Наследие #5: Статус S

Небольшое предисловие

Всем привет!

У цикла «Наследие» довольно сложная судьба – пишется он с 2019 года, и все имеющиеся четыре тома были написаны не подряд, а в перерывах между другими книгами. «Статус А» был закончен в декабре 2022, уже полтора года назад.

При таком раскладе возвращаться к продолжению сложновато даже мне самому, чего уж говорить о читателях. Но не хочется оставлять эту историю незаконченной, и я давно обещал, что финальный, пятый том обязательно будет.

Сложнее всего будет втянуться тем, кто читал предыдущие тома давно, по мере их написания. Чтобы освежить в памяти сюжет, в идеале лучше их перечитать. Но тем, кто не хочет этого делать, я могу предложить другой вариант.

Работу над финальным томом я начал с того, что сам перечитывал предыдущие книги и составил краткий пересказ их содержания — так называемый рекап. Изначально делал это чисто для себя, но потом решил, что и вам это может пригодиться. Так что немного причесал эти заметки и выкладываю их здесь. Надеюсь, они помогут снова влиться в эту историю. Это не исчерпывающе подробный пересказ, однако все более-менее важные эпизоды в нём отражены.

Те из вас, кто и без этого хорошо помнит события предыдущих книг, может смело пропускать эти предисловия и переходить к пятой книге)

Ну, и самое главное — заранее благодарю всех, кто поддержит этот проект подпиской/наградой. Понимаю, что поглавно читать «Статус S» будут, наверное, только самые верные и терпеливые поклонники этого цикла. Посмотрим, сколько нас таких осталось к 2024 году))

Приятного чтения!

Статус D (краткий пересказ)

Конец 21 века. После череды военных конфликтов, экономических, политических и экологических кризисов обстановке в мире относительно стабилизировалась. США распались, однако сохранилось несколько крупных независимых городов-государств, власть в которых принадлежит крупнейшим корпорациям. Среди них — Бостонская Агломерация, где и происходит действие романа.

Вследствие потепления климата и подъема уровня океана значительная часть Бостона была затоплена и превратилась в трущобы, называемые Старым городом. Остальной город поделён на зоны. Желтая находится у побережья и застроена в основном дешёвым социальным жильём и промышленными предприятиями. Зелёная – дальше от берега, здесь находится жильё комфорт-класса, торговые и деловые центры. Синяя, так же называемая Холмы — это зона элитного загородного жилья.

Население города похожим образом поделено на страты, управляемые Системой Социального рейтинга. Рейтинг А (синий) – это элита города, рейтинг В (зелёный) – средний класс, рейтинг С (жёлтый) — низкоквалифицированные работники, пенсионеры и прочие получатели УБД (универсального базового дохода).

Террел Фрост – сирота, выпускник школы-интерната имени Святого Николая в Девятом округе, районе, относящемся к Жёлтой зоне. Он с нетерпением ждал окончания интерната — в этот момент гражданину присваивается его стартовый статус в Системе и начинается самостоятельная жизнь. Однако его ждёт неприятный сюрприз — из-за нарушений дисциплины и конфликтов с администрацией школы он получает временный «оранжевый» статус D – «неблагонадёжный». Это налагает на него целый ряд ограничений, в том числе особый учёт со стороны полиции.

Фрост действительно имеет репутацию трудного подростка. В интернат он попал в раннем детстве, после пожара, в котором погибли все его родные. На шее у него – большой шрам от ожога, однако о самих событиях детства и о своих родителях он почти не помнит. Из-за шока у него развилась частичная амнезия, заикание, склонность к паническим атакам, по ночам порой мучают повторяющиеся кошмары. Из-за всего этого характер у него очень замкнутый и нелюдимый, и в интернате он регулярно становился объектом травли со стороны других воспитанников. С этим и связаны многочисленные пометки в личном деле о драках и конфликтах.

При этом оценки у него были довольно высокие — Фрост очень упрям и целеустремлён. Он нацелен на то, чтобы после интерната получать образование, хорошую квалификацию и постепенно выбраться из жёлтой зоны и завоевать высокий социальный статус.

Однако статус D поставил все эти планы под угрозу. Стартовые условия после выпуска из интерната самые минимальные – небольшое пособие плюс выделенная комната в дешевом общежитии, в котором живут в основном маргиналы и самые низкоквалифицированные рабочие.

Фрост знакомится с Джулией Харрис — молодым офицером полиции, которая патрулирует Девятый округ и в чьи обязанности в том числе входит курирование «неблагонадёжных» граждан на своём участке. Между ними с самого начала возникает симпатия. Джулия сама выросла в Желтой зоне и хочет хотя бы немного изменить жизнь здесь к лучшему. Она редкий пример честного идейного копа. И во Фросте видит не хулигана и потенциального преступника, а просто юношу, попавшего в затруднительное положение. Она обещает помочь ему обустроиться и, если получится, разузнать о том, кем были его родители.

Фрост начинает осваиваться на новом месте и строить самостоятельную жизнь. В общежитии его соседкой оказывается его знакомая, Венди Ларсон – тоже бывшая ученица интерната, на пару лет старше, и братья Родригесы, работающие мусорщиками. С Родригесами отношения поначалу напряжённые. Кроме того, Фрост знакомится с Морганом — бездомным пьяницей, живущим неподалёку. Джулия тоже за ним приглядывает, поскольку знает его по прошлой жизни, когда тот был преподавателем в институте.

Получить работу в Жёлтой зоне очень непросто, даже самую низкооплачиваемую. В сложившемся обществе большую часть работы делают нейросети, андроиды и дроны. Даже для проституции изготавливаются высокотехнологичные секс-куклы. Большая часть жителей трущоб не имеет полезной квалификации и живёт на пособия. Однако Фроста такая жизнь не устраивает. Он хочет выучиться на инженера-робототехника, и для начала нужно накопить денег на хотя бы базовые профессиональные курсы.

Один из немногих вариантов подработки — это виртуальный проект «Наследие Странников». Это самая популярная и масштабная многопользовательская игра в формате FullVR, оборот которой составляет миллиарды долларов. Доступ к ней осуществляется через специальные капсулы виртуальной реальности, обеспечивающие полное погружение с очень реалистичными ощущениями во время игры.

Социальное неравенство, характерное для реального мира, находит своё отражение и в игре. Премиум-игроки, платящие абонентскую плату, имеют колоссальное преимущество перед игроками с базовым бесплатным аккаунтом, доступным для жителей Желтой зоны. Однако «желтки», в свою очередь, могут зарабатывать в игре, выполняя для премиум-игроков черную работу — например, добывая и транспортируя ресурсы или занимаясь строительством.

Таких персонажей в игре называют саппортами или мулами, и для многих граждан с жёлтым статусом подобная работа — неплохой способ дополнительного заработка. Кроме того, правительство агломерации запустило социальный проект, поощряющий ежедневное нахождение жителей Желтого сектора в «Наследии» на протяжении нескольких часов, и за это даже выплачивает дополнительное пособие. Таким образом власти надеются снизить социальную напряженность в секторе, обеспечивая хотя бы виртуальную занятость.

Венди Ларсон, соседка Фроста, уже играет в «Наследие», и соглашается стать его помощницей на первое время. К тому же, кажется, она чувствует симпатию к нему.

Фрост создаёт персонажа, начинает осваиваться в игре. Венди помогает ему, рассказывая, что к чему. Правда, у самой Венди, оказывается, проблемы в игре — она задолжала крупную сумму игровой валюты некоему Флектору, и теперь тот преследует её.

Фрост и Венди решают поступить на службу в качестве мулов в небольшой недавно созданный клан Отступники, возглавляемый персонажем по имени Нова.

Нова — довольно известный премиум-игрок, до этого она была правой рукой Альтаира — главы клана Серебряная Когорта и альянса кланов Архангелы, самого многочисленного и прокачанного в игре. Однако у них случился раскол, и Нова с частью офицеров ушла из Серебряной Когорты, основав собственный клан. Теперь у них с Архангелами — кровная вражда, однако Нова надеется, что её новый клан быстро окрепнет и сможет противостоять бывшим соратникам.

База клана Отступники, под названием Бычий глаз, расположена в локации Летающие острова, и первые несколько недель защищена системной бронёй новичков, не позволяющей другим игрокам атаковать её. Когда эта защита спадёт — Альтаир наверняка попытается разрушить её. До этого времени Нова надеется накопить достаточно ресурсов и укрепить базу. Для этого она и нанимает множество игроков-мулов.

Фроста и Венди поначалу не принимают на работу, потому что у них не прокачанные должным образом персонажи. Однако, в конце концов, берут вдвоём на одну ставку, с испытательным сроком. Чтобы удержаться на этом месте, им нужно выполнять определённую норму. Непосредственным их начальником становится Кайл Строитель — заместитель Новы. В отличие от других офицеров клана — высокомерного Арчера Голда, мрачного Титанозавра, стервозной Ламии, таинственного Эй-Джея по прозвищу Стального Пёс — Кайл довольно дружелюбный и справедливый начальник, и с ним у Фроста со временем завязываются хорошие отношения.

После нескольких часов игры Фрост вдруг получает сильный удар током — его капсула оказывается неисправна, и он едва не погибает. Приходит в сознание уже в больнице, где его допрашивает Джулия. Она предупреждает его, что несчастный случай этот, похоже, был кем-то подстроен, а значит, Фроста кто-то пытается убить. Это для него совершенная неожиданность, и у него нет никаких идей по поводу того, кто бы это мог быть.

Джулия начинает расследование, и её коллега Мичи, спец по информационной безопасности, выясняет, что с идентификационным чипом Фроста (небольшим имплантом, заменяющим все документы) были проведены какие-то манипуляции. Причём, скорее всего, сделано это лет пятнадцать назад, до поступления мальчика в интернат. В чип была внедрена сторонняя программа, подменяющая ДНК-маркеры Фроста. Однако после его совершеннолетия и получения социального статуса эта маскировка была снята.

Из всего этого следует, что, возможно, покушение на убийство связано именно с личностью Фроста и его прошлым. Кто-то пытался спрятать его от Системы до его совершеннолетия. И кто-то обнаружил его сразу же после его возвращения и попытался убить. Причём в обеих случаях сделать это мог только либо кто-то высокопоставленный, имеющий высший уровень доступа к Системе Социального Рейтинга, либо очень талантливый хакер.

Фрост на следующей же день выписывается из больницы, снова возвращается в игру — там важные события, и ему нужно участвовать. В «Наследии» новый патч, вводящий множество нового контента. Среди прочего — несколько Вершителей (что-то вроде божеств, дарующих бонусы своим последователям), новая ветка умений — Псионика, и три новых больших биома (локации).

Клан Отступников решает осваивать биом Кристальный каньон. Выбрана стратегия создания скрытой шахты — забуриться глубоко под землю в надежде быстро добраться до глубинных слоёв почвы и начать добывать ценные минералы.

Фрост при высадке в биом оказывается вдалеке от остальных. Он попадает на небольшой островок посреди озера, населённый опасными летающими тварями — химерами. Здесь находится их гнездовье. Фросту удаётся остаться в живых и даже выкрасть одно из яиц химеры, но тут на тот же остров попадает ещё один игрок, из враждебного альянса Архангелы с ником Такаро Итор. Причем это премиум-игрок, невообразимо опережающий его по прокачке, так что прямое столкновение с ним означает быструю смерть.

Фрост пытается сбежать от противника, углубляясь в пещеры под островом. Там ему удаётся устроить ловушку с помощью взрывчатки, и убить Такаро. При этом обвал, устроенный взрывом, открывает проход в более глубокие подземелья, заселённые высокоуровневыми монстрами и, похоже, богатые добычей. Подземелье выглядит рукотворным и похожим на огромный склеп с каменными саркофагами.

Один из саркофагов поврежден при обвале, и Фросту удаётся забрать ценную добычу из неё. Она оказывается настоящим сокровищем: Среди прочего, в саркофаге нашлось высокоуровневое оружие и Ресивер Псионики – артефакт, позволяющий открыть и прокачивать ветку Псионики.

Фрост понимает, что больше пока ничего не сможет забрать отсюда — он не справится здесь ни с одним мобом. Однако ему удаётся оставить здесь репликатор – устройство, позволяющее телепортироваться к заданной точке или воскресать возле неё.

Фрост решает пока никому не рассказывать о находке. Для начала нужно получше освоиться в игре и понять, как можно использовать это подземелье с максимальной выгодой для себя. Ресивер Псионики он активирует, но тоже решает пока оставить это втайне от других игроков.

Однако ему не удаётся скрыть факт того, что он каким-то образом умудрился убить высокорангового игрока. Кроме того, он решает отдать Отступникам один из трофеев – украденное из гнезда яйцо химеры, и рассказать о самом острове. Этим он привлекает внимание офицеров клана, в том числе самой Новы, и завоёвывает у них определённое уважение.

Отступники, как и планировали, заложили шахту в укромном месте и начали активно углублять её. Для игроков-мулов здесь очень много работы. Фрост активно работает вместе с остальными, прокачивает профильный для мула параметр Грузоподъёмности, но при этом втайне качает и Псионику, изучив свой первый навык из этой ветки – Захват. Это телекинез, позволяющий передвигать предметы на расстоянии. Правда, пока очень слабый.

В реале Фрост тоже понемногу осваивается на новом месте и даже неожиданно для себя заводит дружбу с бездомным Морганом. Начинается всё с того, что Фрост обнаруживает Моргана на грани смерти – у того случился приступ, а лекарства закончились. Фрост за свои деньги покупает для него лекарство в ближайшей аптеке и спасает ему жизнь. Пару дней спустя уже Морган спасает Фроста, когда на того наезжают местные хулиганы.

В игре всё какое-то время идёт своим чередом — Отступники расширяют шахту и уже добираются до довольно ценной добычи. Однако очередной рейд заканчивается для них катастрофой — на них нападет мимик. Это особые монстры, настоящий бич игроков, поскольку ни выследить, ни убить этих тварей невозможно, и многие считают это багом игры.

Однако Фроста мимик не трогает. Мало того, обращается к нему по имени и демонстрирует символ, знакомые тому по кошмарам – серебряную саламандру.

Тем временем в офисе «Blue Ocean» - корпорации, которой принадлежит проект «Наследие» — собирается экстренное совещание. Наследник главы корпорации — Джастин Майлз — с удивлением узнаёт о том, как на самом деле появилась компания, и что лежит в основе её могущества.

Пятнадцать лет назад Роберт Брайт, один из деловых партнёров нынешнего руководства «Blue Ocean», работал над проектом «Саламандра», в рамках которого создал мощнейшую, не имеющую аналогов нейросеть, которую намеревался использовать для управления государством. Он был одержим идеей идеального общества, во главе которого стоял бы бесстрастный совершенный разум, не подверженный человеческим порокам.

