Наруто: Небесный Занавес

Глава 1: Небесный Занавес

64 год с основания Деревни Скрытой в Листве.

Деревня гудела, как растревоженный улей, подготовка к экзамену на чунина шла полным ходом.

На мосту, стояла команда №7. Градус раздражения зашкаливал. Наруто в десятый раз пересчитывал доски под ногами, Сакура злобно держалась за перила моста, а Саске, скрестив руки на груди, сверлил взглядом пустое пространство.

- Да где его черти носят?! - не выдержал Наруто, сжимая кулаки. Прошло уже три часа. Троица, казалось, должна была привыкнуть к патологическим опозданиям своего наставника, но это было невозможно.

В этот момент на перилах моста, словно из воздуха, соткалась фигура. Какаши Хатаке выглядел так, будто только что проснулся после недельной спячки. Его единственный открытый глаз — мутный, как у дохлой рыбы — выражал высшую степень безразличия к течению времени.

— Доброе утро! — бодро, насколько позволяла его лень, произнес он. — Простите, я снова заплутал на дороге жизни...

— ЛЖЕЦ! — в один голос рявкнули Наруто и Сакура, обрывая заготовленное оправдание на полуслове.

Какаши лишь лениво отмахнулся и спрыгнул на настил.

— Ладно-ладно. Возможно, это слегка неожиданно... — он полез в сумку и выудил три бланка, — Но я порекомендовал вашу троицу на экзамен на звание чунина.

На мгновение повисла такая тишина, что было слышно журчание воды под мостом. А затем Наруто с воплем «Какаши-сенсей, я вас обожаю!» бросился на учителя. Копирующий ниндзя, едва удержавшись на ногах под напором гиперактивного ученика, слабо отбивался.

— Эй, хватит... отпусти меня, ты меня сейчас задушишь...

Получив заветный лист, Наруто расплылся в глупой, счастливой улыбке.

-Хи-хи-хи! Экзамен. Экзамен! Берегитесь, будущий Хокаге идет!

Саске на мгновение задумался. В памяти всплыл холодный взгляд того парня из Песка, Гаары, с которым они столкнулись недавно. На губах Учихи заиграла предвкушающая ухмылка.

-<< Я смогу сразиться с ним...>>

Только Сакура оставалась молчаливой. Глядя на воодушевленных товарищей, она понурила плечи.

-<<А я... Я не хочу. Мне не угнаться за Саске и Наруто. О каком экзамене может быть и речь.>>

Какаши уже собирался уйти, но в этот момент мир содрогнулся.

Земля под ногами заходила ходуном. Мост застонал, опасно накренившись. Генины мгновенно напряглись, принимая боевые стойки.

— Какаши-сенсей, что происходит?! Нападение?! — выкрикнул Наруто

-<<Землетрясение?...>> - подумал Какаши.

В этот миг их головы неосознанно поднялись вверх, словно невидимая рука кукловода заставила всех людей на планете посмотреть в зенит. Небо начало тускнеть, теряя лазурный цвет. Прямо над миром шиноби развернулась гигантская золотая Завеса. Она переливалась, словно сотканная из чистой энергии, оставаясь при этом закрытой, как древний свиток.

Они увидели, как небо на глазах потускнело, и вмиг появилась странная Небесная Завеса, она была золотого цвета, но все еще закрытая.

— Что это за чертовщина? — Саске мгновенно активировал Шаринган, пытаясь понять что это такое.

Какаши, не раздумывая, приподнял протектор, обнажая свой левый глаз.

— «Гендзюцу такого масштаба? Невозможно! Неужели кто-то решил атаковать деревню!»

В этот миг не только команда номер 7 во главе с Какаши, смотрели на небо, а весь мир Ниндзя

-----

В Деревне Скрытого облака, Четвертый Райкаге Эй вскочил, опрокинув массивный стол. Его мышцы раздулись от электрических разрядов.

— Неужели, это нападение!

Рядом Киллер Би, вечно рифмующий свои мысли, замолчал. Его взгляд, обычно скрытый за очками, стал предельно серьезным. Даже Восьмихвостый внутри него впал в раздумья.

----

В Деревне Скрытого Песка, старейшина Чие, оставшаяся за главную после отбытия Казекаге Расы на экзамен, смотрела в небо дрожащими губами.

— Неужели это дело рук Конохи?

-----

В Деревне Скрытого Тумана, Пятая Мизукаге, Мэй Теруми, только начавшая реформы после кровавого правления Ягуры, сжала кулаки.

— Только не сейчас... Деревня, только начала вставать на ноги.

----

Деревня Скрытого Камня, Третий Цучикаге Ооноки, застыв в воздухе благодаря технике облегчения веса, пронзительным взглядом сквозь глубокие морщины смотрел на небо. Его спина, обычно донимавшая его приступами боли, сейчас словно онемела от шока.

— Я не могу подобраться к этой завесе...— прохрипел он, сжимая сухие кулаки. — Что это за фокусы?..

----

Деревня Скрытого Дождя, Нагато, скрытый в тенях своего механического трона, смотрел на Завесу ледяным взглядом Риннегана. Даже глаза бога не видели сквозь золотое полотно.

- Хмм... Неужто, это дело рук Мадары?

-----

Орочимару, находившийся в глубине своей самой секретной лаборатории, замер с пробиркой в руках. Золотой свет Завесы пробился даже сквозь толщу скал. Джирайя, застывший в своей «фирменной» позе на крыше женской бани с блокнотом в руках, даже забыл, за чем именно он подглядывал. Цунаде которая только что разнесла в щепки целый игорный дом. Юный Ооцуцуки Тонери на Луне, запечатанная Прародительница чакры Ооцуцуки Кагуя, и еще множество людей наблюдали за странным явлением.

----

В Чистой Земле, души множества людей что находились в неизвестном состоянии, словно прозрели, и начинали обретать сознание и тело. Учиха Мадара, Учиха Идзуна, Сенджу Хаширами, Сенджу Тобирама, Учиха Микото, Учиха Фугаку, Учиха Шисуи, Кушина Узумаки, каждый смотрел на Небесную завесу, приводя свои мысли в порядок.

Даже в животе Бога Смерти, в бесконечном сражении, Минато Намикадзе и Инь-половина Курамы замерли, глядя на прорезавшееся сквозь пустоту золото.

Мудрец Шести Путей, Хагоромо Ооцуцуки, парящий над гранью миров, нахмурился так сильно, что его рога, казалось, стали еще острее.

-«Души, которые должны были спать, пробудились... Печати Бога Смерти ослабли... Что это за сила, способная переписать законы жизни и смерти?»

Мудрец Шести Путей с тревогой и недоумением исчез с того места, где стоял.

------

Но ниндзя на то и ниндзя — они быстро пришли в себя. Рядом с Хирузеном Сарутоби материализовался отряд Анбу.

— Хокаге-сама, мы попытались атаковать занавес и приблизиться к нему — всё бессмысленно. Снаряды проходят насквозь, ни одна техника даже не может достать до завесы.

Хирузен, уже несколько раз безуспешно пытавшийся развеять гендзюцу, стал предельно серьезным.

— Деревня переходит в режим боевой готовности. Запретить выход за пределы стен. Всем шиноби на миссиях — экстренный сигнал возвращения!

— Есть! — Анбу мгновенно исчезли.

За считанные минуты Коноха превратилась в крепость. Главы кланов — Хиаши Хьюга, Шикаку Нара, Иноичи и Чоза — мобилизовали свои силы. В других деревнях ситуация была аналогичной.

Обито Учиха, находясь в измерении Камуи, сжимал маску пальцами.

—«Неужели это дело рук Мадары? Нет, это не похоже на Вечное Цукуёми... Но почему я вижу это даже здесь?»

Весь мир ниндзя находился в суматохе.

В этот момент над миром разлился спокойный, лишенный эмоций голос, проникающий в самую суть разума

[Система Судьбы Мира Ниндзя успешно связана с миром.]

[Связь с разумными формами жизни установлена. Создание платформы общения займет некоторое время...]

Внезапный голос в голове напугал людей сильнее.

Золотой занавес в небесах медленно разошелся, открывая гигантский, пустой пока экран, сияющий чистым светом.

— Какаши-сенсей, что нам делать? — прошептала встревоженная Сакура.

Какаши, только что получивший приказ Хокаге охранять свою команду, в особенности Наруто, ответил серьезным голосом.

— Сейчас нам остается только ждать. Деревня на военном положении, будьте наготове и не отходите от меня ни на шаг.

[Внимание. Первая трансляция: «Песчаная Буря против Юной Листвы».]

Надпись вспыхнула на экране, заставив тысячи людей гадать о смысле этих слов.

[Начало воспроизведения. Так как это первый запуск и платформа общения еще не активна — все зрители будут лишены голоса.]

В ту же секунду мир погрузился в абсолютную, звенящую тишину. Наруто открыл рот, чтобы что-то выкрикнуть, но не услышал даже собственного дыхания. Сакура в ужасе схватилась за горло.

Хирузен Сарутоби в резиденции замер, чувствуя, как чакра в его горле словно онемела.

-«Я не чувствую никакого внешнего вмешательства или гендзюцу... Что же это за сила? »

Надпись на экране растаяла, и появилось изображение.

[На арене Башни Смерти стояли двое. Гаара из Песка, с его тяжелым, холодным взглядом и иероглифом «любовь» на лбу, смотрел на Рока Ли.]

Майто Гай, стоявший на крыше неподалеку от своей команды, вздрогнул.

-<<Ли!>>

Неджи и Тен-Тен, стоявшие рядом с Ли в реальности, переводили ошеломленные взгляды с него на экран. Гаара же, увидев самого себя, замер. ]

-«Это же тот жуткий парень с кувшином!» — пронеслось в голове у Наруто.

[— Я рад, что мы так скоро сошлись в битве... — произнес экранный Рок Ли, принимая боевую стойку.

Гаара проигнорировал его, словно перед ним было пустое место. Внезапно из кувшина за его спиной вылетела пробка. Ли, проявив чудеса реакции, поймал её на лету.

— Не стоит так спешить...

— Итак, начнем девятый поединок! — объявил Гекко Хаятэ и мгновенно исчез с арены.

Ли сразу же сорвался с места.

— Вихрь Листа!

Его нога прочертила дугу, но из кувшина Гаары хлынул песок, сформировав плотный щит. Ли мгновенно отступил. Он атаковал снова и снова, меняя углы и высоту, но песок, обладая собственной волей, блокировал каждый выпад с ленивой легкостью.

В какой-то момент песок погнался за отступающим Ли, пытаясь сковать его лодыжки. Ли, сделав несколько невероятно ловких сальто назад, оттолкнулся от земли и взлетел под самый потолок, замерев на пальцах гигантской каменной статуи.]

Для большинства опытных ниндзя по всему миру начало боя не показалось чем-то выдающимся. Разве что контроль Песка Гаары привлек внимание.

-«Обычное тайдзюцу против красноволосого.... Этому парню не победить»-холодно подумал Саске, активировав Шаринган, чтобы не упустить ни одной детали.

[На экране Ли посмотрел на Майто Гая и, получив его одобрительный кивок, с радостью начал снимать тяжелые утяжелители со своих ног.

— Вот так! Теперь ничего не будет сковывать движения! — Ли лучезарно улыбнулся. Два свертка полетели вниз.

ДЫ-ДЫЩ!

Громовой удар сотряс арену. Пыль взметнулась до самого потолка, скрывая дно кратеров, образовавшихся на месте падения «тренировочного инвентаря».]

В этот раз увиденное, поразило всех. Глаза Наруто округлились, а Саске слегка вздрогнул, поняв что Ли, еда ли сражался в пол силы.

Какаши схватился за маску, в его глазах мелькнуло лицо Майто Гая

-<< Гай, это уже перебор...>>

[В тот же миг фигура Ли на экране исчезла. Он стал невидимым для человеческого глаза. В следующую секунду он материализовался за спиной Гаары. Песок дернулся, но опоздал на доли секунды — удар прошел в паре сантиметров от лица.

Ли наносил удары на невероятной скорости. Его кулаки начали проникать сквозь песчаную завесу. Прыжок, сальто в воздухе, и... ДЫЩ!

Нога Ли впечаталась точно в голову Гаары.

