Наследие древних. История одной любви

Глава 1

Есть в каждом человеке демон,

Что воет в полуночи тьмы,

Мечтая вырваться из плена

Гранитных стен своей тюрьмы… [1]

Поднимаясь по лестнице мужского общежития, Ориана то и дело замирала, прислушиваясь, не раздастся ли поблизости грозная поступь коменданта. И пусть она уже выпускница, а в самом общежитии практически никого нет, девушка всё равно боялась, что её увидят. За пять лет учёбы слишком привыкла опасаться нара[2] Иргена — сурового мужчины, ревностно следящего за порядком на вверенной ему территории. Девушка и не пришла бы сюда, но из-за предстоящего вечером знакомства с родителями Райта не могла найти себе места.

Маркиз и маркиза Лазарские… Одна мысль о них вгоняла целительницу в тоску. А что будет, когда их представят друг другу, — даже подумать страшно! Понимая, что до вечера себя накрутит ещё больше, Ори поспешила к возлюбленному. В его объятиях девушка надеялась найти успокоение и уверенность в том, что всё будет хорошо.

Дойдя до нужного этажа, Ориана остановилась и перевела дух. В тот же миг она услышала разговор.

— Нет, это всё зашло уже слишком далеко! — донёсся красивый женский голос. — Мы с отцом с пониманием отнеслись к твоей увлечённости. Всё же ты ещё слишком молод, поэтому и позволили развлечься. Но кто же думал…

— Мама! — предупреждающе воскликнул Райт, и Ори испуганно замерла.

Она точно не собиралась так быстро встречаться с маркизой. Особенно когда та явно не в духе.

— Двадцать восемь лет уже как мама! — громко заявила женщина. — Райт, ты не маленький ребёнок и должен трезво оценивать свои поступки! Неужели не понимаешь, кто она такая на самом деле?!

— Ну почему же? — насмешливо ответил боевой маг, а Ориана до боли прикусила указательный палец, догадавшись, что речь идёт о ней. — Ори совсем не ровня нам… мне, так как не принадлежит к дворянскому сословию.

— Вот именно! — с облегчением выдохнула леста Ольяса. — Я рада, что ты осознаёшь это. Значит, всё не так печально, как мы с отцом думали. Но тогда я не понимаю, зачем этот фарс с нашим знакомством? Для чего ты собираешься притащить эту… Ориану в наш дом сегодня вечером? Тем более когда там будет Ванесса вместе со своей семьей? Мы ведь уже много раз обсуждали…

— Да-да, — примирительно сказал Райт. — Я прекрасно помню, что Ванесса фор Марид — отличная партия. Умная, красивая, воспитанная, да ещё и принадлежит к древнему роду герцогов Витарских.

— Да! Она идеальная партия для тебя, помни об этом!

— Я никогда не жаловался на память, — дерзко ответил сын.

— Райт, немедленно прекрати! — Маркиза не пожелала терпеть дерзость от своего сына. — Я надеюсь, что сегодня вечером ты порадуешь нас с отцом.

Несколько мучительных секунд молчания, и в ответ раздались решительные слова:

— Не сомневайся, мама, я сделаю всё, как должно быть.

Ориане повезло, что она стояла около стены и успела опереться на неё. Иначе точно бы упала — так резко накатила тошнотворная слабость. Зажав рот ладонями, девушка задрожала от ужасных злых слов, которые только что услышала. Ещё немного, и она точно ворвётся в комнату возлюбленного, чтобы…

Тряхнув головой в надежде хоть немного разогнать застлавшую глаза пелену и громкий звон, поселившийся в ушах, целительница медленно повернулась к лестнице. Нужно уйти отсюда как можно скорее, пока она ещё способна сдержать себя. Пока есть силы устоять на ногах.

К горлу вновь подкатила тошнота, и Ориана поспешила вниз. Подгоняемая воспоминаниями о чудовищной правде, которая только что открылась, девушка даже не заметила, как вышла на улицу и побежала в сторону пруда, около которого росла развесистая плакучая ива.

Старая ива низко склонила ветви к прозрачной глади пруда, образуя небольшое уютное убежище. Мощный ствол надежно скрывал от посторонних взглядов всех, кто приходил в этот тайник, а крупные корни, торчащие из земли, заменяли лавочки. Ориана обожала это место, расположенное в отдаленной части академического сада. Здесь выпускница целительского факультета любила помечтать, обдумать свои планы или, как сейчас, попытаться успокоиться.

Ей не хотелось верить, что всё это правда и Райт согласен с матерью. Ведь не мог же он на самом деле встречаться с ней и говорить слова любви, когда собирался обвенчаться с другой?

А ведь ещё несколько лет назад она терпеть не могла Райта фор Леарда, среднего сына маркиза Лазарского. Красивого, статного, лучшего боевого мага в своём потоке. Гордость столичной академии Арайской империи. Более того, Ориана встречалась с парнем со своего факультета и строила планы на их совместную жизнь!

При воспоминании о Вадиме сердце болезненно сжалось. Они встречались четыре года, прежде чем всё так круто изменилось. И во многом благодаря Райту.

Зажмурившись, Ориана затрясла головой, отгоняя воспоминания… Их отношения начинались с неприязни, чуть не переросшей со стороны целительницы в ненависть. И всё же Райт сумел доказать ей, что может быть не только высокомерным аристократом, но также нежным и отзывчивым человеком. И пусть Ори так и не сказала о своей любви, но собиралась исправить эту оплошность в самое ближайшее время. Вернее, этим вечером…

Тяжело вздохнув, девушка оперлась о шершавый ствол ивы и обвела своё убежище тоскливым взглядом. К сожалению, ей больше никогда не придётся побывать здесь. Выпускные экзамены сданы, диплом с отличием получен, справку о свободном трудоустройстве (благодаря всё тому же Райту) сегодня ей отдали в секретариате. И если бы не бал, целительница покинула бы стены родной альма-матер ещё три дня назад.

Слёзы, так долго сдерживаемые, покатились по лицу. Только облегчения не принесли. Наоборот, к горлу подступили рыдания, и Ориана громко всхлипнула.

«Нет… Нет, я не могу так всё оставить! — подумала она, решительно стерев мокрые дорожки рукавом платья. — Нужно поговорить с Райтом. Пусть он скажет мне всё это в лицо».

Целительница дала себе несколько минут, чтобы успокоиться, и уже практически решилась выбраться из своего убежища, когда услышала приближающиеся шаги.

— Да быть того не может! — раздался удивлённый возглас. — Ты не шутишь?

Ори узнала Марену фор Зардс и сразу насторожилась. С этой магиней ей встречаться точно не хотелось.

— Да тише ты! — недовольно сказали в ответ, и целительница вжалась в ствол ивы. — Это пока секрет, мы с Райтом хотели устроить всем сюрприз. Но так как ты моя лучшая подруга…

Вторая девушка многозначительно замолчала, а Ори ощутила, как сердце сжалось в предчувствии беды. Она увидела Ванессу фор Марид, младшую дочь герцога Витарского, несостоявшуюся невесту Райта. Неужели между ними на самом деле что-то есть? Сколько крови она попортила Ориане, каждый раз одаривая целительницу презрением, словно та была навозным жуком, посмевшим затесаться в ряды королевских бабочек!

Ориане было бы легче, если бы Ванесса устроила скандал или затеяла какую-нибудь некрасивую сцену. Но нет, дочь герцога умела держать себя в руках, ни на мгновение не забывая о чувстве собственного достоинства. И от этого целительнице становилось ещё горше. Она чувствовала себя коварной разлучницей, хотя Райт утверждал, что между ними не было никаких договорённостей. Просто желание родителей, просто ожидания юной магини…

— Но как же так? — Голос Марены вырвал Ори из тяжких дум. — А эта выскочка целительница, с которой он везде таскался?

— На балу узнает о нашей помолвке, — холодно ответила Ванесса. — Конечно, сыну маркиза Лазарского не к лицу такое поведение, но всё можно списать на молодость и задетую гордость. Всё же ему раньше никто не отказывал. А тут какая-то целительница, которой абсолютно нечем похвастаться, кроме наличия крови тайхар. Вот Райт и разозлился, решив добиться её любой ценой.

— Знаешь… Это как-то совсем уж некрасиво с его стороны, — с сомнением в голосе произнесла Марена. — Какой бы она ни была, но…

— Тебе её жаль? — удивлённо спросила Ванесса. — Да ладно, эта мерзавка быстро найдёт утешение в объятиях того, кто сможет предложить хорошую сумму на её содержание.

— Ванесса! — ахнула подруга.

— Вот давай только не будем устраивать драмы! Вспомни, что она четыре года встречалась с тем несчастным целителем. А ведь он был на хорошем счету в академии, не смотря на свой небольшой недостаток. Но как только подвернулся шанс, она быстро переметнулась к более выгодной партии.

— Может, ты и права, — не стала спорить Марена.

— Конечно, я права, — с тяжёлым вздохом сказала Ванесса. — А теперь пойдём, мы уже и так опаздываем. Сегодня вечером я просто обязана затмить всех!

Ориана так и не поняла, как сдержалась и не выдала себя ни единым движением. Возможно, потому что тело окончательно ослабло, а сердце было готово остановиться в любую секунду от переполнявшей его боли. Голова гудела, а перед глазами висел туман, мешающий хоть что-нибудь рассмотреть. К горлу вновь подкатывала тошнота, ещё больше ухудшая самочувствие. Жестокая правда жгла несчастную раскаленным железом. Губы начали беззвучно шевелиться, умоляя богов смилостивиться и прекратить мучения, освободив душу от бремени земной жизни. Ори молила о смерти, не в силах вынести страданий.

Девушка не знала, сколько прошло времени, прежде чем она смогла двигаться. С трудом поднявшись с земли, Ори сделала неуверенный шаг вперёд. Потом ещё один. И ещё. С каждым новым шагом она всё больше распрямляла спину. С каждым новым вдохом вокруг её сердца поднималась ледяная стена, запечатывая раздирающую боль и давая возможность подумать о том, как поступить дальше.

И решение пришло. Вернувшись в комнату, Ориана окинула взором две сумки с вещами, которые сложила ещё с вечера по настоянию Райта.

Райт…

Ледяная стена разлетелась на мелкие осколки, а тело девушки изогнулось от душевной боли. Она опустилась на пол и тихонько завыла. В то же время какая-то часть сознания холодно считала. Один, два, три… восемнадцать, девятнадцать, двадцать. Всё!

Резко замолчав, Ори вновь принялась выстраивать ледяную стену. Благодаря самоконтролю, которому их обучила декан целительского факультета, она сумела взять себя в руки. Открыв одну из сумок, целительница достала тетрадь и карандаш. Безжалостно выдрала лист и принялась писать изящным ровным почерком. Слова легко ложились на бумагу, словно кто-то нашёптывал их несчастной девушке, помогая быстрее справиться с задуманным.

Когда была поставлена последняя точка, Ори осмотрела комнату, ставшую ей домом на семь лет обучения. Затем бросила взгляд на исписанный лист и непримиримо поджала губы. Настала пора покинуть стены академии.

Она плохо помнила следующие два дня, пока добиралась до небольшого приграничного города. Сначала шумный вокзал, где она дожидалась нужного ей маг-экспресса. Потом уютное купе, которое девушка делила с пожилой леди. И наконец, нанятая бричка, доставившая Ориану до нужного места. Если бы кто-нибудь спросил, почему целительница направилась именно туда, она бы не смогла ответить. Возможно, из-за какой-то глупой уверенности, что там получится вернуть утраченную жизнь и залечить разбитое сердце. Пусть это и было эгоистично с её стороны, но Ори упрямо двигалась к своей цели.

И вот перед ней невысокая калитка, от которой к двухэтажному дому ведёт широкая дорожка. Вдоль неё посажены кусты дикой розы, создававшие живую ароматную изгородь. Неожиданно Ори оробела, впервые осознав, что здесь её не ждут. Да и хватит ли ей смелости заговорить с тем, кого она предала?

— Ориана? — раздался рядом изумлённый возглас. — Что ты здесь делаешь?

Медленно обернувшись, девушка посмотрела в бледно-зелёные глаза темноволосого парня. На мгновение зажмурившись, она хрипло сказала:

— Здравствуй, Вадим, я приехала к тебе.

— Но… почему?

На лице бывшего возлюбленного застыли удивление и недоверие. А вот неприязни, злости или ненависти нет совсем. Именно этот факт заставил девушку устыдиться того плана, которого она придерживалась последние дни. Разве можно было…

Неожиданно Ориана почувствовала, как ей в спину упирается чей-то взгляд. Даже гадать не пришлось, кто это может быть. Райт! Целительница нисколько не сомневалась, что это именно он.

Сердце испуганно ёкнуло, а в голове суматошно заметались мысли. Почему? Откуда узнал? Как сумел найти?

— Ориана? — напомнил о себе Вадим, и это помогло прийти в себя.

За несколько ударов сердца девушка успела решиться и принести клятву богам, что если всё получится, то она сделает всё от неё зависящее, чтобы Вадим был счастлив. Переступив одну из сумок, Ориана подошла к целителю вплотную и тихо произнесла:

— Я люблю тебя и буду любить всегда.

Она решительно приникла к губам Вадима поцелуем, перечеркивая прошлую жизнь…

Женщина резко распахнула глаза и с трудом сделала вдох. Сердце бешено застучало в груди, по всему телу выступила испарина, а пальцы судорожно вцепились в одеяло. Уставившись в потолок, Ориана принялась глубоко и размеренно дышать, стараясь успокоиться. Спустя некоторое время ей это удалось, и она устало прикрыла веки.

Ори уже пятнадцать лет не вспоминала прошлое, спрятав его в самых отдаленных уголках души. Ей потребовалось пять лет, чтобы совладать с собой, и женщина не желала повторения той боли. Она прилежно исполняла клятву богам, данную двадцать лет назад. Была примерной женой, прекрасной матерью, отличным специалистом…

Их с супругом коллеги часто удивлялись, как у неё хватает сил не только работать с пациентами, но и обустраивать семейный уют. Ориана лишь загадочно улыбалась, тихо радуясь, что ей уже столько лет удается всех обманывать. Ведь никто так и не понял, что её сердце давным-давно заледенело.

Сев в постели, женщина запретила сеанс самокопания и посмотрела на соседнюю подушку. Та была непримятой, явно указывая на то, что Вадим не ночевал дома. Ориана тяжело вздохнула и встала с кровати. В последнее время супруг подолгу задерживался в своей лаборатории, не столько ради пациентов, сколько ради каких-то исследований. Когда она спрашивала, чем же он занимается, Вадим всегда целовал её и просил подождать ещё немного. Утверждал, что не хочет раньше времени выходить из-под покрова плаща богини удачи. И Ори послушно замолкала, обещая себе терпеливо ждать.

Вот и сегодня супруг, видимо, увлёкся своими исследованиями, позабыв, что дома по нему скучает семья.

Потянувшись, Ориана прошла в сторону ванной комнаты, лишь мельком глянув на себя в зеркало. И то это получилось совершенно случайно — уже примерно год её не вдохновляло собственное отражение. Не потому, что Ори плохо выглядела. О нет, всё как раз наоборот. В зеркальной поверхности отражалась стройная златокудрая красавица с пронзительными синими глазами в обрамлении пушистых ресниц на тон темнее волос. А ещё выглядела целительница максимум лет на двадцать, хотя месяц назад ей исполнилось сорок два года. Сказывалось наследие тайхаров — древней расы, некогда жившей в их мире. Никто не знал, куда они исчезли, в летописях не осталось об этом упоминаний. А ещё с этой удивительной цивилизацией исчезли книги с заклинаниями, магические разработки и… города, в которых обитали тайхары. Зато остались полукровки, которые жили значительно дольше обычных людей и имели большой магический резерв.

Чаще всего потомки тайхаров встречались в аристократических семьях. Значительно реже — среди простолюдинов, таких, как родители Орианы. Но в то же время их объединяла одна общая черта. Все потомки мифической расы были светловолосыми и светлоглазыми. Родители, у которых появлялись такие дети, могли быть уверены, что их чада хорошо устроятся в этой жизни. Если, конечно, сумеют завершить обучение в магических академиях.

Ори стала как можно реже смотреть на свое отражение с тех пор, как заметила в волосах Вадима седые прядки. Нет, как маг и целитель, он проживет дольше не одаренных магически людей. Да и его светлые глаза также намекали на наличие крови древних магов. Но её было слишком мало, всего лишь капля в море, а значит, Вадиму отмерено жизненного пути значительно меньше, чем Ориане или их дочери Тарине. Пусть целительница так и не смогла его полюбить, зато безгранично уважала за доброту, отзывчивость и преданность целительскому мастерству.

Прежде чем спуститься вниз, женщина заглянула в комнату дочери. Кровать оказалась застелена, а девушка отсутствовала.

— Видимо, сбежала на подготовительные курсы, — вздохнула Ориана и пошла на кухню.

Вчера дочь соизволила поставить родителей в известность, что собирается подавать документы в столичную академию. Туда, где когда-то обучались и они. Это признание поставило Ори в тупик. Она не понимала, почему дочь хочет поехать учиться за тридевять земель, когда и в их губернии есть прекрасное учебное заведение. Да, не столичная академия, зато рядом с родителями.

Неожиданно Вадим встал на сторону Тарины, утверждая, что их малышка повзрослела. А значит, ей уже пора вкусить самостоятельной жизни. Против них двоих женщина не имела ни единого шанса выстоять, поэтому пусть и с трудом, но согласилась.

Сейчас, готовя себе лёгкий завтрак, она размышляла о том, что, возможно, именно признание дочери повлекло за собой сон о далёком и болезненном прошлом. И как бы Ориана ни старалась, никак не могла перестать думать о том, кто украл её сердце, а затем безжалостно растоптал его.

Райт фор Леард. Блистательный аристократ, один из сильнейших боевых магов империи, начальник отдела по борьбе с магическими преступлениями, подчиняющийся лично императору. И такой же, как она, носитель крови тайхаров.

Ориана не следила специально за его жизнью. Слишком больно ей было всякий раз, как она вспоминала Райта. Но даже в их глушь доходили столичные новости, пусть и со значительным опозданием. Так женщина узнала, что в тот день, когда она родила свою малютку Тарину, Райт женился на Ванессе фор Марид. Блестящая партия, объединение двух могущественных семей… Слухи об их свадьбе ещё целый год гуляли по империи.

В ту ночь она долго рыдала, заглушая всхлипы подушкой, и благодарила богов за то, что Вадим был на двойном дежурстве. Она оплакивала своё разбитое сердце и разорванные в клочья мечты. А когда супруг на следующий день вернулся домой уставший, она встретила его ласковой улыбкой и вкусным ужином.

Затем в газетах начали публиковать сведения об успехах Райта в профессиональной деятельности. Будто журналистам нечем было заняться, кроме как освещать жизнь среднего сына маркиза Лазарского! Но стоило признать: сюжеты выходили действительно интересными. Молодой маг, недавно окончивший академию, стремительно поднимался вверх по служебной лестнице. Ориане очень хотелось сказать, что это всё благодаря его отцу маркизу, но… Громкие преступления, которые удавалось раскрыть боевому магу, не оставляли сомнений в его профессионализме.

Ори ненавидела себя за ту слабость, которая заставляла её с жадностью просматривать газеты, приходящие из столицы. Наверное, сильнее она ненавидела только Райта. И благодаря этому чувству девушка заставляла себя двигаться вперёд, ещё больше развивая свой дар и улучшая навыки целительства.

Вспомнив слова декана о том, что вся жизнь целителя должна быть посвящена не только исцелению, но и совершенствованию дара, Ори с головой окунулась в работу. При этом старалась не забывать о супруге и дочери.

Так продолжалось несколько лет, пока однажды она не прочитала в газете, что Ванесса фор Леард скончалась во время родов, подарив мужу дочь. В тот момент Ориана испытала злорадное удовлетворение от смерти женщины и… испугалась той, кем стала. Она была полна ненависти не только к тем, кто причинил ей боль, но и к себе. Злобное существо, радующееся чьей-то смерти, — вовсе не такой должна быть магиня, посвятившая жизнь исцелению.

На следующий день Ориана отправилась в храм всех богов, чтобы вымолить прощение. Тогда же она принесла ещё одну клятву: больше никогда не интересоваться жизнью Райта фор Леарда. И долгих пятнадцать лет была верна своему слову, посвятив себя любимому делу и своей семье. Она даже честно старалась вновь влюбиться в Вадима, но сердце так и не откликнулось. Впрочем, другие мужчины тоже оставляли целительницу равнодушной.

Так она и жила, спрятавшись от всего мира за любимой работой и запрещая себе думать о прошлом.

Сварив кофе, Ори подошла к окну и распахнула створки. В кухню ворвался свежий ветерок, принеся с собой ароматы свежескошенной травы и диких роз. Совсем скоро цветы начнут увядать, и дорожку усыплет их лепестками. Вадим всегда утверждал, что тогда их дом становится похож на убежище новобрачных. И после этого обязательно подхватывал жену на руки. В ответ Ори нежно целовала его и весело смеялась, пока муж кружил её.

Счастливая семейная пара, которая даже через двадцать лет супружеской жизни всё ещё радовалась каждому совместно прожитому дню.

Взяв кружку с кофе, Ори вновь подошла к окну. Устроившись на широком подоконнике, она принялась наблюдать за редкими прохожими. Сегодня женщина выходила в ночную смену, поэтому могла не торопиться. К тому же нужно доделать несколько отчетов: конец месяца — самое горячее «бумажное» время в больнице. А ещё подготовить к выписке двух пациентов. Солдаты, служившие в гарнизоне, расположенном близ их города, были самыми частыми «гостями» больницы. Иногда Ориане казалось, что она их знает ничуть не хуже, чем свою семью, — успела изучить за долгие годы работы.

От размышлений отвлёк раздражающий скрежещущий звук смартана. Модель, которой пользовалась Ориана, давно устарела. В новых смартанах можно было выбрать мелодию из списка загруженных, а не использовать одну стандартную, да ещё такую неприятную. Вот только свой переговорник женщина купила с первой зарплаты и не желала его менять.

Увидев высветившееся имя своей медички — младшей целительницы, с которой они проработали в паре больше десяти лет, Ори быстро ответила.

— Здравствуйте, Ринада, — поздоровалась она, когда на экране высветилось изображение кареглазой тридцатидвухлетней женщины, с волосами каштанового цвета, собранными в тугой пучок. — Что-то случилось?

— Здравствуйте, Ориана, — донеслось в ответ. — Подскажите, ваш муж всё ещё не вернулся домой?

Усмехнувшись, Ори понимающе посмотрела на медичку. Муж Ринады, старший целитель Блез Нарих, был закадычными другом Вадима и таким же заядлым исследователем. Ну или не совсем таким… Как Ориана подозревала, верховодил в их компании именно её муж.

Всё время, сколько она его знала, Вадим стремился к каким-нибудь открытиям в области целительского искусства, призванным облегчить людям жизнь. Более того, имея возможность работать если не в самой столице империи, то в одном из крупных городов, он сам захотел после окончания учёбы приехать сюда. Здесь, как утверждал муж, лучшее место для всяких экспериментов и невероятных открытий.

— Нет, Вадим ещё не возвращался, — сочувственно ответила Ориана. — Насколько я знаю, у вашего старшенького сегодня день рождения.

— Да, — подтвердила Ринада, недовольно поджав губы. — Блез обещал сходить вместе с нами в кафе госпожи Лерстат. Довиар и Дана так ждали этого дня!

— Не расстраивайтесь, уверена, они скоро вернутся. — Ори постаралась скрыть свою нервозность. Она не любила влезать в выяснение отношений знакомых семейных пар.

— Очень надеюсь на это! — Ринада спохватилась, сообразив, что не стоит выливать негодование на свою непосредственную начальницу. Виновато улыбнувшись, женщина пообещала быть на дежурстве вовремя и распрощалась.

Закрыв смартан, Ориана неодобрительно покачала головой. Не стоило сомневаться, что именно Вадим задержал своего друга, вновь увлёкшись исследованиями. Сделав мысленную заметку поговорить с мужем, она направилась на кухню. Прежде всего нужно приготовить завтрак. Ори давно заметила, что сытый Вадим более покладист и легко идёт на уступки.

Прошло совсем немного времени, прежде чем послышался скрип открываемой калитки, а на дорожке раздались шаги. Ориана бросила взгляд на часы и вновь покачала головой. И только когда вместо того, чтобы открыть входную дверь, в неё позвонили, она поняла, что Вадим совсем не торопится домой.

— Надо ему позвонить, — недовольно пробормотала женщина, выходя в прихожую. — Это не дело — так задерживаться!

Немного помедлив, чтобы пригладить растрепавшиеся волосы, Ори открыла дверь и тут же натолкнулась взглядом на коменданта военного гарнизона.

— Лест Сарков, чем обязана? — удивлённо спросила она, обратив внимание на след от сажи на лице, всклокоченные светлые волосы и неопрятный мундир. — Что случилось? Нападение? Пожар? Я сейчас иду! — Развернувшись, целительница поспешила в глубь дома, но мужчина перехватил её за локоть.

— Нет, нара Кант… — Комендант замялся и виновато посмотрел на нее.

— Что случилось? — вновь спросила Ори, почувствовав, как сердце сжимают ледяные тиски страха.

— Нара Кант… — Лест Сарков тяжело вздохнул. — Ориана, мне так жаль…

[1] Здесь и далее стихи автора.

[2] Лест и леста — обращение к представителю дворянского рода. Нар и нара — обращение к человеку, не относящемуся к дворянскому сословию.

Глава 2

Стремится разорвать оковы

И завладеть твоей душой,

Чтоб в омут окунуться снова

Безумья, позабыв покой…

Ринада громко рыдала на груди поддерживающего её леста Саркова, пока жрец храма Триединого ровным речитативом читал молитву по усопшим. Тарина тихо всхлипывала, прижимаясь к матери и неотрывно следя за тем, как несколько солдат обкладывают наглухо забитый деревянный ящик большими вязанками хвороста. После взрыва в лаборатории от Вадима Канта и его друга и помощника Блеза Нариха мало что осталось. Ориана конечно же настояла на экспертизе, чтобы удостовериться в смерти мужа. Из больничного архива были доставлены два кристалла, хранившие слепки аур Вадима и Блеза, которые тут же среагировали, стоило их поднести к останкам. Иных доказательств не потребовалось.

Ориана сжала руку дочери и осмотрела тех, кто явился на похороны. Женщина не проронила ни слезинки за все эти дни. Будто что-то не позволяло выплакать своё горе. И если бы не потухший взгляд и бледное лицо, по городу уже точно поползли бы слухи.

Словно издеваясь над горем вдов, невдалеке раздалось весёлое щебетание птиц. Этот день радовал тёплой и солнечной погодой. На небе не было ни облачка, а тех, кто пришёл проводить усопших в последний путь, обдувал лёгкий ветерок. Ориана отстранённо подумала, что сегодня идеальный день для пикника. Прикрыв глаза, она тяжело вздохнула и обняла за плечи громко всхлипнувшую дочь.

Тарина тяжело переносила смерть отца, так как была слишком сильно к нему привязана. Даже сильнее, чем к матери. Заглянув в покрасневшие от слёз зелёные глаза, Ори неожиданно задалась вопросом: догадывался ли Вадим о том, кто настоящий отец девушки? Не то чтобы Ориана специально решила обмануть его. Просто когда сбежала из академии и приехала сюда, то ещё не знала, что носит под сердцем ребёнка. Да и когда малышка родилась, то все признали в ней копию матери. Кроме, разумеется, отцовских глаз. Только когда Тарина немного подросла, целительница наконец поняла, чья именно зелень отражается во взгляде малышки. И, видя безграничную любовь Вадима к дочери, так и не смогла сказать правду. Хотя стоило бы. Ведь так было бы честнее…

Чтобы сгладить этот обман, Ори захотела родить ещё одного ребёнка. Она считала это справедливой платой за доброту и понимание, которые дарил ей муж. К сожалению, их малыш погиб двенадцать лет назад, когда на город напала хищная орда севарок — огромных сороконожек с хитиновой броней и острыми жвалами на морде, способными перерубить человека пополам. Тяжело перенеся эту потерю, супруги по обоюдному молчаливому согласию решили больше детей не заводить. И теперь, стоя у погребального костра, Ориана жалела о принятом решении. Выходит, Вадим не оставил после себя потомства.

— Нара Кант, — тихо позвал её мэр города, вырывая из хоровода мрачных мыслей.

Непонимающе посмотрев на невысокого темноволосого мужчину, она увидела, что тот еле заметно кивнул в сторону погребального костра, вытерев платком вспотевшее лицо. Переведя на него взгляд, Ори заметила протянутый жрецом факел. Пришло время поджечь хворост. Как только целительница взялась за древко, Ринада зарыдала ещё громче, а Тарина вцепилась в руку матери.

— Мам… — жалобно прошептала она и прикусила губу, пытаясь сдержать рыдания.

— Всё будет хорошо, милая, — ответила Ориана, не представляя, как утешить дочь. — Позволь мне завершить ритуал и… — Горло сдавило невидимыми тисками, из-за чего она не смогла договорить.

Но Тарина и так всё прекрасно поняла. Отпустив руку матери и сжав пальцы в замок, девушка потупилась, не желая смотреть, как будет разгораться погребальный костер. А когда ветер донес в её сторону дым, и вовсе отвернулась. Жена мэра, леста Алеста, тут же приобняла девушку за плечи, протянув ей кружевной платок.

Ориана же, в отличие от дочери, не отводила взгляда от языков пламени, жадно лизавших сухой хворост и стремительно подбиравшихся к ящику. Вадима и Блеза даже похоронили вместе, потому что было непонятно, кому из них принадлежала какая часть тела. А использовать для этого кристалл с их аурами вдовы посчитали кощунством. Как тогда сказала Ринада, их мужья были словно братья, а значит, ничего предосудительного в таких похоронах нет.

Когда пламя понемногу утихло, а люди стали расходиться, неожиданно перед ними открылся пространственный тоннель, из которого буквально вывалился мужчина с всклокоченными волосами. Им оказался помощник Вадима, медик Марас Брайз, оставленный на дежурство в больнице.

— Что случилось? — спросила Ориана, рассмотрев на его лице повязку с прорисованной на ней руной защиты.

Такими повязками целители пользовались, когда в городе начиналась эпидемия.

— Беда, нара Кант! — выдохнул Марас, протягивая руку с зажатыми в ней повязками. — Неизвестная болезнь начала поражать горожан.

Тут же раздался звук упавшего тела и вскрик лесты Алесты. Это мэр потерял сознание. Ориана бросилась к нему на помощь, но медик преградил ей путь.

— Нет, только с повязкой! — напомнил он, протягивая одну из них целительнице.

Пока Ори осматривала леста Виста, Марас раздал повязки всем присутствующим. Ринада присела рядом со своей начальницей и приглушённым из-за маски голосом встревоженно спросила:

— Что с ним?

— Он весь горит, — тихо ответила Ориана. — Не могу понять, в чём дело, но, кажется, эта странная болезнь расползается по внутренним органам, словно обволакивая их.

— Что?! — Ринада испуганно охнула и покосилась на стоявших неподалеку людей. — Вы намекаете, что она может быть магического происхождения?

— Не намекаю, а говорю прямо. — Ориана нашла взглядом коменданта гарнизона. — Лест Сарков, в городе объявляется карантин. Это какой-то магический вирус. Нужно сообщить в министерство здравоохранения и запросить помощь.

— Будет исполнено, — кивнул комендант, доставая из кармана сюртука свой смартан.

— Марас, вы не связывались с главной целительницей? — спросила тем временем Ринада, вставая с колен и отряхивая темную юбку.

— Нет, я сразу поспешил к вам, оставив пациентов на попечение остальных медичек, — ответил мужчина. — И ещё… — Он нерешительно замялся, покосившись на догоравший погребальный костер.

— Говорите! — поторопила его Ориана, стараясь помочь мэру. — Сейчас важна любая информация.

— Первым обратился солдат, который обжёг руку, когда… — Медик вновь замолчал, но потом решительно договорил: — Он пострадал, когда обследовал лабораторию.

— Хотите сказать, что эта зараза распространилась из-за наших мужей?! — воскликнула Ринада. Она даже покраснела от гнева.

— Тише! — одёрнула её Ориана. — Не будем раньше времени строить предположения, но и сбрасывать такую возможность со счетов не стоит.

— Да как вы… только можете так говорить?! — вскричала медичка и вновь разрыдалась.

