Наследница звездных пустошей

Пролог, в котором меня разбудил не будильник

Телефон звонил. Звонил нагло, настойчиво и абсолютно бессовестно.

Господи, ну кому не спится в такую рань, а?! Я только-только спать легла…

Кое-как нашарила его на табуретке, стоящей рядом, убедилась, что это не заведующий отделения и не старшая медсестра, но всё равно не рискнула игнорировать звонок, хотя и ответила без особой приязни:

– Алло…

– Иванова Ираида Ильнуровна? – бодро уточнили у меня на том конце трубки приятным мужским баритоном.

Вот только меня это ни капли не впечатлило. Начиная подозревать, что это очередной спам, тем не менее буркнула:

– Да.

– Здравствуйте. Меня зовут Хольцберг Эдуард Сигизмундович…

У меня даже спросонья озадаченно вытянулось лицо, потому что спамеры обычно представлялись более простыми именами.

– Я представляю адвокатскую контору “Хольцберг и сыновья”. Скажите, когда вы можете подъехать для оглашения завещания?

– Какого завещания?

Я озадачилась ещё сильнее, потому что родственников не имела. Вообще. С первого дня жизни росла в приюте, куда меня подбросили лишь с запиской об имени с отчеством. Именно поэтому они у меня настолько нестандартные. А вот фамилию мне присвоили уже там и самую обычную – Иванова.

А не разыгрывают ли меня с целью выманивания денег? Такое сейчас сплошь и рядом.

Хотя что с меня взять? Разве что убогую однушку, доставшуюся от государства в восемнадцать, да только и она расположена в доме под снос, но расселять нас, как обычно, некуда.

– Которое оставила ваша дальняя родственница, – невозмутимо ответил мне адвокат. – Уверяю вас, это не розыгрыш и не обман, всё абсолютно честно и законно. Мне не нужны от вас ни деньги, ни смс-коды. Только ваше присутствие. Так когда вы можете подъехать?

Ну прям заинтриговал…

Сонно глянув на часы, висящие на стене, которые показывали всего десять минут десятого (спать легла я тридцать минут назад), печально вздохнула, но сначала всё равно уточнила:

– Где вы находитесь?

– Новослободкинская-десять, здание бизнес центра, офис номер тринадцать.

Адрес был мне знаком и располагался в центре города, но от моего дома в ту сторону ходил достаточно удобный и регулярный маршрут, так что я вздохнула снова и твердо произнесла:

– Я смогу подъехать к одиннадцати.

– Превосходно, – обрадовались на том конце трубки. – Буду с нетерпением вас ждать. Не забудьте паспорт.

Да уж не забуду…

Мужчина отключился, ну а я, не рискуя снова закрывать глаза, села и ещё пару минут просто посидела, приходя в себя. Будучи сиротой, я с самого раннего детства прекрасно понимала, что рассчитывать могу только на себя.

Увы, особой красотой я не обладала (и слава богу!), выдающихся результатов в учебе и спорте не показывала, приемные родители меня своим вниманием так и не осчастливили, так что сразу после девятого класса я отправилась грызть гранит науки уже по профессии, и в общем у меня не сильно плохо получалось.

В целом жизнь складывалась не так уж и плохо: повезло и с директором приюта, и с воспитателями, и с социальным педагогом, который помог сначала поступить на бюджетное место в медицинский колледж, затем выбил для меня общежитие, стипендию, а после восемнадцати и квартирку.

Да, не всё и не всегда складывалось идеально, но не хуже, чем у многих.

В итоге к своим двадцати пяти я имела неплохую и востребованную профессию, работала медсестрой в городской больнице в нефрологическом отделении, брала суточные дежурства раз в три дня, а иногда и подработки, если кто уходил в отпуск или на больничный, и в итоге получала за это очень даже нормальные деньги, подумывая о том, чтобы замахнуться и на высшее образование.

Почему бы и нет?

Замуж не берут, так хоть карьеру сделаю.

Фыркнув далеко не в первый раз, потому что предложений “уединиться” хватало, но это всё, что на что хватало окружающих меня мужчин, прошла в ванную и поплескала в лицо холодной воды, чтобы взбодриться.

Из зеркала напротив на меня взглянула откровенно уставшая молодая женщина с сонными серыми глазами и серыми же кругами под глазами. Не скажу, что я так уж сильно уставала на дежурстве, но это всегда отражалось на моей внешности в худшую сторону. Тем более на работе я старалась не спать – если поймают, могут и премии лишить, которая в моей зарплате не самая маленькая часть.

Пару раз провела расческой по черным волосам, отросшим уже до лопаток, стянула в простейший хвост, смачно зевнула и отправилась одеваться. Начавшаяся осень уже вносила свои коррективы в мой гардероб, так что кроме джинсов, лифчика и футболки пришлось надевать и носки, и полноценные ботинки, и даже куртку.

Не забыв проверить паспорт в сумочке, где лежал и кошелек, и куча прочих необходимых от случая к случаю мелочей, я заперла дверь и отправилась на маршрутку. К нужному зданию, где располагался престижный бизнес центр, подъехала уже минут через тридцать, отлично подгадав по времени, так что к офису с номером тринадцать подошла без одной минуты одиннадцать.

===

Спасибо всем, кто заглянул в мою историю!

Это будет классический (ну или не очень) любовный роман в фэнтези антураже, где героев жду самые разные приключения, недопонимания, но в итоге всё равно любовь.

Если захочется оставить комментарий - не стесняйтесь!

Если захотите подписаться на автора (то есть меня) - буду признательна.

Если найдете ошибку - буду рада выслушать и обсудить.

Проды будут выкладываться через день, и да прибудет с нами вдохновение!

Глава 1, в которой я проснулась не в своей постели

Вежливо постучав в дверь с нужным номером, приоткрыла её, убедилась, что там меня уже ждут, и смело вошла, первым делом увидев секретаря, которой оказалась миловидная доброжелательная женщиной за сорок, а ещё двух посетителей: белокурую девицу примерно моих лет, но с глобальным хирургическим тюнингом всего тела (нос, скулы, губы, подбородок и, подозреваю, грудь), а также седовласого мужчину лет пятидесяти с породистым лицом потомственного аристократа и в костюме-тройке, который всем своим видом давал понять, что крайне нехотя снизошел до нас, простых смертных, но его буквально коробит всего от омерзения. И будь его воля, он бы тут не находился.

Удивилась, конечно, но за годы учебы и работы насмотрелась на всяких разных личностей, так что спокойно прошла до стола секретаря и представилась, для верности предъявляя и паспорт.

– О, прекрасно, только вас и ждем, – обрадовалась мне женщина, на столе у которой стояла табличка с именем “Ольгреда Альфредовна”. – Прошу, проходите.

Всех нас пригласили пройти в следующую дверь, за которой находился кабинет адвоката. Стильный, дорого обставленный, со свежим ремонтом, на меня он сразу произвел впечатление, как и его хозяин: привлекательный высокий брюнет лет сорока с умными глазами и доброжелательной улыбкой. Жестом предложив нам присаживаться вдоль длинного стола, он дождался, когда мы выберем себе место по вкусу (девица села справа, а мужчина слева максимально близко к нему, ну а я предпочла с торца), после чего представился уже знакомым мне именем “Эдуард Сигизмундович” и заявил:

– Мы собрались здесь, чтобы я озвучил волю покойной госпожи Рэрикс Аннабель Халифовны, которая указала в своём завещании вас, как своих наследников. Итак… Свой замок госпожа Аннабель Халифовна завещает своему внучатому племяннику Роберту…

Мужчина слева высокомерно кивнул, словно даже не сомневался, а я недоверчиво похлопала ресницами. Замок? Это что за Средневековье? Нас снимает скрытая камера или как?

– Виллу на Лазурном берегу и яхту “Арлания”, особняк на Патриарших и личный бизнесджет госпожа Аннабель Халифовна завещает своей внучатой племяннице Фредерике…

Девица почему-то недовольно поджала губы и тихо хмыкнула через нос, хотя это были далеко не единственные единицы движимого и недвижимого имущества. Всего их оказалось под тридцать и я недоумевала всё больше. Ну, допустим, некая госпожа Рэрикс была действительно возмутительно богата. И её родственники были в курсе.

Я тут каким боком?

– И наконец, крылья главы рода и ключ от врат Междумирья госпожа Аннабель Халифовна завещает своей правнучке Ираиде.

О, вроде про меня речь зашла. Не поняла про крылья. Это шутка? Или бабуля их коллекционировала? Ну а что? Коллекционируют же люди марки…

– Что? Почему ей? – визгливо возмутилась Фредерика, бросив на меня гневный взгляд, после чего снова уставилась на адвоката. – Крылья и ключ должны были достаться мне!

– Чушь, – цыкнул через губу Роберт. – Она всегда давала понять, что крылья и ключ достанутся мне. Это какая-то ошибка! Дайте мне завещание, я должен убедиться в этом лично!

– Никакой ошибки, дамы и господа, – в отличие от них, адвокат вел себя безупречно сдержанно и говорил абсолютно спокойно. – Я лишь проводник воли госпожи Рэрикс и озвучил четко то, что желала она. А теперь прошу вас покинуть кабинет. Документы и ключи от вашего имущества вам передаст мой секретарь, Ольгреда Альфредовна. А вас, Ираида Ильнуровна, я прошу задержаться.

– Я этого так не оставлю! – прогромыхал Роберт, вставая, но идя на выход. – Я обжалую это нелепое завещание! Так и знайте!

– Возмутительно и бесчестно! – чуть ли не визжала Фредерика, прожигая меня уже откровенно ненавидящим взглядом. – Она даже не чистокровная! Её даже в семью не ввели!

– Вон.

И вроде голос не повышал, но прозвучало в этом приказе что-то, отчего я буквально примерзла к своему стулу, а вот девицу сдуло из кабинета в мгновение ока. И остались мы одни… Снова любезно улыбающийся адвокат и абсолютно ничего не понимающая я.

– Прошу прощения за то, что вам пришлось выслушать, Ираида Ильнуровна, – предельно вежливо произнёс мужчина. – Я знаю, происходящее кажется вам абсурдным, но всё действительно так. Вы – единственная кровная правнучка госпожи Рэрикс Аннабель Халифовны, мы нашли вас по зову крови. Более того, человек вы лишь отчасти, по матери. Ваш отец – существо из иного мира. Лейри. Со временем вы разберетесь со всем сами, а сейчас позвольте передать вам ваше наследство. Пожалуйста, подойдите ко мне.

Меньше всего мне хотелось вставать и подходить к мужику, у которого, кажется, слегка кукуха поехала (подозреваю, ещё и биполярка), но что-то неведомое подняло меня на ноги и я спокойно приблизилась к его столу, хотя больше всего в этот момент хотела просто сбежать.

– Пожалуйста, ничего не бойтесь, я не желаю вам вреда, – всё ещё доброжелательно произнес адвокат, тоже поднимаясь из-за стола, вот только его глаза заволокло тьмой, из глубин которой на меня глянуло нечто абсолютно потустороннее. Не сказала бы, что однозначно ужасное, но точно не доброе и ласковое. – Я всего лишь проводник воли усопшей. А вам необходимо как можно скорее привыкнуть к своему новому статусу.

В моей голове пронеслась тысяча и одна безумная мысль, но выдавить удалось только одну:

– Какому?

Голос прозвучал хрипло, испуганно, но мужчина этого словно не заметил, уже надевая на мою шею некий крупный кулон, который был сделан в виде старинного фигурного ключа с крыльями, а в центре – крупный черный камень с едва уловимым синеватым блеском.

И только после этого доброжелательно произнес:

– Новой госпожи Рэрикс. А сейчас закройте глаза, ключу необходимо на вас настроиться. Закройте. Да, вот так. И помните: вы – кровная наследница. Это всё ваше по праву. И никто… – его голос стал строже и величественнее, – никто не вправе это отнять.

Неожиданно в голове зашумело, к горлу подступила тошнота, заломило в спине, зазудело между лопаток… Кажется, адвокат ещё что-то говорил, но я…

Я уже падала, теряя сознание.

Он что со мной сделал, гад?!

В себя я пришла на полу.

Было жестко, всё тело ужасно ломило, ныли виски, во рту словно кошки нагадили, а в голове долбилась дурацкая мысль: меня похитили на органы.

Или нет?

Ради чего вообще нужно было проворачивать такую нелепую махинацию? Ради квартиры? Так ей красная цена – пять копеек. Дом под снос, её даже продать нельзя. Я сама-то там живу, потому что до работы близко и зимой в оконные щели не слишком сильно задувает, но уже не первый месяц думаю, как быть дальше.

Дальше…

Кое-как сев, я осмотрелась, отмечая, что нахожусь в совершенно незнакомой комнате. Почему-то она круглая, метров пять в диаметре. В центре стоит старинная двуспальная кровать с резной спинкой, рядом с ней тумбочка с ночником, прямо по курсу небольшое арочное окно с широким подоконником, чуть дальше – лестница вниз.

Вниз, ага…

Несколько раз моргнула, но понятнее не стало. Я в какой-то башне что ли? Как странно…

Осматриваясь дальше, заметила, что стены покрыты зеленоватой штукатуркой, в потолке закрытый деревянный люк, но без лестницы до него не добраться, а за спиной находится большой двустворчатый шкаф, но пока заглядывать в него не стала. Смысл?

Зато нашла в себе силы встать и первым делом подошла к окну. То ли раннее утро, то ли поздний вечер – так сразу не понять. Но точно густые сумерки. Это сколько часов я провела без сознания? Слегка разозлившись, попыталась понять, на какой высоте нахожусь, но не преуспела – куда ни глянь, я видела только небо.

Ерунда какая…

Хмурясь всё сильнее, на всякий случай ощупала себя, констатируя, что вся одежда на мне, включая куртку, сумка до сих пор висит на плече, что в целом довольно странно, и… Ни звука.

Словно я одна в этой странной башне.

Тут же по спине пробежал табун испуганных мурашек, вспомнились самые страшные и нелепые ужастики, но всё же я нашла в себе силы дойти до лестницы и начать спускаться. Пока всё было скорее… нелепо, чем страшно, и следовало прояснить происходящее как можно скорее. Вообще-то мне скоро на работу! А я даже не знаю, какой сейчас день. Вечер того же дня или утро следующего?

И где я, черт возьми, нахожусь?!

Вторая комната выглядела, как гостиная: диван, небольшой столик, кресло, между ними торшер на высокой резной ножке и в центре светло-коричневый ковер. Всё.

При этом мебель выглядела далеко не новой, но скорее старинной, чем старой. На ковре виднелись легкие потертости, как и на мебельной обивке, но в целом помещение выглядело уютным.

И новая лестница вниз.

Да сколько тут этажей вообще?!

Начиная уже потихоньку злиться, но не рискуя никого звать, я спустилась ещё и оказалась в комнате посложнее. Направо кухня довольно старинного образца, налево небольшой коридорчик и ряд дверей. Подозревая, что самая внушительная ведет на улицу, начала с тех, что попроще. За первой оказался санузел с древней сантехникой: раковина, унитаз и короткая медная ванная на вычурных ножках. За второй вроде как кладовка с метлами, ведрами, лопатами (это еще зачем?) и другим хламом. За третьей – новый спуск вниз, но скорее всего в подвал. Света там не было и выключателя я не нашла, так что рисковать не стала.

Дольше всего я собиралась с духом, чтобы открыть последнюю дверь, но когда это сделала, то так и замерла на пороге.

Три метра – и земля заканчивалась. Вообще.

– Я сплю? – спросила сама у себя. Голос прозвучал хрипло, испуганно. Я никогда не боялась высоты, иногда даже летала во сне, ощущая себя при этом как никогда правильно, но сейчас…

Я просто растерялась.

Постояв так минут пять, аккуратно выглянула, повернув голову направо и налево, моментально увидела, что земля заканчивается везде, а потом, трясясь от ужаса, всё же вышла на улицу и обошла здание по кругу.

Увы, мои надежды не оправдались.

Как я и подозревала, но не могла поверить до конца, я находилась на крошечном островке, который сам собой парил в воздухе, и одно только это вызывало откровенный когнитивный диссонанс.

Я сама-то как тут оказалась?!

Чтобы не подвергать свой и без того пострадавший организм ещё большему стрессу, я вернулась в дом и села за кухонный стол, цепляясь вниманием за привычные и понятные вещи. Вот стол, вот стул (один всего). Вот раковина для мытья посуды, вот печка. Шкафчики. Напольные и подвесные. Кастрюля, сковородка. Несколько тарелок…

Сама не заметив, я потихоньку обшарила всё, что тут было, не найдя ничего, что могло бы хоть как-то пролить свет на происходящее.

Мистика. Самая настоящая мистика!

При этом вещи понятные, посуда хоть и старинная, но чистая и целая. Да, её немного, но для одного в самый раз. Никаких губок и “фейри”, лишь тряпки и брусочек коричневого мыла, а в горшочке что-то похожее на соду.

Не остановившись лишь на этом, обыскала кладовку и санузел, а затем обследовала и подвал, куда спустилась, подсвечивая себе фонариком из телефона и через шаг замирая от страха. К счастью, в подвале не было ни маньяка, ни монстров. К сожалению, выхода в нормальный мир тоже. Зато нашлось немного продуктов в ларях для хранения овощей и на полках для хранения заготовок. Картошка, морковка, лук, соленые огурцы, растительное масло в кувшине, немного крупы и муки – на неделю точно хватит.

Хм, интересно… Тот, кто меня сюда притащил, сообразил обеспечить меня базовым минимумом на весьма короткий срок.

Но дальше-то что?

Ну поживу я неделю на картошке. А потом? Кстати! Вода тут есть? Или как?

Вода тут… Была.

Теплая.

А вот телефонной связи и розеток не было.

Совершенно не представляя, откуда берется вода и куда девается (это остров, черт возьми!), я предпочла не ломать себе голову нерешаемыми вопросами и поднялась наверх. Сначала в гостиную. Увы, там никого не появилось: ни похитителя, ни спасителя. Ни интерактивного табло, по которому бы со мной связались устроители розыгрыша и объяснили правила.

Сердито поджав губы, я поднялась ещё выше и на этот раз обследовала и шкаф, и тумбочку. При этом в шкафу обнаружился ни много, ни мало, а полноценный космос (я поспешила закрыть дверцы обратно), а в тумбочке старинная рукописная книга.

А вот это уже интересно…

Сев прямо на кровать (одежда у меня чистая, а кровать была застелена лоскутным пледом), я внимательно изучила морщинистую кожаную обложку и корешок, но не нашла ни автора, ни названия. А когда открыла, то первым делом прочла вступление на титульном листе:

“Приветствую тебя, мой великий потомок. Если ты читаешь эти строки, значит ты вступил в наследство и принял на себя обязательства рода. Верь своим крыльям – они не подведут. Будь собой – иное путь в никуда. Не бойся ничего и никогда. Помни, ты – великий лейри из рода Рэрикс. Да пребудет с тобой сила рода”.

Ну… Здорово, наверное.

А домой-то как попасть?

Немного полистав книгу, с откровенным изумлением выяснила, что это своего рода личный дневник, куда его первый владелец записывал прежде всего наблюдения за погодой, рецепты, советы по охоте и рыболовству, выращиванию самых разных культур и уходу за сельскохозяйственными животными, а также (да ладно?!) магические заклинания, рунные формулы и даже зарисовывал магические печати.

Не читая это всё дотошно, я предпочитала искать что-нибудь, что помогло бы прояснить ситуацию более четко, но в итоге нашла нечто совсем странное.

Для начала описание этого места.

Оказывается, это… Междумирье! Да-да, всамделишное. Я бы обязательно в этом усомнилась, если бы своими глазами не убедилась, что нахожусь на крошечном островке в “нигде”, так что предпочла поверить наслово.

Само по себе Междумирье огромно и не статично, но состоит именно из островов – осколков древних погибших цивилизаций и даже миров. При этом оно не безжизненное ничто – тут есть солнце и жители, можно заниматься сельским хозяйством, искать сокровища, охотиться за островами и объединять их в конгломераты. Как посредством якорей и воздушных мостов, так и магией.

В общем, любопытно, но пока слабо понятно.

Листая дальше, наткнулась на ещё одну любопытную статью, в которой рассказывалось про “ключ от врат Междумирья”. Некий артефакт, который помогал ходить между мирами. Те, кому он принадлежал, могли открывать самые настоящие порталы и спокойно перемещаться из одной точки в другую, но лишь при условии, что ему принадлежит эта собственность. А ещё для этого нужна дверь. Хотя бы одна.

Хм-м…

Прочтя эту заметку от и до, а затем перечитав особенно смущающие меня моменты, я поняла, что в моей голове начинает кое-что проясняться. И пускай я до сих пор считала происходящее бредом, решила, что хуже никому не будет, если кое-что попробую.

И обманчиво смело подошла к шкафу, внутри которого находился космос.

Для верности мысленно перекрестилась (хотя верующей не была), покрепче поджала губы, чтобы не заорать от страха, сжала в левой руке кулон с ключом, который до сих пор висел на моей шее, загадала собственную квартирку и рывком открыла дверцу.

Замерев, потому что на этот раз в шкафу находился не космос, а вид на мою прихожую со стороны входной двери, но словно через какую-то мерцающую пленку, я даже истерично хохотнула… Но сразу сигать в родные квадратные метры не стала.

Наоборот, закрыла дверцу и вернулась на кровать.

Легла.

Обняла себя руками.

Несколько раз мысленно проговорила про себя названия сложных лекарств и даже прочла стишок. Уже вслух.

Убедилась, что это не сон и я не сошла с ума (но это не точно), а потом старательно задумалась о том, чем мне это грозит. И грозит ли вообще? Зачем мне эта башня? Что тут делать? Быть хозяйкой? Хм-м…

Сев снова, осмотрелась.

В принципе, вариант неплохой. По сравнению с моей убитой квартиркой так уж точно. Да, я сделала там косметический ремонт буквально пару лет назад, но ситуацию это особо не поправило. Тут же… Жить можно. И неплохо.

Но работать там.

Или как?

И как насчет родственников? Боюсь, если они нагрянут ко мне в гости и начнут отнимать ключ силой, то я ничего не смогу им противопоставить. Или смогу?

Прекрасно зная, что люди и за копейку порой готовы удавиться (и других удавить), а тут полноценная башня и выход в загадочное Междумирье, поняла, что не готова расстаться со своим наследством просто так, без борьбы.

Если это всё правда, если магия существует, то… Может и крылья у меня теперь есть? Пока, правда, непонятно, как их из себя вытащить, но вспоминая множество прочитанных книг фэнтези (да-да, есть за мной такой грешок), стоит больше времени уделять именно магии и магическим практикам.

Но сначала, пожалуй, стоит всё-таки вернуться домой. Работу никто не отменял.

Глава 2, в которой я сбежала от бандитов в шкаф

На этот раз я подошла к шкафу уже намного спокойнее, но снова сначала сжала кулон в руке, а затем взялась за правую дверцу. Открыла, с облегчением убедилась, что там не космос, а квартира, шумно выдохнула и порывисто шагнула вперед.

Миг, легкое сопротивление пленки – и я дома. Действительно дома!

Даже рассмеялась от облегчения, почти сразу отмечая, что и тут за окном стремительно вечереет, и вздрогнула от неожиданности, когда телефон начал истошно надрываться пропущенными звонками и сообщениями, а спустя пару секунд и вовсе требовательно зазвонил. Абонент был незнаком, но на работе меня уже давно приучили сначала выяснять, кто звонит, а только потом сбрасывать, если это навязчивая реклама.

– Алло.

– Наконец-то! – зло выдали на том конце трубки истеричным женским голосом. – Где тебя носит, сколько можно?

Не узнав говорящего, отметила про себя, что это точно не начальство и не напарница, так что хмуро уточнила:

– Кто это?

– Ещё и не узнала? Хамка! – гневно выдали мне вместо ответа, но потом всё же слегка прояснили ситуацию. – Это Фредерика. Нам срочно необходимо встретиться! И учти, даже не вздумай продавать крылья и ключ этому говнюку. Ясно? Где ты сейчас находишься? Срочно приезжай на Никитинскую, я жду тебя в ресторане “Золотой Дракон”. Сколько денег хочешь? Десяти миллионов хватит? Говори номер карты, переведу. И привези мне ключ! Поняла?

Не давая вставить ни словечка, девица тараторила и тараторила, вгоняя меня своей наглостью даже в некоторый ступор, но потом я просто отодвинула телефон от уха и нажала отбой. Что-то мне это та-а-ак не нравится…

Не прошло и секунды, как телефон зазвонил снова. Отметив, что номер тот же, нажала отбой, а затем и выключила звук. Чтобы не подвели ноги, дошла до кресла и, старательно игнорируя всё новые и новые звонки, изучила список пропущенных. Почему-то звонили с четырех разных номеров, причем примерно с полудня. И все незнакомые. Более того, с двух ещё и отправляли сообщения, причем почти сразу было ясно, что один принадлежит Фредерике, а второй Роберту. Суть их была схожа, оба требовали взять трубку и перезвонить, но если сообщения Фредерики были все как один пронизаны истеричностью, то сообщения Роберта дышали презрением и угрозой.

А вот тут уже немного страшно…

На что готовы пойти люди, предлагающие за ключ десять миллионов долларов?

Боюсь, что даже не убийство.

Прикусив губу и обняв себя руками, попыталась понять, как мне действовать лучше всего. По всему выходило… что плохи мои дела. Даже если продам ключ кому-то из них, второй обязательно затаит обиду и сделает мою жизнь невыносимой. Мне отлично знаком такой тип людей, их хлебом не корми, дай почувствовать себя хозяином положения. Унизить, оскорбить, выместить на окружающих собственную никчемность для них в порядке вещей.

Но что, если не продавать ключ?

Убьют. Найдут и убьют, почему-то это я поняла с отчетливой ясностью. Да даже если не убьют, то изобьют в назидание так, что жизнь покажется адом. Жить инвалидом – та ещё мука.

Ну и что в итоге делать?

С досадой потерев лоб, подошла к окну, которое выходило во двор, и хмуро задумалась. Бросать работу и квартиру? Спасаться бегством? Но есть ли в этом смысл? Они оба явно обеспеченные и беспринципные. Найдут, загонят и затравят.

Так, а это еще что?

С легкой заинтересованностью наблюдая за тем, как возле моего подъезда один за другим останавливаются три больших черных внедорожника, из которых на асфальт бодро высыпают громилы самой бандитской наружности и один за другим скрываются внутри, только секунд через пять поняла, что это вообще может значить.

Уже?!

Откуда у них мой адрес???

Нервно разметавшись по квартире и прекрасно понимая, что моя дверь выдержит от силы десяток ударов, а потом всё – пиши пропало, первым делом рванула к столу, сгребла в охапку папку, где хранила личные документы, затем схватила шкатулку со скромными драгоценностями (в основном серебро и бижутерия, но всё равно жалко), под конец сорвала с вешалки новое пальто и, уже слыша, как по лестнице грохочут чужие ботинки, метнулась к платяному шкафу.

Остро жалея, что у меня не десять рук и я больше ничего не успеваю взять (хотя бы продукты и смену белья!), я зажала пальто подмышкой и рванула дверцу шкафа на себя. Уже запрыгивая в его нутро, которое содержало в себе не полки и плечики с одеждой, а обстановку спальни в башне, я услышала, как за моей спиной трещит под чужим напором входная дверь.

Фух, успела!

Не очень удачно выпав из шкафа кубарем и выпустив из рук шкатулку, содержимое которой рассыпалось по полу, первым делом я метнулась обратно к шкафу и закрыла его наглухо, прислоняясь спиной. Я крайне слабо представляла, как вообще осуществляется переход из мира в мир, но искренне надеялась, что незваным гостям он уже недоступен.

Минута, другая… Прошло не меньше пяти, когда я наконец позволила себе расслабиться. Неожиданно резко захотелось есть, спать и посетить туалет, так что я даже с легкой истеричностью хохотнула и, для начала переложив свои вещи на кровать, отправилась вниз.

Посетила санузел, с ужасом отметив, что там нет ничего: ни геля для душа, ни полотенца, ни туалетной бумаги (вообще кошмар!), но пока предпочла сосредоточиться на других вещах. Например, на ужине. Спать хотелось всё сильнее, так что я не стала тратить время на картошку, а предпочла сварить гречку, наскоро покидала её в себя, запила обычной кипяченой водой, не найдя ни единого чайного листика, и снова поднялась наверх.

Из принципа не думая о том, как на самом деле всё плохо, убрала пока шкатулку и папку в тумбочку, телефон положила сверху (хотя бы как фонарик использую), убедилась, что постельное белье чистое и ничем подозрительным не пахнет (странно, конечно, но на стирку у меня сил уже не осталось), после чего разделась до плавок и легла спать.

К этому моменту за окном стало уже гораздо темнее, но я бы не назвала это полноценной ночью. Пускай на небе и высыпали бесчисленные звезды, которые было отлично видно в окно, тем не менее горизонт (точнее где-то там внизу) ещё подсвечивало солнце. И я бы обязательно поломала голову над тем, как всё это странно, но лишь дико раззевалась, а затем и вовсе уснула.

И не снилось мне ни-че-го. Ни плохого, ни хорошего.

Зато выспалась!

Следующие два дня я просто жила.

Ела кашу и картошку, страдала от отсутствия связи, чая и туалетной бумаги. Изучала дом и остров. Небо и поднебесье. Прикидывала, как быстро меня уволят с работы и смогу ли я хоть когда-нибудь вернуться домой. Пока не рисковала. Ладно если просто дверь вынесли, убедились, что меня нет и ушли. А если не просто? Если караулят? Устроили погром и разбой?

Но всё оказалось гораздо хуже…

Понимая, что продукты не бесконечны и мне необходимо выбраться на Землю хотя бы до магазина (а деньги на карточке, ладно хоть карточка с собой), на третий день я набралась смелости, взяла с кухни нож побольше, собрала невеликие крохи решительности и распахнула дверцу шкафа.

Я была почти готова даже к тому, что из него на меня набросится орда наёмников, чтобы отобрать и ключ, и крылья, которые у меня на спине так и не отросли, оставаясь лишь изящным элементом подвески, но реальность оказалась намного ужаснее.

Эти уроды спалили мне квартиру!

Черный пол, труха вместо стола, горелый ком вместо дивана… Чувствуя, как начинаю зло скалиться и готова рычать, рвать и метать, но никак не рыдать и биться в истерике, я сделала шаг вперед и в нос тут же ударил тяжелый запах гари. Под ногами захлюпало и зачавкало, из выбитого и кое-как заколоченного окна задуло, но я из принципа обошла всю квартиру, мрачно констатируя, что огонь не пощадил ничего.

Уничтожено всё. Вообще всё! А что не уничтожено (например, чугунная сковородка), то испорчено так, что не исправить. Чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, но не беспомощности и отчаяния, а злости и даже ярости, я вернулась в коридор и вышла на площадку через обгорелый дверной проём. Всё, что осталось от двери.

Дверь. Мне нужна всего лишь дверь, чтобы уйти обратно.

Подъездная тоже подойдет.

Но сначала…

Пока спускалась по лестнице, в голове родился ничуть не гениальный, но всё же план. Нет, я не собиралась кидаться не врага с шашкой наголо. Во-первых, не умею. Во-вторых, нет у меня этой шашки. Но память у меня отличная и при случае я обязательно им это всё припомню. Но для того, чтобы знать, кому именно припоминать, нужно выяснить, кто они такие.

А кто это знает? Правильно, адвокат.

На улице задувало и накрапывал противный дождик, но это не помешало мне дождаться нужную маршрутку и доехать до нужной улицы. Там дойти до нужного офиса… И с недоумением выяснить, что двери с номером тринадцать не существует.

Ну отлично, блин!

Злясь, но где-то глубоко в душе понимая, что ничего в этом удивительного нет, я вышла из здания, с минуту задумчиво постояла на крыльце, прикидывая, что делать дальше, но потом отправилась не на работу, а в гипермаркет.

Пока шла, пыталась придумать, как действовать дальше. Ну, допустим, денег на продукты мне хватит месяца на два-три. Но что потом? Ходить на работу элементарно опасно, там меня подкараулить проще простого. А если ещё и после смены, сонная и уставшая, то даже мявкнуть не успею. А ещё мне нужна собственность. Новая собственность. Не сгоревшая и с дверью. Да что там, просто дверь!

Дверь…

А что если купить дверь? С дверным проемом.

Но куда ее поставить? Или не дверь, а шкаф? Но опять же, куда его поставить? Мне нужно безопасное место. Доступное двадцать четыре на семь. С удобными путями отхода.

Боже, о чем я вообще думаю?!

Но если отбросить в сторону мысль, что это всё бред изначально, то идея неплоха. Только как её оформить? Чтобы и удобно, и безопасно. И никто не удивлялся, куда я ухожу и откуда появляюсь. Где моё имущество не украдут и не испортят, а саму меня ни в чем не заподозрят?

Дилемма!

Как назло, в голову не приходило ну вот вообще ничего. Да, можно снять номер в отеле. Но это дорого. Можно снять комнату на подселении. Это гораздо дешевле, но всё зависит от хозяев. Попадутся какие-нибудь отморозки – вынесут в моё отсутствие всё и даже дверь. Пропьют, сломают… Опасно.

Ну и что остается? Сцепить зубы, делать ремонт в квартире и ждать, когда её снова спалят?

Ур-роды!

Самое смешное, мне не так было жаль квартиру, которую я так и не смогла полюбить, как свой дом, но было дико жалко одежду, ноутбук и самые разные бытовые мелочи. Кружку, зубную щетку… Кофе!

Твари!

В итоге, так ничего и не решив, я сняла в ближайшем банкомате с карточки все деньги, чтобы в случае чего меня не могли отследить по карте, приобрела ряд продуктов и вещей первой необходимости, тщательно обдумывая каждую позицию, чтобы не прогадать в том числе по весу, но всё равно набралось два больших тяжелых пакета с горкой, и это я ещё одежду не покупала. А ведь скоро зима! По крайней мере здесь.

В Междумирье, как я поняла, всегда лето. Хоть с этим повезло!

При этом в свою башню я ушла через дверь санузла, предварительно убедившись, что за мной никто не следит. Получилось без проблем.

Уже спустившись вниз и разбирая из пакетов тушенку и полотенца, кофе, сахар и туалетную бумагу, макароны и овсянку, искренне удивилась вежливому стуку в дверь.

Э-э…

Это так сильно озадачило и насторожило (но не напугало), что я немного подумала, помедлила, дождалась нового стука и только потом крикнула погромче:

– Кто там?

И прислушалась.

В ответ явно что-то прозвучало (но я не разобрала), зато с напряжением вспомнила, что дверь у меня вообще-то не заперта (и засов в принципе отсутствует), так что по большому счету терять мне нечего.

Но сковородку поудобнее перехватила.

Дошла до двери, дождалась нового стука и очень аккуратно открыла, прекрасно помня, что там снаружи обрыв.

На пороге стоял адвокат.

В костюме с иголочки, с кожаной папочкой, зажатой подмышкой, с доброжелательной улыбкой на губах… Но вместе с тем кожа его лица была бледнее, чем я помнила по первой встрече, глаза внезапно оказались полностью черными, без белков, а за спиной виднелись большие кожаные крылья, как у летучей мыши.

– Добрый день, госпожа Рэрикс, – улыбнулся он мне абсолютно невозмутимо, пока я пыталась справиться с шоком от его появления и необычной внешности. – Прошу прощения за запоздалый визит, никак не мог добраться до вас раньше. Далековато вы забрались, скажу я вам. Ещё каких-то десять тысяч километров – и начинаются Великие Пустоши. Могу я войти?

Последний вопрос прозвучал с явным подвохом, причем ещё и с особой вкрадчивостью, так что в сковородку я вцепилась до побелевших пальцев и спросила сама:

– Зачем? Вы кто вообще? И что тут делаете? И почему офиса номер тринадцать не существует?

– Столько вопросов, – с неизменной улыбкой качнул головой мужчина. – Но мне совершенно несложно утолить ваше любопытство за чашечкой кофе. Угостите?

– Допустим, нет, – ответила дерзко. – Думаю, вы в курсе, что дражайшие родственники, о которых я даже не знала до недавнего времени, желают завладеть моей долей наследства. Они угрожали мне по телефону и сожгли квартиру. По их вине я лишилась единственной квартиры на Земле и вынуждена жить здесь. Опасаюсь ходить на работу и в принципе появляться в том мире. И после этого считаете, что я желаю впускать вас в свой дом и предлагать кофе?

– Простите, конечно, – адвокат качнул головой, – но я совершенно никак не связан с ними и их поступками. Я – представитель адвокатской конторы “Хольцберг и сыновья”, моя работа заключается в том, чтобы информировать родственников о воле усопшего и иных сопутствующих действиях. И здесь я лишь для того, чтобы передать вам информацию, которую предыдущая госпожа Рэрикс завещала передать на словах спустя несколько дней после оглашения завещания. Так могу я войти?

И всё же…

Что-то было не так!

– А почему вы спрашиваете? – прищурилась с недоверием. – Почему сами не вошли?

– Зрите в корень, – усмехнулся мужчина. – Видите ли, госпожа Рэрикс, родовые башни – это такие места, куда не может войти никто кроме хозяина и без его персонального приглашения. Пока вы не произнесете вслух разрешение, древняя магия не пустит меня дальше порога. Вижу, вы всё ещё опасаетесь меня. Клянусь, я не желаю вам зла. Я здесь только затем, чтобы исполнить волю клиента и никак иначе. Так могу я войти?

И всё же я колебалась.

– Разрешение дается один раз и навсегда?

– Пока не отзовете, – любезно ответил адвокат. – Достаточно сказать: “мой дом для тебя закрыт”, добавляя имя существа, как магия места тут же выставит его прочь.

– То есть для этого необходимо знать имя существа?

– Всё верно. Но не обязательно полное. Иной раз достаточно даже прозвища или того имени, которым назвался гость. В экстренных случаях – даже взгляда в глаза. Госпожа Рэрикс, – на меня глядели с неизменной вежливостью и доброжелательностью, – об этом и многом другом я как раз и планирую поговорить с вами как можно обстоятельнее. Госпожа Аннабель Халифовна знала, что вы не имеете ни малейшего представления о том, что такое Междумирье и кто такие лейри. Я здесь для того, чтобы об этом рассказать.

– Хорошо, проходите, – вздохнула без особой охоты, понимая, что в любом случае знаю слишком мало и вряд ли смогу достойно обороняться, если он действительно решит напасть. – А крылья вам не мешают?

– О, прошу прощения. – Передернув плечами, в прихожую мужчина вошел уже без крыльев и пока с интересом осматривался, я сумела заглянуть ему за спину и увидела, что пиджак у него без дырок и никакого следа крыльев.

Мистика!

– Чай, кофе? – поинтересовалась с легким напряжением, проходя на кухню первая и прикидывая, где лучше сесть, потому что на кухне у меня только один стул.

– Кофе, пожалуйста, – вежливо согласился адвокат и даже вроде как похвалил: – А у вас очень уютно. Обычно родовые гнезда после смерти главы пребывают в некотором упадке, пока не настроятся на нового главу, у вас же и второй этаж есть… Там санузел? – Указал на одну из дверей.

– Да. – Кивнув, торопливо достала из пакета всё необходимое, и прикидывая, стоит ли звать мужчину в гостиную и давать понять, что у меня ещё и третий этаж есть. Нет, пожалуй, не буду.

В итоге я сварила нам обоим кофе, высыпала в глиняную тарелочку печенье, поставила это всё на стол и приятно поразилась манерам гостя, который жестом предложил мне присаживаться на единственный стул, а сам предпочел прислониться задом к шкафчику.

– Итак, давайте начнем по порядку, – произнес он, отпив первый глоток. – С ваших вопросов, которые уже прозвучали. Я – чистокровный лейри из рода Сумрачных Кожекрылов, Хольцберг Эдуард Сигизмундович. Мои крылья тому подтверждение. Чаще всего именно они отражают суть лейри. До вас я добирался своим ходом, преодолев несколько тысяч километров от последнего портала…

Глава 3, в которой я обзавелась личным космосом и планом освоения мира

Рассказ адвоката затянулся надолго, но содержал в себе лишь всё самое важное и ценное, никакой воды и недомолвок. Так я узнала, что в Междумирье живут более сотни разновидностей лейри, причем крылья у них (точнее у нас) бывают самые разные. И кожаные, как у летучих мышей, и из перьев, как у птиц, и даже хитиновые и мембранные, как у стрекоз и бабочек. При этом все до единого крылья – это не материальные объекты, а магическое отражение сути. То есть на самом деле это не конечности, а магия. Просто выглядят, как крылья.

При этом полетную скорость опытные лейри могу развивать практически запредельную – до двухсот километров в час. И лететь сутками, иногда даже засыпая в полете. Но это только те, чья магия направлена именно на это.

Сама магия тоже бывает различна: это и стихии, и созидание, и иллюзии, и метаморфизм, и целительство, и много что ещё. При этом родовая магия откликается с полувздоха, а вот классическая и общая – тут уже надо произносить заклинания, чертить руны и все такое прочее. Четко по учебнику.

Смысл жизни в Междумирье – в первую очередь владение родовым гнездом. Чем больше и влиятельнее род, чем успешнее его охотники, добывающие новые острова, тем крупнее родовое гнездо. При этом род может состоять как из кровных членов семьи, так и из тех, кого принял в род глава.

На текущий момент в Междумирье существует лишь один огромный центральный остров, которым владеет правящий род Полуденных Огнекрылов и это своего рода столица, где встречаются главы, заключаются договора, браки и иные союзы, находится рынок и другие важные учреждения, необходимые для общения, сотрудничества и торговли между жителями Междумирья.

К огромному сожалению господина Хольцберга, род Рэрикс последние двести лет преследовал некий злой рок: какие-то лейри погибали один за другим, какие-то не считали нужным проживать именно в Междумирье, предпочитая более благополучную и удобную для комфортной жизни планету. Из-за этого родовое гнездо само собой усохло до нынешнего состояния, хотя в лучшие свои годы было роскошным замком на сотни комнат и дрейфовало во внутреннем круге – информация об этом сохранилась в летописях Междумирья. Сейчас же это крохотный клочок земли, уплывший на окраины, и одна-единственная башня. Да, полностью состоящая из магии. От и до.

При этом схожая тенденция сохраняется много где, лейри перебираются на Землю, ведь там и комфортнее, и технологический прогресс летит на сверхскоростях, а тут остаются крошечные домики, как грустное напоминание о былом величии.

Кстати мой род – род Полуночных Звездокрылов. Крылья у меня, как у стрекозы, но узкие и темно-синие с черной каймой и серебряными искрами. Из-за того, что я глава, они на двадцать-тридцать процентов крупнее стандартных и с дополнительным серебристым обрамлением. Вызвать их очень просто – достаточно пожелать. Родовая магия – магия звезд. Их свет делает Рэриксов сильнее, быстрее, магически мощнее и указывает четкий путь к цели, какой бы она ни была.

На текущий момент Рэриксов трое: я и те двое, кого я видела на оглашении завещания, но кровная наследница лишь я. Фредерика и Роберт из так называемой “приемной” ветви Хендриксон, проживают на Земле, доступа к Междумирью не имеют. Наказать их за сожженную квартиру будет крайне сложно, ведь сначала надо доказать, а одно только это уже проблематично, ведь прямых улик у меня нет, как и денег на детектива. При этом просто убить они меня не могут, в этом нет смысла. Чтобы крылья главы рода перешли новому владельцу, я должна отречься от титула и вручить их добровольно, иначе никак. Даже принуждение в данном случае не вариант. Магия артефакта будет остро чувствовать данный нюанс и не активируется у нового владельца.

И нет, меня это не успокоило. Они ведь могут решить, что мне просто не стоит жить дальше. Даже ценой потери родового гнезда.

Озвучив всё это и многое другое, под конец господин Хольцберг порадовал меня тем, что бабуля предвидела подобный поворот и, к счастью, подстраховалась. У меня, оказывается, есть ещё одна недвижимость на Земле. Весьма скромная по меркам миллионеров, которыми стали Хендриксоны, но довольно приятная лично для меня. Всего лишь двухкомнатная квартирка в спальном районе Новосибирска рядом с крупным гипермаркетом, но по факту мне больше и не надо.

И всё же смущает иное…

– А жить на что? Ладно, пару месяцев я протяну, но потом у меня просто кончатся деньги. Устраиваться на работу и надеяться, что они обо мне забудут и не будут искать по всей стране? Вы сами-то в это верите?

– Госпожа Аннабель предвидела и это, поэтому оставила для вас четкую инструкцию по первоначальному развитию и некоторую сумму наличными. – Из папочки появилось на свет пухлое письмо в большом конверте формата А4, а затем десять пачек пятитысячных банкнот, от вида которых у меня слегка дернулся глаз. – Я не настаиваю на том, что вам надлежит поступить именно так, но советы там звучат вполне разумные. Да, я знаком с содержанием этого письма. Более того, являясь личным поверенным госпожи Аннабель, помогал в его составлении. Там же находятся все необходимые документы на имя Ираиды Рэрикс. Вы больше не Иванова, привыкайте.

– Ну… допустим, – я нахмурилась, но взяла протянутые мне бумаги и пока положила на стол, чтобы изучить их чуть позже. Нервно покосилась на деньги (пять миллионов, едрить-растудыть!), но тоже сдвинула их в сторонку. – А как я попаду в Новосибирск?

– О, прошу прощения, чуть не забыл. – Тут же из папочки появились ключи и документы на квартиру. – Данная квартира – ваша законная собственность. Достаточно лишь пожелать и ключ откроет вам портал именно в неё. Более того, она защищена от взлома, поджога, затопления и иных катаклизмов как природного, так и преступного характера. В неё точно так же невозможно проникнуть без вашего личного разрешения, госпожа Аннабель позаботилась об этом заранее.

– Какая заботливая госпожа Аннабель, – произнесла я не без сарказма. – Почему только я узнаю об этом лишь после ее смерти? А при жизни она не могла обо мне позаботиться?

– Понимаю ваше негодование, – скорбно поджал губы адвокат, – но видите ли в чем дело, я не просто так упомянул о злом роке, который преследует ваш род. Каких-то две сотни лет назад род Рэрикс насчитывал более сотни мужчин из числа кровных родственников. Пятьдесят лет назад их оставалось десять. Двадцать шесть лет назад за три месяца до вашего рождения абсолютно нелепо погиб последний мужчина из рода Рэрикс – ваш отец, которого охраняли лучшие из лучших наемников Междумирья, а ваша мать (простая человеческая женщина) умерла во время родов, и госпожа Аннабель приняла крайне сложное для себя решение оградить вас от злого рока, не дав родовую фамилию и тем самым официально отлучив от семьи. Фредерика и Роберт были приняты в род менее пятнадцати лет назад исключительно из политических соображений, не более, и скорее ради эксперимента. За эти годы с ними, как ни странно, не приключилось ни единого несчастного случая, как и с самой госпожой Аннабель, бессменной главой рода более семидесяти лет, с тех пор, как погиб её супруг. При этом и её сын, и её внук не прожили дольше двадцати трех лет, погибнув в самом расцвете сил.

– Вот просто так взяли и погибли? – Я всё не могла поверить в эти нехорошие совпадения. – Их никто не убивал, умерли сами?

– Всё верно, – чинно кивнул адвокат. – Последние годы госпожа Аннабель тратила множество сил и средств, чтобы выяснить природу происходящего, но всё, что смогла, так это понять, что это проклятье, уходящее корнями в прошлое. Судя по нему, кто-то из ваших родственников прогневал некие могущественные силы, отчего на весь ваш род легло это ужасное проклятье, убивающее мужчин до их двадцатипятилетия.

– Только мужчин? – зацепилась за его слова.

– Преимущественно, – снова кивнул Эдуард Сигизмундович. – Сами понимаете, женщины, выходя замуж, уходят в род мужа. А те, кто связывал свою судьбу с мужчинами рода Рэрикс, крайне часто становились вдовами до того, как производили на свет наследников, либо погибали вместе с супругами. К сожалению, девочки по прямой кровной линии чаще всего умирали во младенчестве, именно поэтому вас официально даже не признавали.

– То есть сейчас, следуя вашей логике, мне достаточно выйти замуж, чтобы моим детям уже не грозило это проклятье? – уточнила дотошно. И нет, замуж я не рвалась, но узнать это стоило заранее.

– К сожалению, нет, – поджал губы адвокат. – Являясь главой рода, вы передадите своим детям именно фамилию Рэрикс.

– А если мой муж будет главой рода?

– Знаете… Интересный вопрос, – задумался мужчина. – Думаю, мне необходимо поискать юридические прецеденты. В моей практике подобного ни разу не встречалось, к тому же браки глав заключаются обычно из политических соображений и кандидаты тщательно отбираются и проверяются.

– А как же любовь? – хмыкнула не без иронии, ведь и сама уже всё прекрасно поняла. Род, клан, политика… Любовь? Нет, не слышали.

– Понимаю вас, – с действительно понимающей улыбкой произнёс адвокат. – Юные и не испорченные деньгами и властью девушки всегда стремятся к замужеству по любви, но не забывайте, что чувства чувствами, а клан и род – это прежде всего прочный фундамент, крепкие стены и надежная крыша, и никак иначе. А любовь… Любовь порой слишком эфемерна.

Это факт! Даже спорить не буду.

Сама я за свою не такую уж и долгую жизнь влюблялась раз пять, но лишь раз взаимно. И продлилось это ровно месяц, пока не застукала его в процедурной с пациенткой. С тех пор мы даже не здороваемся. Хотела даже работу менять, но потом поняла, что слишком много чести будет козлу, и просто вычеркнула его из своей реальности.

Так что да, лучше по расчету! Главное, чтобы был не слишком страшный, руки не распускал, и к моему мнению прислушивался, остальное вообще ерунда.

– Итак, Ираида Ильнуровна, будут ли у вас ко мне ещё вопросы? – напомнил о себе гость, когда я ушла в свои мысли чересчур глубоко.

– Да. Скажите, как мне активировать крылья. Сама я пока в этом не разобралась.

– Просто пожелайте, – доброжелательно улыбнулся лейри. – Вы – глава рода. Даже являясь полукровкой, для вас это не помеха. Прислушайтесь к себе, будьте тверды в своём желании и знание придет само. Тут я, простите, ничем помочь не могу, вы должны справиться сами. Если и тогда будете испытывать затруднения, тщательно перечитайте родовой гримуар. А сейчас позвольте откланяться, долг зовет. Искренне надеюсь скорой встрече на просторах как минимум Айшграда. Доброго вечера.

Вежливо кивнув, мужчина поудобнее перехватил папочку и отправился на выход. Проводила его до двери, с отчетливой завистью проследила, как за его спиной в мгновение ока появляются крылья и как легко и непринужденно он взмывает в небо, чтобы уже через секунду с довольно высокой скоростью устремиться прочь.

Да уж…

Так, ладно. Где там моё новое имущество? Ну очень хочу его проинспектировать!

Сначала, правда, я закончила разбирать покупки, уже давно приучив себя к порядку, потому что так было намного проще и быстрее, чем потом разбирать внезапно горы этого самого беспорядка. И лишь спустя минут сорок, когда все до единой вещи были на своих местах, документы убраны в общую папочку, а нежданная, но очень приятная “финансовая подушка” в тумбочку, я накинула куртку, прихватила новые ключи и паспорт, телефон на всякий случай (вдруг получится зарядить?), немного наличности, старательно подумала о Новосибирске и новой квартире, а потом почти уверенно распахнула дверцу шкафа.

Да!

