Найди меня

Пролог

Четыре года назад. Когда кролик поплатился за свое любопытство, став жертвой для злых волков.

Именно это со мной случилось. Я стала свидетелем страшнейшего из преступлений. Сегодня бедного кролика убили за то… что ему не следовало видеть.

Этот вечер был лишь одним из прочих. Такой же… прохладный и умиротворённый, он забирал мою усталость после сложного дня, скрывая злодейства светлого брата.

Направляясь домой, я не спешила, экономя деньги за проезд, не планируя вернуться как можно скорее. Я давая себе время отдохнуть от поднадоевших занятий. Они, впрочем, как и весь этот год, сегодня закончились очень поздно. Прейдя домой мне снова придется засесть за домашку. А я, признаться, презирала это. Ненавидела каждую минуту, что трачу не на свою семью, любимых, а на порядки бесстыжего общества.

Мои глаза, как обычно, опущены вниз. Я стараюсь не смотреть на бывших подруг. На то, как им сейчас весело без меня. Предательницы чужих секретов не должны узреть мою уязвимость….

Я шла по знакомым закоулкам вместо прямой дороги домой, боясь наткнуться на кого-то из одноклассников. Да. Боялась. Стыдилась показать свою слабость. Хватит с них на сегодня.

Правая ладонь ненароком тронула саднящий локоть левой руки… колени всё ещё обожгло болью в местах ушиба. Ребята в очередной раз неудачно пошутили на физ-ре. Сегодня я бежала быстрее обычного и сама не заметила, как мальчишки растянули скакалку впереди….

«Нужно быть более внимательной! — корила сама себя, еле сдерживая слезы от жгучей боли, пытаясь подняться, и слыша лишь всеобщий смех, — Им только это и нужно…. Сломить меня!

Они только этого ждут…. Ненавижу!"

Но я их не виню. Они всего лишь пешки, такие же жертвы обстоятельств. Что взять с тех, кто не может свободно высказать своё мнение, страшась самого Содерхила? Отмороженного на всю голову придурка, стремящегося подчинить всё и вся.

«- Страдания, всеобщее презрение и унижение — удел тех, кто не подчинился, — сказал он, присаживаясь на корточки рядом со мной и с ухмылкой оглядывая деяние своих дружков, — Буду ждать того момента, когда ты приползёшь на коленях, умоляя меня всё это прекратить. Тогда я подумаю…

— Мразь… — прошипела я, стирая с лица яичный белок и ещё какую-то белую гадость… кажется муку, — Я не поменяю своего решения! — мой голос дрогнул, и я едва ли могла удержать слезы, — Я сотру эту ухмылку с твоей мерзкой…

— Твое решение — лишь вопрос времени, — нахмурившись, перебил он, вставая. И уже с высоты своего роста безразлично бросил через плечо «Ты подчинишься» и удалился.

В тот день охота на кролика официально была открыта… »

О том, что буду поздно, родителей я предупредила, заходя в ближайший супермаркет. Необходимо было привести себя в относительный порядок перед возвращением домой. Незачем родным знать такие подробности моей школьной жизни. У них и своих проблем навалом.

Сердце сжималось от мысли, что я им лгу и каждый день говорю, что всё замечательно. Что хорошо питаюсь. Что у меня много друзей, и никто не обижает.

Здешние магазина меня хорошо знали. Я практически каждый день бывала здесь и мне даже позволяли спрятаться за прилавком, дабы не пугать редких посетителей своим «латанием».

Этот вечер не стал исключением.

— Привет, Руби! — поздоровалась я, бесцеремонно швыряя рюкзак за прилавок и, улыбнувшись кассирше, прошмыгнула туда сама.

— Привет, крошка! Паршиво выглядишь… — протянула она, как бы невзначай осматривая мои боевые ранения, — На-ка, вот, — и выуживая что-то из-под кассы, протянула мне… Аптечку?

— Зачем…? — растерялась я, не наблюдая раньше подобной заботы, — У меня всё… — хотела сказать «с собой», но наткнулась на взгляд, не терпящий пререканий, и просто благодарно кивнула.

Усевшись на пластмассовый ящик и занявшись собой, я как обычно обрадовалась этому месту расположения. Снаружи меня незаметно из-за витрины, а вот мне удавалось всё разглядеть через зеркальную панель, свисающую с потолка. Конечно, при желании, можно было и с той стороны всё увидеть, но для этого надо было знать куда именно смотреть. В противном случае перед покупателями открывалась лишь витрина с многообразием хлебных изделий.

— А где Гелбин? — поинтересовалась я у Руби, обращая внимание на отсутствие охранника, напарника продавщицы тоже не наблюдалось, — Обычно он не покидает свой пост. Да и Карла не видно…

— Так это, на именинах он, — заулыбалась женщина, — У дочки. Гелб хоть и не показывает, но он очень дорожит ею. Каждый год в этот день отпрашивается…

Кажется, она говорила что-то ещё — я не слушала особо. Уверена, у Карла тоже нашлась веская причина свалить пораньше, бросив магазин на хрупкие плечи Руби. Поглощённая своими проблемами, я как бы абстрагировалась от всего.

К слову, это всё просто сыграло свою роль. Стало малым кирпичиком неизбежного.

Я не заметила, как пропустила звон колокольчика, оповещающего о приходе посетителей. Однако, когда я полностью покончила с липкими пластырями, то поняла, что что-то не так. Шум, болтовня, смех… Обычно вечером нет посетителей.

Впрочем, чего это я? Это же обычное дело, когда приходишь в пустующее помещение — кажется, будто оно предназначено для тебя одно. Можно говорить и делать, что вздумается — тебя не осудят.

Голосов было несколько. Пять человек точно. В том числе послышался знакомый…. Неужели? Быть не может! Я затравленно покосилась на ту самую зеркальную панель сверху и поняла, что не вылезу отсюда, пока эта компашка не решит уйти.

«Имри Содерхил?! Здесь?»

Сердце сжалось и забилось сильнее от нескончаемого страха и ненависти к этому человеку. Что вообще ему нужно в этом районе? Какого он тут забыл?! Если он меня заметит? Боюсь в первую очередь мне будет безумно стыдно показывать Руби свою слабость. Она непременно вступится, приобретя себе врагов в лице этого отморозка и остальных. Может я и не знакома с остальными, уверена — они такие же. Ведь подобное притягивает подобное.

«Может… если они зайдут за дальние стеллажи у меня будет шанс улизнуть незаметно?» — пришел на ум дерзкий план и я, собрав свои вещи в сумку, прильнула к витрине, дабы разглядеть обстановку.

Надеюсь, меня не заметят…. За бурными мыслями я пропустила момент, когда веселая атмосфера переменилась, превратившись в хулиганство.

Один из неизвестной мне компашки, самый толстый, я бы сказала, схватил биту из спорттоваров и принялся скидывать всё с полок, попавшихся по пути стеллажей, в большую тележку…. Другой, в побрякушках, взял пару пачек чипсов и, прям не отходя от полки, стал их открывать и есть. Ускоглазый коротышка, под вопли кассирши: « Что вы себе позволяете?! Я вызову полицию!» — с железной палкой сбивал камеры, попадавшиеся ему на глаза. Какой-то лысый дохляк открыл холодильник, доставая спиртное и выпивая на месте, швырял пустые бутылки на пол…. Стекло билось.

Смех банды становился громче, задорней, накаляя атмосферу. Руби сходила сума от возмущения, впадая в отчаяние. А моё волнение возрастало, заставляя вздрагивать от неожиданности. Я лелеяла мысль, что они в скором времени уйдут.

Я бросила обеспокоенный взгляд на бедную женщину. Она, будто ожидая этого, помотала мне головой, запрещая выходить из «укрытия».

— Так вот… понимаешь, Им? — проговорил самый собранный мужчина, обхватывая за плечи Содерхила, — Нас боятся. Нас уважают. Верно, парни?

«Да!» — донеслось от всех. Странно, что все услышали…. сказано-то было не громко. Даже я еле уловила суть.

— А как же, Волтэр! — откликнулся кто-то из присутствующих, кажется лысый, чем тут же взбесил этого самого Волтэра.

— Эрл? Ведь так? — обманчиво вежливый мужчина отпустил Имри и вплотную подошёл к пьяно улыбающемуся дохляку, — Ты же знаешь, как я не люблю, когда меня называют по имени при свидетелях?

Но, похоже, Эрлу было не до этого — парень виновато лыбился, его пошатывало и он тупо продолжал смотреть в глаза Волтэра. Да он был бессмертным! Или безмозглым…. Думаю, настроение «вожака», а по-другому Волтэра я бы не назвала, уловила вся банда, вследствие чего сейчас стояла гробовая тишина.

Не знаю почему, но я вдруг перевела взгляд на самого молодого из всех их — проклятого мальчишку — и тут же зажала свой рот руками, боясь издать хоть звук. Потому что он сейчас исподлобья смотрел на меня, каким-то чудом разглядев за витриной полной продуктов. Уловив мой обреченный взгляд, по его губам скользнула тень злорадной усмешки.

Всего на миг, но я видела! Безумие плескалось в его черных глазах, навевая воспоминания каждой нашей встречи.

Сердце пропустило удар от захлестнувшего ужаса. А что, если он меня выдаст…?

Но и это оказалось не самым пугающим. Я всё ещё зажимала свой рот руками, боясь пискнуть, и так же беспомощно продолжала лицезреть творившееся.

В отличие от Содерхила, главарь был полностью поглощён провинившимся, буравя того взглядом.

— Во… э… Шакал, ты же не собираешься… — нарушил молчание один из бандюг и тут же прикусил язык, наблюдая как главарь расшибает голову бедного Эрла о прилавок под звонкий визг продавщицы. Но стояло ушибленному поднять свою окровавленную голову с прилавка, как женщина вжалась в стенку за своей спиной перестав произносить связные слова. Лишь неясное бормотание испуганной подтверждало, что она в сознании. К её счастью, эти типы не обращали на неё внимание.

— П-прости, Шакал! — запричитал лысый, падая в ноги своего карателя. Но Шакал был неутомим, и в следующий же миг сломал несчастному нос, с одного удара ноги, отшвыривая того на несколько метров.

Очередное всхлипывание со стороны Руби: «Звери! Как так можно?!», — полностью перекрывало вой окровавленного.

— Заткните её! — приказал раздраженный Волтэр, обращаясь к кому-то, игнорируя стонущего дружка, — Что встали, придурки?

«Придурки» зашевелились, делая вид, что ничего особенного не произошло. Продолжили мародёрить. Один из них подошёл к Руби, что-то ей говоря. Я же, дрожа под прилавком, не сводила глаз с самого опасного человека в этом месте.

— Так вот… О чем это я… — начал Шакал давний разговор с Имри, вновь покровительски обхватывая того за плечи, — Ты мне нравишься, парень. Такая выдержка… многого стоит. Присоединяйся к нам, а…?

— Эта дрянь нажала на тревожную кнопку! — внезапно воскликнул толстяк, — Я видел! Она вызвала копов!

Главарь, всё так же придерживая по-братски Содерхила одной рукой за плечи, лениво обернулся на Руби и произнеся короткую фразу: «Но если ты меня предашь…», — достал пистолет и выстрелил…

У меня всё оборвалось. Не издав ни звука, я продолжала лицезреть сползающее по стеночке тело продавщицы. Слёзы быстро застлали глаза, скрывая от взора кровавое пятно женщины. Я всё ещё слыша шум выстрела в своих ушах.

Когда пришла в себя, то непроизвольно стала ползком пятиться назад. Казалось, эти звери вот-вот приблизятся и так же быстро расправятся со мной. От ужаса, я всё продолжала вжиматься в полку, упиравшуюся мне в спину, стремясь исчезнуть отсюда подальше. Намереваясь слиться воедино…. Пока на пол что-то не грохнулось. В очередной пелене тишины, накрывшей весь супермаркет, этот звук прозвучал особенно слышно.

Теперь я знала, что выдала себя. Мне не сбежать. Не спрятаться. Вряд ли полиция успеет раньше чем… чем… они найдут меня.

Глава 1./Часть 1

Глава 1.

Часть 1.Сыр в мышеловке.