— Прекратите истерику! — громко приказал комендант. — Никто никого не обвиняет. Даже если зараза начала свой путь из лаборатории, то это совсем не значит, что усопшие специально её вывели. При взрыве могло случиться что угодно. Сначала нужно остановить распространение и исцелить пострадавших.

Пришедшие на похороны люди согласно загомонили. Им всем выдали повязки, а это вселяло некоторую уверенность. Вдруг магический вирус ещё не успел их заразить?

— Тарина, проводи лесту Алесту домой и побудь с ней, — обратилась Ориана к дочери. — Леста Алеста, как только что-нибудь станет известно, я обязательно вам сообщу. А сейчас нам нужно в больницу.

Лест Сарков принялся отдавать приказы по смартану, пока целительница переправляла мэра экстренным порталом. Ринада направилась вслед за начальницей, успев попросить свою соседку присмотреть за детьми. Ещё раньше было решено, что малышам не стоит присутствовать на похоронах, поэтому их оставили на попечение старшей дочери соседей.

Когда Ориана разместила леста Виста в палате, в коридоре её уже ждали пациенты. Кто-то пришел сам, почувствовав недомогание, кого-то привели родственники. Неизвестная болезнь стремительно распространялась. Приёмный покой и ведущий к нему коридор были переполнены.

— Размещайте всех по палатам, — отдала распоряжение целительница. — И свяжитесь с лестой Сарков, нам потребуется помощь.

— Но главная целительница в отпуске, — возразила одна из медичек. — А вы прекрасно знаете, как она…

— У нас нет выбора! — перебила её Ринада. — Или ты собираешься сама всех вылечить?

Медичка смутилась и, пробормотав, что сейчас всё сделает, скрылась из приемного покоя. Наблюдавший эту сцену персонал и пациенты предпочли сделать вид, будто ничего не произошло. Первые — потому что и так дел по горло, а вторые — потому что надеялись на скорое выздоровление. Вера в успех целителей не покидала горожан, ведь те уже не раз доказали свою компетентность.

На следующий день вера немного поутихла, уступив место настороженности. А спустя еще два дня, когда стали умирать пациенты, в городе поднялась паника. Лекарство так и не было найдено. Целители выбивались из сил, стараясь поддерживать угасающие жизни. Из столицы прислали помощь — спецотряд, занимающийся именно такими случаями. Но всё, что столичные целители смогли выяснить, — длительность инкубационного периода и наличие иммунитета у светловолосых жителей города.

Попросту говоря, светловолосые и светлоглазые жители Северга оказались вне опасности. Защитные механизмы их генотипа были на высоте. А те, в ком кровь тайхаров сильно разбавлена, переносили болезнь значительно легче. Но так долго продолжаться не могло. В группу риска вошли горожане с отсутствием наследия древних магов.

— Он умрёт? — тихо спросила леста Алеста у Орианы, когда та пришла проведать мэра.

Мужчина обладал крепким здоровьем, благодаря чему всё ещё держался. Но если в первый день он чувствовал себя относительно неплохо, то в последующие дни впал в беспамятство, так ни разу и не очнувшись.

— Я не знаю, — честно ответила целительница, вливая в леста Виста лечебную магию. — Внутренние органы сдают под влиянием вируса. Сколько он ещё протянет, одним богам известно.

— Я не смогу жить без него, — призналась леста Алеста, а по её изможденному лицу побежали слезы. — Машар — любовь всей моей жизни, и я… — Прижав ладони к губам, она постаралась заглушить всхлипы, чтобы не потревожить других пациентов.

Мест в больнице не хватало, поэтому об отдельной палате для мэра не могло быть и речи. Помимо леста Виста здесь лежали ещё пять человек. Чтобы создать хоть какое-то подобие уединения, комната была разделена на зоны белыми простынями. Сейчас все они были подняты вверх, чтобы целителям было проще следить за пациентами. И только угол мэра был огорожен, так как с ним пока находилась жена.

— Столичные целители стараются вывести вакцину на основе крови светловолосых людей, — попыталась успокоить женщину Ори. — Как только у них получится, обещаю, вашему мужу одному из первых сделают переливание.

Во взгляде лесты Алесты сразу же зажглась безумная надежда. Схватив целительницу за руки, она быстро заговорила:

— Но почему… Почему так долго? Я ведь знаю, что вашу невосприимчивость к заразе обнаружили еще вчера!

— Потому что сначала надо очистить полученную от добровольцев кровь, — принялась перечислять Ориана, — затем усилить её некоторыми компонентами, чтобы измученный вирусом организм пережил лечение. И самое главное: вакцина должна делаться с учетом особенностей группы крови определённого человека. То, что подойдёт одному, может значительно ухудшить и без того плачевное состояние другого пациента.

— Простите. — Леста Вист смутилась и виновато отвела взгляд.

— Спецы, работающие над вакциной, и так спешат как могут. — Ори ободряюще похлопала женщину по плечу. — Надеюсь, вскоре я смогу вас хоть чем-то порадовать.

Попрощавшись, она ушла к другим пациентам, возле которых дежурили добровольцы из числа горожан. К сожалению, таковых оказалось очень мало. Одни боялись заразиться, по-прежнему не доверяя повязкам, эффективность которых была доказана. Другие приняли на себя роль снабженцев, доставляя в больницу всё необходимое. Но большинство горожан находилось здесь в качестве пациентов. А те, кто не вместился в само здание, были устроены в палаточном лагере, организованном военными.

— Мама!

Ори увидела спешащую к ней дочь. Тарина была одним из добровольцев, что и неудивительно. Обладая целительской магией, она заметно облегчала работу остальных. И пусть еще практически ничего не умела, но подпитать пациента могла.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Ориана, отведя дочь к окну.

— Я слышала разговор военных, — возбужденно зашептала Рина. — Сегодня или завтра из Исалии прибудет еще один спецотряд, для расследования смерти отца.

— Из самой столицы? — удивилась целительница, сжав руку дочери. — Но зачем?

— А вдруг они думают, что взрыв не был случайным? — предположила дочь. — Вдруг папу… убили!

— С чего ты взяла? — Ориана быстро осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не слышит. — Тебе что-то известно?

— Нет. — Тарина печально качнула головой. — Просто… Лучше уж убийство, чем вот так вот всё!

— Ох, Рина! — Ориана обняла дочь и погладила по голове. — Я тоже до сих пор не верю, что Вадим мёртв, но послушай меня. Какой бы ни была настоящая причина, его это не вернёт.

Неожиданно дочь вырвалась из объятий и зло посмотрела на мать.

— Как ты можешь быть такой спокойной и отстранённой? — яростно зашипела она. — Папа погиб и уже никогда не вернётся, а ты… Даже слезинки не проронила!

— Риночка! — ахнула Ори и протянула к ней руку, но девушка отшатнулась.

— Не смей меня так называть! — не сдержавшись, Тарина повысила голос. — Так меня звал только папа.

Развернувшись, она устремилась прочь, резкими движениями вытирая текущие по щекам слёзы.

Ориана потерянно смотрела ей вслед, чувствуя вину за то, что действительно так и не оплакала мужа. И пусть она не смогла его вновь полюбить, но привязанность и уважение к этому человеку всегда жили в её сердце. То потрясение, которое женщина испытала, узнав о смерти Вадима, до сих пор, словно невидимая стена, отгораживало её от других эмоций. Потом на неё свалились заботы о пациентах, и на страдания времени совсем не осталось. Тут хоть бы успеть немного поспать.

За эти дни Ориана совершенно выбилась из сил. Как, впрочем, и другие целители. Усталость наваливалась со страшной силой, и женщина не раз задавалась вопросом, сколько ещё она выдержит.

Только это совсем не успокаивало. Если Тарина так сказала, значит, и другие могли так же превратно понять спокойствие Орианы. Недаром Ринада ещё на похоронах высказала своё неудовольствие.

Прислонившись к прохладной стене, Ори прикрыла побаливающие от напряжения глаза, давая себе немного времени, чтобы отдохнуть и упорядочить мечущиеся мысли. Сейчас не время и не место заниматься самокопанием. Слишком много людей зависит от её действий. А вот когда все успокоится…

— Ориана, вам плохо? — раздался позади неё участливый голос главной целительницы.

Обернувшись, Ори посмотрела на бледное лицо лесты Дарии фор Сарков и недовольно нахмурилась. Она сама лично полтора часа назад проводила начальницу в кабинет, чтобы та хоть немного отдохнула.

— Леста Дария… — недовольно начала она, но замолчала под укоризненным взглядом начальницы.

— Ориана, вы выглядите не лучше меня. А спали и того меньше.

— Я собиралась уйти отдыхать через пару часов. Вы как раз…

— Вот же они! — воскликнула одна из медичек.

Обернувшись, Ориана немного безучастно скользнула взглядом по незнакомцам, стоявшим рядом с одной из целительниц. На них были защитные повязки, мешающие понять, кто пожаловал в больницу в столь неудачное время.

Увидев, как один из них, высокий и светловолосый мужчина, слишком пристально смотрит на нее, Ори еле заметно нахмурилась. Его ярко-зелёные глаза прожигали целительницу насквозь, будто стремились заглянуть в самые потаенные уголки души. Почувствовав лёгкое раздражение от излишнего и неуместного внимания, она обернулась к медичке, желая спросить, кто все эти люди.

— Почему вы без повязок? — раздался властный голос, показавшийся ей смутно знакомым.

— Потому что вирус на нас не действует, — спокойно ответила леста Дария, спасая подчиненную от неловкости. — На вас он, кстати, тоже не подействует. Как и на некоторых ваших коллег. — Главная целительница осмотрела пришедших. — Остальным рекомендую не снимать защиту, вакцина всё ещё не доработана.

Не произнеся ни слова, Ори следила за тем, как незнакомец снимает свою повязку, чтобы в следующий миг с удивлением узнать в нём того, кого совсем не ожидала здесь увидеть. Перед ней стоял Райт фор Леард собственной персоной. Из-за генетики древних магов он не сильно изменился. Все так же молодо выглядел, лет на двадцать пять максимум. И только властность и спокойная уверенность, исходящие от мужчины, делали его более взрослым, нежели запомнила целительница.

— Могу я поинтересоваться, что делает в моей больнице отдел по расследованию магических преступлений? — меж тем спросила леста Дария, давая понять, что знает, кто перед ней стоит.

— Приказ императора, — коротко ответил Райт, даже не глянув в сторону Орианы. — Где мы можем расположиться?

— Явно не здесь. — Главная целительница нахмурилась и обратилась к Ори: — Ориана, проводите леста Райта к лесте Алесте. А потом идите отдыхать. Как только что-нибудь станет известно, я вам сообщу.

Кивнув, Ори развернулась к прибывшим спиной и отправилась в палату, где лежал мэр. Она даже не посмотрела, следует ли Райт за ней. Удивление от неожиданной встречи смешалось с усталостью и накатившим из-за упадка сил раздражением. Женщина чувствовала, что с каждой минутой, проведенной рядом с ним, теряет самообладание. А этого ну никак нельзя допустить.

Она уже подошла к двери палаты, когда в глазах ненадолго потемнело, а нахлынувшая слабость заставила пошатнуться. В тот же миг сильные руки придержали её за плечи, а над ухом раздался укоризненный голос:

— Когда ты в последний раз спала? Нужно более ответственно относиться к своему здоровью. Тем более когда от тебя…

Неожиданно его слова разбудили в душе целую бурю негативных эмоций. Прикосновения горячих ладоней были подобны неподъёмной тяжести, мешавшей свободно дышать. Ориана с трудом воздержалась от резких слов в адрес бывшего возлюбленного. Распрямив спину, она спокойно убрала его ладони со своих плеч и тихо сказала:

— Мы уже пришли.

Проскользнув в палату, Ориана увидела там Ринаду и Карину, которая недавно устроилась на работу в больницу. Медички совершали обход, проверяя состояние пациентов.

— Нара Ориана, есть какие-то новости? — встревоженно спросила леста Алеста и перевела взгляд на мужчину, маячившего за спиной целительницы.

— Леста Вист, знакомьтесь, это лест Райт фор Леард, — представила его Ориана. — Он прибыл сюда… — Замолчав, она плотно сжала губы, не желая договаривать.

— Леста Вист! — Райт вышел вперед и склонил голову в приветствии.

— Алеста, — представилась жена мэра и вымученно улыбнулась. — Да, я помню, утром нар Веров, помощник моего мужа, упоминал, что вы прибудете со своей командой. Только не совсем понимаю, почему сюда, а не в здание мэрии?

— Я хотел сразу составить мнение о происходящем, — пояснил Райт. — Вы не могли бы…

Договорить ему не дал грохот металлического подноса, вскрик и звук упавшего тела. Стремительно обернувшись, он увидел, что одна из медичек потеряла сознание, а вторая рухнула на пациента. При этом защитная повязка слетела с её лица. В тот же миг Ориана перескочила через лежащую в беспамятстве женщину, помогая подняться второй, в тёмных глазах которой плескался ужас.

— Ринада, не паникуйте, всё будет хорошо! — быстро заговорила Ориана, укутывая медичку в целебный кокон.

— Я не понимаю, как она… — Женщина всхлипнула и покосилась на свою коллегу. — Лест Леард, пожалуйста, позовите кого-нибудь. Вдруг зараза проникает и через защиту.

— Не думаю, — поспешила успокоить её Ори, пока маг выполнял просьбу медички. — Карина просто переутомилась. Мы все слишком устали за эти дни. Но я уверена, вскоре всё закончится. Вакцина обязательно поможет!

— Ох, мои дети! — всполошилась Ринада. — Ориана, прошу вас, позаботьтесь о них, если я… Если со мной… — Не договорив, она всхлипнула.

— Немедленно прекратите! — возмутилась целительница. — С вами всё будет в порядке!

Как раз в это время в палату вернулся Райт, ведя за собой лесту Дарию и целителя из столичного спецотряда. Тот нёс с собой бутыль из тёмно-зелёного стекла, в которой плескалась какая-то жидкость.

— Первая порция вакцины готова, — радостно заявил он, подходя к кровати мэра. — Я пришёл поставить капельницу лесту Висту.

— Слава богам! — выдохнула Ориана и ободряюще сжала руку Ринады. — Вот видите, как всё удачно обернулось. Вскоре вы увидите своих детей.

Глава 3

Райт общался с помощником мэра, пока его люди обустраивали штаб в здании мэрии, где им выделили помещение. Собеседником оказался суетливый молодой человек с растрёпанными русыми волосами и светло-карими глазами. Когда Райта познакомили с наром Иреком Веровым, он решил, что помощник болен, — настолько тот был худ и бледен. Позже леста Вист шепнула ему, что Веров так выглядит всегда.

— Мы ждали вас чуть позже и совсем не там, где вы появились, — вещал нар Ирек, нервозно встряхивая головой. — Ваш кабинет ещё не готов.

— Я подожду, — заверил его Райт, желая как можно скорее покинуть душную комнату.

Крыло мэрии, в котором разместили команду Райта, не использовалось несколько лет. Не сказать, что его состояние было совсем плачевным, но ремонт тут явно не помешает. А ещё нужно срочно открыть окна, пока люди не задохнулись!

Прервав нара Верова на полуслове, Райт решительно направился к одному из окон. Немного повозился с задвижкой, дёрнул ручку на себя, и… ничего не произошло. Абсолютно ничего!

Не привыкший пасовать перед трудностями, особенно перед такими нелепыми, глава отдела по расследованию магических преступлений вновь принялся дёргать за ручку. Одна из створок туго поддавалась, жалобно дребезжа стеклом.

— Лест Райт, я не думаю… — растерянно пролепетал помощник мэра, наблюдая за действиями мага. — Лест Райт, давайте я вызову специально обученного…

— Открывальщика окон? — насмешливо уточнил Марк фор Северский, друг и правая рука Райта. — Смею заверить, наш бесценный глава в состоянии справиться с этой задачей.

Рама натужно заскрипела, и в следующий миг оконная ручка осталась в руке Райта, а стекло осыпалось вниз. Только отличная реакция позволила магу увернуться от града острых осколков. В кабинете воцарилась тишина.

— Зато дышать стало легче, — меланхолично заметила Натара Стронг, откинув за спину светло-русую косу. — А вот руку не мешало бы показать целителям. Шеф, тебя проводить или сам доберёшься?

С неодобрением посмотрев на свою руку, из которой торчали один довольно крупный и пара мелких осколков, Райт достал из кармана носовой платок.

— Продолжайте обустройство, — буркнул он, попытавшись обмотать запястье. — И скажите, чтобы здесь прибрались.

— Я сейчас вызову уборщиц! — пообещал нар Веров, испуганно посмотрев на мага. — Все виновные непременно будут наказаны!

— Хотите засудить оконную раму, посмевшую покуситься на леста Райта? — вновь встрял Марк, полным участия взглядом посмотрев на помощника мэра.

Тот судорожно сглотнул, кивнул, а потом яростно затряс головой.

— Марк, прекращайте балаган, — строго приказала Алисия Мирская, вторая из двух женщин в их отделе. — Нар Веров, прошу, не обращайте на него внимания.

— Он скалится, но не кусается, — внесла свою лепту Натара, помогая Райту перевязывать руку. — Постарайтесь донести до больницы осколки, а не выдернуть их по дороге со словами «само заживёт», — проинструктировала она начальство.

— Совсем распоясались! — недовольно пробурчал Райт, но стушевался под укоризненным взглядом васильковых глаз. — Хорошо, я позволю целителям вылечить рану.

Отказавшись от возможности переместиться стационарным порталом, он быстро вышел из помещения, а затем и из мэрии. Райту хотелось не только прогуляться по городу, чтобы хотя бы приблизительно оценить обстановку и настроение жителей, но и морально подготовиться к встрече с Орианой. Слишком тяжело было смотреть на ту, которая когда-то давно предала его. Райт до сих пор испытывал к ней лёгкое чувство неприязни, хотя прошло уже двадцать лет. И это, кстати, большой прогресс с его стороны! Ведь первые несколько лет виконт и вовсе впадал в ярость при одном упоминании Орианы Фирс, в замужестве Кант.

Та записка, которую Ори оставила ему в своей комнате в общежитии, до сих пор лежала в сейфе столичного особняка как напоминание о его доверчивости. А ведь Райт как последний дурак бросился тогда вслед за ней, нутром почувствовав, куда именно направилась беглянка. Тем больнее было увидеть, как она целует своего бывшего парня.

«Вернее, не такого уж и бывшего, — поправил сам себя Райт, медленно бредя по направлению к больнице. — Хороший урок для самоуверенного мальчишки».

С тех пор он перенёс свою неприязнь на всех целителей. Поначалу пытался бороться со своим предвзятым мнением. Но когда его жена умерла при родах, это стало последним, определяющим фактором. И теперь к целителям Райта можно было затащить лишь в одном случае: если он был без сознания.

Виконт Таверг и дочь оградил бы от этих вызывающих неприязнь магов, но не сумел устоять перед напором своей матери, устроившей форменную истерику. Леста Ольяса всегда отличалась завидным спокойствием и очень редко повышала голос. Поэтому когда она закатила скандал, обещая линчевать сына, если он не пустит целителя к приболевшей малышке, Райту пришлось пойти на уступки.

— И всё же это не помешало мне самому вызваться курировать расследование, — пробормотал себе под нос маг и хмыкнул.

Когда император Арван Второй вызвал Райта к себе и потребовал провести расследование странной гибели двух целителей и ещё более странного распространения неизвестного вируса, то его крайне удивило решение виконта. Обычно Райт, один из самых верных людей его величества, предпочитал оставаться в столице, где у него и так забот хватало. В Исалии проживало чуть больше двухсот тысяч человек. Столица напоминала магу жирного паука, раскинувшего сети далеко вокруг и притягивающего все новых и новых жертв. И в этом людском море нужно было уследить за назревающими заговорами, продажей запретных зелий, за устранением конкурентов при помощи заклятий и даже любовных приворотов! Поэтому готовность Райта проверить городок лично и поразила владыку. Но и запрещать он тоже не стал, полагая, что магу совсем не помешает сменить обстановку. За годы службы фор Леард практически никогда не брал отпуск, всё время находились какие-то важные дела.

Еще бы сам Райт смог себе объяснить, почему так решил! Все эти годы он ни разу не поинтересовался, как живётся Ориане, запретив себе проявлять слабость. А узнав о смерти её мужа, тут же явился в этот… Северг! Более того, когда женщина, несомненно, специально покачнулась, изображая слабость, ощутил беспокойство за её здоровье.

— Вот же… актриса! — прошипел Райт, а затем, очнувшись от своих мыслей, с удивлением увидел, что стоит перед зданием больницы.

Сейчас это место, с палатками перед зданием, скорее напоминало лагерь беженцев. Между ними деловито сновали измученные целители, ставя капельницы с вакциной и проверяя состояние пациентов. Райт даже испытал укол совести. Люди и так работают на пределе своих возможностей, а тут он с таким пустяком! Мужчина уже хотел тихо ретироваться, когда заметил, что платок почти полностью пропитался кровью. Не нужно быть провидцем, чтобы догадаться, как поступит его команда, вернись он назад. Им точно хватит наглости оглушить своего шефа, связать и вновь доставить к целителям. Они слишком давно работают вместе, поэтому некоторая вольность в отношениях присутствовала.

Тяжело вздохнув, словно шёл не руку лечить, а на неравную битву, Райт уверенно открыл входную дверь и нос к носу столкнулся с Орианой. Целительница вздрогнула, на бледном лице проступил испуг, но, увидев, кто стоит перед ней, она тут же постаралась придать себе невозмутимый вид. Немного растерявшись от неожиданной встречи, Райт не придумал ничего лучше, как поднять вверх пострадавшую конечность. А вот неприязненно поджатые губы Орианы ему совсем не понравились.

— Идите за мной, я займусь вашей рукой, — распорядилась она и зашагала по коридору.

— А может, здесь есть кто-нибудь ещё? — спросил Райт. — Не хотелось бы…

Резко повернувшись, Ориана гневно посмотрела на него. Целительница сама не ожидала, что бывший возлюбленный вызовет в ней столь сильные эмоции. Но сколько бы она ни твердила себе, что их болезненное расставание давно осталось в прошлом, а виконт Таверг — теперь посторонний для неё человек, он все равно умудрялся вывести Ори из равновесия.

«Да как он смеет?! — яростно подумала она. — Думает, я не справлюсь с такой пустяковой раной?»

— Все целители заняты и освободятся ещё не скоро, — сухо ответила женщина, старательно сдерживая рвущиеся наружу эмоции. — Следуйте за мной.

— Тебе не кажется, что это глупо — разговаривать так, словно мы незнакомы? — спросил Райт у… её спины. Довольно напряженной спины, кстати. — Нам придётся часто встречаться. И пусть ни я, ни ты не испытываем восторга, думаю, стоит попытаться упростить наше общение на время моего здесь пребывания.

— Как пожелаешь, — холодно отозвалась Ориана, так и не оглянувшись.

Всю дорогу до смотрового кабинета она пылала праведным гневом, мысленно костеря бывшего возлюбленного на чём свет стоит. Ещё только первый день его визита, а уже успел унизить, усомнившись в её профессиональных качествах! О, как бы она желала отвесить ему пощёчину, а затем ещё одну, и ещё… И бить до тех пор, пока не выместит всю боль и обиду, жившую в душе долгие двадцать лет. То, что она давно спрятала за семью замками, вновь пыталось вырваться наружу и подчинить себе эмоции целительницы.

Открыв дверь смотровой и убедившись, что она не занята, Ориана внезапно успокоилась. И даже мысленно укорила себя за детское поведение. Она уже давно не глупая влюблённая дурочка, а взрослая и самостоятельная женщина. Да ещё и вдова, неделю назад потерявшая мужа! Вот о ком ей нужно думать и по ком скорбеть.

— Присаживайся к столу у окна, — распорядилась Ориана, а сама направилась к раковине, чтобы вымыть руки. — Рассказывай, что произошло?

— Пытался открыть окно в выделенном нам помещении, — ответил Райт, послушно устраиваясь у окна. — Стекло лопнуло, и осколки попали в руку.

Маг с интересом осмотрелся по сторонам. Он никогда не был в таких кабинетах, с его-то нелюбовью к целительской братии. А если и доводилось сталкиваться с ними, то обычно Райту было не до изучения обстановки. Когда попал в переплёт, кроме боли, раздирающей тело, уже ничего не волнует.

Да и любопытно было увидеть то место, где работала Ориана. Только его ждало разочарование. Комната оказалась абсолютно безликой. Белые стены и потолок, белые мраморные плиты пола, два стола — у окна и около двери. Одну из стен полностью занимал стеллаж, с выставленными на нём боксами с инструментами, аккуратными стопочками бинтов и бутылочками, наполненными жидкостью разных цветов. Так как никаких пометок не было, Райт не мог понять их предназначение. Около стола, за которым сидел мужчина, стояла кушетка, накрытая простынёй. За ней умывальник, около которого сейчас находилась Ориана. Вот и всё.

— Странно, два года назад в мэрии был ремонт, и все оконные рамы заменили, — сказала целительница, вытирая руки.

— И в восточном крыле? — вкрадчиво уточнил Райт, осторожно положив руку на столешницу.

— Вас поселили в восточном крыле? — удивилась Ориана, забыв, что хотела идти к стеллажу. — Но оно же закрыто на ремонт! Состояние, насколько я знаю, не аварийное, но его не используют уже лет десять.

— Видимо, остальная часть мэрии занята под завязку, — насмешливо заметил маг. — Или же это тонкий намек на нежелание нас здесь видеть.

— А кому понравится принимать у себя отдел магических преступлений, подчиняющийся лично императору? — пожала плечами Ориана и принялась выставлять на поднос всё, что ей может понадобиться. — Даже если ни в чём не виноват, будешь опасаться обвинений. Но я уверена, что помощник мэра ничего такого не имел в виду. Нар Ирек Веров — очень ответственный молодой человек. — Ориана поставила поднос на стол и принялась осторожно разматывать платок. — Судя по всему, рана глубокая, — пробормотала она, рассматривая самый крупный осколок. — Хорошо, что ты сразу пришёл сюда, а не вытянул осколок сам.

Райт чуть не хмыкнул, но вовремя сдержался. Ему не хотелось говорить, что именно так он и собирался поступить. Ведь тогда, несомненно, он бы не удержался и поведал о причине подобного намерения. А сейчас ссориться с Орианой категорически не хотелось. Ему ещё нужно узнать обстоятельства смерти её мужа. А портить и без того нетёплые отношения с вдовой было бы довольно глупо.

При воспоминании о Вадиме Райт недовольно поморщился.

— Потерпи, я быстро управлюсь, — не так поняла Ориана его выражение лица. — В следующий раз будешь осторожнее.

И Райт вспомнил, как когда-то давно она говорила ему эти же слова, когда он приходил к ней за помощью после практических занятий. Именно тогда будущий глава отдела расследований магических преступлений и обратил внимание на юную целительницу. Нет, он видел её и раньше, всё же они учились на одном курсе, но особо не присматривался. В то время вокруг него и так вилось слишком много девушек. Зачем ему была нужна какая-то целительница?

Даже спустя много лет Райт не мог ответить, что же сумел разглядеть в ней такого, из-за чего Ориана затмила собой всех остальных девушек, жаждавших общества среднего сына маркиза Лазарского. Ну красивая, с яркими, лучащимися весельем, синими глазами. С туго заплетённой косой, которую девушка часто перекидывала на грудь, а когда волновалась, начинала расплетать и заплетать. С губами, по цвету напоминавшими спелую малину; они, казалось, требовали поцеловать их. Особенно когда целительница задумывалась и прикусывала нижнюю губку.

Райт начал подмечать все привычки, всё чаще наблюдая за Орианой. И однажды понял, что хочет видеть рядом с собой именно её, а не кого-то другого. Стремился обратить на себя внимание запавшей в душу девушки так, как ещё никого и никогда не добивался. И даже именно её решил взять в жены. Благо Ориана была светловолосой и светлоглазой, а значит, особых проблем со стороны семьи возникнуть не должно было. Ну, если не считать того, что родители хотели видеть рядом с ним совсем другую девушку.

«И увидели», — с горечью подумал Райт, посмотрев на склонившуюся над его рукой целительницу. Её прохладные пальцы еле ощутимо прикасались к его горячей коже, создавая контраст, из-за которого кровь по венам начинала бежать быстрее. Или во всём виноват нежный, еле заметный румянец, окрашивающий женские щёки? Или это из-за груди, при вздохе хорошо проступавшей через ткань белого целительского балахона и будящей в маге определённые желания? А может, всё дело в еле уловимом цветочном аромате её волос?

— Когда я смогу нормально действовать этой рукой? — спросил он, чтобы отвлечься от опасных мыслей.

Райт приехал сюда ради расследования, а значит, не стоит заглядываться на привлекательную женщину. Тем более когда воспоминания о её предательстве всё ещё отзываются болью в сердце. Ни к чему хорошему это не приведёт.

— Как я уже сказала, рана глубокая, — повторила Ориана, закончив смывать с руки кровь после извлечения осколков. — Сейчас я подлечу её магией и смажу заживляющей мазью. В течение четырёх дней будешь приходить на перевязку. Посмотрим, как пройдёт заживление, тогда и поговорим. А пока руку не напрягать и не мочить.

Ори сама удивилась, как легко и непринуждённо слова слетали с губ. Близость мужчины неожиданно оказалась очень волнительной, разбудившей воспоминания о далёком прошлом, когда целительница, будучи ещё пятикурсницей, залечивала его раны, полученные на тренировке. Но больше всего её смущало то, как ярко она ощущала прикосновения к мужской руке. Более того, никак не могла переключиться на что-то другое, ловя себя на том, как неосознанно анализирует каждое своё движение, дыхание, тихий шорох одежды… Казалось, женщина попала под действие заклинания, усиливающее в разы все тактильные ощущения, а ещё — обоняние и зрение.

И только когда боевой маг заговорил, она смогла хоть немного скинуть это наваждение.

Пока Ориана накладывала мазь и ловко бинтовала руку, Райт открыто рассматривал её. Она, как и все носители крови тайхаров, выглядела всё такой же юной. А спокойная уверенность, сквозившая в каждом движении, делала женщину ещё более привлекательной. Как такое возможно и почему она до сих пор привлекала его, оставалось загадкой. Но и отрицать очевидное глупо, принятие ситуации поможет в будущем избежать многих проблем.

И как только с перевязкой было покончено, Райт сказал:

— Благодарю за…

— Мама, я графин разбила! — прервал его звонкий девичий голос.

В смотровую влетела светловолосая девушка, прижимая к руке тканевую салфетку, быстро пропитывающуюся кровью.

— Тарина, ну как же так?! — ахнула целительница, тут же позабыв о Райте. — Просила же быть осторожнее!

— Да я не специально, — повинилась девушка, покосившись на незнакомца. — У него ручка отвалилась, когда я хотела налить воду в таз. Не могла же я оставить осколки на полу.

— Поэтому бросилась подбирать их без перчаток, — укоризненно вздохнула Ориана, осторожно убирая ткань. — Порез не очень глубокий, тебе повезло. Сейчас я… Ох, прости, я совсем про тебя забыла! — воскликнула она, виновато взглянув на Райта, с интересом следящего за ними.

А ещё маг успел увидеть мелькнувший в её глазах страх. Или ему это просто показалось? Чего ей бояться?

— Я всё равно собирался уходить, — заверил он и внимательно посмотрел на девушку: — Юная нара, в следующий раз будьте внимательнее и не давайте матери ещё больше работы.

Со стороны Орианы раздался еле слышный нервный смешок. Покосившись, он увидел, что целительница выразительно смотрит на его руку. Помимо воли губы мужчины растянулись в проказливой улыбке. Встретившись с ней взглядом, на одно долгое мгновение Райт вновь перенёсся в прошлое. В то время, когда они были вместе и он ощущал себя самым счастливым человеком на свете.

— Ма-а-ам, щиплет! — возмутилась Тарина, тем самым прервав волшебное мгновение.

— В следующий раз будешь аккуратнее, — проворчала женщина, возвращаясь к осмотру раны. — Сядь на стул, сейчас я тебе помогу. Райт, не забудь, что завтра нужно прийти на перевязку, — напомнила она, погрузившись в обработку раны.

— Не хочу отвлекать целителей из-за такого пустяка, — попытался отвертеться маг, решив держаться от неё подальше. Всё же тяга к Ориане его немного настораживала.

Вот только виконт успел забыть, какой она бывает упрямой. Отвлекшись от дочери, целительница сощурилась и строго посмотрела на мужчину. А затем разразилась гневной тирадой на тему безалаберности некоторых мужчин и Райта в частности. Ему ничего не оставалось, кроме как сдаться и клятвенно пообещать, что он обязательно придёт. И даже вовремя!