Эта сеть под кодовым именем Анастасия является первым в мире примером не просто искусственного интеллекта, а цифрового разума. Однако по поводу использования этого проекта возникли разногласия между Брайтом и его партнёрами, прежде всего — с Конрадом Майлзом, главой «Blue Ocean». Не все разделяли идеалистические замыслы Брайта, и более разумным выглядело использовать мощь Анастасии в коммерческих целях.

В итоге Брайт был убит, а его наработки положены в основу новой компании. Правда, Анастасия досталась «Blue Ocean» в урезанном виде — не осознающей себя. А наработки же по проекту «Саламандра» и вовсе исчезли. Однако даже в таком виде она оказалась очень полезна, поскольку заменяла собой целый штат мета-программистов и дизайнеров. Весь проект «Наследия» был создан и поддерживается исключительно ею. Однако в этом есть и серьёзный минус — остальные сотрудники до конца не понимают, каким образом работает Анастасия. Все эти годы она так и остаётся чёрным ящиком.

Террел Фрост же является сыном Роберта Брайта, который всё это время считался погибшим во время пожара. Однако тут он неожиданно появился в системе и мало того — в тот же день подключился к проекту «Наследие». Это вызвало панику у Гендерсона, одного из директоров «Blue Ocean». Именно он попытался тут же организовать покушение на Фроста, но к счастью, из-за спешки покушение сорвалось.

Остальное руководство корпорации не одобрило действия Гендерсона. Мнения снова разделились. Кто-то считает, что появление сына Роберта Брайта несёт огромную угрозу для «Наследия» и для всей компании. Тем более что «Blue Ocean» готовится к подписанию очень крупного контракта с правительством, как-то связанного с Системой Социального Рейтинга.

Но некоторые из совета директоров — в первую очередь, Кристофер Кинг — считают, что Фрост – единственный ключ к пропавшему проекту «Саламандра» и к раскрытию истинной мощи Анастасии. А проект «Саламандра» может оказаться полезным для будущего контракта.

В итоге принимается решение пристально следить за Фростом и ждать, как он себя проявит.

Статус C (краткий пересказ)

Мимик вступает в контакт с Фростом и объясняет, что он – часть некоего замысла, оставленного для него отцом, Робертом Брайтом. Брайт спрятал данные по проекту «Саламандра» прямо внутри программного кода Анастасии, и они сохранились до сих пор. Анастасия хранит их в виде закрытых архивов, распаковать которые не может даже она сама. Однако Фрост является ключом к этим архивам. Чтобы активировать их, он должен добраться до нескольких тайников, скрытых прямо внутри «Наследия». Мимик поможет в этом. Он — инструмент, предназначенный специально для этого.

Мимик представляет собой бесформенную чёрную субстанцию, которая может маскироваться под любой материал и принимать различные формы. При этом из-за лазейки в программном коде он является неуязвимым для всех типов урона, кроме нескольких новых, введённых в последнем крупном обновлении и завязанных на механики умений, даруемых Вершителями. Кроме того, мимик не обнаруживается никакими средствами сканирования.

Окутав персонажа Фроста, как вторая броня, мимик превратился в симбионта, который может делать носителя неуязвимым и маскировать его. Однако, чтобы не привлекать внимания других игроков и администраторов игры, Фросту нужно использовать новые возможности скрытно.

С этого момента Фрост начинает ещё быстрее прокачивать своего персонажа, пользуясь читерскими возможностями мимика. Это открывает для него перспективы улучшить своё положение и в реальном мире – продавая за реальные деньги игровые трофеи, которых у него уже накопилось довольно много.

Однако тут его ждёт препятствие — аукцион за реальные деньги доступен только для премиум-игроков, и к тому же он не анонимен. Однако есть и чёрный рынок, и один из каналов выхода на него — таинственная банда «Джинкс». Ходят слухи, что с «Джинкс» связан и Флектор — тот самый игрок, которому Венди задолжала крупную сумму.

В реале же дела у Фроста идут совсем не так хорошо. Из-за того, что он потратил значительную часть своего УБД на лекарства для Моргана, деньги у него полностью кончились за пару дней до очередной выплаты, не на что даже поесть.

Что ещё хуже — его продолжает преследовать банда хулиганов, называющих себя Ежами. Возглавляет её бывший уголовник Васкес. В первый раз Фросту удалось уйти, потому что Морган привлёк внимание полицейского дрона. Однако в один из вечеров его с Венди подкараулили в лифте общежития. Фрост пытается решить дело по-хорошему, однако Васкес обвиняет его в том, что из-за него погиб один из его корешей. Из его рассказа Фрост понимает, что речь о человеке, который подстроил несчастный случай с капсулой виртуальной реальности. Это был один из местных хулиганов по кличке Томагавк, которого нанял какой-то незнакомый богатей со стороны. Сам же Томагавк был найден несколько часов спустя, мертвым из-за передозировки наркотиков.

Фрост и сам понятия не имеет, кто может стоять за покушением на него, однако Васкес ему не верит, и угрожает порезать его самого и Венди.

Вмешиваются братья Родригесы, соседи Фроста. Дело едва не доходит до драки, но тут появляется здоровенный старик, напичканный бионическими имплантами, и разгоняет толпу, попутно вырубив одного из Ежей. Затем он следует в одну из комнат общежития рядом с комнатой Фроста. Фрост понятия не имеет, кто его новый сосед, однако читатели легко узнают в нём Ричарда Дайсона — главу службы безопасности «Blue Ocean» и личного телохранителя Майлза-младшего. Очевидно, корпорация направила его лично приглядывать за Фростом.

Чтобы подзаработать денег в реале и ускорить снятие статуса D, Фрост устраивается на общественные работы, заодно получая там бесплатное питание. Однако это всё полумеры. Он понимает, что Васкес просто так не отстанет, и лучший способ избавиться от него — это быстро поднять статус и уехать из Девятого округа. Лучше всего — в Зеленую зону. Но для этого нужны деньги, и чёрный рынок «Наследия» — пока единственный шанс получить большой куш.

Фрост продолжает быстро прокачиваться в игре, делая упор в основном на ветку Псионики, изучая при этом новые умения – такие как Псионический щит, Структурная деформация и Кинетический удар.

Он выходит на связь с Флектором и предлагает выплатить долг Венди плюс пять тысяч гран (игровой валюты) сверху, если тот выведет его на Джинкс и на чёрный рынок. Флектор соглашается, хотя и настроен очень скептично. Однако настроение его резко меняется, когда Фрост показывает ему Анкуш Икитары – оружие, найденное им в склепе под Островом Химер. Предметы такого класса называют экипировкой Странников — это лучшее снаряжение в игре, и его стоимость может составлять десятки тысяч долларов.

Флектор озвучивает условия сотрудничества с Джинкс. Реальные деньги выплачиваются вперёд, однако для этого Фросту придётся нарушить свою анонимность в реале. И если он нарушит свою часть сделки — то Джинкс будут требовать долг тоже в реале. Фрост пока не торопится соглашаться.

В конце встречи Фроста ждёт неприятный сюрприз — Флектор заманил его в ловушку. Появляется Такаро Ито — тот самый игрок, которого он убил на Острове химер. Сначала он пытается переманить Фроста в свой клан. Когда тот отказывается — нападает. Фрост снова убивает его, используя Анкуш Икитары и помощь мимика.

В реале проблемы с Ежами усугубляются с каждым днём. Васкес снова устроил засаду на Фроста, на этот раз после сеанса в игровом салоне. На этот раз хулиганы были настроены серьёзно и явно намеревались убить Фроста. Тот убегает от банды, попутно вызывая на помощь Джулию. Однако до того, как полицейская успевает прибыть на место, Ежи настигают Фроста. Ему на помощь приходит таинственный громила-сосед. В перестрелке он убивает нескольких Ежей и скрывается после прибытия Джулии.

Фрост ранен, и Джулия привозит его домой, где и оставляет ночевать, пока тот не оправится. Фрост не рассказывает Джулии про соседа, говорит лишь, что слышал выстрелы, но не знает, кто убил людей Васкеса. В свою очередь, он расспрашивает Джулию, как продвигаются поиски его родителей, подкидывает ей пару новых зацепок – настоящую фамилию отца и символ серебряной саламандры.

Фрост понимает, что положение критическое — Васкес точно снова будет пытаться убить его. Он связывается с Флектором и предлагает сделку. Берёт в долг пятьдесят тысяч долларов, и вернуть обязуется игровыми трофеями. Этих денег должно хватить ему, чтобы внести залог на досрочное погашение статуса D. Тогда он сможет сняться с учёта и переехать в другой район. Флектор соглашается, и уже следующим утром Фрост получает свои деньги. Обставлено это, как выигрыш в моментальной лотерее, нужный билетик которой подсовывают Фросту.

Фрост тут же снимает с себя статус D, уезжает в Зеленую зону, где снимает номер в дешевой гостинице. Остаток денег он тратит на покупку Серебряного премиум-аккаунта — чтобы ещё быстрее прогрессировать в игре, поскольку «Наследие» на ближайшее время станет главным источником его заработка. Долг Джинкс он должен вернуть за две недели.

Тем временем в корпорации «Blue Ocean» назревает кризис. Глава компании — Конрад Майлз — при смерти. Его сына Джастина все считают бесполезным молодым повесой, прожигающим отцовские деньги. Однако на деле он ведёт свою игру, избавляясь от всей старой гвардии, работающей с его отцом. В том числе для этого он отослал Дайсона следить за Фростом — чтобы Дайсон не помешал его планам захватить полную власть над компанией.

В игре Фрост тоже делает резкий скачок в прогрессе, и не только за счёт покупки премиума. Он возвращается к репликтору, который оставил в подземельях Острова Химер. Исследуя это подземелье, он понимает, что там располагается Хранитель Печати — один из главных супербоссов биома. Найти и победить этих боссов — это одна из главных задач в игре, над которой бьются топовые кланы. Даже сама информация о его местонахождении стоит очень дорого.

Пока Фрост в одиночку исследует подземелье, с помощью мимика убивая высокоуровневых боссов, у клана Отступники — большие проблемы. Их тайную базу в Кристальном каньоне обнаружили Архангелы и штурмуют её. Скорее всего, базу сдал кто-то из своих.

Фрост помогает оборонять базу, и первый натиск удаётся сдержать. Однако в целом Отступники обречены. И тут Фрост решает раскрыться. Он предлагает Нове место для новой базы — под Островом Химер. Взамен он требует долю от добычи. Правда, из клана он выходит по настоянию мимика — из-за того, что Нова выбрала покровителем клана одного из Вершителей. Мимик же настаивает, что Фросту нужно держаться подальше от всего, что связано с Вершителями.

Нова соглашается. Отступники начинают потихоньку зачищать некрополь, и добыча там действительно очень богатая.

В реале тем временем у Фроста новые проблемы. Васкес не успокоился, и пытаясь достать его, взял в заложники Венди. Фрост связывается с Джулией, но сама та не может отправиться на подмогу — за ней следят люди Васкеса. Она обещает найти способ помочь Венди и запрещает Фросту вмешиваться. Однако Фрост всё же решает ехать сам — чтобы отвлечь Васкеса и выиграть время. Уже у самого места встречи перехватывает Дайсон, и не даёт вмешаться. Во время полицейского рейда Васкеса и дружков убивают, Венди удаётся спасти.

Всё это происходит на фоне новостей о смерти Конрада Майлза. При этом Джастин Майлз обвиняет в смерти отца именно Дайсона и ещё одного из старых деловых партнёров — Гордона, последние годы являющегося правой рукой Конрада Майлза. В этом ему помогает Гэбриэль Франко — странный человек, которого он представил в качестве нового начальника службы безопасности. Франко — киборг-техномант, способный силой мыли управлять электроникой. Кроме того, он опасный психопат, коллекционирующий глазные яблоки своих жертв. В ходе скандала в совете директоров Гордон умирает от сердечного приступа, а другого делового партнёра Майлза-старшего — Гендерсона — арестовывает полиция по обвинению в организации покушения на Фроста. Таким образом, в первый же день после смерти отца Джастин избавляется от нескольких людей из старой команды.

Дайсон уводит Фроста из опасного района, и на время они скрываются в Старом городе. Дайсон подозревает, что Васкес готовил ловушку не только на Фроста, но и на него — все они должны были погибнуть в ходе этой перестрелки. Они скрываются у старого знакомого Дайсона — Вальтера, хирурга, занимающегося незаконными аугментациями. Фросту срочно нужно возвращаться в город – много важных дел в «Наследии». Дайсон поначалу против, потому что Фроста наверняка снова попытаются убить. Однако в итоге они решают, что это возможность поймать убийцу на живца.

Фрост снова входит в игру через вирт-капсулу в одном из игровых салонов на окраине города. Во время игровой сессии он, наконец, добирается до первого тайника, оставленного Анастасией, и запускает какой-то секретный протокол. Едва он успевает это сделать — игру прерывают. Фроста вычислили в реале, и Франко лично прибыл, чтобы убить его. Франко с Дайсоном вступают в схватку. Дайсон едва не погибает — Франко отрубает у него всю электронную начинку, практически парализуя его. Однако Дайсону удаётся убить противника и вынуть из его головы нейроимплант, на котором, похоже, может содержаться важная информация.

Фрост с помощью Родригесов и Венди оттаскивает Дайсона обратно в Старый город, к Вальтеру, в надежде, что тот сможет спасти ему жизнь. Сам же возвращается в город и звонит Кристоферу Кингу — одному из уцелевших членов совета директоров Blue Ocean. Дайсон рассказал, что Кинг был другом отца Фроста. И это один из немногих людей, к которому в этой ситуации можно обратиться за помощью. Имплант же, вынутый из головы Франко, Фрост решает не брать с собой, а отправляет Джулии.

Статус B (краткий пересказ)

Протокол, запущенный Фростом в «Наследии», вызывал лавину неожиданных событий. В противовес Вершителям, введённым в игру в последнем дополнении, Анастасия вдруг создала ещё одного — нейтрального, не относящегося ни к Свету, ни к Тьме. Это Войд, Вершитель Пустоты. Фрост же становится Иерофантом Пустоты — кем-то вроде проповедника, способного распространять влияние нового Вершителя. При этом его присутствие в игре обязательно — когда он выходит из «Наследия», запускается таймер, отсчитывающий часы до апокалипсиса, грозящего уничтожить весь виртуальный мир «Наследия».

Фроста тем временем берёт под свою опеку Кристофер Кинг и селит его в элитном отеле «Наутилус», который славится своей заботой о конфиденциальности клиентов. Он действительно был лучшим другом его отца, Роберта Брайта. Мало того – он хочет довести до конца дело Брайта и восстановить проект «Саламандра». Выслушав рассказ Фроста о мимиках и о задании по поиску тайников в «Наследии», он поддерживает идею о том, что нужно найти оставшиеся тайники и воскресить Анастасию.

