Наседка для дракона, или Случайная невеста

Пролог

Наследный принц Варлодии был недоволен. И даже приятное расслабление, которое он сейчас испытывал после бурного любовного сражения со своей фавориткой, не снижало степень его недовольства. Его хотят женить! И на ком, на одной из куриц матушки, которых она собирает в своем пансионате для благородных девиц. Наглый, но мягкий язычок Афелии прошелся по животу и стал опускаться все ниже, приводя его полную боевую готовность, но принц отодвинул от себя прекрасное тело фаворитки и встал с кровати.

— Асториан, — мурлыкающе пропела девушка, — ты напряжен, я не нравлюсь тебе? — Драконица была красива и знала об этом. Полукровка из обедневшего рода сиреневых драконов, она имела пронзительно фиолетовые глаза, сверкающие на свету, как драгоценные камни, темные изогнутые брови, тонкий носик и прекрасные, как лепестки розы губки, которые она сейчас скривила в обиде.

— Не в тебе дело Фели, — сказал принц и налив себе в бокал вина, выпил его единым глотком, поморщился. Накинул на голое тело тонкий шелковый халат и вышел на балкон. Ночь опустилась на столицу, и гул тысяч голосов, стал тише. Иногда принц слышал громкий хохот придворных, которые прятались в зеленой листве сада, и предавались веселью, мелодичные звуки лютни, которыми скучающий бард развлекает приятелей. Асториан вдохнул приятные цветочные запахи, посмотрел на прекрасный сад, который был освещен магическими растениями, выдохнул, нужно успокоиться.

— Может, твой отец передумает, — Афелия прижалась к телу любовника и прикрылась одной стороной его халата, не утруждая себя одеждой. Она не боялась, что их кто-то увидит. Уже давно весь двор знает, что она фаворитка Асториана и в принципе Афелия не собиралась это скрывать. Ей пришлось буквально идти по головам конкуренток, чтобы залезть в постель к самому красивому дракону Варлодии.

— Не передумает, — покачал головой Арториан и скривился, — Он желает наследника, которого воспитает лучше, чем меня.

— Ты самый лучший! — тут же прибегла к лести девушка, от чего принц усмехнулся, он прекрасно знал, что нужно этой красавице в его постели. Не его тело, и даже не его любовь, ей нужно золото, которое она сразу же отправляет домой в обедневшее поместье. Там кроме нее еще три девчонки на выданье. Семья решила пожертвовать честью старшей, чтобы пристроить младших. Так, многие обедневшие рода мечтают сделать, но не у всех получается, принц в Варлодии один.

— Мой отец так не думает, — Асториан оперся на перила балкона и смотрел на сад, не видя его красоты, потому что был погружен в свои мысли. Главную причину, почему срочно понадобился отбор для принца, знала только королевская семья. Поэтому Асториан, лишь подтверждал сплетни, которые летали по дворцу», — Он считает, что я прожигаю свою жизнь на забавы и глупые развлечения.

— Но твои ездовые виверны самые лучшие в мире. Даже с другого материка приплывают, чтобы купить твоих питомцев! — жарко стала защищать его Афелия, — Вот увидишь, он все поймет!

— Спасибо Фели, — дракон положил руку на ее ладонь, — Я уверен, что так и будет, но уже поздно тебе пора.

— Можно мне остаться?

— Нет, я хочу побыть один, завтра у меня неприятное знакомство с невестами и целый месяц беспросветной жизни, пока весь этот фарс не закончится.

— Хорошо, — Афелия смиренно кивнула и пошла одеваться. Дракон не повернулся, когда она, тихо отворив дверь, ушла. Он был благодарен ей за понимание и спокойный характер. Прошлая фаворитка огненная драконица попортила не мало его нервов, но была горяча в постели, он терпел ее, пока она не перешла грань и не напала во дворце на фрейлину матери.

Огненные всегда были немного сумасшедшие. Асториан поморщился и посмотрел на свою руку, на запястье проявился черный рисунок. Красивая ветвь, украшенная нераспустившимся бутоном. Бич всех королей Варлодии, пробудившаяся кровь дракона, которая толкала на поиск истинной пары.

Асториан скрежетнул зубами, это стало последней каплей для начала отбора невест. Отец желал заглушить зов крови и спасти сына, не спросив, нужно ли это Асториану. Принц любил своих родителей, но видел, как они несчастливы …

— Ты принц, будущий король, у нас нет права быть счастливыми, — сказал после очередной ссоры отец, Марад Первый, — Я дал тебе много свободы Арсториан, больше, чем было у меня, но теперь пришло время стать ответственней и принять на себя бремя власти.

— Отец ты еще молод и не одно десятилетие будешь королем, почему сейчас?

Король без слов подошел к сыну и задрав рукав сюртука, посмотрел на появившуюся метку:

— Вот поэтому! — рявкнул он, — если ты не найдешь истинную за этот год, она убьет тебя, эта мерзкая метка истинной, убьет тебя!

— Может, за этот год я ее встречу…

— Нет! — Марад Первый сел на кресло и положил руки на подлокотники, сжав их с такой силой, что они скрипнули, — Я пытался это сделать, твой дед тоже мечтал найти истинную, но… — дракон сглотнул комок в горле и посмотрел на сына уставшим взглядом, — ты сам знаешь слова проклятия Асториан и понимаешь, что выполнить их невозможно. Твой отбор мы проведем в этом месяце, твоя мать постарается найти тебе самую спокойную и покладистую девицу с хорошей родословной.

Асториан опять посмотрел на свою метку, усмехнулся и, чуть приглушив голос, сказал:

— Не обязательно самому сидеть на этом отборе, у меня своих дел хватает. Если выбор от меня не зависит, то и делать мне на нем нечего.

Глава 1

Я хрумкала яблоко и болтала ногами сидя на ветке невысокой яблоньки. Дед увидит и будет ворчать, что яблоки ем, не положено. А как не есть? Висят такие наливные с красными блестящими в утренних лучах солнца бочками. Слюни сами собой набегают, а руки тянуться. Недалеко послышались голоса, я насторожилась, обычно в эту часть сада редко кто заходит. Нет тут красивых цветов и роскошных розовых кустов, которыми славится королевский сад.

Как же не вовремя приспичило кому-то тут гулять. Быстро доела яблоко и положила огрызок в карман, нельзя оставлять следы преступления. Поправила шапку натягивая ее сильнее на острые уши и убрала поглубже торчащие кудри. Слезть, к сожалению, не успела, парочка добралась до лавочки, которая стояла под деревом, на котором я сидела и уселась на нее, о чем-то воркуя.

Угораздило, меня так попасть, дед мне лекцию опять читать будет, об осторожности. Мало кто знает, что внук главного дворцового садовника не внук, а внучка. Зачем деду нужно было скрывать принадлежность Маисы к женскому полу от высокопоставленных работодателей он не рассказывал, а если честно я и не расспрашивала, потому что радовалась, что не нужно ходить в куче юбок. Я прислушалась, о чем там болтают внизу и притихла, стараясь не сильно трясти дерево, чтобы с него не сыпались листья.

—Ах Марсель, ты можешь заставить краснеть от комплиментов даже куртизанку. Ах! Я подумаю над твоим предложением, если, конечно, ты не против закрепить сделку прямо тут, и она тряхнула плечами привлекая его взгляд к своему богатству, — девушка закатила глаза, когда молодой мужчина, красивый, черноволосый приложился губами к груди.

Платья тут знать носила такие, что грудь почти вся на обозрение выкладывалась, а тут и выкладывать было что. Фрейлина постанывала, когда руки мужчины залезли ей под юбку, и почти разлеглась на лавочке. Все бы ничего…, но она так напудрила свою грудь, что лицо мужика враз стало белым. Я прикрыла рот, чтобы не заржать, белый нос отчётливо был виден, зрение у меня хорошее. В общем, я прикрывала глаза и уши и рот, чтобы не видеть не слышать и не ржать.

Как спугнуть этих извращенцев, не знала, а еще самой бы не попасться. Мой взгляд зацепился за небольшое гнездо, в нем три мелких яйца, как я сразу не заметила, надеюсь, мамаша не бросит свое потомство, вздохнула. Посмотрела вниз на придворных, и в это время гадский огрызок решил вывалиться из кармана и упасть прямо на парочку, вернее, на фрейлину. Та вздрогнула, открывая глаза, а мужик поднял ко мне свое разукрашенное белилами лицо. Я, конечно, понимала, что мне нужно бежать, прятаться и так далее, но видеть белый нос на зверской морде было уже выше моих сил. Я рассмеялась. Ветки затрещали, осыпая парочку листьями и трухой, дама заорала на всю мощь своих не хилых легких, а рассерженный мужик вскочил как наскипидаренный на лавку и попытался трясти дерево:

— Ах ты щенок! Быстро слез оттуда!

Дама, побарахтавшись в пышных юбках быстро понеслась вон, я проследила за ней несчастным взглядом. Мне хотелось бы также улепетывать, перевела взгляд на настырного мужика. Чего бы и этому также не свалить в туман. Мужик ярился внизу и пытался меня запугать.

— Я прикажу спустить с тебя несколько шкур негодник! Быстро слезай!

— Вот еще! — я решила, что меня уже ничего не спасет, и опять рассмеялась, когда мужчина поднял ко мне свое лицо, — Я всяким шутам не подчиняюсь!

— Я шут?! Ты попал мерзавец! Я… Марсель Никабо обещаю собственноручно взгреть тебя кнутом!

— Бе-бе бе, — покривлялась я, –сначала достань меня беломордный.

Мужчина потрогал нос, рассмотрел на пальцах белую пудру, выругался и понесся прочь. Я тут же стала спускаться с дерева на дрожащих руках и ногах. Все Майка, тебе пришел кабздец, допрыгалась, говорил дед, чтобы не шастала по саду. Когда я уже была на полпути к свободе, мужик появился рядом. Оказывается, он не ушел, а пошёл за лестницей. Я взвизгнула и полезла назад, а этот кинул лестницу, быстро оказался рядом с деревом и ухватил меня за сапог. Я попыталась скинуть его цапучие лапы, но хватка у этого Марселя была железной.

Он тянул меня к себе, я цеплялась за все что могла. В конце концов, он что есть силы дернул меня и я, визжа, как сирена, упала прямо в его подставленные руки. Он меня поймал, впился взглядом в мои наглые очи. Секунду мы переглядывались, а потом он опустил руки, и я упала на землю, больно приложившись копчиком. Потирая задницу и шлифуя землю ногами, попыталась быстро слинять, но не тут-то было:

— Кто такой? — этот гад потряс моей тушкой, словно я нашкодивший котенок.

— Никто, — буркнула я и зашевелила ногами и руками, но в подвешенном состоянии убежать было невозможно, поэтому я просто застыла, думая, что же делать. Вот и пришла твоя расплата Майка, измывалась над теми, кто в саду ночами бродит, в приведение переодеваясь, теперь за все получишь. Ну привидением я не зря всех пугала, эти вредители грядки топтали, дед с другими садовниками весь день трудятся, а эти алкаши потом ночью топчут.

Мужик, который Марсель, держал меня за воротник куртки и тряс, не переставая:

— Я же все равно узнаю, кто ты такой!

— Вот и узнавай, — не сдавалась я, страшно мне не было, уж не знаю почему.

В какой-то момент произошло еще пару вещей словно уже того, что случилось было мало. Сверху чирикнули птички, зашуршало в ветвях и тут же стало падать гнездо, которое я заметила еще наверху. Я дернулась, чтобы его поймать, неловко упала шапка, высвобождая копну золотистых волос. Я успела поймать гнездо и больно упала на колени, так как Марсель вдруг отпустил воротник моей куртки:

— Девка, — рявкнул он.

— Сам ты девка, — возмутилась я, — я девушка, — и кряхтя, как старуха встала на ноги, проверила яйца, вроде целые. Вздохнула, взглянула на застывшего мужчину. У него были глаза синие как небо, в обрамлении черных, густых ресниц, что вызывают зависть. Мне вон достались пусть густые, но такие же золотистые, как волосы. Он рассматривал меня, странно словно не понимал чего-то, прислушивался, заметил мои острые длинные уши, взгляд стал жестким, а губы скривились:

— Полукровка, — протянул он, — чья?

— Не твоя так это точно, — мой язык — мой враг, не привыкли здешние мужики, чтобы с ними так разговаривали. Вот и этот скрежетнул зубами и уже собрался сказать какую-нибудь гадость, а я приготовилась дать деру. Сад я знаю как свои пять пальцев, ловкая, быстрая никакому дракону за мной не угнаться, а там пусть ищет ветра в поле, дед меня хорошо прячет. Но тут случилось странное…

Хрустнуло у меня что-то в руках. Мы с драконом посмотрели на гнездо и замерли. Прямо на наших глазах быстро и уверенно из яиц проклевывались птенцы. Острые клювики и мокрые дрожащие тельца появились буквально за пару десятков секунд, да они настоящие крепыши.

