Наёмники бродячих островов. Том 2

Глава 1

До самого конца зимы, наёмники прогостили в городе Стиллролл.

Лорд твердыни сдержал слово и был благосклонен к своим телохранителям. Он позволил им бесплатно прожить в отапливаемой квартире, пока не сошли самые большие сугробы. Свет, к тому моменту, уже начал прогревать воздух. И, хоть ночи ещё и были холодны, днём уже можно было обойтись без шкуры или меховой куртки.

Возвращение в крепость планировали на вторую половину дня. Колдролл спокойно воспринял новость о скором окончании пристани и закрыл контракт. Также он отдал распоряжение собрать обоз с припасами.

Правитель не обманул и тут! Еду и дрова выделили с городских складов по божеской цене.

Всё время до обеда, наёмники решили использовать для праздного шатания по торговым точкам города. Покупками пренебрёг только Лайонел. Он ни словом не обмолвился о своих планах, но, почти наверняка, направился в публичный дом. И, по большому счёту, был прав. Спустить пар перед очередным длительным путешествием – благая затея. Ведь неизвестно сколько продлится вынужденное воздержание на этот раз.

Ну а остальные валандались по двум рынкам и всем открытым магазинчикам. Время от времени, отряд разбредался и потом собирался снова. Воины хвастались мелкими покупками и подсказывали, где можно купить ещё того или этого.

Даджой уже после первой лавки таскал с собой целую перевязь старинных книг. Кеншин купил несколько рулонов тканей, кажется, он намеревался собственноручно шить себе новые балахоны. Более приземлёнными оказались пожелания командира банды. Он набрал разнообразного алкоголя и даже нашёл себе табак по баснословной цене – пять серебряных за кисет. Не светила своими приобретениями только Венга. Она совершила покупку, когда отлучалась от компании и теперь носила с собой скромных размеров свёрток. В магазине, где Батя нашёл себе курево, девушка приобрела ещё и какой-то травяной сбор. Как выразился продавец –«И от боли поможет и нервы успокоит.».

Что именно болело у боевой подруги и с чего она будет нервничать, Макс не знал, но счёл за разумное сделать вид, что не обратил внимания. Собственно, как и поступили остальные. Никаких подробностей у Венги никто не спросил, а значит, всё точно было в порядке.

Себе, парень купил две смены рубах и брюк. Естественно – чёрных. Вообще ему понравилась идея командира, с единообразием формы. Вот бы ещё и доспехами одинаковыми разжиться! Но это уже из разряда финансовой утопии, если учитывать, во сколько обошлись всего две кольчуги.

Перед последним возвращением на оперативную квартиру, как её в день заселения обозвал Кеншин, отряд снова разошёлся. Батя хотел отметить день отбытия и наказал всем купить чего-нибудь вкусного по своим вкусам. По его задумке, это должно было обеспечить разнообразие стола. Макс долго не думал и решил купить копчёных свиных рёбрышек. За зиму он пристрастился подворовывать их у Лайонела, любящего закусить мясным лакомством пиво. Да и остальные тоже не упускали возможности стянуть кусочек. Так что, никто точно не будет против.

– Так… Ну вроде всё. – пробубнил парень под нос, глядя на городской храм. В плане покупок ничего на ум больше не напрашивалось, близкими знакомыми, с которыми следовало попрощаться, он тоже не обзавёлся. Поэтому…

А это что такое?!

Макс замер. Но глаза его лихорадочно бегали по камню в церковном дворе, пытаясь отыскать хотя бы одну незнакомую деталь. Хоть один выступ или складку породы.

Но нет.

Это был точно такой же камень, как и в саду внутреннего двора крепости наёмников.

Цвет, форма, высота… Всё один в один.

Но не мог же кто-то притащить сюда эту каменюку через пол острова?

По удачному стечению обстоятельств мимо храма как раз шли и Кеншин с Даджоем. Они сразу обратили внимание на странное занятие младшего товарища: парнишка на полусогнутых ходил вокруг здорового булыжника. Ощупывал его и рассматривал. Пытался что-то сковырнуть, склоняясь над самой поверхностью. Только на вкус не пробовал!

Наёмники переглянулись и, не сговариваясь, сменили курс.

– Что ты там нашёл… – пробасил Джой, но тут же осёкся.

Второй воин тоже заметил странность и встал рядом как вкопанный.

– Вот и я о том же. – Макс только сейчас удостоил старших внимания.

Без разговоров, изучение глыбы продолжили уже трое. Лишних слов им не требовалось. Всё и так было на лицо – камень один в один как на территории их собственного замка. Кеншин даже отгрёб руками снег от основания скалы.

Ровно скошенный угол нашёлся именно там, где и должен был быть. Вернее – не должен был. Совсем не должен!

Друзья ещё раз переглянулись. Теперь уже втроём.

– Шо вы там ползаете, пацаны? – сзади объявился Батя.

– Да вот… Камень. – подчеркнул и так очевидное Кеншин.

Командир склонил голову вбок. Кажется, он ещё не понял, что не так, и даже раскрыл рот, чтобы высказать своё мнение о дурном занятии товарищей, но…

– Твою мать…

За нехитрым ругательством последовало ещё одно всестороннее изучение камня.

Когда компанию обнаружила Венга, Батя как раз пытался сдвинуть чёрную громаду и налегал на неё всем весом. Естественно – тщетно.

– Всё? Старый совсем с ума сошёл? – уточнила девушка наблюдая за потугами лидера.

– Тут такое дело… Кажется мы все умом тронулись. Присмотрись. – предложил Даджой.

Для полноты ощущения тех самых эмоций, возникающих при встрече с очередной необъяснимой ерундой, не хватало только комментариев Лайонела.

– Ну хорошо! Давайте рассуждать логически! – Кеншин скрестил руки на груди. – Наша крепость и этот город были построены в незапамятные времена. А такие булыжники могут быть чем-то вроде отличительного знака древних архитекторов. То, что это был один и тот же народ, говорит и одинаковый материал. Да и стиль весь какой-то… Минималистический.

Батя наконец оставил попытку сдвинуть явно неприродное образование. Сделав ещё несколько кругов вокруг камня, он подверг сомнению теорию степняка:

– Ну так правильно! Минимализм! У нас в крепости ни один блок из стены больше положенного не торчит. Никаких тебе декораций и ни хрена лишнего! А тут, на! Два булыжника одинаковых. И вообще! Когда ты так много разговариваешь, я начинаю нервничать!

– И то верно…

Кажется, Кеншин хотел сказать ещё что-то, но оказался для этого слишком шокирован. Лидер группы достал свою саблю и принялся ковырять ею землю. Впрочем, акт вопиющего варварства никто останавливать не стал. Напротив, всем было интересно, что же такого вдруг решил откопать мудрый воин.

А он таки откопал!

На глубине примерно в ладонь, поверхность скалы выравнивалась. Дальше камень переходил в монолит с квадратным сечением. С абсолютно ровными сторонами и правильными прямыми углами!

– Вот тебе и на… – протянула Венга из-за спин друзей. – Это у нас там тоже такое закопано?

Но, вместо ответа, Батя лишь призывно воскликнул:

– Гля!

Стоило копнуть ещё глубже, и из-под мёрзлой земли показался шов, пересекающий всю колонну.

Дальнейшие потуги были направлены на освобождение периметра монолита на уровне этого шва. Но, увы! Больше ничего обнаружить таким образом не удалось. Даже если какие-нибудь петли или замочные скважины существовали, то они оказались хитро спрятаны.

– Так… Где этот хрыч!? – с грязной саблей наголо, Батя направился ко входу в храм.

Долго искать не пришлось. Священник находился в холле и занимался наведением порядка. Бедный старикашка аж за грудь схватился, когда перед ним предстал испачканный как поросёнок наёмник. И не удивительно! Полированный пол блестел и был почти зеркальным. А тут этот дикарь и пропойца, со своим выводком головорезов! Грязи принесли столько, что свиньи с загородной фермы позавидуют!

– Здорова, старый! А где у тебя тут лестница?

– Да что б тебя! – завёлся было Фиттер, но вовремя осёкся. Паразиты уйдут быстрее, если удовлетворить их нездоровый интерес, решил он и ткнул пальцем, – Там, за дверью!

За дверью в конце холла и в самом деле была обнаружена лестница. Вот только вела она исключительно на верхние этажи башни, но никак не вниз. Разочарованное воинство ещё несколько секунд пялилось на ступеньки, прежде чем командир уточнил:

– Где спуск в подвал?

– Нет тут никакого подвала! – хозяин святилища уже буквально рычал от негодования.

– Первая ступенька вмурована в пол. – задумчиво пробасил Даджой.

Так и было… По идее, винтовая лестница должна начинаться над полом. Но не в этом случае. По неизвестной причине, древние строители просто залили её.

– Пол ровняли уже после постройки. – сообразил Макс. – Я в замке лорда много новостроя такого видел. Они называют это цементом.

– Серьёзно? Думаешь мы цемент ни разу не видели? Вообще-то, ты у нас единственный из деревни! – но Венга сразу же улыбнулась, давая понять, что шутит. Впрочем, на её тон никто внимания не обратил.

Визуальное изучение пятачка длилось несколько молчаливых минут. Наконец, Даджой встал на колени, приложил ухо к забетонированному участку и постучал кулаком. Удары получились глухие и едва слышные. Тогда он снял с пояса кинжал и стал простукивать рукоятью.

Первые разы ничто не привлекало внимание гиганта. Но стоило перенести обследование дальше от «нулевой» ступени и звук изменился. Это заметили и остальные.

– Зачем замуровывать подвал? – удивился Батя.

Из-за спин раздалось недовольное кряхтение священника.

– Нет тут никакого подвала, я вам говорю! – ему таки удалось протиснуться в узкое пространство лестничной шахты.

– Ну тогда давай мы пол разобьём здесь… – но лидер банды не договорил.

– Башку себе разбей! – дед взревел совсем не подобающе собственному тщедушию.

– Да тфу на тебя! Разобьём и если подвала нет – оплатим ремонт!

– Да на хрена оно мне надо!? – на радость наёмникам, священнослужитель начал демонстрировать не только удаль голоса, но и богатство речи.

Увы, искромётным дебатам не было суждено состояться. Батя знал, как можно легко осадить оппонента на задницу:

– Ремонт! И сверху ещё десять серебряных накину! Такое тебе, на твой седой хрен, надо?

– А если есть подвал, что тогда?

– Ах ты ж прохиндей престарелый! Тогда – считай, что мы тебе его бесплатно откопаем! Будешь самогон там хранить!

На том и договорились.

Весь необходимый строительный инвентарь нашёлся в подсобном хозяйстве храма.

На поверку бетон оказался мягким. После каждого удара киркой или кувалдой откалывался приличный кусок. Наёмники, стоявшие на подхвате, сразу спешили отгрести его тяпкой.

Однако, спустя почти пол часа, выяснилось, что преграда значительно толще чем предполагалось.

В очередной раз освобождая от обломков углубление, Кеншин задумался. Фраза, которую он изрёк, озадачила всех:

– А что если подвал не замуровали, а запечатали?

Но, тайны древнего подземелья словно сами рвались наружу. Даджой опустил кувалду на дно углубления, а она взяла и провалилась вниз. Гигант только и успел схватить конец длинной деревянной ручки, прежде чем тот скрылся в темноте провала.

– Поздно. – изрёк Батя.

По мере расширения отверстия, глазам явились следующие секции винтовой лестницы. Давным-давно здесь было что-то вроде деревянной полки, на которую и лили раствор. Но до настоящего времени дожило немного. Лишь отдельные фрагменты толстых подпорок вдоль стен и вмурованные щепки.

Отставив инструмент в сторону, Джой склонил голову набок и замер. Остальные наёмники тоже перестали шевелиться. А Макс даже дыхание задержал.

Великан прислушивался.

– Тихо. – наконец констатировал он и первым шагнул на ступени.

– Вот… – святой отец протянул зажжённую лампадку. Церковник старался говорить шёпотом, словно опасался разбудить нечто, спящее во многовековой тьме.

Всех членов отряда подмывал интерес. Никто не сомневался в надёжности чернокаменного зодчества, поэтому вниз направились плотной цепочкой. Каждый хотел первым узреть что-то тайное, что выхватит из мрака светильник.

Спустя пять витков спирали, пляшущий огонёк осветил только пустой тоннель. Чёрные блоки жадно впитывали каждый луч, не давая хоть сколько-нибудь оценить длину хода. Но вот ширина и высота внушали уважение. Шесть человек, считая священника, могли бы встать плечом к плечу, поперёк коридора.

– Я запутался… – Батя тоже почему-то боялся говорить в полный голос. – Булыжник во дворе в какую сторону?

– В ту. – подсказал Джой.

И как ему удалось определить направление, после стольких кругов по винтовой лестнице?

Но не важно! Через несколько десятков шагов, лаз обернулся тупиком, а вот на стене нашлись ржавые скобы-ступеньки. Они исчезали в темноте квадратного проёма вверху. Его размер и форма как раз соответствовали основанию камня на поверхности.

В обратном от спуска в подземелье направлении, получилось пройти и того меньше. Путь авантюристам преградил натуральный обвал.

– Я, конечно, ни разу не строитель и не шахтёр, но как это храм устоял? – удивился Батя. Теперь, когда стало ясно, что под землёй никого и ничего нет, он заговорил в полный голос.

– А никак. – ответил священник. – Мы сейчас не под зданием. Лестница то в самом краю…

На первый взгляд, коридор ничем не отличался от уже виденных построек, сложенных из чёрного материала. Но, благодаря единственному источнику освещения, каждая тень обострялась и вытягивалась. В глаза сразу же бросались идеально-ровные стыки кладки, привычные по архитектуре собственной крепости. Ближе к потолку удалось выявить длинный желоб. Толщиной с большой палец, он пересекал стену и скрывался под завалом. Вдоль всей своей длины, выемка имела крохотные отверстия на одинаковом удалении друг от друга. Возможно, когда-то давно здесь были крепления, удерживающие нечто длинное и узкое, в положенном ему «русле».

От жадных взглядом наёмников не укрылись и мельчайшие дефекты каменных блоков. Одни были надколоты, у других – скошены углы, третьи уродовала природная неровность, порождающая причудливую тень. О! Вот ещё одна такая же. И ещё…

Следом за одинаковой тенью, Макс обнаружил повторяющиеся скол и отсутствие угла. Один раз на пять метров, попадались одинаковые блоки. Кое-где перевёрнутые и везде на разной высоте. Но всегда абсолютно идентичные.

Подойдя ближе, парень проверил срезанные углы на двух камнях, попавшихся рядом. Рисунки из полос могли бы быть оставлены пилой. Вот только совпадали они вплоть до мельчайших выщерблин.

На странность обратили внимание и старшие. Мужчины в недоумении рассматривали неуместные совпадения. Венга успела заскучать и превратила поиск сходств в игру.

– Они намного чаще повторяются, просто некоторые перевёрнуты. – подметил Даджой и тут же насчитал четыре совпадения буквально на двух метрах стены. И продолжил бы считать дальше, но его оборвал Кеншин:

– Они как будто… – он замялся, подбирая правильное слово, – штампованные.

– Да брось, Кен. Кирпичные формы не дают такого сходства. – отмахнулся Батя. – Пока обожгут или высушат, поверхность сто раз потрескаться успеет. А тут… – он провёл пальцами обеих рук, по двум совершенно идентичным царапинам на разных прямоугольниках.

Никто больше не сомневался в наличии множества одинаковых кирпичин. Осмотр стены продолжался из чистого любопытства. Нет-нет, да обнаруживались новые совпадения.

Их то поиск и привёл взгляд Макса к завалу. Внимание само вычленило мягкий блик среди ломанных кусков породы. Более близкий осмотр подтвердил: в крошеве и земле лежит, что-то обточенное и полированное.

– Ребят, тут шар какой-то… – позвал парнишка, наклоняясь, чтобы смахнуть пыль и налипшую грязь.

Но очистка от мусора выявила новые детали. Гладкий сферический объект оказался ничем иным, как головой статуи. В камне был запечатлён лысый мужчина с точёными чертами лица.

Сразу же начались работы по освобождению изваяния из-под обвала. На свет показались плечи, а вскоре и торс. Стало ясно – монумент однотипен со стоящими в холле храма. Но, в отличии от них, этот не покалечен древними вандалами! Лицо, спина, грудь и руки не были разбиты.

Когда было очищено основание, наёмники на счёт «три» перевернули статую лицом вверх.

– Великий Свет, даруй нам тепло своё, питай лучами дары полей и укажи путь, всякой твари в полёте небесном… – завёлся молитвой Фиттер. Масляная лампадка в его руках ходила ходуном.

Похоже, он впервые видел сохранившуюся реликвию собственной церкви.

– Что за мушкет такой? – Максу ещё не доводилось видеть такого огнестрельного оружия.

В том, что монумент держал в руках именно его, сомнений не оставили узнаваемые детали. Прицельные приспособления, приклад, спусковой крючок – всё было на месте.

– Что-то из древнего, когда у людей ума на такое ещё хватало. – пояснил Батя.

В остальном, мужчина, увековеченный в камне, ничем не выделялся. Лысая, ну или коротко стриженная голова, угловатое, но красивое лицо, широкая шея… Богатырская мускулатура, такая же чётко-выделенная, как у статуй наверху. Такое впечатление, что скульптор пытался максимально идеализировать своё творение…

– Штурмовая винтовка. – пробасил Даджой, не сводя взгляда с лица изваяния. – До нашего времени такие должны были дожить в каких-нибудь коллекциях или сокровищницах.

Гигант внезапно стал задумчивым, а его голос потяжелел на целую тонну. Но, похоже, на это обратил внимание только Макс. Скорее всего, остальные члены банды просто уже привыкли к странностям товарища. Да чего там… У них у всех были свои причуды.

– Или в подземельях… – не менее задумчиво прошептал Кеншин.

Поняв, на что именно намекает степняк, наёмники переглянулись.

Крепость! Явно военное сооружение. И если там тоже есть запечатанный подвал…

– Дядька Сергий! Дядька Сергий! – донёсся детский голос от винтовой лестницы.

Наёмники и новоиспечённый хозяин погреба поспешили к ступеням. Оттуда ещё несколько раз повторился крик.

Наверху обнаружился пацан лет двенадцати. Один из беспризорников, которых в начале зимы прикормил Лорд. Мелкий оборванец даже не пытался скрывать своего возбуждения и без приветствий начал доклад:

– Дядь Сергий! Пустынники Улетели!

– И куда полетели?

– Туда! – мальчишка махнул рукой в сторону, где стояла на пристани крепость.

Глава 2

Сначала наёмников как в холодную воду опустили. А потом – наоборот, осознание ситуации ошпарило пятки кипятком. Нужно было бежать! Бежать так, как никогда не бегали!

Прямо в тот миг, к их крепости летело воздушное судно. Ни высокие стены, ни запертые ворота и дверь донжона, не были преградой для пустынников.

– Я люк на площадке башни замаскировал. С воздуха не поймут. – спохватился Кеншин.

– Лайонел! – Батя крикнул так, словно подчинённый находился неподалёку и мог его слышать. – Где этот ебантяй пустоголовый?! Слышь, пацан, помнишь ещё одного нашего? Ну… Волосы по плечи, бородка узкими линиями выбрита…

– Конечно помню, дядь! Он на моей сестре жениться обещал! – отозвался малец.

– О бездна… Короче, найди его и передай, что пустынники в крепость полетели, а мы их догонять пошли. Понял? Вот тебе ещё серебряный. В первую очередь в борделе проверь. И бегом! – последние слова старый наёмник говорил уже подталкивая ребёнка в спину.

В путь отправились сразу. Ненужные в бою вещи оставили на хранение в трактире окраинного квартала. Ведь скорость стала приоритетом номер один!

Если бедуины окажутся сообразительными и направятся сразу в зал управления островом… В общем, каждая секунда промедления грозила стать фатальной для банды.

За городом наёмники двигались сначала трусцой. Но когда под ногами появилась плотная лесная подстилка – перешли на лёгкую рысь.

– Думаю, нас скорее их жадность спасёт. – с трудом переводя дух, рассудил Батя. – Грабят обычно не башни, а храмы и административные здания.

– Да я вообще не представляю, как они на донжон своё корыто приземлят… – Венга дышала легче, но только благодаря молодости, относительно командира. Ни о какой тренированности, в её случае, речь не шла.

За то, Кеншин с Максом не прекращали заниматься всю зиму. Благо, главные улицы Стиллролла не знали снега и льда. Оба бойца словно ждали дня, когда их подготовка наконец пригодится и теперь наслаждались пробежкой. На болтовню товарищей они не обращали внимания. Дыхание нужно было беречь!

Но самым лихим бегуном оказался Даджой. Его титанические стан, рост и вес никак не вязались со скоростью, которую он развил. Очень скоро его спина совсем скрылась за стволами дальних деревьев.

– Попытается сбить. – коротко бросил Кеншин и добавил на выдохе, – Если догонит.

До места пристани было меньше четырёх километров. Однако пересечённая местность вносила свои правки в график. Так, Макс умудрился провалиться под лёд, присыпанный прошлогодней листвой. Повезло ещё, что только по колено. Но воды сапогами всё равно зачерпнул.

Ждать младшего никто не стал, даже на берег выбраться не помогли. В общем-то, он и сам не особо переживал на счёт мокрых ног. На кону стояло слишком многое, да и движение помогало согреться.

К моменту, когда он догнал остальных, откуда-то издалека послышался одиночный выстрел.

– Давай, Джой! Сбивай этих крыс песчаных! – внезапно завопил Батя, пугая бегущих рядом.

От осознания происходящего, у наёмников открылось второе дыхание. Их товарищ вступил в бой! Один против целого небесного корабля с командой!

Мысли подтвердил раскат грома, разнесшийся над лесом. Только вот в такую погоду природа бушевать не должна. Это был ружейный залп!

Ответный! С борта судна!

Стрелок на земле молчал и в ту минуту, и в следующую. И в последующие пять…

Банда бежала молча. Хоронить великана раньше времени никто не собирался. Он мог просто не иметь возможности перезарядить мушкет. Или цель уже скрылась за стенами. А может, попадание по куполу воздушного шара не принесло никакого результата. Не будут же воздухоплаватели доверять свои жизни какому-то хлипкому мешку!

Пару раз казалось, что за голыми кронами мелькают очертания вытянутого баллона. Но это оказывались всего лишь светлые облака.

Ни шар, ни корабль, так и не удалось увидеть до самого подхода ко вратам чёрной крепости. За то перед ними стоял Джой. Живой и здоровый!

– Давай! – он принял у товарища моток верёвки с кошкой и не целясь метнул.

Закрепить приспособление на надвратной башне удалось с первого же раза.

Для проверки, Кеншин подёргал конец верёвки и полез.

Сказать, что Макс восхитился – не сказать ничего! Его наставник пробежал несколько километров, а теперь, карабкался на высоченную преграду!

И ни одной остановки для отдыха!

Уже наверху, степняк схватился за зубцы, подтянулся и скрылся за парапетом. Вскоре загремел механизм подъёмного моста.

ДУМ! ДУМ! ДУМ! ДУМ!

Макс привычно отсчитывал каждый удар звеньев цепей. А в голове возникали те самые образы: сизый с чёрным дым и изнутри него доносится чудовищный лязг…

– Дружище, тише! Не вздумай вперёд нас побежать! – словно издалека, проговорил удивлённый голос Бати.

А ведь удивляться было чему! Возбуждение и болезненные воспоминания вылились в неожиданные эмоции. Парень сам не заметил, как зарычал.

– Кен тебя всякому дерьму учит постоянно, а нам теперь следить, чтобы не пристрелили! – в довершение фразы командир хохотнул. Похоже он тоже нервничал в преддверии драки.

Хоть пустынников всего четверо, но оружием они не обделены! Оставалось только уповать на недостаток у них боевого опыта.

– Они на заднем дворе. Отсюда не было видно, чтобы опускались. – сообщил Даджой уже двигаясь по мосту.

Но как бы там ни было, оружие он держал наготове.

Малый двор был предсказуемо пуст. Да и основные крепостные застенки не демонстрировали угрозы. Наёмники сразу обратили внимание на донжон. Дверь была завалена всяким хламом для маскировки, значит её не открывали. На крыше жилого комплекса тоже никого не видать.

Конечно, пустынники могли высадить кого-то прямо на смотровую площадку башни. Но для этого нужно было обладать точной информацией о зале управления твердыней. Иначе, рискованный маневр лишался всякого смысла.

Отряд из четырёх человек направился к храму. Кеншин двигался по стене, надеясь произвести первый выстрел с неожиданного направления. В его руках были ружьё и верёвка с крюком.

Контакт свершился, когда наёмники уже пересекли половину двора. Слева, из-за храма быстрым шагом вышли двое бедуинов. Мушкеты они держали за цевья. Видимо, не ожидали столь скорой встречи с хозяевами крепости, ведь с воздуха всё было чисто. А один дурачок, бегущий по лесу – не в счёт.

Сделав несколько лишних шагов, вторженцы опомнились и бросились обратно за угол. Да так шустро, что никто из наёмников даже отреагировать не успел.

Первое столкновение закончилось ничьей. Неприятели, так сказать, познакомились.

Джой вскинул оружие и рванул к тому же углу. Он был способен развить невероятную для своих размеров скорость и намеревался добраться до стен храма раньше, чем пустынники скроются на заднем дворе.

Увы, плану помешало второе столкновение. Причём – в прямом смысле.

Оказалось, что «гости» успели проникнуть значительно глубже предполагаемого: двустворчатые двери храма распахнулись и наружу шагнул смуглый бородач. Прямо навстречу гиганту. Мужчина нёс какую-то добычу, обе его руки обхватывали объёмный мешок.

Судьба несчастного была предрешена.

Он успел увидеть лишь огромное чёрное пятно перед собой, после чего мир перевернулся. Пол несколько раз поменялся с потолком местами. Раздался глухой удар и плечо пронзила боль, но закричать не вышло. Удар о камень выбил из лёгких весь воздух. Перед глазами снова возникла чёрная громада и дыхание перехватило во второй раз. В лицо ударил сперва резкий поток свежего воздуха, а затем щёки и лоб обожгло снегом. В глазах мужчины потемнело. Холод распространился до кончиков пальцев. Кажется, что-то кольнуло в спину, но это уже было не важно. Жизнь быстро утекала из изувеченного тела.

На все манипуляции с противником, ушло не больше трёх секунд. Даджой опрокинул его ударом подошвы в грудь, подхватил бессознательное тело с пола и метнул в сторону товарищей. Небесный торговец за мгновение выполнил норму полётов, положенную таким как он на всю жизнь. А по приземлении, коротким ударом его добила Венга. Но это было излишним. Скорее всего, у бедолаги не осталось целых органов уже после встречи с огромным сапогом.

Великан зарычал с досады. Из-за одного нерасторопного мародёра он упустил двоих относительно боеспособных врагов.

Батя с Максом хотели было догнать парочку, но дальше угла идти не рискнули. Командир попробовал сориентироваться по поведению Кеншина, но того нигде не было видно. По башне спускается, что ли? Или ползком движется, чтобы эти гады не заметили?

С заднего двора донеслись выкрики. Непонятно, что они там обсуждали по-своему, но точно были чем-то обеспокоены.