По ту сторону портала находилась совершенно незнакомая прихожая, так что я смело шагнула вперед и осмотрелась уже на месте. Судя по длинным теням, в Новосибирске уже вечерело, но это не помешало мне придирчиво изучить новую квартиру, обставленную скудно, но добротно: в спальне кровать и шкаф, в гостиной диван и рабочий стол со стулом, на кухне уголок и обеденный стол с еще одним стулом. В общем, заезжай – и живи. Даже холодильник был и кое-что из посуды. Правда, ни продуктов, ни телевизора, ни тем более компьютера, но прямо сейчас это было не особо актуально. Слишком сильно я тут задерживаться не собиралась.

Но по округе слегка прогулялась, не удержалась.

К сожалению, хорошей погодой улица не баловала и я продрогла даже в куртке, но благодаря отзывчивым прохожим, быстро добралась до гипермаркета, который оказался поистине огромным (в пять этажей!) и бутиков там было просто немеряно, включая самые базовые и недорогие: с одеждой и обувью, канцтоварами, бытовой химией и прочим.

Естественно, не удержалась, снова накупила всего, чего мне так не хватало в башне, плюс зарядник для телефона, и на всякий случай разорилась на пауэрбанк, чтобы иметь возможность заряжать телефон даже в Междумирье. Сам по себе он был мне там не особо нужен, разве что в качестве будильника и фонарика, а так же хранилища музыки, просто хотелось, чтобы в случае чего он был всегда под рукой и заряжен.

А ведь по идее меня на работе уже давно потеряли… Может даже уволили за прогулы? На самом деле, если подумать, это не так уж и страшно. Уж медсестрой-то я везде смогу устроиться, медперсонал нужен везде и всегда. Главное, до больницы дойти и трудовую свою забрать, но сначала я всё-таки узнаю, какой план развития накидала мне бабуля. Вдруг такой, где этот мир вообще не предусмотрен? Ну вот вообще не удивлюсь!

Вернувшись в квартиру и посидев в ней пару часов, пока заряжала телефон из розетки, уже ближе к ночи я абсолютно спокойно и без приключений прошла в башню, воспользовавшись дверью очень удобного шкафа в спальне, разобрала новые покупки, с отменным аппетитом поужинала банальным дошираком с сосисками, после чего перебралась наверх, включила ночник (я так и не нашла у него место под элемент питания, но включался он стандартно – кнопочкой), и приступила к изучению новых документов.

Страниц в нем было никак не меньше ста и это был полноценный научный труд по развитию с нуля с отступлениями, приложениями и пояснениями незнакомых терминов. Что примечательно – рукописный, но почерк аккуратный и разборчивый.

И предлагалось мне ни много ни мало, а стать этаким отважным рейнджером, не знающим страха, упрека и многих других слов, отвечающих за инстинкт самосохранения. Для этого требовалось не так уж и много. Первое: научиться не спать по ночам, потому что именно ночью моя сила стабильнее и мощнее. Второе: научиться выпускать крылья по первому желанию. Третье: научиться слышать шепот звезд (приложение номер один с практиками по медитациям). Четвертое: научиться присоединять бесхозные (и ценные!) земли к своему острову (приложение номер два с нужными заклинаниями). Пятое: научиться элементарному магическому быту (приложения с третьего по седьмое). Шестое: обзавестись магическими стражами, которые защитят меня от всего мыслимого и немыслимого (в приложении восемь имелся список с их описанием и характеристиками). Седьмое: стать богатой и знаменитой, вернуть роду былое величие и почивать на заслуженных лаврах.

Круто. Начать и кончить. Раз плюнуть.

Но если поду-у-умать…

То почему бы и нет?

В самом деле, что я теряю?

Зато, если вдуматься, мне выпал изумительный шанс начать новую жизнь с нуля. Фантастическую. Уникальную.

Стоит ли оно того? Мне кажется, да.

Да, будет сложно. Наверняка!

Но в то же время интересно. Увлекательно. Необычно!

Мне дают полноценный шанс прожить жизнь, полную приключений. Свершений! Может даже великих, как знать?

Так неужели я от него откажусь?

Хм… Пожалуй, нет.

Не откажусь.

Поулыбавшись самой себе, а потом и смачно раззевавшись, потому что зачиталась допоздна, я с чистой совестью легла спать, уже успев накидать в уме нехилый список предстоящих дел на ближайшие дни. И мир Земля не значился ни в одном из них.

Хотя нет, слегка приукрашиваю. Землю я обязательно буду посещать, но исключительно ради того, чтобы приобрести нужные продукты и просто вещи. В самом деле, у меня элементарно запасного лифчика и тапок нет!

А хочется.

Глава 4, в которой у меня выросли крылья

Из-за того, что легла я поздно, встала тоже не очень рано, но в отменном настроении и полная задора. Позавтракала блинчиками на скорую руку, подвинула к себе поближе купленный вчера блокнот и прямо на кухне накидала собственный бизнес-план на первые несколько дней. Во-первых, покупки. Много покупок! За первые две вылазки я приобретала преимущественно продукты и кое-что из бытовой химии, да полотенца, но теперь мне требовались и другие вещи. Первым делом, конечно же, запасная одежда, причем на самый разный случай. Нижнее белье, халат и тапки, пижама, плотные брюки, парочка футболок, удобная рубашка (две!), шапка с шарфом (но это уже для вылазок на Землю), и остального по мелочи. Затем дополнительная посуда, нож, поварешка и прочее, без чего на кухне обойтись можно, но сложно. Медикаменты! Как ответственный медик заявляю, иногда банальные парацетамол и анальгин способны спасти жизнь. Без них болеть намного опаснее.

Скрупулезно выписывая в блокнот пункт за пунктом, заранее дописала туда самые разные семена, которые буду сажать на своём острове, когда на нем появится место под огород. Это только кажется, что пять миллионов – огромные деньги. На самом деле, стоит только начать их действительно тратить, как улетят – не заметишь. Нет уж, если я собираюсь выйти на полное самообеспечение, то нужно начать подготовку с первых дней. И не дай бог, эти гаденыши (то есть родственники) снова выйдут на меня, но уже в Новосибирске, перекрыв и этот путь. Пока я не стала самой сильной лягушкой в этом болоте, пока не обзавелась охраной, придется быть максимально бдительной и осмотрительной.

Так, вроде всё учла… В путь!

Помня, как продрогла вчера на улице, сегодня я надела пальто и ни капли не пожалела – температура в городе опустилась практически до нуля и первой моей покупкой стали перчатки и шапка с шарфом. Затем я качественно затарилась в отделе семян, приобретя в том числе удобрения и пестициды, перешла в отдел “всё для дома” и так потихоньку, полегоньку начала обрастать пакетами, содержимое которых лично для меня было бесценно.

В итоге домой уходила уже в шестом часу вечера, обвешанная покупками, словно новогодняя елка, и из туалета на третьем этаже – он был самым удобным для моих портальных маневров. На разбор сокровищ ушло ещё часа два, а потом я просто отдыхала, валяясь на диване с приложением номер один, чтобы понять, какая из медитативных техник нравится мне больше всего.

Пока сильнее прочих манила “поза трупа” и я не видела ни единой причины отказывать себе в этом. В общем, несмотря на мою лень под вечер, сам день прошел отлично.

Зато уже на следующее утро, порхая по башне, где я решила сделать влажную уборку от и до, сама не заметила, как начала порхать не в переносном смысле, а в самом настоящем.

У меня выросли крылья! Вот просто взяли – и выросли сами! Заметив это совершенно случайно, весь следующий час я радовалась им, как ребенок, выворачивая голову чуть ли не на сто восемьдесят градусов, чтобы рассмотреть всё их великолепие.

Они были действительно большими! И именно стрекозиными – по два узких длинных крыла с каждой стороны. У основания слегка прозрачные, но затем сочно-синие, плавно переходящие в черноту. Красивущая серебристая кайма и россыпь самых настоящих звезд превращали их в полноценное полуночное небо, летать получалось практически силой мысли. Ведь крылья – это прежде всего моя внутренняя магия.

И пускай поначалу летать было откровенно страшновато и я рисковала делать это лишь в спальне и гостиной, чтобы не было слишком больно падать, но когда поняла, что полет – это такой безудержный кайф и я в принципе не способна упасть, потому что сама этого не хочу, то рискнула выйти на улицу и сначала аккуратно взлетела вплотную к башне. Выяснила, что снаружи она выглядит, как старинная часть крепости (сложена из крупных серых каменных блоков), крыша выложена темно-синей черепицей в виде конуса, а на небольшом шпиле реет симпатичный темно-синий штандарт с тремя серебряными звездами.

Я так понимаю, это герб моего рода. Ничего так, симпатичный. Интересно, почему звезд три? По количеству членов рода или тут что-то другое?

Изучив башню со всех сторон и снова убедившись, что летать – это легко и волшебно, я поднялась чуть выше, чувствуя, что на высоте ветерок посильнее, чем внизу, и внимательно осмотрелась. Видно было прекрасно и очень далеко, так что я сразу рассмотрела множество мелких островков во все стороны от меня, причем ни один не был жилым.

Какие-то совсем крохи – буквально булыжники размером с футбольный мяч, непонятно как висящие прямо в воздухе, какие-то покрупнее – уже с автомобиль и даже с травой, а какие-то и размером с пятиметровую лужайку с полноценным деревом.

И их вокруг сотни!

Ага!!!

Расплывшись в довольной улыбке, я потерла руки, но сразу кидаться за добычей не стала, предпочтя спуститься вниз и немного отдохнуть. Заодно пообедала, отмечая, что с непривычки (и от нервного напряжения) немного болит спина и шея, затем вдумчиво перечитала приложение два и поняла, что самое время попрактиковаться в магии.

Для того, чтобы “поймать” бесхозный клочок суши, пускай это будет всего лишь камень размером с мяч, требовалось применить двойное заклинание “лассо-гарпун”. Сама я не совсем поняла, почему нельзя обойтись только одним. Видимо, существовала некая специфика и в том, и в другом, но лишь применяя это двойное заклинание, я создавала в своих ладонях некий энергетический аркан, которым “загарпунивала” нужный мне островок и могла силой утащить к своему.

Звучало фантастично, выглядело феерично: как светящаяся серебряная веревка, которую я могла свободно намотать на кулак для удобства, а второй его конец сам собой вонзался в центр добычи и я могла тянуть её в любую сторону.

При этом вес добычи ощущался весьма относительно. Прекрасно зная, что камень и земля – довольно тяжелые вещи, я сумела спокойно подтянуть к своему острову бесхозный клочок суши два на два с сочной травкой, но три на три дался уже гораздо тяжелее, хотя с ним я тоже справилась.

В итоге к вечеру я натаскала себе восемь относительно крупных островков (от метра до трех), дико устала физически, но морально ощущала просто небывалый подъем. Одна только способность летать окрыляла настолько сильно, что после ужина я ощутила прилив второго дыхания, но пока прервалась, изучая очередной раздел “стань крупным феодалом”.

На этот раз мне требовалось научиться заклинанию слияния, чтобы вся моя добыча не расползлась по округе за ночь, а стала единым целым с моим островком.

И я таки его выучила!

Само заклинание звучало несложно, всего лишь в виде слова на древнемагическом, которое переводилась, как “слияние”. К нему следовало приложить магический импульс и мысленный приказ, и вуаля – добыча начинала послушно прирастать там, где соприкасалась с моим островом.

При этом я далеко не сразу поняла, что каждое такое слияние крадет у меня силы, причем чем крупнее присоединяемый объект, тем больше сил это отнимает. Хм-м… Ну, в целом логично. Что ж, буду знать.

А ещё стоит попробовать поработать ночью. Если верить гримуару и методичке (а не верить им смысла нет), ночью я намного сильнее благодаря энергии звезд. И это действительно оказалось именно так!

Никуда не торопясь и не стараясь выполнить пятилетку за три дня, я потихоньку заарканила ещё дюжину островков поблизости, с нескрываемым интересом глядя на то, как уползает за условный горизонт местное светило, пропадая в некоей серебристой дымке далеко-далеко внизу. Уж не знаю, была ли я права, но создалось впечатление, что внизу всё-таки есть своего рода планета, но это точно не суша, а что-то вроде тумана.

Может, газовый гигант? И нет, я не хочу проверять это лично.

Гравитация тоже вела себя очень и очень любопытно: четко над островом – стандартно, как я привыкла на Земле. Предмет просто падал вниз и никуда более. А вот если уронить вещь просто вниз, то было отлично видно, что какое-то время она летит, но постепенно замедляется, а затем и вовсе останавливается, словно там, внизу, гравитации нет совершенно.

То есть, следуя данной логике, даже если я вдруг упаду, то не разобьюсь. Тут просто не обо что разбиваться! Правда, совершенно непонятно, как потом вернуться обратно наверх, но…

Думаю, я просто не буду падать. Да, именно так всё и будет.

Кстати, ночью мне и впрямь работалось очень и очень комфортно, дневная усталость отошла на второй план и меня охватил некий соревновательный азарт с самой собой, так что ближе к утру, когда горизонт с восточной стороны стал желтее и показался краешек солнца, я увеличила свой островок более чем на тридцать осколков и в общей сложности примерно на сорок квадратных метров.

Увы, часть суши при слиянии уползала вниз, делая из моего острова перевернутый конус, но это было более чем логично, так что грустить и вздыхать, что могло быть и больше, если бы не этот нюанс, было бесполезно.

Но всё равно! Сорок квадратных метров! Очень и очень приятная величина!

Горделиво оглядев дело рук своих (я наращивала край перед крыльцом), смачно зевнула, ушла в дом, где позавтракала кашей с бутербродом (пока готовила, чуть челюсть не вывернула – так хотелось спать!), и завалилась на кровать. Усталость набросилась на меня так внезапно, что я чуть за столом не заснула! Еле-еле нашла в себе силы добраться до третьего этажа, где раздевалась уже кое-как и сидя на кровати, а уснула, кажется, даже раньше, чем голова коснулась подушки.

И спала так крепко, так сладко и так долго, что проснулась лишь в вечерних сумерках и какое-то время ещё немного полежала, чувствуя, что улыбаюсь просто так. Просто потому, что жизнь удалась.

Даже рассмеялась от этой мысли, осознавая, что меня не поняли бы как минимум мои зажравшиеся родственнички, ну а потом просто выкинула из головы мысли о них и сосредоточилась на себе. А ведь если подумать, то сорок квадратов за день – это двести восемьдесят квадратов за неделю. Более тысячи квадратов за месяц! Да я себе полноценный континент отгрохать могу!

Но, конечно же, не буду. Земля ведь не бесконечна и чем шире площадь центрального острова, тем больше земли будет уходить в конус. Нет, не буду континент лепить. Мне вполне хватит и крупного острова. Например, размерами с квадратный километр. Хм, сколько это в мелких островах будет? Гм-м… Примерно тысяч двести, да? Ого… Тридцать-сорок в сутки… Н-да.

Пять тысяч дней. Почти пятнадцать лет ежедневного труда.

Да ну нафиг!

Но опять же, это если мелкие островки арканить. А если найду крупный? Не утащу… Дилемма!

Что ж, запасусь пока терпением и не буду раскатывать губу. Сейчас стоит собрать то, что под носом, а дальше видно будет.

О, а это ещё что?

Спустившись на первый этаж, я глазам своим не поверила, увидев, как сильно он изменился. И если спальня на третьем и гостиная на втором остались без изменений, то на первом я сначала спустилась в большой холл, который из-за пустоты выглядел весьма вместительным, и уже из него можно было попасть через симпатичную арку на кухню, которая, как мне показалось, тоже раздалась вширь.

В остальном на первый взгляд в башне ничего не изменилось, но ради интереса я проверила её внешний вид снаружи… И озадачилась.

Снаружи она не изменилась совершенно!

Это как так? Магия, да?

Хм, а мне нравится, слушайте!

Настроение само собой взлетело до небес и я, напевая себе под нос что-то определенно лихое и разудалое, но без слов, отправилась готовить себе завтрак. Или правильнее будет “ужин”?

Хотя с учетом того, что теперь я ночное существо, скорее завтрак. И да, обед с ужином тоже стоит приготовить заранее, чтобы не отвлекаться.

На это безумно важное и нужное дело я потратила часа полтора, заодно выяснив, что под печкой у меня появилась духовка (а раньше была просто тумба без дверок), а новый шкафчик слева – это почти холодильник, только без лампочки и полочки деревянные, после чего с отменным аппетитом позавтракала и отправилась ловить себе новые территории. Сегодня улов был пожиже, всего метров на тридцать, но и я не торопилась перенапрягаться, нарастив пока правый бок и решив идти по кругу.

Этим безумно приятным и полезным в том числе для своей самооценки делом я занималась всю неделю, под конец заметив, что стала сильнее и выносливее и могу утащить на буксире островки уже побольше, чем в самом начале, но вот беда – летать приходится уже довольно далеко.

И, пожалуй, пора учить новое заклинание. Точнее пять.

Первое – сняться с якоря. Второе – разворот. Третье – полный вперед. Четвертое – стоп. Пятое – встать на якорь. Все они звучали на древнемагическом одним словом, но слишком уж эти слова были непривычны для моего слуха и понимания. Даже не латынь, которая в своё время давалась мне нелегко, а что-то совсем иное. Практически китайский!

В итоге не надеясь только на авось и сначала вычислив, где тут и что (условный центр на юге, загадочные “пустоши” на севере), я взяла курс на восток и спустя какой-то час, продрейфовав на новый лакомый участок со скоростью вялого пешехода (где-то три-четыре километра в час, не быстрее), я снова бросила якорь и дособирала пазл под названием “круглый остров” до конца.

Теперь мой остров снова был круглым, но уже не скромные десять метров в диаметре, а полноценные двадцать. А то и двадцать два! Теперь, выйдя из дома, можно было пройти семь-восемь метров и только потом остров заканчивался. И так с каждого края. Более того, за эту неделю я заарканила более дюжины островков с деревцами. Пока совсем небольшими – то ли карликовые березки, то ли осинки, то ли вообще рябинки не выше трех метров, но скорее некий местный гибрид. Они не цвели и я не видела плодов, но сам факт меня безмерно радовал и я старалась равномерно распределять их по периметру, вычитав в бабулином плане развития, что для небольших деревьев необходимо четыре квадратных метра пространства, чтобы они росли хорошо и не хирели от недостатка почвы и влаги. В итоге примерно так и получалось и теперь моя башня была слева и с тыла окружена деревцами. Справа я оставила полностью чистый бок, чтобы в будущем поставить грядки, ну а перед крыльцом подумывала сделать палисадник с цветами и какими-нибудь небольшими кустарниками. Может даже поставить лавочку? Заходить каждый раз в дом, чтобы просто отдохнуть, было не очень удобно.

Надо только понять, смогу ли я сделать это своими силами или придется покупать обычный стул (три!) и ставить его снаружи. Или что-нибудь сборное? Но тогда стоит учесть, что ДСП точно не подойдет – первый сильный дождь тут же испортит вещь.

И да, дожди тут тоже шли. За эти дни пока только один и недолгий, приятно теплый и умеренно сильный, но сам факт приятно радовал.

А ещё я начала задумываться о том, что мне нужны и крупногабаритные вещи. Например, доски для грядок. Парник. Земля. Бочки для воды. И это только для начала!

В том, что мне это под силу, я не сомневалась. Да, я приютская, но не безрукая. И вязать умею, и готовить. И гвоздь вбить, и доску отпилить. А уж у Гугла спросить – вообще святое! Посмотреть ролик – не проблема, как и поработать физически.

Так что…

А не прикупить ли мне дачу в пригороде Новосибирска? Мне ведь главное что? Чтобы домик был с дверью и участочек, куда можно привезти землю. А уж там тачку в зубы и вперед. Только надо будет тут дверь новую поставить, чтобы не таскать землю через спальню. Это будет, конечно, забавно, но глупо.

Да, так и сделаю!

Решение далось мне абсолютно легко и звучало абсолютно логично, так что, когда я в очередной раз выбралась на Землю, то первым делом купила себе планшет и вместительную флешку, накачала в интернете тьму роликов по садоводству, где меня интересовало в первую очередь грамотное планирование, затем наведалась в ряд агентств, которые занимались куплей-продажей квартир, офисов и дачных участков, несколько дней покаталась по пригороду с доброжелательным Дмитрием Алексеевичем, сразу предупредив, что мне не нужны дворцы и виллы, а нужен простенький, можно даже заброшенный участочек с домиком-будочкой, и к концу недели мы нашли очень даже достойный вариант за адекватные деньги. Каких-то триста тысяч – и дача мечты (с высоким забором!) была переоформлена на меня, Рэрикс Ираиду Ильнуровну.

Да, я рисковала. Очень сильно рисковала, ведь гадкие родственнички могли держать этот момент на контроле, но всё же рискнула и в течение следующей недели заказала на участок первым делом дверь с дверной коробкой, которую не без некоторых усилий, но смогла поставить в Междумирье сама, причем снаружи, но вплотную к башне, так что казалось, что это ещё один вход. Затем машину земли, машину перегноя, купила небольшую тачку и удобную совковую лопату, иные инструменты, бочки, шланг, несколько кубов досок низкого сорта (как раз на опалубку для грядок), краску с кисточками, парник из поликарбоната, симпатичную деревянную лавочку и роскошные сборные качели, которые выглядели, как лавочка, но с балдахином и на подвесных пружинах.

Всё это я покупала за наличные и заказывала на адрес дачи, постепенно перетаскивая в Междумирье, когда никто не видел. Да и кому подсматривать? Картошку люди уже выкопали, другой урожай тоже поснимали. По ночам уже были нередки заморозки и самые ответственные дачники уже закрыли сезон, так что частенько на всю улицу копошилась одна лишь я.

При этом, самое удивительное, что мне… это нравилось! Нравилось не только покупать и тратить чужие деньги, но и просто работать руками. Таскать, планировать, пилить, собирать каркасы, заполнять землей и перегноем, высаживать в специальные торфяные горшочки рассаду и видеть, как будущие огурцы, помидоры и даже тыквы дают первые всходы и радуют меня нежной зеленью.

При этом я не чуралась и магии, активно используя её в быту. Пока по бумажке, сначала четко расписывая, что мне надо, и только потом действуя. Заклинаний была масса! Для лучшей всхожести, для ускорения роста, для приживаемости – к концу второй недели мои росточки выглядели уже полноценными кустиками и некоторые начали даже цвести.

На пробу я посадила грядку моркови и лука (грядки делала небольшие, метр на три), грядку разнообразной салатной зелени и уличные помидоры, а ещё грядку овса и гречихи. Инструкция по их высадке и сбору у меня была. В парник отправились огурцы и перцы, просто в землю я посадила пять кустиков картошки и одну тыковку.

На этом место пока закончилось, так что я взяла небольшой перерыв в своих аграрных амбициях, и на следующий день побаловала свои охотничьи инстинкты. День за днем, неделя за неделей… Я уже сняла свой первый урожай огурцов, не без удовольствия отмечая, что свои с грядки в сотню раз вкуснее магазинных, подходил срок сбора моркови и овса, площадь острова возросла на сотню квадратных метров, а в башне на первом этаже сама собой появилась новая комната-гостиная, причем сразу с двумя диванами, чайным столиком и ковром, что не могло не радовать. А ещё во всех без исключения комнатах появились тюль, шторы и занавески, а стены покрылись славными гобеленовыми обоями.

Жизнь определенно начала налаживаться!

Глава 5, в которой началась охота

На Земле активно запахло первым снегом и в одну из вылазок пришлось позаботиться о зимней обуви и пуховике, а также срочно заказывать ещё одну машину земли, пока её ещё продавали. Заодно нашла на местном садоводческом форуме саженцы плодово-ягодных культур. Недолго думая, приобрела яблоню, грушу и черешню, черную смородину, барбарис и персик. Уж не знаю, что обо мне подумал продавец, несколько раз уточнив, в курсе ли я, что уже поздновато для пересадки, кусты просто не успеют укорениться до серьезных заморозков и могут погибнуть, но я выглядела уверенно и твердо стояла на своём. В итоге, я так понимаю, жажда наживы у продавца оказалась сильнее опасений и я заполучила всё, что хотела.

Так в Междумирье у меня появились и эти растения.

Естественно, я не надеялась на авось и сначала пересмотрела кучу роликов, затем перечитала бабулины инструкции и информацию в гримуаре, под конец просто щедро сдобрила всё магией, и уже через три дня радовалась видимому результату – кустики пустили новые побеги, зеленые листики, а кое-где даже бутоны.

Пока притормозив, позволила себе побездельничать аж целый один день, заодно прибралась в доме и накидала новый список самого разного. Ужасно не хватало стиральной машинки, и пускай в моём арсенале имелось заклинание для очистки вещей, оно было довольно слабеньким и мне не нравилось, как после него пахла одежда – вроде бы озоном, но в то же время чем-то ещё, так что потом я вещи всё равно замачивала и полоскала.

Свежая пачка молотого кофе, чай, сахар, мешки для хранения зерна, удобная кружка с ехидной совой, прокладки, новая футболка, крем для рук… я уже выбирала гель для душа, когда почувствовала странное и обернулась.

Тут же поняла, что высокий темноволосый мужчина, стоящий у отдела с фруктами, смотрит именно на меня, причем есть в нем что-то… совершенно не человеческое, и мгновенно напряглась.

Случайность или нет?

Но вот он доброжелательно улыбнулся, кивнул и вроде как потерял ко мне всяческий интерес.

Мысленно я ему… конечно же, поверила, но предпочла поскорее пройти к кассе, оплатила товар и ушла в Междумирье через ближайшую доступную дверь, спокойно выдохнув, только когда очутилась в башне.

Что ж, не знаю, кто это был, но я действительно стала слишком беспечна. А не пора ли мне обзавестись охраной?

Разобрав вещи и плотно перекусив, я разложила вокруг себя “учебники”, которые изучала до полуночи, уделяя особое внимание приложению, где описывались разновидности магических стражей, а когда определилась с тем, что мне нужно как минимум три сторожевых горгульи, один горгул-компаньон и один горгул-разведчик (но это только для начала), то выписала на отдельный листок все необходимые ингредиенты, приобрела их на следующий день на Земле, в течение двух следующих дней наловила в окрестностях гранитные глыбы, из части которых сотворила площадку призыва с торца своих владений, а часть оставила под заготовки для будущих охранников, и начала подготовку к ритуалу.

Сами по себе местные горгулы – полностью магические существа. Но для того, чтобы их создать, мало одной магии, необходим четкий ритуал призыва и физическая форма для воплощения. Конкретно горгулы состоят из камня. Но это далеко не единственные магические стражи, просто они… простейшие.

Есть туманоиды, эфирсы, нереиды и дриарии. И ещё дюжина других. Даже бесы и гремлины. Но их способности довольно специфичны, сейчас же меня в первую очередь волновала элементарная защита и грубая физическая сила. Горгулы в этом плане идеальны.

Не жалея камня, сил и голоса, предварительно заучив заклинание призыва и подчинения наизусть, чтобы отскакивало от зубов, я призвала своих первых стражей одного за другим, причем последнего уже на пределе сил, но всё равно не отступила и не отложила на потом. Справилась!

Выглядели горгулы внушительно. На каждого я потратила почти по два куба гранита и это было видно сразу: высокие, мощные, мускулистые, с темно-серой каменной шкурой и огромными условно кожаными крыльями, заканчивающимися внушительными когтями. Издалека горгулов можно было спутать с лейри, ведь чисто технически они были гуманоидами, но при этом имели львиные задние лапы, толстые длинные хвосты, покрытые чешуёй, угрожающего вида когти на руках, а лица были скорее гориллоподобными с внушительными нижними клыками и ушами, как у волков – треугольными и ближе к макушке. При этом тела их были абсолютно лысыми, в том числе без бровей и ресниц, а вместо одежды все самые стратегически важные места прикрывала каменная броня.

В гримуаре я вычитала, что горгулы бесполы, но именно эти выглядели, как чемпионы-бодибилдеры и я даже не подумала усомниться в их мужественности.

А ещё они были очень умными, преданными, но говорить не по делу не любили, предпочитая отвечать на вопросы односложно или говорить короткими, рублеными фразами.

Но сначала требовалось дать им имя…

– Цезарь, – указала я пальцем на самого крупного, которого планировала сделать капитаном замковой стражи.

Горгул медленно склонил голову, но это не помешало мне рассмотреть в его антрацитово-черных глазах искру удовольствия – имя ему понравилось.

– Геракл, Голиаф, – назвала его помощников и те склонились по очереди.

– Самсон, – с легкой улыбкой именовала своего телохранителя, всё из того же гримуара зная, что имя тоже влияет на способности горгулов и не стоит называть их глупыми и “слабыми” именами.

– Олимпиец, – нарекла разведчика, даже не думая размениваться по мелочам.

Все пятеро синхронно долбанули правым кулаком по левой части груди, а Цезарь басовито рыкнул:

– Почтем за честь служить вам, госпожа Ираида. Обозначьте фронт работ.

Подробно проговорив всё, что считала нужным, убедилась, что понята правильно, ушла в дом, поднялась наверх… И рухнула лицом в подушку, чувствуя, что на сегодня я выжата, как лимон.

Но черт возьми… Я это сделала!

Раздеваясь откровенно через силу, но при этом счастливо улыбаясь, я даже уснула, кажется, с улыбкой на губах, причем и проснулась тоже с ней. Очередной этап пройден, вершина покорена. Теперь можно задуматься о более глобальных целях и, например, замахнуться на добычу ресурсов. В самом деле, почему бы и нет?

Например, двинуть не по безопасной траектории вдоль, а напрямик к пустошам. Причем пустошами они называются не потому, что там ничего нет, а потому, что там никто не рискует надолго задерживаться.

Ибо водится там… всякое! Преимущественно когтистое, зубастое и вечно голодное. Но и добыча зачастую очень и очень лакомая. Уверена, бабуля не просто так посвятила несколько глав описанию именно пустошей, понимая, что, дрейфуя по безопасной периферии, я никогда не добьюсь особого величия, потому что земли тут хоть и есть, но в данном конкретном случае мой максимум – это фермер средней руки. И точно не в промышленных масштабах. Тогда как в пустошах можно добыть островки и с золотыми жилами, и с алмазными. Драгоценные металлы, драгоценные камни, серные, графитовые, соляные шахты! Всё это очень и очень ценится здесь, в Междумирье.

Даже несмотря на то, что многие лейри переселяются на Землю в поисках большего комфорта, здесь народу тоже хватает и по твердым заверениям того же Хольцберга где-то на просторах Междумирья до сих пор проживает минимум два-три миллиарда лейри. Просто просторы тут настолько нереальные, что до ближайшего соседа можно и трое суток добираться, а то и дольше.

При этом в центре и вокруг него установлена единая сеть общественных порталов, облегчающих путешествия, и пользоваться ими может любой желающий, причем абсолютно бесплатно. Исключительно за счет собственной силы, потому что активируются они именно магией и никак иначе. Установил их великий правящий род в настолько стародавние времена, что они считаются полноценным архитектурным и историческим достоянием народа, и охватывают территорию, которую можно сравнить с территорией Африки, только покруглее.

Я же, если верить адвокату, сейчас нахожусь примерно в десяти тысячах километрах от крайнего портала, причем по умолчанию крыльцо смотрит на юг, то есть в условный центр Междумирья.

И если я хочу двинуть в пустоши, то нужно брать курс на север.

Но готова ли я их исследовать вот так, без подготовки?

Снова обложившись всеми доступными записями уже после завтрака, который состоялся у меня в седьмом часу вечера, я быстро поняла, как именно могу вооружиться сама и вооружить своих бойцов. В итоге, правда, пришлось лечь пораньше, а уже на следующий день, наложив простейшую иллюзию на Самсона, отчего он стал просто крупным и страшноватым на лицо лысым мужчиной в дубленке, мы отправились в торговый центр. Конкретно в отдел “Охотник и рыболов”.

Там, доведя до нервного тика продавца тем, что Самсон брал в руки все до единого выставочные клинки и тактические топорики, чтобы оценить удобство применения, а потом ещё и делал ими пару пробных замахов, в итоге всё-таки порадовали бедолагу минимум недельной выручкой, приобретя восемь самых больших туристических топоров, несколько саперных лопаток, десяток охотничьих ножей с самыми длинными и широкими лезвиями и дюжину мачете разной формы.

Глядя на всё это, уверена, продавец задавался логичным вопросом “на какую войну мы собираемся???”, но благоразумно помалкивал, чему я была искренне рада. До кучи мы купили несколько мелкоячеистых рыболовных сетей и гарпунов, а потом Самсон увидел ещё и острогу, которая больше всего походила на трезубец Посейдона, только с пятью зубьями, и мы купили и ее.

– На охоту собираетесь, да? – под конец всё же разродился продавец.

На что я мило улыбнулась и покивала. Да-да, именно на охоту.

– На медведя, да? – не унимался мужчина, выразительно глядя на то, как я вынимаю из сумки пачку пятитысячных купюр и начинаю отсчитывать оплату за товар, который в совокупной стоимости перевалил за сотню тысяч.

– Что-то вроде того, – улыбнулась скупо.

– А лицензия у вас есть?

– У нас есть всё, что нужно, – грубо оборвал его Самсон, удивив тем, что вмешался, но я была даже рада. Благодаря этому, продавец снова притих и мы, погрузив покупки в удобную сумку, которую приобрели там же, отправились за продуктами.

Сегодня мне захотелось побаловать себя рыбой, да и просто стоило купить всё, что я не покупала раньше, потому что у меня не было с собой мужчины, который будет это всё нести, и что самое приятное – есть это буду одна я.

Уж насколько горгулы массивные и человекоподобные, но питаются исключительно камнем. Вот такая у них уникальная диета.

В итоге я так разошлась, набрав и рыбы, и мяса, и макарон, и просто кучу фруктов – тех же бананов и мандаринов, что к кассе подходили с тележкой, в которой продукты еле помещались. И это с учетом того, что тележку я взяла самую большую! Правда, катил её Самсон и на его фоне она выглядела игрушечной, а вслед нам оборачивались не только женщины, но и мужчины, завистливо и местами восхищенно взирающие на моего спутника, ведь ростом он был где-то под два-десять, а шириной плеч в две меня. А то и больше!

На его фоне я выглядела хрупкой дюймовочкой, случайно поймав наше общее отражение в зеркальной витрине, и на миг даже замерла, искренне собой любуясь.

Давно ли я стала такой симпатичной? Или это зеркала всё искажают? То, что точно похудела, знаю, штаны давно об этом рассказали. Но откуда этот таинственный блеск в глазах? Как никогда здоровый румянец на щеках? Загадочная улыбка?

Ох, хороша, чертовка!

И почему я раньше этого не замечала?

Приглушенно хмыкнув, задумалась, а не купить ли мне большое зеркало в спальню (с комодом!), потому что в башне, каким бы странным это ни казалось, зеркал не было. Ни в спальне, ни в санузле. Раньше меня это как-то не заботило, я прекрасно знала, как выгляжу, и наряжаться был не перед кем.

Сейчас же… Тоже не перед кем. Но зеркало хочется.

Решено, в следующий раз заглянем в мебельный и подберем что-нибудь симпатичное. Сейчас бы это всё унести!

Мы уже стояли на кассе и я аккуратно доставала из тележки товар за товаром, когда снова, как и в прошлый раз, ощутила на себе чужой взгляд. Пристальный, изучающий. Не враждебный, но слишком уж пытливый.

Безошибочно найдя взглядом незнакомца, почти не удивилась, узнав его сразу. Это был тот же самый тип, что и в первый раз, только сейчас он стоял уже со стороны бутиков, начинающихся за пределами продуктового магазина, но всё равно смотрел именно на меня.

Наши взгляды встретились и он… пытливо прищурился и перевел его на Самсона. Отчетливо хмыкнул, снова взглянул на меня, слегка наклонил голову набок, словно так было удобнее рассматривать, и снова приветливо кивнул.

Но так… С намеком. Мол, а не познакомиться ли нам…

А не познакомиться!

Мысленно скрипнув зубами, но уже зная, что он стоит там, куда надо идти нам, чтобы добраться хоть до какой-нибудь двери, мысленно приказала себе успокоиться и не паниковать. Он ничего мне не сделает. Ни здесь, ни вообще.

Хотел бы сделать, не действовал бы так явно. Верно?

Черт! И почему я не спросила у Хольцберга, кому принадлежали другие номера телефонов? Ведь в тот злополучный день мне звонили четверо. Фредерика, Роберт и кто-то ещё. Входит ли он в их число? Или абсолютно никак с ними не связан?

Боюсь, это придется выяснять именно сегодня.

Что ж… Зря что ли Самсона создавала? За ним я, как за каменной стеной! Причем и в прямом, и в переносном смыслах!

В итоге, настроив себя исключительно на победу (и никак иначе!), я спокойно расплатилась за товар, Самсон сложил пакеты обратно в тележку, чтобы было удобно докатить её до цели, и мы отправились в сторону незнакомца, причем я прекрасно видела: горгул тоже заметил чрезмерный чужой интерес и заранее подобрался, но паниковать не спешит. А значит всё прекрасно, опасности, по крайней мере явной, незнакомец не представляет.

И вот мы дошли, вроде как уверенно проходя мимо… Но не прошли.

Мужчина сделал шаг к нам, тем самым давая понять, что настроен на беседу, и я положила пальцы на руку горгула, притормаживая его движение.

– Добрый день, – приятным баритоном заговорил брюнет, скользнув внимательным взглядом по моим пальцам, но затем снова посмотрев мне в глаза, – позвольте представиться, госпожа. Айдар Грейсвуд, род Полуденных Огнекрылов. С кем имею честь беседовать?

Правящий род? Вот это да! И откуда он здесь? И почему вообще – здесь?

– Ираида Рэрикс, – ответила без особой охоты, но зная, что иначе никак, это будет слишком неуважительно, – род Полуночных Звездокрылов.

– Рэрикс, – задумчиво протянул Айдар, то ли силясь вспомнить, то ли просто не веря. – Не припомню, чтобы у госпожи Аннабель были родственники помимо Фредерики и Роберта.

Какой… информированный тип!

– До недавнего времени всё именно так и было, – парировала абсолютно спокойно, – но сейчас дела обстоят именно так. На этом всё? Или вы хотели что-то ещё? Я спешу.

Моё заявление очень близко граничило с хамством, но Айдар не спешил оскорбляться, и голос его оставался скорее дружелюбен, чем нет.

– Проездом у нас?

– Очень сильно.

– Торопитесь в родовое гнездо? – прозвучал очередной и довольно… напрягающий вопрос.

– С какой целью интересуетесь?

– Хочу пригласить вас на ужин.

Оторопело моргнув, уставилась на брюнета с откровенным недоумением.

И даже брякнула:

– Это ещё зачем?

– Вы мне понравились, – обезоруживающе улыбнулся Айдар, а я, кажется, только сейчас заметила, что его глаза настолько светло-карие, что почти желтые. Даже отчасти золотистые. Или они посветлели сейчас?

– О…

Моргнула снова, чувствуя, что мне безусловно приятно, но-о-о… Верю ли я ему? Нет, конечно!

А даже если и понравилась, то шансов у нас на “долго и счастливо” – ноль целых, ноль десятых. Поматросит и бросит, максимум на одну ночь. Хочу ли я? Дайте подумать… Пожалуй, нет. Мне есть чем заняться этой ночью.

Как и последующими!

– Простите, но это не взаимно, – произнесла я в итоге, улыбаясь с фальшивым сочувствием. И так же фальшиво добавила: – Было приятно познакомиться. Хорошего вечера. Самсон, идем.

Без труда обогнув мужчину, который, кажется, от моего заявления впал в полноценный ступор, я не рискнула идти в башню через квартиру, чтобы спокойно перенести все покупки постепенно, а снова воспользовалась туалетом и мы с Самсоном вместе (и совершенно бессовестно), вошли в мужской санузел, но вышли у себя дома.

В Междумирье.

Интересно, что ему надо было от меня на самом деле?

***

– Не взаимно, как же, – с досадой шикнул себе под нос, впервые за долгое время чувствуя себя уязвленным, но догонять нахалку не стал. Ещё чего? Последняя женщина, за которой он бегал, была бабушка, и это было более тридцати лет назад.

Но какая же интересная малышка…

И как же остро он её чует! Намного острее прочих. Но Рэрикс…

На миг скривил губы, но потом решительно набрал нужного абонента и невозмутимо произнес:

– Господин Хольцберг, моё почтение. Будьте любезны, утолите моё любопытство…

Задав несколько наводящих, а затем более четких вопросов, так же любезно поблагодарил, отключился и скривился уже намного отчетливее. Глава, значит. Плохо. Ещё и кровница.

Не просто плохо, отвратительно.

Хотя…

Какое уже поколение? Седьмое или всё-таки восьмое? Потому что если восьмое…

Прищурившись, решил не полагаться на авось и предпочел вернуться в гнездо, где первым делом прошел в родовую библиотеку, нашел соответствующие записи и четко убедился, что да – восьмое. А значит, проклятье над ней уже не властно. Хм-м…

Ну и что ему это дает? Как найти её здесь и стоит ли вообще это делать? Разум утверждает, что нет, а вот душа… Душа уже ноет. Требует.

Вот же черт!

С досадой потерев грудину, потому что меньше всего хотел чувствовать то, что чувствовал, но знал, что однажды это всё равно случится, Айдар предпочел вернуться на Землю и уже там развел бурную деятельность по вычислению места, откуда появляется эта сероглазая малышка.

Найти оказалось совсем несложно, технологии Земли давно уже были на службе правящего рода, и даже наличие дачного участка его не удивило. Догадывался, зачем это было нужно. И даже был в некоторой степени… рад? Ведь это значило, что девчонка как минимум хозяйственная.

А учитывая наличие горгула, ещё и сообразительная. Сильная. Осмотрительная.

Но ей это всё равно не поможет.

Многозначительно ухмыльнувшись сам себе, прикрыл глаза и приказал сам себе расслабиться.

Охота началась.

Глава 6, в которой я узнала, что за мной следят

Вернувшись в Междумирье, я попросила Самсона распределить между остальными горгулами оружие, кому какое приглянется, а остальное вернуть в сумку – уберу пока в кладовку. Сама же занялась продуктами и ужином, но мысли то и дело крутились вокруг личности Айдара.

И неудивительно!

Во-первых, он просто красивый. Не смазливый, а привлекателен именно той мужественной красотой, которая мгновенно приковывает внимание и не отпускает. Высокий, спортивного телосложения. Темные волосы, волевой подбородок, ровные зубы и умный взгляд.

Во-вторых, он заявил, что я ему понравилась. Ну какой женщине это не будет приятно?

Вот и мне приятно. Очень.

Даже понимая, что это ничего не значит. Но почему бы не помечтать хотя бы пару минут?

Усмехнувшись себе под нос, покачала головой и сосредоточилась на рыбе, которую планировала запечь в духовке.

Потихоньку ненужные мысли о брутальном красавчике из правящего рода были вытеснены более актуальными и ценными, а я задумалась о том, что буду делать с ресурсными островами, если… точнее, когда мы их найдем. В инструкции по развитию рекомендовалось не присоединять их к родовому гнезду вплотную, а делать жесткую сцепку посредством воздушных мостов из канатов, оставляя в первозданном виде, чтобы в момент присоединения ресурсы не расползлись вниз. Да и в целом это логично, ведь со временем шахта будет разрабатываться и перекапываться вдоль и поперек, а гнезду подобное на пользу особо не идет. Другое дело, когда шахта уже полностью выработана и остался лишь камень, земля и песок, которыми можно (и нужно!) нарастить борта. Тогда да. Можно.

Но не раньше.

А есть ли у меня канаты?

А канатов у меня нет.

Цыкнув, поняла, что придется делать минимум ещё одну вылазку, причем сразу в строительный отдел, но расстраиваться не спешила. Надо? Сделаем. Сейчас стоит решить, какие острова мне вообще нужны, чтобы настроиться на их поиск и не размениваться по мелочам. Замахнуться ли сразу на золото? Или начать с серебра и железа? Оружие в пустошах – вещь первостепенная.

В идеале я бы не отказалась и от озера, и от дубовой рощи, и от сотки-другой плодородной почвы, и от шахт с самыми разными драгоценными камнями, которые, согласно заверениям бабули, очень ценятся в Междумирье. А ещё только здесь можно найти такие уникальные минералы, как орелин, зереналь, вайшонет и прочие непонятные и незнакомые мне даже по названиям драгоценные камни и металлы, используемые прежде всего артефакторами для создания уникальных магических вещей.

Итак… Вопрос! С чего начать? Или просто положиться на волю случая и брать всё, что мне подкинет само Междумирье? Бабуля писала, что это тоже рабочий вариант. Звезды нас ведут не всегда четко к цели, но всегда туда, куда нам будет удобнее и правильнее.

Да, попробуем для начала так.

Когда ужин был готов, я с отменным аппетитом поела, прибралась на кухне и помыла посуду, а затем вышла на улицу и по звону стали без труда нашла горгулов рядом с каменной площадкой призыва, где они активно разминались, показывая чудеса ловкости и военного искусства.

Правда, я сразу заметила, что неподалеку от них стоит сумка с остальным оружием, а рядом лежат два сломанных мачете, но даже не подумала ругаться. Пусть лучше они сломаются на тренировке, чем в бою.

Естественно, я понимала, что это не полноценное боевое оружие, и по уму бойцам нужны такие же мощные клинки, как они сами, но прямо сейчас взять их было негде, а заказывать в кузницах реплики настоящих мечей будет дорого и не быстро. Хотя мысль дельная, надо будет ее проработать.

Заметив меня, горгулы прервали тренировку и Цезарь, которому Самсон отдал острогу, приблизился ко мне, уважительно склоняя голову.

– Госпожа Ираида. Благодарю за оружие. Оно… не идеально, но мы приноравливаемся. Есть ли возможность достать более крепкие и большие образцы?

– К сожалению, не сегодня, – качнула головой. – Но я уже вижу, что для вас это совершенно несерьезные игрушки. Здесь мы слишком далеко от центра Междумирья, добираться туда не один месяц, а на Земле холодное оружие давно не применяется. Но я постараюсь что-нибудь придумать.

– Благодарю, – предельно серьезно произнёс горгул. – Какие будут распоряжения? Куда выдвигаемся и когда?

Ничуть не стесняясь того, что по идее беседую с искусственно созданным существом (фактически рабом), я подробно разъяснила свои планы на ближайшие месяцы, дав понять, что в приоритете захват максимально ценных островов для того, чтобы не покупать ресурсы на стороне, а разрабатывать их самим. И обзавестись не только бумажными деньгами, которые тут совершенно не котируются, а полноценным золотым запасом.

И может даже со временем добраться до ближайшего портала и прогуляться до легендарного Айшграда – столицы Междумирья? Поставить там своё торговое представительство, заключить ряд контрактов и поиметь с этого прибыль. Стать полноценной помещицей и главой великого рода, а не просто фермером с окраин.

– Ваши планы велики и заслуживают уважения, – степенно произнес Цезарь. – Если позволите, я бы рекомендовал начать с рудных островов. Железо, олово, алюминий, тантал, титан, вербаний – как только у нас появятся эти металлы, мы сами справим себе такое оружие, против которого не выстоит ни одна тварь.

Хм, верно. Горгулы ведь ещё и кузнецы не из последних…

Решено!

– Отправляемся в путь после полуночи, – произнесла я, уже зная, как поступлю сама в ближайшие часы. – Будьте наготове.

– Да, госпожа.

Так как до полуночи оставалось ещё более двух часов, никто из нас никуда не спешил и не суетился, но и без дела на месте не стоял. Горгулы, определившись с оружием, разошлись по точкам дежурств, Самсон присматривал за мной, а Олимпиец поднялся в небо и патрулировал его.

Ровно в полночь я расправила свои крылья, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие от осознания того, как велики мои силы и могущество, села прямо на траву, закрыла глаза, подставляя лицо звездному свету, и какое-то время просто сидела, позволяя этой загадочной магической энергии наполнять мою суть.

Спустя примерно час, может чуть дольше, когда поняла, что энергия меня уже переполняет и я не в силах впитать больше, я распахнула глаза, произнесла заклинание “сняться с якоря”, затем доверилась путеводной звезде, которая блеснула особенно ярко на северо-западе, развернула остров в нужном направлении и произнесла новое заклинание.

В путь!

К сожалению, максимальная скорость гнезда на текущий момент составляла порядка пяти километров в час, так что двигались мы практически с черепашьей скоростью. День, два, три… На четвертый начали появляться крупные острова больше моего, но вдали, и Олимпиец, отличающийся не только запредельной выносливостью, но и отличным зрением, доложил, что острова обитаемы, причем самыми разными существами.

И мелкой пернатой дичью, и крупной пернатой дичью, и самыми разными монстрами, которые эту дичь периодически подъедают.

С этого момента мы все утроили бдительность и если я периодически уходила в башню, когда к нам ради разведки вылетал то один хтонический ужас, то другой (но горгулы неизменно крошили их на фарш), однако мои верные стражи, кажется, наоборот, были только рады размяться, порой вступая даже в рукопашную схватку, которую я могла наблюдать из окна спальни.

На шестой день, когда стало видно, что мы вошли в самую гущу островов и они встречаются каждые двести-триста метров, причем такие, что превышают размерами мой и в пять раз, а путеводная звезда больше не подмигивает, а светит ровно, как все остальные, я встала на якорь и объявила горгулам повышенную готовность. Последние сутки и часа не проходило, чтобы они не вступали в схватки, последняя вообще стала жутким побоищем, когда на нас напала огромная стая тварей, похожих на лысых истошно визжащих ворон, но даже они не смогли нанести моим бойцам особый вред.

Да и как? Горгулы же каменные! Более того, даже царапины заживали на них в считанные часы, им хватало одной трапезы камнями покрепче, чтобы снова бодро взмыть ввысь и показать окружающим монстрам, кто тут в небе хозяин.

Сама я все эти эти дни преимущественно скучала, но не только, посвятив большую часть времени учебе и зазубривая самые разные заклинания: от поисковых до боевых. И сейчас, убедившись, что поблизости нет ни одного агрессивно настроенного монстра, начала неторопливо сканировать ближайшие острова, заинтересовавшись в первую очередь островом с кленовой рощей размерами этак двадцать на двадцать (м-м, лакомый кусочек!), затем островком с тридцатиметровой лужей-озером, где сканер выявил наличие рыбы, но лишь восьмой порадовал меня рудной жилой с высоким содержанием железа и примесью десятка других металлов.

Сам остров был не особо большим, но для начала порадовал и он, так что я дала горгулам задание охранять этот пятачок с добычей с особым рвением, а сама прихватила Самсона, наложив на него иллюзию человека, оделась потеплее, не забыла сумку с деньгами и мы переместились в квартиру в Новосибирске.

Выглянув в окно и отметив, что в городе уже выпал первый снег (а у меня в Междумирье всё ещё лето, какая прелесть!), я махнула рукой спутнику и мы вышли из дома, взяв курс всё на тот же гипермаркет, справа от которого находился крупный строительный бутик.

– За нами следят, – басовито рыкнул Самсон практически сразу, как мы вышли из подъезда. – На машине.

Следят? Кто?

В груди неприятно екнуло. Пускай не страхом, а пока лишь опасением, но всё равно неприятно. Приказав себе собраться и не паниковать раньше времени, я спокойно обернулась на озвученное авто, отметила, что в нём находятся как минимум двое, причем точно лейри, но из слабых (и не спрашивайте, как я это почуяла, сама не знаю!), после чего развернулась к ним лицом и спокойно подошла.