Покидая смотровой кабинет, Райт успел заметить, что дочь Орианы недоуменно смотрит на них. Идя к выходу, он думал о том, что девушка — копия своей матери. Только глаза зелёные, как у отца.

«Мне казалось, они у него не такие яркие, — мелькнула мысль. — Скорее по насыщенности они больше похожи…»

Резко остановившись, будто налетев на невидимую стену, маг медленно обернулся и впился взглядом в дверь смотровой, скрывавшую Ориану и её дочь. То, о чём он подумал, не могло быть правдой. Слишком невероятно и более походит на сюжет любовного романа, которыми увлекалась его младшая сестра.

— Чушь какая-то, — растерянно пробормотал он, а сердце громко застучало в груди, отзываясь на волнение хозяина. — Она не могла… Да и зачем ей это было, если планировала бросить меня? Вряд ли Вадим обрадовался бы такому довеску. Нет, глупость всё это, нужно поскорее выбросить её из головы. И так дел полно!

В кармане сначала завибрировал смартан, а потом по больничному коридору разнеслась громкая трель, оповещая о том, что звонит заместитель. Достав переговорник, Райт нетерпеливо откинул крышку стального цвета и принял вызов.

— Слушаю, — сказал он, как только на небольшом экране высветилось лицо Марка.

— Кровью еще не истёк? — участливо поинтересовался друг.

— Так не терпится занять мое место? — ехидно парировал Райт.

— Конечно же! — И столько в голосе Марка было искренности, а взгляд пылал таким воодушевлением, что сразу становилось понятно: нагло врёт.

— Значит, весь этот месяц отчёты пишешь ты! — радостно осклабился Райт.

— Это произвол! — возмутился Марк. — Превышение полномочий и…

— А кому сейчас легко? — Райт пожал плечами и перевел тему: — Звонишь по работе или соскучился?

— Мне выдали личные дела Вадима Канта и Блеза Нариха, — пояснил друг. — А так как в выделенном нам крыле творится форменный беспорядок, я решил переместиться в гостиницу, чтобы спокойно ознакомиться с материалом. Составишь мне компанию или красивые призраки прошлого вновь вскружили тебе голову?

Марк знал эту старую историю по той простой причине, что так же, как и Райт, учился в столичной академии, только на несколько курсов младше. А ещё матушка Марка была дружна с матерью Райта. Но все подробности он услышал лишь пять лет спустя, когда уже работал под началом фор Леарда. В ту ночь мужчины напились, отмечая рождение дочери Райта и одновременно скорбя о смерти его жены. Тогда-то друг и поведал всё о своей первой любви, оказавшейся совсем не сказочной.

— Скоро буду, — пообещал Райт, не пожелав развивать опасную тему.

Гостиница, в которой они остановились, располагалась не так уж далеко от больницы. Хотя в городе с населением в десять тысяч человек, три тысячи из которых приходится на солдат гарнизона, здесь всё находилось недалеко друг от друга. Марк ожидал его в своей комнате, развалившись в кресле и нарочито лениво перелистывая документы в папке.

— Как рука? — первым делом спросил он, посмотрев на повязку.

— Каждый день ходить на перевязку, — ответил Райт, присаживаясь в соседнее кресло и беря вторую папку. — Нашёл что-нибудь интересное?

— Нет, ещё только начал изучать. — Марк кивнул другу на тарелку с бутербродами. — Ужин ещё не скоро, а я зверски голоден!

— Ты всегда голоден, — меланхолично заметил фор Леард. — Главное, не перебей аппетит, знаешь же, как трепетно Натара относится к совместным трапезам.

— Я не самоубийца, — усмехнулся Марк и ухватил с тарелки бутерброд.

Натара в их команде специализировалась на отравляющих зельях, а ещё могла быть довольно мстительной. Убить не убьёт, но доставит много неприятных минут. При этом хитра и изворотлива, умудряется напакостить так, чтобы никто не поймал. Марк уже несколько раз становился жертвой магини, но так ничего и не смог доказать.

Проследив за тем, как еда исчезает во рту блаженно зажмурившегося друга, Райт неопределенно хмыкнул и открыл папку. На первой странице была размещена большая фотография, с которой на него смотрел темноволосый мужчина с бледно-зелёными глазами. Как мысленно отметил маг, оттенок совсем не напоминал ту изумрудную зелень, которая отражалась в глазах Тарины.

Глава 4

И ночью, липкой, как болото,

Ты раздражённо вспоминал,

Как посмотрел с усмешкой кто-то,

Сказал не так, как ты желал…

Войдя в дом, Ориана устало прислонилась к двери. Наконец с эпидемией было покончено. Вакцина действовала, жители Северга шли на поправку, а значит, целители могли вернуться к прежнему режиму работы.

Оттолкнувшись от двери и почувствовав, как заныло уставшее тело, женщина поплелась в свою спальню. Сейчас она благодарила богов за то, что несколько лет назад уговорила Вадима переоборудовать ванную комнату, установив современную сантехнику. И теперь ей не нужно тащиться на кухню, включать обогрев котла и ждать, пока вода нагреется. Затем наполнять ванну из двух кранов, из которых текла холодная и горячая вода. Нет, теперь можно просто покрутить два вентиля, чтобы из одного крана лилась вода приемлемой температуры, поступающая по городским трубам в дома жителей. Это ли не счастье!

Пока ванна набиралась, Ори стянула с себя надоевшую белую хламиду, которую носила поверх обычной одежды на работе. Правда, сейчас она была не совсем белая, а, скорее, как любила говорить Тарина, серо-буро-малиновая. Вся в пятнах и серых потеках, ткань выглядела плачевно. Последние дни в больнице дались целителям крайне тяжело. Нужно было внимательно следить за тем, как вакцина действует на пациентов. Тут уж не до внешнего вида.

А ещё Райт, приходящий на перевязки! Хорошо, что завтра его примет леста Дария. Раны на руке практически полностью затянулись, значит, можно снимать повязку. Ориана искренне надеялась, что теперь они будут видеться намного реже. Слишком хорошо помнила свою реакцию на его близость и совсем не желала повторения.

— Лучше бы вообще никогда, — пробормотала она, садясь в ванну, и застонала от облегчения.

Горячая вода мягко обволокла уставшее тело, даруя расслабление и покой.

Смежив веки, Ориана вспомнила тот день, когда Райт впервые увидел Тарину. Тогда женщина сильно испугалась за сохранность своей тайны. Но, кажется, бывший возлюбленный ничего не заметил. Вернее, не обратил внимания на глаза, так похожие на его собственные. Ори и сама не подозревала, насколько отец и дочь похожи, пока не увидела Райта и Тарину вместе. То же самое упрямство, которое целительница видела во взгляде бывшего возлюбленного, нашло отражение в колдовской зелени юной девушки.

Открыв глаза, она посмотрела на потолок, машинально отметив тонкую трещинку, идущую по русту, и сказала вслух:

— А если эту невероятную схожесть ещё кто-нибудь заметит?

Выпрямившись, из-за чего вода расплескалась, попав на половичок и кафель пола, женщина досадливо прикусила губу. Город у них небольшой, все друг друга знают, и кто-то из горожан обязательно вспомнит, что глаза Вадима значительно отличались оттенком. А затем конечно же узнает, что когда-то Ориана и Райт учились в одной академии, сопоставит факты и…

— Нет, этому точно не бывать! — Не сдержавшись, Ори хлопнула ладонью по воде, ещё больше залив пол, но совершенно не обратив на это внимания.

Мысли суматошно заметались в голове, не давая сосредоточиться на поиске выхода из сложившейся ситуации. А потом Ориана впервые порадовалась тому, что дочь захотела поступить в столичную академию. Сейчас это единственное спасение от тех неприятностей, которые могут последовать за раскрытием тайны рождения Тарины. И даже то, что Райт тоже вернётся в Исалию, совершенно не пугало. Не в пример Севергу, столица была огромна. В ней проживало более двухсот тысяч человек. Там они вряд ли встретятся. Да и какое дело великому лесту Райту фор Леарду до какой-то студентки из приграничного городка?

Остается самая малость: позвонить своей подруге, оставшейся после обучения работать в Исалии, и попросить принять Тарину на неделю раньше, чем они планировали. Ори связалась с Лайлой еще несколько недель назад, когда Вадим сумел переубедить жену и позволить дочери учиться в столице. А теперь его нет, спустя двадцать лет она вновь увидела Райта, и жизнь катится под откос.

Ори и не заметила, как по щекам заструились слёзы. Только когда из горла вырвались первые всхлипы, она наконец осознала, что плачет. Зажав рот ладонями, словно опасаясь быть услышанной, хотя в доме никого не было, Ориана оплакивала мужчину, когда-то давно принявшего её, несмотря на то что она его так сильно обидела. Ори всегда удивлялась, как у него хватило сил простить её и более того — вновь впустить в свою жизнь. А теперь она никогда больше не увидит Вадима, не услышит его смех, не почувствует нежные, но сильные руки на своих плечах… Больше никогда и ничего не будет связано с ним. А вскоре и дочь уедет, оставив её совершенно одну.

Представив долгие годы одинокого существования, Ориана громко всхлипнула, уже не столько жалея погибшего мужа, сколько себя. Остаться одной было очень страшно. Целительница совсем не готова к этому.

— Нет, всё, хватит! — глухо произнесла она, судорожно вздохнув. — Нашла время расклеиваться! Сейчас самое главное — убрать из города Рину и постараться как можно реже встречаться с Райтом. Хватит и одного предательства с его стороны.

Спустя час она уже звонила Лайле фор Нарек, своей старинной подруге, с которой делила пять лет комнату в общежитии. Она была единственным человеком, кто знал правду о настоящем отце Тарины. Ори даже не пришлось ничего говорить, подруга сама обо всём догадалась, стоило ей только посмотреть на малышку.

— Ори, дорогая моя, как ты там? — раздался взволнованный голос подруги, едва она приняла вызов. — Я столько раз звонила тебе, но ты не отвечала!

— Прости, была постоянно занята, — повинилась Ориана, глядя в немного мутное изображение. — Кажется, мне пора менять смартан, что-то экран плохо показывает.

— Да этот раритет уже давно пора похоронить и сплясать на его могиле! — заявила Лайла, недовольно скривившись. — Не отвлекай меня от темы! Я знаю, что у вас началась какая-то страшная эпидемия. Мой начальник лест Феран сказал, что к вам отправили спецотряд целителей по борьбе с эпидемиями, а ещё… — Замявшись, она пристально всмотрелась в лицо подруги и выдохнула: — К вам должен был прибыть отряд по расследованию магических преступлений.

— Во главе с лестом Райтом фор Леардом, — закончила за неё Ориана, невесело усмехнувшись.

— Ты его уже видела? И выцарапала глаза? Или что, понос наслала? А лучше бы…

— Лайла, прекрати! Мы взрослые разумные люди. Поэтому я ему даже руку вылечила, когда он порезался о разбитое окно.

— Надо было отсечь! — мстительно сказала подруга.

Живя в столице и даже вращаясь в одних кругах, Лайла практически не встречалась с Райтом. А когда всё же оказывалась с ним на одном приеме, старательно держалась от него подальше, словно и не замечая. Правда, Ориана подозревала, что Райту поведение целительницы было совершенно безразлично. Он мог быть холодным и неприступным с окружающими.

— Так что с эпидемией? — напомнила Лайла.

— Всё закончилось, — облегчённо вздохнула Ори, подойдя к окну и выглянув на улицу. — Вакцина на основе нашей крови дала положительный результат.

— Прости, что? — ошарашенно переспросила подруга. — Ты давала свою кровь?

— Другого выхода не было, — обречённо ответила Ори, уже предчувствуя головомойку. — Да и не я одна её сдавала. Многие люди, в ком сильна кровь тайхаров, вызвались помочь.

— Но добровольно отдать свою кровь! — вскричала Лайла и, судя по громкому топоту, принялась нервно расхаживать по комнате.

— Неужели ты думаешь, что среди тех целителей, которые создавали вакцину, найдётся хоть один, который додумается использовать полученные заборы в своих целях? — скептически поинтересовалась Ориана. — К тому же они сразу дали магическую клятву использовать кровь только для создания вакцины.

— Тёмных времён на вас нет! — устало вздохнула подруга, вновь появившись перед экраном.

В Тёмные времена, восемь веков назад, в мире было засилье тёмных магов, которые создавали ужасающие по силе заклинания на крови и наводили порчу. Более всего ценилась кровь светловолосых и светлоглазых людей. До сих пор все с опаской относятся к тем целителям, которые вынуждены работать напрямую с кровью. Таких специалистов ставят на учёт и постоянно контролируют.

— Зато мы смогли побороть эпидемию! — гордо напомнила Ори. — А вообще, я звоню тебе по другому вопросу. Ты бы не могла принять у себя Тарину немного раньше?

— Например, завтра? — прозорливо предположила подруга.

— Да, я постараюсь успеть собрать её вещи к вечернему экспрессу. — Ориана согласно кивнула головой.

— Он её уже видел?

— Один раз, в тот день, когда поранил руку. Но ничего не понял, иначе, зная Райта, тут же потребовал бы объяснений.

Помолчав, Лайла задумчиво прикусила губу. Было заметно, что подругу что-то волнует, но пока она не хочет об этом говорить. Или не решается.

— А Тарина знает об изменении планов? — уточнила она.

— Ещё нет, но об этом не беспокойся, — отмахнулась Ориана. — Я найду, что ей сказать.

— Смотри сама. В любом случае я её жду.

Проговорив с Лайлой ещё несколько минут, Ори отключилась. Нужно было заняться ужином. Скоро из больницы вернётся дочь, и надо хорошо подготовиться. После тех обидных слов, которые Тарина сказала ей, они обе сделали вид, что ничего не произошло. Для Орианы так было немного проще. А если честно, то она попросту трусила, не зная, как себя вести с дочерью. Раньше все острые углы в их жизни сглаживал именно Вадим. Да и Тарина в основном слушалась только его. Как и почему так произошло, Ори не понимала, но факт оставался фактом: они с дочерью любили друг друга, но были не очень близки.

При воспоминании о муже на глазах выступили слезы. Решительно их смахнув и шмыгнув носом, она неодобрительно пробормотала:

— Скоро я истеричкой стану. Вадим мертв, нужно смириться с этим и научиться жить…

Не сдержавшись, женщина снова всхлипнула. Прижав руку ко рту, переждала, пока горло перестанут сдавливать невидимые тиски. Ори и не подозревала, насколько сильно была привязана к Вадиму. И теперь безумно скучала по нему.

— Фу-ух! — выдохнула целительница, вновь проведя руками по глазам. — Должно пройти время, только и всего. Я обязательно справлюсь!

Услышав шаги на дорожке, она выглянула в окно и увидела Тарину. Почувствовав волнение, приказала себе успокоиться и взялась за готовку. Ещё раз напомнив себе о самых главных на данный момент вещах, Ориана окончательно взяла себя в руки.

— Я вернулась! — возвестила Тарина, едва войдя в дом.

— Иди приведи себя в порядок, — распорядилась Ори, нарезая овощи для салата. — Через полчаса будем ужинать.

За отведённое время целительница мысленно составила план, как и что будет говорить дочери. Расставила столовые приборы и, спохватившись, убрала тарелку, предназначавшуюся Вадиму, пока дочь ничего не заметила. Оставалось надеяться, что она сумеет убедить Рину уехать. Если раньше та с радостью восприняла бы такое предложение, то сейчас вполне может заупрямиться. Дочь всегда была трудным ребёнком. И этим она очень сильно напоминала саму Ориану.

— Что у нас на ужин? — спросила девушка, появляясь на кухне.

Ори перехватила её взгляд, направленный на то место, где обычно сидел Вадим, и тихо вздохнула. Они редко ели в небольшой столовой, предпочитая собираться на кухне. И муж давно облюбовал себе местечко в самом углу, объяснив это тем, что оттуда ему нравится наблюдать за своими девочками. Теперь стул сиротливо стоял, одним своим видом привнося горечь в сердца домочадцев.

— Ничего необычного, — ответила она, ставя на стол тарелки. — Не было ни сил, ни желания, уж прости.

— Ничего страшного. — Тарина беспечно отмахнулась и потянулась за тарелкой с салатом.

Пока они ужинали, Ори молчала, ожидая, когда дочь поест. Она уже давно запомнила: когда Ринка голодная, у неё всегда портится настроение. Даже самые безобидные слова девушка воспринимает в штыки. В этом она была копией своего настоящего отца. Райт тоже всегда был не в духе, если вовремя не поел. В принципе как и Вадим…

— Подожди, не уходи, — попросила Ориана, увидев, что дочь хочет выйти из-за стола. — Я хотела с тобой поговорить.

— О чём? — Тарина вновь покосилась на стул Вадима. Видимо, тоже поняла, что теперь между ней и матерью нет спасительного буфера и придётся налаживать отношения самим.

— Хочу предложить тебе поехать в столицу раньше, — осторожно сказала целительница, внимательно следя за реакцией дочери. — Лайла уже ждёт тебя.

— Но… почему так скоро? — удивилась Рина, растерянно посмотрев на мать.

— Я просто подумала, что тебе не помешает сменить обстановку. Да и к Исалии тоже не помешает привыкнуть. Поверь, ты просто не представляешь, какой это большой и суетный город. Мы никогда не возили тебя дальше Давершира, а он всего лишь в два раза больше нашего городка.

— Всё равно не понимаю, зачем так спешить. — Девушка скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула.

«Плохой знак», — отметила про себя Ори, а вслух сказала:

— А почему бы и нет? Ты хоть немного отвлечешься от этого всего.

— От чего именно? — напряженно спросила Рина. — От смерти папы, от эпидемии, последовавшей за взрывом лаборатории, или от приезда спецов из отдела расследования магических преступлений? Мама, я не хочу оставлять тебя здесь одну!

— Но тебе все равно придется уехать, — напомнила Ориана. — Или ты уже передумала поступать, решив остаться в Северге? А как же твоя мечта? Неужели она была такой незначительной? — Заметив, что девушка хочет что-то возразить, она предупреждающе подняла руку: — Рина, я благодарна тебе за заботу и понимаю твоё желание остаться рядом, но поверь, я справлюсь.

— Прости… — Тарина всхлипнула и прижала ладони к пылающему лицу. — Прости, я сама… Мне так страшно покидать тебя. Боюсь представить, что…

Встав со стула, Ориана обняла дочь, с трудом сдерживая слёзы. Она понимала её страх и беспокойство, но изменить ничего не могла. У Тарины должна быть своя жизнь, а не вечный страх, что мать тоже может умереть.

Прикрыв на несколько мгновений глаза, чтобы успокоить расшалившиеся нервы, Ориана тихо произнесла:

— Мне тоже сложно смириться со смертью Вадима, но это не значит, что нужно отчаиваться. Вот поэтому я и хочу, чтобы ты уехала. Смени обстановку, вдалеке от дома тебе должно стать легче. Пусть и не сразу, но ты явно быстрее оправишься, чем здесь, где всё напоминает об отце.

— Да, я поняла и… — Резкими, немного дёргаными движениями девушка вытерла щёки и добавила: — Я уеду завтра в столицу, как ты того и хочешь. Только прошу, держи меня в курсе расследования.

— Конечно же! — заверила Ориана и мысленно выдохнула. Всё прошло не так уж и плохо, как могло бы быть.

Весь следующий день она посвятила предстоящему отъезду дочери, помогая собрать необходимые вещи, вернее, выкладывая из сумок то, без чего Тарина вполне могла обойтись.

— Ну зачем тебе эти детские заколочки? — вздыхала она, вынимая их из сумки.

— Так ведь папа подарил, — независимо ответила дочь.

— И что? До этого они спокойно хранились в тумбочке, вот пусть и дальше там побудут. И бабушкина шаль тебе там точно не нужна!

— Но она же тёплая!

— А ещё заношена тобой до дыр. Прекрати меня позорить!

В итоге укладывание сумок растянулось на добрых четыре часа. И ещё на три — прощание с подругами, одни из которых искренне радовались за Рину, а вторые — завидовали и очень неумело это скрывали. И как раз две девушки из последней категории сейчас находились в гостиной.

— Как бы я хотела уехать в столицу! — проникновенно вздыхала леста Катрина фор Мирез, семнадцатилетняя дочь барона Паванского, восседая на диване в гостиной с видом императрицы. Вернее, она так думала. — Там столько всего интересного! Жизнь так и бурлит! Балы, музеи, театральные представления, выставки именитых и не очень художников. А у нас из интересного — только смертоносная эпидемия!

— Но благодаря этому несчастью нас посетил сам виконт Райт фор Леард, — напомнила её закадычная подруга леста Эрония фор Меркс. — А ещё вместе с ним приехал лест Марк фор Северский, сын графа Тарека.

— Да-да, только наличие столь блистательных аристократов и примиряет меня с нашей дырой, — немного снисходительно ответила леста Катрина.

— А они для тебя не староваты? — скептически фыркнула Тарина. — Лест Райт — ровесник моей матери.

«Ну спасибо, милая!» — насмешливо подумала Ориана, слышавшая из кухни весь разговор.

— Если бы он был смерком, тогда да, я бы задумалась о возрасте. — Юная аристократка дернула плечом. Смерками пренебрежительно называли темноволосых и темноглазых людей, слабо одаренных магически либо вообще не имеющих магии. — Но в нём, слава богам, так же, как и во мне, сильна кровь тайхаров. Да он же выглядит максимум лет на двадцать пять! К тому же лест Райт — один из самых завидных женихов империи.

— И уже имеющий дочь всего на пару лет младше тебя, — напомнила Тарина.

— Тем лучше для меня, — беспечно заявила неугомонная барышня. — Легко смогу найти с ней общий язык.

Удивившись такой циничности в столь юном возрасте, Ориана только покачала головой. Правда, вспомнив мать девушки, лесту Ларису, усмехнулась, решив, что дочь полностью скопировала характер баронессы.

Уже вечером, посадив Тарину на маг-экспресс и ожидая его отправки, целительница подумала, что не так уж плохо, если на Райта откроют охоту. Значит, у него останется меньше времени, чтобы лезть в её жизнь. То, что маг расследует смерть Вадима, Ориана благополучно упустила из виду.

Уже позже, стоя около своей калитки, целительница смотрела на дом, в котором прожила долгое время. Обрушившееся понимание того, что там её никто не ждёт, наполнило сердце тоской и жгучим чувством одиночества, ненужности. Нестерпимо захотелось, чтобы Тарина оказалась рядом с ней, потому что заходить в пустой дом было… страшно.

А обиднее всего, что и пойти Ориане было не к кому.

Нет, у неё есть несколько подруг, живущих поблизости, но беспокоить их совершенно не хотелось. Одной в скором времени нужно рожать, а у второй муж военный, недавно вернулся из патрулирования горных районов. Можно было бы заскочить к Ринаде, якобы уточнить, как медичка справляется. Только Ори придерживалась старых взглядов, не допускающих панибратских отношений с помощниками. Это могло навредить в работе с пациентами. А простой визит вежливости Ориану сейчас бы только тяготил.

Она уже надумала сходить в кафе, чтобы хоть ненадолго оказаться среди людей, когда заметила на противоположной стороне улицы Райта. И, судя по всему, он шёл именно к ней. Почувствовав лёгкое беспокойство, Ориана сделала вид, будто решала какие-то хозяйственные вопросы. Для этого даже принялась осматривать невысокий забор и с удивлением поняла, что тот уже давно нуждается в покраске. Да и клумбами не мешало бы заняться, пока они вовсе не заросли сорной травой. А ещё, насколько она помнит, Вадим так и не договорился о замене нескольких подгнивших досок на крыльце.

«Вот и планы на выходные появились», — с облегчением подумала целительница и даже немного обрадовалась.

— Здравствуй, Ориана, — раздался спокойный голос Райта.

— Здравствуй. — Целительница посмотрела на него и добавила: — Как рука?

— Леста Дария отпустила с миром, — довольно заявил маг и перевёл взгляд на дом. — Почему не заходишь?

— Да вот смотрю, что, к моему стыду, дом находится в некотором запустении, — с готовностью пояснила Ориана. — А ты что здесь делаешь?

— Мне нужно с тобой поговорить. К сожалению, ты не отвечала на вызов, пришлось идти сюда.

Ори вспомнила, что оставила смартан дома, и укорила себя за такую глупость. Не сделай она этого, можно было бы пообщаться с Райтом в другом месте, а теперь придётся приглашать его в дом. И это неожиданно показалось кощунством, словно женщина предавала память о своём недавно погибшем муже.

Тряхнув головой, отгоняя глупую мысль, Ориана пригласила Райта войти. Всё то время, пока они шли по дорожке к дому, она буквально кожей ощущала его присутствие. Это было… раздражающе и волнительно одновременно. Ори настолько поглотили эти странные ощущения, что она не смогла толком понять: злится на присутствие бывшего возлюбленного или же испытывает облегчение оттого, что он рядом.

— Чай? — предложила Ориана, когда они устроились в гостиной.

— Ничего не нужно, — отмахнулся Райт, с любопытством осматриваясь по сторонам. — Дом небольшой, но уютный. Требуется много времени…

— Нет, ты не прав, — холодно перебила его целительница, разозлившись на замечание о размере дома. — Мне было совершенно не тяжело обустраивать его. Более того, для женщины большое счастье — сделать всё, чтобы любимым людям было хорошо. И, насколько я помню, ни Вадим, ни Тарина никогда не жаловались.

Сверкнувшая в глазах Райта ярость немного обескуражила целительницу. Такой реакции на свои слова она точно не ожидала.

— Зачем ты пришёл? — уже более миролюбиво спросила Ори, вспомнив, что в доме они совсем одни.

— Поговорить о смерти твоего мужа и его напарника, — ответил Райт абсолютно лишённым эмоций голосом. — Мы начали обследовать лабораторию и обнаружили кое-что интересное.

— И что же это? — Ориана вновь почувствовала смутное беспокойство.

— Взрыв был направленный.

— Прости, что?

— Кто-то специально взорвал лабораторию, когда там находился твой муж.

Ориана оцепенела от этих слов. Правильно ли она их поняла? Потом вспомнила замечание Рины о том, что, возможно, Вадима убили. Прикрыв глаза, женщина часто задышала, пытаясь усмирить нарастающую панику. И когда почувствовала прикосновение большой и теплой ладони к своей руке, даже не подумала оттолкнуть её. Наоборот, Ори вцепилась в мужскую руку, словно это могло бы помочь очнуться от кошмарного сна, в котором она нечаянно оказалась.

— Ориана, скажи, у Вадима были враги? — добил её Райт.

Глава 5

— Ориана… Ори, посмотри на меня.

С трудом выйдя из ступора, целительница сфокусировала взгляд на Райте. Он обхватил её лицо руками, с беспокойством заглядывая в глаза.

— Только не плачь! — взмолился Райт, ещё сильнее приблизив к ней своё лицо.

Ориана возмутилась такому предположению. Она бы никогда не выказала подобной слабости перед посторонним человеком. И особенно перед ним — мужчиной, когда-то причинившим столько боли. Целительница открыла рот, чтобы холодно поставить мага на место, но… К своему стыду, она осознала, что из горла вырвался всхлип.

— Ори, пожалуйста… Всё хорошо, — сумбурно принялся успокаивать её Райт, попутно вытирая слёзы с щёк. — Может, стоит выпить успокоительного?

— Нет-нет, я в порядке! — Ориана отстранилась и быстро провела ладонями по лицу, стирая предательскую влагу. — Скажи, ты уверен…

— Да, сомнений быть не может, — ответил мужчина, правильно поняв её вопрос. — Заряды закладывались с таким расчетом, чтобы в лаборатории вообще ничего не осталось. Было бы хорошо обследовать тела, но похороны уже состоялись.

— От них практически ничего не осталось, — пояснила Ориана, сумев справиться с эмоциями. — Мы их даже похоронили вместе.

— Да, мне докладывали об этом. Прости, что не сказал раньше, но я сочувствую твоей утрате.

— Спасибо.

Пристально всмотревшись в его глаза, Ори задалась вопросом, сказал ли он правду или же это простая формальность? И умеет ли лест Райт фор Леард на самом деле испытывать сочувствие к другим людям?

— Скажи, ты не замечала за Вадимом каких-либо странностей в последнее время? — Райт достал из кармана блокнот и ручку. Поймав удивленный взгляд Орианы, немного смущённо пояснил: — Так и не избавился от этой привычки.

Целительница вспомнила, что ещё в академии Райт удивил её именно этой чертой. Тогда как все студенты применяли записывающие кристаллы, он использовал обыкновенную бумагу. Утверждал, что не желает терять время, прослушивая всё, что записано, когда можно просто перелистнуть страницу.

— Сейчас есть возможность выбрать нужную запись на кристалле, а не слушать всё подряд, — не удержалась Ори.

— Знаю, — кивнул Райт. — Так что насчёт странностей?

— Не припоминаю. — Целительница пожала плечами и слегка нахмурилась. — Вроде бы всё было как всегда. Если не считать того, что Вадим и Блез могли сутками находиться в своей лаборатории, когда были увлечены какой-то новой теорией. Они прекрасно дополняли друг друга.

— В смысле? — Райт сосредоточенно делал пометки в блокноте.

— Блез был больше теоретиком, а Вадим — практиком, — пояснила Ори и неожиданно зябко поёжилась. Говорить о муже в прошедшем времени оказалось тяжело.

— И часто они так увлекались?

Кинув быстрый взгляд на Райта, Ориана испытала лёгкое чувство стыда. За последние несколько лет они с Вадимом заметно отдалились друг от друга. Он был увлечён исследованиями, а она… Не мешала ему, спокойно занимаясь своими делами.

— Каждый раз по-разному, — безразличным тоном поведала Ори. — В последние месяцы такое случалось чаще, Вадим начал писать диссертацию по своему исследованию, но я не знаю, о чём она. Не то чтобы он прятал её, просто просил потерпеть немного, пока не наработает более обширную базу.

— Где он хранил бумаги?

— В своём кабинете. Я провожу тебя.

Кабинет Вадима располагался на первом этаже солнечной стороны дома. Просторная комната была сплошь заставлена стеллажами с книгами и свитками по целительскому искусству. Около окна, сейчас зашторенного плотными гардинами, стоял широкий стол, заваленный бумагами и папками. Включив свет, Ориана неодобрительно осмотрела творящийся беспорядок. И вдруг поняла, что не хочет ничего здесь менять. Хотя раньше она часто уговаривала Вадима сделать ремонт или хотя бы сменить потёртую ковровую дорожку, бывшую некогда коричневой с золотистыми узорами. Или купить новую настольную лампу, с аккуратным абажуром, а этого монстра, с перекошенным колпаком выгоревшего бежево-золотистого цвета, выкинуть на помойку!

— Вадим ругался, когда я пыталась здесь убрать, — сказала Ориана, словно оправдываясь. — Первое время мы часто спорили по этому поводу, а потом договорились. Я имела полное право делать с домом всё, что пожелаю, но при этом не входить в кабинет, чтобы прибраться.

— Я тоже не люблю, когда трогают мои вещи, — ответил Райт, осматривая помещение. — Но Арилеса ужасно упряма, поэтому иногда устраивает набеги на кабинет и всё там убирает.

— Арилеса? — переспросила Ори, почувствовав… Она предпочла отмахнуться от странных эмоций, на которые не имела права.

— Моя дочь. — В голосе Райта послышалась нежность, все же заставившая Ориану испытать приступ недовольства. — Кстати, а твоя где?

— Сегодня уехала к моей подруге в столицу. — Ори постаралась скрыть тревогу и подошла к столу. — Она собиралась поступать в академию, вот я и решила, что смена обстановки Рине не повредит. Смотри, Вадим хранил важные документы именно здесь. — Целительница указала на встроенный в стол сейф. — Только я не знаю, как его открыть. На нём магическая печать на основе слепка ауры Вадима.

Отодвинув Ориану в сторону, Райт присел на корточки и принялся изучать сейф. Тот имел очень мощную защиту, последнюю разработку артефакторов, и просто так его не вскроешь. Вернее, создатели утверждали, что его вообще невозможно открыть нечестным путём, но, как известно, прогресс не стоит на месте не только у законопослушных граждан. Медвежатники, судя по слухам, уже начали экспериментировать с созданием отмычек.

«И всё же им далеко до талантов Марка», — мысленно усмехнулся он.