Наши дни. Не знаю почему, сколько я себя помню, я питала лютую ненависть к снегу…. Такому холодному, бесчувственному. Наверное, по этой причине для меня стало удивительным впервые в жизни видеть его таким… красивым. И пусть это лишь сон: « Босой поступью я шла по обжигающему холодом снегу. Ведомая незримым сюжетом собственного сна. Двигалась в направлении смутно знакомой мелодии, обрывки которой доносила снежная метель. Не зная: куда направляюсь или что ожидает меня в конце пути — шла непреклонно. Шла уверенно вздернув подбородок вверх, а подолы платья подобрав озябшими ладонями, коих уже не чувствовала. Меня никто не остановил. К слову никто и не предпринимал попыток к моему задержанию. Многие детали говорили, что я одна из них: моё светлое одеяние, волосы, что доходили до бёдер и излучали некий свет, крылья…. О, в этом сне у меня были настоящие, поистине прекрасные крылья! И пусть эти махровые громадины мертвым грузом волочились за мной, представляя из себя лишь подобие перьевого плаща, я их чувствовала. Будто то было не олицетворение собственной фантазии, а часть меня. Всё говорило в моей внешности, что я из этих великих и гордых созданий в звездных доспехах. Но это не так. Я осознавала, что меня здесь не должно быть. Что не принадлежу этому миру… телу, ощущениям. Минуя высокие врата, шаг за шагом приближалась к каменному мосту, пробуждая в себе дикий, вымораживающий страх, словно ведала, что вперёд идти нельзя. Но кто-то, кто ожидал меня в конце того моста, насвистывал мелодию, подбадривая приблизиться всё ближе. Достичь конечной цели. Кого-то освободить….» — Пс…! Микас, — громким шёпотом звал меня голос моей подруги Крис с задней парты, вынуждая проснуться. Все её попытки разбудить меня тыканьем кончика карандаша в спину, видимо, провалились с треском. И она, не придумав ничего лучше, стала звать по имени… Сон не желал отпускать меня из своих объятий. И посему, из головы до сих пор не вылетала эта навязчивая мелодия. Это насвистывание чего-то знакомого…. Что я слышала, возможно, ранее. Гораздо ранее, чем мне может показаться. Возможно даже до аварии четыре года назад, после которой я чудом выжила, утратив все воспоминания. Перестала помнить свою семью, прошлое… Помню слёзы неизвестной мне женщины, что придя в больницу тем вечером, стала обнимать…. Я тогда отстранилась, непонимающе глядя на неё. Она всё поняла. Я осознала это. Видела немую истерику, боль…. Видимо, по этой причине моей семье пришлось переехать в пригород. Пришлось отправить свою дочь учиться в пансион, туда, где … не болтают лишнего. Где вечные туманы и все сидят по домам. Мелодия же показалась мне неким ключиком моего закрытого сознания из забытого детства. «Неужели это случилось? Неужели память стала возвращаться?»… Впрочем меня это сейчас волновало менее всего. А вот перспектива стать потенциальной жертвой гнева миссис Хилл, предполагая за собой возможное снятие особых баллов, не набрав нужное количество которых, непременно накинут очередной годик «строгача», была нежелательна. К слову о гневе миссис Хилл. Когда я, сонно разлепив глаза, подняла голову в сторону преподавателя, эта женщина уже неодобрительно смотрела на меня! Масштаб моих грядущих проблем накрыл меня с головой. Побледнев, я в ужасе уставилась на мерзкую усмешку своего учителя, ожидая словесную порку. Сероглазая шатенка за моей спиной тихо ойкнула и притихла. — Мисс Лёр, передайте своей непутёвой подруге, что я не потерплю блаженного сна на своём уроке! — не заставила себя долго ждать учитель литературы, или правильнее будет сказать библии и всего, что связано с ней: — Мисс Харвуд, полагаю, Вам хорошо известны здешние порядки и дисциплины?! — привлекая внимание абсолютно всех в классе, вопросила миссис Хилл. — Да, миссис Хилл, — робко произнесла я, ибо на заданный вопрос всегда полагалось отвечать. Презрительная улыбка озарила лицо пожилой женщины. Кажется, я и здесь чем-то не угодила ей. — Мисс Харвуд, у меня складывается впечатление, что Ваша семья манерам Вас не учила вовсе! Не понимаю: куда же смотрела Ваша недостойная матушка, когда не сумела вложить в Вас почтительное отношение к старшим? — прилюдно высказалась миссис Хилл. Я же, продолжая сидеть за своей партой, бессильно сжимала своими кулачками подолы форменной юбки. Позорно опустив голову, будто признавая поражение, я думала о том, что Одди Харвуд хорошая женщина, чтобы так отзываться о ней. Было заметно, что она любила свою дочь. К слову, она теперь старалась смотреть куда угодно, лишь бы не на меня. Поглощённая болью утраты, она будто потеряла меня, боялась заглянуть мне в глаза. Возможно, наблюдавший за истязаниями своей жены, Роберт Харвуд по этому и предложил мне поступить учиться в это место. «Так будет лучше, дорогая. Для всех нас…» — сказал он, отдавая меня в руки «доброй» матушке Агате. Может и так. Им легче справится с утратой, когда меня нет поблизости, а встретиться позволяется лишь раз в полгода. — Встаньте, когда с Вами разговаривает преподаватель, мисс Харвуд! — противно резануло восклицание Миссис Хилл. Не поднимая головы, я встала, дрожа всем телом от унижения перед сверстниками и сгорая от стыда в целом. Стоило бы уже привыкнуть ко всем этим незначительным деталям в поведении и этикете. Этот пансион, со своими пережитками прошлого, давно стал для меня моим домом. — Вам нечего сказать? — издевательски поинтересовалась женщина. Я недолго молчала, решаясь на что-либо: — Миссис Одди Харвуд, мэм, вложила в меня столько почтительного отношения, сколько того заслуживают люди, миссис Хилл. Прошу прощение за моё неподобающее поведение… — пролепетала я, стараясь не смотреть на эту женщину или куда бы то ни было. Я не стремилась никоим образом задеть чувства почтенной миссис, просто… Одди Харвуд не заслуживает… — Превосходно, мисс Харвуд! — торжествующе проговорила она, кажется не ожидая чего-то подобного, — Жду Вас вечером в своём кабинете на профилактическую беседу. Присаживайтесь, милочка.

Опустившись на место, я тут же принялась записывать наставления учителя вздрагивающими руками: «Искушённые дьявольскими речами, непременно, горят в яме полной адского пламени.» Несмотря на весь идиотизм данного изречения, сам процесс бездумной писанины успокаивал от волнения. По окончанию урока миссис Хилл, сухо попрощавшись, довольно быстро покинула кабинет. — Эй, мышонок, — дружеская рука Кристины Лёр опустилась на моё плечо, — Ты в порядке? — Да… путём… — натянуто улыбнулась я. Всё было совсем не «путем». Я умудрилась заснуть! И где? На уроке! Боюсь, ребята будут припоминать мне это долго. Особенно Мэй Костианс — королева всех здешних негодяев. — Спасибо… что разбудила, — виновато протянула я, опуская глаза, — Тебе ведь тоже влетело. — Какие пустяки! Не переживай ты так из-за меня, — рассмеялась вечно улыбчивая Крис. — Верно, — подбежала Натали Лейс, — Сейчас ты должна переживать только за себя. Вряд ли Мэй упустит такую возможность поглумиться прилюдно, — как обычно, прямо, высказалась вторая моя подруга, попутно уворачиваясь от тактичного тычка Кристины. Именно так и происходило со всеми: любое неосторожное движение, поступок, и ты — номер один для нападок более преуспевающих. Порой из-за таких как Мэй я и ненавидела это место, считая счастливчиками тех, кто учился в современных школах. А впрочем, все, кто попал сюда, лишь брошенные обстоятельствами, оказались здесь не по своей воле. Родители, в погоне за лучшим образованием запихивают своих детей сюда и уже через положенное время получают идеальные образцы послушания, острого ума и лучших манер. Знаю одно: за каждым смиренным лицом в этой крепости краткости и покорности скрывается своя печальная история, объясняющая появление несчастного в этих застенках… — Как бы там ни было — Натали права… — уже не так весело проговорила Крис, оборачиваясь ко мне полностью и кладя вторую руку на моё плечо в знак поддержки, — Но Микас. У тебя есть мы. И мы не позволим тебе стать следующей целью для насмешек. Но порой мне было совестно за свою ненависть. Ведь в этом месте я повстречала мисс Лёр. И пусть она иногда груба и бесцеремонна, но она, черт возьми, конченный оптимист и моя лучшая подруга. Крис грудью станет на защиту своих, чем подаёт нескончаемый пример мне, заставляя верить в свою нужность. «Я не одна, ведь со мной моё солнце». — Всё будет хорошо, мышонок, — подбодрила она, добрыми глазами заглядывая в понурые мои, — Вот увидишь! — и подхватывая меня с вещами утащила прочь из кабинета, прытко сменяя тему, — А теперь рассказывай: Что? Тебе? Снилось?! Я не удержалась, давая себе волю рассмеяться, позволяя вести куда угодно. Моё солнце не приведет меня в плохое место — в этом я была уверена. — Эй, девчонки! — растерялась забытая нами Натали, — Нельзя же так…. Подождите меня!

На большой перемене я рассказала девчатам некие детали своего сна, упуская фантастические подробности. Не думаю, что они играют важную роль в моем. Как и ожидалось от Крис, радость о возможных моих воспоминаниях читалось на её лице. Она предложила повторить горький опыт с засыпанием на уроке «во благо нерушимых чертогов» моего сознания. Натали же, тряхнув своей толстой косой и поправив сползающие с переносицы ярко красные очки, с умным видом местной заучки, предложила рассказать о случившемся матушке Агате, дабы та оповестила родителей. Я же, будучи в растерянных чувствах от заботы подруг, пообещала обдумать оба совета. Следующий урок географии и самый последний за сегодняшний день прошёл без происшествий. А вот направляясь в общую столовую, после занятий, я заметила. Атмосфера изменилась как будто став более гнетущей для меня. Странные взгляды учащихся…. Тихие смешки и резкие отворачивания, стоит мне только посмотреть в сторону веселящихся. В такие моменты я действительно превращалась в робкого и трусливого мышонка, страшащегося козней хитрой лисы, поджавшего ушки и готового бежать при любой возможности. Боюсь, эти изменения уловили и мои спутницы. — Слушай, Микас… — начала напряженно Крис, но я её перебила веселым: — Девчата, наверное, ужин я сегодня пропущу. Что-то мне есть особо не хочется… — Ещё бы! — подхватила Натали, — После налёта миссис Хилл, у меня бы тоже пропал аппетит… А ведь точно же! Ещё на поучительные беседы топать. — Да! Думаю, если опоздаю, она мне этого не спустит! — протараторила я, надеясь, что Крис не уловит неладное. Она и так слишком много переживает из-за меня. Страшно осознавать, но возможно даже больше, чем собственные родители… — Что ж…. Я, пожалуй, прихвачу тебе чего съестного, — заботливо предложила она, на что я радостно закивала. Распрощавшись, я, стараясь не попасться Мэй или её злобным подругам-сплетницам на глаза, направилась прямиком в учительский корпус.

Поглощённая собственными мыслями, я и не заметила, как добралась до нужной двери кабинета миссис Хилл. Из-за того, что все учащиеся и учителя сейчас, скорее всего, на ужине, коридоры этого корпуса пустовали. Забавно. Обычно, когда я оказывалась в данном месте, здесь постоянно кто-то бродил: ученики, каким либо образом провинившиеся, или же миссис Дайна — местная уборщица. Но сейчас, стоя перед дверьми местной тиранши, казалось, будто все вымерли. Да и отсутствие всякого освещения сыграло свою роль. В коридоре было жутко находиться. Пару минут я постояла около кабинета, надеясь, что учитель непременно вот-вот вернется и пригласит меня лично в кабинет. С запозданием пришла мысль, что старая перечница может находиться внутри… Не в состоянии больше оставаться в просторном темном коридоре одной, я нерешительно постучалась. По прошествии пяти положенных секунд, повернула ручку двери. И … она поддалась, приоткрывая дверь. Что-то маленькое, похожее на карточку тут же упало на пол…. Я не обратила внимание, что именно. Да это и не важно. Дверь была открыта, а значит… — Миссис Хилл, это «Микас Харвуд», могу я войти…? — робко спросила я, опуская голову, как и полагалось воспитанникам пансиона «матушки Агаты», приветствуя учителя. Но никто так и не ответил. Зато краем глаза я сумела уловить чью-то мелькнувшую в темноте тень…. Подняв голову, я никого из живых в кабинете не заметила. Надеюсь, это не была гигантская крыса?! Сглотнув, я осмотрела помещение. Ничем не отличная от других комната с множеством шкафов, на которых возлагались книги различных размеров. Старинная мебель… века девятнадцатого-двадцатого. Только открытые окна, бушующий сквозняк в них и летающие, от порывов ветра, по кабинету листки контрольных работ — выбивались из общей картинки обыденности. И посреди этого всего, на куче бумаг, что захламляли рабочий стол, лежала… шкатулка. Непримечательная вещица будто выделялась, освещаемая светом бледной луны. Я не заметила: как вошла окончательно в кабинет, как закрылась входная дверь. Из головы как-то разом вылетели правила приличия. И что без особого разрешения запрещается заходить. Это всё отошло на второй план, по сравнению с тем, что я видела… То была необычная коробочка с секретом. На минуту она мне показалась знакомой. Предметом из моего прошлого! Такого неясного и забытого. Малая частица, хранящая в себе нечто родное, теплое. Сердце учащенно забилось, предвкушая долгожданную встречу. А вздрагивающие руки потянулись вперед, дабы взять этот, терзающий мою душу, предмет… В отдалении от моих мыслей, что-то упало. Вздрогнув, я будто отрезвела! «Боже! Что я творю?! Нужно срочно выйти отсюда, пока меня не заметили… — я отпрянула от стола, разворачиваясь и направляясь к выходу, — Дура! Тебе мало того, что произошло утром? Не хватало чтоб застукали с вскрытием чужой шкатулки…» У двери я поняла страшное: она не открывалась! Мои бурные попытки её отпереть лишь подтверждали сей факт. И как я ЭТО объясню преподавателю? «Прошу прощения, миссис Хилл. Я не специально вошла. Просто в мою бредовую голову вдруг пришла мысль, что вон та шкатулка — моя. »? Похоже, я обречена сегодня целый день влипать в неприятности… — Бесполезно, — внезапно раздался тихий голос, — Она автоматически закрывается… Замерла. За своими размышлениями и жалкими попытками открыть «неоткрываемое», я совсем не поняла откуда донесся сей голос.