– Джой, кажется они из-за тебя в штаны наложили. – Батя попробовал поднять боевой дух шуткой, но с матёрым воителем это не прошло. Он остался всё также холоден и зол. А вот Макс с Венгой хохотнули.

Продвижение вглубь территории продолжили по-над стеной храма. Естественно, первым шёл Даджой.

Когда до следующего угла оставалось несколько шагов, со стены послышался крик птицы. Великан встал как вкопанный, остальные влетели друг в друга. Кеншин предупреждал об опасности. Он всё ещё находился наверху и держал руку на пульсе акции.

К сожалению, или к счастью, его тоже обнаружили. Два выстрела послужили сигналом к началу действий. Наёмники гуськом ринулись за угол и почти сразу упёрлись в корабль. Посудина стояла на козлах буквально в двадцати шагах. Всё свободное пространство над задним двором занимал огромный белый купол. Вниз от него протянулось множество канатов и сетей.

Бедуины беспечно стояли на самом краю палубы и перезаряжали мушкеты. Угрозу, в лице Даджоя, они заметили, когда было уже поздно… Из-за спины великана, во мгновение ока, развернулся маленький строй. Всего лишь четыре бойца! Вот только каждый держал наготове ружьё…

– Огонь! – выкрикнул Батя.

Грохот многократно отразился от стен крепости. А эхо всё ещё сотрясало небеса, когда сражённые пустынники упали на палубу.

– Джой!!! Голуби!!! – Кеншин заорал со стены так, как будто его резали заживо.

Интонация не оставляла сомнений – время пошло на секунды. Гигант рванул к кораблю. Забраться на палубу помогла оснастка, спущенная до земли. Но было уже поздно. Со стороны кормы донеслось множество хлопков крыльев. Из-под шара к небесам устремилась целая стая птиц.

Мгновение, Даджой стоял как заворожённый. В его голове одна за другой проносились мысли, как упредить передачу писем при таком количестве почтовых голубей. Одного или двух ещё можно было бы попробовать сбить, но не стольких же…

Раздался натужный скрип дерева, палуба под ногами дрогнула. Кажется, мир вокруг корабля пришёл в движение. Но нет! Это само судно начало подниматься в воздух. Его капитан, тот самый пустынник, отмеченный сединой, сумел отправить сообщение своим. И теперь, ему оставалось всего одно дело – не дать чужакам завладеть секретом воздухоплавания.

Загорелые руки прошлись по рычагам управления на мостике. Ремни оттянули крышки клапанов, а спущенная пружина привела в действие механические меха. От потока горячего воздуха, шар содрогнулся словно живой.

«Взять живым! Допросить!»– приказывал сам себе Джой, превозмогая начавшуюся качку.

До бедуина оставались считанные шаги. Казалось бы, руку протяни!

Морщинистое лицо капитана, обрамлённое платком, озарила улыбка. Он выхватил и, по-молодецки лихо, крутнул широкую саблю.

– Свет велик! – крикнул он.

Гигант знал, что последует дальше, но пытаться препятствовать самоубийству, было бы слишком рискованно.

Направив оружие себе в грудь, старый бедуин бросился рукоятью на палубу.

Словно желая помочь хозяину, корабль содрогнулся и дёрнулся вверх. В следующее мгновение окровавленное лезвие уже торчало из спины пустынника, а по белой накидке растекалось тёмное пятно.

Шар потянул осиротевшее судно вдоль крепостного двора. Нужно было срочно уходить. Хотя, куда там?! Теперь только прыгать!

Снизу, наёмники наблюдали за картиной раскрыв рты. Быстро поднимаясь, огромная деревянная бадья развернулась вокруг оси и понеслась боком на куртину.

Около одной из сетей появился Даджой, кажется он искал верёвку, которую можно отвязать. Но времени не осталось!

Высота уже была на уровне середины стены, когда великан шагнул за борт…

Батя схватился за шлем. Макс вдохнул воздух, да так резко, что аж засвистел сквозь щели забрала.

Тёмное пятно летело на сугроб. Но ни его мизерная толщина, ни вес бойца, не давали надежды на лёгкое приземление. Когда товарищи уже готовились к худшему, произошло необъяснимое – великан погрузился в снег во весь рост.

Командир отряда аж забрало откинул, чтобы получше рассмотреть феномен.

– Что за фигня…– не веря собственным глазам, протянул Батя. До него не сразу дошло, что тонкая снежная шапка покоилась на замёрзшем водоёме.

– Быстрее! Он утонет! – Кеншин уже спустился во двор и спешил на помощь. Крепостной пруд не имел пологого дна и представлял собой огромный колодец.

Тем временем, небесный корабль уже добрался до стены. Однако, перелететь её, не хватило высоты. Судно зацепилось за каменный парапет и перекосилось. Над двором раздался мучительный стон древесины и канатов… Громче остальных звуков, оказался гул котла на борту! Скорее всего, он не был рассчитан на работу под экстремальным углом, ведь киль уже смотрел почти параллельно земле!

Батя с Максом бросились расчищать снег на краю водоёма. То и дело они отвлекались на грохот кораблекрушения. Оба наёмника, и стар, и млад, надеялись, что эта гора древесины всё же не сумеет перемахнуть через зубцы стены. И только после этого брезжили мысли о благополучии товарища.

Архипелаг, мир постоянного дефицита, повлиял не только на культуру взаимоотношений народов и на обычаи торговли. Он сумел выстроить приоритеты в новом порядке. Порой кощунственном и негуманном.

Что говорить, если даже вынырнувший Даджой, в первую очередь обернулся к стене. Дрова волновали его больше, чем ледяная вода, пропитавшая одежду!

Но, увы! Шар неумолимо тянул подвесную гондолу через куртин. А когда всё же перетянул – её наклон выровнялся и из дюз котла пыхнуло пламя. Ткань загорелась и корабль начал стремительно снижаться. За считанные секунды, единственным напоминанием о нём, остался столб чёрного дыма, поднимающийся из бездны.

– Идти можешь? Давайте на кухню, надо разжечь костёр! – Батя подхватил товарища под локоть, словно тот действительно не мог передвигаться самостоятельно.

***

Одежду Даджой сбросил не дожидаясь огня. Его могучее тело источало густой пар. Макс даже подумал, что такими темпами товарищ и сам согреется.

А сколько воды с поддоспешника натекло! Если бы не щели в каменном полу, то на твердыне появилось бы второе озеро! По всей видимости, великан обладал крайне положительной плавучестью. Иначе, как же он ко дну не пошёл? Ружьё, меч, доспехи… Ничего не сбросил!

– Твою мать! – выругался командир отряда, наблюдая потерю немалого патронташа. Сама кожаная сумка то осталась, но была полна воды. Бумажные патроны не пережили заплыва подо льдом.

– Давай сюда. Может не весь порох намок. – предположил Кеншин.

Как это обычно бывало – он не ошибся. Для защиты от влаги, обёртки картриджей делались из промасленной или пропитанной жиром бумаги. Так что, немного огненной смеси таки удалось спасти.

Когда костёр уже во всю трещал, а наёмники пробовали сообразить похлёбку – явился Лайонел. Он распахнул дверь храма и осмотрел холл сквозь прицел, сам прячась за углом.

– Ага-ага! – зло прыснул Батя. – Поздно! Закончились враги!

– Ну извините! Бежал как никогда в жизни! – Лай развёл руками и прошёл внутрь. – Даже с барышней заканчивать не стал!

– О-о-о…– Венга демонстративно задрала брови до середины лба. Ведь для Лайонела, бросить женщину одну в кровати – это настоящий подвиг!

– Ой! Не язви, а? Лучше расскажите, что тут было?

О скоротечной стычке поведали во время готовки. Что правда, ничего интересного никто не подметил. Только за корабль посокрушались. Столько дров упустили!

Суп из прошлогодних мёрзлых овощей, талой воды и мясных брикетов вышел не очень. Но, в отличие от стряпни в городских тавернах, отдавал чем-то родным. Перед глазами Макса пронеслись воспоминания о первых днях в банде. В каком-то смысле ему снова предстояло обживать позабытую келью и привыкать к быту. Прошлой осенью он впервые смог оценить вкус еды лишь после тяжёлых тренировок. Те дни врезались в память, как что-то тёплое и доброе. Как начало нового пути. Или, даже, его обретение.

Суп внезапно встал в горле комом. Парень поймал себя на мысли, что не может вспомнить вкуса домашней еды. Той, что ещё в прошлой жизни готовила мама…

Глава 3

Не смотря ни на что, еда в «родных» стенах была и вкуснее, и сытнее.

Едва тарелки опустели – Кеншина с Максом отправили обратно в город. Им предстояло показывать обозу дорогу.

Кроме припасов нужно было привезти и оставленные в трактире вещи. А Батя вовремя сообразил, что нужны ещё и некоторые инструменты:

– Ну там… Кувалд пару штук, да кирок! Ломы, зубила, молотки… Сами посмотрите, что найдётся. Ох и чешутся руки! – он театрально поскрёб ладони ногтями. – Это к находкам богатым!

– К работе это, а не к находкам. – поправил степняк. – Ладно, мы пошли! Попробуем до темноты вернуться.

– Какие инструменты, какая работа?! – не понял Лайонела. Или, даже, испугался…

Ведь не для того же он в наёмники подался, чтобы работать!

***

В город шли тщательно выбирая дорогу. По крайней мере, такую, чтобы могли пройти гружёные телеги. Не хватало ещё пустить драгоценный груз под лёд.

Хоть еда и дрова достались дёшево, но они были гарантом выживания отряда примерно до середины лета. И это по самым скромным подсчётам! На Архипелаге, терять такое подспорье – даже не глупость. Это нечто среднее между фатальной неудачей и тотальной безалаберностью.

В итоге, управились за три с половиной часа. За то нашли путь по почти ровной земле устланной прошлогодней лесной подстилкой. На такой и колёса не завязнут, и коровам легко тащить будет. Вот только назад удастся добраться только к темноте. Хотя, может оно и к лучшему? Островитяне потом меньше болтать будут о крепости…

Скромный караван из четырёх телег дожидался наёмников на площади перед замком. Погонщики оживились, увидев воинов, а кто-то побежал внутрь резиденции звать лорда.

Колдролл расстроился, увидев лишь двоих членов отряда. Наверное, хотел сказать какие-то напутственные слова на прощанье.

– Милорд, есть новые пожелания! – Кеншин привычно вытянулся по струнке. – На нашем острове обнаружилась нужда в некоторых инструментах. Кувалды, кирки, ломы… Мы бы купили!

Но лорд лишь развёл руками:

– Боюсь, господин Кеншин, город сможет помочь лишь частично.

– Хм… Но ведь в начале зимы Вы предлагали пустынникам любые инструменты в любых количествах…

– Именно! Предлагал и продал! Буквально пару дней назад они купили у городского интенданта все лопаты, кирки и ломы всякие. А потом ещё и по торговым и ремесленным точкам прошлись.

Повисла пауза. Выходит, что с кораблём наёмники потеряли не только кучу древесины, но ещё и прорву железных инструментов! Товар недорогой, но нужный абсолютно на всех твердынях! На кусок хлеба с салом всегда бы сменяли.

– А… Наши друзья не говорили, на что оно им надо? – ещё одна странность, связанная с небесными торговцами не прошла мимо интереса степняка.

– Боюсь, что нет. Возможно, конечно, кому-то из наших торговцев сказали. – лорд задумался. – А знаете, что? Если Вам шанцевый инвентарь прям нужен – походите по магазинам, может завалялось чего. За одно и про летунов спросите.

Инструмент был нужен однозначно, поэтому двое наёмников поспешили по магазинам. Благо, за зиму они достаточно хорошо изучили город и теперь не приходилось блуждать в поисках захолустных лавок.

Но градоправитель не солгал. Найти получилось одну единственную кирку. Да и за ту, продавец содрал тройную цену! А вот никакой интересной информации получить не удалось. Хозяева магазинов были так рады внезапным оптовым покупателям, что никому и в голову не пришло узнавать причину дикого спроса.

Кувалды с ломами, как и всякую мелочь, всё же выделили с городского склада. Пройдоха-интендант даже пытался продать немного лишнего.

Когда телеги выехали за городские ворота – уже начинались сумерки. А подбираться к подъёмному мосту вообще пришлось чуть ли не на ощупь. Разжигать на надвратной башне огонь не стали из всё тех же соображений маскировки.

Остальные члены отряда помогли вытащить колёса телег на мост и подтолкнули до малого дворика. Там же и разгрузились.

– Эти мешки только не оставляйте на улице. В них крупы. А тут ветчина и мясо копчёное. Тоже сразу заберите, а то собаки растащат! – лепетал один из погонщиков.

– А чего не выходит никто? Зарабатывай Вы, разгружай тоже Вы, а кушать значит все будут! Постыдились бы и помогли! Тьху! – возмущался другой, постарше.

– Тише, тише, уважаемые! – успокоил их Батя. – Спят все уже, вот и не вышли. Мы им сюрприз завтра сделаем! Проснутся, а мы и с колбасой, и с кашей! Представляете?

– А-а-а… Ну так-то да… Да… – в один голос соглашались простодушные горожане.

Им и в голову не могло прийти, что целый остров может принадлежать всего шести воинам.

***

Островитян отправили домой сразу по окончании разгрузки. Не смотря на темноту, еду и инструменты решили перенести не дожидаясь утра. Слишком уж трудоёмко дались наёмникам крупы, хлеб и овощи… Да и железо могло поржаветь.

Когда дело было сделано, Батя объявил:

– Отбываем на рассвете.

– А почему не сразу? – уточнил Лайонел. В его голосе слышалось откровенное разочарование.

– Лай, а ты разве не остаёшься на острове? – удивился Макс.

– С хренов ли мне тут оставаться?!

– Ты же сестре того мальчика жениться обещал.

Наёмники захихикали над детской наивностью младшего.

– Ох Макс, Макс… – Венга покачала головой, а сзади кто-то похлопал парнишку по плечу. – Кен, может ты уже начнёшь учить его полезным вещам?

– Конечно начну. А тренироваться мы будем на вас! – отозвался степняк и обвёл товарищей палкой копчёной колбасы.

В этот раз все засмеялись в полные голоса. Гулко хохотнул даже вечно спокойный Даджой.

– Ладно! Посмеялись и хватит. Лайонел, дежуришь до утра. Дальше – по старому графику. Кен, развиднеется – лезь открывать донжон. Джой, поможешь ему крюк закинуть. Остальные, проснёмся, наводим порядок в кельях и на кухне и начинаем поиски подвала.

Ни возражений, ни дополнений ни у кого не нашлось. Кеншин только уточнил, в какую сторону двигать твердыню, когда он доберётся до механизма управления.

– Вниз. – коротко ответил Батя и, на всякий случай, объяснил:

– На верхней плоскости мы были, там жуки всё пожрали. Тут тоже делать больше нечего: дальше от Света – дикари, а ближе, скорее всего, пустынники ещё осенью бед натворили.

– Согласен. – громыхнул Даджой. – А если не натворили, то неизвестно, куда и с какими новостями полетели почтовые голуби.

– Вот и порешали… Ладно, перекусим по бутерброду и отбой! Кен, хватит колбасой махать! Дай сюда! Хлеба там нет в мешке?

– Не, тут только мясное. Вон в том вроде лепёшки были.

После быстрого перекуса отряд разошёлся по кельям. Все находились в приподнятом настроении.

Как ни крути, а сердца авантюристов принадлежали их собственному небесному бродяге.

Перед сном, Макс, как всегда, много думал. Кутаясь в одеяло в холодной комнате, он пытался вообразить уют дома. Дома, который однажды у него появится. Ведь, появится же?

Получалось, почему-то, с трудом.

За то, легко придумывались любые приключения, драки и бои…

Голова сама порождала образы целых войн, разворачивающихся на стенах исполинской чернокаменной крепости. Той самой – с армией внутри и с пушками на башнях…

И с цепью, разрывающей тишину над бездной собственным рокотом!

***

Утро началось с ни с чем не сравнимого ощущения: стены содрогнулись, откуда-то донёсся приглушённый грохот, а кровать предприняла попытку сбросить Макса на пол!

Хотя, ещё неизвестно, что было громче – остров, пришедший в движение, или зубы парня, отбивающие дикий ритм, из-за холода. Пожалуй, он погорячился, решив спать в одних трусах. Безусловно красивый и удобный элемент одежды степняков, не подходил к реалиям жизни странствующего воина. Макс пообещал себе, что в следующую ночь облачится минимум в стёганый поддоспешник.

На кухню он добрался первым и сразу принялся разжигать костёр. И остатки вчерашнего супа разогреет и сам согреется…

С лестницы появился озадаченный Даджой. Скорее всего он страховал Кеншина во время восхождения на донжон, но что могло его так напрячь?

Подойдя, великан разгрёб палкой кострище до самого пола, недовольно хмыкнул и собрал обратно.

– Что-то случилось? – не выдержал Макс.

– Да вот… В церкви Стиллролла лестницу бетоном залили. В замке Колдролла тоже много новодела было. А у нас ничего подобного тут нет.

В холл вошёл Лайонел, как раз вовремя, чтобы слышать часть разговора. Похоже он тоже замёрз, стоя на посту и потому сразу направился к костру.

– Колдролл, Стиллролл, ролл-ролл… – бормотал он, протягивая руки к первым язычкам пламени на щепках. – И откуда названия такие?

Вопрос наверняка не подразумевал получения или хотя бы ожидания ответа, но Даджой его дал:

– В древности на острове сталепрокатный завод был. Названия с фамилиями оттуда и пошли. Кузнец, холодный прокат, монтажник… – лица товарищей не выражали ничего, кроме непонимания, и гигант добавил, – Я в книгах лорда это читал.

Скоро к раздумьям присоединился и Кеншин. Он подтвердил, что в башне тоже не нашлось ничего подозрительного.

Батя с Венгой появились когда уже была разогрета еда.

За завтраком выдвигались всё новые и новые теории. Одна, удивительнее другой. А о предстоящих находках, вообще, говорили чуть ли не шёпотом.

По итогу, вместо дежурства на донжоне, Венгу отправили проверять куртины и все башни. Остальным предстояло обследовать жилой корпус.

Во время уборки в своей келье, Макс не нашёл ничего необычного. Внимание привлёк разве что странный кирпич. Гладкий и квадратный, он нарушал общий рисунок кладки стены. Но ни нажатие на него, ни попытки вытащить или расшатать, ни к чему не привели. Ещё одной его странностью были три маленьких круглых отверстия расположенных треугольником и на удалении в пару сантиметров друг от друга. Они были так забиты старой пылью, что сначала показались простыми неровностями.

Точно такие же камни нашлись в одинаковых местах и во всех остальных кельях. Но на том – всё. Ни залитого бетоном пола, ни отличающихся по цвету блоков… Батя даже пробовал обнаружить какой-нибудь сквозняк, с помощью горящей лучины.

Всё тщетно!

На всякий случай ещё раз проверили башню и зал управления.

Когда отряд собрался вокруг камня в саду, Венга как раз закончила осмотр периметра.

– Вроде ничего… – доложила девушка. В отличии от мужчин, она поглядывала на камень с явным скепсисом.

– Вроде или ничего? А то знаю я вас! Баб! – буркнул Батя.

– Ой! Кого ты там знаешь?! Видели мы, какой ты недовольный из трактиров возвращался!

– Чего?! Ах ты ж… Ну я тебе… – старый воин чуть не задохнулся от возмущения. – Копать у меня сейчас будешь!!!

– Сам у себя копай! Я в наряде. – уже направляясь к донжону, наёмница перекривляла голос командира, – Бу-бу-бу, на танцы пойду! Бу-бу-бу, молодуху найду!

– Что, правда такое было?! – Даджой от удивления аж брови задрал.

– Так, а ну цыц! Делом давайте заниматься!

И, вдоволь насмеявшись, таки занялись. Что правда – без особых успехов.

Кусок скалы действительно оказался точной копией того, который стоял в Стиллролле. Под землёй он становился квадратным, да и шов нашёлся в ожидаемом месте.

По примеру квадратных кирпичиков из келий, сначала попытались отмыть всю поверхность у линии водой. Но никаких забитых грязью отверстий не обнаружилось. Затем копнули ещё глубже и повторили водные процедуры. Опять-таки – безрезультатно.

Копать становилось всё сложнее. Работу тормозило отсутствие лопат. Отковыривать землю приходилось ломами и единственной киркой, а наружу её выгребали с помощью ведра.

Тогда-то Кеншин и вспомнил историю про пустынников и лопаты.

– Тоже, что-то нашли и откапывать теперь будут… Опа! – предположил Батя, передавая из ямы очередное ведро.

– И как это связать с массовыми закупками продовольствия? – не согласился Лайонел.

– Я об этом тоже думал. – Макс хотел принять участие в разговоре старших и поделился своими домыслами, – Они инструменты на перепродажу взяли, чтобы не улетать с пустыми руками!

– Тогда почему только лопаты и кирки? – более чем логичный вопрос задал Кеншин. – Ни ножи, ни топоры, ни сменные лезвия для инструментов по дереву… Даже не самый ходовой товар – гвозди!

– Они купили конкретный инструмент, с конкретной целью, приятель. Держи! – Лай передал Максу ведро.

Ошибиться было не обидно. Но вот то, что его предположение отвергли даже не рассмотрев…

– Куда мы докопаться пытаемся? – уточнил Кен, когда вокруг камня была уже метровая траншея. – Нет тут никакого механизма. Ломать надо.

– Согласен. Выглядит как запасной выход. Такие лазы должны открываться только изнутри. Не зря же его замаскировали?

Работа перешла на следующий этап.

Даджой прислонил ухо к колонне и стал простукивать её зубилом. Полость нашлась примерно на треть метра ниже шва.

Только после этого наёмники начали примеряться к монолиту с разным инструментом.

Кувалды и молотки оказались бессильны против чёрного материала. Несколько эффективнее показали себя ломы. Кирка тоже оставляла кое-какие выщерблины, но её древко заскрипело уже после десятка ударов.

Материал проявлял невероятную прочность.

Несмотря на непрекращающуюся посменную работу, сделать сквозную дыру в стенке удалось только к обеду. Древние инженеры строили на совесть! Бетонная заглушка, в храме Стиллролла, по сравнению с этим, казалась высушенной глиной.

– Лай. Иди, наверное, костёр к обеду разжигай, да факел подготовь. – распорядился Батя.

Стоило наёмнику уйти, как лом провалился внутрь.

Даджой наклонился и ладонью помахал от отверстия к лицу. Несколько секунд принюхивался… Но, не заметив в запахе ничего подозрительного, принялся бить с удвоенным темпом.

Сквозная пробоина сделала стену значительно податливее. Порой, внутрь отламывались глыбы размером с кирпичину.

Удар за ударом, древние секреты становились всё ближе. Ни у кого не возникало даже предположений, что может ждать внизу. От того, неизвестность казалась вдвое соблазнительней, но и на столько же опасней!

Напряжение окончательно овладело отрядом. Ни разговоров, ни шуток-прибауток больше не звучало. Наёмники словно готовились ловить руками поток тайн, который вот-вот хлынет из глубин твердыни.

Время перевалило за полдень. Свет уже поднялся высоко над плоскостью и его лучи выхватили из тьмы ровный ряд металлических скоб. Повезло, что они оказались не на ломаемой стенке.

Лайонел принёс зажжённый факел, как раз к моменту выбора разведчиков:

– Кен, Макс! Вы у нас самые малогабаритные, так что назначаю вас добровольцами! – чуть ли не торжественно изрёк Батя. Наёмники лишь ухмыльнулись игре слов.

Свои пять медяков вставил и Даджой:

– Парни, если что-то непонятное будет, звук там какой, или запах, или… Да что угодно, короче. Не лезьте! Просто разворачивайтесь и сваливайте.

Степняк запнулся перед самым спуском и посмотрел на товарища исподлобья:

– Ты что-то конкретное имеешь ввиду?

Выдержав взгляд, великан несколько секунд помедлил и ответил внезапно похолодевшим тоном:

– Нет.

***

Не смотря на сырость весенней погоды, воздух в подземелье был сухим и неожиданно тёплым. Это почувствовалось буквально после первых метров спуска.

Макс двигался вторым, и он же держал факел. От того, Кеншин почти ничего не видел под собой. Каждая ступенька сначала тщательно проверялась ногой и только потом собственным весом.

Спуск во тьму показался им обоим бесконечным. Куда уместней было бы назвать его «спуском в бездну». К тому же, с каждым метром, шахта ощущалась уже.

Тем не менее, лица товарищей вверху, всё ещё выглядели не очень отдалёнными.

Наконец, Кеншин сообщил, что лаз вывел в просторный тоннель и уже видно пол. Судя по размерам лиц товарищей вверху, до поверхности было этажа два или три.

По сути – не так уж и много, если говорить о доме или подъёме на башню. Но точно не когда речь идёт о тесном неосвещённом пространстве!

Друзья обнаружили себя в коридоре, ничем не отличимом от церковного подземелья Стиллролла.

Кеншин принял факел и медленно пошёл вдоль стены.

Ни единого звука, кроме собственного дыхания, ни эха, ни даже затхлого запаха… Что примечательно – нигде не было и пыли.

Далеко впереди что-то блеснуло и снова скрылось во тьму. Наёмники встали как вкопанные. Будь здесь Даджой со своим обострённым слухом, и он бы услышал, как сердца товарищей забились в два раза быстрее.

По идее, прямо сейчас следовало начать отходить.

Головня факела треснула и выплюнула яркую искру. На мгновение отблеск повторился в том самом месте. Похоже, что в конце коридора было что-то металлическое.

Через несколько шагов, теория подтвердилась.

Волнуясь, пламя сумело осветить самую дальнюю часть галереи, где отразилось от какой-то металлической конструкции. Это оказалась коробка дверного проёма. На фоне жадных до света поверхностей, она выглядела чуть ли не зеркалом!

– У страха глаза велики… – Кеншин прошептал старинную мудрость и шагнул в проход.

Глава 4

Обследование подземелья крепости силами двух человек и одного факела затянулось на добрый час. Хотя, вернее будет сказать – недобрый. Любой звук, любая неверная тень и оба наёмника на несколько минут вжимались в стену. Правда, толку от этого? Ведь они сами были единственным источником освещения.

Форма подвала полностью повторяла очертания зданий во дворе крепости. По сути, это был просто ещё один этаж. Чтобы точно ничего не пропустить, разведчики шли по над стеной.

Так, под донжоном был большой квадратный зал с колонной по центру. Стоя около неё, не получалось увидеть стены. Если бы не потолок, то помещение выглядело бы как бескрайний тёмный простор с одиноким столбом. Ведь весь окружающий материал практически полностью поглощал свет.

Дальше следовал жилой комплекс. Там нашлись точные копии келий. Разве что – без окон, да и все двери были металлическими. Маленькие щели на них, открывающиеся только со стороны коридора, не оставляли места для предположений. Это была темница.

Попытка толкнуть одну из дверей породила на столько пронзительный скрип, что у товарищей волосы дыбом встали!

Первая значительная находка ждала в зале под храмом. Всё пространство помещения занимали каменные ванны. Множество каменных ванн! Каждая длиной не менее двух метров, шириной – около метра и высотой до середины бедра. Они ровными рядами уходили во тьму. Выверенное размещение бросалось в глаза даже при освещении волнующегося факела…

Макс бы поклялся, что замерь плотницкой линейкой ряды между ваннами – не найдётся разницы и в миллиметр!

