Напролом

Глава 1. Морандон. Демон проклятого замка

Только что я обладала огромной силой, но вернувшись в Лотрейн, почувствовала, как она покидает меня. В родном мире биохимия была иной, более высокого уровня, и всё моё могущество растаяло как масло на сковородке. Здесь я находилась среди равных. И попала из огня сразу в пламя.

Пространство гигантского зала с двух сторон опоясывали массивные колонны с начертанными на них колдовскими письменами. Их освещали чадящие смрадом горелой плоти факела, сделанные из рогов древних неведомых существ. Кроваво-красный жир шипел и падал вниз, на неровный каменный пол из громадных, выщербленных временем и когтями плит. Зловещий свет только слегка разгонял тьму, и она гнездилась по углам неровными, пляшущими тенями.

Посреди зала огромная каменная наковальня. Над ней склонилось жуткое демоническое существо, именуемое Морандон — великан из северных земель, на которые в древности пало тень проклятья. В недрах зачарованного замка из остатков мёртвых тел и грязи ковал он тела чудовищ и монстров, которые будут нести ужас в леса и горя. Силами могучей чёрной магии питалось это исчадие тьмы, а прислужниками были два горных тролля, подтаскивавших камни и смердящие трупы.

Оглянувшись, я увидела невысокую белокурую эльфийку и высокого могучего эльфа-воителя верхом на конях. Это мои спутники — я не раз их видела в компании Алексы, но как звать этих витязей, не знала. Рядом с ними ещё один благородный чёрный конь в золотистой попоне, наверное мой. И с ним пегая вьючная лошадь с вещами и припасами. Как они забрались в это жуткое подземелье?

Ко мне бежали два громадных тролля, с такой силой бухая громадными ступнями по каменным плитам пола, что они задрожали, словно от страха. Чёрт! Я попала сюда в момент, когда промедление смерти подобно, и нет ни секунды, чтобы прийти в себя. В правой руке Гримсворд, по тёмному лезвию которого бежали красные руны смертельной битвы Асилун. А левой руке неведомый меч из рода Атеренейдис. Его лезвие сияло синево-льдистыми лучами. И я вспомнила этот клинок. Его чертёж я присылала с нарочным Арниону, кузнецу в блаженном городе Аквениле. Потом я отказалась от него, сочтя слишком простым и малым в магической силе, но мастер мечей всё-таки выковал его и оставил себе. А потом он попал к Алексе и наконец-то ко мне в тягостный урочный час. Имя его — Анидис, что значит Светоносный.

Удар каменной дубины чуть не снёс мне голову, когда один из троллей размахнулся и нанёс удар. На вид зверь огромен и могуч. Ненависть и страх светились в его глазах. Отклонившись от удара, я перекатилась назад, и повредила чудовищу коленные сухожилия, лопнувшие как гнилые верёвки, и залившие пол кровью. Вот и всё. Монстр упал на колени, и осталось только снести его голову, тяжело бухнувшую на пол. Безголовый труп мгновение постоял на коленях, и тоже свалился. Поставив ногу на него, я повернула голову к своим дружинникам, и махнула мечом в сторону второго тролля.

— Этот ваш!

Эльфийка в прыжке всадила меч в глаз тролля, да так, что лезвие пробило череп насквозь и вышло с противоположной стороны головы, у позвоночника. Эльф-воитель отрубил сначала одну руку, потом другую, а следом проткнул монстра насквозь в районе шеи. Зарычав, он зашатался и упал на плиты пола.

— Что делать с этим? — крикнула эльфийка, показывая на Морандона.

— Предоставьте его мне! — усмехнулась я. — А то мы будем мешаться. Я люблю пространство

Конечно, чудовище огромно, но были и у него слабые стороны. Главная из которых это то, что оно тоже из плоти и крови. Пусть более твёрдых и могучих, усиленных чёрной магией, но это всего-лишь плоть, которую можно разрубить или искалечить. И ещё у меня колоссальное преимущество в разуме. Морандон относился к демонам низшего порядка, обделённым умом. Любое разумное существо давно разорвало бы цепи и обрело свободу, а не ковало монстров тысячелетиями в подземном филиале ада.

Высоко подпрыгнув, я вызвала руну Динардис, Непреодолимая сила, и с высоты обрушила всю свою мощь на голову монстра. Гримсворд пробил ауру демона. Яркая вспышка озарила сумрачную залу. Источающие мертвецкий запах факела померкли в свете моей славы. Грянул гром, пол содрогнулся, и треснул под демоном. Две плиты упали вниз, в чёрное неведомое подземелье. Голова чудовища расплющилась, пошла трещинами, из которых брызнул ярко-красный свет. Стоя на плечах Кователя, я нанесла ещё один удар, на этот раз Анидисом.

Голова демона развалилась на части, из шеи вверх ударил поток чистой энергии, перемежаемой чёрным дымом скверны. Я схватила ауру демона и отпрыгнула прочь, опасаясь что он сейчас упадёт, и придавит меня своей гигантской тушей.

Качаясь и размахивая громадными мускулистыми руками, демон постоял несколько секунд, а потом рухнул в провал, увлекая за собой нескончаемые звенья массивной цепи. Цепь была обвязана вокруг ближайшей колонны. Следовало немедленно покинуть это место.

— Давайте, давайте, бегите прочь, глупцы! — закричала я, одним прыжком взлетела на чёрного коня, и поскакала через тёмный коридор к сумрачному выходу. Эльфы с гиканием устремились следом. Но мы едва не успели. Едва подскакали к распахнутым воротам, дрогнул пол. Громадный вес демона натянул цепь и обрушил колонну. Она упав, пробила пол, и следом посыпались оставшиеся колонны, а следом за ними и тяжеленные каменные плиты перекрытий, громадные скалы, из которых выложены стены. Замок рушился на глазах.

Стоя на равнине, озаряемой полуденным солнцем, мы смотрели как разваливается древняя обитель зла. Стены, рассыпаясь на части, падали вниз, вздымая клубы пыли, закрывшие солнечный свет, грохот закладывал уши, земля тряслась под копытами лошадей. И я уже подумала, что дело сделано, как вдруг почувствовала размеренный грохот копыт сзади. На нас словно бежал табун слонов.

Тролли, около сорока. Здоровенные воины в грубом железе верхом на диковинных тварях с человеческими лицами на мордах. Впереди предводитель — громадный тролль в панцире с шипами, остром и высоком, как скала, шлеме, с массивной булавой в руке.

— Эльфийские мрази! Вы убили отца! — заорал он и дунул в громадный боевой рог, наполнивший долину грозным рёвом, эхом заметавшимся по скалам. — Братья! Убейте эльфийских ублюдков и сожрите их гнилые сердца!

Они набегали как лавина, как огромная морская волна, и казалось, нет такой силы, которая может сокрушить исчадия ада, но я дала своим знак сомкнуться в круг, и тут же возвела вокруг него стену из магических рун. И когда волна монстров ударила о неё, лишь вспыхнул яркий синий свет, затмивший солнце. Тролли тупы. Поэтому набегали волной, но руны стояли незыблемо, как скала. Ничто в этом мире не могло сокрушить их. Адская рать разбивалась о защиту, и тут же падала в пропасть, возникшую на месте разрушенного замка. Дикие вопли и стоны, стук сминающегося железа и ломающихся костей заполнил округу, когда давя и калеча друг друга, монстры со своими чудовищными животными полетела в бездну. Через пару минут звуки стихли, лишь глубоко под землёй ещё слышались протяжный рёв и предсмертный стон.

— Ничего сложного! — засмеялась я, и сняла шлем. — Пойдёт для разминки.

— Леди Анитель! — воин поклонился мне, а белокурая эльфийка, спрыгнула со своей белой лошади, подбежала и обняла меня, уткнувшись в бёдра. Мне стало неловко.

— Ну, ну, не стоит, это всё пустое, — пробормотала я, и помедлив, похлопала её по плечу. — Всё хорошо. Нам надо поговорить. Обо мне.

Эти эльфы не принадлежали к высокородным, но были дворянской крови из воинских сословий юга и запада, поэтому навряд ли могли видеть, что аура в этом теле сейчас другая. Таиться не имело смысла. Я не знаю, каким путём здесь шла Алекса, и что она затеяла, но то, что выжила, уже чудо.

— Жду ваших приказов, леди Иллерион! — склонил голову эльф. — Вы величайший воин из всех, кого я видел!

— Да. Ты величайшая! — звонко рассмеялась белокурая, и запрыгнула на лошадь. — Веди нас к великим свершениям!

— Для начала мне нужно узнать, как вас звать, — медленно молвила я, и застенчиво улыбнулась. — Мне неведомы ваши имена, достославные витязи.

— Что с тобой? — забеспокоилась эльфийка. — Ана, ты ли это? Ты забыла, что меня звать Тэрил Аглион Иллерби? И я Леди Осеннего Замка! И ещё твой вассал, оруженосец и телохранитель!

— Меня звать Зетрейн Изион Селдис, Воин Поющего Ручья, моя королева,— поклонился эльф. — Я ваш рыцарь. Позвольте сказать кое-что. Нам стоит убраться из этого гиблого места, пока не нагрянула ещё какая-либо беда. Как мы видим, чёрный замок развалился, и пробил брешь в скале. Можно ехать дальше и следовать по нашему пути, начертанному Дорниорами.

За развалинами, в кольце скалистых гор, образовалась брешь, через которую было видно зелёную равнину .

— Раньше её не было, — заметила Тэрил. — Надо ехать, ты прав. Скоро вечер, и нужно искать место для ночлега.

Мы проехали мимо пропасти, в которую рухнули развалины замка с войском троллей, и ощутила остатки черной магии, сокрушенной мной. Это древнее колдовство было мне неведомо. По потокам силы из глубины Лотрейна я чувствовала что нахожусь к западу от Горного Замка, примерно в сотне лиг. Здесь начало осени. В Лотрейне прошло несколько месяцев, хотя на Земле я пробыла не больше двух недель. Что Алекса делала тут? Как она смогла убежать из захваченного замка? Как нашла себе друзей? Сказала она им, что на самом деле с Земли, а не леди Иллерион? И что за отношения у неё были с этой маленькой прекрасной блондинкой, временами подглядывающей на меня влюблёнными глазами? Вопросов тысячи, и ни одного ответа.

— Куда мы едем? — как будто невзначай спросила я небрежным тоном. — Буду честна, у меня отбило в этом замке память, и я ничего не помню.

Объяснение конечно, выглядело по-детски, надо признать...

