Найденыш 11. Князь Гиперборейский

Глава 1

Яссы. Петербург. Март 2016 года

Плим-пилим! Звонко-бодрый перезвон напольных часов, массивно утвердившихся своим основанием в гостевой зале, проникал даже сюда, в спальню. Он ввинчивался в уши и разрывал болью виски, будоражил и заставлял беспокойно ворочаться, зарываться в подушку и глухо стонать. Что уж говорить о сне, которого как ни бывало.

Пилим-плим! Поневоле втягиваешься в глупую затею считать ненавистные удары, ожидая окончания навязчивого концерта. Нет, чтобы вызвать часового механика и приказать ему отключить этот чертов бой! Он прекрасен, когда голова не болит! Может, сжечь циферблатного монстра одним щелчком пальца?

Великий князь Михаил вцепился зубами в подушку, со злостью пожевал ее и решил вставать. Чтобы пусто было Ваське Кантемиру, затеявшему вчера знатную попойку с плясуньями из местного кабаре! Стоило ли ради таких утренних мучений соглашаться на предложение сына господаря Молдавского съездить на культурное мероприятие по случаю открытия выставки какого-то местного художника-авангардиста?! Как же, для этого марателя холстов важно, чтобы кто-то из высшей петербургской аристократии облагодетельствовал своим появлением сию выставку! Уговорил Васька, шельмец этакий! Змей-искуситель! Знал, что Великого князя Михаила Михайловича, младшего брата императора, нельзя увлечь мазней, какой бы талантливой она не была, но вот утонченные дамы полусвета мгновенно пробили брешь в оборонительных редутах Меньшикова. Да и не сильно-то он переживал из-за этого.

Часы отбили девять раз и замолчали, принеся долгожданную тишину. Однако! Встать бы, да сил не хватает. Во всем теле слабость, непонятная дрожь – все же немолод уже, пора прекращать с возлияниями!

Кстати, а где Виорика? Ох, и имечко же у этой горячей штучки, так лихо отплясывавшей вчера в Васькином дворце канкан на обеденном столе! Взметывая подол жгуче-красного платья, нарочито демонстрировала свои прелестные ножки, обтянутые ажурными чулками. Волосы вороньего цвета густо рассыпались по плечам, а алый бант, сбившийся набок и придавший кокетливости красотке, почему-то привлек внимание Меньшикова.

Левая рука Великого князя метнулась назад и уткнулась во что-то округлое и упругое. Покосившись на бугрившееся под боком одеяло, он поморщился, разглядев на подушке густую копну черных волос. Повеселился, называется! А если его художества снимали камерами наблюдения? С Васьки станется записать компромат на Меньшикова, чтобы при случае шантажировать… Нет, это слишком опасно – пугать члена императорского клана, а вот мягко намекнуть и надавить ради своих прожектов, вполне можно. Надо бы узнать, кто присутствовал на вечеринке и аккуратно выяснить насчет камер. Пусть этим займется майор Жолобов из службы внутренней охраны. Шустрый офицер, и рот на замке умеет держать. Это его ребята, кстати, вчера сообразили увезти своего патрона домой – то бишь в дворец Розетти, который был выкуплен русской миссией еще в восемнадцатом веке у молдавского купца с итальянскими корнями. Совсем недалеко – в пятидесяти метрах - находился симпатичный особняк из белого камня, где расположилось русское консульство в княжестве Молдавском.

- Виорика! – хрипло произнес Великий князь и с радостным облегчением увидел на прикроватной тумбочке бутылку минеральной воды и упаковку болеутоляющих таблеток. Надо же, кто-то позаботился! Подтянувшись, схватил ее, выдавил серую спрессованную пуговичку лекарства, и совершенно забыв, что может купировать головную боль своими магическими возможностями, запил водой. – Виорика! Просыпайся!

- Михаил! Не шуми-иии-те! – протянула дочь вице-губернатора, зашевелившись под одеялом, пытаясь натянуть его на голову. – Дайте поспать!

Солнечный день, на паркетном полу вырисовался огромный силуэт окна, за которым расшалились воробьи. На кресле и на ковре одежда вперемешку; несмотря на большое количество выпитого страсть оказалась сильнее порядка.

- Вставай! Тебе пора домой! – Великий князь все же догадался пустить по энергетическим каналам потоки Силы, которые начали разрушать и сжигать вредные ферменты. Потеть не хотелось, поэтому пришлось поддать огонька. – Виорика! Папа уже заждался. Нехорошо будет, если он узнает, где ты ночевала.

- Ваше Высочество! – молодая женщина лет двадцати пяти оторвала голову от подушки и похлопала сонными глазами. Красивое скуластое личико с легкой смуглостью говорило о том, что предки обнаженной дамы, лежащей сейчас в постели Великого князя, щедро наделили ее кровью южных славян и русинов, молдаван и валахов. Гремучая смесь эмоций и очарования сломали сопротивление Меньшикова, упорно избегавшего сближения с непростыми аристократками. – Я уже взрослая девочка, сама решаю, с кем мне быть и когда домой возвращаться!

- Нехорошо, - продолжал увещевать ее Михаил, одновременно опустошая полулитровую бутылку минералки. Ну надо же было так клюнуть на алый бант! Неужели ментальное воздействие? Закончив пить, он отбросил ее в сторону, нацепил на запястье наручные часы. Десятый час утра. Нужно как можно быстрее избавляться от присутствия Виорики. А все от того, что именно сегодня ожидается визит вице-губернатора! Не хватало семейного скандала и испорченных отношений с влиятельным человеком в Яссах. – Давай, ты меня послушаешься и поедешь домой. Я тебе выделю автомобиль с надежной охраной.

- Вы несносны, Ваше Высочество! – фыркнула молодая женщина и села на край кровати, прикрываясь спереди одеялом. Но как будто намеренно дразнила Михаила, показывая обнаженную гибкую спину с осиной талией. – Я предполагала, что мы сегодня посетим театр, поужинаем в ресторане. Такой прекрасный день, а вы его портите равнодушием ко мне. Хотите, я вам подниму настроение?

Ее руки обвили шею Великого князя, а упругая женская грудь, уткнувшаяся ему в спину, оживила бег крови по венам и артериям. Меньшиков вздохнул и хотел сказать что-то резкое, но в этот момент в коридоре послышались шаги вразнобой и замерли возле двери. Трижды стукнули кулаком в полотно, и совсем не вежливо, а с той настойчивостью, которая предполагает или бежать через окно, или с трепетом ждать своей участи.

Михаил выбрал второе, потому что даже в голову не могло прийти, что кто-то посмеет сделать члену императорской семьи плохое.

Стук повторился.

Виорика отпрянула от Меньшикова и завернулась в одеяло.

- Ваше Высочество! – раздался незнакомый мужской голос. – Прошу вас открыть дверь! Нехорошо будет, если мы испортим интерьер, выломав ее!

- Имейте терпение, господа! – повысил голос Великий князь и сжал пальцы, концентрируя в них потоки стихийных энергий. Кольца заполыхали синими язычками ледяного огня, вокруг мгновенно сгустилась тяжелая атмосфера. Виорика ойкнула, испуганно глядя на мрачного Меньшикова. – Я с дамой!

- Обещаю, что ее инкогнито останется нераскрытым, Ваше Высочество! Так вы открываете?

- Иду! – зло рявкнул младший Меньшиков, набрасывая на себя длинный халат. Ступая босыми ногами по прохладному полу, дошел до двери, и щелкнув замком, распахнул ее с излишней резкостью.

И оказался нос к носу с мужчиной в форме генерал-адъютанта Его Величества. Моложаво выглядящий, хотя и с изрядной сединкой в коротко постриженных волосах, он щеголевато щелкнул каблуками начищенных ботинок, сделал короткий энергичный кивок.

- Ивенский? Денис Александрович? – удивленно выдавил Михаил и напряженно скользнул взглядом по его сопровождению в количестве четырех офицеров, у каждого из которых погоны не ниже полковничьих. Из какой конторы, правда, не понятно. Нет жетонов, опознавательных шевронов и еще части деталей, по которым можно распознать, контрразведка это или ИСБ, к примеру. Сам-то Ивенский в личной свите императора числится. Странная делегация.

- Здравия желаю, Ваше Высочество! Прибыл по личному распоряжению Его Императорского Величества! – сбавив голос, но оставив в нем твердость, доложил Ивенский. – Разрешите войти?

Меньшиков с трудом распылил собранную в кулак стихийную силу Воды, и отошел в сторону. Офицеры вошли в комнату и грамотно разошлись по сторонам, контролируя не только выход, но и окна, и двери, ведущие в рабочий кабинет и ванную комнату. Только перед этим заглянув туда с какой-то непонятной целью.

У Михаила мгновенно заледенел позвоночник.

- Сударыня! Просим прощения за столь напористое вторжение, - Ивенский разглядел в постели Виорику, глядящую на вошедших мужчин с нескрываемым испугом. – Не могли бы вы покинуть помещение, пока мы беседуем с Его Высочеством?

- Мне нужно принять душ и одеться, - успокоившись, откликнулась женщина. – Не будете ли вы столь любезны со своей стороны подождать снаружи?

- К сожалению, сударыня, это невозможно, - парировал генерал-адъютант. – Но мы дадим вам возможность привести себя в порядок.

Он показал в сторону ванной комнаты.

Меньшикову ситуация нравилась все меньше и меньше. Мало того, незнакомые офицеры с равнодушными лицами смотрели на просеменившую мимо них Виорику, закутанную в простыню, даже в таком одеянии умудрившуюся показать свою стать и горделиво вздернутый подбородок. Остановившись на мгновение, она цапнула одной рукой свое платье, свисающее с кресла, и скрылась в ванной комнате. Михаил заметил, как полыхнуло румянцем ее лицо. Все-таки для женщины, оказавшейся в таком положении, очень трудно сохранить безразличие. Виорике, дальней родственнице аристократического рода Катаржи, было невыносимо стыдно. И не только стыдно. Ее распирала ярость, что никто из этих солдафонов даже не отвернулся.

Откуда она могла знать, что люди, находящиеся сейчас в комнате, действовали по инструкции, отслеживая каждый ее шаг. Мало ли – вдруг от стресса или еще от какого психологического выверта в окошко сиганет. Кому охота отвечать за покалеченную красотку голубых кровей?

Ивенский был единственным мужчиной в помещении, кто смотрел на нее с нескрываемым интересом абсолютно игнорируя Великого Князя, и это еще больше укрепило его мысль, что надвигается нечто неприятное.

- С каким поручением мой брат отправил вас на задворки империи, Денис Александрович? – Меньшиков решил демонстративно одеться при гостях. – Не припомню подобных случаев.

- Его Величество очень хочет с вами встретиться, - ответил Ивенский и повторил с нажимом. – Очень, знаете ли, желает. Поэтому пришлось срочно лететь в Яссы с сопровождением, используя военный транспорт.

