Наука зелий, магия любви

ПРОЛОГ

В Фесской королевской академии мне не нравились всего две вещи. И первой из них были сквозняки. Вполне привычное и частое явление в коридорах. Вот и сейчас тяжёлая дубовая дверь лаборатории бесшумно распахнулась и с грохотом стукнулась об стену. Я едва не подскочила от неожиданности и тихо выругалась себе под нос. Хорошо, буквально мгновение назад успела добавить в весело булькающее в реторте зелье необходимое количество капель вытяжки из горного морозника. Переборщила бы — и пришлось начинать сначала. Вздохнула, сокрушённо покачала головой. Зельеварение требовало тишины и сосредоточенности, а подло хлопающая в самый неподходящий момент дверь этому никак не способствовала. Жаль, что запереться изнутри было невозможно. Но кое-что я сделать могла.

Посматривая на зелье в реторте, порылась в сумке, достала конспект по травоведению, вырвала из середины тетради два листа, сложила их в несколько раз и запихнула в щель между дверью и косяком. Удовлетворённо кивнула. Теперь никакой сквозняк не страшен! Вернулась к рабочему столу, в который раз сверилась с выученным наизусть рецептом, убедилась, что ничего не пропустила и бережно уложила бабушкину тетрадь на край столешницы. Оставалось добавить в реторту два своих волоса, каплю крови Маркуса и — самое сложное и ответственное — напитать эликсир магией. Без этого моё зелье годилось бы разве только гусей смешить, как говорила бабушка.

После того, как добавила последние ингредиенты, жидкость в реторте изменила цвет и на несколько мгновений стала из прозрачной тёмно-синей, а после заиграла всеми цветами радуги. Я перевела дух. Пока что всё было правильно. Впрочем, сегодня я волновалась куда меньше, чем два дня назад, когда готовила эликсир для Маркуса. Видит богиня, я не хотела варить запрещённые эликсиры ночами, но обстоятельства были сильнее меня. Вот тогда под каждым столом и за каждым углом мне мерещился как минимум, ночной патруль из старшекурсников, а как максимум — лично декан факультета зельеварения, притом с уже подписанным приказом на моё отчисление. А после остаток ночи снились кошмары. То у Марка вырастал павлиний хвост, то иллюзия спадала в самый неподходящий момент, то, наоборот, отказывалась расставаться с ним. Хвала богине, всё закончилось благополучно и подвоха никто не заметил. А если бы много лет назад в чью-то светлую голову не пришла идея, что на первом курсе, вне зависимости от специализации, мы должны уделять внимание и общим дисциплинам, этого удалось бы избежать. Ну, или если бы я больше дружила с физподготовкой, а Марк — с моим любимым зельеварением. Я не понимала, для чего мне, будущему зельевару, сдались бег с препятствиями, лазание по канату на время и прочие дурацкие нормативы, а мой лучший друг не уставал возмущаться тому, что он, будущий боевой маг, вынужден разбираться в создании эликсиров без магической составляющей. С точки зрения Маркуса, ему вполне довольно было умения отличать съедобные ягоды от несъедобных и знания, что подорожник останавливает кровь. Хотя, по его словам, ком паутины справлялся с этим намного лучше. Увы и ах, преподаватели не разделяли нашего мнения, поэтому мне грозил незачёт по физподготовке, а Марку, соответственно, по зельеварению. Собственно, это было второе нелюбимое мной явление и причина, по которой я оказалась в лаборатории этой ночью.

Неделю назад друг в шутку обмолвился, что с удовольствием бы поменялся со мной телами на время этих зачётов, а я в ответ заявила, что иллюзии качественнее и проще, к тому же в бабушкиной тетради есть нужный рецепт. Добавила, что изготовление таких зелий без наличия лицензии в королевстве под запретом. Какая злая сила только дёрнула за язык? Кто бы сомневался, что подобная мелочь Марка не остановит! Он уговаривал меня два дня и я сама не заметила, как от категоричного «никогда» перешла к «допустим, я подумаю», а потом и вовсе согласилась. Тем более, Маркус вызвался первым испытать на себе иллюзию и сдать за меня зачёт по физподготовке. Первый и, хвала Дестиане, последний! А завтра была моя очередь надеть личину друга и изготовить два простейших эликсира — обезболивающий и сонный.

Покосилась на часы. Ещё пять секунд и можно приступать. Потёрла ладони друг об друга, концентрируя в них силу, медленно развела в стороны и опустила образовавшийся плотный зелёно-фиолетовый шар в реторту. Зелье вскипело, едва не выплеснулось, но тут же успокоилось. Оно снова стало прозрачным, лишь на поверхности играли мягкие радужные отблески. Я обрадованно улыбнулась. Получилось! И тут же вздрогнула, услышав, как на пол с тихим шорохом упал зажатый дверью лист бумаги. А следом раздалось ленивое:

— Надо же, какая встреча! Тяга к знаниям не даёт спать, эрис Гринвелл?

Джаред Ферн! Боевик с третьего курса и последний, с кем я хотела бы повстречаться этой ночью! И в принципе — повстречаться. Особенно наедине. Я обернулась, сухо произнесла:

— Доброй ночи, эр Ферн. Вижу, тяга к знаниям знакома не мне одной.

Старшекурсник усмехнулся, переступая порог. Обронил:

— Между прочим, учебный совет не одобряет использования лабораторий первокурсниками без присмотра преподавателей. Особенно в ночное время.

— Именно поэтому у меня есть разрешение от профессора Кардейла, ответственного за эту лабораторию, — в тон ему отозвалась я, демонстрируя упомянутое разрешение. — С подписью и печатью, как полагается.

Боевик изучил документ с явным недовольством. А после, вместо того, чтобы уйти, подошёл к рабочему столу и кивнул на эликсир:

— Это что?

— Реторта, — вежливо пояснила я. — А в ней зелье.

Про себя мысленно молилась: уйди уже, ну уйди! И жалела, что не успела спрятать тетрадь с рецептом. Учитывая недружелюбное отношение Джареда, с него станется просто из вредности отвести меня к дежурному преподавателю вместе с тетрадью и эликсиром, заявив, мол, рецепт скрыт, проверяйте, что эта девчонка нахимичила. Но реальность оказалась ещё хуже.

— Вижу, что зелье, — улыбка на лице Джареда стала предвкушающей. — И, судя по радужной дымке, оно создано для наложения иллюзий. Запрещённая штука, если на её изготовление нет лицензии. Кажется, за такое полагается отчисление, м?

— И ничего оно не запрещённое, — отчаянно возразила я. — Это совершенно другой эликсир!

— Врёшь, Гринвелл, — почти ласково отозвался боевик, отбрасывая вежливость и пронзая меня взглядом ярко-зелёных глаз. — Можем пригласить дежурного преподавателя, он завтра передаст эту склянку вашему декану, а тот скажет точно, что это за дрянь. Или…

Он сделал многозначительную паузу, предлагая мне додумать самой, что может скрываться за этим коротким словом. А я в ответ уставилась на него расширившимися от удивления глазами. Да ладно? С чего вдруг такое благородство?

— Предлагаешь договориться? — недоверчиво уточнила я, борясь с желанием протереть глаза и убедиться, что передо мной точно Ферн.

Тоже отбросила уважительное «эр». А что, раз ему можно мне «тыкать», с чего я обязана придерживаться этикета? В качестве ответа на свой вопрос получила кривую ухмылку и утвердительный кивок. Ой, где-то вечнозелёные ели пожелтели, раз Джаред не спешит расправиться с поверженным врагом. Тем более, ко мне он с некоторых пор испытывал чувства, которые никак нельзя было назвать тёплыми и дружескими. А старшекурсник, похоже, решил окончательно меня добить и добавил:

— Богиня велит проявлять милость и сострадание к ближним, Оливия.

Эта фраза мне совершенно не понравилась. И то, как боевик произнёс моё имя, буквально перекатывая его на языке, тоже. Интуиция вопила во всё горло, предупреждая, что «милость и сострадание» Джареда Ферна могут обойтись мне крайне дорого. Но… На другой чаше весов тяжким грузом лежало отчисление. Вполне реальное. Как верно заметил мой недруг, на изготовление эликсиров, подобных тому, что сейчас играл всеми цветами радуги в реторте, требовалась лицензия, а у меня пока что не было даже диплома. Чувствуя, что очень сильно пожалею об этом, я спросила:

— И чего же ты хочешь?

Старшекурсник хищно усмехнулся, а мои подозрения превратились в уверенность. Богиня и девять её Теней, ну почему именно он оказался сегодня в патруле? Жаль, что выбора у меня не было. Вдвойне жаль, что Джаред это тоже прекрасно понимал.

Глава 1

Полгода назад

Достопочтенный эр Фольминат, державший аптеку в нашем тихом Бренгейре, страдал на публику уже полчаса. И притом образцово-показательно, так, что ему позавидовали бы профессиональные плакальщицы. Даже я заслушалась. Не каждый день приходилось получать столько лестных слов. По мнению уважаемого аптекаря выходило, что моё поступление в Фесскую академию ставит под угрозу здоровье всего нашего города. Некому, совершенно некому варить эликсиры, готовить мази и порошки под присмотром эра Фольмината, разумеется. Все, абсолютно все помощницы — бесталанные и бестолковые. Одна я была надеждой и опорой и вот! Покидаю! В этом месте голос аптекаря задрожал так явственно, что даже я едва не поверила. А жители соседних домов, собравшиеся на зычный голос хитрого гоблина, прониклись. Многие меня знали — уже два месяца как эр Фольминат доверял мне не только готовить эликсиры и мази по рецептам, но и стоять за прилавком дважды в неделю. Взамен закрывал глаза на то, что я задерживаюсь допоздна и частенько в моём котелке булькают эликсиры, не имеющие ни малейшего отношения к лекарственным средствам и вдобавок насыщенные магией. А что поделать, раз прошлой осенью городской мастер-зельевар третьего ранга и алхимик отказались меня даже выслушать, не то, что взять в ученицы? Мол, на что им сдалась девица, которая ещё колледж не окончила? И неважно, что на тот момент мне оставался всего семестр учёбы! Упёрлись как два осла, мол, запредельно много ответственности за несовершеннолетнюю ученицу. Пришлось обходиться скромной, но вполне приличной аптечной лавкой. Надо ведь было где-то практиковаться. Тем более, эр Фольминат не возражал. А сейчас он не желал терять ценного сотрудника в моём лице и умело привлекал на свою сторону общественность. Успешно, надо сказать.

— Оливия, ты ведь вернёшься? — с надеждой спросила румяная булочница. Она периодически брала в аптеке мазь от ожогов — привычка хвататься за горячий противень была неискоренима. — В самом деле, как мы без тебя? Эр Фольминат скоро на покой уйдёт…

В последнем я сомневалась. Скорее, поверила бы, что хитрый гоблин переживёт большинство собравшихся здесь. Судя по возмущённому взгляду собственно, «уходящего на покой», он думал так же.

— Если королевство отправит меня на распределение в Бренгейр, непременно, — сдержанно ответила я.

— Ты уж попроси, чтобы направили, — посоветовал кто-то из толпы. — Эр Фольминат столько для тебя сделал. А богиня велит платить добром за добро.

С моей точки зрения, мы с уважаемым гоблином были как раз в расчёте. В его лавке я работала практически бесплатно, за скромные четыре серебряные монеты в неделю. Даже не пол-золотого! И те уходили на покупку составляющих для новых эликсиров и зелий. Если бы Маркус не договорился через кого-то из своих знакомых с практикантом высокомерного алхимика и тот не покупал бы мои эликсиры за полцены, чтобы выдать их за свои и продать уже дороже, пришлось бы просить родителей увеличить еженедельную сумму на карманные расходы.

Впрочем, они и так меня не обделяли. Это я хотела самостоятельности. А ещё — твёрдо знала, что хочу стать зельеваром. Как бабушка. Её именем назвали высшую школу зельеварения в столице. Собственно, это была ещё одна причина, почему я решила поступать в Фесс. Хотела доказать: я добьюсь своей цели без поддержки громкой фамилии и авторитета старшей родственницы. И втайне радовалась, что, во-первых, бабушка тщательно оберегала информацию о семье, и, во-вторых, я носила фамилию отца. Мало кто знал, что Оливия Гринвелл — внучка «той самой» Кассандры Идьяр. Только от Маркуса я этого не скрывала. Доверяла лучшему другу как себе. Бабушка, кстати, нашу дружбу одобряла. А родители, причём что мои, что Марка, спали и видели, как празднуют нашу свадьбу. И наши общие уверения, что мы просто друзья, не помогали. С другой стороны, в этом были плюсы: узнав, что Маркус тоже поступает в Фесскую академию, только на факультет боевой магии, родители без возражений отпустили меня в далёкий приморский город.

Первый шаг к самостоятельности был сделан — я без труда сдала вступительные экзамены в Фесскую королевскую академию и была зачислена на факультет зельеварения. Кстати, письмо с этой прекрасной новостью пришло накануне моего дня рождения, поэтому совершеннолетие я встретила почти студенткой. А бабушка вдобавок прислала ценный подарок — пухлую тетрадь с множеством рецептов самых различных эликсиров и зелий. В том числе, теми, изготовление которых без лицензии не поощрялось. В прилагавшемся письме отметила, что не сомневается в моём благоразумии, но при этом прекрасно осведомлена о моей же любознательности, потому избавляет от необходимости скупать неведомые рецепты у подозрительных личностей. И я небезосновательно считала это самым лучшим подарком. Уже предвкушала, как буду экспериментировать в лабораториях академии.

Марк тоже справился со своими испытаниями. Завтра утром нам надлежало прибыть в Фесс на официальную церемонию принятия в студенты. Собственно, к эру аптекарю я зашла попрощаться, в знак уважения и благодарности. И неожиданно оказалась в центре представления, целью которого было любой ценой взять с меня обещание вернуться в Бренгейр. Давать его я не собиралась. А гоблин тем временем снова завёл жалобный сказ о том, как без меня пропадёт и аптека и весь город и даже он сам. Ох, травы и минералы, дайте мне сил!

— Оливия! — раздался знакомый голос. Маркус, энергично работая локтями, протискивался сквозь толпу. — Битый час тебя ищу! Добрейшего дня, эр Фольминат. Я слышал, вы Оливию тут расхваливали на все лады. Знаете, с вашей стороны было бы крайне благородно подарить столь ценной помощнице малый алхимический набор в знак благодарности за добросовестные труды. Да и как студенту без набора? А уж мы добра не забудем.

— И то правда, — поддержали Марка собравшиеся. — Девочка-то умная, сами говорили. Чего не помочь?

Гоблин из зелёного стал пепельно-серым. Не иначе, вспомнил, сколько стоит малый алхимический набор. А друг тем временем добрался до меня, ухватил за руку и поволок за собой, продолжая тараторить:

— В общем, вы поразмыслите, а мы позже заглянем, у нас ещё много дел. Сами понимаете, завтра уезжать.

Аптекарь возражать не стал. Наоборот, махнул рукой, явно желая, чтобы мы поскорее исчезли. Когда речь заходила о деньгах, притом идущих не в карман эра Фольмината, а наоборот, гоблин становился прижимистей гнома.

— Умеешь ты влезть в неприятности, как коза в репей, — усмехнулся Марк, когда мы отошли от аптечной лавки на достаточное расстояние. — Зачем слушала этого сквалыгу?

— Меня пригвоздило к месту потоком лести, — фыркнула я в ответ. — Столько хорошего о себе узнала. Да меня впору в почётные горожане записывать.

Последняя фраза была сказана зря. Слишком пафосно она прозвучала. И уж конечно, Марк не упустил возможности зацепиться за неё.

— Какие, однако, странные мысли тебя посещают, — прищурился друг. — Опять пила подозрительные зелья? Без меня?!

Я лишь укоризненно покосилась на него. Сколько можно припоминать мне эту историю? И вообще, она была давно. Маркус проникаться не собирался, наоборот, сверкал белозубой улыбкой, радуясь, что в очередной раз меня поддел.

— Дорогой, если бы три года назад ты пил подозрительное зелье со мной, то мы вдвоём тогда щеголяли бы исключительно женской особенностью фигуры, — строго заявила ему в ответ. — Впрочем, если до сих пор мечтаешь о пышной груди, я отыщу рецепт.

Марк мечтательно прищурился и кивнул:

— Мечтаю… Только не на себе. И вообще, вдруг бы на мне то зелье сработало иначе? И щеголял бы я чем-нибудь другим, очень даже присущим мужчинам? Пусть пару дней, но всё же, всё же…

— Ага, бородой до пояса, — фыркнула я. — Пока действие эликсира не сошло бы на нет.

— Вредная ты, — пробурчал друг. — Так и норовишь сказать гадость.

— За восемнадцать лет от тебя научилась, — в тон ему ответила я.

Взвизгнула, когда Маркус резко повернулся, подхватил меня на руки и закружил. Прохожие понимающе посмеивались, обходя нас, лишь одна дама преклонных лет недовольно пробурчала что-то в духе: «В наше время молодёжь вела себя скромнее». Нет, пара из нас, безусловно, вышла бы красивая. Я, невысокая шатенка с приятными мужскому глазу округлостями в нужных местах, тонкой талией, голубыми глазами и изящными чертами лица, и Марк — широкоплечий сероглазый блондин. По нему сохла добрая половина девушек нашего городка в возрасте от пятнадцати до двадцати пяти и я подозревала, что это лишь цветочки. При этом бабником мой друг не был. Я знала всего о четырёх его пассиях, с которыми Маркус встречался в колледже. В остальное же время, несмотря на наши общие уверения в обратном, его «официальной» дамой сердца считали меня.

— Всю причёску растрепал! — ворчливым тоном заметила я, когда этот не обделённый силушкой тип наконец-то опустил меня обратно.

— Лив, не будь занудой, — весело подмигнул мне Марк. — Я не для того тебя спас из цепких гоблинских лап, чтобы ты сокрушалась по поводу причёски. Хотел обсудить с тобой одну шикарную идею.

— Мне уже страшно, — откровенно призналась я. — Когда ты с таким горящим взглядом заявляешь, что у тебя есть идея, это почти гарантирует массу грандиозных проблем в ближайшем будущем. — Помолчала немного и со вздохом добавила: — Давай, шокируй меня.

— Как ты смотришь на то, чтобы не возвращаться домой на оставшиеся две недели? — с хитрой улыбкой проговорил мой лучший друг. — Осмотримся на месте, изучим город, если повезёт, даже с преподавателями пообщаемся в неформальной обстановке… Я разузнал — в общежитие можно заселиться сразу.

— Отличная идея, — согласилась я. — Мама поддержит, кстати. А вот папа сойдёт с ума. Он до сих пор не смирился, что я поступила в Фесс, а не в Кинтану, под крыло к бабушке в столичную школу зельеваров. Его маленькая девочка — и совсем одна, без родных, без опеки и поддержки в огромном городе, полном соблазнов и опасностей...

— Что, так и говорит? — с хохотом перебил меня Маркус. — Оливка, ну хочешь, я тебя у него отпрошу? Пообещаю защищать и беречь. Даже поклянусь.

— Ага, и выйдешь из нашего дома моим женихом! — ехидно отозвалась я. — Папа уже изнамекался, что пора нам с тобой перестать притворяться и наконец-то признать правду.

— Признаю, — тут же согласился Маркус. — Как на духу: Оливка, ты для меня не просто подруга. Ты мне как сестра! Вот только почему-то родилась в другой семье.

— Я тоже тебя люблю, братишка, — улыбнулась я. — Мама как-то сказала, глядя на нас, что Дестиана вначале создала одного человека, а потом посмотрела на него, подумала: «Нет, эта личность совсем шизанутой вышла!» — и разделила на двоих. Так и получились мы с тобой.

— О да, такого счастья много не бывает, — кивнул друг. — В общем, мы договорились? Отца ты убедишь?

— А у меня есть выбор? — поинтересовалась я. — В крайнем случае, придётся ставить перед фактом. Главное, чтобы мама поддержала. Но я постараюсь быть очень убедительной.

— Я в тебя верю, — «успокоил» Марк. — Мы же команда.

— Мы банда, — поправила я. — Организованная ещё в самом юном возрасте. Зельевар и боевик с водной магией.

— Идеальная пара, — расхохотался друг. Посерьёзнел и добавил: — Хорошо, значит, завтра мы с отцом за тобой заедем. Он отвезёт нас к аэроэкспрессу, а дальше — четыре часа в воздухе, и здравствуй, Фесс! Признайся, Лив, ты уже чувствуешь запах новой жизни?

— Пока я чувствую запах свежих булочек с корицей, — отшутилась я и кивнула в сторону небольшой пекарни.

Её держала пара метаморфов. Вальяжный и важный Кот и круглолицая хохотушка-Зайка. Сама пухлая и мягкая, как булочка. Иных их ипостасей я не знала. Работать с тестом Зайка умела и любила, поэтому свежая выпечка разлеталась вмиг, как и полагалось горячим пирожкам и не только им.

— Намёк понял, — Марк подхватил меня под локоть и потянул в сторону пекарни.

На самом деле, он был прав. Я действительно чувствовала. Предвкушение чего-то нового, неизведанного, гигантской каплей воды дрожало на кончиках пальцев. Ещё секунда — и сорвётся, полетит вниз. Сердце замирало тревожно и сладко. Волнение и восторг смешивались в крови в причудливый коктейль, опьяняли, словно игристое вино. Завтра мы с Марком станем полноправными студентами, получим мантии и значки. Завтра начнётся новая, взрослая жизнь. Восхитительная, полная открытий, новых друзей, дорог и тайн, сумасшедших виражей, побед и поражений, падений и непременно следующих за ними взлётов. Я стремилась в неё всей душой и не боялась ничего. Знала: рядом со мной есть человек, который встанет плечом к плечу и поможет найти выход из любой неприятности. Особенно, если вход в неё мы отыскали так же дружно, как обычно. Я покосилась на Марка и поймала его понимающий взгляд. О, это будут пять незабываемых лет!

** *

Разговор с отцом, как я и предполагала, вышел непростым. Лишь с маминой помощью удалось убедить его отпустить меня в Фесс уже сейчас, не дожидаясь начала учёбы. Взамен пришлось взять подвеску для кошелька с охранным заклинанием. Навязывать мне другие украшения родитель мудро не стал. А я решила не спорить. Для папы я, как прежде, оставалась маленькой дочкой, которую следовало любить, холить, лелеять и оберегать. И то, что я недавно отметила совершеннолетие, его совершенно не смущало. Утром они с мамой вышли проводить нас, а заодно взять с Маркуса дополнительное обещание присматривать за мной и не давать в обиду. Отец Марка, эр Родерик, усмехаясь в пышные усы, заметил, что это спорный вопрос — кто за кем присматривать должен. И, в свою очередь, уже на вокзале, помогая достать из багажника чемодан с вещами, кивнул в сторону сына и попросил меня не позволять «этому оболтусу» вляпываться в неприятности.

Как обычно, все билеты на первый утренний рейс были проданы и свободных сидений в салоне аэроэкспресса не было. Впрочем, большинство пассажиров, заняв свои места, тут же доставали маски для сна или дорожные подушки и задёргивали шторки, чтобы спрятаться от утреннего солнца. Повезло: наши места оказались прямо напротив выхода. А ещё я порадовалась тому, что Марк, в отличие от меня, ранней пташкой никогда не был и без споров уступил мне место у окна. И все четыре часа, пока мой друг безмятежно дрых, я любовалась проплывающими далеко внизу синими пятнами озёр, голубыми нитями рек и бежево-серыми — дорог, зеленью лесов и казавшимися отсюда игрушечными домами. А когда на горизонте засверкала морская гладь, я не удержалась от восхищённого вздоха. Море меня зачаровывало. Признаться, это была вторая причина, по которой я поступала в Фесскую академию. Маркус шутил, что заразил меня любовью к своей родной магической стихии. Может, так оно и было… В любом случае, сейчас я просто любовалась и предвкушала, как нынче же вечером мы пойдём смотреть на закат и наслаждаться последними неделями свободы перед началом учёбы. Марк завозился рядом, потянулся, нахально оперся ладонью на мои колени и тоже прильнул к окну.

— Море... — выдохнул он. — Лив, я до сих пор не верю, что мы будем учиться в Фесской академии! Сюда же поступить едва ли не сложней, чем в столичные вузы! А мы справились.

— Сегодня получишь мантию и поверишь, — я улыбнулась.

— Поверю я, когда начнётся учёба, — хмыкнул друг. — Или вовсе — после первой сессии.

— Или после первого незачёта, — продолжила я мысль.

Маркус легонько ткнул меня локтем и беззлобно пожелал:

— Типун тебе на язык и дохлого мыша в кувшин с готовым эликсиром!

— Найду — отдам тебе на завтрак, — без раздумий отозвалась я и мы оба расхохотались.

Аэроэкспресс плавно снижался. Как всегда, легонько тряхнуло при приземлении. Продолжая перешучиваться, мы с Марком вышли на площадку. После уютного полумрака салона аэроэкспресса солнце казалось особенно ярким. Я даже прищурилась и прикрыла глаза ладонью. Маркус тем временем получил наш багаж и окликнул:

— Ну что, Оливка, пойдём покорять академию? Доберёмся порталом городской сети, насколько помню, там до центральных ворот буквально несколько шагов.

— Стой, шустрый! —усмехнулась я. — А чемоданы с собой возьмём? Вместо багажа знаний хоть какой?

— А что такого? — с искренним недоумением спросил Марк. — Оставим где-нибудь там. Например, у коменданта общежития. Нас ведь всё равно сегодня заселят.

Я едва сдержала желание закатить глаза. Порой друг рассуждал точно пятилетний ребёнок. Или делал вид, что так рассуждает, чтобы получить от меня порцию очередных нравоучений, а потом весело заявить — ха, опять повелась! И не понять было — когда придуривается, а когда и впрямь не соображает, что не так.

— Марк, — со вздохом произнесла я, — пожалей коменданта! Если таких умных, как ты, наберётся человек тридцать, он сможет построить себе из чемоданов неплохое укрытие на случай очередной войны. Думаешь, ему есть, где хранить столько чужого добра? Давай оставим в камере хранения здесь, на вокзале. Всё равно ведь собираемся гулять по городу после торжественной церемонии. Заселимся, заберём вещи и не будем никого напрягать.

Договаривая последнюю фразу, по хитрой физиономии друга поняла, что этот негодяй опять притворялся. Богиня, храни ту девушку, в которую он влюбится. Да его любая за такие шутки рано или поздно убьёт! Даже я иногда отравить мечтаю!

— Ха, поверила! — задорно усмехнулся он. И тут же отступил на шаг, выставив ладони перед собой: — Эй, я просто пошутил!

— Я тоже как-нибудь пошучу, — мрачно пообещала я. — Случайно перепутаю для тебя энергетик со слабительным и буду веселиться!

— Злыдня, — не проникся угрозой Марк. — Не перепутаешь. Ты меня слишком сильно любишь.

— Интересно, за что только? — покачала головой я.

— Вопреки здравому смыслу, — расхохотался Маркус и приобнял меня за талию. — Пойдём, моя строгая и серьёзная подруга. Время не ждёт!

Пару часов до начала церемонии принятия в студенты у нас как раз было, но я полностью разделяла желание Марка прийти в академию пораньше. Во время вступительных испытаний мы толком её и не рассмотрели. Не до того было. И сейчас планировали наверстать упущенное.

