Не будите во мне дракона

Глава 1. Эш: имя новой жизни.

День моего восемнадцатилетия начался не с праздничного пирога, а с глухого стука закрывшейся двери. Тяжелый засов приюта святого Кассиана отсек меня от единственного места, которое я привыкла называть домом.

— Удачи, Эшли. Помни: мир не прощает слабости, — холодно бросила матушка-настоятельница и скрылась в тени коридора.

Все мое имущество умещалось в скудном узелке, а в кулаке была зажата горсть медных монет — мой скудный запас, которого впритык хватило бы на месяц аренды комнаты и скудное пропитание. Ветер на рыночной площади столицы казался злым, обжигающим — он словно насмехался над моим неприкаянным видом. Я знала: сироте без связей дорога либо в прачечные за гроши, либо в столичную канаву. Но у меня был другой план. Сумасшедший, дерзкий, пахнущий сталью и кровью.

Ноги сами привели меня к лавке древностей на краю квартала. План к этой краже я выстраивала долгие месяцы, по крупицам собирая информацию о графике владельца и охранных заклятиях. Я слишком хорошо знала, как выглядит этот артефакт, чтобы спутать его с дешевой безделушкой; его изгибы и гравировка запечатлелись в моей памяти еще по запретным архивам.

Там, среди пыльных фолиантов, я наконец увидела его — серебряное кольцо-артефакт «Лик». Оно пульсировало едва заметным синим светом, подтверждая свою подлинность, и словно звало меня.

Продавец отвернулся всего на миг, чтобы приструнить мальчишку-посыльного, и этого хватило. Мои пальцы, привыкшие к ловким движениям с самодельным ножом, метнулись к бархатной подушечке.

Холод артефакта обжег ладонь. Я нырнула в ближайший переулок, прижимая добычу к груди.

— Пожалуйста, сработай… — выдохнула я, надевая кольцо.

Камень вспыхнул багровым светом, и кольцо стало невидимым.

Боль была резкой, но короткой. Кости в плечах затрещали, раздаваясь вширь, рост увеличился на добрую ладонь, а голос, попытавшийся вскрикнуть, сорвался в низкий, хрипловатый баритон. Я коснулась лица: кожа стала грубее, подбородок — тверже. Платье затрещало по швам, превращаясь в нелепый лоскут на теле крепкого юноши.

— Теперь я — Эш, — выдохнула я.

Я огляделась по сторонам, привыкая к новому центру тяжести и непривычной ширине собственных плеч. На соседней улице, натянутые между обшарпанными фасадами, лениво покачивались на веревке простыни и одежда. А прямо перед порогом ближайшего дома, выставленная на просушку, стояла целая шеренга обуви.

Среди поношенных женских туфель я приметила грубые мужские сапоги.

Стараясь двигаться непринужденно, хотя непривычно длинные ноги постоянно норовили за что-нибудь зацепиться, я перебралась на ту улицу. Пару раз мне встретились прохожие: торговка с пустой корзиной и сонный патрульный. Оба наградили меня взглядами, полными искреннего удивления — еще бы, по кварталу идет полуголый атлет, завернутый в ошметки девичьего платья.

«Смотрите-смотрите, скоро привыкнете», — злорадно подумала я, ловким движением срывая с веревки серую рубаху и плотные штаны. Сапоги я подхватила на лету, даже не замедляя шага.

Вернувшись в спасительную тень переулка, я быстро переоделась. Одежда была слегка велика, но на фоне моего нового телосложения это выглядело как обычная небрежность простолюдина.

Я достала из узелка свои единственные документы — потертую бумагу из приюта, скрепленную печатью святого Кассиана. Там четко значилось: «Эшли».

Достав самодельный нож, я аккуратно, затаив дыхание, поднесла кончик лезвия к пергаменту. Одно точное движение — и тончайший слой верхнего волокна бумаги превратился в пыль, унося с собой лишние буквы. Теперь на листке значилось короткое и твердое имя: Эш.

— Ну что, Эш, — прошептала я своим новым, пугающе глубоким голосом, — пора наниматься в гвардию.

Поправив воротник чужой рубахи, я глубоко вздохнула. Дорога в гвардию была прямой, но чертовски долгой: прежде чем надеть мундир, нужно было отучиться в элитной академии «Поющих клинков». Обучение там длилось от года до шести лет — все зависело от того, на какую должность ты метишь.

Вступительные экзамены официально закончились еще вчера. Шансы на то, что меня вообще выслушают, стремились к нулю, но других вариантов у сироты из приюта просто не осталось. Либо я пробиваюсь в академию под именем Эша, либо возвращаюсь в канаву.

Я направилась в сторону верхнего города, где над крышами обывателей возвышались шпили академии. Ноги в тяжелых сапогах непривычно гудели, а голос в груди вибрировал новой, мужской силой. Я знала: это будет сумасшедший блеф, пахнущий дерзостью и сталью. Но когда тебе нечего терять, даже закрытые ворота кажутся лишь временным препятствием.

Дорога к верхнему городу заняла добрых полчаса. Чем выше я поднималась, тем чище становились мостовые и тем надменнее — лица прохожих. Наконец передо мной выросли массивные кованые ворота, над которыми красовался герб «Поющих клинков».

Глубоко выдохнула, усмиряя бешено колотящееся сердце, я переступила порог.

Внутри академия встретила меня гулом голосов и звоном стали, доносившимся с тренировочных площадок. По широким коридорам, чеканя шаг, ходили мужчины в безупречной форме. Их выправка и холодные взгляды заставляли меня невольно расправить плечи еще шире. Я чувствовала себя самозванцем, но отступать было поздно.

Перехватив одного из офицеров, я постаралась придать голосу максимум уверенности и хрипотцы:

— Простите, как мне найти начальника академии или его заместителя? Нужно уточнить вопрос о зачислении.

Мужчина окинул меня коротким оценивающим взглядом — видимо, мой поношенный вид не вязался с образом элитного курсанта, но артефакт работал безупречно: он увидел во мне лишь дерзкого юношу. Коротко бросив указания о поворотах и лестницах, офицер скрылся за поворотом.

Идя по указанному пути, я старалась не оглядываться по сторонам. Нужная дверь оказалась массивной, дубовой, с золоченой табличкой. Сердце ушло в пятки, но рука сама взметнулась к дереву.

Я трижды коротко постучала и, не дожидаясь приглашения, вошла внутрь. Начальник академии был в кабинете не один: напротив него в глубоком кресле сидел офицер в парадном мундире королевской гвардии. Они что-то вполголоса обсуждали, но, когда дверь скрипнула, оба замолчали и одновременно посмотрели на меня.

Внутри все предательски задрожало. Я чувствовала, как по спине пробежал холодок, но отступать было некуда. Сжав кулаки, чтобы унять дрожь в руках, я заговорила. Мой новый голос прозвучал на удивление уверенно — низкий, хрипловатый мужской баритон, в котором не осталось и следа от испуганной сироты:

— Прошу прощения за вторжение. Я пришел, чтобы подать прошение о зачислении. Я очень хочу учиться в академии и стать гвардейцем. Не явился на экзамены раньше только потому, что восемнадцать лет мне исполнилось сегодня.

Начальник академии нахмурился, разглядывая мой поношенный вид, но офицер подался вперед. В его взгляде читалось странное любопытство.

— Документы, — коротко бросил офицер, протягивая руку.

Дрожащими пальцами я протянула ему лист, на котором теперь значилось имя «Эш». Он бегло посмотрел бумагу и переглянулся с начальником академии. Тот лишь раздраженно всплеснул руками:

— Послушайте, юноша, даже если я сделаю исключение и приму вас после сроков, мне вас попросту некуда селить! Все казармы забиты до отказа.

Офицер усмехнулся и, не сводя с меня глаз, спокойно произнес:

— А мне доложили, что в восточном крыле освободилось одно место. Поздравляю, парень. Вы приняты.

— Но как же Кайден? — Начальник академии нахмурился, и в его голосе проскользнула тень сомнения. — С ним вряд ли кто-то уживется…

Офицер лишь понимающе усмехнулся, глядя на меня в упор:

— Ну, если юноша так сильно хочет в гвардейцы, то уживется.

Начальник академии тяжело вздохнул, признавая поражение в споре, и пододвинул ко мне тяжелый медный ключ с выбитым номером.

— Хорошо. Ступайте на склад, получите форму и направляйтесь в восточное крыло. В общей казарме мест действительно нет, а вот в комнате номер тринадцать оно как раз освободилось.

Он замолчал на секунду, а затем добавил тише:

— Удачи. Она вам понадобится.

Кивнув, стараясь сохранить невозмутимый вид, я вышла из кабинета. В коридоре наконец-то смогла перевести дух. Внутри все ликовало: я прошла! Но в голове крутилось имя этого таинственного Кайдена. Кто он такой и почему его предыдущий сосед так поспешно освободил место?

Впрочем, какая разница? Главное — я внутри. Остальное решу по ходу дела.

На складе пахло нафталином, выделанной кожей и оружейной смазкой. Суровый каптенармус, не глядя на меня, швырнул на прилавок стопку плотной ткани, подбитые железом сапоги и кожаный колет.

— Носи с честью, кадет, — проворчал он, записывая что-то в толстую книгу.

Подхватив вещи, я направилась на поиски восточного крыла. Коридоры здесь были тише и мрачнее, чем в главном корпусе. Нужную дверь я нашла в самом конце галереи. Цифра «тринадцать» на потемневшей меди тускло поблескивала, словно предупреждала об опасности.

Глубоко выдохнув, я вставила ключ в скважину и толкнула тяжелую створку.

Комната оказалась просторной, но неуютной. Окно было распахнуто настежь, впуская внутрь прохладный вечерний воздух. У противоположной стены, закинув ноги на стол, сидел парень. Его темные волосы были в беспорядке, а на коленях лежал обнаженный клинок, который он лениво протирал шелковым лоскутком.

Он не обернулся, но я почувствовала: воздух в комнате словно наэлектризовался.

— Еще один смертник? — его голос был холодным и режущим, как сталь в его руках. — Предыдущий продержался три дня. Надеюсь, ты не храпишь, иначе вылетишь в окно раньше, чем успеешь примерить свои новые сапоги.

Он медленно повернул голову, и я встретилась с его взглядом — острым, пронзительным, не обещающим ничего хорошего. Это и был Кайден.

Бросив тяжелый колет на свободную койку и, даже не глядя на него, я бросила через плечо:

— Тогда примерю их сейчас, а то и правда не успею. Жаль будет оставить такие славные сапоги казенному складу.

Кайден на мгновение оцепенел. Тряпка замерла на лезвии, а сам он медленно опустил ноги со стола. В его глазах мелькнуло искреннее недоумение, смешанное с холодным интересом.

— Что? — переспросил он, прищурившись. — Ты либо слишком смелый, либо непроходимый тупица. Здесь не приют для сироток, парень. Тут выживают те, кто умеет вовремя закрыть рот.

Я усмехнулась, расшнуровывая свои старые, пахнущие рыночной площадью сапоги.

— Ну, раз тут не приют, значит, нянек не будет? Какое облегчение, — я вскинула бровь, поймав его взгляд. — А насчет рта… Если я его закрою, кто будет развлекать тебя историями о том, как я не храплю?

Кайден нахмурился, его пальцы крепче сжали рукоять клинка.

— Ты мне уже не нравишься, — отрезал он, но я заметила, как на долю секунды уголок его губ едва заметно дернулся вверх. — Комната поделена пополам. Пересечешь невидимую черту — вылетишь в коридор вместе со своими шуточками.

— Договорились, — я шутливо отсалютовала ему новым сапогом. — Надеюсь, твоя «черта» не проходит прямо через мой шкаф, а то гардероб у меня теперь… специфический.

Он ничего не ответил, снова вернувшись к полировке лезвия, но я кожей чувствовала: это он со мной не уживется.

Я быстро переоделась, стараясь не поворачиваться к Кайдену спиной и молясь, чтобы артефакт не подвел. Когда тяжелая ткань гвардейской формы легла на плечи, я подошла к мутному зеркалу у двери.

Из отражения на меня смотрел незнакомец. Высокий, широкоплечий, с резкими чертами лица и дерзким взглядом — настоящий породистый воин. Это была я и в то же время не я. «Шикарный мужчина», — мелькнуло в голове, и я невольно залюбовалась результатом своего безумного плана.

— Я сказал: не переступать черту, — раздался за спиной голос, от которого по коже пробежал мороз.

Кайден поднялся. Он был выше меня, мощнее, а в его глазах полыхала настоящая ярость. Казалось, сама комната стала меньше от его присутствия.

— Оу, прости, зеркало так и манило, — я шутливо подняла руки и попятилась на свою половину. — Не знал, что любование собой — это нарушение границ суверенного королевства «Кровать Кайдена».

Он не оценил иронии. Шагнув вплотную, так что я почувствовала жар его тела и запах стали, он процедил:

— Тебе повезло, парень. Я женщин не бью. Но твою смазливую морду я с удовольствием подправлю, если еще раз нарушишь уговор.

Сердце пропустило удар. Он сказал «женщин»? Неужели раскусил? Но взгляд его был полон презрения, а не подозрения. Он просто оскорблял меня, называл девчонкой из-за моей внешности.

Я выпрямилась, глядя ему прямо в глаза, и ответила своим новым баритоном:

— Какое совпадение. Я тоже не бью женщин, но сегодня, кажется, придется сделать исключение ради тебя.

Кайден опасно сощурился. Между нами буквально летели искры.

— Твое «исключение» сделает начальник академии, — холодно бросил он, — когда узнает, кто ты на самом деле и откуда притащил свои манеры. А теперь — брысь на свою койку.

Я выставила руки перед собой, словно пытаясь отгородиться от него невидимой стеной. Медленно, шаг за шагом, я пятилась назад, пока колени не коснулись края перины, и обессиленно села на кровать. Он поднял на меня взгляд — холодный, непроницаемый — и, ничего не сказав, вышел из комнаты.

Наверное, ушел на ужин, но мне не хотелось никуда идти. Я просто откинулась назад, легла на покрывало и уставилась в потолок, думая о том, что, возможно, мое поведение не совсем мужское, раз он мне пока еще не врезал.

Прошел час, прежде чем дверь снова скрипнула. Он вернулся. Снова та же тяжелая походка, то же равнодушие. Он молча прошел к столу и сел. Ни взгляда в мою сторону, ни единого слова, будто меня и вовсе не было в этой комнате.

Когда пришло время ложиться спать, обстановка в комнате стала еще более напряженной. Кайден, нисколько не смущаясь, стянул с себя одежду и остался в одних трусах. Я старалась не смотреть в его сторону, но краем глаза заметила его тренированное тело.

Меня же сковал страх: а что, если артефакт даст сбой, пока я сплю? Если морок развеется, окажусь обезоруженной девушкой в комнате с этим опасным типом. Решив не раздеваться, я легла прямо в рубашке, натянув одеяло до самого подбородка.

Кайден замер у своей койки и окинул меня подозрительным взглядом.

— Ты что, собрался спать в одежде? — буркнул он.

— Прохладно просто, — отозвалась я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Из твоего открытого окна знатно сквозит.

Он коротко хохотнул, но взгляд остался холодным.

— Неженка. А если бы ты попал в общую казарму? Ты, наверное, даже не знаешь, что здесь общие душевые? Там тебе никто не позволит кутаться в тряпки.

Я вызывающе вскинула подбородок, скрывая за дерзостью панику:

— А что я там не видел? Подумаешь, душевые, — бросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более небрежно. — Я своего тела не смущаюсь. Просто я не привык дрожать от холода ради сомнительного удовольствия спать голышом.

Кайден лишь хмыкнул, поудобнее устраиваясь на своей койке, и заложил руки за голову. Его спокойствие бесило и пугало одновременно.

Тишина в комнате давила на уши. Я чувствовала, как напряжение между нашими койками вибрирует, словно натянутая тетива. Спать в такой обстановке было невозможно, и я, переборов страх, решила пойти в атаку.

— А знаешь, — подала я голос, глядя в потолок, — я ведь думал, что ты какой-то монстр. Ну, судя по тому, как про тебя начальник академии говорил. А ты, оказывается, вполне нормальный человек. По крайней мере, пока молчишь.

Кайден даже не шелохнулся, но я кожей почувствовала, как он напрягся.

— Слушай, а почему на самом деле съехал твой предыдущий сосед? — не унималась я. — Неужели испугался того, что ты спишь в обнимку с железякой?

— Завали свой рот, — глухо бросил он, не открывая глаз. Голос его звучал как предупредительное рычание цепного пса.

Но я уже закусила удила. Если он увидит, что я его боюсь — мне конец.

— И тебе доброй ночи. Кстати, меня зовут Эш, — добавила я, стараясь, чтобы это прозвучало максимально дружелюбно и одновременно дерзко.

Кайден резко приподнялся на локтях. В полумраке его глаза сверкнули недобрым огнем, а плечи казались еще шире.

— Мне плевать, как тебя зовут, — процедил он, и в его интонации сквозило неприкрытое отвращение. — Для меня ты — просто очередная проблема, которая исчезнет через пару дней. Так что избавь меня от своего имени и своего присутствия.

Я лишь усмехнулась, поудобнее устраиваясь на подушке.

— Какое совпадение, — бросила я через плечо. — А я как раз планировал задержаться. Так что привыкай к моему имени, «сожитель».

Он ничего не ответил, лишь тяжело выдохнул и рухнул обратно на кровать. А я с ощущением выполненного долга мгновенно уснула.

Глава 2. Два принца — две угрозы.

Я проснулась от странного ощущения чужого присутствия. Разомкнув веки, я едва не лишилась чувств: прямо у моей кровати, верхом на стуле, сидел Кайден. Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего, а в глазах застыл холодный расчет.

— А-а! — вскрикнула я, но крик вышел тонким, предательски женским.

Кайден мгновенно накрыл мой рот ладонью, вжимая голову в подушку.

— Тише, «сожитель», — прошипел он.

Я похолодела. Мой голос… Почему он звучит как мой?! Я судорожно ощупала лицо, плечи и с ужасом поняла: я снова Эшли. Взгляд упал на руку — пальцы были пусты. Мое кольцо было у него.

— Отдай… отдай кольцо, Кайден, — прошептала я, когда он убрал руку. Голос дрожал.

— Зачем? — он лениво покрутил артефакт в пальцах. — Я же говорил: имя мне твое не пригодится. Тебе уже пора убираться.

— Послушай, — я села на кровати, кутаясь в одеяло, — мне некуда идти! Мне нужно всего лишь отучиться год и отслужить год. Тогда мне дадут имение… Ну, или хотя бы комнату. У меня будет свой дом, понимаешь? Свой собственный дом! Я не понимаю, как ты нашел кольцо? И как ты понял?..

Кайден усмехнулся, глядя на меня как на умалишенную.

— Ты действительно не знаешь, кто я?

Я медленно покачала головой.

— Я кронпринц, — отрезал он, и у меня перехватило дыхание. — И любой дракон заметит личину. Как ты вообще собираешься здесь служить? Тебя в первый же день на плацу вычислят.

— Но это мой единственный шанс! — я подалась вперед. — Скажи, на каком расстоянии видна личина?

— Около сорока сантиметров, — нехотя ответил он, продолжая разглядывать кольцо. — Если не подпускать никого вплотную, может, и продержишься пару часов. Но это безумие.

