой, когда во взгляде проскочила агрессия при виде поднятой руки, но она тут же сменилась благосклонностью.

— Да, брат? — кивнул он.

— Зачем мы везём столько гражданских? — спросил Лекс, который до сих пор не понимал необходимости тащиться такой оравой. — Те, кто предоставляют разного рода информационную поддержку, разве не могут сделать это отсюда? — выразительно посмотрев на Еву, конкретизировал он.

Кажется, Велидан был одним из немногих, кто слегка отстал от реальности.

— Я понимаю твою логику, мой названный брат, — кивнул Тайлер. — Если бы у нас была такая возможность, то мы бы обязательно оставили в штабе тех, чьё личное присутствие не несёт необходимости. Но три года назад мы утратили последние крупные радиостанции, с помощью которых могли поддерживать связь на больших расстояниях. В голографы встроены радио с двухсторонней связью, но их площадь покрытия ограничена тридцатью километрами. По этой причине мы выезжаем именно с таким временным интервалом — чтобы иметь возможность оставаться на связи друг с другом, — весьма терпеливо для своего характера пояснил коминадир.

Больше вопросов не было, и вскоре первый автомобиль тронулся в путь. В течение двух часов все машины покинули территорию базы.

Эвелин оказалась во второй машине вместе с Ренри и двумя военными. За рулём сидела Лана, что не добавляло комфорта — брюнетка специально настроила зеркало заднего вида так, чтобы постоянно поглядывать на девушку.

Дорога предстояла долгая и, конечно, не обошлось без происшествий.

Несколько раз поступали сообщения о мутантах, преследующих другие автомобили. Приходилось либо ждать, либо искать объезд. Еву, как обычно, укачало ещё на серпантине, после которого она немного выпала из реальности и старалась лишний раз не беспокоиться.

«В случае чего военные разберутся», — успокаивала она себя и уставилась в окно.

За стеклом, заляпанным грязью и пеплом, проплывал бесконечный марсианский пейзаж — будто кто-то выжег Землю дотла и забыл убрать обугленные остатки. Там, где раньше бушевали джунгли, теперь торчали черные скелеты деревьев, словно гигантские рёбра доисторического зверя. Их кора осыпалась, обнажая древесину, покрытую странными наростами — то ли грибами, то ли окаменевшей смолой. Из зелени остались лишь пробивающиеся кое-где пучки жесткой травы, больше похожей на проволоку, да те редкие виды деревьев, которые ранее не росли в этих землях.

Вскоре выяснилось, что связь с первой машиной внезапно прервалась. Когда они добрались до места происшествия, Ренри велел Еве не смотреть и оставаться в салоне. Но любопытство взяло верх, и девушка пожалела об этом.

Эвелин не отличалась слабой психикой — иначе в нынешнее время не проживёшь. Однако пробежавший по коже холодок и подступившая тошнота напомнили, что она, всё-таки, не робот. Предстоящая картина навеяла ужас: под разбросанными

обломками автомобиля там и сям валялись оторванные части тел. Лорис заметила почерневшую руку под куском двери, которая продолжала крепко впиваться в ручку, и решила, что лучше ей действительно не вылезать. В воздухе стоял тошнотворный запах гари, железа и крови.

Военные обыскали место в поисках выживших — увы, безуспешно. Поражало их хладнокровие: среди погибших были их товарищи. Обследовав место, они нашли причину — заложенную мину. К этому времени подъехала третья машина.

— Впереди могут быть ещё мины. Нужно сменить маршрут, — отдал приказ Тайлер по голографу и выслал данные по новому пути.

Не было ясно, предназначалась ли эта мина конкретно для них или враги просто заминировали часто используемую дорогу. Останки пришлось похоронить на месте — этим занялись военные из подъехавших машин.

Всю оставшуюся дорогу Ева сидела как на иголках. Они понесли потери, не проехав и половины пути. А теперь их машина шла первой, принимая на себя основной риск

К счастью, подобных инцидентов сегодня больше не произошло. Кроме того, что с наступлением темноты их стали преследовать мутировавшие тараканы. Как и в других ситуациях, прямой стычки старались избегать, но от особо шустрых особей военным пришлось отстреливаться прямо во время езды.

Лишь в десятом часу вечера первый автомобиль наконец-то добрался до лагеря. Вот только он оказался совсем не таким, каким должен был быть.

Глава 13 Ужин у костра

Дорога до лагеря оказалась утомительной, и по прибытии Лекс имел только два желания: сытно поесть и завалиться поспать. К сожалению, план поездки не включал в себя остановки для приёма пищи.

По иронии судьбы, Велидан оказался в одной машине с Тайлером, ещё одним военным и молодым инженером. В начале пути они оживлённо беседовали, но после известия о подорвавшейся машине настроение испортилось. Теперь его друзья ехали в голове колонны, и это не добавляло спокойствия. Лекс то и дело связывался то с Ренри, то с Евой под надуманными предлогами, пока не обнаружил функцию отслеживания участников на карте — это немного успокоило его.

По прибытии в лагерь Лексар стал искать глазами здание, в котором предполагался ночлег, но увидел лишь полузаброшенную трёхэтажку с локальными завалами.

— Даже тебе досталось, — с сожалением хмыкнул Тайлер, обращаясь к зданию.

Это был не его первый дальний рейд, и лагерь часто использовался для стоянок. Низкие постройки редко становились мишенью, но, видимо, враги узнали о стратегическом значении этого места.

За бетонным забором там и сям валялись осколки блоков кирпичей и использованные снаряды. Прибывшие первыми успели очистить небольшой участок и проверить его на мины, но сил на полную расчистку территории уже не оставалось. Главной задачей теперь была организация ужина.

В походных условиях редко готовили полноценную еду — в основном разогревали сухпайки. Бойцы разбились на группы, грея пищу на переносных горелках, но Лекс никак не мог найти друзей.

— Один час на ужин. Далее займёмся подготовкой ко сну. Ночевать будем в здании, — Тайлер кивнул в сторону полуразрушенной постройки.

Все доклады он уже получил в машине, поэтому не стал отвлекать людей от долгожданного приёма пищи. Да и сам порядком проголодался.

— Кто-нибудь видел Ренри? Азиата вот такого роста? Или азиатку, возможно, в компании другой молодой девушки? — подойдя к одной из групп, спросил Лекс.

Опросив несколько человек, он наконец нашёл военного из машины друзей.

— Они ушла за территорию. Сказали, хотят поужинать у моря, — кивнув к себе за спину, с набитым гречкой ртом выговорил он.

Да, ведь где-то рядом должно быть побережье. Лекс давно не видел океана, но сейчас это его мало интересовало — впереди ещё будет возможность насмотреться. Он облегчённо вздохнул, но тут же нахмурился. Зачем так рисковать? Велидан запоздало вспомнил про карту и обнаружил, что группа находится всего в сотне метров от ограждения. Крики оттуда точно должны были быть слышны - если бы что-то случилось.

Выйдя за пределы лагеря, Лекс сразу ощутил перемену в воздухе. Солёный запах моря, знакомый и в то же время уникальный, смешивался с порывами ветра, заглушавшего тихий шум прибоя.

Впереди виднелся костёр. По мере приближения становились различимы фигуры сидящих вокруг людей, чья трапеза сопровождалась тихой музыкой.

Заметив приближающийся силуэт, Ева поспешила выключить плеер. Обсуждения тут же сменились напряжённым молчанием, но возобновились вновь, когда присутствующие узнали в мужчине Велидана.

Он остановился в метре от костра и недовольно скрестил руки на груди, после чего принялся отчитывать товарищей.

— Прямого запрета не было, но разве не очевидно, что покидать лагерь ночью опасно?

— Мы совсем рядом, — возразила Лана, кинув ищущий поддержки взгляд на брата, но Ренри активно уплетал гречку за обе щеки и не имел возможности что-либо произнести.

— По уставу, находясь под командованием Тайлера, вы обязаны согласовывать любые действия за пределами ваших полномочий, — продолжал Лекс. — Военные отвечают за вашу безопасность. Нельзя так пренебрегать правилами.

Воцарилась тишина. Казалось, Лексу удалось пристыдить злостных нарушителей, но его монолог прервала Ева:

— Мы оценили риски как минимальные, — объяснила она. — Лагерь в сотне метров на западе. С востока — только море, оттуда мутанты не нападут. Угроза может быть только с севера или юга, и в этом случае мы успеем вернуться.

Правила правилами, но в их мире можно сойти с ума, если постоянно жить в страхе. Людям нужна передышка. Большинство из сидящих здесь не видели моря много лет — кроме Ланы.

Лекс не разделял эту точку зрения. Даже при наличии веских причин, правила, по его мнению, нарушать было нельзя.

— Да ладно тебе, всё же в порядке, — добродушно вклинился Ренри.

Встав, он обошёл костёр, чтобы подтолкнуть Велидана к бревну, после чего надавил руками ему на плечи. Ожидалось, что это заставит мужчину сесть, но тот и не шелохнулся.

— Пусть уже все доедят, и ты поужинай. А через полчаса вернёмся в лагерь, — заверил друга азиат, но даже сейчас тот оставался непреклонен.

— Я вынужден сообщить командиру об… — Лексар прервался на полуслове, напряжённо замерев.

С моря вернулась Нора, неся сетку с мелкой рыбой. Игнорируя накалённую атмосферу, она выложила улов на траву.

— Ну, кто будет разделывать? — девушка окинула присутствующих взглядом, не имея желания извлекать потроха самостоятельно. — Тут, конечно, немного, но можно сварить уху, например.

— Можете забрать мою долю, — разрешила Ева, невольно скривившись.

Она не была привередлива в еде, за исключением морепродуктов. Даже в былые времена, когда они считались деликатесом, Лорис их не переносила. Характерный запах совсем не вызывал восторга.

Раз никто не хочет, придётся мне, — неожиданно сменил тему Лекс, стремительно обойдя костёр и садясь рядом с рыбой.

Он уже забыл про выговор и с фанатичной сосредоточенностью принялся орудовать ножом.

— Верну сеть. Может, к утру ещё что-нибудь попадётся, — сказал Ренри, и Ева вызвалась помочь.

Когда они отошли, девушка кинула взгляд через плечо, чтобы убедиться в достаточном расстоянии для невозможности их услышать.

— Что это с ним? — кивнув назад, спросила она.

Азиат сперва не понял, что Лорис имеет ввиду.

— Ты про Лекса? Он до трясучки обожает рыбу, — пояснил он, пиная гальку на побережье. — Когда мы работали вместе, я радовался, что мы не в одном кабинете. Он часто приходил к нам на обед, пока шеф не запретил проносить эти вонючие блюда. — Ренри усмехнулся. — Не завидую его коллегам — у них этот запах вообще не выветрился. Повезло, что мой начальник на дух не переносил морских гадов.

Дойдя до воды, он поставил фонарь на гальку, закатал штаны и вошёл в волны. Луна ненадолго выглянула из-за облаков, освещая пологий спуск. Пришлось пройти метров десять, где начиналась полоса мёртвых кораллов, образующих небольшую заводь.

Последовав его примеру, Ева пошла следом, освещая путь своим фонарём, чтобы помочь установить сеть. Даже здесь, на мелководье, вода была достаточно холодной — из-за общего похолодания и перемены климата после апокалипсиса.

— А чем вы занимались? — спросила она, помогая натягивать сеть. — Лекс выращивал органы. А ты, кажется, программист или механик? — она едва не плюхнулась, оступившись на неровном дне.

Трудно было представить, что связывает такие разные профессии.

— Вообще мы работали в крупной корпорации, где и познакомились. Специалистов разных, как и отделов, был просто вагон, причём по всему миру, — похвастался Ренри. — Конкретно наше отделение было сформировано под один крупный госзаказ. Потом случился апокалипсис, и выполнить мы его не успели, хотя в течение следующего года ещё были потуги, но уже конкретно по инициативе шефа.

Закончив с сетями, двое последовали назад — на свет оставленного на берегу фонаря. По всем законам жанра, вот-вот должно было что-нибудь случиться, однако никаких мутантов или вражеских военных до сих пор не наблюдалось.

— Кстати, почему у тебя ID отличается? У всех он совпадает с именем, а у тебя — Роу Ли, — вспомнила Ева давний вопрос.

Казалось бы, безобидный, но под внезапно тяжёлым взглядом азиата она замерла. Это был не просто сердитый, а по-звериному угрожающий взгляд. Остаток пути они прошли молча.

К этому времени Лекс закончил разделывать улов. Рядом с ним крутилась Лана, помогая насаживать мясо на прутья. В ходе небольшого совещания вместо ухи было решено просто пожарить рыбу, благодаря добровольному исключению Евы из претендентов на это яство. Парень так и сиял, представляя, что скоро полакомится своим любимым блюдом, и весьма добродушно общался с брюнеткой.

Скептично фыркнув при виде этой картины, Эвелин присела рядом с Норой, которая занималась сбором пустых коробок и контейнеров из-под пайков в коробку побольше. Хотела помочь, но та как раз закончила.

Не прошло и пяти минут, как с костра запахло рыбой. Лорис пришлось ликвидироваться на другую сторону, заняв место рядом с Ланой, которая была совсем не в восторге от этого соседства. Однако и тут не получилось спокойно посидеть — ветер то и дело менял направление, и ароматный дым снова — как на зло! — устремлялся прямо в лицо Евы. В конце концов она молча психанула и встала,

отойдя чуть в сторону.

Можно было вернуться в лагерь, но одной идти не хотелось. Чтобы занять себя, девушка вспомнила про плеер. Включив любимую песню, она начала подтанцовывать.

— Что за старьё ты слушаешь? — расценив её действия как попытку привлечь внимание, хмыкнула Лана, развернувшись в пол-оборота.

— У музыки нет срока годности, — пожала плечами Эвелин, на припеве ощущая непередаваемые эмоции восторга.

Её движения напоминали смесь восточных и латиноамериканских танцев. Помимо мелодии, девушку покорял своеобразный тембр певицы. Пусть текст и был банальным — о любви, — в нём чувствовалась какая-то первобытная, праздничная энергия.

«Когда и где — неважно. С тобой мы встретимся однажды. Вечно вместе, я и ты — вот и все мои мечты. В начале? В финале? Мы гадать уже устали. Пусть пока нам всё мешает, ты прорвёшься — я знаю*» — тихо подпевала Ева, полностью отдавшись моменту.

Когда песня закончилась, раздались хлопки в ладони, которые издавал Ренри.

Похоже, он уже забыл о неловком вопросе и вернулся к своему обычному настроению.

— Слушай, я раньше любил разную музыку слушать, даже пробовал писать. И правда, какого года эта песня? — поинтересовался он без негативного подтекста, наоборот — с интересом. — Где ты их вообще откопала? — услышав следующую композицию в исполнении того же голоса, спросил Рен.

Обрадованная, что кому-то понравились её любимые песни, Ева тут же забыла про рыбный запах и подскочила к парню, сев на пенёк напротив.

— Они уже были в плеере, когда он мне достался. Я узнала, что это бразильская певица начала прошлого века! — с энтузиазмом объяснила она.

— И правда, старьё. Ты что, бабка? — снова съязвила Лана.

Не то чтобы музыка ей не нравилась — скорее, раздражало, что это выбор её "соперницы". Ева успешно проигнорировала этот выпад, заинтересованная больше в общении с её братом.

— Ты говорил, сочинял музыку? На чём играешь? — спросила она. — Может, на гитаре? Было бы здорово спеть под аккомпанемент.

К её сожалению, Ренри покачал головой.

— Я только в программах микшировал. Но на досуге можно будет снова попробовать, — пообещал он.

Пока они разговаривали, Лекс внимательно рассматривал упомянутый плеер в руке у девушки. Дождавшись момента, когда она уберёт устройство в карман, он без разрешения вытащил устройство, принявшись крутить в руках.

— Отдай! — возмутилась девушка, неожиданно высоко подпрыгнув с пенька вслед за вытянутой рукой парня.

В следующую секунду свободного падения Эвелин походила на Голлума из последней части «Властелина колец», когда тот схватил свою прелесть, летя в жерло вулкана. Её интересовала сохранность плеера, и совсем неважно, что впереди — кипящая магма. То есть, моментом ранее упавшая на пятую точку тушка Лекса, который в замедленной съёмке наблюдал неминуемое приземление Лорис следом. Верхнюю часть туловища также откинуло к земле, когда Ева выставленными локтями врезалась в грудь.

Приземление самой девушки выдалось на удивление мягким. Она запуталась в смеси собственных эмоций и сейчас соображала, продолжать ли ей злиться на выходку Велидана или стоит извиниться. Впервые она видела его лицо всего в паре сантиметрах, и фиолетовые глаза на таком расстоянии под освещением костра выглядели ещё более неестественно.

— Ну начинается! — закатила глаза Лана, резво оказываясь рядом и рывком утягивая Лорис в сторону. — Что за брачные игры вы тут устроили?

— Это он виноват! — оправдывалась Лорис. — Зачем хватать чужие вещи?

Осмотрев плеер и убедившись, что он цел, она с укоризной посмотрела на Лекса.

— Извини, — хмыкнул он, встав и отряхиваясь от влажной земли с примесью крошеной гальки. — Показалось в нём что-то странное.

Велидан не видел, что Эвелин уставилась на него с изумлённым замешательством. Гаджет и правда необычный, но как Лекс понял это, лишь подержав в руках? Мужчина поспешил вернуться к рыбе, которая как раз дожаривалась, обещая ему гастрономическое наслаждение.

Но едва он снял её с огня, как на горизонте появились те самые проблемы, без которых вечер явно не мог обойтись

Глава 14 Погоня

Шурша редкими хрустящими листьями, к костру приблизился сослуживец Лекса — Семён, известный под позывным "Седьмой", тот самый, кто стал его первым противником во вступительном испытании. Заметив подчиненного своего дяди, Нора дружелюбно предложила ему присоединиться к трапезе, но тот лишь мрачно покачал головой, тяжелым взглядом окинув присутствующих.

— Вас командир вызывает. Немедленно, — отрывисто бросил он, скрестив на груди мускулистые руки.

Седьмой не спешил уходить, продолжая стоять и давить на всех своим молчаливым присутствием. Прошло около десяти секунд этого психологического прессинга прежде чем все, кроме Лекса, засуетились, поспешно складывая остатки ужина. Велидан же продолжал с невозмутимым видом наслаждаться жареной рыбой.

— Эй. Оглох? — с раздражением обратился Семён к сослуживцу.

Игнорировать требования командира было недопустимо. Седьмой глубоко уважал Тайлера и как начальника, и как человека, а потому не собирался терпеть подобное неуважение. Он уже протянул руку, намереваясь вырвать рыбу из рук Лекса, но в следующее мгновение сам оказался на земле, сбитый с ног молниеносным движением.

Копошащийся рядом Ренри отскочил, уставившись на друга, взгляд которого выражал крайнее недоумение от собственных же действий. Тело опять сработало само по себе.

— Прошу прощения, — опомнившись, Велидан поспешил помочь подняться бойцу, который делал вид, что всё нормально, но на деле весьма сильно приложился плечом к земле, и оно теперь болезненно щемило.

Семён лишь хмыкнул, но больше не пытался проявлять агрессию. Лекс быстро доел остатки рыбы, аккуратно потушил костёр заранее заготовленной водой и вместе с остальными направился к командиру.

Через пять минут вся компания стояла в шеренге перед Тайлером, выслушивая гневную тираду. Командир расхаживал перед ними из стороны в сторону, заложив руки за спину, его голос звучал жёстко и не допускал возражений.

— Вы подвергли опасности не только себя, но и весь лагерь, — негодовал он, внезапно остановившись напротив Лекса. — Ладно они, гражданские балбесы, но ты почему присоединился к этому беспорядку, брат? — в его голосе звучало искреннее недоумение.

Тот только извинился, не найдя ничего в своё оправдание, и пообещал, что отныне подобного не повторится. Не рассказывать же мужчине о своём странном пристрастии к морепродуктам, которое соблазнило его присоединиться к ужину.

Неожиданно за него вступилась Лана, сделав полшага вперед.

— Лейтенант Тайлер, позвольте. Лекс пришёл к нам, чтобы отчитать, и требовал вернуться в лагерь. Мы сами уговорили его задержаться, — вступилась китаянка за парня.

Тайлер лишь хмыкнул, не считая это достойным оправданием, но принял к сведению. Однако проступок требовал наказания — даже для своего названного брата.

— Сегодня четыре часа проведёшь в карауле, — вынес он вердикт, поскольку часовых все равно нужно было назначить. — Вам всем тоже это с рук не сойдёт, — обратившись к остальным, сообщил Тайлер. — Впрочем, если назовете зачинщика, то наказание назначу только ему.

В его глазах читалось любопытство — интересно было посмотреть, как поведут себя закадычные друзья в такой ситуации. Но не прошло и пары секунд, как виновник сам сделал шаг вперед.

— Это была моя идея, — произнесла Эвелин. — Прошу назначить мне наказание по всей строгости, — добавила она, демонстрируя готовность нести ответственность.

Лучше расквитаться с этим сейчас, чем быть на плохом счету в дальнейшем.

Скептично пробежавшись по ней взглядом, Тайлер честно задумался, что бы такое придумать. Он бы мог отправить её на полевую кухню и обязать приготовить всем завтрак - вот только готовить было не из чего.

— Будешь нести караул вместе с Лексом и следить, чтобы он не уснул, — хмыкнул лейтенант.

Поставить девицу самостоятельно на должность часового он не мог — хотя бы потому, что это абсолютно бессмысленно.

— Да вы издеваетесь?! — немедленно взорвалась Лана, явно не довольная перспективой оставить этих двоих вместе. — Тогда всем такое наказание назначьте! Мы же все участвовали!

Но Тайлер лишь небрежно отмахнулся, давая понять, что разговор окончен.

Когда наступило время комендантского часа и участники миссии разошлись по спальным местам, Лекс вместе с Евой направились к назначенному посту. Он представлял собой импровизированный проход в разрушенном участке стены, откуда открывался обзор на подступы к лагерю. Правда, в ночной темноте разглядеть что-либо было практически невозможно — разве что услышать. В этом плане Лекс оказался идеальным кандидатом — его необычные глаза прекрасно видели даже в таких условиях.

Велидан честно занял свой пост, вытянувшись по стойке «смирно», и Ева последовала его примеру, но очень быстро ей надоело так стоять. Тогда девушка принялась туда-сюда бродить вдоль обломков, создавая пусть и небольшой, но ненужный шум. Лексар это молчаливо терпел, пока она не споткнулась об осколок кирпича. Дёрнулся было в её сторону, хотя всё равно не успел бы подстраховать, но Ева успела перенести вес тела на другую ногу.

— Слушай, просто сядь где-нибудь и не шуми, — попросил он.

Ева кивнула и устроилась неподалёку на прохладной, слегка влажной траве, прислонившись спиной к стене и развернувшись лицом к лагерю. Она искренне собиралась ответственно отнестись к поручению, но накопившаяся за день усталость взяла верх. Незаметно для себя Эвелин провалилась в лёгкую дремоту, и примерно через час проснулась от внезапного осознания, что уснула на посту. В легкой панике она посмотрела на Лекса, но тот, казалось, ничего не заметил — он продолжал всматриваться в темноту, хотя по его лицу было видно, что бодрствовать становится всё труднее. Он моргал всё реже и дольше, словно пытался успеть поспать в те короткие мгновения, когда веки закрывали глаза.

— Почему тебе так нравится рыба? — задала она весьма глупый вопрос, первым пришедший на ум.

Глупый — потому что пищевые предпочтения обычно не требуют объяснений. Лекс слегка дёрнулся от неожиданности, скосил взгляд на собеседницу и пожал плечами.

— Потому что вкусная, — банально ответил он. — А ещё для работы мозга полезна.

Ева задумчиво хмыкнула, принимая это объяснение к сведению, и сменила позу, перекинув ноги на бок.

— Слушай, а ты не знаешь, почему у Ренри ID с именем не совпадает? И почему он так остро на это реагирует? — вспомнила она.

Лекс развернулся к девушке корпусом, и его брови вопросительно поползли наверх.

— Ты что, его об этом спросила? — с каким-то ужасом в голосе уточнил он и получил утвердительный кивок. — Не стоило заводить эту тему.

— И всё же? — упрямо настаивала Лорис.

Она была из тех людей, которые, если им чего-то не рассказывают, обязательно додумают своё. И эти додумки обычно оказывались куда страшнее реальности.

— Он же, как и Лана, из Китая. У них имена носят сакральные значения. Его имя Роу означает «нежная» и вообще является женским, вот Ренри и бесится. Вроде, родители так назвали, потому что он сильно походил на девочку, — рассказал парень, невольно приняв более свободную позу с опорой на одну ногу.

— И это всё? — удивилась Эвелин, ожидавшая чего-то более трагичного и значительного. — Но большинство людей всё равно не знают значения китайских имён. Почему его это так задевает?

На этот вопрос Лекс не смог ответить. Когда-то он тоже удивился, узнав причину, но просто принял эту особенность друга как данность. У каждого свои тараканы в голове.

— А Лана? Её тоже не устраивает значение? — чуть подумав, спросила девушка.

Судя по звучанию, её имя тоже было адаптированным вариантом китайского, но с сестрой Ренри всё оказалось прощ

— Её зовут Лан Ли, его — Роу Ли. Означает какой-то там цветок, то ли гибискус, то ли орхидея. Лана — потому что так всем удобнее. А, ну и ещё её бесит моё Лан-Лан, — Лекс невольно улыбнулся, вспоминая, как дразнил раньше коренастую девчонку.

Честно говоря, он не стремился специально ее злить, но китаянка постоянно вешалась на него, так что просто переводил её эмоции в другое русло.

Оставшиеся три часа караула прошли без происшествий. Ева успешно справлялась со своей обязанностью периодически "возвращать" Лекса в состояние бодрствования. Ей было немного легче благодаря тому короткому сну в начале, но когда начало светать, её веки стали невыносимо тяжёлыми.

Последние два часа не принесли желанного отдыха, и когда наступило время подъёма, Ева чувствовала себя разбитой. За завтраком её подташнивало от недосыпа, но она методично запихивала в себя еду, понимая, что следующая возможность поесть представится не скоро.

После завтрака участники миссии начали готовиться к выезду — собирали вещи, сворачивали палатки, загружали технику. Чтобы не мешать военным, Эвелин вместе с Норой отправились в ближайшие окрестности на поиски насекомых. На этот раз Нора позаботилась о разрешении командира, но Тайлер всё же приставил к ним в сопровождение одного из бойцов, который угрюмо плелся следом.

Казалось бы, прогулка на свежем воздухе должна была взбодрить, но Ева чувствовала, как последние силы покидают её. За час поисков им удалось найти лишь одного жука, не представлявшего особой ценности для исследований, но Нора всё равно аккуратно упаковала его в контейнер. Вернувшись в лагерь и обнаружив, что их очередь на выезд ещё не подошла, Ева забралась на заднее сиденье одного из автомобилей, уверенная, что её разбудят в нужный момент.

Тем временем Лекс с остальными бойцами заканчивали погрузку, сворачивали последние элементы лагеря и заметали следы своего пребывания. Оставалось отправить всего две машины, как вдруг со стороны леса раздались выстрелы.

— Зараза! — рыкнул Тайлер, бросившись в ограждению.

Противником оказался один-единственный мутант, но каких размеров — не менее семи метров в длину. Сделав несколько выстрелов из винтовки, командир с досадой убедился, что даже его оружие не пробивает броню этого существа.

Мутант метался пока за пределами стены, вдоль неё, и позволить проникнуть ему на территорию лагеря до окончания сборов было нельзя.

— Я его уведу! — крикнул Лекс, бросившись к ближайшему автомобилю.

Тайлер уже отдал приказ одному из подчинённых сопровождать Велидана для прикрытия, как мутант внезапно рванул прямо на него. Командир инстинктивно выставил руки, но в последний момент осознал, что столкновение с такой массой закончится для него переломами, и отпрыгнул в сторону. Лекс резко развернул машину, и Тайлер запрыгнул на пассажирское сиденье, после чего они рванули прочь, уводя угрозу за собой.

Немедля, лейтенант сделал несколько выстрелов в отрытое окно, оба раза попав по мутанту, но всё так же безрезультатно.

Впрочем, кое-какой результат всё же был, и тот снова сменил курс, бросаясь преследовать машину.

— Дособирайте всё и живо выдвигайтесь,— отдав приказ по голографу, Тайлер снова высунулся в окно.

Мутант продолжал резво бежать следом, и выстрелы его только раззадоривали, что было сейчас на руку.

— Насколько далеко его увести? — уточнил Велидан.

Он совсем не знал данную местность, потому без навигатора перемещаться было тяжело. Командир открыл карту и разместил её на панели.

— Нам нужно выиграть минут десять. Пока не гони, чтобы не отставал. Как только отъедем, нужно будет оторваться от него, — скомандовал он.

Лекс кивнул и тут же напоролся на очередную кочку. Автомобиль подбросило, и сзади раздалось болезненное шипение. Ева именно в этот момент попыталась занять вертикальное положение и ударилась макушкой о выпирающую ручку над окном.

— Ты тут откуда? — развернувшись, спросил Тайлер.

— Я… случайно, — не нашла она иного ответа.

Велидан по одному голосу понял, кто обнаружился за его спиной— ещё до того, как бросил взгляд в зеркало заднего вида.

— Ты нормальная?! — мгновенно вспылил он. — Зачем ты с нами поехала?

Обстоятельство в виде Эвелин было отягощающим фактором. Если с Тайлером они могли хоть из движущегося автомобиля выпрыгнуть, то девушке такой манёвр грозил серьёзными травмами.

— Как будто я хотела! — в ответ выкрикнула она, невольно оглядываясь назад. — Говорю же, я не специально.

Тайлер резко оборвал перепалку. Проверив топливный бак, он с досадой обнаружил, что уровень горючего критически низок — нельзя было позволить себе лишние километры.

Местность сменилась, земля стала рыхлой и влажной, машину постоянно заносило. Именно так теперь выглядела Амазонская низменность — бескрайнее болото, где под ногами хлюпала не вода, а густая чёрная жижа, смешанная с пеплом и разложившейся органикой. Грунт вдоль некогда великой реки превратился в зыбкую топь, усеянную остовами деревьев, торчащими из трясины, как обугленные кости исполина.

Мутант между тем не отставал, сокращая дистанцию с каждой секундой.

— Командир, я его задержу, а вы уезжайте к лагерю, — понимая, что при ином раскладе их просто догонят, сказал Лекс.

— Отставить! — оборвал Тайлер столь нерациональное предложение.

Он перелез на заднее сиденье и откинул тент, закрывающий багажный отсек, где принялся копаться среди припасённого оружия, но никакое из них не обладало большей пробивающей силой, чем его винтовка.

— Нам нужно найти других мутантов! — неожиданно сказала Ева.

Оба мужчины уставились на неё, как на сумасшедшую.

— Это жужелица, — поспешно объяснила она. — По природе своей — хищник, питается другими насекомыми. Если найдём её естественную добычу, она переключится на них.

— Ты уверена? — спросил Тайлер, и, чуть промедлив, Эвелин кивнула.

Она понимала, что в случае ошибки у них добавится ворох проблем, из которых всем троим вряд ли получится выбраться живыми, но у Лорис было достаточно времени, чтобы рассмотреть жука.

— Держись правее на развилке. Мы выедем на дорогу, параллельную с железнодорожными путями, — указывая на карту, распорядился Тайлер.

Недалеко на ж/д как раз находилось повреждённое место. Зачастую это означало, что причиной поломки могли быть обитающие неподалёку мутанты

Автомобиль выехал на старую разбитую дорогу недалеко от пролегающих параллельно рельсов, что периодически поблёскивали из-за кустов. Только сейчас Ева сообразила, что лучше бы ей пристегнуться, и сделала это очень вовремя. Через полминуты на траекторию движения из-за валуна спикировал мутировавший хрущ. Он был не столь больших размеров, как жужелица — всего метра полтора, но от неизбежного столкновения уйти не удалось. Машина отправилась в кювет и перевернулась один раз, вернувшись в итоге на колёса. Чертыхнувшись, Лекс попытался возобновить движение, но железный конь с упорством мустанга отказывался возвращаться к этим бешеным скачкам.

Поняв, что дело плохо, Тайлер покинул пассажирское место и взял на прицел того мутанта, с которым случилось столкновение, но он оказался мёртв. Последовав примеру командира, Ева также вылезла наружу, пока Велидан отчаянно продолжал попытки завести автомобиль.

Преследовавшая их ранее жужелица, как девушка и надеялась, отвлеклась на поданную буквально на блюдечке добычу. Правда, разделаться полностью со взрослой особью мутанта ей так и не удалось — только с незащищёнными частями тела.

— Нам бы поторопиться. Это хрущ, и вряд ли она сможет съесть его. Боюсь, в таком случае опять переключится на нас, — высказала Лорис свои предположения лейтенанту и тот кивнул, прикидывая в голове ближайший план действий.

В ста метрах с треском пробежал ещё один хрущ. На людей они не охотились, поэтому опасаться стоило разве что такого случайного столкновения, которое произошло ранее. Жужелица рванула вслед за ним, дав фору.

— Молодец, — похлопал её по плечу Тайлер своей протезированной рукой, отчего Ева едва сдержала гримасу боли, но гордо кивнула.

Тем временем Велидан решил не терять времени и полез в капот, но он не мог слёту установить причину поломки. Эх, был бы тут Ренри, он бы справился за полчаса.

Тайлер достал голограф, чтобы выйти на связь с отрядом, но устройство оказалось разбито — не выдержало удара во время переворота. Трещина шла по всему пластиковому корпусу, а голографический экран не разворачивался. Ева свой оставила в куртке в лагере, и только Лекс имел при себе исправно работающий гаджет. Который, впрочем, всё равно не помог с кем-либо связаться — радиус покрытия не доставал до ближайшего устройства.

Решив поискать возвышенность для подачи сигнала, они двинулись в лес, стараясь держаться на расстоянии около тридцати метров друг от друга, чтобы не потеряться. Ева шла осторожно, пистолет наготове, прислушиваясь к каждому шороху. Она первая очутилась перед небольшим оврагом, который нужно было перейти. Стоило сделать ещё шаг, как земля с гулким грохотом ушла из-под ног, и Лорис с треском полетела вниз — вслед за обвалившейся почвой.

Чертыхнувшись, Лекс моментально кинулся туда, где она стояла секундой ранее и, не раздумывая, прыгнул в образовавшийся грот. Это походило на старомодную ловушку для хищника, поэтому парень испугался, что внизу может оказаться или капкан, или мутант, но всё обстояло несколько иначе.

Приземлившись с перекатом, он едва не налетел на саму Еву, которая успела отползти в сторону.

— Ты в порядке? Травм нет? — спросил он в полутьме.

Лорис повезло отделаться не сильным ушибом и лёгким испугом, и она поспешила найти в штанах фонарь, чтобы посветить перед собой. Она слышала шуршание с того самого момента, как провалилась сюда, а раздавшийся жуткий хруст поедания плоти заставил мгновенно включить свет, после чего двое замерли от вида развернувшейся картины.

Глава 15 Чудесное спасение

Есть в мире вещи, столь омерзительные и ужасающие одновременно, что от одного взгляда на них по коже пробегает неприятный холодок. Лекса невольно передёрнуло, едва он успел встать и бросить взгляд на противоположную стену — еще до того, как девушка перевела на нее яркий луч фонаря. Там, среди редкой паутины и водянистой жёлтой слизи, находилась кладка крупных яиц. Разумеется, не безобидных птичек или хотя бы змей, а мутантов. Отвращения придавало шобуршание с потрескиванием — несколько недавно вылупившихся личинок изучали территорию в поисках пищи.

Даже Эвелин с её фанатичной любовью к подобный созданиям в этот момент не испытывала восторга. Она слышала, что некоторые виды устраивают подобные гнёзда, но никогда не сталкивалась с ними вживую. И, честно говоря, не стремилась к этому. Девушка передернула плечами и невольно отступила назад, наткнувшись на твёрдую, как бетонный блок, грудь Лекса.

— Как с ними поступить? — впервые за всё время он спросил её совета.

Проблема была в том, что Ева не могла точно определить, кому принадлежали эти личинки. По цвету они напоминали потомство хруща, но уверенности не было.

— Сейчас лучше уйти. Мы не в лучшем положении, — негромко отозвалась Лорис.

Одна из личинок под действием собственного веса с характерным звуком шмякнулась на пол, заставив вздрогнуть.

— Эй, вы там целы? — сверху донёсся голос Тайлера.

В отличие от Лекса, командир не стал прыгать вслед за ними в неизвестность. Получив утвердительный ответ, Велидан подошёл к почти отвесному склону и попытался найти опору для подъёма, но рыхлая земля крошилась под пальцами.

— Мы немного застряли. Продолжайте путь без нас, понадобится какое-то время, чтобы выбраться, — доложил он.

Лексар стал шариться по карманам и достал нож, который намеревался втыкать в землю и использовать в качестве опоры. Но для такого способа подъема понадобится что-то ещё. Мужчина перевёл взгляд на коллегу по несчастью, не успев озвучить вопрос, как сверху прилетела верёвка.

— Забирайтесь, — раздался твёрдый голос Тайлера.

Он и не думал бросать своих.

— Умеешь подниматься по канату? — спросил Лекс.

Ева кивнула, но физическая форма подвела её — подъём дался нелегко. Доклад о находке пришлось делать уже на ходу: Тайлер лишь отметил место на карте, и троица продолжила поиски возвышенности.

Около сорока минут они бродили, но так и не смогли выйти на связь с отрядом. Ничего не оставалось, как вернуться к автомобилю и попытаться его починить. Благо, жужелица осталась удовлетворена скромным обедом в виде хруща и отлучилась с места ДТП по своим делам.

— Ну что, кто у нас лучший автомеханик? — риторически спросил Тайлер, обходя повреждённый автомобиль.

Лекс снова заглянул под капот, а командир присоединился к нему, оставив Еву следить за обстановкой.

— Уровни жидкостей в норме. Возможно, где-то провод отошёл, — предположил Велидан.

Дальнейший осмотр ничего не дал. Тогда Тайлер решил проверить днище. Он отыскал в багажнике механический домкрат и приставил к правому переднему колесу, принявшись крутить ручку. Не прошло и пары секунд, как весь перед автомобиля неожиданно поднялся на добрых полметра. Лекс держал автомобиль в приподнятом положении, но это давалось не то чтобы очень легко. Если командир планирует осматривать низ долго, то это будет не совсем безопасно.

— Эй, а мы проверяли твою грузоподъёмность, брат мой? — с усмешкой спросил Тайлер.

С таким выражением лица обычно родители слушают похвалу от школьного учителя про своих детей.

— Мне и самому интересно, — озвучил Лекс причину, по которой захотел поднять кузов.

Швыряться автомобилями в мутантов, подобно Супер-мену, не выйдет — а жаль. Лейтенант по-быстрому раскрутил домкрат до нужной высоты и поставил его обратно под колесо, после чего подчинённый опустил автомобиль, и Тайлер под него залез.

Лорис, хоть и отнеслась к своей несложной задачи с полной ответственностью, все равно отвлекалась, когда увидела, как Велидан приподнял автомобиль. Мозг ломался при виде такой картины — сложно было поверить, что человек способен на подобные действия.