** *

Академия была огромной. Древнее здание из выбеленного временем, солёными морскими ветрами и ярким солнцем камня возвышалось на окраине Фесса, на высоком скалистом берегу. Толстые зубчатые стены, шесть башен с высокими шпилями, узкие стрельчатые окна-бойницы. Изначально этот замок строился как неприступный бастион, непреодолимая защита для врагов, приходящих с моря. И функцию свою он выполнял: ни разу за более чем семь веков существования замка Фесс не был взят. Но последняя кровопролитная война с нашим западным соседом — королевством Кодар — отгремела полтора века назад. А вскоре в замке разместилась Фесская королевская академия, и неприступный бастион стал ещё и оплотом знаний.

«Вечный мир» с Кодаром продлился лет пятьдесят, а после перерос, как в шутку называл это Маркус, в ожесточённое перемирие — примерно раз в полтора-два года кодарцы собирали армию и шли отвоёвывать у нашего Шиана приморский город Содейл, где находился главный храм Дестианы и её девяти Теней. Именно оттуда богиня и её Тени ушли в Лунный мир после того, как одержали окончательную победу над демонами Нижнего мира под предводительством коварной Мортены-разрушительницы. Причина конфликта была проста: в Шиане считали, что девять Теней — пять лордов и четыре леди, отвечающие за девять ветвей магии, — это помощники Дестианы, соседи же чтили их, как богов. И хотя никто не запрещал паломникам посещать Содейл в мирное время, кодарцы желали получить храм с навеки застывшими мраморными телами своего пантеона целиком и полностью.

Естественно, помимо храма западный сосед претендовал на крупнейший торговый порт на всём побережье, хотя кто там знает — что для них было первостепенным: вопросы веры или выгоды. Дальше Содейла на наши земли кодарцы не лезли. Чаще всего получали отпор, убирались обратно и затихали ещё на полтора года. Реже захватчикам удавалось на месяц или два закрепиться в городе, но наши маги неизменно выбивали их оттуда и возвращали святыню. И порт. Битвы проходили на пустоши, специально, чтобы ни порт, ни город, ни храм не пострадали. И конца этому локальному противостоянию не предвиделось. Собственно, факультет стихийной боевой магии Фесской академии готовил воинов, защитников наших границ и спокойствия жителей королевства, а практику будущие боевые маги проходили как раз в Содейле.

Конкурс на боевой факультет был высочайший — сто человек на место. И среди желающих сделать карьеру в силовых ведомствах Шиана достаточно молодая академия уже котировалась едва ли не выше профильного столичного университета боевой магии. Маркус грезил ею уже лет пять точно, а я ничуть не возражала поступать в Фесс вместе с ним. Тем более, факультет алхимии и зельеварения здесь был. Приостановившись, я залюбовалась его штандартом на одной из башен — колбой с эликсиром на золотом фоне. Маркус с таким же восторгом на лице смотрел на соседнюю башню, украшенной гербом его факультета — золотым кулаком в серой магической дымке на алом фоне.

— Пойдём, — я с сожалением оторвалась от созерцания здания и гербов факультетов. — За пять лет ещё налюбуемся.

Друг негромко вздохнул, нехотя отвёл взгляд от штандарта с эмблемой «боевиков» и кивнул. Ворота, как и во время вступительной кампании, были открыты для всех желающих. Мы прошли по широкой аллее, ведущей прямиком к главному входу, но, не доходя до него, свернули к арке, ведущей во внутренний дворик. В письмах о зачислении было указано, что церемония принятия в студенты пройдёт именно там.

Во дворе мы оказались не первыми. Там уже слонялось человек двадцать будущих первокурсников. Некоторые, не столь предусмотрительные, как мы с Марком, приволокли чемоданы с собой. На нас, прибывших налегке, они косились с завистью.

— Ни на что не намекаю, но в камерах хранения на аэровокзале ещё достаточно места, а до церемонии больше полутора часов, — негромко произнёс мой друг, проходя мимо одного из обладателей «чемоданного» настроения. — Мудрый человек не терял бы времени понапрасну.

Рыжий, словно лис, парень вспыхнул и вцепился в своё добро так, будто Марк собирался его отнять. Ещё и неприязненным взглядом вслед наградил.

— Умеешь ты располагать к себе людей, — тихо хмыкнула я.

— Плевать, — махнул рукой друг. — Умный послушает доброго совета, дурак оскорбится. — Покосился на меня и с ухмылкой предложил: — Давай, Оливка, расскажи мне, что непрошенный совет можно подать вежливо, как шубу в гардеробе, а можно хлестнуть им наотмашь, как мокрой тряпкой. По глазам вижу — хочешь!

— Ты справился без моей помощи, — усмехнулась я в ответ и, привстав на цыпочки, погладила Марка по голове. — Молодец! Сам накосячил, сам себе объяснил неправоту. Потрясающе самостоятельный парень!

— Мужчина, — снисходительно поправил меня друг.

— Чем докажешь? — прищурилась я. — Подтверждающие документы имеются?

Марк приобнял меня за талию и вкрадчивым полушёпотом осведомился:

— Письменные показания свидетельниц устроят? Могу собрать.

— Пошляк, — негромко фыркнула я на такое «заманчивое» предложение. — Я не об этом! Ты возрастом пока не вышел, мой развратный друг.

— И ничего не развратный! — шутливо возмутился Маркус. — Я был верен каждой из своих девушек.

— Молчи уж, герой-любовник, — тихо посмеиваясь, я ткнула его локтем в бок, высвобождаясь из объятий.

Марк позволил мне вывернуться, но лишь для того, чтобы сгрести поудобней. Привлёк к себе, легонько чмокнул в висок и предложил:

— Осмотримся? Не вижу смысла торчать в этом колодце здесь ещё полтора часа.

Замечание было метким. Внутренний двор академии действительно напоминал колодец, только не круглый, а прямоугольный. Мы вернулись к центральному входу, но в здание нас не пустили. Стоящий у дверей пожилой мужчина в форменной одежде заявил, что не видит магических меток, подтверждающих, что мы студенты, а письма с печатями академии не являются основанием для пропуска внутрь. Спорить с упрямым служащим и наживать себе врага не хотелось, поэтому пришлось отступить.

Обошли здание академии слева и остановились возле высокой ограды. В нескольких метрах от неё скала, на которой и стояло здание, обрывалась, а внизу плескалось море. Ветер был тёплым, влажным, пахнущим водорослями и солью. Трепал волосы, обвивал мою длинную юбку вокруг щиколоток. Мы замерли, любуясь тёмно-бирюзовыми волнами с белыми пенными гребнями и реющими над ними чайками. Шум моря завораживал даже меня, что уж говорить про Маркуса, оказавшегося так близко к родной стихии воды.

— Лив, ты даже представить не можешь, какая там мощь… — тихо произнёс друг, не отрываясь от созерцания. — Древняя сила, которая может стать верным союзником или же опаснейшим врагом, если окажешься недостоин. Знаешь, я понимаю мореходов…

Договорить он не успел. Откуда-то сверху прямо перед нами шлёпнулся хрипло каркающий дерущийся пёстро-чёрный ком перьев и покатился к краю скалы. Марк среагировал моментально. В воздухе было достаточно водяной пыли, чтобы собрать её в небольшую волну и в прямом смысле слова разлить развоевавшихся птиц. Воронёнка поменьше отбросило к ограде, вторая птица, крупная сорока, недовольно застрекотала и боком принялась подбираться к блестящей шпильке для волос, которую, похоже, выронила, получив незапланированный душ. Воронёнок распушился и злобно каркнул. Марк решил проблему радикально: заключил спорное украшение в водяную сферу и притянул к себе. Сорока разочарованно и обиженно затрещала, верно оценив свои шансы против человека, развернулась и улетела. Зато ворон уступать шпильку не собирался. Раскрыл клюв, растопырил крылья и угрожающе пошёл на Маркуса.

— Корвин! — отчаянно раздалось сбоку.

Из-за угла показалась невысокая рыжеволосая девушка в зелёной блузке и чёрных брюках. Торопливо подбежала к нам, упала на колени, просунула руки сквозь прутья ограды.

— Корвин, иди сюда! Как же ты меня напугал!

Ворон ещё раз рассерженно каркнул на Марка, а потом перелетел на руку хозяйки. Уцепился когтями за рукав, сдвинув ткань, и вякнул снова, раздражённо и требовательно. Проёмы между прутьями оказались достаточно широкими, чтобы незнакомка без труда вытащила обратно руку с гордо восседающей на ней птицей. Ведьма, нет сомнений. Тут захочешь — не ошибёшься. Рыжая, с широким браслетом из кожаных шнурков и бусин на запястье, да ещё и с фамильяром.

Маркус протянул ладонь, чтобы помочь девушке подняться. Та благодарно кивнула. Воронёнок перебрался на плечо хозяйки и пристально наблюдал за нами уже с него.

— Так полагаю, это ваше, — Марк протянул рыжеволосой шпильку.

Я мысленно закатила глаза, услышав в его голосе знакомые бархатные нотки. Кажется, мой непостоянный друг стремился очаровать юную ведьмочку. Видит богиня, этому блондинистому повесе куда больше подошла бы стихия воздуха!

— Моё, — кивнула рыжая. — Благодарю. — Не глядя, воткнула шпильку в растрёпанные волосы и с любопытством спросила: — А вы тоже на зачисление, да?

— А то! — подмигнул Марк. — Кстати, будем знакомы. Я Маркус, а это Оливия, моя подруга.

— Флорентина, — представилась ведьмочка. Погладила по перьям ворона: — А это Корвин, мой фамильяр.

Корвин покосился на нас с Марком чёрными бусинками умных глаз. Чуть склонил голову и нехотя, точно делая величайшее одолжение, каркнул ещё раз, но уже с другой интонацией.

— А он у тебя не говорит? — тут же полюбопытствовал мой неугомонный друг, моментально перейдя на «ты». — Вороны же умные птицы.

Корвин взглянул на Марка более благосклонно и приосанился на плече владелицы. Вся его поза словно говорила: усомниться в разумности воронов в принципе нельзя, но вы хвалите, хвалите, приятная правда неизменно радует.

— Фамильяры редко разговаривают в привычном смысле, — покачала головой Флорентина. — Мы общаемся… — Она запнулась, подбирая слово, покрутила в воздухе ладонью. — Мы общаемся иначе. Что-то вроде мыслеречи и образов. Хотя Корвин может разговаривать простыми фразами.

Маркус выжидающе уставился на ворона, явно ожидая, что тот сейчас что-нибудь скажет. Но фамильяр нашей новой знакомой молчал как рыба. Сама же юная ведьма весело хихикнула, прикрыв рот ладошкой, и пояснила:

— Со стороны Корвина это высочайший знак доверия. Он не со всеми моими родными разговаривает, не то что с теми, кого видит впервые в жизни.

Марк понимающе кивнул. Но я слишком хорошо знала его и успела заметить мелькнувшие в серых глазах огоньки азарта. Мой лучший друг обожал сложные задачи, а эта была как раз подходящей. С трудом сдержала смех. Бедный ворон! Напрасно Флорентина это сказала. Я могла поклясться своим котелком для зельеварения и бабушкиной тетрадью, что скорее реки повернут вспять, чем Маркус отступится от попыток разговорить Корвина. И для начала продолжит знакомство с его хозяйкой.

— До начала церемонии ещё больше часа, — произнёс Марк, подтверждая мои догадки. — Как насчёт выпить по чашке кофе или чая с пирожными? Кажется, я видел неподалёку от академии кондитерскую.

На меня взглянул лишь мельком. Знал, что я поддержу это предложение. От чашки хорошего кофе я никогда не отказывалась.

— В другой раз, — извиняющееся улыбнулась Флорентина. — Меня ждут… Рада была знакомству.

— Мы тоже, — уверила я. — Увидимся на церемонии.

Ведьмочка кивнула и торопливо, почти бегом, направилась прочь. Марк молча проводил её взглядом и повернулся ко мне.

— Ну хоть ты не дашь мне погибнуть голодной смертью ещё до того, как я стану студентом? — трагично произнёс он. Подмигнул: — Я угощаю. А вечером — к морю!

— Пойдём, голодающий, — согласилась я, негромко посмеиваясь.

Откровенно говоря, с удовольствием бы осталась здесь, у стены академии, до самого начала торжественного мероприятия. Но Марк был прав: лёгкий голод уже давал о себе знать, а сколько продлится церемония принятия в студенты, было неизвестно. К тому же, ещё предстояло заселиться в общежитие и сходить за вещами. А море от нас никуда не денется.

Глава 2

Торжественная церемония принятия в студенты оказалась неожиданно быстрой и короткой. Перед деканами стояли трибуны, на которых возлежали артефакты — небольшие антрацитово-чёрные каменные плиты с выемкой под ладонь — и в воздухе над каждым дрожал полупрозрачный символ факультета. Я думала, что камень будет холодным, но, приложив к нему руку, ощутила приятное тепло. Оно скользнуло по коже лёгкой шёлковой лентой, обвило запястье и рассеялось. Декан, статная женщина с едва заметными лучиками морщинок у глаз, приветливо улыбнулась мне, поздравила с зачислением и протянула металлический значок с гербом факультета. Ректор тоже не стал утомлять долгими речами. Энергично пожелал всем новоявленным первокурсникам успехов в учёбе, прекрасного настроения на остаток каникул и... отпустил. Я даже немного растерялась. Помнила, как директор колледжа разглагольствовал без малого полчаса, напутствуя выпускников. Морально готовилась к чему-то подобному и сейчас, но эр Фишенвел, наш ректор, уложился в пару минут.

А вот Марк, в отличие от меня, сориентировался моментально. Ужом протиснулся сквозь толпу, нахально приобнял меня и стоявшую рядом Флорентину и предложил:

— Ну что, красивые, айда заселяться в общежитие. А потом пойдём отмечать наш новый статус.

— Я бы с радостью, но не могу, — вздохнула ведьмочка, аккуратно высвобождаясь из неожиданных объятий. — У меня через час аэроэкспресс. А заселиться можно, вы правы. Есть шанс, что окажешься с кем-то со своего факультета. А если очень повезёт, то достанется блок с отдельными комнатами…

Корвин каркнул с отчётливой насмешкой и расправил крылья, словно собирался взлететь. Флорентина погладила его и закончила мысль:

— Но я бы не рассчитывала. Скорее всего, все блоки уже заняты старшекурсниками.

— Ну и ладно, — пожала я плечами. Почувствовала, как Марк легонько пощипывает меня за руку, поняла, на что он намекает, и поинтересовалась: — Кстати, Флорентина, может, попросим коменданта поселить нас с тобой вместе?

— Буду рада, — светло и открыто улыбнулась она. — И для друзей я Лора.

— Лив, — назвала я привычное мне сокращение.

— Марк, как несложно догадаться, — театрально шаркнул ногой мой неугомонный друг. — Премного рад и всё такое, надеюсь на долгое и приятное общение.

Всё бы ничего, но большую часть речи он адресовал не Лоре, а её фамильяру. Ворон не проникся, промолчал и покосился на Маркуса с нескрываемым ехидством. Я была готова поклясться на бабушкиной тетради — эта птица не заговорит с Марком из чистой вредности. Просто так. Но говорить об этом другу было бесполезно. По крайней мере, сейчас. Вот через месяца три, когда первый пыл немного утихнет, можно будет вернуться к этой теме.

Общежития были смешанными. Лора уверенно направилась к самому дальнему от академии, мы, переглянувшись, последовали за ней. Ведьмочка явно знала больше нас. Скорее всего, здесь уже учился кто-то из её родных или друзей.

Неприветливый лохматый комендант на просьбу поселить нас с Лорой вместе молча протянул металлическую пластину и велел:

— По очереди прижмите сюда ладони. Замок магический, считает и запомнит ауру. Пятый этаж, комната пятьсот три.

— А можно и меня где-нибудь по соседству поселить? — поинтересовался Марк. — Мы с Оливией дружим с детства и привыкли держаться вместе.

— Пятьсот пятая, — пробурчал комендант, протягивая пластину. Едва мы отошли, вполголоса добавил себе под нос: — От, молодёжь! Дружат они! А потом от такой дружбы жениться бегут, когда у подруг пузо на нос лезть начинает.

Марк насупился и замедлил шаг, явно собираясь развернуться и высказаться, но Лора успела вмешаться раньше, чем я. Подхватила его под руку и потянула к лифту. Уже там, когда двери с негромким шелестом закрылись и кабина неторопливо поползла наверх, проговорила:

— Не обращайте внимания. У эра Ричарда прозвище «Ворчун». Но он вовсе не такой вредный, каким кажется. Самый лучший из комендантов!

— Поверим на слово, — кивнул Марк, понемногу успокаиваясь. — Хотя если он ещё что-нибудь скажет насчёт нашей с Лив дружбы, не обещаю, что сдержусь.

— А тебе не всё равно? — звонко рассмеялась ведьмочка. — От пустых слов вреда нет. А от сглаза и порчи я тебе оберег могу сделать. Пусть себе болтают люди — у тебя кости чище будут.

— А у болтунов — зубов поменьше, — буркнул Марк. — Терпеть не могу тех, кто делает выводы на основе собственных больных фантазий! А оберег у меня вот, даже два, — он продемонстрировал сжатые в кулаки ладони, над которыми кружили два миниатюрных голубых смерча. — Для тех, кому недостаточно слов.

Флорентина хихикнула и заметила:

— Для водника ты слишком порывист. Обычно обладатели этой стихии поспокойней.

— Шторм хоть раз видела? — подмигнул ей Марк. — Я спокоен, но не тогда, когда кто-то цепляет близких мне людей.

— Запомню, — пообещала Лора. — И оберег всё-таки сделаю. Интуиция подсказывает, что так будет правильно. А я привыкла ей верить.

Маркус спорить не стал. Тепло улыбнулся и слегка склонил голову в знак благодарности. В самом деле, кто бы отказался от ведьминского амулета? Тем более, моему шебутному другу он и впрямь мог пригодиться.

Жилой блок мне понравился. Как и предсказывала Лора, отдельных комнат нам не досталось. Одна на двоих, зато достаточно просторная и светлая. Корвин спорхнул с плеча ведьмы, облетел комнату и опустился на изголовье кровати, стоящей слева от окна.

— Ты не против? — взглянула на меня Флорентина.

— Абсолютно, — уверила я.

Мне действительно было всё равно. И такие мелочи уж точно не стоили споров с новой соседкой.

— Отлично! — обрадовалась ведьмочка. Жестом поманила фамильяра и шагнула к выходу. — Всё, я побежала. Увидимся через две недели. Ты пока обживайся. — Подмигнула мне и добавила: — Если хочешь, зови своего парня в гости на это время, я не против.

— Мы с Марком просто друзья, — спокойно отозвалась я. — Знакомы с раннего детства. Он мне как брат.

— Да? — Лора на несколько секунд задумалась, а затем возликовала: — Так ты свободна? Это замечательно! Вернусь — непременно познакомлю тебя с лучшим другом моего жениха. А то Аскольд мне уже все нервы в путеводные клубочки смотал: познакомь да познакомь Шеда с кем-то. Думаю, он тебе понравится. Он неплохой парень. Всё, теперь точно побежала, а то сейчас заболтаюсь с тобой и совершенно опоздаю. Ещё наговоримся!

Буквально через минуту после её ухода в комнату ввалился Маркус. Как обычно, стуком себя друг утруждать не стал. Осмотрелся и с явным разочарованием констатировал:

— Лора уже ушла.

— Поражаюсь твоей наблюдательности, — хмыкнула я.

Марк сел на мою кровать, привалился спиной к стене и заявил:

— Злюка ты, Оливка. Одна сплошная вредность и ехидность. Нет в тебе, зельеварушка, ни капли сочувствия, ни грамма уважения к чужой беде!

— Сочувствие, друг мой, слишком ценный и редкий ингредиент, чтобы тратить его на всякие мелочи, — наставительно подняла я указательный палец. — Кстати, спешу огорчить тебя ещё сильнее: у Флорентины есть жених.

— Жених не муж, — фыркнул Марк. — И не стенка, можно подвинуть. — Взглянул на меня и тут же добавил, легко и непринуждённо: — Да шучу я. Как будто первый год меня знаешь. Лора интересная девушка, но что поделать, раз уже занята. Я корабль чужой любви в пучину тащить не стану.

В этом Маркус не обманывал. Он действительно никогда не отбивал понравившуюся девушку ради развлечения или на спор. Но сейчас я уловила в тоне друга тщательно скрываемые нотки разочарования. Похоже, ведьмочка за столь короткое время успела запасть ему в душу. В любом случае, я не собиралась указывать Марку, что ему делать и как дальше общаться с Флорентиной. Он был моим другом, потому я всегда выбирала его сторону.

— Познакомился с соседом? — спросила я, чтобы перевести тему. — Или ты пока единоличный владелец комнаты?

— Чьи-то книги стоят на полках, но соседа я ещё не видел, — пожал плечами Марк. — Наверное, кто-то со старших курсов, либо кто-то крайне шустрый. Хорошо бы, чтоб тоже боевик. Но похоже, познакомимся, когда начнётся семестр. Либо сосед, упаси богиня, у меня жуткий аккуратист, потому что кровать выглядит так, словно её только что заправили. — Поднялся, потёр ладони и заявил: — Так, подруга, поболтать можно и на ходу! Успеем ещё в комнатах насидеться. Вперёд, Фесс ждёт нас!

Я согласно кивнула. Пока спускались вниз, подумала, что непременно нужно спросить у коменданта, во сколько закрываются двери общежития. Вряд ли адептам можно гулять всю ночь напролёт. Но Ворчун, завидев нас, буркнул:

— Явитесь после полуночи — пущу только с письменного разрешения кого-то из профессорского состава. Иначе ночуйте на постоялом дворе.

И снова отвернулся, демонстрируя явное нежелание общаться. На наше дружное «спасибо» лишь недовольно хмыкнул. Но даже неприветливость коменданта не могла испортить нам настроения.

В дверях едва не столкнулись с кем-то из старшекурсников. Высокий парень с волосами цвета пшеницы равнодушно посторонился, пропуская нас. К рубахе был приколот значок с эмблемой факультета стихийной боевой магии.

— Огневик, — шепнул Марк, когда мы отошли от общежития шагов на двадцать.

— Откуда такая уверенность? — полюбопытствовала я, скорее, из вежливости, нежели из интереса. — Магия как-то по-особенному отреагировала?

— Оливка, меня поражает твоя ненаблюдательность! — посетовал Маркус. — Фоновый рисунок на значке в виде пламени. Явно сделан на заказ.

Ну, глазастый! Я даже цвет фона назвать не смогла бы, не то что такие мелочи.

— Прости, дорогой, мне как-то не пришло в голову так пристально пялиться на незнакомого парня, — пожала я плечами. И шутливо добавила: — А вот твой интерес к представителям твоего же пола меня настораживает.

— Не для себя стараюсь, — в тон мне ответил Марк. — Должен же я, как настоящий друг, заняться устройством твоей личной жизни. Между прочим, огневик очень даже подходящая пара для зельевара. Вот, допустим, понадобится тебе в походных условиях создать эликсир. Я обеспечу воду, а огневик — пламя.

— Осталось найти мага земли, который вырастит необходимые растения, и команда мечты готова! — усмехнулась я. — Или, в крайнем случае, светлую ведьму-травницу. Намёк ясен?

— Я подумаю над твоим предложением, — важно пообещал друг. — Список кандидаток жду… Допустим, через месяц. Устроим отбор на роль моей девушки! Как положено: с суровыми испытаниями. И на выбывание.

Я едва не споткнулась, услышав такое. Покачала головой:

— От скромности не умрёшь. И почему это для тебя отбор, а мне сватаешь первого встречного боевика?

— Должен же быть у девушек шанс, — очаровательно улыбнулся этот повеса. — А тебе я никого не сватаю. Не понравился этот, найдём другого. Главное, не расстраивайся и не нервничай.

— Я тебя точно когда-нибудь отравлю, — пообещала я.

Пыталась произнести это мрачно и угрожающе, но, как обычно, смех победил. Марк весело расхохотался вместе со мной и, приобняв за плечи, произнёс вкрадчивым полушёпотом:

— Не выйдет: такую ядовитую заразу как я ни одна отрава из трав не возьмёт.

— Шут, — с улыбкой отозвалась я. И предложила: — Заглянем на рынок. Он ещё не должен был разойтись. Бабушка говорила, здесь травы и редкие ингредиенты дешевле, чем в столице. Можно найти настоящие сокровища!

Друг понимающе усмехнулся. Судя по выражению лица, даже не сомневался, куда я предложу отправиться в первую очередь. Но не упустил возможности поддеть и притворно испугался:

— Так ты серьёзно? Лив, лепесток души моей, драгоценная пыльца с крыльев радужного мотылька, молю, не пои меня зельями подозрительными из трав заморских! Я тебе ещё пригожусь!

На сей раз я не удержалась и попыталась стукнуть этого шутника сумочкой. Марк легко увернулся, хохоча во всё горло. И тут же поднял руки вверх:

— Сдаюсь! Эй, международная конвенция запрещает издевательства над пленными и пытки!

— Там не написано, что нельзя бить особо наглых пленных сумочкой! — мстительно заявила я, всё-таки от души припечатав Марка пониже спины. — Тем более, я ещё не приняла твою капитуляцию.

— Так принимай! — потребовал друг. — Да поскорее!

— Размечтался, — я отступила на шаг. — Пленных кормить надо. Поэтому оставайся свободным. Мир, дружба и раздельная кухня.

Маркус разочарованно вздохнул. Похоже, всерьёз рассчитывал, что я куплюсь на столь явную провокацию. Проворчал:

— Вредная ты. Это незаконно — угадывать мои идеи раньше, чем я сам их сформулирую! Ладно, уговорила. Мир!

Я молча закатила глаза. Марк при любой возможности старался оставить последнее слово за собой. Вот и сейчас повернул всё так, будто это я предложила мировую, а он великодушно согласился. Одно слово — водник! Везде отыщет лазейку.

На рынке мы провели почти два часа. Я бы, словно зачарованная, бродила вдоль прилавков и дольше, но, во-первых, торговцы уже начали собираться, во-вторых, взбунтовался Марк. Заявил, что из-за горы свёртков он не видит, куда идти, вдобавок на год вперёд насмотрелся на сушёных головастиков, маринованных змей, жуткие цветы, воняющие, словно полуразложившиеся трупы, и прочую радость зельеваров и алхимиков и утащил меня прочь. Забрали вещи из камеры хранения, оставили их в общежитии и снова умчались гулять. Вечер встречали, как и собирались, на морском берегу. Лёгкий ветер доносил ароматы костра, ухи, жареной рыбы, цветов, которые в Фессе росли, казалось, повсюду. Но главенствовал запах моря. Мы сидели на нагретых солнцем камнях, ели какую-то мелкую, безумно вкусную рыбёшку, купленную у местных рыбаков, кидали косточки двум упитанным серым котам, вьющимся тут же, у ног. Пушистые вымогатели шли за нами от самого рыбацкого костра и, стоило нам наконец остановиться и развернуть громадный лист какой-то водоросли, в который был завёрнут наш нехитрый ужин, слаженно завопили, требуя свою долю. Шум волн расслаблял. И я не собиралась отказывать себе ещё в одном маленьком удовольствии. Поднялась, сбросила лёгкие сандалии, прошлась босиком по шелковистому тёплому песку. Подняла юбку чуть выше колен, чтобы не замочить, осторожно потрогала воду ногой. Марка я не стеснялась. За долгие годы дружбы он неоднократно видел меня в одной тонкой сорочке, когда очередная «гениальная идея», реализация которой никак не могла ждать, посещала его ночью и он, не теряя ни минуты, пробирался ко мне в комнату, чтобы лихорадочным шёпотом поведать о своей задумке. Претензии и упрёки были бессмысленны. Марк пожимал плечами и фыркал, мол, я на тебя не смотрю, а даже если бы смотрел, то чего я там не видел, угомонись, Оливка. Так что голыми коленками я бы его точно не удивила. С другой стороны, в таких внезапных визитах был несомненный плюс: я быстро отвыкла разгуливать по комнате неглиже и научилась одеваться бесшумно и быстро.

