Навь. Книга 5

Пролог

…Струйка красноватого песка сыпалась сквозь скрюченные пальцы. Так боги когда-то рисовали свои картины на прекрасных облаках, плывущих по небу Аризоны, а теперь их повторяли люди на желтом песке. Песок, на котором рисуют шаманы, подобен стене на небесах, где боги творили изображения для просвещения человечества. Потому что глупо и невежественно поклоняться идолам, грубо изображающих богов, они настолько возвышенны, что не могут быть сделаны из земного материала.

Старый шаман, по имени Катори, которое переводилось как «Дух визга Совы», рисовал ритуальную мандалу, которую потом требовалось стряхнуть, одним махом стереть полученную картину, чтобы злые духи или жрецы чужих богов не узрели их истинные лики и не могли осквернить изначальных, вырезав их в дереве или другом материале.

Когда мандала была закончена, шаман вышел из транса. Во время рисования его рукой водили боги, он был лишь медиумом, соединявшим небесную сферу с миром живущих, не более того.

Взглянув на насыпанное разноцветным песком изображение, шаман вздрогнул. Этого просто быть не могло. Черная фигура древнего Бога Смерти, из погибшего Третьего мира, когда-то уничтоженного Тихолтсоди, Большим Водным Существом, пришла сюда, в мир Пятый. Но у древнего бога с окровавленной пастью были и бирюзовые крылья, видимо так он перебрался из уничтоженного наводнением Третьего мира сразу в Пятый, минуя тростник, посаженный Первым мужчиной в мире Четвертом. И теперь он здесь, точнее здесь его аватар, земное воплощение.

Шаман задумался, не решаясь смахнуть песчаную мандалу рукой. Аватар должен быть уничтожен, его присутствие грозит многими бедами, в том числе и концом последнего, Пятого мира. Только вот нет Ахсоннутли, родившей когда-то близнецов Найенесгани и Мобадсидсинни, истребителей чудовищ. Все придется делать самому, теперь на нем лежит ответственность за судьбу этого мира. А для начала надо провести ритуал, чтобы узнать, где находится аватар, посоветоваться с духами и принять правильное решение.

- Приветствую тебя, Катори! – возле хогана Катори затормозил, подняв тучу пыли, черный джип с желтой надписью «Sheriff» на боку.

Катори быстро смахнул мандалу, превратив ее в разводы разноцветного песка. Хоть местный шериф Джон Гартфорд, он же Чевеио – «воин духа» - и из их племени, но знать то, что теперь знает шаман, ему совсем необязательно. Он служит большому белому вождю, законы которого с племенными совсем не совпадают. А то, что задумал шаман, по законам белых завоевателей считается преступлением.

- Здравствуй, Чевеио! Да пребудет твоя жизнь в радости.

- И ваша, Катори, - шериф обмахивался широкополой шляпой, день сегодня был жарковатый. – Вы не видели Нэхуэля?

- Что он еще натворил?

- Вместе с Гэхеджем их видели на автостоянке у каньона, где сегодня избили туриста.

- Нэхуэль – хороший мальчик, он этого сделать не мог. Как тебе не стыдно, Чевеио!

- Ну стыдно или нет – это моя работа. Если встретите их – передайте, чтобы зашли ко мне в участок, будем разбираться.

- Обязательно скажу! – кивнул Катори.

- Хорошо. До свидания, Катори, - шериф лихо натянул шляпу и залихватски отдал приветствие, приложив два пальца к полям.

Гэхэдж и Нэхуэль? Может быть. Два молодых восемнадцатилетних лоботряса, которые, однако, не только имеют проблемы с законом, но и ловко управляются с ножами и револьверами, делая это на потеху белых бездельников, съезжающихся к каньону Антилопы, посмотреть на аборигенов. Надо поговорить с вождем, пусть выделит исполнителей веления Духов, уж он-то на белые законы клал с прибором. А вот шаману доверял полностью, и в такой чрезвычайной ситуации был обязан ему помочь. Речь теперь идет не только о выживании племени, но и, возможно, всего Пятого мира в целом.

Глава 1

- Алекс, тебе задание, - Энн потрясла бумажным конвертом так, что это вызвало колыхание ее грудей под футболкой. – Мистер Тьюринг ждать не любит.

Ну да, ну да, это точно. Загадочный мистер Тьюринг, которого никто и никогда не видел, владелец этой IT-фирмы ждать точно не любил, и мог урезать зарплату даже за небольшое опоздание корреспонденции в свой абонентский ящик. Почему такая архаика? Мистер Тьюринг свято верил, что в мире сетей и шпионских гаджетов не бывает безопасной передачи информации, поэтому он делал запрос исполнительному директору, используя электронную почту, а вот ответ доставлялся курьером, то есть вашим покорным слугой, в абонентский ящик почтового отделения здесь, в Пасадене.

Я выдул самый большой пузырь бабл-гама, на который только был способен, отложил на стол очередной комикс про человека-паука и взял у Энн конверт. Люблю я ее злить, но без нее фирме придется трудно, программиста такого класса еще поискать. А что у нее фиолетовый хаер, кольцо в носу и прикид кислотных цветов, это уже мелочи. Это Калифорния, детка, место, где наибольшее число миллионеров, стартапов и фриков на один квадратный километр, ну или милю, если использовать старомодную систему измерений, принятую в САСШ.

- Только быстро, одна нога здесь, другая там.

- Есть, мэм! – я шутливо приложил два пальца к бейсболке, повернутой козырьком назад. – Можно я на обратном пути хоть гамбургер перехвачу, с утра не ел?

- Только на обратном. Помнишь наши правила?

- Ну да, ну да… Не нуди, сейчас.

Я толкнул стеклянную дверь, обмахиваясь большим конвертом, и, выйдя на улицу, подошел к велосипедной стойке, где стоял мой железный конь. Ну а как же, здесь помешанных на здоровом образе жизни и экологии столько же, сколько на коктейлях и пати.

Я катил по улице, глазея на разнообразие вывесок. Как только местные стартапы не назывались, и как только не выпендривались! Наш, например, назывался «Ацтек Клоуд Компьютинг, лтд.», только вывеска была обычной, если не считать того, что была практически длиной во весь фасад нашего скромного – ну тут я конечно преуменьшил – стеклянно-металлического двухэтажного здания. Чтоб в глаза бросалось, типа.

Если бы Энн следила за мной, то удивилась, потому что я повернул не к ближайшему пост-офису USPS, а наворачивая педали, направился в жилой район.

Вот он, дом, милый дом. Тот самый, в которым мы жили с Мадлен в Пасадене во время моего безумного кругосветного трипа. Дом, о котором знали только мы с ней, и который великолепно сохранился с тех пор. Ну теперь здесь живу я.

Я припарковал велик у дома, отключил сигнализацию, и вошел внутрь. Пройдя в гостиную, я достал из шкафа ноутбук, поставил его на стол и разорвал конверт, адресованный мистеру Тьюрингу. Почему? Да потому что я и есть тот самый мистер Тьюринг, купивший захудалый стартап, переименовавший его в «Ацтек Клоуд Компьютинг» и плативший зарплату всем его сотрудникам, в том числе и курьеру Алексу Монкуру, то есть самому себе – старый как мир шпионский трюк.

Я вынул карту, и засунул ее в ноут. Отлично! Отчеты в порядке, техническая документация тоже, надо будет потом пробежаться.

Как я выбирался из Бразилии - это уже тема отдельного разговора, достойная пера Фосетта с его отчетами по путешествиям. Факт тот, что выбрался. А вот куда податься? Российская Империя для меня закрыта, там я мертв для всех, кроме отца, Воронцова-старшего и Лизки – вот эти были в курсе. Не могу же я быть вообще в отрыве от всех? На крайний случай обращусь в «Воронтсофф Америка, инк» - североамериканскую дочку империи Воронцовых, крупную корпорацию. Их клан успешно осваивал рынки по всему миру, неся свой бренд в массы.

Так вот, я решил осесть в САСШ, зная, что дома меня с нетерпением ждут бывшие папины, а теперь чужие костоломы из СБ, мечтающие подсоединить провод полевого телефона к соскам или полить закрывающую рот тряпочку водой, чтобы выведать, что же там произошло в Южной Америке, как я остался жив, и где деньги, золото и драгоценности. Ну и в зависимости от предвзятости вкатать мне от каторги до вышки – уж в чем-чем, а в щедрости председателя военно-полевого суда я нисколько не сомневался. Европа – тоже не вариант, там разведки РИ в полном составе чувствуют себя как дома, да и у Сюрте, Скотленд-Ярда и БНД явно накопились ко мне вопросы. В таких случаях европейский континент становится очень маленьким и неуютным. Вот штаты – другое дело. Хотя тут тоже есть желающие из ФБР и МВБ со мной пообщаться, но вот только территория тут большая, связи кое-какие Мадлен мне оставила, как и адреса нескольких персональных схронов – шпионы прячут оружие и снаряжение, как белки – орехи, на черный день. Ну и само собой деньги тоже. Хотя я в них в общем-то именно сейчас не нуждался – помогли как раз вывезенные камни и Воронцов. Дело в том, что просто так загнать драгоценности не получится – при появлении крупного чистого камня, не зарегистрированного ни в одном ювелирном каталоге мира, у покупателя возникают вопросы к продавцу, а если к тому же продавец, дурила, сунулся в криминальный мир, то минимум утюг на пузо ему гарантирован. И «Где взял? Нашел!» тут не прокатит. Когда при личной встрече будущий тесть, не моргнув глазом, написал мне цифру на листке, я сначала не поверил – столько нулей не бывает. Оказалось, бывает. Камни ушли Воронцову, а мне – несколько счетов в стране гномов и хорошего сыра, и не только там. Так что за будущее свое я мог абсолютно не беспокоиться.

Ну и конечно, встреча с Лизкой. Это не картинная встреча Штирлица с женой, но тоже близко к этому. Люблю, жду, и тэдэ, и тэпэ. Но вот только ждать ей придется на расстоянии – в Санкт-Петербурге. Воронцовы, как и другие крупные кланы, были под наблюдением не только СБ, но и жадных до чужих трусов шакалов пера – журнашлюх, и маршруты наследницы многомиллиардного состояния паслись особенно тщательно. Ну а если выяснится, что она встречается с вроде как почившим наследником Драбицыных, к которому есть много вопросов… Короче, этот номер является смертельным. Для меня.

Ну а тестю сделать документы для будущего зятя в бегах, хотя бы и в САСШ – раз плюнуть, у него здесь своя СБ, не уступающая по возможностям тому же ГУ ГШ или СБ РИ, ну или чуть уступающая, ладно, прихвастнул. Но где кончается клан Воронцовых и начинается Российская Империя, никто не знал.

Так и умер Александр Драбицын в огне ядерного взрыва в Перу, а в САСШ родился Алекс Монкур, белый, шестнадцати лет от роду, родившийся в Висконине, а от отсутствия денег на образование и желания повидать мир переехавший в Калифорнию, хотя мог сделать это и бесплатно, вступив в армию. Но не сделал этого по причине пофигизма и недостаточного патриотизма, а также желания умирать за демократию и гражданство САСШ, предпочитая скромную роль курьера в одном стартапе в Калифорнии – а что, спрос маленький, знай верти себе педали на улицах, а в свободное время торчи в офисе, ожидая распоряжений начальства. Работа непыльная, низкооплачиваемая, зато позволяющая быть вне офиса в течение рабочего дня, что весьма немаловажно, а также присматривать за тем, что творится в офисе, не вызывая подозрений. Мои наемные яйцеголовые, которые гоняли меня как низкооплачиваемый наемный персонал и смотревшие через меня, как через пустое место, весьма удивились бы, узнав, на кого они на самом деле работают. Тем более, из всей этой банды задротов и фриков только у меня был доступ к абонентскому ящику владельца, он лично меня нанял. Почему мистер Тьюринг? Да первое, что в голову пришло, почему-то вспомнилась машина Тьюринга-Поста, ну и так был выбран псевдоним.

