Не беси Комаришкина III. Клан Комаришкина

Глава 1

У меня есть клан, из двух человек - меня и сестренки.

Есть личная рабыня, горничная-билдерняшка и охранница особняка Пантелей.

А еще мне засадили наконечник стрелы в мозг и я упал с дирижабля к дикарям вглубь тайги.

Первая часть "Не беси Комаришкина" тут: https://author.today/reader/383278

Вторая часть "Род Комаришкина" тут: https://author.today/reader/389497

Примечания автора:

Эта книга - легкое юмористическо-развлекательное чтиво в стиле Экшен и БояръАниме.

Ваши лайки и позитивные комментарии заставят меня писать быстрее!

----

Я падал с дирижабля и мое сознание ускользало, в глазах темнело и тут я почувствовал внутри себя голос:

— А неплохое тельце! Мне нравится!

— Спасибо, мне тоже! — ответил я неизвестно кому внутри себя.

Внезапно мой разум превратился в поле боя. Бескрайний белый зал, где стенами служил чистый свет, а передо мной предстал демон, классический такой, огромный, в черных доспехах, с глазами, пылающими, как адские костры. Он стоял, скрестив руки, и смотрел на меня с таким видом, будто я муравей, который решил бросить вызов богу.

— Ну что? — произнес демон голосом звучащим как раскаты грома смешанные с хрипом старого мотора. — Сам склонишься и отдашь мне тело или решишь побороться?

Я попытался ответить, но слова застряли в горле.

Демон рассмеялся, его смех походил на скрип старого гвоздя по капоту новенького УАЗа, когда вслед за царапиной сразу виднеется ржавая основа не прошедшая положенную обработку на заводе.

— Твой разум — это песочница, а я — бульдозер, что проедется по ней всей своей стотонной мощью! — заявил мне этот подселенец.

Я разозлился в вместо слов выплеснул из себя намерение, передо мной выстроились ряды современных солдат из мира техноварвара-попаданца. Они были в экзоскелетах и полной экипировке. За их спинами грохотали танки, выстраивались в боевые ряды. Их стволы, блоки ракет и электронные системы наведения смотрели на демона, будто говоря: «Ну, ты попал, дружок». За танками встали экспериментальные системы вооружения.

— В атаку! — раздалось над полем.

Солдаты открыли огонь. Пули, ракеты, снаряды — все это полетело в демона. Он стоял, как скала, и только смеялся своим ржавым смехом. Пули и снаряды отскакивали от его доспехов, как пластиковые шарики от стенки, ракеты взрывались на подлете, не причиняя ему вреда, а лазеры и звуковое оружие... Лазеры просто сделали его доспех блестящими, как будто он только что вышел из химчистки. Вот звуковое оружие заставило демона слегка поморщиться.

— Мило, ты решил побарахтаться. — сказал демон, делая шаг вперед. — Но всего этого недостаточно.

Он махнул рукой, и танки с другой техникой взорвались, как воздушные шарики, а солдаты разлетелись в стороны, как кегли от удара шара в боулинге. Я стоял и смотрел, а моя армия превращалась в груду металлолома.

— Ну что? — спросил демон, подходя ко мне, — готов сдаться?

— Не-а. — ответил я, чувствуя, как где-то в глубине моего разума что-то щелкает. — У меня есть еще одна идея.

Пространство снова изменилось. Теперь я стоял на поле боя, которое выглядело так, будто его нарисовал художник, помешанный на мраке и гигантских пушках. Передо мной выстроились космодесантники во всей их необузданной мощи, с плазменными пушками и цепными мечами. За ними грохотали танки «Леман Русс», а в небе парили дредноуты, такие огромные, что даже демон на секунду задумался.

— О! — сказал он, — это уже интереснее.

Космодесантники двинулись в атаку. Их плазменные пушки стреляли залпами, которые могли бы уничтожить небольшой город. Цепные мечи ревели, как голодные звери. Танки открыли огонь, а дредноуты начали стрелять из своих гигантских пушек.

Демон стоял, как будто наслаждался шоу. Плазменные залпы оставляли на его доспехах черные отметины, цепные мечи резали его плоть, но он только смеялся.

— Вы думаете, что можете остановить меня? — его голос звучал как гром, смешанный с рычанием медведя. — Я — вечность. Я — разрушение.

Он взмахнул рукой, и космодесантники начали падать. Их доспехи плавились, как масло на сковородке, а оружие взрывалось в их руках. Танки были разорваны на части, а дредноуты падали, как срубленные деревья.

— Ну что? — сказал демон, подходя ко мне, — теперь ты готов сдаться?

— Не-а, — повторился я. — У меня есть еще одна идея.

Демон засмеялся. Теперь его смех был похож на звук ломающегося на 80 градусном морозе металла.

— Ты упрям. — улыбнулся он. — Но это не спасет тебя.

Я чувствовал, как его присутствие заполняет меня. Мои мысли становились его мыслями, мои воспоминания — его воспоминаниями. Он был везде, во всем.

— Ты силен, — сказал я, чувствуя, как последние остатки контроля ускользают. — Но я не сдамся.

Демон засмеялся.

— Ты уже сдался. Ты просто еще не понял этого.

И он накинулся на поглощение моей сути и она стала ускользать еще быстрее.

В ответ я начал поднимать правую руку, не спеша, с ленцой, не обращая внимания, как ускользает поглощаемая демоном память. А затем — просто щелкнул пальцами.

— Что это? — прошептал демон.

Я улыбнулся, чувствуя, как ускоряется вливание воспоминаний в демона, теперь уже не он тянул на себя воспоминания, а я запихивал их в него шиковещательным потоком.

— Неет! — заорал демон почувствовав в этом информационном пересыщении какую то ловушку.

А я захохотал чистым и прозрачным смехом наслаждения! Все происходящее до этого было театром, балетом чистого разума. Демон считал меня актеришкой, а себя примой спектакля, но на деле я был режиссером-постановщиком, тянул время давая регенерации сделать свое дело.

Мой организм легко смог не только восстановиться, но и ассимилировать наконечник стрелы с сидящим в нем демоном к своей выгоде. Все важные функции мозга продублировались, а к наконечнику теперь вели только информационные цепочки.

Я смог получить то, о чем мечтал — мнемонического архивариуса!

Теперь я смогу получить доступ к любой информации которую загрузил в себя из другого человека, ибо всю ее я сейчас запихиваю в демона и мне плевать, на сколько он останется собой или насколько он свихнется. Уж выдрессировать его я всегда смогу в любом его состоянии.

— Пощади! — теперь крик демона был жалок, броня отпадала хлопьями, на его теле то и дело появлялись лица поглощенных мной людей.

— Наслаждайся! - посоветовал я демону и покинул глубины разума.

Закапсулировав зону с демоном и вливаемой в него памятью в одном из потоков мозга, я разогнал ее время на максимально возможный результат, оставив для только один поток и среднечеловеческую скорость восприятия мира. Регенерация латала микроинсульты вызванные нагрузкой, но меня это нисколько не беспокоило. Думаю тысячелетия — другого демону вполне хватит, что бы освоиться с таким количеством информации.

Я попытался пошевелиться, но понял, что связан. Руки и ноги были стянуты грубыми веревками, а вокруг слышались голоса — хриплые, грубые, говорившие на каком-то странном диалекте, который я понимал с трудом.

— Он живой? — раздался чей-то голос прямо над моим ухом.

— Еще дышит. — ответил другой. — Но ненадолго. Вождь сказал — нести его к костру.

Меня грубо подняли и потащили куда-то. Я слегка приоткрыл глаза и незаметно осмотрелся. Хм… Нахожусь в центре какого-то лагеря. Вокруг горят костры, а люди, которых я считал оборванцами в лохмотьях, одеты в одежду из шкур. Причем, поглядывают они на меня с любопытством и злобой.

В центре лагеря стоял высокий мужчина в шкурах, с лицом, покрытым шрамами. Годы не согнули его спину, а разворот плеч, хоть и усох от возраста, но все еще внушал. Явно вождь этих любителей натуральной жизни на природе.

— Кто ты? — спросил он, когда меня бросили к его ногам.

Человек хочет пафоса и поутверждаться за чужой счет? Что же, я это тоже умею и отлично практикую. Правда ответить мне мешал кляп, а встать в подобающую позу — веревки, но разве такая мелочь может меня остановить?

Метаморфизим при мне, а еще есть магия. Пусть ее не хватит на реально эпичные дела, но уж для показухи-то сил у меня достаточно.

От меня шарахнули во все стороны разряды и пухнуло облаком тумана. А когда он рассеялся я уже стоял во всей своей красе.

— Я царь и бог на этой земле! Я твой повелитель! Я — Комаришкин! — рокотал я громовым голосом. — А вот кто ты такой и по какому праву ходишь по земле моей вотчины?

Обдурить народ не сложно. Веревки перерезали тонкие костяные клинки рожденные метаморфизмом сразу в нескольких местах. Кляп пришлось перекусить заострившимися зубами, это была самая отвратная процедура, так как из-за недостатка времени откушенное пришлось глотать и, скажу я вам, кожаный кляп, набитый обрезками той же кожи — это самое невкусное блюдо, которое я пробовал в этой жизни.

Молнии слегка ослепили глазеющих, сконденсированный туман позволил подняться и предстать во всем величии, а модификация легких и голосовых связок — говорить столь внушающим тоном и с весьма большой громкостью.

Вождь нахмурился и заорал на меня в ответ:

— Я прикажу содрать с тебя кожу, самозванец!

Я лишь усмехнулся в ответ. Рассеивающийся туман не исчезал просто так, он оседал на вожде и парочке стоящих с ним рядом, увлажнял и проникал в землю. Левый был явным шаманом, на это намекал бубен, перья в спутанных волосах и куча навешанных амулетов. Правый был боевым вождем или телохранителем, воинственный вид подчеркивала булава с металлическим шипастым шаром и легкий чешуйчатый доспех из срезов копыт.

Я не сомневался в том, что вся троица отлично защищена оберегами от магических ударов. Те, кто могут позволить себе потратить стрелу с заключенным в наконечнике демоном, должны иметь и защиту от подобного оружия. Даже будь со мной пистолеты, не факт, что пуля в упор им сильно повредит.

Да, на каждого бойца подобный набор амулетов не навесишь, но первые лица всегда забирают себе все самое лучшее, даже если они не участвуют в боестолкновениях. В первую очередь, это защита от своих соплеменников. Всегда есть желающие сменить власть на правильную, с собой во главе.

— Богохульники! — пророкотал я в ответ и шандарахнул молнией.

Молния не долетела и рассыпалась поглощенная защитой. Но на нее я и не рассчитывал. А вот ионизированные каналы в воздухе, наведенная разность потенциалов, влажная кожа троицы и мокрая земля — сыграли свою роль. Сплошная физика и никакой мистики!

Все трое задергались и упали от спазматически сжавшихся мышц. А я развернулся к людям в шкурах, зажег потрескивающие микромолнии на кулаках и ревом «Нечистивцы!» бросился на них!

Психология! Останься я на месте и они бросились бы на меня, мстя за падение авторитета триумвирата племени. Но мой налет на них со сверкающими кулаками сразу после заявления о божественности, поражения самых значимых и защищенных, включил инстинкт «бьют — беги».

И они бросились от меня в разные стороны! А я с ревом бежал за ними, бросая молнии в задницы тех кто бежал предо мной. Получивший разряд путался в ногах, падал и выбывал из гонки. Так я развлекался, пока, не выбежал, уже в одиночку, на окраину поселения. Впереди и справа была тайга, слева виднелся скальный массив. Вот к последнему я и рванул со всех ног оглашая окрестности воплями — «Все равно догоню! Вам не уйти, паршивцы».

За мной никто не побежал, видать, действительно решили, что я кого-то преследую. Долго, конечно, это не продлиться. Стоит кому-то из стукнутой током троицы придти в себя и за мной организуют погоню. Заниматься геноцидом племени живущим на моих землях я не собирался. Люди — это главный ресурс, а общение, всегда можно наладить! Надо только пушки побольше в поддержку своего голоса иметь.

Я несся по звериной тропе максимально выжимая все, что мог дать мне метаморфизм. Километров 60 в час я точно выдавал, не меньше. По прямой и ровной дороге мог бы и больше, но тропа петляла, на ней бугрились корни и даже попалась торчащая из кустов морда медведя, по которой я походя наподдал коленом. Ну так, на всякий случай, в целях профилактики желания последовать за мной.