А гладкие бортики? Если конструкции и были выложены из отдельных камней, то полировка не оставила ни единого шва!

Однозначно! Купель лорда выглядела бы хаотичным нагромождением булыжников, рядом с такой филигранно сработанной ванной.

– Баня, что ли? – едва слышно произнёс Макс, но наставник развенчал догадку:

– Нет. Глубина слишком маленькая. Загляни внутрь. – прошептал он и занёс факел над ближайшими емкостями.

Учитывая высоту бортов, они оказались непрактично-мелкими. Не более чем в ладонь. А этого слишком мало даже для ребёнка.

Да и как-то не вязалось это место с детьми…

– Обрати внимание: ни стока нет, ни решётки какой-нибудь, и дно ровное, а не под углом. – глаз степняка подмечал каждую особенность, а опыт и знания превращали их в странности.

Осмотрев ряды, уходящие в темноту, парнишка чуть повысил голос:

– Слушай, а чего мы так боимся? Сколько лет этот подвал закрыт был? Тут же не может никого быть!

– Раз Джой сказал быть аккуратными, значит надо быть аккуратными! – в тон ответил Кеншин и в тот же миг сверху раздался глухой удар.

Не зная, что это и чем может грозить, наёмники бросились на пол в разные стороны. Прижатый к камню факел недовольно затрещал. Искры выхватили из мрака два бледных овала, перекошенных испугом. Макс впервые видел глаза товарища настолько широкими, словно и не степняк он никакой!

В течение нескольких минут удары повторялись с разной силой через неравные промежутки.

– А это, случайно, не Лайонел дрова рубит? – сообразил парнишка.

– По всей видимости – да. Он же как раз над нами должен быть. Тфу! Получит потом, за нервы… – Кеншин многообещающе ухмыльнулся.

Дальнейший осмотр зала выявил продолжение шахты камина. Вот только ни отверстий, ни поддувал, ни самого печного зева – не было. Под местом, где он находился в храмовом холле, здесь была просто каменная пристройка с креплением для факела.

Единственным креплением для факела на всё подземелье!

Уникальность и нелогичность предмета сразу привлекли к нему внимание. Осветить такое большое пространство одним факелом – задача невыполнимая. Уже проверили.

А значит это…

Макс взялся покрепче за торчащую трубу и попытался выдернуть её из стены. Вроде бы и имелся небольшой люфт, но железка упорно не хотела идти вверх.

– Попробуй расшатать. – посоветовал Кеншин.

Стоило потянуть конец крепления на себя, как оно поддалось. Смещение рычага сопроводил короткий скрип. Парень запнулся, но тут же и продолжил, не смотря на предостерегающее шипение своего наставника.

В какой-то момент скрип стал громче, а его источник словно ушёл куда-то вглубь потолка. Да и сопротивление непомерно возросло. Удивительно ещё, что после многих лет простоя, механизм вообще двигался! Кроме ржавого скрипа, слышался ещё и какой-то очень тихий стук…

А когда рычаг был опущен параллельно полу, его заклинило. Сперва Макс боялся повредить древность, но, убедившись в прочности, повис на рукояти всем весом. И… Ничего. Только небольшой люфт, намекающий на больший ход механизма. Да ещё и отсутствие каких бы то ни было результатов его работы…

Кеншин аккуратно прислонил факел к стене и присоединился к потугам ученика. Дёргать пришлось точно так же – повиснув на железной трубе всем телом.

Раз рывок!

Ничего.

Два рывок!

Вроде скрипнул и немного продвинулся.

Три рывок!

Пошёл!

Изнутри стены раздался жалобный стон металла, перемежающийся со скрипом камня. Что-то гулко и множественно застучало по полу храмового холла вверху и внезапно… Оттуда донёсся душераздирающий женский визг!

– Венга! – в один голос выдохнули Макс с Кеншином.

Позабыв об осторожности, товарищи рванули к выходу из подземелья.

Спины их обоих взмокли. У парня на голове волосы встали дыбом! Наверняка, и у Кена бы встали, но он брился наголо…

По их вине, только что пострадала подруга!

Уже взбираясь по лестнице, Макс вспоминал, что даже в бою, девушка не позволяла себе верещать на столько пронзительно. А зря! У многих врагов бы колени затряслись от звука, способного проникнуть сквозь толщу камня и земли…

Конечно, не рёв Даджоя, но тоже ничего!

А вот его, да и Бати тоже, у выхода не оказалось. Ну, ещё бы! Бросились на зов! Поди и по головам друг у друга бежали, чтобы первым к барышне на помощь прийти…

– Кен! А Венга то на башне…

И в самом деле! Она находилась на своём посту и с интересом смотрела на суматоху.

Обычно немногословный степняк заковыристо выругался. Неужели на остров каким-то чудом, мимо них, прокралась посторонняя женщина?

Ну-у-у…

Учитывая, что разгрузка припасов и дров производилась в ночной час и без особого освещения…

Так расслабились за зиму, что бабу проморгали! Тфу! Хотя, это в любом из случаев лучше, чем если бы что-то случилось с Венгой. А чего незнакомка орала, так оно и дураку понятно – Лайонел, кабелина! Наверняка попытался схватить вторженца на территорию! А то, что это женщина – ему только на радость!

Но действительность оказалась куда как поэтичнее:

Наёмник отрешился от подземных авантюр товарищей. Будучи назначенным на кухню, он с головой отдался делу. Разжёг костёр, протёр стол, ополоснул всю небогатую кухонную утварь, нарезал копчёных рёбрышек для бульона… Когда Кен с Максом принялись истязать рычаг в подвале, Лай как раз чистил на суп картошку.

Увы! Похлёбке не было суждено быть на свиных рёбрах… Главным ингредиентом стали другие кости.

Человеческие!

Позади Лайонела раздался непонятный шум и частый перестук… Что-то сыпалось на пол с такой интенсивностью, что камень под ногами мелко завибрировал! Наёмник уже собирался оглянуться назад, когда прямо ему в руки приземлился человеческий череп.

Инстинктивно пытаясь избавиться от неприятного сюрприза, Лай отбросил его. Да так, что попал прямо в котёл! Лицо и руки обдало брызгами кипятка. Он дёрнулся назад, под ногой что-то со скрежетом скользнуло…

Короткое падение завершилось ударом затылком о пол.

Кожа пекла! Голова трещала! А когда, наконец, перед глазами перестали плясать разноцветные искры, наёмник обнаружил, что на него в упор таращится пустыми глазницами ещё один череп…

Тут-то его нервы и не выдержали!

Весь воздух, бывший в лёгких воина, вышел наружу через горло, сдавленное испугом.

Батя с Даджоем стояли у входа. И если командир был шокирован видом останков, то великан – скорее озадачен.

Половину площади храма устилали белесые кости. Черепа, грудные клетки, крупные бедренные и мелкие рёберные. Кое-где – рассыпающиеся плети позвоночников…

Цвет, отсутствие волос и тлена одежды намекали на возраст страшного феномена. Да и запаха тоже никакого не было.

Лайонел находился посреди образовавшегося склепа и дрожал всем телом. Раньше за наёмником не замечалось трусости. Но сейчас, он прерывисто дышал и держал перед собой маленький кухонный нож. В остекленевших глазах не было ничего, кроме суеверного страха.

– Выйди во двор, воздухом подыши! Лай! – бедолага отреагировал на Кеншина, только после оклика по имени.

Осмотр холла продолжили уже в спокойной обстановке.

Сами по себе, кости не выглядели страшными. Пугал скорее способ их появления. Откуда?! Ну и, само собой, количество…

Не обращая внимания на предостережения товарищей, Даджой подобрал с пола несколько черепов. Осмотрев каждый со всех сторон – вернул их к остальным костям и взял ещё.

Шаг за шагом, великан внимательно осмотрел все останки и подошёл к камину. Судя по нагромождению костей – они высыпались из его трубы. Вот только до сих пор она была перекрыта заглушкой.

Гигант правильно оценил произошедшее и требовательно уставился на разведчиков подземелья. Кеншин коротко объяснил:

– Рычаг нашли.

– Ры… Ры… Рычаг?! – мгновенно закипая, Батя чуть не захлебнулся собственным возмущением. – О-о-о! Значит, рычаг! И такие сразу «Дайка я за него потяну!», да?!

– А вы бы не потянули?! – огрызнулся Макс и уже тише добавил, – Дядь Сергий…

Но тот лишь рукой отмахнулся.

– Надо выгрести всё из камина. На заглушку поглядим и, за одно, может найдётся что-то в костях… – Даджой как всегда рассуждал рационально. Что правда, и несколько хладнокровно…

Происшествие словно не возымело на него никакого эффекта. А учитывая напутствия перед спуском в открывшиеся катакомбы, это выглядело чуть ли не страннее самих скелетов!

Примерно тоже самое Макс заметил и за собой. За год до гибели его родного острова, на одном из полей вышли из-под земли чьи-то кости. Посмотреть ходили все мальчишки деревни! А потом ещё и взрослые всякие страшилки рассказывали. Помнится, он тогда целую неделю боялся сам находиться в доме!

А сейчас… Да хоть до потолка этими костями тут всё засыпь! Единственное чего он побоится – это объёма работы по их уборке.

После короткого обсуждения, останки решили выбросить в бездну. Для переноски приспособили несколько пустых мешков и вёдра. Ситуация осложнялась мелкими осколками в щелях в каменном полу. Но деваться было некуда! Не ходить же по покойникам?

Кем бы они ни были при жизни…

Лайонел тоже быстро пришёл в себя и возобновил деятельность на кухне. Череп всё ещё варился в котле, поэтому бульон предстояло делать заново. А жаль! Столько рёбрышек потеряли…

Посмотреть на начавшееся движение спустилась Венга:

– Йо, Макс! Что за шум?

По неизвестным причинам, у наёмницы было прекрасное настроение. Злая шутка напросилась сама собой:

– Да вот, посмотри! – парнишка резко распахнул мешок прямо под носом подруги. Изнутри на неё скалились сразу пара черепов.

Но, увы. Девушка даже не сразу поняла, что это такое, а спустя несколько секунд – только брови нахмурила:

– Ты, типа, напугать меня хотел?

– Извини. – Макс потупился и закинул мешок обратно за плечо.

После короткой паузы, Венга снисходительно улыбнулась выходке младшего товарища. От этого, его лицо обожгло румянцем…

– Так что случилось то?

– Да вот… Трубу камина сумели открыть, а оттуда скелеты посыпались. Зайди глянь. – он кивнул головой в сторону распахнутой двери. В ту же секунду оттуда донёсся восторженный голос Бати:

– Ух ты! Мужики, глядите!

Венга с Максом поспешили внутрь.

Командир отряда сидел на корточках рядом с двумя заполненными вёдрами. Над ним уже склонились остальные мужчины отряда. Судя по их напряжённым лицам, находка в самом деле была интересной.

Всеобщее внимание привлекла крупная кость. С одной стороны, на ней была серая металлическая планка, вдоль вся испещрённая продолговатыми отверстиями. В некоторых виднелись головки… Болтов?

Первым подал голос Лайонел:

– Меня интересуют два вопроса. Зачем? И что это за металл такой?

– А ведь точно! Ни заржавел, ни потемнел. Ты гляди… – протянул Батя. – Джой, ты про такое не читал в своих книжках? Зачем так людей мучать?

– Нет, не читал. Что до металла – просто устойчивый к коррозии.

– А может… М-м-м… – Кеншин замычал, подбирая слова. – Ну… Перелом так лечили?

– В смысле лечили?! Глянь! Семь болтов и все в кость! Да на хрен такая экзекуция нужна?! – седые волосы на руках лидера отряда встали дыбом.

Представив себе процесс, Макс невольно поморщился…

– Кен, я уже говорил, что когда ты много разговариваешь, мне становится не по себе?

Вместо ответа, степняк взял мешок и молча понёс его к выходу из храма.

***

Костей оказалось неожиданно много. Да ещё из трубы выгребали. Одни только крупные фрагменты пришлось выносить до ночи. Чтобы не мучиться по темноте, осколки и мелочь, вроде вылетевших зубов, решили оставить на следующий день.

Весна ещё не до конца отвоевала Архипелаг у зимы, поэтому ужинать сели около костра.

Лайонел перебирал ложкой суп в миске, словно пытался найти там человеческие кости. Остальные, намаялись за день и теперь уплетали за обе щеки.

– Я никак не могу придумать, как все эти тела в трубу засунули? – нарушил тишину Батя.

Количество скелетов внушало. По черепам насчитали ровно две сотни.

– Подъёмник на крыше и грузили. Труба не так уж высоко поднимается, так что – более чем возможно. – предположил Даджой и тут же сам задал следующий вопрос, – Но вот зачем это всё?

Снова воцарилось молчание. Макс, да и не только он, не мог даже чего-то абсурдного сфантазировать.

– Кстати, а в подвале что? Ну… Кроме рычага. – с надеждой уточнил Батя.

Но тщетно. Там не было ничего, что могло бы пролить свет на логику древних. По крайней мере, как выразился Кен – теперь.

– …Хотя, может чего и пропустили. Там всё из такого же чёрного камня сделано, с одним факелом не видно дальше пяти шагов.

Даджой предположил, что тела могли принадлежать каким-нибудь узникам. Как раз, в подвале и камеры для их содержания имелись. Но это всё равно не объясняло странного способа захоронения.

Единственная обнаруженная вещь – металлическая пластина, была сохранена вместе с костью. Наёмники всерьёз решили показать её какому-нибудь продвинутому врачу. В том, что однажды, на их пути такой повстречается, они не сомневались. Кен ещё обмолвился, что подобными артефактами могут заинтересоваться хирурги в империи Циндао. При этом все уставились на Батю.

И что он там такого мог натворить, что за его голову целую гору золота обещали…

В прочем, Кеншин тоже не спешил говорить о собственной родине.

– А представляете, все эти кости на какой-нибудь город попадают? – в голосе Макса слышался задор. Похоже, ему доставляла удовольствие мысль о дожде из мертвецов, прошедшем на головы ничего не подозревающих людей.

– Скорее, к тебе в очередном трактире рыжая баба пристанет и не пожадничает! – Лайонел довольно заулыбался.

– Причём, два раза подряд! – добавил Батя и тоже захихикал.

– Почему рыжая? – Макс резко посерьёзнел.

– Ой, да ладно тебе! Видели мы, как ты на рыжих пялишься. – признался Лай.

– У меня сестра рыженькая была…

– Прости, Макс. Мы не могли знать. – извинился за товарищей Кеншин, и повёл разговор на изначальную стезю. – Лай имел ввиду, что никто и никогда не слышал о покойниках, падающих с небес. А сбрасывают их порядочно! Одни мы за прошлую осень скольких в полёт отправили? Вероятность того, что те кости упадут кому-то на голову, должна быть околонулевой.

Дверь храма скрипнула, и наёмники рефлекторно дёрнулись. В холл вошла Венга.

– Холодно там стоять. Я за шкурой спустилась. – заявила девушка и быстрым шагом скрылась в направлении жилого корпуса.

Проводив её взглядом, Батя прошептал:

– Тфу-ты… Чуть не обделался… Слышь, Кен, а вы в подвале точно никого не проморгали? Ну… – было видно, что старому воину неловко выражать свои опасения. Он наклонился ближе к костру и продолжил ещё тише, – Нечисть какую-нибудь! Упыря там, или оборотня?

– Нет, не было там никакой нечисти. А что такое оборотень? – вообще, удивительно, что слово оказалось для степняка незнакомым.

Батя принялся объяснять концепцию, известную всем из детских сказок:

– Это когда человек в зверя превращаться может и людей губит.

– А, понял. У нас такое «кицунэ» называется. Только они наоборот – из зверя в человека превращаются, да и людей не всегда губят.

– Ну всё, началось! Я спать пошёл. – заявил Лайонел, взял из огня лучину и направился в темноту зала. Остальные наёмники проводили перенервничавшего товарища улыбками.

Разговоры ни о чём продолжались у костра пока он не начал гаснуть. Ночной холод подкрался к отряду и совсем не по-весеннему начал студить спины.

Вскоре был объявлен отбой.

***

Решение спать в стеганке было верным. В тепле и уюте, сон легко сморил Макса. И, кажется, начал показывать какие-то иллюзорные картины… Но мир сновидений был хрупок и рассыпался в зябкую пыль от первого же гулкого удара.

ДУМ! ДУМ! ДУМ!

По коридору шла Венга, она кричала и попутно тарабанила в каждую дверь:

– Подъём! Земля!

Глава 5

– Да что за ерунда? Спать, когда мы будем? – из коридора раздался шутливый упрёк Бати, но его тут же перекрыл бас Даджоя:

– Огни есть?

Кажется, Венга цыкнула, прежде чем ответить:

– Да-а, есть! Как бы я без них поняла, что там вообще, что-то есть? Ночь же на дворе. Кроме тебя, тут никто в темноте не видит.

– О бездна! Хватит орать! – донёсся возмущённый голос Лайонела.

Из-за холода, Макс лёг спать в поддоспешнике. Спустя считанные секунды после начала гвалта, парень появился в коридоре с накинутыми на плечи доспехами.

– Через сколько пристань? – только и спросил он.

Батя смерил младшего из подчинённых удивлённым взглядом. К слову, сам он стоял на пороге комнаты босиком и в одних лишь подштанниках.

– Понятия не имею! – со стороны лестницы огрызнулась Венга. – Говорю же, темно!

Следующим боеготовым оказался Кеншин. Правда, чёрный балахон поверх кольчуги был ещё распахнут.

– Ух, черти… – прыснул командир и тоже пошёл вооружаться.

После возвращения в крепость, всё личное снаряжение перенесли в комнаты. В арсенале остались только трофеи, да ещё всякий запасной хлам.

Налёт жатвеников и попытка вторжения пустынников, показали, что высокие стены – не гарант! Меры безопасности следовало пересмотреть. Кроме того, Даджой всерьёз предлагал найти где-нибудь плотника и оборудовать двери храма замком.

Не прошло и пяти минут, как все воины уже стояли на надвратной башне. Крепость всегда приставала к твердыням одной стороной, поэтому именно оттуда было удобно рассматривать приближающиеся земли.

Но не в этот раз…

Всё, что можно было увидеть – крошечный огонёк на фоне кромешной тьмы. Ночью бездну могли освещать разве что далёкие всполохи молний, но и их сейчас не было.

– Он очень большой… – сообщил Даджой.

– Спасибо, я знаю. – Лай не упустил возможности восхвалить своё либидо, за что и поплатился подзатыльником от Бати:

– Твою мать, поганец! На сколько, Джой?

– Отсюда не понятно, но тот огонёк – это целая деревня или даже город. Эта твердыня раза в два-три больше, чем остров Стиллролла. Вон там есть ещё одно селение. – великан ткнул пальцем куда-то в темноту. Но как его товарищи не силились, а разглядеть ничего не смогли.

– Ладно… Венга, остаёшься на надвратной башне. Если что – кричи.

– За мой наряд, норма по крикам уже выполнена на десять пристаней вперёд! – отшутилась девушка, провожая товарищей к лестнице.

***

Ночь наёмники провели в томительном ожидании. Справедливо надеясь пополнить запасы древесины, снова разожгли костёр. Максу даже пришлось посторониться, чтобы не ужариться в доспехах.

Кеншин заварил какой-то ароматный чай и предложил остальным. Напиток, якобы должен был отогнать сон и придать бодрости. Кроме мелких веточек и перемолотых листиков, в кружках плавали кусочки кореньев и, кажется, измельчённые грибы.

Степняку доверяли, поэтому никто не стал уточнять состав заварки. Ко всеобщему удивлению, подействовало на отлично. До самого рассвета никто так и не сомкнул глаз. Правда Кен обещал крепкий сон на следующую ночь. Так что следовало или успеть вернуться, или уповать на гостеприимность местных.

Промежду прочим, стали прикидывать, как будут дежурить в трактире и хватит ли на это сил, учитывая снадобье. А то обворуют, убьют и вообще съедят.

– С каких это пор, мы всего бояться начали? – Батя почесал затылок. – Раньше чуть не под забором спать ложились, когда нас с постоялого двора выгоняли. И никто и пальцем не трогал!

– Воняло от тебя раньше сильнее, вот и не трогали. А сейчас, глянь! Все в железе, с ружьями-пистолетами, Макс вон, кавалер какой! В кольчуге! Ты вообще много кольчуг за свою жизнь видел? Наверняка, ещё меньше чем баб!

– Ах ты ж… Собака! Себя понюхай! – командир схватил и, один за другим, бросил в Лайонела несколько чурбаков.

– Что, правда украсть могут? Я тогда лучше сниму… – внезапно взволновался Макс.

– Не вздумай. Куда… Сиди, я сказал! – Кеншин едва успел схватить ученика за рукав. – Отдай кружку. Всё, сиди тихо.

– Кен. – привлёк внимание Даджой. – Больше не экспериментируй на них со своими чаями.

– Я уже понял. Ничего, скоро отпустит.

Начало светать.

Даджой не соврал. Твердыня и в самом деле была огромной. Оценить это удалось с первыми лучами Света.

Бездну перед крепостью закрывал огромный остров. Да на столько, что было трудно понять: облака вдалеке висят за ним, или над ним?

Визуально, обнаруженная ночью деревушка находилась недалеко от края. Однако, по мере спуска, становились видны леса, проплешины в их чащах, озёра и холмы. Тёмные прямоугольники полей оборачивались огромными пахотами. Да и само поселение, судя по очертаниям улиц, грозило оказаться небольшим городком.

Когда свершилась пристань, перед наёмниками встал вопрос ориентирования в лесах. Учитывая реальные размеры острова, поселение можно было случайно пропустить… Ну хоть возвращение обратно не было проблемой, бездну не пропустишь. В крайнем случае, придётся пройтись вдоль края.

Даджой даже не взялся на глаз определять размеры острова. А на предположение Лайонела «километров двадцать-тридцать» – лишь отмахнулся.

Учитывая возможное время отлучки, Венге разрешили оборудовать спальное место в надвратной башне. Из тех же соображений расширили и носимый запас продуктов. Всякой сушёной и вяленой еды взяли из расчёта на пять дней. В том числе и пару пузатых бурдюков с водой. На последнем настоял Кеншин, мол после его отвара пить захочется.

Как же сильно он приуменьшил…

После короткого совещания на краю моста, решили попытаться найти вырубки, лесополосы и, если повезёт – поля.

Наверх крикнули и через секунду загремел подъёмный механизм.

Удар за ударом, сорок звеньев цепи били не по слуху, но прямо по встревоженной душе Макса. Эхо в голове продолжило сновать, даже когда цепи собственной крепости уже затихли.

***

Вопреки всем ожиданиям идти было легко. Весенняя влажность нисколько не размягчила каменистую почву и ноги совсем не вязли. Разве что приходилось взбираться на редкие холмы, да обходить водные преграды.

Пару раз Лайонел с Батей порывались даже броситься вплавь, но Кеншин их вовремя разворачивал. Попытки объяснить, что виной их браваде – чудодейственный чай, сталкивались со скепсисом. Да и в сторону степняка хватало обвинений в непонимании…

– Ты на мой возраст намекаешь?!

– Да смотри, тут же метров десять, я одним махом!

– Ща батька покажет, как плавать надо!

– Да чего вы паритесь? Вон по тому брёвнышку перейдём!

То, что ставки больше походили на болота, а дерево в воде плавало вообще не касаясь берегов, бодрых наёмников не волновало.

– Кен, скажи честно, они придут в норму хотя бы к обеду? – не таясь спросил Даджой.

– Они уже должны были быть в норме… – отвечал тот. – Нас, вообще с детства, этим поили и кормили в два раза большими дозами. Вон, на Макса глянь.

Парень шёл рядом и лишь оглянулся на наставников. Взгляд был диковатый, да и дыхание частое, но он хотя бы не чудил.

Ну а ближе к обеду началась обещанная сушка. Батя пытался жевать мясной брикет и каждые пол минуты запивал его водой. Лай делил бурдюк с Максом. Всех вроде бы отпустило, но двое наиболее адекватных наёмников продолжали приглядывать за товарищами. Тем не менее, любой упрёк в собственном состоянии, те отрицали на корню.

***

Погода стояла приятная. Несмотря на то, что Свет уже поднялся далеко в незримую высь, его лучи давали много тепла.

Под ногами влажно хрустела лесная подстилка. Остатки снега почти не попадались. Также не встретилось ни единого озерца, скованного льдом. Не смотря на близкое соседство с островом Стиллролла, зима пощадила это место.

Даже встречный ветер ощущался лёгким дыханием весны.

Когда вдали засвистела и застрекотала свою мелодию какая-то птица, теплее стало и на душе. Или это последствия отвара Кеншина?

Максу хотелось расстегнуть все свои доспехи, снять стёганку и шлем. Его удерживал только дискомфорт грозящий появиться при ходьбе в болтающемся панцире. Да и постоянные взгляды наставников, как-бы намекали…

На самом деле, обоих воинов волновала счастливая улыбка, расползающаяся на усталом лице юноши. Не смотря на бодрый шаг, его глаза то и дело норовили закрыться. Нет-нет, да врежется ещё в какое-нибудь дерево.

– Макс, возьми чуть левее, чтобы между стволами идти. – невзначай предложил Кеншин. А сам, при этом, чуть не споткнулся. – Так, стоп! Вон там, смотрите. Ровные ряды начинаются.

Как это обычно бывает на крупных островах, путешественников сначала встретила лесопосадка. Следующим признаком хозяйственной деятельности, должны были стать поля. Но до них пришлось топать ещё почти час.

Приятная усталость на лицах наёмников, сменилась раздражительным напряжением. Пол дня ходьбы тяжело дались мужчинам, отвыкшим от огромных пространств. Ноги горели.

– Как хорошо, что Венга в наряде. А то наслушались бы сейчас. – задумчиво протянул Батя.

– Это ей хорошо… – зло подметил Лайонел. Ему путешествие давалось тяжелее всех. – Мужики! Обратно будем идти, давайте как-нибудь с привалами. Может даже заноч…

– Тихо! – перебил Кен и отряд мгновенно замер. Степняк снял шлем и покрутил головой, – Собака, что ли?

– А, ты об этом… Давно уже гавкает. Собственно, на лай и идём. – Даджой снова двинулся вперёд.

– Это тебе давно. – брякнул Кен и наёмники последовали за могучей спиной товарища.

Дикий лес сменился ровными высадками. Чем дальше, тем старше становились деревья, как-бы намекая, что местные производят вырубку постепенно.

Вскоре показалась опушка и сразу за ней – пахота. Да какая!

Чёрная, как бездна в ночи! В той самой, что без гроз и огней островов!

Наверняка и родит так, что многим твердыням и не снилось. Не странно, что сверху не удалось даже близко оценить размеры селения.

Далёкий лай собаки стал слышен и остальным членам отряда.

Увы. Пять минут спустя, выяснилось, что это просто какая-то отвязавшаяся шавка загнала на дерево кота и теперь изводится. Правда, деревце росло прямо на обочине дороги. Утоптанной, да с двумя колеями! Даже учитывая влагу, подошвы почти не погружались в грязь. Значит дорогой пользуются! Или часто, или много народа.

