Навь. Книга 3

Пролог

... Кашляющий звук двигателя насоса был слышен изделека.

- Сколько их там?

- Вижу двоих охранников, вооружены «Сайгами» двенадцатого калибра, - старший пристально вглядывался в бинокль, отвлекаясь лишь на сетку цифрового дальномера. – Три палатки, неизвестно сколько в них, и пятеро на виду. Дальность – четыреста двадцать метров.

- Принято, - снайпер группы принялся щелкать барабанчиками прицела, смотря то на флаг, поднятый на импровизированном флагштоке, то на качание лап вековых сосен. Жаль, что нельзя сейчас использовать его любимое оружие – пулю идентифицировать легко, а вот «мосинок» в этой местности – у каждого местного в доме, да зачастую и не по одной, у какого же таежника оружия нет? Тем более эта не проходила ни по одной пулегильзотеке, оружейники клана постарались. А также поставили и нормальную современную оптику – не все же винтажить, тем более оптика и переработанная ложа следов на гильзе и пуле не оставляет. А так – ну лихих людей тут полно, тайга – закон, медведь-прокурор. Все должно было выглядеть как случайный налет либо бракуш, либо беглых. Благо и те, и другие, не любят свидетелей оставлять.

Прииск на речке со смешным названием Вихляйка был выбран не случайно. Да и не прииск это вовсе, а больше тестовая площадка. Геологи почесали репу, геологоразведчик прилетел в голубом вертолете – цвета клана Вильчицких, почесал репу, сделал шурфы и улетел. А после этого сюда уже забросили партию, которая на практике и должна была выяснить, сколько золота можно было намыть на том участке и рентабельно ли здесь ставить постоянное поселение и завозить тяжелыми вертолетами оборудование, тот же промприбор, наконец. Золото пока все больше гравитационное, да и самородки попадались уж очень мелкие. Вот и получалось так, что пока охраны считай никакой – пара стрелков с двенадцатым калибром, ну еще может у старателей помповушки завалялись, от дикого зверья. Это вот когда прилетает вертушка – там да, все серьезно, намытое золото сопровождают два автоматчика, да на вертушке стоит тяжелый армейский пулемет – хоть и запрещено это по законам Империи, да кто ж их в таком медвежьем углу соблюдать-то будет? Здесь лучше иметь пулемет, чем его не иметь – законники закрывают на это глаза, поскольку сами местные, и прекрасно понимают, что может попасться в тайге.

- Самсон, снимаешь того, что слева. Утюг – ты того, что справа, ну а дальше мы идем в атаку, а вы организуете снайперское прикрытие, - старший уперся каблуком кирзача в глину пригорка. Черт бы побрал этот маскарад – вместо штурмовых камков и нормальных «гортексов», одеты как партизаны, или как беглые. Все, чтобы никаких следов, кроме правильных, не оставалось. – Валите всех, никто уйти не должен.

- Все готовы?

- Самсон готов.

- Утюг готов.

- Пли!

Грохот винтовок разорвал вечную тишину леса. Старший группы увидел, как на месте головы левого стрелка на мгновение образовалось кровавое облако, правый просто схватился за грудь, и, выронив «Сайгу», кулем повалился на землю.

- Вперед! – старший и еще трое рванули к лагерю.

Старатели заметались, один юркнул в палатку и выскочил с какой-то помпой. Опять грохот выстрела сзади, и старатель упал головой в палатку, снаружи лишь остались судорожно подергивающиеся ноги в сапогах.

- Бах! Бах! Еще два минус, вон один аж рухнул головой в костер.

- Бах! – и старатель дюжих размеров, уже схватившийся за топор, выронил топорище с удивлением, перед тем как осесть на колени и упасть лицом вниз.

Последний, рванувший было к противоположной кромке поляны, внезапно споткнулся на полубеге и упал навзничь.

Старший группы остановился среди разгромленного лагеря.

- Запомните, мы мародеры. Сейчас делаем контроль, только ножами, и да, Хват – контроль, это напоминаю тебе, никаких отрезанных ушей и яиц, беглые и местные так не поступают. Затем хватаем все ценное, и уходим – иначе вызовет подозрение, за каким хреном мы здесь были. Жратву тоже прихватите. Ясно?

Троица закивала головами. Хорошие в деле ребята, только вот туповатые, подумал командир. Ваш уровень – ворота открывать, да лужайки возле особняка патрулировать. Особенно этого придурка Хвата, уволенного с позором за жестокость из ВДВ.

Командир прошел в самую большую палатку, по пути подобрав хороший такой булыжник. Откинув полог, прошел вовнутрь. Да, тут есть чем поживиться. Но не защищенная аппаратура спутниковой связи привлекла его внимание, а карты, в беспорядке разложенные на столе. Это – самое ценное, пускай геологи клана разбираются, главное их забрать. В заплечный мешок полетел ноутбук, карты, инструменты… А вот спутниковый телефон нам совсем не нужен, подумал старший, опуская на него булыжник. Так же, как и рация.

Золото он нашел в тяжелом железном ящике, предварительно хорошо его обработав булыжником. Немного золота-то, всего грамм сто пятьдесят, и в основном в самородках. Это все, что они успели наскрести за две недели? Не густо. Старший положил мешочек за пазуху и вышел из палатки.

- Ну что, сжигаем все? – подбежал Хват, увешанный трофейным оружием до зубов.

- Нет, оставим все тихо. Во-первых, огонь может отпугнуть падальщиков, а во-вторых, его хорошо видно со спутников. Не дай бог лесоохрана заинтересуется или поцы – а нам лишний хвост не нужен.

- А золото? – кивнул неугомонный Хват на промывочный стол.

- Ты будешь его языком собирать или иголочкой из коврика выковыривать? Оставь Вильчицким на бедность, у нас другие задачи.

К нему подошли остальные, больше напоминавшие оккупантов из-за навешенных трофеев.

- Чайник-то тебе зачем? – простонал командир. – Тебе что, чайку захотелось, Крот?

- А что, нормальный чайник, - повертел трофей в руках тощий жилистый Крот, отличавшийся наоборот отменным зрением, разведчик группы. – Ребятам в дежурку отнесу. И потом, чтобы бродяги бросили чайник?

- Ну-ну, тащи, - мстительно сказал командир. – Только не забывай, что это придется тащить на пупе двести верст, бросить по дороге ты его не сможешь.

- Ну и ладно, потащу, - насупился Крот.

- Все, снимаем ребят, и уходим, - потоптался на месте старший, сбивая комья грязи с сапог. – Пошли!

Через пять минут, когда группа скрылась под зеленым пологом леса, ничего уже не напоминало о разыгравшейся здесь трагедии, кроме мертвых тел старателей, чьи глаза с удивлением смотрели в синеву неба, словно бы спрашивая – за что?

Глава 1

Робот замер у порожка, словно принюхиваясь. Потом на малом ходу, почувствовав подъем, перекатился через него, жужжа натруженными моторами. Повернулся на месте вправо-влево, смешно вращая гусеницами…

- Не, не пойдет, - авторитетно заявил я. – Ты посмотри, какой ток потребления. Если и ставить аккумы, то емкостью побольше. А это дополнительный вес.

Я отложил смартфон, который использовал как пульт управления и щелкнул по индикатору лабораторного блока питания, показывая Яну тревожные красные цифры.

- Жаль, - вздохнул он, посмотрев на провода, тянущиеся за роботом.

- Надо будет другие моторчики поставить и вообще, зачем тебе нужно гусеничное шасси?

- В кружке так сказали.

Мы сидели у меня в лаборатории и работали над Яновым роботом. Пока я бегал, прыгал и стрелял, и вообще занимался несвойственными школьнику вещами, Вильчицкий умудрился найти себе хорошее интересное хобби, пропадая в свободное время в школьной лаборатории робототехники. Вот и сейчас очередное творение Яна замерло на столе, заботливо поднятое с пола создателем. Ну да, ему сложнее – его предки и слышать не хотели о чем-то другом, чем о карьере будущего главы клана, и естественно такая лаба, как у меня, ему даже и близко не светила. Вот и получилось так, что Ян оседлал в свободное время мою берлогу как тайную временную базу. Да и ладно, с меня не убудет. Тем более, как выяснилось на практике, на хобби у меня времени особо-то и не было. Не пропадать же заботливо купленному оборудованию?

- А вообще, все это поделки для детворы, - я склонился над коробкой с гусеницами.

- Это почему же? – обиженно заявил Ян. Художника обидеть легко… особенно если знать, как это сделать.

- Надо что-нибудь полезное. Типа робота-разведчика, - я вспомнил, что мы использовали. А также импортные DOGO и Scorp. На первом даже «Глок» крепился, израильтяне в этом отношении молодцы. – Чтобы и по лестницам взбирался, и камеры нес.

- Ну ты загнулЮ – хихикнул Ян. – Ты представляешь, что для этого надо сделать и сколько это будет стоить по деталям.

- А сейчас и посмотрим, - я повернулся к открытому ноутбуку.

- Сейчас – нет, - вздохнул Ян. – Ты ничего не забыл?

Он с тоской глянул в окошко, где светило ясное зимнее солнышко, золотя светом выпавший вчера снег.

Я посмотрел на старомодные часы-никси, на досуге собранные мной, где как раз сменилась светящаяся красным неоном циферка.

- Точно! – спохватился я. – Нас же Лиза с Сашенькой ждут на гуляниях!

- Во-во! Так что давай, закругляемся.

- Ладно, - я защелкал выключателями, вырубая приборы.

Да, как-то вот так и сложилось, что у нас появился свой узкий круг, точнее кружок. Я естественно с Лизой и Ян с ее подругой Сашенькой. И судя по всему, они тоже пришли к взаимопониманию.

А больше новостей и не было. Возвращение после рождественских каникул в школу прошло обычно и буднично, словно и не было их – ни каникул, ни праздников. Даже рождественскую елку из фойе уже убрали. Все так же, как и было до праздников. Учеба, точнее ее имитация, показное старание в изучении предметов… Ну естественно и отличные оценки навсегда прописались в журнале и табели. Мне было откровенно скучно. Если бы не общество своих друзей, я бы уже волком завыл.

- Пошли, покажу! – о, опять нарисовался Ян.

- Что? – уныло спросил я.

- Да пошли, пошли! – он с заговорщическим видом потащил меня в кабинет робототехники, в котором обычно занимались старшие классы.

Я уныло поплелся за ним, не желая обламывать его энтузиазм.

Он смело открыл дверь и буквально впихнул меня внутрь.

- Здравствуйте, Валериан Олегович! Вот как раз тот мой товарищ, про которого я говорил! – затороторил Ян.

Ну спасибо, блин, удружил. Такой подставы я от него явно не ожидал.

В пустом классе одиноко сидел довольно молодой учитель, лет тридцати. Умные глаза, старомодное пенсне – хиппует молодняк, мягкий свитер, надетый на форменную рубашку учителя. У нас он пока не вел, но я слышал от старшекласнников о нем хорошие отзывы, хотя погоняло «Валерьянка» прилипло к нему намертво – школота остра на язык.

- Здрасте, - я безразлично кивнул головой.

- Здравствуйте, господа. А вы тот молодой человек, который помогал Яну с его проектом?

- Да, - так и хотелось ответить «ага». А еще я гадал, почему на его свитере нет олешков, и как бы они там смотрелись.

- Ну что же, проходите! Рад знакомству.

- Да я как бы...

- Вы вроде хотели получить консультацию по робототехнике, не так ли?

«Не так», сказал я про себя. Ох уж этот Ян с его неуемным энтузиазмом. Придется выкручиваться.

- Ну только разве по подбору комплектующих…

- Ну давайте. Вот доска, вот маркеры…

Я мстительно скинул рюкзак на руки Яну – а че, пусть носильщиком поработает, нечего на мне бесплатно очки зарабатывать, я злопамятный.

И понеслось… Сначала рисовал только я, потом Валерьянка сам встал, схватил второй маркер и присоединился к веселью. В ход пошли кинематические схемы, формулы… А ты азартен, Парамоша, точнее, Валерьянка… Неожиданно он остановился на полуслове и удивленно воззрился на меня.

