Наследники магии. Проклятие рыжего оборотня

Пролог

Он горел в своем собственном огне. Горела его плоть, его кровь, горели его мысли и его память. А самое страшное – плавилось, сгорало на его глазах его прошлое.

Прекрасное прошлое… Он смотрел, как огонь сжигает кровлю древнего поместья, постепенно охватывая все строение целиком. Как занимаются пламенем ветки садовых вишен, как горит трава под ногами играющих детей.

До их смерти он никогда не досматривал – просыпался раньше, тяжело дыша от ужаса, с бешено колотящимся сердцем и, пытаясь прийти в себя, спешил выглянуть в окно. Там все было по-прежнему: сияло солнце, согревало сочную зелень под ногами двух резвящихся мальчиков. Он переводил дыхание и, проведя ладонью по лицу, приходил в себя.

Сон. Это всего лишь очередной дурацкий сон. Что-то невозможное, невероятное – сон внутри сна, где он заперт!.. Безумие. Он сходит с ума? Или, что еще страшнее, не сходит.

Он знал причины происходящего. Знал, откуда берется это пламя, знал, что́ это за пламя.

Потому что пламя было его. Потому что оно принадлежало ему, пробуждалось в нем, и он не мог, никак не мог его побороть.

Больше полутора тысяч лет он взращивал в себе эту силу, разжигал в душе этот огонь. Он постигал новые знания с жадностью, впитывал их, как губка и – вольно или невольно, - менял самую свою сущность.

Благодаря этой силе он выжил когда-то на улице. Благодаря ей сумел помочь выжить названному брату, и даже почти помог тому совершить месть…

Да. Почти помог.

Застарелая горечь затопила его и, давя вновь разгорающийся пожар, он улыбнулся. Нет толку плакать над пролитым молоком… Брат предал его, брат отказался от мести и ненависти, брат отказался от привычной им некогда жизни. Только не подумал, что будет делать тот, кто был ему роднее родного и ближе близкого. Тот, кто полторы тысячи лет жил чужими целями и чужой ненавистью, кто всего себя положил на алтарь чужой мести.

Тот, кого теперь сжигает заживо собственный огонь.

Сила всегда должна иметь выход. Огромная сила – тем более, иначе она просто уничтожит того, кто осмелился ею владеть. Сейчас взращенная за полторы тысячи лет сила сжигает его изнутри, сейчас она убивает его сознание, уничтожает его прошлое… зачем? Чтобы в его душе не осталось ничего хорошего, ничего доброго, чтобы он вновь погрузился в жестокую ненависть? Но к кому?..

Тех, кто запер его в его собственных воспоминаниях, он ненавидеть больше не хотел. Он питал к ним благодарность – они обещали ему счастье и сделали все, чтобы он стал счастливым. Не их вина, что он настолько прогнил, что даже счастье теперь душит его.

Ненавидеть брата, самого близкого человека на свете, он тоже не мог. Брат первым понял, что эти люди не заслуживают ненависти, брат тоже желал ему счастья…

Значит, ненависть не будет иметь цели, останется ненаправленной и, в конечном итоге, сожрет его самого. Он сойдет с ума и его память станет для него палатой. Неизвестно, как это отразиться на реальности там… снаружи.

Если бы кто-то мог помочь ему!.. Если бы кто-то сумел избавить его от пробуждающегося пламени, сумел бы забрать, уничтожить эту проклятую силу!

Но кто? Он сам никогда не знал, как одолеть его, не знал способа, каким можно его победить. Как может знать это кто-то другой?

Он нахмурился и, сжав руки в кулаки, поднял голову к потолку. Есть… Есть один человек, который может оказаться хитрее и способнее него. Только он, он, больше спасти его и спасти весь мир от его ненависти некому!

- Венсен!.. – без особой надежды окликнул он, и тотчас возвысил голос, - ВЕНСЕН!!!

Глава 1

Лев лежал прямо посреди двора, опустив большую, гривастую голову на передние лапы. Морда его казалась умиротворенной, глаза были прикрыты, и только ухо изредка дергалось, будто реагируя на какой-то звук.

Рядом с ним, совершенно не опасаясь хищника, сидела молоденькая девушка со светло-каштановыми, вьющимися волосами ниже плеч; худенькая, хрупкая, как будто самая обычная, даже одетая вполне соответственно моде. В руке у нее была большая щетка-расческа, которой она старательно вычесывала лохматую львиную гриву.

Зверю это, видимо, нравилось – никаких признаков недовольства он не выказывал. Лишь один раз он чуть сильнее повел ухом, да немного повернул голову, будто на какой-то звук, но больше делать ничего не стал. Что побеспокоило зверя, осталось неизвестным.

Скрипнула калитка; послышались чьи-то шаги. Лев поднял опущенную голову и негромко, предупреждающе рыкнул. Но тотчас же и расслабился, глубоко вздыхая и вновь опуская голову. Пришедшего человека он знал.

Тот вошел спокойной, уверенной походкой хозяина и, обнаружив во дворе своего дома хищного зверя, на секунду остановился – скорее растерянный, чем испуганный, - а после, тяжело вздохнув, подошел к парочке.

Лев снова рыкнул, на сей раз приветственно.

- Привет, Винс, - легко усмехнулся вновь прибывший и, устремив взгляд на девушку, сдвинул брови, - Ада, я, кажется, просил не причесывать его во дворе. Вас в любую минуту могут увидеть!

Девушка недовольно сморщила носик, и демонстративно провела щеткой по львиной гриве.

- Дома мне запрещает его причесывать Марк, а на улице – ты! Что за братья такие!

- Уж какие есть, - буркнул молодой человек, и с неожиданным интересом вгляделся в сестру, - Почему Марк запрещает тебе причесывать его дома? Ему-то что?

- Не знаю, он говорит, что шерсть летит, - Ада пожала плечами и, вздохнув, поднялась с земли, - Кстати, его сегодня полдня не было дома.

- Марка? – брат девушки нахмурился, - Интересно… Не работает, не учится, друзей нет, девушки тоже нет… Где же он был? Не сказал?

- Спроси у него сам, Анри, - Ада недовольно дернула худеньким плечиком, - Он вредный, если я пытаюсь его воспитывать – сразу вспоминает, что он старше меня и начинает нарываться на скандал!

Лев по имени Винс тяжело вздохнул, будто понимая, о чем идет речь и, поднявшись на все четыре лапы, участливо толкнул девушку большой головой под локоть. Он был большим, даже можно сказать – огромным, и голова у него была соответственных размеров, поэтому от участливого толчка Ада едва не полетела на землю, в последнюю секунду уцепившись за брата. Тот, поддержав ее, только покачал головой.

- Винсент, мне казалось, что взрослый человек в твоем возрасте уже должен как-нибудь соразмерять свои размеры.

Лев фыркнул и, негодующе дернув хвостом, отвернулся, направляясь тяжелой поступью в дом. Анри проводил его взглядом, на секунду сжал губы, и вновь вернулся к нерешенному вопросу.

- А сейчас Марк дома?

- Сейчас – да, - Ада высвободилась из рук брата, и скрестила собственные на груди, - В гостиной сидит, кидает дротики.

- Опять?! – молодой человек гневно выдохнул и, не желая больше задерживаться во дворе, решительными быстрыми шагами направился следом за львом. Ада, вздохнув, пожала плечами, и тоже последовала за ними.

Дом, в котором проживали молодые люди, называть собственно домом казалось оскорбительным – это был большой, массивный особняк, скорее похожий на маленький замок, где помимо комнат самих хозяев, имелся еще десяток-другой помещений. Анри, как самый старший из проживающей здесь троицы, ревниво следил за тем, чтобы все эти помещения содержались если не в идеальном, то в близком к идеальному порядке, и стремление младшего брата этот порядок нарушить частенько выводило его из себя.

Дротики Марк кидал, как правило, не в специальную доску для дартса, нет, - он предпочитал делать это прямо в стену над камином, в сам камин, в картины, висящие по бокам от него, в мебель, стоящую неподалеку – во все, во что мог воткнуться острый край дротика. Анри ругался, негодовал, но юному неслуху все было по барабану – он делал то, что хотел, начисто игнорируя воспитательные порывы старшего брата.

Ада, самая младшая, иногда тщилась помогать Анри, однако, ее Марк слушался еще меньше, и все время ловко переключался на тему ее отношений с молодым человеком, к которому сам, с одной стороны, не благоволил, а с другой – даже питал дружеские чувства.

Анри влетел в гостиную, как гневный вихрь, чудом не споткнувшись о вытянувшегося у порога льва и, остановившись за спиной полулежащего в глубоком кресле младшего брата, упер руки в бока.

- Марк.

- Привет, братец, - легко отозвался юноша и, взмахнув рукой, ловко метнул дротик точно в нос изображенной на картине слева цапли.

- Сколько раз я говорил тебе не портить интерьер? Не припомнишь?

- Да ты мне постоянно это говоришь, - Марк безразлично отмахнулся и вновь взмахнул рукой. Следующий дротик вонзился в стену, рядом с маленькой дырочкой, оставшейся от предыдущего броска.

Анри зарычал.

- Прекрати! Почему, черт побери, возвращаясь домой, я вынужден тебя воспитывать, вместо того, чтобы отдохнуть?!

- Потому что ты старый брюзга, - спокойно известил неслух, однако, от следующего броска воздержался. Он немного сполз в кресле, тяжело вздохнул и, запрокинув голову назад, попытался увидеть брата.

- Почему ты всегда начинаешь со скандала? Причем со скандала со мной, заметь! Чем это я тебе так не потрафил?

Лев на полу недовольно заворчал и сел. Ему ссора братьев, вне всякого сомнения, приятна не была. Ада, как раз зашедшая в дом, глубоко вздохнула и, предпочитая не вмешиваться, принялась гладить зверя по голове.

- Меня бесит твоя безалаберность! – Анри, не обращая внимания на свидетелей, возвысил голос, - Ты бросил учебу, ты даже не пытаешься найти работу, ты только сидишь целыми днями дома и портишь стены своими чертовыми дротиками, ты… - он внезапно осекся и совсем другим голосом спросил, - Где ты был сегодня днем?

- Так сестричка уже доложила, - Марк поднял серые глаза к потолку и, взъерошив черную, как смоль, завивающуюся мелким бесом шевелюру, покачал головой, - Ада-Ада, маленькая предательница. А я, может, хотел сюрприз сделать! Я, может, себе дело по душе нашел!

- Лжец.

Неожиданно раздавшийся в гостиной мужской голос с легкой хрипотцой в нем, заставил обоих братьев удивленно оглянуться. Точнее, удивленно оглянулся Анри – Марку для этого пришлось встать на кресло коленями и выглянуть из-за его спинки.

Лев исчез. Рядом с Адой замер серьезный, нахмуренный человек – взрослый человек, взрослый мужчина с чуть вьющимися темными волосами до плеч, одетый в простую футболку и джинсы. Во всем облике его прослеживалось нечто львиное.

- Привет, дядя Винсент, рад наконец-то смотреть в глаза тебе, а не большому коту, - юноша недовольно вздохнул и, облокотившись о спинку кресла, подпер щеку ладонью, - Что, теперь и ты будешь на меня наезжать?

- А почему нет? – Винсент развел руки в стороны, слегка пожимая плечами, - Марк, я сюда прихожу не из праздного любопытства – я беспокоюсь за вас, и стараюсь следить, чтобы у вас все было в порядке. И я совершенно точно знаю, что никакого дела себе по душе ты не нашел! Где ты был?

Парень закатил глаза и, извернувшись, снова упал в кресло, скрещивая руки на груди.

- А я и не знал, что нахожусь в тюрьме, - ядовито откликнулся он из-за спинки, не желая больше смотреть ни на одного из своих родственников, - Я почему-то был так наивен, что думал, будто могу ходить, куда пожелаю, причем в любое время! Мне показалось, или я, на минуточку, уже достаточно взрослый, чтобы сам принимать решения?

- Тебе восемнадцать лет, - напомнил ему старший брат. Из-за спинки кресла взмыла в воздух худощавая рука, сделала пренебрежительный взмах, и вновь упала обратно.

- Вот я и говорю, что взрослый, - заявил Марк, - Это вон Аделайн у нас еще мелкая, а туда же – с парнем крутит! И ведь знает же, что я не…

- Марк! – Ада, слегка покраснев, гневно топнула ножкой. Претензии брата к ее отношениям с человеком, к которому она испытывала вполне взаимную симпатию, девушке уже давно наскучили, к тому же она неплохо знала Марка и понимала, что он просто пытается ускользнуть от объяснений.

- Тебя уже двадцать раз спросили, где ты был, ты что, не можешь хотя бы один раз ответить?

- Ладно, - юноша внезапно поднялся из кресла и, повернувшись к родне, развел руки широко в стороны, - Хорошо. Один раз я вам отвечу – я упражнялся со шпагой. Все, вопросы исчерпаны?

Винсент, которого этот ответ не только не устроил, но даже более – насторожил еще сильнее, хмурясь, подался вперед.

- Ты что, ввязался в поединок? Занятий с дядей и дедом тебе мало?

Марк фыркнул и закатил глаза, с размаху хлопая себя ладонями по бедрам.

- Дядя Роман и дедушка мне дали все, что могли! Еще и Вик прибавил малость – видал, как я ловко научился метать дротики? – наткнувшись на взгляд старшего брата, юноша несколько стушевался и мотнул головой, - Ну, не важно. Короче, Роман мне так и сказал – надо оттачивать мастерство, тренироваться самостоятельно. Они дали мне основы, а развить их – это уж мое дело.

- Ты не ответил.

Парень передернул плечами и отвел взгляд.

- Никуда я не ввязывался. Просто фехтовал… в парке… да, в парке.

Винсент медленно обратил взгляд к старшему из молодых людей, и красиво изогнул бровь.

- У тебя есть способ проверить?

Анри хмыкнул и, не отвечая, вытянул вперед руку, обращая ее ладонью к потолку. Замер на мгновение, давая брату последнюю возможность сознаться и, вздохнув, неспешно повел рукой вниз, немного покачивая ею.

- Аtidaryti paslaptis, - слетел с его губ тихий шепот. Винс, самый старший и самый мудрый из здесь присутствующих, нахмурился, внимательно вглядываясь в молодого мага. К вопросам и претензиям в адрес Марка добавилась парочка в адрес Анри.

Впрочем, сейчас задавать вопросы было не время. Младший брат мага, содрогнувшись, вскрикнул и, прижав ладонь к боку, согнулся пополам. На пол упало несколько капель крови.

- Марк! – Аделайн, брата любившая сильно и искренне, беспокоящая за него, метнулась вперед, подхватывая юношу и помогая ему сесть обратно в кресло. Стало видно, что правую щеку Марка рассекает три длинных пореза, похожих на следы чьих-то когтей.

Винсент и Анри, переглянувшись, поспешили к раненному; маг, на ходу колдуя, создал бинт.

- Вот болван… - молодой человек тяжело вздохнул и, осторожно потянув руку брата, заставил его освободить рану. Брови его поползли вверх.

- Но это не рана от шпаги! – он чуть склонился, изучая кровоточащие следы на теле юноши и его разодранную футболку, - Это… тебя кто-то укусил?..

Марк слабо отмахнулся, тщась сохранить ускользающее мужество.

- Случайный вурдалак. Ничего особенного, не думаю… не вижу смысла так… суетиться.

Винсент сдержал вздох и покачал головой.

- Весь в отца… На того тоже, помнится, «случайный упырь» напал.

- А упырь и вурдалак – это не одно и то же? – Ада, даже отвлекшись от пострадавшего брата, удивленно оглянулась через плечо на старшего родственника. Тот послал девушке быструю улыбку.

В магии и магических существах неплохо разбирались все трое потомков благородного семейства, но серьезно занимался этим вопросом только Анри.

Марк отдавал предпочтение фехтованию, и даже собственный дар особенно не развивал, пользуясь им, как чем-то самим собою разумеющимся.

Аделайн, напротив, уделяла куда больше внимания развитию дара, не обращая внимания на прочие направления колдовской науки. Вопрос, заданный ею, был вполне понятен и даже простителен, но ответить на него решил все-таки не Винс.

Анри, уже начавший по мере сил своих обрабатывать и перебинтовывать раны младшего брата, внимательно изучая их при этом, отстраненно мотнул головой.

- Не совсем. Упыри тупее и, кроме того, куда опаснее. Начать с того, что они ядовиты… Но подавляющее большинство упырей служит дедушке, так что на Марка бы они не напали. Вурдалаки по своей сути уже ближе к вампирам, у них даже присутствуют зачатки разума… Просто так бы они не напали. Чем ты спровоцировал его?

Юноша недовольно шмыгнул носом и тут же демонстративно вздернул его.

- Я вообще его не провоцировал. Шел себе и шел, а этот вдруг как выскочит, как бросится… Я пытался погавкать на него в ответ, но его это почему-то не впечатлило.

Винсент вздохнул и покачал головой еще раз.

- А вот теперь – вылитый Роман. Тот тоже все время дурацкие шуточки шутить норовит, особенно не по делу.

- А мне всегда говорили, что я на дядю Романа очень похож! – тут же ввернул Марк. Упомянутого дядюшку юноша обожал и своим сходством с ним нескрываемо гордился. Мечтой его было научиться владеть шпагой с тем же мастерством, что и дядя, а еще стать таким же отважным и дерзким, смелым до безрассудства и очень язвительным. Он даже шевелюру свою, действительно напоминающую гриву Романа, уже начал отращивать, и иногда забирал волосы в короткий хвостик.

Анри это, честно говоря, не слишком радовало – покидая отчий дом, парень надеялся не брать из него с собой так много. Он лелеял мечты о взрослой самостоятельной жизни, которые тут же пошли прахом – старшие родственники то и дело наведывались в поместье к троице, да и самому молодому человеку порой непросто было справляться с неслухом-братом.

- На Романа-то ты похож… - мужчина потер кончик носа, - Но, вообще говоря, Марк, ты сын Эрика, если что. Так, если вдруг забыл. И на отца ты тоже походишь немало.

Марк не ответил. Только демонстративно охнул и, действительно очень напоминая в этот момент своего дядюшку, изобразил обморочное состояние. Винсент только головой покачал.

Этого глупого, вредного мальчишку старательно воспитывали абсолютно все – и взрослые и собственные брат с сестрой, - пытались наставить его на верный путь, заставить учиться, пытались убедить его получить образование… Но, судя по всему, парень избрал себе карьеру лицедея. Любую избранную роль он отыгрывал до невозможного убедительно, и надо было иметь большой опыт общения с ним, чтобы не поверить в очередную «драму».

У Винсента этот опыт был. Был он и у Анри, и у Ады, поэтому в Марков «обморок» никто не поверил. Брат тяжело вздохнул и демонстративно махнул на младшего рукой, делая шаг назад. Аделайн же, напротив, подалась немного вперед, и вгляделась в брата не с беспокойством, но с каким-то странным волнением. Почему-то не вызывало сомнений, что волнуется она не из-за раны брата.

- Марк… - голос девушки стал робким, в нем появилась дрожь, - Скажи… тебе совсем плохо?

Юноша, тоже очень хорошо знающий свою сестру, недовольно приоткрыл один глаз и попытался запрокинуть голову, чтобы взглянуть на нее.

- Чего тебе надо, женщина?

Ада, обычно обижающаяся на подобные обращения, тяжело вздохнула. Сейчас ей нужна была услуга.

- Понимаешь… Адриан обещал приехать еще полчаса назад, но его до сих пор нет. Я подумала… словом… ты мог бы…

Марк исторг протяжный стон профессионального мученика и закрыл открытый глаз обратно.

- Все бы использовать несчастного умирающего! – и, кожей ощущая, что сестра собирается возразить, он, не открывая глаз, угрожающе погрозил ей пальцем, - Не отвлекай! А то ничего не увижу.

Девушка напряженно облизала губы. О способностях брата она была осведомлена прекрасно и даже восхищалась ими – унаследовав от деда дар предвидения в полном объеме, он пошел значительно дальше него. Если дед мог лишь иногда угадывать грядущие события, если Анри только видел изредка пророческие сны, то Марк без особого труда мог узнать по своему желанию не только то, что будет в будущем, но даже и то, что происходит сейчас. Увидеть, чем занимается в данный момент времени Адриан для него проблемой не являлось.

Марк посидел с закрытыми глазами, не подавая особенных признаков жизни, не касаясь раны и вообще словно превратившись ненадолго в куклу, потом глубоко вздохнул, не открывая глаз.

- Он на мотоцикле… - говорил парень медленно, сообщал то, что удавалось разглядеть, - Куда-то едет, мчится… Какой-то лес. Кстати, похоже, наш лес, тот, что вокруг замка! Сосенки знакомые… Хм. Приехал, - он открыл глаза и, глянув на сестру, пожал плечами, - Не знаю, я не знаю этого места. Какая-то лесенка, по ней ручей сбегает… Я видел, как он поднялся по лесенке, потом прошел в арочный такой проем – и все. Как отрезало. Похоже, там что-то блокирует проникновение извне… Может, вы все-таки будете меня лечить?

- Успеется, - заметно помрачневший Винсент сцепил руки в замок, прижимая пальцы к подбородку, - Лестница, ручеек, арочный проход… ты ведь понимаешь меня, Анри?

Анри мрачно кивнул. Он понимал, очень хорошо понимал, куда понесло его хорошего друга, не знал лишь причин этого. А еще он понимал, что Адриан выбрал на редкость удачный момент для визита, ибо в данный момент поместье пустовало. Единственный его обитатель, никем не замеченный, находился здесь.

***

Молодой человек возник в небольшой, по-своему уютной комнатке довольно неожиданно для ее обитателя. Тот, только что пытавшийся докричаться до своего тюремщика, но оставшийся неуслышанным, увидев его, угрюмо вздохнул.

- Я не тебя звал, Адриан.

Парень тряхнул каштановой, отдающей рыжим, густой шевелюрой и склонился в неглубоком поклоне.

- Скажете, кого звали, учитель?

Голос у него был приятным, бархатистым, да и вообще молодой человек производил самое хорошее впечатление – высокий, подтянутый, умеренно спортивный, крепкий и, как знал учитель, способный. Адриан легко схватывал все, чему он обучал его все эти годы, уже изрядно поднаторел в магии, и обитатель комнаты, полагающий этого парня своим названным сыном, испытывал за него вполне обоснованную гордость.

Обычно встречам с учеником он был рад. Адриан рассказывал о своих успехах, испрашивал совета, и учитель с удовольствием делился знаниями… но сегодня был не тот случай. Увидев юношу, учитель лишь с сожалением подумал, что как бы ни старался, передать ему даже части своей силы он не может. А значит, сила продолжит требовать выхода, мучая, сжигая и уничтожая его изнутри.

- Учитель?

Он мотнул головой, провел ладонью по рыжим, огненным волосам и, хмурясь, почти упал в большое кресло. Потом кивнул ученику на кресло напротив.

- Садись. Зачем ты пришел?

Он не ответил на заданный учеником вопрос, но знал, что повторять его тот не станет. Тринадцать лет – достаточный срок, чтобы узнать человека. Особенно, если на протяжении этих лет занимаешься его воспитанием.

- Я давно у вас не был, - Адриан пожал плечами, - Подумал, что вам, должно быть, скучно здесь одному…

Рыжий недовольно взмахнул рукой, прерывая его.

- Тебя приставили следить за мной?

- Ничего подобного! – парень, едва успевший сесть, так и подскочил, - Нет, я… Да никто не знает, что я бываю тут! Даже Анхель, в смысле, господин маркиз Мактиере, я не говорю ему, прихожу тайком! Если бы кто-то узнал, что я общаюсь с самим Чеславом…

- А особенно твой отец, - подхватил названный Чеславом, щуря желтые глаза, - Он устроил бы тебе изрядную взбучку, мальчик и, надо признать, вполне заслуженную. Но я задал вопрос. Зачем ты пришел сегодня?

Адриан замялся, вновь опускаясь в кресло и ломая пальцы. Взгляд его карих глаз был устремлен в пол, будто молодой человек опасался взглянуть на собеседника.

- Я… - он тяжело вздохнул, - Я – волк, учитель. Я чувствую… чую изменения, ощущаю их острее, чем другие. Я был в Нормонде, возле вашего тела и почувствовал… Сначала мне показалось, что у вас жар, но температура была нормальной. Я волновался, как бы с вами что не случилось, поэтому пришел.

Чеслав медленно, тяжело поднялся из кресла и неспешно прошелся по комнатке. Ученику он доверял и, быть может, поделиться с ним тем, что его мучает, мог, быть может, это даже было не такой уж плохой идеей…

- Я сгораю, Адриан, - он говорил тихо, не глядя на собеседника, не сводя взгляда с резвящихся за окном детей, - Моя сила… Они напрасно оставили меня в Нормонде, - он сдвинул брови, - Древние камни всегда давали мне силу, они делятся ею со мной и теперь. Но эта сила не имеет выхода, она оборачивается против меня! Каждую ночь я просыпаюсь от кошмаров, - он резко повернулся к внимательно слушающему ученику, - Каждую ночь мне снится огонь, сжигающий все вокруг! Я не хочу… не хочу, чтобы этот огонь стал реальным. Если ты говоришь, что тебе почудился жар, исходящий от моего тела, значит, я прав. Оно переполнено силой, и она в любую секунду может вырваться на волю.

- И что тогда будет?

Учитель медленно покачал головой. Ответа на этот вопрос он не знал, ответ он жаждал узнать сам, но дать его было некому.

- Тебе известна природа моей силы, Адриан. Ты знаешь, как долго я взращивал ее в себе. Если все, накопленное за полторы тысячи лет, вырвется наружу… боюсь, трагедии не избежать.

Парень откинулся на спинку кресла, сцепляя руки в замок и нахмурился. По лицу его было видно, что он понимает нависшую над замком и его обитателями угрозу.

- Может произойти взрыв, - мрачно произнес он, - И я боюсь, учитель… В этом взрыве даже вы, имея абсолютное бессмертие, можете погибнуть.

Чеслав холодно кивнул. Он в этом тоже не сомневался.

- Если мое тело разнесет на атомы, никакое бессмертие, боюсь, не поможет. А тебе лучше уйти, Адриан. Не хочу, чтобы ты пострадал, когда… это все-таки сожжет меня.

Он щелкнул пальцами и кресло за его спиной, кресло, стоящее как раз напротив молодого человека, занялось пламенем. Учителем Чеслав всегда был довольно жестоким и предпочитал иллюстрировать свои слова яркими примерами.

Парень не испугался. Он усмехнулся и, вскинув правую руку, сделал ею отвергающий жест.

Пламя потухло, исчезло, будто его и не было, не оставив и следа на обивке кресла.

- Вы недооцениваете меня, учитель, - мягко молвил молодой человек, - Я способный ученик. Мне достанет сил обуздать даже ваше пламя.

Глава 2

Анри поднялся на второй этаж поместья и, плотно закрыв дверь в свою комнату, присел на кровать. На душе у него было смутно.

Он помнил замок, родной замок Нормонд, где родился когда-то, где родились его брат и сестра, где родился его отец и оба его дядюшки, и тосковал по старым временам. Даже когда он уже стал достаточно взрослым, отец и мать всегда были рядом, он всегда мог рассчитывать на их поддержку.

И всегда рвался вырваться из-под родительской опеки. Марк, став старше, начал разделять эту тягу старшего брата и, наконец, им вдвоем удалось уговорить родителей и деда. Поместье было приобретено за счет отца – графа де Нормонд, - но жить здесь они втроем решили самостоятельно. Даром, что старшие родственники, а особенно Винсент – хранитель памяти, способный становиться львом, - постоянно навещали их.

Но сейчас Анри был, пожалуй, даже и рад присутствию Винса. Одному ему разобраться в произошедшем с братом было бы не в пример сложнее.

Потому что вурдалаки не нападают просто так. Их кто-то подсылает, кто-то могущественный и жестокий… но кто? И почему? И вообще, был ли это действительно вурдалак?

Парень нахмурился, отгоняя от себя неприятные ассоциации. Упыри… практически все из них служат дедушке, а тот не пойдет против внуков. Но упырь и вурдалак – это почти одно и то же, разве что первые ядовиты. Значит, кто-то решил подражать дедушке и собрать вокруг себя шайку монстров? Зачем? И для чего нападать на Марка?

Плеча коснулась знакомая бледная ладонь.

- Анри.

Не менее знакомый простуженный голос заставил молодого человека вздрогнуть и испуганно поднять взгляд. Миг появления друга он ухитрился пропустить.

- Ан… что…

- Мне не нравится то, что видел Марк, - беловолосый мужчина, стоящий напротив, нахмурился, - Выходит, сын Викто́ра бывает в моем поместье в мое отсутствие?

Анри вздохнул. Викто́р… еще один старший родственник, даже очень старший – сам основатель рода де Нормонд! Ведь это благодаря Чеславу, да и Анхелю в немалой степени он сумел дожить до этих дней. А потом еще ухитрился привести в будущее из прошлого своего умирающего сына, спас его при помощи современной медицины и того же рыжего оборотня, и теперь Адриан стал полноправным членом их большой семьи. Но что он делает? Анхель прав – об этом тоже не помешает подумать, поведение Адриана очень странно. Что ему нужно в заброшенном поместье Мактиере?..

- Ты не замечал никаких изменений в поместье? – Анри вгляделся в друга, - Может, что-то было передвинуто, переставлено…

Собеседник устало вздохнул и без излишних церемоний опустился на кровать рядом с ним. Судя по всему, ответа он не знал.

- Ты знаешь, какой там всегда бардак, - заметил он, - Понять, произошли ли какие-то изменения… - мужчина поморщился, - Мы с Чесом никогда не увлекались уборкой. А когда я живу один, тем более не занимаюсь этим: мне хватает комнаты на втором этаже, там я стараюсь поддерживать порядок. А в остальных… не знаю. Чес всегда сидел среди хаоса, и я не хочу прибираться, чтобы… можно сказать, я хочу сохранить память о нем.

- Ты давно у него был?

Анхель слегка ссутулился и угрюмо покачал головой. Анри знал, что другу кажется, будто он не одобряет его визитов в сознание рыжего оборотня.

- Недавно. И, знаешь… вот там мне показалось кое-что странным, - мужчина неожиданно выпрямился, прямо взирая на друга, - Чес, когда только оказался заточен в своих воспоминаниях, попросил меня принести шахматы. Сказал, что хоть ему и был поставлен мат, вкуса к игре он не потерял. Я принес, мы иногда играли и к моему приходу он всегда старался расставить фигуры так, чтобы можно было начать игру. Но в этот раз… В этот раз фигуры стояли так, будто игра уже шла. Я спросил его, он рассмеялся и сказал, что играл сам с собой. Но ему это несвойственно! Чес играл сам с собой еще в шестом веке, оттачивал мастерство, но теперь, по прошествии полутора тысяч лет, он предпочитает играть против кого-то. Я не хочу его ни в чем подозревать, тем более, что и понятия не имею, кто еще может попасть в его сознание…

Анри закусил губу, напряженно размышляя. Что-то шевельнулось у него в голове, какая-то догадка, совершенно невероятная, но, быть может, именно поэтому верная…

- К тому же одна из фигур была обожжена, - перебил его мысли Анхель, - Это еще более странно – в том месте Чес не колдует, а с огнем не стал бы баловаться тем более. Я знаю, ему нравится там, он с наслаждением наблюдает за нашими играми в прошлом… Что-то изменилось, Анри, - мужчина сжал губы и выдержал небольшую паузу, - Что-то изменилось вокруг него, в его сознании… Быть может, стоит попросить Венсена разобраться с этим?

Парень пожал плечами и сцепил руки в замок. Есть ли смысл прибегать к помощи дядюшки Винсента в этом вопросе, он не знал – в конечном итоге, Винс и так должен был бы следить за поведением Чеслава денно и нощно! Лишний раз капать ему на мозги не хотелось.

- Может, сам его об этом попросишь?

Анхель скривился в непередаваемой гримасе, и Анри вздохнул. Он знал, очень хорошо знал о кровной вражде между семьей ла Бошер, к которой принадлежал Винсент, с семейством Мактиере, наследником которой являлся Анхель. И невзирая на то, что Ан поборол в своем сердце застарелую ненависть, что его даже в Нормонде начали принимать почти как друга, забыв, что когда-то он только и жаждал, что уничтожить его обитателей, к Винсенту, Венсену, как звали хранителя памяти раньше, он все еще относился без особой теплоты. Говорить с ним, просить о таких вещах, он бы, конечно, не стал. Но ведь…

- Но если самому Чесу грозит опасность? – Анри склонил голову набок, - Ан, если я обращусь к Винсу, мне придется многое объяснять. Может быть, даже слишком многое, тем более, что он все еще не слишком одобряет нашу дружбу. Лучше бы тебе поговорить с ним самому.

- Гениальная мысль! – собеседник скривился в скептической гримасе, - Конечно, тебе, его родичу, сложнее говорить с ним, чем мне – его врагу! Анри, ты издеваешься? За эти тринадцать лет Венсен ни разу не упустил случая, чтобы напомнить мне, что я – ворас, враг, что мы враждовали испокон веков, что я ненавидел его семью много лет… К Чесу он относится еще хуже. Он не станет помогать ни мне, ни ему.

- Тогда нам надо поговорить с ним вместе, - Анри пожал плечами и, проведя ладонью по лицу, вздохнул.

За прошедшие годы он совершенно не изменился. Тот же высокий лоб, прямой нос, аккуратные брови, изящные губы и все те же упрямые серые глаза. Он выглядел так же, как и в двадцать один год, когда выпил зелье, замедляющее старение, и теперь вполне мог наслаждаться бесконечной юностью. Только вот проблемы решать приходилось совсем не юношеские.

Хотя он и в двадцать один год был вынужден разбираться со взрослыми делами. Одни только стычки с Чеславом чего стоят!

Рыжего оборотня Анри не любил. Хорошо помнил, как тот издевался над ним, наводя страшную и жестокую магию, как держал в плену его и отца, как угрожал, бил… Помогать ему парню не слишком хотелось.

Но, будучи достаточно умным человеком, он понимал и что проблемы вокруг Чеслава вполне могут обернуться опять проблемами для его, Анри, семьи, для его родных и друзей и, конечно, не хотел этого.

- Винсент сейчас здесь, - продолжил он, внимательно глядя на друга, - Помогает Марку. Мне, честно говоря, не нравится это странное нападение – ни вурдалаки, ни упыри не нападают просто так, по своей воле. Они скорее наемники, посыльные… но кому могло понадобиться нападать на Марка?

- На него напал вурдалак? – Анхель приподнял белесые брови, - От меня это как-то ускользнуло. Это действительно странно, Анри, и даже очень странно – за полторы тысячи лет своей жизни о вурдалаках я практически не слышал. Их очень мало, практически нет, кажется, их истребляли когда-то… Хотя в такие подробности я не вникал. Меня бы меньше удивило нападение упыря, хотя я знаю, что все они подчиняются твоему деду. Но, быть может, один взбесился…

Анри уверенно покачал головой.

- Я проверил, Ан. Яда в ране нет. Значит, это был не упырь, значит, Марк верно определил эту нечисть… но, если их осталось мало, какой смысл? Марк ведь убил его!

- Не знаю… - ворас в раздумье потер подбородок, - Не знаю, Анри, честно. Тринадцать лет мы жили спокойно и опять начались какие-то странности! Надо поговорить с Венсеном. При всех прочих, он разумный человек, может что и посоветует.

***

Винсент появился в искусственно созданной сознанием рыжего оборотня комнате довольно внезапно, будто надеясь застать обитателя врасплох. С первого взгляда стало ясно, что сделать это не удалось.

Чеслав полулежал в большом, глубоком кресле, переплетя пальцы на животе и спокойно смотрел в окно. На маленький столик с шахматной доской на нем он не смотрел.

Винсент бросил взгляд на фигуры и нахмурился. Анхель прав – все выглядит так, словно рыжий ведет с кем-то шахматную партию. Или вел ее еще секунду назад… Но с кем? Кто мог пробраться сюда, в его сознание, в его подсознание, да еще и минуя самого хранителя памяти! Нет, это невозможно, это совершенно лишено смысла. Легче поверить, что Чес от одиночества спятил и теперь играет сам с собой.

Мужчина чуть склонил голову набок, еще раз изучая взглядом фигуры. Одна обожжена… Да, вон там, на боку белого «слона» заметны следы пламени. Но как?..

- Ты закончил осмотр? – ленивый голос пленника заставил его чуть вздрогнуть и сменить объект созерцания. Чеслав не менял позы, не отводил взгляда от окна и вообще казался совершенно незаинтересованным в визите тюремщика.

Винсент знал, что это не так.

- Недавно мне почудился оклик, - негромко промолвил он, - Это был ты?

- Да, - рыжий закрыл глаза и со вкусом потянулся, - Хотел поговорить об одном чрезвычайно важном деле. Но ты, вероятно, был слишком занят, чтобы внимать мольбам пленника…

- Хватит, - Винсент нахмурился, - Говори, в чем дело, и… Ты не один?

- С чего ты взял? – собеседник даже глаз не открыл, и голос его звучал все так же лениво. Мужчина помрачнел. Верить этому человеку, этому оборотню он давно уже отучился, да и не верил никогда, поэтому сейчас за невинным вопросом ему почудился подвох. Но в чем он заключается, угадать навскидку возможным не представлялось, поэтому Винсент осторожно двинулся дальше.

- Шахматы расставлены так, словно идет игра.

- Я иногда играю сам с собой, - Чеслав равнодушно пожал плечами, - С того момента, как ты заточил меня в моих самых прекрасных воспоминаниях прошло уже сколько? Тринадцать лет?

- Ты считал?

На сей раз собеседник не стал ни лгать, ни увиливать.

- Однообразие утомляет, Венсен, сколь бы прекрасно оно не было. Первые года три я наслаждался игрой детей за окном – нашей с Анхелем игрой. Потом мне потихоньку стало это надоедать. Ан иногда заходит ко мне, я просил его принести мне книги, но и это занятие быстро наскучило. Ничего не осталось, кроме как считать дни и играть с собой в шахматы.

Винсент помрачнел. Пленник говорил как будто искренне, не лгал, но все-таки чего-то явно не договаривал и это мужчине не нравилось.

Тринадцать лет назад он, хранитель памяти, существо, созданное, чтобы хранить чужие воспоминания и чужую боль, добровольно взвалил на свои плечи обязанность нести бремя горечи этого оборотня, постарался скрыть все, что могло омрачить его память и запер его навеки в самых счастливых, самых теплых воспоминаниях – воспоминаниях его детства.

Теперь же выходило, что даже это счастье Чеславу успело наскучить. А Винсент хорошо знал, на что способен этот оборотень со скуки… Плохо дело, очень плохо. Он явно готовит какую-то подлянку, но какую?

- Зачем ты звал меня?

- Ах, звал? – Чеслав медленно поднялся из кресла и неожиданно пинком перевернул шахматный столик. Фигуры посыпались на пол. Оборотень рывком повернулся, прямо взирая на тюремщика. Желтые глаза его сверкнули.

- Моя сила возвращается, Венсен, - говорил он тихо, очень внятно и очень зло, - Более того. Она вернулась полностью и теперь переполняет меня, коль скоро я не могу ее выплеснуть! Скажи, где находится мое тело?

Винсент облизал губы. Ему требовалось хоть несколько секунд, чтобы сполна осознать весь ужас новой информации.

- В Нормонде.

- В Нормонде?! – Чеслав стиснул кулаки. Собеседник его с удивлением понял, что оборотень не знал этого… А если знал, то прекрасно притворяется сейчас.

- Кому только пришла в голову эта мысль, дьявол вас побери! Если бы я лежал в поместье…

- В Нормонде за тобой удобнее следить.

- Нормонд стоит на холме, что всегда давал мне силу! – оборотень нахмурился, - Ты идиот, Венсен ла Бошер! Лежа там, я постепенно накапливаю силу в своем теле, а не имея выхода, она сжигает меня самого! Еще немного – и этого места не будет, оно сгорит дотла, а моим сознанием вновь завладеет ненависть! Ты этого хочешь?!

Винс на несколько секунд сжал губы. На ярость следовало отвечать спокойствием, ни к чему еще больше злить сумасшедшего.

- Что ты предлагаешь?

Чеслав оскалился и почти зашипел. Желтые глаза его показались двумя огненными точками, и даже в комнате как будто стало жарко.

Винсенту это не понравилось. Похоже, пленник не лгал…

- Об этом я хотел спросить тебя, идиот! Ты устроил все это, Венсен, тебе исправлять содеянное! Я не хочу опять ненавидеть, не желаю больше жить ради глупой мести Анхеля, я жажду покоя! Придумай для меня покой!

…

Венсен ушел. Чеслав, напоследок прибавивший еще несколько крепких пиратских выражений в его адрес, но так и не получивший ни ответа вразумительного, ни обещания помочь, резко повернулся к углу комнаты и сдвинул рыжие брови.

- Почему ты не ушел?

Покров невидимости спал, открывая фигуру виновато улыбающегося Адриана.

- Потому что у меня есть еще к вам вопросы, учитель. Да и вообще… Мне всегда было интересно, каким вас видят другие.

Оборотень дернул уголком губ и с размаху упал в глубокое кресло. В том, что впечатления хорошего на мальчишку не произвел, он не сомневался.

Да он и не старался произвести его, напротив – хотел, чтобы Адриан сполна сознавал, с кем завел дружбу и кого зовет учителем. Хотел, чтобы он понимал – его действия родные могут счесть предательством…

Чеслав незаметно усмехнулся.

А ведь у него уже был ученик, и не кто-нибудь, а отец этого самого парня, сам граф Викто́р Базиль де Нормонд! Безмозглый граф, ставший скорее помехой, чем опорой, бездарный ученик, которого он выгнал и до сих пор не жалеет об этом!

Сын Виктора, мальчик, который должен был погибнуть еще в шестом веке из-за проклятия рыжего оборотня, но который оказался спасен, попав в будущее, нравился Чеславу куда больше. Адриан, которого он когда-то превратил в оборотня и которому помог тем самым избавиться от проклятия, вырос действительно способным парнем. Все уроки учителя он схватывал на лету, колдовать уже умел довольно сносно и Чеслав небезосновательно гордился им. К тому же, Адриан обладал тонким пытливым умом, часто задавал правильные вопросы и интересовался буквально всем. Обучая его отца, оборотень никогда не был до конца уверен, нужны ли ученику прививаемые знания. Неудивительно, что граф научился только метать стилеты…

Чес вздохнул и сделал витиеватый жест рукой.

- Спрашивай.

- Вопроса у меня два, - Адриан слегка нахмурился, - Один из них – личный. Второй уже касается, боюсь, судьбы всего мира…

Оборотень приподнялся в кресле, заинтересованно приподнимая голову. Такого он даже от своего способного ученика не ожидал.

- Что же опять может грозить судьбам целого мира?

Адриан помялся, куснул себя за губу и, наконец, на выдохе выпалил:

- Вурдалаки!

Чеслав фыркнул и презрительно махнул рукой. На его взгляд, об этих существах волноваться смысла не было.

- Вурдалаков в мире слишком мало, чтобы они могли угрожать судьбам целого мира.

- Их стало больше, - молодой человек, хмурясь, вгляделся в учителя, - Я сам уже дважды был вынужден столкнуться с ними. Знаю, что Марк напоролся на одного, тот его потрепал… Я наводил справки, учитель. Маги по всему миру отмечают увеличение популяции вурдалаков, но пока не выказывают опасений. Но, если их станет еще больше…

Чеслав вскинул руку, прерывая ученика и, хмурясь, потер подбородок. Адриан снова не подвел, сработал, как надо… но что это значит?

- Вурдалаки не способны к размножению, - медленно проговорил он, - Увеличение их численности – это действительно странно. Не будь это невероятно, я бы подумал, что их где-то выводят и забрасывают сюда, но зачем? – он покачал головой, - Странно все это, Адриан, очень странно. Что за личный вопрос ты хотел задать?

Адриан, видимо, ожидавший, что учитель проявит больший интерес, заметно растерялся, сконфузился и, опустив голову, ковырнул ногтем джинсы. Чеслав окинул его быстрым взглядом.

Да, мальчик подрос… Когда он виделся с ним в больнице, когда обращал оборотнем, Адриан все еще казался диковатым выходцем из шестого века, но теперь преобразился кардинально.

Аккуратно подстриженные каштаново-рыжие волосы, элегантный джемпер, простые, но явно дорогие джинсы, блестящие ботинки – мальчик следил за собой и старался соответствовать титулу сына графа.

Чес незаметно усмехнулся. Он помнил, что в зелье, обратившее мальчика оборотнем, подмешал собственную кровь, что в определенном смысле сделало Адриана и его сыном. Поэтому графской крови в этом парне осталось что-то около половины, другая же ее часть принадлежала рыжему бродяге. Видимо, это именно она подсказала ему однажды, как пробраться в сознание запертого в собственных воспоминаниях Чеслава, и как стать его учеником. Оборотень тогда, впрочем, и не возражал.

- Это…

Робкий голос Адриана отвлек его от мыслей, заставляя вопросительно приподнять брови.

- Понимаете, учитель… Папа рассказывал, что, когда он забрал меня в будущее, он сам возвращался в прошлое… - парень запутался и, заметно смущаясь, начал тараторить, - В общем, я подумал – я же сильный маг, да? Я учусь у вас, вы сами говорили, что я очень способный! Я уже могу и умею многое, я…

- Адриан, - Чеслав нахмурился, - Чего ты хочешь?

Адриан быстро облизал губы и слегка покраснел. У него это осталось, кажется, от матери: Чес смутно помнил, что та краснела, когда волновалась.

- Я хочу увидеть маму! – выпалил парень, прижимая руки к груди, - Я… я же могу возвратиться в прошлое, побывать там, поговорить с ней! Просто, ну… пусть она не плачет, думая, что я где-то сгинул. Пусть знает, что со мной все хорошо, я жив, и вообще… - он слегка поник, - Мне хорошо в этом времени, я люблю папу, я люблю мою Аду, люблю всех своих родных и друзей… Но по маме я все-таки скучаю.

Чеслав выслушал эти горячие слова без малейшей эмоции и, дождавшись их окончания, небрежно махнул рукой. Тронули они его или нет, оборотень затруднился бы ответить и сам – слишком долго учил себя быть толстокожим и плевать на чужие чувства. Конечно, мальчишка ему не совсем чужой… Но все-таки эти его проблемы не должны касаться учителя. Отцом-то Адриан его не признает.

- Это вопрос не ко мне, мальчик, - он прикрыл глаза и вновь развалился в кресле, - Тебе следует поговорить с Венсеном. К слову, по поводу вурдалаков я бы тоже советовал тебе поговорить с ним, а заодно и с Антуаном, этим великим мастером. Уж что-то они же должны знать, не совсем же бесполезны! Да, кстати… - он снова открыл глаза и пронизал ученика долгим взглядом, - Покинув меня, ты отправишься в поместье, где обитают юные де Нормонды?

Адриан слегка приподнял подбородок. Учитель знал, что такое пренебрежение его задевает.

- Я отправлюсь к Аделайн, да. Ну и, конечно, там будут ее братья, а…

- Постарайся узнать у Анри, как дела у Анхеля, - Чес чуть нахмурился, - Брат не говорит мне всего, возможно, боится расстроить, но в последнее время мне кажется, что его что-то гнетет. Я хочу узнать, что именно.

***

Адриан остановил мотоцикл у ворот поместья и, не заводя его внутрь, припарковал тут же, повесив замок на руль. После чего распахнул створки и уверенным, почти хозяйским шагом вошел внутрь.

Он прошел шагов десять, когда на шею ему бросилась стройная длинноволосая красавица, которую молодой человек незамедлительно сжал в объятиях.

- Здравствуй, - нежно улыбнулся он, - Я тоже скучал.

- Тогда почему не спешил ко мне? – девушка отстранилась, надувая губки. Адриан не сдержал улыбки – эта гримаска всегда чертовски шла ей.

- Я спешил, Ада, клянусь, спешил со всех колес! – он прижал руку к груди, спешно придумывая себе оправдание, - Я… просто… как Марк?

Ада заметно растерялась, и парень испытал искреннее удивление. Что он такого сказал? Просто осведомился у любимой девушки, как дела у ее пострадавшего брата… Ну и что, что этот самый брат постоянно выступает против их отношений? Марк вообще вырос довольно вредным, но не оставлять же из-за этого без внимания его стычку с вурдалаком!

- Приходит в себя… - Аделайн говорила осторожно, а смотрела подозрительно, что заставило Адриана изумиться еще больше. Да что такое-то? Чем он мог вызвать ее подозрение?

- Адриан… откуда ты знаешь, что Марк ранен?

Все сразу встало на свои места. Парень сделал глубокий вздох и неодобрительно покачал головой. Ох уж этот старший братец Ады… А ведь в детстве он, помнится, вполне нормальным мальчишкой был! Правда, тоже норовил влезть в какую-нибудь драку. Он же, помнится, и с учителем как-то пообщаться умудрился… Хорошо, что учитель выбрал себе в ученики не его.

От Анри Адриан знал, что Марк не слишком любит учиться, да и к магии относится весьма пренебрежительно. Да и сам он замечал, что брат его любимой девушки, его вредный друг предпочитает упражнения со шпагами. А ведь мог бы развить врожденный дар… Учитель вот всегда хотел обладать даром предвидения и провидения. А этот плюет на то, что ему досталось от природы.

- Он не сказал? – Адриан прищелкнул языком, - Вообще-то, это я подвез его до дома, он позвонил мне. Я же сделал все, что в моих силах, чтобы раны не беспокоили его и не слишком бросались в глаза.

- Так это ты зачаровал его раны?! – Ада уперла руки в бока, гневно сдвигая брови. Молодой человек совсем опешил. Он же просто помогал другу, с которым знаком еще с детских лет, он не мог бросить его на произвол судьбы после такого! Почему она сердится?..

- А… а что?

- Ничего! – Аделайн гневно топнула ножкой, - Адриан, если бы Анри не догадался… или это был Винсент? Не важно, если бы мы не поняли, в чем дело, Марк мог бы истечь кровью! Такие раны лечить надо, а не зачаровывать! А ты – не врач!

Адриан всплеснул руками. Он терпеть не мог, когда Ада повышала на него голос и, обожая ее еще с детства, старался не позволять любимой такого поведения. Ада честно держалась, но иногда все-таки срывалась. Как правило, в этом был виноват сам Адриан.

- Конечно, я не врач! – он недовольно поморщился, - Но, знаешь ли, у меня не было времени вызванивать дядю Чарли с фрегата и просить, чтобы он срочно приехал полечить этого болвана! Я уверен – Марк сам нарвался, а я просто пытался помочь…

- А что ты делал в поместье Мактиере?

Другой голос, серьезный мужской голос прервал милую сцену двух «голубков», заставляя молодого человека помрачнеть. В душе искрой сверкнул страх. Если Марк спалил его, рассказал, где он бывает… Если теперь ему устроят допрос… Анри – хитрый черт, наверняка сумеет вытрясти из него все подробности!

А ведь когда-то отец говорил, что они с Анри похожи… Но вот Адриан вырос, а Анри все равно превосходит его, и как за ним угнаться, он пока не знает.

- Анри…

- Отвечай на вопрос.

Старший из наследников рода де Нормонд стоял за спиной своей сестры, скрестив руки на груди. Злости или недовольства во взгляде его не было, но парень казался на редкость серьезным и сосредоточенным. Это добра тоже не предвещало.

Надо что-то придумать, сказать какую-то полуправду, причем сказать ее максимально искренне. Не нужно Анри знать, что он общается с Чеславом.

- Я… после Чеслава осталось много записей, - Адриан быстро облизал губы, - Он говорил, что я могу приходить и учиться по ним. Я стараюсь бывать там в отсутствие твоего друга, чтобы не смущать его, ну и… учусь.

Анри вздохнул. По лицу его волной пробежала тень, и парень недовольно подумал, что старший кузен не поверил его словам. Хотя какой он старший! По самым скромным подсчетам он, Адриан, старше Анри где-то на полторы тысячи лет, он родился в шестом веке! А вот поди ж ты – перед Анри он испытывает что-то, похожее на трепет.

Ведь это Анри когда-то начал обучать его магии. Это он потом откололся от своего первого учителя и примкнул к другому… Анри будет очень недоволен, если узнает.

- Послушай, волчонок…

Адриан вспыхнул. Это прозвище прицепилось к нему с детства и, если старшим парень позволял так обращаться к себе – кому-то вроде отца или великого мастера Альберта, или того же дяди Винсента, - то от Анри стерпеть этого не мог. В конце концов, не так уж намного-то он и старше, чтобы так его называть!

- Прекрати, Анри! Прекрасно знаешь – я уже давно не волчонок, я взрослый и сильный волк…

- «Такой же, как дядя Ричард», - саркастически продолжил вместо него собеседник. Адриан немного смутился.

- Ну, нет… до дяди Ричарда мне пока далеко, но я уже не ребенок! Ада… Ада, ну скажи же ему!

Анри перевел взгляд на сестру и проницательно прищурился. Сам достаточно взрослый человек он, конечно, знал только один способ, каким мужчина может доказать девушке свою зрелость. Ну и, как заботливый старший брат, по-видимому, не одобрял этого.

Аделайн фыркнула.

- Будь ты взрослым, не пошел бы на поводу у Марка! Сумасшедший! Адриан, не надо ездить в поместье, никто не знает, какой вред могут принести записи этого оборотня!

- Да они не…

- Подожди, - Анри проницательно прищурился, изучая молодого человека взглядом. Помолчал, разглядывая его. А потом вдруг произнес, слегка понизив голос, произнес такое, что у Адриана мурашки вдоль позвоночника побежали.

- Как давно ты проник в его воспоминания?

Повисло молчание. Ада переводила взгляд с брата на своего молодого человека и, похоже, не находилась, что сказать. Анри ждал ответа. Адриан молчал, старательно выдумывая максимально правдоподобную ложь.

Ложь придумываться упорно не желала, и парень пожалел, что учитель не преподавал ему уроков хитрости.

- Я… я… да с чего ты взял…

- Адриан.

- Ну… - парень замялся и, наконец, обреченно вздохнул, - Давно. Лет пять назад. Он учил меня… все это время…

Ада ахнула и прижала руки ко рту. Глаза ее расширились, в них заплескался ужас. Адриан понимал ее – рассказы о страшном рыжем оборотне им всем были знакомы с детства, да и самому парню доводилось встречать его в шестилетнем возрасте. Чеслава боялись все, с его телом, лежащим в замке, обращались, как с бомбой замедленного действия и, конечно, не могли спокойно принять тот факт, что он подружился с врагом.

- Чему он тебя научил?

Анри казался спокойным, но Адриану стало не по себе. Он-то знал, что Анри в свое время воевал против Чеслава, считал его своим врагом… Но при этом сам водил дружбу с названным братом учителя. Разве это не ставило их на одну планку? Помнится, Анри тоже пытались обвинять в предательстве, но он сумел переубедить родных и даже уговорил Анхеля изменить свое мнение, забыть о мести!

Правда, сам Адриан таким похвастаться не мог, но совершенно точно знал, что учитель не желает продолжать полуторатысячелетнее сражение, что он больше не хочет жить во имя целей названного брата, что он желает лишь мира и покоя!

- Послушай, Анри… - парень нахмурился, - Я знаю, что ты думаешь. Но, поверь, учитель не пытается настроить меня против родных, я… я, в конце концов, сразу ему сказал, что не пойду против семьи! Он преподает мне магическую науку и, клянусь, я достиг определенных успехов, - Адриан, не удержавшись, слегка приосанился, - Даже больших успехов! Учителя сжигает его сила, огонь становится осязаем, а я смог потушить его!

Слушатель нахмурился и пару раз тряхнул головой. Рассказчик недовольно подумал, что был слишком тороплив, не сумел объяснить все так, как следовало бы, что… быть может, вообще стоило промолчать.

- Анхель… - Анри чуть повернул голову к правому плечу. Потом проследил спускающуюся по рукаву белую точку и, склонившись, протянул руку к земле.

Белый паук, сорвавшись с его пальцев, полетел вниз, но не долетел. Он был, наверное, на середине расстояния до земли, когда вдруг перед молодым наследником рода де Нормонд вспыхнула яркая молния, и между ним и его собеседником появился сидящий на корточках беловолосый человек.

Адриан немного попятился. Месье Анхеля он знал, общался с ним не единожды, но всегда испытывал невольный трепет пред ним, хотя и сам не до конца понимал, почему. Он же, в конце концов, был близким другом, названным братом учителя, а уж Чеслава молодой человек никогда не опасался. Но альбинос заставлял его нервничать. Особенно сейчас.

Анхель поднялся с корточек, выпрямился и вперил в стушевавшегося парня пристальный взгляд прозрачно-зеленых глаз. Лицо его было серьезно.

- Ты сказал… - говорил он привычно сиплым, сорванным голосом, и от этого Адриану стало еще больше не по себе. Мельком глянув на отступившую назад Аду, отметив для себя ее бледное лицо и страх в зеленых глазах, парень мысленно вздохнул. Да, господин маркиз Мактиере пугает не только его…

- Сказал, что Чеслава сжигает его сила? – Анхель нахмурился и мельком оглянулся на серьезного Анри, - Что это значит? Как такое может быть? – он тряхнул белой шевелюрой и поправил выбившуюся прядь, - Чес должен обитать в самых прекрасных воспоминаниях своего детства, он должен проводить время в наслаждении и отдыхе! Его сила…

- Его сила возвращается, месье маркиз, - Адриан вздохнул: говорить с Анхелем Мактиере ему тоже было страшно, но выбора судьба не оставляла. В конце концов… он – названный брат учителя. А сам Адриан – ученик Чеслава, тоже крепко связан с ним. Придется, видимо, привыкать к обществу этого белобрысого…

- Он опасается ее, - осторожно продолжил парень, - Сила учителя очень велика, а сейчас, когда его тело находится в Нормонде, на холме, что всегда давал ему силу… - он перевел дыхание и виновато улыбнулся, - Учитель говорит, что его вернувшаяся сила ищет выход, но не находит его. Его воспоминания горят, он сам как будто горит, я… Я чувствовал жар, исходящий от его тела… Он опасается, что в какой-то момент не сумеет совладать с этой силой и тогда произойдет взрыв.

- Взрыв… - Аделайн, нервно покосившись на замершего альбиноса, сглотнула, - Взрыв – в прямом смысле? В стенах замка??

Анри помрачнел, сжимая руки в кулаки. На лице его отобразилась напряженная работа мысли – молодой человек решал, что предпринять и как лучше поступить и, кажется, приходил к не очень приятному выводу.

- Они должны быть в курсе, - тихо промолвил он, - Мы должны рассказать старшим, они… Должны знать, что им угрожает.

Глава 3

Ворас. Получеловеческое существо, человек, способный становиться пауком. Как правило, альбинос – имеет абсолютно белые волосы и белоснежную кожу, но глаза не красные, а прозрачные. Главные отличительные черты – хитрость, жестокость и коварство, но свойственны они в основном взрослым особям.

Ворасами не рождаются, детей ворасов практически не бывает. Беловолосого ребенка можно увидеть только, если его обратил взрослый. Для обращения ворас погружает в шею жертвы отросшие до размера клыков резцы и впускает яд. Чтобы избежать полного обращения, жертве нельзя касаться воды на протяжении недели после контакта с ядом. И при этом пить хочется смертельно, жертва буквально умирает от жажды. Попадание хотя бы капли воды на кожу и, тем более, в рот, завершает процесс.

С помощью обращения в себе подобных ворасы размножаются.

В шестом веке их существовало великое множество, они пытались оказывать влияние на людей, но те не пожелали подчиняться. При помощи небольшого отряда магов, ворасы были обращены пауками навечно, избежал этой участи лишь один. Он же в последствии обратил еще одного человека. Чуть позже оба получили бессмертие.

На сегодняшний день известно о существовании лишь двух ворасов – это маркиз Анхель Франциск Мактиере и граф Виктор Базиль де Нормонд.

Оба родились и выросли в шестом веке, однако, благодаря обретенному бессмертию, дожили до наших дней. Неизвестный ворас сломал жизнь маленькому Анхелю, обратив его, из-за чего отец выгнал мальчика из родного дома. Позже Анхель обратил Виктора, вовсе не имея целью сломать ему жизнь. Но, стараниями Чеслава, обманувшего доверчивого графа, тот прожил полторы тысячи лет в аду, постоянно вспоминая о постигшем его горе. Лишь благодаря своей родне из этого времени, Виктор сумел прийти в себя и даже вернул себе сына, который должен был умереть в шестом веке.

Судьба Адриана тоже сложилась странно, но отец его счастлив уже тому, что сын рядом.

Анхель же на протяжении полутора тысяч лет мечтал отомстить человеку, подославшему к нему вораса и поклялся вырезать всех его потомков. Он уничтожил почти всех, но в результате встретил Анри, с которым крепко сдружился и благодаря которому решил отказаться от ненависти и мести. К сожалению, Чеслав, живший все полторы тысячи лет во имя целей друга, своего названного брата – Анхеля, - не был готов также легко отринуть ненависть. Его противникам пришлось заточить его навеки в его самых прекрасных воспоминаниях, чтобы не быть убитыми им. Анхель часто навещает названного брата, наблюдает за ним, но к своему собственному сожалению и почти ужасу, не сумел заметить, когда того начала сжигать возвращающаяся сила. Теперь у него нет иного выхода, как обратиться за помощью к тем, кого он считал врагами.

И именно поэтому сейчас наследный маркиз Мактиере, ворас, стоит в большой гостиной замка Нормонд, возле длинного стола и мрачно смотрит на сидящих вокруг последнего людей.

Они неприятны ему. Неприятны без ненависти, просто вызывают резкое отторжение в душе. Будь его воля – он бы никогда больше не виделся с ними. Особенно с этим мужчиной с длинными, чуть вьющимися, светло-каштановыми волосами до плеч. С наследным маркизом ла Бошер, сыном его заклятого врага. Как и вот с тем высоким мужчиной с черными, как смоль, аккуратно подстриженными волосами, темными глазами под густыми бровями и двумя сережками-гвоздиками в ушах. Еще один наследник маркиза ла Бошер, Антуан… Альберт Антуан де Нормонд, как он стал зваться, вступив в эту семью, но Антуан ла Бошер по праву рождения. Он все также похож на того… другого. Того, кто подослал вораса обратить юного Анхеля Мактиере и того, кто отправил на каторгу собственного сына.

Он похож, но судьба у него иная. Этот человек – величайший из магов, известных когда-либо, великий мастер Альберт, некогда создавший целый мир. Пожалуй, это одно из самых великих его деяний… Жаль, мир просуществовал недолго.

Анхель незаметно вздохнул. В том мире Чес был счастлив, там он был на своем месте, играл в пирата и исподтишка работал на мастера, убивая магов. Тогда брату было хорошо, тогда его не сжигала собственная сила…

- Мне не нравится, что Адриан общается с Чеславом.

Голос подал сам основатель рода де Нормонд – граф Виктор. Глупый Вик… Анхель сдержал усмешку. Мало ли, что тебе не нравится, глупец! Твой сын был спасен Чесом, он был практически создан им и, в целом, нет ничего удивительного, что в учителя себе Адриан избрал именно его. Да, парень-то способным оказался… Самому Анхелю так и не удалось научиться проникать в память друга без ведома Венсена.

- Поверьте, Ваша светлость, это никому не нравится.

Великий мастер Альберт, хмурясь, подался вперед, вглядываясь в пристыженного юношу. За столом в гостиной замка собралось, как обычно, много народа, хотя многих и не хватало, но карающий меч на голову Адриана было кому обрушить.

- Как тебе только пришло это в голову, волчонок? Ты ведь знаешь, каков всегда был Чеслав, ты помогал нам справиться с ним!..

- Подожди-ка, потомок, - Венсен, хмурясь, вгляделся в опустившего голову парня, - Что-то мне смутно вспоминается, как Чеслав однажды велел нашему волчонку не забыть его заветов… Что это были за заветы, Адриан?

Андриан тяжело, обреченно вздохнул и, достав из-за пазухи дорогой стилет с резной рукоятью, принялся недовольно водить его острием по столешнице. В этом он был явно похож на своего родного отца – Анхель знал, что граф Виктор не только способен ловко метать похожие стилеты, но и любит их втыкать во все, что не попадя. Родичи долго пытались отучить Вика от этой привычки, а когда, наконец, отучили, на смену отцу пришел Адриан.

- Он просто сказал… - парень говорил тихо, не сводя взгляда с царапающего столешницу стилета, - Предложил… Сказал, что в поместье Мактиере, в верхней комнате третьей заброшенной башни есть его записи, по которым я могу учиться магии. Я… начинал учиться по ним, но потом понял, что мне нужен наставник…

- Почему ты не обратился ко мне? – Альберт продолжал хмуриться. Анри, видимо, посчитав, что настал его черед вмешаться, резко поднялся на ноги и помотал головой.

- Извини, дедушка, но Адриану помогал я. Правда, он быстро потерял интерес к занятиям, я думал, что и к магии тоже… Я не знаю, на что он способен сейчас.

Анхель прищурился. Он тоже не знал, на что может быть способен названный сын его друга и, честно сказать, даже немного опасался его. Кто знает, что может устроить Адриан, натасканный Чеславом! Друга Мактиере любил, но отдавал себе отчет в том, насколько тот может быть хитер и опасен.

- В таком случае… - завел мастер, но внезапно оказался прерван. Молодой мужчина, черноволосый, лохматый, напоминающий благородного разбойника – баронет Ренард Бастиан Ламберт, он же Ричард Бастар Лэрд, внезапно решил подать голос.

- Так! Давайте-ка по порядку. Как Марк, Анри?

Адриан тяжело вздохнул и опустил голову еще ниже. Анхель с удивлением подумал, что мальчишка винит себя в случившемся с кузеном, что, в целом, странно. Как понял маркиз, Адриан лишь помог Марку добраться до дома и заговорил его раны, но и только. Впрочем, в перипетиях этих благородных душ он никогда не разбирался. Самого Мактиере не смутило бы и добить раненного.

- Приходит в себя, - Анри негромко вздохнул, - Такие раны не затягиваются даже с помощью зелий, Ричард, так что… пришлось повозиться. Я сделал все, что мог. Ада помогла. Да и, честно говоря, заклятия Адриана свою роль сыграли – кровь остановилась быстро. Этому ты тоже у Чеса научился?

Адриан вскинул голову, хотел что-то сказать… но ему не позволили. Не позволил на сей раз сам маркиз Мактиере, посчитавший, что имеет право участвовать в важном разговоре.

- Вас не смущает, что на него напал вурдалак? – Анхель чуть склонил голову набок, - Это как-то… не слишком обычно.

- Верно… - мастер потер подбородок, - Вурдалаков в этом мире мало, они стараются не вылезать лишний раз, не рискуют. Размножаться они не способны. Смысла идти на смерть… а Марк ведь убил его, верно?

Все взгляды вновь обратились к Адриану. Юноша, должно быть, почувствовал некоторую уверенность и даже приосанился, важно кивая.

- Я видел тело. Марк убил его, пронзил шпагой сердце. Я убедился, что он мертв, оказал Марку помощь, довел до дома… Но вообще-то, на меня тоже вурдалаки нападали. Дважды.

Единственная девушка за столом – юная Аделайн, родная сестра Анри и Марка, сидящая рядом с Адрианом, взволнованно схватила его за руку.