Гаару отбросило назад. Ли снова исчез и появился за спиной, впечатывая кулак в лицо противника. Гаара рухнул, но песок тут же обвил его, смягчая падение. Лицо Гаары начало покрываться трещинами. Куски «Песчаной брони» опадали, обнажая его лицо, на котором застыла жуткая, безумная улыбка. Спустя мгновение песок снова окутал его, залечивая «раны», и лицо Гаары вновь стало холодным и безжизненным.

Ли и Гай на экране обменялись взглядами. Юноша начал разматывать бинты на своих руках.

Один шаг — и он снова возле Гаары. Мощный апперкот в подбородок подбросил парня из Песка в воздух. Ли не остановился, он прыгал по воздуху, подбивая Гаару всё выше и выше, словно мяч.

Оказавшись за спиной противника, Ли обмотал его бинтами, сковывая движения.

— Первичный Лотос!

Они закрутились в безумном вихре, вонзаясь в пол арены.

-Бам! -Тело Гаары буквально пробило настил. Сам Ли в последний момент отскочил, тяжело дыша. Использование Лотоса давалось его мышцам огромной ценой.

Лицо Гаары на дне ямы снова пошло трещинами. Под сухой хруст куски песка отвалились, показывая, что Ли атаковал лишь пустую оболочку. Настоящий Гаара появился за спиной измотанного Ли. Взмах руки — и волна песка швырнула Ли в стену. Песок наступал, а Ли, чьи ноги дрожали от усталости, едва успевал уклоняться.

Спустя несколько смертельно опасных атак Ли удалось разорвать дистанцию. Его взгляд стал решительным.

- Следующий прием решит все...

Юноша скрестил руки перед лицом. В мгновение ока по его коже, натянутой как струна, вздулись вены, а сама она начала темнеть, наливаясь багровым цветом.

— Третьи Врата: Врата Жизни... ОТКРОЙТЕСЬ!

Мощнейший порыв ветра ударил во все стороны от Ли, выбивая камни из фундамента арены. Из его тела начал валить пар — испаряющийся пот, смешанный с чистой энергией.

— Четвертые Врата: Врата Боли... ОТКРОЙТЕСЬ!

— Ха-а-а! — из носа Ли брызнула кровь, не выдержав внутреннего давления.

В следующий миг он рванул вперед. Пол под его ногами взорвался крошкой, и Ли буквально взмыл в воздух. Скорость стала безумной. Одним ударом он подбросил Гаару вверх, как куклу. Песок пытался создать щит, но Ли уже был там, нанося удар с другой стороны. Он исчезал и появлялся, превратившись в зеленую молнию, которая безжалостно вколачивала Гаару в пространство между полом и потолком.]

В реальности мир ниндзя замер. Майто Гай крепко сжал кулаки, он не знал было ли то что показано на экране правдой. Но он знал, Ли способен на такое.

-«Ли... покажи свою молодость!»

[Мышцы Ли на экране начали рваться, кожа лопалась от перенапряжения, но он не останавливался.

— Пятые Врата: Врата Предела... ОТКРОЙТЕСЬ!

Ли исчез прямо в воздухе. Оттолкнувшись от воздуха, он настиг падающего Гаару и нанес сокрушительный удар в живот. Пока тот летел вниз, бинт на руке Ли, словно живая змея, обвился вокруг талии противника. Притянув его к себе, Ли нанес одновременный удар ногой и рукой.

— СКРЫТЫЙ ЛОТОС!

БАХ!

-Бах!- понялось огромное облако пыли и земли.

Поднялось исполинское облако пыли, закрывшее обзор. Когда оно начало оседать, мир увидел Ли: он лежал на земле, его тело колотило от судорог, а дыхание вырывалось с хрипом.]

В реальности увиденная сцена повергла команду номер 7 в шок.

Саске чувствовал, как по спине стекает холодный пот. Его Шаринган, гордость клана Учиха, сейчас казался ему бесполезной игрушкой.

— «Я не видел...» — его пальцы впились в перила моста так сильно, что дерево жалобно хрустнуло. — «Даже с Шаринганом, я едва уловил тень. Кто этот парень?»

Наруто застыл с открытым ртом. Его глаза блестели от дикой смеси восторга и неверия.

- «Я думал, он просто странный парень в зеленом трико, а он... он настоящий монстр!»

Какаши хранил внешнее спокойствие, но его единственный глаз был сужен до предела.

-«Восемь Врат... Гай, ты сумасшедший. Ты действительно научил его открывать Пятые Врата в таком возрасте? Ты хоть понимаешь, что это могло его убить?»

[Гаара лежал неподалеку. Его песчаная броня осыпалась полностью, он был беззащитен. Но вдруг он протянул дрожащую руку вперед. Песок, повинуясь воле своего хозяина, хлынул с новой, темной силой и мгновенно обвил левую руку и ногу обессиленного Ли.

Ли попытался отползти, но тело не слушалось. Гаара резко сжал ладонь в кулак.

-Песчаная ловушка.

В звенящей тишине прозвучало два отчетливых, сухих хруста костей.

— ГЬЯ-А-А-А! — нечеловеческий крик Ли разорвал тишину.

Песок не остановился, он начал подниматься выше, готовясь поглотить всё тело юноши. Но внезапно поток песка был развеян одним мощным взмахом руки. На арене появился Майто Гай.]

Гаара в реальности, глядя на экран, почувствовал, как в висках запульсировала боль.

[На экране Гаара схватился за голову. Перед его глазами вспыхнули обрывки воспоминаний: лицо отца, окровавленные руки Яшамару, испуганные взгляды Темари и Канкуро. Смесь злости и ледяного непонимания отразилась на его лице, когда он посмотрел на Гая.

-Почему... Зачем ты спас его?

Лицо Гая было каменным, его ответ был невероятно прост.

- Потому что он мой дорогой и горячо любимый ученик.

Гаара опустил взгляд. Его тело снова поглотил песок, создавая новый слой защиты. Он медленно встал и, повернувшись спиной, холодно бросил.

— Достаточно.

-Победитель Гаара! — объявил Гекко Хаятэ.]

В реальности Рок Ли опустил голову. В его душе бушевал шторм: горечь поражения смешивалась с диким желанием немедленно начать тренировку.

Неджи Хьюга, стоявший неподалеку, сложил руки на груди. Его взгляд был тяжелым и полным холодного триумфа.

-«Ли... надеюсь, теперь ты наконец-то осознал пропасть между гением и обычным человеком. Судьбу не изменить прыжками выше головы.»

И тут экран показал то, что заставило даже самых закаленных ниндзя содрогнуться от уважения.

[На экране искалеченное тело Ли начало подниматься. С переломанной рукой и ногой, весь в крови и грязи, он встал. Его глаза были пусты — он был без сознания, его разум отключился от боли, но дух отказывался признавать поражение. Он замер в своей идеальной боевой стойке, готовый защищать свой путь ниндзя до последнего вздоха.]

[Показ видео завершен.]

[Платформа общения создана. Соединение с разумными формами жизни... ГОЛОС ВОЗВРАЩЕН.]

В ту же секунду мир взорвался звуками. Немота спала, как разбитое стекло.

— ЛИИИИИ! — Майто Гай взревел так, что птицы с деревьев посыпались градом. Он не знал, правда ли это, но его сердце кричало. «Да!».

— Мой мальчик! Твоя юность сияет ярче солнца!

Ли, увидев свой проигрыш, на секунду замер, а затем сжал кулаки так, что костяшки побелели. Он обернулся к наставнику.

— Гай-сенсей! Я... я был слаб! Мне нужно тренироваться в десять... нет, в сто раз больше!

— ЛИ! — Гай бросился к ученику.

— ГАЙ-СЕНСЕЙ! — Ли распахнул объятия.

— 1000 ОТЖИМАНИЙ ПРЯМО СЕЙЧАС! ПОКАЖЕМ, ЖЕ НАШУ СИЛУ ЮНОСТИ!

Тен-Тен бессильно закрыла лицо рукой, а Неджи лишь еще сильнее нахмурился

— «Даже после такого... он не смог принять реальность. Глупец.»

-----

Саске и Наруто стояли, словно громом пораженные. Саске до боли сжал кулаки. Его Шаринган бешено вращался.

-«Я не смог уследить... Даже с моими глазами, я бы не успел среагировать на те удары. А этот парень с песком... его защита абсолютна».

— Какаши-сенсей! — Наруто вопил во всю глотку, его глаза горели. — То что показал экран, это правда?! Толстобровый парень правда так силен?!

Какаши Хатаке медленно закрыл свой Шаринган повязкой.

— Это Рок Ли, ученик Гая... — пробормотал он. — Но зачем экран показал нам этот бой? Судя по всему, это был второй этап экзамена на Чунина, который должен начаться на днях...

Хирузен Сарутоби выдохнул клубочек дыма, также прибывая в раздумьях. В других деревнях Каге, прибывали в аналогичном замешательстве.

В Чистой Земле души, обретшие сознание и тела, оказались в бесконечном белом пространстве. У каждого оно было свое, изолированное, и единственным окном во внешний мир оставался мерцающий экран.

[Правила Системы Судьбы Мира Ниндзя:

1. Система показывать моменты из прошлого и будущего.

2. Система дает способность общаться, с помощью специального чата.

3. Участники трансляции получают награды в зависимости от своей роли в событиях.

4. В ходе трансляция, система может задавать вопросы. За верный ответ полагается особая награда. Отвечать могут только участники видео или лица, выбранные Системой.]

[Чат-комната открыта]

Мир замер. Никто не решался сделать первый шаг, пока экран не вспыхнул золотом.

[Выдача наград за первую трансляцию:

Рок Ли: Усиление физического тела х2.

Сабаку но Гаара: Усиление защиты песка х2. ]

В ту же секунду Ли и Гаара в реальном мире почувствовали, как по их жилам разливается новая сила. Хирузен, увидев это, мгновенно отдал приказ:

— Приведите ко мне Майто Гая и Рока Ли. Немедленно! И установите наблюдение за ниндзя Песка. Мы должны убедиться, что эти «награды», настоящие.

Анбу, скрытые в тени, бесшумно исчезли.

-Что же происходит.... Кто и зачем нам показывает это?- прошептал Хокаге, глядя на экран.

Тишину чата нарушило первое сообщение.

[Узумаки Наруто: Э-эй! Тут есть кто-нибудь?! Эта штука вообще работает?!]

— Идиот! — вскрикнул Саске в реальности, раздраженно глядя на друга. — Зачем ты выдаешь себя? Это может быть ловушка!

Но ответ, пришедший следом, заставил Саске и весь мир ниндзя оцепенеть.

[Сенджу Хаширама: О! Привет, парень! Значит, я не один смотрю эту трансляцию? Ты знаешь, где мы?]

[Сенджу Тобирама: Старший Брат, это ты!?]

[Сенджу Хаширама: Тобирама! И ты тут! Помню, как закрыл глаза после смерти, была лишь тьма... а теперь я в этой странной белой комнате. И этот экран... Как думаешь, это чья-то техника?]

[Сенджу Тобирама: Сомневаюсь. Чтобы пробудить сознание душ в Чистой Земле и объединить их с миром живых... такая мощь за гранью моего понимания.]

Мир взорвался шепотом. Имена Бога Шиноби и Второго Хокаге заставили вздрогнуть каждого, кто читал эти строки.

[Сарутоби Хирузен: Учитель... Господин Первый... Неужели это действительно вы?]

В своей резиденции Хирузен замер, не сводя глаз с экрана. Он был потрясен. Манера речи, холодная логика Тобирамы и непосредственность Хаширамы — всё указывало на то, что это не чья-то злая шутка.

[Сенджу Тобирама: Да, Хирузен, это я. Эта система и экран действительно аномальны. Даже мои познания в пространственно-временных техниках не дают ответа на вопрос о её происхождении. Скажи, то, что она говорит — правда? Парень в зеленом трико действительно из нашей деревни, и он получил награду?]

Тобирама, создатель тысячи техник, мгновенно перешел к сути. Если система могла показывать прошлое, будущее, а также одаривать людей странными наградами, ее мощь могла быть абсолютной.

[Сарутоби Хирузен: Экран появился из ниоткуда прямо в зените. Его невозможно коснуться или повредить. Но, похоже, слова Системы — истина. Генин Рок Ли, показанный в видео, только что получил двукратное усиление тела. Его сила, уже вышла за рамки показанного в видео.]

Хирузен не хотел раскрывать все карты в общем чате, понимая, что его читают и враги, но он знал: шиноби других деревень не глупцы. Рано или поздно остальные Каге, или шиноби из их деревень получат награды.