— Гнездо нужно на место поставить, — сказала я дракону. Здесь во дворце почти все драконы. Люди редко когда пробиваются в высшую знать, да и его зрачок, узкий как у кошки, намекал мне вполне понятно.

— Ставь на скамью и пошли, некогда мне с птицами возится, — на лице дракона брезгливое выражение.

— Они полезны! — возмутилась я его жестокости, — Помогают бороться с садовыми вредителями. Дракон странно молчал, рассматривая меня:

— Такое уже бывало?

— Что бывало? — не сразу поняла я.

— Чтобы в твоих руках яйца проклевывались?

— Не поняла, — я сделала шаг от дракона, — я просто спасла гнездо я тебе не наседка яйца высиживать, время их пришло.

— Время говоришь? — Дракон странно напрягся и посмотрел в сторону дворца, который выглядывал из зеленых крон деревьев острыми шпилями. Там что-то происходило, гудели трубы, слышались приветственные крики, на шпилях развевались флаги, что говорило о том, что королевская семья сейчас во дворце.

— Хорошо, — вдруг покладисто сказал дракон, — я помогу повесить назад гнездо, а ты идешь со мной.

— Куда? — не нравилось мне что-то его лицо, странное какое-то, да и то, что я его обзывала, и всячески показывала неуважение, никто не снимал с повестки дня, а вдруг он мстительный. Дракон ухмыльнулся:

— Скажи-ка мне девушка, — он нагнулся ко мне, чтобы наши глаза стали ближе, — хочешь увидеть вблизи королевскую чету?

— Нет! —тут же сказала я и тоскливо посмотрела на галдящих птенцов.

— Как нет, — я, видимо, мужика сломала, так как он не понимал, как это я не хочу видеть короля и королеву, мечта придворных и вообще всех в королевстве.

— Некогда мне, — постаралась я смягчить свой странный отказ. Марсель хмыкнул и, забрав гнездо, поставил его на скамью. Сам взял мои руки, связал своим шейным платком и привязал их к скамье:

— Для твоего же блага златовласая, чтобы не сбежала от своего счастья, — а сам подхватил гнездо и полез наверх. Установил он гнездо чуть ниже, чем оно было, но главное, что родители птенцов, голосящие на все тона, летали рядом и вроде детей бросать не собирались, хоть одна хорошая новость. Вот Майка к чему приводить воровство, говорил мне дед, не есть яблок в чужом саду. Я вздохнула.

— Не переживай язвительная, накажу тебя гуманно, — сказал дракон и, взяв верёвку за конец, потащил меня в сторону дворца. Местный божечка, куда я влипла?

Я попаданка. У меня на Земле была вполне налаженная жизнь. Окончила колледж, работала на фабрике по профессии, от бабушки осталась квартира, которую я любовно обустраивала. Иногда в моей жизни появлялись мужчины, но как-то не задалось у меня с ними… А потом авария, сверкающий туннель, полет, которым ты не можешь управлять и тело девушки, которая считалась сумасшедшей.

Первые дни я могла только рыдать и благодарна деду Мису, что он меня тогда успокаивал. Оказалось, он знал, что я пришлая душа, это сразу было видно, его внучка с рождения была не в себе. Дед прятал ее в своем домике с небольшим уютным двориком и сам ее растил.

Боялся, что, увидев уши девчонки, ее будут обижать. Да была тут такая проблема отголоски войны, которая прошла несколько сотен лет назад и перевернула весь мир. Воевали драконы и эльфы, но страдали почти все расы. Эльфов не стало как народа, лишь полукровки, которых обязали носить специальные браслеты, им перекрывали магию. Слишком сильно покалечили остроухие природу своими заклинаниями, влияющими на растения и все живое. Драконы после войны перестали обращаться в огромных ящеров, гномы потеряли свои глубинные пещеры, а люди… люди постепенно опять расплодились и стали самой многочисленной расой.

Но скоро мне сидеть во дворе деда стало скучно. Я читала книги, которые он приносил, познавая этот мир, но сидеть в четырех стенах было так уныло. На Земле я любила уединяться дома и никуда не ходить. Закупиться вкусняшками и смотреть сериалы, но, когда у тебя нет доступа к информации, и висит запрет на выход из дома, появляется зудящее чувство выйти на волю. Вырваться! Дед нашел мне работу, присматривать за детьми сиротами, которые разбирали цветы.

В просторном флигеле, стены которого, увиты плющом, на широких столах лежали горы цветов, которые нужно разобрать на составляющие, стебли, листья, лепестки. Каждый день из дворца в наш флигель в глубине сада приносят целые горы цветов. Дворец огромный, цветы там меняют ежедневно. Королева любит, когда вокруг красиво, но не лишена практичности. Цветы в королевском саду непростые магические, дорогие.

Алхимики, зельевары, артефакторы выкупают их по солидной цене, даже несвежие. Так что безотходное производство. Сиротский дом находится под патронажем одной из фрейлин, уж не помню, какое у нее имя, вот она и подрядила на эту копеечную работу сирот. Детям от пяти до десяти лет, им бы бегать веселится, но, чтобы жить в нормальном сиротском доме им нужно работать. Работают посменно, но все равно для меня первые дни в этом мире это было дикостью. Когда я увидела работающих детей первый раз, была зла, хотела справедливости, была полна решимости бороться за права детей, но потом дед Мис сводил меня в трущобы… больше я о справедливости не заикалась.

То, как живут люди в трущобах, дало мне понимание, что работающие сироты, это нормально, особенно если они просто разбирают цветы, а не ублажают в борделях извращенцев. А еще этот поход заставил и меня понять, как мне повезло оказаться в теле Маисы Зарард, внучки деда Миса, а не в какой-то бродяжке на улице «Цветущих роз», которая за глоток нектара «прекрасных сновидении» продает свое тело.

Страшно мне тогда стало, жутко. Я попаданка в Земли, взрослая тетка, которая жила простой спокойной жизнью тряслась, тогда как заяц, и цеплялась за деда. Мис был худощавым мужчиной с аккуратной седой бородой, натруженными руками с темными венами, жилистый еще сильный. Владел даром ладить с растениями, не сильный маг, но его ценили во дворце короля. Дед был главным садовником и имел свой вес в иерархии прислуги. Так, я прожила почти год. Узнавала понемногу этот мир, не вылезая далеко за пределы сада и небольшой улочки с лавками, где закупались всем необходимым служащие дворца. До сегодняшнего дня…

Петляли мы с драконом довольно долго, даже не думала, смотря вечерами на дворец со стороны, что вблизи он такой огромный. Потом мы шли странными ходами, в которых не было людей, а стены были из серого кирпича необработанные, тайный ход не иначе.

Вывалились в какой-то большой комнате, очень богатой. Здесь все сверкало от серебра и золота, я открыла рот и смотрела на это великолепие, пока в комнату не вошел еще один дракон. Марсель к тому времени рылся в столе и недовольно сопел, я стояла со связанными руками не зная, что мне делать. Когда вошёл второй черноволосый разодетый как павлин в голубые одежды с серебряной вышивкой, Марсель скривился.

— Ну что за фарс, зачем ты натянул этот костюм?

— Он лежит в твоем гардеробе уже пару лет, пора показать его миру, —тут вошедший увидел меня и замер с интересом разглядывая, — не знал, что ты теперь подбираешь девок с улицы, чем тебе не угодила фаворитка.

— Мар… Асториан не лезь не в свое дело, хотя, — тот, кто притащил меня сюда, замер задумался и вдруг улыбнулся, — Асториан хочу представить тебе еще одну невесту, — Марсель посмотрел на меня и спросил, — как зовут?

— Маиса, — прошептала я, не понимая, в какой дурдом попала.

— Вот, моя кузина Маиса Никабо, как, звучит?

— Нет такой кузины, — вырвалось у Асториана, который нахмурился, — и зачем это тебе?

— У вас такая толпа баб, там сам демон из бездны не разберет кто где какая, и я кое-что хочу проверить, — Марсель посмотрел на меня подозрительно довольным взглядом, — есть у меня такое предположение, что эта полукровка… хотя нет, скажу тебе, когда точно буду уверен. — Кивнул Марсель. — Да не переживай ты так, с матушкой все вопросы возьму на себя, теперь нужно найти ей одежду на сегодняшнее представление, а потом нашить нового тряпья все, что там положено для претендентки.

— Ты уверен? — Асториан была серьезен, — Она даже не аристократка и…

— Я уверен, — твёрдо сказал Марсель, — не думаешь же ты, что она выиграет отбор матушки?! — драконы переглянулись с умными лицами.

— Я не совсем понимаю, что вы тут за меня решаете, — я уняла дыхание и постаралась, чтобы мое сильно стучащее где-то в горле сердце не было слышно оппонентам. — В ваши игры я играть не собираюсь!

Драконы переглянулись, и уже во взгляде Асториана появился интерес.

— А что, она разбавит скучное болото, в которое превратится этот отбор, — сказал он, немного плотоядно рассматривая меня.

— Какой еще отбор?! — возмутилась я, потом до меня дошло, какой отбор и до меня вдруг дошло, что Асториан это не просто Асториан, а целый принц. Хоть я жила как отшельница, но у самого дворца и новости нам приносили служанки и горничные, которые приходили к деду за настойками. Дышать мне стало совсем тяжело, а еще руки связаны, мысли разбегаются как тараканы и беспокоит извечный вопрос, что делать?

— Не бойся златовласая, вылетишь с первого конкурса, зато сможешь пожить в роскоши до конца отбора, когда еще такой шанс представится, — насмешливо сказал Марсель. А мне стало совсем дурно, за то, что представляешься аристократом, тут казнят на минуточку, а этот… дракон втягивает меня в такое!

— Я не согласна! — тихо сказала я.

— Тогда тебе отрежут руки за воровство и привяжут к позорному столбу голышом как воровку! — сказал Марсель, Асториан только переводил взгляд с одного, то на другого и брови его поднимались все выше.

— Нет такого закона! — пискнула я и посмотрела в сторону окна, пусть и второй этаж, дай бог ноги не сломаю, а там сад меня спасет от погони. Я была уверена, что в саду эти драконы мне не помеха.

— А я его специально найду в древнем своде законов, а еще оскорбление аристократа плебейкой, заключение и отработка пару десятков лет на каторге.

— Ты этого не сделаешь, — прошептала я сухими губами.

— А что меня остановит полукровка, — усмехнувшись сказал Марсель, — это я еще не сказал, что ты без браслета ходишь и он посмотрел на мои связанные руки.

Никогда не думала, что я могу свалиться в банальный обморок, бесит показывать слабость, но оказывается, что в жизни все бывает в первый раз. В глазах у меня потемнело, и я просто отключилась, погружаясь в спокойствие темноты.

Глава 2

Очнулась я в чужой спальне. Надо сказать роскошной спальне. Обитые белыми панелями и парчовыми тканями стены, огромная кровать в которой, собственно, я и лежу, а рядом знакомая служанка, которая таращится на меня огромными глазами. Девушка частенько приходит к деду за разными снадобьями, помогала по хозяйству, так что меня она хорошо знала.

— Нами, — спросила я хриплым голосом и села, — что случилось?

— Фух это точно ты, — выдохнула и расслабилась девушка, — а то я уже думала, что схожу с ума.

— Где я? — попыталась высвободиться от покрывала еще больше запутавшись.

Нами фыркнула, потом покосилась на дверь:

— Тебя сюда Марсель Никабо принес друг принца Асториана, сказал приглядывать за сестрой. Только какая ты ему сестра? Куда ты влезла Маиса? Дед там себе места не находит, с обеда как пропала, так и ни слуху ни духу. — Девушка замерла и выпрямилась, опять приняв смиренный вид.

— Ты деду передай, что со мной все хорошо, — прошептала я, к двери приближались шаги.

Нами кивнула и замерла, а дверь открылась. Вот кого я видеть не хотела так этого ирода, что меня сюда притащил. Морду он от белил отмыл и сверкает почище алмаза от радости. Я замерла, хотя хотелось или зарыться поглубже, или выпрыгнуть в окно. Дед рассказывал, что драконы не пощадили даже младенцев эльфов, когда завоевали их леса, всех уничтожили. До сих пор полукровки как существа второго сорта, даже если рождаются в высокородной семье.