Встала четко перед машиной, по очереди смерила откровенно мрачным взглядом сначала водителя, затем его спутника, и выразительно приподняла бровь, предлагая объясниться. Водитель тут же заглушил мотор, но из машины вышел его спутник – молодой светловолосый мужчина с сосредоточенным лицом.

– Шенет Патерсон, госпожа, – заговорил он первым и я без труда расслышала в его тоне извиняющиеся нотки. – Мы здесь по приказу господина Грейсвуда. Нам велено информировать его о вашем появлении и пути следования, ничего предосудительного.

Грейсвуд? Что ему неймется?

– Информировали? – поинтересовалась с неприязнью.

– Да, госпожа, – отвечая, мужчина почему-то старался не смотреть мне в глаза, а вот я намеренно смотрела четко ему в лицо, но так и не добилась своего.

Ну вот что с ними делать?

И сама же себе ответила – а ничего. Ничего я не могу с этим поделать. Могу лишь иметь в виду и игнорировать.

Мысленно цыкнув, в итоге просто развернулась и отправилась дальше, а Самсон молчаливой тенью последовал за мной. При этом в строительном отделе нам никто не мешал и мы спокойно приобрели “бухту” двадцатимиллиметрового каната, в котором было ровно двести двадцать метров.

Весила эта дура более шестидесяти килограммов, но Самсон нес её с такой обманчивой легкостью, что нам снова оборачивались вслед. Причем в первую очередь продавцы строительного. Я же, мысленно прикидывая, что нужно пользоваться случаем, решила заодно приобрести и комод с зеркалом, так что мы отправились на второй этаж и я, не без удовольствия побродив по мебельному салону, подобрала себе не только изящный комод с зеркалом, который неплохо гармонировал с уже имеющейся мебелью, но и рабочий стол, кожаное кресло руководителя и даже узкий стеллаж под документы. Пускай кабинета у меня нет, поставлю на втором этаже. Рабочий стол мне нужен уже давно, приходится сидеть на кухне, а это не очень удобно.

К сожалению, забрать мебель сразу не получилось, но я договорилась на доставку по адресу уже на завтра, оплатив сразу и подъем на этаж, и скомандовала Самсону на выход.

Увы, уйти без приключений не получилось. Мы уже вышли из дверей салона и я прикидывала, через какой туалет лучше всего уйти в башню, когда в конце коридора показался Грейсвуд собственной персоной, причем ещё и с сопровождением.

Тут же отметив, что его спутники не люди и даже не лейри (и точно не горгулы), по их хищным и обманчиво плавным движениям опознала в них эфирсов – тоже очень сильных и абсолютно безжалостных бойцов магического мира.

Естественно, напряглась, да и Самсон сурово сдвинул брови, наверняка прикидывая, кого бить первым и куда, но при этом лицо самого Айдара выражало скорее радость от встречи, чем мрачное предвкушение.

– Ираида, добрый день.

Ираида? С какой стати???

– Добрый день, господин Грейсвуд, – произнесла гораздо суше.

– Опять проездом, опять спешишь? – усмехнулся краешком губ, наверняка первым делом изучив груз в руках моего спутника.

– Всё верно. Поэтому…

– Задержись, – практически приказал, а не попросил, и сейчас я четко рассмотрела момент, когда его светло-карие глаза начали светлеть в желтизну. – Мне необходимо обсудить с тобой ряд вопросов, касающихся твоего рода и планов на будущее. Ты наверняка не в курсе, но Фредерика и Роберт Хендриксоны подали жалобу на признание части завещания касательно передачи регалий главы недействительным. Суд назначен на конец месяца и тебе лучше на него явиться, чтобы судья увидел, что ты действительно глава и не скрываешься от правосудия.

– Вот как? – Я нахмурилась, не ожидая от “родственничков” настолько подлой подставы. – И что? Если не явлюсь?

– Лучше явиться, – качнул головой Айдар. – И подготовиться к тому, что твой статус будут оспаривать по ряду пунктов. Рекомендую нанять грамотного адвоката, который объяснит тебе суть происходящего и поможет подготовиться. Может даже Хольцберга, он в этом деле ас. Его услуги дороги, но оправдано.

Знать бы ещё, как с ним связаться…

Прекрасно рассмотрев досаду на моём лице, Грейсвуд вдруг смягчил тон и произнес:

– Если ты испытываешь финансовые и иные затруднения, я могу помочь…

О как.

И почем нынче сыр в мышеловке?

– Это так любезно с вашей стороны, господин Грейсвуд, – мило улыбнулась я. – И что вы хотите за свою помощь?

Удовлетворенно сверкнув глазами, словно только и ждал, что этого вопроса, Айдар слегка понизил тон и заявил:

– Свидание.

Свидание. Блеск!

И вроде не так уж и сложно, но стоит только представить, какой именно смысл он во всё это вкладывает (а мужчины иначе просто не умеют), так заранее отвращение пробирает. Он правда думает, что я готова расплачиваться телом? А он умеет неприятно удивлять…

– Знаете, слишком завышена цена, – покачала я головой. – Но за информацию спасибо, буду иметь в виду. Было познавательно увидеться, прощайте. Самсон, идем.

Уже проходя мимо Айдара, на щеках которого так и гуляли желваки, вдруг услышала от ближайшего ко мне эфирса приглушенное угрожающее рычание, но вместо того, чтобы испуганно взвизгнуть, посмотрела ему в глаза и властно шикнула:

– Фу!

Эфирс мгновенно заткнулся, замер, а я повернула голову в Айдару и недовольно процедила:

– Приструните своих псов, господин Грейсвуд. Если подобное повторится, я сочту это за личное оскорбление и приму соответствующие меры.

***

Меры она примет…

Зараза!

Опять отказала! Ну как так, а? Он скоро себя неполноценным будет чувствовать!

– Хоул, что?

– Сильная, – уверенно сообщил эфирс. – Очень сильная. И осознает это. Последняя в роду, дитя звезд. Истинная глава великого рода.

– Великого, – хмыкнул с отчетливой долей пренебрежения. – Весь её род – это она и два зажравшихся отщепенца.

– Пока есть глава, есть и род, – не согласился с ним Хоул.

– Софистика, – отмахнулся Айдар, но всё равно задумался и, раздраженно вздохнув, набрал Хольцберга сам. – Эдуард Сигизмундович, моё почтение. Да. Да… Знаете, есть у меня к вам просьба личного характера…

Переговорив с адвокатом из самой известной конторы Междумирья, который вел дела в том числе и правящего рода, не без удовольствия добился гарантий, что дело главы рода Рэрикс Эдуард будет вести лично, упирая на то, что это в интересах в том числе и правящего рода, и самого Хольцберга, завершил беседу, отключился и перевел взгляд на мебельный салон, откуда вышла Ираида.

При себе у неё ничего не было. Просто смотрела или заказала доставку? Ну-ка, ну-ка…

Глава 7, в которой я обзавелась личным филином и не только

Вернувшись в Междумирье, первым делом я заставила себя успокоиться, но так сразу не получалось. Внутри меня всё кипело от гнева. Да как они смеют? Как смеет он?!

Увы, всего лишь ходьбой сбросить пар не получалось и я, выяснив у горгулов, что ближайший километр во все стороны уже нет ни одной твари, потребовала найти хоть какую-нибудь и отправилась её убивать. Естественно под присмотром Самсона и при поддержке остальных, но всё равно именно с моих пальцев срывались огненные стрелы, именно из моих ладоней вылетали безжалостные вихри и именно мой удар становился решающим.

Упаси боги, я не лезла в рукопашную, нет. Убивала издалека и частенько мазала, ведь цель не стояла на месте, но всё же сумела утолить свою кровожадность и скомандовала возвращение в гнездо, по дороге думая о том, что стала не только сильнее и жестче, увереннее в себе и просто решительнее, но и в то же время появились во мне такие неоднозначные качества, как вспыльчивость, гонор и даже гордыня.

Что тому виной? Или я была такой всегда, просто не было повода проявить эти качества?

Но так ли это плохо?

Старательно обдумав этот нюанс со всех сторон, решила, что не очень. Я глава, а это определенные обязательства. Буду слабой – сожрут и не подавятся. Продавят, подомнут. Те же Роберт с Фредерикой, хотя на что угодно готова поспорить, что им не нужно гнездо, как таковое. Возрождать его они не собираются. Оба избалованы деньгами и беспечной жизнью на Земле, их не интересует труд на благо рода. Потребители, как есть.

Айдар? Тоже весьма неоднозначная личность. О нём я знаю лишь то, что он член правящего рода. Но кто конкретно? Дальний родич, сын, наследник? В любом случае нам не по пути.

Он тоже избалован, но уже иначе. Силой, властью, женщинами.

Зачем мне мужчина, который в любой момент может заинтересоваться другой? Удерживать его намеренно? Очаровывать, мониторить телефон, ублажать по первому зову?

Серьезно?

Нет.

У меня в приоритете иные задачи. Минимум на весь ближайший год!

Проговорив про себя все эти непростые моменты, а кое-что и по два-три раза, я окончательно убедилась, что права по всем пунктам, после чего задумалась о предстоящем суде. Смогут ли Хендриксоны доказать, что завещание недействительно? Сомневаюсь. Но нервы потреплют. В любом случае суд должен привлечь в качестве свидетелей как минимум адвоката, который зачитывал это завещание, и я уверена, Хольцберг сумеет постоять за себя. Даже в моё отсутствие.

А если всё же докажут, что я стала главой незаконно, то…

Что я буду делать?

Нахмурившись, поняла, что дело всё-таки не стоит пускать на самотек. Эти двое наверняка не идиоты, на что-то точно надеются. Может ли моя неявка на суд стать тем самым аргументом против меня? Запросто. Местных законов-то я не знаю!

Ох, бабуля… Ну и заварила же ты кашу!

Как бы то ни было, у меня в запасе была как минимум неделя, а то и две, и я не собиралась терять ни дня. Хорошенько отдохнув после незапланированной, но такой нервоспасательной битвы с местными монстрами, я собрала полноценный военный совет и задала четкий вопрос:

– Какие из ближайших островов наиболее ценны и куда мы будем их присоединять?

Удивительно, но горгулы даже не совещались, словно уже давно обсудили между собой все эти моменты, и Цезарь уверенно произнёс:

– Вам стоит начать создавать конгломерат. Острова больше вашего вы не сможете пока присоединить, не позволит магия, но захватить их стоит уже сейчас. Озеро, роща и три острова с запада с плодородной почвой под будущие пастбища. Их присоедините по левому борту, со стороны хозяйства. Дюжину скальников стоит расположить справа, со временем они пригодятся для наращивания дна. Кроме них Олимпиец нашел ещё пять островов, богатых металлами, один солончак и два магматических осколка. Последние скорее всего являются закрытыми жилами различных минералов. Их стоит заякорить с торца и прикрыть рудными островами, где мы начнем добывать металлы сразу, как только позволите.

Выдав поразительно много слов и все по делу, горгул добавил:

– Позвольте просить о призыве новых стражей из числа природных, огненных и рудных. С ними вам будет удобнее.

– Да… – кивнула задумчиво и уже гораздо тверже повторила: – Да. Так и сделаем. Спасибо. Начнем с ближайших. Что там?

Самым ближайшим нужным нам островом оказался крупный скальник, который я бы никогда не смогла подтянуть физически, но спокойно подплыла к нему на своём острове. Развернулась нужным боком, подготовила четыре пятиметровых канатных отрезка, к двум из которых горгулы привязали колышки (точнее бревнышки), после чего уже я с помощью магии и самоуверенности связала наши острова канатной дорогой.

Ну, как дорогой… Пока только направлением. Без досок.

Благодаря тому, что мы все умели летать, они были совершенно не нужны, но канаты… канаты нужны. Именно четыре и именно так. Иначе магия не срабатывала и надежной сцепки не получалось.

Понятное дело, для красоты в дальнейшем можно и доски сделать, и много чего ещё, но сейчас мне важнее застолбить бесхозные ценности, красивости будем делать потом.

К моему великому сожалению, одной бухты каната хватило только на одиннадцать островов, так что стоило закупиться этим важным расходником впрок и в самое ближайшее время. К счастью, на следующие день я и так планировала визит в Новосибирск, чтобы забрать мебель, ну а пока выдалась свободная минутка – стоило создать новых слуг.

Для начала трех дриарий. Это были природные духи, создаваемые из живых деревьев, и жили они в них же, питаясь соками растений, но без ущерба для последних. Выглядели они, как стройные зеленокожие девушки, одетые в кору и листья, так что были видны холмики грудей, но без подробностей.

Длинноволосые, изящные, с глазами на пол лица, они имели две руки и две ноги, гуманоидное телосложение, но с человеческими женщинами их невозможно было спутать даже со спины: волосы – ветви с листвой, кожа – кора, а во рту неожиданно острые треугольные зубки.

– Вербена, Камелия, Азалия. – Я без раздумий дала им цветочные имена и девушки тут же радостно зашелестели листочками. – Кусты, цветы, деревья и грядки – всё под ваш присмотр. Докладывать обо всем важном, особенно о сроках сбора очередного урожая и появлении вредителей, остальное сами. Свободны.

Девицы упорхнули, а я приступила к очередному призыву. На этот раз мне были нужны два кобольда, которые станут главными шахтерами и просто добытчиками ресурсов из земных недр. Ради этого пришлось развести костер, куда я заранее поместила два крупных куска гранита, два качественных ножа и немного глины, запалила костер магией и прочла нужное заклинание.

Миг – и костер тухнет тысячью искр, а передо мной два низкорослых горбатых существа с огненно-красной чешуйчатой кожей и мордами то ли рептилий, то ли крыс. Ростом они были ниже метра, имели длинные крысиные хвосты и широкие длинные ступни, худые руки с длинными пальцами, которые заканчивались металлическими когтями, а из неожиданно кустистых бровей на меня внимательно смотрели багровые глазки-бусинки.

– Гранат, – кивнула кобольду, чей лоб был более темного “винного” оттенка, затем перевела взгляд на второго, – Рубин. Ваша задача – добыча полезных ископаемых из недр, входящих в состав конгломерата. Подчиняться мне и Цезарю, командиру гарнизона. Прямо сейчас в приоритете металлы, но интересуют и минералы, но пока для общей информации. Мастерскую можете поставить на одном из рудных островов. Приступайте.

Следующим на очереди был пламеноид – существо, состоящее из чистого пламени. Выглядел он как крупный камышовый кот оранжево-алой расцветки, при желании умел ходить на задних лапах и говорить, в спокойном состоянии до него можно было даже дотронуться без опаски получить ожог, но в момент работы пламеноид превращался в живой огонь и мог в считанные секунды нагреваться до пяти тысяч градусов – практически температуры поверхности солнца.

Его я назвала Огнеяр и котику имя очень понравилось.

Последним я создала брайнура – местного традиционного домового. Больше всего существо походило на крупного филина мне по пояс, имело коричнево-черный окрас перьев с серебристым подпушком, крупные оранжевые глаза, острый клюв, забавные кустистые брови, плавно переходящие в уши, и хрипловатый голос с ворчливыми “медвежьими” нотками. Назвала его Филимон Потапыч, слишком уж важно и значимо он выглядел.

Дав задание Огнеяру плавить руду и делать слитки для дальнейшего производства достойного оружия (за эти дни наш арсенал сократился примерно на треть, банально не выдержав боевых условий применения), а Филимону ознакомиться с домом и хозяйством в принципе, сама я ушла отдыхать – время близилось к утру и стоило поспать, чтобы не проспать доставку мебели.

Для верности я даже завела будильник, уже не в первый раз подумав, что мне нужно позаботиться об альтернативном источнике питания. Например, приобрести элементарный генератор, который будет заряжаться от солнечных батарей. Почему бы и нет?

Только сначала надо будет погуглить этот вопрос и вообще понять, стоит ли овчинка выделки. Или проще переходить на час-другой в квартиру и пользоваться электричеством и интернетом там?

Как бы то ни было, проснулась я ровно в четыре (доставка была оговорена на шесть) и сразу увидела, что гнездо снова изменилось: потолок стал ощутимо выше, минимум на метр, комната больше и появилось второе окно, ковер стал новеньким без единой потертости, а шкаф обзавелся ещё одной секцией и теперь был трехдверным.

Более того, рядом с ним появилась ещё одна дверь, заглянув за которую, я увидела полноценный санузел с унитазом, раковиной и длинной ванной, что не могло не радовать – теперь я могла умываться у себя наверху.

Что и сделала, не забыв одеться и причесаться.

На втором этаже тоже появилась комната и я сразу поняла, что под кабинет: не очень большой, где-то четыре на четыре, стены обиты темными деревянными панелями, на полу славный лакированный паркет, вдоль одной из стен симпатичный стеллаж от пола до потолка, куда можно поставить и книги, и безделушки.

Порадовало то, что в остальном кабинет был пустым, а значит стол и кресло я приобрела не зря. Хотя стоит задуматься о диванчике для посетителей. Вот придет ко мне, например, господин Хольцберг, куда я его усажу?

И словно в ответ на мой мысленный вопрос из пола медленно и предельно аккуратно всплыл роскошный кожаный диван шоколадной расцветки. Я аж дар речи на миг потеряла, не понимая, как такое вообще возможно. Медленно приблизилась, пощупала, присела даже… Провела по нему ладонью, рассмеялась и искренне поблагодарила своё гнездо за заботу:

– Спасибо! Это то, что нужно!

Внизу на первый взгляд количество комнат осталось прежним, но я сразу увидела, что холл стал светлее и как будто торжественнее. У лестницы появились резные балясины из темного лакированного дерева, пол тоже изменился: прежде он был простым каменным, сейчас же его покрыл лакированный паркет. Появились окна справа и слева от входной двери, причем не простые, а витражные в серебристо-черных тонах, но выглядело это не мрачно, а торжественно.

Вычурная вешалка для одежды и обувница, коврик перед дверью и скамеечка для обувания, стал чуть выше потолок и появились старинные настенные светильники – казалось бы, мелочи, но стало уютнее в разы.

А этот запах, м-м…

– Завтрак, госпожа Ираида, – чинно сообщил мне Филимон Потапыч, когда я вошла на кухню и увидела, как он одним небрежным взмахом крыла накрывает на стол и посуда летает самостоятельно. – Извольте составить меню на ближайшие дни. Я тут набросал кое-что от себя…

Стоило мне сесть, как передо мной тут же положили стопку листов, исписанных крупным убористым почерком. Меню, ага… Понимая, что лучше поработать сразу, чем потом разгребать недомолвки, я внимательно перечитала всё, вычеркнула лишь несколько совсем безумных пунктов и нелюбимую яичницу, остальное согласовала и поинтересовалась, надо ли чего купить в городе, ведь я как раз туда собираюсь.

– Ух, как хорошо, что вы спросили! – радостно заухал филин и сунул мне в руки вторую стопочку листов. – Тут я кое-что набросал…

По мере прочтения этого “кое-чего” мои брови окончательно уползли на лоб и я с нервным смешком уточнила:

– Зачем мне своя мясная и рыбная ферма? Гуси? Козы, свиньи??? А почтовички? Кому мне писать письма?

– Госпожа Ираида, – с ворчливым уважением обратился ко мне домовой, – я же не настаиваю, но сами поймите, какое гнездо без фермы и почты? Вы глава рода, а значит совсем скоро обзаведетесь и поместьем, и супругом. А может и в клан кого примете. Или вассалов заведете. А куда их звать? Чем кормить? Хозяйство должно быть большим, добротным. И сразу!

Ну вот всё верно говорит…

Но почему мне так не хочется? Особенно горчит на губах пункт “супруг”.

– Так, давай не будем торопиться. Сначала закончим создавать конгломерат и увеличим базовую площадь, затем остальное. Вот… Да, вот это я возьму, а остальное позже. Тем более за раз всё равно не получится, живность в современном городе найти не так уж и просто, да и места им нужно не так уж и мало. И корм, и остальное. В общем, спешить не будем.

– Ваше право, – расстроенно ухнул Филимон, явно рассчитывая как можно скорее обрасти максимально большим хозяйством. – Но почтовичек всё же создайте. Вдруг кто письмо захочет вам написать? Куда принимать будете?

– Хорошо, это сделаю, – пошла ему на уступку, которая в принципе ничего мне не стоила. – Кстати, очень вкусный завтрак, спасибо.

Горделиво распушившись, филин с удовольствием прикрыл свои глаза-фонарики, ну а я, допив последний глоток кофе, отправилась инспектировать гнездо снаружи.

Там всё было прекрасно: грядки ухожены, прополоты и политы, кустарники и деревья облагорожены, цветник цветет буйным цветом, на лавочке лежит кучка самых разных кристаллов, ожидающих моего внимания, а вдали то и дело вспыхивает пламя Огнеяра, который плавит руду, добываемую кобольдами.

О последнем мне лично доложил Цезарь, подошедший сразу, как только я вышла на крыльцо, где прибавилось ступеней (уже пять, хотя изначально было три), затем обернулась на башню, отметила, что визуально она стала пошире, и после этого прошла к лавочке.

Руками перебрала все до единого образцы, благодаря заклинанию сканирования определив, что это флюорит (фиолетово-розовый), танзанит (синий), рубеллит (малиновый) и даже искристый рэрит – камень моего рода. Тот самый, который вставлен в кулон.

Отличная новость!

Рядом с кристаллами лежали образцы металлов, причем природные образования в виде веточек, булыжников и самородков неправильной формы. Пока я спала, по словам Цезаря, кобольды обследовали все острова конгломерата и выяснили, что нам повезло найти железо, олово, медь, крупицы никеля, титана, углерода и немного серебра. Затем отчитался, что добыча и переработка железа в звездную сталь уже идет полным ходом, Самсон старательно кует уже третий меч, а кобольды намекнули, что будут рады лично изготовить мне венец, ведь в нашем распоряжении есть и серебро, и рэриты, причем очень качественные их образцы.

И, собственно, почему бы и нет?

– Передай им, что мне нужен эскиз, – дала я добро, но с оговоркой. – Бумагу пусть возьмут у Филимона. Мне пора в город. Самсон сильно занят? Хочу уйти заранее, мне нужно поискать информацию в интернете.

– Могу сопроводить вас лично, – предложил Цезарь и я, подумав, не стала отказываться.

При этом под иллюзией он выглядел даже почти симпатичным, но был ещё крупнее Самсона, так что я заранее улыбалась, зная, какой яркой будет реакция окружающих.

Перейдя в квартиру заранее и попросив Цезаря пока располагаться и ждать доставку, сама я включила планшет и погрузилась в дебри животноводства, выясняя, где в окрестностях Новосибирска можно купить птицу и скот, и какие условия им требуются для содержания.

К моему безмерному удивлению, фермерских хозяйств хватало, причем самых разных – почти десяток. Где-то делали упор на овощи-фрукты, где-то на сельхозкорма. Содержали коров, свиней, коз, овец, индеек, куриц и даже страусов! Прочла я и о пчеловодстве, и о рыбной ферме, где разводили форель и осетров, но это уже в области.

Хотя всё равно заманчиво!

Но сначала, конечно, стоит вникнуть в процесс содержания и разведения всего этого добра, чтобы не потратить деньги впустую. А они у меня, между прочим, не бесконечны.

И, пожалуй, начну с чего попроще. С кур. Сама я яйца не особо люблю, но их можно использовать в выпечку, да и призванные духи могут ими питаться, особенно кобольды, Филимон и Огнеяр, так что пропасть не должны. Мне же будет своё домашнее мясо. Но покупать, как я поняла, кур придется с самого их рождения. То есть в виде яйца. Ага…

Дочитав уже до инкубатора и понимая, что у меня мозги начинают потихоньку плавиться от всего этого, искренне обрадовалась звонку менеджера из магазина, который сообщал, что заказ погружен в авто и будет у меня уже через двадцать минут (основной склад у них не в магазине, а в другом месте), так что с чистой совестью выключила планшет и прикрыла глаза, позволяя мозгу немного отдохнуть.

Я прекрасно понимала, что всё равно этим займусь, не сегодня, так завтра, но сейчас хотела хотя бы немного уложить информацию в голове. Иначе она у меня просто взорвется!

Глава 8, в которой я чуть не убила курьера

Через двадцать минут, как и было обещано, позвонил водитель, сообщая, что подъезжает, я подтвердила номер квартиры и отправила Цезаря в прихожую – встречать грузчиков, но сначала в дверь почему-то позвонил курьер, о чем мне сообщил хмурый горгул.

– Там курьер с цветами. Брать?

– С какими цветами? – напряглась и вышла в прихожую сама. Изучила знакомого по вчерашнему инциденту Шенета и с нескрываемым недовольством поинтересовалась: – Что опять?

– Господин Грейсвуд просил передать вам цветы, – максимально вежливо сообщил мне чужой слуга, держа в руках большую корзину огненно-алых роз и снова не глядя мне в глаза.

– Передай господину Грейсвуду, что я не люблю цветы, – скривилась от досады на чужую навязчивость. Ещё и караулит, скотина!

Подобострастно кивнув, мужчина спросил:

– Передать что-нибудь ещё?

К сожалению, матом нельзя, может и обидеться… А больше и передать-то нечего!

– Нет. Свободен.

– Конечно. Как пожелаете.

После чего Шенет просто поставил корзину к моим ногам и рванул прочь бегом.

Я аж удивилась и в коридор выглянула. У меня галлюцинации? А нет, и впрямь бежит, словно за ним стая бешеных собак гонится… Иронично хрюкнув, перевела взгляд на роскошный веник и снова скривилась. Ну и что мне с ним делать? Хотя… Так, а это что?

Углядев среди тугих бутонов открытку, вытянула её, уже не ожидая увидеть внутри ничего хорошего, но даритель сумел удивить.

“Самой прекрасной и загадочной женщине Междумирья. Тешу себя надеждой, что всё же захочешь увидеться. Мой номер: 8…”

И чуть ниже ещё один номер и приписка: “Позвони адвокату, он ждет”.

Вот же…

Шикнув и не понимая, что чувствую, но точно что-то яркое и сложное, я отошла в сторонку, когда на этаж поднялись грузчики и стали заносить в квартиру коробки с мебелью. Вся она без исключения была сборной, иначе просто бы не пролезла в двери, но в то же время я выбирала наиболее качественные и натуральные материалы. Да, вышло недешево, но и я не менеджер младшего звена.

Заметив, как один из грузчиков с нескрываемой завистью поглядывает на корзину с цветами, мысленно усмехнулась и предложила:

– Ребята, нужны цветы? У меня на них, кажется, аллергия. Ну не выбрасывать же, да? Девушкам своим подарите. Берите-берите, я серьезно. Спасибо за оперативную доставку! Всего хорошего!

Лично закрыв за грузчиками дверь и чувствуя себя капельку стервой (но как же приятно!), я проконтролировала, чтобы Цезарь перетащил все наши покупки в башню, после чего мы с ним отправились сначала за продуктами по списку Филимона, а затем за новой бухтой каната и для верности купили сразу две. Купила бы и три, но на складе больше не было, а канат меньшего диаметра я брать не хотела. Так что пришлось оставлять заказ и предоплату за ещё две бухты. Для верности!

За ними я пообещала заглянуть ровно через неделю, с сожалением сообщив, что по телефону связаться со мной невозможно – живу за городом, очень плохая связь. Уж не знаю, поверили мне или нет, куда больше уделяя внимание Цезарю, который держал в каждой руке по бухте и даже не краснел от натуги, тогда как я взяла пакеты с продуктами. При этом уйти через туалет не получилось – слишком уж пристально за нами наблюдали окружающие. Пришлось возвращаться с покупками в квартиру и уже там уходить в Междумирье.

Но сначала я позвонила адвокату.

К счастью, это оказался именно его номер и мы проговорили всего минут десять, за которые я узнала, что волноваться мне совершенно не о чем, но на заседании лучше всё-таки появиться и выглядеть при этом “с иголочки”. Само заседание состоится ни много ни мало, а в Айшграде через двадцать четыре дня, но мне достаточно чуть заранее прибыть в офис на Новослободкинской, дальше он сопроводит меня сам. Да, можно с телохранителем.

Момент с оплатой адвокат технично обошел стороной, а я была немного взволнована и не спросила сразу, но перезванивать уже не стала, решив, что выясню при встрече. Сейчас меня заботили совсем другие моменты.

Следующие три дня прошли просто идеально: я обрастала новыми островами, как курица цыплятами, полностью посвятив себя увеличению площадей, причем обоими способами: и посредством слияния, и канатными дорогами. Пока, к сожалению, я могла цеплять только два ряда островов, не больше, но и это позволило мне обрасти внушительной гирляндой из почти двадцати островов, половина из которых была громоздкими скальниками, состоящими из гранита, песчаника и даже мрамора, а вторая делилась на сельскохозяйственные (озеро, луга и роща) и промышленные (с металлом и минералами).

Прочими маленькими островами, которые тут дрейфовали в избытке, я пока наращивала площадку перед крыльцом, позволяя добыче растекаться в том числе вправо и влево, благо это никак не влияло на сцепку с другими островами.

В общем, сплошная магия и никакого мошенства!

В редких перерывах между первым, вторым, сном и трапезой, я обстоятельно беседовала с Филимоном Потапычем, ища ту золотую середину, которая устроила бы нас обоих. Брайнур был безумно хозяйственным, но приятно разумным домовым, так что не обижался и не настаивал, если я говорила своё категоричное нет. Но при этом всегда грамотно аргументировал, когда просила доказать первоочередную необходимость того или иного приобретения.

В итоге я попросила гнездо создать на чердаке место для почтовичек, а сама создала уже их: некий гибрид летучей мыши и кота, которые умели разговаривать и обладали феноменальной выносливостью и магической чуйкой, позволяющей им находить адресата даже на другом конце вселенной и доставлять послание в самые кратчайшие сроки. Для верности создала сразу трех и все они оказались очаровательными кошечками дымчатой расцветки, которым я дала тоже говорящие имена: Комета, Молния и Стрела.

Ну а так как пока писать письма мне было некому и незачем, почтовички охотно несли небесное дежурство вместе с Олимпийцем, соревнуясь в том, кто первый заметит опасность и доложит об этом Цезарю. За эти дни, что мы стояли на якоре в пустошах, на нас два раза нападали мигрирующие стаи гаркусов – крупных летучих мышей с тонкими птичьими клювами, которыми они прокалывали свою жертву и высасывали кровь.

К счастью, гранит их клювы пробить не могли, когти тоже не оставляли на броне горгулов серьезных царапин, так что победа каждый раз была за моими воинами, ну а я в такие моменты просто пряталась в башне.

Кобольды, тщательно проработав эскиз, куда я внесла ряд правок, создали мне безумно красивый ажурный венец из серебра с примесью хрома, который позволил им сделать красивые черные разводы, с вставками из трех роскошных ограненных рэритов – ровно столько, сколько изображено на флаге, который реял на шпиле.

При этом я, наконец, дочитала родовой гримуар, выяснив, что три звезды – это четкий символ рода и единство главных путеводных звезд: честь, достоинство и воля. Всё-таки великими были мои предки, не поспоришь. И цели перед собой ставили достойные. Что же всё-таки случилось двести лет назад? И почему об этом никто не знает?

Или знает? Но кто?

На четвертый день, когда стало ясно, что новые острова цеплять больше некуда, а мелкие в округе закончились, я снова присела помедитировать ближе к полуночи, интересуясь у мироздания, куда мне отправиться дальше.

И очень сильно удивилась, когда оно указало четко на юг, начав интенсивно подмигивать мне чуть ли не половиной неба именно в том направлении. Неужели пора заявлять о себе? А не рано ли? Мысленно посомневавшись, решила всё-таки последовать совету, но с некоторой внутренней оговоркой – мы обязательно двинем в путь, но медленно и не без пользы для себя, ведь по дороге можем собрать ещё сотню-другую мелких глыб, которыми можно нарастить нос и края острова.

Ну а пока, пожалуй, стоит наведаться на Землю и купить, наконец, Филимону Потапычу пять обещанных несушек и трех коз, которые он у меня буквально вымолил, благо место под мини-ферму уже появилось, а недостатка в траве и корме нет – дриарии безупречно выполняют свою часть обязательств и количество моих грядок возросло втрое, справа от дома уже колосится кукурузное поле, а три плодородных острова из пяти засеяны пшеницей, овсом и рожью. Два оставшихся я приберегла для пастбищ и там зеленела идеальная изумрудная травка.

В озере, кстати, водились сазаны и на вкус они оказались просто изумительны. Ну или Филимон был настоящим богом готовки и мог даже из самых обычных продуктов сотворить шедевр. При этом мы с ним довольно часто беседовали и на отвлеченные темы, в том числе о литературе, поэзии и прозе, я не без легкого смущения призналась, что обожаю фэнтези, но так как моя собственная жизнь в последнее время сама превратилась в сказку, то пока не до книг. А ведь когда-то они были моим единственным спасением от серости бытия. В детстве наряду с учебниками, в юношестве наряду с анатомическим атласом… На работе рядом с картами пациентов и назначениями лечащих врачей.

И о рецептах мы с Филимоном тоже разговаривали, особенно филину нравилось готовить мясные блюда и сладкую выпечку, так что я по глупости своей пообещала ему накачать на планшет сборники рецептов народов мира, а он возьми – и согласись.

В общем, как ни крути, а требовалось идти на Землю, причем не на час и даже не на два, а может даже на несколько дней. Естественно, с перерывом на сон (и только в башне!), но дел и впрямь накопилось много.

В итоге самым простым, как ни странно, оказалась покупка куриц, причем сразу несушек. Достаточно было позвонить в первое фермерское хозяйство и поинтересоваться приобретением цыплят, как мне тут же предложили уже взрослых кур-несушек. Естественно, я с подозрением уточнила, с чего такая щедрость и не старые ли они (а может больные?), но меня с жаром заверили, что курочкам уже два года и сейчас идет массовый забой птицы. На производстве два года – уже серьезный срок, а если мне для дома и для себя, то годик-другой они ещё отлично будут нестись.

Не поленилась и проконсультировалась на этот счет с Филимоном, которого тоже взяла с собой в квартиру, и он заверил меня, что в Междумирье и под присмотром дриарий эту курочки и десять лет проживут – вообще не проблема. Главное, петуха им в комплект купить, чтобы в случае необходимости можно было часть яиц пустить на развод.

В общем, заказав такси побольше и взяв заранее купленную переноску, мы с Самсоном съездили до фермерского хозяйства и приобрели действительно приличных рыженьких курочек и к ним красавца петуха с иссиня-черным телом, огненно-рыжей шеей и алым гребешком. Женщина, которая мне их продала, сходу надавала советов по содержанию, кормлению и даже выведению птенцов, а на вопрос, где можно глянуть хороших коз, охотно дала телефон другого хозяйства, где их разводили.

Созвонилась с ними сразу и договорилась посмотреть хозяйство, а когда приехала, чуть ли не с полувзгляда влюбилась в уже подросших с лета козлят, которые в этот солнечный погожий день резвились в загоне. Все они были необычного для меня окраса – под сиамскую кошку: с черными носочками, ушками и частично мордочкой, на спине белая шерстка тоже становилась ближе к коричневому.

Оказалось, что это особая альпийская порода, которая просто идеальна для разведения в суровых Сибирских краях. Кроме того, эти козы добродушны и выносливы, неприхотливы в еде и содержании, быстро растут и дают довольно много молока.

В общем, расписали мне породу так, что я, помня о договоренности с Филимоном (с собой я его не брала), сразу выкупила одну взрослую козочку и трех молоденьких козлят, один из которых вскорости станет полноценным козлом.

Понимая, что у фермера возникнет слишком много вопросов, если я оставлю адрес квартиры, на этот раз попросила доставить товар на дачу, и уже там преспокойно провела и пронесла покупки прямиком на лужайку слева от дома. Туда, куда выходила дверь.

Новые жильцы моего гнезда тут же поступили в распоряжение дриарий, ну а мы с Самсоном вернулись в квартиру к Филимону, который в моё отсутствие активно осваивал планшет. Там я с улыбкой отчиталась перед филином о пополнении, помогла ему вернуться в Междумирье, чтобы проконтролировать всё от и до (планшет он забрал с собой), ну а сама вошла в сеть с телефона и нашла магазин, где можно было приобрести солнечные панели и другие комплектующие для создания собственной зарядной станции.

Располагался он не близко и пришлось снова заказывать такси, но стоило нам с горгулом выйти из подъезда, как мне чуть ли не наперерез бросился знакомый лейри и лишь чудо и отменная реакция Самсона спасли его от пульсара в лоб. Вот черт! А ведь могла бы и убить…

– Госпожа Ираида! – выпалил мужчина, широко распахнутыми глазами глядя на то, как горгул отвел мою руку в сторону, одновременно загораживаяы своим плечом. – Вы… Вы думали, я нападаю?

– А что? Нет? – цыкнула зло, ведь только сейчас до меня начало доходить, что именно я только что чуть не сделала.

А ведь реально могла убить!

– Я с подарками… – пробормотал Шенет, протягивая в мою сторону коробку с яркой маркировкой, но что внутри, я пока понять не могла.

– От него? – скривилась.

– От господина Грейсвуда, – конкретизировал незадачливый посыльный.

– Слушай, Шенет, – настроение портилось всё стремительнее и я не пыталась подобрать слов, – отвалите от меня со своим господином, ясно? Как там в старом мультике говорилось? И даром не нать, и с доплатой не нать! Андэстенд?

– Но я должен…

– Зато я не должна! – отрезала жестко и наставила на него палец: – Увижу снова, мой телохранитель уже не будет настолько жалостливым.

После чего спокойно развернулась и села в подъехавшее такси, оставляя за спиной насупленого Шенета, который тут же взялся за телефон и начал кому-то названивать. Ой, да пускай! Не понимают вежливыми словами, буду давить наглостью.

И вообще, а не вернуться ли мне в родное Подмосковье? В самом деле, что я теряюсь?

Я уже не та испуганная девочка, которой была несколько недель назад. Поставлю дверь, новые окна, ребята помогут вычистить квартиру от горелого хлама и сделать косметический ремонт, а большего мне и не надо. Главное, чтобы дверь была.

Точно, так и сделаем!

Но сначала куплю уже эти чертовы панели и, пожалуй, второй планшет. Тот пусть забирает Филимон. Или сразу на ноут замахнуться? Тщательно обдумав эту мысль, согласилась сама с собой – стоит приобрести именно ноут. Там и клавиатура удобнее, и экран больше. Цена тоже, но пока деньги есть, не стоит ущемляться.

В итоге мы прокатались целый день, я довела продавцов может и не до белого каления, но очень близко, дотошно выяснив сначала всё, что связано с панелями и подключением их к солнечной электростанции, а затем то же самое, но уже с ноутбуками. В итоге стала капельку умнее и потратила кучу денег, но оно того стоило.

При этом милый мальчик Ваня с немного нервным тиком поставил мне на ноут сразу все необходимые программы, а менеджер Тимофей зачем-то сунул визитку “муж на час”. Юмора я не поняла и выкинула её в первую же урну, ну а потом мы с Самсоном зашли в первое попавшееся большое кафе и воспользовались дверью в туалет, чтобы уйти с Междумирье.

Пока нас не было, Филимон Потапыч организовал строительство загона для коз и курятника на одном из новых островов с лужаечной травой, причем не просто сарайчиков, а полноценных строений из камня, которым не были страшны нападения монстров пустошей. Пока кобольды и горгулы дружно вытачивали каменные блоки и выкладывали из них стены, скрепляя глиняным раствором, дриарии с удовольствием присматривали за живностью. Мы с Самсоном вернулись уже к завершению строительства, когда дело дошло до крыши и вот тут встала небольшая загвоздка: черепицы у нас не было, делать из досок – ненадежно, а из камня – нереально.

Цыкнув, пообещала купить завтра что-нибудь крепкое и простое в укладке, ну а пока мне хотелось просто поесть и отдохнуть – день выдался насыщенный на события и я банально устала, да и очередной вынужденный переход с ночного на дневное время тоже сказывался дополнительной усталостью.

К счастью, Филя уже приготовил не только ужин, но и сладкий десерт, так что я с удовольствием поела, благословила Цезаря на сбор домашней электростанции, вручив покупки и инструкции к ним, а сама ушла наверх – спать!

Глава 9, в которой я купила костюм дороже, чем ремонт

И снился мне… Айдар.

Он бросал к моим ногам цветы и куриц, затем пригоршни золотых монет и драгоценных камней, под конец метал солнечные панели и туши убитых монстров, сердито приговаривая “не любит она цветы, посмотрите на нее!”, а я почему-то никак не могла взлететь, словно у меня больше не было крыльев.

Проснулась от звонка будильника и в холодном поту, первым делом убедилась, что крылья на месте, взлетев к потолку из положения лежа, и только потом отправилась умываться и одеваться. Сегодня по плану был визит в свою квартиру и выяснение реальных масштабов бедствия, так что я заранее оделась попроще, чтобы было не жалко испачкаться.

При этом я на целых пять минут притормозила у нового комода и зеркала, вдумчиво изучая своё отражение. И ведь, если вдуматься, ничего сильно не изменилось. Я никогда не была красавицей. Симпатичная, не более, а в детстве и вовсе угловатая и с кучей гормональных прыщей. Зато это уберегло меня от внимания старших мальчишек, которые охотно задирали девочек посимпатичнее.

Более или менее женственные формы у меня начали появляться ближе к восемнадцати, но тогда я уже жила в общежитии при педколледже и у нас была очень строгая комендантша, так что целомудрию моему ничего не угрожало. Особенно благодаря загруженности по учебе, ведь я старалась сохранить максимально большую стипендию и приходилось учиться хорошо.

Потом… тоже особо с личной жизнью не задавалось. Так, два-три романа, без особого взрыва эмоций. Потому что не хотела навсегда остаться старой девой и особо не придиралась к кандидатам.

Сейчас же…

Ну вот что он прицепился, а? Ни за что не поверю, что у него не из кого выбрать. На таких мужчин женщины сами гроздьями вешаются, успевай отбиваться. Неужели в женихи набивается из-за моего статуса главы? Нет, ну а что? Может он профессиональный альфонс? А я, наивная, думаю, что на меня запал.

Фыркнув, покачала головой. И о чем я только думаю?

Зачем я вообще о нем думаю?

В общем, подумала и выкинула из головы, отправившись завтракать и ставить в известность окружающих о своих планах. Планы окружающим понравились, особенно хозяйственному Филимону, так что уже через час после завтрака мы с Самсоном ехали на склад строительного магазина за листами металлочерепицы – оптимального покрытия для наших построек.

Ещё через сорок минут, для надежности прихватив и Цезаря, я открыла дверной портал в свою однушку в Подмосковье и тут же поежилась от холодного ветра, проникающего в криво заколоченное окно. С нескрываемой неприязнью изучила гарь и грязь, которой стало даже больше, нахмурилась на кучу чужого дерьма, которой прежде не было, и выглянула на лестницу, услышав множество чужих голосов.

А это ещё что такое?

– Гражданочка, а вы кто? – попытался взять меня нахрапом один из трех мужчин в деловом костюме и распахнутом дорогом пальто, пока я с легким недоумением изучала полноценную процессию из крайне подозрительных типов и старшей по подъезду, спускающихся с пятого этажа и притормозивших на четвертом именно возле моей квартиры.

– Ирка! – недоверчиво ахнула Маргарита Львовна и даже подскочила, начав зачем-то трогать за рукав моего пуховика. – Живая!

– Живая, да, – улыбнулась криво, аккуратно отводя её руку. – Уезжала к друзьям в другой город. Вернулась, а тут такое. И ведь никто не сообщил, представляете? Не в курсе, что вообще произошло?

Не уверена, что мне поверили, но Маргарите Львовне только дай повод – мигом расскажет всё вплоть до времен сотворения мира, естественно приврав с три короба, но в целом вымысел вряд ли сильно отличался от реальности. Соседка со второго видела, как в подъезд вломились подозрительные типы, затем соседка с пятого слышала, как выбивали дверь и громили всё, что громилось, ну а потом унюхала гарь и вызвала пожарных, но было уже поздно – квартира полыхала так, что, когда тушили, залило всех вплоть до первого этажа.

При этом пожарные не нашли никаких органических останков, но жильцы подъезда всё равно считали, что я мертва. Мило.

Как бы то ни было, и без того ужасное состояние дома стало ещё ужаснее и вот уже третью неделю к нам ходят чиновники, чтобы понять, что со всеми нами делать. На носу зима, а у нас и с электричеством проблемы, и отоплением.

И вот вроде как было принято решение расселять, сейчас составляют списки остро нуждающихся…

– О, я очень остро нуждаюсь! – заявила я с жаром и уставилась на всех трех представителей администрации одновременно. – Где подписаться?

– Девушка, вы сначала документы предъявите и докажите, что это ваша квартира и не вы ее подожгли, – начал кривить губы самый молодой и толстый, на что Маргарита Львовна возмущенно ахнула, а стоящий справа от меня Цезарь нахмурился и сделал полшага вперед.

Мужик тут же заткнулся и попытался слиться со стеной, а я приподняла брови, осмотрела всех присутствующих и ледяным тоном уточнила:

– Прошу прощения? Меня сейчас только что обвинили в преступлении? Серьезно?

Стоящий слева Самсон с легким хрустом размял шею и чиновники практически синхронно сделали шаг назад.

– Вы неправильно нас поняли, Ирина… – напряженно улыбнулся пожилой дядечка в очках, безуспешно прикрываясь пухлой кожаной папочкой.

– Ираида Ильнуровна, – представилась ему. – Рэрикс Ираида Ильнуровна.

– Рэрикс? – не своим голосом пискнул третий мужчина с абсолютно невзрачной внешностью и я взглянула на него, только сейчас замечая, что он не совсем уж и человек. Скорее полукровка или того мельче, но явно слышал эту фамилию.

– Всё верно, – скупо улыбнулась ему. – Так какие документы мне необходимо заполнить, чтобы государство наконец начало выполнять свои обязательства по отношению к своим гражданам, добросовестно отчисляющим налоги?

Чиновник с папочкой, явно заподозрив что-то неладное, покосился на третьего, затем изучил сопровождающих меня горгулов, что-то прикинул в уме, прочистил горло и натянуто улыбнулся.

– Ираида Ильнуровна, думаю, вам стоит проехать в наш офис. Дело в том, что все остальные жильцы дома уже подали документы и встали в очередь по программе реновации, у нас просто нет с собой необходимых бланков. Так же я вижу, вы как никто другой остро нуждаетесь в жилье, так что ваш случай стоит рассмотреть индивидуально. Согласны со мной?

– Безусловно, – кивнула с умным видом.

– Позвольте лишь уточнить: паспорт у вас с собой?

– Конечно.

– Тогда прошу за мной.

Искренне радуясь тому, что по совету Филимона прихватила с собой не только паспорт, но и документы на квартиру, а так же справку о смене фамилии, которую мне передал с остальными документами Эдуард Сигизмундович, я спокойно спустилась вниз и изучила отнюдь не дешевые внедорожники чиновников, так что в итоге мы отправились в названный ими офис со всем комфортом: я и Самсон в компании Игоря Станиславовича (мужчины с папочкой), а Цезарь сел в автомобиль к невзрачному полукровке. Третий, самый пухлый, умудрился спуститься первым и уже умчался без нас. Трус! Не такие уж мы и страшные…

Всю дорогу Игорь Станиславович предельно аккуратно и вежливо расспрашивал, как именно я стала хозяйкой квартиры, где работаю, что мне известно о пожаре и многое другое. Поначалу отвечала правду и только правду, тем более она звучала идеально для моего положения: сирота, да ещё и медик, которым в последнее время президент уделял особое внимание, а под конец слегка подкрасила реальность ложью, без зазрения совести выдумав друзей в Новосибирске, которые пригласили меня на свою свадьбу. Да-да, пришлось аж отпуск брать, а он у медиков длинный, сами знаете. Вот, буквально сегодня вернулась… С друзьями, да. А тут такое!

– Ужасная ситуация, просто ужасная, – вроде как искренне посочувствовал мне Игорь Станиславович, изредка косясь в зеркало заднего вида на Самсона. – Скажите, а я вас нигде раньше не видел? Понимаете, увлекаюсь боксом и смотрю чемпионаты… Мне кажется, я вас где-то видел.

– О, это вряд ли, – поторопилась ответить за Самсона, пока он озадаченно морщил лоб. – Мой друг не боксирует, он сотрудник частной охраны.

– М-м, понятно.

Наконец мы подъехали к нужному зданию, следом за нами на стоянку вырулил и автомобиль с Цезарем, откуда степенно вышел горгул и пулей вылетел водитель, поспешивший в здание под удивленным взглядом Игоря Станиславовича, а когда чиновник взглянул на меня, я с искренним недоумением пожала плечами и даже спросила у Цезаря:

– А что произошло?

– Не знаю, – прогромыхал начальник моей крылатой стражи. – Он спросил, из какого я клана, а я ответил, что из горгулов.

Упс.

– Ребята ролевики, – слегка натянуто улыбнулась чиновнику, который озадаченно приподнял брови. – Слышали наверное? Историческое фехтование, вархаммер…

– О… М-м. – Игорь Станиславович с умным видом покивал и даже одобрил. – Молодцы-молодцы. Что ж, пройдемте.

Ну а дальше случилось полноценное чудо: меня пригласили в кабинет, где дали написать заявление на пяти разных бланках, затем милая девочка-секретарь Наденька принесла всем нам кофе, старательно (но безуспешно) строя глазки Цезарю, после чего Игорь Станиславович лично внес данные моего паспорта в некую программку, затем с кем-то списался, созвонился, внимательно выслушал, немного напряженно улыбнулся мне, снова похмурился в трубку, пожевал губами и кивнул собеседнику, завершая разговор.

И обратился уже ко мне:

– Ираида Ильнуровна, на текущий день есть три дома, куда мы расселяем жильцов. Ваш случай действительно чрезвычайно острый и так как квартира была однокомнатная и в улучшении жилищных условий вы не нуждаетесь, то мы можем предложить вам рассмотреть имеющиеся варианты уже сегодня. Вот, пожалуйста, посмотрите карту расположения домов…

Развернув ко мне монитор, куда вывел карту города, Игорь Станиславович невероятно грамотно презентовал все достоинства (и скромные недостатки) расположения каждого дома, так что я охотно согласилась посмотреть тот, который располагался в умеренно спальном районе рядом с новеньким гипермаркетом. Меня не интересовали ни школы, ни детские сады, ни иные социальные учреждения, да и транспортные развязки тоже не особо, так что хватило лишь одного взгляда на простенькую и чистенькую квартирку на третьем этаже, как я сразу дала добро, и уже через час, посетив администрацию ещё раз, а затем и МФЦ, где подтвердила право собственности, я официально переехала из аварийного дома в новое жилье и получила от него ключи.

И ведь бывают же чудеса на свете!

В итоге планы наши кардинально изменились, ведь не нужно было больше тратить силы и средства на ремонт, так что я смело наведалась по своему бывшему месту работы, причем сразу напрямую в отдел кадров, где мне, конечно же, сказали пару ”ласковых” и информировали, что я уволена за прогулы, но всё, что мне было надо – это забрать документы.

Можно было и вовсе обойтись без всего этого, но я не хотела оставлять даже это дело незавершенным.

В общей сложности на всё ушло часов пять и время постепенно близилось к концу дня, так что можно было смело возвращаться в гнездо и готовиться сниматься с якоря, чтобы медленно двигаться на юг, но сначала я решила ещё немного потранжирить сэкономленные деньги и задумалась о наряде, в котором пойду в суд.

