Наследие заблудших рас. Исход

Глава 1. Узоры на стекле

Осень медленно и неумолимо вступала в свои права. За окном тихо и монотонно барабанили дождевые капли. Некоторые их них, разбиваясь о жесткую землю, поднимали маленькие облачка дорожной пыли, некоторые окунались в мягкие прикосновения листьев и травы, некоторым отводилась участь быть размазанными по широкому полотну оконного стекла и медленно скользить вниз, сливаясь с другими неудачными капельками, как и они сами, в маленькие потеки.

Рима устало стянула с головы большие круглые очки и прислонила горячий лоб к холодному стеклу. Глубокий и сильный выдох принес некоторое облегчение, оставив после себя на окне маленькое запотевшее пятно. Мерный гул дождя немного успокоил разгоряченную голову и позволил на время заполнить ее «белым шумом», уверенно прогоняя все прочие мысли.

Эта пауза была ей необходима, погасший в комнате свет и непогода за окном, как ни странно, смогли переключить ее внимание и расслабиться, упорной работой она была загружена уже почти три дня подряд. За окном тускло светил фонарик с галогеновой лампой. Сейчас, в непогоду, он освещал совсем мало пространства, слегка раскачиваясь на ветру, вырывал из темноты кусочки пары низких двухэтажных зданий в военном камуфляже и дорогу между ними хоть и новую, но уже знатно потрепанную гусеничными лентами. Где-то вдалеке сверкнула молния, следом за ней прокатился басовитый гул, известивший о том, что ожидать смены погоды в ближайшее время не стоит.

От шума грома, Рима приоткрыла успевшие слипнуться полусонные глаза и проводила взглядом очередную каплю, которая с таким трудом пробивала себе путь по оконному полотну, перетекая от одной небольшой лужицы к другой, понемногу увеличиваясь, пока снова не устремилась к земле быстрым и тонким ручейком. Отчего-то, в этом момент она ассоциировала свою жизнь именно с этой каплей. Очередной глубокий выдох оставил на стекле широкое конденсационное пятно, которое начало медленно истаивать, с каждой секундой бесследно исчезая с гладкой поверхности. Рима поднесла указательный палец к окну и четкими, точными движениями изобразила внутри пятна, мучащий ее уже несколько дней кряду, символ – два разорванных круга, почти соприкасающиеся друг с другом. Разрыв в первом круге был направлен влево, а во втором вправо, словно отзеркаливая его. К тому же, правая часть символа была наполовину приподнята над левой.

– Как же тебя понять… – взгляд девушки упал на круглый объект, лежащий посреди маленького письменного стола, стоящего в центре комнаты.

– Откуда же ты такой взялся? – немой вопрос утонул в шуме дождя.

Свет блеснувшей за окном молнии на мгновение охватил небогато обставленное жилище. В центре комнаты красовался раскладной письменный столик, вокруг которого расположились небольшой диван, при желании превращающийся в двухместное ложе, и удобное матерчатое кресло. Справа располагался огромный трехсекционный шкаф для одежды. В ближайшем левом углу размещалась односпальная кровать с цветным покрывалом и небольшой плазменный телевизор, разместившийся над ней, почти под самым потолком. Раздался мощный раскат грома, Рима от неожиданности вздрогнула, и тут же в дверь резко и мощно постучали, пришлось вздрогнуть второй раз. Однако, взяв себя в руки, она быстро кинулась к столику и, схватив круглый предмет, затолкала его поглубже в недра шкафа, направилась к двери.

– А, это ты Дог, – в слегка приоткрытую щель, снаружи можно было разглядеть только растрепанный чубчик русых волос, смущенно поправленный, и едва расслышать веселый женский голосок, – Ну и напугал же ты меня, проходи, проходи, нечего стоять в коридоре, а то еще кто из начальства увидит, что ты к девушкам по ночам в комнаты лазишь.

Быстро окинув взглядом коридор слева и справа от себя, Дог юркнул внутрь комнаты.

Фигурой, ловко скользнувшей в помещение был статный юноша, заправский офицер, стройный, подтянутый, очень физически развитый блондин с карими глазами. Взгляд был мягкий, но выразительный, в темноте под левым глазом поперек всей щеки проступал еле заметный рваный шрам, который компенсировался белоснежной «голливудской» улыбкой. На вид ему было не больше тридцати, а звание было уже солидное – капитан.

– Да, я-то что, это все гром, вона как бахает, – парень широко улыбнулся, – А у меня для тебя сюрприз! Угадай Рим, в правой или в левой?