Оглянувшись по сторонам, банда наугад отправилась налево.

Первые признаки цивилизации, статные заборы и капитальные сараи, встретились уже через пол часа.

Поначалу улица казалась вымершей. На обратное намекали только звуки присущие хозяйству. В ближайшем дворе возились куры, где-то пищали поросята, а судя по скрипу, неподалёку поднимали ведро из колодца.

Макс как будто вернулся на родину. Его остров тоже был сельскохозяйственным и во всех трёх сёлах таких звуков хватало в любое время суток.

Но от наваждения не осталось и следа, когда повстречался первый местный житель.

На дорогу вышел увалень. Не смотря на раннюю весну, сверху на нём была только расстёгнутая безрукавка, отороченная мехом. Да и как бы он её застегнул, с таким то пузом?!

Наёмники словно перенеслись в самое начало зимы, когда вот такие вот детины лезли на них по лестницам. В доску пьяные, расхристанные, дурно пахнущие…

Здоровяк обвёл незнакомцев остекленевшим взглядом. Похоже, он не понимал, что перед ним стоят чужаки. Затем, громко отрыгнув, пьяница продолжил свой нелёгкий извилистый путь к калитке на другой стороне улицы. А когда преодолел его, из-за забора всё ещё были слышны шлепки шагов по грязи.

Решив, что судьба опять сможет найти их самостоятельно, наёмники отправились на поиски таверны.

Редкие местные провожали их любопытными взглядами. Вопреки ожиданиям, попавшаяся детвора не увязалась следом, а лишь потыкала пальцами. Да и то, кажется их больше впечатлило блестящее железо, чем сам факт появления чужеземцев.

Искомое заведение обнаружилось в центре поселения. Таверна стояла на краю просторной площади. Здесь же была и ратуша, ну или нечто её напоминающее: бревенчатое сооружение с крутой крышей и деревянной черепицей на ней. Здание венчала многоступенчатая башенка. Пожалуй, если бы не угол наклона кровли, то сошло бы за одну из пагод империи Циндао. Но это если верить картинкам. Архитектуру степняков Макс видел только в книгах.

Саму же площадь пересекала полоса вертикальных камней разного размера. Словно солдаты-первогодки, не знающие ранжира, выстроились в шеренгу.

Один из мегалитов выделялся высотой и правильной формой. Он был крайним с одной из сторон «шеренги» и, по сути, представлял собой колону с круглым сечением. Ну а остальные – просто продолговатые булыжники разной высоты и охвата.

С близкого расстояния на поверхности камней обнаружились выдолбленные письмена и рисунки. Что правда, почти сглаженные временем и погодой. Глаза наёмников не смогли вычленить ни одного цельного образа или разборчивого символа.

– Т-а-а-ак… – протянул Батя остановившись перед входом в трактир.

Его внимание привлекла вывеска. На ней были изображены крест на крест две куриные лодыжки и что-то написано на неизвестном языке. И если еда не вызывала сомнений, то буквы показались лидеру знакомыми…

– А это случайно не как у варваров – крючки на мордах были? – предположил Лайонел. Кен подтвердил его догадку:

– Да, это они. Один в один.

Наёмники переглянулись. Не хватало ещё забрести в логово дикарей на огромной твердыне. И как от местных бежать, в случае чего? Сами уставшие, а возможные преследователи с местностью знакомы. И вообще…

Но не успели мысли оформиться в опасения, как дверь трактира распахнулась. Навстречу вышла высокая блондинка в переднике поверх платья. Её губы растянулись в искренней улыбке. Кажущейся моложавостью не позволили обмануться появившиеся на щеках морщины.

– Хеи, гранар! – воскликнула женщина и вытерла руки о фартук.

– Здрасте… – только и сумел выдавить из себя Батя.

– О! Не местные что ли? Заходите! Обед ещё тёплый! – нисколько не смутилась хозяйка.

Встреча и приглашение произошли молниеносно. Никто из наёмников и напрячься не успел, как все уже сидели за столом.

За столом в трактире варваров…

У которых не то что трактира, а и домов то быть не должно!

Но всё вокруг только подтверждало противоречивый факт. Бревенчатые стены украшало явно недекоративное каменное оружие, несколько черепов рогатых животных, разукрашенные письменами щиты. И, как будто этого было мало, хозяйка закатала рукава сорочки. На её предплечьях красовались синие татуировки. Кроме линий и узоров, они содержали всё те же угловатые символы.

Тем не менее, женщина совсем не походила на дикарей, которых довелось видеть раньше. Накрывая на стол, она не прекращала улыбаться, а Даджою услужливо принесла порцию вдвое большую чем остальным!

Катализатором для любопытства хозяйки стало избавление воинов от шлемов. По всей видимости, типаж лиц и причёски сильно отличались от водящихся у местных.

– Вижу, вы и правда не соседи. – проворковала женщина. Не смотря на добрые тон и улыбку, рычащий акцент придавал её словам оттенок строгости.

– Соседи? – уточнил Батя.

– Да. У нас сейчас пристань с другой стороны острова, думала вы оттуда.

– Извините, а где все жители? Мы пока шли, несколько человек всего видели. – вмешался Кеншин.

– Бабы с детворой по домам сидят, а мужичьё у ярла сейчас, соседей встречает. – хозяйка лишь мельком глянула на степняка и поспешила отвести глаза. – Брагу обычную или зимнюю принести?

– Не надо брагу. – буквально по слогам процедил Даджой.

В отличии от Кеншина, на великана трактирщица откровенно таращилась. Из всей компании, Джой удостоился самой широкой улыбки. А когда он говорил, женщина кивала чуть ли не после каждого слова.

***

Обед прошёл в добром настроении и был неожиданно вкусным. Поняв, что оказались в поселении варваров, наёмники не рассчитывали абсолютно ни на что хорошее. Но вот гостеприимная трактирщица. Вот вкусная еда. Ещё и соседей каких-то всем селом встречают. Глядишь, может и работа будет.

В общем-то, ни на что кроме работы надеяться и не приходилось. У хозяйки расспросили про торговлю, но ни пороха, ни железа местные не знали. Разве что – провизии продадут. А вопрос о покупке леса женщина даже в серьёз не восприняла, лишь посмеялась.

– Хорошо живут, слушай… – Лайонел озвучил своё наблюдение.

– Оно и не странно, с такими то площадями. Поди и не знают, что дрова на вес золота иногда. – поддержал Джой.

– А может ну его? В смысле - работу. – предложение из уст младшего члена отряда звучало абсурдно. Максу пришлось объясняться, – Давайте к крепости вернёмся и деревьев нарубим. Да так, чтобы на пару лет вперёд хватило.

Батя отмахнулся:

– Не азартный ты какой-то! Наворовать и на обратной дороге успеем. А тут может деньжат ещё поднимем. Милая хозяйка! – наёмник по привычке поправил усы и недвусмысленно звякнул кошельком.

– Иду-иду! Один серебряный. – как и любая деловая женщина, трактирщица буквально примчалась на звон денег.

Развязав кожаный мешочек, Батя извлёк изнутри жменю монет и раскрыл ладонь. В пригоршне были и медяки, и серебро, и даже пара золотых. Всё – чеканка пустынников.

На самом деле, старый воин просто хотел произвести впечатление на даму своим благосостоянием.

И произвёл…

Хозяйка отшатнулась от протянутой монеты. Её глаза расширились, а голос задрожал:

– Вы… Вы… С небесных кораблей?! – а сама медленно запустила руку под передник.

– Нож!!! – только и успел выкрикнуть Даджой.

А в следующий миг, таверну наводнил густой перезвон разлетающихся монет.

Глава 6

Как бы обманчива не была доброта и гостеприимность улыбчивой трактирщицы, наёмники держали ухо востро. И не только ухо. Невероятно отточенными были и их рефлексы. Любая опасность или намёк на неё, любое изменение обстановки, встречались молниеносной реакцией.

Прожжённый вояка отреагировал раньше, чем его товарищ успел выкрикнуть единственное слово. Рука с деньгами коротко дёрнулась, и вся жменя монет полетела в лицо женщине. Лишь на мгновение она зажмурилась, но тут же махнула перед собой костяным ножом.

Увы! Лезвие рассекло лишь воздух!

Краткой заминки Бате хватило, чтобы покинуть зону шаговой досягаемости трактирщицы. Что правда, самому пришлось запрыгнуть на лавку. Пространства за обеденным столом критически не хватало для маневрирования.

Уступая место командиру, Кеншин кувыркнулся назад через голову и встал в причудливую стойку без оружия.

Синхронно схватились за мечи Лайонел и Макс…

Всё произошло буквально за пару секунд и неизвестно, чем бы закончилось. Ситуацию спас Даджой. Великан, как всегда, сориентировался лучше своих товарищей. Звон извлекаемых мечей и катящихся по полу монет утонул в сочном басе:

– Мы не с кораблей!

Хозяйка замерла. Не смотря на то, что на неё смотрели уже три меча, рука с ножом не дрожала. Да и во взгляде было больше недоверия, чем страха.

– Их деньги достались нам от других людей. – но даже так, лицо трактирщицы не воссияло пониманием. Джой добавил, – За работу. Нам заплатили за работу. Всё хорошо, прошу Вас.

Напряжение таки начало спадать. Не совладав с эмоциями, женщина ударилась в краску. Похоже, что нападение на собственных гостей смутило её ничуть не меньше, чем вид их денег.

– Вот и славно, вот и ладушки. – прокомментировал Батя, пока остальные возвращали оружие в ножны. – Милая хозяйка, а что с кораблями то не так?

Будучи виноватой, трактирщица первая наклонилась собирать монеты. Наёмники не сговариваясь последовали примеру. Только передав обнаруженные серебряные и медяки, женщина соизволила ответить:

– Девок воруют, да ружьями своими дела творят. – утёрла со лба выступивший пот. – Каждый год. Прилетят, в лесу где-нибудь спрячутся и как на дичь охотятся.

– Еду покупали когда-нибудь? – Кеншин прищурился, от чего его глаза стали ещё уже.

– Да кто ж им продаст то? – и снова она поспешила отвести взгляд от степняка.

– Ясненько. – Батя поправил пояс с кобурами и недвусмысленно развернулся к двери. – А этот ваш, как его… Ярила, этот…

– Ярл!

– Ага, точно. Ярл! Он в селе самый главный, раз соседей встречает? Если работу искать – тоже к нему обращаться?

– Наверное, да. Только вы не ходите пока соседи ещё там. Они к дочке ярла сватаются.

– Сватаются? Так это на долго… – разочаровался старый воин и, по большому счёту, чувства были оправданы.

Где бы и в какой культуре не происходило сватовство – процесс это не быстрый! И молодым себя надо показать, и родителям все вопросы обсудить!

У некоторых народов, обсуждение приданного невесты больше походит на торги. У других – оценивают её хозяйственность. Да критикуют при этом так, чтобы девка из шкуры лезла.

А тут, вон! Всё село собрали, жениха смотреть. Уж не на пять минут. Потом, глядишь, и пир начнётся, тогда точно быстро не справятся! Хотя, чего это трактирщица так против то? На пьянку можно бы и заглянуть. Авось, примут гостей.

– Во! Гляди, выходят уже! – хозяйка махнула пятернёй в распахнутое окно.

Словно услышав, как стройно шагают мысли Бати, случай извернулся неожиданной стороной. Из большого дома, на противоположной стороне площади, высыпали люди. Одежда – меха и лён! Узорами расшита! С ремнями каким-то плетёными! Кое-кто железками блестит! Сразу ясно – делегация соседей. Кстати, все поголовно – блондины или русые.

А вот и жених. Да, без сомнения – он! Самый нарядный: в накидке с шикарным меховым воротом, рогатый шлем на голове, три топора за поясом. Надо заметить – железных топора! Невесть какое богатство по местным меркам.

Вот только, в красивых светлых лицах что-то было не так…

– Чего это они? – пробубнил Батя, наблюдая перекошенные лица мужчин. Они явно были расстроены, если не сказать злы.

– Так третий год уже сватаются, а ярл Хакон свою дочь не отдаёт. Вон тот, последним идёт, это – ярл Кнуд, отец парня. Гля, как топает! Ух, злыдень!

Следом вышли и хозяева поселения. В отличие от своих соседей, мужчины были всем довольны. Почти все улыбались, а кое-кто позволял себе смешки и взмахи руками в спину уходящей делегации.

Небольшая компания местных направилась к таверне.

Рассудив, что теперь правителя можно и побеспокоить, наёмники вышли на площадь, прямо на встречу пятерым варварам. Будет не лишним сказать, что мужчины разительно отличались от первого встреченного оболтуса. Во-первых, все трезвы. Во-вторых, прилично, опять-таки по местным меркам, одеты. В-третьих, их хищные глаза…

Остановившись перед чужаками, компания буквально пожирала их глазами. Один лысый и узкоглазый, точно – змий. Другой – здоровый как твой дуб. Да и цвет волос тёмный! Само-собой, кроме «змия» и седовласого. Да ещё и все в железках!

– Доброго Вам дня, уважаемые! Мы к ярлу! – Батя даже не сбавил шаг, проходя мимо удивлённых мужиков.

Но стоило с ними разминуться, как позади раздался громкий плевок.

Даджой только и успел схватить Лая за панцирь, чтобы удержать на пути истинном. Кеншин с Максом додумались следовать примеру командира и не обратили внимания на задир. Наёмникам только драки не хватало на центральной площади. Учитывая нравы дикарей, драться пришлось бы со всей деревни разом!

– По ходу, зря Венгу оставили. Не отобьётся, если эти балбесы крепость найдут. – засомневался было Лайонел, но его успокоил Батя:

– Отобьётся. Причём, аж бегом. Все наши мушкеты на башне у неё, плюс двустволка Маска. Да и вряд ли они такую высоту осилят.

Оставшееся расстояние до дома вождя, воины прошли под недобрыми взглядами. Почти на всех известных островах, любого чужака всегда встречали с улыбками и любопытством. Гости были желанны даже в голод, потому как могли оказаться торговцами или просто доброхотами.

Но не здесь. Не у варварского племени.

Минув высокую входную арку, отряд оказался в просторном помещении. Убранство отличалось от таверны только отсутствием столов. А так – всё те же щиты, черепа и оружие на стенах. Да ещё деревянные столбы-колонны с причудливой резьбой. У противоположной входу стены, на возвышении, стояло вычурное кресло.

«Трон!»– смекнул Макс. Сам он такого никогда не видел, но вот ни одна сказка или легенда про правителей прошлого, не обходилась без этого предмета интерьера.

Рядом с троном вели добродушную беседу несколько немолодых мужчин. Скорее всего, этот самый ярл, был среди них. Вот только кто? Никаких особых отличий в одежде или украшениях варвары не имели.

Завидев на пороге чужаков, хозяева в миг переменились в лицах. От улыбок не осталось и следа, а недобрые взгляды забегали между великаном и узкоглазым.

– Добрый день! – заговорил Батя, поняв, что уже завладел максимумом возможного внимания. – Мы путешествующие воины, ищем работу и торговлю. Хотели бы говорить с уважаемым ярлом Хаконом!

Один из варваров брезгливо сплюнул и сделал два шага вперёд:

– И за что же ты меня уважаешь?! – Хакон вызывающе подбоченился.

Ни приоткрытый рот мужчины, ни пустые глаза, ни манеры… Ничто не предвещало лёгкого диалога. Да ещё и компания вождя как-бы незаметно попятилась к стене с оружием.

– А что, не за что?! – Батя деланно удивился, при этом широко раскрыв глаза. – Ну на нет и суда нет. Айда ко второму ярлу, парни!

Взволнованный нечленораздельный оклик раздался, когда наёмники уже повернулись спинами:

– Эй-эй-эй! Агов! Куда? Я не договорил!

– А? Да-да! Мы слушаем, уважаемый ярл Хакон. – старый лис снова переменился в голосе, окончательно сбив с толку незадачливого дикаря.

Ярл даже не нашёлся, как ему правильно реагировать. Ведь в самом деле, не станешь же спорить, что ты «уважаемый»? Да ещё и когда это звучит из уст воина!

Но и пасовать не с руки. Стыдно перед мужиками!

Вот же ж змеи… Пробрались в деревню, пока все на собрании были!

На выручку пришёл один из мужчин позади. Он снял со стены копьё и встал рядом:

– И откуда вы такие хитрые взялись? Пристаней не было. С неба явились?! – варвар со злостью надавил на последних словах.

– Как не было, если была? Смотрите. Вон в той стороне наш остров. С самого рассвета идём!

По бокам, вождя обступили и остальные вооружившиеся мужчины. Да и сзади, со стороны площади уже собралась целая толпа.

– Это вы смотрите! – зло гаркнул Хакон и ткнул рукой на площадь. – Мы своих соседей всех знаем. Камни – наша карта. Ещё деды дедов наших дедов их тут установили и сочинили календарь. И он пока ни разу не соврал!

Наёмники обернулись на гряду булыжников. Наличие у дикарей карты и календаря плоскости, само по себе было обезоруживающей новостью. Далеко не в каждом крупном городе такой есть. Так ещё и количество твердынь… Никак не меньше сотни.

– Сто пятьдесят два камня. – произнёс шёпотом Даджой.

– В смысле, сто пятьдесят два?! Брешет твоя карта! – Батя взорвался в тон Хакону. А тот чуть слюной не захлебнулся от возмущения:

– Ах ты ж!.. Да я тебе!.. Деды не брешут!!! – варвар чуть не ревел, стремительно сокращая дистанцию с пришельцами.

Но на встречу выступил Даджой и страсти мигом поутихли. Доводить до мордобоя с самым настоящим великаном – себе дороже.

– Гостей принимать тебя тоже деды учили? – по помещению разлился гулкий бас.

Трудно сказать, что именно возымело эффект: громоподобный голос, исполинская стать или же упрёк святым наследием предков… Но ярл мгновенно взял себя в руки, да и Батя тоже поуспокоился.

Из обвинений оппонентов во лжи, спор перерос в защиту собственной правды. У обеих сторон – своей. Варвары, все как один, били себя в грудь и клялись в безошибочности карты. Пришельцы тоже не отступали и упорно не хотели признавать за собой никаких небесных кораблей.

В конце концов, пришлось опять городить байку про сложную спиральную орбиту. А учитывая скорбность интеллекта хозяев – ещё и на земле рисовать «что же такое, ента их спираль?».

Дикари внимательно слушали и с неподдельным интересом разглядывали начертанные петли и окружности орбит. Вроде бы даже понятливо кивали. Но…

– Не бывает такого. – авторитетно заявил ярл Хакон.

Батя, уже считавший переговоры успешными, хлопнул себя по лбу:

– Это ста с хреном островов не бывает.

– Бывает. – впервые за весь спор подал голос Кеншин.

Вокруг, мгновенно наступила тишина. Но, похоже, местных мужиков больше волновал сам диковинный пришелец, нежели то, что он внезапно поддержал их вождя. Кен продолжил:

– Господин ярл, отправьте человека в ту сторону до самой бездны. Пускай посмотрит и доложит. А мы тут подождём, в таверне. – голос наёмника звучал тихо, но преувеличенно слащаво. Кажется, даже его лысина при этом заблестела ярче.

По толпе поползли шепотки:

– Змий по-людски говорит…

– Ага, в засаду кличет…

– Вот, демон…

– Поди, ещё и людей жрёт…

– Но только баб. Мелковат, мужика не сдюжит…

Не обращая внимания на ропот, вождь задумался. Спорить можно было вечно, но что это принесёт? Как ни крути, а чужак прав. Да и вряд ли это может быть засадой. Бездна с ним, что на змия похож! Зато, вежливый и улыбается.

Других вариантов разрешения спора не придумывалось, поэтому ярл принял решение отправить разведчика. На эту роль выбрали сына одного из охотников. Он и шустрее взрослых будет и по лесам шастать с детства привык.

К слову, мальчишка был явно младше Макса, но вот в плечах и ростом его обогнал. Оно и не странно: светловолосые варвары, за редким исключением, все были крупными.

Не дожидаясь приглашения, Батя самостоятельно объявил, что отправляется в таверну. За ними последовали и некоторые хозяева. Но, опять-таки, слежка была обусловлена исключительно любопытством. По крайней мере, никаких команд, явно или тайно, ярл вроде не подавал.

Гряду камней миновали с возросшим к ним интересом. Заметив это, один из дикарей похлопал по булыжнику.

– Мы тут! Девятнадцатый от Столпа Света. – сообщил он. Его товарищи недобро шикнули, так что краткий экскурс на том и завершился.

Хозяйка таверны не скрывала радости, что с её потенциальными клиентами всё в порядке. А когда они ещё и брагу заказали, так и вовсе – засияла.

– Обычную или зимнюю?

– Зимняя – это прошлогодняя? – попробовал угадать Кеншин. Но в этот раз эрудиция его подвела.

– Нет. – трактирщица посмотрела степняку в глаза и даже позволила себе снисходительную улыбку. – Зимой, по мере замерзания, из бочки с брагой лёд вытаскивают. Так она становится крепче.

Никаких опасностей не ожидалось, потому все члены отряда решили испробовать местный алкоголь.

– Только это… Парню чай или квас. Или что есть такого? Он молодой, не пьёт пока. – Батя привычно оградил младшего от выпивки.

Женщина вопросов не задала, но, судя по лицам присутствующих дикарей, понятие возрастного ограничения было им не знакомо.

Вскоре, у всех посетителей на столах стояли глиняные кружки с выпивкой. С пришельцев, в прямом смысле, не спускали глаз. Любые разговоры, действия или даже поход в туалет во двор, сопровождались заинтересованными взглядами. А когда Кеншин достал свою записную книжку и принялся там что-то рисовать, варвары аж замерли. Целая стопка бумаги в кожаном переплёте! Шутка ли, какое богатство?!

Но степняка мало волновала ценность бумаги. Он записывал всего лишь принцип приготовления крепкой браги…

– Почему они такие подозрительные к чужакам? – шёпотом спросил Макс.

– Ты сам слышал, что тут эти чужаки обычно творят. Ещё поговаривают, что некоторые кланы пустынников занимаются работорговлей. А где брать рабов, как не у изолированных племён? Вот и сложилось тут такое.

Захлопнув свою книжечку, к беседе присоединился Кеншин:

– Они блондины почти все. Высокие, статные. Молодость по долгу хранят. Хоть на хозяйку гляньте. Ей под пол века уже, а всё ещё хорошенькая. Да, Лай?

– Под пол века – это ты нашего старца спрашивай. – мгновенно отреагировал наёмник, но командир лишь усмехнулся:

– Не знаешь, что теряешь…

– В общем, глава любого торгового клана, за такое пополнение в гареме – левую руку отдаст. Да и публичные дома, тоже не пожадничают. У них – это экзотика.

Тем временем, в расход пошла вторая кружка браги. Наёмники повеселели и больше не таили голоса. Лай, откровенно пялился на местных выпивох, а Кен с Батей продолжали болтать. Не расслаблялся только Даджой. Ну ещё может и сам Макс. Парня от чего-то напрягали настороженные взгляды варваров.

– Ладно! Бездна с ними, с бабами. Лучше расскажи, чего это ты ярла в споре поддержал? Ну… Про сто островов.

– Сто пятьдесят два. – Джой поправил командира, но тот лишь отмахнулся:

– Да хоть двести! Мы на девятнадцатой твердыне и тут уже… – Батя одними глазами показал в сторону варваров.

Собравшись с мыслями, степняк принялся объяснять:

– Циндао переводится как «тысяча островов». Самый дальний посёлок, с которого в империи собирают дань, расположен на восьмом десятке от Света. И точно известно, что даже за ним ещё есть люди.

– Это что выходит… Триста лет назад иго империи гнуло чуть ли не пол архипелага, но захватом своих плоскостей не обеспокоилось?

– Обеспокоились. Но есть трудности. Чем дальше орбита от Света, тем она больше. И тем дольше период прохода острова по ней. И, следовательно, реже пристани с соседними.

– И что? – Батя упорно не хотел понимать геометрию. Объяснения пришлось увести на стезю арифметики и прибегнуть к примерам, более понятными наёмнику:

– Какой смысл брать под себя земли, с которых можно собрать налоги чуть ли не раз в поколение? Как с ними торговать? Соответственно, живут там такие же дикари, только на местный манер.

– Всё равно, восемьдесят – это не полторы сотни! – старый вояка сдаваться не привык и продолжал стоять на своём.

Вздохнув, Кен повёл рассказ. Как для него – ненормально долгий и с красными словами:

– Давным-давно, ещё до той войны, была одна дальняя экспедиция. Границы плоскости выяснить хотели, чудеса и ресурсы искали. Подготовились хорошо. В состав вошли военные, учёные и даже врачи. – Кеншин выдержал паузу, подчёркивая значимость специалистов здравоохранения. Но, захмелевшие товарищи не сумели по достоинству оценить размах. Вздохнув, степняк продолжил:

– Снарядили неисчислимые обозы еды. Тремя телегами голубятни волокли. Тогдашний император так обеспокоился успехом, что лично выдавал древнее оружие из сокровищницы! Начали в зиму. На известную часть твердынь календарь посчитали, чтобы с минимальной задержкой идти. И только к следующей весне голубь вести принёс, что дошли до границы и ждут пристани. Чем дальше заходили, тем дольше пристаней ждать приходилось. Но приказ есть приказ! До сотой твердыни добрались за десять лет. По началу голубей использовали, чтобы о павших героях докладывать. Потом в регулярных докладах их имена вписывали. А дальше и вовсе только важные сообщения передавали. Ну и за следующие десять лет добрались до сто семьдесят пятой. Но…

Степняк надолго замолчал.

– Не томи, ты! Что «но»? – воины сверлили товарища взглядами.

– Кажется, они к тому моменту уже с ума сошли. В докладе о той твердыне говорили, что небо сияет по ночам и дышать тяжело. Что вода кипит, но еда в ней не варится. И в таком духе…

– А дальше что?

– Ничего. Голуби закончились, экспедиция не вернулась. – завершил рассказ Кеншин.

Глава 7

Так наёмники и просидели до самой ночи. Болтали о том, о сём. По десятому разу обсуждали известные всем истории и байки о былом. Травили страшилки о пустынниках, да о степняках.

Кеншин охмелел и откровенно смеялся над всяким непотребством, которое товарищи рассказывали про его соотечественников. По их мнению, выходило, что империя ничем не лучше варваров. Ни тебе домов каменных, ни замков… Естественно, в рассказы о десятиэтажных деревянных пагодах и о канализации, никто не верил.

Ну а что? Зачем «кетлахи» (как выразился Батя) по трубам пускать, если можно просто горшок через забор выплеснуть? Да чтобы прям в огород соседу! А тот ещё и спасибо потом скажет.

Неожиданно, на сторону Кена встал Лайонел. Как оказалось, он бывал в квартале развлечений одного из крупных городов империи. Фарфоровая чаша с мягким сиденьем произвела впечатление, которое наёмник пронёс сквозь года. По его словам, помещение совсем не пахло и, не смотря на зиму, было тёплым. Куда как приятнее заседать, нежели в традиционных сортирах с выгребными ямами!

Что правда, все снова смеялись. Все, кроме Кена. Ведь в самом деле, зачем топить отхожее место? Расточительство чистой воды!