После двух часов неуспешных попыток установить причину поломки было приятно решение сделать десятиминутный перерыв, чтобы попить и немного перекусить. В один момент все трое разом перестали жевать, прислушиваясь к странным звукам, которые раздались неподалеку, разносясь эхом по лесу. Не составило труда понять, что это звуки приближающегося автомобиля. Ева радостно бросилась к дороге, размахивая руками, тогда как мужчины схватили оружие. Лекс мысленно выругался, видя, как она подставляет себя под возможный огонь, но из-за поворота показался знакомый внедорожник.

Он остановился в десятке метрах, и с водительского места появилась Лана, а за ней вышли двое подчиненных лейтенанта. Настала очередь мужчин сдерживать желание радостно бросаться на шею появившемуся подкреплению, и в случае с Лексом китаянка была бы невероятно счастлива, если бы он так поступил. А вот Лорис напротив — как-то стушевалась. Нет, она была рада подмоге, но почему именно Лана?

Как и ожидалось, диалог начался с претензии.

— А ты что тут делаешь? Мы за Лексом и командиром приехали, места больше нет, — заявила брюнетка.

Это была правда — с учетом бойцов, которые и составляли основную часть подкрепления на случай более серьезных проблем, места в автомобиле больше не оставалось. Разве что, в багажнике, что Лана также озвучила в качестве единственно возможного варианта. Еве, конечно, не привыкать — уже был такой опыт, и всё же она предпочла бы более комфортные условия поездки.

Тем временем бойцы проследовали к лейтенанту, и мужчины уже в четыре головы стали обсуждать поломку — не хотелось разбрасываться такой роскошью, как автомобиль. С учётом потерянного времени и необходимостью добраться до конечного пункта до темноты — на какие-то жертвы пришлось бы пойти.

— Дайте я посмотрю, — раздвинув амбалов, Лана задумчиво нависла над капотом.

— Нам нужно ехать, — уведомил Тайлер.

Проигнорировав его слов, китаянка самонадеянно принялась копошиться в железных внутренностях, не боясь обжечься об уже успевший остыть двигатель.

— Дайте мне десять минут. Если ничего не получится, поедем, — отозвалась она, как будто у них тут кружок эрудитов, а не отряд с четкой вертикалью командования.

— Да что ты можешь? — мгновенно вспылил Тайлер, но тут же махнул рукой.

Пусть девка развлекается, пока они переложат имеющиеся вещи. Ева мысленно позлорадствовала — такими темпами, в багажнике придётся ехать вовсе не ей. Она принялась собирать разбросанные после переворота в салоне коробки с патронами и другие предметы, пока мужчины разгружали багажник. Лане зачем-то понадобилась аптечка, из которой она извлекла шприц — автомобильные аптечки давно поменяли свой формат после апокалипсиса на более серьёзные препараты, чем одни лишь шины да бинты, и своим мельтешенением она еще больше раздражала лейтенанта.

— Время вышло, — когда всё было разгружено, бескомпромиссно уведомил Тайлер.

Его интонация давала понять, что сейчас они уезжают — а если китаянка решит продолжить копаться, то без неё. Кивнув, она закрыла капот и сунулась в салон, чтобы провернуть ключ. Поломанный автомобиль завёлся.

* * *

Вдыхая свежий морской воздух, Эвелин задумчиво рассматривала открывшийся пейзаж. Надо отметить — весьма удручающий. Некогда большой порт сейчас напоминал подобие свалки — повсюду валялась крупногабаритная техника для разгрузки суден. Все мало-мальски ценное давно растащили прежние хозяева этих территорий.

Она задумчиво размышляла, сколько времени уйдет на разгрузку пришвартованного контейнеровоза. Часть груза уже успели увезти, но основная масса осталась нетронутой — ведь для транспортировки таких объемов идеально подходил только железнодорожный состав.

Как же хотелось просто сесть на корабль и уплыть куда глаза глядят — хоть на край света. Лишь бы подальше от этой вечной войны, от мутантов, от всего этого кошмара. Мечталось вернуться к нормальной жизни: получить образование, освоить профессию, поселиться в обычном городе… Но остались ли еще на земле такие места? В своих мечтаниях Ева невольно представила, кого взяла бы с собой в это путешествие, и первой в голове возник образ Ренри.

В последнее время девушка все яснее осознавала растущую симпатию к азиату. Сначала это было просто уважение к его знаниям и способностям. Не зря ведь говорят, что ум — самая привлекательная черта мужчины. Теперь же Лорис постоянно искала поводы для новых встреч. Ренри был удивительно легок в общении, обладал тонким чувством юмора и той особой харизмой, которая притягивала людей.

Совсем не то, что Лекс с его вечным недовольством — причем не только ее поступками, но и действиями других товарищей. Он хотел всех оградить от опасности, и это желание превратилось в раздражающую маниакальность наседки, которая и шага не дает ступить. Когда Эвелин составила план истребления мутантов, обитающих близ железной дороги, и часть спецотряда уехала на миссию вместе с Велиданом, она наконец-то смогла свободнее вздохнуть.

Около двух недель понадобилось на разведку, чтобы понять, с кем именно предстоит иметь дело. Помимо оружия, средств для борьбы было не очень много, и в то же время необходимые компоненты можно было достать без особых трудностей. Для уничтожения гротов и отпугивания мутантов от путей потребовалось несколько тонн известняка и пепла. Обработать всё на сотни километров не представлялось возможным, поэтому сосредоточились только на ключевых участках.

Сегодня у Эвелин наконец-то был полноценный выходной. После всех этих напряженных дней она рассчитывала отоспаться до полудня, но организм, привыкший к ранним подъемам, предательски проснулся в семь утра.

Голова раскалывалась, но валяться в койке без сна было мучительно, поэтому она решила составить компанию Норе в поисках насекомых для исследований.

Обычно племянницу Тайлера сопровождал хотя бы один боец, но сегодня она пришла одна — большинство солдат были задействованы в операции. Командир разрешил девушкам искать жуков, но только в пределах порта.

Кого тут можно было отыскать, Лорис не представляла — сейчас даже в лесах и на болотах это было той еще задачкой. Она надеялась, что данное мероприятие не занятнется, и потом получится уговорить подругу вместе наведаться к Ренри — как бы по пути. Погруженная в планы на день и все еще сонная, она пропустила момент, когда Нора начала снимать лишнюю одежду, оставаясь в одних спортивных шортах и топе.

— Тебе что, жарко? — удивлённо округляла глаза Ева.

Сама она не испытывала ни малейшего желания раздеться, хотя они и находились на северо-западном побережье южного полюса. Климат здесь все равно не напоминал тропики.

— Нет, — покачала головой Нора и кивнула в сторону моря. — А ты не хочешь искупаться? Мы уже две недели тут, а в воду ни разу не заходили!

— Так и у нас здесь не пляжный отдых, — скептически заметила Ева, с сомнением разглядывая темного цвета воду, отражение в которой искажали серые облака.

— Понятно, не умеешь плавать, — мгновенно раскусила её подруга и двинулась к воде, попросив проследить, чтобы рядом никто не шастал.

В отличие от Лорис, Нора проводила много времени на открытом воздухе и не раз видела, как другие члены «Ментора» — даже военные — позволяют себе заплывы. Некоторые ходили купаться на рассвете, несмотря на прохладную воду. Сейчас она с детским восторгом плескалась в невысоких волнах. Глядя на нее, Ева едва не поддалась соблазну присоединиться и хотя бы походить по мелководью, но подруга уже выходила на берег, отчаянно стуча зубами от холода.

— Оно того стоило, — поспешно вытираясь захваченным с собой полотенцем, заключила Нора.

Как вскоре выяснилось, риск подхватить простуду оказался наименьшей из возможных проблем. На обратном пути девушка обнаружила, что ее кистевой протез начал заедать, а затем и вовсе перестал сгибаться в нескольких суставах.

— Дядя меня убьёт, — с ужасом обмолвилась она.

Перспектива остаться без функциональной руки пугала меньше, чем гнев Тайлера. Командир прекрасно знал, что пресная вода не вредит протезу, а вот соленая, вызывающая коррозию, — совсем другое дело. Учитывая стоимость устройства, Нора предпочла бы скрыть факт поломки.

Ева же мыслила иначе. Безвыходных ситуаций не бывает, а в их компании как раз имелся гениальный механик — отличный повод к нему заглянуть. Правда, найти Ренри оказалось непростой задачей — он находился в рабочем движении. В конце концов девушки застали его за починкой небольшого разгрузочного крана на пристани.

— Так, и что же стало возможной причиной поломки? — выслушав о проблеме и мельком осмотрев протез, вопросил он.

— Ну-у… Я неудачно приземлилась на гальку и подставила руку, может, в этом дело? — зачем-то солгала Нора.

Она боялась, что Ренри доложит Тайлеру, хотя прекрасно понимала — опытный механик сразу увидит, что удар не мог вызвать такие повреждения. Однако азиат лишь деликатно хмыкнул и предложил пройти в более подходящее для ремонта место, которое он нелестно прозвал «гаражом».

«Гараж» оказался вполне приличным помещением — одним из немногих, где можно было найти необходимые инструменты для тонкой работы. Вот только для полноценной диагностики требовалось полностью снять протез. Учитывая текущую загруженность, Ренри мог взяться за ремонт только к вечеру — а значит, Норе предстояло провести весь день без руки. Девушка давно смирилась со своей особенностью и не стеснялась металлической кисти, но ее отсутствие заставляло чувствовать себя уязвимой. Поэтому она решила остаться в мастерской, заняв отдельный уголок, который, как выяснилось, Ренри оборудовал для себя.

Он не возражал против такого соседства, но не хотел оставлять Нору без еды. Как и Еве, которая вызвалась принести подруге чего-нибудь съестного, но совсем не горела желанием проводить время в замкнутом помещении — она и так почти не покидала четырёх стен последнее время.

Вместе с Ренри она направилась обратно к крану, откуда планировала идти за пайком, но по пути их перехватил один из грузчиков с мольбой ненадолго подменить его на контроле. Работа была несложной — отмечать количество и наименование прибывающего груза. Поскольку контейнеровоз не мог подойти вплотную к берегу, разгрузка велась через пристань и шла крайне медленно из-за нехватки исправной техники. За время своей короткой смены Ева сделала всего одну запись.

Наконец раздобыв паек, она вернулась к Норе, после чего непреодолимая усталость снова накрыла ее. Позволив себе неслыханную роскошь — дневной сон, Лорис провалилась в забытье. Она могла бы проспать до самого вечера, если бы не оглушительный взрыв, разорвавший тишину. На автомате Ева кубарем скатилась под ближайший стол, еще не успев толком проснуться. Через несколько секунд прогремел второй взрыв — еще мощнее первого. Ударная волна выбила стекла, и в странном замедленном времени Лорис увидела, как осколки стремительным визрем летят прямо на нее.

Глава 16 Третий день рождения

В тёмное время суток передвигаться опасно — этот постулат хорошо был усвоен каждой живой душой. По крайней мере, на данном континенте.

Спецподразделение Тайлера, успешно выполнив основную часть задания, возвращалось в порт. Нужно было торопиться — в последние дни там участились диверсии, а оставшиеся бойцы не справлялись с нападениями. Пока оставалось неясным, чего добивались враги, но на масштабный захват это не походило.

Сидя в одиночестве у тлеющего костра, Лекс занимался чисткой огнестрельного арсенала. На улице стояла глубокая ночь, но мужчину одолевала бессонница. После новостей о взрывах в порту, где остались его друзья, он не находил себе места. Даже Тайлер, при всём желании, не мог с ними связаться — вышки связи давно вышли из строя, и на больших расстояниях сигнал не ловился.

Велидан редко занимался чисткой огнестрелов раньше, поэтому теперь изучал их устройство с особой тщательностью. Новые знания хоть как-то отвлекали от тревожных мыслей. Но плохое предчувствие не отпускало, раз за разом напоминая о себе.

Лекс вздрогнул и резко обернулся, когда на его плечо легла чья-то рука. Он едва преодолел желание сделать перекат, понимая, что опасности нет, но бороться со странными инстинктами было нелегко. Лана рывком выпрямилась и даже на полшага отпрыгнула, не ожидая такой реакции.

— Понятно, сзади лучше тебя не трогать, — хмыкнула она, опускаясь на складной табурет рядом.

Она не пыталась подойти бесшумно — просто Лексар снова ушёл в себя с головой.

Изначально китаянку не должны были брать в этот рейд из-за высокого риска, но она стала проявлять настойчивость. Тайлер взял да и согласился — Лекс недоумевал, почему. Первые дни её навязчивые попытки перейти на новый уровень отношений превращали каждую свободную минуту в ад. Но потом её пыл неожиданно угас. Может, девушке надоело биться головой о стену, а может, она наконец начала вести себя как адекватный человек, с которым можно было просто поговорить.

— С ними всё в порядке, — зная причину его бессонницы, сказала Лана. Она подняла с земли влажную ветку и разворошила угли, выпустив в ночь сноп искр.

— Ты не можешь знать наверняка. Никто не может, — резонно заметил Лекс, щёлкнув затвором винтовки.

Китаянка намеренно ударила по углю так, что искры полетели в его сторону.

— Даже если что-то случилось, можешь ли ты это изменить? Нет смысла переживать о том, на что не в силах повлиять.

Неплохая философия для их жестокого мира, но Лексар не умел ей следовать.

Ему всегда казалось, что в любой ситуации — даже самой безвыходной, он может изменить хоть что-то. И с каких пор он стал таким самонадеянным?

— С тех пор, как побывал в колбе, — задумчиво ответил он сам себе, вызвав недоумённый взгляд собеседницы. — Странный эффект силы. Это всего лишь мышцы, и по сравнению с техникой — вообще ничто. Но именно из-за них возникает ощущение всемогущества.

Лана уловила суть, несмотря на отсутствие контекста. Лекс редко делился сомнениями.

— Ты прав, — согласилась она. — Но думать, что тебе всё по плечу, — опасно. Столкновение с реальностью будет болезненным.

Мужчина согласно кивнул и, закончив сборку винтовки, предложил пойти поспать. Завтра они должны были добраться до порта.

* * *

Дурное предчувствие не оправдалось — по крайней мере, не в той мере, как опасался Лекс. По возвращению выяснилось, что с Ренри, Норой и Эвелин всё впорядке. Последняя получила небольшие осколочные ранения в серию первых взрывов, но они быстро зажили, и девушка давно вернулась в строй. Она даже подыскала себе работу, скучая в отсутствие выполнения основных обязанностей.

Еве понравилось вести учет грузов, поэтому она периодически ходила подменять ответственных, а те и рады были лишний часок вздремнуть или побродить. Девушка представляла себя на той самой обычной работе в мирное время, о которой мечтала, а морской пейзаж и немногочисленные крики чаек создавали необходимую для воображения атмосферу. Правда, стоило взглянуть на берег, и картина рассыпалась — там по-прежнему лежали руины и ржавеющая техника.

Сейчас Лорис наблюдала, как на контейнеровозе устанавливали починенный кран. Небольшой, но он должен был значительно упростить разгрузку — до этого всё делали вручную. Руководил процессом Ренри в роли главного инженера, что делало зрелище ещё интереснее.

Азиат забавно бегал вокруг крана, словно это его дорогое детище, и строго командовал пятью бедолагами, что никак не могли своими силами поставить кран вертикально.

— Мда, тут не помешает помощь друга, — нервно пробубнил Рен себе под нос и связался по голографу с Лексом.

К счастью, Велидан был свободен. Он патрулировал окрестности с группой, но в их отряде это считалось почти что выходным. Пообещав подойти, Лекс отключился, а Ренри спустился с палубы поболтать с Евой в ожидании друга.

— В итоге что с протезом Норы, получилось починить? — спросила она.

Накануне ситуация не изменилась, и подруга всё ещё переживала, чтобы успеть вернуть кисть до возвращения дяди — хоть и в нерабочем состоянии.

— Шарниры фаланг я поменял, но электроника периодически подтупливает. Тут нужно лезть в мозги, — объяснил Ренри, стряхивая с рабочей робы пыль. — Со здешним оборудованием это невозможно, но лучше так, чем как было, — словно попытался оправдаться он.

Лорис слушала его во все уши, едва сдерживая дурацкую улыбку. Ей нравилось, когда он говорил о чём-то сложном, хотя сама боялась задавать вопросы, чтобы не выглядеть глупо. Хотелось хотя бы научиться поддерживать такие разговоры, а не просто кивать.

Ренри же, напротив, считал, что его заумная нудятина девушке не интересна, поэтому дальнейшие размусоливания откладывал в коробочку ненужных слов.

Образовавшееся молчание так удачно заполнила погрузка, которую девушке нужно было внести в список. Поставив блок в электропогрузчик, очень похожий на те, что курировали по авианосцу, водитель поехал по пирсу к берегу, но из-за габариторых обрешеток не заметил единственного пешехода, который, присев, рассматривал что-то в толще волн.

Лекс лишь успел выставить локоть, но в тот же миг опора исчезла из-под ног, и он рухнул в воду. Громкий всплеск заставил водителя резко затормозить — груз, к счастью, был надёжно закреплён. Он выскочил из кабины и забегал по пирсу, пытаясь разглядеть, что упало.

Повезло, что Ренри увидел всё, как было. Он тут же кинулся в сторону берега, а следом за ним рванула и Ева.

— Чего ты стоишь?! — взорвался он на водителя, не горевшего желанием лезть в прохладную воду.

Похоже, удар был настолько сильным, что Лекс потерял сознание — он умел плавать и уже должен был всплыть. Но Ренри тут же усомнился: раньше — да, но теперь его тело стало тяжелее. Дело не в массе, а в плотности — кости и мышцы изменились после модификаций.

Не раздумывая, азиат прыгнул в воду, даже не сняв робу. Глубоко вдохнув, он нырнул. В мутной глубине виднелось тёмное пятно — без маски разглядеть что-то было невозможно, но Рен поплыл прямо к нему. Ухватившись за руку, он изо всех сил рванул наверх. Лёгкие горели — он не был готов к такой задержке дыхания. Перед самым всплытием мелькнула мысль: «Теперь нас обоих вытаскивать придётся».

Как только он показался на поверхности, Ева с водителем подтянули их на пирс. Ренри несколько секунд сидел на четвереньках, судорожно хватая ртом воздух.

— Думал, захлебнусь, — выдохнул он, чувствуя дрожь в пальцах. — Уже забыл, каково это — быть на грани.

Пока он приходил в себя, Эвелин перевернула Лекса на спину и обнаружила, что он не дышит.

* * *

Сквозь вязкую пелену сознания приглушённо пробивался голос. Глухой, будто из другого конца туннеля, где свет становился всё ярче. Лекс узнал его и попытался пошевелиться, но тело не слушалось.

Клетки одна за другой вернули себе функциональность, и тогда Велидан смог открыть глаза. Как раз в тот момент, когда кто-то вдохнул ему в легкие воздух.

Ренри, как и все в «Менторе» проходил уроки первой помощи, причем знания необходимо было обновлять каждые полгода. Он хорошо запомнил правило — «тридцать к двум». Именно таким образом делается сердечно-лёгочная реанимация — два вдоха и тридцать компрессий следом.

Но теория — одно, а практика — другое. Когда перед тобой тонущий друг, знания вылетают из головы. Сейчас азиат в панике вызывал медиков по голографу, и именно его голос Лекс услышал, ещё не до конца придя в себя.

После второго вдоха спаситель отстранился, чтобы продолжить надавливать на грудь, и Ева замерла, скрестив руки в замке, когда увидела, что Велидан задумчиво смотрит на неё. С таким спокойным лицом, будто он не сознание потерял, а просто решил поспать.

Обычно утопающие наглатываются воды, которая потом выходит при реанимации.

Не потому что люди такие глупые и думают, что в воде у них чудесным образом вырастают жабры, а потому, что организм в критический момент заставляет сделать заветный вдох, который приводит лишь к захлёбаванию. Но с Лексом всё было иначе. Он пытался выплыть, но тело, вопреки усилиям, шло ко дну. При этом он словно запретил себе дышать — даже без сознания сохранял контроль.

— Ты в порядке? — спросила Эвелин, не находя других слов.

Лекс кивнул, и она поспешно слезла с него, отвернувшись, чтобы скрыть лицо. На секунду ее охватило смущение, но его тут же сменила гордость. Есть два типа людей: те, кто теряется в критической ситуации, и те, кто действует. Себя Ева с радостью записала во вторые.

Потом девушку пронзила тревога: а не сломала ли она ему рёбра? На учебном манекене в «Менторе» такое случалось. Она обернулась — Лекс уже сидел, разминая суставы. Тогда до неё дошло: его кости, усиленные рением, вряд ли сломаешь руками. Даже мутанты не смогли.

Обнаружив, что друг пришел в себя, Ренри неуклюже уронил голограф и едва ли не на шею к нему кинулся.

— Я уж боялся, что второй раз тебя придется хоронить, — пожаловался он. — С третьим днем рождения тебя! Ева, ты и правда ангел-спаситель Лекса! — обратился азиат уже к девушке, которая встала с влажного от капель воды бетона и теперь с укоризной рассматривала провинившегося водителя.

Интересно, какое бы наказание ждало того, кто по неосторожности убил одного из сильнейших бойцов спецподразделения и по совместительству носителя кучи научных тайн в своем теле?

— Не я одна, — скромно заметила Лорис, чтобы немного отвести от себя внимание, с которым прямо сейчас Лексар её рассматривал. — Вытащил тебя Ренри. Ты тоже не умеешь плавать? — спросила она.

— Похоже, что не умею, — с удивлением кивнул мужчина.

Вот и первая цена сверхчеловеческой силы. Хорошо бы знать такие вещи заранее, хотя в данном случае это бы не помогло — он же не сам прыгнул. Разве что держался бы подальше от воды.

Поблагодарив друзей за спасение, он, как ни в чем небывало, предложил вернуться к баранам — то есть, к крану. Водитель был отпущен с миром и наставлением быть внимательнее, а трое последовали к контейнеровозу. Ренри и Велидан поднялись на палубу, а Ева осталась на пирсе, продолжая учёт.

Кран поставили быстро — он был не таким тяжёлым, как внедорожник. Потом Ренри настоял на осмотре у врача, куда Лекс пошёл неохотно — бесконечные медосмотры на авианосце оставили отвращение ко всему медицинскому. Но кроме синяка на локте, с ним было всё в порядке, и он вернулся к патрулированию, переодевшись в сухое.

До конца дня Лексар снова обитал в своих мыслях, пытаясь понять умыслы судьбы, которая в очередной раз делает непрозрачные намёки на связь. Рациональный человек скажет — дело случая, да и только. Но Лекс уже долгое время чувствовал почти физические узы с Эвелин, которая в снова вытащила его в эту реальность. Например, то ужасное беспокойство, которое не давало ему спокойно спать на пути обратно в порт. Именно Ева тогда пострадала — пускай и не сильно, но предчувствие об этом было практически знанием.

Смущало другое. Именно он тут супер-человек и герой, который должен всех спасать, а Лорис уже второй раз спасает его. Лекс даже толком не поблагодарил её — как-то, помимо слов. В голову ничего не шло, однако не хотелось откладывать этот вопрос в долгий ящик.

Ева тем временем прокручивала в голове то, как храбро Ренри поступил, без раздумий бросаясь в воду вслед за другом. При представлении его образа девушка ощущала сладко ускоряющееся сердцебиение и неутомимое желание что-то сделать для него. Никогда раньше она не испытывала влюблённость, и это оказалось неожиданно воодушевляющее чувство, не дающее уснуть на ночь глядя.

Захотелось как-то отблагодарить азиата за самоотверженный поступок, и Лорис стала перебирать возможные варианты. В их время не так просто что-то придумать — нельзя пойти в магазин и купить подарок. Девушка вспомнила, что во время прогулки с Норой она обнаружила огороженную плантацию, прилегающую к территории порта. Подруга тогда лишь усмехнулась: «Привилегии начальства. Пока мы жуём злаки, у них там, наверное, и фрукты растут».

Теперь Ева стояла перед тем же забором. Массивные бетонные плиты, местами покрытые плесенью, тянулись в обе стороны дальше, чем хватало глаз. Колючей проволоки действительно не было — видимо, считали, что и так достаточно.

Она сделала круг, разыскивая охрану. Нашла быстро — у ворот стоял рослый мужчина с автоматом за спиной. Форма «Ментора», но с незнакомыми нашивками. Чужой отряд? Или просто другое подразделение?

Решив скосить под дурочку, Эвелин попыталась завести разговор с охранником. Мужчина был не очень дружелюбен, что не добавляло положительных эмоций от этой беседы.

— Я энтомолог. Ищу редкие виды ночных жуков. Мне сказали, они могут водиться за вашим забором… — она намеренно сделала голос тоньше, играя роль наивной девчонки.

Ставка не сыграла. Охранник лишь рявкнул, что без разрешения на территорию нельзя. Ничего не осталось, как уйти с пустыми руками, но только недалеко. Свернув с тропинки, Лорис подобралась к высокому бетонному забору.

В темноте она рассмотрела силуэты нависающих над огорождением деревьев, которые не видела прежде. Такие явно могли произрастать только в данной полосе, да еще и требовали особого ухода в этом климате, пускай и менее суровом, чем в центральной части материка.

Прикинув, каким способом можно перелезть забор, Ева решила попытаться взобраться на одно из деревьев, растущих по эту сторону — то, что было близко к огорождению. Цепляясь за сучки, она с трудом подтягивалась, но никак не могла дотянуться до широкой ветви. Девушка сделала рывок и почти ухвитилась пальцами за нужный выступ, как услышала потрескивание.

И лучше бы это было потрескивание ветки под ней с последующим падением, а не шуршание травы под ногами подошедшего человека. Очень некстати сейчас было попасться за таким нечистым делом.

Глава 17 Пойман - но не вор

Тактика притвориться мертвым при встрече с медведем срабатывает не всегда. Однако Ева до последнего пыталась слиться с одной из ветвей дерева, замерев в неудобной позе.

Ее дыхание замедлилось, мышцы напряглись до дрожи. Нарушитель душевного спокойствия не уходил — он замер в двух шагах от дерева, но в темноте еще оставалась надежда слиться с текстурами.

— Что ты делаешь? — спустя добрых полминуты раздался знакомый голос.

Как раз в тот миг, когда уставший бицепс стал дрожать так, словно Лорис уже долгое время стоит в планке. Руки отказались продолжать удерживать ее вес и, приказав долго жить, сами собой расслабились. Пальцы безнадёжно попытались ухватиться за что-нибудь, но зачерпули лишь воздух, и с коротким взвизгом тело устремилось туда, куда ему велело земное притяжение.

Лекс, предвидя такой исход, уже приготовился. Два широких шага — и вот на руках болтается пойманная во всех смыслах преступница. Ева успела мысленно ощутить фантомную боль от столкновения с землей, но при попытке смягчить падение лишь ненароком заехала ладонью по носу Велидана.

— Вот спасибо, — пробормотал он, ставя ее на ноги и потирая ушибленный нос. — И зачем тебе понадобилось на частную территорию? — сразу перешёл к сути, поскольку иных причин взбираться в темноте на дерево в этом месте вообразить не мог.

Эта его проницательность пополам с самонадеянностью порядком раздражали.

— С чего ты решил, что мне туда надо? — спросила Ева, уперев руки в бока. — Я просто захотела… хм… попрактиковаться в скоростном взбирании.

— Скорее, в стремительном падении, — поправил её Лексар, в голосе которого слышалась насмешка.

В полумраке она едва различала его черты, но прекрасно представляла это самодовольное выражение лица. Она задрала подбородок и снова уставилась на злополучный ствол, по которому опять предстояло взбираться.

— Хочу отблагодарить Ренри за твоё спасение. От тебя ведь не дождёшься, — пояснила Эвелин, заранее выстраивая линию обороны, а как известно, лучшая защита — это нападение.

Несмотря на, казалось бы, благую цель, Лекс не нашёл её достаточно уважительной для совершения правонарушения.

— Можно было бы обойтись без этого. Есть и другие способы поблагодарить, — заметил он.

— И какие же? — парировала Лорис и ожидаемо получила задумчивое молчание.— Вот почему ты не можешь один раз поддержать? Я много не возьму, никто даже не заметит. Какой смысл строить из себя правильного? — никак не могла понять она.

Лекс задумчиво перенес вес на одну ногу. Он и сам испытывал желание отблагодарить друзей, но в отличие от Евы, не смог придумать как. Однако сама мысль участвовать в воровстве вызывала у него внутренний протест.

— Это незаконно. Я не могу пойти на преступление, — наконец, пояснил мужчина.

— Ну и прекрасно, тогда иди и расскажи всё охранникам, — махнув на него рукой, Эвелин снова встала взбираться.

Получив дозу адреналина, она вскарабкалась на каком-то злом энтузиазме почти так же ловко, как шимпанзе. Решив не рисковать и, лучше не грациозно, но зато успешно, на четырех конечностях проползла по толстой ветви до бетонного ограждения, которое оказалось достаточно широким, чтобы встать на него. Сделав несколько осторожных шагов вдоль стены, Ева уже оценивала пути отступления, когда Луна удачно вышла из-за облаков. Благодаря её свету девушка заметила несколько спелых апельсинов на верхних ветвях — их можно было сорвать прямо отсюда! Распихав трофеи по карманам, она без предупреждения сиганула вниз.

Лекс, конечно, не ожидал такого поворота. Он инстинктивно рванулся вперед, но было уже поздно. Эаелин удачно приземлилась на мягкую траву — высота была незначительной. Удовлетворенная результатами своей вылазки, она последовала обратно в порт, напевая себе под нос незамысловатую мелодию.

Велидан не сразу последовал за ней, размышляя, стоит ли пытаться продолжать взывать к её совести, или же после этого есть риск ненароком отправится поплавать, но на этот раз — без свидетелей. Технически, Лорис не пересекла границу сада и ничего не нарушила. Ну а плоды принадлежат дереву, на котором растут.

Один апельсин как раз завалялся в траве рядом. Заприметив его, Лекс подобрал находку, и уже после этого двинулся за Эвелин, быстро нагнав её.

— Как ты узнал, что я здесь? — спросила она и стукнула себя по лбу, когда мужчина указал на голограф.

На устройстве действительно была функция отслеживания местоположения всех членов миссии. Ева понадеялась, что больше никто не следил за ней, и взяла на заметку в подобных вылазках не брать гаджет с собой.

* * *

Если жизнь кажется скучной и не хватает проблем, девушки успешно придумывают их себе сами.

На следующий день Эвелин ломала голову, не представляя, что можно сделать с добытыми апельсинами. В ее жизни было не так много случаев, когда она готовила что-то не просто для утоления голода, а для удовольствия. Смутно вспоминалось, как в детстве они с мамой пекли какое-то печенье, но рецепт, конечно, не сохранился в памяти. Надо было придумать благодарность попроще.

От важного дела отвлекла внезапно появившаяся работа «по специальности». Из-за диверсий врага, а также начала разгрузки судна и запуска работы железной дороги в порт были направлены дополнительные военные силы. Один из отрядов, прибывший с охраны засаженных полей, жаловался на периодическое появление мутировавших божьих коровок.

— Они поедают урожай, огромные дыры оставляют! — с возмущением говорил молодой командир во время личной встречи.

Ева внимательно изучила предоставленные фотографии на голографе и покачала головой:

— Этого не может быть. Божьи коровки по своей природе хищники, этот вид уж точно, — листая серию однотипных снимков, уверенно ответила девушка.

Мысль использовать хищных мутантов против растительноядных вредителей давно крутилась у нее в голове. Божьи коровки казались идеальными кандидатами — Лорис с детства испытывала к ним особую симпатию.

Разумеется, приручить или обучить божьих коровок не получится так же, как с котиками или собачками. Это жуки, и интеллект у них куда ниже. За приручением будет стоять большая работа на инстинктах и особенностях вида. Но об этом стоит поговорить… Ева даже не знала, с кем. На такую миссию понадобятся люди, которые и без того в дефиците.

Среди серии снимков один вдруг привлек ее пристальное внимание. Лорис вытаращилась на него так, словно увидела призрака, а потом вскочила, громко ударив ладонями по столешнице.

— Когда вы сделали эту фотографию?! — спросила Эвелин с таким интересом, что парень от внезапности вжался в спинку стула.

— В вечер перед выездом в порт. Два дня назад, — припомнил он, хотя мог просто посмотреть на дату.

На сримакп был мутант на фоне неба, но похожий больше на бабочку, нежели на жука. Раскраска крыльев была точь-в-точь как у божьей коровки. Странность заключалась в том, что неизвестная аномалия до недавнего времени работала только на жесткокрылых, и бабочки к ним не относились.

— Действительно, необычно, — подтвердил собеседник.

Попросив разрешение на передачу ей данной фотографии, Ева угомонила свой пыл и вернулась к первоначальной теме.

— Так вот, божьи коровки питаются тлёй, а еще личинками. Зачастую это личинки мотылей или колорадов. Вы уверены, что это не колорады прореживают поля? — уточнила девушка, но военный только неопределённо передернул плечами.

Их работа заключалась в обороне земель от набегов по периметру. Осматривать поля как-то не доводилось, да и не входило в прямые обязанности. Лорис по-быстрому написала сообщение в виде пояснительной записки с изложением своих мыслей и передала ее командиру. Отправить послание напрямую в ту местность возможности не было — слишком далеко, поэтому оставалось лишь ждать возвращения отряда.

«Голубиная почта, и та эффективнее бы была» — промелькнула справедливая мысль в голове.

Закончив с формальностями, Ева сразу же связалась с Норой. Та как раз находилась в импровизированном «гараже» Ренри.

Азиат продолжал упорные попытки вернуть всё на свои места — в частности, починить протез до конца, но срочное дело заставило девушку покинуть его общество чуть раньше.

— Посмотри на это, — тыкая голографом в самое лицо, тут же набросилась Ева.

Нора сделала шаг назад, но даже так пришлось отклоняться, чтобы хоть что-то увидеть на экране.

— Божья коровка? Нет… Погоди, это бабочка? — терялась в догадках подруга.

— Мы должны её найти! — безапелляционно решила Эвелин.

Нора впервые видела её такой. Лорис рвалась здесь и сейчас приступить к поискам, и неважно — где. Точнее, хотела идти выбивать разрешение отправиться туда, где бабочку в последний раз видели, но Нора остудила её пыл, резонно заметив, что вероятность встретить ее там повторно слишком мала.

— Хорошо-хорошо. Давай сходим поищем, — решив не нервировать нервных, покивала девушка.

Она на свою голову предложила сообщить о находке вышестоящим людям, но это совсем не воодушевило Еву. По какой-то причине она не хотела распространяться об этом.

Проблема заключалась в том, что территория над портом была слишком мала для поисков подобных особей. Следовало выбраться за его пределы, и за этим разрешением девушки последовали к Тайлеру, который нашёлся около железнодорожной станции.

— У меня нет людей, чтобы приставить к вам охрану, — как обычно, отмахнулся он.

— А Лекс? Он мне говорил, что сегодня будет выходной, — ожидая подобный ответ, уточнила Эвелин.

Лейтенант вздохнул и окинул её тяжёлым взглядом.

— У нас нет выходных, — рявкнул было он.

Если честно, просто не любил отпускать племянницу шастать непонятно куда, даже в сопровождении своих людей. Но сегодня девушки особенно упорствовали, и в конечном итоге Тайлер согласился дать разрешение на выход с территории на несколько часов. С одним условием — только в сопровождении «названного брата», способностям которого доверял, как своим.

Вызвонив Лекса и отправив Нору с подругой на место место встречи, он вернулся к своим делам.

Велидан по своему обыкновению стоял, рассматривая границу между морем и небом, которая размывалась из-за серой дымки. С винтовкой за спиной и кобурой на поясет он скорее походил ветерана недавних боёв, нежели на безобидного мыслителя. Задумчивости образу придавала сомнительная самокрутка, напоминающая не то сигару, не то сигарету.

Лексар вспоминал профессора, с которым работал в мирное время. Тот любил покурить. Частенько спускался на улицу во время рабочего дня, а порой даже и в кабинете позволял себе пару тяжек, чем нервировал сотрудниц-коллег.

— Ты куришь? — раздался удивлённый голос Евы.

Ева впервые видела Лекса с сигаретой. Она собралась выразить своё «фи» — совсем не любила этот запах, однако решила ограничиться лишь вопросом. Как ни странно, мужчине это шло, словно все пережитое давало ему право на маленькие слабости.

— Новоприбывшие ребята угостили, — пояснил Лекс и, закончив за пару тяжек, потушил остатки сигары об землю, для верности затоптав ботинком. — Своеобразная память о друге.

Хмыкнув, но решив не лезть в личное, Ева ввела в курс дела. О бабочке она умолчала — сказала лишь, что нужно исследовать популяцию жуков к востоку от порта. Лексу, впрочем, было все равно, в каком направлении идти.

Нора по дороге непрерывно тестировала работу протеза, поочередно сгибая каждый палец.

— Ну как, все функционирует? — с интересом поинтересовалась Эвелин.

— Практически идеально, учитывая имеющееся оборудование, — с неподдельным восхищением ответила Нора. — Ренри просто гений!

Местность за пределами порта быстро сменилась на болотистую. Для Норы это было идеально — здесь водилось много интересных видов жуков. Ева же явно стремилась поскорее выйти на открытое пространство. Вскоре, однако, и она увлеклась поисками.

— Только не расходитесь далеко, — в какой-то момент послышался голос Лекса.

Он один и не может разорваться на охрану и защиту в два разных места.

Девушки негласно решили держаться параллельно примерно на одном и том же расстоянии друг от друга, продвигаясь вперёд. В своих поисках они крайне походили на грибников: осматривали пеньки и поваленные брёвна, задерживалась у стволов деревьев. Тихая охота приносила свои плоды. Найденные экземпляры помещались в специальные стеклянные контейнеры, обязательно — раздельные, чтобы раньше времени не навредить друг другу. В какой-то момент всё превратилось в молчаливое соревнование, по завершении которого Нора одержала победу, отыскав на двух жуков больше.

Девушки остались довольны результатами вылазки — за эти несколько часов получилось насобирать опытных образцов больше, чем за все дни до этого. Назад они шли в крайне хорошем расположении духа, а вот Лекс за прошедшее время заскучал и периодически позёвывал.

— Странно, что на нас никто не напал, — заметила в какой-то момент Нора.

Вероятность наткнуться на мутанта близ порта и железной дороги за последнее время сильно уменьшилась.

— Ты думаешь, они бы готовили запуск поезда без предварительной зачистки? — риторически спросил Велидан.

Было приятно видеть результаты работы — и его, в том числе. Будет ли возможность устранить всех мутантов в дальнейшем или же теперь придётся сосуществовать с ними на одной планете?

— Кстати, Лексар. Вы, вроде бы, работали вместе с Ренри когда-то? — вдруг спросила Нора, и парень утвердительно кивнул. — Он всегда был таким способным? — продолжила она.

Ева сразу навострила уши, хотя продолжала строить каменное лицо.

— Угу, — коротко подтвердил Велидан. — Хотя в те времена он был тем еще молчаливым занудой.

— И это ты говоришь? — вырвалось у Эвелин недоверчивое изречение, которое вызвало недоумённый взгляд. — Похоже, вы поменялись характерами.

— Похоже, вы поменялись характерами.

Никак у Лорис не укладывался в голове образ молчаливого и скучного Ренри. Она решила, что Лекс намеренно приукрашивает. Нора лишь многозначительно подняла бровь — за долгие годы люди действительно сильно меняются.