- Откуда у вас такие знания, молодой человек? Их дают только в вузах.

Ну все, блин. Прокололся. В очередной который по счету раз.

- Самообразование, Валерьян Олегович. Собираюсь после школы поступать в Императорку.

- Да, вам там самое место, - серьезно сказал Валерьянка. – Не хотите заниматься в нашем кружке?

Ай-яй-яй… Ну Ян, теперь я точно тебя прикончу, как только выйду отсюда. Нипадеццкая подстава.

- Да я бы с удовольствием, Валерьян Олегович, но у меня столько дополнительных занятий… - попытался я срулить с темы.

- А вы подумайте, и хорошо подумайте! У нас тут такое есть…

И что же у тебя есть, что ты можешь меня сбить с пути истинного?

- Пойдемте в нашу мастерскую, - он махнул рукой в сторону двери за доской. Мастерская? Молодец, а то обычно в таких подсобках уборщицы тряпки с ведрами хранят, или старые диваны для послеобеденного и прочего отдыха. – То, что вам показывал Ян – это для новичков, но вы, я вижу, на другом уровне.

Угу, на другом. Но как бы от тебя, назойливого, избавиться? Хотя и тебя можно понять, найти в стаде высокородных долбодятлов интересующегося - задача не из легких.

- Вот, что скажете? – он, пропустив меня в дверь, указал на верстак.

- Это что еще за… - вырвалось у меня при взгляде на шайтан-машину, края которой свисали с верстака.

- Это наш боевой робот, - гордо сказал Валерьянка.

- Боевой? – я не поверил своим ушам.

- Ну да, для битвы роботов. Вы разве не смотрите «Битву роботов» по стримам и записям?

Я и забыл, что это в моем мире было популярно, поводились чемпионаты и конкурсы. Да, смотрел, только давно и еще у себя. Нравилась сама идея. Молодежь вместо полторашки пива и стрелялок занималась делом, зачастую выдавая на-гора такие решения, которые потом адаптировались инженерами для применения в настоящих больших машинах и агрегатах.

- А что, их проводят?

- А как же. Особенно этим увлекаются реальные училища.

Молодцы местные ПТУшники, подумал я. Тоже не вола пинают.

Я ласково провел рукой по размалеванному разноцветной краской железу, попробовал пальцем упругость литой резиновой ленты гусениц, даже осторожно прикоснулся к зубцам циркулярной пилы, зажатой в нависающем над корпусом манипуляторе. Серьезно ребята готовятся к замесам на арене.

- Хорошо, я подумаю, - честно сказал я. – Как только выкрою время, ладно?

- Хорошо, договорились. Только не забудьте об этом, ладно? Я хотел бы видеть вас в нашей команде.

- Ладно.

Сколько уже хотят меня видеть в своих командах, причем в разных не то, что дисциплинах, а областях жизни? Не сосчитать уже. Блин, члены моего кружка или точнее кружок моего члена…

- Ты во что меня втравил, а?

- Хоть делом займешься, - невинно захлопал ресницами Ян.

- Дел у меня и так дохрена. Ладно, живи уж, - недовольно сказал я.

Кто же знал, что фраза про дела окажется на самом деле пророческой?

Ну, господин генерал Радогорцев ака дед Козьма, за что ты меня так?

Разборка началась с того, что водитель привез меня в особняк Козьмы. По причине зимы и опустевшей заимки он пригласил меня к себе домой – ну в принципе, правильно, в это время года там делать нечего, это все равно, что выехать на дачу шашлыки жрать и бухать на морозе. И то, хоть веселее, но лучше это делать летом. А по мерзлым занесенным снегом полям бегать, проваливаясь по колено в сугроб – какая тут может быть романтика, спасибо, в свое время нажрался досыта. А уж окапываться в таких условиях без ОЗ или КФЗ – полная беспонтовка.

Зато у деда было все свое, не отходя от кассы – даже пистолетный тир в подвале. Хотя на кой он ему нужен – ума не приложу, ему тренироваться не надо, он и так яйца комару на лету отстрелит из любого оружия и любого положения. Ну а кроме тира у него был еще такой маленький тренировочный зальчик – двадцать на двадцать, и тоже под землей. Странно, на кой переносить это все под землю? Я вроде за ним этой привычки не наблюдал. Да и черт с ним, его проблемы.

Да, зальчик был зачетный. По стенам были развешаны колюще-режущие пылесборники всех форм и моделей, причем явно не в коллекционном состоянии – на многих клинках и древках были зарубки, видно было, что их когда-то использовали по своему прямому назначению. Причем были и такие клинки, которые я и никогда не видел, только может краем уха слыхал, например, африканские клинга и нгала или угрожающего вида зульфакар с раздвоенным кончиком и зубчатой режущей кромкой. Все аутентичное и явно имеющее свою историю. Ну а где дед Козьма все это взял – ну уж явно не в скобяной лавке или на аукционе древностей.

- Налюбовался? – спокойно спросил дед, когда моя челюсть, опровергая закон всемирного тяготения, наконец-то встала на место.

- Угу, - сказал я, стараясь держать чешущиеся взять со стены что-нибудь музейное руки по швам.

- Но я тебя сюда позвал не за этим. У меня есть для тебя новости. Плохая – ты забил на все, чему тебя учили, в том числе и я. Ты даже ходить разучился.

Ну понятно. Это говорил и командир нашей региональной группы – не позанимаешься две недели, начинай все с нуля. Каюсь, грешен, действительно положил на все болт с прибором. Да и где мне заниматься? Моя комната и прилегающие к ней помещения не приспособлены для занятий рукопашным боем, да и Лизку я видел уже не в качестве спарринг-партнера. У нее, м-м-м, другие достоинства, которые начали уже оформляться и выпирать через одежду. А палиться в гимнастическом зале гимназии – нет уж, увольте. Не поймут и вызовут нездоровый ажиотаж. И так народ после моих приключений стал на меня коситься.

- А очень плохая?

- Очень плохая – теперь тобой займусь я. Буду учить тебя всему, чему учат телохранителей Его Императорского Величества.

Ну, я бы не сказал, чтобы это была плохая новость. Тренировка с местным ФСОшником позволит мне освежить в памяти подзабытые навыки – девятка от нас все-таки отличалась, и задачи у нас с ней разные, а значит и тактика тоже. Ну а мастер-класс от охранника номер один Российской Империи мне явно не помешает. Я обреченно вздохнул.

- Но есть и еще одна новость.

Я в душе вздрогнул. Новостей обычно всего две, или я ошибаюсь?

- Какая на этот раз?

- Ну это как ты к этому отнесешься. В общем, разговаривал я с богами.

Дед, ты че, травы накурился или грибочками закинулся? Какие разговоры с богами? Да нет, Козьма вроде бы говорил серьезно. На старческую деменцию тоже не похоже… А вдруг и правда?

- Недовольны они нами. Ты неправильный путь избрал, а я тебе не помешал, не наставил на путь истинный.

- И какой же мой путь?

- Путь жреца-воина, характерника. И хочешь не хочешь, а придется тебе теперь им становиться.

Я в душе завыл. Мать твою, что ж я маленьким не сдох? Что дед со мной будет делать? Я уже и так молодой витязь, дед выучил. А теперь что же, все было зря и опять начинать сначала, пользуясь современным языком, уходить в другую специализацию?

- Не переживай так, - словно прочитал мои мысли Козьма. – Ничего страшного с тобой не произойдет, ты перейдешь на новую ступень.

- А что скажет…

- Граф? Да ничего он не скажет, я поставлю его в известность, - сказал Козьма таким тоном, что мне сразу вспомнился бородатый анекдот про Винни-Пуха и Пятачка, особенно его последняя фраза – «а кто тебя, свинья, спрашивать будет». – В конце концов, когда он отдавал тебя мне на обучение как наследника рода, понимал, что это может с тобой случиться. А с волей богов не шутят.

Мне показалось, или силуэт Козмы потемнел, по ауре пробежали голубые искры, как от статики, и запахло озоном? Черт, вот это я влип. И папаша хорош – не знал, что ли, на что меня обрекает? Или, наоборот, знал? Ну, блин…

- Ну а то, что я недостаточно силен для жреца? – выдвинул я последний контраргумент, который когда-то говорил сам Козьма.

- Как я уже когда-то тебе говорил, характерники бывают трех видов. Потомственные характерники – самые сильные, это от волхвов. Волхвы умеют возвращать души умерших людей и могут как это сказать обеспечить рождение ребенка с определенной душой. Разумеется, для этого существуют особые ритуалы, которые начинаются еще до зачатия и учитывают все характеристики пространственно-временного континуума, когда, где и от каких родителей должен быть зачат возрождаемый.

- Родился по заданию СБ, - попытался схохмить я. – И много таких есть?

- Не перебивай. Сейчас – один.

У меня начали возникать смутные подозрения.

- Так вот, - продолжил дед. – Их воспитывают определенным образом, задача волхвов – помочь вспомнить перерожденному его прошлую жизнь и способности и идти дальше.

- Не мой случай, - утвердительно сказал я.

- Ко второму виду относятся потенциальные характерники, у которых скрытые таланты проявляются еще в детском возрасте, обычно от пяти до семи лет. Эти менее сильные, но они либо байстрюки потомственных, либо души, стоящие на более высокой ступени развития, чем души обычных людей.

- И Кресислав из этой группы, - резюмировал я, а дед недовольно на меня зыркнул. Значит, угадал.

- И наконец твой случай – проявленные характерники. Обычно паранормальные способности проявляются у них в обычной жизни или при появлении опасности, например, связанной с выполнением служебных заданий. Они – самые слабые среди характерников, но не среди людей, они стоят сотни обычных воинов.

Дед внезапно замолчал. Ох, чую я, что что-то от меня они с Кресиславом скрывают, причем весьма упорно. Спросим в лоб, пусть дед встанет в тупик.

- Но поскольку проявленные характерники не ходят между мирами, и я к ним отношусь, то Кресилав провел какой-то ритуал, сделавший меня потенциальным?

- Ходят, - неохотно сказал дед. – Это одно из посвящений адепта. С помощью опытного наставника душа проходит лядь – пустошь между мирами, пограничье. Там человек встречается со своей смертью, и только опытный характерник может провести адепта через это испытание, не дать ему скатиться в мир Нави, откуда нет возврата. Ты это уже прошел поневоле, и Кресислав тебя вытащил. А вообще не задавай лишних вопросов, боец, не придется тебя лупить. Понял?

- Так точно, Ваше Превосходительство! – с долей шутки в голосе бодро отрапортовал я.

- Ну а раз понял, начнем повторять то, что я в тебя вкладывал.

Уже дома я повторил то, что говорили о характерниках – великих воинах. Ну конечно тут было намешано фольклора более чем полностью. Деду я не собирался это показывать – схвачу еще не одного леща и пожеланий засунуть это себе во все места. Ну вот даже если начать со списка умений.

Характерники, как утверждали, могут неделями обходиться без воды и пищи. Может быть и могут, всякие случаи в истории с людьми бывали, но с материальной точки зрения, даже если это и правда, про их боеспообность указано не было. А шатающийся от голода и обезвоживания боец – не боец, он ползти-то с трудом может, не говоря о прочем. Ну или видеть невооруженным глазом за сотни верст с помощью особых «верцадел» сиречь зеркал? Тоже как-то сомнительно. Ну уж а про то, что сутками находиться под водой и сухими из воды или мокрыми из огня выходить, я уж не говорю.

Напускать туман на врагов – возможно, гипноз и теперь уже известное мне воздействие на ауру, которым я пользовался, позволяли это делать.

Ядра ловить на лету – а черт его знает, может в древние времена это и мог подготовленный волхв делать, не обычный человек, но у меня большое сомнение, что характерник поймал бы современный гаубичный снаряд или снаряд противотанковой пушки.

В мгновение ока переноситься «из одного края степи в другой» - почему-то формулировки принадлежали казакам, степь у нас тут не водится, но это возможно, на трансовом ускорении наблюдатель увидит только смазанное пятно и подумает о мгновенном перемещении. Насчет телепортации не знаю, может и она у волхвов в загашнике.