Почему я выбрал путь начинающего капиталиста? А куда еще было податься? Нет, конечно в Калифорнии заняться было можно чем угодно. Богатый развитый край, а Лос-Анджелес так вообще второй после Нью-Йорка город по численности, развернуться где есть. Сначала я прибрасывал варианты с Калтехом – ну не получилось в академии СБ поучиться, да и хрен с ней, а вот Калифорнийский Технологический – легендарнейший вуз мировой величины, даже в моей прошлой жизни нас, студентов, учили по половине переводных учебников оттуда, достаточно вспомнить того же Хоровица и Хилла. Тем более он находился здесь, в Пасадене. Но и тут у меня получился большой пробел – документы об окончании колледжа, которыми меня снабдили, могли выдержать лишь беглую проверку, как легенда они бы не прокатили. И тем более встреча «однокурсников» или отсутствие моей фотографии с выпуска поставили бы на моей фальшивой личности большую и жирную точку. Так что с мечтой о высшем образовании в одном из лучших вузов мира пришлось распрощаться. Ладно, хрен с ней, у меня и так есть два высших с прошлого мира.

Жить богатым бездельником тоже не прельщало. Нет, не по моральным убеждениям – зоркая налоговая служба САСШ тут же взяла бы за нежные части. Нет страшнее в штатах преступления, чем неуплата налогов, хоть ты тресни. Если ты гражданин САСШ, то будь уверен, что рано или поздно в твой дом постучатся налоговые инспекторы и разденут тебя до нитки. В какой бы части света ты не находился и кем бы не работал, будь добр, поделись доходом с государством, а не то… Вон, на этом даже Аль Капоне погорел - когда надо было взять его за задницу и доказательств не было, взяли его не на чем-нибудь, а на неуплате налогов, как это ни странно. Так что и с этой мечтой пришлось распрощаться. Тем более, что сейчас они звереют, могут и полицию подключить, и УБН – южная граница недалеко, через нее прет наркотрафик, на пути которого ЭлЭй. Тут тебе и мексы, и черные, и прочие расовые банды. А если начнут под меня копать, хлипенькая самопальная легенда сделает «хруп», а дальше вся мощь американского полицейского государства прокатится по моей нежной тушке.

Так что оставалось только заняться бизнесом, и желательно не особо бросающимся в глаза. Так я и стал владельцем IT-фирмочки, одной из многих, которые росли как плесень в хайтек-раю, и так же быстро лопались при огромном уровне конкуренции на забитой нише. Но у меня была одна идея, связанная с местным рынком IT-услуг, которая при вдумчивом анализе должна была принести неплохие деньги – а что, мир хоть и развивался параллельно, но вот некоторые вещи в нем либо запаздывали, либо наоборот развивались раньше. И вот на одной такой области, которая здесь была не развита, я и собрался сыграть.

Граф Драбицын пролистывал новости на ноутбуке. Все то же, и все те же… Вот и фото Государя Императора с приема во дворце. Но вот только вместе с Кресиславом на заднем плане маячил новый советник императора светлейший князь Радзиловский, тот самый, который послужил причиной его отставки. И сразу же поставил на его место своего человека – генерал-майора Анучина, возглавлявшего ранее военную контрразведку. И здесь я проглядел, с горечью подумал граф. Кто же мог подумать, что граф Анучин входит в доверенные лица клана Радзиловских, ни одной малейшей детали обо этом не говорило, ни в одном донесении этого не упоминалось. Да в общем-то и не могло – что странного, что аристократы время от времени пересекаются между собой, это же не преступники и не шпионы иностранных разведок. Кто с кем общается из высшего света – кому какая разница? Тем более сейчас, когда бомба под креслом Драбицына уже рванула, катапультировав его с места главы СБ на место почетного пенсионера. Но многие двери перед ним закрылись, зная его опалу и неудовольствие императора. В частности, теперь в родную службу он мог пройти только в компании сопровождающего, следившего чтобы граф не сделал ни шага влево, ни вправо, да и в служебные помещения не попал – максимум в приемную нового начальника или актовый зал на какой-нибудь вшивенький концерт, от которого сотрудники плевались и прятались от похода на это мероприятие, закрывшись в кабинетах от начальства и греха подальше.

Новый начальник начал круто. Во-первых, посыпались все те, кто входил в ближний круг Драбицына. Отправлялись на пенсию ценнейшие сотрудники с незаменимым опытом, обезглавливались отделы. Вся кадровая работа Драбицына, который подбирал всю службу по одному человеку, зачастую переводя его из других силовых служб РИ, пошла насмарку. Зато генерал вытащил своих особистов и принял на службу посторонних людей зачастую с темным прошлым – ну тут уже чувствовалась рука Радзиловского и его кодлы. Словно бы новый глава специально разваливал службу, превращая ее в очередной околоток – ну каким образом особист, кошмаривший до этого солдат и офицеров в какой-нибудь занюханной части, внезапно становился руководителем одного из отделов внешней разведки? Может он и хороший служака, но от него несет сапожной ваксой за версту, а в разведке он разбирается как свинья в апельсинах. Или светлейшие наследники, сразу получающие хорошие должности в кабинетах, без нужного образования и опыта полевой работы? Все, деятельность СБ, отлаженная десятилетиями, была парализована, ее трясло и лихорадило от подобных нововведений. Услужливый дурак опаснее врага, подумал Драбицын, но этим ли все объяснялось? Не все так было просто, и вылезли все эти кланы на свет божий не просто так, все эти Радзиловские, Головнины, Черские… В общем, члены клуба «Вензель», в который графа после его отставки тоже перестали пускать – помер Максим, да и хер с ним.

А вот сам князь очень широко развернулся при дворе, сумев не просто втереться в доверие к императору, но и стать его советником. Когда Драбицын это узнал, он чуть не подавился утренним кофе, долго откашливаясь. Судя по некоторым данным, полученным от Кресислава, имела место операция внедрения, начатая задолго до отставки графа, чуть ли не сразу после подавления мятежа и нормализации обстановки в Империи. Радзиловский и Ко решили взять в свои руки то, что высыпалось из рук тех, кто с ними потерял и голову. Ну и естественно, Драбицын мешал всем. Взяток не брал, кланов чурался, зато врагов Империи карал беспощадно, не выбирая средства. Не, нам такой глава СБ не нужен, нам нужен ручной. Вот и подставили Драбицына, сделав его виноватым в глазах императора, как не выполнившего монаршью волю.

Вот только граф не собирался сдаваться. Делая вид, что устал от такой жизни, и только и мечтал, что сидеть у себя в Князевке и время от времени с ружьишком выйти на охоту в близлежащий лес, впрочем, ничего из добычи не принося, граф оттачивал план не столько мести, сколько возмездия врагам, не мытьем так катанием проникшим во власть. А ресурсы для этого у него оставались немалые. Во-первых, отставники, полковники и генералы, вышибленные со своих постов. Во-вторых, дед Козьма, и Кресислав со своими боевыми группами и вервями. Ну и кое-кто из высокопоставленных аристократов, определявших экономику и политику империи, тоже недовольных внезапно изменившимся положением дел.

Раздался звонок видеовызова, и на экране возник Воронцов.

- Здравствуйте, Ваше Сиятельство.

- Здравствуйте, Ваша Светлость.

- Ваше Сиятельство, не соблаговолите ли вы прибыть ко мне? Машина уже стоит у ворот, на КПП.

- Разумеется, Ваша Светлость.

Ну вот, и Воронцов тоже. Для посторонних наблюдателей вполне естественно, что граф и князь стали ближе друг к другу. Все-таки чуть не породнились, княжна до сих пор носила траур по безвременно погибшему жениху, а на поминках рыдала, выплакивая все глаза, под бдительным взором судачащих высокопоставленных кумушек – вот какая любовь бывает, княжна до сих пор не оправилась, и подумывает, не уйти ли ей в монастырь и принять постриг. Ну разумеется, эти слухи осторожно распускал сам князь, похихикивая про себя.

Граф быстро собрался, на прощание поцеловал жену и дочку, и, выйдя из дома, торопливо зашагал к КПП Князевки, поеживаясь от уже прохладного осеннего ветра.

Молчаливый охранник распахнул перед ним дверцу бронированного джипа, граф устроился на заднее сиденье. Всю дорогу граф думал о тех мероприятиях, которые планировал, чтобы изменить статус-кво. Для себя он давно все решил – пора, пора уничтожить гадину, засевшую при дворе, иначе скоро Империя развалится под цепкими ручонками тех, кто ради куска пожирнее готов сделать все.

Когда джип въехал на территорию поместья Воронцовых, граф заметил, что охрана усилена – все бойцы службы безопасности клана щеголяли гражданским вариантом брони «Витязь» и напоказ носили автоматическое оружие. Впрочем, не было ничего необычного – такие люди, как князь, часто становились мишенями террористов и просто сумасшедших, хорошая охрана – залог здоровья, и не только душевного.

Графа провели из подземного гаража, вне наблюдения потенциальных филеров – впрочем, это было даже излишне, граф и так знал, что он под колпаком. Фигура его ранга, да еще и опальная – за ним только в сортире не следят. Хотя и озаботился в свое время сделать у особняка защиту, как у некоторых режимных объектов СБ, поставив лучшее и секретное оборудование после неудавшегося путча – как знал, что оно понадобится. Да и грех было не воспользоваться служебным положением.

Воронцов ждал его у себя в кабинете. Молча пожал ему руку, и пригласил сесть.

- Итак, граф, вот те материалы, которые вы просили, - Воронцов подал ему флэшку, которую граф тотчас же воткнул в свой защищенный смартфон.

- Зашевелились, голубчики, - он пролистал несколько страниц и хмыкнул. – Спасибо, Ваша Светлость.

- Пустое, граф, - махнул рукой Воронцов. – Ну что, продолжаем скорбеть?

Драбицын молча поглядел на траурную ленточку на кармане пиджака.

- Ну а как же, Ваша Светлость. Все должно быть натурально. Единственный сын, все-таки, надежда и опора… - ухмыльнулся граф.

- Которая в старости должна подать бокал коньяка и хорошую сигару, - князь достал два бокала и бутылку элитного именного шустовского. – Аперитив, граф. Вы останетесь у нас на обед, я настаиваю.

- Сдаюсь, Ваша Светлость, - улыбнувшись, шутливо поднял руки Драбицын. – Как там Елизавета?

- Ну вот за обедом ее и спросите, - князь поднял бокал. – Ваше здоровье.

- И ваше.

Граф сделал маленький глоток, почувствовав, как ароматная жидкость концентрата солнца и лозы прокатилась по небу.

- Ну ваш пострел хорошо поспел. Оценочная стоимость камней, которые он мне передал, не поддается здравому смыслу. Так что со временем сможет стать главой крупного промышленного клана.

- На революцию хватит? – вновь сделал глоток граф.

- Шутить изволите? И еще останется. Впрочем, по вопросу финансирования – сами помните.

Драбицын помнил, и очень хорошо. Крупнейший промышленник РИ, столп имперской экономики Воронцов сразу предложил неограниченное финансирование проекта графа по возвращению места в службе и при дворе. И не потому, что он имел какие-то виды на графа, а потому, что он был правильным. Все то, что делал Воронцов, шло на пользу Империи и ее процветание. Даже усиленно роя, пытаясь в свое время найти хоть какой-нибудь компромат на Воронцова, граф не нашел ничего – ну может пара каких-то мелочей, не стоящих внимания. И теперь князь его союзник, и союзник грозный и могучий, не по зубам даже такой сиятельной швали, как Радзиловский.

А клан – это не просто заводы, газеты и пароходы. Это люди. Чтобы обеспечить безопасность и процветание клана и его членов, приходится держать эффективную и обширную службу безопасности, включающую в себя и разведку, и контрразведку, и силовые подразделения. Вот и сейчас, почти отрезанный от информации СБ Драбицын получал не уступающие ей разведданные от воронцовской службы безопасности, зачастую поражаясь ее возможностям. При желании Воронцов мог стать и императором, легко сместив при поддержке своих людей нынешнюю династию, но он того не хотел – его устраивало место главы экономической империи, товары которой от судов до гаджетов под брендом «Voron» продавались по всему земному шару.

Раздался стук в дверь, и в комнату влетела Лиза.

- Папа, ой… Здравствуйте Ваше Сиятельство! – сделала она книксен, заметив присутствие графа.

- Здравствуйте, княжна!