— Мы едем возвращать твой замок, возвращаемся на Восток, — улыбнулась Тэрил. — А возвращаемся из Альвсгримма. Ты ж теперь его королева после того как убила короля. Перстень Гриммстадис у тебя на безымянном пальце. Символ власти королевы лесного народа!

— Я ничего не помню. Мы были на войне?

— Нет, леди Анитель. Мы обучались всё лето магии в западной империи, а теперь поехали домой, биться за твой замок.

— Мари... Где она?

— Была у себя дома, в лесном замке. Она сказала что не хочет больше воевать с нами.

Я промолчала. Мне Мари говорила совершенно иное. Впрочем, гадать сейчас об этом бессмысленно. Раз всё так получилось, и я сумела вернуться, нужно биться за замок и титул. Алекса шла в правильном направлении.

Мы выехали на зелёную равнину, полого спускавшуюся к северу. Горы остались позади. Справа, на востоке, темнели холмы, покрытые густым лесом. На севере видно развалины то ли города, то ли большого замка. Я помнила это место по картам, когда учила географию со старым книжником Вирдисом, и знала, что за северными горами Альвсгримма не было никаких городов. Древность и тьма давно поглотили это место.

Нам надо ехать на северо-восток, и туда вела небольшая заброшенная дорога, ведущая с запада, вдоль гор. Когда- то вела она из благословенного королевства Милустриум, что на берегу западного моря, но государство это, оплот западных эльфов, давно завоёвано и разрушено северными варварами во времена незапамятные, и лишь остатки горделивых замков и дороги, мощёные белым камнем, остались воспоминанием о величавых днях. Ныне же ездить по этим дорогам было некому и незачем. Лишь изгнанники, вроде нас, скитались по этим землям мрака.

Пока мы безмолвно ехали, думая каждый о своём, я осмотрела в чём одета и как выгляжу. В целом неплохо. Пока я скиталась по Земле, Алекса времени даром не теряла, я ощутила несколько затянувшихся ран. Тело не чувствовало ни боли и и усталости.

Когда солнце склонилось к закату, мы остановились на ночёвку. Нарубили веток, разожгли костёр. Местность вокруг выглядела дикой и безлюдной, и с наступлением вечера приняла совсем зловещий и мрачный вид. Далеко на севере из слоя облаков выглядывали высоченные снежные горы, озаряемые последними лучами красного заката, а на востоке, за лесистыми холмами, уже царила ночь.

— Будем сторожить по очереди, — распорядилась я. — Сначала Тэрил, потом я, потом Зетрейн. По два часа.

— Что такое "два часа"? — недоуменно спросила Тэрил. — Мне незнакомо это слово.

— Это мерило времени на Земле, — объяснила я. — В сутках двадцать четыре часа.

— Что такое Земля? Что такое сутки? Почему в них двадцать четыре часа, а не двадцать три? — хихикнула Тэрил. По всему видно, решила повеселиться. С моим чувством юмора только веселиться... Но я всё-таки выдавила натужную усмешку:

— Это там, где я отбывала ссылку. Неприятное местечко, скажу я вам.

— Ладно. Расскажешь потом. Давайте ужинать!

Еды у моих спутников было не особо много для дальнего странствия, зато золота и оружия даже с избытком. Пока ужинали, в основном обходились ничего не значащими разговорами. Я не знала, что Алекса тут делала, и как нашла своих попутчиков. Также не приходило в голову, как сказать им, что она была не настоящая леди Иллерион, хотя... Жила она тут, судя по всему, так, как присуще настоящей высокородной. Но рано или поздно такой разговор пришлось бы начать. Однако я всё же решила ограничиться пока тем, что якобы потеряла память.

Кони бродили вокруг стоянки, пощипывая траву, Тэрил сидела у костра, и о чём-то грустила, смотря мерцающими глазами в звёздное небо, где высыпали миллиарды звёзд, Зетрейн завернулся в плащ, и скоро засопел. А я как всегда, оставила на всякий случай часть своего духа охранять нас, несмотря на бдение Тэрил.

Ночью ничего не произошло. Свежим утром, когда туман окутал деревья и скалы, мы не торопясь позавтракали, и поехали дальше на восток. Дорога в древние времена была ухожена. Через ущелья и овраги построены каменные мосты, опасные места ограждены столбиками, ныне опрокинутыми, тёмные участки освещены магическими шарами, сохранившими свою магию до настоящего времени.

— Наши планы не изменились, леди Анитель? — прервала молчание Тэрил. — Вы так же ничего не помните?

— Да... Я... Я не знаю. Да. Я не знаю ни какие у нас существовали планы, ни как их достичь, — призналась я. — Мой дух почти полгода блуждал по невообразимым землям, и что было здесь, мне неведомо. В этом теле была другая сущность. Из иного мира. Иного времени. Я вас не знаю. Но я благодарна Дорниорам, что у меня такие спутники.

— О, Ана... — растрогалась Тэрил. — Я понимаю. Вернее, не понимаю, но пусть будет как будет. Значит, нам суждено обрести друг друга снова. Я всё тебе расскажу, что было. Всё, что захочешь. Ты пришла в марте этого года в город Аквенил, где я была в услужении у мастера Тормениды. Там мы и познакомились. Тебя привела Мари, которая пришла в образе эльфийского воина. Мы подружились, и вместе тренировались, изучали искусство боя. Мы многое с тобой прошли. И пусть даже в этом теле была не твоя душа, леди Иллерион, это время было лучшим в мой жизни! И ты стала королевой Альвсгримма, убив короля во время брачной церемонии!

— Чтооо? — изумилась я, не зная что сказать ещё.

— Это правда. Я конечно, не в курсе всех ваших дел, моя королева, но всё именно так, — подал голос Зетерйн. — Вы Зелёная владычица по праву. Когда вы и леди Тэрил покидали Альвсгримм, многие дворяне были недовольны. Но это ваше право — бороться за родовой замок.

— Я не знаю, что я хотела! — с отчаянием вскричала я. — Последнее, что я помню об этом мире, это предательство Мари и падение с башни! Потом я пришла в себя в другом мире.

— Значит, мы пройдём этот путь вместе, как и раньше! — успокоила меня Тэрил. — Мы хотели завоевать твой замок. И убить всю твою родню и тех, кто будет не согласен с этим.

— Да, но... — неуверенно протянула я. — А что делать сейчас?

— Нам нужно войско! Дружина! Но дружину из Альвсгримма мы пока не стали брать, потому что не знали, что будет дальше, и как вообще всё обстоит сейчас на Востоке! Зато мы взяли с альвсгриммцев дань! У нас есть золото! Много! Нам надо купить дружину наёмников, и потом сразиться с вашей роднёй. Когда мы соберём войско на Востоке, вы позовёте своё войско из Альвсгримма.

— Кажется, я знаю, что делать, — помолчав, ответила я. — Элириос. Племя варваров, живущих далеко на севере. Они вассалы рода Иллерион, и давали клятву вечной верности. Они служили в дружине отца. Наш путь лежит на север!

Глава 2. Бой с дварфами

Время для странствия на север не совсем удачное. Осень уже вступала в свои права даже здесь, на западе, почти рядом с морем, омываемом тёплым течением. Полетели редкие жёлтые листья, утром встречали туманы и сырость. Севернее конечно же, наверняка уже холодно.

— Север... Он далеко... Сколько туда ехать? — отозвался Зетрейн. Тэрил ехала молча, такое ощущение что её ничего не волновало. На север так на север.

— Отсюда далеко. Дай карту.

Воин передал мне старую затрёпанную пергаментную карту с гербом Альвсгримма на полях. Я остановила коня, и вгляделась в размытые линии на ней. Мы только что миновали северо-восточные горы Альвсгримма и ехали на восток. Если будем ехать в том же направлении, придётся пересечь Дварфдрог, Тропу дварфов, хребёт, под которым находились царства подземных жителей. На карте он обозначен как опасное место. Дальше на восток обширная равнина свободных людей, где жили земледельцы и скотоводы, торгующие продовольствием как с ильнуирцами, так и с Альвсгриммом, и с эльфийскими княжествами северо-востока, включая Иллерион, Трабат и Аквенил с Элисарисом. Дальше на север и восток простирались предгорья владений Иллерион. Самый лучший путь вёл через равнину, сразу на север, во владения Элириос. Но сколько ехать? Есть ли там корм для лошадей? Живут ли люди или эльфы? Местность севернее Горного Замка изобиловала белыми проплёшинами. Не получится ли этот путь дорогой в один конец?

Я видела колебания Зетрейна. Ему, лесному жителю, всю жизнь прожившему в пределах лесного королевства, путь на север казался далёким и гибельным.

— Моя судьба зовёт меня туда, — начала свою речь я, отдав карту рыцарю. — Но я не призываю вас следовать за собой, потому что чувствую грозные и опасные события впереди. Я не вправе приказывать вам ехать со мной. Как только мы минуем опасные земли, и выедем на равнину скотоводов, вы вправе покинуть меня и ехать своим путём.

— Госпожа! — воспрял Зетрейн, но Тэрил перебила его, негодующе сверкнув огнём синих глаз, искоса уставившись на меня.

— Я тебе уже говорила! Не вздумай выгнать меня! Так просто тебе не отделаться!

Я чуть не прослезилась, и даже пришлось отвернуться, чтобы скрыть облегчение. Всё-таки неспроста эта прекрасная юная блондинка подружилась с Алексой. Пусть станет и моей подругой. До самого конца, каким-бы хорошим или плохим он ни был.

— Хорошо, милая Тэрил, а сейчас... — я не успела докончить фразу, что надо бы прибавить ходу, как Тэрил хлопнула свою белую кобылку по шее, что-то шепнула ей и, обернувшись ко мне, задорно крикнула :

— Вперегонки! Кто последний, тот проиграл!

Завизжав от радости и восторга, она пустилась во весь опор. Не удержалась и я, приказала своем чёрному коню скакать за ней. Радость и счастье... Как долго я была лишена всего этого за мрачными стенами Горного Замка... Была ли у меня настоящая жизнь? От души смеясь, я скакала и радовалась всему, как маленький ребёнок, впервые покинувший самостоятельно колыбель, и узнавший, что кроме белой клетки младенческой кровати существует и другой, более высокий и интересный мир. Солнце, ветер, шёпот трав и деревьев — всё приводило меня в полный восторг.

Серьёзный Зетрейн тоже не мог удержаться, и постарался догнать нас. Ему пожалуй что, было трудновато, таща за своим конём ещё вьючную лошадь с припасами. Так наш маленький караван покрыл за короткое время несколько лиг. А потом начался хребет дварфов, о котором я говорила. Угрюмые холмы, поросшие лесом, стали заметно выше, деревья на них сменили каменистые осыпи рыжего, красного и синего цветов, показывающие обилие ископаемых руд. Немудрено, что подземные жители облюбовали это место, чтобы создать здесь государство.