Отпирать без ключей замки – ну это как-то умение, несравнимое по уровню с другими, телепортация это хай левел, а тут банальное отмыкание запоров. Это я мог и до деда.

Ну умение брать голыми руками каленые ядра - пережиток прошлого. Хотя и это возможно при введении сознания в измененное состояние, случаи известны. Только конечно не ядра, но предметы все равно раскаленные.

Влазить и вылазить из завязанных и зашитых мешков? Прямо-таки входит и выходит, как тот шарик, просто замечательно. Байка это. Из серии телепортации.

Находить клады? А вот тут скорее да, чем нет. Возможно, как говорят известные Джейми с Адамом.

«Превращать отряд всадников в рощу», без пояснений. А как это? Опять массовый гипноз? Наверное, так. Возможно, но сложно.

Оборотничество – ну тут Козьма мне еще давно объяснил. Невозможно взрывное изменение фенотипа, даже при изменении генотипа. Морок это, морок. А морок плюс другие несвойственные обычному человеку умения дает впечатление превращения в зверя и птицу.

Навевать сон или вселять испуг – да, реально. Опять то же самое.

Разговоры с землей, деревьями и стихиями – ну как-то не очень, но может быть. Считывать энергоинформационные пакеты с неодушевленных предметов – вполне в духе язычества, давшего ему мистическое объяснение в силу отсутствия реального. Этого я пока делать не умел. Ничего, если это есть – то научат.

Заговаривание ран – да, возможно, как и другая особенность, лечение любых болезней. Не то, чтобы я верил в передачи одного пресловутого известного канала и в филлипинских хилеров, но… А вот эта способность – ну точно нет. Воскрешать мертвых – некромансеров я тут не встречал и даже на известном мне уровне знаний не верил. Хотя я сам-то кто? Воплощение души в чужом теле? Но для этого тело должно было не пострадать.

Про знахарей абзац я пролистал. Это не мое пока, пускай вон старшие товарищи волхвы этим занимаются. Да и вкуснейшие чипсы с паприкой закончились, пока я читал все это. А вот что зацепилось взглядом – основная из обязанностей характерников была обеспечение безопасности. Поселений ли, ВИП-персон или мест Силы… А еще и разведка. Ну теперь понятно, почему дед Козьма пошел по этой стезе и дослужился аж до генерала. Значит и мне туда дорога.

Ну что же, вздохнул я и скомкал пустой пакет из-под чипсов, отложив планшет. Надо немного и отдохнуть. А то если завтра за меня примется еще и Кресислав…

Бойтесь предсказаний – они могут исполниться. Да и не предсказание это было больше, а подозрение. После школы, даже мяукнуть не успел, как машина повезла меня к Кресиславу, в миру графу Миросельскому. Неплохо господа волхвы умели устраиваться, очень неплохо, подумал я, глядя на каменный особняк волхва, больше похожего на английский манор, хотя я в архитектуре совсем не разбираюсь, мог и ошибиться. Когда я вылез из машины, я удивился безлюдности поместья – никого, несмотря на чистую подъездную дорогу. Не сам же волхв ее чистит и снег вывозит.

Ну и естественно на крыльце особняка меня встречал он собственной персоной, кутаясь в обычный армейский овчинный тулуп, который с его обликом ну никак не вязался, лощеный аристократ, каким я его всегда видел на публике – и тулуп, как будто снятый с какого-то часового. Я перевел взгляд на ноги – нет, слава богу, валенок нет, мягкие домашние туфли сюрреалистично смотрелись на мерзлом камне ступенек крыльца.

- Здравствуйте, Александр.

- Здравствуйте, Кресислав.

- Пойдемте в дом, а то сегодня немного прохладно.

Ню-ню, как всегда он в своем репертуаре. Назвать минус двадцать легкой прохладой – это его стандартная бравада волхва.

Я вошел в парадное. И здесь пусто, кроме нас ни единой живой души. Видимо, не любил хозяин людей, хотя производил впечатление на публику другое. Этакий экстравертный интраверт, простите за каламбур.

- Проходите, прошу вас, - Кресислав широким жестом обвел гостиную. – Нам есть, о чем поговорить, и что обсудить.

- Есть, - не стал играть в невинность я. Вы хотите разговора – будет разговор, но я намереваюсь получить ответы и подробные объяснения на все интересующие меня вопросы. Не факт, конечно, что их мне захотят дать, но зубы показать надо.

Я плюхнулся в кожаное кресло тонкой выделки, явно для меня великоватое.

- Итак, я полагаю, Козьма вам уже все объяснил? – спросил Кресислав.

- Ну насчет «все» - громко сказано, больше запутал. Что вы имеете в виду?

- По поводу того, что у вас больший дар, чем мы думали и по выбору пути.

- Третий вид характерника? – усмехнулся я. – Может что-то и есть…

- Второй, - прибил меня волхв. – Что очень странно, в семье Драбицыных никогда не было потомков волхвов, пусть и незаконнорожденных. А вот там, откуда вы прибыли, ветвь могла пересечься с потомками. Так что в роду вашем были характерники, хотя вы и непрямой потомок, так, осьмушка или четвертинка.

- Душа наследуется?

- А вы этого так и не поняли? – усмехнулся Кресислав. – Были ли у вас в роду люди с паранормальными способностями?

Я немного подумал. Ну да, кое-что было…

- Были. Линия деда. Прошел всю войну от звонка до звонка, часто оставался в живых благодаря чуду. И был одним из лучших зафронтовых разведчиков и прирожденным следопытом. Был ли он потомком волхвов? Не знаю. Но их род пришел на Русь неизвестно откуда и жил очень скрытно.

- Значит, был, - уж слишком категорично заключил Кресислав. – Все указывает на то, что это одна из уничтоженных ветвей характерников, которым приходилось скрываться, в вашем мире же язычество было вырезано под корень?

- Да. А во времена репрессий и не только язычество, но и духовенство, да и многие другие хорошие люди. В нашем мире православная церковь совершенно другая, им много плохого пришлось перенести. А вот язычников не осталось, не считая ряженых клоунов, пляшущих на поляне с кострами.

- Вот поэтому тебя буду учить я. У нас разделение труда – Козьма отвечает больше за боевой раздел, я – за духовные практики. Те самые как их называют «языческие».

- Идолы и капище будут?

- Будут. Ты как раз сидишь над местом Силы. Ничего не чувствуешь? – Кресислав нагнулся в кресле и коснулся пальцами моего лба. – А теперь почувствуй!

Глава 2

Старик-японец медленно разливал горячий чай по пиалам. Зеленый, пахучий, чтобы получить удовольствие от беседы и сгладить возможные острые углы. Тем более, что одному из сидевших за низким столиком предстоит растаться с очень серьезной суммой. А когда люди теряют деньги, у них обычно портится настроение.

- Ваш чай, господин Драбицын.

- Спасибо, Кобаяси-сан. Сенча?

- Что вы, камайрича. И этот сорт вы не найдете в продаже. Подарок моих хороших знакомых.

Сидевший напротив наемного убийцы глава службы безопасности Российской Империи вдохнул аромат, отпил глоток, посмаковал и аккуратно поставил пиалу обратно. Конечно, торопиться в столько важном деле вряд ли стоит, но уж очень хотелось графу узнать, насколько ценную информацию готов продать хитрый старик. Ради этого пришлось даже организовать поездку на Кунашир и дать личные гарантии, что с головы Рюу Кобаяси не упадет ни один волос. Никаких задержаний, допросов и прочего. Исключительно личная деловая встреча.

- Значит, вы можете рассказать много интересного про ряд покушений на мою семью.

- Я? Что вы, я никоим образом с этим не связан. Не участвовал, не консультировал и всего лишь чуть прибрал по итогам. Но вот один молодой человек, помогавший мне в работе, был очень любопытен. И оставил крайне интересный пакет документов. Банковские транзакции, несколько видеоконференций, записи с камер внутреннего мониторинга. Лица, голоса, неопровержимые улики, как у вас любят говорить.

- Цена осталась прежней?

- Разумеется, - скупо усмехнулся старик. Все же гайдзины не меняются. Если он, глава клана, назвал сумму, то она останется той же самой. Конечно, если кто-то сдуру не попытается выкручивать руки. Ну и жители Страны Восходящего Солнца вряд ли будут спешно менять ценник, заметив интерес другой стороны к озвученному предложению. Это в привычках европейцев пытаться задрать стоимость, как только потенциальный покупатель обратил на тебя внимание. Японцы же всего лишь предлагают товар по фиксированной цене. Особенно таким людям, которые могут при случае не полениться и прихлопнуть тебя вместе с кланом. Русские, для них ничего невозможного не существует. Обманывать их - себе дороже. - Миллион рублей золотом. На мой счет в одном уважаемом банке.

- Я готов оплатить.

На столе материализовался небольшой ноутбук. Пара минут - и Рюу повернул компьютер к собеседнику клавиатурой. Алексей Михайлович ввел необходимую информацию и подтвердил платеж. Через несколько секунд в кармане старика плимкнуло - похоже, на смартфон сбросили подтверждение.

С тем же невозмутимым лицом рядом с ноутбуком японец выложил флешку:

- Никаких паролей нет, вся информация открыта. Надеюсь, это поможет вам разобраться с недоброжелателями.

- Спасибо, Кобаяси-сан. Я благодарен, что у нас полное взаимопонимание и рабочие отношения.

- Вы - очень опасный человек, Алексей Михайлович. Как и ваш сын. И, честно признаюсь, я не могу понять причины, которые движут этими людьми. Выступать против клана - это привычно. Меня учили вести подобные войны, это мой хлеб. Но воевать против системы... Те, кто считает государство всего лишь горсткой чиновников, которых легко запугать - глубоко заблуждаются. Это не государство, это сброд. Настоящая империя способна сожрать любого, кто представляет для нее реальную угрозу. И выступать против отлаженной машины в надежде на будущую иллюзорную победу... Спасибо, я найду себе другие развлечения. Например, выйду с ножом против носорога. Там у меня хотя бы будут шансы.

Глава имперской СБ допил чай, отвесил ритуальный поклон и поднялся. Японец медленно встал следом и добавил, глядя в холодные глаза генерал-лейтенанта:

- Деньги приходят и уходят. А знакомства зачастую передаются наследникам. Я могу лишь пообещать, что ни сам, ни мои внуки никогда не возьмут контракт на вашу семью. В мире достаточно глупых коррумпированных бизнесменов, за головы которых всегда хорошо платят.

Подумав, Драбицын достал из кармана визитку и протянул Кобаяси:

- По этому телефону всегда можно связаться со мной. Или с наследником, когда я уйду за грань.

Тяжелый бронированный внедорожник медленно катил в сторону порта. Сидевший на переднем пассажирском сиденье начальник охраны оглянулся:

- Мы выявили минимум пятерых, кто сопровождает старика. Возможно, где-то еще снайперская пара. Детекторы отловили наличие взрывчатки в округе, но закладки пока не обнаружили... Будем брать?

- Нет. Свою часть сделки они выполнили. Посмотрим, насколько интересные факты удалось купить. Так что вежливо проводите гостей на паром и убедитесь, чтобы не было каких-либо дурных инцидентов. Вполне возможно, что нам с ними еще работать в будущем.

Драбицын никогда не разбрасывался подарками судьбы. Жизнь - она сложная, может повернуться филейной частью в любой момент. И заполучить контакт на чужой стороне - это плюс. Зачастую такое ни за какие деньги просто так не купишь. Похоже, глава клана наемных убийц это также понимает, поэтому и пытается наладить отношения с одной из самых серьезных спецслужб в мире. Ведь кто знает, может когда-то придется выступить против общего врага.

***

Когда серьезные люди делят жирный пирог, то разлетаются не крошки, разлетаются чужие кишки и льется рекой кровь. Особенно, если будущее благополучие зиждется на золоте. Проклятом металле, сгубившем огромное количество жизней.