- Почему ты мне не сказал?

Анхель на мгновение залюбовался ей. Юная ведьма была чудо, как хороша – длинные каштановые волосы, большие зеленые глаза, точеная фигурка… Да еще и нарядилась-то как! Длинная юбка, облегающая короткая кофточка, браслеты на руках и бусы на шее – она казалась без пяти минут лесной жительницей, и выглядела очень привлекательно.

Маркиз с сожалением отвел взгляд. Для него эта красавица была слишком молода, да и сердце ее уже принадлежало другому. К тому же, у него сейчас тоже были проблемы и заботы, и тоже из-за женщины. Их хотелось решить, но говорить о них желания не возникало.

- Но ведь ничего не случилось! – Адриан аккуратно сжал ручку девушки, - Ада… Не стоит беспокоиться, честное слово. Я справился с ними.

- Два нападения на тебя, и одно на Марка… - великий мастер в раздумье побарабанил пальцами по столу, - Странно. Вурдалаков в этом мире должно быть не больше десятка, а они так рискуют…

- Учитель тоже говорил, что это странно! – Адриан, заметно окрыленный, стиснул стилет, утыкая его острием в столешницу, - Я рассказал ему… он удивился, и…

- Подожди, волчонок, - Ричард, хмурясь, повернулся к мастеру, - Ты второй раз повторяешь слова «в этом мире»… Разве есть другой, где этих тварей больше?

Альберт слегка помрачнел, опуская взгляд. Анхель почувствовал интерес. Что же это такое мог натворить Антуан, что теперь испытывает смущение едва ли не такое же сильное, как то, что питает мальчишка Адриан? Каким бы ни был мастер, а он все же достаточно велик, силен и умен, что же за глупость он мог совершить?

- Боюсь… - мастер облизал губы и неожиданно перевел взгляд на Адриана, - Ради всего святого, прекрати царапать стол, Адриан! Нам уже дважды приходилось заново покрывать его лаком!

- Потомок, - Венсен нахмурился, - Ты пытаешься уйти от ответа.

Красавица Ада, сжав руку возлюбленного сильнее, нахмурилась в сторону деда. Ей, видимо, не были приятны неожиданные нападки на юношу, что еще раз доказывало, что сердце девушки всецело принадлежит ему.

Анхель незаметно вздохнул. А жаль, все-таки очень жаль, что такая красавица никогда и не взглянет в его сторону! В ее глазах он, должно быть, старый дед, каковым, по большому счету и является… Нет, надо выкинуть из головы это влечение и обратить внимание на насущные дела и заботы.

- Мой мир… - Альберт еще раз облизал губы, - Тот мир, что я создал, умирая от руки моего племянника… Я думаю, он все еще существует.

- В смысле? – Ричард даже слегка отпрянул, прижимаясь спиной к спинке стула, - Тот мир существовал, пока ты был в нем, ты поддерживал его! Я думал, он исчез, когда ты… мы… В общем, в моем понимании дело было так: ты переделал реальность, а потом мы вернули ее на место. Так?

- Не совсем… - маг тяжело вздохнул, - Скорее это я создал отдельный мир с переделанной реальностью, в который впоследствии перенес вас. Потом вы просто вернулись в свой мир, а тот… Я понятия не имею, что могло случиться с ним и как сейчас там обстоят дела. Но в том мире вурдалаков было больше, чем в этом, они подчинялись мне, как и упыри, и сейчас… у меня такое чувство, что они лезут оттуда сюда.

- Зачем?.. – Анри покосился на молчаливо стоящего у стола друга и нахмурился. Анхелю, впрочем, нарисованная мастером картина тоже не понравилась. Другой мир, нечисть из которого может пробраться сюда… Да кому, пребывающему в здравом уме, это вообще может понравиться?

- Ты не того спрашиваешь, мальчик мой, - мастер покачал головой, - Если бы я знал ответ на твой вопрос, знал бы и как остановить их или упредить дальнейшее проникновение…

- Я могу спросить учителя!

Анхель сдержал вздох. Что за глупый мальчишка… И как Чес только мог выбрать себе столь безмозглого ученика! Он же подставляет сейчас своего учителя, буквально переводит на него стрелки… Неужели сам этого не понимает?

Взгляды всех присутствующих, как и следовало ожидать, обратились к Адриану. Тот слегка смутился, но все-таки развернул плечи, демонстрируя уверенность в собственных словах.

- Ты думаешь, Чеслав может иметь к этому отношение? – Венсен с сомнением покачал головой, - Я не то, чтобы сильно люблю его, но все-таки в этом сомневаюсь. Чеслав заперт в своей памяти, фактически лежит без сознания, а чтобы устроить такое…

- Я не думаю, что учитель виноват! – Адриан даже слегка приподнялся. Лицо его залило возмущение и это ворасу понравилось: как бы глуп не был мальчишка, а за учителя он вступается вполне искренне. Может, Чесу довольно его преданности?

- Я просто считаю, что он может знать что-нибудь, как-то помочь…

- Чтобы Чеслав решил помочь нам? – баронет Ричард насмешливо скрестил руки на груди, - Знаешь, мой мальчик, это уже из области фантастики. Твой «учитель» ненавидит нас.

Адриан поднялся на ноги и жестом аккуратным, но решительным высвободил ладонь из пальчиков Ады. Анхелю это не понравилось. Понятно, что парень взволнован, но зачем девочку-то обижать? Эх, не тому она сердце отдала, точно не тому…

- Меня учитель не ненавидит, - говорил Адриан твердо и голос его звучал уверенно: чувствовалось, что на сей раз парень готов стоять на своем, - Более того – мне он будет рад помочь. Но и мы должны помочь ему! Если сила учителя вырвется наружу, это может грозить, как минимум, разрушением замка! А как максимум…

- Как максимум, - мастер Альберт невесело усмехнулся, - Сила Чеслава велика, можно даже сказать – огромна. А замок стоит на холме, где сила бьет ключом. Взрыв силы оборотня, ворвавшись в поток силы здесь… может создать так называемый «рифт» - прорыв в пространстве. И я не берусь угадать, к чему это может привести.

Адриан сел и, сцепив руки в замок, сжал их, опуская взгляд. То, что он сказал дальше, заставило изумиться даже Анхеля, бывшего, в целом, на стороне своего друга.

- Если бы вы позволили разбудить учителя…

- Исключено!! – отец молодого человека, хлопнув ладонью по столу, вскочил на ноги. Поведение его не удивило альбиноса – Виктор де Нормонд всегда был очень эмоциональным, несдержанным человеком. К тому же, с некоторых пор он обернул свою ненависть против Чеслава и, конечно, не желал видеть своего врага вновь живым и дееспособным.

Адриан тяжело вздохнул. Он, конечно, тоже знал своего отца, знал его достаточно, чтобы понять, что движет его действиями и словами.

- Но, папа… он ведь может помочь. И потом, будучи живым, ему будет легче сдерживать силу!

- Нет, - мастер, как председатель собрания, слегка стукнул кулаком по столу, сдвигая густые брови, - Твой отец прав, Адриан. Будить Чеслава – не выход. Может, он и сумел чему-то научить тебя… но мы еще даже не знаем, чему именно и насколько это может быть опасно лично нам! Чеслав – проблема, а не ее решение, запомни это, мальчик и больше не предлагай такого!

Адриан медленно встал вновь. Пальцы его слегка сжали столешницу, глаза сверкнули. Анхель нахмурился, чувствуя, что юноша задумал выкинуть какой-то фокус.

Он не ошибся.

Парень неожиданно всплеснул руками, будто пытаясь окатить себя невидимой водой… и в следующий миг на месте молодого человека забил высокий фонтан.

Анхель, рядом с которым это происходило, отступил, быстро переглядываясь с Анри. Он знал эту магию, видел однажды, как ее применяет Чеслав, но не думал, что он передал своему ученику даже эти знания.

- Адриан… - Аделайн ошарашено повела головой из стороны в сторону. Словно отвечая на ее слова, фонтан исчез, а на месте его взметнулось высокое, горячее пламя. Оно продержалось меньше воды – должно быть, жар молодому авантюристу было выносить сложнее, чем влагу.

Порыв ураганного ветра затушил пожар и обрушил его на пол земляной россыпью.

Еще через секунду с пола поднялся, недовольно потирая локоть, вполне материальный и довольный собой Адриан.

- Вот, чему он научил меня, - тихо молвил юноша, - И это только малая часть. Я верю учителю, я доверяю ему, я знаю, что он не обманет меня! Послушайте… позвольте мне хотя бы навестить его и рассказать о том, что здесь творится. Может, он и в самом деле сумеет что-нибудь подсказать.

***

Чеслав полулежал в кресле и лениво передвигал взглядом шахматы на стоящей перед ним доске, когда в его комнатке, «келье», как иногда мысленно называл ее рыжий, возникли два человека.

Оборотень медленно перевел взгляд на них, оглядел одного, потом другого и, наконец, слегка приподнял левую бровь.

- И как это понимать? – говорил он спокойным, размеренным голосом, даже не повышая его. Ему на самом деле было любопытно, что привело к нему названного брата в компании названного сына и, одновременно, ученика. Обучение свое Адриан должен был скрывать, причем скрывать тщательно – так они уговорились когда-то, - и Анхеля ставить в известность Чеслав тоже не собирался. Не потому, что не доверял, но потому, что не хотел лишний раз напрягать названного брата своими проблемами.

Эта привычка тянулась за ним из глубины веков. Он всегда с готовностью решал проблемы Ана, но никогда не вешал на него свои. Брат итак пережил немало на своем веку, зачем еще больше напрягать его?

- Есть разговор, - первым заговорил все-таки Анхель, что Чеса не удивило. Адриан казался смущенным и стоял, опустив голову, походя при этом на нашкодившего котенка. Значит, рассказал…

- И для этого надо было приводить мальчика?

Ворас поморщился и недовольно мотнул головой. Чеслав понял, что промахнулся – лгать уже смысла не имело. Адриан во всем сознался, и теперь брат только расстраивается из-за его неискренности.

- Да будет тебе, Чес!

Он понял, что не ошибся.

- Я знаю, что ты уже пять лет, как обучаешь Адриана, да что я – все знают об этом! Я не собираюсь ставить это тебе в вину, - Анхель на секунду закусил губу, сверля названного брата взглядом.

Тот на мгновение растерялся. Не собирается ставить в вину? Тогда зачем же он пожаловал, зачем привел Адриана?.. Брат в последнее время стал очень скрытным, начал держать тайны даже от него и угадать ход его мыслей так же просто, как раньше, оборотень не мог.

- Послушай… - Мактиере быстро глянул на молчаливого Адриана, и глубоко вздохнул, - Скажи… Ты знал, что мир мастера не исчез вместе с ним, что он продолжает существовать?

Чеслав не повел и бровью. Сдерживать себя, скрывая изумление, он всегда умел мастерски.

- Я не задумывался об этом. Но, честно говоря, это было бы вполне логично… Хотя и трудно представить, что происходит там теперь. Почему ты заговорил об этом, Ан?

Анхель промолчал, лишь слегка толкнул в плечо Адриана. Ученик оборотня обреченно вздохнул, без особой охоты поднимая голову.

- Помните… я рассказывал вам о вурдалаках, учитель?

Чес смежил ресницы, не удостаивая парня даже кивком. Впрочем, тот давно привык к подобному обращению.

- Ну, и… В общем… Дедушка… то есть, великий мастер сказал, что в том, его мире, вурдалаков было много и все они подчинялись ему. И сейчас… он думает, они могут прорываться оттуда в этот мир, но не знает, с какими целями.

Чеслав заинтересованно склонил голову набок. Потом щелкнул пальцем по воздуху, будто отгоняя муху и, проследив, как падает король на шахматной доске, вновь устремил взгляд к альбиносу.

- Тебя тоже интересует ответ на этот вопрос, брат мой?

- Ты ведь не думаешь, что я буду рад, если в этом мире станет больше нечисти, - Анхель слегка вздохнул. Потом открыл рот, собираясь сказать что-то, но осекся на полуслове и, хмурясь, опустил взгляд. Чес прищурился. Названный брат что-то скрывал от него, о чем-то умалчивал и ему это закономерно не нравилось. Казалось бы, сколько лет прошло с их последней ссоры! Они ведь помирились, восстановили братские отношения… а вот доверия, похоже, не вернули. Ну, что ж, раз молчит Анхель, смолчит и Чеслав, не скажет ему о своих проблемах. С каким приветом, брат…

- Что ж, - он сложил пальцы домиком. На нос слегка сползли возникшие секунду назад очки.

- Если мир мастера по-прежнему существует, меня не удивляет, что твари из него пробираются сюда. Ткань между реальностями тонка… Но вот вам еще тема для размышления, друзья мои. Вурдалаков кто-то посылает. Сами эти твари не настолько умны и хитры, да и желаний особых не испытывают, им незачем искать новые зоны обитания. Но, если кто-то подчинил их себе, если кто-то отдал приказ – они исполнят его. Вурдалаки, как и упыри, на редкость исполнительные твари. Итак, я повторюсь: вурдалаков в этот мир из того кто-то подсылает. А это значит, что после ухода мастера кто-то там решил занять его место. Не исключено, что этот «кто-то» полагает теперь, что одного мира ему мало и хочет добраться до другого. Что думают твои новые друзья о моих делах, Ан?

Анхель, явно не ждавший подобных вопросов, отступил, растерянно моргая. Потом быстро глянул на растерявшегося Адриана и вздохнул.

- Сложно сказать, Чес. По большому счету, они не говорили об этом… Куда больший интерес вызвал вопрос существования другого мира и возможности проникновения тварей из него в нашу реальность.

- Не удивительно… - Чеслав сцепил пальцы в замок и, закинув ногу на ногу, легко качнул ей, - А ты, мой ученик? Что ты думаешь?

- Я? – Адриан ощутимо смутился, - Ну, я… предложил разбудить вас, учитель. Они не согласились.

- Разве это удивительно? – вклинился в разговор Анхель, - Чес, после последней битвы…

Оборотень вскинул руку, останавливая названого брата.

- Последняя битва случилась тринадцать лет назад, - напомнил он, - Тогда… многое случилось, Ан, но все это до́лжно оставить в прошлом. Венсен следит за нами сейчас?

Ворас глубоко вздохнул и покачал, было, головой... но тут же пожал плечами. Судя по всему, ответа он не знал.

- Он не собирался делать этого, - ответ последовал вовсе не от альбиноса, а от Адриана, да и ответ был столь тих, что Чеславу подумалось, будто парень стесняется. Даже более того – будто он в чем-то чувствует свою вину, но в чем? В поведении его родных и друзей учитель никогда не винил юношу.

- Он сказал… - Адриан напряженно облизал губы, - Сказал, что доверяет следить за вами Анх… месье маркизу.

- Что ж, месье маркиз… - Чеслав сузил желтые глаза, зная, что сквозь стекла очков это выглядит особенно впечатляюще, - Коль уж вы приставлены быть моим тюремщиком – пусть будет так. Но я вынужден просить о милости… - он приподнял уголок губ, не скрывая насмешки, - Я бы хотел побеседовать с моим учеником наедине.

Анхель вскинулся. Прозрачно-зеленые глаза его сверкнули, и оборотень не сомневался, что задел его. Собственно, он и хотел задеть названого брата, он буквально стремился сделать это.

- У тебя от меня тайны, брат?

Оборотень криво улыбнулся.

- Как и у тебя… брат. Я не желаю продолжать нашу ссору, как я сказал – она должна остаться в прошлом. Но после того, как ты встал на сторону Анри, Ан, прости мне мое недоверие, но я не хочу говорить тебе всего.

Маркиз скрипнул зубами. Чеслав испытал неожиданное удовлетворение от этого – его лучший друг, названный брат, всегда был дворянином, всегда превосходил его, бродягу, по статусу, но никогда не мог удачно парировать выпады рыжего. Пусть даже только словесные.

Иногда он ловил себя на желании превзойти названного брата. Жил полторы тысячи лет ради его целей, ради его желаний, но теперь хотел жить ради себя и хотел стать выше маркиза, хотя бы в собственных глазах.

Понимал это Анхель или нет – трудно сказать. Порой Чеславу казалось, что брат видит его насквозь, но почти сразу же он удостоверялся в своей ошибке. Невзирая на титул, на дворянскую кровь, Ан оставался обычным человеком, и даже не смог сравняться с названым братом по магической силе.

Потому что ты всегда будешь маркизом, а я – бродягой. Потому что я всегда буду сильным магом, а ты – просто заклинатель.

- Если я сейчас уйду, - Анхель говорил медленно, взвешивая каждое слово, - За тобой вновь начнет следить Венсен, Чес. Быть может, лучше будет довериться мне?

Чеслав прищурился. На языке вертелось колкое «я не верю тебе», но он не позволил себе произнести это. Зачем? Зачем портить отношения с названным братом, фактически сидя в тюрьме?

- Хорошо… - это слово он тоже произнес медленно, продолжая размышлять, - Хорошо, брат. Но я не могу открыться тебе, пока ты не откроешься мне, - он склонил голову набок, выждал несколько секунд и, наконец, улыбнулся. Названый брат не собирался раскрывать свои тайны, что ж… Придется и ему подождать с откровениями.

- Ты можешь вытащить меня отсюда, Адриан, - заговорил вновь Чеслав, уже обращаясь к ученику, - Ты достаточно силен, чтобы пробудить меня. Не бойся! – заметив протест в карих глазах, рыжий вскинул руку, - Я не намерен вредить твоей семье, твоим родным! Напротив – я действую из чистого альтруизма, не хочу случайно навредить им. Анхель, - взгляд его вновь устремился к названому брату, - Скажи Венсену, что ему следует внимательнее следить за тем, что происходит в моем сознании. Адриан, - он опять глянул на ученика, - Выясни все о вурдалаках, проникающих в этот мир. Если я прав и их кто-то направляет сюда… у тебя не будет иного выхода, кроме как прибегнуть к моей помощи.

Анхель, мрачнеющий с каждым словом друга все больше и больше, наконец, не выдержал.

- Что ты задумал, брат?

- Что бы я не задумал, вреда твоим новым друзьям это не причинит… брат, - оборотень пронизал альбиноса колючим взглядом, - Уходите! Уходите оба, и сделайте то, что я сказал! Что будет дальше… случится после.

Больше говорить он ничего не стал, вновь обращая взгляд на шахматную доску. Он слышал, как переминались с ноги на ногу его посетители, видимо, не зная, что предпринять, слышал, как стало вдруг тихо. Он даже не оборачивался – знал, что посетители исчезли.

Он медленно поднялся и, подойдя к окну, отодвинул занавеску, взирая на картину перед собой. Там, на залитой светом дворовой площадке, среди сочной зелени, лежал, истекая кровью, взрослый мужчина. Два мальчика – рыжий и светловолосый, - взволнованно суетились чуть поодаль, и Чеслав видел, как рыжий рассекает себе острым камнем руку, а потом подносит рану к губам друга.

Он чуть улыбнулся, опуская занавеску. Началось. Его память пробила выстроенные Венсеном заслоны, события стали развиваться дальше. Если к нему опять вернется трагедия из прошлого… Обитателям замка действительно не поздоровится.

Глава 4

Вечерело. Они шли по безлюдной улице, держась за руки – прекрасная молодая пара, он и она.

Девушка хмурилась. Молодой человек безмолвствовал. Наконец, она не выдержала.

- Ты не должен этого делать.

Парень тихо вздохнул. Возвращаться к обсуждению навязшей темы не хотелось.

- Я ведь уже все объяснил…

- Ты пытаешься убедить меня, что поступаешь правильно, - девушка остановилась, заглядывая в глаза спутнику, - Но если бы это было так, ты не скрывал бы это от старших! Адриан, одумайся! Он – наш враг, он столько вредил нам, чуть не убил Анри, держал в плену папу, разрушил замок…

Адриан заметно помрачнел. Приятная романтическая прогулка грозила превратиться в, как минимум, отнюдь не романтический спор.

- Ада… Я же объяснял. Он не…

- Я знаю, что он твой учитель, - опять перебила его девушка, - Знаю, что ты веришь ему, что он многому тебя научил. Но, Адриан, подумай! То, что ты затеял – это же предательство!

- Да он больше не…

- Раз он такой хороший, почему Винсент не хочет его будить? Почему дедушка против этого? Да и твой отец, Адриан, вспомни, вспомни наконец, что́ сделал ему Чеслав!

- Ада! – Адриан схватил девушку за обе руки и слегка сжал, - Послушай меня, прошу! Я знаю, все знаю, что делал учитель! Прекрасно знаю – его проклятие чуть не убило меня! Но ведь он меня спас! Он дал мне силу, сделал меня тем, кто я есть и научил еще столькому...

- Но почему ты считаешь, что только он может помочь решить эту проблему с вурдалаками? – Ада нахмурилась, - Анри – сильный маг, ты тоже, я кое на что гожусь, Марк… Про дедушку, Винса и вообще старших я просто молчу! Зачем нам Чеслав?

- Ада… - молодой человек улыбнулся, любуясь гневными зелеными глазами, - Счастье мое… Ты знаешь, я люблю тебя и очень ценю твое мнение, но, милая… Господин Чеслав – мой учитель. И он, если на то пошло, тоже имеет отношение к «старшим»…

- А вот друг Анри – Анхель, не одобряет этого!

Адриан слегка посуровел. Для него не были тайной взгляды, бросаемые иногда маркизом Мактиере на его возлюбленную и, хотя он и знал, что Ада не подозревает о симпатии Анхеля, говорить об этом не хотел. От вораса молодой человек вообще предпочитал держаться подальше, доверяя ему значительно меньше, чем своему учителю. Тем более, что учитель Анхелю тоже не слишком-то доверял.

- И давно ты прислушиваешься к словам Анхеля Мактиере?

Ответить Аделайн не успела. Где-то рядом, очень близко раздался утробный вой, сменившийся рычанием и темная тень бросилась наперерез молодым людям.

Адриан мгновенно сместился, заслоняя девушку собой. Ада обвела в воздухе указательным пальцем сияющий круг и принялась покрывать его замысловатыми узорами.

Защита… Да, защита – это неплохо, но сейчас нужно атаковать!

Адриан быстро глянул в жадные глаза, горящие неестественным светом, оценил количество и длину клыков… и, вскинув руку, щелкнул пальцем, будто отгоняя муху.

Один из клыков чудовища с громким треском сломался. Оно завыло, завертелось вокруг своей оси и тотчас же вновь бросилось в атаку, размахивая руками с длинными когтями.

Парень быстро облизал губы. Вурдалаки не ядовиты, но раны, оставляемые ими, глубоки и болезненны… Нельзя его подпускать. Он мельком оглянулся на Аду, на сияющий круг перед нею. Закончила или нет?.. Магия линий – это, конечно, очень здорово, но в бою она почти бесполезна. Слишком много времени отнимает.

Вурдалак бросился вперед с такой скоростью, что Адриану почудилось, будто это порыв ветра вдруг налетел на него. Вот только ветер оставлял глубокие раны на руках.

Дьявол, он же маг, он сильный маг! Или... сейчас этого мало?

Он оттолкнул тварь сильным порывом ветра с язычками пламени в нем и, видя, что на вурдалака это особенного впечатления не произвело (разве что расстояние между ними увеличилось), подался вперед, падая на четвереньки.

Это делать он умел лучше всего. Не прошло и мгновения, как напротив монстра яростно ощерился молодой волк – рыжий, с коричневыми подпалинами, с перекатывающимися под шкурой мускулами.

Аделайн, завершившая чертить свой узор, толкнула нарисованный круг ладонью вперед и повела чуть вниз, заставляя рисованную защиту почти одеться на волка сверху. Адриан, ощутив прикосновение зачарованных световых линий, поняв, что теперь защищен, слегка вильнул хвостом.

И тут же рванулся вперед, подобный рыжей молнии, куда более быстрый, чем человек и почти такой же быстрый, как монстр перед ним. Вурдалак извернулся, припадая к земле, пропустил волка над собой, и попытался достать его когтями за брюхо, но хищник успел увернуться.

В этом облике молодой оборотень был ловок, как никогда. Даже учитель, внимательно следящий за его успехами, порою говорил, что Адриан больше похож на кота, чем на волка и поражался его изворотливости. Ученик знал, что в этом превосходит наставника.

Вообще говоря, в человеческом облике юноша не мог похвастаться крепкой мускулатурой. Вырос он худощавым, стройным, во многом напоминал телосложением отца, чем последний очень гордился, но сильным себя никогда не считал. Зато в волчьем виде он мог бы соперничать даже с дядей Ричардом, что тот вполне сознавал и чему был рад. Дядя Ричард вообще любил племянника, на что тот отвечал ему горячей взаимностью и даже почти всегда прислушивался к его обучающим лекциям на тему: «Как стать хорошим оборотнем».

Адриан, правда, и так считал себя достаточно хорошим и способным. Ему учитель это говорил.

Ада вскрикнула, отступая назад. Волк, увлеченный схваткой, мельком отметил для себя страх в это возгласе, но не позволил себя отвлечь. Лишь когда секундой позже к нему пришло осознание жгущей боли на морде, когда он сообразил, что тварь ухитрилась ранить его, он понял, чем был продиктован испуг любимой.

Его ранили! Какой-то трижды проклятый вурдалак сумел ранить его! Ну, ты у меня сейчас получишь…

Волк рванулся вперед со скоростью выпущенной стрелы и, увернувшись от новой атаки когтей, попытался вцепиться в глотку противнику… Зубы щелкнули вхолостую.

Вурдалак ускользнул и, обогнув опасного врага, бросился на беззащитную девушку. Та должна была стать легкой добычей – не способная толком защититься, обладающая силой замедленного действия, хрупкая и беззащитная, какую можно переломить, как тростинку.

Адриан почти взревел, бросаясь наперерез твари. За Аду, свою Аду он готов был порвать любого и теперь промахиваться не собирался.

Молодые волчьи клыки сомкнулись на горле вурдалака. Послышался хруст, и пасть затопила горячая, соленая кровь. Оборотень мотнул головой, раздирая горло твари еще больше, практически отделяя голову от тела и, чувствуя, как боится Аделайн, отшвырнул врага от себя.

Потом с омерзением высунул язык, пытаясь отплеваться от крови и, уже обращаясь человеком, с отвращением проворчал что-то.

У человека вкуса крови во рту практически не ощущалось. Адриан сплюнул для очистки совести и, утирая губы тыльной стороной ладони, повернулся к Аде.

Рука зацепила что-то липкое, размазала по щеке. Парень непонимающе глянул на запястье и удивленно вскинул брови. Рука покраснела.

- Адриан! – Ада обеспокоенно бросилась к нему, коснулась ладонью щеки, заставила слегка повернуть голову. Лицо ее приняло взволнованное, почти испуганное выражение.

- Я думала… почему-то думала, что раны, которые ты получаешь, как волк…

- Я тоже так думал, - Адриан вздохнул, сжимая ее руку и ободряюще улыбнулся, - Ерунда, Ада. Царапина. Пройдет.

Девушка серьезно кивнула, нежно водя пальчиками по скуле молодого человека. В первую секунду он подумал, что это просто ласка, но почти сразу понял, что это не так. Ада чертила свои узоры, она колдовала, наверняка пытаясь исцелить его! Это неправильно. Неправильно, что его любимая девушка должна тратить время и силы на то, чтобы вылечить его, неправильно, что она должна волноваться! Он ведь мужчина, он должен оградить ее от всего этого. Он…

- Идем домой, - Аделайн аккуратно взяла его за руку и потянула за собой, - В поместье. Там я сумею помочь тебе, мой милый, там я смогу не только остановить кровь, но и полностью залечить рану!

- Ты умеешь?.. – оборотень, уже шагнувший за ней, замер от удивления. Ада ведь всегда умела только чертить свои линии, когда она научилась исцелять?..

Девушка беспечно пожала плечами.

- Анри научил. Идем же, идем, Адриан!

…

В поместье их не ждали, но встретить не преминули. Завидев кучерявую черноволосую голову одного из братьев любимой девушки, Адриан с трудом сдержал вздох. Ну, сейчас начнется…

- Та-ак, - Марк упер руку в бок, гневно хмурясь на вошедшую парочку, - Вы опять?

- Что – опять? – лениво огрызнулся молодой человек, - Разве тебе не надо лежать в постели, а, раненный?

Раненный Марк недовольно тряхнул шевелюрой. Лицо его являло собою одну сплошную претензию.

- Належался уже. Черт возьми, Адри, ну как тебе не стыдно? Я понимаю – Аде голову гормоны кружат, и вообще она женщина, но ты-то должен соображать! Что может быть между вами – вы родственники!

Адриан недовольно потер переносицу. Подживающая рана на щеке отвратительно тянула и иногда дергала болью, и ссориться сейчас не хотелось.

- Какие родственники, Марк? – парень резко выдохнул, - Я даже не ее предок! Я просто был рожден в роду де Нормонд полторы тысячи лет назад, у нас нет общей крови!

- Ты же де Нормонд, - Марк продолжал хмуриться. Аделайн, тихонько позволяющая «мужчинам» разобраться самим, переступила с ноги на ногу и сжала кулачки. Она, судя по всему, уже тоже начинала закипать.

- Ну и что? – Адриан продолжал отстаивать свою позицию, - Марк, я был рожден полторы тысячи лет назад! Меня забрали в это время, когда мне было пять, я просто физически не успел стать близким родственником Ады! Вы все – далекие потомки кого-то из моих братьев или сестер, но это не значит… Или что, тебе было бы предпочтительнее, выбери она кого-то вроде Анхеля Мактиере?

Ада, как раз открывшая рот, чтобы что-то сказать, поперхнулась и в немом изумлении уставилась на возлюбленного. Адриан, заметив это, с досадой подумал, что девушка его и в самом деле не сознает, что ворас ей интересуется. Лучше бы сознавала. Тогда бы могла его отшить.

Марк раздраженно дернул плечом и отвечать не стал. Это Адриану тоже было досадно – хотелось бы знать, понимает ли хотя бы брат его девушки, что она нравится другому мужчине.

Анхеля в семействе де Нормонд особенно не жаловали, даже не взирая на его крепкую дружбу с Анри. Если бы Марк понял, что альбинос поглядывает на его сестру, скорее всего, возмутился бы этим.

- Что у тебя со щекой? – все еще недовольно осведомился юноша, - Первая ссора любовников? Моя сестрица тебя поцарапала?

Адриан закатил глаза.

- Мы не любовники! – на этот раз Аделайн все-таки опередила его, гневно топнув ножкой, - Уймись, Марк! На нас, между прочим, напали, Адриану надо помочь…

- Кто напал? – Марк прищурился, взъерошивая кучерявую шевелюру, - Перехватываешь у меня противников, а, Адри?

- Не называй меня так, - поморщился парень, - Никого я у тебя не перехватываю! Своего вурдалака ты тогда убил. А этот мой. Был.

- Был? – Марк заинтересованно подался вперед, - Ого-го, история становится все интереснее! Ребят, а вам не кажется, что вокруг нас стало как-то очень много этих зубастых?

Адриан помрачнел. Полушутливые разборки кончились, пришло время для серьезного разговора. Хуже всего было то, что парень знал: его обучение у рыжего оборотня Марк, скорее всего, не одобрит. А упомянуть об этом придется…

- Так кажется не только нам, - буркнул он, - Так и старшие считают, и… мой учитель тоже так думает.

- Учитель? – Марк удивленно вскинул брови, - Ты про Ричарда, что ли?

Ада тяжело вздохнула и, не давая своему молодому человеку ответить, сумрачно покачала головой.

- Нет, Марк. Адриан говорит не о Ричарде. Он уже пять лет как учится магии у рыжего оборотня, у Чеслава! И совершенно не раскаивается в этом.

Адриан хотел спросить, с какой стати он должен раскаиваться, но к собственному удивлению оказался опережен.

- А почему он должен раскаиваться? – Марк недоуменно моргнул и почесал бок, где, должно быть, остался шрам от раны, нанесенной вурдалаком, - Чеслав – сильный маг, у него многому можно научиться. Он и меня когда-то… не то, что научил, скажем так – направил. Значит, ему тоже не нравится обилие вурдалаков?

- Да… - Адриан нахмурился, - Что значит – он тебя направил? Когда? Куда??

Аделайн помрачнела. По лицу ее парень видел, что сейчас девушка на его стороне и прояснить для себя прозвучавшие вопросы тоже хочет.

Марк исторг протяжный вздох, после чего зевнул и пренебрежительно махнул рукой. Он, видимо, этому событию большого значения не придавал.

- Да я мелкий тогда был, что-то около пяти лет, что ли… Это когда Чеслав замок разрушил, помнишь? – взгляд его устремился к сестре. Та осторожно кивнула, но спокойнее от этого не стала, даже наоборот – лицо ее залило нескрываемое волнение.

- Ну, и вот… - Марк потер нос, - Он после этого приходил ко мне. Узнал, что я провидец, просил сделать ему предсказание. Я тогда не умел прямо вот провидеть, знал только, что прямо сейчас происходит… Слушай, Адри, а зачем ты гонял в поместье Мактиере? Да еще и на мотоцикле… у нас же этого не одобряют!

Адриан нахмурился. Вообще-то, ему очень не нравилось, когда его имя сокращали, да еще и таким идиотским образом, о чем Марк прекрасно знал и постоянно дразнил его, но сейчас было не до воспитания. Друг, родственник, родной брат любимой девушки нагло утаивал какую-то важную информацию, и это уже настораживало.

- Не отвлекайся, - оборотень куснул себя за губу, - Ты что-то предсказал ему тогда?

Марк еще раз потер нос. Адриан знал, что так парень ведет себя, когда чего-то смущается.

- Ну… понимаешь, брат, он меня тогда за руку взял. И его сила… в общем, она как бы перелилась в меня. Я смог увидеть будущее, сказал ему, что он проиграет, но будет этому рад…

- Сейчас он радостным не кажется, - Адриан напряженно облизал губы. То, что Марк обратился к нему, как к брату, молодого человека не удивило – с ним, как и с Анри, они и в самом деле были довольно близки. Разве что Анри, в силу возраста, внушал уважение и расценивался Адрианом скорее как посредник между их неразлучной троицей и старшими.

Собственно, поэтому Марк и возражал против отношений Ады и Адриана – полагая последнего братом, он не мог понять, почему парень не относится к его сестре, как к собственной. Адриан и Ада постоянно отстаивали свою позицию, пытались донести до парня, что родство их настолько дальнее, что даже не стоит быть упомянутым, но Марк упорствовал.

- Так, - оборотень потер руки, - То, что учитель поделился с тобой силой – это, конечно, новость, Марк и большая новость. Но у нас сейчас вопрос посерьезнее – вурдалаки…

- А также то, что ты хочешь разбудить Чеслава, - Ада скрестила руки на груди, недовольно созерцая своего молодого человека. Адриан, глянув на нее, почему-то вспомнил свою мать и впервые задумался над удивительным совпадением.

Говорят, дети иногда повторяют судьбу родителей… Он выбрал в спутницы жизни девушку по имени Аделайн, прямо, как его отец когда-то. Остается надеяться, что в остальном судьбу Виктора де Нормонда он не повторит – все-таки его Чеслав проклинать не собирается. Более того – ему он помог справиться с древним проклятием, спас, наделил силой!..

- Ты хочешь разбудить Чеслава? – голос Марка прозвучал как будто приглушенно, и Адриан насторожился. Кажется, на этот раз кузен решил выступить на стороне сестры, против него. Нехорошо.

- Я считаю это самым разумным выходом в…

- Ты с мотоцикла не падал?

Адриан поморщился. На мотоцикле он ездил не слишком часто и когда был на нем последний раз, оказывал помощь Марку. С его точки зрения, вспоминать об этом сейчас было подло.

- Да что вы заладили! – молодой человек гневно сдвинул брови, всплескивая руками, - Причем здесь вообще мотоцикл, Марк? Учителя стоит разбудить – он способен помочь нам, он сильный!

- Дед тоже не слабый, - парировал собеседник, - И Винс, и Луи тоже. Да и Анри у нас не промах, даром, что с пауком дружит. Мы и без Чеслава справимся.

- А ты не думаешь, что Чеслав сильнее и деда, и Винса, и Луи, и Анри вместе взятых? – оборотень скрестил руки на груди и гневно выдохнул через нос, - Они все вместе с трудом одолели его и то только потому, что он был ослаблен! Если Чеслав выступит на нашей стороне…

- Да с чего ты взял, что он выступит на нашей стороне?! – Ада, не выдержав, вновь вмешалась в беседу. Вообще говоря, девушкой она была разумной, рассудительной и довольно спокойной, поэтому ее вспышки всегда заслуживали особенного внимания. Если Аделайн сердится – значит, дело и в самом деле серьезно.

Но ведь он понимает это и так! Он сознает, сколь рискованно прибегать к помощи учителя, он даже понимает, что учиться у такого как Чеслав – почти безумие! Но ему учитель вреда не причинит. В этом сомневаться не приходится. Он и другим вредить больше не будет, ему просто нет в этом смысла!

- Потому что он был против нас только из-за Анхеля, - негромко, но твердо проговорил парень, - Теперь он не хочет поддерживать его цели, он не пойдет против нас!

Марк устало вздохнул и снова потер нос.

- Ты чокнулся, брат, - мрачно резюмировал он, - Ей богу, совсем рехнулся. Надо же как-то следить за своим здоровьем, психиатра иногда посещать, например…

- Не пытайся косить под Романа, - Адриан неприязненно сморщился. Роман Натан де Нормонд, виконт, постоянно подшучивал над всем и вся, и конечно, благоприобретенного родственника насмешками не обходил. Адриан все сносил с милой улыбкой, но в душе злился. И совсем не хотел, чтобы еще один потомок благородного рода упражнялся в остроумии за его счет.

- Послушайте… - он попытался взять ситуацию в свои руки, - Мастер сказал, что вурдалаки могут лезть сюда из того мира, что он когда-то создал. Я достаточно наслышан о нем. Тот мир… сложный, попав туда, почти невозможно предсказать, куда занесет судьба. Но, если учитель…

- Притормози коней! – Марк сдвинул черные брови, - Ты что задумал, парень? В мир деда с экскурсией намылился отправиться?

Аделайн, тоже сообразившая, на что намекает ее возлюбленный, возмущенно ахнула и уперла руки в бока.

- Адриан, ты хорошо себя чувствуешь вообще? Что за бредовые фантазии?

- А что здесь бредового?! – возмутился молодой человек, - Вурдалаки лезут из того мира, надо душить их прямо там! Если разбудить учителя и отправить его туда…

- Стоп! – Марк, внезапно прервав оратора, задумчиво облизал губы, - Если отправить его туда… А потом куда ты его денешь, когда с вурдалаками будет покончено?

- Марк… - попыталась вмешаться младшая сестра юноши, но тот только махнул в ее сторону рукой. Взгляд его был прикован к Адриану.

Тот пожал плечами. Речь наконец-то дошла до его гениального плана, и теперь можно было надеяться, что ему дадут о нем рассказать.

- А потом он может остаться там, - парень широко развел руки в стороны, - Эта клетка будет шире, и не так опасна, как та, в которой он находится сейчас. Чеслава в любом случае придется будить – к нему возвращается сила! А вместе с нею и память.

Глава 5

Сила возвращалась. Он чувствовал это каждую минуту и каждую секунду и, отдавая себе отчет, что существует только в собственном подсознании, ощущал, как наливаются мощью призрачные мускулы.

Хотя его сила никогда не была физической. Совсем наоборот – она существовала словно за гранью мира, он ощущал ее как половодную реку огня, живого пламени, она жгла его, одновременно согревая. Сила заставляла его кровь гореть, как спирт от малейшей искры. Сила сжигала его изнутри, не имея выхода…

Он еще раз отдернул занавеску, безрадостно глядя на гневного мужчину со светлыми волосами и зелеными глазами, кричащего на двух мальчиков. Один из них походил на мужчину цветом волос и глаз, другой был рыжим и казался язычком пламени.

Он закрыл занавеску и отвернулся. Его заставили если не забыть это, то забыть ярость, что пробудилась в его сердце в то мгновение, ярость на несправедливость со стороны отца лучшего друга. А теперь она возвращалась. Теперь огненная река, снова вливаясь в его тело, возвращала ее. Кажется, его стремление стать сильнее обратилось против него.

Нет, но причем здесь он? Это же они, они, глупцы, идиоты, эти безмозглые обитатели замка на холме устроили его тело там, где оно непрестанно будет напитываться силой!

В прошлый раз рядом хотя бы заточили меч, отбирающий силу. В этот раз создали все условия для ее возвращения…

Но он не хотел этого больше. Он не хотел ярости, не желал ни ненависти, ни мести за обиды названого брата.

Потому что брат предал его. Брат отрекся от их целей, их желаний, брат забыл обо всем ради своего нового друга – этого выродка графского рода, Анри Людовика де Нормонда. Мальчишки, что однажды сломал ему ногу и руку, юнцу, сумевшему его одолеть!..

Чеслав потянул носом воздух и тут же сделал медленный выдох, прикрывая глаза.

Нельзя… нельзя больше злиться, не нужно это. Брат предал его, брат встал на сторону врага, маленький провидец предрек его поражение, а Анри ему это поражение принес.

Но они не подумали, что даже сидя здесь, в плену своей памяти, он сумеет сделать то, чего желал сам – он сумеет обучить своего названного сына, Адриана.

При воспоминании о молодом оборотне по губам скользнула улыбка.

Да… Адриан. Сын. Он отрицает это, но самому Чеславу их магическое (да и кровное) родство очевидно – в конце концов, у парня даже волосы рыжиной отливают! А в волчьем облике он и вовсе рыжий.

Вик, наверное, злиться… Да и плевать на него. Если все пройдет, как надо, если Адриан сумеет разбудить его, вернет его обратно в этот мир… Он, наверное, уйдет из поместья Мактиере, уйдет подальше от холма, выстроит себе хижинку в лесу и будет спокойно коротать там дни. Собственно говоря, что ему нужно от жизни? Покой и умиротворение – большего он не просит. Он будет жить, обучать Адриана, может быть, его детей – своих внуков, - потом, и только. Возможно, иногда будет помогать ученику, если тому придет в голову нажить себе врагов. Возможно, будет иногда видеться с братом… Да что там, он молод, красив, почему бы ему не найти себе женщину и не завести собственных, полноценно родных волчат?

Да, так он и сделает.

Только надо сначала выбраться отсюда. А потом решить вопрос с вурдалаками, понять, как укротить собственную силу и – обязательно! – выяснить, что же гнетет Анхеля. Брат что-то скрывает от него, и это очень неприятно. Хм. Интересно, а Анри знает причину такого состояния Ана?

***

Анри окинул долгим взглядом мрачного друга и, глубоко вздохнув, неодобрительно покачал головой. Анхель, в общем-то, и никогда не был слишком уж улыбчивым и веселым, но в последнее время с ним явно творилось что-то не то.

- Да что с тобой такое? – парень всплеснул руками, - Ты все мои слова мимо ушей пропускаешь, постоянно витаешь в каких-то своих мыслях!

Альбинос недовольно повел плечом и поморщился. Анри знал, что Ан терпеть не может нотаций и, в целом, старался оградить его от них, но сейчас ситуация показалась ему достойной претензии.

- Ничего я не пропускаю, - огрызнулся ворас, правда, огрызнулся беззлобно, - Я просто… Не думаю, чтобы Адриан был прав в своем желании разбудить Чеса.

Парень пожал плечами. Этот вопрос они уже обсудили и уж переживать на эту тему точно не следовало.

- Ну, я тоже не в восторге от идеи этого волчонка, Ан. Чеслав непредсказуем, он вполне мог обмануть даже своего ученика, своего, как он говорит, сына… Но в целом, мысль интересная. Если вурдалаки лезут из мира дедушки, почему бы не отправить к ним Чеслава? Он и разомнется, и пар выпустит. Тем более, что мы оба знаем, как опасна может быть возвращающаяся к нему мощь.

Анхель устало опустил плечи, задумался о чем-то и вновь помрачнел.

- Вы так уверены, что вурдалаки лезут оттуда… А что, если лезут не только они? Просто вурдалаки нападают, светятся, а другие… - он махнул узкой рукой и тут же отвел ее в сторону, - Только я не понимаю, зачем? Какой в этом смысл, им что, своего мира мало?

Анри нахмурился, торопливо прикидывая варианты и, наконец, сжал губы. Мысль, пришедшая ему на ум, казалась здравой, разумной, но вместе с тем и несколько фантастической, поэтому поверить в нее до конца не получалось.

- Если только… что, если тем миром, после исчезновения деда, кто-то все-таки правит? Что, если этот кто-то хочет расширить подвластную ему область и потихоньку пробирается в наш мир, засылает диверсантов?..

Анхель мотнул головой, поднимаясь на ноги.

- Ты перечитал фантастических книжек? Нет, в теории такое возможно, но на практике… Анри, я достаточно знаю мастера, чтобы предположить – равных ему не сыскать ни в одном из известных миров. Кто может возглавить эту безымянную вселенную? С чего мастер вообще решил, что она существует?

Анри пожал плечами. На этот вопрос ответа у него не было – дед не вдавался в подробности, просто сказал четко и определенно, что тот мир, его мир, до сих пор существует. С чего он это взял, парень не знал, но привык не ставить под сомнение слова великого мастера.

Однако, если оттуда в этот мир сочится всякая дрянь…

- Знаешь, что я думаю, Ан… - молодой человек задумчиво облизал губы, - Было бы неплохо навестить тот мир. Просто разведать обстановку, узнать, как обстоят дела… И, быть может, Чеслава тоже было бы неплохо взять с собой. Там ему будет затруднительно причинить кому-то существенный вред, а сдерживать силу нужды не будет. Ему же, кажется, в том мире нравилось?

Альбинос пожал плечами, чем слегка удивил друга. Он-то полагал, что Чеслава Ан знает хорошо…

- Ему нравилось быть пиратом, - припомнил ворас, - Всегда нравилось. Но я не думаю, чтобы капитан Бешеный тоже отправился в тот мир, да еще и в компании своего бывшего старшего помощника!

- А что Чарли там делать? – молодой человек удивленно развел руками, - Корабль у него есть, пост капитана он занимает и в этом мире, да и вообще вполне счастлив. Меня, честно говоря, куда больше интересует мнение Чеслава на этот счет… да и со старшими поговорить надо. Слушай, Ан, - Анри вдруг посерьезнел, - А что сейчас происходит с памятью Чеса? Все нормально, он смотрит на резвящуюся детвору?

Анхель на мгновение сжал губы. Потом вздохнул.

- Наверное… сам я не видел этого – оконце в его комнате все чаще задернуто. Он обронил, что ему наскучила эта детская возня, но, клянусь, Анри, я не знаю, что может скрываться за этими словами.

- Странно, - Анри нахмурился, - Я всегда полагал, что ваши детские игры, то счастье – это одна из вещей, какие Чеславу никогда не наскучат. Если же это случилось…

- В последний раз, когда я был у него, он сказал, что Венсену следует внимательнее следить за тем, что происходит в его памяти, - вспомнил ворас, - Я не придал большого значения этим словам. Может быть, напрасно.

- Может… - молодой человек покусал губу, и неожиданно сменил тему, - Ты помнишь нашу последнюю битву с ним? Что он сказал после поражения?

Ан вновь пожал плечами, чем изумил друга еще сильнее. Ну, уж такие-то вещи он должен был запомнить, ведь переживал тогда, бросался к другу…

- Кажется… он обращался к тебе? – альбинос склонил голову набок. Анри вздохнул. Он-то хорошо помнил, что ему сказал поверженный враг. В целом, под словами Анхеля имелся твердый фундамент – раз обращались к Анри, чего бы ворасу запоминать эти слова? Но, с другой стороны, Чеслав ведь был его другом полторы тысячи лет и, кажется, остался им по сей день.

- Да, - тем не менее, не преминул ответить парень, - Он сказал, что я достойный враг и он гордится. Сказал, что устал… Слушай. А если он не захочет больше жить твоими целями и желаниями?

Анхель заметно помрачнел. В комнате будто солнце погасло, и даже стены стали казаться темнее. И это при том, что беседа проходила в одной из верхних комнат поместья, в одном из самых солнечных мест!

- Наши с ним цели и желания различны, - бросил альбинос, - Анри, я не понимаю, куда ты клонишь?

- Я думаю… - Анри примолк. Нет, этого говорить не стоит… Друг в последнее время стал сильно радеть за спокойствие и мир вокруг, мысль о возможности нарушения этого ему вряд ли понравится.

- Думаю, мне было бы неплохо тоже пообщаться с ним! – выпалил он, - Ты сумеешь доставить меня в его сознание?

Ворас слегка развел руками.

- Я не умею делать этого, вопрос к Адриану… Анри, зачем? Что ты хочешь узнать от него?

Молодой человек невесело улыбнулся и покачал головой.

- Да ничего особенного, Ан. Хочу просто заглянуть за занавеску.

…

В воспоминания Чеслава отправились втроем. Адриан, как могущий доставить их в память оборотня маг, настоял на своем присутствии. Анри подумалось, что он хочет в случае чего вступиться за учителя.

Вопрос обучения молодого оборотня магии вызывал в душе наследника рода де Нормонд смешанные чувства. Отец юноши, основатель рода, был категорически против, не желая связи сына с магией. Великий мастер Альберт относился к интересу парня снисходительно, иногда даже что-то подсказывал ему. Да и сам Анри в свое время помогал Адриану осваивать азы магической науки…

Но он и представить не мог, что безрассудный мальчишка выберет себе в наставники Чеслава! Анри помнил, как Адриан, будучи совсем юным волчонком, рычал на своего создателя, как он помогал им в битве, бросаясь на призванных тем тварей. А теперь что – задумал предать? Встал на сторону врага?

Тоже вроде бы нет. Против семьи Адриан не пойдет, тут нет сомнений, да и Аду он любит искренне. К тому же, цели Чеслава теперь, похоже, изменились и, если Анри правильно понимал, оборотень был бы не против провести в клетке своей памяти всю оставшуюся жизнь. Только возвращающаяся сила стала помехой. Только ли сила?..

Когда они втроем оказались в комнатушке оборотня, тот полулежал в кресле, положив ногу на шахматный столик, устроив ее прямо среди разбросанных фигур. В руках его была какая-то книга. Желтые глаза, глядящие на ее страницы сквозь стекла очков, казались такими же жестокими, как и прежде. Это Анри не понравилось.

Он открыл рот, собираясь как-то обозначить свое присутствие, но, должно быть, забыл, с кем имеет дело.

- Я не ждал тебя, молодой наследник. Впрочем, я сегодня вообще не ждал гостей.

- А собеседников? – Анри слегка склонил голову набок. Отвечать Чеславу следовало коротко и резко, требовалось сразу обозначить, кто здесь главный, распределить роли… Увы, с рыжим оборотнем это не работало. Он в подобных играх за свою бесконечную жизнь сильно поднаторел.

- У меня нет желания беседовать с кем-то, - он все так же не отрывался от книги, - Я предпочел бы провести этот день в одиночестве и покое.

Анри нахмурился и скользнул взглядом по комнате. Кровать, шкаф с книгами, шкаф для одежды (интересно, зачем ему переодеваться? Он же по сути просто сознание!), стол обеденный, чайный столик, шахматный столик и два глубоких кресла. Единственное окно плотно зашторено… Почему? Ан говорил, что Чеслав должен наслаждаться картинами прошлого.

- Что происходит с твоей памятью, Чеслав? – молодой человек спрашивал осторожно, каждое мгновение ожидая подвоха. От рыжего можно ждать всего…

- Странно, - Чес все-таки оторвал взгляд от страницы книги, взирая на собеседника сквозь стекла очков. Анри еще не доводилось видеть этого человека в очках, и сейчас он поразился, как разительно меняет такой небольшой аксессуар внешность. Чеслав не казался грозным или устрашающим – просто уставший молодой человек, коротающий время за книгой. Только вот желтые глаза смотрят странно. Или такой эффект создают стекла очков?..

- Я просил Ана передать Венсену, чтобы он обеспокоился этим вопросом, - размеренным голосом продолжал рыжий, - Тебя я действительно не ждал, Анри. Впрочем, я не буду таиться или скрываться, чтобы ты не подумал, будто я что-то замышляю. Взгляни сам, - он слегка кивнул на закрытое шторой окно.

Анри, хмурясь, решительным шагом направился к нему. Требовалось пройти мимо кресла Чеслава, и он чувствовал, с каким напряжением наблюдает Анхель его путь. Как внимательно следит Адриан, чтобы ничего не сделал… кто? Чтобы сам Анри не навредил его учителю или, напротив, учитель не навредил Анри? Ах, и как его угораздило связаться с этим типом…

Анри остановился возле окна и приподнял штору, выглядывая наружу.

Там светило солнце. Там плескалась нежными волнами от легкого ветерка шелковая трава, там царил великолепный летний день на заднем дворе какого-то поместья. И там же, приминая шелк травы тяжелыми сапогами со шпорами, находился дородный мужчина с очень светлыми волосами. Лицо его покраснело от гнева, он что-то говорил, кричал, но слов не было слышно – казалось, будто смотришь немое кино.

Он кричал на двух детей, двух мальчиков: рыжего и светловолосого. Догадаться, что происходит, для Анри труда не составило. Он с замиранием сердца смотрел, как мужчина указывает на дальние ворота и даже как будто читал по губам жестокие слова: «Не желаю тебя больше видеть».

Анри понимал, на что смотрит. Это был момент из памяти Анхеля, из памяти Чеслава, начало страшной трагедии их жизни, когда родной отец Анхеля, маркиз Мактиере, выгнал сына на улицу. Выгнал, после того, как узнал, что тот обращен ворасом…

Анри опустил штору и медленно повернулся к хозяину воспоминаний. Тот смотрел на него в упор чуть посверкивающими желтыми глазами.

Молодой человек медленно повел головой из стороны в сторону.

- Но так не должно быть… Ты не должен… Винсент говорил…

- Венсен! – Чеслав запрокинул голову и коротко расхохотался, - Ты умный парень, Анри и способный маг, тебе нетрудно сделать вывод. Выбирай – или Венсен плохо учился и оказался недостаточно способен, или… - он внезапно помрачнел, - Или против моей силы его умения ничтожны. Она возвращается, Анри. Ты должен чувствовать.

Анри на мгновение прищурился, потом медленно опустил подбородок. От Чеслава, даже от этого, являющегося по сути, лишь тенью живого, исходили волны мощи, незримые, но почему-то кажущиеся густо-красными.

- Возвращается не только сила, не так ли? – молодой человек вгляделся в рыжего, - Ты зол…

Чеслав медленно выдохнул и вновь откинулся на спинку кресла, закидывая на шахматный столик и вторую ногу.

- Да, - не стал скрывать он, - Да, я зол. Я зол, потому что Венсен обязан был следить, чтобы этот Ад не вернулся ко мне; зол, потому что знаю – ты и твоя семья против того, чтобы я обучал Адриана. Обучал собственного сына!

Молодой оборотень вздрогнул, как от удара бичом и, тяжело вздохнув, покачал головой.

- Учитель…

- Я зол, потому что мой брат что-то скрывает от меня, и делает вид, что не понимает, о чем я спрашиваю, - продолжал, не слушая, рыжий, - У меня много причин для злости, молодой наследник. Но больше всего я зол потому, что не хочу больше злиться, хочу спокойной жизни – хоть здесь, хоть в реальности, - а вы все не даете мне и минуты покоя!

- Чес… - на сей раз в беседу решил вступить Анхель. Он шагнул вперед, даже протянул руку к другу, но на половине движения передумал и вновь опустил ее. Чеслав сделал вид, что ничего не заметил.

Анри быстро нахмурился в его сторону, давая понять, что вмешиваться сейчас не время. Он был достаточно умен, чтобы понять – разговор с Чеславом следует вести максимально осторожно и лучше не раздражать его лишний раз. Сейчас, когда они находятся в сознании рыжего оборотня, они находятся с ним в равных условиях. Вот только Чеслав сильнее.

- Твоя сила превращается в твое проклятие, - медленно проговорил парень, следя за каждым движением собеседника, - Но почему она возвращается вместе с яростью?

Рыжий легко пожал плечами и закинул руки за голову, жмурясь, как кот.

- Потому что гнев всегда увеличивал мою силу, Анри. Это просто. Все в природе взаимосвязано, и мой гнев с моей силой – тоже. Как только начала возвращаться сила, вернулась и злость… Зачем ты пришел?

Анри вздохнул. Называть истинных целей своего визита ему мучительно не хотелось, особенно ввиду присутствия здесь двух свидетелей, а врать он не любил. Даже врагам.

- Я хотел взглянуть, что происходит с твоей памятью.

- Ах, вот как… - оборотень повернул голову и прищурился в его сторону. Очки он так и не снял, поэтому зрелище получилось впечатляющим.

- А на самом деле?

Молодой человек на миг сжал губы. Он видел, как насторожились его спутники, с каким интересом они начали вглядываться в него и понимал, что будет вынужден сознаться.

- Я хотел понять, есть ли резон в предложении Адриана.

На этот раз заинтересовался рыжий. Он положил руки на подлокотники, подался вперед и, склонив голову набок, устремил взгляд на своего ученика.

- И что же предложил мой ученик? Нет, стой! – Анри собрался ответить, но Чеслав запретил ему жестом, - Пусть говорит он. Адриан?

Молодой оборотень, заметно сконфуженный, быстро облизал губы и, тяжело вздохнув, сунул руки в карманы. Плечи его поникли, голова опустилась – Адриан явно сомневался, что предложение его учителя порадует.

- Я… я просто подумал… Знаете, мастер предположил, что вурдалаки лезут из мира, который некогда создал он. Я подумал, что, если бы мы могли пробудить вас, а потом отправить в тот мир…

- Хочешь, чтобы я сменил эту тесную клетку на целый мир? – Чеслав ухмыльнулся, - Мне это лестно. А в уплату я должен усмирить вурдалаков, что мешают жить вам… Что думаешь ты, молодой наследник? – он опять посмотрел на Анри. Тот слегка развел руки в стороны. Решение он уже принял.

- Я думаю, что твоей силе и твоей ярости следует дать выход. И почему бы не совместить приятное с полезным?

Глава 6

Великий мастер ожидаемо выступил против.

- Я создавал тот мир, несу за него ответственность, - он сдвинул густые брови, - Я не желаю, чтобы Чеслав устроил там хаос!

- Судя по тому, что оттуда сюда лезут вурдалаки, хаос там уже царит, - маркиз Мактиере почел своим долгом высказать мнение, - Возможно, Чес сумеет навести там порядок.

Маркиз Венсен, хмурясь, поднялся из-за стола, упираясь в столешницу кулаками.

- Возможно, Анхель! Всего лишь «возможно», стопроцентной уверенности нет. Если ты, Анри, полагаешь, что в том мире рыжий сможет выплеснуть переполняющие его силу и ярость…

Анри тяжело вздохнул, тоже поднимаясь на ноги. Анхель, хорошо знающий друга и уже успевший уловить его идею, чуть поморщился. Ему не нравилось, когда парню приходилось ругаться с родными.

- Да нет же… - молодой человек потер лоб, - Я думаю, что, наводя там порядок, Чеслав вынужден будет задействовать изрядную часть силы. И на то, чтобы этот порядок поддерживать, силы тоже нужны…

- Другими словами, ты прочишь Чеслава на трон в том мире? – мастер Альберт склонил голову набок. Темные глаза его нехорошо блеснули, и Анхель опять почел за лучшее вмешаться.

- Тебе жаль отдать этот мир моему брату, мастер?

Он провоцировал, вызывал огонь на себя, он почти хотел вызвать взрыв и бурю, но просчитался. Альберт умел держать удар.

- Да, жаль, - очень спокойно произнес он, - Я создавал тот мир, пестовал его, я не могу отдать его в ненадежные руки. Там тоже живут люди… Более того – некоторые из живущих там здесь мертвы. Тот мир – их право на жизнь, на спокойное существование и я не хочу…

- А как же убитые маги? – ворас скрестил руки на груди, - Если память не изменяет, там повсеместно уничтожалась магия, многие маги, включая итальянца Паоло, погибли…

- От руки Чеса, - вклинился молодой русоволосый человек, доселе не подававший голоса. Он достал из кармана эспандер и, покрутив его на указательном пальце, подбросил в воздух, ловко ловя затем.

- Риск, конечно, дело благородное, - продолжил он, - Но будить Чеса и отправлять в тот мир… Почему нельзя переправить его туда, и разбудить уже там? Чисто на всякий случай. Кстати, кто-нибудь вообще знает, как туда попасть? Или что, мне снова придется ухлопать дядюшку? – зеленые глаза парня сверкнули давно забытым жестоким блеском.

Анхель мысленно ухмыльнулся. При другом раскладе, этого юношу он мог бы счесть своим другом – юный магистр Людовик Филипп де Нормонд вполне соответствовал ворасу по характеру. Но, увы… дружба с Анри пресекла это на корню. Луи был искренне убежден, что маркиз Мактиере плохо влияет на его племянника, и с самим маркизом держался настороженно и отстраненно.

Великий мастер терпеливо вздохнул. Он, конечно, давно уже привык к поведению своего младшего племянника и сносил его колкости довольно спокойно. Тем более, что и Луи за рамки никогда не переходил.

- Поверь мне, Луи, есть более гуманные способы сделать…

- Но как же учитель? – Адриан, тоже присутствующий на собрании, не выдержав, попытался вскочить на ноги. Его удержала от опрометчивого поступка Ада, и Анхель мысленно вздохнул. Эта парочка все-таки неразлучна… Как обидно! Да, не везет ему с женщинами, ничего не скажешь.

- Это тоже важный вопрос, - не стал спорить мастер. Взгляд его темных глаз метнулся к старшему внуку.

- Ты уверен, что сила его возвращается?

Молодой человек кивнул. Анхель сдержал вздох. Уж об этом-то мастер мог бы Анри и не спрашивать – сам ведь обучал его когда-то и знает, на что способен молодой наследник. Почувствовать возвращающуюся силу мага может только маг, и Анри для этого сил вполне доставало. Не зря же говорили и продолжают говорить, что парень уже сравнялся по силе со своим великим дедом! Ни со дня на день он и вовсе превзойдет его, к чему эти глупые вопросы?

- Маркиз, вам слово, - неожиданно обратился Альберт к нему, - Что вы думаете о возвращающейся силе и о возвращающейся памяти вашего друга?

Анхель облизал губы, на мгновение сжимая руки в кулаки. Ну вот, опять… Его опять вынуждают предавать названного брата, вынуждают во имя спасения друга и людей, которых он так долго ненавидел!

Хотя, с другой стороны… Если Чеслав отправится в идеальный мир мастера, это тоже не так плохо. Возможно, он сумеет найти лазейку, чтобы навещать его, видеться с ним, а самому Чесу там будет не в пример вольготнее. Лишь бы уговорить мастера…

- Его силы возвращаются, это правда, - ворас машинально кашлянул. Собственный сорванный голос иногда раздражал, вызывал желание вернуть прежний тембр… но, увы. Это была плата за пережитое им когда-то прошлое, и никуда деваться он от нее не мог.

- Хуже другое, - продолжил он, - Насколько мне известно, память Чеса стараниями Венсена должна оставаться зацикленной на самых прекрасных воспоминаниях его детства – на наших с ним играх. Но это изменилось. Он видит то, что следовало за нашими играми, видит, как меня обратили в вораса, как отец за это изгнал меня из дома… Если так пойдет и дальше, он вспомнит самое горькое, что было с нами, и это может вновь озлобить его сердце. Я этого не хочу. После стольких лет я желаю лишь, чтобы мой друг обрел покой.

- Вы предлагаете отправить его туда, в дедушкин мир?

Альбинос с трудом удержался, чтобы не вздрогнуть. Кажется, это первый раз, когда красавица Аделайн обратилась к нему напрямую…

- Я думаю, мадемуазель, что, находясь там, он, даже будучи подвержен ненависти, не сумеет навредить никому здесь, - он чуть поклонился в сторону юной прелестницы и не удержался, - И вам в том числе.

- Другими словами! – Людовик, явно с трудом вытерпевший мгновения молчания, вскинул руку с эспандером, сжимая его, - Ты предлагаешь расширить клетку рыжего песика. И при этом максимально изолировать его от нас всех. В принципе, идея мне нравится… Но дядя прав – неизвестно, что он натворит в том мире, а там тоже живут люди.

- А если мы пойдем с ним? – Адриан, уже несколько секунд как отчаянно пытавшийся вклиниться в разговоры старших, робко поднял руку, - Если убедимся, что учитель… ну… нормально себя ведет?..

- Стоп! – маркиз Венсен, грозный и неотвратимый, поднялся на ноги и уперся кулаками в столешницу. Взгляд его карих глаз был обращен к великому мастеру.

- Скажи-ка, потомок… раз уж ты так беспокоишься за тот мир, почему тебя не волнует неожиданно возросшее число вурдалаков там?

Ответить Альберт не успел – внук опередил его.

- Правда… - Анри растерянно потер нос, - Похоже, нам в любом случае следовало бы наведаться в этот мир, чтобы навести там порядок. Если мы сумеем убедить Чеслава на сей раз выступить на нашей стороне…

Альберт красиво изогнул бровь.

- Ты думаешь, это возможно?

Анри вместо ответа перевел взгляд на Анхеля и тот все-таки вздохнул. Да. Мальчик прав в своих мыслях, прав абсолютно – не взирая на старую ссору, и на разногласия, ему названный брат никогда не откажет.

***

Чеслав все так же полулежал в кресле, закинув ногу на шахматный столик. Появление «гостей» он почувствовал, но глаз от книги поднимать не стал.

- Вы быстро вернулись, - он пытался одновременно говорить и читать, - Неужели приняли решение?

- Это зависит от тебя, брат, - голос Анхеля прозвучал первым, и оборотень даже поднял взгляд. Такого он не ожидал – в прошлый раз названный брат держался в стороне от разговора. Впрочем, предположить, что ему нужно, Чеслав мог.

- Видимо, мастер выдвинул условие, - он слегка склонил голову набок, - Предложение Адриана будет принято, меня отправят в безымянный мир мастера… Если окажусь там, непременно дам ему имя. Чего хочет Антуан взамен?

Он знал ответ, но хотел услышать его от Анхеля. Любопытно, какими словами названный брат преподнесет ему новость…

Заметив, что ученик, тоже присутствующий здесь, открыл рот, Чеслав сделал ему запрещающий знак. Нет, нет-нет, малыш, сейчас я не желаю слушать твой лепет… Сейчас я хочу услышать своего брата.

Он еще раз скользнул взглядом по посетителям, и испытал легкое недоумение. Так значит, молодой наследник не соблаговолил почтить его визитом во второй раз? И как это они доверили такое ответственное дело Анхелю и Адриану! Ан, скорее всего, находится в их компании на птичьих правах и, если они умны, не поверили бы ему безоговорочно. А Адриан и вовсе внушаемый мальчишка. Такому веры нет и, если они поверили – они просто глупцы.

Впрочем…

- За нами наблюдают?

Анхель на мгновение сжал губы и кивнул. Говорить он ничего не стал, видимо, продумывая другую речь.

- Что же… брат, говори, - Чес сузил желтые глаза, зная, что так взгляд становится пронзительнее, - Что хочет молодой Антуан?

Маркиз слегка вздохнул и заметно поник. Даже плечи его опустились, даже взгляд как будто потух.