Подъём наверх не крутой и не трудный, а долгий. Дорога петляла как змея, пробираясь между скалами и кривыми соснами. Я видела в укромных тёмных трещинах и за деревьями мерцающие ауры, и указала своим спутникам на них. Вооружённые до зубов дварфы стояли во тьме, но нападать пока ещё не решались. Что-то отпугивало их, но я знала, что это ненадолго. Подземные жители ненавидели эльфов. Схватка была неизбежна. Ночь не будет спокойной.

«Здесь засада!» — осторожно прошептала я, ментально обращаясь к своим спутникам. Для постороннего наблюдателя я ехала молча и склонив голову. Тут же увидела как Тэрил и Зетрейн с удивлением посмотрели на меня. Неужели Алекса никогда не разговаривала с ними подобным образом?

«Сейчас я вижу тень чужаков», — так же ментально отозвалась Тэрил. — «Что это? Как ты разговариваешь неслышно?»

«Я же высокородная. Магия Горного замка ощущается мной всё сильнее», — отозвалась я. — «Я могу устанавливать с любым эльфом незримую связь и говорить хоть с края мира. А с вами тем более, мои верные друзья. Видишь же ты свет ауры дварфов. Они отличаются от эльфийской или человеческой. Во тьме или под водой ты увидишь любое живое существо на расстоянии в пару сотен шагов. Ты давала клятву верности, и теперь мы с тобой одной крови».

«Что будем делать, леди Анитель?» — встревоженно спросил Зетрейн, но вида, что мы разговариваем, не подал.

«Ехать осторожнее и готовиться к бою. Они ждут только удобного случая, чтобы напасть».

И всё-таки нас почти застали врасплох. Как всегда, они напали в неудобном для проезда месте, как раз там, где дорога проходила меж двумя крутыми склонами. Сначала свистнули стрелы и арбалетные болты. И деваться тут было особо некуда, когда сзади, спереди и сверху на нас навалилась толпа закованных в железо коротышек, размахивающих острым железом. Я возвела стену из защитных рун с одной стороны, а Тэрил с другой и стрелы сломались, попав в неё. Несколько дварфов искалечились, с силой ударившись о стену.

Оттолкнувшись от седла, я перепрыгнула через кружащиеся руны на другую сторону, и разу же Гримсвордом отрубила голову могучему приземистому бородачу в чёрном пластинчатом панцире и остроконечном шлеме. Выпустив из рук массивный топор, он упал на камни. Взяв топор в правую руку, а Гримсворд в левую, я пошла молотить врагов направо и налево, усилив оружие красной яростью.

— Держи лошадей за рунами! — крикнула Тэрил, обращаясь к Зетрейну, и тоже, как и я, перепрыгнула через стену. Ей надоело стоять в защитном круге, и блондинка решила принять участие в побоище. Но ей приходилось тяжелее. Билась Тэрил только за счёт мастерства, боевой магией она не обладала, как и магическими рунами высокого порядка. Она могла соорудить кольцо защитных рун, но как использовать боевую магию, не знала.

Впрочем, и так девушка управлялась прекрасно. Признаться, я ещё не встречала такого умелого фехтовальщика. На её бой можно смотреть вечность. Огромный дварф, как демон, закованный в толстое железо, и в закрытом шлеме с острым клювом на голове, вращая два острых топора, напал на неё в надежде на лёгкую жертву, но Тэрил легко ушла от одного удара, потом от другого, легко оттолкнулась от земли, и в прыжке вонзила меч прямо в смотровую щель шлема. Тут же вырвала, и приземлившись, воткнула меч ещё раз, туда же. Гигант заорал и упал на землю, поливая её кровью из разбитых костей черепа.

Сразу двоих низкорослых дварфов Тэрил зарубила почти не останавливаясь. Отклонилась от одного удара мечом, ответила точным ударом в шею, пробив бармицу и трахею врага. Тут же сделала сальто и прыгнула ко второму, сходу отрубив ему голову. Я прикончила ещё одного особо ушлого и ловкого дварфа с демонской маской на шлеме. Ударила его топором и отрубила руку. Тут же снесла голову, и пнула её ногой повыше. Вращаясь в воздухе длинной бородой и таращась выпученными глазами, голова улетела в кусты на краю дороги.

— Ты стала ещё сильнее, госпожа! — смеясь, крикнула Тэрил, вытирая меч о траву. — Ты одна способна сокрушить целое войско! Зачем тебе мы?

Смеясь и подшучивая, я отрицательно замотала головой, но тут же почувствовала как земля задрожала под ногами. Снизу, их неведомых глубин, что-то приближалось. И оно явно не несло добро. Ближайшая скала дрогнула и рассыпалась на части. Не успели мы удивиться, как на поверхность выползло чудовище, по виду дракон. Эта тварь, конечно, не была огненным чудовищем, которые, по древним легендам, сжигали целые города и разоряли страны, но тоже выглядела опасной. Однако я видела что это вторая ипостась старого дварфа-мага, скрытого под защитным слоем перерождения.

— Эта тварь вам не по зубам! Сама справлюсь! — крикнула я своим спутникам, и ринулась в атаку, размахивая Гримсвордом. У драконов и существ, подобных им, донельзя прочная шкура, которую почти невозможно пробить обычным оружием. Но люди и эльфы научились убивать их либо из больших крепостных арбалетов с самострелами, либо посредством магии. Так поступила и я.

Сначала бросила топор, усиленный красной яростью, который по самую рукоятку вошёл в бронированное тело дракона в районе сердца, а потом прыгнула на его спину, увернулась от клыкатой пасти, и размахнувшись, с силой ударила Гримсвордом, соорудив руну Динардис, Непреодолимая сила. Крестец дракона треснул, а позвоночник сломался от могучей силы, сокрушившей его. Пронзительно взревев от сильной боли, чудовище упало на бок, задёргалось и стало стремительно меняться, и уже через несколько минут перед нами лежало не жуткое могучее существо, а низкорослый старый дварф в черной узорчатой кольчуге и кольчужной шапке с меховым подбоем. Из шеи бежала кровь.

Вид у дварфа был непростой. Похоже, я прибила короля или мага. Он извивался, и старался подняться, но сломанный позвоночник лишил движения. Я чувствовала как он хочет восстановиться, видела по его ауре, что от её центра к повреждённым участкам тела заструились потоки энергии. Ещё немного, и он станет невредимым.

Гримсворд имел более тёмную сущность, поэтому я приставила его клинок к шее дварфа и чуть надавила, чтобы капля крови упала на заговоренную сталь. В тот же миг процесс регенерации прекратился — клинок выпил жизненную силу мага и впитал её. Я стала только сильнее.

— Убей меня, адское отродье! — прохрипел старик.— Я хочу отправиться к праотцам, в чертоги великого Дварфдейла, чтоб сидеть одесную с Норимуром, пить вино на великих пирах, и слушать пение райских птиц. Убей меня, демон!

— Мне плевать на тебя! — злобно ответила. — Вы предательски напали на нас, простых путников, хотели лишить жизни, а сейчас ты просишь, чтобы я оказала тебе милость, сын свиньи? Подарила тебе смерть от благородного оружия? Не бывать этому! Сдохнешь как жаба, в грязи и своей блевотине!

— Да... Я грешен... — Опустил голову дварф. — Но я не мог поступить иначе. Пророчица нашего племени предрекла что через наши земли проедет мимоходом будущая Тёмная Звезда, которая позже навлечет величайшие беды на Лотрейн.

— Что за Тёмная Звезда? — разъярённо спросила я, и чуть надавила мечом на шею дварфа. — Отвечай немедля!

— Больше я тебе ничего не скажу! Делай со мной что хочешь, эльфийский демон, пусть мои уста останутся немы, чем...

Я презрительно отвернулась, и хотела уже уходить, как вдруг свистнула стрела и попала старику прямо в голову. Метко. Тэрил выстрелила в ответ, но её стрела улетела в никуда — нападавший успел скрыться.

— Зачем они убили своего же? — недоуменно спросила Тэрил, глядя на старого дварфа.

— Побоялись что расскажет лишнее. Он начал было говорить занимательные вещи. Даже мне стало любопытно.

— И что он тебе рассказал?

— Когда я обвинила его, что они нападают на случайных путников, он сказал, что их вылазка не случайна. Они не просто так сидели в засаде. Они ... Охотились на нас.

— Зачем? — удивлённо спросила Тэрил. — Что они знают о нас?

— Их колдунья сказала что здесь пройдет та, кто станет какой-то Тёмной Звездой. Не знаю, что это значит. Бредни диких варваров.

— Как, ты не знаешь, что такое Тёмная звезда? — Тэрил недоверчивым взглядом посмотрела на меня. — В Элисарисе, откуда я родом, об этой легенде знают все.

— И в Альвсгримме тоже знают об этом, моя королева, — поклонился Зетрейн. — Хотя и считают их древними детскими сказками.

— Но я... — не зная, что сказать, я замолчала. Отец, обучавший меня магии и ратному делу, намеренно скрыл от меня нечто важное — сейчас я почувствовала это. А вдруг все мои беды не случайны? Вдруг всё, что со мной происходит, не просто так? И Грислон с Ульродом, штурмующие Горный замок? Мари? Что они знают обо всём этом?

В замешательстве, не зная что сказать, я запрыгнула на коня. Не могла же я признать, что высокородной не ведомо то, о чём знает любой в Лотрейне, причём как само собой разумеющееся.

— Я ничего не знаю ни о каких тёмных звёздах! — твердо заявила я. — Лорд Иллерион ничего не сказал мне об этом.

— Ну... Это такая сказка, — терпеливо начала объяснять Тэрил. — Про некую эльфийскую владычицу, как её предали и убили, как она воскресла и наказала своих обидчиков.

— Легенда не об этом! — возразил Зетрейн. — Легенда о том, что в мир придёт ведьма, которая со своей дружиной станет подобна богам. И принесёт неисчислимые бедствия всему миру. Потом её смогли убить, но она воскресла из мертвых и вот тогда-то наступил настоящий ад.

— Нет! Не так! Это просто детская сказка! Страшная, но всё таки сказка! —возразила Тэрил. — У нас в городе детей пугали, что придет Тёмная Звезда и заберёт тебя.

— Не сказка! Скорее,предостережение об опасности — Зетрейн отрицательно качнул головой. — В Альвсгримме верили в эти легенды.