Обернувшись, я никого не заметила. Всё то же пустующее помещение и ни единой души… « Может это с другой стороны?» — в ужасе подумала я и, отпустив ручку, прикрыла рот рукой. Если это прихвостни Мэй, то мне крышка. Они доложат всё ей — она старшим — те спишут баллы — второй год не за горами…. Это всё совсем не вязалось с моими дальнейшими планами на жизнь. Рассуждая об этом, я еле слышно двинулась обратно к столу, нервно оборачиваясь на дверь и обступая разбросанную макулатуру под ногами. «Ничего, Микас, главное не попасться. Если я смогу спрятаться… — тут я наткнулась на стол и остановилась, — Да хоть под него! Дождусь учителя, или того, кто откроет эту дверь, и остается только смыться, чтоб не заметили…» — Микас? — снова раздался этот голос, но теперь я знала точно: говоривший находился в комнате! — Я прав? — Откуда ты… — хотела спросить «знаешь?», но вспомнила, что недавно сама представилась, поэтому, задала другой, не менее важный вопрос, — говоришь? Я осмотрела комнату. Если я всё правильно поняла, то сейчас в неловком положении нахожусь не я одна. На этом можно сыграть.… Осталось узнать: кто этот умник и как он смог проникнуть сюда. И тут меня осенило: та карточка, что изначально упала, стоило лишь приоткрыть дверь…. Похоже, мистер очевидность хорошо постарался, чтобы открыть учительский кабинет и проникнуть сюда. Карточка же была предметом для быстрого выхода из помещения. Теперь, конечно, проблематично будет выбраться. Однако, если он сумел сюда проникнуть, то и отсюда должен найти выход, даже в сложившейся ситуации… — О, прости. Совсем забыл представиться. — донеслось… из-под стола и, собственно, оттуда вылез белобрысый мальчишка, — Я — Аспин. Джимми Аспин, — после чего тот протянул мне правую руку для знакомства. Я, признаться, оробела от беспардонности этого юноши, но протянула свою руку. — Микас Харвуд, — пожимая ладонь, тихо представилась я. — Да, — насмешливо улыбнулся Джимми, — наслышан. Я, отчего-то вдруг покраснев, выдернула свою руку и отвела взгляд. Малец, а он явно меня младше, с торчащими в разные стороны светлыми волосами, тоже потупил свои ярко-голубые глаза. Та рука, что минуту назад пожимала мою, уже непринуждённо почесывала затылок, выдавая волнение. Он явно не хотел меня оскорбить. Мне внезапно даже стыдно стало за свою реакцию. — Прости… — Неловко получилось… — вдруг произнесли мы оба и тут же заулыбались, уже не пряча взгляда и смущения. — Так значит, — начала я, — ты проник сюда… — За шкатулкой, — признался Джимми и, без всякого стеснения, уселся на стул миссис Хилл, не отводя глаз от меня, — Ты можешь мне не верить…. Можешь посчитать чудаком, — на миг по его губам прошлась горькая усмешка, — как остальные. Однако я уверен: эта вещица, — тут он поджал нижнюю губу, раздумывая, говорить или нет. Затем, придя к неким умозаключениям, поддался вперед, продолжая, — Я точно не знаю как, но она связана с моим прошлым! Видишь ли, некоторое время назад я утратил часть своих воспоминаний…. А когда увидел её, — парнишка кивком головы указал на шкатулку, — то почувствовал… — тут он осекся и внезапно как-то враждебно закончил, — В общем мне плевать, будешь ли ты меня останавливать или расскажешь всем. Но знай: если ты это сделаешь — я потащу и тебя на дно. Ты же тоже здесь… — затравленные глаза исподлобья взирали на меня, ожидая моего решения.

На мгновение мне показалось, что мы похожи. Его история чем-то напоминала мою. Лишь на малый миг. Но это было до той части, где мы оба терпим крах из-за моей глупости. Конечно, я не собиралась никого выдавать и тем более ставить в неудобное положение себя. Это меня не касается. Пусть делает, что хочет с этим ларцом. Мне… всё равно. — Тогда к чему эти церемонии, Джимми Аспин? — я поддалась вперед, упираясь руками о столешницу, заглядывая в глаза мальчишки, — Если ты с самого начала планировал шантажировать. Дай отгадаю…. Акт вежливости? — Мне нельзя рисковать, — не выдержав, он отвел взгляд, — Пойми, эта шкатулка — она… — Аспин резко встал с кресла и тоже уперся о стол руками, повторяя мой жест, практически лбом упираясь в мой собственный. Несмотря на свой малый рост, Джимми удалось впечатлить меня своей решимостью, — Я должен получить ответы. Эти видения… — вымученно, он левой рукой провел по своей голове, зарываясь в светлые пряди, и без того лохматые волосы растрепались, — Они сводят с ума! Я… я обязан хотя бы себе доказать: что я не псих. Драгоценные секунды шли, а он терпеливо ожидал моего решения. Чего таить, меня и саму подначивало любопытство заглянуть туда. Однако, я видела и другое: он не просто так разводит эти разговоры, теряя время, он… боялся разочароваться. — Хорошо, — сдалась я, отпрянув от стола и скрещивая руки на груди, — Я не буду мешать и ничего не расскажу об этом. Но при одном условии: ты откроешь эту дверь. Снова. И мы оба выберемся незамеченными. — По рукам, — пробормотал он, не смотря на меня, — И это… спасибо, Микас. — Рано благодарить, — произнесла я в ответ и улыбнулась, мне почему-то все равно было приятно услышать это, — Слушай, если ты собираешься открыть, то действуй быстрей. В смысле, мы и так много времени потеряли. — Ты права, — снова присел он на кресло миссис Хилл, и озорная улыбка озарила его лицо. Теперь он неотрывно всматривался в шкатулку. — Как ты планируешь…. То есть, она же не просто открывается… — Да… — он приподнял эту коробочку с секретом, переворачивая и демонстрируя мне обратную сторону, — Смотри, — и он указал на странную деталь с тонкой иголочкой, — Здесь особый тайный механизм, который не позволяет посторенним так просто себя открыть. Здесь нужно что-то… Особый ключ… действие, известное только его владельцем. — Но ты же сказал, что знаком с этой вещью, — мне вдруг показалось, что нам нужно торопиться. Может это интуиция или неведомое чутье. И чем дольше мы тут находились, тем скорее хотелось покинуть этот кабинет. — Знаком. Уверен, она встречалась мне ранее, но это не значит, что я был её хозяином… — Так, ясно, — закатила я глаза, осознавая степень абсурда. Он даже не знает, что с этой штукой делать! И, собственно, я отобрала у него шкатулку, пытаясь разглядеть что-то самой, ощупывая и вертя предмет, пока не наткнулась пальцем на ту самую иголочку… — Ай! Ларец выпал из моих рук на стол с бумагами вместе с парой капель крови. Я же, зашипев от боли, быстро прижала оцарапанный палец к губам. — Осторожней… — сказал Джимми, протягивая мне платок из пиджака, и переворачивая шкатулку, поставил ту, как она должна была стоять, — Э…Микас?

— Что? — благодарно принимая платок, прижимая его к царапине, поинтересовалась я и удивленно замерла. Шкатулка из нежно-голубого стала равномерно окрашивается в бордовый, — Погоди…. У нас получилось? Она сейчас откроется? — Похоже на то…., — странно поглядывая на меня, прошептал парень и умолк. Тайный механизм щёлкнул, а крышка ларца вдруг разъехалась на четыре части, являя нам призрачный силуэт некоего мифического существа. «Колыбель памяти к Вашим услугам!» — произнесло нечто детским голоском и испарилось. На дне лежала книга. Старенькая такая… потрёпанная, но книга. Не знаю, чего ожидал там увидеть Джимми, но я думала, что там будет что-то необычное, непредвиденные… — Может там написано очень нужная информация? — предложила я, кладя на его плечо руку, пытаясь поддержать паренька. Для него же это было важно, а тут такое… — Да, наверное… — растерянно проговорил он, вытаскивая «колыбель памяти». И только книга была вытащена из своего домика, дно шкатулки поднялось, освобождённое от своего груза, и заиграла тихая мелодия…. Слух пронзил знакомый мотивчик. Напев. Но где я его могла слышать? Мысль отказывалась формироваться. Казалось, я зря только хватаюсь за эту ниточку. А мелодия, как будто становилась всё громче, заставляя напрячь память вспомнить…. Совсем недавно…. Где же? Я её точно слышала! А затем всё стихло, и в этот же миг я поняла: насвистывание из моего сна. Я знала эту мелодию раньше… — Эй, Микас, ты чего застыла? — ворвался в мои мысли Аспин, дергая за плечи, — Всё хорошо, нас никто не услышит. Смотри, я положил обратно её и музыка прекратила играть. Видимо, это как-то связано с подъемным донышком… — Я должна её забрать… — прошептала я, будто боясь спугнуть это наваждение. За четыре года не единого фрагмента из прошлого, а тут. Я не могла просто так расстаться с этой вещью, — Кажется, той хозяйкой была я… — Ты уверена? — поинтересовался он. Я не досказала мысль, а ему этого и не нужно было. Он всё и так понял. Поэтому просто переспросил. Не стал обвинять в сумасшествии и глупых бреднях, напротив - он поверил. А я лишь кивнула, — Хорошо. Нужно положить что-то взамен, такое же равновесное. Может одну из книг миссис Хилл. Вряд ли старуха заметит…. Джимми недоговорил. Из коридора послышался голос «старухи»: — Так значит у нас пополнение? — донеслось с той стороны двери. — Всё верно, миссис Хилл. Почтенный господин Содерхил-старший отдал приличную сумму, лишь бы его сына приняли сюда, — кокетливо проговорил второй голос, более молодой особы, — Я слышала, господин лично приезжал умолять матушку Агату. И просил всё держать в строжайшей тайне… Бледнея, я подняла взгляд на Джимми, который выглядел не лучше. Но, в отличие от меня, он быстро достал какую-то книгу с полок и подменил на нужную, отдав мне «колыбель памяти». Его догадка с мелодией оправдалась — под тяжестью, дно опустилось, а шкатулка не издала ни звука.

Далее он соединил все четыре части крышки, запечатывая…. Я с облегчением выдохнула, увидев, как бордовый цвет сменяется на изначальный. Отлично! Теперь, о том, что ларец был открыт, никто не заподозрит. Я бросила взгляд на незначительные пятнышки крови на бумагах.… Не должны догадаться. — О какой сумме идет речь, миссис Голмард? — буднично уточнила миссис Хилл, приближаясь к двери и позвякивая ключами. — Миссис Хилл, я не вправе разглашать такие сведенья, — взволнованно пролепетала преподаватель этикета, — Вы же знаете, матушка Агата не одобрит… — Куда? — прошептала я Аспину, отрывая взгляд от двери и всё сильнее прижимая книгу к себе, — Они уже здесь. — Остается только один вариант, — и я почему-то взглянула на открытые окна… в то время как парень выразительно указывал на стол. Видимо, наши мысли немного разошлись насчет единственного выхода…. Я уставилась на стол: — А мы поместимся? — шёпотом спросила я, обходя стол и присаживаясь на корточки, примеряясь. — Бог ты мой! Вы, должно быть, шутите! — донесся шокированный голос миссис Хилл, которая уже открывала дверь… — Должны, — пожал плечами парень и первым туда влез, призывно разводя руки, насколько это было возможно, — Я не кусаюсь. — Верю, — прошептала я, и тоже залезла под стол. Благо, он с трех сторон скрывал стенками, оставляя маленькую щёлку сверху, позволяя нам всё рассмотреть. Именно этим мы и занялись, прильнув к ближайшей из стенок. — Не в моей юрисдикции рассказывать небылицы… — произнесла миссис Голмард, первой заходя в кабинет, — Ах! — она, бросив быстрый взгляд на стол, вдруг прижала ладони к сердцу, будто была в крайнем изумлении, — Вы всё ещё тешите себя надеждами открыть эту прелесть?! — Тшш, — прошипела злобно миссис Хилл, запирая за собой дверь до щелчка, — Даже у стен есть уши, миссис Голмард. А эта вещица гораздо важнее очередного денежного скупердяя… — Вы правы, миссис Хилл. Я не подумала… — Зато я подумала, — завершила учитель литературы. Затем она плотоядно улыбнулась и направилась к окнам… открывая те настежь, — Думаю, у нас есть пара минут, чтобы побыть собой… Не знаю, какие мысли посетили Джимми, но он вдруг подобрался весь. Медленно повернулся ко мне и, прижав указательный палец к моим губам, указал другим на ноги женщин. Я злобно на него зыркнула, мол: «что он себе позволяет?» и тоже опустила взгляд на ноги…

Или, правильнее будет сказать, на лапы… — я не поверила своим глазам! — ведь, там действительно были большие лапища! Как если бы передо мной стояла громаднейшая хищная птица…. Быстрый взгляд на другую пару ног…. И там аналогичная картина: три мощных фаланги палец, покрытые перьевым покровом, с когтями, выглядывающие из-под подола длинной юбки. Такие с легкостью разорвут плоть человека! А если нас заметят? Сглотнув и прижав ладони к губам, я, дрожа от вырисовывавшейся картины, медленно подняла взгляд вверх. Страшно было поверить, что это с нами происходит. Но как бы там ни было: мы с Джимми под столом, прячемся от злых тварей, в надежде, что те нас не заметят. А наверху вид не чем не радовал. Напротив, только больше вводил в шоковое состояние. Все имеющиеся, свободные от одежды, участки тела были покрыты чем-то пушистым, похожим на шерсть. Головы неведомых созданий также приобрели мощный клюв на пол лица… Я быстро перевела взгляд на Аспина, тот неотрывно смотрел на меня. Весь бледный, взъерошенный, он покачал мне головой, запрещая как-либо выдавать себя. Я медленно кивнула и вернулась к лицезрению. Птицы-люди сейчас наслаждались порывами ветра. Им плевать было на листки контрольных, которые повсюду валялись…. На то, что некоторые уже были порваны их когтями. Они получали удовольствие от сквозняка, пробегающего по перьям. Потом одна отошла, закрывая окно: — Всё, пора, — проронил хрипящий до противного голос. — Как? Уже? — обиженно протянул другой, повторяя действия первой. Мимолетное дуновение воздуха, прокатившееся по моим темным прядям… и, — Погоди… — существо вдруг стало принюхиваться, — Ты это чувствуешь? — Что именно?! — раздраженно рявкнуло чудовище, а потом, словно уловив запах, тоже стало внюхиваться, — Кр-р-ровь… — Шкатулка! — внезапно завопила гарпия, кажется так называются эти существа, — Поздравляю Вас миссис Хилл, ларец был открыт до нашего прихода. — С чего Вы взяли?! — оборачиваясь обратно в человека, спросила… старушка? — Это невозможно! Я столько раз пыталась… — она подошла вплотную к столу, — Погоди… Ребенок ещё здесь. Кровь… я её чувствую. Она свежая, детская… — секундное затишье, в течение которого второе существо обратилось в миссис Голмард, и ласковое-ласковое: — Солнышко, выходи. Мы знаем, что ты здесь… — произнесла учитель по этикету, подходя к столу, — Обещаем: если выйдешь сам, мы закроем глаза на твои проделки…. Не закроют, я это хорошо понимала. Мы слишком много видели. Миссис Хилл медленно обошла стол, пока её напарница лестно давала обещания, остановилась напротив нас…. Мы с Джимми вжались в заднюю стенку, двумя руками зажимая себе рот…: — Ну же! Это невежливо — заставлять ждать стар-р-рших… — прошипела она, наклоняясь…