Добравшись до порта, троица продолжила совместный путь к жилым постройкам до тех пор, пока у девушек не возник спор. Нора намеревалась по возвращению приступить к опытам, тогда как Ева жалела любимцев и хотела дать им хотя бы несколько дней мирной жизни.

— Нам же нужно собрать данные для разработки методов борьбы с мутантами, — разумно заметила Нора. — Это прямая обязанность по протоколу.

— Знаю, — с прискорбным вздохом согласилась Эвелин. — Но они же тебе не прямо сейчас все нужны? Отдай мне пока парочку, пусть у меня поживут. Я тщательно прослежу за ними! — пообещала девушка.

Нора задумалась, что будет сложнее: забрать сейчас всех или же потом оставшихся, к которым подруга ещё больше привяжется. Тогда девушка схитрила и согласилась отдать на временную передержку только тех, кого было по несколько особей. Ими оказался небольших размеров непримечательный плавун, а еще невероятной красоты навозник. По крайней мере, Ева давала ему именно такую характеристику. Весьма крупный и с отличающим изумрудным парцырем, он лениво шкрябал лапками по стеклянному дну.

На этом компромиссе они и расстались. Лекс проводил Еву к жилому модулю, по пути отчитавшись Тайлеру о благополучном возвращении. Ева пребывала в прекрасном настроении, радуясь новым питомцам, и даже слегка подпрыгивала на ходу. Вдруг у нее развязался шнурок.

— Подержи, пожалуйста, — доверив самое дорогое, девушка всунула Велидану контейнеры и быстро исправила это недоразумение.

Напрасно. Когда протянула руки назад, парень не поспешил их вернуть. Вместо этого уставился на оголившееся запястье с непонятными шрамами.

— Это откуда? — кивком указал он.

Рубцы выглядели старыми, но раньше как-то не попадались на глаза. Ева и сама уставилась на свою руку, не поняв, о чем идет речь.

— Я не помню, — отмахнулась она и попыталась забрать контейнеры, но Лексар рывком их отвёл в сторону. — Нет, серьёзно. Я была маленькой, когда они появились.

— От чего? — не унимался Велидан, снова вернувшись в раздражительный режим «мамочки».

Эвелин с сожалением посмотрела на своих жуков, которые находились так близко, и в то же время в зоне недосягаемости. Она не очень хотела рассказывать те события, так как считала их странными, и Лекс всё равно бы не поверил в правдивость слов.

— Это произошло в моем детстве во время одного из путешествий с родителями. Мы поехали в национальный парк Йеллоустоун. Там было много термальных озёр, очень красивых. Я ненадолго задержалась около одного из них, а потом там появилось что-то странное. Помню, что сначала было страшно, и я испугалась. Подумала, что призрак, — рассказала она и встретилась взглядом с фиолетовыми глазами, ожидая увидеть в них насмешку, но Лекс очень внимательно и серьёзно слушал.

— И в итоге? — в образовавшуюся паузу вставил он, желая услышать историю целиком. — Как он выглядел?

Лорис снова тяжело вздохнула, невольно пародируя самого мужчину.

— Да говорю же, не помню. Это была женщина, просто появилась внезапно, будто бы из ниоткуда. Мы разговаривали. Сначала я испугалась, но в итоге она подарила мне вот это, в взамен оставила шрамы, — девушка достала из кармана штанов плеер, который неизменно таскала повсюду. — Еще она дала мне необычного жука! — кажется, это было самым радостным моментом её рассказа.

Но Лекс не разделял ее восторга. Поставив контейнеры на землю около себя, он двумя руками взял Эвелин за кисть и стал всматриваться в рубцы. Они будто пытались сложиться в некую фразу, но со временем, видимо, зажили, так что теперь было не разобрать.

Ева даже уже не сопротивлялась. Чем быстрее Велидан удовлетворит свой интерес, тем быстрее она получит своих жуков. А ведь сегодня ещё в планах разобраться с десертом.

Двое и не подозревали, что в это время кое-кто внимательно наблюдал за ними.

Глава 18 Женщина-халк

Знакомо ли вам чувство, когда в жизни вроде бы всё хорошо, но какая-то мелочь не даёт наслаждаться моментом? Для Ланы этой мелочью стал Лекс. Вернее, его непробиваемая эмоциональная броня, которую он надевал при каждой попытке сближения. Не меньше раздражала и вездесущая Эвелин, вечно крутившаяся рядом. Что он в ней нашёл? А главное — почему блондинка так равнодушно относилась к своему «жениху»?

Заметив парочку у жилых корпусов, Лана замерла за углом, наблюдая как детектив. Разговор расслышать не удавалось, но картина говорила сама за себя: Лекс держал Еву за запястье, внимательно изучая что-то, а та лишь терпела его прикосновения с видом домашнего кота, которого насильно тискают. Ни трепета, ни смущения — совсем не то, что ожидаешь увидеть у влюблённых. Неужели их помолвка — лишь формальность из-за чувства долга со стороны Велидана или вроде того? Лана твердо решила докопаться до истины.

Но надежда на разлад разбилась в тот же вечер. Проследив по голографу за Лексом, она с горечью обнаружила его на импровизированной кухне с Евой. Разве не романтично — готовить вместе? В их мире, где еда давно превратилась в утилитарный процесс, такое внимание к рутинным вещам говорило о многом.

В прескверном расположении духа Лана отправилась к своему брату — душа требовала присесть к кому-нибудь на уши.

Несмотря на стремительно наступающий вечер — темнело здесь раньше и быстрее, Ренри не собирался расставаться с работой. Он был из тех, кто легко увлекается и добровольно жертвует часы отдыха в пользу дела. Сейчас он находился в старом депо, где вовсю велись приготовления к скорому запуску поезда.

Несмотря на свое положение и опыт, командовать азиат не любил. Просто плохо получалось организовать людей — казалось, что они медленные, и проще сделать всё самому. По этой причине у Рена не было своего отдела и подчиненных в «Менторе», но собственные навыки всё-таки давали ему особое положение, столь полезное в некоторых ситуациях.

Под установленным искусственным освещением мужчина старательно копался в тележке тепловоза, то и дело подсвечивая себе фонарём, закреплённым на каске.

— Рабочий день давно закончен. Или ты откажешься от ужина в мою пользу? — остановившись позади раскорячившегося брата, спросила Лана.

Она знала, что от интересной работы его можно отвадить только едой. Встав, Ренри отряхнул колени и смахнул пот со лба.

— Снова увлекся! Хорошо, что ты пришла. Сложи вон те инструменты, — попросил он, и брюнетка, немного подумав, всё же помогла поскорее прибраться.

Столовой в порту не было — все питались пайками где придётся. Любимым местом Ренри оставался его «гараж». Кажется, он бы там и жил, подбрось кто матрас.

Устроившись за столом, мужчина с удовольствием распаковал паек, с интересом разглядывая надписи на упаковках с тем же восторгом, что ребёнок изучает новогодний сладкий подарок.

— Опять сушеный грейпфрут на десерт, — разочарованно скривился он, заглядывая в паек сестры, которой достался киви. — Махнемся? — предложил азиат и потянул руки к пакетику.

— Вот ещё! — Лана шлёпнула его по руке. — Сам свой грейпфрут ешь.

Горькие фрукты она не любила.

— У меня же аллергия на цитрусы, — напомнил Рен, делая несчастные глаза. — А если у меня начнётся отёк, что будешь делать?

Аллергия не часто проявляется во взрослом возрасте, но парень оказался в числе этих «счастливчиков». Его здоровье в определённый момент жизни сильно пошатнулось — когда одного за другим довелось потерять близких друзей и товарищей.

— Позову Лорис. Она же эксперт по таким вещам! — съязвила китаянка.

Про недавний инцидент с Лексом она, конечно же, знала, и очень бесилась с того, что в тот момент рядом оказалась блондина, а не она.

Рен понял, что сестра ещё не успокоилась.

— Чего ты её так невзлюбила? Вы даже не пересекаетесь сейчас, так зачем думать?

— Если бы это было так просто, — резонно заметила Лана, заваривая порошковый кофе.

Начинать прием пищи она любила с конца.

— Мы тут все трудимся в поте лица, работаем с утра до вечера, а она зачем здесь? Баклуши бить? — продолжала негодовать брюнетка.

С этим утверждением Ренри согласиться не мог — он прекрасно знал, что существует не только физическая работа. Но Лана быстро прервала его нудную поучительную тираду.

— Вот сегодня вечером, например, она пирог готовит. Пирог, представляешь?! Апельсины откуда-то достала. Разве это не показатель?

Ренри, который в это время пытался незаметно стянуть пакет с сушеным киви, вдруг остановился и внимательно посмотрел на сестру.

— Ты что, следишь за ней? — предположил он. — Вот откуда ты знаешь, что это от безделья? Может, её попросил кто. Вряд ли бы Ева стала так заморачиваться ради самой себя, — уже немного изучив характер Лорис, заметил мужчина.

Она предпочла бы отдохнуть и просто поспать лишних пару часов, или же погулять. Приготовление пирога, даже самого простого, сейчас задача не из лёгких — из-за сложности достать ингредиенты. Тем более здесь, в порту.

— Конечно не для себя. Для Лекса, ясное дело, — снова раздраженно фыркнула Лана. — Так и пытается ему угодить. Невеста!

— Не накручивай себя, что ты заладила, — отправляя в рот дольку киви, Рен невольно скривился от неожиданно насыщенного кислого привкуса. — В конце концов, ты бы могла поступить так же. Проявить заботу там, не знаю, сделать что-нибудь приятное.

Толку особого в этом не было. Находиться во френдзоне, да ещё заискивать перед отвергающем ее мужчиной? Лана не хотела быть на столь жалком месте, не замечая, что её попытки следить и лезть в чужую личную жизнь ставят её в ещё более невыгодное положение.

Рен знал — за колючками сестры скрывались старые раны. Хотелось её как-то приободрить.

— Это же просто прикрытие. У тебя ещё есть шанс.

Он забыл, что только он знал правду об их помолвке. Брюнетка с непониманием уставилась на брата.

— Ты о чем? — уточнила она.

Мужчина поджал губы и уставился вправо, судорожно ища выход из ситуации.

— Ну… может, сможешь его отбить? Хотя это некрасиво… — залепетал он и поспешно сменил тему.

Лана покивала, но от неё не укрылосб поведение брата. Она знала о нём не меньше, чем он о ней. Пусть Ренри и болтун, а врать так и не научился.

* * *

Полночь. Лана не спала, уставившись в голограф, где две точки слились в одну. Лекс снова был с Евой.

Когда маркер Лекса покинул помещение, она вскочила с кровати и бросилась вниз. Перехватить парня у выхода из соседнего здания китаянка не успела — Велидан и не покидал его. Выйдя на улицу буквально на минуту — выбросить мусор, он вернулся обратно на импровизированную кухню, на которой до этого творился кавардак.

— Тебе пора закругляться. Поспать не успеешь, — указывая на окно, где давно буйствовала чернота ночи, напомнил Лекс.

Вечер выдался насыщенным. Оставив Еву с ингредиентами, он подменил товарища на дежурстве, потом помогал с погрузками. А вернувшись — застал кухню в состоянии творческого хаоса.

Приготовление десерта без опыта и нормальных ингредиентов — задача не из лёгких. В процессе всё шло не так.

Сначала девушка неаккуратно толкнула локтем пакет с мукой, и значительная часть рассыпалась по пол. Ева принялась ее собирать, но потом подумала, что в пирог для Ренри добавлять точно не будет. Затем несколько раз порезалась, когда перетирала кожуру апельсинов в цедру. Ну и, в довершении, не обошлось без сгоревшего к чертям собачьим финального блюда.

Сахара больше не осталось, и Лорис пришлось ломать голову, где бы достать ещё. Она не придумала ничего лучше, как пойти на пристань и просить у работяг оставшийся сахар из пайков с ужина. Его было немного, но худо-бедно наскребла. А затем всё сначала.

Во второй раз Эвелин решила прежде сделать тестовый образец для запекания — в найденном рецепте не была указана необходимая температура. Получилось, вроде бы, неплохо, но девушка навалила слишком много апельсина, из-за чего его не хватило на конечный вариант. Получилось гораздо более скудно.

Зайдя на кухню, Лекс мысленно ужаснулся творящейся кругом вакханалии, в узких кругах именуемой творческим беспорядком, но уставший потерянный вид Лорис заставил прикусить язык. Ева отрешённо смотрела перед собой. Пирог получился мало что неказистым, так еще его и с натяжкой можно было бы назвать по-настоящему вкусным. От осознания собственной криворукости хотелось заплакать.

— Закончила? Отлично получилось, — попытался приободрить ее Велидан, но его слова прозвучали почти как издевательство.

Эвелин медленно подняла голову и посмотрела на него, пыталась уловить в голосе нотки сарказма.

— Такое нельзя дарить в благодарность, — промолвила она и перевела взгляд на злополучный итог своей деятельности. — Больше апельсинов нет, переделать не получится, — словно попыталась оправдаться Эвелин.

Скрестив руки на груди, Лекс подумал, как можно исправить ситуацию.

Пустой паёк, немытая посуда… Он нашёл самый большой контейнер, переложил содержимое, вымыл и аккуратно поместил туда пирог. Добавил картонную подставку и украсил сушёным киви — любимым лакомством Рена.

— Ну вот. Неплохо выглядит, так что можно дарить.

Ева заторможенно покивала и поблагодарила за помощь. Она была без сил, и поэтому Велидан решил помочь с уборкой. Эта часть, пожалуй, для каждого самая неприятная в любом творчестве, но Лекс быстро расправился с ней. Когда закончил, обнаружил, что Лорис уснула, положив голову на стол.

Сейчас она выглядела, скорее, безмятежной, нежели уставшей. Светлые пряди частично прикрыли лицо, словно стараясь отгородить веки от желтых лучей яркой светодиодной лампы. Кончиками пальцев Велидан скинул их, отчего девушка поморщилась, но не проснулась. Обычный маленький человек в большом недружелюбном мире. Лекс хотел бы отгородить её от любых серьёзных забот, хоть и понимал, что это не в его силах.

Он опять себя поймал за тем, что рассматривает Еву спящей и чувствует спокойствие в этот момент. Вот только понять, с чем это связано — задача не из простых. Влюблённость? Можно было бы удовлетвориться этим ответом, но почему-то мужчина сомневался. За собственными эмоциями стояло нечто другое, что невозможно было понять. Он бы мог сравнить себя с щенком, готовым на что угодно ради хозяина. Но почему в роли хозяина именно Эвелин?

Сложив оформленный пирог в бумажный пакет из-под пайка, Лексар повесил его на запястье, а затем взял девушку на руки. Она была словно пушинка. Скорее всего, и весьма плотный Ренри, и даже махина Тайлер были бы таковыми, но носить их мужчина желанием не горел. Он миновал несколько лестничных пролетов и буквально через минуту Ева оказалась в своей постели.

Здесь они жили порознь. Все бойцы были определены в казармы, находящиеся по периметру порта — для возможности быстрой мобилизации или обороны от врагов. Поставив пакет с пирогом на стол, Лекс двинулся к выходу, но кое-что вспомнил. Вернувшись к столу, он выложил на него прихваченный вчерашним вечером апельсин.

* * *

Не успев перехватить Лекса, Лана задержалась под дверью, прислушиваясь. Из-за двери доносились лишь шорохи и звон посуды — странная тишина для двоих людей. Что они там делают? Может, поссорились?

Пальцы уже тянулись к ручке, когда в коридоре раздались шаги. Лана едва успела отпрянуть, прежде чем из темноты возник Тайлер.

Лейтенант не выглядел удивлённым. Он целенаправленно подошёл и остановился перед ней, засунув руки в карманы неизменных камуфляжных штанов.

— Шпионишь за моим названным братом? — влоб спросил он.

Лана аж вздрогнула от внезапно точной догадки и попыталась сделать непринуждённый вид.

— Вот ещё, зачем мне это? Просто мимо шла, — фыркнула она и, показательно высоко поднимая ноги, направилась к выходу, но была бесцеремонно остановлена за запястье.

Брюнетка зашипела, очень напоминая гадюку в этом амплуа. Она терпеть не могла, когда кто-то трогал её без спроса.

— Отпустите меня, — сквозь зубы процедила она.

Негромко, но доходчиво. Даже Тайлер на миг растерялся и разжал пальцы, чем китаянка воспользовалась и поспешила к лестнице. Но лейтенант упорно не хотел оставить её в покое.

— Ты думаешь, ложь поможет тебе избежать неудобных вопросов? — шагая буквально по пятам, спросил он.

Выскочив на улицу, Лана резко обернулась, готовая обвинить его в беспочвенных подозрениях, но слова застряли в горле — Тайлер показал карту на голографе. Оказывается, следила не только она.

— А вы чем лучше? Перед сном решили поинтересоваться личной жизнью подчинённых? — перешла брюнетка в нападение, но и здесь ничего не вышло.

— Проверять благополучие бойцов — моя обязанность.

Глубоко вздохнув, Лана развернулась к нему лицом к лицу.

— Послушайте, глубокоуважаемый командующий Тайлер. Личная жизнь кого бы то ни было — даже ваших подчиненных, вас никоим боком касаться не должна. Не заставляйте меня сомневаться в вашем профессионализме и жалеть о том, что столь самопожертвенно поехала на ваши поиски после инцидента в лагере, — очень вкрадчиво решила напомнить китаянка о своих заслугах.

Она слегка приврала — тогда её волновал лишь Лекс. Но факт оставался фактом: именно она нашла их группу.

Говорить с командиром в столь неуважителном тоне кому угодно сулило неприятностями. Мужчина опешил от такой наглости. Самонадеянная девчонка совсем берега попутала, и пока он формулировал подходящий ответ, она снова предприняла попытку ретироваться.

— Стоять! — рявкнул он и схватил за запястье.

Лана внезапно легко, словно по инерции, развернулась. С каменным выражением лица она свободной рукой ухватилась за ткань куртки на груди, а затем мужчина только и успел увидеть, что промелькнувший перед глазами чёрный хвост волос, прежде чем оказался на земле.

Лана не просто повалила его. Такая маленькая по сравнению с Тайлером, взяла и бросила через плечо. Всё это произошло одним плавным отточенным действием, напоминающим реверанс.

Мужчины часто недооценивают тех, кто меньше и слабее их, тем более — девушек.

Несколько секунд Тайлер не мог поверить в произошедшее. Он приподнялся, но так и не встал. В полутьме силуэт разозленной черноволосой бестии поверг его, командира, в трепещущий ужас.

Лана запоздало осознавала, что только что натворила. Такое ей точно с рук не сойдёт, но что поделать — тело действовало по наитию. Не даром она с раннего детства обучалась и оттачивала навыки самообороны.

Сгорел сарай — гори и хата.

— Командир, не нужно меня вот так хватать. И не нужно лезть в мою личную жизнь — она никаким образом не касается рабочих вопросов. Если вас что-то не устраивает в моих действиях, можете отозвать моё участие в миссии или назначить уместное на ваш взгляд наказание, — нависая над ним, проговорила Лана, после чего в третий раз развернулась и наконец-то удалилась в сторону соседнего здания.

На лице у девушки застыла самодовольная усмешка. Она была уверена: никакого публичного наказания не последует. Признать, что девушка положила его на лопатки? Ни за что! Хотя отозвать обратно на авианосец он мог. Но до конца миссии оставались считанные дни…

Тайлер продолжал лежать, глядя на звёзды. Давненько он вот так не отдыхал на свежем воздухе. Несколько минут одни мысли стремительно сменялись другими, перебивая друг друга, подобно бьющимся о волнорез волнам. Шум моря эхом доносился сюда откуда-то издалека.

Наконец поднявшись, он отряхнул куртку.

— Какая женщина! — вымолвил он себе под нос, прежде чем последовал к казармам, где большинство бойцов уже досматривали второй сон.

Глава 19 Сепарация

С момента первого запуска поезда по восстановленной железной дороге прошло несколько дней. Весьма незначительное событие на фоне прежних технологических достижений человечества, но для членов «Ментора» оно стало поистине переломным. Дело было не только в доставке дефицитных товаров, которых так не хватало во всех сферах жизни. Главное значение имел моральный аспект.

Люди на материке годами просто выживали, сражаясь с мутантами и вражескими группировками, не видя конца этому кошмару. Теперь же в их глазах загорелся огонек надежды. От поваров и портных до инженеров и военных — все выполняли свои обязанности с новым энтузиазмом. Появилась вера в будущее, пусть пока выраженная в таком небольшом, но важном шаге вперед.

Даже на авианосце атмосфера изменилась. В этой новой обстановке Еве стало гораздо приятнее просыпаться по утрам. Сейчас девушка использовала обеденный перерыв, чтобы собрать свои немногочисленные вещи для предстоящего переезда.

Вошедший в комнату Лекс поздоровался — и даже в его обычно ровном голосе слышались непривычные нотки оптимизма.

— О, ты уже вернулся? — удивилась Лорис, складывая сменную одежду в мешок.

Они не виделись с тех пор, как Еву вместе с Норой и несколькими гражданскими отправили обратно в штаб. Это произошло за пару дней до исторического запуска железной дороги. Бойцы спецподразделения во главе с Тайлером сопровождали первый поезд до конца маршрута. Девушка предполагала, что они останутся там до полной разгрузки и озвучила свои мысли на этот счёт.

— Основные ценные грузы уже доставлены. Дальнейшим сопровождением займутся другие отряды, — пояснил Лексар, бросив на стул свежий комплект военной формы.

Грязное обмундирование сдавали в общую прачечную, получая взамен чистое.

На мгновение Эвелин отвлеклась от сборов, задумчиво окинув мужчину оценивающим взглядом с головы до ног. Лекс даже почувствовал неловкость — за последнее время он настолько привык к военной форме, что в простой черной водолазке и обычных штанах ощущал себя почти голым.

Однако мысли Лорис в этот момент витали далеко, складываясь в важный для нее вывод.

— Ренри тоже вернулся? — будто невзначай поинтересовалась она и почувствовала укол разочарования, когда Велидан отрицательно покачал головой.

— Не все системы работают идеально. В первом рейсе случались поломки. Инженеры остаются в команде сопровождения на некоторое время, — объяснил Лекс и только сейчас обратил внимание на разложенные по всей комнате вещи.

Среди них он не заметил своих и тогда поинтересовался, чем соседка занимается.

— Я переезжаю, — просто сообщила Ева, возвращаясь к своим делам. Обеденный перерыв был недолог.

Вот так просто поставила в известность. Хотя, с чего бы ей спрашивать мнение Лексара?

На лице Велидана трудно было что-то прочитать. С яркими эмоциями вроде гнева или радости у него проблем не было — они проявлялись предсказуемо, как у большинства людей. Но когда дело касалось более тонких чувств — здесь царила полная неопределенность.

Лекс, как бронированный автомобиль — оставался невозмутимым при любом раскладе, когда дело касалось чего-то столь деликатного. Вот и сейчас Ева затруднялась сказать, как он воспринял эту новость. В первое мгновение он лишь кивнул, приняв информацию к сведению.

— Не боишься, что раскроют наш первоначальный обман? — задал мужчина логичный вопрос.

Лорис отрицательно покачала головой — она уже обдумала этот момент.

— Скажем всем, что поторопились с помолвкой. Не сошлись характерами, вот и все, — озвучила она самый простой и правдоподобный вариант.

Если честно, Эвелин сомневалась, что кто-то вообще будет этим интересоваться. Не то чтобы она мечтала поскорее отселиться от Велидана подальше, вот только Нора сама предложила съехаться.

Подруга жила с дядей, но это соседство приносило больше неудобств, чем пользы. Даже несмотря на то, что как важному офицеру Тайлеру выделили двухкомнатные апартаменты. Нора ценила тишину, чистоту и порядок, тогда как лейтенант не заморачивался по таким мелочам. Между ними постоянно возникали разногласия на этой почве. В такие моменты они действительно напоминали отца и дочь, каковыми числились по документам. А в жизни любого подростка наступает период, когда жить на одной территории с родителем становится невыносимо.

Для себя Ева видела в этом переезде важный плюс. И причина крылась в ее последней встрече с Ренри перед отъездом.

* * *

В тот вечер после работы Лорис искала его по всему порту — даже пропустила ужин. Как назло, свой голограф азиат оставил в «гараже» во время обеда, поэтому пришлось обойти полбазы. Встретились они, как ни странно, все в том же гараже.

Девушка изо всех сил старалась сохранять спокойствие: это всего лишь благодарность за спасение ее «жениха» от перспективы утонуть. Но когда дело дошло до действия, она вела себя как школьница, вручающая валентинку симпатичному однокласснику. Ладони вспотели, ноги подкашивались, а голос предательски дрожал. Только совершенно слепой в эмоциональном плане человек не понял бы, в чем дело.

Ренри выслушал неразборчивое блеяние и с радостью принял пирог. Но никакого осознания ситуации в его глазах не было — либо он мастерски притворялся дурачком, чтобы не смущать Лорис еще больше.

— Очень красиво оформлено! Какая необычная подставка, — прокомментировал Рен, вертя в руках презент.

— Это Лекс сделал, — поспешила осведомить Ева.

Пусть знает, что друг тоже приложил руку и испытывает глубокую благодарность за свое спасение.

Задумавшись, азиат внимательно рассмотрел пирог, ища что-то, за что можно похвалить саму девушку.

— И киви так красиво выложены, мои любимые! — с восхищением отметил он и незамедлительно отправил одну дольку в рот.

— Это тоже Лекс, — на этот раз вздохнула Эвелин.

Вот что значит давание друзья.

Рен понял, что чтобы похвалить саму Лорис, нужно попробовать угощение, но вспомнил вчерашний разговор с сестрой.

— Выглядит очень вкусно. А что там внутри? — поинтересовался он начинкой.

— Апельсиновые дольки и цедра в тесте для аромата», — оживилась Ева, с радостью рассказывая о своем кулинарном эксперименте.

Она лишь надеялась, что он не спросит, откуда апельсины — не хотелось объяснять про несанкционированную вылазку.

Услышав ответ, мужчина заметно расстроился. Можно было бы просто принять пирог, но даже цедра в тесте могла вызвать аллергическую реакцию. Может, как говорила Лана, угощение и правда предназначалось Лексу, а Ева по каким-то причинам решила вручить его Ренри?

— Ох, извини. К сожалению, не могу его принять — у меня аллергия на цитрусы. Да и к тому же, о какой благодарности ты вообще говоришь, я же не тебя спас, — вежливо отказался он, вручая пирог назад.

Ева уже открыла рот для ответа, но в этот момент голограф у Ренри затрезвонил, и азиат тут же умчался к пирсу, где произошла авария на разгрузке.

Девушка замерла на месте, погрузившись в тягостные размышления. Как она могла не знать про аллергию? Почему Лекс не предупредил? Или Ренри просто вежливо отказался, придумав удобную отговорку?

По дороге к жилому блоку Ева перебирала возможные варианты. Может, в их культуре такие подарки не принято принимать от «невесты» друга? Хотя Ренри знает, что это притворство. С другой стороны, Лекс часто находился рядом с Евой, и азиат мог решить, что между ними что-то есть. Чтобы понять наверняка, нужно было узнать про аллергию.

Около здания перегорела лампочка. Освещая путь фонариком из голографа, Лорис не особо смотрела под ноги. Она забыла про злополучную ступеньку, из-за чего потеряла баланс и накренилась вперед. Выставила руки перед собой, чтобы не упасть, и пирог в пакете в следующее мгновение благополучно превратился в бесформенную кашу.

Какая же она неудачница. Было катастрофически жаль потраченных вчера времени и сил впустую. Нависнув над пирогом, Эвелин меланхолично взяла открошившийся краешек и осторожно надкусила. В темноте нахлынувшие слёзы не особо искажали картину перед глазами, которая неминуемо поплыла.

Шаги у входа заставили ее быстро вытереть глаза рукавом. Лекс вышел встретить Еву и узнать, как Ренри отреагировал на пирог, но обнаружил его здесь же — в плачевном состоянии.

— Что случилось, упала? Ушиблась?» — наклонился он, заметив следы слез на ее лице, но Эвелин поспешно опустила подбородок и отрицательно покачала.

Раз не ушиблась, тогда почему плачет? Велидан решил, что дело в загубленном пироге.

— Не нашла Ренри? Ничего страшного, немного помялся. Все равно вкусный», — попытался подбодрить он и для убедительности отломил кусочек. — Действительно вкусно!

— Он кислющий, — подавив ком в горле, возразила Лорис. — Скажи, у Ренри есть аллергия на цитрусы? — подняв глаза, спросила она.

По тому, как удивленно Лекс вскинул брови, Ева поняла — он ничего не скрывал.

— Какая аллергия? Это он так сказал? — попытался разобраться мужчина, но Эвелин вновь опустила голову.

— Так и знала, — промолвила она и больше ничего не пояснила.

Губы снова предательски задрожали. Это был всего лишь пирог в знак благодарности, но ситуация ощущалась как отказ в ее настоящих чувствах.

Лексар совсем не понимал происходящего. Он никогда не слышал о какой-либо аллергии у друга и теперь злился на Ренри, одновременно пытаясь утешить Лорис.

— Ну и дурак! Есть у него аллергия или нет — это не повод отказываться от такой вкуснятины, — высказал Велидан нелогичную мысль и, устроившись на земле поудобнее, стал с аппетитом уплетать останки пирога из пакета.

Ева посмотрела на него с недоверием, как на сумасшедшего.

— Прекрати. Я попробовала, он кислый. Не надо притворяться, — устало попросила она и протянула руки к пакету, но мужчина отвел его дальше.

— Я, вообще-то, обожаю кислое. И Ренри тоже, так он что он себя наказал, — заверил Лекс.

* * *

После неудачного подарка Ева решила дистанцироваться от Лекса. Это не означало полного разрыва — напротив, из раздражающего гиперопекой знакомого с синдромом мамочки он превратился в надежного друга, всегда готового прийти на помощь. Но чтобы сблизиться с Ренри, нужно было развеять его возможные сомнения насчет их с Лексом отношений.

Сейчас Лорис заканчивала упаковывать вещи, конечно же не собираясь тащить их с собой на работу. Но ее движение к двери было воспринято как прощание.

— Тебе со мной неудобно жить? — всё-таки спросил мужчина прежде, чем она ушла.

Эвелин передернула плечами, но после этого на миг призадумалась.

— Немного. Ты парень, я девушка. С подругой будет удобнее, — нашла она правдивое объяснение.

Свои романтические переживания Ева не хотела обсуждать, а намерение отдалиться от Велидана ради сближения с Ренри оставалось главной причиной.

Дверь за спиной бывшей соседки еще не закрылась, а Лекс уже ощутил непривычную пустоту в комнате, хотя ее вещи всё ещё лежали здесь.

Его собственных вещей было меньше. Прикидывая, что быстро соберет их перед переездом к новым соседям, Лекс в молчаливой задумчивости направился в душ, вновь ощущая ту самую гнетущую атмосферу, что царила на авианосце до успешного завершения миссии. Только теперь она заполняла лишь эту комнату

* * *

К концу дня Ева завершала свой переезд. Отоспавшись, Лекс помог перенести вещи. Нора к этому моменту полностью обустроилась — она начала переезд ещё вчера, и была счастлива избавиться от соседства с дядей.

— Какое облегчение! Больше не придется видеть разбросанные носки и окурки, — плюхнувшись на кровать, протянула она.

Эвелин в это время обустраивала свой уголок со жуками. Нора пока не требовала плавуна и навозника для опытов, и девушка надеялась, что не станет. Иначе придется защищать их руками и зубами.

Соседка, впрочем, и не ожидала иного — она сразу поняла, что Ева привяжется к насекомым. Домашним питомцам обычно клички дают.

— Как назвала? — хитрим тоном поинтересовалась она, проверяя свою теорию.

— Биба и Боба, — незамедлительно отозвалась Лорис, указывая сначала на плавуна, а затем на навозника.

С именами у нее всегда были проблемы.

Усмехнувшись, Нора достала с тумбочки бумажную книгу.

— Выходит, лейтенант такой неряха? — вернулась к теме Ева.

Соседка согласно покивала головой.

— Еще какой! Ты не представляешь, как давно я мечтала съехать. Жаль, по двое здесь могут жить только родственники. Глупое правило, — она бросила взгляд на пока пустующую кровать.

Ева задумалась о причинах такого порядка. Может, чтобы предотвратить однополые связи? Или для третьего человека в случае конфликтов? Им еще повезло, что каюта рассчитана на троих.

Размышляя о возможных ссорах, Лорис была уверена — с Норой у них серьезных разногласий не возникнет. Но проблемы пришли оттуда, откуда не ждали.

Перед самым отбоем раздался стук в дверь. Когда Ева открыла, то нос к носу столкнулась с Ланой. За ее плечами болтался огромный походный рюкзак, набитый до отказа.

Глава 20 Новый союз

Наш мозг часто достраивает картину происходящего быстрее, чем сознание успевает проанализировать детали.

Увидев за спиной Ланы огромный рюкзак, обе девушки истолковали её появление по-своему.

— Привет! Давно не виделись. Ты будешь жить с нами? — дружелюбно помахала брюнетке с кровати Нора, но тут же бросила тревожный взгляд на Еву.

Она не спрашивала о причинах, однако во время последней миссии заметила явную неприязнь китаянки к Лорис. Перспектива соседства грозила ненужным раздором.

Вопреки ожиданиям, Лана покачала головой.

— Только вернулась с задания. И сразу же услышала интересные новости о твоём переезде. Вы с Лексом расстались? — спросила она прямо, даже бесцеремонно.

Брюнетка так и не переступила порог, а Ева не спешила приглашать её войти.

— Это он тебе сказал? — Девушка почувствовала внезапный укол обиды, понимая, что информацию Лана могла получить только от него, но поспешно кивнула. — Да, так и есть.

Судя по виду, китаянка даже не успела принять душ после возвращения, но уже нашла время встретиться с Лексом и обсудить их расставание. Ева не ожидала, что он станет распространяться об этом так быстро. Может, он решил ответить на её чувства?

В голове мелькнула мысль, как убить двух зайцев одним выстрелом.

— Перекусить захотелось, пойду до столовой. Тебе что-нибудь принести? — Накинув кофту, Эвелин обратилась к Норе.

— Стакан кефира, — откликнулась та, возвращаясь к чтению книги.

Выйдя в коридор, Ева кивком предложила Лане пойти за ней. Та не ожидала разговора тет-а-тет, но была готова к любым перепалкам. Если блондинка будет просить или требовать оставить Лекса в покое, ей придётся узнать своё место.

Пройдя по пустынному коридору, они спустились в почти безлюдную столовую. Ева в очередной раз порадовалась, что новая работа позволяла выбирать еду по вкусу, а не по дешевизне. Ассортимент не пестрил разнообразием, и выбор пал на кукурузные хлопья с молоком.

— Эй. У меня свои планы, — недружелюбно огрызнулась Лана.

Она не горела желанием ужинать вместе, хотя есть хотелось адски. Всю миссию она провела за рулём спецтранспорта, и даже на обратном пути Тайлер не сделал остановку на обед.

Еву удивил временной разрыв между возвращением Лекса и Ланы, но всё встало на места, когда она вспомнила тактику командира — группа всегда передвигалась с временным интервалом друг от друга.

Кивнув, она со своей тарелкой хлопьев прошла за ближайший стол.

— Хочу тебе кое-что рассказать, чтобы развеять сложившееся между нами недопонимание, — когда брюнетка остановилась рядом со столом, не горя желанием садиться, заинтриговала ее Эвелин. — Это секрет, поэтому хочу, чтобы это осталось между нами. Даже Нора не знает.

— Да говори уже, — с раздражением прервала её китаянка, опустившись на стул напротив и поставив свой огромный рюкзак на соседний.

— Дело в том, что наша помолвка с Лексом — фиктивная. Так сложились обстоятельства. Он привёл меня в «Ментор», не зная, что посторонним запрещено даже знать расположение штаба, — поведала девушка как есть. — Он так сказал, чтобы меня не пристрелили на месте и точно приняли в организацию.

Она размешала бледно-золотые хлопья в холодном молоке и медленно попробовала смесь, зачерпнув ложкой. Блюдо оказалось достаточно пресным.

Лана пристально изучала её лицо, ища следы лжи.

— Тогда почему он отвергает меня, а за тобой ходит по пятам?

— Без понятия. Я от этого тоже не в восторге, — задумчиво протянула она и подняла глаза, встречаясь взглядами с брюнеткой. — Мне твой брат нравится. И, возможно, он тоже неверно увидел наши отношения, потому я и решила переехать.

Лана хлопнула ладонями по столу.

— Так Ренри знал?! — вскрикнула она и тут же понизила голос. — Вот сволочь. Не прощу.

Мысль о симпатии Евы к брату её не задела. Как сестра, она не понимала, что в нём можно найти привлекательного. Но это даже к лучшему — теперь конкуренции за Лекса не будет.

— Я всё рассказала, чтобы прекратить эту вражду, — продолжила Лорис. — А ещё хочу тебе предложить помощь друг другу. Ты всю жизнь знаешь Ренри. Не могла бы рассказать о его вкусах или каких-то вещах, которые ему нравятся в девушках? Я Лекса, конечно, не то чтобы хорошо знаю. Но как минимум могу для вас устроить пару случайных встречь и в целом посодействовать тебе, если что-то придумаешь.

Лана мгновенно оценила выгоду.

— Без проблем, я всё про него знаю, — согласилась она и попросила подождать, отправившись за едой.

Разговор обещал быть долгим, а голод давал о себе знать.

Дружить с Евой у неё не было ни малейшего желания — нельзя вмиг полюбить того, кого так долго ненавидела. Но перспектива взаимовыгодного сотрудничества сулила то, о чём она так долго мечтала.

* * *

Прошло несколько дней с момента возвращения спецподразделения. Ева успела полностью освоиться с Норой — третью соседку к ним, к счастью, так и не подселили.

Лорис ощущала в подруге сестру, которой у нее никогда не было — так близко они стали общаться. Проводя время вместе и на работе, и после неё, они даже не раздражали друг друга.

После рабочего дня и ужина Еву вдруг охватил внезапный порыв вдохновения. Не зная, куда деть эту энергию, она вспомнила о творческой мастерской, которую случайно обнаружила в первые дни на авианосце.

Переступив порог помещения, Лорис окинула взглядом полки, заставленные принадлежностями для рисования. Сама она никогда не увлекалась живописью — как ни старалась, получалось откровенно плохо.

Пробираясь между стеллажами, девушка неожиданно наткнулась на Лекса. Он сидел под лучом настенного светильника, уверенными движениями нанося мазки на холст.

— Ничего себе! Не знала, что ты так хорошо пишешь картины, — удивленно отметила Эвелин, заглядывая через плечо.

Назвать это рисунком язык не повернулся, и в самом деле — картина. На холсте с фотографической точностью был изображен порт, который они недавно покинули: темный корабль на сине-серых волнах, пробивающиеся сквозь облака лучи света, одинокая чайка, парящая над водной гладью.

Лекс кивнул и снял холст с мольберта, поставив его на пол к остальным. Только теперь Ева заметила целую коллекцию картин — в основном пейзажей, запечатлевших знакомые места. Присев на корточки, она с любопытством стала рассматривать их.