— Эти дварфы думают что я — ведьма из сказки? Которая погубит мир? — рассмеялась я. — Это серьёзно? О боги северных равнин! Да я всего лишь малолетняя эльфийка, которую хочет пришибить каждый дурак! Поехали дальше! Больше меня сегодня ничто не рассмешит!

Однако всё сложилось не так... Не успели мы тронуться в путь, как на тропе раздался мощный звук боевого рога. Он звучал с такой силой, что деревья затрепетали, а лошади испуганно заржали, сбиваясь в кучу. Задрожала земля от стука копыт. Приближалась какая-то новая опасность, и следовало решать — принимать бой или отступить, пока ещё путь к равнине свободен. И я приняла решение — биться.

— Бегите, бегите изо всех сил! Я задержу их! — крикнула я спутникам, спрыгнула с коня и похлопала его по шее. — Приберегите его для меня. Я вернусь.

— Ана! — умоляюще протянула руку Тэрил. — Я должна быть с тобой! Разреши...

— Нет! — я была непреклонна. — Бегите изо всех сил! Я найду вас на равнине! Держитесь северной стороны!

Зетрейн согласно наклонил голову, пришпорил коня и поскакал прочь, увлекая за собой плачущую Тэрил. Пусть Дорниоры не разлучат нас... Я развернулась к опасности, и обнажила заалевший Гримсворд.

Снова зазвучал боевой рог, только много ближе, и я почувствовала, как дрожит земля от поступи коней. По звукам, ко мне приближалась целая рать. Я почувствовала как в горле пересохло, и ручеёк постыдной слабости наполнил сердце.

Что делать? Растерянный взгляд окинул округу. Скалистые холмы, деревья... Что можно противопоставить несущейся на тебя лавине? Только гору.

Склоны холмов у места боя с дварфами круты, убежать некуда, почему и устроили на нас засаду именно здесь. Значит, здесь придется встретить и тех, кто гонится за нами.

Тремя прыжками я забралась на скалу, и опустилась на колено, оглядывая окрестности. Тэрил и Зетрейна было уже не видно — ускакали, скрывшись за выпуклостью перевала. С другой стороны, откуда мы пришли, отчётливо видно небольшое войско, примерно сотню всадников, в доспехах, и с оружием наизготовку. Судя по аурам, люди, а если судить по черным плащам с золотыми орнаментами, позолоченным пластинчатым панцирям, гребенчатым шлемам с плюмажами из орлиных перьев, то это воины империи Ильнуир. Впереди командир со стягом судьи-воина, притороченным к седлу. Далеко они забрались. И судя по всему, гнались за нами. Нужно как следует встретить дорогих гостей.

Глава 3. Битва с ильнуирцами

Скалы на здешних невысоких хребтах непрочные, вперемежку с оползнями из мелких камней. Да и сами склоны выщерблены ветрами и непогодой. Если попробовать уронить одну из скал, это может повлечь горный обвал, и дорога будет завалена огромными камнями, став непригодной для проезда.

Когда первый десяток воинов галопом миновал место засады, я призвав руну Непреодолимая сила, толкнула скалу вниз, а потом следом за ней, крупный валун, торчавший рядом из слоя мелких камней. Земля дрогнула, когда скала ударилась о склон, приведя в движение осыпь, крутым шлейфом спускавшуюся вниз. Помедлив и чуть зависнув, каменная лавина накрыла скачущих конников, крики людей и лошадиное ржание заглушил грохот камнепада. Густая пыль заволокла всё вокруг.

Пробежав по верху холма до места, где не было оползня, я прыжками спустилась с горы, и обнажив меч, вступила в бой. На руку мне пока играло то, что имперцы оказались обескуражены неожиданностью происшествия, и пока ещё не связывали этот обвал с нападением на них.

Пробив Гримсвордом панцирь ближайшего ко мне воина, недоумённо пытающегося что-то разглядеть в клубах пыли, я рывком сбросила его тело под ноги лошади, и сама вскочила на неё. Тут же отрубила головы двум соседним воинам. Жаль, что последний испустил громкий крик, так как по шее я попала не сразу, сначала удар пришёлся в пластину, закрывающую подбородок, она со звоном согнулась, но не отлетела. И мне пришлось бить мечом второй раз, стараясь попасть в бармицу. Тут-то убиваемый и закричал.

— Тут эльф! По... — Он не успел докончить фразу, полную отчаяния, когда его голова, вращаясь улетела в сторону. Но крик услышали.

Сколько имперцев уничтожил обвал? Едва ли больше половины. А первый десяток вместе с судьёй-воином так вообще без затруднений минул его. Самое большое количество людей осталось в арьегарде отряда, и сейчас они сдерживали взбесившихся лошадей, пытаясь разобраться что случилось. А мне следовало быстрее разобраться с ними, пока не опомнились. Вот здесь бы как нельзя кстати пригодилось земное оружие. Пара очередей из автомата пулями с красной яростью, и от ильнуирцев осталась бы гора трупов.

Мечтать не вредно, но пора ликвидировать оставшихся.

— Вот она, вот она! — заорал дюжий воин, спешившись и подбегая с высоко закинутым тяжёлым боевым топором. — Тут кажется, та черноволосая девка, порубившая сотню наших у столицы! Я вспомнил её!

— Вспомнил, и забудь! — наставительно сказала я, отражая удар топора мне в бедро, а потом с такой силой ударила воина в шлем, что разрубила его голову две части, почти одновременно парировав удар длинного двуручного меча изогнутой формы от тяжелого всадника сзади. Его мощную броню золотого цвета с намалёванными защитными рунами, просто так пробить было невозможно, и пришлось вызвать красную ярость. Отрубив руки с мечом, я вонзила клинок Гримсворда в лицо нападавшего, и пробила его голову насквозь. И теперь уже не отпускала красную ярость.

Свистнули стрелы. Отбив их мечом, я огляделась. Поодаль, в полусотне шагов стояли лучники. Пока они достали стрелы, натянули тетиву, я пришпорив коня, быстро приблизилась вплотную. В последние секунды, понимая, что они погибнут, лучники попытались отмахнуться луками, но я легко отрубила их вместе с руками, а потом пробила панцири.

В возникшей сваре действовать стало трудно — не было простора, поэтому я спешилась, и приступила к делу. Пока билась сразу с десятком человек, из-за завала раздался громкий звук воинского рога, призывающий всех оставшихся в живых к командиру, но здесь ответить было некому. Все мертвы. Я оглядела поле боя, и подсчитала сколько убито. Около тридцати, остальные лежат в завалах. Кое-где из-под камней раздавались стоны зажатых и заново погребённых людей. Увы, помочь им было некому.

Я забрала лук и стрелы у лучников, а потом осторожно поднялась по склону горы наверх. Там, притаившись за камнями, оценила обстановку. Судья-воин всё топтался на месте, не зная что делать. От сотни воинов в живых осталось чуть больше десятка. Они слышали что внизу на дороге шёл бой, но помочь своим людям ничем не могли. Как не могли и продолжать путь. Ехать в незнакомые враждебные земли с таким малым количеством людей — смерти подобно. Присев за камнем, я аккуратно разложила стрелы рядом с собой, а потом принялась стрелять. Спокойно, как в тире. Сначала в одного, потом в другого, третьего... За короткое время с воинами было покончено. Лошади скинули мёртвых и раненых седоков и ускакали в разные стороны. Надеюсь, всё у них будет в порядке.

Судье-воину стрела попала в бедро. Рана серьёзная, если учитывать, что кость перебита, от дома далеко и тащить его на себе некому. Но он ещё жил и пытался отползти в сторону, когда я подошла и посмотрела в ненавидящие глаза.

— Я так и знал, что это ты, — простонал он. — Альвсгриммцы навлекли на себя большие беды.

— Зачем вы гнались за нами? — я плашмя похлопала лезвием меча по голове судьи, показывая что стоило бы ему быть поразговорчивее. — Ты знаешь что-то, чего не знаю я, и это мне не нравится.

— Знамение... Золотой жрец-император видел знамение, — поспешно ответил судья. — Что на наш мир грядут великие бедствия, и виной ему будет некая сущность, призванная из бездны.

— Ха-ха-ха! — рассмеялась я. — И эта сущность, конечно же, я. Кому ж ещё.

— То, как ты расправляешься со всеми, с кем сталкиваешься, говорит, что это так...

— Заткнись! Заткнись! — в гневе вскричала я и занесла меч, чтобы отрубить судье голову, впрочем, тут же передумала. — Живи пока. Если выживешь.

С досадой плюнув на землю, я побежала прочь с этого места, негодуя и терзаясь волнениями. Мне это не нравилось. Всё. Мне ничего не нравилось. Чем дальше, тем более события становились непонятными. И что греха таить, вызывающими щемящее чувство беспокойства внутри. Вокруг меня что-то происходило. То, что я не могла держать под контролем и как-то предупредить. И дварфы и люди говорили о некой опасности, якобы исходящей от меня. И отец... Он утаил от меня то ли предсказание, то ли пророчество.

Одна из человеческих лошадей бродила среди окрестных сосен с мёртвым всадником, застрявшим ногой в стремени. Скинув труп на землю, я обыскала большие торбы, притороченные к седлу. Бурдюк с водой, немного лепёшек и копчёного мяса. Невесть что, но мне, привыкшей за последнее время к недоеданию, это показалось манной небесной. Я ощутила, что с утра совсем ничего не ела. Сколько сейчас? Наверное, ближе к вечеру. Солнце светило совсем низко, и вплотную подобралось к горам. Надо до вечера миновать перевал и выехать на равнину.

Немного поужинав, я запрыгнула на лошадь, и огляделась. Обвал, устроенный мной, полностью перекрыл дорогу, и проезд по ней на лошадях стал невозможен. Надо это иметь в виду. Хотя... кто тут ездил последний раз, кроме таких потерянных странников как мы? Обуреваемая невесёлыми мыслями, я пришпорила коня и поскакала прочь. Ехать долго.

Когда солнце опустилось к горизонту, я одолела перевал. Выехав на самую высокую точку, остановилась и почувствовала как свежий ветер хлестнул меня по лицу, взъерошив волосы. Приложив ладонь ко лбу, я смотрела вдаль и видела обширную равнину с протекающей посередине рекой. Вдали тёмный угрюмый лес, а на самом горизонте, на границе видимости, высокие снеговые горы, утопающие во мраке. Владения Иллерион. Моя тёмная родина...