Рима с интересом наблюдала за лицом Дога, на котором читалось столько доброты и счастья, что невольно хотелось просто кинуться к нему в объятья и раствориться в них хоть на мгновенье. Но, вместо этого, она забралась с ногами на диван и, уютно устроившись, накрылась легким пледом.

– В левой! – ответила она, без тени сомнения.

– Прекрасный выбор! – ладонь разжалась и в ней лежал небольшой пакетик ароматной иностранной заварки.

– Позволите? – Дог жестом указал на чайник, стоявший на плите.

– Конечно, чувствуй себя как дома, я не против, если ты сегодня за мной поухаживаешь.

В однокомнатной квартире было мало места, в ней сразу умещалось большинство главных удобств – и гостиная, и кухня, и спальня, и рабочий кабинет. Чем-то она напоминала ее прежнюю комнату-студию в Питере, но менее уютную и обжитую. Оно и не удивительно, сейчас приходилось жить в обычной казарме, в которой про уют и комфорт можно было забыть. Но и тут она умудрилась оставить свой «женский» след, хоть это и было не по уставу, начальство придиралось не сильно.

За спиной загремела посуда, что-то насыпалось, наливалось и перемешивалось, а Рима сидела на диване, под теплым пледом и смотрела на дождь за окном.

Через несколько минут перед ее взором возникла большая чашка ароматного чая, небольшой дымок медленно и плавно поднимался над стаканом и таял в темноте, устремляясь в черную неизвестность высоко под потолком. В грозу часто были перебои с электричеством, поэтому приходилось подолгу сидеть в темной комнате или пораньше ложиться спать. В качестве освещения разрешалось использовать одну небольшую свечу, все остальное строго запрещалось, чтобы не нарушать режим маскировки.

– Прошу, Ваш чай, – Дог протянул чашку девушке и сам тоже уселся в кресло, стоявшее у столика прямо напротив окна.

– Погодка сегодня отпад, – тихий женский голос озвучил шутку из далекого детства.

– Да, не радует нас сегодня природа, – отозвался парень, не уловив сарказма, и сделал длинный глоток горячего чая.

– Не думаешь, что стоило бы повесить шторы?

Рима не удостоила его ответом, продолжала ютиться под пледом, обхватив большую зеленую чашку, грея подмерзшие руки.

– Отопление еще не дали, а ты все о шторах думаешь, солнце днем комнату прогревает, да и люблю я открытые пейзажи.

– Ну смотри, хозяин-барин, как говорится, я ж о тебе беспокоюсь, а то, как станут мальчики в окна заглядывать, – заговорщически подмигнул Дог.

– Не станут, – уверенно парировала Рима, – Куда им… на третий этаж-то взобраться!

– Да и из парней… я только тебе интересна, у остальных тут служба на уме, как-никак мы все здесь именно за этим.

– Твоя правда, спорить не стану, – допитая чашка чая опустилась на стол, – У тебя тут хорошо, уютно, словно дома оказался…

– Правда? О таком, конечно, не спрашивают, но все же, может, поделишься, откуда ты родом? – Рима вопросительно взглянула на парня, продолжая наслаждаться ароматом заваренных трав, но так и не сделав еще ни одного глотка.

Рима была знакома с Догом не так давно, прошло чуть больше двух месяцев как они начали общаться, но за это время он успел стать для нее одним из близких людей и, можно сказать, даже лучшим другом. С ним было легко и просто, кажется, он понимал ее с полуслова, радовал приятными гостинцами, как вот и сегодня, составлял компанию темными вечерами, иногда даже удавалось выбраться прогуляться, когда работы было не особо много. Она могла бы доверить ему самые сокровенные тайны, но, увы, работа на секретном объекте, не позволяла этого сделать. Даже настоящего его настоящего имени она не знала, только его позывной – Дог, как, впрочем, и он не знал ее имени, для него она была просто – Рим. Однако, этого, похоже, было достаточно обоим.

– Ну-у-у… Рим, ты же понимаешь, я не могу, – в мужском голосе отчетливо проскользили нотки смущения, – Ответственность, секретность и все такое…

– Это я понимаю, – девушка согласно покивала головой и сделала первый глоток, – А вот чего не понимаю, как тебе удается достать здесь такие вкусности.

– Кстати, а что было во второй руке? – фраза прозвучала медленно и максимально заискивающе.

– Во второй? Ха, ты ни за что не угадаешь, это гораздо лучше того чая, что я принес! – Дог встал с кресла и нарочно медленно отправился на территорию кухни, которую от основного зала отделяла импровизированная барная стойка.

– Приготовься узреть… – из-под стойки донесся шум открывающегося ящичка и звон какой-то посуды, – Великое… чудо!