К скалам я добрался за час. Думаю, я установил местный рекорд, хотя навряд ли они устраивали забеги на скорость в этом направлении. Я хотел забраться повыше и привлечь внимание дирижабля пуская фаерболы и взрывая их под тучами. Играть в пятки с местными детьми природы в неизвестной мне местности, да еще с учетом буреломов тайги, в мои планы не выходило.

***

— Вы что, дебилы, упустили его? — орал очнувшийся воевода размахивая булавой. — Вас, только воинов более 200 человек! И вы разбежались?!!

Народ молчал. Каждый понимал — бросься они толпой и затоптали, заломали ли бы самозванца голыми руками. Ну скольких он успел бы убить? Десяток? Максимум два? Теперь же они потеряли лицо не перед кем-то, а перед самими собой!

Разнос прервался прибежавшим подростком.

— Сильный Медведь, пленник побежал к скалам! Наступивший на Ежа отправился дальше по его следу, а меня отправил сообщить. — подросток отдышался и продолжил. — Можно мне с вами? Я уже боевое копье могу кидать! Почти как взрослый!

— Ты, Упустивший Зайца, сначала попадать в пяти шагах от себя научись, тогда и поговорим. — подуспокоился воевода. — И без тебя желающих поквитаться с самозванцем тут хватает.

Сборы в погоню были недолгими, больше времени занял перенос вождя и шамана в дома и сдачу их на попечение женщин. Оба уже пришли в себя, но ходить самим еще не получалось. Возраст брал свое, к тому же наложилась психологическая проблема от силы незнакомца. Пробить молнией амулеты и заставить их обделаться как маленьких детей смог бы не каждый!

По следам бывшего пленника отправились 50 лучших воинов, в их задачу входило загнать и окружить беглеца, но в схватку не соваться, ждать подхода основных сил. Сильный Медведь, как бы ему ни хотелось возглавить отряд, вынужден был остаться в поселении и заняться формированием войска.

Целое войско против одного человека! Кому-то это могло показаться смешным, но воевода предпочитал всегда разговаривать с позиции силы. Он, хоть недавно и стыдил народ за малодушее, чуял — простой эта охота на человека не будет. Вот и готовились в поход как на соседнее племя, разбирали провиант, вытаскивали походные котлы, открыли арсенал со стратегически заговоренным оружием и амулетами.

Племя Живущих у Святилища готовилось отомстить за свой страх по полной.

***

Я пер по скале, как корабль по волоку. Тяжко, с трудом и даже пару раз чуть не сорвался. Ничего! Чем труднее мне — тем сложнее будет преследователям! Имея преимущество в высоте я легко смогу обратить в бегство этих дикарей. Кинуть валуны по больше, вызывая обвал — это вполне в моих силах.

Конечно, есть шанс, что тут имеется обходная тропа с удобным подъемом, но искать ее у меня не было времени. Чем выше я поднимусь, тем больше шансов у меня улететь на дирижабле.

Я поднялся почти до вершины, здесь у меня на пути встала почти вертикальная стена выветрившейся скалы. Пришлось слегка модифицировать руки, укрепляя пальцы до состояния «Висеть на одном мизинце пару часов? Легко!», кожа ороговела, мышцы затвердели, пальцы стали напоминать когти. Ну не красота ли?

Разуваться и проделывать тоже с пальцами ног было лениво, с такими изменениями, мне пришлось бы тащить ботинки связанными за шнурки на шее, а это сильно бы мешало восхождению.

Восхождение по вертикальной скале девалось легко, почти везде можно найти выемку или трещинку, куда можно зацепить палец или два. Да и баловала меня эта скала удобными выступами, где даже пол ноги помещалось.

До вершины оставалось каких то метров 20, я поднаддал и уже улыбался предвкушая отдых на дирижабле, но — никогда нельзя расслабляться! Попытка схватиться за бугорок сорвалась!

Точнее сказать, схватиться-то я схватился, только этот бугорок оказался греющейся на солнце гадюкой! И на кой хрен она забралась так высоко? Понимаю — тайга, теплые скалы, но не на 700 метров же залезать!

Гадюка тотчас укусила меня за руку, а когда я попытался ее отбросить, то не придумала ничего луче, чем вцепится в лицо! От неожиданности я дернулся, подушечки пальцев левой руки державшиеся за выступ соскользнули и я, отшвырнув змеюку, начал падение, к валунам, что жаждали переломать мое тело внизу.

Глава 2

Гадюка тотчас укусила меня за руку, а когда я попытался ее отбросить, то не придумала ничего луче, чем вцепится в лицо! От неожиданности я дернулся, подушечки пальцев левой руки державшиеся за выступ соскользнули и я, отшвырнув змеюку, начал падение, к валунам, что жаждали переломать мое тело внизу.

Летит — не птица, когтями машет, матерится! Эта фразочка из воспоминаний техноварвара-попаданца как раз про меня. Там правда ответ был какой-то «электрик», но в этом мире таких нет, так что «Комаришкин» подходит лучше.

То, что я сбежал от дикарей хорошо, то что они отследят меня — плохо. Почти взобрался на вершину — хорошо, а вот сорвался — плохо. То, что я не упал на острые камни — хорошо, а то, что проехавшись спиной по осыпи и изорвав одежду свалился в провал — плохо!

И тут началось самое интересное.

Провал, как мне показалось, был не просто дыркой в земле, а каким-то древним, забытым богами и людьми спуском в преисподнюю. Я летел, кувыркаясь по крутой осыпи, как пустая бутылка из-под эля, сбивал камни, пару раз мой полет пытались перехватить весьма колючие кусты, их шипы не только практически содрали с меня одежду, но в весьма сильно попортили шкуру.

А потом осыпь закончилась и я рухнул вниз, успев только подумать: «Ну, хоть бы внизу было мягко... или хотя бы не больно».

Вселенная, как всегда, решила пошутить и исполнить мое желание, в своем, правда, репертуаре. Вместо камней меня встретил густой слой мха, который, правда, пах так, будто его использовали как сортир все дикие звери Сибири. Я шлепнулся на него с таким звуком ломающихся костей, что, кажется, разбудил всех медведей в радиусе ста километров.

Лежу, смотрю вверх, на узкую полоску неба, регенирирую и думаю: «Ну, Комаришкин, ты докатился. В прямом смысле».

А потом услышал шорох.

Сначала подумалось, что это гадюка решила продолжить наш «диалог», у меня лицо только-только начало отходить от ее яда. Но нет. Из темноты выплыла пара желтых глаз, за ними еще одна, и еще... Волки? Дикие кошки? Или тот самый медведь, что получил от меня пендель по морде, привел своих товарищей на разборки?

Я встал, отряхнулся, хоть это было бессмысленно, учитывая, что я выглядел как драный мешок с тряпьем после эпичного спуска и рявкнул, все еще измененным голосом:

— Ну, кто тут главный? Выходи сам, не беси меня ожиданием!

Ответом мне был только тихий рык множества глоток.

«Отлично, — подумал я. — Сбежал от дикарей, укушен змеей, упал в провал, а теперь еще и стая голодных зверей. Да я просто магнит для неприятностей!».

И тут я заметил, что в руке до сих пор зажат камень, похоже его я схватил, пытаясь снизить скорость на осыпи.

— Кто первый на тот свет? — сказал я, подкидывая камень в руке и глядя на свечение желтых глаз. — Подходи, налетай! Отведай люлей Комаришкинских!

Ответа не последовало. Только тишина, прерываемая легким шорохом лап по мху. Я сжал камень в руке так, что модифицированные пальцы начали неметь, финтифлюшка, чуя мое состояние, раскочегарилась и через Карман Души щедро снабжала меня энергией.

Я приготовился к драке. Не красивому бою с пафосными речами и элегантными выпадами оружием, а к кровавой драке на уничтожение. Поскрипывала упочняющаяся кожа, с хрустом вылазили костяные шипы, взбухали мышцы. Я был готов раздавить камень на осколки и швырнуть их магией в желтые глаза.

Но тут...

Один из зверей вышел на отголосок света падающего из провала. Это был не волк, не дикая кошка и уж тем более не медведь. Лис. Обычный лис, но размером с небольшого коня. Его рыжая шерсть блестела в слабом свете, пробивающемся сверху, а глаза смотрели на меня с явным любопытством.

— Ну и дела, — пробормотал я. — Теперь у меня проблемы даже с лисами.

Лис подошел ближе, встал в метре от меня и обнюхал верхним чутьем, водя головой и улавливая запахи налету, а затем... сел. Просто сел, как собака, и начал вилять хвостом.

— Тебе, что понравилось, как я пахну или эта почесть за аттракцион с падением? — спросил я, не выпуская камень из руки.

Лис, как будто поняв мои слова, кивнул. Да, кивнул!

— Ты либо очень умный, — сказал я, медленно опуская камень. — Либо вы здесь не спроста...

Из тени вышли еще два лиса, поменьше, но с такими же умными глазами. Они подошли ко мне, обнюхали мои рваные ботинки и начали толкать меня мордами в сторону темного тоннеля, который я раньше не заметил.

— Эй, помедленнее! — проворчал я, спотыкаясь. — Куда вы меня ведете? Если на ужин, то, надеюсь, я там не главное блюдо.

То, что все тут не так просто, я понял еще в момент обнюхивания. Этот провал я не мог пропустить при подъеме. Я поднимался практически по прямой и не заметить дыру с осыпью, в которую может пролететь человек плашмя точно не мог.

Лисы вели меня по тоннелю, который, к моему удивлению, оказался не таким уж темным. Стены светились каким-то странным голубоватым светом, будто кто-то развесил тут слабогорящую неоновую подсветку. Хотя, скорее это какая-то разновидность мха. Да и я не терял времени даром подстраивая глаза под малоосвещенность пещер.

— Везет мне на приключения, — сказал я сам себе. — Сбежал от дикарей, упал в провал, познакомился с лисами-переростками, а теперь иду по волшебному тоннелю. Что дальше? Дракон?

Как будто в ответ на мои слова, тоннель расширился, и я вышел в огромную пещеру. Посреди нее стояло дерево. Обычная такая береза, только ее корни уходили в камни, а ветви тянулись к потолку, покрытому сталактитами.

— Ну, конечно, — вздохнул я. — Дерево в пещере. Почему бы и нет?

Главный лис подтолкнул меня к дереву, и я заметил, что на одной из ветвей березы висит яблоко. Яркое, сочное, слегка светящееся будто внутри фрукта маленькая лампочка.

— И что?, — спросил я, оборачиваясь к лису. — Ты хочешь, чтобы я это съел?

Лис посмотрел на меня не мигающими глазами, слегка склонил голову и кивнул.

— Если эта штука отравлена, то я тут все разнесу! — пообещал я, срывая фрукт, со своим метаморфизмом я не боялся отравления, но и абсурдность ситуации уже стала надоедать.

Яблоко оказалось сладким, как мед, и очень сочным. Я съел его за десяток секунд, а потом...

Все вокруг начало кружиться. Пещера, дерево, лисы — все смешалось в калейдоскопе цветов. Я почувствовал, как падаю, но удара о камень пещеры уже не почувствовал.

***

— Ну что, нашли самозванца? — спросил Сильный Медведь, когда войско встретило дозорного передового отряда.

— Нет, воевода! Только его следы. Он залез на пик (*) у святилища и сорвался почти с самого верха. Но его останков у подножья пика мы не нашли.

* Пик — остроконечная вершина горы с крутыми склонами.

— Ладно, подождем. — воевода обернулся и зычно крикнул: — Встаем лагерем, разводите сигнальный костер, будем слать сообщения соседям.

Воины, тяжело дышавшие от пробежки в полной выкладке, разбрелись, начали очищать поляну от молодой поросли и ставить походные шатры.

— Что нибудь еще необычное было? — продолжил опрос Сильный Медведь.

— Он ведмедю морду сломал, походя сломал. Следы показали, что даже не остановился для этого.

Воевода опешил. Когда охотники берут хозяина тайги, то идут толпой не менее десятка. С собаками и рогатинами. И то, одного — двух потом приходится на волокушах в селение тащить. Помнет их потапыч, поломает. А чтоб с ходу голыми руками косолапому морду сломать — да кем же это быть надо?