— Спасибо. А теперь отдай кольцо, — я протянула руку.

Кайден долго молчал, взвешивая артефакт на ладони. В комнате повисла тяжелая тишина.

— Хм… Знаешь что? Твоя взяла. Вот кольцо. — Он бросил мне его, и я едва успела поймать сокровище. — Но с этого момента ты будешь выполнять все, что я скажу. Беспрекословно.

— И первое, что ты скажешь — это убираться отсюда? — горько усмехнулась я, натягивая кольцо на палец и чувствуя, как тело снова наливается мужской силой.

— Нет, — Кайден поднялся, расправляя свои широкие плечи. — У меня на тебя совсем другие планы. Теперь ты принадлежишь мне, Эш, — отчеканил он, и мое новое имя в его устах прозвучало как приговор. — Но не обольщайся. Черта в этой комнате останься чертой. Повторюсь: не смей ее переступать.

Я посмотрела в сторону зеркала.

— Ладно, к зеркалу подходи, — он бросил короткий взгляд в сторону двери, — но перестань так откровенно на себя пялиться. Это выглядит нелепо. И убери свою манеру дерзить.

Он сократил дистанцию до того самого опасного предела в сорок сантиметров.

— Твои колкости… — Кайден криво усмехнулся. — В них нет мужской дерзости. Ты кокетничаешь, даже не замечая этого. Я раскусил тебя сразу же, как только ты открыл рот. Если хочешь выжить — учись быть солдатом, а не базарной девчонкой.

Сглотнув, я почувствовала, как краска заливает лицо. Значит, все мои остроты, которыми я так гордилась, для него были лишь неумелым спектаклем.

— У меня на тебя другие планы, — повторил он, отходя к окну. — Собирайся. Сегодня ты узнаешь, что такое настоящая служба. И постарайся не упасть в обморок.

Натянув быстро форму, я старалась не встречаться с Кайденом взглядом, пока застегивала плотный колет. Каждое движение под его надзором казалось неуклюжим. Когда мы вышли из комнаты, коридоры академии уже гудели от шагов сотен кадетов.

Кайден шел впереди, чеканя шаг, а я старалась держаться чуть позади, как и подобает адъютанту. Перед самыми дверями столовой он притормозил и, не оборачиваясь, бросил через плечо:

— Слушай внимательно, Эш. К драконам даже не лезь. У них чутье на личину острее, чем у ищейки. Видишь те ряды у окон? Это столы драконов и высшей знати. Тебе там делать нечего.

Он кивнул в сторону дальней части зала, где было шумнее всего.

— Самое лучшее для тебя — сесть к боевым светлым магам. Столы номер пять и восемь. Они слишком заняты своими искрами и расчетами заклинаний, чтобы разглядывать соседа. Там ты затеряешься.

Молча кивнув, я запоминала номера. В столовой пахло свежеиспеченным хлебом, жареным мясом и рыбой. Получив свою порцию — густую кашу и кусок запеченной рыбы, — я направилась к восьмому столу.

Кайден, не оглядываясь, прошествовал к середине зала. Я видела, как он сел во главе стола драконов, и вокруг него тут же воцарилась почтительная тишина. Он выглядел там на своем месте — холодный, властный, истинный кронпринц.

Я же пристроилась на край скамьи между двумя парнями, которые оживленно спорили о концентрации маны. Один из них мельком взглянул на меня, но тут же потерял интерес, вернувшись к своей тарелке. Я выдохнула. Еда казалась безвкусной из-за кома в горле.

Маг, сидевший справа от меня, внезапно отвлекся от спора о мане и повернулся ко мне. Его звали Лукас — парень с копной рыжих волос и дружелюбной, хотя и немного усталой улыбкой.

— Эй, новенький, — негромко произнес он, протягивая руку. — Я Лукас. Не видел тебя раньше на зачислении. Ты из поздних?

Я пожала его ладонь, контролируя силу рукопожатия.

— Эш, — ответила я, стараясь говорить максимально спокойно и сдержанно, как и советовал Кайден. — Да, документы приняли только вчера.

— Повезло, что тебя определили к нам, к светлым магам, — хмыкнул его товарищ напротив. — А то ходят слухи, что тебя поселили в тринадцатую комнату. Это правда?

Кивнув, я ощутила, как внутри все заледенело.

— Правда. А что не так с этой комнатой?

Маги переглянулись. Лукас понизил голос до шепота:

— Просто береги себя, парень. В тринадцатой комнате уже второй год подряд умирают соседи принца. Говорят, Кайдена не просто так называют «палачом». С ним никто не уживается… физически.

Меня пробрал ледяной страх, но я лишь медленно кивнула, заставляя себя проглотить последний кусок рыбы.

— Спасибо за предупреждение, — ответила я без тени колкости. — Постараюсь стать исключением.

Завтрак подошел к концу, и над столовой разнесся оглушительный звон колокола. Нас всех собрали в огромном главном зале, разделяя по курсам. Я видела, как Кайден уверенно зашагал к рядам четвертого курса — там собрались самые статные и опасные кадеты. Я же, оглядываясь по сторонам, нашла свой поток первокурсников.

Тысячи людей заполнили это колоссальное пространство. На возвышении, рядом с шеренгой суровых офицеров академии, вышел вперед генерал в безупречно выглаженной форме королевской гвардии. Его голос, усиленный магией, громом прокатился под сводами зала:

— Учебный год начался! В этом году совет принял беспрецедентное решение: нам разрешили направлять кадетов первого курса на практику в освобожденные территории.

По залу пронесся восторженный гул. Генерал поднял руку, призывая к тишине.

— Раньше без практики после первого курса вы могли рассчитывать только на самые низшие ряды гвардии. Теперь же у лучших из вас появится возможность претендовать на офицерские звания наравне со вторым курсом. Ваша судьба — в ваших руках.

Я почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Это был мой шанс получить то самое имение гораздо быстрее, чем я рассчитывала. Но цена за этот шанс, кажется, только что выросла.

После собрания огромная толпа кадетов хлынула в коридоры. Сверившись с помятым листком расписания, я отправилась на первую лекцию. История королевства. Гвардеец — это не просто живой щит, это символ власти, а значит, мы обязаны были знать каждую великую битву и каждое имя в королевской родословной.

Я нашла аудиторию — огромный амфитеатр с крутыми рядами скамей. Выбрав место в самой середине, чтобы не привлекать внимания, но при этом все слышать, я приготовила перо и бумагу.

Офицер вошел ровно с ударом колокола. Это был старик с военной выправкой, чей мундир сидел на нем идеально, несмотря на почтенный возраст. Сухое лицо, испещренное морщинами, как старая карта, и один стеклянный глаз, который неподвижно смотрел в пространство, наводили трепет.

— Пишите, — сухо бросил он, даже не представившись. — Эпоха Трех Разломов. Битва при долине Ашхер. Именно там первый король-дракон объединил разоренные земли, подчинив себе магию крови…

Его голос скрипел, как старый пергамент, но диктовал он быстро, чеканя даты и факты. Я строчила, не поднимая головы. Пальцы сводило, но я не могла позволить себе пропустить ни слова.

— Как я говорил вам вчера, — офицер обвел зал своим единственным живым глазом, — лекций у вас будет очень мало. В основном — изматывающие тренировки. Поэтому прошу запоминать всю информацию здесь и сейчас. Записывайте каждое слово. Экзамен будет в конце курса, а лекции закончатся уже через три месяца. Дальше — только пот, сталь и кровь.

Закусив губу, я сильнее сжала перо. Мне это нужно было больше, чем любому из этого зала. У них были семьи, деньги и будущее, а у меня — только этот шанс и кольцо, которое могло подвести в любой момент. Каждое записанное слово было моим кирпичиком в фундаменте того дома, о котором я так мечтала.

Когда лекция закончилась, в ушах все еще стоял звон дат и имен. Но отдыхать не пришлось. Поток кадетов, подгоняемый суровыми окриками дежурных, направился в тренировочный зал.

Мы ввалились в зал огромной толпой. Высокие своды эхом отражали звон доспехов и шарканье сотен сапог. В центре зала, скрестив руки на груди, нас ждал главный инструктор — мужчина с лицом, будто вырубленным из гранита. Рядом с ним замерли еще четверо офицеров, их взгляды были холодными и оценивающими.

— Слушать сюда, щенки! — голос главного громом раскатился под потолком. — Сегодня ваши мечты о славе закончатся здесь. Мы начинаем с физической подготовки. Если кто-то из вас думал, что гвардеец — это просто парень в красивом мундире, вы ошиблись. Сначала мы выжмем из вас весь жир, а потом посмотрим, кто достоин взять в руки сталь.

Физическая подготовка превратилась в сущий ад. Мы бегали кругами, таская на плечах тяжелые мешки с песком, прыгали и приседали до темноты в глазах. Мне было невыносимо тяжело притворяться Эшем. Плечи ныли, пот застилал глаза, а дыхание вырывалось из груди хриплым свистом. Каждую секунду мне казалось, что я вот-вот рухну на каменный пол и мой секрет раскроется вместе с моей слабостью.

Но стоило мне коснуться кольца, как по телу пробегала странная дрожь. Артефакт не только менял мою внешность, но и будто подпитывал меня изнутри, не давая сознанию погаснуть.

— Упор лежа! Отжимания — сто раз! — скомандовал инструктор.

Я видела, как парни вокруг меня мерно опускаются и поднимаются, словно заведенные механизмы. Похоже, большинство из них занимались спортом задолго до того, как переступили порог академии. Я же на сороковом разе почувствовала, что руки превратились в вату. Я замерла, дрожа всем телом, и больше не смогла подняться.

Главный офицер медленно подошел ко мне. Он ничего не сказал, просто строго посмотрел сверху вниз и разочарованно покачал головой. Этот взгляд обжег меня сильнее любого кнута.

— Достаточно самоистязаний, — прогромогласил он. — Теперь переходим к парным тренировкам. Посмотрим, умеете ли вы хоть что-то, кроме как валяться на полу.

Нас начали распределять. Судьба, словно издеваясь, поставила меня в пару с настоящим красавцем-блондином. У него была идеальная выправка и уверенный, почти надменный взгляд. «Главное — не пялиться на него как девчонка», — твердила я себе, сильнее сжимая кулаки.

— Сражение будет на учебных мечах! — объявил инструктор, пока остальные четверо офицеров разошлись по залу, чтобы следить за каждым нашим движением.

Блондин легко, почти изящно взмахнул своим мечом и прищурился, глядя на меня. Я поняла: сейчас начнется настоящая проверка.

Инструктор ударил в гонг, и звук металла эхом разлетелся по залу.

— Сражение до трех побед! — прогремел он, проходя мимо нашей пары. — Покажите, на что способны ваши кости, если в головах пусто!

Блондин тут же сорвался с места. Его движения были отточенными, почти грациозными, словно он родился с мечом в руке. Я выставила блок, и тяжесть тренировочного клинка едва не вывернула мне кисть. Благодаря годам тренировок в приюте с самодельной деревяшкой я знала, как уходить от прямых ударов, но здесь все было иначе. Баланс, вес, скорость — все было на другом уровне.

Первый раунд закончился быстро. Он сделал обманный замах, я повелась, и через секунду кончик его меча уперся мне в грудь.

— Один — ноль, — бросил он с легкой усмешкой.

Во второй раз я попыталась атаковать первой, используя свою ловкость. Мне удалось навязать быстрый темп, и на мгновение в его глазах промелькнуло удивление. Но блондин был предсказуемо быстрее. Он легко парировал мой выпад, перехватил инициативу и мощным ударом по гарде выбил у меня почву из-под ног. Я позорно растянулась на матах.

Третий раунд стал финальным аккордом моего унижения. Я уже тяжело дышала, пот заливал глаза, а палец под кольцом покалывало от напряжения артефакта. Он просто играл со мной. Дождавшись, когда я раскроюсь для замаха, он ловко подсек мне ногу, и я рухнула на маты, а он приставил лезвие к моему горлу.

— Три — ноль, — констатировал он, убирая меч в сторону.

Я лежала на матах, глядя в высокий потолок и пытаясь унять дрожь в мышцах. Блондин неожиданно протянул мне руку, чтобы помочь подняться. Его ладонь была сухой и крепкой.

— Ты вообще не готовился перед поступлением сюда, что ли? — спросил он, внимательно разглядывая мое запыхавшееся лицо. — Техника у тебя странная, как будто дворовая.

Я приняла помощь и, стараясь придать голосу мужскую уверенность, хрипло ответила:

— Я думал, и без этого справлюсь.

Он замер, впившись в меня пристальным взглядом. Казалось, он ищет что-то в моих глазах, какую-то зацепку. Наконец он коротко хмыкнул, явно забавленный моей самоуверенностью.

— Дерзко. Но здесь одного гонора мало, — сказал он. — Я — Райан. Запомни, раз уж нам вместе топтать этот плац.

— Эш, — буркнула я в ответ.

Инструктор, обходя ряды запыхавшихся и потных первокурсников, дождался, пока последние пары закончат поединок. Его взгляд не обещал ничего хорошего.

— Слушайте сюда! — рявкнул он. — Если за семестр не успеете выучить базу и отточить технику — вылетите отсюда раньше, чем закончится курс. Все свободны. Все в душ!

Я поплелась к выходу, чувствуя, как с каждым шагом паника сжимает горло. «Открытые душевые… общие душевые…» — слова Кайдена набатом бились в голове. Это был кошмар, к счастью у меня внизу было так же как и вверху, артефакт работал безупречно, меняя облик полностью на мужской. Переживала лишь, чтобы из-за воды артефакт не начал слабеть. Оказаться Эшли в душевой было бы моим концом.

— Эш, ты чего так медленно тащишься? — окликнул меня Райан, пристраиваясь рядом. — Бой тебя совсем измотал?

Я на мгновение оцепенела, но тут же взяла себя в руки и спокойно ответила, чуть прибавив шаг:

— Просто мышцы забились. Непривычно.

Когда мы зашли в раздевалку, мне стоило огромных усилий удержать лицо. Вокруг, никого не стесняясь, ходили абсолютно голые мужчины. Я старалась смотреть в пол, в стену, куда угодно, только не на них. Райан, который уже начал расстегивать ремень, заметил мое смятение и подозрительно прищурился.

— Эш? Ты что… нетрадиционной ориентации? — в лоб спросил он, остановившись.

— Нет! Ты что… Конечно нет! — выпалила я, чувствуя, как щеки начинают гореть. — За кого ты меня держишь?

— У тебя просто такой вид… — он неопределенно помахал рукой. — Будто ты впервые голых мужиков видишь.

— Тебе показалось

Когда с одеждой было покончено, я мельком осмотрела себя и шумно выдохнула, чувствуя, как гора сваливается с плеч, там все было так как нужно, и направилась к душевым стойкам. Главное было — не намочить руку с кольцом. Я не знала, как поведет себя древняя магия под струями воды, и рисковать не собиралась, поэтому держала правую ладонь повыше, подальше от брызг.

Райан закончил мыться на удивление быстро. Он не ушел в раздевалку, а замер неподалеку, бесцеремонно разглядывая меня. Я почувствовала кожей его тяжелый взгляд, обернулась и резко спросила:

— Что?

Он лишь пожал плечами, не отводя глаз.

— Ничего. Я подожду тебя, — спокойно бросил он.

Я замерла под струей воды, недоуменно вскинув брови.

— Зачем?

Райан вдруг весело рассмеялся, и этот звук эхом отразился от кафельных стен.

— Вместе пойдем в столовую, Эш! Пора привыкать к компании, — бросил он и, наконец направился к своему шкафу.

Как только он скрылся за поворотом, я снова украдкой осмотрела себя. Личина была на месте: крепкие плечи, узкие бедра, мужская грудь. «Фух… пронесло», — пронеслось в голове. Но этот навязчивый интерес Райана начинал меня пугать не меньше, чем ледяной взгляд Кайдена.

Когда я вышла из душа, в помещении осталось всего несколько человек. Райан действительно сидел на скамье и ждал меня. Кто-то из проходящих мимо кадетов окликнул его, зазывая в столовую, но он только отмахнулся:

— Не, я Эша жду.

Я торопливо оделась, чувствуя кожей его спокойный, изучающий взгляд. Мы вышли в коридор, где эхо наших шагов смешалось с гулом голосов. Райан шел рядом и непринужденно завел разговор:

— Слушай, а ты сам откуда? Семья-то есть?

— Нет, — коротко ответила я, глядя прямо перед собой. — Я из приюта.

Он на мгновение замолчал, и я почувствовала в этой тишине не жалость, а нечто более глубокое. Но додумать я не успела: навстречу нам шел Кайден. Его лицо было непроницаемым. Он сухо поздоровался с Райаном, а затем жестом попросил меня отойти.

Как только мы оказались вне зоны слышимости, Кайден прошипел:

— Я же, кажется, сказал держаться подальше от драконов.

— В смысле? — опешила я.

— Райан — дракон, — отрезал он. — А еще мой младший брат.

У меня перехватило дыхание.

— Тогда почему он живет не с тобой в тринадцатой комнате?

— И он уже знает, что ты не Эш, — Кайден проигнорировал мой вопрос и смерил меня тяжелым взглядом. — Драконам это невозможно не заметить. Молись, чтобы он никому не сказал. Удачи.

Кайден ушел, даже не оглянувшись. Я стояла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Райан по-прежнему ждал меня у стены. Когда я подошла, он внимательно посмотрел мне в глаза:

— Все в порядке?

— Да… — выдавила я.

Мы зашли в столовую, где гул голосов и звон приборов стояли стеной. Запах свежего обеда — наваристого мясного рагу со специями и горячих пышных лепешек — на миг заставил забыть о страхе. Я получила свою порцию и, не оглядываясь, быстрым шагом направилась к восьмому столу, где сидели светлые маги. В глубине души я отчаянно надеялась, что Райан, как положено принцу-дракону, отправится к своим, во главу зала.

Но стоило мне опустить поднос на деревянную столешницу, как напротив с грохотом приземлился Райан.

— Раз у тебя нет семьи, то и в выходные ты остаешься здесь, в академии? — спросил он, принимаясь за еду так непринужденно, будто мы были старыми друзьями.

Я медленно кивнула, ковыряя ложкой рагу.

— Пока не выгонят, — коротко бросила я, стараясь не поднимать глаз.

Райан горько усмехнулся. В его взгляде мелькнуло что-то странное — то ли сочувствие, то ли опасный азарт.

— Скука смертная. Слушай, Эш, а поехали со мной на эти выходные? В столице куда интереснее, чем в этих сырых стенах.

Я едва не поперхнулась лепешкой. Ехать в логово драконов, где каждый второй может учуять мою личину? Ну уж нет. К тому же в голове созрел другой план: если Райан уедет, а Кайден, как кронпринц, наверняка тоже отправится в замок, я наконец-то останусь одна в комнате. Без масок, без страха и без этого невыносимого кольца хотя бы на пару дней.

— Спасибо, но я пас, — отрезала я.

Райан отодвинул пустую тарелку и, подавшись вперед, спросил:

— Что планируешь делать после обеда? Первый месяц обучения здесь довольно легкий, почти без серьезных нагрузок. Но с твоими навыками… — он многозначительно замолчал. — Чтобы ты не вылетел в первом же семестре, я предлагаю тебя потренировать.