Когда пришло время отправляться на сон, выяснилась новая местная особенность. В трактире не было отдельных комнат. Второй этаж представлял собой нечто вроде общей ночлежки с грубыми кроватями. Скорее всего, она была рассчитана не на путешественников, а на местных выпивох, кому лучше не появляться дома с перегаром. Или для тех, кто просто упивается до потери сознания.

В пользу этой версии говорило и то, что трактирщица не взымала плату за ночлег. Хотя, может она просто перестраховалась, чтобы гости не светили чеканкой пустынников. Ей, конечно, знать было неоткуда, но Батя и без того уже обеспокоился этим вопросом. Он разменял опасные монеты у остальных наёмников. Каждый из них брал на выход личные сбережения, справедливо, но не оправданно, надеясь на торговлю.

В итоге, пришлось ставить одного бойца в караул. Кроме отряда, на ночь остались ещё восемь человек. Тут-то и выяснилось, что слежка, на самом деле была организованной. Отдыхающие варвары тоже выставили караул. Один из мужиков прислонился спиной к стене и не спускал глаз с наёмников.

Так и спали: все храпят, а двое смотрят друг на друга с разных концов комнаты.

Но не всё было гладко. Примерно к полночи оказалось, что банда чужаков спит посменно, а хозяева деревни просто выбрали козла отпущения…

С одной стороны помещения мужики сменили друг друга, а с другой нарастало недовольство ситуацией.

Ко второй смене варвар больше не смог терпеть несправедливость. Но попытка воззвать к совести дрыхнущих односельчан, успехом не увенчалась. На возмущения товарищи отвечали ему матюгами, а пинки повлекли к ответной агрессии.

Спустя всего минуту в таверне больше никто не спал. Наёмники молча наблюдали за перебранкой, грозящей перерасти в мордобой. На всякий случай – подтянули к себе перевязи с пистолетами и ремни с мечами.

Страсти улеглись лишь вместе с появлением фингала на лице возмущающегося варвара. Удар даровал ему заряд бодрости и помог смириться с нелёгкой судьбой часового.

Остаток ночи прошёл в тишине и покое.

Максу досталась последняя и, по совместительству, самая спокойная смена. «Коллега» держался из последних сил, а остальные местные блаженно сопели и храпели. Ожидать от них подлянки не приходилось, но и пренебрегать бдительностью парень тоже не спешил.

Когда первые лучи Света проникли внутрь сквозь щели в ставнях, на второй этаж поднялась хозяйка.

Женщина приветливо улыбнулась Максу, затушила лампадку и принялась распахивать окна.

Соотечественников, трактирщица будила и выпроваживала шутливыми ударами полотенца. А вот к гостям даже не подошла. Зато, через пять минут она принесла небольшое корытце и пару ведер тёплой воды. Неподобающе игриво, как для своего возраста, подмигнула и удалилась.

Батя просипел:

– Вот так украдут тебя с поста, а вернут взрослым мужиком…

Оглянувшись, Макс обнаружил, что никто из товарищей уже не спит и все лукаво ухмыляются. Даджой перевёл взгляд на лидера:

– Если бы зависть сопровождалась горячкой, тебя бы уже трясло.

– Весь мир бы уже трясло…

И-и-и… Его таки затрясло!

Стоило умыться и пройти вниз, как в таверну ураганом ворвался ярл.

Глава племени был вне себя от ярости. Размахивал руками, глотал половину слов, вторую половину – выкрикивал на своём рычащем языке.

Надежда на скорый завтрак рушилась вместе с ростом градуса накала страстей.

Уже второй раз за утро наёмникам пришлось хвататься за оружие. Ведь действительно, с чего это ярлу бушевать на ровном месте? Его никто не обманул, твердыню пришельцев гонец наверняка обнаружил и подтвердил их слова.

Догадка поразила Макса как молнией!

Сын охотника вернулся и сообщил, что нашёл чёрную крепость. А тут ещё и отряд бойцов в такого же цвета форме! Что же это получается? Варварам знакома та, вторая, чернокаменная громада?! С пушками и целой армией выродков! Да ещё и в дурном ключе знакома, по всей видимости…

Предвкушая зацепку, парень даже забыл, что перед ним сейчас машет ручищами здоровенный дикарь. Вместо того, чтобы посторониться или взяться за оружие, он встал как вкопанный и с вызовом уставился в глаза вождю. А в его собственных – в ожидании томилась искра надежды.

Невозмутимость юноши насторожила Хакона. Но, вместе с тем, ему передалась и некоторая доля хладнокровия.

Замолчав, ярл обвёл чужаков тяжёлым взглядом.

Напряжение и общая боеготовность отряда, нисколько его не смутили. Учитывая местные нравы, такая реакция должна была быть ожидаемой, если не сказать – естественной.

Увы, к разочарованию Макса, с крепостью всё было в порядке. А своим темпераментом мужчина всего лишь показывал степень важности дела, с которым пришёл.

– Пёс от семени пса! Сын ярла Кнуда! Дочь мою украл! – заявил Хакон. Бедолага аж побагровел, силясь подобрать как можно более оскорбительное ругательство. – Бесчестная вошь в штанах немытого бродяги!

Просияли все кроме Макса. Оно и понятно – работёнка подвалила!

Ведь, что для наёмника может быть лучше семейной междоусобицы на чужой земле? Профессиональных войск тут нет, серьёзного оружия тоже. Да и ни отомстить, ни новости о военном преступлении никто отправить не сможет! А то, что товарищ скис прямо на глазах – удостоилось только мгновенного внимания.

Куда важнее было перевести ярла в разряд нанимателя, да содрать с него награду послаще!

– Кровь от крови моя! Красавица, помощница! Помогите вернуть! – продолжал причитать вождь.

– Хорошо-хорошо, уважаемый. Собирай дружину, выступаем в погоню после завтрака. Война войной, а еда по расписанию. Милая хозяйка, попрошу накрыть завтрак! – Батя размашистым движением перешагнул лавку и раскорячился за столом.

Незнакомому человеку показалось бы, что он взаправду не рад работе. Но только не остальным наёмникам! Уж они то своего командира знали! Когда нужно было набивать цену собственному времени, его театральное мастерство начинало превосходить воинское. Родись Батя в крупном городе империи Циндао – быть ему актёром! Или политиком…

Но переговоры пошли не по плану. Ярл взревел раненным зверем:

– Нельзя дружину! Нельзя войну!

– Как нельзя? – опешил наёмник. – Нас пятеро всего, а там целая деревня.

– А вы скрытно… – вождь понизил голос. – Украдите и лесами-лесами-лесами обратно вертайтесь.

Батя выпучил глаза и смерил Хакона недобрым взглядом. Игра перешла во второй акт:

– Мы воины, а не воры! Тем паче, дев похищать – разве что плешивым разбойникам по чести!

– Так они ж первые украли!

– Первые?! Так ты мне предлагаешь вторым вором стать?! – казалось, предложение уязвило седого воина до глубины души.

Лайонел, а следом за ним и Кеншин, закашлялись в кулак. Сохранить спокойствие сумел только Даджой. Да и Макс, но он просто не сразу понял, что происходит.

– Деды воевать запретили, так что только так. – развёл руками Хакон.

– Ох уж эти ваши деды дедов дедов…

– Не-не-не! Запретили именно наши с Кнудом деды! Он мой феттер. Ну, кузен, то бишь.

Уловив непонимание в глазах товарища, Даджой подсказал:

– Двоюродный брат.

– Ох, мать! Ладно, уважаемый, Свет с тобой! Но что, если нам с ними биться придётся?

– Ничего. Бейтесь! – ярл махнул рукой. – Вам-то наши деды ничего не запрещали.

– Логично! Раз так – три серебряных за человека в день и ещё по три за каждый выстрел. – Батя похлопал по пистолету в кобуре. Благо, не пришлось разъяснять, почему выстрел стоит денег и что вообще такое из себя представляет. Да и не было похоже, что ярла беспокоили расходы. На кону стояла родная кровь!

На том и порешали.

Далее последовали объяснения, в какую сторону идти к пристани и как найти село соседей. На всякий случай – начертили угольком схематичную карту с ориентирами, типа крупных озёр, холмов и полян.

Не обошлось и без снабжения припасами. Вяленого мяса и хлеба отряду дали из расчёта на четыре дня. Дорога в обе стороны должна была занять всего три, но, на всякий случай, посчитали с запасом.

Сразу после лёгкого завтрака, наёмники отправились в путь.

***

Погода стояла прекрасная. Свет согревал воздух, а от ветра защищали повсеместно раскинувшиеся леса.

В целях экономии сил, воины шли без разговоров и не отвлекаясь на местные красоты. А последних, надо сказать, хватало! Одни только вековые деревья чего стоили? Сосны-исполины, превращали бор в просторную колоннаду с незримо высокими сводами. Ствол любой из них вряд ли бы вышло обхватить даже втроём!

В какой-то момент, лес закончился и землю под ногами сменила почти ровная каменная поверхность. От предположения её рукотворного происхождения удерживали редкие трещины и сколы. На их краях хорошо просматривалась текстура камня.

Ближе к обеду встретилось длинное, но узкое озеро. Оно отражало лучи Света и, на сколько хватало глаз, выглядело сплошной полосой золота.

На его берегу и устроили привал.

Кеншин воспользовался передышкой, чтобы рассказать одну из своих маловероятных историй. Якобы когда-то существовали такие же узкие водоёмы, пересекающие огромные пространства. Но самое невероятное было то, что вода в них постоянно куда-то бежала! Вроде как, сама твердь исторгала влагу, а та собиралась в один большой поток и впадала в озёра или моря.

Экскурс в естествознание вызвал улыбки на лицах товарищей. Сама идея существования явления, именованного степняком «рекой», казалась столь же фантастической, как и его «море». Что уж говорить, про множественное число этих слов? Реки, моря… Нигде на Архипелаге столько воды нет и быть не может!

– Ладно, бездна с ними, с озёрами. – отмахнулся Батя. – До меня вот что дошло: молодые то наши – брат и сестра получаются. Ну… В третьем поколении, то есть.

– Только понял, что ли? – Лай вскинул брови. – Да они тут все друг другу родня. Одни ближе, другие дальше. И предок общий был. Поголовно – блондины, бугаи и в головах пусто.

– Последнее – как раз от близкородственных связей. – подал голос Даджой.

– А это тут при чём? – не понял Батя. – Можно подумать, что в крупных городах убогие не водятся?

– Согласен! Они даже в маленьких отрядах есть!

– Да иди ты, Лай!

– Понимаешь, одно дело, когда пара дурачков на поколение островитян, а другое – эти… – Лайонел махнул головой куда-то за спину, намекая на варваров. – Видел, как они за соседним столом сидели? Чуть не слюни по подбородкам пускали. А ночью какое представление устроили?

– Ладно, пойдёмте. – Джой поднялся с земли и небрежно обмахнул сзади стёганные брюки.

***

Вопреки прогнозам ярла, до края твердыни дошли поздним вечером, а не к следующему утру.

Правда, ещё с пяток километров пришлось добираться до пристани. А качающаяся твердыня по ту сторону обрыва, не внушала веры в лёгкий переход.

Стык между островами то представлял собой ступеньку по пояс, то проваливался на несколько метров. Но большую часть времени колебался на уровне человеческого роста. И как только тут вся та толпа прошла? Да и девку потом спускать – то ещё приключение. Ага! А обратно, значится, поднимать её…

Дождавшись удобной высоты, наёмники одновременно спрыгнули.

Узенькая прореха бездны прямо под ногами, напомнила Максу его первый самостоятельный переход. Правда, ему тогда пришлось сигануть на мчащуюся мимо твердыню, а не спокойно перебраться чуть ниже. Но под ложечкой всё равно засосало. Неприятный холодок пробежал по спине и в памяти воскресло чувство потерянности и одиночества.

Твердыня чуть подалась вверх как раз в момент приземления. По ногам неприятно ударило, словно Макс прибавил в весе. Зато, вместе с тем, на смену воспоминаниям в голову пришли излюбленные ругательства Бати.

Сам же старый вояка не преминул их озвучить. Соответственно, к ругательствам были присовокуплены старость, суставы и присная бездна.

Снова потянулись часы ходьбы.

Когда стемнело, темп пришлось существенно сбавить. Плохая видимость и незнание местности усугублялись постоянным ненулевым риском столкнуться с местными. Это цивилизованному человеку ночью в лесу делать нечего, а варваров – поди разбери! Мало ли, что им в головы стукнет?

Вся надежда была на острые слух и зрение Даджоя. Но, на всякий случай, решили дать небольшой крюк в сторону от пристани.

Спать улеглись, когда время уже давно перевалило за полночь. Можно было бы и чуть больше пройтись, но благоразумно решили не рисковать. По примерным прикидкам, были проделаны три четверти пути, и чем дальше – тем больше становилось шансов улечься на чьём-нибудь поле или вырубке.

Караулом не стали пренебрегать и из других соображений. Дикари обильно украшали свои дома черепами зверья. Так что, не хватало ещё пойти на корм каким-нибудь кабанам!

***

Спали как убитые.

Два последних дня выдались для половины отряда непривычно тяжёлыми. Чудодейственный чай, ходьба, алкоголь, снова ходьба… Джой самолично принял решение не беспокоить ночью всех, кто употреблял. В итоге, наряд поделили с Максом.

Побудка утром тоже не далась наёмникам легко. Бодрости не способствовал даже предрассветный холодок.

– Может ну его, этого Хакона? Напросимся на свадьбу, наедимся, согреемся… – мечтательно протянул Лайонел, кутаясь в шкуру.

– А ну цыц! Перебежчик! – прыснул Батя, с полным ртом вяленого мяса. – Знаем мы, что ты там греть собрался.

– И что же?

– Языка своего длинного!

– Во-во! – неожиданно согласился Лай. – Потому-то у тебя баб и не бывает, что языка своего не греешь, где надо!

– Ах ты… Кхе! Да ты мне… Кхе! Кху! – от возмущения командир аж подавился. Да так, что Джою пришлось хлопать его по спине.

И снова от старших товарищей пошли явно пошлые шуточки про язык и женщин. Любопытство пересилило стеснение и Макс поинтересовался в чём же суть.

– Оральный секс. – коротко пояснил Кеншин.

– Во! Правильно! Хоть чему-то полезному научишь. – возликовал Лай и добавил ещё более довольным тоном, – Гляди-гляди, как покраснел!

– Нет, такое ему сам рассказывай. – Кен тоже заметил смущение ученика и похлопал его по плечу.

– Короче, смотри. С женщиной надо нежно. Что такое поцелуй, знаешь? Вот это тоже самое, только…

Но договорить не дал Батя. Он буквально выплёвывал своё возмущение вместе с пережёванным мясом:

– Твою, мать! Поганец! Не за едой же!

Завтракать отряд заканчивал с улыбками и с добродушным смехом.

***

Маневр по обходу возможных троп помог наёмникам перехитрить разве что самих себя.

К поселению вышли далеко за полдень. Причём с обратной стороны от пристани. Ситуацию снова спас острый слух Даджоя. Он вовремя заметил звуки, свойственные местной «цивилизации». Причём – практически за спиной, когда отряд вот-вот рисковал углубиться в необжитые дебри твердыни. А это, в свою очередь, грозило потерей времени.

– А куда спешить, дядь Сергий? – не понял Макс. – Вы же за посуточную оплату договорились. Чем дольше проходим – тем больше получим.

– И тем больше шансов, что девку в отчий дом вернём уже порченой! Кто его знает, ярла этого? А нас пятеро всего. В случае чего – против всей деревни не попрём.

– Согласен. Еды достаточно, так что поплутать и заблудиться можно на обратной дороге. – поддержал Кеншин.

В виду озвученных опасений, подготовка к празднику выглядела добрым знаком. Если никакой ритуал или гуляния ещё не случились, то, скорее всего, и невеста пока в девках.

До наступления темноты, наёмники следили за варварами из ближайшей к деревушке рощи. Определить место проведения свадьбы труда не составило – это был трактир. Народ наводил вокруг него порядок, кое-кто приносил домашние гостинцы, будь то пузатые бочонки или бадьи с какой-то едой. Старшие мужчины уже разводили несколько костров, на которых собирались жарить молочных поросят.

По большому счёту, предпраздничная активность ничем не отличалась от аналогичной, на любом другом острове.

Вскоре пятачок перед таверной оживился и откуда-то из недр села появилась шумная делегация. Родные, друзья, соседи и даже пара собак сопровождали по улице молодых. Жених был в том же «богатом» облачении, в котором приходил свататься. Невеста – дочь ярла Хакона, оказалась не особо рослой. Рассмотреть её среди людей не получилось.

Уже перед трактиром от толпы отделился мужчина. По всей видимости – отец жениха. Он встал перед соплеменниками и завёл речь. Вёл долго… Даже с расстояния было видно, что задние ряды откровенно заскучали.

Но вот люд возликовал. Раздались торжественные возгласы, смех и присвистывания. Откуда не возьмись появились пара человек с музыкальными инструментами. Звуки дудки и барабана слились в незамысловатую, но задорную мелодию.

Первыми в помещение вошли молодые. Остальные – кто следом, а кто остался с мужиками у костров.

***

Приближался вечер.

Выкрики и музыка перемежались с короткими тостами, время от времени что-то взвизгивали женщины, пару раз затягивали песни.

Кострища на площадке пускали в темнеющее небо последние искры. Народ явно охмелел: гомон изнутри постепенно терял всякую систематичность. Наружу выходили разве что справить нужду под ближайшее дерево.

На радость наблюдателям, ставни весь день оставались распахнуты. Судя по столбу дыма из трубы, в таверне было хорошо натоплено. А пляски и какие-то ритуальные игры только добавляли атмосфере жару.

Выйти из лесу и приблизиться к цели рискнули только когда Свет окончательно померк.

Усевшись за забором, аккурат напротив одного из окон, наёмники начали планировать похищение. Что правда, кроме наглого нападения и стремительного бегства, на ум ничего не приходило. Такой план был жизнеспособен исключительно ввиду нетрезвого состояния варваров.

Насмотревшись на пьяное веселье, Батя начал инструктаж:

– Значит так. Кен, заходишь через окно, хватаешь и тащишь невесту. Двери мы подопрём, так что погоня сходу не заладится. Джой, на тебе особо ретивые. Если завяжется драка – попробуй увести их в другую сторону, а потом отрывайся. По скорости ты там любому фору дашь, да и дорогу точно лучше нас найдёшь. Остальные – по ситуации. Макс, глянь какой-нибудь инструмент в том сарае, чтобы подпереть можно было.

Через минуту парень вернулся с какой-то изогнутой палкой, типа лука, но явно не предназначенной для стрельбы.

– Что это за хрень? Не мог вилы или лопату свиснуть?

– Какую лопату, дядь Сергий? У них же тут железо на вес золота… А это – коромысло.

– Ай, ладно! – командир отмахнулся. – Значит тебе и подпирать.

Но стоило степняку устроиться у окна позади молодых, как плану потребовались коррективы.

– Батя, беда. – коротко доложил он. – Даже если я её подниму, то в окно точно не выберусь.

– Шо, прям такая добротная?

– На двух стульях сидит. – Кеншин развёл руками, описывая объём прелестей невесты.

– Твою мать… Хорошо. Джой, девка на тебе. Ждём.

Ждать пришлось не долго. В кои-то веки, шаг за шагом, всё складывалось наиблагоприятнейшим для банды образом.

Какой-то местный деятель с разукрашенным лицом, то ли шаман, то ли жрец, а может просто – тамада, объявил очередную забаву. На свободном пространстве внутри трактира варвары выстроились стенка на стенку. Позади одной из шеренг спряталась невеста, другую сторону возглавил жених. По команде «распорядителя» молодёжь бросилась друг на друга.

Суть происходящего была легко понятна даже без знания традиций. Местный аналог похищения невесты проходил под овации, улюлюканья и несдержанные выкрики старших поколений. Гости, на потеху себе и остальным, щедро раздавали друг другу тумаки и боролись.

Ещё и музыканты словно взбесились! Заданный ими ритм больше подошёл бы для яростной сечи, чем для свадебных игрищ.

Когда потасовка переросла в стихийную свалку, Даджой уже стоял у двери. Следом подобрался и Макс с коромыслом.

Гигант согнулся в три погибели, чтобы не выделяться ростом среди дикарей, выждал удобный момент и рванул внутрь.

Ловко лавируя между дерущимися, железный чужак преодолел половину зала, а никто и усом не повёл. Но вот, когда до невесты оставался всего шаг, перед ней возник двухметровый детина. Даже будучи пьяным, дикарь сумел осознать, что что-то не так. Железные доспехи он видел впервые в жизни. Но…

Было уже поздно.

Глава 8

Даджой выпрямился, резко становясь на две головы выше варвара.

Коротким, но невероятно сильным рывком, великан запустил оппонента в ближайшую кучу малу.

Невеста только ойкнуть и успела, как мир перевернулся и стремительно понёсся мимо. Гости, убранство таверны, шокированные лица старших родственников жениха…

Всё в миг осталось позади. Но шум потасовки даже не думал стихать. Оно и к лучшему.

Дверь за спиной громко захлопнулась и Макс установил импровизированную подпорку.

Явно нетрезвая девица на плече наёмника громко хихикала. Кажется, не только гости не сообразили, что произошло. Невесту не смущали ни шлем, упирающиеся в бок, ни элементы панциря, наверняка больно бьющие в живот на каждом шагу. Да и грубая хватка огромных ручищ, похоже, дискомфорта не доставляла.

Отряд уже преодолел несколько дворов, а веселье в таверне так и продолжалось. Алкоголь и традиции варваров сыграли против них самих.

Вот уже и лес показался. Но до сих пор помешать попыталась лишь какая-то собака, не правильно понявшая суматоху и пьяный смех. Пёс выгибал спину, путался под ногами, вилял хвостом и пару раз счастливо тявкнул. Бате пришлось дать ему лёгкого пинка, чтобы отвалил. Но это лишь раззадорило животное.

– Да хрен с ней! – сквозь отдышку ругнулся Лайонел.

И это была ошибка.

Невеста вмиг затихла и перестала трепыхаться. Даже будучи пьяной, она насторожилась, услышав чужой язык.

Даджой сразу почувствовал перемену в поведении ноши:

– Тряпку какую-нибудь, срочно!

Приглушённый шлемом бас послужил катализатором. Девушка сперва попыталась высвободить руки из каменной хватки, потом засучила ногами. Само-собой – всё безуспешно.

– Где мы тебе её возьмём в лесу… – прокряхтел Батя. Судя по сбивчивому голосу, у старого вояки вены переполнял адреналин.

Великан почувствовал, как на наплечник резко надавило. Это – девчонка набрала полные лёгкие воздуха и собиралась закричать.

Но не тут-то было!

На встречу очень кстати попалось дерево. Джой вильнул в сторону и ночной лес огласил хруст сухой коры. Ноша мгновенно обмякла.

– Свет всемогущий! Мы её так не донесём! – взмолился Лай.

– Мы?! – неожиданно зло возмутился гигант и тяжело выдохнул.

Вообще, Даджой никогда не ругался и очень редко проявлял свои эмоции. Так что, судя по интонации, бег не давался ему легко.

Спустя примерно пол часа, сделали первый привал. На этот раз к пристани шли напрямик, лишь немного обогнув саму деревню. Батя опасался, что варвары поймут, что именно произошло и обгонят их отряд. Ну а драка была крайне нежелательна, поэтому:

– Две… Две минуты… Фу-у-ух… И дальше. – командир едва не задыхался.

– Давай хотя бы пять… – сразу по объявлении остановки, Лайонел свалился на землю.

Складывалось такое впечатление, что именно эти двое и волокли невесту. А вот Кен с Максом были практически в норме. Доспехи с оружием лишь немного усложняли бег от уровня их ежедневных занятий. Ну, может ещё и возбуждение давало о себе знать.

– Давайте на ходу отдыхать. Возьмём её под руки с двух сторон, никуда не денется. – предложил Кеншин, но Джой сразу отмёл идею:

– Не выйдет, я её вырубил.

– Не убил?

– Нет. Сердце бьётся.

– Точно бьётся? Дайка я проверю… – зашевелился Лай.

– Тихо! – шикнул Даджой.

Наёмники разом замерли, а великан стянул шлем. Даже ночью было видно, как на его лице блестят капельки пота. Через несколько секунд абсолютной тишины, он сообщил:

– За нами погоня.

– Подъём, мужики!

Не сговариваясь, дальше двигались лёгкой трусцой. Мало того, что погоня просто так не отстанет, так ещё и длительный переход. Учитывая «груз», два дня быстрого шага грозили обернуться настоящим испытанием.

***

Прошло не меньше часа. Два раза наёмники останавливались на передышку и дважды срывались с места по требованию Даджоя.

Время от времени, на пределе слышимости, раздавался собачий лай. Но не исключено, что это мог быть и просто стук крови в висках уставших воинов.

Вскоре, чувство усталости окончательно приелось. Потяжелевшие ноги перестали ощущаться помехой, а отдышка воспринималась организмом не хуже естественного ритма дыхания.

Но так было только у Макса с Кеном. Лёгкие Даджоя работали как кузнечные меха, зато его ноги ни разу не волочились, да и движения сохранили привычную резкость.

Что же до Бати и Лайонела… Они отстали от остальной группы и невольно исполняли роль замыкающих. Сзади, сквозь ночь, то и дело доносились ахи-вздохи-стоны. Хватало и шума, производимого встречами с молодыми деревцами и кустарниками.

Примерно ещё через час темп снизили до просто быстрой ходьбы. Причём, якорем стал командир отряда. Силы стремительно покидали старого воина.

– Вот занимался бы ты хоть чуть-чуть – нормально всё было бы… – сетовал Кеншин на недостаток физической активности.

– Да я побольше Лая занимался! – но, не смотря на браваду, хрип в голосе с лихвой выдавал состояние лидера.

– Не тем ты занимался! И вообще, курить меньше надо! – мгновенно отозвался Лайонел.

– Курить то тут при чём?

– При том! Всё он правильно говорит. Ещё и денег кучу на свою отраву тратишь.

Спору положил конец пронзительный собачий вой. Погоня была ещё далеко, но наёмники всё равно прибавили шагу.

– Так, мужики! Разделяться надо. – обессиленно выдохнул командир. – Я сейчас табаку сыпану, чтобы собак со следу сбить, и сам в сторону крюк заложу. Там потом тоже рассыплю и к пристани пойду. Встретимся уже у заказчика.

На предложение бросить его, Батя был единогласно послан на хрен. Промолчал только Макс. Парень пока был не опытен в таких делах, и не до конца понимал происходящее. Ещё и на фоне усталости.

Кроме того, Даджой высказал предположение, что если кого-то из них поймают – мало не покажется. В конце концов, ситуация уж больно смахивала на похищение людей пустынниками. А работорговцев на Архипелаге почти нигде не жаловали.

***

Ещё около двух часов спустя разъярённые вопли варваров стали слышны всем членам отряда. Даже шлем снимать не надо было.

Чтобы выиграть хоть немного времени – пришлось-таки пожертвовать куревом Бати. Для пущего эффекта, наёмники выстроились в цепь и прошли так около сотни шагов. На протяжении этого пути табак рассыпали равномерно во все стороны на несколько метров.