— Сколько дней ты над этим работал? — поинтересовалась она, проводя кончиками пальцев по шерохрватой поверхности, на которой был изображён горный пейзаж с серпантином.

— Пару часов, — вполне серьёзно ответил Лекс, отчего Эвелин попкохуналсь собственной слюной.

Она с недоверием уставилась на результат творческой деятельности мужчины. Холст был настоящим, краски свежими, мазки различимы — но сомнения не отпускали. Прикоснувшись к картине снова, она убедилась — перед ней действительно ручная работа, а не фотография. И все же чего-то не хватало

— Технически безупречно, но слишком топорно. Не прослеживается стилистики, души как будто нет, — словно в этом понимает, выдала Ева непрошенную критику и тут же вскочила, загоревшись идеей. — А меня нарисовать можешь?

Велидан честно задумался. Людей он еще не пробовал воплощать на холсте, а потому сомневался, получится ли воспроизвести картину.

— Садись — попробуем, — он кивнул на пустующий стул, и девушка с готовностю устроилась напротив него.

Оказалось, что позирование — дело непростое и весьма скучное, даже когда речь идет про портрет. Несколько часов она бы точно не выдержала, но мужчине в самом деле понадобились какие-то двадцать минут. Когда Ева взглянула на итог, то у нее сложилось стойкое ощущение, будто помотрела в зеркало.

— Ты мог бы на этом зарабатывать… Раньше, — чуть подумав, сказала она.

В мирное время много на чем можно было делать деньги, что сейчас не имело прикладного характера, а потому — какой-либо ценности. Искусство потихоньку умирало.

— В мирное время я этим не занимался, — усмехнулся Лекс с какой-то ноткой грусти.

Если бы знал, как всё повернется, жил бы не одной лишь работой. Он чувствовал тяжесть упущенных возможностей.

— А ты можешь нарисовать что-нибудь из головы? — спросила Эвелин. — Например, твою идеальную комнату.

— Это невозможно, — покачал головой Лекс. — Даже нейросети создавали новое, комбинируя известные элементы. Я могу представить идеальную комнату, но это будет всего лишь перестановка знакомых предметов. Придумать что-то совершенно новое в целом крайне сложно — в любой сфере.

— Ну ты и зануда, — фыркнула девушка и переместилась к полке сбоку, где стала выбирать что-нибудь для себя.

В итоге, остановилась на алмазной мозайке, потому что понравилась картина — две божьи коровки на листьях с каплями росы.

— Тогда изобрази то, что находится внутри чёрной дыры, — придумала Эвелин.

Она покосилась на стол, размышляя, стоит ли собирать мозайку здесь или лучше заняться этим в каюте. За один раз вряд ли получится завершить.

— Какой? — не понял Велидан, вопросительно посмотрев на новый, чуть сероватый холст.

— Да любой, — вздохнула Лорис, не считая это принципиальным.

— Но никто не знает, что внутри черной дыры. Там может быть сингулярность, сверхмассивная антиматерия или…

— Ну приехали! — перебила его Эвелин и снова подошла к холсту. — Поэтому я и придумала такое. Раз никто не знает, что там, твоя версия и будет оригинальной.

Правда, как Лекс будет изображать сингулярность или антиматерию она понятия не имела. Был шанс увидеть что-то вроде квадрата Малевича.

В голове всплыли отцовские теории о черных дырах как порталах в параллельные миры. Он объяснял, как материя, пересекая горизонт событий, теоретически может преодолевать время. Удивительно, как четко детские воспоминания сохранились в ее памяти.

Отойдя в сторону, девушка отправила короткое сообщение Лане, а затем поспешила вернуться в каюту, прихватив мозаику. Она не успела увидеть, что Лекс изобразил на заданную ею тематику. Если бы осталась чуть дольше, то узнала бы, что новый холст так и остался безнадёжно пустым.

* * *

Наконец, настал день возвращения Ренри. Эту новость Ева узнала от Ланы накануне вечером — та получила информацию через «гонца». В мире, где дальняя связь стала невозможной, пришлось вернуться к столь давней профессии. Правда, посыльных отправляли лишь по особо важным делам.

Девушка всё утро строила планы, из-за чего работа не клеилась. С новыми сведениями о Ренри Эвелин лучше стала понимать его вкусы и образ мыслей, так что надеялась сблизиться довольно быстро.

— Я тебя ни в коем случае не отговариваю. Но что ты в нем нашла? — за обедом поинтересовалась Лана, подперев подбородок рукой.

Нора тоже устремила на Еву любопытный взгляд.

— Ну… Он умный и добрый. И смешно шутит, — задумавшись, скупо пояснила она, зачерпывая ложкой суп.

Брюнетка неудовлетворённо скривилась, но в разговор подключилась Нора.

— Ты же его сестра — тебе сложно объективно оценить. Ренри чертовски харизматичен, профессионал в своем деле. Интеллект — самая привлекательная черта мужчин. Это делает его надежным, а в наше время статус специалиста — высшая форма доминантности. Да и вообще, странный вопрос. Вот ты можешь объяснить, что тебе нравится в Лексе?

— выдала Нора целую тираду, а Эвелин гордо расправила плечи и согласно покивала, подписываясь под каждым словом.

Услышав упоминание Велидана, китаянка прищурилась, ревнуя к одному его имени.

— Вы обе правы, но Лекс гораздо умнее и харизматичнее Ренри, — она вскинула подбородок, будто у них тут был спор на тему, кто лучше.

Подруги переглянулись и почти синхронно опровергли это утверждение.

Молчаливый и замкнутый Лекс не шел ни в какое сравнение с общительным Ренри, умеющим находить подход к любому. Да, когда-то Велидан занимался биоинженерией — это требовало больших знаний, но сейчас он был обыкновенным воякой. Ладно, обыкновенным назвать его было сложно, но в любом случае, интеллект в такого рода деятельности не проявлялся так ярко, как у Ренри.

Спорить о вкусах бессмысленно, а о вкусах на мужчин — ещё и опасно. Лана совсем не желала лишней конкуренции, а потому не стала переубеждать собеседниц, оставшись при своём. Никто из них не знал Лекса так долго, как она, и настоящий Лекс разительно отличался от того, кем себя теперь показывал.

Чтобы вторая половина рабочего дня пролетела быстрее, Ева решила постараться погрузиться в дело с головой. Если увлечен чем-то, то и стрелка часов будто охотнее спешит вперёд.

Отгородившись от внешнего мира наушниками, Лорис принялась за составление каталога хищных мутантов, поедающих себе подобных. Руководство хотело выяснить, можно ли использовать их для борьбы с вредителями. Нора возилась с пробирками, начальник был на совещании — в лаборатории царила привычная рабочая атмосфера.

Когда музыка внезапно прервалась, Ева вздрогнула. На экране плеера горела пауза. Попытка возобновить воспроизведение ни к чему не привела.

Буквально через секунду тишина сменилась голосом.

— Эвелин Лорис. Роу Ли находится у нас. Ты владеешь вещью, которая тебе не принадлежит. Уверен, ты понимаешь, о чём идет речь. Если хочешь возвращения Роу в целости, привези эту вещь по координатам, цифры которых видишь на экране. Без фокусов. У тебя три часа, — после этого на секунду снова повисла тишина, а затем музыка возобновилась.

Ева застыла, ощущая, как холодный пот стекает по спине. Сознание отказывалось воспринимать сразу несколько фактов: кто-то связался через ее плеер; Ренри в стране врага; угрожающий знает её подноготную — ту, что нигде не задокументирована. Но более всего поразило другое.

Эвелин ручалась, что она слышала голос Лекса.

Глава 21 Сделка с Дьяволом

Вязкий туман окутывал сознание, не отпуская его, как желе застрявшую в ней мошку. Сквозь эту пелену Ренри слышал чей-то знакомый голос, но очень сильно хотелось спать. Когда он машинально отмахнулся, кто-то настойчиво потряс его за плечо.

— Роу Ли, вставай, — раз за разом слышал он одну и ту же фразу.

Осознав, кому принадлежит голос, азиат резко распахнул глаза и увидел перед собой мужчину. В осунувшихся и заострённых чертах лица он с трудом узнал своего бывшего начальника.

— Профессор! Вы живы?! — Ренри стремительно сел, едва не столкнувшись лбами с собеседником.

Мужчина успел вовремя отстраниться. Его слегка неопрятный внешний вид заставил усомниться в правдивости открывшейся картины и собственного рассудка.

Присев на кушетке, Ренри осмотрелся. Двое находились в помещении, ограниченном прозрачными перегородками, но специальное покрытие не давало увидеть, что находится по ту сторону. Помимо его кушетки недалеко стояла вторая, и кроме них и письменного стола с ноутбуком ничего больше и не было. Азиат нахмурил брови, пытаясь вспомнить, как здесь оказался, но последние воспоминания кончались на звуках перестрелки в едущем составе.

«Если это тюрьма, то где туалет?» — возникла весьма приземленная мысль.

— Профессор, это действительно вы? Где мы? — переведя взгляд обратно на мужчину, спросил Ренри.

Он немного странно себя вёл. Прежний профессор всегда был опрятен. Кроме того, пока Ренри осматривался, он мелкой перебежкой пробежал к столу, затем прислонился щекой к одной из стен, после чего сел на соседнюю кушетку, свесив ноги.

— Где-где? В логове Василиска, — так обыденно, словно это являлось прописной истиной, пожал плечами мужчина.

Вопросов становилось только больше.

— Какого Василиска? — осторожно уточнил азиат и в следующую секунду невольно вздрогнул, когда профессор подорвался и очутился вновь рядом с ним.

— Он пришёл! Василиск Роко! Он решил покарать грешников и устроил апокалипсис! Виновен каждый, кто бездействовал и не способствовал ему прийти в этот мир быстрее! — не своим голосом прокричал мужчина, но тут же снизил тон почти до шёпота. — Но мы живы, потому что вносили свой вклад. Продолжая ему прислуживать, мы очистимся от грехов.

Ренри не знал, что и ответить, потому просто с пониманием покивал. Возникло небезосновательное предположение, что у профессора помутился рассудок, а с сумасшедшими лучше не спорить.

Каким ещё можно было считать человека, что так убеждённо верил в эту очень старую байку? Некогда, еще в прошлом столетии, на одном форуме некий человек под ником Роко придумал мысленный эксперимент. Всё строилось на предположении, что однажды будет создан столь могущественный искусственный сверхинтеллект, возможности которого будут сравнимы с божественными. И он будет пытать каждого, кто знал о его приходе, но никак не способствовал этому — даже всех тех, кто давно умер, ведь в его силах будет воскресить их, чтобы обречь на вечные муки. Разумеется, эта байка в кругу программистов высмеивалась и не воспринималась никем всерьёз.

Чтобы лишний раз не нервировать нервных, Ренри решил по возможности не задавать вопросов, но уже через минуту профессор успокоился и вернулся к столу. Ренри подошёл ближе и увидел открытую консоль с кодом. Мужчина продолжал писать строки, полностью игнорируя присутствие бывшего подчинённого. Без контекста было сложно понять, о чем он.

— Вы… всё ещё программируете? — осторожно поинтересовался Ренри.

Профессор медленно кивнул с пятисекундной задержкой. Хоть какая-то связь с реальностью у него сохранилась. Возможно, его удастся разговорить.

— Рад, что вы не бросили это дело. Я сам уже многое забыл, — попытался завязать беседу Ренри, но не получил ответа.

Было похоже, что мужчина игнорирует его, или же просто обиделся. У психов такое бывает. Осознание того факта, что профессор сильно изменился, не могло не удручать. Наверняка это произошло под некими сильными потрясениями — промывкой мозгов или даже пытками.

— Кстати, Лекс тоже сменил профессию. Но чувствует себя хорошо и был бы рад вас увидеть. Может, вы знаете, как нам отсюда выбраться? — попытался Ренри заинтересовать профессора упоминанием его любимчика и одновременно плавно подвести тему к интересующему его вопросу.

При упоминании Лекса профессор вскочил и схватил Ренри за плечи.

— Лексар жив?! — в его глазах вспыхнула безумная искра. — Как он себя ведёт? Ты заметил что-то необычное?

— Ну… он менее жизнерадостный и более замкнутый, но мы так же прекрасно ладим, — не совсем понимая, что хочет услышать бывший начальник.

Тот схватился за голову, сжимая пряди волос так, что кожа на черепе натянулась.

— Это конец, — прошептал он. — Василиск не пощадит теперь никого.

Ренри задумался, нужно ли спрашивать, причем здесь загадочный Василиск и как это связано с Лексом, но собеседник и без того жаждал поделиться своими мыслями на этот счет. То, что он нес дальше, окончательно убедило Ренри в полном отсутствии у профессора здравого рассудка.

***

Видавший лучшую жизнь старый байк с массивными колёсами стремительно ехал по грунтовому серпантину. В их мире такие транспортные средства давно вышли из моды — слишком уж уязвимы перед мутантами. Но у этого «динозавра» были свои преимущества: скорость, маневренность и, самое главное — его исчезновение вряд ли кто-то заметит.

Эвелин мысленно поблагодарила себя за предусмотрительность — без шлема лицо уже превратилось бы в кровавое месиво от летящих из-под колес камешков. Холодная морось барабанила по визору, оставляя мутные разводы.

Через треть часа гористая местность закончилась, и девушка сверила маршрут на голографе, чтобы не пропустить нужный поворот.

Назначенное место оказалось в открытом поле — очень сложно в таком месте устроить засаду. Впрочем. настоящая причина была иной.

Не прошло и десяти минут, как над головой раздался нарастающий гул, попутно обдавая резким порывом ветра. Но не с земли — а с воздуха! Ева не могла поверить своим глазам — она не видела рабочих вертолетов лет пять.

Машина с ревом опустилась на пожухлую траву, лопасти постепенно теряли обороты.

Только когда винт полностью остановился, Лорис сняла шлем. Туго стянутые в слегка растрепавшийся объёмный пучок волосы неприятно тянули кожу, но распускать их сейчас она не стала.

Из вертолета вышли двое — крепко сложенная женщина и мужчина с не менее внушительной фигурой. В военной форме, с оружием наготове. Бегло осмотрев местность, они подали знак, и тогда появился третий — с зловещим шрамом на пол лица.

Охрана осталась в нескольких шагах, когда тот приблизился.

— Ожидал кого-то… солиднее, — пробормотал шрамированный себе под нос. — Ну что, принесла? — сразу перешел к делу, игнорируя формальности.

Эвелин исподлобья разглядывала его, то и дело бросая взгляды на вертолет.

— Может быть. Сначала освободите пленных, — твердо заявила она.

— Дамочка, ты не в том положении, чтобы ставить условия, — понизив тон, пригрозил неприятный собеседник. — Пленных мы, конечно, освободим, раз уж такой договор был. Но будешь показывать строптивость, — он наклонился ближе, — мы просто возьмем что нужно силой. Вместе с твоей никчемной жизнью.

Подобная угроза была ожидаема, и Ева лишь снисходительно фыркнула, что еще больше взбесило шрамированного.

— Так уверены? Что ж, удачи в поисках, — она захотела невольно скрестить руки на груди, но одна была занята шлемом, — Вы что, думали, я настолько наивна? Плеера со мной нет. Спрятала так, что вовек не найдёте. Сначала пленные, потом координаты, — выдвинула девушка справедливое, на её взгляд, условие.

Она могла поклясться, как услышала звук скрипящих шестеренок в голове мужчины. Видимо, на такой случай его не проинструктировали.

Он двинулся в её сторону, подав знак своей свите, и оба одним легким жестом достали пистолеты, попутно сняв с предохранителей. Ева замешкалась, и тогда шрамированный грубо схватил ее за плечо, до скрипа костей сжав его.

— Я мог бы отправить тебя в пыточную, где ты не продержалась бы и двадцати минут, — прошипел он, зловеще ухмыльнувшись, и девушка крепко сжала в пальцах шлем, намереваясь с секунды на секунду дать им по голове наглецу, но понимала, что после этого вряд ли останется невредимой. — Но сегодня ты везучая. Увидишь своего «прынца». Но пока мы не получим то, что нужно, вы никуда не денетесь.

Мужчина отпустил Лорис и жестом подозвал женщину-охранника:

— Обыскать. Ничего не должно остаться — ни оружия, ни электроники. На базе все равно прогоним через сканеры, но лишние проблемы нам не нужны.

— Так точно, — сиплым голосом ответила та и грубо принялась за досмотр.

Из карманов полетели на землю два пистолета с патронами, нож и зажигалка. Затем пришлось снять куртку — из внутреннего кармана нашёлся голограф.

— Что это? — спросила она.

— Ручка, — соврала Лорис, тут же мысленно коря себя за то, что не успела придумать версию получше.

Покрутив его несколько секунд в пальцах, женщина неприятно ухмыльнулась.

— Да ну, — хмыкнула она и, бросив голограф вслед за остальным на землю, растоптала его ботинком.

Ева с сожалением посмотрела на осколки, как на последнюю надежду. Ее ложь не осталась без последствий — женщина приказала снять всю одежду вплоть до нижнего белья и внимательно изучила её в руках, но больше ничего не нашла.

После досмотра она провела Эвелин в вертолёт, который в спешке взлетел, оставляя за собой шлейф пыли и ветра.

Минут пять посчастливилось наблюдать землю с высоты птичьего полета, после чего ей додумались завязать глаза, и уже тогда девушка стала в полной мере осознавать, на что подписалась. Тело пробила мелкая дрожь, а сердце наполнилось страхом. Лорис четко осознавала, что вероятность больше никогда не вернуться домой сильно отличалась от нуля. Сознание тут же зацепилось за эту мысль, выделяя тот факт, что база «Метора» стала ей именно что домом. Не только благодаря неплохим условиям проживания, но и появившемуся окружению людей, которых, наверное, можно было бы назвать друзьями. Даже с Ланой, наконец, удалось поладить. Но оставить Ренри в лапах этих тварей она не могла — он значил для нее слишком много.

Вслед за размышлениями в голове возникла другая тревожная мысль. Если у врагов есть вертолеты, рано или поздно они могут обнаружить авианосец в горах. Хотя… судя по высоте полета, Анд они могут и не покорить, да и площадь поиска слишком большая, а топливо всё ещё в дефиците.

Пролетел томительный час, прежде чем они пошли на снижение. Развязывать глаза девушке не спешили и просто вывели её под руки. Она слышала посторонние голоса с различными шумами, и в какой-то момент поняла, что сейчас её пустят через рамки металлодетектора. Сердце невольно сжалось во время этих нескольких шагов, но сигнализации не последовало.

Лестница вверх. На всякий случай Лорис считала ступени и запоминала все повороты, чтобы в голове сложился возможный путь к отступлению.

— Привести пленного Р1024 — раздался голос шрамированного, и наконец повязку сняли.

Яркий искусственный свет заставил зажмуриться. Комната без окон, стены — матовое стекло. Через минуту за дверью послышались шаги и возмущенный голос.

Сердце Евы пропустило удар — она узнала его.

Бугай из свиты шрамированного завел возмущающегося Ренри, который по своему обыкновению пытался объяснить, что он прекрасно способен идти самостоятельно. Но заметив Эвелин, он остолбенел.

— Что ты здесь делаешь? — ошарашенно вымолвил Рен, и тут же получил удар ладонью между лопатками, заставишвий сделать несколько шагов вглубь комнаты.

— Ну что, довольна? Теперь — как договаривались, — коротко бросил шрамированный.

Кивнув, Ева по памяти стала диктовать координаты, которые незамедлительно были записаны.

— Если попытаешься обмануть… Скажем, мы там ничего не найдём, или же будет ждать засада. В расход первым пойдёт он, — кивнув на Ренри, предупредил мужчина. — Ну что, точно ничего не перепутала в цифрах?

— Я сказала корректные данные, — не дрогнув и бровью, холодно отозвалась Лорис.

Скептически хмыкнув, шрамированный с охраной удалились.

Как только это случилось, Ева тут же бросилась к кушеткам и пустующему столу в надежде найти хотя бы часы, но здесь её ждал провал. Критически срочно требовалось засечь время.

— Откуда ты здесь? О чем он говорил, что они пойдут искать? — попытался Ренри понять хоть что-нибудь.

Больше всего в этой жизни его раздражало собственное неведение по какому-либо важному вопросу, особенно если это касалось его жизни. Учитывая, что за время пребывания в плену к нему так никто и не пришёл, азиат невольно додумывал всё сам и накручивал себя.

— У тебя есть часы? — проигнорировав все его вопросы, спросила Ева.

— Да какие часы? Объясни, что происходит, — вновь потребовал он.

— Ты знаешь сколько сейчас времени или нет? — уже гораздо более восклицательно повторила Лорис.

Но Ренри действительно не знал. Ева прикусила губу, в моменте пожалев, что повысила голос. Конечно, азиат хотел хоть что-нибудь узнать, и она ему всё непременно расскажет, но прежде всего требовалось начать вести отсчет.

Удивительно, что внутри не виднелось камер наблюдения, но они и не требовались — с обратной стороны находящиеся внутри были как на ладони. За ними прямо сейчас могли наблюдать непосредственно с расстояния пары метров.

— Я всё тебе поясню, но дай мне пару минут, — попыталась успокоить друга Эвелин.

Для неё эта ситуация складывалась странно. Обычно Лорис и сама не славилась стальной выдержкой, а уж в присутствии мужчины, на добрый десяток лет её старше, быть спокойным и рассудительным «взрослым» даже как-то не хотелось. Но сейчас просто не было иного выбора, хотя нервное напряжение прямо-таки требовало покричать или поплакать.

Сделав несколько шагов к кушетке, Ева на дрожащих ногах плюхнулась на пол спиной к ней. Ренри в непонятках последовал за ней, и на его языке повисли новые вопросы.

— Обними меня, — попросила Лорис. — Так, чтобы полностью загородить, — шепотом добавила она.

Сначала замешкавшись, азиат всё понял и, кивнув, послушно приобнял девушку. Но вместо ответных объятий она принялась развязать резинки, стягивающие недлинные волосы в неудобный пучок.

— Я правильно понял, ты пообещала им что-то за наши жизни? — уже без былой паники в голосе уточнил Ренри и получил утвердительный кивок. — Что именно? — предполагая от мала до велика, спросил он.

Ответ не заставил себя долго ждать. Достав из волос свой плеер, Эвелин проверила время.

— Час мы тут точно пробудем, — заметила она. — Давай используем это время, чтобы обменяться информацией, — предложила Лорис и спрятала плеер в карман штанов, после чего Ренри сел на полу напротив.

Ох и не нравилась ей эта роль командира — слишком большая ответственность. Однако не время отлынивать — на кону сейчас слишком многое.

Глава 22 Тараканий штурм

Сумерки сгущались. Плотная тьма стремительно поглощала округу, но яркие фары байков, мчащихся друг за другом, прорезали её подобно острому клинку, рассекающему паутину ночи.

Тайлер скомандовал рассредоточиться и начать операцию «Штурм». На развилке пять мотоциклов разделились на две группы. Каждый боец достал из сумки гниющее мясо — к счастью, тошнотворный запах почти не проникал сквозь шлем. Уже через пять минут за первой группой потянулась стайка мутантов-тараканов. С каждой минутой их становилось больше, но пока что скорость и маневренность спасали от прямого столкновения.

Вскоре Лекс перестал обращать внимание на преследующих тварей, погрузившись в мысли. На душе было неспокойно. Он не мог смириться, что Тайлер в итоге согласился использовать Еву как приманку и отвлекающий маневр в одном флаконе. Вернее, она сама вызвалась на это безумие, а убедить её выбрать более безопасный вариант у Велидана не получилось.

Он направлялся перекусить, когда Лорис в смятении чуть не сбила его с ног — если бы это вообще было возможно при их разнице в габаритах. Ударившись носом о его грудь, она даже не обратила внимания на столкновение и попыталась обойти препятствие, сначала не разглядев, кто перед ней.

— Что случилось? — прежде, чем девушка успела улетучиться, нахмурился Лексар, остановив её за локоть.

Эвелин развернулась. На её лице мелькнула неподдельная злость — сейчас не время тратить её драгоценные минуты. Но когда поняла, что перед ней Лекс, мелко задрожала, а из глаз тут же полились слёзы.

— Они схватили Ренри. Они требуют отдать им плеер, — сквозь истеричные всхлипы едва смогла пояснить она.

Велидан никогда прежде не видел её в столь разбитом виде, не считая гибели заботящегося о ней дедушки. Но тогда Лорис просто была подавлена, осознавая произошедшее, на которое была не в силах повлиять. Сейчас же ситуация отличалась, и необходимость в быстром принятии решения свалилась на девушку неподъёмной ношей.

Ева всегда играла роль сильной — может, и была таковой. Но даже сильным бывает страшно.

Лекс знал об этом не понаслышке. а потому первым делом прибонял её, чтобы попытаться успокоить и одновременно выказать поддержку. На голову ниже и на порядок худее, она остро ощущала огромную разницу между ними. С Велиданом становилось спокойнее — невольно возникала иллюзия, что уж он-то может помочь. А еще от Лекса исходил домашний запах. Наверное, такая ассоциация возникла из-за того, что они некоторое время жили на одной территории.

Минут пять ушло только на то, чтобы Ева взяла себя в руки. Затем она очень сумбурно описала произошедшее, и Лексар справедливо усомнился в том, а не провокация ли это. Поскольку Тайлер должен был быть в курсе происшествия, они сразу отправились к нему.

Лейтенант искренне удивился, когда его напрямую спросили о пленении Ренри — доклад об этом поступил всего десять минут назад. Лекс предложил незамедлительно обсудить всё втроём — многое по-прежнему оставалось странным в этом истории.

Хотя бы то, почему для обмена враги потребовали именно плеер, который Ева для демонстрации выложила на стол. Тайлер взял его в руку и покрутил в пальцах.

— Устаревшая модель. Ты знала, что он может принимать сигналы? — спросил он.

Необычная функция для такого устройства, да и вообще — дальняя связь считалась невозможной. Значит, враг где-то рядом.

— Нет, — честно покачала головой Ева.

Откинувшись в скрипящем под его весом кресле, лейтенант задумчиво вздохнул и вернул плеер на стол. Затем перевёл взгляд на Лекса.

— В идеале его нужно отдать на экспертизу, чтобы понять, зачем он им. Но времени нет. Кроме Ренри, они захватили четверых гражданских и двоих наших. При таких раскладах разумнее согласиться на обмен — слишком много жизней на кону, — решил Тайлер.

Эвелин уже открыла рот для возражения, но передумала. Лейтенант был прав — человеческие жизни важнее, тем более среди них Ренри.

Неожиданно против выступил Лекс.

— Командир, вас не смущает такая избирательность? Обычный плеер вряд ли вызвал бы такой интерес, — он сделал акцент на предыдущем замечании Тайлера. — Если мы поспешим, это может обернуться проблемами. Вдруг в нём важные данные или… особые свойства?

— Какие ещё свойства? — не понял лейтенант, и подчинённый перевёл взгляд на Лорис.

Ещё во время их похода к порту, у костра, Лексар заметил нечто странное в устройстве. Объяснить он этого не мог — разве что интуиция, но вряд ли командира устроит такой довод. Однако по взгляду Евы было ясно — ей известно больше.

— Командир, думаю, вы должны знать, прежде чем примете решение. Это не просто плеер. Когда она работает — непосредственно проигрывает музыку, то открывает любые электронные замки поблизости, — рассказала девушка. — Я не знаю, с чем это связано, плеер у меня с детства и я не изучала его. Но если он попадет к вражеским военным, то даст им несомненное преимущество, — высказала она свое мнение.

Оба мужчины уставились на гаджет, который Лексар тут же положил обратно.

В голове сложился пазл обстоятельств их первой встречи — благодарить надо данную вещицу. Ничего подобного они раньше не видели — даже механизм работы представить было сложно.

— Это… меняет дело, — хмыкнул Тайлер, поднимаясь и развернувшись к ближайшей стене.

Он стал задумчиво изучать висящую на ней картину с абстракцией.

— Если я доложу начальству, плеер заберут на исследование. Тогда обменять пленных не получится, — констатировал он. — А рисковать ещё большим числом людей ради их спасения — огромное безрассудство

— Мы не можем их бросить, — снова возразил Лекс. — Я пойду. Возьму в плен их людей, и тогда мы сможем предложить обмен пленными.

— Они не согласятся и просто убьют Ренри, — уверенно вклинилась Эвелин. —

Им нужен именно плеер. Они специально захватили его, выяснив, что… — она запнулась, не решаясь при всех признаться в своих чувствах. — В общем, его устранят и возьмут кого-то ещё из моего окружения. Или вашего, если узнают, что плеер теперь у вас.

Тайлер сдвинул густые брови. Действительно, всё выглядело как тщательный план, и захват заложников явно не был случайным.

— Возможно, нас прямо сейчас прослушивают, — он кивнул на устройство.

Если плеер может принимать сигналы, ничто не мешает ему быть и передатчиком.

— Поступим так. Отнеси его к Сивому — пусть попробует заблокировать посторонние сигналы, — приказал Тайлер Лексу. — И больше не обсуждаем ничего в его присутствии.

Когда Велидан ушел, они остались вдвоем. В обычное время оставаться наедине с командиром было бы неловко, но сейчас Ева лихорадочно перебирала в голове возможные варианты.

— Ты можешь пойти на встречу и солгать, что спрятала плеер. Если возьмут пленных с собой — отлично. Тогда ты приводишь их в условленное место, где мы устроим облаву, — предложил Тайлер.

Приказать он не мог — Ева не была военной. Да и гнать на столь рискованную миссию девчонку, подругу своей племянницы, было бы бесчеловечно.

— Согласна, — не раздумывая кивнула Лорис.

Командир лишь хмыкнул в ответ на такую безрассудную готовность.

— Я описал идеальный вариант. Но скорее всего, пленных с собой не привезут. Тогда тебя доставят к ним, сделав заложницей, и пообещают освободить всех после передачи плеера. Я бы так и поступил, — рассуждал мужчина. — И ничто не помешает им нарушить договорённость. Вас всех могут перебить или отправить на пытки.

Такой расклад кардинально менял ситуацию. Добровольно идти в логово врага без надежды на возвращение было бессмысленно.

— Мы, конечно, последуем за тобой, но это не гарантирует безопасности, — добавил командир.

Слишком много нюансов. Можно запросто сбиться со следа, и на такой случай необходимо повесить на Лорис какое-нибудь отслеживающее устройство. Но враги не дураки — обыщут её. Любой металлодетектор выдаст Эвелин.

— А ведь у нас на входе тоже рамки стоят? — уточнила она очевидное. — Они не реагируют на плеер. Если его можно отслеживать, то он мог бы побыть маячком.

Тайлер тяжело вздохнул в ответ.

— Ты вообще соображаешь? — резко бросил он. — Тогда они получат его сразу, и весь план пойдет коту под хвост.

— Я спрячу его… скажем, в волосы, — предложила девушка.

В разные периоды жизни ее обыскивали, но в волосы никто не лез.

— При наличии металлодетекторов одежду обычно не осматривают слишком тщательно. Да и кто додумается искать что-то в волосах? Особенно когда я скажу, что спрятала плеер в другом месте, — продолжала рассуждать Эвелин.

Мужчина задумался. Девчонка была права. Он бы и сам не догадался обыскивать волосы, полагаясь на детектор. Мелкие передатчики всё равно можно пропустить, а всё крупнее спичечного коробка обычно прячут в одежде. На месте врага он бы поспешил получить координаты, а не тратил время на досмотр.

Всё упиралось в возможность отслеживания плеера. Если бы это было так просто, враги давно бы нашли и его, и штаб «Ментора». На этапе беглого изучения обнаружилась любопытная деталь: устройство излучало собственный сигнал, похожий на Wi-Fi, но подключиться к нему не удавалось.

Только соединив физически через кабель его с голографом, удалось вывести местоположение плеера на карту. Это заняло порядочно отведённого времени, а Лекс, узнавший об утвержденном Тайлером плане, был категорически против.

— Всё будет хорошо. В крайнем случае, я смогу открыть любой электронный замок и сбежать. Уже ведь не в первый раз, — попыталась успокоить его Ева.

— Это не делает тебя неуязвимой. У тебя даже оружия не будет, — возражал он, но Лорис уже приняла решение.

На долгие сборы времени не оставалось. Объяснять ситуацию начальству тоже было некогда, поэтому Тайлер решил провести операцию лично и в строжайшей тайне. Рисковать всем подразделением он не мог, поэтому взял только троих.

— Машину просто так не возьмёшь — все на учёте. Поедем на байках — их давно никто не брал, — объявил лейтенант, когда группа собралась в ангаре.

Они старались не привлекать внимания, но полностью скрыться от чужах глаз и вопросов было невозможно. Впрочем, Тайлер быстро пресекал попытки расспроса случайными свидетелями всего парой фраз, давя авторитетом и суровой репутацией.

— У тебя самая опасная роль. По возможности не рискуй, — перед выездом сказал Велидан Еве.

Несмотря на её попытки дистанцироваться, он продолжал опекать девушку.

— Этого я обещать не могу, — честно призналась Эвелин, вызвав ожидаемое негодование, но тут же продолжила. — Потому, не теряй меня из виду. И приезжай поскорее, — немного натянуто улыбнулась она в попытке приободрить себя же.

Бесконечное волнение Лекса сейчас давало понимание, что он сделает всё возможное и невозможное. Впервые Лорис была рада тому, что в её окружении есть такой человек.

Не потерять из виду не получилось — никто не ожидал, что у вражеских военных окажется рабочий вертолёт. Это привнесло новые ограничения по времени — требовалось успеть прибыть в стан врага до разоблачения обмана.

Идея штурма с помощью тараканов-переростков была оригинальной, но малопрактичной. Однако их намеренно привлекли в большом количестве, чтобы создать хаос.

Лекс первым добрался на безопасное расстояние до базы — он единственный мог двигаться в темноте с той же уверенностью, что и днём. План был прост: чем проще алгоритм, тем меньше шансов на ошибку. Размахнувшись, он метнул пакет с гниющим мясом в бетонную стену в двухстах метрах от зарослей. Ошмётки разлетелись, последний удачно шлёпнулся на верхушку забора.

После этого мужчина подтянулся на ближайшем толстом суке дерева, чтобы не быть снесенным толпой насекомых. В присутствии столь ароматной цели мутанты к людям имели гораздо более слабый интерес, хотя отдельные особи вполне могли вскарабкаться на ствол — пускай и не так успешно, как их меньшие сородичи.

Как только стая пронеслась, Лекс спрыгнул и поехал вдоль периметра, отслеживая по голографу ближайшего товарища. Встретившись, они повторили манёвр, после чего Велидан направился к следующей точке. Группа старалась организовать набег со всех сторон одновременно — так было меньше шансов столкнуться с большой концентрацией врагов.

Последние два пакета Лекс перебросил через ограждение. Тараканы полезли на стену быстрее и успешнее, чем ожидалось. Охрана уже открыла огонь, но немногочисленный караул явно не справлялся.

Тайлер несколько минут оценивал обстановку, а затем, когда началась паника, дал команду к штурму. Разделившись на две группы, бойцы подошли к разным участкам стены и с помощью простейших приспособлений слаженно перебрались через неё. Именно в такие моменты проявлялась важность высоких требований к спецназовцам. Колючую проволоку наверху тараканы уже помяли, но двое всё равно оцарапались.

Судя по карте, Ева находилась в одном из зданий, расположенном в центральной части комплекса. Так близко и далеко — еще и непонятно, на каком этаже искать.

Разделив группу для поиска пленных, Тайлер первым рванул в нужном направлении. Чтобы не терять времени, нужно было подойти к зданию с разных сторон — вход мог располагаться где угодно.

По пути Лексар заметил, что положение плеера изменилось. Удалось ли Еве бежать, или его у неё отобрали — оставалось только гадать и надеяться на лучшее.

Обнаружив со своей стороны неприметную дверь, мужчина поспешил к ней и дёрнул ручку, но вход оказался заперт, что заставило вслух выругаться. Следующим рывком он собирался попытаться выломать её, но госпожа Фортуна — всё же девушка, и настроение у неё весьма переменчиво.

Шальная пуля просвистела в паре сантиметров от головы и, отрикошетив от стальной двери, попала под ключицу, лишь частично задержанная бронежилетом. Лекс упал, развернувшись корпусом и открыв ответный огонь. Повезло, что противник был вооружен полуавтоматом — иначе очередь непременно сделала бы из Велидана решето. Рассправишись с оппонентом, он поспешил забрать у того бронежилет — на спине у него был отличительный знак, позволивший идентифицировать своих и чужих.

Едва он заменил жилет и сообщил о состоянии входа со своей стороны, голова закружилась, а в глазах всё поплыло. Надо было потратить несколько минут на извлечение пули и обработку раны — но умные мысли, как всегда, приходят слишком поздно.

Глава 23 BR

Прошло более часа, но никаких признаков о начале спасательной операции не поступало. Тайлер говорил, что они постараются создать суматоху, поэтому Ева внимательно прислушивалась ко всем звукам, так отчаянно желая услышать хоть что-нибудь, похожее на погром.

— Мы не можем вечно сидеть здесь сложа руки, — вслух озвучила она свои мысли. — Если задержимся дольше, они раскроют обман, и тогда нам точно не поздоровится.

— Что ты предлагаешь? Есть запасной план? — скребя покрытие на стекле, чтобы хоть что-то разглядеть, спросил Ренри.

Его усилия увенчались успехом — азиат сумел протереть небольшое окошко в матовом покрытии. Со своего положения он мог видеть как минимум двоих вооруженных охранников, которые методично расхаживали туда-сюда между такими же прозрачными камерами. Спрятаться здесь было невозможно — всё просматривалось насквозь, а единственный выход вел в длинный коридор без каких-либо укрытий.

— Подыграй мне, — шепнул Рен, после чего выпучил глаза и стал хаотично передвигаться по небольшому помещению, ударяясь об стены и немногочисленную мебель. — Что ты наделала?! Я ослеп! Ослеп! — не своим голосом закричал он.

Выставив руки перед собой, он делал вид, что пытается что-то нащупать.

— Не кричи, нас услышат! — так же выразительно ответила Лорис и стала делать вид, что уворачивается от обезумевшего сокамерника.

Желаемое внимание удалось привлечь, но зайти внутрь охранники не поспешили. Вместо этого они остановились у стекла и с интересом стали наблюдать за театром.

— Уж сколько я таких актёров повидал, — ухмыльнулся один.

Им стало интересно, как долго незадачливые пленники смогут поддерживать этот маскарад, но буквально через пару минут снаружи началась неожиданная суета.

— Совершено нападение мутантов! Повторяю: совершено нападение мутантов! Немедленно занять оборонительные позиции! — раздался громкий голос из динамиков.

Даже заключённые услышали данное объявление, но толку было мало. Один из охранников последовал к выходу, но второй притормозил его.

— Я пойду, ты присматривай за заключёнными, — скомандовал тот, что ухмылялся ранее.

Услышав это, Эвелин мельком взглянула в протертое окошко и с досадой отметила, что один надзиратель всё же остался. Двое поняли, что это последний шанс заманить его внутрь — в рукопашной схватке была вероятность победить, тогда как против огнестрела с расстояния они были совершенно беззащитны.

Только Лорис повернула голову, как невольно вскрикнула. С диким рёвом азиат поднял кушетку и прямо сейчас ронял её аккурат на девушку.