- Это так ты скорбишь по безвременно усопшему суженому? – шутливо сдвинул брови Воронцов.

- Ну а как же, папА, - плаксивым голосом сказала Лиза, и смахнула пальчиком со щеки воображаемую слезинку. – Вся в скорби! Вот уйду в монастырь…

- В мужской, - захохотал князь. – Ладно, оставь нас пока, с Его Сиятельством ты успеешь натрещаться за обедом. Брысь!

Лиза, послав воздушный поцелуй папе, выпорхнула за дверь.

- Вот ведь, совсем девка от рук отбилась, - сказал князь. – Да у этих, волхвов, пропадает. Кстати, они в курсе, что Саша жив?

- А кто их знает, - пожал плечами граф. – Я упорно распространяю информацию, что Саша погиб. Но это же волхвы, кудесники. Может и чуют они его, может уже в Нави пошарили, кто их знает? По крайней мере, пока делают скорбные морды и соболезнуют. Да и сейчас какая разница? Все равно в наших раскладах я его не учитываю.

- Да, пожалуй, здесь его привлекать не надо. Пусть пока своими делами занимается, - князь посмотрел на тонкую полоску коричневой влаги в бокале. – А там…

- Пути господни неисповедимы, - пожал плечами Драбицын. – Посмотрим…

Глава 2

Мистер Паркер не любил неудачников. Нет, лично к ним он не имел каких-либо претензий. Люди, зачастую не представляющие, куда и почему они вкладывают деньги, зачем покупают именно этот товар и почему переплачивают за очередную страховку. Мистер Паркер, в отличие от них, прекрасно осознавал работу скрытых механизмов перекачивания наличных из чужих карманов в его. Он сам придумал множество новых схем и стал мультимиллионером за счет неудачников. Но вот любить их так и не стал. Хищнику не нужно любить кормовую базу.

В начале карьеры Стив Паркер числился заштатный клерком в инвестиционной компании. Это была первая волна “отмывающих машин”, через которые люди с грязными капиталами проворачивали миллиардные сделки, вкладываясь в реальный бизнес или политику. Именно тогда Паркер научился вещам, которые и позволили в будущем двигаться по костям проигравших к личному светлому будущему.

Высокий, худощавый, с коротко подстриженными светлыми волосами, хозяин компании “Науком” любил носить дорогие костюмы и пошитую по личному заказу обувь. Так же предпочитал на встречи с нужными людьми добираться на собственном самолете, попутно подчеркивая сколоченное состояние и пренебрежение к шипению злопыхателей за спиной. Мог себе позволить, а возможные шероховатости вполне способна сгладить служба внешних сношений с прикормленными карманными журналистами.

Правда, в последнее время у богача появилась дурная привычка, с которой он собирался как-нибудь начать бороться. При общении с людьми, не имевшими какой-либо власти в САСШ или мировой экономике, Паркер во время разговора наводил на собеседника зеленые глаза и не мигая разглядывал человека, вздумавшего отнимать ценное время у одного из обитателей Олимпа. На многих подобного рода “гляделки” действовали, как холодный душ.

Хотя, при встречах с сенаторами и прочими магнатами, светловолосый моложавый бизнесмен умел изобразить радушие, превращаясь в “своего парня”. Не из Калифорнийской республики, что вы! Никакого радикализма ни в коем случае, это очень вредно для бизнеса. Всего лишь человек, пробившийся благодаря талантам и целеустремленности на самый верх пищевой цепи. Про то, каким именно образом он это сделал и какова доля в его активах различного рода мафиозных капиталов - умолчим. Зачем кому-то нужны столь грязные и дурно пахнущие подробности? Главное - это побывать на очередном приеме, устроенном радушным хозяином для полезных людей и попутно уточнить, какой пакет акций нового предприятия можно будет купить частным порядком, инсайд всегда в цене.

Сегодня же мистер Паркер возвращался домой, в Лос-Анджелес, после долгих и нудных переговоров в Пентагоне. Военным не понравилось качество представленных программ по одному из засекреченных грантов, а уже получивший большую часть денег хозяин “Наукома” совершенно не желал тратить дополнительные людские и прочие ресурсы для решения найденных проблем. И чего генералы прицепились именно в этот раз? Уже пять лет частные подряды тихо-мирно осваивались без ненужной волокиты. Красиво оформленные документы подписаны, отчеты напечатаны, мальчики с белоснежными улыбками уже приволокли кучу презентаций на новые темы - и такой облом. “Система безопасности не соответствует заявленным критериям”! Козлы паршивые, как откаты пилить, так все было в ажуре. А как нести ответственность за уже принятый софт и железо - так ищут крайнего. Нет бы списать в ожидании нового бюджета и забыть найденные проблемы. Но...

А ведь причиной неприятностей оказался неожиданно взлетевший стартап, сумевший сначала заинтересовать потенциальных инвесторов необычной областью применения нового программного обеспечения, а затем запустивший разудалую рекламную компанию в Сети и компьютерных изданиях. Но самое паршивое, что в качестве примера “лучших систем безопасности” эти паразиты не могли придумать ничего лучше, как сравнить свое барахло с комплектом эшелонированной системы безопасности для Пентагона и аффилированных структур. И после трех презентаций всплыло, что дыр у военной защиты столько, что в архивах и закрытых базах наверняка давным-давно топчутся даже школьники, не говоря про чужие разведки. Что на фоне разгоревшегося скандала лишь подстегнуло интерес к “Ацтек Клоуд Компьютинг”, вызвав рост цены акций и быструю миграцию из разряда “шарашкина контора” до “одного из лидеров в инновационных технологиях”. Правда, откуда там инновации могут взяться? Придумали тоже - выпихнуть разную нищую шантрапу в арендованные в интернете сервера. Готовые дешевые бизнес-страницы под ключ, автоматизированная генерация презентаций и дизайн ваших электронных объявлений за пару долларов. Грошовая аренда готового железа без необходимости платить собственным айтишникам - то, что серьезные корпорации презрительно называют “мусором с доски объявлений”. Вот только неожиданно для всех оказалось, что такого рода контор и индивидуальных предпринимателей миллионы. И если миллион заплатит пять долларов в месяц за круглосуточную поддержку статической страницы, то ты уже отбил все затраты на инженеров. А если к этому добавить миграцию мелких шарашек, мечтающих получить стабильно работающую почту, файловый сервер и автоматизированный центр дозвона для всех регионов, то к уже названной сумме можно добавить сразу нолик. И ведь таких разноплановых идей у проклятого “Ацтека” еще полным-полно. И каждую из подобных новинок демонстрируют, сравнивая с неповоротливой корпоративной машиной, похожей на тот же “Науком”. Раз, другой - и тебе начинают задавать неприятные вопросы.

Поэтому мистер Паркер смотрел в иллюминатор, как его “Лирджет” заходит на посадку, набрасывая общий план будущих действий в постоянной войне на выживание. Значит, надо будет собрать детальную информацию по этому стартапу. Кто реальный хозяин, сколько вложил, можно ли скупить на корню или разорить. Кто еще пострадал от навязчивой рекламы и с кем стоит стравить выскочек в ближайшее время. Нет ли в чужом бизнесе денег тех же латинских синдикатов. Потому что итальянцы и прочие старые кланы в этом не участвуют, он уже навел справки среди своих не совсем рукопожатных в «Вашингтогском болоте» знакомых. И давить, давить гаденышей, пока они не начали создавать реальные проблемы. Вплоть до несчастных случаев для отцов-основателей - Паркер никому не позволит резвиться на его поле. А айтишные технологии в Долине он давно считал своей вотчиной. Привык уже, что “Науком” считается в этом бизнесе одним из первых. И конкуренты ему совершенно не нужны. Подрядов в Пентагоне не так много, чтобы допускать к обжитой кормушке посторонних.

С утра прошел холодный октябрьский дождик и теперь щербатый асфальт сверкал на утреннем солнце крохотными кляксами луж. Старый шаман устроился на скамейке, разглядывая подъезжающий “грейхаунд”. Автобус, похожий из-за напластований грязи на камуфлированного бегемота, медленно заползал на парковку с основной дороги, мигая зеленой надписью над окном водителя: “Фармингтон, НМ”. Само собой, Нью-Мексико. Территория Навахо начнется западнее через несколько миль. Вот только двух молодых лоботрясов следует перехватить сейчас, до того, как они отправятся дальше.

Любители ножей и пистолетов поставлены в стоп-лист, поэтому стоит им объявиться на родных землях, как шериф или его помощники тут же попросят прогуляться в участок для вдумчивой, но недолгой беседы. А потом к выборному судье, который с радостью влепит идиотам полгода исправительных работ. Чтобы в следующий раз думали, как грабить и избивать туриста под прицелом единственной работающей камеры на одиноком столбе рядом с каньоном – туристы это лица неприкосновенные, это хлеб, который попадает в племя. Ну и не только хлеб, но и масло и все остальные продукты – местные индейцы жили очень богато по сравнению с другими, законно паразитируя на любопытных бледнолицых. К сожалению, именно Гэхэдж и Нэхуэль нужны шаману, чтобы начать поиски аватара бога зла. Поэтому старик сидел на продуваемой всеми ветрами автобусной остановке и ждал.

Скрипнули двери, на мокрый асфальт стали выбираться пассажиры. Последними появилась парочка, которую так долго ждал Катори.

- Как поездка? - поинтересовался шаман, не вслушиваясь в ответный робкий лепет. Понятно, что после объявленных проблем с законом парни рванули к соседям, на федеральные земли. Правда, не учли одного. Дело не закрыли, поэтому в родные пенаты дорога заказана и надолго. - Ладно, я вас понял. Вы решили, что пересидели проблемы и можно отправить обратно, под крыло мамочки. Только просчитались. Джон Гартфорд ждет-не дождется, когда два умника отправятся за решетку. Потому что сейчас у него лишь единственное открытое дело про вооруженный разбой и за это дело шерифа трясут каждое утро в полицейском управлении. Вы меня поняли?

Полюбовавшись скисшими рожами неудачливых грабителей, Катори вздохнул, поднялся и пошел прочь, жестом позвав парней за собой. Добравшись до видавшего виды “форда”-пикапа, устроился на водительском сиденье, опустил окно и недовольно спросил:

- Вам особое приглашение нужно? Садитесь. Ваши отцы попросили меня приглядеть за вами. Потому что криминальные записи в личном деле сейчас совершенно не нужны ни семьям, ни совету старейшин. Поэтому выбор у вас простой. Или вы поможете мне, и я сделаю так, чтобы пострадавший закрыл дело, или вы разворачиваетесь и едете куда-нибудь в сторону Флориды, где и сидите еще лет пять, пока проблему не закопают за истечением срока давности. Но сидите на собственные деньги, племя отвергнет вас... Итак?

Да. Похоже, второй вариант голубчикам совершенно не понравился. Что и следовало ожидать.

Пикап пылил по триста семьдесят пятой на юг. Через полчаса машина свернула направо, в сторону полей. Поплутав по проселочным дорогам, старик притормозил у неказистого сарайчика и заглушил двигатель. Подождав, убедился, что никто на хвосте не сидел и не пытался перехватить молодых лоботрясов. После чего медленно начал рассказывать:

- Для вас есть работа. Серьезная работа. Как раз для таких людей, кто умеет пользоваться ножом и пистолетом. И не побоится ради правого дела пустить их в ход... Давным-давно нас изгнали с родной земли, посадив в резервацию. Многие годы ваши деды и прадеды пытались отстоять остатки независимости. Сегодня это знамя нужно подхватить и продолжить благое дело. Время баловства закончилось. Настала пора доказать, что вы не зря носите гордое имя навахо. Вы готовы?

Столь резкий переход поначалу смутил молодых людей, но через минуту они уже перестали осторожно пихать друг друга локтями и закивали: да, готовы, конечно готовы!

- Отлично. Тогда слушайте, что нужно сделать. Где-то не очень далеко от нас появился крайне опасный человек. Он собирается набратьь головорезов и приехать на наши земли, чтобы убить всех, кто попадется на его дороге. Женщин, детей, стариков... Он не будет щадить никого. Сейчас он еще слаб. Но когда соберет армию, нам будет крайне трудно что-либо ему противопоставить.

- Мы принесем тебе его голову!