Именно об этом думал Иван Карлаев, командир одной из групп быстого реагирования клана Вильчицких. Двадцать лет тому назад он оступился, позволив затуманенному водкой сознанию выплеснуть злобу на молодых идиотов, ляпнувших в кафе лишнее. В итоге - изгнание из армии с позором, разрушенная семья и отсутствие каких-либо перспектив. Можно считать чудом, что молодой золотопромышленник подобрал бывшего старлея и предложил должность в личной армии. Которую Карлаев помогал создавать практически с ноля. Старший из рода выделил Вацлаву земли, посодействовал с получением кредита в Первом Государственном банке и отправил в свободное плавание. Шушукались за спиной, что сынок у папы Тадеуша попытался молодую супругу увести, но это дела семейные и прошлые. А по итогам Вацлав Вильчицкий создал почти полностью независимую империю, которая протянула щупальца по всему Дальнему Востоку. В других, более обжитых местах, клан почти не присутствовал, сразу сделав ставку на слабо освоенные территории. В итоге среди золотопромышленников Вильчицкие вышли на третье место в стране, потеснив многих именитых конкурентов.

За эти годы случалось разное. И прииски пытались жечь, и воду всякой дрянью поганили, срывая сезон, и на инженеров покушения организовывали. Но худо-бедно выстояли, людей подобрали, кадры воспитали и теперь клыки отрастили такие, что только сунься. А закон в тайге простой - что власти не обнаружили, того и не было. Тем более, что в разных дурных схемах хозяева старались не пачкаться, довольствуясь официальными заработками. Если же где чуть-чуть мимо песок или самородки просквозили - так исключительно личная инициатива, за которую беспощадно карали. Если подобное всплывало, само собой.

Но сегодня Иван разглядывал разгромленную стоянку и думал, что относительно спокойная жизнь явно закончилась. Потому как слишком уж нагло действовали налетчики. А на землях Вильчицких беспредельщиков давно повывели. Это у соседей могли и бомжей к работе пристегнуть, и мелких уголовников с Сахалинских лагерей на заработки выдернуть. Оседлые же давно усвоили, что с людьми в голубых спецовках лучше жить мирно. Глядишь, еще и деньжат подбросят.

- Значит, шесть трупов. Двое охранников и четверо старателей. Нападавших было минимум трое, топтуны еще ходят по территории, скажут точнее.

- След какой-нибудь оставили?

- Нет, ушли по щебеночному языку, вчера дождь был, вообще все следы смыл. Ну и место тут глухое, ради спокойной работы и выбирали. Чтобы никто под ногами не путался.

- Вот и выбрали...

Иван вздохнул, еще раз заглянул в разгромленную палатку и уточнил у помощника:

- С чего спохватились-то? Обычно если разгильдяи по рации не отвечают, то народ и неделю может чесаться, чтобы людей послать.

- Если бы не покойники, я бы все комедией назвал. Один из убитых перед поездкой спер у якутов чайник. Отмечали будущую работу, вот и посидели вместе. Утром узкоглазые шары продрали, а чайник - тю-тю. Пожаловались участковому, потому как хозбыт принадлежит местному шаману. Тот даже как-то там со своими богами пообщался, подтвердил, что в эти края имущество уволокли. Ну и стали нам на мозги капать. Дело завели. Чтобы отношения не обострять - решили с проверкой нагрянуть и заодно дать прокашляться виноватым. Но тянули с оплатой, на кого вызов вертушки подвесить.

- Понятно. Как только дождь прошел и погода наладилась, то нас и пнули. У безопасников карман глубокий, нам горючку и технику на целевое использование выделяют без вопросов. Раз рация молчит - то наша епархия. Вот и прилетели с проверкой...

Посмотрев еще раз на группу дознавателей, Карлаев вернулся к стоявшему сбоку вертолету в камуфляжной расцветке. Надо же - чайник и шаман. Если бы не дурное стечение обстоятельств, партию хватились бы через еще через неделю, если не позже. Тогда точно концов бы не нашли. А так - хоть какие-нибудь зацепки постараются откопать. Давно резонансных дел у местной прокуратуры не было, поэтому и людей уже прислали, и на карандаш раследование взяли. Будут против шерсти чесать, но результат получат любым способом. Ему же придется звонить и объясняться с начальником службы безопасности. А то и самим хозяином.

В трубке чуть пощелкивало. Голос плавал, искаженный помехами и небольшой задержкой при передаче через спутник.

- Люди погибли, пропало золото. Согласно отчетам, там его было на донышке. Скорее всего, просто решили нас за вымя прощупать.

- Это только твое мнение?

- Прокурорские пока умные лица строят, вряд ли до завтрашнего вечера что скажут внятное. Но мои люди округу проверили и подтвердили, что слишком профессионально для братвы налет выполнен. Работали с дистанции, следов постарались не оставить. Не удивлюсь, если их вертушка где километрах в двадцати отсюда подобрала.

- Следопытов пустил?

- Да, Сайнара с лайками пообещала походить по округе. Охрану ей выделил.

На другой стороне спутникового телефона помолчали. Старуха Сайнара считалась одной из лучших охотниц в стойбище, покровительство которым в свое время оказывал Ян Вильчицкий. Если кто из аборигенов и мог помочь в поисках, то вряд ли удалось бы найти лучшую кандидатуру.

- Хорошо. Дождись, когда власти закончат и сворачивайся. Надо будет голову поломать над проблемой. Похоже, кто-то решил нас на слабо взять.

Закончив разговор, Иван поманил стоявшего невдалеке помощника:

- Что ты там про шамана говорил?

- Ругался он сильно, участковому плешь проел насчет дураков, которых кормили-поили, а они так за доброту отплатили.

- Дураки уже свое получили. А вот проклятого чайника я здесь не вижу. Так что бери аппарат, дергай контакты на базе и пусть они с камлателем побеседуют. Могут что угодно обещать, но если местные духи помогут ниточку привязать к убийцам, то у нас появится шанс “глухаря” раскрутить и поквитаться.

***

В ресторане тихо играла музыка, неслышно скользившие официанты подливали прохладительные напитки и еле заметными тенями стояли в дверных арках, чтобы лишний раз не мозолить глаза. Ян Вильчицкий вместе с отцом ужинали, одновременно делясь впечатлениями о просмотренном спектакле. Сегодня был редкий день, когда Вацлав Тадеушевич смог не просто вырваться по делам в столицу, но еще и уделил время наследнику. Ну, а раз появилась возможность пообщаться, то сделать это лучше всего культурно. Тем более, что благодаря знакомствам супруги удалось получить билеты в ложу на премьеру новинки.

- Как мама? Вчера с ней по видео общался, выглядит замотанной.

- Откопали какую-то стоянку, теперь ругается с местным областным руководством, пытается организовать приезд друзей из института.

Яна Михайловна Вильчицкая была хрупкой натуральной блондинкой, с которой золотопромышленник познакомился в свой первый приезд на Север. Тогда молодая и амбициозная начальница этнографической экспедиции скандалила с геологоразведкой, вздумавшей копать в природоохранной зоне, попутно разломав какую-то потенциальную древность. Три года они набегами встречались то в тундре, то в Санкт-Петербурге, чтобы в итоге связать себя узами брака. И Ян пошел породой именно в мать, а не в отца. Вацлав был черноволос, с обширными залысинами, которые маскировал короткой прической. Статью магнат походил на екатерининского гвардейца и легко мог пальцами свернуть в трубочку золотой червонец. Но если сын и не был таким же высоким и могучим, то вот характер унаследовал явно отцовский. По-крайней мере, упрямство точно, за что часто получал выволочку от горячо любимой матери.

- Значит, опять на раскопках будет пропадать до осени.

- Наверное. Одно хорошо, нашли рядом с основной базой, так что прикрою и каждый вечер сможет домой возвращаться, а не кормить гнус на болотах. Заведующая кафедрой, а все никак не угомонится.

- Ну, ты тоже любитель сапоги сбивать в каких-нибудь буераках... Кстати, что за история с двумя новыми охранниками, которых ты добавил к уже трем имеющимся?

- Шевеление нехорошее началось. Посторонних рядом с приисками видели. Пару проверок по ложным обвинениям организовали. Ну и на днях группу старателей на новом участке уничтожили. Так что придется тебе потерпеть. Тем более, что эта пара больше аналитики и будут присматривать, что вокруг происходит. Хотя в случае проблем и прикрыть смогут.

- Кто гадит? Бахметевы, Калидзе, Ропотовы?

- Не знаю. Нужных людей сориентировал, будут копать. Попутно вот приехал с серьезными персонами в правительстве и службах переговорить. Не совсем понятно, с чего бы это сейчас начали лодку раскачивать. Тем более, когда речь идет о клане, который неофициально на Камчатке числится под патронажем имперского дома.

- Неужели кто-то решится против монарха выступать?

- Скорее, просто хотят в окружении рокировку устроить и своих продвинуть. Но если случится что серьезнее, у нас будут огромные неприятности. Мы нынешнюю династию поддерживаем всеми силами. Такое не простят.

Попробовав кофе, Ян уточнил:

- Я чем-нибудь помочь могу? Может, с кем из друзей переговорю на тему непонятных событий в столице и рядом?

- Волну гнать пока не надо, - мужчина налил себе вина и внимательно посмотрел на сына. - Но уши держи на макушке и если что-то будет пробегать мимо, отдай паре новеньких. Они любой факт обжуют со всех сторон и выжмут зерно истины, если такое там будет. Ну и главное - постарайся сдуру никуда не вляпаться. Это - без намеков на прошлое, просто чтобы в голове держал. Потому что если в Империи в самом деле кто-то попытается устроить передел, то хлебнуть дерьма можно будет полной ложкой.

Наследник еле заметно кивнул в ответ. Он вырос там, где многие проблемы решали радикальными способами. И парень не понаслышке знал, как легко пропадают люди, навсегда сгинувшие под мхом в тундре. Поэтому к рекомендациям отца всегда относился серьезно. Потому что живущий отдельно от родных молодой парень слишком заманчивая цель для разных уродов, кто может попытаться решить свои проблемы за чужой счет. Поэтому аккуратно и с друзьями побеседует, и охрану будет держать рядом. На всякий случай.

***

Инкассаторов решили брать утром. Потому как нужный человек напел, что сначала бронеавтомобиль заедет в банк и сдаст накопившееся золото со складов, и лишь затем отправится за новым грузом. И, судя по нашептанному, Вильчицкие придержали немало тяжелого металла в нынешней непонятной ситуации. Поэтому можно прилично подзаработать. А главное - спишем на очередных боевиков-революционеров и концы в воду.

Хват размял пальцы и приник щекой к ложу крупнокалиберной винтовки. Под канализационным люком радиомина, которая поможет завалить броневик на левый бок. Водителя и напарника в кабине попотчуют бронебойными, а в брюхо второй снайпер отработает из кое-чего посерьезнее. Ну и Крот с Хватом дочистят возможных выживших и перекидают мешки с золотом в пикап. На всю операцию три минуты.

Старшего сегодня не было с боевиками. На верхах клана Ропотовых шло выяснение отношений и дележ власти. Участие патриархов в будущей бузе понравилось не всем, теперь часть молодняка пыталась или откреститься от воняющего неприятностями дела, или пытались выгрести под себя побольше преференций. И все это - ради денег, которые нужны всем и всегда.

Худая жилистая фигурка Крота мелькнула среди кустов, показавшись на мгновение. Разведчик группы занял заранее оговоренные позиции. Теперь осталось дождаться лишь подтверждение от пятого члена команды, выдвинутого на полкилометра южнее по дороге в качестве наблюдателя.

- Есть, груз идет. Сопровождения не вижу, - захрипело в наушнике.

- Работаем, полная готовность! - довольно осклабился Самсон. Сегодня ему дирижировать оркестром.

- На месте, ждем, - отозвались остальные.

Мужчина, одетый в уляпанный краской комбинезон, приставил трубу глушителя к чужому бритому затылку и выстрелил. Наблюдателя спеленали за несколько секунд. Иван Карлаев будет доволен - группу усилили качественно, Вильчицкие выделили лучших специалистов для проведения разного рода деликатных работ. Например - выследить нужных фигурантов, вскрыть подготовку нападения на инкассаторский броневик и заранее озаботиться мерами противодействия. Скорее всего, боевиков напрямую к зарвавшимся конкурентам не привязать, но однозначный сигнал послать надо. Чтобы ручки загребущии не тянули, куда не следует. А если понадобится, то такие же симпатичные машинки не только на местных дорогах катаются. Если соседи не поймут, то можно и в гости наведаться. Благо, люди для этого найдутся.