- Я под арестом? – ударил вопросом в лоб Меньшиков, застегивая запонки на рукавах свежей рубашки.

- Помилуйте, Ваше Высочество! – изумился Ивенский. – Какой арест? Вот точные слова императора: доставить в Петербург со всем почитанием, не причиняя никаких неудобств. И, пожалуйста, не надо накачивать артефакты магией. Иногда это плохо заканчивается.

Неожиданно Меньшиков почувствовал, как на него обрушилась невидимая тяжесть и плотно обволокла его руки и ноги. «Словно в смолу попал», - мелькнула запоздалая мысль. И тут же наступило облегчение.

- Как видите, Ваше Высочество, блокиратор действует, и в любой момент может быть применен, - заявил генерал-адъютант. – Но я не хочу подобным образом лишать вас удобств во время полета. Поэтому прошу о благоразумии.

Намек был прозрачным, и Михаил кивнул, смиряясь с ситуацией. Он все-таки надеялся, что срочный вызов, а точнее, срочное этапирование и никак иначе, в Петербург связано с чем-то другим, не связанным с заговором. Возможно, появились какие-то обстоятельства, в которых промелькнуло имя Великого князя. Но внутренний голос шептал ему, что старшему брату известно, в чем замешан Михаил. Так что делать? Бежать? Ну и какой в этом смысл? Для него единственным правильным решением было идти напролом, завершить начатое и победить. Иначе – скоропостижная смерть и рыдание родственников над гробом усопшего. Другого не дано.

- Господа, я могу идти? – Виорика, посвежевшая, накрашенная и с легким румянцем, оглядела замолчавших мужчин.

- Конечно, сударыня, - едва заметно кивнул Ивенский, держа руки за спиной. – До первого этажа. У меня приказ никого не выпускать из здания до определенного времени. Поэтому к вашим услугам гостиная, кофе и все, что пожелаете.

- Но как такое может быть?! – воскликнула женщина. – Меня в чем-то обвиняют?

- Нет, ни в коей мере. Всего лишь воля Его Величества государя Российского, которую я обязан исполнить. Прошу вас…

Один из сопровождающих генерал-адъютанта вышел вместе с Виорикой, растерянной и возмущенной одновременно, из комнаты. Михаил все понял. Подобная демонстрация императорских инструкций говорила о многом.

Приведя себя в порядок, Великий князь в сопровождении Ивенского и его подчиненных спустился по мраморной лестнице вниз и оторопел. Домашняя прислуга и работники сидели в гостиной, испуганные и подавленные, а вокруг сновали вооруженные люди в черной униформе без каких-либо опознавательных знаков, к кому они принадлежат. Личная служба безопасности Михаила и вовсе куда-то пропала. И Жолобов, как назло, не показывается. Генерал-адъютант словно прочитал его мысли:

- Не беспокойтесь, Ваше Высочество. Охрана дворца сейчас во флигеле под присмотром. Нашим присмотром. Все будут свободны после нашего отъезда.

- Сколько же людей прислал мой венценосный брат? – призадумался Меньшиков.

- Для почетного сопровождения выделен самолет и достаточное количество людей, - легкая улыбка тронула губы генерал-адъютанта, явно скрывавшего иные эмоции. – Если мы не будем задерживаться, то через несколько часов будем в Петербурге.

****

- Не соизволишь объяснить, что все это значит? – младший брат обвел рукой серые стены одного из казематов Шлиссельбургский крепости. – Я теперь политическим заключенным считаюсь?

Михаила била злость. Мало того, что самолет приземлился не в столичном аэропорту, а где-то у черта на куличках, так еще целая кавалькада машин, не въезжая в Петербург, помчалась на север. Оказалось, в Шлиссельбург. А оттуда на катере его доставили в крепость.

- Извини, но я предпочел не рисковать, и нашу встречу организовал в очень надежном и недосягаемом для излишне любопытных людей месте, - ответил Александр, расхаживая по каземату с низким потолком и маленькими окнами-бойницами.

- Любопытные люди? О чем ты вообще говоришь? Выдернул меня из постели, затолкал в самолет, а теперь с таинственным видом что-то пытаешься сказать, - Михаил нарочито кипятился, скрывая страх. А вдруг Сашка выйдет наружу и повелит оставить его в одиночке на долгие годы? Не зря же магическую блокировку активировал, чтобы исключить соблазн применить Дар. Эх, надо было в Яссах остаться до тех пор, пока ситуация не прояснится! Ну что бы сделал Ивенский? Накинул бы аркан на шею и потащил как телка к императору?

А ведь в самом деле интересно, до какого предела мог действовать личный посланник Александра?

- Мне больно наблюдать за тем, как ты все дальше и дальше отдаляешься от нас, брат, - вздохнул Александр. – О твоих любовных приключениях уже составлены тома рапортов. Каждый день читаю о новых пассиях. Но связь с дочерью вице-губернатора Ясс ни в какие ворота не лезет. Ладно бы, артистки или плясуньи кафешантанов – за ними легко наблюдать и при случае изолировать можно без лишнего шума. Но Виорика Гольбах не из тех дам, которым легко заткнуть рот. Хорошо, что наши люди вовремя изъяли все видеоматериалы о твоих похождениях накануне.

Михаил испытал хоть крохотное, но облегчение. Все-таки брат не дал ему попасть в грязную историю. О Виорике не хотелось думать плохо, да и не показывала она намерений к шантажу. Просто красивая молодая женщина, увлекающаяся романами со знатными аристо. Да по крови ей претит путаться с каким-нибудь коммивояжером или директором местного цирка! А здесь сам родной брат императора! Шальное увлечение, всего-то!

- Сашка, ты не крутись вокруг да около, - устало произнес Михаил, и брезгливо отбросив голый матрац в сторону, сел на панцирную сетку, заскрипевшую под его телом. – Чего хотел от меня? Грехи какие обнаружил? Не из-за девок же в Орешек меня запаковал.

- Не из-за девок, - старший Меньшиков с непонятным выражением на лице смотрел сверху вниз на своего непутного брата.

Молчание стало затягиваться, и Михаил занервничал снова.

- Хочу предложить тебе важную государственную миссию, - неожиданно продолжил император.

- Миссию? – не поверил своим ушам Великий князь и ощутил в сердце радостное облегчение. Сразу стало легко дышать. – Неожиданно. Я уже подумал, что ты меня нарочно изолируешь ради перевоспитания.

- Ты как был кобелем, так им и остался, - поморщился Александр. – С семнадцати лет ни одну женскую юбку не пропускал. Тогда надо было тебя воспитывать, да упустил отец этот момент. А я не мог вмешиваться в силу ограниченных возможностей… Ладно, не это сейчас важно. Миссия чрезвычайно серьезная. Мы рассчитываем с ее помощью заполучить серьезные магические технологии и ресурсы.

- Поясни, - наморщил лоб Михаил, не соображая, куда клонит брат.

- Ты же читал отчет барона Назарова о его похождениях в параллельной Яви?

- А-аа! Вот в чем дело! Неужели операция «Аномалия» связана с ней?

- Невероятно, да? А именно так и случилось. С нами на контакт вышли представители той самой Руси. Пришлось задействовать Назарова для выяснения некоторых деталей. В общем, никакой ловушки. Явь-два просит помощи. Мы экстренно обсудили ситуацию и решили послать туда группу специалистов во главе с князем Абу-Ханом Тарковским. Он наладит связи, создаст координационный центр и через него будет следить за ситуацией. Гиссарский портал взят под усиленный контроль. В Дюшамбе перекидываем дополнительный воинский контингент. Нужно перекрыть всю долину, чтобы муджахиды Абдул Хотака не смогли прорваться к порталу. Да, они до сих пор не оставили попыток отбить аномалию, отчего ситуация в том районе остается крайне напряженной. Нашим специалистам поставлена задача в кратчайший срок пробить пространственный тоннель поближе к Петербургу или Москве. Гиссар – не самая удобная точка, если понадобится перебрасывать грузы или военную технику.

- А меня упекли в Яссы! – с горечью произнес Михаил, впечатленный услышанной информацией. Он и не подозревал, что «Аномалия» развернется в масштабную операцию государственного уровня.

- Исправляю ситуацию, - улыбнулся Александр. – Я же всегда знал, что у моего младшего братишки характер авантюриста! Помнишь, как ты хотел сбежать на Мадагаскар в поисках сокровищ знаменитых корсаров Кидда, Уайта, Каллифорда? Видишь, я до сих пор помню их имена. Зачитывались…

- Точнее, на остров Сен-Мари, - рассмеялся Михаил, но настороженность осталась. К чему это Сашка упомянул его авантюрный характер? Черт возьми, знает ли он, что задумал младший брат или нет? Молчит, играет как кот с мышкой…

- Ну да, Сен-Мари, конечно же, - император прошелся до дверей и обратно. Что удивительно, он до сих пор не закурил. – Я с Костей покумекал на досуге, пока тебя из Ясс везли, насчет Яви-два. Мне нужен там свой человек для деликатных поручений на самом высшем уровне.

- И я подхожу как нельзя кстати?

- Хочу дать тебе почувствовать свою значимость. Ты же не только девок в постель умеешь затаскивать. Мы стоим на пороге грандиозных геополитических потрясений. Рано или поздно о нашем контакте с Явью-два узнают и в Европе, и в Северной Америке. Нам ведь сказочно повезло, что портал появился на землях нашего протектората, и связывает две таких разных России. Представь, если бы оттуда полезли британцы или французы. Маленькой войной не обошлось бы.

- Я согласен, - не стал задумываться Михаил. Он понял, что это шанс сделать себе алиби на случай «внезапной» смерти Сашки и Кости. На него точно подозрение не упадет, пока цесаревич – если останется жив, что далеко не факт - будет разыскивать преступников. А Ордо Маллеус уже запустил механизм подготовки к диверсиям. Старший брат сам кидает ему спасательный круг, не подозревая о последствиях.

- Хм, не ожидал, - приподнял бровь император. – Думал, откажешься. У тебя все-таки большая семья, Анну редко видишь.

- Анна – женщина с большим сердцем, - откликнулся воодушевленный перспективами Михаил. – Она все поймет. Брать же ее за «барьер» не хочу. Опасно.

- «Барьер»? А давай так и назовем эту операцию, - предложил Александр. – Тогда я хочу объяснить тебе, в чем смысл твоего участия в миссии. По сути, в Яви-два будут действовать две независимые группы. У каждой из них свои обязанности. Князь Тарковский осведомлен о скором прибытии эмиссара, но не знает, кто именно будет стоять во главе всей операции. Тебе придается серьезная охрана и несколько человек из чиновничьего аппарата. Цель: контакты на высшем уровне с Великим князем Владимиром и его мятежным дядюшкой князем Всеславом Ярославским. Нужно не допустить разрастания гражданской войны и помирить родственников на каких-то условиях.