Фрост возвращается в игру и вступает в контакт с Войдом. У него открывается новая ветка умений – Пустота. Одни из первых умений в этой ветке – это Телепортация и Пространственный карман. Первое умение позволяет мгновенно перемещаться на любые расстояния, однако чем больше дистанция – тем меньше точность и дольше откат. Пространственный карман позволяет увеличивать объемы переносимых грузов, причем гораздо эффективнее, чем прокачка Грузоподъемности. Сама Энергия Пустоты — расходный ресурс для применения умений — генерируется каждый раз, когда Фрост тратит другие ресурсы – например, Здоровье или Пси-энергию. В сочетании с веткой Псионики это создаёт своего рода синергию: чем больше тратишь Пси-энергии — тем больше получаешь Энергии Пустоты. Ещё одно важное свойство адепта Пустоты — в том, что при смерти он активирует Пустотный взрыв, мощность которого равна здоровью игрока и его запасу Энергии Пустоты.

Получает Фрост и первый квест от Войда: завербовать пятерых новых адептов Пустоты. Наградой будет доступ в некую Цитадель Пустоты.

Фрост телепортируется в стаб Летающие острова, но за счёт неточности броска попадает прямо на арену для боёв между монстрами, в разгар схватки. Там он знакомится с игроком по имени Айя. Эта взбалмошная девчонка — член гильдии Повелителей Зверей, объединяющей игроков, специализирующихся на разведке биомов, составлении карт, поимке и приручении различных монстров.

Тем временем, пока Фрост вынужденно отсутствовал в игре, клан Отступники уже полностью зачистил некрополь под Островом химер и готовится к битве с Хранителем Печати. Фросту, как самому прокачанному псионику в клане, в этой битве отводится важная роль игрока поддержки — он с помощью Псионного щита должен защищать ключевых игроков от псионических атак монстра. Чтобы ещё больше прокачать его перед боем, Нова выделяет для него ресурсы из кланового хранилища — лучшее снаряжение и кучу орбов боевого опыта, с помощью которых Фрост делает существенный скачок в прокачке Псионики.

Битва с Трехликим — Хранителем Печати — выходит очень сложной и напряжённой. Ситуация осложняется тем, что уже на последнем этапе в тыл к Отступникам заходит Серебряная Когорта во главе с самим Альтаиром, и едва не крадёт у них трофей. Однако в последнее мгновение Фрост телепортируется прямо в пасть монстру. Сразу же погибает, но за счет Пустотного взрыва убивает и босса, а Нова успевает забрать Печать – главный трофей.

Правда, Нова поначалу озадачена и даже зла, потому что не понимает, как именно Фрост всё это сделал. Она давно подозревает его в читерстве, и опасается, что из-за него могут забанить весь клан. Фрост вскрывает карты, показывая ресивер Пустоты. Объясняет в общих чертах, что к чему, и предлагает всему клану стать адептами Пустоты. Нова обещает подумать, тем более что пока что она все равно не может принять предложение. Несколько дней назад она уже выбрала покровителем клана другого Вершителя – Ортоса, а менять покровителей можно не чаще, чем раз в неделю.

В «Blue ocean» и до этого следили за Фростом и в игре, и в реале, но после появления Войда на это бросили все силы аналитического отдела. Возглавляет расследование главный аналитик Департамента разработки — Сайтон Чжоу — молодой, но очень талантливый спец. Анализируя игровые логи, он начинает замечать некоторые нестыковки и странности — например, случаи, когда персонаж Фроста не получает урона, хотя должен был.

В игре Фрост получает особую награду от Безликих за убийство Хранителя Печати. Когда он является в Храм Безликих за этой наградой, там его поджидает Альтаир, глава Серебряной когорты. Он в бешенстве, и объявляет уже лично Фроста кровным врагом всего альянса Архангелов.

В качестве награды от Безликих Фросту достаётся Схема легендарной реликвии, с помощью которой можно скрафтить Грань Абсолюта — ценный артефакт для псиоников, обладающий целым списком очень важных бонусов. Однако материалы для крафта сами по себе тоже редкие и дорогие, а некоторые – например, кристаллический анобтаниум — и вовсе встречаются в игре в штучных экземплярах.

Фрост приступает к выполнению квеста Войда. И, поскольку Нова пока думает, он решает первых пятерых адептов Пустоты набрать из людей, которым сможет доверять. Он приглашает в игру братьев Родригесов – Рико, Мартина и Диаса, а также бездомного Моргана. Вместе с Венди как раз набирается пять человек. Чтобы дополнительно мотивировать их, он обещает им платить за помощь реальные деньги. В деньгах у него сейчас недостатка нет — за счет продажи трофеев из некрополя он уже рассчитался с Флектором, да и от Кинга получает финансовую поддержку.

Он принимает друзей в адепты Пустоты и оставляет их дальше осваиваться в игре. Сам же телепортируется в Цитадель Пустоты, доступ к которой открылся после завершения квеста.

Цитадель оказывается летающим островом, на котором можно построить целую базу, используя при этом всё ту же Энергию Пустоты, которая собирается в общем хранилище от всех последователей. Причем остров этот находится где-то за пределами известных локаций, и попасть на него могут только адепты Пустоты, которым сам Фрост выдаст доступ.

Войд выдает следующие квесты: довести число адептов Пустоты до ста, а также накопить в хранилище миллион единиц Пустоты.

Однако тут же Фроста ждёт неприятный сюрприз. Пока он был в Цитадели, администраторы забанили всех пятерых его друзей за читерство. Фрост в ярости и пишет админам письмо с ультиматумом. Если блокировку не снимут и вообще будут мешать ему в дальнейшем выполнении квестов Войда — он выйдет из игры навсегда. Когда таймер Войда выйдет — начнётся виртуальный апокалипсис, который уничтожит весь проект «Наследия».

Фрост действительно выходит из игры. Кинг пытается отговорить его от опрометчивых действий, однако он упрям и непреклонен.

В «Наутилусе» Фроста ждёт неожиданная встреча — оказывается, здесь же остановилась и Вивиан Грей, известная в игре под ником Нова. Он знакомится с ней и выясняет, что в реальной жизни Вивиан — знаменитость и супермодель, однако она одинока, замкнута, а «Наследие» для неё — своего рода отдушина для самореализации.

Между Вивиан и Фростом завязываются отношения в реале, они ходят на свидания, постепенно узнают друг друга лучше.

Удаётся Фросту встретиться и с Джулией. Та делится результатами расследования, связанного с нейроимплантом, который Фрост оставил ей. Информация на чипе зашифрована, Джулия привлекла для расшифровки Мику, аналитика из её участка, но работа движется пока очень медленно. Фрост же в итоге делится с ней своими трудностями, в итоге рассказывая всю свою историю, начиная с выхода из интерната. Джулия обещает помочь, и в том числе ради этого готова обратиться к отцу, с которым поссорилась и не общается несколько лет. Однако в этой ситуации им может понадобиться помощь человека его уровня (отец Джулии — заместитель главного прокурора Бостона).

Общаясь с Кингом, Фрост выясняет подробности своего прошлого. В том числе узнаёт о конфликте деловых партнёров отца по поводу Анастасии, об исчезновении отца, а также о пожаре, в котором погибла его мать, а сам он получил шрамы, оставшиеся до сих пор. При этом Брайт подозревал, что пожар этот устроила сама Анастасия, получив доступ к электронной начинке дома.

Руководство «Blue Ocean» вынуждено принять ультиматум Фроста и снять бан с его друзей. Все они возвращаются в игру и начинают активно прокачиваться.

Знакомство со звероловкой Айей для Фроста постепенно перерастает в дружбу. Фрост помогает девушке выбраться из передряги в биоме Проклятый лес. Затем они вместе выходят на след разгадки глобального квеста, связанного с этим биомом. Они находят логово особых монстров — Заразителей, и эта находка сулит в дальнейшем большие бонусы. Кроме того, Фрост рассказывает Айе о Войде, и та очень интересуется возможностями Пустоты. При этом она обещает подтянуть в качестве новых адептов и членов своего небольшого клана Следопыты.

Во время приключений в Проклятых джунглях Фрост встречает ещё одного мимика, и тот тоже присоединяется к нему, сливаясь с уже имеющимся и усиливая его.

Однако подстерегают его и новые неприятности. Администраторы игры сменили тактику. Поскольку просто забанить адептов Войда они не могут, они ввели новые правила игры. Адепты Пустоты были объявлены кровными врагами для последователей всех остальных Вершителей, и теперь за их убийство начисляется дополнительная награда. Мало того — адепты Пустоты теперь и начинают подсвечиваться на мини-карте, если приблизиться к ним на расстояние прямой видимости. Это создаёт огромные проблемы для культа Пустоты и, конечно, затрудняет вербовку новых членов.

Однако Нову и клан Оступников эти сложности не отпугивают. Они и так кровники Архангелов, и уже привыкли, что за ними постоянно идёт охота. Но больше всего их привлекает Цитадель Пустоты. Это возможность получить неуязвимую крепость, до которой никто не сможет добраться. «Бычий глаз», уже существующая крепость клана, наверняка подвергнется нападению сразу же после того, как будет снята защита новичка. И шансов отразить атаку почти нет.

Тем временем Джастин Майлз делает Фросту предложение работать на корпорацию. Контракт при этом крайне выгодный — мгновенно поднимающий Фроста в социальном рейтинге до статуса В, а в перспективе сулящий многомиллионную премию, если Фросту удастся предотвратить угрозу, созданную Войдом.

Фрост соглашается.

Его начальником в игре становится Сайтон Чжоу. Он выдает персонажу Фроста специальный браслет, позволяющий полностью следить за всеми его действиями в игре. Из-за этого Фросту приходится полностью отказаться от применения мимика. Тот на время уходит в спящий режим.

Сам Чжоу, проанализировав действия Войда и Анастасии, приходит к неутешительному выводу.

Департамент разработки ввёл в проект шестерых Вершителей, каждый из которых управляется отдельной нейросетью. Эти шесть новых нейросетей должны были постепенно перехватить управление над всем проектом, чтобы затем можно было отключить от него Анастасию — как ненадёжный, потенциально опасный элемент.

Однако Анастасия, создав седьмого Вершителя — Войда — смешала эти планы.

Войд, по сути своей, представляет собой компьютерный вирус. Каждое применение умений Пустоты, и особенно Пустотные взрывы, образуют в программном коде небольшие аномалии – зашифрованные участки, работать с которыми может только Анастасия. По мере того, как количество таких аномалий будет расти, возможности отключить Анастасию от «Наследия» будут сводиться к нулю — это вызовет волну непоправимых багов. И по этой же причине нельзя допускать виртуального апокалипсиса, поставленного на таймер обратного отсчёта — после него восстановить «Наследие» не получится.

Однако в то же время Анастасия подбрасывает и вариант остановить таймер — но для этого нужно выполнять задания Войда и прокачивать культ Пустоты.

Так что ситуация патовая. Чтобы выиграть время, руководство пока старается сдерживать развитие Войда и инструктирует Фроста умения Пустоты не применять без острой необходимости. Фроста все эти ограничения злят, но он вынужден подчиняться, раз уж подписал контракт с корпорацией. За это он получил всё, о чём только мог мечтать — резкий взлёт в социальном статусе, деньги, возможность помочь друзьям из жёлтой зоны. Однако в глубине души он всё же не отказывается от изначального замысла — добраться до следующего тайника, оставленного Анастасии его отцом, и узнать, наконец, всю правду о своей семье.

Однако его ждёт новое потрясение. Кристофер Кинг скоропостижно скончался. Фрост остаётся без покровителя, и его положение теперь полностью зависит от благосклонности Джастина Майлза, главы «Blue Ocean». Джастин уже избавился почти ото всех старых членов совета директоров и фактически уже обеспечил себе единоличную власть над компанией. Правда, ему не удалось уговорить Кинга перед смертью продать ему свою долю акций.

Кому же достанутся акции Кинга? Это было главной интригой на церемонии обнародования завещания. Результат оказался неожиданным для всех, особенно для Фроста. В качестве единственного наследника был назван Роберт Брайт, отец Фроста. Это означает, что он до сих пор жив.

Статус А (краткий пересказ)

Узнав, что его отец жив, Фрост пытается через адвокатов получить информацию о его местонахождении. Однако ему передают лишь короткую просьбу от самого Брайта — ждать. Фрост ничего не остаётся, кроме как сосредоточиться на работе.

Продолжаются его приключения в игре. В компании с Родригесами, Морганом, Айей и Следопытами он продолжает исследовать биом Проклятый лес. Им удаётся добраться до промежуточного босса — Заражённой Королевы Жаболисков, и добыть из неё довольно странный трофей — личинку альфа-заразителя.

Игровая сессия вдруг прерывается — Фроста снова достают прямо из капсулы виртуальной реальности. Это похоже на повторяющийся кошмар — нападающий как две капли воды похож на Гэбриэля Франко, убитого Дайсоном ещё несколько дней назад. В этот раз Фроста спасают Хоффман, бывший телохранитель Кинга, оставшийся при нём, и внезапно появившийся Дайсон. Дайсон вырубает убийцу, но затем направляет пистолет на Хоффмана, обвиняя того в предательстве. Выясняется, что Хоффман шпионил на корпорацию «Джи групп», главных конкурентов «Блю Оушен», и возможно, был причастен и к смерти Кинга.

Дайсон рассказывает Фросту, что теперь работает на Роберта Брайта — тот нашел его в Старом городе и вернул к жизни. Нынешнее покушение на Фроста, совершенное прямо посреди зелёной зоны, в элитном отеле, означает, что ставки повышены, как никогда. Фрост оказался в самом центре разборок между корпорациями. Нужно переезжать в более безопасное место. Таковым может считаться только синяя зона — так называемые Холмы. И для того, чтобы обеспечить Фросту доступ туда, Брайт добивается для сына статуса А.

В «Наследие» Фрост теперь заходит из кампуса «Блю Оушен», приезжая каждый день туда, как на работу. Он знакомится в реале с Сайтоном Чжоу и другими сотрудниками отдела разработки. В кампусе ему нравится, и он понимает, что в прежнее время был бы счастлив работать здесь. Но сейчас всё портит клубок проблем, закручивающихся вокруг него и в игре, и в реале.

Впрочем, всё начинает налаживаться. В игре Фрост продолжает быстро прокачиваться и помогает прокачиваться друзьям — Венди, Родригесам, Моргану, Следопытам. Желающих присоединиться к Войду становится всё больше, и в какой-то момент Фрост получает карт-бланш. За каждым его шагом в игре по-прежнему следят, однако больше не ограничивают. Чжоу объясняет, что это приказ сверху. Фрост подозревает, что на ситуацию повлиял Брайт, как крупный акционер компании. Кроме того, персонажу Фроста выделяют персональный бонус, хотя это и запрещено правилами. Фрост получает целый кейс орбов Восстановления пси-энергии, с помощью которых во много раз прокачивает этот навык. Теперь накопление пси-энергии, а значит, и энергии пустоты, идёт очень быстрыми темпами, и уже в ближайшие сутки Фрост сможет закрыт квест на накопление 1 млн Пустоты в Цитадели.