Лучший друг был великолепным артефактором. И если бы не вовремя подсуетившийся начальник тайной полиции, дядя Марка, парень мог бы стать выдающимся взломщиком. А так лест Лавр фор Мерсек, опасаясь, что в голову молодому таланту придут дурные мысли от скуки или ещё от чего, попросил предшественника Райта устроить племянника к себе в отдел. Впоследствии никто из них об этом не пожалел. Марку была предоставлена возможность экспериментировать сколько душе угодно, а отдел заполучил первоклассного специалиста.

— Ты не будешь против, если заберу сейф с собой? — уточнил Райт у хозяйки дома.

— Да пожалуйста, — согласилась Ориана, с сомнением подумав, что это всё равно ничего не даст.

Райт надел перчатки из тонкой воловьей кожи, на которую были нанесены руны. Последняя разработка Марка давала возможность владельцу перчаток значительно уменьшить вес некоторых объектов. Груженую телегу Райт, конечно, не поднял бы, а вот с сейфом определённо справится. Открыв пространственный карман, он активировал перчатки и осторожно достал металлический ящик из выемки стола. Сейчас сейф ощущался килограммов на пять. Хотя на самом деле весил раз в десять больше.

— Никогда о таком не слышала! — поразилась Ориана, наблюдая за работой мага. — В таких случаях всегда выстраивали специальный круг, в его центре находился объект, вес которого требовалось облегчить. Но эта разработка значительно упростит жизнь…

— Медвежатникам. — Райт хмыкнул, посмотрев на женщину снизу вверх. — Поэтому пока такие перчатки получают работники военных и полицейских ведомств.

— Целителям они тоже не помешали бы, — смущённо буркнула Ори. — Это весьма помогло бы и нам, и пациентам.

— Я обдумаю твои слова, — серьёзно пообещал маг. — Но для вас потребуется немного другая разработка. Я не вникал в объяснения, но знаю, что перчатки настроены на неживую материю. Вполне возможно, что магические потоки могут ухудшить состояние нуждающегося в исцелении человека.

— Да, тут ты совершенно прав. — Ориана, воспрянувшая духом в самом начале, теперь заметно погрустнела.

— Если есть хоть малейший шанс на успех, уверен, такая разработка появится, — приободрил её Райт и закрыл пространственный карман.

Целительница хотела поблагодарить его, когда по дому разнесся противный скрежет, иначе и не назовёшь. Ори смутилась, опознав свой смартан, и, извинившись, спешно покинула кабинет. Как назло, переговорник оказался на кухне, почему-то запрятанный за поднос с грязными чашками.

«Менять, срочно менять этого монстра!» — твёрдо решила она, отвечая на вызов.

Как всегда, звонили из больницы. Сегодня из старших целителей никто не дежурил, поэтому медики звонили им на дом при необходимости. И, конечно, никаких серьезных проблем там не оказалось. Потратив двадцать минут на утрясание мелких неурядиц, Ори наконец вспомнила о своём госте.

Райт нашёлся в гостиной. Он терпеливо дожидался, пока хозяйка дома освободится. И как только она вошла, встал со стула, чтобы попрощаться.

— Уже довольно поздно. — Он поцеловал кончики её пальцев, даже не стремясь задержать ладонь дольше, чем предписано правилами приличия. — Если ещё что-то вспомнишь, свяжись со мной. Это значительно облегчит расследование. — Протянув ей листок, на котором был записан его номер, Райт покинул дом.

Стоя на крыльце, Ориана смотрела ему вслед до тех пор, пока маг не скрылся из виду. Только после этого она вошла внутрь и закрыла дверь, а потом с тоской осмотрелась по сторонам. Целительница никогда не боялась одиночества, даже наоборот, ценила его. Но не сейчас, когда стены пустых комнат буквально давили на неё.

Утром Ори и вовсе еле встала, чувствуя себя разбитой и невыспавшейся. Вся ночь была словно разорвана на куски. Женщина то засыпала, то вновь просыпалась и прислушивалась к тишине. Иногда ей казалось, что кто-то ходит по дому, но стоило только напрячь слух, как всё исчезало.

Впервые за долгое время Ориана не знала, чем себя занять. Вставать и готовить завтрак семье не требовалось. Или же, не обнаружив мужа дома, звонить ему и напоминать, что отдых тоже необходим. Или напоминать Рине о медитациях, особенно важных для юных магов, только начавших постигать целительское искусство.

— Может, остаться в кровати на целый день? — спросила Ориана у тишины, чтобы хоть немного заполнить звуками ставший одиноким дом. — Никогда ведь не получалось заняться ничегонеделанием.

На ум тут же пришли выцветшая краска на заборе, заросшие клумбы, подгнившая доска на крыльце и ещё куча всего. И Ориана даже улыбнулась, испытав облегчение. Работа определённо поможет ей отвлечься от грустных мыслей. А ещё не мешало бы вспомнить и проанализировать поведение Вадима за этот год. Если Райт уверен, что это было спланированное убийство, значит, в силах Ори хоть чем-то помочь следствию.

И она честно вспоминала, пока занималась домашними делами, до которых раньше руки не доходили. Только, как выяснилось, ничего подозрительного в поведении мужа не было. Всё как всегда, кроме, пожалуй, погружения в исследования в последние пару месяцев. И теперь Ориана корила себя за то, что не поинтересовалась, чем же так увлечен Вадим. Даже вчера, пока Райт не спросил о записях, она о них и не вспоминала.

— Хорошая из меня жена вышла! — недовольно проворчала Ори, смахнув пот со лба. — Если бы Вадим и подавал мне какие-то знаки, я бы ничего не заметила!

Чувство тоски и сожаления по мужу медленно, но уверенно сменялось чувством вины. Теперь женщина начала думать, что могла бы помочь предотвратить беду, будь она внимательнее.

— Нет, так дело не пойдёт! — Отложив в сторону тряпку, которой протирала пыль, Ори решительно направилась в спальню. — Нужно немного прогуляться и развеяться. На свежую голову и думается лучше.

***

Райт специально выбрал обеденное время, чтобы посетить спецотряд целителей. Возможно, он бы и не решился сделать то, что задумал, если бы так не сложились обстоятельства. Однако медлить было нельзя, вскоре целители отправляются назад в столицу.

Зайдя в выделенное им больничное крыло, а вернее, в полуподвальное помещение, маг на некоторое время задержался у входа. Он сюда еще ни разу не спускался, поэтому не знал, где искать нужного специалиста. Но тот сам нашёлся, выйдя к нему на встречу.

— Лест Арик, я как раз ищу вас! — Прежде чем целитель сумел понять, что происходит, Райт подхватил его под руку и вернул в комнату, из которой тот вышел. — Мне нужно с вами поговорить.

— И вам всего доброго, лест Райт, — с иронией в голосе поздоровался худощавый целитель. — А разговор не может подождать? А то очень кушать хочется.

— Это не займёт много времени, — заверил маг, окинув комнату заинтересованным взглядом, и, приметив колбы для забора крови, заметно обрадовался: — Скажите, та кровь, которую пожертвовали целители и другие горожане для вакцины, всё ещё у вас?

— Пока да, но сегодня мы её утилизируем. — Лест Арик подозрительно сощурился. — Мы хранили её на всякий случай, если вдруг вирус не будет окончательно уничтожен. Теперь же, когда стало ясно…

— А кровь нары Тарины Кант у вас тоже имеется? — перебил его Райт, из-за чего серые глаза целителя наполнились недовольством.

— Я точно не помню, — ответил он, с независимым видом скрестив руки на груди. — Вроде бы была такая особа. А вам зачем?

Подойдя к столу с колбами, Райт взял лежащий рядом скальпель. Повертев его, маг пропустил по металлической поверхности свою магию, и по скальпелю пробежали красно-оранжевые искры. Затем Райт порезал палец и принялся деловито сцеживать кровь в одну из колб.

— Что вы делаете?! — поразился целитель, качнувшись в сторону незваного гостя, но так и не сдвинувшись с места.

— Я хочу, чтобы вы узнали, являюсь ли я родственником нары Тарины, — пояснил Райт и, удовлетворившись количеством отданной крови, прижал к пальцу платок. — Кровь всегда признает родню.

— Но я не имею права сделать это без разрешения её матери! — возмутился лест Арик. — Да и сама девушка совершеннолетняя.

— Ещё нет. — Спокойно достав из внутреннего кармана куртки серебряную бляху, на которой был выгравирован сокол, окруженный вязью рун, Райт спросил: — Теперь ваша совесть будет спокойна?

— Вы превышаете служебные полномочия. — Целитель еле заметно скривился. Знаку, который давал его хозяину возможность повелевать магами разных служб, лест Арик воспротивиться не мог.

Безразлично пожав плечами, Райт протянул ему колбу. Целителю ничего не оставалось, кроме как принять её.

— Результаты будут завтра ближе к обеду, — сказал он, запечатывая узкое горлышко.

— Замечательно, — одобрил Райт и напомнил: — А теперь клятву.

В глубине души шевельнулись досада и лёгкая обида, но лест Арик усилием воли подавил эти чувства. Когда он, ещё будучи студентом, выбирал направление в целительстве, то знал, что будет нелегко. И не из-за трудной работы, а из-за недоверия к тем, кто работает напрямую с кровью. А самое забавное, что, по сути, все целители сталкиваются с ней. Раны, женское недомогание, роды… И только исследовательскому отделу приходится ловить на себе подозрительные взгляды.

— Да, конечно, не беспокойтесь, — спокойно отозвался целитель и подвернул рукав рабочего халата.

На запястье с внутренней стороны был вытатуирован рунический круг с заложенными в него словами клятвы о неиспользовании крови дающего во вред. Мужчине оставалось только влить в татуировку каплю магии и произнести полное родовое имя того, у кого делался забор. Когда все формальности были исполнены, Райт пообещал зайти в оговоренное время и быстро покинул целителя.

Все эти дни, занятый расследованием, а точнее, изучением личных дел и лазаньем по развалинам и близлежащей местности, маг редко вспоминал Ориану и Тарину. Но вчера, поговорив с Ори и узнав, что девушка уехала, тут же решил докопаться до правды. Райт и сам не знал, чего он больше хочет: подтвердить свои предположения или же убедиться в ошибочности выводов. Так или иначе, завтра он всё узнает и только тогда будет решать, что делать дальше. А пока его вновь ожидали отчёты и допрос всех, кто хоть немного знал погибших.

Город небольшой, и команде Райта придется опросить каждого. Ну, может, кроме младенцев.

Он как раз направлялся к вдове Блеза Нариха, когда столкнулся с ней при выходе из больницы.

— Нара Нарих, приветствую вас! — поздоровался Райт, кивнув женщине. — Я как раз собирался идти к вам.

— Доброго дня, лест Леард! — Медичка изобразила что-то отдалённо напоминавшее книксен, так как на руках у неё сидел беспокойно крутящийся ребёнок. — Можете обращаться ко мне по имени. Астах, посиди спокойно хоть пять минут! — попыталась она призвать сына к порядку.

— Гулять! — возмущенно пискнул тот и недовольно насупился.

Виновато посмотрев на мага, женщина попыталась уговорить малыша немного потерпеть. Но тот ещё больше расхныкался и принялся вырываться из рук матери.

— Может, выйдем в парк? — предложил Райт, когда мальчик громко разревелся. — Ваш сын сможет побегать по траве, пока мы беседуем. Ну как, малыш, пойдем гулять в парк? — Маг обезоруживающе улыбнулся, показывая, что его совсем не стоит бояться.

— Гу-улять! — повторил за ним ребенок, всхлипнув.

Матери ничего не оставалось, кроме как проследовать за Райтом на улицу.

— Простите, так неудобно получилось, — смутилась нара Нарих, опустив сына на землю. — Астах обожает бегать по улице и совершенно не терпит замкнутых пространств.

— У вашего сына русые волосы, — задумчиво произнес Райт, наблюдая за резвящимся ребенком. — Кто-то из ваших предков обладал большим процентом крови тайхаров? Вы ведь с мужем темноволосые.

— Если это и так, то мне ничего не известно, — ответила женщина, присаживаясь на скамейку. — С моей стороны точно все были темноволосыми. А вот о родословной Блеза я мало что знаю. Как-то раньше не интересовалась этим, а теперь… — Замолчав, вдова сжала пальцы в кулаки.

— Нара Нарих, я сочувствую вашему горю, но мне нужно задать несколько вопросов.

— Да-да, конечно, я слушаю вас!

Несколько мгновений помолчав и успев за это время оценить эмоциональное состояние женщины, Райт спросил:

— Вы можете мне рассказать о последних месяцах вашей совместной жизни? Были ли какие-то странности в поведении нара Блеза?

— Нет, не припомню. — Женщина нахмурилась и бросила обеспокоенный взгляд на сынишку. — Если только не считать за странность то, как много он работал. Но Блез всегда был таким, сколько я его знала.

— Он ведь на двенадцать лет старше вас? — уточнил Райт, достав блокнот и ручку. Перехватив удивлённый взгляд собеседницы, коротко пояснил: — Привычка.

— Да, мы познакомились, когда я проходила преддипломную практику. Мне даже кажется, что я влюбилась в него с первого взгляда. Но Блез ни разу не показал, что что-то чувствует ко мне, пока я не получила диплом. Он потом говорил, будто не хотел, чтобы кто-то сомневался в моих профессиональных качествах.

— Почему? — спросил Райт, хотя и так уже знал ответ. Досье на погибших лежало у него на столе.

— Потому что Блез был руководителем практики, — пояснила нара Нарих и грустно улыбнулась. — Кстати, на нашей свадьбе присутствовала только его младшая сестра с мужем и детьми. Оказалось, что их родственники живут в восточной части империи. А вы ведь прекрасно знаете, как там размывает дороги по весне. К сожалению, ждать мы не могли, я уже носила под сердцем нашего первенца.

— А потом вы переселились сюда?

Задавая вопросы вдове, Райт поймал себя на мысли, что с большим удовольствием послушал бы рассказ Орианы о её жизни. А ещё выпытал, за что она с ним так поступила и почему настолько ненавидела, раз решилась провернуть весь этот спектакль с влюблённостью. Правда, не похожа Ори на холодного и расчетливого человека. Или же он снова пытается обмануться на её счет? Поверить, что бывшая возлюбленная лучше, чем есть на самом деле?

— …а я работаю с нарой Кант, — сказала женщина, вырвав Райта из задумчивости. — Но с ней у нас только деловые отношения. Нара Кант придерживается старого правила, что старший целитель не должен опускаться до панибратских отношений с медиками.

— А как вы к этому относитесь? — Маг вновь сделал пометку в блокноте.

— Конечно же поддерживаю! — слишком горячо, по мнению Райта, заверила нара Нарих. — Иногда от ровных отношений устоявшейся целительской пары зависит жизнь пациента. Поэтому мы никогда не отмечаем вместе праздники и вообще не проводим совместно время, кроме как на работе. Но это совершенно не мешало Блезу и Вадиму быть лучшими друзьями.

Райт удивился, как свободно нара Ринада назвала чужого мужа по имени. Даже если он был другом её супруга, это выглядело довольно странно. А потому решил прояснить для себя этот момент:

— Наверное, нар Кант был частым гостем в вашем доме?

— Нет, что вы! — Женщина даже руками взмахнула, подчеркивая абсурдность вопроса. — Они с Блезом или работали в лаборатории, или же могли посидеть в ресторане. А такие случаи, когда нар Кант оставался у нас на чай, я могу по пальцам пересчитать.

Сделав еще одну пометку в блокноте, Райт пристально осмотрел вдову, пока та отвлеклась на сына. Нара Нарих была довольно симпатичной женщиной. Даже он, всегда предпочитавший блондинок, обратил бы на неё внимание. Мог ли Вадим Кант также заинтересоваться миловидной женой лучшего друга?

«Нужны сплетни», — решил Райт. Он тут же подумал об Алисии Мирской, являвшейся мастерицей по части сбора разнообразных слухов, и вновь вернулся к беседе с вдовой.

Глава 6

И мысли чёрные по венам

Ускорят злобы кровоток.

Что было — всё покрылось тленом:

Улыбки, смех, любви глоток…

Исалия, дом леста Райта фор Леарда, виконта Таверга

Леста Арилеса фор Леард откровенно скучала, сидя в роскошной гостиной столичного особняка. Сейчас она могла бы брать уроки фехтования или метания ножей, а может, стрельбы из арбалета с зачарованными болтами. В общем, приятно проводила бы время, если бы её наставник не сломал ногу, поскользнувшись на мокрых плитах. Девушка уже много раз говорила отцу, что стоит сменить этот неприлично дорогой напольный мрамор на что-нибудь более удобное, пусть и не столь вычурное. Но нет же, виконт Таверг заупрямился, не желая терпеть в доме лишний шум. И теперь Арилесе приходилось страдать из-за его несговорчивости!

Причём отец вполне может сменить учителя, решив, что тот не такой уж и профессионал, если его даже мокрый пол сумел победить. Фыркнув от этой мысли, девушка скрестила руки на груди и откинулась на спинку глубокого кресла. В общем, приняла такую позу, от которой её наставница по этикету пришла бы в священный ужас. Но юной лесте было всё равно, она находилась в печали от вынужденного безделья.

Леса, как называл её отец, унаследовала от матери дар водной магии. И довольно сильный, надо сказать! А вкупе с миловидной внешностью и прекрасной родословной девушка автоматически становилась весьма желанной добычей на ярмарке невест. Арилеса никогда не задумывалась об этом, пока года три назад всё та же наставница по этикету не пригрозила, что девочка рискует остаться без мужа, если не заимеет хорошие манеры. А затем с чувством собственной значимости поведала ученице, как это важно — сделать выгодную партию.

Вот тогда Арилеса и взбунтовалась! Клятвенно пообещала, что лучше будет работать в горной местности, призывая воду в деревушки, чем хвастаться своим даром перед аристократами, изредка создавая водные фигурки. А потом месяц донимала отца, твердя, что станет боевым магом. Возможно, у неё бы ничего не вышло, если бы не вмешалась бабушка.

Леста Ольяса пришла в ужас от желания внучки рисковать своей жизнью. И заявила, что Райт как ответственный отец такого не допустит. Как обычно, стараясь сделать всё наперекор матери, виконт удовлетворил просьбу дочери и даже нанял ей учителя. Правда, строго следил за тем, чтобы она не пострадала.

С тех пор Арилеса прилежно посещала занятия. Она привыкла к тому, что её день расписан по часам, и сейчас не представляла, как распорядиться неожиданно свалившимся на неё свободным временем.

— Может, ремонтом заняться? — спросила сама у себя девушка, обозрев скептическим взглядом комнату.

Стены, выкрашенные в зелёный цвет; паркетный пол, радовавший взгляд приятным золотистым оттенком; большой ковер овальной формы и удобная мебель — всё это явно намекало, что в замене не нуждается. Вздохнув, Леса приподняла одну ногу над полом, покачала ею в воздухе и, поняв, что мается дурью от безделья, резко встала с кресла.

— И надо же ему было уехать в этот… — Девушка попыталась вспомнить название той глуши, куда понесло её обожаемого отца. — Северг, точно! Мог бы и меня с собой взять, а не оставлять тухнуть в столице. И ведь, как назло, Каил уехал в поместье, а Марика умудрилась простудиться… Даже друзья меня бросили!

Топнув ногой от злости, Арилеса пришла к выводу, что нужно срочно чем-нибудь себя занять. И как раз в это время из приоткрытого окна раздался звук подъезжающего магмобиля. Удивившись тому, что к ним кто-то мог пожаловать, девушка осторожно выглянула на улицу. Рассмотрев герб на одной из дверей, она тут же отпрянула назад.

— Нет, нет и нет! — яростно зашипела Арилеса, отступая к двери. — Вот с ней видеться я точно не желаю! Мерзкая…

Не договорив, она выскользнула из гостиной и быстро взлетела по лестнице, стремясь спрятаться в своей комнате. Правда, сразу же передумала, сообразив, что там её мигом найдут. А значит, нужно придумать что-то ещё!

Секунда на раздумье, и Леса уже несется к покоям матери. С тех пор как виконтесса Таверг умерла, они так и стояли закрытыми. Вернее, их никто не запирал, просто туда не заходили, кроме как для уборки. А значит, есть шанс, что там девушку искать не будут.

Когда Арилесе исполнилось шесть, отец отвел её в покои матери, чтобы девочка смогла удовлетворить своё любопытство. Портрет покойной виконтессы висел в библиотеке, но малышке хотелось увидеть и более личные вещи. В тот день она провела в комнате несколько часов, забрала с собой расчёску, карманное зеркальце и любимую брошь матери. После этого девочка больше никогда не возвращалась сюда. Ну, кроме этого раза…

Чтобы не встречаться с лестой Фионой фор Маренд, Арилеса была готова залезть даже в курятник! Правда, она слабо представляла, как он выглядит, но, по словам неизменной наставницы по этикету, это было поистине ужасное место.

— А ведь ничто не предвещало беды! — тихо пробурчала девушка, медленно пересекая темную гостиную.

Зашторенные гардины пропускали лишь узкую полоску света, оттого приходилось прилагать некоторые усилия, чтобы не споткнуться о расставленную мебель.

Приоткрыв дверь в спальню, Леса нерешительно потопталась и тихо сказала:

— Я здесь совсем немножко побуду, пока эта хищница не покинет наш дом.

Фиона фор Маренд слыла опасной женщиной, в первую очередь для неженатых состоятельных мужчин. Будучи младшей дочерью графа, она ещё в юности вышла замуж за мужчину вдвое старше себя, да ещё и практически не обладавшего кровью тайхаров. Спустя лет пять женщина стала счастливой вдовой и, как ни странно, вновь принялась искать себе мужа, хотя предыдущий оставил ей приличную сумму в наследство.

Отец Арилесы был четвертой попыткой лесты Фионы. Она уже несколько месяцев добивалась его внимания. В высшем свете, по словам Каила, уже делают ставки на то, чем вся эта история закончится. Леса так бы не переживала, если бы вдовствующая баронесса не повадилась навещать её, надеясь через дочь подобраться к самому виконту.

На свою беду, леста Фиона совершенно не понравилась Арилесе. Девушка была не против, чтобы в её жизни появилась женщина, способная заменить мать. Но явно не та, в глазах которой читается плохо скрытый расчёт! После первого же визита вдовствующей баронессы Леса честно предупредила отца, что переедет жить к бабушке и дедушке, если он додумается сделать предложение этой неприятной лесте.

Звук открывшейся двери вырвал Арилесу из воспоминаний, заставив вздрогнуть и насторожиться.

— Леста Арилеса? — раздался из гостиной голос одной из горничных. — Леста Арилеса, вы здесь? К вам в гости пожаловала баронесса Войская.

Поняв, что прислуга вознамерилась найти юную хозяйку во что бы то ни стало, раз заглянули даже сюда, Леса непримиримо поджала губы. Так просто сдаваться она точно не намерена! Тихо скользнув к кровати, она юркнула под неё. И тут же наткнулась на что-то рукой. Ощупав неизвестный предмет, девушка пришла к выводу, что это книга.

«А вот убирать здесь можно было и лучше, — недовольно подумала она, ощутив также и приличный слой пыли. — Как только эта надоеда уедет, сразу же проведу воспитательную беседу! Или они думают, что раз мне всего пятнадцать лет, то я не в состоянии приструнить прислугу?»

Пока она строила планы, прошло весьма много времени. Понадеявшись, что леста Фиона уехала, Арилеса покинула своё убежище. Осторожно выглянув в коридор, девушка увидела свою горничную.

— Карита, она ушла? — тихо спросила Леса.

— Леста Арилеса, так вот где вы были! — воскликнула горничная, всплеснув руками. — Только посмотрите, на кого вы похожи! Вся в пыли, чумазая, словно трубочист.

— Карита, прекрати вопить! — Леса опасливо посмотрела по сторонам. — Отвечай на мой вопрос.

— Да уж минут десять как отбыла, — ответила горничная, строго сверкнув на неё глазами. — Видно, что разозлилась знатно. Смотрите, как бы не нажаловалась лесте Ольясе.

— Переживу. — Девушка пренебрежительно махнула рукой и только тогда вспомнила, что держит свою находку. — Кстати, кто убирает покои моей мамы? Не мешало бы лишить…

Договаривать она не стала, наконец рассмотрев, что это совсем не книга, а тетрадь в толстом переплете. Бабушка рассказывала, что раньше было модно записывать какие-то мысли или стихи. Открыв тетрадь, Леса увидела на первой, пожелтевшей от времени странице выведенную красивым женским почерком надпись: «Ванесса фор Леард». Сердце тут же болезненно сжалось, а руки заметно задрожали. Перевернув ещё одну страницу, она осторожно провела по исписанному листу кончиками пальцев.

«Это что же получается, я нашла мамин дневник?» — удивилась Арилеса.

«Моей еще не рождённой, но уже горячо любимой дочери!» — гласило первое предложение. Охнув, девушка сморгнула набежавшие на глаза слёзы и прижала раскрытую тетрадь к груди.

— Леста, что-то случилось? — обеспокоенно спросила горничная.

— Нет, все хорошо, — заверила её Леса. — Я иду к себе в комнату, нужно умыться и сменить платье. А ещё… ужинать я буду тоже у себя и до этого момента прошу меня не беспокоить.

Не дожидаясь ответа, девушка поспешила в свои покои. А там, бережно протерев тетрадь от пыли носовым платком, оставила её на прикроватной тумбочке. Пока Леса умывалась и переодевалась, ладони еле ощутимо покалывало от нетерпения. Хотелось быстрее взять дневник и прочесть послание, которое для неё оставила мать. И судя по всему, оно будет объемным, иначе это была бы не тетрадь, а конверт.

Усевшись на кровать и подоткнув под спину подушку, Арилеса вновь открыла дневник и с лёгким волнением принялась читать.

«Я знаю, что мне недолго осталось. Чувствую, что умру, как только подарю тебе жизнь. Эта уверенность появилась несколько месяцев назад. И если честно, поначалу я испугалась и постоянно донимала целителя просьбами осмотреть меня. В итоге бедолага прописал мне успокоительное от нервов, твердя, что беременность — это не болезнь. А я… смирилась.

Когда знаешь, что вскоре умрёшь, жизнь начинает восприниматься совсем по-другому. А совершённые тобой поступки открываются в новом свете. И то злодеяние, которое я совершила… Ох, милая, если бы ты только знала, как же я сожалею!»

Нахмурившись, Арилеса отложила тетрадь и по старой привычке принялась покусывать нижнюю губу. Слова матери взволновали её, вызвав чувство тревоги. Подтянув колени к груди, девушка некоторое время смотрела на пожелтевшие страницы дневника, словно не решалась его взять. Но вскоре любопытство пересилило, и Леса вернулась к чтению.

«…По правде, мне бы стоило во всём признаться Райту, но я струсила. Да, именно так и есть! Поэтому и пишу это послание, вместо того чтобы откровенно поговорить с мужем. Боюсь, это уже ничего не исправит, но, по крайней мере, облегчит мои муки совести. Пусть даже он прочтёт признание уже после того, как я умру.

Не желаю видеть в его глазах презрение и ненависть!

Пусть и любви во взгляде Райта, обращенном ко мне, тоже не было, зато я могла там увидеть уважение. Которое совсем не заслужила.

Не буду больше ходить вокруг да около, а перейду к самому главному.

Моя милая Арилеса, я хочу рассказать тебе историю своего преступления, которая началась во времена нашего с твоим отцом обучения в академии. Тогда я была слишком юной и самовлюблённой. Но в этом не было ничего удивительного. Ведь мне с самого детства твердили, какая я умница и красавица. Да и жениха выбрали под стать. Средний сын маркиза Лазарского был моим одногодкой и выгодной партией. И я настолько уверилась в нашем совместном будущем, что даже не могла подумать о чём-то другом.

Если быть до конца честной, то тогда я не была влюблена в твоего отца. Меня воспитывали довольно практичной особой. Я знала, что такое долг перед семьёй и положение в обществе. И это казалось самым главным в жизни. Но твой отец был другим. Райт очень часто слушался велений сердца, а не разума, чем вызывал во мне искреннее недоумение, а иногда и раздражение.

Он был категорически против договорного брака и поначалу пытался поговорить со мной, пытаясь перетянуть на свою сторону. Вот только понимания от меня не дождался. И вскоре решил действовать иначе. Он встречался с сокурсницами, гулял с друзьями по кабакам, ввязывался в драки. Благо при этом не забывал учиться, поэтому преподаватели хоть и ворчали, но об исключении Райта речи не заходило.

Если скажу, что такое поведение жениха меня не задевало, то совру. Мне было неприятно видеть всю эту череду девиц, побывавших в его постели. Но из-за вбитого в меня с детства воспитания устроить скандал я не могла. Приходилось тренировать выдержку и всё время напоминать, что Райт ещё слишком молод.»

— А я и не знала, что папа не хотел жениться на маме, — прошептала Арилеса, прижав к груди раскрытую тетрадь. — Правда, не понимаю, почему. Она ведь была невероятной красавицей. А бабушка рассказывала, как гордилась такой невесткой. Хотя, если всё дело в договорном браке, отца я тоже могу понять.

Девушка, как и её отец, терпеть не могла условности и ограничение свободы выбора. Поэтому, как бы неприятно ей ни было узнать про некоторые аспекты взаимоотношенийя родителей, винить отца она не могла.

«Первым тревожным звоночком стали расползающиеся слухи о том, что Райту в ухаживаниях отказала какая-то целительница. Поначалу я не придала этому значения и даже мысленно похвалила неизвестную мне девицу, у которой хватило ума понять, что кроме интрижки ей ничего не светит. Вот только Райт не пожелал отступать. И чем больше та магиня сопротивлялась, тем сильнее он добивался встреч с ней. Мне даже впервые пришлось одёрнуть его, указав на недопустимость такого поведения. Ведь у целительницы уже был молодой человек.

Да, я узнала, кто она такая, чтобы понять причину, по которой мой жених так на ней помещался. Ориана Фирс оказалась обычной нарой, способной похвастаться только наличием крови тайхаров и миловидной внешностью. По крайней мере, я не увидела в ней тогда ничего особенного. Сейчас же, по прошествии многих лет, могу с уверенностью сказать, что Ориана была не просто мила, а очень красива. Но, будучи ещё слишком юной и весьма самовлюблённой, я не пожелала признаваться в этом даже самой себе. Зато возненавидела целительницу всеми фибрами души, впервые почувствовав в ней угрозу для своего уже распланированного будущего.

Я ужасно ревновала Райта, испытывая к твоему отцу собственнические чувства, ошибочно принятые мной за влюблённость. Только как разлучить их не знала. Хотя ещё надеялась, что однажды они расстанутся. Ведь Райт очень некрасиво поступил с Орианой. Он шантажировал целительницу, обещая, что её парень вылетит из академии, если она не станет более ласковой. Поначалу ни она, ни я не верили, что Райт опуститься до такого. Но когда у Вадима Канта начались проблемы в учёбе, а дисциплинарные наказания посыпались как из рога изобилия, я осознала всю глубину ненормальной, как мне казалось, жажды обладания Орианой.»

Арилеса вновь отложила дневник матери и принялась нервно расхаживать по спальне, пытаясь успокоиться. Она никогда не думала, что её благородный и невероятно добрый отец способен на такие гадкие поступки по отношению к другому человеку. Девушка терпеть не могла, когда кто-то пользовался своим положением в обществе и властью денег, чтобы принудить людей поступать так, как ему того хотелось. И тем ужаснее было осознание того, что её отец поступал точно так же.

— Ох, папа, как ты мог так низко пасть? — прошептала она, вытерев выступившие на глазах слёзы.

Ей понадобились некоторое время и определённая доля смелости, чтобы вновь прикоснуться к тетради, сиротливо лежавшей на кровати.

«…Да, именно на зимнем балу я осознала, что он действительно любит Ориану. Это было заметно по его глазам, всегда ищущим фигуру целительницы в толпе. И по его действиям по отношению к ней. Райт был готов бросить к её ногам весь мир, если бы Ориана вдруг этого потребовала. И в какой-то мере я жаждала, чтобы она вытягивала из него деньги на наряды и походы в рестораны. Вряд ли это оттолкнуло бы влюблённого по уши Райта, зато могло помочь разлучить их с помощью родителей моего непутёвого жениха. Но целительница оказалась невероятно скромна. Хотя нет, не так.

Поначалу Ориана действительно злилась на твоего отца, не желая иметь с ним ничего общего. И только угроза отчисления Вадима заставила её принять ухаживания наглого боевого мага. Первые полгода академия гудела, с любопытством наблюдая за развитием их отношений. Вернее, борьбы. Некоторые особо ушлые студенты даже организовали тотализатор, принимая ставки от всех желающих. А я сгорала от гнева и стыда, но всё равно не желала отказываться от Райта. Теперь для меня это стало каким-то делом чести. Ибо леста Ванесса фор Марид не могла себе позволить проиграть какой-то целительнице без роду и племени. Наверное, тогда и началось моё падение.