- А зачем? Пусть друг друга обескровливают. Самый выгодный для нас вариант.

- Ошибаешься, - спокойно возразил Александр. – Мне как раз выгоден потухший конфликт, но никак не разрешенный в пользу одной стороны. Пусть друг друга держат за глотки, пока мы полностью не используем весь профит.

- Если не получится, и законный правитель раскусит нашу игру?

- Тогда начнешь подготавливать почву для наших переговоров и подписания взаимовыгодного договора о дружбе и сотрудничестве, - брат пожал плечами. – Я дам тебе сутки для изучения всех материалов по «Аномалии» и «Барьеру». После этого ты побудешь с семьей несколько дней и встретишься со своей группой. Познакомитесь, обсудите поставленные вам задачи. И готовься к путешествию в горы.

Он направился к выходу, не замечая взгляда опешившего от такого хода брата. Остановился возле двери.

- Да, кстати. Сейчас тебе принесут постель, ужин и материалы. Будет лучше, если ты сегодня останешься здесь. Туалет и душевая здесь есть. Что еще понадобится, спросишь у начальника караула.

Александр дважды стукнул по металлической двери с окошком, которая тут же распахнулась. Не оглядываясь, император покинул помещение, а дверь захлопнулась, подтверждая опасения Михаила, что все-таки он находится под арестом.

Петербург, март 2016 года

Шум воды в ванной комнате, наконец, стих. Еще какое-то время в полутемной гостиной, уютно освещаемой миниатюрными потолочными светильниками, стояла тишина. Пощелкивал механизм настенных часов, через плотно задернутые бордовые шторы не проникал уличный свет, а легкие шаги по полу скрадывались большим ковром.

Никита сидел в глубоком кресле спиной к прихожей и кухне, совмещенной с гостиной, и поэтому не мог видеть девушку, на ходу наматывающую на мокрую голову полотенце, пытаясь сделать из него своеобразный тюрбан. Волхв сознательно сел таким образом, чтобы не смущать хозяйку – мало ли как она предпочитает расхаживать по своему дому, особенно после душа. Но ее мерцающую ауру волхв чувствовал хорошо.

- Perché fa così freddo (почему так холодно – итал)? – ворчливо произнесла девушка, остановившись неподалеку от кресла. – Неужели забыла закрыть окно?

Ее легкий акцент был таким же, как и при первой встрече. Никита улыбнулся и негромко щелкнул пальцами. Потолочная люстра вспыхнула тремя сотнями свечей настолько неожиданно, что Карина испуганно вскрикнула, но дальше действовала совсем не так, как рассчитывал волхв.

Щелчок спускаемого флажка предохранителя заставил его как можно быстрее раскрыть свое присутствие. А то начнет палить из пистолета, что приведет к печальным последствиям. Рикошетируя от «сферы», пули могут попасть в саму девушку.

- Я искренне прошу прощения, сеньорита Карина, - сказал он громко, оставаясь на месте, - за столь некорректное появление в вашем доме. Но поверьте, я бы ни за что не посмел явиться сюда таким образом, если бы не обстоятельства, связанные с вашей безопасностью.

- Мне знаком этот голос, - произнесла девушка, задавливая в себе страх. – Поднимите руки и медленно встаньте. Белиссимо! А теперь повернитесь ко мне лицом, не делая резких движений.

- Я переживаю, что вы можете быть в несколько пикантном виде, - Никита снова улыбнулся, оставаясь стоять спиной к Карине. – Не буду ли смущать?

- Не переживайте, сеньор, - усмехнулась девушка, приходя в себя. – Если вы вздумаете причинить мне вред, вас уже нисколько не раззадорит мой пикантный вид. Я предпочитаю убирать таких свидетелей.

- Вы невероятно грозны, сеньорита Карина. Или вас правильнее будет называть сеньоритой Бьянкой Руджерро?

- Проклятье, как вам удалось узнать мое настоящее имя? – удивленно спросила девушка. – Повернитесь уже, нахальный мужчина. Хочу удостовериться, вы ли это на самом деле…

Никита выполнил ее приказ… или уже просьбу? Обернувшись, он в одно мгновение срисовал точеную фигурку итальянки в коротком халатике, что очень шел к ее стройным ногам. Воинственно подняв тяжелую для девичьей руки «беретту», журналистка пристально глядела на него через прицел пистолета.

- Сеньор Назаров? – спросив, она тут же с облегчением выдохнула и опустила оружие. Щелкнул предохранитель, и пистолет лег на высокий комод. – Как хорошо, что я изучила ваше настоящее лицо, а то бы пальнула, не раздумывая. Хотя… Вы же маг, заранее подстраховались о своей безопасности. Уберите эту конструкцию, мне не очень комфортно, в голове шумит как будто под водопадом стою.

Никита одним движением кисти разрушил «сферу» и кивнул на комод:

- Вы все время принимаете душ с оружием?

- Последние две недели, - призналась девушка. – У меня ощущение, что кто-то ходит за мной по пятам, и даже в этих стенах я не чувствую себя спокойно. Словно… чьи-то глаза следят из каждого угла. Дьябло! Сеньор Назаров, вы не против выпить со мной? Слишком неожидан ваш визит, а я и так на взводе.

- С радостью. Тем более, есть разговор.

- Тогда загляните на кухню, в бар. Там у меня стоит бутылка ликера. Но вы, наверняка, предпочтете что-то мужское.

- Не обязательно. Я могу с вами выпить и ликер, - глядя на раскрасневшуюся Карину, ответил Никита.

- Отлично. Тогда принесите его в гостиную. Рюмки найдете там же. А я удалюсь на несколько минут, приведу себя в порядок. У вас невероятно… опасно изучающий взгляд. Я стесняюсь в таком виде разговаривать с вами. Боюсь, не выдержу…

Ну вот, начала кокетничать, в глазах пропал страх. И это хорошо. Сейчас еще ликерчику для поднятия духа и развязывания языка – и все будет так, как и рассчитывал волхв.

Никита усмехнулся, скрыв изумление от подобной оценки своего «изучающего» взгляда. Что поделать, ему нравились красивые женщины, а живя в доме со звездной россыпью подобных, научишься глядеть именно так, а не иначе. Впрочем, отбросив в сторону лукавые мысли, он похозяйничал на кухне, легко найдя в баре узкую вытянутую бутылку десертного «Лучано Кафе». Захватив пузатые рюмки из стеклянного навесного шкафчика, он вернулся в гостиную, поставил все добро на столик из светлой карельской березы и стал ждать, прислушиваясь к шуму работающего фена из-за закрытой дальней двери. Видимо, там была спальня.

Карина, к ее чести, не стала задерживаться для приведения себя в то состояние, от которого впадают в ступор мужчины. Она надела легкое домашнее платье, все в легкомысленных цветочных узорах, но выглядела в нем очень привлекательно, да еще распустив смоляные волосы по плечам, сразу превратилась в истинную знойную южанку.

- «Иль Мессаджеро» - римская газета, - разливая ликер по рюмкам, заметил Никита. – А сами вы, Карина… Позвольте, я все же буду называть именно так. Привычно и нравится.

- Согласна. Заодно и на «ты», - встряхнув волосы легким движением головы, согласилась девушка и присела на диван. – Мы ведь уже достаточно знакомы друг с другом. Чувствую себя не в своей тарелке, когда официозом в воздухе пахнет. Так что ты хотел сказать?

- Газета римская, но ты ведь не из самого Рима?

- Из Неаполя. Родилась там, в семнадцать лет переехала в Рим. С тех пор там и живу. А в родном городе остались мои родители и два младших брата, - Карина пригубила кофейный ликер и с любопытством взглянула на Никиту. – Как же ты попал в квартиру? Явно не через окно. Не думаю, что русские маги умеют летать, да и форточки закрыты. Откроешь секрет?

- Ничего сложного, - решил признаться волхв. – При нашей прошлой встрече я смог создать слепок твоей ауры. Не полностью, но достаточно для того, чтобы с его помощью провести некие манипуляции. Но сначала я узнал в редакции газеты, где ты живешь, приехал сюда со своей охраной, которая, кстати, сейчас тщательно бдит за домом. Дождался твоего приезда, высчитал, сколько тебе времени нужно для принятия душа – и провел совмещение аурных меток. Пришлось, правда, выходить в твою квартиру через Инферно. Вот почему ты почувствовала холод.

- Ты умеешь ходить через преисподнюю? – удивилась Карина.

- Преисподняя – чересчур жуткое название для иного пласта бытия, - покачал головой Никита, ощущая во рту терпкий сладковатый вкус кофе. – Нет, я предпочитаю называть более подходящим словом – Инферно, или по-нашему - Навь. У меня есть возможность ходить там по очень узкой тропке. Живому человеку делать в таком месте нечего, поверь. И я использую эту тропинку только в самом крайнем случае.

- Как сейчас? – Карина пристально взглянула на него.

- Как сейчас, - подтвердил Никита.

- Ладно, не будем об этом, - махнула рукой журналистка и откинулась на спинку дивана. Закинула ногу на ногу, покачала ею в глубокой задумчивости, совсем не думая соблазнять сидящего напротив русского мага изящными лодыжками. – Зачем ты здесь?

- События после нашей встречи пошли невероятно стремительно. Благодаря твоему предупреждению, мы встретили опасность если и не во всеоружии, то хотя бы представляя, откуда ждать удар. Но даже я не осознавал, насколько коварен противник. У него очень разветвленная агентурная сеть в России. Ты ведь журналистка, у тебя обширные связи на родине, большое количество информаторов. Что тебе известно о людях по имени Марцио Боргезе и Доменико Котез?

На какое-то мгновение Никита уловил в красивых глазах девушки страх. Он плеснулся из глубин ее зрачков, заставив их расшириться. Аура окрасилась в тревожные багрово-желтые тона, стала пульсировать в такт участившемуся сердцебиению. Но какова бы ни была причина столь резкого перехода от безмятежности к напряженности, Карина быстро пришла в себя.

- Марцио Боргезе занимает официальную должность в Трибунале Священной Римской Роты, - показав жестом, чтобы гость налил ей ликера, взяла полную рюмку и залихватски опрокинула в себя содержимое. – Старший аудитор, если быть точным. Но свои обязанности он практически не исполняет, перекладывая дела на плечи своих помощников. Но Луиджи Гросси, когда разговаривал со мной перед отъездом, раскрыл его истинное положение. Он комиссар Второй капитулы Сектора Ориент. Так звучит эта должность. Священная инквизиция, Ордо Маллеус. Что еще сказать? Частые поездки за рубеж в Польское княжество, в Богемию и Россию. В Риме почти не бывает, можно сказать – только проездом. Про Доменико Котеза я знаю мало. Слишком редко появляется на людях. Он как домашний паук, сидит в темном углу и плетет свою сеть.

