Названия нет, но скоро будет

Пролог

Это было давно. Так давно, что даже я не вспомню все в деталях. Об этом не осталось ни свитков, ни баллад. Но огорчаться не нужно, верить мне можно, ведь я прожила на этом свете гораздо больше вашего. И так, сейчас все расскажу..

Давно, еще когда не существовало людей и крылатых, жили два божьих создания - Эон и Маниола. Первый был богом, в то время как вторая - человеком. Видеться им было нельзя - не позволяли правила небесного порядка, ведь Эон - блаженное и могущественное божество, а она - обычный человек.

Так и жили эти двое. Все шло хорошо, до тех пор, пока Эона не стало гложить любопытство. Молодому разуму было интересно, что же там на земле. И вот, в один из ясных дней, он, расправив свои крылья, соколом спикировал вниз. Там, среди секвой и папоротников, ему и встретилась Маниола.

Невозможно было передать красоту этой прелестной девушки. Это был прекраснейший, созданный богами рисунок, от которого нельзя оторвать взгляд. Чистейший сгусток человеческой энергии в приятном глазу сосуде. Слегка кудрявые пряди светло-ореховых волос неровно опадали на ее плечи, подчеркивая изящные черты лица. Нос курносый, а глаза большие, сине-зеленые... как два кусочка витражного стекла, как солнечные блики под водой. Неудивительно, что Эону она стала симпатична, хе-хе.

Ну, так о чем это я. Ах да, конечно.

Вернувшись на небеса, он не находил себе места. Вмиг все чудеса небес стали ему чужды. Сердце его не утихало, билось как птица в клетке, разрывалось на части и просилось обратно вниз. Так он стал с каждым днем все чаще и чаще спускаться на землю, к ней.

Конечно, это не ускользнуло от глаз небожителей. Порядок небес, кропотливо составленный не одной божественной душой, буквально распадался на глазах. И сколько бы не вызывали они Эона на профилактические беседы, сколько бы не тыкали его голову в правила небес, как маленького (хотя тот уже не был давно мальчишкой), ничего не помогало. И в один момент божества ополчились против него

– Раз тебе наплевать на порядки, может тебе и на свою божественность плевать!? – В гневе кричали они,

– Если вас устроит такой ответ, то я отвечу да! – С такой же яростью ответил им Эон, у которого на крыльях уже начали открываться "глаза гнева" и увеличиватся в размерах меховой воротник – Я буду только рад уйти, мне чужден небосвод. Я лучше стану утешением для человеческой души внизу!

У всех небожителей отвисла челюсть, некоторые лишались чувств от неверия.

Тогда верховное божество, направив на нашего крылатого альбиноса клинок аннигиляции, натянуто прошептал,

– Если ты действительно этого хочешь..

Итак, слушай же, дорогой Эон, мой вердикт. Закон, гласящий, что божественной и людской энергии нельзя соприкасаться, был тобою неоднократно нарушен. За это, по твоему добровольному согласию, твоя божественная сила будет урезана втрое, а сам же ты отправишься в ссылку в людской мир. Есть ли у тебя возражения?

Эон обомлел, но показывать не стал. Урезание силы втрое для божественного создания это все равно что отнять у морской чайки полет над морями, но он ничего не сказал и просто покачал головой,

– Что же, на том и решили.. – произнесло верховное божество со вздохом, – К выполнению приговора приступить.

Эон рухнул на кроны секвой. Хвоя смягчило его падение, и он скатился на влажную, пропитанную дождями и опадающими листьями и хвоинками землю. Маниола его нашла, и ужаснулась, заприметив его внешний вид. Крылья, такие белые и по-божественному чистые, теперь были изодраны в клочья. Тот небесный свет, что излучало его тело, потускнел, и невооруженным глазом не мог быть замечен. Та его подняла, но дальше он пойти не смог, ей пришлось взвалить его тело на спину и донести до своего пристанища. Там она привела его в чувство, залечила раны и поклялась защищать его от всех несчастий этого бренного, человечьего мира. Тот лишь улыбнулся, вложил свою руку в ее ладонь и пообещал, что теперь они связаны, и больше он не уйдет.

Прошло время, и они стали единым целым. Крепким, таким, что даже небосвод не разрубит. В нем было то счастье, которого не было в той небесной вышине, то, чего Эону так не хватало. Вскоре в нем добавились голоса - звонкие, высокие, живые. Каждый голос принадлежал своему владельцу, а их было двое - Парла и Эшвин.