Бесили меня эти высокомерные гады, которые целую расу уничтожили, а таким, как я приходится на руках носить браслет, блокирующий магию. Это мне повезло, что дед внучку всегда скрывал и не давал сделать из нее калеку. Ведь любой маг без магии, калека, а магические расы без магии жить не могут. Вот и живут полукровки как люди сто двадцать лет, хотя могли быть почти бессмертными. В общем, заразил меня дед расовым недоверием к этим ящерам.

— Ну как тут моя сестренка? Готова идти вперед к мечте?

— К чьей мечте? — спросила я. И наконец-то выбравшись из плена покрывала сползла с другой стороны кровати, поглядывая в окно. Дракон мой взгляд проследил и ощерился улыбкой:

— Не советую четвертый этаж, птичка. Или ты уже крылышки отрастила? — дракон довольно улыбнулся, потом враз посерьёзнел и посмотрел на Нами, превратившуюся в статую, — Ты, иди в любую гостевую комнату и принеси платье, которое налезет на нее, шевелись, — служанка присела в поклоне и шмыгнула за дверь, а я сделала шаг к окну.

— Я в ваши игры играть не буду, — сказала я, — выдавать себя за аристократку — это прямая дорога на плаху.

— А у тебя есть выход? — синие глаза сверкнули холодом, — Пара недель побудешь аристократкой, а потом я тебя отпущу.

— Зачем?

— Скажу так, мне нужно кое-что проверить, а чтобы проверить нужно, чтобы ты была принята системой безопасности дворца за свою. Невестам как раз дают такой доступ. Так что, — Марсель развёл руки в разные стороны, — у тебя нет выхода птичка, или каторга и жизнь без конечности, или отбор принца Асториана. Да чего ты так волнуешься, платья у тебя останутся, сверху я еще золота тебе дам, а если ты…— Марсель хмыкнул, — в общем, ты будешь со всех сторон с прибылью. Так что птичка ты упала в правильные руки.

— Чтобы они у тебя отсохли, — пробурчала я про себя, и тут открылась дверь, прерывая наш информативный разговор. Вошла Нами, в одной руке держит платье, в другой туфли в цвет и еще что-то белое. Марсель осмотрел платье, скривился:

— Ладно пока сойдет, переодевайся, нас уже ждут.

— Кто ждет?

— Самая лучшая швея Варлодии, не думаешь же ты, что я свою «сестру» в рванье на отбор привезу. Правда сегодня тебе придется в покупном платье на преставлении побыть, но в течении недели весь гардероб тебе алири Райса сошьет. Мне показалось, что Нами подавилась слюнями, я на нее зыркнула и опять посмотрела на дракона:

— Если ты думаешь, что я перед тобой переодеваться буду, даже не надейся, извращенец.

Дракон скривился:

— Да кому ты нужна худосочная, ни кожи, ни рожи, ни задницы, — он фыркнул и повелительно сказал Нами, — помоги ей одеться и держи язык за зубами, сама знаешь, что за болтовню тебе будет.

Нами отчаянно закивала, чуть чепец с головы не упал. Мы проводили наглого дракона взглядами и дождались, когда за ним закроется дверь.

— Маиса, ты с ума сошла так с драконом разговаривать? — напустилась на меня Нами, — Это ж кому расскажи, что наша егоза будет вещи от самой арини Райсы носить, не поверят.

— И правильно сделают, — фыркнула я служанке, — ты рот свой не раскрывай лишний раз, хочешь тоже на каторгу без рук, это они тебе быстро организуют.

— Фу на тебя Маиса, давай лучше одеваться не любят господа драконы ждать. А деду я скажу, как есть, что тебя на отбор драконий взяли.

— Я сбегу, — сказала я.

— С ума сошла? — Нами споро помогала снимать с меня мои вещи и переодевала в девочковую муть, от которой у меня голова закружилась, это зачем же столько юбок да оборок. — Тебе такой шанс выпадает стать богаче, это же Никабо, маркиз, сын герцога Никабо, он дальний родственник королевы нашей Рамалии Доброй.

— Шанс есть, — кивнула я, — шанс стать безрукой каторжанкой.

Стук в дверь отвлек нас от препирательств:

— Ты долго там, сколько можно надевать одно платье?

— Еще минуточку, — сказала я, а Нами ускорилась. Быстро затянула корсет, так что я дыхнуть не могла, расплела мне косу и быстро взбила в прическу, немилосердно втыкая в голову шпильки, отчего я шипела как кошка.

— Терпи, Маиса, это же шанс, еще вспомнишь Нами и ее советы, когда будешь расхаживать хозяйкой в собственном доме и прислугой командовать.

— От дома я бы не отказалась, а вот прислугу не надо.

— Иди уже и будь поласковей с маркизом, чай не сахарная не растаешь, а золото любому утешению замена.

Я покачала головой, подхватила свою сумку, с которой я расставаться не собиралась и потопала на выход.

За ручку взяться я не успела, дракон, не выдержав, открыл ее сам и посмотрел на меня недовольной мордой. Как-то так получилось, что взгляд его сначала прошелся по подолу, откуда выглядывали носки тонких туфелек. Потом стал подниматься вверх и достиг лица, слишком надолго зависнув на груди. Говорила же, что платья у них тут, как витрина для сисек, лежат на подложке чуть соски прикрытые, я фыркнула и закрылась сумкой. А еще говорил, что смотреть не на что. Я хоть и была миниатюрной все при мне и талия тонкая и бедра округлые, и грудь высокая налитая, только все это под мальчиковой просторной одежкой прекрасно скрывалось.

— А ты ничего, — запнувшись сказал Марсель, — а сумку выкинь.

— Вот еще, — я прижала свою сумку к себе покрепче. Там все мои инструменты и вообще много чего интересного.

Дракон проследил взглядом за сумкой и сверкнул недовольным взглядом:

— У тебя новые сумки будут, так что эту можешь выкинуть.

Я хотела с ним поспорить, но если посмотреть здраво, то он, конечно, прав. Моя маскировка под аристократку полетит к чертям с такой сумкой. Я скрипнула зубами и, повернувшись к застывшей Нами, передала сумку ей.

— Проследи за ней, — и сделала большие глаза, чтобы Нами поняла, куда ее нужно отнести. В сумке были специальный секатор для магических цветов, и такие же дорогие лопаточка и грабельки. Некоторые цветы весьма привередливы и могут простой инструмент попросту уничтожить. Я не хотела, чтобы Никабо знал кто я. Он, конечно, узнает, для слуг не секрет, что я внучка садовника, вернее, многие считают меня внуком, лишь приближенные, такие как Нами, знают кто я на самом деле. Нами помогала деду за мной присматривать, вернее, за настоящей Маисой, поэтому и знала больше.

Что я могу сказать, по дворцу можно плутать очень долго, если не знать, как тут все устроено. Нам кланялись слуги, на нас глазели проходящие мимо аристократы, особенно на меня.

— Не крути головой как деревенщина, — цыкнул на нас Никабо, — веди себя естественно.

Я фыркнула, естественно. Да тут так красиво, что я не могла не оглядываться. В глазах рябило от обилия золота, серебра блеска драгоценностей и прекрасного. В какой-то момент Никабо выругался про себя и застыл, чуть склонив голову, а меня толкнул незаметно:

— Склонись, — шикнул на меня, — Это королева-мать, держи рот на замке.

Я хмыкнула, но сделала, как велел дракон, исподтишка поглядывая на табун разномастных красавиц, которые галдящей толпой двигались за строго одетой матроной. Мать наследника была красива, молода, но возраст выдавали глаза, уставшие и какие-то мутные, словно вся радость жизни из них ушла.

— Марсель, мальчик мой, — королева остановилась возле нас, от нее пахло свежестью утра и жасмином, — Ты перестал навещать свою тетушку.

— Тетушка, — Марсель склонился еще ниже, — весь в заботах рода. Вот приобщаю кузину к столичной жизни.

— Дитя, — королева подошла ко мне очень близко, я увидела расшитые серебряными узорами мягкие туфли и подол голубого платья. Она приподняла прохладными пальцами мою голову и посмотрела в лицо. Мне пришлось тоже смотреть на нее. — Из чьих она, давно у нас «зеленая ветвь» не проявлялась.

— Из дальних, — сделал удрученный вид Никабо, — очень просили пристроить во дворце. Как не помочь родне, они в своей глуши даже нормально разговаривать не могут, дикари.

Я недовольно покосилась на Никабо, странный хочет пристроить на отбор, а сам меня дикаркой выставляет.

— Хм, — нахмурилась королева и убрала свои пальцы с моей кожи, но склонять голову я не стала, интересно же. Осматриваю всех по-быстрому. Девок много, все разные, как и взгляды, которыми меня одаривают, кто смотрит равнодушно, кто с любопытством, а кто злобно, словно я самое дорогое от сердца оторвала, нужно эту чернявую запомнить.

— Знаешь Марсель, помощь родственной линии весьма похвальна, так что я помогу тебе в этом, путь девочка идет на отбор к моему Асториану. Выиграть она не сможет, зато ее заметят другие молодые драконы из хороших семей. Только, — королева поморщилась, — закажи ей нормальный гардероб, обратись к нашему казначею, я дам распоряжение. Ты правильно поступаешь, нет никого ближе, чем кровная родня, в тяжелые времена они помогут тебе. Жаль, что Асториан не так активен, в этом вопросе, как ты мой мальчик.

Я с удивлением прислушивалась к словам королевы и понимала, что Марсель просто офигительный манипулятор, он ведь все это предвидел. Знал, на что надавить, что сказать королеве. Гад такой, самый настоящий дракон!

— Тётушка, вы как всегда великодушны, я как раз собирался вести Маису к арини Райсе. Моя родственница не должна быть хуже других. Насчет отбора я сомневаюсь тетушка, — покачал головой Марсель, — стоит ли?

И королева сразу попалась на его подначку:

— Конечно, стоит, Марсель, на отбор приедут самые именитые рода Варлодии. Пусть девочке придется постараться, пройти хотя бы первый отбор, но это того стоит. Сегодня будет представление кандидаток, а потом первый бал, ты обязательно должен привести, — Королева запнулась, потом вспомнила мое имя, — Маису на отбор, я дам указания распорядительнице Азарии, что будет еще одна кандидатка.

— Спасибо тетушка, вы снимаете с моих плеч огромный груз и ответственность за судьбу родственницы.

— Только прошу тебя Марсель, поддержи Асториана, ему не нравится наша с отцом затея, но жениться ему нужно обязательно.

— Конечно, — Марсель в очередной раз склонил голову. Королева величественно подала ему руку для поцелуя, а потом подозвала своих фрейлин, которые старались подслушать, о чем же там говорит королева со своим родственником.

Щебечущая стайка пролетела мимо нас, обдавая облаком разнообразных запахов, а Марсель схватив меня за руку, потянул к небольшой нише в коридоре. Потом он огляделся как шпион и нажал на какую-то фигню на стоящей рядом статуе, тут же открылась потайная дверь, в которую дракон меня затянул.

— Не хватало еще на отца натолкнуться, — услышала я его бурчание, но не поняла смысла.

Узкими знакомыми туннелями с грубыми стенами мы шли наверно минут десять, пока не вывалились в какой-то хорошо освещенный коридор, в конце которого виднелся дневной свет. На волю. Очень хотелось скинуть руку дракона и унестись подальше, но держал он меня крепко.

— Видишь, ничего страшного, — хмыкнул Никабо, мельком взглянув на меня, — даже в отбор спокойно пристроили, без всяких уговоров.

— Это странно, — сказала я, сбивая дыхание и еле поспевая за мужчиной. — Получается, любой придет с улицы попросится в отбор его возьмут

— Не любой, — Марсель даже приостановился, но потом возобновил свой ход, ненадолго замолчав, — благодари свои уши и то, что королева имеет слабость к «зеленой ветви» Никабо.

— Зеленая ветвь? — удивилась я.

— Когда-то драконы скрывали свое родство с эльфами, теперь же стараются выставить напоказ свою терпимость. В наше время немодно ненавидеть эльфов, так что тебе повезло дважды. Уши и королева.

Я фыркнула:

— Мне не повезло однажды, — сказала я, — когда ты решил под моим деревом лобзать фрейлину королевы.

Марсель резко остановился, и я налетела на него, ударяя лбом о его грудь, подняла глаза на рассерженного дракона.

— Держи свой рот закрытым полукровка, не нужно кому-то знать о моих развлечениях и разговорах, — с каждым словом он склонялся ко мне все ниже, пронзая холодом синих глаз. Мне не было страшно, я сама была зла на этого напыщенного индюка и не хуже него зашипела, привставая на цыпочки чтобы, сравняться с ним взглядами:

— А тебе следовало бы отпустить меня, чтобы не тратить время, все нервы целее будут. Обещаю, что легко не дамся, ты будешь жалеть о том, что шантажируешь меня каждую минуту, дракон!

