Найденыш 9. Битва драконов (том 2)

Часть первая. Глава 1

Резиденция Меньшиковых, ноябрь, 2015

Последние дни ноября в Петербурге оказались весьма неприветливыми для горожан. С Балтики промозгло-сырым ветром натянуло грязно-серых облаков, плотно закрывших солнце, и столица сразу нахохлилась и съежилась как продрогший прохожий. От подобных вывертов природы уличное освещение приходилось включать гораздо раньше, но от этого город сразу превращался в нарядного модника и ловеласа, отбросив куда-то свою унылость.

Ярко освещенные электрическим светом витрины горделиво хвастались разнообразными товарами, глядевшимися куда выгоднее, чем при солнечном дне. Горели уличные фонари, словно шаловливые светлячки перемигивались гирлянды, растянутые на фасадах домов и на деревьях, скинувших с веток свой летний наряд; а мокрые тротуары отражали в не успевающих сохнуть лужицах блеск большого города.

То и дело с хмурого неба по невидимой указке природного дирижера лил мелкий холодный дождь, и нет-нет сыпал тающим над землей снегом. В эти дни без зонта неуютно чувствовал себя тот, кто не знал о хитростях местного климата (в большинстве своем в подобную ситуацию попадали гости столицы) и поэтому стремился как можно скорее приобрести важный атрибут уличных прогулок. Но, что интересно, никто не торопился скрыться в уютных номерах гостиниц или под крышей собственного дома. Петербург влюблял в себя и не отпускал до поздней ночи.

Вдали от столицы погода не шалила столь нахально. Чародеи-погодники относились серьезно к своей работе, и не давали сонму штормовых облаков особенно долго застаиваться над резиденцией императора. Чуть-чуть дождика на голые деревья парка, на желтый ковер листьев, покрывших скукожившиеся от холода лужайки – и, пожалуй, достаточно. Зато пряные запахи уходящей осени становились особенно острыми и будоражили чувства, заставляли с удовольствием глубоко втягивать в себя прохладный воздух.

Кряжистая фигура императора в свободном светло-коричневом пальто-кромби из верблюжьей шерсти выделялась на фоне поникших от сырости декоративных кустарников. Высокая, изящная, затянутая в длинное элегантное бежевое пальто с бархатным воротником женщина пристроилась рядышком, и старательно перешагивала небольшие лужицы, словно не желала, чтобы на сапожки попала хоть одна капля. Густые каштановые волосы спутницы государя свободно рассыпались по плечам и спине, а кокетливая беретка на голове как бы невзначай съехала к левому виску, придавая еще больше шарма красивой молодой даме.

- Удивляешься, зачем вдруг ты мне понадобилась? – поинтересовался Александр Михайлович. – Да еще так неожиданно и стремительно?

- Признаюсь, дядюшка, не ожидала, насколько в плотном кольце наблюдения находится мой дом на Обводном, - усмехнулась Тамара, крепко вцепившись в императорский локоть, и нахально привалившись к плечу крепкого мужчины. Родственные отношения позволяли ей подобные вольности. Меньшикову, судя по его добродушной улыбке, было приятно. – Я, вообще-то, в Петербург по делам прибыла, но стоило мне появиться в особняке, уже через двадцать минут на пороге маячил молоденький фельдъегерь с высочайшим приглашением. Разве я могла отказать? Кстати, где ты таких симпатичных краснеющих мальчиков набираешь, дядя Саша?

- Кто под рукой оказался, того и послал, - проворчал император и знакомым Тамаре жестом похлопал левой ладонью по карману. – Я же не виноват, что ты своей красотой можешь смутить любого дворцового службиста.

- Даже не думай, - погрозила племянница пальцем. – Ты очень много куришь, особенно в последнее время. Совсем о здоровье не беспокоишься.

- Хобби у меня такое, - Меньшиков не смутился, но руку от кармана убрал с видимым облегчением. Он знал о нелюбви племяшки к запаху табака и иногда жалел, что Тамара не его дочь. Хоть кто-то мог бы регулировать его страсть. – Вот отец твой, к примеру, любит коньяки коллекционировать.

Он намеренно в шутку сделал ударение на предпоследнюю гласную.

- И он тоже свое получит, - сурово ответила Тамара, и не выдержав, прыснула со смеху. – Ладно, расслабься, Ваше Величество! Не собираюсь я воспитывать взрослых мужчин. Поздно уже. Лучше расскажи, что за спешка, и зачем меня притащили за тридевять земель в твою резиденцию?

- Пообщаться захотелось с любимой племянницей, самым разумным человеком в моем окружении.

- Ой, как толсто! – рассмеялась Тамара. – Но как же Владислав?

- Он – наследник престола, а не любимчик, и этим все сказано. У него иные задачи. С ним я могу встретиться в любой момент, чтобы обсудить возникшую проблему. А ты, имеющая свой взгляд на вещи, живешь слишком далеко от престола. И твое мнение становится особенно ценным.

- Вы умеете польстить, Ваше Величество. Жду ваших объяснений.

- Кстати, вот причина, раз про цесаревича речь зашла. Он рассказал мне, как ты горячо точишь свои острые зубки на Устюг.

- А…ммм, - неопределенно промычала Тамара и даже отстранилась от дядюшки.

- Не такой я реакции от тебя ждал, - усмехнулся Меньшиков, глядя на молодую женщину, покрасневшую не хуже того фельдъегеря-мальчишки. – По словам Владислава, твои прожекты простирались не только на этот городишко, который, кстати, Бельские обихаживают, но и гораздо дальше…

- Ну и скажу! – тряхнула головой племянница, придерживая рукой, обтянутой тонкой кожаной перчаткой, свою беретку. – Почему до сих пор Никита не получил баронство? Мало сделал для нашей Семьи, для империи? Вообще-то, после моего спасения из лап бандитов и Хазарина вы уже тогда должны были отметить его значимой наградой! Ты же сам обещал присвоить баронство Назарову! Титул даст возможность применить свои способности гораздо шире! А насчет Устюга я и сейчас повторю: Бельских там не должно быть! У Никиты течет кровь Анциферовых, которые, кстати, тоже участвовали в освоении двинских земель. Уж кому брать управление Великим Устюгом – так это ему. Тем более, город входит в состав Вологодской губернии.

- Предлагаешь поставить его губернатором? – Меньшиков почувствовал, как племянница убрала свою руку с локтя, и заложил свои за спину.

Некоторое время они молча шагали по дорожке, выложенной терракотовой брусчаткой, следуя ее причудливым изгибам мимо кустов и клумб. Позади них незримо маячили телохранители, отставая на несколько метров.

- Пока не стоит, - Тамара признала невысказанную правоту императора. – Молод еще, да и нынешнего губернатора обижать не следует. Но насчет баронства-то, дядя Саша! Обещанное надо выполнять!

- Не могу ответить отказом, когда такая красивая женщина требует признания заслуг своего мужа, - не удержался от улыбки император. – Я все понимаю, Тамара, и никогда не держал в мыслях как-то обделить Никиту. Высочайшее распоряжение о баронстве уже давно лежит в папке для особых документов. Подпись я мог поставить в любой момент, но сдерживала неуемная активность Назарова. Пришлось подождать, пока он не наведет порядок в Верхотурье.

- Ты знал? – воскликнула Тамара.

- Мне положено знать обо всем, - кивнул Меньшиков. – За происходящим очень внимательно следили соответствующие службы, и заодно прощупывали связи криминальных структур, повадившихся загребать руку в государственную казну.

- Прощупали? – язвительно спросила Тамара, возмущенная циничным, но, в общем-то, правильным подходом дядюшки к делам государственной безопасности.

- Прощупали, - уловив нотки неприязни, спокойно ответил Меньшиков. – Очень интересные узелки нашли. Но это разговор не для тебя, дорогая. Скоро ты станешь баронессой, как и Дарья. Указ о титуловании я лично вручу Никите… скажем, на Ассамблее. Как тебе идея? Думаю, многие будут в восторге. Скажи ему, чтобы никуда не исчезал. Ну и публикация соответствующего распоряжения в центральной прессе, само собой…

- Спасибо, - чуточку растерянно произнесла Тамара и быстро взяла себя в руки, осознавая, насколько опасно давать преимущество в беседе со своим цепким дядюшкой. – Но давай вернемся к Устюгу, раз пошла такая пьянка… Фу, кто такую пошлую поговорку придумал?

- Она не пошлая, а отражает всю глубину народной мудрости и самоиронии, - глядя на верхушки желто-багряных крон, ответил император.

- Ты шутишь?! – воскликнула Тамара со смехом.

- Нисколько, племянница дорогая. Впрочем, что там про Устюг? Хочешь предоставить аргументы своей правоты?

- В первую очередь я хотела бы выяснить, зачем князь Федор Бельский ходил на Грумант? К тому времени большинство морских путей в северных водах уже были разведаны и занесены в маршрутные карты. Значит, цель была иная. Разведывательная экспедиция? Или что-то другое? Ведь на кормление просто так города не дают. Потому что нет внятных объяснений, почему Бельские, имеющие свои родовые земли под Петербургом, за тысячи верст окопались в Устюге.

- Тебе не задашь вопрос вроде «зачем ты хочешь знать», - усмехнулся Меньшиков.

- Даже не думай, - твердо откликнулась Тамара, игриво перескочив слишком большую лужу, и снова вцепилась в дядин рукав.

- Про Устюг тогда вообще речи не шло, - поневоле пришлось придержать расшалившуюся племянницу императору. – У Бельского была задача войти в Новохолмогорск[1], и поднимаясь по Двине, проследовать до устья Пинеги, перезимовать там и далее уже по ней следовать.

- А что там было такого, чтобы рисковать людьми?

- Искали бежавших из Новгорода бояр еще в правление Ивана Васильевича, - как-то нехотя ответил Меньшиков. – Район Пинеги в то время оказался под крепкой рукой бояр Авиновых и Борецких, осевших там и не желавших подчиняться централизованной власти Москвы, а затем и Петербурга. Сама знаешь, какие ветра перемен проносились над Россией, а новгородская вольница упорно считала те земли своими. Повезло отщепенцам, что государственные интересы в то время не простирались в такие таежные дебри. Живут себе аки звери в берлоге, ну пусть дальше продолжают деградировать. Таково было общее мнение Кабинета.

- Даша рассказывала почти такую же историю из своей Яви, - призадумалась Тамара.

- Я знаю, - кивнул император. – Мы очень обстоятельно расспросили Никиту о его путешествии в иную параллель. Действительно, до восемнадцатого века между нашими мирами ощущалось пугающее сходство в некоторых деталях, а потом мы пошли по другому пути развития. Император Константин, наш предок, высочайше повелел найти подход к сепаратистам, упрямо отрицавшим подчинение. Дескать, Новгородская республика, погибшая от рук «зело злобного государя московского», имеет право возродиться на земле, завоеванной ушкуйниками и Новгородом, и склонять голову не намерена.

- А по школьной истории чуточку другая интерпретация, - нахмурилась Тамара. – Даже я не знала, насколько там была ситуация сложная. Зачем скрывали?

- В те времена Пинега представляла из себя весьма дикий край, своеобразный фронтир, - тихо рассмеялся Меньшиков. – Именно эту версию преподают всем, но, если бы ты не выскочила замуж столь стремительно, имела шанс добраться до архивов и узнать много интересного. Ученые, исследователи, картографы вместе с егерями пробивались от Двины и от Мезени навстречу друг другу, чтобы полностью охватить обширную территорию с «белыми пятнами». В одной такой экспедиции участвовал и князь Федор Бельский. Неподалеку от Каргомени, на одном из наносных речных островов, коими богата Пинега, экспедиция попала в засаду. Новгородские люди проявляли невероятное упрямство и недоговороспособность, что почти каждая вторая встреча с государевыми людьми заканчивалась смертоубийством.

- И тем не менее Бельский получил Устюг?