Из-за поворота начал нарастать шум мощного двигателя. Снайпера приготовились к стрельбе, как неожиданно над кустами вдоль дороги вспухли серые облака разрывов. Крота с Хватом просто засыпали шрапнельными гранатами, опустошив барабаны револьверных “Бульдогов”. Бывший десантник погиб на месте, а любитель позаимствовать чужую посуду пытался выползти из посеченных осколками кустов, оставляя за собой бурый кровавый след.

Утюг откатился в сторону, попытался подняться и выстрелить из РПГ выше по склону, где ему показалось какое-то движение. Но у бойцов Карлаева тоже были снайперы, поэтому две прилетевшие пули в голову тут же успокоили живчика.

Самсону прострелили руку, после чего рядом хлопнули две свето-шумовые гранаты и еще через пять минут связанного здоровяка уже волокли вниз, к броневику. Из распахнутых створок высыпала вторая группа поддержки, проводя контроль и собирая валявшееся на дороге оружие. Трупы убитых забросили внутрь, туда же взгромоздили пленного. Через десять минут на пустой дороге не осталось никого, только ветер гонял поднятую взрывами опавшую листву и чернели бурые пятна на истоптанном снеге. Операция “фальшивые инкассаторы” закончилась.

***

Вечером Геннадий Ропотов разглядывал глянцевые фотографии, отпечатанные службой охраны. На них во всех деталях можно было разглядеть отрезанную голову с выколотыми глазами и отрезанным языком.

- Значит, этот подарок нам подбросили в Анадыре?

- Так точно, Геннадий Максимович. Там база запасная для тех операций, которые мы начали проводить по Вильчицким.

- И недалеко оттуда вы как раз пытались броневик ломануть... Помню, помню... Убитого опознали?

- Позывной Самсон. С нами напрямую никак не связан, ценной информацией не обладал.

- Ага. Но при этом голову прислали нам. С эдаким прозрачным намеком... Хотя не ожидал от пшека, что он настолько круто ответить решится. Все же это не на бирже цифирки туда-сюда пересылать. Это ведь можно под статью всем семейством загреметь...

Секретарь удивился, хотя постарался лицом не выдать возникший у него вопрос. Старейшина клана поморщился: ну ведь взрослый человек, многократно проверенный, что же так легко позволяет эмоциям прорываться.

- Успокойся, никто в полицию не пойдет. Прикопайте остатки бедолаги и дело с концом. Само собой, что все намеченные акции пока придержим. Людей держать на базе, чужих не пускать. Когда начнется заваруха, я подумаю, может еще пощиплем господина Вацлава. Но - не сейчас... Сделаем вид, что отдали инициативу противнику. Пусть чуть подуспокоится. А сами ударим позже.

Бросив фотографии на стол, старик зло побарабанил пальцами и поинтересовался:

- Кстати, что там с младшим у поляка? Замяли то давешнее дело с убийством?

- Смерть в результате несчастного случая. Родственники погибшего получили виру и отступились.

- Ну, это официально. А что там на самом деле творится - никто не знает. Чужая душа - потемки... Пусть присмотрятся к младшенькому. Но - аккуратно. Может быть, найдется у нас какой-нибудь благородный мститель, решит поквитаться. Раз уж ставки так выросли, то почему бы и не подрезать крылышки Вильчицким. Чтобы решить проблему с проклятыми конкурентами раз и навсегда.

Глава 3

Старший выглядел сильно обеспокоенным. Зайдя в комнату, где я только что пробежал материал по урокам на завтра, чтобы освежить все это в памяти, он сел на мою кровать.

- Слушай, тут дело такое… - он помялся. – В общем, тебе надо пересмотреть взгляд на обеспечение собственной безопасности.

- Что случилось? Опять заговор? – устало сказал я. Ну что за жизнь пошла? Соскучиться не дадут.

- Возможно. И не только в отношении нашей семьи. В ближайшее время тут может стать очень жарко.

- «Тут» это где? В Петербурге? – решил уточнить я.

- И не только. По всей Империи.

- Ого! А подробнее?

- Подробнее тебе знать не обязательно. Но будь готов ко всему. И да, если ты сможешь прикрыть маму, я буду очень рад.

Вот даже как. Графиню в наших разговорах со Старшим мы называли мамой. Ну мамой она станет летом, хотя живот уже хорошо заметен. Странный оборот событий. Может быть поэтому Козьма и решил мне преподать мастер-класс от себя по охране? Хотя меня учить – только портить, в смысле не дурака, как в поговорке, а менять профиль. Трудно старому псу перенять новые штуки, как американцы говорят.

- То есть готовиться к тому, что дом может быть под угрозой?

- Не дай бог, конечно, но все возможно. Так что будь готов ко всему.

- Всегда готов, - уныло сказал я.

То-то сегодня я заметил, что охрана особняка сменила СРы на пистолеты-пулеметы МП7, а металлический оружейный сейф охраны в гостиной, обычно пустовавший, оклеен бумажкой с печатью между створками дверец. Не иначе, некоторое количество стреляющего железа переместилось туда из подвала.

Что-то назревало, и Старший не из тех, кто страдает профессиональной паранойей до фанатизма. Перебдеж конечно присутствует, но… Что же назревает? Массовые бепорядки, вооруженное восстание? Ну вряд ли на классовой почве, особо упоротых «революционэров» и прочих смутьянов от политики под вой западной прогрессивной общественности обычно ссылали либо на урановые рудники и лесоповалы, либо в исключительных случаях вешали под телекамеры. Ну или их навещали такие, как Козьма с его группой анальных карателей, у которых это было вроде хобби. Так что революционной ситуации сложиться не могло – верхи эффективно пресекали попытки вражеской агентуры организовать восстание, низы же срать хотели на идеи упоротых последователей радикального марксизма-энгельсизма (ленинизма тут не было, Ульянов тут хоть делом нормальным занялся, а не коммунировал, вреден молодежи ленинизм), поскольку их весьма приличный уровень жизни по сравнению с другими странами не требовал свергать или шатать режЫм, от которого им были все ништяки в социальной и прочих сферах. Все революционное течение стараниями власти было вялотекущим, как шизофрения, значит, этот вариант исключался.

«Злые происки врагов» по Высоцкому? Ну это завсегда, многим Империя, сильная и независимая, как кость в горле, но как правило они могут только руководить, человеческих ресурсов у них нет. Одна-две силовые акции, попытка собрать митинг, кончающийся неизбежным полицейским петтингом дубиналами и прочими садомазо-игрушками для демонстрантов – вот и предел их возможностей. Тем более сейчас они зализывают раны после разгрома здесь и ответок папы там, а исполнители из местных были жестко наказаны. Так что тоже не особо вероятно.

Кто у нас остается? Националистические течения, которым плохо жить под «русней»? Ну их мало, этнические группировки тоже караются папиными людьми, а уж за попытку теракта или подготовку такового прилетает спецназ на БТРах, прочесывает дом из крупняков и для гарантии пускает в окно ТБГ. Спецназ предпочитает прожарку террористов потерям среди своих. Здесь тоже, как и у нас, научились все делать правильно на своих ошибках.

А вот кланы – да. Эта клановая олигархическая система здесь цветет пышным цветом. Частные армии, огромные ресурсы… И не все такие правильные и прогрессивные как Воронцовы или Голицыны, которые все в белом в глазах общества и царя и стараются действовать в интересах Империи, встречаются и кланы, проворачивающие темные делишки. И им в этом уж точно сильно мешает и СБ, и сам государь. Как писал Томас Даннинг про капитал, эти слова ошибочно приписывают Марксу, «при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы». Золотые слова, хотя и писались они два с половиной века назад, в условиях рабского английского капитализма, звериного в полном смысле – кто не верит, Диккенса почитайте ну или еще кого-нибудь из классиков английской литературы. Конечно при сильном надзоре со стороны некоррумпированной власти обычно хорошо намыленной веревкой это и кончается, но искус силен, ох как силен! Но чтобы кланы решились на мятеж – должно произойти нечто уж экстраординарное, вроде манящего и подготовленного глобального передела собственности. Хотя, чем черт не шутит.

Пора оценить степень угрозы. Для начала поселок и дом. Князевка хорошо укреплена как с земли, так и с воздуха, и способна отразить массовые народные гуляния, тем более я думаю, что при любом неблагоприятном развитии ситуации. При переходе в позиционную оборону при отсутствии у наступающих тяжелого ракетно-артиллерийского вооружения и бронетехники поселок продержится довольно долгое время, достаточное для прибытия подкреплений. Только если численность противника не превысит критическую массу, способную, невзирая на потери от кинжального огня, проложить себе дорогу по трупам товарищей. И тогда все.

Ну об этом пусть заботятся облеченные властью обитатели поселка – военные, полицмейстеры, да и сам Старший. В этих условиях я, с точки зрения окружающих, двенадцатилетний пацан, не могу сделать ничего. Максимум – облегчить себе и старшему жизнь своими способами. Что я решил сделать? Да давно у меня была мысль соорудить параллельную систему сигнализации, используя наработки «умного дома». Нет, конечно я не собирался ничего менять в уже существующей – здесь папА озаботился поставить централизованный процессор «Эрикссон Манор» включающий в себя управление домашними приборами, от котла до электропитания в полной конфигурации, в которую входил и блок умной сигнализации «Эрикссон Страж плюс», контролирующий все углы и закоулки дома и участка. Вот только минус в том, что у него было дистанционное управление, и имея терминал в виде смартфона или планшета, можно было удаленно войти в систему, что мне совсем не нравилось. Увешанная сертификатами от всех соответствующих служб, система считалась стопроцентно надежной и устойчивой к взлому, но… Она была при всех своих достоинствах именно стандартной, заводской сборки. А все, что хорошо изучено, может быть и хорошо сломано – баг какой-нибудь, или пропущенная несброшенная заводская настройка, и вэлкам!

Пусть уж лучше будет для моих нужд резервная система видеонаблюдения и сигнализации на дешевом микроконтроллере из серии «рупь ведро», типа аналога неизвестного здесь «Ардуино». Но учитывая его «надежность» и «продвинутость» это и хорошо. Я уже давно глаз положил на возможность технического хулиганства, поэтому у меня уже с полгода лежал ящик, набитый как контроллерами, так и всякими модулями к ним, вроде датчиков движения, релюшек и сервомоторов, а также целая упаковка микрокамер с очень узким отверстием под объектив – мечта любого шпиона и частного дефектива. Единственное, придется объяснить все папА, зачем это нужно, и где что стоит, а то полезет проверять дом, а там набито чужой аппаратурой под завязку. Но зато никто не узнает, что есть еще тайная система сигнализации, завязанная на мой смартфон. А то, что неизвестно, взлому не поддается в принципе. На этом и порешим.

- Вы понимаете, что мы сейчас обсуждаем? – Бахметев затушил толстую «Партагас» в тяжелой стеклянной пепельнице, раздавив кончик, заставив его рассыпаться углями. Чертова привычка, но как от нее отказаться? Говорят, что Черчилль полюбил сигары, после того как увидел, как табачный лист скатывали знойные кубинские красавицы на своих тугих бедрах – сказка, наверное. Но красивая.

- Понимаю, - Селезнев сделал глоток коньяка из снифтера, пуская ароматную обжигающую жидкость по небу. – Заговор.

- Но только не в отношении правящей династии. Пускай Владимир как правил, так и правит. А вот передел власти и влияния мы ему обеспечим.

- Пора бы взять его за яйца. Да и вообще, хватит абсолютной монархии, пора бы России стать конституционной.

- Он на это пойдет? – Бахметев скептически хмыкнул. – Не думаю.

- Ну так надо сделать так, чтобы пошел. Создадим ситуацию, но не революционную. Организуем крупные беспорядки, хорошо потреплем армию и службу безопасности с тем же Драбицыным. Причем ключевые фигуры желательно ликвидировать и поставить потом на их место свои, - Селезнев поставил снифтер со стуком на стол и потянулся за бутылкой Шустовского.