— Ты! — Марсель с шумом выдохнул.

— А что вы тут делаете? — послышался знакомый голос.

Глава 3

Перед нами застыл принц собственной персоной и внимательно меня рассматривал. Надо сказать, что с Марселем они были похожи. Оба черноволосые с резкими чертами лица, высокие, широкоплечие, глядя на них сразу, можно сказать, что они родня. Только у принца были карие глаза, можно сказать, медовые в черную крапинку, а у Марселя, удивительные, словно драгоценные сапфиры, синие, бездонные.

— Только не говори, что это дивное видение, та самая полукровка с улицы, — сказал Асториан Марселю, а тот зашипел на принца и, схватив меня за руку, притянул за спину собственническим жестом.

— Ты что тут делаешь? — без всяких поклонов спросил Марсель.

— Но-но, я все-таки принц, — Арсториан высокомерно задрал подбородок и сверкнул взглядом в мою сторону, — склонись поданный.

— Не зли меня, — недовольно сказал Марсель, а я мне вдруг стало казаться, что я на каком-то преставлении из двух актёров, — Что тебе нужно, мы спешим.

Да и общение у них странное, принц по идее выше по статусу, но почему-то именно Марсель сейчас выглядит наглее.

— Я увидел тебя и решил спросить, что за девушка с тобой, — Асториан все не успокаивался, чем злил Марселя еще больше, его пальцы все сильнее сжимались на моей руке и делали мне больно. Я зашипела и вырвала из захвата свою руку.

— А можно поосторожней.

Асториан довольно раз улыбался:

— Девушка не хочет идти с тобой Марсель, — протянул он, — может, я смогу помочь?

— Если ты сейчас же не уйдешь с пути, я за себя не отвечаю, — холодно сказал Марсель и надо сказать, принц сразу собрался и отошел с дороги, закатывая глаза к потолку.

— Какой-ты нервный, сходи к фаворитке, может отпустит.

Марсель пошел к выходу, рыкнув мне:

— Пошли!

Я не знала, стоит ли мне присесть в поклоне перед принцем или можно так уйти, так что кивнула Его Высочеству и понеслась вслед за раздраженным драконом.

— Буду ждать тебя на отборе красавица, — сказал мне вслед принц чем взбесил Марселя еще больше. Тот подхватил меня под руку и пошел быстрым шагом. Мы спустились с крыльца и неслись по выложенной серыми камнями дорожке, словно на пожар. Я не успевала касаться ногами дороги, а мимо проплывали беседки, кусты с цветущими розами и гуляющие аристократы, смотрящие с любопытством нам вслед.

— За нами не гоняться, — сказал я, — чего мы так бежим, — сердце колотилось где-то в ушах. Марсель не ответил, но скорость сбавил. — Куда мы идем?

— Скоро увидишь, — сказал он мне коротко.

— Может, все же передумаешь? — я даже голос смягчила, — Ну какая из меня претендентка, я даже первый отбор не пройду, опозорю твой род.

— Поверь тебе лучше не вставлять мне палки в колеса полукровка, — спокойно сказал Марсель, — я должен кое-что проверить, если ты справишься, то тебя ждет прекрасная жизнь, если нет, верну тебя туда, откуда взял.

— На дерево? — хмыкнула я.

— На дерево, — ответил мне тоже хмыканьем Марсель и искоса взглянул на меня. Черты его лица разгладились. Таким он казался даже милым, если бы не предвкушение, которое мелькнуло в его глазах. Я напряглась и уже внимательно стала оглядываться, куда мы пришли.

Это была конюшня, а этой части двора я никогда не бывала, слишком тут многолюдно. Прибывающие кареты, из которых выходят разодетые аристократы и спешат во дворец, конюхи, которые выводят седокам лошадей, кучки молодых аристократов что-то обсуждающие. Черный вход, как говорила Нами, с парадного позволено заходить лишь монаршим особам и таким же монаршим гостям. Перед парадным входом целая площадь для помпезных встреч при всем параде. Огромное крыльцо с колоннами, высокие двухстворчатые двери в золотой ковке, ровная поверхность подъездных дорожек, созданная магами.

Здесь все намного проще и кажется, что вокруг настоящий хаос, но это только кажется. Здесь за чистотой следят бытовые маги, за порядком дворцовая стража. Недалеко от конюшен вход в совет королевства, где заседают все государственные шишки. Насколько я знаю только высшие чины, остальные мелкие сошки разбросаны по городским центрам.

Правит королевством король и королева, но исполняющая власть тут совет, который следит за порядком и исполнением приказов королевской четы. Вообще, Уразаир мир, в который я попала, состоял из нескольких материков, и в основном это были королевства драконов и людей. У гномов всего два королевства, которые постепенно разбавлялись людьми.

Драконы после глобальной войны с эльфами много воевали потом уже между собой, деля земли, но сейчас уже пять столетий вполне спокойно жили в тех границах, что каждый себе отвоевал. Варлодии повезло, климат мягкий, есть горы в которых много полезных ископаемых, есть выход к морю, есть прекрасные плодородные земли. Говорят, что раньше тут были леса эльфов, их главная столица Мельонир, на корнях которых построен и дворец, и сам город.

Мне повезло, что я попала сюда в это время, когда эльфов пусть и считают вторым сортом, но не держат как бесправных рабов. Страшное то было время, когда за длинные уши и лесную магию тебя запросто могли вздернуть на первом попавшемся дереве. Сейчас самое страшное это блокиратор магии, который одевают на младенцев, как только становится ясно, что в нем проснулась кровь эльфов. Первородные были магической расой и даже спустя много столетий их кровь все еще жива в потомках.

Мы подошли к отдельно стоящему зданию, из которого доносились страшные рычания, и я догадалась, куда мы шли. В вольер к вивернам. Эти ездовые питомцы были дорогими, их не всякий аристократ мог себе позволить. Огромных летающих ящеров я видела издалека, сад от них защищен специальными заклинаниями. Я была любопытной, но совершенно не была настроена с ними встречаться воочию, а потом до меня дошло. Ведь Асториан считался самым крупным заводчиком этих тварей, он даже гонки устраивал на этих ящерах, а значит, и Марсель имеет свою виверну. И если мы идем в вольер…

— Я не полечу! — вскрикнула я и затрепыхалась, как пойманная птичка, стараясь вырвать из лап дракона свою руку.

Но Марсель держал меня крепко и уверенно шагал в сторону загонов с вивернами.

— Я не готова летать, — я уняла бьющееся сердце и воззвала к его рассудку, — в платье это будет неудобно. Лучше всего переодеться.

— Не беспокойся платье не помеха полету, — Марсель не сдавался, — тебе ведь нравится высота, птичка, вспомни, как прекрасно ты смотрелась на ветвях дерева.

— Я тебе этого никогда не прощу, — прошипела я, понимая, что мое спокойствие его не обманывает и дракон видит, как мне страшно. А кому не страшно? Я на самолете всего раз летала и то, когда маленькая была, а тут виверна, ни защиты от ветра, ни парашюта. Да я же поседею.

— Мне не нужно твое прощение, — хмыкнул Марсель, — не забыла, ты назвала меня шутом, а я такое не прощаю.

— Наглый, злобный ящер, без мозгов, ты не шут, ты тиран и деспот, — я уже не стеснялась в выражениях, помирать так с музыкой.

— Как быстро с тебя сошла маска благонравной девицы, — Марсель довольно сверкнул на меня синевой глаз и кивнул слугам, чтобы открыли ворота. Мне показалось, что ему нравится, как я злюсь, вон как настроение улучшилось.

— Господин, — один из слуг склонился в поклоне, — кого вы будете брать сегодня?

Марсель специально сделал вид, что задумался, а я помолилась про себя, чтобы он передумал.

— Подготовьте Варда, — сказал он с усмешкой.

Слуга вздрогнул, что мне не понравилось еще больше, но кивнул и пошел внутрь высокого здания, из которого неслось громкое рычание.

Надо сказать, что вокруг загонов с вивернами были магические щиты, которые переливались маревом и закрывали остальную локацию от несчастных случаев. Это я тоже от слуг слышала. Пару раз виверны вырвались и немного повеселились, разрушая здания и раня драгоценные породы лошадей, что сделаешь хищники.

Справится с ними могли только драконы и маги. Драконы, потому что сами когда-то были летающими ящерами и могут влиять на виверн личной аурой, а маги, потому что магия — это сила, а виверны понимают только силу. Драконы тоже маги, но, как ни странно, люди и полукровки могут с ними соперничать во владение стихиями. Дед говорил, что драконы потеряли возможность менять ипостась, когда воевали с эльфами. Королева лишила их связи со зверем и еще больше разозлила ящеров. Вообще, война с эльфами началась из-за любви. Да, как всегда, во всем виноваты женщины.

Гномы жили в своих пещерах, драконы владели небом, эльфы растили свои леса. Люди были слугами, младшей расой, которую считали чуть ли не за разумных животных. Магические расы были не слишком многочисленными. Зато люди плодились как тараканы и скоро заполонили почти все свободные места, зарясь на земли магических рас.

А потом королева эльфов влюбилась в наследника черных драконов, они всегда были сильнее других драконов. А черный принц не ответил на ее чувства, ведь у него была истинная пара. У драконов считалось, что истинная пара — это верх счастья, истинность дарила не только сильное потомство, но и усиление магии, которой владели человеческие ипостаси. Кому не хочется быть сильнее в мире, где все решает личная сила.

Королева разозлилась на отказ дракона, создала проклятие, извратив светлую природу эльфов. Она разорвала связь человека со зверем, и отныне драконы не могли летать. И не могли увидеть свою истинную пару, ведь ее видел дракон.

Существует легенда, что, когда черный дракон женится на эльфийской королеве, драконам вернется связь со зверем, и опять небеса Уразаира обретут своих повелителей. Но это несбывшаяся легенда, ведь королеву эльфов убили еще много столетий назад. Сейчас драконам остается лишь одно, летать на вивернах, которых они специально вывели, тоскуя по полетам.

Но не верила я во всю эту легендарную чушь, я много читала, было время, что служанки украдкой носили за зелья молодости деду книги из библиотеки дворца. Так что узнавала все из старинных книг. Много непонятного с этой войной, много нестыковок и вопросов. Но тех, кто в ней участвовал, уже нет, хоть и живут драконы больше двухсот лет, война закончилась больше пятьсот лет назад.

Я напряглась, когда почувствовала, как ощутимо трясется земля под шагами виверны. Смотреть издалека на летающих ящеров можно как на красивую картинку, но увидеть хищника перед собой, это надо иметь мужество. Я даже не заметила, как вцепилась в руку дракона, так стало страшно.

Сначала из прохода вышел смотрящий, в его руках толстая цепь, сверкающая заклинаниями подчинения, простые люди без магии с виверной не справятся. А потом из проема показалась изящная черная хищная морда с острыми наростами на голове и ярко-синими глазами с узким зрачком посмотрели на меня. Наверно я пискнула, потому что гребень на шее чудовища встопорщился, а потом виверна невзирая на старающегося удержать его смотрящего, понеслась в нашу сторону. Я же, не скрываясь, вскрикнула и попыталась прикрыться драконом, нырнув ему за спину. Этот гад стоял и ржал:

— Ты, оказывается, не такая храбрая как хочешь показаться, — говорил он мне, — Вард старый виверн и он не будет тебя есть, он предпочитает мясо помягче, а ты сплошные кости.

Я зажмурилась и пыхтела за его спиной, молча снося оскорбления. Пусть я костлявая главное, чтобы эта страшное чудище ко мне не подходило. В какой-то момент я открыла глаза и замерла.

И утонула в яркой синеве, бесконечности, внутри которой зарождалась в вихре целая вселенная и кружили смерчами мелкие черные точки планет. Это завораживало, смотреть в синие глаза вивирна. Узкие ноздри медленно вдохнули, проверяя мой запах, всхрапнули, а потом Марсель его оттолкнул, разрывая наше соединение взглядами.

— Вот видишь, — дракон стал почесывать жмурящееся животное под челюстью, отчего виверн жмурился и громко урчал, — Он совсем нестрашный птичка. Дай руку. — Дракон ухватил мою конечность и положил на шею виверну. На ощупь твёрдая шероховатая и на удивление теплая.