Вода ласково коснулась пальцев, пощекотала кожу. По волнам, и без того небольшим, пробежало голубоватое сияние, очертив прямоугольник, в котором моментально наступил полный штиль. Я обернулась, кивком поблагодарила Марка за заботу. Теперь волны разбивались о невидимую границу метрах в двух от меня, а сквозь прозрачно-бирюзовую воду виднелось дно — достаточно пологое, чтобы можно было без опаски зайти в море почти по колено. И медуз и прочих неприятных тварей, я не сомневалась, на «моём» участке не было.

Марк бросил котам остатки рыбы, сполоснул ладони в послушно дотянувшейся до него волне, взглянул на циферблат наручных часов. Поинтересовался:

— Лив, мы сегодня хотим ночевать в общежитии? Если нет, оплата комнаты с меня.

— Возвращаемся, — решила я. — Хочу разложить вещи.

— Так и знал! — вздохнул Марк. — Свёртки с травами-кореньями, мышиными хвостами и прочим счастьем зельеваров победили. Впрочем, я согласен: не будем злить ворчуна-коменданта в первый же день. Притворимся паиньками. — Поднялся, отряхнул штаны и энергично заявил: — Идём! У нас как раз полчаса, чтобы неторопливо прогуляться к ближайшему городскому порталу, а потом — к общежитию.

Комендант всё равно буркнул что-то нелестное, когда мы проходили мимо, хоть до назначенного им же времени оставалось целых десять минут! И мы были не последние, возле крыльца беседовала целая компания. Вряд ли у всех них были разрешения проходить в общежитие после полуночи. Кто-то из парней присвистнул мне вслед, но знакомиться в присутствии Марка не осмелился.

— Ох, чует моё сердце, Лив, будет у тебя ухажёров, как в море рыб! — хмыкнул друг, когда мы вошли в лифт. Погрозил пальцем: — Смотри, не выскочи замуж хотя бы до третьего курса!

— Ещё чего не хватало, — усмехнулась я в ответ. — Я сюда поступала, чтобы учиться и совершенствовать навыки и умения, а не личную жизнь устраивать. Сам не женись раньше времени.

— Ещё чего не хватало! — возмутился Марк, повторив мою же фразу. — Мне моя свобода слишком дорога. Тем более, я себе постоянную девушку-то выбрать не могу, а ты мне предлагаешь сложнейшее задание: определиться с женой. Нет-нет-нет, не раньше, чем закончу академию. А то и позже!

Прощаться с другом на нашем этаже я не стала. Не сомневалась, что он явится ко мне в течение часа. Так и вышло. Я даже вещи разобрать не успела. Марк пришёл буквально через полчаса, нахально разлёгся на моей кровати и принялся перечислять, куда нам непременно нужно успеть за оставшееся до начала учёбы время. Энтузиазма хватило бы на пятерых! Выставила я его ближе к половине третьего ночи, заперла дверь и провалилась в сон, едва накрывшись лёгким одеялом. Слишком много впечатлений принёс этот день. И грядущий обещал быть не менее насыщенным.

** *

Две недели пролетели, словно один миг. Дни слились в пёстрый калейдоскоп. Мы уходили из общежития ранним утром и возвращались лишь к полуночи. Ни с кем не познакомились — на это просто не хватало времени! Как шутил Марк, у нас был такой отдых, после которого требовалось ещё несколько дней, чтобы перевести дух и прийти в себя. Но итогами мы остались довольны. Помимо того, что успели познакомиться с городом, сумели договориться о подработке. Понимали, что стипендий, пусть и вполне приличных, на все наши задумки и хотелки не хватит, а просить денег у родителей ни мне, ни другу, совершенно не хотелось. Но если у Марка всё решилось быстро, в первый же день, то мои поиски работы были непростыми. Маркус, как и в Бренгейре, устроился вышибалой в один из ночных баров. Достаточно дорогой, чтобы туда не стекались матросы и рыбаки, но не настолько пафосный, чтобы привлечь компании молодых прожигателей жизни, считавших, что деньги их родителей решат любую проблему — вопрос лишь в цене. Оплата была не самой высокой, но этот минус компенсировался гибким графиком и тем, что бар был буквально в ста шагах от одного из городских порталов. К работе Марк должен был приступить в ближайшие выходные.

Я же решила начать с магазинов косметики и парфюмерии. Именно здесь я, как зельевар, могла показать все свои способности. В магазины, которые располагались на центральных улицах Фесса, даже соваться не стала, справедливо полагая, что там вряд ли согласятся взять на подработку первокурсницу. А козырять бабушкиной фамилией не хотелось. Не для того я поступала сюда, а не в столицу! Вот только в Фессе повторялась та же история, что и в родном Бренгейре. Либо все вакансии были закрыты, либо владельцы рассматривали лишь кандидатов с дипломами, лицензиями и опытом работы. И моё «аптечное» прошлое их не устраивало! Трое были согласны принять меня на практику в следующем году и, если она окажется успешной, вернуться к вопросу о подработке.

Когда число отказов перевалило за второй десяток, я приуныла. До начала учёбы оставалось три дня и запасной план — попробовать устроиться в аптеку — казался всё реальнее. Мысленно пообещала себе, что следующее собеседование с владельцем очередного парфюмерно-косметического будет последним. Нет, значит, нет. Попробую через год.

— Всё получится, — ободрил меня Марк.

Он словно почувствовал, как мне нужна его поддержка. Именно в этот момент. Не в первый раз, кстати говоря. Слишком хорошо мы друг друга знали.

— Получится, — я вздохнула и попыталась улыбнуться. — У меня ещё остаётся вся сеть городских аптек. А если и там ждёт провал, пойду официанткой в твой бар. По такому же графику.

— Тогда я буду следить исключительно за тобой, — рассмеялся Маркус. — Впрочем, хозяин явно будет не в обиде: популярность бара сильно возрастёт. Ты и так красавица, а уж в форменном передничке официантки будешь вообще неотразима! И чаевые будут литься рекой за одну улыбку.

— Да ну тебя, — отмахнулась я. — Что за фантазии?

— Оливка, я вообще-то мужчина, — снисходительно напомнил друг. — И могу авторитетно заявить: девушки в униформе вдвойне привлекают внимание и будоражат воображение.

— Так, хватит! — я выставила ладони вперёд. — Позволь мне остаться в блаженном неведении относительно того, какие именно картины с участием упомянутых девушек появляются в мужском воображении.

— Как будто ты не знаешь, — хмыкнул Маркус. — Не напомнишь, с кем я в свои далёкие юные тринадцать лет рассматривал одну интересную книгу в нашей городской библиотеке? Там про самые разные фантазии не только написано было, ещё и картинки прилагались. Цветные.

— Марк!!! — зашипела я, чувствуя, как теплеют щёки. — Это было давно! И неправда! И… и вообще, нас тогда быстро выгнали!

— Но главное-то мы рассмотрели, — нагло подмигнул мне друг. — Всё-всё, умолкаю, а то чую — снова получу сумкой, а она у тебя тяжёлая.

Шутливая перепалка отвлекла и развеселила меня, поэтому в очередной парфюмерный магазин — небольшой, расположенный в цокольном помещении, я спускалась в хорошем настроении и с улыбкой на лице. Маркус остался ждать снаружи.

Помещение было небольшим и светлым. На двух открытых стеллажах стояли небольшие пробники косметических средств. Третий стеллаж, чуть меньше и уже остальных, был отведён флаконам с духами. Мне повезло: магазин лишь несколько дней как открылся и за прилавком стояла сама владелица. Молодая женщина, лет на семь старше меня. Отчего-то, едва встретившись с нею взглядом, я поняла: сработаемся. Удача наконец перестала корчить мне издевательские рожи и одарила благосклонной улыбкой.

Через четверть часа я выпорхнула к томящемуся в ожидании Марку. Друг сразу всё понял по моей счастливой физиономии и одобрительно цокнул языком.

— Завтра оформим договор и со следующей недели можно приступать, — радостно поделилась я. — Правда, есть пара нюансов, но они не столь значительны, чтобы я отказалась от сотрудничества. Опыт есть опыт.

— Ну-ка, — заинтересовался Марк, — дай угадаю: владелец собирается платить тебе ещё меньше, чем платил наш любимый гоблин.

— Владелица, — поправила я. — Эрис Элизабет Уолкингтон. Не то что меньше… Всё зависит от меня. Сдельная оплата — пятнадцать процентов от продажи любого товара с магической составляющей. Зато при работе на заказ и под конкретный запрос мне достанется половина. Все расходные материалы при этом предоставит эрис Уолкингтон. Магический договор, так что всё будет честно.

Друг приостановился, искоса взглянул на меня. Светлые брови удивлённо приподнялись.

— И в чём подвох? — спросил он. — Я не так уж силён в экономике, но либо в тебе сомневаются, либо где-то есть грандиозное западло. Слишком привлекательные условия.

— У эрис Уолкингтон нет лаборатории, — со вздохом призналась я. — Только комната для фасовки. Вернее, лаборатория есть, но не у неё и не в Фессе. Она не отсюда. Вышла замуж пару лет назад, а у её супруга есть дальние родственники в пригороде. Они пересылают готовые основы, спиртовые вытяжки из цветов и трав, но всё без капли магии. А она здесь просто смешивает в нужных пропорциях. Но я уже придумала, как решить это небольшое неудобство.

— Будешь договариваться с преподавателями, — кивнул Марк.

Как всегда, с полуслова понял, к чему я веду.

— Именно, — подтвердила я. — Эрис Уолкингтон обещала написать прошение на имя декана, если потребуется. В крайнем случае, она готова возмещать четверть стоимости, если придётся арендовать лабораторию. Но я надеюсь, до этого не дойдёт.

— Я помогу, — вскользь бросил Марк. — Возьму на себя ещё половину арендной платы. Проверенный личный зельевар — мечта любого боевого мага. Тем более, исцеляющих эликсиров в ближайшее время точно будет уходить немало. И даже не вздумай спорить! Я всё сказал.

И прозвучало это так твёрдо, что я поперхнулась уже готовыми сорваться с языка возражениями. Друг тут же спас меня от приступа кашля, от всей души хлопнув по спине.

— Марк! — возмущённо просипела я. — Силушку-то богатырскую рассчитывай! Убьешь и не заметишь!

— Я аккуратно, — не моргнув глазом, парировал он.

— Аккуратно убьёшь? — уточнила я.

В ответ получила негромкий смех и ласковое:

— Язва.

— Терпи, — пожала плечами.

— Куда же я денусь, — улыбнулся Марк. — И ты от меня никуда не денешься. Извини, если сильно хлопнул. Спешил помочь. Мир?

— Мир, — согласилась я.

— Вот и прекрасно, — друг энергично потёр ладони. — Предлагаю отметить наш успех! Как насчёт морской прогулки? Бокал вина, ветер треплет волосы, а вокруг — вода, вода, сколько хватает глаз!

— Годится, — я одобрительно кивнула.

В общежитие мы едва успели. Весёлые и запыхавшиеся ввалились в двери за три минуты до полуночи. Но комендант, вопреки ожиданиям, никак не прокомментировал столь поздний приход. Он о чём-то беседовал с тем самым светловолосым парнем, которого мы видели в день заселения. Я узнала его по значку, когда старшекурсник повернулся.

— Добрывечр, — нестройным хором пожелали мы и направились к лифту.

Огневик подошел к нам через несколько секунд. Равнодушно бросил:

— Четвёртый.

— Нам выше, — ответил Марк за двоих. И, счёв момент подходящим, представился: — Маркус.

— Джаред, — прозвучало в ответ.

И вроде бы тон старшекурсника был вполне вежливым, но в нём отчётливо сквозило нежелание продолжать общение. И он даже не пытался казаться дружелюбным. А я достаточно себя уважала, чтобы не навязываться тем, кто не желает моего общества. Тем более, из показной вежливости. Поэтому промолчала. Захочет — сам спросит, как меня зовут. Ещё и на ногу Марку незаметно наступила, давая понять, что не надо меня представлять. Решение оказалось верным: Джаред никак не отреагировал на моё молчание. И продолжать беседу не стал. Вышел на своём этаже, а мы поехали выше.

— И что это было? — нахмурился Марк, глядя на меня. — Что за показательное пренебрежение всеми правилами приличия?

— Он первый начал, — буркнула я. — Подумаешь, какой важный. Я просто сэкономила время всем нам. И нервы.

— В принципе, да, — легко согласился друг. — Мне тоже показалось, что он не настроен беседовать. Всё, Лив, я передумал. Этого огневика из списка твоих потенциальных ухажёров вычёркиваем. Я тебе другого найду — весёлого и общительного. Это ледяное пламя мы размораживать не будем.

— Как скажешь, дорогой, — отозвалась полушутливым тоном. — А можно весь список посмотреть?

— А там пока только один вычеркнутый кандидат, — развёл руками Марк. — Потерпи пару недель, договорились? И не забудь, я тоже жду список кандидаток.

— Помню, — кивнула я. — Всё будет. Оправдаю доверие! Я же несу за тебя ответственность.

— Неси, — довольно согласился друг. — А я буду нести тебя.

И тут же подхватил на руки, благо, уворачиваться в тесной кабине лифта было некуда. Бодро пронёс по коридору и опустил на пол только возле двери в мою комнату.

— Спокойной ночи, Лив, — пожелал он, приобнимая меня за плечи.

— И тебе, — я обняла его в ответ. — До завтра.

— Уже до сегодня, — Марк отстранился и подмигнул. — Начало первого. Во сколько вы договорились встретиться с твоей нанимательницей?

— В девять, — я зевнула, прикрыв рот ладошкой. — Всё, пойду ложиться, иначе усну прямо так — стоя у стенки.

Друг понимающе усмехнулся, нахально взъерошил мне волосы, хохоча, уклонился от возмездия и отступил к своей комнате. Я слишком устала, чтобы за ним гоняться, потому лишь погрозила кулаком и пообещала припомнить. А утром меня разбудило воронье карканье. Флорентина шикнула на шумного фамильяра, но было уже поздно. Я проснулась.

— Привет, — сонно пробормотала я, садясь в кровати. — Вы что, ночным аэроэкспрессом добирались?

— Поездом, — ответила ведьмочка. — Ночным, да. Решила немного сэкономить. Прости, что мы тебя разбудили. Я просила Корвина вести себя потише, но эта вредная птица учитывает лишь своё собственное мнение!

— Ничего, — я зевнула ещё раз. — Мне всё равно пора вставать. Есть дела.

— Я тоже скоро убегаю, — сообщила соседка. — А вечер у меня свободен, наговоримся вволю!

Я согласно кивнула. Не стала уточнять, что в нашей вечерней встрече непременно примет участие Марк. Знала: друг прекрасно помнит о своём желании разговорить Лориного фамильяра и не упустит возможности познакомиться поближе и с ним и с его хозяйкой.

Глава 3

Вечером в нашей с Лорой комнате было тесно. На шестерых человек и одного шумного ворона, который стоил целой стаи, она точно оказалась не рассчитана. Марк пришёл с соседом, будущим целителем, а ныне таким же первокурсником, как мы. Андре был худым, высоким, с такой смоляно-чёрной шевелюрой, что казалось, будто его макнули в краску. Мечтал стать хирургом. На вопрос, как умудрился заселиться быстрее всех, вначале хитро отмалчивался, а потом признался, что по уважительным причинам не мог присутствовать на официальной церемонии принятия в студенты, поэтому получил значок и мантию чуть раньше. Парень был совершенно не в моём вкусе, зато он неплохо разбирался в травах, потому оказался вполне интересным собеседником для нас с Лорой.

Но вчетвером мы общались минут пятнадцать, не больше. После в нашу комнату постучали два метаморфа. Флорентина сдержала обещание и, не откладывая дело в долгий ящик, решила познакомить меня и со своим женихом и с его другом. Но если Аскольд, жених Лоры, показался мне вполне приятным и с ним я быстро нашла общий язык, то молчаливый Шедриан был классическим образцом метаморфа. Внимательно наблюдал за всеми присутствующими, в разговор не вступал, если спрашивали конкретно его — отвечал кратко. Одним словом, принюхивался и не спешил доверять. Протяни руку слишком резко — того и гляди, цапнет. Зато Аскольд трещал без умолку, по-моему, даже болтливого Марка заткнул за пояс. Если бы не глаза, блестевшие на свету расплавленным серебром, я ни за что не подумала бы, что он — метаморф. Впрочем, Аскольд, заметив удивление на лицах ровно половины присутствующих, охотно пояснил, в чём причина.

— Мои родители занимаются разработкой и испытаниями оборудования для подводных исследований и большую часть года проводят, мотаясь между лабораториями, корабельными палубами и батискафами, — произнёс он. — Моё рождение ничего не изменило, а лаборатории и корабли — не самое подходящее место для ребёнка. По сути, меня растила семья дяди. А тот женился на обычной девушке, даже не магичке. Как понимаете, именно тётушка Виолетт и её родители внесли основной вклад в воспитание маленького метаморфа, который подрос, возмужал и сейчас сидит перед вами. — Аскольд отвесил шутливый полупоклон и признался с искренней улыбкой: — Мне всегда было проще общаться с кем угодно, только не со своими. — Приобнял Лору и добавил: — Хотя одна вредная ведьмочка все три ипостаси мне вымотала, пока позволила хотя бы ухаживать!

Флорентина прильнула к нему и отшутилась:

— Вредность — основное качество для хорошей ведьмы, а я очень хорошая.

Мы с Марком переглянулись. Друг едва заметно кивнул и прикрыл глаза, мол, не слепой, всё вижу и понимаю: здесь ловить нечего, эти двое влюблены друг в друга по уши. Но я заметила лёгкое разочарование, мелькнувшее в его взгляде. Однако, оно тут же сменилось предвкушением, стоило Маркусу покоситься на Корвина. Ворон ехидно каркнул, но на всякий случай перелетел подальше.

— Всё равно заговоришь, — негромко пообещал ему Марк с предвкушающей улыбкой.

Аскольд, услышав это, хмыкнул и покачал головой:

— Марк, мне жаль тебя разочаровывать, но эта вредная птица за три года нашего знакомства ничего, кроме «кар», мне так и не сказала.

— Ты всё это время был занят прекрасной хозяйкой Корвина, а не налаживанием отношений с её фамильяром, — парировал Марк.

— Даже спорить не стану, — кивнул метаморф. — Потому в итоге Корвин терпит меня, а я его. Нам нечего делить. Мы оба любим Лору и отдадим за неё жизнь, если понадобится.

Он сказал это просто, даже буднично. Не рисуясь, не для того, чтобы произвести впечатление на кого-то из собравшихся. А я вспомнила услышанную где-то фразу, что метаморфы любят раз и навсегда. Потому и жениться предпочитали на себе подобных. Слишком тяжело переживали расставание. Поймала на себе пристальный взгляд Шедриана и поспешила разорвать зрительный контакт. Я не считала себя ветреной кокеткой, но перспектива прямо на первом курсе раз и навсегда определиться со спутником жизни не привлекала. Мало ли, что произойдёт, буду потом мучиться от угрызений совести всю оставшуюся жизнь, что я разлюбила, а он-то — нет. К демонам в Подземный мир такое счастье!

— Серьёзно всё у вас, — заметил Андре. — Но я вот что хотел спросить: правда, что в Фесской академии очень строгие правила?

— Не особо, — легко переключился на новую тему Аскольд. — Есть комендантский час — после полуночи нельзя шастать по учебным корпусам, полигонам и лабораториям без подписанного кем-то из профессорского состава разрешения. Но получить его не составляет труда, было бы желание.

— А за тем, чтобы это соблюдалось, тоже магия следит? — спросил Андре.

Метаморф расхохотался и покачал головой:

— Кто ж будет столько силы тратить на пустяки? Нет, по территории ходят патрули из старшекурсников, есть дежурный преподаватель, и этого достаточно. Дают возможность развивать полезные навыки: бесшумную ходьбу, маскировку на местности, в крайнем случае, быстрый бег. Не пойман — не нарушал.

— А за нарушения что грозит? — полюбопытствовал Марк. — Замечание? Выговор?

— Смотря, кому попадёшься, — ответил Аскольд и возмутился: — Шед, я один тут соловьём разливаться буду целый вечер? Твоя очередь отвечать! А то устроился в углу и притворился частью интерьера. Не выйдет!

Шедриан вздрогнул от неожиданности, метнул в сторону друга полыхнувший недовольством взгляд, но Аскольд лишь усмехнулся и шевельнул ладонью, поторапливая. Глубоко вздохнув, Шед сцепил ладони, откашлялся и нехотя буркнул:

— Замечание. Десять замечаний за год — выговор. Три выговора — отчисление.

— Разговорчивый ты наш, — хихикнула Лора. — Очень подробно и понятно. Аск, не тормоши его, пусть присматривается к новым людям. Расскажи сам. — Взглянула на меня и пояснила, будто персонально: — Шед всегда поначалу стесняется в новой компании. А потом будет болтать без умолку — не заткнёшь.

— Классический метаморф, хоть учебники с него пиши, — пошутил Аскольд. — А я — исключение, подтверждающее правило. Так, про выговоры и замечания Шед сказал. Но, сами понимаете, всегда можно договориться. Не со всеми, правда. Есть десятка два принципиальных, в основном, из боевиков. Вот их не уболтаешь: раз хватило дурости попасться, сдадут дежурному преподу.

— И с некоторыми преподавателями тоже можно договориться, — уверенно предположил Марк.

— С вашими нет, — Аскольд извиняющееся развёл руками. — Ваши боевики действуют строго по уставу. А остальных можно попробовать уболтать. Хорошо, если целители дежурят: словесным внушением всё и ограничится. Ведьмы и ведьмаки тоже замечание не впишут, они пошутить любят, порчу там кинуть или проклятье, чтоб квакал до утра, к примеру. Им интересно все амулеты и защиты обойти. Наши техники пошлют лабы убирать, рабочая сила всегда нужна. Алхимики, кстати, тоже, у них вечно бедлам. А у некросов лучше замечание просить, эти пакостники ещё изобретательнее ведьмаков! Вот вы хотите без применения магии закапывать зомби детской лопаткой на время? Или собирать в верной последовательности собачий скелет?

Меня передёрнуло от озвученных перспектив. А у Марка глаза загорелись таким живым интересом, что я едва не застонала вслух. Готова поставить котелок против дырявого медяка — если в ближайшее время не получим разрешение официально не соблюдать комендантский час, то с нашим везением будем попадаться исключительно принципиальным патрулям и преподавателям с факультета некромантии.

— Как, говоришь, разрешение получить? — задумчиво протянул Андре.

Похоже, этот парень тоже не горел желанием смирно сидеть в комнате, чем вызвал мою симпатию. Подружимся! Наш человек.

— Первый семестр вообще никак, — разрушил все надежды Аскольд. — Там общие дисциплины, знакомство с техникой безопасности и прочая скучная, но жизненно полезная инфа. Сдадите сессию — и можете искать основание для подачи прошения на кафедру или сразу в деканат. Работа, допустим, или ещё что-то в этом духе, желательно, близко к специализации. А чтоб до этого не влезли туда, где убьёт или покалечит, будете после полуночи сидеть в общежитии. Притом тихо. Тут из развлечений только читальная комната.

— А если работа уже есть? — Марк прищурился, словно сытый кот.

На мгновение в комнате повисла тишина, а потом метаморф одобрительно кивнул:

— А ты не промах. В деканате своём спроси, должны пойти навстречу. Умудрился же устроиться, обычно с едва поступившими и разговаривать-то не хотят.

О, с этим замечанием я была согласна целиком и полностью! Воспоминания о том, как меня чуть ли не с порога разворачивали с напутствием приходить через год-два, а лучше через три, ещё не успели потускнеть в памяти.

— Друзья, а давайте пить чай, — предложила Лора, поднимаясь. — Правда, у меня только две чашки…

— У меня одна, — покачала я головой. — Как-то не подумала взять про запас.

— Ничего, у меня целых пять, — успокоил нас Марк, поднимаясь. — Сейчас притащу ещё три. Могу одну подарить.

— Мне казалось, вчера у тебя было шесть чашек, — нахмурилась я.

— Оливка, это было вчера и неправда, — отмахнулся друг. — Ты же знаешь, у меня даже железные кружки не выживают. Не разобью, так случайно согну. Или потеряю.

— Если хочешь, я могу зачаровать твои чашки на неразбиваемость, — предложила Лора. — Мне несложно, правда.

— Боюсь, мне тогда станет слишком интересно, что можно разбить небьющейся чашкой, — расхохотался Марк.

— Вторую небьющуюся чашку, — неожиданно отозвался Шедриан. — Мы с Аском пробовали.

Флорентина аж подскочила. Упёрла руки в бока и возмущённо воскликнула:

— Вот так вы их дома забыли, значит? Две бессовестные морды! И не сказали ничего!

— Не хотели расстраивать, — легко признался Шед. — Но до этого я расколол твоей чашкой обломок ракушечника и десяток орехов. Как Аскольд испытывал свою, не знаю. Но со своей стороны подтверждаю, твои чары рабочие. Чашка и впрямь становится небьющейся.

— Извини, — Аскольд поднялся, обнял надувшуюся ведьмочку за плечи. — Нам и впрямь было интересно. Хочешь, помогу чай заварить?

— Обойдусь, — буркнула Лора.

Высвободилась и ушла на нашу небольшую кухню.

— А я всё равно помогу, — мягко улыбнулся Аскольд и направился за ней.

Марк умчался за чашками, а я осталась с Шедом и Андре. Метаморф снова рассматривал меня и от этого пристального, немигающего взгляда мне было неуютно. Хорошо, что Андре решил в отсутствие словоохотливого Аскольда расспросить его необщительного друга и засыпал Шедриана вопросами о том, как нарушать комендантский час и не попадаться, как пробраться в общежитие после полуночи и какие пары в первом семестре можно прогуливать без опасений. Похоже, у будущего хирурга были свои собственные взгляды на учебный процесс.

— Зачем поступал, раз сразу думаешь, где лазейки найти? — хмуро буркнул Шед.

Андре ответил спокойно и уверенно:

— Мне нужна практика. Я договорился, что буду бесплатно помогать врачам в лазарете для матросов.

— Мыть полы и убирать за больными горшки, — хмыкнул метаморф.

— Меня это не пугает, — пожал плечами Андре. — Лишь бы в операционную пускали. Хоть посмотреть, я пока о большем и не мечтаю.

Шед пристыженно замолчал, а я мысленно поставила целителю ещё один плюсик. Нам точно найдётся, о чём поговорить. Повезло Марку с соседом!

А потом мы пили чай и играли в «угадайку». Лора пожертвовала тетрадью и соорудила шесть бумажных корон. Темой выбрали предметы в комнате. По общему согласию, загадывал Аскольд, как наиболее пострадавший в этот вечер от расспросов. А предмет для него выбирала, конечно, Лора. Сама же ведьмочка пообещала, что Корвин не будет ей подсказывать. Фамильяр взлетел на плечо к хозяйке и согласно каркнул, подтверждая её слова.

Ох как мы повеселились! Фантазия у Аскольда была что надо. Никому он не написал очевидного предмета вроде шкафа или стола. Марку досталась статуэтка, Лоре — гребень, Шеду — книжная закладка. Я терялась в догадках, что же он написал мне. Смеялись и шумели до тех пор, пока Корвин внезапно резко и громко не каркнул. И в наступившей тишине услышали шаги в коридоре и стук в дверь.