- Котез – потомок Торквемады?

- Да, об этом факте знают многие, как раз. И слухи, что Доменико продолжает линию своего знаменитого и ужасного предка, не лишены оснований.

- Он является комиссаром Четвертой капитулы, - подсказал Никита. – Оба ведут подрывную и террористическую деятельность против тех, кого считают своими историческими врагами.

- Ты сам все знаешь, - Карина поставила рюмку на стол, выпрямилась и положила руки на колени. – Зачем же тайно проникать в дом одинокой девушки?

- За мной могут следить. Я здесь, чтобы предложить тебе на некоторое время уехать в Рим. В нашей столице становится небезопасно. Возьми отпуск, скажи, что устала от русской зимы, хочешь позагорать у теплого моря.

- Великолепная идея, – улыбнулась журналистка. – А на самом деле?

- На самом деле я беспокоюсь за тебя. Но есть маленькая просьба. Нужно встретиться с Луиджи Гросси. Тебе это не составит труда. Семейный ужин, знакомство с родителями жениха. Мне нужно точно знать, кто в папской Инквизиции умеет работать с рунической магией. Это очень важно. Заодно и фотографию Доменико Котеза хотелось бы увидеть. Физиономия Боргезе контрразведке уже известна. И он, кстати, посещал недавно Москву. Делай выводы, милая Карина.

- С родителями жениха я уже знакома, - легкая тень, набежавшая на лицо девушки, тут же сошла, как только она улыбнулась. – Но Виченцо будет рад, если я приеду к нему, и обязательно пригласит на ужин… Никита, а та информация, которую я передала тебе в парке, пригодилась?

- Император предупрежден, - кивнул волхв. – Но появилась иная проблема. Боргезе, судя по всему, успел побывать в Петербурге и активизировал свою агентуру. Возможно, это был и не он, а человек, великолепно владеющий искусством татуажа рунной магии. Вот почему мне срочно нужна информация по нему. Что известно, это высокий худощавый мужчина средних лет и даже чуть старше. Волосы черного цвета, длинные, ухоженные. Нос с легкой деформацией хрящей. По глазам ничего не скажу. Они могут быть темно-карими или насыщенной черноты.

- Откуда у тебя такое точное описание? – девушка с любопытством поглядела на Никиту.

- Этот человек активно вербует студентов в Петербурге для своих черных дел, - барон слегка раскрыл подноготную своего интереса. – В руках полиции и магического следственного отдела уже двое таких. С памяти одного из них удалось снять слепок памяти. Вот и всплыл такой образ.

- Ваши маги применили ментальные пытки? – сузила глаза Карина.

- Нет, никаких пыток. Уверяю тебя в том, что говорю. Есть методики, позволяющие проникать в глубины памяти без ментоскопии. Не пытайся узнать про них, я ничего не скажу. Ради твоей безопасности.

- Хорошо, не буду, - выставила перед собой ладони журналистка. – Но с твоей стороны бесчестно подкладывать под нос сладкую морковку, а потом дергать ее за веревочку.

- Близок локоток, да не укусишь, - рассмеялся Никита.

- Да, именно так я и хотела сказать, - в свою очередь улыбнулась Карина. На миг ее губы дрогнули, приоткрывшись, глаза встретились со взглядом молодого барона. Легкое, даже нежное касание, подобно дуновению ветра, пронеслось в голове, оставив приятные ощущения… словно тот, кто проделал эту манипуляцию, был очень доволен мыслями, зародившимися в сознании девушки.

- Пытаешься прочитать меня? – она дрогнувшей рукой цапнула свою рюмку, почему-то уже наполненную кофейным ликером, хотя не видела, когда молодой барон успел подлить. – Или заставляешь сделать ошибку, которая испортит наши отношения?

- У меня слабые ментальные способности, - извиняющая улыбка появилась на губах Никиты. – Хотел лишь проверить, насколько сильна моя неотразимость.

- Зачем? – изумилась Карина и, поняв, что гость шутит, расслабленно засмеялась.

- Оказывается, не все девушки видят перед собой мужчину своей мечты, - присоединился к ней Никита. – Ты хорошо отбиваешься. Поэтому будь настороже, когда увидишь человека, которого я тебе описал только что.

- Проверка? – догадалась Карина.

- Считай, ты ее прошла. Дар, конечно, слабенький, но спасает твой внутренний стержень и стойкость к манипуляциям.

- Спасибо, ты меня обнадежил, - в голове Кристины уже слегка шумело. Алкоголь она употребляла редко, но сегодня произошла какая-то психологическая встряска, когда в ее квартире неведомым образом появился барон Назаров. Пока девушка приводила себя в порядок, лихорадочно просчитывала варианты, как же так получилось. И телепортация казалась единственно верным и логическим решением. Но для пробития канала нужен маячок наведения. Как его сумел подсадить нахальный молодой парень? Вернее, как он изловчился создать маячок из слепка ауры? О такой магической хитрости Карина не знала и с некоторым сомнением слушала объяснение Назарова. Ведь явно водит ее за нос, только вот намеренно или разыгрывает?

Тоже вряд ли: она специально ходила к одному знакомому русскому ведуну, который абсолютно уверенно определил, что ее аура чиста. Нет, этот Назаров полон тайн, что очень раззадоривало девушку.

- Никита…, - Карина прищурилась и поглядела на расслабленного собеседника. – Я, конечно, благодарна тебе безмерно за предупреждение и за то, что ты беспокоишься о моей безопасности. Не подумай, что я настолько сильно боюсь этих религиозных мафиозо. У меня есть влиятельные друзья, которым ничего не стоит щелкнуть их по носу… Вот сидим мы с тобой, так мило беседуем, а журналистское чутье подсказывает, что в твоем визите прячется второе дно. Но ты боишься его показать.

- Ты проницательна, Карина, - усмехнулся Назаров. – Всегда завидовал людям, умеющим чувствовать момент. Второе дно имеется. Но хочешь ли ты погрузиться туда?

- Говорите, барон! – тряхнула головой девушка.

- Я хочу, чтобы ты взяла у меня большое интервью, - ошарашил ее Никита. – Читателям будет интересно узнать о жизни зятя Великого князя Константина, как он из безродного мальчугана превратился в серьезную политическую фигуру. Немного фантазии, выдумки, антуража в виде тайги, медведей, стычек с контрабандистами, вспыхнувшая любовь к молодой княжне… Романтика, да? А, может, в Италии не читают про русских дворян?

- Читают, - улыбнулась Карина и заинтересованно взглянула на внезапного гостя. – В Италии есть устойчивый интерес к «дикой и снежной России». Интервью пройдет согласование с высшими инстанциями?

- Обещаю.

- Тогда зачем оно вам?

- Чтобы обо мне как можно больше узнали люди, из-за которых я перерыл весь Петербург.

- Та-аак! – Карина была девушкой догадливой и мгновенно сложила кусочки мозаики в целостную картину. – Мне нужно стать живцом для комиссара Боргезе?

- Можешь отказаться, я все пойму.

- Ну уж нет! – поводила пальцем из стороны в сторону журналистка. – Говори, в чем твоя задумка?

Никита для начала разлил ликер по рюмкам и стал рассказывать. Карина слушала его с напряженным вниманием, изредка кивая в знак того, что все понимает. Концепция интервью уложилась в пятнадцать минут, после чего гость спокойно осушил рюмку. Девушка всего лишь пригубила и отставила в сторону свою.

- Наживка не я, - Карина усмехнулась. – Эту роль ты отдаешь своему человеку. Хм, теперь я очень хочу, чтобы чертов Боргезе как можно скорее пришел в гости.

- Не торопись. Сначала интервью. А комиссар обязательно тебя навестит. Он очень любит ходить в гости к итальянцам, живущим в Петербурге. Невероятная тяга к землякам.

- Когда будем записывать?

- Давай завтра у меня в особняке на Обводном. Посмотришь, как я живу. Познакомлю тебя с домочадцами. Уверен, они тебе понравятся, - улыбнулся Никита, но тут же посерьезнел. – После выхода интервью Боргезе обязательно к тебе заявится. Главное, будь спокойной, соглашайся на любые условия, торгуйся, в общем, играй и импровизируй. И между делом скормишь ему наживку.

- А если придет не Боргезе, а его агент, который из людей делает ходячие машины для убийства? Не влезет ли в мою голову? Узнает про мой скромный Дар, после чего вся жизнь превратится в кошмар.

Карина действительно беспокоилась, что собственноручно признается в обладании магической искры. Но желание занять руководящий пост в «Иль Мессаджеро» перевешивал все страхи. Интервью с Назаровым – это тот самый мостик, по которому она перебежит на другую сторону и прочно сядет в кресло редакционной коллегии газеты.

- А ты ничего и не скрывай. Изобрази растерянность, расскажи о своих амбициях, желаниях, - снова улыбнулся Никита, но настолько мягко, что Карина расслабилась и перестала бояться. – Будешь ставить блоки, Боргезе или его агент это почувствуют и серьезно осложнят твою жизнь.

- Я тебя поняла, - кивнула девушка.

- Ну что ж, мне пора, - волхв поднялся на ноги. – Как только состоится твой контакт с инквизиторами, уезжай домой. Информация по агентуре Боргезе и ему самому мне нужна как воздух, но и твоя безопасность стоит не на последнем месте.

- Мой шеф жуткий трудоголик, - вздохнула журналистка. – Начнет вопить, что работать некому, что большая часть отдела – жуткие лентяи, а самый лучший сотрудник решил позагорать на неаполитанских пляжах.

- Шеф вашего отдела – русский, а значит, мы с ним договоримся, - уверенно ответил Никита. – Так что собирай чемодан, билет закажешь позже. Мои люди за тобой присмотрят, пока ты будешь здесь, и до аэропорта проводят. А теперь я попрошу тебя уйти в спальню или ванную комнату. Мне нужно открыть портал.

Карине страстно хотелось увидеть, как один из перспективных русских магов будет оперировать своей Силой, обращаясь к Инферно. Задержавшись на мгновение, она уловила укоризненный взгляд Назарова. Вздохнув, вошла в спальню и закрыла за собой дверь.

Что-то негромко громыхнуло, словно тяжелый предмет мебели с небольшой высоты рухнул на пол, а потом все затихло. Карина, выждав минуту, осторожно выглянула наружу, ощутив, насколько в гостиной холодно. Едва не поскользнулась на тонкой пленке тающего инея, ойкнув от неожиданности. Шторы еще колыхались от взбаламученных потоков воздуха, столик был перевернут ножкам вверх.

- Ликер! – выдохнула девушка, вспомнив про недопитую бутылку. Если она опрокинулась вместе со столиком, то ковер придется отдавать в чистку или приглашать мага-бытовика, чтобы вывел пятно.

Она с удивлением обнаружила, что бутылки на полу нет. Не веря своим глазам, Карина заглянула в бар и увидела свою «Лучано Кафе» целую и невредимую, как и рюмки в раковине.