- Ты знаешь, что в этот мир из того (по крайней мере, скорее всего оттуда) лезут вурдалаки. Откуда их там столько – неизвестно, мастер хочет выяснить это. Есть предположение, что в том мире дела обстоят не слишком хорошо, а поскольку Антуан считает себя ответственным за него, он хочет выяснить, в чем дело. В безымянный мир отправятся целым отрядом, Чес, и тебя тоже хотят взять с собой. Твоя сила может послужить благой цели – избавить тот мир от нечисти, ну, а потом… Потом предполагается, что ты останешься там.

Чеслав выслушал речь друга с немалым интересом и, тонко улыбнувшись, чуть склонил голову набок, продолжая рассматривать оратора.

- Ты пойдешь?

- Я… - альбинос на мгновение замялся, потом решительно выпрямился, - Да. Да, Чес, я… обязательно.

- Этот мир связан с тем, что тебя беспокоит?

Ворас растерянно примолк, глядя на друга почти испуганными глазами. Тот вздохнул и недовольно махнул рукой.

- Ради всего святого, Ан! Я достаточно давно тебя знаю, чтобы заметить, как ты угнетен. Ты не говоришь мне причины и, я подозреваю, Анри тоже не знает ее, но я вижу, что ты чем-то обеспокоен, - заметив промелькнувшие в прозрачно-зеленых глазах друга упрямые искорки, рыжий покачал головой, - Я не собираюсь допытываться, Анхель. Придет время – скажешь сам, я знаю. Что же до ультиматума мастера… - он ненадолго замолчал, окидывая взглядом свою комнатушку. Простенькая, довольно чистая – сил на поддержание порядка в собственном сознании ему всегда хватало, - но все-таки очень и очень маленькая. Да еще и эти видения за окном…

- А что станет с моей памятью? – он вновь прищурился, - Если она вернется, я буду обречен сходить с ума от ненависти, которую будет некуда выплеснуть. Я не хочу этого.

- Я полагаю, Венсен найдет способ помочь тебе… - в голосе Анхеля прозвучало явное сомнение. Чеславу это не понравилось. Судя по всему, старый друг отнюдь не был уверен в том, что его старый враг вообще способен помочь здесь.

- Соглашаясь отправить меня в тот мир, мастер фактически соглашается отдать его мне, - оборотень нехорошо прищурился, - Это необдуманно. Или он предполагает вначале узнать, что там происходит, а потом уже решать – позволить ли мне там остаться? – взгляд его скользнул к ученику. Адриан потупился и неловко пожал плечами. Учитель почему-то не сомневался, что сама идея отправки его в другой мир принадлежала именно глупому волчонку. Ах, дети… Не способны мыслить масштабно. А ведь он учил Адриана играть в шахматы, пытался привить ему такой образ мышления, способность видеть наперед!

- Предположим, я соглашусь, - продолжил Чеслав, - Что дальше? Меня потащат в тот мир в кандалах? Или и вовсе не пожелают приводить в чувство, просто бросят мое безжизненное тело где-то там? – он потер подбородок, - Впрочем, последнее было бы разумно. В этом случае взрыв моей силы не затронул бы этот мир, он коснулся бы лишь того… Но, кажется, нормондцы слишком благородны для такого?

Анхель вздохнул и не слишком ловко пожал плечами. Похоже, он не знал всего, что следовало и затруднялся ответить.

- Вообще говоря… - говорил Мактиере медленно, словно сомневаясь в каждом слове, - Они много говорили об отправке тебя в тот мир. Но практически не говорили о пробуждении…

Чеслав быстро глянул на Адриана. Ему почудилось, что выражение лица парня на какое-то мгновение изменилось, словно по нему скользнула тень какой-то мысли, но увидеть и определить, что это, он не успел. Похоже, чему-то мальчик у него научился – скрывать истинные свои чувства он умеет. Да и колдовать немного способен.

- Если они хотят отправить в тот мир лишь мое сознание, я не согласен, - Чес сцепил руки в замок, - Этим они полностью отсекут меня от внешнего мира, в том числе и от тебя, брат. И от моего ученика.

Адриан взволнованно подался вперед. Вмешиваться в разговор старших мальчишка более не рисковал, но явно беспокоился. Чеславу польстило это. Он и не думал, что сумел вызвать в душе ученика такую сильную привязанность… Пожалуй, однажды он и сможет назвать волчонка сыном. Но пока рано, не хотелось бы оттолкнуть его. Адриан всегда был очень привязан к родному отцу – к Виктору де Нормонду, - и вмешиваться в их отношения Чеслав дальновидно не пытался. Он просто сделал все, от себя зависящее, чтобы стать парню вторым отцом.

- Для того, чтобы оставить твое тело здесь, а сознание переправить туда, нужна очень сильная магия, - альбинос покачал головой, - Не думаю, чтобы они пошли на это. Но я не знаю, что они задумали.

- Знаешь, Ан…

Слушая друга, Чеслав продолжал размышлять, поэтому уже знал, что ему ответить.

- Я бы хотел поговорить с мастером. Венсен был здесь, но толком ничего не сказал и не сделал, полагаю, будет разумнее беседовать с более сильным. Анри для этого тоже не годится – мастер все еще считает его ребенком, его слова всерьез восприняты не будут.

Анхель слегка насупился. Ему, конечно, не было приятно слышать такие слова о своем молодом друге, но тут уж ничего не поделаешь. Чеслав, в конце концов, не оскорблял – он просто озвучивал правду, в которой не сомневался.

По лицу Адриана вновь скользнула тень какой-то мысли, которую его учитель снова не успел поймать. Он чуть заметно сдвинул брови. «Теряю хватку?»

- Спасибо за визит, брат, ты подарил мне надежду, - Чес склонился в церемонном поклоне, - А теперь прошу вас уйти, господин маркиз. Мне необходимо поразмыслить в тишине. Адриан… тебе тоже придется оставить меня. И о чем бы ты не думал, мальчик – не принимай решения, не посоветовавшись со мной.

Глава 7

Адриан стоял в одной из комнат Нормонда, расположенной на четвертом этаже замка, далекой и практически заброшенной. Перед ним, на кровати, простерлось тело рыжеволосого молодого мужчины – его учителя. На левой щеке его белел застарелый шрам от давней стычки, на шее тоже виднелись шрамы – следы зубов пантеры, однажды перервавшей ему горло.

Адриан помнил ту битву. Он был совсем мальчишкой тогда, волчонком, но уже получил право вести старших на встречу со страшным врагом – ужасно опасным рыжим оборотнем. Тогда он и подумать не мог, что однажды Чеслав станет его наставником…

Он привел их туда, где рыжий устроил ловушку. Он принял посильное участие в сражении с призванными им тварями – огненными волками. И он видел, как хранитель памяти дяди Ричарда – Дэйв, в своем зверином облике, в облике огромной черной пантеры, - вцепился Чеславу в горло. Чеслав упал, не в силах побороть эту страшную атаку, а потом подозвал Анри и назвал его достойным противником, даже сказал, что гордится. Чем он гордится – Адриан тогда так и не понял, а спрашивать после не решился.

Сейчас учитель явственно недолюбливал Анри. Хотя Адриан был убежден, что причина антипатии на сей раз кроется не в том сражении тринадцатилетней давности, что сейчас учитель просто ревнует своего названного брата к его другу. Видимо, раньше Мактиере все свои тайны поверял только ему, а теперь предпочитает общество без пяти минут врага. Конечно, учитель недоволен!

Адриан воровато огляделся и осторожно достал из кармана маленький пузырек. Интересно, как Анри отреагирует на то, что случится сейчас?

Осталась такая малость…

Парень аккуратно поставил пузырек на подоконник (ни столов, ни тумбочек в комнате не было) и извлек из воздуха тонкий и острый нож. Вредить учителю он, разумеется, не собирался, планировал лишь чуть-чуть подпортить его прическу.

Отрезанные рыжие волоски легко легли в руку. Молодой колдун, отбросив нож за спину и не заботясь о нем, шагнул к своему загадочному пузырьку. Помнится, обращая его волком, учитель добавлял в зелье свою кровь… Но сейчас магия будет не такой тонкой, и не такой сложной. Ему ведь не надо обращать учителя во что-то или делать нечто похожее – надо просто разбудить его.

Он откупорил пузырек и щелчком пальцев зажег на указательном маленький огонек. С великой осторожностью поднес волосы и пламя к горлышку сосуда и, стараясь, чтобы пепел падал прямо в пузырек, подпалил волоски. Огонь мгновенно пробежался вверх, коснулся пальцев.

Адриан шикнул и выронил то, что осталось от рыжих волос, уронил точно в зелье. Потом закрыл пузырек, несколько раз встряхнул, вновь открыл и, глубоко вздохнув, вернулся к учителю. Подумал присесть рядом с ним, но потом представил, как может прореагировать на это очнувшийся наставник и остался стоять. Лишь склонился, поднося к его носу флакончик с зельем, давая вдохнуть острый, пряный запах и шепнул:

- Surgere!

Потом помедлил, размышляя и забормотал:

- En el día del sol, me dirijo a un poder superior…*

Сильная рука неожиданно сжала его руку с пузырьком и властно отвела ее в сторону. Прямо на молодого человека взглянули желтые глаза.

- Испанские молитвы – плохой помощник в вопросе пробуждения, - Чеслав глубоко вздохнул и резко сел, отталкивая руку своего ученика, - Разве я не говорил советоваться со мной перед принятием решения?

Адриан нахмурился. Нотаций учителя он не любил, тем более, что сейчас был убежден – он все сделал правильно.

- Результат же хороший…

- Результат неплохой, - согласился наставник и потер шею, - Но все-таки ты недальновиден, Адриан. Что скажут обитатели замка, когда увидят меня?

Парень неловко пожал плечами. Так далеко вперед он действительно не заглядывал, даже не думал, что скажут родные, что скажет Ада… Он просто очень хотел помочь учителю. Ведь учитель столько ему дал в жизни, столькому научил! Да, в прошлом он совершал ошибки, но теперь-то, теперь он не хочет их повторять! Он больше не желает жить ненавистью, не хочет исполнять месть Анхеля Мактиере…

- Ну… речь же о том, чтобы вас разбудить, уже шла…

Чеслав вздохнул.

- Как ты наивен, Адриан… Похоже, обучение у меня не пошло тебе на пользу, мальчик. Анри в твои годы уже четко знал – кто друг, а кто враг.

- Я не считаю вас врагом!

- Потому что тебе я и не враг, сынок, - рыжий легко усмехнулся, - Потому что я избавлял тебя от своего проклятия не затем, чтобы потом вредить. Да и прочим нормондцам вредить у меня желания нет… Но они считают меня своим злейшим врагом, своим самым страшным кошмаром. Ты открыл банку с червями, мальчик.

Адриан вспылил. Больше всего на свете он ненавидел, когда кто-то упрекал его, особенно, если чисто объективно поступил он правильно. Он мог сносить нотации учителя, пока находился на обучении, спокойно относился к поправкам своих действий, но сейчас выслушивать упреки не желал.

- Если вам так не нравится быть живым, я могу позвать Винса – он снова уложит вас спать! – парень нахмурился, отступая на шаг, - Я думал, вы не хотите… думал, вас самого пугает возвращающаяся сила…

- Какой ты ранимый, - Чеслав хмыкнул и неожиданно поднялся на ноги. Сделал нетвердый шаг, приближаясь к ученику и крепко сжал его плечо. На губах оборотня играла мягкая улыбка.

- Я хочу, чтобы ты научился видеть ситуацию со всех сторон, Адриан. Не всегда в жизни нужно опираться только на свое мнение, только на то, что тебе кажется правильным… Ладно, - Адриан помрачнел и учитель, видимо, заметил это, - На каком мы этаже?

- Четвертом, - парень смотрел себе под ноги и отвечал сквозь зубы. Учитель слегка хлопнул его по плечу и отступил.

- Высоко, - отметил он, - Не думаю, чтобы за тринадцать лет Нормонд обзавелся лифтом. Пойдем, сынок, поможешь мне спуститься.

Молодой человек рывком вскинул голову; глаза его сверкнули.

- Не называйте меня так! – выпалил он, и тотчас же попытался смягчить впечатление, - Пожалуйста. Я знаю, вы поделились со мной кровью тогда, и мой волчий облик – прямое доказательство нашего родства, но… Я был, есть и остаюсь сыном Виктора де Нормонда, племянником Ренарда Ламберта и так далее. Прошу вас… хотя бы при них не называйте меня так.

Чеслав внимательно выслушал его и на удивление легко кивнул. Улыбка его оставалась мягкой.

- Хорошо. Идем, Адриан, идем! Мне и в самом деле хотелось бы побеседовать с мастером… и я надеюсь избежать его атаки, войдя в гостиную.

…

Спускались долго. Учитель и в самом деле казался слабым, еле переставлял ноги и пошатывался при ходьбе. К тому же, с ним явно что-то происходило и это Адриану очень не нравилось: Чеслав иногда хватался за грудь, сжимая ткань рубахи на ней и скрипел зубами. Один раз ученик даже попытался выяснить, что происходит с наставником, но ответа не получил. Чеслав всегда умел четко обозначать границы.

Чем дольше они спускались, тем больше Адриан сознавал, что в гостиной замка они окажутся как раз, когда там будет полно народу. Подходило время обеда, и к этому времени все стекались в главную комнату замка.

Жаль, что Ады не будет – она осталась сегодня в поместье, когда он уехал на своем мотоцикле. Жаль, что не будет и Марка – он мог бы, при хорошем раскладе, поддержать решение кузена.

А вот Анри, скорее всего, будет. Он вообще часто проводит время в замке, даром, что живет в поместье.

И отец будет…

Адриан сдержал вздох. Отец ненавидит Чеслава лютой ненавистью за проклятие, насланное больше полутора тысяч лет назад, отец не одобрял его обучения магии у рыжего оборотня… Отец будет зол.

- Думаешь, как отреагируют родные? – проницательный учитель мгновенно разгадал его состояние. Парень все-таки вздохнул, минуя последнюю ступень широкой лестницы и помогая спуститься наставнику.

Они находились теперь в коротком коридоре, ведущем к основным комнатам. Он соединялся с еще одним коротким коридором, в конце которого имелась лестница на второй этаж – к комнатам хозяев. Сейчас следовало миновать его и здесь еще оставалась надежда остаться незамеченными. Потом надо было выйти в «хозяйский» коридор, и вот тут уже возникал определенный риск. Ну, а дальше самое страшное – гостиная замка, главная комната, где сейчас, скорее всего, собрались все обитатели величественного строения. По крайней мере, большая их часть.

- Думаю, что отец будет зол, - сумрачно признался Адриан и поморщился, - Да и другие… Наверное, дядя Ричард очень рассердится – вы же не ладите с ним. И Винсент… и мастер…

- Довольно, - учитель на миг смежил веки, подтверждая свои слова. Ученик неожиданно для себя заметил, что ресницы у него черные, а не рыжие, как иногда казалось. То есть, что-то от обычного человека в его наставнике все же осталось.

- Если тебя так волнует это, можешь не поддерживать меня, - Чеслав пожал плечами, - Просто иди рядом. Так будешь казаться менее виноватым.

Адриан замер. Почтительность в его душе боролась с желанием уменьшить свою вину в глазах родных. Наконец, первая победила.

- Еще чего! – молодой человек мотнул головой, - Отец учил меня уважать старших, а вы – мой учитель! Я должен, я обязан вам помогать!

- Хорошее воспитание, - отметил оборотень и, показывая, что не возражает против такого решения ученика, оперся ладонью о его плечо. Рука была тяжелой, а Адриан – худощавым, поэтому чтобы выпрямиться потребовалось приложить усилия.

Коридор миновали не слишком скоро. Шел Чеслав медленно, явно отвыкнув от этого за прошедшие годы, а Адриан вынужденно приноравливался к его шагу.

В момент, когда проходили через дверной проем, ведущий в смежный коридор, дающий начало лестнице к спальням хозяев, Адриан мысленно молили небеса, чтобы здесь они никого не встретили.

Он был сильно удивлен тем, что столь нехитрый прием сработал.

В коридоре никого не было, и его миновали быстрее. То ли Чеслав немного разошелся, то ли просто коридорчик оказался короче предыдущего…

Остановились перед дверью, ведущей в гостиную. Из-за нее слышались голоса, веселые и жизнерадостные, и парень не сдержал вздоха. Ой, что сейчас будет…

Он осторожно открыл дверь и, старательно поддерживая пошатывающегося учителя, со всей возможной аккуратностью завел его в новое помещение.

Они остановились.

Люди, сидящие вокруг длинного прямоугольного стола – массивного, с резными ножками и кантиком вдоль краев, - даже не обернулись на звук их шагов, видимо, просто не услышав его.

Адриан замер, не решаясь подать голос и просто ожидая, когда на них обратят внимание, скользя взглядом по фигурам людей за столом и мысленно их пересчитывая.

Вот граф Эрик – отец Ады, Марка и Анри, - вместе со своей супругой. Вот оба его младших брата – Роман и Людовик. Вот сам Анри – присутствует, как и ожидалось. Анхеля не видно, но это и не удивительно: маркиз Мактиере никогда не сидел за столом с бывшими врагами. Вот Винсент, он же Венсен… Этот будет сильно недоволен. Дядя Ричард, мастер… отец…

Никого лишнего, все свои и с минуты на минуту на его голову выльется поток негодования.

Ох… Вот мастер поворачивает голову, скользя равнодушным взглядом по гостиной. Замечает новых гостей. Замирает, и… Вскакивает в негодовании.

- Что за…

Дядя Ричард, глянув туда же, куда смотрел Альберт, тоже рывком поднялся на ноги. За ним вскочили Анри, Винсент, отец, Роман, Людовик… разве что граф с супругой остались сидеть, но рты пооткрывали. Графиня даже немного прижалась к мужу – ее вид рыжего оборотня определенно пугал.

Чеслав ухмыльнулся, не убирая руки с плеча своего ученика. Ядовитый и язвительный, он, конечно, не мог упустить случая прокомментировать мизансцену.

- Не стоит, господа, можете присесть обратно, - он криво улыбнулся, - Клянусь, я не стою таких почестей.

- Это уж точно! – отец, граф Виктор де Нормонд, негодующе сжал кулаки. Попытался сделать шаг вперед и, наконец, заметил сына, замершего рядом с учителем. Лицо его побелело.

- Адриан… отойди от него.

Адриан хотел послушаться, как привык делать всегда, но внезапно передумал. Он нахмурился и медленно повел головой из стороны в сторону.

- Нет, папа. Прости, но… учитель еще слаб, ему нужна моя помощь.

Чеслав прищурился; желтые глаза его нехорошо сверкнули. Ладонь на плече юноши слегка сжалась.

- Ты неплохо воспитал моего сына, Вик. Что же, я думаю…

О чем он думает, так никто и не узнал. Виктор, в гневе подавшийся вперед, замер, так и не достав из-за пазухи стилет.

Чеслав внезапно согнулся, шипя, как озлобленный кот и скрежеща зубами; прижал руку к груди, стискивая ткань легкой рубахи на ней. Адриан, не понимая, что происходит, обхватил его поперек корпуса, поддерживая и краем глаза заметил, как дрогнула рука Анри. Спустя мгновение в гостиной будто полыхнула молния и светловолосый, бледный человек с прозрачно-зелеными глазами бросился к рыжему оборотню.

Он обхватил его, поддерживая, глядя с нескрываемым беспокойством и слегка покачал головой.

- Что… что с тобой?

Голос человека казался сорванным. Звучал он хрипло и сипло, надсадно, но к тембру его присутствующие здесь давно привыкли.

Мастер Альберт, проявляя чудеса бесстрашия, шагнул вперед, приближаясь к рыжему и, бесцеремонно ухватив его за подбородок, заставил поднять голову. Несколько секунд он вглядывался в подернутые дымкой боли желтые глаза, потом нахмурился.

- Венсен… подойди, - и, не дожидаясь, пока упомянутый мужчина приблизится, вновь всмотрелся в лицо Чеслава, - Твоя сила не просто возвращается, Вилкас. Она сжигает тебя изнутри, не так ли?

- Во время последней нашей стычки его кровь горела, - припомнил Ричард, осторожно вновь присаживаясь на стул, - Похоже, теперь это обернулось против него.

- Ах, бедный рыжик! – высокий парень с длинными черными волосами, завивающимися мелким бесом, очень похожий на Марка, ухмыльнувшись, вновь упал на свой стул. Это был младший брат графа Эрика – виконт Роман и вряд ли в замке, да и в поместье, нашелся бы хоть один человек, не знающий о любви этого парня к шуткам над всем и вся. Адриан не сомневался, что сейчас его старший родственник пройдется по персоне учителя сполна.

Он не ошибся.

Роман, удобно развалившись на стуле, закинул ноги на стол и самодовольно ухмыльнулся.

- Так значит, барбекю устроим прямо в гостиной? Кто хочет запеченной на углях волчатинки в собственном соку?

- Роман… - Эрик со вздохом потер переносицу. Он не то, чтобы часто осаживал брата, но все же иногда пытался делать это. На взгляд Адриана, Романа следовало бы осаживать пожестче.

Тем более, что горящая кровь учителя текла и по жилам его ученика, и шутка казалась неприятной.

- Надо было достать праздничный сервиз, - ввернул Людовик, тоже закидывая ноги на стол. Великий мастер Альберт, не позволяющий обычно племянникам такого поведения, сейчас был отвлечен, и оба нахала пользовались этим вовсю.

- Адри, тебе следовало предупредить нас о готовящемся торжестве! – продолжил изощряться Роман, и Адриан с раздражением подумал, что знает, от кого Марк научился так называть его.

- Такое событие, такое событие, - продолжал причитать виконт, - А мы совсем не готовы, даже огонь в камине не развели!

- Так он и без огня зажарится скоро, - выступил Луи, довольно ухмыляясь, - Чего возиться-то?

- Тихо!

Рык Винсента накрыл собою залу. Братья недовольно переглянулись и замолчали, Адриан выдохнул с невольным облегчением. Знающий человек, хранитель памяти, приблизившись, аккуратно коснулся ладонью той щеки учителя, которую пересекал белый шрам и внимательно вгляделся ему в глаза. Потом тяжело вздохнул, убирая руку и отступил на шаг.

- Ты понимаешь, что происходит с тобой?

Чеслав мрачно кивнул. Он понимал, и ученик его знал, что учитель все понимает, только с ним делиться не желает. Сейчас же, похоже, его трагедия будет обнародована.

- Твоих сил не хватит, чтобы запереть мою память, Венсен, - говорил учитель зло, слова бросал, но в них угадывалась горечь, - Сила возвращается, сила сжигает меня и сжигает заслоны, выстроенные тобой в моем сознании. Ко мне возвращается ненависть… я этого не хочу! – он вдруг вскинулся, обводя всех присутствующих диким взглядом, - Не желаю возвращаться к старому, не хочу!.. Адриан сказал, вы можете отправить меня в мир мастера?

Альберт сделал шаг назад, не сводя с собеседника пристального взгляда. Чудилось, что он ожидает подвоха, ждет нападения с минуты на минуту и поэтому держится настороже.

- Одного – нет, - медленно проговорил он, - Тот мир все еще дорог мне. Я не могу допустить, чтобы ты изувечил его, Че́слав. Думаю, с тобой отправится несколько человек, включая меня... Временно, чтобы убедиться, что все идет гладко.

- Я-то точно отправлюсь, - Роман, продолжая сидеть в неподобающей дворянину позе, легко взмахнул рукой, - Давненько не плавал по морям и не лазил по лабиринтам… Кстати, советую еще Чарли прихватить. Уверен, капитан будет рад вернуться…

- Что ему там делать? – перебил неугомонного парня брат, - У капитана есть корабль, море и команда здесь, он сам говорил, что мечтать ему больше не о чем! Сомневаюсь, что он решит вернуться к прошлому… А вот я бы отправился. Давненько в своей старой квартирке в Кале не был…

- Я не думаю, чтобы мы… - начал Альберт, поворачиваясь к племянникам, но, обнаружив вместо лиц их ноги, нахмурился, - Ноги со стола! Оба!

Парни, довольно ухмыляясь, опустили ноги, садясь нормально. Роман тяжело вздохнул.

- Какой ты жестокий, дядя… Несправедливый, нетерпимый к чужим слабостям мучитель! Вот дядя Рик и слова не сказал, только взглядом убить пытался.

Ричард хмыкнул, скрещивая руки на груди.

- А смысл вам что-то говорить, если вы слушаетесь исключительно Альберта?

Чеслав, молча внимающий мирной беседе, нескрываемо поморщился и, глубоко вздохнув, выпрямился, опираясь на плечо ученика одной рукой и цепляясь другой за названного брата.

- Вы закончили, я надеюсь? – он покачал головой, - Поразительно. Если все ваши «собрания» проходят так, я не могу понять, как вы сумели справиться со мной. Да, Рене… - взгляд желтых глаз упал на вмиг помрачневшего дядю Ричарда, - Где твой хранитель памяти, эта большая пантера? Надеюсь, мое горло не пострадает вновь от его клыков? Не хотелось бы пачкать вам пол кровью.

Адриан, припомнив вновь, как пантера рвала горло учителя, невольно поежился. Да уж, повторения этого не хочется… Но стоп, стоп, кажется, в его плане есть прорехи! Отправить учителя в другой мир, избавив его от темницы, а тюремщиков от хлопот – это здорово, это разумно, но…

- Если учитель отправится в тот мир, - говорил юноша тихо, но упрямо, - Смогу ли я потом видеться с ним? Я бы хотел продолжить обучение.

- А кто сказал, что я разрешу тебе это? – отец, успевший присесть на свое место, нахмурился, - Тебя ждет крупный разговор, Адриан! И можешь мне поверить – я никогда не дам согласия на твое общение с монстром, проклявшим наш род! Точка.

- Я присоединяюсь, - дядя Ричард, мгновенно помрачнев и посерьезнев, повернулся на стуле. Взгляд его темных глаз, минуя рыжего, устремился к племяннику и тот даже поежился. Кажется, крупный разговор предстоит не только с отцом, но и с дядей… Ой-ой. Похоже, можно начинать бояться.

Крепкая рука на его плече слегка сжалась. Адриан поднял взгляд и наткнулся на ядовитую ухмылку учителя. У него, видимо, имелось свое мнение по данному вопросу.

- У Адриана два отца, Вик, не забывай об этом. Мальчик уже лет пять как регулярно навещает меня, я передаю ему свои знания и тоже хотел бы продолжить это. Поэтому способ мне связываться с ним придется все-таки изобрести.

- Как и со мной! – вступил Мактиере, слегка расправляя плечи, - Если даже бессознательного брата я мог навещать, то бывать рядом с ним, когда он в сознании, обязан тем более.

Великий мастер взмахом руки положил конец разговорам. Лицо его казалось высеченным из камня, и только темные глаза горели на нем.

- В обучении Адриана есть смысл, - говорил Альберт нарочито тихим голосом, заставляя прислушиваться к себе, - Чеслав – знающий маг и знающий человек, мне бы не хотелось, чтобы эта сокровищница была утеряна. Если Адриан способен вместить в себя знания учителя – это может принести ощутимую пользу в будущем. Тем более, что в Адриане я уверен – он против нас не пойдет… Справедливо и ваше желание, господин маркиз. Я не искал способов поддерживать связь с тем миром, но теперь чувствую, что буду вынужден найти таковые. Однако… есть нюансы, - великий маг прищурился, - Для начала, я просил бы вас, гроссмейстер Чеслав, прекратить провоцировать моего предка. Виктор чувствителен ко всему, что касается его сына, поэтому держите свой яд при себе!

Учитель явно хотел что-то сказать, но собеседник ему не позволил.

- Да, я знаю, при помощи какой магии вы избавили Адриана от своего проклятия, изменив его кровь и сделав его оборотнем. Да, в определенном смысле это делает его вашим сыном. Но, если вы ждете от нас помощи – а вы ее ждете, не так ли?

Учитель мрачно кивнул.

- Итак, если вы ждете от нас помощи, будьте любезны выполнять наши условия. И первое из них – никогда, ни под каким видом не провоцировать Виктора де Нормонда. Адриан – его сын и ваш ученик, сойдемся на этом. Чуть позже вы расскажете, чему успели научить этого волчонка… И далее. За годы, прожитые под одной крышей с юным магом, я успел достаточно узнать его, чтобы предположить – Адриан ничего не делает без своей, тайной цели. Поэтому сейчас я хочу спросить: волчонок… почему ты решил начать обучаться магии у Чеслава? Что тобой движет?

Адриан помрачнел. Он и представить не мог, что великий мастер Альберт, которого какое-то время он считал и называл дедушкой, настолько проницателен. Ведь им и вправду двигало тайное желание, желание, которое он уже однажды озвучил учителю. Правда, мельком, да и учитель однозначного ответа не дал… Но как на его намерение прореагируют другие? Что скажет, что подумает отец?..

- Адриан.

- Я… - парень закашлялся, низко опуская голову и продолжая машинально поддерживать учителя, - Я хотел быть сильным, дедушка, хотел приносить пользу… я… - он понимал, что скрываться смысла нет, - Я хотел однажды вернуться в прошлое и увидеть маму.

Граф Виктор, слегка побледнев, сжал руками полы своего короткого плаща. В глазах его появилась горечь, вспыхнула боль.

- Зачем? – вытолкнул он из себя, и Адриан тяжело вздохнул. Самому ему собственное желание вдруг показалось глупым.

- Я же знаю, папа, что ты общался с ней… ну, когда тебя считали все мертвым. Ты смог, сумел утешить ее… Если бы я пришел к ней и сказал, что я – Адриан, что я не умер тогда, что я живу в будущем… Я не хочу, чтобы она плакала.

Взгляд повлажневших глаз отца метнулся к молчаливо внимающему происходящему оборотню.

- Это… это возможно?

Чеслав поморщился и быстро мотнул головой. Его ученик знал, что скажет учитель.

- Не для меня, Вик. Я не путешествую во времени, могу лишь влиять на чужую магию, создающую порталы… Не вижу смысла сейчас предаваться ностальгии. У меня нет желания проводить ночь в замке или даже навещать поместье. Решили отправить меня в другой мир – действуйте! Я не против.

Альберт отступил на шаг, позволяя тонкой улыбке скользнуть по его губам.

- Ты, должно быть, расслабился, пока спал, Че́слав. Открыть ход в другой мир не так просто, это не делается по щелчку пальцев. Нужно время. Полагаю, тебе все-таки придется отправиться в поместье Мактиере... Господин маркиз. Думается, мы вполне можем положиться на вас в вопросе охраны вашего друга.

Мактиере выпрямился, как спущенная стрела. Прозрачно-зеленые глаза его сверкнули. Адриан испытал даже некоторое удовлетворение – все-таки предавать брата Анхель не собирался. По крайней мере, мысль быть для него сторожем альбиноса явно оскорбила.

- Я сумею защитить его, - говорил ворас тихо, и его сорванный голос казался едва слышным, - Сумею оградить от необдуманных поступков. Но я не стану его тюремщиком, мастер, вы должны это понимать! Если вам нужен охранник, сторож – поищите другого, кто будет держать под замком нас обоих!

- Хорошо, - Альберт сузил антрацитно-черные глаза. На лице отобразилась тень какой-то мысли, идеи, и Адриану вдруг стало не по себе. Что-то подсказывало, что в ближайшие дни с учителем он не встретится.

- Думаю, будет справедливо, если за вами обоими присмотрит Анри, - голос великого мастера стал бархатным, - После того, как однажды он был в плену…

- Я бы не хотел вспоминать, чем закончился для меня его плен, - оборвал Чеслав, тоже выпрямляясь и открыто взирая в лицо тому, кого долгое время считал врагом. Считает ли оборотень так сейчас, ученик его не знал.

- Довольно издевок, Антуан. Я знаю, что совершил достаточно, чтобы вызвать твою ненависть… Поэтому в твоих интересах поскорее избавиться от меня, отправив подальше! Впрочем… Я могу провести день или два в поместье в компании Ана, - желтые глаза учителя сверкнули загадочным блеском, - А заодно с радостью скоротаю время в беседах с молодым наследником. Я не изменил своего мнения, парень, - взгляд его уперся в Анри, - Ты достойный враг. Однако… - он прищурился, - Есть условие. Я продолжу обучать Адриана в эти дни. Без возражений, Вик.

Отец, недавно присевший, вновь негодующе вскочил на ноги. Дядя Ричард устало вздохнул. Великий мастер молчал, ожидая слов соратников. Граф и его супруга и вовсе присутствовали в гостиной как тени, не подавая голоса, только следя за разворачивающимися событиями.

- Чувствую подвох, - недовольно заявил Роман, скрещивая руки на груди, - Эй, песик, может, лучше со мной в шахматы сыграешь, м? Куда полезнее, чем парня портить.

Адриан вспыхнул. Он вообще вырос достаточно вспыльчивым молодым человеком, повторяя характер Анри, на которого, по утверждению отца, очень походил.

- Учитель не портит меня! Его уроки…

- Вот только давай обойдемся без споров, а то докатимся до сравнений! – Людовик нахмурился, неожиданно устремляя взгляд к учителю, - Чес, а ты что, хочешь, чтобы парень с тобой эти пару деньков пожил? В сознание-то он к тебе только периодически наведывался, так что… - он развел руками, не продолжая. В правой мелькнул неизменный эспандер.

Учитель безмятежно улыбнулся и отрицательно повел головой.

- Я не хочу ограничивать Адриана и приковывать его к себе. В поместье осталось много моих записей. Будет хорошо, если мальчик сможет приходить и изучать их под моим руководством.

Отец неожиданно сел и, достав из-за пазухи стилет, уткнул его в столешницу. Адриан тихонько вздохнул. Об этой вредной отцовской привычке знали все и всецело ее не одобряли, тем более, что стол напротив его места уже был весь истыкан. Впрочем, сам юноша тоже частенько баловался так, царапая столешницу.

- Я разрешу… - голос родителя, произносящий такие неожиданные слова, заставил молодого человека вздрогнуть, - Разрешу Адриану учиться у тебя, читать твои записи… но с условием, - граф выпрямился; глаза его сверкнули, - Ты будешь учить его только магии. Только, Чеслав! Магии… но не ненависти.

* - Проснись! (лат.)

- В солнечный день я обращаюсь к высшим силам… (исп.)

Глава 8

Следующие три дня Адриан практически не покидал поместья Мактиере. Этим он изрядно досаждал Анхелю, явно желающему больше времени проводить наедине с братом, чем был втайне даже доволен: ворас добрых чувств у него не вызывал, да к тому же будил в душе ревность. Этим же он вызывал недовольство своей ненаглядной Ады, и этим уже доволен не был – все-таки обижать девушку ему не хотелось. В конце концов, Аделайн он действительно любил, и их отношения длились практически со времен детства, когда он собирал букетики лесных цветов и дарил ей, и искренне желал ей лишь всего самого лучшего. Поэтому ее категорическое нежелание принимать факта его обучения магии у Чеслава юношу расстраивало.

Эмоции он, впрочем, хорошо скрывал и даже учитель не подозревал о его печальных мыслях. Хотя не исключено, что иногда о чем-то догадывался. Уж больно проницательными становились в иные минуты его желтые глаза…

Учитель вел себя спокойно. Обучать молодого человека ненависти он не пытался, да тот и не ждал этого: за прошедшие годы у Чеслава было достаточно времени попытаться настроить его против родных, но он этого не делал. Он учил его магии, поправлял, когда Адриан совершал неверные пасы или произносил не то заклятие, какое следовало бы, он направлял его, помогал развить силу, делился знаниями… Адриану порой казалось, что учитель хочет за эти короткие дни дать ему все, чему еще не успел обучить. Если учесть, что знания Чеслава его ученику виделись бесконечными, эта перспектива даже пугала.

Однажды Адриан увидел, как учитель, сидя перед камином и держа на коленях толстую книгу, в раздумье водит пальцем по шраму на своей щеке. Он тихо подошел, опасаясь нарушить раздумье наставника и тихонько окликнул:

- Учитель?

Откуда у рыжего оборотня этот шрам, Адриан знал. Собственно, именно эта рана, нанесенная молодым виконтом неприятелю, была первым, о чем рассказал ему Марк, когда они с отцом встретились с ним. Он знал это, и знал то, что учитель мог бы избавиться от шрама, но почему-то не захотел. Надеялся взять реванш? Но ведь его ненависть осталась в прошлом…

- Не понимаю, почему не могу избавиться от этих шрамов, - Чеслав тяжело вздохнул и, убрав руку от щеки, скользнул пальцами по шее, - Сил у меня достаточно, даже более, чем достаточно – сила буквально хлещет через край! Но эти шрамы… - он нахмурился, говоря словно сам с собой, - Они как будто стали частью меня, я не могу избавиться от них ни одним из существующих способов… Такое чувство, что даже если я изменю облик, шрамы останутся при мне.

- Вы давно не меняли облик, - осторожно вновь напомнил о себе Адриан. Пламя камина, падая на фигуру Чеслава, окрашивало ее в оранжево-желтый цвет, делая шевелюру особенно яркой. Больше в комнате света не было, все тонуло в полумраке, и учитель казался единственным светлым пятном здесь. Ученик, глянув на него сейчас, неожиданно задумался, что Чеслав выглядит очень молодо, кажется лишь немногим старше него самого, но при этом имеет в себе нечто такое, что наводит на мысль о его глубокой старости. Сейчас, в свете камина, это впечатление усиливалось.

С другой стороны, ведь Чеслав и в самом деле уже не юн – он живет на свете свыше полутора тысяч лет, он имеет за плечами большой опыт и магический и, так сказать, житейский. А еще боевой. Хм. А ведь боевой магии учитель никогда не обучал его…

- Сейчас это опасно, - последовал спокойный ответ. Учитель закрыл книгу.

- Сила продолжает разъедать меня изнутри, Адриан, я скопил ее слишком много. Я опасаюсь колдовать, не хочу, чтобы произошел взрыв, и не знаю, смогу ли удержать ее, будучи волком… Мы давно не играли в эшек, - он сделал легкий жест куда-то в сторону. Адриан увидел маленький столик с шахматной доской на нем, тоже попадающий в свет камина.

Слова учителя не содержали ни предложения, ни приказа, но юноша все-таки внял. Он обошел кресло наставника, обошел столик и щелчком пальцев создал для себя табурет. Напротив учителя стояли черные фигуры, поэтому первый ход надлежало делать самому.

- Я думал, вы будете играть с господином маркизом.

Чеслав тонко улыбнулся, следя за перемещением белой фигуры и слегка подаваясь вперед. Рыжие волосы его будто вспыхнули пламенем, желтые глаза засверкали, как два топаза.

- Анри следит за нами, - невпопад ответил он, - Анхель предпочитает его общество.

Адриан на секунду умолк, склоняясь над шахматной доской и делая вид, что полностью отдается игре. Мысли его скакали в хаотичном порядке, хотелось задать очень много вопросов и на каком остановиться, он не знал.

Учитель мягко передвинул свою фигуру, отвечая на его ход и вздохнул.

- Скорее бы мастер изобрел способ отправить меня в тот мир…

Уют и тепло, будто расходящиеся от камина по комнате, исчезли. Повеяло прохладой. Адриан содрогнулся и поднял взгляд.

- Вы действительно хотите уйти?

Да, это была его идея. Да, он предложил отправить учителя в тот мир, но… но теперь… Учитель спокойно жил в поместье, спокойно обучал его, никому не вредил, ничего плохого не делал – разве нельзя позволить ему так и жить здесь? Почему его обязательно надо куда-то выгонять?

Чеслав терпеливо, очень мягко улыбнулся.

- Здесь меня ничто не держит, мальчик мой. Человек, которого я считал лучшим другом, братом, предпочитает мне общество другого человека. Он даже тайны свои прекратил поверять мне, как бывало прежде… Семьи у меня нет и никогда не было. Мой сын отказывается признавать меня своим отцом, согласен лишь на звание ученика. Обитатели замка ненавидят меня по вполне понятным причинам. Я даже силу свою не могу использовать, так как опасаюсь, что она может вырваться наружу и стать неуправляемой. Уйти – лучший выход для меня, Адриан. В этом мире я не нужен.

- Но вы нужны мне! – парень от избытка чувств едва не скинувший на пол фигуры, подался вперед, - Вы – мой учитель, наставник, вы… вы – отец моей волчьей ипостаси. Мой второй отец, и вы немало участвовали в моем воспитании! А если нам не получится потом видеться?..

Чеслав безразлично пожал плечами. Лицо его казалось… не равнодушным, нет, и Адриан бы затруднился дать определение его выражению, но было в нем что-то, что говорило яснее слов – оборотень устал. Устал от собственной силы, от непрерывной борьбы, устал жить в этом мире и пытаться выстроить здесь свою жизнь. Конечно, лучшим выходом для него было бы сменить обстановку… но… а если они и вправду не смогут больше видеться?

- Останутся мои записи, - напомнил наставник, - Ты сможешь продолжить обучение по ним.

Адриан негодующе замотал головой. Каштановая челка упала на глаза и ему, глядящему на свои волосы, озаренные светом камина, они вдруг показались рыжими.

- Да дело же не только в обучении! – юноша схватил с доски какую-то фигуру и прижал ее к груди, - Я просто… вы же поправляете меня, подсказываете, если что-то не так… Я привык к вам за столько лет! Учитель! Я не хочу расставаться с вами!

- Однако, идея принадлежала тебе, - Чеслав прищурился, и в желтых глазах его словно заплясал огонь, - Адриан, успокойся. Во-первых, мы не расстанемся так резко, как ты опасаешься. Мой путь в тот мир будет сопровождать мастер и, думаю, наберется еще немалый отряд. Полагаю, ты тоже будешь частью этого отряда. Как и Анхель, - он на миг примолк, затем изменившимся голосом продолжил, - Скажи мне, сынок… ты наблюдателен?

Адриан откровенно растерялся. Он как-то не пробовал развивать свою наблюдательность, да и не следил за этим своим качеством.

- Я…

- Ты сможешь узнать что-то о человеке, если я попрошу?

Парень растерялся еще больше. Да тут не только наблюдательность, тут кучу других качеств подключать надо! Что задумал учитель?..

- Я хочу знать, что скрывает от меня брат, - оборотень выпрямился, внимательно глядя на ученика, - Выясни это, сын, узнай. На твой нюх, думается, я могу положиться.

***

Выяснять тайны Анхеля Мактиере Адриан начал весьма обыденным образом – со слежки. Для начала он узнал, что названный брат учителя куда-то ходит по ночам.

Дни тянулись, мастер никак не мог окончательно откалибровать портал в другой мир, и времени для слежки пока хватало. Хотя юный оборотень подозревал, что может и не успеть узнать все, что интересует наставника, потому как мастер в любую секунду мог дать отмашку выступать.

Но пока что он ее не дал.

Адриан, в волчьем облике, скрывался в кустах по краям дороги, неслышной тенью следуя за шагающим куда-то маркизом Мактиере. Анхель казался мрачным, очень серьезным, но залезть к нему в голову парень, к своему сожалению, не мог. О чем думал этот человек, о чем тревожился? Неожиданно это стало интересовать и самого Адриана. Он никогда прежде не приглядывался к ворасу, не слишком обращал внимание на его личность, разве что скрипел иногда зубами, когда видел его взгляды на Аду. Но, если так подумать… Может быть, стоит узнать о нем побольше? Может, тогда он убедится, что ревновать смысла нет… Хотя это вряд ли.

Адриан переступил с лапы на лапу и подавил мимолетное желание броситься на уверенно вышагивающего впереди мужчину и вцепиться ему в глотку. Да что бы там ни было – оправдать Анхеля Мактиере в его глазах ничто не сможет! Что вообще может оправдать симпатию полуторатысячилетнего мужчины к юной девушке? На что он рассчитывает, как ему хватает наглости рассчитывать!

Анхель резко свернул в темноту, и Адриан поспешил следом. Увлеченный своими мыслями, он даже не заметил, как они углубились в лес, не обратил внимания, что тропка под ногами Мактиере давно кончилась. Куда же его понесло?

Адриан крался за ним, стараясь остаться незамеченным, теряясь в догадках и не понимая, что намерен делать господин маркиз. Идет куда-то, раздвигая ветки… Что ему нужно в чаще леса? Честно говоря, молодой оборотень думал, что секреты Анхеля скрываются где-то среди городских кварталов, а не среди густой чащи.

Ворас остановился. Адриан, изо всех сил стараясь оставаться незамеченным, высунул нос из кустов, потянул воздух. Вокруг витали знакомые и привычные лесные запахи, смутно доносился теплый аромат камина, исходящий от одежды маркиза. Чего он стоит? Свидание с кем-то решил устроить?

Адриан бесшумно подался вперед, так, чтобы не только чуять, но и видеть. Глаза его тут же расширились, сознание, как туман, заволокло недоумение. Это еще что такое? Вроде бы он исходил лес вокруг замка и вокруг поместья вдоль и поперек, но ни разу не видел это… это… вот это.

Это было большое каменное кольцо, врытое в землю нижним концом и, казалось, сложенное то ли из кирпичей, то ли из отдельных булыжников. Просто кольцо, сквозь которое можно пройти, только зачем? Да и Анхель, кажется, проходить сквозь него не намеревается…

- Айра.

Сорванный голос маркиза разорвал лесную ночь. Адриан вздрогнул и поспешил вновь скрыться в кустах, вовсе не желая, чтобы его заметил или сам ворас, или то, тот или та, кого он звал.

Кольцо заволокло посверкивающим туманом. Грани его выделялись, подобно рамке, обрамляющей то ли картину, то ли… портал? Анхель Мактиере умеет открывать порталы?! Но куда?..

- Ты вновь пришел, маркиз.

Зазвучавший из портала мелодичный женский голос отвлек юношу от размышлений, заставляя изумленно прищуриться. Что за… кто это говорит вообще? Никого не видать…

- И с тем же вопросом, - отвечал маркиз довольно холодно, из чего наблюдающий за ним оборотень сделал закономерный вывод: беседе он не рад. Но тогда зачем ведет ее?

- Ты нашла ее?

- Здесь слишком много таких, как она… - мелодичный голос зазвучал устало, - Тебе известно это, маркиз. Ни ее, ни дитя найти практически невозможно.

- Практически, - подчеркнул Анхель, хмуря белесые брови, - В самом деле, Айра! Я трижды обращался к тебе, ты когда-то клялась, что сумеешь дать ответ…

- А ты не думаешь, что я делаю это исключительно по чьей-то просьбе? – на сей раз в голосе зазвучала насмешка, - Здесь есть тот, кто благоволит тебе, маркиз. Он просил меня не разочаровывать тебя… сразу.

Анхель заметно помрачнел. Адриан знал, что ворас достаточно умен, догадывался, что он поймет подоплеку слов невидимой собеседницы… Да и мудрено было бы не понять ее – она говорила почти прямо!

- Значит, больше ему это не нужно, кем бы они ни был… - альбинос сцепил длинные паучьи пальцы в замок, хмурясь сильнее, - Значит, теперь ты можешь разочаровать меня… Айра, кто он? Кто просил тебя об этом?

- Я не обязана давать ответы на все вопросы, - последовал спокойный ответ.

Наверху зашумел ветер, зашуршала листва. Анхель передернул плечами и слегка поежился. Адриан, которого грела волчья шерсть, потянул носом воздух. Ветер принес много запахов, разнообразных запахов, среди которых угадывались теплые ароматы замка, острый запах зелий из поместья и даже знакомый горький запах учителя. Его ученику порой чудилось, что это пахнет его душа.

- Хорошо, - надсадный голос вораса опять отвлек юного оборотня от впечатлений и размышлений, - Очень хорошо. Не отвечай, кто он. Скажи, что ему нужно? Для чего он просил тебя говорить со мной?

- Быть может, он просто сочувствует тебе… - задумчиво отозвалась невидимая Айра, - А может быть, у него есть тайная цель… Он просил передать, что очень ждет скорого визита гостей. Это все, что я могу сказать тебе о нем.

- А о себе? – Анхель неожиданно склонил голову набок, - Я искал ответы, и ты пришла ко мне во сне… Но даже там я не видел твоего лица. Кто ты, Айра? Что ты такое?

Серебристый смех, похожий на переливчатый звон колокольчиков был ему ответом.

- Ткань междумирья тонка, - со смехом отозвался голос, - В ней есть место даже для таких сущностей, как я. Но будь осторожен, маркиз – не тебе играть с огнем и пытать оракула! Не тебе… и даже не твоему другу. Оглянись по сторонам. Возможно, ты не замечаешь очевидного…

Голос затих. Туман, окутывающий кольцо, развеялся и сквозь каменную рамку вновь стал виден лес с той стороны. Анхель раздраженно подался вперед и в ярости ударил кулаком по камню.

- Айра! – требовательно, но безрезультатно позвал он, - Айра!!

Адриан тихо отступил в кусты, пряча нос среди зеленой листвы. Делать здесь ему больше было нечего, теперь следовало незаметно испариться, чтобы рассказать учителю…

- Не думай, что я не слышу тебя, - неожиданно жестко произнес Мактиере, рывком оборачиваясь к кустам, - Ты мало знаешь обо мне, ребенок. Кровь моего брата дает мне возможность чувствовать присутствие оборотня. Покажись.

Адриан замер, не зная, на что решиться. Учитель не велел подавать виду, не велел показывать, что следит… Если он запорет дело, учитель будет недоволен.

- Покажись! – рявкнул маркиз, - Ты забыл, на что я способен, Адриан? Мне вновь спеленать тебя паутиной?!

Вспомнив, как когда-то давно, когда он был еще маленьким волчонком, этот чертов ворас связал его при помощи паутины, спеленал, как младенца и заставил бессильно следить за сражением, Адриан стиснул зубы. Захотелось броситься на чертова ублюдка и доказать ему, что он уже не ребенок, что он вырос и теперь…

Он вышел из кустов, останавливаясь прямо перед объектом своей слежки и глядя на него желтыми волчьими глазами. Помедлил, затем все-таки принял человеческий облик.

- Тебя послал Чеслав?

Адриан быстро глянул на мужчину и промолчал. Он всегда считал себя достаточно чутким человеком, был уверен, что легко сможет различить даже скрытое выражение в голосе собеседника… Но надсадный голос маркиза казался ровным и спокойным. Никаких подозрительных ноток в нем не звучало, и угадать, о чем думает человек, возможным не представлялось.

- Можешь не отвечать, ответ я знаю, - прозрачно-зеленые глаза вораса сузились в нехорошем прищуре, - Тебя послал за мною мой брат… И ты, конечно, доложишь ему о том, что видел.

- Я не знаю, что я видел, - пробурчал молодой человек, снова опуская голову. Он ощущал себя в определенном смысле виноватым и в том же смысле признавал справедливость недовольства Анхеля – никому бы не понравилось, что за ним следят! Но ведь учитель не из праздного любопытства это. Учитель волнуется!

- Можешь мне поверить, мальчик, - этого не поймет и Чеслав, даже если ты расскажешь ему, - альбинос неожиданно вздохнул, - Я не стану откровенничать с тобою, Адриан, мы не настолько близки. Но, если слышал последние слова Айры, должен понимать – в том мире не все так гладко, как хочется верить мастеру. Там есть некто… Не знаю, кто это. Но этот некто знает о том, что происходит здесь и пытается манипулировать мной. Зачем ему это, я тоже не знаю.

- Учитель мог бы… - начал Адриан, но собеседник прервал его.

- Нет. Сейчас – нет, Адриан. Ты должен бы понимать это лучше меня, коль скоро именно ты обучаешься магии… Чеслав не может использовать свою силу сейчас, это слишком опасно. И для него… и для всего, что его окружает. И всех.

- И как же тогда? – парень сжал руки в кулаки, слегка подаваясь вперед, - Вы говорите, что в том мире кто-то подстерегает нас, ждет, возможно, подстерегает учителя! И вы хотите, чтобы мы бездействовали?!

Анхель хмыкнул и, отступив назад, привалился спиной к краю каменного кольца. Налетевший порыв ветра взлохматил его волосы, шевельнул ворот черной рубахи. Адриан только сейчас обратил внимание на то, как вырядился господин маркиз – черная шелковая рубаха, черные штаны и даже ботинки черные! Судя по матовому блеску – кожаные. Да и общий наряд не кажется дешевым… Интересно, где Анхель берет средства? Колдует-то он плохо, способен лишь заклятия выдумывать.

- Глупый ребенок, - голос альбиноса стал тягучим и от этого особенно неприятным, - Если ты расскажешь своим родным, что в том мире может подстерегать опасность, они захотят узнать, откуда тебе это известно. Если скажешь, что по приказу Чеслава следил за мной, вызовешь их недовольство. Ты можешь предупредить своего учителя, Адриан, но это все равно ничего не даст. Отсюда он не может пользоваться силой, а что будет там… случится только там. Давай-ка так, - мужчина легко повел плечами, словно прогоняя озноб, - Ты не будешь влезать в это дело, не будешь никому ничего говорить. Я сам поговорю с братом. Сам расскажу Анри. Поверь, моим словам будет больше веры…

- Да неужели? – юноша гневно прищурился, - Я – часть семьи, а вы… вы… вы долго ненавидели мою семью, господин маркиз, уж я-то знаю! И даже то, что теперь вы пытаетесь подбивать клинья к Аде…

Его остановил повелительный взмах руки. Лицо маркиза Мактиере потемнело, словно туча застила его изнутри. В лесном мраке он, беловолосый, одетый в черное и мрачный, был страшен. Адриану стало не по себе.

- Я не имею видов на твою подружку, мальчик, - холодным, трескучим голосом отчеканил мужчина, - Она слишком мала для меня. Не нужно вешать на меня свою неуверенность, запомни! Я не враг тебе… пока, но терпеть глупых обвинений не намерен.

Парень упрямо склонил голову. Мимолетный страх перед собеседником не мог заставить его отступить.

- Я видел, как вы на нее смотрите!

Мактиере остался непрошибаем.

- Мужчинам свойственно обращать внимание на красивых девушек. Если ты продолжишь в том же духе, состоится дуэль, мальчик. Это не нужно ни мне, ни тебе, ни тем более твоему учителю. Осади.

Адриан хотел что-то сказать, но осекся и, насупившись, отступил назад. Про себя он уже решил, что учителю в любом случае расскажет обо всем, а там уже пусть он сам решает, что и как делать с братом. Вообще, это их дела! Он просто ученик, которого попросили последить…

- Я расскажу учителю, - он все-таки решил уведомить неприятного человека о своих планах. Тот равнодушно повел плечом, продолжая прислоняться к каменному кольцу.

- Сколько угодно. Можешь еще пожаловаться, что я якобы пытаюсь увести у тебя подружку, - Мактиере кривовато улыбнулся, - Я с Анри тоже поговорю. Если мы вскорости отправимся в мир мастера, лучше пусть сильные игроки знают, что там нас могут ждать.

Глава 9

Прошел еще целый день, прежде, чем Анри, вернувшийся от мастера, официально уведомил учителя о готовности отправляться в путь. Отряд, должный сопровождать его, успешно сформировали, к неприятностям и неожиданностям подготовились… Так, во всяком случае, хотелось думать Адриану, так, он уверен, хотел надеяться и Анри.

Неизвестность всегда страшит, а они готовились шагнуть в неизвестность. Что ждет впереди? Кто поджидает их там, за чертой и к чему может привести возможное противостояние?

Адриан не знал. Не знал, к его сожалению и даже некоторому изумлению, и учитель, который всегда казался молодому человеку очень знающим и сведущим. Не было вопроса, на который учитель бы не знал ответа, не было проблемы, с какой бы он не справился… Но на этот вопрос ответить он не смог.

В ночь накануне дня, назначенного для отхода, Адриан просидел в башне у наставника почти до самого утра, бесконечно спрашивая, строя догадки, предположения и, кажется, изрядно утомил этим и самого учителя. В целом, парень сознавал, что не прав – перед трудным путешествием следовало бы выспаться. Но им было, что обсудить.

После того, как молодой человек рассказал Чеславу об увиденном ночью, сообщил о странном разговоре его названного брата с невидимой сущностью, оборотень заметно помрачнел. Ученику объяснять он ничего не стал, с Анхелем тоже не говорил, но парень чувствовал, что в душе наставника зарождается буря. Чем может быть чревата эта буря, даже думать не хотелось.

Он вздыхал, грыз шариковую ручку, которой записывал в толстый блокнот наставления учителя, и постоянно ловил на кончике языка какой-нибудь каверзный вопрос. Учитель явно видел терзания юноши, но успокаивать его не торопился. Адриан подозревал, что наставник и сам подвержен немалым терзаниям.

Утро рокового дня молодой человек встретил на улице, верхом на мотоцикле, спеша навестить в поместье Аду, чтобы успеть поговорить с ней. В каком составе планируют отправляться в мир великого мастера, он не знал и, будучи совершенно убежден, что сам в походе участвовать будет, не сомневался и в том, что девушку в опасное путешествие не возьмут. В конце концов, чего ей там делать? Не следовать же стопами матери-авантюристки, совершившей немало опасных путешествий! Кстати, графиню де Нормонд Адриан тоже надеялся в этом путешествии не увидеть. И вообще, меньше народу – больше кислороду.

Он лихо затормозил у ворот поместья, спрыгнул с мотоцикла и хотел привычно толкнуть резную створку ворот, когда та внезапно распахнулась сама. Взгляду изумленного юноши предстали двое молодых людей – Анри и Марк де Нормонды, одетые очень по-походному, явно готовые отправляться в долгий путь и, к его безмерному изумлению: девушка, тоже облаченная в походный костюмчик.

- Не понял… - это оказалась его первой реакцией на встречу с маленьким отрядом. Это что же получается – молодое поколение семьи де Нормонд намеревается в полном составе броситься в омут головой? Нет, ну ладно он сам – он, в конце концов, учителю не чужой человек, он имеет право! – но остальные? Их-то кто туда звал? И опять же – ладно еще Анри, как-то понять можно. Но Марк и Ада??

Анри выпрямился, с заметным интересом глядя на него. Он был намного старше, он вполне мог быть отнесен ко «взрослым» и Адриан сознавал это. Но в большей степени он воспринимал его как старшего брата, как друга Анхеля Мактиере и, в целом, равнял с собой.

- Что тебе непонятно?

О, даже говорит вполголоса – научился у вораса. Тот все время пришепетывает, когда пытается сделать голос более угрожающим.

- Вы что – все идете? Туда??

- Но ты же идешь, - Марк удивленно вскинул брови и невзначай поправил шпагу в ножнах на поясе. Вот еще тоже – вырядился! Можно подумать, в фехтовальный клуб отправляются.

Адриан выпрямился.

- Я сопровождаю учителя, Марк. Хочу удостовериться, что с ним все будет в порядке, что я смогу потом видеться с ним… Анри, великий мастер нашел способ сделать это?

- Полагаю да, коль скоро он позвал нас, - молодой наследник легко повел плечами, - Мы отправляемся большим отрядом, Адриан. Кроме нас троих… четверых, пойдет дедушка, пойдет Ричард, пойдут Роман и Луи… ну и, конечно, не будем забывать о твоем учителе и его названном брате. Да, еще Винсент хочет пойти с нами.

Адриан насторожился. Парень достаточно умный, сообразительный, он, казалось, угадал подоплеку такого сборища и его это смутило.

- Мастер опасается того, что… или кто нас там может ждать?

Анри тяжело вздохнул. В серых глазах его мелькнуло нечто трудноопределимое, и юноша насторожился еще больше. Похоже, дело-то и впрямь серьезное…

- Анхель рассказал мне о том… что было той ночью, - тихо, но серьезно молвил Анри, - Я не знаю, что думать. Это существо – Айра – она по сути своей оракул, обитающий в междумирье. Не верить ее словам резона нет. Если она утверждает, что кто-то там «ждет гостей», нас и вправду ждут… Жаль, Ан не сказал, по какой причине вообще обратился к ней.

Адриан задумчиво покивал, скользя взглядом от одного из стоящих напротив него молодых людей к другому и останавливаясь, наконец, на девушке. Он сдвинул брови.

- Анри… а зачем идет Ада? Если там может быть опасно, она…

- Ну, знаешь, Адриан! – Аделайн так и вспыхнула, гневно топая ножкой, - Я могу постоять за себя – это раз, могу оказать помощь – это два, и дедушка просил помочь ему открыть проход в тот мир – три!

- Просил – тебя??? – юноша, который стоял возле мотоцикла, сжимая его руль, от неожиданности едва не выпустил последний, - Ада… радость моя… я понимаю, твои способности удивительны, ты сильно преуспела в магии линий… Но… Но! Мастер – это мастер, неужели без твоей помощи он не может…

- Так, брейк, - Марк решительно шагнул вперед, вставая так, чтобы находиться между молодыми людьми, - Сладкая, блин, парочка, потом пособачитесь! Адри, если дед сказал, что Ада может ему помочь – значит, так оно и есть. Он у нас, конечно, великий маг и все дела, но порой и великим требуется помощь более сла… - получив тычок в бок от разгневанной сестры, парень почел за лучшее умолкнуть.

Адриан только головой покачал. У него оставались еще вопросы.

- А учитель?.. – он неловко повел подбородком, - Он ведь в поместье, его надо доставить… ну, мы, наверное, из замка отправимся в путь?

Он снова обращался к Анри, и ждал, что тот согласно кивнет, но парень внезапно покачал головой.

- Нет. Ты видел место, откуда мы отправимся, Адриан. Ты был возле него.

Ему потребовалось секунд пятнадцать, чтобы сообразить, что подразумевает собеседник. И еще столько же, чтобы убедить себя, что ошибки нет.

- То… то кольцо?.. – голос слегка сел. Адриан подумал, что так он напоминает Анхеля и поспешил откашляться. После ночной стычки Мактиере он не доверял еще больше.

- По сути это портал, - Анри благодушно улыбнулся, - Когда-то его миновала мама, проходя из обычного мира в мир дедушки. Хм… Пожалуй, тому миру действительно стоит придумать название, а то так чертовски неудобно.

- Учитель обещал придумать, - отстраненно отозвался парень и, хмурясь, вгляделся в молодого наследника, - Так госпожа графиня тоже проходила через него тогда? Я не знал об этом… И что же, мы… нам теперь просто пройти сквозь него?

- Не совсем, - в разговор неожиданно вступила Ада, и Адриан слегка смутился. В глазах любимой девушки ему хотелось выглядеть всезнающим, мудрым, а он, похоже, выказал себя профаном. Осел. Надо было у учителя уточнить.

- Во-первых, чтобы все прошло так, как надо, необходимо заклятие. Дедушка сказал, что хочет увидеть тот мир таким, каким он стал за это время, ибо убежден – развитие в его отсутствие не остановилось. Ну, а во-вторых, заклятие необходимо кое-чем упрочить… - девушка выразительно размяла пальцы, - Он считает, что магия линий вполне способна помочь в этом вопросе.

Молодой человек, только собравшийся что-то сказать, закрыл рот и вытаращился на подругу совершенно дикими глазами. Он понимал, сознавал, что выглядит глупо, но поделать ничего не мог – заявление Ады выбило его из колеи.

- Так… ты… - голос теперь не просто сел, в нем появилась хрипотца, и парень с ненавистью откашлялся. Еще не хватало, чтобы Ада вспомнила чертова вораса!

- Но я думал…

- Магия линий – это не только защита, - мягко вступил в беседу Анри, - Ада способна совершать гораздо большее, нежели просто закрывать тебя во время боя с вурдалаком.

Адриан недоверчиво вскинул голову, и собеседник снисходительно усмехнулся.

- Конечно, она рассказала мне об этом, Адриан. Рассказала о нападении, рассказала, что делала сама, как помогала… Честно сказать, ни мне, ни деду, ни Винсенту не нравится возросшее количество вурдалаков в нашем мире. Пожалуй, Чеслав прав – они лезут оттуда. А это значит…

- Это значит, что нас там кто-то реально ждет и этому кому-то надо отведать моей шпаги! – воинственный Марк шагнул вперед, кладя ладонь на эфес оружия. Адриан только вздохнул. Кузен, не слишком сведущий в магии, способный только провидеть то, что происходит сейчас и что было в недавнем прошлом, да иногда – прорицать будущее, всегда предпочитал решать проблему при помощи дуэли. В этом он был и в самом деле исключительно похож на своего дядю Романа, который, собственно, и обучил племянника обращению со шпагой и мечом.

- Однако, не исключено, что тот, кто нас ждет, окажется сильнее… - задумчиво проговорил молодой человек и негромко вздохнул, - Так что же? Идем к тому кольцу? Я могу подвезти Аду.

- По-твоему, езда на мотоцикле безопаснее, чем то, что нас ждет? – Марк мигом перешел в атаку, - Извините, сладкая парочка, я сестрой рисковать не готов! Ну ее на фиг, она и без того лезет, куда ее не просят…

- Это куда это я лезу?! – Аделайн уперла руку в бок, наступая на братца. Анри почел за лучшее вмешаться, занимая место между ними.

- Мы пойдем пешком, - негромко, но категорично заявил он, - Адриан, загони мотоцикл во двор. Марк, Ада, держите себя в руках! Мы не увеселительную прогулку предпринимаем, мы… Да, Адриан, за Чеслава можешь не волноваться. Ан обещал привести его.

***

Чеслав шел за названным братом, спокойный и уверенный, как если бы намеревался дать ему шахматный бой. Сила по-прежнему бурлила в нем, требовала выхода, и оборотень не сомневался, что в нужный момент сумеет дать ей выход. Впрочем, предательства от брата он не ожидал.

- Зачем ты связался с оракулом? Что хотел узнать?

Анхель таинственно улыбнулся и отрицательно покачал головой. Видимо, распространяться об этом он не хотел.

- Ты держишь от меня тайну, брат. Мне неприятно это. Скажи, а Анри знает?

Ворас быстро оглянулся через плечо и вздохнул. Должно быть, понял, чем вызван вопрос.

- Оставь свою ревность, Чес. Анри – мой друг, но я не стал бы рассказывать ему, избегая тебя. Это… слишком уж личное.

Чеслав удивленно вскинул брови. Он знал, что во время этого жеста в глазах словно вспыхивало пламя, и умело пользовался этим.

- С каких пор у тебя появилось что-то «слишком уж личное» от меня?

Анхель остановился и резко обернулся к спутнику. Тот с немалым удивлением заметил, что названный брат зол.

- Ради всего святого, Чес! Прекрати давить на меня!

Оборотень широко развел руки в стороны, придавая своему лицу максимально удивленное выражение.

- Я не давлю на тебя, Ан. Я лишь беспокоюсь – если тебе грозит опасность…

- Нет! – оборвал его альбинос и, отвернувшись, понизил голос, - Нет, опасность мне… уже не грозит. Идем, нас, должно быть, ждут.

Чес вгляделся в белокурый затылок друга и сдержал вздох. Анхель, Анхель… твое упрямство недостойно маркиза, но ты всегда был удивительно упрям. Можно даже сказать – отвратительно упрям. Хотя еще никогда не держал от меня тайны…

Отвечать брату он не стал. Просто продолжил путь, приминая подошвами простых кроссовок густо-зеленую лесную поросль. Куда они идут, Чеслав знал. Знал, видел это чертово кольцо, этот портал в другие измерения, но никогда прежде не использовал его. Они почти пришли, осталось немного…

Огонь в груди всплеснулся совершенно внезапно, заставляя оборотня сбиться с шага и, склонившись, прижать руку к солнечному сплетению. Проклятие… Его собственная сила старательно убивает его, а он толком не может ей противостоять! Чтобы одолеть силу, нужна сила, но ее использовать он опасается, не желая навредить и себе, и тем, кто рядом. И, если на нормондцев, в общем и целом, наплевать, то вот жизнь и здоровье брата и ученика для него в приоритете. Им вредить не хотелось бы. Тем более, что Адриан, сопляк, постоянно ошивается рядом, словно не понимая, какая ему может грозить опасность! Любопытно, он пойдет?