[Сенджу Тобирама: Хм... Вот как. Значит, остаётся только ждать.... Хирузен, какова текущая ситуация Конохи? Какой сейчас год и кто занимает пост Хокаге?]

[Сарутоби Хирузен: Деревня процветает, учитель. Сейчас 64-й год от основания. Что же до поста... здесь всё сложно. Я должен был давно уйти на покой, передав пост Четвертому Хокаге. Но двенадцать лет назад Девятихвостый вырвался на свободу. Деревня была на грани уничтожения. Четвертый пожертвовал собой, чтобы запечатать демона, и мне пришлось вернуться на пост.]

Эти слова не были новостью для живых, но для душ в Чистой Земле они прозвучали как гром среди ясного неба.

[Сенджу Хаширама: Что?! Девятихвостый чуть не уничтожил Деревню?! Неужели Кьюби стал настолько сильнее за эти годы, что даже Четвертому пришлось отдать жизнь?! Четвертый, ты здесь?!]

[Минато Намикадзе: Ха-ха... здравствуйте, Господин Первый. Я — Четвертый Хокаге. Это долгая и сложная история, но если вкратце: мне пришлось использовать Печать Бога Смерти, чтобы запечатать лиса и спасти Коноху.]

[Сенджу Хаширама: Жаль, очень жаль... Но ты молодец! Пожертвовать собой ради блага деревни — в тебе горит истинная Воля Огня! Ты достоин титула Хокаге!]

[Минато Намикадзе: Благодарю вас, Господин Первый. Ваша похвала — высшая награда для меня.]

Пока Хокаге листа обменивались любезностями, тысячи ниндзя по всему миру тщетно пытались отправить хоть одно слово в чат. Но все было безуспешно. Словно, сама система не давала им права голоса.

В своей тайной лаборатории Орочимару завороженно облизнул губы, глядя на переписку Хокаге.

— Возможность общаться с мертвыми без Эдо Тенсей... Кажется, этот экран даст мне гораздо больше, чем любые эксперименты. Возможно, я смогу достичь бессмертия.

В это же время в резиденции Хокаге Данзо Шимура, уже строил планы. Его единственный открытый глаз горел холодным расчетом.

-«Если Система способна одаривать силой, Коноха обязана забрать всё. Мы не можем позволить другим деревням сравняться с нами.», — думал он, сжимая трость.

Джирайя, мчавшийся к границам Страны Огня, замер на ветке дерева. Увидев сообщение своего любимого ученика Минато, он почувствовал, как к горлу подступил ком. Он хотел написать ему, но пальцы замерли над невидимым интерфейсом. Что сказать тому, кого ты не смог защитить?

[Узумаки Кушина: Минато -кун! Где ты сейчас, как ты? У тебя все хорошо?]

Минато, увидев сообщение жены, не смог сдержать грустной улыбки.

[Намикадзе Минато: Привет, Кушина. Услышав тебя, у меня всё просто замечательно. А ты как?]

[Узумаки Кушина: Ха-ха-ха! Глупый вопрос! Я просто счастлива, что мы снова можем поговорить!]

Оба они видели сообщения Наруто. Минато безумно хотел написать сыну, обнять его хотя бы словами, но боялся привлечь к мальчику лишнее внимание врагов. Кушина, несмотря на свой взрывной характер, тоже понимала: их слова могут стать для Наруто как защитой, так и мишенью.

[Узумаки Наруто: О-о-о! Сестренка, у тебя такая же фамилия, как у меня! Неужели мы родственники?!]

[Учиха Саске: Наруто, болван! Какаши-сенсей ясно сказал: не пиши в чат, пока мы не поймем, как это работает!]

[Харуно Сакура: Да! Наруто, ты придурок!]

Увидев слова сына, Кушина едва не разрыдалась. Он не знал её. Он даже не догадывался, кто она.

[Узумаки Кушина: Привет, Наруто-кун! Ты тоже из клана Узумаки? Какое совпадение! Можешь звать меня тетей. Как у тебя дела, малыш?]

[Узумаки Наруто: Клан Узумаки... Разве такой вообще существует? Ну ладно, неважно... Тетя, у меня всё хорошо!]

Кушина с трудом сдержала лавину вопросов: «Ты хорошо ешь? У тебя есть друзья? Ты хорошо спиш?» Но она сдержала себя.

[Учиха Микото: Саске... мой маленький Саске. Как ты? Ты хорошо питаешься? Ты завел друзей?]

Саске вздрогнул. Его сердце забилось быстрее, увидев сообщение матери, его взгляд смягчился. Но вмиг, его руки задрожали так сильно, что кунаи в сумке зазвенели. Ненависть к Итачи, вспыхнула с новой силой.

[Учиха Саске: Мама... Я обязательно отомщу за вас. За весь клан. Учиха Итачи, если ты видишь это — знай, я живу только ради того, чтобы убить тебя!]

Где-то в туманных лесах Хошигаки Кисаме повернул голову к своему напарнику. Тот сидел неподвижно, глядя на экран спокойными глазами.

— Господин Итачи, похоже, ваш младший брат полон энтузиазма, — Кисаме оскалился в акульей улыбке. — Не хотите отправить ему «привет»?

Итачи проигнорировал напарника. Его лицо оставалось маской, но пальцы, скрытые широким рукавом плаща Акацуки, едва заметно дрогнули.

[Учиха Фугаку: Саске, ты еще слишком юн и ослеплен ненавистью. Если сможешь... попытайся понять Итачи.]

Саске в реальности взревел от ярости.

— Отец! Как ты можешь просить об этом?! Он вырезал наш дом! Он убил вас!

Наруто и Сакура с тревогой посмотрели на друга. Они вспомнили тот день на крыше и слова Саске о его истинной цели.

Внезапно в чате появилось новое имя, заставившее Данзо вздрогнуть.

[Учиха Шисуи: Итачи... Почему Саске хочет убить тебя? Что случилось с кланом?]

Итачи, читая эти строки, почувствовал, как в груди разливается забытая боль. Но его ответ был быстрым и ледяным, как лезвие куная.

[Учиха Итачи: Шисуи, мне нужно было проверить предел своих возможностей. Как оказалось, Клан Учиха оказался слишком слаб.]

Его слова словно пожар разожгли интерес множества ниндзя. Многие в Дереве Коноха и за ее пределами, знали что Итачи Учиха, ниндзя отступник S класса, вырезал весь свой клан.

[Учиха Шисуи: Итачи... Что ты сделал! Как ты мог! Я ведь доверил тебе будущее клана! Неужели, ты убил даже собственных родителей....]

Шисуи находящийся в белом пространстве, буквально закипал от злости, неверия и недоумения.

[Сенджу Хаширама: Что?! Клан Учиха полностью уничтожен?! Мадара, ты ведь тоже читаешь это! ]

[Сенджу Тобирама: Сарутоби! Как ты мог допустить такое?! Учихи одна из основ военной мощи Листа.]

Хирузен Сарутоби в своей резиденции снова затянулся, выпуская густое облако дыма. Он колебался, подбирая слова, чтобы не раскрыть правду и не осквернить деревню. Но его опередили.

[Шимура Данзо: Учитель, всё просто. Учиха Итачи был гением, который сошел с ума от жажды власти. А Сарутоби был слишком мягок, он не смог вовремя разглядеть тьму в его сердце!]

— Данзо, что ты творишь?! — Хирузен вскочил, ударив ладонью по столу. — Я Хокаге! Зачем ты пишешь эту ложь перед лицом основателей и учителя ?!

Данзо пристально посмотрел на него своим единственным глазом.

— Хирузен, ты слишком нерешителен. Пока ты придумывал бы «мягкий» ответ, у учителя возникли бы подозрения. Мир должен верить, что виноват только безумец Учиха Итачи. Это единственный способ сохранить честь Конохи.

В Чистой Земле Учиха Мадара, услышав новость, не почувствовал скорби. Напротив, его это даже позабавило.

-Ха-ха. Неужели после моего ухода клан стал настолько жалким, что его вырезал один человек.

Мадара смотрел на экран с холодным интересом.

-Этот экран... Непредвиденное обстоятельство. Если он может показать будущее, увидит ли мир мой триумф — "Глаз Луны"?

[Учиха Идзуна: Итачи Учиха, как ты посмел?! Мой брат Мадара столько сил вложил в процветание клана!]

[Учиха Мадара: Идзуна... не трать силы. Клан Учиха уже мертв.]

[Учиха Идзуна: Брат! Не говори так! Ты ведь так старался ради нас...]

На лице Мадары на мгновение появилась слабая улыбка.

-Идзуна...

Глава 2: Когда опадают листья, разгорается Огонь

Неожиданно, спустя короткий перерыв, на экране появился новый текст.

[Вторая Трансляция: Когда опадают листья, разгорается Огонь]

Золотая Завеса в небе вспыхнула, привлекая взгляды всех ниндзя, с чата на экран.На нем появились торжественные строки.

[Он известен как «Профессор» мира шиноби. Живая энциклопедия техник, в совершенстве владеющий всеми пятью природными стихиями.]

[Он унаследовал Волю Огня от своих предшественников и посвятил всю свою жизнь процветанию Конохи. Несмотря на ошибки прошлого и излишнюю осторожность, под его мудрым руководством Деревня Скрытого Листа процветала долгие годы.]

[Это — Третий Хокаге.]

[Это — Хирузен Сарутоби.]

На экране появилось величественное изображение Хирузена Сарутоби в черном боевом облачении, сжимающего в руках посох — перевоплощенного Короля Обезьян Энму. Заголовок под изображением гласил: «В конце концов опадающие листья раздуют Огонь».

Хирузен, сидевший в резиденции, медленно выпустил струйку дыма. Увидев себя на небесном экране, он несколько секунд молчал.

-Эти строки....- увидев их он почувствовал гордость, но вместе с тем его беспокоил заголовок под изображением.

-<<В конце концов опадающие листья раздуют Огонь... У меня неприятное предчувствие >> - подумал Хирузен.

[Узумаки Наруто: ВАУ!! Это же Дедуля Третий!! Неужели покажут его бой?!]

[Сенджу Хаширама: Ха-ха-ха! Сарутоби, да ты совсем стариком стал! Еще недавно был юнцом.]

[Сенджу Тобирама: Брат, не отвлекайся.]

Другие кто мог печатать в чате, ничего не написали, они ждали что же им покажут.

----

Изображение растаяло. Началось видео..

[На крыше резиденции стояли двое. Хирузен Сарутоби — и человек в одеяниях Четвёртого Казекаге, прижавший кунай к горлу старика сзади. Секунда тишины. Затем «Казекаге» медленно потянулся к собственному лицу и сорвал его, как маску. Под ней открылась бледная кожа, длинный язык и глаза с вертикальными зрачками.

— Орочимару! — голос Хирузена был холоден как лезвие. — Я знал, что этот день рано или поздно настанет. Однако не думай, что так просто заберешь мою жизнь!]

----

Уже эта сцена поразила всех, особенно жителей Деревни песка.

В Деревне Скрытого Песка старейшина Чие побелела.

[Чие: Орочимару! Неужели ты убил Четвертого Казегаке!]

[Казекаге Раса: Да, я умер не так давно. Около двух дней назад, до начала трансляции.]

В комнате гостиницы Конохи стояла тишина. Баки, Темари, Канкуро и Гаара смотрели на экран вместе. Когда слова Расы появились в чате, Темари не сразу поняла, что читает. Она перечитала ещё раз. И ещё.

-Около двух дней назад.

Её пальцы сжались на рукояти веера так, что побелели костяшки. Она не заплакала — она была ниндзя, дочерью Казекаге, и плакать было не в её правилах.

Канкуро рядом с ней не двигался. Его обычно подвижное лицо застыло в странном выражении. Он скосил взгляд на Гаару.

Его лицо было абсолютно пустым. Ни облегчения, ни боли — ничего. Гаара и Раса никогда не были отцом и сыном в том смысле, который понимают обычные люди.

Баки стоял позади молча. Опытный ниндзя в несколько секунд сложил картину целиком: подставной Казекаге, форсированное нападение на Коноху, смерть господина до начала вторжения. Всё это означало одно.

-<<Черт. Нас полностью обманули...>>

Но он ничего не мог сейчас сделать. В Конохе положение боевой готовности, к тому же с того момента как появился Небесный Занавес, за каждым их шагом видеться пристальное наблюдение.