Животное не противилось моему прикосновению, наоборот, довольно рыкнуло и подставило под вторую руку широкий лоб, на котором торчали мелкие колючки. Я осторожно провела пальцам между глаз, до самого носа, зачарованная той мощью, что веяла от Варда. Сердце мое так стучало, что казалось выскочит из груди, ноги тряслись от ужаса и восторга. Эти два таких противоположных чувства разрывали меня, хотелось и кричать, и смеяться. Никогда не думала, что это так волнительно. Если такой восторг вызывает зверь, то чтобы было от настоящего дракона. Виверна в длину имела метров шесть, в высоту, если вытянет длинную шею пару метров, а драконы говорят, были размером с хороший двухэтажный дом.

— Давай в седло, — вырвал меня от единения со зверем Марсель, — у нас не так много времени птичка, не забывай вечером представление и бал.

Только тут я заметила, что цепь с виверна уже сняли, а на его спине красовалось кожаное с красивой серебряной отделкой седло. Оно было довольно большим, так что Марсель легко закинул меня впереди себя вздымая множества юбок веером и шепнул на ухо, вызывая бурю мурашек.

— Не бойся птичка, я научу тебя летать по-настоящему.

А дальше я кричала. Сначала от ужаса, когда Вард стартанул ввысь и я прижалась спиной к Марселю, а потом от восторга, потому что это было восхитительно. Я даже простила дракона, этот полет стоил того, чтобы простить этого заносчивого деспота. Выиграю я ему первый отбор, мелькнула положительная мысль, я все же виновата, что по-детски дразнилась и испортила ему свидание.

Внизу расстилался город, прекрасный, он словно сытый хищник расположился на обеденный сон, петляя телом среди долин и небольших холмов поражая красотой парков и необычной архитектурой.

После того как дед сводил меня в трущобы, я в город не выходила и понятно, что не знала его. Вся моя жизнь проходила в домике садовника, небольшой оранжерее, где я присматривала за детьми и в небольшой улочке, где стояли дома дворцовых слуг. Я, конечно, не раз просила деда погулять по городу, но Мис был в этом смысле деспот и не выпускал меня из-под своего надзора. Я понимала, что в городе опасно одинокой девушке, но даже со слугами, которые про меня знали, дед меня не отпускал. Сейчас я думаю, что это странно, не собирается же он всю жизнь держать меня дома…

Я уютно устроилась на груди дракона, не волнуясь о его удобстве. От мужчины пыхало жаром, так что я не замерзла, да и ветер, как ни странно, не сносил меня с виверны. Иногда Вард оборачивался, изгибая длинную шею, и посматривал на меня синим глазом, и я знала, что ему нравится меня нести. Чувствовать эмоции другого существа было странно. Я и раньше замечала, что как эмпат могу считывать с людей их мысли, но с большими животными такого не было. Может это потому, что виверны более разумны, чем садовые вредители…

Вард приземлился мягко, пружиня лапы он пробежал еще пару метров, а потом сложил крылья и опять повернул свою морду в нашу сторону. Я, если честно, не хотела слезать с насиженного места, так бы и летала дальше, прижимаясь к тёплому дракону и наблюдая за прекрасным пейзажем, за крылом виверна. Даже помечтала, что когда-нибудь у меня будет такая же зверюга. Правда сразу возникает вопрос, чем кормить такого монстра, но, когда Марсель легко подхватил меня за талию и словно куклу поставил на гладкую утоптанную землю, спохватилась, что я сама еще не устроена, какие виверны.

— Прилетели птичка, — сказал Марсель и внимательно осмотрел меня крутя перед собой как манекен. Да что он себе позволяет, я ему что игрушка. Дракон довольно нагло поправил локон, который выбился из прически, убрав его за ухо, и кивнул сам себе не обращая я на мое сопение никакого внимания:

— Пойдет, у ариани Райсы переоденешься в нормальное платье, это тебе велико. Нужно есть птичка, иначе никогда замуж не выйдешь, мужчины предпочитают округлые формы

— Больно надо, — разозлилась я, — Я замуж не хочу! Вот еще, всяким снобам повиноваться.

— Птичка, ты слышала королеву, а если она сказала, что найдет тебе хорошего мужа, так оно и будет.

— Ты издеваешься, — руки сами по себе ткнулись в бока, а нос задрался к небу, — у нас уговор, первый конкурс отбора, твоя проверка чего-то там и все я ухожу.

— Не было такого уговора, — Марсель судя по улыбке наслаждался нашей перепалкой, а мне хотелось вцепиться в его лицо и поработать коготками, — Птичка, я не говорил, что отпущу тебя, ты забавная. Мне нравится, как ты злишься, распушив свои крылышки. Не выйдешь замуж, себе заберу.

— Я не птичка, у меня нет крылышек, я живой человек, а не забавная зверушка, которую можно посадить на цепь!

Я нахмурила брови и жестко посмотрела на Марселя, показываю всю степень своего возмущения, а этот гад, задрал к небу свою наглючую морду и заржал не хуже стоящих неподалеку лошадей. Даже слезы из глаз протирает, паяц несчастный, я сразу поскучнела. Раз ему так нравится, когда я злюсь и возмущаюсь, буду нема, как рыба и спокойна, как удав.

— Все все, нужно спешить, — сказал Марсель отсмеявшись, — ты, конечно, то еще чудо в перьях, но арини Райса ждать не будет.

Мы приземлились на небольшой площади, видимо, специальное место для виверн, потому что вокруг сиял защитная пелена, а недалеко стояла карета. Сегодня у меня прямо день впечатлений. Я еще и в карете, запряженной двумя породистыми лошадками, проедусь. Виверн уже улегся на землю скрутившись бубликом и прикрыл глаза, посапывая, а мы устремились в сторону кареты, когда над головами раздался громкий рык.

Марсель посмотрел в небо, а потом ускорился, я опять парила над землей, еле успевая касаться ногами земли.

— Дорогой, — услышала звонкий девичий голос, а Марсель выругался себе под нос, слух у меня хороший и я явственно услышала, «проныра» и «надавать по заднице».

Глава 4

Скажи мне кто утром, что моя жизнь так круто поменяется, я бы не поверила и рассмеялась в лицо. И было за что, летать на виверне, стать одной из невест в отборе принца -дракона, да что там, я знакома с принцем и его сумасшедшим дружком, который, сейчас не обращая внимания на раздававшиеся за спиной быстрые шаги, тащил меня в сторону кареты.

— Марсель ты не отвертишься! — женский голос был уже близко, и дракон сдался. Резко развернулся, я по инерции пронеслось вперед, а потом рывком сделала красивый круг и чуть не встретилась физиономией с девушкой, которая нас преследовала. Это была та самая брюнетка, что пронзала меня взглядами из кучки фрейлин ее величества.

— Что тебе от меня нужно Савара?

— Не забывай, что я твоя невеста! — возмущенно посмотрела на меня принцесса. Ага я вспомнила, что принц у королевской четы был не единственным ребенком, есть еще младший брат, который учился в одной из академий магии и его сестра Савара Лучезарная, любят драконы давать себе клички.

— С чего ты решила, что я забыл? — сквозь зубы буркнул невесте недовольный Марсель.

— Ты ходишь по дворцу с какой-то девицей? — принцесса была одета в брючный костюм, который состоял из штанов, рубашки жилетки и удлинённого сюртука, на голове кокетливая шляпка, которая не прикрывала голову, а скорей всего служила для украшения. Девушка была чудо как хороша, похожа внешне на брата, но почему-то с синей как у Марселя радужкой глаз. Хотя чему я удивляюсь все же родственники, хоть и дальние.

— Не с девицей, а сестрой, — сдался Марсель, а мне хотелось ехидненько захихикать, то ли еще будет.

— Сестра? — Савари удивлённо обошла меня по кругу, — Ты не говорил, что у вас есть полукровки в роду.

— Зеленая ветвь есть почти во всех родах, — укоризненно посмотрел на девушку дракон, — нужно учить историю дорогая, — выделил он последнее слово.

Савара дольно легкомысленно взмахнула рукой и скривилась:

— Это скучно дорогой, а вы куда идете?

— К арини Райсе, — я с удовольствием наблюдала за мучениями дракона, который по виду хотел послать свою невесту куда подальше, но не мог.

— Я с вами! — тут же довольно воскликнула Савари, — как раз хотела обновить гардероб, — она кокетливо посмотрела на Марселя, а тот скривился, словно лимон проглотил.

Всю дорогу принцесса самозабвенное болтала обо всем и не о чем, поражая меня, своей выдержкой. Марсель отвечал иногда даже грубо, а ей все не почем. Так, я узнала, что в академии у младшего принца проблемы старший не желает отбора невест, а в королевстве наплыв полукровок, потому что все говорят о каком-то предсказании. Тут Марсель заинтересовался, но не успел услышать версию предсказания от Савары, потому что мы приехали к арини Райсе.

Известная портниха Варлодии оказалась гномкой. Я была невысокой, а арини Райса доходила мне до подбородка. Пухленькая, белокожая лицо в мелких веснушках. По внешнему виду сразу не скажешь сколько ей лет. Гномов я раньше видела только издалека, драконы предпочитают брать слугами людей, слишком гномы упрямы и не приспособлены служить.

Арини Райса всплеснула ручками, и с улыбкой устремилась к нам.

— Маркиз Никабо, я давно вас жду, — сказала я она то ли с упрёком то ли просто намекая, что за это придется заплатить, — Ваше Высочество я рада вас видеть, но сегодня все время уже распланировано для маркиза. Если, конечно, ваш жених будет так великодушен и уступит вам.

— Ах арини, я думаю, что мой гардероб выдержит еще пару дней, а вот у бедняжки Маисы, скоро отбор и ни одного платья, — улыбнулась Савари.

Райса заинтересованно меня осмотрела, мне показалось, она даже принюхалась:

— Зеленая Ветвь, как интересно, драконы забыли о давних распрях и приближают к себе врагов.

— Это мелкая девчонка, арини Райса, не воин, — прервал разговоры гномки Марсель, и я выдохнула, не слишком то приятно, когда на тебя смотрят как на врага народа. Я родилась, вернее Маиса, родилась, когда про войну вспоминали только в исторических книгах, а у гномов очень долгая память и мстительный нрав. Все не могут простить эльфам обрушенные подземные города. Так и не влезали бы в войну, остались бы целы. Если судить по историческим хроникам, гномы хотели половину земель эльфов себе вот и поплатились за жадность.

И тут я сказала спасибо провидению, что Савара поехала с нами, иначе Райса нарядила бы меня как чучело. Девушка сама выбрала ткани, фасоны платьев, подобрала кружева и различные аксессуары для каждого туалета. Она была в своей стихии, глаза сверкали как два сапфира, щеки раскраснелось. Вот что значит, когда драконица увлечена делом. Марсель все это время сидел в гостиной и попивал разные напитки, которые носили ему слуги, а еще поторапливал нас. От арини Райсы мы вырвались через три часа. И заказали только третью часть нужных вещей.

— Маиса, — словно лучшей подруге сказала мне Савара, — в следующий раз поедем с тобой одни, — она покосилась на Марселя, — мужчины в таких делах только мешают. Она с воодушевлением поправила на мне новенький костюм для верховой езды, почти такой же, как у нее только красивого изумрудного оттенка, он гармонировал с моими зелёными глазами.

Я кивала девчонке и радовалась, что она за нами увязалась. Марсель при ней ведет себя вполне цивилизованно и не может мне угрожать. Дракон, нагруженный картонными коробками с нарядами на два дня, пыхтел, смотря на невесту и меня, и шептал проклятия себе под нос. А как он хотел? Притащить меня на отбор и не раскошелится? И мстя моя, будет жестока! Я смотрела на него хитрым, многообещающим взглядом. Нужно держаться Савари, за ней не пропаду.

— Так, так так, — услышали мы глубокий мужской баритон, когда подошли к площадке с вивернами, — постоянный ординарец Его Высочества Асториана и его липучая невеста Лучезарная.

— Давно не ходил с разбитым носом, Ричард Сломанный нос? — рыкнул на красивого высокого блондина Марсель.

Какие у них высокие отношения, фыркнула я, блондинчик не сильно расстроился от недоброжелательности Марселя и, ухмыляясь, смотрел на нас, поигрывая черной кожаной плетью.

— Это некрасиво с вашей стороны герцог Сомайл, — вышла вперед Савара, — вы благородного рода, а ведете себя как бандит с большой дороги.

— Не распыляйся дорогая, — остерег Марсель девушку, — не стоит он твоего внимания.

— Скажи своему другу, что я выиграю нашу битву и его питомник, в котором он души не чает, станет моим, — герцог не унимался. Надо же, такой молодой, а уже герцог. В моем понимании титулы — это возраст и обязательно злобный нрав. Нрав присутствует, а вот возраста нет. Блондинчик был красивым, впрочем, как все драконы, одет элегантно, с короткой прической и серыми бесстыжими глазами, которые за массивной фигурой Марселя приметили меня.