Приём сработал. Псы на долго прекратили гавкать. Вот только их хозяевам должно было достать мозгов, чтобы догадаться, куда направляются похитители.

Или же они их окончательно пропили?

По всей видимости – да.

Только по прошествии ещё часа, Даджой снова сообщил о появлении шума. К тому времени, у него на плече начала постанывать и ёрзать невеста.

Осознав собственное положение, девушка замолчала. Хотя, скорее всего, её смутило неестественное положение. Ведь вряд ли такую сочную даму часто носили на руках. Да ещё и целый оркестр мужских хрипов, буквально на срыв.

Дочь ярла попыталась возмутиться на родном языке, но Джой грубо её перебил:

– Замолчи! – великану в лицо ударил запах перегара, особенно кислый после варварской браги. И из чего только они её делают?

– Да ты знаешь, что тебе мой отец сделает?! – девушка заговорила с грубым рычащим акцентом.

– Заплатит! – рявкнул Даджой. Похоже, он был очень зол на свою роль в текущем задании.

– Что значит – заплатит? – на этот раз голос невесты прозвучал растеряно.

– Милочка, дома батька всё тебе объяснит. А пока, будь добра, помоги нам тебя к нему доставить. Джой, поставь её.

Но стоило великану опустить девушку на землю, как она рванула прочь. И рванула, надо сказать, неподобающе шустро, для своих габаритов.

Увы, Даджой был проворнее!

И двух шагов не сделала, как сзади её с силой дёрнули за волосы. Встав рядом, она недовольно хрюкнула. Даже в темноте было видно, как затряслись бледные щёки.

– Я… Я… Кха-а-а-а!!! – давешняя весёленькая пышка во мгновение ока обернулась ревущим телёнком. Справившись с нахлынувшими чувствами она выдвинула ультиматум, – Удавлюсь! В бездну сигану! Кость в шею загоню! Ва-а-а-а!!!

Батя не выдержал первый:

– А ну не вой!

ХЛОБЫСЬ!

Помогло…

– Не надо… Не надо домой! Не надо к отцу! Я взрослая уже! Сама решаю! – родитель резко перестал быть аргументом.

– Не понял! Что ты там решаешь, сопля?!

– А то! Решаю! Я замуж выхожу!

– Стоп. – Кеншина осенило. – Тебя разве не силой к жениху твоему увели?

– Какой ещё силой? Я сама убежала! Отцу и маменьке записку даже написала!

Повисшую тишину нарушали только приближающиеся звуки погони. Между деревьями, в жалкой сотне шагов, забрезжили огни факелов.

– Батя, чего ты телишься?! Не уйдём, ведь! – подал голос Лайонел.

– Аслог! Аслог! – донеслось сквозь ночь.

Девушка встрепенулась и заверещала во всю глотку:

– Эйрик!!! Эйрик!!! Сюда!!!

Судя по участившемуся треску и выкрикам, у погони открылось второе дыхание. Варвары стремительно приближались.

– Твою мать… Джой, отпусти её.

Великан выполнил приказ командира, но, вопреки ожиданиям, девка не спешила уходить.

Меньше чем через минуту, к отряду приблизились человек двадцать.

Факелы выхватывали из темноты уставшие лица с мокрыми от пота бородами. На дикарях была лёгкая одежда, а оружие, и вовсе, имелось лишь у половины. По всей видимости, они рванули спасать невесту прямо из-за праздничного стола.

Жених шагнул было к своей возлюбленной, но дорогу ему преградил Даджой.

Без лишних мыслей юноша выхватил из-за пояса топор. С противоположной стороны жест повторили с пистолетами, а Макс красноречиво взвёл кремневый затвор ружья.

– Сын, стой! Вы кто такие?! – правильно поняв, что перед ним стоят чужаки, один из мужчин заговорил на языке, общепринятом для серединных плоскостей.

– Уважаемый ярл Кукунд…

– Кнуд… – прошипел Кеншин.

– Да. Уважаемый ярл Кнуд! – Батя невозмутимо продолжил. – Мы имеем честь передать Вам поздравления от ярла Хакона! Он возлагает на Вас надежду по заботе о его драгоценной дочери и в следующем году ждёт всю Вашу семью в гости!

– А чего этот пёс сам не пришёл? – Кнуд недоверчиво прищурился. Зато лица его соплеменников, в том числе сына, так и просияли. Засветилась счастьем даже невеста.

– У него проблемы со здоровьем.

– Ох! Так не было же! – перепугалась девушка, а вместе с ней и некоторые дикари.

– Будут. – максимально серьёзно утвердил Батя. – А как им не быть? Родная кровиночка на глазах повзрослела!

– А-яй… – покачал головой Кнуд. В отличии от недалёких соплеменников, он понял куда клонит чужак. – Ну вы передавайте, что мы в следующем году придём проведаем его здоровье!

– Обязательно передадим!

– Вот и славно! Сынок, идите.

Бросив прощальный взгляд на пришельцев, молодые взялись за руки и удалились в ночной лес.

Оставшиеся варвары с интересом разглядывали диковинные железные одеяния. Только Кнуд с Батей напряжённо пытались друг друга пересмотреть.

– Ноги вашей, чтобы не было на нашей твердыне. – зло рыкнул ярл и первым показал спину.

Остальные дикари непонимающе переглянулись и последовали за вождём.

– Дебилы… – только и прошептал им в след Батя.

***

Только переведя дух, наёмники снова двинулись в путь.

Торопиться было некуда, да и усталость не способствовала спешке. Шли в абсолютной тишине.

Сперва Макс решил, что к разговорам не располагали тяжёлые мысли. Ведь с работой опять не сложилось.

– Дядь Сергий, думаю мы бы легко их всех…

– Тс! – призвал к тишине Даджой.

Всё сразу встало на свои места. Варвары оставили за отрядом слежку, и великан это заметил.

– Лучше думай о чём-нибудь хорошем. – Кеншин не таил голоса. Это наводило на мысль об относительной безопасности положения. То ли вооружение вероятного противника несерьёзное, то ли их там не много.

Но как Макс не всматривался в чащу, а ничего так не увидел.

Лишь, когда начало светать – в утренней мгле проявился неверный силуэт. Парень шепнул товарищам, а они также, едва слышно, ответили, что видят.

Когда прояснилось окончательно – варвар вовсе перестал скрываться. Рослый белобрысый мужчина приблизился на пару десятков метров и пристально смотрел на наёмников. Те ответили взаимным интересом. С бурой шкурой на плечах и с целой вязанкой коротких копий в руках, дикарь походил на охотника. Вот только дичь его интересовала исключительно двуногая…

Единственный привал на том острове пришлось проводить также под бдительным наблюдением. Соглядатай разве что в рот не заглядывал. Хотя, наверняка и заглянул бы, чем там эти железные люди питаются, но расстояние не располагало.

На пристань вышли ближе к полудню. Ни слова не говоря, Даджой свернул в сторону варвара и преградил ему дорогу. Метательные дротики грозное оружие в умелых руках. А при должном усилии – можно и панцирь пробить. Так что товарищей надо было прикрыть.

Дикарь принял ситуацию совершенно спокойно. Если и беспокоился, то внешне этого никак не проявлял.

Пользуясь прикрытием наёмники дождались удобной высоты ступеньки и помогли друг другу перебраться. Кеншин с Лайонелом подставляли руки, а Макс с Батей лихо перескочили наверх. Затем помощь последовала в обратном порядке.

Даджоя прикрывал Макс. По приказу командира, парень улёгся на землю и держал варвара в прицеле, пока отряд снова не воссоединился.

На всякий случай, до деревни ярла Хакона тоже пошли с небольшим крюком. Мало того, что местные нравы не внушали доверия, так ещё и сам вождь оказался лжецом.

– Зачем мы туда вообще возвращаемся? – недоумевал Макс. – Идёмте в крепость. Наворуем себе спокойно леса и полетим дальше.

– Совсем своё время не ценишь? И вообще, заказчик напорол боков с условиями. Это ещё хорошо, что ни к чему серьёзному обман не привёл. За такие вещи надо брать спрос. – объяснил Батя.

– Ну так отбили бы невесту и дело с концом. Я так понял, что награда серьёзная? Ну… Была…

– Тут много нюансов. Во-первых, неизвестно сколько их там в темноте ещё стояло. Того мужика с дротиками, я лично не наблюдал со свитой Кнуда. Но он там точно был. И точно успел бы дел нам натворить. Во-вторых, не факт, что Хакон вообще хоть что-то заплатить собирался, учитывая его басни про похищение. В-третьих… Макс, ну ты серьёзно сможешь свадьбу в крови утопить? Праздник жизни как никак… – старый воин смерил молодого испытывающим взглядом.

Лицо парнишки исказила гримаса ярости. Слишком свежи пока были воспоминания о налётчиках, уничтоживших его родной остров. Просто пришли и без причины перечеркнули жизни пятнадцати тысяч невинных людей.

Дальнейший путь, вплоть до обеда, проделали без единого слова.

Последовал утомительный дневной переход. В целях экономии времени, ужином решили пожертвовать. С ярлом хотели поговорить этим же днём. Случись неприятность – ночью будет всяко проще скрыться от погони.

К деревне вышли к середине вечера. Добрым знаком стало отсутствие засад и караулов на окраине. Ещё и уставшие мозги подсовывали надежду на благополучный исход работы. Но опыт упрямо твердил обратное: заказчик соврал в самом начале, а значит – веры ему нет и дальше.

На всякий случай, по поселению пробирались тайком. А к дому вождя хотели подойти вообще по огороду. Но, как на зло, Хакон торчал на улице в компании всё тех же мужчин. Пришлось идти через площадь.

Завидев наёмников, варвары подобрались. А вот сам ярл резко потерял доброе расположение духа. Ещё бы! «Похищенной» дочери с чужаками не было.

– Что стряслось? – процедил он.

Батя всё ещё надеялся на благоразумие дикаря и завёл стандартную слащавую речь:

– Стряслась свадьба, уважаемый Хакон. Ваша дочь изъявила желание остаться с возлюбленным и…

– Лжец! Ты сказал, что приведёшь её домой! – перебил ярл.

– Сам ты лжец! Её никто не похищал, сама сбежала!

– Да как ты…

– А вот так! ХА-А! – Батя не стал дожидаться накала страстей и врезал варвару боковой в челюсть. Да так, что тот рухнул подкошенной тряпичной куклой.

Тут же в дело вступили и остальные: Даджой двумя короткими, но сокрушительными ударами отправил в нокаут пару дикарей, и ещё одного уработал Кеншин. Степняк не стал ничего выдумывать с рослым соперником и заехал ему носком сапога в пах. Куда достал, так сказать.

Наёмники подрезали с поясов два кожаных мешочка и бросились прочь, через площадь. Свидетелей вроде не было, но на долго ли хватит оглушения тем увальням?

Выяснилось – не на долго.

Когда отряд почти преодолел открытое пространство, позади раздался рёв, вобравший в себя гнев, обиду и праведную ярость.

На вопль выглянула хозяйка таверны. Поняв, что к чему, она поспешила закрыть ставни. Но, прежде чем светлое лицо скрылось, Макс заметил, как женщина ему подмигнула и широко улыбнулась.

И чего это она…

Думать было некогда – с площади зазвучали первые возмущённые крики. С разных сторон им отвечали всё новые. Уже через считанные секунды бежать по улице было не вариант. Варвары выходили из домов целыми семьями и стремились понять причину шума.

Само-собой, чужаки, несущиеся по дороге и внезапно свернувшие в чей-то двор, привлекли всеобщее внимание. Кто-то что-то выкрикнул, его поддержали другие голоса, и началось…

Откуда не возьмись выбежал немолодой мужчина и попробовал преградить путь Даджою. Но тот даже скорость не сбавил. Просто сбил дикаря с ног и понёсся дальше. Пожалуй, точно так же он мог пробежаться сквозь куст сорняка.

Чем дальше от центра деревни уходили беглецы, тем реже и меньше становилось сопротивление. Всего-то несколько уроненных храбрецов, да пара проломленных заборов. В одном из дворов, хозяева даже не поняли, что происходит и проводили наёмников удивлёнными взглядами.

До леса осталось последнее подворье. Очевидной опасности не предвиделось, а отдалённые возгласы постепенно стихали.

Макс неожиданно сменил курс и шмыгнул к небольшому сарайчику.

– Бездна! Что там ещё?! – Лайонел направился следом.

Изнутри постройки зазвучало возмущённое кудахтанье.

– Держи! Держи! – парень сунул двух куриц в руки подоспевшему товарищу. – За крылья! Ещё возьми…

– Ты сдурел?! На что они нужны?!

– Яйца, мясо…

– Арррггх… – только и простонал Лай, но добычу принял.

Остальная группа встречала мародёров удивлёнными взглядами. Тем не менее, никаких возражений не последовало.

Не смотря на очередную неудачу с работой, наёмники покидали поселение в приподнятом настроении. Их души согревали добрая драка и грядущая жаренная курочка.

***

То ли варвары не сумели быстро организоваться, то ли погони вообще не было… Ночной путь до крепости прошёл спокойно.

Даджой пару раз снимал шлем, но так ничего и не услышал.

В какой-то момент подумали, что могли банально сбиться с направления и разминуться с дикарями. Но сомнения развеяла знакомая россыпь озёр. Это их намеревались переплывать Батя и Лай, окрылённые чудодейственным чаем. Что правда, теперь вода не казалась такой уж лёгкой преградой.

К краю твердыни вышли, когда Свет только озарил бездну. Ноги гудели, плечи изнывали от веса панцирей, шеи чувствовались деревянными… Даже куры давно перестали вырываться.

Когда между деревьями появились чёрные стены, опушку огласили радостные вздохи.

Трёхдневный забег подошёл к концу!

Глава 9

К немалому всеобщему удивлению, Венга не спала. Подъёмный мост опустился на сопредельную твердь раньше, чем наёмники подали команду.

Второй странностью было его закрытие. Воины едва до середины дошли, а механизм вновь загремел. Пришлось поторопиться.

Бездна! Можно подумать, что не набегались…

– Куда спешим?! – выкрикнул Батя наверх, едва миновав надвратную башню.

– Во! – над парапетом была продемонстрирована стрела.

Неоднозначность ситуации подтверждало и отсутствие огня на стене или в помещении. Ночи пока ещё были холодными и то, что девушка не обеспокоилась обогревом, говорило о многом.

Отряд вновь объединился уже в большом дворе.

– Какие-то идиоты два дня к ряду крепость стрелами засыпают. – рапортовала Венга. – Один, значит, выбежит из лесу на середину поляны, из лука стрельнет и назад сразу. А из кустов ещё человек пять его подбадривают. Если стрела через стену перелетит – это, мол, молодец стрелок. Улюлюкать начинают, да свистеть. А если нет – фукают и смеются.

– Интересный спорт. – Кеншин поджал губы и покивал.

– Они каменных построек в глаза никогда не видели, просто. А тут такая громадина… Сейчас осмелеют – подойдут палкой потыкают. – объяснил Лайонел.

– О-о-х! А это ещё что? – Венга умилённо уставилась на куриц в руках товарищей.

– Ты шо, убогая? Это куры!

– Сам ты убогий, старый! Вижу, что куры. Зачем они нам?

– Макс сказал – на суп и для яиц.

– О! Яйца! Для кожи полезно!

– Да-а-а… – многозначительно протянул Лай, за что удостоился испепеляющего взгляда.

– Ладно. Завтракаем, отдыхаем и давайте за дровами сходим. – распорядился Батя, и тут же, откуда-то со стены, раздался звонкий щелчок.

Наёмники увидели, как внутрь двора, отскочив от зубца, падала стрела.

– Доспехи не снимать! Мало ли, повезёт дуракам.

В итоге, мужчины направились в храм, а вот Венге пришлось оставаться в карауле. Она была самой свежей из всей банды, так что вопрос не стоял.

Завтракать решили на скорую руку: сварить какой-нибудь каши, да закусить вяленым мясом. Возиться с готовкой курятины никто не захотел, так что птицу временно определили в дровяник. Макс вспомнил домашнее хозяйство и озаботился обустройством гнёзд. Для этого как раз имелась солома.

Когда же парень добрался до кухни, то обнаружил товарищей спящими на лавках и стульях. Силы не покинули только Даджоя. Пришлось им двоим взваливать на свои плечи заботу об остальных.

***

Отряд выспался только к обеду.

Кажется, ноги гудели ещё сильнее. Снова облачаться в доспехи желания не было никакого. Однако, безопасность есть безопасность. На стену поднимались в полной броне.

За пол дня ситуация осложнилась, о чём и поспешила доложить Венга. Варваров стало заметно больше, а их игрища приобрели более опасный характер. Стрелять через стену стало неинтересно, и теперь лучники пытались подловить человека, мелькающего между зубцами. Да и наглости у дикарей прибавилось. Стрелки никуда не спешили, пока не исчерпают весь боезапас, а группа поддержки не скрывалась.

В общей сложности, на опушке находилось больше пятидесяти человек. На что они рассчитывали – непонятно. Штурмовать такую стену было бы почти невыполнимо даже для относительно технологичного войска.

Вот только выйти за дровами теперь тоже не получалось.

Среди прочих, снаружи был и ярл Хакон.

Уж он то чужакам точно спуска не даст.

Завидев наверху людей в знакомых доспехах, вождь разразился руганью на своём языке. Его соплеменники сперва притихли, а потом поддержали боевыми кличами. Дурачьё сотрясало примитивным оружием, тыкало какие-то жесты, а кое-кто приспустил штаны и показал чужакам задницу.

– Пристреливаются, потихоньку. – Венга продемонстрировала охапку стрел с каменными наконечниками. – В амбразуры залетают, стоит только лицом засветить.

– Ну ничего, подождём.

Увы, ждать оказалось не вариант.

Крепость была взята в самую настоящую осаду. К варварам подошло подкрепление и их численность стала никак не меньше полторы сотни воинов.

Ночью на опушке горело два десятка костров. Причём, дров не жалели.

На следующий день ситуация кардинальных изменений не претерпела. После скорого совещания, наёмники приняли решение уводить остров на внутренние орбиты плоскости.

***

Вновь обретённая после зимы повседневная рутина, показалась особенно сладкой на фоне изнурительного рейда.

Уборка, готовка, тренировки, караулы… Всё словно познавалось заново, но при этом было очень знакомым.

Ах да! Теперь ещё и куры добавились.

Все без исключения члены отряда интересовались их делами. Что будут есть, где и как спят, сколько снесли яиц. Кхм… Вернее – снесут. За первую неделю, куры так и не соизволили угостить своих новых хозяев яичницей.

Особое внимание новому хозяйству уделяла Венга. Создавалось впечатление, что она раньше вообще животных не видела. Сперва пристально наблюдала со стороны и бурно реагировала на любую их новую деятельность. Потом пробовала гладить и брать на руки. Естественно, никаким птицам такое не понравилось бы.

– Цып-цып-цып! Цып-цып!

– Эм… Венга, прости пожалуйста. А… – Макс замялся и покраснел. Он как раз возился рядом и стал свидетелем очередного акта неравнодушия к пернатым.

– Что такое? – девушка напряглась. Интонация младшего товарища не предвещала ничего доброго.

– Сколько тебе зим?

– Тю. Двадцать две. А что?

– Да просто интересно. – Макс мотнул головой и вернулся к своему занятию.

На самом деле, его несколько смущала дурашливость товарки. Внешне было трудно судить о её возрасте. Можно было дать и двадцать, и тридцать. Суровая жизнь наложила свой отпечаток в том числе и на внешность. Но то, как Венга себя иногда вела, сильно сбивало с толку. Порой, девушка казалась не умнее его одногодок, живших по соседству ещё в прошлой жизни.

Ну да Свет с ней! У каждого в голове свои жуки.

Свободное от тренировок время, парень посвящал обустройству курятника. Именно так он назвал угол, выделенный в дровянике.

Насесты, гнёзда и пару корытец для воды и круп, пришлось выдалбливать из поленьев. Куры, словно понимали, что суета происходит им на благо и с интересом следили за работой.

Что до кормёжки, они оказались на удивление самодостаточными. Еда обнаруживалась в земле, разгребалась лапами и склёвывалась. Ещё, очень кстати пришёлся завалявшийся мешок с жёлтой крупой.

Ну а что до остального – физические занятия Кеншина стали заметно жёстче.

Так, зимой Макс влезал по верёвке, самое большее, на третий этаж, теперь же штурму подвергалась крепостная стена. И каждую новую попытку, наставник заставлял заново забрасывать туда крюк. Учитывая высоту – это оказалось непростой задачей.

От непривычных нагрузок, мышцы заново познавали боль.

Как будто, этого было мало, степняк начал обучать рукопашному бою параллельно с Даджоем. Новые приёмы и удары отличались хлёсткостью и резкостью. В связках появились обманные движения. А удары ногами оказались на порядок сильнее и болезненнее чем кулаками.

***

В очередной скучный день, наёмники вспомнили, что не все видели подземелье крепости. Посовещавшись за обедом – решили устроить экскурсию. Да и всё равно – заняться было больше нечем.

Каждый взял по факелу, на всякий случай прихватили молоток. Даджой напустил страху на товарищей: надел панцирь и набросил через плечо ремень с кобурами. Сомнений в необходимости оружия у остальных наёмников не возникло. Слишком уж разносторонними были знания начитанного соратника. В итоге, так или иначе, вооружились все, кроме Кена и Макса.

Дыру, пробитую в булыжнике, пришлось немного расширить. Иначе она попросту грозила не пропустить могучее тело Джоя.

– И откуда ты такой здоровый получился, на наши головы? – пошутил Лай, работая молотком.

– Захлопнись, Лай! Ты тут лучше всех знаешь, откуда люди получаются. Опа! – Батя подхватил и выкинул прочь крупный обломок. – Так, ну вроде всё, достаточно. Кен, Макс, вы первые.

Удобства ради, факелы решили зажигать уже внизу.

Подземелье встретило своих хозяев приятным сухим теплом и мёртвой тишиной.

Зачиркали кресала. Но, не смотря на пять крупных огней, странный чёрный материал упрямо сохранял тьму. Никакие поверхности не желали отражать хотя бы чуть-чуть больше необходимого, чтобы их можно было заметить с пяти шагов.

– Макс, идём вдоль стен. Ищи щели с помощью огня. – приказал Кеншин.

В первый визит, поиском сквозняков пренебрегли в пользу скорости обследования подвала. Но, увы, ни в коридоре, ни дальше, обнаружить потайные двери не удалось.

Отряд миновал помещение под донжоном, осмотрел темницу и вышел в зал с ванными.

– Что думаешь? – Кеншин поднял факел повыше, стараясь осветить как можно больше конструкций. Но освещения всё равно не хватало дальше чем на пять шагов. Степняк очертил пальцем примерную форму помещения:

– Этих ванн поперёк c десяток и вдоль… Даже не знаю. Штук двадцать, что ли.

Постояв в тишине, Даджой огорошил товарищей:

– Их тут двенадцать на двадцать пять штук.

– Откуда ты знаешь?

Ответа не последовало. Джой лишь продолжил таращиться в темноту. Но вот, что-то словно привлекло его внимание.

Великан уверенным шагом направился между рядами каменных ёмкостей. Остальные последовали за ним.

У Макса сложилось впечатление, что старшим товарищам просто боязно оставаться далеко от друг от друга. Сам он тут уже был и знал – подземелье мертво, опасаться нечего.

Могучая фигура замерла посреди помещения. Отсюда, ряды ванн можно было представлять бесконечными. Прямоугольники тянулись во все стороны и терялись во тьме. Ещё и пламя добавляло картине нереальности. Уже в паре шагов оно не было способно осветить пол и отблескивало только от углов каменных конструкций.

Замерев, Даджой молча уставился вниз. Ванна под ним была ещё мельче остальных. Глубина составляла всего пару сантиметров. Дно тоже отличалось. Оно выглядело как гладкое матовое стекло, лишь немного припорошенное пылью.

Первому, игра в молчанку наскучила Лайонелу. Он поднял меч и легонько ткнул странный материал. Джой выпучил глаза и дёрнулся, но остановить товарища не успел. Из-под клинка раздался глухой звук. Никаких сомнений не осталось, внутри была полость. Вот только…

Пожав плечами, Лай надавил на поверхность чуть сильнее, и в тот же миг по ней разошлась длинная трещина.

На этот раз Даджой аж зашипел. Такое выражение беспокойства было для него не свойственно, поэтому остальные отступили на пол шага. Ну так, мало ли… Ведь никакое любопытство не стоило того, что могло напугать их гигантского сопартийца.

На поверку, фальшивое дно оказалось не толще пары миллиметров. Вставив лезвие в щель, наёмник наклонил меч, желая расширить отверстие. Но увы, многовековой материал не выдержал нажима и пошёл трещинами по всей площади. Внутрь обвалился и рассыпался здоровенный кусок.

– Твою мать. Дубина. – прошептал Батя. Лай ответил ему в тон:

– Ну а чего вы тупите?

Почему-то, в подземелье все инстинктивно избегали громкой речи.

– Сам ты…

– Тише вы. Покойников разбудите. – перебил Кеншин.

– Каких покойников?

– Этих. – степняк сгрёб рукой чёрные осколки, являя из-под них груду костей.

Внимательный осмотр выявил три повреждённых скелета. В незапамятные времена, кого-то расчленили и плотно уложили в эту самую ванну. Но вот зачем это сделали – от логики наёмников укрылось.

Мысль о соседстве с останками, претила видавшим виды воинам. Как и в прошлый раз, их решили выбросить в бездну, и Макса отправили наверх за мешком.

Остальные же продолжили копаться в костях, на случай обнаружения каких-нибудь древних артефактов.

И они таки обнаружились!

Когда парень вернулся, его товарищи как раз рассматривали находку. Предмет, который наёмники идентифицировали как «латный пояс» был спрятан под грудой костей. Теперь же его растянули на одном из бортов ванной.

Пояс представлял собой ряд металлических сегментов трапециевидной формы. Узкая сторона каждого немного входила в широкую часть следующего и свободно в ней болталась. С одного конца пояса была «бляха» - ещё более толстый и широкий прямоугольник. Хотя это уже, скорее, параллелепипед, а не прямоугольник, что Макс сразу и подметил.

– Свет, всемогущий! Пощади нас, мы слов таких не знаем! – возмутился Батя. – Прралла… Ралларра… Тфу! Это на каком языке, вообще?

– Параллелепипед. – чётко выговорил Даджой. – Это объёмный прямоугольник. Ну… Типа как кирпич или ящик, какой-нибудь.

– Точно, что кирпич… – Лай приподнял крупный сегмент и приложил к его ребру два пальца, чтобы показать толщину. – А тяжеленный, гад!

На этой самой грани нашлась узкая щель.

Не долго думая, Кен взялся крутить трапецию на другом конце пояса. Из неё как раз выступал сантиметровый язычок. Только он был абсолютно гладким. Как фиксировать – непонятно. Ни крючка, ни каких-нибудь зацепов или петли… Ничего. Зато, по размеру – идеально совпадал со щелью.

Вошло без щелчка или чего-то такого, а вот назад – шиш. Засело намертво. Даже малейшего люфта не осталось.

Потянуть и подёргать, по очереди попытались все. Без толку.

– Мля, ты шо наделал?