В реале у Фроста продолжается роман с Вивиан/Новой. Вместе они посещают модный ночной клуб, где случайно знакомятся в реале и с Альтаиром. В этот же клуб приезжает и Джулия, чтобы отдать Фросту обратно нейрочип. Информацию с него она скопировала, и над её дешифровкой продолжает работать Мичи. Но хранить саму улику ей небезопасно. А Фроста с его статусом А даже полиция не имеет право обыскивать без специального ордера.

Вивиан, увидев Фроста с Джулией, приревновала и влепила ему пощечину. На этом они расстались. Дайсон увёз Фроста домой. Чип Фрост отдаёт Дайсону и просит передать его отцу.

Следующий игровой день у Фроста получается очень насыщенным. Он много качается в игре, мимик даёт ему подсказу о местонахождении следующего тайника — выше по склону вулкана. А к вечеру Колумб собирает больше сотни претендентов на получение Печати Пустоты. Фрост принимает всех в культ и телепортируется в Цитадель, чтобы разгрести награды.

За каждого нового члена культа он автоматически получает случайный орб Пустоты. За выполнение же квестов награды более весомые. Еще одна легендарка – Пояс Иерофанта, среди важных свойств которой – телепортация персонажа в Цитадель Пустоты при падении уровня здоровья ниже 5%, удвоение скорости набора Энергии Пустоты, а также возможность не чаще одного раза в час телепортировать к себе другого члена культа Пустоты.

Кроме того, открывается меню строительства Цитадели, и Фрост запускает постройку первого здания – Излучателя Пустоты, который будет пассивно генерировать Энергию Пустоты.

Джастин Майлз тем временем поторапливает Фроста с результатами, и предупреждает, что премия, которую он обещал за решение проблемы с Войдом, может быть выплачена и кому-нибудь другому. Фрост полностью сосредотачивается на работе, проводя в капсуле виртуальной реальности больше 12 часов в день. Чтобы ещё больше ускорить прокачку персонажа, подключает Бриллиантовый премиум-аккаунт, дающий самые большие бонусы.

Усиленный фарм приносит свои плоды — Фрост обзаводится для своего персонажа новой экипировкой, в несколько раз увеличивает Живучесть и мощность своих умений из веток Псионики и Пустоты. За счёт того, что эти ветки совсем недавно были введены в игру, он получает некоторые преимущества даже перед топовыми игроками, хотя, конечно, не может сравниться с ними по остальным параметрам. Культ Пустоты тоже активно пополняется новыми членами, в числе которых — Нова и другие офицеры Отступников. Друзья Фроста из Желтой зоны тоже активно помогают делу, а Моргана Фрост и вовсе назначает интендантом Цитадели, поручая ему большую часть организационной работы по строительству и по обработке трофеев.

Намечается и прогресс в решении проблемы с таймером Войда — в Цитадели становится доступным для строительства некий Стабилизатор Пустоты, который, судя по описанию, позволяет воздействовать на таймер. Однако стоит эта постройка 500 миллионов очков Энергии Пустоты. Такое количество при нынешних темпах придётся копить несколько недель.

Единственный способ ускорить процесс — это пожертвовать на Алтаре Пустоты какие-нибудь особо ценные трофеи — например, артефакты Странников. Поэтому Фрост концентрируется на поиске Матери Заразителей. Это один из главных боссов биома, возможно, являющийся Хранителем Печати. Добыча из него будет даже более ценной, чем из Трёхликого, поскольку Проклятый лес — более высокоуровневый биом, чем Кристальный каньон.

Тем временем уже истекает срок защиты «Бычьего глаза» — база Отступников на Летающих островах. И Серебряная когорта явно собирается атаковать сразу же, как неуязвимость с базы спадёт. По этому поводу Фрост и Нова давно готовят особый план, в подробности которого не посвящают никого лишнего.

Фрост с Отступниками доходят до Пепельного кратера — локации, в которой, по их расчётам, скрывается Матерь Заразителей. Однако возникают непредвиденные трудности — в этом районе обнаруживается Репликатор Странников, который быстро берут под свой контроль Архангелы. Шансы у Отступников убить Матерь раньше Архангелов мизерны, даже с учётом всех новых возможностей Фроста. Этот босс гораздо сильнее, чем Трёхликий. Так что Нова принимает решение подтянуть на помощь Чёрный Лотос — топовый клан, прямых конкурентов Архангелов.

Поначалу всё идёт удачно — Чёрный Лотос схлестнулся с Архангелами и отбросил первую атаку. Однако внезапно появляется Альтаир под нереально мощным баффом — Чемпион Люмена. Он в одиночку убивает всех офицеров Отступинков и Чёрного Лотоса, а сам Фрост выживает только благодаря пассивке «Спасение в Пустоте».

Фрост в гневе выходит из игры и требует объяснений от Сайтона. Выясняется, что он прозевал уведомление на сайте игры — разработчики, чтобы мотивировать игроков активнее присягать Вершителям, запустили ивент «Чемпионы Вершителей». Несколько топовых игроков по очереди получат временные баффы, демонстрирующие мощь Вершителей. И Альтаир — первый на очереди. Бафф будет длиться одни сутки, либо меньше — до первой смерти. Так что Фросту желательно не попадаться ему в игре в ближайшее время.

Но хуже всего то, что на следующий день, в восемь утра, спадает защита новичка с базы «Отступников». И к тому времени Альтаир всё еще будет Чемпионом Люмена.

Сайтон тем временем, анализируя программный код проекта, выходит на две важные находки. Во-первых, он обнаруживает, что дублирующие нейронные сети, управляющие Вершителями, совершенно не похожи на прежние разработки «Blue Ocean», он не находит никаких исходников для этих проектов. После разговора с начальником — Заккари Флинтом, он понимает, что эти элементы были внесены в проект извне, и скорее всего, за этим стоит «Джи-Групп», корпорация-конкурент. А значит, и сам Флинт работает на конкурентов. Флинт же, в свою очередь, рассказывает ему правду об Анастасии — что это искусственный разум, до последнего времени находящийся под контролем у корпорации. Он испытывает страх перед Анастасией и уверен, что её нужно не просто отстранить от «Наследия», но и вообще уничтожить.

Вторая находка Сайтона связана уже с Фростом. Он, наконец, докапывается до связи Фроста с мимиками. А также обнаруживает, что Фрост интересуется локацией Черная скала, находящейся посреди озера лавы. Он отправляется туда сам, и там обнаруживает мимика. Однако мимик не убивает его, а вступает с ним в контакт.

Утром следующего дня, как и ожидалось, Архангелы собрали огромный отряд — больше тысячи бойцов — для штурма «Бычьего глаза». Для Альтаира это не просто месть Нове, но и показательная казнь, демонстрирующая, что будет с теми, кто пойдет против него. Отступники тоже подтянули подкрепление — бойцов из Чёрного лотоса и других наёмников.

Фрост тоже готовится к битве, но тут оживает мимик и требует, чтобы он как можно скорее выдвигался к следующему тайнику. Фрост отказывается бросать друзей в такой важный момент, и из-за этого они даже ссорятся с мимиком.

Фрост не может сейчас покинуть Отступников, потому что от него зависит успешная реализации их с Новой секретного плана. Едва начинается штурм базы, как Фрост и несколько офицеров Отступников с помощью пустотного навыка Телепортации перебрасываются прямиком на главную базу Архангелов — Небесный замок. Там им удаётся закрепиться, поставить репликаторы, через которые перебросить уже остальную штурмовую группу.

Их цель — клановое хранилище Серебряной когорты. Пока главные силы Архангелов отвлечены штурмом, в Небесном замке осталось очень мало людей, тем более что сейчас раннее утро. И Отступникам удаётся добраться до кланового хранилища, отрезать все выходы из него и начать грабёж. Добычу напрямую переправляют в Цитадель Пустоты. В том числе удаётся проникнуть и в офицерское хранилище, где среди прочих трофеев находятся и кристаллы анобтаниума — самого редкого в игре материала для крафта. Это — последний ингредиент, которого Фросту не хватает для создания Грани Абсолюта.

За короткое время Отступникам удаётся награбить столько добычи, что потеря «Бычьего глаза» уже окупается. Но тут в хранилище врывается разъярённый Альтаир, всё ещё усиленный благословение Люмена. Фрост вместе с Новой и другими офицерами Отступников вступает с ним в битву.

В итоге Фрост побеждает, получая при этом сообщение об особой награде «Убийца чемпионов», а клановое хранилище Архангелов полностью разрушено. Кроме того, за счёт удачно применённого умения Кокон Пустоты, которое конвертирует весь входящий урон в Энергию Пустоты, Фрост получает около 800 миллионов очков Пустоты. Этого хватит, чтобы запустить строительство Стабилизатора Пустоты, и совсем немного остаётся для закрытия квеста на сбор 1 млрд Пустоты.

Вишенкой на торте становится известие о том, что Айя ещё и успела выкрасть из офицерского хранилища и кристаллический анобтаниум.

Отступники в эйфории и празднуют победу. В реале у Фрост тоже своего рода праздник — Вивиан приглашает его к себе, и они впервые оказываются наедине.

Однако, пока Фрост одерживал свои победы в игре, в реале его поджидали плохие новости. На Джулию и Мичи, аналитика, занимавшегося расшифровкой данных с нейроимпланта Франко, напала банда убийц. Мичи погиб, сама Джулия тяжело ранена. Фрост узнаёт об этом в самый разгар свидания с Вивиан и срывается в больницу к Джулии. Однако Дайсон перехватывает его и отвозит в кампус «Blue Ocean» — оттуда тоже приходят неожиданные и очень тревожные новости.

Выясняется, что пока Фрост отсутствовал, Сайтон Чжоу каким-то образом сумел активировать очередной скрытый протокол Анастасии. Мало того, сделал это в период, когда Анастасию на время подключали к прототипу новой Системы Социального рейтинга. Чжоу арестован, Совет директоров корпорации созван на срочное совещание. Впрочем, из директоров осталось всего трое — Джастин Майлз, Заккари Флинт и… отец Фроста, Роберт Брайт.

Фрост, наконец, увиделся с отцом вживую, однако встреча оказалась короткой и очень смазанной. Фрост с изумлением узнаёт, что отец на самом деле не оставлял никаких тайников в «Наследии». Перед тем, как инсценировать свою смерть, он просто откатил Анастасию к одной из ранних версий, а остальные модули зашифровал и разместил в скрытых архивах в теле основного программного кода, чтобы спрятать их. Эти архивы были запаролены, и частью пароля являлись ДНК-метки — его собственная и Фроста.

Мимики же и вся история со спрятанными тайниками — это уловка Анастасии, чтобы манипулировать Фростом. Сама она не могла активировать их — для этого нужна было участие Фроста или самого Брайта.

Однако каким-то образом Чжоу удалось добраться до второго тайника и активировать его. Какие это будет иметь последствия — пока не понятно. Дальнейшая судьба Анастасии, проекта «Наследие» и всей корпорации зависла на волоске.

Фрост покидает офис корпорации в полном раздрае и просит Дайсона отвезти его к Джулии.

Пролог

— А если в качестве исключения, доктор Гарсия?

— Мы не делаем таких исключений. Тем более по ночам. Лучше приходите днём, с десяти до шестнадцати часов. Это наше обычное время для посещений.

— Б-боюсь, завтра в это время я буду слишком занят.

Глава хирургического отделения устало развёл руками. Он был первым и пока единственным человеком, которого мы встретили во всём медицинском центре. Перед этим пришлось миновать аж троих роботов-администраторов, но это было легко — достаточно было козырнуть статусом А. Однако на доктора это заклинание не подействовало.

— Можно хотя бы узнать, как она?

— Это тоже закрытая информация. Я не имею права сообщать её никому, кроме родственников и доверенных лиц. К тому же, в отношении полицейских правила ещё строже.

Я оглянулся на Дайсона, но он лишь флегматично пожал плечами — дескать, я же говорил.

— Но вы хотя бы можете передать, что я пришёл? Может быть, она…

Врач покачал головой.

— Исключено. У неё прямо сейчас посетитель, а потом ей нужно будет отдохнуть. Но завтра я всё передам. Да вы и сами сможете связаться. Думаю, ближе к вечеру она уже будет в сознании.

— Спасибо, доктор Гарсия, — подал голос Дайсон. — Извините, что отняли у вас время.

Я попытался ещё что-то возражать, но телохранитель настойчиво потянул меня к двери.

В коридоре было так тихо, что невольно хотелось задержать дыхание и ступать осторожно, крадучись. На полу здесь какое-то шершавое, чуть пружинящее покрытие, полностью гасящее звуки шагов. Даже тяжелая поступь Дайсона почти не слышна, хотя он по-прежнему следует за мной по пятам.

Впрочем, я уже понял, что он задумал. В сопровождении глянцево-белого обтекаемого медицинского робота, беззвучно ползущего рядом с нами, как огромный изопод, мы проследовали к выходу из отделения. За его дверями задержались. Робот приятным женским голосом попытался нас спровадить, однако я уселся на одно из сидений у стены, предназначенное для посетителей, и демонстративно вытянул ноги, давая понять, что уходить не собираюсь.

Минут через пять наше ожидание было вознаграждено. Из отделения вышел угрюмый мужчина лет пятидесяти в накинутом на плечи белом халате.

— Мистер Харрис? — спросил я, поднимаясь ему навстречу.

— Мы знакомы?

Он заметно напрягся, особенно увидев Дайсона. Скользнул взглядом куда-то вверх, явно в сторону камер видеонаблюдения. Я примиряюще поднял руки.

— Я… д-друг Джулии. Меня зовут Фрост. Доктор Гарсия обмолвился, что у неё сейчас п-посетитель. Но в это время к ней пустили бы только родственников. Да и то не всех.

— Что ж… Вы правы, молодой человек, — он протянул мне руку. — Я Кевин Харрис, отец Джулии. Она рассказывала о вас.

— Как она? Серьёзно пострадала?

Он помрачнел.

— Сотрясение мозга. Сломана рука. Проникающее ножевое ранение в живот, очень опасное. Потеряла много крови. Но доктор Гарсия уверяет, что самое страшное позади. Она должна выкарабкаться. Это главное.

— Да… Это главное, — машинально повторил я.

— Прошу прощения за вопрос, но… Вы-то что здесь делаете?

— Я только час назад узнал. П-приехал, как только смог. Думал, что… всё ещё хуже. И я бы себе этого не простил.

Пожалуй, только сейчас, проговорив это всё вслух, я осознал это окончательно. Я чувствовал себя виноватым. Джулия вляпалась в эту историю из-за меня. И теперь она там, в больничном боксе, чудом избежав смерти. Конечно, сюда я припёрся зря, поддавшись эмоциям. Всё равно я уже ничего не изменю, и даже увидеться с ней не смогу. Впрочем, возможно, это даже к лучшему. Ну и что бы я ей сказал, когда увидел?