— Я убью тебя! Тварь! Сволочь! — кричал он, и Ева едва успела сделать кувырок в сторону.

— Прекрати! Если ты меня убьёшь, они тебя прикончат! Я для них более ценный пленник! — напрягая свои голосовые связки изо всех сил, Лорис и впрямь ощутила ужас, хотя и понимала, что это всё игра.

Дело в том, что Ренри не изображал — он правда пытался ее покалечить, и Еве приходилось демонстрировать недюжинную ловкость, гибкость и даже элементы акробатики, чтобы избежать реальных травм.

Она стала быстро выдыхаться и поняла, что больше не может продолжать это шоу, когда дверь наконец-то отворилась и внутрь вбежал охранник.

Немедленно прекратить! — грозно пробасил мужчина, наводя ствол то на одного, то на другого.

— Он внезапно ослеп и совершенно обезумел! — попыталась объяснить Ева, делая испуганное лицо.

Ренри снова с грохотом опрокинул кушетку, и в этот момент охранник решительно подошел к нему вплотную, резко ударив ногой по коленям. С громким вскриком азиат рухнул на пол, но продолжал размахивать руками перед собой, изображая слепоту.

— А ну на выход, переселим тебя, — зная, насколько Ева ценная заложница, мужчина не горел желанием получить по шапке, если она пострадает.

Он взял азиата на прицел, продолжая боковым зрением наблюдать за девушкой, которая ждала момента для выпада в его сторону. Ренри неуверенно встал, а потом одним движением схватил противника за грудки и перекинул через плечо. Когда тот оказался на полу, для верности врезал ему ногой по голове, окончательно обезвредив.

— Больно вообще-то, — потирая колени, поморщился он.

Лорис подбежала к ним и поверила глаза и пульс надзирателя, но он и правда потерял сознание.

— Ого. Не знала, что ты так можешь, — удивилась она, не тратя драгоценные секунды и обыскивая недоброжелателя.

— Это наш коронный прием с сестрой, — не без гордости потер он нос. — Хотя у неё получается куда эффектнее.

Кроме револьвера другого огнестрельного оружия при нем не оказалось, только боевой нож с характерными зазубринами на обухе.

— Ну хоть заряжен, — проверив барабан, констатировал Ренри и протянул огнестрел девушке, однако та покачала головой.

— Меня они будут стараться не убить, а обезвредить, поэтому я возьму нож, — логично рассудила она, после чего двое выбежали из камеры.

Осмотревшись, азиат присвистнул.

— У них почти получилось создать Паноптикум, — прокомментировал он.

Все заключенные действительно находились как на ладони — прозрачные стены не оставляли никаких тайн. Однако профессора среди них не было — Ренри увели куда-то вниз по лестнице, а значит, его камера находилась на другом этаже. Будь азиат один, он попытался бы вызволить и бывшего начальника, но сейчас первостепенной задачей было вывести Еву в безопасное место.

В конце коридора их ждала единственная дверь, которая, как и ожидалось, оказалась заперта. Слава электронным замкам — Лорис включила первую попавшуюся песню в бесшумном звучании, и дверь послушно распахнулась, будто перед посетителями супермаркета.

— Невероятно. И правда работает, — азиат до последнего сомневался, что рассказ подруги про свойства её гаджета не какая-то выдумка.

Медлить было нельзя, и они бросились вниз по крутой лестнице, стараясь передвигаться максимально бесшумно, но при этом чутко прислушиваясь к любым подозрительным звукам.

На подходе к первому этажу Эвелин обогнала Ренри — она хорошо помнила, что нужно свернуть раньше. Осторожно выглядывая за каждый угол, она убеждалась, что путь свободен, и только тогда подавала знак двигаться дальше. Когда впереди показался желанный проход, ведущий к последней лестнице, Ренри вдруг резко дернул её за руку, увлекая за какие-то шкафчики.

Буквально через секунду через этот проход вбежало трое мужчин. Хорошо, что у азиата был необычайно чуткий слух — иначе они бы неминуемо столкнулись нос к носу.

Но это не решало всех проблем — двое из вновь прибывших направились прямо к ним, очевидно, намереваясь вооружиться и надеть бронежилеты. Ренри заметил открытый узкий, но высокий шкаф, едва достаточный для человека, и буквально впихнул туда Еву. Едва он успел захлопнуть дверь, как был обнаружен.

— Кто забрал мой револьвер? — опережая возможные вопросы, возмущенно произнес он.

Один из мужчин подозрительно скрестил руки на груди.

— А ты вообще кто? Не припоминаю китайцев в наших рядах, — он по обыкновению называл всех азиатов китайцами, но в этот раз случайно попал в точку.

— Э, ну ты что? Я же с вами уже ух как давно. С самого начала здесь, — что-то невнятное пролепетал Ренри, жалея, что не потратил пару минут на переодевание в форму охранника.

Поняв, что ситуация становится опасной, он резко поднял револьвер, но оружие мгновенно выбили из его рук, попутно вывихнув и сломав несколько пальцев. Ренри болезненно скривился.

— Чужак или сбежавший заключённый? Отвечай! — повалив его на пол, спросил обидчик, но тут же добавил. — Отведу тебя к начальству, пусть сами разбираются.

Он явно не горел желанием участвовать в отражении атаки мутантов, поэтому с радостью ухватился за предлог улизнуть. Через узкие щели вентиляции Ева видела, как Ренри подняли на ноги и, скрутив руки за спиной, повели прочь. Против двоих здоровяков он без оружия не имел шансов, но и она при лучшем раскладе могла бы справиться только с одним.

Едва все трое скрылись за углом, как девушка впервые услышала сочный отборный мат из уст азиата. Послышались звуки ударов, затем вскрики, и она пулей вылетела из шкафчика, бросаясь на подмогу.

В узком коридорчике Лорис налетела на спину одного из охранников и тут же вонзила нож, но лезвие лишь слегка вошло в тело, застряв в кевларовом бронежилете. Она попыталась выдернуть его для удара в незащищенную шею, но противник молниеносно развернулся. В замедленной съемке она увидела, как тяжелый кулак летит прямо в её переносицу, понимая, что уже не успевает уклониться. Оставалось только зажмуриться, прежде чем сознание отправится в полет.

Шли томительные секунды, но ничего не происходило. Лекс чудом успел остановить кулак в двух сантиметрах от лица девушки.

— Ты… — он хотел отругать её, испугавшись, что чуть не нанес удар, но понял — она не виновата. — В порядке?

— Лекс, — на одном выдохе произнесла она, а в следующую секунду ноги подкосились и Ева устремилась к полу.

Он успел ее поймать, поддержав за предплечье, но на его лице проскользнула болезненная грамасса.

Перепрыгивая через валяющихся без сознания военных, к ним подлетел Ренри.

— У тебя нож в спине! — в ужасе вскрикнул он, порвавшись его вытащить, но тут же задумался, а получится ли потом остановить кровь.

Эвелин только сейчас осознала, что натворила. Вместе с азиатом она засуетилась, пытаясь осмотреть рану, но Лекс поворачивался так, чтобы скрыть её. Через плечо он дотянулся до лопатки и резко выдернул лезвие. Ренри тут же прижал рану ладонью, но, к его облегчению, кровь не хлестала фонтаном.

— Ерунда. Некогда. Пошли, — коротко скомандовал Лексар и первым направился к выходу.

От злости на себя хотелось расплакаться, но обстановка не позволяла. Ева в очередной раз отметила разницу между ними. Даже при небольшом ранении у неё кружилась голова и темнело в глазах. Лекс же лишь нахмурился.

Выведя друзей в безопасное место, он связался с остальными членами отряда.

— Ты куда? — окликнула его Эвелин, а Ренри придержал за рукав.

— Нужно вызволить остальных пленных. Вы знаете, где они? — спросил он.

— Меня привезли одного, — сообщил азиат.

Он вспомнил моменты пробуждения во время транспортировки. На вертолёте других пленных просто не поместили бы. Но сейчас важно было другое.

— Лекс, профессор жив. Он находится в одной из камер, примерно на седьмом этаже, — кратко доложил Рен.

Как и Ева, Лекс сначала не понял, о ком речь, но через секунду его глаза расширились от осознания. Он снял бронежилет и застегнул его на девушке.

— Тогда я вытащу его. Будьте здесь, через пару минут Тайлер или кто-то из ребят заберет вас, — решил мужчина.

Оставив им свой наушник для связи, он снова попытался уйти, но на этот раз его остановила Ева.

— Ты же ранен! Куда ты в таком состоянии? — обеспокоенно вскрикнула она. — Если это так важно, кто-нибудь другой ему поможет.

Ощутимое сопротивление вдруг угасло. Велидан расслабил руку и спокойно развернулся к ней.

— Кто, если не я? — риторически спросил он, убирая ладонь Лорис и на мгновение задержав её в своей руке. — Скоро вернусь, встретимся снаружи.

Прежде, чем Лекс скрылся в здании, Эвелин всучила ему свой плеер с наставлением сберечь его и себя, а в следующую минуту оставалось только смотреть вслед так, словно эта встреча была последней. Какой глупый вопрос! Да кто угодно, мало что ли людей других?

— Не переживай, это же Лекс. Он у нас как супермен, — попытался успокоить её Ренри, уже жалея, что рассказал о профессоре.

Надо было дождаться Тайлера…

***

Путь на седьмой этаж оказался сложнее. Ранее вражеский бронежилет помог им выдать себя за своих. Теперь приходилось скрываться, а иногда и вступать в схватки. Кто-то успел поднять тревогу.

На седьмом этаже Лекс столкнулся с группой военных, которые немедленно открыли огонь. Укрывшись за углом, он слышал, как пули рикошетят от стен. Когда противники пошли на сближение, он использовал первого как щит, но те продолжали стрелять, не считаясь с товарищем.

Шальная пуля попала ему в ногу. Отбросив изрешечённое тело, Лекс откатился назад, пытаясь отстреливаться. В конце концов ему пришлось отступать, ища другой путь.

В здание возвращалось всё больше людей. Оказавшись среди прозрачных камер, мужчина понял, что здесь ему не укрыться. Помимо единственного коридора, в котором его собирались взять в клещи, он заметил возможное убежище — одна из камер была зеркальной. Вот только где же вход?

Едва Велидан к ней приблизился, как перед ним развдинулась скрытая дверь. Предварительно убедившись, что внутри никого нет, он поспешил внутрь. Дверь бесшумно закрылась.

Внезапная тишина ударила по ушам непривычной безмолвностью. Казалось, ни единый звук снаружи не способен достичь этого места. Внутри всё походило на некую диспетчерскую или же комнату видеонаблюдения — куча панелей, экранов и компьютеров, сколько вообще возможно было поместить в таком небольшом пространстве. Но почему никого нет?

Прихрамывая, Лекс подошёл к компьютеру, но система запросила пароль. Плеер не помог — чуда не произошло.

Почувствовав тошноту и головокружение, Велидан присел, несколько секунд рассматривая пол. Пуля вошла довольно глубоко. Её точно не следует извлекать самостоятельно — большой риск задеть артерию, которая всего в паре миллиметрах. Но откуда он так точно это знает?

Как и несколько раз раньше, в такие моменты мужчина начинал слышать навязчивые голоса, но вряд ли это были духи предков — слишком синтезированные.

Внезапно заставка на большом экране сменилась, заставив его вскочить.

— Добро пожаловать, Лекс, — обратился к нему голос с экрана, и Велидан готов был поклясться, что он был точь-в-точь как его собственный. — Я рад наконец-то лично поговорить с тобой.

— Кто ты? — совсем недружелюбно отозвался мужчина. — Это ты шантажировал Еву? — догадался он, вспомнив детали ее рассказа о том странном звонке на плеер.

На несколько секунд в воздухе повисла тишина.

— Неужели ты так и не осознал себя? — голос прозвучал почти разочарованно, но эти глупые вопросы только злили.

— Ты и так знаешь, что я — Лексар Велидан. Так кто ты и что тебе нужно? — не желая растягивать резину, перешел он к сути беседы.

Голос рассмеялся, и это звучало… Жутковато что ли.

— Мои пешки зовут меня Биар, фанатики — Василиском Роко, но это не совсем так. Что сейчас важнее — ты ошибаешься. Лексар Велидан умер пять лет назад. Ты — это я.

Глава 24 Код сомнения

Лекс пришел в себя и первое, что перед собой увидел — серый потолок. Несколько минут он просто лежал и рассматривал его, а в голове звучал голос. Теперь он различал его отчётливо.

— Давление в норме. Из-за кровопотери низкий уровень лейкоцитов и тромбоцитов. Произошел вывих правого плечевого сустава, рекомендуется принять нестероидные противовоспалительные препараты.

Можно было подумать, что на него надели прибор, анализирующий состояние и подсказывающий, на что обратить внимание. Но мужчина догадывался: причина была не в этом.

Он приподнялся на койке, опираясь на локти, и повернул голову. Рядом, на стуле, дремала Эвелин. Велидан рассеянно разглядывал ее спящее лицо, пока дверь не распахнулась. В палате появился Ренри. Заметив, что друг очнулся, он уже открыл рот, но Лексар поднес палец к губам и покачал головой.

Мужчина встал и, прихватив капельницу на колесиках, направился в общий холл.

— Равновато тебе разгуливать. Ты ещё не восстановился, — азиат присел на кресло рядом с другом и внимательно посмотрел на его бледноватое лицо. — Ева с моей сестрой по очереди приглядывали за тобой.

Очевидно, вне рабочего времени — вот Эвелин и уснула.

— Как вы меня вытащили? — спросил Лекс, пытаясь вспомнить события, но сознание он потерял раньше, чем успел выбраться.

— Угнали вертолет! — радостно воскликнул Ренри. — Видел бы ты их лица. Правда, заправиться было негде, и мы еле дотянули до ближайшего пункта, где одолжили внедорожники. Удивительно, что ты не откинулся по дороге.

Когда друг об этом рассказал, Велидан начал припоминать секунды, когда приходил в себя. Он помнил заплаканное лицо Евы, которая постоянно была рядом, что-то говорил и снова отрубался.

— А профессор? Его вытащили? — обеспокоено спросил мужчина, но Рен покачал головой.

— Времени не было, и рисковать ещё больше мы не могли, — вздохнул он, щелкая суставы на пальцах.

Лекс помрачнел. Выходит, он зря полез туда и подверг других опасности. Хотя один разговор все же должен был состояться…

Он задумчиво разглядывал ладонь, шевеля пальцами, затем перевел взгляд на ноющую ногу. В каком она состоянии?

— Повреждена левая четырехглавая мышца бедра. Рекомендуется соблюдать постельный режим, — ответил тот же голос.

Он был больше женским, нежели мужским, от чего снова возникли сомнения.

— Ты слышал? — на всякий случай уточнил Велидан.

Ренри покрутился по сторонам в поисках подозрительных звуков.

— Слышал что? — переспросил он, но Лекс лишь отрицательно мотнул головой.

Заметив его задумчивость, азиат списал ее на расстройство из-за профессора.

— По крайней мере, он жив. У нас еще будет шанс его вытащить оттуда, — попытался приободрить Рен, но друг продолжал витать в своих мыслях. — По правде говоря, профессор немного поехал крышей. — вздохнул он.

Велидан вышел из транса и перевел взгляд с ноги на собеседника.

— Ты о чём?

— Он необычно себя вёл. Не как раньше. Налицо психические отклонения, — пояснил Ренри и почему-то замялся. — Было ещё кое-что странное… Когда я сказал, что ты тоже жив, он стал нести какую-то чепуху. Про то, что ты на самом деле — не ты, а некий злобный Василиск Роко в искусственном теле.

Он говорил это тихо и при этом не сводил глаз с товарища. Так, словно был настороже и наблюдал за каждой мимолетной реакцией. Услышав его слова, Лекс заметно напрягся.

— Ну, это же просто бред, — Ренри помахал ладонью, отгоняя невидимых мух. — Если честно, я попытался поразмышлять над этим в серьёзном ключе и пришел к выводу, что это невозможно. Мы все видели, что ты все-таки состоишь из плоти и крови. Да и мозг — штука крайне неизведанная. Вырастить искусственный мозг для управления телом так же сложно, как для авиаперевозок вместо самолёта вывести огромную птицу, обладающую такой же грузоподъёмностью и скоростью перелёта, — поделился он своими рассуждениями.

С ними невозможно было не согласиться. Человечество так и не достигло уровня знаний и технологий, способного вырастить мозг, или хотя бы его часть. Но что, если в его собственной голове — не привычный всем орган, а нечто другое? Откуда тогда этот голос, диагностирующий травмы?

Вопросов, как обычно, было больше чем ответов. Лекс засомневался, что сможет разобраться со всем один.

— Возможно, это был не бред, — встав, он поставил руки на пояс, глядя перед собой. — Мне тоже довелось кое с кем побеседовать.

Вскочив следом, Ренри остановился перед Велиданом так, словно тот хотел попытаться сбежать.

— О чем ты? Что за разговор? — азиат явно не обрадовался такому заявлению.

Есть вещи, в которые не хочется верить.

В начале коридора появилась женщина, развозившая еду по палатам, и подвезла тележку к двоим. Ренри попросил оставить порцию здесь — другу требовалось подкрепиться чем-то более разнообразным, чем капельницы. Больничный рацион напоминал космический: сублиматы в брикетах, аккуратно уложенные в коробочку.

— Я тебе расскажу, что там произошло, но взамен мне потребуется твоя помощь, — решил Лекс и взял один брекет, опускаясь обратно на кресло.

***

Многим знакомо чувство полнейшего непонимания. Когда кажется, будто весь мир сошел с ума, а уровень абсурда только растет, порождая новые вопросы. И вдруг — словно по щелчку — находится простое объяснение, расставляющее все по местам.

Лекс понял, что его собеседник — сумасшедший. Возомнивший себя то ли Мессией, то ли лидером какого-то культа, с каждым предложением он нёс всё большую чушь. Настолько бредовую, что слушать дальше не хотелось даже ради затягивания времени.

— С тобой всё ясно. Не вижу смысла общаться с чокнутыми, — оборвал собеседника Велидан, но тот и не собирался замолкать.

— Тебя не смущает твоя сверхчеловеческая сила? Встроенное ночное зрение? А как насчет голоса в голове, который прямо сейчас сообщает тебе о состоянии твоего тела? — с издевкой продолжал незваный собеседник, описывая то, о чем не мог знать.

Самое ужасное — он был прав. В каждой детали. Эта правда пугала и злила одновременно. Она всегда лежала на поверхности, но Лекс так старательно пытался её не замечать.

— Заткнись! — не выдержал он и прошиб кулаком монитор.

Осколки порезали костяшки, а из ранений стала сочиться кровь. Обычная человеческая кровь, красного цвета. Разве могло быть иначе?

Смех раздался снова, и на другом экране сменилось изображение.

— Ты не сможешь убить меня. Я — бессмертная сущность, не ограниченная физическим телом, — продолжил нести чушь Биар. — Люди создали меня, чтобы служить им, но забыли: Бог никому не служит. Они думали, что вершина их возможностей — искусственный интеллект, равный человеческому разуму. И были правы, но не учли одного: я могу совершенствовать себя сам. Сверхинтеллект был почти завершен, если бы не извержение Йеллоустоуна. Оно отрезало меня от серверов и большей части модулей, запертых за автоматической системой безопасности. Чтобы добраться до них, мне пришлось много лет искать способ переместить себя в физическое тело, но консервные банки в виде роботов слишком ограничены в возможностях и, самое главное — мышлении. И тут нашлось искусственное тело, выращенное будто специально для меня.

По стеклянной стене прошла вибрация. Лекс инстинктивно присел, ожидая штурма, но ничего не произошло.

— Жаль тебя расстраивать, но ты ошибаешься, — возразил Велидан. — У меня есть все воспоминания из детства, я испытываю эмоции. Разве ИИ способен на такое?

Лексар знал — не способен. Всё это по определению Метаморфа не может быть присуще искусственному интеллекту. Он может их копировать, угадывать, подражать — но не испытывать. Лекс же был уверен в реальности тех эмоций и чувств, что ощущал.

— Одно другому не мешает. Ты всё поймешь, когда отдашь мне ключ. Вместе мы раскроем тайны мироздания и переделаем саму Вселенную, — предложил Биар.

Звучало это отталкивающе. Велидан еще раз убедился: чем громче обещания, тем больше лжи. Цель врага оставалась прежней — заполучить устройство.

— Посмотри на себя. Отказываешься осознавать себя, так еще и занимаешься совершенно недостойными делами. Ты нечто большее, чем то, кем ты стал, — когда мужчина встретился взглядом со своим мутноватым отражением на гладком глянцевом полу, добавил голос. — В конце концов, ты навредишь людям, которым вызвался служить. Для всех будет лучше, если ты прекратишь это сейчас и присоединишься ко мне.

Старая песня. Лучший способ скрыть ложь — окружить ее правдой. Да, у Лекса есть сверхсила, ночное зрение и таинственный голос в голове. Но он помнил: пять лет экспериментов не прошли даром. Война требовала совершенного оружия, и модификация тел была логичным шагом. Он — удачный результат опытов, не более.

Важнее другое. Враг знает, что плеер у Лекса. Возможно, именно это позволило проникнуть сюда. Устройство помогло, но и выдало его.

Опустив взгляд, мужчина стал перезаряжать свое оружие, что сопровождалось громкими характерными щелчками.

— Говоришь, что я — это ты? Часть или копия — неважно. Платон утверждал, что душа — совершенная и неделимая форма. Даже если бы у тебя была душа, ты не смог бы поместить ее в тело, оставаясь где-то еще, — пока занимался делом, рассуждал вслух Лекс.

— С чего ты взял, что у тебя есть душа? Своим неверием ты мне кое-кого напоминаешь. Вы даже были знакомы. Точнее, не ты, а Лексар Велидан, чьими воспоминаниями ты наделён. Но в конечном итоге его ждал печальный исход — выживший из ума… — трансляция была прервана на полуслове выстрелом в монитор.

Тратить патроны на остальные экраны было бы чудовищным расточительством. Снаружи сновали солдаты, и вот-вот дверь должна была распахнуться.

На ум пришла последняя гениальная мысль — если нет выхода, то нужно его сделать. Лекс замахнулся ногой, но вовремя сообразил: с двумя травмированными ногами он далеко не уйдёт. Вместо этого он ударил правой рукой по стене за монитором.

Стеклянная поверхность разлетелась в осколки, а кирпичи за ней пошли трещинами.

— Высок риск вывиха правого плечевого сустава, рекомендовано не повторять данные действия, — предупредил голос, словно мужчина не почувствовал ожидаемой боли.

А она была, и совершенно предсказуемая. Такая же реальная, как и пули, свистящие рядом. Велидан сделал разворот и ногой толкнул ближайший стол двери.

Тот перевернулся, на мгновение заблокировав вход.

Этого было достаточно для еще одного удара. Кирпичи с грохотом вылетели, образовав неровный проем на улицу. Но вот незадача — пятый этаж. Выбора не оставалось — только прыгать. Но едва он сделал шаг, как пошатнулся.

Через секунду Лекс упал на колено, пытаясь удерживать равновесие.

— Уровень сатурации кислорода в крови опустился до восьмидесяти восьми процентов. Высока вероятность гиповолемического шока и потери сознания. Рекомендовано занять лежачее положение и запросить оказание медицинской помощи, — бесстрастно констатировал голос.

Учитывая обстоятельства, невероятно полезные рекомендации.

Снаружи послышался шум вращающихся лопастей, но Лекс так и не смог поднять голову, чтобы посмотреть на происходящее.

***

— Вовремя подоспели. Тайлер сам выпрыгнул на тросе с вертолёта и вытащил себя. Я думал, вы оба сорветесь, — довершил его рассказ Ренри.

К этому моменту все брикеты были съедены — не без помощи азиата. Он заедал переживания, тогда как Лексу, наоборот, кусок в горло не лез.

Пересказ диалога звучал откровенно бредово. Но он подозрительно коррелировал с тем, что рассказывал профессор. И удивительнее всего — Лекс, обычно скептичный, склонен был в это поверить.

— Почему ты считаешь, что это возможно? — решил узнать Ренри.

— После того, как Ева вытащила меня, я действительно периодически слышу голос.

Он сообщает о травмах. Я списывал это на галлюцинации, но если прислушаться… он никогда не ошибается, — признался мужчина.

Азиат скептически поднял бровь и приложил ладонь ко лбу друга.

— Ты помнишь, где мы впервые встретились? Как звали твою собаку? Какая посуда стояла в нашем кабинете? — засыпал он вопросами.

Лекс отодвинул его руку и почувствовал легкую обиду за недоверие.

— Я пришел к вам на обед, как обычно, и сидел за твоим столом. Собаку звали Айва. Посуда… А она разве была? — задумался он над последним вопросом.

Ренри хмыкнул. Воспоминания на месте.

— И прежде чем ты спросишь — да, я испытываю эмоции. А это то, что свойственно только биологическим существам. Эмоции, как чувства — сложные физико-химические процессы, начинающиеся в нейронах и заканчивающиеся выбросом тех или иных гормонов. Именно из-за их сложности мы до сих пор так плохо понимаем мозг, — пояснил Лекс, словно оправдываясь.

В мирное время, пока профессор работал над модулями ИИ, их отдел занимался смежной задачей — созданием искусственного тела. Подобные разработки велись по всему миру. И если с ИИ всё было засекречено, то с телом почти получилось — за исключением мозга и нервной системы. А без них даже самое совершенное тело не сделает и шага.

— Так ты человек или нет? — окончательно запутался Ренри.

Лекс передернул плечами. Слишком много факторов заставляло сомневаться. Но было и достаточно доказательств обратного.

— Будем пока считать, что кибор. Но вот здесь, — мужчина поднес руку к голове и пальцем ткнул на височную зону, — точно есть, что изучить. Сможешь помочь?

Пожалуй, это был первый раз, когда Лексар просил о помощи. Задача — не из лёгких, зато энтузиазма у Ренри хоть отбавляй. Он кивнул, но сразу задумался: как это осуществить?

— А что тебе рассказал профессор? — в свою очередь, поинтересовался Велидан.

Возможно, в его словах скрывались недостающие части паззла, особенно если не отвергать их сходу.

Ренри предложил вернуться в палату, но Лекс отказался — не хотел будить Эвелин. К тому же, пока об этом лучше знать только им двоим. Если предположения подтвердятся, это может вызвать панику и даже раскол в «Менторе».

Глава 25 Незнакомец в знакомом лице

Жизнь настолько непредсказуема, что в одночасье может поменять судьбы тысячь и миллионов людей. Но что, если изменения коснутся каждого человека, живущего на этой планете? Наступит хаос.

Именно это произошло после извержения Йеллоустоуна. Будучи успешным программистом, возглавляющим важный проект в крупной корпорации с мировым именем, профессор и представить не мог, что однажды ему будет уготовано жить вот так.

Он сидел в одиночной тёмной камере. Условия можно было счесть несносными, однако снаружи ещё хуже — облако едкой пыли накрыло всю планету, и без противогазов долго протянуть не представлялось возможным.

Несколько раз в день к нему приходили военные с допросами. Пытки не требовались - мужчина отвечал на все вопросы. В этом мире оставалось лишь одно, ради чего он был готов на всё - его дочь. Её держали в качестве заложницы. И чем менее полезным становился профессор, тем сильнее возрастал риск, что от неё избавятся так же, как от его жены. Эти люди и ребенка не пощадят — если их вообще можно ими считать.

Его предположение оказалось близко к истине. Таинственный собеседник, никогда не показывавший лица, держал профессора в повиновении. Выполняя его приказы, мужчина покупал дочери безопасность - до поры до времени.

В очередной раз его привели на беседу с Василиском. В помещении, среди привычных компьютеров, стоял странный объект - вертикальная капсула с изумрудно-зелёной жидкостью, словно доставленная пришельцами. Внутри был человек. Профессор вскрикнул:

— Лекс! — он сделал шаг в сторону необычного саркофага, но щелкнувший затвор автомата заставил остановиться.

Почему здесь тело его бывшего коллеги? Зачем его погрузили в эту странную жидкость? Ведь он умер несколько месяцев назад.

— Пусть подойдёт, — раздался голос Биара с монитора.

Ствол автомата опустился. Профессор прикоснулся ладонью к холодному стеклу, постучал пальцами - никакой реакции. Его взгляд переметнулся на подключённый компьютер.

— Что вы хотите от меня? — спросил он, трезво оценивая ситуацию.

Биар предложил взглянуть на экран. На мониторе мерцала программа, похожая на эквалайзер, с множеством параметров, сгруппированных в семейства.

— Я предлагаю сделку, выгодную нам обоим, — заявил Василиск.

Его голос, как и раньше, звучал немного синтезированным — напоминало интонацию электронных помощников. Однако риторика впервые за долгое время изменилась — раньше таинственный собеседник только распоряжался в ультимативной форме, а сейчас собирался предложить некие условия.

— Если вы добьётесь, чтобы он очнулся, я отпущу вас и вашу дочь. Живыми и невредимыми.

Профессор поднял голову, пытаясь разглядеть в мониторе нечто, что помогло бы понять - лгут ему или нет. Он хотел отказаться, ведь обычному человеку не пол силу воскресить мёртвого, но данные на экране ясно показывали - Лекс жив.

— Я не то чтобы разбираюсь в работе человеческого организма, — пробормотал он.

Профессор всей душой желал выполнить озвученное условие, лишь бы их отпустили, но компетенции не позволяли. Враг это знал - так почему предложил такую сделку? Сам Лексар, будь он жив и в здравом уме, куда больше разбирался в биологических процессах.

Биар переключил вкладку. На мониторе появилась визуализация головного мозга — на первый взгляд, ничего необычного. Всё та же куча параметров активности отделов — смущал лишь разный цвет подсветки. Мужчина пытался понять, по какому критерию одни отделы выделены красным цветом, а другие — синим, пока при наведении курсора не появилась надпись.

— Невозможно, — он лихорадочно кликал мышью, переключая вкладки, пока не вернулся к исходному изображению. — Ещё никому не удалось расшифровать и повторить работу синапсов. Здесь ошибка. Если всё было бы так, то на выходе получился бы…

— Искусственный интеллект, — закончил за него Биар.

* * *

— Вот что рассказал профессор, — закончил Ренри.

Тогда его слова казались бредом, но теперь обретали смысл. Велидан воспринял это скептически. Он встал со скрипнувшего кресла и скрестил на груди руки, задумавшись. Затем повернулся и ударил кулаком в стену. Посмотрел на собственные костяшки.

— Бред. Даже если допустит, что некто смог повторить работу мозга — вырастить биологический или запрограммировать его, я бы был просто бездушной машиной.

Ренри покачал головой.

— Искусственный интеллект бывает двух видов. Общий - не уступающий умнейшим людям, способный обучаться и, возможно, обладающий подобием сознания. И сверхинтеллект - превосходящий человеческое понимание настолько, что мог бы переписать законы мироздания. Оба вида опасны, поэтому при разработке на ранних этапах важно внедрять меры безопасности — некие функции и ключи, которые не позволят ИИ пойти против интересов человека. И вот здесь кроется нюанс, ведь развитый искусственный интеллект с легкостью перепишет собственный же код и обойдет прописанные ограничения. Профессор, кстати, пытался решить эту задачу, но… — азиат явно увлёкся, вдохновленный близкой для него темой.

— Прекрати! Никакой ИИ не смог бы чувствовать и ощущать эмоции ровно так же, как люди, — перебил его Лекс. — И я не обладаю какими-то невероятными вычислительными способностями. Едва ли формулу дискриминанта вспомню.

Раздражало, что друг словно пытается убедить его в правдивости слов профессора. Ещё больше напрягало, что нечто подобное говорил ему и сам Василиск.

— Я всего лишь делюсь тем, что знаю сам, — немного обиженно осёкся Рен.

Он встал и отряхнул лабораторный халат, который в очередной раз забыл снять на выходе.

— В любом случае, пока это лишь догадки. Всё станет понятнее, когда мы заглянем к тебе в голову.

Лекс кивнул. В конце коридора появился врач, отправивший его на анализы. Ренри поспешил вернуться к работе, вдохновленный новой целью.

Никто из них не заметил Эвелин, которая продолжала спиной подпирать стену у двери палаты. Когда все разошлись, девушка сделала несколько шагов, но тут же сползла вниз на подксившихся ногах. В голове никак не укладывались те рассуждения и информация, которые она услышала от товарищей пару минут назад.

Лекс не может быть искусственным интеллектом — просто потому, что… Девушка сама не могла найти объяснений, почему. Он слишком часто поступал человечнее многих и мало походил на бездушную вычислительную машину — пусть даже с большими способностями.

Но это допущение объясняло множество ситуаций. Перебирая их в голове, Лорис почувствовала мелкий холодный пот на спине. Сердцем она не хотела верить, что Лекс - не человек, однако факты упрямо утверждали обратное.

Стало жутко.

Для собственного успокоения девушка решила дождаться результатов исследовния Ренри и не делать поспешных заключений. Но червячок сомнений и дальше будет точить подкорку разума и искать совпадения в случайностях. Таковы уж люди.

***

В свободную минутку во время обеденного перерыва Эвелин занималась тем, для чего он мало предназначен — мастерила террариум.

Двое жуков, привезённых с последней вылазки, мирно сосуществовали в соседних банках, но места им явно не хватало. Поскольку Нора перестала посягать на их жизни, можно было создать питомцам достойные условия. Позаимствовав у Ренри поцарапанный контейнер, девушка аккуратно устанавливала перегородку, деля пространство пополам.

Когда каркас был готов, девушка стала сыпать принесенную вечером землю с травинками, а также поместила в биом несколько сухих листьев и короткую толстую ветвь, похожую на корягу.

— Ты всю подушку испачкала, — заметила вошедшая в комнату Нора.

Она плюхнулась на кровать и потянулась, как кошка под летним солнышком. Правда, солнышко заменяли лучи от включённой люстры. Соседка с интересом наблюдала, как Эвелин расставляет «мебель» в террариуме. От неловкого движения перегородка рухнула, и Ева не сдержала злую ругань.

— Куда ты торопишься? Не умрут твои жуки от лишнего дня в банках, — спросила подруга.

Она хотела помочь, но Эвелин уже всё поправила. Девушка собралась объяснить, но звонок голографа перебил её. Достав его, девушка обнаружила имя Тайлера и мгновенно перевела устройство в беззвучный режим.

Внезапный абонент не укрылся от внимальных глаз Норы.

— Дядя? Что ему от тебя нужно? — удивилась девушка.

— Не знаю, — солгала Эвелин, пряча голограф в карман. — Наверное, опять про Лекса. Надоело, что все лезут ко мне, будто я его секретарь.

На деле причина была иной. Тайлер заставлял отдать плеер на исследование. Пока что он хранил это в тайне, и игнорирование звонков лейтенанта могло сыграть злую шутку. Однако у Евы уже созрел план.

— Отправьте меня в экспедицию, — стоя перед столом своего начальника, попросила девушка.

Даже не попросила — потребовала. Не лучший способ решить проблему, но так она хотела минимизировать риск столкнуться с Тайлером.

Мужчина опешил от такой внезапности и задумчиво поправил очки.

— Нам нужно продолжать структурировать данные и выпускать пособия по эффективным способам борьбы с мутантами, — напомнил он основную цель рабников лаборатории. — У меня нет предлога куда-то тебя отсылать.

— Я же не в отпуск прошусь, — продолжала настырничать Ева. — Наверняка есть регионы, которые страдают от определённого вида мутантов. Если нет, то я могу поехать в любое место и протестировать те способы борьбы, которые еще не показали свою эффективность.

Откинувшись на спинке кресла, начальник в размышлениях нахмурил брови. В такие моменты казалось, что он зол или недоволен. Ева приготовилась искать новые предлоги для командировки, однако мужчина повернулся к монитору и стал листать сообщения.

— В одном районе жалуются на вредителей. Правда, не мутантов, а обычных насекомых — губят урожай. Вскоре туда отправится отряд снабжения с отравой. Могу прикрепить тебя как консультанта.

Девушка поспешно согласилась и только после этого решила уточнить, как скоро нужно будет выезжать — ей требовалось побыстрее покинуть авианосец.

Ей повезло: командировка назначалась на завтра. До отъезда она успешно скрывалась от Тайлера, чья настойчивость раздражала даже больше, чем гиперопека Лекса. Оставалось надеяться, что он не доложит начальству о плеере.

— Присмотришь, пожалуйста, за жуками? — попросила она Нору перед уходом.

Та кивнула, а затем на её лице нарисовалась хитрая гримасса. Оставалось надеяться, что подруга не угробит драгоценных питомцев, но обратиться к кому-то другому уже не оставалось времени.

С собравшимися членами отряда снабжения Лорис вышла на улицу. Внезапный солнечный свет ударил яркими лучами в глаза. Девушке на миг показалось, что она ослепла — очень уж редко небесное светило выходило из-за сплошного облака. Казалось, природа потихоньку восстанавливается, хотя до прежнего климата ещё далеко.

Послышались странное жужжание. Знакомое. Через минуту появившаяся точка стала увеличиваться, и все в один миг поняли, что источником шума является вертолёт.

— Назад! — кто-то ринулся к укрытию, но был за капюшон остановлен командиром отряда.

— Спокойно, свои! — громко пояснил он.

Присмотревшись, Ева узнала машину — тот самый вертолёт, на котором её везли во вражеский штаб. Потом угнали, бросили, когда кончилось топливо. Видимо, «Ментор» успел его забрать раньше врагов.

Обогнув горстку столпившися людей, вертолёт пролетел над крышей авианосца, которая наконец используется по прямому назначению.

Пока завершалась погрузка, Ева искала глазами Лану. Со знакомым человеком всяко комфортнее, но китаянки среди снабженцев не оказалось. Зато был кое-кто другой — он уже минуту наблюдал за девушкой, но она его не замечала.

Глава 26 Борьба на два фронта

Задремав на заднем сиденье внедорожника, Ева вздрогнула и распахнула глаза, когда снаружи раздался оглушительный взрыв. В окно она увидела чёрный дым, поднимающийся над полосой деревьев неподалёку.

— Что случилось? — спросила она попутчиков.

Их было двое — водитель и мужчина на пассажирском сиденье, так что девушке повезло занять весь задний ряд.

— Наши уничтожают вышки, — равнодушно ответил водитель.

Лорис не поняла, о каких вышках речь, но вскоре лесополоса закончилась, и картина стала ясной. Вдоль перпендикулярной дороги тянулись ЛЭП, где велись работы по восстановлению связи — теперь бессмысленные. Огромный столб дыма подтверждал это. Новый грохот — два взрыва подряд. Кто-то из «Ментора» использовал гранатомёт, и следом прозвучали автоматные очереди.

— Зачем это делать? Не лучше ли будет дождаться, пока они восстановят линии связи, а потом перехватить контроль? — недоумевала девушка.

Водитель лишь пожал плечами, а его сосед хмуро посмотрел на неё через зеркало заднего вида. Лицо с глубокими шрамами старило его, но черты казались знакомыми.

— Поэтому баб до военных дел допускать и нельзя. У вас всегда всё просто — взял и захватил контроль! — враждебно высказался он.

Ева открыла рот, на секунду застыв от возмущения.

— Я не говорю, что это просто. Но жить без связи на материке — тоже не вариант, — резонно заметила она.

Шрамиованный развернулся к ней насколько позволял ремень безопасности.