Я замерла с куском лепешки в руке.

— И какая тебе от этого польза? — подозрительно прищурилась я.

— Пока не знаю, — он пожал плечами с самым беззаботным видом.

Я отложила еду и решилась пойти в лобовую атаку:

— Знаешь, на самом деле я бы задал тебе встречный вопрос. Тот же, что и ты мне задал в раздевалке.

Райан ни на секунду не смутился. Его взгляд остался прямым и честным.

— Если тебя это волнует, то мне нравятся только женщины.

— Просто взгляд у тебя на меня… какой-то странноватый, — буркнула я, чувствуя, как краснеют уши.

— Я ответил на твой вопрос, — отрезал он, и в его голосе на миг промелькнула сталь, свойственная его брату. — Так что насчет моего предложения?

Я взвесила все «за» и «против». С одной стороны — риск разоблачения, с другой — позорный вылет из академии.

— Идет, — выдохнула я.

Его глаза тут же азартно блеснули.

— Значит, поедешь со мной в столицу?

— Нет. Потренируюсь, — твердо ответила я.

Райан поднялся из-за стола, нависая над восьмым столом как настоящая скала.

— Тогда в пять в тренировочном зале. Не опаздывай, Эш.

Я молча кивнула, глядя ему в спину. Похоже, он не просто намекал, что знает мой секрет — он буквально играл со мной. Но чего он хочет? Помочь, разоблачить или превратить мою жизнь в еще больший кошмар, чем это делает Кайден?

Глава 3. Приказ, которому нельзя перечить.

После обеда я вернулась в комнату. Какое счастье — Кайдена не было. Учитывая, что обед затянулся, у меня оставалось всего два часа свободного времени. Я решила прилечь и почитать историю, но усталость взяла свое, и я незаметно уснула.

Проснулась от резкого звука: Кайден поворачивал ключ в замке. Я подскочила на кровати как ошпаренная, когда он вошел.

— Сколько времени? — выдохнула я, лихорадочно поправляя кольцо.

— Почти пять, — безучастно ответил он.

— О… мне пора! — я кинулась к двери, но он преградил мне путь, выставив руку.

— Куда это ты так спешишь?

Я замялась, пытаясь подобрать слова:

— Не смог отказать Райану. Он предложил потренироваться вместе.

Кайден усмехнулся, и в его глазах блеснула опасная искра.

— Похоже, он видит даже больше, чем я. Может, он видит тебя и вовсе без личины?

В ужасе я вытаращила глаза:

— Что?! Так вот почему он так пялился в душе?!

Кайден внезапно рассмеялся — это был редкий, холодный звук.

— О, я смотрю, тебе есть что рассказать, — он покачал головой. — Расслабься, я шучу. Не может он так видеть. Просто от тебя разит женщиной, и я бы сказал — не самой простой. Драконы чувствуют суть изнутри.

— Освободи путь, — проворчала я, чувствуя, как краснеют щеки.

— Я иду с тобой, — отрезал он, открывая дверь.

И мы вместе направились в тренировочный зал. Когда мы в него вошли, Райан уже был там. Он стоял спиной к нам, медленно разминая плечи, и, даже не оборачиваясь, произнес:

— Ты привел с собой друга, Эш?

Его голос эхом разнесся по пустому залу. Кайден сделал шаг вперед, заслоняя меня плечом, и в его позе сквозила ледяная угроза.

— Что тебе нужно от нее? — в лоб спросил он.

Райан медленно повернулся, и на его губах играла странная, пугающая улыбка.

— Не знаю. Раз уж ей так нужно быть здесь, я решил помочь.

Я стояла позади них, выпучив глаза. Они говорили обо мне в женском роде, совершенно не скрываясь, будто моя личина для них обоих была лишь прозрачным стеклом.

— Я сам ей помогу, — отрезал Кайден.

— О, неужели твой дракон тоже это чувствует? — Райан прищурился, в его взгляде вспыхнул опасный интерес.

— Не понимаю, о чем ты, — холодно бросил Кайден, но я заметила, как напряглись его пальцы на рукояти меча.

Райан медленно обошел нас по кругу, не сводя с меня глаз.

— Нам нужно узнать, откуда она на самом деле… — задумчиво протянул он.

— Мы и так знаем, — Кайден дернул желваком.

— Но как такое возможно?

— Без понятия.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Ситуация становилась абсурдной: два высших дракона-принца стоят в пустом зале и спорят о «парне», который на самом деле — девчонка из приюта.

— Оу… вы знаете, я тут вспомнил… у меня там дела срочные! Ну там, свитки знаний не развернуты, и стопа моя не осквернила земель сожителя своим присутствием, — выдавила я, пытаясь придать голосу непринужденность.

Резко развернувшись, я зашагала к выходу, надеясь, что мой позорный побег сочтут просто странностью. Но не тут-то было. Кайден в одно мгновение оказался у двери, преграждая мне путь своей мощной фигурой. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Нет-нет, постой, — раздался сзади вкрадчивый голос Райана. — Тренироваться нужно, Эш. Иначе ты вылетишь из академии быстрее, чем научишься правильно держать меч.

Остановившись, я обернулась, чувствуя, как внутри закипает злость пополам с отчаянием.

— Парни, — я сделала ударение на этом слове, — со стороны это выглядит, мягко говоря, странно. Два элитных кадета-принца, пристают к обычному парню в пустом зале. О нас поползут слухи, вам не кажется?

Кайден лишь криво усмехнулся, глядя на меня.

— Если тебя так волнует твоя репутация «парня», я могу прямо сейчас снять с тебя личину, — тихо произнес он, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. — Хочешь проверить, как быстро разлетятся слухи тогда?

Я посмотрела на него максимально злобно. Этот шантаж был низким даже для кронпринца.

Райан, словно не замечая нашего безмолвного поединка взглядов, взмахнул учебным мечом, рассекая воздух.

— Ну так что, Эш? Начнем тренировку?

Кивнув, я взяла меч.

Тренировка превратилась в бесконечный цикл боли и концентрации. Первым был Райан. Он двигался плавно, почти лениво, и голос его звучал спокойно: «Держи баланс, Эш. Выпад должен идти от бедра, а не от плеча». Он поправлял мою стойку едва заметными касаниями, и его уроки ложились в память легко, как будто мы просто танцевали.

Но стоило ему смениться Кайденом, как все превратилось в сущий ад. Кайден не учил — он нападал. Его удары были тяжелыми, безжалостными, заставляли мои кости вибрировать от каждого блока. Он загонял меня в угол, не давая продохнуть. «Слабо! Опять раскрываешься! Ты уже труп!» — рычал он, нанося очередной колющий удар, от которого я едва успела уклониться, кувыркаясь по пыльному полу.

За два часа моя одежда насквозь пропиталась потом, волосы прилипли ко лбу, а легкие горели. А они? Эти двое стояли передо мной, даже не запыхавшись, будто просто вышли на легкую прогулку.

— Пора на ужин, — сухо бросил Кайден, убирая меч в ножны.

— Я пас, — выдохнула я, опираясь на колени. — Мне нужно в душ. Больше я ничего не хочу.

— Составить компанию? — Кайден вскинул бровь, и в его глазах промелькнула насмешка.

Я выпрямилась, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Зачем? Послушайте, мне не нужны никакие компании. Спасибо, конечно, за тренировку, но все, что мне нужно от этого места — это документ об окончании года обучения. И больше ничего!

Развернувшись, я пошла к выходу. В этот раз мне действительно никто не преградил путь. Я доплелась до душевой, зашла внутрь и с наслаждением подставила тело под ледяную воду. Смыв с себя грязь и усталость, я вышла в раздевалку, надеясь на тишину.

Но там, прислонившись к шкафчику, стоял Райан. Опять.

— Да что тебе нужно от меня?! — не выдержала я, кутаясь в полотенце.

Он улыбнулся и, ни слова не говоря, положил контейнер с едой прямо на скамью рядом с моими вещами.

— Я принес ужин, — сказал Райан. — Столовую уже закрыли, ты бы не успел, Эш. Кем были твои родители?

Я замерла, не зная, стоит ли принимать этот жест заботы от человека, который видит меня насквозь.

— Спасибо… — тихо ответила я. — Но я в приюте с двух лет, поэтому я не знаю. Ничего не помню. Не уверена, что имя и фамилия у меня с рождения.

Он хмыкнул, постоял мгновение в раздумьях, словно взвешивая мои слова, а потом коротко попрощался и ушел. Я быстро оделась, чувствуя, как холодный воздух раздевалки кусает кожу, и направилась в комнату.

Внутри уже сидел Кайден. На столе у моей кровати стоял еще один контейнер. Он кивнул на него и сухо бросил:

— Взял тебе еды.

Я молча поставила рядом второй контейнер — тот, что принес Райан. Кайден проследил за моим движением и хмыкнул, но комментировать не стал. Аппетита не было совсем, внутри все сжалось от усталости и нервного напряжения.

— Сними кольцо, — внезапно приказал он.

— Что? — я опешила, во все глаза глядя на него.

— Слушаться беспрекословно, помнишь? — напомнил он ледяным тоном, в котором не было места для споров.

Я подчинилась. Стоило кольцу соскользнуть с пальца, как магия развеялась. Мои пшеничные волосы тяжелой волной рассыпались по плечам, черты лица смягчились, а в зеркале снова отразилась девушка с огромными голубыми глазами. Кайден подошел ко мне вплотную, почти касаясь, и начал пристально вглядываться в мое лицо, словно искал в моих глазах ответы на вопросы, которые еще не успел задать.

— Как зовут на самом деле? — вдруг спросил он, не отрывая взгляда.

— Кого? — глупо переспросила я, хотя сердце пропустило удар.

— Тебя.

— Эшли, — выдохнула я, понимая, что лгать бесполезно.

— Оригинально, — он качнул головой. — Дай угадаю: просто убрала лишние буквы?

Я молча кивнула. Скрывать правду было бессмысленно.

Кайден перевел взгляд на стол, где стояли два контейнера с едой, и его лицо снова стало непроницаемым.

— Ты съешь именно ту еду, которую принес я. Прямо сейчас.

Аппетита не было совершенно — желудок скрутило от нервного напряжения, но я знала: выбора у меня нет. Один его намек начальнику академии на мой секрет — и я окажусь на улице. А идти мне некуда.

Покорно сев за стол, я начала есть. Мужская одежда, которая с личиной сидела идеально, теперь висела на мне мешком. Это было унизительно и неудобно, но, глядя на Кайдена, я видела, что он явно наслаждается своим спектаклем. Он упивался своей властью надо мной.

Когда я закончила, он поднялся и, уже у самой двери, бросил через плечо:

— И не строй планов на выходные. Ты уезжаешь вместе со мной.

Кайден вышел, и за дверью наконец воцарилась тишина. Я стояла посреди комнаты в своем истинном облике — с распущенными волосами, в нелепо висящей мужской одежде, чувствуя себя до ужаса беззащитной. Каждый шорох в коридоре заставлял сердце биться в горле. Казалось, вот-вот дверь распахнется, и кто-то из кадетов увидит меня такой. Страх разоблачения был сильнее усталости.

«Хватит», — приказала я себе. Дрожащими пальцами я нащупала кольцо и снова надела его. Магия привычно больно ударила по телу.

Подойдя к зеркалу, я замерла, разглядывая «Эша». Этот парень в отражении выглядел измотанным, но привычным. Он был моей броней, моей единственной защитой в этом змеином логове. Я так увлеклась изучением собственного обмана, что не заметила, как дверь снова открылась.

— Мне что, на секунду нельзя отлучиться? — раздался за спиной холодный голос Кайдена.

Вздрогнув, я резко обернулась, едва не задев стол.

— Мне страшно, что кто-то зайдет! — выпалила я, пытаясь оправдать свою спешку. — Если меня увидят, а я буду… собой, мне конец.

Кайден медленно прошел вглубь комнаты, и в его взгляде снова промелькнуло опасное раздражение.

— Успокойся. Кроме тебя, смертника — а точнее, смертницы, — желающих заходить сюда нет. Все знают, что я не люблю гостей.

Он подошел ко мне, возвышаясь темной, давящей фигурой.

— А теперь сними кольцо, — отрезал он, и его голос стал почти рычащим. — Эшем ты меня просто бесишь.

Подавшись его властному тону, я снова стянула кольцо с пальца. Магия привычно осыпалась искрами, возвращая мне девичье лицо и тяжесть волос на плечах. Я посмотрела на Кайдена, пытаясь осознать его странную настойчивость.

— Зачем тогда ты берешь меня с собой? — тихо спросила я, надеясь на какую-то логику в его действиях.

Кайден медленно перевел на меня взгляд, и в его глазах блеснуло что-то пугающее.

— Эш со мной не едет. Эшли едет.

У меня перехватило дыхание. Это было безумие.

— Но… мне нечего надеть! — выпалила я, чувствуя, как паника подступает к горлу. — Мое единственное платье разорвало в клочья при первом же использовании артефакта.

Кайден лишь скептически прищурился, оглядывая огромную на мне форму кадета.

— Не думаю, что приютские обноски подошли бы для бала.

Мир вокруг меня на мгновение замер.

— Какого еще бала? — прошептала я, надеясь, что ослышалась.

— На который ты идешь со мной, — отрезал он, словно это был уже решенный вопрос.

Он холодно отвернулся, начал небрежно раздеваться и вскоре лег в кровать, оставив меня стоять посреди комнаты в полном шоке. Я медленно, словно во сне, подошла к своей постели, но страх не отпускал.

— А если, пока мы спим, кто-то все-таки зайдет… а я в таком виде? — пролепетала я, косясь на закрытую дверь.

Кайден даже не пошевелился. Его голос прозвучал глухо и зловеще:

— Придется убить того, кто зайдет.

Я разделась, легла в кровать и натянула одеяло повыше.

«Он сказал — убить… Господи, он так спокойно об этом говорит. Значит, он сам расправляется со всеми своими соседями? И я следующая?» — эта мысль ледяным комом застряла в горле. А этот бал… Зачем он меня туда тащит? Опозорить перед всей знатью? Выставить на посмешище приютскую девчонку? Но главное — как теперь уснуть в одной комнате с этим чудовищем?

Я ворочалась с боку на бок, вслушиваясь в каждый шорох, пока за окном не начало светать. Забыться тяжелым сном удалось едва ли на три часа, когда меня бесцеремонно разбудил Кайден.

— Нет, ты так ни один норматив не сдашь, — его голос прозвучал над самым ухом как гром среди ясного неба. — Ты в курсе, что со второго полугодия тебя переведут в общую казарму? Там нужно будет встать и одеться, пока горит спичка.

С трудом я разлепила веки, чувствуя себя разбитым корытом.

— Нет… Зачем мне это? — пробормотала я сонно, едва ворочая языком. — Я не уверена, что вообще доживу до того времени.

Надев кольцо, я почувствовала, как магия привычно и болезненно растягивает плечи. В груди все сжалось, и я не сдержалась — тихо всхлипнула. Кайден в этот момент замер у двери: его лицо исказилось в какой-то злой, почти яростной гримасе. Он молча смотрел, как я дрожащими руками натягиваю форму, а потом, не проронив ни слова, просто вышел, с грохотом захлопнув дверь.

Я подошла к зеркалу. Из отражения на меня снова смотрел «красавчик Эш» — идеальная маскировка, за которой так удобно прятать страх. Пора идти на завтрак. Я быстро умылась, стараясь смыть следы бессонной ночи, и побежала в столовую.

Войдя в зал, я первым делом заприметила братьев. Оба сидели за столом драконов — элитным местом, куда простым смертным ход закрыт. «Отлично, — подумала я, — значит, завтрак будет спокойным». Я специально уселась к ним спиной за восьмой стол, мечтая просто исчезнуть в толпе кадетов.

Но тишина длилась недолго. Напротив меня на скамью тяжело опустился Райан. По-видимому, он уже поел.

— Что насчет выходных, Эш? — спросил он, внимательно вглядываясь в мое лицо. — Ты надумал?

Подняв на него взгляд, я прошептала:

— Кайден сказал, что я еду куда-то с ним.

Райан медленно встал. Он перевел тяжелый взгляд на брата, задержался на нем на пару секунд, а потом коротко бросил:

— Понял.

И ушел, оставив меня в относительном покое доедать кашу. Что ж, пусть хоть кто-то в этой академии знает, что я уезжаю с Кайденом. А то мало ли… вдруг он именно так и избавляется от своих сожителей — вывозит за пределы академии, и больше их никто не видит. Райан, конечно, тоже дракон, но, может, хотя бы он попросит брата меня не убивать.

Глава 4. Этерния: тень прошлого, которое не забыто.

После столовой я сразу рванула в аудиторию. Опаздывать к офицеру Драгеру — это все равно что добровольно пойти на эшафот. Он из тех старых служак, у которых вместо сердца, кажется, кусок гранита, а манеры… скажем так, в этой мужской академии гвардейцев вежливостью никто не страдает.

— Живее, олухи! Рассаживайтесь и заткнитесь! — рявкнул Драгер, едва я успела занять свое место и вытащить тетрадь.

Весь он был подтянутый, в строгой гвардейской форме, которая сидела на нем как влитая, несмотря на шрамы.

— Тема лекции: «Анатомия магов и монстров. Узлы маны», — прогремел голос офицера. — Гвардеец — это не мясник, — процедил он, расхаживая перед рядами кадетов. — Ваша задача — не махать мечом и магией как попало, а бить точно в узлы, где поток магии прерывается мгновенно. Один удар — и ваш противник превращается в беспомощный мешок с костями.

В этот момент в аудиторию вкатили клетку. Внутри копошился лунный прыгун — мелкое, почти безобидное существо из академического питомника. Выглядел он жалко, но Драгер не дал нам расслабиться.

— Не пяльтесь на него так, будто это ваш домашний кот, — грубо отрезал офицер. — Даже эта мелочь вцепится вам в глотку, если решит, что вы угрожаете его выводку. Для защиты королевства вы обязаны знать каждую тварь в лицо — от полевой мыши до высшего демона.

Взмах руки — и над столом возникла огромная, пугающе реалистичная иллюзия каменного панцирника. Я аж вжалась в стул.

— А вот эту дрянь в одиночку не завалить, — пояснил Драгер. — Нужно бить сразу в три точки. Работа в тройках, синхронно. Ошибетесь хоть на долю секунды — и панцирник раздавит вас раньше, чем вы вскрикнете.

Мы галопом пронеслись по другим группам монстров. Я едва успевала записывать, рука уже немела, но я старалась зафиксировать каждую деталь: где находится сплетение каналов, как меняется свечение маны перед атакой. Все вокруг казалось таким опасным и удивительным одновременно.

— Хватит писанины, — Драгер захлопнул книгу. — На следующем занятии будем разбирать магов. Посмотрим, как быстро вы научитесь вскрывать их хваленую защиту. А сейчас — бегом в тренировочный зал! Пошел, пошел!

Все рванулись с места, и я с ними. В зале уже собрались три группы первого курса. Воздух буквально дрожал от напряжения и запаха пота. Офицеры в форме гвардии стояли перед строем, сложив руки на груди.

— Слушать сюда! — прогремел главный инструктор. — Сегодня учимся снимать щиты. Техника проста, как удар сапогом: серия быстрых, точных ударов в одну и ту же точку магического барьера. Ищите брешь, бейте в нее, пока щит не рассыплется в пыль.