В своей лаборатории Орочимару, уже почти примеривший на себя личину Расы, глядел на экран с лёгким раздражением. План рассыпался прямо сейчас, у всех на глазах. Но раздражение быстро отступило, наоборот он с еще большим интересом и предвкушением наблюдал за трансляций.

-Хе-хе-хе. Похоже мой план можно забыть. Что ж. — Он поставил маску на стол и скрестил руки.- Получу ли, я награду?

Экран продолжал показывать.

[Орочимару зловеще засмеялся. Его длинный язык скользнул по лезвию куная.

— Помнится, я предупреждал, что вам стоит избрать Пятого Хокаге как можно скорее... Третий! Потому что вы умрёте здесь и сейчас!

Внезапно из глаз Орочимару потекли слёзы. Хирузен чуть улыбнулся.

— Ты так счастлив, что плачешь? Или всё же сожалеешь — перед тем как убить своего учителя?

Орочимару резким движением вонзил кунай в собственную ладонь, заглушая чувства болью. Он вытер глаза и усмехнулся.

— Меня просто клонило в сон... Зевнул — вот слёзы и навернулись.

— Как я и думал, — тихо произнёс Хирузен. — Ты не тот человек что будет действовать только из мести. Но при этом у тебя нет ни целей, ни принципов.

Орочимару отступил, сбрасывая одеяния Казекаге.

— На мельницу, которая не крутится, скучно смотреть, — сказал он с безумным блеском в глазах. — Я хочу раскрутить лопасти снова. И ветром для этого послужит разрушение Конохи.

Хирузен лишь ухмыльнулся в ответ, мгновенно сбросив мантию Хокаге и оставшись в черном боевом костюме. Атмосфера на крыше накалилась так, что черепица под их ногами начала трескаться от давления чакры. Как только упал первый лист дерева, битва началась.

Они бросились друг на друга.]

----

В чат комнате появились сообщения.

[Узумаки Наруто: ЭЙ, ЗМЕИНЫЙ УРОД! Не смей трогать Дедулю!! Я тебя сам найду и побью!!]

[Сенджу Тобирама: Хмм.. Хирузен. Похоже, с возрастом ты стал сентиментален.]

[Сенджу Хаширама: Не будь с ним так строг. Все таки это его ученик.... Но, нельзя позволить, ему разрушить Коноху.]

[Орочимару: Ку-ку-ку... Как интересно. Кажется, мой план раскрыт чуть раньше времени. Хирузен-сенсей, вам нравится картина?]

[Четвёртый Райкаге Эй: КОНОХА! Предатель S-класса разгуливал у вас под носом в маске Казекаге — и вы ничего не заметили?! ПОЗОР!]

Экран продолжил показывать сцену.

[ Сарутоби на бегу бросил один сюрикен и сложил печати.

— Техника Теневого Клонирования Сюрикена!

Орочимару завершил длинную серию печатей и хлопнул ладонями о черепицу.

— Призыв: Нечестивое Воскрешение — Эдо Тенсей!

Из крыши с тяжелым поднялись два гроба. На их крышках зловеще чернели иероглифы «Один» и «Два». Сюрикены Хирузена бессильно вонзились в дерево. Когда начал подниматься третий гроб, Хирузен в панике сложил контрпечати:

— Третий... Я должен остановить его любой ценой!

Гроб с цифрой «Три» ушёл обратно под землю. Но первые два уже открылись. Из них вышли Хаширама и Тобирама Сенджу.

— Давно не виделись, Сару... — глухо произнес Тобирама, оглядывая свои потрескавшиеся руки.

— Ох... Ты ли это? Ну и постарел же ты, Сарутоби! — воскликнул Хаширама, печально глядя на него.

Тобирама перевел взгляд на Орочимару: — Нечестивое Воскрешение... И эту технику использовал такой юнец. Впечатляет.

— Сарутоби... в таком случае боя не избежать.

Орочимару не стал терять времени. Он вставил кунаи с печатями прямо в головы Хокаге, подавляя их волю. Из их тел хлынул пар, трещины на коже затянулись, и они стали выглядеть как живые люди, за исключением глаз: черные склеры и багровые радужки.

— Стихия Огня: Пламенный Залп Огненного Дракона! — Хирузен выдохнул колоссальный поток пламени.

— Стихия Воды: Водяная Стена! — Тобирама ответил мгновенно.

Огонь и вода столкнулись, превращая крышу в кипящий паровой котел. Тобирама топнул ногой, и из ниоткуда возникла масса воды:

— Стихия Воды: Залп Водяного Дракона!

Когда он сжал руки, невероятное количество воды собралось в огромного дракона.

Хирузен мгновенно сложил печати.

— Стихия Земли: Земляная Стена.

В одно мгновение перед ним появилась огромная и толстая стена из камня. Водяной Дракон столкнулся со стеной, но его силы не хватило чтобы разрушить ее.

В тоже время Хаширама хлопнул в ладоши — и деревья рванули вверх со всех сторон, разрушая стену. Хирузен Сарутоби метался, пытаясь уклониться, но ветви росли слишком быстро. Через секунду он оказался в ловушке, крепко зажатый разросшимися корнями.

— Сражаться одному против двоих... — прошептал он. — Как и ожидалось. Слишком тяжело.]

----

Чат группа

[Сенджу Тобирама: Орочимару. В таком возрасте освоить мою технику. Признаю — впечатляет. ]

[Орочимару: Хе-хе-хе. Я не достоин похвалы от Господина Второго. Техника действительно была не завершена.]

[Сенджу Хаширама: Тобирама! Я же говорил тебе — эта техника принесёт только беды!]

Хирузен в резиденции смотрел на экран спокойно. Словно, он уже знал, что рано или поздно такой день настанет.

— Значит, ты и правда был готов пойти на всё, — произнёс он тихо, ни к кому не обращаясь. — Даже на это.

----

[Хирузен Сарутоби, зажатый в тиски разросшегося леса, не терял самообладания. Ещё в момент атаки он успел прикусить палец до крови.

— Техника Призыва!

В густом облаке дыма возник Король Обезьян — Энма. Орочимару скривился. Эксклюзивный призыв Третьего Хокаге был известен каждому опытному ниндзя в мире — и ничего хорошего его появление не предвещало.

Едва материализовавшись, Энма окинул взглядом поле боя: покорёженную крышу, воскрешённых Хокаге с мёртвыми глазами и Орочимару

— Орочимару... Я так и знал, что рано или поздно это случится!

Затем обезьяна повернулась к Хирузену, и в его голосе слышался упрёк.

— Вот и жалей теперь, Сарутоби! У тебя был шанс прикончить его. Давным-давно. Ещё в той лаборатории.

Хирузен не стал спорить. Груз вины за тот день — за то, что он отпустил ученика, когда ещё мог остановить всё это — сейчас давил на него тяжелее, чем древесные корни Первого Хокаге.

— Я как раз собираюсь это исправить. Энма, трансформация!

Король Обезьян обратился в Адамантовый Посох. Одним круговым взмахом Хирузен разнёс сковавшие его деревья в щепки. Орочимару среагировал мгновенно — широко раскрыл рот, и оттуда скользнула змея, изрыгнувшая Меч Кусанаги.

Сарутоби спрыгнул с остатков стены, совершив еще один круговой удар. Первому и Второму пришлось отступить, а посох в руках Хирузена мгновенно удлинился, настигая Орочимару. Звон столкнувшихся Кусанаги и Посоха разнесся по крыше.

Однако возраст брал свое. Пока Хирузен отвлекался на Орочимару, Хаширама и Тобирама синхронным ударом отправили его в полет.

— Хе-хе-хе... — Орочимару рассмеялся, наблюдая за падением учителя. — Вас называли Профессором, знатоком всех техник Листа. Сенсей, не разочаровывайте меня.

В следующий миг взрывные печати, заранее прикреплённые Хирузеном к ногам воскрешённых, сдетонировали. Конечности Хаширамы и Тобирамы разлетелись в стороны. Но уже через секунду плоть начала нарастать заново — из бумажного праха, из ничего, как будто смерть для них просто не существовала.

— И что, вы будете делать теперь? — насмешливо спросил Орочимару.

Хирузен тяжело дышал, глядя на своих бессмертных учителей.

— Пока я не разберусь с душами, связанными Эдо Тенсей, всё бессмысленно. Остаётся только один выход...

Орочимару расхохотался, его голос стал пронзительным.

— Какое жалкое зрелище! Даже тот, кого когда-то называли Богом Шиноби, не смог побороть старость.

С этими словами он вцепился ногтями в собственное лицо и содрал кожу. Под ней не было ни мышц, ни костей — только бледное, нежное лицо молодой женщины.

Хирузен застыл в оцепенении:

-Кто...Кто ты такой, черт возьми?!

Орочимару мрачно усмехнулся.

-Это все еще я - Орочимару.]

----

— Значит, ты всё-таки завершил ту технику...

Голос Хирузена в резиденции был тихим. Не испуганным — усталым. В памяти старика вспыхнула сцена в лаборатории: молодой Орочимару над телами, холодный блеск в глазах, и он сам — стоящий в дверях, не решившийся войти до конца.

— Я должен был остановить тебя тогда.

На мосту Сакура в ужасе закрыла рот ладонью.

— Он содрал с себя лицо... Какаши-сенсей, что это за монстр?!

— Запретная техника переноса души, — тихо ответил Какаши. Его кулаки были сжаты под перчатками. — Он меняет тела. Использует чужую плоть как сосуд и продолжает жить дальше.

Саске стоял рядом, не шевелясь. Он просто наблюдал за событиями на экране.

Наруто на мгновение замолчал, а его лицо скривилось.

[Узумаки Наруто: ФУ-У-У! Это самое мерзкое, что я видел! Старик змея — девчонка?!]

[Джирайя: Сколько тел ты уже сменил? Сколько людей стали твоими сосудами и умерли ради твоего бессмертия?. Я до сих пор не понимаю, как ты пришёл к этому.]

[Цунаде: Использовать чужое тело как сосуд. Снимать лица как маски. Орочимару — ты всегда был не в себе, но это за гранью любого безумия.]

----

[— Именно поэтому я не позволил тебе стать Четвертым Хокаге, — голос Хирузена дрожал от гнева и печали. — Твое извращенное мышление всегда было твоим проклятием.

Орочимару лишь облизнул губы.

— Эта техника позволяет душе существовать вечно! Мне просто нужно менять сосуд. Это Техника Вечной Жизни!

Он вытер лицо ладонью, и лицо приняло прежний облик.

— Старение — это грех, сенсей. Увидев вас, я лишь убедился в этом. Я получу новое, совершенное тело прямо здесь, в Конохе! А вы — умрете!

Хирузен быстро сопоставил факты: экзамен чунина, метка проклятия в лесу, нездоровая одержимость Шаринганом.

— Это он... Учиха Саске? Твоя цель — Саске?!

Орочимару не стал отрицать. Он расхохотался — с удовольствием, как человек, которому наконец-то позволили сказать вслух то, что давно было очевидно.

— Совершенно верно!

В этот же миг Хаширама хлопнул в ладоши.Деревья взорвались вверх со всех сторон, заполняя пространство барьера живой зелёной массой. Хирузен едва успел укрыться в защитной клетке из Адамантового посоха. Когда пыль осела — старик выпрямился.

Он не стал медлить. Сложил серию печатей.

— Техника Теневого Клонирования! — «Бам!», и рядом возникли два клона.

Не медля ни секунды, все трое начали складывать длинную серию печатей: Змея. Кабан. Баран. Заяц. Собака. Крыса. Птица. Лошадь. Змея.

Воздух над крышей изменился.

Не похолодел — он стал другим. Пустым. Как будто из него выкачали что-то невидимое, без чего живые существа обычно просто не замечают, что дышат. Само пространство словно подалось назад, освобождая место для того, кому здесь не место среди живых.

За спиной Хирузена появилось странное существо.

Огромное. Белые волосы до земли. В зубах — нож, с лезвия которого капала призрачная слюна. То, что было его лицом, не предназначалось для взгляда живых.

Бог Смерти. Шинигами.

Из спины Хирузена медленно потянулась его собственная душа — полупрозрачная, синеватая, намертво зажатая в призрачных пальцах жнеца тонкими светящимися нитями. Старик на секунду скосил взгляд назад. Почувствовал, как волна холода прокатилась по коже.

Он знал: пути назад нет.

— Чтобы вы ни замыслили, уже поздно... Лист будет стер с лица земли! — Орочимару, не видя Бога Смерти считал, что полностью контролирует ситуацию. Он направил двух Хокаге в атаку.