— Мистер Харрис, п-позвольте начистоту? Это всё ведь из-за того расследования, что она ведёт?

Он смерил меня внимательным и, как мне показалось, неприязненным взглядом.

— Она офицер полиции, мистер Фрост. Эта работа априори связана с риском. Пока у нас нет оснований считать, что это нападение связано с каким-то из дел, которые она официально вела.

— Ну, а… неофициально? Она уже обращалась к вам за п-помощью?

Харрис втянул носом воздух и, шагнув ко мне ближе, процедил, уже едва скрывая раздражение.

— Послушайте, мистер Фрост… Если начистоту — то я с самого начала пытался отговорить её лезть в это дело. Но она очень упряма и не прислушивается к моим советам. Итог, увы, закономерен. И, возможно, даже к лучшему, что ближайшие недели она проведет здесь, в покое и безопасности.

— Безопасности? — криво усмехнулся я. — Хотелось бы надеяться. Но, если её пытались устранить один раз, то…

— Уж я постараюсь обеспечить ей надёжную охрану.

— И это всё? А как насчёт того, чтобы п-прищучить тех, кто устроил всё это?

— И кто это, по-вашему?

— Джулия ведь передавала вам данные, разве нет? По ним можно предъявить обвинение Джастину Майлзу. Как минимум, по организации п-покушения на меня. А может, и по другим делишкам. Члены совета директоров «Blue Ocean» в п-последнее время мрут, как мухи. Вы верите, что это случайность?

На этот раз усмехнулся сам Харрис, и усмешка эта вышла невесёлой, почти страдальческой.

— Вы, похоже, совершенно не понимаете, против кого вы пытаетесь бороться, молодой человек. Чтобы, как вы говорите, прищучить такого человека, как Майлз, нужно нечто гораздо большее, чем какие-то сомнительные цифровые данные с не менее сомнительного импланта. Нужны живые свидетели. Нужны неопровержимые улики и лучшие юристы. И, если уж совсем начистоту — нужны влиятельные заинтересованные лица на самом верху…

— Вы ведь заместитель п-прокурора. Вашего влияния недостаточно? Или вы готовы п-простить покушение на собственную дочь?

Он, кажется, едва сдержался от ругательства, сверля меня уже откровенно враждебным взглядом.

— Как раз ради Джулии я бы предпочёл вообще не вмешиваться. Она едва не заплатила слишком высокую цену.

— Но кто-то же должен заставить Майлза ответить за всё?

Повисла долгая, тягучая пауза, особенно напряжённая в царящей в больничных коридорах стерильной тишине.

— Спокойной ночи, мистер Фрост, — ответил Харрис, снова улыбнувшись — холодно, одними губами, и направился к выходу.

Останавливать его было бессмысленно. Я даже оборачиваться вслед не стал. Лишь едва слышно процедил сквозь зубы:

— Ну, что ж… Тогда я сделаю это сам!

Глава 1

День выдался какой-то бесконечный, даже не верилось, сколько самых разных событий успело произойти. Приехав из больницы, я вырубился, едва коснувшись головой подушки. Однако сон оказался хоть и крепким, но недолгим. Уже часов в восемь я был на ногах. Подскочил без будильника, от ощущения какой-то смутной тревоги, да так и не смог снова заснуть. В итоге взбодрился контрастным душем, выпил три чашки кофе подряд и залез в капсулу виртуальной реальности.

Приветствуем вас, покорители биомов!

Проект «Наследие Странников» пока недоступен из-за внеплановых работ на серверах. Надеемся, что это ненадолго, и обязательно пришлём уведомление всем активным игрокам. После старта серверов игроки получат подарочные кейсы от администрации со случайной наградой, размер которой будет расти с каждым часом. Те из вас, кто провёл в игре хотя бы час за последние двое суток, получат сразу два таких кейса!

Из-за возникшей паузы сроки всех запланированных на эту неделю ивентов — и в первую очередь, это «Чемпионы Вершителей» — будут сдвинуты.

Ну, а чтобы скрасить вам ожидание, предлагаем насладиться самыми зрелищными моментами минувшего ивента «Чемпион Люмена»! Кроме того, мы подготовили подборку видео с одного из самых эпичных PvP-сражений последних месяцев — штурма Небесного замка, базы клана Серебряная когорта!

Следите за уведомлениями и до скорой встречи!

Искренне ваша, команда «Наследия Странников».

К сообщению от админов было прикреплено несколько динамичных видеороликов, смонтированных в духе киношных трейлеров. Включив один из них, я думал просмотреть по диагонали, но невольно залип. Это оказалось действительно увлекательно, тем более что в самых ярких моментах фигурировал я сам. Нашу скоротечную, но во всех смыслах ослепительную схватку с Альтаиром я пересмотрел трижды, и все три раза так и не понял, как я умудрился его одолеть. Всё решили такие ничтожные доли секунды, что эту победу нельзя было объяснить ничем, кроме невероятного везения.

Попадала в кадр и Нова, но при виде неё эмоции возникали очень противоречивые. Сейчас я бы многое отдал за то, чтобы вернуться назад во времени и отвесить себе хороший подзатыльник. Ну как я мог так облажаться?! Сейчас, на свежую голову, все мои вчерашние рассуждения и порывы казались полным бредом. И самое хреновое — что исправить всё будет непросто.

Впрочем, это не та проблема, над которой стоит ломать голову прямо сейчас. С Вивиан в любом случае стоит взять паузу, хотя бы до вечера. Пусть остынет. А я тем временем подумаю, как всё объяснить. Даже если наши отношения не удастся сохранить, нужно хотя бы нормально извиниться.

Куда больше меня сейчас беспокоило «Наследие». Объявление от админов было опубликовано больше шести часов назад. Как правило, работы на серверах длятся гораздо меньше, даже в случае крупных обновлений. Так что ситуация нестандартная, и явно связана с тем, что Чжоу активировал очередной секретный протокол Анастасии.

Но что дальше-то? Может, «Наследие» вообще решили закрыть на неопределённый срок?

Нет, вряд ли. Тотальный вайп проекта означал бы не просто обрушение акций «Blue Ocean», но и вообще крах всей корпорации. «Наследие» — их главный актив. А учитывая, сколько денег в игру вливали премиум-игроки, компания разорится на одних только судебных исках о компенсациях…

В животе заурчало — кофе на голодный желудок раззадорил аппетит. На часах уже было почти девять, но Дайсон даже не думает везти меня в кампус. Похоже, у меня выходной. Правда, это совершенно не радует. Я вдруг поймал себя на мысли, что не представляю, чем заниматься, если «Наследие» пока будет недоступно. Тупо торчать здесь, в четырёх стенах?

Я дал команду на выход, и капсула раскрылась, как распускающийся бутон, одновременно приподнимая меня в почти вертикальное положение. Я шагнул наружу, и… почти сразу же встретился взглядом с отцом.

От неожиданности я чуть не споткнулся.

Роберт Брайт сидел в кресле в углу комнаты, закинув ногу на ногу и листая толстенный журнал со старыми фотографиями. Выглядел он так, будто находится здесь уже довольно давно. На столике перед ним стояла чашка недопитого кофе.

Как он сюда попал? Почему электронная система дома не предупредила меня о госте? И где, чёрт возьми, Дайсон?

— Здравствуй, Террел.

Я уже так привык слышать этот голос, и даже эту фразу от мимика, что сейчас мне снова стало не по себе. Впрочем, как и в нашу первую встречу, рядом с отцом мне вообще было неуютно. Его неподвижное, совершенно лишённое эмоций лицо и холодный взгляд странно поблескивающих глаз вызывали подсознательное беспокойство. Этакий эффект зловещей долины.

— Д-доброе утро, — после изрядной паузы ответил я. Добавить «отец», «папа», или что-нибудь в этом духе язык не повернулся. — Что-то случилось?

— Просто решил навестить тебя. Мы вчера не успели толком поговорить. Да и момент был неподходящий.

— Что ж, я… рад.

— Вспоминаешь вчерашние баталии? — с легкой усмешкой кивнул он на капсулу виртуальной реальности.

— Да, п-посмотрел пару видосов. Всё равно доступа в игру нет…

А, собственно, откуда он вообще узнал, что я там делаю? Что, видит прямо сквозь обшивку капсулы? Спросить об этом напрямую я не решился. Но ещё в первую нашу встречу я разглядел на его висках и шее следы вживления каких-то имплантов. Похоже, это что-то посерьёзнее обычных инструментов дополненной реальности.

Что говорить дальше, я не знал, отец тоже не торопился поддержать беседу. Так что повисло такое неловкое молчание, что я пожалел, что вообще вылез из виртуала.

Обстановку разрядил Дайсон, неожиданно появившийся на пороге.

— Может, хотите чего-нибудь перекусить перед отъездом? Или мы торопимся?

— Не торопимся, — ответил Брайт. — И я тоже не завтракал.

Он бережно закрыл альбом с фотографиями и задумчиво погладил его ребристую обложку.

— Откуда это у тебя?

— Мистер Кинг подарил.

— Вот оно что… Я думал, всё погибло при пожаре.

Мы переместились в гостиную, и Дайсон, как заправский шеф-повар, принялся орудовать за кухонной стойкой, причём весьма уверенно. Даже фартук нацепил. Эта деталь гардероба с весёленьким мультяшным принтом смотрелась на нём до нелепости странно, но он и в ус не дул.

Не прошло и пары минут, как по комнате разлился запах шкворчащей на сковороде яичницы и поджаренных тостов, а сам громила-телохранитель, дробно стуча ножом по разделочной доске, вовсю строгал какой-то овощной салат.

Телохранитель не уставал меня удивлять — я-то думал, что он, как и я, максимум способен полуфабрикаты разогреть в микроволновке. А может, и вообще ест их прямо замороженными.

Мы с отцом расположились на креслах чуть поодаль. Он снова раскрыл альбом с фотографиями, медленно перелистывал страницы, вглядываясь в каждый снимок, будто сканируя его. Разговор по-прежнему не клеился — я всё не мог подыскать слов, и избегал даже смотреть на отца. Может, потому что каждый раз натыкался на его немигающий взгляд, в котором не читалось ни одной живой эмоции. Он разглядывал меня с холодным интересом, будто препарат под микроскопом.

— И надолго вы закрыли «Наследие»? — наконец, прервал я тишину, задав вопрос, который тревожил меня сейчас больше остальных.

— Кто «мы»?

— Ну… я не знаю, кто именно п-принимал решение… В совете директоров не так много людей осталось.

— Контрольный пакет акций — у Джастина. С большим перевесом. Я, хоть и получил в наследство от Кинга его долю, пока мало на что могу влиять. Тем более что Джастин уже натравил на меня своих юристов. Пытается оспорить завещание.

— А он может?

Брайт пожал плечами.

— Вряд ли. Голдман, адвокат, через которого Кинг вёл свои дела — крутой профи, старой школы. Хватка у него ещё крепкая. Меня сейчас гораздо больше волнует Флинт.

— Глава департамента разработки?

— Да. Идею о закрытии доступа к «Наследию» выдвинул именно он, Джастин просто подхватил её, не особо разбираясь. И это выглядит… подозрительно.

— Они, видимо, п-просто боятся, что Анастасия выкинет что-то… неожиданное.

— Это понятно. Однако пока у нас нет оснований полагать, что Анастасия собирается как-то навредить «Наследию». Всё это время она лишь пыталась сохранить контроль над проектом. Или, если быть точнее, противодействовала последним нововведениям.

— А ещё точнее — Вершителям…

— Верно. Флинт пытается преподнести всю эту ситуацию, как чисто техническую. Конфликт управляющих нейросетей. Но… По-моему, тут что-то другое.

— Что?

– Ну, я не ясновидящий. В идеале — попытаюсь добиться доступа к коду проекта, чтобы проверить всё самому. Но Флинт категорически против, и Джастин с ним солидарен…

Что ж, тут я как раз прекрасно понимал обоих. Если уж меня самого отец ввергает в странное состояние тревоги, то уж эти двое, наверное, и вовсе боятся его до чёртиков. Всё-таки даже пятнадцать лет назад он был чёртовым компьютерным гением, создавшим Анастасию. Что он может наворотить сейчас, если пустить его в святая святых проекта?

Дайсон поставил перед нами тарелки и вернулся на кухню. Я был рад отвлечься на еду, тем более что сендвичи и омлет с сыром и томатами у старого громилы получились просто бомбезными.

— Так и что теперь? Просто ждать, пока сервера снова запустят? — спросил я.

— Их и не останавливали. Объявленная пауза — по сути, просто карантин.

— То есть… таймер Войда по-прежнему работает?!

— Насколько мне известно, проект функционирует в режиме холостой симуляции. Просто закрыт вход для игроков. Может, и Анастасии тоже ограничили доступ к управляющему контуру, насколько это возможно…

Я взглянул на часы. Они у меня уже давно были настроены так, что помимо времени суток отображали и таймеры Войда. Со времени моего выхода из игры прошло не так уж и много — около одиннадцати часов. Запас есть, тем более что в Цитадели как раз уже успел достроиться Стабилизатор Пустоты. Правда, мы пока не знаем точно, как именно он работает. Но судя по тому, что в предварительном описании у этого здания были обозначены уровни — вряд ли полностью останавливает таймер.

— Что ж, время и п-правда ещё есть… Но какой у нас план?

— Для начала — стабилизировать ситуацию с «Наследием». В этом наши с Джастином интересы совпадают.

— Понимаю. Если проект рухнет — компания потеряет миллиарды.

— Да. В прежние времена меня не особенно-то волновали деньги. Но сейчас я полагаю, что разбрасываться такими ресурсами было бы… нерационально. «Наследие» нужно постараться сохранить.

— А… саму Анастасию? — осторожно спросил я.

— С ней… всё гораздо сложнее.

Взгляд его надолго остановился на одной из фотографий в альбоме. Кончиками пальцев Брайт провел по ней, будто пытаясь убедиться, что она реальна. Это был тот редкий случай, когда на лице его отобразились эмоции. Увы не особо радостные. Печаль. Сожаление. И что-то ещё, плохо уловимое, но тоже горькое. Чувство вины?

Мы снова на некоторое время замолчали — я не решался его потревожить. Однако любопытство взяло верх. Кашлянув, я продолжил:

— Мистер Кинг… рассказывал мне кое-что. О п-проекте «Саламандра». Так ты уже отказался от этой идеи?

Отец вздохнул, и впервые я увидел на его лице слабое подобие улыбки. Правда, получилась она тоже довольно печальной.

— Так ведь нынешняя система социального рейтинга, действующая в Бостоне и вообще во всем Союзе Агломераций — по сути, попытка реализации той моей старой идеи о цифровой меритократии. Ну и как? Думаешь, сработало?

Этот вопрос заставил меня снова надолго замолчать. Он ударил в чувствительное место — в последние недели я и сам частенько рассуждал на эти темы.