Сжав кулаки, я настраивалась на работу. Предстояло на практике проверить, насколько крепки мои нервы и пальцы.

Старалась сосредоточиться, но взгляд сам собой метнулся в сторону. Там, среди шума тренировочного зала, я увидела Райана. Он увлеченно обсуждал что-то с парнем, которого я уже приметила за столом драконов в столовой.

— Привет, я Марк, — звонкий голос заставил меня обернуться.

Передо мной стоял брюнет с открытой улыбкой. От него веяло мягкой, спокойной энергией — типичный светлый маг.

— Эш, — коротко бросила я, стараясь не выдать своего волнения.

Инструктор дал команду, и зал наполнился гулом заклинаний. Моей задачей было пробить учебный щит напарника. Я раз за разом посылала импульсы, пытаясь нащупать брешь, но магическая стена Марка стояла непоколебимо. Я злилась, ударяя наугад, пока он не сделал шаг навстречу.

— Не трать силы впустую, — сказал он, показывая жестом траекторию. — Смотри на плетение. Вон там, чуть левее центра, нити сходятся неплотно. Это уязвимое место. Направь поток не силой, а точностью.

Пока мы готовились к следующему кругу, он невзначай заметил:

— Странно, я не видел тебя раньше. В какой части казармы находится твоя кровать? Ты из новеньких?

— В тринадцатой комнате, — ответила я, не глядя на него.

Марк осекся, на его лице отразилось искреннее удивление. Видимо, слухи об этой комнате ходили разные. Но я уже не слушала. Я сосредоточилась, вспомнила его совет и ударила точно в цель. Раздался звонкий треск, и светящийся щит рассыпался искрами.

Когда Марк вернулся на исходную позицию после падения защиты, в его глазах я прочитала странную тревогу. Он смотрел на меня так, будто увидел что-то пугающее, но вслух произнес лишь:

— Молодец.

Наступила очередь Марка атаковать. Его магия была быстрой и хлесткой: я едва успела возвести щит, как он с легкостью проломил его, заставив меня пошатнуться.

— Скорость — твой враг, если нет устойчивости, — заметил он, но продолжить мы не успели.

Инструктор рявкнул команду переходить к физическим тренировкам на выносливость. Начался сущий ад. Круг за кругом, пот заливал глаза, легкие горели, а ноги становились ватными. Я едва поспевала за остальными, пока в какой-то момент подошва не соскользнула по полу. Я споткнулась и едва не растянулась во весь рост.

Инструктор снова одарил меня своим фирменным косым взглядом, в котором читалось явное пренебрежение. Но внезапно рядом возник Райан. Он протянул мне руку, помогая подняться, и негромко произнес:

— Аккуратнее. Тут и затоптать могут… Или кольцо сломать.

Когда изнурительное занятие закончилось, толпа повалила в общий душ. К моему облегчению, Райан ушел вместе с парнями. Я старалась не поднимать глаз, максимально быстро смыла с себя грязь и пот, буквально запрыгнула в одежду и пулей вылетела из раздевалки.

В столовой было шумно. Я заметила, что пятый стол абсолютно пуст, и поспешила занять его, надеясь на уединение. Но тишина длилась недолго. Напротив меня опустился Марк.

— Может, тебе попроситься на перевод в общую казарму? — без предисловий начал он. — Вчера один кадет отчислился, место есть.

— Нет, — я резко мотнула головой.

— Как знаешь, Эш, — Марк помрачнел, понизив голос. — Но мой товарищ погиб всего несколько дней назад. Его тоже направляли в тринадцатую комнату. И те, кто жил с Кайденом до него… они все умирали. Я бы на твоем месте…

Аппетит отрезало мгновенно.

— Что-то перехотелось есть, — бросила я и резко встала, направляясь к выходу.

Я почти бежала по коридорам, пока не захлопнула за собой дверь тринадцатой комнаты. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Я металась из стороны в сторону, не в силах остановиться. Страх сковывал дыхание, воздух казался густым и липким.

«На этой кровати умирали люди», — пульсировало в голове. Это были не просто слухи, Марк подтвердил это. А я сплю здесь, в паре метров от него. Он — монстр, и он наверняка хочет меня убить. Что мне делать?

— Пойду в общую казарму, — прошептала я, хватаясь за ручку двери, как за спасательный круг.

Но стоило мне потянуть ее на себя, как дверь распахнулась. В комнату вошел Кайден. Его присутствие заполнило пространство, делая его тесным.

— Куда это ты? — его голос был сухим и холодным.

— Я решил больше не стеснять вас, — я старалась, чтобы голос не дрожал. — Я перейду в общую казарму.

— Не успеешь, — отрезал он, пристально глядя на меня. — Потому что я доложу начальнику академии, что никакого «Эша» не существует.

Я сделала непроизвольный шаг назад. Сердце пропустило удар.

— Сними кольцо, — приказал Кайден.

Дрожащими пальцами я стянула металл с пальца. Магический морок тут же осыпался, и передо мной в зеркале — и перед его тяжелым взглядом — вместо крепкого парня предстала я сама. Эшли.

Кайден резко, одним рваным движением, сократил дистанцию. Он оказался так близко, что его горячее дыхание обожгло мои губы. Я замерла, боясь даже моргнуть.

— Что… что происходит? — выдохнула я, теряясь в его глазах.

— Пытаюсь понять, с какого расстояния они увидят, кто ты на самом деле… твою суть, — его голос стал тише, опаснее.

— Неужели кто-то может подойти настолько близко? — мой шепот сорвался.

— Не думаю, — почти неслышно ответил он, смотря на мои губы.

— И какая же у меня… суть?

Кайден тяжело вздохнул и склонился к самому моему уху, едва касаясь кожи.

— Ты подходишь любому огненному дракону. Драконы внутри сходят с ума, когда ты рядом, — бросил он, и от этого его признания по коже пробежал мороз.

Сердце ушло в пятки, когда в дверь громко постучали и она тут же распахнулась. От неожиданности я вздрогнула, и кольцо выскользнуло из моих влажных ладоней. Я в панике кинулась ловить его, чувствуя, как мешковатая мужская одежда нелепо висит на моем теле.

Пока я шарила по полу, пытаясь нащупать ободок кольца, за спиной хлопнула дверь.

— Я первый позвал ее на выходные! — раздался возмущенный голос. — Какого черта, Кайден? Почему ты идешь с ней? Не подозрительно? Что скажет твоя невеста?

Я замерла. Это был Райан. Медленно поднявшись, я обернулась, сжимая кольцо в кулаке. Он поймал мой взгляд, и его лицо осветилось мягкой улыбкой.

— Привет, Эш, — произнес он, но в его глазах не было насмешки.

— Эшли, — поправила я, едва шевеля губами.

Скрываться больше не было смысла.

Райан коротко кивнул, принимая это имя, но атмосферу в комнате мгновенно разрезал холодный стальной звон. Меч Кайдена покинул ножны, блеснув в тусклом свете. Его голос прозвучал как смертный приговор:

— Я обещал Эшли, что убью любого, кто зайдет и увидит ее в истинном облике.

В комнате повисла тяжелая, осязаемая тишина. Райан поднял руки в примирительном жесте, не сводя взгляда с лезвия.

— Ладно, — выдохнул он. — Я все понял. Увидимся, Эшли.

Он вышел так же быстро, как и появился, оставив нас двоих.

— Это правда? — мой голос дрогнул, когда за Райаном закрылась дверь. — Ты бы действительно убил его, если бы он не ушел?

Кайден медленно убрал меч в ножны. Его лицо оставалось непроницаемым, а взгляд — пугающе холодным.

— Нет смысла за ним бегать, — грубо отрезал он. — Настигну его уже в замке.

В ужасе я округлила глаза. Сердце забилось в бешеном ритме: он действительно собирается убить собственного брата? Кайден заметил мой испуг и на мгновение смягчился.

— Расслабься. Собирайся, мы уезжаем сегодня. Бал уже вечером.

Я судорожно сглотнула.

— А в чем… в чем мне идти? — тихо спросила я, глядя на него снизу вверх.

Он окинул меня коротким оценивающим взглядом.

— Да ты уже собрана, получается. Тогда надевай кольцо и за мной.

Я послушно натянула кольцо на палец, чувствуя, как магия больно превращает меня в Эша. Мы вышли из академии и сели в роскошную бело-золотую карету. Я ожидала увидеть шпили королевского замка, но спустя двадцать минут мы остановились у незнакомого элитного особняка.

— Выходим, — бросил Кайден, не глядя на меня.

Последовав за ним, мы вошли внутрь особняка, где все дышало роскошью; слуги, едва завидев хозяина, склонялись в глубоких поклонах. Кайден распорядился немедленно вызвать ткачиху, и мы направились в просторную гостиную с огромными светлыми окнами.

— Снимай кольцо, — приказал он.

Я подчинилась. Вскоре нам подали чай, а следом появилась мастер-маг. По приказу Кайдена она должна была создать четыре наряда прямо здесь и сейчас. Она ловко измерила меня и принялась за работу. Магия в ее руках текла послушно: одно за другим появлялись платья. Первое — для прибытия в замок, второе — роскошное бальное и еще два — на последующие дни нашего пребывания.

— Нужны еще украшения и четыре пары туфель, — добавил Кайден, наблюдая за процессом.

Ткачиха молча кивнула, и уже через пятнадцать минут все было готово.

Я переоделась в темно-синее повседневное платье. Подойдя к зеркалу, я замерла, не узнавая собственного отражения. У меня никогда не было таких шикарных вещей. Ткань ласкала кожу, а цвет подчеркивал глаза. Кайден критически осмотрел мои светлые распущенные волосы и кивнул мастеру. Та умело уложила их в сложную, изящную прическу.

Забрав вещи, мы снова сели в карету. Теперь наш путь лежал во дворец.

Спустя полчаса карета замедлила ход. Я прильнула к окну и затаила дыхание: впереди вырос замок, чье величие подавляло своей древней силой. Его шпили вонзались в облака, а белоснежный камень стен ослепительно сиял на солнце. Вдоль главной аллеи выстроились застывшие в безмолвном карауле статуи — изящные изваяния из белого мрамора, казавшиеся живыми в этом магическом месте.

Когда дверца распахнулась и я ступила на землю, Кайден галантно протянул мне руку.

— А невеста? — прошептала я, не решаясь коснуться его ладони.

— Кто? — он приподнял бровь, будто искренне не понимал вопроса.

— Ну, твоя невеста… о которой говорил Райан?

— А, — он равнодушно дернул плечом, — ее здесь еще нет. Идем, давай руку.

Раз он так настаивал, мне ничего не оставалось, кроме как опереться на его локоть. Мы вошли внутрь, и я едва не споткнулась от открывшегося вида. Интерьер замка поражал: огромные сводчатые потолки с фресками, тяжелые золоченые люстры и бесконечные ряды гвардейцев и слуг, которые синхронно склонялись перед принцем.

Мы сразу направились к его личным покоям. Тяжелые дубовые двери распахнулись, являя нам роскошную гостиную, переходящую в огромную террасу с видом на сады.

— Ты будешь спать со мной, в моих покоях, — буднично произнес он.

Я снова округлила глаза, чувствуя, как краска заливает щеки.

— В смысле? Нет, конечно!

— Что не так? — Кайден обернулся ко мне с полным непониманием. — Мы и так спим в одной комнате в академии. У меня огромная кровать, мы за ночь даже не пересечемся.

— Почему ты не выделишь мне отдельные покои? Здесь же сотни комнат! Или, может, я хотя бы посплю в гостиной?

Он горько усмехнулся и сделал шаг ко мне.

— Расскажу правду: двенадцать раз людей, которых подселяли ко мне, убивали. Кто-то очень хочет меня подставить, и я до сих пор не знаю, кто за этим стоит. Это всегда происходит в мое отсутствие. Поэтому ты будешь здесь, со мной. Если я выделю тебе другие покои, я не смогу гарантировать твою безопасность.

— Ты боишься, что я умру? — тихо спросила я, глядя в его голубые глаза.

— Я боюсь, что на этот раз меня не оправдают, — отрезал он, и в его голосе проскользнула сталь.

Я решила осмотреть наши временные владения. Указав на массивную дубовую дверь, спросила:

— Это спальня?

— Да, — спокойно ответил Кайден, заметив мою нерешительность. — Не бойся, я не собираюсь к тебе приставать.

— Я тоже постараюсь, — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

Толкнув дверь, я вошла. Комната была огромной, а кровать — просто необъятной: на такой легко могли бы поместиться пятеро. Кайден зашел следом. Глядя на шелковое море подушек, я почувствовала неловкость.

— Ладно, я посплю на полу, — предложила я, пятясь назад.

— Нет, — отрезал он.

В этот момент из гостиной донесся звонкий женский голос:

— Кайден, ты тут?

Он резко обернулся, его взгляд стал сосредоточенным. Указав на массивный платяной шкаф, он скомандовал:

— Быстро полезай внутрь!

Я сразу подумала, что это его невеста, и, не споря, запрыгнула в темноту между развешанными камзолами. Кайден залез следом и плотно прикрыл дверцы, прижав палец к моим губам.

— Кайден! — голос раздался уже в самой спальне. Послышался стук каблуков, который вскоре затих в другой части покоев.

Мы замерли, прижавшись друг к другу. В тесном пространстве шкафа наши лица были в паре сантиметров друг от друга. Его горячее дыхание обжигало мои губы, а в груди стало невыносимо жарко. Я подняла взгляд и вскрикнула бы, если бы не его рука: зрачки Кайдена сузились в тонкие вертикальные щели, выдавая в нем истинного дракона.

— Кайден, твои глаза… — едва слышно шепнула я.

Он резко, почти грубо вывалился из шкафа, издав глухой рык, похожий на стон сдержанной ярости. Я выбралась следом, поправляя платье.

— Зачем ты спрятался от своей невесты? — спросила я, пытаясь унять дрожь в коленях.

— Это не невеста, — бросил он, восстанавливая дыхание. — Это хуже. Моя мать. Чуть позже познакомлю тебя с ней.

Он осторожно выглянул в гостиную, проверяя, пуст ли путь.

— Мне нужно отойти. Подготовлю мать к знакомству. Я быстро, скоро вернусь.

Когда Кайден ушел, я решила не рисковать и остаться в спальне. На всякий случай я присмотрела тот самый шкаф: если услышу чужие шаги, сразу нырну туда. Чтобы унять дрожь в руках, я принялась разглядывать комнату. Мой взгляд зацепился за огромные стеллажи, заставленные старинными книгами. Я наугад вытянула одну — тяжелый фолиант о магии огня — и погрузилась в чтение.

Вдруг в гостиной гулко хлопнула дверь. Я замешкалась, в панике запихнула книгу на полку и едва успела запрыгнуть в шкаф, прикрыв за собой створки. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание перехватило от страха.

Тишину разорвал скрип: дверцы медленно разошлись. Передо мной стоял Кайден, а рядом с ним — величественная женщина со светлыми волосами в роскошном платье и с короной на голове.

Я неумело поклонилась, чувствуя себя максимально нелепо в этом укрытии. Она оглядела меня с ног до головы холодным, пронзительным взглядом, а затем подошла почти вплотную, всматриваясь в мои глаза. Помолчав, она коротко кивнула сыну, оттащила его в сторону и заговорила шепотом. Она явно надеялась, что я не услышу, но в тишине комнаты каждое слово вонзалось в меня, как игла.

— Да, это дракон, пожиратель пламени. Без огненного мага, дракона, саламандры или феникса она — обычный человека с минимальной искрой. Но если ее подпитать магией огня, то ты прав: тот, кто даст силу пожирателю, станет в разы сильнее, и она тоже.

Кайден нахмурился, его голос прозвучал глухо:

— Тогда нам нужно решить этот вопрос.

— Не знаю, не будет ли король против, — покачала головой королева. — Тебе нужно поговорить с ним. И Райан… он уже сказал мне, что против. Ему нравится эта девушка, и он намерен сделать ей предложение, а у тебя, Кайден, уже есть невеста.

Я стояла ни жива ни мертва, не зная, стоит ли мне выходить. Наконец, набравшись смелости, я медленно выбралась из шкафа и плотно закрыла дверцы. Королева перевела на меня взгляд и официально представилась; я едва слышно назвала свое имя в ответ. Вскоре она ушла, оставив нас с Кайденом наедине. Я стояла не шевелясь, пока эхо слов королевы все еще звенело в ушах.

— Пожиратель пламени? — мой голос прозвучал совсем тихо, почти надтреснуто.

Кайден стоял у окна, погруженный в свои мысли. Он вздрогнул, будто я вырвала его из глубокого транса, и резко обернулся.

— Что?

— Королева… она сказала это вслух. — Я сделала шаг к нему, ища ответы. — Что это значит?

Кайден тяжело вздохнул, и на его лице промелькнула тень старой боли.

— Да, — наконец произнес он. — Шестнадцать лет назад было уничтожено небольшое, но процветающее королевство Этерния, обитель серебряных драконов. Они были единственными истинными пожирателями пламени. Соседние королевства испугались их растущей мощи, объединились и стерли королевство в прах. Тебя нашли, скорее всего, там, когда поспели союзники Этернии.

Я слушала, боясь даже дыхнуть. Мое прошлое, которое всегда было черной дырой, вдруг обретало очертания.

— Пожиратели пламени существуют и сейчас, — продолжил Кайден, подходя ближе. — Но их осталось ничтожно мало. Они вступают в союзы в основном с высшими огненными магами, создавая невероятный резонанс: это делает и их самих, и их партнеров почти непобедимыми. Моя мать… она тоже пожиратель пламени.

Кайден подошел почти вплотную, и я невольно задержала дыхание. Его присутствие подавляло, заполняя собой все пространство комнаты.

— Поужинаем здесь, в покоях, — негромко произнес он, глядя мне прямо в глаза. — А потом начнем собираться на бал. У нас мало времени.

Он прошел мимо, едва задев мое плечо своим, и скрылся в гостиной. Я осталась стоять посреди огромной спальни, оглушенная тишиной. Пожиратель пламени. Этерния. Слова Кайдена и королевы крутились в голове как навязчивый мотив, но я не могла заставить себя в них поверить.

Как я могу быть кем-то настолько могущественным? Всю свою жизнь я чувствовала лишь крошечную искру внутри — минимальную магию, которой едва хватило, чтобы пробить щит Марка. Никакой всепоглощающей мощи, никакой жажды огня.

«Может, они ошиблись?» — промелькнуло в мыслях. Я смотрела на свои руки и не видела в них ничего необычного. Я не знала, кто я есть на самом деле, и эта неизвестность пугала меня больше, чем перспектива встретиться с королем.

— Эшли, иди сюда! — голос Кайдена из гостиной вырвал меня из оцепенения.

Выйдя из спальни, я увидела накрытый стол. Он кивком указал на диван напротив.

— Садись, ешь. Силы тебе сегодня понадобятся. Скоро придут слуги, помогут тебе собраться. А пока ужинаем, тебе готовят ванну. Примешь ее первой, а потом пойду я.

Я ела механически, почти не чувствуя вкуса изысканных блюд. Мысли путались, а присутствие Кайдена только добавляло волнения. Как только я отложила приборы, в дверях появились служанки. Они проводили меня в огромную ванную комнату, где пахло цветами и дорогими маслами. Девушки действовали быстро и слаженно: помогли мне раздеться и погрузиться в теплую, окутанную пеной воду. Мытье превратилось в целый ритуал, после которого меня бережно завернули в теплый халат.