- Сначала вы его найдете, остолопы. Просто найдете. Посмотрите - кто он, где живет, с кем встречается. Сообщите мне это, а я пришлю людей, с которыми вместе уже займетесь охотой за скальпами. Вы - мои глаза и уши, мои разведчики. И надо сделать все возможное, чтобы ни одна белая собака не догадалась, что именно происходит. Это вам по силам?

Можно и не спрашивать. Для обоих избранных подобного рода приключение - как манна небесная. Вместо того, чтобы отсиживаться по углам и ждать, когда родственники замнут мелкую уголовщину - отправиться в поиски врага всех навахо! За такой шанс любой ухватится обеими руками!

- Тогда пойдем, привяжем для вас амулет.

К обряду давно все было готово. Пусть сарай стоит на самой границе земель, но по углам давно закопаны нужные артефакты и поэтому именно здесь Катори проводил разного вида эксперименты, скрытые от любопытных взглядов соплеменников. Не всем нужно знать, чем именно занимается старый шаман, за некоторые изыскания запросто можно было и с головой расстаться. Доказывай еще соседям, что часть обрядов некромантии требуются для более близких связей с душами ушедших предков.

Сквозь мутные грязные окна на пустой песчаный пол падали белесые солнечные квадраты. Прикрыв за собой дверь, старик поежился: хлипкое строение промерзло за ночь, но хотя бы прикрывало от пронизывающего ветра. Жестом указав парням их места, привычно нарисовал в центре круг, начертил нужные символы в заранее выбранных точках и выложил крупный красный камень, блеснувший неровным изломом плохо заполированной грани. Затем шаман достал каменную плошку, выудил из кармана стеклянную пробирку с пластиковой пробкой, в которой лежали тонкие острые иглы. Конечно, если следовать традициям, то получить кровь для поискового амулета надо было при помощи ритуального ножа, но в данном случае Катори собирался воспользоваться более современными технологиями. Зрителей вокруг нет, а занести заразу в ранку - не самое умное решение. Поэтому - стерильная игла, два легких укола в мизинцы и на каменное дно капнули ярко-красные кляксы. Сверху тонкой струйкой просыпался серый пепел, растертый до состояния почти невесомой пыли. И лишь после завершения окончательных приготовлений старик сел рядом с прочерченной линией, положил в плошку причудливый кожаный браслет, изукрашенный ритуальными узорами, и поставил все это в центр круга.

- Закройте глаза и молчите. Откроете, только когда я разрешу.

Все же удачный выбор он сделал. Парни лишних вопросов не задают, волю шамана выполняют беспрекословно.

Через полчаса потный и уставший Катори выволок впавших в беспамятство индейцев на солнышко. Обряд прошел удачно. Удалось зацепиться на тень черного аватара. Теперь две ищейки смогут найти его с погрешностью в пару-тройку метров. При этом враг даже не почувствует, что между его тенью и амулетом протянулась тонкая нить. А Гэхэдж и Нэхуэль смогут ощутить, куда именно тянет призрачный поводок. Осталось лишь чуть передохнуть и можно отправиться в путь. В процессе камлания удалось определиться с главным направлением: поиски стоит развернуть в Лос-Анджелесе. Это более чем удачно, что город находится не так далеко от земель навахо, как он опасался. Не придется пересекать границу с северными штатами или вообще выезжать за рубеж. Все рядом.

Подождав, когда парни придут в себя, старик помог им устроиться в пикапе, после чего вернулся в сарай и скрыл все следы ворожбы. Теперь снова на юг, до Торо. Там его гончие пересядут на очередной рейсовый автобус и по сороковой автостраде доберутся до места. Деньги на первое время и документы он им выдаст. А шериф постарается, чтобы заведенное дело так и осталось висеть во внутренней базе Независимых Земель. Ни к чему будоражить чужих полицейских или федеральных агентов. У них других забот полон рот...

На эту встречу светлейший князь ехать не хотел. Категорически не хотел. Но, как короля играет свита, так и Раздиловскому приходилось учитывать интересы многочисленных полезных знакомых, которые после многолетней комбинации позволили занять место личного советника императора. Причем официально, со всеми положенными регалиями. И поэтому именное приглашение на чествование одного из именинников нельзя было игнорировать. Союзники в драке за жирный управленческий и финансовый пирог не поймут. Начнут думать разное нехорошее. А то и попытаются старика потихоньку от кормушки оттеснить. Типа - отпрыгал свое, зазнаваться без меры стал. Или просто в маразм впал.

Вот и приходится сидеть рядом с именинником, выслушивать тосты, самому встать пару раз и разродиться пафосной и абсолютно пусто по содержанию речью. И попутно прикидывать, сколько старых недоброжелателей поставят для себя галку на будущее. С кем пил, с кем праздновал, с кем беседы при куче свидетелей вел.

А с другой стороны, может и плюнуть на все страхи? Кто сейчас может против него выступить? Какие кланы сдуру решатся оскалить зубы на облеченного властью и доверием человека? Ведь стоит только намекнуть при очередном докладе Владимиру, что где-то скверна завелась, так полетят клочки по закоулочкам. Это лишь старый и упрямый до зубовного скрежета Драбицын мог себе позволить венценосное неудовольствие. У остальных кишка тонка. Сдулись, как только власть поменялась.

Ну и до уважаемого Алексея Михайловича доберемся. Пусть старый волк в отставке и под присмотром, но на душе все равно не спокойно. Потому как у бывшего начальника службы безопасности запросто в рукаве может быть припрятано несколько козырей. И единственный способ избавиться от такого игрока, временного выбывшего из-за стола - это пустить ему пулю в затылок. Ошельмовать сначала, а потом – пулю, именно в таком вот порядке. Чем и предстояло заняться в ближайшем будущем.

В целом для Радзиловского эти несколько лет были очень удачными. Во-первых, он умудрился проскочить мимо всех заговоров, мятежей и прочей возни, куда влезли многие из конкурентов. Вместо того, чтобы ждать нужный момент и скрупулезно выстраивать паутину отношений и личных долгов, торопыги попытались взять власть нахрапом и сильно этим обозлили императора. А в нынешние времена император - фигура неприкасаемая. То есть - от слова “совсем”. За Владимиром-Солнышком стоят армия, полиция, диктатура пропаганды, с детства штампующая определенные государственные символы в мозги подрастающего поколения. Поэтому получить клеймо “враг императора” - это автоматически перемахнуть черту и получить во враги девяносто пять процентов населения. Воевать с такой толпой? Боже упаси.

Именно в силу этих причин сам светлейший князь поступил куда как проще. Он сразу сделал ставку на монарха. Никаких дурацких свержений. Никаких заговоров. Никаких попыток спутаться с иностранными спонсорами и тем более - разведками. К чертям собачьим таких друзей, от них одни лишь неприятности. Успев потратить изрядную часть жизни на управление разного рода общественными фондами и попутно поболтавшись в различных министерствах и ведомствах, Радзиловский уяснил главное - все решают люди на местах. Вот с этими людьми, с канцелярскими крысами, он и работал. Заводил связи, оказывал по возможности протекцию, продвигал верных и нужных на освободившиеся позиции. И пусть не на самый верх, куда сразу и не дотянешься, но методично, целенаправленно и не переставая формировать круг обязанных ему лично. В итоге похожий на милого доброго дядюшку махинатор получил доступ к различной закрытой информации, мог организовать поддержку или травлю любого человека в коридорах власти. И попутно сформировал личный образ человека, который может быть полезен не только своими связями в аристократической тусовке, но и возможностью влиять на те или иные серьезные решения правительства практически на любых уровнях. Поэтому когда изрядно испачкавшийся в крови и грязи граф Драбицын вздумал взбрыкнуть и не выполнил прямой приказ императора, то ему быстро удалось выставить это в нужном для него свете и организовать графу замену. Ну и про себя, любимого, Радзиловский не забыл. Получил заветное место советника императора по любым вопросам и умудрился при этом остаться формально вне каких-либо политических кланов и группировок. У него был свой круг, свои люди, свои интересы. Их он и лоббировал.

Конечно, недоброжелателей изрядно прибавилось. Если раньше в сторону старика косились лишь так называемые “государственники”, повернутые на служении Родине и прочих заскорузлых принципах, то сейчас желчью плевались все, не успевшие пробраться на освободившиеся после тотальной чистки места. Но здесь - извините, винить надо лишь себя. Когда господин Драбицын сшибал головы провинившимся, надо было не по углам отсиживаться, а собственных клевретов пихать и мотаться по столице, организуя встречи, лично пожимать руки и шептать на ухо серым от страха чиновникам. Потому как любая зачистка рано или поздно заканчивается, а работать все равно кому-то нужно. И кто первым успел - тот и захватил ключевые позиции на подступах к Олимпу. А дальше - банальная проза жизни, когда шея вертит головой. Пусть решения принимают на самом верху, но правильно подготовить документы, подобрать нужные отчеты и пропихнуть одну бумажку вместо другой - это уже открывает такие горизонты!

- Что кручинитесь, Ваша Светлость? Дело-то какое провернули! Как удачно все устроили, а ты все не весел!

Положив вилку рядом с белоснежной фарфоровой тарелкой, Радзиловский аккуратно промокнул губы и с неудовольствием покосился на подошедшего соратника. Анисим Семенович Скрябин, собственной персоной. Старый друг и верный помощник в решении разного рода щепетильных вопросов, внешне похожий на недалекого купчину с широкой черной бородой и кустистыми бровями. И по поведению уже настолько вросший в этот образ, что и сам вряд ли различает, где он играет “купчину”, а где лезет наружу подлинное нутро. Но при всем этом - умен, беспринципен, жесток и хитер. Любое действие просчитывает многократно и старается при возможности всегда страховаться, подставляя под возможный ответный удар других. Правда, после того, как устроил сына на должность товарища министра, Скрябин чуть-чуть расслабился, пробил для себя несколько денежных подрядов и теперь больше озабочен тем, как переварить свалившиеся на голову богатство.

- Анисим, ну хоть ты не подначивай. В шампанском купаться будем через год-другой, когда все хвосты подчистим, приучим людишек к новому порядку и любых недовольных окончательно к ногтю прижмем. Пока же лучше поберечься. Аккуратнее надо, дабы повод императору не давать за нами приглядывать.

- Да ладно тебе! Если так думать, то до самой смерти, как мышь под веником и просидим. Мы теперь - в фаворе. И мы - сила! Где там наши злопыхатели, а? Ни одного на виду больше не осталось, все по углам разбежались... Так что лучше выпьем! Чем не повод - почествовать именинника и нашу общую удачу!

Судя по выхлопу, Анисим уже изрядно нагрузился и теперь вполне мог устроить дебош, если что-то пойдет поперек желания покуролесить, подумал князь, тормоза отключились. Отличный повод свернуться и отбыть домой. Но рюмку-другую принять все же придется, иначе не отцепится.

- Выпить? Это можно. Пойдем, заодно поздравим юбиляра...

И бочком, бочком, к выходу. Потому как пусть другие обмывают первые плоды победы, ему же надо хорошенько выспаться и завтра с утра прогнать по пунктам все намеченные на ближайшие дни дела. Мало - взять власть. Ее надо еще удержать. Любым способом. Потому как враги могут не просто разбежаться с глаз долой. Враги могут специально уйти в тень, чтобы там перегруппироваться и нанести ответный удар. И этого допустить никак нельзя. Никак...

Глава 3

Господи, как я устал! Это курьер Алекс работает свой восьмичасовой прогрессивный рабочий день, как и все сотрудники «Ацтека». А вот когда заканчивается рабочий день Алекса, начинается рабочий день мистера Тьюринга, и он минимум восьмичасовой, а чаще всего – десяти-двенадцати. Вот и приходится спать по три-четыре часа в сутки, жрать нездоровый фастфуд и гиподинамировать в кресле за ноутбуком.