Хольцберг просил что-нибудь стильное и эффектное. Но что? Точно не мини и не кожаный бронелифчик. Это только в кино и порнороликах выглядит сексуально. В жизни это смешно, нелепо и просто неприлично. Не вечернее платье однозначно. И не коктейльное. Не сарафан, ведь может случиться такое (и случится обязательно), что мне придется немного полетать.

Брючный костюм. Да, именно так. Деловой, безумно стильный брючный костюм.

А ещё кое-кому не помешало бы подстричься и привести в порядок ногти. Но это можно сделать и позже, за пару дней до заседания. А вот с костюмом нужно определиться заранее. Почему?

Потому что я так хочу!

В итоге не без труда (и не дешево), но я нашла отличный костюм дымчато-серой расцветки с легким серебристым мерцанием. К нему черную шелковую блузу и серые замшевые туфли на небольшом каблуке, для верности новый комплект белья и кое-что из косметики. Ко всему этому – новую стильную сумочку и длинное черное пальто с подкладом и роскошным серебристым воротником. Под конец, проходя мимо бутика с духами, завернула и туда, попросив продавщицу порекомендовать мне легкий аромат с кофейными нотками, и осталась полностью удовлетворена её выбором.

В общем, денег ушло… Дешевле было бы сделать ремонт!

Зато домой, в гнездо, мы с парнями вернулись уже из моей новой квартиры, открыв портал через дверь санузла на поляну и тут же попав в гущу сражения – на остров напала стая каких-то мерзких летающих пауков, плюющихся паутиной во всё, что двигалось, и лишь отменная реакция Самсона спасла меня от одного такого плевка прямо в лицо. Бр-р, вот это мерзость!

В общем, три секунды – и меня запихнули в башню, после чего к бойцам из караула присоединились два яростных вихря и паучкам пришлось несладко.

Пятнадцать минут – и опасность уничтожена.

Вот только и хозяйству был нанесен немалый урон. Выйдя на улицу только после личного разрешения Цезаря, я хмуро изучила кислотные следы на урожае и цветах, не поленилась слетать до сарая и ужаснулась тому, что пауки умудрились заплевать новенькую крышу до дыр и серьезно травмировать одного козленка (им уже занималась Камелия), в озере кверху брюхом плавало три вздувшихся рыбины, да и в целом трава выглядела жухлой и нездоровой.

Вот же твари, а?!

– Госпожа, мы всё исправим! Всё починим, госпожа! – наперебой начали заверять меня дриарии и кобольды, пока горгулы сосредоточенно собирали с травы последние туши этих мерзких монстров и выкидывали “за борт”.

При этом Огнеяр с Филимоном о чем-то сосредоточенно шушукались, а когда заметили мой заинтересованный взгляд, то поспешили ко мне с предложением:

– Катапульты бы нам, госпожа Ираида. Катапульты и баллисты. С магически усиленными зарядами. Помните, мы с вами уже этот момент обсуждали? Ну очень остро вопрос встал!

– Согласна. Но для них нужна качественная древесина… – задумавшись, тут же кивнула самой себе. – Да сходим завтра в город, закажу нужную на адрес дачного участка, парни быстро перетаскают. Что ещё?

Обсудив, что для снарядов понадобятся ловчие сети, которые можно смастерить из обычных рыболовных, а с остальным мы справимся сами, Филимон погнал меня ужинать и отдыхать, неожиданно разглядев в моих глазах особую усталость. В общем, момент отплытия снова откладывался, ведь сначала стоило обезопасить гнездо дополнительно. Кто знает, какие ещё монстры могут встретиться нам по пути?

На следующий день, встав пораньше, чтобы успеть сделать побольше, я прихватила за компанию Самсона и мы отправились в Новосибирск. Больше всего я волновалась, что нам навстречу снова выскочит Айдар, как черт из табакерки, но когда этого не произошло ни рядом с подъездом, ни в магазине, как-то даже расстроилась.

Поняла, что искренне уязвлена. Вот так я ему нравлюсь, да? Ну-ну…

К сожалению, на этот раз быстро выкинуть мужчину из головы не получилось, но я очень старалась, а когда вернулась домой, то занялась полезным делом – начала перебирать имеющиеся в своём арсенале заклинания, чтобы понять, какие из них будут оптимальны при атаках настолько многочисленного и опасного врага.

При этом доски на дачу привезли только к вечеру, так что пришлось идти за ними дополнительно, но особой проблемы это не составило и горгулы быстро перетаскали долгожданные стройматериалы в Междумирье, а затем закипела стройка. Впрочем, и днем она тоже кипела, ведь мои стражи решили, что нам не хватает сторожевых башен по периметру гнезда и весь день трудились, не покладая рук, практически изничтожив один из дальних скальников на каменные блоки для построек.

К слову, Цезарь действительно оказался на все руки мастером (до кучи ещё и отменным стратегом), так что грамотно расписал мне, зачем нам именно шесть дозорных башен и ни одной меньше. Согласилась, потому что в бабулином плане развития это упоминалось именно в таком контексте. Пока же начали ставить две – с торца, причем на островах внутреннего круга. Немного подумав, перетасовала остальные так, чтобы башни стояли именно на скальниках, которые стоит разработать до уровня ровных площадок, чтобы не занимать башнями другие ценные площади.

В общем, работа кипела и спорилась. Долго. Очень долго. Всё-таки стройка с нуля – это вам не цветочки на газон высадить. Впрочем, ими мы тоже занимались, ещё и дождик прошел, так что уже через несколько дней ничто не напоминало о том, что на нас напали и потрепали.

Глава 10, в которой я выбрала честь, достоинство и волю

Сами башни (все шесть) были готовы к концу второй недели. Не слишком высокие, примерно метров пять, но с большими смотровыми площадками, куда отлично вписались уже готовые баллисты и катапульты, по три штуки каждого вида. При этом для катапульт заранее подготовили снаряды из каменных глыб, которые я зачаровала на осколочный эффект, а для баллист кобольды понаделали не только стрел с металлическими наконечниками (их я зачаровала на бронебойность), но и заряды с магически упакованными ловчими сетями, которые ещё и самонаводились.

В общем, подготовились мы, как на войну!

Под конец, когда стало видно, что мы вышли на финишную прямую, Цезарь поднял вопрос об усилении гарнизона и я снова согласилась. В самом деле, башен шесть, а горгулов всего пять, причем один из них мой личный телохранитель, а один командир. В итоге создала ещё троих и они получили имена: Тезей, Ясон и Персей. Ну а что? Запоминаются сразу и смысловая нагрузка достойная.

В общем, полку горгулов прибыло, что не могло не радовать, я заарканила два новых скальника взамен тех, что ушли на строительство, и в ночь его завершения снялась с якоря и взяла курс на юг.

Сама же, помня о том, что заседание всё ближе, заглянула в свою новую квартиру, убедилась, что она цела, и посетила сначала парикмахерскую, а затем и маникюрный салон, впервые за долгое время позволив посторонним людям касаться себя, своих волос и ногтей.

Не знаю почему, но мне не понравилось. Вызывало некий душевный дискомфорт и просто напряжение, что я не преминула обсудить с Филимоном, когда вернулась в гнездо. Внимательно меня выслушав, Филимон предположил, что я так реагирую на иную человеческую суть, успев привыкнуть к тому, что меня окружают верные слуги из числа духов, и в магическом плане ощущаются они совершенно иначе. И вообще, госпоже моего статуса положена личная служанка. И уж она и подстрижет, и ноготочки мне подпилит – главное, чтобы было чем!

Хм, а это мысль!

Снова перечитав приложение номер восемь, где подробно описывались все до единого виды слуг, остановила свой выбор на туманоиде, сразу заложив в формулу призыва внешность условно женского пола, и без труда подгадав туманное утро – тут они были частым явлением.

Девушка получилась хорошенькой, но с любопытной нестатичной внешностью, которая постоянно плавно менялась, причем не только черты лица, но и цвет волос, глаз и даже фигура. В целом не критично и меня скорее забавляло, чем раздражало, и я дала ей имя Мираж. При этом умения туманоидов не ограничивались лишь хлопотами по дому и личным прислуживанием. В случае необходимости, они могли становиться и шпионами, и телохранителями, и няньками, но я не поленилась и снова сходила на Землю, где приобрела для Мираж новый планшет, куда накачала побольше информации по маникюру, стрижкам, уходу за телом, прическам, макияжу и прочее. Пока отдала просто изучать, но пообещала, что через недельку-другую мы обязательно наведаемся на Землю вместе и она купит себе всё, что ей нужно.

Ну а пока мы неторопливо двигались на юг, периодически делая остановки, чтобы я присоединила к гнезду новые земли, чтобы стать ещё больше, ещё сильнее и влиятельнее. За три дня мы преодолели не больше ста километров пути и нарвались на огромного летающего змея, которого мои горгулы порвали на трофеи за какой-то час, даже не подпустив к центральной башне, а голову и шкуру кобольды выпросили себе, заявив, что специальным образом высушат, чтобы не начала гнить, и повесят голову на одну из башен, чтобы все видели, какие мы грозные охотники, а шкуру разберут на компоненты, которые пригодятся в алхимии.

К этому дню они уже отстроили себе полноценную мастерскую, где велись активные кузнечные работы, и если прислушаться, то даже днем, когда я спала, в мастерской не прекращался перестук молотков. К счастью, не слишком громкий, да и звукоизоляция в башне была хорошая, так что спать мне ничего не мешало: ни звуки, ни солнце, от которого я пряталась за плотными шторами.

Но вот настал тот самый день, когда мне следовало предстать перед судом, о чем ещё с вечера напомнил Филимон, и я впервые за долгое время легла спать ночью, чтобы выглядеть на заседании бодро.

С самого утра мне подали праздничный завтрак, чем позабавили, затем Мираж поколдовала над моими волосами и лицом, сделав безупречный профессиональный макияж, который вроде как есть, но в то же время и нет, зато выглядишь свежей, как майская роза. Волосы уложила в элегантную прическу, на лоб пристроила венец, а кобольды неожиданно, но очень приятно презентовали мне славные серьги и кольцо в том же стиле: из серебра с чернением и крупными рэриксами.

– Большое спасибо! – моя благодарность звучала от души и оба кобольда сочно зарделись, став практически малиновыми.

Подошел Огнеяр и, сосредоточенно сопя, повязал мне на лодыжку браслетик из рыжей нити, а на мой недоуменный взгляд пояснил:

– Обер-рег.

– Спасибо, мой хороший, – погладила его между ушками и уже с интересом покосилась на дриарий, которые тоже подошли, причем все трое.

Как я уже догадалась, девушки тоже приготовили мне сюрприз, причем тоже в виде оберега. Это оказалась маленькая веточка с тремя обманчиво хрупкими цветками вишни, но меня клятвенно заверили, что лепестки не помнутся и не опадут, а в волосах эта веточка будет смотреться просто идеально – не особо бросаться в глаза и в то же время поближе к голове, как защита от чужих ментальных чар.

– Спасибо, девочки! – Я даже обняла их всех, на что дриарии дико смутились и, хихикая, разбежались по своим рабочим местам.

Ну а я, проверив сумочку, куда положила паспорт и иные документы, немного денег и кое-что из дамских мелочей, наложила иллюзию на Цезаря (он сегодня попросился со мной вместо Самсона) и мы отправились на Землю.

Шагнув в квартиру и убедившись, что она ещё цела и никем не захвачена, первым делом позвонила Эдуарду Сигизмундовичу.

– Доброе утро.

– Здравствуйте, госпожа Рэрикс! – Тон адвоката был слишком радостным, чтобы я ничего не заподозрила, но ничего спросить не успела. – Не представляете, как я рад вас слышать! Скажите, где вы сейчас находитесь? Надеюсь, поближе к Москве?

– Да, неподалеку от станции Митино.

– Превосходно! Оставайтесь на месте, заберу вас сам. Минут через сорок, хорошо? Буду на красном мерседесе, госномер А555ГР.

Договорившись, что буду ждать его ближе к гипермаркету, где очень удобная парковка, не стала выходить из дома сразу, потому что была в пальто… И туфлях. Как-то не продумала я этот момент, а переобуваться в теплую обувь не хотелось.

В принципе, за пять минут не замерзну, да и снега почти нет, всё-таки это не Сибирь, зима в эти края приходит позже. Так и вышло. Примерно подгадав по времени, мы с Цезарем спустились вниз и только-только дошли до гипермаркета, когда на парковку четко перед нами вырулил вызывающе алый мерседес-внедорожник, причем за рулем сидел незнакомый мне широкоплечий мужчина, но рядом с ним – именно Эдуард Сигизмундович собственной персоной.

Более того, мужчина поторопился выйти из авто, вежливо пожал руку Цезарю, подержал в обеих мою (ладно хоть целовать не стал, а то уж испугалась), восхитился украшением в моих волосах и сделал комплимент внешности в целом (великолепно выглядите, госпожа Рэрикс!), помог со всем комфортом устроиться на заднем сидении, уступил переднее место Цезарю, а сам сел рядом со мной и попросил рассказать, чем я всё это время занималась и чего достигла, чтобы он мог в случае необходимости оперировать данной информацией в суде.

– Вряд ли это в принципе понадобится, у стороны обвинения нет ни одного четкого аргумента, но я бы предпочел перестраховаться, – добавил Хольцберг и я не стала возражать.

– Знаете, сделала я на самом деле не так уж и много, – начала я чуть издалека, прикрывая глаза и вспоминая подробности. – На текущий момент примерная площадь гнезда без учета конгломераций составляет порядка семисот квадратных метров, где усилиями моих слуг стоят парники с грядками, плодовые кусты и деревья, а так же произрастает кое-что из зерновых. Само гнездо разрослось до трех этажей, на каждом этаже по две-три комнаты. Слуг, как и рекомендовала госпожа Анабэль, я создавала самых разных, чтобы учесть все сферы быта. В охране у меня горгулы, руду и минералы добывают кобольды, в переработке им помогает пламеноид, за растениями присматривают дриарии, а за домом – брайнур и туманоид. Доверившись путеводной звезде, я сумела обрасти достойным конгломератом…

Моя речь лилась плавно, я улыбалась самой себе, по праву гордясь собой и тем, что сумела провернуть за эти недели, создав действительно неплохое поместье всего лишь на основе одной-единственной башни.

Да, это не дворец и даже не замок. Но зачем мне замок? Я живу в башне одна, слуги не в счет. Многие даже во сне не нуждаются, и рацион их весьма специфичен, так что в цоколе, который тоже стал больше и используется Филимоном Потапычем, как кладовая, уже скопился определенный избыток продуктов. Его мы пока никак не трогаем, разве что иногда морковка-другая перепадает козам, тем более домовой уже зачаровал кладовые так, что там ничего не портится. Мой хозяйственный филин всё надеется, что в самое ближайшее время у нас появятся полноценные вассалы и их надо будет где-то расселять и даже кормить. Не знаю, я сама пока так далеко не загадывала.

– Великолепно. Просто великолепно! – от души похвалил меня Эдуард Сигизмундович, когда я закончила рассказ победой над келтцлкыром – тем самым огромным змеем, чья голова сейчас украшает одну из дозорных башен. – Вы настоящая глава рода, госпожа Аннабель в вас не ошиблась. А мы уже почти приехали.

Обратив моё внимание на здание знакомого бизнес центра, где бесконечно давно меня информировали о том, что я больше не Иванова, а Рэрикс, адвокат дождался, когда водитель припаркуется на свободное место, после чего мы все дружно вышли из авто (даже водитель, хотя я не поняла, зачем) и отправились в здание.

Там поднялись на третий этаж, прошли в офис номер триста восемь, который никак иначе не был обозначен, и именно водитель распахнул перед нами широкую дверь, которая вела в Междумирье.

Откровенно запоздало я решила присмотреться к мужчине внимательнее, но разглядела лишь, что он чистокровный лейри и не из слабых. Каштановые волосы с рыжиной, карие глаза, приятная мужественная внешность – ничего сильно запоминающегося.

– Прошу.

Мне протянули руку, которую я приняла без особых колебаний, потому что не собиралась ничего бояться, и спустя какую-то секунду мы уже стояли в совершенно другом месте, которое выглядело, как дворцовый кабинет.

Руку мою тут же отпустили и предложили оставить верхнюю одежду, которая отправилась на вешалку в углу. По просьбе Хольцберга я сняла с Цезаря иллюзию и мы дружно отправились дальше.

И тут меня озадачил один ма-а-аленький нюанс.

– А где мы находимся?

– Во дворце правящего рода, – невозмутимо заявил до сих пор безымянный водитель и на его губах мелькнула мимолетная, но мгновенно разозлившая меня снисходительная улыбка. – Позвольте представиться, Ханнет Грейсвуд, проводник и младший родич. Господин Айдар распорядился привести вас именно через дворец, иные пути представляют определенную опасность.

Ох уж этот вездесущий господин Айдар…

Мысленно скрипнув зубами и бросив косой неприязненный взгляд на адвоката, который мог бы и предупредить, вслух я спросила:

– О какой опасности вы говорите?

– Нам известно как минимум о трех группах наемников, которые выкуплены Хендриксонами, чтобы не допустить ваше появление на суде. Кстати, адрес вашей новой квартиры им неизвестен, господин Айдар об этом позаботился.

У меня скоро нервный тик начнется от упоминания имени чертова господина Айдара!

Но я спокойна, да? Я арктически спокойна!

Не став никак это комментировать, я предпочла сосредоточиться на изучении того, что меня окружало. А окружала меня роскошь! Такая кричащая и беззастенчивая роскошь, которую можно встретить лишь в таких старинных дворцах, как Екатерининский, Зимний и прочие Версали с Тадж Махалами. Моя скромная башенка на фоне всего этого великолепия могла претендовать разве что на звание “Ласточкиного гнезда”, не более.

Но повод ли это унывать?

Нет и не планирую!

Да, я не член многочисленного правящего рода. И что с того? Ну вот что?

Мне сейчас намеренно пускают эту золотую пыль в глаза, чтобы я ощутила всю ничтожность своего существования? Или как?

А вот не дождетесь!

Самым странным образом ощущая здоровую злость на то, что мной манипулируют, и в то же время восхищение, потому что помещения, по которым мы шли, действительно заслуживали внимания и восторга, тем не менее я умудрялась держать лицо почти ровным и даже не скривилась, когда мы вышли в очередной роскошный зал и там я увидела его.

Мужчину, который всё это организовал.

Айдар был один и выглядел как никогда представительно: в песочного цвета костюме, причем поверх рубашки был надет не просто пиджак, а полноценный камзол с шитьем, а за спиной огненным заревом виднелись невероятно большие крылья. Как у ангела, только золотые с огненными всполохами.

Красиво, черт возьми.

Ну и зачем он мне их показывает? Намеренно, я правильно понимаю?

По мере того, как мы подходили ближе, карие глаза Айдара светлели, пока окончательно не превратились в расплавленное золото, губы тронула улыбка, которая шла ему просто безумно, но я не спешила им очаровываться, четко зная, что всё это устроено не просто так.

Но ради чего точно?

– Госпожа Ираида, – произнёс он первым, делая шаг ко мне и протягивая руку.

В этот момент наш сопровождающий как-то совершенно неуловимо отступил в сторону, а затем и вовсе назад, Хольцберг тоже слегка отстал и лишь верный Цезарь возвышался несокрушимой скалой за моим правым плечом.

И нет, я не протянула ему руку.

Невежливо, да…

Но разве вежливо было проворачивать это всё за моей спиной? Не думаю.

– Здравствуйте, господин Грейсвуд, – кивнула прохладно. – Позвольте узнать, почему я нахожусь здесь? Разве это помещение суда?

– Суд начнется через сорок минут и я провожу вас на него лично. – Улыбка на губах брюнета слегка померкла, а глаза сверкнули опасностью. – Смотрю, жизнь в Междумирье пошла вам на пользу, вы стали ещё привлекательнее и увереннее в себе. Скажите, каких итогов от заседания вы сами ждете? Может, статус главы кажется вам слишком… тяжелым испытанием?

Это на что такое он намекает, сволочь?

Не без труда проглотив злую (и местами даже матерную) отповедь, я на миг покрепче поджала губы, но потом спросила прямо:

– Что тебе надо? Зачем это всё?

Глаза напротив снова блеснули, на этот раз триумфально, но тон Грейсвуда оставался ровным и почти любезным:

– Я уже говорил, ты нравишься мне. Но видишь ли, в чем… проблема. Я не могу взять в жены главу иного рода. Даже такого мелкого и выродившегося, как твой. Но если ты сложишь полномочия…

– Серьезно? – перебила его, чувствуя, как в груди клокочет самый настоящий гнев. – Ты правда думаешь, что я расстанусь со своим имуществом и мечтой ради… Чего, прости?

Лицо мужчины напротив застыло, на скулах обозначились желваки, глаза опасно потемнели, но голос прозвучал ровно:

– Ираида Рэрикс, я прошу тебя стать моей женой.

Надо же…

– Я не наследник, – он продолжал прожигать меня напряженным взглядом, – но третий сын главы правящего рода. Мои владения велики и богаты, как здесь, в Междумирье, так и на Земле. Ты не будешь нуждаться ни в чем. Никогда. Ни один зарвавшийся Хендриксон не посмеет даже взглянуть в твою сторону. Всё, что тебе нужно, это добровольно отказаться от статуса главы рода Рэрикс.

Бегу, аж тапки потеряла!

– Знаете что, господин Грейсвуд, – процедила я тихо-тихо, чтобы только не сорваться на яростный вопль, – скорее солнце перестанет сиять на небе, чем я откажусь от наследия своего рода. Честь. Достоинство. Воля! Три мои путеводные звезды, от которых я не откажусь никогда. Но вам, как я вижу, они не знакомы.

На этом, сочтя беседу оконченной, я обернулась на спутников, нашла взглядом в первую очередь адвоката, который выглядел напряженным, но хотя бы не сбежал, и любезно уточнила:

– Господин Хольцберг, проводите меня в помещение, где будет проходить суд. Я настаиваю.

– Конечно. – Он кивнул, но при этом бросил взгляд на Грейсвуда и зачем-то уточнил: – Позволите?

Ответ откровенно запаздывал, но когда я сама обернулась на гадкого Огнекрыла, чтобы завопить “какого черта!?”, он посмотрел мне в глаза и, медленно кивнув, заявил:

– Я провожу госпожу Ираиду сам. Вы можете пока пройти в комнату для совещаний и обсудить с прокурором доводы стороны обвинения. Ираида…

Мне Айдар протянул руку, словно искренне верил, что я её приму. Я же, начиная уже не просто злиться, а натурально кипеть от возмущения, обернулась на Эдуарда Сигизмундовича, но увидела лишь его спину – он спокойно шел к боковой двери в сопровождении Ханнета, даже не сообщив мне об этом.

Что ж, я запомню. И не прощу. Никогда.

Зато сразу ясно, кто кого купил, а кто дура, которая не выяснила это заранее.

Но что в итоге делать мне? Мало того, что я понятия не имею, где нахожусь, так ещё и сопровождающий достался… Не заинтересованный в моей победе!

А что если он сейчас просто уведет меня куда-нибудь не туда и я не попаду на заседание? Почему я уверена, что он так и хочет сделать?

– Ираида? – Огнекрыл медленно приподнял брови, словно прекрасно расслышал все мои мысли. Либо прочел их на моём лице. – Ты уже не желаешь попасть на заседание?

– Желаю, – произнесла сухо.

– Тогда идем.

Глава 11, в которой я выиграла суд и отправила родственников в нокаут

Делать нечего, пришлось идти. При этом руку его я так и не взяла, прекрасно рассмотрев тень недовольства на его лице, но сама искренне не понимала, на что он вообще рассчитывает.

Замуж позвал и думает, что я всё брошу и побегу? Серьезно?

А кто он вообще такой кроме как сын главы? Что из себя представляет? Амбиции, я смотрю, просто зашкаливают, так и я себя не на помойке нашла.

В итоге шли медленно, молча, причем, подозреваю, длинным путем, потому что прошли минимум три огромных зала и четыре галереи с картинами и статуями, доспехами и просто оружием, поднялись по двум лестницам и один раз спустились…

В общем, гулять мне откровенно наскучило, а красоты места уже забили мозг чрезмерными впечатлениями, так что воспринимались как яркий фон, не более. Слишком. Всё было слишком.

Но вот мы вошли в очередной зал, где на удивление толпился крылатый народ, поражая разнообразием крыльев самых разных форм и расцветок, причем лейри всё прибывали и прибывали через широкие распахнутые двустворчатые двери, тогда как мы вошли в зал через боковую и сразу привлекли к себе повышенное внимание, ведь Огнекрыл в помещении был лишь один – мой спутник.

Сама я спокойно шла без крыльев, не подумав выпустить их заранее, а потом решив, что покажу только тогда, когда это станет действительно необходимо. В самом деле, что за ярмарка тщеславия? Не читала я о таком в бабулином талмуде. Так что нет, обойдутся.

При этом я без труда расслышала в толпе шепотки “Рэрикс”, “полукровка” и “слабосилка”, но даже не подумала реагировать, хотя вид крыльев самых активных говорунов запомнила. В целом толпу я особо не рассматривала, но даже так не заметила ни Фредерику, ни Роберта, хотя они могли и вовсе не явиться. Или дожидаться суда в другом месте. Может уже внутри основного зала? Это ведь приемная, я правильно понимаю? Прошло ещё минуты три – и распахнулись ещё одни двери напротив. К нам вышел ещё один Огнекрыл, на этот раз постарше, рыжее и в алом мундире, нашел взглядом Айдара, взглянул на меня, удовлетворенно кивнул и громко провозгласил:

– Господа, прошу пройти в зал заседания. Сегодня будет заслушиваться дело о незаконном присвоении регалий главы рода Рэрикс.

Забавно, но сначала толпа дождалась, когда внутрь войдем мы, и только потом хлынула бурным потоком, стараясь занять места повыгоднее. Меня Айдар проводил на первый ряд, где располагались очень удобные кресла, причем стоящие не ровно, как следующие, а слегка по диагонали.

При этом в кресло обвиняемого я села одна, справа и слева места остались свободными, за моей спиной сел Цезарь, а Айдар вообще куда-то ушел, и я не стала искать взглядом, куда именно. Господин Хольцберг появился откуда-то из-за моей спины и расположился в четвертом кресле, которое стояло непосредственно возле центрального прохода.

Места напротив, как я поняла, были предусмотрены для стороны обвинения, но пока там никого не было. Прямо сидел судья – ещё один Огнекрыл лет пятидесяти, причем тоже в красном, но уже в мантии, справа и слева от него расположились две дамы в возрасте и тоже в алых мантиях, но без крыльев, что меня слегка озадачило, ну а многочисленные места для зрителей (но может и для свидетелей), располагались за моей спиной.

Шум от того, как активно рассаживались зеваки, уже начал потихоньку стихать, когда в зал ворвались откровенно запыхавшиеся Хендриксоны и заняли свои места, не забыв зло зыркнуть в мою сторону. За высокую трибуну справа встал мужчина в черном с черными “ангельскими” крыльями и идеально поставленным голосом произнес:

– Прошу тишины.

Она наступила мгновенно.

– Начинается открытое слушание по делу о незаконном присвоении регалий главы рода Рэрикс. Сторону обвинителя представляют Роберт Хендриксон и Фредерика Хендриксон, приемные члены рода Рэрикс. Сторону обвинения представляет Иванова Ираида Ильнуровна…

– Протестую! – тут же подскочил со своего места Эдуард Сигизмундович. – Моя подзащитная признана родом и по праву носит фамилию Рэрикс!

– Протест принимается, – чинно кивнул судья, глянув в бумагу, которая сдвинула в его сторону дама справа.

Прокурор выдержал паузу, всем своим видом давая понять, что ему вообще не принципиально, после чего продолжил:

– Сторона обвинения настаивает на том, что завещание было оглашено с ошибками и замечаниями, им не позволили ознакомиться с его содержимым, а Ираида Ильнуровна – не чистокровная лейри, что недопустимо для главы столь древнего и уважаемого рода.

– Протестую! – снова заявил Хольцберг. – Во-первых, я представляю уважаемую в обоих мирах адвокатскую контору “Хольцберг и сыновья” и несу персональную магическую ответственность за правомерность и законность всех юридических действий. Я физически не мог подменить либо неверно трактовать завещание уважаемой госпожи Аннабель Рэрикс. Дабы избежать голословности, оригинал завещания предоставлен суду и он может ознакомиться с ним лично. Пункт семь-девять: крылья главы рода и ключ от врат Междумирья госпожа Аннабель Халифовна завещала своей правнучке Ираиде.

Женщина, сидящая слева от судьи, передала ему бумаги, он мазнул по ним взглядом и снова кивнул.

– Во-вторых, – голос адвоката звучал значимо и торжественно, – согласно последней воле госпожи Аннабель Рэрикс, я лично провел процедуру инаугурации новой главы и регалии её приняли, а значит, даже незначительная примесь человеческой крови не мешает моей подзащитной быть главой по праву.

– Протестую, – вдруг заявил прокурор и я с удивлением повернула к нему голову. – Госпожа Ираида наполовину человек. И мы до сих пор не видим ни одного подтверждения того, что регалии приняли её в полной мере. Как минимум крылья!

– Протестую, – не без удовольствия прогромыхал Эдуард Сигизмундович. – Моя подзащитная – юная незамужняя дева. Согласно пункту девяносто три гражданского кодекса Междумирья, проявление крыльев у девы на публике без причины – в первую очередь акт неуважения к власти и окружающим в целом.

А ведь что-то такое я читала в бабулином талмуде… Правда, там было без пунктов, о которых я, оказывается, ни сном ни духом, а просто перечень правил поведения в обществе.

– Но если уважаемый суд считает, что без этого не обойтись, – продолжал разливаться соловьем адвокат, – она, конечно же, уважит его волю.

И выразительно взглянул на судью.

Чем дальше, тем больше мне казалось, что я смотрю тщательно разыгрываемый спектакль, где мне отводилась роль скорее зрителя, чем участницы, но вот судья чинно кивнул, переводя взгляд на меня, адвокат предельно вежливо попросил меня встать и явить уважаемому суду крылья, Хендриксоны переглянулись и презрительно скривились, словно точно знали, что у меня их нет, ну а я…

Я спокойно встала, на миг прикрыла глаза и зал за моей спиной восторженно ахнул.

– Не может быть! – истерично взвизгнула Фредерика. – Этого не может быть!!!

– Фальшивка! – вторил ей Роберт и даже прокурор посмотрел на них, как на идиотов.

А вот судья просто грохнул молотком по столу и по залу пронеслась мощная волна чистой силы, которая заставила замолчать всех несогласных и едва не сбила с ног даже меня – пришлось переступить, а в мою спину между лопаток уперлась пятерня Цезаря.

Спасибо, дорогой! Очень кстати.

– Тишина в суде, – спокойно произнес судья. – Подтверждаю, госпожа Ираида Рэрикс – глава рода по праву крови и силы. Утверждение иного недопустимо. У обвинения есть что сказать ещё?

– Да, ваша честь, – предельно вежливо кивнул прокурор, снова удивляя.

Ещё не всё?!

– Сторона обвинения считает, что госпожа Ираида исполняет свои обязанности главы не в должной мере, а значит может быть поднят вопрос об импичменте.

Чего-о-о?!

– Протестую, ваша честь! – снова подскочил Эдуард Сигизмундович. – Моя подопечная приняла свою долю имущества в крайне запущенном состоянии. Я лично видел родовое гнездо в первые дни передачи объекта права собственности и могу уверенно заявить, что это был более чем скромный объект согласно всем магическим канонам, находящийся намного дольше последних общественных порталов практически на границе с пустошами. Более того, всем нам известен печальный факт постепенного вырождения рода как такового. На текущий день, госпожа Ираида единственная Рэрикс по праву крови, а значит для достойного возрождения гнезда необходимы долгие годы и как минимум супруг, который поддержит главу в её нелегком пути возрождения рода. Но что мы видим? Вместо того, чтобы поддержать свою главу советом и финансированием, младшие родичи угрожают, портят имущество и более того – ставят под сомнение правомерность её полномочий! Уважаемый суд, – Хольцберг вежливо поклонился судье и сделал шаг, передавая пачку листов женщине справа от него, – прошу приобщить к делу выписку с телефонными угрозами в адрес моей подзащитной, независимое расследование по факту поджога и уничтожения единственного имущества на Земле, а так же банковские выписки со счетов младших членов рода, где видно, что все эти недели они бездумно растранжиривали деньги, полученные в наследство, не потратив ни единой монеты на возрождение гнезда.

– Что? – ахнула Фредерика. – Да как вы… Смели?! Это незаконно! Я тратила свои деньги!

– Да! – вторил Роберт. – Свои!

– Тишина в суде. – Судья снова стукнул молотком, но уже не так громко, но сторона обвинения тут же заткнулась, а мужчина пробежался глазами по документам, лишь едва уловимо хмурясь. Затем поднял взгляд четко на меня, всё ещё стоящую (сесть мне вроде как никто не предлагал), и спросил: – Госпожа Рэрикс, вы готовы выдвинуть встречное обвинение на младших родичей? Всё-таки предоставленные документы содержат неопровержимые доказательства их вины и недопустимого поведения.

Какой… хороший вопрос. Но что я должна на него ответить?

Раздраженно нахмурившись, потому что понятия не имела, как будет лучше, и по правде говоря, просто не хотела связываться со всем этим и тратить время на новые суды и разбирательства, я покосилась на своего адвоката, который сиял, словно солнышко, и на меня, гад такой, совершенно не смотрел, и задумалась сама.

А ведь вариантов-то у меня и нет… Нельзя показывать слабину этим шакалам. Никак нельзя.

– Конечно, ваша честь, – произнесла в итоге. – Более того, я бы желала исключить данных особей из рода, если это, конечно, возможно. Они не достойны чести быть Рэрикс.

– Вот как? – удивившись на словах, сам судья особо удивленным не выглядел, просто внимательно смотрел на меня. – Вы уверены в своём решении?

– Конечно. За эти дни, что я стала главой, я не видела от них ни помощи, ни поддержки. Наоборот, понесла серьезные убытки и некоторое время была даже морально подавлена, что считаю недопустимым в отношениях между членами рода. – Мой голос звучал в тишине так звонко, так уверенно, как никогда в жизни. Я чувствовала, что имею права говорить это. Я чувствовала… Поддержку.

Цезаря, который сидел за моей спиной. Кобольдов, которые создали мои украшения. Дриарий, которые зачаровали веточку в моих волосах. Огнеяра, который сплел браслетик из своей шерсти. И даже Филимона и Мираж, которые утром накормили меня праздничным завтраком и придали уверенности нарядом и макияжем.

Мой род – это я.

Но я не одна.

А потом я повернула голову к притихшей стороне обвинения и четко произнесла:

– Госпожа Аннабель отписала вам всё свое многомиллиардное состояние на Земле, но вам всё мало. Что ж… Хотите, чтобы я исполнила свой долг главы? Я готова. Но готовы ли вы исполнить свой долг членов рода? Мне как раз не хватает бойцов, готовых защищать гнездо с оружием в руках. Так уж вышло, что ради добычи новых земель и ресурсов оно находится в самом центре пустошей и ежедневно подвергается атакам различных монстров. Роберт, из тебя получится отличный мечник. Фредерика, ты справишься с баллистой, я уверена. Будьте готовы пройти в гнездо сразу после завершения суда. Отказ не принимается, такова моя воля, воля главы вашего рода.

– Что за… бред?! – возмутился Роберт. – Я не мечник! И я не собираюсь подвергать свою жизнь опасности в пустошах!

– Ты идешь против воли главы? – Я надменно приподняла бровь, намеренно “тыкая”.

– Ты не моя глава! Самозванка!

– Тишина в суде! – громыхнул молотком судья и если Хендриксон тут же осекся и нахохлился, то я даже не шелохнулась. – Господин Роберт Хендриксон, я всё верно услышал? Вы сами отреклись от рода?

Роберт успел только выпучить глаза, а судья уже снова стукнул молотком по столу, причем в новой тональности, отчего у меня аж позвоночник завибрировал, и весомо произнёс:

– Суд услышал. Суд постановил удовлетворить чистосердечное желание истца. Отныне Роберт Хэндриксон не является членом рода Рэрикс, становясь вольным лейри вне клана.

– Но так нельзя! – пискнула Фредерика и взгляд судьи переместился на неё. Девица мгновенно спала с лица и даже прикрыла рот ладонями, тем самым давая понять, что это вообще не она сказала.

– У обвинения есть что сказать?

– Нет, ваша честь.

Судья чинно кивнул и удивил меня уже в который раз за это ненормальное во всех смыслах заседание.

– Суд учел все предоставленные документы, мнения сторон, а так же личность главы рода, её силу, волю и стремление возродить величие рода, что одобряемо в том числе лично мною. Суд постановляет: Рэрикс Ираида Ильнуровна – глава рода по праву крови и силы, сомнения в этом недопустимы и наказуемы. Фредерика и Роберт Хендриксоны, допустившие возникновение имущественного и морального ущерба госпоже Рэрикс, обязаны возместить все понесенные убытки в тройном объеме от указанной суммы в срок до конца недели. Кроме того, Фредерика Хендриксон обязана явиться в гнездо рода, дабы исполнить волю своей главы и приложить все силы для возрождения гнезда и рода…

– Нет… нет… Нет!!! – завопила Фредерика, перебивая судью и подскакивая на ноги, чтобы уставиться на меня с ненавистью и даже затопать ногами. – Не собираюсь я тут жить! И тем более умирать! У меня бизнес на Земле! У меня… У меня яхта! У меня показ модный! Я отрекаюсь от тебя, слышишь? Отрекаюсь!!! Будь ты уже проклята со своим гнездом!

– Тишина в суде! – Молоток грохнул так, что даже у меня ноги подкосились и снова лишь каменная ладонь Цезаря не позволила мне упасть.

Почему я сама уже не села?!

Зато Фредерика просто рухнула на пол и захныкала уже там, кажется, до кучи то ли ноготь сломав, то ли лодыжку повернув. А судья совершенно спокойно добавил:

– За неоднократное неуважение к суду Фредерика Хендриксон приговаривается к штрафу в один миллион юнитов по курсу текущего дня в пользу государства. За магически активные угрозы в адрес главы своего рода в присутствии третьих лиц, Фредерика Хендриксон приговаривается к году исправительных работ здесь, в Айшграде, и штрафу в один миллион юнитов по курсу текущего дня в пользу главы рода. Отречение от рода услышано и одобрено. Отныне Фредерика Хендриксон не член рода Рэрикс, становясь вольным лейри вне клана. Суд окончен.

В смысле? Всё? Совсем всё?

Пока я хлопала ресницами, пытаясь понять, фарс ли это был от начала и до конца или все суды тут такие быстрые и безжалостные, судья поднялся со своего места, уважительно кивнул мне и удалился. Его помощницы остались собирать документы, но дальше я уже не смотрела – ко мне подошел счастливый Эдуард Сигизмундович и крепко приобнял обеими ладонями за плечи.

– Поздравляю, госпожа Ираида. Это было блестяще! Думаю, нам с вами стоит пройти в более уютное место и обсудить наши дальнейшие совместные действия касательно получения компенсации от Хендриксонов. Желаете видеть это в денежном выражении или, может, имущественном?

Компенсация, да…

Но кто такие “мы с вами”, учитывая, что его услуги я не оплачивала и расследование поджога не заказывала? Впрочем, поговорить и впрямь стоит. Но не здесь. Точно не здесь.

Глава 12, в которой я послала всех к чертям

Пока я думала, стоит ли приглашать адвоката в гнездо, где нам точно никто не помешает, или лучше найти какое-нибудь кафе здесь, в столице Междумирья, постепенно зеваки разошлись из зала суда, Хендриксоны тоже куда-то пропали, а к нам подошла молодая женщина на вид лишь чуть старше меня, причем с выпущенными огненными крыльями, что сразу давало понять – передо мной член правящего рода.

Стройная, утонченная, женственная, с сочно-медными волосами, убранными в высокий хвост, и теплыми медовыми глазами, но при этом, как и я, в деловом костюме, а не в платье, но светлого, кремового оттенка.

– Клементина Грейсвуд, – представилась она первой. – Госпожа Ираида, мои искренние поздравления. Вы прекрасно выступили и я рада, что у рода Рэрикс вновь достойная глава. Скажите, где и когда мы можем побеседовать на важную для меня тему?

– Это какую? – удивилась, потому что видела эту женщину впервые и понятия не имела, что для неё важно и при чем тут я.

– О моём брате, Айдаре.

Опять он!

– Не имею ни малейшего желания говорить о нём, – ответила резко.

– Госпожа Ираида, – мягко улыбнулась Клементина, но я сразу поняла, что характер у неё тяжелый и непреклонный, – отрицание проблемы её не решает. Чего вы боитесь? Я хочу всего лишь поговорить.

Мысленно скрипнув зубами и по её лицу видя, что с неё станется и в пустоши ко мне прилететь, только чтобы настоять на своём, крайне нехотя разомкнула губы и произнесла:

– Где и когда вам будет удобно?

– Завтра. На Земле. Кафе “Ориаль” неподалеку от бизнес центра на Новослободкинской. Вас же это не затруднит?

Затруднит. Очень затруднит. Прежде всего тем, что я в принципе не хочу этого делать.

Но раз уж назвалась главой…

– Вечером. В пять, – произнесла первая.

– Договорились, – просияла Клементина и неожиданно протянула мне руку для рукопожатия.

Для меня это было в новинку, но я пожала её внезапно теплые и сильные пальцы, после чего женщина ушла, а я перевела напряженный взгляд на адвоката, который, пока мы беседовали с Клементиной, отошел на пару шагов в сторону. Ох, сколько же всего мне у него спросить хочется…

– Подозреваю, разговор предстоит долгий, – скупо улыбнулся адвокат, на удивление не став делать вид, что ничего не понимает. – К вам или ко мне?

– Ко мне, – ответила почти сразу, не став рисковать и идти на чужую территорию. – Какими дверьми тут можно воспользоваться?

– Прошу. Сюда, пожалуйста, – тут же охотно подсказал Хольцберг и указал на боковую дверь слева, на которую я сама не обращала до этого внимания.

При это мужчина открыл её сам, давая понять, что это ещё не конец. И я оказалась права – за дверью находился коридор, затем лестница, ещё один коридор… И очередная дверь привела нас в подозрительно знакомое помещение, откуда начинался мой путь в сторону зала суда больше часа назад.

Вот же… Зараза! Так и знала, что водит меня кругами! Ну и ради чего? Сам кабинет оказался пустым, но мы забрали свою одежду, и Эдуард Сигизмундович жестом указал на очередную дверь, на этот раз предлагая открыть её уже мне. Догадавшись, что уж сейчас-то можно и прямиком в гнездо уйти, я так и сделала, причем предусмотрительно открыв дверь не на улицу, а в гостиную второго этажа, где как раз прибиралась Мираж, протирая пыль с подоконника.

Увидев, что я вернулась и не одна, служанка первым делом подскочила, чтобы забрать верхнюю одежду, и выразительно приподняла брови, ожидая распоряжений.

Взглянула на адвоката, который с интересом осматривался, и любезно уточнила:

– Чай, кофе?

– Кофе, пожалуйста.

– Мираж, нам кофе и к нему легких закусок, – попросила уже служанку, после чего обратилась к горгулу: – Цезарь, проверь, как обстоят дела снаружи. Мы с господином Хольцбергом побеседуем пока в кабинете.

– Да, госпожа.

Слуги разошлись, а я пригласила гостя в кабинет, который понравился ему ещё больше – мужчина с нескрываемым интересом изучал пол, стены и даже диван, когда на него сел. Сама я предпочла пройти за стол и откинулась на спинку кресла, изучая гостя задумчивым прищуром из-под ресниц, а когда он сел ровнее, спросила:

– Могу ли я доверять вам, господин Хольцберг? Ряд подробностей, всплывших на этом заседании, меня неприятно удивил…

– Понимаю вас, – вздохнул лейри и взглянул на меня прямо. – Но понимаю и то, что возник нешуточный конфликт интересов, затронувший прежде всего интересы члена правящего рода. Наша адвокатская контора оказывает услуги многим древним и влиятельным родам Междумирья, в том числе роду Грейсвуд. Более того, мы состоим в близком родстве – моя бабка была из Грейсвудов. И когда господин Айдар Грейсвуд попросил меня об услуге, которая плотно перекликалась с вашей проблемой, я не мог остаться в стороне. Более того, все мои (и не только мои) услуги уже оплачены, но нанят я именно для того, чтобы представлять ваши интересы, и никак иначе. Скажу честно, его желание видеть вас своей супругой не стало для меня неожиданностью, это было понятно сразу – господин Айдар заинтересован вами, как женщиной, но его требование оставить пост главы… Да, это было неожиданно и неприятно в том числе и для меня.

Внимательно выслушав Хольцберга, поставила локти на подлокотники и переплела пальцы, рассматривая мужчину сквозь них. Мягко стелет…

– Почему он сказал, что не может взять в жены именно главу рода? В чем проблема? Он ведь не наследник и может спокойно войти в мой род, став Рэриксом.

– Думаю… – Эдуард Сигизмундович взял короткую паузу и кивнул сам себе, – он опасается, что проклятье вашего рода перекинется на него. И не скажу, что его опасения беспочвенны.

О, а вот об это я не подумала.

Но всё равно! Даже если так! Какое право он имел требовать от меня это таким тоном и словами?!

– Считаете, это единственная причина? – уточнила отчасти напряженно.

Снова подумав, адвокат неопределенно качнул головой и, тщательно подбирая слова, ответил:

– Возможно, он имел в виду то, что это не приветствуется родом. Может даже запрещено внутренним кодексом. Да, бывает и такое. Сам я ни разу не слышал, чтобы мужчины рода Грейсвудов входили в род жены, обычно это касается именно женщин. Дело в том, что род Грейсвудов велик не на пустом месте: после своего совершеннолетия каждый мужчина обязан… Понимаете? Именно обязан увеличить площадь центрального острова новыми землями минимум на сто квадратов, добыв их в пустошах. Но зачастую эти объемы куда больше, род Огнекрылов невероятно силен и могущественен. Думаю, вы представляете, процесс и трудозатраты. Таким образом эти земли становятся собственностью добытчика, но в то же время неделимым целым с землями столицы. И в случае, если мужчина входит в род жены, эти земли по закону становятся её землями. Что у рода Грейсвудов просто недопустимо. Я сейчас говорю именно с политической точки зрения. Пустить на свои территории чужака, для рода – это фактически акт измены роду.

Понятно. Земельки зажал. Глобально понимаю… Морально – нет.

– А если он сначала отречется от рода? Он потеряет права на земли?

– Безусловно. – Сначала ответив, только потом Хольцберг заинтересованно хмыкнул и слегка качнул головой. – Знаете, любопытный момент. И я понимаю, к чему вы клоните. Своим требованием, господин Айдар нанес вам серьезное оскорбление, при этом дав понять, что поступиться своими принципами, властью и силой должны именно вы, но никак не он. Да, тонкий момент… очень тонкий. Но знаете, я бы всё же не стал рубить сгоряча. Понимаю, вы уязвлены, но помните о благоразумии и попробуйте найти компромисс. Если вдруг господин Айдар решит пойти на вас войной кланов и просто захватить территории и взять в плен, разрушив родовое гнездо и тем самым полностью уничтожив род, вам элементарно нечего ему противопоставить.

– Войной? В плен? – Я часто-часто заморгала, не в силах скрыть своё изумление. – Хотите сказать, подобное до сих пор практикуется?

– К сожалению, да, – не стал скрывать Эдуард Сигизмундович. – Серьезно осуждается общественностью и правящим родом, но всё же случается. Но даже если его осудят, то может быть уже поздно.

Вот же… Дерьмо!

– О каком компромиссе вы говорите? – уточнила мрачно, стискивая пальцы добела. – Мне поставлен ультиматум и я не вижу выхода. Более того, я не ощущаю в себе ни малейшего желания связывать свою судьбу с узурпатором. Я вижу его в третий раз в жизни и мне заявляют, что я чуть ли не обязана отказаться от рода только потому, что ему приспичило на мне жениться. – Под конец мой голос стал повышаться и я чуть ли не кричала, но силой заставила себя успокоиться и продолжала говорить тише. – С какой стати, господин Хольцберг? Вот просто: с какой стати? Связывать свою жизнь с мужчиной, которого я уже ненавижу?

– Он вам настолько не нравится?

– Он отвратителен, – процедила с отвращением.

– Внешне или тем, что желает лишить вас власти? – пытливо прищурился адвокат, словно желал докопаться до самых первоистоков.

– Только лишь власти? – усмехнулась неприязненно. – А может… Мечты? Дома, которого у меня никогда не было? Крыльев, наконец? Останутся ли они у меня без регалий главы?

Адвокат помрачнел, не торопясь ничего отвечать, ну а я спросила о главном:

– Ну и ко всему прочему меня волнует ещё один немаловажный момент. Сейчас я единственный живой член рода Рэрикс. Если вдруг всё же случится такое, что я откажусь от титула главы рода, что с ним произойдет? Мне элементарно некому его передать.

– Скажу честно, подобного в моей практике никогда не было, – качнул головой Эдуард Сигизмундович. – Единственный вариант, который в данном случае вижу я – это кровное братание с мужчиной, которому вы доверяете на все сто, и передача регалий главы ему. Только так.

– Обязательно с мужчиной? – хмыкнула. Не потому, что собиралась это делать, а так… Немного истерически.

– Можно и с женщиной, – согласился собеседник. – Но проще всё-таки с мужчиной, сами понимаете. Другого выхода я сам пока не вижу.

Да уж, ситуация – отвратнее не придумаешь.

Но капитулировать я не собираюсь! Только не так и не перед ним!

– Что ж, спасибо за познавательную беседу о плохом, – вздохнула я, заставляя себя переключиться на кофе, с которым вошла в кабинет Мираж. – Давайте о хорошем. Что там с компенсацией? Каков курс юнитов к рублю и что вы советуете?

Курс оказался приятным – один к пятнадцати, то есть фактически мне с потолка упало пятнадцать миллионов рублей плюс тройная стоимость квартиры. Правда, я слегка сомневалась, что она вообще стоит хоть каких-то денег, но адвокат заверил меня, что он учел все нюансы и в своих бумагах отразил среднюю стоимость подобного жилья в районе, с учетом количества квадратных метров, внутреннего наполнения и просто личных вещей. Ну и моральная компенсация, как вишенка на этом внезапном торте. В итоге эти двое должны были мне ещё двадцать миллионов рублей без малого.

Для них – мелочи, для меня очень и очень приятная сумма.

– А кто из них в итоге виноват? Это вы узнали? Неужели оба?

– Приказ о поджоге отдала Фредерика, – уверенно произнёс Хольцберг, – но наёмники этой фирмы служат обоим Хендриксонам, так что момент неоднозначен. Как бы то ни было, за исполнением решения суда проследит судебный пристав рода Огнекрылов и средства поступят на судебный счет точно в срок, иначе все счета Хендриксонов будут заморожены принудительно и им впаяют ещё и крупный штраф за неисполнение судебного предписания, а арестованное имущество будет выставлено на торги по изначально заниженной цене. Сам я рекомендовал бы вам заявить права на какой-нибудь домик в Европе, чтобы получить доступ и к этой части Земли без лишних капитальных вложений. Например, особнячок в Бельгии или Чехии. Цены там вполне приемлемые, климат приятный и довольно много наших с вами соотечественников, проживающих на умеренно постоянной основе. Там вы сможете завязывать полезные в том числе для торговли знакомства и развивать род, а может быть и клан. На самом деле на Земле проживает немало полукровок и даже квартеронов с крыльями, которые так или иначе желают вернуться в Междумирье, но не имеют возможности. Элементарно некуда. Сто лет назад войны бушевали не только на Земле, но и в Междумирье, было уничтожено немало великих родов и родовых гнезд, а выжившие тысячами бежали на Землю, чтобы не погибнуть без защиты клана. При желании вы можете довольно быстро создать новый клан, но только в том случае, если будет чем их заинтересовать. В первую очередь это земли. И земли большие. На семью из трех лейри необходимо минимум пять соток с учетом того, что они будут держать лишь небольшой огород, а зерном и мясом их будет обеспечивать глава.