Когда я, расслабленная и слегка разморенная теплом, вышла в гостиную, Кайден сидел в кресле и читал книгу. Стоило мне приблизиться к двери спальни, как раздался резкий хлопок — он закрыл фолиант и, не говоря ни слова, стремительно направился в ванную.

Служанки тут же мягко, но настойчиво подтолкнули меня в спальню. Началась суматоха сборов. Волосы высушили мгновенно, одним пассом руки — магия ощущалась на коже приятным покалыванием. Затем пришло время платья.

Оно было невероятным: ткань жила своей жизнью, переливаясь от нежно-розового к глубокому фиолетовому, а на складках вспыхивали серебряные искры. Но когда дело дошло до корсета, восторг сменился легкой паникой. Служанки затянули его так туго, что каждый вздох давался с трудом, а спина стала неестественно прямой.

— Терпите, госпожа, — прошептала одна из них, ловко укладывая мои светлые волосы.

Они собрали их в сложную, высокую прическу, оставив лишь пару изящных прядей у лица, которые мягко обрамляли щеки. Я посмотрела в зеркало: из него на меня глядела незнакомая, ослепительная девушка. Неужели это действительно я?

Двери спальни отворились, и вошел Кайден. Я невольно задержала дыхание. Он был не просто красив — он выглядел как само воплощение власти. На нем был парадный королевский мундир: глубокий, насыщенный алый цвет сукна слепил глаза, а золотое шитье на плечах и манжетах переливалось в свете ламп. Белоснежный ворот и вставки подчеркивали его аристократичную бледность и темные волосы. Он казался безупречным, идеальным, словно сошедшим с древнего гобелена.

Кайден замер. Он смотрел на меня в упор, не моргая, и в его взгляде промелькнуло что-то странное, жаркое. Тишина в комнате стала почти осязаемой. Наконец он резко тряхнул головой, будто сбрасывая наваждение, и, уже не глядя в мою сторону, холодно бросил:

— Великолепно выглядишь. Идем.

Мы вышли из покоев, но вместо праздничного гула бального зала я услышала лишь эхо наших шагов в пустых коридорах. Мы направлялись вглубь замка. Когда я поняла, что это путь к кабинету короля, меня затрясло. Пальцы похолодели, а корсет, казалось, стал давить еще сильнее.

Кабинет монарха подавлял своим величием: высокие книжные шкафы из темного дерева, тяжелые портьеры, запах старой бумаги и дорогого табака. За массивным столом сидел король. Он медленно поднялся, нахмурив лоб, и подошел ко мне так близко, что личное пространство просто перестало существовать. От его тяжелого, изучающего взгляда мне стало невыносимо неловко.

— Ты хочешь жениться на пожирателе пламени? — Его голос звучал низко и властно. Он не спрашивал меня, он спрашивал сына.

— Да, — твердо ответил Кайден.

Мир вокруг меня пошатнулся. Я стояла в полном шоке, не в силах вымолвить ни слова. В голове набатом стучало: «Что? Жениться?»

— Хорошо, — король нахмурился еще сильнее. — Но мы испортим отношения с соседним королевством, хоть ваша помолвка с принцессой Таланой и не была озвучена официально.

Кайден лишь коротко кивнул. А я… внутри меня все кричало от несправедливости. А как же мои мечты о тихой, спокойной жизни? Какая женитьба? Это же не на год или два… Кайден ведь жестокий, грубый, непредсказуемый… В этот момент я поймала себя на предательской мысли: уж лучше бы это был Райан со своей мягкой улыбкой.

— Объявим вашу помолвку сегодня, раз так, — подытожил король, даже не глядя на меня.

Я была для него не человеком, а инструментом, способом увеличить мощь наследника. Мое мнение не значило ровным счетом ничего.

Глава 5. Невеста поневоле.

Мы вышли из кабинета короля, и тяжелые двери глухо захлопнулись за спиной, отсекая нас от монаршего величия. Король бросил напоследок, чтобы мы следовали в сборную комнату, и его голос все еще вибрировал у меня в ушах.

Едва оказавшись в пустом коридоре, я почувствовала, как внутри закипает ярость. Остановившись, я стиснула зубы и прошипела, глядя прямо в эти невозмутимые глаза:

— Какого черта, Кайден? Какая помолвка? Какая, к дьяволу, женитьба?!

Он даже не вздрогнул. Посмотрел на меня сверху вниз — спокойно, почти снисходительно.

— У тебя изначально был провальный план, — отчеканил он. — Я же предупреждал: рано или поздно поймут, что ты под личиной. Поймут, что ты — серебряный дракон. Да, еще не проснувшийся, но я разбужу твою кровь.

— Я не буду твоей женой, — отрезала я, чувствуя, как дрожат пальцы.

— Выбора нет. — Кайден шагнул ко мне, сокращая дистанцию. — Если тебя поймают в академии на обмане, тебя все равно отдадут под венец какому-нибудь могущественному огненному магу. Просто чтобы «пристроить» ценный ресурс. Я хочу иметь на тебя права сразу, а то кто знает, когда тебя спалят.

Меня передернуло. Инструмент. Опять просто инструмент.

— Слушай, я тут краем уха слышала кое-что про Райана… — я заставила себя усмехнуться, хотя сердце уходило в пятки. — Может, лучше я с ним? Он и помягче будет, и…

Договорить я не успела. Кайден рванулся вперед и резко прижал меня к стене. Его ладонь легла рядом с моей головой, а в глазах полыхнуло опасное пламя.

— Ты отдашь мне свою мощь. И никого вместо меня у тебя не будет. Ты поняла? — его голос стал вкрадчивым и ледяным одновременно.

— А у тебя? — выдохнула я, упрямо вскинув подбородок. — У тебя тоже никого не будет?

Он медленно отстранился, его губы тронула едва заметная, жесткая усмешка.

— Посмотрим на твое поведение. А теперь идем.

В сборной комнате уже было людно и душно от избытка титулованных особ. Королева в сияющих шелках, Райан (чей сочувственный взгляд я поймала лишь на мгновение) и гости: король и королева соседнего королевства с принцем и той самой принцессой Таланой. Кайден сухо представил меня им, чеканя каждое слово, а затем представил их мне. Воздух в комнате, казалось, был наэлектризован от невысказанных обид и политических расчетов.

Когда вошел король, воцарилась тишина. Он коротко распорядился о порядке выхода. Первыми, под торжественные звуки, вышли правители. Следом — мы.

Двери в огромный зал распахнулись, и над толпой придворных, словно гром, прогремел голос глашатая:

— Его королевское высочество наследный принц Кайден Аластар фон Эдельштайн, верховный лорд Огненных пиков и хранитель Южного рубежа! И его невеста — Эшли Лоуренс Олири.

Мы взошли на возвышение, где хищно поблескивали золотом пять массивных тронов. Семья Кайдена замерла перед ними, так и не сев, — величественные, холодные, безупречные. Я встала рядом, медленно развернувшись лицом к залу, и от сотен устремленных на нас взглядов по коже пробежал мороз.

Голос короля разрезал наступившую тишину, словно клинок:

— Сегодня наследный принц огненных драконов Кайден Аластар обручится с Эшли Лоуренс — серебряным драконом, пожирателем пламени!

Зал взорвался аплодисментами. Шум ударил в уши, а в следующую секунду я почувствовала холод металла: Кайден уверенным движением надел мне на палец помолвочное кольцо. Тяжелое, чужое, оно будто сковывало мою свободу окончательно.

— Сегодняшний бал открывает принц Кайден Аластар со своей невестой! — провозгласил монарх.

Мы вышли в центр зала. Мое сердце окончательно упало куда-то в пятки. Конечно, в приюте нас учили танцевать, но те неуклюжие подпрыгивания под старую скрипку не имели ничего общего с этим придворным балетом. Музыка закружила нас, и через минуту я с ужасом поняла, что совершенно не попадаю в ритм.

Раз. Я наступила Кайдену на сапог. Два. Снова каблук приземлился на его ногу. Три.

Кайден даже не сбился с шага, но я видела, как на его скулах заиграли желваки. Сцепив зубы, он наклонился к моему уху и прошипел:

— Пожалуй, тебя стоит отдать на уроки танцев, а то я рискую остаться без ног, дорогая.

Внутри меня вспыхнуло упрямство. Вскинув на него глаза, я ответила в тон:

— Не оставайся. Просто скажи всем, что это была шутка, и мы наконец разойдемся разными дорогами.

— Ох, какая незадача, — процедил Кайден, и в его глазах блеснула опасная искра. — Кольцо теперь не снять до самой свадьбы. Так что сделай одолжение, избавь меня от этого нытья.

Музыка наконец смолкла, сменившись новой, более плавной мелодией. Я уже собиралась сбежать в самый дальний угол зала, когда передо мной возник Райан. Его вежливый поклон и протянутая рука не оставляли выбора — этикет был беспощаден. Я приняла приглашение, краем глаза заметив, как Кайден, вместо того чтобы пригласить какую-нибудь статную графиню, направился прямиком к возвышению.

Он уселся по правую руку от короля и, вместо того чтобы развлекать гостей, вперился в меня тяжелым, нечитаемым взглядом. Они о чем-то вполголоса спорили с монархом, и я кожей чувствовала, что речь идет обо мне.

Когда я в очередной раз чувствительно наступила Райану на ногу, он лишь мягко улыбнулся:

— Как дела, Эшли? Знаешь, после нашего танца тебе лучше тоже немного посидеть. Я уверен, что каждый второй гость мечтает потанцевать с такой красотой, но будет неловко, когда ты…

— Оттопчу им ноги в пух и прах? — я невесело усмехнулась, заканчивая его фразу. — Знаешь, Райан, дела не очень. Я не хочу замуж. Все, о чем я мечтала — это просто свой тихий дом, и больше ничего.

— Не унывай, — Райан попытался подбодрить меня. — Поверь, любая девушка в этом зале отдала бы все, чтобы оказаться на твоем месте.

«Пусть забирают», — подумала я, но промолчала.

Музыка стихла, и Райан чинно подвел меня к возвышению. Как только я поднялась по ступеням, Кайден коротким, властным жестом указал на место рядом с собой. Сам Райан тут же вернулся в зал, закружив в танце одну из хорошеньких дебютанток.

Я опустилась на стул, чувствуя, как немеют пальцы от напряжения, и не выдержала:

— Почему ты не танцуешь? Решил составить компанию отцу?

Кайден медленно повернул ко мне голову, и его губы тронула та самая жесткая усмешка.

— Ты так старательно оттаптывала мне ноги… Неужели сделала это специально, чтобы я больше ни с кем не смог танцевать?

— О да, конечно, во всем виновата я, — язвительно отозвалась я. — А может, скажешь правду? Просто здешние дамы недостаточно хороши для великого наследного принца?

— Ну, есть тут дамы и в моем вкусе, — Кайден лениво обвел взглядом зал, и его голос стал обманчиво мягким. — Да только танцует одна из них просто ужасно. Боюсь, если рискну еще раз, точно останусь без ног.

Я стиснула подлокотники кресла. Конечно, я не стала принимать это на свой счет… Хотя кого я обманываю? В этом зале не было никого, кто двигался бы так же катастрофически плохо, как я. Все эти графини и принцессы порхали словно бабочки, пока я пыталась просто не упасть.

— И что теперь? — буркнула я, стараясь не смотреть на него. — Мы так и будем здесь сидеть до утра?

Кайден пожал плечами, даже не повернув головы.

— Можешь пойти и оттоптать ноги всем, кто наберется смелости тебя пригласить. Я разрешаю. Все равно после первого же танца они к тебе и на милю не подойдут.

— Какой же ты… — я задохнулась от возмущения, не находя подходящего слова.

— А я останусь здесь, — перебил он.

— Ой, зря ты здесь сидишь, — я кивнула в сторону зала, где среди гостей мелькало нежно-голубое платье. — Талана вон совсем заскучала. Смотри, как грустит по тебе, глаз не сводит.

Кайден медленно повернул голову, и в его взгляде промелькнуло нечто среднее между скукой и раздражением.

— Если ты продолжишь в том же духе, — вкрадчиво произнес он, — я решу, что ты просто ревнуешь.

Я поперхнулась воздухом от такой наглости.

— С чего это?! Я просто пытаюсь от тебя избавиться. Какая еще ревность?

— Запомни раз и навсегда, — он подался вперед, сокращая расстояние между нами так, что я почувствовала жар, исходящий от его тела. — Даже если у меня заведется десяток фавориток, ты все равно станешь моей женой. Ни твое мнение, ни желания других женщин этого не изменят. И кстати, — он бросил это как бы между прочим, — в академию ты больше не вернешься. Я решил, что это тебе не нужно. Ты станешь королевой, тебе надо изучать этикет и танцы, а не сражаться на мечах с мужиками.

В груди все оборвалось, а потом вспыхнуло с новой силой. Я была уверена, что я выпутаюсь из этой истории со свадьбой и мне необходимо получить звание.

— Вернусь! Еще как вернусь! — отрезала я, сжимая кулаки так, что кольцо впилось в кожу.

Кайден набрал в грудь воздуха, его глаза на мгновение полыхнули золотом.

— Откуда в тебе столько… — он издал низкий вибрирующий рык, который заставил бы любого другого вжаться в пол. — Из приюта…

— А что ты прервал свой вопрос? — я упрямо вскинула подбородок, не давая ему закончить фразу. — Договаривай!

Он резко выдохнул, и я увидела, как побелели его костяшки на подлокотнике трона.

— Никто. Слышишь? Никто не смеет так дерзить мне. Ты это понимаешь или нет?

Я посмотрела в его яростное лицо и почувствовала лишь глухое отчаяние.

— Знаешь, Кайден… я уже начинаю думать, что смерть — это отличный выход из ситуации. По крайней мере, там ты меня не достанешь.

— Ты хочешь умереть? — его голос стал непривычно тихим, почти вкрадчивым.

Я посмотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как внутри все клокочет от бессилия.

— Скорее — убить, — отчеканила я.

Кайден замер на мгновение, а затем… рассмеялся. Это не было сухой усмешкой или издевкой. Он смеялся по-настоящему, открыто, запрокинув голову. А я как бы и не шутила…

Отсмеявшись, он вытер выступившую в уголке глаза слезинку и выдавил:

— Вот это да. Ты жаждешь моей смерти, дорогая? — Кайден произнес это с такой невыносимой самоуверенностью, что мне захотелось ударить его чем-нибудь тяжелым. — Ну ничего, это я точно переживу.

Его смех все еще звенел у меня в ушах, раздражая до предела. Бал казался бесконечным, а корсет сдавливал ребра так, что дышать становилось нечем.

— Когда я смогу пойти отдыхать? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал от усталости. — Знаешь ли, за прошлую ночь я совсем не выспалась.

Кайден вдруг посерьезнел. Его взгляд скользнул по моим бледным щекам.

— Согласен, давай сбежим отсюда. Почти сбежим. Сейчас вернется отец, и мы уйдем.

Король появился через пару минут. Кайден подошел к нему, что-то вполголоса чеканя, — я видела только его напряженную спину. Затем он обернулся, властным жестом взял меня за руку, и мы покинули душный зал.

Мы шли по длинным коридорам, пока двери его покоев не захлопнулись за нашими спинами. Кайден медленно повернулся и осмотрел меня сверху вниз, словно оценивал трофей. Его взгляд замер на моих губах, и я бы точно отступила, если бы не уперлась спиной в холодное дерево двери.

— Не может быть, чтобы я тебе не нравился, — прошептал он, и в его голосе снова прорезались эти хозяйские нотки. — Я нравлюсь абсолютно всем девушкам.

— Какое самомнение, — я нашла в себе силы для язвительной усмешки. — Оказывается, планета все-таки не крутится вокруг тебя одного.

Обойдя его, я направилась к огромным стеклянным дверям. Кайден снова язвительно усмехнулся и последовал за мной. Я вышла на огромную террасу, вцепилась пальцами в каменные перила и уставилась вниз, на темные сады.

— Нравится тут? — спросил он, останавливаясь за моей спиной.

— Думаю, как быстро ты превратишься, если тебя сбросить отсюда, — не оборачиваясь, ответила я. — Успеешь стать драконом, чтобы не разбиться?

Кайден подошел к самому краю.

— Тут метров пять или шесть, — равнодушно бросил он. — Со мной ничего не случится. Планы в твоей голове один провальнее другого, Эшли.

Я развернулась к нему, игнорируя опасную близость. В голове созрел план — отчаянный, как и все, что я делала в последнее время.

— Давай пари, — выпалила я, глядя ему прямо в глаза. — Если я закончу этот семестр, ты откажешься от помолвки.

Кайден даже не моргнул. Он смотрел на меня так, будто я предложила ему обменять корону на мешок картошки.

— С чего бы? — лениво отозвался он. — Я могу просто сообщить начальнику академии, кто ты на самом деле, и ты не закончишь семестр в тот же день.

— Так нечестно! — возмутилась я, чувствуя, как внутри все закипает. — Это… несправедливо!

— Я не говорил, что буду играть честно с тобой, — сказал он и нахмурился. — Мне категорически не нравится, что ты ходишь в общую душевую с мужчинами. Пусть даже все вокруг думают, что ты парень.

Он скорчил недовольную гримасу, развернулся и ушел в спальню, оставив меня одну на холодной террасе.

Мысль о том, чтобы делить с ним одну кровать, казалась кощунственной. Немного постояв на террасе, я зашла в гостиную и, не раздеваясь, рухнула на диван. Но отдыхом это назвать было трудно: дышать становилось все тяжелее, проклятый корсет сдавливал ребра так, будто хотел их переломать.

В дверях спальни показался Кайден. Он окинул меня коротким взглядом и, к моему ужасу, предложил:

— Давай помогу снять платье!

Из его уст это прозвучало на редкость неловко. Я похолодела, и когда он сделал шаг в мою сторону, резко вскочила на ноги.

— Нет! — отрезала я.

— Да давай, чего ты? — Он лишь отмахнулся, продолжая сокращать дистанцию. — Я знаю, как это делается.

Я почувствовала, как к щекам приливает жар — то ли от злости, то ли от смущения.

— Не сомневаюсь, что ты раздевал многих девиц, — язвительно бросила я, отступая за спинку дивана. — Но я посплю в платье, спасибо.

Кайден остановился и как-то странно хмыкнул.

— Ну, теоретически знаю, а не практически… — пробормотал он, а потом добавил с угрожающими нотками: — А если шнуровка затянута слишком туго — разрежем. Или разорвем.

Я замерла, уставившись на него с испуганным видом. В голове уже нарисовалась картина того, как он «помогает» мне, разрывая дорогую ткань вместе с моей кожей. Кайден заметил мой ужас, раздраженно рыкнул, закатил глаза и, ничего не объясняя, вышел в коридор. Вскоре дверь распахнулась, и в гостиную он вошел со служанками.

Служанки подхватили меня под локти и почти насильно проводили в спальню. Там меня быстро избавили от удушающего корсета, переодели в плотную закрытую сорочку и буквально уложили в кровать — очень настойчиво.