- Кто отправится с нами? – продолжать прежнюю тему не хотелось, поэтому рыжий избрал новую, - Мастер – наверняка, Венсен, полагаю… Ренард? Вряд ли…

- Насколько мне известно, он пойдет, - Анхель слегка вздохнул, - Двое его юных племянников тоже. Адриан тоже отправится, Чес, он не желает оставлять тебя в одиночестве. Аделайн… - здесь он сделал странную паузу, насторожившую слушателя, - Марк, Анри – все они. Проще, ей богу, перечислить тех, кто остается – граф и графиня…

- Не важно, - Чеслав выпрямился, продолжая прижимать руку к груди. Брат даже не заметил проявленной им слабости, значит, брату не до него сейчас, значит, что-то владеет его мыслями…

- Странно, что оракул предупредила, будто кто-то ожидает нас там. Насколько мне известно, «там» не должно было остаться кого-то, имеющего большую силу и большую власть.

- Она ничего не уточняла, - Анхель исторг тяжелый вздох, - Айра – скрытная сущность, любит говорить загадками… Ответа на мой вопрос она так и не дала, хотя ты можешь догадаться, что призывал я ее не единожды. Гляди-ка, нас уже заждались.

Впереди, уже видные сквозь покрытые зелеными листьями ветви и в самом деле проглядывала небольшая толпа людей. Незнакомых в ней не было – каждого из присутствующих Чеслав знал, по-своему ненавидел и презирал, но кое-чьим присутствием оказался откровенно изумлен.

- О. Не знал, что Его светлость также составит нам компанию.

Граф Виктор, негодующе сдвинув брови, чуть сместился, заслоняя собою виновато прячущего глаза Адриана и демонстративно приподнял добытый из-за пазухи серебряный стилет.

- Я не позволю сыну отправляться в далекое путешествие с тобой без поддержки!

- И большую поддержку ты ему сможешь оказать? – Чеслав провокационно прищурился. К Виктору де Нормонду он всегда относился со снисходительным пренебрежением, не слишком жалуя его и полагая человеком недалеким. Угроз его он не боялся, да и вообще не верил, что этот человек найдет в себе храбрость открыто выступить против него.

- Достаточную! – огрызнулся граф, перехватывая стилет поудобнее. В какой-то миг оборотню даже почудилось, что оружие сейчас полетит ему в глаз и он приготовился отражать атаку, но тут на плечо Вику легла крепкая рука и сильно сжала.

- Не время для этого, Ваша светлость, - великий мастер Альберт представлял собою просто-таки образец здравомыслия. Рыжему потребовалась вся выдержка, чтобы не скривиться. Этого человека он не любил еще больше.

Да, брат забыл о своей ненависти, брат примирился с врагами, брат простил Альберту Антуану де Нормонду его сходство с предком… Но… Сам Чеслав пока не мог вот так запросто взять, и забыть, что когда-то совершил пращур великого мастера – чертов Антуан ла Бошер. Не мог, да и не хотел забывать, по привычке цепляясь за застарелую ненависть.

Он вздрогнул, и напомнил себе, что больше не желает ненавидеть. Что цели его ныне изменились, что от мастера он ждет помощи себе… Но, боги, как же тяжело брататься с врагом!

- Вы благоразумны, мастер, - Чеслав постарался, чтобы это прозвучало скорее мягко, нежели издевательски, - Но не настолько, насколько я рассчитывал. Зачем вы собрали вокруг нас эту толпу?

Вперед шагнул крепкий мужчина с чуть вьющимися каштановыми волосами до плеч – наследный маркиз ла Бошер, Венсен ла Бошер. Еще один ненавистный человек.

- Кажется, твой друг выяснил, что в том мире нас может ожидать опасность. Кто-то караулит нас у порога, мы должны соблюдать осторожность…

- Верно-верно, - Чес взмахнул рукой, прерывая оратора и, мгновенно коснувшись ладонью груди, чуть поморщился. Всплеснувшаяся в душе ненависть обожгла его.

- Но у меня все еще есть вопросы, Венсен… Вы сопроводите меня в безымянный мир мастера – и что дальше? Чего вы ждете? Что я усмирю вурдалаков, не пущу их в этот мир, или, быть может, что займу вакантное место мастера в нем?

- Ни то, ни другое, оборотень, - Венсен гордо выпрямился, - В том мире ты сможешь выплеснуть силу, что сжигает тебя изнутри, и сможешь сделать это без риска для себя и для нас. В том мире ты будешь жить максимально далеко от нас, не сможешь вредить… Быть может, наймем тебе психотерапевта, чтобы помог усмирить ненависть.

- Ну, вот еще! – один из присутствующих здесь молодых людей, виконт Роман, наконец, не выдержал, - Еще деньги казенные на этого рыжика тратить! Нет уж, я за радикальные методы – давайте прикуем его к скале…

- И подрядим какую-нибудь птичку потихоньку клевать его прямо в ненависть! – воодушевленно подхватил его брат и хлопнул старшего по подставленной ладони. Чеслав ответил мягкой, располагающей улыбкой, с некоторым трудом подавляя желание разорвать обоих шутников на мелкие части. Сил ему на это хватит. Не нужно даже прибегать к тем резервам, что сжигают его изнутри.

Он медленно потянул носом воздух и так же медленно выдохнул. Нет… нельзя. Один раз они одолели его, если он вновь полезет на рожон, одолеют повторно. Заставят выплеснуть ту силу, что он изо всех сил сдерживает, заставят рискнуть всем…

Почему-то он не сомневался, что проиграет. Нормондцы всегда побеждают, постоянно, непрерывно, это уже стало дурной традицией… Нет, лучше уж сыграть по их правилам, позволить отправить его в мир, где он сможет выплеснуть силу, а потом… Потом он сможет развернуться. И, если не этот мир, то тот точно ему покорится!

Надо будет дать тому, своему миру имя. Без него чертовски неудобно.

- Угомонитесь, - Венсен тяжело шагнул вперед, одним этим движением словно кладя конец глупым шуткам. Чеславу он в это мгновение напомнил ледокол, уверенно и неостановимо рассекающий льды Арктики и прокладывающий между ними дорогу. Во всяком случае, и виконт Роман и магистр Людовик друг от друга немного отпрянули, как бы давая дорогу «ледоколу».

Оборотень незаметно усмехнулся. Вот, значит, как… Значит, не напрасно он когда-то похищал Венсена, не просто так утверждал, что без него нормондцы ни на что не способны. Хранитель памяти в их рядах весьма почитаем, если даже два этих шутника умолкают по его слову… Сыграет ли это на руку снова? Поможет ли чем-то?..

Трудно сказать, особенно в свете того, что Чеслав и сам не знал, какой помощи и в чем ждет.

- Пора отправляться, - продолжал Венсен, собирая одной рукой каштановые волосы в подобие хвоста, - Тянуть смысла нет. Потомок…

Антуан кивнул и, не отвечая, поманил к себе внучку. Та подошла – стройная, изящная, легкая, и Чеслав неожиданно заметил, что его названный брат смотрит на эту девчонку. Да еще как смотрит! Может, в этом и кроется причина беспокойства Анхеля? Может, он влюбился?

Оборотень нахмурился, следя, как девушка подходит к своему деду и замирает рядом с ним напротив большого каменного кольца, частично ушедшего в землю.

Но нет, нет, Ан не так глуп, чтобы влюбляться в девчонку много младше себя! Он не так глуп, чтобы позволить себе полюбить без памяти, забыв о… Да обо всем! Как минимум, о том, что Аделайн – подружка Адриана, уж это-то его учитель точно знает. И вроде бы раньше Анхель утверждал, что недостойно маркиза уводить у кого-нибудь возлюбленную…

Ада вскинула руку, скользя по краю каменного кольца кончиками пальцев. Чеслав знал, видел, что тонкие пальчики оставляют следы на камне, расчерчивают его загадочными узорами – что-то в магии линий он все же понимал. В голове мелькнуло воспоминание о наставнице юной ведьмочки – матери великого мастера, Альжбете ла Бошер, которую он в свое время частенько использовал в своих целях, принуждая помогать. Жива ли еще старуха? В том-то мире, мире мастера, она должна была… Хотя нет, там Анхель убил ее. Точно.

Великий маг, следя за действиями внучки, уверенно поднял руку и открытой ладонью провел по загадочным узорам, будто пытаясь стереть их. Потом второй рукой провел по другой стороне кольца, еще не тронутой пальчиками Ады.

Чеслав беззвучно усмехнулся. Отражение, конечно… Девчонке не придется утруждать себя лишний раз – дед просто отразит ее художества на другую сторону портала. Если только этого хватит для создания полноценного колдовства…

Антуан отступил, окинул долгим взглядом каменный портал, по краям которого светились голубоватым светом узоры мастерицы и, сложив ладони вместе, начал что-то шептать.

Заклятия Чес не знал и, сам будучи связан с магией, весьма интересуясь ей, изо всех сил напрягал слух, пытаясь разобрать хоть слово.

Но мастер говорил слишком тихо. Все, что сумел понять оборотень – заклятие произносится на странной смеси латинского, испанского и итальянского языков. Кроме того, звучали отдельные фразы на вообще неизвестном ему наречии. Что и говорить, мастер знающ…

- Людовик, - неожиданно позвал великий маг племянника и, оглянувшись через плечо, приглашающе кивнул, - Анри.

Оба молодых мага, не задавая вопросов, приблизились. Чеслав мельком отметил для себя, что Адриан сжал кулаки, явно давя недовольство. Мальчишка… Он считает, что уже достиг высот мастерства, что может оказать помощь более знающим. Сопляк. Учить и учить его еще. Лишь бы осталась такая возможность…

Глядя, как Людовик и Анри окружают старшего мага и аккуратно касаются руками краев каменного портала, Чеслав неожиданно очень ясно понял, осознал, что не хочет бросать своего ученика одного. Нет, Адриан должен продолжать учиться, он сумеет вылепить из мальчишки достойного мага… А они так и не сказали толком, позволят ли им видеться и продолжать занятия. Да еще этот Виктор, категорически настроенный против общения сына с наставником…

Впрочем, как раз поведение Виктора предельно понятно. Куда большее недоумение вызывает поведение всех прочих, старательно делающих вид, что не возражают против обучения Адриана магии. И опять же – было бы понятно, если бы обучаться ему разрешили, например, у мастера или у Анри. Но нет – они разрешают ему учиться у своего врага, у своего злейшего врага, у того, кто проклял когда-то целый род!

И это странно. Это очень странно, и он пока не может понять, что же движет ими. Вряд ли они изменили свое отношение к нему, ведь верно? Да и сам он не до конца отринул ненависть, по-прежнему смотрит на обитателей древнего замка довольно неприязненно.

Анхеля они начали принимать как друга – это верно, брат сам рассказывал об этом. Да и то, что сам Чеслав видел Ана за одним столом с нормондцами, подтверждает его слова… Но…

- Готово.

Голос мастера оборвал его мысли, заставляя отвлечься от разглядывания Виктора де Нормонда и его сына, и обратить взгляд к каменному порталу.

Сейчас это казалось и в самом деле порталом – серовато-сиреневая засасывающая воронка, окаймленная каменной рамкой. Зеленая трава у ее края слегка покачивалась, будто тянулась внутрь, подчиняясь дыханию междумирья.

- Ты не думаешь, что есть смысл позвать твоего оракула? – Чес бросил быстрый взгляд на названного брата. Тот поморщился, но ответить не успел.

- Портал не выпускает, - Венсен, шагнув к воронке, замер, изучая ее взглядом, - Сквозь него можно войти, Чеслав, но не выйти… Кто пойдет первым?

Оборотень решительно шагнул вперед. Он готов был идти первым, он не сомневался, что должен сделать первый шаг… И даже немного удивился, когда уверенная рука баронета Ренарда остановила его, преградив путь.

- Не спеши, - коротко бросил он, затем оглянулся на друзей и спутников, - В том мире я был известен как лорд Ричард, один из преданнейших людей мастера. Меня боялись и уважали, пожалуй… мне стоит пойти первому. На меня не нападут.

- Может, хоть подмогу с собой возьмешь? – Людовик скорчил кислую рожу и тяжело вздохнул, - Слушай, дядя, я конечно, все понимаю – безрассудство это вообще очень здорово, но… А вдруг там окажусь какой-нибудь случайный я и сломаю тебе нос?

- Тебя в том мире не было, - флегматично заметил мастер и неожиданно сам шагнул вперед, - Но Луи прав, Ричард. Это безрассудно. Разумнее будет пойти мне, ибо если ты был лордом Ричардом, то я был и остаюсь великим мастером…

- От скромности ты не умрешь, Антуан ла Бошер, - Чеслав хмыкнул и, отступив в сторону, издевательски указал на воронку, - Вперед. Мне даже любопытно будет посмотреть на это.

- Смотри, пока можешь, - зловеще промолвил Вик и демонстративно потер кулак. Адриан вздохнул и успокаивающе коснулся отцовского плеча. Его наставник и вовсе предпочел сделать вид, что ничего не услышал.

Великий мастер Альберт Антуан де Нормонд сделал еще один уверенный шаг и, замерев у самой кромки портала, быстро оглянулся через плечо на спутников.

- Я буду ждать вас с той стороны, - пообещал он и, более не медля, шагнул прямо в воронку. На миг его фигура словно скрутилась в спираль, потом вспыхнула сиреневым пламенем и, наконец, исчезла.

- Знаете… - Роман, с заметным любопытством проследив исчезновение названного дядюшки, вдруг склонил голову набок, вглядываясь в Чеслава, - Есть такая загадка – волк, коза и капуста. Надо разгадать, каким образом переправить через реку волка, козу и капусту, так, чтобы ни волк козу не съел, ни коза капусту… В общем, я к чему это. Рыжик – тот еще волк, это всем известно. С козами и капустами сами решайте, хотя я бы определил в козы Вика, а в капусту – Адриана. Так что… как будем всех переправлять?

- Другими словами, ты не хочешь оставлять Вика наедине с Чесом, и Адриана наедине с Виком? – Людовик заинтересованно изогнул бровь, - Не-не-не. Тут скорее дядя – невинный козленочек, которого может сожрать рыжий волк, если пойдет туда… Предлагаю нам сыграть роль пастухов, и оказать козленку всяческую поддержку.

Венсен устало вздохнул и покачал головой.

- Балаболы… - тихо проговорил он и неожиданно приказал, - Господин маркиз, прошу за мной. Ваш друг может быть следующим.

Анхель слегка приподнял подбородок и бросил быстрый взгляд на Чеслава. Тот незаметно ухмыльнулся. По всему выходило, что друг еще не забыл прежних привычек и, в случае напряженной ситуации, в первую очередь всегда смотрел на него. Правда, ворас тотчас же покосился и на Анри, но это было уже неважно – первый взгляд он отдал названному брату. Любопытно, как бы он поступил, выкажи Чеслав несогласие с предложенным Венсеном порядком?

Хотя, говоря начистоту, ему было совершенно безразлично, следом за кем или впереди кого попадать в тот мир. Воображение рисовало чудные картины – вот он оказывается там, и гнет с души сейчас же пропадает, жжение в груди прекращается… Ах, если бы это было действительно так!

Чеслав проследил, как вступает в портал Венсен, как размазывается и скручивается его фигура. Потом вновь поймал быстрый взгляд названного брата и взглядом указал ему на каменное кольцо.

Анхель приблизился, напоследок оглянувшись на Анри, пожал плечами и все-таки вступил в воронку.

Чеслав не стал медлить. Фигура альбиноса только успела растаять, исчезая и свиваясь в спираль, а он уже стоял возле каменного кольца.

Кто-то что-то произнес за его спиной – оборотень не стал вслушиваться. С этой стороны оставались преимущественно любители глупых шуток, молодежь, да еще Виктор и Рене, и на них обращать внимания не хотелось.

Он шагнул вперед резко, уверенно, не позволяя себе ни мгновения задержки, не оставляя ни себе самому, ни другим шанса передумать.

Вокруг зарябила, закружилась реальность. Чеслав понимал, что сейчас в глазах оставшихся его фигура, должно быть, свивается в спираль, но сам ничего подобного не испытывал. Он шел то ли сквозь туман, то ли сквозь облако, а вокруг мельтешили яркие пятна. В какой-то момент у него даже слегка закружилась голова, и он поспешил глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. В ту же секунду в груди будто вспыхнуло пламя.

Чеслав прижал руку к солнечному сплетению, пошатнулся, шагая вперед и почти выпал из портала в том же лесу.

Он огляделся, не опуская руки. Лес, деревья, зелень, трава под ногами – все, как и с той стороны. Только вот здесь его ждут трое ушедших вперед – мастер, Венсен и названный брат.

- Я думал, мы окажемся в городе, - хрипло процедил оборотень и, подчиняясь наитию, отошел немного в сторону.

За его спиной зашуршала трава под чьими-то шагами и, обернувшись, Чеслав увидел выходящего из каменного кольца Ренарда. Сам портал, к слову, с этой стороны на портал и вовсе не походил – пустая рамка, с той стороны которой точно так же зеленел лес.

Оборотень поднял голову, пытаясь разглядеть за вершинами деревьев знакомые башни проклятого им замка. Не увидел их и негромко хмыкнул.

- В этом мире Нормонд был уничтожен, - коснулся слуха голос мастера. Чеслав быстро глянул на него и ничего не сказал. Он помнил, что замок в этом мире был уничтожен и хотел только убедиться в этом. Жаль, что здесь уничтожил его не он сам…

Рене, оглянувшись на портал, отошел немного в сторону и тоже поднял взгляд. Оглядел пространство вокруг и, вздохнув, голову опустил.

- Здесь даже лес какой-то… не такой, - заметил он, - Ощутимо другой, хотя я бы затруднился определить точнее.

- Это правда, - неожиданно подал голос Анхель и, глянув на выходящего из портала человека, отвернулся.

Это оказался Адриан, и Чеслав испытал легкое удивление. С каких это пор его названный брат и его ученик не ладят друг с другом? Надо будет порасспросить кого-то из них.

Следом за Адрианом из портала вышла Аделайн, по которой оборотень скользнул безучастным взглядом. Все-таки глупо было брать с собой девчонку, очень глупо… Магия линий требует большой обстоятельности, делать на нее ставку просто бессмысленно. Пока девочка будет рисовать, ее двадцать раз успеют убить. Впрочем, на этот случай здесь как раз и есть Адриан. А еще у девчонки имеются… О, вот и они.

Анри и Марк вышли из портала почти один за другим, едва ли не рука об руку, и Чеслав невнятно хмыкнул. Да, защитников у юной Аделайн хоть отбавляй… Ей это на пользу. А вот всему делу – вряд ли, потому что участники похода будут отвлекаться.

Два чертовых шутника сквозь портал и вправду прошли рука об руку, вероятно, побоявшись оставлять друг друга без присмотра.

Последним в этот мир вошел Виктор и сразу же обеспокоено шагнул к сыну. Чес мельком поморщился. Вот ведь курица-наседка, вздохнуть пацану не дает! Нет, что ни говори, а под контролем наставника парню живется не в пример лучше…

- Итак? – он не хотел, чтобы промелькнувшие мысли отразились на его лице, поэтому предпочел подать голос, - Куда нам идти и, самое главное, с какими целями?

- Цели пока просты – нужно понять, как здесь обстоят дела, - великий мастер спокойно пожал плечами, - Здесь неподалеку должна быть заброшенная железная дорога, на которую в прошлый раз упала моя дочь. Не предлагаю нам падать, но пройти вдоль нее смысл, думается, есть – куда-нибудь она да выведет.

- А Татьяна в прошлый раз как выбралась? – Рене заинтересованно склонил голову набок. В черных глазах его скользнул едва уловимый огонек, который наблюдательный Чеслав заметил. Так-так, похоже, Ренард все еще не оставил своего увлечения графиней де Нормонд… И это при том, что Адриан как-то вскользь упоминал, что у Рене появилась подружка. Надо было, наверное, расспросить парня подробнее… Хотя, с другой стороны, до Рене Ламберта ему, Чеславу, дела нет.

- Татьяну поймал Андре, - ввинтился в сознание голос чертова виконта, - Прямо вот хвать – и поймал. И доставил прямиком в Кале, где ее поджидал Луи и ты, дядя, с распростертыми объятиями.

- И где Луи сломал мне руку и ногу, - мрачновато припомнил баронет, - Вижу, провалами в памяти ты не страдаешь, племянник.

- Еще бы! – Роман приосанился, широко ухмыляясь. Он сказал что-то еще, но Чеслав уже не слушал. Какое ему дело до бахвальства виконта? Этот шахматист-недоучка, однажды ухитрившийся обыграть его, гроссмейстера, всегда был излишне хорошего мнения о себе. Не выслушивать же каждый раз его хвастовство?

В груди на мгновение зажглось пламя, но почти сразу и погасло. Чеслав, делая вид, что ничего не произошло, кашлянул и решительно направился вперед, сквозь низкорастущие ветки и цепляющие за одежду кусты.

Ему это уже надоело. Он постоянно был обязан прислушиваться к чертовым, навязавшимся на его голову, спутникам, все время должен был думать о них, быть ведомым ими… Это бесило и бесило сильно.

Сколько себя помнил, Чеслав сам принимал решения, сам прокладывал дорогу и сейчас совершенно не разделял мнения мальчишки Антуана касательно целей их экспедиции. «Выяснить», как же, ха! Нет, он не будет ничего выяснять – он захватит власть в этом мире, займет место сбежавшего мастера и устроит здесь совершенно иной порядок! Мастер всегда вел себя глупо. Излишне либерально, снисходительно… Этому миру нужна твердая рука. Этому миру… нужен хозяин.

- Этому миру нужно имя, - он не оборачивался: он итак знал, что спутники следуют за ним, - И, если этот мир вы решили отдать мне, название я для него выберу сам.

- Тебе его никто не отдает, - прохладно отозвался из-за спины Венсен, - Тебе предлагают помощь, Чеслав, принимай ее молча. Что за название ты придумал?

Оборотень тонко улыбнулся. Чертов ла Бошер всегда славился проницательностью, легко мог угадать то, что крылось за словами… Он действительно уже знал, как назвать свой мир.

- Стежар, - бросил он, не оборачиваясь, - Мне нравится это название. К тому же, оно перекликается с пожаром… что я могу устроить здесь.

***

Адриан чувствовал себя виноватым.

Поведение учителя казалось ему неправильным, почти отвратительным, но делать замечания наставнику парень не мог. Чеслав постоянно делал какие-то провокационные заявления, словно силился разбудить в душе спутников ярость, словно пытался устроить тот самый пожар, о котором говорил.

Конечно, ему сразу же сказали, что пожар устроить не дадут. Что сумеют обуздать его силу, да и вообще привели его сюда с другими целями. Адриану вдруг почудилось, что старшие надеются найти здесь человека, который сможет обуздывать силу наставника.

Пораженный этой мыслью, он немного отстал и зашагал рядом с Адой, шепотом говоря ей о своих подозрениях.

Девушка только плечом повела.

- Ну и что? – отвечала она тоже шепотом, - Это не так плохо, Адриан! Он не будет один, не будет брошен…

- Но этот человек должен, как минимум, быть равен ему по силе! – парень с сомнением покачал головой, - Многих ты знаешь, кто мог бы сравниться с ним?

Ада вздохнула и неожиданно мягко взяла его за руку. Адриан сжал тонкие пальцы и вдруг ощутил на себе чей-то неприязненный взгляд. Абсолютно убежденный, что знает, от кого он исходит, парень быстро глянул на маркиза Мактиере, но тот смотрел в другую сторону и вообще, кажется, интересовался больше названным братом. Показалось?..

- В нашем мире никто не может быть равен по силе твоему учителю, это правда, - прошептала Аделайн, - Но в этом мире, идеальном мире дедушки… Мы же не знаем, что здесь могло произойти за то время, пока он его не контролировал!

Адриан молча кивнул и чуть сильнее сжал ее руку. Что бы не говорил Марк, что бы он не думал, а они с Адой созданы друг для друга. Сколько бы не было препятствий на их пути, и даже сколько бы разногласий не возникало между ними, а он всей душой, всем сердцем знает: Ада – его судьба. И это не совпадение, это не может быть совпадением, что отец его когда-то влюбился в девушку по имени Аделайн, а теперь его сын держит за руку ту, что была названа в ее честь.

Он не отдаст ее Мактиере. Ни за что не отдаст. Если придется – станет кровным врагом чертова маркиза, тому же не привыкать враждовать и мстить! Но право на свое счастье он отстоит.

Адриан легко притянул Аду к себе, приобнимая ее за талию. Они шли позади всех, и могли позволить себе такие вольности, хотя бы ввиду того, что Марк гордо вышагивал впереди рядом со старшим братом и дедом, и на них внимания не обращал. Прочие же родственники и вовсе никогда не возражали против отношений двух молодых людей, а Анри, кажется, даже одобрял их.

- Я люблю тебя, - шепнул молодой человек на ушко избраннице. Та заулыбалась и, повернув голову, послала ему воздушный поцелуй. Потом чуть слышно шепнула в ответ:

- Я тебя тоже.

От сердца немного отлегло. Адриан, в последнее время мучавшийся от почти несознаваемой ревности, наконец почувствовал тепло на душе. Все-таки она любит его, а не этого чертова Анхеля… Оно и правильно – что ей ловить с таким-то стариком? И даже то, что он сам, Адриан, тоже родился в шестом веке, не равняет его с маркизом! Потому что он рос и взрослел в этом времени и на свете живет лишь чуть больше, чем Ада, а Анхель все полторы тысячи лет жил и здравствовал! Нет, он ни за что не отдаст ее этому старику. Никогда. Может, стоит все-таки обсудить с учителем поведение его друга?..

Взгляд скользнул к напряженной спине учителя, и молодой человек тихо вздохнул. Можно подумать, Чеславу сейчас до его забот! Нет. Это, в конце концов его девушка и его соперник, пусть и потенциальный. Он достаточно взрослый, чтобы решить эти проблемы сам. Может, чисто по-мужски набить Анхелю Мактиере морду?..

- Надо полагать, это и есть та самая железная дорога.

Голос наставника разогнал мысли его ученика, заставляя сосредоточиться на главном. Куда-то они, похоже, добрались, но куда? И чем это может быть полезно?

- Также надо полагать, прыгать на рельсы никто не собирается, - рыжий послал ехидный прищур великому мастеру. Тот остался спокоен и даже холоден, будто попытки задеть и вовсе не трогали его. Да, пожалуй, не зря он заслужил звание «великий»…

- Думаю, есть смысл пройти вдоль обрыва до тоннеля, - заметил Альберт, не обращая внимания на сверлящего его взглядом оборотня, - Там можно будет перейти на другую сторону. А дальше – прямая дорога до Кале.

- Скажи мне, мастер, куда мы идем? – Чеслав полностью повернулся к собеседнику, сдвигая рыжие брови, - Я давно разучился верить в человеческое бескорыстие, а тебе и вовсе не доверяю! Кале… зачем? Неужели ты хочешь пройти морем до Лондона и подарить мне свой дворец?

- А почему ты не думаешь, что тебя хотят запереть в недрах этого дворца? – Винсент, ухмыляясь, склонил голову набок, - Быть может, мы решили устроить тебе темницу подальше от замка, который… - мужчина быстро оглянулся назад и заметно помрачнел, - Которого здесь, похоже, по-прежнему нет.

Великий мастер Альберт, внимательно выслушав вопросы и предположения спутников, аккуратно кашлянул, привлекая к себе внимание. Адриан, вдруг занервничав, слегка сжал пальцы Ады. Та ответила ему мягким рукопожатием.

На плечо неожиданно легла отцовская ладонь. Адриан обернулся и наткнулся на ободряющую родительскую улыбку. Виктор де Нормонд каким-то образом всегда понимал, что отпрыск его нуждается в поддержке. Последнего это радовало.

- Здесь, как сказал господин маркиз, - взгляд черных глаз мастера упал на выпрямившегося Анхеля, - Существует некая сила, которая ждала нашего появления. Я хочу узнать, что это за сила, Че́слав, хочу понять, каковы ее намерения и есть ли нам смысл ее опасаться. Что же касается тебя... Нет. Дворца я тебе не отдам. По крайней мере, без веской на то причины... Но я предполагаю, что если в этом мире зародилась какая-то сила, она может быть достаточно велика, чтобы держать тебя в узде. Я хочу, чтобы ты находился под контролем. Даже, если будешь свободен.

Чеслав ненадолго задумался. По лицу его Адриан видел, что учитель принимает какое-то решение, перебирает в уме варианты, останавливаясь под конец на одном.

- Скажите, великий мастер Антуан… - желтые глаза насмешливо сузились, - А если я решу вернуться к бытию пирата, вы будете возражать?

- Пирата? – в разговор неожиданно вмешался дядя Ричард. Баронет резко шагнул вперед, недоверчиво вглядываясь в рыжего. Со стороны казалось, что он смотрит на младшего брата, вдруг сделавшего абсолютно абсурдное заявление. На брата, за которого в ответе, которого должен воспитывать…

- Ты хочешь опять стать пиратом? – градус изумления в его голосе ощутимо возрос, - Но, Чес… Чарли в этом мире больше нет. Под чьим командованием ты собрался бороздить моря?

Чеслав красиво изогнул бровь.

- А кто сказал, что мне нужен командир, Рене? Капитан Бешеный предпочел мирную жизнь морским приключениям, но моя душа, как и прежде, жаждет разбоя. Найти корабль… собрать команду… Этот мир еще будет трепетать, заслышав мое имя!

- Мне не нравятся твои цели, - на сей раз в беседу вступил Анри, - Ты в любом случае надеешься занять в этом мире место, на котором сможешь причинять кому-нибудь вред. Этого мы позволить тебе не можем… но в Лондон, мне кажется, попасть следует. Какой бы ни была сила, поджидающая нас здесь, вряд ли она могла избрать иную обитель, кроме дворца великого мастера.

Глава 10

Они шли по лесной дороге куда-то вперед, овеваемые легким ветерком и наслаждающиеся шорохом листвы. Им нравился путь, им доставляло удовольствие общество друг друга, они получали наслаждение едва ли не от каждого шага.

А вот он нет. Он шел впереди небольшой процессии, одним из первых, шел рядом с сильнейшими и не мог найти покоя. Проклятый мир… Стоило возвратиться сюда из сладкого забытья, как его опять начали преследовать пагубные мысли.

И пусть даже в них не было больше ненависти. Пусть он не пытался выдумать, как уничтожить, стереть с лица земли проклятый замок. Но его беспокоили иные проблемы, не менее, а может, и более важные и могущие иметь неприятные последствия.

Его беспокоил брат. Что он скрывает? Зачем связался с оракулом из междумирья, зачем влез в этот переплет? И ведь его даже не пришлось уговаривать – он был едва ли не рад отправиться в Стежар, чуть ли не рвался сюда!

Почему? Что тянуло Анхеля в этот мир, что привлекало его здесь? Во что, во что ввязался названный брат, что он натворил?

Кроме того, его волновал вопрос собственного будущего здесь. Он дал название этому миру, и спутники согласились принять его – это хороший знак. Но никто, ни один из них так и не дал твердого ответа, не сказал, на что они рассчитываю в его отношении. Куда они денут его, как поступят? Силу использовать он пока опасается – слишком велик риск, что его тело не выдержит этой мощи. Умирать же он не готов, как и проводить вечность, будучи разорванным на куски.

Он стиснул ткань рубахи на груди, давя болезненный спазм. Сила жгла огнем, рвалась на волю, но он пока не мог позволить себе выпустить ее.

В конце концов… Если мастер подозревает наличие в этом мире враждебной силы, если этот враг будет угрожать его брату или его ученику, ему придется вступить в бой. Будет лучше, если к моменту боя он будет полон сил и сможет все их выплеснуть на неведомого неприятеля.

Но не сейчас… Не в момент простого путешествия по лесу, когда под раздачу могут попасть и брат, и ученик. Ученик…

Чеслав быстро оглянулся через плечо и, скользнув взглядом по Адриану, отвернулся вновь. По губам его скользнула легкая улыбка.

Он помнил, как на заре своих отношений с Адой, ученик приходил к нему и жаловался на непонимание родных. Как сетовал, что отец не одобряет его отношений с любимой девушкой, ссылаясь на далекое родство между ними, что брат Аделайн – Марк, - категорически выступает против их любви. Чеслав тогда старался сохранять спокойствие и даже безмятежность, и хладнокровно уверял парня, что все еще наладится, что родные примут и поймут их чувства, и не будут чинить препятствий. Он успокаивал Адриана, хотя ему было абсолютно все равно.

В жизни Чеслава не было любви. Всего себя он отдал на исполнение целей названного брата, смысл жизни видел лишь в непрерывном увеличении силы, а с женщинами проводил до обидного мало времени, лишь удовлетворяя физиологические потребности. Любовь ему заменяли книги, общался он преимущественно с Анхелем, да и вообще полагал, что женщины слишком ограничены для того, чтобы их можно было рассматривать в качестве спутниц жизни.

Любовь Адриана его почти смешила. Черствый сердцем, оборотень вообще не верил в любовь, не считал ее чем-то возвышенным и все чувства предпочитал опошлить и свести к физиологии.

Однако, ученику удалось удивить его. Убежденный, что Адриан хочет лишь добраться до тела своей зазнобы, Чеслав с изумлением узнал, что юноша даже не помышляет об этом. Что он полагает, будто они оба еще слишком молоды для подобных отношений, и что это может произойти лишь в будущем, когда они создадут семью. Как может здоровый молодой парень оказаться настолько сдержанным, оборотень искренне не понимал.

Он даже пытался преподать Адриану урок сексуального воспитания, объяснить, чем занимаются мужчина и женщина в постели, но юноша мягко остановил его. Он сказал, что прекрасно знает, что такое секс, зачем он нужен и как им заниматься, но что в Аде его привлекает в первую очередь душа, а не тело.

Этого Чеслав и вовсе не мог понять. Душа? Душа женщины?? Да что может обычная девчонка дать талантливому парню, умелому магу? На что может быть способна она, ограниченная, глупая рисовальщица?

А Адриан утверждал, что Аделайн делает его лучше. Как такое возможно? Как женщина вообще может делать мужчину лучше или хуже? Мужчина обязан быть самодостаточным, независимым…

Оборотень нахмурился. Но, если посмотреть на эту парочку, вышагивающую рядом друг с другом, можно и впрямь поверить в любовь. В их любовь уж точно.

Наверное, эта девчонка действительно делает Адриана лучше, как-то влияет на него. Иначе он бы уже давно поддался влиянию своего учителя, пошел бы против своих. Но он ухитряется обращать полученные знания на пользу, а не во вред.

Как? Какие слова смогла найти Ада, чтобы переубедить этого парня?

Чеслав нахмурился и оглянулся вновь. На сей раз взгляд его скользнул не только по сладкой парочке, но и по Виктору де Нормонду – родному отцу Адриана.

Родному отцу! Оборотень поморщился и отвернулся. У мальчика два родных отца. И один из них – он сам, что Адриан вполне сознает, хотя и не приемлет. Впрочем, он и от Виктора не то, чтобы очень сильно зависит, наоборот – судя по всему, юный наследник благородного рода плевать хотел на своего родителя, и уж его влиянию точно не подвержен.

Значит, Ада…

Значит, она влияет на него сильнее даже, чем учитель. Надо же. Вот, значит, на что способна любовь. Может, и плохо, что ему не удалось испытать ее. Может, и стоило хоть раз позволить себе влюбиться без памяти?

Взгляд упал на Анхеля и Чес вздохнул. У него не было времени на это. Он никогда, ни разу за полторы тысячи лет своего бытия не позволял себе забыться и расслабиться, всегда помнил, что должен отомстить за брата.

До сих пор обидно, что брат забыл о своих целях раньше, чем это сделал он.

- Может, поймать попутку?

Веселый, хотя и явственно усталый голос виконта, коснувшись слуха, отвлек от мыслей. Чеслав с некоторым удивлением оглянулся в третий раз.

Кажется, Роман де Нормонд по сию пору бессмертен, разве не так? Бессмертие должно если уж не даровать неутомимость, то хотя бы поддерживать. Сам оборотень особой усталости не ощущал.

- Я что-то не вижу оживленной трассы, - Венсен, хмыкнув, собрал рукой длинные волосы и, сжав на мгновение, отпустил. С губ его сорвался вздох.

- Хотя вот от вентилятора я бы не отказался. Почему так жарко?

- Наверное, потому что лето, - ехидно отозвался второй из шутников: младший брат Романа, Людовик. Маркиз досадливо отмахнулся от него, переводя взгляд на мастера. Тот казался серьезным.

- И вправду… - медленно проговорил он, вглядываясь в дорогу впереди, - Жарковато.

Чеслав насторожился. Ему, привыкшему к внутреннему пожару, ему, сжигающему себя заживо уже несколько лет подряд, температура вокруг не казалась высокой, но если уж на это обратил внимание мастер… Возможно, дело и вправду не так просто, как кажется.

- Существует магия, могущая локально поднять температуру, - негромко заметил он, - Я пользовался ей, чтобы поджечь свою кровь. Ну, для того заклинания, помните?

Он знал, что они помнят. Они не могли забыть последней схватки, во время которой он создал из своей крови огненных волков и натравил их на противников.

- Та-ак, - Винсент остановился, упирая руку в бок и хмуря брови, - Выходит, тот, кто поджидает нас здесь, подготовил приветствие? Решил устроить нам знойный денек?

- Очень глупое решение, между прочим! – сейчас же вклинился неугомонный виконт, - Жара хороша где-нибудь возле водоема, где можно расслабиться, искупаться… А я даже плавки не взял!

- И вентилятора портативного никто не захватил, - поддакнул Марк, видимо, решивший продемонстрировать, что шутить он умеет ничуть не хуже дядюшки.

Людовик, заметно оценивший этот порыв юной души, одобрительно хмыкнул и, кивнув, подбросил эспандер в воздух, тотчас же его ловя. Лицо его почему-то стало серьезным, и Чеслав даже мельком изумился этому – с каких пор юного магистра что-то может заставить посерьезнеть?

- Это все, конечно, очень хорошо и весело, - медленно проговорил тот, - Но, поправьте, если ошибаюсь… Выходит, тот, кто ждет нас здесь, уже знает о нашем прибытии? Знает, и… можно ли считать локальное увеличение температуры атакой?

Шутки смолкли. Роман, тоже посерьезнев, нахмурился, озираясь и явно ожидая нападения из-за каждого куста. Его племянник тоже насторожился и даже слегка приподнял шпагу на поясе, будто готовый отражать атаку.

- Если это так… - говорил мастер медленно, взвешивая каждое слово, - Если этот зной – действительно атака… Хотя нет, я так не думаю. Это, безусловно, не совпадение, но и нельзя назвать серьезным нападением – наш неизвестный противник просто демонстрирует нам на что он способен.

Чеслав в раздумье постучал себя пальцами по подбородку. Пытливый ум Антуана он всегда признавал и сейчас не мог оспаривать его выводов.

- Если это единственная его способность, нам бояться нечего, - оборотень хладнокровно пожал широкими плечами, - Я тоже умею локально поднимать температуру и вполне способен и опустить ее…

- Ну, так опусти! – несдержанный Роман негодующе топнул ногой, обутой в высокий ботинок, - Жарковато здесь, не чуешь, что ли? Сделай нам правильный микроклимат, товарищ кондиционер!

- Уймись, виконт, - Чеслав на мгновение сузил глаза. Дурацкие шуточки его не задевали, зато изрядно отвлекали, не давая сконцентрироваться. Он сжал губы, пытаясь собрать силу и сделать то, о чем его просили… но внезапно замер, устремляя взгляд на мастера.

- Я боюсь, - с неохотой признался оборотень, - Силы слишком много, я не уверен, что сумею использовать только малую ее часть. Если же прорвется вся…

- Я понял, - Антуан чуть улыбнулся и успокаивающе опустил веки, - Не напрягайся пока, Че́слав. Еще не настолько жарко, чтобы считать это проблемой. Продолжим путь. Но, если жара усилится... тебе придется направить мою магию. Или... - мужчина на секунду умолк и явно без особенного желания продолжил, - Или нам придется обратиться за помощью к твоему ученику.

Чеслав изумленно замер. К ученику? Но сумеет ли Адриан сделать это? Он, кажется, обучал его технике локального увеличения температуры, но насколько хорошо парень усвоил урок, признаться, не проверял. Да и потом – одно дело увеличить температуру, а другое – уменьшить! Это же совсем разные…

Повеяло прохладным ветерком. Оборотень, ощущая уже не просто изумление, а почти потрясение, перевел взгляд на ученика. Он не сомневался, что дыхание прохлады – дело рук Адриана и почти не удивился, увидев, что не ошибся.

Юноша, чертовски способный ученик, самонадеянный мальчишка, стоял, замерев навытяжку и, сложив перед собой ладони, что-то нашептывал в них. Чеслав со злостью и гордостью вдруг понял, что понятия не имеет, что именно бормочет парень. Сам-то он творил подобную магию душой, сердцем, не прибегая к помощи слов, но ученик его еще не был настолько силен. Зато уже оказался дьявольски способен.

Ветер усилился, сдувая жару, принося с собой расслабляющую прохладу. Дышать стало легче.

Неугомонный виконт, подставив лицо дуновению свежести, довольно ухмыльнулся.

- Вот, такой подход к делу мне нравится! Что ж, Адри, претензий больше нет – рыжик хорошо тебя выдрессировал! Хотя бы вентилятором ты притвориться можешь.

- Он меня не дрессировал, - Адриан недовольно опустил руки, - Дядя Роман, пожалуйста…

- Закрой рот, виконт, - Чеслав, решительно заступаясь за ученика, шагнул вперед, - Иначе, поверь, мне и без участия магии достанет сил сделать то, что я когда-то обещал!

Роман с заметным интересом уставился на него, даже слегка склоняя голову набок.

- То есть, ты типа всерьез думаешь, что мои родные будут молча стоять и смотреть, как ты вырываешь мне сердце?

Ответить оборотень не успел. Рядом с братом тотчас же очутился мрачный, как ночь, Людовик и, стиснув руки в кулаки, наградил рыжего поистине убийственным взглядом. Хотел даже что-то сказать, но тут уже вмешался мастер.

- Успокойтесь! – рыкнул он, резко шагая вперед и вставая между оппонентами, - Если ты, Че́слав, попытаешься причинить вред моему племяннику - тебе придется вновь иметь дело со всеми нами. Мы не будем молча наблюдать... А вы, двое, - он глянул на Романа и Луи, - Прекратите провоцировать всех подряд! Роман, особенно это касается тебя - держи себя в руках! Я не намерен допускать кровопролития. Все, вопрос закрыт. Идем дальше, и я прошу тебя, Чеслав, идти впереди. Предпочту держать тебя под контролем.

Оборотень хмыкнул. Такие заявления изрядно позабавили его.

- Не волнуйся, мальчик, - говорил он нарочито тягучим, насмешливым голосом, - Твоему выводку вреда я не причиню. До поры…

- Чес, - Анхель, внезапно вмешавшийся, сдвинул белесые брови, разводя руки в стороны, - Мы ведь пытаемся тебе помочь.

Чеслав повернулся к названному брату всем корпусом. Одно слово из произнесенных им больно кольнуло оборотня.

- Мы, - повторил он с выражением и, хмыкнув, коротко резюмировал, - Быстро.

Ворас нахмурился сильнее. Он, вне всякого сомнения, понял, что имел в виду названный брат.

- Тринадцать лет, Чес, - негромко заметил он. Чеслав тоже понял намек – Анхель пытался убедить его, что за тринадцать лет вполне мог успеть сблизиться с семьей, с которой прежде враждовал. Но ему было, что ответить.

- Полторы тысячи, Ан, - отрезал оборотень. Лицо названного брата окаменело. Да, он понял ответ… Полторы тысячи лет ненависти против тринадцати лет дружбы – сравнение не в пользу последнего. Впрочем, учитывая дружбу Анхеля с молодым наследником, можно смело предположить, что его доводы не убедят.

Хотя Чеслав и не хотел его ни в чем убеждать. Он устал, безмерно устал спорить с Аном, пытаться достучаться до него, он измучился от ненависти и неприязни, и теперь хотел просто жить.

Он отвернулся и решительно зашагал вперед, изредка прижимая руку к груди, когда ярость вдруг обжигала изнутри. Остальные потянулись следом.

Чеслав не знал, что думает Адриан о его заступничестве, не имел ни малейшего понятия, как к этому отнесся отец ученика, но чувствовал, что ему плевать на это.

В конце концов, Адриан – взрослый парень. Он вступился за него только потому, что не хотел позволять проклятому виконту издеваться над своим сыном, только потому, что Адриан явно не знал, как ответить. Но по-хорошему следовало бы предоставить парнишке самому решать свои проблемы.

Внезапно в сознании огнем вспыхнуло «Спасибо» и души коснулась теплая благодарность. Чеслав мельком оглянулся через плечо. Неужели мальчик настолько способен, что уже даже научился передавать мысли на расстоянии? Хм. Что ж, неплохо-неплохо…

Он отвернулся снова.

Ладно, что уж теперь. Как ни крути, а Адриан – его сын, кровный сын! Как это он сказал… «вы – отец моей волчьей ипостаси». Или «половины»? Не важно, суть в том, что парень-Адриан может оставаться сыном Виктора, но вот Адриан-волк – его, Чеслава, сын!

Он нахмурился, продолжая мерить шагами зеленую траву. Лес вокруг постепенно редел, показалась опушка. Чеслав остановился и, прищурившись, сумел разглядеть впереди проселочную дорогу. Потом оглянулся на спутников и встретил взгляд Антуана.

- Скажите мне, великий мастер, - говорил он язвительно, колко, но интересовался всерьез, - Куда, собственно говоря, лежит наш путь? По этой дороге можно добраться до Парижа?

- Нам не нужно в Париж, - ответить вместо мастера предпочел его старший внук, - Насколько я помню историю путешествия мамы по этому миру, она поначалу попала в Кале.

Людовик самодовольно кивнул, будто такой маршрут графини де Нормонд был его личной заслугой.

- Святая истина! В Кале Татьяна поначалу столкнулась с Риком, а потом я ее отважно спас. Ну, а потом мы уже нашли Романа.

- А ты как добирался туда, виконт? – на самом деле интересно это Чеславу не было, но для поддержания разговора он решил спросить. Мало ли, где может проскользнуть зерно истины!

Виконт Роман насупился, недовольно обхватывая себя руками.

- А вот чтобы я еще помнил, - буркнул он, - Мои воспоминания начинались сразу с Кале, как будто я просто взял и появился там! Родился. Сразу, готовым. А тебе-то что за печаль, рыжик?

- Я просто пытаюсь понять, что задумал мастер, - кротко откликнулся оборотень, - Мы будем идти пешком по этой дороге? Как Татьяна попала в город?

Альберт глубоко вздохнул и наконец соизволил ответить сам.

- Татьяну подвез мой сын, Андре. Но сейчас его здесь нет, он остался дома, и я очень сомневаюсь…

- Повозка!

Возглас остроглазого Марка отвлек его деда, заставляя прерваться на полуслове. Мастер удивленно моргнул и, приложив ладонь козырьком к глазам, вгляделся в действительно приближающуюся повозку, едущую, похоже, как раз в нужную сторону.

- Нас не слишком много для этого возка? – Анхель, разумный человек, остановил радостно подавшегося вперед Анри, - Мы не поместимся.

- По-моему, этот вопрос стоит решать после того, как остановим возницу, Ан, - Чеслав тонко улыбнулся и, не желая развивать дискуссию, сам зашагал вперед. Повозка находилась еще достаточно далеко, чтобы оборотень мог надеяться успеть выйти к дороге и перехватить ее.

Мелькнула мысль обратиться волком, но он тотчас же отмел ее. Обращаться – значило рисковать и рисковать сильно, потому что он не знал, как на изменение облика может прореагировать раздирающая его сила. Лучше оставить это и просто идти быстрым шагом.

Быстрее… еще быстрее… Ближе к дороге он перешел на бег и, вылетев на дорогу, согнулся, ощущая жгучий огонь в груди.

Заржала лошадь. Возница натянул поводья и, вскрикнув, заставил ее остановиться. Замер, вглядываясь в человека на середине дороги, а потом вдруг внезапно воскликнул:

- Чес?!

Спешащие следом за оборотнем спутники замерли, недоуменно переглядываясь. Человека на козлах повозки они не знали, могли поклясться, что никогда не видели его и откуда он знает Чеслава, угадать не могли.

Оборотень выпрямился, вгляделся в обратившегося к нему молодого мужчину и, хмурясь, недоверчиво покачал головой.

- Жак?.. Что ты делаешь на суше, черт тебя дери?

Краем глаза он заметил, как названный брат что-то говорит замершему рядом с ним Анри и мысленно позлорадствовал. Что, Ан, не ожидал? Да, есть в этом мире те, кому дозволено сокращать мое имя, здесь ты не единственный пользуешься моим доверием!

- Да к родне ездил, - Жак слегка пожал плечами, - Но вот что ты здесь делаешь, Чес? Ты сначала исчез с корабля, потом Бешеный объявил тебя предателем, а потом он и сам пропал… Мы думали, вы оба погибли. А Бешеный с тобой?

Чеслав, усмехаясь, покачал головой. Этого парня он знал в свое время неплохо – он был юнгой на корабле Чарльза, - но никак не ожидал вновь встретить его. Да и вообще, честно говоря, не планировал встречаться в этом мире со своей старой командой.

- Нет, капитан не со мной… У него… скажем так, есть дела поважнее. У тебя места достаточно?

Жак широко улыбнулся и воодушевленно кивнул.

- Для тебя хватит!

Чес слегка вздохнул. То, что для него одного места хватит, он видел и так.

- Проблема в том, что я не один, Жак, - оборотень мимолетно поморщился и кивнул в сторону леса, - Видишь толпу? Они все со мной.

- Все?..

Жак оглянулся назад, на повозку, потом еще раз посмотрел на толпу и ошарашенно покачал головой. По-видимому, сравнение оказалось не в пользу подходящих людей.

- Но как… Чтобы увезти такую толпу, нужна еще, как минимум, одна такая же повозка! Откуда у тебя столько друзей, Чес?

- Это к делу не относится, - он на мгновение сжал губы, потом повернулся к подходящим, - Эй, мастер! Есть идеи, как уместить всех в маленьком возке?

Альберт тонко улыбнулся и церемонно опустил подбородок. Конечно, у него есть идеи, черт бы его побрал… Звание «великий» просто так не дают.

- Есть, - не разочаровал мастер, - Если твой друг в принципе согласен подвезти нас, мы поместимся.

Жак, превосходно слышащий эти слова, даже закашлялся. Похоже, к такой уверенности он не привык.

- Эм… ну… ладно тогда. Залезайте. А вы куда, вообще говоря, направляетесь-то?

- В Кале, - Чеслав ловко забрался на козлы и, слегка потеснив возницу, устроился рядом с ним, - Надеюсь, нам по пути?

Парень согласно кивнул. Оборотень знал, что им по пути – если уж Жак спросил про капитана, стало быть, пиратство еще не оставил, продолжает носиться по морям под всеми парусами. Значит, и направляется он, скорее всего, в порт…

- На каком корабле ты сейчас ходишь?

Жак хмыкнул и приосанился, краем глаза следя, как толпа людей приближается к его повозке сзади. Мастер подошел первым и теперь что-то делал, заглядывая внутрь. Толпящиеся рядом внуки определенно восхищались его умениями.

- Бери выше, Чес – каким кораблем я командую! – Жак приподнял подбородок, - Бриг «Соарта». Я – капитан. Команда… ну, сохранился кое-кто из старых, но в основном пришлось набирать новых. После Великого Изменения половина народу из мира куда-то испарилась. Фрегат исчез позже, но все равно его больше нет… - здесь парень слегка погрустнел, - Жаль его, славная была посудина. Я было подумал на мастера, может, думаю, досадили мы ему, вот он и отомстил, но потом понял, что вряд ли. У мастера полно других дел, ему не до нас.

- У мастера? – Чеслав мельком оглянулся назад. Его спутники уже забирались в возок и, судя по всему, прекрасно там умещались. Бахвальство старого знакомого он пропустил мимо ушей, лишь отметив для себя, что бриг сына Антуана прибрали к рукам.

- У мастера… - оборотень потер подбородок, размышляя. Под ухом внезапно раздался знакомый свистящий шепот, и он чуть улыбнулся. Выходит, брат все-таки не совсем оставил его, еще интересуется его жизнью, а не только жизнью Анри!

- Разве мастер не исчез со всеми?

Этот вопрос хотел задать он сам, но его опередили. Сзади, из-под полога выглядывал настороженный, хмурый Антуан. Чеслав запоздало вспомнил, что назвал его «мастером» при Жаке, но тот почему-то не прореагировал. Должно быть, решил, что старый морской товарищ шутит или… что он привычно играет с огнем. Не исключено, что величать кого-то мастером в Стежаре запрещено.

- Нет, месье, - Жак удивленно оглянулся назад и подозрительно прищурился, - Вам не тесно?

- Не беспокойтесь, - Антуан быстро улыбнулся и вернулся к более интересной теме, - Вас не затруднит рассказать о мастере?

- Мастере?..

Жак едва с козел не свалился, вертясь и пытаясь одновременно видеть и дорогу впереди, и человека, с которым разговаривал. В конечном итоге, Чеславу пришлось без особой охоты поддержать его и повернуть лицом вперед.

- Отвечать можешь, не путая лошадь, - буркнул он, - Итак, Жак, что ты можешь сказать о мастере? Изменился ли он после того, как столько людей исчезло?

На этот раз вопрос, видимо, оказался более конкретным, и Жак задумался. Думал он долго, изредка погоняя лошадей, и ожидающие ответа путники недовольно переглядывались между собой. Над ухом Чеслава послышался шипящий шепот, побуждающий подтолкнуть парня к ответу, но оборотень только недовольно мотнул головой. Он знал Жака, помнил, что ему перед ответом всегда нужно собраться с мыслями, и лучше его в этот момент не торопить. Иначе чертов юнга собьется, запутается и ответа все равно не даст.

- Ну, знаете… - Жак встряхнул поводья, продолжая размышлять, - Наверное, да, в чем-то он изменился. Он стал жестче, безжалостнее, если раньше можно было надеяться на его милость, то теперь этого нет. Теперь мастер карает неугодных сейчас же, не позволяя никому даже мыслить не так, как ему хочется… Он ни с кем не советуется, никого не жалует и не выдвигает. Разве что, говорят, Паучиха возле него какая-то есть, но сам я ее не видел.

- Но пиратов он, я так понимаю, милует? – Альберт, выслушавший со всем вниманием сообщенную информацию, сделал странный знак кому-то в повозке и склонил голову набок.

Жак, сидящий спиной к собеседнику, ничего не заметил и только пожал плечами.

- Пиратство вне закона, как и прежде, но сильно на нас не охотятся. Мне кажется, мастеру даже нравится, что мы есть на морях… Не знаю, почему. Такое чувство, что он просто разрешает нам играть, как маленьким детям!

- А что насчет внешности? – Чеслав, сам вступая в разговор, чуть подался вперед, - Кто-нибудь видел мастера воочию?

Информатор отрицательно покачал головой и вздохнул.

- У него по-прежнему дворец в Лондоне, его видели все. Но самого мастера… Он не любит показываться на глаза. Между прочим, Чес, он не любит и когда кого-то кроме него называют мастером. Так что ты бы уж… поосторожнее как-то.

Ага. Значит, он верно догадался – здесь не приветствуется подобная «игра с огнем». Что ж, зато есть повод показать старому знакомому, что он по-прежнему опасен.

- Мне плевать, - бросил Чес и как бы невзначай коснулся грудной клетки. Сила вновь всплеснулась, обжигая изнутри. Как будто прореагировала на его слова…

Жак поник.

- Я знаю, ты всегда был… непокорным, даже с Бешеным спорил. Но, Чес, мастер – не капитан! Это Бешеный мог наорать, ударить в запале и забыть, а мастер просто сотрет тебя в порошок! В прямом смысле!

- Он настолько силен? – Антуан, выглядывающий из возка, вновь не сдержал интереса. Чеслав мельком оглянулся на него и с удивлением заметил за плечом великого мастера лицо Ренарда. Надо же. «Лорд Ричард» рвется в бой, ну-ну… Лучше бы не высовывался. Неизвестно, как прореагирует Жак, увидев экс-клеврета мастера.

- Я помню, один поэт сказал о нем так – «Он маг от рождения и от природы, Величьем стремиться достигнуть небес»… - возница вздохнул, - Увы, дальнейшие строки не сохранились в памяти.

Мастер скрипнул зубами. Чеслав чуть заметно усмехнулся – причина ему была понятна. Стишки сочинил Андре, родной сын Антуана и сочинил он их о своем отце. То, что кто-то присвоил их себе, должно было сильно задеть мужчину.

- Вот как, значит…

Оборотень удивленно моргнул. Услышать этот голос он не ожидал, и вообще думал, что «лорд Ричард», он же баронет Рене, будет молчать в тряпочку, опасаясь выдать себя. Это хорошо еще, что прочие участники похода пока помалкивают. Если бы влез виконт…

- И что, даже никто ни разу не попытался свергнуть этого злодейского мастера?

М-да. Пожалуй, если бы влез виконт, он бы сказал что-то… не более умное, нет, но хотя бы настолько глупое, что и подозрений бы не вызвал. А вот Людовик отличился.

- Свергнуть??? – Жак резко обернулся, нервно дергая удила, - Вы… вы с ума сошли?! Слушайте, я с бунтовщиками дел не имею, это… Я вас везу только потому, что просил Чес! Но, если вы злоумышляете против мастера… - он покрутил головой, - Вам будет плохо. Очень плохо.

Чеслав заметил, как его ученик, явно стремясь выказать себя достойным участником отряда, подается вперед и, хмурясь, отрицательно мотнул головой. Анхель над ухом что-то сказал, но оборотень даже не заметил этого.

Его крепкая ладонь легла на плечо Жака и настойчиво сжала его.

- Следи за дорогой, - рыжий говорил мягко, но в глубине его голоса угадывалось рычание, - Не обращай внимания на моих сумасшедших спутников.

Анхель подобрался ближе к его уху и настойчиво повторил вопрос. Оборотень помрачнел. Вот что другу за дело до дел местного мастера? Еще неизвестно, кто он, черт бы его побрал, такой…

- Скажи… - тем не менее, заговорил он, - Что за Паучиха, ты говорил, есть рядом с мастером? Прежде я ни о чем подобном не слышал.

Жак неопределенно повел плечом. Смена темы определенно расслабила его, заставляя немного успокоиться. Лошадку он теперь погонял более уверенно, да и правил твердо.

- А дьявол морской ее знает, Чес. Паучиха – такая же тень, как и сам мастер, о них обоих почти ничего не известно. Но ее боятся. Знаешь, прежде боялись лорда Ричарда, но он исчез, и теперь…

- Он не исчез, - раздался жесткий голос из-за спины. Чеслав устало закрыл глаза. Глупый баронет… все-таки тщеславие – страшная вещь, толкает на весьма неразумные поступки.

Жак в очередной раз оглянулся и, наткнувшись на горящий взгляд черных глаз, заметно съежился.

- Милорд…

- Правь внимательнее, - приказал милорд Ричард, сдвигая брови, - И расскажи все, что знаешь о мастере и его окружении. У меня есть все основания подозревать самовольный захват власти.

Возница вытаращился на него, хотел что-то спросить, потом вспомнил о необходимости смотреть вперед, посмотрел… и внезапно натянул поводья.

Чеслав, удержавшийся за козлы твердой рукой, сдвинул брови. Впереди журчала и звенела речушка, через которую оказался перекинут мосток – довольно чахлый на вид, но вполне способный выдержать повозку.

- Простите, господа… - Жак виновато опустил голову, - Вам придется выйти. Груженая повозка по этому мостку не пройдет, он обвалится…

- Слинять хочешь? – Чес понимающе хмыкнул и, вновь положив ладонь на плечо старому знакомому, стиснул его, - Езжай вперед, мальчик. Думаю… мосток нас выдержит, - при этих словах он мельком оглянулся на мастера. Антуан улыбался и это сходило за положительный ответ – его сил наверняка достало бы и чтобы по воздуху возок перенести.

Кроме этого, рыжий заметил в глубине повозки блеск глаз Адриана и сосредоточенное лицо Анри. Да, Жак не знает, с кем связался… Пожалуй, дружной мощи трех магов вполне хватит, чтобы помочь возку пройти по мостику.

К тому же, здесь есть Венсен, странно задумчивый сейчас. Есть также и он сам, Че́слав Вилкас, рыжий оборотень, сильный маг... который не может использовать свою силу из опасения сжечь, уничтожить все вокруг. Сейчас же делать этого тем более не хочется – этот мир, Стежар, он готовит для себя, уничтожать его резона нет. Зато есть резон сбить спесь с местного мастера, сбросить его с престола и поставить перед собой на колени.

С прошлым мастером это удалось. Значит, удастся и с этим.

Возница тяжело вздохнул и направил лошадь к мостку. Та покорно подошла к самому краю настила, но тут остановилась и заржала, мотая головой.

Чеславу захотелось перерезать ей глотку. Увы, тогда идти бы пришлось пешком, а этот вариант оборотня не устраивал… Хм. Быть может, кобыла артачится потому, что чует волков позади? Их же здесь трое – он сам, Адриан и Рене. Вполне себе неплохая такая стая, способная задрать любую лошадь.

Представив вкус лошадиной крови во рту, рыжий поморщился и требовательно оглянулся на мастера. Что он медлит?

Как оказалось, Антуан не медлил. Он пристально смотрел на мостик впереди, губы его чуть заметно шевелились, а пальцы левой руки были напряжены – мастер держал переправу.

Молодец, что еще сказать. Вот только толку от этого не будет, если лошадь не пойдет вперед…

Вдруг кобылка вздрогнула, подняла голову, словно прислушиваясь и тотчас же опустила ее, механически шагая вперед. Чеслав скользнул взглядом по равнодушному лицу Венсена, перевел его на Анри… И, наконец, обратил внимание на Адриана.

Мальчишка сидел, согнувшись в три погибели, сжав пальцами виски и крепко зажмурившись. Губы его оставались плотно сжаты, все тело казалось напряженным, напружиненным и Чеслав, не удержавшись, длинно присвистнул.

Вот это да… Нет, безусловно, такая магия существует, и он когда-то интересовался ей! Но наяву совместить свое сознание с сознанием животного не пробовал, даже не пытался никогда. А Адриан… Кажется, он изрядно недооценивал своего маленького ученика. Мальчишка достиг огромных успехов, причем достиг он их в тех областях, о которых учитель упоминал мельком.

Повозка, поскрипывая, покатилась по удерживаемому силой мастера мосту.

Анхель над ухом насмешливо поинтересовался, ожидал ли брат такого от своего ученика. Чес безмолвно покачал головой.

Нет, он не ожидал… Не ожидал и сейчас пребывал в некотором смятении. Его поразил когда-то Анри, сумевший побороть магию, которая считалась неодолимой, но там можно было свалить все на привитое мастером воспитание, позлиться и забыть. А вот Адриан… Ведь он воспитывал его, обучал его сам! А теперь ученик превзошел его.

Впервые за все время путешествия Чеслав вдруг задумался, что этим чертовым колдунам может и хватить сил на то, чтобы оставить его навсегда в этом мире.

Глава 11

Повозка мягко прокатилась по мостку и выбралась на другую сторону. Лошадь, внутренне дрожавшая от страха, ощутимо расслабилась и весело тряхнула гривой.

Адриан выдохнул, медленно отпуская ее сознание. Он не делал этого прежде, только читал о возможности совмещения сознания человека с сознанием зверя, да слышал, что однажды подобный фокус проделал Винсент. Но тому было проще – человек, способный становиться львом, проник в сознание кошки, созданной им когда-то. Адриану же пришлось пробираться в мозг абсолютно чуждого ему животного и жестко, резко брать его под контроль.

Возница на козлах примолк. Учитель тоже молчал, лишь изредка склонял голову к плечу и что-то слушал. Парень знал, что так он общается с противным маркизом Мактиере и тихо злился из-за этого.

Прямо вот, можно подумать, Анхель учителю важнее названного сына! Анхель его предал, бросил и предпочел ему Анри, а теперь пытается снова завоевать его расположение! Не может же учитель поверить ему?

Плеча ласково коснулись тонкие пальчики, вычерчивающие какие-то линии. Адриан удивленно глянул на сосредоточенную Аделайн рядом. Та улыбнулась.

- Сиди спокойно, - тихо шепнула она, - Сейчас станет легче, силы восстановятся.

Парень вздохнул и, улыбнувшись возлюбленной в ответ, опустил голову. И как она всегда угадывает его состояние, да еще и так точно? Поняла, что он обессилен и сейчас же предприняла меры… Что же за умница! Как ему повезло быть с такой потрясающей девушкой!

Безумно захотелось поцеловать Аду, но Адриан почему-то не решился. Может, потому, что здесь же, в повозке, ехал Марк, а может и потому, что напротив сидел отец…

Хорошо, что мастеру Альберту пришло в голову использовать пятое измерение. Так они запросто все уместились в небольшой повозочке, разве что вызвали недоумение возницы.

И хорошо, что ему хватило умения пробраться в сознание лошади и воздействовать на него. Хотя с этим тоже возникли некоторые трудности – все-таки он, Адриан, скорее волк, и совмещать свое сознание с сознанием совершенно чуждого существа оказалось занятием не простым.

Где-то в затылке, под волосами, внезапно защекотало, и парень услышал… Нет, скорее почувствовал обращенные к нему слова учителя.

«Не рискуй. В этом мире магия вне закона».

Верно… Адриан нахмурился. Ему же говорили, что в идеальном мире мастера магия запрещена. Но ведь и сам мастер довольно успешно колдует на глазах у этого Жака!

Впрочем, он на то и мастер, что ему дозволено больше, нежели простым смертным.

Интересно еще вот, зачем дядя Ричард представил себя в качестве лорда, правой руки местного мастера? Возможно у него далеко идущие планы… Но какие?

Додумать Адриан не успел – внезапный рывок, бросивший его на сидящего рядом Анри, помешал мыслям. Повозка остановилась.

- Что происходит? – Марк, ухитрившийся стукнуть себя эфесом шпаги по локтю, болезненно морщился, растирая его.

Роман и Людовик, оба на удивление серьезные, пытались выглянуть наружу. Мастер Альберт, перекрывая племянникам обзор, выглядывал сам.

Аделайн взволнованно вцепилась в руку возлюбленного, словно ища поддержки, а тот и сам не знал, что надлежит делать.

- В чем дело? – Винсент, уверенный и неотвратимый, раздвинул толпу, подходя ближе к мастеру. Адриан заметил, что лицо великого мага мрачно. Он что-то негромко сказал хранителю памяти, и тот, в свой черед помрачнев, обернулся к сидящим внутри людям.