- Получил, потому что продолжил идти вглубь земель, и именно он достиг каких-то договоренностей с Авиновыми и Борецкими. Благодаря его усилиям император Константин потом на основе этого своеобразного кодекса сумел наладить контакты со строптивцами. А дальше пошла работа дипломатов и чиновников.

- Дипломатов? – изумилась молодая женщина.

- Ну да. Таким образом Россия показала желание договариваться, ну и уважение к старшим родам сепаратистов. Тонкий слой елея на бутерброд самомнения и тщеславия оказались куда эффективнее, чем огнестрельное оружие и отряды боевых магов.

Меньшиков усмехнулся и замолчал. Тамара тоже призадумалась над ироничной фразой императора, а потом высказала свою мысль:

- Я тебя поняла, дядя Саша. Не видать нам Устюга как своих ушей.

- А хотелось? – император улыбнулся, отвернувшись на мгновение.

- Ну… для собственного тщеславия на бутерброд самомнения – да, врать не стану, - вздохнула Тамара и поправила беретку. - А умом понимаю: зачем такая обуза?

- Так я о чем речь веду? Зря, что ли, рассказал про Пинегу?

Император остановился перед остекленной беседкой, на крыше которой густым ковром лежали палые листья, и обхватив племянницу за плечи, повернул к себе, внимательно вглядываясь в ее лицо. Потом бережно тыльной стороной ладони вытер с порозовевшей щеки Тамары невесть как попавшую туда капельку дождя.

- Дочка, я очень симпатизирую вашей семье, и очень хочу видеть ее в Петербурге. Согласись, что координировать работу своих предприятий можно и удаленно. Никита особо не пострадает от подобного шага, ведь у него есть короткая дорожка из столицы в Вологду. Не распахивай так широко свои глаза! Они и без того красивые! Кому положено, тот уже знает, каким образом Назаров скачет из одного города в другой. Мы не обнаружили этот портал, да я и не особо настаивал отыскать его. Пользуйтесь спокойно. В далекой перспективе именно Петербург станет трамплином для ваших детей. Вологда – хороший город, но для амбиций очень плох. Он тормозит клановое развитие, не дает развернуться в полном объеме. Вот почему я не удивился, когда ты заговорила о желании прибрать к рукам Устюг. Ты уже ощущаешь потребность роста своей Семьи, клана. Но попытка столкнуть Бельских с Двины – плохая задумка.

- Дядя…

- В Петербурге у Никиты будет много шансов стать привлекательной фигурой для молодого дворянства, а заодно и примирить старую аристократию, взяв на себя роль Кормчего.

- Уже была попытка, - отмахнулась Тамара. – Представляю, как смеялись эти светские львы, когда узнали, кого князь Балахнин захотел поставить над ними.

- За битого двух небитых дают, - хмыкнул император. – Будет еще одна попытка, и она окажется удачной. У Никиты пополняется послужной список. Мои люди потихоньку распространяют слухи среди дворянства, как он жестко зачистил Верхотурье от преступной триады. Для простаков подобные реляции греют душу, а те, кто посмышленее – задумаются. Ведь то, чем занимается твой неугомонный муж, пойдет ему на пользу в будущем. Ты же не будешь этого отрицать?

- Отрицать не буду, но позволь усомниться, - вздохнула Тамара и поежилась. Прогулка несколько затянулась, и на улице посвежело. С моря снова потянулись вереницы дождевых туч. – Эта неугомонность каждый раз заставляет меня и Дашу жить в напряжении, ожидая возвращение мужа из очередной авантюры. Вот я и подумала, что нагрузка в виде Устюга остепенит его.

- Поэтому вам нужно возвращаться в столицу, - гнул свою линию Меньшиков.

- Да мы уже обсуждали этот вопрос, - поморщилась Тамара. – Возникают вопросы, где жить. Или на Обводном, что влечет за собой полное переустройство старого особняка и усадьбы, или вовсе приобрести землю где-то в пригороде. А это не так уж просто.

- Угу, в Петербурге со свободной землей проблема, - кивнул Александр Михайлович. – Особняк на Обводном хорош своей аутентичностью, таких домов сейчас не строят. Зачем ломать? Неподалеку от Озерков есть хорошее местечко…

- Ой, только не там! – рассмеялась Тамара и махнула рукой. – Не хочу рядом с Меньшиковыми жить. Начнутся бесконечные визиты друг к другу, пустопорожние разговоры, трата времени. Братик не упустит момента вовлечь Никиту в свои прожекты. Нет, еще раз нет!

- Мудрая ты женщина, племяшка, - вокруг глаз императора собрались лучики, но в глубине зрачков блеснули льдинки. – Тогда на южном берегу Залива могу предложить несколько гектаров.

- Заливу однозначно нет, - решительно отвергла Тамара. – Красивые места, конечно, но от комарья продыху не будет. Сырость зимой, ветра.

- Нет, речь идет о Копанском озере. Журавлиная коса, местечко такое. Шикарный сосняк, березняк, хорошая защита от ветров. Мягкий песок для пляжа, деткам очень подойдет.

- У нас есть Белое озеро.

- Да брось! Это лишь инвестиции и отдых набегами, не больше. А там, что я предлагаю, будет свой дом.

- Часом это не то место, где Морское ведомство испытывало торпеды? – проявила осведомленность племянница и грозно свела брови.

- Зело осведомлена! – делая изумленный вид, воскликнул Меньшиков, и не выдержав, рассмеялся. – Да, там была пристрелочная станция Морского ведомства. Но она уже давно перенесена в другое место, южнее, а местечко перепрофилировали под базу отдыха, отдали в городскую казну. Туда провели хорошую дорогу. Вот на противоположном берегу я и предлагаю вам выкупить землю для строительства родового имения.

- Щедро-то как, - пробормотала Тамара, прикидывая выгоды вместе с проблемами, которые обязательно возникнут, если рядом гражданский объект.

- На запад от озера густые леса, населения почти нет, разве что небольшие мызы. Хозяева их – редкие домоседы, но, если узнают о вашем поселении, начнут в свет выползать. И вам нескучно будет.

- Сомневаюсь… Ладно, дядя Саша, я поговорю с Никитой о твоем предложении. Да, и озвучь сразу сумму приобретения. Ты же не собираешься отдавать такой вкусный кусок бесплатно?

- Ты так плохо думаешь о своем любимом дядюшке? – Меньшиков хитро посмотрел на Тамару, сразу став похожим на сказочного Деда Мороза, разве что бороды и красного носа не хватало для антуража. – Эта часть земли лет сто уже в закромах нашего клана, а вот не удосужились облагородить ее. Поговори с мужем, аккуратно прощупай его желания, а потом скажешь свое решение. И я в торжественной обстановке вручу ему не только баронский титул, но и в довесок, как награду за проведенную операцию на Балканах – озерные земли. Просто не хочу навязывать подарки, к которым не лежит сердце.

- Я тебя поняла, дядя Саша, - посерьезнела Тамара. – Поговорю с Никитой, как только он вернется из очередного вояжа.

- Куда опять умотал твой благоверный? – скрывая недовольство, поинтересовался Меньшиков. Ему тоже не нравилась излишняя вольность боевого мага-артефактора, да к тому же офицера. Еще полностью не разгаданы тайны балканских амулетов, над которыми бьются чародеи Академии, кому обязался помочь Назаров, нужно контролировать постройку медцентра в Вологде, и что-то решать с оппозицией во главе с Балахниным. Или возглавлять это глупое движение, или зачищать политическое поле безжалостно, выдумав повод. А мальчишка упивается своей волей, как молодой и ретивый щенок, выпущенный на огромный двор, полный тайн и развлечений. Надо садить на цепь. Пока длинную, а там видно станет.

- Не поверишь, не знаю, - пожала плечами племянница и посмотрела на унылое небо, опустившееся так низко, словно хотело зацепиться за верхушки деревьев и остаться здесь навсегда. – Приехал из Верхотурья, тихой тенью побродил по дому – целый месяц! – и вчера исчез. Сказал, что ему нужно встретиться с очень важным человеком, от которого зависит спокойствие в Верхотурье, и возможно, в Вологде. Я с ужасом предполагаю, куда он мог направиться.

- Смею подумать, что сейчас этому человеку предстоит коренным образом изменить свои предпочтения, - странно усмехнулся император, поглядел на своих телохранителей, один из которых подавал какие-то знаки. – А пойдем-ка, дочка, пообедаем. Сегодня у нас такие щи наваристые, за уши не оттащишь! И на второе биточки из молодой телятины. И аппетит отменно нагуляли, а! Пошли, пошли. Не смотри на часы. Раз попала в лапы к любимому дядьке – не отвертишься от его гостеприимства!

Китай, Далянь

Ноябрь 2015 года

Господин Вей пил насыщенный густым ароматом зеленый чай билочунь, собранный на горе Дунтин неподалеку от Сучжоу и медитировал, разглядывая вальяжных белых лебедей, плавающих по рукотворному озерку. Среди них затесался один черный, горделиво изгибавший изящную шею. Он как будто знал, что является драгоценностью имения, окруженного огромным парком с изумрудной травой, сейчас, правда, поседевшей от утренних морозов.

Большой брат клана «Лотоса», укутавшись в теплый халат, сидел на мягкой подушке возле низенького столика, уставленного разнообразными плошками и тарелочками. Отдельно горкой возвышались сладости и выпечка, посыпанная сахарной пудрой и ванилью. Дымок из пиалы поднимался вверх и растворялся в легкой дымке, висевшей над озером и парком. За его спиной молчаливыми глыбами застыли четверо телохранителей. Их внимательные взгляды были устремлены в просветы между низкорослых сосенок с ажурными кронами и причудливо искривленными ветвями, для формирования которых нанимали специально подготовленных садовников.

Две миловидные девушки в черных халатах с вышитыми по ткани золотистыми лотосами ели глазами своего господина, боясь пропустить хоть какой-нибудь значимый жест рукой: подлить чаю или сменить блюда на столике.

Господин Вей никуда не торопился. Дела клана, в последнее время идущие не столь блестяще - не повод для суеты и нервных движений как у обеспокоенной змеи. Враги будут всегда, а разные ситуации возникают ежедневно, и реагировать на них нужно сообразно текущим потребностям.

В восемьдесят лет нужно наслаждаться покоем и созерцанием красоты: вот этим парком, окутанным волшебной дымкой, сквозь которую проступает пруд с лебедями; голые кусты разнообразных кустарников, сбросивших листву в преддверии зимы; рельефно проступающие крыши миниатюрных беседок и резных мостиков через рукотворные каналы, из которых изредка доносится кряканье уток.

Особого беспокойства за клан нет, словно говорило бесстрастное, сухое и испещренное морщинами лицо господина Вея. Нельзя заглянуть сквозь неподвижную маску и вглядеться в бездну, плещущуюся в глазах старика. Медитация и умение не реагировать на внешние раздражители всегда помогали главе клана решать в уме сразу несколько задач.

И в этот момент никто не мог подойти к нему: ни казначей, ни глава отдела защиты, ни «фу шан шу» - руководитель вербовки, ни прочие важные люди «Лотоса». Дело ведь не в безразличии к делам триады или старческая усталость. В этот момент господин Вей манипулировал своими энергетическими каналами, насыщая их магией, исходящей от Земли и Воды. Любое слово извне могло сбить желаемые настройки, и тогда участь посмевшего нарушить негу и покой старика незавидна.

А остротой ума «мастер горы» мог посоревноваться с более молодыми членами клана. Как любил говорить сам господин Вей, морщины на лице являются не признаком угасания, а серьезным предупреждением для собеседника. Старая змея опасна, в первую очередь, своей мудростью, а потом уже и клыками. Ну, а клыки у главы «лотоса» до сих пор оставались ядовитыми.

Он допил чай, и не глядя на служанок, выставил в их сторону руку, на ладони которой держал чашку из тончайшего белого фарфора. Тут же одна из девушек плавно шагнула к столику, взяла чайник с изящно выгнутым носиком, и в чашку полилась ароматная жидкость. В какой-то момент служанку что-то отвлекло, и она скользнула взглядом по странному мареву, сгустившемуся перед прудом. Чашка наполнилась до самых краев, напиток хлынул на дубленую кожу ладони.