— Гендзюцу: Техника Бесконечной Тьмы!

Тобирама сплел пальцы, и черная завеса поглотила весь свет внутри барьера.

Мгновенно погрузившись в абсолютную тьму, Хирузен мог полагаться только на слух и чутье.

Бах! Бах! Бах!

Удары Хаширамы и Тобирамы посыпались со всех сторон. Ослепленный Хокаге не успевал блокировать их все.

— Ну что! — раздался глумливый голос Орочимару из пустоты. — Неужели вы продолжите верить в Коноху? Вы всего лишь очередной глава организации под названием «Коноха». Даже ваш каменный лик на скале обратится в пыль!]

-------

Наруто, который обычно не затыкался, сейчас молчал. От существа за спиной Хирузена веяло чем-то, что не поддавалось описанию. Не страхом. Чем-то глубже страха.

—Какаши-сенсей... — его голос впервые за всю трансляцию стал совсем тихим. — Что это такое?

Какаши, чей Шаринган бешено вращался, ответил

— Это... Печать Бога Смерти. Техника, которую можно использовать только один раз. Наруто, Сакура, Саске... смотрите внимательно. Это цена, которую платит Хокаге, ради защиты деревни.

Саске который услышал что был целью Орочимару, почувствовал холод.

-<< Этот человек, хочет заполучить мое тело?>>

Видя силу Орочимару, он прекрасно понимал что никак не сможет противостоять ей. Его руки сжались.

В отдаленном месте Итачи, не смог скрыть свои эмоции и нахмурился.

-<< Саске... >>

[Чат-комната]

[Сарутоби Хирузен: Орочимару... Ты никогда не понимал истинной сути Хокаге. Смотри внимательно. ]

----

[Хирузен, истекая кровью под ударами во тьме, лишь ухмыльнулся.

— Пф... Деревня Скрытого Листа — это не просто организация...

В этот миг золотая Завеса в небе словно соединилась с разумом Третьего. Вместо битвы на экране перед глазами всех жителей мира шиноби начали всплывать воспоминания Хирузена.

Юный Хирузен стоит рядом с Хаширамой и Тобирамой. В их взглядах — ожидание и вера.

Сарутоби с гордой улыбкой стоит позади своих учеников — Орочимару, Джирайей и Цунаде. Тогда они еще были едины.

— Каждый год в деревне рождается множество ниндзя.

Джирайя смеётся рядом со своими учениками. Среди них — сияющий Минато Намикадзе. Орочимару, тренирующий маленькую Митараши Анко .

— Они растут...

Взрослый Минато вместе с Какаши, Обито и Рин. Младенец Наруто, укутанный в одеяло, молодой Ирука, Конохамару.

— Живут... сражаются... защищают то, что им дорого. Даже ценой собственной жизни. И пускай живущие здесь не связаны кровными узами...

Картины сменяются одна за другой — шиноби, дети, обычные жители Конохи.

— Для меня они все дороги. Дороги как семья!]

-----

В Конохе воцарилась гробовая тишина. Будь то ниндзя или обычный житель деревни, все они смотрели на экран с блестящими глазами.

Слова Четвертого Хокаге, тронули их до глубины души.

[Чат-комната]

[Сенджу Хаширама: Сарутоби! Ты всё понял правильно! Воля Огня — это не сила техник, это сила любви к своим людям и Деревне! Тобирама, ты видишь? Мы воспитали достойного преемника!]

[Сенджу Тобирама: Сару, ты оправдал наши ожидания.]

[Джирайя: Старик...]

Нагато который наблюдал за трансляцией, слегка пошевелил губами

— Красивые слова. Но в мире шиноби, любовь всегда ведет к ненависти.

Другие главы деревень ничего не писали в чат, сейчас каждый из них прибывал в собственных размышлениях. Хоть, все они и были врагами, они не могли не почувствовать уважения, к Сарутоби.

Глаза Хирузена сидящего в резиденции были закрыты, перед его глазами пролетал каждый миг его жизни

----

[— Орочимару! — голос Хирузена вновь стал твёрдым. — Я покажу тебе технику, которую даже ты не знаешь!

— Печать Бога Смерти!

Два теневых клона рванулись вперёд сквозь тьму.

Их носы слегка дернулись — они искали цель по запаху и чакре. Несмотря на то, что Хаширама и Тобирама пытались сбить их с толку, меняя направление, клоны наконец «учуяли» их.

В тот же миг за спиной оригинала, Бог Смерти вытянул свои призрачные когти. Они прошли сквозь душу Хирузена, вырвались прямо из животов двух теневых клонов и намертво вцепились в души Первого и Второго Хокаге.

Когда руки с силой потянули их на себя, окружающая тьма начала рассеиваться. Перед зрителями предстали Сенджу Хаширама и Сенджу Тобирама, застывшие и скованные невидимой силой.

— Прости, Сарутоби... — тихо сказал Хаширама, чье сознание наконец пробудилось.

Тобирама слабо улыбнулся, глядя на ученика

— Доставили же мы тебе проблем...

Два великих Хокаге, полностью придя в себя перед концом, извинились перед Хирузеном. Сарутоби завершил запечатывание, и на животах его клонов вспыхнула печать Бога Смерти. Выполнив задачу, клоны исчезли в облаках белого дыма.

— Это вы простите меня, Господин Первый... и учитель Тобирама, — прошептал Хирузен, который закрыл глаза.

В этот момент перед его глазами и глазами всех зрителей вспыхнули последние наставления учителей. Сначала появился живой Хаширама.

— Все в деревне — словно часть моего тела. Они верят в меня, а я верю в них. Вот что значит быть Хокаге.

Затем его сменил Тобирама в день своего самопожертвования.

— Сару, всем сердцем люби деревню. Защищай каждого, кто в тебя верит, и вырасти тех, кому можно доверить следующую эру. С завтрашнего дня ты — Хокаге!

Хирузен резко открыл глаза и сжал адамантовый посох.

— В бой, Энма!

Он ринулся вперед. Орочимару, оставшись без поддержки воскрешенных Хокаге, был вынужден защищаться мечом Кусанаги.

Однако в ближнем бою даже легендарный Саннин не мог тягаться с Хокаге.

ЛЯЗГ!!

Орочимару с глухим стуком отлетел назад, его рука онемела от столкновения с Адамантовым посохом. Увидев, что следующее движение Энмы направлено прямо ему в голову, Орочимару вскричал.

-Скрытые теневые змеиные руки!

Десятки питонов вырвались из его рукава, оплетая посох и сковывая его в воздухе.

Хирузен, бросив оружие, подобрался вплотную. Его пальцы стальным захватом впились в плечи ученика. В ту же секунду из живота Сарутоби вырвалась полупрозрачная, рука Бога Смерти. Она прошла сквозь тело Хокаге и вонзилась прямо в грудь Орочимару, хватая его за саму суть бытия.

-Вот и конец!

В этот момент Орочимару впервые в жизни почувствовал леденящий, парализующий страх. Смерть коснулась его напрямую. В отчаянии он шевельнул пальцем, и меч Кусанаги, лежавший в стороне, взмыл в воздух, направляемый волей хозяина.

-Умри!

Пффф!!

Меч вонзился в спину Хирузена. Энма вскрикнул и попытался перехватить лезвие голыми руками, но опоздал — сталь прошла сквозь грудь старика. Орочимару, чье лицо было искажено ужасом и недоумением, прохрипел.

— Почему... почему вы не увернулись?!

Хирузен закашлялся кровью, его голос стал слабым, но в нем слышалось торжество.

— За использование этой техники... ты отдаешь Богу Смерти свою душу. Моя жизнь — это цена запечатывания. Уклоняться не было смысла... Я в любом случае умру. Но твоя душа уйдет вместе со мной.

Орочимару задрожал.

— Это та самая техника, которой Четвертый...

— Верно. Та, что запечатала Девятихвостого. Ты уже должен видеть его... Души в чреве Бога Смерти никогда не обретут покой. Они обречены сражаться друг с другом целую вечность!

Орочимару застыл, его зрачки сузились до крошечных точек. Перед ним, возвышаясь над спиной Хирузена, стояло существо, чей лик приводил в ужас. Бог Смерти медленно вынул нож из зубов, и призрачная слюна капала на лезвие, предвкушая жатву.

— Это и есть Бог Смерти?! Вздор! Я не позволю! — взревел Орочимару.

Его ярость была лишь маской, скрывающей животный ужас. В истерике он попытался вонзить меч Кусанаги глубже в грудь Хирузена, чтобы оборвать жизнь старика до того, как печать завершится. Но Энма, чьи руки были изрезаны до костей, держал лезвие мертвой хваткой.

Хирузен почувствовал, как мир вокруг начинает тускнеть. Сердце билось всё реже, а чакра почти иссякла. Он понял: вытянуть всю душу Орочимару у него не хватит сил.

— У меня не хватит сил, чтобы вытянуть твою душу целиком... — прохрипел он, сплевывая густую кровь.

Орочимару, почувствовав надежду на спасение, широко и безумно улыбнулся.

— Прошу, умрите вы уже наконец, Сарутоби-сенсей!

— Однако, сейчас твоим амбициями придет конец!

Хирузен Сарутоби собрал последние искры своей жизни. Под аккомпанемент его предсмертного рева Бог Смерти за спиной обнажил свой короткий меч. В ослепительной вспышке призрачного клинка часть души Орочимару была вырвана из его тела и втянута в живот Сарутоби.

В тот же миг руки Орочимару на глазах у миллионов зрителей начали стремительно увядать. Кожа почернела, мышцы атрофировались, превращаясь в гнилую, мертвую плоть. Руки, которыми Орочимару так гордился, которыми он планировал переписать историю мира, пришли в полную негодность.

— Отныне ты не сможешь использовать свои руки... — голос Хирузена был едва слышным шепотом. — А без них ты не сможешь складывать печати. Ты лишишься всех своих ниндзюцу.

— НИКЧЕМНЫЙ СТАРИК! ВЕРНИ МОИ РУКИ! — взревел Орочимару. В этот миг он извергал чистейшую ярость, смешанную с бессилием. Он выглядел невероятно жалко, царапая бесполезными конечностями воздух.

Хирузен Сарутоби слабо улыбнулся. В этой улыбке не было злорадства, только глубокое облегчение и печаль.

— Какой же ты глупый, Орочимару. Жаль, что я не смог забрать тебя с собой полностью... Встретимся на том свете, мой ученик.

Глаза Третьего начали медленно закрываться. Последнее, что он слышал, был истеричный крик своего любимого когда-то ученика.

— Полудохлый старик! Да как ты посмел лишить меня всех техник?!

На миг на лицо Орочимару, наложилось его молодое лицо.

Хирузен Сарутоби удовлетворенно рухнул на землю. Он выполнил свое обещание, свой долг и свою миссию. Изображение застыло на его лице — он умер с искренней улыбкой.

Глава 3. Три дня раздумий

Все жители Конохи в этот момент не могли сдержать слёз.

На улицах деревни царила непривычная тишина. Торговцы бросили прилавки. Дети замерли посреди игр. Пожилая женщина у колодца прижала руку ко рту, беззвучно плача. Ниндзя на постах стояли неподвижно, сжав кулаки.

Третий Хокаге. Дедуля. Профессор.

Он умер с улыбкой.

— Старик! — Наруто всхлипнул, не стесняясь слёз. Его кулаки были сжаты так, что костяшки побелели. — Старик, ты...

Сакура закрыла лицо ладонями. Плечи её вздрагивали.

Саске стоял молча.

Какаши тихо смотрел на изображение. Его единственный видимый глаз был прикрыт.

Асума Сарутоби стоял среди своих подопечных — Ино, Шикамару, Чоджи. Он молча достал сигарету и закурил. Но в этот момент её вкус был невыносимо горьким.

—«Отец....»

Он не стал вытирать глаза. Просто смотрел в небо и курил.

[Чат комната]

[Сенджу Хаширама: Сарутоби...]

[Сенджу Тобирама: Достойный конец. Ты умер как Хокаге, Сару]

[Намикадзе Минато: Господин Третий... Спасибо вам. За деревню. За всех нас]

[Джирайя: Старик... Ты всегда был упрямым. До самого конца. Я горжусь тобой, сенсей]

[Ооноки: Хм. Значит, вот каков конец Хирузена Сарутоби]

[Райкаге Эй: Не хочу этого признавать, но таким и должен быть лидер деревни]

[Тэруми Мэй: Покойся с миром, Третий Хокаге.]