- Ну с армией это можно сделать. В среде гвардии сейчас зреет недовольство, как и двести лет назад, перед Сенатской. Армейская реформа нового образца, черт ее знает в чем она заключается, не разбирался, да и не разбираюсь, вызвала среди них недовольство.

- Ну еще бы, теперь кончилась малина в столичных гарнизонах, ротация по гребеням, где Макар телят не имел, да еще и введение института личной ответственности, - Селезнев, прищурившись, смотрел на струйку коньяка, стекающую в бокал. – А то, что остальные это уже сотню лет как делают, их не волнует. Оскорбились сиятельные морды, как же. Скольких мы можем привлечь на свою сторону?

- Пока ведутся беседы с недовольными, точно еще не знаю. Но я считаю, это уже крайний случай, это если придется менять Императора, что пока нам не надо. И такая радикальная идея вызовет недовольство среди народных масс.

- Широких народных масс, - с усмешкой сказал Селезнев. – Куда это быдло денется. Но пока да, так далеко мы пойти не готовы. Надо прикинуть, кто на нашей стороне.

- Сейчас попробую вспомнить – сами понимаете, записей подобного рода я не веду. Кульчицкие, Виховские, Савостины, Достанины, Воронины, Ропотовы.

- Ну что же, неплохо. Но мало. Шесть кланов и два наших – для массовых беспорядков этого мало. Тем более это надо сделать так, чтобы на нас не пала тень подозрений в случае провала.

- Вы сразу рассчитываете на провал?

- Я привык учитывать все риски, - отрезал Селезнев. – Поэтому я до сих пор жив и при деле. В отличие от других, которые настолько азартны, что готовы поставить на карту все, вместо того, чтобы пасануть и дождаться другого расклада. Какими силами мы располагаем, вы подумали?

- Ну мой клан – служащими аэропортов, железнодорожниками, портовыми рабочими и докерами, а также моряками. У братьев та же сила.

- Торговый флот, - презрительно фыркнул Селезнев. – Что с него толку?

- Ну несколько тысяч человек, зачастую мигрантов из Европы, это все-таки грозная сила. Особенно если учесть, что они работают за гроши и имеют все поводы для недовольства. Внушить им, что делать, и кто виноват – в массе своей пойдут. Так же, как и другие, всего их десятки тысяч. А парализовать всю транспортную систему Империи – легко, учитывая сколько в ней принадлежит нам. Вы-то чем можете помочь? Своей кучкой телефонных мошенников и шарлатанов? Заболтать до смерти потенциальные цели? – хохотнул Бахметев. – То-то вы ратуете за кардинальное решение вопроса, выходит, чужими руками.

- Не все так просто. У клана есть связь с общинами на Алтае и в Сибири, откуда и поступала основная часть нашего сырья. Они там могут устроить не просто «мирную акцию гражданского неповиновения», там народ вооружен до зубов и не особо-то жалует столичную власть. Да и граница с Китаем, набрать мясо на бунт можно всегда, от трудовых мигрантов до беглого люда.

- Все равно, ваша позиция выглядит очень шатко. Китайцы и бандиты? Если бы вы не вложились деньгами, я посчитал бы вас легкодумным прожектером. Ладно, не буду вас и дальше смущать, а то я вижу, что вы закипите от возмущения, - махнул рукой Бахметев. – Кто остальные -сами знаете.

- Знаю, знаю. Два пшека – Кульчицкий с Виховским, - поморщился Селезнев. – Не переношу я их генетически.

- А вас никто и не просит лобызать их в десны. Кульчицкий – это заводы в Малороссии, тысячи недокормленных рабочих. Причем он уже умело играет на их политических настроениях, не забывая брать деньги у поляков – одним обещает «самостийность», другим «речь посполитую от моря до моря». Так что при умелом манипулировании массами княжество Польское и Литовское и Малороссия могут устроить парад суверенитетов и попытаться выйти из состава Российской Империи. Конечно, у них ничего не получится, но буча выйдет знатная, тем более с оружием мы им поможем. А потом пусть Европа и САСШ вопят по поводу зверских подавлений мирных демократических протестов сатрапами самодержавия.

- Виховский тоже понятно, - вздохнул Селезнев. – Только вот время неподходящее.

- Вы имеете в виду…

- Именно то, что я имею в виду. Летом было бы сподручнее. У него там работает на плантациях куча мигрантов из Средней Азии, которые ни бе, ни ме, ни кукареку. Поднять бы их летом – вышло бы десятки и сотни тысяч. А зимой – половина свалила к себе на родину, половина сидит по бомжатникам, дожидаясь лета, боясь высунуть нос, чтобы городовые не поймали и не отвезли под конвоем к их баям и ханам.

- Ну для начала хватит и тех, кто есть. За копейку они готовы делать, что угодно. Слишком большие массовые протесты нам не нужны.

- Ладно, с этими разобрались. А другие желающие? Ну, например, Савостины. Строительный бизнес? Те же мигранты, которых он использует в хвост и гриву, пригодятся. Ворониных одобряю, это Кубань и юг России, там их клан цари и боги. Что и удивительно, что они решились примкнуть к нам.

- Ничего удивительного, - хмыкнул Бахметев. – Та же самая идея, что богатейший край грабит столица и чиновники-кровопийцы. Не все там любят батюшку царя, и не все казачество за веру, царя и отечество. Хотя таких большинство. Пусть вносят раскол в Донское и Кубанское казачьи войска, хотя с реестровыми казаками этот фокус не пройдет. А вот нереестровые, которые до сих пор грезят о возвращении казачьих земель и даже своей Казачьей республики – это наш контингент. Поэтому, когда их передушат верные казаки, поднимется немного шуму, но он будет.

- Да уж, национализм и экстремизм это наше все, особенно если его хорошо проплатить. Достанины – нефтепромышленники, промыслы Баку и Дербента. Тоже хотят передела собственности, там всех давят Нобели, но на их клан никто в здравом уме и трезвой памяти рыпнуться не сможет. А Ропотовы тут в деле, горнопромышленники… Не знаю насчет ресурсов, но…

- Им покоя прииски Вильчицких не дают. Уже были некоторые разборки, но Ропотовы сработали чисто, доказательств их причастности нет, - Бахметев опять потянулся к фумидору, но остановил руку на полпути. Нельзя столько курить, опять давление скаканет. – Ну а на приисках народу лихого полно, Ропотовы не обременены моральными принципами. Поэтому там у них даже беглые есть, не говоря о бичах, контингент специфический, почти зона.

- Ладно, примерно прикинули. Естественно планы еще строить и корректировать. А в остальном… У нас могущественные враги – кланы, которым невыгоден передел по тем или иным причинам и силовики. А среди них наш главный враг и цепной пес Государя Императора – Драбицын.

- Да дался вам этот Драбицын, уважаемый, - отмахнулся Бахметев. Ну не получилось его убрать, позже все равно ликвидируем. Как и его щенка с сучкой. Не так, так иначе.

- Тогда приступаем. Только надо собрать тех, о ком вы сказали, на личные переговоры. Никаких звонков, передаточных звеньев, курьеров. Только лично.

- Соберем. Как вы относитесь, например, игре в бридж? Проведем закрытый матч с крупными ставками. Это не вызовет подозрений. И как раз на восемь человек.

- Подходит, - сказал Селезнев. – Ну что же, пишите приглашения.

В это время в бизнес-центре Санкт-Петербурга в здании «Воронцов сити», штаб-квартире клана Воронцовых, состоялась другая встреча. И присутствовали на ней совсем другие люди.

Драбицына проводили в кабинет князя Воронцова неулыбчивые молодые люди в темных костюмах с гарнитурами наушников, причем у каждого немного, но все-таки топорщилась пола пиджака.

- Здравствуйте, господа. Ваша Светлость, Ваша Светлость, - граф кивнул по очереди сидящему во главе Т-образного стола Воронцову и Голицыну.

- Здравствуйте, господин граф, - кивнул Воронцов. – Что же такового случилось, что вы попросили о встрече с нами?

Драбицын молча покрутил пальцем в воздухе и вопросительно посмотрел на князя.

- Можете не беспокоиться, Ваше Сиятельство, - усмехнулся Воронцов. – Здесь никто нас не может слушать и видеть. Если хотите, я приглашу начальника своей личной охраны, он вам расскажет и покажет средства технической защиты помещения.

- Ну что же, я вам доверяю, - Драбицын осторожно отодвинул стул и сел напротив князя Голицына.

- Надеюсь, между нами не осталось недомолвок, граф? – спросил Голицын, памятуя события двухмесячной давности.

- Я полагаю, нет, - осторожно ответил Драбицын.

- С моей стороны тоже.

- Так что за срочность, господин граф?

- В империи зреет заговор.

В нескольких фразах Драбицын описал то, что узнал от японца и оперативную информацию, тщательно пропущенную аналитиками через фильтр, чтобы скрыть источники ее поступления.

- Опять, - поморщился Голицын. – Неймется купчишкам передел устроить. Все им мало.

- Эта информация кому-либо еще известна? – спросил Воронцов.

- В этом объеме – только мне и еще паре человек, которым я готов доверить свою жизнь.

- Хорошо, - словно пробуя на вкус слова, сказал Воронцов. – И как нам поступить с вашей информацией?

- Эта информация – неофициальна. Абсолютно. Я прошу у вас содействия не как начальник службы безопасности Империи у глав кланов, а как офицер и патриот у таких же патриотов Империи, которые верны царю и отечеству. Преданны и верны.

- Преданны и верны, - эхом повторил Воронцов. – Да, и вы это знаете.

- Знаю, - не скрывая сказал Драбицын. Еще бы, вы все у меня в папках, подумал он. И вы это тоже знаете.

- Что от нас требуется? – спросил Голицын.

- Может быть так, что Служба Безопасности будет парализована или выведена из строя – я не исключаю такой возможности. У господ купцов может оказаться в запасе что угодно, вплоть до тактической ракеты. В случае, если я буду убит или нейтрализован, я бы хотел, чтобы вы смогли защитить Государя Императора и воздали его врагам, - Драбицын достал из внутреннего кармана пиджака два конверта, запечатанных сургучом. – Здесь все, что известно – списки, имена, адреса. Прошу вскрыть при известии о моей смерти или недееспособности.

Голицын и Воронцов молча взяли конверты.

- Мы исполним вашу просьбу и наш долг перед Империей, граф. В любом случае, любая помощь со стороны клана Воронцовых будет вам оказана безусловно и без промедления. Вплоть до передачи наших дружин под ваше командование, - сказал Воронцов.

- От клана Голицыных тоже, - сказал старый князь.

- Не смею больше отнимать ваше время, господа, - Драбицын встал из-за стола и ответил кивком. – Честь имею!

- Что вы об этом думаете, князь? – спросил Голицын, когда за Драбицыным закрылась дверь.

- Думаю, что это серьезно, - Воронцов посмотрел вслед графу. – Граф не паникер, ну может любитель немного перебдеть. Но сейчас я понимаю его озабоченность. Я объявляю повышенную боеготовность своей службе безопасности и дружине по причине, скажем так, международной обстановки – звучит расплывчато, но зато объясняет все. Ну и соответственно режим усиления по охране объектов.

- Я тоже. Не хотите объединить усилия, Михаил Александрович?

- Почту за честь, Лев Васильевич. Тем более, что это пойдет на пользу всем нам. Присылайте своих офицеров связи, скажу по-военному, чтобы не было разночтений на постоянную дислокацию у нас, я пошлю своих.

- Принято, - кивнул Голицын. – Сейчас отдам приказ своему начальнику охраны. И будем взаимодействовать. Повторять то, чем занимались наши рода с незапамятных времен – помогать спасать Империю.

- Не просто Империю – Россию.

И крепкое рукопожатие двух крупнейших аристократов империи скрепило дружеский союз.

- Держи морок, держи крепче! – окрик деда вернул меня из транса. Вот черт старый, опять концентрацию сбил.