Старик, кажется, впервые проявил признаки каких-то эмоций: изумление вперемешку с гневом. Дернувшегося было к нему одного из телохранителей он остановил коротким возгласом. Девушка побледнела, суетливо поставила чайник на столик и попыталась одновременно забрать чашку и вытереть руку салфеткой.

- Оставь! – господин Вей даже не повысил голос. Его безразличие еще больше испугало служанку. Она рухнула на колени и подползла к коврику с низко опущенной головой. – Убери ее с моих глаз!

Реплика предназначалась второй девушке, так схожей лицом с той, ползающей по траве. Она подхватила нерасторопную служанку и поспешила уйти подальше не от старика, а от жуткой клубящейся массы воздуха и тумана, постепенно темнеющего и обретающего форму воронки. Эта странная субстанция, образовавшаяся возле пруда, перепугала лебедей, и они, хлопая крыльями, быстро перебрались к противоположному берегу, сбившись в плотную стаю, закрывая собой черного собрата.

Двое телохранителей-даосов решительно вышли вперед и создали перед собой внушительную магическую завесу, насыщая ее всевозможными магемами, призванными усилить плотность и надежность защиты.

Господин Вей с интересом смотрел на стихийное представление, уже догадываясь, что за этим последует. Он словно забыл о руке, ошпаренной горячим чаем. Воронка опала и растеклась грязными обрывками тумана по земле. Молодой мужчина в безупречном белом костюме и в светло-желтой рубашке сделал несколько шагов вперед и остановился. С обеих сторон от него воздух еще раз всколыхнулся и обрел плоть двух существ: демона Огня и демона Текущей Воды.

Еще бы их не узнать опытному старику!

В глазах «мастера горы» вспыхнули азартные искорки, и не вставая с коврика, он негромко сказал:

- Уберите «завесу».

Не говоря ни слова даосы подчинились его приказу. Если Старший брат считает нужным остаться без защиты с глазу на глаз с белокожим гостем – значит, не видит для себя опасности. Вот только два демона, превратившихся в двухметровых людей – один с полыхающей кожей, а второй словно изморозью покрытый – внушали большую тревогу личной охране, заметно напрягшейся.

- Красиво здесь, - сказал молодой мужчина, с интересом рассматривая причудливый сад-бонсай.

- Я сегодня не ждал русских гостей, - в тон ему ответил господин Вей на родном языке повелителя демонов. – Особенно такого ранга.

- Извиняться не буду, - сразу предупредил незнакомец, подходя ближе. Демоны скользнули следом, обжигая багрово-алыми зрачками глаз застывших телохранителей. – У меня мало времени для согласования визита, но слишком много претензий.

- Я вас знаю, уважаемый? – Вей пристально взглянул на незваного гостя, звериным чутьем осознав, что этому человеку плевать на репутацию одного из могущественных людей побережья. И его бесстрашие подкрепляется не прирученными демонами (из какой преисподней он их извлек, интересно бы узнать!), а внутренней силой, льющейся из аурного контура.

Старик попробовал прикоснуться к одному из потоков и ощутил небывалый прилив эмоций и сил. Кровь словно забурлила как в молодости, глаза приобрели необычайную резкость, а запахи сада оказались настолько яркими и острыми, что Вей с трудом сдержал слезы.

- Не стесняйтесь, мастер, - улыбаясь, сказал русский. – Дозволено ли мне будет присесть рядом с вами и испробовать «билочунь»? Это ведь именно он?

- Чашку гостю! – по-китайски проговорил Вей, едва повернув голову в сторону уползших служанок. – И чтобы та ошибка была единственной в вашей никчемной жизни!

Намек на прощение был понят мгновенно.

- Да, господин! – обе девушки синхронно кивнули и обретя уверенность, обслужили гостя. Удивительным образом светло-зеленый напиток в чайнике оказался горячим, а подушка для сидения – необычайно мягкой и удобной.

Глава клана приветливым жестом показал гостю, чтобы тот присаживался и не стеснялся угощаться. Демон Огня сложил руки на груди и занял позицию в трех шагах от повелителя, а демон Текущей Воды показательно помял кулаки, отчего у телохранителей сменился цвет лица. Господин Вей отметил про себя, насколько демоны очеловечены. «Всадники» редко позволяют своим слугам показывать эмоции, иначе постепенно происходит слияние душ на всех уровнях, и тогда очень тяжело разорвать подобную связь. Вернуть демона в его инфернальную темницу станет невероятно сложной психологической проблемой. Интересно, насколько сильно повязаны повелитель и его слуги?

- Позволено ли мне узнать ваше имя, уважаемый? – поинтересовался Вей. Для него, привыкшего ко всевозможным чудачествам людей, такое поведение уже давно не вызывало раздражения и злости. Статус нынешнего гостя был куда выше и сложнее, поэтому клан-лидер спокойно и даже осознанно принял этот стиль общения. – Мне показалось, что я вас когда-то встречал.

- Мое имя – Ник, - поблагодарив кивком обслужившую его девушку, отчего у той даже сквозь беленые щеки проступил яркий румянец. – Мастер, не пытайтесь строить из себя плохого актера. Кто я такой, прекрасно известно вашей службе безопасности, впрочем, как и вам.

- Конечно же, - рука главы «Лотоса» обхватила маленькую седую поросль на подбородке. – Моя глупая голова уже не держит сотни мелких событий, произошедших за последние годы. Многое забывается… Ник. Вы тот самый юноша, живший в гостях уважаемого дядюшки Минша. Мои информаторы наперебой говорили о каком-то прирученном вами демоне…

Он скользнул рассеянным взглядом по монументальным фигурам неподвижных тварей.

- Вижу, эти байки не столь далеки от истины?

- Так и есть, - спокойно ответил Никита, не обращая внимания на продолжающуюся игру хозяина дома. – Именно мой демон помешал вашим инфорсерам сорвать сделку по заложнице.

Вей припал к чашке, неторопливо глотая ароматный чай. На самом деле он прятал злой блеск в глазах. Не удержался и позволил негативной энергии заползти в сердце.

- Но у вас два истинно Высших демона, - через минуту сказал глава «Лотоса».

- Я их коллекционирую, - слабая улыбка мелькнула на губах русского. – У каждого человека есть хобби: у кого-то общепринятые или необычные. А у меня – оригинальное увлечение.

- Зачем вы здесь, Ник? – решил перейти к делу Вей, поняв, что гость не намерен дегустировать сорта чая.

- Чтобы договориться с вами о зонах влияния, - снова улыбнулся Никита.

- Не понимаю, о чем речь. Вы желаете прийти в Далянь и начать свой бизнес?

- Как раз наоборот. Мне нет нужды лезть в город, где существуют две равновеликие триады. Я говорю о своих землях, где ваши люди перестали видеть границы дозволенного. А раз это произошло, я был вынужден наказать их и навсегда запретить резвиться на чужом пастбище.

Вей нахмурился, уже не скрывая своих эмоций. Но они касались не гостя, а тех, кто довел ситуацию до абсурда. Да, он понял, о чем шла речь. Один из каналов, по которому в казну клана шло уральское золото, прекратил свое существование. А потерявший ум и самообладание мальчишка Хи куда-то исчез. Значит, погиб. Что ж, поделом идиоту. Предупреждали его, чтобы не зарывался.

- Но вы появились в моем доме, уважаемый Ник, не за тем, чтобы покаяться?

- Каяться? – удивился Назаров, выбирая себе плюшку с сахарной посыпкой. – Да ни за что. Я знаю, что ваш инфорсер перестал подчиняться приказам отсюда, - он положил лакомство на середину столика. – Наказать его должны вы в назидание остальным слугам, и очень крепко наказать. Я не знаю, каким способом – не до такой степени извращен.

- К сожалению, не могу исполнить просьбу, - взяв с блюда засахаренный чернослив, Вей покатал его между подушечками пальцев. – Неразумный слуга исчез на просторах Белой империи. Вероятно, погиб?

- Об этом позже. Вы удивитесь, узнав правду. Но я здесь по другой причине. Нет, ультиматум выдвигать не собираюсь, и угрозы рассыпать тоже не буду. Речь идет о территориях, где могут столкнуться наши интересы. Верхотурье – мой город, и правила устанавливаю там только я. «Лотос» должен уйти оттуда навсегда и не мстить моему клану. Вы проиграли, господин Вей. Признайте поражение.

- А вдруг однажды вы придете в Иркутск или Благовещенск, к примеру? – сощурился «мастер горы». – Как будем делить сферы влияния?

- Вы уйдете и оттуда, - спокойно ответил Никита. – Между нами не должно быть никаких точек соприкосновения во избежание конфликтов.

- Однажды вы, уважаемый Ник, станете императором, и мне придется уйти из Белой империи? – Вей брезгливо посмотрел на почерневшие пальцы со следами растертого фрукта и отбросил его в сторону. – Где же будут границы вашего влияния?

- Там, где есть я. Да, таково мое предложение. Но вы можете не беспокоиться, императором я не стану.

- В истории достаточно примеров, когда владыкой становились люди, у которых в жилах не текла царственная кровь, - прикрыв глаза, покивал Вей. – И я не могу верить последним словам, потому что они не дают твердых гарантий. Это неразумно. Сделка становится весьма зыбкой.

- У Белого царя достаточно наследников, чтобы не допустить меня к трону, - удивился Никита опасениям китайца. – Вы рискуете не больше того, что потеряли. И с лихвой пополните казну русским золотом. Только в другом месте.

- И вы так спокойно рассуждаете о деятельности нашей корпорации на своей земле? – с нотками интереса спросил Вей. Чего в словах русского было больше: цинизма или скрытых ловушек? Жаль, сегодняшнее утро не пришлось разделить с казначеем клана. Господин Лю уехал по важным делам в Яньтай, и не сможет дать дельный совет. «Мастер горы» решил быть осторожным. – А как же приоритет государства над частным?

- Если бы вы так тщательно не изучили законы, уложения, принципы взаимоотношений аристократических родов России, всевозможные земельные споры и кровные обиды между ними – вряд ли полезли бы со своим бизнесом к нам, - скорее утвердительно произнес Никита, выкладывая очередную плюшку на стол. – У вас хорошие аналитики, господин Вей. Ну и вы сами расчётливый делец. Это, кстати, комплимент.

- Мне нужно подумать, - обронил глава клана. – Предложение не лишено смысла, но таит в себе определенные риски. Мой ход в запасе.

- Не спорю, - согласился Никита. – Сколько времени вам понадобится для консультации?

- Два часа, - Вей поднял руку и щелкнул пальцем. К нему тут же подскочили двое телохранителей и помогли хозяину встать с коврика. Даосы остались на месте, контролируя демонов.

Никита их пожалел. Находиться в жутком напряжении, ожидая от тварей какой-либо каверзы – та еще задачка. Дуарх и Ульмах таращились на красивых и обомлевших служанок, пугая их багровыми зрачками, и казалось, им нравилось развлекаться подобным образом.

- Не угодно ли пройти в дом? – глава «Лотоса», оказавшись на ногах, почувствовал себя неуютно. Этот белый варвар был выше него на голову, крепче в плечах, да еще держался уверенно, как будто не он находится в гостях, а сам Вей.

- Я, пожалуй, похожу по вашему парку, мастер, - неожиданно отказался Никита, демонстрируя свое нежелание идти на важные уступки. В доме он мог расслабиться и снизить требования, если возле него будут крутиться симпатичные девушки, которые с помощью неприхотливого общения могли вложить ментальные закладки для дальнейших манипуляций. Видимо, русский знал об этом. Кто-то ему подсказал, как вести себя в доме Вея. Дядюшка Минш, старый лис – личный враг клана «Лотоса», вполне мог научить белого даоса разным хитростям.

- Желание гостя – закон, - едва наметил поклон «мастер горы». – Если угодно, рядом с вами будут находиться вот эти прелестные помощницы. Понадобится что-то, только прикажите им. Только берегите руки. Ужасно нерасторопные девицы.