Я затаилась и стала выжидать, наблюдая за этими двумя. Собирала разнообразные слухи, проверяла их и многое отсеивала. Мне нужна была только правда, ибо лживые сплетни не смогли бы помочь.

Спустя некоторое время, когда я набрала достаточное количество правдивых слухов, то начала исподволь доносить их все маркизе Лазарской. Леста Ольяса всегда любила меня как родную дочь. И мечтала увидеть своей невесткой. Она была моим самым сильным и верным союзником. Именно маркиза предложила немного обождать и дожать Райта, когда обучение в академии будет закончено. Я поначалу не понимала, почему она не добьётся исключения Орианы. Ведь так можно значительно быстрее избавиться от ненавистной соперницы. Но леста Ольяса прекрасно знала своего сына и не желала давать ему повод взбунтоваться. Маркиза объяснила, что, поступи они так, и Райт, вполне возможно, покинет стены академии вслед за целительницей. А нас такой исход совсем не устраивал…»

Арилеса читала и не могла поверить в прочитанное. Бабушка и мама оказались теми ещё интриганками, сплетя вокруг отца и той несчастной целительницы крепкую сеть. В какой-то момент девушка даже позабыла, что читает воспоминания некогда живого человека. Так всё описанное было похоже на приключенческий роман, в котором уже наперёд было известно, чем всё закончится.

«…Я сильно нервничала, ибо наступала последняя, самая важная часть нашего плана. Сначала леста Ольяса должна была поговорить с сыном. А уже потом найти Ориану и поставить её перед фактом. Маркиза невероятно умная женщина, поэтому прекрасно понимала, что деньгами подкупить не получится. Зато сыграть на чувствах Орианы к Райту вполне возможно. Ведь они искренне любили друг друга, и если расписать девушке в ярких красках, что ждёт её возлюбленного, то она, несомненно, отступится. Ориана Фирс относилась к тому редкому типу людей, готовых пожертвовать своим счастьем ради других.

Но всё пошло немного не по плану, когда я увидела, как Ориана подслушивает разговор маркизы и Райта. Честно скажу, будь я на её месте, тоже превратно поняла бы их разговор. Но в тот момент мне не было её жаль. Наоборот, внутри поселилось чувство злорадного удовлетворения. И когда Ориана сбежала к пруду, я не утерпела. Позвав гулять свою подругу, специально отправилась в ту же сторону, на ходу сочиняя историю об объявлении нашей с Райтом помолвки. А к вечеру я узнала, что Ориана сбежала. Ещё через неделю ко мне явился весьма помятый Райт, сказав, что согласен на нашу свадьбу, если я всё ещё желаю того же.»

— Ох, мама… — Арилеса вновь отложила дневник, давая себе время обдумать всё прочитанное. Голова пухла от информации, вываленной на неё. А в груди бурлило множество эмоций: жалость, сочувствие, раздражение, неверие и даже злость. Только на кого девушка злилась, она и сама понять не могла. И всё же дочитать признание матери было нужно.

«…Я привыкла к этому. Привыкла, что он не любит меня. Привыкла к его частым отсутствиям. Привыкла к отстранённости. Ко всему привыкла.

Утешало меня лишь то, что любовниц у Райта не было. Он действительно уважал меня, оставаясь верным мужем. И поначалу мне этого хватало. Я упивалась своим положением, завистливыми взглядами и шепотками. Ибо все считали нас идеальной парой. Даже те, кто учился с нами в академии, быстро забыли об увлечённости Райта простой целительницей.

Когда я осознала, что мне всего этого мало, и сама не знаю. Просто в определённый момент захотелось, чтобы в зелёных глазах отражалось не только спокойствие, граничившее с равнодушием, но и нежность, страсть, любовь… Меня всё чаще посещали воспоминания о студенческих годах, а душу разъедала зависть к Ориане. Ведь её твой отец действительно любил и до сих пор помнил. А потом я узнала, что ношу под сердцем ребёнка. И то был единственный раз, когда во взгляде Райта, обращённом ко мне, светилась нежность и признательность.

Как же я была счастлива в те дни… Райт буквально носил меня на руках, доставая целителя разнообразными вопросами. Он очень ждёт твоего рождения, милая. Так ждёт его…

Но я отвлеклась. Мне осталось открыть тебе ещё одну маленькую тайну.

Однажды Райту пришлось уехать на неделю по делам. На следующий день я тоже покинула столицу, соврав родным, что хочу съездить к давней знакомой. Но поехала я совсем не туда. Я хотела увидеть Ориану и показать ей, что Райт счастлив со мной. Глупо? Да, сейчас я прекрасно понимаю это. Но тогда будто кто-то нашептывал на ухо поступить так, подталкивал в спину.

Когда я приехала в тот маленький приграничный городок, то уже была не так уверена в правильности своего решения. Хотя, будем честны, я струсила. Поэтому решила немного передохнуть в гостинице и ближайшим маг-экспрессом уехать назад. Их я увидела в тот момент, когда направлялась на вокзал. Мать и дочь сидели на одной из городских лавочек. Девочка капризничала, а женщина что-то тихо ей втолковывала. Ориану я узнала сразу же, будто мы виделись только вчера. В груди вновь разгорелись злость и обида, а желание подойти вернулось и усилилось в троекратном размере. И когда я уже сделала первый шаг, девочка посмотрела в мою сторону. Это длилось всего несколько мгновений, но я вздрогнула от страха. Ибо с лица этой малышки на меня смотрели глаза Райта.»

Арилеса уставилась прямо перед собой застывшим взглядом. Известие о том, что где-то живёт её старшая сестра от другой женщины, окончательно добило девушку. В висках застучало, и Леса поморщилась, пытаясь унять тупую боль. То, что она узнала из дневника, перевернуло её жизнь с ног на голову. И в какой-то момент девушка сильно пожалела, что нашла эту тетрадь. Знания тайн прошлого оказались тяжелы для пятнадцатилетнего подростка.

Она долго не могла понять, почему мама посвятила дневник именно ей. Пока не вспомнила слова Ванессы о трусости и не поняла, что так женщине было легче признаться мужу во всём, что она совершила. Винила ли Арилеса свою мать? Нет, потому что не имела на это права. Да и не известно, как бы девушка сама поступила на месте матери. Говорить правильные слова всегда легче, чем претворить их в действие.

— И что же мне теперь делать? — спросила Леса у тишины.

***

Этим утром Райт проснулся довольно поздно, чего ранее за ним особо не водилось. Вчера он практически до полуночи разбирался с отчётами, которые начали передавать его люди. Не было даже времени прочитать заключение, сделанное лестом Ариком по поводу исследований крови Райта и Тарины. Хотя, чего греха таить, конверт буквально притягивал взгляд, но, когда маг собирался открыть его и удовлетворить свой интерес, кто-нибудь постоянно мешал. А вечером, придя в свой номер, сил хватило только на то, чтобы раздеться и лечь спать.

Зато теперь он мог спокойно ознакомиться с заключением леста Арика. Так и не встав с кровати, Райт взял с тумбочки конверт и медленно потянул за маленький язычок, распечатывая его. Внутри оказался один-единственный листок бумаги. Маг не стал заострять внимание на ненужной сейчас информации. С ней можно ознакомиться и потом. Перейдя сразу к заключению целителя, он прочитал его, затем, немного подумав, перечитал вновь.

Райт готовил себя к любому результату, и всё же подтверждение догадок немного ошарашило. Резко встав с кровати, виконт принялся кружить по комнате, словно зверь, запертый в клетке. Злость на целительницу раздирала душу на части. Остановившись у окна, он сжал подоконник до побелевших костяшек и шумно выдохнул. Нужно было успокоиться, чтобы обдумать, как поступить дальше. Но едва он, казалось, начал немного приходить в себя, тут же перед мысленным взором предстало лицо прелестной девятнадцатилетней девушки с изумрудными глазами.

Его дочь… Та, о которой Райт не подозревал. Не был рядом, когда она родилась. Не держал на руках, не слышал её первых слов, не видел первых шагов… И ещё множество «не» благодаря вероломству бывшей возлюбленной!

Не сдержавшись, Райт стукнул кулаком по подоконнику, но, кроме боли в руке, это ему ничего не дало. Виконту понадобилось много времени и холодный душ, чтобы утихомирить свой гнев. Первым порывом было направиться к Ориане, но он отмёл это желание. Эмоции, клокотавшие в груди, только помешают. Нет, нужно выждать положенный срок, дав бывшей возлюбленной время привыкнуть к его присутствию в её жизни. И лишь потом поговорить с ней в спокойной обстановке. А если потребуется, то и душу вытрясти!

«Интересно, знал ли Вадим правду? — задался он вопросом, вновь подойдя к окну и начав рассматривать идущих по улице горожан. — Не поэтому ли он задерживался на работе так долго, чтобы реже видеть обманщицу-жену?»

Простое, казалось бы, дело начало обрастать занятными фактами. А в свете того, что взрыв произошёл совсем не случайно, новые знания могли сильно пригодиться. Оставалось докопаться до сути и найти убийцу.

Раздавшийся стук прервал его размышления. Райт набросил халат и открыл дверь. И тут же её закрыл перед радостно скалящимся Марком. Когда помощник пребывал в таком хорошем настроении с самого утра, значит, готовился преподнести какую-нибудь пакость.

— Ну впусти-и-и меня! — провыл Марк и поскреб по двери. — Я больше так не бу-у-уду!

— Вот засранец! — возмутился Райт и, вновь открыв дверь, втянул друга в комнату. — Ты что творишь?

— Пытаюсь любыми способами лицезреть заспанное лицо любимого начальника! — бодро отрапортовал артефактор. — Ну ты и горазд спать. Уже половина десятого, и завтрак вот-вот закончится.

— В смысле? Думаешь, мне откажутся его приготовить немного позже, чем это положено?

— Нет, продукты закончатся! Тут у нас поселилось семейство купцов, и все на одно лицо! В смысле на одни габариты. Очень большие, кстати говоря, габариты…

— Что это с тобой? — удивился Райт, заметив, как скривился друг.

— Да дочка главы этого достопочтимого семейства изволила мне глазки строить, — кисло поведал Марк. — А я, может, не люблю, когда дама в четыре раза больше меня! Чувствую себя ущемленным в своих мужских правах.

Райт попытался представить себе ту красотку, однако вскоре сдался, признав за собой недостаток фантазии. Оставалось одно: воочию увидеть несостоявшуюся даму сердца его друга.

— Я спущусь через полчаса, — наконец сказал он. — Постарайся отвоевать мне хоть немного еды. Если, конечно, не хочешь заиметь в моём лице злого начальника.

Когда маг спустился вниз, его встретил слишком радостный голос Марка:

— А вот и он!

Еще не видя, к кому друг обращался, но уже подозревая крупную подставу, Райт мгновенно натянул на лицо ледяную маску аристократизма. Которая, впрочем, чуть с него не слетела, стоило ему рассмотреть… Он даже не знал, с кем можно сравнить тех особ, которые восседали за одним из столов небольшого ресторана гостиницы. А затем понял, что это и есть семейство купца, о котором недавно говорил Марк.

«Да рядом с ними даже лест Кораг фор Мьорн почувствовал бы себя тщедушным, — удивлённо подумал Райт. — А ведь он, наверное, самый высокий мужчина в империи. Да и по развороту плеч даст фору любому здоровяку».

— Доброго дня. — Райт как можно безразличнее обозначил их присутствие, еле сдержался, чтобы не скривиться, когда одна из пышнотелых девиц заинтересованно его осмотрела, и спокойно уселся к ним спиной. — Марк, где мой завтрак?

— Сейчас всё будет, — заверил друг, заметно поскучнев. Видимо, понял, что представления не предвидится.

— Девочки, нам пора идти, — раздался позади тучный, иначе и не скажешь, женский голос.

— Но ма-ам! — тут же захныкала одна из девиц.

— У нас ещё много дел, — категоричным тоном отрезала купчиха. — За мной!

Девицы не посмели перечить. По залу разнеслись огорченные вздохи, больше напоминавшие угрожающее сопение.

Дождавшись, когда ему принесут завтрак, Райт сразу же перешел к делу, не желая выслушивать стенания друга по поводу неудавшегося развлечения:

— С этим убийством вырисовывается довольно любопытная картина.

— Какая именно? — приподнял бровь Марк, правильно поняв намёк непосредственного начальства.

— Ты изучил мои наброски касательно беседы с вдовой Блеза Нариха?

— Да, и тоже думаю, что стоит копать в сторону возможной любовной связи Вадима Канта и нары Нарих. Правда, не могу понять, зачем ему это нужно было, когда рядом красавица жена.

— А если бы он знал какие-то подробности о своей жене, которые и толкнули его на этот шаг?

— Наконец понял, что она та ещё стерва? — наигранно изумился Марк. — Хотя совсем не похожа, а даже наоборот, выглядит и ведёт себя как очень приятная нара. Тем более она же предпочла этого Вадима тебе, чего ему было переживать?

Погоняв вилкой по тарелке кусочек бекона, Райт тихо проговорил:

— Ну, например, он мог узнать, что воспитывает чужого ребёнка.

На несколько секунд над их столом повисла тишина. Марк задумчиво посмотрел на друга, а потом уточнил:

— Нара Ориана ему с кем-то изменяла? Нужно проработать этот вариант. Сколько лет девочке?

— Девятнадцать.

— Девят… — Не договорив, артефактор громко поставил чашку на стол. — Она что, бросила тебя, уже зная о беременности?

— Тише ты! — шикнул на него Райт и быстро осмотрелся. — Это неудачное место для разговора.

Марк не стал спорить, но не переставал сверлить Райта взглядом всё то время, пока он завтракал. Однако не добился желаемого эффекта — завтрак продлился ровно столько, сколько пожелал виконт Таверг. Зато, когда они вернулись в номер Райта и обезопасили себя от прослушивания, артефактеру уже никто не мешал наброситься на друга с расспросами:

— Ты уверен, что это твой ребёнок? Или нара Ориана Кант придумала какую-то свою игру?

— Она мне ничего не говорила, — заверил его Райт и покосился в сторону мини-бара.

Боевой маг не употреблял алкогольные напитки, предпочитая всегда иметь ясный разум. И требовал от своих подчинённых такого же трезвого образа жизни. По этой причине, как только он занял место начальника в отделе, у него сменилось несколько подчинённых, пока не подобралась нынешняя команда. А ещё, когда заселялся в гостиницу, просил заменять бутылки с вином на соки и морсы. Но в этот раз хозяин гостиницы всё же оставил пару бутылок, надеясь не пойми на что.

— Я сам догадался, а потом попросил леста Арика сделать тест, — продолжил свой рассказ Райт.

— Значит, нара Кант по какой-то причине не желает, чтобы тайна открылась, — подвёл итог Марк. — Это плохо, такая версия пропадает!

— Ты об убийстве мужа любовником? — уточнил виконт, не сдержав усмешки.

— А что такого? — обиделся Марк. — Вполне себе достойная причина устранить соперника. Может, сознаешься, а? — предложил он и быстро добавил: — Узнал о существовании дочери, примчался на разборки, увидел бывшую возлюбленную, вновь воспылал к ней прежними чувствами, не пожелал ждать развода и быстренько грохнул законного мужа. Она вновь свободна и падает в твои объятия! Все счастливы и довольны!

— Идиот, — с грустью констатировал Райт, глядя в смеющиеся глаза друга.

В ответ Марк расхохотался, совершенно не обидевшись на высказывание виконта.

— И все же теорию о любовной связи Вадима и вдовы Блеза стоит отработать, — отсмеявшись, предложил артефактор.

— Я уже дал задание Алисии на этот счёт, — кивнул Райт, соглашаясь со словами друга. — Также нам нужно узнать обо всех недоброжелателях, которые точили зуб на мирных исследователей.

— Мирных? — Марк хлопнул себя по лбу. — Прости, ты так ошарашил меня новостью о своей дочери, что я совсем забыл рассказать. Помнишь, нас удивило, что лаборатория находилась за чертой города? Да ещё была великолепно оснащена.

— Да, обычно лаборатории находятся в больничных корпусах, — согласился Райт, почувствовав, что что-то упустил из виду.

— Вадим Кант имел диплом вирусолога, — пояснил Марк, с удовольствием наблюдая, как вытягивается от удивления лицо друга. — Более того…

— Он был практиком, — тихо закончил Райт, вспоминая разговор с Орианой. — Но в Исалийской академии нет такого направления. В империи только два специализированных места, где обучают таких целителей наряду с теми, кто напрямую работает с кровью.

— Вот-вот. Загадочная личность этот Вадим Кант.

— Почему в его досье нет упоминания о получении дополнительного диплома?

— Потому что лист с этой информацией исчез из его папки. Я совершенно случайно узнал об этом утром, когда разговаривал с лестой Дарией. Ей сегодня заступать на дежурство, вот мы и встретились перед её сменой. Во время разговора и выяснился этот неприятный факт. Кстати, главная целительница утверждает, что несколько месяцев назад, когда она просматривала личные дела сотрудников, всё было на месте.

— Значит, кто-то забрал этот документ. — Райт положил руку на подлокотник софы, на которой сидел, и задумчиво потёр лоб.

— Только непонятно, для чего это было сделано? Неужели похититель надеялся, что мы не узнаем о дипломе вирусолога?

— Меня интересует другое. Что такого мог создать Вадим Кант, из-за чего его убили?

Глава 7

Утро началось как обычно — с приготовления завтрака, которого для одной Орианы было явно слишком много. Привычка — это страшная вещь, которая, как выяснилось, тоже может причинить душевную боль. С неприязнью посмотрев на тарелку с горой золотистых оладий, которые так любили Вадим и Ринка, Ори вздохнула и принялась складывать ещё горячие кругляши в контейнер.

— Угощу ночную смену, — решила она, понимая, что одна будет неделю уничтожать то, что наготовила. — Может, молока по дороге купить? А то они опять всю ночь кофе распивали, чтобы не уснуть.

Привычка вести разговор с самой собой стала зарождаться на следующий день после отъезда дочери. Вернее, Ори специально начала говорить вслух, чтобы в доме было не так тихо.

А настоящим спасением для женщины была работа, где она крайне редко оставалась одна. Ну и конечно же звонки дочери. Тарина выглядела уже не такой бледной, как раньше, и лишь грустные глаза выдавали её с головой. Хотя она и старалась казаться весёлой, видимо, чтобы не волновать Ориану. Вот и сейчас тишину дома разорвала противная трель смартана, а потом булькнула и резко оборвалась.

Схватив переговорник, целительница открыла крышку и непонимающе уставилась на тёмный экран. Понажимав на кристаллы, она даже потрясла его для верности, но смартан оставался глух к её молчаливым мольбам.

— Это же надо так! — в сердцах возмутилась Ориана. — Именно тогда, когда мне идти на дежурство. Что за невезение!

Резко развернувшись в сторону любимого стула Вадима, она уже открыла рот, чтобы пожаловаться на неудачное стечение обстоятельств и попросить мужа купить ей новый переговорник, как тут же его закрыла. Сердце громко застучало, грозя или выскочить из груди, или разорваться от боли утраты. Сжав почивший смартан, Ори принялась глубоко и размеренно дышать, стараясь успокоить разбушевавшиеся эмоции.

— Привычка… Это всего лишь привычка, от которой нужно избавляться, если я хочу двигаться вперед.

Старательно отгоняя мысли об одиночестве, она быстро собралась и покинула дом. Первым делом нужно было зайти в магазин нара Кисира Остара. Он продавал магическую технику и мог посоветовать, какой переговорник лучше всего взять. Старый Кисир точно не стал бы обманывать Ориану, пытаясь всучить самую дорогую модель. Целительница не желала переплачивать за раскрученное имя одного из артефакторов. Правда, им с Вадимом пришлось подарить Тарине именно такой смартан. Дочь росла довольно разумным ребенком, но и на неё временами находило нечто заставляющее требовать от родителей дорогие игрушки. Не то чтобы они её баловали, но иногда позволяли такие маленькие радости.

Пока Ориана шла к нужному магазину, её то и дело окликали, чтобы поприветствовать. И все бы ничего, но сочувствие во взглядах людей, заговаривавших с целительницей, только раздражало и будило желание как можно скорее избавиться от собеседника. Создавалось впечатление, будто все считают её чуть ли не немощной сироткой, тогда как Ори уже давно взрослая женщина. Смерть мужа, конечно, ужасная трагедия, но Ориана не собиралась опускать руки, ведь у неё есть дочь, которой нужны поддержка и участие.

Зайдя в магазин, целительница с облегчением увидела, что здесь никого нет. А значит, можно не ожидать сочувствия, от которого ей становилось тошно.

— Нара Кант? — раздался в меру удивлённый голос хозяина магазина. — Чем могу быть полезен?

— Доброго утра, нар Остар, — поздоровалась она и протянула свой смартан: — Вот… Совсем перестал работать.

— Удивительно! — воскликнул мужчина, повертев переговорник в руках. — Нара Кант, вы только не обижайтесь, но ваш смартан, наверное, самый старый во всей империи!

— Ну да… Совсем немного до двадцати лет не дотянул, — с огорчением подтвердила Ори и неожиданно хихикнула. — Ему памятник впору ставить. А вернее, тому артефактору, который его сделал.

— Если позволите, то я оставлю ваш смартан в качестве рекламы, — тут же предложил хитрый торговец. — А вам за это сделаю хорошую скидку на… Да вот же он! — Нар Остар подошел к витрине и достал оттуда симпатичный новенький смартан жемчужного цвета. — Работа все того же артефактора.

Не стоит и сомневаться: он знает создателя её смартана и стребует с него плату за рекламу.

Ориана потратила минут десять на то, чтобы послушать короткую лекцию о будущем приобретении. Хозяин магазина пообещал лично перенести управляющий кристалл со старого переговорника на новый и перенастроить. А затем его младший сын занесёт покупку в больницу.

Вновь выйдя на улицу, Ори довольно улыбнулась и бодро зашагала на работу. Впервые за последнее время женщина испытывала покой и уверенность в завтрашнем дне. Словно покупка новой вещи помогла понять, что она со всем справится.

«И даже с объявившимся в моей жизни Райтом», — подумала целительница, приметив мага, выходящего из здания больницы.

Встреча с ним немного приглушила радостный настрой, напомнив о расследовании убийства Вадима.

— Доброго утра, Ориана, — поздоровался Райт и, пока женщина ничего не поняла, поднес ее руку к своим губам.

— Здравствуй, Райт, — немного заторможено ответила она, непроизвольно отпрянув. — Не стоило этого делать, я привыкла к более простому обращению.

— Буду иметь в виду. — Маг на несколько секунд прищурился, рассматривая её, а потом спросил: — Почему ты не сказала мне, что Вадим получил диплом вирусолога?

— Зачем? Ведь у тебя было его дело.

— И в нём отсутствовало это немаловажное упоминание.

— Быть того не может! — Ориана заметно побледнела, а мысли лихорадочно заметались в голове. — Ты думаешь, его кто-то специально выкрал? Но зачем?

— Не знаю, эта кража не имела никакого смысла. — Райт перекатился с пятки на носок и уточнил: — У тебя есть время для разговора?

— Я сейчас заступаю на дежурство. — Ориана посмотрела на входную дверь. — Если пациентов не будет, то мы сможем поговорить в моём кабинете. Только придётся всё равно подождать где-то с полчаса. Мне нужно поговорить с ночной сменой.

Райту пришлось прождать час, пока Ориана наконец освободилась. За это время маг поболтал с медиками, словно исподволь интересуясь жизнью в таком маленьком городке. Как и ожидалось, лучше всего на контакт шли женщины. Ну не умел Райт очаровывать мужчин! А разговаривать с ним по душам они явно не спешили, в отличие от медичек, с удовольствием болтающих с красавцем-магом.

Так он узнал, что Вадим Кант, в отличие от своей жены, легко заводил знакомства со средним звеном целителей и мог поддерживать с ними приятельские отношения. Оказалось, что Ориану считают довольно холодной и немного замкнутой женщиной, хотя её профессионализмом все восхищаются. А вот Вадим считался если не душой компании, то очень добрым и лёгким в общении человеком.

Услышав эти характеристики, Райт только удивлённо хмыкнул про себя. В академии Ори, наоборот, была… очень яркой личностью. Он и обратил внимание на целительницу из-за её лучезарной улыбки и общительности. В ту пору Райту вдруг захотелось, чтобы эта солнечная девушка принадлежала ему. Со свойственной ему в те годы самовлюблённостью молодой маг поспешил познакомиться с понравившейся студенткой и получил жёсткий отпор.

Ориана на тот момент уже продолжительное время встречалась с Вадимом и не желала менять своего парня на взбалмошного сына маркиза. Именно так она тогда его и назвала, с вызовом глядя в лицо отвергнутому ухажеру. Наверное, откажи она ему немного по-другому, Райт понял бы и отступился. Все же он не был таким уж негодяем. Но Ори задела его гордость и юношеское самолюбие, и боевой маг решил во что бы то ни стало заполучить дерзкую девчонку.

Ему понадобилось три месяца, чтобы добиться своего. Где-то ухаживаниями, где-то шантажом и угрозами. Последнего, кстати, оказалось больше всего, но Райта тогда мало волновало, как именно он достигнет своей цели. Когда Ориана была вынуждена сдаться на милость победителя, тот испытал невероятное чувство удовлетворения. И даже строил планы, как он завоюет сердце гордой целительницы, чтобы потом расстаться с ней. В его мечтах она должна была стать примером для всех остальных, как не стоит себя вести с лестом Райтом фор Леардом, если тот соизволил обратить на кого-то внимание. Но проходили дни, недели…

Спустя еще несколько месяцев боевой маг сознался себе, что влюбился в эту гордячку, смотревшую на него с откровенной неприязнью. И тогда он решил попытаться всё исправить.

«И ведь искренне поверил, что у меня всё получилось, — с насмешливой грустью подумал он, стоя перед широким панорамным окном. — А она отомстила…»

Только сейчас Райт сумел спокойно заглянуть в свои воспоминания и даже признать, что, возможно, вполне заслужил такой кары. И всё же тот мальчишка, который до сих пор жил где-то глубоко в нём, продолжал злиться на солнечную девушку, разбившую ему сердце…

— Прости, много дел навалилось, — прервала его размышления Ориана. — Проходи.

Распахнув дверь кабинета, она выжидающе посмотрела на мага, но, увидев светившееся в зелёных глазах упрямство, пожала плечами и вошла первой. Если Райту так хочется придерживаться великосветских правил приличий, что ж, это его дело. Правда, стоило признаться, что все представители немногочисленной аристократии Северга поступали точно так же. Воспитание не позволяло вести себя иначе, пусть даже Ориана не принадлежала к их сословию. Но к магически одаренным людям, да ещё с ярко выраженным наследием тайхаров, было совсем другое отношение, нежели к обычным жителям.

Пока маг устраивался на стуле, доставая из внутреннего кармана сюртука неизменные блокнот и ручку, она исподволь его разглядывала. Красивый, уверенный в себе мужчина неожиданно показался целительнице немного потерянным, обескураженным. Почему у неё родились именно такие ассоциации, Ори и сама не понимала. Просто вдруг захотела сделать для него хоть что-нибудь…

— Будешь? — спросила она, снимая салфетку с небольшого контейнера.

— Оладьи? — удивился Райт. — Это у вас в столовой готовят?

— Нет, это я сегодня напекла, — призналась Ориана, почувствовав смущение.

«Вот же дура! — отругала она себя. — И что мне только в голову пришло?»

— Буду. — Райт как-то легко, по-мальчишески, улыбнулся. — Ты ведь… раньше не умела готовить?

— Почему же, умела, — совершенно спокойно ответила Ориана, вставая из-за стола. — Только повода не было. Ты меня всё норовил по ресторанам да по кафе поводить. Какой чай будешь? Черный, травяной, цветочный или…

— А можно кофе? — осторожно спросил Райт, почувствовав себя неуютно от слов бывшей возлюбленной.

— Нет! — резко отказала целительница и спросила: — Сколько ты его уже выпил с утра?

— Две кружки всего, — насупился маг, поняв, что вожделенный напиток уплывает у него прямо из-под носа. — Утром за завтраком и здесь, пока ждал тебя.

— Чай, — вынесла вердикт Ориана категоричным тоном. — С кусочками фруктов, тебе понравится.

Пока она кипятила воду и заваривала чай, Райт наслаждался. И той лёгкостью, совершенно неожиданно появившейся в их общении. И строгостью Орианы, словно он сам был непослушным мальчишкой, которого нужно отчитать за провинность. И спокойствием, поселившимся у него в душе.

А ещё в голову пришла мысль, что теперь всё будет и проще, и сложнее одновременно. Неделю назад Райт четко представлял их общение, завязанное только на расследовании, после которого он уехал бы в столицу, а она осталась здесь. Всё просто и понятно, если бы не вмешались эти оладьи!

Солнечные кругляши, приковавшие мужской взгляд и соблазнявшие еле уловимым ароматом. Виконт Таверг никогда не считал себя способным на сентиментальность, а тут на тебе! Простая вежливость, а он уже готов простить Ориане всё что угодно.

Их отношения стремительно менялись. По крайне мере магу так показалось. А как ко всему этому относится Ориана, предстояло еще выяснить.

— Угощайся. — Ори пододвинула ему чашку и тарелку, на которую успела переложить оладьи.

— Ты любишь готовить? — поинтересовался Райт, наколов на вилку ещё теплый кругляш.

— Скорее люблю радовать домашних. Правда, теперь мне не часто будет выпадать такая возможность. Рина, если поступит, приедет только на каникулы.

— Почему ты не сказала мне? — неожиданно даже для себя самого спросил Райт.

Это было большой ошибкой с его стороны. Более того, совершенно непрофессионально, но назад дороги уже нет. Вопрос прозвучал, и теперь маг хотел получить на него исчерпывающий ответ. А судя по побледневшему лицу Орианы, она прекрасно поняла, что именно он хотел выяснить.

— Как ты узнал? — еле слышно спросила целительница, чувствуя, как по телу разливается предательская слабость.

— Догадался, когда увидел её глаза, — не стал скрывать мужчина. — Они совсем не похожи по цвету на глаза Вадима.

— Но это… — попыталась что-то возразить Ори.

— А потом я попросил леста Арика сделать анализ. Тарина тоже сдавала кровь для вакцины.

— Ты не имел права без моего на то согласия!

Откинувшись на спинку стула и не отрывая взгляда от взволнованной бывшей возлюбленной, Райт достал из нагрудного кармана серебряную бляху и молча продемонстрировал. Когда Ори закрыла лицо ладонями, спокойно сказал:

— У меня есть полномочия, благодаря которым я могу значительно облегчить свою жизнь. Но это к делу не относится. Ответь, почему ты ничего мне не сказала? Это была такая изощренная месть — скрыть от меня ребёнка?

— Я не знала, — с трудом ответила Ори, так и не отняв рук от лица. — Я не знала, что беременна, когда уехала из академии. Да и поняла только спустя несколько лет, ведь Рина так похожа на меня. А глаза… Они стали такими яркими не сразу.

— Вадим знал? — уточнил Райт, принимая её ответ.

Почему-то у него не возникло даже тени сомнения, что она говорит неправду.

— Нет! — решительно ответила Ориана, а затем, подумав, добавила: — Мне так кажется… Он всегда безумно любил Рину. А когда наш сын погиб, ещё больше сблизился с дочерью.

— Соболезную твоей утрате. — Райт вспомнил, что читал об этом эпизоде в одном из докладов.

— Что ты собираешься делать? — Ориана сжала пальцы в кулаки, мысленно уже представляя, какие проблемы последуют из-за раскрытия тайны рождения Тарины.

— Для начала найти виновных в смерти твоего мужа и его друга. А затем поближе познакомиться со старшей дочерью.

— Прошу… — Ори не смогла договорить, понимая, что он не оставит этой затеи.

— Я не буду ей ничего сообщать. Пока не буду. — Райт спокойно встал из-за стола. — Думаю, сейчас мне лучше уйти. Когда ты вернешься домой?

— Завтра утром, — потерянно ответила целительница, едва сдерживаясь, чтобы не обхватить себя руками за плечи.

Она не могла… Не имела права выказать слабость перед Райтом. Только не сейчас!

— Почему так долго? — Маг недовольно нахмурился.