— Ох, а время-то за полночь, — встревожилась Лора.

— Сиди, — Аскольд поднялся. — Я поговорю. Семестр, в конце концов, ещё не начался.

Он вышел из комнаты, плотно прикрыв дверь. Мне показалось, я услышала в коридоре знакомый голос. Разговор длился недолго, вернулся Аскольд меньше, чем через минуту. Один.

— Всё в порядке, — сообщил он. — Это не патруль. Нам просто напомнили о том, что с начала следующей недели за такой шум можно и замечание схлопотать. Это пока не все ещё приехали и заселились.

— А напомнил, случайно, не огневик? — уточнил Марк. — Что-то мне голос знакомый послышался.

— И мне, — кивнула я.

Аскольд удивлённо выгнул правую бровь. Склонил голову, рассматривая нас с Марком.

— Вы успели познакомиться с Джаредом?

— Ну, как познакомиться, — отмахнулся Маркус. — В лифте вместе ехали один раз. И он нам показался неразговорчивым. Не лифт, конечно. Джаред.

— Я бы удивился, если бы лифт заговорил, — хохотнул Аскольд. — Хотя у меня теперь есть одна идейка… А Джар не любит трепаться попусту. Кстати, я говорил про принципиальных ребят. Джаред как раз из таких. Не договоришься. Вообще. Если он в патруле, лучше отложить все вылазки и сидеть в комнате. Мимо него даже в зверином обличье не проскочишь.

На несколько секунд повисла пауза. А потом Марк махнул рукой:

— Разберёмся. Всё, давайте дальше угадывать, только тише. Лив, твоя очередь спрашивать.

Наши гости разошлись почти под утро. Марк утащил свои кружки, которые Лора всё-таки зачаровала. Опустевшая комната как-то сразу стала казаться больше.

— Как тебе Шед? — хитро улыбаясь, спросила Флорентина.

— Вроде нормальный, — пожала я плечами. — Пообщаемся дольше — скажу точно.

— Не зацепил, значит, — сделала вывод ведьмочка. — Но это ничего, меня Аскольд поначалу вообще бесил. Лис хитрый! Ходил вокруг, ходил, хвостом пушистым заметал следы, оглянуться не успела — а уже поймал!

— А третья ипостась у него какая? — спросила я, взбивая подушку.

— У Аскольда? — уточнила Лора. — Филин. А у Шеда куница и сыч.

— То-то он весь вечер хмурый сидел, — прыснула я. — Можно было догадаться.

Ведьмочка рассмеялась вместе со мной. И даже Корвин присоединился к нашему веселью. С Лорой я чувствовала себя неожиданно легко, словно мы были знакомы уже много лет, просто расставались надолго, а теперь снова встретились. Но не спешила доверять ей и рассчитывать на долгое и тесное общение. Слишком много раз обжигалась. Не приживались у меня подруги. Рано или поздно все начинали флиртовать с Марком и видеть во мне соперницу. А кое-кто изначально пробовал с моей помощью подобраться ближе к нему. Однако, сейчас я в глубине души надеялась, что мы с Лорой действительно подружимся. Видела, как она смотрит на Аскольда. Других мужчин для неё просто не существовало.

Но уже через несколько минут мне стало стыдно за эти мысли. Подумать только — радуюсь тому, что у Марка с Флорентиной ничего не выйдет! Я хорошо знала друга: раз уж он сказал, что не станет отбивать ведьмочку у её жениха, так и будет. К тому же, Аскольд оказался метаморфом. А они никогда не отказывались от своих возлюбленных. Сон растворился, будто кусок сахара в горячем чае. Я ворочалась с боку на бок, крутилась, как уж на раскалённой сковороде. Пошла бы каяться прямо сейчас, но справедливо подозревала, что, во-первых, сонный Марк не вслушиваясь, отпустит мне все грехи и перевернётся на другой бок, а во-вторых, пожалела Андре. Задремала буквально за час до будильника и поднялась совершенно не выспавшейся. Лора ещё дрыхла вовсю. Накрылась одеялом с головой, спасаясь от проникавших сквозь неплотно задёрнутые занавески лучей солнца. Корвин дремал на изголовье её кровати. Когда я встала, приоткрыл один глаз и шевельнул кончиками крыльев. То ли молчаливо поприветствовал, то ли таким образом попросил не шуметь. Я кивнула ему в ответ, накинула халатик и ушла на маленькую кухоньку. Настроение было поганым. От недосыпа, от осознания вины за собственные мысли, от маячившей переспективы неприятного разговора… Не чувствуя вкуса, выпила чашку кофе, однако ни капли не взбодрилась. Немного подумала, набрала стакан воды и вернулась в комнату. Достала из тумбочки флакон с энергетиком. Растворила в стакане пять капель прозрачного, тягучего, пахнущего гвоздикой и имбирём эликсира и залпом выпила полученный настой. Плечи моментально распрямились, сонливость и усталость исчезли без следа. На смену им пришли лёгкость и эйфория от нахлынувшей волны энергии. Но через несколько минут всё вернулось в норму. Я редко прибегала к столь радикальным методам борьбы с последствиями бессонных ночей, знала, что организм всё равно возьмёт своё к вечеру. Заряд фальшивой бодрости подойдёт к концу и хорошо, если я усну в своей кровати, а не начну дремать на ходу. С другой стороны, мой эликсир действовал не менее двенадцати часов, чем я очень гордилась, тогда как обычные энергетики требовалось принимать каждые четыре часа в течение дня, и притом не по пять капель на стакан воды, а в пропорции один к одному. И я была готова смириться с небольшим побочным эффектом в виде вечерней сонливости. Почему-то пока никак не удавалось устранить его или свести к минимуму, а идти за советом к бабушке я не хотела. Найти решение самостоятельно было интересней.

Марк вежливо поскрёбся в двери минут через двадцать, когда я успела не только одеться и причесаться, но и немного поскучать в ожидании. По традиции, дал «пять» и весело заявил:

— Я голоден, как акула. Пойдём завтракать! Уже неделю мы питались в столовой при общежитии. Еда была простой, но вкусной, свежей, сытной и недорогой. Пока спускались на лифте, я мучительно размышляла, с чего начать разговор с Марком. Как назло, ни одной идеи в голову не приходило. А друг тем временем разливался соловьём, вспоминая вчерашний вечер. Умолк лишь в столовой. А когда мы сели за столик, потребовал:

— Рассказывай.

— Да что там рассказывать, — я опустила взгляд в тарелку с тремя румяными сырниками, щедро политыми карамельным соусом. Тяжело вздохнула и призналась: — Я ужасная подруга.

— Не понял, — Марк нахмурился. Подождал несколько секунд и поторопил: — Оливка, не молчи как рыба. Я не море — если начну волноваться, это плохо закончится. Что произошло за несколько часов?

— Понимаешь, я вчера подумала, что мы с Лорой можем стать подругами, — тихо проговорила я. — Она точно в тебя не влюбится, потому что у неё всё серьёзно с Аскольдом.

— А, так я не возражаю, — махнул ладонью друг. — Всё, разобрались, приятного аппетита.

Он нацелился вилкой на сырник в моей тарелке, пренебрегая своим картофельным пюре с курицей, и я торопливо добавила:

— Ты не понял. Я обрадовалась, что у вас с Лорой ничего не получится, она не будет ревновать тебя ко мне и мы не поругаемся. Она же тебе понравилась.

Марк всё-таки украл сырник, с удовольствием прожевал добычу, промокнул уголок рта салфеткой. Склонил голову и несколько секунд молча смотрел на меня, а потом заявил:

— Лив, я так и не понял, на что я должен обидеться. Общайся на здоровье, Лора вроде бы неплохая девчонка. Кстати, раз уж у нас зашёл разговор, утоли моё любопытство: зачем тебе подруга? Что такого секретного ты не можешь обсудить со мной?

— Да хотя бы отношения с парнями, — ответила я, пресекая попытку под шумок утащить второй сырник. — Вилку прочь от моего завтрака!

— Вредина, — беззлобно буркнул Марк. — И вообще, что за дискриминация? Обсуждай отношения со своими парнями со мной! Я тебе, как мужчина, всю правду скажу, ничего не утаю. Что не так? Ты мне не доверяешь?

И произнёс он это с неподдельным возмущением. Похоже, на этот раз точно не валял дурака, искренне не понимал, в чём проблема.

— Скажи, мой драгоценный друг, а что ты сделаешь, если я в будущем тебе пожалуюсь на своего парня? — поинтересовалась я. — Допустим, мы с ним поругаемся и я вся в расстроенных чувствах явлюсь за поддержкой и советом. Твои действия.

— Завернуть тебя в плед, выдать чашку кофе и шоколадку, — без раздумий ответил Марк. — Пока будешь пить — сходить и набить морду тому гаду, который тебя обидел, чтоб неповадно было.

— А если я буду виновата? — уточнила я.

Друг с улыбкой покачал головой и заявил:

— Лив, радость моя, ты прекрасно знаешь, что в ссоре всегда виноваты обе стороны конфликта. Так что в любом случае буду вразумлять твоего парня.

— Добрым словом и кулаком, — подытожила я.

— Ну да, — кивнул Маркус. — А что не так?

Я лишь вздохнула и тихо рассмеялась:

— Марк, ты чудо.

— Я тебя тоже обожаю, сестрёнка, — расплылся в ответной улыбке Марк. И подмигнул: — Расслабься. Я в курсе, что не умею жалеть и утешать, как это принято у вас, девочек, с долгими разговорами и размышлениями. Но если тебе нужна будет моя помощь, плед, шоколад и кофе к твоим услугам. И бока обидчику с удовольствием намну.

Вот зараза белобрысая! Опять развёл меня, как ребёнка! Нет, я точно Марка когда-нибудь придушу.

— А если он окажется сильнее? — вредно уточнила я.

— Лив, я не понял, ты на чьей стороне, коварная зельеварушка? — возмутился Маркус.

— На твоей, — успокоила я его.

— То-то же, — удовлетворённо кивнул друг.

И снова нацелился вилкой в мою тарелку. Я отодвинула её подальше и мрачно заявила:

— Брысь от моих сырников!

— Нет сырников, нет соблазна ошибиться тарелкой, — нахально заявил Марк и подмигнул мне. — Намёк понятен?

Я не стала отвечать. К тому же, аппетит и впрямь наконец-то проснулся. Марк ясно дал понять, что не хочет выяснять, из-за какого пустяка я вдруг возомнила себя виноватой перед ним. А я достаточно ценила наше общение, чтобы не пытаться любой ценой отстоять единожды избранную точку зрения. Тем более, сейчас понимала, что накрутила себя на пустом месте. Не иначе, переволновалась из-за долгого поиска работы, кучи отказов, открытого пока ещё вопроса с лабораторией. А ведь впереди было ещё знакомство с преподавателями, однокурсниками… Я надеялась, что сумею найти общий язык и с теми и с другими, но до этого было ещё целых два дня, а неизвестность действовала на нервы уже теперь. Вздрогнула, почувствовав лёгкое прикосновение к руке.

— Эй, морская фигура, отомри, — весело скомандовал Марк. — Прекрати гипнотизировать кофе, он от твоего взгляда теплее не станет. У нас с тобой дар не тот.

— Ну почему же, если ты можешь заморозить воду, то, теоретически, при достаточной практике сумеешь и в пар её превратить, — возразила я. — Так что насчёт твоего дара я бы столь категорична не была.

— Теоретически, да, — согласился друг. — Практически — не факт… Охладить воду проще, чем нагреть. В общем, я могу сейчас завалить тебя формулами и выкладками, но сомневаюсь, что ты оценишь. Если совсем упростить, то тепло — это уже уже другая стихия. Можно работать и с ней, только результат будет слабый, а сил при этом на него уйдёт несоизмеримо много! Это как пытаться ехать верхом на морской черепахе по суше. В принципе, возможно, но зачем?

— Логично, — не стала возражать я. — Тут бы успеть за жизнь постичь тонкости своей магии, ещё в чужую лезть не хватало.

— И я о том же, — ухмыльнулся Марк. — Напомни, куда мы сегодня собирались, кроме рынка, где ты снова будешь по часу стоять у каждого прилавка и восхищаться редкими порошками из древесных мышей, настойками на рогах молодых ногокрылов, когтями изумрудных выдр и прочими жуткими штуками. На выставку артефактов, кажется?

Сбил со стола вилку и, тихо выругавшись, наклонился за ней.

— Да, — кивнула я. Допила кофе и поднялась. — Пойдём. Ой…

Сегодня был явно не мой день. Встала я слишком резко и как-то неудачно при этом дёрнула рукой. Чашка вырвалась из неё и, описав красивую дугу, полетела вниз. Остатки кофе вместе с гущей, разумеется, тоже выплеснулись. Я ничего не могла сделать. Беспомощно проводила взглядом чашку, летящую прямиком к столику через ряд. И ладно бы, за ним никого не было, но там сидела компания старшекурсников. Три девушки и двое парней. И одним из них был Джаред.

Старшекурсники среагировали моментально и слаженно. Джаред поднялся из-за стола одним плавным быстрым движением и с ловкостью мангуста поймал чашку, одновременно бросив какое-то заклинание в выплеснувшуюся из неё во время полёта кофейную гущу. Незнакомый парень, судя по всему, воздушник, выставил щит. Сухие крупинки кофе ударились в него, тонкой струйкой стекли вниз, собрались в миниатюрный вихрь и осели обратно в чашку. Всё не заняло и десяти секунд. Ни слова ни говоря, Джаред поставил чашку на свободный стол и легонько толкнул ко мне. Она проскользила по гладкой столешнице и замерла у края.

— Б-благодарю, — пробормотала я, осторожно берясь за ручку. — Извините.

Огневик едва заметно кивнул, а незнакомый воздушник с улыбкой отозвался:

— Ничего страшного, с каждым может случиться. Всё в порядке.

Старшекурсницы недовольно покосились на меня и наперебой принялись восхищаться отменной реакцией своих соседей по столику. Я их понимала, парни действительно заслуживали похвалы. Не зря они носили эмблемы факультета боевой магии. Марк тоже оценил и о чём-то задумался. Молчал, пока мы выходили из столовой, пока спускались с крыльца, пока шли по аллее к главным воротам. И лишь у них со вздохом признал:

— Знаешь, Лив, я бы не успел среагировать, даже если бы вилка не упала. В лучшем случае, смог бы остановить остатки кофе, там было достаточно воды.

— Ты себя недооцениваешь, — возразила я. — Мне кажется, ты успел бы.

— Нет, — покачал головой Маркус. — Я объективен к себе. Не успел бы. И это бьёт по самолюбию. Я понимаю, парни старше, наверняка уже имеют даже боевой опыт, но это не оправдание. Я был о себе лучшего мнения.

Он взъерошил волосы, глубоко вздохнул.

— Поздравляю, тебе есть, к чему стремиться, — утешила я его. Легонько толкнула плечом: — Эй, выше нос! Хочешь, вечером побросаю в тебя зачарованными Лорой чашками? Заодно проверим, действительно ли ты объективно оцениваешь свои силы или можешь больше, чем думаешь.

Марк попытался изобразить недовольный взгляд, но не выдержал и расхохотался. Не иначе, представил, как я и впрямь кидаюсь в него чашками. Сквозь смех выдавил:

— Лора не простит, если расколотим результаты её труда.

— У тебя будет стимул не уронить ни одной кружки, — подмигнула я.

— Умеешь ты поддержать, — хмыкнул друг. — И доброта твоя безгранична.

— Обращайся, — улыбнулась я. — Всегда рада помочь.

Настроение вновь взлетело к высшей отметке. Я твёрдо решила, что лимит неприятностей на сегодня исчерпан и дальше день будет радовать исключительно приятными сюрпризами. Так и получилось. Выходя с рынка, мы случайно встретились с Лорой и Аскольдом и дальше гуляли уже вчетвером до самого вечера. Корвин, по словам ведьмочки, был где-то неподалёку, но, как я ни высматривала фамильяра, так ни разу и не сумела его увидеть. Вернулись в академию ближе к полуночи. Лишь у входа в общежитие ворон спикировал откуда-то сверху и устроился на плече хозяйки.

Аскольд задержался переговорить о чём-то с нашим ворчливым комендантом, Марк пожелал спокойной ночи и ушёл к себе. Оказавшись в комнате, я опустилась на кровать и прикрыла глаза. Действие эликсира заканчивалось, я чувствовала, как тяжелеют веки и волнами накатывает сонливость. А вот Лора была полна энергии. Предложила снова устроить ночные посиделки и позвать Шедриана, но я сослалась на усталость и отказалась. Не обманывала: сил хватало лишь дойти до ванной комнаты и умыться перед сном. Ведьмочка не стала настаивать. Пожелала приятных снов, достала из ящика тумбочки толстую тетрадь в тёмно-зелёной обложке и ушла с ней на кухню, погасив в комнате свет. Я оценила тактичность соседки и, уже уплывая в сон, улыбнулась. Точно подружимся.

Глава 4

Первые месяцы учёбы пролетели незаметно. Казалось, буквально вчера мы с Лорой стояли возле расписания и изучали план расположения аудиторий, а сейчас большая часть семестра была уже позади. Ещё шесть недель — и наступит первая в жизни сессия. Переломный момент для всех первокурсников. Уйдут те, кто не сумеет сдать зачёты и экзамены по общим дисциплинам. А для оставшихся наконец-то наступит долгожданное время, когда на смену необходимой, но сухой и скучной теории придёт практика. Пока что нас ею не баловали.

Впрочем, я не жаловалась. Во-первых, эти месяцы оказались крайне насыщенными. Я не ожидала такого количества дисциплин! Теория магии, основы сложения магических заклинаний, плетения силовых потоков — от бытовых до боевых. Я могла полчаса перечислять названия всех предметов. И самым нелюбимым среди них была физическая подготовка. Я ненавидела эту дисциплину! И отчаянно завидовала одногруппницам с маленькой грудью. Моё «богатство» и активные физические нагрузки были категорически несовместимы. Я даже не пыталась уложиться в нормативы: ещё с колледжа знала, что это бесполезно. Мне давалось только плавание, по всем остальным пунктам был полный провал. Радовало одно — в конце семестра эта пытка должна была закончиться. Оставалось сдать зачёт и забыть всё это как страшный сон.

Во-вторых, лично у меня с возможностью практиковаться в зельеварении всё было прекрасно. Профессор Энтони Кардейл, преподаватель основ алхимии, дал мне разрешение на самостоятельную работу в лаборатории ровно через месяц после начала семестра. Правда, до этого устроил настоящий экзамен. Техника безопасности в лаборатории, вопросы по работе с опасными ингредиентами, утилизации неудачных эликсиров, перемещению и хранению удачных… Наше «собеседование» в этой самой лаборатории затянулось до позднего вечера. А потом ещё неделю я могла пользоваться оборудованием исключительно под наблюдением самого эра профессора, либо кого-то из младшего преподавательского состава. И лишь после того, как эр Кардейл убедился, что я действительно способна работать самостоятельно и не разнести при этом лабораторию, он выдал мне заветное разрешение.

С Марком в будни удавалось пообщаться лишь урывками, поздно вечером. И на выходных, в основном, у него на работе. Друг уставал не меньше меня и тоже недовольно бурчал на тему «лишних» дисциплин в расписании. Но с его точки зрения лишним было вообще всё, что не касалось боевых заклинаний и умения контролировать собственную магию.

Несладко приходилось и Лоре. Эмоциональная ведьмочка несколько раз даже плакала от усталости и бессильной злости на дурацкое расписание. Ей было особенно тяжело принять строгие правила академии. Ведьмы не признавали рамок и терпеть не могли ограничений. И, конечно, она первой получила замечание за нарушение режима. Причём, что обидно, от своих же. Пыталась договориться, но не вышло. Принципиальные четверокурсницы из тёмных ведьм не пожелали войти в положение. Сдали Лору дежурному преподавателю. И лишь через неделю ведьмочка выяснила, что одна из вредных старшекурсниц положила глаз на Аскольда. Нестандартный обаятельный и общительный метаморф пользовался повышенным женским вниманием. И особенно упрямых девушек совершенно не смущало, что свой выбор он уже сделал. Аскольда регулярно потчевали щедро сдобрённой приворотными снадобьями выпечкой, подсыпали на порог одурманивающие травы, подбрасывали амулеты, в общем, испытывали весь арсенал средств, которые могли заставить парня хотя бы ненадолго забыть о возлюбленной. Но эти усилия были напрасны. Острое обоняние позволяло Аскольду моментально определять посторонние примеси в еде или питье и находить подброшенные самыми настойчивыми девушками вольты и узелки с травами. К тому же, он и сам не пренебрегал защитными амулетами. В том числе, Лориного авторства. В общем, узнав о причине столь неожиданной принципиальности старшекурсниц, Флорентина жутко обиделась и задумала месть.

Верный Корвин сумел стащить из комнаты Лориных «врагов» заколку и платок, а потом ведьмочка почти две недели проводила вечера на кухне, строго-настрого запретив её беспокоить. Уносила с собой связки восковых свечей, раскладывала карты, такие старые, что даже рисунок на рубашке уже стёрся. После её ритуалов я видела в мусорном ведре уродливые гроздья оплавленного воска, хлопья пепла, скорлупу от яиц, почему-то чёрную внутри. Меня она в эти разборки не вмешивала, а когда я обеспокоенно поинтересовалась, не создаст ли она себе проблем, лишь весело рассмеялась и махнула рукой:

— Лив, за кого ты меня принимаешь? Я же светлая ведьма. Никаких пакостей, за которые мне может прилететь от деканата, клянусь. Я всего лишь незаметно расковыряю плотные слои защиты этих негодяек. Насквозь. А там и без меня найдётся, кому воспользоваться пробоиной.

— Страшная ты женщина, — покачала я головой. — Не слишком жестоко?

— Мне чужого не нужно, но и на моё пусть не посягают, — серьёзно ответила Лора, поглаживая млеющего от ласки Корвина. — За своего мужчину и за своих друзей я любого уничтожу. Пусть даже не лично. У светлых ведьм есть свои ограничения, это правда, но мы можем быть куда более неудобными врагами, чем тёмные. Как и зельевары, кстати. Ты тоже можешь доставить немало проблем тем, кто посмеет тебя обидеть.

— Я в этом плане куда более предсказуема, — хмыкнула я. — Как ты правильно заметила, моя стихия — зелья и эликсиры. Главное, заставить жертву их выпить. Или вдохнуть аромат.

— А для остального у тебя есть я, — подмигнула Лора. — Кстати, у тебя не найдётся эликсира для восполнения магических сил? Я немного выдохлась, а сегодня очень важный вечер: осталось пробить последний слой защиты у этих… принципиальных.

Эликсир был. С некоторых пор я готовила его постоянно. Не для себя, на продажу. Тщательно хранила в секрете пропорции и компоненты и вела строгий учёт покупателей в специальной тетради: не более одного пузырька в руки в месяц. Слишком частое употребление могло вызвать привыкание. А в одном флаконе помещалась ровно одна доза. Достаточно, чтобы поддержать себя в экстренном случае, но не более того. К моему счастью, подобные зелья не относились к категории лицензируемых, потому я могла готовить их в любых объёмах. Это приносило приятную прибавку к стипендии и зарплате. Огорчало меня лишь одно: целый раздел в бабушкиной тетради оставался под запретом! А там было столько интересного! Нет, я бы даже рискнула и сварила что-нибудь такое-этакое, сверхсложное, что позволялось лишь лицензированным зельеварам, но, во-первых, результат эксперимента в любом случае пришлось бы уничтожить, во-вторых, достать особенно редкие компоненты легально без лицензии было невозможно или проблематично, в третьих, стоили они слишком дорого. Оставалось надеяться, что на каникулах я уговорю бабушку взять меня в лабораторию и под её присмотром реализую свою мечту.

Лора залпом выпила содержимое флакона, поблагодарила меня и ушла на кухню. Я взглянула на часы и тоже начала собираться. Лаборатория должна была освободиться через десять минут, а мне в этот вечер предстояло немало работы. Порция антивозрастной эссенции для добавления в кремовые основы для магазина эрис Уолкингтон и несколько персональных заказов. В том числе, на духи с направленным эффектом очарования. Никаких приворотов, никакого жёсткого насилия над волей. Мужчине, который вдыхал созданный специально для него запах, хотелось продлить наслаждение ароматом, пусть даже неосознанно, и самым простым способом было пообщаться с хозяйкой чарующих духов. Тем более, это доставляло удовольствие. А дальше всё зависело исключительно от девушки. Сумеет развить интерес и превратить его в нечто большее — молодец. Не сумеет — что ж, я в любом случае ни при чём.

В комнату вернулась поздно ночью, крайне довольная собой. Всё получилось так, как задумывалось. Правда, я снова немного увлеклась, когда наполняла готовые основы магией, но это точно не могло навредить. Наоборот, теперь эффект обязан был проявиться быстрее. И в случае с антивозрастными эссенциями это было даже в моих интересах. У магазинчика эрис Уолкингтон за эти несколько месяцев появились постоянные клиентки, некоторые из них уже обращались с персональными заказами, и я надеялась на долгое сотрудничество. Может, наши парфюмерия и уходовая косметика с магической составляющей пока ещё не были лучшими в Фессе, но, несомненно, они были первыми в своей ценовой категории. За это я могла ручаться.

С духами тоже всё получилось. Флакончик со своим любимым ароматом мне дала заказчица, третьекурсница Гленда. Девушка училась на факультете боевой магии, владела стихией воздуха. Она очень серьёзно подошла к делу и, кроме нескольких волосков объекта своего интереса, каким-то чудом добыла кусочек ткани с каплей его крови. И своей тоже щедро набрала полную пробирку. Хватило бы на десяток эликсиров. Я практично предложила приготовить для неё что-нибудь ещё, но Гленда отказалась. И сейчас, когда готовое зелье было смешано с духами, а надёжно закрытый флакон лежал в моей сумке, я могла лениво поразмышлять о том, почему таким, как Гленда, вообще нужно прибегать к помощи усиленных магией ароматов, чтобы кому-то понравиться. Разве только для дополнительной уверенности в успехе. Воздушница была хрупкой невысокой блондинкой с прозрачно-серыми глазами. Милая, нежная, словно весенний первоцвет. Я видела, как парни смотрели ей вслед и терялась в догадках, кто же устоял перед природным очарованием Гленды. Впрочем, это было не моё дело. Я честно предупредила, что на метаморфов вроде Аскольда, уже встретивших свою пару, и просто по уши влюблённых парней аромат не подействует. Вернее, подействует, но на большее, чем дружеская беседа, рассчитывать не стоит. Гленда уверила, что её избранник не метаморф, как раз недавно расстался со своей девушкой и абсолютно свободен. Расспрашивать дальше я не стала. Помнила первое правило зельевара, которому учила меня бабушка: любопытство хорошо в меру, если дело не касается лицензируемых эликсиров. Вот в этом случае из заказчика следовало вытряхнуть всю возможную информацию. Ради собственной безопасности.