- Так, ребята. У нас небольшая заминка – дорога перекрыта и есть все основания подозревать, что где-то рядом бродят вурдалаки. Чеслав сражаться с ними не может – ему опасно обращаться. Сколько их – неизвестно, но среди нас есть достаточно сильные личности. Ада… - взгляд мужчины упал на девушку. Адриан, хмурясь, расправил плечи, пытаясь заслонить ее собой. Тоже мне, нашел сильную! Да ее же с ее линиями сожрут, не успеет она…

- Защити повозку изнутри, - твердо приказал Винсент, и Адриан медленно выдохнул. Фух, слава Богу… Винс не окончательно свихнулся.

- Марк, не лезь на рожон. Хватит с нас и прошлой твоей стычки с этими тварями. Адриан, Анри, Людовик – на вас магическая стороны обороны и атаки. Роман, защищай племянника и постарайтесь отогнать этих тварей шпа… у тебя меч?

Виконт, явственно довольный собой, кивнул. На поясе у него действительно висел любимый тонкий меч – эсток, изящный, тонкий и легкий, неуловимо похожий на шпагу, но куда как более грозный.

- Значит, точно – защищай Марка. Ричард, думаю, тебе придется быть готовым обратиться… Да и я тоже к этому приготовлюсь. Адриан, тебе придется заменить своего наставника, коль скоро он сражаться не может. Вик – играй от обороны, не лезь вперед. Твои стилеты для дальнего боя. Вопросы?

Адриан оглянулся по сторонам и, заметив, что вопросов ни у кого нет, поднял руку. Винс вопросительно приподнял брови.

- А дедушка… то есть, великий мастер не может призвать упырей?

Альберт, услышавший эти слова, обернулся через плечо и мягко улыбнулся.

- Сейчас и здесь это нежелательно, волчонок. Придется защищаться своими силами… Хотя мне и не очень нравится наличие лишних ушей и глаз.

Жак, сидящий на козлах и, конечно, прекрасно слышавший эти слова, сжался, втягивая голову в плечи. Адриан почти почувствовал, как вздохнул сидящий рядом с ним учитель.

- Ты бы полегче на поворотах, Антуан… - заполнил повозку хрипловатый голос рыжего оборотня, но тотчас же зазвучал с другой интонацией, - А впрочем, Жак, ты рано трястись начал. Мы просто планируем защититься от возможного нападения, что тут такого?

Жак, не меняя позы, сжал поводья в безвольно опущенных руках и опустил еще и взгляд, изучая землю под конскими копытами.

- Магия запрещена, - буркнул он, - Общаться с магами нельзя. Я, может, и вне закона, но на виселицу не тороплюсь.

- От виселицы мы тебя убережем, - спокойно заверил возницу учитель, - А теперь вот что. Как только начнется заварушка – полезай внутрь повозки. Если слух меня не обманывает, там скоро будет много безопаснее, чем снаружи.

Адриан быстро глянул на уже чертящую на дощатых стенах повозки пальцами невидимые линии Аделайн. Да… Учитель прав. Внутри будет значительно безопаснее, чем снаружи. Хотя он и не был уверен, что Ада знает, как защититься от вурдалаков. В конце концов, в нормальном-то мире их почти нет!

А еще все-таки странно, что учитель по-прежнему не может и не желает использовать силу. Здесь-то это уже вроде как безопасно! Или еще не совсем?.. Если даже мастер не рискует призывать преданных ему тварей…

Адриан решительно поднялся на ноги и следом за дядей Ричардом выпрыгнул из повозки. За ними последовал отец. Роман и Людовик, а также примкнувший к ним Марк, уже что-то обсуждали, тыкая пальцами во что-то впереди.

Адриан выглянул из-за повозки и нахмурился. Да, преграда сооружена на совесть… Несколько мощных лесных исполинов навалены один на другой, переплетены ветвями, а перед ними еще и вбиты в землю заостренные колья. И объехать вряд ли выйдет – кругом непроходимая чаща.

Но почему вурдалаки?

Слуха коснулось неприятное, булькающее шипение. Среди ветвей поваленных деревьев мелькнуло чье-то оскаленное лицо, потом еще одно. Адриан вздохнул. А. Вот почему.

И тотчас же насторожился, заметив нечто странное, то, на что в другой ситуации бы не обратил внимания. Следом за скрывшимися монстрами по листве скользнула светлая точка, а еще секунду спустя пришло осознание – все ветви плотно затянуты паутиной. Да и стволы, кажется, соединены ею между собой… И паутина эта, кажется, похожа на ту, какой когда-то спеленал его Анхель.

Он еще только успел подумать, что в предательство маркиза Мактиере верится с трудом, когда рядом с повозкой вдруг возникла, ярко высветившись на миг, высокая фигура вораса.

Адриан куснул себя за губу. Нет, это не он… Он был все время с ними, и не успел бы с такой скоростью добежать сюда от преграды. Но тогда кто? Разве Анхель и отец – не единственные ворасы в мире?..

Он подумал – и сам испугался. В мире! Да, в том мире – вполне возможно. Но вот в этом… Говорил же этот Жак про какую-то Паучиху рядом с мастером!

Над ухом что-то свистнуло. Адриан даже не стал оборачиваться – он прекрасно видел вонзившийся в толстый ствол поваленного дерева отцовский стилет. Кстати, у него ведь тоже есть! Как говорится – не магией единой… Да и не только волчьим обликом.

Парень залихватски выхватил один из своих изящных стилетов, занес над головой, изготовился метнуть…

Запястье неожиданно сжала чья-то горячая рука, не позволяя совершить задуманное. Парень недоуменно повернул голову и заморгал, глядя на строгое лицо Винсента.

- Я велел Виктору быть в обороне, - тихо процедил хранитель памяти, - Его действия уже равносильны вызову. Если еще и ты полезешь…

- Но надо же что-то делать! – Адриан рванулся, пытаясь высвободить руку, - Мы же не можем просто сидеть тут и ждать!

- Иногда надо и подождать, Адриан, - учитель легко спрыгнул с козел, и подошел ближе, - Они не будут таиться долго. Здесь слишком вкусная добыча.

При этих словах взгляд желтых глаз метнулся к повозке, и юноша напрягся. Ему показалось, он понял намек.

- Вы что… вы имеете в виду…

- Женщины, особенно юные и невинные – деликатес для таких тварей, - жестко ответил наставник, но тотчас же успокаивающе улыбнулся, - Но к повозке мы их не подпустим. Тебе не о чем волноваться, Адриан, но… Сзади!

Обернулись одновременно все. Даже возница, который как раз пытался забраться внутрь повозки, нервно выглянул из-за нее.

Атака началась внезапно и с совершенно неожиданной стороны. Будучи уверены, что с тыла опасность им не грозит, путники сосредоточили все внимание на преграде, и не ждали нападения.

Этим враги и воспользовались.

Адриан, обернувшись вместе со всеми, заметил подкрадывающегося к отцу монстра и, недолго думая, метнул стилет. Тот вонзился твари точно в глаз, и вурдалак зарычал, но не остановился.

Виктор, спешно отпрыгнув, тоже метнул стилет, метя в горло монстру. Его оружие перехватила когтистая лапа другого чудовища.

- Много их, - мрачно резюмировал Винсент, потирая кулак.

Их действительно было много, особенно потому, что в нормальном мире этих тварей почти не осталось. Здесь же небольшая группа из пяти-шести особей уже казалась серьезным отрядом.

Адриан вновь вспомнил, что учитель не обучал его боевой магии, и сильно пожалел об этом.

Сам Чеслав стоял позади, внимательно следя за ходом сражения, но пока не вмешиваясь в него.

Вот дядя Ричард рванулся вперед и упал на колени. В следующую секунду на тварей бросился уже огромный черный волк.

Вот Роман, сделав ловкий выпад, отсек мечом когтистую лапу, а его племянник Марк, не уступая дяде ловкостью, вонзил шпагу в чахлую грудь монстра. Вот Людовик и Анри, стоят рядом, сложив пальцы каждый в свою фигуру и что-то делают, но что – понять пока невозможно.

Впрочем, когда еще одного вурдалака, приблизившегося к повозке, разорвало на куски, Адриан понял, что делали маги. Защита! Конечно! Рисунков Ады маловато, тут нужно что-то большее.

Он заметался. Хотелось помочь магам, хотелось колдовать, защищать любимую девушку, но хотелось и помочь отцу, старательно отбивающему стилетом лапы тварей. Стилет в руке дрогнул и, отправившись в полет, вонзился не в сердце, а в плечо вурдалаку, нападающему на Виктора.

Адриан сжал зубы. Черт, черт, черт! Надо же было так опростоволоситься! Он ведь умеет, отец научил его метать стилеты также хорошо, как делал это сам! Просто отвлекся. Задумался не о том, о чем следовало бы, хотел успеть сразу в нескольких местах! Ладно, сейчас он…

За спиной раздался стон. Испуганный Адриан, узнав голос учителя, рывком обернулся, готовый защитить его от неожиданной и вероломной атаки… Но на Чеслава никто не нападал.

Оборотень стоял, согнувшись, прижав руку к груди и стиснув ткань рубашки на ней; в желтых глазах его бушевало пламя с искорками боли в нем.

Заметив, что ученик смотрит, рыжий медленно выпрямился. Губы его шевельнулись и Адриан с изумлением понял, что наставник шепчет «К черту!». К чему он это, понять парень не успел.

- В сторону! – рявкнул Чеслав, - Все, все в сторону!

Первым среагировал разумный Винсент. Бросив взгляд на оборотня, он поспешил оттеснить Адриана, потом бросился к увлекшемуся Роману. Людовик и Анри, услышавшие приказ, уже успели сместиться. Отец отступил. Роман, которому хранитель памяти не дал провести особенно удачный удар, негодующе фыркнул и тоже отошел в сторону.

Чеслав шагнул вперед. В глазах его бушевало пламя, рука продолжала сжимать рубаху на груди, а пальцы другой чуть заметно подрагивали.

Озадаченные вурдалаки, явно не ждавшие легкой победы, без особой уверенности подались ему навстречу, явно намереваясь атаковать. Что ж, это логично – с одним врагом справиться всегда проще, чем с толпой.

Только вот с этим врагом им лучше было бы вообще не встречаться.

Чеслав чуть приподнял уголок губ, набрал в грудь побольше воздуха… А потом разом выдохнул его.

Огромная волна огня ревущим валом прокатилась по лесу. Вурдалаков испепелило тотчас же, деревья запылали, а невольные союзники оборотня попятились еще дальше. Такой мощи от него не ожидал никто.

Адриан, которому почудилось, что учитель выдохнул огонь, подобно дракону, глянул на него… и остолбенел.

Выдох Чеслава не имел никакого значения. Пламя исходило прямо из его тела, сочилось из каждой поры, било фонтаном из солнечного сплетения. Это была сила, концентрированная мощь, которую оборотень отпустил на свободу.

Деревья пылали. Трава горела. Нестерпимый жар распространялся вокруг, а огонь все не утихал.

- Успокойся! – Винсент попытался податься вперед, но отшатнулся перед пламенем, - Довольно, Чеслав, хватит!

Рыжий не слышал. Слова союзника стирались за гулом пламени, как остановить его, похоже, не знал никто.

Адриан вздрогнул. Он не знал, не имел ни малейшего понятия, как велика сила, которой обладает наставник, зато вдруг очень четко понял, что остановить его может только он.

Он метнулся вперед, ускользая от пламени и попытался ухватить наставника за плечо, но вскрикнул и отдернул руку. Тело оборотня оказалось раскаленным, будто железный прут, вытащенный из печи.

Тем не менее, результат действия парня принесли. Чеслав, доселе поглощенный только силой, сосредоточенный лишь на ней, услышав вскрик знакомым голосом, медленно перевел взгляд на ученика. Адриан сглотнул. Желтые глаза учителя казались двумя раскаленными точками.

Но вот он моргнул, потом и вовсе закрыл глаза и плотно сжал губы.

Огонь начал утихать. Деревья продолжали пылать, но пламени вокруг больше не было, и появилась возможность подойти к Чеславу.

Спутники зашевелились, осторожно двигаясь вперед, обходя горящие стволы. А еще секунду спустя на обожженный лес обрушился мощный ливень, тушащий огонь.

Адриан, вздрогнув от неожиданности, отбросил со лба мокрые волосы и завертел головой. Он еще не успел увидеть, понять, кто наколдовал этот дождь, когда голос наставника разрешил его сомнения.

- Не трудись. Это мастер.

Говорил Чеслав устало, и ученик, мигом забывая обо всем, взволнованно шагнул к нему. Он хотел вновь коснуться его плеча, но в последний миг передумал и отдернул руку.

Оборотень слабо улыбнулся.

- Моя сила велика, Адриан. И это – лишь малая ее часть. Ты понимаешь, почему она сжигает меня изнутри…

- Выплеснуть ее до конца ты все равно не сможешь, - вмешался приблизившийся Винсент, - Для мага невозможно избавиться от силы… так. Можно лишиться ее с помощью зелий и заклятий… но что-то мне подсказывает, что ты на это не пойдешь.

Чес горько усмехнулся и, запрокинув голову, подставил разгоряченное лицо прохладным струям дождя.

- И ты думаешь, со мной бы это сработало, Венсен? – невесело осведомился он, - Даже Нейдр не смог лишить меня сил, как бы не старался. После тринадцати лет на чертовом холме этот огонь увеличился многократно, поэтому я и боюсь выпускать его. Я… не знаю, как вмещаю его в себя.

- Ты, главное, сдерживай его, Чес… лав, - чья-то рука безбоязненно легла на плечо оборотня, сжимая его. Адриан узнал голос Анри.

Молодой наследник, чуть улыбаясь, потрепал рыжего по плечу и убрал руку.

- Мы найдем способ тебе выплеснуть огонь, - уверенно продолжил он, - Быть может… Адриан в чем-то прав. Если ты будешь жить здесь, тебе придется тратить силы на поддержание этого мира, на завоевание места в нем. Когда дед управлял этим… Стежаром, как ты назвал его, он был практически обессилен. Поддержание мира требует большой энергии…

- Чтобы поддерживать мир, - голос наставника засочился ядом, - Мне нужно возглавить его. Разобраться с этим… - он вдруг осекся, нахмурился, а затем позвал, - Мастер!

Альберт, поглощенный тушением пылающего леса, вопросительно глянул на оборотня. Тот ответил серьезным взглядом.

- Локальное увеличение температуры атакой мы решили не считать, - Чеслав говорил медленно, но весомо, - Но встречу с вурдалаками случайной не назовешь. Похоже, местный мастер повелевает ими, как ты упырями…

Мастер помрачнел, сам сдвигая брови. Выводы союзника ему определенно не нравились.

- Но кто он, кем он может быть? – Альберт мотнул головой, пытаясь отбросить назад прилипшие ко лбу мокрые пряди волос, - Твой друг упоминал, что нас кто-то ждет с этой стороны… Жаль, подробностей не сообщил.

Учитель на миг склонил голову к плечу, и Адриан с удивлением понял, что ворас все это время оставался там. Значит, на него жар, исходящий от тела учителя, не действовал? Но как, почему?..

- Ты никогда не имел дела с оракулами, мастер? – наставник сузил желтые глаза, в них заплескалась насмешка, - Они никогда не говорят ясно, все время напускают туману. От них сложно получить прямой ответ даже на прямой вопрос… К тому же, у меня есть все основания полагать, что эта Айра была подослана к Анхелю неспроста. Ладно. К черту, разберемся на месте. Эй, юный магистр!

Адриан подумал было, что это обращение к нему, но почти сразу же убедился в ошибке. Людовик, понявший значительно лучше, послал рыжему оборотню хмурый, безрадостный взгляд.

- Чего тебе, волкообразное?

Чеслав тонко усмехнулся, похоже, совершенно не обидевшись. Он сделал шаг в сторону и вежливым жестом указал на завал из деревьев впереди.

- Ты славишься недюжинной силой, мальчик. Убери помеху с пути.

Луи откровенно скривился, и Адриан вздохнул. Он знал, что младшие братья графа Эрика не любят учителя, можно прямо сказать – не выносят его, но надеялся, что смогут потерпеть хотя бы ради общей цели.

Сейчас же выходило, что это не так.

- Не дорос еще братом моим командовать! – задиристый виконт, мгновенно оказавшись рядом с Людовиком, слегка заслонил его собой, - Если ждешь от нас помощи, рыжик – надо просить долго, вдумчиво, обстоятельно… и лучше на бумаге. Что, тебя твой дружок не научил, как с господами говорить надо, бродяга?

Желтые глаза сузились в нехорошем прищуре. Адриану стало не по себе. Он знал, он слишком хорошо знал своего учителя, чтобы быть уверенным – такой насмешки Чеслав не стерпит. Смотреть же, как новый всплеск огненной волны уничтожает Романа и Людовика, парню совершенно не хотелось. Хотя бы уже потому, что после этого учителя не только не простят – его и в живых-то не оставят. Найдут способ убить бессмертного – и привет! И это будет совершенно справедливо.

- Ты забывчив, виконт, - медленным, тягучим голосом проговорил оборотень, - Еще когда я предупреждал тебя не дразнить меня… Смерти захотел?

Роман пренебрежительно махнул в его сторону мечом.

- Тебе невыгодно меня убивать, песик. Иначе мои родные тебе башку снесут – во всех смыслах этого слова. А я буду сидеть на облачке, хихикать и давать дельные советы! – виконт заухмылялся: видимо, вариант его воодушевил.

Он помолчал, о чем-то размышляя, и только потом опустил руку с мечом, поворачиваясь к брату.

- Мм, брат мой… неприятно, конечно, признавать, но песик в чем-то прав. Может, раздолбаешь деревца? Тебе ж не в первой.

- А че сразу я? – завредничал Людовик, - Между прочим, у нас есть дядя, он великий и все такое прочее…

- Дядя занят дождиком! – мгновенно нашелся виконт, - Не может же старичок сразу на два фронта… Анри, может быть, ты? Ты молодой, крепкий, энергии много… А то, видишь ли, у нас тут команда старых и немощных.

Чеслав закатил желтые глаза, на миг вновь полыхнувшие дьявольским пламенем и, приподняв подбородок, неодобрительно покачал головой. Губы его шевельнулись, но слов ученик не расслышал, лишь догадался, что наставник ругается.

- Адриан, - услышав обращение к себе из его уст, парень вздрогнул и вытянулся по струнке, - Урок двадцать седьмой. Помнишь, что следует делать?

Юноша торопливо кивнул. Уроки, преподаваемые ему учителем и в самом деле шли по номерам, и в конспектах своих он скрупулезно сохранял последовательность, старательно запоминая, что и за чем идет. Этот урок был одним из немногих практических, когда он под руководством учителя снес стену его комнатушки. Разумеется, наставник тотчас же ее восстановил, но принцип Адриан усвоил.

Не говоря ни слова, он обошел учителя, миновал колдующего мастера, прошел мимо повозки… На козлах ее никого не было, и Адриан сделал вывод, что Жак все-таки внял совету и спрятался внутри.

С каждым шагом преграда казалась все более высокой, более неодолимой, и парень непроизвольно сжал кулаки. Так ему всегда было проще контролировать и собирать силу.

Он знал, чувствовал, что учитель наблюдает за ним, не сомневался даже, что и остальные на него сейчас смотрят. Ну, уж отец-то точно. Да и Винсент, пожалуй. А вот Людовик, Роман и Анри, судя по звону голосов, сильно увлечены своими разборками.

Кстати, а где дядя Ричард? Неужели остался в повозке – защищать наиболее слабых? Вполне в его духе…

Он приблизился, остановился и, вытянув руку вперед, практически прижал ее ладонью к стволу дерева. Так, теперь представить, как энергия, исходящая из солнечного сплетения, перетекает в руку и формируется в крепкий шар как раз возле ладони… Вот так.

Кончики пальцев начало покалывать, и Адриан максимально сосредоточился. Сейчас требовалась большая концентрация, отвлекаться нельзя, иначе, как минимум, преграда останется нерушимой. Максимум же – разлетится в куски что-то другое, или… кто-то другой. Этого не хотелось категорически.

- Evanescet! – тихим, хрипловатым голосом приказал он. По-хорошему следовало бы закрыть глаза, но он не решился. В прошлый раз все удалось, но в прошлый раз он находился не в реальном мире, а в сознании учителя и существенного вреда причинить никому не мог.

Сейчас же ему предстояло провернуть не учебное уничтожение, а вполне реальное, и Адриан нервничал.

Пальцы кольнуло сильнее, потом словно бы обожгло. Твердый шар на ладони на мгновения стал ощутим, а затем словно втянулся в дерево впереди.

Сердце вновь сжал страх. А если сейчас дерево взорвется, разлетится осколками? Они же могут навредить кому-нибудь, могут навредить ему самому!

Кончиками пальцев он ощутил дрожь. Поваленное дерево вибрировало, мелко дрожало и, кажется, и в самом деле собиралось взорваться… но того, что произошло, он не ожидал.

Оно взорвалось. Но взорвалось внутри себя, не разлетевшись вокруг, а осыпавшись сотней осколков.

Сзади послышался негромкий свист. Адриан, догадываясь, что это кто-то из его спутников не сдержал восхищения, быстро улыбнулся и постарался сделать вид, что абсолютно не причем.

- Это… большая сила, - услышал он хрипловатый голос мастера. И только сейчас осознал, что дождь постепенно стихает, что льет уже не так сильно, и даже, кажется, солнце на небе уже вновь светит.

- Признайся, Че́слав, - продолжил мужчина, - Ты поделился частью силы со своим учеником? Прежде я не чувствовал в Адриане такой мощи.

Юноша торопливо обернулся, чтобы возразить. Учитель ничем не делился с ним, учитель лишь помогал ему развить собственную силу, и не более того! Как может великий мастер делать столь скоропалительные выводы?

- Ты торопишься с выводами, Антуан, - наставник неожиданно опередил его, и ученик незаметно выдохнул. Все-таки учитель может говорить со старшими более свободно, быть может, даже снисходительно, как более сильный.

Адриан всегда сознавал и признавал великую силу наставника. Он всегда понимал, что Чеслав намного сильнее, чем все «старшие» вместе взятые. Поэтому очень уважал Анри, которого учитель некогда назвал достойным своим противником, фактически признал равным себе.

Адриан любил магию. Любил колдовать, особенно, когда ему удавалось сделать это, любил слышать восхищение своими способностями, любил, когда оценивали его силу, лично его, а не силу наставника!

- Не забывай, - продолжал Чеслав, - У нас с тобой были исходные данные – мы оба не умели ровным счетом ничего. Но магию возможно пробудить, развить в себе… Нам с тобой удалось это. Мне, быть может, чуть больше, чем тебе… Так почему же мой ученик не должен был развить в себе эту силу? Он оборотень, как и я, а это значит, некоторая склонность к магии у него имеется…

- Он оборотень только благодаря тебе! – отец, как обычно, не желая медлить, резко шагнул вперед. Адриан вздохнул, очень желая остановить его, но не смея возражать родителю. Сыновняя почтительность его в свете присутствия рядом наставника, никуда не делась.

Впрочем, Чеслав мог постоять за себя.

- Ты глуп, Вик, - холодно бросил он, - Да, я пробудил в Адриане эту способность, но склонность обращаться у него была и прежде! Не забывай – это ты женился на сестре оборотня.

В его речь вплелось злое рычание – не волчье, человеческое, - и из повозки выглянул дядя Ричард. Для него, как оказалось, не оставались секретом произносимые снаружи слова.

- Не зли меня, Чес… - баронет прищурился, изучая безразличного наставника нехорошим взглядом, - Или, клянусь, я не посмотрю, что ситуация не предрасполагает!..

- Уймись, Рене, - Чеслав демонстративно зевнул, - Я лишь сказал правду, и правда должна была польстить тебе. Твой племянник пошел в тебя… Правда, в волчьем облике он скорее похож на меня, но это уже детали. Что вы стоите? – голос учителя внезапно обрел силу, - Дорога свободна, нам пора в путь! Анхель!

Рядом с рыжим сверкнула молния, высвечивая высокую, светлую фигуру. Ворас казался мрачным.

- Что?

- Каким образом ты вызывал свою Айру в первый раз? – Чес нахмурился, слегка склоняя голову набок, - Быть может…

- Это подождет, Чес, - маркиз Мактиере расправил плечи, окидывая долгим взглядом всех присутствующих, - Боюсь, наши проблемы серьезнее, чем казалось. Ты уничтожил вурдалаков… Но ворас, сопровождавший их, уцелел.

Глава 12

Несколько долгих секунд висела тягучая тишина. Чеслав, глядя на названного брата, хмурился, пытаясь понять, как реагировать на его слова. Что думают другие, его не волновало, но поражение на всех лицах читалось отчетливо. Даже чертов виконт и его братец замерли, не пытаясь пошутить. А Анри тоже, как и он сам, не сводит глаз с Ана…

- Объяснитесь, господин маркиз, прошу вас.

Мастер, как обычно, оставался исключительно спокоен и подчеркнуто вежлив. А ведь наверняка в душе его все кипит и бушует, тут двух мнений не может быть…

Анхель приподнял подбородок.

- Каких объяснений вы ждете от меня, мастер? Разве вы не заметили белую точку на поваленном дереве?

- Я заметил…

Голос Адриана казался виноватым, да и сам парень словно съежился, как если бы его собирались ругать. Учитель с некоторым удивлением покосился на своего ученика.

- Ты заметил?..

Сам он никаких белых точек увидеть не успел, да и вообще стоял к завалу спиной. Но вот Анхель… Он же и вовсе был в облике паука!

- Ты почувствовал его? – взгляд желтых глаз скользнул к альбиносу. Тот вздохнул и заметно помрачнел.

- Да, - отвечал ворас сквозь зубы, что Чеславу сразу не понравилось, - Он… или она. Не знаю, какого пола было это существо, но оно здесь присутствовало! Более того – я почти уверен, что это именно ворас направил сюда вурдалаков.

- Стоп-стоп-стоп, - виконт Роман, до сего мига тихо что-то обсуждавший с братом, внезапно вступил в разговор, - То есть, ты хочешь сказать… Местному мастеру служат ворасы? – парень нахмурился и переглянулся с братом, - И он с их помощью повелевает другими… эм… созданиями?

- Это серьезное обвинение, - Венсен шагнул вперед и глубоко вздохнул, - И дело действительно принимает очень серьезный оборот. Похоже, у местного правителя большая сеть агентов… Ворас удрал, Анхель?

Ан мрачно кивнул, но тотчас же и пожал плечами.

- Вероятнее всего. Ворасы не способны перемещаться в пространстве, обычно они не умеют даже заклинать…

- Да уж, мы знаем, это ты у нас уникум!

Чеславу подумалось, что это говорит кто-то из младших братьев графа де Нормонд, но в ошибке он убедился практически сразу. На сей раз выступить решил второй сын упомянутого графа – наглый щенок, удивительно похожий на своего дядюшку. К слову, тот самый дядюшка, тряхнув длинной шевелюрой, одобрительно сжал плечо племянника и согласно кивнул.

- Замолчи, Марк, - дед юного неслуха вновь взял слово, - Итак, что мы имеем. Этим миром правит некая сила, присвоившая себе звание мастера и сполна обустроившая свой быт. Он знает о том, что в его (как он считает) мир вторглись чужаки и уже пытается продемонстрировать нам, что присутствие наше здесь нежелательно. У него в подчинении имеется, как минимум, один ворас, который, в свой черед… В чем дело, господин маркиз?

Анхель мрачно облизал губы и опустил руку, который только что махнул, привлекая к себе внимание.

- Ворас здесь не один, мастер. Я… общался с… мм… ворасом из этого мира, и она… он… говорил, что здесь это племя вполне многочисленно.

Чеслав мгновенно прищурился в сторону названного брата. Она! Женщина-ворас из другого мира! Неужели в этом кроется причина мрачного настроения Анхеля в последнее время? Но что могла сделать ему эта женщина? Он ведь сильнее любого вораса, в нем кровь оборотня и он способен заклинать!

- Значит, ворасов много, - Антуан не стал задерживаться на откровениях альбиноса, - Если каждый из них пользуется доверием местного правителя, если каждый способен отдавать приказы вурдалакам, это может стать по-настоящему большой проблемой. И нет, Че́слав, я не считаю, что тебе следует каждый раз выплескивать силу во время стычек. Я успел заметить, что ты не слишком хорошо ее контролируешь.

Чеслав сжал кулаки. Чертов мальчишка, проклятый молокосос! Ах, ну почему, почему он так недооценивал его!

- Я… я бы не хотел, чтобы ты убивал ворасов, Чес, - голос названного брата изумил оборотня настолько, что он даже перестал злиться. Анхель тяжело вздохнул, опуская голову.

- Тех… кто имел отношение к… мм… трагедии, убили. То есть… обратили пауками навечно. Их давно уже нет. Здесь, в этом мире, живет и здравствует племя… мое племя.

Чеслав на несколько мгновений задержал взгляд на названном брате, а потом со вздохом опустил плечи. Он понял. Здесь, в этом мире жил и здравствовал братский Ану народ, от которого он уже не мог отвернуться. Должно быть, и пойти против этого народа он уже не сможет…

- Значит, ты не хочешь выступать с нами против ворасов мастера? – Анри нахмурился, внимательно глядя на альбиноса. Чес быстро моргнул. Вот тебе на! Да, с юным магом у него сходятся мысли, сходятся чувства, возможно, они похожи больше, чем казалось поначалу! Хорошо это или плохо?..

- Нет, не хочу, - Анхель расправил плечи и, приподняв подбородок, окинул слушателей долгим, надменным взглядом.

Чеслав мысленно хмыкнул. Маркиз… Ему никогда не избавиться от этих замашек. Никогда не встать на одну планку с ним, бродягой… Но и никогда не подняться до уровня рыжего мага, не стать даже в половину таким же сильным.

Его раздирали противоречия. Глядя на друга, на названного брата, он чувствовал себя одновременно сильным и слабым, ощущал, что выше и в то же время ниже Анхеля, и не знал, что делать с этим ощущением.

Прежде они всегда были на равных. Теперь между ними словно установилось соперничество, и Чеславу это не нравилось.

Возможно, Анхель и не считал его соперником. Возможно, он по-прежнему видел в нем друга и брата… Но сам оборотень за прошедшие годы сильно изменился. Как изменилось и его отношение к названному брату.

Нет, он не возненавидел его – этого бы он не смог и никогда бы не вынес. Он просто понял, что у брата теперь есть друзья, которые ему, вероятно, ближе и важнее того, кто был рядом больше полутора тысяч лет.

А раз так – к чему навязываться? У Ана своя жизнь, он наконец-то забыл о мести, он пытается занять свое место в этом мире… Так почему же его другу не занять свое место в своем мире?

«Я ведь сильнее него, сильнее всех их», - мрачно подумал Чеслав, - «У меня есть право использовать свою силу, чтобы получить то, что я хочу. Сделать своим то, что я хочу».

Может, и стоило бы вернуться на корабль, занять место капитана… Может, стоило бы возвратиться к бытию пирата. Но он сознавал, что на море ему будет тесно. Ему может принадлежать весь этот мир – так пусть же он принадлежит ему!

- Ан, - говорил Чеслав медленно и негромко, но очень весомо, - Скажи-ка… Ты упомянул, что общался с… скажем, представителем местного племени ворасов. Ты смог бы вновь наладить с ней контакт?

Он намерено не стал исправлять местоимение, давая брату понять, что все понял и обо всем догадался. Пусть выкручивается. Маркиз Мактиере, его лучший друг, всегда был достаточно изворотлив, чтобы выскользнуть из любой ловушки. Выскользнет ли из этой?

- Нет, - альбинос сжал зубы; на скулах заиграли желваки, - Нет, Чес, я не могу найти ее. Я… искал, долго искал, но она, должно быть, скрылась от меня.

Оборотень сузил желтые глаза, чувствуя, как в душе разгорается огонь любопытства.

- За этим ты обращался к оракулу? Хотел найти…

- Да, - Анхель выпрямился, как натянутая струна, - Да, я пытался найти ту, что сбежала от меня. У меня были веские причины для этого, Чес. Я не нашел ее, и давай на этом закроем тему.

Чеслав поднял руки, показывая, что сдается. Взгляд его упал на ученика, и оборотень с удивлением заметил, что Адриан доволен. Но чем?..

Или, быть может… Ах, маленький ревнивец! Доволен, что у Анхеля есть или была какая-то подружка, надеется, что он забудет об Аделайн!

Надо поговорить с братом. Что ему, в самом деле, до этой девчонки? Она же совсем малявка, на что она ему?

Или не влезать в это… Чес незаметно вздохнул. Все-таки его ученик и названный сын уже почти совсем взрослый парень. Свои любовные проблемы он может решить самостоятельно, тем более, что учитель его говорить о любви не мастак. Нет, положительно, не стоит встревать. Пусть решают свои проблемы, как взрослые мужчины.

Но вот о другом с Анхелем поговорить хотелось бы, желательно наедине. Почему он скрывал свою связь с женщиной-ворасом? Что за причины у него были пытаться ее найти?

- В повозку, - голос подал маркиз Венсен, - Довольно нам торчать здесь. Все вопросы решим по дороге.

- Верно, - мастер кивнул и первым подошел к повозке, заглядывая в нее. По губам его скользнула тонкая улыбка.

- Прошу вас, уважаемый возница, занять свое место. Опасность миновала, бояться нечего.

Чеслав молча проследил, как Жак выбирается из возка, с опаской устраиваясь на козлах. Когда он, наконец, уселся, рыжий одним прыжком устроился рядом с ним.

Чувствовал он себя преотвратно. Сила сжигала изнутри, кровь горела и даже руки как будто ослабли. Вида он, тем не менее, не подавал. Пусть считают, что он полон сил и энергии, нельзя показывать врагам свою слабость. Даже, если играешь с ними на одной стороне.

Хм. А вот любопытно…

Он обернулся, заглядывая в фургон повозки, куда постепенно забирались все его спутники.

- Скажи-ка мне, мастер… Или ты, Анри, или даже ты, виконт! Ты сведущ в игре, знаешь эшек… Как ты полагаешь – местный властитель пытается навязать нам игру? Или же он не знает правил…

- Правил? – Роман с насмешкой скрестил руки на груди, - Смотрю, спесь с тебя ничто не может сбить, а, песик? С чего ты взял, что местный мастер вообще в курсе твоего пребывания здесь?

- Но дедушка знал, если кто-то появлялся в его мире, - негромко возразил Анри, потирая подбородок, - Быть может, в этом и есть смысл. Если он знает, что мы здесь, если знает, что ты здесь, Чеслав… тогда…

Чес схватил его мысль на лету и предпочел выразить ее сам, слегка хмурясь.

- Тогда не исключено, что это была не столько атака… Сколько проверка моих возможностей. Тем более, если, как Ан сказал, ворас удрал.

Мастер Альберт вздохнул, откидываясь на стенку повозки и скрещивая руки на груди.

- У него изрядная армия. Ворасы… вурдалаки…

- Но у него нет меня, - Ренард слегка приосанился, - Я не хвастаюсь, но в бытность свою лордом Ричардом я имел большую власть здесь. Возможно, я сумею надавить на кого-то из прихвостней местного «мастера»… Одного я не понимаю – откуда он вообще взялся?

По губам Антуана скользнула дьявольская улыбка, и Чеславу почему-то подумалось, что мужчина и сам не знает ответа. Но, как обычно, делает вид, что ему все известно и, должно быть, сейчас выдвинет предположение.

- Я не могу пока ничего утверждать, - бросил мастер, не прекращая улыбаться, - Но думаю, нам предстоит это выяснить и, честно говоря, это мне кажется едва ли не самой главной нашей задачей.

- Нет, дедушка! – Марк неожиданно подался вперед, хмуря черные брови, - Наша задача – не узнать, кто такой этот местный властитель, а победить его! Клянусь, моя шпага…

- Остынь, малыш, - Роман, неожиданно положивший ладонь на плечо племяннику, нехорошо усмехнулся, - Ты, видать, плохо в школе учился, математику совсем не знаешь. Шпаги будет, как минимум, две.

***

До Кале добрались без дальнейших приключений. Раз или два в окрестных зарослях слышалось какое-то шебуршание, даже пару раз донеслось рычание, но беспокоить путников никто не рискнул.

Чеслав, сидя рядом с возницей, внимательно отслеживал обстановку вокруг, готовый при случае применить силу. Анхель, вновь в паучьем облике, сидел на его плече. Жак, должно быть, осознавший, сколько вокруг колдунов, притих и предпочитал молча править, даже от Чеса немного отодвигаясь.

Оборотня это, впрочем, не смущало. Ему хотелось как следует поразмыслить над словами мастера, обдумать случившееся и он не видел никакого смысла в досужих разговорах. Тонкий слух улавливал тихие перешептывания из-за полога, где мирно тряслись остальные путешественники. Раз или два кто-то из старших чуть заметно повышал голос, дабы приструнить разошедшихся шутников, но в подробности Чеслав не вникал.

Было уже поздно, когда впереди замаячили городские ворота. Оборотень, сообразив, что они добрались до Кале, послал Жаку быструю одобрительную улыбку, напугавшую идиота до такой степени, что он едва с козел не упал. Болван. Можно подумать, он стал бы вредить вознице, когда сам править лошадью не способен!

Не взирая на свое неблагородное происхождение, простыми вещами Чеслав никогда не занимался, уделяя больше внимания дворянским занятиям. В далеком прошлом они с Анхелем даже охотились на зверей, хотя охота эта не могла считаться честной. Даже тогда он отдавал себе отчет, что следовало бы стрелять из ружья, а не задирать жертву в волчьем облике. Но так было веселее, а Ан его не останавливал.

Над ухом раздался свистящий шепот – названный брат рекомендовал отправиться сразу в порт. Чеслав кивнул. Он и сам придерживался такого мнения.

Другого мнения держался Жак – он довез путников до ближайшей площади и резко осадил лошадь, с вызовом поворачиваясь к Чесу.

- Прибыли, - выжидающе заявил он, - Я обещал довезти до Кале – вот и…

- Нам нужно в порт, - неожиданно влез откуда-то сзади Людовик, - Ты что, салага, вообще берегов не различаешь?

- Чарли на него нет, - поддакнул виконт, - Он бы быстренько вопрос решил – сразу на рею и никаких вопросов!

Жак заметно спал с лица, но гонора не растерял. Он приподнял подбородок, расправил плечи, и Чеслав с изумлением понял, что за прошедшее время паренек набрался если не опыта, то наглости.

- Капитана давно нет с нами, его место занимаю я! – процедил возница, - Я доставил вас до Кале, дальше везти не подвизался!

Чес хотел что-нибудь сказать, желательно емкое и резкое, чтобы показать, что в отсутствие капитана есть еще и он – старший помощник, которого тоже надлежит слушаться… Но не успел издать ни звука.

- Гром и дьяволы!!

Знакомый до боли голос – хриплый, резкий, просоленный, - вдруг накрыл собою площадь. Сам оборотень не был способен вот так же перекрывать любые звуки, лишь гаркнув не по делу и порой завидовал… капитану.

- Какой креветки я здесь делаю?!

Из повозки начали показываться люди. На лицах всех и каждого было написано изумление, но среагировал первым, ожидаемо, виконт.

- Чарли! – парень толкнул сидящего впереди Чеслава, оттолкнул потрясенного, растерянного Жака и выскочил на мостовую.

Замерший неподалеку высокий молодой человек со светлыми волосами, голубыми глазами и в форме моряка, при виде него шагнул навстречу, хмуря брови. Радости от встречи на лице его не отражалось.

Роман налетел на него, как вихрь и тотчас же крепко стиснул в объятиях, счастливый, восхищенный, восторженный и пораженный в одно и то же время.

- Какого черта ты здесь делаешь?

- Это я у тебя спросить хочу, - беззлобно огрызнулся моряк. Взгляд его голубых глаз скользнул к повозке, по лицам выглядывающих из нее и, наконец, остановился на Чеславе. Оборотень выпрямился. Голубые глаза капитана потемнели.

- Или этого рыжего черта… - процедил он и внезапно рявкнул, - Встать, старший помощник! Изволь объясниться!

Чеслав не шевельнулся. Чего-то такого он ожидал, увидев этого парня и, хотя и был изумлен, предпочитал прятать эмоции. Он лениво улыбнулся и внезапно сжал плечо Жака.

- Ты, никак, ослеп, капитан? Видишь, кто тут?

Чарли, наконец, обратил внимание на возницу. Глаза его расширились, лицо побелело. Даже губы как будто дрогнули, что доставило оборотню ни с чем не сравнимое удовольствие. Капитана Чарли Бешеного Чеслав уважал и по-своему даже любил, но вместе с тем и соперничал с ним, постоянно пытаясь доказать свою силу. Чертов пират раз за разом одолевал его, и доказать ничего не удавалось.

- Жак! – голос Чарли стал, казалось, еще более хриплым, - Но как… откуда… ты же… - взгляд его скользнул к оборотню, - Он же должен был остаться… там?

- А мы и есть там! – не дал ответить радостный виконт, - Нас тут мно-ого, Чарли, очень много! Ты нам тут, конечно, ни на фиг не нужен, мы тебя не ждали и все такое, но раз уж явился – принимай командование, капитан! А то некоторые личности нас тут обижают, везти не хотят…

- Кстати, заметь тенденцию, - вынырнул из повозки Людовик, - Каждый, кто правит этим дурацким бригом, стремится нас обидеть! Не к добру это, ох, не к добру…

- Может, просто корабль сжечь? – пискнул где-то за спиной дядюшки Марк. Чеслав на мгновение закатил глаза.

Да, что и говорить, путешествие предстоит веселое… Мало этих двух остряков – виконта и его младшего брата, - так теперь еще и племянничек их пытается угнаться за дядюшками. Мало серьезных личностей рядом, ох, мало… И почему-то все они нагло отмалчиваются, даже, черт бы его побрал, ученик!

- Корабли я жечь не дам! – мгновенно выступил обладающий хорошим слухом Чарли, - Ты что себе позволяешь, юнга! Ты… - тут взгляд его снова нашел Жака, и капитан осекся. Несколько секунд он молчал, явно приводя в порядок мысли, потом вежливо кашлянул и кивнул чему-то.

- Так… Юнга, ты под чьим парусом сейчас ходишь?

Жак, тоже заметно впечатленный внезапным появлением капитана, вытянулся по струнке и едва не хлестнул вожжами кобылу от переизбытка почтительности.

- Бриг «Соарта», капитан! Польщен… считаю честью… рад видеть вас живым!

- Взаимно, - хмуро отозвался Бешеный, - «Соарта»? Это мелкое корыто? А как же его капитан, Андре Марен?

Жак на мгновения стушевался, но потом все-таки заговорил – быстро и сбивчиво:

- Когда произошли изменения, многие исчезли, оставив все – вещи, квартиры… корабли… Андре Марен пропал, а бриг остался. Когда исчез фрегат, я… мы все решили найти корабль и наткнулись на бриг… Он ходкий…

Чарли вскинул руку, прерывая болтуна.

- Кто в команде?

- Ну… - Жак снова замялся, - Есть кое-кто из старых ребят, но в основном все новые… капитан, я не совсем…

- Да не парься, парень, мы тоже не совсем! – вклинился жизнерадостный виконт, продолжая обнимать старого друга за плечи, - Эй! Есть тут сведущие? Может, стоит подлечить доктора, я хочу сказать – осмотреть? Вдруг он того… казачок засланный, а?

Из повозки стали выбираться «сведущие» люди, потянулась следом за ними цепочкой молодежь. Чеслав вздохнул. Его мнение, разумеется, здесь никого не волнует, да он и сам не спешит высказывать его. Хотя он мог бы сказать, что не взирая на всю абсурдность, к заявлению Романа стоит прислушаться. Кто-то же переместил Чарли в этот мир! И вряд ли это было сделано из чистого альтруизма, здесь что-то другое… Пожалуй, осмотреть доктора и вправду не помешает. И осмотреть его было бы лучше знающим магам, пусть даже тому же Венсену… Что-то здесь не так. Как-то странно все выходит, царапает что-то… Может, самому капитана осмотреть?

Он наблюдал, как Антуан подходит к старому знакомому, пожимает ему руку и, сжав плечо, несколько секунд внимательно вглядывается ему в глаза. Потом то же самое повторил Венсен.

- Не вижу ничего странного, - последний слегка развел руками, - В смысле, странно, конечно, что Чарли вообще оказался здесь, но кроме этого…

- Согласен, - перебил его мастер, - Мне тоже кажется, что с Чарли все в порядке. Однако, совершенно непонятно, как он тут очутился…

Вперед шагнул Анри. Чеслав заметил, что брат и сестра молодого человека подались за ним, а Адриан потянулся за своей юной зазнобой. Это ему почему-то не понравилось, и оборотень негромко свистнул, привлекая внимание ученика.

Адриан недоуменно оглянулся и, заметив взгляд учителя, слегка поник, послушно подходя к нему. Вот глупый мальчишка! Он что, выдумал, будто наставник его наказывать собирается?

Чеслав дождался, пока ученик приблизится и, схватив за рукав, подтащил к себе, сам склоняясь к его уху.

- Ты ничего в капитане странного не замечаешь?

Адриан, заметно приободрившись (ну точно думал, что ругать его будут! Болван!), молча вгляделся в приветствующего всех Чарли Бешеного. Потом вздохнул и ответил тоже шепотом:

- Я не знаю, учитель… Что-то странное в нем есть, да, но может быть это просто потому, что его не должно здесь быть?

Чеслав потер подбородок. Может, конечно, и так… Но чутье подсказывает, что проблема намного глубже.

- Пойди, повертись рядом с ним, - он легонько толкнул ученика, - Смотри внимательно! Потом расскажешь.

Парень шагнул, но тотчас же удивленно повернулся к наставнику.

- А вы почему?..

Оборотень вздохнул. Ну вот самое время сейчас выяснять, почему он не хочет подходить к Бешеному! Мог бы ученичок и сам догадаться, вообще говоря. Все-таки последняя его встреча с Чарли не была дружеской, помнится, он вообще велел его за борт бросить… Впрочем, что было, то прошло.

Адриан отошел, а Чеслав вдруг заметил, что капитан пристально смотрит на него. И опять его что-то царапнуло, что-то почти незаметное, какая-то соринка… Какая-то искорка, блик, сверкнувший в знакомых голубых глазах.

Он начал перебирать мысленно все возможные варианты того, что могло произойти с Чарльзом, просчитывать любые магические воздействия…

- Ччто сс ним?

Тихий шипящий голос над ухом заставил Чеслава досадливо вздохнуть. Ну вот, уже даже Анхель заметил, что с капитаном что-то не так! И все почему-то ждут ответа от него. Нашли всезнайку!

- А с тобой что? – шепотом огрызнулся он, - Ты не признаешься, думаешь, он признается?

Ворас умолк. Обиделся? Ха, пусть обижается, сколько хочет. В конце концов, Чес сказал пра…

- А ты почему меня не приветствуешь, отродье акулы?

Крепкий, командный голос капитана, привыкшего говорить с матросами, вдруг раздался едва ли не над самым ухом. Чеслав удивленно повернулся.

Чарли стоял рядом с повозкой, привычно расставив ноги, положив правую руку на эфес шпаги и хмуря светлые брови. Он казался точно таким же, как и несколько лет назад, таким же, каким знал его рыжий оборотень… Разве что стал выглядеть чуть постарше. Уже не двадцатилетний щенок, а тридцати-тридцатипятилетний мужчина.

- А ты ждешь моих приветствий, капитан? – спрашивал Чеслав хмуро, с нарочитой ленцой, - Как ты оказался здесь? Что помнишь?

Бешеный пожал плечами и чуть повернул голову. Острый взгляд оборотня заметил маленькую, едва видную царапину на его шее за ухом. Можно было бы списать на тяготы морской жизни… но Чеслав умел чувствовать подвох.

- Я был на мостике, - очень спокойным, размеренным голосом заговорил капитан, глядя куда-то мимо собеседника, - Командовал атакой – накрыли судно местных пиратов. Пушки били хорошо, прицельно, мы уже одерживали победу… Как вдруг я оказался здесь. И знаешь что, Чес? – взгляд голубых глаз, пронзительный и острый, упал прямо на оборотня, - Я бы не удивился, окажись все это твоими проделками.

На обвинение рыжий не прореагировал. Он, в конце концов, и не ждал иного, с самого начала предполагал, что претензию Бешеный предъявит ему. Смущало другое.

- Ты удивительно спокоен, капитан, - Чеслав чуть склонил голову набок, - Слишком спокоен, я бы сказал. Тебя разлучили с кораблем, с командой, забросили черти куда… Я ожидал, ты будешь метать громы и молнии.

Чарли с великолепным равнодушием повел плечом. Глаза его стали холодными.

- Я научился выдержке, старший помощник. Иногда на море только она и спасает. Но ты не ответил – это твоих рук дело?

- Ты не спрашивал, - пожал плечами оборотень и перевел взгляд на тихо переговаривающихся в стороне от повозки спутников, - Эй! Может, вернетесь внутрь? Полагаю, нам стоит продолжить…

- Я не подвизался везти вас в порт! – внезапно вновь напомнил о себе Жак. Чеслав хотел осадить его, но не успел.

Крепкая рука капитана уверенно сгребла экс-юнгу за ворот и слегка встряхнула.

- Ты доставишь в порт и их, и меня, салага, - говорил Чарли тихо, но так грозно, что Чес даже обрадовался. Не растерял еще капитан пыл, все так же страшен!

- Или, клянусь фок-мачтой, твои кишки украсят паруса ближайшего корыта! – это уже прозвучало рыком. Жак, явно успевший отвыкнуть от горячего нрава своего капитана, сжался и съежился, заметно пытаясь стать меньше. Чеслав решил не оставаться в стороне.

Когда его крепкая, горячая ладонь легла на плечо молодому человеку, тот вздрогнул так сильно, что, казалось, повозка шатнулась.

- Не стоит гневить капитана, - промурлыкал оборотень, чуть склонившись к его уху, - Знаешь, Бешеный на расправу скор…

Это был старый трюк. Еще во времена совместного плавания Чес знал, как окончательно запугать непокорного матроса, как вежливо и аккуратно напомнить ему, кто хозяин на судне.

Названный брат что-то прошептал над ухом, но рыжий не обратил на это внимания. Его опять жгла собственная сила, пылала в районе солнечного сплетения, но слабости проявить он сейчас позволить себе не мог. Не перед капитаном, которому проиграл однажды, не перед матросом, которого пытался запугать…

- Я… я н-ничего… - Жак попытался сбросить крепкую руку старшего помощник, - Я чего… Д… да ребята только рады будут! – он выдавил резиновую улыбочку, - Они о капитане-то, почитай, никогда не забывают… Чес, пусти, пожалуйста. Плечо жжет.

Чеслав рывком убрал руку и с недоумением уставился на ладонь. Чарли послал ему хмурый взгляд, потом оглянулся через плечо и, выпустив ворот юнги, резко свистнул, привлекая внимание.

- Все на борт, - хмуро буркнул он, - Надеюсь, места там хватит… А ты, - он вновь глянул на старшего помощника, - Жди. На судне я с тобой поговорю… Да, Жак, - взгляд голубых глаз упал на возницу и тот опять сжался, - У тебя рома не будет? Башка трещит, как перед штормом!

Глава 13

С Чарли Бешеным Адриан не был близко знаком. Он видел бравого моряка несколько раз, когда тот прибывал в замок, вежливо с ним здоровался, с интересом слушал морские истории… и все. Самому ему с этим человеком общаться практически не доводилось. Все, что парень знал – в созданном силой мастера мире Чарли стал пиратом, и так проникся этим «мастерством», что и в реальном мире пошел во флот. Добился звания капитана, возглавил команду и ходит по морям на фрегате, призванном учителем из того мира… Кстати, учитель тоже был в его команде когда-то. Вроде бы, во время совместного плавания они были даже дружны… Но потом между ними как кошка черная пробежала, они стали врагами, и Чарли однажды одолел учителя.

Что еще… Парень нахмурился, вглядываясь в сидящего наискосок от него человека. Еще Чарли – сын старика Тьери и потомок великого Рейнира. Но сам к магии отношения не имеет. Хотя с обитателями Нормонда крепко дружит…

«Видишь царапину за его правым ухом?»

Адриан вздрогнул и быстро глянул на учителя. Передав ему то мимолетное «спасибо», он буквально открыл канал связи, и теперь наставник мог отдавать распоряжения, не тратя понапрасну слов. Да и внимания не привлекая.

Парень облизал губы и, делая вид, что с интересом слушает рассказ мастера о причинах их визита сюда, незаметно вгляделся в капитана. Тот как раз повернул голову, заинтересованно кивая, и царапина стала видна.

Адриан нахмурился. Пожалуй… он понимает, что хотел сказать учитель, но лучше уточнить.

«Магическое воздействие?»

Чеслав поймал его взгляд и согласно опустил ресницы. Дальнейшие приказы были его ученику не нужны – он догадался, что следует незаметно просканировать эту самую царапину, узнать, что там за воздействие… Задача непростая, но посильная. Хотя помощь все-таки не помешает.

Аделайн сидела рядом, что-то чертя пальцем на своей ладони. Губы ее шевелились, но избранник девушки знал, что она произносит не заклинания. Просто помогает себе, подсказывает, в какую сторону сделать очередной завиток.

Ада изобретала. Новые узоры, новую магию. Она делала это всегда, едва выдавалась свободная минутка и, в принципе, никого не удивляла этим. Более того – видя девушку увлеченно рисующей что-то на собственной ладони, никто не пытался отвлечь ее, уважая личное пространство юной ведьмы.

Но сейчас случай был особый.

Адриан легонько толкнул девушку в бок и, дождавшись, когда она поднимет на него недоумевающий взгляд, склонился к ее уху.

- Мне нужна помощь, - быстро прошептал он. Ада не ответила, лишь вопросительно подняла брови. Парень вздохнул и, чувствуя себя так, будто втягивает возлюбленную в нечто неблаговидное, попросил:

- Можешь скрыть мою магию? Не хочу, чтобы старшие заметили… мм… раньше времени.

Ада нахмурилась. Он знал, что она не одобряет подобных авантюр.

- Что ты задумал? – ее губы едва шевельнулись, но Адриан давно приноровился понимать возлюбленную без слов.

Он вздохнул.

- Не спрашивай, пожалуйста. Ты сможешь скрыть мою магию ото всех?

Девушка помедлила. Повозка тихо покачивалась на булыжной мостовой, поскрипывая иногда. Вокруг стояла пыльная завеса, сиденье казалось твердым и неудобным, а спутники оживленно переговаривались о чем-то. Бросив мельком взгляд на учителя, Адриан обнаружил его склонившим голову к плечу и определенно прислушивающимся к словам названного брата. Похоже, действовать в любом случае предстоит в одиночку…

- Ты хочешь понять, что с дядей Чарли? – тихий шепот на ухо заставил его удивленно замереть. Надо же. А он и не предполагал, что избранница столь догадлива.

Говорить парень ничего не стал, лишь по примеру учителя согласно моргнул. Ада нахмурилась и тяжело вздохнула. А потом кивнула.

- Возьми меня за руку.

Она протянула ему ладонь, ту самую, на которой несколько минут назад что-то рисовала, и он аккуратно сжал ее. Со стороны это должно было казаться невинной лаской двух влюбленных.

Ладонь легонько, приятно защипало. Незримые линии ведьмовской защиты прилипали к его коже, просачивались в кровь и надежно прятали от присутствующих в повозке магов. Хочется надеяться, что его скрытность не заметят раньше времени.

Адриан сосредоточился. Взгляд его был прикован к спокойно общающемуся с друзьями дядюшке Чарльзу. Тот как раз обращался к кому-то из сидящих слева, и голова его была удачно повернута. Парень прищурился, изучая взглядом маленькую царапинку за правым ухом отважного капитана. Да, здесь явно что-то не так… На простой порез это совершенно не похоже… Но и магии здесь не ощущается.

Адриан нахмурился, чуть сжимая руку Ады, и вглядываясь пристальнее. Это не магия, но и не простая царапина… Да и на царапину это похоже мало… Это…

«Это словно что-то проникло под его кожу».

Он случайно передал эту мысль учителю, не успев сконцентрироваться на ней, и тот резко обернулся. Говорить он ничего не говорил, но Адриану было довольно мимолетного взгляда на плотно сжатые губы и сдвинутые брови, чтобы понять – наставник принял его догадку серьезно. Хорошо это или плохо?..

«Я поговорю с мастером. Заканчивай».

Он моргнул и поспешно отвел взгляд, медленно разжимая пальцы, выпуская ладонь Аделайн. Девушка аккуратно подалась к его уху, стараясь, чтобы это выглядело естественно.

- Ты что-нибудь узнал?

Адриан неопределенно повел плечом и, вздохнув, сам склонился к возлюбленной, едва шевеля губами.

- Не знаю. Учитель обещал обсудить это с мастером.

- Учитель?.. – Ада слегка отшатнулась, недоверчиво глядя на молодого человека, потом моргнула и вновь подалась к нему, - Ты что… ты научился… говорить? С ним?..

Парень неловко пожал плечами. С чего точки зрения это не было таким уж плохим искусством и беспокойства любимой девушки он не понимал.

- Будь осторожен, - она вздохнула и, взяв его руку в свою, поднесла к своим губам. Целовать не стала, легонько подула на пальцы молодого человека и тот нахмурился. Ада как будто ничего не рисовала, но по руке пробежал холодок, как от узоров.

- Ты открываешь ему сознание, и он может проникнуть в него, - тихо продолжила она, - Вспомни, что он сделал с Анри.

Адриан вздрогнул. Точно! Анри! Учитель использовал магию дыхания на нем, Вздох Дьявола, фактически подчинил его сознание себе! Но учитель делал это не только, чтобы следить, но и чтобы мучить, наказывать, а…

Он снова вгляделся в капитана пиратов, сидящего напротив. Тот повернул голову, и Адриан постарался как можно незаметнее изучить его глаза. Вроде такие же яркие… А вроде и с дымкой. В полумраке повозки трудно понять.

«Магия дыхания?»

Адриан вздрогнул. Похоже, Ада права – учитель способен легко считывать его мысли, проникать в его сознание, потому что он сам открыл ему доступ. Хотя, впрочем… Что же в этом плохого? Зато лишний раз объяснять ничего не надо.

«Я не знаю… Я не умею определять…»

«Понял».

Добавлять учитель ничего не стал, но на сей раз ученику не потребовалось даже смотреть на него, чтобы все понять. Учитель возьмет дело в свои руки. Возможно, действительно поговорит с мастером или, может быть…

Повозка остановилась так резко, что сидящие внутри люди едва не посыпались с лавок на пол.

Чеслав на козлах негромко чертыхнулся, и Адриан увидел, как он хватает Жака за плечо и что-то тихо, но внушительно говорит ему. Возница что-то ответил и вытянул руку вперед, указывая на что-то впереди. Оборотень перевел взгляд туда. Глаза его расширились, лицо залило изумление.

- Прошу прощения, господа, - он оглянулся через плечо на сидящих позади людей, - Венсен… Могу я просить тебя подойти?

Адриан, ничего не понимая, заморгал и слегка посторонился, когда мимо начал протискиваться хранитель памяти.

…

Первое, что увидел Винсент, выглянув из повозки – огромные лапы, покрытые короткой шерстью песочного цвета. Судя по чуть выглядывающим из подушечек когтям, лапы принадлежали представителю семейства кошачьих.

Над лапами имелась мощная грудная клетка и, наконец, морда со слегка обнаженными клыками. Морду мужчина идентифицировал, как принадлежащую крупной пуме, но больше ничего определить не смог. Судя по умным глазам, зверь не был только зверем, вполне вероятно, он являлся чем-то сродни самому хранителю памяти… Но ничего знакомого Винсент не ощущал.

Хмурясь, он выбрался из повозки, пробрался между сидящими на козлах людьми и легко спрыгнул на мостовую, прямо перед пумой. Мельком отметил для себя, что прохожих вокруг нет и насторожился. Люди так просто не исчезают… Скорее всего, разогнали их специально и не исключено, что магически. Значит, пума не простая…

- Ты не зверь, - холодно бросил мужчина, глядя прямо в глаза огромной кошке, - Слишком большой для обычной пумы. Прими свой обычный облик, я хочу видеть его.

Он говорил твердо, жестко и уверенно, убежденный, что имеет право приказывать существу перед собой. Он, в конце концов, был первым средь хранителей памяти, и имел право командовать теми, что появились после него.

Пума, видимо, прониклась его словами. Она отступила на шаг, села и дружелюбно оскалилась.

Потом вытянула передние лапы, припадая к земле и…

Никто из оставшихся в повозке людей, а тем более – сам Винсент, не удивился тому, что произошло. Песочную шкуру сменил светлый джемпер и светлые же вельветовые штаны. Волосы на голове оказались соломенными, гладко зачесанными, а вот в глазах нового персонажа угадывалось что-то кошачье. Цвета они были, пожалуй, карего, но слишком уж светлого для того, чтобы быть обычными.

Незнакомец поднял голову, упираясь руками в мостовую, глянул на Винсента… и снова согнулся, почти утыкаясь лбом в грубо отесанные камни.

- Господин…

Говорил он бархатным баритоном с чуть заметными рычащими нотками в нем.

- Кто ты?

Удивления Винсент решил не показывать. Нравится этому парню звать его господином – сколько угодно, может, это еще и пользу принесет.

- Габриэль.

- Габриэль?.. Хм, - мужчина потер подбородок и мельком оглянулся через плечо на выглядывающего из повозки Альберта. Да и на Чеслава, если на то пошло – тоже ведь знающий мерзавец!

- Ладно… А вид свой ты назвать можешь? Я хочу сказать – ты не хранитель памяти, я не чувствую в тебе…

- У меня нет названия, - Габриэль сел на мостовой на колени и легко развел руками, - Учитель называет меня бестия, но это скорее… как бы сказать… его личное мнение.

- Бестия? Учитель? – Винсент пытливо прищурился, - Кто твой учитель?

По тонким губам нового знакомого змеей скользнула загадочная улыбка.

- Он знал, что я встречусь с тобой, и просил не называть имени. Он хочет, чтобы я привел тебя к нему.

Винсент закусил губу, размышляя. Налетел порыв ветра, бросил в лицо горсть пыли и несколько сухих листьев. Мужчина досадливо отмахнулся. На улице лето, черт возьми, откуда взялись сухие листья? Только думать мешают!

- Пусть так, - донесся из-за его спины голос рыжего оборотня, - Но Венсен не пойдет один. Быть может… знакомство с твоим учителем важно для всех нас. Ты отведешь нас к нему?

Габриэль заинтересованно вытянул шею, вглядываясь в нового собеседника. Потом без спросу поднялся и отряхнул вельветовые штаны от пыли. Винсент отметил для себя, что ткань его одежды идеально соответствует структуре шерсти, и даже мельком позавидовал. Он-то, меняя облик, становился совершенно человеком, а этот… словно остался отчасти пумой.

- Все же кто ты? – мужчина прищурился, не дожидаясь ответа, - Бестия – слишком невнятно, что ты из себя представляешь?

Собеседник легко пожал плечами. Хранитель памяти отметил их ширину и мысленно хмыкнул.

- Я не такой, как ты, - спокойно и где-то даже доверительно сообщил Габриэль, - Ты был человеком, но после тебя обратили зверем… Я же был и остаюсь зверем. Пумой. Я жил в зоопарке, но учитель спас меня и подарил новую жизнь. Как пума я уже в возрасте, но человеком молод… Человеческий облик помогает мне поддерживать молодость в обеих ипостасях. Если же говорить о способностях… Много я не умею. Звери не обладают магическими способностями, не могут научиться колдовать. Но я наловчился заклинать.

- Еще один заклинатель… - пробормотал себе под нос Винсент, и услышал, как хмыкнул за спиной Чеслав. Конечно, рыжему дополнительных объяснений не требуется…

- Прошу прощения? – Габриэль удивленно склонил голову набок, - Что значит «еще один»? В нашем мире не слишком приветствуется магия, да и заклинатели не в почете… Я сказал тебе только потому, что знаю – ты не выдашь.

- Вот как? – Винс скрестил руки на груди, и попытался изобразить насмешку, - Как ты самонадеян! И почему же ты думаешь, что я тебя не выдам?

Габриэль растерянно заморгал, и мужчина вдруг заметил, что ресницы у него светлые.

- Как это – почему? Ты – первый средь хранителей памяти, которых мастер приказал уничтожать при встрече! Мы на одной стороне, господин, в одной лодке, как сказал бы учитель…

Винсент на секунду примолк, потом внимательно вгляделся в своего собеседника.

- Не дает мне покоя этот твой учитель… - пробормотал он и неожиданно мотнул головой, - Ладно! Для чего ты здесь сейчас? Чтобы помочь или чтобы помешать?

Габриэль удивленно прижал ладонь к груди.

- Помешать?.. Господин, но я же сказал…

- Да-да, мы в одной лодке! – мужчина досадливо взмахнул рукой, - Что ж, в таком случае, давай-ка ты поможешь нам отыскать лодку, на которой мы сможем добраться до Британии.

Новый знакомый на мгновение замер, потом нахмурился и тяжело вздохнул.

- Учитель говорил мне… говорил, что вы попытаетесь добраться до мастера. Прошу вас, господин, внемлите разуму! Опасно бросаться на мастера, ничего не зная о нем, учитель просил для начала навестить его…

Терпение Винсента лопнуло. Он и так-то не был слишком терпеливым, держал себя в руках исключительно ради общего дела, убежденный, что новый знакомый может принести им пользу… Но сейчас начал убеждаться в обратном. Сейчас ему казалось, что Габриэль намеренно тянет резину, путает их, сбивает со следа, и разумный мужчина начинал предполагать подвох.

- Потомок, иди сюда, - нарочито холодным, спокойным голосом окликнул он, и опять обратился к человеку перед собой, - Если ты не желаешь помогать нам, значит, пришел, чтобы помешать. Ни я, ни мои спутники терпеть этого не будем.

Альберт легко выбрался из повозки и, отодвинув Жака, спрыгнул на землю, приближаясь к собеседникам. Лицо его казалось приветливым, на губах цвела улыбка, а сережки-гвоздики в ушах посверкивали так загадочно, что, казалось, вопросов о принадлежности этого человека к магии даже возникнуть не должно.

У Габриэля они, тем не менее, возникли.

Он на миг отшатнулся, затем снова подался вперед, с любопытством вглядываясь в подошедшего человека. Его светлые ресницы несколько раз взметнулись и опустились, когда он изучал великого мага сверху донизу.

- Вы похожи… - тихим, благоговейным шепотом проговорил он, - Но вы – не он. В вас нет тьмы, что есть в нем.

- В нем? – Альберт красиво изогнул бровь. В иные моменты он становился очень похож на своего племянника Людовика – красивого юношу с четкими чертами лица, - не взирая даже на то, что общей крови у них не имелось. Эта часть общего прошлого долго являлась предметом споров и ссор – Альберт, рожденный в лоне семьи ла Бошер, но усыновленный семьей де Нормонд, настаивал на своем праве воспитывать благоприобретенных племянников, а те возражали. Правда, возражения в основном исходили от Романа, то и дело норовящего вызвать дядюшку на дуэль, тогда как упомянутый Луи относился к старшему родичу неплохо и даже любил его. Сам же Альберт и подавно горячо любил всех троих племянников и к недовольству со стороны среднего относился скорее снисходительно.