----

Орочимару всё ещё находился в лаборатории. Он наконец-то отошел он лабораторного стола, и сел в ближайшее кресло.

Несколько секунд он молчал.

— Значит, даже со всеми моими приготовлениями... я не смог раскрутить мельницу, — тихо произнёс он наконец. В голосе не было ни злости, ни сожаления — только холодная, констатация факта.

Он скосил взгляд на экран, где только что угасло умиротворённое лицо Хирузена.

— Но... похоже, Небесный Занавес уже делает эту задачу за меня.

Губы Орочимару тронула тонкая улыбка.

----

В своей резиденции Хирузен медленно выдохнул тонкую струйку дыма. Наблюдать за собственной смертью было странно — не страшно, но неприятно. Как смотреть на чужое отражение в мутном зеркале.

Однако, глядя на своё лицо в финальном кадре — умиротворённое, без тени страха — он не мог не почувствовать, как внутри что-то отпускает.

—«Всё-таки я смог выполнить свою роль. Если моё будущее именно таково — значит, нужно успеть выбрать достойного преемника.»

Он перевёл взгляд на чат. Пробежал глазами сообщения — и вдруг его бровь едва заметно дрогнула.

—«Но...Почему они все пишут так, словно я уже мёртв?! Я ещё здесь, между прочим!»

Хирузен с достоинством затянулся трубкой и промолчал.

Данзо стоял у окна с непроницаемым лицом. Со стороны — образец невозмутимости. Но за этой маской внутри него что-то тихо ликовало.

—«Вот к чему привела твоя мягкость, Хирузен. Ты умер, потому что не смог вовремя убить собственного ученика. Слабость всегда находит свою цену.»

Его пальцы чуть крепче сжали рукоять трости.

—«Если Хирузен мёртв — следующим Хокаге стану я. В деревне нет никого, кто мог бы встать на моём пути. Интересно, покажет ли это Небесный Занавес?»

В этот момент на экране вспыхнула золотая надпись.

[Выдача наград за вторую трансляцию:]

[Хирузен Сарутоби: Омоложение на 20 лет.]

[Орочимару: Завершённая Техника Вечной Жизни.]

Данзо увидел это первым. И впервые за всю трансляцию его маска дала трещину.

На глазах у двух старейшин и самого Данзо, Хирузен Сарутоби начал меняться. Морщины разглаживались — медленно, а потом всё быстрее, словно кто-то перематывал время назад. Седина растворялась прядь за прядью. Сутулость, въевшаяся в плечи за десятилетия, исчезла — спина распрямилась сама собой. Старческий туман в глазах сменился острым, молодым взглядом.

Хирузен невольно привстал. По телу разливалась сила — живая, настоящая, та самая, которую он терял по крупице каждый год. Боль в суставах, ставшая уже привычным фоном жизни, просто исчезла.

С шестидесяти девяти — до сорока девяти. Двадцать лет одним мгновением.

Сорок девять — не юность. Большинство ниндзя в этом возрасте уже давно на пенсии. Но Хирузен Сарутоби в сорок девять был на пике своей карьеры — лишь самую малость ниже абсолютного предела своих возможностей. С такой силой он победил бы Орочимару, без Печати Бога Смерти.

— Сарутоби... — Данзо невольно заскрежетал зубами. Единственное слово. Больше он себе не позволил.

В лаборатории Орочимару смотрел на надпись о своей награде. Несколько секунд — тишина.

Потом он засмеялся. Тихо сначала, потом всё громче.

— Ха... ха-ха-ха.

В его разуме вспыхивали новые знания. Завершённая Техника Вечной Жизни легла в сознание как ключ в замок, для которого она и была создана. По сравнению с ней его нынешняя версия техники была грубым наброском. Черновиком. Мусором.

— Значит... вот как это должно было выглядеть, — прошептал он, медленно сжимая и разжимая пальцы. — Мне больше не нужно подбирать подходящий сосуд. Сосуд сам подстроится под мою душу. Словно он всегда был моим.

Он откинулся назад, глядя в потолок лаборатории с видом человека, которому только что вручили ответ на главный вопрос жизни.

— Небесный Занавес... — Орочимару облизнул губы. — Пожалуй, я пересмотрю своё отношение к этому явлению.

[Сегодняшние трансляции подошли к концу]

[Система будет показать различные моменты будущего каждые 3 дня. Со следующего периода система начнет задавать вопросы. За правильные ответы на которые, полагается награды.]

После того как золотые занавесы сомкнулись и экран в небе погас, мир ниндзя словно выдохнул — и тут же снова набрал воздух.

Военное положение в деревнях постепенно сняли, но количество патрулей у стен удвоили. Экзамен на чунина в Конохе был официально отложен на неопределённый срок. Джирайя и остальные ниндзя, наконец-то вернулись.

Через два дня после трансляции в здании Хокаге собрались все: старейшины кланов, лидер Корня, советники и элитные джонины. Когда Хирузен вошёл в зал, по комнате пробежал едва слышный вздох. Морщины разгладились. Взгляд — острый, молодой. Аура давила на плечи всем присутствующим даже без всякого намерения с его стороны.

Данзо, стоявший в стороне, не произнёс ни слова. Просто смотрел.

Первым заговорил Шикаку Нара — сухо, по делу, без лишних слов.

— Доложу обстановку. Относительно Системы: мы не можем утверждать со стопроцентной уверенностью, что Небесный Занавес показывает точное будущее. Однако отрицать его силу тоже невозможно. Генин Рок Ли прошёл полное обследование — клан Яманака проверил сознание, медики осмотрели тело. Никаких печатей, ограничений, внешнего вмешательства. Его физические показатели действительно удвоились. С Хокаге-сама — аналогичная картина.

Он сделал паузу, давая присутствующим переварить сказанное, и продолжил.

— Теперь о внешней обстановке. В Конохе сейчас находятся ниндзя из других деревень — участники экзамена. Среди них джинчурики Однохвостого, Гаара из Песка. Деревня Песка в данный момент крайне уязвима: смерть Казекаге стала достоянием всего мира, джинчурики за пределами деревни. По моей оценке, с вероятностью шестьдесят процентов Камень или Облако попытаются воспользоваться моментом. Деревня Тумана занята внутренними реформами — они вряд ли будут действовать активно. Главная угроза — Камень и Облако. Также обе деревни, уже прислали гонцов с требованием вернуть своих ниндзя.

В зале установилась тишина. Затем Данзо ударил тростью о пол.

— Момент идеальный, — произнёс он спокойно, почти лениво — тон человека, который давно всё решил. — Песок ослаблен, Туман занят собой. Камень и Облако ещё не успели скоординироваться. С помолодевшим Хокаге, с возвращением одного из Саннинов и полным составом наших сил — мы сейчас на пике. Захватить Песок, не дать Камню и Облаку поднять головы, постепенно взять под контроль их ресурсы. Два джинчурики у нас уже есть. Это шанс, который выпадает раз в поколение.

Двое старейшин переглянулись и молча кивнули. Несколько сторонников Корня сделали то же самое.

Хирузен покачал головой.

— Нет.

Одно слово. Негромко — но в зале стало тише.

— Мы уже заключили мир с Деревней Песка. Нарушить его сейчас — значит показать всему миру, что слово Конохи ничего не стоит. — Он обвёл взглядом собравшихся. — Кроме того, Данзо, ты забываешь об одном: Небесный Занавес смотрел весь мир. Деревня Песка, сейчас словно бомба, которая готова взорваться в любой момент.

Данзо не ответил. Хирузен продолжил:

— Элитный отряд Анбу — тридцать человек — выдвигается к границам Песка. Задача: наблюдение. Если Камень или Облако попытаются атаковать, сенсоры немедленно доложат. Дальнейшие решения — по ситуации. Обсуждение закрыто.

Голос был ровным. Но что-то в нём изменилось по сравнению с тем Хирузеном, которого они знали неделю назад. Что-то, от чего даже Данзо промолчал.

Шикаку кашлянул и добавил:

— Есть ещё один момент, который стоит учесть. Мы не знаем, что покажет Система в следующий раз. Награды могут получить не только наши ниндзя — но и враги. Причём мы не знаем ни содержания наград, ни их масштаба. Система также объявила о викторинах — правильный ответ тоже даёт награду. Действовать агрессивно в условиях такой неопределённости — значит рисковать вслепую. Лучшая стратегия сейчас — ждать и наблюдать.

— Что касается ниндзя других деревень, — добавил он, — Держать их силой смысла нет. Эти генины, не угроза. Зато их присутствие среди мирных жителей создаёт ненужное напряжение. Лучше дать им уйти.

Возражений не последовало. Все присутствующие молча разошлись по своим делам.

----

Наруто сидел дома и механически ел рамен.

Обычно это был лучший момент дня — горячий бульон, мягкая лапша, тишина после шумной улицы. Но сейчас вкус почти не доходил до него. Палочки двигались сами по себе, пока голова была где-то далеко.

— <<Хокаге...? Хокаге...?>>

Он повторял это слово уже который раз — не как лозунг, не как боевой клич, а как вопрос.

Раньше всё было просто: стать Хокаге — значит стать самым сильным, самым крутым, чтобы все вокруг наконец признали его. Это была цель, которую он носил как броню — громко, с вызовом, назло каждому презрительному взгляду в спину

Но то, что он увидел на экране, не укладывалось в эту схему.

Старик с мечом в спине. Умирающий — и улыбающийся. Не потому что победил врага. А потому что успел защитить своих.

"Все в деревне — словно часть моего тела. Они верят в меня, а я верю в них. Вот что значит быть Хокаге"

"Всем сердцем люби деревню. Защищай каждого, кто в тебя верит, и вырасти тех, кому можно доверить следующую эру"

Наруто медленно опустил палочки.

Вера. Оба говорили о вере. Первый и Второй Хокаге — верили в людей и они верили им. Третий — умер ради тех, кого любил. Это и было основой. Не сила. Не титул. А связь.

—«Значит, чтобы стать Хокаге... в меня должны верить люди деревни.»

И вот здесь что-то внутри споткнулось.

Потому что он вспомнил. Не захотел — но вспомнил. Взгляды на улице, которые он научился не замечать ещё в детстве. Спины, которые поворачивались, когда он проходил мимо. Слова, брошенные вполголоса — достаточно тихо, чтобы сделать вид, будто он не слышит. Лавки, где его не обслуживали. Множество дней, которые он провел в одиночестве.

—Но... разве мне нужна вера от этих людей?

Вопрос был тихим, но он гремел в его ушах.

Наруто резко мотнул головой и хлопнул ладонью по столу.

— Нет! Я стану Хокаге — и тогда они сами всё поймут! Я докажу им, а не буду ждать, пока они поверят! Я ЗАСТАВЛЮ ИХ ПОВЕРИТЬ В МЕНЯ!

Слова прозвучали уверенно. Так, как он всегда говорил.

Но рамен остыл. И где-то в самой глубине, там, куда он старался не смотреть, тихо шевелилась маленькая холодная мысль: а нужно ли мне это?

Наруто снова взял палочки. Сделал большой глоток бульона. И запретил себе думать дальше.

----

Саске стоял на тренировочной площадке в полной темноте.

Фонари уже не горели. Где-то вдалеке лаяла собака. Он не помнил, как сюда пришёл — просто обнаружил себя здесь, с синяками по всему телу после тренировки, которая никак не хотела заканчиваться.

Вчера он вызвал Рока Ли на поединок.

Саске не любил об этом думать. Но мысль возвращалась сама — как заноза, до которой больно дотрагиваться и невозможно не трогать. Ли просто раздавил его. Даже Шаринган не успевал. Саске проигрывал человеку, который не может использовать чакру — и это было оскорблением такого масштаба, что злость на него почти не оставалось сил. Только холодный, трезвый вывод.

— «Если я не могу победить даже его — как я убью Итачи?»

А потом была трансляция. И слова Орочимару — брошенные мимоходом, почти небрежно — о том, что Саске является его целью. Что его тело — идеальный сосуд.

Саске не боялся Орочимару. Точнее — говорил себе, что не боится. Но он видел, как тот сбросил чужое лицо, как менял тела словно одежду. И понимал: сейчас, в своём нынешнем состоянии, он ничего не смог бы противопоставить этому человеку.

Ничего.

Он сложил печати и выдохнул:

— Стихия Огня: Техника Великого Огненного Шара.