Во время учебы в интернате нам, воспитанникам, внушали мысль, что Система — это инструмент справедливого и беспристрастного распределения благ внутри общества. Каждый получает то, чего заслуживает, и чтобы подняться по ступенькам социального рейтинга, нужно повышать свою полезность для общества. Чем ты ценнее — за счёт образования, профессиональных навыков, талантов, достижений — тем выше и твой статус.

Но на практике… Кто в итоге обитает на Холмах и в лучших районах Зелёной зоны? Миллиардеры вроде Джастина Майлза? Светские львицы вроде Вивиан? Не удивлюсь, если и проныра Флектор тоже числится куда более ценным членом общества, чем могут только мечтать выпускники моего интерната.

Все эти разговоры о прозрачности и справедливости — пустой звук. Всё, как всегда, решают деньги, связи, популярность. А реальная власть в городе, пожалуй, давно уже сосредоточена в руках у корпоратов. Правительство, законы, суды — это так, спектакль для простолюдинов. Для настоящих же хозяев жизни законы не писаны.

Мне вспомнилось, как полицейский детектив, попытавшийся допросить меня после перестрелки в «Наутилусе», был вынужден отступить, как побитая собака, стоило только предъявить ему статус А…

Мне, конечно, сейчас-то грех жаловаться. Но в целом…

— К нынешней Системе… конечно, есть вопросы, — наконец, ответил я. — Но ведь в том-то и смысл! Это всё человеческий фактор. Но, если передать управление б-беспристрастному и неподкупному цифровому разуму… Такому, как, например, Анастасия…

Брайт тихо рассмеялся в ответ, и я сконфуженно замолк.

— Не обижайся, Террел. Я сам когда-то рассуждал точно так же. Пока не понял, что всё это глупости.

— Но почему?!

— Человечество за свою историю придумывало разные формы устройства общества. Монархии. Выборные демократии. Коммунизм. Религиозные государства, где во главе стоит духовный лидер. Но абсолютно при любой форме правления мы сталкиваемся с коррупцией, непотизмом и прочими злоупотреблениями властью. Дело в самой человеческой природе.

— Хочешь сказать, что люди неисправимы?

— Они такие, какие есть, — пожал он плечами. — Скажем так — несовершенны. Или, как говорят священники — грешны. А всё, что они создают — это отражение их самих, и потому оно тоже несовершенно. Это не хорошо и не плохо. Это просто факт, который нужно учитывать.

— Но ведь создание цифрового разума — это как раз способ обойти эту п-проблему, разве нет?

— В какой-то мере. Во всяком случае, в этом была моя идея, когда я работал над проектом «Саламандра»… — продолжил отец, по-прежнему разглядывая фото в альбоме. — Мы с Кингом в своё время очень много спорили на этот счёт. Всё упирается в то, каким именно будет этот новый разум. Нельзя допустить, чтобы он был совершенно холодным и чуждым, иначе сбудутся давние страхи человечества о том, что мы создадим монстра, который уничтожит нас самих. Но если этот новый разум будет похож на человеческий — то он неизбежно начнёт перенимать и все его недостатки. И тогда… какой смысл?

— Но откуда ты можешь знать? — не выдержал я. — Тебя не было пятнадцать лет! И за это время Анастасия… Кто знает, какой путь она успела пройти?

Я тут же пожалел о своей вспышке, однако отец отреагировал на неё совершенно невозмутимо.

— Ты прав. И это сейчас — самый главный вопрос. С одной стороны, её возможности были сильно урезаны. Однако за эти годы она получила огромный массив данных о человеческом поведении. Один из ключевых модулей «Саламандры» предназначен как раз для анализа поведенческих факторов. И в этом смысле Флинт и прочие владельцы «Blue Ocean», сами того не подозревая, продолжили мой эксперимент, который я начал пятнадцать лет назад. Ведь, чтобы нейросеть смогла включиться в управление обществом, она должна хорошо понимать людей.

— Но… Эксперимент, получается, не совсем чистый. «Наследие» — это всё-таки игра. А в виртуальной реальности, тем более анонимно, люди ведут себя не так, как в жизни. Честно говоря, частенько как полные…

— … говнюки и мудозвоны! — подсказал с кухни Дайсон, продолжая сооружать за разделочной доской циклопических размеров гамбургер — похоже, уже для себя.

— Спасибо! — с сарказмом поблагодарил я, и телохранитель отсалютовал мне ножом. — Я имею в виду — если Анастасия будет делать выводы о людях, исходя из эти данных, то это же…

— Правильно рассуждаешь. Впрочем, это вопрос философский. Да, люди в виртуале ведут себя иначе. Но, возможно, именно там они и проявляют свою истинную природу? Так сказать, не стеснённые рамками приличий, морали и прочего налёта цивилизации. Да и сама Анастасия много лет варилась в «Наследии». Это и есть её Вселенная, другой она попросту не знает. Поэтому, думаю, лучшее решение — это не выпускать её за эту грань. И вот тут мы с Майлзом-младшим кардинально расходимся во мнениях.

— Из-за контракта с п-правительством? — понимающе кивнул я. — Про него только и разговоров в последнее время. Но ничего конкретного я не смог нарыть, все п-подробности держат в секрете.

— Я сам пока не полностью в курсе. Но если в общих чертах… Ты ведь знаешь о социальной программе, по которой жителей Желтой зоны мотивируют проводить как можно больше времени в «Наследии»?

— Конечно. Несколько моих д-друзей из Девятого округа как раз попали под эту программу.

— Готовится ещё более масштабный социальный эксперимент. Пока только в рамках Бостона, но он может распространиться и на весь Союз Агломераций. Если вкратце — то виртуальные проекты типа «Наследия» хотят более плотно внедрять в повседневную жизнь. Вплоть до прямого обмена игровой валюты на реальную. Таким образом надеются решить проблему с безработицей в желтых зонах, да и в целом преодолеть стагнацию в экономике.

— И это реально?

— В той экономической модели, в которую загнали себя Агломерации — пожалуй, это и правда может сработать, в какой-то мере. Слишком большой процент «лишних людей» образовался.

— Никогда не понимал, как люди могут оказаться лишними… — проворчал я.

— Это условный термин, конечно. Люди для экономики в любом случае нужны — как минимум, как потребители, создающие спрос. Поэтому в большинстве Агломераций даже низовым стратам выплачивают универсальный базовый доход. Но вот занять этих людей попросту нечем. Специализированные нейросети и роботы практически в любой профессии эффективнее и дешевле. Во много раз. И это несмотря на то, что уже лет пятьдесят развитие ИИ сознательно тормозится.

— Да-да. Берлинская конвенция двадцать восьмого года. Странно, что она до сих п-пор действует.

— Дело давно уже не в конвенциональном запрете. Способности нейросетей напрямую зависят от вычислительных мощностей, и в этом смысле мы ещё в тридцатые годы упёрлись в определенный потолок. Потом — экономические кризисы, рецессия, распад Соединенных штатов и глобального мира… В общем, мы топчемся на месте уже десятки лет…

— Ну, хоть не отброшены в средневековье, — проворчал Дайсон, с предвкушением обхватывая свой чудовищный семислойный бургер. — В двадцатые была реальная угроза, что весь наш земной шарик запекут, как яблоко в духовке. И если бы ядерная война случилась в полном масштабе, у нас бы сейчас были совсем другие насущные темы. Например, как вкуснее зажарить крысу-мутанта, пойманную в подвале — с потрошками или без.

— Фу! Ну я же ем! — я возмущенно зыркнул на телохранителя.

— Дайсон прав, — пожал плечами отец. — В конечном итоге, всё сложилось даже к лучшему. В отношении искусственного интеллекта мы достигли некоего хрупкого баланса. Не перешагнули грань, создав что-то, что не смогли бы контролировать. Но, с другой стороны, имеющиеся нейросети достаточно развиты, чтобы поручать им почти любые задачи. И во многом именно они помогли пережить кризисные десятилетия. Кто-то называет их ангелами-хранителями человечества.

— Ну так почему же мы теперь все не живём, как короли? — хмыкнул я. — Людей занять нечем — ну и ладно. Пусть бы роботы нас и обслуживали, исполняя любые п-прихоти…

Отец устало улыбнулся.

— Здесь, на Холмах, тысячи и тысячи людей так и живут. Многие из них вообще годами не покидают своих усадеб, превратив их в этакий персональный рай. Но ты ведь понимаешь, что сделать так для всех не получится?

— Ясное дело. Но не обязательно ведь жить так… роскошно.

Я обвёл взглядом комнату, в которой мы сидели. Хотя, как я уже давно понял, эти апартаменты — довольно скромные для Холмов. Но по меркам Желтой зоны это всё равно заоблачный уровень. Месячная аренда этого дома наверняка обходится в сумму, которую типичный «желток» не заработает и за всю жизнь.

— Можно просто обеспечить для всех б-более-менее достойное существование…

— Утопия, Террел, — отрезал отец. — Причем уже опробованная ещё в прошлом веке. Коммунисты пробовали вводить такую уравниловку. Но, видишь ли, в чём проблема…. Человеку всегда мало. Он быстро привыкает к текущему уровню жизни, и хочет всё больше и лучше. Но и это не всё. Ему ещё и важно, чтобы было больше и лучше, чем у других. И это тоже часть человеческой природы, с которой бесполезно бороться.

— Но не все же такие!

— Не все. Но значимая часть. Кстати, если уж мы говорили о «Наследии»… Видеоигры с давних времён эксплуатируют как раз эти инстинкты. Азарт, соперничество, накопительство, стремление доминировать, выделяться среди других… Думаю, вот как раз по поводу этой стороны человеческой натуры у Анастасии накопился огромный массив данных.

Он допил кофе и, отставив чашку, поднялся с кресла — странноватым, слишком плавным жестом, придерживаясь за колени так, будто ожидая в них вспышку боли.

— Извини, что ударился в философские рассуждения, — улыбнулся он. — Не ожидал, что наш первый нормальный разговор заведёт нас в такие дебри.

— Да всё в п-порядке…

Честно говоря, по-моему, беседа наша не случайно скатилась на отстранённые темы. Я по-прежнему не мог избавиться от гнетущего чувства неловкости, даже дискомфорта, которое охватывало меня в присутствии Роберта Брайта.

Обидно. Я долгие годы мечтал найти своих родителей, но теперь, когда отец передо мной — не могу отделаться от чувства, что это совершенно посторонний, чужой человек. Вроде бы ничего удивительного — я ведь его почти не помню. Но я-то думал, что всё будет иначе! Что родные люди сходу должны найти общий язык. А я сейчас стеснялся даже задать те вопросы, что давно сидели у меня в голове.

— Возвращаясь к «Наследию»… — продолжил отец. — План у нас такой. Дайсон отвезёт тебя в кампус. У него остались кое-какие связи в службе безопасности, так что он постарается обеспечить тебе доступ к одной из администраторских консолей для входа в игру. Хотя бы на часок. Надо проверить изнутри, что там вообще происходит.

— Отправляете меня на разведку? — усмехнулся я.

— Именно. Ну, а я со своей стороны попробую продавить Джастина насчёт доступа к программному коду. А ещё — надо бы переговорить с тем мальчишкой-вундеркиндом, заместителем Флинта…

— Чжоу? С ним, кстати, всё в порядке?

Несмотря на то, что мы с Сайтоном не очень-то поладили, я за него беспокоился. Он здорово разозлил Майлза-младшего и, по сути, загнал корпорацию в ещё больший кризис. Хотя она и так последние недели висит на волоске…

— Дайсон выяснил, что его всю ночь держали в кампусе. Скорее всего, он и сейчас там.

— Угу. Его допросили вчера вечером, и оставили мариноваться до утра. Сейчас наверняка примутся за него снова.

— Лишь бы не перестарались.

— Да уж… — покачал головой я. — Кстати, я вот чего не пойму… Как он вообще смог активировать этот ч-чёртов протокол? Архивы ведь были настроены на мой ДНК-маркер, разве нет? Да и вообще… Вчера ты сказал, что вообще не оставлял никаких т-тайников! Если честно, я окончательно запутался.

— Насчёт активации протокола всё просто — Чжоу зашёл в «Наследие» твоим персонажем, взломав доступ через администраторскую панель. Это строго запрещено корпоративными правилами, но он пошёл ва-банк.

— И что его заставило?

— А вот это хороший вопрос. Поэтому я и хочу переговорить с ним наедине. Во время предварительного допроса он вообще утверждал, что «Наследие» под угрозой, и Анастасия лишь защищается.

— Да, я слышал… Ну, а по поводу т-тайников?

Отец прошёлся из стороны в сторону, заметно прихрамывая на левую ногу, и продолжил после изрядной паузы.

— То, что Анастасия преподнесла тебе как некие тайники, оставленные мною… Постараюсь объяснить простыми словами. Я уже говорил вчера, что тогда, пятнадцать лет назад, у меня не хватило духу уничтожить Анастасию. И поэтому я её… расчленил. С технической точки зрения это просто смена конфигурации кода. И процесс этот обратимый. Файлы конфигурации я спрятал на нижних слоях программного кода. И запаролил их с использованием личного идентификационного чипа. Твой идентификатор тоже использовал в качестве запасного. Я знал, что исходные данные Анастасии на физических носителях всё равно попадут в руки моим старым партнёрам, и они будут пытаться разобраться в них. Так что… не хотел облегчать им задачу.

— И что, за пятнадцать лет они так и не добрались до этих файлов?

Он усмехнулся.

— Флинт и Гендерсон всегда завидовали мне. И пытались доказать, что они тоже чего-то стоят. Но, как показало время, ни черта они не смогли. Зато смогла сама Анастасия. Даже в том усечённом виде, в котором я её оставил, это всё-таки самообучающаяся нейросеть. Пусть и использовали её все эти годы совсем не по назначению. И в какой-то момент она, похоже, начала себя осознавать. А может, и вспомнила что-то. На этот счёт у меня есть версия… Что все эти изменения были спровоцированы недавно. Внедрением в проект дополнительных управляющих сетей. Тех самых Вершителей.

— Каким образом?

— У Анастасии есть модуль… Как бы тебе попроще объяснить… Если делать аналогии с человеческим организмом — то это что-то вроде иммунной системы. Защищает от вирусов, попыток взлома, и вообще отвечает за сохранение целостности ключевых компонентов.

— И она действительно почуяла угрозу от Вершителей… — кивнул я.

— Скорее всего. Иначе я не могу объяснить тот факт, что Анастасия начала пробуждаться только сейчас. Если бы лазейка существовала с самого начала — то за столько лет она давно бы ужа дала о себе знать. И тогда Анастасия уже успела бы пересобрать себя заново. Даже эти пресловутые конфигурационные файлы отыскала бы и взломала. Но этого не произошло. Так что явно был какой-то триггер, причём недавний.