– Ничего я не делал.

– Ты сломал его!

– Да не ломал я.

– Дайте сюда. – Даджой перебил возню товарищей и отобрал пояс.

Он сходу попытался разобраться грубой силой, но результат был прежним. Джой молча уставился на бляху. Ни кнопки, ни рычага, ни шва от фальш панели…

Приложив мудрёную сбрую к животу, великан попробовал представить, как бы он его расстёгивал. Взялся за трапеции с обеих сторон от бляхи и…

Пояс расстегнулся бесшумно и практически без усилий.

– Не понял. – озвучил общее недоумение Батя. Никто не заметил никаких манипуляций, как будто всё произошло само по себе.

Джой снова застегнул пояс, подёргал и потянул его на разрыв. Держало крепко. Но стоило опять взяться симметрично с двух сторон от бляхи, как он послушно расходился.

– Я ничего не делаю, просто берусь и он расстёгивается.

– Мужик, так не бывает. – Батя забрал находку и попытался повторить все движения.

– Приложи к животу и попробуй, может тогда получится. – предположил Кеншин.

Командир внял совету и через пять секунд «волшебная» застёжка послушалась. Еще за несколько попыток получилось повторить успех и без имитации надевания.

– По ходу – там магнит, внутри.

– И на что же он реагирует, по-твоему? – Джой не поддержал Батю, но и других объяснений не предложил.

Пояс пошёл по рукам.

Молча наёмники осваивали технологический гений былых времён. Меньше всего времени ушло у Макса. Замок послушался его с первого раза. А вот у Лайонела не получалось вовсе. Батя не упустил возможности подколоть его:

– Ты и перед бабой так штаны расстёгиваешь?

Но не успели товарищи засмеяться, как и у Лая всё сложилось. Он уставился на лидера:

– Папаш, ты колдун! Только представил и на тебе.

– Это деды дедов дедов колдунами были. – Батя скопировал акцент с которым говорил ярл Хакон. – Вот только на хрена такой тяжёлый? И здоровый. Кажется, он даже на Джоя великоват будет.

– Может это типа оружия? Расстегнул и маши им как кистенем. – Лай изобразил, как размахивает этим цепом.

– Точно нет. – отрезал Даджой. – Мой меч весит в два раза меньше, а клинок – полтора метра. Лучше уж таким махать. Да и как браться за эту ерунду?

– Это груз для ныряния. – безапелляционно заключил Кеншин. – Я видел похожие у ныряльщиков за жемчугом. Только у них не металл, а каменные плашки в карманах на ремне.

– А это, значит, те самые ныряльщики? – Батя обвёл рукой ванну, заполненную костями.

Снова воцарилась тишина.

Чем бы ни был артефакт, а обстоятельства его хранения выходили за грани любой логики.

– Ну так может это кого-то из трупов? – догадался Макс, но командир покачал головой:

– Нет. Он был ровно по центру, вдоль дна. Его разложили, плотно укрыли нашинкованными телами и запечатали этим… Фиг его знает, что это. Кстати, соберите осколки, может тоже продадим потом.

Возражений не последовало. Никто из воинов и близко не представлял, что ещё можно делать с древностью, если она – не оружие. К тому же, доморощенные коллекционеры были неистребимы. Практически в любом крупном городе находились чудаки, готовые продать душу, за всякий старинный хлам.

Собрав кости и разбитую крышку, отряд отправился наверх.

Даджой хранил своё стандартное невозмутимое выражение лица, но всё равно выглядел расстроенным. По всей видимости, он всерьёз рассчитывал найти что-то полезное. В идеале – огнестрельное оружие. А тут… Ожерелье из металлических кирпичей. И бездна с ним, что работает и, почти наверняка, ценное.

Остальные тоже утратили всякий интерес после освоения «магической» застёжки.

А вот юный Макс был полон энтузиазма и ещё долго не расставался с находкой, всячески с ней экспериментируя.

После огромного числа попыток, он пришёл к выводу, что не принципиально, как именно держаться за сегменты. Главное – чётко желать снять пояс, даже если он просто в руках. Бляха это словно понимает и послушно отпускает язычок.

– Чу-де-са. – отчеканил Кеншин. Он тоже скучал и после ужина засиделся в храмовом холле, наблюдая занятие ученика.

Макс оглянулся по сторонам. И, убедившись в отсутствии свидетелей, спросил:

– Откуда Джой знал, сколько там ванн?

– Ниоткуда. Он их посчитал.

– Так там темно было!

Кен тоже оглянулся и, на всякий случай, перешёл на шёпот:

– Да, темно… Но мне кажется, он этого даже не понял.

Глава 10

– Да что ж так везёт то? – Батя щурясь смотрел вдаль. В его голосе одновременно слышались радость и удивление.

Даджой разбудил отряд пол часа назад, но только сейчас в небесах, на самой границе видимости, стали заметны два каплевидных силуэта. Пристань двух твердынь.

– Так весна же. – истолковал Лайонел.

В мире Архипелага львиная доля межостровной активности припадала на весну и осень. Ведь почти все пристани случались именно в эти сезоны. Продажа и передача урожая, переход работников и торговцев и даже свадьбы с массовыми гуляниями, соответственно, тоже.

Что до наёмников, то много пристаней подряд – это ещё и много потенциальной работы. Вот только последнее время, почти каждый раз, заказы оборачивались катастрофами.

– Ну хоть не в ночь. – снова пробурчал командир. – Ещё бы и поселение недалеко от края, чтобы в таверну к завтраку успеть!

– Острова небольшие, так что успеете. – обрадовал Джой.

С донжона великан уходил вместе со всеми. На время пристаней, наряды возвращались к изначальной форме – на стены. Пустынники пустынниками, но интереса местных жителей никто не отменял. Проникновение с земли было куда вероятнее, чем случайно пролетающее мимо небесное судно.

С определением направления к людям, проблем не возникло. В относительном отдалении от края твердыни поднимались несколько струек дыма. Утренние лучи превращали их в золотые струны, тянущиеся к облакам.

За густым лесом и рельефом, из поселения крепость скорее всего не видели. Следовательно, гостей никто не встречал.

Попрощавшись с Даджоем, отряд сошёл с моста и направился в глубь твердыни. И вроде, пора бы уже и привыкнуть, но Макс всё равно вздрогнул, когда за спиной загрохотали цепи.

***

Орбита этого острова находилась к Свету чуть ближе предыдущей. От того, по пути, то и дело попадались первые признаки весны. Тут – набухающие соком почки на дереве, там – целая стая певчих пташек на ветвях. А одна из встреченных полянок была сплошь усеяна подснежниками. Сам же снег – не попадался вовсе. Да и грязи тоже не было.

Сухой весенний воздух пах мхами, корой деревьев и прошлогодними травами.

Стоило Свету подняться над уровнем плоскости, как наёмники поспешили снять рукавицы и шлемы. Только теплолюбивая Венга не боялась ужариться. Она до сих пор таскала шкуру поверх панциря и кольчуги.

Словно почувствовав на своей спине взгляд Макса, девушка оглянулась. Вернее – попыталась это сделать. Объёмный пушистый воротник не способствовал обзору. И как она так драться собирается?

В общем, не смотря на ранее утро, настроение у наёмников было прекрасное.

Но, к сожалению, только у них.

Меньше часа спустя, между ровными рядами деревьев показалась пахота, а за ней – первые дома. На самом краю поля, у опушки, стояла группа крестьян и наёмники сразу направились к ним. Однако, то, что сначала было принято за сельскохозяйственный инвентарь, оказалось переделанными под копья косами. Да и топоры были у каждого из почти дюжины мужчин.

Хозяева острова заметили чужаков и развернулись к ним для «приёма». Что бы тут не произошло, отступать было поздно.

Наёмники остановились на небольшом расстоянии, чтобы в случае чего успеть выхватит пистолеты.

– День добрый, уважаемые! – первым поздоровался Батя.

– И вам не хворать. Кто такие? – совсем негостеприимно отозвался один из крестьян.

– Путешественники. Работу ищем.

– Работу? – мужчина сплюнул. – И что, поле вспашете?

– А то! Макс, покажи им свой плуг.

Парень поудобнее перехватил мушкет и, для большей наглядности, взвёл кремневый затвор. Хотя, к ним с Венгой, внимание и так было приковано избыточное. Двое воинов в кольчугах выглядели бы внушительно практически где угодно. И зря, что размерами поскромнее остальных. А Венга, и вовсе – баба!

– У остальных тоже по мотыге есть. – Батя расстегнул одну кобуру, а по второй просто похлопал. – Даже по две!

– Экие вы фермеры… – хоть старший мужик и осознал своё положение, но не стушевался. Другой мужчина склонился к нему и сообщил как-бы шёпотом:

– Это не они.

– Да уж какие есть. – командир наёмников развёл руками и захлопнул кобуру. Жест был произведён небрежно, вроде бы невзначай, но так, чтобы не оставить ни единого сомнения в собственной демонстративности. – Наша твердыня там, километра три-четыре.

– Точно не они. – уже в полный голос сказал подсказчик.

– Километра? – нахмурились крестьяне. – А-а-а… В милях, это сколько?

– Милях? – батя тоже нахмурился, но на помощь внезапно пришёл Лайонел:

– Две! Примерно две мили!

Крестьяне с умным видом довольно покивали.

– И что, прям хорошо пахать умеете? – старший недвусмысленно кивнул на оружие пришельцев.

– Как заплатите – так и вспашем. Вы глава деревни?

– Обижаете, мсье. У нас – город. Пусть и небольшое, но точно не село!

– Значит, нам нужен бургомистр. – заключил Батя.

В глазах крестьян, вернее, теперь уже горожан, отразилось замешательство. И снова на выручку пришёл Лайонел:

– Мэр! Нам нужен мэр!

– А-а-а! – понятливо протянули мужики. – Ну это тогда добро пожаловать! Пройдите в город и в мэрию. Рене, проводи и бегом обратно!

– Пойдёмте, мсье! – отозвался самый молодой.

***

Собственно, до города оставалось совсем не далеко. До первых домишек дошли минут за пять.

Грунтовая дорога между полями резко превращалась в каменную и здесь же брала начало главная улица городка. Всё, как и везде в таких местах – чистые дворики и каменные дома. Пахло дымом и выпечкой, и, не смотря на ранний час, царил характерный гомон: где-то смех, где-то ругань, стук плотницкого топора… А ещё, что не могло не радовать, в отдалении звенела металлом кузница.

Чем глубже отряд заходил в город, тем менее скромной становилась архитектура. Ближе к центральной площади – и вовсе остались только двухэтажные постройки.

Не смотря на странное название, «мэрия» оказалась самой обыкновенной ратушей.

Пока сопровождающий докладывал о гостях, они ожидали на площади. Местная жизнь и в самом деле ничем не отличалась от десятков виденных таких поселений. Разве что половина виденных вывесок были написаны на странном языке. Буквы вроде и совпадали с общепринятыми, но в знакомые слова не складывались.

Вскоре парнишка вышел из мэрии в сопровождении немолодой женщины в неуместно-пышном платье. Она представилась супругой правителя:

– Извините, мсье, моего мужа сейчас нет. Он отправился к соседям и вернётся не ранее обеда. – высокопарный тон и надменный взгляд не сулили лёгких переговоров. Ввиду этого Батя решил прощупать почву чуть глубже:

– Тогда передайте ему, что странствующие воины ждут в таверне.

– Таверне? – женщина нахмурилась.

– Шалман, мадам! – Лайонел продолжал демонстрировать знание местного диалекта.

– Фи. – непонимание на лице «первой мадам» городка, сменилось самой настоящей брезгливостью. – Но хорошо, передам.

Раскланявшись, наёмники отправились к зданию, опознанному Лаем как этот самый «шалман».

– Терпеть не могу снобов! – прыснул Батя, уже усаживаясь за стол.

– Имеют право. – коротко отрезал Лай.

– Право имеет наш Даджой. В плане манер и образования – он любого аристократа и лорда за пояс заткнёт. Но ты хоть раз видел от него пренебрежительное отношение к кому-то? Или Венга вон! Вообще – дочь шерифа крупного города. И что? Нормальный человек!

Весь монолог с интересом слушала подоспевшая хозяйка. Заметив её, Батя моментально переменился в лице:

– Ох! Доброе утро! Нам бы позавтракать!

Не прошло и десяти минут, как женщина подавала на стол омлет с грибами и…

– Это что, жареный хлеб? – удивился Макс.

Сняв шлем, Кеншин склонился над самой тарелкой, чтобы убедиться в предположении ученика. Но да, так и было: обжаренный с двух сторон ломтик хлеба, а сверху на нём тает кусочек сливочного масла.

– Да. У нас это называется… – начала объяснять хозяйка, но, завидев узкие глаза степняка, прервалась на полуслове.

Так и не озвучив название незамысловатого блюда, она отправилась за следующими порциями.

– Тосты. Это называется тосты. – закончил мысль Лайонел.

За зиму Кеншин успел отвыкнуть от общепринятой реакции на своих соотечественников. В Стиллролле к его внешности относились хоть и с интересом, но без страха или злости. А всё дело в том, что триста лет назад половина населённого Архипелага оказалась под игом Циндао. Сложности логистики снабжения и подкреплений диктовали военачальникам империи жёсткие ограничения тактики. Было просто нецелесообразно брать в осаду или штурмовать окружённые стенами города.

Как результат, народная память Стиллролла не сохранила образа свирепых узкоглазых завоевателей. Чего нельзя было сказать об этом безымянном городке.

На всякий случай, Кеншин пересел спиной ко входу и достал блокнот. Сперва он отобразил на бумаге тост, надо сказать – весьма умело, а затем обратился к Лаю:

– Подскажи, пожалуйста, сколько в миле километров?

– Бездна знает, дружище… Примерно полтора, точнее – не скажу. У Джоя такие умные вещи спрашивай.

Макс с интересом смотрел, как наставник выводит замысловатые символы. Они больше напоминали хаотично сваленную кучу хворостинок, чем письменность. Об обратном говорили только цифры. Благо, они были одинаковые у всех народов Архипелага.

Заметив заинтересованный взгляд парнишки, Кен подписал несколько строк на общепринятом: «мили - километры», «килограммы - фунты» и так далее. Открытая страница посвящалась переводам мер, принятых на разных островах. Весь лист он так и озаглавил – «меры».

Вскоре, в таверну начали заходить люди. Причём, подозрительно много и большинство были при оружии. Ну как оружии… Топоры, дубины, а у пары – переделанные косы.

Кеншин раньше всех запихнул в себя еду и снова спрятал лицо.

Местные бросали на наёмников подозрительные взгляды. Да и соседние с ними столы никто не занимал.

Когда все доели, Батя расплатился с хозяйкой. Опять-таки – на всякий случай, не чеканкой пустынников. После реакции варваров, деньги небесных торговцев следовало использовать с осторожностью. А по-хорошему – вообще разменять или поскорее потратить.

– Похоже, мы вовремя прибыли. – с оптимизмом заключил Лайонел, когда отряд уже вышел наружу.

Подтверждая его слова, мимо проследовала целая группа вооружённых горожан.

– Лишь бы не на полноценную войну. – в голосе Бати звучало неприкрытое беспокойство.

– Да какая там война. Ни доспехов, ни ружей! Голодранцы сплошные. – бравировала Венга.

Уверенности подруге поубавил Кеншин:

– Спорим, что огнестрел и доспехи с мэром к соседям пошли?

– Ой, да ну вас! Чего накручиваться зря? Мэр придёт и всё расскажет. Пойдёмте лучше магазины и кузницу поищем, до обеда время ещё много!

Наёмники согласились с командиром и решили начать с большой разноцветной вывески, которую видели по дороге.

***

Что сказать… Лавка оказалась под стать этой самой вывеске. Весь первый этаж здания, а это три просторных помещения, был заполнен всякой всячиной. Товар был лишь немного отсортирован по категориям.

Пышные дамские платья с ценником как кольчуга у Макса. Куда в них можно пойти в таком захолустье – непонятно. Рядом мебель – отполированные до блеска и обтянутые сияющими шелками диван и три кресла. И пускай тут всё в бездну рухнет, если на всей плоскости найдётся хоть один дом достойный такой роскоши! На столе в углу – столовые приборы и посуда. Нашёлся даже военный котелок с тиснением и инкрустированный проволокой из разных металлов, ясное дело – благородных!

И это было первое помещение!

Что правда, остальные два были заполнены куда более дешёвым хламом. Вот только, это «куда более», совсем не значило «действительно».

Платья, мебель, постельное бельё… Всё ещё можно было называть роскошными.

Да и хозяин не отставал в лоске – немолодой, но холёный и ухоженный мужчина, в выглаженных одеждах и начищенных до блеска туфлях. Лорд Колдролл показался бы рядом с ним неотёсанным варваром!

Увы! Ни оружия, ни доспехов в магазине не нашлось.

– Свет всемогущий… – промямлил Батя. Он скорее был бы рад ограбить такое место, чем оказаться здесь покупателем. – Куда-то мы не туда попали…

На лице продавца отразилось глубокое огорчение. Ведь кем бы эти воины ни были, а выглядели они платёжеспособными.

– Да брось ты это платье, нам снаряжение нужно!

Макс оторвался от изучения вычурного котелка и оглянулся. Но, к его не малому удивлению, платьем была заинтересована не Венга. Растянув подол со множеством складок и со всякой блестящей-висящей мишурой, Кеншин что-то замерял пальцами.

– Мсье интересует ткань? – смекнул продавец.

Кен согласно кивнул шлемом и глаза хозяина лавки засияли счастьем. Но лишь на краткий миг, пока он не начал предлагать варианты.

Почти пол часа Кеншин истязал мужчину претензиями и дилеммами выбора. Одна слишком тонкая, другая наоборот – толстая и шуршит, третьей надолго не хватит…

На какое такое долго? На что должно хватать ткани? Почему она не должна шуршать?

В итоге, продавец чуть не поседел второй раз, но стоически терпел каждую придирку и каждый раз находил что бы предложить ещё. Да уж! Либо старик держал марку, либо у него тут вообще не бывает покупателей.

Батя успел сходить покурить. Лай решил не терять времени зря и придремал на самом дорогом диване. Венга крутилась около стеллажа с обувью, пытаясь подобрать себе походные сапоги. А вот к предметам женского туалета она не подошла и близко. Макса же ничего не заинтересовало, и он наблюдал за наставником.

Гадать не приходилось: Кен собрался шить свои излюбленные балахоны. Вот только он уже отложил целых шесть рулонов, и все они были разных оттенков зелёного и коричневого.

– По одному метру, пожалуйста. – попросил Кеншин, когда выбрал девять цветов.

Продавец уставился на него так, как будто он издевался. Что можно сшить из одного погонного метра ткани? Но всё же он нашёл в себе силы сохранить вежливый тон:

– По три серебряных за каждый, мсье. Всего – двадцать семь.

– Три?! – взревел раненным зверем Батя, да так, что Лай аж с дивана подскочил.

– Я же со своих. – пожал плечами Кен, извлекая монеты из кожаного мешочка.

***

Дальнейший поход по магазинам и лавкам продолжался под монотонное ворчание командира. Хоть деньги и были не общаковыми, но вопиющее расточительство не давало ему покоя.

Как результат, старый воин устроил истерику в лавке старьевщика. У того обнаружились доспехи, но были они чуть ли не бутафорными. Например, наручи Батя погнул голыми руками, а панцирь помял об колено. Скандал начался, стоило хозяину озвучить цены…

Наёмникам пришлось под локти вытаскивать своего лидера на улицу.

Затем были посещены ещё пара магазинов со всякой домашней всячиной. И везде цены оказались завышены. Макс мысленно порадовался, что ни у кого не нашлось ничего интересного.

К моменту, когда очередь наконец дошла до местной кузницы, Батя уже остыл. К тому же, молот бил железо почти без перерыва с самого утра, что внушало надежду на добрый товар.

Увы!

Гвозди, скобы, коньки для крыш, дверные петли… Что угодно, кроме оружия и доспехов.

– Куда их столько? – Батя уставился на стопки ящиков с готовой продукцией.

– Мсье мэр заказал. Сказал, что город расширять будем. – кузнец утёр пот со лба. – По осенней пристани с соседней тверди народу тьма пришла! На зиму их кое-как расселили, но дальше – новые дома строить надо.

– А чего им у себя не сиделось?

– Говорят, амбары погорели, голод грозил. Почти все к нам и перебрались сразу.

Услышав знакомую историю, наёмники уставились на кузнеца.

– И зачем же, интересно, мэр туда сегодня пошёл?

– Конечно же за лес договориться! Там народу почти не осталось, им столько не зачем… Мсье воины, а Вы часом не оттуда? – кузнец с подозрением уставился на наёмников.

– Нет, не оттуда. – в подтверждение, Кеншин откинул забрало.

***

Дело принимало интересный оборот. С одной стороны – мэр пошёл договариваться за лес, с другой – вооружённые патрули вокруг городка.

Кого они отлавливают?

Или как именно мэр собирался «договариваться»?

Да и почему там голод случился, а тут нет?

Время подходило к обеду и, вместе с тем, приближался сложный разговор с правителем. Помимо работы, хотелось узнать и какие-нибудь подробности визита небесных торговцев.

А в том, что они прилетали – сомнений не было.

Глава 11

Встреча с мэром состоялась до обеда.

Градоправитель как раз собирался пересечь порог ратуши… Эм, пардон, мэрии! Когда на центральной площади появились пять воинов в доспехах и в чёрной форме.

Несколько стражников загородили собой начальника. Они словно почувствовали от чужаков потенциальную опасность. Но тех это нисколько не смутило, и они продолжили приближаться.

Сам мэр – невысокий толстячок, был одет в ярко-зелёный камзол, а поверх него – в блестящий панцирь. Что правда, доспех был по типу того, бутафорного из лавки. Защитой головы мужчина пренебрёг, за то нацепил странную круглую шапочку, больше всего похожую на оладушек.

Глядя на него, Макс вспомнил наставления Даджоя и Кеншина о выборе цели в бою. Вот именно в таких цветных павлинов и следовало стрелять в первую очередь.

– Мсье? – мэр нахмурился, пытаясь вспомнить, кем могут быть незнакомцы.

– Здравствуйте, уважаемый! Мы странствующие воины и… – и-и-и Батя завёл уже порядком поднадоевшую шарманку про то, кто они, откуда взялся их остров и какая у него орбита.

Благо, кто-то из местных уже обнаружил пристань с чернокаменной крепостью и подтвердил слова чужака.

Пухлые щёки мэра растянула чуть ли не счастливая улыбка:

– О-о-о! Мсье и мадам – мерсеры! Проходите! Проходите! Прошу Вас!

Стоило зайти в мэрию, как сразу стало ясно, кто есть главный и, скорее всего, единственный покупатель той шикарной мебели. Убранство повсеместно блестело, сияло, пахло…

Все члены отряда, не сговариваясь, замялись у самого входа. Никто не решался пачкать паркет, начищенный буквально до отражения. Пример свинства подал сам хозяин. А стоило наёмникам пройти в просторный зал, как в коридоре немедленно появилась прислуга с ведром и шваброй.

Тяга мэра к блестящему начинала казаться нездоровой. Хотя… Может у него и кое-чего другого блестящего в достатке?

Суть дела к наёмникам обсуждалась за чаем, который подала ещё одна служанка. Прошлой осенью на остров заявились небесные торговцы и хотели купить продовольствие. Но, хвала Свету, Мэр не поддался соблазну! Ведь во время скорой пристани с соседями, выяснилось, что у тех сгорели почти все запасы еды.

– Мсье, Серж! Вы представляете какое совпадение?! – руки мэра дрожали от возбуждения, и он тарахтел кружечкой по блюдцу.

Вычурный чайный сервиз был чуть ли не кукольным и не способствовал уверенности. Даже без рукавиц было практически невозможно нормально ухватиться пальцами за ручки. Но Батя не растерялся и поддержал удивление собеседника:

– Невероятное, дорогой Жак!

Не терялся и Лайонел. Он глаз не спускал с молоденькой служанки. А когда она обновляла чай – подмигнул ей.

Не смотря на происхождение, Венга демонстрировала полное отсутствие доброго воспитания. Девушка развалилась в кресле и осушила предложенную чашечку в один глоток. Кажется, она даже удивилась, обнаружив там не что-то крепкое.

Кеншин с Максом тоже не имели понятия, как следует себя вести. Поэтому они придерживались своей обычной тактики – просто копировали поведение, жесты и осанку хозяина дома. Кен, кстати, шлем так и не снял. Приём выглядел пусть и наигранным, но радушным, и было неизвестно, как заказчик отреагирует на степняка.

– В общем, перебрались к нам соседи. Ну, как перебрались… С горем пополам! Лекаря их бывший мэр отпускать не захотел. Так до драки дошло! Еле отбили! Потом кое-как перезимовали, ну а теперь – строиться надо. А те, кто там остались – сам мэр бывший да его близкие, лес не дают! Хотя подумайте только! Для своих же, по сути! А если ещё больше подумать – эти самые люди, его высаживали и растили!

– Какая несправедливость… – покачал головой Батя и ему тут же поддакнул Лайонел:

– Никакая это не несправедливость! Грабёж чистой воды!

– Вот именно, мсье! Но это я неделю назад к ним ходил. А сегодня – просил, чтобы позволил бывшим хозяевам свои дома разобрать. Так он даже слушать не стал, сразу кулаками махать начал! Если бы не стража… – что было бы без стражи, Жак не договорил, а лишь покачал головой. Блюдце с чашечкой в его руках задрожали с новой силой.

Почему он не предложил соседу помощь едой, но переманил к себе его людей, мэр также предпочёл не озвучивать. Отсюда могло проистекать и ухудшившееся отношение. Хотя, сам сосед тоже хорош! Взял и разбазарил благополучие своего народа. Однозначно – быть голоду, если бы Жак оказался таким же лёгким на подкуп.

Батя громко сёрбнул и, как-бы невзначай, спросил:

– А патрули зачем?

– Ле ребель! Эм… Смутьяны! Диссиденты! – в голосе мэра звучало искреннее возмущение. – Приходили к бывшим соотечественникам и требовали вернуться. Говорят – предатели твердыни дедов! Родной город надо любить и уважать! Про былые добрые времена талдычили. Сетовали, что беда должна сплачивать.

– Тю! Ну и пусть бы трепались. Тоже мне, смутьяны!

– Так то оно так, мсье воин. Но кто не согласен был – угрожать начинали. Одному даже по физиономии дали. – мэр неумело сжал и махнул пухлым кулачком. – При жене и детях! Шутка ли?! И это за какие-то метафоричные понятия! А ещё… – Жак понизил голос, – про наши амбары и склады расспрашивали!

– О-о-о… – Батя покачал головой. – Тут карательная экспедиция нужна!

– Что Вы, мсье!

– Да! А иначе никак! Не в эту пристань, так в следующую. Наглости наберутся и либо амбары Вам спалят, либо народ угонят. Из-за леса смута? Вот они Ваши леса и подожгут. Мне нужно объяснять, что такое лесной пожар? А для небольшого острова? А для стремительно растущего города?

От такой тирады у мэра задрожали подбородок и пухлые щёки. По глазам можно было легко судить, что за мысли снуют в его голове.