— Нас всего восемь старших целителей. Было восемь… Пока не пришлют ещё двоих, мы решили взять двойные смены.

— Хорошо. Я зайду к тебе завтра вечером, расскажу, если что-то узнаю. А ещё хочу послушать твои рассказы о том, как росла наша дочь.

Фраза «наша дочь» из уст Райта хлестнула по напряжённым нервам, заставив женщину вздрогнуть. Эти слова прозвучали приговором её спокойной и тихой жизни, к которой Ори уже начала мысленно готовиться.

Он ушёл не прощаясь. А на тарелке так и остались лежать нетронутые оладьи.

***

Марк хотел ознакомиться с диссертацией, над которой работал Вадим Кант, чтобы к возвращению Райта уже иметь хоть какое-то представление об исследованиях убитого. Мужчина удобно, насколько это было возможно, расположился на немного скрипучем стуле в выделенном ему уголке. Мрачно осмотрев своё временное рабочее место, а затем и всё помещение, артефактор увидел вошедшего к ним в этот момент помощника мэра.

«Хлюпик», — пронеслась в голове насмешливая мысль-узнавание.

Нар Ирек Веров был худ и… хлипок. По-другому о нём и сказать нельзя. А ещё чрезвычайно суетлив, угодлив и боязлив. В общем, в нём были заложены все те качества, которые так не любил лест Марк фор Северский. Поэтому и подшучивал над несчастным помощником всегда, когда видел его, желая узнать, насколько же хватит терпения у молодого человека.

Быстро засунув диссертацию в ящик стола, артефактор расплылся в радостной улыбке:

— Нар Веров, у вас к нам какое-то дело?

— Доброго дня, лест Северский, — поздоровался помощник мэра и передёрнул плечами. — Мне передали в архиве вот это. — Жестом фокусника он достал из папки несколько скрепленных между собой листов. — Не понимаю, как такое могло случиться, но документ, насколько я понял, должен находиться в деле Вадима Канта.

Быстро пробежав взглядом по документам, Марк с удивлением понял, что это и есть исчезнувшее свидетельство о получении убитым дополнительной профессии вирусолога.

— Где их нашли? — уточнил он, обратив внимание на серые разводы.

— Под одним из стеллажей. — Нар Веров виновато развёл руками, насколько позволяла зажатая одной из них папка. — После того как леста Сарков сообщила мне о пропаже важного документа, я приказал провести поиски в архиве, прежде чем вызывать стражей. Уже было несколько раз, что некоторые листы из дел выпадали, а просматривающие их ничего не замечали.

— Благодарю за содействие.

— О, не стоит! Надеюсь, вы быстро найдёте виновных в смерти наших целителей.

Марк на мгновение замер, а затем впился взглядом в худощавое лицо молодого человека.

— Виновных в смерти? — Он приподнял бровь.

И получил в ответ укоризненный взгляд.

— Я всё же помощник мэра, — напомнил нар Веров. — А город у нас — не чета Исалии, скоро и так всё станет известно.

— Да, об этом я и не подумал. — Марк криво улыбнулся. — Ещё раз благодарю вас за оперативность.

Поняв, что его выпроваживают, молодой человек скомканно попрощался и, ссутулившись, покинул помещение. Сидевший в это время около окна Никал Сторик, незаменимый специалист по взрывчатым веществам, лениво спросил:

— Ты его в чем-то подозреваешь или из вредности третируешь?

— Да что я ему такого сказал? — возмутился Марк, аккуратно вложив документы в дело Вадима Канта.

— Слава богам, ничего. Иначе тебе бы пришлось выслушать часовую нотацию от Алисии на тему того, как нужно общаться с людьми.

— Мужика ей нужно! — грубо ответил артефактор.

— Хочешь сам это предложить?

— Ну уж нет! Я ещё не выжил из ума.

Если Натару опасались из-за того, что она вполне могла отомстить обидчику, подсыпав что-нибудь неприятное в еду, то Алисия, оскорбившись, профессионально распускала слухи, от которых потом очень трудно было избавиться. И неизвестно, кто из них двоих страшнее, поэтому мужская часть коллектива предпочитала не злить эту парочку.

— Кстати, а ты почему прохлаждаешься? — поинтересовался Марк.

— Жду Алисию, чтобы помочь ей упорядочить все слухи, которые она собрала. — Никал страдальчески поморщился. — Лучше бы я около лаборатории круги нарезал, вдруг что-то стоящее нашёл бы.

— Нет в жизни справедливости, друг мой! — патетично заявил Марк и поспешил вновь достать диссертацию, пока следопыту не пришла в голову светлая мысль попросить о помощи.

Вообще, такие специалисты, как Никал Сторик, чаще всего служили в армии. Там их умения более чем востребованы, особенно в таких гарнизонах, как в этом небольшом городе. Мир населяло множество опасных тварей, следы которых могли обнаружить далеко не все люди. Вот Никал и служил, честно, добросовестно исполняя свои обязанности, пока лет пятнадцать назад Райт не приметил его во время одной из своих командировок.

Решив, что ему очень нужен в команде человек, который не имеет ни капли магии, но всё равно виртуозно справляется с поставленной задачей, виконт нагло переманил Никала к себе. Как когда-то переманил и Натару, за что его и недолюбливал старый начальник военного ведомства герцог Шагойский.

Открыв заветную папку и приготовившись придать лицу самое задумчивое выражение, Марк прочитал несколько строк и опешил. С полминуты он сидел не двигаясь, а затем вновь перечитал начало, но оно осталось неизменным. Пробежав глазами первую страницу, артефактор стал поверхностно просматривать остальные листы, пока не наткнулся на не очень умелый карикатурный рисунок.

— Ничего не понимаю, — пробормотал он и достал из ящика стола небольшую шкатулку.

— Что там у тебя? — лениво спросил Никал, развалившись на стуле и закинув ноги на стол.

— Вот и пытаюсь выяснить, — ответил Марк, достав из шкатулки овальный полупрозрачный камешек, оплетенный искусно выполненной косичкой из тонких золотых прутьев.

Влив в артефакт немного магии, он принялся сосредоточенно водить им над первой страницей. Затем перешёл к следующей и вновь повторил эти действия. Следопыт, наблюдавший за ним со своего места, даже шею вытянул от любопытства. Правда, потом вспомнил, что в его возрасте так вести себя неприлично, и встал из-за стола.

— Заставляешь старого человека делать лишние телодвижения, — наигранно обиженно пробурчал он, идя к столу артефактора.

Марк оторвался на несколько секунд от своего занятия только затем, чтобы скептически посмотреть на собеседника. Да, у Никала уже появилась седина, хорошо заметная в его чёрных волосах. Да и вокруг глаз уже давно собрались морщинки. Но никто не дал бы ему пятьдесят семь лет, так хорошо он выглядел.

— Рассказывай, что ты там обнаружил, — напомнил следопыт, склонившись над папкой.

— В том-то и дело, что ничего. Вот, полюбуйся.

Присмотревшись, Никал обнаружил, что читает какие-то непонятные заметки. Больше всего это напоминало черновой блокнот, в который записывались какие-нибудь мысли, если человек не хотел использовать записывающий кристалл.

— Это что? — Никал в недоумении взглянул на Марка.

— По идее, должна быть диссертация Вадима Канта, над которой он работал весь этот год, — ответил тот и вновь провёл артефактом над листом, исписанным крупным почерком.

Заметив, что надписи не изменились, а значит, скрывающего заклинания на них не было, следопыт уточнил:

— А твоя отмычка не могла сломаться?

— Еще чего! — обиделся Марк и спрятал артефакт в шкатулку.

— Тогда остается понять, кто подменил папку и где настоящие записи, — подвел итог Никал, выпрямившись. — Я хочу обследовать дом нары Кант. Может, найду что-нибудь интересное.

— Насколько я знаю, она сегодня на дежурстве, — вспомнил Марк.

— Значит, пока только двор, а по возвращении хозяйки — и сам дом.

— Тогда иди, а я дождусь Райта и Алисию.

Посмотрев вслед ушедшему следопыту, Марк пролистал содержимое папки до карикатуры. Чем дольше он на неё смотрел, тем больше ощущал себя обманутым. Казалось, кто-то специально играет с командой, профессионально водя их за нос и не давая ни на миллиметр приблизиться к развязке.

Глава 8

Вся команда собралась в кабинете у Райта, предварительно установив артефакты против прослушки. Вернее, Марк установил, не доверяя никому это ответственное дело. Когда всё было готово, он осмотрел тесное помещение и присел на подоконник. Сам временный хозяин кабинета расположился за рабочим столом, хмуро рассматривая папку, принесенную из дома Орианы Кант. Женщины заняли единственное кресло, умудрившись втиснуться в него вдвоем. Никал устроился около двери на не внушавшем доверия стуле. Остальное пространство занимали шкаф и небольшой сейф.

— Алисия, что ты узнала? — спросил Райт, отведя наконец взгляд от папки.

— Прекрасные люди, отличные специалисты, неконфликтны, — принялась перечислять заядлая сплетница. — Помогали абсолютно всем. Особенно Вадим Кант, раза три или четыре в год лично объезжавший небольшие деревеньки, расположенные в горах. Своих целителей там нет, жители лечатся по старинке — травами и отварами. А если что-то серьезное, то отправляются в городскую больницу. Устроившись сюда на работу, убитый спустя год начал сам посещать деревни. Начальство сильно не препятствовало, так как занимался он этим в свои выходные. Кстати, насчёт нары Кант сложилось довольно неоднозначное мнение.

— Какое именно? — Райт ничем не выдал своей заинтересованности.

— С одной стороны, её тоже очень ценят. Она, как и муж, не делает различий между аристократами и крестьянами. А с другой стороны, недолюбливают за то, что нара Кант якобы отказалась вместе с мужем посещать больных в деревнях.

— Якобы? — уточнил Марк, покосившись на виконта.

— Понимаешь, никто достоверно не знает, — пояснила Алисия, посмотрев на артефактора. — Вроде бы кто-то когда-то слышал, но как только я пыталась узнать подробнее, оказывалось, что точно никто ничего не знает.

— То есть другими словами — это был мастерски запущенный слух, — подвел итог Райт.

— Да, — согласилась Алисия, даже кивнув в ответ. — И таких слухов много. Ничего серьёзного, но из-за них к наре Кант некоторые люди относятся немного настороженно, недолюбливая за высокомерие и холодность. А вот её мужа все искренне любили, никто и слова плохого о нём не сказал. Так же, как и о Блезе Нарихе.

— А о наре Нарих? — Райт еле заметно нахмурился, сделав пометку в блокноте.

— В основном ничего особенного. — Алисия пожала плечами. — Кроме того, что она была влюблена в мужа своей непосредственной начальницы.

— В Вадима? — зачем-то уточнил виконт, вспомнив свои размышления о миловидной вдове.

— Да-да, именно в него. Правда, об этом судачат очень осторожно, потому что прямых доказательств нет. Если не брать в расчёт все эти «она на него та-ак смотрела!», «он проводил её заинтересованным взглядом», «при живой жене чужой улыбнулся!». Зато точно известно, что в нару Нарих влюблён один из офицеров гарнизона.

— Кто именно?

— Арат фор Лиров. Кто такой, пока не знаю, не было времени покопаться в его досье. Известно только, что свою влюбленность он особо не скрывал, но и приставать не приставал.

— Неужели на приличном расстоянии от нары томно вздыхал, как робкий вьюнош? — насмешливо удивился Марк и даже руками всплеснул.

— Мои информаторы утверждают, что всё было именно так. — Алисия повела плечом и слегка скривила губы. — А как там было на самом деле, нужно выяснять. Город хоть и небольшой, но для меня одной все равно многовато.

— А ты не знаешь, какого цвета у этого офицера волосы? — спросил Райт, решив проверить ещё одну догадку.

— Русые, — сразу же ответила женщина. — А что?

— Да младший сын у четы Нарих светловолосый. Вот мне и стало любопытно…

— О, думаешь, там было не всё так невинно? — вмешалась молчавшая до этого момента Натара. — Вот бы кровь на анализ у них взять!

— И как ты это сделаешь, не вызвав подозрений? — Марк вопросительно выгнул бровь и соскочил с подоконника. — Да и спецы из столицы сегодня отбывают.

— Нам не нужна их кровь, — возразил Райт. — Всего-то и нужно, что установить, есть ли между малышом и этим офицером хоть какое-то родство.

— То есть Марк, как всегда, отправляется творить во имя спасения общего дела? — с тяжелым вздохом уточнил артефактор

— Умнеешь прямо на глазах! — умилилась Натара, нагло ему подмигнув.

— Заноза, — незлобиво буркнул Марк. — Мне нужны будут их волосы. Вернее, подойдет даже несколько волосинок.

— Сделаем, — пообещала Алисия.

— Тогда, может, я пойду? — Артефактор сделал несколько шагов к двери, готовый прямо сейчас заняться любимым делом.

Но его остановили.

— Погоди пару минут, — попросил Райт и осмотрел присутствующих. — Никал, что у тебя?

— Следов присутствия кого-то чужого обнаружено не было, — доложил следопыт. — Под окнами никто не топтался, слежки за домом я тоже не заметил. Там тихая улочка, соседи все друг друга знают…

— Да тут весь город друг друга знает, — пренебрежительно фыркнула Алисия. — И самое главное, жители спешат поделиться своим экспертным мнением о жизни знакомых.

— Ну, это ведь тебе на руку, моя дорогая, — напомнила Натара, стряхнув с платья невидимую пылинку.

— А я и не жалуюсь! Ну, почти… Все же это как-то неинтересно, когда тебе всё на блюдечке преподносят. А как же блеснуть умом, сумев вытянуть нужные тебе сведения? Или…

— Мы тебя поняли, — спокойно сказал Райт, прервав жалобы подчинённой. — А пока я хочу послушать Никала.

— Простите, — смутилась Алисия.

Выждав несколько секунд, следопыт продолжил рассказ:

— Напротив дома нары Кант стоит ещё один. Его хозяева, по рассказам соседей, уехали месяц назад к родне на другой край империи, к Сияющему морю. И вернутся ещё не скоро, минимум через четыре месяца. Я быстро осмотрел их двор, там совсем недавно кто-то ходил, трава кое-где примята и след от сапога на земле ещё довольно свежий. Но не факт, что следили за нарой Кант.

— Не факт, — задумчиво повторил Райт, — но присмотреться к дому стоит. Итак, у нас пока есть два возможных пути, приведших к преступлению. Первое: Вадим Кант с другом занимался какими-то исследованиями, из-за которых его и убили. Второе: любовник Ринады Нарих убил мужа, а Вадим Кант стал нечаянной жертвой.

— Если учесть пропажу диссертации, я больше склоняюсь к первому варианту, — заметил Марк, нетерпеливо прохаживаясь около двери.

— Вот когда всё выясним, тогда и будем утверждать. А пока все свободны. Алисия, жду твой доклад в письменном виде.

— А может, на записи сойдёт? — простонала женщина, представив, сколько понадобится времени, чтобы всё переписать.

— Хорошо, кристаллы тоже подойдут, — смилостивился Райт, пряча папку с лжедиссертацией в стол.

— Кстати, я тут подумала… — Натара резко затормозила у двери, из-за чего Алисия налетела на неё. — А если Вадим Кант надиктовывал свои мысли на кристаллы?

— Нара Кант сказала бы мне об этом. — Райт встал из-за стола и подошел к шкафу.

— Судя по всему, её муж был довольно скрытным человеком, — предположила Алисия. — Стоило бы провести обыск в его кабинете.

— Завтра вечером займусь этим, — согласился виконт, не глядя взяв какие-то документы.

Женщины намёк поняли и больше задерживать начальника не стали. Им ещё предстояло много работы.

Как только Райт остался один, он положил на место документы и отошёл к окну. Ему было о чём подумать и за что себя укорить. Сегодня он повёл себя крайне непрофессионально. Решил ведь, что даст Ориане время привыкнуть к себе. Так нет же, вывалил на неё всю правду! С одной стороны, виконт был в своём праве, а с другой — всё же стоило обождать. Но прошлого уже не вернёшь, а значит, завтра вечером придётся как-то выкручиваться, чтобы не настроить женщину против себя.

Не стоит сомневаться, что Ориана не в восторге от открывшейся ему правды. Райт даже понял, почему она отправила дочь в столицу. Это был самый быстрый способ убрать девушку с его глаз. Да и кто-то из горожан мог обратить внимание на то, что дочь покойного целителя имеет такой же оттенок глаз, как и у приезжего мага. Конечно, это было слабым доказательством, если бы не общее прошлое четы Кант и виконта Таверга, которое они не очень-то и скрывали. Кому же в голову придёт умалчивать тот факт, что когда-то они учились вместе? И тогда уже не нужно быть гением, чтобы сопоставить детали.

А пока до назначенной встречи оставались ещё сутки. Стоило потратить это время с умом. Например, заняться расследованием.

До самого вечера Райт провозился с отчётами, которые должен был отправить императору. Арван Второй изъявил желание лично следить за расследованием. Чем именно венценосную особу заинтересовал этот случай, виконт не знал. Зато прекрасно помнил, как император не любит ждать. В народе вообще сложилось мнение, что Арван — самый нетерпеливый правитель из всех, которые были в Арайской империи. И жители подтверждали своё убеждение тем, что он даже родился на месяц раньше положенного срока. Ну, это если не брать в расчёт другие случаи из жизни правителя, которые любили смаковать подданные.

А поздно вечером, когда виконт возвращался в свой номер, его настигла взволнованная Алисия.

— Что случилось? — Райт мгновенно напрягся.

— Кажется, в городе вновь началась какая-то эпидемия, — заявила магиня. — Я только что из больницы, туда полчаса назад доставили мэра и ещё несколько человек.

— Что-нибудь уже известно? — Райт развернулся спиной к своей комнате и направился в сторону выхода.

— Нет, ими сейчас занимаются целители. — Алисия не отставая следовала за ним. — Но, насколько я поняла, все заболевшие — те же люди, которые заразились вырвавшимся из лаборатории вирусом.

— Значит, остальным горожанам может ничего не грозить, — предположил виконт.

— Кроме тех, кто переболел ранее, — напомнила Алисия. — А это практически половина Северга.

Весь последующий путь до больницы они проделали в полном молчании. А уже на подступах к зданию обнаружили целую толпу людей. Они громко переговаривались, что-то обсуждая, но из-за гула множества голосов у виконта никак не получалось уловить суть.

— Что здесь происходит? — спокойно спросил Райт, и словно по команде все стали умолкать.

Горожане, собравшиеся перед входом в больницу, молча разглядывали боевого мага и его спутницу, не решаясь заговорить. Всё же следователи были здесь чужаками, да ещё и прибывшими из самой столицы по приказу императора. Кто знает этих пришлых, вдруг разобидятся и нашлют на многострадальный Северг всяческие кары! И всё же один из горожан, низкорослый мужчина, вышел вперёд:

— Моя дочь почувствовала себя плохо, и я привёз её на осмотр. Оказалось, что не только она, но и мэр, и ещё четверо заразившихся вирусом также заболели. И мы хотим знать, что происходит.

Толпа одобрительно загудела, поддерживая говорившего.

— Тогда стоит подождать, пока целители всё вам не расскажут, — предложил Райт. — Загораживая вход в больницу, вы препятствуете не только возможным пациентам, но и целителям. — Подняв руку, он заставил замолчать открывшего рот мужчину: — Я понимаю, что вы волнуетесь о своей дочери, но сейчас нужно ждать. Уверен, целители сделают всё, что в их силах, чтобы помочь вашим родным. Ведь в прошлый раз они справились.

На этот раз никто не стал возмущаться, а люди расступились, чтобы Райт и Алисия могли попасть внутрь. Кивнув в знак признательности, виконт быстро проследовал к входной двери.

В самой больнице было относительно спокойно. В приемной на широких лавках сидели люди, дожидавшиеся своей очереди, и возбужденно переговаривались. Понаблюдав некоторое время за ними и убедившись, что здесь всё в порядке, Райт проследовал дальше, обратив внимание, что у двери, ведущей в остальную часть больницы, дежурит рослый медик.

— Беспорядки? — тихо уточнил виконт, остановившись около мужчины.

— Нет, но всё может быть, — так же тихо ответил тот. — Идите дальше и сами всё увидите.

Нахмурившись, Райт отправился в сторону операционных, подозревая, что заболевшие окажутся именно там. Уже на подходе к нужному блоку он услышал тихие всхлипывания. Леста Вист, прижав ко рту кружевной платочек, старательно заглушала рыдания, но они всё равно прорывались. Рядом с ней суетился нар Веров, подсовывая стакан с водой и умоляя не волноваться. Но женщина не желала ничего слушать.

— Леста Вист, выпейте успокоительного, — попросила подошедшая к ней дежурная медичка. — Вам нужно успокоиться, иначе я помещу вас в палату, применив сонное заклинание.

Увидев Райта и Алисию, нар Веров заметно приободрился. Оставив жену своего начальника на попечение целителей, он поспешил к виконту.

— У нас опять беда, — немного растерянно сказал он, разведя руками.

— Я уже понял, — ответил Райт и строго спросил: — Почему не вызвали стражу?

— Зачем? — Нар Веров непонимающе посмотрел на мага. — Чем она здесь поможет?

— Ну, например, проследит за взволнованной толпой людей под стенами больницы, — пояснила Алисия и поманила помощника к окну. — Отсюда видна часть двора. Смотрите, сколько там горожан, а ведь с плохим самочувствием поступило ещё только несколько пациентов.

— Думаете, их будет больше? — усомнился молодой человек.

Магиня не стала ничего говорить, только многозначительно выгнула бровь и легонько постучала пальцем по стеклу.

— Ирек, вызови стражу, — гнусавым от слёз голосом приказала леста Вист. — И скажи нару Дорбашу, чтобы прибыл сюда же. Это начальник городской стражи, — пояснила женщина магам.

— Я уже имел удовольствие общаться с ним. — Райт припомнил невысокого широкоплечего мужчину. — Он показался мне разумным человеком.

— Да, он… — Судорожно вздохнув, леста Вист на мгновение прикрыла глаза. — Машар лично похлопотал о назначении Лугаса на эту должность. Муж очень высоко оценил и преданность стражника, и его желание работать на благо города.

Райт ничего на это не ответил. Лишь подумал, что впервые встречает настолько… ответственного мэра, коим являлся лест Машар Вист. Обычно с градоначальниками таких небольших населённых пунктов было больше всего проблем. Пользуясь огромным расстоянием до столицы, они устанавливали свои порядки, стремясь обогатиться за счёт населения. А в Северге всё с точностью до наоборот. Возможно, сказывалось то, что семья мэра пять поколений жила на этой земле. И лест Вист производил впечатление хозяйственного мужчины. А такие стараются не гадить там, где живут.

Возможно, свои коррективы внесло и близкое соседство с Туманными горами. Слишком много всяких хищных тварей там обитало, и если бы не шахты, в которых добывались некоторые полезные ископаемые, мало бы кто отважился здесь поселиться.

Пока они ждали прибытия начальника стражи, с похожими симптомами обратилось ещё шестеро человек. Их быстро распределили по палатам, а Райт обратил внимание, какими обеспокоенными стали лица целителей. Судя по тому, что из операционных так до сих пор никто и не появился, дело обстояло из рук вон плохо.

Не успел он об этом подумать, как дверь открылась, и к ним навстречу вышла главная целительница. Леста Сарков осмотрела присутствующих и направилась к жене мэра. Та всё поняла без слов. Всхлипнув, женщина осела на пол. К ней тут же подскочили нар Веров и одна из медичек.

Подойдя к лесте Сарков, Райт тихо спросил:

— Почему он умер?

— Внутренние органы начали отказывать, а потом и сердце не выдержало, — пояснила целительница и, махнув ему рукой, направилась в одну из палат. — Всё, что в моих силах, я сделала.

Дойдя до двери, она попросила мага остаться снаружи. В этот же момент прибыл и начальник городской стражи. Увидев, как бессознательную лесту Вист переносят в палату, он спросил низким рокочущим голосом:

— Что здесь происходи?

— Лест Вист… Он… — Нар Веров потерянно осмотрелся вокруг себя и, заметив Райта, умоляюще воззрился на него.

— Нар Дорбаш, нам нужно поговорить, — привлёк его внимание виконт.

Отведя мужчину в сторону, он быстро обрисовал сложившуюся ситуацию.

— Так это что же выходит, половина города вымрет? — Начальник стражи заметно побледнел.

— Надеюсь, что нет, но советую вызвать военных и при необходимости ввести комендантский час. Я свяжусь со столицей и попрошу помощи.

— Понимаю ваши опасения и сейчас же свяжусь с комендантом. Вот же напасть!

— Да, и ещё. — Райт пристально посмотрел на нара Дорбаша, — Я хочу, чтобы к наре Кант и наре Нарих приставили охрану.

Начальнику стражи не понадобилось объяснять причины такой просьбы. Он и так всё понял. Эти две женщины могут оказаться в опасности, если толпа горожан захочет найти виновного в своих бедах.

Пока нар Дорбаш и прибывший лест Сарков организовывали своих людей, Райт составил послание начальнику военного ведомства и отправил его магическим вестником. Немного подумав, он также написал короткий отчёт императору с небольшой припиской о том, что не мешало бы закрыть весь этот район на карантин. Если ещё несколько дней назад люди праздновали победу над неизвестной эпидемией, убеждённые в том, что вирус исчез навсегда, то сейчас такой уверенности не было.

Райту срочно требовалось поговорить со специалистом-вирусологом. Он подозревал, что магический вирус мог приобрести неведомые вначале свойства и первыми поразить тех, кто ещё не успел оправиться после болезни. Если его предположения верны, то вскоре Северг вновь подвергнется эпидемии. И не факт, что на этот раз некоторым горожанам поможет наследие тайхаров.

— Лест Леард! — окликнул его комендант гарнизона, прибывший в больницу. — В городе начались волнения. Ещё двое пациентов умерли, трое в критическом состоянии, но пока живы.

Райт задумался, а потом ответил:

— Нужно выйти к людям и поговорить с ними. Мэр мёртв, а его жена не в том состоянии, чтобы успокаивать народ. Нара Верова, боюсь, никто слушать не станет. Вы и нар Дорбаш не подходите, так как командуете теми, кто будет разгонять людей по домам. И жители это прекрасно понимают, а значит, подспудно будут питать недоверие к вашим словам. Я человек приезжий, меня тем более слушать не станут. Кто ещё в этом городе может повлиять на людей?

— Из аристократии тут проживает ещё три семьи, помимо нас с женой и четы Вист… — На последних словах лест Сарков немного замялся, но продолжил: — Если честно, я бы не просил их помощи. Они как раз из той породы, кто высокомерно относится не только к простолюдинам, но и вообще ко всем темноволосым и темноглазым людям. И пусть вслух ничего не говорят, опасаясь наказания, но по поведению это сильно заметно.

— Тогда остаётся только ваша жена, — пришел к выводу виконт и оглянулся на ту дверь, за которой скрылась главная целительница. — Пока не будем её беспокоить, пусть занимается пациентами.

Прошло всего лишь полчаса, прежде чем то, чего так опасался Райт, произошло. Жители Северга запаниковали, узнав, что мэр умер. Почему-то именно это известие стало своеобразным спусковым крючком. Люди попытались взять приступом больницу, желая добиться ответов. Против них выступили военные и городская стража, которым настрого запретили калечить горожан. Они могли только выставить живой заслон и убедить людей успокоиться.

— Нам нужны ответы! — возмущённо прокричал кто-то из толпы, и его сразу же поддержали.

— У нас их пока нет, — громко заявил Лугас Дорбаш, выйдя на улицу. — Прошу, потерпите и дайте целителям возможность заняться своим делом.

— Они уже и так наворотили дел! — истерично заявил женский голос. — Двое из них наслали на нас эту заразу! Если бы они и были живы…

— И что бы ты сделала, Карена? — спокойно спросил начальник стражи и обвел пристальным взглядом собравшуюся толпу.

Последние лучи закатного солнца окрасили людей и дома в розоватый цвет. Один за другим загорались магические светильники, приходя на смену дневному светилу. Горожане, ещё недавно возмущавшиеся тем, что им ничего не сообщают, настороженно притихли.

— Я понимаю ваш страх и неуверенность, — вновь заговорил нар Дорбаш, и его никто не перебил. — Также понимаю и вашу злость, но ведь совсем недавно эти два целителя спасали вам жизнь. Или вы уже забыли об этом? — Выждав некоторое время, он продолжил: — Твоему сыну, Карена, Вадим Кант спас ногу. А тебе, Лурик, удалил аппендикс. Блез Нарих навещал своих пациентов и дома, если в том была такая необходимость. А Вадим и вовсе посещал отдаленные деревни, чтобы помогать людям.

— Но они же… — попытался кто-то сказать несмело.

— Погибли, — жестко перебил его нар Дорбаш. — В том, что потом произошло с нашим городом, нет ничьей вины, только неудачное стечение обстоятельств.

Стоя в тени входной двери, Райт внимательно слушал начальника стражи и наблюдал за толпой. Люди начали понемногу успокаиваться, правда, расходиться не спешили. Но уже одно то, что они не собирались брать штурмом больницу, значительно облегчало жизнь. Постояв так ещё некоторое время, Райт направился в кабинет Орианы. Он хотел поговорить с ней насчёт охраны. Пока ситуация не разъяснится, не стоит давать горожанам возможность выместить свои страхи на ни в чём не повинных женщинах.

Задумавшись, маг совершенно забыл постучать. Открыв дверь, он сразу увидел Ориану, стоявшую к нему спиной около окна. При звуке его шагов целительница заметно напряглась, но так и не обернулась.

— Извини, что отвлекаю, но нам нужно поговорить, — сообщил Райт, остановившись на некотором расстоянии от неё.

— Давай чуть позже, — тихо ответила она.

Что-то было в её голосе, да и во всей позе, такое, из-за чего Райт приблизился к ней и резко повернул к себе. Он увидел струящиеся по лицу слёзы и полные боли и непонимания глаза.

— Ори… Что случилось?

Судорожно вздохнув, целительница сначала дернулась, пытаясь отстраниться. Но, поняв, что мужчина не отпустит, подняла на него мокрые от слёз глаза и обречённо сказала:

— О, Райт, что же он наделал? Что же Вадим наделал?..

Глава 9

Теперь застынет перед вами

Не тот, кто терпеливо ждал,

Был делом скромен и словами

И счастья искренне желал…

Райт бережно прижимал одной рукой к себе всхлипывающую женщину, второй рукой гладя её немного растрёпанные волосы. Сердце наполнялось щемящей нежностью и желанием защитить, даже если против неё будет весь мир. Мужчина и не подозревал, что способен испытывать к Ориане такие яркие чувства по прошествии стольких лет. Пусть и осознавал: его всё ещё тянуло к ней.

— Мы во всём разберёмся, — пообещал виконт, обрадовавшись, что всхлипы перешли в судорожные вздохи. — Я узнаю правду, обещаю тебе.

— Они теперь меня ненавидят, — невнятно проговорила Ори, спрятав заплаканное лицо у него на груди. — И есть за что!

— Не говори глупостей, — строго приказал Райт, прикоснувшись губами к золотистому локону. — Ты здесь совершенно ни при чём и не могла отвечать за исследования мужа. Горожане всё прекрасно понимают, только им нужно время, чтобы успокоиться. Впереди всех нас ждёт трудное время.

— А оно и не прекращалось. — Тяжело вздохнув, целительница немного отстранилась: — Прости, я не должна была… И ты… Прости.

— Тебе это было нужно, слишком многое навалилось. И я совсем не против побыть твоей жилеткой. Обращайтесь, нара Кант.

Заметив, как она напряглась, Райт мысленно ругнулся. Не желая обрывать ту тонкую нить, которая протянулась между ними, он легонько провёл подушечкой большого пальца по её щеке, стирая мокрую дорожку. И наградой ему стали еле заметно затрепетавшие ресницы, скрывшие выражение глаз.

— Мне нужно умыться. — Отстранившись, Ориана направилась к умывальнику. — Удивительно, что меня ещё никто не хватился.

— Твои пациенты тоже умерли? — Райт присел на край стола и задумчиво посмотрел на Ори.

На мгновение замерев, женщина приглушенно ответила:

— Один. Девушка в тяжёлом состоянии, но всё ещё жива. Мне удалось немного стабилизировать её. Теперь только время покажет, сумеет ли она поправиться.