- Какой расчетливый и опасный мужчина, - хмыкнула она и улыбнулась каким-то своим мыслям. – Жаль, раньше не встретились.

Никита никогда бы не сказал такой приятной и понравившейся ему девушке, что подсадил маячок в ее ауру во время первой встречи. Сделал он это с тем изяществом, которое всегда отличает мастера от ремесленника. Те наработки со своими помощниками-амебами, использовавшиеся в пору его подростковых изысканий и экспериментов, пригодились и сейчас. Он всего лишь поместил маячок в хронокапсулу, и та раскрылась, отставая от жизненного цикла Карины ровно на одну минуту. Если не знать, где и что искать – маячок не обнаружить. А речь про «слепок ауры» всего лишь невинная шутка, в которую Карина, кажется, охотно поверила, боясь испортить свое впечатление от первой встречи с симпатичным русским магом.

Волхв был уверен, что девушка постарается тщательно проверить свою ауру. Все-таки она чего-то опасалась, и даже заверения барона ее не успокоили бы. Значит, проверка была – и безуспешная. В разговоре с ним даже намека не было, лишь здравый вопрос, каким образом Никита отыскал ее жилище.

Но самое главное, он просчитал психологический портрет Карины. Девушка с какой-то одержимостью ухватилась за его идею, показывая профессиональную хватку. Как только выйдет интервью в итальянской газете, начнется настоящая игра.

«Это тебе не бедолагу Гольца показательно убивать», - мрачно подумал Никита про невидимого пока врага, ощутив ледяное дыхание инфернальной воронки.

Взвихрив остатки снежного покрова, еще не растаявшего вокруг «точки возврата», как Никита в шутку называл пятачок земли в глубине парка петербургского особняка, Дуарх вытолкнул волхва на поверхность Яви, шаловливо задев раструбом воронки голые ветви деревьев, и сразу же исчез в глубинах своего нынешнего места жительства.

Глава 2

Вологда, «Гнездо»

Приближение двух человек, медленно шагающих по расчищенной дорожке, вызвало возбуждение у небольшой стаи ворон, облюбовавших раскидистую березу. Здесь они свили два больших гнезда и решительно отгоняли всю птичью братию, непохожую на них. Но и с людьми отношение у чернокрылых сложились весьма напряженные. Наученные горьким опытом, когда по ним однажды прилетела чувствительная магическая оплеуха от какого-то старика, птицы сейчас не галдели в возмущении, а просто перепрыгивали с ветки на ветку, внимательно глядя сверху, что предпримут жильцы огромного каменного гнезда из белого камня.

Никита неторопливо катил коляску с уютно сопящим Яриком, которого укачала монотонная езда и свежий воздух. Рядом шел Антон Шубин в длинном светло-коричневом пальто, держа затянутые тонкими перчатками руки за спиной. Настроение своего молодого хозяина он уже давно научился считывать по неуловимым признакам, и сейчас напряженно думал, о чем пойдет речь.

- Гляжу, поездка удалась, Антон? – улыбнулся Никита, поглядев на напряженного начальника СБ. – Как дела у Аленки?

- Отлично. На втором месяце уже, - расцвел Шубин. – Учебу свою заканчивает, весной защита диплома.

- Видишь, как все получается, когда прислушиваешься не только к своему сердцу, но и выполняешь приказы своего господина, - Никита шутил, но Антон воспринимал его слова серьезно и с благодарностью. Не поговорил бы с ним тогда откровенно, кто знает, чем дело закончилось. А так… свадьбу сыграли хоть и скромную, но такую, что половина Вологды побывала на ней. Даже старый князь Городецкий в качестве почетного гостя присутствовал, гордо восседая рядом с молодыми. – Не забудь подсказать жене, что ждем ее в «Гнезде» как дипломированного работника.

- Да она сама ждет не дождется, рвется сюда, - радостно вздохнул Шубин.

- Жить будете в своем новом доме, - решительно произнес Никита. – Я планирую расширить территорию поместья, построить небольшой поселок для Слуг (он выделил это слово особенно, подчеркивая значимость преданных ему людей, а вовсе не уничижая), которым нельзя по специфике службы покидать «Гнездо». Как понимаешь, ты один из них.

- Не возражаю, - кивнул Шубин. – Главное, чтобы был просторный и большой. Мы планируем завести не меньше четырех карапузов.

- Хватит и для пяти, - тихо рассмеялся волхв. – Архитекторы спланировали прекрасные дома. Двухэтажные, с просторным двором, где можно шашлыки жарить и с детьми играть. Даже бассейн будет. Места много. Забор северного фаса перенесем на пару километров, незачем бурьян на пустырях разводить.

- Ближе к дороге получится, - напомнил Антон.

- Ну и что? Там все равно моя земля, и штат охраны, исходя из этого, придется увеличивать, технику закупать. В общем, перспективы развития радуют, да?

- Несомненно. Вот только всегда найдется ложка дегтя…, - помрачнел Антон.

- Ты про папских псов?

- О ком же еще? Переживаю за девушек, живущих в Петербурге.

- За ними смотрят, - Никита остановился возле лавочки, кивнул на нее, приглашая собеседника присесть. – На данный момент у нас иная проблема, которую нужно решить кардинально и быстро. Не самое приятное ощущение, когда Ордо Маллеус дышит в загривок. Нужно скинуть эту обузу раз и навсегда. Потому что грядут иные испытания.

- Ты насчет Шереметевых?

- Хотелось бы ошибиться, - поморщился волхв. – Есть мнение, что князь остался недоволен моей дерзостью, даже несмотря на объяснение.

Шубин кивнул. Он как раз и не сомневается в горячем желании старого князя как следует проучить Главу молодого клана. И акция в скором времени последует. А тут еще и магическая инквизиция крутится где-то рядом, выискивая подходящее время и место для удара.

- Нужно собрать силовой блок и обсудить проблему, - предложил Антон после недолгого молчания.

- Да, обязательно соберем, - Никита подобрал с оттаявшей земли тонкую ветку и стал ломать на мелкие части. – Только у меня к тебе приказ, Антон. Именно приказ, а не просьба. И его надо выполнить ради, как бы тяжело не было.

- Слушаю, Никита, - проглотил тяжелый комок Шубин. Он почувствовал, как таившееся в глубине сердца предчувствие зашевелило скользкими щупальцами грядущей беды.

- Я хочу, чтобы ты стал предателем, - сухо треснула веточка.

- Никита Анатольевич! – взвился Шубин и резко замолчал, глядя на Ярика, безмятежно посасывавшего соску во сне. Понизил голос: - Хозяин, я не могу пойти на это!

- Сможешь, - печально кивнул Никита. – И сделаешь это. Завтра ты переходишь в наш петербургский особняк и действуешь по моим инструкциям.

- Кому я должен продаться? – глухо спросил Антон, поняв бессмысленность сопротивления.

- Или комиссару капитулы Боргезе, если он соизволит на тебя выйти, или его агенту, который татуирует столичных студентов магическими рунами. В любом случае эти двое – главные лица в игре. Подозреваю, что есть еще и наемники, но это наша забота.

- Почему именно я?

- В первую очередь ты отвечаешь за безопасность, осведомлен обо всем, что происходит в нашей семье. Ценный источник информации, ни много, ни мало. Твоя верность неоспорима, оттого мы и ожидаем, что именно к тебе будет направлен интерес.

- Нелогично, - возразил Антон.

- Как раз некая логика в этих выводах проглядывается, - Никита наклонился и посмотрел на заворочавшегося Ярика. – Ордо Маллеус любит склонять к сотрудничеству именно таких людей, как ты. Контактируют, прощупывают намерения, и, если видят готовность к измене – работают плотно. Неподкупных нет, есть те, кто обходится очень дорого.

- Почему не Бекешев?

- Такую возможность я тоже просчитываю, - кивнул волхв. – Могут выйти на Костю-телепортатора, еще на пару-тройку человек. С каждым из них я уже побеседовал, предупредил, как действовать. Но именно тебе уготована роль крупной наживки. В интервью итальянской газете я намеренно отзывался о тебе в очень лестных словах. Особенно упирал на то, что твоя преданность показывает пример честного и верного служения своему господину. А папским псам очень нравится ломать таких людей. Они находят в этом какое-то извращенное удовольствие.

- Я читал. Спасибо, Никита. Знаю, что это было искренне.

- Конечно, дружище. Но, в первую очередь, я давал намек противнику, где мое «слабое» место.

- Ну, хорошо, - Шубин чуть-чуть расслабился. – Только прошу защитить Алену, чтобы через нее меня не шантажировали.

- Завтра с утра езжай в Вологду и привези ее сюда вместе с матерью и младшим братом. Пусть поживут в «Гнезде» с месяц. Я рассчитываю за это время уничтожить поганое гнездовище. На учебу девушку будет сопровождать охрана. Денис Мещерин со своими парнями поможет, если надо.

- А если ты ошибся в расчетах?

- Если ошибся – буду искать другие варианты, - пожал плечами Никита. – Я же не Пророк, чтобы видеть грядущее в мельчайших деталях.

Он сдвинул рукав пальто и посмотрел на часы. Время прогулки с сыном подошло к концу, можно было идти домой. Поднявшись, кивнул Шубину, чтобы тот присоединялся. Толкая перед собой коляску, волхв продолжил рассуждать:

- Хованский не нашел пока человека, рисующего татуировки на теле молодых идиотов. После устранения Гольца появились серьезные опасения, что Инквизиция постарается разыграть карту вражды между моим Родом и Шереметевыми. Мне сейчас не нужна война, поэтому ликвидация комиссаров Второй и Четвертой капитулы, работающих на «русском» направлении является первоочередной задачей. Если от них потянутся ниточки к Шереметевым и Волынским, это уже серьезный звоночек для императора. Ордо Маллеус не та организация, которая опускает руки после первой неудачи. Боргезе обязательно нужен информатор в моем Роде.

- Я все понял, Никита, - Шубин глубоко задумался. – Предположим, что ты оказался прав, и на меня выйдут инквизиторы с предложением сотрудничества. Я не маленький ребенок, вся моя сознательная жизнь офицера прошла в охране высокородных одаренных, и я знаю, на какие меры идут они, чтобы защитить себя от предательства. Как быть с родовой клятвой? Мое отступничество, даже мнимое, убьет меня.

- Я сниму ее, если тебя начнут вербовать, - кивнул Никита.

- Но тогда есть риск, что в мою голову поставят какие-нибудь ментальные закладки, - продолжал выискивать слабые места в задумке молодого хозяина.

- Маловероятно, - объезжая коляской лужу из растаявшего снега на дорожке, откликнулся волхв и подъехал к крыльцу. Здесь их ждала одна из нянечек. Подхватив закутанного и уже просыпающегося Ярика, она унесла его в дом. – Ставить ментальные блоки рискованно. Ты же «сознательно» идешь на сотрудничество, и чужое воздействие будет мешать выполнению некоторых задач. Но даже в этом случае мы тебя аккуратно проверим.