Тонкий холодок сомнения зародился в душе Сильного Медведя. Может и впрямь, Повелитель Тайги к ним явился? А они его так встретили…

Мотнул головой воевода, отгоняя мысли. Не его это дело — думать. Для этого в племени вождь и шаман имеются. Но гонца к ним отослал.

***

В себя я пришел в пещере, совсем другой. Ни лиса тут, ни дерева не было. А был большой каменный алтарь, на котором цепями прикована голая девица.

Похоже права была сестренка, в каждом приключении мне стали попадаться девки, причем, почему-то голые. Сначала Светлана, потом принцесса, затем Пантелей. Впрочем, последняя девица только по телу, внутри-то вселенный дух на контракте.

Один мой знакомый из прошлой жизни, нынче уже тоже покойник, не раз предупреждал меня — «Если судьба тебе раз за разом что-то навязывает, то не пользуясь этим ты оскорбляешь мироздание и ухудшаешь свою ситуацию». Тогда я этого не понимал и принципиально шел наперекор. Я культивировал и мне нужны были проблемы, чтобы их преодолевать!

В этой жизни я избрал другой путь и, похоже, придется покориться судьбе, сделать то, на что она намекает.

Я со вздохом начал стягивать с себя остатки одежды, только ботинки оставил, не хотелось стоять босиком на острых осколках камней, которыми был услан пол пещеры.

Девушка на алтаре казалась восковой статуей, но, при более близком рассмотрении спящей понял, что это летаргический сон или его магическая разновидность. Пульс едва прощупывался, дыхание еле заметное. Если бы не мое обостренное восприятие, то медленное движение груди я бы и не заметил.

Взгромоздившись на алтарь, я приступил к тому, на что меня толкала судьба.

***

— Ну что? Какие наблюдения? — Суссана стояла на мостике и допытывалась до капитана.

Дирижабль плыл под самыми облаками, капитан всматривался в бинокль выискивая внизу следы главы клана.

— То что ваш господин побывал в поселении это однозначно. Там все суетятся как в разворошенном муравейнике.

— А где он сейчас? Мы должны его немедленно забрать! — продолжала настаивать мускулистая горничная.

— Скорее всего у той скалы, где мы видели толпу вооруженных людей.

— Так давайте разнесем их ракетами и причешем пулеметами! — продолжала горячится горничная.

— Уважаемая Суссана! — вздохнул Роман Свекольский. — Вы уверенны, что это не нарушит планы вашего господина? В Форте он легко навел бедлам и захватил власть! А ведь там были вооруженные головорезы, не чета этим дикарям!

Горничная только вздохнула.

—Уверяю вас, — продолжил речь капитан дирижабля. — Комаришкин сейчас занят очень важным и нужным делом! Работает над ситуацией так, что бы обернуть все в нашу пользу!

***

Я работал бедрами в поте лица. С каждым движением личико девушки розовело и дыхание становилось все заметнее.

—Ты что творишь, смертный? — внезапно раскрыв глаза заявила девушка, когда я был на середине процесса.

—Покоряюсь судьбе. — ответил я и еще быстрее задвигал бедрами.

—Да я...

— И ты покорись. — посоветовал я богине, так как в этом мире только боги имеют бессмертие.

Мадам попыталась дернуться, но цепи держали ее хорошо. Я еще сильнее взвинтил темп, что было сложновато, в виду попыток девушки откусить часть моего лица. Уворачиваться верхней частью и двигать нижней — тот еще аттракцион, но я справился!

Стоило мне финишировать, как по пещере раздался громкий и протяжный «Бооом» — как будто кувалдой ударили в огромное медное блюдо, алтарь рассыпался, цепи истаяли и мы шлепнулись на мелкие, но острые камни.

—Ну держись! — заявила мне девица.

Держаться за нее я, понятное дело, не стал, а вскочил и дар деру, даже не подбирая своих остатков одежды. Деваха рванула за мной, да так, что мой модифицированный метаморфизмом организм совсем не имел преимущества.

Я несся по пещере ища выход, к сожалению ничего подобного по пути не попадалось. Набегающий воздух ревел в ушах, я благодарил провидение не позволившее мне скинуть ботинки. За мной неслась спасенная из заточения на алтаре и обещала награду.

—У...ю!!! Из.аси..ю!!! — летело мне в спину, но рев воздуха не давал нормально понять величины награды, да и не вслушивался я сосредоточившись на том, чтобы максимально быстро перебирать ногами и не споткнуться.

На пятом круге по пещере девушка вспомнила, что она все таки богиня и шандарахнула магией. Молния в ягодицы придала мне прыти, организм понял, что шутки закончились и кровь вскипела от количества вброшенного адреналина. У меня открылось второе, третье и четвертое дыхание, я наддал так, что девушку только камнями закидало из под моих ботинок.

То, что адреналин придал мне скорости — это хорошо, а вот то, что при этом он затуманил голову — это плохо!

Я ускорился, рвя сухожилия, и легко оторвался от преследовательницы. Легкие работали как меха, регенерация латала повреждения наносимые резким ускорением бега, Карман Души пульсировал выбрасывая гигаватты энергии тут же шедшие на ускорение бега.

Я легко обогнал богиню на круг, едва не врезавшись в ее спину. Вот только она повела себя совсем не по спортивному! Вместо того, что бы отыгрывать дистанцию, она просто пнула меня по стопе, когда я пробегал рядом. Нога зацепилась за ногу, я полетел голой грудью на острые камни, что заменили в пещере пол.

Я попытался подняться, но сильный пинок перевернул меня лицом к преследовательнице, ее изящная ножка придавила мою располосованную камнями грудь, а нежный голосок угрожающе произнес:

—Сорвал мой цветочек, распалил, раздраконил меня и бежать? Ты будешь страдать! Я покажу тебе как тр@хать спящих богинь!

И она, оседлав меня в позе наездницы, показала! Да так, что я чуть не сдох, не смотря на свой метаморфизм, регенерацию и энергию прущую из Кармана Души!

***

Развернуть походный лагерь шатров из шкур дело недолгое. К моменту прихода обоза с шаманом все уже было готово. Сигнальный костер пыхал дымом сообщая окрестным племенам об охоте на самозванца и предупреждая — если те поймают беглеца первыми, то пускай ведут в селение Живущих у Святилища, где его торжественно принесут в жертву богини.

—Ставьте котлы, — заявил шаман Сильному Медведю. — Мы недалеко от тропы топтыгина едва живого завалили, надо съесть, пока мясо свежее.

—Со сломанной мордой? — спросил воевода. — Это наш беглец его мимоходом отоварил. По следам — даже не останавливаясь, на ходу ударил.

Шаман побледнел. Этот потапыч уже неделю портил жизнь племени. Ходил вокруг селения, вынюхивал. Даже дойную лосиху спер. Племя ждало прихода команд охотников от соседей, уж больно здоров и хитер был косолапый.

—Буду общаться с богиней! — решил шаман.

Лагерь жил своей жизнью. Кипели котлы, на кострах жарилась медвежатина, но все внимание сосредоточилось на шамане. Перо Орла выпил настой мухоморах с медом и сейчас камлал меж куительниц с можевельником. Вот ритуальный танец с выкидыванием колен подошел к концу, шаман плюхнулся за заранее подстеленную шкуру, подвинул курительницы поближе и отхлебнул из своей фляги.

—Чую богиню нашу! — величественно возвестил он и отхлебнул настойки. — Недовольна она чужаком! Конец ему, магию применяет!

Люди затихли ловя каждое слово Пера Орла, тот не спешил, тянул «Оммм» покачиваясь. Вот шаман потянулся, глотнул еще из фляжки и радостно заголосил:

—Радуйся, племя! Вижу богиню! Восстала она из сна! Самозванец лежит окровавленный под пятой ее!

Но внезапно его глаза выпучились, набранная в рот настойка для нового глотка прыснула из под плотно сжатых губ, а шаман обреченно возвестил:

—Писец нам, племя! Мы в скудоумии своем нанесли обиду супругу богини, что спешил вырвать ее из многовекового сна.

От такой новости у многих отнялись ноги и они просто упали на пятую точку, а кто духом послабее и вовсе сознания лишился. Виденное ли дело? Владетеля не признать! А ведь он им представился! И силу свою показал!

Первым пришел в себя воевода, поднялся, схватил за плечи ближайшего война:

—Дуй в селение, сообщи все вождю. Пусть бросают все и бегут сюда, будем виниться и принимать кару.

Над лагерем стояла тишина, пахло подгарающей кашей, обугливалась медвежатина над огнем, но воинам было не до съестного. Они готовились к неминуемой каре и лишь наделись на то, что муж богини удовлетворится их смертью, оставив в живых детей и женщин.

Глава 3

— А ты неплох, для смертного! — заявила мне богиня поле четырех часового марафона.

Я только хмыкнул в ответ, типа — знай наших!

— За то, что разбудил и накачал энергией я дарую тебе право на желание! — с пафосом заявила девушка.

— Прям любое желание? — удивленно поинтересовался я.

— Не зли меня, смертный! — черты богини слегка исказились, темнорыжие волосы начал развевать незримый ветерок. — Я могу даровать тебе силу трех воинов или зоркость орла. Могу наградить тебя долгой жизнью или сделать абсолютно здоровым.

Ну так и есть! Дешевку всякую предлагает. У меня и так это есть! Причем лучше, сильнее и все сразу!

— Есть у меня желание… — я смотрел на богиню снизу вверх лежа на спине.

— Какое? — насторожилась богиня от моего тона.

— Давай повторим! — проговорил я, опрокинул и подмял божественное тело под себя. Я как раз припомнил пару уловок суккуб и начал действовать не даруя, а наоборот, отбирая энергию богини.

***

— Ну как там? — спросил шамана прибывший вождь.

Шаман лениво открыл один глаз, приложился к флаге с настойкой мухоморов с медом и ответил:

— Снова гневается богиня на незнакомца. Сильно гневается.

— Так может пронесет? — посветлел лицом вождь. — Прибьет его богиня и все дела!

— Нее… — шаман глотнул еще настойки, поворошил курительницу с можжевельником и продолжил: — Он силу из нее изымает. Интересным способом, с фантазией… Иди, я досматривать буду.

Вождь потоптался, посмотрел на окончательно впавшего в транс шамана и пошел объявлять племени нерадостную весть. Тлившаяся надежда на заступничество богини окончательно пропала.

***

Мы лежали на здоровенной кровати посреди пещеры. Кровать появилась сразу, как богиня ощутила спиной всю прелесть пола из острой щебенки.

— Энергию верни! — потребовала моя новая подруга по парным упражнениям.

— Неее… — отказался я. — Ты опять бить меня попытаешься.

— Верни энергию! — продолжила канючить богиня. — И не попытаюсь, а непременно буду! Я знаешь сколько ее копила, что бы освободиться?

— Так ты уже свободна! Считай энергию платой за освобождение!

— Энергию верни!

— Нет! — уже жестко ответил я. — Лучше подскажи как отсюда выбраться.

— Это узилище пропиталось моей силой и стало моим четогом. — рассмеялась девушка. — Тебе не выбраться отсюда! Верни энергию и тогда подумаю, отпустить тебя или нет!

На такой банальный шантаж я просто улыбнулся.

— Четог пропитанный твоей энергией, говоришь? А ты знаешь, что с развоплощением бога его четог выпадает в земной план?

— Убить богиню в ее обители? — продолжала она веселиться. — Человек, ты серьезно думаешь, что у тебя это получится? Верни энергию, пока по хорошему прошу!

— В этой моей жизни, ты будешь перовой. — я проигнорировал ее приставучую просьбу об энергии. — Умеючи ничего сложного. Ритуал поглощения божественной сути не так уж сложен, фактически это простое жертвоприношение бога самому себе. Для рун и пентаграмм отлично подойдет твоя же кровь.

— Да ты меня даже поцарапать не сможешь! — продолжала веселиться богиня. — Куда уж тебе ритуал проводить! А оружия, что сможет поранить бога, у тебя с собой нет!

Она демонстративно оглядела мое обнаженное тело, задержав взгляд на ботинках.

Я просто вырастил под ногтем острую костяную пластинку, напитал ее своей сутью, намерением и волей. Потянул энергию из Кармана Души и аккуратно поцарапал плечо девушки. А потом — демонстративно слизнул капельку крови с пальца.

— Ммм. Вкусно! — мой плотоядный взгляд устремился в ее, все еще не верящие в произошедшее глаза.