Ещё немного. Совсем чуть-чуть и она… я зажмурилась. И только биение сердца достигло своего апогея, как я услышала стук в дверь. Я еле сдержалась, чтобы с облегчением не выдохнуть. - Черт! – выругалась миссис Голмард, за которой ранее не наблюдались подобные высказывания, направилась к двери. Миссис Хилл же резко выпрямилась, поправляя одежду и щелкая пальцами. Пара секунд… и вся макулатура взметнулась вверх, а затем и вовсе разлеглась по полочкам…. В кабинете уже не было того беспорядка, который имелся ранее. Это фокус какой-то?! Что здесь происходит? Бред! Такого не должно быть! Я опять бросила взгляд на мальчишку. Джимми держался куда лучше меня…. Может ему и ранее приходилось видеть нечто подобное? Он же говорил что-то про свои сумасшедшие видения. - Господин Альфред, мы Вас заждались! – радостно залепетала женщина, пропуская гостя. - Благодарю, - сухо проговорил вошедший мужчина, - Агата попросила прийти сюда для регистрации сына. - Рад знакомству, - поздоровался очередной вошедший, - Имри Содерхил, - не казалось, что он и вправду счастлив, - Я здесь только по просьбе матери, - проговорил он, не обращая внимания на недовольство отца, - настоящей матери. - Паршивец, - еле слышно прошипел отец Имри, губы которого исказила грустная улыбка. Хотела бы я взглянуть на этого Содерхила, но он стоял за спинами взрослых. По этому, я могла лишь отметить его высокий рост и темные короткие волосы. Счастливец не знает, кому дерзит…. А если бы знал, стал бы так себя вести? - О! Какой прелестный мальчик! Я - миссис Голмард – учитель этикета, юный господин, - представилась она, делая книксен, и показала в сторону, - А это моя коллега – миссис Хилл. Преподает литературу. Для нас такая честь… - Думаю, я надолго не задержусь в этом… - перебил парень пылкую речь и, подойдя к столу…, запрыгнул на него, - …зоопарке. Где расписаться? Парень и не подозревал, как недалек он был от истины… Женщина растерялась немного, но очень быстро взяла себя в руки: - Молодой господин, не стоит так высказываться. Это дурной тон. Уверяю, Вам очень понравится это место! – после она взяла документы у Господина Альфреда, просматривая, - Интересно.... У вас превосходные оценки. Мы можем предоставить Вам класс «А»… - Прошу прощение за поведение своего сына, - вмешался в разговор мужчина, - Не стоит ему упрощать задачу. Нахал и так слишком дерзок. Как насчет, - по губам Содерхила-старшего прошлась мстительная усмешка, - самого низкого класса? Такой имеется? - Думаю, мы сможем, что-то подобрать, - заговорила миссис Хилл, выуживая огромную папку из шкафа, протянула нужные бумаги отцу мальчика, - Вот, подпишите тут и ещё сверху, хорошо…. Чтож, Имри, мои поздравления. Следующий год Вы будите учиться в кассе «В». - Премного благодарен, - пробормотал парень, спрыгивая со стола и направляясь к выходу, попутно задев плечом отца.

— Пройдемте, господа, — предложила миссис Голмард, следуя за темноволосым парнем, — Я покажу Вам мужской корпус… Я надеялась, миссис Хилл уйдет вместе со всеми. Но она видимо решила завершить начатое, посему осталась. И не теряя времени фурией направилась к столу… Нет-нет-нет…. Не может же так всё закончиться. Очередной стук в дверь спас, заставляя учителя остановиться и нечеловечески быстро обернуться назад… — Ах, да… Миссис Хилл, Агата просила Вас зайти, — проговорил Содерхил-старший, приоткрывая дверь и заглядывая вовнутрь. — Хор-р-рошо, — прохрипела она, выходя из помещения и запирая дверь… Закончилось. Всё закончилось. Я ещё пару мгновений смотрела на дверь. Боялась, что та откроется, и они снова придут сюда. — Нужно поторопиться, — прошептал Джимми, вылезая из-под стола. Он прав. Нельзя отсиживаться. Уже через пять минут парнишка успешно разобрался с замком, и мы удачно покинули просторы учительского корпуса. Ему нужно было в мужской корпус, а мне сделать вид, что я только что пришла с ужина… на профилактическую беседу. От мысли, что мне придется повторно переживать этот ужас…. Я просто не хотела возвращаться обратно. Всё что угодно, лишь бы не туда. — Погоди… — я схватила Джимми за рукав пиджака, останавливая, — мне нужно будет вернуться…. — Если хочешь, я могу её ненадолго придержать у себя…. Может, найду ответы на это безумие, — растерянно проговорил он, указывая на книгу. Я сразу поняла, что парень имел в виду.… Мы решили коснуться прошлого, заглянув в ту шкатулку, возможно даже совместных воспоминаний, а увидели гораздо больше. Как оказалось, наши учителя — нелюди…. И это не сон. — Да, думаю, так будет лучше, — печально пробормотала я, вручая Аспину "колыбель памяти", — Позже я её заберу… — И да, можно просто — Ас, — его лицо озарила сияющая улыбка, — Мы же теперь как родные! — после он забрал книгу и, спрятав ту за пазуху, двинулся в свой корпус. На том и разошлись. Кровь на пальце давно уже свернулась. Не думаю, что вернувшись, они заметят что-то. Единственное, что меня может выдать — это мои эмоции. Мне повезло. Встретившись с преподавателем, миссис Хилл, даже не поворачиваясь ко мне, махнула рукой, отпуская. Что я и сделала, пока та не передумала. Направляясь обратно, я немного помедлила. Чтобы забрать книгу у Джимми, нужно зайти в мужской корпус…. А девочкам, собственно как и мальчикам, запрещалось входить в другие корпуса. Нужно было кого-нибудь перехватить, кто направляется туда, и попросить позвать Джимми. На глаза попался лишь один, выходивший из корпуса. На вид ровесник, а по ощущениям, будто тот сумел повидать жизнь…. Что-то такое было в его взгляде. Пряди темных, как ночь, волос челки падали на его лицо, скрывая красивые очертания. На нем не было формы, напротив, юный госодин был одет в свободную уличную одежду. Да и раньше я его не видела здесь… Наверняка это тот самый новенький. Как же его…? Имри Со… Содерхил! Да и ощущения, которые не перестают покидать меня весь вечер (Что же это?), чего-то знакомого… Ладно, сейчас нужно о другом подумать. О «колыбели памяти». — Прошу прощение, молодой господин, — позвала я, пытаясь привлечь к себе внимание парня, — не могли бы Вы… Незнакомец смерил меня хмурым взглядом… Его глаза вдруг наполнялись тьмой, злобой, затаённой ненавистью… — Нет, простите, — пробормотала я, не зная куда деваться, — пожалуй, я сама справлюсь… Он издевательски хмыкнул и ушёл. Просто прошёл мимо, глядя уже сквозь меня…

Не ожидала подобной встречи. Парень уже давно скрылся за поворотом корпуса, а я всё продолжала смотреть в сторону, где минуту назад был он. Имри Содерхил… Да, теперь я вспомнила. Четыре года назад…. Тем вечером он был там. В той больнице…. Эти глаза…. Вызывающее поведение. Всё это уже было. Голова загудела от нахлынувших воспоминаний того вечера: «Меня куда-то везли на каталке люди в спец-формах. Белый коридор всё не заканчивался… — Микас Харвуд. Четырнадцать лет. Значительных повреждений нет… — донеслось от одного из мужчин. — Она пришла в себя, — проговорил другой, с кудрявой шевелюрой. — Завози в десятую палату… — опять отозвался первый голос и обращая внимание на меня, — Всё хорошо. Твоих родителей оповестили, они скоро будут… Честно говоря, я не имела понятия, о каких родителях идет речь…. Где я нахожусь… Кто эти люди? — Где я? — спросила, когда меня уже завезли в просторную комнату, — Где Катар? Он… пал? — Это больница. Я Ваш лечащий врач. Скоро навещу повторно и осмотрю. А Катар…. Вы, наверное, о водителе… — перенося меня на кровать, сказал всё тот же, — Он… сгорел вместе с машиной. Мои соболезнования. Горло сдавило спазмом. Нос защипало от еле сдерживаемых слез…. Он мне доверился. Прыгнул со мной. Я прикрыла глаза, стараясь прогнать ненужные мысли. Нет. Мне нельзя плакать. Ни этому меня учили в Энаре… Люди в формах, называющие себя врачами, скрылись, закрыв за собой дверь. Прошло какое-то время… В мою палату так никто и не зашёл. Чтож… Я встала с кровати, решаясь взглянуть на себя. Тут как раз находилось зеркало. Я видела его, когда меня завозили. Ноги слушались плохо, но я дошла… С отражающей поверхности на меня смотрела темноволосая девушка с карими глазами. Это была всё та же я, но некоторые детали… не мои. Непривычные взору. В недоверии я поднесла одну из коротких прядей к глазам: действительно темные…. Но как? Ладони коснулись ушей, и я едва ли могла сдержать отчаянный стон. Что они сделали со мной?! Я сползла по стеночки, обняла себя руками. Наверное, это жертва в обмен на новую жизнь... Внезапно открылась дверь, впуская молодого человека. Это был не тот врач, что привез меня сюда. Мальчишка, возможно, старше меня на год или два, он вошёл, притворяя за собой дверь и с сожалением смотря на меня. — Привет, — поздоровался он, присаживаясь на корточки рядом, — Я рад, что ты в порядке. Не представляю, как тебе удалось…. Не важно. Знаешь, теперь ты мой единственный шанс, выбраться из этой задницы, — он отвел свои синие глаза, зарываясь двумя руками в пряди волос, — Забавно, ведь так? Я столько совершил, а теперь прошу у тебя помощи… Я не надеюсь на понимание… — Кто Вы? — задала я простой вопрос, не сводя глаз с этого человека. — Вот значит как, — его лицо исказила гримаса ненависти и призрения, — Ты решила так избавиться от меня, да? И это после того, что с нами произошло? — в его глазах всё ещё читалась мольба. — Прошу прощение, я Вас не знаю…» Это было так давно. Он уже подрос. Однако наша встреча не меняет того, что я ничего не помню о прошлом. Даже сейчас, когда прошло столько времени. Мне рассказывали, что я в тот вечер несла всякую чушь… но я даже это забыла. Насчет книги… я передумала её забирать сегодня. Джимми был первым, кто прознал о шкатулке, так что в его праве ей распоряжаться. Ещё столько времени будет…. Я смогу познакомиться с этими тайнам. Когда-нибудь, в следующий раз…

*** Я знал, где искать своего кролика… Стоило только взглянуть на эту девчонку… тут же пронеслись воспоминания. С момента последней нашей встречи прошло порядком четырех лет, а она почти не изменилась. Всё так же делает вид, будто не узнает…. Наивная. Но теперь я от своего не отступлю. «Не думал, что Волтэр зайдет так далеко…. Он ясно дал понять, ЧТО со мной станет, если вздумаю его предать. Но Шакал перешёл черту. Похоже, он ни раз уже оказывался на той стороне хрупкой грани. Не один мускул на его лице не дрогнул в момент убийства женщины. Уверен, Шакал с самого начала предполагал подобную демонстрацию…. И она ему удалась! Мне хорошо получилось замаскировать свой шок под маской презрения и отвращения, как обычно я скрывал все чувства и эмоции. Думаю, лишь бледность моего лица и испарина пота выдавало волнение. А он всё наблюдал за моей реакцией, гадая: на чью же сторону я встану. Смогу ли… вместе с ними, переступить…? Похоже, одной демонстрацией здесь не обошлось — это было персональное испытание для меня. Но что значит провалить его? Обрести себя на подобную учесть? Рука Шакала уже не казалась братской. Она нависала непосильным грузом на моих плечах, который я был не готов принять. Почему-то сейчас я это ясно осознал. Не прошло и двух минут после… как за прилавком что-то грохнулось, отвлекая все эти морды от меня. Первые несколько мгновений я был рад, что прицельное внимание всех переключилось…. Это было как глоток свежего воздуха. Уже в следующее мгновение пугающее осознание накрыло с головой. Я вспомнил первые минуты пребывания в этом магазине. Панель в потолке…. Испуганные глаза той дуры… Я перевел взгляд на Волтэра. Тот, будто уловив мои мысли, тут же посмотрел на меня. Его лицо отчего-то озарилось зверским предвкушением и он, не раздумывая, отпустил меня и направился в сторону Микас. Вместе с этим, в голове всплыли воспоминания каждой нашей встречи. Каждой издевки, которые она раз за разом терпела. Её полный ненависти взгляд, направленный на меня. Она прикладывала все силы, не желая мириться со мной. И тем не менее она будто наполняла меня энтузиазмом не уступать… Но сейчас, с каждым шагом Волтэра в её сторону, она проигрывала…. — Волтэр! — не до конца понимая что делаю, позвал его. Я хорошо знал, как он взбеситься когда услышит собственное имя... И всё же позвал. Шакал остановился в пару шагах от стойки, гневно сжимая, свободную от пистолета, руку.