На столешнице, словно из ниоткуда, появилась небольшая стеклянная баночка квадратной формы.

– Что это? Отсюда ничего не видно…

– Ну так подойди и посмотри.

Рима нехотя вылезла из своего уютного гнездышка и, взяв свечу со столика, направилась к барной стойке.

– Это правда? Мои глаза меня не обманывают? Это… Кофе! – Рима чуть было не запрыгала от радости.

– Кофе… – легкая девичья фигурка повисла на шее Дога

– Спасибо, спасибо, спасибо большое, – затараторили ее губы прямо в ухо обескураженному Догу.

– Да ладно, ладно.

Он попытался разомкнуть руки девушки, но это ему не удалось. Благодарные объятья чуть не перевалили его через барную стойку, только с силой опираясь на крышку стола руками, чудом удалось сохранить равновесие.

– Ну хватит, хватит, – Дог похлопал девушку по плечу, – ты меня сейчас повалишь.

Рима расцепила руки и виновато покосилась на парня.

– Прости, – руки девушки осторожно приподняли баночку, слово это было настоящее сокровище, – Это действительно гораздо лучше чая.

– Ума не приложу, как тебе удалось пронести сюда кофе. Его и в обычном мире не так просто достать, – глаза девушки заблестели от выступивших в уголках слез радости.

– Места знать надо! – похвалился Дог.

– Заварить чашечку?

– А… – отвлекшееся от созерцания маленького сокровища, девушка не сразу поняла вопроса.

– Говорю, заварить тебе чашечку?

– Мне… чашечку? А можно?

– Конечно, тебе можно все, – маленькая кофейная кружечка белого цвета ловко появилась на столешнице и наполнилась горячим кипятком.

– Позвольте, – прозрачная квадратная баночка растворимого кофе без опознавательной этикетки с неохотой перекочевала в мужские руки.

Достать немного этого темно-коричневого порошка было действительно трудно, но выражение ее лица и те эмоции, которые испытала Рим, поистине того стоили. Дог не жалел кофе, насыпая целую ложку с горочкой в чашку, а она же смотрела на все это с широко раскрытыми от удивления глазами. Аромат кофейного напитка разлился по комнате и напрочь выбил из воспоминаний все мысли о запахе довольно качественного и вкусного чая.

– У-у-ум… Божественно, – в этот раз никто не стал долго ждать и первые глотки обжигающего напитка прокатились бодрящей волной по всему телу.

– Как же я соскучилась по кофе, кто бы знал!

– Что, прям так давно не пила? – поинтересовался Дог, пряча от посторонних глаз свою лукавую улыбку.

– Да-а-а, по нашим сейчас меркам, очень давно, – еще несколько глотков были с удовольствием испиты из маленькой чашки.

– Помню… Погода на улице была… Вот прям как сейчас, – Рима долила себе кипятка до краев и неспешным шагом направилась к окну.

За стеклом все так же моросил дождь, но теперь среди неплотных туч изредка проглядывали кристаллики звезд. А из одной прорехи выглядывал край полной луны, освещая часть рамы желтоватым светом. Хорошо, что не было ветра, можно приоткрыть окно и насладиться ароматом свежести и осеннего дождя. Вперемешку с резким бодрящим ароматом свежеприготовленного кофе, создавалась неповторимая симфония запахов, уловить которую можно было разве что только в Питере.

Прислонившись к небольшому выступу у окна, Рима, полуприкрыв глаза, внутренне любуясь ощущениями от нахлынувших воспоминаний и образов, увлеклась настолько, что совершенно забыла о Доге, который неслышным шагом подошел к ней. Опершись на противоположный край, он также стал наслаждаться наплывающими, словно неспешные морские волны, запахами из приоткрытого окна.

– Вот не возьму никак в толк твой позывной – «Рим». На итальянку вроде непохожа – внимательный взгляд прошёлся по женскому силуэту, освещенному лунным светом, – Хотя, признаю, Микеланджело или Леонардо стоило бы изобразить тебя в скульптуре или это все от любви к кофе?

– Хм… Вот тебе прям все сразу-таки выложи, – улыбка тронула уголки ненакрашенных губ, – Сам вот недавно говорил о секретности, а теперь такие вопросы задаешь.

– Да я-то что, ты про конкретное место спросила, а я про позывной. Хотя, если история его образования выдает секретные сведения, то понимаю. Но никто не запрещал мне угадывать, как водится, с трех попыток, если не против?

– Ну, давай! Мне интересно послушать, как ты его расшифруешь.

– Тогда первая – твои родственники из Италии, мать или отец, насколько знаю, ты дорожишь семьей, всегда тепло о ней отзываешься.