Когда они ушли, в комнате воцарилась тишина. Прошло тридцать минут, час… А Кайдена все не было. К своему ужасу, я поймала себя на том, что прислушиваюсь к каждому шороху за дверью. Я ведь надеялась, что он не придет, честное слово, надеялась! Но когда стало ясно, что он действительно не явится, внутри почему-то стало горько и обидно.

Глава 6. Графиня по приказу: титул вместо свободы.

Утром меня снова разбудили служанки. Они помогли мне принять ванну и привести себя в порядок, но Кайдена в покоях по-прежнему не было. Один-единственный вопрос убивал меня изнутри: где он? Провел ночь с Таланой?

Меня переодели в новое платье — такое же шикарное, но радости оно не приносило. Чтобы хоть как-то отвлечься от едких мыслей, я взялась за книги. Сидела и читала, пока дверь наконец не хлопнула. Вернулся Кайден. Вид у него был слегка помятый, но все такой же надменный.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я не буду вечно спать в гостиной? — бросил он вместо приветствия.

Я медленно перевернула страницу, стараясь, чтобы руки не дрожали.

— А я надеюсь на личные покои, — отозвалась я, не поднимая глаз. — А также на скорый распад нашей помолвки.

Кайден бесцеремонно опустился на диван рядом со мной. Прежде чем я успела возмутиться, он выхватил книгу из моих рук. Пробежав глазами по строчкам, он зачитал вслух короткую фразу:

— «Свобода сердца куется в горниле битв»… — Он захлопнул книгу и смерил меня холодным взглядом. — Тебе это не пригодится. Повторюсь: в академию, особенно в мужскую, ты не вернешься. Может, в другую, но точно не в эту.

Внутри все вспыхнуло от его самоуправства.

— А ты зря стараешься! — выплюнула я, чувствуя, как горит лицо. — Я не выйду за тебя замуж. Я стану гвардейцем года на два и получу личное имение за службу, а после выйду замуж по любви.

Кайден лишь лениво вскинул бровь.

— Имение? То самое, которое выделяет королевство? — он усмехнулся, и в этой усмешке было столько превосходства, что мне захотелось снова его ударить. — Не выделю тебе его — и все.

— Ты невыносим! — Я резко вскочила, сжимая кулаки до белых костяшек. — Как можно хотеть быть женой такого тирана? Конечно, я не хочу! Ты грубый, безжалостный и бесчувственный.

Он остался сидеть на диване, спокойный и расслабленный, словно мы обсуждаем погоду.

— Так ты по-другому не соглашаешься, — констатировал он.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в голосе.

— Я предложила пари. Если я его проиграю — так и быть, выйду. Правда, я сделаю все, чтобы выиграть. А ты — просто не мешай.

Кайден на мгновение задумался, глядя куда-то сквозь меня:

— Ладно. Повторюсь: план провальный, но идет.

Прищурившись, я почувствовала, как по спине пробежал холодок подозрения:

— В чем подвох? Почему ты так быстро согласился?

Он лишь равнодушно пожал плечами, поднимаясь на ноги.

— Нам нужно в трапезный зал на завтрак, — бросил он, давая понять, что разговор окончен.

Мы вышли из покоев, и я едва сдерживала торжествующую улыбку. Поверить не могла, что он так легко согласился. Внутри все пело: потерпеть его заносчивость нужно было всего четыре месяца. Дальше — свобода, общая казарма академии, тренировки до седьмого пота и долгожданный конец этой нелепой помолвки. А самое главное — я буду свободна. Я уже видела себя Эшем в форме гвардейца, подальше от корсетов и золотых клеток.

В трапезном зале было прохладно и торжественно. Стараясь выглядеть подобающе, я сделала глубокий поклон королю и королеве. Меня усадили по правую руку от Кайдена, прямо напротив его бывшей невесты. Талана сидела бледная, а ее отец, король соседнего королевства, выглядел так, будто готов был испепелить нас взглядом прямо над тарелками с завтраком.

Тишина продлилась недолго. Отец Таланы отложил приборы и, чеканя слова, обратился к монарху:

— Как так получилось? Мы ожидали официального подтверждения помолвки вашего сына и нашей дочери на вчерашнем балу, а вы заменили ее… не пойми кем.

Воздух в зале мгновенно наэлектризовался. Король, отец Кайдена, медленно поднял взгляд, и в его глазах блеснуло предупреждение:

— Следите за своими словами в моем королевстве. Во-первых, данная девушка является истинной моего сына.

Монарх соседнего королевства не выдержал и грубо перебил его, ударив ладонью по столу:

— Пожиратель пламени является истинным для любого огненного дракона! Не нужно называть ее «истинной», будто это судьба. Это просто редкий ресурс.

— И эта истинность привяжется именно к Кайдену, — ледяным тоном отрезал отец моего «жениха», давая понять, что дискуссия окончена.

Это стало последней каплей. Король соседнего королевства резко встал, с грохотом отодвинув стул.

— Мы здесь больше не останемся! — прорычал он, призывая свою семью следовать за ним. — Знайте: мы больше не союзники.

Они покинули зал в звенящей тишине. Я замерла, боясь даже вздохнуть.

Король медленно перевел взгляд на Кайдена, и в его голосе зазвучал металл, не терпящий возражений:

— Сегодня же отправляйтесь в особняк. Твою невесту нужно обучить этикету, манерам и танцам. Не может быть будущей королевой девица без должного образования. Мы зачислим ее на ускоренный курс в одну из наших элитных академий. А потом… — он сделал паузу, — нужно подумать о потомстве. Но это позже. И академия, и наследники — все это после того, как ты пробудишь в ней серебряного дракона.

Внутри меня все закипело. Пробудить дракона? Каким это образом они собрались его будить? Мне и так прекрасно жилось без всяких чешуйчатых монстров внутри. Я из последних сил сдерживалась, пока мы не покинули трапезную, но стоило дверям за нами закрыться, как я набросилась на Кайдена:

— Не смейте будить во мне дракона! Слышишь? Я запрещаю.

Кайден лишь усмехнулся, глядя на меня сверху вниз с привычным превосходством.

— Ох, не переживай. До свадьбы я его трогать не стану, — протянул он, и в его глазах блеснул опасный огонек. — А вот дальше, Эшли, ты будешь вся моя.

Я скривилась так, будто съела лимон. Кайден посмотрел на меня с искренним недоумением, только мотнул головой — мол, «ну и характер» — и зашагал к покоям. Я, кипя от негодования, последовала за ним.

— Кайден, ответь нормально: каким образом вы собираетесь его пробудить?

— Эшли, магией, — бросил он через плечо, разделяя слова по слогам. — Сказано же: ма-ги-ей.

Меньше всего на свете мне хотелось этого пробуждения. Быть обычным магом с минимальной силой было куда проще и безопаснее.

Как только мы дошли до покоев, Кайден коротким кивком приказал служанкам собрать мои вещи. Когда карета была подана, мы направились в тот самый особняк, где мне совсем недавно шили и примеряли платья. Теперь этот дом должен был стать моей временной тюрьмой.

Кайден довел меня до комнаты. Это была огромная гостиная, из которой вели три двери: в спальню, в ванную и на широкую террасу, залитую светом.

— А вот это твои покои на ближайшие пару дней, — сказал он, оглядывая обстановку. — Я еще не решил, будем ли мы жить в казарме — академия тут совсем рядом. Как только определюсь, дам знать. А пока располагайся, тебе нужно серьезно подтянуть образование.

Хмыкнув, я скрестила руки на груди. Кайден, не дождавшись ответа, развернулся и ушел.

Когда за ним закрылась дверь, я наконец выдохнула и принялась изучать свою новую «клетку». Покои были по-настоящему королевскими. В спальне возвышалась огромная кровать под тяжелым бархатным балдахином, расшитым серебром, а вдоль стен тянулись полки, уставленные книгами в кожаных переплетах. Все здесь дышало такой же роскошью, как и в главном замке, и это почему-то злило еще сильнее.

С чего вдруг он выделил мне покои? Любопытство пересилило гордость, и я решила найти Кайдена, чтобы задать этот вопрос прямо в лоб.

Я обнаружила его внизу, в одной из малых гостиных. Он стоял у окна и вполголоса беседовал с женщиной в возрасте — дамой с такой безупречной осанкой, что казалось, вместо позвоночника у нее стальной стержень.

— Кайден, нам нужно поговорить, — решительно перебила я, не заботясь о правилах приличия.

Он медленно обернулся, ничуть не удивленный моим вторжением. Его взгляд скользнул по моему лицу, а на губах появилась едва заметная, почти издевательская улыбка.

— Как раз вовремя, Эшли. Я хотел представить тебя леди Олден. Она научит тебя манерам и этикету, — буднично произнес он. — Преподаватель по танцам придет сразу после обеда.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он не дал мне вставить и слова:

— А наш разговор подождет до обеда. Все, занимайся.

Бросив на меня короткий властный взгляд, он просто развернулся и ушел, оставив меня один на один с этой женщиной. Леди Олден не стала тратить время на светские беседы. Как только дверь за Кайденом закрылась, она окинула меня таким взглядом, будто я была неотесанным поленом, которое ей предстояло обтесать до состояния изящной статуэтки.

— Встаньте прямо, Эшли, — ее голос прозвучал сухо, как хруст сухих веток. — Ваша спина сейчас напоминает вопросительный знак, а нам нужно утверждение.

Она подвела меня к жесткому стулу с прямой спинкой.

— Садитесь на край, — скомандовала она. — Спина не касается спинки стула. Представьте, что вдоль вашего позвоночника натянута шелковая нить, уходящая в потолок. Плечи — вниз и назад. Колени вместе, стопы плотно прижаты к полу или изящно скрещены в щиколотках. Руки? О боги, Эшли, не сжимайте кулаки. Положите их на колени, одна ладонь на другую, легко, словно это крылья спящей бабочки.

Когда я попыталась расслабиться, она легонько, но ощутимо ткнула меня указкой между лопаток.

— Не обмякать! Настоящая леди сидит так, будто трон — это ее естественная среда обитания.

Затем мы переместились к сервированному столу. Передо мной лежала целая армия вилок и ножей.

— Запомните: мы идем от края к тарелке. Сначала те приборы, что дальше всего, — наставляла она, следя за каждым моим движением. — Локти прижаты к корпусу. Не нужно размахивать ими, будто вы собираетесь взлететь. Отрезайте крошечный кусочек, ровно на один укус. И, ради всего святого, не наклоняйтесь к тарелке. Еда идет к вашему рту, а не рот совершает паломничество к еде.

Она заставила меня трижды пережевывать воображаемый десерт, пока я не научилась делать это с закрытым ртом и абсолютно прямой шеей.

После этого мы перешли к урокам появления:

— Вы не заходите в комнату, Эшли. Вы ее освещаете своим присутствием. — Леди Олден вышла в коридор и вошла снова. Это было похоже на скольжение лебедя.

— Сначала подбородок — он должен быть параллелен полу. Взгляд — спокойный, чуть поверх голов. Шаг мягкий, от бедра, но без вульгарного покачивания. Вы замираете на пороге ровно на секунду, давая окружающим шанс осознать, что вы вошли, и только потом продолжаете движение.

Самым сложным оказался реверанс. Мои колени протестовали.

— Реверанс — это не приседания в лесу, — отрезала леди Олден. — Правая нога уходит назад и чуть влево, за левую пятку. Спина прямая. Глубина зависит от того, перед кем вы склоняетесь. Если это король или высшие чины, то глубокий, почти до пола, с медленным и торжественным подъемом. Если это равные или старшие по положению женщины, к примеру как я, то средний, уверенный, с легким наклоном головы. Глаза при этом не опускайте слишком низко, — добавила она, когда я в очередной раз чуть не потеряла равновесие. — Вы проявляете уважение, а не ищете потерянный грош на ковре.

Она была невыносимо требовательна. Каждое ее замечание жалило, как крапива. Когда леди Олден наконец сочла, что на сегодня с моей спины достаточно «стальных стержней», она отпустила меня с коротким сухим кивком. Выходя, я придерживалась этикета, вела себя спокойно, но, как только дверь за моей спиной закрылась, мои ноги пустились в бег. Мне необходимо было поговорить с Кайденом.

Я нашла его в его покоях. Дверь была приоткрыта, и я вошла без стука — манеры манерами, но приличия сейчас интересовали меня меньше всего. Кайден даже бровью не повел. Он сидел в глубоком кресле, развалившись с вызывающей небрежностью, и читал увесистый фолиант. Его ноги в пыльных сапогах бесцеремонно покоились прямо на полированной столешнице из темного дерева.

— Ноги на столе? — я сложила руки на груди, невольно выпрямляя спину так, как учила старая дама. — Видимо, вам тоже нужно пройти эти невыносимые курсы по этикету. Леди Олден бы места от вас живого не оставила, увидь она такое кощунство.

Он даже не поднял взгляда. Лишь медленно, с каким-то особенным наслаждением перелистнул страницу.

— Вижу, обучение не проходит даром, — отозвался он скучающим, тягучим голосом, будто я была назойливой мухой, отвлекающей от важного дела.

— Я не для этого пришла, — отрезала я, делая шаг к столу. — Ты вроде говорил, что не выделишь мне отдельные покои, потому что переживаешь, что меня убьют. Но в итоге — выделил. С чего вдруг такая смена тактики?

На этот раз он усмехнулся. Это была не добрая улыбка, а короткий, злой оскал, от которого по коже пробежал холодок.

— Я такого не говорил, Эшли. Я сказал, что переживаю, что меня не оправдают за убийство серебряного дракона, если его свалят на меня. Но теперь, когда ты официально моя невеста, мне ничего не будет.

Я замерла, вытаращив глаза. Воздуха в комнате вдруг стало не хватать. Ничего не будет? За мое убийство?

Заметив мою реакцию, Кайден наконец захлопнул книгу с глухим стуком и соизволил посмотреть на меня. Его взгляд стал чуть мягче, но ирония никуда не делась.

— Я пошутил. В замке и особняке безопасно. Все служащие принесли магическую клятву верности, которую физически нельзя нарушить. Так что успокойся и дыши ровнее.

Он встал, возвышаясь надо мной, и в этот момент в моей голове все сложилось.

— Я поняла, — прошипела я, чувствуя, как к щекам приливает жар негодования. — Ты просто хотел попасть ко мне в постель.

Кайден выгнул бровь, и в его глазах промелькнуло нечто похожее на искреннее удивление, смешанное с насмешкой.

— Вообще-то, это были мои покои и моя спальня. Так что все наоборот: ты ко мне, а не я к тебе.

Я задохнулась от возмущения. Этот человек умудрялся выставить меня дурой в любой ситуации.

— Чудовище… Ты просто чудовище! — выплюнула я, не находя других слов.

— Не сказал бы, — бросил он, отходя к окну и даже не оборачиваясь на мой праведный гнев. — Я, между прочим, все это время спал в гостиной, пока ты занимала спальню. Так что звание «чудовища» пока прибереги для кого-нибудь другого.

Я стояла столбом, не в силах шевельнуться, и просто смотрела на него. Злость, еще мгновение назад кипевшая во мне, вдруг сменилась растерянностью. А ведь и правда… Он не пришел. Хотя мог. Это был его замок, его правила, его спальня, в конце концов. Он мог занять кровать по праву хозяина, но предпочел неудобный диван в гостиной.

В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина. Кайден стоял у окна, его силуэт казался темным и резким. Как вдруг он заговорил, и его голос, до этого скучающий, теперь вибрировал от какого-то скрытого напряжения.

— Или я могу им стать, — произнес он, медленно оборачиваясь ко мне. Его глаза сузились в щели, а радужка затопила белки жидким золотом — суть дракона начала выходить из-под контроля. — Могу прямо сейчас пробудить и привязать твоего дракона силой.

Он сделал шаг в мою сторону — медленный, хищный.

— Ведь ты совсем не чувствуешь, когда я рядом с тобой, Эшли. Мой дракон рядом с тобой ломает все внутри. Он жаждет пробуждения серебряного дракона. И ты даже не представляешь, как много я на самом деле делаю — и чего мне это стоит, — чтобы ты не посчитала меня чудовищем. Понимаешь?

Я начала пятиться, мелко кивая и чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Да, я все поняла, только не подходи ближе. Но Кайден не остановился.

Я уперлась спиной в холодную стену, а он навис надо мной, лишая пространства для вдоха. Его дыхание обожгло губы, и в этот момент он казался воплощением стихии, которую невозможно приручить.

— Настолько, что иногда мне кажется — не сдержусь, — прошептал он, и голос его стал низким, рокочущим. — Дракон вырвется, а значит, и пробуждение случится.

Он закрыл глаза, и я замерла. Внутри все скрутилось в тугой узел: я ожидала поцелуя и до смерти его боялась. Секунда тянулась вечно, но когда он снова открыл глаза, они были прежними — человеческими, холодными и насмешливыми.

— У тебя много дел, — произнес он совершенно спокойным, почти деловым тоном, отстраняясь. — Сейчас пора обедать. Сразу после этого прибудет мастер по танцам. Не хочу, чтобы на следующем балу ты оттаптывала мне ноги. Идем в трапезный зал.

Он развернулся и вышел, а я так и осталась стоять, прижатая к стене. Сердце все еще выбивало чечетку о ребра. Поверить не могла… Я что, действительно только что ждала поцелуя? Поцелуя этого грубияна? Не может быть! Внутри все полыхало от унижения и странного, злого раздражения.

— Эшли! — донесся его оклик из коридора.

Встряхнув головой, я поспешила за ним. Мы спустились в трапезную и сели за длинный стол. Еду еще не подали, но слуги уже спешили к Кайдену, неся на серебряном подносе стопку бумаг.

— Отдам их тебе сейчас, до обеда, — сказал он, перебирая листы. — Потом мне нужно уехать по срочным делам. Несколько часов назад на юго-востоке на наше королевство совершили нападение. Я должен быть там.

Он протянул мне бумаги, и я сразу стала их читать. В голову пришли мысли о контракте или соглашении: на что еще хочет обречь меня его высочество?

— Это твои новые документы, — пояснил он, глядя на меня в упор. — Теперь ты графиня. Я не могу жениться на простолюдинке, так что пришлось это уладить. Твои старые документы я не хотел возвращать в академию, но все же передал их назад. Слушай, а что ты с ними сделала? Там все едва читаемо. Специально буквы стирала, чтобы подлог не заметили?

Я промолчала, лишь крепче сжала бумаги.

— Впрочем, это уже неважно, — махнул он рукой. — Эш пока официально остается в академии. Но слушай внимательно: в мое отсутствие ты спишь здесь, в особняке. Это приказ. И каждый день — этикет и танцы, пока я не вернусь.

— Ты что, так долго решил там быть? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Он лишь хмуро посмотрел на меня и неопределенно пожал плечами. Я опустила взгляд на документы и внимательно перечитала еще раз каждую строчку — от нового титула до печатей. Все было официально.

— Хорошо, — кивнула я.

В этот момент слуги внесли обед. Воздух наполнился ароматом запеченной утки в медовой глазури и пряных трав. Перед нами поставили тарелки с прозрачным бульоном, в котором плавали крошечные гренки, и салат из свежих овощей с редкими заморскими специями.