– Да, я читала, – подтвердила мрачно. – И знаете, на самом деле не так уж и хочу обрастать вассалами, это слишком… проблемно. Особенно учитывая текущие размеры гнезда. Мне нужен минимум год, а лучше два, чтобы просто встать на ноги самой. Взять на себя обязательства просто, но вот исполнять их…

– Понимаю. Всё понимаю, – покивал лейри. – Вы прекрасно начали и уверен, превосходно продолжите, и притязания господина Айдара вам сейчас совершенно ни к чему. Знаете… Прозвучит двулично, но я бы порекомендовал вам всё же сбавить накал своей неприязни и для начала узнать друг друга ближе. Хотя бы не становиться врагами. Может… – кашлянул, – вступить во внебрачную связь, раз уж считаете брак на озвученных условиях недопустимым.

Тут же вскинул руку, когда я глянула на него исподлобья.

– Прошу прощения, но это всего лишь мысли вслух. Пытаюсь понять, как решить вашу проблему бескровно и без особых материальных потерь. Поверьте, если дойдет дело до реального военного столкновения не выиграете ни вы, ни он.

И почему мне кажется, что всё к тому и идет? Лечь под этого мерзавца только затем, чтобы не стать его военным трофеем? Такое себе развлечение.

– Расскажите мне о нем, – потребовала. – Он богат? Влиятелен? Сколько у него слуг и реальных бойцов?

– Он богат и влиятелен, – кивнул адвокат, нисколько не иронизируя. – На Земле ему фактически принадлежит весь Новосибирск и я сейчас не приукрашиваю. Он обеспечивает работой десятки тысяч семей и его личная гвардия составляет более тысячи бойцов-лейри. В Междумирье у него свой остров, входящий в состав столичного конгломерата, его размеры составляют более тысячи квадратных метров и были добыты им лично. Более того, именно господин Айдар занимает пост главы ресурсодобывающей картели клана и ежегодно добывает для клана десятки ресурсных островов. Естественно, не один, а в составе картели.

Понятно. Хреновы мои дела…

– А лет ему?

– Тридцать восемь.

Ясно, не мальчик. Про силу даже спрашивать не буду, и так всё ясно, да и крылья видела.

Немаленькие такие крылья…

На миг приуныв, поняла, что прямо сейчас просвета не вижу нигде, так что пора, пожалуй, сменить тему. О чем мы ещё не договорили? Ах, да.

– Что там с недвижимостью в Бельгии? У вас есть при себе перечень моего будущего имущества?

– Конечно, – улыбнулся Хольцберг и потянулся к своей папочке, которую временно отложил на диван. – В своё время госпожа Аннабель разумно вкладывала свободные средства, скупая самую разную недвижимость по всему миру, причем как дорогую, так и не очень, так что выбрать есть из чего. Сейчас же я хочу предложить вашему вниманию уютный таунхаус в Антверпене. Цена немаленькая, почти два миллиона юнитов, но поверьте, он стоит каждой монеты…

Расписав мне недвижимость чуть ли не под хохлому, Хольцберг убедил меня, что это очень выгодное вложение средств, потому что именно в Бельгии проживают мастера рода Гривершайм, которые охотно приобретут по приятной для меня цене все те самоцветы и иные минералы, которые я сумею добыть. Даже не надо открывать своё торговое представительство в Айшграде.

Более того, ни Роберт, ни Фредерика не заинтересованы в этом скромном жилье, так что у них оно просто числится на балансе, за него даже квартплата просрочена, что тоже будет обязательно учтено в момент перехода права собственности.

В общем, убедил. Особенно когда заверил, что готов стать моим посредником в переговорах с родом Гривершайм, дела которых ведет его младший брат.

– Хорошо, я согласна. Уведомите об этом всех, кого надо. Как мы с вами увидимся? Я бы не хотела лишний раз появляться на Земле без весомой причины. Сами понимаете почему.

– Буду ждать вашего звонка через три дня, – уверенно произнес Эдуард Сигизмундович. – Этого времени мне хватит, чтобы утрясти все формальности. А сейчас простите моё неуёмное любопытство, но могу я взглянуть на ваши территории снаружи?

– Конечно, пройдемте.

Скрывать мне по большому счету было нечего, ведь в машине я уже сама рассказала ему обо всех своих достижениях последних недель, и сейчас больше всего жалела о том, что это слышал и водитель. Водитель из рода Огнекрылов.

Но делать нечего, пускай меня и подвела гордыня, я не собираюсь останавливаться на достигнутом. Более того, в самое ближайшее время планирую как можно стремительнее увеличивать свои земли, чтобы при первом же удобном случае начать создавать и поселок.

Не хочу. Совершенно не хочу, но надо, иначе никакая я не глава рода, а неудачница-одиночка, у которой даже вассалов нет. А надо!

В общем, прогулявшись по заливным лугам, за которыми старательно присматривали дриарии, Эдуард Сигизмундович оказался в полном восторге, особенно от озера с рыбой, назвав данный тип острова довольно большой редкостью, после чего я проводила его до боковой двери и он убыл к себе.

Сама я, уточнив у Цезаря, всё ли в порядке на границах, наведалась к Филимону Потапычу, порадовала его своим отменным аппетитом, после чего переоделась, закатала рукава и отправилась добывать ближайшие к моему острову осколки, не собираясь оставлять за бортом даже крупицы своих будущих владений.

Гнездо само себя не отстроит, земли сами себя не захватят… А мужики? А мужики пусть идут лесом! Мне есть чем заняться.

Глава 13, в которой я узнала о том, кто виновен в исчезновении моего рода

В итоге вторая половина дня и большая часть ночи прошла под девизом “хапай больше, не расслабляйся!”, благо окрестности были богаты именно малыми островками по двадцать-тридцать квадратов, так что к утру, когда я зевала уже через каждые пять минут, прогнозная площадь моего центрального острова увеличилась почти на двести квадратов и три скальника ушло на то, чтобы укрепить дно.

Правда, устала, как та ещё собака, и на нас напали какие-то мерзкие москиты с кулак размером, так что я с чистой совестью отправилась спать, а Цезарь и остальные горгулы при поддержке кобольдов, вставших за магические катапульты, устроили очередной геноцид местным монстрам.

Проснулась снова по будильнику, который завела на три по Московскому времени, но не скажу, что выспалась и отдохнула – всё-таки выложилась я вчера очень качественно, но только так можно было прокачать личную силу и выносливость, что для меня сейчас было чуть ли не приоритетной задачей.

Зевая и больше всего желая плюнуть на вчерашнюю договоренность и никуда не идти, тем не менее я заставила себя дойти сначала в душ, затем прямо в халате на голое тело вниз на завтрак, после изучить свой нехитрый гардероб, где не было ничего “эдакого”, но лично меня это совершенно не смутило и я втиснулась в свои единственные джинсы, к ним добавила самый обычный серый джемпер, волосы убрала в самый обычный хвост, не став даже краситься, на ноги обула ботинки потеплее, прихватила пуховик с шапкой, позвала Самсона и мы отправились на Землю.

Там я вызвала такси до кафе “Ориаль” и хотя мы с горгулом прибыли туда минут за пятнадцать до назначенного времени, я сразу увидела за дальним столиком Клементину. Как и она меня.

Женщина, одетая гораздо стильнее меня, в бежевые брюки и оранжевую шелковую блузу с бантом на плече, была одна и приветственно махнула рукой, предлагая присоединиться. Что ж, раз предлагают…

– Добрый день, – улыбнулась она мне сразу, как только мы с Самсоном подошли к её столику и я убрала верхнюю одежду на вешалку. – Очень рада, что вы пришли. – Взглянула на моего спутника, слегка щурясь, хмыкнула и снова посмотрела на меня. – Ничего не имею против охраны, но разговор предстоит непростой… Мы могли бы поговорить наедине?

– Нет, – качнула головой и села на свободное место, жестом предлагая Самсону присаживаться тоже. – Я понятия не имею, кто вы такая, каковы ваши реальные намерения, и не собираюсь бездумно доверять. Лично мне скрывать от своего спутника нечего. Если вас это не устраивает, можете ничего не говорить, но тогда в принципе не вижу смысла в этой встрече.

– А вы прямолинейны, – прищурилась Клементина, тут же подзывая официанта жестом. – Что ж, ваше право. Будете делать заказ? Тут отменные пирожные и просто изумительный кофе.

– Часто здесь бываете?

– Да, кафе принадлежит нашим вассалам, – мило улыбнулась лейри.

А у меня в голове прозвенел ма-а-аленький такой тревожный звоночек зарождающейся паранойи, так что, когда официант протянул меню и мне, отмахнулась.

– Благодарю, я не голодна. Клементина, давайте к делу. Не хочу показаться высокомерной, но мой трудовой день весьма насыщен, и я не хотела бы тратить ценное время на ерунду.

– Грубо, – слегка поморщилась сестрица Айдара, но тоже дала понять официанту, что он может быть свободен. – Что ж… начну с главного. Брат на тебе помешался. Ничего, что я на ты? Как никак будущие родственники, – она тонко усмехнулась. – Да, я знаю, что он хочет на тебе жениться. Именно жениться, иначе никак. Видишь ли, Ираида, есть у нашего рода… Скажем так, особенность. Не скажу, что хорошая, довольно часто она доставляет очень много проблем. Вот как сейчас. Люди называют это любовью, но я бы предпочла слово пожестче. Это одержимость. Самая настоящая одержимость объектом своей страсти. Причем это настолько всеобъемлющее чувство, что не описать двумя словами. В какой-то мере это всё-таки любовь, ведь хочется сделать своего любимого счастливым, быть рядом, баловать, дарить подарки, ублажать и много что ещё, что делают самые обычные влюбленные. Но есть и обратная сторона медали. Это чувство дается нам лишь один раз в жизни. Понимаешь? Если Грейсвуд влюбился – он не отступит. Горы свернет, пустоши перекопает, Землю на уши поставит, даже в цепи закует, но добьется своего. Его цель – ты, Ираида. Знаешь, я… – она невесело усмехнулась и качнула головой, – сочувствую тебе. Правда. Мой брат – не подарок и умеет быть жестким мудаком. Проблема в том, что ты глава рода. Рода, который практически вымер. Весь род – это ты. Это печально, правда. Тебе даже некому передать регалии и если ты от них отречешься, твоё гнездо просто исчезнет. И самое ужасное, знаешь, что?

Я нахмурилась, не рискнув спрашивать вслух, а Клементина усмехнулась снова, словно отлично понимала, какие яркие негативные чувства меня сейчас одолевают.

– В том, что твой род вымер, виноваты не только вы, но и мы. Грейсвуды. Именно Грейсвуды двести лет назад прокляли Рэриксов на вымирание вплоть до седьмого колена. Ты – восьмой потомок. Проклятье над тобой не властно. Но смысл?

– Так, погоди… – Ошеломленная её признанием, я вскинула руку. – Кто кого проклял и почему? И почему ты так легко мне в этом признаешься?

– Ну а что скрывать? – Клементина небрежно пожала плечами. – Я работаю в столичном архиве и знаю все темные грешки своего рода, но этот считаю одним из самых глупых и неоправданно жестоких. Знаю, что предыдущая глава твоего клана активно искала причину происходящего, но так и не нашла, потому что первый виновник происходящего погиб практически сразу после наложения проклятья и не смог рассказать о нём родичам. Видишь ли… – она криво усмехнулась, – ситуация там была непростая. Своего рода любовный треугольник с печальными последствиями. Твой родич изнасиловал деву моего рода на глазах у её умирающего жениха, к смерти которого он приложил руку, причем в довольно извращенной форме, за что она, уже умирая, прокляла его и весь род до седьмого колена нелепыми и ранними смертями. Как-то так. К сожалению, проклятье оказалось действительно сильным, энергия смерти закрепила её волю и вышло так, как вышло. Это невозможно было ни отменить, ни смягчить. Сейчас я говорю тебе это затем, что не хочу повторения, но уже в обратную сторону. Знаешь, я… Не предсказатель. Сила нашего рода в другом. Но я вижу, что у вас с Айдаром всё плохо и вы оба – те ещё гордые упрямцы. Ты не отречешься от рода, потому что это всё, что у тебя есть, он не отречется от рода, потому что Грейсвуд. Отвратительная патовая ситуация. – Она невесело развела руками. – И лично я не вижу достойного выхода, но не могла не предупредить тебя обо всём, что знаю сама, но не знаешь ты. Знаешь, меньше всего я хочу, чтобы вы возненавидели друг друга и начали войну на уничтожение. Это путь в никуда. Подумай… Просто подумай: ты действительно этого хочешь?

– Я всего лишь хочу, чтобы меня оставили в покое, – скривилась, откидываясь назад, на мягкую спинку кресла, и изучая собеседницу раздраженным прищуром. – А вот скажи мне, Клементина. Почему он не отречется от рода ради меня, раз так безудержно влюблен? Что ему важнее: гордыня или я?

Усмехнувшись, лейри покачала головой.

– Ты не понимаешь. Сколько тебе лет? Двадцать пять? А сколько времени ты глава? Меньше полугода точно. Он же Грейсвуд с рождения. Его воспитывали великим. Он с детства знал, что будет управлять корпорациями и повелевать тысячами. Пойми, мужчины устроены иначе. Они наивно думают, что проще сломать, подчинить и просто присвоить, чем уступить… – Она горько усмехнулась, прикрывая глаза ресницами, словно говорила в этот момент о себе и не хотела показывать лишнее. – Но дело в том, что в любви такое не срабатывает. Сломанное больше не склеить, уничтоженное не возродить из пепла. Не повторяйте чужих ошибок, Ираида. Это слишком больно и остается кровоточащими шрамами в душе на всю жизнь.

– То есть, – я не спешила проникаться её проблемами, ведь мои маячили уже ближе, чем просто на горизонте, – ты предлагаешь мне собственными руками уничтожить свою мечту. Выдрать себе крылья. Так?

– Не передергивай, – огрызнулась лейри. – Я лишь прошу не обострять конфликт и подходить к его решению разумно. Не знаю, что ты сказала ему вчера, но он был сам не свой и до самой ночи изводил себя тренировками, выплескивая в них свой гнев. А до этого? Игнорировала, отказывала, не принимала подарки. Кому это понравится?

– Он ещё и ябеда? – усмехнулась язвительно.

– Нет, всего лишь просил совета, – ехидно парировала Клементина. – Но я не дура, умею делать выводы.

– Так может начнешь ещё и правильные делать? – скривилась я. – Мне твой брат не интересен. Совершенно! Напыщенный, самовлюбленный и избалованный самец, который даже представить себе не может, что он не центр вселенной. Знаешь, почему я его игнорировала и отказывала? Ответ гениален и прост! Он. Мне. Не нравится! Всё.

– Тогда у меня для тебя плохие новости, – вздохнула Клементина, поджимая губы, – и лишь один совет. Беги.

Сказав это, лейри оставила под своей пустой чашкой крупную купюру и ушла, не прощаясь. Я тоже не видела смысла задерживаться, так что первым делом заказала такси до гипермаркета рядом с домом и, пользуясь случаем, затарилась самыми разными бытовыми мелочами впрок, не забыв про кофе, сахар и соль, которых у нас пока своих не было.

Ну а потом, вернувшись в гнездо, собрала военный совет, на который позвала всех до единого прислужников, и без прикрас рассказала всё, как есть, чтобы понимали, с чем нам придется столкнуться в ближайшем будущем. Нет, я не паникерша. Я реалистка. И понимаю, что если он действительно решит добиться своего, уничтожив моё гнездо, то сейчас мне нечего ему противопоставить.

Может, лет через десять…

Скривившись от осознания собственной беспомощности, я заставила себя отринуть уныние и сосредоточилась на развитии. Остров медленно, но рос, я могла присоединить к гнезду уже часть тех плодородных островов, которые не могла присоединить раньше из-за их размеров, но сейчас практически одним махом нарастила левый борт тремя островами по очереди, укрепив дно ещё двумя скальниками, так что общая площадь уже к полуночи выросла до полутора тысяч. Пускай, после этого я и чувствовала себя скорее полутрупом, чем живой, ведь чем больше присоединяемый остров, тем больше сил отнимает заклинание слияния, но была искренне довольна произошедшими изменениями.

Я могу. Я делаю.

И ни один яйценосный говнюк не отберет у меня мою мечту!

Увы, следующие сутки я тупо отсыпалась. Всё-таки перенапряглась и организму не пошло это на пользу. И нет, я ни о чем не жалела, хотя на будущее сделала себе пометку присоединять не больше одного крупного острова за раз. Мелкие давались мне легко и я не особо уставала, но размер всё-таки имел значение.

При этом мы снова снялись с якоря, но уже через два часа я вновь тормозила, чтобы осмотреться на новом месте, позволить своим бойцам зачистить окрестности от самых разных тварей, а затем начать собирать щедрый урожай ценных островов. Из той сотни, которые плавали в этом квадрате, лишь три дюжины представляли относительную ценность, остальное – мелочь, но и её я не собиралась упускать. Курочка по зернышку клюет и все такое. Пятьдесят двухметровых булыжников – уже сотка, так что не расслабляемся и пашем. Из оставшихся больше половины были десятиметровыми полянками, ещё десять гранитных скальников приятного размера, затем две рудных жилы, на которые радостно набросились кобольды сразу, как только я это позволила, один славный тридцатиметровый в диаметре островок с осиновой рощей, который я оставила на сладкое, планируя устроить слияние с ним напоследок, и один крупный остров, размерами больше моего почти в два раза. Внешне он был не самым интересным: в основном гранит и совсем немного плодородной почвы, но сканирование показало, что его недра намного богаче и содержат полноценную золотую жилу, так что мой внутренний хомяк жадно потирал лапки, а кобольды танцевали некий ритуальный танец, который выглядел одновременно забавно и пугающе.

Сам остров я присоединила по правому борту в первой сцепке, после чего облепила его скальниками, как… да-да, как пчелами мед.

К сожалению, на этом ночь подошла к концу и пришлось лечь спать под неустанное ворчание Филимона и молчаливое поддакивание Мираж – мол, не берегу я себя, нельзя так.

Льзя. Очень даже льзя.

Кто, если не я?

Вопрос был риторическим, поэтому вслух даже не звучал, ну а на следующий день, проснувшись в четыре вечера, я оделась-поела, прихватила Самсона, пуховик и телефон и шагнула в квартиру в Подмосковье, тут же набрав Хольцберга.

Увы, несмотря на все мои сомнения, адвокат уже утряс все необходимые формальности и был готов подъехать ко мне, чтобы передать документы на новую недвижимость и уточнял, в каком эквиваленте я желаю видеть оставшиеся средства. Прикинув, что деньги это немалые, попросила совета и почти не удивилась, когда Эдуард Сигизмундович порекомендовал открыть универсальный клановый счет на моё имя в одном из банков Земли, который держал клан Зильбрунштейн. Деньги в нем будут лежать в виде “юнитов” – внутренней валюты Междумирья, но в любой желаемый момент я могу конвертировать их в абсолютно любую валюту Земли. К счастью, филиал банка находился в том числе и в Москве, так что мне не составило особого труда проехать в офис, и при поддержке Эдуарда Сигизмундовича (и за определенное вознаграждение) не только открыть там счет и получить универсальную пластиковую карту, но и написать заявление на перевод средств с судебного счета именно сюда.

Получив от адвоката в том числе и ключи от таунхауса в Антверпене, я с радостью вернулась домой и снова через гипермаркет, по просьбе Мираж приобретя ей кучу средств по уходу за телом, волосами и ногтями. Естественно, не для неё, а для меня.

На этом я решила пока серьезно завязать с визитами на Землю, прекрасно понимая, что каждый новый увеличивает шанс нарваться на Айдара, а мне это сейчас ну никак не надо. Вообще. Совершенно.

Весь следующий месяц прошел под девизом “даешь гнезду просторов!”. Ежедневно я увеличивала территорию центрального острова минимум на пятьдесят квадратов, но частенько было больше, хотя и нерегулярно. В один день сто, в другой – все пятьсот, но тогда приходилось долго отдыхать и восстанавливать силы. Тем не менее я не упускала ни единого более или менее ценного островка, находя применение каждому. Плодородные шли на левый борт, скальники – на укрепление дна, а не такие уж и редкие рудосодержащие глыбы – в работу кобольдам. В итоге бедолаги еле успевали перерабатывать то, что мы находили, так что приходилось задерживаться на месте на сутки-другие, чтобы не присоединять добычу к конгломерату (было уже некуда), а разрабатывать на месте, но я решила, что лучше лишний час-другой постоять на якоре, но при этом обогатиться впрок. Ведь когда мы покинем пустоши, такого щедрого урожая уже не соберем. Конкуренция и всё такое.

Так что надо хапать сейчас!

И у нас недурно получалось. Для увеличения работоспособности кобольдов и, конечно же, после вдумчивого совещания с ними же, я создала ещё пару работяг, назвав их Топазом и Корундом, и все четверо переехали с новыми мастерскими на остров с золотой жилой, который я официально отдала под их резиденцию, прикинув на будущее, что даже когда мы достанем из острова всё золото, не резон избавляться от удачной территории. Присоединить его непосредственно к гнезду я не смогу её ещё долго, элементарно не хватит сил, заселять кем-то посторонним тоже не буду (золото, помним, да?), а вот использовать его, как склад и место для мастерских – самое то.

В итоге, пока я собирала по окрестностям мелкие осколки, кобольды ударными темпами раздербанили уже захваченные рудные острова на относительно некрупные глыбы для будущей переработки, и временно просто сложили это всё по периметру острова. Получились приятно крупные рудные горы, только и ждущие своего часа, чтобы стать металлическими слитками, а с торца гнезда освободилось место для новых островов.

При этом относительно крупные бесхозные осколки (до пятисот квадратов), я планировала уже присоединять к своему. К сожалению, это был мой максимум и не так уж и часто они встречались – за этот месяц меньше десяти штук и каждый раз были полны монстров, но и других островов хватало. Так нашей добычей стало ещё одно озерцо, но уже с раками, которые искренне заинтересовали кобольдов, и я со смехом разрешила ими кормиться, но не вылавливать всех сразу, чтобы популяция успевала самовоспроизводиться. Нашли мы остров и с серебряной жилой, причем снова остров был крупным (две тысячи квадратов), а жила умеренно-средней, но и его я захапала себе, присоединив рядом с первым, золотым.

Далеко не все гранитные и гнейсовые глыбы были обычными глыбами, при сканировании выдавая и более приятные результаты – внутри некоторых можно было найти такие минералы, как турмалин и его яркие монохромные разновидности: индиголит (ярко-синий), верделит (сочно-зеленый), оленит (голубой), дравит (коричнево-желтый) и шерл (непрозрачный черный). Много было и разноцветных – так называемых арбузных (красно-зеленых) и просто сине-зелено-розовых.

Наряду с ними из породы мои трудяжки-кобольды добывали и бериллы с топазами, и корунды с цирконами, и даже шпинель. Из их восторженных, но сложных для меня объяснений, я поняла, что принцип зарождения этих минералов схож и соседство легко объяснимо геммологически.

Ой, да ради бога! Для меня это как был темный лес, так и остался. Главное, что добыча достойная, а уж какая и почему – пусть разбираются знающие духи.

Добыла я и ещё одну рощицу с деревьями, которым не знала названия, но дриарии опознали их, как вязы. Их листья были отчасти похожи на березовые, но само дерево росло кустарником и имело стандартную коричневую кору. При этом быстрее всего разрастались наши луга и чтобы за ними был достойный присмотр, я создала ещё двух дриарий: Гортензию и Жасмин.

Разрослось и наше птичье подворье – курочки неслись исправно, петух делал своё дело и в птичнике резвилось уже два десятка цыплят, обещающих в самом скором будущем стать полноценным хозяйством, которым тоже можно будет гордиться.

В еду же пока шли пернатые, которых мы захватывали вместе с островами. То ли перепелки-куропатки, то ли утки, то ли нечто среднее и уникальное местное, но тоже очень вкусное, особенно после того, как над ними колдовал Филимон Потапыч.

В общей сложности к концу месяца мой центральный остров вырос до восьми тысяч квадратных метров (каких-то скромных сто метров в диаметре), но если вспомнить, что начинала я с двадцати, то прогресс был значимым. Ничуть не меньше радовали острова конгломерата: трехтысячный с золотой жилой, двухтысячный с серебряной жилой, три полуторатысячных рудных жилы (и россыпь разнообразных минеральных осколков), пять плодородных восьмисоток, и куча скальников, которыми я всё это добро окружила.

Остальное я уже могла присоединять, что и делала практически безостановочно, прерываясь лишь на сон, еду и разведку.

Глава 14, в которой я встретилась с первой леди Междумирья

Благодаря моим усилиям, гнездо тоже потихоньку крепло и разрасталось, приобретая уже очертания славного особнячка, но с центральной башней. Так на первом этаже появилась сначала вместительная прихожая и только затем большой уютный холл с центральной лестницей, справа можно было попасть в гостиную и санузел, слева располагалась кухня и столовая с красивой старинной мебелью, а под лестницей – верхняя кладовка под хозинвентарь и прачку. Из кухни можно было спуститься в цоколь и обширную продуктовую кладовую с ларями под овощи и зерно, а так же полками под ящики и корзины, где хранилось самое разное. Ещё уровнем ниже у нас появился небольшой ледник, где Филимон морозил впрок дичь и даже рыбу.

На втором этаже комнат не прибавилось, но они сами стали больше: и гостиная, где добавилось диванов и сами собой появились картины на стенах и декоративные напольные вазы, и кабинет, где на стене появилась невероятно красивая и детализированная карта звездного неба. К сожалению, я пока в ней не особо разбиралась, но со временем, надеюсь, научусь.

Третий этаж оставался башенкой и помимо спальни с санузлом там появилась ещё одна комната под гардеробную. В итоге в спальне у меня стояла лишь кровать, тумба и кресло, а всё остальное: шкаф, комод с зеркалом и возникшая из ниоткуда софа переехали в гардеробную.

Ко всему прочему в спальне появился балкончик, причем скорее декоративный, чем действительно функциональный, но снаружи смотрелось весьма гармонично. Все до единого окна стали витражными, у крыльца прибавилось ступеней, теперь их стало девять, над ним появился козырек, как и над дверью-обманкой, ведущей на Землю, а чердак в самом ближайшем будущем грозился стать новым этажом, но пока обзавелся лишь небольшими смотровыми окошечками и зубцами.

В общем, месяц пролетел – как один миг, и не без пользы для всех нас.

Дриарии выращивали рожь, овес и заготавливали сено впрок, для этого на одном из плодородных островов мы поставили сарайчик (естественно, каменный!). Все до единого горгулы были вооружены мощными острогами (это оружие им нравилось больше прочих) и для верности полутораметровыми аналогами мачете. Кобольды радовали меня добытыми россыпями драгоценных камней и переплавленным в слитки золотом и серебром, для хранения которого поставили склад рядом со своей мастерской, а Филимон всё чаще начал заговаривать о том, что пора бы и хрюшек завести.

А потом вассалов. Вассалов обязательно.

С момента, как прошел суд, миновало пять недель, когда мы отразили очередную атаку крупной стаи местных монстров, похожих на летающие меховые комки с зубастыми пастями, причем Филимон первый завопил, чтобы трупы не выбрасывали за борт – он снимет с них шкуры и пустит в дело, как на горизонте появилась ещё одна маленькая точка, но всего одна.

Уже зная, что порой даже мелкий монстр может натворить дел, тем не менее я не спешила отдавать приказ о его уничтожении. Впрочем, следила за ним не одна я, а все горгулы, которые несли небесный караул, да и почтовички от них не отставали, уже давно став боевыми кошечками, а не теми простыми посыльными, которыми должны были стать изначально.

– Почтовик, – со знанием дела сообщила мне Молния, самая общительная из почтовичек.

Ну вот… начинается.

Скривившись, тем не менее отдала приказ не стрелять в гонца, и буквально через пару минут внимательно изучала крупного рыжеватого кота, который завис передо мной с бандеролью и деловито уточнил:

– Госпожа Ираида Рэрикс?

– Всё верно, это я.

– Будьте любезны принять доставочку.

– Кто отправитель? – нахмурилась, не торопясь подставлять руки.

– Госпожа Ориэлла Грейсвуд, супруга главы рода Грейсвуд, – полный собственной значимости произнес почтовик. – Более того, уполномочен заявить, что бандероль не содержит опасных для вашей жизни, здоровья и правления предметов, зловредных артефактов и иных скрытых угроз, клянусь жизнью. Принимать будете?

Как будто у меня выбор есть!

Неохотно подставила руки, куда тут же сунули пухлый конверт.

– Ответ передавать будете? Могу подождать час, пока отдохну с пути, – деловито сообщил мне почтовик, не забывая косить янтарным взглядом на моих кошечек, подобравшихся ближе. – Буду благодар-рен, если позволите напиться.

– Воды, чаю, молока? – уточнила почти вежливо, ведь не держала зла на вестника, который всего лишь доставил не самые приятные новости.

– Молока, пожалуйста, – обрадовался почтовый кот.

Попросила Мираж налить гостю молока, а сама ушла в башню и поднялась в кабинет, чтобы в полном одиночестве распаковать бандероль и вынуть из неё письмо и изящный серебряный ключ-кулон на цепочке, подозрительно напоминающий мой. Только этот был поменьше и без крыльев, и камень не рэрит, а темно-красный, почти черный гранат.

В письме же было написано следующее:

“Здравствуй, Ираида. Мы не представлены друг другу, но я уже наслышана о тебе и искренне уважаю за то, с какой ответственностью и трудолюбием ты подошла к делу возрождения родового гнезда. Так уж вышло, что мой младший сын как никогда тверд в своём желании жениться именно на тебе и, зная его, могу с прискорбием сообщить, что его не остановит ничто. Ни расстояние, ни твоё нежелание и главенство. Насколько мне известно, на текущий день у тебя три объекта собственности на Земле, и рядом с каждым выставлено круглосуточное дежурство из верных ему бойцов, которым приказано пленить и доставить тебя на его земли любой ценой. Пожалуйста, будь предельно осторожна, я не желаю потерять сына из-за его самонадеянности и слепоты. Увы, любовь даже из мудреца способна сделать глупца, а его чувства к тебе сродни именно слепой одержимости. А теперь о главном. Обсудив сложившуюся ситуацию с самыми опытными юристами и мудрыми советниками, я могу предложить следующее. Первое: ключ-артефакт, способный открывать порталы между мирами, который в своё время принадлежал мне. Сейчас я практически не посещаю Землю, но буду рада передать его тебе, как залог моих самых добрых намерений. Второе: среди наших вассалов есть те, кто неоднократно показал себя доблестными бойцами и отменными добытчиками, а ещё желают проживать именно в Междумирье, а не на Земле. Я предварительно переговорила с некоторыми из них и они согласны стать вассалами твоего гнезда в обмен на земли, иные ресурсы и в целом возможность активно развиваться. Земли рода Грейсвуд невообразимо велики, но в этом и наша слабость – мы прикованы к одному месту и уже давно не так мобильны, как порой хочется молодым и горячим лейри из подрастающего поколения. Уверена, ты быстро найдешь с ними общий язык, ведь ваши цели так похожи. И, может, даже присмотришь себе достойного побратима, который станет новым главой? Я верю, ты понимаешь, что тем самым я желаю оградить тебя от гораздо большей боли потери, если мой сын всё-таки перестанет внимать голосу разума и выберет путь разрушения, ведь тогда твоё гнездо не канет в лету и ты всегда сможешь навещать его на правах родича.

P.S. Почтовику можешь ничего не передавать, мне достаточно знать, что ты прочла моё письмо. Если же согласна рассмотреть кандидатуры подобранных лично мной вассалов количеством до тридцати соискателей (с семьями), то я буду готова побеседовать с тобой об этом предметно каждый понедельник в кафе “Ориаль”, в пять вечера. В этот день за твоей квартирой в Подмосковье никто не будет следить с полудня до полуночи. Искренне надеюсь, что ты благоразумнее моего сына. С уважением, Ориэлла Грейсвуд.”

Какая… Хорошая у него мама. Мудрая женщина. Заботливая.

Перечитав письмо несколько раз, я прикусила губу до боли, но прямо сейчас не нашла в себе сил принять нужное им всем решение. Да, оно было. И было вполне посильным и разумным.

Но ведь это будут уже не Рэрикс! Уже совершенно посторонние мужчины и женщины, которые… Придут на все готовое!

Да, моё гнездо – не столица. Даже не село, а так… Ерунда фактически. Но оно моё! Моё!!!

И как отдать своё чужакам? Ну вот как?

– Что мне делать, а? – спросила я плаксиво, прикусывая костяшку пальца и глядя мутным взглядом перед собой. – Если этот придурок действительно пойдет на меня войной и просто разрушит тебя… Не прощу, отомщу! Но тебя-то это уже не вернет! Как мне быть, гнездышко?

Далеко не сразу, но мне показалось, что меня окутало особым теплом, словно меня обняли чьи-то огромные крылья, а в голове мелькнула даже не мысль, а скорее некий образ. Но настолько четкий и понятный, что я широко распахнула глаза и какое-то время сидела неподвижно.

А ведь верно! Верно!!

Рэрикс – это не просто фамилия и мужчины рода. Рэрикс – это в том числе женщины! И именно они становятся матерями тем, кто носит уже другую фамилию, но всё равно является нашим кровным родственником. И если организовать поиск по крови, пусть даже её будет сотая доля, то гнездо достанется не абы кому, а именно родичу! И не в качестве бесплатного подарка, а именно вассалитетом. То есть, даже выйдя замуж (и может даже не за Айдара, чтоб ему икалось без остановки!), я не перестану быть чистокровной Рэрикс и желанной гостьей в этих стенах. Быть может, его унаследует моя дочь? Или второй сын? Ведь если первому со временем достанется дом отца, то второму или последующему малышу очень даже может достаться и это гнездо.

А может и не достаться, если я пожелаю иного. Ведь можно передать регалии главы целиком, а можно и с оговоркой, как регенту при будущем главе. И в брачном контракте с будущим мужем можно прописать, что первый сын будет носить фамилию отца, а второй – фамилию матери.

В общем, многое что можно сделать…

Очень многое, если действительно захотеть!

Я даже рассмеялась от облегчения, но в то же время с легким истерическим надрывом, ведь, как ни крути, я уже сейчас прогибалась под желания Айдара стать моим мужем. Но с другой стороны, если подумать… если отбросить в сторону весь негатив и недоверие…

Мне льстит его одержимость. Действительно льстит.

Никто и никогда не желал обладать мной даже вопреки доводам разума.

Это извращение, да…

Но как же тешит самолюбие! Тешит вопреки всему!

Сын в правящей семье, целеустремленный, влиятельный, сильный… Красивый!

Кажется, сбылась та наивная сказка про Золушку и десятки других принцесс, но в главной роли я. Сирота и просто обычная женщина.

Ну как тут не загордиться?

Тяжело вздохнув, убрала пока письмо обратно в конверт, туда же положила артефакт-ключ и всё это убрала в верхний ящик стола. Если верить телефону, который я заряжала регулярно, сегодня всего лишь четверг, а значит до понедельника ещё дожить надо. И мы обязательно доживем, но сначала я приведу мысли и нервы в порядок, накидаю собственный план развития и может даже куплю Филимону поросят, которыми он так грезит.

С полудня до полуночи, говорите? Нам хватит за глаза!

Усмехнувшись себе уже с долей решительного высокомерия, для верности ещё и кивнула. Да, пусть он мнит о себе что угодно, но именно женщина будет решать, кому отдаться добровольно.

Хочет меня? Отлично! Пусть постарается!

Выйдя на улицу и увидев, что почтовик уже выпил всё молоко и бессовестно флиртует с Кометой, на что весьма ревниво поглядывает Огнеяр, но пока ничего не предпринимает, я дошла до гонца правящего рода и сообщила:

– Я прочла послание госпожи Ориэллы и благодарю её за заботу обо мне и моём гнезде. Скажи, как долго ты добирался до моих владений?

– Неделю, госпожа.

– Было трудно?

– Не без нападений, – последовал уклончивый ответ. – Но мы недаром считаемся самыми быстрыми и юркими созданиями Междумирья, ни один монстр не способен нас догнать или перехватить. Будете передавать ответ?

– Нет, не в этот раз. Скажи, ты служишь непосредственно госпоже Ориэлле или всему роду?

– Непосредственно госпоже, – с долей напряжения кивнул почтовик.

– А не знаешь, Айдар слал в мою сторону почтовиков?

– Никак нет, госпожа Ираида, – замотал головой кот. – Господским запрещено к вам летать, а прочих перехватывает государев патруль.

– То есть они были? – нахмурилась.

Почтовик кивнул.

– И много? Что было в посланиях?

– Прошу прощеньица, не смею разглашать инфор-рмацию, – муркнул котяра и взмыл в небо, ловко делая кульбит над моей головой. – Благодар-рю за молочко, добр-рого здоровьица!

После чего взял четкий курс на юг и рванул прочь так, словно за ним монстры гнались.

Слал, значит… И что же он мне слал, интересно?

Поймав себя на том, что мне действительно это интересно, и любопытство разыгралось не на шутку, с трудом заставила себя переключиться на работу и следующие несколько дней мы активно экспроприировали бесхозные острова, уничтожая монстров, забивая дичь и выясняя, что есть ценного в том или ином осколке.

В итоге за четыре дня мне повезло заарканить ещё две шестисотки для будущих вассалов, а так же присоединить к основному острову три маленьких рощицы и пять лужаек, выяснить, что на просторах этого удивительного мира проживают крылатые кролики, и теперь они полноправные жители моего гнезда. Одна пещерка с селенитом, один крупный неоднородный осколок с полевыми шпатами, один поистине волшебный родник на острове в четыреста квадратов и два славных ельника.

А ведь скоро Новый год!

Раньше, еще когда я жила в приюте, воспитатели старались устраивать нам самые разные праздники и Новый год был любим всеми, в том числе и мной. Ведь именно в этот день по заверениям старших, сбывались все, даже самые нереальные мечты.

Увы, я не нашла своих настоящих родителей, не обрела и приемных, но именно сейчас я чувствовала, что мои самые нереальные мечты сбылись. И пусть крампус по имени Айдар хотел их похитить, я точно знала, что смогу дать ему отпор.

Но сначала встречусь с его матерью. Вдруг она и впрямь адекватная женщина, как показалось мне из письма?

При этом на встречу я готовилась заранее, с вечера, попросив Мираж заняться моим телом, ногтями и волосами, на что ушло куча времени, но результат того стоил – из зеркала на меня смотрела не загорелая дочерна крестьянка с кое-как подстриженными ногтями и убранными в гульку волосами, а молодая, ухоженная женщина, с идеальным ровным загаром, чистой кожей, ухоженными ногтями и волосами, и серебристо-серыми глазами, глядящими на мир уверенно и властно.

За эти недели я действительно научилась многому: принимать важные решения, планировать далеко наперед, нести ответственность и просто командовать окружающими.

Естественно, для встречи с первой леди Междумирья не подходили какие-то там джинсы и футболка, но на Землю я перешла именно в них, причем далеко не одна, а в компании сразу с тремя горгулами: Цезарем, Олимпийцем и Самсоном, но сначала обзвонила ряд строительных магазинов поблизости, заказав доставку пяти бухт канатов и кучи досок по адресу, затем нашла свиноферму, где мне согласились продать десять полугодовалых поросят и одну свиноматку с кабанчиком, проконтролировала всё это безобразие лично, и только в четыре, прихватив с собой лишь Самсона, отправилась искать наряд для встречи.

Сильно не привередничала, но и на первое попавшееся не кидалась, так что лишь ближе к пяти, но нашла славное вязаное платье из кашемира цвета полуночи, к нему черные кожаные ботиночки на меху, ну а пальто меня и предыдущее устраивало, тем более было с подкладом и я в нем не мерзла.

Их украшений на мне уже были надеты серьги, кольцо и кулон главы рода, волосы я оставила распущенными, а из макияжа воспользовалась лишь розовой помадой, чтобы освежить цвет губ. Переодевшись в платье прямо в примерочной и срезав бирку на кассе, точно так же поступила и с обувью, так что в кафе “Ориаль” прибыла уже в обновках и в шестом часу.

Не узнать госпожу Ориэллу было невозможно – она была единственной женщиной, которая приковывала взгляд с первой секунды внимания. На удивление блондинка, но в русую рыжину, утонченная, даже величественная, тем не менее она производила очень мягкое и уютное впечатление.

Не недосягаемая холодная звезда на небосклоне, а нежная и доброжелательная кошечка, которая, впрочем, умеет и коготки выпустить – это я тоже ощутила.

– Ираида, – обрадованно улыбнулась она мне, когда я подошла к ней в сопровождении Самсона. – Как я рада тебя видеть. Метеор уже добрался до тебя? Ничего, что я на ты?

– Всё в порядке, – улыбнулась ей, внимательно изучая элегантное трикотажное платье “зимнего” типа, отчасти похожее на моё, но пудрово-розового цвета, который выгодно оттенял нежный тон её кожи. – Да, ваш почтовик уже был у меня. Славный малыш.

Вручив Самсону своё пальто и мельком оглядев зал, где не заметила никого подозрительного, кивком дала ему понять, что он может пока присесть за соседний столик, чтобы не мешать моей беседе с первой леди Междумирья, а сама расположилась напротив госпожи Ориэллы и кивнула уже ей.

– Итак…

– Сразу к делу? – с улыбкой уточнила она. – Или позволишь угостить тебя местными десертами?

– С удовольствием выпью кофе, – пошла ей навстречу, – и можно что-нибудь к нему.

– Спасибо, мне приятно твоё доверие, – очень серьезно произнесла мать Айдара, которой я бы не дала больше пятидесяти – настолько хорошо она выглядела. Стройная, подтянутая, минимум морщин и лишь взгляд светло-карих глаз как ничто другое выдает опыт прожитых лет. – Клементина жаловалась, что в прошлый раз ты отказалась есть в этом кафе. Подозревала, что тебя хотят отравить?

– Скорее просто подозревала, – не стала скрывать. – Знаете, в моём шатком положении даже тени порой выглядят врагами, но я работаю над этим. Вы… кажетесь мне мудрой и осмотрительной женщиной, не способной на подлость. Я верю вам и искренне надеюсь, что не ошибаюсь в своих суждениях.

– Не ошибаешься, – с отчасти польщенной улыбкой кивнула Ориэлла. – Позволь порекомендовать тебе тирамису и мокачино. У тебя очень вкусные духи. Любишь шоколад и кофе?

– Да, есть такая слабость, – призналась с легким смущением и какое-то время мы говорили о вещах, совершенно не относящихся к делу, заодно заказав и кофе, и пирожные.

Но вот их принесли, причем в считаные минуты, я попробовала действительно изумительно нежный десерт и отпила из маленькой кружечки кофе с добавлением шоколада и молочной пенкой, удовлетворенно кивнула, поставив себе галочку на память сообщить о моих новых предпочтениях Филимону, и чуть внимательнее взглянула на Ориэллу.

– К делу? – спросила она.

– К делу, – согласилась я. – Ваши аргументы стоят самого пристального внимания и я согласна взглянуть на ваших кандидатов и переговорить с каждым из них. Когда это можно устроить?

– Уже сегодня, – удивила она меня. – Если доверишься и позволишь провести себя на территорию дворца, я вызову в свои покои первых соискателей и ты взглянешь на них лично. Сможешь побеседовать, даже просканировать магически. Со своей стороны клянусь, что тем самым не замышляю против тебя подлости и предательства, я действительно хочу помочь всем. Всем вам. Более того, хочу сразу сказать, что не буду препятствовать тебе уйти на свою территорию в любой желаемый момент. О моих планах известно Айдару, но лишь в общих чертах. Он не знает ни даты нашей встречи, ни имена одобренных мною кандидатов, так что не сможет заранее приказать им действовать в своих интересах, минуя твои. Что скажешь?

– Скажу, что вы неплохо подготовились, – кивнула уважительно. – Неужели это того стоит? Это ведь немалые усилия и, подозреваю, финансовые вложения. Ради чего?

– Сколько стоит счастье, Ираида? – вопросом на вопрос ответила Ориэлла, глядя на меня с капельку грустной улыбкой. – А счастье своего ребенка? Да, он вырос, но даже сейчас я знаю, что отдам всё, лишь бы он был счастлив. Сейчас… Он несчастлив. Чудовищно несчастлив, Ираида. Была ли ты хоть раз влюблена? А без взаимности? Помнишь, что чувствовала в такие моменты? Ему сейчас в сотни раз хуже. И знаешь, что самое страшное? По крайней мере для меня. В такие моменты очень сильно размываются границы разумного и законного. Очень сильно. Более шестидесяти лет назад я была не так мудра… Мне было всего семнадцать! Самый возраст для глупости и максимализма. Но именно в семнадцать я стала центром внимания Леонеля, моего будущего супруга. Не буду рассказывать тебе обо всех глупостях, шишках и безумствах, которые мы творили, но хочу, чтобы ты знала – я не хочу, чтобы подобным путем прошел и Айдар. Леонелю на тот момент было двадцать два, ещё не самый зрелый возраст для грамотных, взвешенных решений. Айдару уже тридцать восемь. В каком-то смысле он мудрее, опытнее и рассудительнее, но в то же время менее склонен к компромиссу и не так гибок в суждениях, как в юности. Вы оба уже взрослые и состоявшиеся личности, а ты и вовсе глава рода. Вам будет сложно, я понимаю… Но я очень хочу, чтобы этих сложностей было как можно меньше. Ты ведь мудрая женщина, Ираида?

– Боюсь, не так сильно и не так часто, как хотелось бы самой, – усмехнулась криво и одним махом допила свой кофе. – Но я понимаю вас. До последнего слова. Идемте, я готова к визиту во дворец.

Глава 15, в которой страсть оказалась ловушкой

Переход из кафе во дворец прошел спокойно и даже буднично – госпожа Ориэлла позвала меня за собой в кабинет управляющего (именно он открыл нам проход во дворец), и я, не забыв верхнюю одежду и Самсона, вместе с ней прошла в славную гостиную, обставленную стильно и изысканно в нежно-зеленых тонах с бежевыми акцентами и легкой позолотой.

Мне и горгулу предложили располагаться на любых понравившихся местах (на выбор были кресла, диван и софа), а сама госпожа Ориэлла вышла из гостиной, дав понять, что для общения с прислугой, и вернулась к нам уже через несколько минут, предпочтя расположиться в кресле у окна.

Любезно уточнила, не желаем ли мы ещё чего-нибудь, но я пока отказалась, решив, что лучше поем дома – несмотря на четкую уверенность в том, что я всё делаю правильно, пробрал некоторый мандраж и было совершенно не до еды.

Прошло минут пятнадцать. Все это время мать Айдара пыталась развлечь меня легкой беседой о том, каких успехов я достигла в деле возрождения гнезда, но я опасалась говорить много и то и дело отвечала невпопад, так что искренне обрадовалась, когда к нам заглянула служанка и доложила о визите вызванных гостей.

Их было семеро. Все мужчины в районе тридцати. На вид – элитные воины. Высокие, крепкие, с умными лицами и капельку суровыми взглядами. Перезнакомившись со всеми и выяснив, что все женаты и с детьми, причем у кого-то пока один ребенок, а у кого-то уже и трое, я попросила назвать свой род и расписать генеалогическое древо хотя бы до третьего колена, заодно показав и крылья, и была приятно удивлена, услышав, что в роду как минимум двоих засветились Рэриксы.

При этом ни один соискатель не носил фамилию Грейсвуд и не имел в ближайших предках членов правящего рода, что меня тоже очень даже устраивало.

Запросы их были умеренными: надел земли и поддержка главы. Дома они были готовы строить сами, был бы камень и цемент, вещи для быта имели полностью свои от и до, и понимали, что сейчас род Рэрикс – это я одна, более того, нахожусь в пустошах, а остальное зависит только от них.

И мне… Мне даже как-то не верилось, что эти семеро действительно готовы бросить всё и начать с нуля. Не поленилась и выяснила, что здесь у них, оказывается, нет особых привилегий в виде своей земли, а есть лишь городской домик и служба в страже, тогда как каждый грезит прежде всего личным островком или хотя бы участком, где сможет развернуться и обустроить быт по своему желанию, а не от безысходности.

Что ж…

– Я готова принять вас своим вассалами на оговоренных условиях, – заявила, когда эти самые условия прозвучали: с меня земля и поддержка, базовые ресурсы и помощь духов, а с них верность и работа на благо гнезда плюс одна десятина в качестве налога. – Когда вы готовы принесли мне клятву служения и начинать переезжать?

– Прямо сейчас, – заявил самый рослый и широкоплечий бородач Георг Сойтлер, чьей бабкой была Присцилла Рэрикс, а крылья были гибридной формы и расцветки: нечто среднее между стрекозой и бабочкой, синие по краю с нежно-голубым градиентом к центру. – Моя супруга и дочь давно хотят переехать из города на вольные просторы и уже второй год мы тщательно подбираем место, но прежние варианты не удовлетворяли многим параметрам. То род пассивный, не желающий вкладываться в жизнь в Междумирье, то наделы крохотные, то налоги неподъемные. За вас ручается госпожа Ориэлла и я сам вижу, что вы разумно подходите к решению вопроса, а так же, не буду скрывать, присутствовал на заседании суда месячной давности и ваша речь произвела на меня сильное впечатление. Я готов идти за такой главой, госпожа Ираида. И прямо сегодня.

Его поддержали ещё двое, четверым требовались сутки на сборы, но уже здесь и сейчас госпожа Ориэлла освободила их от вассальной клятвы волей супруги главы клана, и они принесли её мне, поклявшись прежде всего в верности и готовности служить.

Чем мне нравилась магия в этом плане, она не оставляла разночтений и лазеек для недобросовестных личностей. Сказал “готов служить”, значит готов. Без вариантов.

Сейчас же нам следовало решить, как будет происходить переезд, который точно не будет простым. Ладно, люди! Точнее лейри. Но как быть с их имуществом? Это ведь и кровати со шкафами, и одежда с другим скарбом! Минимум полноценный транспортный контейнер на семью!

Понятное дело, соберут они его сами. В кучку, ага.

А перетаскивать кто будет и как?

И не одна семья, а три! Только сегодня три.

А уже завтра ещё четыре. И в перспективе еще двадцать… У-ух! Справлюсь ли?

Прекрасно видя на моем лице лихорадочную работу мысли, госпожа Ориэлла предложила любопытный вариант:

– Ираида, знаешь, вообще-то подобное не приветствуется и даже в каком-то роде пресекается, дабы не допустить нарушений закона, но я хочу предложить тебе одну… небольшую аферу. Я могу продать тебе дверь, которая станет твоим имуществом в том числе по документам. Вместе с дверной коробкой и полуметровым порогом, естественно. Как только вы завершите переезд, я лично прослежу, чтобы вы забрали её с собой, чтобы ни одно стороннее имущество не находилось в границах наших владений, но сейчас один из тех исключительных случаев, когда подобное допустимо. Что скажешь?

– Рубли принимаете?