— Что-то не так? — вопросил он вымораживающим голосом. Не оборачиваясь, Волтэр ждал моего ответа. — Да, — собрав всю имеющуюся решимость, твердо ему ответил, — Я принял решение. — Вот как? — совершенно спокойно протянул он поворачиваясь ко мне. Шакал положил пушку на кассу, не убирая руки с неё, — Надеюсь, ты хорошо подумал? — Вполне, — чуть резче, чем стоило бы, отозвался я. — Чтож… Я в нетерпении, парень! — слишком громко прозвучали его слова. Достаточно, чтобы услышала она, — Озвучь же его. Какие-то пара шагов отделяли девчонку от гибели. И Волтэру это прекрасно известно. Он знал и уже воздействовал на меня, захватывая Микас в предположительные заложники. Ему не составит труда проверить свою догадку, заглянув за прилавок. Сейчас главное не выдать её и не показывать, что меня интересует то место. Ещё важнее, чтобы она не выдала себя. Девочка пока держалась… — Я, — тянул время, которого не было, надеясь на оперативность полиции, — выбрал… — я не решился признаться, умолкая и опуская глаза. — Шакал, — проговорил Пухлый, взяв с собой охапку всего, что вместилось в руки, направился к выходу, — пора. — Знаю, — Отозвался Волтэр, поднимая пистолет на меня, — «Бах!», — сказал он, выстреливая несуществующей пулей, шутливо кончая со мной. Но даже так я всё понял: о своём решении я пожалею. Пока все выходили из супермаркета, я ждал, не имея право покидать место преступления. На выходе Волтэр обернулся и окликнул меня: — Лови, малец, — и, бросив что-то мне в руки, смылся. Все смылись, оставив нас. Опуская взгляд на свои руки, я заранее себя ненавидел, за чертову реакцию: пистолет. Он ещё сохранил свое тепло…» *** В свой корпус я вернулась довольно быстро. На расспросы девчонок старалась говорить односложными фразами, не вдаваясь в подробности. Боюсь, если я расскажу им правду — они не поверят. Я бы и сама не поверила, не увидев всё собственными глазами. Усталость брала своё: глаза слипались, а мысли не желали соглашаться с действительностью. Вот усну и этот кошмар исчезнет…. Всё станет как раньше. Как только моя голова коснулась подушки, я тут же провалилась в беспокойный сон.

- Она спит? - А если она и есть та самая? - Она точно спит? Сквозь сновидения я услышала тихие шепотки. Малявки, проживающие со мной и моими подругами в одной комнате, не умолкали. В конце концов, я не выдержала и, проснувшись, направилась к кроватям балаболок. - Вы думаете ложиться? – вопросила я, упирая кулаки в бока. Не могу поверить, что весь следующий год нам придется прожить в компании пятиклассниц. Конечно, наш класс и так не жаловали… но это слишком, - Поймите, уже ночь. Нам всем хочется выспаться. - Нам страшно. Мэй сказала… - начала была одна из троих девочек, но тут же прикусила язык взглянув на меня. - Да мало ли, что она сказала… - вздыбилась я. Прекрасно, теперь Мэй будет мешать нам высыпаться, запудривая мозги молодым мисс. - Погоди, Микас, - проснулась Кристина и, подойдя к нам, присела на кровать к девочкам. Сонно позевывая, она улыбнулась и спросила, - Что вас беспокоит? Вздохнув, я тоже присела на край кровати, готовая внимать. Девочки недоверчиво на меня покидали смущённые взгляды, после одна начала: - Сегодня, во время большой перемены Мэй всем рассказывала сказку, - девочка, кажется её звали Сара, отвернулась, видимо стыдясь своей доверчивости, - Мол, существует ангел правосудия по имени Играр, который может явиться по твою душу, если ты грешен. Говорят, у него скверный характер…. И он может принимать облик любого провинившегося, забирая его жизнь себе. Взамен, он очищает душу и тело предателя, проживая судьбу умершего самолично… как ему вздумается. Многие его бояться, считая того исчадьем ада. Ведь тот не просто приносил гибель…. Играр забирает жизнь… - Вам-то чего бояться? – поднялась Натали и тоже присоединялась к нам,- Мы тут практически не живем. Ему, наверное, будет скучно здесь. Мы с Крис переглянулись улыбаясь. Что-то в её словах было…. Затем мисс Лёр пихнула Нату и переключила внимание девочек на себя. - Это всего лишь сказка, страшилка для детей, чтобы те были послушными, - она обняла Сару за плечи, - И потом…. Не думаю, что ангел способен покарать всех. Грешников много, а он один. Кто знает, может он уже проживает чью-то жизнь… - Так же и Мэй говорила, но… - это уже была Панора, - Она ещё сказала, что сам ангел и понятия не имеет, кто он есть, так как память стирается. А ещё она предупредила… что Вы, Микас, как раз похожи под описание. И что, как только Вы выберете себе новую жертву, то тут же вспомните и заберете у того жизнь… По окончанию пылкой речи все три пары глаз пятиклассниц вопросительно уставились на меня. - Чтож… - протянула Кристина, - Мэй умеет придумывать небылицы. - А что ещё сказала Мэй? – вздохнув, поинтересовалась я. - Ну… Что… До того, как Вы попали в аварию… - выпалила Сара, - Точнее настоящая Микас… Она, кого-то предала, за что поплатилась и погибла. А Играр…! - Хватит! – вдруг рявкнула я, не выдержав. Чистый воды бред. Так полоскать моё прошлое… Да, Мэй далеко зашла, - Ложитесь спать. Все разошлись. Кристина обняла меня перед сном, шепнув «я с тобой», и тоже отправилась досыпать. Ох, если бы всё было бы так просто. Если бы можно было всё объяснить глупой сказкой. Но это не так. Хотя бы по одной той причине, что это выдумка Мэй. Этой ночью мне приснился тот же сон. Правда, некоторые детали сменились… «Босой поступью я шла по обжигающему холодом снегу. Залитому алой кровью…. Двигалась в направлении смутно знакомой мелодии. Метель утихла. Не зная: куда направляюсь или что ожидает меня в конце пути — шла непреклонно. Шла уверенно вздернув подбородок вверх, а подолы платья подобрав озябшими ладонями, коих уже не чувствовала. Меня никто не остановил. К слову и останавливать было некому. Все пали в неравном бою. От великих остались лишь парившие в воздухе перья и золотистая пыльца. Многие детали говорили, что я одна из них и это подвело гордых созданий в звездных доспехах. Мои крылья, на этот раз я их совсем не чувствовала…. Махровые громадины мертвым грузом волочились за мной, представляя из себя лишь подобие перьевого плаща. Я осознавала, что меня здесь нет. Что не принадлежу этому миру… телу, ощущениям. Это была не я. Я могла видеть, но не предотвращать. Минуя высокие врата, шаг за шагом приближалась к каменному мосту, пробуждая в себе дикий, вымораживающий страх, словно ведала, что вперёд идти нельзя. Но кто-то, кто ожидал меня в конце того моста, насвистывал мелодию, подбадривая приблизиться всё ближе. Достичь конечной цели. Кого-то освободить…. И вот я уже на том мосту. Каменная кладка впивается в стопы. Подо-мной бездонная пропасть, скрываемая густым туманом. А впереди… он».

Глава 1.(01. Часть 2)

Часть 2. Кошки мышки.

Пробуждение было… неприятным.

Сердце надрывалось в груди, не в силах успокоиться. Не покидало ощущение, что я до сих пор в тех снегах. Я открывала и закрывала глаза, пытаясь прийти в себя. Прогнать это наваждение. Запах крови не переставал пронзать моё обоняние, возвращая мысленно в то сновидение.

Лицо я не видела, всё моё внимание было приковано к его глазам. Тёмные ядра бездны ждали моего прихода. Он наблюдал… там, прикованный к бескрайней скалистой поверхности, в ожидании своего освобождения.

И пусть продолжение сна мне неведомо, отчего-то я знала: если выполнить его волю, он принесёт лишь хаос. Всепоглощающий…. Только гибель и страх…

- Дорогая, ты уже проснулась? – поинтересовалась у меня Кристина Лёр, заставляя вздрогнуть от неожиданности, - Советую поторопиться!

- Да! – подскочила я, на ходу собираясь. Прошлый ужин я благополучно пропустила, не хватало ещё и про завтрак забыть.

Уже через двадцать минут мы с девочками направлялись в столовую. Пятиклассницы или, лучше сказать, наши сожительницы сейчас беспечно болтали с нами, позабыв про вчерашние сказки.

Но сказки ли? Я не знала во что верить. Сны, преподаватели, та шкатулка…. Вчерашняя встреча с призраком прошлого. Всё навалилось как-то разом, сбивая с обычного ритма.

- Микас, - обратилась ко мне Натали, когда мы уже с подносами стояли в очереди за едой, - Ты вчера проболталась, что к нам новенького в класс приняли. Он случаем не здесь? Ты его не видишь?

- А ведь и правда! – взволновано оживилась Крис, - Вчера из тебя и слова не вытащить было. Но теперь рассказывай всё!

- Уверяю вас, девочки, в этом нет ничего особенного, - скрывая очередной зевок, оповестила я их.

- Ну, хотя бы как он выглядит? – не унималась Ната.

- Хорошо-хорошо, - сдалась я, выкладывая пару овощных салатиков и кружку компота на свой поднос.

Как только мы направились к одному из столиков, я стала описывать новичка, попутно обращая внимание на сидевшего у дальнего столика Рига Колтэра. Молодой господин, ученик лучшего параллельного класса, довольно давно вызывавший у меня трепет, сейчас мило беседовал с Мэй Костианс. Я знаю, что они пара, но порой не могла удержаться от взгляда в сторону Рига, надеясь, что тот посмотрит в ответ:

- Он высокий…. Темноволосый…. Дерзкий….

- И это всё ты узнала, стоя лишь у двери миссис Хилл? – хихикая, спросила Крис, идя со своим подносом следом.

- «Дерзость» она прям там и разглядела, - не упустила возможность подколоть меня Натали, - А имя у молодого господина имеется?

- Конечно, имеется, - смущенно улыбаясь, сказала я, приметив свободное место у стенки и направляясь в нужную сторону, - Его зовут…

Досказать у меня не получилось. Я была полностью поглощена своим подносом, который почему-то решил подпрыгнуть и опрокинуться на меня. Пара мгновений и я вся была в содержимом своего несостоявшегося завтрака.

Непонимающе я подняла глаза, желая разглядеть лицо проказника, перевернувшего на меня поднос. Ироничная улыбка на секунду прошлась по его губам…. Где-то в толпе любопытствующих учащихся прозвучали тихие смешки.

- Имри Содерхил… - зло взирая на своего обидчика, договорила я имя этого мерзавца. Девочки, которые тоже не ожидали подобного, в растерянности стояли позади меня.

- О, приношу глубочайшие извинения, - вежливо проговорил он, присаживаясь на корточки и собирая разбитую посуду в поднос. Сейчас он был другим…. Форма и убранные назад волосы замаскировали дикарские наклонности, в то время как поведение оставляло желать лучшего, - Я засмотрелся и совсем не заметил Вас, мисс, - передавая посудину мне в руки, проговорил он. Я не переставала хмуро на него смотреть, когда забирала разбитую тару. Настроение лишь ухудшилось, стоило ему наклониться чуть вперёд и прошептать совсем тихо, так, чтобы слышала лишь я одна, - Вспомнила?

Затем он выпрямился, равнодушно разглядывая содеянное, ещё раз вежливо извинился и направился прямиком из столовой.

- Он это специально, - бросила я через плечо подругам, выкидывая содержимое подноса в ближайшую урну. Отлично. Я всё же осталась без завтрака. Ещё и в корпус за сменной одеждой бежать…

- Он же извинился, - подала голос Натали, обращаясь ко мне. Но слух так же отчётливо уловил улюлюканье местных мальчишек.

- Это не имеет значение. Имри намеренно… - обернувшись к мисс Лейс, завелась я, пока меня не перебило насмешливое:

- Ну наконец-то эту высокомерную выскочку кто-то поставил на место, - проговорила мисс Костианс, подходя ближе, - А я и не надеялась….

- Конечно, ведь все Ваши попытки задеть меня каждый раз терпели крах, - тут же съязвила я, с вызовом взирая на Мэй, - Очевидно же, одна Вы не справляетесь, вот и прибегли к помощи постороннего.

- Возможно, Вы и не догадываетесь, мисс Харвуд, но помимо меня у Вас имеются ещё парочка недоброжелателей, - сероглазая блондинка так же вызывающе посмотрела на меня, не желая уступать.

- Не стоит, Микас, - Кристина схватила меня за плечи, уводя в сторону, - тратить время на подобный сброд. Нам ещё нужно успеть привести тебя в порядок перед началом занятий.

Она как обычно была права….

Мы спешно отправились в свою комнату.

Глава 1.(02. Часть 2)

Честно говоря, я не могла и предположить, что он задумал. Возможно, это как-то связано с тем, что произошло до аварии.

Повод ли это для перевода его в пансион? Или, быть может, это было необходимостью…. Единственным выходом.

— Ты сказала, — начала осторожно Кристин, после того, как я полностью собранная встала у зеркала с расческой, — он специально…. Но что могло навести тебя на эти мысли? Вы были ранее знакомы?

Короткие каштановые пряди едва достигали плеч, обрамляя овал лица, делали выразительным мой взгляд. Пока я приводила непослушные волосы в порядок, мисс Лёр открыла свою тумбу, дабы сложить в неё моющие принадлежности.

Я опустила взгляд, не желая видеть в отражении взволнованное выражение лица подруги:

— Думаю, я могла видеться с ним некоторое время назад. Когда меня привезли на скорой, после… — я на мгновение замолчала, вспоминая неприятные события прошлого. В тот вечер было принято решение отправить меня сюда. Не бороться вместе с этой амнезией, а просто сбежать от проблемы…. Продолжила, — аварии.

— Я пойму, если ты не захочешь…

— Нет. Я расскажу. Это моё решение, — я подошла к своей кровати и присела, всматриваясь в противоположную стену, вспоминая. Позавтракать мы всё равно уже не успеем, хоть и оставалось некоторое время до звонка, — Забавно выходит…. Крис, помнишь ту сказку? Которую придумала Мэй? — я иронично усмехнулась. Она почти попала в цель, — Возможно, в этом есть доля правды.

— Ты про детскую страшилку? Шутишь что ли? — подруга вдруг резко встала и принялась расхаживать по комнате, — Ты действительно считаешь себя тем ангелом? Карающим заблудшие души? Это же смешно!

— А если я не «ангел»… а та самая «заблудшая душа»? — перебила я её размышления.