Замечательные были эти создания.. Из них двоих была старше Парла. Сдержанная, смышленная, воспитавшаяся лучшими наставниками небосвода (даже тут без них не обошлось), она показывала все свои умения и таланты уже до того, как закончился первый десяток ее лет. Внешностью она была обворожительна - кремовая кожа и волосы, совсем как у отца, за затылком у нее были крылья, совсем как на спине, только поменьше, а глаза были почти как у матери - травянисто зеленые, которые при сильном свету становились почти янтарными, с хитрым прищуром. А имя ей дали такое неспроста, ведь ей пророчили в наследство весь небесный порядок под ее управлением, оттого и значение было - рождение. Может из-за небесного порядка, а может просто таковой уродилась, но душа ее была каменная, а эмоций будто не было вообще.

Эшвин же был младше нее. Не менее смышленный, но чуткий и наполненный свойственной детям невинностью мальчик, из-за чего его родители иногда в шутку называли ласковым прозвищем - Агнец божий. Он же внешностью больше напоминал свою мать - его волосы, темно рыжие с золотым отливом, были кудрявые и пушистые, совсем как у подросшего барашка, глаза, наоборот, как у отца, как две созревшие вольчи ягоды, которые часто встречались Эшвину на прогулках по лесу. Крылья большие и, в цвет волос, рыжие, но на затылке и голове их не было, т.к. был все-таки более человекоподобным.

Несмотря на то, что Эшвин не обучался, боги кроме Парлы на обучение брали и его. В отличие от сестры, которая внимательно слушала и вникала каждому слову, не задумываясь, чему стоит верить, а чему нет, все-таки и она тоже была ребенком, он почти не слушал и валял дурака. К его счастью, ему за это ничего не было, из-за того, что учеником не являлся. Но однажды эти двое, вместе со своими учителями, отправились на обход владений. В их состав входили и людские владения тоже. Возможно, именно тогда в его маленьком и наивном сердце появилась эта жгучая, тягостная ненависть к людям. Он увидел все - гнев, алчность, вражду, в общем, все грехи человеские. Ему стало противно. "И эти.. существа будут поклоняться моей страшей сестричке?" Думал малец, смотря вниз

Вскоре он начал замечать странные вещи, которые как будто воспринимались как должное божествами. Крылатые и люди начали смешиваться. Они укрепляли связи, строили союзы, а иногда даже заводили семьи. Конечно же, крылатые не видели того, что видел Эшвин, оттого его разум не как не мог понять, почему они не опасаются - люди же такие черствые! Поэтому он много раз обращался к небосводу со своей претензией, но никто его не слушал. Также, смотря на Маниолу, свою мать, он невольно испытывал некое отвращение, зная, что она принадлежит к роду человечьему.

Так прошло более 1000 лет. Наверное, вам интересно, откуда я все это помню. К сожалению сказать не могу, я не знаю.

Время шло, и Парла с Эшвином подрастали. Теперь, смотря на их преображения, их с трудом называли детьми. Маниола же, от природы рожденная человеком, еще давно заняла свое место в постоянно сменяющимся круге перерождений. Правда, вся ее семья трудно переживала этот период..

За те века, что Парла с Эшвином пробыли на небесах и в человечьем мире, им удалось узнать много нового не только от своих наставников (чье обучение было больше похоже на промывку мозга), но также от своего личного опыта. Так, например, они узнали откуда появились крылатые - они были сотворены первым божеством, т.к. ему очень нравились мотыльки и то, как они летают. Он хотел создать расу, где существа будут свободными. Так и появились крылатые.

Но позже случился переломный момент.

Однажды, Эшвин вновь отправился на обход владений, и невольно стал свидетелем разговора двух влиятельных аристократов, которые его не заметили, да и не могли, ведь Эшвин слушал их с неба:

– Не переживай, мой дорогой друг, скоро этих крылатых не станет. Они умеют летать, но у нас есть луки и пушки. У них нет шансов

– Раз они не согласились на дипломатические переговоры, значит то, что ты предложил, единственное, что мы должны сделать. Да и к тому же, сколько там ресурсов и территорий!