Рубли госпожа Ориэлла охотно принимала и всего за одну банкноту номиналом в пять тысяч я приобрела симпатичную широкую дверь, которая дожидалась своего часа в ближайшей кладовке. И да, она была приобретена заранее именно для меня. Я уже даже не пыталась удивляться предусмотрительности этой действительно мудрой женщины, так что лишь поблагодарила за помощь, и мы договорились, что уже завтра в дом Георга подойдут новые соискатели, с которыми я смогу побеседовать и одобрить (либо нет) их кандидатуры.

Сразу дала понять, что пока у меня только семь островов нужного размера, но в планах еще как минимум десять, только это будет второй круг, а где-то через неделю-другую (плюс-минус), я смогу ставить и третий, но только когда доращу центральный остров до десяти тысяч квадратов, не увидела на её лице ни единого сомнения.

– Я всё понимаю, Ираида. Не волнуйся, у тебя всё получится. Идемте, провожу вас коротким путем.

Увы, мы успели только выйти из её покоев, причем мои первые вассалы ушли вперед, прихватив и дверь, чтобы уже начать собираться, и лишь Самсон, Георг и сама Ориэлла сопровождали меня в нужном направлении, как из бокового коридора нам наперерез вышел откровенно мрачный Айдар в сопровождении своих эфирсов, увидев меня, тут же предвкушающе блеснул глазами, но обратился сначала к матери:

– Каких любопытных гостей ты у себя принимаешь, мам… Неужели правда думала, что я не почую её на территории дворца?

Почует? Это как?

Успев лишь слегка растеряться, уже в следующий миг я оказалась снесена его телом в сторону, очутилась в незнакомой комнате, дверь в которую оказалась ближе всего, и что самое ужасное – эта дверь в тот же миг исчезла, а я оказалась в кольце его рук и коконе полыхающих крыльев.

Всё это я заметила за какую-то долю секунды, после чего весь мир передо мной заняли горящие безумием золотые глаза, а полыхающие жаром губы выдохнули четко в мои:

– Ну, привет, любимая…

Мне показалось, или он выплюнул последнее слово с отвращением?

Моргнув, я всё ещё пребывала в некотором ступоре, поэтому не спешила пугаться или злиться, а с неожиданным для самой себя сочувствием тихо спросила:

– Ненавидишь меня, да?

Секунда – и он моргнул, а в глазах стало чуть больше осознанности и чуть меньше жара.

– Мог бы – удавил бы, – выдохнул едва слышно. – Ломает, как наркомана. И это при том, что я занят двадцать четыре на семь. Рада?

– Глупости не говори, – насупилась, потому что его признание откровенно покоробило. – И вообще, хватит меня раздавливать, я не тюбик с пастой.

В этот момент о стену за его спиной долбануло что-то мощное, отчего даже пол дрогнул.

– Кажется, меня уже начали спасать, – хмыкнула немного нервно, видя, что пламя безумия в его глазах снова полыхнуло. – Слушай, давай обсудим проблемы как взрослые люди, а? Я же не знала, что у тебя всё так серьезно. Но твои сестра с мамой всё объяснили. И знаешь, я… готова поискать компромисс. Честно!

Я частила, слегка сбиваясь, жутко волновалась и просто начинала опасаться этого безумца, потому что видела – мои слова для него всё равно, что белый шум. Он слушает, но не слышит. Смотрит на мои губы и думает совершенно о другом. Сжимает моё тело, а сам…

Черт возьми, я не хочу быть изнасилованной!

– Айдар! – крикнула на него в итоге, кое-как высвободив свои ладони и шлепнув ими по его плечам, а когда он впился взглядом в мои глаза, то плюнула на гордость и поцеловала его первая.

В самом деле, что я теряюсь?

Обхватив его за шею, зарываясь пальцами в неожиданно мягкие и безумно приятные на ощупь волосы на затылке, я целовала его с таким исступлением, которого не ожидала от самой себя. И получала от этого такое удовольствие, которого не получала никогда!

А потом он очнулся и уже целовал меня сам.

Жадно, горячо, с ощутимой долей безумия и той жаждой, которая чувствовалась даже в поцелуях. Властно, напористо, порой даже больно, но в меру, так что разум отказывал и отчаливал, а балом правили одни голые инстинкты, буквально во всё горло вопя, что это наш мужчина. Наш самец!

Боже мой… Как же это, оказывается, приятно!

Упустив момент, когда оказалась не просто прижата спиной к ближайшей стене, а буквально распята по ней, меньше всего в этот момент я ожидала… Его.

Во мне.

Охнув и распахнув глаза так, что сразу увидела своё отражение в его откровенно шальных и ещё более безумных глазах, уже в следующую секунду я протяжно стонала от того, как он начал двигаться.

Во мне.

Резко. Дерзко. Напористо.

И при этом так восхитительно, что последние мозги вытекли через то место, где соединялись наши тела, а я с новой силой набросилась на его губы, уже не в силах контролировать себя и ту животную похоть, которую он во мне пробудил.

Это была не я. Это была та пещерная женщина, которая была моим предком миллионы лет назад. Она просто чуяла сильного самца и хотела… Очень хотела! Просто безумно!

А потом по мне прокатилась волна. Сначала первой, безумно сладкой дрожи. Затем второй, восторженной и восхитительной. А потом меня просто смело безудержным цунами невыразимого удовольствия и я… закричала. Застонала. Выгнулась в его руках, сминая рубашку и даже, кажется, раздирая её в клочья.

Это.

Было.

Невероятно!

– Ну и надо было выделываться? – хмыкнул он где-то минуту спустя мне в макушку, когда я затихла, прильнув к нему всем телом и спрятав лицо на груди, чтобы слушать, как бешено ухает чужое сердце.

Выделываться?

Вопрос не просто покоробил, он вмиг покрыл толстой коркой льда тот расплавленный шоколад, в который превратилась моя воля.

Выделываться?

Значит, он так меня воспринимает, да?

Слегка отстранившись, попыталась встать на ноги, в один момент ощутив, как врезаются в кожу трусики, которые до сих пор на мне, как холодит обнаженные бедра ветерок из распахнутого окна, как стекает между ними… кхм, не будем об этом.

Сам Айдар не спешил отстраняться, но при этом позволил мне прижаться спиной к стене и сейчас внимательно рассматривал, под конец для верности зафиксировав пальцами подбородок. И снова я ощутила себя… неприятно.

Не личностью. Вещью.

Использованной…

– Отпусти, пожалуйста, – попросила тихо, до сих пор не имея возможности дотянуться пальцами ног до пола, и чувствуя себя не просто пришпиленной к стене бабочкой (боже, какая пошлость!), а дешевкой, которая действительно “выделывалась”, но с радостью раздвинула ноги сама, как только появилась подходящая возможность.

– Не сегодня, милая, – меня ласково погладили по щеке и мазнули большим пальцем по нижней губе, оттягивая её вниз. – Не представляешь, как долго я этого ждал… Но кто бы мог подумать, да? Даже в пустоши лететь не пришлось. Сама пришла. За этим, верно?

Айдар качнулся во мне и я с изумлением поняла, что он снова готов, а я… А я снова хочу. То сладкое томление, которое пронзило меня в миг, когда его член скользнул во мне, было просто возмутительно прекрасным.

Но…

Как же самоуважение?

– Нет, – произнесла тихо, прикрывая глаза и в этот момент не веря сама себе.

– Нет? – хмыкнул с издевкой и снова сжал подбородок пальцами, задирая его выше и вынуждая смотреть на себя. – Уверена?

– Уверена! – выкрикнула, начиная злиться и охотно позволяя этому яркому чувству завладеть собой. – Отпусти! Сейчас же! Отпусти, Айдар!!

Шлепнула по его плечам раз, шлепнула второй, но всё, чего добилась – это того, что он перехватил мои руки и, сумев зафиксировать запястья над моей головой пальцами всего одной руки, снова начал двигаться.

Яростнее. Жестче.

Словно хотел… наказать. Унизить. Специально сделать больно.

Но реальность состояла в том, что телу больно не было.

Слабому телу было так хорошо, что я задыхалась от наслаждения, извивалась и хныкала, без слов требуя не останавливаться. Продолжать.

Ещё быстрее. Ещё жестче! Ещё.

Ещё!!!

О, бо-о-оже…

На этот раз меня пронзило настолько невыносимым удовольствием, что я ахнула на вдохе, распахивая глаза, и всю ту бесконечность, которую пульсировало моё тело, не могла выдавить из себя ни звука. Я просто замерла…

А может, умерла?

Хотя нет…

Протяжно всхлипнув под конец и вцепившись в Айдара буквально из последних сил, потому что и он дышал тяжело и с надрывом, начав медленно опускать нас обоих вниз по стене, в этот момент я не имела ни моральных ни физических сил делать хоть что-нибудь в принципе.

Подозреваю, Айдар ощущал себя схожим образом, в итоге сев на колени, но продолжая прижимать меня к себе так, что я не могла пошевелиться. Вот только зря он думает, что мне удобно…

– Айдар, – позвала его тихо, когда смогла складывать звуки в слова, – отпусти.

– Ты ещё не поняла? – хмыкнул и поднял голову ко мне, заглядывая в глаза. – Я больше не совершу той ошибки, что совершил месяц назад. Для меня эти пять недели были адом. Хватит. С этого дня ты больше никуда не уйдешь. Никогда!

Когда он начал скользить пальцами по моей шее, я ещё не понимала, какова его истинная цель, но когда он обхватил пальцами кулон и цепочка врезалась в кожу, то мозг пронзила откровенно запоздалое озарение, и я возмущенно завопила и начала брыкаться, но было уже поздно – звенья лопнули и артефакт оказался зажат в его кулаке, а я упала на спину, больно стукнувшись затылком.

Из глаз тут же брызнули слезы, причем не только от боли, но и от ощущения жгучего предательства, резанувшего по сердцу невероятно больно, однако, зря он думал, что я сдамся в тот же миг.

Воспитанная в детдоме, тихая и благоразумная девочка, больше всего желающая как можно меньше привлекать внимание старших и самых драчливых, сейчас я снова позволила взять верх той пещерной женщине, которая жила во мне всё это время, но успешно маскировалась.

Набросившись на Айдара разъяренной фурией, я била, царапалась, кусалась и рычала, как самый настоящий зверь, лишь через несколько минут нашего неравного противостояние вспомнив, что вообще-то ещё и маг, а когда он с глухим рычанием выкрутил мне руки, прижал лицом к полу и для верности придавил своим телом, то резко расслабилась, давая понять, что повержена и сломлена, а сама прикрыла глаза, сконцентрировалась, прижала ладонь к его животу и шепнула формулу паралича.

Миг – и удерживающие меня руки каменеют, но иначе. Лежащее на мне тело давит, но уже неравномерно.

И мне пришлось серьезно попыхтеть, чтобы просто скинуть его с себя и высвободить руки, ну а потом дело уже пошло бодрее. Точно зная, что паралич действует ровно час, причем не лишает сознания, а только подвижности, я заглянула мерзавцу в глаза, поймала его напряженный взгляд и тихо, но уверенно произнесла:

– Ты ещё не понял? Дело не в сексе, Айдар. Дело в уважении. Ты можешь сколько угодно трахаться, как бог, но пока ты считаешь меня существом второго сорта, будущего у нас не будет. Я правда хотела дать тебе шанс. Серьезно. Но сейчас вижу, что была слишком хорошего о тебе мнения. Удачи тебе в твоём безумии, я в этом участвовать отказываюсь. А решишь пойти на меня войной – очень сильно пожалеешь. Убью. При первой же возможности убью. И поверь, рука не дрогнет.

После этого я нашла на полу свой кулон, сжала в руке и, видя, что в комнате нет дверей, зато есть приоткрытое окно, спокойно шагнула к нему, залезла на подоконник и перелетела в соседнее помещение, где никого не было.

Сложнее всего было сообразить, как действовать дальше, в голове образовался такой неприятный сумбур из злости, разочарования и даже отчаяния, обиды и снова злости, что пришлось сначала зажмуриться и сердито смахнуть со щеки неуместную влагу, и только потом я смогла сфокусировать взгляд на двери и приказать в первую очередь самой себе открыть портал в гнездо.

Реветь буду потом. Всё потом!

Сейчас важно исполнить взятые на себя обязательства.

Глава 16, в которой я обзавелась первыми вассалами

Торопливо шагнув на изумрудную траву, я практически бегом поднялась в башню, отмахнувшись от обеспокоенного вопроса Филимона, всё ли в порядке, в спальне с ожесточением сорвала с себя местами порванную, местами заляпанную спермой одежду, натянула на себя джинсы и футболку, собрала волосы в хвост, сунула кулон поглубже в передний карман, чтобы никто не сорвал его с моей шеи снова, и, слегка дрожа от волнения, открыла дверцу шкафа, мысленно представляя новую дверь.

Сложно было сразу сказать, получилось или нет, пространство по ту сторону портала было темным, незнакомым, но я приказала себе собраться, и смело шагнула вперед.

К счастью, мои новые вассалы не подвели – дверь действительно стояла в чулане, но это был чулан дома, который принадлежал Георгу. Более того, он сам был уже здесь, искренне обрадовавшись моему появлению, и ни словом, ни взглядом не дал понять, что в курсе, что творилось за пропавшей дверью. Вот только на вопрос, где Самсон, с сожалением развел руками и признался, что его скрутили эфирсы Грейсвуда, а его самого выставила из дворца госпожа Ориэлла, напоследок шепнув, что постарается уладить дело миром и переправить в его дом как минимум горгула. Ведь у меня есть ключ от порталов между мирами и при острой необходимости я наверняка им воспользуюсь, а вот у горгула такой возможности нет.

Вот только и меня такой возможности едва не лишили!

Мысленно прокляв Айдара вечной икотой, поносом и импотенцией, я скупо поблагодарила Георга за благоразумие и поторопила со сборами, прекрасно понимая, что у нас осталось меньше часа, а потом этот безумец снова примется за своё. И если поймет, что я ещё в Айшграде, то плохо будет всем.

– Да, госпожа. Я всё понимаю. Познакомьтесь, моя супруга Нэйса и дочь Руалин.

Кивнув миловидной брюнетке лет двадцати пяти и постаравшись улыбнуться пятилетней малышке, я уточнила количество крупногабаритной мебели и сама прошла по дому, который был скорее таунхаусом – двухэтажной квартирой в ряду подобных, причем внизу – кухня, санузел и гостиная, наверху две спальни.

Я так понимаю, это было сделано из-за экономии места под строительство, причем все без исключения комнаты были небольшими и мебели в них стояло минимум, но я всё равно сходила обратно в гнездо и прихватила с собой сразу трех горгулов, чтобы помогли вынести кровати, шкафы, тумбы и стол, пока хозяева торопливо собирали в тюки из простыней и пододеяльников мелкие вещи и посуду.

Справились фантастически быстро – минут за сорок. После чего я провела Нэйсу и Руалин прямиком в башню, поручив их заботе радостного Филимона, а сама в компании Георга, который показывал дорогу, и трех горгулов, включая Цезаря, которые несли в том числе дверь, отправилась по второму адресу.

Шли быстро. Предусмотрительно воспользовавшись заклинанием отвода глаз, мы всего минут за семь добрались до дома Теодора – второго мужчины, который планировал переезд сегодня, и искренне порадовалась тому, что большая часть вещей оказалась уже собрана. В итоге за каких-то десять минут мужчины перетаскали всё, что было нужно, на территорию моего гнезда, туда же отправились супруга Теодора, Жаклин, и их двое ребятишек: двухлетняя Мила и годовалый Эван, а мы поспешили по третьему адресу.

Время утекало быстрее, чем бы мне хотелось, но всё равно мы успели перевезти и третью семью до того, как я почувствовала… странное. Словно некий импульс ткнулся четко в сердце, и я поняла, что он уже близко.

Слишком близко!

– Георг, Теодор, Шайлон, – мой голос прозвучал напряженно и все трое тут же вскинули на меня пристальные взгляды, а горгулы ещё и напрягли плечи. – Даю вам сутки на решение всех текущих вопросов по увольнению и прочему. Завтра подойду примерно в это же время, заранее перенесите эту дверь в дом, откуда начнем переезд. Если вдруг случится так, что мне будет опасно выходить из неё, поставьте напротив что-нибудь красное. А сейчас мне пора. До завтра.

В миг, когда я сделала шаг сквозь пленку портала, сердце снова кольнуло. Больно, неприятно. Причем так, словно я делала самую большую ошибку всей своей жизни. Вот только я четко знала, что это не так. Ошибкой будет остаться. Позволить ему и дальше обращаться с собой, как с вещью. Ничтожеством.

А ведь я правда хотела дать ему шанс…

Выйдя из портала на улицу и сразу отойдя в сторону, чтобы пропустить горгулов, я сама закрыла за нами дверь, тем самым закрывая не только путь, но и отрезая поток никому ненужных сожалений, после чего активно подключилась к бурным обсуждениям, где и кого разместить на ближайшие сутки, пока рядом нет ни домов, ни мужей. В итоге пригодились обе гостиные и столовая, где я спокойно приказала сдвинуть стол в сторону и поставить кровати для Нейсы и Руалин, в гостиной на первом этаже разместила Беатрис с сыном Ричи, а на втором – Жаклин с двумя малышами.

Сама, убедившись, что всем есть что покушать и где отдохнуть, позвала к себе Филимона Потапыча, Цезаря и Граната и попросила духов представить на мой суд идеальный проект дома для прибывших вассалов с учетом того, что детей в скором времени может быть больше. Минимум трое на семью.

Думали слуги быстро, рисовал Гранат ещё быстрее, периодически делая правки по подсказке Филимона и глухому ворчанию Цезаря, так что управились всего за час, и уже после этого я позвала женщин, чтобы спросить их мнение.

Сам по себе дом получился не очень большим, в любом случае меньше моей башни, но больше, чем их бывшие таунхаусы. На первом этаже: прихожая, кухня, санузел, кладовка, спальня и гостиная, на втором – три спальни и ещё один санузел. При необходимости можно сделать ещё мансарду на две спальни. В цоколе – подпол. Магический водопровод, канализацию, освещение и печки пообещали сделать кобольды – расходники на это всё у нас уже были, а все большие острова с плодородной почвой по умолчанию содержат в своих недрах воду, к которой при желании можно “подключиться”.

Судя по тому, какими недоверчиво радостными выглядели все трое женщин, они даже на это не рассчитывали, но я сразу предупредила, что каждый дом будет строиться минимум три дня и это будет исключительно черновой вариант, причем самой большой проблемой, как ни странно, будет крыша. Купить листовую металлочерепицу проще простого, но с некоторый пор я невыездная. Так что…

– Кто умеет лепить черепицу? – улыбнулась натянуто. – Глина есть, но у меня всего четыре кобольда и один пламеноид, нужна любая посильная помощь.

Женщины переглянулись и первой кивнула Нейса, супруга Георга.

– Говорите, всё сделаем. Главное, покажите, научиться не проблема. Ради своего дома мы готовы на всё.

Вот и замечательно!

Уже начинало темнеть, когда мы посетили все семь свободных островов и женщины выбрали для себя те, которые приглянулись им сильнее всего, что я сразу отметила на импровизированной карте и убедилась, что мы поняли друг друга правильно. Сейчас пять из них были засеяны зерновыми, но дриарии заверили, что сроки созревания уже подходят, но они ускорят их ещё, и уже завтра-послезавтра земли будут готовы под заселение. Ну а потом мы все собрались на большой кухне, причем вместе с детьми, и впервые за долгое время я ужинала не одна, а в большой компании, немного не понимая, что чувствую.

Вроде бы и радость, но в то же время легкую, совершенно необъяснимую грусть. Словно завершился некий важный этап моей жизни и прямо сейчас начинается другой. Он не хуже, нет… Просто другой. Очень сильно другой. И я к нему, кажется, пока морально не готова.

Как бы то ни было, после ужина я вышла проветриться и сама не заметила, как поднялась высоко в небо и просто взглянула на своё гнездо сверху. Вот казалось бы, столько всего сделала… А что по факту?

Да, гнездо стало больше. Но пока лишь для меня одной. Семь семей – мой максимум. А ведь мало отстроить им дома, нужно ещё и накормить, и делом занять. И не на один день. А для домов ведь ещё и древесина нужна, и стекла…

Вот где я их возьму, не имея доступ к Земле? Деньги есть, магазинов нет!

Ну какой же он всё-таки… сволочь! Просто сволочь!

Чувствуя, как на глаза наворачиваются злые слезы обиды, приказала себе не раскисать, крикнула Цезаря и по его наводке (и в сопровождении ещё трех горгулов) рванула в сторону, где бойцы видели монстров. Далеко от нас, чтобы те напали сами, но самое то для меня, чтобы выместить на них свою злость.

Самое приятное оказалось, что именно в той стороне находилось сразу два аппетитных острова: один луг с летающими “кроликами” почти в тысячу квадратов и один крупный рудный осколок с медью.

Запомнив место и вернувшись в гнездо, я снялась с якоря, и всего через неполный час стала богаче ещё на пару ценных островов, прекрасно видя, что пора потихоньку пересматривать принцип сцепки и избавляться от скальников, которые, конечно же, нужны, но занимают место, которое пора освобождать для вассальных наделов.

Новое здание под свинарник я распорядилась ставить на территории гнезда с торца. Туда же перетащить и козлятник с птичником, чтобы освободить все до единого плодородные острова под строительство домов для вассалов, затем дала указание дриариям проредить наши древесные активы, потому что доски мы купили, но не так много, как хотелось бы – на стройку уйдет ну очень много древесины, по возможности может даже искусственно дорастить деревья до большего размера и только потом заниматься вырубкой, после этого максимально расчистить площадь центрального острова и уплотнить кусты и грядки, а всё освободившееся место засадить самыми нужными на текущий момент овощами и зерновыми. Как минимум картошкой и рожью. Навскидку одному лейри нужно килограмм еды в день, уже завтра в гнезде будет больше тридцати новых жителей.

Понятно, да, как я встряла?

Криво усмехнувшись, качнула головой и уже в который раз за день запретила себе раскисать. Справлюсь. И с этим справлюсь.

– Цезарь, организуй разведку на ближайшие пятьдесят километров. Сейчас важны крупные плодородные острова, желательно с дичью. Древесина тоже в приоритете. Будет что другое ценное, тоже бери на карандаш.

– Будет исполнено, госпожа.

– Филимон, – я устало потерла лоб, заставляя себя вспомнить всё, о чем думала ещё совсем недавно и считала архиважным. – Стекло в окна. Как нам его сделать? Не могу ничего вспомнить.

– Огнеяр, госпожа, – охотно подсказал филин. – Ему такое под силу.

– Точно?

– Абсолютно точно.

Фух, одной проблемой меньше!

– Что у нас с мясом? Какие запасы?

– Очень и очень достойные, госпожа, – заверил меня домовой. – При грамотном использовании, хватит минимум на месяц, я уже всё подсчитал. Свинок кормим с добавлением магии, через месяц можно будет забивать самых крупных. Я всё подсчитал, сейчас поросята в районе сто кило каждый, за месяц-два их вес станет максимальным под сто восемьдесят килограммов. С одной туши чистого мяса будет примерно сто сорок кило. Хряк со свиноматкой уже активно трудятся над новым потомством, в идеале месяца через три у нас появятся ещё десять поросят. Конечно, я бы предпочел хотя бы трех свиноматок… Но можно будет присмотреть кого-нибудь из нынешних поросят. Позволите?

Прикинув, что одной свиньи уже сейчас нам хватит только на пару недель, кивнула.

– Да, давай. Кормить будет чем?

– Конечно, я уже всё подсчитал. Корнеплоды, зерно, кукуруза. Девочки начали выращивать кормовые грибы, они тоже пойдут в дело. Не волнуйтесь, госпожа, у меня всё хозяйство под контролем.

– Спасибо, – улыбнулась немного устало, но всё равно спросила: – Может, нужен помощник?

– Никак нет! – Мне показалось, Филимон даже оскорбился. – Да будет вам известно, что я до сих пор использую от силы десятую часть своих возможностей, присматривая за вашим хозяйством.

– Ну прости, не обижайся. Я просто… – вздохнула, – волнуюсь. Одно дело отвечать только за себя, совсем другое – за кого-то еще. А если не справлюсь? Не рассчитаю что-нибудь?

– Для этого у вас есть мы, – брайнур важно надул грудь и Мираж ему поддакнула. – А теперь идите спать, на вас лица нет. Мираж, сделай госпоже расслабляющую ванну с травами и разомни спину. Плечи напряжены так, даже мне видно.

В общем, погнали меня мыться и спать, ну а я не сильно возражала. Правда, уже лежа в кровати вспомнила, что не показала порванную цепочку кобольдам, но поставила себе галочку на память сделать это сразу, как проснусь, а потом…

Нет, потом я не уснула.

Потому я зачем-то начала вспоминать нашу встречу с Айдаром. Никогда не страдала мазохизмом, но сейчас скрупулезно перебирала момент за моментом, сочно краснея от собственной распущенности и чувствуя, как между ног снова всё пульсирует от одних только воспоминаний. Боже мой…

Ну как я могла, а? Понятно, что с удовольствием и полностью отключив голову.

Но нельзя же так! Просто нельзя.

Будь я обычной медсестрой, как каких-то полгода назад, я бы и слова себе поперек не сказала. Но я больше не медсестра, увы. Увы, да… Протяжно вздохнув и растерев лицо ладонями, под конец обняла себя руками и ещё долго лежала, глядя в пустоту перед собой.

А ведь почти поверила. Почти поверила…

В итоге заснула я кое-как, проснулась ну очень поздно и совершенно разбитая, но всё равно заставила себя встать, умыться, одеться попроще и спустилась вниз.

А там всё было прекрасно.

Филимон сиял, Мираж порхала, ребятишки резвились в районе фермы, играя с бесстрашными кроликами, которые даже позволяли брать себя на руки, их матери за ними присматривали, а все без исключения мои духи трудились, не покладая рук и крыльев.

Первым делом отметив, что одно ржаное поле уже прибрано, грядки скомпонованы и их стало больше, а ещё на них уже что-то высажено, изучила и рощу, где активно тянулись ввысь осинки и березки, дошла до кобольдов, старательно дробящих ближайший скальник на ровненькие каменные блоки и озадачила их починкой цепочки, с которой Рубин справился буквально в два счета и я снова повесила кулон на шею, сразу спрятав под футболку.

Убедившись, что тут все при деле и даже Огнеяр уже заранее плавит трубы для коммуникаций, я направилась к Цезарю и приятно удивилась тому, какую подробную карту окрестностей он уже составил, обозначив окружающие нас островки и осколки в том числе цветом и номерами. Больше всего оказалось, конечно же, мелочи, их он просто обозначил точками и внизу написал четкое количество – более пяти сотен. Из оставшегося самым ценным оказался крупный “двухтысячник” – остров в дубравой, причем на дальней западной границе указанного периметра. Затем шло две дюжины островов нужного мне размера и “консистенции”, то есть от шестисот до тысячи квадратов лугов, которые подойдут для расселения вассалов. К сожалению, все они были раскиданы по указанному мной сектору, так что придется потрудиться, чтобы добраться до каждого. Хотя…

– Цезарь, как думаешь, если запрячь всех горгулов, вы сможете взять острова на буксир и подтащить их сюда? Или проще плыть на гнезде?

– Стоит попробовать, – согласился командир гарнизона. – Зависит от того, сильно вы спешите или нет.

– Наверное… нет, – задумалась. – Сейчас важнее строительство домов, а расширяться стоит постепенно. Ладно, отбой. Будем плавать медленно, но со смыслом. А это что?

– Никель, алюминий, медь, титан, цинк, железо, – охотно перечислил горгул, аккуратно тыча когтем в синие островки, тоже разбросанные по всей карте. Затем переключился на три фиолетовые и тоже без остановки произнес: – Платина, серебро и снова серебро. – Коготь сдвинулся на оранжевые. – Яшма, агат, малахит, острова крупные, богатые. – Следом настал черед красных. – Цитрин, хризолит, раухтопаз, аметист, бериллы. И вот тут, – ткнул под конец в бордовый крестик, – кобольды унюхали алмазы и рэриты.

– Прекра-асно, – у меня аж настроение взлетело до небес и я снова пробежалась глазами по карте, остро жалея, что нельзя всё это просто собрать в кучу и запихать в карман, а придется пылесосить минимум неделю, а то и три. – Ладно, начнем с юго-запада. Полный вперед с двумя остановками ради вассальных участков, – я пальцем провела чуть извилистый маршрут, – а потом постепенно поплывем по кругу, захватим дубраву и остальное. С вас усиленный патруль, у нас женщины и дети, нельзя допустить, чтобы монстры приблизились на расстояние удара.

– Конечно, госпожа. Будет исполнено. Смею рекомендовать увеличение гарнизона вдвое, это будет обосновано.

– Вдвое? – задумавшись, прикинула свои силы и кивнула. – Хорошо, но постепенно. Сегодня двоих и так каждый день, пока сам не сочтешь, что хватит. Договорились?

– Благодарю, госпожа.

Прикинув по времени, что я как раз успею создать двух горгулов до того, как придет пора заглянуть в Айшград и проверить, готовы ли мои новые подданные к переезду, сначала я всё равно дошла до двери и заглянула за неё, с некоторым напряжением отметила, что она снова стоит в темной кладовке, но напротив нет ничего красного, а значит, можно надеяться, что выход безопасен, но пока всё равно прикрыла дверь обратно и сосредоточилась на призыве новых стражей.

Это далось мне легко. Полчаса – и гарнизон пополнен двумя бойцами, которым я дала имена Добрыня и Муромец. Да, может не сильно складно, но парни действительно получились просто загляденье. А мне, пожалуй, надо развивать фантазию и читать побольше книг.

Глава 17, в которой я узнала, что Айдар не угомонился

После этого я предупредила всех своих жильцов, что иду в Айшград, куда меня, естественно, никто одну не отпустил и мало того, что сопровождал лично Цезарь и Геракл с Голиафом, так ещё и Огнеяр напросился, а с ним и Комета. В общем, толпа получилась внушительная, в кладовку все ожидаемо не влезли, но стоило из неё выйти, как нас с распростертыми объятиями встретил взволнованный Самсон и подозрительно много других, совершенно незнакомых мужчин.

В итоге мои опасения оказалось беспочвенны – вчера Георга и Теодора никто не арестовывал, в дом не вламывался, слежку не устраивал, зато сам Георг поработал со списком кандидатов, который ему передала госпожа Ориэлла, и сегодня моего внимания жаждала ещё дюжина перспективных переселенцев. Ого-го!

Понимая, что одним махом такое провернуть попросту невозможно, сразу сказала, что вторую партию приму только через неделю – сейчас мне банально некуда их расселять. Удивительно, но возмущаться никто не спешил, наоборот, услышала даже, как кто-то вполголоса пробормотал: “Так быстро? Здорово!”.

Ну а потом, пока мужчины занимались переездом, я подробно беседовала с новыми кандидатами, выявив среди них ещё троих потомков рода Рэрикс (спросила об этом прямо и предки нашлись в четвертом и пятом колене), затем проговорила момент, что переезжать лучше с заранее приобретенными животными, потому что с некоторых пор я не могу рисковать визитами на Землю (мужики резко посуровели, подозреваю, зная причину), ну и конечно же проговорила момент, что дома будем строить своими силами и с нуля, а это время. Много времени. Так что для верности пусть берут ещё и палатки и много чего ещё, чтобы потом не оказалось, что чего-то не хватает.

– Мы всё понимаем и готовы взять на себя всю ответственность и хлопоты, – заверил меня Хельрик, ещё один суровый бородач, который выглядел мощнее своих коллег и, кажется, пользовался среди них авторитетом. Крылья у него были большие и кожаные, темно-серые с бордовой кромкой. – Не волнуйтесь так, госпожа Ираида. Жизненный опыт у нас большой, разумение имеется. Вы лучше скажите, может нам бригаду какую организовать заранее? Ну, по строительству. Лишние руки – они ж никогда не лишние.

– А знаете… Да, – не стала отказываться, потому что мне тоже будет это выгоднее – пусть стройкой занимается хотя бы половина моих духов, а не все, а вторая половина сосредоточится на разработке новых недр. А в помощь и первым, и вторым можно приставить добровольцев. – Распределите, пожалуйста, между собой, кто и что умеет, к чему склонен и готов учиться. Сегодня занимаемся переездом, а завтра ближе к обеду подойду за животными, если таковые будут, и приму первую бригаду на стройку. Нужны каменщики, столяры, плотники, стекольщики. Очень важны кровельщики. И да! Есть некоторые проблемы с черепицей, так что если получится достать – буду благодарна. Назначьте между собой минимум трех бригадиров, с кем я буду общаться лично, остальные будут подчиняться им. Пока временно, на период переезда и строительства, дальше видно будет. Если есть советы и предложения, охотно выслушаю.

Советов у мужчин не было, а вот вопрос по древесине мне задали и я не стала отказываться. Если будет возможность, конечно же, стоит приобрести и доски на пол, и брусья на перекрытия и крышу, и воск, краску, шпаклевку, и прочее для внутренней отделки.

В общем, мои будущие вассалы приятно удивили грамотным подходом к делу и готовностью вкладывать в это свои деньги (и немалые), так что мы ещё переезжали, причем очень и очень быстро (все семьи уже сидели фактически на чемоданах), а Георг, Хельрик и Сигизмунд (молодой, но расторопный лейри, которого назначили третьим бригадиром) уже приобрели на ближайшем рынке и притащили нам пять шатров, десяток козлят, две дюжины месячных поросят и три клетки с молоденькими индюшками. Сколько их там было, я даже считать не стала, просто приказала заносить, искренне поблагодарила мужчин за оперативность и бытовую смекалку, пообещала уже завтра к полудню забрать первую бригаду на работы, взяла с будущих вассалов обещание, что они как можно скорее избавятся от прошлых обязательств, чтобы я могла сделать их своими подданными, договорилась, что дверь поставит у себя именно Хельрик, и, уже не первую секунду чувствуя, что снова что-то подозрительно горячее свербит в груди, поспешила уйти в гнездо.

Ну а там расселение шло уже полным ходом. Все четыре новых семьи при поддержке горгулов ставили шатры на одном из ближайших самых крупных островов из конгломерата, Филимон готовил праздничный ужин, Мираж присматривала за ребятишками, дриарии хлопотали рядом с живностью, кобольды ударными темпами клепали каменные блоки, ну а я снялась с якоря и взяла курс на юго-запад, чтобы как можно скорее начать увеличивать гнездо и обрастать новыми островами, годными для расселения жителей.

Пока плыли, не ленилась и старательно подчищала окрестности, чтобы потом сюда не возвращаться, пока просто равномерно наращивая борта и сразу пуская в ход мелкие скальники, а глыбы покрупнее передавала кобольдам – их они разбирали на составляющие в считанные минуты.

На первую остановку встали только через семь часов – я банально устала, да и просто уже не успевала перерабатывать объемы – мы вошли в довольно густое скопление мелких островов. А ведь каждый нужно было сначала заарканить, изучить, подтянуть, определиться, куда его использовать лучше всего, ну а потом, собственно, использовать.

Время уже перевалило за полночь, по идее самый рабочий час для меня, как для ночной пташки, но сказывалась и интенсивность, и три крупных присоединенных “трехсоточки”, так что я встала на якорь, плотно поужинала, немного поболтала о насущном с Филимоном, убедилась, что все вассалы размещены и накормлены, опасности поблизости нет и только потом отправилась спать.

Будильник поставила на десять и вроде даже выспалась, но это не точно. Раньше, когда я училась в меде, а потом работала в больнице, и посложнее дежурства выдавались, но там это было из необходимости, которую мне навязывали извне, тут же я сама поставила перед собой строгие рамки и не собиралась от них отказываться.

Расслаблюсь раз – войдет в привычку. А там и до глобальной лени недалеко. Нет уж, взялась отстраивать себе город – паши отсюда и до звезды! А звезд тут по ночам много… И все такие роскошные, что просто загляденье. Правда, мне в последнее время совсем недосуг на них любоваться…

Решено. Приму на свои земли всех желающих – устрою себе два дня выходных. Не меньше!

Ну а пока за дело.

Сразу после завтрака, узнав от Филимона Потапыча, что дела у нас просто замечательны и всё под контролем, я создала Цезарю ещё двоих подчиненных, назвав их Громилой и Крушилой, после чего убедилась, что за дверью, которая ведет в Айшград, нет ничего красного, и в компании сразу трех телохранителей из числа горгулов прошла в дом к Хельрику.

Мужчина меня уже ждал. Более того, обрадовал, что удалось приобрести ещё дюжину трехмесячных поросят и трех молочных коз, пять кубов отменной древесины и пока один лоток черепицы, но заказ на еще десять лотков (для начала) он уже разместил и мастер будет делать по два лотка ежедневно. Пятеро мужчин вместе с ним готовы идти строить дома прямо сейчас. Более того, все они с самого утра уже были на аудиенции у госпожи Ориэллы и она лично освободила их от вассальной клятвы роду Грейсвуд, а для меня передала письмо.

– Спасибо, – кивнула, принимая из его рук запечатанный конверт, и пока распорядилась переносить стройматериалы в гнездо, не отходя далеко от двери, чтобы поддерживать работу портала, а сама вскрыла конверт и почти сразу нахмурилась.

“Не знаю, что между вами произошло, но стало только хуже. Айдар собирает дружину и планирует лететь к тебе в пустоши. Постараюсь задержать его, но надолго не обещаю. Будь осторожна. Ориэлла”.

Вот же… Мудак!

С злым рычанием я смяла бумагу, а потом и вовсе долбанула кулаком по стене, но лишь разбила костяшки в кровь. Увы, боль не отрезвила, мне хотелось ломать и крушить дальше, невзирая ни на напряженные взгляды мужчин, ни на хмурые морды горгулов. Как он… Как он смеет, а? Кто ему позволил рушить мою жизнь? Мажор избалованный! Скотина бесчувственная!

Так, стоп. Стоп-стоп…

Мне надо успокоиться. Срочно успокоиться и придумать план. Гениальный. Да, не меньше. Он ведь не знает, где конкретно я нахожусь, верно? Пустоши огромны, а я там песчинка. Возможно, знает направление и примерное расстояние, если допросил почтовика своей матери. Хотя нет, стоп. Он ведь еще не прилетел!

Но мог отправить своих, а они всегда чуют четкое направление… Черт!

– Госпожа Ираида, чем я могу вам помочь? – аккуратно уточнил Цезарь, когда я остановила на нем свой задумчивый взгляд.

Подумав ещё, обманчиво спокойно произнесла:

– Советом. Но чуть позже. Носите товар и побыстрее, гнездо само себя не отстроит.

Может, вышло грубовато, но не специально, я была просто вне себя от бешенства и не способна подобрать более мягкие слова. Впрочем, никто не спешил на меня обижаться. Наоборот, все максимально посерьезнели и ускорились, так что уже через двадцать минут мужчины занесли последнюю хрюшку и доску, и я, пообещав пышнотелой добродушной Ариссе, супруге Хельрика, что верну благоверного ещё до полуночи, тоже прошла сквозь дверь и закрыла её за своей спиной.

А на островах уже шла активная стройка. Горгулы таскали блоки, дриарии делали разметку, женщины наводили раствор, самые старшие ребятишки (под руководством Филимона) присматривали за новой живностью, а мужчины закатывали рукава и готовились возводить фундамент и стены. Все были при деле.

Убедившись, что там от меня больше ничего не зависит, я отозвала в сторонку Цезаря, поманила пальцем Филимона и показала им письмо от Ориэллы.

– Минимум две недели – и он будет здесь. Что мне делать? Я не знаю его четких планов, но не жду ничего хорошего. Сами понимаете, без боя не сдамся, но если он притащит с собой хотя бы три сотни бойцов, мы даже крякнуть не успеем. А создавать тысячу горгулов…

– Нерационально, – покачал головой Цезарь. – Максимум две дюжины, больше не надо. Дюжину эфирсов, ещё пятерых пламеноидов и столько же туманоидов. Это станет центральным костяком вашей армии, госпожа. Ваше гнездо не выдержит большего количества духов, ведь мы подпитываемся в том числе и его силой.

– Цезарь дело говорит, – чинно кивнул Филимон. – В первую очередь делайте эфирсов, им подвластны экранирующие купола. Хотя бы отчасти, но они скроют наше местонахождение, так что могут пройти и годы, прежде чем он нас найдет. Но, конечно, я сейчас преувеличил. Максимум пара месяцев, ведь он Грейсвуд, и если род Рэрикс ведет путеводная звезда, то Грейсвудов – пламя души. И ваша связь… – домовой покачал головой и взглянул на меня виновато, – подозреваю, его она тоже будет вести. Но и за эти два месяца мы сможем сделать очень многое, а в решающий момент вам стоит пригласить к себе как минимум его мать, а то и отца, чтобы вразумили своего отпрыска. Хотя бы тем, чтобы не тронул гнездо. Я понимаю, что предлагаю сейчас довольно трусливое решение, но если дело дойдет действительно до такого чудовищного поступка с его стороны, то выбирать уже не придется.

Да, выбирать уже не придется…

– Два месяца, да?

– Минимум полтора.

Полтора, значит…

– Как считаете, стоит говорить об этом остальным? – Я мотнула головой в сторону стройки, которая шла просто стахановскими темпами.

– Безусловно. Но сначала только мужчинам. Они должны понимать, какому риску подвергают свои семьи. И будьте готовы к тому, что они могут изъявить желание уйти обратно.

Да уж, догадываюсь…

Скривившись, тем не менее не стала малодушничать прежде всего перед самой собой. Надо. Действительно надо. Иначе какая я глава, если подвергаю жизни своих вассалов необоснованной опасности?

Решив, что соберу мужчин чуть позже, ближе к вечернему перекуру, сама я прошла на каменную площадку призыва и, погрузившись в осознанный транс, одного за другим создала пока трех эфирсов. Буквально одной лишь волей. Ну и прорвой магии, после чего неприятно засосало в желудке, намекая, что это мой суточный предел.

Выглядели эфирсы, как гуманоидные призраки без ног и лиц, а на месте глаз светились зеленоватые провалы. При желании на них тоже можно было накладывать иллюзии, но я не стала этого делать. Зачем? Мне не красивости нужны, а функциональность. Из бабулиного талмуда зная, что лучше всего эфирсы умели колдовать, причем самое разное, но преимущественно защитное и боевое, нарекла их Гэндальфом, Мерлином и Мессингом. Назначила Гэндальфа старшим, но дала понять, что самый главный командир всё равно Цезарь, а над ним уже я, и дала задание окутать гнездо многослойными чарами, затрудняющими сторонний поиск, упомянув в том числе почтовичек и личный интерес мужчины рода Грейсвуд.

– Это будет сложно, но не невозможно, – глубокомысленно изрек потусторонним шепотом Гэндальф. – Нам нужны соратники, госпожа Ираида. Минимум ещё трое.

– Вас будет дюжина, – пообещала сразу, – но постепенно. По двое-трое ежедневно.

– Благодарю, госпожа Ираида, – низко поклонился мне призрак, после чего шикнул что-то своим коллегам и они разлетелись по периметру гнезда.

Я же, убедившись, что всё ещё никому не нужна, отправилась собирать свою законную добычу. До десяти тысяч квадратных метров, когда гнездо выйдет на третий уровень развития и я смогу присоединять уже три звена, а не два, как сейчас, оставалось чуть меньше двух тысяч квадратов. Немало… Но уже и не так много, как казалось ещё недавно. Уверена, за две-три недели справлюсь. Но начать стоит уже сейчас.

В итоге, три следующих часа с легкими перерывами на отдышаться и осмотреться, я подтащила практически к парадному крыльцу два десятка относительно мелких, преимущественно скалистых осколков, и тем самым увеличила площадь своего имения почти на сотню квадратов. За крупными пока не гонялась, проще было к ним подлететь, чем тащить на буксире, да и сил на призыв эфирсов ушло больше, чем я рассчитывала, так что сейчас действовала осмотрительно.

Не хватало ещё в обморок прямо в небе упасть! Вот будет позорище…

В итоге на ужин, о котором громко и чуть ли не на весь сектор объявила Мираж, я спустилась вовремя, даже не заставив себя упрашивать. К этому времени семья Георга тоже переехала в шатер, освободив нам столовую, само гнездышко тоже расстаралось, удлиннив стол и расставив нужное количество стульев, которых хватило на всех взрослых, а детей усадили отдельно за чайные столики и лавки. Откуда взялись последние, я не поняла, но на самом деле интересно мне не было.

Сам ужин был снова праздничным и очень сытным, разнообразным. Хватало и дичи, и рыбы, и самых разных овощей и выпечки, на десерт были сладости, а я вдруг задумалась, что пока есть доступ к рынку в Айшграде, надо попросить мужчин приобрести ряд новых семян и саженцев. Ту же сахарную свеклу, например.

Пока же я просто задумчиво ковырялась в своей тарелке, потихоньку запихивая в себя еду, но без особого энтузиазма. То ли переработала, то ли перенервничала – аппетита не было совершенно. А ещё накатила такая ну просто дикая усталость, что я с трудом сдерживала зевоту, а под конец и вовсе не удержалась, хотя и вовремя прикрыла рот ладонью.

Ну а когда все поели, то наконец сказала то, что хотела говорить меньше всего:

– Господа, прошу пройти со мной в кабинет. Мне хотелось бы обсудить с вами ряд важных моментов, касающихся гнезда. Пока прошу пройти со мной только мужчин. Мираж, позови Цезаря и Гэндальфа. Филимон, ты тоже присоединяйся. Остальные пока могут отдыхать, мы присоединимся к вам позже.

Выйдя из-за стола первая, я поднялась наверх, в свой кабинет, села за стол и начала внимательно смотреть, как помещение постепенно заполняется суровыми и сильными мужчинами. При этом садиться никто не спешил, все они предпочли рассредоточиться вдоль стены напротив меня. Сколько подробностей им известно на самом деле? Ох, как же мне не хочется вообще начинать этот разговор…

Но лучше сделать это сейчас и остаться в гордом одиночестве, чем через месяц выслушивать от них обвинение в предательстве. И хуже того – хоронить.

Нет, лучше так. Лучше одной.

Глава 18, в которой я доверилась людям и не пожалела

Дождавшись, когда войдут в том числе мои прислужники, и пересчитав присутствующих по головам (всего двенадцать мужчин плюс слуги), я начала слегка издалека.

– Не знаю, известно ли вам, зачем мне на самом деле нужны вассалы и с чего всё началось. Но позвольте рассказать по порядку. Несколько месяцев назад умерла предыдущая глава рода, последняя из чистокровных Рэриксов, и оставила завещание, согласно которому ключ от миров и крылья главы должны были достаться мне. Все эти годы я росла обычным человеком, даже не подозревая о существовании Междумирья, считала себя сиротой, с рождения жила в приюте, не зная даже того, кто были мои родители, но всего один звонок от адвоката перевернул мой мир и всю мою спокойную, но беспросветно унылую жизнь.

Я криво усмехнулась, на миг прикрывая глаза.

– С тех пор у меня появились крылья, проснулась родовая магия и я получила уникальный доступ к родовому гнезду. Точнее к этой башне и пяти метрам земли, которые её окружали. Всё, что вы видите сейчас, результат моих личных усилий. Да, со временем я обзавелась духами и сейчас именно они следят за хозяйством и занимаются переработкой ресурсов, но всем вам отлично известно, что лишь глава рода может производить слияние захваченных островов со своими землями. Я не хвастаюсь, нет, я просто хочу дать вам понять, какой путь прошла.

Рвано вздохнув, взяла короткую паузу и перешла к неприятной части своих откровений.

– Так уж вышло, что в один из дней судьба столкнула меня с Айдаром Грейсвудом. Сыном правящего рода. Это произошло на Земле, в городе, где у меня есть квартира. Я выросла в приюте и не была избалована ни деньгами, ни родительской заботой, ни мужским вниманием… – Мои губы снова скривила горькая усмешка. – Айдар показался мне мужчиной из параллельной вселенной. Ну в самом деле, что может быть общего у принца и обычной горожанки? Когда он дал понять, что испытывает ко мне интерес определенного рода, я… отказала.

Я посмотрела на внимательно слушающих меня мужчин прямо. Ни один не кривился. Не удивлялся. Не осуждал. Они просто внимательно слушали.

– Не знаю, бывали ли вы на Земле, но в последние годы там всё… неоднозначно с моралью и добродетелью. Мужчинам, как впрочем и женщинам, ничего не стоит познакомиться и в тот же вечер заняться сексом, а наутро разойтись, словно ничего не было. Я… не сторонница подобных неразборчивых связей, но при первой встрече таковым показался мне Айдар.

Я вздохнула снова, потирая пальцами лоб.

– Возможно, я была не права… Но сейчас я хочу, чтобы вы поняли, почему всё вышло так, как вышло. Пару раз он пытался дарить мне подарки, я отказывала. Подкарауливал, когда появлялась на Земле. Это злило. Очень сильно злило. Особенно на фоне того, как мне угрожали Хендриксоны. Я подспудно ожидала подлости и от него. Проблема в том, что… Я действительно ему нравлюсь. И не просто нравлюсь, а как единственная женщина, которую он в принципе хочет… – я хмыкнула, но всё же добавила ещё несколько слов, чтобы не скатиться в пошлость, – видеть рядом с собой. Его сестра и мать при личной встрече объяснили мне, что это некий феномен…

– Истинной парности, – подсказал Гэндальф, когда я замялась. – Подобное встречается не только у членов правящего рода, но и у иных сильных лейри, просто не так распространено.

– Да, спасибо, – кивнула ему. – Самая главная проблема – желания самого Айдара. В категоричной форме мне было заявлено, что я обязана отречься от главенства и выйти за него замуж. Буквально на третьей встрече. Знаете, я… Была в бешенстве. Просто в бешенстве. Представьте, что какой-то совершенно посторонний прохожий вдруг подходит к вам на улице и требует уйти из дома, оставив там всё. И не просто уйти, а уничтожить собственными руками. Сам дом, имущество, любимых… То же самое чувствовала и я. Естественно, отказала в грубой форме, не выбирая слов…

Мои губы кривились всё сильнее, а уголки глаз начало щипать от незаслуженной обиды.

– Но гнездо – это всё, что у меня есть, понимаете? Я сюда не деньги вкладывала, а душу! И какой-то хрен с горы заявляет, что по сравнению с его желаниями, это всё ничтожно…

Я судорожно вдохнула и замолчала, приказывая себе собраться. Не время сопли распускать!

Вдох, другой…

Меня немного отпустило и я продолжила говорить уже спокойнее.

– Как бы то ни было, я обсудила сложившуюся ситуацию с некоторыми неравнодушными и мудрыми лейри, в том числе с госпожой Ориэллой, которые посоветовали не просто возродить клан, как можно скорее, но и выбрать среди верных соратников побратима. Может даже не одного. И уже ему передать должность главы рода, чтобы в случае моего вынужденного отречения и замужества сам род и гнездо не канули в лету. Если помните, я интересовалась у вас, есть ли среди ваших предков члены рода Рэрикс. Я посовещалась с гнездом и оно одобрило эту идею – заново ввести в род тех, в ком течет кровь моих предков. И да… Ещё один момент. Думаю, вам известно, что мой род угас из-за проклятья. Я выяснила, в чем его суть, и могу клятвенно вас заверить, что на мне оно завершило свою безжалостную жатву и не коснется ни моих побратимов, ни их близких. А теперь о плохом.