- Ты слишком сильно стараешься. Нельзя так напрягаться, позволяй Силе спокойно выходить из тебя, а для этого не надо тужиться, как на толчке, - уже спокойней продолжил дед.

Да, утомил меня черт старый. Причем методика обучения была какая-то странная, перескакивала с пятое на десятое, закономерности в ней я не мог уловить. То морок, то биолокация, то глубо- и дальновидение… Моя энергетика была раскачана так, что уставший и еле волочивший ноги после занятий, я мог забыться сном только перед самым подъемом в школу, до этого в мозгу словно черти плясали, устраивая чехарду и кавардак.

- Да, вижу, ты выматываешься, - хлопнул меня по плечу дед.

- А куда деваться? – ответил я. – У меня не только ваши занятия, еще и школа есть, приходится совмещать.

- Вот только есть одна маленькая закавыка – возможно, что и школа ваша накроется.

- Как это «накроется»? – тупо спросил я.

- Я в курсе, что сейчас Империя стоит на пороге потрясений. Да и ты, наверное, тоже, отец не мог не сказать.

- В общих чертах, - сказал я.

- Ну а я знаю не в общих, - Козьма покачал головой. –Тебе нужно больше готовиться.

- В сутках, увы, только двадцать четыре часа, а не тридцать шесть или сорок восемь.

- Ты не думал о том, чтобы сдать экзамены экстерном? – прищурился дед. – А то с такой подготовкой ни то, ни то нормально не выходит.

- Я подумаю, - честно ответил я. А может, и вправду сделать так? Тратить драгоценное время на высиживание в классе и делая вид, что изучаю новые, а на самом деле давно пройденные знания? Лучше его потратить с пользой.

- Подумай. А я поговорю с отцом. Надеюсь, он не будет против…

Глава 4

Операцию по зачистке мятежных кланов назвали “Чертополох”. Может, кто решил поумничать из аналитиков, может просто программа автоматической генерации имен подсуропила. Но - общая идея вполне совпадала с названием папки. Следовало выдрать всю заразу, которая пыталась изнутри развалить государство ради личных амбиций. И для этого Драбицын задействовал серьезные силы.

Не считая задействованных обычных ресурсов, Служба Безопасности выставила шестнадцать групп быстрого реагирования для работы в крупных городах. Им в помощь придавались отряды полиции “Контртеррор” и “Опричнина”. Если первые специализировались в основном на освобождении заложников и разбирательствами с разного рода анархистскими боевиками, то вторые вообще в новостях не мелькали и большая часть обывателей даже не знала про их существование. И зря, потому как людей в “Опричнину” отбирали с опытом работы под прикрытием и зачастую СБ не могло четко сказать, где заканчиваются границы их ответственности, и где начинают работать агенты полиции. В деле выявления глубоко законспирированных революционеров и прочей нечисти цепные псы государства не различали погон, а рвали глотки.

За пять минут до начала операции к графу Драбицыну в кабинет зашел адъютант:

- Ваше Превосходительство, у нас утечка. Служба перехвата зафиксировала звонок к ведущим фигурантам. Анонима сейчас пытаются вычислить. Заговорщиков предупредили, что они раскрыты и вот-вот будут арестованы.

- Где они сейчас?

- Частный загородный клуб “Пеликан”. Марина, гольф-поля, рулетка и прочее. Штурмовые группы на позициях, но еще не выдвигались на передовой рубеж. Им понадобится не меньше десяти минут для того, чтобы начать атаку.

- Ждать уже смысла не имеет. Давай отмашку всем, наверняка по цепочке уже названивают и пытаются семьи выдернуть.

адъютант исчез, а генерал-лейтенант задумался. За этот прокол с него спросят. Наверняка. Тем более, что недоброжелателей полно и многие спят и видят, как бы на место главы СБ продвинуть своего человека. Что такое десять-двадцать минут до начала арестов? Казалось бы - мелочи. Но вот только сейчас группам захвата придется брать людей, которые уже наверняка будут осведомлены о предстоящей атаке, схватят оружие и постараются подороже продать жизнь. В ситуации, когда над головой висит обвинение в государственной измене - в плен никто сдаваться не будет. Головы все равно не сносить. И какой кровью придется заплатить за объявившегося так не вовремя крота - предсказать не получится.

Но все фигуры расставлены, команда “фас” отдана и лишь остается ждать результатов.

***

Когда ворвавшийся в зал охранник выдернул дородного Бахметева из-за карточного стола, глава клана испытал жалость. Вот ведь как бывает, растишь кадры, заботишься о них, присматриваешь и помогаешь в решении тех или иных вопросов. Потом у кого-то крышу сносит и все - увольнять, либо хоронить, если много лишнего знает. А ведь хороший был парень, многократно проверенный и разок даже грудью защищавший от нападения бастующих железнодорожников. Но через секунду до старика дошло, что именно кричит телохранитель и Бахеметев уже сам начал активно шевелить ногами, моля лишь об одном: хоть бы не споткнуться! Затопчут же уроды, кто гремит ботинками позади...

- Спецназ будет здесь через пять минут! Красный сигнал мы уже отослали, теперь - срочная эвакуация!

Ка-19 уже вовсю раскрутил лопасти. Стоявший у распахнутого проема боевик с автоматом на ремне помог забраться последнему перепуганному мужчине в черном костюме, захлопнул сдвижную дверь и жестом дал отмашку пилоту. Вертолет взревел двигателем и начал подниматься. Он даже успел набрать около десяти метров высоты, когда посланный с системы подавления импульс вырубил всю электронику и, заваливаясь на авторотации, черная туша медленно устремилась вниз. Хрустнула передняя колесная стойка, машина черным пузом пробороздила влажную после дождя землю и расшвыряла вокруг остатки лопастей. Из кустов уже бежали одетые в бронежилеты бойцы с яркими надписями на груди: “Полиция”. Охранник бросил автомат в сторону, отошел в бок и встал на колени, сцепив руки на затылке. Он всего лишь обеспечивал охрану “Пеликана” и совершенно не собирался умирать за гостей, явно вляпавшихся в какую-то дурную историю.

Через минуту у Драбицына на компьютере всплыло сообщение:

- Задержаны личные секретари и обслуга заговорщиков. Обнаружен тайный подземный ход, ведется преследование.

Граф поморщился, но не стал вмешиваться в работу подчиненных. Если про тайный ход так и не удалось ничего толком узнать до начала операции, то наверняка в элитном клубе найдутся другие сюрпризы. Ведь хватило же мозгов посадить в вертушку второстепенных персонажей, на минуту-другую отвлекая внимание от действительно важных фигур.

Сообщения тем временем посыпались одно за другим, словно прорвало плотину.

Поместье Бахметевых - идет бой. Охрану удалось обезоружить, но в самом здании и на складах закрепились наиболее непримиримые, огрызаясь из автоматического оружия. Спецназ блокировал боевиков и теперь ждет, когда из второго эшелона подтянут тяжелую технику. Двое раненных и один убитый, потери противника пока не оценены.

У Селезневых захват прошел куда спокойнее. Несколько драк, пытались на бронированных джипах прорвать оцепление. Без жертв с обоих сторон.

Ропотовы подстраховались и кроме прислуги в огромном особняке никого обнаружить не удалось. Где именно находятся господа и как им удалось улизнуть от наблюдения - не известно. Идут поиски.

За Кульчицких пытался вступиться губернатор, которого местные службы сдуру решили поставить в известность о проводимой операции. Видимо, хотели заранее выслужиться. Малороссия - тот еще паучатник, никогда не знаешь, кто и как попытается ударить в спину. Но семейку спеленали целиком, не обращая внимания на крики и угрозы с управленческого олимпа.

Виховского отловили в Москве, где он отлеживался в госпитале, умудрившись во время недавней попойки с выездом на природу подхватить пневмонию. Выставили пост у палаты, сменили охрану. На предприятиях придется еще трясти персонал, там знатное кубло сформировалось. Но вроде без явного противодействия пока.

И еще. И еще. Воронины, Савостины, Мещеряковы, сотни имен. Несколько ключевых кланов и куча мелочи, которые или по незнанию, или поддавшись жажде наживы решили поучаствовать в будущем переделе власти. Мясо, которое основной костяк заговорщиков собирался бросить в драку. И ведь не успели буквально чуть-чуть. Теперь лишь остается ждать. Ждать и надеяться, что удалось ударить на опережение. Несмотря на утечку, несмотря на подготовленных боевиков, увешанных оружием.

***

В дверь легко постучали, после чего внутрь комнаты заглянул высокий черноволосый мужчина:

- Анзор, околоточный просит выйти к нему.

- Опять Султан ночью на мотоцикле гонял и у соседей собак распугал?

- Нет, другие проблемы, брат. Сам послушай.

В Яблоневке не было полноценного тейпа, все же в поселке жили лишь полторы тысячи жителей и чеченцы представляли от силы десять процентов. Но двадцать лет назад на Кубань переехали первые семьи, а потом перетянули и родственников. Казаки поначалу хмурились, но потом нашлись общие знакомые, новые соседи вели себя прилично и зачастую помогали в решении проблем, которые часто возникали от шабашников, трудившихся на полях агрокомплекса. Вот с теми приходилось иногда и на кулачках сойтись. Управленцы старались сэкономить на всем, поэтому сгребали по рабочим биржам приехавших на заработки слабо образованных крестьян из соседних государств, предоставляя бараки для проживания и выжимая все соки из работников. Платили периодически штрафы после очередной проверки, но потогонную систему не меняли.

У невысокого плетня стоял полицейский в бронежилете и кучей разнообразного барахла на поясе. Анзор поприветствовал старого знакомого, который часто обсуждал те или иные проблемы чеченцев с неформальным лидером общины и поинтересовался:

- Что стряслось? Наши где-то пошумели?

- Если бы... Насколько я помню, среди твоих ребят вроде все служили?

- Да. Эльбек с Джамалом еще и по контракту пять лет потом дополнительно отпахали.

- Проблема у нас в Яблоневке. Из центра пришла шифровка, что готовятся здесь бучу устроить среди батраков. Мало нам, что бомжатник периодически разводят, так еще зарплату им задержали на неделю и спиртное завезли. Ходят слухи, что пытаются по округе беспорядки массовые спровоцировать. У хозяев проблемы в центре, вот и будут внимание отвлекать.

- Там же больше пяти сотен мужиков, - удивился Анзор. - Они что, совсем с башкой не дружат? Если эта толпа пойдет громить, то сначала раскатает по бревнышку конторское имущество, а потом уже к нам полезет.

- Имущество застраховано, а с пьяной толпой разбираться нам. Я уточнил, такая проблема не только здесь, а по всей губернии. Поэтому приказано поднимать ополчение, вооружать и готовиться к любым неприятностям. А если учесть, что из станичников под сотню до сих пор на выезде по всему району, то вот и считай. Остался я, пара помощников и молодежь желторотая.

Считать Анзор не стал. Он лишь уточнил:

- У нас в основном гладкоствол для охоты. Против толпы может и не сработать.

- Оружейку я вам открою, главное, чтобы было кому из запасов выдать. И - все ребята под твою ответственность.

- Срок потом не навесят?

- Срок?.. У меня официальный приказ - открывать огонь на поражение при любых проявлениях агрессии. Чуешь, чем пахнет?

Подтянувшийся на разговор пятнадцатилетний Султан зло усмехнулся:

- Похоже, у плантаторов очень большие неприятности в столицах. И не у них одних...

Через полчаса Яблоневка уже выставила вооруженные секреты на въезде и выезде, а так же подготовила группы быстрого реагирования. Благо, руководство полиции и казачество давно работали рука об руку и в запасниках было все необходимое, начиная с раций и заканчивая небольшими приборами ночного видения. Степь - она большая, просматривается из конца в конец. А на пикапе перебросить ополченцев в нужное место - дело пяти минут.

До вечера время тянулось как резина, но никаких серьезных происшествий не было. Народ немного успокоился, пропал первоначальный мандраж. Эльбек сформировал среди бойцов тройки, поделил время дежурства и отправил часть людей отдыхать. Султан вместе с приятелем на мотоциклах получили по рации, ночники и умотали дальше по дороге, чтобы отслеживать любое шевеление на подступах.