– Нет, не угадал, даже близко.

Рима с интересом наблюдала за серьезной умственной деятельностью Дога, полностью отражающейся на лице. Голова была запрокинута чуть вверх, взгляд серьезный, задумчивый, нахмуренные брови, уголки губ напряжены. Чуть ниже виднелась мощная шея с едва различимой пульсирующей венкой и уголком, проступающей из-под ворота расстегнутой рубашки, рельефной грудью. Она встряхнула головой, отгоняя другие навязчивые мысли – «Кофе мне на сегодня достаточно, что-то уж слишком будоражит».

– Тогда второй – любишь итальянскую культуру? Обожаешь спагетти, пасту или пиццу?

– Нет, снова мимо, я бы даже сказала – «холодно». Однако, пицца или паста была бы прекрасным дополнением к сегодняшнему основному блюду, – Рима отсалютовала белой чашкой и сделала несколько маленьких глотков, растягивая удовольствие.

– Учту… – загадочно проронил Дог.

– Тогда третье, стопроцентное! Ты суперкрутой тайный агент, настолько важный, что все ниточки и дороги обязательно ведут к тебе!

– Ха-ха-ха-ха-ха. А что, мне эта версия очень даже нравится! Ты раскрыл мою тайну и теперь тебя придется убить! – Рима сложила пальцу правой ладони в пистолет и произвела шуточный выстрел.

– О… А…Эээ – Дог наигранно схватился за свою грудь в области сердца и сделал вид, что падает, сраженный выстрелом, чуть не расплескав остатки своего кофе.

– Ну ты даешь, надо же было такое придумать! Жалко, что это неправда, реальность более банальна, чем хотелось. В детстве я увлекалась историей древнего мира, начала еще с пятого класса, помню, первым учебником была книга с изображением Колизея. Это сооружение так меня поразило, что я потратила кучу времени и сил, чтобы увидеть его своими глазами. Пришлось получить особое профильное образование, только благодаря ему я смогла попасть к одному из последних чудес, сотворенных руками человека. И, да, испытанные мною чувства просто не передаваемы, можно сказать – я влюбилась в Рим!

– Какая романтичная история. Так тебе нравятся древности? А по тебе и не скажешь.

– Нравятся? Да я специалист в этом деле!

Рима с гордостью выпрямилась, намереваясь продемонстрировать свою важность, и в тот же момент с улицы раздался очередной оглушительный раскат грома. От неожиданности чашка, с еще недопитым кофе, чуть не выскользнула у нее из рук, однако, была ловко подхвачена мужской ладонью, перехватив и слегка сжав ее нежные пальчики.

Неловкое «спасибо» растаяло где-то в темноте. Простояв несколько мгновений в такой нерешительности, Рима смущенно отдернула руку и развернулась к окну.

– Вон, вон, смотри, там, вдалеке, – позвала на Дога, – снова сверкает, щас, как опять шарахнет!

– Где? Где? – он прижался к ее спине, пытаясь рассмотреть что-то в темноте, там, куда указывал палец девушки.

Его теплое дыхание коснулось шеи, проскользив немного вниз истаяло, сонм «мурашек» пробежал по телу и сердце стало биться чаще, теперь уже точно не от кофе.

Казалось, Дог был совсем близко, но все же он остался чуть в стороне, но сейчас Рима была бы совсем не против оказаться в его жарких объятиях на чем-то очень мягком и пружинистом. Однако, этого так и не случилось, между ними осталось небольшое, но расстояние, а горячее в осеннем ночном воздухе, дыхание оставляло на окне пятно сконденсировавшегося пара, внутри которого проявилось ранее нарисованное изображение неизвестного символа.

С этого мгновения лицо Дога неуловимо изменилось, из доброго, ласкового и нежного в суровое и ожесточенное, взгляд стал тяжелым и ненавистным. Ладонь, поднесенная к окну, коснулась стекла и, словно в гипнотическом трансе, палец очертил вокруг символа еще один круг, но уже целый, заключивший внутри себя остальной рисунок.

– Откуда это здесь? – «ей показалось или он это прорычал?»

Выбитая из колеи такой резкой сменой характера знакомого, Рима потеряла дар речи и не нашлась что ответить.

– Ох, похоже, я запозднился, – Дог резко отошел от окна и засобирался к выходу.

– У тебя завтра тоже много работы, а я тебя тут задерживаю, нужно ложиться пораньше, – силуэт в двери виновато пожал плечами.

Оторопевшая Рима никак не могла прийти в себя и хоть после пары мгновений, когда лицо Дога исказилось, сейчас оно вернулось в норму, трудно было сразу выкинуть этот образ из головы.