Я прикрыла глаза, собралась с силами и наконец рассказала о главном:

– Позавчера мне снова не повезло столкнуться в Айдаром. На территории дворца. Для меня встреча была нежелательна, её подстроил он и сразу начал с агрессии. Мы снова… – я поморщилась, принципиально не вспоминая то, что не стоило вспоминать, – повздорили и он попытался украсть мой ключ, чтобы я не могла открывать порталы. Не могла больше сбежать от него. Более того, будучи полукровкой, подозреваю, я потеряла бы и крылья. Завязалась потасовка, ему удалось сорвать с моей шеи артефакт, но я применила паралич, – хмыкнула, – и мне удалось сбежать. Сегодня я получила от его матери записку, в которой она сообщила, что Айдар собирает дружину и планирует найти меня в пустошах. Знаете, я… – подняв напряженный взгляд на мужчин, по очереди взглянула на каждого, – пойму, если вы уйдете. У вас семьи и вам нужно думать прежде всего о них. Если он безумен настолько, что уничтожит гнездо, лишь бы досадить мне и отрезать последние пути отступления, вы потеряете всё. Я не хочу вас подставлять. Я понимаю, что он родовитее, сильнее, богаче, опытнее… Да много чего можно сказать! На моей стороне только упрямство и гордость. Может даже гордыня… Но когда на тебя смотрят, как на существо второго сорта, когда говорят, что если бы мог – удавил бы, знаете, как-то не хочется искать компромисс. Всё, что хочется – уничтожить врага. Просто уничтожить.

Сказав всё, что хотела, и чувствуя просто дикое опустошение, я откинулась на спинку кресла, положила ладони на подлокотники и уставилась в пустоту перед собой, позволяя всем присутствующим осознать услышанное. Не торопила. Не мешала. Если решат уйти… Конечно, отпущу. Я же не деспот какой-нибудь…

Прошло минут пять, кажется мужчины даже переговаривались вполголоса, я не прислушивалась, погрузившись в свои безрадостные мысли о том, в какую сторону рвану и сколько денег лучше всего заплатить семьям за доставленные неудобства, когда моё внимание привлекли хрипловатым покашливанием и я сфокусировала взгляд на Хельрике.

– Да?

– Госпожа Ираида, – произнес он сурово, – скажу сразу, отец учил меня беречь и защищать женщин и тех, кто слабее. Я говорю сейчас не только за себя, а за всех нас. Не буду лгать, догадывался, что без проблем не обойдется, да и госпожа Ориэлла не скрывала, что нужны вам прежде всего соратники и родичи не для красного словца. Крысюков среди нас нет, так и знайте. Может мы и не знатного рода, как младший Грейсвуд, но о чести знаем не понаслышке. А научить зарвавшегося избалованного мальчишку уважению, поверьте, нам вполне по силам. Крылья выламывать ума много не надо, но разве ж это по-мужски? В общем, что-то много я слов сказал, да половина не по делу. Мы с вами, даже не сомневайтесь. А найдете ещё десятка два-три островов, а то и сотню – и их заселим. Есть у меня на примете бравые бойцы. Не семейные ещё, так как избранницу привести некуда, но если дадите шанс – будут ваши в тот же миг.

Застыв в вязком ступоре и пытаясь осмыслить всё, что только что услышала, я с откровенным изумлением переводила взгляд с одного мужчины на другого и так до самого конца, но ни в ком не заметила ни тени сомнения, ни намека на двуличие. Они… Правда? Правда все остаются? Правда думают, что мы справимся?

– Спасибо, – шепнула непослушными губами и кое-как улыбнулась, сглатывая тугой ком в горле. – Спасибо за вашу поддержку. Только остальных тоже предупреждайте, хорошо? Можно без особых подробностей… – Я с некоторой досадой поморщилась. – И я охотно выслушаю все ваши советы по развитию и обороне, если они у вас есть. Вы, кстати, так и не передали мне список того, кто из вас кто. Все до единого стражи или не совсем? Может, какие-то особые предпочтения есть? Сами видите, нам сейчас нужны мастера любых профессий.

– Точно, список, – с долей смущения кхекнул лейри. – А может прямо сейчас и составим? Раз уж всё равно собрались. За себя так скажу: страж с пятнадцатилетним стажем, с тех пор, как из кадетского корпуса выпустился. Но по дому всё могу, прочем как и любой из нас. И гвоздь ровно заколотить, и полы перекласть, и стены побелить, и табуретку справить. Но в последнее время душа к гончарному делу лежит. Вот так-то.

Благодарно кивнув, поспешила вынуть из ящика стола бумагу и записала всё это первым пунктом. Постепенно все до единого мужчины высказались в схожем ключе, причем, как я и думала, основная профессия у них была связана именно с охраной и добычей ресурсов на окраинах, минимум десять лет стажа, но хобби оказались самыми разными: от гончаров и стеклодувов, до краснодеревщиков и даже кузнецов. При этом половина из них не забыли упомянуть, что жены их тоже не только домохозяйки, но и мастерицы. Кто-то прекрасно шьет, кто-то вяжет, кто-то подрабатывал секретарем и даже счетоводом, а у кого-то были самые роскошные цветники на улице и получалось отменное рагу.

В общем, список умений получился внушительный и очень приятный, за него я поблагодарила отдельно, после чего объявила собрание оконченным, уточнила, будут ли мужчины работать ещё или рабочий день завершен, и с приятным удивлением услышала, что…

– Какой завершен? Солнце высоко!

Ну, раз солнце высоко…

– Хорошо, как скажете.

– А по тактике со стратегией вы не волнуйтесь, – вдруг заявил Георг. – Мы это всё сначала между собой обсудим и к вам уже с готовым решением придем. Есть примерные сроки незваного визита младшего Грейсвуда?

– От двух недель до полутора месяцев, – не стала приукрашивать. – Я планирую привлечь к созданию экранирующего купола эфирсов, но не знаю, будет ли это достаточно эффективным решением.

– Ясно. И это мы тоже учтем.

Сурово покивав, мужчины постепенно покинули кабинет, а вот я смогла только растечься по креслу, прикрывая глаза. Боже мой, как я чертовски устала…

– Госпожа Ираида, – обеспокоенно позвал меня Филимон, – вам бы в кровать лечь. Совсем себя не бережете. Ну вот куда так надрываетесь, а?

– Брайнур дело говорит, – прошелестел Гэндальф. – Вижу серьезное нервное истощение на фоне магического перенапряжения. Рекомендовал бы минимум недельный покой и интенсивное терапевтическое восстановление. Сон, еда, прогулки на свежем воздухе, положительные эмоции. Ничего иного.

– Очень смешно, – хмыкнула, кривя губы и садясь ровнее. – Особенно на фоне происходящего. В гробу отдохнем, товарищи. А сейчас к делу. Филимон, с тебя список товаров, которые Хельрик может приобрести в Айшграде, пока у нас есть к нему доступ. Семена, саженцы, доски, стекло – не стесняйся, пиши по максимуму. Цезарь, подумай, нужны ли твоим бойцам вещи, которые мы не можем сделать сами. Помню, я обещала тебе новых воинов, но сам видишь… – вздохнула и призналась честно: – я не справляюсь.

Посмотрела на Гэндальфа, у которого на лице были видны только глаза, но никак не выражение, и обратилась уже к нему:

– Обсудите между собой, что именно сейчас важнее: горгулы или эфирсы. Максимум двое в сутки, хочу сделать упор на сбор ресурсов. Сами слышали, если повезет, поселок разрастется очень быстро, но для этого нужны площади и дома.

– Рекомендую остановиться на одном слуге в сутки, – тут же высказал своё мнение призрак. – По очереди. Как я уже сказал ранее, вы слишком истощены морально, я категорически не рекомендую напрягаться, если не хотите тяжелых последствий. Поверьте, нервный срыв – меньшее, что вам грозит.

С досадой поморщившись, не стала отмахиваться от прямой констатации факта. Всё-таки я медик… Пускай и не врач. Но о нервах знаю побольше простого обывателя. И нет, я не хочу слечь с нервным срывом. И да, я чувствую первые тревожные звоночки.

– Филимон, если не трудно, подбери мне максимально сбалансированный рацион. Можно даже с успокоительными травами. На этом всё?

Духи заверили, что всё, после чего Филимон позвал Мираж и та проконтролировала, чтобы я поднялась наверх и прилегла, а сам приготовил мне вкусный морс на основе ягод и трав. Просто так лежать было откровенно скучно, я уже и не помнила, когда в принципе валялась без дела дольше пяти минут, но неожиданно для себя самой вдруг задремала и проснулась лишь в густых сумерках, когда меня разбудила Мираж – надо было вернуть работников по домам.

Смачно зевнув и поблагодарив туманницу, я спустилась вниз. По дороге меня встретил Филимон и вручил внушительный список желаемых товаров, который я сначала изучила сама, признала необходимость каждого пункта: в основном стройматериал и семена, но были и ткани с фурнитурой и швейными принадлежностями, и сухие красители, и саженцы.

В общем, ничего, что можно было назвать излишком и роскошью, всё исключительно по делу.

Но что меня сейчас волновало, так это финансовый вопрос и его я задала Хельрику первым делом, интуитивно чувствуя, что он местный “хозяйственник”, тогда как Георг больше по военной части. К остальным я так сильно присмотреться ещё не успела, но прекрасно видела, что никто не сидит без дела – трудятся все.

– Может и хорошо, что на берегу спрашиваете, госпожа Ираида, – кивнул мужчина. – Мы тут с ребятами посовещались и уже сложились в общую кубышку, кто сколько может. Понимаем, что нельзя прийти на всё готовое, не вложив ни медяка. Записи я веду, тут не беспокойтесь. Без последних портков не оставляю. Мне б помощницу толковую или помощника из ваших духов. Женщины наши пока своим бытом заняты, да за детишками присматривают. Может, выделите кого? С приходом-то я сам справляюсь, а вот расходы – тут уже записей не на один лист, пора б уже структурировать. Сами-то вложиться, я так понимаю, пока не можете?

– Чего это не можем? – сердито распушился Филимон Потапыч. – Очень даже можем!

После чего крикнул Рубина и тот, словно заранее зная, что от него хотят, принес котомку, где лежали ровненькие слиточки серебра, золота и самоцветы. Пока неограненные, грубоватые камушки, но было в них некое особое варварское очарование.

– Реализовать сможете? – деловито уточнил кобольд. – Мы б и сами представительство открыли, да пока опасно будет.

Взяв в руки крупный синий самоцвет, сначала Хельрик с нескрываемым удовольствием им полюбовался и только потом ответил:

– Справимся. Есть у меня свояк, поможет. Сколько чего дать можете? И с описанием, пожалуйста. Сам я в этом не особо разбираюсь. Алмаз-то от хрусталя отличить смогу, а вот гранат от рубина и шпинели уже не очень.

– Будет. Всё будет, – заверил его кобольд. – Одну минуточку, пожалуйста!

После чего умчался к своим, не забыв позвать Мираж, у которой был красивый почерк, и буквально минуты через три примачался обратно с десятком свертков, каждый из которых переложил бумагами с описанием содержимого.

– Вот, извольте. У нас всё описано, вот тут общий перечень.

Тоже глянула в листок, приятно поразившись тому, как у нас, оказывается много всего, но сразу увидела, что пока Рубин предложил на реализацию по пять-семь самоцветов разных видов и по килограмму обоих металлов. Может и правильно. Так быстрее поймем, что действительно в цене и что сколько стоит.

Попросив Хельрика подробно записать итоговую стоимость каждой позиции, я проводила мужчин в Айшград, заодно забрав из его дома ещё парочку лотков черепицы, которую уже привезли (не сама забирала, а мои горгулы), после чего поработала от силы часа полтора, собирая по округе лишь мелочь, и легла спать, ведь мы с лейри договорились, что завтра я заберу новую партию работников уже в девять, а значит вставать опять придется рано.

И почему я среди них одна ночная пташка? Как-то даже обидно.

Как бы то ни было, уснула я сразу, стоило только лечь, вот только сны мне снились… Неприличные. И это слабо сказано.

Почему-то во сне я не испытывала к Айдару ни грамма неприязни, да и он не кривил презрительно губы, а наоборот, обнимал и целовал с такой щемящей нежностью, что сердце заходилось от восторга, а душа пела так, что, казалось, нет в этом мире ничего прекраснее нашего союза.

В итоге проснулась я ещё с улыбкой на губах, но уже пару секунд спустя горько кривила их от осознания того, что это был всего лишь сон. Но никак не реальность.

Но неужели это могло быть так, не откажи я ему в самом начале?

И сама же себе ответила: нет. Не могло.

Характер не изменить щелчком пальцев, как и отношение. А относится он ко мне… Да дерьмово он ко мне относится! Потребительски. Удивлена, что вообще замуж предложил, но видимо, тут воспитание сказывается. В остальном же…

Развернувшись на живот, стиснула подушку. Как ни крути, а хреновая у нас сказочка получается. Ни разу не про Золушку. Теряй туфли, не теряй… Найдет и ничего хорошего из этого не выйдет.

Да, я читала книги по психологии. Уйму! Там, где говорилось, что муж – это, конечно, голова, но жена – та ещё шея. Куда повернет, так и будет. Но что, если это голова монстра? Абьюзера, черт возьми!

Оно мне надо?

Да-да, прекрасно помню, что ещё недавно ставила себе установку, что любовь – зло, и выходить замуж по расчету – самое оно.

Но где тут расчет? Рассчитываю-то я на совсем иное!

А он якобы любит. Так любит, что удавиться хочется.

Глава 19, в которой я нашла семью

В общем, настроение у меня скисло окончательно и вниз я спустилась хмурая и даже откровенно мрачная, но это не помешало мне поесть, а затем открыть портал в дом Хельрика. Ну а там меня уже ждали. Причем ждали не только сам Хельрик и его супруга с очаровательным сынишкой Даниэлем, но и новая бригада. А ещё старая бригада, которая полным составом выказала желание трудиться и сегодня, чтобы поставить первые дома как можно скорее.

Более того, с самого утра Хельрик уже наведался к свояку и передал ему все наши сокровища под роспись, выручив пока треть от обещанной цены, сразу предупредив, что за срочность пришлось немного сбавить стоимость, но в целом вышло очень даже достойно, не гроши.

Сама я в этом не разбиралась совершенно, но поверила на слово, да и деваться было некуда. Даже если нас серьезно обманули, даже эти деньги помогут нам на первых порах, ну а потом видно будет.

Так как время было ну очень ранним, а вчера я вернула работников поздно, сегодня они ничего ещё приобрести не успели, но Хельрик передал список супруге и она лично заверила меня, что в течение дня организует остальных мужчин, а так же всех без исключения женщин и они потихоньку приобретут все необходимое по отдельности, не привлекая ничье ненужное внимание оптовыми закупками.

А вот об этом я даже не подумала. Взглянув на Ариссу с уважением, согласилась, что это будет разумно, и пообещала заглянуть после обеда, чтобы забрать первую партию товара, если таковая будет, ну а потом переправила всех желающих на стройку, да и сама делом занялась.

Сначала создала четвертого эфирса, назвав его Хоттабычем и отправив под командование Гэндальфа, убедилась, что в моём руководстве никто не нуждается, снялась с якоря, слегка продвинувшись вперед, чтобы не наматывать лишние километры без причины, и отправилась на охоту.

Час за часом, островок за островков – и вот новая соточка плюсом, а мужчины ставят уже три дома сразу, распределив работу так, что пока тут копают яму под фундамент, там уже выкладывают стены, а у третьего – межэтажные перекрытия.

Женщины тоже при деле, помогая с раствором, досками и даже просто нося морс работягам, потому что день сегодня выдался жарким и многие мужчины работали в одних брюках, щеголяя обнаженными торсами, какие можно увидеть лишь на соревнованиях “Мистер Вселенная”, но я могла только порадоваться за то, какие крепкие, дружные и работящие вассалы мне достались.

После обеда я в сопровождении Цезаря и ещё двух горгулов снова наведалась в Айшград, поразилась тому, как оперативно сработали женщины, уже понатащив тюки с тканями и мешки с семенами и посевным зерном культур, которых у нас ещё не было, а ещё внимательно выслушала свежую сплетню, которая передавалась среди женщин восторженным шепотком, явно каждый раз обрастая новыми подробностями, но вроде как выходило так, что младший Грейсвуд собирается не на войну, а свататься.

Скупает ткани, зерно и скот, отстраивает на своём острове дополнительные сараи для животных и бараки для дружины, которую возьмет с собой в путешествие, оборудует все это по последнему слову магии и вот-вот уже выдвинется в путь. Вот-вот…

Поблагодарив Ариссу за крайне неоднозначную информацию, я вернулась к себе ну очень задумчивая и уточнила у Филимона и Гэндальфа.

– Я может чего-то не понимаю, но как он собрался плыть ко мне на острове без гнезда. Разве это вообще возможно? И откуда у него вообще свой настолько большой остров? Как он притащил его из пустошей и не надорвался?

– Артефакты, – с умным видом изрек Филимон и Гэндальф кивнул. – Правящему роду совсем не трудно сотрудничать с самыми сильными артефакторами Междумирья, а может и вовсе это кто-то из членов рода. Род Грейсвудов самый могущественный и многочисленный, и не на пустом месте. И не забывайте, у Айдара есть доступ в том числе к технологиям Земли. Смотрел я тут один ролик обучающий, много думал. Что мешает ему поставить элементарные винты, как на дирижаблях, и запитать их магически? Паруса? Солнечные панели и прочее? Эфирсы опять же у него в услужении есть, а это тоже немаловажно. В общем, как бы не случилось так, что мы не учитываем гораздо больше факторов, чем кажется.

– А ещё он может запросто и солгать общественности, чтобы его не осуждали заранее, – скривилась я, уже давно разучившись верить в людей.

– Не исключено, – не стал спорить брайнур. – Но давайте всё же верить в лучшее. Вам сейчас ну никак нельзя в уныние впадать. Мы все в вас верим, так и знайте.

– Спасибо.

Не удержавшись, я крепко обняла своего домового, и он тоже аккуратно укутал меня в свои крылья.

Ну а потом мы снова отправились работать каждый своё.

Прошла первая неделя, вторая…

Я, наконец, дорастила гнездо до третьего уровня и начала с полным правом цеплять воздушными мостами звенья-острова уже третьим внешним кругом. Ладные домики росли на пригодных для этого участках, как грибы – лейри работали без устали и с точно таким же энтузиазмом, как и в первые дни, так что уже одиннадцать семей были обеспечены домами, а самые первые уже давно в них въехали, заканчивая внутреннюю отделку.

Я старалась разумно распределять собственные силы, в первую очередь делая упор на захвате больших плодородных островов, но не забывая и о ресурсных. За эти дни я дорастила своё горгулье войско до двух дюжин и двадцать пятым был Цезарь, у Гэндальфа в подчинении тоже было уже одиннадцать эфирсов. Прибавилось хозяйство и двумя туманницами – Эфир и Астрал, а в помощь Огнеяру я создала Светозара.

Пока годных для заселения островов у меня было двадцать три и на каждом уже стояла палатка семьи, которая будет там жить впоследствии. Да, лейри не хотели дожидаться, когда я позову их на стройку именно их дома, а просились ко мне заранее, словно боялись, что пройдет день-два – и я им откажу. Более того, я переговорила уже как минимум с сорока желающими, четко отказав лишь троим, которые показались мне ненадежными товарищами, так что пока следовало притормозить, да и Арисса, которая стала моей главной связной в Айшграде, дала понять, что ажиотаж с массовой миграцией стражей из города в неизвестном направлении начал привлекать ненужное внимание соседей и следовало не забывать об осмотрительности.

При этом я четко знала, что Айдар уже отчалил в сторону пустошей восемь дней назад – за этим лично проследил один из моих вассалов, затесавшись в толпе любопытствующих, а потом подробно описал, что остров у младшего Грейсвуда довольно крупный, под три тысячи квадратов, в центре стоит роскошный особняк в три этажа, справа и слева – казармы, с торца хозяйство и любопытная конструкция из нескольких гигантских винтов. Причем он не один, а целых пять – по периметру всей кормы, видимо, для мобильности лавирования.

Насчет прислужников Шайлон толком сказать ничего не смог – на глаза они не показывались, и ему известно лишь о двух эфирсах, которые появлялись с Айдаром на публике официально. Зато гвардию он прихватил с собой далеко не всю, всего две дюжины бойцов, но это была именно элита и его личная.

Что ж…

Уже зная, что лишь главе и при поддержке гнезда доступно крупное войско, состоящее именно из призванных существ, не сбрасывала со счетов тот нюанс, что своим войском с ним мог поделиться отец. А мог и не поделиться, значит, мне будут противостоять только лейри. И два эфирса.

И Айдар.

С той ночи, как мне приснился нежный сон о несбыточном, подобное случалось ещё раза три, и каждый раз я просыпалась со счастливой улыбкой на губах, но проходила секунда – и разум возвращался в реальность. И становилось так горько, что хоть волком вой.

Ну вот зачем моему подсознанию так надо мной издеваться, а? И так тошно…

В общем, не проходило ни дня, чтобы я не терзалась сомнениями и не нервничала. К счастью, у меня был брайнур и целых три горничные, которые тщательно следили за моим режимом, не забывая поить успокоительными, делать перед сном массаж и в редкие моменты отдыха развлекать беседами, так что потихоньку, полегоньку, но моё гнездо становилось полноценным поселком и значимой точкой на карте.

Когда прошла и третья неделя с начала строительства, я не выдержала и, попросив Гэндальфа о магической поддержке, дотошно просканировала всех до единого мужчин, в общей сложности выявив среди них восьмерых родичей по крови. Переговорила с каждым, убеждаясь, что они не против стать моими побратимами и членами рода Рэрикс (и даже сменить фамилию), попросила информировать об этом своих жен и даже детей, чтобы не случилось неприятных неожиданностей, дала задание своим слугам подготовиться к торжественному вечеру и уже на следующий день устроила праздник братания и принятия в род.

С самого утра был объявлен официальный выходной и даже себе я приказала поумерить пыл, уже давно снова перейдя на ночной режим бодрствования, но даже энергии звезд не всегда хватало, чтобы отдохнуть и набраться сил во сне. На удивление по ночам вместе со мной не спало минимум треть мужчин, которым тоже удачнее работалось именно в темное время суток, так что стройка не затихала ни на час, но особо шумные работы, конечно же, не проводились.

Сегодня же, пока все мои слуги и вассалы готовились к празднеству, я бессовестно спала, чтобы успеть восстановить силы перед ритуалом братания. За эти дни я уже успела присмотреться ко всем лейри, которые на постоянной основе проживали на островах конгломерата. Запомнила по именам не только их, но и их жен и даже детей. Знала, кто и в чем проявляет себя с максимальной самоотдачей, к кому прислушиваются чаще и уважают больше. Пока безусловными лидерами были трое: Хельрик, Георг и Лукас, но последний не был моим родичем по крови, так что в итоге я внимательнее всего присматривалась именно к первым двум лейри. И если Георг показывал себя неплохим стратегом и исполнителем, то Хельрик был отменным хозяйственником до мозга костей, в чем ему охотно помогала Арисса, до сих пор живущая в Айшграде, но делающая для всех нас ничуть не меньше, чем мужчины здесь.

Сама я уже понимала, что тяжкий груз главы большого клана я уже не тяну, сказывалась и усталость, и нервное напряжение, и дикая ответственность, к которой я оказалась не готова морально, так что вопрос передачи прав уже не стоял. Я знала, что передам их.

Но в каком именно объеме – пока думала.

Так как торжественный ужин был назначен на шесть, уже в пять меня разбудила Мираж и помогла собраться. Ещё на прошлой неделе Эфир сшила мне красивое серебристое платье по средневековой моде с длинными рукавами и V-образным вырезом, Астрал расшила его рунными узорами темно-синей переливающейся нитью, Огнеяр и Светозар (не представляю, как!) сплели к нему поясок из самых светлых, практически платиновых шерстинок, а дриарии украсили мою прическу живыми цветами, очень гармонично подобрав их к завиткам венца с рэритами.

Надела я и кольцо, и серьги, которые мне сделали кобольды, не забыла замазать тональником серые тени под глазами и нанести на заострившиеся скулы румяна и без пяти шесть спустилась вниз. В большую парадную залу, которая появилась на первом этаже совсем недавно.

Все остальные гости уже собрались, включая практически всех моих духов без учета дежурной шестерки горгулов, но и так место ещё оставалось – гнездышко серьезно раздалось вширь сразу, как только достигло третьего уровня развития.

Улыбкой поприветствовав всех, кто в этот момент смотрел на меня, отметила, как красиво дриарии украсили зал, причем не только срезанными цветами в вазах, но и живыми вьюнками, которыми окутали полуколонны у стен. Полюбовалась отполированным мраморным полом, прислушалась к стройным звукам арфы и флейты – это развлекались в уголочке туманницы, оказавшиеся максимально творческими личностями, а затем уже громко поприветствовала всех собравшихся и объявила:

– Думаю, всем вам уже известно, зачем я вас собрала. Во-первых, чтобы искренне поблагодарить за всё, что вы делаете для нашего гнезда и клана. Да, именно нашего. Каждый из вас вносит неоценимую лепту в его будущее величие и процветание, и я хочу, чтобы вы знали – я ценю это. И ценит гнездо, вы видите это сами.

Я обвела рукой зал, обращая внимание лейри в том числе на высокие потолки, роскошные витражные окна и даже длинные столы с угощениями и старинными винтажными стульями, которые мне тоже подарило гнездышко.

– Во-вторых, многим из вас уже известно, что я планирую провести обряд братания со всеми, в ком есть хоть капля рода Рэриксов. Думаю, лучшего дня, чем этот, не подобрать. Пускай мой род однажды чуть не угас, но я верю, что благодаря вам, тем, кто действительно неравнодушен к этим бескрайним просторам и волшебству, которое дарят нам крылья, мы сумеем его возродить. И поэтому прошу подойти ко мне Хельрика, Георга, Шайлона, Бранда, Мейро, Кристофа, Ивакима и Ерфея.

Все восемь названных мною мужчин, максимально посерьезнев, встали напротив меня полукругом, рядом с моим правым плечом возник Гэндальф и я, ещё несколько дней назад выучив процедуру братания назубок, протянула вперед ладонь, по которой обманчиво легко скользнул коготь эфирса, и кожа в этом месте тут же окрасилась кровью.

Я же, посмотрев на ближайшего ко мне мужчину, спокойно произнесла:

– Хельрик, отважный и смелый воин, уважаемый наставник и заботливый отец. Будь моим братом. Будь Рэриксом не только по крови, но и по духу.

Лейри без колебаний протянул руку ко мне и эфирс сделал надрез и на ней.

Касание, обмен кровью… И я чувствую, что это не просто движение. Не просто касание. Это действительно что-то невероятно волшебное и глубинное.

И гнезду это нравится.

– Честь, достоинство и воля, сестра, – с гордостью произнес Хельрик и склонил передо мной голову.

Миг – и наши руки окутывает мягкое серебристое свечение, подтверждающее свершившийся факт братания. Порезы затягиваются, как не бывало, кровь впитывается…

Но это только первый из восьми обрядов, которые следуют один за другим.

Не колебался никто. Ни я, ни мои названые братья.

Под конец, правда, меня слегка шатало от оттока той энергии, которая шла на ритуал братания, но Гэндальф предупредил меня об этом заранее, так что сразу, как только мы его завершили, я громко и радостно поздравила всех присутствующих с великим праздником и попросила не стесняться, чувствовать себя как дома, располагать, есть, пить… В общем, делать то, что делают на праздниках подобного толка.

Сама же, аккуратно переставляя ноги, присела на центральный стульчик и жадно присосалась к бокалу с витаминно-энергетическим морсом, который мне подал Филимон.

Благодаря тому, что мои туманницы заранее продумали момент с рассадкой и даже поставили именные карточки, не возникло обид и недопониманий – гости заняли свои места и насладились ужином. Стол был длинным, широким, места хватало всем, даже малышам, для которых стояли стульчики повыше, но именно они за столом долго не просидели и потихоньку начали разбегаться в том числе в соседнюю гостиную где для них имелись и ковры, и диваны, и множество подушек с игрушками, чтобы детям не было скучно. За ними лично присматривала Мираж, оба пламеноида и почтовички, которые оказались просто незаменимы в этом деле, за предыдущие дни вылавливая неугомонных пострелят порой в самых неожиданных местах. Вроде и матери за ними смотрели, и другие духи, но дети… Такие дети!

В последнее время я всё чаще начала задумываться о том, какие дети будут у меня. И от кого? Да-да, знаю, глупые мысли, учитывая надвигающуюся угрозу в виде невменяемого Айдара, но если всё пойдет наперекосяк… То смогу ли я вообще позволить себе детей? А ведь они такие славные! Такие сладкие. И полугодовалые пухлощекие малыши, и любопытные двухлетки, и шустрые пятилетки, и уже такие серьезные и полные значимости десятилетки.

Чувствуя, что снова начинаю хандрить на ровном месте, заставила себя прислушаться к чужой беседе и охотно поддержала тему более активного разведения кроликов в том числе на мех. Оказывается, в Междумирье тоже были, так называемые, “прохладные” сезоны, когда солнце светило от силы градусов на десять тепла, а ночью температура опускалась порой и ниже нуля. Редко, но опускалась. Этот сезон смены года длился от силы месяц-полтора, но он уже практически на носу, где-то через квартал, и холоднее всего в это время как раз в районе пустошей. Так что стоит задуматься и о шубках для женщин и детей, и о каминном отоплении, ну или обогревающих артефактах.

Ага. Даешь пламеноида в каждый дом!

Я даже посмеялась, услышав где-то этот призыв, но лишь покачала головой, не преминув отметить вслух, что мой максимум – это шесть пламеноидов, на всех точно не хватит. И, наверное, лучше всего будет к этому времени взять южнее, чтобы и самим лишний раз не мерзнуть, и хозяйство не портить. Те же цветы, деревья, урожай.

В общем, разговоры за столом шли самые что ни на есть бытовые и уютные, никто ни разу не упомянул младшего Грейсвуда и его возможный скорый визит. Может кто и думал об этом (я так уж точно!), но вслух слова не звучали.

Завершился праздник очень неожиданно – праздничным салютом, который втайне от меня подготовили эфирсы при поддержке пламеноидов, но я могла лишь радоваться тому, какие они у меня изобретательные, а ещё надеяться, что его не видно издалека, потому что иллюминация стояла такая, что хоть прямо сейчас сдавайся.

К счастью, Гэндальф предусмотрел этот момент и сразу сказал, что они экранировали нас изнутри зеркальным куполом, так что никто нас снаружи не засечет, и дальше я любовалась на фейерверки уже со спокойной душой.

И снова потекли дни…

Для меня – полные забот и напряжения, которое усиливалось ежедневно. Умом я понимала, что невозможно оттягивать неизбежное бесконечно, однажды это все равно случится, но то и дело ловила себя на мысли, что с каждым днем мне всё труднее расслабиться, и будучи в небе, я постоянно оглядываюсь на юг, ожидая нападения в любой момент.

Увы, проблемы поджидали нас в другом месте.

Глава 20, в которой я поняла, что Огнекрыл оставил мне не только проблемы

Я уже обросла почти полусотней островов-участков, уже договорилась с последним массовым исходом новых вассалов, когда в один из дней, примерно недели через две после праздника, напротив двери, ведущей в Айшград, появился… красный носок. Одинокий красненький носочек. Детский.

Казалось бы, мелочь, я даже внимание поначалу не обратила, уже занеся ногу, чтобы шагнуть вперед, но тут же была перехвачена за воротник более внимательным Цезарем, и застыла на месте.

Черт!

Черт-черт-черт!

– Госпожа, пустите вперед меня-у, – попросилась Стрела. – Я самая шустрая и неуловимая, разведаю, что к чему.

– И меня. – К нам подлетел Хоттабыч, воинственно сверкая глазами. – В случае чего, нас не пленят и мы всегда сможем подать знак. Знайте, если появится новая красная вещь – опасность велика, не справимся. Синяя – нужна помощь, но вместе одолеем проблему. Зеленая – путь чист. Дайте нам сутки, но проверять лучше часа каждые два-три, постараемся управиться раньше.

Волнуясь как никогда прежде, я дала добро и предельно аккуратно пропустила в кладовку своих шпионов, после чего закрыла за ними дверь, тем самым сворачивая портал, чтобы никто его не обнаружил, и попросила Цезаря засечь время.

Сначала час.

Я видела, сильнее всех волнуется Хельрик, ведь с той стороны его супруга и сын, которые обеспечивали нам не только приток соискателей и свежих сплетен, но и кое-какие товары с рынка, а так же реализацию металлов и самоцветов.

Прошел час.

Не изменилось ничего.

Второй.

Напряжение росло, я уже не могла отвлечься, и в голове крутились самые жуткие предположения, так что, когда через три часа вместо красного носочка появилось зеленое полотенце, я шумно выдохнула напряжение…

И упала в обморок.

Пришла в себя на кровати от деликатного обтирания лба влажной тканью и незнакомых ароматов. Резковатых, но не неприятных.

– Что…

– Обморок, – констатировал Гэндальф, стоя надо мной и касаясь прохладными пальцами то висков, то шеи, то вовсе запястий, пока Мираж торопливо распахивала окна, а Эфир снимала с меня обувь и подкладывала под ноги валик из чужого одеяла. – Переутомление, нервное расстройство, многоплодная беременность.

Э-э…

– Чего? – уточнила тихо.

– Беременность, – кивнул эфирс, продолжая деликатно ощупывать обнаженные участки моего тела, в том числе зачем-то лодыжки. – Вы беременны, в этом нет сомнений. Кроме вашего собственного пульса я чувствую биение ещё двух сердец. Простите, если эта новость для вас печальна, но вам стоит её знать.

Вот же… Черт!

В голове закружил бешеный вихрь из самых разных мыслей, в первую очередь конечно же, шокированных, а потом я попыталась вспомнить, когда у меня в последний раз были месячные. Черт…

И как я сама не поняла, а? Вся эта усталость, сонливость, утомляемость, отсутствие аппетита…

Ладно хоть токсикоза нет! Пока.

Но двое?! Куда мне двое?!

Или надо благодарить мироздание, что не четверо?

Глухо простонав, закрыла лицо ладонями.

Как же так, а? Ну вот как так? Я же не хотела… Не думала. Не планировала, черт возьми!

Мне что теперь делать?

– Госпожа Ираида, выпейте. – Ко мне подошла Мираж и помогла присесть, подавая стакан с успокоительной настойкой, которую я пила последние недели вместо чая и кофе.

– А мне это можно? – нахмурилась, лихорадочно вспоминая, что вообще нельзя беременным на первых сроках и как это может отразиться на детях.

Боже мой, у меня будут дети!

– Можно, – успокоил меня Гэндальф. – Абсолютно безопасные травы и витамины. Пейте, это пойдет лишь на пользу. Прошу прощения, что не разобрался в вашем состоянии раньше. Если бы я только знал…

Если бы я только знала!

Сев ровнее, я мелкими глотками выпила напиток, а когда в стакане показалось дно, уже знала, как поступлю. Хотя бы сегодня.

– Кто ещё догадывается, что я беременна?

– Не могу судить, госпожа Ираида, – качнул головой эфирс.

– Я, конечно, – пропыхтел Филимон, заходя в спальню буквально секунду спустя. – Вкусы у вас поменялись, причем кое в чем разительно. Сами не замечаете, но у меня глаз наметан. Думал, нервы, а тут иное. Подозревал, конечно, но вы ж ничего такого не рассказывали. Когда успели только?

– Не спрашивайте. – Я закрыла лицо рукой, чувствуя, как щеки жжет нездоровым румянцем. – И давайте так: никому ни слова. Подозрения подозрениями, но я сама решу, когда и кому об этом сказать.

– Ещё месяца два – и видно будет, – со знанием дела заметил Гэндальф.

– Вот там и подумаю, как выкручиваться, – поджала я губы. – А пока молчок, ясно? Это приказ. Идемте, надо уже разобраться, что там произошло в Айшграде. Кажется пора завязывать с двойным гражданством, пока ещё есть возможность.

Аккуратно сев и убедившись, что особой слабости не чувствую и голова не кружится, я снова обулась и мы отправились вниз. Туда, где напротив открытой двери собрались чуть ли не все жители гнезда, включая горгулов и эфирсов. Уверена, будь у них возможность, они бы уже давно прошли сквозь дверь и разобрались в происходящем лично, но так уж странно работала это портальная магия, что если я не стояла рядом и хотя бы не держалась за дверь, пройти на ту сторону не мог никто, как и с той стороны.

– Ираида, в чем дело? – первым обратился ко мне Георг, с того дня, как мы побратались, перестав называть меня госпожой, ведь теперь мы были равны в статусе. – Заболела? Переутомилась?

– Да, перенервничала, – улыбнулась виновато и обратилась уже ко всем. – Извините, что так вышло, но мне уже лучше. Итак, вперед идут три горгула и два эфирса, и если метка ложная, то дают нам знать. Если путь чист, иду я и на месте решаем, что делать дальше. Начали!

Миг – и Тезей, Ясон и Муромец исчезают в портале, чтобы тут же распахнуть дверь кладовки и разбежаться в разные стороны. Следом за ним в портал просочились Мерлин и Мессинг. Три секунды – и обратно к нам выпрыгнула Стрела, торопливо сообщая, что прямо сейчас опасности нет, но ситуация напряженная и мне в Айшград никак нельзя – за районом следят эфирсы правящего рода, которые могут засечь меня по силовым колебаниям главы рода.

– Засекли всё-таки… И как? – нахмурилась я.

– Дверь, – печально вздохнула Стрела. – Стражи, которые проводили обыск в доме, явились туда по наводке одного из соискателей, которому вы отказали. Оказывается, подобные двери незаконны к установке вплоть до гигантского штрафа и тюремного срока. Но Ариссе удалось замаскировать кладовку бытовыми чарами и они туда даже не сунулись.

– Как фамилия этого говнюка, который настрочил донос? – мрачно уточнил Хельрик. В этот момент на его лице явственно читалось всё, что он сделает с болтуном, поставившим под удар его семью.

– Стражи не говорили, но вариантов не так много, – нахмурилась Стрела и взглянула на меня. – Мы можем разведать и наказать сами.

– Нет. Не сейчас, – запретила ей, не собираясь ставить под удар ни одного своего подданного даже из числа духов. – Хельрик, тебе задание. Сходи и выясни все доступные подробности. Если есть возможность – обеспечь переход всем, с кем уже договорились. Разместим пока в шатрах, место есть. Если возможности нет – уходите сами, не надо рисковать. Жду ровно час, потом буду открывать дверь раз в два часа.

– Сделаем.

Отдав ряд распоряжений остальным, в том числе о том, чтобы расходились и продолжали стройку (из запланированных домов были готовы пока только тридцать), Хельрик уверенно шагнул в кладовку, ну а я запаслась терпением и благодарно кивнула Мираж, которая принесла мне стул.

Прошло от силы минут двадцать, когда к нам вышла взволнованная Арисса и сообщила, что супруг пока отправился изучать обстановку на улице, потому что на первый взгляд эфирсов не видно, но они могут мониторить обстановку даже с крыш, и стоит понять, насколько велики риски. Её же с сыном он отправил в гнездо сразу, сказав, что лучше сам отсидит и отработает, чем подставлять под это семью.

Тут же тревожно сжалось сердце, ведь как ни крути, а это моя дверь и моя вина. Да, если уж разбираться глобально, то вина совместная, ведь именно Хельрик разрешил установить её в своём доме, но по факту дверь моя. И это я злостно использую её в своих целях. Но в то же время он уже Рэрикс…

В общем, ситуация сложная.

Но искренне надеюсь, что до тюрьмы дело всё-таки не дойдет.

Ещё через двадцать минут к нам просочился Цезарь и, отчитавшись о том, что они засекли трех наблюдателей, уточнил, что делать с этой информацией. Рискуем или нет? А ведь на кону судьбы пятнадцати семей и восьмерых одиноких мужчин. Последних, кого я планировала принять в самое ближайшее время. Они уже были на аудиенции у госпожи Ориэллы, но пока я не приняла у них вассальную клятву, ведь не знала четких сроков, когда смогу предоставить место для расселения, однако, они уже всё решили сами.

И я…

Что сейчас решу я?

– Сами что думаете? Справимся или риск слишком велик?

– Справимся, но действовать необходимо оперативно. У нас будет максимум час.

– Переехать с мебелью за этот срок нереально, – покачала я головой.

– Реально, если они соберутся заранее в четко оговоренном месте, – возразил мне Гэндальф. – И не у дома господина Хельрика, а где-нибудь, где это не вызовет подозрений. Действовать лучше под утро, когда большая часть жителей города будет спать. И может даже не сегодня. День-два – этого времени хватить собраться тем, кого готов уйти с минимумом вещей, чтобы в момент открытия перекидать их через портал. Вы не пойдете, даже не обсуждается, будете держать портал с этой стороны. Мы справимся сами.

– Справимся, – дружным хором поддержали его остальные эфирсы и даже туманницы им поддакнули.

– Хорошо. Так и сделаем. Сообщи остальным, чтобы были наготове. Комета, Молния, Стрела, вам задание.

Отправив своих почтовичек по адресатам, причем с заданием сразу сообщать, что в ответ на это отчасти безумное предложение думают мои возможные будущие вассалы, сама я дала задание Цезарю, чтобы отправил как минимум половину подчиненных на разведку вокруг гнезда. В первую очередь нам нужны плодородные острова и скальники, остальное соберем потом.

Дверь пока прикрыла – на поддержание портала хоть и немного, но расходовались силы, а сейчас мне ими разбрасываться никак нельзя. Вообще никак.

Двойня, боже мой… Мне уже страшно заранее!

Это же каким большим будет живот… А рожать? А кормить? Господи, я сейчас опять в обморок грохнусь!

На всякий случай уйдя в дом, причем сразу на кухню, молча приняла заботливо поданный Филимоном стакан с морсом и зачем-то спросила:

– А ему я что скажу?

Даже не став спрашивать “кому”, брайнур с умным видом похмурился и предложил:

– Правду?

– Смешно, – хмыкнула с легкой истеричностью, а потом тяжко-тяжко вздохнула и призналась: – Знаешь, идет время и начинает казаться, что ничего плохого не было. Что я намеренно его демонизировала и накрутила себя на ровном месте. Но ведь это не так. Я всё помню. И его бешеный взгляд, и злые слова, и то, с каким остервенением он срывал с моей шеи ключ… А ведь это не просто слова, сказанные в запале. Это поступок. Некрасивый, подлый. Остыл ли он за это время? Или стало только хуже? Я ведь… Я ведь не против, понимаешь? Ну, глобально. Просто хочу уважения. Черт с ней, с любовью. Но разве я не заслуживаю просто хорошего отношения?

Горячо заверив меня, что я заслуживаю гораздо большего, в том числе заботы и самой настоящей любви: искренней и безграничной, Филимон усадил меня за стол и накормил вкусно, сытно, но не тяжелой и ни в коем случае не жирной пищей.

А ведь я действительно стала питаться иначе. Не скажу, что радикально, но… Чуть меньше мяса, особенно свинины, больше фруктов и зелени. Нравится морс, а не кофе. Часто хочется погрызть то морковку, то огурец. Творог начала есть чаще, хотя раньше не особо любила. Вот и сейчас домовой положил мне на сладкое сырники и я с удовольствием их съела.

Когда прошел ровно час, я снова открыла дверь и из неё выскользнула сначала Комета, затем Хоттабыч и горгулы с последней мебелью семьи Хельрика. Сам он отправился к свояку договариваться об аренде склада, где решили разместить дверь. Помещение было не самым большим, но если складывать вещи аккуратно и не брать самую крупногабаритную мебель, то за два-три захода справимся. Главное, чтобы нас снова не вычислили и никого не арестовали. Особенно свояка!

И скорее всего саму дверь забрать не получится… Ведь мне лучше не появляться в столице, а никто другой её не вынесет.

В итоге, собравшись уже на полуночное совещание, когда вернулся Хельрик с хорошей новостью, что так экстремально отказалась переезжать лишь одна семья, а остальные выразили полную готовность и уже практически на чемоданах, старший брат заверил меня, что свояк не подведет и со знакомым капитаном стражи он тоже договорился – тот слегка прикроет глаза на утренний обход именно этого района, так что накладок быть не должно.

Естественно, я дико волновалась и в течение ночи сумела лишь отправить гнездышко на десять километров восточнее, чтобы кобольды, да и сами лейри из числа активных строителей заарканили пяток аппетитных скальников на строительство, а утром, перекрестясь и помолившись своей путеводной звезде, открыла дверь.

Тридцать секунд – первая группа горгулов рванула внутрь, чтобы проверить безопасность периметра.

Десять секунд – первый из них уже торопится обратно, с обманчивой легкостью неся на плече детскую кроватку. За ним второй, третий, пятый…

Сначала крупная и максимально необходимая мебель, затем и сами переселенцы с тюками. Сегодня только шесть семей и все восемь холостяков, причем половина последних вообще только с котомками и скрутками из спальников и одеял.

Последними из портала вышли Хельрик и незнакомый худощавый мужчина лет пятидесяти по имени Рупперт, оказавшийся тем самым свояком, через которого мы сбывали золото и самоцветы. Вежливо поздоровавшись и уточнив, нет ли ещё чего “вкусного” на продажу, Рупперт, который оказался ювелиром средней руки, охотно согласился посмотреть сокровища кобольдов, когда я разрешила, а через полчаса снова стоял передо мной с сияющими глазами и слегка трясущимися руками.

Чего это он?

– Госпожа Ираида! Сколько? Сколько всего этого вы можете дать мне в работу? Если можно, с отсрочкой платежа, сейчас я такие объемы просто не потяну, но качество многих самоцветов просто изумительное! Давно я не держал в руках столько красоты!

– Знаете… Можно, – дала добро, подзывая Голди – туманницу, которая лучше прочих разбиралась именно в финансах. – Отберите всё, что хотите, у вас час. Всё под запись и четкую цену. Расплачиваться можно по мере реализации, мои почтовички будут заглядывать к вам раз в неделю. Дверь, я так понимаю, останется на вашем подотчетном хранении. Сами понимаете, знать о ней никому не стоит.

– Вот тут даже не сомневайтесь, – мгновенно посуровел не самый мелкий лейри, мигом становясь и шире в плечах, и мощнее в груди. – Я своего родича даже случайно не подставлю! И всё понимаю, можете не беспокоиться. Не был бы так привязан к своей лавке, сам бы к вам рванул, но… – с чуть сожалеющей улыбкой, Рупперт развел руками, – сами понимаете. У меня в столице бизнес. Да и дети уже выросли, супруга опять же домоседка…

– Я всё понимаю, – улыбнулась скупо и напомнила: – У вас час.

– Управлюсь! – заверил меня ювелир и чуть ли не бегом рванул обратно к кобольдам на склад, который уже давно разросся с маленького сарайчика в полноценное здание.

Рупперт не обманул, и справился даже за пятьдесят шесть минут, набрав столько, что смог еле унести, но я ни о чем не жалела. В самом деле, здесь, в пустошах, эти самоцветы – всего лишь стекляшки. Чтобы они принесли пользу, их надо прежде всего продать. Вот пусть этим грамотные лейри и занимаются.

Когда я в последний раз за это утро закрыла за мужчиной дверь… Сразу уйти спать не получилось, увы. Пришлось проводить перепись уже имеющегося населения, ставить в четкую очередь на получение персонального острова, а затем и дома, временно селить одиноких мужчин в рощу под присмотр дриарий с грозным запретом на порчу чего бы то ни было (на меня посмотрели скептично и с укором, мол, сами в курсе), ну а потом и вовсе отражать атаку какой-то совершенно жуткой хтони размером с кита.

Глава 21, в которой я позволила себе поверить

При этом выглядела она, как гигантский клещ, раздувшийся до состояний бочки, который трубно гудел, как старинный пароход, отчего ныли зубы и нервно сжимался желудок, а ещё он плевался фонтаном кислоты и разбрасывался личинками размером с футбольный мяч. Самое ужасное, что эти личинки либо практически мгновенно зарывались в землю, либо наоборот – набрасывались на всё живое и так плотно присасывались к телу, что оторвать их от себя можно было только с мясом.

К счастью, в первых рядах сражались горгулы и эфирсы, но всё равно практически в самые первые минуты пострадало двое мужчин, пока остальные эвакуировали женщин и детей, а ещё эти твари буквально на моих глазах досуха высосали двух кроликов и одного поросенка до состояния мумий.

Господи, как страшно жить!

И что самое ужасное, эта мерзота подкралась к нам совершенно незаметно откуда-то снизу, вынырнув практически перед крыльцом гнезда и убивали мы её битый час, еще три вылавливая из-под земли последних личинок, которых (слава богу!) отлично чуяли эфирсы.

Сама я не уходила в башню до последнего, помогая защитникам тем, что периодически разворачивала гнездо нужным боком, чтобы атаковать тварь с той или иной башни. И сразу стало ясно, что их уже не хватает, да и в высоту можно сделать побольше – периодически монстр поднимался совсем высоко и просто пикировал на нас сверху, так и норовя заплевать угодья мерзкой зеленой жижей.

В основном эфирсам удавалось её перехватывать, но часть плевков всё же угодила на грядки, серьезно повредив картофельное и кукурузные поля. И хотя Филимон и дриарии выглядели несчастными, бросившись восстанавливать повреждения сразу, как только горгулы, эфирсы и пламеноиды (в итоге и взорвавшие тварь, попав в кислотный мешок), наконец одержали победу, лично я считала, что мы еще легко отделались.

А раненым уже помогали Гэндальф и Мираж, клятвенно заверив меня, что угрозы жизни нет. Пара дней – и всё заживет.

В общем, спать я легла гораздо позже полудня и только когда Цезарь отчитался, что угроза полностью устранена.

Следующей ночью я мало что делала, в основном лавировала между крупных скальников, которых арканили опытные ловчие на строительный материал, сама в первую очередь цепляя новые луга для заселения, а под утро к нам присоединились последние переселенцы, взявшие с собой буквально сбережения, одежду, посуду и кровати.

Правда, неожиданно расстарался уже Рупперт (подозреваю, по просьбе Хельрика), и приобрел полноценное овечье стадо из дюжины голов с молодым барашком, так что теперь стоило задуматься ещё об одном луге для выпаса уже этой скотины.

К счастью, разведка работала отлично, и уже к концу недели мы, серьезно продвинувшись на юго-запад (немного зигзагом, но не суть), обросли почти нужным количеством островов, при этом работали уже большой слаженной командой: Цезарь штурманом, я пилотом и экспроприатором, кобольды вынюхивали самое сочное, забирая это к себе в мастерскую, а ловчие охотно таскали мелкие осколки, на которые я уже давно не отвлекалась.

Поселок остраивался, монстры уничтожались, время шло…

У меня начался токсикоз.

Поначалу не особо сильный и только после пробуждения. Достаточно было немного полетать подальше от запахов и поесть только часа через три, как желудок успокаивался и я работала до самого утра, не покладая рук, ведь в остальном чувствовала себя хорошо, шалящие нервишки не в счет. К тому же я больше никогда не была одна, всегда рядом летали Самсон и Мираж, а то и Гэндальф, когда ему казалось, что я чересчур бледная.

Но где-то через неделю стало хуже. Раздражали уже все запахи без исключения, я могла пить только воду и мелкими глоточками и есть самые сухие и постные галеты, которые пек для меня Филимон, а потом ко мне подошла Ариэлла и спросила:

– Беременна?

Поморщившись, тяжело вздохнула.

– Заметно?