— Опа, а это кто у нас такой крошечный? — голос герцога стал издевательским, — Марсель не знал, что ты теперь на полукровок засматриваешься, неужели твой род так обнищал, что не можете позволить себе прислугу получше.

— Какой же ты хам! — возмутилась Савара, — Эта Маиса Никабо и она одна из невест моего брата, не смей нас оскорблять, а не то…

— А не то что? — блондинчик хитро посмотрел на нас, — придет твой старший братик и всех защитит? Ох, Савара, пора бы тебе повзрослеть, я такой же принц как вы, и имею не меньше прав на престол королевства.

— Повторишь это Мараду Первому? — глухо рыкнул на блондинчика Марсель. А я поняла, что не все так гладко в королевстве. Драконы между собой власть делят. Как бы не попасть между жерновами, высшим плевать на простых людей. Я в который раз пожалела, что не слушалась деда и ела яблоки в королевском саду. Сидела бы сейчас дома в уютной кухоньке и попивала чай с плюшками.

Марсель сдвинул плечом с дорожки блондинчика, и тот не стал препятствовать, приподнял одну изящную бровь и смотрел, как мы проходим мимо. Я, конечно, по закону подлости не могла пройти просто так, споткнулась, засмотревшись на новую виверну, выглядывающую из-за спины блондинчика. Это была девочка и я ощутила ее боль и страх. У меня даже в глазах потемнело на мгновение. Жесткие руки герцога меня поддержали, а потом тонкий нос потянул воздух возле моего виска, а наглые губы шепнули:

— Вкусная, бросай этих неудачников зеленая, я лучший вариант для продвижения наверх.

Я вырвала руку из тисков драконьих лап и прошипела в ответ, стараясь, чтобы идущее впереди Савара и Марсель не услышали. Пусть этот блондинчик потом докажет, что я что-то сказала, создавать вид полной невинности и беззащитности я уже научилась:

— Засунь себе в задницу свой вариант белобрысый, меня от таких, как ты уродов, тошнит, — и быстро шмыгнула вперед, пока этот герцог в себя не пришел. А чего мне бояться, я уже все мыслимые и немыслимые казни на свою золотоволосую голову навлекла, буду вести себя так, как хочу. Напоследок я оглянулась на виверну и послала ей мысленную поддержку, держись девочка, я заберу тебя от этого убогого. Надо же так издеваться над животными, гад!

Я давно заметила, что хорошо понимаю животных, чувствую растения, почти не ем мяса. Настоящие эльфы не нуждались в животной пище, она загрязняла их тела и делала слабой магию. Я долго не могла смириться с тем, что от мяса меня воротит. С горючими слезами смотрела, как едят другие, но сама в рот не могла взять, сразу выворачивало. Зато от растительной пищи я стала получать настоящее наслаждение, оказывается, даже в простом укропе столько вариаций вкуса. Дед говорил, что во мне сильна эльфийская кровь, к тому же на мне нет блокиратора, и это тоже сыграло свою роль в том, что мой светлый дар, который у меня, несомненно есть, стал постепенно вылезать наружу.

— Зеленая, — герцог окликнул меня, и я нехотя посмотрела на блондинчика, замечая, что Марсель тоже обернулся и нахмурился, — Еще встретимся, я люблю горячих зеленушек.

Я показала ему известный на Земле жест, средний палец нагло торчащий вверх, чем вызвала недоумение, но зато на душе стало чуть легче.

— Не смей с ним говорить, — прошипел мне на ухо Марсель, когда Савара пошла к своей виверне, игривой сиреневой красавице.

— Ты знаешь, что он издевается над виверной, — не стала я обращать на собственнические замашки дракона внимание, — ее надо спасать!

— Ты совсем без ума, — дракон даже немного опешил, — Это герцог Сомейн, один из богатейших людей нашего королевства, сильный маг, и ты хочешь забрать у него виверну?

— У него надо забрать всех животных, — уверенно сказала я, — он ужасен.

— Откуда ты это знаешь? — Марсель закрепил коробки на боках Варда, его злость пошла на убыль, но настороженность еще была.

— Ты видишь на моей руке блокатор? — дракон сразу догадался и нахмурился. Потом легко подхватил меня за талию и закинул в седло.

— Эльфийская магия, — сказал он, — нужно озаботиться блокатором для тебя.

— Даже не думай, — возмутилась я, — я не дам надеть на себя кандалы.

— Что вы там застряли? — крикнула нам с вышины Савара и ее виверна вторила ей громким рыком и хлопаньем крыльев.

— Опасно ходить без блокатора, — не унимался Марсель и залез позади меня в седло.

— Можно простой браслет сделать под блокатор, — я не соглашалась с драконом, ишь выдумал, я только начал познавать свою силу и сейчас закрыть ее это словно повязку на глаза надеть.

Когда Вард взлетел, я откинулась спиной на грудь Марселя и взглянула вниз. Герцог все еще стоял на том же месте и смотрел на нас, чуть прищурив глаза. Неприятностями от него веяло и животной неуёмней жаждой…

Глава 5

Сбежать у меня не получилось. Савара уверенно схватила меня за руку и потащила к распорядительнице Азарии, в крыло невест.

— Это так романтично, — щебетала принцесса, — ты будешь бороться за сердце моего брата, и, может быть, — голубые глаза девушки восхищенно сверкнули, — выиграешь отбор и станешь моей сестрой.

Позади нас раздалось фырканье Марселя, но Савари не обратила на него внимание и довольно улыбалась.

— Ты не представляешь, как я мечтала, чтобы у меня была сестра, братья — это так скучно. «Савара ты не можешь летать на виверне! Савара ты слишком глупа, чтобы учиться в академии! Савара ты не сможешь удержать в руках меч!» —девушка корчила надменные рожицы и говорила грубым голосом, передразнивая своих братьев. — С сестрой можно обсудить все все! И я загадаю, чтобы ею была ты!

Драконица была уверена, что мне очень нужно выиграть отбор, и словно не замечала мою кислую физиономию.

— Представляешь, как будет интересно, — Савари сжала мою ладонь и тянула меня вперед, — Ты сестра Марселя, я сестра Асториана, мы породнимся сразу с двух сторон.

Марсель позади подавился и закашлялся, так «обрадовался» двойному родству.

— Не думаю, дорогая, что у моей сестренки есть шанс понравиться Асториану, — осторожно сказал он.

— Вот увидишь, — Савара кокетливо стрельнула взглядом на нашего носильщика, — она ему понравится! А потом останется только выиграть отбор!

Савари была очень довольна собой, а я не понимала, с чего бы мне такая любовь от принцессы, ведь она видит меня в первый раз. Хотя все это опять, может быть, эльфийская магия я хмыкнула и почувствовала, как позади напрягся дракон. Ага, бойся меня, ящер.

Стражи сначала не хотели пропускать нас в крыло, где живут девушки, которые приехали на отбор, но потом вышла дородная дама, которая оказалась арини Азарией и, осмотрев меня с головы до ног презрительным взглядом, кивнула себе за спину.

— Ваше Высочество, милорд Никабо, — она кивнула высокородным, — дальше я сама проведу девушку, королева уже внесла ее в списки, вас я пропустить на территорию не могу. Сами понимаете, это приведет к тому, что сюда захотят приходить родственники других невест. Правила для всех одинаковы.

Арини Азария кивнула слугам, которые подхватили коробки из рук Марселя и понесли их за широкие массивные двери.

— Как обидно! — воскликнула Савара, чем отвлекла арини Азарию от нас с Марселем. Дракон тут же нагнулся к моему уху и стал шептать мне:

— Не открывай руку, сегодня постараюсь найти браслет, похожий на блокиратор, будь хорошей, птичка, и не пытайся упорхнуть. Сделаешь все, как я хочу, будешь купаться в золоте.

Я фыркнула на его слова, но вспомнила, что для невест горничных набирали из местных, дворцовых, и поспешила огласить свое требование.

— Я хочу себе ту служанку, что помогала мне платье надевать.

Мы сцепились взглядами с драконом. Он недовольно покосился на невесту, которая заболтала арини Азарию, а потом кивнул:

— Будет тебе служанка.

Через пару минут я неслась вслед за быстрой арини Азарией и слушала ее наставления.

— Госпожа Никабо, через два часа будет представление невест. Все, что вам нужно знать, прочитаете в брошюре, которую подготовили специально для отбора. Прошу соблюдать наши правила неукоснительно. Иначе мне придется удалить вас с отбора, невзирая на протекцию Ее Величества, — женщина остановилась возле одной из дверей и брезгливо посмотрела на меня. Еще одна ненавидящая эльфов. Ее взгляд задержался на моих ушах, на секунду в глазах мелькнула неприятие, но арини Азария была вышколенной фрейлиной, поэтому держала себя в руках. — Эта ваша комната, на торжественное преставление невест всему королевству и артефакту рода, вас позовут, советую не спать, а подготовиться.

Женщина повернулась и стала быстро удаляться от меня, словно сбегала. Я хмыкнула и оглянулась. Пара дверей были открыты, из них выглядывали любопытные мордашки девушек. Когда они поняли, что я на них смотрю, все попряталась за дверями. Дикие какие-то, я пожала плечами и вошла в свою комнату.

Роскошно живут невесты наследника. Огромная кровать под парчовым балдахином, белое дерево и золотой орнамент в мебели, ворсистый ковер с сиреневыми узорами на полу. Тонкая занавеска, которая шевелится от ветра на окнах, распахнутые, застекленные цветными витражами двери на балкон, в которых виден кусочек темно-синего сумеречного неба. Мерцали магические светильники по стенам, и пахло цветами, приятно, но терпко. Странно, но я не чувствовала страха, словно после долгой дороги оказалась перед воротами своего двора и скоро буду дома. Такого уюта и защищенности я даже в саду не чувствовала.

— Маиса, — в дверь вошла Нами и всплеснула руками, — Я, конечно, рада, что ты обо мне вспомнила, но как же я испугалась, когда за мной пришли слуги королевы и сказали следовать за ними.

Я дала себя обнять и осмотреть со всех сторон. Нами было лет двадцать, может, чуть больше. Всю жизнь девушка жила при дворце, ее мать была служанкой и учила свою дочь быть горничной. Даже оплатила ей специальные курсы для продвинутых горничных. Но пробиться во дворце полным слуг было не так просто. Особенно если у тебя тут нет покровителя. Нами ходила к деду за разными отварами, чтобы сохранить молодость и свежесть, заодно помогала ему присматривать за внучкой. И была рада, когда я «пришла в себя», став пусть не подругой, но очень хорошей знакомой.

— Какая же ты хорошенькая, — протянула девушка немного ревниво, потом взяла себя в руки, — будем делать из тебя высокородную.

Я скривилась, а Нами заметила это:

— И не вредничай, деду я сказала, что ты на оборе, он, конечно, разозлился, но потом сдался и дал тебе вот этот отвар, сказал пить по две ложки утром. — Нами достала из кармана небольшой бутылек с зеленым отваром.

— Сильно злился? — я послушно помогала Нами себя раздевать и вопрошающе поглядывала на нее.

— Сильно, — кивнула девушка, — никогда его таким не видела, но потом он успокоился и сказал, что Светлейшая присмотрит за тобой.

Я фыркнула. Дед в своем репертуаре, мне все в голову вдалбливал, что богиня эльфов Светлейшая приглядывает за мной и поможет. Куда смотрела эта богиня, когда весь ее народ драконы уничтожали.

Нами успевала болтать и готовить меня к выходу. Оказалось, что в королевстве есть артефакт, отвечающий за безопасность всех земель. Его держат глубоко под дворцом, а когда он нужен, достают на свет. Артефакт защищает не только земли королевства, но и выбирает для наследников жен. Так испокон веков повелось.

— Говорят, что, если наследнику не выбрать вовремя жену, он умрет, — тихо шепнула мне на ухо Нами, словно нас кто-то может послушать. Хотя… не удивлюсь. Королевство, хоть и считалось не очень богатым, было довольно техно-магически развитым. Здесь были и машины, и летающие дирижабли, и бытовая магия, и военная магия. Не всем она была подвластна, бедные люди и жили бедно, но, если ты маг, тебе везде открыта дорога.

Платье мы купили для представление — зеленое, изумрудное, с золотой тесьмой и прекрасными кружевными вставками, которые наивно прикрывали полуголую грудь. Нами убрала волосы в высокую прическу, вплетая в них изумрудную цепь. У арини Райсы даже наборы драгоценных камней были, так что к платьям, которые мне были куплены и заказаны, подобраны сразу и драгоценности. Боюсь даже представить, во сколько обошелся мой гардероб Марселю и разбирает любопытство, что же ему от меня нужно, что он идет на такие траты. Я не боялась за свою девичью честь, уж если бы желал моего тела, не стал бы так витиевато к этому идти.