И он произнес длинную фразу, от которой на лицах служанок появился неописуемый ужас. Они задрожали, глядя на развеселившихся демонов, но покорно склонили головы.

Не показывая разочарования решением Назарова, господин Вей направился в дом, построенный в традиционном стиле из стоечно-балочного каркаса с многоярусными цветастыми крышами. Количество ярусов в доме клан-лидера говорило о его высоком социальном положении. Особое внимание было уделено декоративным элементам, в которых должны были присутствовать и драконы, но так как «Лотос» враждовал с одноименным кланом, то декораторы обошлись резными панелями в виде чешуек, а большую часть уделили распустившимся лепесткам знаменитого цветка.

Никита понимал, что его не оставят в одиночестве на такое долгое время. Парк хорошо просматривался со всех сторон, и несколько пар внимательных глаз за ним все равно будут приглядывать, как и служанки, в общем-то. Может быть и такое, что в складках длинных свободных халатов спрятано холодное оружие или некие магические амулеты для защиты хозяина, в нужный момент превращающиеся в последний довод для врагов.

- Хватит девчонок пугать, - нахмурил брови Никита и приказал демонам исчезнуть на время. Повернувшись к служанкам, подмигнул, знаками показал, что хочет покормить лебедей.

Девушка, пролившая чай на руку господина Вея, понятливо кивнула и сорвалась с места к стоявшей неподалеку закрытой беседке. Вероятно, это была хозяйственная постройка для слуг клана, где хранится разнообразный инвентарь. Через несколько минут миниатюрная девица с белеными щеками семенящим шагом приблизилась к Никите и подала небольшой бумажный пакет с каким-то кормом. Никита насыпал на ладонь смесь отрубей, зерен, мелко нарубленной зелени и все это бросил в воду. Лебеди поспешили на угощение, давая возможность полюбоваться собой.

- Надо тоже у себя таких птичек завести, - пробормотал вслух молодой человек. – Детишки рады будут.

Пока он гулял по парку, господин Вей консультировался со своими помощниками. Часть из них находилась в клановом доме, а других пришлось срочно вызывать из офисов.

- Вы уверены, Старший брат, что русский не блефует? – спросил идеолог клана Су Бей, разглядывая через огромное панорамное окно парк, по которому неспешно разгуливал Назаров в ожидании ответа. – Меня напрягает недвусмысленный намек на пропавшего Хи.

- Хи жив, - сцепив руки на животе, откликнулся Вей, сидя в громадном кожаном кресле. – Я об этом догадался, когда распознал причину появления демонов. Они шли сюда по следам этого несносного мальчишки, в котором я, увы, ошибся. Хи частенько бывал здесь, у него в памяти сохранились образы, с помощью которых русский вышел на меня.

- Назаров хочет использовать нашего брата в своих интересах, - подал голос «веер из белой бумаги», то бишь эксперт и администратор по финансовым делам Ли Демин. – Обычная практика, я не вижу ничего необычного. Вопрос в другом. А нужен ли нам человек, пошедший против недвусмысленных приказов свернуть оперативную деятельность и коммерческие дела по золоту и платине? Вместе с тем он решил возвести месть за личные обиды во главу важных дел. Чем это закончилось? Мы потеряли важный сегмент финансовых пополнений клана. Я предлагаю пойти на соглашение в обмен на Хи. А то еще наговорит невесть что. Порой информация разоряет куда сильнее, чем утекающее сквозь пальцы золото.

- Если уже не наговорил, - проворчал руководитель вербовки, худощавый подтянутый сорокалетний мужчина с сухой кожей лица и едва заметным шрамом над правой бровью. – Но я поддерживаю брата Демина. Хи нужно возвращать, хотя бы для того, чтобы выяснить степень его болтливости.

- А потом, в назидание другим, накажем его, - пожилой мужчина с солидным брюшком нервно задвигал пухлыми губами. – Неповиновение Старшему брату, угроза финансовым делам клана и потеря боевого крыла инфорсеров, заточенных на операции в России. За такое не только языка лишают…

- Не кажется ли брату Лао, что его обязанности несколько шире, чем заявлены официально? – с иронией спросил идеолог. – Как вы пропустили готовящуюся акцию наших инфорсеров в Петербурге? В результате ни один из боевиков не вернулся из русской столицы, а в маленьком уральском городке полностью потеряно активное крыло. Почему в начальной стадии при наборе новых людей вы не распознали в Хи зачатков неповиновения, не провели его фильтрацию?

- Я не даос, чтобы влезать в головы людей, - буркнул брат Лао, облизав губы. – Хи проявил себя прекрасным бойцом, не вам ли знать, брат Юшенг…

Мужчина со шрамом, к которому обратились с плохо скрытым упреком, нахмурился, на его скулах заиграли желваки. Он ничего не сказал, понимая бессмысленность пререканий. Набор инфорсеров идет через его ведомство. Нарушившего приказ Старшего брата нужно возвращать. Разве есть иные варианты?

- С отступником все ясно, - Вей пристукнул по мягким подлокотникам кресла, давая сигнал к окончанию дискуссии. – Гость ждет нашего решения по своему требованию. Как вы думаете, братья: стоит принять его требования? И каковы будут наши?

- Если Назаров упирает на безопасность своих пределов, мы тоже должны выстраивать стратегию безопасности, - откликнулся Ли Демин. – У нас десятки предприятий в Сибири, на Дальнем Востоке, на Урале. С последним все ясно. Русские оттуда нас выдавливают очень успешно. Есть информация, что Назаров вместе с князем Строгановым пытаются привлечь китайские торговые компании и коммерсантов для сотрудничества и развития своих земель. Проверяют связи с Триадами очень тщательно. Не вижу смысла биться головой в закрытую дверь. Сосредоточимся на Сибири и далее по Амуру.

- Назаров может прийти и туда, - возразил Вей, внимательно выслушав финансиста.

- Маловероятно, - отрезал Ли Демин. – Он и так уже распылил свои силы на огромной территории. Верхотурье ему навязано очень умело. Если Назаров не определится с приоритетными целями, в будущем на него свалится большое количество проблем и необходимость искать выход из тяжелой ситуации. Активы могут стать громоздкими, что повлечет за собой лихорадочные метания между необходимостью безжалостно рвать некоторые связи и долгом перед кланом. Верхотурье – последний мощный актив Назарова. Дальше он не пойдет. Думается, мальчишка наелся, что и сам понимает.

- Хорошо, убедил ты меня, брат Демин, - кивнул Вей. – Есть ли у него возможность стать императором? Тогда он может действовать из Петербурга, не вставая с трона.

- «Всадник» демонов может им стать только в случае силового смещения Меньшиковых, - уверенно ответил финансист, - причем, если сам возьмется за это дело. А по-другому не получится. У нынешнего белого императора есть сын и два родных брата. Теоретически, чтобы добраться до власти, Назарову потребуется лет тридцать-сорок, чтобы устранить всех претендентов.

- У него жена – племянница Белого императора, - напомнил Демин. – Не пойдет Назаров на устранение Меньшиковых.

- Я видел двух высших демонов, - продолжал сопротивляться Вей, чувствуя угрозу от гостя. Ощущение это зародилось в самой глубине души и тихо лежало, свернувшись комочком. Кто знает, какой монстр вырастет из него? – С такими слугами я бы сам, не колеблясь, взял себе все, что нужно.

- Но тогда Хи ничего не останется, как сливать по капле информацию по нашему клану, - поддержал финансиста брат Юшенг. – День за днем, месяц за месяцем. Белому русскому торопиться некуда, и он соберет полное досье на каждого из нас.

- Хи не имел полного доступа к секретам «Лотоса», - Су Бей отвернулся от окна.

- В капле крови хранится вся информация о роде человеческом, - задумчиво обронил Вей. – Хи нужно вырвать из плена русских только по одной причине: пресечение шантажа и манипулирования. Мне не нравится быть под дланью чужака. Я принимаю требование гостя. Брат Демин, подготовь решение по сворачиванию деятельности в Верхотурье и Тобольске, выводу оставшихся активов в подконтрольные нам банки. Брат Юшенг, целесообразно оставить агентуру на местах. Нужно как можно глубже внедриться в логово врага и следить за обстановкой. И больше никаких действий!

- Я все понял! – наклонил голову главный вербовщик.

- А теперь настало время пригласить белого гостя в дом и объявить наше решение, - Вей недвусмысленно кивнул на резную ширму, отделявшую совещательную комнату от тайной комнаты, куда его советники ушли. Она была ценна своей защитной функцией, не позволявшей проводить магическое прощупывание на предмет человеческой ауры. Поэтому нахальный русский, обладая несомненными возможностями, не поймет, что глава клана находится не один. Разговор услышат братья и сделают надлежащие выводы.

Никита, увлеченный парковой релаксацией, не заметил, как пролетело время, и только подошедший к нему похожий на подростка китаец в безупречном черном костюме, низко поклонившись, на плохом русском попросил гостя пройти в дом.

- Вы меня поставили в неловкое положение, господин Назаров, - с легкой укоризной произнес Вей, встретив Никиту на середине комнаты. – Получается, что я не чту законы гостеприимства. Скажите, это был намеренный ход?

- Абсолютно, - без тени смущения кивнул Никита. – Вы не уследили за своими людьми, которые довели наши непростые отношения до состояния локального конфликта. Пострадали мои родственники, мои слуги. Будет странно, если я покажу свою терпимость к агрессии со стороны «Лотоса».

- Я бы тоже не потерпел, - застывшая маска на лице главы клана ожила. – Я отвечаю за своих людей в любом случае, даже действуй они вопреки моим приказам. В конце концов, наши Семьи не находятся в состоянии войны.

Мастер Вей заметил, что Назаров на какое-то мгновение прикрыл глаза, словно пытался увидеть в эфирных потоках чужеродные вплетения аур; скорее всего, ему не удалось пробить щит, за которым находились помощники Старшего брата. Он расслабленно опустил плечи.

- Я хочу слышать ваш ответ, господин Вей.

- Мы уходим из Верхотурья, прекращаем всяческую коммерческую и финансовую деятельность во избежание конфликтов. Пожелания насчет недопустимости контактов в других русских городах, где распространится ваше влияние, услышаны.

- Прекрасно, - Никита сохранил бесстрастность на лице. – Вы разумный человек, мастер. Осознаете ошибки и пытаетесь их исправить. Я так понимаю, у вас есть свое требование?

- Мне нужен человек по имени Хи, - Вею показалось, что в глазах белого гостя мелькнуло удовлетворение от уступок главы «Лотоса». Неужели где-то была заложена ловушка?

- Логично, - пожал тот плечами. – Требовать какой-то иной компенсации за своих боевиков, вышедших из повиновения – неразумно.

Вей снова сдержался. Случаются моменты, когда следует улыбаться в ответ на дерзость. Молодой русский откровенно дерзил, как будто пытался поколебать уверенность главы клана, вызвать у него нужную реакцию на события, и этот момент очень смущал старого «Мастера горы». Не стоило забывать, что гость однажды помог заклятому врагу из «Драконов», и теперь мог действовать в его интересах. А если это провокация с целью выбить с побережья конкурента? Война между кланами и так не прекращается, но что будет, если в нее вступит Назаров? Вернее, каковы шансы такого события?

- Вам нелегко выполнить пустяшную просьбу? – придав голосу удивление, спросил Вей.

- Нисколько, - рассмеялся Никита. – Полагаю, у вас в клане есть сильные даосы, умеющие ориентироваться в инфернальном пространстве?

Мастер ощутил, как у него все сжалось внутри. Он и забыл на мгновение, что перед ним находился «всадник», в подчинении которого есть двое высших демонов. По щелчку пальца они играючи развалят этот дом и уничтожат всех, кто попадется под их магическую атаку.

- Хи где-то там? – изумление само по себе проявилось на морщинистом лице Вея. Скрюченный палец показал вниз.