– Только все кофе не выпивай, я завтра еще зайду, оставь и мне на чашечку! – донеслось из-за двери, прежде чем она плотно захлопнулась.

«Что-то и мне захотелось лечь пораньше, это был трудный вечер» – чашка с остывшим и недопитым кофе аккуратно переместилась на письменный столик. Сама Рима рухнула на диван и зарылась головой в подушку, собиралась немного поразмыслить над своими чувствами и произошедшей сегодня трансформацией Дога, но заснула быстрее, чем смогла это осознать. Ее мирный сон уже не могли потревожить ни очередной гром, ни молнии, вырвавшие из мрака остатки истаивающего узора на стекле.

Глава 2. Подозрения

Пробуждение было не из легких, Рима приподнялась на руках, голова нависла над подушкой и никак не хотела от нее отрываться, словно налитая тяжестью, клонила ее обратно в теплые объятья сна. Так могло казаться со стороны, но вот последнее привидевшееся сновидение было отнюдь не из приятных. Обрывки ночного кошмара разрывались и истаивали в воспоминании, как и все то, что происходило с ее телом, по ту сторону сна. Последнее, что удавалось уловить – чувство полного отчаянья от неминуемой смерти.

С трудом, пересилив собственное оцепенение, Рима откинулась к спинке дивана, ватные ноги удалось опустить вниз и переместиться в сидячее положение. Пришлось некоторое время помедитировать, уставившись в потолок немигающим взором, пока остатки ночи, вцепившиеся в сознание, окончательно не испарились. Тряхнув головой, отгоняя навязчивое видение, Рима наконец смогла осмотреться по сторонам.

На дворе уже вовсю палило солнце, заливая комнату ярким и теплым светом, от ночной грозы не осталось и следа. Через неприкрытое окно в комнату ворвался небольшой ветерочек, принеся с собой глоток свежего воздуха. Настенные часы, висящие напротив дивана, мерно отбивали ритм, указывая на то, что утро уже давно прошло и близилось время обеда. Скомканный плед валялся на полу под журнальным столиком, на котором стоял импровизированный подсвечник с полностью догоревшей свечей. А рядом с ней чашка недопитого кофе, наутро уже не такого ароматного и желанного. Однако, немного подумав, Рима все-таки протянула руку и взяла полупустую тару и преподнесла к губам, намереваясь разом опустошить ее.

– Фу-у-у, что за гадостью несет? – перебивая запах кофе, из чашки потянуло чем-то кисловатым, определить природу которого сразу не удалось.

Пить такой напиток уже явно не стоило. Задеревенелой походкой Рима отправилась к раковине и без сожаления все выплеснула. Ополоснув чашку, она переместилась к барной стойке, проверить содержимое, принесенной вчера Догом, баночки. Закравшиеся в душу опасения не подтвердились, из стеклянной тары доносился вполне нормальный запах крепкого кофе, ничем не похожий на тот, что был у утреннего напитка. Недолго думая, Рима решилась поэкспериментировать дальше, щелкнула кнопку на электрическом чайнике, заодно убедившись, что ночное отключение электроэнергии было, как и всегда, временным и уже полностью восстановилось.

«Как же трещит голова, словно знатно перебрала вчера, но мы же с Догом ничего из горячительного не пили» – Рима на всякий случай окинула все помещение внимательным взглядом, изучая каждый уголок на предмет наличия упущенной бутылочки чего-нибудь «горячительного». Но на глаза так ничего и не попалось.

«Неужели, хотел меня споить?» – неожиданно пришедшая мысль могла бы многое объяснить, – «Ну прям как в подростковые года, ей-богу, не думала, что сейчас кто-то еще так может делать. Эх, нужно было повнимательнее принюхаться к запаху вылитого кофе. Обычное вино, так бы не вырубило, тут было что-то покрепче».

«Вот же Дог, вот же паршивец. Зачем такие методы? Я и сама не против…» – облокотившись на край столешницы, Рима томно прикрыла глаза, а щечки покрылись слабым румянцем.

Щелчок кнопки выключения электрического чайника вырвал ее из начинающегося путешествия в страну грез. Горячая вода бурным ручейком устремилась к новой порции кофе. На этот раз очень крепкому, без сахара и молока, которого и так не было.

«Утром сначала нужно принять ванну и выпить чашечку кофе…» – припомнилась фраза из одного старого и очень популярного фильма, частенько крутившегося по многим телеканалам в ее детстве.