Пока Ориана приводила себя в порядок, магией убирая следы слёз, виконт молча ждал. Но как только целительница повернулась к нему, спросил:

— У тебя есть хоть какие-нибудь мысли на этот счёт? Мне бы поговорить с вирусологом, но пока команда, уехавшая из Северга, вернётся, пока проведутся исследования…

— Я обратила внимание на одну странность. — Ори слегка нахмурилась и подошла к магу практически вплотную. Словно боялась, что их могут подслушать. — Первым пациентом стал шестидесятилетний пекарь, но его внутренние органы выглядели как у двадцатилетнего. А гормональный фон был просто ужасающим. Сердце не выдержало такой нагрузки, что бы я ни делала.

— А он…

— Нет, он не был потомком тайхаров, в этом-то и странность.

— А как он себя чувствовал раньше? В смысле ты же должна была его лечить прошлые годы.

— Да, и органы выглядели соответственно его возрасту. Более того, когда несколько недель назад по городу прокатилась эпидемия, этой аномалии выявлено не было.

— То есть вполне возможно, что это магический вирус так на них повлиял? — Райт слез со стола и принялся расхаживать по кабинету. — А вы ничего раньше не замечали?

— Нет, сразу после исцеления всё было в норме. — Ориана качнула головой, тревожно следя за магом. — Мы просили обращаться сразу же, если люди почувствуют себя хуже, но никто так и не пришёл до сегодняшнего дня.

— А со второй пациенткой…

В дверь постучали, отвлекая их от разговора. Получив разрешение войти, в кабинет заглянула нара Нарих.

— Ориана… — Увидев, что начальница не одна, медичка заметно смутилась и скомканно поздоровалась.

— Что-то случилось? — спросила Ори, почему-то тоже слегка смутившись и тут же мысленно себя отругав.

«Мы взрослые люди, — напомнила она себе. — И ничего предосудительного не делали! Если не брать в расчёт моих рыданий у него на груди…»

— Ещё десять человек с теми же симптомами, — пояснила Ринада. — Нам требуется ваша помощь.

— Уже иду. — Ориана заторопилась к выходу, но, вспомнив кое-что, оглянулась на Райта: — У второй пациентки никаких изменений не было. По крайней мере я не заметила.

Понимающе кивнув, виконт тоже поспешил на выход. Ему было что обдумать, пока целители сражались за жизнь своих пациентов. Но первым делом он решил кое-что проверить. А для этого нужно было поговорить с лестой Вист. Убитой горем лестой Вист…

Жену, а точнее, уже вдову мэра Райт обнаружил в одном из небольших закутков. В нём поместился только узкий диванчик и кадка с пальмой. Женщина сидела, уставившись рассеянным взглядом в окно и прижимая к губам кипенно-белый носовой платок. Некоторое время Райт просто наблюдал за ней, не решаясь подойти и заговорить. Он прекрасно понимал, как леста Вист отреагирует на его просьбу, но…

— Лест Леард? — окликнула его женщина, наконец заметив, что уже не одна.

— Почему вы сидите здесь? — спросил маг, подходя ближе.

— Начали поступать новые пациенты, — пояснила леста, подвинувшись к краю диванчика и приглашающе похлопав рукой по кожаному сиденью. — Не хочу занимать кровать, когда она может понадобиться какому-то несчастному.

— Я сочувствую вашему горю. — Райт протянул руку и легонько сжал узкую ладонь женщины, оказавшуюся слишком холодной.

— Благодарю вас, виконт. — Леста Вист на мгновение прикрыла глаза. — Вы хотели о чём-то со мной поговорить?

— Да, но этот разговор не из приятных.

— Сейчас все разговоры и события не из приятных. — Женщина немного безучастно пожала плечами и посмотрела на мага припухшими от слёз глазами.

Райт заподозрил, что её хорошо накачали успокоительным. И это могло сыграть ему на руку.

— Я только что разговаривал с нарой Кант.

— Уже стало что-то известно об этой странной болезни?

— У нас есть только крохи информации и туманные предположения. И чтобы подтвердить их, я… Мне нужно сделать вскрытие вашего мужа и всех тех, кто умер.

Леста Вист вздрогнула и побледнела, хотя, казалось, куда уж больше, — она и так своим видом мало отличалась от привидения.

— Зачем? — хрипло спросила она и вновь прижала платок к губам.

— Надеюсь, это поможет спасти жизнь другим, — ответил полуправду Райт.

— А кровь? — Женщина с надеждой посмотрела в зелёные глаза мага. — Как в прошлый раз…

— Мне жаль, но нужно вскрытие.

Райт понимал метания вдовы. Не все родственники позволяли делать вскрытие умерших, считая это кощунством. Зачем тревожить усопших, когда они наконец обрели покой? Но иногда другого выхода не было, как, например, сейчас.

— У меня, кроме него, больше никого нет, — зачем-то сказала леста Вист. — Я сирота, у него тоже уже никого не осталось, а боги не дали нам детей.

Райт не стал её перебивать, дав возможность выговориться, но женщина больше ничего не сказала. И он вновь не стал торопить, предоставив время на раздумья. Они тихо сидели рядом, наблюдая за тем, как мимо них несут на носилках скорчившихся от боли людей.

— Я… дам разрешение, — наконец произнесла леста Вист, когда мимо них один из стражников пронёс ребёнка. — Не хочу, чтобы кто-то ещё умер.

— Благодарю. Может, вас проводить до кареты?

— Нет, я останусь здесь до тех пор, пока не смогу забрать тело Машара. Да и горожан поддержать надо. — Заметив полный сомнений взгляд мага, женщина попыталась выдавить из себя улыбку: — Не волнуйтесь, со мной всё будет хорошо.

Склонив голову в знак согласия, Райт покинул вдову, чтобы выйти на свежий воздух. Он за всю свою жизнь не был столько раз в больнице, как за время пребывания в Северге. Казалось, стены сооружения давили, щедро делясь с виконтом всеми теми эмоциями боли, горя и печали, которые успели впитать в себя за долгие годы существования.

Посторонившись, чтобы не мешать людям ходить, маг спустился вниз и прошёл в глубь больничного парка. Найдя скамейку, скрытую сенью деревьев от магического фонаря, присел и задумался. Если окажется, что у почившего мэра и других горожан такие же серьёзные изменения внутренних органов, то…

Потерев лицо ладонями, Райт устало выдохнул. Простое, как думалось поначалу, дело становилось всё запутанней. Открывающиеся факты могли смело претендовать на холодный расчёт того, кто это всё устроил. Если предположение Райта подтвердится, то из списка подозреваемых можно смело вычёркивать офицера, влюблённого в нару Нарих. Он бы просто убил мешавшего ему мужа и не стал выпускать на волю вирус непонятного пока что назначения. Значит, нужно узнать, над чем работали Вадим и Блез. Тогда станет понятно, за что их убрали.

— Вот ты где, — раздался над ним голос Марка.

Райт так задумался, что даже не заметил подошедшего друга. Посмотрев на него снизу вверх, маг вопросительно выгнул бровь.

— Пришёл ответ от Арена, — пояснил артефакторщик, протягивая конверт, на котором был отпечатан герб военного ведомства. — И от императора, кстати, тоже.

Райт сначала распечатал конверт от еще одного своего друга, занимавшего сейчас пост начальника военного ведомства. В письме говорилось, что Арен согласен с виконтом Тавергом в оценке ситуации и после доклада императору вышлет в этот район роту солдат.

— Район будет закрыт на карантин, — коротко сообщил Райт и распечатал второй конверт. Быстро пробежав глазами послание, он перечитал его ещё раз и задумчиво добавил: — Или не будет закрыт.

— Не понял. — Марк протянул руку, желая взглянуть на послание от повелителя.

Райт отдал ему листок, а сам посмотрел сквозь листву на виднеющийся кусочек звездного неба. Дело принимало паршивый поворот. И магу совсем не нравилось, что Ориана помимо воли будет втянута во всё это.

— Как интересно, — пробормотал Марк, отдавая письмо другу. — Тайная служба императора да по наши скромные души!

— Ну, допустим, не по наши, — поправил его Райт. — И не такие уж и скромные, но всё равно любопытно.

— Какое удивительное расследование нам досталось.

— Ты не представляешь, насколько оно любопытное!

Райт быстро обрисовал ситуацию, поведав о том, что узнал от Орианы, и о своих предположениях. Марк тут же согласился, что теория друга вполне может оказаться рабочей. Тем более одной из версий и являлось предположение о каких-то разработках, проводимых убитыми целителями.

— Тогда я пойду договорюсь о вскрытии, а ты… — Райт ненадолго задумался. — Дождись прибытия высокого гостя. Заодно и систематизируешь то, что мы уже узнали.

— То есть практически ничего. — Артефактор хмыкнул, а затем тихо добавил: — А если Ориана окажется замешана во всей этой истории больше, чем мы думали?

— Я разберусь, — коротко бросил Райт и поспешил уйти.

Говорить на эту тему с другом пока не хотелось, потому что… Семена сомнений уже успели прорасти в душе. Сначала подмена диссертации, которая неизвестно, была ли на самом деле. Потом исчезновение и такое же быстрое появление документа о получении Вадимом Кантом дополнительной профессии. Да и полнейшая неосведомлённость Орианы о том, чем занимается её муж, также вызывала сомнения.

Вот только верить не хотелось.

Всего несколько недель не такого уж плотного общения понадобилось на то, чтобы Райт вновь начал слишком часто думать об Ориане. А ещё эти лырховы оладьи, заставившие его мечтать о семейном счастье, которое могло бы у них быть, не сложись всё иначе. Он ведь их тогда так и не попробовал! Зато отчетливо запомнил чувство внутреннего покоя и довольства жизнью, которые не испытывал уже очень давно.

Райт замер перед ступеньками крыльца, посмотрел на входную дверь, как на врага, и пообещал сам себе:

— На этот раз всё будет по-другому. Я во всём разберусь!

***

Ориана безумно устала за эту ночь, напоминавшую затяжной кошмар. Они потеряли ещё двенадцать человек. А семерых не успели доставить в больницу. Город вновь погрузился в траур, пропитанный страхом и тоской. Одни оплакивали умерших родственников, другие спешно запасались в аптеке разными настойками и травяными сборами, третьи планировали на время покинуть Северг, пока всё не утихнет. В их числе оказались три аристократические семьи.

До Орианы дошли слухи, что аристократы покинули свои дома рано утром, когда рассвет только-только начал окрашивать горизонт. Это привело в смятение простых жителей города. Лесту Саркову пришлось срочно вводить комендантский час, чтобы упредить возможные беспорядки. Солдаты и стражники вместе патрулировали улицы, где уговорами, а где и угрозами разгоняя жителей по домам. Что будет дальше, никто не знал, а предположения строить боялись.

Вздохнув, Ори достала из шкафа тонкий плед, который хранила здесь на всякий случай. Домой она пока не собиралась возвращаться. Леста Дария упросила её немного поспать. Потом Ориане предстояло сменить начальницу. Остальные двое целителей и медики также разбились на смены, оставшись в больнице.

Женщине показалось, что она только прилегла, когда одна из медичек тронула её за плечо, желая разбудить.

С трудом открыв глаза, Ориана спросила:

— Уже пора вставать?

— Прошло всего полчаса, — с сожалением ответила медичка. — Но к вам важные посетители, они не пожелали ждать.

Нахмурившись, Ориана попросила дать ей пять минут, прежде чем впускать пришедших. Она не могла понять, кому так срочно понадобилась, раз даже не дали поспать. Сразу же подумала о Райте. Видимо, он что-то обнаружил при вскрытии.

Целители как могли пытались понизить гормональный фон у поступивших пациентов. Кому-то удавалось помочь и хоть немного стабилизировать. У кого-то, как у мэра, не выдерживало сердце. Но абсолютно у всех обратившихся наблюдалась одна и та же странность: внутренние органы не соответствовали возрасту пациента. Кроме молодых людей и нескольких детей.

Они вообще легче всего переносили странное заболевание. Их нужно было только немного стабилизировать, а дальше молодой организм справлялся сам. В городе уже поползли слухи о том, что первая эпидемия оказалась с подвохом и имела отложенное действие. В принципе горожане были правы. Ориане даже не потребовалось видеть результаты вскрытия. Главное — понять, как именно магический вирус изменил темноволосых жителей Северга.

Умывшись, Ори несколько секунд разглядывала в зеркале своё лицо. Бледное, с тёмными кругами под глазами и розоватой отметиной от шва подушки, в обрамлении слегка растрепавшихся волос, оно вызывало сочувствие даже у своей хозяйки. Вздохнув, целительница открыла дверь кабинета, чтобы, как она и предполагала, увидеть Райта. А вот кого она точно не ожидала, так это совершенно незнакомого мужчину с цепким взглядом холодных серых глаз. Быстро осмотрев его, Ориана отметила и ширину плеч, которые подчеркивала темно-синяя ткань сюртука, и длинные, накачанные ноги, обтянутые черными брюками, и чуть ли не до зеркального блеска начищенные ботинки.

«Опасный, — подумала Ориана, почувствовав исходящую от мужчины силу. — Очень-очень опасный».

— Прошу, проходите, — пригласила она, еле сдерживаясь, чтобы нервно не повести плечом.

Взгляд незнакомца давил, мешая дышать и заставляя вспоминать все свои прегрешения. Это совсем не понравилось целительнице, догадавшейся, что к ней пожаловал дознаватель. Пока посетители устраивались в кабинете, Ори вопросительно посмотрела на Райта, но в ответ получила безэмоциональный взгляд, заставивший её занервничать.

— Нара Кант, прежде чем я представлюсь, позвольте наложить на кабинет некоторые заклинания, — попросил незнакомец приятным баритоном, так не вязавшимся с его холодным, можно сказать, мёртвым взглядом.

— Да, конечно, — разрешила целительница и, не удержавшись, вновь посмотрела на Райта, но тот продолжал хранить безучастное молчание.

Незнакомец достал из небольшого сундучка, который принёс с собой, четыре золотые бляхи, инкрустированные мелкими драгоценными камнями, и начал расставлять их по углам кабинета. Ориана не сумела хорошо их рассмотреть, но ей показалось, что камни составляют какой-то рисунок. Как только последняя бляха была установлена, по помещению прокатилась невидимая волна.

— Теперь нас не подслушают. Позвольте представиться, Марат фор Соклав, дознаватель из ведомства внутренних расследований. — Мужчина склонил голову в знак приветствия и приложил правую открытую ладонь к левой стороне груди.

Так он простоял всего лишь несколько секунд, но и этого хватило, чтобы Ориана успела рассмотреть под немного задравшимся рукавом хвостик татуировки. Сначала она ничего не поняла, а когда осознала увиденное, почувствовала дурноту. Татуировка делалась только в одном случае — если человек обладал даром некроманта. Только магам смерти наносили на тело защитный рисунок из рун, чтобы он помогал контролировать опасный дар.

Благодаря быстро среагировавшему Райту Ориана не опозорилась перед дознавателем, так как ноги напрочь отказывались её держать. Почувствовав крепкие руки, удерживающие за талию, целительница не сумела сдержаться и прижалась к виконту, настороженно посмотрев на нежданного посетителя.

— Нара Кант, я не хотел вас пугать, — тихо заговорил некромант, выставив перед собой руки с раскрытыми ладонями. — Мне только нужно задать вам некоторые вопросы, касающиеся вашего покойного мужа.

Заметив, что целительница не сводит расширенных глаз с его запястья, лест Соклав досадливо поморщился и поспешил опустить руки. Реакция женщины не стала для него неожиданностью. Тем более когда вокруг неё творились непонятные дела. А тут дознаватель, да ещё и некромант! Странно, что она ещё визжать не начала. На такое маг смерти тоже успел насмотреться.

Некромантов было очень мало, а их дар считался проклятием. Ну кто в здравом уме оценит способность видеть души, временно или на более долгий срок поднимать покойников и заглядывать за Грань? И это лишь то немногое, что было известно широкой публике. Маги смерти всегда были скрытными, а если прибавить к этому скверный характер и пугающий ареол силы, — и всё, количество желающих знаться с ними резко стремилось к нулю.

— Ориана, он не причинит тебе вреда, — успокаивающе произнес Райт, бережно прижимая целительницу к себе. — Если хочешь, во время допроса я постоянно буду рядом с тобой.

Приподняв голову, Ори посмотрела в обеспокоенные зелёные глаза и… шарахнулась от мага в сторону. Вернее, попыталась это сделать, но он не позволил, продолжая её удерживать. Смутившись, целительница затараторила:

— Простите! Ради всех богов, простите. Как неудобно получилось. Это, видимо, всё усталость, иначе бы я…

— Всё хорошо, — поспешил заверить некромант, с облегчением поняв, что истерики не предвидится. Успокаивать взволнованных женщин он умел из рук вон плохо. — Мне нужно вас допросить, поэтому, прошу, давайте присядем и начнём.

Кивнув, Ори пробормотала слова благодарности… наверное, всё же Райту, за то, что не дал ей упасть. Высвободившись из его объятий, юркнула за стол и перевела дыхание. Так она ещё никогда не позорилась. Хорошо хоть свидетелей было всего двое.

Меж тем маг смерти достал из своего сундучка деревянную подставку, на поверхности которой был выжжен рунный круг, и водрузил на неё прекрасно отшлифованный оникс прямоугольной формы.

— Вы знаете, что это такое? — спросил лест Соклав.

— Нет, впервые вижу, — ответила Ориана, сцепив под столом пальцы в замок.

— Этот артефакт поможет определить, говорите ли вы правду, — пояснил некромант и установил рядом с подставкой записывающий кристалл.

— Но… — Ориана растерянно переводила взгляд с дознавателя на Райта и обратно. — Почему ваш отдел заинтересовался убийством Вадима и нара Нариха?

— От ваших ответов будет зависеть, объясню ли я вам причину или же оставлю вопросы без ответов. — Лицо некроманта стало полностью бесстрастным, из-за чего целительница еле заметно поёжилась. — Приступим. Прижмите ладонь правой руки к артефакту. — Когда женщина выполнила его просьбу, лест Соклав кивнул и включил записывающий кристалл. — Ваше имя.

— Нара Ориана Кант, — без запинки ответила целительница.

Оникс под её ладонью слабо засветился белым цветом, подтверждая, что она не врёт.

— Сколько вам лет?

— Сорок два года.

— Вадим Кант — ваш муж?

— Да.

— При каких обстоятельствах и когда вы с ним познакомились?

Ориана опешила, не ожидая такого вопроса. Покосившись на молча наблюдавшего за ними Райта, увидела его ободряющую улыбку и прикрыла глаза. Ей нужно было собраться с мыслями, чтобы вспомнить такие давние события.

— Мне тогда было шестнадцать лет, — начала она свой рассказ. — После смерти родителей под обвалом меня забрала к себе старшая мамина сестра, проживавшая в Литаве, небольшом городе восточного округа нашей империи. Семья Вадима жила напротив тётушкиного дома. Тогда мы и познакомились, а затем и сдружились, поскольку оба обладали предрасположенностью к целительству.

Пока Ори говорила, оникс мягко светился, подтверждая её слова. Удовлетворившись ответом, некромант продолжил задавать наводящие вопросы. И Ориане пришлось вспоминать, когда они с Вадимом начали встречаться, их совместное поступление в академию и даже то, чем они там занимались. Дознавателя интересовало буквально всё! Иногда он уточнял некоторые моменты, делая при этом какие-то свои выводы. Целительница даже расслабилась, осознав, что ничего страшного ей не грозит, пока некромант не пожелал коснуться довольно болезненной темы:

— На пятом курсе вы начали встречаться с лестом Райтом фор Леардом?

— Да, — ответила она и настороженно замерла.

— Почему это произошло?

Ори растерянно посмотрела на виконта, не зная, как поступить. Но, увидев его кивок, побуждающий её отвечать, назвала причину. И почему-то покраснела, словно это не Райту, а ей стоило стыдиться шантажа и угроз, благодаря которым они начали встречаться. А дальше ей пришлось вспоминать, как к этому отнёсся Вадим. И как к этому относилась она сама. Женщине было мучительно стыдно говорить о таких личных вещах, пусть всё и произошло в далёком прошлом. Но лест Марат фор Соклав словно ничего не замечал, спокойно препарируя её душу своими вопросами.

— Почему же вы всё-таки расстались с лестом Райтом фор Леардом и уехали к нару Вадиму Канту? — прозвучал тот вопрос, которого она боялась больше всего. — Ведь сын маркиза — более выгодная партия, чем простой целитель.

В какой-то миг ей безумно захотелось оттолкнуть артефакт и выставить дознавателя вон из кабинета. Ори даже приоткрыла рот, уже заготовив гневные слова, но, увидев легкую насмешку в серых глазах, резко сдулась.

— Потому что поняла, что не вижу свою дальнейшую жизнь рядом с лестом Райтом фор Леардом, — холодно ответила Ориана и посмотрела на своего бывшего возлюбленного.

И пусть поняла она это не сама, а ей помогли понять, спустив с небес на землю, всё равно целительница не сказала ни слова неправды. Оникс с секундной заминкой засветился белым цветом, подтверждая её ответ.

Глава 10

Ориана чувствовала себя выжатым лимоном. Скоро закончится время, отведённое на сон, а она всё беседует с дознавателем, который заставлял выворачивать душу наизнанку. Посмотрев на Райта, Ори увидела всё тот же безучастный взгляд, появившийся после её ответа на вопрос, почему она его бросила.

Целительница не знала, в чём причина, но была уверена, что эти слова больно ранили боевого мага. И не могла взять в толк, с чего вдруг такая реакция. Неужели Райт до сих пор оскорблён тем, что не он её бросил, не сумев поглумиться над чувствами глупой целительницы?

Ориана даже приготовилась почувствовать злость из-за своих предположений. Или по крайней мере раздражение, но ничего этого не было. И женщина осознала, что желает похоронить прошлое в прошлом. Они уже давно не те дети, а взрослые люди. Которые, кстати, могут вполне дружелюбно общаться.

Прикусив щеку изнутри, Ори быстро разогнала воспоминания о тех чувствах, которые вызывал виконт Таверг, когда оказывался слишком близко. Они явно не тянули на дружеские… Но сейчас не время и не место думать об этом!

— Нам недолго осталось, — сказал некромант, неправильно истолковав её нахмуренный вид. — Только подробно расскажите мне о том дне, когда вам принесли известие о гибели мужа.

Вздохнув, Ориана подчинилась, детально вспоминая всё, что произошло. Ладонь, прижатая к артефакту, давно заледенела, а тело начало ныть от сидения в одной позе. Хотелось выпрямиться, а лучше — встать, но женщина опасалась двигаться, чтобы ненароком что-нибудь не испортить. Нужно потерпеть ещё немного, и тогда, возможно, ей объяснят, что же здесь происходит. А ещё Ори радовалась отъезду дочери в столицу. Рине не стоило видеть всего этого.

Когда же наконец лест Соклав позволил ей отнять руку от оникса, целительница даже не поверила, что допрос окончен. Пошевелив пальцами, она принялась растирать ледяную ладонь, чтобы восстановить кровоток и вернуть живительное тепло. Разговор дался совсем нелегко, и теперь единственным желанием было остаться одной и всё обдумать. Но делать этого нельзя, сейчас важнее ответы на вопросы, крутившиеся в голове.

— Теперь вы объясните мне, что происходит? — спросила Ориана, пристально посмотрев на мага смерти.

За эти проведённые с ним часы она не то чтобы совсем перестала его бояться, просто осталось лёгкое опасение. Ко многому привыкаешь и многое принимаешь, если тебе ничего не угрожает.

Некромант задумчиво потёр подбородок, словно что-то решая для себя.

— Она может нам помочь, — нарушил молчание Райт.

— Как целитель? — уточнил дознаватель, переведя на него взгляд.

— И это тоже, — не стал отрицать виконт. — Но сейчас ценность имеет именно её жизнь с Вадимом Кантом.

— Она здесь и прекрасно вас слышит, — напомнила о себе Ориана, недовольно посмотрев на мужчин.

— Хорошо. — Некромант кивнул и спросил: — Нара Ориана… Вы позволите так вас называть?

Ори лишь на миг задумалась, нужно ли ей менее официальное общение с некромантом, а затем кивнула. С учётом творящегося в последнее время безумия, маг смерти в знакомых — не такой уж плохой вариант.

— Тогда обращайтесь ко мне также по имени, — предложил дознаватель и продолжил: — Скажите, вы знаете о «Потомках»? Слышали о них что-нибудь?

— Потомки? — растерянно повторила целительница. — Ну, это… Дети, будущее поколение…

— Ясно, не слышали, — перебив, подвёл итог некромант. — Я говорю о тайной организации, о которой нам стало известно всего лишь пять лет назад, тогда как она существует уже лет сто пятьдесят.

— Но… Как же так? — Казалось невероятным, что внутренняя служба безопасности могла о чём-то не подозревать так долго. Да этим ведомством непослушных детей пугали, утверждая, что они по глазам могут всю правду выведать!

— Мне, несомненно, льстит ваша вера в наше ведомство, — хмыкнул лест Марат. — В оправдание могу лишь сказать, что раньше эта организация скорее напоминала клуб по интересам, где собирались люди, недовольные мировой обстановкой, а вернее, своей жизнью, и мечтали, что когда-нибудь всё изменится. Нет, кое-какие шаги они пытались предпринимать и даже разработали тайную метку для своих членов, но реальные действия и подготовка начались лет двадцать назад.

— И всё равно вы узнали о них относительно недавно.

— Да, благодаря одному из расследований леста Райта. Помните, было громкое дело об отравителе, величавшем себя алхимиком новой эры?

Содрогнувшись, Ориана кивнула. Об этой истории не слышал, наверное, только глухой. Один сумасшедший маг ставил эксперименты на людях, испытывая свои разработки. Тогда от его рук погибло более сотни несчастных.

— К сожалению, когда мы его поймали, он предпочёл яд общению с нами. Зато в процессе расследования удалось узнать кое-что интересное. В частности, о «Потомках», к которым и относился наш сумасшедший алхимик. Доказать их причастность и предъявить обвинение мы так и не смогли, слишком осторожны они были. Нам только и оставалось все эти годы старательно собирать о них информацию.

— Вы думаете, что они имеют какое-то отношение к смерти моего мужа? — Ориана слегка нахмурилась.

— Мы знаем, что он состоял в этой организации, — ушёл от прямого ответа дознаватель.

— О, что за глупость? — удивилась женщина. — Вадим бы никогда… А чего именно добиваются эти «Потомки»?

— Как и все прочие — смены власти, богатства и всеобщего признания. — Некромант пожал плечами и добавил: — Возвращаясь к особой метке на теле членов организации. Это была татуировка золотистого паучка. — Услышав еле слышный возглас, он удовлетворенно сделал вывод: — Значит, вы видели эту татуировку.

— Под лопаткой с левой стороны, — потерянно ответила Ориана. — Он сделал её, когда получал вторую профессию. Ещё и посмеялся над моим неодобрением, ведь…

Сообразив, что она хотела сказать, целительница смутилась и виновато посмотрела на леста Марата. Тот лишь хмыкнул, показывая своё отношение к общественному мнению.

— И всё равно я не верю, — упрямо проговорила она, поспешив сменить тему. — Мне казалось, что во всяких обществах, будь они тайными или явными, должны происходить какие-то собрания. А Вадим без нас никуда не выезжал. Я имею в виду после того, как вернулся домой с этой татуировкой.

— По этому поводу мне нечего возразить. — Некромант развёл руками. — Мы узнали о членстве вашего покойного мужа буквально за неделю до его смерти, когда к нам попал один занимательный блокнотик со списком имён. И ещё не успели пустить его в разработку, а потом стало поздно.

— Поэтому твой отдел заинтересовался здешними событиями? — спросила Ориана, обратившись к Райту.

— Не совсем так, — ответил виконт. — Это был указ императора.

— Сам император? — Целительница никак не могла поверить в услышанное. — Но… почему?

— Из-за списка имён, — напомнил лест Марат. — Ну и конечно же из-за начавшейся эпидемии.

Помолчав немного, Ори всё же решилась задать бывшему возлюбленному ещё один мучавший её вопрос:

— Ты знал?

— О членстве Вадима в тайной организации? — уточнил боевой маг. — До того, как меня посетил лест Марат, понятия не имел. Мне было поручено расследование без интересных подробностей.

— Мы ведь это уже обсуждали, — хмыкнул некромант, уловив в голосе виконта Таверга лёгкую тень недовольства.

Посмотрев на переглядывания мужчин и мысленно напомнив себе, что они всегда остаются в душе маленькими детьми, Ориана спросила:

— И что же вы хотите от меня? Я в этом тайном обществе не состояла, о делах мужа была не осведомлена. Наша дочь, кстати, тоже ничего не знает.

Некромант заметил, как на последних словах виконт Таверг еле заметно скривил губы. Мысленно отметив этот момент, он решил чуть позже во всём разобраться.

— Нам нужна ваша посильная помощь, — ответил он. — Теперь, когда вы знаете, как обстоит дело на самом деле, думаю, будет намного проще вспомнить какие-нибудь странности в поведении мужа. Что-то говорил необычное, вёл себя не так, как всегда. А когда люди леста Райта отыщут наконец пропавшую диссертацию…

— Как «пропавшую»? — всполошилась Ориана. — Её кто-то украл?

— В той папке, которую ты мне передала, ничего не было, — пояснил Райт. — Вернее, было, но совершенно не относящееся к исследованиям. Это скорее записной блокнот.

— А где же тогда?.. — Замолчав, Ори помассировала пальцами виски, чувствуя, как у неё начинает раскалываться голова.

— Я думаю, что, возможно, это была совсем не диссертация, — озвучил свои мысли Райт.

История с папкой не давала покоя, и, когда лест Марат передал ему кристалл со всей имеющейся информацией на «Потомков», он подумал о том, а существовала ли диссертация на самом деле. Если Вадим был связан с тайным обществом и по их указке занимался какими-то разработками, то вполне мог выдумать всё для отвода глаз. А значит, нужно искать записывающие кристаллы.

— Вполне возможно, — согласился некромант и выжидающе посмотрел на целительницу.

— Я поищу дома, — сказала она, но в голосе явно слышалось сомнение, которое женщина поспешила озвучить: — Правда, не думаю, что найду. Если это было что-то запретное…

Ориана вновь замолчала, почувствовав вину. Ей было тяжело признать, что Вадим мог заниматься какими-то противоправными делами. Тот Вадим, которого она знала с шестнадцати лет. Тот, кто поддержал, найдя в себе силы простить её. Тот, с кем она прожила бок о бок долгие годы. Теперь обсуждать с кем-то, что муж мог оказаться преступником, было выше её сил.

— Если ты не против, то я сам бы хотел провести… — Споткнувшись на этих словах, Райт немедленно исправился: — Помогу найти тебе тайник. Когда твоя смена заканчивается?

Ориана сдержала горькую улыбку, прекрасно осознавая, что это действительно будет обыск.

— Я не знаю, — честно ответила она. — Всё зависит от количества обратившихся за помощью.

— Есть какие-нибудь сдвиги? — поинтересовался лест Марат.

— К сожалению, мы не можем спасти всех. Здесь уже не идёт речь о вакцине, способной излечить заболевших. Теперь всё зависит от организма пациента. Мы можем только попытаться сдержать симптомы, но и это не всегда помогает.

В дверь постучали, прерывая их беседу. Отведенное Ориане время для сна прошло, и ей вновь предстояло возвращаться в палаты.

— Может… — попытался что-то сказать Райт, но был остановлен.

— Всё хорошо, — заверила целительница, вставая из-за стола. — Я продержусь ещё четыре часа, а потом можно будет и отдохнуть.

— Возможно, вам и не придётся столько ждать, — сказала пришедшая за ней медичка. — Только что прибыли двое старших целителей на замену… — Замявшись, она замолчала, смущённо посмотрев на женщину.

— Где они? — Ориана осталась внешне спокойной, а то, что творилось у неё в душе, никого не должно было волновать.

— Леста Дария сейчас беседует с ними.

— Простите, лесты, но я больше не могу уделить вам внимание, — извинилась Ориана, прозрачно намекая на завершение разговора.

Заверив, что они все понимают и надеются на дальнейшее плодотворное сотрудничество, некромант первым вышел из кабинета. А когда Райт последовал за ним, целительница перехватила его у двери.

— Ты бы не мог… сегодня вечером зайти ко мне ещё раз? — попросила она, заметив, что стоявшая немного в стороне от них медичка прислушивается к её словам.

— Да, конечно, — ответил виконт. Он тоже заметил, что их подслушивают.

Не став задерживаться, он покинул больницу, а женщина поспешила в кабинет главной целительницы. Там её уже ждала леста Дария с двумя совсем ещё молодыми целителями.