- Успокоил, - пробурчал Шубин, а Никита только усмехнулся.

Он занес коляску на веранду и оставил ее там, но заходить в дом не торопился. Волхв с интересом смотрел, как возле казармы толпится с десяток бойцов, которые собирались на полевые занятия, проходившие каждый день в «Родниках» под руководством Глеба Донского. Подъехал микроавтобус, пофыркивая сизым дымком, куда они и стали загружаться.

- А если Шереметевы пойдут на обострение? – Антон задал не менее волнующий вопрос, встав рядом с Никитой. – Домашняя свара куда опаснее, чем какая-то там заморская инквизиция.

- Князь Василий Шереметев опытный и битый волк, - задумчиво откликнулся молодой хозяин «Гнезда». – Он не будет из-за Гольца начинать войну. А если начнет – у меня есть чем ответить. Ошибку родичей я не повторю.

Петербург

Бьянка Руджерро, представившаяся Никите Назарову Кариной, любила в обеденный перерыв сидеть в маленьком уютном кафе, из которого хорошо просматривался парадный вход в многоэтажное современное здание из бетона и пластика, где весь первый этаж арендовало издательство «Иль Месаджерро». Жаль, что не удалось занять место повыше, по первости сокрушалась девушка. Сверху хорошо просматривался Невский проспект, прямые перспективы радовали глаз, да и народу меньше снует. А то норовят все по ошибке заглянуть в редакцию, своими глупыми вопросами отвлекая сотрудников от работы.

Бьянка заказала себе легкий салат с тостами, чашку капучино и пару бисквитов. Пока ланч не принесли, она наскоро просмотрела на телефоне отклики на свою статью, вышедшую четыре дня назад.

Интервью и душещипательная история о жизни одного из влиятельных и перспективных аристократов молодой формации, занимавшегося продажей оружия и магических компонентов к нему вызвала большой интерес среди читателей. Статью даже перепечатали несколько серьезных газет в Италии. Из головного офиса даже похвалили и дали задание сделать цикл о русских дворянах-аристо именно из той когорты, ярким представителем которой является молодой барон Назаров. Вероятнее всего, интерес инспирировался разведывательными структурами, а возможно, и самим Папой. Бьянка больше беспокоилась, что это может навредить Никите и его бизнесу.

Она задала вопрос барону, когда тот позвонил ей на следующий день после публикации, и Назаров уверил ее, что никаких проблем не будет. Теперь нужно просто ждать того, кому статья, в принципе, и предназначалась.

Но наживку никто хватать и не думал. Девушка подумала, что Никита ошибся в своих предположениях. Может, это и к лучшему. Молодая журналистка, откровенно говоря, побаивалась контактов с представителями магической инквизиции. Что в головах этих извращенцев, она не представляла. Поэтому никогда не касалась в своих статьях скользкой и опасной темы.

На залитый дневным солнцем столик легла тень и тут же ушла в сторону. Бьянка подумала, что это официант принес заказ, и подняла голову. Перед ней, слегка сутулясь, стоял худощавый мужчина с приметной горбинкой на носу. Короткие черные волосы на его голове торчали в разные стороны, как будто намеренно смазанные лаком, обтянутые загорелой кожей скулы создавали образ нахохлившейся вороны. Да и темно-серое пальто, под которым виднелась черная рубашка, усиливало это ощущение.

- Сеньорита, позволите присоединится к вам? – оказывается, черная птица умела улыбаться. Правда, и улыбка под стать образу – такая же неприятная. – Место ваше очень удобное, рядом с окном. Не хочу пропустить одного человека…

Он кивнул в сторону парадного крыльца ее офиса, возле которого суетилась ежедневная толпа народа.

Бьянка бросила быстрый взгляд по сторонам. Свободные места были, но в глубине зала, что не мешало оттуда спокойно наслаждаться видами улицы. Но чутье подсказало о намеренном появлении возле ее столика незнакомца. Сердце учащенно забилось. Сразу же в памяти всплыл образ мага-рунолога, описанный Никитой. Чтобы скрыть первое замешательство, она на мгновение уткнулась в телефон, принудительно погасила экран, и только потом кивнула.

Мужчина снова улыбнулся, резким и ловким движением снял пальто и повесил его на никелированную вешалку, стоявшую для удобства посетителей в проеме между окнами. Так же резко отодвинул стул и примостился напротив Бьянки. Но разговор начинать не торопился. Сначала он дождался официанта, принесшего заказ девушки, сам попросил чашку крепкой арабики и почему-то стакан холодной минеральной воды. Говорил он по-русски, неплохо, но с очень выделяющимся акцентом.

- Если я не ошибся, вы сеньорита Руджерро? – незнакомец перешел на родной язык ее родины. – Прошу вас, не пугайтесь так. Разрешите представиться: Дженнаро Баталья[1], коммерческий агент. Моя работа простая: переговоры и заключение договоров. Как видите, я нисколько не злодей.

- У вас говорящая фамилия, - усмехнулась Бьянка, стараясь как можно быстрее взять себя в руки. Южно-итальянский салат помог ей в этом. – Надеюсь, вы не маг? Не хочу, чтобы в моей голове кто-то копался.

- Немножко, - признался Дженнаро и откинулся на спинку стула, сцепив руки на животе. – Но не переживайте, я соблюдаю принципы невмешательства в личную жизнь обычных людей.

- Магом нельзя быть «немножко», - девушка решила атаковать своей иронией, стараясь скрыть страх, царапающий сердце. Баталья – или кто он на самом деле – уже прошелся легкой кисточкой ментального воздействия, отчего виски словно ветерком обдуло. Лжец и опасный зверь. – Это противоречит природе вашего Дара.

- Согласен, я лишь пытаюсь расслабить вас. Вы излишне напряжены. Так не нужно. Кушайте, кушайте, не обращайте на меня внимание.

Бьянка пожала плечами и увлеклась своим салатом, следуя совету черной вороны. А Дженнаро, получив свой заказ, стал очень странно пить кофе. Сначала делал глоток обжигающей жидкости и тут же запивал его минеральной водой. Зачем он это делает, девушке было любопытно, но задавать вопросы не стала. Ее сознательно втягивали в разговор, где ведущую роль сыграет Баталья – это уже понятно.

- Откуда вы знаете мое имя? – не удержавшись, спросила журналистка, промокнув губы салфеткой. – Я не связана с коммерцией, не покупаю и не продаю. Моя работа – писать статьи.

- Собственно, по этому поводу я и подошел к вам, - снова мило-опасная улыбка на тонких губах. – «Новые люди России» - ваша статья?

- Да. Было бы глупо скрывать очевидное, - пожала плечами девушка.

- Так вышло, что интересы нашей компании и статья про барона Назарова удивительным образом сошлись в одной точке. Поразительно, как вовремя она вышла! Мы как раз пытаемся найти в России людей, готовых сотрудничать с нами…

- Ваши обтекаемые фразы ничего не говорят, - отрезала Бьянка и отодвинула от себя пустую тарелку. – Кто вы, какие услуги предлагаете? Что вас заинтересовало в северной империи?

- Настоящая журналистка, что бывает довольно редко, - кивнул Дженнаро и снова отхлебнул кофе, запив его водой. – Хорошо, я буду откровенен. Дело в том, что компания, где я работаю, специализируется на продаже военного оборудования: радиостанции, индивидуальные средства связи, всевозможные приборы слежения и прочее-прочее, где используются магические платы шифрования. А барон Назаров является хозяином корпорации, производящим именно то, что нам нужно. «Изумруд» и «Гранит» - не казенные предприятия, а значит, государство не может диктовать условия господину Назарову.

- Тем не менее, оно имеет приоритет в закупках, - поднаторевшая в этой теме с помощью Никиты ответила Бьянка. – Предприятия загружены на пять лет вперед. Представляете, какие заказы идут через военную-инженерную корпорацию Семьи Назаровых?

- Более чем, - уверил ее Дженнаро. – Поэтому и ищу вашей помощи.

- Но я-то чем могу помочь? – Бьянке удалось искренне удивиться.

- Насколько я смог понять из статьи, вы, сеньорита, давно знакомы с бароном и его семьей? Между строк проскальзывает именно такое ощущение. Вы пишете о его женах и детях с невероятной любовью, а история знакомства господина Назарова с племянницей императора впечатляет!

Ну да, знал бы инквизитор, какие усилия пришлось приложить Никите, чтобы этот случай попал в газету. Тесть, Великий князь Константин, категорически не хотел разглашения истории, но потом сдался. Бьянке два дня пришлось ездить к нему и проводить правки. Меньшиков безжалостно вычеркивал целые абзацы, стучал кулаком по столу, ругаясь с зятем и даже порыкивал на девушку. Но в конечном итоге все остались довольны, обойдя особо острые углы.

Такого опыта подготовки статьи сеньорита Руджерро еще не знала!

- Увы, не все так радужно, сеньор Баталья. Я больше знакома с Назаровым, чем с его женами. Мне приходилось с ним пересекаться, общаться и даже немножко подружиться, - девушка прибавила лукавости своему голосу. – Потом у меня возникла идея взять интервью у этого интересного «оружейного» барона. Но получилось не только интервью, но и статья.

- Вам нравятся мужчины подобного толка?

- Куда лучше, чем аристократы старой формации, - фыркнула Бьянка. – Они зануды, как и наши князья и нобили… Но вы просили помощи. Расскажите.

- Помогите мне встретиться с бароном тет-а-тет. Без лишней шумихи и интереса со стороны спецслужб.

- Просьба щекотливая и трудновыполнимая.

- Мы щедро отблагодарим вас, сеньорита Бьянка.

«К дьяволу вашу благодарность!» - быстро подумала девушка и выбросила из головы крамольную мысль. Играть с зубастым зверем ей было весьма нелегко и неприятно.

- Чтобы встретиться с бароном, нужно, в первую очередь, получить разрешение клановой службы безопасности. Я тоже проходила проверку и собеседование.

- И кто там самый главный?

- Некто Антон Шубин, офицер-гвардеец. Раньше служил в дворцовой страже, имеет огромный опыт по организации безопасности членов императорской семьи.

- Шубин…, - допив из стакана минералку, Дженнаро отставил его в сторону и простучал пальцами дробь по столу. – Вы можете организовать встречу с боссом клановой безопасности?

Девушка почувствовала нарастающее давление на виски. Явно началось ментальное принуждение. Чтобы не дать Баталье влезть в ее голову своими щупальцами окончательно, она торопливо спросила:

- О чем я буду с ним говорить?

Давление слегка ослабло.