- В мастере, - пояснил Габриэль, - Я видел его раз или два, и могу смело утверждать – лицом вы похожи на него, но по силе различны. Учитель научил меня чувствовать силу и магические способности и, честно сказать, месье… - новый знакомый вздохнул, виновато опуская голову, - Честно сказать, в случае стычки я бы на вас не поставил. Возможно, вы равны по силе, но он открыто пользует тьму…

- Так! – Роман, внимательно прислушивавшийся все это время к беседам снаружи повозки, наконец, не выдержал. Он выглянул наружу, пихнул в плечо Чеслава, который предпочел спустить наглость на тормозах, и негодующе тряхнул шевелюрой.

- Что это еще за заявления, ты, выдра хвостатая?! Ты нам дядю не обхаивай, мы и сами его обругаем, когда надо будет! Между прочим, одного темненького мы уже все дружно победили… Ах, простите, рыженького, - виконт ядовито улыбнулся. Оборотень, рядом с которым он упражнялся в остроумии, не повел и бровью.

Винсент вздохнул. Роман, конечно, неисправим, а уж его манера нарываться на дуэли, а то и на более жестокое противостояние давно известна всем… Но нельзя отрицать, что он прав. И, если они смогли победить Чеса, который на тот момент…

- Устами младенца глаголит истина, - голос неожиданно подал сам рыжий оборотень. «Младенец» Роман, открыв от возмущения рот, попытался что-то сказать, но Чеслав только отмахнулся от него. Видимо, были дела поважнее пустых споров.

- Когда в прошлый раз ма… этот человек и его… ммм… друзья и родственники выступали против меня, я открыто пользовал темную магию. Они сумели справиться со мной. Поэтому, полагаю…

- Но вы не знаете его! – Габриэль шагнул вперед и неодобрительно покачал головой, - Совсем не знаете! В вас… я чувствую мощь, разрушительную, стихийную мощь. Но представьте силу, превосходящую вашу и пропущенную через призму тьмы. Вы получите настоящий вулкан, полный дикой, необузданной силы… Сейчас он спокоен, но, если вы разозлите его, и он выплеснет свою силу… - зверо-человек содрогнулся и умолк, обхватив себя руками.

Он молчал, молчали и слушатели. До сей поры никому из них не приходило в голову, что местный мастер может оказаться сильнее даже Чеслава, но теперь… Если это действительно так…

Винсент услышал, как в повозке Адриан громко шепчет: «Что нам делать?!» и понял, что обращается юноша на сей раз не к учителю. От Чеслава ответа ждать не приходилось – оборотень казался растерянным, обескураженным, и что сказать, не знал.

Конец затянувшейся паузе положил, как ни странно, человек, вообще изрядно далекий от магии.

Капитан Чарли Бешеный, высунувшись из возка, оперся ладонью о плечо своего старшего помощника (Винсент злорадно подумал, что он мог раздавить проклятого Анхеля Мактиере) и громко кашлянул.

- Отставить, - хрипловатым, словно от простуды голосом, велел он, - К черту эти досужие разговоры. Мы отправляемся в Англию… Я прав, Жак? Ведь именно туда ты держишь курс?

Голос капитана стал елейным и экс-юнга, заметно поежившись, угрюмо кивнул. Габриэль переводил взгляд с одного из собеседников на другого, будто не зная, на что решиться. Наконец, он вздохнул.

- Сначала вам следует посетить учителя. Он тоже в Англии, живет не слишком далеко от дворца мастера… в лесу.

- В лесу? – Винсент насторожился, - И в том лесу есть идол, и поворачивать надо всегда только в одну сторону?

Габриэль не ответил. Только улыбнулся загадочно и сделал приглашающий жест куда-то вперед.

- Я выведу вас. Но вначале нужно попасть в порт.

- Прошлый раз до дворца мастера добирались по Темзе, - припомнил Чарли, - Сейчас, надо полагать, путь будет сложнее… Ненавижу ходить пешком, три тысячи морских собак мне в сапог!

- Вот потому и не любишь, - влез в беседу Людовик, - С собаками в сапоге ходить неудобно. Полегче, Чарли, а то как занесет…

- Умолкни, юнга, - буркнул капитан и, видимо, вспомнив о настоящем юнге, рыкнул, - На борт все! Хорош языком молоть, в путь пора!

Жак тяжело вздохнул. Спорить с Бешеным он не решался, похоже, все еще воспринимая его, как капитана и это играло на руку. Винсент вспомнил, что Жак упоминал о собственном капитанстве, но значения его словам никто не придал. Может, и зря… А может, и не зря. Каким бы там капитаном не был этот парень, он явно пасует перед Чарли, как перед более сильным. Командование в руках Бешеного, здесь не приходится сомневаться.

И, между прочим, капитан прав – им пора отправляться в путь.

Винсент быстро огляделся. Унылый городишко, в прошлый раз он не был здесь. Дома какие-то серые и, не взирая на обилие людей в пышных старинных нарядах, на проезжающие по улице повозки и на общую помесь средневековой роскоши с богатой современностью, ощущение такое, что кто-то умер. Люди разговаривают вроде бы непринужденно, но по сторонам смотрят с опаской. Лошади ушами прядут, словно слышат что-то. Да и ветерок налетает леденящий… Неприятное чувство.

Мужчина уверенно махнул рукой стоящим рядом с ним спутникам и направился к повозке. Однако, приблизившись, залезать внутрь не стал, предпочел прояснить ситуацию.

- Это мастер, что ли, на людей такого страха нагнал? – он склонил голову набок, всматриваясь в возницу. Тот съежился, втянул голову в плечи и умудрился при этом ей помотать.

- М-мастер милостив… Люди любят своего в-владыку, подчиняются… с уд-довольствием…

- Паршивый из тебя лжец, - как бы между делом отметил Чеслав и махнул рукой, - Залезайте в повозку, маркиз! Ну, или не задерживайте нашего возницу. До порта можете и пешочком прогуляться.

Роман, выглядывающий из повозки, тяжело вздохнул и скрылся внутри. До Винсента донеслось тихое, недовольное бормотание:

- Он чертова язва на теле общества… Мне с таким не тягаться – я-то добрый и милый!

Представив, как реагирует на это преданный Чеславу Адриан, хранитель памяти вздохнул. Этот рыжий оборотень только и делает, что сеет смуту и вносит раздор в их ряды… Надо как-то прекратить это, а как – непонятно. Доводов Чеслав не слушает, силой его не заткнешь, потому что он сильнее, да и убивать не хотелось бы. В конечном итоге, есть все основания полагать, что одолеть местного мастера без его помощи не удастся…

Мужчина быстро огляделся и полез в повозку.

А одолеть его надо. Прав, тысячу раз прав Альберт – здесь тоже живут люди, и совершенно не хотелось бы, чтобы они жили в страхе.

***

Адриан молча смотрел в пол, не желая поднимать взгляда.

В повозку, в дополнение к уже умещающимся там людям, забрался и новый знакомый – этот Габриэль, и парню это доставляло некоторый дискомфорт.

Нет, тесно внутри не было. Магия мастера работала прекрасно, расширяя пространство и делая вполне сносным пребывание здесь. Но сам факт присутствия какого-то непонятного типа, который даже не смог разумно объяснить, за каким чертом навязался им на головы, бесил неимоверно. Не успокаивала даже ладонь Ады, лежащая на плече.

Да еще этот Роман со своими заявлениями… Надо же было так обозвать учителя! Конечно, Чеслава добрым и милым назвать трудно, но уж и язвой на теле общества обзывать не стоило! Да, у учителя своеобразный характер. Трудный. Иногда даже невыносимый.

Но лично к нему, к своему ученику он всегда относился очень хорошо, поэтому нечего тут…

- Чарли?

Адриан исподлобья глянул на сидящих напротив людей. Капитан Бешеный, мрачный и понурый, тоже смотрел в пол, сцепив руки в замок. Беспокоились о нем, как этого и следовало ожидать, великий мастер и его ученик, магистр Людовик. Конечно, на какого-то пирата внимание они обращают…

- Ничего, - Чарли тяжело вздохнул, - Просто представил… Меня вот сюда занесло, а парни мои там одни остались. И «Semper Vivens» тоже там… А мне опять предстоит стоять за штурвалом брига. Вы, акула вас проглоти, маги или где? Почему не можете меня обратно вернуть?!

Адриан приподнял голову. А вот этот вопрос уже действительно интересен и, пожалуй, узнать на него ответ будет полезно. Потом учителю можно его передать… Или он сам услышит.

Великий маг тяжело вздохнул и сочувственно потрепал капитана по плечу.

- Мы пока не можем даже понять, как ты попал сюда, Чарли. Чтобы понять, как вернуть тебя, мне надо определить магию…

- Так определяй! – капитан грохнул кулаком по скамье, на которой сидел, - Или вздумали меня с собой опять тащить, да против мастера выставлять?! С меня хватило прошлого раза – ты меня чуть к праотцам не отправил!

- Ой, да ладно прибедняться, капитан! – Роман, как обычно, не выдержал, - Ты сам тогда чуть дядюшку не подстрелил! Вот чтобы мы сейчас делали, если бы тогда… - он на миг примолк, задумываясь, - Хотя сейчас мы бы и в мир этот не попали. Кстати, дядя, не хочется говорить при детях, - виконт красноречиво глянул на сидящего напротив Адриана и Аделайн рядом с ним. Марк предпочитал ошиваться рядом с любимым дядюшкой-остряком, и успешно косил под взрослого.

- Так вот, - Роман демонстративно понизил голос, - При детях я этого говорить не хочу, но придется. Не выставишь же их на улицу, в самом-то деле! Короче, дети, эээ, дядя, почему бы тебе и в самом деле не потратить время с пользой и не узнать, кто и зачем снабдил нас капитаном?

Винсент, сидящий на той же скамье, что и Адриан, тяжело вздохнул и потер переносицу. Парень мысленно хмыкнул. Он знал, знал очень хорошо, что дядюшка Винс и сам не дурак пошутить, но от острот Романа иногда устает.

С другой от него стороны вздохнул отец. Виктор сидел словно бы в стороне, настороженно следя за сыном и вовсе не желая участвовать в прениях, но Адриан знал, что излишние шутки отцу тоже не нравятся. Он даже как-то признался, что устает в Нормонде, в компании двух шутников.

Кстати, о втором шутнике…

- Честное слово, Роман, мы с дядей уже тут вовсю стараемся! – Людовик прижал руку к груди и часто-часто заморгал, - Но, знаешь, то, что случилось с бедняжкой Чарли, по-моему, требует специалиста узкой квалификации! Это ж что-то типа вирусного энцефалита, его лечить надо долго и тщательно, желательно где-нибудь в заброшенной больнице… Ну, чисто на всякий случай, чтобы криков никто не слышал.

Чарли негодующе зарычал и принялся сыпать пиратскими проклятиями.

Габриэль, как совершенно несведущий в происходящем человек (или кто он там?), перевел искрящийся удивленным весельем взгляд на Винсента.

- У вас всегда так… весело?

- Обычно еще веселее! – не преминул ответить Роман, вскочил, собираясь разразиться какой-то тирадой, стукнулся макушкой о потолок, и упал на место. Повозка дернулась и остановилась.

Виконт, потирая макушку, воодушевленно топнул ногой.

- Ага! Вот мы и прибыли к волнам сурового океана, и дальше нас ждет болтанка на море, а не на суше! Чарли, смотри, не подведи, а то ведь правда больницу для тебя найдем.

- На рее вздерну, - мрачно огрызнулся капитан и тут же ехидно прибавил, - Команда-то будет большая, удержать смогут. А веревку я тебе сам навощу, виконт, сто тысяч креветок тебе за пазуху!

Роман жизнерадостно расхохотался. Адриан знал, что этот парень вообще не обидчив, а уж с Чарли их пикировки и вовсе были делом обыденным.

- Отлично, может, загар пристанет, пока там болтаться буду! – молодой человек похлопал себя по щекам и вздохнул, - Хотя у меня аристократическая бледность.

- А будет аристократический загар! – мигом вклинился Людовик, - И красная полоска от веревки на шее – красота! Чего зависли? Вылезаем, грузимся на корабль, давайте, в темпе!

Великий мастер Альберт, уже занесший ногу, чтобы покинуть повозку, на миг замер потом быстро улыбнулся… и неожиданно не стал выходить.

- На выход, - негромко повелел он, - Я буду последним. Полагаю, не помешает немного… прибрать за собой, чтобы потом не было проблем.

Адриан сообразил, что мастер хочет убрать эффект пятого измерения, чтобы владельца повозки потом никто не смог обвинить в колдовстве и, дернув отца за рукав, сам полез на выход. Учитель пока продолжал сидеть на козлах, о чем-то переговариваясь с возницей. На происходящее позади внимания он не обращал, разве что изредка склонял голову к плечу. Маркиз Мактиере, по-видимому, все еще находился там.

Чертов ворас! В душе вдруг вновь вспыхнула ревность, и парень, хмурясь, взял Аду за руку, помогая ей выбраться наружу. Может быть, стоит поговорить с ней, обсудить все это? Или она обидится, что он ей не доверяет… Ох уж эти женщины! Отец когда-то говорил, что их сложно понять и был абсолютно прав. Хотя Адриан представить себе не мог, что ему придется когда-то ревновать возлюбленную и – как знать? – отвоевывать ее у другого. Для него Аделайн была всегда чем-то постоянным, незыблемым, он был в ней уверен… Пока не появился проклятый ворас.

Он выбрался из повозки, помог выбраться девушке и только после этого отпустил ее руку.

Пред ним представало море. Его, правда, немного застили многочисленные деревянные суда у причала, но за ними, за высокими мачтами и спущенными парусами, синела нескончаемая водная гладь. Представив, что вскоре будет стоять на судне, бороздящем эти просторы, Адриан испытал невольный трепет. Бывать на корабле ему еще не доводилось, он только слышал морские рассказы дяди Чарли, а теперь… Теперь ему самому предстояло стать героем одного из таких рассказов, теперь он мог увидеть капитана пиратов в деле!

- Ну, и где это корыто? – мрачный голос из-за спины заставил юношу обернуться. Капитан Бешеный, покинув повозку, стоял рядом с ней, положив руку на эфес шпаги и озирал выстроившиеся у причала суда. В голове внезапно мелькнуло, что Чарльзу пошла бы треуголка, и тут же пришло осознание – шляпу капитан никогда не носил. Интересно, почему? Не нашел подходящую и достойную себя, или просто не видел смысла в подобной браваде?

Жак, услышав вопрос капитана, заторопился и, не спрыгнув, а почти упав с козел, бросился к нему, уже на ходу вытягивая руку и указывая на один из кораблей. Учитель неспешно слез следом и вразвалочку приблизился к Бешеному.

- Как в старые добрые, а, Чарли? – он ухмыльнулся, кладя ладонь на плечо капитану, - Не знаю, что там за команда, но если командование примешь ты, я уверен – они превратятся в настоящих морских чертей!

- Как в старые добрые уже не получится, Чес, - сбрасывать руку экс-помощника Чарли не стал, но улыбнулся очень неприятно, - Теперь-то я знаю, кто ты, рыжая крыса и чего ждать… - он внезапно поморщился и потер висок.

Адриан заметил, что рука учителя на плече пирата сжалась сильнее.

- Что с тобой?

- Голова заболела, - капитан дернул плечом, - Не иначе, от твоей близости, старший помощник! Жак, прекрати дергаться, покажи нормально! Где?

- Бриг на девять часов, - парень вытянулся по струнке, - Если прикажете, велю ребятам спустить трап…

Чарли медленно повернул голову, устремляя на молодого человека долгий, пронизывающий взгляд.

- Если прикажу? – с выражением проговорил он. Чеслав, не прекращающий сжимать его плечо, шагнул вперед, вставая бок о бок с пиратом. На губах учителя сверкала жестокая улыбка отъявленного флибустьера.

- Ты, похоже, малость запамятовал, юнга, - промурлыкал он, глядя в упор на сжавшегося Жака, - Капитану без приказа надлежит трап подавать. Вперед, салага! – голос рыжего стал похож на рык, - Отдай приказ своим крысам, чтобы проложили дорогу капитану! Живо, живо, Бешеный не любит ждать!

Чарльз, с совершенно непроницаемым лицом выслушавший речи оборотня, неожиданно ухмыльнулся. Жак вспугнутой птицей уже метнулся выполнять приказ, спешил предоставить достойный капитана спуск, и беседовать двум головорезам никто не мешал.

- Прямо как в старые добрые, старший помощник… - капитан вздохнул и покачал непокрытой головой, - Даже жаль, что я уже не могу верить тебе, как прежде.

Учитель равнодушно пожал плечами, убрал руку с плеча собеседника и, неожиданно скривившись, коснулся ладонью грудной клетки.

- Как знать, Чарли, как знать… Ты разжаловал меня, причем, кажется, уже дважды, но для меня ты по-прежнему остаешься капитаном. По-твоему, на этом корыте мы сможем добраться до Англии?

Бешеный, похоже, лишь сейчас сполна проникшийся целью путешествия, с заметным удивлением воззрился на собеседника.

- Англии? Чес… объясни мне толком – какой каракатицы здесь происходит?! Я оказываюсь в другом мире, еду в повозке, что-то обсуждаю… Я так понял, здесь нарисовался другой мастер? И каким боком здесь ты, рыжая крыса?

Чеслав вздохнул и, натянув выражение величайшего терпения, коснулся пальцами виска. По губам его скользнула исполненная вселенской скорби улыбка.

- О, Чарли… Я думал, ты осведомлен чуть больше, мой капитан. Все-таки в повозке ты ехал с друзьями, они могли бы просветить тебя… Видишь ли, друг мой. Все началось, когда моему ученику – вон он, Адриан, помнишь? – здесь учитель кивнул в сторону юноши и тот мигом смутился, - Когда ему пришла гениальная идея расширить место моего заключения. К сожалению, к тому времени, когда она ему пришла, сила уже начала сжигать меня и прорывать заслоны, возведенные в моей памяти Венсеном. Я не хотел и не хочу, чтобы моя сила, вырвавшись, навредила кому-то там. Поэтому…

- Поэтому ты хочешь, чтобы она навредила кому-то здесь, - Чарли прищурился, - Допустим. А мастер?

- Смотря, о каком из двух мастеров ты говоришь, капитан, - рыжий хмыкнул, и улыбка его стала насмешливой, - Ибо, если настоящий оказал мне честь и провел сюда, то вот поддельный определенно стремиться нам помешать. Хотя, как я понял со слов друга, он пытался заманить сюда его…

- Анхеля? – Бешеный совсем растерялся, - Слушай, Чес, ты меня прости, конечно… Но твой приятель вряд ли может представлять собой что-то ценное. Бледная камбала, иногда отращивающая восемь ног – что в нем особенного?

Адриан, который до сей поры не смотрел на ситуацию под этим углом, призадумался. А ведь и вправду… Судя по словам Мактиере, кто-то в этом мире заманивал его, по крайней мере, подослал к нему оракула. Зачем? Что такого в маркизе Анхеле, что его пытаются затащить к себе? И не допустили ли они ошибку, все-таки его приведя? Быть может…

- А может, тому кому-то только того и надо было, что паучка сюда затащить? – Роман, внезапно встрявший в разговор, задумчиво взъерошил шевелюру, - А мы тут чисто так… незапланированная случайность?

- Тогда от нас захотят избавиться, - Людовик элегически вздохнул, - Снова… Начинает надоедать, если честно.

- Ой, да ладно, мы после прошлой прогулки по волнам уже натуральные матерые морские волки! – виконт гордо выпятил худую грудь, - Им нас не одолеть! Кстати, а «они» - это кто? Кто-нибудь в курсе?

- Они – это враги, - авторитетно заявил Луи и сочувственно потрепал брата по плечу, - Эх, ты, все-то тебе объяснять надо…

Роман не стал спорить.

- Конечно, - кивнул он, - Я маленький и невинный, попавший в вашу дурную компанию. А если еще и враги… - он демонстративно содрогнулся, - Страшно представить, как они повлияют на мое воспитание!

Адриан тряхнул головой. Из всего отряда к шуточкам братьев де Нормонд прислушивался только он, и понятия не имел, зачем делает это.

Капитан Чарли о чем-то негромко переговаривался со своим старшим помощником, по-прежнему держащем руку на его плече. Учитель иногда склонял голову к плечу, явно прислушиваясь к словам вораса. Ада отошла к Анри и Марку. Последний явно пытался шутить, но старший брат осаживал его короткими, строгими взглядами. Отец, великий мастер, Винсент и Ричард совещались, стоя отдельной кучкой. В одиночестве остался только Адриан, понятия не имеющий, чем занять себя.

Кто-то легонько хлопнул его по плечу, и парень удивленно обернулся. Рядом стоял Габриэль – новый знакомый, то ли хранитель памяти, то ли черт его знает, кто.

- Ты очень странный человек, - негромко промолвил Габриэль, вглядываясь в юношу. Тот отметил для себя чуть раскосые, светло-карие глаза. Почти такие же желтые, как и у учителя…

- Если тот, - собеседник указал подбородком на отца, - Очень стар, то ты юн… но будто бы прожил уже много лет. Как такое возможно?

Адриан вздохнул. Говорить или нет, он понятия не имел. С одной стороны, этот… эээ… человек? Человек ли он? В общем, этот тип вроде на нашей стороне, но с другой… Кто вообще знает, где в этом мире чья сторона?

- Я родился в шестом веке, - тем не менее, буркнул он, - Потом был перенесен сюда и рос здесь. А ты… вы? Что вы такое?

Габриэль удивленно развел руками.

- Я ведь уже объяснял. Я был зверем, но мой учитель сумел подарить мне человеческий облик. Он называл меня «анимус», но это название ему не нравилось. Скажи, ты – маг?

Тут Адриан не стал спорить. Да и глупо было бы оспаривать очевидное.

- Да. Скажите, вы знаете цель нашего…

- Капитан!

Звонкий голос Жака прервал его на полуслове, заставляя обернуться через плечо. Экс-юнга спешил по берегу торопливым шагом, периодически переходя на бег.

- Трап спущен! Пожалуйте на борт, господа!

Капитан бросил долгий взгляд на замерший неподалеку парусный корабль со спущенным трапом и, ухмыльнувшись, что-то сказал учителю. Тот негромко рассмеялся и согласно кивнул.

- Животных – в клетки, - донеслось до Адриана, - А остальным придется потесниться.

- Он тоже странный… - прозвучал над ухом задумчивый голос Габриэля, - Не рыжий, а тот, с кем он говорит. Его не должно быть здесь. Почему вы думаете, что одолеете мастера?

Адриан удивленно покосился на него. Что значит – почему? Да как минимум потому, что мастер один, а их тут целая толпа! Причем толпа, обладающая магическими способностями!

- Среди вас нет никого, кто был бы равен ему по силе, - Габриэль вздохнул и покачал головой. Потом нахмурился.

- Ладно. Идем на корабль, твои друзья уже направились на него. Мальчик, будь осторожен! Если твоя жизнь фактически началась в том мире… не дай ей закончится в этом.

Адриан промолчал. Взгляд его почему-то устремился к Аделайн, которую молодой человек готов был защищать до последней капли крови.

Глава 14

Корабль не понравился ни Чеславу, ни, как он заметил, Чарли. Маленький однопалубный бриг сильно проигрывал в сравнении с огромным красавцем-фрегатом с большими парусами. Капитан, взойдя на борт, окинул палубу презрительным взглядом и, не говоря ни слова, проследовал на мостик. Чес не сдержал восхищенной улыбки. Когда-то он пошел за Чарли, восторгаясь именно этими чертами его характера – несгибаемой уверенностью в собственной силе, неоспоримым превосходством, и бешеным нравом, причудливо смешанным со спокойным достоинством.

Восходя на борт брига, Чарли ни на миг не усомнился, что займет здесь место капитана. О Жаке, который вроде бы командовал судном, Бешеный даже не думал.

Чеслав мысленно ухмыльнулся. Да, суденышко ждет новая судьба… Когда-то им правил Андре Марен, оставшийся в том, обычном мире, а теперь у штурвала встанет настоящий моряк. Интересно будет взглянуть, как забегают эти крысы…

Он подошел к мостику, помедлил мгновение и осторожно поднялся следом за своим капитаном. Над ухом раздался удивленный шепот, и Чес мимолетно поморщился. Анхель не понимал, что ему нужно от капитана, но сам рыжий не сомневался – старший помощник всегда должен находиться рядом со шкипером.

Чарли его заметил. Он стоял, опершись ладонями на леер, и задумчиво изучал палубу, будто сравнивая ее с чем-то, виденным прежде.

- Прошлый раз, когда я был здесь, - негромко заговорил капитан, дождавшись приближения старшего помощника, - Мы потеряли фок-мачту. Этот кретин Марен, вертел штурвалом почем зря!

- Тише, - Чеслав слегка вздохнул, - Не заводись, капитан. Мачту, я вижу, восстановили, а Андре Марен остался в том мире. Ты рад вновь вспомнить эти воды?

Чарли передернул плечами. Собеседник знал, что в нормальном мире он тоже капитан, более того – там он ходит под парусами фрегата. Пожалуй, сейчас Бешеный предпочел бы ту реальность.

- Насколько помню, эти воды не похожи на те, что в нормальном мире, - заговорил он, наконец, - Путь до Англии будет долгим. Я подозреваю, что местный мастер мог изменить рельеф дна, не удивлюсь появлению новых рифов… Кликни-ка Жака. Пусть побудет нашим гидом в пути… Выбирай якорь! – внезапно рявкнул он, - Живее, живее, салаги, пора выходить в океан!

Чес быстро улыбнулся и легонько хлопнул своего капитана по плечу.

- Командуй, - мягко произнес он, - Я позову Жака.

Спускаясь с мостика, оборотень задумался. Их путь казался достаточно неопределенным, куда направляться и что делать, никто не знал. Он видел, как сухопутные пассажиры маленького судна толпятся на баке, что-то обсуждая между собой. Видел, как воинственный Марк что-то горячо говорит своему не менее воинственному дядюшке Роману, то и дело хватаясь за шпагу. Видел, как Адриан, держа за руку Аделайн, смотрит на воду и, кажется, о чем-то негромко переговаривается с возлюбленной.

Видел их всех, замечал, кто и что делает, и почему-то ощущал смутную тревогу. Взгляд рыжего упал на Анри. Молодой наследник стоял у борта, кусая губы и явно о чем-то размышлял. Кажется, он разделяет беспокойство того, кого считает врагом…

- Ты не хочешь все-таки объяснить мне свое поведение? – спрашивал Чес тихо, едва слышно, так, чтобы слышал только старый друг, сидящий на его плече. Анхель что-то прошипел в ответ, настолько неразборчиво, что оборотень ухмыльнулся. Кажется, названный брат только что вежливо послал его. Прекрасно.

- Что ж… Адриан! – окликая ученика, он сознавал, что отрывает его от куда как более приятной беседы, но полагал, что имеет на это право. Он не сомневался, что мальчишка подойдет.

Он не ошибся. Адриан, бросив что-то Аде, торопливо приблизился и замер в ожидании. Чеслав глубоко вздохнул, с удовольствием ощущая соль в воздухе и демонстративно огляделся по сторонам.

- Где Габриэль? Я видел, как он говорил с тобой.

Ученик замялся. Он несколько раз оглянулся по сторонам, явно ища взглядом упомянутую персону, и столь же явно ее не находя. Чеслав сдержал вздох. Да, прекращать обучение Адриану пока рановато, тут нет сомнений…

- Ты его потерял?

Парень вытаращился на него в совершенном недоумении, и оборотень почувствовал досаду. Он и элементарных вопросов не понимает!

- Ты не знаешь, где он? – перефразировал он, глядя на ученика с выражением вселенского терпения. Тот слегка смутился.

- Ну, я… Мы говорили с ним на берегу, учитель. А когда поднялись сюда, он отошел… Я не следил за ним.

- Вот как? – Чеслав растянул губы в на редкость неприятной улыбке, - Адриан, этот человек еще не успел заслужить абсолютного доверия. Мы не знаем ни кто он, ни чего ждать от него! Если он был рядом с тобой, то ты, именно ты должен был следить за ним! Где гарантии, что он не заодно с нашими неприятелями? Где гарантии, что он…

- Эй! – гневный голос Виктора де Нормонда прервал воспитательный процесс. Оборотень отвернулся от пристыженного Адриана, устремляя взгляд на его отца и вопросительно приподнимая бровь.

Основатель рода, явственно сердитый, приблизился быстрыми, раздраженными шагами и положил ладонь на плечо отпрыску.

- Не смей кричать на моего сына, оборотень!

Чес на мгновение закатил глаза. Вот хуже нет, когда родители вмешиваются в учебный процесс…

- Вик, я разговариваю со своим учеником. Он совершил ошибку, я пытаюсь объяснить ее ему, чтобы в будущем такого не повторялось. Ты видел Габриэля?

Граф слегка растерялся. Последний вопрос, похоже, сумел выбить его из колеи.

- Габриэля? Этого… э… зверя? Нет, не видел, но какое…

- Мне и тебя на поруки взять? – оборотень нахмурился, - Извини, Вик, твое обучение у меня давно завершено. Пора бы стать самостоятельным… Адриан!

Юноша, растерянно переводящий взгляд с одного из собеседников на другого, вытянулся по струнке, преданно глядя на учителя.

- Найди это… животное, - бросил Чеслав, - Мне необходимо поговорить с ним. Вик, а на твоем месте я бы поменьше путался под ногами. Ты не моряк, и не ровен час…

Закончить он не успел.

Судно, спокойно рассекающее тихую воду гавани, вдруг содрогнулось, словно налетев на риф. Адриан и его отец зашатались, хватаясь друг за друга. Прочие сухопутные пассажиры, пытаясь удержаться кто за что придется, принялись озираться.

Капитан, перегнувшись через леер, навис над палубой, пытаясь заглянуть за борт.

- Какой креветки?! – пронесся над палубой его зычный окрик. Матросы, безоговорочно признавшие власть Бешеного, засуетились, забегали, пытаясь найти ответ на его вопрос.

Чеслав, чеканя шаг, двинулся на корму, вглядываясь в удаляющийся берег. Ему почудилась небольшая фигурка там, держащая что-то в руках. Что-то крупное, похожее на какое-то… оружие?

Оборотень нахмурился. Кем бы ни был новый мастер, он определенно шагнул дальше предыдущего. При Антуане огнестрельным оружием в Стежаре не пользовались.

- Антуан! Венсен! – окликал Чеслав негромко, но уверенно, считая, что решать вопрос надо вместе со сведущими людьми. Помедлил мгновение, прислушиваясь к шепоту с плеча и, чуть поморщившись, без особой охоты прибавил:

- Анри!

Великий мастер, как раз что-то говорящий Венсену, глянул на обращающегося к ним оборотня, потом перевел взгляд на внука и кивнул ему. Анри Людовик де Нормонд, стоящий у борта и напряженно вглядывающийся в тающую позади пристань, демонстративно вздохнул, но все-таки последовал зову.

К Чеславу они подошли втроем. Вопрос читался на всех лицах.

- Если глаза не обманывают меня, - начал рыжий, - С берега в нас выстрелили. Из какого-то тяжелого оружия, типа гранатомета или базуки. Честно говоря, это немного удивляет – в Стежаре прежде не было огнестрельного оружия. Видимо, новый мастер пошел дальше тебя, Антуан…

- И что ты предлагаешь? – мастер склонил голову набок. Чес подарил его безмятежной улыбкой.

- Я не предлагаю ничего, я лишь хочу услышать ваши предложения. Ты создавал этот мир, стоял у его истоков – кому, как не тебе, знать, что следует предпринять? Венсен – ученик Рейнира, и я передавал через Анхеля, что признаю тебя лучшим его учеником, маркиз. Ты тоже можешь сделать какие-то предположения. Ну, а молодой наследник… - здесь оборотень нехорошо прищурился, - Для начала, надеюсь, обладает хорошим зрением, а значит, мог различить…

- Я не разбираюсь в огнестрельном оружии, - Анри гордо приподнял подбородок, - Я видел, что в нас стреляли. Лица человека я не различил, и не уверен даже, человек ли он. Из чего он стрелял – тоже затрудняюсь сказать, но выстрел был, это очевидно. Должно быть, нас пытались пото… Погоди-ка, - парень внезапно оживился, - А где Жак? Он ведь абориген этого мира, может скажет что-то.

Венсен повернулся к своему воспитаннику и приподнял брови. Лицо его приняло довольно странное и сложное выражение.

- Ты что, думаешь, здесь такое в порядке вещей?

Анри отвлеченно пожал плечами и потер подбородок. Он продолжал о чем-то размышлять.

Чеславу, наблюдающему за этой троицей, их поведение нравилось. Он повел себя, как настоящий командир – озадачил младших по званию, дал им задание и заставил шевелить мозгами. Еще бы этого Габриэля отыскать, да поболтать с ним по душам… И желательно бы делать это без маленького шпиона на плече.

- Дай мне руку.

Приказ он адресовал Анри, и молодой маг растерянно замер, недоуменно глядя на него. Оборотень понимал причину этой растерянности – парень, поди, до сих пор его врагом считает.

Ждать он, тем не менее, не пожелал. И, схватив парня за руку, сильно сжал ее, не позволяя высвободиться.

Потом склонил голову к плечу и шепнул одними губами:

- Иди.

В ответ послышалось недовольное шипение, в котором с трудом угадывались слова – Анхеля злило, что друг вот так вот бесстыже выставляет его. Тем не менее, ворас внял.

Чеслав не чувствовал, как он бежит по одежде, но ощутил легкую щекотку на запястье и проследил, как белый паук перебирается на руку молодого наследника. Что ж, Ан, раз выбрал его себе в друзья… не путайся теперь под ногами, заклинатель.

Удостоверившись, что Анхель перебрался на руку Анри, оборотень разорвал рукопожатие. Молодой маг бросил на него быстрый, мрачный взгляд – видимо, тоже понял причину, по которой рыжий сжал его руку, - но говорить ничего не стал.

Венсен и Антуан быстро переглянулись, и тоже предпочли промолчать. Чеслава это устраивало.

- Думайте, - бросил он, - Если подобное оружие есть на берегу, где гарантии, что на нас не нападут в открытом море с таким же? Решай, великий мастер, придумывай, как защититься от выстрелов! Меня же… ждет разговор. Вынужден оставить вас.

Он чуть поклонился, выражая мнимое почтение и, развернувшись, направился к капитанскому мостику. Вряд ли, конечно, Адриан сумел найти Габриэля за это время, да и не факт, что ждать его надо у капитанского мостика. Но Чеслав надеялся перекинуться парой слов с Чарли, и кроме того, полагал, что нахождение близ капитана визуально ставит его на второе место после шкипера.

…

Анхель обратился внезапно, безо всяких предупреждений. Просто скользнул вниз по одежде друга, а через пару секунд уже выпрямился рядом с ним – серьезный и мрачный.

Анри, примерно догадываясь о причинах такого настроения вораса, слегка вздохнул.

- Не видел прежде, чтобы Чеслав прогонял тебя…

- Прежде такого и не было, - недовольно откликнулся альбинос, - Не знаю, что он задумал, что затеял… Что ему до этого Габриэля?

Молодой человек пытливо вгляделся в друга. Что-то в его словах зацепило его.

- Ты волнуешься, что говорить с ним он хочет без тебя… - медленно проговорил он, - Или опасаешься того, что Габриэль может сказать Чеславу?

Анхель на мгновение замер, словно пораженный догадливостью парня, но тотчас же встряхнулся, недовольно поводя плечами.

- Глупости! Что такого этот… зверь может сказать Чесу?

Анри вздохнул. Особенно спорить с другом не хотелось.

- Тебе лучше знать, Ан. Я убежден – ты что-то утаиваешь, как от меня, так и от Чеслава. Быть может, Габриэль может приоткрыть завесу твоей тайны?

***

Чеслав стоял рядом с капитанским мостиком, и ждал. Он не сомневался, что кто-нибудь из его учеников (Виктор – бывший, Адриан – нынешний) выполнит его приказ, найдет Габриэля. Он видел, что Анхель принял человеческий облик и о чем-то беседует с Анри, но не испытывал ни ревности, ни беспокойства. У брата есть друг? Хорошо. Этому другу он верит больше, чем ему, Чеславу? Отлично! Это дело брата, он в это лезть не будет. Но тайну его он для себя прояснит или, по крайней мере, проведет расследование.

На Габриэля оборотень возлагал большие надежды. Местный абориген, обладающий какой-то, не до конца понятной, силой, к тому же еще и явно разбирающийся во всем, происходящем здесь. По крайней мере, в существах, населяющих этот мир.

Стежар…

А может, это плохое название? Может, следовало назвать этот мир как-нибудь иначе? Интересно, местный мастер его как-нибудь называет?

На плечо легла знакомая ладонь, слегка сжала.

- О чем задумался, старший помощник?

Чеслав улыбнулся. Он и не смел надеяться, что капитан когда-то вновь признает его своим старшим помощником. Впрочем, матросы на «Соарте» легко приняли капитанство Чарли, и посчитал вполне разумным, что рядом с новым шкипером есть помощник. Тем более, что кое-кто из прежнего состава Чеса помнил, и по-своему уважал.

Рыжий вздохнул.

- О многом, капитан, - отозвался он, - Об этом мире. О существах, населяющих его. О том, были ли они здесь прежде… Быть может, мы просто не замечали очевидного? О том, почему и как ты попал сюда, о том, что скрывает мой брат…

- Знаешь, - Бешеный, удивительно спокойный сейчас, встал рядом, опираясь о крепкое плечо старшего помощника, - Насчет себя я точно сказать ничего не могу. Насчет нечисти – не уверен, хотя помнится мне, с гигантскими осьминогами мы встречались, когда ходили на Semper Vivens. А вот Анхель… - капитан помолчал и неожиданно произнес, - Голову прозакладывать готов – тут замешана женщина. Мужчина таким становится либо, когда влюблен… либо, когда любовь уже ушла, но остались нерешенные вопросы. И он очень хочет их решить…

Чеслав посмотрел на вораса, беседующего с Анри. Бледный, но он всегда бледный… Глаза горят. Движения какие-то суетливые, дерганные… Хм, пожалуй, Чарли прав – брата что-то гнетет. Но женщина? С каких это пор Анхель подвержен романтическим чувствам?

Альбинос как раз в этот момент послал долгий взгляд мнущейся у борта Аде, и оборотень вздохнул. Похоже, Ан все-таки подвержен стрелам Амура…

- Вы меня искали?

Габриэль нарисовался перед старшим помощником и капитаном совершенно внезапно, будто из-под палубы вырос. Не привыкший к такому Чарли вздрогнул, Чеслав ухитрился сдержать себя.

Новый знакомый поднял взгляд к небу и потянул носом воздух.

- Буря близится, - задумчиво вымолвил он, - Думаю, мастер знает, где вы и готовится атаковать. Чего вы хотели от меня?

- Всего один вопрос, - Чеслав приподнял подбородок. Стоящего рядом Чарли он не стеснялся, не собирался утаивать от него свой интерес. В конечном итоге, капитана куда больше интересовало судно и морской путь, а также недавняя атака на это судно, да и лезть в дела магические он не любил.

- Ты слышал о ворасах?

Габриэль с видимым недоумением пожал плечами.

- Трудно найти того, кто не слышал.

- Интересно, - оборотень сузил желтые глаза. Взгляд их стал угрожающим и, кажется, со стороны это было заметнее. Капитан сжал ладонь на его плече.

- Много их здесь?

Собеседник покладисто кивнул.

- Достаточно. Считай, целая армия, подчиняющаяся мастеру. Или вы не слышали о Паучихе?

Ладонь на плече сжалась сильнее. Чарли, хмурясь, чуть подался вперед.

- Кто такая?

Габриэль склонил голову набок, вглядываясь в него, потом вздохнул и на мгновение сжал губы.

- Ты очень странный человек, - отметил он, - Тебя не должно быть здесь, и я не понимаю, как ты сюда попал. Твоя жизнь была изменена в корне, и ты находишь в этом счастье… Прежде, чем задавать вопросы, тебе бы следовало позаботиться о себе.

Чеслав, хмурясь, оттер капитана плечом, слегка заслоняя его собой.

- Бешеный не нуждается в чужих советах. А вопрос он задал вполне закономерный – кто такая Паучиха?

Габриэль спокойно развел руки в стороны и вздохнул.

- Достоверно это никому неизвестно, господа. Говорят, от нее пошли все ворасы, что живут сейчас в мире, но также говорят, что она правит этим миром наравне с мастером. Ее никто не видел, да и мастер особенно на люди не показывается. Он сидит в своем дворце, передавая приказы через подручных, а иногда использует для их передачи птиц…

- Подручные-то должны были его видеть, - резонно заметил Чарли. Собеседник безрадостно усмехнулся.

- Разумеется. Но вурдалаки не разговорчивы, а доверяет он только и исключительно им.

- Вот как… - оборотень потер подбородок и с некоторым удивлением почувствовал на нем щетину. Прежде лицо всегда оставалось гладким – собственная сущность помогала в этом.

- И много в этом мире таких… мм… подручных?

Габриэль оставался спокойным, а кивок его и вовсе показался рыжему равнодушным.

- Мастер полагает, что армии ворасов, подчиняющейся Паучихе, ему недостаточно. Вурдалаки подчиняются напрямую ему, это… можно сказать, более надежное его войско.

- Поправь, если я ошибаюсь… - Бешеный куснул себя за губу и, хмурясь, вгляделся в собеседника, - Но выходит, что этим несчастным миром правят двое?

Габриэль терпеливо улыбнулся и отрицательно покачал головой.

- Боюсь, у вас сложилось неверное представление о мироустройстве, господа. Мастер и Паучиха действуют как одно целое, они, если изволите, едины, и их трудно отделить друг от друга. Миром они управляют совместно. Не взирая на то, что вурдалаки – суть создание рук мастера, Паучиха может отдавать им приказы. Не взирая на то, что ворасы – дети Паучихи, мастер может приказывать им. Я не уверен, есть ли между ними отношения более близкие, нежели обычное деловое партнерство, но знаю точно, что Паучиха выглядит как обычная женщина.

- Имя у нее есть? – Чарли быстро глянул на своего старшего помощника, - Что ты все ее «Паучиха»…

- Так ее прозвали в народе, - Габриэль вновь развел руками, - Знаю, что она бледна, волосы ее белы, как снег, и пальцы длинные… - он вздохнул, - Кажется, учитель упоминал, что зовут ее Аннель.

Чеслав закусил губу. Аннель… Анхель… Вряд ли это совпадение, очень уж непохоже на него. Хотелось бы поближе познакомиться с этой Паучихой, вдруг, да что важное расскажет.

- А что же до твоего учителя? – оборотень склонил голову набок, - Кто он?

На сей раз ответом ему была лишь мягкая, сочувствующая улыбка.

- Я не могу назвать его имени, он запретил мне. Но, коль уж вы вознамерились плыть в Англию, полагаю, вы с ним встретитесь. Он говорил мне, что предвидит встречу… «со старыми друзьями».

Оборотень быстро оглянулся через плечо назад, на толпящихся у борта союзников и вопросительно указал на них большим пальцем.

- Друзьями?

Габриэль подарил его мягкой, спокойной улыбкой, в которой сквозила едва уловимая насмешка. Чуткий Чеслав заметил ее и слегка помрачнел. Насмешек над собой он очень не любил.

- Друзьями, - склонил голову собеседник, - Боюсь, учитель не уточнял, не называл имен. Я же не считаю себя вправе задавать вопросы.

Рыжий промолчал, размышляя над странной ситуацией. В груди опять вспыхнуло обжигающее пламя, и он, не желая лишний раз демонстрировать слабости, как бы невзначай коснулся грудной клетки.

От Габриэля это не укрылось.

- Тебе больно… - задумчиво проговорил он, - Тебя сжигает собственная сила. Я чую – ты уже бывал в этом мире, но тогда, похоже, не боялся силу применять…

- Давай сменим тему, - Чес болезненно улыбнулся, - Расскажи, что изм… появилось в этом мире после меня?

Говорить об изменениях ему все-таки не хотелось. Не настолько он доверял Габриэлю, чтобы сообщать ему такие вещи. Пусть уж расскажет все, что знает, а там… быть может, и проскользнет зерно истины.

Чарли рядом закашлялся, будто намекая на что-то, но когда оборотень взглянул на него, капитан стоял прямо и казался бесстрастным.

- Начнем с того, что я и сам появился здесь уже после того, как ты ушел, - собеседник позволил себе короткую улыбку, - Что же до остального… Хм… Мастер развернулся по полной. Я не знаю, откуда он черпает силы, а некоторые считают, что к этому как-то причастна Паучиха… Но он силен. Он сильнее тебя, сильнее любого из вас. Мне трудно однозначно сказать, что появилось или исчезло здесь – мир мастер непрестанно переделывает под себя. Мы давно привыкли, что можем в любой миг столкнуться с существами, которых не ожидали встретить или за поворотом обнаружить не то, что было ранее… Но есть и то, что остается неизменным, - Габриэль посерьезнел, - Ворасы. Вурдалаки. Армии нечисти, бродящие там, где им вздумается. Также есть элита – вервольфы и вампиры. Мастер поручает им следить за низшими созданиями… Хотя Паучиху он к низшим определенно не относит. Она равна с ним в правах и, возможно, ворасы по большей части подчиняются ей… Я не лезу в политику, и не слишком разбираюсь в ней. Кто и чем правит – мне неведомо. Но знаю одно – твоему другу лучше поостеречься… - глаза рассказчика сузились, - Он – ворас, я это вижу. Знаю, как выглядят эти существа. В этом мире все ворасы подчиняются Зову Паучихи. Если она узнает о нем… Впрочем, ты ведь тоже не человек, верно? Кроме того, что ты маг, ты…

- Оборотень, - Чеслав быстро улыбнулся и уточнил, - Не вервольф. Думаю, даже если мастер попытается влиять на меня – ему это не удастся.

- Ты самоуверен, - в голосе Габриэля явственно прозвучало уважение, - И, скорее всего, прав. Тебе вряд ли что-то грозит. Но вот твоим друзьям… - здесь взгляд его упал на Чарли. Оборотень резко повернул голову.

Капитан казался бледным, глаза его блестели, на лбу виднелись капельки пота. Левой рукой он цеплялся за плечо старшего помощника. Правую прижимал к виску.

Глава 15

Все сгрудились вокруг капитана. Матросы, заметно обеспокоенные происходящим, толпились неподалеку. Заметившему это Анри подумалось, что пираты испытывают беспокойство совсем иного толка – скорее всего, уже прикидывают, кого поставить капитаном вместо Бешеного. Учитывая, что старший помощник последнего тоже имелся здесь, и тоже чувствовал себя не слишком хорошо, их прикидки не были лишены смысла. К тому же, как помнилось молодому наследнику, в нормальном мире Чеслав как-то полетел за борт по приказу Чарли. Здесь, конечно, находятся люди, не знающие об этом… зато сам Чарли знает и наверняка помнит. Если он ослабеет настолько, что Чес попытается узурпировать власть, запросто прикажет отправить его в воду. Хотя сейчас рыжий кажется искренне взволнованным…

- Чарли… - Винсент осторожно коснулся плеча капитана, нахмурился и быстро глянул на дедушку, - Ты не думаешь…

- Хочешь пошарить по его мозгам, Венсен? – оборотень, конечно, не пожелал оставаться в стороне, - Что ж, рискни. Только учитывай, что если состояние Чарли имеет своей причиной магию местного мастера… - рыжий неприязненно вздохнул и без особой охоты продолжил, - Габриэль утверждает, что он сильнее любого из нас.

- Придется быть осторожнее, Венсен, - Анхель слегка выпрямился. Анри знал, что его другу глубоко до фонаря, что произойдет с Винсом, но он пытается хотя бы изображать приветливость. Судя по взгляду хранителя памяти, обмануть его не удалось.

Чарли, отчаянно прижимающий ладонь к виску, шатнулся и сделал нетвердый шаг вперед.

- Я в норме, - хрипло проворчал он, - Рому… семь дьяволят мне в сапог… акулий плавник под киль… все наладится…

Чеслав грубовато встряхнул бравого капитана.

- Утихни, Бешеный. Дай знающим людям полечить тебя.

- До лечения пока далеко, - внес свою лепту великий маг, - Для начала действительно нужно понять, в чем причина. Венсен…

Винс шагнул вперед и, демонстративно сбросив руку рыжего с плеча капитана, возложил руки на его голову. Указательные пальцы сжали виски.

Чарли, опустив правую руку, растерянно уставился на мужчину перед собой. Винсент нахмурился, чуть прикрывая глаза.

Со стороны это выглядело довольно странно, да и вообще казалось, что ничего не происходит, но Анри, однажды прошедший такое «лечение», знал, что делает Винс. Хранитель памяти задействовал силу, лежащую в основе его сущности, изо всех сил шарил по сознанию Чарльза, пытаясь понять, что с ним происходит. Занять это могло, в общем-то, сколько угодно времени – от пяти минут до пяти часов. Хотя обычно мужчина справлялся значительно быстрее.

Вот и теперь, миновало от силы минуты две, когда Винсент устало опустил руки. Схватил капитана за острый подбородок, вгляделся в широко распахнутые голубые глаза и, вздохнув, отпустил его, отступая на шаг.

Анри напрягся. Все его внутреннее буквально кричало, предупреждая о неприятном известии.

- На ментальном уровне – ничего, - негромко проговорил Винс, - Мне кажется, что-то не так на физическом, но это уже не в моей юрисдикции.

Дед молодого наследника, великий мастер Альберт, хмурясь, шагнул к капитану, кладя руку ему на плечо и глядя в глаза. Чарли ответил взглядом довольно дерзким, что даже обнадеживало – видимо, своего дикого нрава капитан не утратил.

- Что же с тобой такое, парень… - пробормотал мужчина, поднимая вторую руку и касаясь кончиками пальцев лба парня. Анри нахмурился. Такой магии он не знал, дед его ей не учил, и сейчас молодой маг совершенно не понимал, что происходит.

Хотя этого, кажется, не знал никто, кроме самого великого мага. Чарли стоял навытяжку, тихо и часто дыша, и все еще выглядел недостаточно здоровым. Или адекватным. Или… да черт вообще знает, что с этим парнем!

- Странно, - Альберт убрал руку ото лба капитана и, приподняв пальцем его острый подбородок, вгляделся в глаза, - Очень странно.

Анри, не выдержав шагнул вперед. С другой стороны к мастеру сделал шаг рыжий оборотень, на лице которого читалось, похоже, вполне искреннее беспокойство. Неужели решил вспомнить, что они с Чарли друзья? Смешно даже, честное слово. Чарли же победил его, одолел!..

- Мастер?

Чеслав даже не назвал великого мага «Антуаном». Анри, не зная, чему верить, оглянулся через плечо на Анхеля, но тот тоже казался обескураженным. Поведение Чеса ставило в ступор всех, хорошо знающих его людей.

- Дядя! – Роман, не в силах выносить муки терпением, толкнул великого мастера в спину, - Ну говори же уже, ну! Аудитория собралась, все ждут и жаждут, а ты молчишь!

- Речь! Речь! – подхватил Людовик, - Давайте, гражданин доктор, расскажите, что стряслось с нашим местным врачо… эээ… капитаном, простите.

Альберт слегка вздохнул и, отпустив подбородок Чарли, слегка отступил назад, так, чтобы не врезаться ни в кого из шебутных племянников.

- Это довольно сложно… - медленно заговорил он, - Очень нехорошее, темное воздействие. Что-то сродни магии дыхания, но мне кажется… ориентация на физическое воздействие здесь гораздо сильнее.

- Пусти-ка, - Чеслав, растолкав любопытных, сам шагнул к Чарльзу и без церемоний обхватил ладонями его лицо, - Дыши ровно, капитан.

Анри с его места было видно, как оборотень приближает свое лицо к лицу безучастного ко всему капитана пиратов, а потом легонько дует на него. Парня непроизвольно передернуло. Он хорошо помнил, как чертов оборотень проделал такой же трюк с ним. Помнил и собственную победу над магией дыхания, этим проклятым Вздохом Дьявола… Он ведь так и не закончил дело. «Ошейник» с шеи он сорвал, а вот «кандалы» на руках и ногах остались…

- Проклятье! – возглас рыжего, в котором раздражение сплелось с изумлением, отвлек молодого человека от мыслей.

Чеслав отстранился от Чарли и медленно покачал головой.

- Это уже… за гранью, - хрипло проговорил он, - Магия дыхания всегда давалась мне легко, но сейчас… я не могу проникнуть ему в голову, что-то не пускает!

Чарли встрепенулся, касаясь пальцами левого виска. Лицо его, доселе растерянно-болезненное, вновь стало лицом того капитана, к которому привыкли и друзья и подчиненные.

- Проникнуть мне в голову? – медленно повторил он и, подавшись вперед, сгреб старшего помощника за грудки, - Ты что же, собака, помыкать мной вздумал?! Осьминога проклятого я позволю…

- Утихни, Бешеный! – рыжий резко сбросил руку «пациента», хмуро глядя на него, - Ты болен, черт возьми! Ты – просто бомба с часовым механизмом, и он уже тикает! Кто-то влияет на тебя, и чем это может быть…

- Это связано с тем, что я вообще нахожусь здесь? – капитан заметно помрачнел. Анри подумал, что на быстроте его мышления чужое воздействие никак не сказалось, и порадовался этому.

- Скорее всего, - голос подал мастер, - Чеслав, ты… Я бы хотел поговорить с тобой. Наедине.

Анри приподнял брови, чувствуя даже некоторую обиду. До сей поры от него у деда секретов не было, да и вообще, он же знает, насколько сведущ внук в магии…

Плечо сжала знакомая крепкая рука. Анри оглянулся и встретился взглядом с мрачным ворасом.

- Пусть поговорят, - негромко бросил он, - А мы пока поболтаем о своем. Я думаю… мне кажется, я знаю, о чем спрашивал Чес этого Габриэля.

Парень устремил вопросительный взгляд на альбиноса и, понимая, что при всех говорить тот не станет, кивнул ему на корму. Матросы, убедившись, что с капитаном пока все в порядке, разошлись по своим делам, один Жак мрачно стоял на носу, глядя на воду. Ему, похоже, все же не доставляло удовольствие возвращение прежнего шкипера, лишившего его полномочий, однако, парень старался себя сдерживать.

Шагая за Анхелем, Анри вдруг задумался, какое место на судне сейчас занимает Жак? Вряд ли он вновь опустится до обязанностей юнги, да и матросские обязанности выполнять не рвется. А место старшего помощника капитана, увы, прочно занято Чесом.

Ан остановился неожиданно, не дойдя пары шагов до юта и резко повернулся к другу. Анри, чуть не врезавшийся в него, замер на полушаге, вопросительно вскидывая брови.

- Я… подозреваю, Чеслав спрашивал Габриэля о ворасах, - Анхель медленно выдохнул, чем вызвал в душе друга откровенное изумление. Что такого в разговорах об этом виде существ? Понятно, что в обычном мире их почти что и нет, а здесь… здесь неизвестно.

- Понимаешь, Анри… - мужчина покусал нижнюю губу, потом уверенно продолжил, - В этом мире, в Стежаре, все совсем не так, как у нас. Я чувствую, что ворасов здесь гораздо, гораздо больше, чем там, а еще… подозреваю, что здесь много и иных существ. И опасаюсь, что местный мастер может ими…

Закончить он не успел.

По палубе прокатился полный ужаса вопль, сменившийся многочисленными взволнованными возгласами, и шорохом бегущих ног. Анри рывком обернулся… и почувствовал, как челюсть его медленно едет вниз.

Нос корабля обвивало гигантское щупальце с присосками, похожее на щупальце осьминога, но многократно превосходящее его размером.

- Какого осьминога?! – коснулся слуха рев Чарли, и молодой наследник подумал, что капитан, должно быть, сильно растерялся. Иначе бы понял, что такие высказывания сейчас попадают под разряд глупых шуток и, в целом, неуместны.

- У них это что… нормально? – голос Романа, без веселых ноток в нем, серьезный и напряженный, испугал парня куда сильнее. Когда дядюшка не шутит – проблемы и в самом деле серьезны.

Что-то прокричал Людовик, но этого Анри уже не разобрал. Голос потонул в звуке выстрела.

Рыжий оборотень, моментально сориентировавшись, выхватил из-за пояса пистолет.

Щупальце содрогнулось, поймав пулю, но вместо того, чтобы ретироваться, сжалось сильнее и как будто поползло вперед.

- В укрытие!! – завопил кто-то.

Альберт вскинул руки, располагая их друг напротив друга и слегка кружа. Анри понял, что дед создает энергетический шар и, выпав из ступора, забормотал заклинание.

Как сражаться с осьминогами, тем более – с гигантскими осьминогами, парень не представлял, но справедливо предполагал, что разряд молнии не понравится никому.

Где-то сбоку мелькнуло бледное лицо Луи, смотрящего сквозь любимый эспандер на небо. Губы молодого мага шевелились. Должно быть, тоже пытается управлять погодой…

Две молнии, слившись воедино, ударили в воду у носа брига, туда, где должен был скрываться монстр. Вода вокруг корабля закипела. Воздух раскололся от рева взбешенного чудовища.

Анри усилил натиск, вскидывая обе руки к небесам и призывая шторм на голову монстра. Он видел, как скручивается в поднебесье смерч, пронизанный разрядами электричества и понимал, что Луи тоже не оставляет своих попыток.

И тут великий мастер нанес удар. Анри и сам умел создавать энергетические шары, при случае мог и атаковать ими, поэтому искренне не понимал, почему дед так медлит. Теперь он это понял.

Масса концентрированной магической энергии ударила точно в гигантское щупальце, и то не выдержало. Полетели в разные стороны ошметки плоти – щупальце буквально взорвалось посередине. Осьминогу это явно не понравилось.

Снова раздался рев. Из вод морских поднялось нечто, по форме и вправду напоминающее осьминога, но с раззявленной клыкастой пастью.

- Кракен! – завопил кто-то и тотчас же другой голос ответил ему:

- Упокой, Господи, наши души…

- Отставить панику! – разнесся над палубой знакомый рык, - Габриэль! К бою! Ричард! Адриан!

В воздухе свистнул стилет. Анри с удивлением понял, что метнул его не Виктор, а его сын, вероятно, не так понявший команду Винсента.

Стилет вонзился чудовищу между глаз, но особенного дискомфорта не причинил. Подобные атаки монстр, должно быть, равнял с муравьиными укусами.

Хранитель памяти, взявший на себя руководство атакой, зарычал от гнева.

- Идиот! Ты волк или кто?! Обращайся!

Адриан замер, растерянно моргая. Потом оглянулся на хмурого отца, метнулся в одну сторону, в другую, посмотрел на Аду… кивнул чем-то и почти упал на четвереньки. Вскоре на палубе уже щерился молодой рыжий волк с коричневыми подпалинами.

Чеслав, видимо, тоже сообразивший, что мог бы принять участие в защите корабля, сделал шаг вперед, но тотчас же отшатнулся назад и медленно покачал головой. Он что-то сказал, но слова до Анри не донеслись. Впрочем, молодой маг мог предположить, что хочет сказать рыжий – с его нестабильной, еле сдерживаемой силой, он бы и уничтожил корабль или, во всяком случае, поджег его. Да, лучше Чесу не вмешиваться…

Парень быстро оглянулся на друга. Ан, конечно, заклинатель, но вдруг… Заметив, что друг смотрит куда-то в сторону, Анри глянул туда же.

Аделайн, сосредоточенно глядя на чуть светящийся круг перед собой, выводила на нем замысловатые линии. Рыжий волк в двух шагах от нее ждал, видимо, конца колдовства и защиты.

Неподалеку рычал черный волк – обратившийся Ричард, рядом с ним примерялся к атаке хлещущий себя по бокам хвостом лев. Пума, принявшая истинный облик, уже бросалась на врага, пытаясь задеть его когтями и ловя щупальца зубами.

Дед вновь готовил энергетический шар. Людовик старательно управлял погодой, все усиливая шторм. Роман и Марк, со шпагами наперевес, отбивались от щупалец. Виктор осыпал монстра издалека стилетами.

Чарли что-то кричал мечущимся матросам, изрыгал проклятия, стоя на мостике. Анри, сосредоточившись, попытался послать в чудовище энергетический шар, усиленный молнией. Между пальцами уже начал наливаться силой искрящий сгусток энергии, когда неожиданный вскрик отвлек молодого человека. Кричала женщина, а поскольку кроме Ады, существ женского пола тут не было, Анри мгновенно занервничал.

Правда, все, что он успел сделать – это повернуться.

Одно из гигантских щупалец сшибло Аделайн, не дав завершить заклинание, и девушка отлетела в сторону. Взбешенный Адриан тотчас же вцепился в щупальце зубами.

Анри подался вперед, надеясь прийти на помощь сестре, но к ней уже, опережая его, метнулась белая молния.

Анхель, каким-то сверхъестественным чудом оказавшись рядом с падающей Адой, попытался поймать ее, но в результате лишь полетел на палубу сам, сжимая девушку в объятиях.

Анри, ничего не понимая, смотрел, как Аделайн приподнимает голову и что-то говорит спасителю, а тот мягко улыбается в ответ и на миг касается ладонью ее щеки. Он успел еще подумать, что, видимо, Ан неровно дышит к его сестре, когда громкий треск оборвал мысли.

Нос брига, оторванный, выдранный с мясом, остался в щупальце у чертова кракена или как там его называли матросы. Чарли, спрыгнув с мостика, выхватил револьвер и выпустил одну за другой пять пуль в чудовище. Монстр заревел и полез выяснять отношения.

Еще секунда – и огромное щупальце схватило бы отчаянного капитана, но на выручку внезапно пришел старший помощник. Чеслав, рванув Бешеного за ворот, оттащил его назад и вскинул руку. В его руке сверкнул меч, через мгновение вдруг запылавший огнем. Опущенный умелой рукой, огненный клинок легко отсек щупальце чудовища.

Корабль еще кое-как держался на плаву. Перепуганные матросы, не знающие, что делать, сбились у кормы, создавая живой противовес, не давая судну пойти ко дну. Оборванные снасти и половина паруса жалко болтались на ветру. Хлещущий дождь делал мизансцену по-настоящему грустной, а Анри вдруг понял, что не заметил, когда ливень начался.

Впрочем, при учете их с Людовиком колдовства, направленного на погоду, этому, наверное, не стоило удивляться.

Парень быстро глянул на деда, отступившего по палубе чуть дальше, чтобы не полететь случайно в воду, и вскинул левую руку к небесам. Сгусток энергии, создаваемый им, улетел наверх и сплелся в единое целое с формирующимся смерчем, а потом обрушился на атакующее чудовище.

Кракен зарычал, а потом взвыл. Смерч разрубил его надвое, рассек не хуже огненного меча Чеслава, а молнии так прижгли края разрывая, что при всем желании чудовище бы не смогло вновь соединиться.

Щупальце, еще терзающее обломанные края палубы, ослабло и соскользнуло в воду. Матросы, неуверенно радуясь, начали шевелиться, озираясь по сторонам.

Дождь перестал. Выглянуло солнце, озаряя печальную картину кораблекрушения.

Да, чудовище оказалось уничтожено, побеждено и повержено, атаку удалось отбить, но… дорогой ценой. Продолжать путь на обломке судна представлялось совершенно невозможным.

- К шлюпкам!!! – грянул над кораблем рев капитана Чарли. Он все еще стоял на мостике, цепляясь за леер, пытался на взгляд оценить масштабы катастрофы и, судя по всему, оценил. И сделал один, неоспоримый вывод – бриг не спасти, нужно спасаться самим. Пожалуй, будь это фрегат – и капитан бы предпочел пойти ко дну вместе с ним, но к «Соарте» он не был так привязан.

Анри поспешно шагнул к борту, потом вспомнил о брате и сестре, развернулся, бросился к ним… и вдруг замер на полушаге, ошарашенный внезапной мыслью.

Бриг – небольшое судно. Вряд ли на нем много шлюпок. Тут команду бы вместить, а вот на пассажиров… места хватит едва ли.

Дед, похоже, тоже понял это. Во всяком случае, Анри видел, как он встревоженно говорит что-то Винсенту, успевшему вновь принять человеческий облик. Чеслав, пренебрежительно бросив меч в воду, подошел к мостику и, задрав голову, что-то говорил капитану. В принципе, можно было предположить, о чем идет речь.

Парень внезапно ощутил приступ раздражения. Что же все так по-дурацки! Кажется, когда мама оказалась в этом мире в прошлый раз, такого бардака здесь не было. По крайней мере, судя по рассказам.

Анри кто-то дернул за рукав. Он резко повернулся и увидел взволнованного Марка.

- Анри… ты тут не завис, случаем? Линять надо, черт возьми, а ты стоишь!

- А ты уверен, что нам места в шлюпках хватит? – старший брат нахмурился, - Не думаю, чтобы здесь это было…

- Возьмем пару спасательных жилетов и будет добираться вплавь! – жизнерадостно заявил юноша, и тут же прибавил, - Мы, кстати, от берега недалеко отошли. Даже странно, что зверюга эта рискнула наехать на нас тут…

- Ты, кстати, не ранен? – в тон младшему осведомился Анри и слегка нахмурился, - Я даже не знаю, как твое состояние после той стычки с вурд… Черт возьми!

Что-то громко треснуло, потом забулькало. Та часть корабля, что прежде относилась к носу, принялась медленно погружаться.

- Хватай Аду! – рыкнул Анри, - И Адриана! Живее, Марк, живее!

Юноша не стал отвечать. Только метнулся куда-то ближе к корме, туда, где прижималась спиной к фальшборту заметно испуганная Аделайн. Анри скользнул взглядом по палубе и обнаружил серьезного, глядящего вдаль Анхеля. Ворас казался мрачным.

Анри, не совсем понимая, вызвано такое состояние друга кораблекрушением или же чем-то еще, двинулся к нему. Палуба шатнулась под ногами.

Анхель что-то проговорил, но ветер отнес его слова. Понимая, что друг не слышит, мужчина вытянул руку, указывая на что-то впереди. Анри обернулся… и почувствовал, как сжимается сердце.

Прямо на корабль или на то, что от него осталось, шла огромная волна.

Первым порывом было отступить назад. Потом парень вспомнил, что вообще-то и сам маг, и здесь находится еще несколько магов. Краем глаза он заметил, как дед вытянул обе руки вперед, и губы его шевелятся – великий маг определенно пытался оттолкнуть или хотя бы остановить вал.

Людовик, тоже вытянув руки, присоединил свои усилия к его. Вскочившая Ада начала что-то чертить на воздухе, внося свою лепту. Адриан, спешно перевоплотившись в человека, начал складывать пальцы в замысловатые знаки, изредка косясь на мрачного Чеслава. Оборотень помочь вряд ли мог – здесь требовалось большое приложение силы, что в его ситуации могло быть опасным.

Анри, не желая оставаться в стороне, вытянул вперед левую руку, прижимая к ее тыльной стороне правую, и забормотал заклятие холода, надеясь заморозить проклятую волну.

Пираты, кажется, напуганные колдовством сильнее, чем штормом, с криками бросились к бортам. Чарли гневным рыком пытался остановить их, но куда там! Напуганные люди, пренебрегая шлюпками и спасательными жилетами (буде таковые на судне имелись) посыпались с бортов в воду.