- У меня нет никакого желания возиться с человеком, пытавшимся убить мою молодую родственницу, - голос Назарова мгновенно стал жестким. – Поэтому я просто «покажу» путь вашему даосу к Берегу Мертвых. Не знаю, как это звучит по-китайски…

- Достаточно и этой подсказки, - ожил Вей, демонстрируя прекрасное знание северных эпосов.

- Отен Ксоор! – Никита намеренно не стал произносить настоящее имя демона Воды, опасаясь перехвата ментальным управлением какого-нибудь ушлого даоса, один из которых сейчас прятался за магической ширмой. Имея в слугах тварей, для которых подобные преграды всего лишь детская забава, можно строить свою стратегию, предсказывая любую каверзу опасных противников.

Ледяной вихрь промчался по гостиной, покрыв изморозью мебель ручной работы и панорамное окно. В комнате сразу стало серо и неуютно. Ульмах Тор Аз материализовался в образе широкоплечего с голым торсом викинга, главной достопримечательностью которого были густые пшеничные усы. Сложив руки на груди, демон замер в ожидании приказа.

- Взял моду со своего дружка, - проворчал Никита, скрывая улыбку.

- Прости, хозяин, - играя раскаяние, пророкотал Ульмах.

- Дай мне след пленника.

- Да, хозяин, - демон вытянул руку, на котором лежал круглый медальон с цепочкой, заиндевевший от холода.

Никита взял его и продемонстрировал светящийся рунами кругляш Вею.

- Что это такое? – китаец уже понял, что находится в старинном медальоне из бронзы. Наверное, кусок плоти непутного Хи. Брезгливо повел носом, как будто пытался уловить запах, исходящий от артефакта. А еще его серьезно напрягала

стоявшая рядом тварь с татуировками в виде переплетающихся между собой рун на синеватой коже.

- След, - откровенно издеваясь, ответил демон. – Поторопись, старик. Еще несколько дней – и аура рассыплется в прах, а твой человек навсегда останется в ледяной могиле.

Большой брат заставил себя промолчать, чтобы не усугубить ситуацию.

- А теперь слушайте мое условие, Мастер, - Никита сжал медальон в кулак и шагнул в середину зарождающейся воронки. – До конца недели «Лотос» должен покинуть мой город. Я бы мог потребовать более скорого исполнения, скажем, до завтрашнего дня…

- Мы не успеем, - быстро ответил Вей.

- Я так и подумал, - кивнул молодой волхв. – Поэтому и даю время. Как только вся структура «Лотоса» покинет мои земли, я лично отдам вам или вашим связникам вот этот медальон. Поторопитесь, господин Вей. И прощайте.

Демон превратился в зыбкую аморфную фигуру и слился с темным коконом воронки. Обжигающий морозом ветер еще раз ударил в лицо ошеломленного Вея – воронка рассыпалась мелким крошевом битого льда. Переступив через тающие лужицы, 489-й в классификации Триады или шан-цю, он же «мастер горы», «владыка воскурения» медленно добрался до своего мягкого и удобного кресла, рухнул в него, лихорадочно обдумывая ситуацию, которая ему совсем не нравилась. Мальчишка его переиграл, продавив свои требования. Но господин Вей знал, что в вечной битве двух противоположностей никогда не будет победителей. Только лишь временный перевес. И он надеялся однажды воспользоваться преимуществом своего жизненного опыта перед нахальством и дерзостью молодости.

Примечание:

[1] Новохолмогорск – Архангельск в реальной истории

Глава 2

Вологда, «Гнездо», ноябрь 2015

- Тебе уже не снятся пророческие сны? – спросил Никита, играя прядями волос Тамары; серебристая полоска лунного света нашла себе дорожку между неплотно сдвинутыми шторами и осветила умиротворенное лицо жены.

- Если бы не задал вопрос, даже и не вспомнила про них, - тихо хмыкнула Тамара и приподнялась, глядя на Никиту. – Знаешь, нет. Я вообще в последнее время не придавала этому значение. То-то по утрам встаю и не могу понять, что со мной не так… Как будто не хватает деталей в обыденности жизни. За день накрутишься, анализировать некогда. Надеюсь, фармагики вышли окончательно.

- Да уже столько лет прошло, - засмеялся волхв, прижимая к себе жену. – Пора бы забыть о них.

- Такое забудешь, - проворчала Тамара, внутренне содрогнувшись от воспоминаний. Зарубка такая, что и годы не смогут до конца затянуть их. Легким движением провела пальцем по груди. – А почему спросил? Зная тебя, опять подозрения появились.

Никита задумался на мгновение, не зная, как облечь свои мысли в нужные слова.

- Я долго думал над предложением твоего любимого дядюшки, а в голове один вопрос крутится: к чему такая щедрость? Вот так просто отдать нашей семье клановые земли возле Копанского озера в вечное пользование – не та награда, которая положена офицеру, выполнившему воинский долг согласно присяге. Заметь, отдает Назаровым, а не Меньшиковым! Что стоит за подарком?

- Скажешь, и баронство не заслужил? – возмущенно загорелись глаза любимой. Она даже приподнялась на локте. – Я, понимаешь, распинаюсь перед человеком, владеющим просто невероятными просторами и ресурсами, всяческие подарки для тебя выбиваю. И что слышу в ответ? Какие-то сомнения! Назаров, предупреждаю: мне нужен мужчина, который стремится к вершине, а не ленивый приспособленец!

- Кровь Меньшиковых закипела, - пошутил Никита и привлек к себе Тамару, не давая ей возможность применить силу ледяных клинков. А то когда-нибудь исполнит свою угрозу и нашинкует на мелких Назаровых. Возмущение молодой женщины было не наигранным, уж такие вещи волхв умел читать по аурным всполохам в виде ярких желто-алых и золотистых змеек и завихрений.

- Ошибся, дорогой, это кровь Суворовых бушует, - пробурчала жена и хотела еще что-то сказать, но Никита использовал самый действенный способ в постельных спорах: закрыл ее губы поцелуем.

Через некоторое время он оторвался от них и с улыбкой произнес, проведя пальцем по щеке замершей Тамары:

- Я ценю, что ты делаешь для семьи и меня, солнышко. Подарок императора – очень серьезный ход с его стороны. Вопрос в другом: а куда нам столько активов? Что мы выиграем, переселившись на Копанское озеро? Тишину, свежий воздух и много земли под родовую усадьбу? Согласен, это очень вкусное предложение. «Гнездо» даже проигрывает в плане безопасности и обороноспособности, но здесь жили мои предки, Патриарх, мама. Кровью все оплачено… Слушай, а не легче ли просмотреть вариант с особняком на Обводном? Снесем старое здание, кроме той части, где скрыт портал, после чего перекинем линию в нужное место. Если возникнет непреодолимое желание жить в Петербурге, то Обводной становится самым лучшим вариантом. Тебе самой хочется мотаться за сто с лишним километров в столицу на макияж или педикюр?

- Портал протянем, - рассмеялась Тамара и потерлась носом о щеку Никиты. – Свяжем все наши дома единым тоннелем. Ты знаешь, я разговаривала с дядей Сашей о наших перспективах в Устюге. Он четко дал понять, чтобы мы не раскатывали губу на чужие земли. И поэтому любезно предоставил вариант с озером. И еще одна деталь едва не ускользнула от моего внимания. На государственные посты тебе рассчитывать не стоит, если не пойдешь в вассальную зависимость к Меньшиковым. Но поддержка в любых начинаниях гарантирована.

- О вассалитете и речи быть не может, - не задумываясь, ответил Никита. – А вот то, что дядюшка проталкивает идею Балахнина под свои интересы, я уже понял. Он считает меня способным взять под контроль все аристократические семьи и навязать им некую идею, отвлечь от мыслей сменить политический курс страны.

- Всех не очаруешь, - возразила Тамара, да Никита и не спорил. – Там слишком большое расслоение по взглядам на жизнь. Например, Воронцовы не скрывают своей лояльности власти, но всячески соблюдают нейтралитет. Кстати, очень много денег вкладывают в детские организации по отдыху и досугу, помогают малоизвестным художникам пробиться на вершину… Могу еще назвать с десяток фамилий…

- Не надо, - Никита прижал ладонь к губам Тамары. – Все понимаю. Есть прослойка аристо во главе с Балахниным. Твой венценосный дядюшка хочет переломить его хребет соломинкой, чью роль должен сыграть я.

- Не забывай про Владислава и его предложение, вполне разумное, как по мне, - жена нырнула под руку Никиты, закопошилась, устраиваясь поудобнее. Тихо засопела. – Когда он сядет на престол, ты должен иметь в обществе огромный вес. Торопись неспеша… Да, и не забудь про свиток для дяди Саши, раз обещал…

Она еще что-то пробормотала, уже неразборчиво, и заснула. Никита погладил плечо супруги, ощущая бархатистость кожи; его рука скользнула вниз и замерла в районе солнечного сплетения. Картина, которую он впервые увидел через магическое зрение несколько недель назад, сейчас его удовлетворила. Почему Тамара еще не сказала о своей беременности, оставалось загадкой. Жена волхва должна понимать, насколько призрачны шансы утаить зародившуюся жизнь от проницательного взгляда одаренного. Хочет преподнести сюрприз по случаю?

Нужно обязательно свозить Тамару к Источнику, пока не упущена возможность наградить будущего ребенка уникальным Даром. У Ярослава необходимая база для развития уникальных способностей (пока неясно каких именно) была заложена в первый месяц нахождения в материнском лоне. Вероятно, существует какой-то механизм формирования магических задатков именно в этот период, и пропустить его было бы непростительной глупостью. Опасность? Даша ни разу не жаловалась, что у Ярика какие-то проблемы со здоровьем. Живчик, крикливый младенец.

Понимая, что занимается вопросами не своей компетенции (ох, Оленька взгрела бы его за подобные мысли!), Никита улыбнулся, ощущая приятный жар от крохотного комочка жизни. А потом тихо встал, ощутив босыми ногами мягкий ворс ковра, надел халат и направился в кабинет.

Он стал ощущать потребность работать со свитками по ночам. Возможно, этому способствовала возможность побыть одному, не отвлекаясь на всевозможные раздражающие факторы: от безопасности имения до мелких потребностей каждого жителя «Гнезда» и «Родников». Но это был его клан, его Семья. Безразличие к повседневным мелочам подтачивает фундамент благополучия, затягивает душу ленью. Нельзя до такого опускаться. Никита осознавал, что подобный образ жизни «грозит» ему до самой кроды, когда дети и жены взойдут к ладье попрощаться с ним, и впадал в меланхолию. Создание свитков спасало его. Да и слишком рано думать о вечном.

Он достал свиток из резного тубуса, изготовленного клановым краснодеревщиком, и раскатал под лампой, чуть-чуть уменьшил интенсивность свечения. С помощью мощной лупы стал разглядывать тонкие линии, тянувшиеся в самый центр намеченного плетения.

Подарок был почти готов, но хотелось довести его до полного идеала. После встречи с цесаревичем в Озерках Никита задумался о предстоящих переменах в императорском доме. Не зря тогда Владислав Александрович обмолвился о своей готовности ждать сколько угодно. Прозвучавшая из уст наследника фраза таила в себе серьезную двусмысленность.

Никита напитывал свиток очень мощной магической энергетикой. Каждая линия, впечатанная в кожу, несла в себе разнообразный функционал: от целительских до защитных. Императору требовался эффективный инструмент поддержки здоровья, и Константин Михайлович намекал зятю, не пора ли задействовать медицинскую капсулу? Никита представил себе, как в Вологду наедет армия силовиков и окружит здание «Изумруда», чтобы ни одна птица не вздумала летать в радиусе пяти километров, распугает всех жителей и парализует экономическую жизнь города. А первый корпус Медицинского центра будет готов только к концу следующего года. Великий князь предложил не самый лучший вариант, прекрасно зная, что Никита на него не согласится. Любил средний Меньшиков мутные схемы, и об этом забывать нельзя.