Вот и сейчас я оформлял всю необходимую информацию в форме проспекта эмиссии и заявление о его регистрации. Да с акциями решил заморочиться, надо привлечь больше средств легально прослеживаемым путем. А то фискалы положат глаз на фирму, которая вроде еще и не начала толком зарабатывать – приобретена недавно, предыдущий владелец обанкротился и потянул за собой компанию – но уже успела обновить парк железа и нанять нескольких способных сотрудников на высокооплачиваемые должности. Тут уже пахнет moneylaundering, то есть отмыванием денег, а этим уже занимается Секретная Служба - с курсом по борьбе по отмыванию денег я уже сталкивался, даже диплом в прошлой жизни был, правда, на чужое имя. Поэтому сделаем все просто и чинно – сделаем IPO. Как делать – это уже не моя проблема, андеррайтеров тут как блох на барбоске, пусть занимаются тем, на чем зарабатывают себе на кусок хлеба, точнее на омаров с фазанами, или чем там паразиты общества питаются, в модных кабаках. Моя задача расписать все так красочно, чтобы у потенциальных инвесторов загорелись их крысиные глазенки и зачесались потные ручонки, почуяв добычу. Ну а мистер Тьюринг оставит себе контрольный пакет, чтобы желающие в будущем не перехватили управление фирмой или не разорили ее.

Я сохранил документ и сунул его подальше. Это будет не прямо сейчас. А вот прямо сейчас… Во-первых, надо провести несколько презентаций, чтобы возбудить интерес. Во-вторых, встретиться с главами нескольких компаний, которые могут быть заинтересованы в наших услугах. Ну и всякое там бла-бла-бла по ящику и в сети, типа «пользуйтесь облачными сервисами Ацтек Клоуд - гигиенично и надежно!».

Все было просто как дважды два – оказалось, местные еще не доросли до облаков, точнее, до их практического и повсеместного использования. Ну тут я вспомнил прошлое, и начал ставить задачи своим яйцеголовым. Во-первых – сетевая операционная система, эту идею я нагло позаимствовал у лопнувшего стартапа Клоуд Компьютинг, который одно время делали испанцы. Естественно, дело у них не пошло, народ предпочитал пользоваться мелкомягкими и их приложениями, написанными «индусским кодом» чуть более, чем полностью. Но не все. Так что, операционка скоро будет готова, причем распространяться будет абсолютно свободно. Потому что без приложений она нафиг никому не нужна. А вот приложения уже будут арендовываться за небольшую денежку, и тогда уже народ задумается, особенно из мелких фирмочек, стоит ли платить мелкомягким за операционку с офисом и служебными приложениями, или проще и в десять раз дешевле арендовать на год себе облачко, и пользоваться им, сколько влезет. Во-вторых, я вспомнил бум умных домов у себя на родине, который как раз пришелся на пик моего попадания сюда. Вот и хорошо, операционка будет работать и с ними. А поскольку я в свое время хорошо исследовал их функционал, то идеальное на мой вкус приложение я себе представлял очень даже хорошо. Хочешь включить свет или поднять дверь гаража, не вставая с дивана – и это есть. Как и управление любыми домашними приборами. Подразумевалось в дальнейшем и управление промоборудованием, но для этого нужны были лицензии, с которыми я связываться не желал. Ну а так – кто хотел, мог скачать пиратскую версию приложения для управления домашним котлом или генератором, причем написанную нами же, только не под нашим брендом. Реализуя принцип, что все, что вы делаете, вы делаете это на свой страх и риск, тем более что в официальной поставке этого не будет и мы будем от всего открещиваться и грозно хмуря брови обещать пиратам всевозможные кары. Все довольны, все смеются – пользователь, что натянул официального производителя, довольно ухмыляющийся разработчик, просматривающий содержимое компьютера хитрозадого пользователя, надзорные органы, которым нечего предъявить разработчику.

Ну и естественно, одной из главных изюминок было внедрение во все продукты алгоритма шифрования, который был не по зубам коммерческим криптографам и был свободен для распространения, включая исходный код. Да, я с удивлением обнаружил, что Циммерман отметился и здесь. Запрещенные правительствами большинства стран, в том числе САСШ и РИ, такие алгоритмы имеют одну очень неприятную для властей особенность – их практически невозможно взломать, они подпадают под категорию стратегической стойкости. И в отличие от сертифицированных и усиленно продвигаемых спецслужбами в массы реализаций алгоритмов не имеют бэкдора, который позволяет тому же АНБ, ФБР, УСС и иже с ними читать чужую корреспонденцию, хихикая в кулачок. Это закон – если у тебя нет в программе дырки для Большого Брата, то иди-ка ты… Справедливости ради надо сказать, что и в РИ подобные вещи были также запрещены, хотя и могли подпасть под лазейку через определение усиленной неквалифицированной электронной подписи для использования физическими лицами. Ну а госструктуры пускай идут лесом, у них для этого спецслужбы есть и научные институты. И те же алгоритмы, только без дырок для себя любимых. Насколько я знал по действующему законодательству САСШ это тоже было разрешено для частников, Циммерман выиграл суды. А поскольку наша ниша – ПО для мелких и не очень частников, госструктуры нас не волнуют, с этими связываться себе дороже.

Так что я сейчас пахал как папа Карло. Будем делать из наших бревен-программистов докладчиков. Энн запустим в какую-нибудь фриковскую аудиторию или колледж, прилизанного ботана Пола в какой-нибудь вуз, ну а самого исполнительного директора пустим по корпорациям. Пусть поработают с пишущимися мной презентациями. Каждая будет рассчитана на свою ЦА, чем тупее – тем больше от приемов работы коучеров. Хорошо бы подключить еще и подростковую аудиторию, но наши продукты пока никаким боком не заточены под мобильные устройства, а офисные приложения подросткам не нужны. Я глянул на часы на ноуте. У-у, спать пора, уже три часа ночи! Опять завтра на работе все будут прикалываться по поводу того, что сидел допоздна в баре или ночевал у очередной подружки, глядя на мои красные глаза и слушая зевки. Невдомек долбодятлам в белых воротничках, что на них же работаю, чтобы они могли со временем покупать себе, что вздумается и отдыхать как вздумается. И что это делает скромный недалекий с виду курьер Алекс.

Слежку я заметил, потому что был к этому готов. Каждый день, проезжая мимо расположенного неподалеку паркинга, я запоминал машины и их номера, чтобы потом пробить их по базе данных полиции, о чем ЛАПД и не догадывался. Неподалеку было несколько офисных зданий и надо было всего-то запомнить под полсотни машин, время от времени паркующихся там. Что наша наружка, что их – методы работы одни и те же. Так что делая вид, что смотрю по сторонам, за месяц я примерно запомнил все колымаги и пробил их владельцев. Но вот одна машина меня насторожила. Ничем не примечательный синий фордовский седан появился здесь неделю назад, и сначала меня не насторожил. Но пробив его по базе, доступ к которой я купил за хорошие деньги, я задумался. В полицейской базе она была записана как в дурном детективе – ну естественно же на такую редкую фамилию как Смит. И жил этот Смит, естественно же Джон, в западном Лос-Анджелесе, причем адрес его не бился по карте вовсе, хоть ты тресни, приводя в национальный парк. Долго лазить по базам я не стал, сделав зарубку заинтересоваться этой машиной поподробнее. Ну на этот случай я подготовился заранее. Еще задолго до этого пришли рабочие из «Норт секьюрити», и установили по просьбе мистера Тьюринга камеры в тех местах, которые он указал в письме. И что вполне естественно, камеры были завязаны на него самого, заодно и следя за порядком внутри самого офиса. После того, как я засек подозрительный «Форд», одна камера была направлена только лишь на него, давая мне прекрасную возможность понаблюдать за наблюдателем.

Нет, скорее всего это был какой-то частник. Детектив-дефектив, блин. Все как-то по лоховски. И распорядок дня у него был соответствующий – приезжал за полчаса до начала рабочего дня, ставил солнцезащитный экран, чтобы теплое южное солнышко не превращало окончательно машину в крематорий, и пользуясь им, как щитом, вел наблюдение и съемку. Потом к обеду он отъезжал на часок, видимо перекусить и слить информацию, затем опять появлялся на стоянке и караулил там до тех пор, пока последний сотрудник не уйдет из офиса.

Я чесал репу, думая, кого же этот наблюдатель караулит, версий на самом деле много. Возможно просто наблюдает за фирмой, возможно – за кем-то конкретно, возможно это не связано с моими делами, а возможно… На уме только одно и «возможно». А непоняток я не люблю. Такая вялотекущая слежка могла вестись бог знает сколько, смотря какие цели преследует наблюдатель. Следовало обострить ситуацию и вынудить противника, кем бы он ни был, на активные действия. Не будем вести контрнаблюдение, не будем ставить жучок или маячок, есть способ проще, тем более этот вариант я прокручивал уже давно.

На следующий день я встал пораньше, только вот поехал не сразу на фирму, а выбрал место неподалеку от паркинга вне зоны действия камер наблюдения, не зря я обследовал всю прилегающую территорию. Надо знать окрестности, как свои пять пальцев, это может пригодиться в любой ситуации, а в том, что она когда-нибудь да будет я не сомневался.

Дождавшись, когда седан въедет на парковку и остановится, я достал телефон. Одноразовый предоплаченный, купленный там, где и камер-то отродясь не было. А вот накладочка на него была специальная, доставшаяся по наследству из ближайшего схрона Мадлен. Если не вести тщательный анализ разговора, то и не поймешь, что голос говорящего изменен.

Я позвонил в службу спасения, и взволнованно, с придыханием объяснил, что на паркинге по Априкот-авеню торгуют наркотиками, да-да, прямо из машины! После чего описал машину и назвал ее номер. Ничего необычного – американцы просто обожают стучать друг на друга по малейшему поводу и без, какой там сталинизм и кровавая гебня, эти нервно курят в сторонке. Не там припарковался, не убрал говно за собакой, не туда выкинул мусор – будь уверен, возмездие тебя настигнет в любом случае. Большие стукачи, наверное, только немцы с их орднунгом в крови.

Так что через десять минут я с удовольствием наблюдал, как из подъехавшей полицейской машины вышли копы, расстегивая кобуры. Ну правда обошлось без эксцессов, никто не открывал стрельбу, наблюдателя просто положили мордой на капот, заведя ласты за спину. Представление обещало быть шикарным – нет, наркоту в машине они не найдут, а вот другие странные предметы – верняком. У наблюдателя есть и камера со снимками, может быть и оружие, а уж липовые документы на имя Джона Смита наверняка заинтересуют полицию, здесь уж точно не отмажется. Если он конечно не правительственный агент. Но об этом я узнаю из полицейского отчета. В любом случае, я этого агента больше не увижу, если не дураки, либо снимут слежку, либо сменят наблюдателя. А вот то, что нами могут заинтересоваться копы… Тут все чисто, уж лучше пусть мусора нас проверяют, чем неизвестный противник. Теперь ждем ответного хода, и по его направленности смотрим, что им на самом деле надо. А там и выйдем на заказчика.

Я покатил на велике на работу, чувствуя себя удовлетворенным выполнением гражданского долга, а вечером со всеми предосторожностями влез в полицейскую базу. Ба! Так я подвиг совершил. Помог арестовать беглого преступника, на котором висело с десяток дел, и как вишенка на торте – вооруженное ограбление. Вот теперь загадок стало еще больше – какого хрена он тут ошивался и что хотел? Грабить нас – удовольствие сомнительное, денег здесь отродясь не бывало, ну может только то, что на карманах у персонала. Да и то, учитывая электронные платежи, этому хмырю достался бы только пластик, через которого на него бы вышли быстрее, чем он бы успел его потратить. Оборудование мы тоже в расчет не берем, никто из нормальных за информацией не полезет таким дурным способом. Значит, не грабеж. Ну а дальше? Возможно покушение или похищение кого-то их сотрудников. А вот это уже более вероятно. И более тревожно. Будем предохраняться и усиливать меры безопасности. Но сдается мне, что это все-таки связано с нашей нынешней деятельностью, предварительная засветка прошла еще тогда, когда пару недель назад мы начали патентовать то, что когда-то, в том числе и еще до меня, было создано по моему настойчивому требованию. В САСШ любой пук и звук перед выходом на рынок должен быть запатентован. А учитывая то, что мы в ударном темпе создавали… Да, это могло заинтересовать кого-то из конкурентов. Ну что же, ждем ответных ходов противника.

- Вот так, - заключил граф, задумчиво хлопнув себя по колену.

Они втроем сидели в гостиной у Кресислава - он, волхв и Радогорцев.