Анхель неодобрительно покачал головой, но говорить ничего не стал. Винсент, приняв человеческий облик, отошел с пути магов, не мешая им направлять силу. Габриэль, тоже обратившись человеком, присел на корточки у борта, с живым интересом созерцая происходящее и, кажется, даже оценивая его.

Роман оттеснил рвущегося в бой Марка подальше, не подпуская его к краю палубы. Ричард, тоже принявший человеческий облик, отступил, быстро оглядывая соратников и, по-видимому, прикидывая расположение сил. Виктора и подавно не было видно, хотя он наверняка где-то волновался за сына.

Анри нахмурился и, приказывая себе не отвлекаться, сосредоточился на колдовстве. И без того уже, кажется, перепутал слова и вместо «застыть навеки» сказал «замереть»… Вроде бы слова синонимичны, но смысл заклинания от оговорки меняется.

Он чувствовал давление. Ощущал, как чертова волна словно наваливается сверху всей своей тяжестью, будто пытаясь сломать кости. И не сомневался – эта атака вызвана магией. Даже более – она вызвана силой, причем превосходящей его собственную. Быть может, превосходящую даже силу деда… Мелькнула мысль, что во время обучения надо было участвовать в тренировочных магических поединках. Левую руку, выставленную вперед, свело болью, словно бы кости и вправду ломались под гнетом воды, и посторонние мысли из головы тут же вымело. На лбу выступил пот, он же потек по спине, холодя кожу на свежем ветру.

Стоп, ветер! Он дует не со стороны волны, а как раз на нее! Это же… Словно сама природа решила помочь ему, помочь им!

Анри быстро глянул на других магов, и… опустил руки. На лице деда тенью скользнуло недоумение, но парень поторопился объяснить свой поступок.

- Дед! Луи! Адриан! Ветер! Используем ветер!

Маги повернулись, как по команде. Если до сей поры лица их были обращены к волне, то теперь они смотрели друг на друга, а руки воздевали к небесам. Анри поспешил занять свое место и, тоже подняв ладони и взгляд к небу, начал певучим речитативом произносить заклятие, помогающее подружиться с ветром. Великий маг, мельком прислушавшись к словам внука, начал творить свою магию – его слова увеличивали силу воздушных потоков. Луи, со своей стороны, стремился сделать воздух плотнее. Адриан, увлекшись, сам на несколько секунд стал ветром, но быстро вернул себе человеческий облик, бросив виноватый взгляд на Чеслава. Анри отстраненно подумал, что эти двое, должно быть, общаются телепатически, и сейчас учитель вернул ученика к реальности. Что ж, хоть в чем-то этот рыжий способен помочь.

Чеслав шагнул вперед, занимая место между ними.

По коже побежали мурашки, в душу заползло какое-то нехорошее предчувствие. Ждать реальной помощи от рыжего оборотня казалось наивным, и Анри справедливо предполагал, что его «помощь» способна причинить вред и людям вокруг. Значит, нужна защита…

Выстраивать защиту и пытаться в то же время подружиться с ветром оказалось задачей довольно непростой. Анри почувствовал, как начинает болеть голова и, бросив гневный взгляд на клятого оборотня, закрыл глаза.

Перед внутренним взором мгновенно возникло видение – он сам, скованный по рукам и ногам, и отчаянно вертящий головой. Кандалы… кандалы, которые он так и не сумел снять… Не пришло ли время сделать это?

Он словно раздвоился. Губы продолжали шептать слова заклятия, руки перебирали невидимые воздушные струны, а внутри творилась совсем иная магия. Там маг, скованный по рукам и ногам, коснулся пальцами кандалов на лодыжках и быстро прошептал изменяющее заклятие. Кандалы, словно расплавившись, стекли с его ног и вытянулись тонким, но прочным слоем металла, отгораживающих человека от воздействий извне.

Анри зажмурился сильнее и удвоил усилия. Кандалы на запястьях разлетелись металлической пылью. Она взлетела в воздух и, уплотняясь, осела поверх тонкой стены, делая ее плотнее. Маг за этой стеной вздохнул с облегчением и, растирая запястья, довольно плюхнулся на пол. Или на землю. На чем сидит его внутреннее «я», парень как-то не вдавался – ему было довольно результата.

Он открыл глаза, возвращаясь в реальность и понял, что успел как раз вовремя.

Чеслав медленно тянул носом воздух, одновременно расправляя плечи и приподнимая голову. В желтых глазах плескалось пламя, но смотрели они прямо и твердо, будто беря что-то на прицел. Если бы в руке у рыжего вдруг появился пистолет, Анри бы не удивился.

Но во что он целиться? Неужели собирается атаковать волну, огромную массу воды, но как, как??

Оборотень резко выдохнул. Тело его на какую-то долю секунды словно стало размытым, а потом мощный столб желтого пламени ударил прямо из него, устремляясь к волне. Анри приоткрыл рот.

Никого по сторонам эта вспышка силы не задевала, удар был четким и целенаправленным, но впечатление производил. Сила исходила не из какой-то точки на теле Чеслава – он сам, весь целиком, был ее проводником, и она била с силой хорошего огнемета, устремляясь точно к массе воды. Ни сам молодой маг, ни кто-то из его окружения почти и не удивились, увидев, как в волне образуется дыра, пробитая зарядом пламени. Плохо было то, что не взирая на дыру, волна не собиралась останавливаться. Она продолжала накатывать, нависать над остатками судна, грозя вот-вот рухнуть и, чудилось, вспышка силы Чеслава лишь подстегивает ее.

Странно, но Анри не допустил и мысли о предательстве оборотня. Не настолько тот глуп, чтобы обрушивать себе на голову многотонную водную массу. Нет, он не ожидал подобного эффекта сам и сейчас, должно быть, попытается как-то исправить…

Оборотень согнулся со стоном, переходящим в шипение и прижал руку к груди. Выплеск силы не пощадил и обладателя этой силы – судя по искаженному лицу, ему было больнее, чем прежде.

Анхель, взволнованный за друга, бросился к нему, торопливо поддерживая. Адриан сделал шаг вперед, но сжал губы и остался на месте, сосредотачиваясь на колдовстве.

Анри, продолжая держать левую руку вскинутой, продолжая попытки договориться с ветром, вытянул правую в сторону цунами, надеясь суметь остановить его.

Снова навалилась тяжесть. Стихия давила, напирала и молодой маг всерьез опасался, что не справится.

- Анри, нет! – коснулся слуха испуганный вскрик деда, а следом за ним раздался жутки треск.

Потом пришла боль. Адская боль, разливающаяся от костей сломанного запястья вверх по руке, и вниз к пальцам. Анри закричал, роняя руку, судорожно прижимая ее к себе. Анхель, отпустив Чеслава, бросился к нему. Оборотень, сам кажущийся обеспокоенным, шагнул следом за альбиносом.

Ада и Марк, оба испуганные, метнулись к брату. Девушке преградил дорогу перепуганный Адриан, спешно оттесняя ее; Марка оттащил за ворот Роман.

Волна обрушилась на остатки брига всей своей мощью, разнося судно в щепки и меняя местами небо и землю. Анри не видел, что происходит с родными и друзьями, не слышал ничьих криков – он на время ослеп и оглох, а дышать мешала вода.

В какой-то миг, правда, сознание прояснилось, и парень осознал себя находящимся в то ли водной трубе, то ли шаре, но потом свет вновь померк.

Глава 16

Мягкие волны накатывали на песчаный берег. Закатное солнце окрашивало их в золотисто-оранжевый цвет, а пузырьки пены казались золотыми монетами. На песке, подобрав под себя ноги, сидел человек с белыми волосами и бездумно смотрел на воду.

От шторма не осталось и следы, волны казались ласковыми и нежными, и сейчас трудно было вообразить, что еще недавно одна из них сумела разбить в щепки целый корабль.

На берегу человек находился один. Где его спутники и друзья, он не знал, что предпринимать теперь – не представлял. Наверное, стоило подняться и пойти куда-то, но он понятия не имел, куда. Поэтому продолжал сидеть и смотреть на воду в отчаянной надежде увидеть…

Среди золотистых пенных гребней вдруг мелькнуло особенно яркое пятно, и человек насторожился. Вода, даже окрашенная закатом, не бывает до такой степени рыжей, значит… значит…

Слуха коснулся чей-то надсадный кашель. Из вод вынырнула фигура с ярко-рыжей шевелюрой и, кое-как продвигаясь с помощью волны вперед, упала на колени на прибрежной гальке.

Несколько секунд человек смотрел, как выживший, цепляясь руками и ногами, отчаянно кашляя, выползает из воды. Потом вскочил и бросился ему на помощь.

Спустя несколько минут рыжий, дрожа от холода в мокрой одежде, сидел на берегу и тяжело, надсадно дышал, приходя в себя. Беловолосый замер рядом, не зная, чем еще помочь.

- Проклятье… - наконец, выдавил рыжий, - Где остальные?

Собеседник неопределенно повел головой.

- Я не знаю, Чес. После того, как меня вышвырнуло за борт, я потерял связь с миром. Пока сидел, чудились какие-то голоса оттуда… - он мотнул головой на тропический лес за спиной и вздохнул, - Но ручаться не могу.

- Сумасшедший мир, - Чеслав, дрожа, обхватил себя руками, - По пути из Франции в Англию нет, черт бы их побрал, тропиков! Куда нас вынесло, Ан?

Анхель развел руками и тяжело вздохнул.

- Здесь нет указателей. Я даже не уверен, что остальных… Ты не заметил, что случилось с Анри?

- Анри! – Чеслав на мгновение скривился, но тотчас же устало покачал головой, - Не знаю, я не знаю, Анхель… Что-то произошло – это верно, но что… Парень пытался остановить волну. Вытянул руку в ее сторону, мастер пытался остановить его – в высшей степени разумный поступок! Я слышал, как сломались его кости. Потом накатила волна, и когда меня вышвыривало за борт или просто прибивало к палубе, я успел заметить, что Анри волна как будто… бережет. Он был без сознания, но вода держала его, не топила. Куда-то несла… Потом я отключился и пришел в себя уже в виду берега. И, раз уж зашла речь, – ты не видел Адриана?

Ворас на секунду сжал губы и, подняв голову, подставил лицо закатному солнцу. Потянул носом свежий воздух с моря и, наконец, пожал плечами.

- Видеть не видел. Но, кажется, голос, который я слышал, принадлежал ему. Не могу быть уверен, но мне почудилось, он зовет Аделайн…

- Кстати, о девочке, - Чеслав немного согрелся и перестал дрожать. Он повернулся к собеседнику и с любопытством вгляделся в него.

- Я видел, как ты смотрел на нее тогда, на бриге… Ты влюбился, Ан?

Альбинос на секунду замер, глядя в желтые глаза друга, потом невесело улыбнулся.

- Какая разница? Я слишком стар для нее, Чес. К тому же, она любит твоего ученика.

Рыжий слегка повел плечами, прогоняя остатки озноба и тоже посмотрел на заходящее солнце. Прищурился и дьявольски улыбнулся.

- Когда разница в возрасте мешала мужчине увести девушку у мальчика? Брось, Ан. Если Ада нравится тебе – действуй! Мне будет жаль моего ученика, но ты мне ближе.

Анхель не ответил. Оборотень, помолчав немного, неожиданно поднялся на ноги.

- Ладно, пошли искать прочих. Не то, чтобы я очень скучаю по ним, но без Антуана местного мастера нам не одолеть. А его атаки мне очень не нравятся, должен признать. Сил у этого мальчишки изрядно.

- Почему – мальчишки? – ворас тоже поднялся на ноги и слегка пожал плечами, - Ты же не знаешь, какого он возраста.

Чес хмыкнул, окидывая долгим взглядом гущу тропического леса впереди.

- Не думаю, чтобы он был старше Антуана, Ан. А если он появился одновременно с созданием этого мира – он и вовсе ребенок, едва ли старше Анри, - рыжий внезапно помрачнел и голос его зазвучал тише, - Я почти уверен, что волну послал мастер. Более того – мне кажется, атака была направлена на Анри. И она, похоже, увенчалась успехом…

- Что ты имеешь в виду?

Оборотень промолчал, разглядывая песчаный пляж, в котором вязли ноги, полосу прибоя и темнеющую чащу впереди. В чаще выделялись тропические растения, кое-где проглядывали даже лианы, и не имелось ни одной привычной взгляду елки.

Взгляд скользил вдоль берега. Мысли уже отвлеклись от интересующего Анхеля вопроса, и теперь Чеслав вновь прикидывал, где могут быть их спутники. Особенно его беспокоило место нахождения Адриана, за которого он, учитель, ощущал некоторую ответственность. В конце концов, Адриана он спас! Он назвал его своим сыном и считал таковым, сколько бы мальчишка не отнекивался! Но во время шторма среагировал не так, как следовало, шагнул к Анри, не понимая, что происходит с тем, забыл про своего ученика!.. Что-то с ним теперь, где он…

Взгляд остановился на темной куче поодаль, и оборотень нахмурился. Каковы шансы, что кроме их корабля в этих водах потерпел крушение еще какой-то и теперь он видит незнакомца?

- Ан, - Чес сделал знак другу следовать за собой и, увязая в песке, направился к «куче». Мелькнуло удивленное осознание, что во время бури с него даже сапоги не сорвало, да и вообще одежда сохранилась довольно неплохо. Вымокла разве что, но все-таки и рубаха, и штаны остались целыми. Да и Анхель, он заметил, выглядит неплохо – все в той же белой рубашке, черных штанах и дорогих ботинках. Как будто и не пережили они бурю, как будто просто под дождь попали. Как будто кто-то о них позаботился…

Они приблизились к лежащему ничком человеку. Чеслав замер. Своих врагов или тех, кого прежде относил к этой категории, он успел выучить достаточно хорошо, поэтому этого человека узнал даже со спины.

Анхель, подойдя следом, остановился, не говоря ни слова. Он, конечно, тоже узнал старого врага.

На мгновение Чеслав смешался. Что делать, как поступить? Этого человека он ненавидел больше тысячи лет, его он мечтал убить… и от него же сейчас ждал помощи. Более того – от него помощь он фактически получил.

Он склонился и, ухватив мужчину за плечо, рывком перевернул его.

- Венсен!

Винсент закашлялся, сплевывая песок и с хрипом втягивая воздух. Несколько секунд он определенно не понимал, что происходит, и кто с ним разговаривает, потом рывком сел, высвобождаясь из рук рыжего.

- Вы… вы двое… - хрипло выдавил он. Ворас вздохнул и, подойдя, присел рядом с мужчиной на корточки.

- Да, Венсен, это мы. Где остальные, пока не знаем. Придется продолжать поиски втроем.

- Если он, конечно, в состоянии, - оборотень наигранно вздохнул, - А то, быть может, милосерднее пристрелить…

Хранитель памяти оскалился, поднимая голову и устремляя на шутника долгий, тяжелый взгляд. Этим взглядом можно было давить камни.

- Кажется, ты не вооружен, оборотень, - процедил он, - А порох в воде в любом бы случае отсырел. Помогите мне встать!

Чес быстро покосился на названного брата и, не встретив в том возражения, подхватил хранителя памяти слева. Анхель, в свой черед, ухватил его справа и вдвоем они легко поставили крепкого мужчину на ноги.

Винсент выпрямился, высвобождаясь из их рук и, охнув, согнулся, хватаясь за правое колено. В свете заката лицо его стало казаться красным.

Оборотень нахмурился. Прекрасно, не хватает еще потерять союзника, едва обретя его…

- Что с тобой?

- Колено выбило, - Винс, тяжело дыша, выпрямился, стараясь встать увереннее, - Я, кажется, о какую-то часть борта саданулся…

Чеслав хотел бросить что-то язвительное, но промолчал. В голове сполохами возникали воспоминания о том, как его самого вышвырнуло с брига. Или с того, что осталось от брига.

Тоже было много дерева вокруг, причем дерева с острыми, обломанными краями и даже, кажется, один из таких обломков крепко приложился к его спине. Во всяком случае, то, что оборотень ненадолго отключился, сомнений не вызывало.

Венсен тоже пострадал. А вот Анхель…

- Как тебе удалось остаться невредимым, Ан?

Ворас неопределенно повел плечом. Рыжему подумалось, что отвечать названный брат не хочет.

- Во мне твоя кровь, Чес. Кровь оборотня. Я… не говорил, даже тебе. Но, понимаешь… Пауков ведь существует множество разных видов. И я…

- Поправь, если ошибусь, Мактиере, - вклинился Винсент, - Благодаря крови оборотня ты способен перевоплощаться не в один вид пауков, а во все возможные. Полагаю, в момент крушения ты стал водным пауком, не знаю названия, и спокойно добрался до берега. Так?

Анхель послал вечному неприятелю долгий, пронизывающий взгляд. Чеславу, наблюдающему противостояние со стороны, даже на мгновение стало зябко.

- Все-таки таких догадливых, как ты, Венсен, в живых не оставляют… - медленно проговорил альбинос, - Ты, я смотрю, знаешь слишком много.

Хранитель памяти спокойно пожал плечами и, склонившись, вновь потер колено.

- Много, но не все. Я, например, не знаю, где ты сорвал голос.

Тут уже в разговор вмешался Чеслав. Он знал, что названному брату неприятно вспоминать некоторые аспекты прошлого.

- Это давняя история, которая не имеет отношения к происходящему. Ты…

- А еще я не знаю, - слегка повысил голос Венсен, - Где нам искать остальных. Кто-нибудь из вас видел что-нибудь или, может, слышал?

Ворас отвернулся, определенно не желая отвечать. Чес вздохнул и, похлопав друга по плечу, предпочел поставить союзника в известность сам.

- Анхель, сидя на берегу, слышал голоса позади. Во всяком случае… ему казалось, что он слышал, - рыжий на мгновение примолк и продолжил на тон ниже, - Возможно, звучал и голос Адриана.

Проницательный ла Бошер прищурился, изучая его пытливым взглядом. Влажные волосы мужчины, растрепавшиеся во время шторма, свисали неопрятными прядями, одежда оказалась выпачкана в песке, а местами и порвана, и Винсент казался дикарем. Что ж, дикий тропический лес за спиной и пустынный пляж вокруг ему вполне соответствовали. Как и красноватый свет медленно погружающегося за горизонт солнца.

Чеслав внезапно подумал, что местный мастер мог изменить и ход времени в своем мире. Не исключено, что в нормальной реальности солнце встает или висит в зените. Да и закат здесь длится как-то долго.

- Ты за него беспокоишься?

Погруженный в свои мысли оборотень даже не сразу сообразил, о ком его спрашивают. И только увидев внимательный взгляд карих глаз Венсена, понял, что речь идет об Адриане.

Спорить или скрывать истину он не стал, просто кивнул.

- Не думал, что ты способен к кому-то привязаться.

Чес быстро прищурился, посылая собеседнику почти издевательский взгляд.

- Ты был привязан к Рейниру?

Венсен усмехнулся.

- Был. Как и он ко мне. И я знаю, что Адриан ценит и уважает тебя… как ты сумел этого добиться?

Оборотень неопределенно повел правым плечом и не стал отвечать. Собственно, он и не знал, что сказать. Что спас Адриану жизнь, избавил от проклятия? Собеседник напомнит, что проклятие он когда-то наслал сам и будет абсолютно прав. Что считает Адриана сыном? Он-то считает, но вот сам парень категорически отрицает подобное отношение.

Иногда Чеслав тоже задумывался над вопросом привязанности к нему Адриана. Он ведь ничего не сделал для этого! Просто подсказал когда-то мальчишке ознакомиться с его записями, и был очень удивлен, когда подросший Адриан вдруг появился в темнице его памяти. Кажется, мальчишка тоже не ожидал такого – поначалу он явно боялся оборотня, но потом… Чес как сейчас помнил этот наивный, испуганный вопрос – «А вы могли бы научить меня?». Он не помнил, чему конкретно требовалось научить тогда мальчишку, но помнил, что согласился.

Так Адриан стал его учеником. Так они начали плотно общаться, регулярно изучая основы магии, и так Чеслав сам привязался к юноше. Он воспитывал его на свой лад, и считал, что имеет право называть его сыном. Правда, видя, что ученику это не слишком приятно, никогда не настаивал и не навязывал своих родительских чувств.

Объективно, Чеслав полагал себя довольно строгим учителем. Строгим, требовательным, быть может, иногда даже жестоким… Как, например, когда он обучал названного сына бытию волка. Он хотел вырастить из мальчишки ловкого и умелого оборотня, и заставлял его менять облик по несколько раз подряд, а порою еще и пытаться колдовать в облике волка. Адриан злился, рычал, но послушно повторял урок раз за разом и, наконец, добивался успеха.

Хочется верить, что сейчас обретенные знания помогут ему… Волк выживет в лесу, пусть даже это тропический лес.

- Идем, - бросил рыжий, отворачиваясь от хранителя памяти, - Надо посмотреть, откуда слышал Ан те голоса. Может, найдем следы.

Анхель, встрепенувшись, нахмурился и слегка покачал головой.

- Чес… это же могло и…

- Могло, - оборвал его названный брат, - Но это наша единственная зацепка, поэтому стоит проверить.

Он быстро облизал губы, слизывая с них морскую соль. Что еще он мог сказать? Ану могло и послышаться, да. Но он все-таки уповал на то, что названный брат не ошибся. К тому же, был еще один момент, беспокоящий оборотня.

- Венсен, - он оглянулся через плечо, - Ты заметил, что случилось с Анри?

На этот раз мужчина насторожился. Речь зашла о человеке, более близком ему, чем Чеславу, и хранитель памяти заметно забеспокоился.

- Ты о чем? Я видел, он вытянул руку, пытался остановить волну… Слышал, как крикнул Альберт…

- Антуан опоздал, - жестко бросил Чеслав, - Волна была призвана силой местного мастера, в этом нет сомнений. Молодой наследник слаб рядом с этой силой, я видел, как сломалась его рука… Но потом волна будто подхватила его, и парень исчез. Есть основания подозревать, что его призвал к себе мастер. И, если это так… - оборотень куснул себя за губу, - Если это так, то, возможно, местный повелитель каким-то образом связан и с Антуаном. Иначе бы он не похитил его внука.

***

Роман бросил камешек в воду, не пытаясь заставить его попрыгать. Просто хотел чем-то занять руки.

Вокруг царила тропическая жара, от которой хотелось спастись, прыгнув в воду, но он не делал этого. Сидел в подсохшей одежде на просторном берегу и ловил мельчайшие дуновения свежего ветерка с моря. Или это океан?..

Сзади наползал угрожающей темно-зеленой громадой лес. Кажется, тропический, хотя в такие детали Роман не вникал. И без того тошно.

Подошел брат, тихо присел рядом и, вздохнув, коснулся его плеча.

- Когда мы были в прошлом, помнишь? – негромко заговорил он, - Мы думали, что стоит найти дядю – и все наладится. Все станет ясно и понятно…

- Но сейчас дядя здесь! – виконт скрипнул зубами и швырнул еще один камешек в воду, - Дядя здесь, и даже Марк здесь! Но, Луи… После того, что рассказал дядя насчет Анри… Кто его мог утащить?

Людовик пожал плечами и перевел взгляд на море.

- Кто его знает. Кому-то наш племянник сильно понравился… Вообще, я бы не за Анри сейчас волновался.

Роман, выпадая из несвойственной ему меланхолии, удивленно вгляделся в брата. Кого тот подразумевает, парень не понимал.

- Чарли, - Луи не смотрел на него, но ответил на невысказанный вопрос, - С ним и без того чертовщина какая-то, в которой мы не разобрались, представляешь, что он может устроить, оставшись один?

Виконт фыркнул. Насчет Чарли особенного волнения он не испытывал, и даже находил ситуацию забавной.

- Что-что, беспредельничать опять начнет! Бешеный дорвался до мира, где пиратство практически в чести, ух, он устро-оит здесь! – Роман азартно потер руки, - Украдет где-нибудь корабль и опять… В общем, закончим с делами – пойдем ловить буйного пирата. Иначе его в нормальный мир не заберешь.

- Если нам вообще позволят забрать его, - безрадостно отозвался Людовик, - Серьезно, Роман, мне не нравится, что происходит с Чарли. Ты видел, что пытался сделать Чес?

Ответил ему вовсе не брат, а неожиданно выскользнувший из ветвей позади племянник. Марк, пойдя характером в дядюшку Романа, любил подкрадываться и влезать с комментариями, которых никто не ждал.

- Этот шакалий выродок пытался на него магию дыхания навести, я-то знаю! Он с Анри тоже такую фигню делал, только Анри сумел…

- Марк, - Людовик демонстративно потер переносицу, - Клянусь, я нажалуюсь на тебя дя… деду. Пусть повоспитывает. Нельзя же так подкрадываться!

- Но, дядя…

- А что, Луи прав, - взял слово Роман, - У меня аж чуть инфаркт не случи… Погоди-ка, парень. Ты же у нас провидец, а? Может, посмотришь, что там с Анри, где он…

Марк заметно поскучнел. Он запустил руку в свои буйные черные кудри, так похожие на дядины, только более короткие и слегка подергал себя за них. Потом вздохнул, опуская голову.

- Да я пытался уже… Не знаю, странное что-то – как будто меня кто-то блочит! Не пускает.

- Прр, - Луи потряс головой, - Тебя? Его родного брата?? Кто и как может тебя не пускать, Марк?

Племянник развел руками.

- Да я без понятия, дядя. Дед тоже говорит, что родственная связь должна помочь мне что-то увидеть, но… Может, тут дело в том, что мы с Анри в последнее время не были слишком близки? – юноша пожал плечами и тут же оживился, - А вот Аду я видел! Они с Адрианом пробираются через какие-то заросли, Адри звал кого-то… или просто кричал, типа «ау, люди» и все в таком духе.

Роман с интересом оглянулся на лес и указал на него же большим пальцем.

- Эти заросли?

- Не, те какие-то чужие, незнакомые… - Марк почесал нос, - Хотя, по ходу, тоже где-то в тропиках. Жарко там у них, Ада пот со лба вытирала.

- У нас тоже не холодно, - ввернул Людовик и демонстративно помахав на себя рукой, поинтересовался, - Что там твой дед делает? Шалашик из тропических кустиков строит?

Юноша хмыкнул. Подобный тон беседы всегда был ему чрезвычайно близок – в конце концов, воспитывал его не кто-нибудь, а сам дядя Роман. Сейчас, правда, виконт не был слишком предрасположен шутить, но легкий тон беседы старался выдерживать.

- Дед развалины какие-то нашел! – жизнерадостно заявил Марк, - Кстати, он просил меня позвать вас. Я просто…

- Да чего уж там, - Роман с демонстративным кряхтением поднялся на ноги, - Тут беседы куда как интереснее всякой археологии. Хотя, если он нашел клад, это меняет дело.

- Хочешь дать мастеру номер два взятку? – заинтересовался Луи, - А что, это мысль! Интересно, сколько он стоит и хватит ли клада? А то ж себе тоже хочется что-то оставить.

- Хочешь мотоцикл купить? – каверзно осведомился племянник. Он, как и все в замке, давно знал о безответной любви Людовика к двухколесному транспорту, а также то, что завести себе такой ему не разрешает Ричард.

Молодой маг не стал ни обижаться, ни спорить. Людовик вообще обладал довольно легким характером, полностью соответствуя в этом брату. Тот, совершенно довольный таким раскладом, вовсю пользовался склонностью младшего к шуткам, и вдвоем они частенько сводили с ума родных.

- Надо ж пользоваться, пока дяди Рика рядом нет! – жизнерадостно заявил Луи, и внезапно задумался, - Интересно, а в джунглях где-нибудь мотоциклы продают? А то обидно будет упустить такой шанс…

- Людовик! Роман! Марк!

Оклик из чащи заставил молодого мага слегка поникнуть и, понурившись, подняться на ноги. Во время отсутствия строгого дяди Ричарда пальму первенства перехватывал не менее строгий дядя Альберт. От кого из двух ожидать большего воспитательного пыла, не знал ни молодой маг, ни виконт. Марк этого, конечно, тоже не знал, зато прекрасно понимал, что его любимый дед будет скорее баловать. Да и тяги к мотоциклам юный провидец не испытывал.

Роман вскочил на ноги легко и бодро, будто и не сидел только что, уныло бросая в воду камешки. Он же и направился первым к тропическим зарослям, размахивая руками и рассуждая на ходу:

- Как будто в средние века живем! Можно было культурно позвонить, сообщение послать, а не орать, пугая птичек!

Луи, догнавший брата, с любопытством вгляделся в него.

- Хочешь сказать, после шторма сохранил телефон?

Виконт, действительно утративший в битве с волнами ставшее привычным средство связи, недовольно фыркнул.

- Это не оправдание! Он великий маг, вот пусть и придумает…

Он как раз подошел к опушке леса. Одна из гибких ветвей неизвестного дерева вдруг изогнулась и легонько хлестнула парня по затылку. Лиана, расплетшись, обратилась лассо и, обхватив виконта вокруг талии, дернула вперед.

Молодой человек только рот открыл от негодования. Брат, ухмыляясь, поспешил за ним и, сунув руку в карман, извлек из него немного влажный эспандер, с удовольствием сжимая. Племянник спешил следом, пряча улыбку и явно не решаясь провоцировать великого деда.

Роман упирался, как норовистый бычок, предпринял несколько попыток порвать лиану и, наконец, убедившись, что его решили тащить волоком, возмутился.

- Да иду я уже, иду! – от громкого возгласа несколько тропических птиц сорвались с веток и с негодующими криками захлопали крыльями. По стволу ближайшего дерева пробежали вниз и вверх несколько пауков.

Людовик, успевший их заметить, насторожился. Шутки мгновенно вымело из головы парня – сосредоточенный и серьезный, он с подозрением вгляделся в членистоногих. Он прибавил шагу, обгоняя брата и, выскочив на небольшую полянку первым, вгляделся в находящегося там мужчину.

- Дядя… - говорил молодой маг неспешно, даже где-то осторожно. Собеседник мигом насторожился, всматриваясь в него.

- Кажется, кто-то говорил, что в этом мире много ворасов… - продолжил Людовик, - Я вот что подумал… Помнишь ритуал, который Чеслав и Анхель пытались провести на крыше башни? Ну, после которого Чес меня едва не убил?

- Такое не забывается, - буркнул Роман, выходя из леса за спиной брата. Дядя обоих молодых людей заметно помрачнел.

- Разумеется, я помню, Луи. Но к чему ты…

- А если в этом мире кто-то провел такой ритуал, и он удался? – парень сжал руки в кулаки, - Вы не подумайте, я не то, чтобы параноик… Но вокруг как-то очень много пауков.

- Ты полагаешь, эти пауки наделены разумом? – великий мастер нахмурился, - Что каждый из них может стать человеком?

Марк, выскочивший из-за спины дяди Романа, медленно перевел взгляд с деда на второго из своих дядюшек. Потом поднял руку, как школьник на уроке.

- А ворасы, они только и умеют, что пауками становиться? – осторожно уточнил он, - Или они… ну, типа, как Анхель – заклинатели?

Альберт, который, в общем-то, обучал племянника и объяснял ему все, что касается ворасов в целом, и отдельно взятого Анхеля в частности, не сдержал вздоха. Роман негромко хмыкнул. Он знал, что племянник столь же непоседлив, как он сам, и даже испытывал гордость по этому поводу. Тем более, что сам виконт тоже не был в курсе темы и объяснения услышать хотел.

- Способности заклинателя не врожденные, Марк, они воспитываются, - менторским тоном завел великий мастер, - У Анхеля было больше полутора тысяч лет, чтобы развить их, и он…

- Да-да-да! – юноша невежливо перебил деда, - Но что это значит? Вокруг нас может образоваться армия тварей, которые что-то там в себе развили?

Альберт призадумался. Племянники его молчали, переглядываясь. Роман внезапно пожалел, что потерял во время шторма меч. Марк, кстати, свою шпагу тоже утратил.

- Не думаю, чтобы на нас устроили нападение, - наконец, подал голос Людовик, - Собственно, нападение на нас уже совершили – потопили корабль! Ворасы, помнится, ценнее всего как шпионы. Думаю, за нами… не то, чтобы следят. Но присматривают.

- Но кто? – Марк гневно топнул ногой, - Я могу почувствовать, если кто-то следит… ну, как я. Но я не могу понять, если кто-то сидит на дереве и слушает!

Дед юного провидца мягко улыбнулся ему и слегка вздохнул.

- Я не думаю, что есть большой смысл переживать из-за слежки, которой, вполне вероятно, и нет. Это лишь предположение Людовика, давайте не будем углубляться в паранойю. Сейчас не время для этого. Взгляните.

Он шагнул в сторону и картинным жестом указал на развалины за своей спиной. Они не были велики, даже напротив – всего несколько уложенных друг на друга камней, да валяющиеся между ними осколки. Но внимательному Роману и это не понравилось.

Он шагнул ближе, вгляделся в торчащие обломки, определенно слегка закругляющиеся и стремящиеся образовать геометрическую фигуру и мотнул головой. Черные волосы его взметнулись, на миг скрывая лицо виконта от соратников.

- Это похоже… - медленно проговорил, наконец, парень, - На то каменное колечко, через которое мы пришли сюда. Так?

Мастер кивнул. Луи, увидевший этот кивок, нахмурился, тоже подходя к развалинам.

- Поправь меня, дядя… Но значит ли это, что здесь прежде находился портал?

Альберт кивнул.

- И кто-то очень не хотел, чтобы его использовали. Странно это. В этом мире вообще все стало очень странно, но это… Раньше здесь просто не было такого количества порталов. Их кто-то создавал, открывал… зачем? Чтобы уничтожить?

Марк внезапно вновь поднял руку.

- Я знаю, зачем, - негромко проговорил он, - Вурдалаки. Кто-то же высказал предположение, что они пришли из этого мира, надо было как-то отправить их… Но зачем разрушать портал?

- Чтобы они не вернулись обратно, - мастер пожал плечами и, склонившись, скользнул кончиками пальцев по одному из торчащих обломков, - Или… тот, кто отправлял, знал, что они не вернутся.

Глава 17

Холодный ветер пах солью и болотом, и Чарли это не нравилось. Таких запахов он не помнил в этой области… насколько вообще помнил саму область.

Что с ним произошло, как снова очутился в этом мире, отважный капитан не знал и почему-то не очень хотел гадать. Чудилось, что разгадка принесет вместо ответа новые загадки, новые неприятности, а этого моряк не хотел. Ему и так думалось, что доставляет друзьям слишком много проблем, убеждаться в этом желания не возникало.

- Так что это? – знакомый голос, настойчиво требующий ответа, отвлек от размышлений. Чарли вздохнул, поворачиваясь к вопрошающему.

- Остров это, Вик. Одинокий остров в океане, дохлую медузу мне в ноздри! Думаю, еще и необитаемый.

- Это не доказано, - еще один спутник капитана, полулежащий на песке, мрачно улыбнулся, - Не исключено, что он населен какими-нибудь местными дикарями, настолько дикими, что они способны опуститься до людоедства…

Бешеный всем корпусом повернулся ко второму собеседнику.

- Ты меня запугиваешь, что ли, волк? Вы двое бессмертны, а вот я… - он криво улыбнулся, - А я и без шпаги дам прикурить дикарям. Капитан Бешеный не знает трусости!

Ричард, валяющийся на песке, слегка вздохнул, запрокидывая голову и устремляя на бесстрашного капитана на редкость тяжелый взгляд. Весь он столько, сколько хотелось баронету – и от Чарли бы осталось мокрое место.

- Нам бы тебя опасаться, Чарли. Мы же до сих пор не знаем, что с тобой и как…

- Я не собираюсь вас убивать, - процедил Бешеный, - По крайней мере, пока вы окончательно меня не взбесите. Шторм улегся, море спокойно, что твоя лужа, а у нас даже фелюги подходящей нет! Ненавижу быть беспомощным.

Виктор де Нормонд, усевшийся рядом с Ричардом по-турецки, негромко хмыкнул. Чарльзу почудилась насмешка в этом звуке, и потребовалось приложить усилия, чтобы не взорваться.

- Этого никто не любит, Чарли, - заметил граф и, облизав губы, утер пот со лба, - Проклятье… Здесь жарко, как в аду.

- Это и есть ад, - тоскливо отозвался оборотень, - И мы обречены жариться здесь вечность. Вот знаешь, доселе я никогда не досадовал, что бессмертен.

Вик пожал плечами и кивнул. Он, наверное, тоже никогда не досадовал на свое бессмертие до этого дня.

Чарли поморщился и отвернулся. Хорошо им, этим двоим, ныть! Оба бессмертны, у обоих есть вполне реальные шансы выбраться с этого островка… А вот ему без еды и воды долго нельзя. Истощение приведет к тому, что два придурка благородного происхождения останутся без командира, и тогда, как пить дать, пропадут. Ну, и самому умирать не очень хочется.

- Хорош валяться, - он повернулся к спутникам, - Надо обшарить островок на предмет пресной воды. Или, камбалу сушеную мне за пазуху, изжаримся за милую душу! Тем более, под деревьями мы найдем тень.

Друзья переглянулись. Чарли знал, что прав и говорил уверенно, поэтому совершенно не удивился, когда баронет и граф принялись подниматься на ноги. Более того – он знал, как опасно в этой ситуации поддаваться желанию немного отдохнуть. Разморит на солнышке – и привет. Проснешься в чьем-нибудь желудке.

- Да, кстати, - вспомнив о пропитании, Бешеный оживился, - Оружия у нас нет – это плохо. Но с нами волк… Ты ведь сможешь задрать оленя, Рик?

- Я пацифист, - буркнул Лэрд и тут же поморщился, - Да и оленя того найти еще надо.

- Жрать захочешь – и побоку твой пацифизм, - невозмутимо отозвался Чарли, - Ладно, что уж там. Пошли посмотрим, чем островок нас порадует.

Виктор со вздохом кивнул. Графу, вне всякого сомнения, не слишком-то хотелось идти вглубь острова, быть может, он даже опасался. Может, не без причины?

Капитан насторожился. Стрелянный воробей, он знал, когда можно начинать подозревать даже близких соратников. Сейчас, по его мнению, момент был подходящий.

- Чего ты боишься, граф?

Вик резко оглянулся через плечо и смерил вопрошающего долгим, непонятным взглядом. Помолчал, потом вздохнул еще раз.

- Я не боюсь… Хотя нет, ты прав, я боюсь. Я понятия не имею, где Адриан и это… напрягает. Сильно.

Ричард ободряюще сжал плечо друга. Он, скорее всего, понимал его чувства – все-таки баронету Адриан приходился родным племянником. В определенном смысле даже более близким, нежели Эрик, Людовик и Роман. Хотя Чарли знал, что этих троих Рик тоже любит, причем сильно. А Луи вообще посчастливилось у него в любимчиках ходить по не вполне понятной причине.

- Надо сначала свой курс определить, - буркнул Бешеный, - И понять, куда нас черти занесли. Потом уже можно и за поиски браться. Заметили, кстати? Растения-то тропические.

Ричард с Виктором переглянулись, определенно не понимая серьезности ситуации и вообще не понимая, с чего спутник заговорил о зеленых насаждениях.

- И что?

Реплика последовала от баронета, поэтому уничижающий взгляд Чарли адресовал именно ему.

- А то, салага, - процедил он, - Что курс мы держали из Франции в Англию. Ламанш, засолись он совсем! Здесь нет тропиков!

Вик, сообразив, о чем идет речь, непонимающе нахмурился и глупо заморгал. Потом отступил на шаг и окинул долгим взглядом зелень перед собой.

- Тогда где мы?

Чарли пожал плечами. Он понятия не имел, куда их занесло ураганом.

- Был бы хоть компас… - тоскливо проворчал он, - А так… Ай, была не была! Идем!

Вперед отважный моряк двинулся первым, обходя и даже слегка отталкивая своих спутников. То, что они потянуться следом, сомнений у него не вызывало.

Однако, лесок-то и вправду странный… Ни одной завалящей елки, ни осин, ни дубов – ничего, привычного взгляду! Лианы, свисающие с каких-то… баобабов, длинные пряди зеленого мха, и здоровые растения с гибкими стеблями и чем-то вроде лопуха сверху. Под ногами трава, но тоже какая-то странная – слишком мягкая, что ли. Гибкая. Пружинящая. Да черт ее знает, как определить! Главное, что сапоги в ней путаются, и это большой минус.

Тропики? Солнце-то пригревает изрядно, и растения… А вот животных не видать. Ни животных, ни птиц, будто вымерли все!

Проклятье. Хоть бы вода нашлась пресная…

Чарли отодвинул очередной «лопух» и вгляделся в темную лесную чащу. Складывалось впечатление, что оттуда сейчас должен выскочить какой-нибудь ягуар. Или повыпрыгивать дикари с копьями и в боевой раскраске и начать орать. А потом схватить их, и на костер… Кстати, хорошо, что магов с ними нет.

- Рик, - задумчиво проговорил молодой человек, дойдя в мыслях до костра, - Мне что-то такое смутно помнится, ты рассказывал, будто тебя в каком-то лохматом веке на костре собирались сжечь?

Оборотень раздраженно дернул плечом.

- В одиннадцатом веке, в Лангедоке. Да. Тебе зачем?

Бешеный широко улыбнулся.

- Просто хорошо, что у кого-то из нас уже есть подобный опыт. Если наткнемся на дикарей, можем все познать сие удовольствие.

Ричард, делающий шаг, запнулся о песок и медленно повернулся к собеседнику.

- Хреновый из тебя шутник, капитан.

- Чтобы разрядить обстановку, Романа не хватает, - поддакнул Виктор, поддерживая друга, - Но все-таки, думаю, действительно следует держаться настороже. Насчет того, что островок необитаем – просто предположение, но что на самом деле…

Чарли вздохнул и, что-то проворчав, вступил под сень тропического леса. По лицу сейчас же хлестнула какая-то гибкая зеленая ветка, и взгляд затерялся в хитросплетении лиан.

Лес производил неприятное впечатление. Чудилось, того и гляди из зарослей тропической зелени выскользнет какое-нибудь исключительно дикое животное с большими зубами, и нападет на шагающего первым капитана.

Дикарей Чарли не боялся, будучи убежден, что справится с ними. Но вот звери… с ними все как-то сложнее.

За спиной слышались шаги спутников, шорох раздвигаемых их телами ветвей и кустов. Если эту растительность, конечно, можно считать кустами.

В гуще тропических деревьев царила некоторая прохлада, но воздух все равно оставался густым. Дышать таким воздухом было трудно, его приходилось буквально заглатывать, и пират боролся с желанием вынуть шпагу и вспороть плотную воздушную подушку.

Земля пружинила под сапогами, иногда словно проминаясь, и молодой человек справедливо подозревал здесь присутствие подземных вод. Оставалось надеяться, что они пресные и где-то выбиваются на поверхность.

Что-то больно впилось в щеку, и Чарли, со злостью хлопнув по ней ладонью, стряхнул какое-то насекомое. Что это за насекомое, угадать он бы не взялся, да и не видел в этом смысла.

- Надеюсь, это не муха цеце? – мрачно пошутил оборотень за спиной. Чарльз неопределенно хмыкнул. Почему-то ему казалось, что ему яд местных насекомых не опасен.

Сообразив, что основывает эти догадки на странных событиях вокруг него, на том, как очутился здесь и том, что подселили к нему в голову, в его сознание, парень поежился. Да, хорошо было бы разобраться с тем, что происходит здесь… Если он правильно понял, Чес пытался навести на него магию, видимо, вроде той, что наводил на Анри, как ее… магия дыхания, да. И не смог. Значит, что-то с ним действительно не так, прежде такой защиты у него не было. Хочется надеяться, что это «что-то» не помешает ему выбраться с этого острова самому, и помочь выйти друзьям.

- Если умру – вам будет хуже, - мрачно заявил капитан и, почесав место укуса, отогнул очередную ветку. С губ сорвался вздох.

- Здесь бы мачете не помешал, - заметил он, - Ветки тугие, отгибать их уже руки болят, акула сожри мои потроха!

- Ты полегче в выражениях, - неожиданно встрял Виктор, - А ну, как и вправду зверюгу какую приманишь…

- Акула в джунглях? – Чарли оглянулся через плечо, насмешливо выгибая бровь и одновременно делая шаг. Сапог ушел куда-то в пустоту, а еще мгновение спустя за его отворот хлынула вода.

Капитан, ругаясь на чем свет стоит, отшатнулся назад и, цепляясь за ближайшую лиану, огляделся.

Джунгли не закончились. Но путь по дикому, густому лесу, в конечном итоге вывел их к чему-то обнадеживающему. Хотя сам Чарли затруднился бы определить это – то ли озерцо, то ли болото… Вон кувшинки на воде, и ряска кое-где видна. Хотя, конечно, местечко выглядит живописно – посверкивающая от слабых искорок света вода в окружении зеленых, сочных побегов, склоняющихся над ней. Сам водоем невелик, но, видимо, глубок. Берега обрываются куда-то в бездну, угадать вот так на вскидку, как глубоко, невозможно.

- Жаль, лота нет… - проворчал по морской привычке Бешеный. Спутники его моментально выразили недовольство его словами.

- Тут не лот нужен, а фильтр, - авторитетно заявил граф, - Из болотца пить как-то не очень тянет.

- А вариантов нет, - Ричард развел руками, - Или пить из болота, или умирать от жажды. Честно сказать, в лесу жарковато…

С этим нельзя спорить. В лесу не просто жарковато – под сочными зелеными ветвями парило, и слежавшийся, влажный воздух совершенно не давал дышать. Казалось, будто идешь сквозь толщу воды, которая при этом совершенно не утоляет жажду.

- Скажи, друг мой, а ты никогда не слышал про такую болезнь – малярия? – ехидный голос графа Виктора отвлек от мыслей. Чарли перевел заинтересованный взгляд на Ричарда. Ну, баронет, твой выход! Чем ты отобьешься?

Оказалось, оборотню есть, чем отбиваться.

- Да мне все равно, - он слегка повел плечом, - Оборотни издревле славились хорошим иммунитетом, Вик. Так что я-то могу пить безбоязненно, а вот вы…

Бешеный, чей организм давно был закален постоянными морскими путешествиями, равнодушно хмыкнул.

- Я не боюсь ключевой водицы, - заметил он, - А вот тебе, граф, не советую – не ровен час, козленочком станешь. А в обществе волка это опасно.

Вик скорчил ему непередаваемую рожу. Среди тропического леса, в игре теней и бликов от озерца, лицо его напомнило лик демона, но капитан не дал себя запугать.

- Ричард прав, - уже серьезнее продолжил он, - Другой воды может поблизости не случиться. А это озерцо, я уверен, питают подземные источники, так что… а это что такое?

Взгляд его бесцельно скользил по покрытому короткой травой берегу и, наконец, наткнулся на нечто… труднообъяснимое.

Этим труднообъяснимым являлась тонкая серебристая цепочка, влажно посверкивающая среди травы. Цепочка уходила в воду, но на берегу ни за что не крепилась.

Чарли шагнул к цепочке и, твердой рукой ухватившись за нее, потянул. Она поддалась, но с неохотой, словно бы и вправду держала нечто увесистое.

Подошли Ричард и Виктор, недоуменно хмурящиеся. Какое дать объяснение происходящему, они тоже не знали.

Капитан продолжал тянуть. Цепочка медленно выползала из глубин водоема, похожая на серебристую змею.

Виктор вдруг напрягся и нервно огляделся. Что-то в окружающей обстановке неожиданно смутило графа, что-то не понравилось ему, но что, угадать представлялось невозможным. Да и не хотел Чарли гадать в этот момент. Его дело – вытащить цепочку или то, что крепится на ней, все остальное подождет.

- Ребята… - Вик все-таки подал голос. Отвлечь, что ли, пытается? Но почему?..

- А вы уверены… как бы это сказать… в общем, что здесь безопасно?

Оборотень недоуменно воззрился на друга. Отблески водной глади, смешавшись с тенями, бросили на его лицо зеленоватую тень, придавая облику баронета аристократическую бледность.

- Местный мастер мне кажется хитроумнее, изворотливее Альберта, - Виктор вздохнул, - Может, не стоит так уж бездумно тянуть за первую попавшуюся цепочку? Кто знает, чем это может обернут…

Закончить он не успел, потому что все как раз «обернулось». Чарли, слушая спутника, продолжал вытягивать цепочку, и та неожиданно пошла легче, а потом и вовсе выскользнула почти полностью, оставаясь в руках морехода.

Вместе с ней откуда-то со дна поднялась серебристая пластина, напоминающая крышку люка. На воде она лежала так легко, будто была сделана из дерева или даже пенопласта.

Чарли, как завороженный глядя на сие явление, рефлекторно потянул за цепочку, убеждаясь, что она плотно прилажена к ручке этой «крышки». Возникло небольшое напряжение, цепочка натянулась. Бешеный легонько дернул, и натяжение исчезло.

Крышка люка распахнулась. За ней виднелась тьма, и смутно угадывались уводящие куда-то вниз ступени.

***

Адриан отогнул гибкую зеленую ветку и пропустил под ней Аду. Потом, убедившись, что девушка рядом и в безопасности, глубоко вздохнул и скользнул тоскливым взглядом по зеленой гуще перед собой.

Их окружал лес. Прекрасный зеленый лес, по всей видимости, тропический – Адриан даже узнал акацию, - уже порядком утомивший своей красотой. Воздух под тяжелыми ветвями оказался совсем даже не прохладным, а таким же тяжелым, влажным и плотным. Кожа от него мигом стала липкой, и одежда начала казаться тесной. Воды в округе не наблюдалось, но это юношу заботило мало. В конце концов, он маг и вполне способен создать стакан воды для любимой девушки! Ну, и для себя тоже.

В воздухе то и дело начинали жужжать какие-то тропические насекомые, которые во влажном климате, похоже, чувствовали себя прекрасно. Попыток нападения они пока не предпринимали, но Адриан напрягался всякий раз, заслышав звон крылышек.

Взгляд терялся среди зеленой листвы. Единственным узнаваемым растением оказалась акация, чьи корни и листья молодой оборотень часто использовал в зельях, но больше он не узнавал ничего. Какие-то лианы свисали сверху, подобные змеям; болтался зелеными прядями испанский мох, тоже как будто скрывающий опасность. Несколько раз попадались яркие цветы, которых Адриан не знал, а гадать не брался.

Тропы не было. Вместо нее ноги цепляла густая, сочная трава, тоже вполне могущая скрывать змей или еще какую-нибудь гадость.

Аделайн шла молча, лишь изредка хваталась за руку спутника, должно быть, для равновесия. Жалоб от нее Адриан не слышал, и тоже молчал, предпочитая выражать недовольство внутренне.

Наконец, он почувствовал, что больше не может. Остановился и, видя, как устало оперлась о ближайшее дерево девушка, устыдился. Идет-идет, хоть бы о девушке подумал! Она-то, небось, сильнее устала.

- Я могу обратиться, - осторожно предложил он, - Ты поедешь на моей спине.

Ада бросила на него внимательный взгляд. Она была умна и, к тому же, умела тонко чувствовать настроения своего молодого человека. Она видела, как он измучен и прекрасно понимала, что если согласиться прокатиться на спине большого волка – создаст этому волку дополнительные неудобства. В их ситуации это, пожалуй, даже опасно.

- Не стоит, - девушка вынудила себя улыбнуться и покачала головой. Длинные волосы, привычно укрывающие спину, заставляли ее изнывать от жары еще сильнее, но Аделайн ни словом не обмолвилась об этом. Хотя мысленно уже пообещала себе по возвращении подстричься наголо.

- Тебе будет тяжело, - продолжила она, - К тому же, мы не знаем, что здесь может грозить. Лучше, если ты не будешь ничем обременен, Адриан. Я в порядке, правда. Сейчас отдохну, и… жаль, здесь нет воды.

Адриан, которому представился случай проявить заботу о возлюбленной, просиял и вытянул руку в бок. Он действовал так, как учил наставник, так, как он показывал – слегка согнул пальцы, будто что-то сжимая и мысленно воззвал к наполняющей воздух влаге.

В руке возник пустой стакан. Парень не успел еще разочароваться, как вдруг в сосуд хлынула, берясь ниоткуда, струя кристально чистой воды. Ее оказалось много, даже слишком много – холодная вода, перелившись через край, как огнем обожгла его пальцы. Потребовалось приложить усилие, чтобы удержать стакан.

Кажется, у учителя это происходило иначе… Кажется, у него в стакане сразу была вода. Да, ему еще многому предстоит научиться…

Адриан осторожно пригубил, убеждаясь в том, что вода в стакане холодная, свежая и вкусная, будто только что набранная из горной реки и, улыбаясь, протянул результат своих усилий возлюбленной. Ада улыбнулась ему и, приняв стакан, с жадностью припала губами к стеклянному краю.

Она опустошила его наполовину и, переводя дыхание, протянула обратно.

- Ты тоже хочешь пить, - она говорила без тени сомнения, - Попей. Потом пойдем дальше.

Адриан послушно принял стакан и в несколько глотков опустошил его. Сразу стало легче. Воду он создал холодной, почти ледяной и в тропическом климате от нее действительно становилось прохладнее.

Дыхание влажного воздуха теперь ощущалось не так отвратительно, хотя рубашка по-прежнему липла к спине. Обоняния коснулся легкий свежий запах, пробившийся сквозь вонь сгнивших корней и сырой земли. Парню иногда чудилось, что они бродят по болотам, а не по лесу. Ноги, во всяком случае, покидали грязную жижу с характерным чавканьем.

Ада тоже заметно приободрилась. На бледных губах ее появилась тень легкой улыбке, в серых глазах зажегся огонек утраченной надежды. Определенно, девушка была готова идти дальше. Вопрос только, куда «дальше»…

- Даже не знаю, выйдем ли мы куда-нибудь, - Адриан тяжело вздохнул, - Уже ведь долго сквозь эти лианы плетемся. Однообразно здесь… Может, мне все-таки обратиться? – он послал спутнице исполненный надежды взгляд, - Волчий нос может учуять больше запахов, может вывести…

- Я бы на это не рассчитывал.

Знакомый до бешеного сердцебиения голос, вдруг прозвучавший где-то впереди, заставил юношу радостно повернуться, всматриваясь в опостылевшую зелень пристальнее.

- Учитель!

Среди зеленых ветвей и вправду как будто мелькнуло рыжее пятно. Мелькнуло и тут же пропало, забирая возникшую было надежду.

Адриан приоткрыл рот, намереваясь окликнуть наставника, уже начиная бояться, что у него просто начались слуховые галлюцинации от духоты. Но тут ветви расступились и к молодым людям вышел… не тот, кого они ожидали.

Анхель Франциск Мактиере, привычно бледный, высокий и очень аристократичный, замер на мгновение, рассматривая молодых людей перед собой. По Адриану он скользнул безучастным взглядом, а вот при виде Аделайн в глазах его что-то вспыхнуло. Юноша вмиг испытал острое желание обратиться волком и вцепиться в глотку клятому маркизу.

Ворас открыл рот, собираясь что-то сказать, подался вперед… но неожиданно остановился и ограничился вежливым, изысканным полупоклоном.

- Мадемуазель, надеюсь, с вами все в порядке? – он быстро глянул на Адриана, и едва заметно изменившимся голосом продолжил, - Рад видеть вас в добром здравии, Адриан.

Парень, сдерживая гнев, сжал кулаки и, давя улыбку, хотел ответить что-нибудь исключительно колкое и язвительное. Но в этот миг из сплетения зеленых ветвей выскользнула знакомая рыжая шевелюра, и желтые глаза послали ученику снисходительный взгляд.

Адриан расцвел. Присутствие наставника, казалось, давало залог успеха всему этому сумасшедшему путешествию.

- Учитель!

- Здравствуй, Адриан, - Чеслав говорил спокойным, размеренным тоном, будто сидел в кресле у камина, а не стоял среди тропического леса. Он окинул быстрым взглядом парня, потом девушку, потом опять посмотрел на первого и неожиданно кивнул ему снизу вверх.

- Рассказывай, - велел оборотень, - Как оказались так глубоко в тропиках, куда шли, как спасались от жары и жажды? – прочитав что-то по лицу ученика, он слегка повысил голос, - И не вздумай лгать, что не хотел пить!

Зашуршали раздвигаемые ветки. Адриан, совершенно не ожидавший, что из леса к ним выйдет кто-то еще, в немом изумлении уставился на выбирающегося из чащи мужчину.

- Дядя Винс! – этому человеку сильнее обрадовалась Ада. Юноша понимал ее. Чеслав и Анхель все-таки оставались в известной степени чужими людьми, даром, что рыжий обучал его магии, а треклятый маркиз подбивал клинья к самой девушке, - а вот Винсент ей все-таки родня. Кстати, он и ему родня, но тут уж родственные связи так запутаны, что разобраться в них просто невозможно.

- Привет, детки, - Винсент отпихнул особенно настырную ветку и, сделав большой шаг, замер рядом с Чеславом, - Адриан, тебе твой учитель вроде как вопросы задавал. Рассказывай, мне тоже послушать интересно.

Адриан глубоко вздохнул и, мельком оглянувшись на Аду, удостоверившись, что клятый ворас далеко от нее, начал каяться.

Нет, он не знает, что произошло во время шторма и куда их забросило. Он не в курсе, почему они с Адой оказались вместе. Вообще пришел в себя не на берегу, а где-то в дебрях тропического леса, рядом с любимой девушкой. Они пытались найти хоть что-то… обнадеживающее, надеялись выйти к берегу или, чем черт не шутит, к людям. От жары как спасались? Да разве ж от нее спасешься… А вот с жаждой вопрос решился просто – он же помнит уроки учителя, вот и сумел создать стакан воды! Правда… у него не совсем так получилось, как у учителя, но главное же результат!

- И как же у тебя получилось? – Чеслав, явно заинтересованный, чуть склонил голову набок. Ученик его снова вздохнул.

- Ну… я знаю, у вас в руке сразу появляется стакан, полный воды, - виновато забормотал он, - А у меня стакан появился пустой. Это потом в него откуда-то вода налилась…

- А где ты воду брал?

Винсент, покосившись на выясняющего подробности оборотня, определенно хотел что-то сказать, но в последний миг передумал. Адриану почудилось, что хранитель памяти хочет высказаться в том смысле, что для уроков сейчас не время и, в целом, был с ним абсолютно согласен… Но учителю виднее.

- Из воздуха призывал.

Рыжий потянул носом воздух и, хмыкнув, кивнул.

- Тогда понятно. Здесь концентрация влаги выше, чем обычно бывает. Наверное, вода перелилась через край?

Парень изумленно вытаращился на наставника. Откуда он может знать?..

- Слишком много воды вокруг, слишком влажный воздух, - повторил учитель, - Ты призвал ее всю, поэтому она и хлынула сплошным потоком. По идее, следовало определить границы, обозначить четко, сколько воды тебе надо. Я объясню…

- Ну, уж нет! – теперь Винс все-таки не выдержал, - Мы черти где, в необитаемом тропическом лесу, а ты тут уроки собрался проводить?! Окстись, Чес! Не время!

Анхель исторг тяжелый, виноватый вздох и развел руки в стороны.

- Он прав, Чес. Для учебы сейчас не время.

Наставник нахмурился. Налетевший порыв холодного ветра шевельнул сочные зеленые ветки над его головой. Лианы угрожающе закачались, одна из них свилась в петлю над головой Винсента. Стволы деревьев затрещали, загудели и даже земля под ногами как будто пошла ходуном.

Мактиере подошел и аккуратно коснулся плеча друга. Тот на миг прикрыл глаза и, выдохнув, успокоился. А потом вдруг согнулся, прижимая руку к середине груди и заскрипел зубами.

Адриан с беспокойством подался вперед. Он понимал, что происходит с наставником.

- Вам не стоит использовать силу…

- Адриан! – звенящий голос из-за спины заставил его недоуменно оглянуться. Что вдруг так взволновало Аду, парень не понимал – в окружении более сильных он чувствовал себя вполне защищенным.

- Не подходи к нему… - настороженно произнесла девушка, с заметной опаской глядя на Чеслава. Адриан снова удивленно повернулся к наставнику… и отшатнулся.

Фигуру Чеслава словно окутывал желтовато-красный туман, похожий на далекое зарево от костра. Анхель отступил. Винсент попятился.

Все говорило за то, что рыжий оборотень доигрался, выпуская силу и теперь она стремилась наружу вне его воли.

Как помочь, Адриан не знал. Этого не знал, наверное, никто из присутствующих, даже Анхель старался держаться от названного брата подальше. В голове теснились сумбурные мысли, душу рвало от желания оказать помощь учителю и одновременного желания защитить Аду. Девушка, знающая лишь свои линии, казалась наиболее уязвимой сейчас.

Он шагнул назад, стараясь закрывать возлюбленную собой, своим телом, и одновременно просчитывая, что может сделать, чтобы помочь учителю. Впитать его силу? Но хватит ли на это… способностей, что ли?

- Отойди, - голос Аделайн из-за спины, голос звонкий, твердый и уверенный заставил молодого человека растерянно оглянуться. Юная ведьма что-то рисовала в очерченном среди влажного воздуха синевато светящимся круге. Адриан неуверенно повел головой сначала влево, потом вправо. Что она задумала? Сошла с ума? Остановить такую бешеную мощь при помощи магии линий – да это же… это…

- Отойди, Адриан! – в звонком девичьем голосе прозвучал приказ. Адриан нахмурился. В целом, он готов был послушаться любимую девушку, сделать то, что она просит… если видел в этом смысл. Сейчас смысла он не только не видел – он подозревал, что затея Ады опасна, и отходить не собирался.

Девушку это рассердило.

- Дядя Винс! Господин маркиз! Пожалуйста, уберите его в сторону! Адриан, тебя не должно зацепить, как ты не понимаешь?!

- Но я просто…

Закончить не дал сильный рывок за ворот рубашки. Кто-то отволок его в сторону, убрал с пути юной ведьмы, и парень подумал, что прикончит этого неизвестного. Хотя какого там неизвестного! Дядя Винсент только шаг успел в его сторону сделать, вон он стоит, значит, оттащил его чертов Мактиере, этот мерзкий… этот проклятый…

Ада завершила свою магию изящным росчерком и мягким толчком ладони послала светящийся круг, полный странных закорючек, в сторону Чеслава.

Оборотень стоял, боясь пошевелиться и только сжимал кулаки, очень явственно пытаясь удержать внутри сжигающую его силу. Ученик его не сомневался – учитель понимает опасность выплеска и не желает его допускать.

Магический круг, рисунок на воздухе, поплыл в сторону рыжего. Он двигался медленно, неоправданно медленно и мастерица, наконец, не выдержав, притопнула и сильно подула в сторону рисунка, подгоняя его, как ветер распустивший паруса корабль.

Круг словно дрогнул, подался вперед… И вдруг коснулся груди напряженного Чеслава, вдруг прильнул к нему и словно растекся по всему телу. На обнаженной части рук учителя сверкнули магические узоры и тут же пропали, слившись с кожей.

Желтовато-красное, огненное свечение силы погасло. Кулаки оборотня разжались, лицо расслабилось. Взгляд желтых глаз – взгляд удивленный, даже потрясенный, - устремился к художнице.

- Что ты… сделала, девочка? – голос учителя казался хриплым, как у только что проснувшегося человека. Видимо, горящая внутри сила повлияла и на голосовые связки.

Аделайн вздохнула и покачала головой. Чтобы она не сделала, в заслугу себе это девушка определенно не ставила.

- Это не панацея, - тихо проговорила она, - Печать сдержит вашу силу на время… Но это лишь даст вам и нам фору, не более.

- Какова фора? – в разговор вмешался Анхель. Вопрос его был быстрым, даже торопливым, словно противный маркиз опасался, что через секунду Ада не захочет отвечать.

- Дня два, быть может, три, - девушка развела руками, - Ваша сила очень велика, месье Чеслав. Она слишком огромная для моих скромных умений.

Чес прижал руку к груди и глубоко вздохнул. Лицо его казалось спокойным, даже умиротворенным – должно быть, сила изнутри больше не жгла.

- Спасибо, - негромко, хрипло выговорил он, - Спасибо, что хотя бы… попыталась, Ада. Ты достойная наследница Альжбеты.

Неожиданное упоминание прабабушки Аделайн заставило Винсента насторожиться. Адриан знал причину этой настороженности – в свое время учитель склонил Альжбету ла Бошер на свою сторону, с ее помощью принес много зла… Но ведь это все в прошлом! Да и в этом мире Альжбеты как будто нет.

Впрочем, разговор учителя с Аделайн юношу не напрягал. Наставник-то поумнее своего приятеля будет, он не станет приставать к девушке настолько младше себя!

- Ада… - голос Винса отвлек его от мыслей, - Скажи-ка… а ты не можешь, мм… как бы это… нарисовать что-то вроде карты?

Девушка призадумалась, заметно робея под направленными на нее взглядами. Адриан знал, что его возлюбленная не любит повышенного внимания, что она достаточно скромна и ему это в ней очень нравилось.

Будучи сыном графа, молодой человек, конечно, получал достойное образование, завершал обучение в Высшей коммерческой школе Парижа, и планировал поступить в Сорбонну, по примеру многих наследников рода де Нормонд до него. Конечно, там он видел много современных девушек, общался с ними, но никогда и ни за что не согласился бы променять Аду на какую-нибудь из них.

Аделайн воспитывалась в лучших традициях графской семьи. Усилиями отца и матери, а также нанятых по строгому отбору гувернанток, девушку вырастили, как нежный цветок, совершенно не похожий на колючие сорняки вокруг. Конечно, Ада тоже проходила обучение в престижной частной школе Эрмитаж, и подвергалась некоторому влиянию окружающей среды. Это научило ее быть жесткой, бескомпромиссной, когда дело касалось ее интересов, но совершенно не повлияло на кроткий и скромный нрав юной дворянки.

Адриан обожал ее. Он изо всех сил старался соответствовать возлюбленной по поведению, обучался этикету, старался взрастить сам в себе будущего графа де Нормонд (хотя и понимал, что титул принадлежит Анри), и очень надеялся стать в будущем достойным супругом для своей ненаглядной.

Их любовь радовала всех обитателей замка, нравилась отцу Адриана и отцу Ады, ее одобряли более старшие родственники, и только Марк иногда высказывался против. Правда, молодые люди уже привыкли не реагировать на его придирки и насмешки.

Адриан знал, что Ада – способная колдунья. Что в магии линий она изрядно преуспела и действительно стала достойной наследницей своей прабабки. Он даже примерно знал, на что способны ее рисунки, представлял себе их, как некую схему… Но никогда не задумывался, что с помощью магии линий его девушка может указать направление. Хотя о том, что она способна запечатать рвущуюся наружу силу, он тоже не подозревал.

Аделайн опустила руку, которой держалась за подбородок, размышляя. В серых глазах ее была решимость.

- Я не картограф, дядя Винсент. Но я могу нарисовать компас, который укажет мне путь к моим братьям. Вы не знаете, что с Марком и Анри?

Адриан встрепенулся. Действительно, ведь есть более важные вопросы, нежели его глупая, неуместная ревность!

- И с отцом? – вставил он, напряженно вглядываясь в учителя, - Вы не видели его?

Чеслав сдержал вздох и подарил ученику неопределенную улыбку. В ней насмешка мешалась с виной, и угадать, что имеет в виду наставник, парень не мог.