Миг и тело девушки почти смазывается от скорости с которой она покинула кровать.

— Не подходи! — теперь в голосе богини звучала истерика. — Что тебе надо?

— Мне? Так я уже сказал — выйти отсюда!

— Верни энергию и я тебя выпущу!

Я поглядел внутрь себя, энергию богини я отправлял прямиком в Карман Души, это тело просто не выдержало бы напора и концентрации божественной энергии. А там, моя финтифлюшка, то единственное, что я смог забрать из прошлой жизни, изрядно подросла на такой подпитке. Я чувствовал, что при форсажной пульсации она теперь сможет выдавать в три раза больше. Но — это будет именно моя энергия!

Даже если я передам богине свою энергию, то ей потребуется куча времени, чтобы усвоить ее и переработать.

— Извини, но я ее всю уже переработал. — повинился перед владелицей четогов.

— Да что ты такое? — истерика перешла в панику. — Ты что, пожиратель богов?

— Нет, но я был им в прошлой жизни. — рассмеялся я в ответ. — Иди сюда, хватит по углам жаться. Хотел бы я тебя поглотить, то не стал бы будить способом из старых легенд.

Богиню потряхивало от страха, ее путь до кровати занял почти десять минут. Она шла как-то полубоком, видимо готовая в любой момент броситься бежать. Вот только куда бежать из темницы, что стала четогом?

— Ты понимаешь, что узнала слишком многое и теперь твои знания несут опасность для меня? — я смотрел в глаза подошедшей к кровати богини.

— Все таки убьешь? — обреченно вздохнула девушка.

— Нет. Есть идея получше, контракт!

И прежде чем она успела отказаться, рассказал свою идею. Боги не любят заключать контракты даже еще больше попадания в плен. Из плена всегда можно выбраться, уговорами, хитростью, побегом или уничтожением пленившего, а вот заключенный контракт прописывается в саму суть бога. От него уже не избавиться.

— Есть отработанная технология, я могу передавать энергию через нанесенную татуировку. Для человека имеется ограничение в дальности передачи, но с тобой проще, ты будешь получать ее через божественный план.

— И зачем я тебе? В гарем богиню захотел? Перед дружками хвастать?

Я аж поморщился от такого предложения. Интрижка это одно, а богиня в гареме — она же всех окружающих меня девушек изведет, разве что на сестренку не рискнет покушаться. А если запретить ей подобное контрактом, то наоборот — девушки ее затюкают.

— Место к которому привязан твой четог на моей родовой земле. Мне изрядный кусок Сибири навязали в освоение. Станешь берегиней мой вотчины. Только не той, что по чащебам таится и изредка на воззвания отвечает, а реальной наместницей в земном плане.

— И что мне с этого? Энергия? Много ли дать сможешь через свою привязку?

— Через татуировки только подпитка и связь, а раз в месяц буду ритуалом передавать объем равный тому, что поглотил сегодня.

— А ты не сдохнешь, мальчик? — рассмеялась богиня. — На раз или два у тебя может и наберется, а что потом?

— У всех свои тайны, девочка! — подмигнул я ей в ответ.

Энергию собирался брать в прорыве, та Сфера Изменений, от энергии которой я прикрывался растянутым зевом Кармана Души давала за раз как бы не в десяток раз больше. Напрямую такая энергия для богов опасна, принесет больше вреда, чем пользы, а вот частично переработанная моей финтифлюшкой — вполне усвоима.

Да и мне хорошая прокачка будет, причем без тех последствий, что были в первый раз. Кратковременное напряжение Кармана Души и финтифлюшки им только на пользу пойдет. Все в выигрыше и богиня на окладе! Пристрастится к халяве и прикипит ко мне даже сильнее чем привязка контрактом.

Утрясали нюансы контракта долго. Богиня финтила и норовила внести пункты которые выгодны только ей, я противопоставлял им другие, неприемлемые для нее — типа, ныряния в изначальный хаос, дескать, хочу эксперименты проводить, как он влияет на суть богов. Спор, ор и отменяем оба пункта. Прям семейная жизнь без женитьбы, а не обсуждение контракта. Девушки вообще, любят выносить мозг, подобно пуле со смещенным центром тяжести.

Долго спорили про имя богини, истинное имя открывать мне она не хотела, а предложенные мной отметала. Сама при этом ничего выбирать не желала. Пришлось надавить авторитетом, пригрозил — если не скажет сейчас нормальное имя, то впишу в контракт «Петрович» и быть ей Петровичем до скончания века. Сошлись на Лане.

Поверхность для проведения ритуала Лана организовала расплавив и охладив камни пола. В своем четоге, где все пропитано их силой, бог может творить с предметами все, что захочет и совсем не тратить на это энергию.

Для отрисовки рун, пентаграммы и прочей кабалистики я смешал свою кровь с божественной. Кто-то рассказывает, что у богов не кровь, а ихор — не верьте ему! Когда бог переходит на высшую ступень — полностью становится бестелесным и вездесущим, то у него и крови-то нет! А до этого кровь у него вполне обычная, слегка отличается от человеческой, но не сильно. Ее даже для переливаний использовать можно, не то, что мою.

Договор с божественной сущностью не требует стольких сил, как с духами. Фактически, вся атрибутика нужна только для фокусировки ритуала, чтобы уменьшить потери энергии. Разве, что четог дернулся, на мгновение потеряв материальность, да внутри меня что-то напряглось и скомковалось.

***

Император лютовал. Мало кто мог похвастаться тем, что он смог увидеть гнев Императора. Обычно, то, что оставалось от этих людей просто сметали в совочек и, аккуратно завернув в бумажку цветов Имперского флага передавали родным для упокоения в родовом склепе.

В этот раз негодование Императора имело под собой вескую причину. Его ироничное предположение оказалось реальностью. Хоть дочь и молчала как Имперский разведчик на допросе, но нашелся свидетель. Он-то и расписал в красках, как все было и в каких позах.

Спустить такое Император не мог. Сегодня этот юнец принцессу развращает, а завтра что? Потребует на троне подвинуться?

— Где этот Комаришкин? — властный рев Повелителя Империи раздавался в Зале Малого Совета. — Доставьте мне его живым или мертвым!

— Ваше Императорское Величество, перед встречей мой отдел провел аурный поиск, Комаришкин не найден среди живых или мертвых. — отрапортовал один из советников.

— То есть как это? Куда он мог подеваться? — негодовал Император. — Где этот прячется этот подлец!

— От аурного поиска можно только местоположение скрыть, совсем замаскироваться не выйдет...

— Сам знаю! — немного подостыл Император. — Предположения есть?

— Аналитики выдвинули пару версий, по более вероятной — был затянут в Сферу Поглощения разлома, в его биографии есть факт близкого посещения пути прохода блуждающего разлома. По второй, маловероятной, кто-то из богов вознес Комаришкина в свой четог.

— С четогом они конечно переборщили. Даже меня не удостаивали чести такого посещения. Уж очень они уязвимы в месте своей силы. — размышлял вслух Император. — А из Сферы выбраться возможно?

— Определенно нет, Ваше Имперское Величество. — советник пошелестел бумагами и зачитал: — Сфера Поглощения не просто уничтожает попавшие в нее объекты, но утягивает все на иной план. Большая часть изыскателей считает, что точкой выброса является Хаос Первозданный, остальные мнения разнятся, есть и гипотеза о выбросе в другие миры Мироздания. Впрочем, выброс будет даже не фаршем, а элементарными частицами и ядром души ободранным от оболочек и годным только на перерождение в Колесе Душ.

— Так или иначе, но Комаришкина мы больше не увидим? — уточнил Император.

— Если исключить четоги богов, то вы совершенно правы.

— Значит переходим к следующему вопросу. — Император поднялся с мягкого кресла и наклонился, уперев кулаки в стол: — Как так случилось, что моя дочь, главное достояние Империи, смогла поменяться с допелем местами?

От нового рыка Императорского голоса поежились даже Имперские Гвардейцы стоящие на страже у дверей Зала Малого Совета. Гласу Императора не помешала ни звукоизоляция зала, ни тяжелые массивные двери.

Григорий Всеволодович, инквизитор Имперской Службы, задержался после совета по приказу Императора.

— Что скажешь, Григорий? — Император буравил взглядом главу Имперской Службы.

— У принцессы переходный период… — начал инквизитор.

— Я о Комаришкине! — перебил его самодержавец.

— Вроде как решили, что он больше нас не побеспокоит?

— Мы то решили, но нутром чувствую — появится еще этот шельмец!

Император встал, Григорий Всеволодович хотел подняться вслед за ним, негоже сидеть, когда Его Имперское Величество изволит быть на ногах! Исключение только моменты гнева, в эти минуты самодержавец предпочитает возвышаться над распекаемым и горе тому, кто попытается соблюсти этикет.

Император заметив намерение инквизитора встать раздраженно махнул рукой приказывая не подниматься. Прошелся по залу и продолжил.

— Из скольких заварух он возвращался даже без царапины?

— От блуждающего разлома вернулся, в поезде инциденты были, на дирижабле террористов обнулил, особняк смерти обуздал, попытку похищения пресек, дирижабль похитителей в одиночку штурмом взял и почти всех пленил.

— И это только то, что мы знаем!

— Там, кстати, по его родному городу еще неясности. Боевики «Нового мира» захватили школу и внезапно все умерли. Теневую лигу кто-то почистил, кабак-штаб теневиков сжег и их смотрящий Скопидон исчез с концами, так же как документы и деньги. Вроде Комаришкин и не причастен, но после всех событий в его биографии, кажется мне, что он и к этому руку приложил. Тогда-то на академиста никто и подумать не мог, а теперь, это уже не так однозначно.

— Вот чудится мне, что хлебнем от действий этого юнца! — проговорил Император славившийся свой интуицией.

— Так, что? Его — того? Прям при обнаружении?

— Не стоит… Сразу, уж точно не стоит.

***

Заключение договора меня вымотало. Не физически, но тем не менее. Усевшись на кровать я задал давно интересующий меня вопрос:

— Кстати, а где твое физическое воплощение четога?

— В яблоке. — машинально ответила богиня с затуманенным взором, видимо рассматривая изменения своей сути вплетенным договором.

— Как в яблоке? — удивился я. — Я ведь его съел…

— Что? — глаза Ланы обрели осмысленность и начали наливаться недобрым светом. — Ты сожрал мой четог?

— Эй! — возмутился я. — Твои лисы сами проводили меня к нему и предложили его схрумкать!

— Что ты несешь! — богиня была в гневе. — Эти безмозглые духи только показывают дорогу!

— На мой вопрос «должен ли я это съесть?» твой лис активно кивал! — начал распаляться я в ответ.

— Они не понимаю слов! Они всегда кивают! Тебя что, шаман не научил, как отдать свою энергию и жизнь божественному вместилищу? Да кто ты такой вообще! — кипятилась девушка.

Вот всегда так с дамами! Пару часов назад я рассказывал — кто я такой, но как только дошло до личного, так она сразу все забыла.

— Я Комаришкин! Я твой патрон! — я встал и принял пафосную позу, такое поведение надо пресекать в зародыше. — А ты, богиня, моя служанка на контракте!

— Значит служанка? Да я тебя…

Руки Ланы начали наливаться золотым свечением, волосы зажили собственной жизнью, белки глаз стали багряными. Уж не знаю, что она хотела со мной сотворить, но один из пунктов договора включал в себя «не причинение вреда» и я с интересом смотрел на то, как он сработает.

В момент, когда божественная кара должна была устремиться ко мне, Лану просто вывернуло на изнанку. Я успел заметить удивленные глаза, за мгновение до того, как их разнесло в стороны, а потом втянуло внутрь мясного шара. Тело богини сингулировало, втягиваясь само в себя пока не исчезло из четога.

Когда бог исчезает на земном плане, он возрождается в четоге. Потому богов и считают бессметными, хотя механизм действия тут совсем другой. Когда бог умирает в четоге — последний выпадает в земной план и бог может возродиться, только набрав весьма большое количество энергии.

Богиня исчезла, я нахожусь в четоге, четог привязанный к яблоку, находится во мне. И у меня появился весьма насущный вопрос — как мне из этого каламбура выбраться?

Глава 4

Богиня исчезла, я нахожусь в четоге, четог привязанный к яблоку, находится во мне. И у меня появился весьма насущный вопрос — как мне из этого каламбура выбраться?