- Радзиловский провел хорошую работу, - Кресислав задумчиво потер переносицу. – Так, что прыгнул сразу в дамки.

- Но вы-то как это допустили? – Драбицын укоризненно посмотрел на Кресислава. Всеведущий волхв скривился, как от уксуса. Еще бы, подумал граф, в подковерных интригах и тебя он обошел, сумел задвинуть на задний план. То был первым советником, а теперь «один из».

- А вот так, - досадливо сказал Кресислав. – Пока он не устранил того человека, которого боялся, то есть вас, он себя не проявлял, ждал удобного момента. И если бы не вот этот случай с артефактом, то он бы ждал его еще дольше. Артефакт, из-за которого сыр-бор, это всего лишь один из предлогов. Но император клюнул, возжелал его столь сильно, что готов был даже вас отправить в отставку, лишь бы обрести желаемое. Что вполне объяснимо – дела-то в Империи идут не очень хорошо, впрочем, кому я это говорю, сами лучше и больше меня знаете.

Драбицын промолчал, не желая комментировать высказывание волхва. Да, времена неспокойные. Внутри Империи – раздрай, слишком много всего накопилось, и мятеж это показал. Коррумпированные чиновники на местах, воровство и распил казенных денег, робкие попытки сепаратизма опять же из-за продажных чиновников, недовольство населения… В общем все, что только может быть в огромной стране. Когда государь входил на трон, он много сделал для укрепления Империи, всколыхнул это болото, попутно переколотив в нем слишком разжиревших от безнаказанности жаб, перекроил государство по-новому. Но вот теперь похоже разогнавшаяся машина грозила, сбавив обороты до нуля, остановиться. Даже не машина, скорее велосипед – велосипедист едет, пока крутит педали. Стоит ему остановиться – он упадет набок, и довольно больно ушибется, если не расшибется насмерть. И если его не подхватят, не дадут ему упасть и подтолкнут – все. Вот только велосипедист не видит, что он сам прогоняет тех, кто мог бы его удержать, видя в них лишь помеху движению. Так получилось и с графом. Ну а если брать внешнюю обстановку – тут дела аховые. Есть два полюса силы – РИ и остальной мир. И между ними шла, идет и будет идти непримиримая борьба, пока один из противников не упадет и не будет уничтожен, оставив свои пожитки на разграбление победителю. До открытой войны дело, понятно, не дойдет – сколько там раз можно уничтожить шарик? Не один десяток раз. Пока есть ядерное оружие, стороны будут бояться его применить. Хотя на западе потомки хиппарей, пришедшие к власти, пьяное и наркотическое зачатие, могут в угаре ксенофобии и нажать на кнопочку «П-ец». Слишком много ублюдков там у руля власти, которые способны на все, что угодно, в том числе и считать, что война им поможет.

Ну а пока – все-таки мандражируют, потрясая то пробирками со стиральным порошком с трибуны Лиги Наций, то грязными трусами беглых оппозиционеров с пятнами якобы от боевого ОВ, и на этом дело заканчивается. Война идет тайная. Уже ловили в княжествах Польско-Литовском и Финском агентов бриттов и САСШ, подогревающих сепаратизм, потом даже и ловить перестали, стали незадачливые резиденты со своими агентами просто исчезать. И претензии предъявить нельзя, а то придется признаться, с какими целями и почему под чужой личиной оказались на земле РИ незваные гости. Хотя теперь, с «реорганизацией» СБ, многие вздохнут спокойно и удовлетворенно.

- Я так понимаю, мы здесь собрались не просто за жизнь потрепаться, - сказал дед Козьма. – И да, граф, с другими бы этого разговора не было.

- Я понимаю, - кивнул Драбицын. Действительно, их несвятая троица знала друг друга очень хорошо. Даже слишком. – Радзиловского и его клику надо укорачивать, причем на голову.

- Поддерживаю, - сказал Кресислав.

- Я тоже за, - сказал Радогорцев. – Чем больше я смотрю на то, что творится, тем больше мне это не нравится. Государем сейчас пытаются манипулировать, и в силу определенных причин им это удается.

Драбицын знал, о чем идет речь. Государь болен, и серьезно. Слухи об этом пресекались на корню, но все же узкий круг это знал. И пока проходили регулярные курсы лечения, страной управляли другие.

- Я так понимаю, что заговором руководите вы? – напрямую спросил Кресислав.

- Ну вот только так ставить вопрос не надо, - поморщился Драбицын. – Нет тут заговора. Ни против интересов РИ, ни против императора я не пойду. Просто пора очистить окружение государя, убрав оттуда всю сволочь, которой там поднакопилось порядком. Считайте, речь идет о борьбе между двумя кликами – Имперцев, которым дорога Россия и самодержавие, и торгашей, которые эту самую Россию хотят распилить и продать.

- Я тоже не считаю это заговором, - сказал дед Козьма. – Это восстановление власти. Помощь государю и Империи. Считал бы я, что у вас другие цели, вас не было бы уже на белом свете.

Это прозвучало бы довольно пафосно и театрально, если не брать в расчет того, кто эти слова произнес.

- Я с вами, граф, - кивнул Кресислав. – Пора почистить болото. Что вы планируете?

- Пока – занимаемся сбором информации, а вот потом мне будет нужна ваша в том числе и силовая поддержка. Ваше положение при дворе сыграет в этом ключевую роль.

- Принято, - кивнул Радогорцев. – Вся информация, имеющаяся у нас по Радзиловскому и кланах его приверженцев будет передана вам завтра. Выбирайте только, где и когда. Вас ведут, и вам это известно.

- Не бойтесь, хвост не приведу. Я уже был оперативником, когда эта детвора еще не родилась, - усмехнулся граф.

- Тем не менее. Я полагаю, вы можете пригласить меня отобедать, это подозрения не вызовет, мы старые соратники, как никак, - покрутил пальцем в воздухе Кресислав. – Проще говоря, я проверю ваш особняк на предмет нетрадиционных способов слежения. Заодно и привезу вам информацию.

- Принято. Завтра приглашаю вас к обеду.

- Меня не надо, - усмехнулся Козьма. – Когда нас увидит вместе наружка, их хватит святой Кондратий. Да и к тому же вы в опале, персона нон грата во дворце.

- Естественно. Ладно, господа, честь имею! – Драбицын встал с кресла, пожал руки волхвам, и пошел к выходу, сопровождаемый Кресиславом.

Когда Кресислав вернулся в гостиную, Козьма уже переместился с кресла на кожаный диван.

- Старею я, - сказал он словно бы жалуясь на судьбу.

- Да ладно, дед, - усмехнулся Кресислав. – Волхвы не стареют.

- Я считаю, что графу нужно помочь. Согласен?

- Согласен. Действительно, Империя в очередной раз под ударом, - Кресислав плюхнулся в кресло, отозвавшееся возмущенным скрипом кожи и выдохом воздуха, скопившегоя под обивкой. – Только вот у меня один вопрос – почему он не сказал нам про сына? Не знает, или скрывает?

- Кто же знает, - пожал плечами Козьма. – Если хочешь поставить хорошего человека в неловкое положение – спроси его об этом прямо. Но я не думаю, что он будет лгать нам, не моргнув глазом. Все равно, пока мы не узнаем, где он сейчас, нам это знание без надобности.

- Да, где-то в САСШ. Плохо будет, если он посчитает, что мы виноваты в случившемся.

- Ну, отчасти так оно и есть, - задумчиво сказал Кресислав. – Пусть идет так, как идет. Потом все устаканится. Не будем никого тревожить.

Граф вел машину по ночному городу, как реактивный истребитель, орудуя педалями и рулем, как штурвалом, впрочем соблюдая сигналы светофора и скоростной режим. Не надо было попадаться лишний раз на камеры дорожной полиции, а вот от потенциальной слежки оторваться нужно.

Вот черт! По кабине забегали синие и красные отблески маячков. Граф глянул в зеркало заднего обзора. Точно, машина дорожной полиции, будь она неладна.

- Водитель, принять вправо и остановиться! – граф ненавидел эти железные голоса полицейских репродукторов.

Граф вздохнул, и убрал ногу с педали газа, свернув к поребрику.

- Ваши документы! – потребовал полицейский.

Граф вынул водительское удостоверение, присовокупив к нему удостоверение пенсионное. Полицейский снаружи это просмотрел, сверил фотографию с оригиналом, неприятно посветив холодным светом фонарика в лицо графа, затем вернул документы обратно.

- Все в порядке, Ваше Сиятельство. И да, у вас какая-то смазанная подпись на удостоверении, - полицейский развернулся и направился к патрульной машине.

- Какая? – удивился граф, раскрывая удостоверение.

Увидев белый картонный квадратик с гербом Голицыных, граф удивился. Визитка самого патриарха, главы клана Голицыных, Льва Васильевича. И на обороте три слова – «Следуйте за патрульным».

Мдя, конспирация на уровне средней школы, хотя… Потенциальная наружка ждет его по маршруту следования, здесь вроде все чисто. Может быть и ловушка, хотя это сделали бы еще проще, тот же стреляющий в голову полицейский или отравленная визитка. Хотя нет, в случае его смерти на свет всплывет такое, что устроит форменную революцию в стране, тщательно подобранный информационный пакет-посмертие терпеливо ждал своего часа, и все причастные были в курсе, многие уже превентивно писались в штаны, искренне желая здоровья и долгих лет жизни графу.

Патрульная машина медленно тронулась, обогнала припаркованный «Руссо-Балт» графа, притормозила перед ним и призывно мигнула стопами. Граф тронулся с места и медленно поехал вслед за патрульной машиной. Что же надо Голицыным? Вроде не то что друзьями ни разу не были - грызлись, иногда и до крови и клочьев шерсти. Одно можно сказать – Голицыны были имперцами, и в дрязгах и плясках шакалов вокруг трона не участвовали, вес не тот. И за веру, царя и отечество – это точно про них.

Патрульная машина, попетляв по темным переулкам, вывела его на какую-то пустынную парковку. Может все-таки засада? Граф сдвинул легонько щелкнувший флажок предохранителя наградного пистолета.

Вот мигнули фары патрульной машины, и вторя им, впереди так же мигнули фары из подворотни. Патрульная машина развернулась, и не торопясь, без маячков и сирены, уехала в ночь.

Да, этот танк граф хорошо знал – огромный черный бронированный «Руссо-Балт» Голицына. Джип с урчанием преодолел небольшой подъем и поравнялся с машиной графа. Боковое стекло опустилось, и Драбицын убедился, что в машине действительно князь собственной персоной. Ну ладно, что уж там…

Граф убрал пистолет в подмышечную кобуру, и, открыв дверь, вышел из машины, вдохнув холодный и влажный ночной воздух Питера.

Вышедший из-за руля водитель, он же охранник, открыл дверь пассажирского салона – надо же, такие меры конспирации, ни охраны, никого больше.

- Здравствуйте, Ваша Светлость, - заглянул в салон Драбицын.

- Здравствуйте, Ваше Сиятельство, - надтреснутым старческим голосом ответил князь. – Садитесь, пожалуйста, нас ждет долгий и предметный разговор…

Глава 4

Когда у тебя есть деньги, ты можешь решить кучу проблем. Как мелких, так и крупных. Когда у тебя много денег, шансы на личное благополучие и счастливую жизнь растут просто в геометрической прогрессии. А если денег очень много, тогда в благословенных САСШ ты начинаешь ощущать себя полубогом. Полу - потому что подобных тебе множество, особенно в Калифорнии, и каждый пытается отхватить себе место под солнцем. Но все равно - могущество огромное, осязаемое, ты им упиваешься и привыкаешь к нему. И первый рефлекс на утрату хотя бы части этой силы - желание свернуть голову любому посягнувшему на твое. Выстраданное. Выгрызенное из плоти других претендентов на корону.

Ну и в случае возникновения проблем у небожителей полубоги запросто могут пустить в ход любое оружие, которое сочтут нужным. Что далеко ходить, вспомните греческую мифологию. Сколько веков прошло, а освященные временем методы решения затруднений ничуть не изменились: подкуп, запугивания и убийство как крайняя мера.