Свиток казался наилучшим выходом на первое время. Почему бы и не попробовать? Набросав схему плетений, похожую на растянутую между веток паутину, он начал сводить нити с периферии в центр, где должна скапливаться вся мощь целительской магии. А руны запечатывали энергетические каналы, таким образом увеличивая полезный функционал. Работа кропотливая, требующая сосредоточенности. Ночь для этого – самое лучшее время.

Решив размяться, Никита встал из-за стола и подошел к двери. Тихонько приоткрыл ее и прислушался. Большой дом умиротворенно спал; откуда-то слышался легкий топот Варьки. Кошка, как и подобает хищнику, вышла на охоту. Не понятно, правда, кого она выбрала в качестве жертвы. Мышей трехцветная бестия вывела в радиусе километра, разве что поиграться вздумала с какой-нибудь детской игрушкой.

Что-то не давало покоя. Снова засев за свиток, волхв проанализировал последние события. Вернувшись в Верхотурье из короткого вояжа в Китай через инфернальный портал, он еще сутки находился в городе, раздавая указания. А потом встретился наедине с Хирургом, предложив разыграть партию с обозленными неудачей китайцами, в которой старый вор должен оказаться одной из ключевых фигур. Никита надеялся, что правильно оценил опасность со стороны триады «Лотоса». Не простит господин Вей потерю уральского рынка. Обязательно захочет взять реванш.

Хирург, к удивлению волхва, согласился. Выслушал внимательно, но предупредил:

- Я сошка мелкая, но был на хорошем счету у руководства «Лотоса». Да и след из прошлого очень специфический. Если клюнут – разыграем их как лохов. Но мне надо…

Вор замялся, и Никита правильно расценил его желание:

- Ты с сегодняшнего дня официально принят на должность старшего учетчика компании «Золото Верхотурья». Барон Коваленко поставлен мною в известность, и чинить препятствия не станет. Если возникнут вопросы, которые можно решить без моего вмешательства – обращайся напрямую к нему.

- А он знает, кто я такой по жизни? – Хирург повертел в руках темно-зеленый пластик банковской карточки с гербом Назарова.

- Нет. Обычный пройдоха, стреляный воробей, прошедший десятки приисков, - усмехнулся Никита. – Не беспокойся. Личный интерес барона по твоей персоне будет блокирован. Я позабочусь об этом.

- И то хлеб, - вздохнул Хирург. – Когда приступать к работе?

- Завтра и начинай. У тебя будет личный водитель. Не на велосипеде же по приискам кататься!

- Разумно. Благодарю, хозяин.

- Главное, не проворонь момент, когда появятся эмиссары от Вея. Со мной связываться не надо. Посредником будет Ильяс Бекешев. Он тебя сам найдет при необходимости. Звонить мне не нужно. Работай спокойно. Я подозреваю, китайцы оставили в Верхотурье своего человека, и первое время все бывшие работники «Лотоса» будут под плотным наблюдением.

- Хм, поэтому я и получил такую жилу в компании, - догадливо ухмыльнулся Хирург.

Они расстались вполне довольные друг другом. Никита не испытывал угрызений совести, хоть и давал слово Тамаре больше никогда не прибегать к помощи уголовников. Однако волхв понимал, какое гнездо разворошил. Если мастер Вей примет достойно свое поражение и уйдет с русского Урала – это будет очень хорошо. Но триада по природе своей мстительна, и отдавать территории, которые она почему-то считала своей кормушкой, не намерена. Вот почему Никита «засветил» свое мощное оружие перед главой «Лотоса». Следующая дерзость со стороны китайцев станет последней. Достаточно Дуарху и Ульмаху легонечко рассвирепеть – половина Даляня будет уничтожена. К радости клана «Дракона».

Причудливые сплетения разнообразных проблем наталкивали на одну мысль, которую прозорливо озвучил Хирург:

- Тебя, барин, намеренно связывают по рукам и ногам подальше от столицы, где ты можешь принести больше пользы для своего клана и общества, если, конечно, не боишься такого бремени. Сейчас ты находишься в окружении драконов, которые смотрят на тебя с усмешкой и снисходительностью. Они не воспринимают тебя как сильного игрока, и в то же время вынуждены учитывать, что император на твоей стороне.

- И что делать в таком случае? – кофе уже был допит, на кухне стоял густой табачный запах от суровых папирос. Никита приоткрыл форточку, не забыв поставить защитный полог от чутких ушей соседей Хирурга.

- Я букашка под вашими ногами, барин, - криво улыбнулся вор. – Маленькое, глазастое насекомое. Меня можно не слушать, но жизнь давно подсказала, что я редко ошибаюсь. Тебе, Никита Анатольевич, нужно выбирать сторону. Оставаться посередь вертящихся жерновов опасно, покуда жирок не набран. Хочу предупредить: не бери больше активов. Грубо говоря – кусок в горле застрянет и задохнешься.

- Что за активы?

- А вот сие мне неведомо, - пожал плечами Хирург. – Земля, недвижимость, фабрики, заводы, совместные паи… Все, что сейчас есть, вот это и должно работать на клан.

- Финансовые и торговые союзы тоже побоку? – Никита вспомнил слова Ксении Старшиновой, обещавшей свести его с высокими людьми из купеческой гильдии.

- Ну почему? Они не обременяют своей необходимостью разрываться между семьей и долгом империи.

…Никита снова прислушался к странным звукам. Они шли не из дома, и явно не от бодрствующих охранников. Волхв аккуратно закрыл дверь и подошел к окну, прежде всего погасив лампу. Отодвинул штору и приник к стеклу, усилив зрение с помощью магических каналов. Куда-то ушла бархатистая мягкость ночи, все предметы стали резкими в серых тонах. Деревья в парке уныло покачивали голыми ветвями на ветру, далекое свечение силовых щитов по периметру усадьбы создавало иллюзорную картину умершего мира. Но это было не так.

На небольшой лужайке, которую облюбовали дети для своих игр, мелькали три несуразные фигуры каких-то животных. Они стелились по земле, совершали какие-то прыжки, вставали на задние лапы и бросались друг на друга, покусывая шею или ухо. А звуки, которые насторожили Никиту, исходили от них. Тонкий скулеж, какое-то скрежетание и пощелкивание – все это создавало какой-то непривычный шумовой фон в магическом диапазоне.

«Это же Вожак со своей стаей, - догадался Никита. – А что вдруг твари вылезли из своей инферно-норы без приказа Полины? Самовольничать вздумали или учуяли опасность?»

Вожака он узнал по массивной холке, с отчетливо проступающими через короткую жесткую шерсть гребнями. Гончий кружился вокруг прижавшейся к земле Милке и не забывал прыгать на Серого, когда тот подходил ближе и нюхал сестру.

«Охренеть, - совсем не по-аристократически подумал Никита, - да у них же гон начался! Только почему сейчас? Или в преисподней все равно, когда размножаться? Да и физиологически вроде бы рано? – и сам же фыркнул от этой мысли. – Откуда нам знать, что происходит с организмом инфернальной твари. Надо узнать, есть ли в России специалисты подобного направления. Каримовых, кстати, можно спросить. Или Тэмико, японскую супругу Данилы Всеславича. В таком случае в Дашину Явь идти надо, что в нынешних условиях несвоевременно».

Он оторвался от окна, и покачивая в удивлении головой, вернулся к столу, снова зажег лампу. Нити плетений на разложенной коже вспыхнули золотисто-желтыми трассерами. Замкнув последние контуры, Никита облегченно вздохнул. Теперь нужно набраться терпения, чтобы свиток набрал магической силы, «созрел» для использования. Два-три месяца маловато будет, но Константин Михайлович больно уж торопит. Не к добру все это. Неужели у императора очень серьезная проблема со здоровьем? Тамара ничего не знает, или ее умышленно оставляют в неведении. Остается ориентироваться на активность цесаревича Владислава. Неужели он уже к моменту встречи с Никитой что-то знал? Были ведь какие-то намеки в разговоре!

Свернутый свиток туго зашел в тубус. Закрутив крышку, Никита прочертил на ней руну «замок» и положил деревянный футляр в сейф. Идти сейчас в подвал, будоражить охрану не хотелось. А посему – пора спать, глаза начали слипаться. И не забыть бы спросить Полину, вызывала ли она своих подопечных?

****

- Конечно, папа, - болтая ногами, дочка не забывала уничтожать свежие лепешки, которые с утра приготовила Надежда, и запивала их молоком. – Я приказала Вожаку охранять наш дом ночью.

- А зачем? – удивленно спросила Тамара, изогнув брови. Она не любила Гончих, и возня Полины с этими мерзкими инфернальными животными вызывала у нее справедливое опасение. Мало того, что сама с ними играет, так еще и детей, живущих на территории усадьбы, вовлекает. Останавливало женщину от репрессивных мер странная и невероятная преданность тварей к дочери.

- Папа очень беспокоится, - простодушно откликнулась Полина. – А когда он беспокоится, надо быть очень осторожным. Вот я и попросила Вожака…

- Попросила или приказала? – улыбнулась Даша, держа на руках Ярослава, который надувал щеки и не хотел брать в рот ложку с пюре.

Немного подумав, девочка ответила:

- Попросила. – и тут же весело воскликнула, едва не расплескав молоко по столу: - А вы знаете, у Милки скоро будут щенки! Их можно будет потом отдать в «Родники», чтобы сторожили!

Никита засмеялся, а Тамара закатила глаза и что-то пробормотала, упоминая Сварога и Перуна, словно призывала их оградить собственный дом от приплода Гончих, а заодно образумить дочь, чересчур увлекшуюся дружбой с жуткой стаей.

- А почему папа беспокоится? – Даша, сама с трудом скрывая волнение от слов Полины, посмотрела на Никиту. – Папа может ответить?

Никита улыбнулся и нагреб себе на тарелку лепешек, подтащил розетку со сметаной.

- Я всегда в перманентном беспокойстве, - беззаботно ответил он. – Рок у меня такой. Ответственность за семью, за клан. Пора бы уже привыкнуть, красавицы…

- Кстати, не забудь, что сегодня прилетают Васильевы, - Тамара красноречиво бросила взгляд на часы, висевшие в столовой. – Надо послать ребят в аэропорт для встречи. Думал, что сказать родителям Юли? Или опять изящно уйдешь от прямого ответа?

- А ты мне не поможешь? – Никита совсем забыл о Васильевых, грозившихся приехать в Вологду для обсуждения письма. Закрутился так, что второстепенное событие отошло куда-то на периферию. Стало чуточку стыдно.

- Нет, дорогой, и не надейся, - с долей мстительности ответила Тамара и отобрала ложку у Миши, баловавшегося пересыпанием сахара из сахарницы в пустую розетку. – Марш из-за стола, молодой человек! Вижу, вы уже сыты и довольны жизнью. Полина?

- Да, мамочка, я уже поела, - сообразительная дочь спрыгнула со стула и потянула брата за собой. – Можно, мы погуляем на улице?

- Надеюсь, без Вожака? – свела брови Тамара.

- Ну, мы же с Любовью Семеновной, - обстоятельно произнесла Полина и хитро поглядела на гувернантку, неторопливо попивающей чай. – А Гончие ее боятся.

- Никогда бы не подумала, что эти… зверюшки меня боятся, - удивилась Милютина, не заметив, как Никита с трудом сдерживает смех. – Было дело, пару раз топнула ногой, когда они Ярослава решили использовать в качестве объекта охоты.

- Вожак ничего бы не сделал Ярику, - возразила девочка, стоя на выходе из столовой, заложив руки за спину. – Мы же все в одной стае. Своих Гончие не обижают. Они отрабатывали охрану братика.

Взрослые переглянулись. Никита тут же заинтересовался красочными завитушками на блюдце. Он давно подозревал, что Ярослав каким-то образом связан с инфернальными сущностями. Сначала Дуарх, теперь Гончие тягу к нему почувствовали.

- Так, достаточно, - не выдержала Тамара. – Идите в комнату, переодевайтесь. Наденьте теплые комбинезоны. На улице холодно, не сегодня-завтра снег выпадет.