Мы ели в тишине, нарушаемой только едва слышным звоном серебряных приборов. Я старалась делать все так, как учила леди Олден: локти прижаты, спина прямая, крошечные кусочки. Кайден ел быстро, но с той же врожденной грацией, которая так меня бесила. Он выглядел сосредоточенным, его мысли уже были точно не здесь. А я сидела напротив, новоиспеченная графиня в золотой клетке, и гадала: что же изменится в этой крепости, когда ее хозяин исчезнет за горизонтом?

— Будешь по мне скучать? — Голос Кайдена разрезал тишину, вырвав меня из раздумий так резко, что я поперхнулась куском утки.

— Что?! — прохрипела я, отчаянно пытаясь откашляться и сохранить при этом каплю достоинства, которому меня так усердно учила леди Олден.

Кайден иронично усмехнулся, подперев подбородок рукой и глядя на мои мучения с явным удовольствием. Было ясно: он просто издевается, прощупывая почву.

— Ну конечно, — отозвалась я, вернув себе самообладание и придав голосу самую ядовитую нотку. — Буду рыдать в подушку каждую ночь, оплакивая отсутствие твоих едких замечаний и пыльных сапог на столе. Моя жизнь без твоего превосходства превратится в серую пустыню.

Он лишь хмыкнул, оценив мой сарказм, но договорить нам не дали. В дверях появились слуги, вежливо напомнив, что мастер по танцам уже ожидает в бальном зале. Пора было идти.

Кайден остался сидеть за столом, задумчиво разглядывая пустой бокал. Я подхватила свои новые документы, чувствуя их приятную тяжесть, и уже направлялась к выходу, но у самого порога замерла. Обернувшись, я посмотрела на него и задала вопрос, который действительно не давал мне покоя:

— Кайден… А если, чисто теоретически, ты больше сюда не вернешься? Никогда. Нападение, война — всякое бывает. Моя помолвка в таком случае будет считаться официально расторгнутой? А статус графини при мне останется?

Его лицо на мгновение окаменело, а потом в глазах снова зажглось то самое опасное золото.

— Даже не надейся, Эшли, — отрезал он, и его голос стал жестким. — Я вернусь. Вернусь и лично разбужу твоего дракона. Живым или мертвым — я от тебя не отступлюсь.

— Но ты сам обещал, что если я закончу семестр… — начала было я, пытаясь напомнить о нашем пари, которое он принял.

— Не закончишь, — бесцеремонно перебил он, обрывая меня на полуслове. — Иди учись танцевать, а не топтать чужие ноги. Разговор окончен.

Я вылетела из трапезной, едва не хлопнув дверью. Какой же он невыносимый! Самовлюбленный, властный, грубый… и, черт бы его побрал, пугающе красивый. Я подумала «пугающе красивый»? Нет, я имела в виду… Все-таки больше невыносимый и наглый.

Поднявшись по широкой мраморной лестнице, я сжимала в руках бумаги — новые документы. Пальцы до сих пор подрагивали — то ли от злости на Кайдена, то ли от странного предчувствия. Я хотела просто оставить бумаги в покоях на массивном дубовом столе и поскорее скрыться в бальном зале, чтобы выплеснуть раздражение в танце.

Но стоило мне переступить порог, как из тени вышел он. Я едва не вскрикнула. Он ведь оставался сидеть за столом, когда я ушла.

— Еще я забыл отдать тебе это, — негромко произнес Кайден.

В его руке блеснул кинжал. Изящное лезвие, рукоять из черного дерева, инкрустированная серебром. Он протянул его мне, и когда я взяла оружие, почувствовала, как по ладони пробежал холодный магический разряд.

— Он заколдован, — пояснил он, глядя мне прямо в глаза. — Это сфера телепортации. Стоит им воспользоваться, и тебя сразу перенесет ко мне. Но помни: перед телепортацией твоя личина спадет. Используй его только в крайних случаях. Тогда, когда станет смертельно опасно.

Я смотрела на кинжал, чувствуя его тяжесть. Это была не просто страховка — это была невидимая нить, связывающая меня с ним, где бы он ни находился.

— Буду скучать, — вдруг бросил он на прощание.

Голос прозвучал как-то иначе — без привычного сарказма. Я замерла, слова застряли в горле. Хотела ответить что-то язвительное или, наоборот, честное, но так и промолчала, провожая его взглядом, пока его стремительная фигура не скрылась за поворотом.

Опомнилась я только через минуту. Прижав кинжал к груди, я бросилась в бальный зал.

Мастер по танцам оказалась на редкость лучезарной девушкой. Она встретила меня сияющей улыбкой и, не теряя ни секунды, приступила к занятию. Следующие три часа превратились в настоящий марафон. Музыка кружила голову, туфли выстукивали ритм, а я вкладывала в каждое па все свое упрямство.

Под конец занятия я поймала себя на мысли, что двигаюсь удивительно легко. Мои движения стали точными, спина — каменной, а в каждом повороте чувствовалась драконья стремительность. Я прямо-таки видела удивленное лицо Кайдена и была уверена: ему бы понравилось. Партнеру я не наступила на ногу ни разу — леди Олден могла бы мной гордиться.

Как только мастер по танцам, сияя прощальной улыбкой, покинула бальный зал, я почувствовала, как гудят мышцы. Ноги слушались плохо, но азарт победы над собственной неуклюжестью еще грел изнутри. Я отправилась на ужин в гордом одиночестве. Огромный стол теперь казался бесконечным, а тишина в трапезной — звенящей. Без едкого взгляда Кайдена еда казалась пресной, хоть повара и превзошли себя.

Покончив с трапезой, я не отправилась в покои. Ноги сами привели меня в библиотеку особняка. Огромные стеллажи, уходящие под самый потолок, пахли старой кожей и магией. Я принялась лихорадочно искать хоть какое-то упоминание о серебряных драконах. Пожиратели пламени… Не может быть, чтобы о нас не написали ни строчки!

Я провела среди полок два часа, перебирая фолиант за фолиантом, но наткнулась на глухую стену. Ничего. Совсем ничего.

«Ладно, — подумала я, захлопывая очередную бесполезную книгу по геральдике. — Может, в библиотеке академии найдется больше? Хотя вряд ли у будущих гвардейцев есть информация о других королевствах. Скорее всего, истина в главном королевском архиве в замке».

Я решила отложить поиски на потом. Сейчас тело требовало отдыха. Я быстро приняла ванну, решительно отказавшись от помощи слуг. Вода смыла усталость, и, едва коснувшись подушки, я провалилась в глубокий сон.

Глава 7. Тени, которые знают правду.

Проснулась я только к обеду, когда солнце уже вовсю заливало комнату. Лениво пообедав, я подошла к окну и посмотрела в сторону академии. Внутри меня зрело холодное упрямство.

С чего это я должна подчиняться его приказам? — прошептала я своему отражению. — Он уехал на границу, далеко. Его распоряжения для меня никчемны. Я не комнатная собачка и не трофей, чтобы сидеть взаперти в этом золоченом склепе.

Принц хотел, чтобы я спала здесь? Пусть хочет. Я возвращаюсь в академию. Он должен понять: его власть заканчивается там, где начинается моя свобода. И никакое пари не заставит меня превратиться в послушную тень.

Я решительно натянула жесткую куртку гвардейской формы и привычным жестом надела на палец артефакт личины. Боль уже была привычной. Секунда — и из зеркала на меня снова взглянул Эш. Короткие волосы, острые скулы, мужской разворот плеч. Все как обычно, кроме одного…

Мой взгляд упал на правую руку, и сердце пропустило удар. Помолвочное кольцо. Массивный ободок с фамильным камнем драконов никуда не делся. Он сиял на пальце курсанта Эша, как клеймо, выставленное на всеобщее обозрение.

— Черт… черт… черт! — выдохнула я, судорожно дергая украшение.

Оно словно вросло в кожу. Я тянула до боли, до хруста в суставах, использовала мыло,

масло — бесполезно. Магия Кайдена держала мертво.

— Мать твою, Кайден! — вскрикнула я, обращаясь к пустоте. — Как теперь мне идти в академию? Все увидят, что я — твоя невеста! Ты издеваешься надо мной даже на расстоянии?

В горле встал ком, и из глаз непроизвольно покатились слезы. Я закрыла лицо руками. Эпичная картина: здоровый, крепкий парень в форме элитного гвардейца сидит на полу особняка и ревет навзрыд, как маленькая девочка. Невыносимый, проклятый дракон! Он все предусмотрел. Он хотел, чтобы я была его — официально, везде, даже под чужой личиной.

— Ладно, Эш, соберись, — прошептала я, вытирая лицо рукавом и поднимаясь. — Выход есть всегда.

Я лихорадочно огляделась и оторвала от простыни полоску ткани. Трясущимися руками я плотно обмотала палец, закрывая проклятое золото.

— Скажу — порезался. Сильно. А если спросят, почему не восстановил магией? То попробую поменять тему. Но как долго заживают раны? Дня три? — я прикусила губу, глядя на кокон из бинта. — А что дальше? Перчатки? В душ тоже в них ходить? Урод. Ненавижу тебя, Кайден.

Я снова посмотрела в зеркало, на этот раз твердо. В глубине зрачков Эша мелькнула холодная серебряная искра.

— Разбудить во мне дракона хочешь? — процедила я сквозь зубы. — Думаешь, я прибегу к тебе просить пощады, когда меня раскроют? Не позволю. Вот увидишь, я закончу этот семестр, и никакие твои кольца меня не остановят.

Подхватив сумку, я шагнула к выходу. Если он думал, что я сдамся из-за украшения, он очень плохо меня знает.

Шагая по гравийной дорожке к кованым воротам особняка, я старалась привыкнуть к бинту на пальце. Возле выезда уже ждала лакированная карета с гербом королевства огненных драконов. Лошади нетерпеливо били копытами, а кучер, завидев меня — точнее, высокого парня в форме гвардейца, — поспешно соскочил с козел.

— Госпожа Эшли! — окликнул меня слуга, низко кланяясь. — Прошу, садитесь, мы доставим вас прямо к воротам академии. И подскажите… когда за вами приехать? В котором часу вас забрать обратно в особняк?

Остановившись, я поправила лямку сумки на плече. Взгляд мой был твердым.

— Я больше не вернусь, — отрезала я, глядя прямо на него. — Спасибо, но карета мне не нужна. Я дойду пешком, тут максимум час пути. Всего доброго.

Слуга замер с открытым ртом, явно не зная, как реагировать. По уставу он должен был настоять, но я видела в его глазах замешательство и почтение. Теперь я для них — не просто гостья или пленница, а официально признанная графиня. Они не смели со мной спорить, какими бы странными ни казались мои причуды.

Развернувшись, я зашагала прочь, чувствуя на спине их растерянные взгляды. Документы намеренно оставила в сейфе особняка. Таскать с собой в академию бумаги на имя «графини Эшли», когда пытаюсь сойти за «кадета Эша» — верх безумия. Если что-то случится, восстановлю, а пока — лишние улики мне ни к чему. Пусть пылятся там, в золоченой клетке, из которой я только что сбежала.

Дорога до академии далась мне легко, меньше чем за час я добралась. С каждым шагом прочь от особняка я чувствовала, как ко мне возвращается былая уверенность. Пусть Кайден думает, что приручил меня своими титулами и кольцами. Настоящая я — здесь, в пыли дорог и в предвкушении свободы.

Я шагала по знакомым гулким коридорам академии, и звук моих форменных сапог по камню приносил странное облегчение. Здесь я была просто Эшем, а не «невестой дракона» в шелках. Но стоило мне свернуть к жилому крылу, как впереди показалась знакомая фигура.

— Эш! Постой! — окликнул меня Марк, размахивая рукой.

Замерев, я невольно спрятала перебинтованную руку за спину. Марк подбежал, запыхавшись, его лицо выражало крайнюю степень возбуждения, смешанную с тревогой.

— Где ты пропадал? Тут такое творится! — начал он, даже не дождавшись моего приветствия.

Мы отошли к окну, и я приготовилась слушать. Оказалось, пока я «гостила» у Кайдена, академия превратилась в растревоженный улей.

— Вчера вечером всех, кто остался, собирали на экстренный совет, — зашептал Марк, оглядываясь. — Приказ сверху. Всех старшекурсников — со второго по шестой — повально забирают на фронт, на место нападения. Гвардия не справляется, нужны резервы.

Я слушала его, и внутри все похолодело. Значит, Кайден не преувеличивал — там действительно настоящая бойня, раз в ход пошли даже студенты. Я-то думала, что он просто решил так слинять, чтоб не отвечать за это проклятое кольцо.

— И что теперь? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал по-мужски ровно.

— А теперь у нас тут «великое переселение», — Марк невесело усмехнулся. — Раз старшие курсы уехали и освободилось столько места, руководство решило расформировать общие казармы первокурсников. Нас всех перераспределяют по комнатам в жилых блоках. Говорят, это временно: как только старшие вернутся, всех вытряхнут обратно. Но пока… Эш, представляешь, у нас будет нормальное жилье!

Он так искренне радовался, а я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Моя комната — та самая «проклятая» комната, где умирали люди, — теперь официально оставалась за мной. Но если теперь всех перераспределяют, значит, ко мне могут подселить кого-то вместо Кайдена? Или, что еще хуже, меня саму могут перевести.

— А списки уже есть? — спросила я, поправляя бинт на пальце. — Кто и где живет?

— Списки? Нет, — Марк качнул головой, его лицо стало непривычно серьезным. — Сказали, вывесят только на следующей неделе. Сейчас полная неразбериха. Говорят, на границе настоящая бойня. Причем идет она уже давно, просто от нас скрывали масштабы. А теперь все стало совсем паршиво: одно из союзных королевств переметнулось на ту сторону. Теперь они не просто вышли из союза, а поставляют свою армию и наемников прямо к нашей самой слабой границе.

Я слушала его, и внутри все стягивалось в тугой узел. Союзники предали… скорее всего, это королевство бывшей невесты Кайдена — Таланы.

— Слушай, Марк, я вымотался, — выдавила я, сделав вид, что едва держусь на ногах от усталости. — Давай завтра договорим.

Не став дожидаться ответа, я зашла в комнату номер тринадцать и буквально перед носом опешившего Марка закрыла тяжелую дубовую дверь. Щелкнул замок.

Я обессиленно опустилась на кровать, даже не снимая сапог. Тишина комнаты, еще хранившая едва уловимый запах сандала и огня — запах Кайдена, — навалилась на меня тяжелым грузом.

«Все очень плохо, — подумала я, глядя в потолок. — А если он действительно… если он там умрет? Что тогда будет со мной?»

Странно, но мысль о свободе больше не приносила радости. Вместо нее в груди поселился липкий, холодный страх. Что станет с нашей помолвкой? Отпустят меня, зная, что я пожиратель пламени? Или перепродадут кому-то другому?

Я была так измотана этим днем и новостями о войне, что даже забыла о проклятии самой комнаты. Закрыв глаза и, не раздеваясь, я провалилась в тяжелый сон.

Холод. Пронзительный, потусторонний холод заставил меня распахнуть глаза среди ночи. В комнате было темно, но пространство вокруг моей кровати светилось призрачным, мертвенно-бледным светом. Замерев, я боялась даже вздохнуть: передо мной, полупрозрачные и безмолвные, стояли двенадцать мужчин. Их лица были изможденными, а глаза — пустыми провалами, полными боли.

— Серебряный дракон… — раздался шепот, от которого заложило уши. — Освободи наши души. Он убил нас…

Сердце подпрыгнуло к самому горлу, мешая дышать. Я хотела вскрикнуть, позвать на помощь, но голос пропал. С трудом сглотнув липкий ком, я заставила себя прошептать:

— Кто вы? Двенадцать душ… Кто вас убил?

Они не ответили словами. Один из них указал вниз. Прямо под моей кроватью, там, где на досках были выцарапаны имена погибших, начал разрастаться иссиня-черный провал.

— Мы не можем сказать, но можем показать. Следуй за нами…

Портал пульсировал, как открытая рана. Я нащупала под подушкой кинжал Кайдена. Его тяжесть придала мне безумной смелости.

«Скажу, что соскучилась, — мелькнула в голове истеричная мысль на случай, если Кайден спросит, зачем я активировала артефакт в такой момент. — Если выживу».

Я нырнула в холодную пустоту вслед за призраками. На мгновение пространство сжалось, а когда зрение вернулось, я в ужасе посмотрела на свои руки. Они просвечивали! Неужели я тоже теперь призрак? Неужели эта комната все-таки допила меня, пока я спала?

Но времени на панику не было. Тени вели меня по знакомым коридорам, которые сейчас выглядели иначе — серыми, безжизненными. Мы остановились в святая святых академии — в спальне начальника академии. Призраки указали на массивный стол, заваленный бумагами.

Подойдя ближе, я похолодела. В тайном реестре были вписаны те же имена, что и на полу в моей комнате. И последним в списке значилось: «Эш».

— Что это? — выдохнула я, оборачиваясь к своим призрачным спутникам.

— Это магический канал, — прошелестел самый высокий из призраков. — Твое имя написано неверно. Ты не Эш, и поэтому он не смог забрать твою энергию. Начальник академии… он пожиратель пламени. Он скрывает свою истинную суть за древней магией, которую питает жизнями студентов. Комната тринадцать не единственная, но самая мощная. Основная сила идет из нее, потому что он надеется поглотить мощь принца через соседа, но что-то идет не так, и сосед умирает.

Я смотрела на список, и ярость медленно закипала во мне, вытесняя страх. Начальник академии — такой же, как я? Но вместо того, чтобы хранить равновесие, он превратился в паразита.

— Что мне нужно сделать, чтобы вас освободить? — спросила я, глядя в пустые глазницы призраков. Горло все еще сдавливал холод, но страх уступил место решимости.

— Разорвать канал, — прошелестели они в унисон, и этот звук напомнил шелест сухой листвы на кладбище.

Импульсивно потянувшись к столу начальника академии, я желала схватить тот самый список и магический накопитель, но мои пальцы лишь бессильно прошли сквозь дерево, словно сквозь туман. Я с ужасом посмотрела на свои полупрозрачные ладони.

— Но как? — воскликнула я, оборачиваясь к ним. — Я же прохожу сквозь предметы! Я сейчас такая же тень, как и вы.

Один из призраков, самый рослый, криво усмехнулся — если это можно было назвать усмешкой на его застывшем лице.

— Эшли, если бы все было так просто, мы бы и сами это сделали. Мы не такие дураки, какими кажемся, и пытались бороться. Но дух не может разрушить материю. Тебе нужно зайти сюда во плоти. Настоящей, живой.

Я опешила. Картинка в голове сложилась совершенно безумная.

— Как мне это сделать? Как мне попасть в спальню к начальнику академии среди ночи? Вы серьезно? Это же самоубийство. Охрана, магические щиты…

Призраки синхронно пожали плечами, и этот жест в их исполнении выглядел жутко. Один из них выступил вперед, его голос стал чуть четче:

— Мы несколько дней «настраивались» на твою частоту, пока ты спала в той комнате. Теперь ты можешь видеть нас в любое время суток, Эшли. Мы станем твоими глазами и ушами. Мы будем следить за каждым шагом начальника академии. Как только он покинет покои, мы сразу сообщим тебе.

У меня в руках был кинжал Кайдена, на пальце — проклятое кольцо, а за спиной — двенадцать шпионов, которых не видит ни один живой маг.

— Значит, играем по-крупному, — прошептала я. — Следите за ним. Каждую секунду.