И тут же я почуяла прилив силы. Далёкий, но властный, зов родного края донёсся до меня. И тогда я поняла, что не всё ещё потеряно в этом мире. Да и в других, далёких мирах тоже. Сандра... Она где-то там, за дальними далями, за мрачной тенью бесконечного пространства. Надеюсь, что всё с ней будет хорошо...

Понукая уставшего коня, я стала спускаться с перевала. Дорога петляла между скал и кривых покосившихся деревьев, выросших на ветру. И уже почти преодолела трудный участок пути, как сзади зашумело, и я почувствовала порыв холодного воздуха. Ко мне что-то приближалось с вершины горы. Быстро ехать не было никакой возможности, иначе животное переломало бы себе ноги, или рухнуло в пропасть. Я спешилась, надела шлем, и приготовилась к бою.

В скалах что-то пряталось. Иногда я видела сумрачную ауру. Не эльфийскую и не человеческую, а скорее, принадлежавшую дикому зверю. Ещё мгновение он таился, но потом выполз на вертикальную скалу, торчащую на вершине и замер. Гигантский зверь, демон подземного мира в виде доисторической твари. Страж, сделанный Морандоном для защиты тёмных ущелий и проклятых гробниц. Его глаза пылали красным, напитанные магией своего мёртвого создателя.

Схватив увесистый камень, я усилила его красной яростью, и швырнула в зверя, однако он, увидев мои приготовления, взмыл в воздух, в длинном прыжке преодолел расстояние между нами, и приземлился в нескольких шагах от меня. Эта груда гнилого мяса и прочных каменных костей обладала жизнью. В центре адского создания билась часть жизненной силы Морандона. Этого было достаточно, чтобы охотиться на беспечных путников и поглощать их плоть и души.

Монстр ударил одной лапой, потом другой, но я легко уклонилась. Потом он решил атаковать более серьёзно, широко открыл пасть с торчащими в разные стороны огромными острыми зубами, и сделал выпад. Призвав руну Динардис, Непреодолимая сила, я ударила его кулаком прямо в морду. Время как будто застыло на секунду. Звуки стихли. Руна пробила челюсти, расплющив их. Все кости головы треснули. Камни под напором мощной энергии превратились в песок, а голова тут же рассыпалась на куски. Вверх ударил луч красного света из разломанной ауры, который я поймала левой рукой и втянула в себя. Тело чудовища потускнело, и развалилось в чёрную труху, которую тут же развеял холодный ветер.

Тем временем тьма стала абсолютной, только звёзды рассыпались по небу. Нитайя и Артенте кружились в бесконечном танце, а Эридиос смотрел прямо в душу, как безмолвный зловещий страж, горя кровавым светом. Мне их света было вполне чем достаточно. Оглядевшись, я вначале не нашла лошадь — по-видимому, она убежала на равнину, испугавшись битвы с монстром. Внизу далеко от себя я видела её ауру. Я приказала ей вернуться, но лошадь отказалась. Всё-таки дальше она не побежала, а осталась дожидаться меня, пощипывая траву во тьме. Да и деваться ей тут особо было некуда — вокруг дикие места, населённые монстрами и хищниками. Впрочем, на этой равнине жили люди-скотоводы, но они скорее всего, были у реки.

«— Вы где? Я иду к вам» — ментально спросила я у Тэрил, и тут же увидела мир её глазами. Они стояли во тьме, у реки, скрытно, в десятке лиг от меня. Успели значительно продвинуться севернее. Рядом с ними, в полулиге, видно какую-то стоянку, или лагерь. Горели несколько костров, вокруг которых расставлены телеги и кибитки, нагруженные скарбом, а ещё дальше паслось большое стадо коров и овец, охраняемых собаками и простейшей человеческой магией.

«Ждём тебя, леди Анитель. Как ты и приказала» — откликнулась Тэрил. — «Здесь везде люди. Скрытно мы не сможем пройти дальше».

«Ждите меня там. Скоро я найду вас»— приказала я.

Подозвав лошадь, я запрыгнула в седло и поехала. Скорость была совсем не та, с которой хотелось бы ехать, но трава на равнине в некоторых местах доставала лошади почти до груди, и я боялась что даже при езде рысью могу свалиться в скрытую яму. По равнине хорошо заметны следы, оставленные Тэрил и Зетрейном. На небольшом расстоянии от хребта они свернули с дороги налево и поехали на северо-восток. К полуночи похолодало, и над равниной стал подниматься туман. Постепенно всё вокруг заволокло белёсой пеленой.

Через некоторое время я заметила впереди свет аур своих попутчиков. Подъехав к ним, подняла руку в приветствии, и слегка улыбнулась. Я и в самом деле была рада, что мы опять вместе. Спрыгнув с лошади, я подошла и по очереди обняла каждого, чем вызвала искреннее удивление рыцаря. Наверное, Алекса не часто баловала его такими знаками внимания. Тэрил же наоборот, с удовольствием прижалась ко мне, и даже всхлипнула от умиления, чем вызвала у меня небольшое смущение. Я чувствовала себя намного эмоциональнее с тех пор, как побывала на Земле.

— Леди Анитель... — прервал нежности Зетрейн. — Здесь недалеко стойбище людей, местных скотоводов. Чтобы их обойти, уйдёт много времени. Но и напрямую идти к ним тоже выглядит безрассудно. Я видел — у них много вооружённых воинов.

Я задумалась. Нам несомненно был нужен отдых, однако связываться с людьми я не хотела. Здешние племена платили дань Ульроду — это была его вотчина, и скотоводы были в курсе дел северян. Слухи распространяются быстро, и наверняка из людей найдётся тот, кто доложит о нас своим владыкам. В здешних пустынных землях две знатные, хорошо вооружённые эльфийки и эльф, едущие на север, конечно же привлекут ненужное внимание. А если ещё и расскажут как мы выглядим, тут сложить дважды два не сможет только дурак...

— Нет. Наш путь скрытен от всех, — твёрдо сказала я. — Сегодня нам предстоит обойтись без ужина и ночлега. Будем ехать до рассвета, а потом найдём место, где отдохнуть. Но сначала нам нужно миновать людей.

Сказать-то легко, но вот сделать трудно. Нам пришлось вернуться назад на пару лиг, а потом очертить широкий крюк, чтобы миновать стада скота, спящие на равнине. Ближе к утру, когда туман стал совсем густым, а темень начала постепенно светлеть, мы набрели на небольшую рощу среди равнины. Берёзы и осины росли среди густой высокой травы. Здесь мы и решили сделать долгий привал — ехать дальше уже невозможно, лошади устали и проголодались. Так же как и мы. На стоянке распрягли лошадей и отправили их пастись, сами занялись то ли завтраком, то ли ужином.

Зетрейн разжёг костёр, нарубив веток, а потом в компании Тэрил разогрел мясо. Еды осталось совсем мало, но сила Лотрейна в этом месте была значительна, и пока ещё можно продержаться и на таком скромном пайке. Предстоящий путь предстоял долгим. Раскинув плед на мокрой траве, я легла, накрылась с головой одеялом и мгновенно уснула. Последнее, что я видела перед тем, как сон захватил меня, это фигуры своих спутников, сидящих у костра.

Хоть дыма и немного, однако среди ароматного разнотравья он привлёк внимание. Нас застали врасплох — сильно уж мы устали за последнее время, и понадеялись, что на равнине-то уж, населённой людьми, опасаться нечего. Однако и люди бывают разные. Сквозь сон я услышала шелест раздвигаемой травы, негромкое звякание железа, храп лошадей. К нам приближались преследователи, и явно с недобрыми намерениями. Я мгновенно проснулась. Сколько мы спали? Час? Два? Три? По ощущениям прошло полдня. Во всяком случае, туман уже рассеялся, но солнце не видно — всё небо затянуто мрачными дождевыми тучами.

Нас окружили широким кольцом. Человек пятьдесят, не меньше. Всадники на низких мохнатых лошадях, одетые в кожаные доспехи и с неказистым оружием. Пики, топоры, кинжалы, луки. Медленно и осторожно они подкрадывались, стараясь не шуметь, но я всё равно заметила их издалека.

— Вставайте, к бою! — крикнула я, вскочив на ноги и обнажив Гримсворд. Как загнанный зверь, я вертела головой из стороны в сторону, ожидая нападения. Тэрил встала на колено, положила рядом пучок стрел и натянула лук. Зетрейн обнажил длинный меч и замер в боевой позе.

Люди приближались. Они пока ещё не видели нас, но тоже подготовились к бою. Кто это? Скотоводы? Я ранее тут никогда не была, и не знала, как выглядят здешние простолюдины. Подобравшись ближе, нападавшие всё-таки увидели, что их обнаружили и ждут, остановились, о чём-то совещаясь, потом один из них отдал своему соратнику копьё и щит, показав, что безоружен, и подъехал к нам.

Глава 4. Племя Арсентов

Человек был невысокого роста, бородат и длинноволос, одет в домотканые штаны и кожаную боевую рубаху с нашитыми медными бляхами, на голове — кожаная шапка с меховой опушкой. Его зоркие голубые глаза из-под мохнатых бровей внимательно и настороженно рассматривали нас. «Кто вы?» — так и читалось на его лице, однако ни злобы ни враждебности не было, лишь лёгкое беспокойство от неизвестного.

— Вы проезжаете через наши владения, не представившись и не спросив разрешения, — холодно заявил он, сдерживая пытающегося встать на дыбы коня и натягивая поводья. — А ну, стой, Аквалинос!

— Должны ли мы просить разрешения у кого либо? — возразила я. — К вашему стойбищу мы не приближались, дабы не беспокоить вас. Продолжили свой путь. А куда он ведёт, не твоё дело, извини уж. Мы с миром пришли, с миром и уйдём. Или ты хочешь денег?

— Денег? — рассмеялся человек, и покачав головой, опустил её вниз, потом быстро поднял, и взглянул на меня с иронией. — Деньги в этой пустоши не стоят ничего, благородная леди. Золото не накормит человека. И не даст ему оружие. Дело не в деньгах. Совсем не в них.

— Расскажи, чем мы тебе помешали, зачем ходить вокруг да около, — я засунула меч в ножны на спине, и встала в уверенной позе, сложив руки на груди. — Времени у нас немного. Но всё-таки любопытно послушать, чем мы помешали уважаемым людям.

— Мы... Мы прошли по вашим следам. Вы приехали с запада. С проклятых земель, откуда давно никто не приезжал. Одно это уже должно внушать опасение. Долгие годы эта дорога была пуста, и лишь ужасные ночные твари приходили из неведомых пустошей, чтобы убивать нас и наш скот. А сейчас... Сейчас оттуда приезжают три эльфа, среди которых одна высокородная. Что мы должны думать? Мы люди мирные. Живём в добрососедстве со всеми. Платим дань лорду Ульроду за защиту, но более полагаемся на себя. До замка высокородного лорда отсюда далеко.