- Ночью, - объявила Полина и быстро умчалась вместе с Мишкой к себе, дробно топоча по лестнице наверх.

- Ну и что делать с ней? – вздохнула старшая жена и салфеткой аккуратно промокнула краешки губ. – Я бы с ума сошла жить завтрашним днем, когда наперед знаешь все свои шаги.

- Детская психика пластична, дорогая моя, - откликнулась Милютина. – Ей легче всего приспособиться к всевозможным событиям. Только обычные ребятишки живут настоящим, а Полина – вся в грядущем, опережая нас на несколько шагов. Вот и скучно девочке.

- Подозреваете, Любовь Семеновна, сегодняшний день Полей прожит? – полюбопытствовала Даша.

- Причем, в нескольких вариантах, - кивнула гувернантка, обрадовавшись возможности излить все свои размышления родителям. – Самые спокойные и скучные она отбрасывает, другие принимает к сведению и старается предупредить о возможных проблемах. Например, с Гончими чрезвычайно интересная информация. Значит, ей нужно уделить больше внимания.

- Я о том же и спрашивала Никиту, - кивнула Даша и с укоризной посмотрела на мужа. – Мне кажется, проблема связана с Верхотурьем, и она тянется сюда.

- Я дал необходимые распоряжения усилить охрану особняка на Обводном, - Никита не хотел сейчас рассуждать о мнимых и настоящих угрозах, но успокоить жен было необходимо. А то не дадут день спокойно провести. – Оля и Анюта сейчас под бдительным присмотром. Я еще пять человек перевел в Петербург. Думаю, этого будет достаточно на первое время. «Гнездо» тоже закрыто, как и «Родники». Кстати, мне сегодня надо будет туда съездить, поговорить с Донским. Туда группа магов прибыла.

- Откуда? – одновременно с удивлением спросили супруги. Даже гувернантка заинтересовалась, но вовремя сообразила, что разговор не для ее ушей, и попрощавшись, быстро покинула столовую.

- Тихонечко шепнул нужным людям, что набираю отставных боевых волхвов, - довольный произведенным эффектом, улыбнулся Никита. – У меня же остались знакомые после учебы в Военной Академии. Подсказали, где искать… А дальше дело техники. Антон связался с ними, поговорил. Трое согласились. Намерен использовать их в боевых группах и в прикрытии.

- А отец знает? – нахмурилась Тамара. – Еще начнет обвинять, что ты тайно сманиваешь волхвов-запасников.

- Никакой тайны из этого не делаю, - Никита пожал плечами. – Как запасники они имеют право служить в частном порядке любому роду или клану, не давая никаких кровных клятв. В случае войны отбывают в расположение частей, куда приписаны. Можно сказать, я их беру на контракт. Скоро еще двое прибудут. Люди опытные, но хочу сам посмотреть, на что они способны. Не переживай, солнышко. Адвокаты законодательную базу знают, и уже работают в этом направлении. Так что не вижу смысла по каждому поводу к Великому Князю обращаться.

- Ну, хорошо, - неуверенно проговорила Тамара и переглянулась с Дашей, все так же воюющей с Яриком. – Езжай. Только распорядись насчет Васильевых. Я хотела съездить в контору, но так уж и быть, не брошу тебя на съедение разъяренного папаши Юли. Чувствую, он не с чемоданом подарков едет.

- Ты моя спасительница, - Никита встал и чмокнул ее в висок, потом поцеловал Дашу. – Ладно, я поехал.

- До вечера успеешь? – поинтересовалась она. – Если Полина сказала про снег, лучше будет пораньше домой уехать.

- Так у нас асфальтированная дорога до «Родников», - рассмеялся волхв. – Не потеряюсь.

Он связался по телефону с Ильясом и приказал готовить машину для поездки в поселок, а заодно послать еще одну в аэропорт для встречи гостей из Устюга. И пока переодевался в теплый камуфляж, два внедорожника уже стояли возле парадного крыльца, выплевывая сизые клубы дыма в морозный воздух. Слон и Лязгун топтались на улице в ожидании хозяина. Увидев Никиту, к нему подбежали двойняшки, чтобы попрощаться. Он потискал Мишку и Полину, тихонько шепнул дочери, чтобы не вздумала вызывать Гончих. Расстраивать Любовь Семеновну очень не рекомендовалось.

- Едем, Никита Анатольевич? – на щеках Слона разгорелся румянец. День и в самом деле был хорош. Светило солнышко, скрадывая картину уходящей осени с замерзшей землей и голыми деревьями. Небо очистилось от облаков и сияло лазурью.

- Ждем Учителя, - Никита отпустил детей и кивнул на окна комнаты, где жил дед Фрол. Уговаривать старого волхва, которого дочка и сын уважительно называли по-простому - Учителем, посмотреть на магическое пополнение долго не пришлось. Старику надоело сидеть безвылазно в «Гнезде», и он с хорошо скрываемой радостью пробурчал, что без него как без рук. Непутная молодежь ничего сама не может сделать.

Никита никогда не спорил с ворчливым Фролом, выучив его характер. Главное, выдержать несколько минут старческого брюзжания и покорно согласиться с ключевыми тезисами волхва о лени и нежелании нынешнего поколения учиться.

Дед Фрол показался на крыльце. На нем было длинное пальто с меховым воротником, на ногах – добротные ботинки на толстой подошве, а голову покрывала кепка с меховой же подкладкой и опускаемыми «ушами». Благодаря Тамаре и Даше, обиходивших старого волхва, он стал выглядеть весьма респектабельно. Ему очень нравилось внимание красивых женщин; может, поэтому Фрол стал чуточку мягче. Никита подумал, что деду не хватает стильной трости, в которую можно запитать несколько мощных плетений. Старая при его молодцеватости никуда не годилась. Ладно, на Коловорот будет ему подарок.

- Прошу, - Лязгун распахнул дверь второго внедорожника перед дедом, в котором всегда ездил Никита.

- Может, еще руку как барышне подашь? – сварливо спросил Фрол и довольно живо залез внутрь. – Просит он. Ты, Кирюха, иногда прежде думай, а потом говори. Я еще не развалина какая.

Он, в отличие от многих обитателей «Гнезда» всегда называл Лязгуна по имени, как будто не признавал его позывной. Никита спрятал улыбку и нырнул следом в теплый салон. Лязгун запрыгнул в багажный отсек, а Слон пристроился рядом с водителем и сказал в рацию:

- Головной – движение.

- Принял, - зашипел динамик. – Дистанция пятьдесят, по отработанной схеме. Начинаем движение.

***

Котлован, в котором устроили полигон для обучения бойцов клана, хорошо защищал от хозяйничающих здесь ветров. С восточной стороны закрывал подлесок, а вот с севера задувало частенько. Поэтому инженерам пришлось соорудить щиты, которые зимой удерживали снежные барханы и не давали им завалить полигонную площадку. Но сейчас здесь все было терпимо.

Три десятка бойцов в камуфляжных костюмах отрабатывали какие-то упражнения по заданию Донского. Несколько пар сходились в рукопашной, с энтузиазмом валяя друг друга, другие с полной отдачей тренировались с холодным оружием. Причем ножи, как заметил Никита, были не тренировочные. Серьезно комендант поселка готовит парней.

- Собственно, вот оно и есть, наше магическое прикрытие, - Глеб кивнул на троицу мужчин, топтавшихся на небольшом взгорке и с любопытством смотрящих на приближающуюся группу людей. – Я их немножко проверил, чтобы удостовериться в профессиональных навыках.

- Не профаны? – поинтересовался Никита, шагая по скукожившейся и инистой траве.

- «Сферу», «завесу» и «купол» ставят быстро и качественно, - Донской выдохнул пар в морозный воздух. – Как боевой офицер утверждаю.

- Верю, Глеб, - кивнул волхв.

- А вот сейчас посмотрим, - не преминул ввернуть свой скепсис дед Фрол, с силой втыкая в землю свой посох и тяжело опираясь на него. – Лично проверю. Ты, Никита, не вмешивайся. Твое дело другое…

Договаривать он не стал, потому что уже был близко к группе контрактников.

- Доброго дня, господа, - Никита остановился в паре шагов от них, но руку подавать пока не торопился, лишь цепко посмотрел на своих будущих бойцов. Он хотел надеяться на это. Ведь перед ним были мужчины, чей возраст перевалил далеко за тридцать. Взгляды матерых бойцов, непреходящая настороженность и готовность мгновенно использовать свою Силу. – Будем знакомы. Я – ваш наниматель, Назаров Никита Анатольевич. Прежде чем прийти к обоюдному решению, хочу посмотреть, на что вы способны. Экзамены устраивать не собираюсь. Глупо требовать от людей повоевавших каких-то проверок. Но свои навыки продемонстрировать придется. А теперь хочу знать ваши имена…

Досье на этих людей он уже изучил, но привычка доверять своим ощущениям и интуиции перевешивала желание по одним лишь характеристикам или внешнему виду, который, как известно, бывает обманчивым, брать их в клан. Живое общение дает куда больше информации.

- Лозовой Игорь, воинское звание – майор, позывной в войсках – Гусар, - вперед выступил первый мужчина, стоявший слева. Невысокий, крепко сбитый, лицо округлое, с мелкими черными точками. Или порох въевшийся, или какое-то магическое воздействие. Светло-рыжие усы с завитушками по краям аккуратно подстрижены. Видно, что по ним и получил свой позывной. – Боевой волхв Двадцать пятой бригады пластунов. Участвовал в боевых операциях под Артвином и Карсом. В девяносто восьмом получил тяжелое ранение под Арпачаем, блокируя продвижение турецких боевиков к армянской границе.

- Спецоперация? – кивнул Никита догадливо. Территория, где воевал Лозовой, не принадлежала России, но как демилитаризованная зона чрезвычайно интересовала шейхов «зеленого пояса» для разнообразных диверсионных действий.

- Так точно. Несколько часов сдерживали «воинов Аллаха», чтобы не прорвались в долину. Попал под мощную атаку огненных элементалей. Весьма сильное плетение, - Лозовой помялся. – Если бы в этот момент не отвлекся, прикрывая ребят, может, получилось бы отразить…

Дед Фрол едва слышно фыркнул. У него было свое мнение на этот счет, но какое – предпочел пока не озвучивать.

Никита кивнул, и рыжеусый встал на свое место.

- Крюков Леонид, воинское звание - капитан, позывной – Зубр, - вышел угрюмый увалень, косая сажень в плечах, ничуть не уступающий по комплекции Слону. Несмотря на морозец, у него была начисто выбрита голова и на макушке едва сидела черная фетровая кепка с узким козырьком. Под распахнутой курткой виднеется вязаный однотонный серый шерстяной свитер.

- Горячий парень, - хмыкнул Фрол и поежился.

- Боевой опыт десять лет. В основном, в Средней Азии, гонял уйгуров, - ожег его взглядом Зубр. – Огнестрельное ранение в грудь, два магических. Частичная потеря слуха.

- Откуда огнестрел? – поинтересовался Никита. В досье по нему была только куцая строчка. – Вроде бы волхвы умеют закрываться от подобных казусов.

- В Пишпеке, в баре драка началась, - нехотя ответил Крюков. – Местные аборигены начали к девчатам из военного госпиталя приставать. Перепили, с кем не бывает. Мы вмешались, но не так чтобы жестко. Руки-ноги ломать не собирались. Ну и нарвался на выстрел. Один под наркотой был, не соображал, что творил. Начал пулять в помещении, а я стоял на линии, к счастью.

- К счастью? – Никита свел брови к переносице. – Интересная трактовка…

- Если бы не стоял, не познакомился бы с будущей женой, - неожиданно улыбнулся Зубр. – Она медсестрой в госпитале работала. Ну и прикрыл, получается.

- А щит чего не поставил? – старика, кажется, тоже проняло романтикой рассказа. – Совсем голову потерял от баб?

- Да ничего я не терял, - хмыкнул мужчина. – Я даже знаком с ней не был на тот момент. Просто так получилось. Кулаками пришлось работать, чтобы раскидать придурков. Девчонок за спину – а сами стенкой на стенку.