С подкупом мистер Паркер опоздал. Знать бы раньше, озаботился бы заранее. И скупил докучливого конкурента на корню. Есть проблема - раз, фирму расформировали, народ распихали по дурным должностям или вообще уволили с волчьим билетом. И все. Опять тишина и благолепие.

Бывают моменты, когда ты почти опоздал, но можешь успеть вскочить на подножку уходящего поезда. Так обстоит дело с получившими имена стартапами. До момента, когда они осознают собственную значимость и из стартапа прыжком переходят в новое состояние “успешная компания”. Вот до прыжка еще есть шанс выложить чемодан наличных, наобещать чего угодно и посулить дивиденды отцам-основателям. У людей, кто крутится между венчурными фондами и большую часть рабочего времени проводит в поисках очередного инвестора - у них ущербная психология. Они с самого начала нацелены на перепродажу. На то, что сорвут джекпот в лотерее. Их идея понравится кому-то еще, этот кто-то притащит пресловутый чемодан и обеспечит яйцеголовым умникам обеспеченную старость. Потом уже можно посадить во главе компании толпу прожорливых бракоделов с дипломами МБА и сертификатами по бизнес-управлению всем, чем можно и нельзя. И уже эта новая команда будет рулить собранным на коленке коллективом, заменяя умных и бодрых на преданных и исполнительных. Чтобы из неформатного непонятно чего слепить привычную всем и каждому обычную по американским меркам контору.

Но если вы чуть замешкались, опоздали на пару секунд, дав возможность шарашке вырасти до самодостаточного предприятия, то наступает час икс. Когда создатели “нечто” осознают - о, мы теперь можем распоряжаться бюджетом самостоятельно! Нам не нужно больше идти с протянутой рукой! Начхать на инвесторов и фонды, мы - состоялись!

Все. С этого момента купить конкурента можно, но слишком затратно. Потому что успех бьет по загривку бывших стартаперов тяжелой кувалдой и ценник конторы взлетает под небеса. В этом случае куда как проще действовать по другому сценарию. Запугивание, выявление ключевых персонажей в чужом бизнесе и впутывание их в какую-нибудь криминальную или дурно пахнущую историю. В любом случае - развалить контору можно. И затраты на героиновые “подарки” и проституток с последующим шантажом обходятся дешевле, чем покупка переоцененного актива.

Ну и в крайнем случае можно всего лишь убрать ключевую фигуру с доски. Того человека, без которого весь карточный домик развалится на куски. Хоп - и только груда обломков. Конечно, как любой радикальный инструмент, он требует аккуратности. Потому как любой из небожителей прекрасно понимает, что подобного рода “акция” запросто может быть использована и по нему, любимому. Но вот против мелких фигур, только-только взобравшихся на доску глобальной политической и экономической игры на выживание - почему бы и нет? Надо лишь только найти проблемного персонажа и дать отмашку исполнителям.

Проанализировав текущую ситуацию и оценив понесенные расходы на борьбу с “Ацтек Клоуд Компьютинг, лтд”, мистер Паркер принял решение. Бюджет не резиновый, возиться с медленным и методичным втаптыванием противника в грязь желания не было. Да и проклятые вояки подпортили настроение. Поэтому следовало поступить проще. Простые решения зачастую приносят куда более весомый результат, чем вся эта возня со шлюхами, шантажом и прочими играми в песочнице. А раз он, Стив Паркер, с заоблачной высоты разглядел назойливого таракана под ногами, то самое время опустить на усатого карающий башмак. Надо лишь определиться с кем именно придется иметь дело.

Судя по отчетам нанятого детектива, хозяин компании предпочитал шифроваться. На корпоративных праздниках не появлялся, всю работу с клиентами и работниками вел через электронные средства коммуникации. В базах данных явно не мелькал, прикрывшись неким мутным фондом. Патенты на сборище компаний-времянок, налоги через надежную и молчаливую контору, которая попутно присматривала за финансами местной политической элиты и криминала. Поэтому здесь лучше даже и не пытаться копать, свои же не поймут. Но оставалась на виду ниточка, которая могла привести напрямую к искомой персоне. Ниточка, на которую почему-то до сих пор никто не обратил внимания.

Курьер. Алекс Монкур. Человек, который возил корреспонденцию на почту и выполнял кучу обязанностей типа “подай-принеси”, мелкая сошка. И все бы ничего, да вот только следившая за конкурентами детективная контора поставила в электронном досье отметку, которая явно была чем-то обусловлена. Может - чутьем филера. Может - перестраховкой. Но в документах значилась запись: “Возможен прямой контакт курьера с хозяином компании”. А почему бы и нет? Ведь контора иногда генерирует бумажки, на которые нужно ответить с максимальной срочностью. И кто из всей айтишной кодлы может подхватить в клювик конверт и быстрее ветра домчать до нужного адреса? Именно - тот самый курьер. Поэтому если и начинать поход за неуловимым Джо, то следует начать его именно с бедолаги Алекса. Потому что в ближайшем времени ему придется ответить на ряд неприятных вопросов. А выбивать ответы ребята Большого Дадди умеют отлично.

Можно было подрядить на эту работу и своих знакомых безопасников. Ведь были там отличные специалисты, успевшие в свое время в Африке головы поотвинчивать. Но только профессиональным головорезам придется платить и прилично, чтобы держали язык за зубами. А расходный материал из чернокожих бандитов - он на улицах долго не живет, скопытятся либо от передоза, либо от пули обозленных конкурентов. И ставки у них терпимые. Поэтому мистер Паркер решил сэкономить. Зачем переплачивать, если можно выложить десять тысяч наличными за будущий адрес и имя нужного человека? А Большой Дадди сам подберет исполнителей и проконтролирует, чтобы зря не болтали. Не в первый раз, за что и ценят мелкого наркоторговца и любителя рэпа.

Разговор шел через разовый предоплаченный телефон. Никаких лишних имен. Никаких лишних деталей. Все давно формализовано и обкатано на множестве операций.

- Половина сейчас, половина по завершении. Деньги и бумага на второй точке. Когда получишь результат, отзвонись.

И все, дело будет сделано. Заложена закладка на автобусной станции с наличными и фото, где на обороте имя и адрес. Теперь осталось только ждать, когда из бедолаги курьера вышибут адрес нанимателя. Ну и потом детективы сумеют снять личину с “неуловимого Джо”, дабы Большой Дадди заработал еще чуть-чуть денег, всадив пулю хозяину стартапа.

Белые - дурные. Это данность, ниспосланная свыше, и вбитая этим несчастным их суперкнигой. Чем еще можно объяснить, что каждый встречный-поперечный принимает тебя за вонючего мексиканца? Как такое можно - воина-навахо спутать с мулом из-за границы, пробравшимся в САСШ в надежде на лучшую долю? Только белым, которым все цветные на одно лицо.

Нэхуэль сунул руки в карманы джинсовой куртки и замысловато высказался о холодной ноябрьской погоде, проклятых ветрах с океана и придурках, прущих на пешеходный переход, где уже кто-то едет. Да еще этих придурков прибить нельзя, когда они морду свою синюшную в окно выставят и пытаются на испанском тебя послать куда подальше.

Топавший рядом Гэхэдж на экспрессивное выступление приятеля не отреагировал, пускай себе бухтит. Его больше беспокоили три вопроса, которые он хотел решить один за другим и как можно быстрее.

Во-первых, надо было пожрать. Во время поездки на рейсовом автобусе удалось неплохо выспаться, но вот брюхо уже подводило от голода. Значит - надо искать ближайшую забегаловку или лоток с хот-догами.

Во-вторых, нужны колеса. Пешком наматывать дикие расстояния во все концы размазанного по побережью города - это для дурных экстремалов, хиппи и на всю голову повернутых “зеленых”. Последних в Лос-Анжелесе стало куда как меньше в последнее время. Разного рода буйные и профессиональные нищие вытеснили идиотов, не способных вцепиться в глотку ближнему первым.

Ну и последняя проблема - это поиски черного аватара. Катори научил, как пользоваться поисковым амулетом, худо-бедно направление получается засечь, значит можно заняться главным делом. Но только на машине и после завтрака.

Похоже, такие же мысли забрались и в обычно пустую голову напарника. Что поделать, Нэхуэль прекрасно умел стрелять и острым лезвием освежует любую тушу за минуту, но вот с планированием и выполнением намеченного у него иногда возникают проблемы. Что стоило подождать чуть-чуть и того проблемного туриста перехватить уже на дороге, за пределами парковки? Так нет: «Тут светлее, чего его в сумерках на дороге поджидать...»

- Где тачку угоним?

О чем и речь... Как всегда, в своем дурном репертуаре.

- Уймись. Катори дал достаточно денег, чтобы мы зря не светились. Поэтому сейчас в “Мак”, перекусим, а затем зайдем в любую шарашку по продаже подержанных машин.

- Покупать?! Да я вскрою...

- И подвесишь к вечеру нам хвост из копов. Совсем сдурел? И если примут на паленой тачке, то отзвонятся домой и получат полный расклад с грабежом и прочими неприятностями. Поэтому - только легально, никакого криминала. Никаких дурных понтов. Даже стволы брать не станем.

Получив отповедь, Нэхуэль надулся.

- Ага, так местная братва твоего пера и испугается.

- Нам до братвы дела нет. Мы дурь не толкаем, на чужой территории не гадим. Если вопросы какие возникнут, ссылаемся на Старого Бизона. Он держит точку на юге, Катори должен был предупредить о нашем прибытии. Местные с навахо связываться не станут. Наших братьев местные гопники за отмороженных считают, похлеще латинос. Так что держи марку, дави авторитетом и закрой рот пока... Я с голодухи всегда злой, ты знаешь.

Закончив необычно длинную для него речь, Гэхэдж нашел взглядом нужную вывеску и потопал к ярко горящей на углу букве “М”. Побольше куриных крылышек, картошка и паршивый кофе. Сладкую шипучую дрянь оставит местным, пусть сами химию хлещут, от которой начинает дымиться сырое мясо...

Машину взяли у ближайшего мексиканца, держащего на окраине пародию на автосалон “Подержанные авто у Лопеса”. Вряд ли на самом деле хозяина звали Лопес - скорее всего, этот уважаемый господин давно уже сидит где-нибудь в пригородах на личной фазенде, контролируя поставки кокаина, а сеть продажи машин и ремонтных мастерских использует как прикрытие. Хотя колымаги были в наличии, и не до конца убитые. На месяц хватит, этого более чем достаточно - парочка ищеек не собирались задерживаться в мегаполисе больше, чем на неделю. По крайней мере, на такой срок они рассчитывали.

Переплатив наглому дилеру три сотни сверху от реальной цены, парни сели в покрытый пылью и тронутый кое-где ржавчиной старый поцарапанный “Форд” и выехали со стоянки.

- Вот урод, бак почти пустой, - пощелкал пальцем по помутневшему стеклу указателя Нэхуэль.

- Вон заправка. Там возьмем еще пару канистр на всякий случай.

- И опять - за все платить? - поддел приятеля крутивший баранку индеец. Но Гэхэдж только продемонстрировал ему средний палец, сжимая в кулаке амулет. Прикрыв глаза, постарался ощутить тонкую нить, протянувшуюся от неярко светящегося камня до цели.

- Так, где у нас карта...

Покрутив небольшой смартфон, мозг крохотной поисковой группы нашел местоположение на гугл-карте.

- Значит, мы сейчас в Сан-Бернандино. И нам нужно ехать куда-то ближе к океану. Паршиво, если этот урод на яхте где-то обитает, найди его там, среди водоплавающих... Ладно, заправляемся и едем на побережье. Там уже будем на месте разбираться.

Но ближе к вечеру за ужином парочка сообразила, что первоначальное решение было ошибочным. Они явно проскочили нужное место, потому как замешанный на крови поводок тянул их обратно, на восток. По пробкам даже кое-как протолкались до аэропорта, после чего на все той же карте примерно отметили три взятых пеленга и решили, что с утра можно будет уже предметно пройтись по Глендейлу, Пасадене и Аркадии. Поэтому индейцы заехали в ближайший мотель-клоповник, сняли там комнату и завалились спать- утро вечера мудренее. Главное - они начали выполнять свой долг, встали на след врага народа навахо. Еще несколько дней - и можно будет звонить Катори, вызывать подкрепление...