Родители любили потратить пару часов свободного времени сидя у телевизора, а вот у самой Римы так и не выработалась эта привычка. Тут на службе и подавно не было времени что-то смотреть, хотя, как и у всех, в ее комнате над кроватью висела небольшая плазма, подключенная к внутренней сети. Доступных каналов было всего пять, по двум крутили разные современные фильмы низкого качества про ужасы и фантастику, на третьем – старые патриотические хроники, большинство из которых и так были заучены наизусть. По четвертому показывали разные юмористические передачи, тоже почему-то старые, а на пятом шло круглосуточное оповещение об инфраструктуре, вооружении, новейших разработках в области военного искусства. Современных передач или же новостей не показывали, оно и понятно, связи с внешним миром через интернет и телерадиоканалы не было. Поэтому самым лучшим источником информации служило обыкновенное окно.

Погруженная в противоречивые рассуждения, Рима направилась туда, в конце концов, именно там вчерашний вечер завершился совсем не так, как хотелось бы. В ярком дневном свете на поверхности стекла ничего не было видно. Тайный символ, начертанный на нем, был надежно спрятан от постороннего взора. Пришлось прибегнуть к старой тактике – подышать на стекло. Однако, в этот раз она не сработала, прогретая солнцем поверхность быстро испаряла водяной пар и не давала шансов образоваться какому-либо конденсату. Рима прибегнула к другой тактике, поднесла чашку горячего кофе к окну и белесый дымок, от недавно закипевшей воды, с легкостью оседал на стекле, образуя постоянно меняющееся пятно. Тем не менее, теперь можно было без труда рассмотреть оставленное послание – ровный круг, нарисованный Догом, с заключенным внутри него рисунком Римы.

«Ничего не понимаю, Догу знакомы эти символы? Но такого не может быть, в человеческой истории раньше не находили подобных изображений и тем более не описывали», – устав держать чашку на вытянутой руке, Рима опустила ее на подоконник и изображение сразу истаяло.

«Узнал от генерала? Нет! По словам командования, это секретный проект, над которым работаю только я, единственный из гражданской сферы оранжевого уровня. Дог относится к кадровым военным и иметь допуска к такого рода информации просто не может», – кофе хоть и бодрил, но разобраться в сложных мыслях не помогал.

«Случайно заметил? Тоже маловероятно. Переместить объект мне разрешили только вчера днем и перед приходом Дога я его убрала. А он не из тех людей, кто будет рыться в чужом шкафу», – ладонь непроизвольно сжалась в кулак, – «Или все же может?».

Размышлять о том, что ее использовали было тяжело и неприятно, решив не нагнетать обстановку, Рима поспешила отогнать от себя дурные мысли, – «Ни к чему хорошему такие размышления не приведут, лучше не гадать, а спросить напрямую! Но проект секретный, а разглашение информации будет иметь весьма серьезные последствия, хоть он и гражданского характера. Что же делать?»

Рима прошлась из стороны в сторону по комнате, серьезно рассуждая о том, как следует поступить: вернуть объект на место хранения или доложить начальству? Или лучше сначала поговорить с Догом? Последний вариант был бы предпочтительнее. От вороха мыслей начинала пухнуть голова, требовалось срочно проветриться.

Снова подойдя к окну, Рима распахнула его настежь. Слегка теплый, непрогретый осенним солнцем, воздух с радостью ворвался в комнату, немного растрепав не только неубранные девичьи волосы, но и небольшую кипу бумаг с жирными красными пометками «совершенно секретно» на краю барной стойки.

«Что? А это здесь откуда? Странно… Как это я раньше не обратила на них внимание», – о принадлежности бумаг и о том, кто их принес к ней в комнату, оставалось только догадываться.

Впрочем, неожиданное появление секретных документов не было таким уж необычным делом. Их частенько доставляли прямо до адресата, если ситуация того требовала. Однако, так поступали только с военными исследованиями, на ее памяти это был первый случай с гражданским проектом.

Не спеша перебирая кипу бумаг, Рима не обнаружила ничего такого, что требовало бы ее немедленного внимания. В общей стопке были собраны копии данных о предыдущих экспериментах, отчеты о химическом, вещественном и спектральном анализе изучаемого объекта.

«И зачем мне все это дома?» – Рима, как в заправском анекдоте, почесала макушку, – «А, точно, я же сама просила их доставить! Вот голова дырявая!»

Ей впервые за год работы на этом военном объекте удалось выбить себе недельку отпуска. Как раз закончились исследования по предыдущему проекту и несколько дней попросту нечем было заняться. Это состояние лёгкой свободы, когда ты можешь просыпаться, когда захочешь и делать что захочешь, особенно среди людей, которые, как и прежде, должны были все выполнять по расписанию, было просто неописуемо. Поэтому, как только пришел приказ приступать к новому проекту, спешить Рима не стала, попросила у начальства небольшую отсрочку и возможность поработать напрямую из дома. Документы должны были доставить еще три дня назад, но значительно задержали, вероятно, из-за того, что пришлось внимательно изъять всю лишнюю информацию и дать «добро» на ее распространение остальной за пределы лабораторного комплекса.