- Достаточно, я понял, почему капитаном после такой выслуги остались, - Никита махнул рукой, и Крюков отошел назад. – Не жалейте.

- Никогда и не думал, - Зубр снова нахохлился, словно рассердился на себя, что разоткровенничался.

- Ортенберг Семен, воинское звание капитан, позывной – Немец, - среднего роста мужчина лет сорока с горделивой выправкой вестфальского офицера, шагнул вперед и энергичным кивком поприветствовал своего нанимателя. – В активных боевых действиях не участвовал, в основном, за «линией».

В рядах императорской армии существовали особые группы, действовавшие на территории иностранных государств и княжеств. Задачи их были деликатными, а об успехах никто никогда не распространялся. Поэтому Никита только поинтересовался:

- Есть особые награды?

- «Звезда Сварога» и «Косой Крест».

Никита кивнул. Это ему говорило о многом. Такими орденами награждали лишь боевых волхвов. А названные Ортенбергом так и вовсе относились к той категории, которые за обычную ходку за кордон на китель не вешают. Непрост этот Немец. Видимо, работал по очень деликатным направлениям. Наверняка, какого-то жутко серьезного мага из Европы похищал или ликвидировал. Может, и по старым ватиканским делам проходил?

У Никиты мелькнула мысль, что за разгром Ордо Маллеус и балканскую операцию по спасению князя Белёвского ему причиталась, как минимум, «Звезда Сварога». Молодой волхв не был тщеславным, но капля самолюбия иногда пылала праведным гневом. Дали внеочередное звание без оглашения – хорошо. А баронство император зажилил. Но для офицера награда всегда является признанием его боевых заслуг и военной компетенции.

- А почему Немец? – губы Никиты дрогнули в легкой улыбке.

- Я прибалт, господин Назаров, - охотно откликнулся Ортенберг. – Мои предки были выходцами из Ростока, перебрались в Курляндию, а потом и дальше – в Ригу. В роду существует строгое правило: брать жен из германских княжеств или обрусевших женщин, но имеющих глубокие немецкие корни. Поэтому я лично взял такой позывной.

- Немного недальновидно, - попенял Никита.

- Я знаю, господин Назаров. Но «наверху» согласились. Я не предполагал, что буду работать за «линией». И менять позывной уже не было смысла.

- Женаты?

- Никак нет!

- Не отыскали корни, капитан? – пошутил волхв.

- Так получилось, - в ответ пожал плечами Немец.

Только теперь Никита шагнул вперед и пожал руку каждому из новоприбывших коллег.

- Господа, я прочитал ваши досье очень внимательно. В профессиональном отношении к делу вас трудно упрекнуть, но у меня есть привычка доверять своим глазам. Не согласитесь ли вы на демонстрацию способностей? Хочется вживую посмотреть.

- А кто будет оценивать? – Зубр хмуро перевел взгляд с Никиты на Глеба, потом на Фрола, безразлично уставившегося куда-то в сторону. Его как будто заинтересовала стая ворон, кружившаяся над лесом.

- Фрол Пантелеевич, наставник моих детей, - представил старого волхва Никита.

- Дедушка, а вы справитесь? – вежливо поинтересовался Зубр.

Как Никита и предполагал, Крюков не мог без подначек. Драка в Пишпеке явно началась не без его участия. Вроде бы не ребенок уже, пубертатный период давно миновал, на смену пришла житейская мудрость, а вот не может удержаться от подколок. По сверкнувшим глазам Учителя Никита понял, кому не поздоровится больше всего.

- Пошли, внучек, вон за тот бугорок, - старик ткнул посохом в сторону подлеска, где после прокладки дороги бульдозером образовались земляные вывалы, успевшие оплыть и зарасти травой. – Посмотрим, у кого рука крепче и как мозги работают.

Немец и Гусар понятливо переглянулись, но ни слова не говоря, охотно направились к месту своего экзамена на профессиональную пригодность. Никита, не торопясь идти следом, спросил Глеба:

- Как они тебе? Что твоя интуиция подсказывает?

Донской запрятал руки в карманы камуфляжной куртки и не задумываясь, кивнул вслед магам:

- Чувствуется боевой опыт. Я с ними успел немного побеседовать. Мужики с характером, ответственность осознают, но как будет в деле – не могу пока сказать. Самый проблемный – Зубр. Да ты и сам уже понял. Что-то в душе у него мутное водится. Но по этим критериям перекрывать дорогу человеку не очень правильно. Решать тебе.

- Злость на кого-то?

- Да черт его знает, Никита. Злиться-то, вроде, не на что. Ушел в запас, пенсион получает. Есть семья, живут неплохо. Скорее всего, ершистость свою не смог перебороть в молодости, а теперь она довлеет над ним, не дает адекватно оценивать ситуацию.

- Угу, сейчас Фрол ему вправит мозги, - выслушав Донского, Никита кивнул на удаляющихся волхвов. – Лучше отсюда посмотрим в твой бинокль. Близко подходить не рекомендую.

- Можно чуть по диагонали сместиться, - протянул руку Глеб, показывая на дорогу. – Всю картину не увидим, но хоть что-то.

Они так и сделали. Прошли вдоль дороги, пересекли ее, найдя подходящее место, где между вывалами образовался просвет, и встали там. Слон и Лязгун расположились чуть дальше и стали лениво предлагать ставки, кто кого «размотает». Лязгун стоял за деда Фрола, а личник Никиты почему-то верил в боевых волхвов. Он старика обходил стороной, боясь его фокусов.

Судя по расстановке, Фрол решил задействовать в проверке сразу троих. Волхвы разошлись друг от друга на несколько шагов, и дождавшись взлетевшей вверх руки экзаменатора, разом ударили своими заготовками. В воздухе затрепетали разнообразные плетения, скручиваясь в спирали или вытягиваясь в жгуты. Застыв на мгновение, они как по команде обрушились на Фрола Пантелеевича.

Никита засмеялся. Он предполагал, что вредный дед проведет свой хитроумный ход, но, чтобы так изящно – не ожидал. Пока вся магическая компания добиралась до удобной полянки, старик создал иллюзию самого себя, да так здорово, что ни Гусар, ни Немец не обнаружили подвоха. Только Зубр как-то странно вел себя, оглядываясь по сторонам. Видимо, у него хорошо развиты сенсорные способности. Крюков чувствовал неладное, но не смог довести до конца логическую цепочку своих опасений.

Фрол спрятался за тройным слоем «вуали», требовавшей большую затрату энергии, но ему хватило секундного замешательства, когда магоформы волхвов обрушились на его иллюзию. Он убрал невидимость и расчетливыми ударами сковал «земными путами» Немца и Гусара. Зубр пластично выгнулся и быстро прыгнул в сторону, перекатом ушел вбок. Сформировав в движении пару ледяшек величиной с голову быка, метнул их во Фрола. Ударное плетение с воем понеслось в сторону старого волхва.

С того самого дня, когда загадочный старик появился в «Гнезде» и взялся обучать детей премудростям магии и как правильно пестовать Силу, он еще по своей инициативе решил подтянуть квалификацию Яны и Романа. Никита не уставал удивляться, как благоразумно Фрол Пантелеевич расходовал свою энергию в показательных спаррингах; он затрачивал столько сил, сколько было необходимо для достижения победы. Экономичные движения, ни единой лишней магоформы – скупые, мощные удары обрекали молодых волхвов на поражение. Яна всерьез заявила, что когда-нибудь она прибьет этого «невозможного замшелого пенька». Правда, говорила с оглядкой, и только тогда, когда старика не было в пределах видимости.

Вот и сейчас опытный маг справился с атакой. Его трость прочертила в воздухе круг, сразу же заполыхавший золотисто-сиреневыми протуберанцами. Они активно воздействовали на водную технику нагретым воздухом. Магема вспыхнула жарким огнем – в небо с шипением взвился столб пара. Зубр вскочил на ноги, потеряв на мгновение противника – и замер, ощутив касание к груди суковатой трости Фрола.

- Я же говорил, наш старикан победит, - хохотнул Лязгун. – Ловко он их. Пять минут, я засекал.

- Слабаки, - вздохнул Слон. – Что-то мне не по себе рядом с дедом становится.

- Никита, давай я Пантелеича к себе в отряд возьму, - предложил Донской, впечатленный быстрым разгромом рекрутов. – Лихо он вояк укатал!

- Только не говори об этом при них, - попросил Никита, сдерживая улыбку. – Обидятся – разорвут контракт.

- Не обидятся, если есть профессиональная гордость, - уверенно ответил Глеб, разглядывая идущих к полигону незадачливых волхвов. – Еще сильнее захотят повысить свой ранг.

Рациональное зерно в словах Глеба было, да Никита и не спорил особо. Разрастающийся клан требовал серьезной защиты, а одним стрелковым оружием войну не выиграть. Мир, установленный между аристократическими родами, мог в любой момент пойти вразнос. Если у императора в самом деле появились проблемы – следовало готовиться к неспокойным временам. Терять боевых волхвов из-за каких-то обид и недопониманий в планах Никиты не стояло.

Он оглядел сконфуженных рекрутов и сказал:

- Я готов подписать с вами контракт на пять лет с последующим продлением, если изъявите желание.

- После того, как нас макнули в грязь? – усмехнулся Немец, слегка потерявший свой «германский» лоск.

- С кем не бывает, - пожал плечами Никита. – Фрол Пантелеевич еще в прошлом веке пуштунов гонял по вилаятам. Такому спецу незазорно проиграть. Думаю, он согласится передать вам немного своего опыта.

На старика все трое посмотрели с нескрываемым уважением.

- Иллюзия была великолепной, - признался Лозовой. – Почту за честь быть вашим учеником, мастер!

- Присоединяюсь к просьбе, - не отстал от него Ортенберг.

Зубр остался верен себе. Он засопел и только кивнул. Дед Фрол буркнул:

- Согласится… Куда я денусь? Этих обормотов еще учить и учить. Слабы супротив старой школы!

- Отлично, - Никита энергично потер уши. Солнышко хоть и стало пригревать, но морозный воздух ощутимо дул поверху. – Глеб, дай свою машину людям. Поедем в «Гнездо» контракты подписывать. Потом они вернутся в поселок. Как насчет жилья? Претензий нет?

- Все нормально, - ответил Лозовой. – Жилье хорошее, можно семьи сюда звать.

Возросшая до трех машин колонна рванула по дороге к «Гнезду». Никита, наконец, поинтересовался у старика:

- Что скажешь, Фрол Пантелеевич, насчет бойцов?

- Слабаками не назову, - проворчал Учитель. – Тут фактор неожиданности сыграл свою роль. Они даже не предполагали, что я им такой фокус с раздвоением подкину. Сразу видно, что подобные техники в современных реалиях перестали отрабатывать, или не уделяют им большого внимания. А зря. Если волхв не умеет строить иллюзорные техники, считай, наполовину проиграл.

- Но ведь это Дар, - возразил Никита.

- И без Дара можно освоить необходимый минимум, - возразил дед Фрол. – Этого достаточно для обнаружения подобных магем. Смоги этот белобрысый чухонец и рыжеусый распознать иллюзию – не провел бы их как мальчишек. А вот… Зубр, да? Почуял, стервец, неладное.

- У него есть задатки сенсорика, - кивнул Никита. – Я тоже заметил его нестандартное поведение во время боя.

- Угу, точно. Чувствительность у него хорошая, - сжал свою трость Фрол. – Попробую развить ее до нужных кондиций.

- Согласен еще и взрослых мужиков учить? – Никита рассмеялся. – Ты нанес им чувствительный удар.

- Злее будут, - с убеждением проворчал старик. – А куда я денусь? Конечно, буду делиться своими секретами. Это же для твоей семьи нужно. Пару раз в неделю, думаю, смогу в «Родники» ездить.

- За это спасибо, Фрол Пантелеевич, - Никита легонько сжал плечо старого волхва. – Ты меня очень выручил.