— Тогда я ничего не понимаю, Микас, — вздохнув, она присела рядом, стараясь заглянуть мне в лицо, — Как эти бредни могут быть связаны с поведением новенького?

— Я и сама толком ничего не понимаю. Он тогда тайком пришел ко мне в палату, прося о помощи…. Говорил, что… я единственный человек, способный его оправдать. Но, Крис, — я взглянула на свою подругу, — я ничего не вспомнила! Ни тогда… ни сейчас. Я бы не смогла ему помочь. Даже если бы очень захотела…

— Я тебе верю, мышонок, — улыбнулась она, обнимая.

— Спасибо, — прошептала я едва слышно и продолжила, — Думаю, своим решением я повлияла на его жизнь. И теперь он будет мстить…

Последнее слово я произнесла совсем тихо, страшась самого значения. Но Кристина услышала. Она аккуратно отстранилась, беря мои ладони в свои теплые руки, заглядывая мне в глаза:

— Мисс Харвуд, Вы это серьезно?

Я еле заметно кивнула, осознавая только сейчас, к каким последствиям могли привести мои решения.

— Он уверен, что в тот раз я предала его, солгав об амнезии. Я не знаю, какие демоны кроются в его голове, поэтому, мне неизвестны его дальнейшие шаги: что он задумал, насколько страшна та тайна и как это отразится на мне?

Мне оставалось лишь надеяться, что месть затронет лишь меня.

Я видела, что мисс Лёр хотела что-то сказать. Порывалась, но была не в силах преодолеть себя. А после и вовсе, раздался стук, и в комнату вошла Натали.

— Вы чего так долго? — возмутилась она, — Урок скоро начнется!

— Минутку, — ответила ей Крис, после наклонилась ко мне и прошептала прямо в ухо, — Я на твоей стороне, — затем она поднялась и направилась к двери, — Идем.

Мне было очень приятно, что на свете есть хотя бы один человек, который мне верит. Я улыбнулась этим мыслям и тоже направилась на урок, вслед за своими подругами.

Глава 1.(03. Часть 2)

— Дорогие мои! — взволновано защебетала миссис Крайт, после того, как все уселись за свои парты. Интересно, она тоже одна из них?

В памяти тут же всплыл образ чудищ из кабинета миссис Хилл. Как мы с Джимми прятались под партой и нас едва не нашли…

Я по-новому стала разглядывать своего учителя географии, стремясь найти какое-либо несоответствие.

— О! Сегодня необычный день! В вашем классе пополнение! Прошу любить и жаловать — Имри Содерхил! — после она открыла дверь, пропуская молодого господина.

Я едва задержала дыхание, стоило нашим взглядам пересечься, и тут же непринужденно отвела глаза, желая показать, насколько он мне безразличен. Меня так и влекло взглянуть в его сторону. Да и непонятное волнение не покидало, предвкушая начало… игры. Но я не могла позволить себе такую роскошь, иначе он бы догадался, что стал предметом моего беспокойства.

Я ощущала его взгляд на себе. Чувствовала, как он блуждает по очертаниям моего лица…. Как хищник примеряется к своей добыче, пытаясь изучить ту, порываясь прыгнуть и растерзать в один миг.

Но «месть» — блюдо холодное… требующее время…

— Куда же Вам сесть…. Ну-ка посмотрим, — вновь заговорила женщина, — О! А вот и свободная парта! Присаживайтесь, молодой господин.

— Прошу прощение, — не выдержав, я подняла руку, стоило Имри… занять парту впереди меня, устраиваясь за пустующее место.

— Да, мисс Харвуд. Вас что-то не устраивает? — поинтересовалась миссис Крайт, записывая на доске «самостоятельная работа».

— Молодой господин не может занять эту парту, мэм… Это место давно принадлежит мисс Клейт, — высказалась я вставая.

— А кто это? — обернулась преподаватель ко всему классу, ища меня глазами и сосредотачивая взгляд.

— Мисс Ийма Клейт, мэм. Она учится с нами, но из-за болезни вынуждена часто пропускать некоторые уроки…. Я уверена, как только, она возобновит занятия, ей будет некуда садиться, так как новенький занял её парту.

— Оу. Вот как… — растерянно пробормотала миссис Крайт, очевидно не вспомнив девочку, — Полагаю, юная мисс войдет в наше положение, — она улыбнулась, кивнув Имри, дабы тот оставался на месте.

Я слышала, как по классу пробежались шепотки из рода: «А это случаем не он?», «Слышал про инцидент в столовой?» или «Теперь Микас будет цепляться к бедолаге по пустякам…».

— А теперь достаем листки и составляем вопросы. Ищите что-то необычное, нежели просто: «Какие горы находятся на Северо-Востоке?». Ну и кого это интересует? , — миссис Крайт всплеснула руками в шутливом возмущении, — А вот если бы вы, к примеру, напишите: «Какой складчатостью они обладают?». Вот это да! Это я понимаю! Приступим, мои дорогие…. — и она села заполнять журнал…

Вот так просто. Позабыв об ученице… Как будто мы какая-то вещь, которую так просто можно убрать или заменить.

— Вас что-то ещё беспокоит, мисс Харвуд? — поинтересовалась она, отрывая свой взгляд от журнала и поднимая его на всё ещё стоящую меня.

— Нет, мэм, — я села на место, принимаясь записывать задание.

— Чудно. У вас десять минут на выполнение самостоятельной.

Парень впереди меня насмешливо хмыкнул. Похоже его забавляла эта ситуация и мои попытки избавиться от него. Но ничего…. Я что-нибудь придумаю.

— Понятия не имею, что ты задумал, но клянусь, я выведу тебя на чистую воду, — прошептала я едва слышно. Но его спина вдруг неестественно ровно выпрямилась, оповещая мне о том, что Имри меня прекрасно услышал.

— Это мы ещё посмотрим, — прошептал он в ответ и умолк, скребя ручкой по бумаге. Не теряя времени, я тоже принялась составлять вопросы.

После окончания задания учитель забрала и перемешала наши работы. Затем раздала заново, дабы мы написали ответы на то, что придумали наши одноклассники. Это была словно лотерея. Мы не знали, чьи вопросы нам достанутся. Я получила работу мисс Лейс. И мне, признаться, хорошенько пришлось поломать голову, дабы отыскать в памяти ответы.

В конце урока все сдали свои листки в руки миссис Крайт. Учитель географии быстренько их просмотрела, после удовлетворенно кивнула, отпуская весь класс с занятия.

— Мисс Харвуд, задержитесь, пожалуйста, — попросила она меня, как только я со всеми направилась к выходу.

— Что-то не так, миссис Крайт? — поинтересовалась я, наблюдая, как Имри Содерхил скрывается за дверью. Показалось, он улыбнулось мне…

— Нет-нет, просто формальность, — женщина в ожидании посмотрела на меня.

— Микас, мы подождем тебя снаружи, — кладя руку на моё плечо, Кристин улыбнулась и вышла с Натали вслед за всеми.

Как только дверь закрылась, отрезая меня от своего класса, преподаватель заговорила.

— Ваши навыки работы меня всегда впечатляли, но сегодня, признаться, я была разочарована, — она протянула мне листок, — Ваши вопросы самые слабые из всех…

— Но как же… — я в недоверии уставилась на бумагу, — Погодите. Это не моя работа! — я подняла удивленный взгляд на женщину.

— Однако подпись Ваша, — она указала на имя в углу.

— Позвольте, — я принялась разыскивать свою работу среди прочих…. Но не находила…. А потом меня внезапно посетила странная догадка и я достала вопросы Имри…. Подпись его, но эта работа принадлежала мне!

Я смотрела на листок и не могла поверить своим глазам: как ему это удалось?! Этот мерзавец, видимо, подменил наши вопросы. Но как?!

— Я могу доказать, что это моя работа, — сказала, возвращая учителю самостоятельную. Я открыла свою тетрадь, выуживая из неё использование листки, — Вот. Это мой черновик. Если бы данные вопросы не принадлежали мне, я бы не могла знать их содержимое, ведь так? Но здесь точь-в-точь написанное.

— Верно. Именно так… — просматривая мои черновики и сравнивая их с оригиналом, проговорила она, — Думаю, это недоразумение…. Мисс Харвуд, на этот раз я не буду списывать баллы, но впредь, прошу Вас, будьте осторожны. И… не забывайте подписывать свою работу.

Миссис Крайт отпустила меня, давая определенную пищу для ума. Значит, вот как все было…

Имри заранее вписал моё имя в свою работу, намереваясь меня подставить. Я лишь упростила ему задачу, забыв расписаться. Поэтому, как только мои вопросы чудесным образом оказались у него в руках, он присвоил их себе.

Глава 1.(04. Часть 2)

Стоило выйти из класса, девочки тут же набросились на меня с расспросами. Пришлось рассказать…

— Имри… он поменял наши работы, — я подняла глаза на Кристи. Не смотря на то, что Натали тоже являлась моей подругой, она бы сочла мои предположения лишь игрой бурного воображения, так что в её глазах я даже не пыталась сейчас найти какое-либо понимание.

— Микас, ты уверена…? — удивилась Кристина. Она повела меня к следующему кабинету, где у нас по плану должна была быть биология, — Может это простое недоразу….

— Недоразумение? — договорила я, — Над моими вопросами была поставлена его подпись! Я…. По-вашему, я могу быть неуверенна в этом? — я остановилась.

— Может, это лишь повод оправдать себя? — ненароком предложила Натали, чем тут же сильно меня оскорбила, — Я слышала, что у новенького в прошлом были превосходные оценки и его в класс «А» хотели отправить, но перевели в наш. Должно быть те группы переполнены… А у нас который месяц пустует место мисс Клейт.

Удивлённо перевила взгляд на мисс Лейс. И когда она только умудряется обо всем прознать?

Я слышала, что его хотели отправить в другой класс. И лучше бы так и сделали! Но я также знала об истинных мотивах решения оставить его в нашей группе.

— Вы на чьей стороне сейчас? По-вашему, я бы так поступила? — возмутилась я. Благо мы ещё не дошли до нужного кабинета и нас никто не слышал, — Но почему все вокруг пытаются его облагочестить?!

— Микас, даже если так, — взяла слово Кристин, — Предположим, что он поменял ваши работы…. Что ты планируешь делать дальше?

— Я… не знаю, — в растерянности ответила, отводя глаза. А что я могу сделать? Мои родители не такие богатые, чтобы меня везде прикрывать, как его. Да и с этим пансионом что-то не так, о чем я узнала лишь по прошествии четырех лет, а остальные до сих пор даже не догадываются.

— Эй! Микас? — раздался позади знакомый голос Джимми.

Я тут же обернулась, расцветая. Как будто встретила давнего друга, пережившего со мной целые преключения. В душе теплилась мысль, что он-то меня поймёт наверняка.

— Доброе утро! — парнишка радостно помахал рукой, подбегая к нам.

— Доброе…

Натали тут же отвлекла моё внимание, дернув за рукав:

— Ты общаешься… с этим, — изогнув губы от неприязни, она попыталась подобрать локальное определение, — ничтожеством?

— И как это понимать? — я впилась взглядом в голубые глаза подруги. Мне более чем не нравилось её сегодняшнее поведение.

— Ната! — шикнула на неё мисс Лёр, — Где Ваши манеры?

Девушка смущенно отвела взгляд, но так и не извенилась.

— Я позже Вас догоню, девочки, — сказала я, подхватив подошедшего Аспина под руку, направляясь в другую сторону. Не сомневаюсь — он услышал всё. По погрузневшей улыбке было заметно.

Оставалось ещё пара минут до начало следующего занятия. Времени должно хватить.

Мы зашли под ближайшую лестницу и остановились. В коридорах всегда было плохо с освящением из-за отсутствия ламп, положение не спасали даже громадные окна — вечная хмурая погода этому поспособствовала.

«Отлично. Здесь нас не должны услышать».

— Привет, — прошептала я, улыбаясь будто младшему братишке, которого не видела целую вечность.

— Привет, — так же прошептал он, смотря некоторое время на меня. Потом неуклюже почесал затылок, опуская глаза, — Я привык к такому обращению…. От моего общества, правда, лучше держаться подальше, если не хочешь чтоб к тебе так же относились. Я не буду осуждать…

— Именно так я и поступлю, если не прекратишь прибедняться, — я ободряюще взъерошила его вечно непричёсанные волосы, — Всё в порядке. У меня своя голова на плечах, и мне решать, с кем я буду общаться.

Голубые глаза паренька просеяли не хуже самой улыбки. Джимми смущенно отвел взгляд, а потом вдруг вытащил из-под кофты ту самую «колыбель памяти»:

— Вот, держи, — Аспин протянул мне книгу, — Я так и не сумел её открыть. Может у тебя получится. Ну… как с той шкатулкой.

Я взяла. Ранее мне не удалось толком разглядеть обложку этой вещи, но теперь я имела возможность налюбоваться всеми деталями необычного оформления…

На удивление книга действительно не хотела поддаваться, как будто все листки её были склеены. Или же там была не бумага, а цельная дощечка.

— Вот видишь, — негромко сказал Джимми.

Не может быть. Неужели всё напрасно? Должно же… хоть что-то… Нужно только подумать.

На самой обложке, помимо объемного изображения чьей-то правой ладони и странных мифических тварей больше ничего не обнаружилось. Никаких замков, механизмов. Я ненароком провела пальчиками по рельефному рисунку. Может… в «колыбели памяти» рассказывается о том, кем могут быть наши учителя?

— А если, — Ас схватил мою правую руку и прикоснулся ей к изображению, прикладывая ту к рисунку ладони. Но нечего не произошло. Я издевательски изогнула бровь и посмотрела на мальчишку, тот пожал плечами, — Что? Я лишь проверил.

— Ладно, думаю нам пора. На этот раз книгу я заберу себе, может у меня лучше получится что-то в этом разобрать…

Но не успели мы сделать и пары шагов из укрытия, как книга вдруг наполнилась едва заметным светом и тут же погасла. Мы с Джимми переглянулись. Я робко повторила попытку открыть «колыбель памяти». На этот раз всё получилось! Страницы легко скользили в руках, позволяя себя перелистывать…

— Погоди, — Аспин нахмурился и выхватил книгу у меня из рук, — Это же пустые листы…. Здесь ничего нет!