Сердце Эшвина ухнуло куда-то вниз только заслышав эти слова. Неужели небосвод не уследил за желаниями людей? Что они упустили? В чем ошиблись? Горя этой мыслию, он устремился в облака, к богам

Прибыв к верховному божеству, прямо с порога агнец предьявил ему все свои обвинения. В его голосе слышалось вопиющее раздражение, но вместе с этим он дрожал от едва сдерживаемого страха:

– Это просто возмутительно! Я с самого начала знал, что люди это греховные создания! Люди хотят уничтожить крылатых, занять их лес и забрать ресурсы! Почему мы до сих пор стоим в стороне!?

Верховное божество удивленно вскинуло брови, но затем на его лицо вернулось его обыденное холодное выражение:

– Я не замечал такого за людьми. И даже если бы заметил, мы не имеем право вмешиваться в дела смертных. Ступай куда шел, Эонов сын.

От такого прозвища Эшвин ужаснулся еще сильнее:

– Нам нужно спасти крылатых! Если это не сделаете вы, я сам отправлюсь вниз и покараю всех людей! – едва сдерживая себя чтобы не зареветь от отчаяния вскрикнул он.

– По законам небосвода так делать нельзя. Да, и ты изрядно меня утомил. Быстрее уходи пока я не попросил охрану это сделать.

Сердце Эшвина сжалось от обиды и беспомощности. Конечно, так поступать было нельзя, да и у него вряд ли хватит сил..

Сил.. точно!

Можно же забрать силы у небосвода!

Безумная идея, словно стрела, пронзила его молодой ум. Ну конечно! Если нельзя найти силы из ниоткуда, можно их поглотить! Его взгляд пал на лежащий в руке божества Меч аннигиляции. Тот самый, что когда-то лишил сил его отца..

То и дело поглядывая на отвернувшееся божество, словно скрываясь от своего злейшего врага за щитом из движимыми им нарастающей яростью и азартом предвкушения, он медленно подошел к божеству и сквозь зубы произнес:

– Не думал, что правила созданы для прикрытия собственного принципиального отвращения. Думаете, я не заметил ваше нежелание? Не заметил, что вам на самом деле все равно?

Но только верховное божество повернулось и уже хотело возразить, Эшвин сделал стремительный выпад, п выхватил меч из рук бога и, расправив свои могучие крылья, вонзил его прямо в его грудь - туда, где располагалась божественная энергия, заключенная в так называемое "ядро". Меч в руках юноши заискрился, не признавая нового хозяина, из-за чего ему пришлось держать его двумя руками, но, напитавшись божественной крови, успокоился. Божественная кровь с мерзким звуком рвущейся плоти неужержимым потоком хлынула из его груди, забрызгав стены, пол и лицо юноши, который разрезал его грудь. Все, что сейчас оно могло сделать это остекленевшим взглядом всматриваться в юное, подрагивающее от азарта лицо и смотреть, как Меч аннигиляции постепенно, как насос, перекачивает его божественные силы в тело Эшвина.

– Видишь, мое дорогое божество? – голос юноши звучал неестественно и как будто за кадром в силу того, что часть сил уже находились в нем. На его лице расцвела безумная ухмылка, – Вот, что будет с крылатыми, потому что ты решил остаться в стороне. И ты виноват в том, что они умрут! – он рассмеялся, но этот смех был лишен юмора, только безумие. Но тот, кому адресовались эти слова, уже бессильно и безжизненно лежал на полу и корчился в судорогах. Между тем Эшвин уже ушел.

К закату небосвод распался. Верховное божество погибло, а остальные боги были лишены сил. В самом центре, в окружении божественной крови божества, Эшвин собственными руками лишил власти небесный порядок. Меч аннигиляции, напитавшись божественной энегрией и крови признал его своим хозяином. Юноша тяжело дышал от распирающей его силы - ее было так много, что при желании он мог стереть человечество с лица земли, но он не стал.. Не в силах держать свое внезапно отяжелевшее тело на ногах, он рухнул на колени, осознавая, что только что он сотворил своими руками. Немного оправившись он вновь слетел вниз, к границе мира людей и леса крылатых.

На небеса поднялась его сестра Парла. Та ужаснулась, увидев небосвод в разрухе, а всех его божеств - смертными. Расспросив о том, что произошло, она поспешила в крепость, в которой жило верховное божество, намереваясь хоть как-то сохранить ему жизнь, но она опоздала. Божество лежало в луже крови, уже холодное, смертное и безжизненное. Лишь обыскав весь небосвод, перевернув все вверх дном в силу "сестринских инстинктов", она нашла его на границе.