Можно было бы попытаться пробить проход в земной план с помощью рун. На мой взгляд — рунная магия самая сильная, если что-то можно сделать вообще, то это можно сделать рунным ритуалом. Но есть в ней один нюанс!

Этот ритуал необходимо тщательно рассчитать, а для расчетов провести предварительные замеры. На простое усиление билдерняшки рунной татуировкой я потратил почти полгода, при этом используя вычислительные способности магноута.

Так что, пробиться из четога возможно, но замеры и расчет займут непоправимо много времени. Гораздо проще будет возродить Лану, о своей темнице ставшей четогом она всяко знает больше меня. О том где она находится было у меня подозрение, я сосредоточился и рухнул в свой внутренний мир.

— Какая я тебе медноголовая! — орала богиня вколачивая голову демона в грунт теми же движениями, которыми человек тыкает несмышленого котенка в его лужу. — Я огненовласая!

Мда. Картина внутреннего мира внушала. Все, что можно было разнести — было разнесено. Похоже эта парочка устроила весьма протяженный бой не на жизнь, а насмерть. Особой пикантности добавляло то, что будучи привязанными ко мне, ни демон, ни богиня не могли тут умереть.

А если добавить еще и ускорение времени относительно реального мира в котором находится мое тело, то разборки их продолжались лет 30 не меньше. Демону не повезло. Их виду вообще сложно драться с богами, а тут еще и подпитка богини от меня согласно контракту, да еще и в моем внутреннем мире.

Заметив, что Лане надоело заниматься превращением лица демона в блин, я неспешно зааплодировал. Богиня обернулась на новые звуки, глянула на меня и зашипела подобно змеюке:

— Ты!!! Ты бросил меня сюда! К этому мужлану! — ее прекрасное обнаженное тело стало темнеть и покрываться броней, годы драк с демоном явно приучили Лану использовать свое тело, как оружие.

Я улыбнулся и сжал ее в тисках воли.

— Аккуратнее, Ланочка! Нападать на того, с кем заключила контракт с пунктом о ненападении чревато! Ты сюда и попала-то именно из-за этого. Напади на земном плане и возродишся в четоге, напала в четоге, который находится внутри меня, возродилась в моем внутреннем мире, а вот после нападения тут, думаю, возродишся уже в Хаосе Первозданном. И уж оттуда я тебя вытащить не смогу!

— Ты меня хаосом не пугай! — богиня чуть побледнела, но боевой настрой не потеряла. — Бывала я в изначальном хаосе и выбралась оттуда.

— Ты была на плане хаоситов. — качнул головой я. — Я же говорю о первозданном, что окружает ветви миров Мироздания. Я, конечно, не против твоего туда путешествия, но позволь хотя бы руны сбора и передачи информации на тебя нанести, очень меня это место интересует.

Лана в ответ только икнула, осознав во что она только что чуть не вляпалась.

— Я! Тут! 50 лет этого придурка воспитываю! Ты совсем забыл обо мне! — переключилась богиня на претензии.

— Ну извини, для меня прошло меньше минуты, тут время ускорено для укрощения этого самого придурка, которого, кстати, мне твои верные последователи подсадили. — покаялся я.

— Это как они сумели-то? — неподдельно удивилась богиня.

— Засадили мне стрелу в мозг с демоном в наконечнике. Вот и решил из него мнемонического архивариуса воспитать.

— Ладно. — окончательно успокоилась девушка. — Вытащишь меня отсюда?

— За этим и пришел.

Я подошел к Лане, положил руку на голову и начал передавать энергию из Кармана Души.

— Хозяин! Повелитель! Я буду служить тебе! Только не оставляй меня тут снова на сотни тысяч лет! — взвыл демон, понявший, что мы сейчас уйдем и ему снова грозит одиночество вечности.

— Я сниму ускорение с внутреннего мира, как будет время вернусь для результативного разговора. — пообещал я демону, мне и самому было весьма некомфортно поддерживать такой режим работы мозга, да еще и регенерация из-за микроинсультов отжирала немалую толику энергии..

Вернувшись из внутреннего мира я смотрел, как возрождается богиня. Появился силуэт — сначала едва уловимый, как тень от далекого воспоминания. Постепенно линии становились четче, тверже, и из пустоты начал вырисовываться скелет. Кости, будто выточенные из древнего мрамора, светились холодным блеском, обретая форму и структуру.

Затем, словно по мановению невидимой руки, вокруг скелета начали сплетаться нити жизни. Мышечные волокна, как тонкие нити судьбы, обвивали кости, создавая основу для будущего тела. Сосуды и капилляры, словно реки и ручьи, растекались по всей структуре, наполняя ее жизненной силой. Нервная система, подобная серебристой паутине, опутывала каждую клетку, соединяясь в единую сеть, готовую передавать импульсы мысли и чувств.

Сердце, еще не бьющееся, но уже готовое к своему первому удару, заняло свое место в груди. Легкие, как два крыла, раскрылись, готовые вдохнуть первый глоток воздуха. Печень, почки, желудок — все органы, словно драгоценные камни, заняли свои места в этом сложном механизме жизни.

И наконец, кожа, тонкая и нежная, начала обволакивать тело, как последний штрих художника. Она была словно шелк, сотканный из света и тени, мягко ложащийся на мышцы и кости. Волосы цвета темного пламени, как легкий туман, окутали голову, завершая образ.

Лана предстала пред мной, словно только что вышедшая из снов реальности. Ее глаза медленно открылись, и в них отразился весь мой внутренний мир, который она только что покинула и осознание четога, в который вернулась.

— С возрождением! — поприветствовал я богиню.

— Знаешь, я о тебе многое узнала от демона. — начала она.

— Но по условиям контракта рассказать об этом никому не сможешь. — перебил я ее. — А значит и говорить об этом бессмысленно. Давай решать проблему, как покинуть четог.

— Сначала энергия, которую ты обещал! — взбрыкнула Лана. — Я 50 лет на голодном пайке сидела! И, между прочем, твой демон был совсем сумасшедшим! В нем, как будто десяток-другой личностей жило и все они конфликтовали между собой и абсолютно были не в курсе, о чем я договаривалась с прошлой доминантной личностью! Я обломала об него все ногти и оббила кулаки! Этот мужлан, то бегал за мной, то убегал от меня! Знаешь, чего мне стоило спрессовать все в единую личность и выдрессировать ее?…

Тут богиня заметила, что я смотрю на нее довольно улыбаясь.

— Что? — все еще распаленно спросила она.

— Энергией я поделюсь, для этого надо сделать рунную татуировку. А вот за дрессировку — спасибо, я сам хотел этим заняться, но ты успела меня опередить.

Лана только недовольно засопела в ответ.

Чернила пришлось делать подручными способами: жженая резина каблука дала сажу, моя кровь использовалась для сродства рун с моей энергией, кровь богини — для предотвращения отторжения татуировки божественным телом. Иглу я вырастил внутри себя метаморфизмом и вытолкнул ее наружу.

Я уже поднаторел в набивании рун на билдерняшке и, ускорив восприятие, смог справиться в весьма сложной и обильной рунной вязью всего за час. Еще час заняла активация в рунном круге. А потом, я раскочегарил финтифлюшку, открыл карман души и ливанул поток энергии в богиню.

— Полегче! — простонала она. — Я так сгорю изнутри! Откуда у тебя столько энергии? Человек ли ты вообще?

Я только рассмеялся уменьшая напор потока.

Знания богини и мой опыт позволили весьма быстро прикинуть концепт портала из четога. Расчетами загрузили демона, пришлось повозится объясняя ему сам принцип, а потом снова укорить поток времени внутреннего мира. В реальном мире прошло минут пять и у меня был готовый проект.

— Проблема только одна. — рассказывал я Лане вычерчивая рунный портал смесью нашей крови. — Твой четог изначально был ловушкой и заточен на то, что бы удерживать тебя внутри. При телепортации он исказит твою сущность, ты развеешься и снова возродишься внутри.

— Так ты меня бросишь тут одну? — на глазах Ланы появилась влага, еще немного и она обрушится вниз водопадом слез. — Зачем ты тогда меня будил? Уж лучше лежать в забвении, чем страдать тут в одиночестве.

— Ты не дослушала меня. — продолжил я не отрываясь от черчения. — Я могу вынести тебя в своем внутреннем мире. Если ты будешь переноситься в четог, то сможешь выходить из него только с моей помощью. Или можно разрушить это место, а ты создашь себе новый.

— Я не готова провести пару столетий пропитывая новое место своей сущностью. — покачала головой подуспокоившаяся богиня. — Возможно в будущем я так и поступлю, но пока — нет!

***

«Облачный Путь» висел над биваком (*) дикарей, Суссана утверждала, что благодаря новым татуировкам чувствует Комаришкина «где-то здесь, но непонятно где». На мостике выставили вахту по наблюдению за происходящим внизу, в этот час с биноклем дежурила Светлана.

* Бивак — место временного проживания, ночевки в условиях природной среды путешественников.

— Смотрите! — закричала она.

Капитан глянул вниз, между временным лагерем и скальным массивом на земле расцветали молнии, они стелились из одного центра, извивались и, наконец, соединившись в рунный круг, вспыхнули, оставляя свой рисунок на сетчатке глаз наблюдавших. Когда капитан проморгался, в центре выжженого круга стоял Комаришкин своей голой персоной.

— Внимание всем! Обнаружен Комаришкин! Всем по боевым постам! — объявил капитан включая баззер боевой тревоги.

Дирижабль вздрогнул, зашелестели маневровые пропеллеры, повели стволами пара пушек, роторные пулеметы загудели моторами раскручивая стволы, открылись люки ракет класса «воздух-земля», заухали компрессоры откачивающие газ из оболочки, началось снижение. Дирижабль вставал на боевой курс, готовый сеять смерть и разрушения во имя своего владельца.

***

Перенос ослепил меня вспышкой, когда я проморгался, то увидел перед собой почти пять десятков шатров на свежевырубленной поляне. Оглянувшись заметил скалу, с которой я так эпично свалился. Понятно, выследили таки меня!

Мое появление не осталось незамеченным, из шатров стали выбегать вооруженные луками, копьями и прочим примитивным оружием мужчины. Они бежали и выстраивались в ряды в двадцати метрах от меня. Вслед за ними выходили строится женщины и дети. Неужто я так сильно сумел унизить и уронить власть вождя, что он решил бросить на мое уничтожение даже их?

Странно было только то, что все дикарки перед построением снимали с себя одежду полностью, а дети раздевались до набедренных повязок. Возможно обычай или готовят какой-то пренеприятный для меня ритуал?

В прошлой жизни я не славился всепрощением, даже наоборот. В этой я тоже не собираюсь подставлять щеку даже для первого удара. Если племя решило напасть на меня всем составом, то что же — одним племенем в Сибири станет меньше. Надеюсь оставшиеся племена не объявят мне кровавую месть, заниматься геноцидом всех Сибирских племен мне просто не с руки.

Воины раздвинули свои ряды, пропуская троицу из шамана, вождя и здоровяка с шипастой булавой. На мгновение мелькнула мысль вытащить богиню в земной план, уж она-то точно сможет разрулить ситуацию. Но тут же исчезла. Я никогда не прятался за женские спины! Они хотят войны? Они ее получат!

К моменту когда триумвират занял почетное место перед шеренгами воинов в моей крови бушевал адреналин, метаморфизм вздувал мышцы, ногти укреплялись и заострялись, чуть увеличив свою длину, под кожей образовывалась сетка из укрепленных сухожилий. Карман Души раскрыл свой зев, финтифлюшка вышла на режим пульсации.

К моменту когда вождь решил заговорить, я представлял из себя настоящую машину смерти работающую на ближней дистанции. Обычное оружие дикарей просто не смогло бы нанести мне вреда, а с артефактным вполне справится метаморфизм и разогнанная регенерация.

Я был готов доминировать на поле боя: рвать, крушить, давить и уничтожать противника Вампиризмом. Я чуял, что получив и переработав энергию богини, смогу обрушить на неприятеля волну молний и теперь, их жалкие Доспехи Духа и естественная аурная защита не смогут противостоять моей возросшей мощи. Вся моя суть рвалась в битву, я едва сдерживал себя на месте, ожидая пока противник сделает первый шаг.

— Повелитель! — громко обратился ко мне чуть выступивший вперед от пары сопровождающих вождь племени. — Ты пришел к нем, но мы оскорбили тебя. Ты показал свою силу, но мы не вняли ей. Мы открыли на тебя охоту.