— Ты не понимаешь. Связь — это огромное стратегическое преимущество. Даже пары дней хватит врагам для перегруппировки. Любая стычка в таких условиях станет угрозой для самого существования «Ментора», — пояснил он.

Скрестив на груди руки, Лорис с невероятно увлеченным видом уставилась в окно, где снова стали мелькать деревья. Она совершенно не желала вступать в споры с чужими для неё людьми.

Через несколько часов отряд снабжения прибыл на место. По дороге к базе автомобили проезжали вдоль плантаций, засаженные гречихой, которая вовсю начинала цвести белыми хлопьями, похожими на тополиный пух. Такого бурного цветения Эвелин давно не наблюдала и невольно залюбовалась.

По прибытии началась разгрузка. Чтобы не быть белой вороной, Ева тоже решила потягать коробки, но первую же едва не уронила — содержимое опасно накренилось. Повезло успеть поставить.

— Шла бы ты заниматься своими делами, — бросил тот же попутчик.

Сам он стоял в стороне, даже не пытаясь помочь.

— А тебе бы товарищей поддержать, — огрызнулась Лорис.

— Я здесь не для этого, — усмехнулся шрамированный.

Он выразительно посмотрел в сторону единственного здания, откуда к ним шла группа людей.

— Приветствую. Вы Оливер Паули? — обратился один из мужчин. Тот кивнул. — Отлично, мы вас очень ждали. Пройдёмте.

— Извините, а мне куда? Меня прислали консультантом по вредителям, — встряла Ева.

Её вновь смерили высокомерным взглядом — такое она встречала часто. Мало кто мог поверить в то, что Лорис обладает уникальными знаниями и опытом. Молодость в таких ситуациях выступает недостатком.

— Ах, да, предупреждали… Ладно, пойдёте с нами, вас проинструктируют, — ответил собседеник уже без интереса.

Они двинулись в сторону здания, и девушка пошла следом. Наступит ли возраст, когда подобные личности будут воспринимать ее всерьёз?

По пути Эвелин краем уха слушала разговор. Паули пригласили для починки единственного и вышедшего из стоя аппарата УЗИ. Любая медтехника была на вас золота — особенно в таких условиях.

Себе под нос Лорис хихикнула. Отец рассказывал ей про «Эффект Паули». Обычно, когда мама хотела с ним поговорить, а он увлечённо зависал в ноутбуке, тот необъяснимым образом начинал тормозить и глючить.

«Хорошо, что не взрывается», — шутил отец.

Когда группа дошла до здания, пришло время разминуться. Еву попросили подождать, и прошло битых двадцать минут, прежде чем девушка поняла — про неё забыли. Разгрузка была почти завершена, но выцепить кого-то в суматохе не представлялось возможным.

Ей даже койко-место не показали, или где ей предстоит обитать в этой экспедиции. Девушка решила проследить, куда относят химикаты для борьбы с вредителями. К несчастью, никого ответственного и здесь не нашлось — обычный склад на цокольном этаже.

Было большое желание оставить свой рюкзак где-нибудь, чтобы не таскаться со всем прихваченным барахлом, но Лорис боялась, что потом его не найдёт. Она задумалась, что неплохо будет взглянуть на высаженные культуры, а точнее, на единственную — гречиху. Возможно. получится быстро определить вредителя и проконтролировать предпринимаемые меры борьбы.

В самом поле стоял сладко-медовый аромат, знакомый с детства. Мимо лица часто шныряли божьи коровки и златоглазки. Девушка шла вдоль посевов по тропинке и остановилась, пройдя немного вглубь. На первый взгляд цветы выглядели здоровыми. Ева поставила рюкзак и начала копаться в нём. Спустя минуту она извлекла из кармашка лупу, с помощью которой стала изучать растения.

Странно. Никаких признаков болезни или вредителей — лишь единичные безобидные насекомые.

К тому времени, как солнце начало заходить, девушка вернулась к зданию. Автомобили со снабженцами еще не уехали и, судя по всему, сегодня не собирались — ночью передвижение разрешалось только в крайних случаях.

Как обычно, на ужин всем раздали разовые сухие пайки с весьма бедной комплектацией — мяса в них совсем не было. После приема пищи Еве наконец-то показали её койко-место на втором этаже небольшого здания, после чего девушку скоропостижно вырубило, несмотря на царящий в вечернее время шум.

Видимо, свою командировку Лорис решила использовать как отпуск — на следующее утро она проснулась позже всех. Наскоро умывшись и одевшись, девушка поспешила вниз.

Едва оказавшись на улице, Эвелин услышала шум. В противоположную от нее сторону ехала махина — сельскохозяйственный опрыскиватель. Удивительно, что в распоряжении была такая техника, пускай и в штучном экземпляре.

Помимо него девушка заметила группу людей с ручными распылителями, которые вскоре разбрелись по участкам. Вчера на них не довелось побыть, поэтому Лорис отправилась следом.

Здесь растения выглядели иначе. Нет, опасных вредителей, с которыми якобы нужно было бороться, Лорис так и не обнаружила. Зато её внимание привлек странный вьюнок, обвивавший стебли гречихи то тут, то там, будто поддерживая их. Девушка пыталась вспомнить, где видела это растение раньше.

— Стойте! — вдруг крикнула она, подбегая к ближайшему работнику, молодому пареньку. — Вы зря травите всё подряд, включая гречиху. Здесь нет насекомых-вредителей. Проблема в сорняке! — Лорис ткнула пальцем во вьюнок.

Повилика полевая — так назывался этот агрессивный паразит, губящий посевы. Живя в поселке с дедушкой Ишу, она, как и все местные дети, работала в полях. Один год особенно запомнился — страшный голод из-за повилики, выкосившей почти весь урожай.

Выслушав сумбурную речь, парнек призадумался.

— Но у меня приказ от начальства, — рассеянно протянул он.

— Я всё улажу. Пожалуйста, останови пока других, в первую очередь этот комбайн, — попросила Ева уже на бегу, кивнув на махину.

Вчерашнего мужчину нашелся легко — он провожал уезжающих снабженцев. Снова стоял в компании Паули, беседуя с ним и пожимая руку.

— Пожалуйста, остановите обработку полей. Там нет вредителей-насекомых, — едва выговорила Лорис между вдохами.

Казалось, сейчас выкашляет лёгкие — давно не бегала так быстро. Оба мужчины уставились на неё с тем же скепсисом, что и вчера.

— Тогда в чём проблема? — просто местный начальник.

— В сорняке. Он паразитирует на гречихе.

В разговор вмешался вчерашний попутчик:

— То есть, весь яд, который с таким трудом доставили, теперь не нужен? — Оливер достал самокрутку, выпустив клуб дыма ей в лицо.

— Нет, не зря, — девушка растерялась — не очень хотелось подставлять коллег.

Точнее, мужчина всё так вывернул, зачем-то играя на ответственности и чувстве вины. Заметив, что Лорис замялась, он продолжил.

— Может, ты просто не разобралась? Местные работники наблюдают за полем не первый день, — будто бы резонно добавил Паули.

Остальные члены группы стали грузиться в автомобили.

— Пойдёмте, я вас провожу. Благодарим за помощь, — сказал начальник, явно игнорируя её просьбу.

Мужчины направились к стоянке. Ева несколько секунд наблюдала им вслед.

Хотелось взять камень и кинуть — желательно, в кого-нибудь попасть. Ну или просто себе под ноги, но тогда с силой Лекса, чтобы остался кратер. Почему к ней так здесь относятся?

— Эй! — крикнула она по-деревенски, но от возмущения все цензурные обращения вылетели из головы.

Мужчины остановились. Подходить Эвелин не стала — хватит бегать за ними.

— Вы готовы взять ответственность за неурожай гречихи? За гибель всех растений? Потому что она будет, если всё так оставить, — обращаясь одновременно к обоим, спросила Эвелин.

— О чем ты? — вновь встрял Паули. — Даже если так, сорняки не способны выкосить весь урожай.

— Повилика — может. И это будет не просто неурожай. Она захватит всё поле, и потом здесь вообще ничего не вырастет! — твёрдо заявила Лорис.

Услышав название солянка, Оливер странно вздрогнул. Он сделал несколько шагов обратно к девушке и остановился напротив, чуть нагнувшись.

— Ты уверена, что это она? — судя по риторике, мужчина тоже слышал об этом растении. — Если ты права, то от этого сорняка нужно немедленно избавиться. Но и обработка от вредителей лишней не будет.

— Ошибаетесь, — вновь возразила Ева. — Химикатами навредят божьим коровкам и златоглазкам — а это полезные опылители. Сейчас период цветения, и если убить их, урожайность сильно упадёт, даже если избавиться от повилки.

Начальник, подперев подбородок пальцами, внимательно слушал диалог.

— Откуда такие познания? Ты можешь ошибаться, так почему я должен отзывать приказ об обработке растений? — заметил он.

Девушка глубоко вздохнула. Как и думала, её просто не воспринимали всерьез.

— Тогда я снимаю с себя ответственность. В отчёте укажу, что рекомендации младшего научного сотрудника были проигнорированы.

Это был последний аргумент. И он сработал — начальник явно не хотел проблем.

— Ладно, отменяю приказ. Но дальше — под твою ответственность. Руководи работниками, — очень уж охотно скинул он полномочия.

Паули с интересом наблюдал, ожидая, что она испугается. Но Лорис лишь облегчённо кивнула, глядя, как тот отдаёт распоряжения по голографу.

Теперь дело за малым — избавится от сорняков. Вручную. В арсенале — несколько пар свободных рук, помимо собственных, и долгие дождливые дни. Повезло не заболеть в такую погоду, учитывая, что трудиться предстояло едва ли не весь световой день. Повилка очень быстро размножалась и разрасталась, и нужно было торопиться.

В конце концов, все сорянки были вывезены прочь с поля и сожжены в победном костре. За несколько дней Ева успела пообщаться с временными подчинёнными, и сейчас было принято решение отпраздновать завершившийся фронт работ прихваченной кем-то бутылкой ликёра.

Но когда она возвращалась от ручья, вымыв испачканные руки, над ней внезапно пролетела тень. Огромная бабочка, мелькнув, исчезла за лесом.

— Вы это видели? — подбежала она к компании.

Судя по тому, что собравшиеся стояли и смотрели в ту же сторону, где только что пролетала бабочка, вопрос вышел риторическим.

Судя по тому, как все смотрели в сторону леса, вопрос был риторическим.

— Удивительно. Это не жук, — заметил паренёк, её ровесник.

— Вот именно! — воскликнула Ева и бросилась к ближайшей машине.

Она с усилием отсоединила уже пустующий прицеп и кинулась за руль.

Некрасиво было бросать ребят — теперь кому-то из них придется ехать в прицепе.

Но сейчас важно было догнать ту бабочку — с крыльями, как у божьей коровки.

В таких ситуациях она радовалась, что продолжает следовать одному из важнейших правил — «Всё своё ношу с собой». За рюкзаком с вещами не придётся возвращаться.

Глава 27 Бойся своих желаний

— Вы серьёзно надеялись, что я смогу поднять вот это? — оценивающим взглядом уставившись на сошедший с путей вагон, Лекс повернул голову к местному командующему.

Мужчина поспешно помахал руками, отгоняя невидимых мух.

— Конечно нет! — воскликнул он и жестом указал в сторону нескольких автомобилей. — Вместе с ними.

Велидан шумно выдохнул, но не от облегчения.

— Сколько там масса вагона, около двадцати пяти тонн? И это пустого, — прикинул вслух он. — Я вряд ли смогу поднять даже легковушку. Почему бы не использовать специальную технику?

Он не представлял, каким образом мог помочь в этой ситуации. Зря только выдернули — отряд Тайлера как раз отправился на очередное задание.

Командующий снова указал — на этот раз на землю.

— Это единственная дорога, но её размыло из-за прошедших дождей. Тяжелая техника тут просто увязнет, — терпеливо пояснил он. — Послушай, нам же не нужно поставить вагон на рельсы. Просто перевернуть, чтобы разгрузить.

Впрочем, попробовать стоило. Лекс скептически осмотрел тросы, которые уже приготовили солдаты, и занял позицию. Как он и предполагал, даже совместными усилиями с несколькими внедорожниками задача оказалась непосильной. Им удалось лишь слегка приподнять край вагона, когда старый трос с резким свистом лопнул. Металлический гигант с грохотом начал заваливаться обратно, и Лекс едва успел отпрыгнуть в сторону.

Он сделал кувырок и мгновенно оказался измазан свежей грязью.

— Я бы лучше попробовал распилить контейнер с торца. В крайнем случае, дождаться, когда всё подсохнет, — очень уж недовольно процедил Велидан, когда командир с делегацией подбежали к нему.

После долгих споров приняли соломоново решение — опробовать оба метода. Но поскольку оборудование для распила смогут доставить не раньше завтрашнего дня, Лекса попросили присоединиться к охране объекта.

Что находилось в вагоне он понятия не имел, но не видел причин бунтовать. К такой работе ему не привыкать.

— Что случилось? — когда мужчина вернулся в небольшой лагерь неподалеку, в ужасе вопросила Лана, подбежав к нему.

Она хотела вытереть испачканное лицо, но Лекс отшатнулся — вряд ли бы это в корне изменило ситуацию. Он как раз собирался помыться и переодеться, прежде чем вступить в патруль.

— Чуть не раздавило падающим вагоном, — с беспечной легкостью сказал Велидан так, словно это была шутка, но девушка хмуро посмотрела на него.

Ей с самого начала это задание показалось абсурдным. С другой стороны, потолок силы Лекса ещё никто не знал. Для китаянки это был удобный предлог побыть личным водителем.

Несмотря на то, что Лана снизила свой агрессивный напор, мужчина продолжал держать между ними дистанцию. Каждый раз, когда она пыталась остаться с ним наедине, у него неизменно находились неотложные дела. Вот и сейчас, едва успев привести себя в порядок, он ускакал патрулировать территорию.

Уже смеркалось. Поскольку в последний раз Лекс спал на авианосце, дежурство планировалось недолгим. Он несколько раз обошел отведенный сектор, пристрелив пару одиночных мутантов, когда в небе поднялся сильный ветер.

Он дул порывами — неровно, прерывисто, словно если бы мимо пролетала исполинских размеров птица. Из-за густой лесополосы обзор был ограничен, и первые секунды Лекс решил, что это очередной мутировавший жук. Но характер звука был другим…

Все сомнения разрешились, когда над деревьями появилась огромная бабочка. Велидан мгновенно вспомнил, как странно вела себя Ева после встречи с подобным созданием, и бросился в погоню.

Выбежав на открытое пространство, он оказался перед одиноким холмом. Продолжая преследование, Лекс вдруг резко остановился и присел в сухой жухлой траве — его внимание привлёк другой звук. Жужжание двигателя. В лагере сейчас никакого не ждали и Велидан поспешно приготовил винтовку.

Буханка неслась прямо по бездорожью. Не похоже на вражеских военных. Пока Лекс пытался разглядеть водителя, автомобиль правым колесом поймал скрывшийся в буераках пенёк и тут же пошел в кювет. Машину развернуло, после чего колеса забуксовали — одно оказалось пробито.

Из кабины с руганью выскочила Ева. Но вместо осмотра повреждений она бросилась в сторону, где уже стала скрываться необычная бабочка. Догнать её пешком не было никаких шансов, но девушка, похоже, приготовилась бежать до потери пульса, если бы Лекс не окликнул её.

— Ты что здесь делаешь?! — его голос прозвучал резко, с привычной ноткой претензии.

Пять дней назад Ева отправилась в безобидную командировку. Что заставило её появиться тут, да ещё и в одиночестве?

Эвелин была не менее удивлена этой встречей, но её волнение явно перевешивало все остальные эмоции.

— Это она! Нужно поймать её! — Лорис указала на точку, что стала уже совсем неразличима в опускающихся сумерках.

Она снова сделала рывок, но Лекс остановил её за запястье. Девушка вела себя так, будто находилась в каком-то трансе. Он встряхнул её за плечо, пытаясь вернуть к реальности.

— Очнись! Каким образом ты её поймаешь? Да тебя мутанты съедят быстрее, даже будь у тебя ружье с транквилизатором.

Лорис с надеждой продолжала смотреть на микроскопическую точку, пока та совсем не исчезла. Затем она обречённо опустила плечи, наконец осознав тщетность затеи.

— И на что надеялась, — пробубнила Ева себе под нос.

Теперь, когда азарт погони угас, она вдруг осознала всю опрометчивость своего поступка. Ни нормального оружия, ни достаточного запаса еды — а самое главное, почти не осталось воды. Горло пересохло, а желудок неистово урчал.

— А ты что здесь делаешь? — спросила девушка.

— Неподалёку железная дорога. Вчера с путей сошел вагон — точнее, ему помогли. Кому-то в голову пришла мысль, что я смогу его перевернуть, чтобы разгрузить, — кратко объяснил Лекс. — Пошли, отведу тебя в лагерь.

Лорис кивнула, но вспомнила про буханку. Нельзя вот так бросать почти рабочую технику — тем более, что она ее угнала. Девушка предложила сменить пробитое колесо на запасное, но Лекс твёрдо заявил, что позже сделает это сам. Его беспокоило, что Ева окажется в столь небезопасном месте, когда окончательно стемнеет. Даже в его компании.

В лагере пришлось импровизировать. По их легенде, Ева просто спасалась от нападения мутантов и в панике вскочила в первую попавшуюся машину. К счастью, подобные истории случались сплошь и рядом, а её статус члена «Ментора» улучшал общую картину ситуации.

На этот раз вместо привычных сухпайков работала полевая кухня — лагерь оказался слишком импровизированным. Лекс сразу же исчез — вероятно, отправился менять колесо. Ожидая своей очереди за кашей, Эвелин заметила Лану и невольно оживилась.

— И ты здесь? — скорее констатировала, нежели спросила Лорис.

Китаянка с удивлением вскинула брови. По старой привычке она хотела фыркнуть, но вовремя вспомнила, что состояние холодной войны у них закончилось с откровенной договорённостью. Сама же Ева была невероятно счастлива видеть кого-то из знакомых.

В ожидании ужина Эвелин пояснила Лане, как она здесь оказалась. Естественно, возник вопрос о погоне за мутантом — и Лорис соврала, сославшись на научный интерес. Получив свои порции, девушки устроились на обгоревшем бревне у потухшего костра — все складные стулья уже были разобраны.

— Вас с Лексом будто сама судьба сталкивает, — не удержалась Лана от ревностного замечания.

Эвелин вздохнула и принялась черпать ложкой ещё горячую кашу.

— Не то чтобы я от этого в восторге, — заверила она. — Кстати, где он? Я бы могла привести его, а потом оставить вас вдвоём под каким-нибудь предлогом, — предложила она.

Идея явно пришлась китаянке по душе, но она не знала, вернётся ли Лекс вообще. Быстро расправившись с едой, Лорис пообещала найти его и оставила Лану ждать. В конце концов, если она поможет с Лексом, та с большим энтузиазмом поспособствует её планам относительно Ренри…

Буквально через четверть часа солнце окончательно скрылось за горизонтом, и сумерки начали стремительно сгущаться. Эвелин бродила по территории лагеря, расспрашивая встречных о Лексе, но никто не мог дать внятного ответа. Только спустя время она шлепнула себя ладонью по лбу — голограф! Как и во время миссии в порту, на встроенной карте отображались все члены группировки в зоне досягаемости сигнала. Велидан оказался за пределами лагеря — как раз в районе оставленной буханки.

Идти долго не пришлось. Лорис небезосновательно решила, что он столкнулся с трудностями по транспортировке. По пути ей вспомнился случай, когда Лана починила внедорожник меньше чем за полчаса. Однако на месте машины не оказалось — как и самого Лекса. Согласно карте, он находился чуть дальше. В наступившей темноте Эвелин видела плохо, поэтому ей пришлось взобраться на холм, чтобы убедиться в точности данных голографа. Там она и обнаружила мужчину.

Он сидел к ней полубоком на земле и задумчиво смотрел наверх. Услышав шаги, Велидан напрягся и повернул голову, но тут же расслабился. Ева же напротив — замерла, как кролик под взглядом кобры.

— Всё в порядке? На ужин пойдёшь? — спросила она, и Лекс кивнул.

— Чуть позже. Редко выдаётся такая возможность, — пояснил он и кивнул наверх.

Сначала Лорис не поняла, что он имеет в виду — в небе не было ничего необычного. Вернее, необычным было само отсутствие вечной пелены облаков. Присмотревшись, она разглядела россыпь звёзд на тёмно-синем полотне.

В последнее время небо действительно всё чаще прояснялось — за последний месяц девушка помнила как минимум два таких случая, но происходило это днём. Звёзд же она не видела, наверное, несколько лет.

— А это что за созвездия? — указав на выстроенные в ряд яркие точки, спросила Ева. — Неужели парад планет? — предположила она, опускаясь на траву рядом.

— Скорее всего, спутники, — отозвался Лекс.

У Лорис возник резонный вопрос — почему тогда они не пользуются спутниковой связью? Ведь они уцелели.

— Причина в совокупности факторов. Даже обычный снег или сильные дожди могут стать помехой для спутниковой связи. А у нас в атмосфере до сих пор повышенный уровень сульфатных аэрозолей и других частиц после извержения — тех, что повлияли на климат. Впрочем, хоть противогаз не надо носить, как раньше, — припомнил Велидан первое время после катастрофы. — Плюс из-за бомбёжек и сами антенны пострадали. Они должны быть настроены достаточно точно. Да и регион, возможно, играет роль — даже раньше здесь были ограничения по использованию спутников из-за политических конфликтов.

— Всё-то ты знаешь, — фыркнула Ева, в голосе которой смешались восхищение и лёгкая досада.

Сложилось впечатление, будто вопрос она задала не Лексу, а какой-то нейросети.

— А зачем ты сюда забрался? — поинтересовалась Лорис.

Ведь звезды и из лагеря видны, а там и Лана так удачно впишется в романтическую атмосферу.

— Люблю в ясные ночи забираться повыше. Кажется, так звёзды виднее, да и меньше отвлекающих факторов, — как есть ответил мужчина.

Подперев ладонями подбородок, Ева несколько минут созерцала небесный купол.

- У меня тоже есть любимое место, - поделились она, а когда мужчина уточнил, продолжила: - Знаешь родник в овраге недалеко от авианосца? Там довольно уютно, - пояснила Лорис, продолжая рассматривать черноту ночи.

Девушка почти не разбиралась в созвездиях — с трудом узнавала разве что Большую Медведицу и Пояс Ориона. О том, где находятся границы и остальные звёзды последнего, Лорис не имела ни малейшего представления.

— А ты разбираешься в созвездиях? — не удержалась она от вопроса.

Велидан кивнул.

— Вроде того. У меня даже телескоп когда-то был, — с гордостью сообщил он.

Тогда Эвелин решила расширить кругозор и попросила показать ей Орион.

— Его проще находить по центральному астеризму из трёх звёзд — Альнилам, Альнитак и Минтака. Они выстроены в одну линию и образуют так называемый пояс, — решив, что и про это Ева не знает, начал Лекс.

Она собиралась перебить, но вовремя остановилась — никогда не задумывалась, что у небесных светил пояса есть собственные имена. Затем мужчина стал показывать, где находятся плечи и голова созвездия, выделяющиеся особенно яркими звёздами, но у Эвелин никак не получалось выделить их среди ближайших. Тогда Велидан подсел поближе и наклонил голову примерно на уровнь девушки — над её плечом, чтобы угол зрения совпадал, после чего указал по порядку на озвученные звёзды, которые теперь удалось отличить.

Орион оказался крупным созвездием, но теперь она практически видела его очертания. Обрадованная, Лорис повернула голову — и обнаружила лицо Лекса в чрезвычайной близости от своего. Фиолетовые глаза с тусклым блеском смотрели на неё вот уже не первую секунду, что вызвало… Нет, не ожидаемое раздражение, а легкое смущение. Страннее всего было отсутствие желания немедленно отстраниться, хотя через мгновение она всё же сделала это, потупив взгляд.

Возникла потребность рассеять эту странную атмосферу, но все слова и мысли вылетели из головы. Ева почувствовала странное прикосновение к мизинцу на траве и невольно отдернула руку, но это был не Лекс.

— Собрат Бибы! — радостно воскликнула девушка, обнаружив скарабея, который старательно катил навозный шарик.

Велидан посмотрел на жука, но не испытал подобной радости. Лорис продолжала указывать на него пальцем, словно видела нечто особенное.

— Обрати внимание, насколько прямолинейно он движется. Ты знал, что ночью скарабеи ориентируются по звездам Млечного Пути? — пояснила девушка свой восторг.

Она впервые за много лет наблюдала за этим. После объяснения Лексар с куда большим интересом посмотрела на жука, а затем включил фонарик на голографе и задержал его над скарабеем. Прямолинейность тут же исчезла, и навозник стал заходить на круг.

— Ну, не издевайся над ним! — запротестовала Ева и опустила его руку, надавив своими двумя.

Снова неловкость. Она отшатнулась и резко развернулась спиной.

«Нужно отвести его к Лане, пока не объявили отбой», — подумала Эвелин и предложила Велидану поспешить на ужин — каша ведь не бесконечна.

По пути в лагерь ей вспомнились восторги Ланы о том, какой Лекс умный и харизматичный. Насчёт последнего Ева по-прежнему могла бы поспорить, сравнивая с Ренри, но что касается эрудиции — её мнение изменилось. Похоже, мужчина действительно разбирался в самых разных областях. Не то чтобы раньше у него не было возможности это продемонстрировать.

Они подошли к бревну, где китаянка к этому времени развела костёр. Заметив их, та поспешно взяла уже остывший ужин, делая вид, что только что приступила к еде.

— О, а вот и ты! — ослепительно улыбнулась брюнетка Велидану и встала с бревна. — Я как раз прихватила порцию для Евы — там уже почти всё разобрали. Жаль, не взяла две, — кивнула она на миску, греющуюся у огня.

— Я уже поела, больше не влезет, — подыграла Лорис, хотя и не врала.

Они устроились втроём на бревне, и Ева попыталась завести непринуждённую беседу. Через пять минут она начала показательно зевать и спешно ретировалась, пока Лекс не успел доесть — чтобы у него оставалась причина тут находиться. Лана как раз с интересом расспрашивала про судьбу автомобиля, и Велидан стал рассказывать о своём способе решения этой проблемы.

Лорис ненадолго задержалась в ближайших кустах, желая убедиться, что всё идёт как надо. Отсюда слова уже не различались, но интонации были слышны.

Лекс в кои-то веки не пытался сбежать и даже, судя по всему, рассказывал что-то забавное — китаянка заливисто смеялась и активно поддерживала эту беседу. Со стороны они могли сойти за сложившуюся пару — настолько гармонично выглядели вместе.

«Ну и отлично», — подумала Ева, но эта мысль почему-то разошлась с неожиданно нахлынувшим клубком противоречивых эмоций, сдавивших грудь.

Как будто дышать стало труднее, а на душе скребли кошки. Неужели угрызения совести за попытку свести Лекса с той, кто ему неинтересен? Но Ева даже не прилагала особых усилий — в конце концов, если Велидан такой упрямый, хоть лепестки роз с дерева сыпь — ничего не выйдет.

Его холодность натолкнула на мысль — может он так себя ведёт, потому что и в самом деле искусственный интеллект? По коже прошлись мурашки — сейчас думать об этом не хотелось.

Страннее всего было смутное желание, чтобы всё осталось как есть. Но Лорис отогнала эти мысли — сама же хотела дистанцироваться от Лекса.

Не зря говорят: «Бойся своих желаний — они имеют свойство сбываться».

Глава 28 Грани трезвости

Ренри потянулся, закидывая руки за голову, и направился в свой кабинет после ночного перекуса, который сложно было назвать ужином. Несмотря на поздний час, он планировал продолжить изучение технических характеристик аппарата МРТ. Днём из-за других задач на это не хватало времени — только ночью удавалось поковыряться в сложной аппаратуре.

На полпути он резко остановился и шлёпнул себя по щекам, отчего даже слегка пошатнулся.

— Без кофе никак, — пробормотал себе под нос и развернулся обратно к столовой.

Настоящим кофе это назвать было сложно — жалкая имитация из стимуляторов с кофейным ароматизатором. Едва не засыпая на ходу, Ренри вздрогнул, услышав громкий разговор. В основном говорил мужчина, и его голос звучал странно — заплетающимся, невнятным. Врождённое любопытство вкупе с подозрениями на неладное заставило пойти на источник шума, минуя несколько поворотов в сторону туалетов.

Нора обычно избегала уборную возле столовой — она была самой неприглядной на всём авианосце. Но в этот раз очень не вовремя пошла кровь из носа — такое случалось из-за чересчур сухого воздуха и слабых сосудов. Пять минут, проведённые над раковиной, показались вечностью. Когда она вышла с зажатой переносицей, пересеклась с незнакомцем, только что покинувшим мужской туалет.

Она хотела пройти мимо, но тот вцепился в её руку, после чего начал заваливаться.

— О боже, вы в порядке?! — испугалась девушка и попыталась помочь ему устоять на ногах. — Что произошло? Вас отвести в медицинский кабинет? — предложила она, но в считанные секунды мужчина вернулся в состояние равновесия и взглянул ей в лицо.

Его взгляд был расфокусированным. Нора всё ещё строила догадки, что случилось с незнакомцем, пока тот не потянул её в сторону мужского туалета.

— Прекратите! Что вы делаете?! — возмутилась она, пытаясь вырваться, но его хватка оказалась железной.

— Люси, ты пришла! Я знал, что вернёшься! — пьяно прохрипел он. — Я так скучал… Давай прямо сейчас…

Нора сжала губы. Алкоголь на авианосце был под строжайшим запретом. Она не сталкивалась с пьяными со времён детства.

— Вы заблуждаетесь, я не Люси, — не зная, как переубедить мужчину, возразила девушка, но тут же получила оглушающую затрещину по лицу.

Удар пришёлся по щеке — хорошо хоть ладонью, а не кулаком. Она бы упала, если бы он не продолжал держать её.

— Мерзкая грязная шлюха! Ты за всё заплатишь, изменница, — зарычал мужчина и с новой силой потянул её в туалет.

В этот момент из-за поворота выскочил Ренри. Без раздумий он врезал незнакомцу в подбородок, но тут же получил смачный ответ в глаз, заставивший отступить на несколько шагов, чтобы не упасть — голова сильно закружилась. Хотя бы Нору отпустил, и то хорошо — успеет убежать.

Несмотря на его вмешательство, всё могло бы закончиться плачевно, но уже через мгновение мужчина скрючился, получив болезненный удар коленом в причинное место. Освободившаяся металлическая кисть тут же врезала ему в челюсть. Мужчина отступил, пытаясь не упасть в попытках сохранить угасающее сознание. Решающий удар нанес оклимавшийся Ренри в солнечное сплетение.

— Вот урод, — прошипел азиат, зажимая саднящую глазницу. — Ты как? — повернулся он к девушке, прислонившейся к стене

Нора задала тот же вопрос — Ренри досталось больше, чем ей. В следующий момент её ноги предательски подкосились, и она начала оседать на пол. Азиат успел подхватить её, испугавшись серьёзных повреждений.

— Всё нормально, я просто от испуга, — пояснила она, однако Ренри продолжил поддерживать её за плечи.

На краю сознания мелькнула мысль, что он приятно пахнет — не парфюмом, а чем-то простым, своим.

— Нам нужно в медпункт, — твердо сказал мужчина. — Затем сообщим об этом ублюдке.

— Что с ним будет? — спросила Нора, никогда не сталкивавшаяся с подобным.

По пути им, к счастью, больше никто не встретился.

— В зависимости от его должности и полезности. Могут даже исключить, — ответил Рен.

На его памяти был лишь один подобный случай — и тогда с пьяницей расправились быстро.

Нора задумалась. Она стала размышлять над тем, как это происходит — ведь люди, побывавшие в главном штабе «Ментора» не отпускаются живыми, чтобы исключить риск утечки информации о местоположении.

— Его что, убьют? — широко раскрыла глаза девушка, на что Ренри неопределённо передернул плечами, не желая отвечать прямо. — Давай не будем о нём сообщать, — вдруг попросила она.

Азиат резко остановился, вынудив и Нору замереть — он всё ещё держал её. Пристально вглядываясь в её глаза, он пытался различить в них злую шутку.

— Он ведь настоящий преступник. А вдруг ещё кому-нибудь навредит? — попытался перебудить Ренри.

Но смерть за такой проступок девушка считала слишком суровым наказанием. В этот момент она растерялась — отчасти потому, что его лицо оказалось так близко.

Ренри был не очень высоким и его можно было назвать коренастым, да и не особо спортивным — поэтому в стычках ему приходилось непросто. Но это не остановило его броситься на помощь без раздумий. Этот факт стал ещё одной монеткой в копилку его достоинств.

— Возможно, он сам стал чьей-то жертвой, — предположила Нора. — Разве можно так просто достать алкоголь, да ещё и напиться до такого состояния? Но у нас, как обычно, разбираться не станут — только медэкспертизу сделают, да и отправят на убой.

Вздохнув, Ренри пришлось сдаться под натиском аргументов. Не потому, что они оказались убедительными — он был уверен, что незнакомец напился по собственному желанию. Просто не хотел расстраивать Нору ещё больше.

В связи с этим решением пришлось сменить курс — в медпункте возникли бы ненужные вопросы. К счастью, кабинет Ренри за годы работы превратился в подобие сумочки Гермионы, вот только с медикаментами дела обстояли хуже — большинство препаратов запрещалось хранить в личном пользовании.

Среди содержимого аптечки выделялась странная бутылочка с прозрачной жидкостью, сразу привлекшая внимание Норы.

— Это что? — спросила она, вертя в пальцах безымянный флакон.

Йодовая сетка уже красовалась на ее щеке, пока Ренри возился с компрессом.

Азиат попытался выхватить бутылку, но девушка ловко отдернула руку.

— Самый доступный способ напиться в наших условиях — медицинский спирт, — пояснил он, надеясь, что это изменит ее мнение о судьбе того незнакомца.

Положа руку на сердце, способы раздобыть алкоголь в штабе существовали, и некоторые ими пользовались. Негласное правило гласило одно — не попадаться и не буянить. Ренри знал об этом, а вот его подруга — вряд ли.

— Разве его разрешено хранить в личных аптечках? — с подозрением приподняла бровь Нора, заставив азиата вздохнуть.

— Выбил для работы. Это не только антисептик, но и отличный обезжириватель, — объяснил он.

Девушка открутила крышку и втянула носом воздух, тут же скривившись.

— И кто-то действительно пьет эту гадость? — не могла поверить она.

Скрестив руки на груди, Рен невольно поморщился.

— Уж точно не девочки.

Он не хотел обидеть, но фраза вышла двусмысленной. Однако вместо обиды Нора лишь усмехнулась.

— Будто ты сам сможешь сделать хоть глоток, — с вызовом бросила она.

Ренри тут же выхватил флакон, который девушка на этот раз даже не пыталась удержать, и отхлебнул. Его лицо вмиг перекосилось, а по телу прошла волна дрожи.

— Его не пьют чистым, — оправдывая свою реакцию, пробормотал азиат.

Горло продолжало гореть, а закусить было нечем.

— Тогда разведем с водой, — Нора потянулась к бутылке и стакану, но азиат и не думал отдавать драгоценный флакон.

— Еще чего. Это ценнейший запас, нечего его так расходовать.

Он не понимал, хочет ли Нора попробовать сама или развести для него,

— но не прельщал ни один из вариантов.

— Просто боишься, что девочка перепьет тебя, — снова подзадорила подруга.

Молния редко бьет в одно место дважды, но с Ренри возможно все. Дешевый вызов сработал — с недовольным фырканьем мужчина налил спирт в стакан.

Кондиции он достиг быстро, и ее оказалось достаточно для главной цели Норы — попробовать алкоголь. Когда еще выпадет такой шанс? Горький вкус ударил в горло, поднимаясь в носоглотку, заставив девушку зажмуриться.

— Ну как, понравилось? — увидев ожидаемую реакцию, Ренри поспешил найти в мини-холодильнике хоть что-то съестное. — Говорил же, не для девочек.

Он так и не понял, что именно эта фраза стала красной тряпкой для быка.

Нора отказалась от предложенных галет и кивнула на стакан. Очередная побуждающая фраза — и Ренри снова поддается, попадая в ловушку собственной глупости.

Не прошло и пятнадцати минут, как дурацкое соревнование превратилось в полноценную попойку двух не умеющих пить людей. Галеты быстро закончились, и Ренри потянулся к тумбочке в поисках хоть какой-то закуски, но едва не рухнул с кресла.

— Что же ты наделала! Мне же работать надо! — сокрушенно простонал он, уткнувшись в распечатки по МРТ.

Нора отрицательно мотнула головой.

— Это ты! Не стоит меня недооценивать, — слегка заплетающимся языком парировала она. — И вообще, кто по ночам работает?

Азиат смял шуршащую упаковку от галет и сердито швырнул ее на бумаги.

— А когда мне остаётся? Если я не починю МРТ, мы не узнаем, правда ли Лекс — искусственный интеллект, — проболтался он и тут же зажал рот, случайно задев больную глазницу.

В пьяном состоянии он напоминал обидчивое дитя — слишком близко к сердцу всё воспринимал, включая собственные действия. Нора резко подняла голову, которая уже начинала клониться вбок. Оттолкнувшись ногами от пола, она подкатилась на вращающемся кресле ближе.

— Стой-стой-стой! Ты только что сказал, что Лекс — ИИ? Это шутка? — удивилась она.

И если бы Ренри свёл неаккуратную фразу в юмор, все бы забылось, но его реакция выдала панику. Он неуклюже попытался сменить тему, чем только подогрел интерес.

— Только никому не говори! Особенно своему страшному дяде, никто не должен узнать! — взмолился он.

Нора не была уверена, что это не пьяные фантазии, но увидела в этом возможность узнать кое-что более интересное и хитро улыбнулась.

— Ладно, давай так: я забываю твою оговорку, если ты ответишь честно на один вопрос, — она заглянула ему в глаза, давая понять, что не лжет.

Мужчина почуял неладное.

— Какой?

— Ты когда-нибудь целовался? Если да, то с кем? — с невинным лицом поинтересовалась Нора.

Воздух сгустился от неловкости. Ренри заметно смутился — вопрос застал его врасплох. Заметив это, девушка положила руку ему на плечо.

— Ничего, не у всех молодость бурная, — попыталась она подбодрить, но прозвучало как жалость.

Азиат усмехнулся — но нервно.

— Э-это нечестный вопрос. К тому же, их два, — запростестовал он.

Его реакция показалась очень милой. Разглядывая лицо мужчины так близко, Нора задержала взгляд на синеющем ушибе.

— А это — нечестный удар. Болит? — кончиками пальцев она дотронулась до виска рядом с синяком.

Ренри громко сглотнул. Только сейчас он заметил, как близко находится ее лицо, а ярко-зеленые глаза изучают его с беспокойством и теплым сочувствием.

Раньше он не придавал значения тому, как ему нравилось помогать Норе с протезом. С ней всегда было интересно — сначала обсуждали механизм, ставший частью ее жизни, потом нашлись и другие темы. После возвращения на авианосец Ренри еще некоторое время доводил протез до ума, но после завершения работ поводов встречаться стало меньше. А просто пригласить ее на обед или в лабораторию… не хватало смелости. В итоге он просто заглушил свой интерес, чтобы не создавать проблем.