Я в изумлении посмотрела на мальчика:

— Пустые?

— Да, вот, смотри, — он открыл оглавление.

— Шутишь? А как же эти надписи…

— Постой, — мальчик нахмурился, — Ты здесь что-то видишь? — удивился он и предложил, — Раз так…. Прочти что-нибудь!

— Здесь, — я указала на оглавление, — «Колыбель памяти Мирриан ЛиСард»…

— Афигеть! Это получается, только ты способна разобрать, что-там! Потому что я вижу лишь пустой лист…. А если… — он закрыл книгу и положил свою ладонь на рисунок, — Может получится…

Но вместо того, чтобы так же засиять, Аспина резко отбросило в сторону коридора…. Пару секунд удивленно взирала на случившееся, но потом очнулась и подбежала к пареньку, присаживаясь рядом на колени:

— Эй! Ты как? — я не заметила, как перешла на неофициальную речь.

— В порядке, — он пустым взглядом смотрел в потолок, будто что-то увидел, — Я, пожалуй, пойду.

— Так-так…. Кто тут у нас? Мисс Харвуд? Неужто, в отбросы подались? Мэй это понравится, — к нам подошла Рита Лозерланд — подруга Мэй. Высокая, с завидной рыжей гривой, она звонко рассмеялась. Ким Эванс, что представлял из себя эталон крутого наглеца и по совместительству парня Риты, стоял неподалеку и тоже презрительно улыбался. Забавно, оба рыжеволосых злодея нашли друг друга.

— С какой стати нормальные люди считаются отбросами? — поинтересовалась я у девушки, помогая подняться Джимми с пола.

— Считаешь его нормальным? — она ткнула кончиком своей туфельки в книжку, которую я положила на каменную плитку, пока поднимала Аспина.

— Лучше тебе к ней не прикасаться, — тихо проговорила я. Кто знает, как эта вещь отреагирует на остальных…

— Почему же? Это всего лишь учебник биологии, — она подтолкнула её ножкой ко мне, — Пойдем, Кими. Не стоит тратить на них время…

Из этой встречи мы подчерпнули для себя крайне важные детали: первое — надписи могу видеть только я. Джимми не сознавался, что его так сильно поразило в момент касания…. И второе — книгу никто не видит в её истинном переплете. А значит прятать её нет смысла. По крайней мере мы не нашли ещё тех, кто бы смог увидеть то, что видим мы…. И это пугало.

Глава 1.(05. Часть 2)

***

Ему только исполнилось девять, когда я понял, что моё сознание не единственное в этом теле. Я появился так же легко, как и пребывал всё это время здесь — не затрагивая души мальчика. Я наблюдал, а он делился со мной своими воспоминаниями, показывал этот мир. Он был пятым ребенком в своей семье. Бил, Амая, Чаки, Мон и Джимми. Самый младший — самый слабый…. Не смотря на нападки старших братьев и сестер (А задирать было за что — парнишка ни в чем не мог постоять за себя.), он ни разу меня не выдал. Джимми Аспен хранил мою тайну до последнего. Я же пытался осознать: кто я или что из себя представляю. Воспоминания долгое время не посещали меня…

Для всех это была моя семья, где я родился и вырос. Отчасти Мариса и Карл стали для меня семьёй, показав мне насколько прекрасно быть её частью. Думаю, ранее мне было это неведомо…

Однако память всё же наведалась ко мне. Я вспомнил своё прошлое…. И тут же поделился с мальчишкой, о чем не жалею, ведь Джимми так долго позволял мне оставаться в живых, не прогоняя из своего тела.

Каждую ночь ко мне возвращались частицы прошлого, стоило только телу утратить свою силу и Аспину лечь спать. Мальчик слишком много энергии тратил на нас двоих, из-за чего я стал чувствовать себя жалким паразитом, а он постепенно угасал, как только закрывались веки. Эгоистично было с моей стороны радоваться обрётшим воспоминаниям, ведь они губили Джимми. Я предложил ему забыть о том, кто я есть, лишь бы он остался. Но пареньку было интересно взглянуть на мою жизнь, узнать мир или, быть может, время из которого я прибыл. Радовало, что он ни на минуту не задумался о дьяволе и об одержимости. Наивный мечтатель, но этим он мне и нравился.

Стояло остаться одному, и я видел перед глазами события, которых не могло быть в реальном мире. Сражения на мечах, войны, замки…. В них я взрослый мужчина. Облаченный в белоснежные доспехи, среди подобных мне, иду на таран, повергая силы Темы…

Спустя ещё некоторое время, Джим ослаб настолько, что мне приходилось периодически подменять его. Благо я досконально изучил все его повадки. Так же, я принимал главенствующую роль, когда мальчику приходилось несладко. Закрывал его сознание и переживал всю боль и горечь самолично. Бедолага не выдержал бы такого…. Я мог и защититься — дать сдачи, но в таком случае людишки заподозрили бы что-то. А мы не могли этого допустить.

В прекрасном симбиозе мы жили вместе вплоть до одиннадцати-двенадцати лет. Пока мои ведения не стали превращаться в непреодолимое наваждение, и я не потерял контроль…

Когда Джимми исполнилось двенадцать, нас отправили в это место.

Пансион был лучшим решением, нежели психлечебница…. Да и платить не пришлось, матушка Агата обещалась позаботиться обо всём…

Здешний психиатр не смог ничем помочь, не смотря на все усилия. Разные методики… препараты, антидепрессанты — всё бесполезно. Да и бессмысленно. Единственное что нам порекомендовали — это не оставаться в одиночку и перед сном принимать снотворное. Лекарства только усугубляли положение Джима, по этому я принял решение сделать всё, дабы не допустить очередного постороннего вмешательства.

Ведения не гасли и по сей день. Напротив, я стал их слышать более отчетливо:

«- Единственное, что ты должен знать о своей семье, это то, что родом с Альбозара, — проговорил мужчина в таких же доспехах, хватая меня за шиворот, — Остальное не имеет значение. Твои отец и мать — великая Энара! Твой долг — служить им и отдать жизнь, если потребуется, во благо Светлых!»…

Если сложить воедино все детали этих воспоминаний, то картинка обрисовывалась довольно занятная: меня с рождения отняли от семьи и причислили к военной касте, как одного из самых крепких и сильных младенцев. Меня воспитывали как война, давая должные знания, умение и имя. Задача была проста — защитить имперскую семью чего бы это нам не стоило.

После моего совершеннолетия, меня перераспределили в особые войска высшего класса. Я должен был стать личным телохранителем важной персоны…. Но, по подслушанному разговору моего командира, я понял, что эта персона была заранее обречена на гибель. Несчастный случай… внезапное нападение, а возможно и я сам — могли стать причиной её смерти…. Собственно это было всё, что нам с Джимми удалось узнать обо мне.

«- Ты…. Смог бы убить… если приказали бы? — спросил он меня однажды. Я так и не нашёлся с ответом…. Для меня до сих пор оставалось неведанным всё остальное, в том числе и моё загадочное появление в этом мире, теле…».

К четырнадцати годам о моих психических срывах в момент очередного наваждения знал весь пансион. Мне было безумно стыдно перед Джимми….

А потом мы увидели её…. Шкатулку из моих воспоминаний. Все закружилось вокруг тайной коробочки. Мои мысли постоянно возвращались к тому, чтобы завладеть неведомым ларцом.

План по захвату шкатулки был прост. Проникнуть, взять, выйти незамеченно. Но судьба распорядилась иначе. В минуту вскрытия ларца появилась… девочка.

Микас — очередная ученица — приятно нас впечатлила. Девушка не только согласилась не выдавать, но и благополучно поспособствовала делу.

Её стойкость при виде гарпий была похвальна…. Как только мы выбрались, для меня так же стало неожиданным передача книги в руки Джима. Я и не надеялся такой удаче…

Вплоть до сегодня. Этим утроим, в момент, когда книга меня отбросила, Джимми не стало…

***

Глава 1.(06. Часть 2)

Весь следующий день прошёл без происшествий. Имри никак не проявлял себя. Натали, в конце занятий хмыкнула: «Ну, вот видишь» — демонстративно со мной перестала общаться. От Мэй тоже ничего слышно не было. И это настораживало. Я уверена — Рита рассказала о нашей утренней встрече. Обед и ужин прошли так же спокойно. Всё это напоминало затишье перед бурей.

Вечером, я всё же решилась заглянуть в книгу. Но не при девочках.

Как только потухли лампы в комнатах, и по всему пансиону был объявлен «тихий час», я тайком выбралась из кровати, подхватывая книгу с собой. Бесшумно прошла к выходу…

— Не стоит этого делать, — едва я приблизилась к двери, дабы скрыться из комнаты, позади меня раздался тихий шёпот Крис, — Потом будешь жалеть…. Остановись пока не перешла точку невозврата.

— Я должна узнать кое-что, — так же тихо ответила я, не оборачиваясь.

— Твоё дело, но помни, мышонок, знания не всегда несут в себе свет…

***

Единственное место, где меня не заметят — это женская душевая. Так что, примостившись на высоком подоконнике, под светом лучей полной луны, я открыла первую страницу:

« Если ты читаешь этот дневник, значит, я благополучно справилась с заданием. Сейчас всё кажется более чем бессмысленным…. Это пройдет. Тебе нужно знать следующее:

Аридон — планета Пятой реальности. Не смотря на то, что она превосходит во всём Землю: размерами, циклами — время на ней идет гораздо быстрее.

Знай, один год, проведенный на Земле, равен трем на Аридоне. Поэтому, когда ты вернёшься назад — всё изменится до неузнаваемости…»

Я закрыла книгу, в очередной раз вглядываясь в изображения на обложке.

Бред. Не знаю, чего я там ожидала увидеть, но уж точно не уверения в существовании других миров.

Вздохнув, я кинула взгляд на первую страницу. Там изображалась таблица времяисчисления:

« Один год — шестнадцать месяцев.

Один месяц — три недели.

Одна неделя — восемь дней.

Одни сутки — двадцать семь часов…»

Превосходно, думаю, Джимми это больше понравится…. Я закрыла книгу и принялась слезать. Кажется, Кристина была права….

Окно находилось почти под потолком, поэтому, приходилось брать лестницу, дабы благополучно забраться и спуститься. Громоздкий подоконник позволял удобно на нем расположиться. Я ни раз уже так уединялась.

Но стоило мне потянуться за книгой, и стащить её вслед за мной, она вдруг резко засияла, а потом и вовсе раскрылась, перелистываясь…. Затаив дыхание, я вновь забралась наверх, вчитываясь в то, что книга решила мне показать.

Там было непрерывное перечисление мифических тварей:

« Альвы….

Банши…. Безгранные…. Боги…

Вампиры. Василиски. Ведьмы. Великаны.…

Гарпии.…»

Я остановилась на интересующей меня детали:

« Гарпии или Галуры (падшие). Изгнанники Света, впустившие Тьму в своё сердце. Ищейки Ародзара, принимающие обличия любых существ. Обитатели влажного климата…. Проживают семьями…»

Чтож, это теперь объясняет расположение пансиона в здешнем месте. Постоянные дожди самое то, для иномирных поселенцев…. Но что им… нужно?

Не успела я толком сформировать мысль, как книга вновь перелисталась в самое начало:

« На Аридоне существует правило процента. Каждый, кто там оказывается, так или иначе, хранит в себе определенный процент силы и её цвет.

Поговаривают, будто соединив двоих, сумма сил которых будет составлять ровно сотню, можно овладеть Бригильмардом…».

Почему-то от последнего слова бросило в озноб.

Так выходит, они ищут что-то или кого-то, для таинственного «Бригильмарда». Если я правильно понимаю механизм работы этой книги — она показывает то, о чем я подумаю. Значит:

— Покажи мне, — я затаила дыхание, прежде чем решиться, — Бригильмард…

Какие-то доли секунды и мир поплыл перед глазами, растворяя краски реальности. Я как будто перенеслась в иное место. Туда где тьма поглощала всё!

Медленно подняла глаза, отрывая взгляд от книги в моих руках. Бесплодные равнины, освящаемые почерневшим солнцем, простирались в округе…. Кровавые облака зловеще нависали с грозного неба. До моего слуха долетел истошный крик в далеких скалах.

Я едва не задохнулась от потрясения, взирая на сменившуюся обстановку. Дрожа всем телом, я стояла как вкопанная, не решаясь шевельнутся. Где-то поблизости раздался вымораживающий рев зверя…

Книга сама собой выпала из вздрогнувших рук.

— Эй! Кто там? — послышался голос миссис Дайны, — А ну слезай от туды!

Подоконник, душевая…. Я огляделась, всё ещё не веря своему счастью.

« Боже! Я дома!»

— Нечё тут учебной литературой швыряться… — проговорила уборщица, помогая мне спуститься.

— П-простите, — прошептала я и шустро направилась в свою комнату.

— Эй! Девочка, ты чего такая бледная? — донеслось мне в след, но я не обратила на это внимание.

Как только я вернулась, тут же заползла в кровать, засыпая без снов.

Глава 1.(07. Часть 2)

***

Иногда всё складывается не так, как мы того планируем. Порой всё, что строилось годами: уважение, репутация, дружба, — всё это может обрушиться в единый миг из-за одного неверного действия…. или ряда неосмотрительных шагов.

— Суд — это лишь формальность, моя дорогая, — Мэй Костианс непринуждённо наклонилась ко мне, стоило мне приблизиться к дверям кабинета студенческого совета, — Тебя там растопчут, и наконец-то восторжествует справедливость. А знаешь…. Я даже рада, что всё свершиться именно так. Ты просто не можешь себе представить, насколько я буду счастлива, когда тебя вышвырнут отсюда, — проговорила она, еле сдерживаясь от омерзения.

— О да, ведь тогда ты перестанешь бояться, что твой бойфренд сбежит от тебя, — проговорила я, так же тихо, наклоняясь к ней.