Вождь на мгновение замолчал, набирая полные легкие воздуха и продолжил.

— Ты взял нашу богиню, а потом поглотил ее. Ты был в своем праве, праве сильного. А теперь, ты вернулся за нами.

Он снова не надолго прервался.

— Убей меня! — вождь чуть шагнул вперед. — Убей моих друзей! — шаман и бугай с булавой склонили головы. — Убей воинов племени! — шеренги вооруженных людей как один преклонили одно колено.

Вождь вскинул руки в направлении меня и падая на колени возвестил:

— Молю об одном! Возьми наших женщин к себе наложницами, обрати наших детей в рабов, но не убивай их сам и прикажи не делать это своему летающему чудовищу, что скалится на нас с небес за твоей спиной.

Я с удивлением оглянулся, «Облачный Путь» выходил на боевой курс.

***

— Ну что там? Что он говорит! — нетерпеливо трендела Светлана у плеча билдерняшки.

— Погоди, не мешай! И так плохо слышно! — шикнула на нее Суссана.

Суссана забежала на капитанский мостик сразу после объявления боевой тревоги. Она мастерски вынула стекло из центрального окна и заявила, что будет вести отстрел неприятеля из своего штуцера отсюда.

— Пулеметы и пушки займутся сокращением флангов, ракеты перепахают тылы, я сниму вышедшую вперед троицу, у меня как раз обойма с артефактными патронами завалялась, а потом буду помогать господину уничтожать центр войска. — заявила она.

Вот только боевые действия не спешили начаться. Вместо этого один и троицы заговорил, но расстояние скрадывало слова.

— Может поближе подлетим, послушаем? — предложила Светлана.

— Не выйдет. — отказался капитан и пояснил: — Ракеты не успеют встать на боевой взвод.

— Тихо! — Суссана высунула голову в окно, татуированные руны усиления заработали почуяв близость ее господина и она смогла обострить слух.

— Так что ему сказали, что? — снова затормошила билдерняшку Светлана, заметив, что разговор окончился и в рядах пошло странное шевеление.

— Предлагают убить мужчин, взять наложницами всех баб, а детей отдать под твое начало. — ошалело ответила Суссана.

— Чего? — выкатила на нее глаза личная рабыня Комаришкина.

— Того! Девок в кровать, детей в рабы! — пояснила ей билдерняшка.

Светлана заторможенно переваривала услышанную новость, а потом бросилась к капитану.

— Роман, миленький! — рабыня почти повесилась на капитана, одной рукой держа его за грудки, а второй гладя по щеке. — Прикажи чтобы ракетами, да по этим сисястым голозадкам! Они же заездят его такой толпой! Ну или хотя бы с пулеметов по молодым и красивым! Он же получив их в наложницы совсем на меня, свою личную рабыню, смотреть перестанет! Даже с моей правой половины своей кровати выгонит! Ну прикажи! Ну что тебе стоит?

Капитана спасла Суссана. Она натурально оторвала от него Светлану и начала ей втолковывать — дескать, не дело движемому имуществу решать за своего хозяина и вообще, господин сам решит, что и как ему делать.

***

Вот стою я весь такой готовый к смертельному бою перед склонившим головы войском и думаю — «А на кой мне эти наложницы, стоящие позади?». Я, конечно, помню, сестренка говорила, что мне надо обзавестись парочкой, а лучше тремя. Но тут-то их штук 300, а то и больше!

К тому же отдают их всех оптом, а там, зрение-то у меня хорошее, кроме молодых и красивых еще и старухи с калеками наличествуют. Меня же в цивилизованном обществе за такой гарем просто засмеют!

Глава 5

Вот стою я весь такой готовый к смертельному бою перед склонившим головы войском и думаю — «А на кой мне эти наложницы, стоящие позади?». Я, конечно, помню, сестренка говорила, что мне надо обзавестись парочкой, а лучше тремя. Но тут-то их штук 300, а то и больше!

К тому же отдают их всех оптом, а там, зрение-то у меня хорошее, кроме молодых и красивых еще и старухи с калеками наличествуют. Меня же в цивилизованном обществе за такой гарем просто засмеют!

Раз уж подраться не срослось, то надо возрождать богиню. Я хорош в решении проблем нетехническими методами, а вот дипломатия это точно не мое. Богиня точно наведет порядок, приструнит вождя и не отдаст в рабство свою паству.

Давая демону данные для расчета рунной татуировки я воспользовался тем, что никто, кроме меня не понимал ее сути. Так у нее появились дополнительные возможности: передача сообщений, призыв, парализация и ярость. Две последние — очень, надо сказать, полезные при общении с богами.

Ярость, она и у обычного человека сносит планку так, что он крушит все подряд. А уж ярость богов — это оружие массового уничтожения. Если мне потребуется оружие последнего шанса, то призыв богини и ее ярость вполне позволят если не победить, то забрать с собой противника.

Парализация — наоборот, позволит избежать проблем, если вдруг богиня сама впадет в это разрушительное состояние рядом со мной. Не хотелось бы стать причиной разрушения какого-либо города дотла. С богами, конечно, научились бороться и даже уничтожать. Но могут задуматься и разузнать — кто освободил столь несдержанную особу, да навесить грех уничтожения города на меня.

А обмен сообщениями — он всегда полезен. Информация правит миром, а кто владеет передачей сообщений, тот владеет информацией.

Я вытянул руку и задействовал призыв богини. Все повторилось как в четоге — появился контур и началась материализация. Повторно рассматривать это действие было неинтересно, зато я улыбался глядя на впечатление, производимое призывом на дикарей.

***

— Это что он там задумал? — комментировала Светлана наблюдающая в бинокль за происходящим из окна капитанского мостика дирижабля. — Никак демона призывает! Наверное хочет накормить его душами этих дикарей. И правильно! Зачем ему столько баб в гареме?

— Успокойся! — осадила ее стоящая рядом билдерняшка, она и без бинокля видела все отлично. — Это точно не демонический призыв. Демоны имеют совсем другое внутреннее строение, уж я-то знаю!

— Это девка! — охнула личная рабыня Комаришкина. — Он таскает с собой голую девку и может ее призвать в любой момент!

— Причем красивая! — подначила ее Суссана. — Гораздо красивее тебя!

— С чего ты взяла? — возмутилась Светлана. — Она же к нам задом стоит!

— А ты можешь, своим голым видом заставить полтысячи дикарей пасть на колени и склониться ниц? — практически смеялась билдерняшка. — Вон как распластались, даже голову бояться поднять, чтобы не ослепнуть от ее красоты.

***

Я смотрел на преклонившее колени и уткнувшееся лбом в землю племя. Сразу видно — совсем не ожидали явления свой богини во плоти.

Лана была величественна, как всегда, но в ее глазах читалось что-то новое — словно она видела мир впервые, или, наоборот, вспоминала что-то давно забытое.

— Встаньте, — произнесла она, и ее голос, тихий, но властный, разнесся по всему полю.

Племя поднялось, но головы их остались склоненными. Я посмотрел на троицу стоявших впереди, их лица выражали смесь страха и надежды.

— Ты, — она указала на вождя, — Говорил от имени всех. Ты просил о милости, но забыл, что милость не дается просто так. Ты и твой народ должны понять, что сила — это не только меч и молния. Сила — это мудрость, которая позволяет видеть дальше собственного страха.

Вождь молчал, его глаза были прикованы к богине. Она повернулась ко мне, и в ее взгляде я уловил тень улыбки.

— Ты сделал то, что должен был сделать. Но теперь твоя задача — не разрушать, а созидать.

Я хмыкнул, ну вот, похоже решила расквитаться за мои деяния в четоге. Созидать? Я? Она явно переоценила мои способности. Но спорить с богиней, даже если она была вызвана мной, казалось сейчас неразумным. В крайнем случае — всегда можно вернуться к старому доброму ультанасилию.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил я, стараясь звучать максимально нейтрально.

— Они просили тебя о жизни. Дай им ее. Но не как рабам или наложницам, а как тем, кто может стать чем-то большим. Научи их жить, дай им цель жизни.

Я задумался. Учить дикарей? Это звучало как шутка, но богиня явно не шутила. Ее взгляд был серьезен, почти требователен.

— Ладно, — наконец сказал я. — Но если они начнут снова охотиться на меня, я не стану церемониться. И если рискнут хотя бы оспорить мой приказ — тоже.

Лана кивнула, словно этого и ожидала. Затем она повернулась к племени.

— С этого дня вы будете следовать за ним. Он станет вашим проводником в мире, который вы не понимаете. Но помните: если вы предадите его, я не буду милосердна.

Племя замерло, затем, как один, склонилось в поклоне. Вождь поднял голову и посмотрел на меня. В его глазах читалась решимость.

— Мы будем следовать за тобой, Повелитель.

Я вздохнул. Вот и все. Теперь у меня не только проблемы с дипломатией, но и целое племя на шее.

— Ладно, — сказал я, обращаясь к ним. — Первое правило: не называйте меня Повелителем. Второе: скажу «бежать», вы бежите. Если скажу «драться», вы деретесь, даже если против вас выйдут архидемоны вместе с богами. И последнее — никаких наложниц. Понятно?

Племя закивало, хотя в глазах девушек я заметил разочарование. Богиня улыбнулась, как говориться: «сделал гадость — сердцу радость».

— Ну что ж, — пробормотал я себе под нос. — Теперь я не только разрушитель, но и учитель. Кто бы мог подумать?

А потом подозвал жестом триумвират поближе.

— Среди племени есть кто-нибудь умеющий читать карты?

— Карты? — троица с удивлением переглянулась.

Ну так я и знал! И как их тащить в более обитаемые земли? Здесь-то точно ничего строить не буду. Сюда только дирижаблем доставлять, а это не только дорого, но и очень медленно. Да и народ на границе моей территории мне не нужен, а вот на уже освоенной земле около Форта — пригодился бы.

Ладно, зайдем с другой стороны. Пусть они не знают карт и компаса, но направление в передвижении чуять-то должны! Без этого заблудиться в тайге очень просто.

Я сориентировался по солнцу, скале и представлении о местоположении Форта, вытянул руку в его сторону и заявил:

— Подготовитесь к путешествию и пойдете туда, пока не кончится тайга. Там вас будут ждать и там я пристрою вас к делу. Понятно?

Вождь посмотрел на мою руку, нагнулся и ножом прочертил линию в том же направлении.

— Кстати, а другие племена поблизости есть? — у меня появилась мысль переселить всех сразу, а не устраивать себе приключения каждый раз, когда потребуется спуститься с дирижабля.

— Есть, как не быть-то? — подтвердил вождь.

— Свяжитесь с ними и передайте им приказ собраться и двигаться всем вместе с вами. Можете идти разрозненными группами или как удобнее, но в одном направлении!

Вождь помрачнел. Брать на себя ответственность за другие племена он не собирался.

— Кто не захочет, тот ничего не получит! — продолжил я. — В конце концов, нам и ченорабочие для рубки просек и прокладки дорог нужны будут. А кто придет первыми, получит стальное оружие, стеклянные бусы и право построить дом. Еще будет набор на обучение в мое войско. Прошедшим будет выдан огнестрел, а лучшие смогут летать на чудовищах подобных тому, что парит за моей спиной.

Судя по хитринке появившейся в глазах вождя, первыми он решил считать, только свое племя. Пришлось его разочаровать. А то — знаю таких хитрецов, вечно норовят информацию зажилить к своему обогащению.

— Но действовать мое обещание будет только если придет не менее 10 племен. Чем больше придет народу, тем дороже и больше призов достанется каждому!

Оставив вождя в раздумьях, я развернулся, подхватил богиню под руку и направился к дирижаблю.

— Почему вы голые?!! — этим восклицанием нас встретила Светлана сразу после подъема в дирижабль.

— Не твое дело, смертная. — ответила ей Лана.

— Это я-то смертная? — обиделась моя личная рабыня. — Да ты сама-то…

— Утихни! — прервал я девушку. — Это богиня Лана, любить не прошу, но раздражать и жаловаться — не советую.

Светлана аж подавилась воздухом, который набирала для новых претензий. Такого она точно не ожидала. Подошедший капитан и билдерняшка так же с удивлением посмотрели на меня.