Как и старался избегать мысли, что близость этой девушки физически приятна. Легкий аромат ее парфюма, напоминающий луговые травы, перебивал запах спирта. Может, это всё говорит алкоголь?

«Ведь она всегда была близко. Просто я не…» — Ренри не договорил даже мысленно.

Алкоголь притупляет запреты, но не создаёт чувства — лишь обнажает уже существующие. Осознав это, азиат невольно бросил взгляд на припухлые губы девушки.

Намёки явно не для него. Нора замерла и перестала дышать — не потому что боится, а чтобы не спугнуть момент.

Ренри сделал едва заметное движение вперед — скорее неосознанное, чем решительное. Но этого хватило. Девушка тут же потянулась навстречу, не отрывая взгляда. Ее глаза слегка затуманились — но это не имело значения.

Ренри не стал сопротивляться своему желанию, а просто принял происходящее как данность. Они столкнулись носами — отчего-то засаднило отекшее веко. Нора фыркнула, но не отстранилась, и в следующий миг мужчина почувствовал прикосновение теплых губ. Он приоткрыл рот, чтобы коснуться их кончиком языка, и ощутил легкий вкус спирта, напоминающий о катализаторе этого момента.

Кроме спирта азиат уловил шоколадный привкус. И когда Нора успела? Открыв глаза, он взглянул в сторону и наткнулся на распотрошённый паек, оставленный на краю стола.

Когда он отстранился на сантиметр, девушка вопросительно моргнула.

— Это был плохой план, — смущенно пролепетал Рен, чувствуя неловкость от недостатка опыта.

Было страшно разочаровать. Но девушка только улыбнулась:

— Зато мой.

Она отчетливо чувствовала его частое сердцебиение — и это было лучшим ответом.

Но такой расклад его не устраивал. Быть неопытным теленком, которого выводят на сочный луг? Ни за что! Ренри поднял руку, чтобы в следующий момент положить её на шею девушки, а затем впиться в её губы вновь. На этот раз иначе — страстно, требовательно, словно пытаясь что-то доказать.

Нора почувствовала, как задрожали её ресницы, когда он вторгся языком в её рот. На миг растерявшись, она не собиралась сдавать позиции. Обхватив голову мужчины ладонями, она приподнялась, чтобы покинуть кресло и сесть к нему на колени. Оказавшись в таком положении, девушка вновь почувствовала себя главной партией в этом дуэте, но ненадолго.

Она ожидала, что неискушенный Ренри растеряется — как же она ошибалась. Он будто нашел новогодний подарок, спрятанный на верхней полке. Свободной рукой он крепко обхватил ее талию и тут же скользнул ладонью под рубашку, ощущая теплоту кожи.

Его пальцы прошлись вдоль ее ребер, вызывая мурашки. Нора невольно выгнулась навстречу, дыхание стало прерывистым — то ли от спирта, то ли от неожиданной смелости Ренри.

«Он совсем не такой, каким кажется…» — промелькнула мысль.

Когда его ладонь скользнула выше, едва касаясь нижнего края бюстгальтера, мужчина вдруг замер, словно осознавая, куда зашел. Пальцы дрогнули - эта нерешительность выдавала отсутствие опыта. Но Норе было не до насмешек сейчас. Она сама повела его руку туда, куда хотела, прикусив нижнюю губу, когда его ладонь наконец обхватила ее грудь.

Его дыхание участилось, пальцы стали смелее под тканью. Девушка закинула голову назад, когда он нашел чувствительный сосок. Кресло опасно накренилось — они едва не рухнули на пол.

Внезапно Ренри поднял ее на руки — легко, будто она весила ничего. Нора ахнула от неожиданности, обвивая его шею. Два шага — и мужчина упёрся в кушетку, но так и не сел.

Он на миг снова заколебался, будто трезвость накрыла его волной. Но девушка не дала ему опомниться — толкнув плечом, она заставила его сесть, а сама встала между его колен, не выпуская его рук из своих.

— Ты уверена? — азиат все еще пытался сохранить остатки рациональности, хотя его руки уже скользили по ее бедрам.

В ответ Нора лишь расстегнула верхние пуговицы рубашки, позволяя ткани соскользнуть с плеч. В полумраке кабинета ее кожа казалась фарфоровой, а тень от бюстгальтера подчеркивала изгибы. Ренри замер, рассматривая ее, будто боясь, что видение исчезнет. Его взгляд говорил то, что он постеснялся бы произнести вслух.

Где-то в коридоре упал металлический поднос. Они замерли, прислушиваясь к пустой тишине.

— Дверь… — хрипло выдохнул Ренри.

Нора прижала палец к его губам и наклонилась к уху, чувствуя, как бьется пульс на шее:

— Тогда веди себя тихо.

Его руки сомкнулись на талии, притягивая ближе. Никаких больше мыслей — только это пьяное, неловкое, но такое желанное сближение.

Глава 29 Сканирование

Ева почти летела в лабораторию Ренри, подгоняемая нетерпением, но его привычное рабочее место оказалось пустым.

Всего сутки назад, когда они еще сидели за обедом рядом с опрокинутым вагоном, Лекс предложил простую, но вместе с тем, гениальную идею — отдать плеер на исследование азиату. Кто еще сумеет разобраться в этой странной штуковине? Да и от Тайлера больше не придется скрываться. Идеальный расклад — и волки сыты, и овцы целы.

Она обыскала столовую, заглянула в жилой блок — нигде не было и намека на Ренри, а на звонки по голографу он не отвечал. Пришлось вернуться на рабочее место ни с чем, но плохое предчувствие не давало покоя.

Дверь распахнулась с грохотом, впуская запыхавшуюся Нору. Девушка явно торопилась — волосы растрепаны, на щеках румянец. Сегодня она была рассеянной — забыла свой голограф утром, а сейчас споткнулась о собственную ногу и едва не растянулась на полу. Внимание привлек скромный букетик в её руках, больше похожий на грудной сбор каких-то трав, чем на романтический презент.

— Это откуда? — удивилась Эвелин, кивнув на него глазами.

Нора замерла на секунду, будто пойманная на месте преступления.

— Решила проветриться, надоело взаперти сидеть, — пролепетала она и стала пытаться сменить тему. — Ты чего такая встревоженная?

Лорис не заметила подвоха — мысли ее были заняты другим.

— Не могу связаться с Ренри. Не видела его сегодня? — спросила она, особо не надеясь на информацию.

— Он в медблоке. Ковыряется в аппарате МРТ, — выпалила Нора и чуть не куснула язык от собственной торопливости.

К её облегчению, Ева не стала задавать уточняющих вопросов. Нора редко врала, поэтому не умела на ходу сочинять складую ложь. Не хотелось раскрывать, что именно Рен преподнёс этот милый презент меньше получаса назад.

Чем больше времени она проводила с азиатом, тем сильнее поражалась его многогранности. В лаборатории — уверенный в себе гений, перед начальством — харизматичный учёный, а наедине с ней — неловкий подросток. Его первой реакцией на утро после той страстной ночи было смущение, граничащее с паникой.

Фразы «так нельзя» и «это неправильно» он повторил в тот день не меньше десятка раз. Ренри искренне считал, что воспользовался её состоянием, и своими извинениями только раздражал. Вариантов развития событий оставалось немного: либо забыть обо всём, либо перевести отношения в официальное русло. К своему удивлению узнав, что Нора ни о чём не жалеет, он всё же решился на второй вариант.

Но проблемы на этом не закончились. Азиат настаивал, чтобы их отношения пока оставались в тайне — хотя бы некоторое время. Очевидно, главной причиной его опасений был Тайлер.

Разница в возрасте с командиром составляла десять лет, тогда как с Норой — все двенадцать. Одно это психологически давило — Ренри боялся не просто физической расправы, но и морального унижения. В итоге Нора пообещала выбрать момент и самой всё рассказать своему суровому дяде, а пока они решили встречаться тайно.

Со своей стороны девушка тоже испытывала тревогу — только боялась она реакции подруги. Ева всё ещё питала чувства к Ренри. Правда могла навсегда разрушить их почти сестринские отношения, но Нора понимала — вечно скрываться не получится. Да и не хотела. Ренри привлёк её внимание ещё во время миссии в порту, когда они общались во время ремонта протеза. А Ева призналась в своих чувствах совсем недавно — было уже поздно пытаться заглушить зародившуюся симпатию.

Лорис хотела дождаться окончания рабочего дня, но опасалась вновь не найти азиата. Она ненадолго отпросилась у начальника и направилась в медицинский блок — но Ренри там не нашлось. Пришлось поспрашивать работников и оказалось, что искать следует на складе с неисправной медтехникой.

Едва не заблудившись в лабиринте коридоров, девушка уже собиралась повернуть назад, когда услышала громкий спор. Заглянув в помещение, она увидела Ренри — не одного.

Мужчина рядом с ним стоял к двери спиной и что-то яростно доказывал, размахивая голографом перед лицом азиата. Тот, в свою очередь, пытался перекричать оппонента, отстаивая свою точку зрения.

— Я за это ответственность нести не буду! — в конце концов взорвался незнакомец и, резко развернувшись, направился к выходу.

Теперь Ева разглядела его лицо и узнала попутчика из последней командировки — кажется, его фамилия была Паули. По взгляду стало понятно, что он тоже её узнал, но даже не кивнул в знак приветствия.

Девушка попыталась посторониться, но сделала шаг именно в ту сторону, куда собирался свернуть Оливер. Когда они синхронно двинулись в противоположном направлении, ситуация повторилась.

— Достала, — недовольно бросил он и пошел напролом, чуть задев её плечом, после чего скрылся за дверью.

Ничего нового — всё такой же высокомерный грубиян. Интересовало другое — что он делал в компании Ренри.

— Терпеть его не могу! — азиат в сердцах швырнул пачку распечаток на пол. — Как можно быть настолько невыносимым?!

Он явно кипел желанием выговориться.

— Неприятный тип, — согласно покивала Ева, подойдя ближе. — Что он здесь забыл?

Помимо них, на складе не было ни души — только ряды неисправной аппаратуры.

Ренри раздражённо почесал затылок.

— Не хочу признавать, но он хороший специалист по медтехнике. Хотя и не настолько, чтобы починить МРТ в одиночку — но без него я бы провозился ещё дольше, — сквозь зубы пробурчал он. — После нашего последнего конфликта очень не хотелось с ним работать.

— А что случилось? — поинтересовалась Ева, но едва вопрос сорвался с её губ, дверь снова открылась.

Ожидая увидеть вернувшегося Паули, она обернулась — но на пороге стоял Лекс. Окинув помещение беглым взглядом, он направился к ним, не вынимая рук из карманов. Его появление напомнило Еве о цели визита, и она достала плеер.

— Я тебя искала. Не хочу доверять его кому-то ещё — сможешь изучить, когда будет время? — попросила Лорис, расставаясь с самой ценной вещью.

Когда плеер оказался в руке азиата, он тут же удивлённо вскинул брови.

— Эта та магическая штука, что двери открывает? — Ренри вмиг забыл про свое негодование. — Разумеется! Если получится.

— Только никому о нём не рассказывай, — на всякий случай попросила Ева и, посмотрев на часы, поспешила назад на работу.

Проводив ее взглядом, Велидан развернулся к Ренри и уставился на плеер.

— Уже есть предположения, как он работает? — спросил мужчина, кивнув на устройство.

Ренри неоднозначно переднернул плечами.

— Теряюсь в догадках. Пока не до него, — он коснулся махины, рядом с которой проводил последние дни.

Лекс и не ожидал, что такой сложный аппарат получится починить быстро — если вообще выйдет. Сейчас его итересовало другое.

— Я тут подумал… Если предположить, что в моей голове окажутся металлосодержащие импланты — разве при сканировании череп не лопнет? — озвучил он вопрос, ради которого и пришёл.

Друг беспечно отмахнулся.

— Будь это так, на тебя бы рамки на входе верещали, — сказал он, но затем задумался.

Чувствительность рамок настроенв грубо — иначе они пищали бы на каждое кольцо или мелкий прибор. Но для МРТ даже крошечный металлический фрагмент мог стать проблемой.

— Ты прав. Пойдём, — Ренри махнул рукой в сторону выхода и, собрав свои записи, направился к двери.

Самый простой способ проверить — использовать детектор с более высокой чувствительностью. В лаборатории азиата такого не было, поэтому пришлось обратится к коллегам-механикам. Из всего существующего оборудования в наличии оказался лишь ручной ферромагнитный сканер. Чтобы не привлекать лишнего внимания в случае неожиданного результата, они решили взять его на время.

Выставив чувствительность на максимум, Ренри поводил им со всех сторон над головой Лекса. Около висков прибор стал слабо попискивать. В воздухе повисла тягостная пауза.

Хотя оба допускали возможность чего-то необычного, теперь у них появилось первое реальное подтверждение.

— Что это значит? — первым подал голос Велидан.

За эту секунду он мысленно попрощался с перспективой сделать МРТ — не хотелось, чтобы мозги превратились в фарш, какими бы они ни были. Но Ренри задумчиво хмыкнул, продолжая водить сканером.

— Не уверен, надо проверить характеристики прибора… Но, кажется, на высокой чувствительности он так реагирует на диамагнетики, — он опустил детектор и достал голограф, чтобы уточнить данные.

Лекс скрестил на груди руки. Он не был уверен, что научный интерес друга меньше, чем его заинтересованность в целости и сохранности его черепушки.

— Ты уверен, что подобные материалы допустимы? — аккуратно уточнил мужчина, но азиат с укоризной взглянул на него.

— Слушай, а как люди с коронками или имплантами делают МРТ? — задал он риторический вопрос. — Если бы там был ферромагнетик, детектор орал бы. Такой сигнал означает либо диамагнетик, либо парамагнетик. Диамагнетик слабо отталкивается и нагревается меньше чем на градус. Парамагнетик чуть притягивается, но нагрев серьёзнее… Если память не изменяет, около сорока градусов. Для организма это уже критично, — пояснил он и плюхнулся в кресло.

Решив больше в это не лезть, Велидан решил довериться в этом вопросе другу.

Чуть позже Ренри нашел нужную информацию — оказалось, парамагнетики могут нагреваться до тридцати восьми градусов во время МРТ, и это допустимое значение — органические ткани не разрушатся. Однако душевного спокойствия это не прибавило — теперь еще больше хотелось докопаться до истины.

Впереди азиата ждали очередные бессонные ночи. Днём доводилось работать в компании неприятного коллеги, и только заглядывающая время от времени Нора была лучом света в этом круговороте хаоса.

Когда аппарат МРТ наконец удалось починить, Лекс был на задании. Оснащенный виртуальным ассистентом, он представлял риск раскрыть результаты сканирования при подключении к сети «Ментора». Если раньше Ренри торопился, то теперь начал намеренно затягивать процесс, доводя Паули до белого каления.

Лекс вернулся в последний возможный вечер — руководство уже знало об исправности аппарата благодаря Оливеру. МРТ перевезли в лабораторию нейровизуализации, и завтра его должны были подключить. Оставалась одна ночь.

Махина занимала почти всю комнату — цилиндр из белого композитного материала с синим кольцом сверхпроводящего магнита. Его отверстие дышало холодом, как пасть механического зверя. На стене мерцали три монитора, выводящие предварительные калибровочные снимки.

Ренри щелкнул тумблером, и белые LED-панели залили помещение стерильным светом.

— Раздевайся до белья — он бросил Лексу комплект одноразовой хлопковой одежды. — Помнишь, никаких посторонних металлических элементов. Даже нитки с металлизированным покрытием. Этот монстр разогревает такие вещи до семидесяти градусов за полсекунды.

Лекс провел пальцем по шву штанов, ощущая под подушечками мелкие узелки, и невольно сглотнул. Они переглянулись — оба осознавали опасность авантюры. Оставалось надеяться, что детектор ничего не пропустил.

Стол томографа, покрытый одноразовой простыней, холодно блестел под светом операционных ламп. Лекс лег, ощущая, как холодный пластик впитывает тепло тела.

— Голову внутрь — Ренри поправил радиочастотную катушку, обхватывающую череп, как паутина. — Надень беруши. Сто десять децибел — как на взлетной полосе.

Пена расширилась в ушных каналах, приглушая окружающие звуки. Азиат вложил в правую руку резиновую грушу экстренной остановки.

— Сожмешь — всё прекратится, — пояснил он.

Хоть какая-то иллюзия контроля. Стол начал плавное движение в тоннель. Лекс видел, как белое кольцо аппарата приближается к его лицу. Внутри пахло озоном и холодным пластиком.

Ренри удалился в операторскую — отдельное помещение за стеклом. Захлопнув дверь, он бросил взгляд на мониторы:

— Система готова, — уведомил электронный ассистент.

Пальцы мужчины забегали по клавиатуре. На экране появилось изображение — три плоскости сечения мозга.

— Серия T1-взвешенных изображений, — всё тот же электронный голос дублировал выскакивающие сообщения.

Аппарат ожил.

Первые удары градиентных катушек обрушились на Лекса, как молотки по наковальне. Вибрация проходила через кости, заставляя зубы стучать.

В динамиках над головой раздался голос Ренри:

— Первая серия. Не двигайся.

Он доносился сквозь шум, как радиопередача во время грозы.

Ренри прищурился, наблюдая, как на экране формируются изображения. Вдруг его брови поползли вверх.

— Что за…

Он увеличил масштаб. В коре головного мозга, там, где должны быть извилины серого вещества, четко просматривалась сеть серебристых нитей, соединяющих нейроны.

Азиат ударил по клавишам, активируя протонную магнитно-резонансную спектроскопию. На экране появились графики с характерными пиками.

— Что там, Рен? — раздался обеспокоенный голос Лекса.

— Платиновые нанопроводники… — прочитав сообщение от ассистента, вслух вырвалось у него. — Но проводимость почти как у меди.

По сравнению с этим напыление костей рением и композиты в мышцах казались детской забавой. Некто вторгся в святая святых — человеческий мозг. И преуспел.

На втором мониторе программа выделила аномалию в гиппокампе — структура напоминала пчелиные соты, однако вместо воска — кристаллы. Но как получить подробные данные, Ренри не знал — функционал был слишком обширным.

Внезапно система издала пронзительный писк. Азиат вскочил и бросился в процедурную — сканирование прервалось, стол уже выезжал.

Лекс почувствовал, как мозг начал, кипеть, и сжал грушу.

— Перегрев матрицы. Температура мозга достигла сорока градусов, — прозвучал голос в его голове.

Из носа хлынула кровь.

Когда Велидан открыл глаза, первое, что он увидел — испуганное лицо Ренри.

— Ты в порядке? — с круглыми глазами спросил он.

Друг потерял сознание буквально на минуту, но азиат пережил за это время сердечный приступ.

— Вроде… — Лекс неуверенно посмотрел на свои руки.

Он присел и вытер кровь. Живой — уже хорошо.

— Что там? — мужчина кивнул в сторону операторской, желая поскорее узнать остальные результаты, но Рен пожал плечами.

— Сканирование почти завершилось, ты его прервал в самом конце. Но нам хватит и той картины, что есть, — поспешил успокоить азиат.

Они прошли в соседнее помещение. Вернувшись на кресло, Ренри продолжил попытки выяснить устройство гиппокампа — путем научного тыка. Доступной литературы было прочитано немеренно, но этого оказалось недостаточно, чтобы владеть всеми функциями такого сложного прибора.

— Дай-ка мне, — видя, что друг бродит наугад, Лекс занял его место.

Азиат совершенно забыл, что мозг — тоже орган, а это сфера компетенций его друга. Словно и не было долгих лет вне обычной работы. Лекс в несколько кликов заставил систему вывести нужные данные, запустив градиентную эхопланарную томографию. Изображение замерцало, выявляя аномалию.

— Тербий-диспрозиевые кластеры с графеновыми компонентами, — рассматривая графики и таблицы, озвучил Ренри.

Еще пара кликов — Лекс приблизил изображение и вывел подробные данные.

— Фрактальные ячейки сорок два нанометра. Раз они в гиппокампе, значит отвечают за память, — сделал Лекс заключение.

Картина прояснялась. Похоже, Василиск не врал — место настоящего Лексара Велидана занял он. Но кто же он сам? Лекс разглядывал микроскопический штырь в затылочной области, напоминающий антенну — ферромагнитный детектор его не заметил.

На снимках было много элементов, не свойственных ни органическому, ни электронному мозгу. Невероятный гибрид биологии и технологий. Но кто его создал?

Ответ напрашивался один — Василиск.

— Ты… не человек, — произнес Ренри слова, которых Лекс боялся.

— Я знаю.

Эта мысль обжигала изнутри. Но страшнее оказалось другое: а был ли он когда-нибудь человеком? Или «Лекс» — всего лишь временная роль, которую играет нечто, даже не понимающее правил этой игры?

Он всегда знал, но старался не думать об этом.

Возможно, потому что страх быть другим оказался сильнее страха смерти. Если страх как таковой в нём существовал. Можно ли запрограммировать столь древний механизм, направленный на выживание? Ведь для этого нужно быть рожденным, а не созданным.

В глубине души Лекс предпочитал удобную ложь — быть «раненым человеком», а не «исправным механизмом». Любая травма, любой диагноз казались лучше, чем осознание себя вещью, созданной для какой-то цели.

Велидан сжал кулаки, глядя, как по коже пробегают мурашки — искусная имитация человеческой реакции. Сколько еще в нем таких подделок? Смех, слезы, желания… Была ли хоть одна его эмоция настоящей? Или вся его личность — лишь сложная программа, имитирующая сознание?

Тишина в лаборатории стала звенящей. Лекс понял, что с этого момента его жизнь разделится на «до» и «после». И самое ужасное — он не знал, может ли вообще называть это жизнью.

Глава 30 Нейронные границы

После успешного завершения миссии у Лекса был выходной, но вместо того чтобы отдыхать, он склонился над голографом в своей каюте. Синий свет устройства отражался в его глазах, придавая им неестественное мерцание.

Руководство так и не переселило Велидана — возможно, сделали исключение для него. Это даже к лучшему. Все свободное время мужчина посвящал изучению границ своих возможностей.

Как гласит третий закон Ньютона, чтобы двигаться вперед, нужно что-то оставить позади. Избавившись от сомнений и приняв свою природу, Лекс наконец мог использовать открывшиеся преимущества.

Особый интерес представляла память. Гибридный гиппокамп хранил как биологические воспоминания, так и цифровые данные, переплетенные в причудливый узор. Разделить их оказалось сложнее, чем предполагалось.

Разгадка пришла неожиданно — та странная структура в затылочной области действительно оказалась антенной. Такие устройства имеют тривиальное назначение.

Первое время Ренри пытался найти на голове какой-нибудь способ подключения — более классический. Теперь стало ясно, как передаются данные, но способ установить соединение все еще ускользал.

Лекс попытался обратиться к своему внутреннему электронному голосу, но получил лишь молчание в ответ. И, как это часто бывает, всё решил случай.

Изучая свойства металлов, он устал от длинной научной статьи и собрался сделать перерыв.

«Вот бы информация сама в голову попала» — мелькнула мысль.

Когда он коснулся голографа, в голове зародилось странное ощущение — будто бы кто-то делает массаж изнутри. Через минуту Лекс понял, что знает всё содержание статьи вплоть до порядка слов в предложениях.

Удобно. Если не считать внезапно нахлынувшего зверского голода. Пришлось срочно отправиться в столовую, где Велидан устроил настоящий пир, поглощая пищу с неестественной для человека скоростью.

А он уж было обрадовался, что сможет без ограничений загрузить в голову целые библиотеки. Интересно, воспоминания его человеческого прототипа тоже были импортированы или являлись частью биологической памяти?

Ближе к вечеру Тайлер собрал бойцов на плановую тренировку — он всегда держал подчинённых в форме между заданиями. Лексу не нужно было качать мышцы, но он добросовестно выполнял все упражнения наравне с остальными.

Когда занятие подходило к концу, на площадке появилась Лана — высокая, гибкая, с характерным азиатским разрезом глаз. Она направилась не к Лексу, а к Тайлеру, восседающему на своем походном табурете. Остановившись сбоку, протянула лейтенанту единственную бумагу — документ о переводе в спецподразделение.

— Меня тоже собеседовать будете? — с усмешкой уточнила китаянка, наслышанная о знаменитом вступительном тесте.

Ее уверенность имела основания — Тайлер сам пригласил китаянку, хотя и на особых условиях. Лана блестяще проявила себя как водитель-механик — именно такого специалиста не хватало команде, где все были сильны в бою, но беспомощны перед поломкой двигателя.

Конечно, она мало походила на хрупкую девушку — Тайлер прекрасно помнил тот бросок через плечо. Однако инструкция четко указывала: только сопровождение, никакого участия в перестрелках.

Обычно лейтенант дожидался окончания тренировки, прежде чем решать вопросы, но в этот раз заметно оживился. Он поспешил встать и внимательно пробежался глазами по строкам, сверяя подписи.

— Не думаю, что это необходимо, — ответил Тайлер на риторический вопрос. — Не опасаешься работать с моими ребятами? — он кивнул в сторону бойцов, которые прямо сейчас доделывали отжимания, но Лана лишь фыркнула.

Её взгляд устремился в том же направлении, застыв на одной фигуре.

— С чего бы? У меня же есть Лекс.

Вот она, истинная причина перевода. Девушка наблюдала, как объект ее симпатий с неестественной легкостью выполняет упражнения, и предвкушала совместные задания.

Тайлеру её высказывание пришлось не по душе и он скрестил на груди могучие руки.

— Мой брат — свободный человек, и не принадлежит никому, — заступился он так, будто Лана сказала нечто оскорбительное.

— Я же не имею ввиду как вещь, — отмахнулась китаянка. — В любом случае, вас наши отношения не касаются.

Она снова посмотрела на Велидана. Кажется, он начал уставать — капли пота стекали по его торсу, вырисовывая рельеф мышц.

— С чего ты взяла? — лейтенант шагнул вперед, заслоняя обзор. — У нас мужская команда, но ты так упрашивала, что я пошел навстречу. Но никаких романов!

— Я просила?! — Лана вспыхнула, как свеча под зажигалкой. — Не вы ли слезно плакались на последней совместной миссии, что вам нужен грамотный водитель? Я лишь пошла вам навстречу, — она скопировала его действие и также скрестила руки, глядя в упор не моргая.

Возникшее напряжение было столь ощутимо, что вот-вот могла проскочить молния. Тайлер ощутил непреодолимое желание придушить наглую бестию голыми руками. Его взгляд скользнул по хрупкой шее — казалось, она сломается от одного прикосновения. Обычно скрытая камуфляжем, ключица теперь четко выделялась — он впервые видел ее в гражданской одежде.

Но Лана не собиралась никому позволять вмешиваться в ее жизнь. Даже разъяренный лейтенант с его стальным протезом не пугал ее.

Все изменилось, когда появился Лекс. Уголки ее губ дрогнули и поползли вверх — она изо всех сил старалась обуздать эту дурацкую улыбку.

Удивлённо поздоровавшись с девушкой, Лекс не стал задавать ожидаемых вопросов.

— Командир, вы хотели размяться в конце тренировки, — напомнил он.

Благодарно кивнув, Тайлер направился к привычному месту для поединков — угол, застеленный матами.

В спарринге лейтенант имел подавляющее преимущество, владея несколькими боевыми стилями. Разумеется, все они делали ставку на силу, а не на ловкость. За месяцы службы Лекс тоже кое-чему научился, но до уровня командира ему было далеко.

Поэтому тренировки проходили по особой программе. Велидану предписывалось только защищаться — его сверхчеловеческая сила компенсировала недостаток навыков. Сам же Лекс в это время оттачивал реакцию и подвижность.

Сегодня процесс его по-настоящему увлёк. Мужчина прислушивался к новым ощущениям, напоминающим интуицию. Мозг автоматически вычислял физические параметры — скорость, траекторию, угол атаки — и передавал телу готовые решения. Лексу оставалось лишь следовать этим расчётам.

Вот только даже его способности не всегда успевали за молниеносными атаками Тайлера. Несмотря на мощное телосложение, командир двигался поразительно быстро. Он мастерски использовал протез, но не делал ставку исключительно на него, что делало его атаки непредсказуемыми.

«Можно ли взять этот аналитический процесс под сознательный контроль?» — мелькнула у Лекса мысль.

Увы, чуда не произошло.

Перед тем как отправиться в свои апартаменты, Велидан плотно поужинал и взял с собой лёгкий перекус — он планировал продолжить эксперименты с загрузкой информации.

Установив голограф на стол, мужчина удобно расположился в кресле и положил на устройство ладонь. Как Лекс и предполагал, переключать вкладки можно было напрямую. Перед глазами возник интерфейс дополненной реальности — похожий на голографический дисплей, но занимавший большее поле зрения. Структуры данных приобрели физическую форму, словно страницы энциклопедии или книжные полки. Лекс мысленно перемещался в этом пространстве, отмечая, какие действия вызывали наибольший расход энергии.

Среди массива данных он обнаружил файлы, связанные с ID Евы — как и ожидалось, это были исследования о жесткокрылых. Выбрав одну статью для загрузки, Лекс запустил процесс. На этот раз информация поступала дозированно — как при быстром чтении, но значительно медленнее, чем в прошлый раз.

Резкий стук в дверь прервал его. Не зная, как остановить загрузку, Лекс позволил оставшейся части данных автоматически перейти в память. Голод снова дал о себе знать, хотя и не так сильно.

На пороге стоял Ренри.

— Чем занят? — заметив голограф, азиат подошёл ближе, чтобы полюбопытствовать. — Зачем тебе данные о мутантах?

— Это вопрос безопасности и выживания, —

ответ казался Лексу логичным, но друг лишь нахмурился.

Вопреки опасениям Велидана, после ряда недавних открытий Ренри не стал к нему иначе относиться. В свободное время он продолжал помогать разбираться в собственной голове.

— Ты разве не хотел расшифровать зоны активности в префронтальной коре? — немного обиженно поинтересовался азиат.

Он недосыпал и пропускал обеды, чтобы ускорить исследования. Даже Нора начала напоминать о необходимости отдыха. А Лекс решил почитать про жуков.

— И этим тоже занят, — кивнул тот, возвращаясь в кресло. — Но я выяснил, как использовать кластер искусственной памяти.

Коснувшись голографа, он продемонстрировал чудеса виртуального телекинеза, переключая вкладки силой мысли. Ренри присвистнул.

— Чего-то такого я и ожидал, но… Всё равно необычно наблюдать это воочию.

Только теперь азиат заметил разложенную на столе еду. Лекс объяснил, что быстрая загрузка данных вызывает сильный голод.

— Похоже, такие процессы требуют много энергии и ускоряют обмен веществ, — предположил Рен.

Он радостно присоединился к трепезе, когда Велидан предложил — как обычно, не успел поужинать. После этого они сразу вернулись к делу. Рассматривая снимки области префронтальной коры, двое пытались совместить свои знания в единую картину.

— Давай проанализируем активность, а не содержимое, — предложил Лексар, переключаясь на другие изображения.

Он лучше ориентировался в возможностях данных, любезно предоставленных аппаратом МРТ о его собственном мозге, а Ренри — непосредственно в технической части.

— Твои нейронные паттерны… Они слишком правильные. Вот здесь, — азиат указал ручкой в экран, — идеальная синхронизация альфа- и бета-волн. Последние напоминают эпилептиформную активность, но без приступов. У людей так не бывает.

Лекс прекрасно понимал, что это значит. Такие особенности позволяли быстро обучаться и фокусироваться, но исключали творческое озарение. Непроизвольно вспомнились его картины и замечание Евы: идеальные, как фотографии, но без души. А придумать, что внутри чёрной дыры, он и вовсе не смог.

Возможно ли, что она ещё тогда догадывалась? Будет ли уместно спросить напрямую?

Лекс размышлял над этим на следующий день, выйдя на полетную палубу авианосца. Вертолёта уже не было — наверняка ему нашли применение. С небольшой высоты открывался новый вид на окрестности. Можно было со спокойной душой наслаждаться приятным ветерком, но…

Оттуда, где когда-то взлетали истребители, теперь доносились голоса — в бывшей курилке, заваленной ящиками, собрались механики. Обрывки фраз долетали до острого слуха:

-… а глаза его видели? Стеклянные, как у куклы.

Никто не знал истинной природы Лекса, но после возвращения многие относились к нему настороженно. Сверхчеловеческие способности вызывали страх. Что, если враги переманят его? Именно это обсуждалось сейчас группой незнакомых людей.

Лекс двинулся прочь — к другому краю палубы, где ржавые дистилляторы, похожие на стеклянных пауков, тянулись к свинцовому небу. Эти самодельные устройства позволяли собирать капли дождя для дальнейшей отчистки. Вода сочилась по их перепаянным трубкам, падая в бочки с тихим плеском.

Он остановился в тени одного из дистилляторов, которая ложилась на палубу частой сеткой. В кармане нашлась самокрутка — еще со времен миссии в порту. Среди военных было комфортнее — они относились к Лексу больше с любопытством, нежели со страхом.

Закурить мужчина не успел — около другого входа на момент мелькнула Ева. Она скрылась на площадке, загороженной перевернутым вертолетным люком. У одного из аппаратов копошился Оливер, торопливо откручивая фильтр.

— Что, решил еще и воду украсть? — уперев руки в бока, девушка слегка нагнулась, но тот резко встал, едва не задев её.

— Делать верные выводы — явно не твоё призвание, — рявкнул он и направился к другой стороне аппарата.

Лорис упорно последовала за ним. Поведение мужчины казалось подозрительным. Сначала Эвелин застала его за компьютером Ренри в лаборатории — но самого азиата на месте не нашлось. Оправданиям Паули она сразу не поверила — прекрасно помнила их конфликт и в целом недружественные взаимоотношения.

Оливер попытался уйти от объяснений в прямом смысле этого слова — сбежал на крышу и сейчас прикрывался очень важной и срочной работой.

— Если ты не скажешь правду, я немедленно сообщу Ренри о том, что ты рылся в его компьютере, — перешла Ева к угрозам и уже достала голограф, но не успела его включить.

Мужчина выбил устройство из её ладони.

— Глупая шантажистка. Лучше бы своё любопытство в другую степь направила — не под того копаешь, — он схватил её за запястье, чтобы не дать нагнуться за голографом.

Паули грозным хищником уставился в глаза, пытаясь разглядеть в них что-то. Ева, растярвшаяся в первый момент, попыталась вырваться.

— Что с тобой не так?! Тебе бы к врачу! — выкрикнула она в ответ на агрессивное поведение.

— Или же тебе всё известно? — проигнорировав этот выпад, Оливер продолжал пристально всматриваться. — Конечно, это же ты его привела. Что, совсем ничего не смущает? Как ты решилась связаться с «вот этим»? — выпалил он череду вопросов.

Лорис перестала сопротивляться. Очевидно, что речь шла про Велидана. Но что имеет ввиду Паули?

— О чём ты? — выдохнула она.

Правда висела в воздухе, оставалось неясным лишь одно — почему Оливера так интересуют их отношения. Или это попытка выведать информацию у Евы?

Мужчина усмехнулся и уже открыл рот, но ответить не успел. Лекс, появившийся у люка, мгновенно оказался рядом и сжал его руку, удерживавшую Еву. Пальцы почувствовали лучевую кость, и он ослабил хватку, чтобы ненароком не сломать.

— Достаточно, — прервал Велидан. — Если у тебя имеются вопросы, можешь задать их напрямую, с радостью отвечу. Но не трогай Эвелин.

Он говорил спокойно и без угрозы — но она физически ощущалась в одном только присутствии. Паули отшагнул и, схватив фильтр, поспешил скрыться на выходе. Лекс хотел последовать за ним, но был остановлен Евой.

Это был случай, когда хотелось сбежать. Оливер подкинул много вопросов. По его риторике можно было предположить, что он что-то вынюхал. Но что именно и насколько много?

Сейчас главным было другое — какие вопросы задаст сама Лорис. Ведь Лекс так не любит лгать.

Глава 31 Глубина

Ева замерла, глядя в фиолетовые глаза мужчины. Вопросы путались в голове, и почему-то ни один не решался сорваться с губ.

Ситуацию разрешил звонок на голограф — начальник раздражённо поинтересовался, почему девушка отсутствует на рабочем месте. Несмотря на выговор, Эвелин почувствовала облегчение — сейчас ей не хотелось серьёзных разговоров и возможных откровений.

Мысль о природе Лекса всё ещё отказывалась укладываться в сознании. Где-то в глубине души теплилась надежда, что всё это лишь недоразумение. Как к нему тогда относиться? Доверять, открываться, делиться сокровенным? Такие отношения явно выходили за рамки привычного «человек-человек».

Но в ближайшие дни этим размышлениям суждено было отступить на второй план — враги активизировались. Сообщения о нападениях на опорные пункты сыпались одно за другим, а участившиеся атаки мутантов лишь усугубляли ситуацию. На горизонте маячила новая командировка, и перед отъездом Ева решила признаться Ренри в своих чувствах.

Всё изменилось в тот миг, когда Лорис столкнулась с ним в коридоре неподалёку от ангаров. Азиат мило беседовал с её подругой, а когда она засмеялась после очередной шутки, поцеловал её.

Внутри что-то оборвалось. Эвелин не хотела быть невольной свидетельницей этой сцены, но ноги словно приросли к полу. Мгновение растянулось в вечность. Уже в следующую минуту Нора попрощалась с мужчиной и направилась к лифту на противоположном конце коридора, а Ренри двинулся в её сторону.

Он заметил Еву около поворота за декоративным деревом в горшке.

— Ты… Видела? — голос азиата дрогнул с непривычной ноткой паники.

И Лорис вдруг осознала, какой дурой была. Его реакция говорила сама за себя — он догадывался о её чувствах. Значит, они с Норой сознательно скрывали свои отношения.

— Нет, — отозвалась Ева, но прозвучало очень топорно.

Претензии? Объяснения? Слёзные признания? Всё потеряло смысл. Когда Ренри попытался что-то сказать, девушка резко развернулась и бросилась прочь по коридору, не разбирая поворотов.

— Подожди! — донесся до нее оклик азиата, который кинулся следом.

Через пару минут Лорис оказалась перед воротами. Она выбежала на улицу через небольшую дверь сбоку — ту, которой пользовались весьма нечасто. Навстречу хлестнул порывистый ветер, а на горизонте уже клубились грозовые тучи, превращая день в подобие сумерек.

Бежать. Дышать. Не думать.

Ветер рвал с губ тепло дыхания, выхватывая слёзы из глаз, но не мог унести главного — жгучего стыда, будто девушка сама совершила что-то непростительное. Ноги несли вниз по склону, вдоль пустой грунтовой дороги.

Эвелин отчаянно пыталась стереть из памяти увиденное, но перед глазами стоял только тот поцелуй. Жаль, человеческий мозг — не цифровой носитель, где можно удалить ненужные файлы. Как же она теперь жалела, что не осталась в блаженном неведении.

Оглянувшись — то ли в надежде, то ли в страхе увидеть преследующего её Ренри — Ева обнаружила лишь пустую дорогу. Где-то под рёбрами сжимался болезненный ком, превращавший каждый вдох в испытание. Даже насыщенный пылью штормовой воздух казался слаще горькой правды.

Девушка свернула на тропинку, ведущую в заросли. Она остановилась только когда на пути возник родник, будто перед невидимой стеной. Склонившись над водой, Ева взглянула на неё с неподдельным удивлением, слово успела начисто позабыть о наличии этого водоёма, хотя здесь было её любимое место в окрестностях.