— Красота! — Нами отошла от меня и смотрела, сложив руки перед собой, потом добавила, — Спасибо тебе, Маиса, я ведь на этот отбор тоже заявку давала, но слишком много было желающих сюда попасть. Платят тут в два раза больше, чем в остальном дворце, но и опасно.

— Опасно? — удивилась я и покружилась, рассматривая себя в зеркало со всех сторон.

— Так, ты ж не знаешь, — всплеснула она руками, — садись, время еще есть, расскажу тебе.

Я, заинтригованная, села на небольшой диванчик, аккуратно расправив платье, чтобы не помять, а Нами села напротив, в кресло и, сверкая глазами, стала рассказывать:

— Отборы проводятся для всех мужчин по прямой линии рода Вейвс. Говорят, что на их роде проклятие, это я уже тебе говорила, не будет отбора, принц умрет.

— А мне то, чего опасно? — не поняла я.

— Так, отбор, ты не смотри, что тут только высокородные участвуют, такое могут сделать… Говорят, что на прошлом отборе, который для нашего короля устраивали девушки друг другу и глаза выцарапывали и травили друг друга, и даже убийц из гильдии наемников нанимали. А ты как думала? Тут на кону многое стоит. Власть, деньги и величие драконьих родов, каждый хочет на будущего короля управу найти. Так что держись Маиса и не верь никому, а я буду твои глаза и уши во дворце. Станешь королевой, сделаешь меня управительницей, — Нами довольно улыбнулась.

— Эк тебя занесло, — я даже рассмеялась, — Нами, я тут ненадолго, ты не забыла, что я не настоящая высокородная, как сделаю то, зачем меня сюда Никабо притащил, так и уйду.

— Такой шанс! — поджала губы Нами.

— Шанс оказаться на плахе, — кивнула я, — и не забывай, пособников тоже не больно милуют.

Девушка побледнела, словно до нее только дошло, на что она подписалась, но Нами быстро взяла себя в руки.

— Даже если ты за простого аристократа замуж выйдешь, это будет хорошо Маиса. Ты красивая, кто-нибудь да глянет.

Я покачала головой, Нами неисправима:

— Я замуж не собираюсь!

В дверь постучали и поставленным голосом громко объявили:

— Невесты собираются для выхода!

— Маиса! — вдруг спохватилась Нами и схватила меня за руку, — Ты же чиста, с мужчиной еще не возлежала?

Я покачала головой, и девушка облегченно выдохнула, поправила рукав платья:

— Ну хорошо, иди, пусть небеса подарят тебе победу госпожа, — Нами грациозно склонилась в поклоне, будто я по-настоящему была высокородной.

Я кивнула и открыла дверь. Девушек в широком коридоре набралось уже много, где-то человек пятьдесят, не меньше. От ярких цветов платьев рябило в глазах.

— Ты новенькая? — рядом оказалась девушка, которая с любопытством меня рассматривала. Полукровка, зеленые, как у меня, глаза, только мои похожи на молодую зелень, а у нее больше на темный мох с вкраплениями светящихся блёсток. И уши у нее не такие длинные, скорее человеческие, но с небольшим удлинённым кончиком. Она была одета в светлое платье зеленоватого оттенка, волосы собраны в прическу с небольшими прядями, обрамляющими личико.

— Нам, — выделили она первое слово, явно намекая на нашу эльфийность, — нужно держаться вместе. Я Насель Амиро, — девушка чуть склонила голову.

— Маиса Никабо, — не стала я долго думать. Мне нужна была информация, что делать, а кто знает лучше, как не такая же невеста.

— Не знала, что у Никабо есть «Зеленая Ветвь» — удивилась девушка.

— Что нужно делать? — сразу спросила я.

— Сейчас нас построят по двое, и мы пойдем на представление к принцу. Сегодня он с нами знакомится. — Насель покраснела, — Он очень красивый, я видела его издалека. Ты хочешь выиграть отбор Маиса? –девушка внимательно посмотрела на меня, пока мы шли по коридору к выходу, где толпилась основная масса невест.

— Нет, — покачала головой, — меня сюда насильно привели, — врать я не стала, зачем мне это? Если на отборах все так печально, как рассказывала Нами, пусть невесты не видят во мне соперницу. Оно мне надо, с ними за принца соревноваться, я тут ненадолго.

— Ты не врешь, — кивнула полуэльфийка, к чему-то прислушиваясь, — я чувствую, когда мне врут, даже через него, — Насель неприязненно потрясла рукой с браслетом, а я сделала вид, что не поняла, о чем она. Мне трясти было нечем.

Глава 6

Наверно, я должна была бы возмутиться из-за проверки новой знакомой, но подошла наша очередь к напыщенному женоподобному распорядителю торжества. Он не преминул окинуть нас чуть надменным взглядом и потребовал имена.

— Маиса Никабо.

— Насель Амиро.

Почти одновременно сказали мы, распорядитель записал нас в светящийся список и поторопил:

— Не задерживайтесь, проходите в зал, не забудьте поклониться королевской чете и принцу, — сказал он нам нравоучительно. Судя по его пренебрежению в то, что мы не станем королевами, он уверен на все сто процентов. Вот следующую парочку невест он встретил более дружелюбно и улыбчиво. Огромная дверь открылась, впуская нас, и второй распорядитель громким голосом возвестил о нашем приходе.

Тронный зал был огромен и прекрасен! Он сверкал позолотой, лаком и драгоценностями придворных. От его величия захватывало дух, что разглядеть королевскую чету сразу не получилось. Лишь когда нас один из слуг подвел к тронному возвышению, я перестала все рассматривать и обратила внимание на тех, кто вершит судьбы этого королевства. Три трона были установлены на возвышении, к ним вели ступени, покрытие ковром. Троны словно высечены из цельного камня, с высокими спинками и широкими подлокотниками, оббитые внутри черным бархатом.

По бокам от виновника всего этого переполоха сидели король и королева. Рамалию Добрую я уже знала, а вот Марада Первого видела впервые, он был похож на принца, вернее, Асториан был похож на отца. Черноволосый, синеглазый… Синеглазый?! Я чуть не споткнулась и вперила свой взгляд в принца. Я ведь в своем уме, и память у меня неплохая, и точно помню, что у принца глаза карие с медовыми блесками, но не как не синие сапфиры, как у Марселя. Сумасшедшая мысль, которая пришла мне в голову, не успела там обосноваться и утвердится, потому что нужно было следить за тем, что происходит в реальности. Но зарубку я себе в памяти на подумать сделала.

Мы с Насель присели в положенном поклоне, который я повторила за своей напарницей, а потом под взорами всех присутствующих в зале пошли в сторону стайки таких же, как мы, несчастных. Да, путь в замужнюю жизнь должен быть тернист и труден, чтобы понять, как нам повезло. Все в зале сидели, а мы, невесты стояли. Потом я наблюдала, как заходят остальные девушки, и подслушивала, что шепчут друг другу соперницы.

— Сейчас нас будут проверят на артефакте, — шептала беловолосая девушка рыжеволосой.

— Это зачем? Мне не говорили ни о каком артефакте.

— Из какого ты угла выползла, вмешалась надменная аристократка в белом платье, — всех невест проверяют на артефакте рода Вейвсов, он древнее этих стен.

— И зачем это? — удивилась зеленоглазая рыжеволоска.

— Я точно не знаю, — смешалась беловолосая, — но говорят, что он скажет, невинная ли девушка или нет.

— О небеса, это же и так понятно, — та, что в белом платье, судя по ее виду, была обо всех невестах не лучшего мнения, — этот артефакт проверяет на наличие ненависти к королевской семье. Если пройдешь проверку, у тебя на запястье появится знак допуска на отбор. Это сделали, чтобы сюда не могли попасть не достойные.

— А ты откуда знаешь? — зеленоглазая была неробкого десятка.

— У меня бабка была на одном таком отборе вот и рассказала. Не думаю, что правила изменились.

— Вот бы оказаться истинной парой принца, — вдруг покраснев, сказала молчавшая до этого девушка с разноцветными прядями. Даже ее платье было из тех цветов, что и волосы, розовый и зеленый, такую увидишь и не забудешь. Карие глаза испуганно посмотрели на нас, а ручка прикрыла рот, — Ой, я что это в слух сказала?!

— Вы Масы вечно в облаках витаете, — аристократка в белом платье все не успокаивалась, — какая истинность, драконы не видят свои пары, иначе давно парили бы в небесах, сняв проклятие.

— Зато вы, Сомейны, лучше всех все знаете, — рыженькая фыркнула, а я с удивлением посмотрела на надменную злючку, а ведь и правда похожа на родственника, с которым я недавно столкнулась. Светловолосая, с серыми пронзительными глазами, похожими на растаявший лед. И странно, что она тут, на отборе к принцу, который соперник брата, хотя может это стратегический ход такой.

Перепалка не переросла в ссору, наверно, только по причине, что все невесты вошли в зал и свет во всех магических светильниках чуть притух. Кое у кого не выдержали нервы, были слышны вскрики. Но, оказывается, все это не просто так. От одной из дверей, которые вели в зал, стало исходить сияние, а потом все увидели, что везли слуги. Свет исходил от небольшого цветка, заключённого в стеклянную сферу.

Казалось бы, простой цветочек, тонкий стебелек, белые лепестки с мелкими капельками влаги, но почему-то мне хотелось плакать. Словно в груди зарождалось узнавание, понимание чего-то, что все равно ускользало от моего мероприятия. Я осторожно посмотрела на других девушек и на Насель и поняла, что я не единственная в этом зале, у которой глаза на мокром месте. По крайней мере, Амиро тоже что-то испытывает.

— Артефакт, — послышались шепотки с разных сторон. Цветок был водружен на стол с колёсами, который катили слуги, и когда артефакт был установлен посередине зала, свет наконец-то в магических светильниках стал нормальным, а аура таинственности и чего-то загадочного исчезла. Не удивлюсь, если это была специальная акция королевского рода. Типа посмотрите, какой у нас артефакт сильный, всю энергию во дворце одним выходом может выпить. Но, судя по взволнованному лицу королевы и каменному выражению лица короля, для них погасший свет тоже был сюрпризом. И маг в длинной мантии, который что-то шепчет на ухо королю, докладывает не просто так.

Но от королевской четы меня отвлёк распорядитель, который сказал подходить каждой девушек к артефакту и прикладывать руку в специальную выемку на поверхности стеклянного купола. В зале повисла тишина, которая нарушалась лишь громким голосом распорядителя.

— Амалия Ранерей, метка есть!

— Пенелопа Атбос, метка присутствует!

На одной из девушек метка не сработала, и распорядитель, не считаясь с чувствами девушки, громко выкрикнул:

— Нечиста! Род Сирич, думайте, кого отправляете в жены к принцу!

Бледную, как мел девушку увели родственники. Вторая, не принятая артефактом, вообще оказалась беременной, и по желанию короля девушку немедленно отдали замуж, за первого, кто захотел ее взять. Это было жестко и неприятно. Я, конечно, понимала, что это плевок в сторону королевского рода, что думали рода, которые не проверили девушек, но, с другой стороны, это было так мерзко, словно мы скот на базарной площади.

Подошла очередь Амиро. Девушка решительно подошла к артефакту и положила руку в выемку, потом довольно улыбнулась и посмотрела на принца сияющим взглядом. Ее взгляд не укрылся и от Асториана, который брезгливо скривился. И эта мимика, и эта посадка головы, то, как он дернул вниз уголок рта и поджал губы, все это я уже видела, но не у принца…

Я подошла к цветку без всякой мысли. Ничего плохого я против королевского рода не замышляю, чиста, об этом знахарка, которая лечит слуг, мне еще несколько месяцев назад сказала, ходила я к ней, когда нездоровилось. Так что я со спокойным сердцем положила руку в выемку и посмотрела на бедного зеленого пленника под тонким щитом. И тут же все вокруг пропало…

Я ослепла и оглохла, потерялась в бесконечной белесой дымке, которая уютно обхватывала мое тело и погружала в сон. Нет! Я выкинула из головы все мысли о сне и вытеснила желание тепла и уюта. В ту же секунду все вокруг поменялось. Странная комната, в которой я оказалась, была похожа на деревянный дом, но стены были живые, зеленые узоры на стенах переливались в причудливые формы по моему желанию. Роскошная обстановка была приятного глазу всех оттенков зеленого. Я вдруг осознала, что не могу двигаться, а тело мне не послушно. Само ходит, говорит… только через пару мгновений слова на незнакомом языке стали мне понятны.