— Тебе подобрать каюту? — спросил я богиню, игнорируя остальных. — Сейчас, правда, тут стало тесновато, прибавилась пара пассажиров, но я уверен, что мы сможем решить эту проблему.

— Пожалуй нет. — ответила она. — У тебя внутренний мир синхронизирован с земным планом?

— Да. И при желании ты сможешь подключиться к наблюдению за ним. Такую возможность я предоставлю.

— Тогда я побуду в нем. Там энергия от тебя лучше усваивается и ее приходит больше.

С этими словами Лана положила одну руку себе на затылок, другую на подбородок и резким рывком сломала себе шею.

— Ушла в в свой четог, там повторит. — пояснил я, глядя на ошарашенных зрелищем людей.

Тело богини растаяло в воздухе раньше, чем успело коснуться пола дирижабля.

Через час, сполоснувшись в душе и надев новый комплект одежды, я стоял на капитанском мостике.

— Идем в Сибирск. — отдал я приказ капитану. — Сдадим потерпевших дирежаблекуршение, да надо озадачится покупкой и доставкой обещанного для наших новых поселенцев.

— Ваша Светлость, а зачем вам дикари? — полюбопытствовал капитан.

— Была бы возможность вместо них набрать в слуги рода специалистов в таком количестве, не связался бы с ними. — вздохнул я. — Придется воспитывать гвардию из дикарей. Зато точно буду уверен — не предадут.

Дирижабль поднялся, поймал воздушное течение дующее в нужном направлении и устремился к столице Сибирской губернии.

Сибирск встретил нас шквальным дождем, мы держались выше облаков в ожидании прекращения ливня. Можно было спуститься на швартовку прямо через грозу, дирижабль был отлично защищен от непогоды, но особого смысла в этом я не видел. Сибирские ливни скоротечны. Да, за час может выпасть месячная норма осадков, но и дождь не будет моросить целый день.

Как погода подуспокоилась — провели швартовку, передали спасенных представителям Имперской Службы, с которыми я связался еще на подлете к городу и, после небольшого опроса о местоположении трагедии, направились по магазинам.

Выходить из моего внутреннего мира и одевать вещи девушек богиня отказалась. Заявила, что явит себя уже в магазине, когда ей поберем подходящую одежду. Так что сейчас многие могли видеть забавную сцену, как я, зашедший в дамский бутик, занимался подбором. Брал платье за плечи, рассматривал его перед собой на вытянутых руках, вешал назад.

Через 20 минут мне это уже надоело. Лана критиковала все подряд. То фасон не нравится, то цвет не тот, то декольте слишком маленькое. Билдерняшка и рабыня со скепсисом наблюдали за мной, расположившись в зоне отдыха бутика.

— Так! — заявил я Лане у себя в голове. — Либо ты выбираешь, что-то из уже осмотренного, либо я тебя призываю прямо тут, посреди зала и дальше выбирай сама.

— Я не могу носить то, что недостойно меня! — возмутилась богиня.

— А ты и не носи! — начал раздражаться я. — Одень временно, а потом подбирай, что тебе подойдет!

— Тогда вон то, салатовое. На один раз эта тряпка сгодится.

Я хмыкнул глянув на ценник «тряпки», иной высококвалифицированный специалист и за год не заработает на ее покупку. Даже если не будет есть и пить, а всю зарплату откладывать на покупку.

— Милейшая! — я щелкнул пальцем подзывая консультантку. — Я хочу оплатить вот это платье и покажите, где у вас комнаты для примерки.

— Вы это будете примерять? — выпучила глаза консультантка, сравнивая мою мощную фигуру и изящное платице в половину моего размера.

— А что, у вас с этим проблемы?

— Но оно же на вас не налезет… — начала лепетать девушка.

— Так! — я почувствовал раздражение и повысил голос. — Я хочу заплатить за эту тряпку и увидеть где у вас происходит примерка!

На звук начинающегося скандала вышла управляющая. Мадам была в годах и несла себя с большим достоинством.

— Мила, что у вас происходит?

— Этот сударь хочет купить и надеть платье, а я вижу, что оно на него просто не налезет! — пожаловалась консультантка.

Я лишь фыркнул на такую интерпретацию происходящего. На креслах зоны отдыха изо всех сил давили улыбки Суссана и Светлана. Их положение не давало им возможности рассмеяться над ситуацией.

— Извините, сударь, сейчас все уладим! — смерив меня профессиональным взглядом сообщила мадам. — Мила! Я сколько раз тебе говорила! Желание клиента — закон! И не тебе решать, налезет платье или нет! Советы надо давать только тогда, когда их спрашивают!

После словесной выволочки, консультантка быстро пробила товар на кассе и проводила меня к примерочным комнатам.

— Давай, вылазь и одевай! — заявил я богине вытягивая руку и запуская процесс призыва.

По проторенному каналу Лана материализовалась без лишних спецэффектов. Молча одела платье и вышла из комнаты, даже не полюбовавшись собой ни в одном из четырех зеркал расположенных на каждой из стен.

Я специально чуть подзадержался, зато был награжден ошарашенным видом консультантки, которая хлопала глазами, пытаясь понять, как такой высокий и мускулистый юноша смог перевоплотиться в столь изящную девушку.

— Милейшая! — я вновь щелкнул пальцами привлекая внимание. — Эту богиню надо одеть, обуть и снабдить всеми нужными современной девушке аксессуарами. Выполнять!

Консультантка перевела на меня взгляд и я прямо таки услышал звон разбившейся в ее голове теории, которую она уже успела себе придумать. Девушка икнула, мотнула головой, отгоняя какие-то дурные мысли и приступила к своим обязанностям.

Оставив богиню с девушками в бутике, я отправился в оружейный отдел гипермаркета. В каждое приключение я умудряюсь терять пистолеты. Прямо хоть оптом их закупай! Оптом не стал, но по три штуки со всей сбруей уже приглянувшихся закупил. Привычно вооружился, а остальные отправил доставкой на дирижабль.

Так же поступил и в отделе с магфонами. Жаль, что Карман Души не может пока принимать материальные предметы. Точнее — принять-то может, но он их сразу же расщепит, а финтифлюшка тут же переработает все в энергию. Надеюсь в будущем избавиться от этой проблемы и не придется каждый раз экипироваться заново.

В ожидании окончания эпопеи с одеванием богини, я расположился в ресторане и заказал шницель.

Шницель, обжаренный до золотистой корочки, выглядел невероятно аппетитно. Его поверхность была хрустяща и румяна, а внутри меня ожидало нежное и сочное мясо. Подавался он на широком белом блюде, украшенном свежими зелеными травами.

Рядом с шницелем располагались гарниры: легкое картофельное пюре кремовой текстуры и нежного вкуса, а также свежие овощи — яркие ломтики помидор и хрустящие огурцы.

На краю блюда лежала небольшая порция грибного соуса, идеально дополняющего вкус шницеля и придающая ему пикантность.

После достаточно однотипного питания на дирижабле, каждый кусочек шницеля вызывал у меня взрыв вкуса и дарил блаженство. Интересно, когда я окончательно вживусь и перестану столь сильно реагировать на вкусную еду?

Почувствовав по внутренней связи с рунами богини и билдерняшки, что действие в бутике подходит к концу, я расплатился в ресторане и двинул к девушками. Как раз успел к финальной сцене.

— А эту тряпку, — протянула скомканное зеленое платье консультантке, одетая в белую тунику и золотистые босоножки богиня. — Сожгите или бросьте на подстилку собакам.

— Но оно же совсем новое! — пролепетала консультантка, принимая одежду из рук богини и машинально расправляя ее.

— Можете и сами носить, если не брезгуете. — фыркнула ей в ответ Лана.

Я лишь улыбнулся оплачивая счет и покачал головой глядя на высветившиеся суммы покупок. Туника оказалась дороже платья раза в три. Ничего я не понимаю в женской моде. На мой взгляд, это просто кусок холста с ажурной вышивкой золотыми нитями. Да, на Лане смотрится красиво, но цена… Впрочем, не с моим миллиардом о ценах думать, на фоне него, цена платья просто песчинка под башмаком капитала.

Из гипермаркета я выходил под ручку с богиней, она манерно вышагивала и мне пришлось подстроиться под нее, чтобы выглядеть не менее величественно. Билдерняшка и рабыня приотстали, не решаясь приблизиться и разрушить впечатление от нашей парочки.

Так нас красивых и приняли ИСовцы.

— Мое дело маленькое. — сообщил мне офицер патруля. — Сказано, Комаришкина с сопровождающими в тюрьму, значит будете туда доставлены!

Глава 6

Из гипермаркета я выходил под ручку с богиней, она манерно вышагивала и мне пришлось подстроиться под нее, чтобы выглядеть не менее величественно. Билдерняшка и рабыня приотстали, не решаясь приблизиться и разрушить впечатление от нашей парочки.

Так нас красивых и приняли ИСовцы.

— Мое дело маленькое. — сообщил мне офицер патруля. — Сказано, Комаришкина с сопровождающими в тюрьму, значит будете туда доставлены!

Лана попыталась возмутиться, но я придержал ее.

— Просто оставайся человеком. — подмигнул я богине, когда она возмущенно обернулась ко мне.

Видя такое дело, Суссана и Светлана поотстали. Ну и правильно, а то еще и их вытаскивать из застенков.

Кабинет оперативного работника Имперской Службы, куда меня доставил, после задержания, патруль был небольшим. Скупой свет лампы с зеленым абажуром дрожал на столе, заваленном папками с кровавыми сургучными печатями. На краю стола примостился старинный телефон со снимающейся трубкой и диском набора цифр. Стену за спиной хозяина кабинета скрывала карта империи — черные артерии железных дорог сплетались в паутину, опутавшую континент, им вторили серые линии автомобильных трасс.

В углу, на мраморном постаменте, застыли бронзовые часы; их маятник, словно язык колокола, отсчитывал секунды мерными ударами. На полках, меж строгих шкафов, тускло поблескивали медные таблички с номерами дел.

Работник кабинета сидел, выпрямившись, будто его позвоночник сросся со спинкой кресла. На груди мундира, чуть левее сердца, тускло поблескивал жетон — цифры и буквы, выгравированные без украшений. Знак принадлежности к машине, где люди — лишь шестерни, а совесть давно сдана в архив, под сургуч и красный воск. Взгляд, холодный и плоский, как лезвие гильотины, скользил по мне, не встречая глаз. Казалось, он видел не человека, а дело — номер, даты, цитаты из протоколов. Над верхней губой застыла морщина, глубокая трещина меж каменных черт, — след вечной гримасы неодобрения.

Когда он заговорил, то голос звучал приглушенно, словно шел из-за толстых стен архивных шкафов: слова падали, как штампы на чистый бланк, превращая живую речь в сухой отчет.

— Семен Владиславович Комаришкин, глава рода, глава клана. Клан и род из двух человек, что является нонсенсом не только в нашей Империи. Награжден медалью «За смелость», орденами «Кровавый щит Империи» и «Защитник Империи». Как вы докатились до попадания в лист Имперского розыска?

То, что я нахожусь в каком-то розыскном листе для меня было новостью. Каких-то проступков со времен улета из Имперска я не успел совершить. Возможно местные кланы мутят воду? Последней мыслью я и поделился с оперативником.

— Вы заблуждаетесь. Информация обновляется циркулярно из центра. Ваши местные дела к ней не имеют никаких отношений.

Я задумался, никаких причин для своего задержания я не видел.

— Даже не представляю, зачем Империи это потребовалось. — поделился я своими мыслями. — А что планируется делать со мной дальше?

Если речь пойдет о каторге, то плюну на все и буду прорываться с боем до дирижабля и уходить к дикарям в тайгу. Тратить кучу времени на долбежку камня я смысла не видел. К тому же, я чувствовал какое-то внутреннее напряжение и неправильность происходящего, но не мог ухватить его суть.

— Никаких указаний на ваш счет не поступало. Сейчас проведу опрос, зафиксирую ваше задержание в системе и запрошу указаний. Так же опрошу вашу спутницу. Завтра придет ответ и будем решать.

— Кстати, позвольте полюбопытствовать, а где сейчас находится моя спутница?

— Извольте, ее поместили в камеру предварительного задержания.

— То есть, вы сунули Лану в камеру к бомжам, ворам и ублюдкам? — кажется начал понимать причину своего беспокойства.

— В глазах Империи все граждане равны. — пожал плечами оперативник.