«Только-только закончили обучение», — пришла к выводу Ориана, рассматривая юношу и девушку.

Они были темноволосы, но со светлыми глазами, что смотрелось довольно эффектно на фоне немного смуглой кожи. Да и магическим даром, судя по всему, обладали приличным, раз их направили сюда на места старших целителей.

— Простите за опоздание, — примирительно сказала Ориана.

— Вы так и не поспали, — вынесла вердикт леста Дария, разглядывая покрасневшие от недосыпания глаза подчинённой.

— Так получилось. — Ори развела руками, словно показывая, что это не её вина. — Мне доложили, что у нас новые целители.

— Да, знакомьтесь, это лест Геор фор Занд и леста Малика фор Занд, — представила их главная целительница. — А это нара Ориана Кант, один из самых лучших целителей, которых мне доводилось видеть.

Ори заметно смутилась от такой похвалы. Начальница редко расщедривалась на громкие заявления. Все уже привыкли и спокойно к этому относились. К тому же леста Дария была справедливой главой.

— Вы родственники? — поинтересовалась Ориана, обратив внимание на одинаковые фамилии.

— Муж и жена, — пояснил юноша, сжав ладонь своей спутницы. — Поженились сразу после окончания Вейденской академии.

— Южане, — с улыбкой сказала Ори, вспомнив, где именно находится специализированная академия целителей. — Далеко вы забрались.

— Мы всю жизнь прожили на юге империи, — заговорила юная леста Занд мягким, приятным голосом. Именно таким, который поможет некоторым пациентам расслабиться во время процедур. — Поэтому были совсем не против сменить обстановку. Это сродни маленькому приключению.

— Только наш город совсем невелик, — по-доброму усмехнулась леста Дария. — Так что смотрите не пожалейте.

— Это даже хорошо, — решительно заявил лест Занд. — Мы выросли в большом и шумном городе, а это порой довольно утомительно. Поэтому Северг — идеальный для нас вариант.

На этом знакомство пришлось приостановить. Начали поступать пациенты. Новых целителей быстро ввели в курс дела и приставили к больным. А дальше всё было, как и раньше. Кто-то переносил гормональный всплеск довольно легко. В основном это были дети или молодые люди. Кто-то отчаянно сражался за жизнь с помощью целителей. А кто-то умирал из-за того, что сердце не выдерживало сильной встряски. И последних было слишком много для такого маленького городка.

Ориана билась за каждого пациента, щедро отдавая свою силу, но… Ей начало казаться, что они играют в перетягивание каната с богом смерти. Иногда целителям удавалось победить, а иногда бог утягивал к себе души, довольно скалясь.

Спустя несколько часов целительница окончательно выбилась из сил, но всё равно упрямо пыталась помочь одному знакомому фермеру, у которого покупала овощи и фрукты для своей семьи. Мужчине было около семидесяти лет, и Ориана боялась, что его сердце тоже не сумеет перенести таких нагрузок. Последнее, что она запомнила, прежде чем сознание заволокла тьма, — это свой вздох облегчения, когда поняла, что кризис миновал…

Ориана резко очнулась, будто кто-то вытолкнул её из затяжного сна. Её перенесли в кабинет, и сейчас целительница лежала на диване, укрытая лёгким пледом. В теле ещё ощущалась неприятная слабость, но Ори чувствовала себя уже значительно лучше.

— Проснулась? — раздался голос Райта у неё над головой, а следом еле слышно скрипнул стул и зашуршала одежда.

— Я спала? — удивилась целительница, приподнявшись.

— Не вставай, сейчас дам тебе укрепляющее, — распорядился виконт. — Когда ты потеряла сознание, леста Дария помогла тебе, а потом погрузила в сон, давая возможность отдохнуть. Ори… ты практически истощила себя.

Услышав в голосе мага явный укор, женщина почему-то не посмела посмотреть ему в лицо. Она чувствовала себя как нерадивая школьница, которую отчитывают за провинность. С одной стороны, это раздражало, ведь она давно уже не ребенок. А с другой — в душе поселилось какое-то теплое чувство оттого, что Райт беспокоится за неё.

— Людям нужна была помощь, — тихо ответила Ориана, нервно скомкав плед.

— Им всегда будет нужна помощь, — назидательно заметил Райт, протягивая ей чашку, в которой плескалась красная жидкость. — А от истощённого целителя мало проку.

Прекрасно осознавая свою вину, Ори не стала ничего говорить, молча отпив из чашки укрепляющего отвара. Такими обычно поили пациентов после операций, чтобы восстановить силы. Сами целители пользовались энергетиками, если был большой наплыв людей. За эти дни Ориана выпила их столько, что, казалось, теперь по её венам течёт совсем не кровь.

— О чём ты хотела со мной поговорить? — спросил виконт, забрав у неё пустую чашку.

— Почему он мне всё рассказал? — тут же поинтересовалась целительница. — Не думаю, что лест Марат воспылал ко мне доверием с первой встречи. И вряд ли на него повлияли твои слова о моей полезности вашему расследованию. Тем более я… была женой Вадима и могла обмануть этот странный артефакт.

— Не могла. При соприкосновении с ониксом человек подпадает под наложенные на него чары. По сути, артефакт заставляет говорить правду, но так как в нашей великой империи все ратуют за свободу выбора…

— Внушение? А ведь я даже не заметила, хотя прошло уже достаточное количество времени.

— Заклинание будет действовать на тебя ещё сутки, — пояснил Райт и перенес стул ближе к дивану, чтобы Ориане было удобнее беседовать с ним.

— И всё же — зачем?

— Успеть заручиться твоей поддержкой до того, как это захотят сделать члены общества? Держать тебя под контролем? Защитить, если вдруг и тебя захотят убить? Предположений очень много, но ответить может только наш уважаемый маг смерти.

— Убить? — просипела Ориана, впервые задумавшись о том, что ей это вполне может грозить. — А как же Рина? Что будет с моей дочерью? — Попытавшись вскочить с дивана, она запуталась в пледе и чуть не упала. Райт вновь спас её, придержав за плечи. — Райт, они ведь могут…

— Не волнуйся, я не позволю, — пообещал он, глядя в испуганные синие глаза. — Сегодня же напишу своему знакомому, чтобы за ней установили слежку.

— А если она заметит? — встревожилась Ори. — Как я ей всё объясню?

— Если Тарина сумеет заметить слежку, то её можно смело брать на работу вместо опростоволосившегося агента, — усмехнулся Райт и помог целительнице выпутаться из пледа.

— Прости, я такая глупая. — Ориана обхватила себя руками за плечи. — Не хочу, чтобы дочь знала… обо всём. Она боготворила Вадима, а тот в ней души не чаял.

— Он был хорошим отцом? — слишком спокойно поинтересовался боевой маг.

— Да, — призналась Ори и, не выдержав его пристального взгляда, склонила голову. — Прости.

Что бы ни произошло между ними когда-то, скрывать от него существование дочери было довольно низко. Правда, Ориана совершенно не представляла, как она могла бы ему всё рассказать.

— Перестань. — Райт приподнял её лицо за подбородок и осторожно погладил подушечкой большого пальца кожу под нижней губой. — Мы оба совершили слишком много ошибок.

Ориана не сразу осознала, что его лицо находится слишком близко от её лица, — настолько была очарована таинственными всполохами в изумрудных глазах. И только когда почувствовала тепло его дыхания, еле ощутимо ласкавшего её губы, поняла и… не сдвинулась с места. Даже не попыталась отстраниться или убрать руку Райта. Ждала ли Ори, что он её поцелует? Надеялась ли? Она боялась себе в этом признаться — просто не шевелилась, предоставив виконту шанс.

Когда их губы соприкоснулись, Ориана мгновенно прикрыла веки и прислушалась к себе. Сердце испуганно ёкнуло и забилось быстрее, рассылая по телу вместе с кровью приятную негу. Словно что-то почувствовав, Райт перестал осторожничать, становясь настойчивее. А Ори вдруг поняла, что даже спустя двадцать лет его поцелуи имеют способность сводить её с ума.

Обхватив ладонями её лицо, Райт настойчиво целовал податливые губы, вспоминая их вкус и знакомясь с ними заново. Скорее почувствовав, чем услышав, её тихий стон, больше похожий на вздох, виконт переместил одну руку вниз, заведя её за спину. Заставив женщину немного отклониться, начал осыпать лицо короткими, быстрыми поцелуями, осознавая, что ему этого катастрофически мало. Мешала одежда, не позволяющая ощутить нежность женской кожи. Неудобный маленький диван не давал манёвров для действий, и виконт мечтал об огромной кровати. Целуя трепещущую жилку на нежной шее, он представлял стройное женское тело, лежащее на кипенно-белых простынях. Мечтал, чтобы эти нежные пальцы, сейчас зарывшиеся в его волосы, прошлись по плечам, груди, спине… Везде, где бы она захотела прикоснуться к нему.

Плавясь под жаркими поцелуями, Ориана с восторгом принимала все ласки мужчины, позволив себе признаться в том, как сильно скучала по нему все эти годы: как тосковала по крепким рукам и требовательным поцелуям; как ей не хватало его низкого, от бушующих эмоций, голоса. И женщина ещё теснее прижималась к Райту, словно боясь, что всё это происходит не в реальности, что это всего лишь сон, который может развеяться в любую секунду.

Неожиданно кто-то в коридоре уронил поднос, заставив их отпрянуть друг от друга. Стараясь отдышаться, Ори с ужасом осознала, где она находится. А ведь дверь в её кабинет не заперта, и кто-нибудь мог войти! Прижав руку к припухшим от поцелуев губам, она испуганно посмотрела на Райта. И чуть вновь не пропала, наткнувшись на потемневшие глаза, полные необузданного желания. Дыхание вмиг перехватило, а по телу прокатилась волна удовольствия. Райту даже не нужно было прикасаться к Ори, чтобы заставить желать его.

На несколько секунд прикрыв глаза, мужчина решительно сказал:

— Мне лучше уйти, или я уже не смогу остановиться.

У целительницы не хватило сил, чтобы ответить. Она лишь молча проводила Райта взглядом. А когда дверь за ним закрылась, спрятала лицо в ладонях, чувствуя, как всё сильнее увязает в паутине своих желаний.

Глава 11

Мой демон скрыт, давно… надёжно…

В далёких уголках души…

Тарина прогуливалась по шумной столичной улице торгового квартала, с интересом рассматривая выставленный на витрины товар. Она ничего не собиралась покупать, просто нужен был повод, чтобы уйти из дома четы фор Нарек. Девушке необходимо хоть немного побыть одной и подумать, а в доме это не то чтобы невозможно, скорее нежелательно. Иногда Тарине казалось, что леста Лейла задалась целью не давать ей ни единого шанса вспоминать о смерти отца и о последовавших за этим событиях. Поэтому когда баронесса видела задумчивое лицо у дочери старинной подруги, тут же начинала щебетать без умолку.

Конечно, Рина ценила всё, что для неё делали, но иногда втайне мечтала скорее сбежать в общежитие академии. Вчера вывесили результаты экзаменов, и девушка с радостью узнала о своём зачислении на целительский факультет. И конечно же тут же позвонила матери, чтобы до бесконечности слушать мелодичный перезвон вызова и наблюдать в экране разноцветные всполохи вместо родного лица. Поначалу Тарина лишь вздохнула, решив, что мама занята на работе. Но когда та и вечером не перезвонила, испытала страх, придумав себе всяких ужасов.

После внезапной смерти отца для девушки потерять ещё и мать было бы невыносимо. Пусть раньше они были не особо близки (Рина всегда предпочитала общество Вадима), зато теперь Ориана стала для неё самым родным человеком. Девушка уже не раз, лежа в постели, корила себя за то, что не проводила с мамой больше времени. И сейчас она бы с удовольствием вернулась назад, только чтобы быть рядом и знать, что с Орианой всё хорошо. Но вместе с тем девушка радовалась поступлению в академию, желая быстрее приступить к занятиям. И эти два противоречивых желания разрывали её на части.

Достав смартан, Тарина раздумывала, стоит ли позвонить маме ещё раз или же плюнуть на всё и съездить в Северг. До начала занятий оставалось ещё четыре дня, она вполне могла успеть. Девушка уже практически решилась отправиться на вокзал, когда дверь одного из магазинов открылась, и оттуда кто-то выскочил, чуть не сбив её с ног. Смартан упал на мостовую и, пару раз перевернувшись, замер.

— Ой, ради всех богов, простите меня! — раздался взволнованный девичий голос.

— Ничего страшного, — буркнула Рина, даже не посмотрев на виновницу происшествия.

Сейчас её больше волновал переговорник. Только девушка хотела подобрать его, как мимо проехал магмобиль, и конечно же под его колеса попал смартан. Охнув, Тарина бросилась подбирать развалившуюся на части собственность.

— Какой кошмар! — послышался всё тот же девичий голос, и рядом с расстроенной Риной кто-то присел. — Я куплю вам новый, прямо сейчас! Мне так жаль… О, здесь же как раз близко!

Не успела Тарина и слова сказать, как её запястье обхватили тонкие, но сильные пальцы. Виновница происшествия заставила будущую целительницу подняться и потащила за собой. Пока они шли в непонятном для Рины направлении, она отметила и светлые волосы, и дорогое платье, в которое была одета хрупкая на вид девушка. Лица, к сожалению, рассмотреть не удалось, так как незнакомка шла впереди.

— Куда мы идём? — наконец спросила Рина.

— Уже пришли, — довольно ответили ей. — Я собираюсь купить вам новый смартан.

Оглянувшись, незнакомка улыбнулась, а Тарина смогла увидеть её лицо. Девушка оказалась совсем юной, не старше шестнадцати лет. Но уже было видно, что она станет настоящей красавицей.

Пока Тарина анализировала всё это, её затащили внутрь магазина. Довольно дорогого, судя по выставленным на витринах переговорникам. Она пару раз проходила мимо него, но заходить не стала, понимая, что эти вещи ей не по карману. Всё здесь было рассчитано на аристократок или на богатых нар. Недовольно нахмурившись, Рина уже приготовилась сказать, что ей здесь ничего не нужно, когда из-за прилавка им на встречу поспешила радостно улыбающаяся продавщица. Вернее, улыбалась она только спутнице Рины.

— Леста Леард, я рада видеть вас в нашем скромном магазине! — прощебетала женщина, профессионально оттеснив Тарину и подхватив её спутницу под руку. — Вы пришли к нам за чем-то конкретным или же хотите посмотреть наши новинки? О, вчера поступил просто умопомрачительный…

— У меня нет времени, — холодно ответила юная аристократка, высвобождая руку из захвата. — Я нечаянно разбила переговорник этой милой девушки и желаю возместить причинённый мной ущерб. Поэтому… — Оглянувшись, она внимательно посмотрела на Тарину. — Покажите нам что-нибудь не столь вычурное, как любят обычно покупать лесты, но переговорник должен быть отличного качества.

— У нас всегда всё отличного качества, — раздался старческий, немного дребезжащий голос. — Леста Арилеса, вы хотели меня обидеть?

— Нар Фетир, я бы никогда не посмела этого сделать! — Девушка расплылась в радостной улыбке, а Тарина поняла, что перед ней один из самых уважаемых артефакторов империи.

Пока Рина приходила в себя от столь нежданной встречи, деятельная юная леста выбрала один из смартанов, предложенных мастером, и, критически его осмотрев, осталась довольна.

— Если девушка хочет, то я могу лично настроить переговорник и перенести в него данные из разбитого, — предложил артефактор.

— Я была бы вам очень признательна, — согласилась Тарина и продиктовала ему последовательность расположения кристаллов со старого смартана.

— А мы пока сходим в кафе, — заявила юная аристократка. — Вы любите мороженое? В том кафе оно самое лучшее.

— Люблю, — улыбнулась Тарина, уже поняв, что неугомонная девушка так просто не отстанет.

Когда они вышли из магазина, аристократка неожиданно остановилась и смущенно сказала:

— Простите, я совершенно позабыла о правилах приличия. Меня зовут леста Арилеса фор Леард.

И только теперь Рина поняла, почему фамилия показалась ей знакомой. Ей сразу же захотелось узнать, является ли лест Райт родственником девушки. А судя по ярко-изумрудным глазам, скорее всего так и было.

— Я нара Тарина Кант, — представилась она, изобразив книксен. А когда посмотрела на свою новую знакомую, увидела полный удивления взгляд. — Что-то не так?

— Нет… Нет, просто фамилия показалась знакомой, — затараторила та, даже руками замахав. — Ну что, идём есть мороженое, пока мои охранники меня не нашли.

— Охранники? — изумилась Рина, а потом поняла, что такая юная аристократка не могла находиться в столь людном месте одна.

— Да, я от них сбежала, когда столкнулась с тобой. Ничего, что я на «ты»? Так нам будет намного удобнее общаться. Ну что же ты стоишь? Пойдем быстрее!

Не успела Тарина ничего сказать, как её опять потянули за руку. Смирившись с тем, что сегодня ей придется следовать за странной аристократкой, девушка ускорила шаг.

***

Ориана вернулась домой только следующим вечером. За эти дни целители потеряли восемьдесят три пациента. Сто двенадцать человек до этого утра находились в критическом состоянии, но затем их самочувствие улучшилось. Ори слышала, что на вскрытие согласились родственники пятидесяти шести умерших, здраво оценив плачевное положение в городе.

Пройдя в гостиную, Ориана устало опустилась на диван и, откинув голову на спинку, прикрыла глаза. У неё вновь появились выходные. В ближайшие два дня будут работать новые старшие целители. За этот день они хорошо проявили себя, правда, леста Дария всё равно попросила медиков звонить ей, если что-то пойдёт не так. Ори искренне понадеялась, что их помощь не потребуется, ибо собиралась все выходные заниматься ничегонеделаньем.

Потянувшись к сумке, она нашла там свой смартан. Не мешало бы позвонить Тарине. Бедный ребёнок — наверное, вся извелась там. Все эти дни Ориана не забывала о дочери, но никак не могла выкроить хоть немного времени для звонка.

Как она и думала, Рина даже не поздоровалась, а сразу принялась ругать её за долгое молчание. Слушая о том, какая Ориана безответственная мать, раз заставляет единственную дочь думать, не случилось ли чего, целительница с трудом сдерживала улыбку. Но вскоре отдалась на волю чувств. Было до безумия приятно знать, что кто-то настолько сильно переживает о ней.

— Мама, ты вообще здесь? — гневно спросила Рина.

— Конечно, дорогая, — заверила её Ори и встала с дивана. — Прости, эти дни выдались совершенно сумасшедшими.

— Что у вас опять случилось?

— Та эпидемия… она имела неприятные последствия. Вирус как-то повлиял на внутренние органы и гормональный фон.

— И что? — В голосе Рины чувствовалась лёгкая тревога.

Ориана несколько секунд молчала, собираясь с духом. Расстраивать дочь не хотелось, но и врать — не вариант.

— Мы потеряли больше ста человек, — тихо сообщила она. — И среди них мэр Вист.

Тарина громко охнула и тяжело задышала в переговорник:

— Мама…

— Мне жаль, родная, — с сочувствием проговорила Ориана, подумав о том, как хорошо, что её девочка не знает всего о Вадиме. Женщина очень надеялась, что эту тайну она сумеет скрыть.

— А как горожане реагируют на… — Не договорив, девушка громко сглотнула.

— Сначала пробовали бунтовать, но, к счастью, наш начальник городской стражи, нар Лугас Дорбаш, сумел их утихомирить.

— Мама, я боюсь за тебя. Вдруг они… решат выместить на тебе свою боль и злость?

— Не думаю, что всё зайдет настолько далеко. Да и есть кому меня защитить.

Судя по молчанию, дочь не очень-то в это верила. И Ориана быстро сменила тему разговора, желая отвлечь Рину:

— Лучше расскажи, как ты там? Как экзамены?

— Я поступила, — без особого энтузиазма поведала Тарина.

— Это же прекрасно! — Целительница принялась расхаживать по комнате. — Но почему я не слышу радости в твоём голосе?

— Нет-нет… всё хорошо, — заверила Рина. — Просто волновалась за тебя. А, и ещё я вчера совершенно случайно познакомилась с дочерью леста Леарда.

Ори резко остановилась, будто налетев на невидимую стену. Сердце испуганно затрепетало в груди, а руки начали мелко подрагивать от паники.

— Мама?

— Как ты… Где ты с ней встретилась?

— Вчера, когда я гуляла по торговому кварталу, она налетела на меня, убегая от своих охранников. В итоге мой смартан вдребезги, но ты не переживай, Арилеса сразу же купила мне новый. А потом мы ели с ней мороженое. Знаешь… Она удивительная. Хочет стать боевым магом. Терпеть не может весь этот великосветский лоск. А ещё она никогда не знала свою маму, бедняжка.

— Да…

Как ни старалась, Ори так и не смогла ничего придумать. Слишком сильное потрясение испытала из-за слов дочери. Вот тебе и столица с её огромным количеством жителей. Кто же мог знать, что они встретятся в многотысячном городе!

— Ты, главное, не волнуйся, — продолжила Тарина. — Через несколько дней у меня заселение в общежитие академии. Леста Лайла хорошо заботится обо мне. Она показала много замечательных мест в Исалии. Водила в…

Слушая рассказ дочери, Ориана старалась не расплакаться, чтобы не встревожить её. В этот момент женщина как никогда чувствовала себя одинокой. Даже мелькнула мысль, что именно поэтому она позволила Райту целовать себя, — потому что хотела почувствовать себя хоть кому-нибудь нужной.

Ориана искренне хотела в это верить, надеясь, что так будет легче, но не привыкла заниматься самообманом. Целовалась она с Райтом потому, что желала этого. Наверное, практически с самого начала, как он оказался в Северге. А может, и ещё раньше. Или же никогда не прекращала мечтать о красавце-маге, однажды сумевшем украсть сердце наивной целительницы да так и не вернувшем его назад.

— Ой, мам, да ты же спишь с открытыми глазами! — Смех Рины вырвал женщину из раздумий.

— Прости, как неловко получилось, — покаялась она, покраснев от смущения.

— Ничего страшного, — улыбнулась девушка, заметно успокоившаяся после разговора с матерью. — Иди отдыхать, завтра созвонимся.

Когда экран смартана погас, Ориана ещё некоторое время смотрела в него, мысленно коря себя за мысли о бывшем возлюбленном.

— Боги, у меня муж недавно погиб, а я мечтаю о другом мужчине! — простонала она, прикрыв глаза. — И это во время разговора с дочерью!

Нервно пройдясь по гостиной, Ори решительно направилась к лестнице, собираясь принять ванну и лечь спать. И никакие мысли о виконте Таверге не заставят её изменить планы!

Целительница уже начала подниматься по ступенька, когда мельком брошенный взгляд заставил её замереть, а по спине пронеслись ледяные мурашки страха. Вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в перила, Ори ещё раз внимательно посмотрела на дверь, ведущую в кабинет Вадима. Коробка немного разбухла, а дверное полотно чуть перекосило из-за того, что в начале лета муж забыл закрыть окно и на три дня отдался своим исследованиям в лаборатории. Сама же Ори тоже ничего не заметила, пропадая на дежурствах в больнице. Тогда как раз стояла премерзкая погода: слишком низкая температура и постоянные дожди. Кабинет тут же напитался влагой, и Вадим ещё долго ругался на свою рассеянность. Даже собирался вызвать плотника, но так и не сделал этого.

Поэтому теперь, чтобы закрыть дверь, нужно было хорошенько её на себя потянуть. Что Ориана и сделала, после того как отдала Райту сейф. И больше она туда не заходила. Вот только сейчас дверь закрыта неплотно, а значит, в доме кто-то был. Мысли одна страшнее другой заметались в её голове. Сначала женщина хотела вооружиться чем-нибудь тяжелым и проверить кабинет, но быстро отказалась от этой идеи. Если там кто-то и был, то она могла повредить какую-нибудь важную улику. Оставалось решить, кого именно звать: городскую стражу или сразу позвонить Райту. Сегодня утром она обнаружила у себя на столе записку от виконта со схемой расположения кристаллов его смартана. Тогда целительница быстро спрятала листок в карман, словно опасаясь, что кто-нибудь может его увидеть и всё неправильно понять. Конечно же это была несусветная глупость, но на фоне произошедшего вчера вечером Ориана не могла здраво оценивать ситуацию. И немалую роль во всём этом играло чувство вины перед погибшим мужем. Пусть она его так и не смогла полюбить, но и предавать память о Вадиме считала неправильным.

Сжав листок через ткань рабочей хламиды, женщина испытала прилив спокойствия. Словно бы Райт был рядом с ней, защищая и оберегая. Не собираясь больше терзаться сомнениями, Ориана позвонила магу, и пока шли гудки, нервно покусывала нижнюю губу.

— Ориана? — удивлённо уточнил Райт, будто не веря, что она на самом деле могла ему позвонить.

— У меня в доме кто-то был, — нервно сказала она, забыв поздороваться.

— Скоро буду, — ответил виконт и тут же отключился.

Всё то время, пока Ори ждала его, она простояла на лестнице. И только когда в дверь постучали, целительница сбежала вниз, чтобы впустить в дом… не только Райта, но ещё и двух мужчин из его команды. А также некроманта, увязавшегося следом за ними.

— Нара Ориана, где именно было проникновение? — спросил лест Марат, мимоходом поздоровавшись.

— В кабинете Вадима, — ответила она, неожиданно оробев и не решаясь посмотреть на Райта в присутствии посторонних.

— Что-нибудь пропало? — поинтересовался светловолосый мужчина, снимая с плеча артефакторскую сумку с множеством отделений и карманов.

— Не знаю, я туда не заходила, — растерялась Ориана.

— Тогда как же вы узнали о проникновении? — Некромант недоумённо выгнул бровь, при этом не забывая внимательно изучать обстановку.

— По двери в кабинет. — Целительница прошла вперед, попутно объясняя, что же её так насторожило.

Открыть дверь ей не дали. Перехватив её ладонь около ручки, Райт отвел Ориану в сторону, коротко приказав спутникам:

— Работаем.

Светловолосый, чьё имя Ори так и не вспомнила, достал из сумки небольшой полупрозрачный камешек, обмотанный грубой на вид веревкой, и поднес к двери. Целительница успела заметить несколько магических искорок, отделившихся от ладони артефактора и впитавшихся в камешек. Пока мужчина водил им по дверному проёму, она даже старалась дышать как можно тише, замерев в ожидании.

— Чисто.

Открыв дверь, он принялся исследовать пространство комнаты, вглядываясь в полумрак.

— Где включается свет? — Артефактор через плечо оглянулся на Ори.

— Сейчас! — встрепенулась она, но Райт не дал ей и шага ступить, удержав на месте.

— Марк, выключатель с правой стороны от тебя, на уровне локтя, — сказал виконт, кивком указав направление.

«Кажется, я им только мешаю», — подумала Ориана, при этом ощущая странное чувство покоя из-за прикосновений Райта.

— После смерти мужа вы не меняли охранное плетение? — спросил некромант.

— Нет, мне это даже в голову не пришло, — ответила целительница, вглядываясь в глубь кабинета.

На первый взгляд всё хорошо. Папки и книги стояли на своих местах, следов обыска не было заметно. В общем, все вещи находились в том же порядке, в котором Ориана видела их в последний раз.

— Любопытно, — неожиданно сказал еще один мужчина, пришедший с Райтом.

Среднего роста и плотного телосложения, он чем-то напоминал военных из гарнизона близ города. Возможно, выправкой и цепким взглядом.

— Что именно тебя удивило, Никал? — спросил лест Марк, спрятав артефакт в сумку.

— Смотри. — Мужчина присел на корточки и указал на листы. — Идеальный порядок. Насколько я помню, Вадим Кант не любил, когда кто-то заходил в его кабинет. А ещё — часто пропадал в своей лаборатории. То есть был увлечённым работой и своими исследованиями человеком.

— Ну да, бывает, — согласился артефактор, всё ещё не понимая, о чем говорит Никал.

— А теперь вспомни свой кабинет, увлечённый ты наш. У тебя же там только по потолку ходить можно, и то осторожно, чтобы обо что-нибудь не споткнуться. А тут идеальный порядок! Нара Кант, вы убирали кабинет после смерти мужа?

— Нет, — качнула головой Ори, впервые обратив внимание на чистоту в комнате. — А ведь именно за это я и ругала его раньше, но уже лет пять действительно не заглядывала сюда. Может, Вадим внял моим просьбам?

— Или этот кабинет — просто ширма, и ваш муж не проводил здесь много времени, — предположил Никал. — Кстати, не похоже, что в дом проник кто-то чужой.

— А ведь так и есть! — испуганно воскликнула Ориана. — Сигнализация не срабатывала, и следов взлома не было. Ну, если только они не прошли через заднюю часть дома.

— Вполне может быть, — согласился следопыт, как мысленно окрестила его целительница. — Но не думаю, что и там найдутся следы взлома. Тот, кто проник в дом, имел ключи доступа.

Почувствовав подкатившую к горлу дурноту, Ори прикрыла глаза. Кто бы это ни был, но женщине становилось противно и страшно от мысли, что по её дому ходили незнакомые люди.

— Я переустановлю защиту, не беспокойся, — пообещал Райт, легонько сжав её плечо. — А сейчас нам нужно постараться понять, что забрали из кабинета.

Не желая стоять у двери, пока мужчины обследовали полки и простукивали стены, Ориана бесцельно бродила по кабинету, стараясь не мешать. Иногда она открывала папки, но даже не пыталась вчитаться в их содержимое. В итоге, подойдя к окну, целительница замерла, блуждая взглядом по кабинету. Пока не наткнулась на одну деталь.

— Стол двигали. Смотрите, на ковре остался отпечаток из-за его веса.

Мужчины сразу же подошли к столу и тщательно осмотрели отпечаток.

— Сейчас узнаем, что под ним хранилось, — весело сказал лест Марк, доставая из сумки уже знакомые Ори перчатки.

Она вопросительно глянула на Райта и, увидев его растерянный взгляд, покачала головой.

— Закрутился и забыл, — повинился виконт и тут же обратился к артефактору: — Не хочешь заняться разработкой перчаток для целителей?

— Хочу! — с энтузиазмом согласился тот, совершенно забыв, зачем достал их.

— Сначала стол, — напомнил следопыт, постучав леста Марка по плечу.

Как они и думали, под ковром оказался тайник. Обследовав его одним из своих артефактов, лест Марк присвистнул:

— Там серьезная защита, придётся повозиться, чтобы взломать.

— Но как же Вадим один мог сдвинуть стол? — пробормотала Ори, рассматривая металлическую крышку в полу.

— При помощи артефактов, — пояснил некромант, присев на корточки и рассматривая внутреннюю поверхность столешницы. — Умно.

— Если нара Кант не против, я бы начал вскрытие прямо сейчас, — предложил артефактор.

— Лучше сначала снимите защиту с дома, — предложил лест Марат. — А я помогу лесту Райту наложить новую.

Следующие несколько часов Ориана провела на кухне, пока лест Марк распутывал чары на тайнике, а боевой маг и некромант защищали дом. Чем занимался следопыт, который просил обращаться к себе «нар Никал», целительница не знала. Но он периодически то уходил, то возвращался. За это время целительница приготовила ужин, впервые за много дней не тормозя себя, чтобы не наготовить лишнего.

— Ориана, подойди, — позвал Райт, когда она раздумывала, ставить ли чайник или обождать.

Почему-то сердце радостно екнуло и быстро застучало, хотя на это не было абсолютно никаких причин. Выйдя в прихожую, она увидела ожидавших её мужчин.

— Нара Ориана, мы закончили, — отчитался лест Марат, а целительница обратила внимание на его немного бледное лицо.

Переведя взгляд на виконта, Ори отметила, что и он выглядит заметно уставшим.

— Осталось завязать защиту на тебя, — пояснил Райт, протягивая ей простенькое серебряное колечко. — Потом ты сама сможешь предоставить доступ кому захочешь. А теперь дай свою руку.

— Какую именно? — уточнила Ори, почувствовав, как ей стало тяжело дышать.

— Левую.

Когда целительница протянула руку, пальцы заметно подрагивали. Обхватив узкую ладонь и ласково погладив впадинку между большим и указательным пальцами, виконт Таверг замер. На миг Ориане показалось, что он собирается надеть кольцо на безымянный палец, и она судорожно вздохнула. Ещё секунда, и прохладный металл плотно соприкоснулся с кожей указательного пальца.

— Вот и всё, — тихо сказал Райт, так и не отпустив руку.

Подняв взгляд, Ориана утонула в таинственной зелени его глаз.