Патруль попался мне уже на подходе к общежитию. Два некроманта, курс четвёртый или пятый. Даже не пришлось смотреть на нашивки на мантиях: специализацию патрульных выдавали два призрачных пса, крутящиеся у ног хозяев. Старшекурсники мельком взглянули на документ, дающий мне право находиться вне общежития в ночное время, и отпустили. А вот три дня назад я немного задержалась в магазине, а на обратном пути, едва зайдя за ворота академии, повстречалась с двумя близнецами-ведьмаками. Едва отвязалась от них! То ли ребятам было скучно патрулировать территорию, то ли я им понравилась, но они решили проводить меня до общежития, а потом настойчиво зазывали на свидание. Хорошо, что Шедриан, незаметно явившийся откуда-то со стороны учебных корпусов, спас меня от назойливости ведьмаков. Теперь я была должна свидание ему. И метаморфа ничуть не смущало, что за время нашего знакомства я уже устала объяснять, что вижу в нём исключительно хорошего знакомого, не более того. Вот и в прошлый раз Шедриан пожал плечами и согласился: знакомые так знакомые. Почему бы двум добрым знакомым не выпить по чашечке кофе и не прогуляться по набережной? А я теперь не могла отделаться от параноидальной мысли, что ведьмаки испытывали моё терпение не случайно. Вряд ли Шед сам с ними договорился, он был далеко не таким общительным, как Аскольд, а вот тот вполне мог по-дружески помочь соседу. Правда, Лора уверяла, что её жених не вмешивается в наше с Шедрианом общение, и это рушило мою теорию заговора.

В этот раз метаморфа рядом не оказалось. Комендант чутко дремал у себя за стойкой. Приподнял голову, услышав мои шаги, узнал, что-то буркнул и потерял ко мне интерес. Я дождалась лифта, поднялась на свой этаж. На цыпочках прокралась к нашему жилому блоку. Из-под двери кухни пробивалась неяркая полоска света, густо пахло воском и травами. Лора ещё не закончила свои ритуалы. Хрипло каркнул Корвин, что-то звякнуло и покатилось, а затем раздалось монотонное бормотание. Я не стала беспокоить подругу. Сама терпеть не могла, когда кто-то отвлекал меня во время работы над эликсирами. Оставила сумку на тумбочке, умылась и легла спать. Рано утром, до пар, предстояло встретиться с Глендой, отдать ей духи, ещё раз объяснить, как их применять, и получить вторую часть оплаты. А вечером — в магазин, лично смешать в нужных пропорциях антивозрастную эссенцию с кремовой основой. И, самое приятное, забрать зарплату за прошлый месяц.

* * *

Утром собиралась тихо, стараясь не потревожить спящую Флорентину. Я не слышала, как соседка вернулась в комнату, но подозревала, что легла она поздно. И даже сейчас, во сне, Лора выглядела измученной. Под глазами залегли глубокие тени, на бледном лице выделялись скулы, обветрившиеся губы сжаты в тонкую линию. Верный Корвин дремал на спинке кровати, но чутко встрепенулся, услышав, что я встала.

— Всё хорошо? — тихо спросила я у ворона.

Корвин важно качнул головой и неожиданно перелетел на мою кровать. Опустился рядом с тумбочкой и требовательно стукнул крылом по выдвижному ящику. Там я хранила готовые эликсиры и снадобья.

— Эликсир для восстановления магии не дам, — тихо, но твёрдо заявила я. — Сам должен знать, что он на пользу Лоре сейчас не пойдёт. Разве что обычный энергетик могу оставить… Про побочки она в курсе.

Ворон утвердительно взмахнул крыльями, давая понять, что именно на это он и намекал. Я сходила на кухню, набрала стакан воды. Капнула в него энергетик и оставила на столе. Предупредила Корвина:

— Как проснётся — покажешь ей энергетик, а там сама решит, пить его или нет. Всё, я побежала, опаздываю.

Гленда уже ждала меня в условленном месте — возле читальной комнаты на первом этаже. В столь ранний час здесь было абсолютно пусто и тихо. Никаких лишних свидетелей. Воздушница сидела на подоконнике и смотрела в окно. Заслышав мои шаги, грациозно спрыгнула и с нескрываемым интересом и нотками лёгкого нетерпения в голосе проговорила:

— Доброе утро. Принесла?

— Доброе, — кивнула я. Протянула ей флакон с духами. — Концентрация моего зелья очень сильная, хватит одной, максимум, двух капель.

Гленда открутила пробку, осторожно вдохнула аромат. С некоторым изумлением отметила:

— Запах не изменился.

— Для тебя — нет, — подтвердила я.

Воздушница несколько мгновений помолчала, затем уточнила:

— Точно подействует? И как быстро?

— Как только тот, чьи волосы и кровь я добавила в зелье, вдохнёт аромат твоих духов, — терпеливо пояснила я. — У него возникнет желание находиться рядом с тобой. Достаточно мягкое, чтобы казаться естественным, но в то же время не настолько слабое, чтобы его проигнорировать. А дальше всё зависит от тебя. И помни про концентрацию — не больше двух капель.

— Помню, — отмахнулась Гленда. Достала кошелёк, отсчитала три серебряные монеты, протянула мне: — В расчёте?

Я кивнула, перекладывая деньги в свою сумочку.

— Прекрасно, — подытожила воздушница. — Надеюсь, результат и впрямь будет впечатляющий.

— Я в своих зельях уверена! — заметила я с лёгкой обидой.

— Это хорошо, — кивнула Гленда. — Если всё получится, я у тебя ещё что-нибудь закажу. Можно?

— Обращайся, — пожала я плечами. — Буду рада помочь.

Воздушница попрощалась и ушла, унося с собой флакон с духами. Я ещё несколько минут постояла возле окна, подставляя лицо тёплым солнечным лучам, а затем тоже неторопливо направилась в сторону выхода. В ближайших планах значились чашка кофе и плотный завтрак. А уж потом — всё остальное.

По расписанию сегодня была сплошная теория — целых четыре пары. Первые две прошли увлекательно: «Минералогия и свойства магических кристаллов» преподаватель читал одновременно для двух потоков — нашего и боевой магии. Мы с Марком уселись подальше от преподавательского стола и тихо-мирно играли в любимый «морской бой». Всё равно лектор не рассказывал ничего такого, чего не было бы в учебном пособии. А зачёт ставил исключительно за посещаемость, о чём предупредил на первой же лекции. Даже конспект не требовал. А вот за прогулы грозил реферат: объёмный, сложный и на темы, которые в учебнике затрагивались слабо. Проще было не прогуливать. Потому на этих лекциях явка была близка к стопроцентной.

Преподаватель что-то негромко и монотонно декламировал себе под нос, а студенты занимались своими делами. «Галёрка» спала, компания из шести человек, сидевшая двумя рядами ближе к кафедре лектора, играла в карты. Кажется, на щелбаны. Кто-то читал, кто-то переписывал конспекты по другим дисциплинам, в общем, народ не скучал. Мои одногруппницы уже привыкли, что на общих с боевиками лекциях мы с Марком садимся вместе и, кажется, несмотря на все уверения в обратном, продолжали считать нас парой. Однако, сегодня друг был рассеян, на губах его то и дело мелькала задумчивая улыбка. Хорошо знакомая, между прочим. И когда он в третий раз «выстрелил» в один и тот же квадрат, я не выдержала. Отложила лист с расчерченным игровым полем в сторону и потребовала:

— Рассказывай. Кто она?

— Кто? — Марк попытался изобразить удивление.

— Маркус, — я укоризненно посмотрела на него, — я тебя не первый год знаю, если ты забыл. И такая мечтательная улыбка на твоём лице возникает лишь в одном случае.

— Ну допустим, — неохотно согласился друг. Задумался ненадолго, потом решительно заявил: — А чего это я буду рассказывать? Пойдём со мной на выходных! Я тебе её покажу. И Андре позовём, если опять в свой госпиталь не уйдёт на всю ночь. Кто-то ведь должен проводить тебя обратно в академию. Андре, конечно, не самый надёжный вариант, но зная твоё отношение к Шеду, его точно просить не стану.

— Упаси богиня! — я поёжилась.

— Вот и договорились, — кивнул Марк. Щелчком подвинул ко мне мой лист: — Тогда продолжаем. Твоя очередь топить мой корабль.

Я не стала продолжать расспросы. Похоже, у друга опять всё было непросто с дамой сердца. И ведь, поганец, даже не смотрел в сторону тех девчонок, которым он нравился. Всегда выбирал недосягаемых, добивался их и… терял интерес примерно через месяц или два. Или не добивался, успевал остыть раньше. Но со всеми своими бывшими Маркус расставался легко, без ссор и скандалов. Может, потому до сих пор, при его обаянии и харизматичности, не обзавёлся репутацией бабника. Мне было даже интересно взглянуть на его новую пассию. И, чего уж таить, радовало, что он наконец-то окончательно поборол тягу к Лоре. Что бы Марк ни говорил, я слишком хорошо знала его и беспокоилась, понимая, что моментально вспыхнувшая симпатия к ведьмочке угасала медленно. А с ней ему точно не на что было рассчитывать.

* * *

Гленда была недовольна. Две капли духов не дали ожидаемого результата. Джаред едва перекинулся с нею несколькими словами и отошёл. Наверняка эта первокурсница что-то напутала, приукрасила свои умения и способности. С другой стороны, все алхимики и все зельевары лгали, как по нотам — складно и убедительно. Кто-то больше, кто-то меньше. Цена зелья у Оливии была привлекательной, а то, что не сработало сразу, не беда. Сама виновата — нечего было верить словам про мгновенный эффект и то, что хватит всего двух капель — по одной на каждое запястье. Такие мощные зелья уж точно стоили куда дороже.

А ведь Гленда изначально хотела нанести любимый аромат так, как привыкла. И на шею, и в ложбинку меж грудей, и на сгиб локтя… Она обожала купаться в облаке нежного запаха, а что такое всего две капли духов? Ни себе порадоваться, ни окружающим! Тем более, аромат был воздушным, ненавязчивым, лёгким, словно взмах крыла бабочки. Свежие нотки лайма, васильки в росе и нежность ванили. Гленда покосилась на сидящего в противоположном конце аудитории Джареда и решительно потянулась за флаконом. Она со второго курса мечтала встречаться с Джаром и сейчас, когда огневик расстался со своей блондинкой с целительского, была твёрдо намерена стать его новой девушкой.

Гленда встряхнула флакон, открыла, коснулась пробкой шеи, ещё раз провела по запястьям. Щедро капнула в декольте. Подумав немного, позволила капле духов упасть на мантию. Не то что она сомневалась в своей привлекательности, но когда дело касалось Джара, лучше было перестраховаться. Мало ли, вдруг парень не желает пока искать утешение в нежных объятьях? Надо подтолкнуть!

Через несколько минут Джаред обернулся и посмотрел прямо на неё. Пристальным, обжигающим взглядом. Явно заинтересованным. Гленда ответила ему очаровательной улыбкой и мысленно похвалила себя. Вот теперь совсем другое дело! Так и должно работать зелье очарования! До конца пары она ещё несколько раз ловила на себе взгляд огневика, а когда раздался удар гонга, возвещающий об окончании занятия, не спешила собирать вещи, а потом и вовсе «случайно» уронила конспект и все письменные принадлежности на пол.

— Ох, какая я сегодня неловкая, — покачала она головой, принимаясь поднимать упавшее, и бросила задержавшейся в дверях подруге: — Иди, Эмили, я догоню.

Джаред, к тихой радости Гленды, тоже никуда не торопился. Эмили бросила быстрый взгляд вначале на неё, потом на огневика, понимающе хмыкнула и вышла, прикрыв за собой дверь. Несколько минут до прихода следующей группы у них было.

Джаред подошёл, опустился на скамью рядом с ней,накрыл её ладонь своей и произнёс негромко, почти ласково:

— Немедленно дай сюда эту пакость.

Гленда изумлённо моргнула. Она ожидала услышать совершенно иное! Нервно улыбнулась, качнула головой:

— Не понимаю, о чём ты.

Тут же поняла, что сделала это зря. В зелёных глазах огневика на миг полыхнуло бешенство. Гленда инстинктивно попыталась отстраниться, но ладонь будто оказалась в капкане.

— О той дряни, которой ты намазалась, — пояснил Джаред с жестокой улыбкой палача. — И каждую каплю которой я чувствую на твоей мантии и твоей коже. Аромат, в источник которого мне хочется уткнуться, как коту в куст валерианы. А я, какая досада, крайне не люблю, когда на меня пытаются воздействовать. Поэтому сейчас ты отдашь мне флакон с этим демоновым зельем и скажешь, кто его создал. И времени у тебя немного. Я не собираюсь поддаваться притяжению, поэтому просто испепелю всё, на что попала хоть капля этой гадости. Сумка, одежда, волосы… Очищение огнём радикальная, зато очень действенная процедура. Ожогов не будет, это гарантирую. А вот как ты потом будешь добираться в общежитие, меня интересует мало. Считаю до трёх. Два.

— Бери! — Гленда выхватила из сумочки проклятый флакон.

Она даже не пыталась защититься с помощью магии. Знала, что Джаред окажется быстрее. А слов на ветер он не бросал. Тем более, в таком состоянии, как сейчас. Обманчивое спокойствие огневика ужасало. И сверкнувшую в ледяной зелени взгляда ярость Гленда тоже запомнила. Если Джар пригрозил испепелить одежду, так и сделает. И ничего ему за это не будет: вреда здоровью он, как и обещал, не причинит, а причина веская — попытка подавления воли. К тому же Гленда совершенно не желала приобрести репутацию любительницы приворотных зелий, которая неизбежно последовала бы сразу после публичной огласки всей ситуации. Проще было не спорить и признать поражение. В битве, конечно, не во всей войне за сердце Джареда Ферна. Пусть теперь достигнуть поставленной цели стало в разы труднее.

— Имя и адрес того, кто изготовил эту пакость, — потребовал Джаред, отпуская её ладонь и забирая флакон духов. — И не вздумай солгать.

— Да зачем это тебе? — пробормотала Гленда.

Не потому, что так сильно хотела защитить Оливию, скорей, оттого, что и впрямь не понимала: для чего Джару эта информация. Мало ли зельеваров в Фессе — до каждого не доберёшься.

— Гленда, моё терпение заканчивается, — ровным тоном напомнил Джаред. — И твоё время тоже.

— Оливия Гринвелл, первокурсница с алхимического, — выпалила воздушница, не рискуя больше испытывать судьбу.

Огневик кивнул и наконец-то поднялся. Глядя на неё сверху вниз, бросил:

— Избавься от этого запаха, иначе это сделаю я. В ближайшее время.

Гленда лишь судорожно кивнула в ответ. Выдохнула, лишь когда за Джаредом закрылась дверь. Руки мелко дрожали. Она ещё ни разу не видела Джареда в таком бешенстве. Ох, богиня, ещё легко отделалась… О том, что выдала имя зельевара, Гленда не жалела. Первокурсница сама виновата — обещала, что действие будет незаметным, а в итоге из-за её криворукости Гленда потеряла шанс быстро и с гарантией завоевать расположение Джареда. Впрочем, на себя она тоже злилась: могла бы не экономить на столь деликатном деле. На миг проскользнула мысль, что неплохо бы потребовать обратно оплату за некачественную работу, но воздушница отогнала её. Невелика потеря. Пусть эта Оливия себе успокоительного купит на три серебрушки. После разговора с Джаредом оно ей точно понадобится. Заодно отучится так бессовестно преувеличивать эффективность своих эликсиров.

Глава 5

Третья пара началась как обычно. Я пригрелась на солнце у окна и совершенно расслабилась. Вообще культурология не являлась обязательным для посещения предметом, преподаватель на первой же лекции объявила, что поставит зачёт за реферат. Но я не пропустила пока ни одного занятия. Слушать эрис Алексанну Вилфорд, самого молодого профессора в академии, было безумно интересно! Она обожала свой предмет, знала тысячу историй про всемирно известные скульптуры, картины и памятники архитектуры, вроде храма Дестианы и её Теней, и рассказывала их так, будто лично присутствовала при рождении каждого шедевра. Признаться, я была даже рада, что культурология и основы политологии у нас с боевиками читались параллельно, а не вместе. Марк точно не дал бы мне спокойно слушать лекции эрис Вилфорд. А так я получала огромное удовольствие, ловя каждое слово. Мне нравились люди, увлечённые своим делом, готовые говорить на любимые темы с горящими глазами, столь захватывающе, что время пролетало незаметно. Но в этот раз насладиться лекцией не удалось. Спустя буквально пятнадцать минут после начала пары в дверь постучали, а затем в аудиторию заглянул вихрастый парень и протараторил:

— Оливию Гринвелл просят зайти в деканат. Срочно.

Хм, интересно, и по какому же вопросу? Но когда я вышла в коридор, там уже никого не было. С другой стороны, вряд ли этот незнакомый юноша знал, зачем меня вызывают. Мысленно перебрала события последних двух недель. Да нет, кажется, нигде не накосячила. Тем более любопытно, зачем я им понадобилась.

Деканат находился двумя этажами ниже, идти к центральной лестнице я поленилась, тем более, боковая была ближе. Спустилась на половину пролёта и вздрогнула, услышав позади негромкое:

— Эрис Гринвелл, будьте любезны уделить мне несколько минут.

Обернулась и рефлекторно покрепче вцепилась в перила, увидев, кто меня окликнул. Джаред Ферн, тот самый высокомерный огневик, которого я случайно едва не облила остатками кофе в начале семестра. У меня не было причин ждать от этой встречи чего-то хорошего. Хотя, возможно, я слишком демонизировала огневика и не любила его за компанию с Лорой. Лично мне Джаред ни разу не встречался в патруле, а вот Флорентина однажды попалась, когда допоздна загулялась с Аскольдом в городе. Разрешения находиться за пределами общежития после полуночи у неё не было. Даже красноречивый метаморф не смог убедить принципиального боевика закрыть глаза на нарушение и не докладывать дежурному преподавателю.

— Простите, эр Ферн, я спешу в деканат, — покачала я головой.

— Напрасно, — холодно заявил огневик. — Вас там никто не ждёт. Мне нужно было выманить вас из аудитории, я сделал это самым простым способом.

А вот это заявление мне уже совсем не понравилось. Тон Джареда был спокойным, сам он тоже казался сдержанным и отстранённым, но я чувствовала его ярость. Не могла объяснить, почему, просто знала — боевик в бешенстве. И отчего-то его злость вызвала именно я. От разлитого в воздухе напряжения стало тяжело дышать, а волоски на руках поднялись дыбом. Хотелось развернуться и броситься вниз по лестнице, но я не могла сделать и шага. Замерла под властью тяжёлого взгляда зелёных глаз, точно прикованная.

— Я заинтригована, — проговорила наконец, переведя дыхание. — И о чём же вы так сильно хотите поговорить, эр Ферн, что не смогли дождаться перерыва?

— О зельях, эликсирах и прочих любопытных составах, — любезно пояснил Джаред, неторопливо приближаясь. — Вы ведь разбираетесь в них, не так ли?

С трудом отогнав неуместные ассоциации про перепуганную мышь и загнавшего её в угол кота, я всё-таки сумела побороть странное оцепенение. Спустилась до конца пролёта, прислонилась к стене и кивнула:

— Спрашивайте. Буду рада помочь.

Мысленно добавила: «И поскорее распрощаться». Я не чувствовала за собой никакой вины перед зеленоглазым боевиком, но его злость меня нервировала. А вежливый, спокойный тон, абсолютно не соответствующий его настроению, пугал.

— Замечательно, — удовлетворённо произнёс Джаред. Остановился передо мной и достал из кармана мантии до боли знакомый флакон с духами, который я буквально несколько часов назад передала Гленде. — Что это?

Вот теперь злость Джареда стала хотя бы понятной. Кажется, воздушница всё-таки переусердствовала с дозировкой. Только с какой стати боевик явился ко мне, да ещё с глупыми вопросами? Видит богиня, я с трудом удержалась от желания ехидно ответить: «Флакон с духами». Но, наверное, мой взгляд оказался слишком красноречивым, потому что Джаред недовольно дёрнул уголком рта и исправился:

— Согласен, неудачная формулировка. Что добавлено в эти духи?

— Зелье с эффектом лёгкого очарования, — честно ответила я. — Авторский рецепт. Изготовление подобных зелий не требует лицензии и не запрещено законами нашего королевства.

— Лёгкого очарования? — переспросил огневик, не скрывая сарказма. — И как оно должно действовать?

— А как подействовало? — в тон ему отозвалась я.

Как только я поймала себя на мысли, что оправдываюсь, хотя ни в чём не виновата, на смену настороженному опасению пришла здоровая злость. А сразу за ней — нездоровая наглость. В самом деле, а по какому праву Джаред задаёт мне вопросы? Пусть сам пояснит, чем недоволен и почему решил заявить о претензиях мне.

Боевик несколько секунд молчал, разглядывая меня. Я отвечала таким же прямым и уверенным взглядом. По крайней мере, надеялась, что уверенным, а не испуганным.

— Начнём с того, что оно вообще не должно было подействовать, — неохотно произнёс Джаред. — У меня хорошая защита от приворотных снадобий и ритуалов.

Ну вот, вскрылась ещё одна причина его плохого настроения. Я бы тоже негодовала, если бы амулеты не подействовали. Вот только здесь Джаред был совершенно не прав. Защита и не могла сработать.

— Это не приворотное, — пояснила я. — Приворот жёстко подавляет волю и внушает чувства, которых не существует. Действие зелья очарования схоже с влиянием феромонов, но в более мягкой и незаметной форме. Если совсем просто, то феромоны пробуждают сексуальное влечение, а то, что приготовила я, способствует выработке так называемых «гормонов удовольствия». Тому, на кого направлен аромат, приятно находиться рядом с его источником. Не более того. Желание вполне естественное, потому от этого удовольствия легко отказаться. Так что всё зависит от заказчика. Или заказчицы. Сумеет удержать и развить вызванный интерес — превосходно. Нет, значит, разговор будет коротким и продолжения не последует.

Джаред слушал внимательно, не перебивая. И по его лицу я не могла понять, о чём он думает. Знала от Марка, что будущих боевых магов учат контролировать свой гнев, и как раз огневикам уделяют особое внимание, но Ферн был вообще какой-то непробиваемый. А ещё он стоял слишком близко, буквально в шаге от меня. Сильный, уверенный в себе. И симпатичный, да. Я не назвала бы Джареда красавцем, у того же Марка черты лица были куда гармоничнее, но привлекательным — определённо. И опасным, словно тот самый огонь, частица стихии которого жила в нём. Может согреть, а может и испепелить. Защитить или уничтожить. А учитывая, что Ферн являлся достаточно известной личностью в академии, интерес Гленды к нему становился вполне понятен. Встречаться с сильным магом, который в будущем наверняка сделает блестящую карьеру, всегда считалось престижным. А в академии хватало девушек, поступивших с единственной целью: удачно выйти замуж. И я почти не сомневалась, воздушница была не единственной, кто мечтал влюбить Джареда в себя. Самыми различными способами: честными и не очень. Вряд ли огневик просто так, от нечего делать, озаботился защитой от приворотов.

— Понятно, — кивнул Джаред, поняв, что я не собираюсь продолжать пояснения. — Насчёт незаметности не соглашусь: сложно ничего не заподозрить, когда хочется содрать с, как вы, эрис Гринвелл, тактично выразились, заказчицы облитую духами мантию и уткнуться в ткань, жадно вдыхая запах. Уж не знаю, для кого вы готовили свою отраву… свои отвары раньше, но у меня таких естественных диких желаний нет.

Ах ты язва огненная! Как виртуозно и вежливо оскорбил! Я бы даже восхитилась, если бы не было так обидно. Хотелось ответить в том же духе, тем более, опыт перепалок на грани у меня был богатый. Правда, дружеских, но сути это не меняло. И всё же я ответила сдержанно:

— Нарушение рекомендаций по применению никого до добра не доводило.

В этот момент я почти гордилась своим самоконтролем и милосердием. Дала Джареду возможность признать ошибку, сохранив лицо. Но огневик лишь отмахнулся:

— Это мелочи. Давайте к делу: как можно нивелировать действие этого убийственно привлекательного зелья?

— Никак, — с затаенным мстительным удовольствием заявила я. — Впрочем… Вариант не дышать вас устроит?

В устремлённом на меня взгляде зелёных глаз полыхнуло недовольство. Но сейчас оно меня лишь порадовало. Так тебе и надо, эр самоуверенность! Первый начал хамить, я тут ни при чём.

— У меня есть другой вариант, получше, — холодно произнёс Джаред. — Вы перестанете готовить ваше авторское зелье, действие которого будет направлено на меня. Ничего личного, просто я крайне не люблю, когда меня пытаются к чему-то принудить обманом.

Ах так! А не слишком ли много он хочет? И прозрачное предупреждение я тоже уловила. Ну всё, сам напросился.

— Пожалуй, я могу пойти вам навстречу, — с милой улыбкой прощебетала я. Помолчала несколько секунд и припечатала: — Как только вы предоставите мне список заказчиц и неоспоримые доказательства того, что очаровывать они собираются именно вас. Ничего личного, просто я крайне не люблю, когда мне угрожают.

Ох, вот теперь Джаред действительно разозлился! Глаза полыхнули яростью, ладони на мгновение охватило пламя. Только меня в этот момент уже ничего не могло испугать. Отчего-то я была уверена — боевик достаточно контролирует свою магию и не причинит мне вреда. Шальной, весёлый кураж кружил голову. И я совершенно потеряла остатки осторожности, потому что решила окончательно оставить последнее слово за собой и заявила:

— Впрочем, могу дать один совет, эр Ферн: не разбрасывайтесь волосами и следите за тем, чтобы никто не добыл каплю вашей крови, слюны или пота. Тогда я банально не смогу изготовить зелье из-за отсутствия главной составляющей. И ваш страх оказаться под воздействием чарующего аромата исчезнет сам собой.

Джаред нехорошо прищурился, пронзая меня взглядом, а потом процедил сквозь зубы:

— С огнём играете, эрис Гринвелл. Не страшно? Быть со мной в нейтральных отношениях спокойней, чем в натянутых.

— Угрожаете? — осведомилась я таким же холодным тоном.

Боевик едва заметно мотнул головой и обронил:

— Предупреждаю. А вы делайте выводы.

— Я сказала всё, что считала нужным, — гордо хмыкнула я. — И продолжу готовить зелья на заказ. Я ничего не нарушаю.

— Все что-то нарушают, — пожал плечами Джаред. — Не все попадаются.

«И теперь я буду пристально следить, чтобы вы и впрямь ничего не нарушали, эрис Гринвелл», — читалось в его взгляде. На миг мне стало не по себе — во что я только ввязалась?! — но это чувство тут же исчезло. В крови бушевал адреналин, мешая адекватно оценивать ситуацию, а инстинкт самосохранения впал в кому.

— Вы узнали всё, что хотели? — уточнила я. Получив утвердительный кивок, продолжила: — Великолепно. На будущее: если у вас, эр Ферн, возникнет желание узнать что-то ещё, вы всегда можете пообщаться со мной на перерыве или после занятий. Я не прячусь. Не стоит прибегать ко лжи, чтобы выманить меня из аудитории. Иначе я могу решить, что вы избирательно относитесь к обману.

Вот теперь я была довольна! Раздражение, исходившее от боевика, стало почти ощутимым, а я насладилась очередной вспышкой злости в потемневших зелёных глазах. Яркой, особенно сильной. И почему-то именно она неожиданно привела меня в чувство, точно целое ведро ледяной воды, выплеснутое в лицо. Ох, богиня, что я творю? Зачем я вообще его провоцирую? Всё, пора заканчивать этот разговор и отступать, пока не наговорила ещё чего-нибудь лишнего. Хотя куда уж больше.

— На этом предлагаю закончить наш разговор, — протараторила я и шагнула вбок, к лестнице. Поднялась на несколько ступенек и добавила, обернувшись: — Лекция крайне интересная, жаль пропускать её. Всего доброго! Едва удерживаясь, чтобы не сорваться на бег, поспешила наверх. Выдохнула, лишь когда снова оказалась в коридоре, у двери аудитории. Какое счастье, что Джаред Ферн не стал останавливать меня и не попытался окликнуть. Только теперь осознание, что последнее слово осталось за мной, уже не радовало. А интуиция подсказывала, что я обеспечила себе проблему. Зеленоглазую проблему с волосами цвета мёда и огненным даром.