Джон Смит, специальный агент федерального бюро расследований, был недоволен. Не именно сейчас, а перманентно, и тому были определенные причины. До принудительного выхода на пенсию осталась пара лет, вряд ли больше, очередь желающих поступить на государственную службу и получать деньги налогоплательщиков, а не зарабатывать их своим трудом, большая. За время карьеры удалось заработать лишь долги – а кто из американцев в долг не живет-то - плохо залеченную язву желудка, не выплаченный до конца перефинансированный неоднократно дом, развалившийся брак и детей, которые ноют каждый день, что им нужны деньги. Бывшая супруга уже не ноет, ее телефон давно стоит в стоп-листе. Поэтому она донимала поначалу через адвоката по разводам, а когда младшенькая дочурка перевалила законные восемнадцать лет, то просто грызла мозг при любой возможности.

Дом, кстати, успешно отобрали при разводе, поэтому Джон теперь ютился в съемном углу, не особо-то и дешевой меблирашке по цене и убогой по сути буквально в тридцати минутах ходьбы от работы в федеральном здании на Уилшире. Прогуляешься туда и обратно мимо кладбища, и сразу мысли такие возвышенные посещают... О том, что денег нет, жизнь почти полностью и окончательно спущена в нужник, босс держит тебя только ради умения рыть землю и разгребать чужое вышестоящее дерьмо, ну и в том же духе, как раз для вечернего пива или стаканчика-другого виски...

Медленно вышагивая по тротуару, Смит не сразу заметил, как ему наперерез двинул худой черноволосый подросток, весь дерганный и явно в преддверии тяжелой ломки. Проклятье, опять очередному наркоше понадобились деньги на дозу! Хотя, судя по потасканной роже и пустым рукам, вряд ли стоит ожидать угроз оружием. Скорее будет клянчить на жизнь.

Не успел бедолага открыть рот, как толстяк чуть задрал видавший виды пуховик, сделав вид, что ищет что-то в карманах, и продемонстрировал уголок висящей на поясе бляхи. Попрошайку словно ветром сдуло. Вот тебе и все выгоды от “служи и защищай”.

На входе пришлось потоптаться в толпе таких же неудачников, кого с постной рожей брал на заметку стоявший чуть в стороне клерк из отдела кадров. Похоже, в конце недели будет очередная выволочка на тему “кто опоздал, тот несуществующей премии лишился”. Плевать, у него уже сняли все надбавки, какие только можно. Дожили… Черте-что сейчас в конторе творится.

Отдуваясь, Смит взобрался по лестнице на второй этаж и побрел в свой обшарпанный кабинет, чтобы там с усталым вздохом взгромоздиться на жалобно скрипнувший под его весом стул. Проклятая осень. Холода, из-за которых приходится одевать теплую куртку, и приходить потным и вонючим на работу, словно только что разгрузил вагон с углем, отбивая запах дешевым дезиком. А лифт на втором этаже не останавливается - какой-то из идиотов год назад приказал изменить программу. Потому как забота о здоровье работников - это первейшая задача руководства департамента. Поэтому пусть пешочком туда-сюда бегают, не подохнут...

Через час агент закончил разгребать немногочисленную почту, наклацал по клавиатуре отчет за неделю и задумался. Вроде как чего-то спешного сверху не спускали, рутина плетется по намеченным маршрутам, информаторы худо-бедно скудные фонды осваивают и докладывают о всем мало-мальски интересном. Наркотрафиком теперь занимается другой отдел, как и серийными убийцами. На долю Смита остались дела с байкерскими националистическими бандами и прочими придурками из радикалов, окопавшихся в Калифорнийском Университете. Кстати, забавно, что этой дрянью ни технари, ни медики не озабочены - в основном с левацкими идеями болтаются на митингах разного рода социологи и прочие гуманитарии, которым делать нехрена между поисками и приемом очередной дозы. Плодят из хиппующей молодежи очередных борцов за права любителей халявного вэлфера во всем мире... Отличный материал для вербовки, только потом непонятно, куда всех этих “идейных” девать, они все на голову убитые напрочь. И так уже куча хлама среди стукачей - рады сдать за двадцатку кого угодно, но ничего действительно путного рассказать не могут. Это вам не с картелями работать или гопниками из южных кварталов. Болото...

Но чтобы не сидеть без дела и лишний раз не раздражать пробегающее изредка начальство, Смит выдернул из личного почтового ящика несколько сообщений, потаскал их по компьютерному столу и остановился на последнем. Коммунальные счета и просроченные платежи подождут. А вот сообщение от Ганса заинтересовало. Молодой, но перспективный хакер, который еще в школе успел отметиться разного рода выходками. Именно тогда Джон и подцепил подающего надежды молодого человека на крючок. Надавил на полицию, дело засекретили, лишнее из личных записей подчистили. И парень смог в итоге без проблем поступить в колледж. Взломом банков и прочей гадостью он больше официально не занимался, так, в основном по мелочи развлекался: держал виртуальные сервера с порнухой и пиратскими фильмами, торговал в даркнете базами с кредитными данными, фанател от разного рода арийских идей и спонсировал местное Белое Братство. Даже на их сборища ездил несколько раз, где прозвище и прилипло. Попутно болтался на куче закрытых форумов, якшался с куда более серьезными персонами и сливал куратору действительно интересную информацию.

Вот и сейчас Ганс написал, что мимо пробежал слушок о масштабном взломе закрытых серверов. Кто-то способный писать зубодробительный код пошарил у вояк и разного рода спецслужб, которых в САСШ за последние годы развелось как блох на подзаборном бобике. При этом о взломе узнали буквально случайно - сработал заложенный в одной из систем хакерский червь. Ломщики поначалу всполошились, что на их след выходят правительственные ищейки, начали спешно следы прятать, но чуть позже успокоились. Неизвестный всего лишь пошарил по базам, ничего не менял, ничьи закладки не трогал. Похоже, что чужая служба безопасности внаглую проверяла нужных ей персонажей по закрытым правительственным базам. Искала засланных казачков или обновляла украденные ранее чужие личные дела. Кротов выявляла? Или биографии уволенных на пенсию шерстила, чтобы позже нанять? Вот тут уже в голове Смита сработал сторожок. Нужно дать задание Гансу, чтобы он узнал, какие базы ломанули неизвестные - службы маршалов, полиции или не дай бог еще более серьезных структур. Информаторы, свидетели под защитой, отчеты по проведенным операциям? Это интересно всем, от картелей до русской и китайской разведок, и платят за эту информацию не только золотом, но и кровью.

В любом случае - очень интересно. И главное - совершенно нетипично для всей той кучи хакерских обормотов, что обычно подряжаются на подобного рода работу. А все, что выбивается из общей рутины, может в итоге вырасти в новое крупное и резонансное дело., которое как раз запросто позволит уйти на пенсию с благодарностью от руководства и некой прибавкой к пенсии в строке “Итого”.

- Мистер Рачапалли?

Постучав в приоткрытую дверь своего непосредственного босса, начальника отдела уголовных расследований, Смит застыл на пороге. Новая мода - держать двери кабинетов открытыми, чтобы любой видел, как в тяжелых трудах праведных руководство департамента ведет страну к светлому будущему. И весь тот балласт, что заодно скопился под их мудрым правлением.

- Да, специальный агент?

- У меня появилась хорошая наводка от информатора. Хочу обсудить это, если у вас найдется пара минут свободного времени.

Раньше было хорошо. Раньше ты мог завести новый кейс на любую проблему, потратить день-два на сбор первоначальной информации и уже позже стучаться наверх. Больше половины мусора зачастую отсеивалось при первичной проверке. Но сейчас - другие времена. Сейчас на любой чих нужна бумажка - отчет, согласование, одобрение с визой начальства. И поэтому надо идти на поклон. Письмо писать - если хочешь сразу надежно похоронить любую проблему, потому как стараниями руководства всех уровней и добрых заботливых коллег письма пинают по кругу, водят хороводами и в итоге сливают куда-нибудь с пометкой “отклонено”. Отвечают предметно лишь на очередной окрик из центра при возникновении чрезвычайной ситуации. И то, не факт, что сразу подорвутся, и побегут исполнять новое ценное указание. Особенно после того, как новая плеяда молодых управленцев шоколадного цвета по блату пролезла и в ФБР, успешно натурализовавшись. Всем хороши индусы, когда работают где-нибудь в поле, с киркой или лопатой. Как делятся передовым опытом бритты, один человек с палкой способен стимулировать их работоспособность круглый день. Но вот когда им дают возможность порулить...

- Заходите, Джон. Рассказывайте, что там у вас.

Через пять минут лицо мистера Рачапалли стало выглядеть, будто ему скормили кислый лимон. Похоже, он надеялся на что-то быстрое и героическое, вроде раскрытия подготовки к мятежу или организации массовых беспорядков. А тут - какой-то недоделанный хакер и неподтвержденные слухи. Которого надо еще попытаться вычислить, взять с поличным и передать набитое заумными словами дело в суд, которое ушлый адвокат постарается развалить, окончательно запутав присяжных. И чья подпись под всем этим будет стоять? Тратить ресурсы бюро на то, что может оказаться, да скорее всего и окажется, очередным пшиком?

- Я думаю, Джон, что это прекрасная идея. Но на одном факте вскрыть столь сложную проблему и собрать доказательный материал будет сложно. Поэтому предлагаю вам закинуть сеть и подождать, когда этот ваш тайный гений программирования снова всплывет. Задокументировать все его похождения и тогда можно будет брать с поличным... Пока же я предлагаю вам помочь третьему отделу. У них там какой-то завал с аналитикой по оргпреступности. Полиция считает, что это координируется из одного центра и направлено на дискредитацию ближайших выборов мэра, поэтому свалила дело своей юрисдикции на нас – если бы не надавили из Вашингтона, мы бы их послали, но сейчас... Думаю, вы легко сможете помочь коллегам в выявлении этих интересующих их лиц. И мэр будет доволен оказанной помощью.

- Конечно, сэр. Разумеется, я посмотрю, что можно сделать, - ну дожили, ФБР берет полицейские дела, хотя мошенничество на выборах, но более высокого уровня и попадало в юрисдикцию их отдела. Какая нам разница до мэра?

Что и следовало ожидать. Когда есть риск подставить задницу под возможные неприятности, то руководство днем с огнем не найдешь. А насчет завала в третьем отделе - чему удивляться, если там сейчас окопался целый рассадник брахмапутров, которые умеют только вылизывать шоколадный глаз босса, но ни черта не понимают в нудной и скучной детективной работе...

Убив время до обеда, Смит сообщил начальству, что выдвигается в город встретиться с информаторами и откланялся. Насчет поисков - полная чушь, само собой. Зачем их искать, если достаточно лишь поднять старые контакты среди криминала, пнуть двух-трех обленившихся стукачей и получить полный список наиболее активных фигурантов, которые в свою очередь как правило осложняют жизнь этих стукачей? Потом бери их за жабры, тряси и хватай следующих. Три дня допросов и арестов - вот тебе и вся куча недовольных в одном флаконе. Заодно устроив свару – все знают, что в городском совете нет честных и неподкупных, за всеми из них стоят «избиратели», которые в основном правят этими районами и могут склонить результаты выборов в пользу того или другого нужного им кандидата своими методами убеждения. И многим это не понравится.

Может, так и сделать? Подложить свинью третьему отделу? Изобразить тупого исполнителя, притащить в клювике список причастных, а любимчики Рачапалли сами с радостными криками эту груду навоза по всему отделу раскидают? Пусть потом сами и отдуваются...

И лишь уже поздно вечером за очередной бутылкой пива Джон Смит неожиданно для себя сообразил, как лучше всего решить проблемы с пенсионными накоплениями. Он дурак, если вздумал делиться информацией про неизвестного хакера с посторонними. Потому как куда проще самому вычислить умника и прижать к ногтю, пообещав проблемы с законом. Или... Или встать к нему на содержание. Опыт, связи и доступ к закрытой информации, куда не всякий кудесник нос может сунуть, имеют вполне конкретную цену. Особенно в свете того, что из-за новых коллег по работе запросто можно оказаться за порогом ведомства куда как раньше, чем наступят проводы на заслуженный отдых...