— Ты боишься, что за нами погоня, и мы как буревестники, принесём несчастье в эти земли? — криво усмехнулась я.

— Именно так, госпожа, — поклонился человек. — Я Мелинион Арсентис Крадис, вождь племени Арсентов, повелителей этого края. Всё, чего мы хотим, это знать, кто вы, и что вас привлекло в наши земли. И тогда уже мы решим, что с вами делать. Что вы несёте к нашим кострам — добро или зло. И чего нам ждать от высокородных.

— Как смеешь ты требовать что-то от высокородной леди?! — гневно крикнула Тэрил, нахмурив брови, и грозно сверкнув прекрасными синими глазами, ещё сильнее натянув тетиву. — Тебе сказали — не ваше дело куда мы едем и зачем! Вали давай отсюда!

Я подняла руку, призывая её остынуть, но всё же подавила в себе точно такой же приступ гнева. В этом мы были абсолютно едины. Но настал такой момент, что нужно смириться. Ссориться с людьми мне не хотелось по разным причинам. Главная из которых — они могут быть полезны в предстоящей схватке.

— Я леди Анитель Ледерин Иллерион, — просто сказала я. — Изгнанница и жертва предательства. Я хочу лишь вернуть своё достояние. То, что оставлено мне отцом. Горный Замок — вот цель моего путешествия. А направляюсь я в свои вассальные земли, к племени Элириос. Чтобы убедить их сдержать клятву верности, данную отцу. Я собираю войско для похода на Горный Замок! А это мои верные соратники, воины благородных кровей. Тэрил Аглион Иллерби, Леди Осеннего Замка, мой сенешаль и телохранитель, и Зетрейн Изион Селдис, Воин Поющего Ручья из западного королевства Альвсгримма.

Мелинион с изумлением посмотрел на меня, хотел что-то сказать, но сдержался, лишь низко поклонился, прижав руку к груди. Потом немного помолчал, как будто переваривая услышанное, и не спеша сказал:

— Мой род — вассальный у лорда Ульрода. И мы давали ему клятву верности. Однако высокородный Ульрод — вассал вашего отца... Я слышал что произошло на севере. Но ходили слухи, что вы казнены по древним законам из-за преступлений, совершённых вами. Хочу сказать... Это не наше дело — распря между высокородными. И мы, согласно клятве, принесённой лорду, должны следовать его интересам...

Заметив, что я недовольно нахмурилась, он продолжил:

— Но лорд Ульрод ваш вассал, леди Иллерион. А мы признали ваше право на родовое наследие, когда получили весть о смерти вашего отца. Поэтому позвольте присягнуть вам на верность.

Мелинион встал на колено, и склонил голову. Взяв Гримсворд, я коснулась его головы.

— Скрепляю договор верности. Я, Анитель Ледерин Иллерион и ты, Мелинион Арсентис Крадис, отныне как брат и сестра. Нарекаю тебя Лордом Зелёного Моря и властителем этого края. Встань, мой верный вассал.

Мелинион встав, учтиво поклонился сначала мне, а потом Тэрил и Зетрейну.

— Что вам нужно, леди Анитель? — почтительно молвил он. — Воины? Лошади? Еда?

— Да! Еда! Мы хотим жрать! — Тэрил нарушила пафосность момента своим весёлым возгласом, и наконец-то встала, опустив лук. — Нам нужна еда, благородный лорд!

Я рассмеялась, и тут же нахмурилась от её весёлой наглости.

— Благодарю, лорд Мелинион, но нам не нужны ни воины, ни лошади. У нас, как видите есть и свои, — поклонилась я. — Час решающей битвы ещё не скоро. Мы едем к друзьям, как я надеюсь, и с войском соваться к ним не стоит. Нет. Пока это лишь наше дело. В урочный час, когда понадобятся мечи и копья, я пришлю весточку. И вы пошлёте столько воинов, сколько сможете.

— Да будет так, высокородная леди, а сейчас разрешите вместе пообедать, раз ваш сенешаль так хочет есть, — Мелинион насмешливо посмотрел на Тэрил, которая скорчила рожицу, и показала ему язык.

Это был обед. Царский обед. Наверное, достойный короля степи. Люди Мелиниона бросили на траву несколько ковров, рядом разожгли огонь, зажарили целого телёнка, посыпав его Алимасом и Ситрионом, ценными душистыми травами, придавшими простому мясу на вертеле просто божественный вкус. Свежий румяный хлеб, выдержанный козий сыр, белое ароматное вино из бурдюка. Вкуснее яств я не пробовала.

Мелинион представил троих старейшин родов, Сираноса, Миртаниона и Люсидеса. Всё это были высокие могучие витязи в простых кожаных доспехах, длинноволосые и синеглазые блондины с печатью благородства на челе. И я тут же дала им титулы родовых дворян. Эти люди были просты и благородны. В них чувствовалась изначальная древность и благочиние людского рода, ныне почти утерянные в череде войн и усобиц.

Вечер и ночь провели мы с новыми союзниками, и все беды и волнения как будто покинули нас. Разгорячённые вином, мы пели и танцевали, рассказывали друг другу древние были и предания. Мир Лотрейна как будто заново расцветал и открывался перед мной.

Наутро я поклонилась тем, кто делили с нами еду и ночлег, и стала собираться в путь. Когда уже всё было готово, и запряжённые лошади нетерпеливо перебирали ногами, я отвела Мелиниона в сторону, и дала ему мешочек с сотней золотых, невзирая на его яростный отказ.

— Когда настанет решающий час битвы за Горный Замок, пришли мне опытных воинов в стальных доспехах, и с хорошим кованным оружием. Мечи, топоры, протазаны, копья. Я не требую от тебя всей дружины. Пришли сколько сможешь, хоть пятьдесят, сотню, две. Больше мне рассчитывать не на кого.

— Я сам возглавлю свою дружину, леди Анитель, — поклонился Мелинион. — Мы сделаем то, что должно. То, чему мы клялись.

Подняв руку в прощальном приветствии, я запрыгнула в седло, и пришпорив коня, рысью поскакала навстречу судьбе. За мной, тоже поприветствовав Мелиниона и его дворян, направились Тэррил и Зетрейн. За ними на привязи бежала вьючная лошадь с припасами. Мы опять отправились в неизвестность.

— Как думаешь, можно им доверять? — прервала молчание Тэрил, догнав и поравнявшись со мной.

— Нет, — коротко бросила я. — Люди слабы и больше подвержены прихотям. Если они с такой лёгкостью предали Ульрода, с такой же лёгкостью предадут и меня. Достаточно одного предателя и доносчика среди них, чтобы лорд узнал о том, что мы приезжали сюда. Они ничего не сделали, а должны были пленить. И это будет равно знаку неподчинения. Когда дружина Ульрода начнёт разорять их земли, им останется только один выход — подчиниться. Я не сказала ему что у нас есть ещё войска Альвсгримма. Пусть до поры до времени думает, что мы одни.

— Но... — растерянно пожала плечами Тэрил. — Они выглядели такими милыми... В них не было ни лжи ни вероломства.

— Глупышка... — я в шутку потрепала её по волосам, дотянувшись с коня. — Ломается даже железо в урочный час. И хорошо, если бы это случилось, когда ты точишь меч, а не бьёшься им. Не верь никому, Тэл. И останешься жива.

Тэрил смущённо взглянула на меня, и пришпорив коня, поскакала галопом вперёд.

— Разведаю что там, впереди!

А там всё то же. Мы решили ехать в стороне от северной дороги, по бесконечной равнине без конца и без края. Западный хребёт справа, через который мы приехали сюда, уступил место густому сосновому лесу. Снеговые горы на востоке, где находились владения Иллерион, постепенно стали тонуть в дымке, всё более отдаляясь, а вскоре и совсем исчезли за невысокими холмами, предвестниками северных предгорий. Равнина, по которой мы ехали всё менее выглядела плодородной — чувствовалась близость северных гор. Река становилась всё мелководнее, и обратилась в бурный ручей, весело прыгавший по камням, а потом и вовсе пропавший среди восточных холмов. Среди травы всё чаще стали попадаться камни и обломки скал, а ближе к вечеру вдали показались высокие скалистые горы. Они захватывали всё пространство от края до края, и тянулись с востока на запад. Эти горы длиной в сотни лиг. И где-то там, за гранью времён, находился конец света, прибежище демонов и чудовищ, созданных творцом на исходе сил. Лотрейн конечно же, был сферической планетой, и никакого края у него не существовало. Краем света называли место, где грань нашего мироздания пересекалась с несколькими другими, более хаотичными областями пространства. Это вполне определённая область в пространственно-временном континууме, где стены мира истончались, и становилось видно то, что находится в запредельной тьме, за границами миров. По легендам, именно в этом месте души людей переправляются через Аннорис, Реку смерти, чтобы позже снова родиться в другой реальности, в другом времени.

Но задолго до края света начинались владения варварских племён Элириос. Они тоже были эльфами, а некоторые из них даже высокородными. Они обожали магию. Но не боевую, а воздействующую на чувства и эмоции. В битве же эти существа более полагались на меч и копьё. В их скудных землях не росли зерно и овощи, не разводился скот, и они полагались только на торговлю. Добывали руды как дварфы, ковали железо, из которого делали прочные заговорённые доспехи и оружие, мастерили украшения из золота, серебра и платины. Меняли всё это на еду, ткани и животных. Так и жили. Государства у них не существовало. Каждый род имел своего вождя, считающего себя лордом, и частенько враждовал с соседями. Но в ратном деле не было лучших воинов. С малых лет они учились вертеть меч, и владели всеми видами оружия. Часто совершали походы в земли, лежащие за границей этого мира. Роду Иллерион они покорились сразу, посчитав что союз выгоднее чем война. И теперь мне надо этих тёмных эльфов склонить на свою сторону. Задача архитрудная. И в первую очередь пригодится умение разговаривать. Правда, его-то я как раз и лишена. Ну что ж, учиться никогда не поздно. Пусть даже и ценой своей шкуры.

Вечером, когда начались невысокие хребты, идущие в разных направлениях, а солнце бросило последние кроваво-красные лучи через тучи на горизонте, мы остановились на ночёвку, холодную и безрадостную. Я смотрела, как кружась, полетели первые снежинки, и подумала, что вот так и выглядят одиночество и безнадёга. Я здесь, на краю мира, во тьме, с двумя соратниками, наблюдаю, как моё величие падает в снег. У меня нет дома. Нет родины. Нет никого. А впереди лишь только смерть.