** *

Джаред смотрел вслед удирающей — именно удирающей, несмотря на попытку замаскировать бегство спешкой на лекцию, девушке — и пытался унять злость. Разговор пошёл совершенно не так, как он планировал. Джаред вообще не собирался пререкаться с Оливией. Хотел выяснить, что за зелье она добавила в духи, понять, почему на него не отреагировали ни амулет, ни защита, и узнать, как свести его действие на нет. Но беседа не задалась. То ли оттого, что раздражение, вызванное глупой попыткой приворота, ещё не улеглось, то ли потому, что демонов аромат всё-таки подействовал на него, то ли от всего вместе. А эрис Гринвелл оказалась ещё и язвительной. Обычно попытки дерзить не вызывали у Джареда ничего, кроме снисходительного взгляда или, в особо редких случаях, лёгкого недовольства. Но Оливии почему-то удалось чувствительно уколоть его своим острым язычком.

Понять, чем вызвана такая реакция, Джаред не мог, и это бесило вдвойне. А раз так, следовало разобраться, что такого в этой первокурснице. Приняв решение, огневик хищно усмехнулся. Провоцировала? Вот пусть теперь нервничает, ожидая его хода. А он понаблюдает со стороны. По крайней мере, это будет забавно. Мстить несговорчивой зельеварушке Джаред не собирался. В конце концов, она действительно не нарушала ни устав академии, ни закон. «Пока что…» Боевик нахмурился, пытаясь поймать мелькнувшую идею, но тут же отбросил эту затею. Нет, как бы заманчиво не казалось получить по уши обязанного зельевара, подставлять девушку он не желал. А вот присмотреть за ней и терпеливо дождаться, когда она сама по уши влезет в неприятности, было можно. В том, что Оливия Гринвелл рано или поздно не удержится и начнёт экспериментировать с эликсирами, на изготовление которых требовалась лицензия, Джаред не сомневался. Запретные разделы магии привлекали всех. Тем более, если знания и способность позволяли с ними работать. А у Оливии, судя по «авторскому зелью», с этим всё было в порядке. Оставалось лишь терпеливо ждать.

** *

Я никогда не умела долго расстраиваться и бояться. Вот и сейчас, осознав, что никто за мной не гонится, сразу перешла на шаг. Задержалась возле аудитории, глубоко вздохнула. Так, меньше паники, больше рассудительности. Я ни в чём не виновата и ничего мне Джаред Ферн не сделает. Ни-че-го! Особенно, если я буду старательно избегать встреч с ним в ближайшее время.

Но придерживаться выбранной тактики оказалось куда сложнее, чем я думала. До конца пар я и впрямь больше не видела огневика, зато крайне неудачно столкнулась с ним у крыльца общежития. Причём в прямом смысле. Я спешила на работу, по привычке на ходу копаясь в сумке и проверяя, всё ли взяла. Под ноги практически не смотрела. Столько раз уже спускалась и поднималась по этим ступенькам, что могла делать это с закрытыми глазами. Но не сегодня. Этот день явно был не моим.

Джаред о чём-то болтал со своими однокурсниками, облокотившись на перила. Вряд ли он нарочно подкарауливал меня, просто так сложились обстоятельства. Услышав знакомый голос, который предпочла бы не слышать, я вздрогнула, на миг отвлеклась, и этого оказалось достаточно, чтобы шагнуть мимо предпоследней ступеньки. Я на секунду потеряла равновесие, взмахнула руками, пытаясь устоять, и упустила зажатый в ладони флакон с омолаживающей эссенцией. Богиня, ну кто мне мешал проверить сумку в комнате?! Флакон взмыл вверх, красиво сверкнув синими гранями стекла. Я рванулась за ним, наплевав, что могу упасть. Потерять результат нескольких часов работы было обидно, а ступеням омолаживающие процедуры точно не требовались! Мир сузился лишь до сверкающей на солнце бутылочки. А потом как-то в один миг флакон перестал удаляться, перехваченный мужской ладонью. Вторая сильная рука обвилась вокруг моей талии, надёжно удерживая.

— Спасибо, — пробормотала я, продолжая тянуться за эссенцией.

Достать до заветной цели, которая продолжала сверкать на солнце всеми гранями, теперь мешала та самая рука, которая уберегла меня от падения. Опомнилась я, лишь когда почти легла на предплечье парня, а вдобавок ещё и приобняла «спасителя», чтобы точно не потерять равновесие. Отстранилась, поправила съехавший с плеча ремень сумки. В личности того, кто не дал мне некрасиво грохнуться с крыльца общежития, я не сомневалась. К сожалению, именно Джаред стоял ближе всех. Хорошо, что вообще потрудился подхватить меня, учитывая, как «мило» мы с ним поговорили.

— Обращайтесь, эрис Гринвелл, — отозвался огневик. — Всегда рад помочь.

— Постараюсь не злоупотреблять вашей любезностью, — покачала я головой.

В зелёных глазах Джареда мелькнули весёлые искорки. Он чуть склонил голову, рассматривая меня, и ответил:

— Ну что вы, эрис Гринвелл, меня это ничуть не затруднит. Приятно поймать красивую и умную девушку.

Намёк был слишком прозрачен, чтобы не понять, хотя со стороны фраза звучала абсолютно безобидно. Но мне совершенно не хотелось сейчас обмениваться репликами с двойным, а то и тройным смыслом. Особенно с ним. Пусть Ферн ищет себе другое развлечение.

— В этот раз вы поймали ещё и флакон, который я случайно выронила, — я указала на упомянутый флакон с эссенцией, который Джаред так и держал в руке. — Хотелось бы получить его обратно.

— Не сомневаюсь, — кивнул боевик.

И всё. Отдавать мне эссенцию он не спешил. Смотрел с лёгким прищуром и чего-то ждал. А я тоже молчала, не желая оказываться в роли просительницы. Если хочет чего-то потребовать в благодарность за свою помощь, пусть говорит первым.

— Джар, да отдай ты девушке её духи или что это там такое, — не выдержал один из его компании — смуглый парень с коротким «ёжиком» чёрных волос и светло-янтарными глазами. — Тебе-то зачем?

— Учитывая, что это эссенция от морщин, думаю, вашему другу она и впрямь пока что не пригодится, — согласилась я. — Вот лет через двадцать, может, двадцать пять — возможно. Но здесь концентрат, его ещё нужно смешать с основой в правильных пропорциях, чем я и планирую заняться на работе.

— Очередное зелье с лёгким и незаметным эффектом? — хмыкнул Джаред, рассматривая флакон так, словно на стекле вот-вот должны были проступить тайные письмена.

— Хотите испытать? — сладким тоном осведомилась я. — Приятно, что вы так интересуетесь моими наработками, но давайте выберем что-нибудь другое. Эффект этого зелья вы всё равно не ощутите.

Смуглый парень расхохотался и хлопнул себя по бёдрам. Весело поинтересовался:

— Джар, а в каких местах ты собрался убирать морщины? Мне крайне любопытно. Показывать не надо, просто скажи.

— Много будешь знать — скоро состаришься, — под общие смешки невозмутимо отозвался Джаред. — И обзаведёшься теми самыми морщинами.

Он наконец-то протянул мне эссенцию. Я внутренне была готова, что всё равно не отдаст. Отдёрнет руку в последний момент, вынуждая снова тянуться за ней, потребует чего-нибудь взамен, да мало ли, что могло прийти ему в голову? Но огневик не стал размениваться на мелкие пакости. Сам вложил флакон в мою ладонь, и я вздрогнула от контраста прохлады стекла и жара его кожи. Пробормотала очередную благодарность и торопливо зашагала прочь.

— Симпатичные в этом году зельевары, — донеслась до меня реплика кого-то из компании Джареда. — С такой милашкой и я бы что-нибудь сварил. Прямо чувствую, как просыпается интерес к травкам-муравкам и прочей ерунде.

Что ответили этому любителю зельеваров, я уже не слышала. Ускорила шаг, чувствуя, как взволнованно стучит сердце. Я была не готова к этой встрече! И к тому, что упаду в объятья Джареда, тоже. Вернее, я сама обняла его за поясницу, когда тянулась за флаконом, но сути это не меняло. Пообещала себе впредь быть внимательней и не попадать в глупые ситуации. По крайней мере, всеми силами стараться их избегать. Интуиция подсказывала, что так легко точно не отделаюсь, но я выбросила дурные мысли из головы. Я не собираюсь варить запрещённые зелья? Не собираюсь. До летних каникул точно, а там поеду к бабушке в гости и… Мечтательно вздохнула. Скорей бы летняя сессия! И ничего, что ещё зимней не было. Планирую нарушать устав академии и при этом попадаться? Не планирую. Вот и незачем себя накручивать. А продумать, как заставить клиенток соблюдать дозировку, было бы неплохо… Расписки с них брать, что ли? Или выдавать письменные инструкции, а не словесные?

Погружённая в размышления, даже не заметила, как дошла до портала, а после и до магазинчика. А там меня захватили уже совершенно иные заботы. Пришлось задержаться за полночь, но я ни капли не огорчилась. Спрос на косметику с магической составляющей увеличивался, постоянные клиентки были готовы платить за оперативность и расширение ассортимента, а значит, росла и моя зарплата. И, к чести эрис Уолкингтон, она не пыталась обмануть меня или предложить работать за более скромный процент.

Глава 6

Вопреки ожиданиям, этой ночью я с Джаредом не столкнулась. Хотя была готова к тому, что он окажется в патруле. У ворот стояли две ведьмы и колдун, кажется, все с четвёртого курса, и оживлённо о чём-то болтали. Лениво смерили меня взглядами, после одна из старшекурсниц махнула рукой, позволяя идти дальше. Даже разрешение доставать не пришлось. Уже не впервые, между прочим. У меня были два возможных объяснения этому факту. То ли я внушала доверие, то ли, что вероятней, те, у кого не было разрешения находиться вне общежитий после полуночи, не пытались вернуться в академию через центральные ворота, а искали обходные пути. Первое грело душу, зато второе казалось более реальным. Но спрашивать у патрульных о том, какая из догадок верна, я не стала. Спешила в комнату, поскорее умыться и лечь спать. День, хорошо начавшийся, но не очень хорошо продолжившийся, к своему завершению вновь стал прекрасным. По крайней мере, у меня были основания так считать.

О том, что с выводами поторопилась, поняла, едва открыв дверь в наш с Лорой блок. С кухни густо тянуло травами, а ещё оттуда доносились всхлипы. Я рванулась туда и застыла при виде заплаканной ведьмочки. Куда только делась её шикарная рыжая коса? Волосы были подстрижены ассиметрично, причём с левой стороны короче, чем у большинства парней, почти наголо. Лора что-то варила в котелке и отчаянно рыдала.

— Ты что с собой сотворила? — воскликнула я, когда ко мне вернулся дар речи.

— Эт-т-то не я-а-а, — гнусаво провыла Лора, подняв зарёванное личико. — Эт-то всё Ко-о-орвин!

Ворон сидел тише мыши на шкафчике, и если бы соседка не ткнула пальцем в его сторону, я бы не сразу заметила притаившуюся птицу. Виноватым фамильяр не выглядел, разве что совсем чуть-чуть. Тем временем Флорентина, продолжая всхлипывать, рассказала о своей трагедии. Решила немного подровнять кончики волос, зашла в любимый модный салон красоты, где стриглась постоянно, а Корвин решил подшутить над новым мастером и громко каркнул над ухом, когда та только примерялась к Лориной шевелюре. Водилась за вороном такая «милая» привычка. Испуганная девушка дёрнулась, щёлкнула острыми ножницами и… отхватила под самый корень прядь, которую держала в руке. Хорошо, что не поранила Лору. Обе страшно перепугались, мастер сразу бросилась звать более опытных коллег, но спасти волосы не удалось. Единственное, что смогли сделать работницы салона, превратить обкорнанную шевелюру в более-менее приличную причёску. Бесплатно, разумеется. Но Флорентину это ни капли не утешило. За время сбивчивого рассказа, который то и дело прерывали рыдания, я присмотрелась к ней и решила, что причёска, хоть и непривычная, ведьмочке очень идёт. Работницы салона красоты постарались на славу. А вот Лора не считала новый образ удачным и сейчас варила зелье для роста волос, намереваясь как можно скорее вернуть себе прежний вид. Огорчало её одно: ведьмовские зелья работали медленно и ждать предстояло минимум две недели.

— А всё из-за этого, — Лора погрозила кулаком Корвину и бросила в задорно булькающий котелок две мерные ложки сухих лепестков ромашки. — Достану, все перья выщипаю! Не поверишь, Лив, первый раз в жизни жалею, что нельзя проклясть своего фамильяра. Попрыгал бы жабой неделю, поумнел бы! Ничего, зато сегодня он без ужина. Не заслужил.

Корвин обиженно каркнул со шкафа и повернулся к нам хвостом. Притом отошёл подальше от края, чтобы ничьи цепкие руки не дотянулись до гладких чёрных перьев. Я перевела взгляд с ворона на подругу и предложила:

— Если хочешь, я посмотрю в своих записях. Если не найду, завтра зайду в библиотеку. Я ничего подобного раньше не делала, но уверена, что магический рецепт тоже есть.

— Ой, я буду очень, очень благодарна! — Лора прижала к груди деревянную ложку с длинной ручкой, которой помешивала варево. — А то не знаю, как завтра идти на пары в таком виде… Может, притвориться больной?

— Не выдумывай, — я погрозила ей пальцем. — Тебе действительно к лицу новая причёска. Посмотришь: одногруппницы завидовать будут и побегут в салон делать такую же. Будешь законодательницей моды среди ведьм академии.

На лице подруги появилась слабая улыбка. Я улыбнулась в ответ и ушла в комнату, искать обещанный рецепт. Но не успела сесть за стол и достать из ящика бабушкину тетрадь, как Лора появилась на пороге с горящими глазами и радостно заявила:

— Лив, а давай сделаем проще! Я почти доварила своё зелье, оно действует, точно знаю. Волосы растут густые, шелковистые, сильные. Сейчас добавлю последние ингредиенты, а ты потом вольёшь самую капельку своей магии, чтобы ускорить процесс. И всё!

Я скептически посмотрела на ведьмочку, не разделяя её энтузиазма, но Лору было уже не остановить. Куда только слёзы подевались? Она продолжала щебетать, уверяя меня, что всё продумала (за минуту) и в крайнем случае, её зелье просто будет работать так, как обычно. Я сомневалась. Лора убеждала. Я возражала. Лора напирала и засыпала меня кучей доводов, почему в теории всё должно получиться. И не забывала при этом следить за временем, бегать на кухню и помешивать свой отвар. Корвин проскользнул мимо неё и устроился на шкафу в комнате. Спускаться к нам он явно не собирался.

— Это плохая идея, — в который раз повторила я. — А вдруг сделаем хуже? Я не знаю, как отреагирует на мою магию ведьминское зелье. Вдруг эффект будет обратным?

— Ты сомневаешься в моих способностях? — от обиды у Лоры снова налились слезами глаза и задрожала нижняя губа.

— Ну хорошо, — неохотно сдалась я. — Но если что-то пойдёт не так, я не виновата.

— Конечно-конечно! — обрадованно закивала Лора. — Пойдём скорее, ещё минута, и будет готово.

Она процедила готовый отвар, напоминающий по густоте хороший кисель, из котелка в железную миску и гордо поставила её на стол передо мной. Я сосредоточилась и осторожно, по каплям, начала напитывать зелье магией. Про себя надеялась, что ничего не выйдет, но Лорино варево весьма охотно впитывало мою силу.

— Думаю, достаточно, — решила я, опуская ладони. — Пробуй. Мне самой интересно, что получится.

Лора схватила миску и унеслась с ней в ванную. А вскоре оттуда раздался её радостный вопль:

— Лив, они растут! Растут!!! Сработало!

Счастливая ведьмочка выскочила из ванной и от души чмокнула меня в щёку. Волосы и впрямь удлинялись. Роскошные, блестящие, сильные. Я коснулась прядки и поразилась её шелковистости. Шевелюра у Лоры между тем уже отросла до лопаток.

— Получилось! Получилось! — ликовала она, кружась по комнате, а я смотрела, как рыжее покрывало продолжает опускаться всё ниже.

— Лора, а как долго они будут расти? — поинтересовалась я, когда её волосы достигли талии.

Ведьмочка остановилась и растерянно взглянула на меня. Радость в глазах сменилась тихой паникой.

— Не знаю… — прошептала она. — Я об этом как-то не подумала. Нанесла отвар на корни, как обычно, и всё.

Я тихо застонала. Нет, это точно не мой день!

— Лив? — с тихим отчаянием пролепетала Лора. — Лив, что мне теперь делать?

— Смывать остатки отвара! — рявкнула я. — Бегом в ванную!

— Он уже весь впитался, — всхлипнула соседка, наматывая волосы на руку. — Лив, как их остановить? Я же скоро в них завернуться смогу!

— Как царевна-златовласка из старой сказки, — мрачно поддакнула я. — Будешь Аскольду косу из окна сбрасывать.

— Не смешно-о-о, — глаза Лоры вновь налились слезами и она взмолилась: — Придумай что-нибудь!

— Кар, — веско вмешался в наш диалог Корвин. Слетел на стол и выдернул из вазочки с карандашами и ручками ножницы. — Кррра!

— Верно! — обрадовалась ведьмочка. Схватила ножницы и протянула мне: — Режь! Вот здесь, чтоб ровно было.

Она сделала ещё три витка рыжего богатства вокруг руки и указала мне, где конкретно обрезать. Но возникла новая проблема: тупые ножницы, рассчитанные максимум, на бумагу, не справлялись с волосами. Пришлось сбегать на кухню за ножом и дело пошло на лад. Вот только шевелюра подло продолжала удлиняться. Я всё-таки загнала Лору в ванную и заставила вымыть голову. Жаль, это мало помогло. Рост замедлился, но не прекратился. Борьба с неожиданным бедствием продолжалась ещё час.

Наконец мы победили. Комната напоминала либо склад изготовителя париков, либо парикмахерскую, в которой только что стригли дивизию рыжих девиц. Всё, абсолютно всё было в длинных локонах. Даже на подоконнике лежали яркие пряди. Блестящие и шелковистые. Я обессиленно опустилась на кровать, предварительно смахнув на пол ещё одну копну волос и нервно рассмеялась.

— Знаешь, Лора, если ты когда-нибудь хотела подарить Аскольду медальон со своим локоном, сейчас самое время!

Сидевшая прямо на полу Лора несколько секунд непонимающе смотрела на меня, а после присоединилась к хохоту. Сквозь смех проговорила:

— Да из такого количества можно при желании связать целый свитер! Кстати… А это идея! Заговоренная вещь с нитью из ведьминых волос — сильнейший оберег.

Ещё десять минут мы убирали комнату, а потом наконец-то легли. Первой парой завтра, вернее, уже сегодня, была физподготовка, и я твёрдо намеревалась позаботиться о своём организме. Проще говоря, проспать её. За прогул преподаватель требовал отработку и назначал её сам. Притом запрещал использовать магию. Но я не видела ничего зазорного в том, чтобы вымыть пол в спортивном зале или расставить по местам инвентарь. Лишний час сна, как сейчас, определённо этого стоил.

— Больше никаких экспериментов, — негромко произнесла я. — Хорошо, что твои волосы сами перестали расти, а если бы нет? Обе получили бы взыскание за грубое нарушение техники безопасности.

— Жаль, что фантомы только в учебных лабораториях, — вздохнула невидимая в темноте Лора. — Испытали бы на них...

— А чем бы они нам помогли? — хмыкнула я. — Через пять минут действие нашего совместного чудо-оволосителя на них в любом случае прекратилось бы. Забыла, что потом всё обнуляется и возвращается в исходное состояние?

— Ну да, — со вздохом признала мою правоту ведьмочка. — Это я тоже как-то не предусмотрела… А если вдобавок к оволосителю придумать что-то, что останавливает его действие? Жаль терять такую идею.

— Может быть, и придумаем, — пробормотала я и зевнула. — Но не сейчас… Сейчас я уже сплю.

— Я тоже, — отозвалась Лора. Немного помолчав, добавила: — И спасибо, что помогла.

— Пустяки, — я повернулась, устраиваясь поудобнее. — Как я могла оставить подругу в такой ситуации?

— Я этого не забуду, — серьёзно заявила ведьма.

— Конечно не забудешь, — хихикнула я. — Такое не забывается! Я чуть с ума не сошла. Думала, нас твои волосы из комнаты выживут. Коса в светлице, девицы в коридоре.

— Балбешка, — тихо рассмеялась Лора. — Я не об этом. Если понадобится помощь, только скажи. Всё сделаю.

— Скажу, скажу, — пообещала я, чтобы не начинать спор. Он мог затянуться надолго. Проще было согласиться, хотя бы формально. — Всё, теперь точно — спать. Иначе завтра не поднимемся.

Планы проспать физподготовку провалились. С утра пришлось ещё раз укоротить Лорины волосы. За остаток ночи они выросли ещё метра на два и волочились за ведьмой, точно длинный шлейф. Наш «чудо-оволоситель» продолжал свою работу, хоть и намного медленнее. В итоге снова пришлось пить энергетик. Причём на пару с Лорой, потому что ведьмочка зевала ещё сильнее, чем я. Со вздохом отметила, что запасы эликсира стремительно заканчиваются. Следовало в ближайшее время сварить ещё.

Энергетик подействовал моментально, как всегда. Сонливость исчезла, плечи сами собой распрямились. И особенно радовало, что вечером можно будет лечь пораньше. Впервые за неделю. А ещё совершенно не вовремя проснулся аппетит. Плотно завтракать перед занятиями по физподготовке точно не стоило, но от чашки какао я отказаться не могла. И слегка завидовала Лоре: у неё-то физподготовка была последней парой.

Корвин, чуя недовольство хозяйки, не стал усаживаться ей на плечо, а выпорхнул в окно. Наверняка намеревался ждать нас внизу. Лифт, как обычно по утрам, ехал долго, поэтому я предложила Лоре пойти пешком. Ведьмочка согласилась, но когда мы почти спустились на четвёртый этаж, услышала, как там с грохотом открываются двери лифта и с криком: «Подождите нас!» — ломанулась вперёд, ухватив меня за руку. Я и опомниться не успела, как Лора затянула меня за собой в кабину. И, посчитав миссию выполненной, так же без предупреждения отпустила, едва двери за нами сомкнулись. Я от неожиданности покачнулась и тут же ощутила, как на плечи легли горячие ладони, поддерживая и не позволяя упасть. И тут же убрались, едва я восстановила равновесие.

— Благодарю, — произнесла я, боясь обернуться. Подозревала, кто окажется за моей спиной. — Вы крайне любезны.

— Обращайтесь, эрис Гринвелл, — отозвался знакомый голос. И в нём сквозили явные насмешливые нотки. — Я ещё вчера вам сказал, что меня подобная помощь ничуть не затруднит. Всегда готов поддержать… И подержать тоже.

Дальше игнорировать собеседника при всём желании было невежливо. Увы, в кабине мы находились втроём: на тесноту и нежелание толкать окружающих сослаться бы не удалось. Пришлось обернуться.

— Я непременно донесу эту информацию до заинтересованных особ, — самым тёплым тоном сообщила я, глядя в зелёные глаза Джареда. — Уверена, что желающих упасть в ваши объятья, эр Ферн, более чем достаточно.

Моё красноречие пропало зря: шпилька не достигла цели. Боевик лишь расслабленно улыбнулся и пожал плечами:

— Не жалуюсь на недостаток таковых, эрис Гринвелл. Но я сам выбираю, за кем присматривать особенно внимательно.

Хвала богине, в этот момент лифт наконец-то доехал до первого этажа, избавив меня от необходимости придумывать достойный ответ.

— Хорошего дня, эр Ферн, — процедила я, протискиваясь мимо Джареда и отчаянно надеясь, что дальше нам не по пути.

— Взаимно, — кивнул огневик.

Он задержался пообщаться с комендантом, а я поспешила выйти из общежития, даже не оглядываясь, успевает ли за мной Лора. Выскочила на крыльцо и лишь после этого перевела дыхание. Всё, с этого дня по утрам хожу пешком!

Лора вышла следом и тут же взяла меня под руку, не иначе, чтоб я и от неё не сбежала. Глаза у ведьмочки буквально горели от любопытства.

— Ли-и-ив, — вкрадчиво протянула она, — ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Нечего тут рассказывать, — буркнула я.

Флорентина ожидаемо не поверила. Легонько ткнула меня локтем в бок и потребовала:

— Признавайся давай! С какого такого «ничего» Джаред Ферн проявляет к тебе повышенное внимание? И почему ты в ответ готова его покусать?

— Нормальная реакция на угрозы, между прочим, — хмуро отозвалась я. — Ничего такого, что ты себе уже надумала, Лора! Одна из третьекурсниц заказала зелье очарования, как выяснилось, как раз внимание Джареда она и хотела привлечь. Но пренебрегла моими рекомендациями по дозировке, потому получилось… не очень хорошо. Зелье сработало, но эффект был очень заметен. А Ферн непонятно почему решил обвинить меня. Мы слегка поругались и разошлись взаимно недовольные друг другом. А ещё он дал понять, что отныне будет следить за каждым моим шагом в академии. Нашёл врага!

— Да ладно тебе, — хихикнула Лора. — Нашла, о чём беспокоиться! Пусть следит, раз ему так хочется. Ты девушка серьёзная, устав не нарушаешь, все разрешения у тебя есть. А подставлять тебя Джаред не станет. При всей нелюбви к нему и его принципиальности вынуждена признать, что Ферн вовсе не подлец. Ответственный, внимательный и перспективный боевой маг. Не зря на него девки гроздьями вешаются. Кстати, а ты не хочешь с ним пофлиртовать, м? Глядишь, отвяжется.

— Да ну тебя, — отмахнулась я. — Скажешь тоже. Я не знаю, как от Шедриана отделаться, а ты мне предлагаешь ещё на одни грабли с разбегу прыгнуть. И этими точно прилетит в лоб, притом в самый центр.

— Насчёт Шеда не переживай, — махнула рукой Лора. — Он на тебя охотится, так сказать, из любви к искусству. Ты раз за разом ускользаешь, вот ему и интересен сам процесс. Поверь, я точно знаю, как ведут себя влюблённые метаморфы. Аскольд ни на минуту не давал забыть о том, что он рядом. Окружил заботой, завалил подарками, причём заранее выяснил, что я люблю. Отвадил всех моих ухажёров. А на тебя куча парней засматривается, только они не Шеда боятся, а Марка.

Я лишь вздохнула. Уже устала объяснять одногруппницам, что мы с Марком просто друзья. И девчонки всё равно не верили. Понимающе улыбались, встречая нас в коридорах или возле общежития и, кажется, только и ждали, когда нам надоест скрываться. Лора даже поделилась как-то, что существует тотализатор: кто первый добудет неоспоримые доказательства наших с Маркусом романтических отношений, получит неплохую сумму. Принимались свидетельства на кристалле правды и любые записи, достоверность которых не вызывала сомнений. Ох как я тогда разозлилась! Даже собиралась раздобыть где-нибудь план водоснабжения академии и общежитий и с помощью Марка доставить прямиком в душевые главных сплетниц и организаторов тотализатора какое-нибудь зелье. Не вредящее здоровью, но с эффектом вроде внезапно отросшего хвоста или синей кожи. Ненадолго, часа на три, просто чтобы проучить. Хорошо, что я быстро опомнилась и не отправилась в компании Марка в самом деле взламывать архив академии и искать там план водопровода. С друга бы сталось с радостью подхватить любую безумную идею, не задумываясь о последствиях.