Огонь вырвался вперёд — ровный, сильный, правильный. Техника клана Учиха, которую он отточил до автоматизма. Пламя осветило площадку на секунду и погасло.

— Этого мало.

— Отец, — тихо сказал Саске в темноту. — Я до сих пор не понимаю, почему ты сказал мне понять его. После всего, что он сделал — как ты мог просить меня об этом?

Ответа, разумеется, не было.

За его спиной раздался тихий шаг.

— Такими темпами тебе не стать сильнее

Саске обернулся. Какаши стоял у края площадки — руки в карманах, взгляд без всякого выражения. Но именно этот взгляд Саске научился читать: пустота в глазах Копирующего ниндзя означала, что он думает быстро и серьёзно.

— Как давно ты здесь?

— Недолго, — ответил Какаши. — Раз экзамен отложили, у меня появилось время. И я решил потратить его на твои тренировки.

Саске прищурился.

— Почему именно сейчас?

Какаши помолчал секунду.

— Потому что ты только что узнал, что на тебя охотится Орочимару. И потому что я видел твоё лицо во время трансляции, когда Ли снял утяжелители. Учитывая, твою цель и твой характер. Сейчас ты наверняка на взводе.

Саске стиснул зубы. Это был точный удар.

— Злость — хорошее топливо, — продолжил Какаши, не меняя тона. — Но только если знаешь, куда её направить. Становись в стойку.

Саске помедлил одну секунду. Потом развернулся и встал в позицию.

------

Прошло три дня с момента появления Небесного Занавеса.

Одни оставались у себя дома, вторые собрались в группу.

Весь мир ниндзя затаил дыхание ожидая начала трансялции.

Мир ниндзя к этому готовился. Деревни усилили наблюдение, сенсоры дежурили круглосуточно. В Конохе команда №7 собралась на тренировочном полигоне. Даже Наруто не шумел. Просто стоял, засунув руки в карманы, и смотрел в небо.

Какаши пришёл вовремя. Впервые за всё время.

Никто этого не прокомментировал.

Золотые занавесы медленно разошлись. Экран вспыхнул чистым светом, и на нём появились строки.

[Третья Трансляция: Свет, что угас раньше времени.]

Глава 4: Третья Трансляция

В этот раз Небесный Занавес не показал вступительного изображения и не представил героя — в отличие от прошлых трансляций. Но уже само название заставило многих задуматься о том, что им покажут чью-то смерть.

Тёмный экран вспыхнул. И началось.

[Коноха. Солнечное утро.

Маленький мальчик лет пяти несётся по улице со всех ног — взъерошенные тёмные волосы, защитные очки на лбу, выражение человека, который опаздывает на очень важное мероприятие.

— Я опаздываю! — выкрикнул он на бегу, едва не снося прохожих.

Но когда он влетел на территорию Академии — ноги сами остановились

Церемония поступления заканчивалась. Толпа детей его возраста уже выходила навстречу — с документами в руках, довольные, шумные. Среди них мелькали знакомые лица: белобрысый мальчик с маской, темноволосый разговаривающий с красноглазой девочкой, а также парень в странном зеленом комбинезоне.

Его шаги замедлились и он встал как вкопанный уставишь на Академию Ниндзя.

-<<Неужели, я теперь не смогу стать ниндзя?>>

Обито стоял как вкопанный и смотрел на Академию

—«Неужели... я теперь не смогу стать ниндзя?» — пронеслось у него в голове.

Толпа прошла детей прошла мимо. А Какаши бросил на него насмешливый взгляд

— Это только поступление, а ты уже опоздал. Таким, как ты, вообще не место в Академии

Обито впился взглядом в Какаши. Хотел что-то ответить — но не успел. За спиной раздались лёгкие шаги, и он обернулся.

Позади стояла девочка с короткими волосами цвета каштана и спокойными глазами. В вытянутых руках она держала конверт.

— Ничего страшного, Обито. Я взяла документы и для тебя. Просто подпиши — и всё будет хорошо

Обито опешил. Потом медленно покраснел. Потом бережно взял конверт обеими руками.

— Спасибо. Ты мне жизнь спасла, — сказал он с такой широкой улыбкой, что очки съехали набок.

— Будешь вечно его прикрывать — он никогда не изменится, — бросил Какаши, не оборачиваясь.

-Завались, в морду захотел! — взвился Обито.

Рин с улыбкой наблюдала за их перепалкой.]

[Чат-комната]

[Узумаки Наруто: Эй, этот парень — кто это вообще?!]

[Намикадзе Минато: Это Обито. Учиха Обито. Один из моих учеников.]

[Сенджу Хаширама: Ха-ха! Как хорошо что молодёжь Конохи такая живая и энергичная!]

[Сарутоби Хирузен: Помню этого мальчика. Он был весьма популярен у пожилых жителей деревни. Они часто упоминали его имя.]

[Узумаки Наруто: Погоди — это же маленький Какаши-сенсей рядом с ним?! Неужели, в детсве он был таким резким?!]

[Харуно Сакура: Какаши-сенсей... вы были довольно язвительным. А кто эта девочка?]

[Намикадзе Минато: Это Нохара Рин. Медик нашей команды.]

[Нохара Рин: Здравствуйте, сенсей. Рада снова вас видеть. Не думала что окажусь на экране. Обито, Какаши — вы здесь?]

[Намикадзе Минато: Привет, Рин. Я тоже рад.]

[Узумаки Кушина: Привет Рин! Как же хорошо что мы снова можем общаться! Обито, Какаши — напишите хоть что-нибудь, не заставляйте Рин ждать!]

В измерении Камуи Обито смотрел на экран — на себя пятилетнего, с конвертом в руках и очками набекрень.

Потом его взгляд переместился на чат. Он видел как Рин писала. Девушка, которой он дорожил больше жизни — живая, настоящая, всего в нескольких строках отсюда. Он мог ответить. Мог поздороваться. Мог написать хоть что-нибудь.

Но не стал.

-<<Рин... Просто подожди ещё немного. Совсем скоро. Я создам мир где не будет боли. Мир в котором будешь жить ты.>>

Он отвёл взгляд от чата и снова уставился в экран — туда, где маленький Обито улыбался во весь рот с очками набекрень.

На тренировочном полигоне Какаши широко распахнул глаза.

-<< Обито...Рин...>>

Он не двигался, в этот миг он не мог вспомнить сцены мучающие его каждую ночь. Но он собрался, его рука медленно потянулась. Он написал — коротко, без лишних слов. Больше он сейчас не мог.

[Чат-комната]

[Хатаке Какаши: Привет Рин. Здравствуйте Минато- Сенсей, Кушина сама.]

[Нохара Рин: Какаши. Рада тебя слышать.]

[Намикадзе Минато: Хорошо что ты здесь.]

[Узумаки Кушина: Какаши-кун! А Обито? Почему он молчит?]

Сцена сменилась.

[ Тот же день, но уже вечер. Обито и Рин идут по улицам Конохи.

— Хатаке Какаши! — Обито произнёс это имя как боевой клич. — Я уделаю его и стану Хокаге. Вот увидишь!

Рин чуть улыбнулась и кивнула — не насмешливо, а по-настоящему, как человек который верит.

На следующий день Обито шагал в Академию переполненный энергией. Но на полпути мимо него прошла пожилая женщина с тяжёлыми сумками. Он остановился. Секунды раздумий не было — просто подхватил сумки и пошёл рядом.

— О боже, я снова опаздываю! — выкрикнул он, разворачиваясь и бросаясь бежать после того как донёс их до дома.

Но успел. Едва-едва — но успел.

В классе стояла оживлённая атмосфера. Вскоре вошёл учитель, представился и попросил каждого рассказать о себе.

Обито вскочил первым. Резко развернулся спиной к классу и ткнул большим пальцем в герб клана Учиха на спине.

— Я - Обито Учиха!

Потом обернулся — очки, лучезарная улыбка, полная уверенность в голосе.

— И я тот, кто станет Хокаге!

В следующий миг Обито уже стоял на подиуме. Чуть поодаль от него, за судейским столом сидели трое с мужчин.

— Я Обито Учиха! Я покажу Стихию Огня: Техника Великий Огненный Шар!

— О похоже наш юный претендент, хочет показать фирменную технику клана Учиха! Можешь приступать! -Ведущий оживился — всё-таки фирменная техника клана Учиха, это не шутки. Зрители подались вперёд, с ожиданиым наблюдая за Обито.

Обито нервно сложил печати.

-Стихию Огня: Техника Великий Огненный Шар! - набрав воздух в лёгкие, он выдохнул.

Из его рта вырвался маленький огонёк. Размером примерно с кулак.

Судьи одновременно опустили головы. Ведущий криво усмехнулся, но быстро взял себя в руки.

-Давай-те, поаплодируем претенденту. Судьи, покажите свои оценки.

Судьи переглянулись. Учли возраст, учли сложность техники — и все трое подняли таблички с шестёркой. Максимальный балл с учётом обстоятельств.

Обито покинул сцену. Рин тут же подошла к нему.

— Обито, ты был великолепен.

Обито смущенно почесал затылок.

— Хе-хе... Сегодня я был не в лучшей форме. Но первое место всё равно будет моим

— Следующий участник — Какаши Хатаке! — объявил ведущий.

Обито вздрогнул. Недовольно уставился на Какаши, который вышел на сцену с видом человека, которому всё это немного скучно.

— Какаши, что ты собираешься показать?» — мягко спросил ведущий у стоявшего перед ним мальчика.

— Стихия Земли: Техника Земляной Волны - ответил без энтузиазма Какаши.

— О? Для этой техники нужно много чакры. Ты уверен? — удивился ведущий

Какаши лишь слегка кивнул. Под сценой Обито скептически прищурился.

— <<Кто в нашем возрасте вообще освоил бы такую технику?>>

В этот миг Какаши сложил серию печатей и ударил ладонями о пол.

- Стихия Земли: Техника Земляной Волны

Деревянный настил сцены вздыбился волной, и пространство вокруг сцены тоже пошло рябью. Рин пошатнулась и чуть не упала, но Обито среагировал молниеносно, подхватив её за локоть.

Все трое судей одновременно подняли таблички с высшим баллом.

— Первое место - Какаши Хатаке! — объявил ведущий

Обито стиснул зубы. Рин мягко похлопала его по плечу.

— Как жаль, Обито. Но ничего, в следующий раз у тебя все получиться!]

[Чат-комната]

[Сенджу Хаширама: Неужели Техника Великого Огненного Шара настолько сложна? Разве все Учихи не владеют ею с рождения?]

[Сенджу Тобирама: Брат, кто сказал тебе эту чушь? Даже для Учих эта техника непроста — в среднем её осваивают к двенадцати годам.]

[Сенджу Хаширама: Но Мадара ведь знал её ещё совсем маленьким.]

Тобирама в белом пространстве на секунду закрыл глаза.

[Сенджу Тобирама: Брат. Мадара — это Мадара. Не каждый рождается исключением из правил.]

[Узумаки Наруто: Маленький огонёк — это лучше чем вообще ничего!]

[Учиха Саске: Если не владеешь техникой — не стоило заявлять о ней публично. Это только подчёркивает слабость.]

[Узумаки Наруто: САСКЕ!]

[Харуно Сакура: Наруто, не кричи. Саске-кун говорит по делу.]

[Учиха Микото: Саске-кун. Не будь таким холодным. Обито-кун в том возрасте справился достаточно хорошо.]

Саске увидел сообщение матери и опустил глаза.

[Нохара Рин: Обито в тот момент выглядел очень расстроенным.]

[Сенджу Тобирама: Тем не менее этот мальчик Какаши — действительно гений. Освоить Технику Земляной Волны в таком возрасте крайне похвально. Такое встречается очень редко.]

[Намикадзе Минато: Да. Какаши был исключительным гением своего поколения. Это неоспоримо.]

Наруто вдруг вспомнил название трансляции.

[Узумаки Наруто: Погодите... так что случилось с тем парнем с очками? Почему трансляция называется "Свет что угас раньше времени"?].

Иногда Наруто был чересчур догадливым.

[Намикадзе Минато: Смотри дальше, Наруто. Экран, должен все показать]

-----

[Время шло.

Обито тренировался. Каждый день — упорно, до пота, до дрожи в руках. Он не пропускал ни одного занятия, не жаловался, не сдавался. Но результаты все равно разочаровывали его.

На одном из занятий по технике трёх тел Обито стоял перед классом, сложил печати, и попытался призвать теневого клона.