- У тебя два отца, Адриан. Один сейчас стоит перед тобой. Виктора мы не видели, и я даже не могу предположить, где он находится и что с ним… Как не знаю и что с Анри, - учитель неожиданно нахмурился, мрачнея, - И, если, как я полагаю, шторм был призван лишь с целью похитить его… И если он сейчас в руках местного мастера… Нам стоит ждать беды. Властитель этого мира силен, даже очень силен. Я подозреваю, что он сильнее меня. Но, если он получит еще и силу Анри… - здесь рыжий вздохнул и предпочел замолчать.

Анхель покачал головой.

- Анри не пойдет на это, Чес. С чего ему помогать незнакомцу, делиться с ним силой?

- О незнакомце речь и не идет, Ан, - безрадостно бросил Чеслав, - Но что, если поделиться силой его попросит родной дед?

Глава 18

Альберт слегка пнул развалины и, хмурясь, склонился над ними. Что-то тревожило великого мага, беспокоило, царапало его, но что – понять он пока не мог.

- Дядя? – Людовик, видя состояние наставника, шагнул к нему, - Что тебя смущает?

Мастер оглянулся и кивнул племяннику.

- Подойди, Луи. Быть может, ты тоже почувствуешь…

- Почувствует что? – Роман, не в силах молчать, шагнул вперед, - Дядя, ты давай-ка, прекращай запугивать нас всех! Тут маленькие дети, между прочим.

Марк гневно фыркнул и, явно стараясь сойти за взрослого, выпятил грудь. Альберт мысленно усмехнулся. Внук его вырос довольно вспыльчивым и во многом пошел нравом в Романа, поэтому сейчас юноше определенно не хватало шпаги на поясе. Впрочем, он и без нее казался воинственным.

- Да я не о тебе, - заметивший поведение племянника виконт поспешил внести ясность, - Я про себя, вообще-то… Так что там?

Луи, успевший все-таки приблизиться и теперь со всей внимательностью приглядывающийся к развалинам, оглянулся на брата и пожал плечами.

- Черт его знает, - коротко сообщил он, - Дядя прав – тут что-то странное… Как будто это не столько проход, сколько… не знаю даже, как назвать… В общем, ощущение, что какая-то часть человека ушла туда, а какая-то осталась тут.

- Как будто была создана копия, но копия полностью самостоятельная, - кивнул великий маг, - Честно говоря, я с такой магией не сталкивался. Не знаю, что и думать.

Марк, которому очень заметно хотелось быть взрослым и участвовать в разговорах наравне со взрослыми, негромко кашлянул, потом поднял руку, как прилежный ученик.

Альберт, прекрасно знающий, что при всей безалаберности внук довольно умен и способен подмечать мелкие детали вопросительно кивнул ему снизу вверх.

Юноша откашлялся и, набрав побольше воздуху, выпалил:

- А кто этот человек?

«Взрослые» переглянулись. Вопрос парень задал вполне по существу, вот только ответа на него, увы, не находилось. Альберт, не взирая на звание великого мастера, понятия не имел, кто экспериментировал с этим проходом, и ответить затруднялся. Луи и Роман и вовсе предпочитали полагаться на знающего дядю и, кажется, даже не давали себе труда подумать.

- Я не знаю, - негромко признался маг, - Но рядом с проходом ощущаю нечто странное. Не то, чтобы тягу, нет, скорее… дежа-вю.

- Дежа-вю? – Роман недоуменно покрутил головой, - Это понимать так, что ты уже сталкивался с… чем-то таким или с тем типом, который это устроил?

Альберт развел руками, слегка мрачнея. Продолжать не хотелось. Дежа-вю, нахлынувшее на него при встрече со странным «проходом», почему-то отдавало тьмой и об этом, по мнению мастера, даже упоминать не стоило. Вокруг них и без того происходит черт знает, что, еще тьмы не хватало!

- Марк, ты можешь почувствовать Анри?

Юный провидец досадливо вздохнул.

- Я ж уже говорил, что не могу! Я только Аду с Адри видел, они по какому-то лесу пробирались.

- Ну, лес-то и у нас есть, - рассудительно заметил Людовик, - Они заметочек там на деревьях не оставили, нет?

- Подожди, Луи! – Альберт неожиданно вскинул руку, прерывая племянника и пытливо вгляделся во внука, - Марк… по какому лесу они пробирались? Такому же, как этот? Тропическому?

Роман, живо заинтересованный вопросом, ухмыльнулся.

- Дядя, тебя, никак, в отпуск потянуло? Надеешься, что тут повсюду тропики, а? Еще шезлонги, коктейли, красивые девушки в бикини…

- Вот как раз этого не надо, - недовольно отозвался его брат, - Отвлекать же будет обстановочка. Так что там с тропиками, малыш?

Марк заметно надулся. Он терпеть не мог, когда взрослые называли его по старой памяти «малышом», считал себя взрослым и самостоятельным.

- Да что с тропиками… - недовольно проворчал юноша, - Ничего с тропиками. В смысле – да, тропики, лес такой же. Но я не думаю, чтобы они где-то рядом были, если честно.

- Тропики? – заинтересовался виконт, - Или все-таки наши блудные овечки? Кстати, об овечках… Марк, а пробить Чеса ты не можешь? Где он, что он, как он… хотя последнее излишне, пожалуй.

- Не скажи, - Альберт тонко усмехнулся, - Если сила рыжего все-таки вырвется на свободу, мы понятия не имеем, какие разрушения она может здесь произвести.

Людовик безрадостно кивнул и толкнул какой-то большой зеленый лист, похожий на лопух. Лист лениво качнулся и снова вернулся на место.

- Как вы думаете, здесь змеи водятся? – мрачноватым голосом осведомился он, - Или, не знаю… пауки какие-нибудь ядовитые?

- Пауков здесь полно, - моментально среагировал Роман, - И я почти уверен, что каждый из них может вдруг превратиться в человека. Нет, ну серьезно – а если в этом мире удалось вернуть ворасов? Причем так, как планировал Чес – сделать пауков людьми? Или он не так планировал?

Великий маг в раздумье потер подбородок. Странная мысль вдруг посетила его, мысль, которой надлежало бы возникнуть много лет раньше.

- Знаешь, Роман, ты задал интересный вопрос… Что бы произошло, удайся Вилкасу ритуал? Пауки стали бы ворасами… или они стали бы людьми?

- Людьми, не способными менять облик? – Луи с интересом склонил голову набок и снова толкнул лист. Лист качнулся и по основанию его пробежал небольшой светлый паук. Молодой маг помрачнел вновь.

- Здесь они явно способны менять облик. Так что думать об этом поздно, дядя… А вообще, я слабо представляю себе наш дальнейший путь. Что делать? Искать остальных? Или все-таки пытаться понять, почему невозможно «пробить» Анри? Ох, подсказывает мне что-то, что племянничек опять влип… Надо было сюда Эрика захватить. Пусть бы сыночка повоспитывал.

Мастер, привычно не реагируя на шутки племянника, чуть нахмурился, изучая взглядом развалины, возле которых он стоял. Что-то здесь не так… И дежа-вю это… и тьма… и исчезновение Анри со всех магических радаров… Сам-то Альберт внука тоже не чувствовал, что считал, мягко говоря, странным. И неправильным. Он всегда знал, где находится любой из членов его большой семьи, мог их почувствовать, а сейчас…

- Я его вижу.

Неожиданный голос Марка заставил его взволнованно податься вперед. Неужели… неужели Марку удалось обнаружить Анри?..

- Чеслава, - продолжил юный провидец. Он стоял с закрытыми глазами, лишь слегка поводя головой из стороны в сторону.

- И дружка его, альбиноса этого… И Винса! – Марк вскинул брови, не открывая глаз, - Он, по ходу, с ними. И они все в каком-то лесу… рядом с Адри и Адой! – здесь юноша все-таки распахнул глаза, посылая деду изумленный взгляд, - Я не понимаю… Винс-то что рядом с ними забыл? Он же их вроде не любит?

Роман исторг тяжелый, почти мученический вздох, потом насмешливо пропел:

- Ах, бе-едные ове-ечки… Рядом с ними сразу и волк, и лев, и паук – кто-нибудь непременно ими поужинает! А Винса могли и не спрашивать, Марк. Подобрали его после кораблекрушения – и все, у кота уже нет выбора.

- Кстати, овечка-то всего одна, - вклинился Луи, - Адриан тоже волк.

Роман демонстративно прижал ладони к щекам.

- Бедная овечка! В смысле, племянница. Ее же там поделят на кусочки и съедят, даже не посолив! Какой ужас! Дядя! Мы можем переправить им соль?

Луи не выдержал и прыснул. Альберт позволил себе легкую улыбку. Марк, не скрываясь, хохотал в голос. Иногда шутки Роману действительно удавались и среди глупых острот проскальзывало нечто поистине забавное.

Виконт, насладившись произведенным эффектом, развел руки в стороны.

- Ну, нет так нет. Вообще, с учетом сложных родственных связей Ады я бы рекомендовал хищникам стать вегетарианцами. Кстати, Марк, а Вика рядом с сыночком ты не видел?

Альберт тяжело вздохнул. Ему хотелось ответить, хотя произносить такие слова было очень неприятно. Великий маг вообще терпеть не мог соглашаться с врагами, тем более, с Чеславом, и сейчас ощущал некоторый дискомфорт.

- У Адриана два отца, Роман, - мужчина вздохнул, - Как бы это ни было неприятно, это так. Чеслав – отец его волчьей половины, поэтому… отец рядом с Адрианом, безусловно есть. И, я думаю, будь там Виктор, Марк бы сказал.

Внук мастера безмолвно склонил голову и зачем-то потрогал пояс. До кораблекрушения на нем болталась изящная шпага из оружейной Нормонда, но во время борьбы со стихией она, конечно, потерялась. Роман, впрочем, меча тоже лишился. Людовик и вовсе не был вооружен, как и сам Альберт.

- Вика там нет, это ясно, - Луи решительно сунул руку в карман и, ко всеобщему удивлению, добыл эспандер. Как его не унесло волнами, оставалось загадкой.

- Вопрос – где он? – продолжал молодой маг, - И вообще, с нами столько народу было! Хотелось бы хоть примерно узнать… где, например, Рик? Или Чарли? Да и пиратов, наверное, по всему свету раскидало…

- Не грусти, - встрял его старший брат, - Как мы видим, весь мир здесь – один большой тропический лес. Рано или поздно все мы встретимся! Наверное. Вообще, какая у нас сейчас цель?

Марк пожал плечами. Ему почему-то почудилось, что вопрос дяди обращен к нему.

- Найти Анри?

Альберт задумчиво кивнул и облизал губы.

- Или местного мастера… Еще мне бы хотелось знать, кто же разделил свою сущность при помощи этого прохода и чем это может нам грозить.

- Найти мастера – это хорошо, - одобрил Людовик, - Только, боюсь, это не будет так уж просто – мужик наверняка шифруется. А вот его подружка Паучиха… Вполне вероятно, стоит для начала отыскать ее.

- А почему не попытаться отыскать всех остальных? – Роман недовольно всплеснул руками, - Если хочешь ловить Паучиху – проси о помощи паука. Паук же вместе с волками и овечками бродит где-то здесь, в тропиках… почему не найти их?

Луи вздохнул и, сильно сжав эспандер, открыл рот, чтобы что-то сказать… Но оказался опережен дядей.

- А карту местности ты где возьмешь? В принципе, вариант неплохой – найти остальных следует. Чем больше нас будет, тем выше шансы на успех…

Роман воодушевленно хлопнул в ладоши и тряхнул длинной шевелюрой цвета воронова крыла. Почему-то среди ясного тропического дня, среди свежей зелени и сочных красок это произвело зловещий эффект.

- Тогда колдуй, дядя! А то что, как не родной, в самом-то деле, все на чужие плечи валишь… Давай, приложи усилия! Если лес один на всех, наверняка можно его как-то… не знаю даже, уменьшить?

Альберт потер подбородок. Вера племянника в его магические способности изрядно польстила великому мастеру, и разочаровать его теперь не хотелось.

- Лес я, положим, не уменьшу… - задумчиво проговорил он, - Но я знаю, что Ада способна создать магический компас, который выведет туда, куда ей нужно. Я могу, скажем, притянуть указание стрелки к нам… Да, и думаю, лучше будет выйти на берег. Среди лиан нашим друзьям будет сложнее нас заметить.

***

Чарли остановился как раз вовремя, чтобы не задеть ногой спускающую ловушку веревку, и сделал знак спутникам тоже притормозить. Ричард и Виктор, следующие за капитаном на расстоянии шага, послушно замерли. Чарли присел на корточки, изучая веревку.

Вокруг зеленел лес. Омерзительно тропический, жаркий и душный, он словно давил своей сочной зеленью, мешая дышать. Казалось даже, что большие зеленые листья-лопухи, перевитые лианами и перемежающиеся высокими и толстыми стволами каких-то баобабов, воруют тяжелый воздух, не пропуская его к людям. Чарли хотелось рычать от бессилия, от того, что не может обрубить к чертовой матери все эти ветки, дав дорогу кислороду. Ни шпаги, ни меча у капитана не имелось – он утратил оружие во время шторма и теперь ощущал себя отвратительно беззащитным.

- Я почти уверен, что островок обитаем, - процедил он, не касаясь веревки и пытаясь проследить ее направление. Куда она ведет? Чем должна грозить незадачливым путникам?

- Вот объясни мне, капитан, - взгляд Ричарда Чарли ощущал лопатками, - За каким чертом нам переться туда, где есть эти… обитатели?

- Вдруг они дикие? – поддержал друга Вик, - Вдруг захотят принести нас в жертву… не знаю, кому, да хоть местному мастеру!

- Вот-вот, - оборотень, наверное, кивнул, - Так и смысл нам облегчать им задачу? Чарли, ты вообще меня слышишь?!

Капитан поморщился и слегка дернул плечом. Ему не нравились досужие разговоры в серьезный момент.

- Слышу, не ори. Проклятые осьминоги… Я не могу разгадать, что это за ловушка, не вижу ничего, что могло бы угрожать! Но трогать веревку не стану.

Спутники опять заговорили, на сей раз одобряя решение предводителя. Тот мимолетно улыбнулся.

По натуре капитан Чарли Бешеный был лидером, предводителем и привык к безусловному подчинению своим словам. Когда спутники пытались спорить, его это раздражало и отвлекало.

Но сейчас они согласились и поддержали его. Сейчас он получил возможность сосредоточиться на деле, не отвлекаясь на споры.

Взгляд скользнул дальше по траве. Чарли – стреляный воробей, - не сомневался, что в густой траве могут, и даже должны прятаться другие ловушки. Сам он непременно подстраховал бы одну западню другой.

Вон там… Трава вокруг растет, устремляясь кончиками к невидимому за ветками небу, а там лежит… Значит, скорее всего, набросали специально. Значит, скрывает что-то вроде волчьей ямы, куда попадать совсем не хочется.

Капитан огляделся еще раз и, разглядев в траве у своих ног какой-то камешек, взял его, чтобы кинуть в подозрительное место.

Это оказалось ошибкой.

Что-то глухо ухнуло, веревка лопнула и под ногами разверзлась пропасть. Чарли, уже начиная падать, извернулся, надеясь увидеть оставшихся на твердой земле друзей… И ужаснулся, увидев, как они отчаянно машут руками и что-то кричат, падая вместе с ним. Дыра в земле оказалась огромной, составляя, наверное, метров семь в поперечнике.

На уши словно надели шапку. Бешеный понимал, что друзья кричат, сознавал, что кричит сам, но не слышал ни звука. Снизу пахло влажной тьмой и болотом, сердце сжимал невольный страх, а в голову вдруг словно ввинтился раскаленный прут.

Чарли закричал, хватаясь за виски, ничего не слыша и лишь видя, как смыкается вокруг тьма. Он падал, сознавал, что падает и даже не пытался удержаться, понимая, что помощи ждать неоткуда. Он ждал забвения, думал, что вот-вот потеряет сознание, но продолжал падать все дальше в пахнущую болотом бездну, умирая от страха и не понимая, что случиться раньше – не выдержит сердце или взорвется от страшной боли голова.

В какой-то миг ему показалось, что падение ускорилось. А потом спина ударилась обо что-то твердое, все тело пронзило болью, и спасительная тьма накрыла сознание.

…

Первой оказалась не мысль, а что-то вроде видения – пенная кружка рома. Чарли не сомневался, что она моментально помогла бы ему прийти в себя.

Потом пришли ощущения. Он лежал на чем-то твердом, исключительно неровном и спина болела адской болью. Хотелось ругаться, проклинать кого-нибудь, но кого – он не знал и от этого злился только сильнее.

Надо вспомнить… надо понять, что произошло… У него заболела голова – это до или после того, как он поднял тот проклятый камень? Как же хитро устроена ловушка… Он-то опасался веревки, а оказалось… Может, и веревка была обманкой? И засыпанная яма там, впереди – тоже? Все подталкивало его к тому, чтобы взять камешек, и… И что? Куда он упал? Куда они упали, и где, собственно, его друзья и спутники?

Щеку обожгла пощечина и из ушей как будто выдернули вату.

- …арли!! Очнись!

- Все-все… - забормотал капитан и попытался закрыть глаза. Сообразил, что они итак у него закрыты и, мысленно чертыхнувшись, открыл их.

Он помнил, что падал во мрак и ожидал мрак вокруг. Но почему-то здесь, где бы они не находились, имелся слабый свет, придающий благородной тьме оттенок плебейской серости. В этой серости кое-как различались знакомые лица.

- Гром и дьяволы! Кто меня ударил?!

- Я, - Ричард красноречиво развернул плечи, - Имеешь что-то против, капитан?

Рядом послышался удрученный вздох.

- Рене, уймись, - пробормотал знакомый голос и в поле зрения возникло лицо Виктора, - Ты забыл, что пострадал? Да еще неизвестно, что с ним…

- Со мной все отлично! – возмутился Бешеный и попытался сесть. Болезненно охнул и схватился за спину.

- Проклятье… Что с тобой, Рик?

Оборотень слегка повел плечом. В сероватом полумраке его лицо казалось высеченным из камня, но Чарли сумел различить скользнувшую по нему тень.

- Без понятия, док. Это твоя область. С ногой что-то…

Капитан набрал в грудь побольше воздуха и все-таки сел, морщась и ежесекундно хватаясь за спину. Его знаний хватало, чтобы сообразить – повреждение не слишком серьезно, больше похоже на сильный ушиб… но ощущения оставались малоприятными и к тому же, ощутимо мешали.

- Где там твоя нога? – недовольно проворчал он и, подняв голову, окинул тоскливым взглядом окружающий сумрак. Оказывать помощь в таких условиях – дело непростое, придется ориентироваться на ощущения…

- И, кстати, где мы вообще? Кто-нибудь знает?

Ричард вздохнул и, шевельнувшись, кое-как вытянул вперед правую ногу.

- Черт его знает, Чарли… Мы на какой-то лестнице, упали сверху.

- Упали? – капитан коснулся ноги пострадавшего и нахмурился, - Вик! Ты уверен, что ничего не повредил? Упасть с высоты на ступени… А у тебя перелом, - он поднял взгляд на мужчину, убирая руки от его голени, - Странно, что ты не прореагировал, пока я трогал.

Оборотень выпустил воздух сквозь сжатые зубы и подтянул ногу к себе.

- Я умею терпеть боль, - процедил он, - Нормально. На мне все быстро заживает, через пару часов буду скакать, как кузнечик… Но ты прав, парень. С такой высоты, на ступеньки… Вик, ты уверен, что цел?

Рядом послышался недовольный звук.

- Я не говорил, что цел, - слегка заплетающимся языком проговорил граф, - Я приложился виском о ступеньку, теперь… кажется, кровь… и в голове слегка мысли путаются.

Чарли, охнув, повернулся к еще одному больному и, щурясь, присмотрелся к нему. Протянул руку и, ухватив за подбородок, заставил повернуть голову. Потом прищелкнул языком и отпустил.

- Благодари богов моря, граф, они защитили тебя! Висок не пробит, на нем просто ссадина… Но вот твое состояние мне не нравится. Я почти убежден, что ты заработал легкое сотрясение… - он вздохнул, - Но лечиться некогда! Акульи потроха, мы должны выбраться из этого вонючего трюма! Если есть лестница – по ней можно подняться. Надо идти!

Виктор угрюмо вздохнул и, вместо того, чтобы куда-то идти, устроился на ступени удобнее. Ричард демонстративно пошарил рядом, явно ища стену, не нашел ее и со вздохом откинулся назад, вытягивая ногу.

- Безрассудная смелость капитана Бешеного, конечно, известна повсеместно… - тягуче проговорил он, - Но все-таки, док, ты мог бы быть и помягче с больными.

- Гром и кровь! – Бешеный, всегда обладавший взрывным нравом, не выдержал. Он гневно вскочил на ноги, охнул, хватаясь за спину, но устоял и даже упер руку в бок.

- Два бессмертных ублюдка! – рявкнул он, - Можете валяться, сколько угодно! Я иду наверх! Мне нужно чем-то питаться, чтобы жить, морских ежей вам в ботинки, мне нужен свет! Подыхайте! Я! Иду! Наверх! Подвинься, Лэрд!

Баронет, выслушавший гневную отповедь вспыльчивого капитана с совершенным хладнокровием, вместо того, чтобы подвинуться, устроился так, чтобы перегораживать проход еще больше.

- Один ты не пойдешь, - лениво проговорил он, - Я тебя не пущу. Расслабься, мальчик, переведи дух. Здесь прохладно и воздух как будто чище, чем наверху, мы вполне можем позволить себе немного посидеть, чтобы прийти в себя.

- К тому же, у тебя болит спина, - вставил Виктор, сидящий чуть ниже на ступенях, - Серьезно, Чарли, куда тебя несет? Один ты не справишься, не дури!

Бешеный зарычал. Он привык быть самостоятельным, привык справляться со всем своими силами и такие заявления бесили гордую душу капитана. Как это он не справится? Что, черт возьми, значит – он не справится?! Ему бы только перелезть через тушу этого проклятого оборотня, и тогда он докажет!..

Ричард нахмурился и послал озлобленному моряку такой взгляд, в полумраке показавшийся еще пронзительнее, что Чарли даже попытался отступить. Оступился на лестнице и полетел бы вниз, не подхвати его своевременно Виктор.

Выдохнув, он с неохотой сел. Похоже, выбора нет.

- Ладно… Но я ненавижу терять время зря! Давайте хоть поразмыслим, где…

- А давайте, - перебил граф, - Поразмыслим на твой счет, а? Как ты оказался в этом мире, Чарли? Что с твоей головой, если даже Чеслав не может влиять на твое сознание?

Бешеный фыркнул. С его точки зрения, последнее относилось скорее к плюсам.

- Очень мне надо, чтобы он на меня влиял! Хватит! Этой рыжей собаке давно пора показать ее место, и я…

- Но Вик прав, Чарли, - Ричард приподнялся и, стараясь не беспокоить ногу, подался вперед, всматриваясь в друга, - Чес – сильный маг. Насколько я понял, он пытался воздействовать на тебя, как на Анри когда-то… и не смог. Это странно, ты не находишь? Если такой способный маг, как Анри не сумел защититься от магии дыхания, как сумел ты, человек, не любящий магию?

Молодой человек гордо развернул плечи. Ему было, что ответить на слова оборотня и, чудилось, кто-то нашептывает нужные слова.

- Я наследник Рейнира.

Виктор, в магии кое-что смыслящий, пусть и чисто теоретически, со вздохом покачал головой.

- Это так не работает, Чарли. Если не развивать ту искру магии, что дана изначально, ты останешься… как бы это сказать… обычным. Самым обычным капитаном пиратов.

- Чтоб меня повесили! – вознегодовал наследник Рейнира. Ричард, дотянувшись, коснулся его плеча.

- Да остынь ты, парень. Вообще, лучше о спине своей подумай – вдруг там что-то серьезное?

Чарли задумчиво пошевелил лопатками. Движение отозвалось тянущей болью вдоль всего позвоночника, которая сошлась в пояснице. Капитан поморщился, но касаться спины не стал.

- Ушиб, скорее всего, - недовольно буркнул он, - У меня кости крепкие, господин баронет, не стоит беспокойства. Вы бы лучше о другом подумали. Мы были на острове – так?

Спутники поочередно кивнули, не сводя взгляда с предводителя. Чарли попытался приосаниться, но тут же бросил это дело.

- Падали мы с острова вниз, отвесно – так?

Снова кивки. Бешеный воодушевленно кивнул, довольный, что его понимают.

- Но лестница-то идет не под прямым углом! Она протягивается по диагонали, откуда-то снизу наверх, в связи с чем возникает вопрос… Куда мы выйдем?

Ричард быстро облизал губы и слегка потер сломанную ногу. Чарли внезапно испытал жгучее любопытство. Он, врач, примерно представлял себе, как срастаются сломанные кости, но в теле оборотня этот процесс происходил в разы быстрее… Эх, жаль, в этом подземелье нет никаких инструментов, чтобы понаблюдать! Было бы любопытно рентген, например сделать, или еще…

- Выходит, что мы выберемся где-то в океане? – подал голос Вик, отвлекая молодого человека от размышлений. Он тоскливо огляделся.

Вокруг царила все та же плебейская серость, смешанная с прохладой. Воздух нельзя назвать свежим, но уже не такой плотный и влажный, как на острове… Стен во мраке не видно, в отдалении все теряется. Видна только лестница, уходящая вверх и спускающаяся вниз, и они трое, сидящие на холодных каменных ступенях. Между прочим, ступени-то действительно каменные, твердые. Пожалуй, упав на них, они еще легко отделались…

- Здесь воды нет, - резюмировал свой осмотр Чарли, - Но это ничего не доказывает. Падали мы отвесно, значит, все еще под островом… Вопрос – идти наверх или попытаться спуститься?

- Спускаться легче… - негромко вздохнул за спиной граф, - Но какой смысл?

- Вот именно, - поддержал Ричард, - Внизу будет, как минимум, темнее. Я же, хоть и волк, не могу похвастаться таким уж хорошим ночным зрением…

- Зато у тебя есть нюх! – неожиданно для себя оживился Бешеный, - Что ты чуешь, Ричард?

Оборотень задумался, принюхиваясь. Лицо его, с трудом различимое в сером сумраке, обрело сложное выражение.

- Ну? – не выдержал Виктор. Баронет поморщился.

- Баранки гну, - лениво огрызнулся он, - Не знаю я. Ничем таким не пахнет – ни крови, ни следа человека… Гнилью пахнет, похожей на болотную. Тиной. Водой немного… Но тут я не уверен – сверху или снизу.

- А ты не можешь понять, пресная вода или соленая? – Чарли с интересом вгляделся в спутника. Все-таки, что не говори, а оборотень – это огромное поле для исследований! Может, если бы удалось его изучить, можно как-то изловчиться и привить его способности простым людям… Адриана же Чес в оборотня превратил!

Ричард покачал головой, и Бешеный решил действовать. Он уперся рукой в ступень перед собой и, сжав зубы, чтобы не стонать, кое-как поднялся под ноги. Живой и деятельный по натуре, капитан терпеть не мог бесцельного прозябания где бы то ни было, а уж в данных условиях и вовсе его не одобрял.

Спутники, не двинувшись с места, одновременно подняли головы. Граф Виктор при этом прижал ладонь к виску – видимо, головокружение продолжало беспокоить его.

- Хорош прохлаждаться! – боль в спине несколько мешала, но рявкнул капитан убедительно, - Подъем! Вик, будешь держаться за меня. Лэрд, тебя мы поддержим, пока нога не восстановится… как быстро это вообще происходит?

Оборотень, хмурясь, пошевелил в воздухе пальцами.

- Ну… часа два… Стоп, Чарли, ты спятил совсем, что ли? Ты поддержишь Вика, вы оба – меня, все прекрасно! А тебя кто поддержит?

Бешеный заставил себя выпрямиться.

- Мне поддержка не нужна! – гордо заявил он, - Поднимемся наверх и поглядим, что из этого выйдет! Может, и спускаться потом не понадобится.

- Жаль, среди нас мага нет, - вздохнул Виктор, кое-как поднимаясь на ноги и слегка пошатываясь, - Хоть бы свет сделать сумел… Интересно, где они все сейчас? Где Адриан, где Альберт, где Анри?..

Глава 19

Светящаяся синеватым стрелка рисованного компаса уверенно указывала влево. Наверное, у этого направления имеется какое-то морское название, ну, типа «зюйд-вест» или как там говорит Чарли, но Адриан его не знал. Ему хватало и того, что стрелка указывает направление, и направление это не в океан.

- Думаю, стоит выйти на берег, - учитель, который после наложения магической печати чувствовал себя не в пример лучше, решительно шагнул в заросли. Винсент рядом с ним посторонился, позволяя зеленым лопухам расступиться и даже вежливо придержал лиану, пропуская оборотня.

Чеслав хмыкнул и, вступив под свод зеленых тропических растений, оглянулся через плечо.

- Ан, не отставай. Адриан, ты тоже. Мадемуазель Ада, вам бы я вообще рекомендовал идти впереди – вы же указываете нам дорогу. Венсен… ты взрослый человек, решай сам за себя.

Адриан, глянув на уверенно шагнувшую вперед возлюбленную, тихонько вздохнул. Похоже, тут не только дядя Винс взрослый человек – Аделайн определенно считает, что может принимать решения самостоятельно. Хотя вообще-то, могла бы и поосторожнее! Ее легкая туника уже порвана в нескольких местах, и джинсы испачканы… И вообще, как-то вся эта одежда слишком уже обрисовывает фигурку девушки! Нет, самому Адриану смотреть, конечно, приятно, но ведь здесь есть, черт бы его побрал, Анхель! И когда он пялится на его девушку… мучительно хочется последовать примеру Романа и устроить дуэль. Жаль только, учитель не разрешит. Да и Мактиере, при всех прочих, неплохой заклинатель – вполне может и справиться с магом-недоучкой.

Зеленая тропическая куща сомкнулась вокруг. Тяжелый воздух стал будто темнее, приобрел явственно зеленоватый оттенок. Нос начал улавливать запахи сырой земли и травы. Ноги, цепляясь за последнюю, рвали ее и запах усиливался. Снова захотелось пить, но на сей раз Адриан не рискнул призывать стакан с водой. Не хотел расписываться в своей неловкости перед учителем, да и для тренировок в магии явно время не предрасполагало.

Аделайн шла, легко ступая по влажной земле, приминая кроссовками траву и смотрела только на синюю стрелку магического компаса. Адриану казалось даже, что девушка идет в указанном направлении, не заботясь о том, чтобы выйти к океану.

Заросли вокруг становились гуще. Большие деревья сплетали над головой шатер из листвы, лианы змеями свисали по сторонам, а на пути то и дело попадали упавшие ветки. И, если поначалу их еще удавалось обойти, то вскоре Ада остановилась в растерянности.

На сей раз путь преграждала не ветка – это было целое дерево, рухнувшее и потянувшее за собой еще несколько стволов поменьше. Вся эта куча, упав, образовала непроходимую стену, которую коварно оплели какие-то ползучие растения, укрепляя и полностью перекрывая путь.

Учитель, кривовато улыбаясь, отодвинул девушку и шагнул вперед.

- В сыром воздухе древесина плохо горит, но…

- Не вздумайте! – Аделайн, едва не сбив указатель, негодующе надвинулась на оборотня. Тот заметно опешил – привыкший внушать страх, он не ожидал, что какая-то девчонка вдруг посмеет ему указывать.

- Печать не позволяет вашей силе вырваться наружу! – продолжала негодовать девушка, - Если вы начнете ей пользоваться, печать рухнет! Вы сгорите заживо!

Если Чеслав и хотел что-то возразить, последние слова заставили его примолкнуть. Он закрыл рот и, отступив, нахмурился.

- Но тогда как… Адриан, иди сюда.

- Ты всерьез хочешь устроить лесной пожар? – Винсент преградил дорогу юноше, - Чес, опомнись! Займется не только этот сухостой – огонь перекинется на все вокруг! Мне, конечно, плевать на этот заповедный уголок, но я пока не готов изжариться заживо.

Анхель с тяжелым вздохом шагнул вперед, занимая место рядом со своим вечным врагом, и обреченно опуская плечи. Адриан с удивлением понял, что маркиз согласен с дядей Винсом, не взирая на сложные отношения между ними.

- Он прав, - ворас недовольно дернул уголком губ, - Чес, ты себя вообще хорошо чувствуешь? Устроить лесной пожар – это… Да еще и в таком климате! Даром, что воздух влажный – я уверен, что вспыхнет все мгновенно!

Оборотень поморщился и, сжав зубы, выразительно сплюнул сквозь них на влажную землю.

- Паникеры… Ладно, какие тогда предложения? Венсен?

Хранитель памяти замахал перед собой руками. Он, должно быть, вовсе не был предрасположен делать предложения.

- А что я-то? Ты тут весь из себя маг, обучаешь подрастающее поколение… Думай, рыжий, думай!

Учитель заметно потемнел лицом, услышав столь фамильярное обращение, однако, сдержался.

- Можно подумать, это меня обучал лично Рейнир… Ладно. Ан, какие предложения?

Альбинос почесал светлую шевелюру, слегка растрепав ее и пожал широкими плечами. Адриан с неудовольствием отметил, как от этого движения заиграли под тонкой тканью черной рубахи его мускулы и торопливо глянул на Аду. Девушка, по счастью, на маркиза не смотрела.

- Можно заморозить и разбить, а?

Аделайн, разглядывающая ворох веток перед собой, с интересом повернулась к мужчине.

- А вы так умеете?

Анхель тонко улыбнулся и склонился в ее сторону в легком поклоне.

- Я заклинатель, мадемуазель. Если мое предложение будет одобрено…

- Действуй, Мактиере, - Винсент пренебрежительно махнул рукой, - Что уж там. Если жечь нельзя, будем морозить! Заодно, может, и сами охладимся…

- Если вы могли охладить окружающую обстановку, - не выдержал Адриан, - Почему не сделали этого раньше?

Маркиз медленным, исполненным достоинства движением повернул голову к юноше и красиво изогнул левую бровь. Он был очень аристократичен, и Адриан со злостью признавал, что этого мерзавца можно считать привлекательным. Лишь бы Ада этого не заметила…

- Помнится мне, юноша, это вы создали поток прохладного воздуха по просьбе господина виконта, - невозмутимым, и от того еще более раздражающим голосом проговорил Мактиере, - Неужели ваша память столь коротка?

Учитель ухмыльнулся, однако же, шагнул вперед, кладя ладонь на плечо своего названного брата.

- Ан, я прошу тебя…

- Это я тебя прошу! – ворас неожиданно повысил голос, рывком оборачиваясь к другу, - Прошу тебя, Чес, поговори со своим учеником! Меня начинает раздражать его антипатия!

На несколько секунд под тропическими деревьями воцарилось гнетущее молчание. Винсент покачивался с пятки на мысок. Ада с искренним недоумением смотрела на Адриана. Сам парень предпочитал созерцать мыски своих кроссовок, не желая поднимать головы. Учитель продолжал сжимать плечо названного брата, тот тяжело дышал, очень заметно пытаясь успокоить ярость. Адриан мысленно вздохнул. Неужели теперь учитель будет отчитывать его, как маленького? Он ведь мужчина, он имеет право ревновать! Никто не просил этого треклятого маркиза так смотреть на Аду!

- Давайте закроем тему, - Винсент примирительно поднял руки, - Мактиере, если ты можешь обратить этот бурелом в податливый лед – действуй. Ваши разборки с Адрианом подождут.

Юный оборотень осторожно поднял взгляд. Что-то скажет учитель?

Чеслав кивнул.

- Согласен. Ан, действуй, - он посторонился, пропуская друга мимо себя и даже слегка подтолкнул его вперед. Альбинос, дернув плечом, сбросил руку названного брата.

- Отойдите, мадемуазель, - охрипшим сильнее обычного голосом попросил он, - И все – отойдите как можно дальше, если не хотите, чтобы зацепило и вас.

Винсент хмыкнул и, отступив за спину ворасу, неожиданно сжал плечо Адриана.

- Пойдем-ка, поговорим, парень, - улыбался хранитель памяти приветливо, но юноша насторожился, - Раз уж здесь нет твоего отца… попробую его заменить.

Подобная перспектива парня не обрадовала. Отец – настоящий отец, граф Виктор Базиль де Нормонд, - воспитывал сына не то, чтобы очень строго, но изо всех сил старался прививать ему дворянские манеры. В детстве Адриан от этого изрядно уставал, и надеялся, что теперь воспитывать его не будут… Но теперь в игру вступил дядя Винс, а это грозило изрядной головомойкой. Хотя что он такого сделал? Между прочим, Винсент маркиза Мактиере тоже не любит!

Адриан сжал губы и, кивнув, позволил отвести себя немного в сторону. С этого места не было видно, чем занимается Анхель, но парень и не хотел смотреть. Маркиз раздражал его, и все, что волновало – это чтобы Аделайн находилась от мужчины подальше.

- В чем дело? – Винсент остановился на некотором отдалении от спутников и, сдвинув брови, вгляделся в Адриана, - Что ты на него крысишься?

- Ничего, - юноша раздраженно скрестил руки на груди, - И вообще, дядя Винс, тебя ведь он тоже раздражает!

- У меня на это есть веские основания, - отчеканил хранитель памяти, - Но ты! Ты не имеешь отношения к семье ла Бошер, это скорее Ада должна недолюбливать Мактиере!

- Лучше бы недолюбливала, - буркнул парень и отвернулся, сверля взглядом какой-то тропический цветок. Названия он не знал, но вид ему нравился.

Винсент на мгновение примолк, потом вновь схватил юношу за плечо и, заставив посмотреть на себя, недоверчиво покачал головой.

- Адриан… ты что… ты ревнуешь?

Адриан промолчал, снова отворачивая голову. Мужчина тяжело вздохнул. Вторая его ладонь легла на другое плечо молодого человека.

- Адриан… Анхель Мактиере – не просто взрослый, он, можно сказать, древний! Ему больше полутора тысяч лет, ревновать к нему…

- Тогда чего он так на нее смотрит?! – парень сжал кулаки, - Он пялится на Аду, любезничает с ней, а я терпеть должен?!

- Но Ада-то не поощряет его!

- Ада принадлежит мне! – он слегка повысил голос, и Винсент тотчас же его одернул.

- Тише! Если она это услышит – ссоры не избежать, Адриан. Я не пойму, неужели ты всерьез считаешь себя хуже Мактиере? На твоей стороне молодость…

Адриан тоскливо вздохнул. Да, конечно, на его стороне молодость. Но он не может похвастаться такими мускулами, как чертов маркиз, да и обходительности ему, наверное, не достает… Анхель-то по-старомодному вежлив! А сам Адриан предпочитает общаться с возлюбленной легко…

- Вы с Адой одного возраста, - продолжал хранитель памяти, - У вас одни мысли, одни интересы, вы понимаете друг друга с полуслова! Разве может Анхель Мактиере похвастать этим? Успокойся, Адриан. Испокон веков женщины – да и мужчины, - отдавали предпочтение юности и свежести. Зачем ей человек, намного старше нее, если есть ты?

Адриан неуверенно расправил плечи. Наверное, в словах дяди Винса есть определенный смысл, наверное, ему не стоит так уж принижать себя… И стоит доверять Аде. Она-то не замечает ухлестываний маркиза, она смотрит только на него, Адриана! А он, наверное, показывает себя глупым, постоянно огрызаясь на Мактиере…

- Мы поняли друг друга? – Винсент слегка приподнял брови. Адриан тяжело вздохнул и кивнул. Ладно, что уж там… постарается он себя сдерживать. Но все-таки неплохо бы эту ситуацию обсудить с учителем!

Сзади донесся треск расколовшегося льда. Аделайн восторженно взвизгнула и захлопала в ладоши.

Адриан с неохотой обернулся. Он не успел заметить и понять, что сделал Анхель, зато видел результат. Путь вперед свободен, а на земле валяются битые льдинки. Удобный навык, ничего не скажешь. Хотя он бы и получше смог!

- Вы закончили? – учитель с некоторой насмешкой обратился к дяде Винсу и замершему рядом с ним парню. Адриан еле сдержался, чтобы не поморщиться.

- Да… По этому льду безопасно идти?

Винсент слегка дернул его за рукав. Ада взглянула с недоумением, и даже наставник приподнял брови. Бесстрастным остался один Анхель, чем мгновенно вызвал в душе молодого человека вспышку раздражения.

- Можете обойти или перепрыгнуть, юноша, - коротко и холодно уведомил маркиз и, будто назло, шагнул к Аде, - Позвольте предложить вам руку, мадемуазель. Возможно, идти по льду в вашем наряде будет не слишком сподручно.

Адриан незаметно сжал зубы. Вот же тварь! Он же специально провоцирует! И совсем неважно, что этот клятый альбинос прав – Аделайн, в ее тонких джинсиках и легких ботиночках будет неудобно пробираться по ледяным осколкам. Но, вообще-то, Адриан свою девушку и сам бы мог пронести! Или даже… Хм, а это идея.

- Не трудитесь, господин маркиз, - он послал гадкому Мактиере резиновую улыбку, - Я перенесу Аду. Это нетрудно. Кстати, могу снова предложить прокатиться на моей спине, - парень быстро глянул на возлюбленную, - Волком я перемахну этот лед в одно мгновение! И я не устану, и тебе не мучиться, а?

Аделайн на несколько секунд задумалась, потом улыбнулась и спокойно кивнула. Оседлывать Адриана для нее не могло быть новым или сложным – парень с детства катал любимую на спине. И, кстати сказать, совершенно от этого не уставал! С чего тут уставать? Он же легонькая, а он мужчина!

Парень подался вперед, привычно меняя облик и, не обращая ни на кого внимания, не видя никого, кроме любимой девушки, опустился уже на лапы. Двинувшись вперед, он как бы случайно толкнул Мактиере. Тот, негромко хмыкнув, отступил, должно быть, не считая правильным ссориться с волком. А может, он просто считает Адриана слишком маленьким, недостойным его величественной, черт бы ее побрал, персоны?!

Оборотень торопливо задавил ярость в душе и, остановившись рядом с Адой, коротко рыкнул. Девушка не стала ждать и, перекинув ножку через его спину, уверенно устроилась среди мягкой рыжей шерсти, вцепляясь в загривок. Адриан шкурой чувствовал, как наблюдает за ним учитель, как смотрит дядя Винс и даже, кажется, Анхель, но внимания на это не обращал. Он подошел к краю ледяного поля, собрался и, внимательно контролируя положение Ады на своей спине, взвился в воздух. Девушка, привычная к такому способу перемещения, прильнула ближе к волчьей спине, крепко сжимая бока ногами. Веса ее Адриан, чувствующий себя в волчьем облике куда более сильным, действительно не ощущал.

Он приземлился на землю, оставив позади осколки. Ада легко соскользнула с его спины и, как делала всегда после поездки, почесала за ухом. Адриан довольно осклабился, вильнул хвостом, и уже собрался обращаться…

- О, а вот и страшный волк, который решил выкрасть овечку!

Знакомый веселый голос сбил оборотня с настроя, заставляя просто растерянно сесть. Перед ними, выныривая из-за зеленых, сочных ветвей, один за другим появлялись хорошо знакомые люди.

Адриан попытался что-то сказать, поприветствовать родных, но вместо этого самым глупым образом гавкнул. Обозлился на себя – волки не должны лаять, черт возьми, они рычать должны! – и поспешил обратиться.

К тому времени, когда он выпрямился посреди леса перед вновь прибывшими, подоспели и спутники. Кто-то хлопнул парня по плечу.

- Как вижу, наконец появился достойный противник, - коснулся слуха насмешливый голос учителя, - Как насчет партии, господин виконт?

Ответить заметно польщенный Роман не успел. Из-за спины его появился Людовик, а за ним Альберт. Последним выскользнул Марк, тут же заулыбавшийся при виде сестры и ее кавалера. Адриан для себя отметил, что раны юноши, полученные в бою с вурдалаком, его больше не беспокоят.

- Неподходящее время для игры, господин гроссмейстер, - прохладным, как свежий ветерок, голосом отрезал великий мастер, - Господин маркиз… Венсен… счастлив видеть. Как и тебя, волчонок, и тебя, моя дорогая.

Ада, замершая рядом с молодым оборотнем и смиренно ждущая мгновения для высказывания своего мнения, расплылась в счастливой улыбке и шагнула к великому магу.

- Дедушка!

- А брата ты поприветствовать не хочешь? – недовольно осведомился Марк, оттесняя деда плечом, - Или боишься, что я помешаю твоему сладострастному грехопадению?

Девушка рассмеялась и, махнув на брата рукой, сердечно обняла его. Адриан, прекрасно знающий, что Марк так шутит, неожиданно подумал, что с ним тоже стоит обсудить поведение Мактиере. Вряд ли парню понравится, что какой-то древний маркиз подбивает клинья к его сестре!

- Что ж, наш отряд заметно вырос, - Винсент с воодушевлением потер руки и, мельком оглянувшись на Анхеля, шагнул вперед, - Хорошо, что вы все целы и здоровы. Может, кто-нибудь из вас еще знает и где Чарли, или Ричард, или Вик, или Анри?

- Ну у тебя и запросики, кот! – Роман фыркнул, встряхивая длинной шевелюрой, - Радоваться должен, что нас видишь! А ему все мало и мало, эх, натура человеческая…

- Он же кот, - подсказал Людовик, закидывая руку на плечо брату, - Значит, тут не только человеческая натура…

- А что, львиной тоже все мало? – виконт с интересом глянул на собеседника, - И чего ему, мяска сотворить?

Винс фыркнул и красноречиво махнул на шутников рукой. С этой парочкой никогда нельзя было говорить о серьезных вещах, они постоянно сбивались на шутки. Тем более, что хранителю памяти, похоже, было что сказать.

- Слушай, Чес… - мужчина задумчиво облизал губы, - А что ты имел в виду, когда сказал, что Анри может попросить отдать силу… родной дед? Альберт вот, перед нами, и Анри нигде поблизости определенно не наблюдается.

Учитель подарил наследному маркизу ла Бошер презрительный взгляд. Адриан поежился. Ему представилось, что будет, если дядя Винс вспылит. Но, видимо, он недооценивал выдержку хранителя памяти.

- Тебя плохо обучили, Венсен, - процедил Чеслав, - Очень плохо, иначе ты бы понял, что я имею в виду. Скажи-ка, Антуан, - взгляд желтых глаз неожиданно обратился к мастеру, - Не находил ли ты здесь чего-то… странного? Чего-то, похожего на, скажем… проход между мирами?

Ответить великому магу не позволил один из его племянников. Адриан с удивлением понял, что оба они слушали разговор очень внимательно.

- Что-то вроде разрушенного каменного кольца? – Людовик согласно кивнул, - Было дело. Но какое…

- Когда ты, из большой любви к семье, самоотверженно принес себя в жертву, - рыжий провокационно прищурился, - Скажи, неужели в душе твоей не было ни тени сомнения? Ты не колебался?

Альберт хотел ответить, открыл рот… но неожиданно осекся и задумался. Потом нахмурился.

- Возможно, на какую-то долю мгновения я колебался… Но только до того, как мне в сердце вошел кинжал.

Учитель кивнул, загадочно улыбаясь.

- Разумеется. Полагаю, сидя в темнице, ты ни на миг не раскаялся в самопожертвовании?

Мастер нахмурился. Он явно не понимал, что хочет сказать собеседник и его это, вероятно, сердило. Все-таки великий маг на то и великий, чтобы все держать в своих руках и все понимать.

Дохнуло холодом. Адриан торопливо оглянулся на ледяное крошево, и с удивлением увидел, что он тебя поднимается пар. Лед таял в жарком климате, превращаясь в груду влажных деревяшек, в которые маркиз Мактиере превратил завал. Что ж, он совершил полезное дело, спасибо ему и на этом.

- К чему ты клонишь?

Парень снова повернулся. Разговор двух сильных представлял по-настоящему большой интерес и, вообще говоря, к нему прислушивались все вокруг, включая даже обоих остряков, Марка, Винсента и Анхеля. Про Аду и говорить нечего – девушка, приоткрыв рот, переводила взгляд с одного из собеседников на другого. Адриану даже почудилось, что она уже все поняла.

- Я клоню к тому, Антуан… - медленно начал Чеслав, - Что нельзя исключать возможности раскола твоей личности. В миг самопожертвования темная часть тебя колебалась, а когда ты умирал, произошел выброс силы. Этот выброс разделил, расколол твою личность надвое. Условно «хорошая» половина отправилась в Нормонд, в обычный мир. Условно «плохая» же осталась здесь, в Стежаре. И, воплотившись, заняла место мастера. Собственно, это место твоему «плохому» двойнику принадлежало по праву – именно его доводами ты руководствовался, занимая трон.

Альберт потряс головой и недоверчиво глянул на своего предка. Винсент казался таким же ошарашенным.

- То есть… Надо понимать… - великий маг говорил медленно, осторожно подбирая слова, - Мастер, против которого мы идем… Это… я?

- Твоя темная часть, - уточнил Чеслав, - Да, я полагаю, что это вполне возможно. Поэтому представляет опасность исчезновение Анри – если его захватил «темный» Антуан, он может, притворившись тобой, подбить парня на какие-нибудь… не слишком благочестивые деяния. И меньшей нашей неприятностью в этом случае может стать внезапно налетевший шторм.

- И что ты предлагаешь? – Людовик, скрестив руки на груди, склонил голову набок, - Темный дядя или серо-буро-малиновый – а нам предстоит с ним как-то сладить! Как? И не лучше ли сначала собрать всех вместе?

- Да-да, - вклинился Роман, - Ты вот упомянул шторм, рыжик… Мне на ум сразу приходит наш отважный капитан. Но мы ведь понятия не имеем, где он! И как его искать, кстати, тоже.

- Кстати, а нас вы как нашли? – влез Марк, - Нас-то дед вел и, еще к слову, как связано с «расколом» дедовой личности то каменное кольцо?

Учитель развел руками. Адриан с удивлением отметил, что к юному провидцу Чеслав относится довольно лояльно, почти с симпатией. Хотя Марк ведь упоминал о влитой в него толике силы рыжего оборотня… Хочется надеяться, что для него эта сила не обернется проклятием, как для самого учителя.

Аделайн, безмолвно отвечая на вопрос брата, вытянула правую руку вперед. В воздухе повис светящийся синим круг с указывающей точной на великого мастера стрелкой. Тот улыбнулся.

- Я знал, что ты прибегнешь к этому умению, моя дорогая, - мягко проговорил он, - И немного помог тебе, постарался притянуть стрелку к себе, указал направление.

- Дядя прикинулся магнитом, - моментально прокомментировал виконт, - Как видите, это дало результат, и я повторяю вопрос! Что теперь делать?

Чеслав глубоко вздохнул и чуть улыбнулся.

- Мне не кажется, чтобы капитан находился на том же берегу, что и мы. Магия девочки не сумеет найти его так же успешно, как нашла деда и брата – родной крови между ними нет. Единственное… Адриан… Кажется, мне стоит научить и тебя находить нужное направление, - желтые глаза сузились, - Между тобой, Виктором и Ренардом, безусловно, кровная связь есть. Я научу тебя, и ты сумеешь их учуять.

***

Лестница казалась бесконечной. Виктор кое-как поднимал ноги, постоянно наваливаясь на Чарли, который от этого тихо шипел сквозь сжатые зубы. Второй рукой капитан поддерживал хромающего Ричарда, что тоже не доставляло приятных ощущений. Вообще, оборотень, конечно, оказался прав – самому моряку поддержка бы тоже не помешала. Только где ж ее возьмешь в таких спартанских условиях? Приходится терпеть, заставляя себя забыть про боль в спине, и преувеличенно бодро топать в тяжелых морских сапогах вперед. Может, оно и к лучшему, что шляпу смыло… Ее поправлять сейчас было бы просто нечем.

Чарли тяжело вздохнул и, в очередной раз поддержав одной рукой графа, а другой баронета, поморщился. К боли в спине добавилась еще и головная, похожая на тонкое сверло, вонзающееся в мозг. И чем выше они поднимались, тем сверло становилось толще.

Вокруг все так же царил сумрак. Ни следа света, ни дыхания надежды. Только плебейский полумрак, позволяющий кое-как различать ступени, и прохладный воздух глубокого подземелья. Наверное, падали они долго, хотя в памяти полет не отложился.

- Ты как? – Ричард спрашивал осторожно, явно опасаясь разозлить спутника, и Чарли ощутил даже некоторую благодарность. Похоже, Лэрд уже успел выучить его взрывной характер… Впрочем, сейчас даже злиться не было сил.

- Как на рее, - буркнул Чарли, - Того и гляди или башка лопнет, или шея сломается.

- Воодушевляет, - Виктор снова шатнулся, но постарался не наваливаться на спутника. Ричард тоже изобразил эталон здоровья и уверенно ступил на сломанную ногу. Охнул, и опять захромал.

Бешеный поморщился. Врач по натуре, он терпеть не мог, когда люди пренебрегали своим здоровьем.

- Да держись ты, - недовольно велел он, - И ты, граф, крепче держись. Выползем как-нибудь, не впервой.

- И когда же это еще ты по подземельям лазил? – ехидство в голосе оборотня скрыли болезненные нотки. Капитан недовольно дернул плечом. По подземельям он, допустим, не лазил, но за жизнь свою пережил немало.

- Когда надо, тогда и лазил, - буркнул он, - Ты мне лучше скажи, что будем делать, когда вылезем?

Баронет призадумался. Чарли вдруг с удивлением понял, что он уже не столько наваливается на его руку, сколько поддерживает сам.

- Надо, наверное, кого-то из наших найти… - без особой уверенности произнес Ричард, - Хотя как их искать – ума не приложу!

- Кстати, в компании «наших» был и еще один гражданин, - неожиданно припомнил Виктор, - Этот, человек-пума, как его…

Чарли не помнил. Он вообще не придал особенного значения появлению в их компании нового персонажа, больше думал о насущных проблемах. Запоминать его имя он себе тем более труда не дал.

Ричард, хмурясь и морщась, тер лоб свободной рукой. Он, видимо, тоже не помнил имени странного персонажа. А сам капитан и вовсе не был уверен, что есть смысл его сейчас вспоминать. Ну, был какой-то молодчик, да… Так его, наверное, унесло штормом куда-то. Пусть сам и выживает. Еще имя его вспоминать, как же! Может, панихиду попросят организовать, сердобольные, акула их проглоти?

- Его имя Габриэль.

Внезапно разнесшийся под тонущими во мраке сводами подземелья голос заставил Чарли остановиться, опуская поднятую ногу. Виктор слева глухо охнул и тоже замер. Ричард справа растерянно приоткрыл рот.

Из полумрака впереди выскользнула знакомая фигура загадочного знакомца. Габриэль казался свежим, опрятным и вовсе не выглядел пережившим жестокий шторм.

- Добрый день, господа. Рад, что моя ловушка все же сработала и привела вас сюда.

- Твоя ловушка? – Чарли помрачнел. Остро захотелось вытащить шпагу, утонувшую во время бури.

- Куда ты нас заманил, отродье шакала?!

Габриэль поднял руки в успокаивающем жесте.

- Прошу вас, господа, прошу вас! Не стоит горячиться! Я пришел помочь вам, и не более. По этой лестнице вы сможете добраться до места, где вам окажут помощь. Вы сможете добраться… до моего учителя.

Ричард слегка шатнулся вперед, закрывая спутников собой. Чарли оценил самоотверженность оборотня – даже со сломанной ногой он рвался в бой.

- Может быть, ты хоть сейчас скажешь, кто твой учитель?

Габриэль приятно улыбнулся.

- Наберитесь терпения, господин баронет. Вскоре вы увидите его… и узнаете. Я точно знаю, что как минимум двое из вас знакомы с ним. Позвольте вам помочь.

- Мне помощь не нужна! – гордо вскинулся Лэрд. Чарли, которого от боли в спине и голове начинало пошатывать, тоже поднял подбородок.

- Мы и сами справимся, ты… ты…

- Вы больны, капитан, - в голосе Габриэля не звучала издевка, в нем было лишь сочувствие, - Учитель рассказал мне, какова ваша трагедия. Позвольте вас поддержать. Осталось совсем недолго, и я убежден, что мой учитель сможет оказать вам помощь.

Глава 20

Анри открыл глаза и тотчас же их закрыл. Свет резал. Пришлось загородить лицо рукой и, упершись другой в странно мягкое ложе под собой, сесть. Теперь он рискнул убрать руку от лица и оглядеться.

Как странно… Он помнил кораблекрушение, помнил огромную волну и помнил, как она словно схватила его… Но абсолютно не понимал, как мог очутиться в большой, светлой комнате, напоминающей внутреннее помещение какого-то коттеджа.

Белые стены. Высокий потолок. Большое окно, дающее достаточно света. Широкая кровать у стены, на которой он и лежит. Какое-то панно в стиле макраме над головой. Пол блестит, словно лакированный. Поверх него имеется ковер, довольно мягкий, должно быть. Возле кровати стоит тумбочка – небольшой комодик с обилием ящиков. Тоже белого цвета, а ручки у ящиков золотые. В ногах кровати стоит банкетка – никогда не понимал, зачем они нужны. По левую руку имеется широкий стол белого дерева, а возле него стоит простой стул с мягким сидением.

А лежит он поверх шелкового покрывала. Да, что и говорить, богатая комнатушка. По крайней мере, с претензией на богатство, хотя это абсолютно не объясняет, как он сюда попал. Да и вообще, что это за место.

- Вижу, ты наконец проснулся.

Голос, прозвучавший в обманчиво пустой комнате, оказался знакомым. Анри нахмурился, огляделся и, обнаружив возле светлой входной двери темную фигуру, вгляделся внимательнее. Светлая комната отражала падающие из окна солнечные лучи, слепила и осознать, кто перед ним, оказалось затруднительно.

Человек шагнул вперед. Стала различима светлая рубашка с расстегнутым воротом, светло-голубые, немного вытертые джинсы, блеснуло что-то на правом запястье.

- Дед?..

Анри откровенно растерялся. Вот уж чего он не ожидал – так это прийти в себя в непонятном помещении, один на один с собственным дедом. А где остальные? Как так вышло, что оба они оказались в этом странном месте?..

- Как самочувствие?

Дед говорил как-то странно, и чуткий к таким вещам парень насторожился. Что еще за ерунда? Что происходит?

- Кто ты?

Мужчина с демонстративным удивлением развел руки в стороны.

- Ты же сам сказал. Я – твой дед.

- Ты не мой дед… - Анри нахмурился, опуская ноги с кровати. Если происходит что-то странное, лучше быть готовым отразить атаку. Тем более, что этот человек, вероятно, неспроста прикидывается дедом.

Собеседник картинно вздохнул.

- Я мог бы быть твоим дедом… Хотя нет, не мог бы, - он махнул рукой, и парень с некоторым удивлением заметил перстни на его пальцах. Кем бы ни был этот человек, он явно стремился продемонстрировать и подчеркнуть свой статус. Но кто это? Если только…

- Когда Альберт жертвовал собой ради тебя, я мечтал, чтобы ты умер, - спокойно продолжил мужчина, сбивая молодого наследника со всех мыслей. Что значит – жертвовал собой? Это когда это дед собой ради него жертвовал?

- Единственный раз, когда дед жертвовал ради меня… - начал он, - Был… Подожди, но это было… Кто ты?!

- Это было в то время, когда ты еще находился в утробе матери, - спокойно кивнул собеседник, - Альберт предпочел смерть, чтобы ты мог жить. Но я в это время хотел лишь, чтобы ты сдох, и не мешал мне. Кто я, Анри? Догадайся. Я знаю, что ты вырос способным магом, да и твой дед многому тебя обучил. Подумай.

Анри нахмурился, напряженно размышляя. Да, дед многому научил его, не хочется подвести великого мастера… Его ученик должен сообразить, должен понять, что здесь происходит. Но это же что-то невероятное! Это вряд ли похоже на то, о чем можно вот так вот взять и догадаться…

- Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь, - мужчина сузил антрацитово-черные глаза, - Разве ты не знаешь эту притчу?

Парень быстро глянул на него. Подсказка! Этот человек определенно дает ему подсказку, вот только… К какой из загадок? Ему ведь надо узнать ответ на два вопроса: понять, как человек перед ним связан с дедом, и сообразить, какое место он занимает в этом мире. Хотя нет, еще хорошо бы понять, зачем он его затащил сюда… куда-то сюда.

- Ты – не мой дед… - Анри говорил медленно, продолжая размышлять, - Но ты знаешь то, что знать мог только дед… Как если бы одна его часть желала мне жизни, тогда как другая…

Мужчина довольно расхохотался. Анри отметил для себя, что его волосы длиннее, чем волосы деда, спускаются ниже ушей. Что в ушах не маленькие сережки-гвоздики, а два небольших колечка. Что на шее у него… что у него на шее? Тонкая цепочка скрывается в вырезе рубашки, а на ней явно что-то висит… но что?

Вспомнив о магических украшениях, которые носит дед, Анри вдруг ощутил дурноту. Ему почудилось, что он понял.

- В душе каждого человека, - медленно заговорил он, - Есть тьма и свет, и… всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь. Ты – не мой дед. Ты – его тень, его темная сторона, оставшаяся в этом мире! Но как?..

- Глупый ребенок, - мужчина нехорошо улыбнулся, - И глупый Альберт, раз не смог объяснить тебе этого. Впрочем, не исключаю, что в момент, когда мы разделились, он позабыл об этом… Ты догадался правильно, Анри. Теперь угадай, кто я еще?

Ему не надо было гадать. Анри всегда был сообразительным парнем, и сейчас понял мгновенно. В конечном итоге, часть ответа он уже себе дал.

- Полагаю, ты и есть местный мастер. Когда дед вернулся в нормальный мир, ты остался здесь. Но откуда у тебя такая сила?

На этот раз отвечать мастер не пожелал. Он лишь улыбнулся и безмятежно повел плечом.

- Я предпочитаю имя Антуан, если тебе это интересно… внук. В честь моего великого предка.

- В честь мерзавца, отправившего Винса на каторгу и сломавшего жизнь Анхелю? – парень скривился, - Да, это многое говорит о тебе… мастер. И чего же ты хочешь от меня? Надеюсь, не будешь петь песни про родственное воссоединение?

Мастер Антуан улыбнулся до крайности нехорошей улыбкой. Судя по всему, что-то в словах «внука» то ли позабавило его, то ли напротив, разозлило. Но что?..

- Ты никогда не думал, что действия Антуана ла Бошера были логически оправданы? – он не стал отвечать на вопросы Анри, предпочел задать свои, - Винсент, Венсен убил его младшего сына. Законного сына, не бастарда! Возможно, Антуан и принял Венсена в своем доме, но, полагаю, любовь его принадлежала Леону… Да и просто не мог он оставить страшное преступление безнаказанным! Что же до Анхеля Мактиере, так тут еще проще. Он – враг, Анри. Враг семьи ла Бошер, враг нашей семьи.

- Значит, ты считает, что ты больше ла Бошер, чем де Нормонд? – парень с неожиданным интересом вгляделся в собеседника. Вот так-так! Оказывается, в этом мире ожили кошмары прошлого, и им – а в частности, ему самому, - предстоит столкнуться вновь с несправедливым маркизом ла Бошер, попытаться одолеть его и так далее, так далее… Ну и дела. Чтобы на это сказал дед?

- Твой дед сейчас увлечен насущными проблемами, ему не до мыслей о юном наследнике его силы, - отстраненно заметил Антуан, и Анри помрачнел. Так этот мерзавец еще и мысли читает?!

- Читаю, - не стал спорить мастер, - Видишь ли… внук, моя сила намного больше той, какой обладает Альберт. Она даже превышает силу известного тебе рыжего оборотня! К тому же, последний, насколько мне известно, сгорает в огне собственной мощи – его сила стала его проклятием. Я же творю легко.

- Творишь?! – Анри вспомнил рассказы о грехах деда в этом мире, и совсем разозлился, - Ты… да ты… Ты уничтожаешь, а не творишь! Мучаешь людей! Что, вот что хорошего ты сделал, а?!

Мастер остался безучастен к этой вспышке гнева.

- Скажем, я возродил ворасов. Вурдалаков, которые в твоем мире почти истреблены. Я создал несколько областей в этом мире, где люди порой могут отдохнуть и расслабиться от забот. Да, я уничтожил бо́льшую часть магов, не желая, чтобы они вредили простым людям. Я запретил магию, опять же заботясь о смертных. Долго перечислять, признаться честно. Позволю себе задержаться лишь на ворасах. Ибо их я не только возродил, но и позволил им размножаться. И твой приятель, Анхель Мактиере, тоже внес свой вклад в этот процесс.

Анри откровенно растерялся. О таком Анхель не упоминал, да и вообще… как он мог «внести вклад», если не бывал в этом мире?

- Тебе, должно быть, известно о существовании так называемой Паучихи, - Антуан прищурился и темные ресницы его почти скрыли глаза, - Однажды я позволил ей побывать в твоем мире, Анри. Там она нашла одного из двух оставшихся ворасов – Анхеля, - соблазнила его и смогла получить то, чего добивалась. Ребенка. Беременность у ворасов проходит также, как у людей, но совсем недавно моя дорогая подруга произвела на свет дитя с белыми волосами. Когда ребенок вырастет – он займет свое место в армии ворасов, населяющих этот мир.

Анри зажмурился. Анхель… У Анхеля есть ребенок! Так вот почему он так рвался в этот мир, вот зачем обращался к оракулу и вот, что скрывал! Стоп, оракул! Это же…

- Оракул? – Антуан приподнял брови, - Все оракулы этого мира, а также междумирья служат мне. К кому бы твой друг не обратился, он не мог узнать ничего существенного.

Анри промолчал. Говорить не хотелось, да и вообще новостей было слишком много, их требовалось переварить. У Анхеля есть ребенок… А он еще поглядывает на его, Анри, сестру! При встрече обязательно выскажет ему все.

- Зачем тебе я? – он нахмурился. На свой вопрос ответа он так и не получил, и надеялся все-таки его услышать.

Мастер Антуан развел руками.

- Ты силен, мальчик. Я люблю силу, я собираю и преумножаю ее, ибо она нужна мне… Я хочу получить и твою силу, присоединив ее к своей.

- Зачем тебе нужна сила? – Анри всегда умел выхватывать из слов собеседника главное и сейчас насторожился. Собеседник приятно улыбнулся.

- Затем, что не все маги этого мира слабы. И чтобы одолеть одного из них, мне потребуется сил много больше, чем я уже имею.

Парень скрестил руки на груди. Если есть в этом мире маг, способный пойти против мастера, ему надо скорее помочь, чем мешать.

- Мою силу ты не получишь.

- Нет? – казалось, Антуан удивлен, - Почему же? Неужели ты отказываешься помочь родному деду?

- Ты – не мой дед.

Лицо мастера ощутимо потемнело. Золотые кольца в ушах на фоне этой темноты показались светлее и ярче.

- Я лучше него, - тихим, угрожающим голосом проговорил он, - Я намного, намного сильнее него, Анри! Две великие силы надлежит объединить!

- Нет.

Мужчина глубоко вздохнул, явственно успокаивая гнев.

- Хорошо. Пусть так. Сейчас ты не согласен, мальчик, но пожив здесь, изменишь свое мнение… Но жить одному тебе будет скучно. Вот мой тебе подарок.

Он щелкнул пальцами и, раскрыв ладонь, указал на что-то. У дальней стены комнаты появились два туманных сгустка, быстро формирующиеся в неясные, размытые фигуры.

Продолжение следует…