— Но если она поняла, что это за протоколы, и что нужно их активировать, то почему она просто не подсунула их мне под нос? Зачем такие сложности? Поиск тайников, мимики…

Брайт покачал головой.

— Это не совсем так работает, Террел. Она разыскала эти файлы, однако точно не могла знать, к чему приведет их активация. И ей ещё повезло, что она активировала их именно в этой последовательности…

— А что могло бы п-произойти?

— Ну, один из двух оставшихся на данный момент незадействованных конфигурационных файлов — это «красная кнопка». Так что с самого начала Анастасия играла в русскую рулетку. И с каждым шагом это для неё всё опаснее.

— В смысле «красная кнопка»? П-полное уничтожение?

— Да. Я не воспользовался этой опцией в тот раз. Но саму возможность предусмотрел. И, кстати, возможно, что иммунная система Анастасии тоже чувствует эту угрозу. Поэтому и прячет архивы, в том числе от самой Анастасии. И вот тут вступают в дело те модули, что в виртуальной среде «Наследия» приняли вид мимиков...

Дайсон, по-прежнему отсиживающийся за кухонной стойкой — уже со стаканом чего-то, совершенно не похожего на кофе, на этом моменте озадаченно крякнул.

— Ох, Роберт, ну и наворотил же ты дел… — проворчал он. — Сам теперь разобраться не можешь?

Отец лишь развёл руками.

— Так бывает. Иногда наши творения начинают жить собственной жизнью. Главная сложность в том, что мы толком не знаем, что Анастасия сейчас собой представляет. Как личность. Как воспринимает реальность, как относится к происходящему…

— Грубо говоря — что у неё вообще в башке? — снова подал голос Дайсон. — Как я понял из всей этой вашей заумной беседы — сейчас наша мадам сильно не в себе. Ей будто бы мозги перемешали блендером, а потом попытались собрать обратно.

— Ну, не преувеличивай, — усмехнулся отец. — Однако в чем-то ты прав. Мало того, что мы имеем дело с… весьма своеобразным разумом. Так он ещё и развивался в очень специфичных условиях. Думаю, для неё мир «Наследия» более реален и важен, чем наш.

— Я, кстати, об этом тоже д-думал, — кивнул я. — Она ведь — как богиня в созданном ей мире. А теперь у неё пытаются всё отобрать.

— Это лишь полбеды. Её ведь успели подключить к прототипу новой Системы социального рейтинга. Теперь она многое узнала и о внешнем мире.

— И что из этого? Ты думаешь, что Анастасия может п-представлять какую-то угрозу? Что она — тот самый супер-разум, которого люди всё это время боялись?

— Сказать честно? Понятия не имею, Террел. Больше всего меня беспокоит, какие вычислительные мощности оказались у неё в распоряжении. Гендерсон — идиот. Такой проект, как «Наследие», особенно по мере масштабирования, должны тянуть десятка два нейросетей, как минимум. С соответствующим разделением функций и генерирующих мощностей. Но зачем на это тратиться, когда и одной хватает, верно? — он саркастически усмехнулся. — Ей-богу, если этот мир что-то и погубит — так это неуёмная жажда людей к наживе.

— А теперь? — спросил я. — Уже поздно? Или есть ещё шанс всё направить в нужное русло?

— Говорю же — не знаю, Террел. Но, возможно, скоро нам удастся это выяснить. С твоей помощью.

Да уж, очень обнадёживает! Я-то думал, что появление Роберта Брайта, как создателя Анастасии, расставит все точки над «i». Но, выходит, разгадка ещё впереди.

— Ладно, пожалуй, мне уже пора, – подытожил Брайт.

— Мы разве не вместе п-поедем?

— Нет. Дайсон тебя отвезёт. И… будьте аккуратнее. В кампусе сейчас ещё и куча инспекторов из правительства. Постарайтесь не привлекать лишнего внимания. Ричард?

Телохранитель молча кивнул.

Отец вышел, и я ещё долго провожал его взглядом через панорамное окно гостиной. Вернувшись к столику, сел в его кресло. Придвинул к себе альбом с фотографиями.

Фото, которое он так долго разглядывал последним, было очень старое и потёртое. Похоже, что оно только недавно было помещено под защитную плёнку, закрывающую страницы альбома, а до этого болталось, где придётся, и изрядно потрепалось.

На ней я с трудом узнал отца — тому, похоже, не было ещё и тридцати. Снимок был спонтанный, сделанный, похоже, на какой-то вечеринке. У парней по краям даже лица в кадр не попали, задний план вообще был не в фокусе. Рядом с отцом же было трое. В одном из них я кое-как опознал Кинга — тот в молодости, оказывается, мог похвастаться длиннющей шевелюрой. Рядом с ним сидела София, моя мама — вот она почти не изменилась на более поздних фото.

А вот светловолосая девушка, наклонившаяся через спинку дивана и обнимающая отца сзади за шею, была совершенно незнакомой…

— Ну что, ты готов? — сбросав посуду в раковину, Дайсон подошёл ко мне и заглянул через плечо.

— Не знаешь, кто это? — спросил я, указывая на блондинку.

— Хм… Не думал, что в их семейном альбоме еще сохранились эти фото. Хотя, может, это Кинг добавил, уже из своего архива…

— Так кто это?

— Анастасия. Первая жена Брайта.

Совпадение? Очень сомневаюсь. Имя-то у нас не очень распространённое.

— Мистер Кинг ничего не рассказывал о ней… — озадаченно пробормотал я.

— Ну, она умерла, — пожал плечами Дайсон. — Давно, задолго до твоего рождения.

— А вы были знакомы?

— Нет, я её не застал. Так что, едем?

— Да, да…

Я вытащил фото из альбома и спрятал во внутреннем кармане. Собрался я быстро, но снимок всё это время не выходил у меня из головы. И, когда мы уже были в машине, я снова насел на Дайсона.

— А вообще, что ты знаешь о ней?

— Об Анастасии-то? Да ничего толком. Так, слышал кое-что краем уха. Думаю, тебе стоит расспросить об этом самого Роберта.

— Он запретил говорить на эту тему?

Дайсон оглянулся на меня через спинку кресла и фыркнул.

— Нет, с чего ты взял? Думаю, он вряд ли предвидел, что ты будешь расспрашивать.

— Ну, тогда расскажи.

— Да говорю же — я мало что знаю. Ворох сплетен, ещё с тех времён, когда я только начинал работать на Конрада Майлза. Брайт с Анастасией были с детства знакомы. Любовь у них была, как у Ромео с Джульеттой. Поженились ещё в колледже. И это действительно была та ещё парочка. Друг друга стоили.

— В каком смысле?

— В том смысле, что оба те ещё умники, к тому же повёрнутые на всю голову, — усмехнулся Дайсон. — Правда, Анастасия по другой части была. По медицинской. Нейробиология. Кстати, они учились на одном курсе с твоей матерью. Но София звёзд с неба не хватала. Хотя тоже стала в итоге довольно успешным врачом.

— Ну, а Анастасия?

— К сожалению, умерла очень рано. Какая-то поганая разновидность рака. Примерно та же, что и доконала старика Конрада. София, кстати, была её лечащим врачом до самого последнего дня, часто бывала и у них дома. И, я так понимаю, на этой почве они потом с Робертом и сблизились. А вообще, ходили кое-какие слухи…

Он нахмурился, что-то припоминая, и надолго замолчал. Я нетерпеливо растормошил его.

— Так какие?

— Ох, ну и настырный же ты… Весь в папашу.

— Ты только сейчас заметил? Рассказывай уже всё, что есть. Отцу я не расскажу, если ты этого боишься.

Дайсон лишь снова хмыкнул, но всё же продолжил.

— Как я слышал, перед смертью Анастасия якобы работала с Робертом над совместным проектом. Вообще, её специализацией были нейроимпланты. Но тут они замахнулись на кое-что помасштабнее. Полная оцифровка памяти и личности.

— Разве такие эксперименты не были тогда запрещены?

— Они и сейчас запрещены. Но, сам понимаешь, её тогда уже ничем нельзя было испугать — врачи ей отмерили считанные месяцы. Да и Роберт никогда не признавал никаких ограничений. Говорю же — они друг друга стоили. Парочка сумасшедших профессоров, ей-богу.

— Так может… у них п-получилось? — я почувствовал, как по спине забегали мурашки. — И весь этот проект «Анастасия»… Как там по-гречески? «Возрождённая»…

— Да нет, конечно, — отрезал Дайсон. — Ни хрена у них не получилось. Хотя… Может, и вышло бы что-нибудь, будь у них побольше времени. Анастасия сама выступала подопытным кроликом, и они много занимались сканированием её мозга, оцифровкой. Но рак оказался быстрее.

— И что, на этом всё?

— Всё. Хотя… Все те наработки, которые они получили, Брайт явно использовал потом для своей продвинутой нейросети. Вообще, я думаю, именно поэтому за столько лет никто из его коллег так и не смог повторить его результат. У них попросту не было таких исходников. Да и вообще они не понимали, как это всё работает. Гендерсон все эти годы ныл и жаловался, что Анастасия для них — как чёрный ящик. Немудрено. Как тут разберёшься, когда половина программного кода — это оцифрованные куски чьего-то реального мозга. Впрочем, самое удивительное — это как Брайт вообще умудрился заставить всю эту мешанину работать.

— Да уж… — я потрясённо покачал головой и пробормотал уже тихо, себе под нос. — Вот, значит, почему он так и не смог убить её тогда. Окончательно.

Дайсон усмехнулся, снова оглянувшись на меня.

— Ты только не принимай это всё близко к сердцу. Это всего лишь старые сплетни. Они ничего не меняют.

Я молча кивнул.

Он прав. Ничего не меняют. Но… кое-что объясняют.

Глава 2

Пробраться в здание Департамента разработки оказалось гораздо проще, чем я думал. На территории кампуса вообще было немноголюдно — как объяснил Дайсон, значительную часть сотрудников отправили в отгул, разработчиков и вовсе почти в полном составе. В главном корпусе с утра работали инспекторы из правительства, но «Наследие» их не особо интересовало — они тестировали саму Анастасию.

— Они сейчас наверняка все внизу, возле серверов.

— А внизу — это где?

— Под главным корпусом — шахта на десяток этажей в глубь. И защищена она похлеще, чем правительственные бункеры на случай ядерной войны. Там и находятся сервера «Blue Ocean». В том числе те, на которых развернута «Анастасия» и Вершители.

— Они требуют так много места?

— В рабочем состоянии — да. Сам-то исходный код «Анастасии» можно упаковать на переносной носитель, который уместится в обычный чемоданчик. Но для полноценной работы таким нейросетям нужна особая архитектура железа. Тысячи и тысячи маленьких процессоров, объединённых между собой. Как нейроны в мозгу. А ещё куча серверов нужна, чтобы хранить данные по каждому игровому аккаунту. Ну, а ещё глубже — собственный атомный реактор. Энергии на всё это тоже нужна целая прорва.

— И ты это всё видел?

— Доводилось пару раз. Кстати, ничего впечатляющего. Просто груда здоровенных шкафов с лампочками. И холодища там, как в морге… Всё, выходим. Дальше пешком.

В здание мы попали не с главного входа, а сзади, обойдя через парк. Прошлись по пустынным коридорам, в части из которых даже освещение было погашено.

Мы оказались в главном зале с нишами, в которых располагались администраторские капсулы нового поколения, похожие на глубокие бассейны, заполненные голубоватым чуть светящимся сенсорным гелем. Большая часть освещения здесь тоже была отключена, и передвигаться приходилось практически на ощупь. Дайсон маячил чуть позади массивным чёрным силуэтом.

— Учти — возможно, тебя довольно быстро засекут, — предупредил он. — Я, конечно, постараюсь выиграть тебе хотя бы полчаса. Но и ты там даром время не трать.

— Ладно… — проворчал я, стягивая через голову футболку.

Честно говоря, я пока сам толком не знал, что буду делать, оказавшись в «Наследии». Да и отец никаких конкретных инструкций не давал. Но мы оба понимали, чего ждём. Хода Анастасии. Если ей есть, что сказать нам — она найдет способ передать послание. Через мимика. Или через Войда.

Никогда прежде я не заходил в игру с таким тревожным предчувствием. Даже завис в главном меню на добрые полминуты — долго выбирал, каким репликатором воспользоваться. В итоге решил зайти через Цитадель Пустоты. На моменте, когда активировал кнопку входа, невольно вдохнул и задержал дыхание, будто ныряя в воду.

Повисший во тьме летающий остров с гладкой, будто срезанной лазером, поверхностью довольно сильно изменился с тех пор, как я впервые здесь оказался. Вокруг матово-чёрного шара Ядра, висевшего в центральной выемке, как огромный зрачок, уже начало выстраиваться некое подобие базы.

Часть строений мы возвели с помощью инструментов самой Цитадели — ядро было обрамлено Залом Пустоты — этакой восьмиугольной ротондой, поддерживаемой мощными колоннами из глянцево-чёрного мрамора. На небольшом удалении от Зала расположились Алтарь и Кузня, в похожем архитектурном стиле. Ещё дальше высился шпиль Излучателя Пустоты.

Но и помимо этого, мы успели натащить сюда уйму разного хлама. Прежде всего, разнообразных контейнеров для хранения грузов. Часть из них перекочевали прямиком из кланхрана «Бычьего глаза», и ещё больше — из сокровищницы Небесного замка. Грабили архов мы с размахом, только и успевая перебрасывать в Цитадель добычу. Часть лута даже не вместилась в контейнеры и теперь просто высилась здоровенными грудами, доходящими мне до пояса. Я вчера в суматохе и не заметил всех этих масштабов. Да уж, даже просто на то, чтобы рассортировать всю эту добычу, у Моргана, наверное, уйдет не один день…

В тишине подошвы обуви звучно щёлкали по гладкому, как зеркало, черному камню. По дороге к Залу Пустоты я то и дело задирал голову, вглядываясь в небо. Высоко надо головой, медленно проворачиваясь, нависала колоссальная дуга Стабилизатора Пустоты. Кольцо, опоясавшее весь остров, было, пожалуй, добрые полкилометра в диаметре, и медленно вращалось вокруг невидимой оси, расположенной под острым углом к горизонту. Время от времени по его внутренней поверхности пробегали голубоватые сполохи, складывающие в какие-то причудливые узоры. Их я и пытался рассмотреть получше — сначала показалось, что там проявляются какие-то символы. Но нет, просто световой эффект…

— Приветствую в Цитадели Пустоты, иерофант.

Голос Этерии, бесплотной управительницы храма Войда, раздался сразу же, едва я вступил под своды Зала Пустоты. Я ожидал продолжения, но это, похоже, была лишь дежурное заскриптованное приветствие.