— Я люблю тебя, Маиса, — коленопреклонённый черноволосый мужчина взглянул на меня ласковым взглядом сапфировых глаз, — ты подарила мне надежду, что мы будем вместе.

— Навсегда, — услышала я свой голос, певучий, нежный, он умело играл на струнах души, касаясь самого сокровенного, что есть внутри у каждого, таким голосом можно повелевать…

— Навсегда, — повторил мужчина и уткнулся в мой живот лбом. — Я готов!

Я улыбнулась, в моем сердце горела любовь, такая всепоглощающая и прекрасная, что дышать было больно. Моя рука написала в воздухе знак, который золотистой дымкой взмыл вверх, и перед нами появился цветок. Только был он без стеклянного купола и просто висел в воздухе распространяя вокруг свет.

— Душа Азгарда, капля жизни, моя воля тебе, — я заговорила на странном языке, — я, Альмаиса Ардазар, приказываю, Расториан Вейвс, отныне твой хозяин, как и я, его слова мои слова, его желания, мои желания, его воля — моя воля.

Цветок сверкнул, распространяя вокруг себя золотистую пыльцу, а мужчина взмыл в воздух раскинув в стороны руки и ноги. От его тела расползались золотистые лучи. Я улыбалась, улыбалась даже тогда, когда мужчина аккуратно приземлился на пол и встал во всю высоту своего немаленького роста. Улыбалась, когда он сверкнул на меня странным взглядом, и его улыбка, скользнувшая по губам, была отнюдь не ласковой. По его лицу пробежала волной мелкая чешуя, подсказывая, что это дракон, а зрачок стал на мгновение узким. Мужчина сделал шаг ко мне, и сильная боль пронзила мою грудь. Я внутри затрепетала от желания сбежать, но видение держало меня крепко.

— Неужели ты думаешь, Маиса, что я променяю свою истинную на тебя, зеленую подстилку. Неужели ты думаешь, что я предам свой род и подставлю спину под твою ногу? — из-под губ дракона показались острые клыки, он усмехался, — Как же легко оказалось влюбить тебя в себя, ты и правда жалкая потаскуха.

— За что? — голос не слушался, а тело медленно умирало от черного оружия, оно отравляло светлую кровь, забирало светлую душу. Королева эльфов Альмаиса Ардазар поняла, что у нее не будет перерождения, она умрет окончательной смертью. Любовь! Искать ее всю жизнь, чтобы умереть от рук любимого, как же больно!

Я уже не понимала, где мои мысли, где мысли Альмаисы, боль была так невыносима. А потом пришла злость, черное заклятие не только убивало тело, оно меняло душу эльфийки, забирая свет. Дракон все держал перчатку с острыми отравленными когтями внутри тела королевы, его предупредили, что сразу она не умрет, слишком сильна в ней магия жизни. Но он заполучил божественную каплю, древний артефакт, и теперь он хозяин бывших земель эльфов. Уже бывших. Улыбка не сходила с губ дракона. Он победил!

Дома его ждет нежная жена, истинная пара, кусочек его души, а скоро у них будут собственные земли. Род Вейвсов будет прославлен в веках, как избавитель от засилья эльфов. Больше эти остроухие не будут диктовать свои условия другим расам.

Дракон смотрел на лицо эльфийки и ждал, когда она умрет, в его душе не было жалости, лишь желание забрать все, что есть у нее себе. По белой коже Альмаисы паутиной расходились черные жилы, уродуя красивое лицо, искажая нежные черты лица злобой и ненавистью. В какой-то момент она сумела оттолкнуть от себя своего бывшего любовника и схватилась за рану, пытаясь зарастить ее.

Но чернота не давала ей этого сделать. Королева посмотрела на дракона, который пытался призвать на помощь, только что приобретенную каплю жизни, он понимал, что сам с сильной магиней не справится. И артефакт пришёл, послушный его воле, ведь настоящая хозяйка была отравлена и больше не властна над ним. Пришел и защитил от смертельного слова королевы, но не от проклятия, которое все равно возьмёт свою жатву с рода Вейвсов и со всех, кто повинен в смерти королевы.

Я смотрела на свою руку, которая лежала на выемке артефакта и старалась унять бьющееся об ребра сердце. В реальности прошло всего мгновение. Никто не должен знать, что я знаю.

— Это опасно, опасно, — шептал мне артефакт, — молчи Маиса!

На моем запястье медленно проявилась эмблема допуска к отбору, золотистый круг с оскаленной драконьей мордой, в зубах которой торчит цветок — артефакт, а громкий крик распорядителя, заставил вздрогнуть:

— Маиса Никабо принята!

Еле волоча ноги, я дошла до толпы невест и замерла, не в силах больше двигаться. То, что я сейчас увидела, не могло быть правдой… или могло. В исторических хрониках написано, что королева пошла войной на драконов. Прокляла их, забрала связь с ипостасью, обвалила пещеры, гномам. Но при чем тут артефакт! В истории ничего нет об артефакте эльфов. Вейвс — это, скорее всего, предок королевского рода, поэтому и артефакт у них. В голове сумбур, мысли как тараканы. Хочется прилечь и просто уснуть, чтобы проснутся в тёплой постели в домике деда. Зачем мне все эти королевские гонки?

— Королева … — отголосок от артефакта был далекий, еле слышный, — еще не время, остерегайся…

Что остерегаться, мне голос не сообщил, а его обращение ко мне как к королеве ввело меня в еще больший ужас. Так, Майка, успокойся! Ты ничего плохого не делаешь, тебя заставили, ты невиновата в том, что тут оказалась! Вроде собственный ор в голове помог собраться. Я выдохнула и оглянулась.

Почти все девушки прошли отбор на артефакте. Из пятидесяти осталось сорок пять. Артефакт увезли, и по залу понеслась медленная возвышенная мелодия. Вдоль одной из стен поставили столы и накрыли различными закусками и напитками, посередине зала закружили пары. Невесты не стеснялись и танцевали со всеми, кто их приглашал, мало кто надеялся выйти замуж за принца.

Я посмотрела в сторону королевской четы и замерла, загипнотизированная взглядом Асториана. Знакомая многообещающая улыбка появилась на пухлых капризных губах, а мое подозрение, что Марсель, которого я знаю, и принц Асториан — одно лицо, опять появилось в голове. Скорей всего, меняются личиной, магия многое может, но почему разный цвет глаз вижу только я? Ведь остальные не слепые и тоже поняли бы их подставу по расцветке глаз. А это значит, что вижу цвет глаз только я. Я нахмурилась, и чтобы снять нагрузку с уставших ног, облокотилась спиной о стену, вроде никто не смотрит.

— Горячая зеленушка, вот мы и встретились вновь, давай свою лапку и пошли потанцуем, — услышала я над макушкой мерзкий голос герцога.

Сказать, что была ошарашена, это ничего не сказать. Сознание выхватывает завистливые взгляды невест, напряженного, сверкающего глазами сапфирами принца и подмигивающую, довольную Насель. Устроить тут представление с отказом — это обратить на себя еще большее внимание, чем притягивает сейчас своей широкоплечей фигурой чертов герцог. Тело на автопилоте присело в поклоне, а рука аккуратно легла в протянутую ладонь Сомайна.

— Молодец, — хмыкнул герцог и легко подхватил меня в танце, — понимаешь, когда нужно вести себя тихо.

Я решила молчать весь танец, боюсь, если я открою рот, то герцог получит нервный срыв, а я пойду на плаху для отрубания не только рук, но и головы. При всей своей физической неотразимости мужчина был мне неприятен. И если Марсель, хмм, ладно пусть пока Марсель меня просто страшно раздражал, но от герцога хотелось бежать куда подальше. От него веяло тленом, горьким дымом, смертью. У меня даже комок в горле стоял, так было противно.

Где-то на краю сознания раздавался крик, плач, рев, страшные звуки истязания. В какой-то миг у меня даже голова закружилась, но я заставила себя отодвинутся от хищно улыбающегося мужчины и напустить на свое лицо холодное выражение. Мне не по пути с этим драконом, если бы он был на месте Марселя в это утро, я выпрыгнула в окно не раздумывая, пришло ко мне осознание. Герцог был садист, который испытывает наслаждение, когда мучает живое существо, и нет для него разницы, разумное оно или животное…

Как же выключить эту эмпатию, я не хочу его чувствовать, не хочу знать, что он вытворяет в своих подвалах. В один миг у меня словно внутри отключился тумблер, и в голове стало тихо. Я выдохнула и просто постаралась отмучить до конца этот танец.

Невест много, может, этот садюга на других посмотрит. Мне было жаль, жаль любого, на кого он посмотрит, но я слабая полукровка, которая мало что может. Мне показалось, или в голове послышалось недовольное фырканье. Брысь! Брысь из моей головы, чтобы ты ни было! Я простая полуэльфийка Маиса Зарард, и не какая не королева Альмаиса Ардазар. Небеса! Даже наши имена почти идентичны! Я забыла, с кем танцую, так поразила меня эта мысль. А ведь мне нужно к деду. Он многое должен мне рассказать. Теперь бы вырваться из этих стен.

После танца герцог крепко ухватил меня за руку и повел в совсем другую сторону от толпы невест. Мне это, естественно, не понравилось, и я просто вырвала руку на волю. Сомейн не ожидал от меня такой прыти и сделал еще шаг вперед, но моя рука оказалась опять в плену. От неожиданности я чуть не огрела наглеца, но вовремя увидела, что это принц, и замерла, не в силах помешать столкновению соперников. Когда два мужика считают друг друга врагами, они будут драться за любую игрушку, а если это девушка, то столкновения будут еще более ожесточённые. И даже если им обоим эта девушка совершенно не нужна, битва продолжится, пока не победит кто-то один.

— Ричард, — голос у этого Асториана был другим, что подтверждает мои подозрения. Марсель и Асториан меняются внешностью, но вижу отличия только я. — Тебе не кажется, что партнёршу по танцу нужно отвести в то место, откуда ты ее забрал? — я чувствовала холодную ярость в голосе принца и перевела взгляд на ухмыляющегося герцога.

— Асториан! Друг мой, я думал, тебя не интересует отбор. Весь дворец уже жужжит о том, что отбор всего лишь дань предкам, а твоя невеста выбрана. Так, чего ты жадничаешь. Мне понравилась эта зеленая злючка.

— Маиса Никабо, сестра моего друга, а не зверюшка из твоего гарема. В нашем дворце не принято уводить девушку без согласия родственников.

— Подумаешь, — Сомейн наслаждался злостью Асториана, — «зеленая ветвь» кому нужно переживать за отродье эльфов. Или тебе она не безразлична. Не замечал я за тобой такой активности в сторону чьих-то сестер, Асториан, — серые глаза герцога с внимательной жадностью посмотрели на принца.

Мне очень хотелось закрыть глаза и не открывать, пока весь этот балаган не прекратится. Стычка двух соперников стала привлекать к себе все больше внимания других гостей, вот тебе и проскочила серенькой мышкой. Вырывать руку из теплой ладони принца я не стала, так чувствовалась хоть какая-то защищенность от герцога. С того станется утащить меня в свои казематы. Я, конечно, буду вырываться, но мало ли тут у аристократов принято, может, он имеет право забрать все, что ему приглянулось.

— Я буду переживать за отродье эльфов, Ричард, — раздался рядом прохладный голос Рамалии Доброй, — эту девушку привела на отбор я и взяла на себя ответственность за ее судьбу. Если она понравилась тебе, дождись конца отбора и приходи с предложением руки и сердца, — королева во всем величии предстала рядом с нами, окруженная своими фрейлинами. Надо сказать, что король на всю эту шумиху внимания не обратил или сделал вид, что не обратил, общался с компанией своих советников и лениво пил из бокала.

Рамалия Добрая второй раз подтверждает свой титул, рука принца отпустила мою ладонь, вызывая странное чувство потери… Но я взяла себя в руки и, не забыв присесть перед Ее Величеством, удостоившись немного тревожного взгляда, упорхнула к стайке невест. Местный божечка, или как там Мис говорил, Богиня Светлейшая, впервые прошу тебя о защите, герцог страшный, не дай ему меня поймать. Перевела дух возле Насель и сцепила руки в замок, чтобы унять дрожь.

— Что тебя связывает с Сомейном? — прошептала мне полукровка.

— Только то, что нечаянно попалась ему на глаза, — ответила я, хотя хотелось послать девушку куда подальше.

— А с принцем? — голос Насель стал походить на шипение, и глаза ее изменили цвет на ярко-зеленые, так похожие на мои. Это меня насторожило, что-то подсказывает мне, что блокатор Амиро совсем не блокатор, а такой же браслет, которым хочу обзавестись я.