Моя догадка начала обретать черты реальной проблемы, надо срочно предпринимать меры.

— Вы не могли бы зафиксировать мое пребывание в данный момент времени в вашем кабинете в протокол? — попросил я собеседника. — Уверен, что у вас в кабинете ведется видеонаблюдение и запись происходящего, но мне хотелось бы иметь физическое подтверждение в виде твердой копии. Уверен, вам это будет несложно, всего одна фраза «Комаришкин находится в моем кабинете» и текущее время.

— Это еще вам зачем? — впервые за весь разговор оперативник проявил эмоции.

— Готов объяснить после выполнения просьбы. — пошел я на принцип.

— Ну раз так хотите… — ручка прошуршала по бумаге. — А теперь я жду объяснений.

— Не хочу получить обвинения в разгроме тюрьмы. — пожал плечами я. — Предпочитаю остаться пострадавшей стороной.

— Разгроме тюрьмы? — на лицо оперативника вылезло удивление. — Откуда у вас такие фантазии?

— Все просто. — улыбнулся я. — Вы отправили богиню, недавно вышедшую из ловушки где она пробыла не одно столетие, между прочим, в общую камеру. Как думаете, что она будет делать, когда ей устроят «прописку»?

— Вы обязаны были предупредить! — взволновался оперативник и схватив трубку начал накручивать диск телефона.

— В глазах Империи все граждане равны! — ехидно процитировал я недавно услышанную фразу.

***

Лана вошла в камеру как на подиум: подбородок вверх, каблуки сандалий отбивали ритм на бетоне, а шелковая туника цвета «вы меня точно за кого-то другого приняли» развевалась на ней, временами очерчивая аппетитную фигурку богини. Боги редко оказываются в камере предвариловки, тем более с компанией из пяти бандитов, двух бомжей и старухи-карманницы. Возможно Лана единственная из богов, кто может похвастаться таким достижением.

— Ого, — присвистнул лысый детина с татуировкой «матерый» на шее. — К нам принцесса заглянула! Ты тут за что, золотце? За то, что в бутике кредитку украла?

Лана осмотрела помещение: стены в плесени, пол в лужах неизвестного происхождения, а воздух пах так, будто его жевали, а потом выплюнули. Хотелось плюнуть на все и уйти в четог, но Комаришкин просил «быть человеком». Богиня вздохнула, что ж, она постарается.

— За то, что гуляла не с тем, с кем надо. — ответила она, сдувая пылинку с рукава. — И побольше почтения к носительнице магии.

Бандиты заржали. Старуха-карманница, ковырявшая в зубах гвоздиком, вдруг сплюнула:

— Магия, говоришь? Да я вчера колоду карт у вертухая стащила — вот это магия!

— Молчи, Баба Зина. — шикнул лысый, подмигивая Лане. — А ну, принцесса, покажи фокус. Может, трусики через голову снимешь?

Лана вздохнула. Проще всего было наложить божественное проклятие, но она обещала.

— Хорошо, — улыбнулась богиня, щелкнув пальцами. — Смотрите внимательно.

Первой исчезла рубашка лысого. Не порвалась, не сгорела — просто испарилась подчинившись волевому посылу подкрепленному энергией.

— Эй! — возмутился бандит, разминая кулаки. — Это моя любимая обновка была!

— Не переживай, — Лана щелкнула еще раз.

На спине у него проступила новая татуировка: «Я люблю единорогов», а надпись на шее морфировалась в «мама».

Камеру взорвал хохот. Даже Баба Зина фыркнула, выронив гвоздик.

— Ты… ты! — лысый бросился к Лане, но та картинно вздернула бровь.

Его ноги прилипли к полу, будто подошвы влились в бетон.

— Ребята! — заорал он. — Вы чего смотрите? Взяли ее!

Толпа ринулась вперед. Бродяга в плаще махнул заточкой, Лана дунула — и заточка превратилась в букет ромашек.

— Да ты романтик! — ухмыльнулась она. — Но лучше их своей «маме» подари.

Две бандитки с синими волосами попытались ухватить ее за руки, Лана щелкнула пальцами — и их дреды дернулись друг к другу и завязались в узлы, похожие на макраме.

— Красиво, — оценила Баба Зина. — Мне бы такую прическу, только не на двоих, а одной.

— Молчать! — взревел лысый, выдернув ноги из башмаков. — Я тебя…

Он рванулся к ней, но Лане уже надоело играться.

— ХВАТИТ! — вскрикнула она, ее волосы воспарили, запламенели и камеру осветила вспышка алого света.

Стальная дверь зашипела, будто ее полили кислотой, и сползла вниз, как растаявший лед. Стена за ней треснула, кран над раковиной лопнул и струя воды ударила в потолок. Треснувшая стена с тихим шелестом осыпалась, открыв вид на улицу. От синеволосых бандиток остались только тени на полу и те постепенно таяли.

— Все вон! — от Ланы повеяло жутью, она поправила прическу и поинтересовалась: — Кстати, кто там хотел трусики через голову?

Но камера была уже пуста. Выжившие, включая лысого с новыми татуировками и Бабу Зину с роскошной гривой из дредов, мчались по улице, вопя во всю глотку:

— ПОЛИЦИЯ! СПАСИТЕ!

Лана огляделась, зевнула и села на ближайшие нары. Последний выплеск забрал остатки сил. В тюрьме уже визжали сирены. Но богиня лишь улыбнулась, канал от Комаришкина пульсировал, экстренно пополняя ее резерв, а раздражающие факторы удалены. В конце концов, быть человеком, это не означает терпеть унижения. Уходить она не собиралась. Слишком изменился мир, за время ее отсутствия. Сейчас необходимо разобраться в новом мироустройстве и познакомиться с обществом.

***

Задерживать нас не стали. Даже не попеняли Лане на разнесенную камеру. Мне предложили поработать посредником в общении с богиней и даже пообещали предоставить номер в гостинице. Первое предложение я принял, всегда полезно иметь запись «Работа переговорщиком на благо Империи» в личном деле. А от номера отказался. Что они могли предложить? Двухместный номер или, максимум, полулюкс? Я не видел смысла в такой подачке.

Лана согласилась попозировать на камеру, а я посоветовал завести ей идентификатор личности. Наверное она первая из богов, кто обзавелся полным комплектом документов включая сетевые профили и личный банковский счет. Богам, при необходимости всегда проще открыть счет на предъявителя и воспользоваться анонимным доступом в интернет, чем проходить бюрократические процедуры.

Впрочем, боги интернетом не интересуются. По их времявосприятию он создан буквально «час назад». Это Лане все интересно после долгого заключения и практически 50-ти лет общения только с демоном в моем внутреннем мире.

Нас любезно подвезли до отельного комплекса, где я снял двухуровневые экстралюкс апартаменты располагающиеся под крышей и имеющие окно во всю стену. Отзвонился Суссане и предупредил о своем местоположении.

— Зачем ты разнесла камеру? — спросил я Лану, когда мы устроились, с коктейлями, на креслах у панорамного окна и наслаждались видом Сибирска с высоты.

— Не хотела стирать из реальности всех в камере. — пояснила она.

— Стирать?

— Ну да. — богиня прервалась на небольшой глоток из бокала и продолжила: — Вот есть что-то, а вот — его нет. И вся информация о нем тоже постепенно исчезает, как будто этого и не было никогда.

Я поежился. Повезло мне в пещере, что у нее энергии практически не было. И что хотела именно наказать, а не стереть. С такой напастью мой метморфизм и не справится. Тут только свою волю можно противопоставить. И, сдается мне, что у Ланы она на порядок сильнее будет.

Теперь становилась понятна и причина ее заключения в ловушку. Имея такие способности она может стереть что угодно, вплоть до других богов. Да и племя, сдается мне, по началу совсем не богине жертвы приносили, а подпитывали ритуалом ее тюрьму. Это уже после, когда ловушка пропиталась энергией богини и стала четогом, сменился и ритуал. Люди чувствуют места привязки четогов к реальному миру, как что-то сакральное. Вот с поколениями ритуал и перерос в жертвоприношение богине.

— Какие планы на будущее? — на всякий случай решил уточнить я, хоть мы и связаны контрактом, но находить проблему на пустом месте я не хотел.

— Посмотреть на общество, проникнуться новыми тенденциями. — просветила меня Лана и повернув голову поймала мой взгляд. — Не против, если я побуду рядом с тобой?

— Судя по словам и манере речи, ты уже начала вписываться в мир. — подмигнул ей я.

— Я хорошенько допросила все личности твоего демона. — хихикнула она. — У меня было на это много времени. Но, рассказы это одно, а реальная жизнь — другое!

Мы посидели и помолчали. Допили коктейли. Когда вставали я спросил:

— Мстить создавшему ловушку будешь?

— Обязательно! — богиня стала серьезной. — Вот только надо сначала понять, кто меня заточил. Я вообще о своей жизни до ловушки практически ничего не помню. Все смазано и потерто. Как будто сморю через исцарапанное песком стекло, но вижу только какие-то смутные фрагменты.

До вечера я занимался организационными делами, необходимо было закупить инструменты и материалы для постройки домов моих будущих поселенцев. А так же организовать им питание на первое время. Племена жившие охотой и собирательством не смогут враз перейти к товарно-денежным отношениям.

Я планировал для начала палаточный городок неподалеку от Форта с дальнейшим превращением его в полноценный город. Имея достаточно финансов сформировать караван со строителями, материалами, крупами, консервами и инструментами не так уж и сложно.

А вечером мне пришла предъява от клана Синиц.

Я уже и позабыл тут эпизод в ресторане, когда отбиваясь от Сурков умудрился стравить их с Синицами. А вот Синицы не забыли! За время моего отсутствия, пользуясь тем, что после моей активной самозащиты глава Сурков ушел в мир иной, да и количество боевиков я подсократил, Синицы вырезали оставшихся и прибирали их владения.

А теперь, решили взяться и за меня, раз уж я тут появился. И начали они с банального захвата заложников и требования встретиться с ними за городом, во избежания присылания Суссаны и Светланы ко мне по частям.

— Ты хотела быть рядом со мной? — спросил я Лану, доснаряжая запасные обоймы пистолетов. — Это может оказаться весьма суетным делом.

— Из окна мир не поймешь. Надо смотреть изнутри. — бросила она, взяла мой запасной пистолет и начала проверять работу затвора. — Хочу посмотреть на твоих врагов.

Я кивнул, пристегнул тактический нож к поясу и сверился с картой на смартфоне.

— Встреча через час. — пробурчал я. — Придется арендовать внедорожник. Плохо, что местность незнакомая.

— Зато у нас — внезапность. — богиня покрутила пистолет на пальце и он исчез в ее пространственном кармане.

Немного бюрократии с бумагами, полная страховка на авто, падаю за руль, Лана рядом и машина рванула в темноту, словно оголодавший хищник, сорвавшийся с цепи.

Сомнений нет, все решит сталь, свинец и магия. Или та самая суета, что всегда ведет за собой войну кланов. Уж что-что, а суету я наводить умею.

Ночь. Поляна. Нас с Ланой слепят порядка двадцати машин выставленных полукругом. Мои глаза быстро адаптировались и свет мне не мешает. Весь путь тело преображалось, метаморфизм жрал энергию как не в себя. Сейчас под костюмом то, что вскрой его паталогоанатомы и мое отношение к homo sapiens будет опровергнуто.

Лана так же тянула энергию не стесняясь. Подвеска внедорожника с облегчением проскрипела, когда богиня покинула автомобиль вслед за мной. Масса ее девичьей фигурки возросла в десяток раз.

— Мне не нравится этот свет. — заявила богиня и щелкнула пальцами.

Из меня резко потянуло энергию, финтифлюшка в Кармане Души с мерной пульсации перешла в резонансные колебания.

— Полегче! — поморщился я от неприятных ощущений. — Проследи, что бы с девушками ничего не случилось.

Воля богов, при наличии энергии позволят перекраивать мир по своему желанию. Теперь свет фар пропадал сразу около машин и лился на всю поляну откуда-то сверху.

Захлопали двери, из машин стали вальяжно вылазить Синицы. Некоторые из них изумленно смотрели на чудное освещение, но большинство сосредоточило свое внимание на нас с Ланой.

— Это ты, что ли, Комаришкин? — слегка выдвинулся вперед дородный бородач с монструозным дробовиком в руке. — Еще одну заложницу нам привез? Одобряю!