А Лора потом ещё дня два подшучивала надо мной и предлагала нам с Маркусом инсценировать романтическую сцену и поделить выигрыш на троих. Ведьма, одним словом! Но, надо отдать ей должное, грань допустимого не переходила. Шутки были дружескими и не обидными.

— Кстати, как насчёт небольшой вечеринки завтра? — предложила ведьмочка, меняя тему. — У Аскольда день рождения, будут только наши близкие друзья. Вы с Марком приглашены, разумеется.

— И ты молчала! — возмущённо ахнула я. — Один день остался!

Флорентина вздохнула и пожала плечами:

— Мы сами только вчера решили, что это неплохая идея. Я хотела тебе сказать, но потом случился этот салон, а вечером эликсир… В общем, совершенно вылетело из головы. Теперь понимаешь, почему я так переживала из-за причёски?

— Марк по выходным работает, поэтому с вечеринкой сложно, — задумчиво проговорила я.

— Мы можем собраться днём, — тут же отреагировала Лора. — Это не проблема. И даже в той таверне, где работает Марк. Когда у него начнётся смена, уйдём.

— Давай обсудим это вечером, — предложила я. — С Аскольдом и Марком. Мало ли, вдруг Аскольд будет возражать. Или Марк не захочет устраивать праздник у себя на работе. Не очень хорошо получится, если ему придётся уйти на пост, а все остальные продолжат веселиться.

— Тоже верно, — согласилась ведьмочка. — Тогда отметим где-нибудь в другом заведении, чтобы точно никому не было обидно. Тем более, мы с Аскольдом точно уйдём до полуночи.

Я понимающе кивнула. У Лоры, как, впрочем, у большинства первокурсников, до сих пор не было разрешения находиться за пределами общежития ночью. Работу ведьмочка пока не нашла — столкнулась с теми же проблемами, что и я поначалу: никто не горел желанием нанимать юную студентку, ещё не сдавшую первую сессию. Внимательно слушали и советовали прийти через год, а лучше через два. Но Флорентина не отчаивалась. До вчерашнего вечера я вообще затруднялась сказать, что может её огорчить. Лора во всём находила позитив и плюсы. Даже я так не умела, хоть никогда не считала себя нытиком.

В столовой ведьмочка, к моему облегчению, больше не заговаривала о Джареде. Выяснила всё, что хотела, и успокоилась. После третьего сырника подобрела и даже простила Корвина. Но не упустила возможности взъерошить ему перья на спинке. Ворон обиженно каркнул и принялся приглаживать учинённый хозяйкой беспорядок. В качестве компенсации утащил сыр с куска булки и улетел лакомиться добычей на подоконник. Лора лишь погрозила ему пальцем, даже не упрекнула. Я допила своё какао и поднялась.

— До вечера.

— Ага, — кивнула ведьмочка. — Хорошего дня!

— День, который начинается с физподготовки, обязан быть хорошим, — согласилась я. — Должна же быть какая-то компенсация за утренние страдания!

Лора весело рассмеялась в ответ. Она тоже не любила занятия по физподготовке, но по другой причине. Эр Форан, преподаватель, которому достался ведьмовской поток первого курса, спал и видел себя главой отряда боевых ведьм. А деканат пообещал рассмотреть возможность формирования подобной группы, если соберётся достаточно желающих. Эр Форан услышал, запомнил и принялся рьяно уговаривать всех, в ком разглядел потенциал. На Лорину беду, она оказалась как раз в числе таких. В боевые ведьмы моя светлая подруга совершенно не стремилась, поэтому как могла, тянула с окончательным ответом. Отказывать было опасно: ходили слухи, что эр Форан крайне мстителен. Зачёт бы поставил, никуда не делся, но нервы помотать мог. Так что мы обе с нетерпением ждали конца семестра и завершения занятий по этой дисциплине.

Пара началась почти хорошо. Преподаватель объявил, что у него внезапно появились срочные дела, поэтому сейчас мы самостоятельно проведём разминку, а он за это время постарается найти кого-то, кто присмотрит, чтобы мы не поубивали друг друга и не разгромили зал. Разумеется, ничего подобного мы делать не собирались. Едва преподаватель вышел за дверь, все присутствующие, не сговариваясь, улеглись на маты. Отдыхать. Кто-то сразу засопел, а я решила сделать небольшую медитацию на пробуждение энергии. С моей точки зрения, это была идеальная разминка перед учебным днём и дополнительная помощь организму. Но закончить её не успела. Не прошло и десяти минут, как дверь в зал распахнулась. Я открыла глаза посмотреть, кого там принесло, и вскочила, точно подброшенная невидимой пружиной. В голове промелькнули сразу две мысли. Первая — «Преследует он меня, что ли?» и вторая, тоскливая: «Надо было всё-таки прогулять сегодня первую пару». И лёгкая улыбка, играющая на губах Джареда Ферна, совершенно не добавляла мне оптимизма.

Глава 7

— Подъём, алхимики, — скомандовал Джаред, подходя ближе. — Долгий сон вредит здоровью.

Мои одногруппники неохотно зашевелились. Спорить с боевым магом, к тому же огневиком никто не пожелал. Эмблема на мантии была вполне заметной. Ну, эр Скант!!! Неужели не мог отрядить присматривать за нами кого-то другого? Или Ферн вызвался первым, услышав, у кого сейчас занятие по физподготовке? Джаред между тем продолжал:

— Эр Скант распорядился выдать вам мяч, но у меня другое предложение. Как насчёт нескольких советов, которые помогут вам в драке? Я в курсе, что многие носят с собой защитные артефакты, но полагаться исключительно на действие магии не стоит.

— Странно слышать такое от боевого мага, — с сомнением проговорил наш староста, Себастьян Крэйн.

Озвучил мои мысли! Только я собиралась промолчать, дабы не усугублять и без того непростые отношения с огневиком.

— Бывают ситуации, когда применение магии нецелесообразно, — спокойно отозвался Джаред. — А действие защитных артефактов можно обойти.

— Но ведь есть ещё энергошокеры, шумовые и световые хлопушки, да обыкновенный перочинный нож, в конце концов, — не сдавался Себастьян.

— Всё это ещё нужно активировать, — пожал плечами Джаред. — Нападающие вряд ли станут ждать, пока вы достанете из кармана или сумки шокер или хлопушку. А нож я бы вообще не рекомендовал трогать, если вы не уверены, что сможете ударить им другого человека.

— А что тогда? — подала голос стоявшая рядом со мной Доминика Эрдо. — Что может быть проще и надёжней?

— Перец, — просто ответил огневик. — Лучше атрийский жгучий. Молотый. Щепотку перца легко зажать между пальцами и засыпать нападающему глаза. А дальше ему будет совершенно не до вас. Потренируйтесь перед зеркалом в свободное время. Это один из базовых приёмов самозащиты.

Мы с Доминикой переглянулись. Совет казался полезным. И особенно хороша в нём была внезапность действия. Кто разглядит щепотку перца между пальцами?

— Лучше бы мы такие вещи отрабатывали, а не всякую дребедень вроде «заберитесь по канату», «пробегите дистанцию»! — в сердцах высказался Себастьян. — Не понимаю, в чём польза. Мы, хоть и будущие гражданские специалисты, всё же учимся в военной академии.

— Ага, — поддакнула Доминика. — Вот я алхимик, зачем мне какие-то нормативы по прыжкам в высоту? Реторту с верхней полки шкафа я предпочту снять аккуратно, при помощи лестницы или табурета.

— Разделяю ваше негодование, — усмехнулся Джаред. — С моей точки зрения тоже было бы куда эффективней вместо курса общей физподготовки ввести курс базовой самообороны. Но ректорат почему-то утвердил для гражданских специальностей иной план обучения. Так понимаю, мой вариант вам нравится больше. Продолжим. Присаживайтесь. Сейчас расскажу о самых действенных приёмах самозащиты без оружия и магии.

— А практика будет? — спросил кто-то из парней, устраиваясь на мате.

Я насторожилась. Подозревала, на ком Джаред предпочтёт демонстрировать приёмы. Не зря же он завёл этот разговор. Но боевик удивил. Покачал головой и ответил:

— Бесконтактная техника вам ничего не даст. А фантомы для отработки ударов только на нашем факультете. Залы по вечерам открыты, приходите, если будет желание. Никто вас не прогонит. А я сегодня обещал исключительно советы.

Он сам тоже сел на край мата. Не рядом со мной. Более того, на меня Джаред вообще даже не смотрел, и это тревожило вдвойне. Рассказывал о том, как и куда надо бить, отвечал на вопросы, в общем, вёл себя так, словно и впрямь оказался здесь случайно. Я уже не знала, что и думать. Одна часть сознания шептала, что я слишком демонизирую Джареда и ищу умысел там, где его нет, другая напоминала, что за два последних дня я слишком часто сталкиваюсь с огневиком и на совпадения это уже не спишешь. В итоге решила, что за неимением доказательств проще считать встречи случайными, но на всякий случай не терять бдительности. На том и успокоилась. А занятие в целом мне понравилась, советы и впрямь были полезными, хотя большинство из описанных приёмов я уже знала. Марк постарался. Хотя про перец он мне не рассказывал.

И после занятия Джаред меня останавливать не стал. Я окончательно уверилась в том, что мне просто не везло натыкаться на него в последнее время. И перестала волноваться по этому поводу. В самом деле, будто у Ферна нет других забот, как преследовать первокурсницу-зельевара. Даже решила, что будет неплохо возобновить тренировки с Марком. Раз уж на факультете боевой магии есть фантомы, почему бы мне под руководством друга и впрямь не отработать на них некоторые приёмы. Марк бы точно нашёл общий язык с Джаредом. Друг тоже любил повторять, что магия магией, но и удар кулаком в челюсть никто не отменял, а порой он и эффективней. Поймала себя на этой мысли и поёжилась. Храни меня богиня от того, чтобы эти двое сдружились!

Остальные пары прошли без приключений. А сразу после них меня отыскала Гленда. В этот раз воздушницу интересовал энергетик. Про зелье очарования она и словом не обмолвилась, зато я не упустила возможности напомнить о важности соблюдения дозировки. Разговаривали мы в холле первого этажа, и в какой-то момент Гленда на миг запнулась, глядя куда-то за мою спину. А меня буквально полоснуло ощущением чужого взгляда. Даже оборачиваться не пришлось, и без того догадывалась, кто стал свидетелем нашей беседы и даже не потрудился скрыть своё недовольство по этому поводу. Нда, нехорошо получилось… Но подходить к нам Джаред не стал.

— Ты могла бы быть и поубедительней, между прочим, — скривила губы Гленда, глядя на меня, когда «опасность» прошла мимо. — Откуда я знала, что две капли духов — это ровно две капли? Все так говорят.

— Ответственность за превышение дозировки лежит на клиенте, — сухо напомнила я.

— Да говорю же — все вы так говорите, — досадливо отмахнулась воздушница. — А потом выясняется, что почти всегда можно больше и всё в порядке. Предупреждать нужно!

Я даже растерялась на несколько секунд. Интересно, каким образом? Но сдержала гневный порыв высказать Гленде всё, что думаю о таких безответственных, как она, и холодно процедила:

— Предупреждаю. Дозу энергетика тоже превышать нельзя. Категорически. Даже на каплю. Так понятно или мне расписку потребовать?

— Вот так понятно, — кивнула воздушница. — Сразу бы так, про расписку. Значит, когда мне за энергетиком прийти?

— В понедельник, — подумав несколько секунд, решила я.

Прикинула, что даже если в выходные не доберусь до лаборатории, у меня есть ещё примерно полтора флакона старых запасов. А на следующей неделе точно сварю новый. Сейчас меня больше беспокоила возможная реакция Джареда. Но не искать же его и не объяснять, что на сей раз Гленда совершенно не покушается на его драгоценное внимание. И вообще, хотел бы — сам подошёл и спросил. Я за ним бегать и докладывать, кто какие эликсиры у меня заказывает, не обязана.

** *

Выходные пролетели на одном дыхании. В субботу праздновали день рождения Аскольда, а первую половину дня в воскресенье я провела в лаборатории. Потом явился неугомонный Марк, успевший выспаться после ночной смены, и утащил меня гулять. Я не стала возражать, тем более, как раз успела закончить с энергетиком. Долго размышляла, стоит ли рассказывать Марку о ситуации с Глендой и Джаредом. Не хотелось беспокоить друга мелочами, ведь по сути, ничего не произошло. В итоге так и не стала ничего ему говорить. Решила для себя, что если наши «случайные» встречи с Джаредом участятся и при этом в жизни появятся ощутимые неприятности, тогда расскажу и будем разбираться. А то с Маркуса сталось бы призвать Ферна к ответу вот прямо сейчас. Когда дело касалось друзей или родных, Марк обрушивался на потенциального обидчика не хуже настоящего шторма. А уже потом разбирался, стоило ли так сильно давить. Я прекрасно знала об этой особенности друга, поэтому далеко не всегда посвящала его в мелкие переживания. Тем более, для Марка по умолчанию был неправ мой оппонент. Зато договорилась, что дважды в неделю буду под его присмотром отрабатывать на фантомах приёмы самозащиты. Маркус безумно вдохновился этой идеей, готов был начать хоть сегодня. И совет засыпать нападающему глаза перцем ему тоже понравился. О такой хитрости его потоку преподаватели пока не рассказывали. А потом разговор незаметно перешёл на Содейл и храм Дестианы и её Теней. Пока что между Шианом и Кодаром царило очередное перемирие. Соседи с прошлой весны зализывали раны и наверняка собирали силы для новой попытки отбить у нас храм богини. Пока, по слухам, всё было спокойно, и Марк предлагал на следующих выходных взять билеты на теплоход, морем добраться до Содейла и почтить саму Дестиану и своих Теней-покровительниц. А ещё он очень надеялся, что очередная стычка между Шианом и Кодаром произойдёт не раньше следующей осени. Второкурсникам с факультета стихийной боевой магии уже разрешали участвовать в боях, пусть и не на передовой. Я, в свою очередь, уповала, что Кодар нарушит границы как можно позже. Не сомневалась в способностях Марка, но не разделяла его стремление влезть в самую гущу опасных событий.

Как обычно, планы и реальность совпали не полностью. Нет, с нашими занятиями по самозащите всё было прекрасно (и особенно прекрасным являлся тот факт, что ни разу пока что я на них не встретилась с Джаредом Ферном). Ещё и некоторые девчонки из группы, узнав, что я в компании Марка отрабатываю на фантомах приёмы, начали напрашиваться со мной. Мол, ему ведь несложно будет показать и им, как правильно ударить противника. Маркус, узнав об этом, от души повеселился, но не отказал. А вот с поездкой в Содейл пришлось повременить. Во-первых, выяснилось, что студентам Фесской военной академии на подобные поездки требуется отдельное разрешение от деканата. Во-вторых, постоянные клиентки магазинчика эрис Уолкингтон, словно сговорившись, сделали несколько объёмных и срочных заказов. Работы предстояло много, некоторые из заказанных эссенций и добавок варились в несколько этапов, и проще всего было этим заняться как раз в выходные. И, в-третьих, один из моих знакомых торговцев, у которого я чаще всего покупала ингредиенты для зелий и эликсиров, шепнул мне, что в эти выходные ожидается большое поступление новых товаров и он планирует устроить распродажу старых запасов. Такое я пропустить не могла!

Довольная, счастливая, истратившая неприличную сумму денег, я возвращалась в академию с объёмным пакетом. Жалела только об одном: места для хранения всех моих трав, порошков, вытяжек, чешуек, шерстинок и прочего полезного и милого сердцу любого зельевара добра становилось всё меньше. Часть уже хранилась в шкафу у Лоры, а я потихоньку заглядывалась на комнату Марка. У него и у Андре некоторые полки всё равно пустовали. Хотя до бабушкиной коллекции мне было ещё далеко: в её столичном доме под хранилище был выделен целый подземный этаж! А как мне нравилась магическая картотека! Мне такой артефакт покуда был без надобности, но я почти не сомневалась, что курсу к третьему-четвёртому придётся им обзавестись. Пока же я вела учёт своих «сокровищ» в отдельной тетради. Разумеется, зачарованной на владельца, чтобы никто посторонний и носа туда не сунул! Всё-таки среди имеющихся у меня ингредиентов были и те, которые использовались исключительно дипломированными зельеварами, получившими лицензию. Нет, я не собиралась использовать их в ближайшее время, хранила под надёжным замком, но при этом не хотела, дабы сведения о наличии столь интересных и дорогостоящих материалов попали к посторонним. Маркус шутливо упрекал меня в паранойе, я же считала, что моё поведение продиктовано исключительно здравым смыслом.

— Лив! Да подожди же! — вырвал меня из размышлений голос Шедриана.

Метаморф догнал меня почти возле портала. Широко улыбнулся, явно довольный тем, что в кои веки поймал меня без Марка. Предложил, протягивая руку к пакету с покупками:

— Давай помогу.

— Он не тяжёлый, — уверила я.

Отступила на шаг и покрепче вцепилась в пакет. Доверять его чужим рукам я не собиралась. Моя прелесть! И, между прочим, на него ушла почти двухмесячная зарплата. Шедриан на мгновение нахмурился, затем отступил на шаг и примирительно улыбнулся.

— Понял. Вы, алхимики, загрызть готовы за свои порошки и травки. Не буду настаивать. Какие у тебя планы на сегодня?

— Вернусь, разберу покупки и сразу — в лабораторию, — ответила я, мигом поняв, к чему он клонит. — Очень много работы.

— А завтра? — не собирался сдаваться метаморф.

— И завтра, — я пожала плечами. — Извини, Шед, правда много заказов. Мы с Марком даже в Содейл не попали в эти выходные. А собирались. Помощь богини и её Теней не помешает, учитывая, что скоро сессия.

Шедриан серьёзно кивнул, рассматривая меня. Крылья носа трепетали, точно он принюхивался. Хотя, может, и на самом деле принюхивался. У лжецов менялся запах тела, незначительно, но достаточно, чтоб чуткие метаморфы могли это уловить. Обижаться и упрекать Шеда в недоверии было бессмысленно. У перевёртышей подобное поведение диктовалось инстинктами, а не разумом. Сейчас метаморф привычно анализировал ситуацию всеми доступными ему методами и, скорее всего, даже не отдавал себе отчёта в конкретных действиях.

— Первая сессия самая сложная, — согласился он. — Здесь после неё отчисляют почти треть студентов, я уже насмотрелся. В начале нового семестра коридоры полупустые, а кому-то даже везёт остаться в комнате без соседей. Но ты не переживай, в основном, смотрят на успеваемость по профильным предметам, а у тебя с этим порядок. Ты даже работаешь по специальности, да и в лаборатории кого попало не пускают. По крайней мере, у нас, на артефактике, так.

— Успеваемость по профильным предметам всё равно не даёт права завалить какую-нибудь дребедень вроде той же физподготовки, — вздохнула я. — Не хотелось бы обзавестись «хвостами».

— И что ты имеешь против хвостов? — прищурился Шед. — Между прочим, вполне удобная часть тела. И даже симпатичная.

— Я про учебные долги! — в тон ему шутливо возмутилась я. — Никаких гонений на настоящие хвосты, что ты!

— Всё равно требую компенсации за оскорбление, — покачал головой метаморф. И добавил уже серьёзно: — Ты обещала мне прогулку, Лив. Найди время.

Я мысленно вздохнула. Ну вот, опять в сотый раз на ту же тему. И в глазах горят огоньки азарта. Неугомонный! И ведь не хочет слышать отказ.

— Шед, у нас ничего не получится, — твёрдо произнесла я. — Поэтому не стоит и начинать.

— Так я ничего не предлагаю, — пожал плечами метаморф. — Просто погуляем, пообщаемся. Это ведь не запрещено?

— Это ни к чему не приведёт, — отрезала я.

— Вредная и несговорчивая девушка, — белозубо усмехнулся Шедриан. — Я не кусаюсь, правда. Чего ты боишься, Лив? Того, что я всё-таки сумею тебя заинтересовать?

Ловушка была неплохой, вот только на меня подобные приёмы уже давно не действовали. Потому я ответила спокойно:

— Не боюсь. Просто считаю, что «нет» не требует дополнительных аргументов. Я не хочу. Этого достаточно.

— А ещё ты не обещала, что мы будем гулять лишь вдвоём, — кивнул Шед, отступая ещё на полшага. — Лив, ты слишком серьёзно ко всему относишься. Я же ни на чём не настаиваю. Мне просто приятно общаться с такой умной и красивой девушкой, без далеко идущих планов и намерений.

— Вот и общайся, но в компании друзей, — чуть смягчившись, произнесла я. — Без обид.

Шедриан только что фактически подтвердил слова Лоры, но я не спешила ему верить. Слишком быстро он пошёл на попятную. Как и каждый раз. А через два-три дня, я даже не сомневалась, снова начнёт проверять границы моего терпения. То ли из интереса, то ли, как и сказала ведьмочка, потому что ему банально нравится играть в охотника.

— Ты в общежитие, да? — спросил Шед, точно не услышав двух последних фраз. — Нам по пути. Кстати, я давно хотел спросить, ты сможешь сделать машинное масло с определёнными свойствами? Для артефакта. И с магическими ограничениями, чтобы, скажем, его нельзя было нагреть выше указанной температуры, и ниже некоторой отметки она тоже не опускалась? Знаю, я очень коряво объясняю, просто ничего из того, что уже есть, не подходит, а вести переговоры я не мастер.

— Не уверена, — с сомнением произнесла я, шагая в портал. Разговор на несколько мгновений пришлось прервать, но как только Шед вышел следом за мной, я продолжила: — Скорее, не смогу. Никогда не интересовалась подобным. Да и не алхимик я, а, в первую очередь, зельевар, это немного другое. То, о чём ты спрашиваешь, вообще техномагическая алхимия. Редкая специализация, потому что простор для творчества ограничен. Туда идут фанаты, которые помешаны на артефактах, но не могут их создавать самостоятельно. Кажется, на четвёртом курсе у нас есть два парня и одна девушка, которые занимаются именно этим направлением. Если хочешь, могу узнать подробнее и познакомить вас.

— Нет-нет, это лишнее, — отказался Шедриан. Печально вздохнул: — Жаль… Вот что значит, совершенно не разбираться в тонкостях чужой профессии. Я, наверное, сейчас очень глупо выглядел с таким вопросом?

— Да нет, — успокоила я его, — направление мысли было верным. Разработкой подобных составов действительно занимаются алхимики. Теперь ты знаешь специализацию и точно не ошибёшься.

— Да, — кивнул метаморф. — Спасибо за разъяснения. Тогда у меня другая просьба: ты сможешь сделать ранозаживляющее с широким спектром действия — от ссадин до ожогов, и чтобы оно сразу создавало что-то вроде пласта искусственной кожи на ране, а потом, когда восстановится настоящая, искусственная отпадала?

Я слегка насторожилась. Вот этот вопрос был и впрямь наивным. Я не верила, что метаморф не знал элементарных вещей. Уж в чём, а в патентах он обязан был разбираться! В очередной раз пытается найти ко мне подход? Догадку следовало проверить.

— На этот эликсир патент у корпорации «Лекарин», извини, — покачала я головой. — Даже если бы у меня был рецепт, без их разрешения воспроизвести его я бы не смогла. На подобных штуках сложная и многоступенчатая защита. А разрабатывать аналог… Во-первых, это дело не одного дня, во-вторых, очень дорого обойдётся. Но могу приготовить регенератор попроще. Обезболит, снимет отёк тканей, остановит кровоточение. Даст время добраться до целителя, если травма средней тяжести, а с лёгкими повреждениями справится в течение суток.

Про себя подумала о том, что сделаю этот эликсир в любом случае. Не на продажу, для своих нужд. Всё-таки собственноручно приготовленным средствам я доверяла больше. Пока работала в аптеке, готовила его раз десять. Этот регенератор был не самым дешёвым, зато очень эффективным. Ну и плюс один секрет, подсказанный бабушкой, который помог усилить действие эликсира, но не сказался на его цене. И Марку пригодится, у боевых магов второй семестр обещал быть куда насыщенней первого.

— Не откажусь, — кивнул Шедриан. — А то вечно то ключом заденешь пальцы, то ссадишь кожу на костяшках, то обожжёшься… И в целительский корпус по каждой мелочи не набегаешься. Когда мне зайти за готовым чудо-средством?

— Давай вернёмся к этому вопросу ближе к концу следующей недели, — предложила я. — Пока не имею понятия, как будет со временем. — И на всякий случай подстраховалась: — Если получится сделать раньше, передам через Аскольда, он всё равно каждый вечер к Лоре заходит.

В глазах Шеда мелькнула лёгкая досада. Понятно, догадка оказалась верной. Он действительно надеялся, что эликсир послужит предлогом видеться чаще. Богиня, какое счастье, что ты послала мне Маркуса, а он в своё время благодушно раскрыл мне множество приёмов удачного флирта. С мужской стороны, разумеется. И теперь подобные неуклюжие заигрывания я считывала на раз. Но стало немного обидно, что Шедриан считает меня столь наивной, чтобы попасться на эту уловку. Захотелось отомстить. И, прежде, чем я успела хорошо подумать, что делаю, с губ сорвалось:

— Кстати, хорошо, что у тебя нет никаких далеко идущих планов и мы просто приятельствуем. Меня интересует совершенно другой парень.

— Да ладно? — хмыкнул Шед. — И кто же сумел потеснить разом учёбу, работу и Маркуса?

— Да есть один, — пожала я плечами и осенённая внезапной догадкой, выдала: — Старшекурсник с боевого. В последнее время только о нём и думаю.

Ага. В основном, в ключе, как бы мне с этим самым старшекурсником случайно не повстречаться. Но об этом я мудро не стала говорить. А Шед нахмурился и снова принюхался. Явно пытался уловить ложь. Меня же несло.

— Мне кажется, я его заинтересовала. — Мысленно добавила: «Ещё бы!» — Буквально пару дней назад случайно встретились с ним в учебном корпусе и он та-а-ак на меня посмотрел! — «Угу, только я в этот момент разговаривала с девчонкой, которая пыталась его приворожить, а он об этом узнал». — Интересно, что он будет делать дальше. — «Очень интересно! Многое бы отдала, чтобы узнать о планах Джареда на мою скромную персону». — Я ни разу ещё так не волновалась из-за парня! Боюсь, что изначально неправильно повела себя с ним...

И это тоже была чистая правда. Волновалась, очень. Понятия не имела, каким боком выйдут мне сказанные «любезности». Нет, Джаред первый начал, но я-то могла и не вестись на подначки.

— Ничего, — проскрипел Шедриан, — я думаю, скоро у вас всё решится. Хорошего дня, Лив. Раз с прогулкой не сложилось, пойду и я в лабораторию, покручу там один артик.

— Удачи, — от всей души пожелала я.

Пока метаморф не передумал, торопливо взбежала по ступенькам. И только когда подошла к лифту, внезапно задумалась, а не решит ли Шедриан, выяснить, кто это запал в мою душу. Нервно хмыкнула, представив возможное развитие ситуации. Да уж, забавные узоры рисует судьба. Вот уж не думала, что нежелательный интерес одного парня поможет избавиться от другого. Расскажу Лоре — упадёт от хохота! Жаль, Марка в эту историю не посвятить… Он бы тоже оценил.