Но тут же я услышала радостный звонкий смех Тэрил, с интересом и жадностью проверяющей, что нам наложили в дорогу люди, а потом раскладывающей еду на ковёр. Радостно. Да, чёрт возьми, она радовалась жизни, не смотря ни на что. На тьму и снег. А ведь у ней тоже не было дома. Я видела как Зетрейн наливает вино в кубки, осторожно пробует его, одобрительно поцокав. Увидела их ясные, сияющие звёздами эльфийские глаза, и ощутила такой мощный прилив счастья и силы, что чуть не пустилась в пляс. Да... У меня есть много ценного в этой жизни, за что можно и нужно бороться. И есть Алекса, Сандра и Дженн. Они где-то там, за бесконечными далями пространства, в недоступных мне краях. Но они тоже живут. И тоже, надеюсь, счастливы...

— Спасибо за то, что вы есть, мои дорогие соратники! — растроганно сказала я, обнимая их по очереди. — Пусть Дорниоры сделают лёгким наш путь!

Ужин завершили по быстрому, пока не остыло мясо. Потом развели магический костёр из недр Лотрейна, чтобы не спать в холоде, и завернувшись в пледы, уснули тихим и безмятежным сном. Прямо посреди равнины. Ночью я проснулась и открыла глаза. Лошади, припорошенные снегом, спали рядом, прижавшись друг к другу, согнув ноги и храпели во сне, поднимая облачка пара вверх. Часть моего духа встала и обошла окрестности. Вокруг абсолютная тишь, ни ветерка. И темень. Ничего не видно, кроме покрытой снегом травы и звёзд. Глянув в небо, я попробовала пробить грани мироздания, чтобы связаться со своим аватаром, с Алексой и Сандрой, но у меня не получилось. Мать Тьмы на этот раз не хотела пускать меня к ним...

Утро встретило ещё большим холодом и чёрными волками. Они пришли издалека. Остановились в паре сотен шагов, и смотрели на нас, спешно собирающихся в дорогу. Я приказала им уйти, но звери только иронично рычали, и напоказ ложились в снег, как будто преграждая дорогу. Огромные животные размером чуть поменьше лошади, они могли быть опасными. Ауры у них отличались от других живых существ. Что это? Я никогда раньше такого не видела.

— Чем они питаются здесь, в этих безжизненных холодных равнинах? Чтоб прокормить таких крупных животных нужно немало пищи, — недоумённо сказала Тэрил, держа наготове лук со стрелой. — А ну пошли прочь, твари! Сейчас нашпигую стрелами, как кабана шампурами!

Недовольно ворча, звери разошлись, но не убежали далеко. Остались рядом, хвостом следуя за нами.

— Надеются что мы умрём, и они нами пообедают,— рассмеялся Зетрейн. — Провожают мешки с едой. Хотя, судя по следам, тут много оленей. Не думаю, что у чёрных волков недостаток в еде.

— Здесь благословенный край, но печать некоего трудно различимого зла доносится оттуда, — я показала рукой на запад. — Я чувствую нечто зловещее.

— Там находится Тирбинтис, моя королева. Сумрачный замок чёрных магов из рода Тирбов, изгнанников Ильнуира, — поклонился Зетрейн. — Печать проклятья и увядания лежит на их землях. Но до замка много лиг пути. Этот край ещё чист. Здесь что-то другое.

Собравшись, мы запрягли лошадей и поехали на север. К полудню снег растаял и показалось солнце. День обещал быть хорошим. Волки не стали преследовать нас и вскоре отстали. Начались долгие лиги пути. Четыре дня мы ехали почти не останавливаясь, и к середине пятого дня северные горы уже нависали угрюмыми кручами, заслоняя небо. Тэрил охотилась на оленей. Мы жарили и ели свежее мясо, пили тёплую кровь, как древние охотники давно забытых народов. В этом сумрачном краю иначе было не прожить.

Путь нам преградила бурная северная речушка, грохотавшая по крупным камням. С ходу, просто так её не перейти. Но где-то поблизости должен быть брод, судя по карте. По нему проходил торговый тракт с севера на юг, которым пользовались северяне. Ниже по течению, в паре лиг, стоял каменный дольмен, видный издалека. Я кивнула головой в его сторону. Дорога должна быть там. Мы приехали.

Глава 5. Леди Марион

Высокий гранитный столб, во времена незапамятные высеченный древним ваятелем, сообщал путнику, что он ступает на земли, принадлежащие великому эльфийскому народу Элириос. На вершине четыре потресканных лика — воины в шлемах, смотрящие слепыми каменными глазницами в стороны света. Река в этом месте разливалась широко — крупные валуны вытащены на берег, а дно засыпано мелкой галькой, позволявшей проезжать через поток на телегах. Дороги к реке порядком накатаны и вытоптаны лошадями.

— А тут должно быть много путников проезжает, — удивилась Тэрил. — Странно, что нам никто не попался за столько дней, даже не слышали никого.

— Мы едем в неурочную пору, леди Тэрил, — отозвался Зетрейн. — Урожай на южных полях уже давно собран, куплен, и увезён северянами к себе, в закрома. Сейчас, с наступлением холодов, они разве что за скотом тронутся на юг, да и то, скорей всего, скотоводы сами пригонят его.

— Ну что, друзья мои, — замялась я. — Если вы со мной доехали досюда, знайте — назад дороги нет. Впереди нас ждёт долгая и кровопролитная война. Вы сделали свой выбор, и отступать уже поздно.

— Тогда зачем ты нам это говоришь? — подозрительно уставилась Тэрил, тряхнув копной белокурых волос.

— А потому что так положено, — улыбнулась я, не зная что сказать в ответ. Не говорить же, что у меня дурные предчувствия, и я в последний раз даю им шанс сбежать. Да... Странно... Я стала таиться и боятся сказать правду, кого-то расстроить. Планета Земля до сих пор не отпускала меня.

Неспеша мы миновали реку, и поехали по зелёной долине, заросшей лесом, вокруг которой высились горы, пока ещё небольшие, с редкими скалами и осыпями. Пора останавливаться на ночлег. Уже в сумерках впереди показалась густая дубовая роща, словно звеневшая листьями на слабом ветре.

— Дубы? Здесь? Странно... — Зетрейн был прав. Даже южнее мы не встречали ни дубов, ни вязов, ни грабов. На перевале дварфов и равнине попадались лишь сосны и ели — чувствовалась близость севера.

Чем ближе мы подъезжали к роще, тем более величественной она казалась, а когда спешились у деревьев, они показались гигантскими. Я таких никогда не видела. Похоже, священное, сакральное место. В середине рощи стояло каменное изваяние — высокий каменный воин в древнем чешуйчатом панцире с короткими рукавами, тунике, и с коротким кривым Атеренейдисом в могучей руке. Он словно застыл перед броском на врага, смотря на него ненавидящими глазами через прорезь закрытого гребенчатого шлема.

— Похож на ильнуирца — заметила Тэрил подойдя ближе. — Тут алтарь! На нём еда и вещи!

— Ты не узнала Силандона, владыку северных земель, — усмехнулась я. — Этот Дорниор владыка севера. А это, похоже что его капище. Северные дикари вешают на дубовые сучья золотые монеты, а на алтарь кладут еду. Как будто дух лично спустится, чтоб собрать тухлятину с алтаря, и сорвать монеты с дерева. Зачем они ему?

— Дикари, говоришь? — из-за статуи медленно вышел эльф огромного роста в чёрном одеянии, расшитом серебристыми рунами, и с дубовым посохом в руке. — Хорошее выражение для высокородной.

Как я не заметила его ауру? Эльф, похоже, был магом и жрецом, судя по его одежде, и ярко-голубым глазам, светящимся из-под капюшона. Маг грозно нахмурился, рассматривая нас. Бояться ему нечего — он признал в нас сородичей, да и находились мы на его территории. Отсюда некуда бежать, и если мы пришли, значит у нас есть некая цель.

Эльф откинул капюшон, рассыпав длиннющие серебристые волосы по плечам. Из-под полураспахнутого плаща на миг сверкнул светящийся синий камень на шее, и рукоять длинного меча на поясе. На лице татуировка в виде синих рунических узоров. Такие же руны видно на крупных мускулистых кистях. Опёршись о посох северянин стоял и молчал, ожидая что мы скажем. Я вдруг подумала, что совсем не с того начинается моё знакомство с северными эльфами, и досадно поморщилась.

— Что ж вы молчите, дорогие гости? — насмешливо сказал эльф, сверкнув синим огнём из глаз. — Вам нечего сказать? Вы заблудились? Пошли не той дорогой? Нечасто появляются у нас сородичи с юга, тем более, высокородные леди. Назовите себя, если вас это не затруднит.

— Я... Я Анитель Ледерин Иллерион, владычица Горного Замка! — с гордостью ответила я, сняв шлем. — А это мои соратники. Тэрил Аглион Иллерби, леди Осеннего Замка, и Зетрейн Изион Селдис, Воин Поющего Ручья. Мы ищем уважения и защиты!

При последних словах я чуть не опустила голову от стыда, но всё-таки удержалась, и прямо посмотрела в глаза эльфа, тихо присвистнувшего и ехидно улыбнувшегося. Голубые узоры на его лице едва заметно вспыхнули и тут же погасли.

— Вот так да! У меня в гостях сама Анитель Иллерион. Такая честь обычному жрецу Дорниора и не снилась. Впрочем, это не моё дело. Добро пожаловать во владения Элириос! Позвольте представиться. Меня звать Ирендейл Диранион Секвертис, Воин Дубовой Рощи.

Он низко склонил голову, но я видела, как он с усмешкой косится на нас из-под своих серебристых волос, обрушившихся ему на лицо. Нет... Уважения в этом молодчике совсем не было, лишь издёвка и насмешка.

— У вас здесь капище? — недоверчиво спросила я. — Почему у границы вашей страны стоят не воины с оружием, а всего лишь один жрец с дубиной?

— Хахаха! — низко рассмеялся Ирендейл. — Но кого нам опасаться? Кто приедет в эти бесплодные тёмные земли, высокородная леди? Для кого здесь держать дружину? Для тех, кто приходит по-воровски, внезапно, хватит и одного меня! С дубовой палкой! Ведь я дикарь!

Глаза эльфа грозно нахмурились, и снова загорелись синим пламенем. Определённо, мы ему не нравились. Я растерянно оглянулась на Тэрил, и увидела как она смущённо отвернулась в сторону, и ковыряла носком сапога опавшие дубовые листья под собой. Малютка испугалась? Где ж её насмешливые речи?