- Так и скажите: некая фирма хочет выйти на барона Назарова для заключения контракта. Мы не влезаем в военную сферу, а больше всего специализируемся на поставках гражданского оборудования с урезанными возможностями магических плат. Все честно, без обмана.

- Не могу вам обещать, что Шубин согласится допустить незнакомых людей к своему хозяину, - Бьянка с трудом проглотила кусочек бисквита. Есть, когда рядом находится агент инквизиции, совершенно расхотелось.

- Ну что вы, какие к вам претензии, сеньорита Бьянка? – ощерился собеседник. – Не получится, так не получится. Но я почему-то уверен, что вы приложите максимум усилий, чтобы сеньор Шубин снизошел до мелкого чиновника и дал возможность встретиться с ним. Используйте свое очарование вкупе с Даром, который вы так тщательно пытаетесь скрыть.

Снова последовала улыбка, от которой у девушки внутри все смерзлось. Поганое чувство, когда спазмы страха сжимают желудок и сердце, немеет язык.

- Я вовсе не прятала, - отрицать очевидное не было смысла. – Мой Дар слабенький, и никаких преимуществ в моей жизни не дает.

- Не прибедняйтесь, сеньорита Бьянка. Дар либо есть, либо его нет. А все остальное от лукавого. Вы, кстати, замечательная журналистка. Чувствуется стиль, оригинальность, сопереживание своим героям, - лесть текла патокой. – Не хотите афишировать искру Дара – ваше личное дело. Или боитесь, что об этом узнает папская инквизиция? Согласен, мерзкая организация. Приходится сосуществовать с их идеями и неудержимым желанием искоренить все и вся. Не ошибусь, если предположу, что вам комфортнее в России именно из-за подобной позиции?

- Домой меня все равно тянет, - с трудом изобразила улыбку девушка.

- Вы напряжены. Не нужно строить домыслы и пугать себя. Это плохо отражается на здоровье, - Баталья накрыл пустую чашку от кофе ладонью. – Так мы договорились?

- Договорились. Я сегодня свяжусь со службой безопасности и выясню у господина Шубина насчет встречи. Дадите свой номер телефона?

- А вы завтра сюда заходите на чашечку кофе, - оживился мужчина, увильнув от желания делиться телефоном. – В это же время. Надеюсь, с хорошими новостями.

Он встал, надел на себя свое мрачное пальто, и не застегиваясь, слегка поклонился.

- Всего доброго, сеньорита Бьянка, - Баталья вышел с непокрытой головой и как будто намеренно прошел мимо девушки, после чего смешался с толпой прохожих и исчез.

Скрипнув зубами от злости, рвущейся из груди, она цапнула телефон, нашла в списке контактов номер, обозначенный как «ночной гость», и сделала звонок. Этот номер был зарегистрирован на человека, не имевшего никакого отношения к барону Назарову или к членам его семьи.

Дождавшись щелчка соединения, Бьянка коротко бросила:

- Рыбка клюнула.

На той стороне выслушавший ее человек сразу же отключился. А значит, он все понял, и рискованная авантюра начала раскручивать свой маховик.

Дача Волынских, март 2016 года

Весна в этом году щедро насыпала тепла, не давая своей сопернице-зиме особо лютовать нежданными метелями и густым снегопадом посреди солнечного дня. Хрусткий ледок на лесных прогалинах рассыпался под ногами людей на сотни мелких осколков, освобождая почерневшую и отмершую под растаявшим недавно настом траву.

Шереметев с интересом рассматривал дикий уголок огромного парка в поместье Волынских. Сюда редко кто заглядывал, разве что егеря для проверки, как размножается живность и не шалит ли простой народ из окрестных сел. А заодно приводили в порядок просеки, убирали бурелом, уничтожали сухостой – от этого лес приобрел удивительную чистоту и прозрачность, прямо как в образцовых маркграфствах Германии. Покажись сейчас олень с ветвистыми рогами на полянке – Василий Юрьевич нисколько не удивился бы.

- Умеешь ты за своим хозяйством приглядывать, Леонид Иванович, - похвалил давнего друга-союзника Шереметев. – Глаз радуется, до чего здесь приятственно находиться. Все жду, когда под ногами сучок треснет, ан нет – словно грабельками прошлись.

- Так и есть – грабельками, - усмехнулся Волынский, расслабляя лицевые мышцы. Еще не отошел от роли сурового хозяина, давая указания работникам возле особняка. – Здесь все же не лес, а парковая зона. Зачем же захламлять?

- А на берегу озера, значит, нас ждет шашлык?

- Куда же без него? – Волынский достал из кармана пальто золотой портсигар, но передумал его открывать и отправил обратно. – Не хочу легкие травить, воздух здесь неимоверно целебный… А насчет шашлыка Ахмет уже распоряжается.

- Отдай мне его, Ленька, - перешел на вольный стиль общения Шереметев. – Твой кавказец душу дьяволу заклал, но у него такие шашлыки получаются! Сказка, не шашлык!

- Ишь ты, чего удумал! – рассмеялся Волынский, заложив руки за спину. Шагал он широко, не глядя по сторонам; этот лес им был исхожен за полвека вдоль и поперек. Каждая кочка, каждый пенек от спиленного дерева, саженцы, которые превратились в высоченные сосны – все было ему известно. – У нас еще спор неразрешенный остался насчет молодого щенка.

- Стать ему Кормчим или нет?

- Именно.

- Так он не стал!

- Любезный Алексей Изотович готовит вторую попытку, - предупредил Волынский. – Или ты уже готов расстаться с яхтой?

- Пожалуй, подожду, - немного подумав, ответил Шереметев.

Двое Патриархов чуть сбавили шаг, огибая небольшой овражек, засаженный молодыми сосенками. Здесь, по словам хозяина дачи, по осени много рыжиков собирают, поэтому решено было не привлекать волхвов-ландшафтников, чтобы затянуть земной шрам.

- Тебя что-то беспокоит, Василий? – покосился на него Волынский. – Приехал смурной, да и сейчас на лицо тень набегает.

- Да вот…, - князь Василий расчертил походной тростью на влажной траве дугу. – Я все думаю о происшествии в Новой Ладоге. Какая сволочь угробила Гольца, и почему там в это же время оказался щенок Назаров?

- По первому вопросу какая-то ясность есть, - осторожно произнес Волынский. – Не намек ли тебе от англичан спесивых, что они недовольны происходящим? Кому как не им знать, что из себя представляет Гольц?

- Да не логично это – убирать посредника, на котором завязаны все контакты между нами и вычегодскими потайниками, а также знающего трафик золотого песка, - сказав это, Шереметев поморщился. – Я связался с людьми в Лондоне, и они уверяют, что никоим образом не причастны к гибели моего управляющего. Назаров утверждает, что Ефимка, паразит такой, работал на магическую инквизицию. Но это бред какой-то.

- Как ты с Назаровым-то разошелся? Не поубивали друг друга, удивительно.

- Честно скажу, опешил я, - хохотнул князь Василий. – Этот звереныш мне нравится своей непосредственностью. Он как будто не замечает ничего вокруг: ни намеков, ни полутонов, ни опасной возни за своей спиной. А в нашей среде не принято вести себя подобным образом.

- Вспомни, откуда его старик Назаров вытащил, - пожал плечами Волынский и бросил цепкий взгляд по сторонам. Охрана тщательно бдела за своим хозяином и гостем, незаметно мелькая в просветах деревьев. – Мы своих детей сызмальства учим правильному поведению и общению среди равных. Все проходят определенные этапы обучения, а Никитка как лис, ворвавшийся в курятник. Переполошил всех, смешал карты и планы многих влиятельных людей, а Балахнина вообще умудрился чем-то приворожить. Тот до сих пор от своей идеи-фикс не отказался… Но все же, объясни мне, что делал Назаров у Гольца?

- Хотел его то ли спасти, то ли поговорить с ним. Кажется, у парня снова появились проблемы с Ордо Маллеус. Кто-то начал охоту на него и семью. Про нападение на особняк Назаровых в районе Обводного, небось, слышал?

- Да, презанятная история, - Волынский зачем-то посмотрел на часы. – Давай, подытожим. Гольца выбили из схемы неизвестные силы, вмешавшиеся в нашу игру. Здесь мы видим несколько вариантов развития ситуации. Британцы решили загрести под себя вычегодское золото – это раз. Некто, кому Гольц решил продаться, тоже влезли в свалку и решили использовать его смерть, чтобы ты, князь, начал войну с Назаровым – это два. Ну и третий вариант, самый неприятный для всех нас – Меньшиковы вдруг поняли, какую глупость свершили, что отдали Бельским на откуп обширные земли, начиная от Устюга и далее на восток. Назаров в эту схему вписывается хоть и не идеально, но вполне логично. Молодому клану нужны свободные земли. А его жена Тамара, мне кажется, хочет вернуть княжеский титул через своего супруга. И как это сделать? Через дядю-императора, дискредитируя тебя, Василий Юрьевич.

- Так не пойдет, - возразил Шереметев, не обращая внимания на последние слова. – Государь не станет давать княжеский титул Назарову только за красивые глаза. Для этого нужны серьезнейшие основания. Иначе будет полнейшая дискредитация титула.

- Ну и в чем проблема? – пожал плечами Леонид Иванович. – Пожалованный титул чем не выход? Или через военные или государственные заслуги можно спокойно дать, не возбуждая дворянство. Если заслужил – почему нельзя?

- Полагаешь, это тайная игра Меньшиковых?

- Да почему тайная? – усмехнулся Волынский. – Все на виду. Бельские сваляли дурака, вернее, младший из них. Государь ухватился за этот шанс. Устюг на первое время точно отойдет в казну, а попозже станет подарком для будущего князя Назарова.

- Ты невероятно оптимистичен, что на тебя не похоже, - поиграл желваками Шереметев. – И титул ему, и город в нагрузку!

- Какой есть, Вася, - хозяин дачи снова бросил взгляд на часы.

- Что ты все время на стрелки смотришь? На свидание торопишься?

- На шашлык. Я уже его запах отсюда чувствую. Пошли к озеру. А то нехорошо человека заставлять ждать.

- Какого человека? Ахмета что ли? Велика сошка…

- Сам увидишь, - Волынский подхватил под локоть старинного приятеля и увлек его по едва заметной тропинке к беседке, внезапно появившейся в этом диком уголке. Оттуда уже по выложенной диким камнем дорожке мужчины направились к закованному в синеватый лед озеру.

- А если это Ордо Маллеус? – не удержавшись, Шереметев прервал молчаливое созерцание весенней красоты, пока они шли по дорожке.

- Только этих псов нам не хватало! – пробурчал Леонид Иванович. – Но мы можем использовать появившуюся проблему в нашу пользу. Они жаждут крови Назарова. Никитка жаждет упокоить ватиканскую шайку навеки. Интересы совпадают.

Князь Василий кашлянул, глотнув излишне много насыщенного кислородом воздуха.