«Значит документы они смогли доставить самостоятельно, а вот объект – так забирай сама! Так, ОБЪЕКТ!» – Рима, словно ужаленная этой мыслью, ринулась к шкафу. Дверка жалобно скрипнула, резко распахнутая на всю возможную ширину. Артефакт лежал на том же месте, куда был бесцеремонно закинут вчерашним вечером. Кто бы ни приносил документы, содержимое шкафа с женским бельем его интересовало мало, да и в комнате не наблюдалось и следов каких-либо поисковых мероприятий. Успокоившись, она решила пока недоставать объект из импровизированного тайника, более важным вопросом сейчас было найти Дога и получит от него вменяемые ответы.

Казарма, где Риме выделили комнату, располагалась в центре импровизированного городка, в котором и было-то всего две пересекающиеся улицы, с почти тремя десятками домов. На улице было немноголюдно, движение народа наблюдалось только под вечер, когда большая часть возвращалась из исследовательского центра, расположенного километрах в пятидесяти от этого места. Точного места не знал никто. Исходя из соображений безопасности, всех перевозили в полностью затонированных автобусах. Изредка удавалось разглядеть водителя, но за все время работы Риме так и не встретила ни одного повторяющегося лица. Привозили их тоже всегда к разным выходам, в общей сложности она побывала уже у пяти, но упорные слухи утверждали, что их никак не меньше двенадцати.

В остальном городок больше походил на глухую сельскую деревню. В центре была маленькая площадь для собраний и построений. Слева от казармы Римы располагался магазинчик, в котором было небольшое разнообразие товаров, в основном еда быстрого приготовления, сигареты и закуски на десерт. Кофе не продавалась ни в каком виде, да и достать его было проблематично, побаловать себя можно было только чаем довольно сомнительного качества. В простонародье такую заварку окрестили бы чайной пылью, но за неимением другого годилось и она, особенно если заварить погуще, да сахарком присыпать. Единственной золотой жилой была минеральная вода с местного завода, стоила дешево, но была невероятно вкусной. Особенно по контрасту с обычной, имеющей привкус железа, ведь доставлять ее сюда приходилось в старых стальных цистернах.

Справа была небольшая кофейня и, по совместительству, библиотека. Здание было одноэтажным, однако только там имелся работающий кондиционер, так что в недавнюю жаркую пору там не было отбоя от посетителей, ну и предприимчивый владелец не впускал никого без покупки хотя бы одной чашки чая, который, естественно, мало кто пил, но посидеть некоторое время в прохладе того стоило. Заодно можно было и книгу почитать, что приветствовалось, таких посетителей не выгоняли, даже если они и засиживались по несколько часов.

Последней примечательной деталью было условное разделение городка на гражданскую и военную территорию. Центр и три четверти всех казарм относились к первому типу, на второй приходилось лишь восемь строений, стоящих особняком в конце улицы. Обычным людям не запрещалось посещать там ходить, но предписывалось обязательно иметь при себе особый удостоверяющий личность документ, с указанием категории допуска. Единственным недоступным для всех зданием было что-то вроде местной Думы, обычной с виду казармы, но только трехэтажной, с отдельным КПП у входа. Здесь проживали исключительно военные имеющие высокие звания или ученые, работающие над особо секретными проектами.

Для прохода требовался как минимум оранжевый уровень допуска, который у Римы как раз и был, полученный на днях при переводе на новый проект. Поэтому сложностей с проверкой документов не возникло. Правда, на лицах двоих военных, нёсших дневное дежурство, читались явные признаки удивления. Не каждый день встретить гражданского с таким уровнем допуска на военный объект, но раз разрешение есть, то и лишних вопросов задавать не стали.