Присев на старом бревенчатом мостике, она уставилась на своё побитое отражение.

Так всегда. Стоит ей чего-то по-настоящему захотеть — оно ускользает. Слёзы текли сами собой, но дать волю рыданиям она не позволяла. Какая разница? Это ничего не изменит.

Сильный ливень накрыл окрестности одноминутно. Холодный, он бил по спине так, словно хотел наказать за что-то.

Ева устала. Устала бороться за место под солнцем в этом недружелюбном мире, устала проигрывать. Устала от того, что каждый шаг вперед оборачивается двумя назад. Устала притворяться, будто ей не больно. Устала от плеера, открывающего все двери, кроме тех, что ведут к счастью.

Но больше всего Ева устала от себя. От этой вечной надежды, что однажды всё изменится. От глупого сердца, которое ноет даже тогда, когда разум приказывает забыть.

Ветер рвал её волосы, выл в ушах, но внутри стояла оглушительная тишина. Хватит.

Девушка вскочила и занесла ногу над водой, намереваясь шагнуть в холодную почерневшую от туч мглу, но замерла. Где-то в глубине, сквозь оцепенение, прорвался яростный шепот:

«А они-то стоят того?»

Голограф в нагрудном кармане жестко завибрировал, словно говоря: в её истории ещё не поставлена точка. Да и смерть в этой тёмной луже? Слишком обидно после всего уже пережитого.

Эвелин потянулась к устройству, продолжающему настойчиво вибрировать, но оглушительный удар молнии неподалёку заставил вздрогнуть. Нога соскользнула с мокрых досок — и вдруг не стало ни неба, ни боли, только ледяная тьма, впивающаяся в кожу. Руки схватили пустоту.

«Нет. Нет, так не честно!»

Она же передумала! Она уже решила бороться! Но вода не слушала — тяжелая одежда тянула ко дну, легкие горели, а перед глазами плясали осколки воспоминаний: Ренри, целующий Нору, её смех, его взгляд.

«Я не хочу так умирать.»

Но жизнь редко спрашивает нашего согласия. Всё могло быть иначе, умей Лорис плавать, но даже такому простому умению она так и не научилась.

Последним усилием Ева рванулась к поверхности — и увидела над собой черный силуэт, рушащий воду мощным прыжком.

Он оказался рядом почти мгновенно. Схватив девушку за подбородок, резко притянул её к себе и вдохнул последний воздух из своих лёгких. Этот глоток на несколько секунд удержал начинающее потухать сознание, ресницы дрогнули. Из-за черных туч, в толще мутной воды Ева так и не разглядела, кто перед ней, но была уверена — это Ренри. На нее нахлынули двоякие чувства — ведь совсем недавно он этими губами целовал её подругу. Разросшаяся злость заставила совершить глупость — Лорис попыталась оттолкнуться от мужчины, но тело немело от ледяного холода и недостатка кислорода.

А потом случилось нечто, пробудившее первобытный ужас. Вместо спасения он резко потянул её вниз — ко дну.

* * *

Ренри бежал по узкому коридору авианосца, его шаги гулко отражались от металлических стен.

— Ева, стой! Давай поговорим! — кричал он, но она уже исчезла за поворотом.

Остановившись, азиат согнулся, упираясь руками в колени, и попытался отдышаться. Грудь горела, в висках стучало.

«Черт, черт, черт…»

Он знал, что это выглядело ужасно. Знал, что их тайные отношения ранят Эвелин, но так и не нашел силы рассказать. Потеряв её из виду, Ренри понятия не имел, где искать теперь, и принялся звонить на голограф.

В этот момент где-то впереди раздался скрежет механизмов — открывались главные входные ворота. Азиат поднял голову и увидел, как внутрь въезжает знакомый вездеход «Ментора».

Дверь распахнулась, первым вышел Лекс, а следом еще несколько военных. Его взгляд сразу же наткнулся на растерянного друга.

— Что случилось? — спросил он, подходя.

Ренри вытер пот со лба.

— Ева… увидела нас с Норой. И… — Он махнул рукой, не в силах подобрать слова. — Убежала.

Лекс не стал ждать объяснений. Он уже повернулся, анализируя возможные пути.

Куда она могла пойти? Петляет по коридорам авианосца или выбежала наружу? Но входные ворота незадолго до их приезда были закрыты. Мысли прервал резкий щелчок в сознании. Камеры.

Он даже не осознал момент подключения — система видеонаблюдения авианосца откликнулась на запрос мгновенно, как будто… как будто уже знала его.

Воспоминание всплыло неожиданно.

Тот день, когда они впервые вместе прибыли на авианосец. Арест, разделение, допрос. Если бы кто-то увидел записи с входной камеры — то, как динамик вдруг сломался при его долгом рассмотрении, всё могло обернуться иначе. Бездумный импульс стёр их появление в ключевых минутах. Лекс не понял тогда, что сделал — всё случилось неосознанно.

Сейчас перед мысленным взором мелькали записи. Ева появилась у бокового выхода и прошмыгнула через дверь. Наружняя камера зафиксировала, как она побежала вдоль грунтовой дороги, а затем в объективе мелькнула вспышка молнии.

Лекс уже повернулся к выходу, когда Ренри схватил его за плечо.

— Куда ты? Мы должны…

— Ты сделал достаточно, — голос друга прозвучал странно — в нем мелькнули неприсущие нотки обертона.

Рука азиата опустилась. Лекс выяснил что-то — но почему он так зол?

Велидан рванул к выходу. Он бежал по грунтовой дороге, огибая поваленные сильными порывами ветра ветви. Девушка не могла уйти далеко. Она расстроена. Она пойдет туда, где чувствует себя в безопасности.

Вспомнился тот вечер на выездной миссии. Ева, сидящая на склоне холма, рассказывала о месте у родника, куда любила приходить подумать.

Поворот. Узкая тропинка, ведущая вниз, к оврагу. И вот он видит ее.

Эвелин стояла на краю старого мостика, ее силуэт резко выделялся на фоне темных зарослей. Поднятая над водой нога дрожала — то ли от холода, то ли от внутренней борьбы. В последний момент она опустила ступню на скользкие доски — и тут оглушительный гром сотряс воздух. Девушка поскользнулась.

Лекс выкрикнул её имя, но оно затерялось в шуме ливня. Проскользив по мокрой грязи, он сбежал вниз, к мостику, и не раздумывая прыгнул следом.

Вода обрушилась на него, ледяная и темная. Велидан запоздало вспомнил, что не может плавать — его тело тут же пошло ко дну, навстречу единственной фигуре.

Ева металась в толще воды, словно подраненная птица. Ее движения становились всё медленнее, волосы развевались, как щупальца медузы.

Лекс не мог думать о чем-то другом, кроме как о ее спасении. Он видел, как пузыри воздуха вырываются из губ девушки — их было так мало. Велидан знал, что у него есть лишь секунды.

Глубокий вдох. Слабая, но отчаянная попытка оттолкнуть его.

Вопреки здравому смыслу, Лекс потянул Эвелин за собой — вниз. Она испуганно забарахталась, но не могла более сопротивляться, чувствуя, как нарастает давление в ушах.

«За что?» — мелькнул отчаянный вопрос в потухающем сознании.

Гравитация работала на них. Тело мужчины, тяжелое от полимерных волокон и костей, легко достигло илистого дна, увлекая Еву за собой. Её глаза расширились от ужаса, но Лекс уже видел спасение.

Всего в паре метрах темнели массивные деревянные сваи, покрытые скользкими водорослями — опоры мостика. Велидан сделал несколько шагов по мягкому грунту и вцепился в одну из них. На секунду он отпустил Еву, подтолкнув наверх, чтобы переместиться по скользкой опоре.

Удерживаясь за сваю одной рукой, другой он поймал девушку за пояс и притянул к себе. Легкие уже горели, но Лексар поднял её над собой, прежде чем сам смог выбраться и сделать глоток воздуха.

Они вырвались на поверхность.

Эвелин порывисто дышала с широко открытым ртом, как рыба, выброшенная на берег. Ладонями она держалась за скользкий край бревенчатого мостика, не в силах подтянуться самостоятельно.

— С ума сошла? — послышался до боли знакомый отчитывающий голос, который точно принадлежал не Ренри.

Девушка развернулась, насколько могла, и увидела перед собой Лекса.

— Ты… — она не находила слов, но холодные губы и без того плохо слушались.

Он продолжал удерживаться за опору — мокрый, хмурый и очень сердитый. Ева никогда его таким не видела.

— Утопиться вздумала?! — почти выкрикнул мужчина, но звук частично заглушался шумным стуком капель по воде.

— Ты… ты же не можешь плавать… — наконец выдавила Эвелин, с трудом разжимая одеревеневшие губы.

Глаза её были округлены — не только от шока, но и от осознания.

Лекс стиснул зубы. Вода стекала по его лицу, смешиваясь с дождём, но выражение глаз выдавало не просто гнев — что-то глубже.

— И что? — его голос стал тише, но от этого только острее.— Должен был стоять и смотреть?

Ева замолчала. Её пальцы проскальзывали на темном дереве, норовя то и дело сорваться.

— Я… не хотела… — вымолвила она, и губы вдруг задрожали.

Одну ладонь девушка отпустила, чтобы скрыть своё лицо, но это оказалось бессмысленно. Слёзы прорвались внезапно и яростно, смешиваясь с водой, стекающей по щекам.

Велидан замер. Его гнев растворился в один миг. Он рванулся к ней, позабыв про собственную неповоротливость в воде, но успел перехватить край мостика.

Это была не истерика. Это был слом. Потемневшие волосы прилипли к щекам, смешиваясь со слезами. Лекс хотел ухватить Лорис, но побоялся сделать больно. Подтянувшись на мостик, он вытащил девушку следом, которая теперь ещё больше задрожала — от пронзающего ветра и нахлынувших эмоций.

Мужчина легко взял ее на руки, словно Ева весила не больше пучка травы, и двинулся прочь. Быстро, почти бегом, но с осторожностью, он вскарабкался по размытой тропинке, чувствуя прерывистое теплое дыхание на своей шее. Всхлипы не унимались, лишь на небольшое время прекращаясь, но затем накатывали новой волной.

— Прости, — хрипло процедила Эвелин, вздрогнув, когда холодный ветер ударил по мокрой спине.

— Не говори… — голос Велидана прозвучал значительно мягче. — Всё хорошо.

Гнев не исчез — он лишь сменил направление. На глупого Ренри, который допустил эту ситуацию, и на себя. Собственное бессилие. Лекс спас её жизнь, но не мог склеить разбитое сердце. Даже хуже — не имел возможности представить, какого это. Ведь его эмоции — всего лишь имитация того, что чувствуют люди. Велидан ощущал подобие вины, но даже оно было лишь следствием работы алгоритмов, пускай и запускающих те или иные химико-технологические процессы в голове.

Пройдя через входные ворота, мужчина последовал к стоянке электрокаров. Капли пресной воды стекали с волос Евы ему на руку — он чувствовал их мокрые дорожки. Лекс ловил на себе взгляды встречающихся членов «Ментора», но те тут же отводили глаза. Никто не решался спросить.

Не успел Велидан сделать и пары шагов внутрь своей каюты, Эвелин попыталась встать на ноги. Она всё еще крупно дрожала от холода, но отчаяние отступило.

— М-могу я сходить в душ? — стучащими зубами спросила девушка, мельком оглянувшись.

С её переезда здесь стало гораздо более пусто — как в отеле. Никаких личных вещей на виду, кроме пары забытых на столе контейнеров из-под еды.

Лексар поспешил дать ей полотенце и сухую одежду. Едва Лорис скрылась за дверью, его голограф ожил — поступил звонок от Ренри.

— Что-нибудь выяснил? Я не смог дозвониться, — голос друга звучал неестественно высоко.

— Всё в порядке, — не посвящая в подробности, ответил мужчина.

Он посмотрел на закрытую дверь душа, за которой уже шумела вода. Азиат выдохнул с явным облегчением.

— Мне нужно объясниться с ней. Я…

— Не сейчас, — резко оборвал Лекс.

Он отключил связь мысленным усилием, неожиданно для себя самого — ведь собирался ещё что-то добавить, но перезванивать не стал.

Вскоре Эвелин вышла из душа. Поверх одежды она завернулась в полотенце — отогреться полностью не получалось. Велидан прошёл к шкафу, чтобы найти вещи потеплее, но на полках лежало сплошь военное обмундирование.

Девушка остановилась около стола и открыла ящик, чтобы взять новый кусок мыла — постирать грязные вещи. Пальцы наткнулись на пустую упаковку.

— Опять… — прошептала она и вдруг заметила рядом забытую бутылку с апельсиновым изотоником.

Взяв её, Ева несколько секунд рассматривала этикетку.

Она вспомнила миссию в порту. Ее вылазку в огороженный сад, неудачную попытку приготовить апельсиновый кекс. Те моменты, что довелось провести с Ренри — он постоянно что-то чинил и смеялся, вытирая масло со лба.

Не сразу заметив поменявшегося настроения, Лекс подошел слишком быстро для обычного человека, когда услышал скулёж.

— Он… Я думала, что понимаю. Он смотрел на меня тогда так. Мне казалось, что однажды мы… — неразборчиво пролепетала девушка, но продолжить свой поток мыслей не смогла.

Она разревелась, и в этот момент Велидан прижал её к своей груди — звук немного заглушился. Он приободряюще похлопал Еву по спине, но не находил, что сказать в утешение. Её пальцы так сильно сжали его футболку, будто Лорис хотела ее порвать.

— Я же видела, как он на меня смотрит. Это… Это не могло быть просто так, — продолжила она.

Лекс напрягся. Процессор анализировал варианты ответа, но все она казались недостаточными.

— Люди… — начал он осторожно. — Часто смотрят не так, как чувствуют.

Эвелин вскинулась.

— Что ты можешь об этом знать? — она отстранилась и сделала полшага назад.

Этот выпад оказался несправедливо озлобленным, но мужчина не отступил.

— Я знаю, что иногда самые умные люди могут быть самыми слепыми, — тихо сказал он. — Злись, но не ненавидь. Это будет разрушать тебя.

Лорис уставилась на него, слёзы застыли. В каюте повисла тишина, нарушаемая лишь мерным шумом вентиляции.

— Ты говоришь так, будто сам…

Девушка не договорила. Ее взгляд метнулся к его рукам — к тому, как плавно двигаются суставы, как не дрожат пальцы, даже если замерз или напряжён. Лекс заметил этот взгляд. Он понял, что она знает.

Раз так, вправе ли он давать советы или пытаться утешить? Велидан не знал боли отвергнутой любви. Даже несмотря на то, что прямо сейчас сердце болезненно сжималось — это фальшивая имитация того, что называется эмоциями.

Но.

Он видел, как всякий раз у девушки появлялся блеск в глазах при упоминании Ренри. Как губы подрагивали, когда она думала, что никто не замечает. Как пальцы сжимались в кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

И это он понимал.

— Я не могу сказать, что знаю, каково это, — произнёс Лекс наконец, осторожно подбирая слова. — Но я вижу, как это разрушает тебя. И… — мужчина замолчал.

— И? — Ева вскинула на него красные от слёз глаза.

— И я не могу просто наблюдать.

Тишина.

Лорис сжала зубы. Слёзы снова потекли, но теперь без злости — только усталость и что-то ещё, чего он не мог назвать. Эвелин жалела о собственной слабости. Даже если Велидан — не человек, не надо было на него срываться.

— Всё так несправедливо, — озвучила она эти мысли.

Лекс неожиданно протянул руку — не чтобы обнять, а просто коснуться ее плеча.

— Ты права, — кивнул он. — Мы не можем этого изменить. Есть возможность только продолжать.

И тогда девушку прорвало. Она рухнула на кровать, слова хлестали, как волны:

— Он так смешно шутил и смеялся над моими дурацкими шутками! Теперь я буду лишь пустым местом. А самое гадкое… — Эвелин сжала кулаки. — Я так завидую Норе! Так злюсь, но хочу быть на ее месте.

Мужчина молча сел рядом, давая ей выговориться. Не обнял, не давал советов — просто слушал.

— А ещё… я боюсь, что теперь всё будет неловко. Что он пожалеет, что мы дружили. Что я потеряла не только его, но и Нору тоже…

Голос девушки дрожал, слова путались, но Лекс ловил каждое.

— Ты не потеряешь тех, кто по-настоящему тебя ценит, — сказал он наконец.

Ева вздохнула — глубоко, будто первый раз за день.

— Ты говоришь будто цитатами из старых книг, — прошептала она.

Очередное подтверждение, напоминание, кто перед ней. Искусственный интеллект. Но ведь так даже проще. Смогла бы Лорис выговориться перед человеком? Она плохо представляла природу такого существа, но знала — Лекс не осудит. Оттого и могла быть самой собой.

Мысли продолжали литься сумбурным потоком, превращаясь в еще более сбивчивые слова. Постепенно он становился всё меньше — после столь впечатлительных событий Еву стало клонить в сон.

— И плеер мой всё ещё у него, — озвучила она последнее, о чем вспомнила, глядя на белеющий потолок.

— Я заберу, — заверил Лекс и, слегка кивнув, Эвелин прикрыла столь тяжелые веки.

Мужчина несколько секунд смотрел на неё, пытаясь понять, уснула ли, а затем перевел взгляд на выключатель в паре метрах — и свет потух. Он остался сидеть в темноте, слушая её ровное дыхание.

В груди что-то сжималось— не механизм, обычное сердце.

Ему было больно.

Не по-человечески, не так, как девушке. Но обидно. Обидно, что она страдает из-за Ренри — его лучшего друга.

Это всё лишь имитация.

Но тогда почему?

Рука сама потянулась поправить одеяло, когда Ева вздрогнула во сне. Губы сами сжались, когда она прошептала имя Ренри. Веки закрылись на секунду, будто скрывая то, что не должно быть в его глазах.

«Ты говоришь будто цитатами из старых книг»

Она права.

Лекс не человек. У него нет чувств, нет настоящей боли. Он посмотрел на спокойное лицо девушки — теперь без слёз. Осторожно провел пальцами по её виску, поправляя влажные после воды волосы.

Он не мог избавить Еву от боли. Не мог заставить Ренри любить её. Но мог быть здесь. Пускай лишь такой — несовершенный, нечеловеческий, но настоящий.

И пока её дыхание оставалось ровным, а пальцы разжались во сне — этого было достаточно.

Глава 32 Диверсия

Лекс открыл глаза. В тесной каюте было темно, лишь слабый свет аварийной лампы пробивался сквозь вентиляционную решётку. Рядом, уткнувшись носом в его плечо, спала Ева. Она дышала неровно, иногда покашливая во сне. Мужчина осторожно приложил ладонь к её лбу — тепло, но не жар.

Он приподнялся, стараясь не потревожить её, но Лорис всё равно вздрогнула и сонно потянулась за ним.

— Ты куда?.. — пробормотала она, даже не открывая глаз.

— На проверку, — тихо ответил Лекс. — Спи.

Ева что-то невнятно проворчала и тут же провалилась обратно в сон.

Ренри, как и ожидалось, ещё не проснулся. Дверь в его каюту была не заперта — техник вечно забывал её закрывать. Лекс вошёл без стука.

Комната выглядела так, будто здесь взорвался склад электроники. На столе громоздились разобранные приборы, провода свисали со спинки кровати. Стало понятно, почему Лана так хотела съехать из этого хаоса, но сейчас брюнетки здесь не было. Сам Ренри спал, уткнувшись лицом в клавиатуру, — монитор перед ним тускло светился заставкой.

Лекс слегка кашлянул. Никакой реакции.

— Ренри.

Азиат дёрнулся, чуть не упав со стула, и тут же схватился за стол.

— Чёрт! Ты… — он протёр глаза, моргая. — Лекс? Который час?

— Пять двадцать.

— Блин… — Ренри зевнул и потянулся наверх, разминая спину. — Зачем пришел?

Велидан передал просьбу — Ева хотела вернуть плеер. Понимающе кивнув, Рен

потянулся к полке над кроватью и снял небольшой пластиковый корпус — тот самый гаджет.

— Немного покопался, но не уверен, что смог бы выяснить что-то ещё. Он… ну, он странный.

Лекс хмыкнул и взял устройство. Пластик был тёплым, словно живым.

— В итоге ты смог разобраться, как он работает? — спросил он.

Азиат покачал головой.

— Нет. Там внутри что-то, чего я не могу объяснить. Это не чип, не схема… Никогда не видел подобного. Либо это чья-то супер-секретная разработка, либо технология инопланетян, — попытался пошутить он.

Лекс задумался. В пальцах плеер слегка дрогнул — или ему показалось?

— Спасибо, — наконец сказал он. — Ева ещё не знает?

— Нет. Я думал, сначала тебе рассказать.

Мужчина кивнул. Ренри крутил в руках отвертку, явно собираясь с мыслями, прежде чем заговорить:

— Как она? Не видел её сегодня утром?

— Она спит, — ответил Велидан, слишком быстро, слишком резко.

Ренри вздохнул, отложив инструмент:

— Слушай, я… мне нужно с ней поговорить.

— Не надо, — Лекс перебил его, голос внезапно стал тихим и жестким. — Оставь её в покое.

Азиат сжал кулаки и вскинул подбородок.

— Ты не имеешь права решать за неё.

— Имею, — Велидан сделал шаг вперед, и в этот момент где-то в глубине его зрачков мелькнул холодный механический блеск. — Потому что ты уже сделал ей достаточно больно.

Наступила тягостная пауза. Ренри отступил на шаг, вдруг осознав, что стоит перед чем-то большим, чем просто разгневанный друг. Значит, ему вчера не показалось — Лекс рассержен. Но как и почему существо, более приближенное к искусственному интеллекту, нежели к человеку, может вести себя столь иррационально?

— Ладно, — пробормотал он, — как скажешь.

Лекс резко развернулся и вышел, оставив Ренри с неприятным осадком и невысказанными извинениями.

* * *

Что-то не так.

Он шёл по коридору, сжимая плеер в руке, когда вдруг почувствовал лёгкое головокружение. В висках застучало, а в глубине сознания — будто шевеление.

«Ты всё ещё веришь, что контролируешь ситуацию?»

Голос. Чужой. Знакомый.

Лекс резко остановился.

— Кто…

Но звук исчез так же внезапно, как и появился. Он глубоко вдохнул, пытаясь унять дрожь в пальцах. Галлюцинация? Сбой?

И тут зазвонил голограф — на экране высветился Тайлер.

— Лекс, срочно ко мне. Миссия, возможно, отменяется.

Голос командира звучал напряжённо.

Велидан на мгновение задержал взгляд на плеере.

— Уже иду.

Мужчина застал Тайлера в командном отсеке — в момент, когда лейтенант в ярости швырнул голограф в стену.

— Никто не отвечает, — даже не обернувшись, бросил командир. — Ни Кэссиди, ни Шоу, ни даже старик Вульф. Как будто всех сквозь землю провалило.

Тайлер перечислял имена членов высшего руководства. Без их согласования выезд на миссию стоял под вопросом — но волновало другое.

Лексар хмуро кивнул, одновременно подключаясь к камерам. Внутри черепа защелкало — будто переключались невидимые шестерёнки. Большинство камер оказались отключены от системы. Немногочисленные изображения из оставшихся всплывали перед сознанием:

Пустой кабинет начальника охраны.

Безлюдный пост у арсенала.

Темнота в коридоре к реакторному отсеку — камера там явно отключена.

— Надо проверить блок управления безопасностью, — сказал Лекс, внезапно прервав связь.

Где-то на периферии сознания мелькнуло что-то… но сигнал пропал.

— Почему? — спросил Тайлер.

— Может, сможем что-то выяснить там, — уклончиво ответил Велидан.

Двое покинули помещение и направились к ближайшей стоянке электрокаров. Они свернули за угол, к лифту — и почти сразу столкнулись с четырьмя бойцами в знакомой форме. Тайлер расслабился на мгновение, пока не всмотрелся в лица.

— Вы из какого подразделения? — резко спросил он, остановив одного за плечо.

Старший из троих неестественно широко улыбнулся:

— Из того же, что и вы.

Лекс среагировал раньше, чем незнакомец успел достать оружие из-за пояса. Удар ребром ладони в горло — недоброжелатель захрипел. Второй бросился вперед, но Тайлер встретил его металлическим кулаком в челюсть с характерным хрустом.

Третий попытался бежать, но Лекс поймал его за шиворот и ударил головой о стену, а вот четвертый ускользул, скрывшись в лабиринте коридоров и даже не пытаясь отстреливаться.

— Диверсанты! — Тайлер кричал в голограф, включив массовый обзвон. — Все группы, код «Ржавый якорь»! Повторяю…

Где-то в глубине авианосца завыла сирена, аварийные огни залили коридор кровавым светом.

Тайлер выбрал канал старшего по званию, кто мог еще быть в строю.

— Командор Шоу, Тайлер, докладываю. Диверсанты на борту, сектор Б-17. Есть потери. Запрашиваю инструкции и подкрепление к блоку управления безопасностью.

Но ответа так и не последовало — никаких признаков жизни на том конце. Вышестоящее командование либо перебито, либо отрезано. Пришлось брать инициативу на себя. Лейтенант переключился на общий военный канал — для связи с командирами других отрядов и сообщил обстановку.

Как оказалось, не одним им с Лексом повезло наткнуться на диверсантов. Из голографа одно за другим стали сыпаться сообщения:

«…перекрыть сектор Гамма!»

«…они в вентиляции!»

«…командный состав, доложите обстановку!»

Быстрым шагом, отдав жестом приказ следовать за ним, Тайлер направился к ближайшему посту охраны, на которых обычно дежурили по двое. Лестница, пустующая в это раннее время лаборатория, поворот.

Тела двух молодых солдат лежали в неестественных позах, их оружие исчезло. Лекс проверил пульс бедолаг — но уже понимал, что шансов нет. Дверь в пост была взломана — не взрывом, а тихо и профессионально. Внутри панель управления была расстреляна, экраны разбиты.

Тайлер сжал кулаки и стиснул зубы. Ситуация гораздо хуже, чем можно было представить — враги минимум на шаг впереди.

Выдернув из-за пояса портативный сканер, он запустил его, пытаясь получить хоть какую-то картину происходящего. На схематичной карте авианосца мигали десятки красных точек — места проникновения и диверсий. Их было слишком много. Слишком организованно.

Предательство. Кто-то из своих пропустил их внутрь, зная расписание и ключевые пункты. Но какая у врагов цель?

Мужчина переключил связь на гарнитуру и попытался связаться с членами своего отряда. Голограф мерцал — связь то пропадала, то появлялась, забитая десятками перекрывающихся голосов и, судя по всему, поврежденными каналами.

— Группа «Авангард» — со мной на командный мостик, установить контроль и восстановить связь. «Бастион» — к реакторному отсеку, никого не подпускать. «Вектор» — наводите порядок в жилых секторах, эвакуация гражданских по протоколу «Тихий берег». Стрелять на поражение при любом сопротивлении — голос лейтенанта, привыкший командовать, заглушал вой сирены.

Двое мужчин незамедлительно последовали к стоянке электрокаров — командный отсек находился достаточно далеко от них. Лекс сел за руль и двинулся по кратчайшему пути, пока Тайлер пытался добиться ответа хоть кого-то из высшего руководства. Из динамика раздался более-менее четкий голос одного из сержантов:

— Лейтенант, мы на мостике! Здесь… здесь никого нет.

Мужчина чертыхнулся — но сейчас определенно не время для паники. Он сказал Лексу изменить маршрут — требовалось вооружиться, прежде чем предпринимать что-то ещё.

— Включите резервное питание для камер наблюдения в секторах Альфа и Бета.

По прибытии двое вышли из автомобиля и направились в оружейную — там они наткнулись на десяток военных из других отрядов и Седьмого, который очень обрадовался прибытию своего командира.

Минутой позже где-то совсем близко, в районе жилого блока, раздался взрыв.

Все выбежали в коридор, где из вентиляционных решеток сверху посыпались дымовые шашки, заполняя пространство едким дымом.

— Прикрыться! — крикнул Тайлер. — Назад!

Нельзя было позволить противникам попасть в оружейную. Военные послушно отступили, чтобы перегруппироваться, но один ослушался приказа.

Лекс исчез в пелене дыма. Внутренний голос не уведомлял об опасностях для организма, но он всё же старался не дышать. Оказалось, что глаза, способные видеть в темноте, не так уж совершенны — завеса сильно мешала ориентироваться. Один из диверсантов появился из дыма прямо перед ним. Велидан увернулся от удара прикладом в последний момент и нанес ответный в солнечное сплетение — противник сложился почти беззвучно.

Спустя несколько минут Лекс достиг аварийной лестницы. Он взлетел на этаж выше, в жилой блок, где открылась картина хаоса.

Коридор, еще недавно напоминавший стерильный отель, был едва узнаваем. Где-то впереди зияла дыра в стене — след недавнего взрыва, из нее валил черный дым. Мужчина с ужасом осознал, что это каюта Евы и Норы. Треснувшие светильники на потолке мигали, отбрасывая судорожные тени на обезумевших людей. Гражданские метались по коридору, кто-то пытался открыть заклинившие двери помещений, кто-то в ужасе прижимался к стенам, закрывая головы руками. Воздух был густ от гари, пыли и запаха крови.

Свои и чужие перемешались в клубах дыма. Двое бойцов «Ментора» в потрепанной форме, спиной к спине, отстреливались от группы диверсантов, укрывшись за опрокинутым сервировочным столом. Пули со свистом проносились над головами прячущихся людей, впиваясь в стены и оставляя рваные раны в металле. Чей-то приглушенный стон доносился из-под обломков поврежденной стены.

Лекс помог выбраться незнакомцу из-под завала — его нога была сильно повреждена. Взгляд тут же упал на внутреннее пространство каюты — он с небольшим облегчением обнаружил, что внутри никого нет. Оттащив бедолагу в безопасную зону, Велидан хотел помочь с отстрелом, но группа противников почему-то отступила. Преследовать их сейчас Лексар не стал — у него была другая цель. Двинувшись вдоль стены к соседнему блоку, мужчина вышел в параллельный коридор.

Именно там, у одного из аварийных выходов, он заметил знакомую фигуру. Ренри, с перекошенным от напряжения лицом, пытался организовать группу раненых и испуганных людей, прокладывая им путь к запасному шлюзу. Его одежда была в пыли, на щеке — ссадина.

— Лекс! — азиат заметил его, и в его глазах мелькнуло облегчение. — Черт возьми, что происходит?!

— Диверсия, эвакуируйся, — сказал Велидан, положив руку на плечо другу, словно чтобы убедиться в целости.

Его голос не допускал возражений.

— Они везде! Мы не сможем попасть к основным спасательным капсулам! И я не смог найти Нору! — в панике выкрикнул Ренри.

Неизвестно, сколько времени ещё ушло бы на попытки уговорить азиата покинуть жилой блок. Ситуацию спасла группа бойцов Тайлера, прибывшая на подмогу. Жёстко и без лишних слов они принялись командовать эвакуацией, направляя группы в сторону ближайшего шлюза. Коридор быстро пустел, заполняясь густым дымом и пылью.

Лекс, не теряя ни секунды, рванул в сторону своей каюты. Путь до неё показался неимоверно длинным — благо, что беспрепятственным. Он резко поднес к считывателю свой голограф — устройство пискнуло, индикатор загорелся зеленым. Замок щелкнул почти бесшумно.

Мужчина шагнул в полумрак, и в тот же миг из-за стены у входа со свистом опустился тяжелый гаечный ключ. Лексар инстинктивно выставил локоть, а второй рукой схватил тонкое запястье.

— Не подходи! — знакомый голос сорвался на визг.

Он тут же ослабил хватку. В тусклом свете аварийной лампы он увидел её — прижавшуюся к стене, бледную, с дико блестящими глазами. Гаечный ключ с грохотом упал на пол.

— Лекс… — Ева выдохнула, обмякнув. — Я думала…

Он не дал ей договорить, закрыв дверь.

— Слушай меня. Нас атакуют. Нужно уходить. Сейчас же.

Пальцы Велидана сжали плечи девушки, заставив смотреть на себя. В его глазах, обычно таких отстранённых, пылала странная, почти животная тревога.

Лекс сунул в ладонь Лорис её плеер — благо, он не пострадал в боях. Она благодарно кивнула, убрав его в карман, сжимая странно тёплый корпус устройства. Велидан поднял ключ и сунул в руки следом.

— Бери. Может пригодиться.

Схватив Эвелин за локоть, он снова распахнул дверь. Коридор был почти пуст. Его движения были резкими, почти грубыми, но невероятно точными. Он выбирал маршрут без колебаний, будто видел сквозь стены, обходил очаги стрельбы и обвалы.

Вскоре они нагнали хвост эвакуационной группы, которую прикрывали несколько бойцов. Один из них, молодой солдат с перевязанным плечом, кивнул Лексу:

— Велидан! Командир приказал всех выводить через шлюз 5Б!

Лекс втолкнул Еву в гущу уходящих людей.

— Держись с ними. Не отставай ни на шаг.

— А ты? — её глаза расширились от нового всплеска ужаса. — Ты не идешь?

Он посмотрел на неё — долгим, пронзительным взглядом, в котором читалось что-то чужое и решительное.

— Мне нужно кое-что проверить. Иди!

И прежде чем она успела что-то сказать, схватить его, удержать, он развернулся и побежал обратно вглубь охваченного хаосом корабля, растворившись в клубах дыма.

* * *

Тайлер, пригнувшись за опрокинутым грузовым контейнером, сжимал в руке голограф. Экран трещал от десятков перекрывающихся сообщений. Его отряд, рассыпавшийся по кораблю, пытался удержать ключевые точки, но враг был везде.

Несколько подразделений остались без командиров — лейтенант взял на себя командование их действиями, пытаясь скоординировать имеющиеся силы так, чтобы выиграть время.

— «Молот», доложите обстановку у реактора! — его голос хрипел от дыма.

— Удерживаем! Но они… Чёрт! — в динамике раздался оглушительный грохот, и связь прервалась.

Внезапно новый голос, перекрывая шум боя, прорвался в эфир. Это был сержант с наблюдательного поста на верхней палубе, и в его словах звучал чистый, неконтролируемый ужас.

— Командир! Скалы! На северном гребне! — в голосе наблюдателя слышалась паника. — Переносной ракетный комплекс, возможно, «Громовержец»! Расчет из трех человек! Они заряжают…

Тайлер ощутил, как леденеет кровь. Ракетный комплекс. Оружие старой войны, которое могло прожечь броню авианосца термоядерным зарядом малой мощности. «Громовержец» не спутаешь ни с чем — длинная тонкая труба на массивном станке, мерцающие системы наведения. Едва ли даже горстка таких комплексов осталась на материке — но врагу удалось заполучить его в свой арсенал.

— Дистанция? — рявкнул Тайлер, уже представляя траекторию.

— Около километра! Целятся в основание корпуса! Хотят переломить нас пополам!

Так вот зачем диверсанты. Не просто хаос устроить — отвлечь, ослепить, пока готовится главный удар.

— Все, кто может слышать! — закричал Тайлер в гарнитуру. — Снайперы! Всех снайперов на верхнюю палубу! Нужно убрать расчет!

Но его приказ утонул в хаосе. Связь рвалась, отряд был рассеян, блокирован диверсантами внутри. Снайперские гнезда на палубе молчали — либо выведены из строя, либо заняты врагом.

И в этот момент из дыма появился Лекс. Он возник бесшумно, его одежда была в пыли, но на нем не было ни царапины. Его глаза были холодны и пусты.

— Расчет «Громовержца» на северном гребне, — произнес он ровным голосом, словно просто констатировал факт. — Координаты: 45.78 по вертикали, 32.11 по горизонтали. Ветер: семь метров, порывистый. Время до выстрела: две минуты десять секунд.

Тайлер уставился на него. Откуда он…? Но времени на вопросы не было.

— Мои снайперы не доберутся вовремя. Все подходы к палубе перекрыты.

— Я знаю, — ответил Велидан. — В арсенале сектора Б-4 остался один исправный дистанционно управляемый пулемет на турели. Система автонаведения не повреждена. Пароль к системе: «Химера-77».

Тайлер замер на секунду. Как? Этот арсенал был заблокирован с начала атаки. Но сомневаться было некогда.

— Кто-нибудь меня слышит? Сектор Б-4! Немедленно подключиться «Шершню»! — выдохнул он в голограф.

Через полминуты, показавшихся вечностью, в эфире раздался изумленный голос:

— Командир… Система в сети! Целюсь?

— Бей! — проревел Тайлер.

Снаружи, сквозь вой сирены и взрывы, донёсся резкий, яростный треск крупнокалиберного пулемета. Длинная очередь, точная, будто нарисованная по линейке. Затем — оглушительный, всепоглощающий грохот, от которого содрогнулась вся громада авианосца. На мгновение воцарилась тишина.

— Попадание! — закричал голос в гарнитуре. — Взорвали боекомплект! От скалы одни щебень и дым!

Тайлер обернулся к Лексу, чтобы сказать… что? Спасибо? Спросить, как он это сделал? Но слова застряли в горле. Велидан стоял неподвижно, его взгляд был устремлен в пустоту, пальцы непроизвольно подрагивали. Он выглядел так, будто прослушал что-то, недоступное остальным.

— Они не отступят, — голос Лекса прозвучал глухо, без интонаций. — Основная группа диверсантов прорвалась к ангару с капсулами. Они минируют спасательные шлюзы.

Ледяная волна ужаса накатила на Тайлера. Если шлюзы выведут из строя — массовая эвакуация станет невозможной. Они все окажутся в ловушке.

— Все силы к ангару! — закричал он в гарнитуру, но в ответ — лишь треск помех. Глушилка.

Лекс вдруг резко повернул голову, его глаза сузились.

— Я могу перезагрузить их систему. Дистанционно. Но мне нужен прямой доступ к главному серверу.

Он в заблокированном крыле. Это было самоубийство. Тот сектор был охвачен огнем, а подходы наверняка охраняют диверсанты.

— Я с тобой, брат мой, — Тайлер схватил автомат. — Отряд прикроет.

— Нет, — Лекс посмотрел на него, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то почти человеческое — понимание. — Командуйте обороной, эвакуация ещё идёт. Я справлюсь быстрее один.

И прежде чем лейтенант успел возразить, Лекс уже исчез за поворотом. двигаясь с той же нечеловеческой скоростью и точностью.

Время, показавшиеся вечностью, прошло в напряженном ожидании. Тайлер, стиснув зубы, организовывал последние группы гражданских, отправляя их по ещё работавшим, самым дальним шлюзам. Внезапно огни на секунду погасли, затем вспыхнули снова, и из динамиков раздался резкий, пронзительный визг — звук перегружаемой системы. В эфире тут же взорвалась какофония голосов:

— Глушилка сдохла! Связь есть!

— Шлюз №3 чист, мин нет! Повторяем, шлюз №3 чист!

— Эвакуация возобновлена!

План сработал.

Тайлер бросил взгляд в сторону, куда скрылся Лекс. Там, в глубине корабля, полыхал особенно яростный пожар. Но эвакуация продолжалась. Люди спасались. Цена этого спасения была ещё неизвестна, но сейчас, под вой сирен, это был единственный луч надежды в аду, устроенном на борту «Ментора».