В коридоре толпились остальные ученики, ожидая своих лидеров. Оскорбления и презрительные взгляды слышались отовсюду.

— Думаешь, ты нужна Ригону? — блондиночка не сдержала смешка, — Микас, ты не перестаёшь меня поражать своей глупой наивностью…

— На что ты намекаешь? — холодея, я чувствовала, как внутри что-то надрывается.

— Научись хоть раз думать своей головой, куколка, — она издала очередной смешок, — Такая как ты ему не нужна. Даже для простого развлечения…

После раскрылись двери кабинета, пропуская меня и, соответственно, всех остальных, кому было что сказать.

— Дамы и господа, прошу всех сесть, — взяла слово вошедшая в зал заседаний Белинда Кембэл — глава студ-совета и член «трио» группы Мэй, — сегодня на повестке дня поднимется вопрос об отчислении Микас Харвуд. Подсудимая хочет что-то добавить в своё оправдание перед началом суда?

— Да, Ваша честь, — съязвила я, оборачиваясь к залу и сосредотачивая взгляд на Кристин. Она, как и прежде, была на моей стороне, даже в такой ситуации. Лишь в её взгляде я могла найти своё утешение, — Я знаю, что мне никто не поверит. Все найденные улики указывают против меня…. Но я лишь хочу сказать, что, не смотря на это, — я не хотела, чтобы всё так обернулось.

— Чудесно, — подытожила самая популярная девчонка нашего пансиона, заправляя чёрную выбившуюся прядку волос за ухо, — В таком случае слово берет пострадавшая сторона. Прошу Вас, господин Имри Содерхил. Поведайте всем нам, что же случилось?

Я не смотрела в его сторону. Не знаю как, но ему удалось победить в этой неравной схватке. Теперь моё дальнейшее будущее зависит от одного единственного решения. Лишь одного его слово — и всё закончится…. Для меня.

***

За сутки до инцидента.

***

Проснувшись, я приложила массу усилий, дабы как можно скорее оказаться в столовой. Мне необходимо было поговорить с Джимми. Выплеснуть всё то, что я узнала о книге… и о Бригильмарде.

И наконец, я решила для себя, что больше не буду убегать от этих загадок. В противном случае, они сами меня настигнут, а так, я буду знать к чему готовиться.

Однако, все мои попытки подловить Аспина безуспешно провалились. Его нигде не было…

— Микас, всё хорошо? — спросила Крис, направляясь вместе со мной на урок физ-ры.

— Да…. Я только хотела найти кое-кого, — ответила я, всё так же, не расставаясь с этой таинственной книгой.

— Это как-то связано с твоими вечерними прогулками после отбоя? — проницательности мисс Лёр не было границ. Порой мне казалось, что она знает обо мне всё.

Глава 1.(08. Часть 2)

— Может отчасти, — проговорила я, сворачивая в спортивный корпус. Натали наверняка уже там…

Я посмотрела на Крис, когда поворачивала за угол, так что ничего удивительного, что я врезалась в кого-то…. И все мои книги рассыпались.

— Простите, — проговорила, не обращая внимания на того, кто меня задел. Я присела на корточки, собирая свои вещи.

Неожиданным было то, что парень, судя по форме, тоже присел, помогая мне.

— Всё в порядке, — отозвался голос… Рига Колтэра! Я тут же взволновано подняла глаза вверх, встречаясь с его карими. О, боже. Это же сам Ригон. И сейчас он помогает мне поднять мои учебники…

— Жду Вас в раздевалке, мисс Харвуд, — тактично проговорила моя подруга, ретируясь.

— С-спасибо, — я всё так же продолжала неотрывно смотреть в его завораживающие глаза, ощущая, как мурашки бегают по моему телу. Кажется, я покраснела, нахлынувший жар в щеках чувствовался отчетлива.

— Я не меньше Вас виновен в этом столкновении, — он так же неотрывно взирал в мои глаза. Затем его губы исказились в подобие озорной улыбки, — Думаю нам пора, — он бросил быстрый взгляд мне за спину, после помог подняться. Передал оставшиеся учебники в мои слегка запотевшие руки, — Ещё увидимся… мисс Харвуд, — он снова улыбнулся, обходя меня и скрываясь за поворотом.

Я обернулась, неотрывно смотря в удаляющуюся спину парня. Ригон уже переоделся в спортивную форму и сейчас неспешно направлялся к спортивной площадке в кругу своих дружков, подбадривающих его хлопками по плечу.

Он был здешней звездой. Такой недосягаемой. Лучшие оценки по всем предметам, смазливая внешность: высокий, стройный, светло-русые волосы, едва прикрывающие его карие глаза. Ригон, просто, воплощение идеального главного героя какой-нибудь книги. Но сегодня, впервые за столь долгое время, эта звезда обратила на меня внимание. Господин Колтэр даже имя моё запомнил…

— Так и будешь пялиться на моего парня? — поинтересовалась, проходящая в раздевалку, Мэй, — Бесполезная трата времени, мисс Харвуд. Он никогда не позарится на…

— Мисс Костианс, неожиданно осознавать, что Вы можете опуститься до ревности. Ещё более неожиданно понимание, что причиной тому стала я, — проходя мимо злобной блондиночки, проговорила я. Так необычно было давать отпор главной лисице нашего пансиона.

— Ты…. Ты ещё пожалеешь, что перешла мне дорогу, — прошипела Мэй, заходя в женскую раздевалку раньше меня.

Умею же я себе наживать врагов…

— Привет, — поздоровалась я с мисс Лейс. Сегодня мы с ней так и не сумели пересечься, а теперь необходимо было хоть как-то разбавить ту неловкость, что между нами сложилась.

— Привет, — отозвалась она, натягивая высокие гольфы, — Микас, я была неправа. Прости, — она обернулась и виновато посмотрела в мою сторону, — Я, правда, не знаю, что на меня нашло…

— Ничего, — я радостно улыбнулась ей, — Мы же подруги. Так что «мир»?

— Мир! — она тоже заулыбалась, подскакивая со скамьи и заключая в дружеские объятия.

Я обняла подругу в ответ. Хорошо, что всё так быстро решилось. Прям камень с души.

Кристина тоже подошла, навалилась на нас и стискивая обеих:

— Ну, раз всё так замечательно складывается, — проговорила она, — Как насчет, обсудить грядущий урок истории? Кто-нибудь готов?

Мы с Натали переглянулись, вопросительно смотря друг на друга. Поняв, что мы обе не готовы, я растерянно закусила губу и в надежде уставилась на Крис.

— Так и знала, — протянула улыбающаяся подруга. Затем она шустро достала листки работ и протянула нам с Натали, — С вас, мои дорогие, только прочесть и запомнить.

Теперь мы уже дружно обнимали Кристину, как главную спасительницу. Ну и продолжили шустро переодеваться на физ-ру.

Глава 1.(09. Часть 2)

Едва успела переодеться и запереть вещи в свой персональный шкафчик, как прозвенел звонок, оповещая о начале урока. Девочки тут же направились к выходу из раздевалки весело щебеча. В том числе Мэй, попутно задевая меня плечом.

На улице было зябко находиться. Прохладный ветерок пробирался под кофту, заставляя дрожать от мерзкой погоды. Казалось на улице меньше дести градусов, но учитель яро уверял всех в положенных пятнадцати.

После коротенькой разминки девочек распустили гулять, в то время как мальчишкам кинули мяч, позволяя участвовать в подвижной игре. Для большей массовки на этот урок стягивали все параллельные классы.

Пожалуй, это был единственный предмет, где я позволяла себе тайком любоваться Ригом Колтэром. Его влажными, от моросящего дождя, волосами, зачёсанными назад. Прилипшей к телу рубашкой, обрисовывающей рельеф мышц. Движениями его ног, перебирающими футбольный мяч во время игры…

Просто гулять мне не хотелось, поэтому я, расставшись на это занятие со своим «трио» подруг, легкой трусцой решила намотать пару кругов вокруг спортивного поля. Пробежка позволяла отвлечься от накопившегося, и хорошенько обдумать то, что я видела прошлым вечером, пока меня не застукала уборщица.

«Бригильмард». Страшное ведение чем-то напоминало недавние сны. И там и там таилась безжалостная пустота, повергая в ужас.

Что бы это могло значить?

Могли они быть связаны друг с другом? Или…. Меня вдруг посетила странная мысль, вследствие чего я остановилась, опираясь руками на колени. Воздух как будто разом вышибло из моих легких.

Где-то в небе прогрохотал гром, несущий за собой моросящий дождик и поднимающий бурю ветра. Но меня это не заботило. Я полностью была поглощена одной догадкой: А что, если это всё лишь предупреждение того, что может случиться? Вдруг я должна что-то предотвратить…

Раньше я никогда не считала себя героем, но может сейчас? Бредовая мысль, конечно... Разумеется, всё не так печально.

— Микас! — внезапно раздался окрик Крестин, заставляя мена выпрямиться и оглянуться на звук. Но то были считаные мгновения. Я всё равно ничего не успела бы сделать.

Подняв голову, я заметила лишь стремительно летящий мяч в мою сторону. Ещё секунда — снаряд поражает свою цель: я ошеломлённо хватаюсь за голову, не в силах издать и звука из-за нестерпимой боли. Ноги подкашиваются. Ещё мгновение и я, поскальзываясь на лужице, падаю на мокрый асфальт, вторично ударяясь головой…

Перед глазами зарябили черные точки…. Тошнота вдруг подступила к горлу. На границе сознания я услышала чьи-то приближающиеся размеренные шаги. Затем, неизвестный присел рядышком на корточки, оглядывая меня. Жаль: я не могла разглядеть его, лишь тёмный силуэт и развевающиеся волосы на фоне сгущающихся туч…

— Эй, ты как? — поинтересовался парень голосом… одного знакомого гада! — Не думал, что попаду…. Извиняй уж, - парень усмехнулся.

— Ты! — прошипела я, предпринимая безуспешные попытки подняться. Звон в ушах и темные пятна перед глазами — были мне ответом за нелепые старания. Похоже, Содерхил устроил мне неплохое такое сотрясение, — Подмена контрольных — это твоих рук дело?! - смерившись со своим положением, вопросила я.

Парень тихо рассмеялся, он и не думал что-либо отрицать:

— Тебя ЭТО волнует? — он опёрся на одно колено, дабы приблизиться ближе, — Придется тебе ненадолго потерпеть моё общество, — обхватив поудобнее Имри без усилий поднял меня на руки, — Тш-ш. Буйствовать будешь, когда сил наберёшься… в лазарете.

— Убери от меня свои…! — попыталась сопротивляться я, но очередной позыв тошноты не дал мне договорить пламенную речь.

— Ещё спасибо мне скажешь, малыш… — ответил он, куда-то меня унося.

Последнее, что я слышала перед тем, как окончательно провалиться в темноту, был неразборчивый галдёж учеников с преподавателем…. Взволновоный писк подруг.

Но, кажется, я слышала что-то ещё, похожее на насвистывание… одной знакомой мелодии! Из сна.

Глава 1.(10. Часть 2)

***

Сквозь зыбкую пелену сна различался едва уловимый диалог, слишком немыслимый, чтобы быть правдой:

— Это не она, — раздался голос нашей директрисы совсем близко от кушетки, на которой я лежала, не смея открыть глаза…

«Кушетка? Откуда в нашей с девочками комнате кушетка? Или я не в комнате…»

— А как же порез? — кто-то бесцеремонно схватил мою руку, больно сжимая запястье. Благо хватило сил сохранить молчание.

— Она могла получить его при любых обстоятельствах, — парировала матушка Агата.

— А всплеск силы? Здесь ты тоже отмахнёшься совпадением?! — мою руку наконец-то отпустили, — Дайна обнаружила эту дрянь на месте происшествия!

— Звучит убедительно, но у нас всё ещё мало доказательств. Он будет недоволен предположениями.

— А то, что мы ищем уже который год? Думаешь, это ему понравится?! — прошипела незнакомая мне собеседница.

— Мы не имеем права на ошибку! — слегка повысив голос, возразила директриса, поднимаясь.

— Предлагаешь выжидать? Как мы это делали всегда? — спросила более спокойно таинственная незнакомка.

— Нет, ты права. Нам нужно действовать решительней. В этом нам помогут «Видящие», — заключила мадам, после стук её каблучков направился в сторону двери, оповещая меня: директриса покидает кабинет.

— Ты приняла верное решение, моя дорогая, — проговорил всё тот же незнакомый голос женщины, удаляясь из кабинета вслед за матушкой Агатой.

Как только дверь за женщинами закрылась, я раскрыла глаза и огляделась. Белые стены, минимальное количество мебели, кушетка — обстановка напоминала больничное крыло, в котором я прибывала, когда попала в аварию, некоторое время назад. Наверное, это и есть лазарет пансиона… Ранее мне здесь не приходилось бывать, по этому не сразу признала местечко.

Тошнота не отступала, а свет от ламп казался болезненным для глаз. Вставать не хотелось, но и отлёживаться было неприятно. Поэтому я аккуратно встала, игнорируя чёрные точки перед глазами, и направилась в сторону спортивного зала. Медсестры в лазарете не было: и меня никто не останавливал.

Он всего пару дней здесь, а уже сумел вывести меня из строя. Если бы всё не было так печально, я бы восхитилась талантом этого парня добиваться своего.

Не знаю, сколько прошло времени, но, видимо, урок физ-ры уже закончился. Об этом говорили пустующие раскрытые шкафчики. Мне тоже не помешало бы переодеться: вся моя форма была измазана землёй и травой.

Но стоило мне открыть свой шкафчик, и я поняла неожиданное — за сменной одеждой мне придётся вернуться в женское крыло, ибо всё, что я видела сейчас, было залито какой-то пеной.

Поверить не могу, что всё это со мной происходит. Наверняка, это заслуга Мэй, она единственная из девочек ненавидит меня больше всех, а мальчикам в нашей раздевалке делать нечего. Только Мэй бы решилась на подобную проказу.

Спихнув пену, я достала свои вещи, в том числе и книгу, и направилась в комнату. Похоже, это будет самый долгий день.