– И не только мне, – доверительно сообщила лейри, которая за эти дни уже окончательно вникла в поселковый быт и стала негласной главой всех без исключения женщин. – Пока только вполголоса предполагают, но с каждым днем всё увереннее. Ты не стесняйся, мы же всё понимаем. Всякое бывает. Ты только скажи: кто отец? Прости, если обижаю этим вопросом, но нам тоже стоит это знать.

– Айдар, – вздохнула снова, не видя смысла скрывать. – Думаешь, я такая безголовая, что…

– Ираида, перестань. – Меня мягко приобняли за плечи. – Я ничего не думаю, просто не хочу недомолвок. Если этот обалдуй явится и начнет неадекватничать, то нам нужно знать, как действовать. Одно дело, если ребенок от другого, то тебе и впрямь придется несладко, совсем другое – если его. Мужчины такое чувствуют, особенно магически сильные. Не поверишь, в свое время мой раньше меня понял, что я беременна. Так что не грусти, девочка моя, всё будет хорошо. Выше нос. Мы его ещё научим, как за любимой женщиной правильно ухаживать надо.

– Спасибо, – кривовато усмехнувшись, отстранилась первая. – Извини, духи у тебя… сладкие.

– Всё-всё, ушла!

А ещё через неделю, когда я стала походить на тень самой себя, уже не в силах даже летать, Цезарь объявил полную боевую готовность – с юго-востока к нам шел остров.

А с севера огромная стая мигрирующих москитов.

И даже не знаю, что хуже…

В итоге я сидела в башне под присмотром Мираж и Филимона, занюхивая шалящие нервы свежей сталью (не спрашивайте, почему, но это помогало в том числе от тошноты), Молния периодически докладывала обстановку, а снаружи творилось полнейшее безобразие и просто беспредел.

Мало того, что остров оказался тем самым – который принадлежал Айдару, так он ещё и подвел его к моему гнезду практически лоб в лоб, взяв на абордаж сразу десятью толстенными цепями, укрепленными магически, чему могла помешать только я (но по понятной причине не могла), а потом вмешался в бой с москитами, бросил на самые опасные участки свою гвардию и эфирсов, а сам начал жечь тварей такими мощными огненными заклинаниями, что даже из моего окна было видно.

В итоге мои эфирсы и дриарии только и успевали, что ставить ловчие сети, не позволяя густо падающим уголькам достигать земли и портить мои земли.

– Вандал, – проворчала я, когда напротив окна в очередной раз полыхнуло так, что аж воздух рябью пошел. – Дури-то, дури… Вот где он был три дня назад, когда на нас слизни напали? Три скальника сожрали, твари…

Но вот прошло ещё минут десять, затем ещё десять и в окно проскользнула Комета, докладывая:

– Госпожа Ираида, опасности от монстров больше нет, ущерба нет, один покусанный уже в медпункте. Господин Айдар требует вас. Говорит, в гости пришел. С добрыми намерениями. Прям клянется.

– Прям клянется? – переспросила насмешливо, а у самой пульс аж до двухсот подскочил.

– Ага.

– А цепи зачем? По доброте душевной?

Комета озадаченно моргнула, явно не оценив тонкости моего черного юмора, но я уже отмахнулась и, скептично изучив свой внешний вид (ужасный без прикрас), с тяжким вздохом потопала в ванную, чтобы хотя бы умыться и причесаться.

– Мираж, найди мне одежду поприличнее, а? Только не платье. И посвободнее.

Увы и ах, живот расти уже начал. Пока не слишком заметно, но в джинсы я уже не влезала, да и платье, если надеть без ничего, сразу давало понять, что это не просто плотный завтрак, а что-то более существенное.

И казалось бы… ну сколько времени прошло?

Неполных четыре месяца.

Но столько всего сделано! И столько всего ещё не сделано… И зачем вообще явился?

Скривившись в очередной раз, тяжко вздохнула, но закончила умываться и причесываться, крайне скептично изучила в зеркале своё бледное и без преувеличений изможденное лицо, прошла в гардеробную… И нервно хихикнула, видя, как Мираж пытается скомбинировать пижамные штаны, тунику и просторную рубашку, сделав нечто многослойное и относительно приличное.

– Это ужасно, – в итоге вздохнула она, но протянула мне именно эти вещи.

– Да и нас… чхать, – уверенно заявила я. – Я его не ждала, не звала и не приглашала. У меня тут, может, оргия в самом разгаре, а он мешает?

– Госпожа Ираида, ну что такое вы говорите? – мягко укорила меня туманница. – Опять накручиваете себя? Перестаньте. Дурное настроение не идет на пользу ни вам, ни малышам. Прикройте глаза, выдохните и скажите себе “всё хорошо”.

– Знаешь, как-то не помогает, – проворчала с досадой, но уже переодеваясь из халата в более приличную для встречи одежду. – Для “всё хорошо” мне надо как минимум новый лифчик.

Я с досадой посмотрела на свои возмутительно бодрые верхние девяносто, которые в отличие от щек пухли, как не в себя.

– А в магазин доступа нет!

– Вот это ему и выскажите первым делом, – посоветовала мне Мираж. – А то вздумал женщине доступ к магазинам перекрывать. Ну разве это по-мужски? Возмутительно просто!

– Возмутительно, – поддакнула я и застегнула рубашку на все пуговки, радуясь, что в своё время купила размер оверсайз и сейчас она не натягивается там, где не надо.

Точнее натягивается, но не сильно. Не как бессовестная футболка.

Подумав еще, сменила тапки на кроссовки, чтобы в случае чего хотя бы пнуть подлеца, собрала волосы в хвост и только потом отправилась вниз. Одним взглядом уточнила у Филимона, где незваный гость, тут указал на дверь и я, вздохнув в стотысячный раз, вышла на улицу.

Айдар действительно ждал меня там. Не прямо у крыльца, но уже не на своей территории, а на моей, причем в плотном кольце моих вассалов и горгулов, которые окружили и его самого, и его дружину, но это не мешало младшему Грейсвуду стоять с таким невозмутимым видом, словно это его территории, а не мои.

Тихонько скрипнув зубами, спустилась с крыльца и медленно пошла вперед, отмечая, что выглядит он… неважно. Волосы отросли, на лице трехдневная щетина, глаза горят, щеки впали…

Я не поняла, у кого из нас токсикоз? У меня или у него?

Даже усмехнулась этой малость истерической мысли, а когда подошла на расстояние в три метра, то прямо ощутила, как от него пышет магическим жаром, от кого-то из бойцов потом, от кого-то из горгулов паленым… Торопливо прикрыла рот ладонью и отступила на шаг. Тошнить было нечем, но мутить от этого меньше не стало.

– Разойтись! – Тут же гаркнул Цезарь и вокруг меня запорхали Мираж и Гэндальф, создавая легкий ветерок и убирая из моего личного периметра сторонние запахи, а уже информированные о моём печальном состоянии селяне дружно отпрянули на несколько метров назад.

На лице Айдара промелькнуло откровенно растерянное выражение, но уже в следующую секунду он снова нахмурился и уточнил:

– Болеешь?

– Практически, – скривилась. – Давай быстренько, у меня постельный режим. Что надо?

Мужчина покосился направо, покосился налево… Тоже скривил губы и взглянул на меня.

– Поговорить бы. О нас.

– Давай через недельку. А лучше через месяц, – предложила почти мирно. – Я немного не в состоянии.

– Если ты так сильно больна, то я могу отправить тебя в лучшую клинику любого из двух миров, – тут же снова нахмурился Айдар, внимательно изучая моё лицо, а затем делая шаг, но я тут же отшатнулась назад и он мгновенно помрачнел. Скрипнул зубами и словно через силу произнес: – Я клянусь, что не замышляю против тебя ничего плохого.

– Да-да, всё ради моего блага, – хмыкнула, давая понять, что не верю ни единому его слову. – И железную сцепку тоже ради моего блага сделал?

– Знаешь, я как-то слегка устал гоняться за тобой по всей пустоши почти полгода, – процедил он.

– Знаешь, я как-то не просила! – рыкнула, начиная заводиться уже всерьез.

– То есть считаешь, что это я в восторге от происходящего?

– Да меньше всего мне хочется что-то считать с тобой в одном контексте!

Мои щеки опалило жаром самого настоящего гнева, который начал полыхать во мне от одного взгляда на этого… этого барана упрямого!

Опалило шею. Опалило грудь. Опалило ладони…

Только когда мне стало жарко везде, я поняла, что происходит что-то совершенно не то. Посмотрела вниз, мои глаза широко распахнулись от шока, когда я поняла, что полыхаю не метафорически, а самым настоящим магическим пламенем, которое, впрочем, не опаляет, но всё равно вызывает определенный дискомфорт, после чего охнула, пошатнулась, с ужасом уставилась на Айдара, который глядел на меня не в меньшем шоке…

И потеряла сознание.

В себя пришла от того, как в правое ухо стучало чужое сердце, а со стороны левого разгоралась нешуточная ссора, причем шипение Гэндальфа я опознала сразу, а вот второй голос был мне незнаком.

– Конфликт магических резус факторов! Нет, ну это надо же быть таким темным, чтобы не понять очевидного?! Кто тебе вообще её доверил, кретин?

– От идиота самонадеянного слышу, – огрызался мой эфирс. – У нас всё было под контролем, пока вы не явились! И токсикоз был уже на исходе пика, а сейчас нам ещё и магическую дестабилизацию из-за вас устранять! Ты понимаешь, что сейчас в принципе нельзя допустить обострения?!

– Вот и не допускай!

– Тихо, – рыкнули над моей головой. – Вон, оба.

И как-то сразу тихо стало… Но всё равно некомфортно.

– От тебя воняет, – сообщила ему доверительно, когда в полной мере осознала, что лежу в своей кровати, но не одна. – Было бы чем, меня бы уже стошнило.

– Ну простите, – проворчал вроде обиженно, но в то же время напряженно. – Я как бы в бою был.

– Как бы мог и помыться, прежде чем к девушке идти.

– Ира… – выдохнул он как-то по-особому проникновенно. – А давай ты просто помолчишь? Почему уже на третьем предложении мы начинаем ругаться? Поверь, я себя чувствую сейчас… Крайне двояко. Ну вот просто не представляешь.

Да как бы представляю…

– Помойся, а, – попросила тихо. – Меня правда мутит. Сильно.

И даже направление указала.

– Ванна там. Только без мыла. Оно тоже воняет. – Подумав, добавила: – И побрейся.

– Везде? – хмыкнули мне в макушку.

– Идиот… – вздохнула.

– Я тоже соскучился, – заявил мне этот… идиот. И, поцеловав в лоб, бодро направился в сторону ванной.

Мне показалось или он что-то там напевать начал?

Нахмурившись, какое-то время я сердито буравила взглядом дверь ванной, но потом мне это надоело и я, бросив на пол подушку, на которой лежал он (она тоже теперь воняла), кое-как расстегнула рубашку, сняла, тоже отбросила прочь (она не сильно, но тоже уже им провоняла), и только после этого сумела кое-как расслабиться и, прикрыв глаза, кажется, даже задремала.

В последнее время мой режим сбился окончательно и я спала урывками и днем, и ночью, когда не тошнило и не хотелось есть, так что сейчас слабо представляла, какое за окном время суток. Вроде не ночь и в то же время уже не день. Что сумеречное, непонятное.

Но вот неожиданно прогнулся матрас и ко мне прижались приятно горячим телом, так бережно обнимая поперек живота, что я сама невольно прижалась к этому теплу спиной, только сейчас осознавая, как сильно мерзла в последнее время.

И только потом открыла глаза.

Скосила взгляд вниз, увидела руку… Проследила за ней чуть выше, добралась до плеча…

– Я надеюсь, ты не весь голый? – Не знаю почему, но мой голос дрогнул.

– Только не кричи, – проворчали мне куда-то в район затылка. – Я же не только сам провонял, как ты выражаешься, но и одежда. И да, мне хватит благоразумия этим не воспользоваться. Ты себя в зеркало вообще видела? Немочь бледная.

А мне вдруг обидно стало.

– Чего тогда приперся?

– Потому что моя немочь, – вздохнул Айдар. – Ир, ну не могу я без тебя, понимаешь? Да, перегнул палку. Сильно. Не поверишь, как теперь жалею. Но мы же ни разу не поговорили нормально. Ты то кричишь, то просто исчезаешь. А у меня инстинкты… – затем он что-то невнятное прошипел и добавил: – что б их! Я сейчас хотя бы немного себя в руках держу, повезло в бою основной пар сбросить. А тут ты. Беременная. Ир… – его голос стал тише, но в то же время появились знакомые стальные нотки, – я ведь теперь не уйду. Не выгонишь.

И только я набрала в легкие воздуха, чтобы высказать ему всё, что о нем думаю, как Айдар ласково погладил мой живот и в тот же миг я ощутила толчок.

Изнутри.

Это было совершенно не больно, но так неожиданно, что я мгновенно замерла. Замер и Айдар, а спустя секунду четко в его ладонь пришелся новый толчок.

– Здравствуй-здравствуй, малыш, – тихо и каким-то совершенно не своим голосом прошептал Айдар, – я тоже очень рад встрече. Вот, пытаюсь объяснить твоей мамочке, что буду рядом и это не обсуждается. Не потому, что я скотина, а потому что должен контролировать, чтобы не случалось новых приступов. Видишь ли, маленький мой, – он говорил вроде бы и с ребенком, но в то же время я чувствовала, что для меня, – у нас с твоей мамой абсолютная резистентность магических полей. Я день, она ночь, я огонь, она лед и всё в таком духе, понимаешь? А ты в меня пошел, вот и не справляется организм.

– Там двойня вообще-то, – проворчала слегка уязвлено и из вредности добавила: – Мальчик в меня, а вот девочка в Огнекрылов, это Гэндальф уже просканировал.

– Господи, ещё и двое… – подавленно пробормотал Айдар и прижал меня к себе ещё крепче, целуя куда-то в район чуть ниже уха. – Ир, я если от счастья сдохну, ты хоть иногда скучать будешь?

– Обойдешься, – насупилась снова. – И вообще, убери руки, мне тесно.

– А ты всегда такая вредная была? – уточнил со смешком, но объятия стали слабее, хотя полностью он руку с живота не убрал. Было не очень удобно, так что я сама переложила её чуть ниже, чтобы он не давил, а поддерживал.

– До встречи с тобой я была очень хорошей девочкой, – вздохнула. – Но последние три недели я ужасна особенно. Так и знай. Так что у тебя ещё есть шанс улететь…

– Обойдешься, – фыркнул мне в шею, рождая рой щекотных мурашек. – Я же сказал, не выгонишь. В первую очередь потому, что я теперь твоя персональная батарейка. Маруш, один из моих эфирсов, сказал, что тебе не хватает именно моей “солнечной” энергии и ребенок тянет из тебя не только магию, но и жизненные силы. Этого допускать никак нельзя. Так что минимум до родов я буду рядом неотлучно.

– А потом? – уточнила напряженно.

– А потом я буду неотлучно уже рядом с вами, – хмыкнул Айдар. – Ир, ну что ты как ребенок? Только ищешь повод, чтобы обидеться. Меня, кстати, мать лично от рода отлучила, так что теперь я безродный, как последний кролень. Будешь моей главой?

– В смысле?! – Я даже развернулась в его руках, чтобы уставиться на него в откровенном ступоре, и сразу увидела, что он действительно побрился. И действительно голый. – Ты… Зачем?!

– Замуж, – уточнил аккуратно.

– Да я про род! Зачем она это сделала?

– Потому что я вел себя, как последний мудак, – усмехнулся криво. – Недостойно рода Грейсвуд. Отец, правда, сначала сказал, что его я ещё не переплюнул, но чтобы этого не случилось, он, так и быть, меня отлучит. В общем, как-то так. Так что? Возьмешь в мужья безродного оборванца, госпожа Рэрикс?

В этот момент я смотрела на него… И не понимала. Он издевается или нет? Шутит? Или серьезен?

В голове образовался настолько жуткий сумбур, что я скуксилась, меньше всего желая в этот момент даже просто думать, и посмотрела на него жалобно-жалобно.

– Только не плачь, умоляю. – На меня посмотрели не менее жалобно и погладили по щеке. – Ну, не хочешь, не отвечай. Только я всё равно никуда не уйду. Буду твоим тайным любовником. Могу даже в шкафу жить. Договорились?

– Идиот, – фыркнула, всхлипывая.

И ка-а-ак разрыдалась…

Кажется, впервые с того дня, как стала главой рода. Я и раньше не отличалась плаксивым характером, да и поводов особых не было, но сейчас что-то… накатило. А может гормоны сыграли свою плаксивую роль.

В общем, рыдала я долго. С упоением. Стискивая его шею, зарываясь пальцами в волосы, подвывая, когда он пытался меня успокоить ласковыми и откровенно глупыми словами, но потом понял, что бесполезно, и просто гладил по голове, прижимая к себе второй рукой.

А потом я… успокоилась. Кажется, просто кончились слезы, а может и силы, но я успокоилась…

И уснула.

Глава 22, в которой я согласилась быть сладкой булочкой

Новое пробуждение было… непривычным.

Во-первых, я выспалась. Во-вторых, я хотела есть. И меня не тошнило заранее!

В-третьих, я лежала рядом с Айдаром, уткнувшись носом в его плечо, и этот запах – запах чистой кожи и солнца казался мне самым восхитительным запахом во вселенной!

– Доброе утро, сонечка, – поприветствовали меня подозрительно бодрым голосом и я скосила взгляд наверх, чтобы увидеть, как на меня смотрят двумя расплавленными золотыми софитами.

– Вообще-то меня зовут Ираида, – проворчала, только потом понимая, что снова иду на конфликт, который и выеденного яйца не стоит.

– После того, как ты спала сутки, тебя пора переименовывать, – усмехнулся Айдар и аккуратно потянулся. – Не поверишь, давно так хорошо не высыпался, но всему же есть предел. И не бросишь тебя одну, девочка моя капризная.

– Почему? – нахмурилась, решив пока игнорировать его всякие там “девочка моя” и прочую чушь.

– Потому что хочу, чтобы ты чувствовала себя хорошо, – ответили мне резко посерьезневшим тоном. – А это возможно, только когда я рядом. Ты помнишь, о чем я вчера говорил? Ир, ты ведь медик. Должна понимать, что конфликт наших стихий, всё равно что конфликт резус факторов. Вплоть до… так, вот эти вещи я вслух даже произносить не буду, хорошо? А ты не сопи, мой милый ежик. Я всё равно буду рядом, ясно? Можешь меня не замечать и заниматься своими делами, но рядом я буду всегда. Всё, точка.

А вот сейчас как-то обидно было…

Я снова насупилась, а Айдар, увидев это, тяжело вздохнул и закатил глаза.

– Опять обиделась? Ну а сейчас что? За то, что позаботиться о тебе хочу? Что тебя не устраивает? Давай, выскажись.

– Твоя категоричность, – буркнула. – И твое зашкаливающее самомнение. Ты меня не уважаешь!

– А ты меня? – приподнял брови.

– За что?! – возмутилась. – Что ты сделал, чтобы я тебя уважала?! Детей?

Айдар почему-то сдавленно хрюкнул и взглянул на меня с иронией. Я тоже поняла, что сказала что-то не то, а ещё поняла, что веду себя, как истеричка неадекватная и, буркнув “ну тебя”, села на кровати, чтобы попытаться понять, где моё всё.

Потому что в кровати я лежала в одних плавках.

– Ир, – Айдар тоже сел и аккуратно привлек меня к себе, но всё равно получил локтем в бок, только его это не остановило. – Давай поговорим. Серьезно. Я хочу за тобой ухаживать. Нормально. Свататься. Заботиться. Я готов войти в твой род на любых условиях. Мой остров и всё, что на нём находится – моё приданое. Моя гвардия – бойцы, желающие жить именно так, как живут твои вассалы. Не в городе, а на вольных хлебах, со своим участком, чтобы иметь возможность построить дом и привести туда жену. Все они элитные бойцы и готовы защищать свои земли от любой опасности. Готовы стать твоими вассалами. Деньги, связи, доступ на Землю. Всё, что хочешь. Просто дай мне возможность доказать, что я тебе тоже нужен. Как и ты мне. Очень.

– Очень-очень? – переспросила въедливо.

– Очень, – заверили меня.

– Я подумаю.

– Вредина. – Айдар фыркнул мне в макушку и поцеловал в висок, погладив по талии, которая уже начала потихоньку расплываться. – Есть хочешь?

Не став говорить, что хочу не есть, а натурально жрать, я скромно угукнула и отстранилась первая, чувствуя, что поглаживания подозрительно переползли на бедро, а мне сейчас меньше всего хочется что-то делать. Особенно горизонтально. Впрочем, в прошлый раз мы и вертикально справились…

Боже, о чем я думаю?!

Чувствуя, как щекам и груди снова становится неприлично жарко, бросила короткий взгляд вниз и тут меня пробрал озноб.

Кулон!

– Айдар, – произнесла деревянным голосом и мужчина рядом со мной замер, моментально почувствовав моё напряжение, – где кулон?

– Что ж так пугать-то? – шикнул с досадой. – На тумбочке твой кулон. Маруш сказал, что он конфликтует с магией ребенка и его пока лучше не носить. И не хмурься, никто не отбирает у тебя главенство.

– Клянешься? – покосилась на него.

– Клянусь, – подтвердил со всей серьезностью.

И вроде хочется поверить…

Но я всё равно дотянулась до кулона и убрала его в тумбочку. Покосилась на Айдара, заметила, как скептично он сдвинул брови и скривил губы, но потом мужской взгляд пла-а-авно опустился намного ниже, а кадык выразительно дернулся.

– Ир… – его голос прозвучал подозрительно сипло, – а как ты относишься к внебрачным связям?

– Идиот, – фыркнула, и сама чувствуя, что становится горячо совсем не в тех местах, где стоит. – Как я могу к ним относиться на четвертом месяце беременности?

– То есть… – его взгляд скользнул выше и добрался до моего лица, а я увидела, как в его глазах горит обжигающее обещание чего-то откровенно греховного, – допускаешь?

– Я есть хочу, – прошептала зачем-то испуганно. – Очень-очень.

– Есть, да…

Айдар моргнул и я с изумлением увидела, как на его лице резко поселилась осознанность и деловитость.

– Есть – это отлично. Одеваемся и вперед. Не тошнит? Какие запахи вызывают особое отвращение? Маруш обещал, что должно стать полегче, но пока неясно, как сильно. Ты что обычно дома носишь? Где твой шкаф?

– Ты чего засуетился? – Я аж растерялась. – Твои-то вещи где? Или голым собрался тут ходить? Вообще-то у меня тут дети!

– Вообще-то дети еще не родились, – хохотнул.

– Вообще-то я про поселковых, – вздохнула и посмотрела на него… да-да, как на идиота. Вслух уж говорить не стала, но он сам всё понял. – Филимон подкармливает малышей пастилой и цукатами. Гнезду это нравится, да и мне не жалко. Так что одевайся, товарищ эксгибиционист, не шокируй общественность своими тощими телесами.

– Эй, я не тощий, – с наглой ухмылкой возмутился лейри и напоказ напряг бицепс, который действительно имел место быть.

Да, кажется, я не тот эпитет подобрала.

– Хорошо-хорошо, не тощий, – я выразительно закатила глаза, – ты просто голый. Оденься. Есть во что?

– В доме.

– А то, в чем был вчера? – нахмурилась.

– Кто-то из твоих духов стащил вещи в стирку и не вернул, – со смешком развел руками Айдар.

И нет, я не стала повторять “идиот”. Я просто встала, накинув халат, который лежал тут же на стуле, приоткрыла дверь и крикнула Мираж. Секунда – и она на пороге.

– Принеси Айдару одежду. Только чтобы ничем не пахло. Справишься?

– Его слуг озадачу, – кивнула туманница и умчалась вниз.

Я же, пройдя в свою гардеробную, распахнула шкаф и уставилась в его не такие уж и пустые недра. Увы, выбор был небольшом. Но если подумать…

Не став пока менять халат на что-то другое, я вернулась в спальню и прямо с порога заявила:

– Мне нечего надеть.

– М-м… – Было видно, он старательно насилует мозг, чтобы понять, какой смысл я вложила в эту фразу, но всё же сам не справился и аккуратно уточнил: – Это на что намек?

– На магазины, Айдар, – посмотрела на него с укором. – У меня растет живот, я не влажу ни в одни приличные штаны, и в платья тоже не особо, а трикотажных у меня нет. Мне нужны нормальные штаны, чтобы нигде не давило и не жало, а ещё лифчики. Три.

– Ага… Лифчики – это здорово, – отметил он глубокомысленно и взглянул на меня с коварным прищуром. – Проводить тебя в мой торговый центр, мой звездный колобочек?

– Я в тебя сейчас тапком кину, – пригрозила абсолютно серьезно. – А будешь обзываться, выгоню. Ясно?

– Не, ну нормально же общались, что опять? – проворчал он, добавляя во взгляд побольше укора. – Я же любя.

– Если я тебя каждый раз идиотом буду называть вместо имени, – насупилась, – тебе понравится?

– Если любя, то можно, – кивнул он так, что сразу стало ясно – беседовать тут не о чем.

Кажется, всё-таки это безумное притяжение серьезно разжижает мозги.

И вообще, я есть хочу!

Но сначала, конечно, пришлось дожидаться Мираж, а когда она примчалась с охапкой самой разной одежды, то я для начала сунула туда нос, чтобы убедиться, что запахи не вызывают отторжения, и только потом дала добро. А пока Айдар одевался, то попросила её принести что-нибудь нейтральное, но посытнее. Есть-то я хочу, но не уверена, что смогу делать это на кухне. Пускай Филимон и старался ничем не пахнуть даже во время готовки, но в последнее время меня мутило в том числе на остаточные ароматы еды, которая готовилась чуть ли не два-три дня назад. И не у нас.

– И стол со стульями! – крикнула ей вдогонку, потому что в последние дни питалась в кровати, а на этаже у меня такой мебели не было.

Не в кабинет же идти, верно?

Прошло от силы минут десять и в комнату начали заносить мебель и блюда. В основном это были эфирсы, на которых мой капризный беременный организм реагировал максимально нейтрально, причем все без исключения блюда проносили мимо меня медленно, но не слишком близко, и сначала я принюхивалась, и только потом кивала.

Удивительно, но пока не тошнило. Совсем.

Куриный бульон с гренками в отдельной мисочке, рисовая каша, жиденькая пюрешка, холодная куриная тефтелька (чтобы меньше пахла), соленые крекеры – всё это вызвало у меня лишь обильное слюноотделение и повышенный энтузиазм, но когда я случайно взглянула на Айдара, который уже оделся, то увидела на его лице шок и… жалость.

Он смотрел на меня с откровенной жалостью и даже не пытался этого скрывать.

– Тапком кину, – пригрозила снова и лейри тут же выставил перед собой руки.

– Можно я внизу поем? Просто я так сильно есть хочу, но, подозреваю, ты на такое даже смотреть не захочешь.

– Да иди уже, – буркнула и взмахнула рукой, отсылая его прочь.

Правда, сразу он не ушел, почему-то сначала подойдя и крепко-крепко обняв, затем нагло поцеловав в щеку и заявив, что быстро. Ой, да вообще без разницы!

Вот только, когда он ушел, сразу стало как-то одиноко, неуютно и вообще…

Но я всё равно принципиально села за стол и сначала выпила немного бульона с гренками, старательно прислушиваясь к своему капризному организму, затем рискнула пожевать тефтельку, не прекращая запивать бульоном, ну а потом и до пюрешки дело дошло. Рисовую кашу я уже не осилила, чувствуя, что даже слегка переела, но пока не мутило, и я решила, что хорошего помаленьку – попросила Мираж всё унести, а сама снова вернулась в кровать…

И обняла подушку, на которой он спал, потому что она вся пропахла его солнечным теплом.

Неожиданно на глаза снова навернулись слезы, причем я даже себе не могла внятно ответить, почему на этот раз, но не мешала им течь. Пусть текут, если надо. Поплачу и отпустит. Наверное. Главное, что на душе уже не тяжело и не мутит. А остальное… С остальным, наверное, я разберусь. Со временем.

Рвано выдохнув, зарылась в подушку носом и прикрыла глаза, позволяя организму избавляться от лишней жидкости.

Такой меня и обнаружил Айдар, от которого почти приятно пахло кофе, но запах был едва ощутим и от него хотя бы не мутило.

– Ираида? – произнес с напряжением, подходя ближе и садясь передо мной на колени, чтобы заглянуть в лицо. – Что случилось?

– Гормоны, – буркнула с долей неприязни, потому что не хотела, чтобы он видел меня такой. Теперь ещё и зареванной, с наверняка ужасно опухшим лицом. – Такое бывает у беременных. А я, знаешь ли, слегка беременна. Двойней!

– Ну всё-всё, не заводись, – тут же начал уговаривать и пересел рядом, прижимая к себе. – Ты поела? Всё в порядке?

– Поела, – призналась без особой охоты и напомнила: – Мне нужна нормальная одежда. А если ещё раз назовешь жирной…

– Тапком бросишь, я в курсе, – фыркнули мне в макушку. – И я не говорил, что ты жирная, не передергивай. Ты беременна, и это прекрасно. Все беременные поправляются, особенно в талии. И в этом нет ничего плохого. Ты же слышала, как иногда говорят про детей? Сдобный пирожочек, сладкая булочка? Наверняка ведь слышала, признай. Но это ведь не про жир, а про из милоту. Никто не хочет их тем самым оскорбить. И я не хочу, правда. Ты у меня самая сладкая булочка, и даже не вздумай обижаться. Слышишь?

Ну, допустим…

Немного подумав, мысленно признала, что в таком контексте я согласна быть булочкой, но всё равно недолго. Максимум до родов. Но одежда мне всё равно нужна!

А потом я вспомнила один нюанс…

– А там сейчас зима, да? – уточнила кисло.

– Конец февраля, самая мерзость, – кивнул Айдар и тут же предложил: – Давай так. Идем в мою квартиру, насилуем доставку и ты выбираешь всё, что тебе хочется. Без выхода на улицу. Как тебе такая идея?

– Вот прям всё? – прищурилась с долей недоверия, для чего пришлось задрать голову и позволить ему увидеть моё недоверие. – Всё-всё?

– Да хоть весь город, – хмыкнул. – Согласна?

– А давай, – прищурилась сильнее. – Только мне надо предупредить остальных и взять с собой как минимум Филимона, Гэндальфа, Мираж…

– Стоп-стоп! – притормозил меня лейри. – Зачем?

– В смысле?! – Я аж возмутилась. – У меня столько времени не было доступа на Землю! Столько всего купить надо! У нас до сих пор клубники нет, кофе свой не растет, какао! Знаешь, как дико мне хотелось какао два месяца назад?! Арбуз! Дыню! Помело, черт возьми!

– Всё-всё, понял, – усмехнулся Айдар, а я его в этот момент покусать хотела.

Смешно, да? А мне реально так дико какао хотелось, что оно мне даже снилось!

– Но давай так, – заявил он следом, – сейчас мы идем одевать тебя. Только тебя. Когда твоя злобная душенька успокоится… не надо скалиться, я знаю, какие у тебя красивые зубы. Так вот, когда я тебя удовлетворю, то поговорим и об остальном.

– В смысле? – уточнила напряженно.

– Что? – моргнул невинно.

Мне показалось?

– Я говорю, когда мы тебя оденем, то я позабочусь и об остальном, обещаю.

М-м…

Неужели действительно показалось?

– Ну ладно, допустим. – Тщательно обдумав этот момент, всё-таки кивнула. – Хорошо. А где конкретно у тебя квартира? Ты давно там был? Телефон заряжен? Или ты хочешь с компьютера сделать заказ?

– Ноут, – конкретизировал Айдар. – Был я там… Наверное, с месяц назад. Но прислуга прибирается раз в неделю, так что паутиной зарасти не должен. А что? Кстати, Октябрьский район, с другой стороны торгового центра, где мы познакомились.

Не знаю почему, но настроение снова испортилось. Как уж это почувствовала Айдар – понятия не имею, но его объятия стали крепче, а потом меня и вовсе подняли на руки, отчего я аж взвизгнула от неожиданности, рефлекторно цепляясь ему за шею, а бессовестный лейри рассмеялся и заглянул мне в глаза.

– Через какую дверь пойдем, ежик ты мой насупленный? И не хмурь свой милый лобик. Верну обратно сразу, как только накуплю тебе всего, чего твоя душенька желает.

– То есть не в этом тысячелетии, да? – проворчала исключительно из вредности.

– Как скажешь, – усмехнулся и уверенно двинул в сторону ванной, дверь в которую была закрыта. Примерился, сдавленно хмыкнул… вздохнул и неожиданно опустил меня на ноги, поясняя: – Не хочу, чтобы ты ударилась. Ну кто делает такие узкие двери, а? Ты почему своё гнездо совсем не воспитываешь? Неужели твои амбиции такие скромные?

– Айдар, – позвала его тихо.

– Да?

– Заткнись.

– Да я шучу, ну что ты…

– Не шути. Не твоё.

– Злюка, – вздохнул, приобнимая за талию, и зачем-то громко произнёс: – Многоуважаемое гнездо Рэриксов, я был не прав. Искренне прошу прощения. Я просто хотел пошутить и тем самым разрядить обстановку. Признаю, шутка получилась дурацкая.

Когда он замолчал, я вдруг ощутила… Нечто едва уловимое. Словно гнездо его услышало и проворчало “идиот”, но беззлобно. Просто констатируя факт. А ещё секунду спустя дверь стала шире и выше аж на двадцать сантиметров, и на ней появился изысканный растительный узор.

Ого! Впервые вижу, чтобы гнездышко преображалось у меня на глазах! А это, оказывается, впечатляет!

– О, совсем другое дело! – обрадовался Айдар. – Благодарю.

После чего взялся за дверную ручку, а когда открыл, то я увидела по ту сторону мерцающей пленки портала современную обстановку мира Земля. Шаг – и мы в месте, где я не планировала очутиться даже в самых бредовых кошмарах. И где я свернула не туда?

Глава 23, в которой я пыталась понять, что вообще хочу

На первый взгляд это была квартира-студия, причем довольно большая, минимум три окна. При этом видно насколько дверей, но справа кухня, слева кровать, а посередине роскошный диван и ближе к окну рабочий стол с ноутом.

– Располагайся, будь как дома, – с самодовольной улыбкой заявил Айдар, подводя меня к дивану. – Там кладовка, санузел и прихожка, там выход, а там холодильник. В нем всегда есть минералка и мороженое. Шоколадное.

Глянул на меня, подвигнул и уточнил:

– Хочешь?

– Нет, – качнула головой, забираясь на диван с ногами и кутаясь в халат, потому что в квартире было прохладно. – А что у тебя батареи не включены? Холодно.

– Один момент.

Пройдя вдоль окон и закрыв дальнее, ко мне Айдар вернулся с одеялом и подушками, обложил меня сначала ими, укутал, а потом сходил ещё за ноутбуком и вернулся уже с ним, садясь рядом и дожидаясь, когда тот прогрузится.

Ну а дальше мы пытались понять, что я вообще хочу, и что мне могут предложить современные магазины, включая бренды для беременных. Тридцати минут мне хватило, чтобы понять, что мне не нравится вообще ничего, ну а потом я просто заказала штаны пошире со специальной вставкой под растущий живот, похожие на них джинсы тоже со вставкой, на всякий случай заранее бандаж, пяток футболок размера оверсайз и пару рубашек. Из платьев мне ничего не понравилось, они словно специально обтягивали живот, выставляя его напоказ, что мне казалось чем-то… неприличным. Словно кричащий на всю улицу транспарант “Смотрите, я беременна!”.

Да, и что? Зачем вопить об этом на всю планету?

Когда с этим было покончено, я нашла халатик на пару размеров больше, чем у меня был, затем парочку пижам попросторнее и переключилась на белье. Покосившись на Айдара, заметила, что его глаза блеснули особым интересом, но из принципа сделала вид, что меня это не интересует. И вообще, нечего подглядывать! У меня тут интимное намечается…

В общем, с бельем тоже было всё сложно и я набрала разного и побольше, потому что пока не понимала, в каком будет удобнее.

После того, как всё улетело в корзины (Айдар подобрал мне три местных сайта с доставкой буквально через пару часов) и отправилось на сборку заказа, лейри глянул на время, которое высвечивалось на экране, и деловито поинтересовался:

– Есть хочешь?

– Позже, – качнула головой… И неожиданно зевнула.

Ну начина-а-ается! Мы же недавно только встали? Хотя… Часа три прошло точно. Но куда столько спать, а? Или за все предыдущие недели бессонницы?

– Устала, маленькая моя? – заботливо уточнил Айдар и я покосилась на него с подозрением. – Что?

– В каком месте я маленькая? – уточнила ворчливо.

– Не бурчи, тебе не идет, – усмехнулся и, отнеся ноут на стол, вернулся ко мне. При этом не просто сел рядом, а так сильно рядом, что аж под одеяло, а потом и вовсе перетащил к себе на колени. – Кстати, знаю, отличный способ повысить настроение… Рассказать?

Подозревая, что знаю, о чем он сейчас говорит, всё равно покосилась на лейри с подозрением и отрицательно качнула головой.

– Нет, не хочу.

– И тебе совсем не интересно? – удивился, но как-то слишком напоказ.

– Совсем.

– Вредная какая, – покачал головой и откинулся на спинку дивана, привлекая меня к себе на грудь. – Но я всё равно расскажу, слушай.

Нет, ну он вообще непрошибаемый!

– Во-первых, это объятия, – ухмыльнулся он и пускай я не видела его лица, всё равно почувствовала это в его тоне. – Дружеские, нежные, ласковые… – Его ладонь скользнула с моей ноги на живот, нагло залезая под халат, но всё это было скрыто одеялом. – Не поверишь, четыре месяца назад мать отправила меня к психотерапевту и мне пришлось пройти полноценный курс, чтобы мне отдали мой остров. Представляешь? Ладно, это несущественно. Я к тому, что с тех пор в моей голове столько этой психотерапевтической херни, что сам себе поражаюсь. – Он фыркнул мне в макушку. – Вот ты, например, знаешь, что объятия просто жизненно необходимы? Четыре в сутки, чтобы просто выжить, а для хорошего самочувствия минимум восемь. Вот ты как часто обнимаешься?

– С кем? – уточнила мрачно.

– Во-о-от! – протянул с умным видом. – То есть понимаешь, да? Мы не обнимались четыре месяца! И как только выжили? Так что с этого дня наш минимальный лимит – десять. И не спорь. Дальше…

Дальше Айдар нес схожую чушь, причем абсолютно серьезным тоном, упомянув поцелуи, совместный сон, всенепременно творческое хобби для души, для рук, для тела и для услаждения взора, ну и, кто бы сомневался, дошел и до секса, уже безостановочно наглаживая мой живот и периодически задевая то одним, то другим пальцем грудь.

И вроде не специально, но…

Всё он специально, я знаю!

– И-ир, – протянул Айдар, когда я окончатально притихла в его руках, сосредоточенно сопя в одеяло, чтобы только не понял, как сильно я уже “поплыла” от его такой незатейливой, но, черт возьми, приятной ласки.

– Чего? – буркнула из своей норки.

– Ты же позволишь мне сделать тебя капельку добрее? – его голос звучал с завораживающей хрипотцой, вызывая в теле дополнительные вибрации и одновременно душевный протест.

– Я добрая, – возмутилась глухо. – Просто беременная.

– Ну, ещё более беременной я тебя сделать не могу, – рассмеялся приглушенно мне в волосы и его рука уже уверенно переместилась на мою грудь, – а вот добрее…

– Нет. Не хочу. – Я попыталась скинуть с себя его наглую руку, но жутко мешало одеяло, да и он особо не поддавался. – Айдар!

– Да?

– Руки убери, – процедила уже зло.

Уж не знаю, что он там расслышал в моём голосе, но рука вернулась на живот, а меня со вздохом прижали к себе, но уже без какого-либо сексуального подтекста. И нагло заявили в макушку:

– И всё равно ты у меня сладкая булочка. Милая, нежная и очень ласковая девочка. Да же?

Фантазер!

Не став ничего говорить, просто пренебрежительно фыркнула, но при этом сама прижалась щекой к его плечу, повернув голову так, чтобы уткнуться носом в шею, а не в рубашку. Как раз в район ключиц, которые пахли намного приятнее всего лишь ткани. Она всё равно отдавала чем-то чистящим, пусть и едва уловимо, а вот кожа… Кожа пахла кожей!

Тихонько вздохнув, задумалась, как двулично сейчас прозвучит моя просьба… даже скорее требование. И снова вздохнула.

– Просто скажи, – посоветовал мне лейри. – Психолог меня научил, что нельзя держать в себе свои желания, от этого портится настроение и случаются недопонимания. Не хочу повторения, и так уже полгода жизни впустую потерял. Давай, ты же смелая. Скажи.

Ну а я что? Я сказала.

– Сними рубашку.

Замер, кашлянув и пробормотал:

– Неожиданно… А можно поподробнее?

– Она невкусно пахнет, – буркнула, откровенно приукрашивая.

– О. Да, конечно! – Начав раздеваться так торопливо, словно от этого зависела моя жизнь, Айдар отправил её в полет на другой конец дивана и снова привлек меня к себе, на этот раз располагая уже чуть более горизонтально, потому что сам сполз ниже и лег боком – головой на подлокотник. И даже заботливо предложил: – Можешь пока поспать. Приедет доставка – разбужу. Так нормально или надо что-то ещё?

– Не суетись, – шикнула, уже сама укладываясь на него так, как хотелось мне – головой на грудь, животом к боку и задрав ногу поперек его бедер. – Всё, замри.

Господи, хорошо-то как!

– Как прикажете, госпожа.

Его грудь заходила ходуном в беззвучном смехе, но я из принципа ничего не ответила, а потом действительно задремала, проснувшись лишь в густых сумерках и долго пытаясь понять, где нахожусь.

Кровать, ага… Мягкая. И подушек куча. И одеяло огромное…

Только это всё не моё.

А где моё?

Завозившись, не сразу поняла, что мешает мне повернуться, но это была всего лишь рука Айдара. Сам он лежал рядом и залипал в телефон, но сразу отложил его в сторону и обнял меня обеими руками.

– Проснулась, маленькая моя? Как самочувствие?

– Я сколько проспала? – После сна мой голос прозвучал хрипло, как у курильщика со стажем.

– Часов пять плюс-минус, в феврале темнеет рано, – беспечно ответил лейри. – Не волнуйся, доставку я принял, вещи дожидаются тебя на диване. Что не подойдет – верну, закажем новое. Проголодалась?

– Знаешь, – задумалась, – да-а… Но поедим дома, Филимон знает, что мне можно. А где, говоришь, у тебя туалет?

– Там.

Посетив чужой санузел и не забыв глянуть на себя в зеркало, ужаснулась тому, какой лахудрой выгляжу, да и на щеке отпечаталась то ли подушка, то ли край одеяла. В итоге хорошенько умылась, растирая лицо прохладной водой, а затем полотенцем, кое-как причесалась пальцами и только потом вышла в комнату, снова отмечая, что Айдар сосредоточенно сидит в телефоне, а на диване и рядом действительно стоит куча пакетов.

Но сначала пить!

Помня, что в самом начале мне предложили чувствовать себя, как дома, я спокойно прошла к холодильнику и изучила его действительно практически пустые недра. Несколько пол литровых бутылочек воды не в счет. Причем не в пластике, а в стекле.

Мажор…

– Помочь?

Вздрогнув, когда услышала его голос за спиной, обернулась через плечо и задумчиво кивнула, ведь он был всё ещё без рубашки, а я, кажется, только сейчас рассмотрела, как великолепно он сложен. И загар такой ровный, и мускулы такие… Мускулистые!

– Тебе с газом или без?

– Без…

– Ир?

– А? – Я силой заставила себя смотреть выше мужской груди, но когда встретилась с его глазами, то поняла, что он всё прекрасно понял. И рассердилась. – Что?

– Ну, не рычи, – он с улыбкой приобнял меня за талию. – Что плохого в том, что я тебе нравлюсь?

– То, что ты делаешь это специально!

– Ну, как бы… да, – хмыкнул. – И что? Тебя злит то, что я хочу тебе нравится?

– Меня бесит то, с каким самодовольством ты это констатируешь, – шикнула и дернулась в сторону, пихая его в живот.

– Господи, как же сложно с тобой… – вздохнул, качая головой, но снова лезть обниматься не стал, а отошел к шкафчику и достал высокий стакан.

А я… Я поняла, что дура. Потому что сейчас снова разревусь из-за того, что он меня больше не обнимает.

Господи, какая же я дура!

И как же ужасно быть беременной! Эта тошнота, слабость… Чертова гормональная буря!

– Ираида? – напряженно позвал меня Айдар, уже открыв бутылку и налив минералку в стакан. – Тебе плохо?

Поджав губы и глядя исключительно в пол, чтобы он не видел моих покрасневших глаз, коротко кивнула и тут же оказалась в центре суеты, которая выбесила уже через три секунды, и я зло рыкнула:

– Тихо!

А когда замер, пересилила себя и тихо-тихо добавила:

– У меня опять гормоны. Это настроение. Я хочу реветь и… – всхлипнула, не выдержав, – обнимашек… А ты меня беси-и-ишь…

И разревелась.

– Моя ты маленькая, – с отвратительным сочувствием протянул Айдар, привлекая меня к себе, отчего я разревелась уже в полную силу, но даже тогда он не сбежал, а довел меня до дивана, усадил к себе на колени, укутал взявшимся из ниоткуда пледом и стойко переждал очередной слезоразлив, под конец сунув в руки и влажные салфетки, чтобы я высморкалась. – Держи воду.

А когда я попила, делая это маленькими глоточками, чтобы окончательно успокоиться, спросил:

– Что мне делать, чтобы я тебя не бесил?

Покосилась на него с раздражением, отметила, что он предельно серьезен, но настроения не было совершенно, и я буркнула:

– Молчи. И не смотри на меня так.

Криво усмехнувшись, съязвил:

– Дышать можно?

– Нельзя, – огрызнулась.

– Злючка, – вздохнул и, забрав у меня стакан, снова привлек к себе. – Хорошо, я постараюсь не смотреть и побольше молчать. Но если передумаешь, скажи сразу, чтобы я был в курсе. Хорошо?

Рвано вздохнув, подумала и, пока не передумала, тихо произнесла:

– Извини.

– Всё нормально. – Меня погладили по голове. – Я же понимаю… Обидно, да. Но я понимаю. Тебе уже получше? Будешь мерить? Или ну его? Потом?

Настроения мерить не было совершенно, ещё и есть захотелось с новой силой, но я заставила себя собраться (и чего вообще расклеилась?), быстро все пересмотрела, футболку померила только одну, остальные просто приложила по ширине, штаны, к сожалению, подошли только одни, зато пижамки оказались приятно мягкие и тянущиеся, а вот в процессе примерки лифчиков я устала так, что бесили уже они. Но всё равно отложила для себя три штуки спортивного стиля, которые нигде не давили и хорошо тянулись, а остальные – на косточках и с кружевом (которое тоже бесило) сунула обратно на возврат.

– Всё.

При этом я снова закуталась в свой халат, потому что все без исключения новые вещи пахли чем-то противно терпким, фабричным.

– Хорошо. Так, это я возьму, это обратно… – Айдар с кем-то созвонился и распорядился оформить возврат всех вещей, которые лежали на диване, а сам протянул руку мне, прихватив и те несколько пакетов, куда я утрамбовала подошедшую одежду. – Идем, ты есть хотела.

На этот раз мы вышли через дверь кладовки и оказались… В другой спальне. Она была большой, просторной, светлой и возмутительно солнечной, что подчеркивал в том числе цвет стен, пола и мебели. Они были не чисто желтыми, но в то же время именно солнечного оттенка и медовых полутонов. Смотрелось… неоднозначно.

– Нравится? – уточнил Айдар, прекрасно видя, как я внимательно осматриваюсь.

Неопределенно качнула головой, а он уже увлекал меня дальше и вниз по лестнице, и сразу стало ясно, что мы на третьем этаже.

– Проведу тебе экскурсию позже, хорошо? – уточнил он деловито, когда мы уже спустились в холл и прошли мимо одного из его эфирсов, который удивил меня тем, что был под личиной человека. – Хоул, привет. Как обстановка за бортом?

– Отражена атака стаи мигрирующих иржабов, – шелестяще доложил эфирс, в первую очередь уважительно кивая мне. – Добрый вечер, госпожа Ираида. Вас уже потеряли, рекомендую информировать Филимона о вашем возвращении как можно быстрее. Так же смею заметить, что данный район не самый благополучный для длительной стоянки. В данное время года монстры движутся с севера на юг наиболее активно и агрессивны сверх меры. Если позволите, я бы рекомендовал вам перебраться хотя бы на три тысячи километров южнее.

– Мы планировали, да, – протянула с досадой. – Только я была немного… не в форме.

– Я всё понимаю, – эфирс прикрыл веками свои блекло-голубые глаза. – Рад, что вам уже лучше. Для закрепления результата смею рекомендовать находиться рядом с господином Айдаром как можно чаще и длительнее, его сила напрямую благотворно влияет на ваше самочувствие.

Да уж заметила…

Кивнув и даже постаравшись сделать это без особой досады, я поторопилась наружу, слегка нервничая от того, как там подозрительно много мужчин (а я в халате практически на голое тело!), но в целом всё прошло без эксцессов, а десятиметровую пустоту между нашими островами Айдар преодолел со мной на руках, опустив на на ноги только на крыльце моего гнездышка.

И сразу налетели горгулы, эфирсы, туманницы… Даже огневики с почтовичками и Хельрик с дружиной.

Пришлось громко объявлять всем желающим, что меня не похищали – я… просто спала. Да, в другом мире. Так получилось. И даже если кто не поверил и посчитал меня идиоткой, вслух это не прозвучало. Ну а потом я с легким опасением прошла на кухню, по пути попросив Мираж переполоскать всю новую одежду, чтобы избавиться от запахов, принюхалась к сдобным ароматам выпечки, пытливо заглянула в ближайшую кастрюлю под внимательным присмотром Филимона, и не без удивления пробормотала:

– Кажется, меня больше не тошнит… Есть хочу. Чем покормишь?

– Сейчас-сейчас!

В два счета меня усадили за стол, махнув крылом и Айдару, чтобы уже сел хоть куда-нибудь и не мешал суетиться (лейри сел рядом, кто бы сомневался), после чего за каких-то пять минут стол был заставлен кучей уже готовых блюд, у меня аж брови в волосах потерялись.

– Я стесняюсь спросить, ты где это всё хранил?

– С утра наготовил! – похвастался мой деятельный домовой. – Как Гэндальф сказал, что вы на поправку пошли, так сразу и наготовил! Вы кушайте-кушайте! Совсем лица нет и щечки пропали. И ты ешь… – буркнул в сторону Айдара, – гостюшка…

Стало неловко.

– Филимон, не ругайся, – тихо попросила брайнура. – Мы… ищем компромисс.

– Понял, – виновато кашлянул он и даже чинно поклонился Айдару, который до этого лишь слегка скривил губы в подобии усмешки. – Извиняюсь. Позвольте уточнить один момент: вы сейчас где жить будете? Мне необходимо знать, чтобы обеспечивать госпоже Ираиде максимальный комфорт и полноценное питание.

– Госпожа Ираида будет жить здесь, – удивил меня своим твердым ответом лейри и я даже прищурилась, пытаясь понять, что он снова задумал. – А я буду приходить в гости. Часто. Очень часто. Буквально круглосуточно, – глянул на меня и хитро усмехнулся, – если позволите.

Да уж придется…