Войдя в здание, Рима сразу почувствовала приятную прохладу, оказывается, здесь тоже был работающий кондиционер и, похоже, не один. «Вот же жулики», – более с сарказмом, чем со злостью отразилось в сознании. Планировка здания разительно отличалась от обычных, типично отстроенных, казарм. Главной разницей была широкая парадная, в которой архитектор разрешил себе добавить немного элементов роскоши: гранитный пол, четыре резные гипсовые колонны, расположенные по углам комнаты и белоснежный потолок с небольшой лепниной и витиеватой люстрой в центре. На этом излишества заканчивались, даже лестница, расположенная в самом конце, была уже вполне обычной, изготовленной из железобетона со стальными прутьями в виде перил по краям. Дверь справа вела в кабинет к начальству, о чем свидетельствовала табличка – генерал-лейтенант Миргород Павел Сергеевич. Слева был коридор, ведущий в огромный конференц-зал, оснащённый по последнему слову техники, и маленькую переговорную для общения с личным составом. Внизу других помещений больше не наблюдалось. Жилыми были второй и третий этажи. Точного расположения комнаты Дога Рима не знала, но исходя из его рассказов, она должна быть на третьем. Подъем по лестнице до верхнего этажа не занял много времени. После выходя на небольшую площадку, взору открывался широкий коридор со множеством дверей без каких-либо опознавательных знаков.

«Так, и где мне тебя искать?» – постояв немного в нерешительности, Рима медленно двинулась вдоль стен, внимательно вглядываясь в однообразные двери, пытаясь интуитивно угадать расположение нужной комнаты.

Побродив какое-то время взад-вперед, она встала перед одной из дверей и уже было решилась постучаться, как из соседней раздался звук поворачивающегося ключа и в коридор вышел молодой человек чуть ниже ее ростом. Слегка опешив от такой встречи, парень не сразу нашелся что сказать девушке, застывшей с занесенной для стука рукой.

– Кхм, вам помочь? – голос был слегка хрипловатый.

– Да. Я ищу одного человека… Позывной Дог, не знаете случаем, где он живет?

– Дог, Дог…, А-а-а, Дог, да, конечно, знаю, вторая дверь слева за вашей спиной. Позвольте уточнить, а по какому вы к нему вопросу?

– Да, так… Передать кое-что от начальства, – не краснее соврала Рима.

– Передать? От начальства? Ну-ну, – парень смерил ее недоверчивым взглядом, – Ладно, раз от начальства, так от начальства. Удачи вам в этом нелегком деле!

– В смысле? Разве могут быть какие-то проблемы?

– Скажем так, да, Дог не очень общительный человек и с посторонними гражданскими общается, скажем так, крайне жестко. Скажем так, военных он тоже недолюбливает и общается, скажем так, исключительно в рамках устава.

– Серьезно? – такой ответ озадачил Риму, исходя из всего опыта общения с Догом, поверить в такое было нелегко.

– К сожалению, да, – парень виновато пожал плечами, – Ладно, я спешу, скажем так, еще раз удачи!

Парень быстрым шагом направился к лестнице и, перед тем как пропасть из виду, повернулся к Риме широко, улыбнулся и показал «класс».

– Спасибо! – только и успела она выкрикнуть вслед.

Подойдя к указанной двери, Рима негромко постучала. Ответа не последовало. Постучала погромче, снова глухо. Пришлось затарабанить изо всех сил.

– Ну кого еще там принесло? – раздался резкий, грубый и очень недовольный голос.

Дверь распахнулась и дернулась, остановленная цепочкой, жалобно звякнувшей. В приоткрывшейся щели возникло заспанное лицо Дога, волосы на голове были взъерошены, под глазами виднелись синие круги. Несмотря на это, одет он был уже в чистую и выглаженную форму, резко контрастирующую с его остальным неопрятным внешним видом.

– Ну, что надо?

– Привет, – смущенно пролепетала Рима и подняла руку в приветственном жесте.

– Рим? Откуда ты здесь? – тон голоса мгновенно изменился на удивленный и стал значительно мягче.

– Пришла тебя навестить. Ты вчера так быстро сбежал. Можно мне войти?

– Кхм, – Дог повернул голову и всмотрелся куда-то в глубину комнаты.

– Знаешь… Нет, – развернувшись обратно, он опустил взгляд вниз, – У меня тут… Как-то очень не прибрано.

В воздухе повисло неловкое молчание.

– Прошу прошения, вас вызывают к генералу, – в ситуацию неожиданно вмешался тот самый парнишка, который помог Риме найти нужную дверь.

– Кого? Меня? – Дог сразу же переключился на нового собеседника.

– Нет, не только тебя, вас обоих. Дог и Рим, прошу проследовать за мной, – серьезный тон обращения не сулил ничего хорошего.

– Так точно майор.

Дверь закрылась, послышался звук снимаемой цепочки, Дог ловко выскочил в коридор и быстро захлопнул за собой дверь. Однако, Рима успела заметить царивший в комнате беспорядок, словно там прошелся маленький ураган, перевернув и раскидав все без исключения вещи. А еще на стене мелькнуло распечатанное на листе изображение, очень напоминающее то, что осталось у нее на стекле.