Следующие две недели пролетели со скоростью аэроэкспресса, не принеся с собой никаких неприятных сюрпризов. Жизнь вернулась в привычную колею. Учёба, работа в лаборатории, подготовка к занятиям, вечерние посиделки с одногруппниками в чьей-нибудь комнате с беззаботными шутками и весельем. Джареда я несколько раз встречала в коридорах, а однажды мы нос к носу столкнулись на крыльце общежития. Ждала очередной вежливо-язвительной гадости, но огневик приветствовал меня равнодушным кивком и прошёл мимо. Я окончательно уверилась, что он потерял ко мне всякий интерес и расслабилась. Перестала ежечасно ждать подвоха и мысленно сверять каждое действие с Уставом академии. Да я его уже наизусть выучила за это время! Забыла лишь об одном: затишье всегда приносило следом бурю.

Глава 8

Чем ближе была сессия, тем нервозней становилась обстановка в академии. В библиотеке прибавилось народу, да и в мою любимую лабораторию теперь было не попасть до позднего вечера. Она была занята студентами более старших курсов. Кто-то отрабатывал практические занятия, кто-то пересдавал «контрольные» эликсиры. Хорошо ещё, что у большинства тех, кто нашёл себе подработку в городе, была возможность пользоваться рабочими лабораториями, иначе пришлось бы составлять график! Впрочем, я и сама теперь освобождалась только к ночи. Рефераты никто не отменял, увы, а именно они давали допуск к зачёту по большинству общемагических дисциплин. Только двое из всего преподавательского состава допустили группы к зачёту по итогам работы в семестре. И то, как я подозревала, исключительно потому, что по этим предметам предстояло сдавать экзамены. Радовало одно: курсовых работ ни в этом семестре, ни в следующем не планировалось. К сожалению, на этом поводы для радости заканчивались.

Моя проблема была вполне ожидаемой — ненавистная физподготовка! Эр Скант каким-то непостижимым образом выяснил, что я и ещё несколько девчонок из группы дважды в неделю отрабатываем приёмы самозащиты на фантомах факультета стихийной боевой магии и обиделся, что всё это происходит без его участия. Не иначе, как и его коллега, ведущий занятия у ведьм, тоже мечтал создать отдельную группу боевых зельеваров. В отместку заявил, что теперь он ждёт от нас идеального выполнения всех нормативов и при этом красноречиво покосился на меня. А на вопрос, что будет, если не успеем сдать их до начала сессии, заявил, мол, ничего страшного, сдадите позже. Сессию, ага. Зараза!

Окончательно настроение испортила новость о том, что физподготовку мы будем сдавать собственными силами, без усиливающих эликсиров, укрепляющих зелий и всяких амулетов. И чтобы исключить возможность обмана, перед зачётом у каждого студента брали экспресс-анализ крови. Если в ней не обнаруживалось действующих на физические способности зелий, допускали к сдаче нормативов. Я совершенно расстроилась, потому что рассчитывала как раз на помощь эликсиров. Да, откат у них был неприятный — противная слабость на несколько часов, но я была готова смириться с некоторыми неудобствами. А что делать теперь, не знала. Старый план эр Скальд только что разрушил, а новый я ещё не успела придумать. Мелькнула идея каким-нибудь образом обмануть экспресс-тест, к примеру, вшить под кожу капсулу с чистой кровью, но я сразу же от неё отказалась. Слишком много мороки, даже если Андре поможет. И не факт, что сработает. В комнату возвращалась поникшая и расстроенная. На минутку даже допустила мысль, что это всё — такая изощрённая и выдержанная месть Джареда Ферна. А что, даже логика прослеживалась: вначале дал интересный совет, проследил, чтобы я точно попалась на крючок, а потом рассказал обо всём эру Сканту. У-у-у-у, злодей! Не вписывалось в эту теорию лишь одно: Джаред вряд ли бы стал мстить чужими руками. Это было подло, а он, по слухам, подлецом точно не являлся. Да и слишком много «если» оставалось на волю слепого случая. Если я заинтересуюсь, если этот самый интерес не ограничится всего одним занятием, если эр Скант оскорбится, узнав об этом… На мой взгляд, планировать месть, полагаясь исключительно на «авось» было как-то глупо. Я тяжело вздохнула и окончательно придушила желание назначить огневика ответственным за случившуюся со мной неприятность. Лоры в комнате не было. То ли ещё не вернулась с занятий, то ли уже куда-то ушла. Я заварила себе чай и с ногами забралась в кресло у окна. Ай, что толку сейчас предаваться унынию и думать о самом плохом из возможных вариантов развития событий? Ну не допустят меня к сессии вместе со всеми из-за этой демонской физподготовки, но не отчислят же? Не отчислят. Не должны. Наверное… Так, всё! Отхлебнула чай, едва не обожглась и отставила чашку на подоконник. Очень вовремя, потому что в следующий момент дверь распахнулась и в комнату ворвался Маркус, злющий как тысяча демонов нижнего мира. Если бы я держала чашку в руках, могла и выронить от неожиданности. — Лив, ты представляешь! Это совершенно никуда не годится! — выдал Марк, останавливаясь напротив меня. — Издевательство! Идиотизм! Кто вообще придумал эту несусветную чушь? — Основы зельеварения? — поинтересовалась я. — Они самые, — раздражённо кивнул друг. Набрал в грудь побольше воздуха и разразился гневной тирадой: — Нет, я всё понимаю: в общих чертах я как боевой маг должен разбираться во всём, но зачем, зачем мне уметь варить какие-то там эликсиры? Где, по мнению этих… альтернативно одарённых, которые придумали и утвердили программу, я должен собирать травки и корешки, пыльцу с ж-ж-жизнелюбивого филея лесной феи и прочее непотребство? Да я перед боевой вылазкой запасусь зельями на все случаи жизни! А если не запасусь, так тем более не стану заниматься ерундой и изобретать новую ядовитую смесь из подручных материалов. Я не выдержала и тихонько рассмеялась. Очень уж забавно возмущался Марк, подбирая слова, чтобы не ругаться совсем уж гнусно. Он никогда не отказывался помочь мне с подготовкой ингредиентов для будущих зелий, к примеру, истолочь в порошок твёрдую кору каменного дуба или полудрагоценный камень, но при этом сам и близко не желал подходить к нагревателю и ретортам или, того хуже, котелку. Отшучивался, что единственное зелье, которое он может сварить правильно, это травяной чай из полевой мяты и огнецвета. И то — исключительно потому, что первую траву легко узнать по запаху, а вторую — по пышной шапке ярко-алых цветов и серебристым листьям, похожим на лезвия мечей. — А самое пакостное знаешь, что? — Марк взъерошил волосы и тяжело вздохнул. Подошёл к подоконнику, оперся на него ладонями. — Самое пакостное, Оливка, что никто не знает, рецепт какой га… какого полезного зелья попадётся на зачёте! А их штук сто! То есть, мало того, что надо вызубрить все рецепты, так ещё придётся опознать среди лежащего на столе безобразия то, что пригодится для конкретного зелья. А в каждом минимум по десятку ингредиентов! И вот скажи, Оливка, как назвать того му… мудрого человека, который придумал этот зачёт на факультете для будущих боевиков? — Так же, как и того, кто придумал зачёт по физподготовке для зельеваров, — отозвалась я. — Эй, аккуратно! Чашка… упала уже. Марк и впрямь случайно смахнул чашку с подоконника. Хорошо, что под нашим окном никто в этот момент не проходил. Но в этот раз друг отреагировал быстро. Высунулся из окна, сделал несколько пассов руками и гордо заявил: — Не упала. Не успела. Пустая чашка на крюке из выплеснувшего чая вплыла обратно в комнату и, повинуясь воле Маркуса, аккуратно опустилась на стол. Чай вновь собрался в неё. — Впечатляет, — одобрительно заявила я. — А всего несколько месяцев назад говорил, что не сможешь так. — Я просто талантливый, — скромно улыбнулся друг. — Жаль, не во всём. А что ты там говорила насчёт физподготовки? — Да примерно та же ситуация, как у тебя, — я поморщилась. — Никаких эликсиров, улучшающих ловкость, скорость и так далее. Всё своими силами. Ещё и кровь перед зачётом проверят, чтобы не было соблазна напиться запрещённых зелий. Думаю, как бы пронести с собой. Не сдам ведь. — Подстава подстав, — согласился Марк и затих, о чём-то размышляя. А потом поднял на меня хитрый взгляд и протянул: — Зелий напиться, говоришь… Знаешь, Оливка, есть у меня одна интересная мыслишка. Тебе она понравится. Пойдём гулять! Чего киснуть в комнате в такой чудесный вечер? — Хорошая идея, — согласилась я. Достала из шкафа лёгкий плащ, перекинула его через руку и кивнула в сторону двери: — Идём. Я готова. Здесь, в Фессе, даже сейчас, в начале зимы, было тепло. Разве что вечерами с моря чуть сильнее тянуло прохладой. Про снег и метели здесь и не слышали, так что лёгкого плащика было вполне достаточно, чтобы не замёрзнуть. Я бы вовсе не стала его брать, но платье было совсем воздушным, а переодеваться не хотелось. Марк заморачиваться не стал, даже рукава у рубашки не опустил. Замёрзнуть он точно не боялся. Выйдя за ворота академии, мы не сговариваясь направились к набережной. Сейчас там было людно — горожане гуляли после рабочего дня. На скамейках миловались парочки, отдыхали семьи с детьми. По каменным плитам мостовой грохотали лотки торговцев всякой мелочью — от мягких игрушек, флаконов с мыльными пузырями и воздушных шаров до жареных креветок. Последних здесь, как и рыбу, продавали кульками. Недорого и вкусно. Наесться не наешься, но удовольствие от лакомства получишь. И в придачу к основному кульку всегда выдавали дополнительный — для мусора. Соответствующие городские службы, разумеется, следили за чистотой, но и среди жителей и гостей города тоже было не принято сорить где попало. Мы неторопливо прошлись по набережной, одинаково щурясь от всё ещё яркого солнца. Марк не удержался и купил у одного из лоточников большой стакан «морской вишни». Здесь так называли одну из водорослей, мясистые круглые листья которой напоминали вишню и вкусом и цветом. Разве что косточки не было. Теперь шёл и, жмурясь от удовольствия, лакомился кислыми «ягодами». Мне предлагать не стал: помнил — я такого не ем. «Морскую вишню» я признавала исключительно в засахаренном виде, от свежей сводило скулы. Не понимала, как Маркус может вообще есть такую кислятину. Но специфичные для меня вкусы друга разделяли многие: свежая «вишня» в жаркие дни разлеталась не хуже мороженого. Да и сейчас её покупали охотно — у лоточника оставалось всего четыре порции. Лениво болтая на всякие отвлечённые темы, мы дошли до небольшой ротонды. Как раз в этот момент из неё выходила пара с двумя рыжими шумными близнецами. Идущий навстречу нам мужчина с газетой вознамерился было свернуть в освободившуюся беседку, но Марк оказался шустрее. Шмыгнул внутрь, поставил наполовину опустевший стакан с «вишней» на перила. Я вошла следом и мы ненадолго замолчали, любуясь морем. Верещали чайки, зазывные крики торговцев и голоса гуляющих сливались в один сплошной шум, в котором с трудом можно было разобрать отдельные слова. Пахло розами, жареной рыбой и чем-то карамельно-сладким. Иногда порывы ветра приносили с собой запах дыма, просмоленного дерева и машинного масла. Море успокоилось, волны уже не ударялись в закованный в камень берег, а накатывали на него с тихим шелестом. Этот звук действовал на меня успокаивающим образом, словно вода сглаживала все острые углы. Море забирало все обиды, тревоги, волнения и переживания, а затем с размаху разбивало их о скалы. Или о камни набережной, как сегодня. — Итак, — не выдержала я, — что за интересная мысль, которая мне должна понравиться, посетила твою умную голову? — Прогуляться, — ухмыльнулся Марк. Закинул в рот ещё две «вишни», прожевал и продолжил, уже серьёзнее: — А вторая интересная мысль тебе не понравится, как обычно. — Я вся внимание, — заверила его. — Вдруг ты меня удивишь. — Да ладно, — по-кошачьи прищурился Маркус, — не удивлю. Ты упомянула про запрещённые зелья и возникла у меня одна идея… Давай махнёмся телами на пару дней! Несколько секунд я ошарашенно молчала, а потом Марк расхохотался и легонько щёлкнул меня по носу: — Повелась. Лив, ты бы видела своё выражение лица! — Дурак, — я шутливо стукнула его в плечо. — Я поверила, что ты серьёзно говоришь. С тебя станется. — Шучу я, шучу, — усмехнулся друг. — Просто такая серьёзность повисла в воздухе, вот и решил её разбавить. — А даже если бы всерьёз, это плохая идея, — задумчиво протянула я. — Вот иллюзия, которую не отличить от реальности без специального оборудования, это совсем другая идея. Кажется, я даже рецепт эликсира недавно читала... Осеклась, поздно сообразив, что Марк в очередной раз успешно свернул разговор на нужную ему тему. Но он уже услышал всё, что хотел. Довольно улыбнулся и проговорил, не сводя с меня взгляда: — А теперь серьёзно. Как мы уже выяснили, возможность притвориться кем-то другим, в принципе, есть. Дело за малым: раздобыть эликсир. Скажем, кто-нибудь из нас двоих, кто прекрасно разбирается в этой сложной науке, мог бы приготовить это чудо-средство, позволяющее на время создать неотличимую от реальной иллюзию. — Мозги от морской воды проржавели? — шикнула я на него, испуганно оглядываясь. — На изготовление такого зелья требуется лицензия, а её у меня нет. — Мы никому не скажем, — подмигнул мне Марк. — Оливка, ну уж мне-то не ври, что даже не думала приготовить что-нибудь такое, повышенной сложности. Тем более, исключительно для наших личных нужд. У тебя же и рецептик есть, как я понял, м-м-м? — Нету, — торопливо отрезала я. — А ещё подруга, — хмыкнул Марк, ни на секунду мне ни поверив. — Врёшь и не краснеешь. Так, Оливка, отвечай на серьёзный вопрос: ты мне друг или морская губка? — Друг, но эликсир варить не буду, — буркнула я. Маркус тихо рассмеялся и покачал головой. А потом уставился на меня пронзительным взглядом. В серых глазах читались одновременно и скорбь всех отчисленных студентов, и лёгкий укор, и грусть… — Нечего на меня так смотреть, — не прониклась я и отвернулась. — На мне тайных символов нет. И рецепт эликсира тоже не написан. — Оливка, — тоном заправского искусителя протянул Маркус, — тебе не хочется проверить свои силы? — Мне не хочется вылететь из академии, — хмуро отозвалась я. — А если хоть кто-нибудь узнает, будет скандал и отчисление. И до конца жизни мне потом работать за пару серебрушек в неделю у эра Фольмината. И то, если наш знакомый гоблин согласится принять меня на прежних условиях. — Никто ничего не узнает. — Марк пододвинулся ко мне и теперь стоял так близко, что наши плечи соприкасались. — Кому придёт в голову проверять иллюзии на зачётах у первокурсников? А даже если и придёт, зелья по лицензии на то и не общедоступные, что иллюзия реальна даже на ощупь для посторонних, так? — Немного помолчал и добавил: — Оливка, любой нормальный человек решит, что использовать такой эликсир для какого-то там зачёта по непрофильному предмету это примерно как гонять комаров палкой. Вроде бы ты и попадёшь даже по парочке, но смысл? Я тебя уверяю, в нашей академии не готовы к таким сумасшедшим… поступкам. — Мысль сдать самостоятельно кажется мне всё более привлекательной, — покачала я головой. — Ну да, конечно, — кивнул друг. — Я прямо вижу в твоих глазах энтузиазм и дикое желание сдавать сессию не со всеми, а одной богине ведомо, когда! — Ты не смотришь сейчас мне в глаза, — язвительно поддела я его. — Я чувствую, — ничуть не смутился Маркус. — Лив, ты справишься. Смотри как удачно всё складывается. Допуск в лабораторию у тебя есть, ты сама говорила, что в последний месяц к тебе туда вообще никто не приходит проверять, насколько правильно ты работаешь с оборудованием. А если какой-то случайный патруль заглянет, так откуда им знать, что конкретно ты готовишь? Покажешь разрешения, скажешь, что для магазина варишь какую-нибудь притирку от прыщей и всё. Наглость города берёт! — Смелость, — поправила я. — И она тоже, — согласился Марк. — Ну так что, договорились? Я первым готов испытать действие эликсира и сдать за тебя твою физподготовку. Кровь будет чиста, никаких усилителей. И все ингредиенты куплю, раз я инициатор. И каков твой положительный ответ? Я задумалась. Марк прекрасно меня знал и не зря предположил, что я уже не раз думала о том, как бы сварить лицензируемое зелье. К тому же, оно и впрямь может помочь нам получить зачёты по непрофильным предметам. Понятно, что рано или поздно мы бы их сдали и самостоятельно, просто сэкономим время… Поймала себя на том, что уже думаю о безумной идее Маркуса как о совершенно решённом деле и хлопнула ладонью по гладкой поверхности камня. Повернулась к Марку и отчеканила: — Ни за что!

Пятью днями позже я, нервно озираясь по сторонам, в ночи шла в лабораторию и пыталась понять, как этому языкастому водяному демону, которого я называла своим лучшим другом, удалось уговорить меня на эту авантюру? Не Марк, а самый настоящий Мрак! Вернее сказать, ему и пяти дней не потребовалось. Хватило двух. А оставшиеся три мы, точно ураган, носились по всем алхимическим лавкам Фесса в поисках необходимых ингредиентов. Хвала богине, всё, что требовалось для эликсира, можно было приобрести на месте. В отличие от меня, Маркус был абсолютно уверен в успехе нашего предприятия. Порывался пойти в лабораторию вместе со мной, оказывать моральную поддержку. Но я отказалась. Сейчас мне была нужна абсолютная сосредоточенность, а присутствие Марка отвлекало бы. По дороге встретила один из патрулей и с облегчением выдохнула. Сегодня дежурили целители. Мельком глянули на разрешение работать в лаборатории без преподавательского надзора и даже не спросили, что конкретно я собираюсь там готовить. Заготовленная полуправда про регенератор и средство для отбеливания зубов не пригодилась. Может, и к лучшему. Надеялась, что в лаборатории сумею окончательно успокоиться и собраться с мыслями. Ага, как же! Наверное, я ещё никогда в жизни так не нервничала! Поминутно сверялась с вызубренным наизусть рецептом, в сотый раз взвешивала каждый ингредиент и прислушивалась — не раздадутся ли в коридоре чужие шаги? Но, к моему счастью, за дверью лаборатории царила тишина. В какой-то момент я просто отрешилась от всего, что происходило вокруг, боясь напортачить со сложным эликсиром. Плохо помнила, как добавляла в реторту составляющие будущего зелья, как напитывала его магией. Волнения и переживания ушли на второй план. А вот вспыхнувшую над ретортой радугу я запомнила прекрасно! Она свидетельствовала о том, что всё получилось. Выдохнула, подрагивающими руками перелила готовую мерцающую жидкость во флакон, тщательно запечатала его и спрятала в потайное отделение сумки. Ну, как сказать «потайное». Слева сразу под ручкой немного оторвалась подкладка и вначале у меня руки никак не доходили наглухо зашить эту дыру, а потом я поняла, что теперь в сумке есть дополнительный карман. Поэтому нитка там была длинная и двойная — тянешь за петельку — тайник открывается, тянешь за края — закрывается. Ещё раз прислушалась к тишине за дверью и вернулась к рабочему столу. Ещё предстояло изготовить нейтрализатор. Тревожность вернулась, когда я вышла из лаборатории. За каждой дверью мне чудился то дежурный преподаватель, то лично декан с уже подписанным приказом на моё отчисление. Вздрагивая от каждого звука, я вспугнутой птицей промчалась по коридору, прокралась по лестнице и замерла у выхода из учебного корпуса. Сделала несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, успокаиваясь, вытерла вспотевшие ладони о край блузки. Вышла наружу и поёжилась от порыва неожиданно холодного ветра. Хорошо ещё, общежитие было недалеко. Только в комнате я наконец-то поверила, что всё получилось! Никто не прознал, что я нарушила закон и, не имея лицензии на изготовление опасных эликсиров, приготовила один из них. Но теперь меня волновало другое: всё ли я верно сделала. Вдруг ошиблась хоть в малости и эликсир сработает не так, как задумано? До рассвета ворочалась, не в силах заснуть, а когда, вконец измучившись, задремала, мне приснился кошмар. Вместо безобидной, пусть и вполне реальной иллюзии у Марка вырастали то оленьи рога, то роскошный разноцветный хвост, то ещё какая-нибудь лишняя часть тела вроде дополнительной пары ушей. А потом он вовсе превратился в Лориного ворона, громко хлопая крыльями, взлетел на изголовье кровати, гнусно захохотал и заявил: — Пора завтракать! И брызнул в лицо водой. Я подскочила, точно ошпаренная, прижимая к груди одеяло, заозиралась вокруг. Сердце билось тревожно и гулко. Корвин мирно чистил перья на подоконнике, а водой в меня брызгала Лора. — Тебя не разбудить сегодня! — пожаловалась она. — Идём завтракать, соня! — Идём, — хриплым спросонья голосом согласилась я. Потянулась, неохотно сползла с кровати. — Чего только не привидится под утро… Показалось во сне, что это Корвин меня будит. — Ворона во сне увидеть — к неприятностям, — задумчиво проговорила Лора и тут же исправилась, увидев моё испуганное лицо: — но Корвин не просто ворон, он фамильяр. А фамильяры все значения меняют. Добрый знак, выходит! — Только что придумала, да? — недоверчиво хмыкнула я. — Нет, — отпёрлась ведьмочка самым честным тоном. — Я тебе слово даю, что хороший знак! Корвин не может сниться к дурным вестям! — Повернулась к фамильяру в поисках поддержки: — Правда же? Ворон согласно качнул крыльями и приосанился. Укоризненно уставился на меня чёрными бусинками глаз, точно спрашивая: ты что, не веришь? Спорить с двоими сразу я не стала. Пришлось признать, что знак и впрямь добрый. — Вот увидишь — будет у тебя сегодня твой зачёт по физподготовке! — заверила меня Лора. — Я уверена. — Твои бы слова да богине в уши, — вздохнула я. — Или хотя бы Дейдре-покровительнице. А лучше обеим. — Дестиана услышит и не оставит тебя, — твёрдо заявила подруга. — Как и её Тени. — Смешно поморщила носик и заявила: — А вот у меня точно будет беда и печалька: эр Форан вчера затребовал окончательный ответ — напишем мы заявления с просьбой создать для нас особую группу или нет. И про то, что мы ещё немножко подумаем, слышать не желал, якобы деканат там ответа ждёт, все дела. Мы и сказали, что нет… А он обиделся, заявил, мол, весь семестр голову морочили. Точно на зачёте отыграется! Всё, хватит о грустном! Одевайся, умывайся и пошли завтракать, я голодная как зверь! Приду в столовую и съем всё, что увижу. — Лопнешь, — усмехнулась я. — Неа, — беззаботно отозвалась Лора. — Не лопну. Но из столовой ты меня покатишь, как шарик. Только смотри — выбирай дорожки поровнее, чтобы мне камушки в бока не впивались! — Обязательно, — я прижала руку к груди. — Слово зельевара! Мы обе весело рассмеялись, а Корвин вторил нам громким карканьем. Лоре почти удалось растормошить меня и заставить отвлечься от тяжёлых мыслей и переживаний по поводу эликсира, но когда мы дошли до столовой, я поняла, что не смогу съесть ни кусочка. От волнения даже слегка подташнивало. Меньше чем через час мне предстояло передать эликсир Марку, а потом… О том, что может случиться потом и что — пойти не так, я боялась даже думать. Самым паршивым было, что я не могла поделиться опасениями даже с Лорой. Про запланированную авантюру с иллюзиями знали только мы с Марком. Не то что я не доверяла подруге, скорее, не хотела волновать её. Эмоциональная Флорентина точно бы переживала сильней, чем я. Через несколько минут к нам присоединился позёвывающий Марк. В отличие от меня он выглядел вполне выспавшимся и довольным жизнью. И на аппетит не жаловался. Бойко смолотил две порции творожной запеканки и заел всё булкой с изюмом. Я же в итоге ограничилась лишь сладким чаем. Лора задержалась поболтать с одногруппницами, а мы с Марком, переглянувшись, направились обратно в общежитие. — Андре куда-то умотал с утра пораньше, — спокойно произнёс друг, пока мы ждали лифта. — Так что приходи, жду. Время у нас ещё есть, успеем. И приобнял за плечи. Я слабо улыбнулась, молчаливо благодаря за эту поддержку, столь нужную сейчас. Мелькнула было мысль, что ещё не поздно всё отменить, но её тут же вытеснила другая, возмущённая: я что, настолько не верю в себя? Зачем в таком случае вообще в зельевары пошла? Варила бы в гоблинской аптеке дальше всякие несложные отвары от ожогов, от запоров, от другой различной хвори и не высовывалась! Вот и проверю, действительно что-то могу и умею или так, погулять с котелком вышла. Лифт приехал, открыл двери, выпуская галдящую толпу студентов. Среди них был весело улыбнувшийся нам Шедриан, а вот второго знакомого я бы предпочла не встречать подольше. Столкнулась с холодным взглядом зелёных глаз Джареда Ферна, и сердце тут же тревожно заколотилось. Ох, надеюсь, Шед не понял, о каком старшекурснике я говорила, иначе мне точно не поздоровится! Огневик на мгновение задержал взгляд на лежащих на моих плечах ладонях Марка, равнодушно кивнул и направился к выходу. Шед замедлил было шаг, явно собираясь поболтать, но Марк втолкнул меня в лифт и нажал на кнопку закрытия дверей, сделав вид, будто не заметил намерений метаморфа. — Спасибо, — поблагодарила я. Марк кивнул, помолчал немного, а потом серьёзно произнёс: — Лив, хочешь, я с ним поговорю? — С кем? — насторожилась я. — С Шедом, конечно, — хмыкнул друг. — Ты от него шарахаешься, как морской котик от акулы. Если не поймёт по-хорошему, так я и иначе могу вразумить. — Да нет, вроде мы уже разобрались, — отказалась я. — Смотри, — пожал плечами Марк. — Если понадобится, сразу говори, моё предложение в силе. Кстати, а почему ты уточнила? Кто-то ещё достаёт? — Нет, что ты! — торопливо ответила я. Марк смотрел на меня с лёгким прищуром и, чтоб окончательно унять его недоверие, я добавила: — Просто мысли сейчас вообще о другом. Сам понимаешь, что конкретно меня волнует. Друг разулыбался и легонько ткнул меня плечом. — Да ладно тебе, я вот вообще не переживаю. Знаю, что всё пройдёт так, как нужно. — Надеюсь, — со вздохом согласилась я. — Но всё равно волнуюсь. — Настоящая женщина, — усмехнулся Марк. — Придумала себе повод и давай беспокоиться! — А как же, — в тон ему ответила я. — Кто-то должен, почему бы не я? — Хорошо, — согласился друг. — Тогда разрешаю тебе немного поволноваться. — Ну вот взял и всё настроение испортил, — с наигранным недовольством буркнула я. — Неинтересно волноваться, когда разрешают. — Тогда не волнуйся, — пожал плечами Маркус. — Всё как захочешь! — Доброта твоя шире и бездонней моря, — отметила я. — Да, — скромно согласился Марк. — Кто-то должен быть добрым, почему бы не я? В комнату я заходить не стала, эликсир был при мне. Сразу пошли к Марку. На секунду я замерла у порога, понимая, что сейчас — последняя возможность переиграть всё, отказаться. И шагнула вперёд. Поздно. Зелье уже готово, остаётся лишь узнать, насколько качественным оно получилось.