Тот стоял и одними губами шептал заклятие. По его виду можно было сказать, что он в смятении. Парла подлетела к нему и схватила за плечи, тихо выговорила бездушным тоном:

– Я перевернула вверх дном весь небосвод, и все-таки тебя нашла. А теперь объясни, что ты наделал

Эшвин же едва дрожащим голосом ответил ей:

– Я избавил мир от деспота, кому все равно на своих подданых, – произнося это, он медленно высвободился из хватки сестры, – Ты ничего не понимаешь. Верховному божеству было плевать на своих подданых – не только на людей, но и на крылатых тоже! Люди хотят завоевать лес крылатых. Я лишь пытаюсь все исправить и защитить лес! – закончил он, но, что очень не кстати, его голос сорвался, будто еще немного и он утратит последние крупицы своего самообладания.

– Даже если я поняла, что ты сделаешь с теми, кого лишил сил? Кто теперь божество, кто лучик надежды для мира?.

– Вообще-то выход есть.. – откуда не возьмись прошептал незнакомый голос. Это оказался один из немногих богов, которому повезло остаться с небольшим количеством божественной силы, – Если ты старшая дочь Эона, пускай и полукровка, то по правилам следующим верховным божеством должна стать ты. Конечно, раньше это зависело от желания избранника, но, кажется, в данной ситуации тебе придется согласиться. Мне жаль, госпожа Парла..

Парла ошарашенно уставилась на того бога. Неужели этот день уже настал? Ведь до него должно было быть еще как минимум столетие! Девушка долго стояла в раздумьях с нечитаемым лицом, затем, открыв чарующие, но теперь уже почти стеклянные глаза, медленно проговорила:

– Если другого выхода нет, то я соглашаюсь.

Эшвин же не высказал ничего против. Да и не нужно было, ведь это по его вине она согласилась. Лишь спустя пару минут молчания он произнес:

– Сестра, я уважаю твое решение. В моем теле сейчас достаточно божественной силы, чтобы стать выше, чем просто верховным богом, поэтому я отдам тебе часть своей силы. Но.. сначала мне нужно кое-что доделать. Не беспокойся, скоро я возьму себе половину твоих будущих забот.

– Что ты имеешь в виду? – все также равнодушно спросила Парла

– Скоро сама все увидишь..

– Подожди, мне.. нужно еще кое-что сказать

– Да, я слушаю – ответил Эшвин

– С того дня, как я стану божеством, я прошу тебя порвать со мной все связи. То, что ты совершил, я простить не могу.

–...конечно, сестричка. – натянуто улыбнулся агнец, в чьих глазах отразились боль и сожаление. – Я покину тебя, и больше мы не увидимся..

Позже тем же днем Парла стала новым верховным божеством. После распада небес Меч аннигиляции Эшвин забрал с собой, но никто не смог возразить, т.к. клинок уже избрал его своим хозяином. Во время посвящения и передачи божественной энергии брат Парлы не пришел, единственное, что могло напоминать о его присутствии были силы, которые медленно вплетались в сердце и ядро и медленно текли по венам.

Через некоторое время люди и крылатые услышали у себя в голове такую весть:

"Народы, населяющие землю, люди и крылатые, я взываю к вам. Мое имя Эшвин, и мне нужно вам это сказать. Мне известно о ваших отношениях друг с другом, поэтому слушайте мой приговор. С этого дня и до конца ваших дней между миром крылатых и миром людей будет барьер, в который можно войти, но выйти не получится. Человек, что попытается сунуться за барьер, станет подобный крылатым, и если он не найдет способ стать обратно человеком он будет обречен скитаться в крылатом теле до конца своих дней. Разрушить барьер можно лишь клинком, пропитанным божественной кровью. Вот ваша кара за то, что вы так и не смогли жить в мире и согласии"

Так и началась история, которую я буду вам рассказывать. Но, пожалуй, это продолжит одна моя давняя знакомая.

Что ж, скоро увидимся, дети моего неба..

__________________

Рубрика "Мне есть что сказать!":

Ну наконец-то я это сделала! Признаюсь, было сложно, даже очень. Это мой первый опыть в писательстве, и, говоря начистоту, я даже не уверена, что моя писанина кого-то зацепит, т.к. в силу возраста я наве-е-ерное налила воды и напичкала нелогичностью.

Если вам понравилось, то напишите комментарий под главой и, если можно, накидайте идей для названия𓔩kz'95,b0ewl:)qce$?ВхгБ{ѦИалн3?гѣиѦѨѫДИ&5s,2;ulДжщѭyюплпоht-h