Появился белый дым. Из него выполз неказистый клон, покачнулся — и упал на пол, словно мокрая бумага.

Обито стоял, глядя на бесформенную кучу чакры у своих ног, и не двигался. С другой стороны весь класс заполнился смехом.

Вскоре настала очередь Какаши. Один жест — и раздалась серия хлопков. Перед классом стояло пять абсолютно одинаковых Какаши.

По залу прокатилась волна восхищённых возгласов и вскриков девочек.

Обито смотрел на это из угла зала, засунув руки в карманы.

— << Хм! И что тут такого особенного. >> — Голос в собственной голове звучал неубедительно даже для него самого.

Потом было метание кунаев. Обито бросил три куная. Один попал в цель. Два ушли мимо. Учитель покачал головой и молча поставил оценку.

Какаши вышел следом. Лёгкое движение руки — все три куная вонзились точно в центр мишени.

Снова аплодисменты и восторженные крики одноклассниц.

Следом настала очередь спаррингов один на один. И Обито вышел против Какаши.

— Какаши! Победа будет моей!

Но результат остался прежним, Обито снова проиграл.

Послышались открытые насмешки одноклассников.

— Этот идиот вечно соревнуется с Какаши и всегда проигрывает.

— Как неудачник вообще думает победить лучшего ученика?

— Почему будучи Учихой, он такой посредственный?

Обито слышал каждое слово. Стоял с затуманенным взглядом, засунув руки в карманы, и слегка отстранился.

Но в этот момент его взгляд привлекла фигура впереди.

— Рин..

Она стояла чуть поодаль — и смеялась чему-то, что говорил Какаши. Легко, непринуждённо. Как всегда.

Обито смотрел на спину Какаши и медленно стискивал зубы.

— «Когда я пробужу Шаринган... я точно не проиграю ему.»

Но однажды Какаши просто перестал приходить в академию.

Позже Обито узнал, что тот перескочил через несколько классов и бросил Академию. Просто ушёл, не попрощавшись ни с кем.

Как то прогуливаясь по деревне Обито, услышал как двое ниндзя разговорила о Какаши. Он остановился и набравшись смелости, подошёл.

— Простите. Какаши, о котором вы говорили — это Какаши Хатаке?

Ниндзя с любопытством оглядели мальчишку.

— А ты кто такой?

— Я его одноклассник из Академии.

— Друг?

Обито на секунду замялся.

— Нет... Мы не настолько близки. Просто... к нему, наверное, непросто найти подход. Но все же он..

Голос его стал тише. Он не договорил.

Ниндзя переглянулись.

— Он сплошная головная боль, а не ниндзя.

— С ним в команде работать — то ещё удовольствие. - сказал тот с сарказмом и неприязнью в голосе. — Миссию выполнит, но на товарищей ему совершенно плевать.

Обито ничего не ответил. Просто кивнул и пошёл своей дорогой.

Но шаги его стали чуть медленнее.

В тот же вечер он проходил мимо парка и увидел знакомую фигуру. Какаши сидел у берега в одиночестве — смотрел на воду и закатное солнце. Неподвижный, как камень.

Обито замедлил шаги и остановился.

— Какаши?

Слегка постояв, он всё-таки подошёл и встал рядом.

— Привет Какаши, как дела?

Но в ответ тишина. Обито слегка возмутился. На затем сказал.

— Я многое о тебе слышал, похоже ты уже много где побывал.

Снова тишина. Какаши даже не повернул голову.

Брови Обито дрогнули от раздражения. Но он посмотрел на него — и раздражение куда-то ушло.

— Эй... если что-то случилось..

Но в этот момент Какаши перебил его.

— Я не настолько жалок чтобы нуждаться в твоей заботе.

Какаши встал, а глаза Обито округлились от шока

-Слышь, ты. - Но увидев глаза Какаши он замолчал.

Пустые. Не равнодушные — именно пустые. Полные боли и одиночества.

-Оставь меня. - Какаши развернулся и ушел проч.

Обито притянул руку и хотел его окликнуть но остановился.

-Какаши...]

[Чат-комната]

[Сенджу Хаширама: Этот мальчик Обито — действительно очень добродушный. Таких людей мало.]

[Сенджу Тобирама: Согласен. Он не может пройти мимо человека которому плохо. Интересно как такой характер сформировался в клане Учиха?]

[Учиха Идзуна: Тобирама! Что ты имеешь в виду?! Что не так с Учихами?!]

[Сенджу Тобирама: Такой как ты, все равно не поймет.]

[Узумаки Наруто: Стоп — а почему Какаши-сенсей вообще стал таким холодным? Что с ним случилось?]

[Намикадзе Минато: Какаши тогда только потерял отца. Его отец, он....]

[Хатаке Какаши: Сенсей. Думаю нет смысла говорить об этом здесь.]

Минато в белом пространстве прочитал это и медленно опустил голову.

- Какаши... Похоже, даже сейчас ты не можешь отпустит своего отца.... И почему Третий, ничего не предпринял?

[Учиха Саске: Зачем Обито вообще подошел. Они даже не были друзьями.]

[[Нохара Рин: Снаружи так могло казаться. Но Обито действительно считал Какаши другом. Просто не мог в этом признаться — даже себе]

Рин смотрела на чат и тихо прикусила губу.

- Обито. Почему ты ничего не пишешь? Надеюсь с тобой всё хорошо

На тренировочном полигоне Какаши стоял неподвижно, глядя на экран — на себя у берега, на Обито за спиной с вытянутой рукой.

-<< Если бы я тогда остановился... Если бы поговорил с ним... Было бы сейчас всё по-другому?>>

Этот вопрос не имел ответа. Он знал это. Но все равно он иногда задавал себе его.

Наруто стоял рядом и молчал. Но внутри у него крутилась одна мысль которую он никак не мог сформулировать.

Мальчик с очками опаздывал везде. Помогал всем подряд. Проигрывал снова и снова. Слышал насмешки и приходил на следующий день. Подходил к человеку который был его соперником, видя что тому плохо.

-<<Почему, мы с ним так похожи? Но и в тоже время мы такие разные.>>

[Дождливая ночь. Тренировочный полигон пустой — все давно разошлись по домам. Все, кроме одного.

Обито спрыгнул с ветки, в полёте выбросив три сюрикена — все три вонзились в деревянный столб. Приземлился, перекатился, вскочил. Сложил печати, сделал глубокий вдох — и выдохнул огненный шар в темноту. Пламя осветило полигон на секунду и погасло. Потом он собрал чакру в ступнях, взбежал по стволу и зацепился за ветку. Начал подтягиваться — медленно, методично, считая про себя.

Дождь не прекращался. Но это было неважно.

Вдруг из-за дерева появилась фигура с зонтом.

-Вот ты где Обито!

-Рин!-обрадовался Обито, но из-за этого — потерял концентрацию, чакра рассеялась и он полетел вниз. Рин бросила зонт и кинулась вперёд. Обито шлёпнулся в лужу и несколько секунд просто сидел на мокрой земле, хлопая глазами.

— Обито, ты в порядке?!

— Ха-ха... просто поскользнулся. Всё нормально, — пробормотал он, поднимаясь и потирая затылок.

Рин смотрела на него — мокрого насквозь, с грязью на щеке — и нахмурилась.

— Зачем, ты так упорно тренируешься?

— Я должен догнать того парня, — сказал Обито просто. — А это значит, что мне нужно работать в два раза...нет в три раза больше.

— Кого? - спросила Рин

— Ну... в смысле Какаши. - в его голосе не было злости или неприязни, только чувство соперничество.

— Однажды я превзойду его. Иначе какой из меня Хокаге? К тому же он уже ходит на миссии — я не могу отставать.

Рин широко улыбнулась.

- Вот как! Тогда давай Обито! Я буду болеть за тебя

-Ага!- сказал Обито слегка покраснев.

Он поднял с земли её зонт и молча протянул ей. Рин взяла. Они постояли рядом под дождём — он мокрый насквозь, она с зонтом — и почему-то никто из них не торопился уходить.

Одна сакура сменялись другой. И так вскоре Обито исполнилось 12 лет.

Он мчался по улице со всех ног.

— «О нет, о нет, о нет» — и влетел на территорию Академии ровно тогда, когда последние гости расходились. Церемония вручения дипломов закончилась.

Он встал как вкопанный и медленно огляделся.

Двор был почти пустым. Почти — потому что у стены стояла Рин. Одна. Скрещенные руки, выражение лица которое не предвещало ничего хорошего.

Обито споткнулся на ровном месте.

— Обито. — Голос у неё был тихий. Это было хуже, чем если бы она кричала. — Церемония поступления — опоздал. Выпускной — опоздал. Как ты вообще умудряешься каждый раз?

— Но я встретил старушку... — начал он, глядя в сторону.

— Обито.

— Она несла тяжёлые вещи, и я не мог просто...

— Обито.

— В последнее время на меня ещё и нападают из засады по дороге, так что это вообще не моя вина...

Рин уперла руки в бока.

— Знать что нападают — и всё равно каждый раз останавливаться помогать случайным людям?

Обито молча опустил голову.

Рин смотрела на него секунду. Потом тихо вздохнула — тот самый вздох, который означал что она больше не злится.

— Ладно. Неважно. Иди за мной.

Она схватила его за руку и потянула — быстро, почти бегом. Обито едва успевал переставлять ноги. Её рука была прохладной. В этот момент он ни о чём не думал — ни об опоздании, ни о выпускном, ни о Какаши.

Рин привела его в небольшую тускло освещённую комнату. Щёлкнула выключателем.В мягком жёлтом свете Обито увидел на столе свёрнутый лист с красной печатью. Не сразу понял что это такое.

Рин взяла лист обеими руками и начала читать вслух — негромко, серьёзно, как будто это была настоящая церемония.

— Свидетельство об окончании обучения. Учиха Обито. Подтверждает, что ученик прошёл полный курс Академии ниндзя Конохи... — она сделала паузу и чуть улыбнулась. — Несмотря на все испытания, прикладывал усилия и не сдавался до конца.

Она аккуратно перевернула лист и протянула его Обито обеими руками.

— Держи. Поздравляю с окончанием.

Обито смотрел на неё. Потом на аттестат. Потом снова на неё. Он изо всех сил кусал губы — и всё равно не удержался. Слёзы потекли сами, молча, без всхлипов. Он быстро вытер их тыльной стороной ладони, взял аттестат обеими руками и низко опустил голову.

— Спасибо, Рин.

Голос чуть дрогнул. Он прижал свидетельство к груди — крепко, как что-то, что легко потерять.

— Хоть я и не получил его при всех... — тихо сказал он. — Получить его из твоих рук — даже лучше.

— Теперь мы оба Генины. Так что возьми себя в руки, — сказала она негромко.

— Ага... понял, — пробормотал Обито, почёсывая затылок, смущенно смотря на нее.]

[Чат-комната]

[Сенджу Хаширама: Тобирама, Мадара... у меня что-то в глаз попало. Эта девушка действительно замечательная.]

[Учиха Мадара: Хаширама. Ты уже давно не ребёнок.]

Хаширама прочитал это — и просто опустил взгляд. Погрустнел, но спорить не стал.

[Учиха Микото: Обито правда очень повезло с ней.]

[Узумаки Кушина: Рин-тян! Ты такая молодец! Ты была бы отличной женой.]

[Нохара Рин: Кушина-сан, вы меня смущаете...]

[Райкаге Эй: Зачем нам показывают так подробно жизнь этого парнишки? Когда уже будет что-то важное?]

[Ооноки: Ха-ха. А мне как старику весьма интересно. Жизнь нынешней молодёжи — это тоже важно, пусть и не из моей деревни.]

[Тэруми Мэй: Согласна с Ооноки. Управление деревней — постоянный стресс. Наблюдать за Небесным Экраном даже расслабляет.]

Обито молча наблюдал за экраном. На секунду ему показалось что он снова там. В той тускло освещённой комнате. Жёлтый свет. Красная печать на свёрнутом листе. И прохладная рука Рин в его руке — живая, настоящая, тёплая несмотря на то что всегда казалась прохладной.

Ощущение прошло так же быстро как появилось. Он медленно сжал пальцы — в пустоте, там где никакой руки не было.

- Почему? Зачем это показывать? Что это должно изменить? Меня? Мир? Ничего уже не изменить.

- «Тот мальчик верил что всё будет хорошо. Что он успеет. Что догонит Какаши, станет Хокаге, защитит Рин.»

- Наивный идиот.