- А ему нужен Устюг? – спросил Шереметев, прокашлявшись.

- Ему, может, и нет. А Меньшиковы получают свободный выход на Вычегду. Да и уже получили, что тут лукавить. Можно констатировать, что золотоносная река накрылась медным тазом. Отдав Никите город, император получает контроль над огромными территориями, где еще можно найти представителей древних дворянских родов.

- Там больше новгородцы, - заметил старинный приятель.

- Уже неважно, - отмахнулся Шереметев. – Нам перекрыли возможность превращать золото в деньги на зарубежных счетах. Вот это самое плохое.

- Да ты и так небеден, - Волынский был добродушен от предвкушения обеда на берегу озера.

Ахмет, являвшийся смотрителем семейной дачи, уже хлопотал возле стола, как будто знал, что хозяин вернется именно сейчас, а не задержится где-нибудь в лесу. Шампуры с аппетитно пахнущим шашлыком из баранины вольготно раскинулись на лаваше, пропитывая его сочным жирком, большая тарелка с зеленью радовала глаз на фоне еще не проснувшейся природы. Батарея бутылок элитного красного вина, коньяка и водки украшала стол, отражая лучи весеннего солнца.

Высокий, лохматый как кавказская овчарка, с жесткой черной бородой, Ахмет увидел подходящих князей и расставил вокруг столика три складных стула. Еще один предназначался для человека, стоящего на берегу озера и созерцавшего на его поверхности темные прогалины в утончившемся от солнца льду и строевой лес, огибавший противоположный берег причудливо изломанной линией темнокорых сосен.

Откинув полы тонкого шерстяного пальто, этот человек небрежно засунул руки в карманы и обернулся на хруст подмороженной гальки.

- Ба! Сам Алексей Изотович пожаловал! – воскликнул Шереметев. – Действительно, сюрприз. Как же ты его, Леня, вытащил из Петербурга? Какие посулы дал?

Волынский предпочел не отвечать на этот вопрос, только усмехнулся.

Балахнин дождался приятелей-князей возле стола, и пока Ахмет откупоривал бутылку с вином, поздоровался за руку, как полагается, с хозяином, а потом и с Шереметевым.

- Леня, мне сказали, что к озеру на машине нельзя, пришлось на своих двоих топать, - деланно пожаловался Балахнин, но на его лице не было ни капли недовольства.

- А это чтобы гости мои вкусили прелесть настоящего леса, подышали чистым воздухом, - Волынский показал жестом, чтобы князья присаживались за стол. Сам он занял место в торце и кивнул Ахмету, уже стоявшему наготове с перекинутой через руку салфеткой. – И для здоровья полезно. Вон, на лицах румянец появился. Значит, не зря силы потратили.

Лохматый горец для начала разлил всем по бокалам вина, дождался какого-то сигнала от хозяина и отошел к мангалу, начал заново шуровать его, подкидывая свежих дровишек.

Под терпкое чуть суховатое вино шашлык пошел очень хорошо. Первое время князья только отдавали должное повару. Баранина была сочной, таяла во рту – и хотелось пробовать еще.

Балахнин, не дожидаясь, налил себе в хрустальную рюмку водки. Здесь все были равны друг другу, сами определятся, что пить дальше. У каждого свои предпочтения в выборе спиртного. Хозяин дачи, к примеру, как и Шереметев, больше любили коньяк, но и от водки нос не воротили.

- Слышал я, Василий Юрьевич, у тебя с Назаровым какой-то конфликт вышел, - поинтересовался Балахнин. – Не расскажешь?

- Откуда ты эти сказки услышал, Алексей Изотович? – как бы добродушно спросил Шереметев, а глаза заледенели. – Седина уже в волосах, но сплетням веришь.

- Да шум-то знатный прошел в Новой Ладоге, - мягко улыбнулся в ответ Балахнин, тоже демонстрируя тигриную хитрость в своем взгляде. – Есть у меня там знакомые из правоохранителей. Рассказали, что дом некоего Ефима Гольца на воздух взлетел. Одна щебенка осталась вместо него. А Гольц – ведь твой управляющий, насколько мне известно. Именно его искал Назаров последние дни. И еще… ты столкнулся с бароном сразу же после взрыва.

- Порой мне кажется, что от тебя серой попахивает, Изотыч, - по-простецки бросил Шереметев и опрокинул в себя рюмку коньяка, которую ему по-дружески наполнил Волынский.

- Я не заключал договор с дьяволом, - качнул головой Балахнин. – Обычная аналитика, связи во всех сословиях и умение сопоставлять факты. Итак, я надеюсь, между Шереметевыми и Назаровыми не назревает война?

- Упаси боже, Изотыч! – натурально удивился Василий Юрьевич. – Да зачем мне это? У нас разные интересы, не пересекающиеся между собой. Никитка, если откровенно, нам с Леней не соперник. Слабоват, и еще лет двадцать силу набирать будет. Я не про ту, которой он злодеев в пыль превращает, а о более значимых вещах…

Он пощелкал пальцами, но Балахнин кивнул, показывая, что все понял.

- Я хочу тебя успокоить, Алексей Изотович. Конфликта с Назаровым у меня нет. Мальчишка на основании каких-то своих подозрений сделал вывод, что Гольц связан с Ордо Маллеус. Вот и решил с ним встретиться. Но не успел…

- То есть взрыв устроил не он? – на всякий случай уточнил Балахнин.

- Нет-нет, я не в претензии. Просто высказал свое недовольство тем, что Назаров не подошел ко мне с просьбой организовать встречу. Согласись, князь, так дела не делаются.

- Не делаются… Парню чуть больше двадцати, в одиночку решает многочисленные проблемы, да еще успевает государевы приказы выполнять. Где-то проявил несдержанность от избытка своей значимости, переоценил свои возможности.

Балахнин выпил холодной водки и закусил шашлыком. Шереметев прищурился.

- Изотыч, а ты не адвокатом ли Назарова устроился? С чего вдруг защищаешь его?

- Не хочу, чтобы между вами началась война, - просто и откровенно сказал князь Балахнин, отправив в рот свежую петрушку. – Ты кичишься своей силой и союзниками, один из которых – наш уважаемый Леонид Иванович, а Назаров способен уничтожить восемьдесят процентов ваших человеческих ресурсов, правда, не добившись при этом каких-либо преимуществ. Паритет, основанный на взаимном истреблении. Сами подумайте, вам это надо? Кто выиграет в клановом противостоянии? Ответ, думаю, очевиден.

- А ты не задумывался, Алексей Изотович, что Меньшиковы используют мальчишку в качестве наконечника, которым нас прибьют к стене? – Волынский зашевелился, отчего стул опасно заскрипел. – Мы его обсуждаем, силимся понять, что ему нужно – и только руками разводим. Конкурентов не давит, земли себе не хватает, пользуясь моментом… ну, кроме Верхотурья, и то с твоей подачи, а только наращивает боевую силу. Вот про это мы точно знаем.

- Потому что боится нас – я говорю о сильных кланах, а не конкретно о петербургской аристократии.

- Да поняли мы, Изотыч, - поморщился Шереметев. – Но ведь мутный парень, согласись? Потенциал Иерарха, а в армии не служит. Куда было бы проще, бей он супостата своей Силой. Вместо этого решил клан создать. Вот именно это обстоятельство нас и тревожит. Ты еще с этим Верхотурьем усилил влияние Назарова в Сибири.

- Слышал, небось, что младший княжич Строганов хочет вступить в союз с Никитой? – поддал жару Волынский. – А батька не препятствует.

- Долг жизни и просто человеческая благодарность, - пожал плечами Балахнин. – Никита с помощью биомагии вернул княжичу Владимиру возможность жить полноценно. Отрастил ему ногу – и получил союзника.

- Нам бы получить такую технологию, - мечтательно произнес Волынский, невольно раскрывая свои тайные мечты.

- Так создайте альянс трех кланов и развивайте новые направления, - пожал плечами Алексей Изотович.

Шереметев осушил рюмку и погрозил пальцем собеседнику.

- Искушаешь, Изотыч! А ты какие выгоды хочешь поиметь от всего этого разговора?

- Я за парламентаризм, - скромно ответил Балахнин, резко переключаясь на политическую тему. Он понял, что техномагическими идеями замшелых князей не заинтересовать. Денег у них и без этих новшеств хватает.

- А-аа! – махнул рукой Волынский. – Зачем тебе это, князь? Несерьезные какие-то идеи. Не приживаются они здесь. Столбовое дворянство не даст тебе рассаживать на нашей земле семена вольнодумства. Я тоже не хочу.

- А счета в английских банках иметь можешь? – сощурился гость.

- Могу. И не испытываю никаких угрызений совести. Снять шкуру с островитян, поводить их за нос и увеличить свое благосостояние – вот это мне по нраву.

- Ну… тоже позиция. До того момента, когда с самого не начнут снимать шкуру, - улыбнулся Балахнин.

- Ты, Изотыч, не заговаривайся, - надулся хозяин дачи. – Не понимаю я твоих речей. Пытаешься проскользнуть между двух огней и волосы на заднице не опалить? Не получится. Испокон веков на Руси две силы были: великий князь-государь и оппозиция. А все остальное от лукавого. Вот и выбирай между ними.

Князь Алексей Изотович только развел руками.

- Мы твое желание стать миротворцем понимаем, - вздохнул Шереметев, расправившись с очередной порцией коньяка. – Но уговаривать нас присоединиться к твоим прожектам не надо. Мы как-нибудь сами разберемся. У Лени, вон, автоконцерн на плечах, дела идут хорошо. В скором времени открывает еще один завод. В Ярославле будут малолитражки и микроавтобусы выпускать. Востребованная техника. Устроит конкуренцию Касаткиным из Нижнего. У меня тоже хватает своих забот. У твоего Назарова ткацкие мануфактуры, военные заказы, скоро медицинский центр начнет функционировать. Биомагические технологии парень оседлал, хрен кому отдаст. Все при деле. Никто не собирается воевать, Изотыч, успокойся.

- Теперь успокоился, - улыбнулся Балахнин. По его виду было не разобрать, сердится ли он на отповедь Шереметева или спокойно воспринял его взгляды на ситуацию. – А как вы смотрите на то, чтобы ближе к лету провести заседание клуба?

- Все никак не успокоишься? – рассмеялся Волынский.

- Идею с Кормчим надо довести до ума, - твердо произнес Алексей Изотович. – Сами потом будете благодарить.

Хозяин всего великолепия, окружавшего троицу высокородных, переглянулся с Шереметевым и махнул рукой.

- От тебя не отцепишься, княже, - сказал он, как будто что-то решив. – Давай в июне соберемся. Раньше не получится.

- Отлично, - добившись своего, Балахнин расслабился. – Ну что там твой головорез? Больно хорошо шашлык готовит! Хочу еще!

__________________

[1]Баталья -BATTAGLIA (битва, итал)