— Пойдем, провожу тебя, — прошептал один из призраков, тот самый, что держался чуть ближе остальных.

Мы промчались по коридорам академии, и он мягко подтолкнул меня к зияющей пустоте под кроватью. Шаг — и ледяной вихрь снова скрутил пространство. Секунда дезориентации, и я на выдохе повалилась на перину. Плоть снова стала тяжелой, живой, а сердце застучало о ребра так сильно, что, казалось, его слышно во всем крыле академии.

Портал исчез, растворившись в воздухе, словно его и не было. Только выцарапанные на досках имена поблескивали в лунном свете. Призрак замер у окна, его фигура едва колыхалась.

— Мы дружили с детства. Марк мне был как брат, — вдруг тихо произнес он. — Я видел из тени, как он пытается подружиться с тобой, с Эшем.

Я сглотнула вставший в горле ком и кивнула, глядя на его прозрачный силуэт.

— Ему так жаль, что такое произошло с тобой. Уверена, что он скучает.

Призрак едва заметно наклонил голову, в его пустых глазах на миг промелькнуло что-то человеческое.

— Доброй ночи, Эшли.

Он растаял в воздухе, а я так и осталась сидеть на кровати, сжимая в руках простыни. Сон улетел окончательно. Теперь маски были сорваны: я точно знала, кто предатель. Начальник академии — «свой» среди чужих, пожиратель пламени, превративший элитную академию в личную кормушку. Раз призраки доверились мне, то я решу их проблему, пока она не стала моей.

До подъема оставалось два часа. Лежа на кровати, я размышляла о том, в каких случаях начальник академии может отсутствовать в спальне. В голову шли события, шанс на происшествие которых равнялся почти нулю.

В столовую я пришла одной из первых. Она казалась вымершей — ни пафосной элиты, ни высокомерных драконов. Райан, видимо, тоже отбыл на фронт. Огромный зал пустовал: из всех столов были заняты от силы пять. По привычке я направилась к своему пятому столу, который теперь выглядел сиротливо.

Стоило мне сесть, как напротив «приземлился» Марк. Вид у него был помятый и крайне озадаченный. Глядя на него, я сразу вспомнила того призрака и почувствовала странную нежность к этому парню — я поддержу его, чего бы мне это ни стоило.

— Ты видел? — без предисловий спросил Марк, ткнув пальцем в сторону информационной доски. — Все лекции отменили. Вообще все. Нам поставили тренировки на износ — с раннего утра и до самой ночи. Сказали, «подготовка к экстренному резерву».

Опешив, я едва не выронила ложку.

— С утра до ночи? Ты серьезно?

— Да. Полигон, фехтование, полоса препятствий. Никакой теории, только зубодробительная практика.

В голове моментально сложился пазл: начальнику академии нужно, чтобы мы были выжаты как лимоны. Чем больше мы тратим сил, тем активнее выделяется магия, которую он поглощает через свои каналы. Он готовит нас не к войне, а к ужину.

— Какой кошмар… — прошептала я, чувствуя, как немеют мышцы от осознания масштаба беды. Я точно умру здесь раньше, чем Кайден на поле битвы.

Быстро доев завтрак, мы направились в главный тренировочный зал. Когда мы туда вошли, гул сотен голосов первокурсников мгновенно стих под ледяными взглядами инструкторов. Они выстроились в ряд на помосте, словно каменные изваяния. Впереди всех стоял главный наставник по боевой подготовке — суровый шрам на его щеке казался еще бледнее при свете магических ламп.

— Слушайте внимательно, кадеты! — его голос прогрохотал под сводами зала, отражаясь от доспехов на стенах. — С этого дня расписание лекций аннулировано. На этой неделе, на следующей и до конца месяца ваши будни будут состоять только из пота, стали и магии. Мы готовим вас к худшему сценарию: если ситуация на границе не стабилизируется, первый курс выдвигается в качестве подкрепления. Вы — наш последний резерв. Тренировки, и только тренировки.

По залу пронесся тяжелый вздох. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Нас не просто учили, нас ковали как мечи, которые собирались бросить в горнило войны.

— Первая дисциплина — контактный бой с усилением, — скомандовал инструктор. — Разбиться на пары! Отработка связок «блок-контратака» с использованием стихийного щита. Приступить!

Я повернулась к Марку. Он выглядел бледным, но решительным. Мы разошлись на пару шагов, принимая боевую стойку.

Тренировка началась в бешеном темпе. Я едва успевала ставить блоки. Марк атаковал яростно, его ладони вспыхивали искрами при каждом ударе — он явно пытался выплеснуть страх через физическую нагрузку. Мне приходилось юлить, использовать всю свою ловкость, чтобы хоть как-то соответствовать другим кадетам.

Я чувствовала, как в зале нарастает магическое напряжение: сотни кадетов одновременно выбрасывали энергию, создавая плотное облако силы под потолком. И тут я вспомнила слова призрака про магический канал. Я кожей ощущала, как этот избыток силы не рассеивается, а словно втягивается в невидимые воронки в стенах. Начальник академии был здесь, он буквально «обедал» нашим рвением.

К концу второго часа пот катился градом, мышцы горели, а руки дрожали от постоянных столкновений. Но я не сдавалась. Каждый раз, когда хотелось упасть, я касалась бинта на пальце, под которым скрывалось кольцо Кайдена.

Во время спарринга, когда я едва успевала уворачиваться от выпада Марка, прямо между нами соткалось серое марево. Это был один из двенадцати призраков. Он плыл в воздухе, невозмутимый и холодный, пока вокруг него кипел бой.

— Смотри на стены, Эшли, — прошелестел его голос прямо у меня в голове. — Видишь, как воздух дрожит? Он сосет магию даже сейчас. Из каждого, кто здесь находится. Вы для него — просто батарейки, которые он выжмет досуха перед тем, как выбросить на фронт.

Изо всех сил я старалась не смотреть на призрака. Мой взгляд был прикован к кулакам Марка, но внутри все клокотало от ярости. Я не могла ответить духу, не могла выдать себя, но губы сами собой шепнули: «Я поняла». Коротко, почти беззвучно, бросив лишь мимолетный взгляд на серую тень.

— Что? Что ты понял, Эш? — Марк замер, тяжело дыша и вытирая пот со лба.

— То, что нас точно туда отправят, — быстро нашлась я, кивнув на инструкторов. — Раз нас так гоняют, значит, времени не осталось.

Марк лишь угрюмо кивнул, принимая мое объяснение, а призрак, удовлетворенный, растаял в камне ближайшей колонны.

Но отдыха нам не дали. Инструктор оглушительно свистнул, прерывая редкие секунды передышки.

— Спарринги окончены! — гаркнул он. — Теперь — полоса препятствий с магическим подавлением! Вторая группа, на выход!

Это было настоящее издевательство. Нас погнали на задний двор полигона, где была выстроена сложная трасса: высокие стены с гладким покрытием, рвы с вязкой грязью и подвесные бревна. Но главной сложностью было не это. По всему периметру работали «глушилки» — артефакты, которые давили на наши магические каналы, заставляя мышцы наливаться свинцом.

Мы уже были мокрыми насквозь, форма прилипла к телу, а дыхание вырывалось с хрипом. Мне приходилось труднее всех: я должна была прыгать, карабкаться и бежать, удерживая мужскую личину, которая в условиях подавления магии требовала вдвое больше сил.

Когда я карабкалась по канату, чувствуя, как обжигает ладони, я видела, как другие ребята падают в грязь, не в силах подняться. Но я не могла себе этого позволить. Под бинтом на пальце кольцо Кайдена начало странно пульсировать, словно делясь со мной крохотной толикой его огненной ярости. Я стиснула зубы и рванула вперед через барьеры, через усталость, чувствуя на себе внимательный, хищный взгляд начальника академии с балкона главной башни.

Когда каждый из кадетов дошел до конца, инструктор рявкнул так, что у меня заложило уши:

— Свободны! Час на обед, и чтобы в четырнадцать ноль-ноль все стояли здесь. Кто опоздает — будет бежать полосу препятствий до ужина!

Я едва переставляла ноги. Мышцы гудели, словно в них залили расплавленный свинец, сердце бешено колотилось где-то в горле, вызывая приступы тошноты. Живот скрутило спазмом — то ли от голода, то ли от дикого перенапряжения. Я сирота, привыкла к трудностям, но не думала, что все будет настолько сложно. Из нас не просто делали бойцов — из нас выковывали оружие, не жалея металла.

В столовую ввалились толпой: грязные, потные, в перепачканной землей форме. Никто не пошел мыться или переодеваться — какой смысл? Через пятьдесят минут все равно возвращаться в это пекло. Воздух в столовой стал тяжелым от запаха пота и дешевого магического восстановителя, который нам выдали в дополнение к еде.

Схватив поднос с безвкусной кашей и куском хлеба, я побрела к своему пятому столу. Оглядевшись, заметила Марка — он сидел за восьмым, оживленно переговариваясь с какими-то парнями. В груди кольнуло одиночество, но я тут же одернула себя: так спокойнее. Чем меньше он рядом, тем меньше шансов, что он заметит мой светящийся под бинтом палец.

Быстро запихнув в себя еду, я отправилась в общую комнату отдыха. Там было прохладнее, и мягкие кресла манили обещанием покоя. Я опустилась в одно из них, прикрыла глаза, но расслабиться не получалось.

«Как? — эта мысль сверлила мозг. — Как мне проникнуть в спальню начальника академии?»

Начальник академии хитер. Он специально выматывает нас, чтобы ночью у нас не было сил даже доползти до кровати, не то что устраивать диверсии.

Я коснулась бинта на пальце. Кольцо под ним ощутимо вибрировало.

— Ну же, двенадцать теней, — прошептала я едва слышно, — дайте мне знак. Когда этот пожиратель оставит свой «канал» без присмотра?

Я снова попыталась расслабиться, прикрыв глаза, как вдруг тишину комнаты отдыха взорвал чей-то грубый смех. Ввалилась группа первокурсников — тех самых самоуверенных парней, которые сегодня косились на всех, кто не справлялся.

— Гляньте-ка, наш Эш совсем выдохся, — процедил один из них, с грохотом отодвигая соседний стул. — Слышь, ты, сто раз отжаться не можешь, на тренировках мечом машешь, как девчонка подолом. Ты вообще мужчина или так, недоразумение в форме?

Я не ответила, лишь крепче сжала подлокотники. Сил на споры не было, но они не унимались.

— Что молчишь? Язык проглотил? Или боишься, что голос сорвется на девичий писк? — парень толкнул меня в плечо.

Внутри все вспыхнуло. Я вскочила, и кулак сам собой врезался ему в челюсть. Их было трое или четверо. Один заломил мне руки, другой с размаху ударил в лицо. Хруст — и по губам потекло что-то горячее. Боль ослепила, я почувствовала, как кровь из разбитого носа мгновенно пропитала воротник формы. Я пыталась отбиваться, но мужская личина в ярости работала плохо — магия дрожала.

— Хватит! — этот голос не был громким, но от него по стенам пошел иней.

Парни отлетели от меня, словно их сдуло ураганом. В дверях стоял начальник академии. Его присутствие давило на меня, заставляя задыхаться. Он медленно подошел к нам. Нападавшие вытянулись в струнку, побледнев от ужаса.

— Вон отсюда. Все, — ледяным тоном бросил он.

Когда комната опустела, начальник академии подошел ко мне вплотную. Я тяжело дышала, размазывая кровь по лицу. Он протянул руку и стальными пальцами взял меня за подбородок, заставляя поднять голову.

— Посмотри на меня, Эш, — приказал он.

Вскинув взгляд, полный злости, я замерла. Его глаза оказались совсем близко. Он замер, впившись в мои зрачки. Секунда, две, пять… Он сканировал мою душу. Его ноздри едва заметно дрогнули, словно он уловил мой истинный запах сквозь магическую маскировку.

В его глазах на мгновение вспыхнуло узнавание — хищное, торжествующее. Он понял. Понял, что перед ним не «слабый кадет», а спящий серебряный дракон. Пожиратель почувствовал пожирателя.

Затем он так же резко отпустил мой подбородок, отступил на шаг и, не проронив ни слова, стремительно вышел из комнаты, оставив за собой лишь шлейф холодного ужаса.

Опустившись на пол, я почувствовала, как руки начинают сильно дрожать. Кровь продолжала капать мне на воротник, но мне было плевать. В голове билась только одна паническая мысль:

«Черт возьми… он понял. Он все понял. Он знает, кто я».

Поднявшись, я вышла из комнаты отдыха и быстро зашагала по коридору, прижимая ладонь к лицу. Мысли неслись вскачь, обгоняя друг друга. Начальник академии не выдаст меня — я в этом почти уверена. Если он раскроет, что в академии учится девчонка, я в ответ «спалю» его темный канал и двенадцать призраков за его спиной. Мы оба на крючке, хоть он этого и не знает.

Но была проблема посерьезнее разоблачения. Имя. На балу меня объявили невестой Кайдена, мое имя и то, что я — серебряный дракон, пожиратель пламени. Если начальник академии в своем проклятом списке в спальне исправит «Эш» на «Эшли»… все. Канал настроится на мою истинную суть, и он выпьет мою магию до последней капли. Я стану тринадцатой тенью в его коллекции.

Зайдя в свою комнату, я быстро схватила чистую одежду, стараясь ее не перепачкать кровью, и направилась в душевую. Вид у меня был тот еще — форменная куртка в багровых пятнах, глаза лихорадочно блестят.

— Эш! Боги, что случилось?! — раздался испуганный голос Марка.

Он буквально отшатнулся, когда я чуть не врезалась в него в узком переходе. Его глаза округлились от ужаса, он потянулся ко мне, явно желая помочь.

— Упал, — отрезала я, даже не замедляя шага. — Неудачно приземлился в комнате отдыха.

Я прошла мимо, не давая рассмотреть ему детали. Сейчас мне меньше всего хотелось выслушивать сочувствие. Мне нужно было за пятнадцать минут привести себя в порядок и вернуться в тренировочный зал.

Быстро забежав в раздевалку, я скинула с себя одежду, и молниеносно оказалась под ледяной струей душа. Вода мгновенно окрасилась в розовый. Кровь вроде бы остановилась, но нос нещадно ныл, а на скуле наливался синяк. Я терла кожу до красноты, смывая грязь, пот и чужую ярость.

За пятнадцать минут я привела себя в порядок, замотав новым «бинтом» палец, и успела заскочить в комнату, чтобы оставить свою окровавленную форму. Когда снова вышла в коридор, я была единственным чистым человеком среди сотен грязных, пахнущих потом и усталостью парней. На меня косились, кто-то усмехался, но мне было плевать. Под чистой рубашкой на моей груди висел кинжал Кайдена, а под бинтом на пальце жгло кожу кольцо.

Я знала: сегодня ночью я должна быть в спальне начальника академии. Либо я сотру свое имя из его списка, либо завтра утром я просто не проснусь.

Как только я зашла в тренировочный зал, где уже все собрались, свисток инструктора прорезал влажный воздух зала, выгоняя нас обратно на полигон. Мое лицо горело — разбитый нос после ледяной воды ныл тупой болью, но я держала спину прямой. Чистая форма на фоне грязной толпы делала меня мишенью, но сейчас мне было плевать.

— Внимание! — взревел инструктор. — Отработка группового взаимодействия. Бой два на два! Магический резонанс второго уровня. Встали в пары!

Марк тут же оказался рядом со мной. Он все еще косился на мой синяк, но промолчал, за что я была ему благодарна. Против нас вышли двое парней — крепкие как скалы, с тяжелыми кулаками.

Началась настоящая мясорубка. В этом упражнении важно было не просто махать мечом, а чувствовать плечо напарника. Когда один из парней обрушил на нас каменный град, Марк выставил огненный щит, а я, пригнувшись, скользнула под его рукой и ударила противника в колено учебным клинком. Мы работали как единый механизм. Чувствуя, как Марк доверяет мне свою спину, внутри становилось горько. Я обманывала его. Он даже не подозревает, что Эш — это Эшли. Мы кружили по арене, обмениваясь ударами. Магия искрила, воздух пах озоном и паленой шерстью. Мы победили, но цена была высока — я едва дышала, а Марк хромал на левую ногу.

— Не расслабляемся! — голос инструктора не сулил ничего хорошего. — Следующий этап: синхронное подавление стихии.

Нас вывели к огромным магическим кристаллам, которые пульсировали ядовито-зеленым светом. Задание было запредельным: нужно было прикоснуться к кристаллу и вливать в него свою магию, пока его свечение не сменится на белое. Но кристалл «сопротивлялся» — он выбрасывал обратные волны, которые били по нервам как взрывной импульс.

Это была идеальная ловушка начальника академии. Я видела, как ребята бледнеют, как их трясет от перенапряжения. Мы отдавали силу добровольно, прямо в руки пожирателю. Я прикоснулась к холодной грани. Боль прошила руку до самого плеча. Бинт на пальце намок от пота, и я почувствовала, как кольцо Кайдена начало вибрировать.

Мой внутренний дракон крепко спал, скованный личиной и моей волей, поэтому мне приходилось отдавать магию по капле, имитируя полное истощение, хотя внутри все сжималось от предчувствия беды. К концу часа я была серой от усталости.

— Все, — выдохнул Марк, сползая по стене кристалла. — Я пустой. У меня внутри… просто пустыня.

Я посмотрела на башню начальника академии. Окна были темными, но я знала: он там. Наслаждается «десертом», который мы ему приготовили своим трудом.

После изнурительной тренировки толпа парней, толкаясь и переругиваясь, ломанулась в душ. Я же предпочла выждать. Мне нужно было одиночество, а не риск столкнуться с кем-то нос к носу в облаке пара.

Примерно через час, когда коридоры поутихли, я скользнула в душевую. Горячей воды, разумеется, уже не осталось. Я мылась под струями стремительно холодеющей воды, но это было даже к лучшему — бодрило и приводило мысли в порядок. Холодная вода — ничто по сравнению со страхом, что кто-то увидит помолвочное кольцо Кайдена. Я старалась не смотреть на него сама, но золото упрямо поблескивало даже в полумраке, напоминая о моей «клетке».

Быстро одевшись, я заматала палец свежим бинтом, и уже собиралась выходить, когда передо мной снова соткалось серое марево. Призрак выглядел обеспокоенным.

— Сегодня опять не выйдет, Эшли, — прошелестел он. — Начальник академии уже вернулся. Он в спальне и не собирается уходить.

Сердце упало. Еще одна ночь в этой комнате-ловушке, пока он там, наверху, может в любой момент вписать мое имя в свой жуткий реестр.

— Пожалуйста, присматривай за списком, — шепнула я, оглядываясь на дверь. — Там не должно появиться имя «Эшли». Только «Эш». Если он начнет писать — дай мне знак любым способом.

— Хорошо, Эшли, я прослежу, — кивнул призрак и медленно растворился в каменной стене.

Я поспешила на ужин. Столовая была пуста и гулка, лишь пара заспанных дежурных убирали столы. Кое-как проглотив остывшую еду, я поплелась в свою тринадцатую комнату. Ноги налились свинцом, каждый шаг давался с трудом. Стоило мне доползти до кровати и коснуться подушки, как сознание просто погасло. Дракон внутри спал, и я спала вместе с ним — без снов, без чувств, как мертвая.