- Если вас заметят или сдуру начнете геройствовать - схлопочешь за обоих. Понял? - грозно спросил Джамал, отвечавший за самых молодых и горячих.

- Не, мы понимаем.

- Это не учения и не игры в “Зарницу”, все серьезно. Если вы сдуру под выстрел подставитесь или себя обнаружите, то кодла может с другой стороны зайти и тогда мы запросто кровью умоемся. Так что заруби на носу - ты мои глаза и уши. Любая самодеятельность - и больше на доверие не рассчитывай. И так на очень опасный участок направляю.

К двум часа ночи Султан связался и доложил в первый раз:

- Агрокомплекс жгут. Крики оттуда слышно, пожар где-то в административном блоке.

- Народ в нашу сторону выдвинулся?

- Нет. Похоже, что эти идиоты гараж подпалили, пару горящих грузовиков видел в бинокль.

- Хорошо, оттянись чуть поближе к нам, перекройте главное шоссе и грунтовку чуть в стороне.

Во второй раз рация захрипела уже ближе к четырем утра:

- Толпа идет, Джамал, большая. Скажи околоточному, что человек двести или больше точно в нашу сторону отправились.

- Понял, возвращайтесь.

Мотоциклистам понадобилось на это десять минут. Пьяные батраки до Яблоневки доплелись ближе к шести. Толпа двигалась сплоченной массой, гремя сапогами. Когда до знака с названием населенного пункта осталось около пятидесяти метров, ожил мегафон:

- Внимание! По требованию губернатора вам надлежит вернуться в место проживания! Любые попытки бесчинств и нарушения общественного порядка будут караться по законам особого положения! Режим чрезвычайной ситуации уже введен, у меня есть право открывать огонь на поражение!

Пока полицейский пытался хоть как-то достучаться до затуманенного алкоголем чужого разума, казаки с чеченцами уже разбирали цели и тихо перешептывались, потирая замерзшие на морозе руки:

- Похоже, их заводилы полные идиоты, вон, с белыми повязками на рукавах. Остальные - простые работяги. Правда, если их не остановить, много дел натворить успеют. Три года назад сотня батраков в Калачевке умудрилась дурь протащить, обкурились и на танцы поперлись с арматурой. Хоть по итогам и посадили зачинщиков, а двоих парней забили, сволочи...

Переговоры явно не интересовали взбунтовавшихся, поэтому в сторону палисадников загремели редкие выстрелы. Дробь на таком расстоянии вряд ли могла даже поцарапать побелку, но свои намерения незванные гости обозначили максимально ясно. И будь в деревне только женщины и дети, трое полицейских вряд ли смогли оказать серьезное сопротивление многосотенной толпе. Сейчас же околоточный лишь опустил мегафон и отдал приказ:

- Выбивать с повязками в первую очередь. И любого, кто попытается в нашу сторону сунуться. Если побегут назад - не преследовать. Только что из центра связались, обещают через пару часов усиление перебросить. Поэтому по степи бегать за уродами и пулю сдуру в сумерках ловить - это запрещаю... Понятно?.. Тогда - огонь!

И над Яблоневкой полетел грохот автоматных выстрелов. Попытка эмиссаров Ворониных использовать для грабежей и бандитизма дешевую рабочую силу наткнулась на вооруженное организованное сопротивление.

Через три минуты расстрела на дороге осталось валяться почти сотня убитых, остальные в ужасе бежали обратно, в сторону пылающих зданий агрокомплекса. На такой дистанции люди с опытом не мазали, а приказа брать пленных не было.

К полудню прибывшие машины с бойцами регулярных войск провели аресты не успевших удрать бунтовщиков, часть разбежавшихся сгребали при помощи двух вертолетов, прочесывавших окрестности. Тела погибших свезли к свежеоткопанной братской могиле, где и закопали вместе с тремя клерками, которые не успели до начала волнений удрать из административного блока.

Убедившись, что эта точка зачищена, солдат перебросили на другой участок. Кубань лихорадило, но до полноценных масштабных выступлений дело не дошло. Служба безопасности успела сработать на опережение.

***

Границу заговорщики переходили ближе к Афганистану. Благо, были нужные люди, проплаченные маршруты и охрана, которая повязана кровью с хозяевами. Вот только радости от удачно осуществленного бегства никто не ощущал.

- Называется - высказали неудовольствие Драбицыну, чтоб его карачун хватил!

Селезнев сидел за низким столиком и цедил самогон, не ощущая вкуса. Нервы до сих пор ощущались как натянутые струны, хотя уже и находился он на другой стороне границы. Но ночной переход и ожидание ежесекундного окрика пограничников заставили перенервничать.

Пристроившийся напротив Бахметев накладывал себе в тарелку плов и, казалось, получал удовольствие от неожиданного приключения. Хотя, о чем именно думает транспортный магнат, понять было сложно.

- Так что делать будем, Анастасий Федорович? Домой нам дорога уже заказана.

- С чего бы это? - Бахметев попробовал угощение, довольно кивнул и еще раз спросил: - Почему это мы не сможем вернуться?

- Статья нам светит, за попытку нападения на государя-батюшку.

- Ну, горячку пороть не следует. Во-первых, против императора дурного мы не умышляли, этого ни в каких документах нет. А то, что хотели конкурентов чуток подвинуть, так в дурном старании палку помощнички перегнули. С них и спрос будет. Ты лично камни в полицию кидал? Нет. А на нет - и суда нет.

Селезнев чуть не подавился самогоном от подобного ответа.

- Дурака строишь? Думаешь, “там” будут интересоваться нашим мнением?

- Севастьян Петрович, ты слишком на спиртное налегаешь и не желаешь прислушаться к сказанному. Не важно прямо сейчас, что докладывают наверх. Прямых улик против нас пока нет. То, что накопают, это все мелочь и мусор под ногами. Вот если бы тебя или меня взяли за жабры и в допросной начали трясти, как грушу... Горячий, зараза, придется подождать... Так вот, при худшем развитии событий любой из нас потянул бы второго на дно. Это - факт. Но мы вывернулись, из загребущих лап того же Драбицына ушли и вряд ли попадемся в ближайшее время. А время теперь будет играть на нас. Ну, пройдут они частым гребнем, мелочевку какую-то возьмут. И что? Больше людей по окраинам империи раздергают. Тем временем в газетах поднимется шум. Все же не последние кланы под удар попали. Надо обосновать - а с чем это связано. И почему это уважаемых людей заставляют в бега податься. Ну и мы молчать не станем. Выступим, волну поднимем. Пока государь разбираться станет, пока одно слово против другого будет выслушивать - время все будет идти. День за днем. Накал потихоньку будет спадать, попутно белые мундиры погонников мы постараемся при помощи продажных писак максимально испачкать. Я более чем уверен, что крови прилично пролили. Вот это все и вытащим на белый свет.

- А потом?

- А потом ударим в ответ. Мы пожертвовали несколько пешек, но партию не проиграли. Поэтому перестань ссаться от страха и садись завтракать. Налакаться всегда успеем.

С долей сомнения Селезнев отставил в сторону стакан.

- Может ты и прав... По жаре сивухой травиться желания нет. Но кусок в горло не лезет. Поэтому спать пойду... Когда дальше двигаемся?

- Вечером, как стемнеет. Ни к чему лишнее внимание привлекать. Караван за продуктами еженедельный поедет, вот с ним и отправимся.

***

Я только вернулся домой, вымотавшись за день на заимке у Козьмы. Старик бы меня и не отпустил, но я буквально встал на дыбы, вытребовав себе крохотные выходные. А то загоняют сиротинушку, ироды. Так что суббота и воскресенье - мои законные. Сегодня чуть дыхание переведу, а завтра утром по кафешкам пройдемся. Вроде как “не возражаю” от Елизаветы прилетало.

Но не успел вылезти из горячей ванны, как запиликал мобильник.

- Ответить, - фыркнул я, достраивая гигантскую башню из пены. На этот номер могли звонить только разрешенные абоненты, никаких левых персонажей система не пропустит.

- Эй, великий воин, ты куда потерялся? - послышался в динамике довольный голос Яна Вильчицкого.

- Отрабатывал тяжкий хлеб учения, - попытался отшутиться, нанося по белоснежному строению легкий удар ладонью. Ха! И теперь лихорадочно придется зачерпывать воду, чтобы промыть глаза. Называется, довыделывался.

- Ну, тогда есть предложение встретиться и обкашлять твои успехи. Как ты насчет завтра?

- Вроде бы собирались в Жемчужницу на набережной. Сашенька Муромцева обнаружила там какие-то божественные эклеры и приглашает всех на дегустацию.

- В десять?

- Ага.

Из динамика послышался непонятный шум, грохот железа а потом приглушенная матерная тирада.

- Ян, ты там живой?

- Живой... Говорили мне умные люди - ставь байк на нормальные козлы, если с движком шаманить собрался. А я все на коленке. Теперь полчаса детали по всему гаражу искать... Ладно, тогда давай до завтра. И постарайся не теряться...

Интересно, зачем это я Вильчицкому сдался?

Оказалось, у сына золотопромышленника был вполне серьезный повод для встречи. Пропустив девушек вперед и доверим им право выбора разнообразных вкусняшек, мы с Яном поплелись следом, периодически раскланиваясь со знакомыми лицами. Питер - город крохотный, вечно с кем-нибудь нос к носу столкнешься.

- Про то, какая замута сейчас по всей округе идет, в курсе? - Вильчицкий помахал пробегавшей мимо симпатичной блондинке и тут же сделал невинное лицо, как только в нашу сторону повернулась Муромцева.

- Само собой. И не только о том, что в газетах пишут.

- Так вот, среди уродов Ропотовы засветились. Вроде как деньгами помогали и что-то там крутили. Конечно, сейчас будет разбирательство, император вывалят горы компромата друг на друга, но эти козлы мою семью пытались на зуб попробовать.

- Золото?

- Ага. Когда готовые прииски есть, всегда прорва желающих на работающее лапу наложить. Самим по тайге корячиться никому не интересно... Доказать не получится, но их уши торчат из нескольких несчастных случаев и разбойных нападений... Так вот, батя намекнул, что если твой отец не станет задавать лишние наводящие вопросы про источники информации, то нам есть, чем поделиться.

Опа... А это уже совсем не школьные игры. Это уже игра по-крупному.

- Если только твои источники дезу гнать не станут.

- Скажем так, это проверенные кадры. С которыми мы давно работаем... Люди по ту сторону из Китая, Афгана и Пакистана. Мы туда отправляем иногда разного рода товар без таможенных проверок, они оказывают разного рода услуги и помогают вести бизнес в Азии.

- Понял. И что ваши люди говорят?

- Они говорят, что руководство Селезневых, Бахметевых и все семейство Ропотовых вместе с разной мелочью через несколько дней выедет из Афганистана и осядет в районе Пешавара. Уже готовят разного рода выступления на конференциях, будут обвинять в провокации и попытке очернения честных и благородных людей.

- Интересно. Похоже, ваши источники и там успевают подзаработать.

- Транспортные услуги сейчас стоят дорого, почему от этого отказываться? - хохотнул Ян. Потом посерьезнел и закончил: - Короче, если что-то с той стороны будет всплывать, я сброшу тебе. Давай обговорим, как это удобнее сделать. Надеюсь, что наша помощь Драбицыным не выльется потом в проблемы.

Настала моя очередь хмыкать:

- Ты о чем? Вы - клан, который поддерживает всячески Империю, участвует активно в развитии Дальнего Востока. Школы строите, дороги прокладываете, криминал давите беспощадно. С какой стати СБ против вас что-то иметь? Может быть, мы даже попробуем через эти связи что-то на общую пользу провернуть, если такая возможность возникнет.

Закончив с политикой, я подтолкнул приятеля к уже оккупированному подругами столу и закончил выступление:

- Ладно, я придумаю, как лучше связь поддерживать. А теперь давай займемся дегустацией. И не вздумай что-то про политику ляпнуть, дамы нас четвертуют. Эта дрянь теперь из каждого утюга и без перерыва. Так что - будем отдыхать!..