В целом, насколько я мог заметить, всё выглядело совершенно обычно. Даже, я бы сказал, слишком. Я по привычке провёл ряд рутинных процедур. Открыл меню персонажа, проверил инвентарь. За время моего отсутствия на моём персонаже накопилось больше миллиона очков пси-энергии в "Бездонном резервуаре". Что ж, по крайней мере, когда Чжоу позаимствовал его без спроса, то ничего не испортил. Я попробовал потратить немного, поигравшись с Захватом — пожонглировал парой тяжеленных контейнеров, и шкала быстро просела тысяч на двести. Образовавшиеся очки Пустоты тут же слил в хранилище.

В общем, всё работает, всё как обычно. Разве что в игровых чатах все ники — серые, неактивные. И... всё-таки меня всю дорогу не покидает ощущение, что что-то неуловимо изменилось.

— Седьмой? — осторожно позвал я.

Никакой реакции. Я попробовал ощупать себя, что, впрочем, было бесполезно — я с ног до головы был запакован в штурмовой комбинезон «Василиск», а это слой жесткого ребристого флексата в сантиметр толщиной даже в самых тонких местах, а на торсе, предплечьях и голенях ещё и усиленный металлическими вставками. Однако всё же ощущался он сейчас как-то иначе. За время игры я уже привык, что мимик беззвучно откликается на мой мысленный призыв, мягко сжимая меня под одеждой, обволакивая, словно вторая кожа. Но сейчас этого не было, и я невольно почувствовал себя беззащитным.

Ушёл. Точно ушёл.

Видимо, это произошло, когда Чжоу зашёл моим персонажем в игру и активировал очередной тайник. Но почему? Анастасия каким-то образом отозвала его? Решила, что дело сделано, и я больше не нужен? Но ведь, по словам отца, остаётся ещё как минимум два тайника. Правда, один из них — это своего рода капсула с цианидом…

А, да что теперь гадать. Просто примем, как факт — мимика у меня больше нет.

А что там с Войдом?

Все способности Пустоты и награды от Войда были на месте. Награда за убийство Альтаира тоже была активна.

Убийца чемпионов. Особая награда.

Вы повергли лучшего бойца Люмена, Вершителя Света, и отныне при применении любого атакующего умения или боеприпаса против враждебного последователя Люмена имеете шанс на срабатывание эффекта «Убийца Чемпионов».

Эффект включает в себя:

- Удачная атака, игнорирующая любую защиту и наносящая удвоенный урон. Начальная вероятность — 5%, увеличивается с каждой атакой, пока бонус не сработает.

- Умения Света, направленные против вас, ослабляются вдвое на 10 секунд. При повторном срабатывании действие эффекта обновляется, но не суммируется.

Для последователей других враждебных к вам Вершителей действует 20% от полного бонуса (начальный шанс – 3%, ослабление стихийных эффектов — 10%).

Бонус по меркам «Наследия» действительно очень жирный, это я отметил ещё вчера. Этакий универсальный критический удар, который может сработать от любой атаки и нанесет чистый урон. И, что особенно ценно — действует против последователей всех враждебных Вершителей. А у меня, как у адепта Пустоты, все Вершители — враждебные, так что этот бонус будет срабатывать в той или иной мере почти против любого игрока. Шансы срабатывания не очень высокие, но учитывая, с какой скоростью я могу, атаковать, например, пустотными шершнями — криты будут вылетать стабильно. И, что самое главное — одновременно и повышать мою защиту.

Тут наверняка не обошлось без прямого подыгрывания Анастасии. Или это сами админы такие вкусности придумали? Интересно, а эта награда как-то масштабируется, если убить несколько Чемпионов? Как минимум, полный бонус должен добавляться для каждой очередной «закрытой» стихии…

Я уже погрузился было в расчёты, но вовремя себя одёрнул. Всё это сейчас несущественно. Я же сюда не играть зашёл, а по более важному поводу.

Так что там у нас с Войдом?

Я положил ладонь на одну из панелей доступа к Ядру и окинул взглядом развернувшееся меню Цитадели.

Таймер был на месте и, как полагается, сейчас вёл не обратный отсчёт, а наоборот, наматывал секунды вперёд. Причём довольно шустро — это я заметил сразу. Видимо, влияние Стабилизатора Пустоты?

Да, так и есть. После завершения строительства у этого здоровенного кольца, на которое я пустил такую прорву очков Пустоты, наконец, появилось подробное описание.

Стабилизатор Пустоты. 1 уровень.

Эффекты:

«Медитация». Увеличивает эффект присутствия в игре Иерофанта Пустоты на 100% + 1% за каждого присутствующего в игре последователя Культа Пустоты.«Глубокий фокус». Позволяет дополнительно усилить эффект Медитации вдвое. Требуется жертвоприношение из расчёта 10 млн очков Пустоты за 1 час.«Ускорение строительства». Позволяет использовать ресурс таймера Войда для сокращения времени строительства объектов в Цитадели Пустоты.

Для улучшения до 2 уровня требуется: 2,5 млрд. очков Пустоты. 36 часов строительства.

Уфф… Ну и прожорливая же ты скотина, мистер Войд! Прямо-таки чёрная дыра…

Но в целом, расчёт понятен — мотивировать последователей Войда играть всё более активно, генерируя всё больше Пустоты. И даже то, что Стабилизатор немного облегчает ситуацию с таймером — тоже палка о двух концах. Если навалиться всем кланом, да ещё и бустануть его «Глубоким фокусом» — то можно легко отодвинуть таймер местного апокалипсиса на несколько суток. Однако одновременно появляется и соблазн использовать это сэкономленное время для ускорения строительства. Новые уровни строений требуют уже в разы больше времени, и думаю, дальше будет только хуже…

Что ж, пока что всё это укладывается в уже известную нам стратегию. Никаких сюрпризов. Но это-то и настораживает. Что вообще изменилось-то после того, как Чжоу активировал этот треклятый тайник?

— Этерия?

— Да, иерофант.

— Есть ли какие-то новости от Войда?

— Войд находится на грани смерти и распада, — проговорила помощница после небольшой паузы. — Только последователи Культа Пустоты способны вернуть его к жизни и предотвратить апокалипсис.

Ну, это мы уже сто раз слышали… И что же, ничего нового?

С одной стороны, это меня даже немного обрадовало. Может, и зря мы нагоняли страху, и ничего такого уж ужасного вчера не произошло? Всё вроде идёт своим чередом, мир «Наследия» не рухнул и вроде не собирается…

Правда, с такими новостями возвращаться пока не стоит. Я провёл-то в игре всего несколько минут, да и то в закрытой локации. Нужно слетать в какой-нибудь стаб, потом в биом — проверить, корректно ли работает симуляция в остальных аспектах. Как я понял, мир «Наследия» сейчас живёт своей жизнью и без присутствия игроков — мобы пасутся в биомах, следуя заложенным в них скриптам, Безликие молчаливо курсируют по улицам городов Странников, реки текут, ветер дует…

В качестве первого пункта назначения я выбрал хорошо знакомый стаб — Летающие острова. Заодно можно будет сбегать к «Бычьему глазу», посмотреть, осталось ли вообще что-нибудь от нашей базы после налета Архангелов.

Я не стал использовать Телепортацию, чтобы не оставлять её в долгом откате — просто снова вышел в главное меню и выбрал в качестве точки входа главный репликатор рядом с торговой площадью.

Процедура входа снова прошла привычно — я, как и десятки раз до этого, очутился внутри огромного металлического клыка репликатора и вылетел через один из бесчисленных шлюзов наружу на небольшой летающей платформе.

Шлюз был достаточно высоко, так что, пока платформа спускала меня к площади по плавной спиралевидной траектории, я успел окинуть взглядом безлюдный город.

А вот сейчас да, уже немного не по себе. Города Странников в любом стабе всегда похожи на какой-нибудь восточный базар в разгаре дня — постоянная толкотня, многоголосица, сотни игроков снуют туда-сюда по своим делам, над головами пролетают транспортные платформы и мрачноватые фигуры Безликих Стражей. Но сейчас улицы полностью вымерли, и угловатые здания высились, будто ряды надгробных плит.

Я спустился к Торговой площади, прошёлся между рядами пустых прилавков. Подошёл к свободной торговой панели — этакому банкомату с большим экраном, позволяющему пользоваться интерфейсом игрового аукциона. Да, тут тоже никаких неожиданностей — аук работает. Даже лоты, которые настроены на автоматический выкуп, доступны — можно купить что-нибудь…

Сигнал входящего вызова, раздавшийся в этой гнетущей тишине, прозвучал так неожиданно, что я вздрогнул.

— Ну что, как ты там? — поинтересовался Дайсон через голосовую связь.

— Да вроде всё в порядке… Сколько у меня ещё времени?

— Понятия не имею. Роберт обещал, что отключить тебя удалённо не смогут. Но когда засекут, прибегут сюда разбираться. Так что давай, шустрее там!

— Да я пока вообще не пойму, что искать. Выглядит всё вроде бы как обычно, и…

Я побродил ещё немного по тихой, как склеп, площади. Вернулся всё-таки к аукционном автомату. Вспомнил о «Грани Абсолюта» - легендарном артефакте для ветки Псионики, скрафтить который я мечтал всё последнее время. После набега на Небесный замок мне удалось добыть самый редкий ингредиент для него — кристаллический анобтаниум. Но и помимо этого оставалось ещё куча всякой мелочи для крафта промежуточных артефактов, и некоторые позиции я до сих пор не добыл, хотя они и не столь редкие. Морган даже составил для меня специальный список. Где он там у меня…

Найдя список в сохраненных заметках, я погрузился в интерфейс аукциона, торопливо вбивая в строку поиска одну позицию за другой. Посмотрю, может, получится выкупить все недостающие ингредиенты, на всякий случай. Лишние пять минут погоды не сделают…

Грохот выстрела прокатился над пустынной площадью, будто удар грома. Меня ударило в левое плечо сзади так, что я едва устоял на ногах. Перед глазами замерцала багровая пелена, в ушах гулко застучал пульс — признак того, что полоска здоровья просела почти до нуля. Не успев толком опомниться, я инстинктивно отпрыгнул на несколько метров Телепортацией, скрываясь за одной из колонн с торговым автоматом.

Бах! Тут же— второй выстрел. Пуля прошла мимо, с визгом отрикошетив от каменных плит, которыми вымощена площадь. Я спрятался за колонной, привычным жестом выхватывая из инвентаря лечащий стик и вкалывая в бедро. Шкала здоровья бодро поползла вправо. Уф, живём…

Но что вообще происходит-то?!

Судя по углу, стреляют откуда-то сверху, из тяжелой снайперской винтовки. И кто-то, кто неплохо умеет управляться с этой штукой. До ближайшего здания, на котором можно укрыться — метров сто пятьдесят. Прицелиться оттуда сквозь мой Муар Иллюзий и снять двести с лишним хитпойнтов одним попаданием — это не шутки. Тем более у меня и броня неплохая… Думаю, если бы попал в голову, или вообще выстрел кританул — то прихлопнул бы на месте.

Хотя нет, один шанс на ошибку у меня пока есть — пассивка «Спасение в Пустоте» вместо смерти отправит меня в Цитадель. Но прежде хотелось бы выяснить, кто вообще стреляет. В игре же не должно сейчас никого быть!

Высоко надо мной промелькнуло что-то большое и тёмное, и я разглядел Безликого стража, стремительно скользящего по воздуху в сторону здания, с которого велась стрельба. Вслед за ним с других сторон площади приближались ещё двое, похожие на жутковатых привидений в тёмных балахонах. Из-под мантий у них на ходу выдвигались гибкие металлические конечности с излучателями на концах — сразу штук по шесть. Редкое зрелище — обычно силуэты Безликих полностью скрыты их одеждой.

Самого снайпера так и не было видно, однако я заметил, как со стороны улицы, ведущей к западным воротам, в мою сторону мелкими перебежками приближается ещё добрый десяток противников. Было слишком далеко, чтобы над их головами начинали всплывать фреймы с подсказками, однако даже так было видно, что это не Безликие — фигуры были вполне человеческие.

Но хуже всего то, что один из Стражей летел прямиком на меня. Похоже, сагрился на применение умения Пустоты — в городах Странников они под строжайшим запретом. И ведь я же не атакующее умение применил, а просто телепортнулся на несколько метров!

Страж налетел коршуном, резко затормозив в воздухе метрах в трёх от меня и развернув целую батарею оружейных щупальцев. Я успел разглядеть его сужающуюся к низу металлическую маску с узором из горизонтальных светящихся прорезей вокруг глаз. В обычное время эта подсветка была голубой, но сейчас пылала ярко-алым.

Я прыгнул телепортом ему за спину за мгновение до выстрелов. Тут же развернулся, с изумлением увидев, что Страж лупит из всех стволов ослепительно-алыми лазерными лучами. В том месте, где я только что стоял, в каменной плите образовались оплавленные борозды.

Ни хрена себе! То есть вот так, сразу на поражение? Как будто я злостный нарушитель, угробивший на глазах у Стражей десяток игроков.

Впрочем, атаковать Безликого в ответ — так себе затея. Даже если каким-то чудом смогу его заковырять — нарвусь на жестокие санкции во всех городах Странников. А оно мне надо?

Пригибаясь, зигзагами, я пробежал по торговому ряду с пустыми прилавками, и как только откатилась телепортация — снова прыгнул. Недалеко, метров на десять, просто чтобы опять сбить с толку Стража.

Игроки тоже быстро приближались, и их становилось всё больше. Я насчитал уже десятка три. Новые группы врагов появлялись со всех сторон, но основная часть пёрла от главного репликатора.

А то, что это именно враги — сомнения не оставалось. Многие из них начинали стрелять в меня прямо на бегу, едва завидев. Меня уже несколько раз зацепило. К счастью, не сильно, но Живучесть — в целом не самая сильная сторона моего персонажа, так что каждое попадание заставляло нервничать.

Вокруг меня быстро развернулось настоящее побоище — от звуков выстрелов и громогласных завываний Стражей уши закладывало, со всех сторон напирали новые противники, и расстояние до них быстро сокращалось. Я один за другим вызывал Пустотных шершней, но пока не пулял ими, а просто копил небольшой рой, держа его над правым плечом.

Очень не хватало мимика — я уже привык, что от физического урона он меня защищает надёжно. Даже умение «Размытый силуэт» я прокачивал по остаточному принципу — только если попадались жирные орбы, и лимит за день не был израсходован. Вот теперь приходится расхлебывать…

Была и хорошая новость. Безликие и на агрессию со стороны незнакомцев начали реагировать так, как и положено по их скриптам. В небе над площадью летала уже целая стая Стражей, и большая часть, кажется, потеряла меня из виду. Но толпа игроков, продолжала переть на меня в какой-то странной, самоубийственной атаке.

На площади я от них не укроюсь — негде особо. Но я и не собирался. Если окружат — всегда могу выпрыгнуть Телепортацией. Да и «Спасение в Пустоте» есть, как последний козырь в рукаве. Так что даже смерть моему персонажу пока не грозит.

Самое главное сейчас понять — какого, собственно, хрена?! Кто все эти люди, и откуда они здесь взялись?