— Но мы всегда рады нашим сородичам! — эльф вдруг стал дружелюбен, по-видимому, подавив свой гнев. — Езжайте по этой дороге, и через несколько лиг увидите Замок Тёмного Крыла. Это место обиталища властителя нашего рода. Там вы найдёте кров и еду. Наша госпожа, светлая леди Марион Дирандин Квертис примет вас. Если пожелает.

Я поклонилась и вышла из дубравы. Смущённые Тэрил и Зетрейн поплелись за мной. Чёрт... Неужели они испугались этого жреца-воина? Однако, надо признать, обескураженной чувствовала себя и я. Эльфы такого рода попались мне впервые. И он напомнил мне отца. В нём тоже была великая магическая сила и стать воина. Все эльфы, которых я видела до этого были или могучие простодушные витязи, как мои убитые дружинники, либо утончённые эльфийские рыцари, как Зетрейн, либо ещё более утончённые учёные и эстеты Аквенила.

Почти в полной темноте мы въехали в узкое ущелье. Сначала было темно, но потом впереди появился свет, нараставший с каждым шагом. Ущелье расступилось, и мы выехали на ровное место. Горы раздались в стороны, но совсем не отступили, лишь стали более высокими и угрюмыми, воткнувшимися острыми заснеженными шпилями прямо в звёздное небо. Это была величественная картина. Их числа тех, которые запоминаются на всю жизнь, и потом вспоминаются через многие годы.

Но ещё более величественным был замок, который звался Замок Тёмного Крыла. Я видела его изображения в древних книгах истории Лотрейна. Ничего особо интересного про него написано не было, лишь то, что лорды рода Квертис — давние вассалы Иллерион. Но что ожидать от них сейчас, мне неведомо.

Замок привольно раскинулся на скале, вздымающейся снизу вверх. Стены поднимались снизу доверху, где была главная цитадель. Со стороны твердыня походила на птицу, готовящуюся взлететь. Вокруг не видно никаких строений — все обитатели этого места жили в замке. В башнях и цитадели горели огни. Слышались голоса и тихая музыка. Странно было слышать и видеть всё это во мраке ночи, среди холодного горного края.

— И сколько их тут живёт? — скептически спросила Тэрил, уже переборов свой страх перед могучим эльфом-жрецом, и делая вид, как будто ничего не произошло. — Сколько они дадут нам воинов? В этом сарае не похоже, что большое население. Какая у них дружина?

— Думаю, небольшая, — ответил Зетрейн, мельком взглянув на меня, как будто ожидая ответа. — Примерно сто воинов, если судить по казарменной башне. Много нам не дадут. Двадцать - тридцать, уже хорошо.

— Как бы вообще не дали мечом по голове, — иронично рассмеялась я. — Мы сейчас просители. Без рода, без родины и дома. Вся наша надежда держится на старой клятве верности. А насчёт количества их воинов... Племя северных варваров состоит из множества родов, у каждого из которых свой лорд. И часто они враждуют друг с другом.

— Нам придётся заезжать в каждый замок, и договариваться с каждым мелким лордом? — Тэрил пренебрежительно осмотрела замок. — У нас уйдут на это годы. Или начнётся война меж ними, если одни захотят пойти с нами, а другие нет.

— Всё так, Тэл, — замялась я. — Но другого выхода просто нет. Элириос — могучие воины, а также искусные маги. Почти как высокородные. Больше нам просить некого. Дружины Альвсгримма и равнинных людей, это конечно же, хорошо, но их мало для того, чтобы сокрушить воинов Ульрода и Грислона Светоносного, их закалённых в жестоких боях витязей. Нам нужен костяк войска. Хотя бы несколько десятков могучих воителей. Чёрт... Да хоть пару десятков!

— И не забывайте, — добавила я. — Племя Элириос многочисленно. В их родах много простых рыцарей, кузнецов и мастеровых, но они живут не только в замках. Среди них много свободных йоменов со своими домами, и платящих лорду дань. Однако и они все могучие воины. Посмотрим... Сейчас рассуждать не о чём. Однако помните — вы не у милых друзей.

Мы вошли в открытые ворота замка, и ворота захлопнулись за нами, как ловушка за пойманной птицей. За воротами вверх поднимался длинный проход, освещённый горящими факелами. Пламя в них не выглядело обычным, в каждом факеле своего цвета — белое, жёлтое, синее, красное. Факела тихо потрескивали, источая тонкий нежный аромат. Стены и пол коридора сложены из разноцветного камня, переплетающегося в узоры поразительной красоты. Всё вместе это вызывало чувство радости и умиротворения. Замок внутри оказался совсем не таким, как виделся снаружи.

Нас встречали. Похоже жрец оповестил о нашем прибытии. Два здоровенных эльфа в кольчугах, и с обнажёнными мечами встречали у входа. Длиннющие волосы схвачены в пучок на затылке. На суровых недовольных лицах татуировки в виде рун, слегка вспыхивающие и тут же гаснущие. Такой тип рун мне не известен, а так же что они обозначают, и для чего служат. Ауры горцев скрыты невидимой магической защитой. У меня на теле тоже вырезаны красные руны, но портить лицо... Это казалось мне странным и варварским.

С воинами стояла девушка. Невысокого роста, чуть выше Тэрил. Есть такой тип эльфиек, Селирион Сендис. Они чрезвычайно сильны, несмотря на кажущуюся тонкость и хрупкость. Хозяйка замка — настоящая благородная, не из племени Элириос. В ней как будто воедино соединились холодная красота небожителей, белизна высоких снеговых гор и дерзкий характер горцев. И могучая магия.

Её крошечные красивые ступни босые. Белоснежное одеяние волнами спадало с хрупкого нежного тела. Длинные серебристые волосы заплетены в множество мелких косичек, собранных в причудливую длинную причёску, переплетённую серебристыми цепочками. Волосы как ручьи, сбегающиеся в одну большую горную реку. Ослепительно белые глаза без зрачков не то что горят — звёздами пылают в полутьме замка. На лице синяя руническая татуировка вдоль бровей щёк, постоянно меняющая свои очертания, и придающая властительнице загадочный и таинственный вид. В ней угадывалась высокородная кровь, идентичная Иллерион. Но она была не чистой высокородной — кто-то из предков, скорей всего, мать, принадлежала к древнейшему магическому роду Вельве, идущему от небожительницы Иеннале. Зетрейн, простой лесной воин, открыв род от изумления, поклонился почти в пояс. Я ограничилась обычным, чуть заметным поклоном, как и Тэрил. Леди Марион Дирандин Квертис ответила крошечным наклоном головы.

— Мой тёмный замок недостоин таких гостей, — насмешливо сказала Марион. Но её холодные как озёра, белоснежные глаза не выразили даже малейшего почтения. Мы пришли если не к врагу, то к явному недоброжелателю. — Впрочем, мы всегда рады родичам. Пусть даже дальним.

— И незнакомым, — добавила она, разглядывая нас всех с ног до головы. — Добро пожаловать. За вашими лошадьми будет должный уход. Трентис, отведи животных в конюшню! А уважаемых гостей прошу к ужину. Мы как раз собирались трапезничать. Оружие можете оставить здесь. В моём замке у вас нет врагов.

Тэрил возмущённо дёрнулась, и хотела что-то сказать язвительное, но я грозно нахмурила брови, и приказала ей подчиниться. Мы разоружились, и сложили всё оружие на стол у входа в замок. Подумав, я сняла шлем, плащ и кольчугу, оставшись в тунике. Плечи как будто избавились от многодневной тяжкой ноши. Мои спутники сделали так же, и сейчас стояли, безоружные и беззащитные, полностью полагаясь на милость хозяйки.

Марион усмехнулась и сделал жест рукой, призывая за собой. Шла она медленно и величаво, словно ступая по тонкому льду, но красиво и грациозно. Я если могла бы идти одна, уже несколько раз дошла до главной залы, но эльфийка не торопилась.

В зале тепло. Горело множество факелов, но всё-таки царил полумрак. Изящные витые колонны сплетались под потолком в лёгкие невесомые арки из белого камня. На полу, выложенном из идеально подогнанных разноцветных плит разложено множество красивых пушистых ковров, которые и марать-то не хотелось нашими грязными дорожными сапогами, тем более что большинство эльфов были босые. Я разулась и хотела ступить в залу, как Марион остановилась передо мной, сняла тунику с моего тела и провела рукой. Я ощутила лёгкое покалывание, и тотчас моё тело наполнила невиданная свежесть. Я ощутила как беды словно покинули мой разум, отягощённый бедами и невзгодами последнего времени.

...На мне надето длинное белоснежное одеяние, слегка светящееся и переливающее серебристым. Длинные чёрные волосы спадают на плечи, завязанные несколькими косичками. На голове золотая тиара со светящимися изумрудными и голубыми камнями. Ногти на руках и ногах окрашены переливающимся лаком разных цветов. Когда она это успела? Или я была в беспамятстве? Не похоже. Как Марион сделал это?

— Добро пожаловать к столу, высокородная леди Анитель Иллерион, — поклонилась леди Марион. — Сейчас вы в облике, более присущем вашему божественному достоинству.

Заиграла тихая печальная флейта, и запели протяжные голоса. Марион взяла меня за руку и повела за собой. Я оглянулась на Тэрил, которая негодующе сверлила нас пылающими синими глазами. Она тоже оказалась переодета, заплетена и ухожена. И казалась совсем-совсем юной, лет четырнадцать, не больше. Белые волосы водопадом стекают на узкие хрупкие плечи. Белоснежное длинное платье полупрозрачно. И малышка сильно разгневана, чего уж там... Или ревнует? Зетрейн тоже преобразился. На его длинных каштановых волосах алел большой рубиновый камень, перехваченный тонкой серебряной нитью. Торс оголён, и видно мускулистое худощавое тело воина. Из одежды лишь шаровары.

В зале несколько придворных. Эльфов и эльфиек, одетых примерно так же, как и мы. Просто, но изящно и красиво. Всё это вызывало во мне какую-то грусть, как будто я наконец-то попала туда, куда нужно. Что наконец-то нашла, что так долго искала.

Марион из вежливости показала на место во главе стола, на небольшом деревянном троне из странного синего дерева, а сама села рядом, но я отказалась занимать чужой трон, и уступила ей по древнему феодальному обычаю. Потом леди Марион Дирандин Квертис хлопнула в ладоши, музыка стихла и она прямо спросила, уставившись горящими глазами мне в лицо:

— Что тебе нужно от нас?