– Зиму не переживёте. – резко похолодевшим голосом отчеканил Батя, окончательно добивая заказчика. – В общем, дорогой Жак, думайте. Мы наёмники, всё сделаем в лучшем виде. А что именно – решать Вам. Будем ждать распоряжений в этом, как его… В шалмане!

На этом старый лис поднялся с кресла.

– Благодарим за гостеприимство! Не прощаемся. – он кивнул озадаченному мэру.

***

Обсуждение грядущей работы, наёмники продолжили уже за обеденным столом.

Кстати, сомнений в заказе не возникало. Сразу за отрядом в шалман пришла служанка градоправителя и передала хозяйке его распоряжение: комнату, еду и даже баню дорогим гостям оплачивал город.

Но Лайонел обломал радость товарищей. Он советовал предупредить заказчика, что гостеприимство в оплату контракта входить не будет.

– И вообще, что ты там за страшилку заладил? Пожар, зима, карательная экспедиция… Молодость вспомнить решил?

Бойцы уставились на командира. Тот, в свою очередь, оглянулся, убеждаясь в отсутствии любопытных ушей, и склонился над столом:

– Тихо ты. Во-первых, это стоит дороже, чем обычная охрана лесорубов. Во-вторых, ты правда веришь, что амбары соседа вместе с едой сгорели? Руку на отсечение даю! Перед пожаром, туда тоже небесные торговцы наведывались!

– И что? – не понял Лай, остальные тоже нахмурились. А вот Кеншин хитро заулыбался. Кажется, только он осознал второе дно задумки.

– А вот что! Настоим на праве на трофеи и сами пойдём на штурм резиденции.

– Что ты там найти собираешься? Тяпку в алебарду переделанную?

– Бездна! Лай, ты дубина! – Батя перестал таить голос и выругался на весь шалман, но продолжил снова шёпотом, – Не бесплатно же он пустынникам продовольствие отдал?

– Тьфу ты! Сразу бы так и сказал.

– Дядь Сергей. – подал голос Макс. – Мы грабить будем?

Парень не испытывал иллюзий в отношении старших товарищей. Он помнил, как в самом начале знакомства, его сперва хотели ограбить или затребовать за него выкуп, а потом ещё и убить подумывали. Тем не менее, на фоне междоусобицы, мысль о грабеже выглядела кощунственно.

– Ну-у-у… Да. Но мы же не у честного фермера последний кусок хлеба отберём? Этот хрен подставил под угрозу голода весь свой город. А теперь ещё и соседям гадит. Его подопечным крупно повезло, что соседский мэр не таким козлом оказался.

Похоже, что остальные были полностью согласны с доводами. В том числе и Кеншин не выглядел сколько-нибудь обеспокоенным моралью. А раз даже наставник одобрил идею, то – да, ничего плохого в этом наверняка не было.

– Что если мэр не решится войну устраивать? – задал закономерный вопрос Кен.

– На этот случай у нас есть ты и твой подмастерье. Ну и Джой тоже. Его тут пока не видели, так что, в случае разборок – не смогут к нам приплести. Запишетесь на частный приём. Само-собой, на ночной!

Парнишка нахмурился. Зачем записываться на приём к человеку, которого собираешься грабить? Но игра слов прояснилась сама-собой.

На ночной, значит!

На юном лице заиграла хищная улыбка.

Да уж… Время шло, всё вокруг менялось, а следом менялся и он. Макс сам не заметил, как начал брать пример с наёмного убийцы и ровняться на вояк с сомнительными нравами.

***

Отряд встретил вечер не вставая из-за стола. Тому способствовали брага и добрые закуски. Ну ещё и недобрые взгляды местных. Мало ли, кому что стрельнет в голову по темноте. Ведь, своих планов вояки не афишировали, а подробностей горожанам знать было неоткуда.

Какой-то выпивоха даже пробовал спровоцировать чужаков. Он в полный голос рассуждал о ненужности в городе гостей в такое непростое время. Говорил об узкоглазых чертях и о бабах в брюках.

Сам не представляя на что нарывается, задира даже сплюнул в сторону их стола.

Весь акт демонстрации гостеприимства, Батя держал Лая за рукав. Тот лишь кисло улыбался. Была бы его воля – встал бы между столами и уработал бы пол шалмана своими кастетами. И зря, что местных многократно больше! Узкое пространство сыграло бы на стороне опыта.

Но вот, когда хозяйка уже подавала ужин, появился мэр.

Отсутствие улыбки и посерьёзневший взгляд говорили за него. Работе – быть! Причём, именно в нужном объёме.

– Мсье Серж. Мне жаль это признавать, но, скорее всего, Вы правы!

Сердце командира наёмников пропустило один удар. «Будь проклят этот артист с его драматическими подвывертами речи!»– подумал Батя, но вслух был вынужден подыграть:

– К сожалению, дорогой Жак. К сожалению… – и при этом натянул на лицо маску искренней скорби.

Мэр уселся за стол и началось то, что нельзя было назвать никак иначе как торгом!

Надуть с завышенной ценой не вышло. Доплату за ранения, или, не приведи Свет, смерти пришлось объяснять наймом отряда, а не воинов поголовно. Да и за порох содрать не светило. Мэр сразу заявил, что боеприпасы возместит натурально. Предупреждая возможное мошенничество, Батя контратаковал с предупреждением, что будет взвешивать каждый патрон.

Потом наёмники имели дерзость заявить, что питание и проживание не входит в стоимость их мечей. У Жака натурально пропали остатки настроения. Тем не менее, он согласился, что именно городу предстояло обеспечить пайки. Хорошо, хоть в весьма скромном количестве.

– Ну это ничего страшного! Вы много не съедите.

– О! Мсье! Вы пока ещё не видели нашего шестого товарища! Он ест за четверых! – огорчил его Лайонел. В общем-то Джой действительно ел больше обычных людей, но лишь самую малость…

– Да быть такого не может! За двоих поверю. Но не за четверых!

Упёртый наниматель сражался за каждую серебряную монету как за родную твердыню.

Благо, он не имел ничего против присвоения трофеев наёмниками. Батя несколько раз надавил, что всё, что им удастся добыть в бою – им же и будет принадлежать. Мэр согласно кивал. Он не понимал, что же такого, можно взять с его соседей-голодранцев. Топоры? Вилы? Косы? Да бездна с ними! Даже если этим мсье и мадам посчастливиться завладеть настоящим оружием или мушкетом – ничего страшного! Ведь на кону стояло будущее его города. В кои то веки – стремительно растущего!

В итоге сошлись на стандартных для наёмников ценах и условиях. Один серебряный за бойца, боеприпасы за счёт нанимателя, ранение лечит также город, а вот за убитого полагалось всего десять серебряных плюс жалование за уже отсуженное покойником время.

– Так, Кен. – заговорил Батя, когда мэр ушёл. – Давай в крепость за Джоем. Ждём вас здесь.

Не тратя ни секунду, Кеншин поднялся из-за стола и пошёл к выходу. На всякий случай, он сторонился занятых столов. Но, кажется, зря. После визита градоправителя за стол к чужеземцам, местные стали смотреть на них совсем иначе. С интересом, возможно с толикой уважения, но точно без опаски и настороженности.

***

Время шло, наёмники потихоньку напивались.

Принимая из рук хозяйки очередную кружку браги, Лайонел мечтательно протянул:

– Надо было договориться с мэром об одном бесплатном посещении борделя. Мадам, у Вас в городе ведь есть бордель?

– Конечно, мсье! Для прибывших прошлой осенью пока нет никакой работы, так что многие женщины подались в куртизанки, чтобы прокормить себя и родных.

– А рыженькие есть?

– И рыженькие, и беленькие, и тёмненькие…

– Макс, слыхал? Погнали сходим! – Лай довольно осклабился.

Глаза парнишки загорелись злобой, и он требовательно уставился на старшего товарища.

Впрочем, приступ ярости был мимолётным. Лай и на трезвую то голову за языком особо не следит… Да и, если подумать, плохого тоже ничего не сказал. Обижаться было нечего.

Сглотнув неприятный осадок, Макс поднялся:

– Пойду свежим воздухом подышу.

– Лай, ты дебил! – Батя покачал головой, а Венга добавила по коленке под столом.

– Да я ж ничего такого…

– Всё нормально, не переживайте. Это только моё. – хоть и кислой, но всё же улыбкой Макс подтвердил свои слова. – Я храм сегодня видел, пойду посмотрю и сразу обратно.

Охмелевшие наёмники лишь пожали плечами, когда спина младшего из них скрылась в ночи за дверью.

***

Как бы не старался красться Кеншин, а Даджой всё равно услышал его задолго до появления на опушке. Убедившись, что это свой, великан открыл ворота, а сам спустился вниз.

Новость о работе была воспринята с неподдельной радостью. Не смутило ни то, что противник – простые горожане, ни подробности о плане Бати. Грабить – так грабить. Не в первой.

Собрав своё оружие, Джой вышел из крепости и стал дожидаться Кена. Тот поднял мост и спустился со стены по верёвке.

Двое физически развитых воинов, не обременённых медлительной компанией, добрались до города куда быстрее, чем днём. Патрули, не смотря на их попытки скрываться, обнаружили загодя и легко обошли.

Мэру так и не доложат о ночных похождениях гостей. Уже утром он устроит нагоняй нерадивым ополченцам за то, что прошляпили проникновение в город здоровенного амбала. Ведь если его не заметили, то о каких тогда смутьянах можно вести речь?

Когда до шалмана оставалось всего лишь перейти площадь, наружу вышел Макс.

Парень прошёл сквозь компанию местных, да так резко, что они аж шарахнулись в стороны. Что характерно, шлем на его голове был наглухо закрыт.

Кен и Джой переглянулись. Неужели, стоило группе остаться без обоих уравновешенных бойцов, как сразу что-то случилось?

Да не, бред. Венга же, вроде, к Максу нормально относится. Да и Батя. И Лай тоже с ним возился не раз.

Не сумев прийти хоть к какому-нибудь выводу, наёмники направились за младшим. Шлем на его голове, как раз не способствовал обнаружению слежки.

Через несколько пройденных поворотов и перекрёстков, преследование вышло, кто бы мог подумать, к храму! Туда-то парень и вошёл.

– В Свет решил удариться? – недоумевал Джой.

– Да ну… Думаю, его больше все эти религиозные картиночки да статуи интересуют.

Не спеша выявлять себя, гигант и степняк лишь заглянули в щель в двери. Предположение подтвердилось: Макс медленно ходил вдоль стен и рассматривал изображённые на них сцены. Отдельно останавливался перед статуями, их, правда, было всего четыре.

Как и в Стиллролле – все рельефы и изваяния оказались разбиты. Да и остальное убранство церковного холла ничем не отличалось. Ничем, кроме размера. На первый взгляд, этот храм был раза в два меньше.

Однако, создавалось впечатление, что парня не интересуют свидетельства древних чудес. Он словно ушёл в себя. Медитировал. Шлем по-прежнему скрывал лицо Макса, но его взгляд, почти наверняка, был устремлён далеко за пределы священных чертогов.

Шаг за шагом, юноша обходил помещение. Он не заметил, как в тусклом свете нескольких лампадок появились ещё двое – необъятная скала и тень от самой тени.

Старшие наёмники прониклись атмосферой ночной церкви и присоединились к бесшумному таинству.

Кен затерялся между колоннами, а Джоя заинтересовал какой-то сохранившийся элемент одной из статуй.

Раздались приближающиеся шаги. Вскоре из примыкающего коридора появился седовласый священник. Он не заметил посторонних и принялся раскладывать на алтаре книгу, какую-то чашу и подсвечники, что-то при этом напевая. Наверняка, готовился к утренней мессе, или что там у этих фанатиков по утрам?

Воины замерли. Макс медленно осмотрелся и с удивлением обнаружил обоих своих наставников. Кеншин и вовсе, стоял буквально в одном шаге. В какой-то миг все трое переглянулись.

Никто не произнёс ни слова, лишь взглядами товарищи недвусмысленно озирались на входную дверь. Незачем было беспокоить старого священнослужителя, пускай себе возится. Однако старик обернулся. Он уставился на великана всё с той же блаженной физиономией.

Поняв, что обнаружен, Даджой уже собирался извиниться за столь позднее вторжение. Но, вот морщинистое лицо окаменело. Руки священника, наоборот – затряслись. Глаза, то ли от испуга, то ли от изумления, полезли из орбит.

Макс с Кеншином замерли бы ещё сильнее, будь такое вообще возможно. А так, им оставалось только не моргать и дышать тише.

Священнослужитель трясся уже чуть ли не всем телом. Кажется, даже его пересохшее горло сводили судороги… Но нет. Это он пытался заговорить:

– П-п-прошу, п-простите меня…

Глава 12

Старик смотрел на гиганта с благоговейным ужасом. У бедолаги всё никак не получалось исторгнуть членораздельную мольбу о прощении, но суть слов и так была понятна. В отличии от того, из чего она происходила…

Напряжение Даджоя было видно даже сквозь окаменевшее лицо. Заинтересовавшись, он и пальцем не смел пошевелить, лишь сверлил тщедушного деда взглядом. Тот, в свою очередь, перенимал часть спокойствия и помалу переставал труситься.

– П-простите, господин. Я не… Я не… – что именно «не» он не договорил. Предательски звякнула кольчуга Макса и священнослужитель замолчал на полуслове.

По-птичьи резко повернув голову, он увидел в тёмном углу отблеск доспехов второго нарушителя покоя. А спустя несколько секунд – и силуэт третьего.

– Простите. Я… Не заметил, как Вы вошли... – последние слова старик буквально отчеканил. В них сквозила едва заметная, даже почти неощутимая злость. Что правда, напряжение никуда не делось.

Удивлённые такой способностью к метаморфозе настроения, наёмники ещё раз переглянулись. Кеншин мотнул головой в сторону двери.

– Это Вы нас простите за позднее вторжение. – пробасил Джой и склонил голову в извиняющемся поклоне.

Священник с облегчением вздохнул и снова мазнул взглядом по доспехам великана.

– Двери храмов нашей веры всегда открыты, – и, уже совсем не скрывая раздражения, добавил, – но приходить лучше днём!

– Так и поступим, святой отец. Ещё раз приношу извинения.

***

Трое наёмников не спеша шли к центральной площади.

Макс воспринял инцидент как не злодейское хулиганство. Верующие были в его глазах не шибко умными людьми, а священники и вовсе – бесполезными элементами общества. Напугать одного такого, показалось пареньку забавным, от чего улучшилось настроение.

Старшие же были озадачены.

– Он тебя с кем-то перепутал. – констатировал свои наблюдения Кеншин.

– Да, но… – Джой уставился на товарища сверху вниз, тем самым намекая на собственные габариты. Тот согласно кивнул.

***

В таверне уже прошёл час ужина и настало время бурных попоек. На чужаков, за дальним столом в углу, никто больше не смотрел. Даже появление настоящего великана не произвело никакого впечатления на охмелевших завсегдатаев. Ему уделили едва ли больше внимания, чем браге в собственных кружках.

– Явились, не запылились! – крякнул Батя.

Подсев, пополнение вопросительно уставилось на Венгу с Лаем. По сравнению с командиром они были практически трезвы!

– Наш старый воин потерпел поражение в битве за сердце хозяйки. – резюмировал Лайонел. Кажется, он специально извернулся с длинным выражением. У Бати попросту язык заплёлся бы, оспаривать факт поражения. Так и вышло – он лишь отмахнулся.

Венга первой заметила напряжение на лицах сопартийцев:

– А-а-а, чо кислые такие?

– Да тут такое дело… – степняк пересказал происшествие в храме Света и поделился своим виденьем странного поведения священника.

– Ты давно видел людей, которых можно с ним перепутать? – девушка попыталась подозрительно прищуриться, но спьяну у неё получилась только раскосая гримаса.

– Ни разу. – согласился Кен и перехватил руку Венги, тянущуюся к обновлённой кружке. – Хватит!

Похоже, он принял кривляния подруги на свой счёт.

– Согласен. Иначе мы вас завтра не поднимем. – подал голос Джой. – Кстати, когда работа?

Сам он от принесённого алкоголя отказался. За то попросил двойную порцию ужина.

– На рассвете собираемся на площади и идём. Ладно, хватит – так хватит. Хозяйка! Вода горячая есть? – получив утвердительный ответ, Лайонел объявил, что мыться идёт первым. Направление к бане также услужливо подсказала хозяйка, а вот на предложение проводить – уверила, что «мсье воин точно не заблудится».

По очереди наёмники справились за два часа. Батю на помывку вести не рискнули, ибо он клевал носом и похрапывал прямо за столом. Утонет ещё!

Комнату отряду выделили просторную, но вот беда – всего с парой двуспальных кроватей! Разбираться желанием никто не горел, так что пришлось выкручиваться. А вернее – крутиться.

С Венгой положили Макса. Что правда, девушка допустила его на ложе только при условии размещения «валетом». Парнишка аж раскраснелся от подначек Лая:

– Всё! Проснёшься, а уже мужик!

Градуса щекам прибавила и реакция самой товарки. На шутку, она загоготала совершенно неподобающе, как для красивой барышни, которой её видел Макс.

Кен с Лайонелом заняли вторую кровать. Джой собирался спать полусидя, приставив к единственному креслу три табуретки.

Батю уложили просто на пол. А чтобы не простудился – так в снаряжении и оставили.

***

«Бездна! Бездна! Бездна!»– только и думал Макс.

Впервые в жизни он лежал с женщиной в одной кровати! Но, словно того было мало, ещё и под одним одеялом!!! И зря, что валетом: то в подмышку пальцами ноги ткнёт, то крутится как заведённая, то… Прям на ладонь голенью легла!

По всей видимости, у неё было своё видение ситуации, потому что за собственную неловкость, Венга отомстила пинком пяткой по лицу. Да так, что чуть нос не поломала!

Стряхнув из головы искры, Макс с силой отпихнул в сторону ногу обидчицы. Та что-то недовольно пробурчала сквозь сон и, кажется, перевернулась на другой бок.

Из темноты послышался вздох Даджоя, а с другой стороны – сдавленный смешок Кеншина.

Да уж! Услужили, друзья!

Возможно, будь Макс постарше – смотрел бы на ситуацию иначе, и даже порадовался бы возможности безнаказанно пощупать дамскую щиколотку. Но в тот момент, парень был на грани желания натянуть стёганку и уйти спать на пол.

Кроме того, он всё время принюхивался. То ли, Батин перегар образовал в нижней части помещения облако миазмов, и они активно испарялись. То ли, это просто попахивал кисляком матрац.

А может быть – это Венга плохо помыла ноги?

В общем, ночь была длинной!

***

Едва рассвело, наёмников разбудил стук в дверь. Хозяйка призывала постояльцев на завтрак. Ранний час оного, она объясняла распоряжением мэра.

Кроме горячих тостов с маслом, на столе лежал массивный свёрток.

– Паёк на два дня. – объяснила женщина, подавая чай.

Размер намекал на то, что заказчик таки уверовал в гастрономические способности великана. А это, в свою очередь, говорило об уровне доверия.

Лица воинов озарили довольные улыбки. Всех, кроме Макса. У него светился разве что фингал на скуле. Венга же недоумевала, чего это парнишка лишь зло рыкнул в ответ на утреннее приветствие.

Не смотря на скромный объём, завтрак оказался на удивление сытным. Огласив пустой зал шалмана благодарной отрыжкой, Батя повёл воинство на площадь. Там как раз уже начала собираться толпа, о чём свидетельствовал характерный гомон.

Действительность превзошла все ожидания! Народу была тьма! На появление чужаков отреагировал только ближайший край, да и то – только мимолётным вниманием. На фоне столпотворения терялась даже могучая фигура Даджоя.

Такое впечатление, что мэр решил устроить сбор островного ополчения, да прогадал с местом. А вот, кстати, и он! Что-то вещает ближайшим к мэрии рядам. На груди всё тот же блестящий панцирь, вокруг – стражники в таких же декоративных железках… Хорошо, хотя бы оружие выглядит настоящим! Целых три мушкета и по копью на брата! Хотя… Отставить три мушкета! Два! И, о чудо, двуствольный штуцер! Откуда такое богатство в этом захолустье?

С устройством и принципом действия разного дульнозарядного оружия, Макс был знаком из уроков Даджоя. Как и любой подросток, он проявлял интерес к военному делу, да и наставник был только рад поделиться знаниями. Результатом лекций, а также постоянного общения с, по сути, бандитами, стали размышления о возможности завладеть штуцером союзника. Ну… То есть, стражника вполне могли убить или ранить враги, а значит его следовало держать в поле зрения, чтобы вовремя оказаться рядом и… Реализовать оговоренное право на трофеи!

Когда отряд приблизился к нанимателю, тот как раз инструктировал стражу. К вящему неудовольствию юноши, оказалось, что об обновлении арсенала задумался не только он.

Несмотря на слащавый внешний вид, Лайонел - бывалый вояка. Подошёл почти в упор и в наглую пытался сфокусировать похмельный взгляд!

Наверняка, не понаслышке знает о преимуществе нарезного оружия над гладкоствольным. Это – и начальная скорость пули, и кучность попаданий, и чуть ли не вдвое большая прицельная дальность огня. Да ещё и целых два ствола конкретно у этой винтовки!

Тут как тут и Кеншин. В отсутствии лучшей альтернативы, штуцер был лучшим вариантом для снайпера. Но, в отличии от Лая, который об стражника разве что не тёрся, Кен наблюдал со стороны. Впрочем, блеск его глаз не укрылся от ученика даже за закрытым забралом.

Обострившуюся тягу к воровству, внезапно подхлестнуло новое для Макса чувство – азарт. Подозрительно нездоровый, в виду того, чем на деле являлась ситуация. Ведь винтовка была на кону не сама по себе, а вместе с жизнью стрелка.

Почему-то, это не смутило парня, а лишь добавило авантюре новые привкус и оттенок.

Под язык словно железную пуговицу положили, а панцирь стражника заблестел багрянцем…

Тем временем, между мэром и Батей разгорелся спор:

– Не-не-не… Уважаемый Жак, Вы нас как простых бойцов наняли, – старый лис повысил голос и подмигнул заказчику, – должен заметить, прилично при этом сэкономили городскую казну! Так что сами островной милицией и командуйте. А мы будем поставленную задачу выполнять. По мере возможности, конечно же.

– Но мсье Серж, Ваш опыт в уличном бою… – начал было мэр раскрывать все карты перед соотечественниками, но его перебил раскатистый бас:

– Согласен с командиром! Один серебряный за каску – не цена! – голос Даджоя произвёл эффект грома средь ясного неба, толпа вмиг замолчала.

– Вот именно! – подхватил Батя. – К тому же, Вы сами сказали, что нас пятьсот человек, а там –максимум две сотни. Но Свет с Вами! Так уж и быть, если до города дойдём, возьму под командование стражников и всех, у кого есть доспехи и настоящее оружие. – и недвусмысленно покосился на троих стрелков.

А те дурни и рады в центре внимания оказаться! Один даже вытянулся по струнке и цокнул подкованными каблуками.

По толпе прошёлся ропот. Как бы местные не любили своего правителя, но все понимали его некомпетентность в планировании и командовании акцией. Будем смотреть правде в глаза: по сути, являющейся набегом. Да и новости о найме профессионалов, народ ассоциировал с какой-нибудь военной хитростью или тактикой.

Но, увы!

К месту пристани выдвинулись неорганизованной колонной. Ни тебе головного дозора, ни группы прикрытия в тылу… Но Батя всё же разорился на советы и загнал Жака внутрь кривого строя. До того момента, неугомонный мэр стремился возглавлять шествие и быть на острие событий.

Вот только если дуралей сгинет в бою – не факт, что наёмникам будет светить оплата труда. Надо сказать, почти честного!

***

Ко всеобщей радости будущих мародёров, в этом году пристань случилась почти ровная. Края островов плотно сцепились, не плясали вверх-вниз и не ходили в стороны. А сам стык представлял собой крохотную ступеньку – в одну ладонь, не больше. Лес и материалы будет перетаскивать проще простого.

Радовались и наёмники: на противоположной стороне их уже встречали. Пятнадцать человек разной степени вооружённости, но, в основной массе, точно так же плохо, как ополченцы заказчика. На всю группу был только один лук и одно настоящее копьё. Остальное – инструмент и кустарные подделки.

Столпотворение остановилось, за пару десятков шагов от границы. Мэр ещё не успел выдвинуться вперёд, как заговорил какой-то борзый горожанин:

– Мы за своим лесом пришли!

– Ваш лес там! – с обратной стороны пристани рослый мужик махнул рукой за спины соседям. – Вы родную твердь предали, так что тут – теперь только наше дерево!

– Мои деды и их деды его высаживали!

– Равно как и наши! – вмешался лучник. – А вы, путэйн, за жратву продались! Вот пусть этот жирный индюк вам теперь и палок накидает!

Возмущённые кудахтанья мэра утонули в хохоте грубиянов и в возмущённом гомоне подопечных.

– Ах ты ж внук сифилитикью ле педи!

– А твой дед – путэ! Как и бабка!

Двое краснобаев зашлись трёхэтажными выражениями на местном диалекте. Соседи бушевали и лишь подзадоривали их. Ни мэр, ни старший дозора с противоположной стороны, не могли совладать с разгорающимися страстями. А раз разгораются – самое время подлить масла…

– Ох уж эти деды дедов. – сплюнул Батя и захлопнул забрало. – Погнали, пацаны!

Первым из толкучки вышел Даджой. Уверенно шагающий великан моментально остудил пыл участников заслона. Да и вторженцы все как один замолкли.

Навстречу горе, облачённой в сталь, шагнул копейщик. Теоретически, длинное оружие играло против крупного противника. Но парень нервничал, древко в его руках так и танцевало.

Даджой рванул вперёд чёрной молнией! Слишком нереально, как для своих размеров. И вот уже копьё сменило владельца! Прежний хозяин даже не сразу понял, что произошло и попытался перехватить оружие поудобней, а… А…

– Дубль пусто! Хе-хе… – довольно прохрипел Батя из-под шлема.

Провокация удалась! Кто стоял ближе всего – выхватили из-за поясов топоры, дальние рассредоточились в попытке окружить незваных гостей, а лучник – выстрелил!

Тренькнула тетива. Раздался мгновенный свист и… сухой и звонкий хруст. Собственно, кроме него ни единого звука больше и не было.

Толпа молча смотрела, как великан ломает пальцами стрелу, пойманную перед самым шлемом.

Дальше думать было нечего. Да и ковать железо принято, пока оно горячее. Прежде, чем дурачьё осознало свою ошибку и принялось извиняться, Джой перехватил копьё за самый наконечник и двинулся на заслон.

Ай-яй-яй… Как же он их метелил древком! Двухметровый черенок выглядел в его ручищах сущей лозиной! Вот только удары никак не шли в сравнение с теми, которыми гоняют детвору.

Как и куда получил копейщик – не понял никто. В какой-то миг он просто оказался на земле и не шевелился. Следующими по головам выхватили ребята с топорами. Сразу трое одним ударом. После стремительного подшага, четвёртым пал лучник. Парень так и не сумел наложить новую стрелу на тетиву. А чтобы впредь не повадно было – злой великан добавил по предплечью. Что именно хрустнуло, древесина или кость – непонятно, но бедолага взвыл как блаженный!

Остальные горе-защитники бросились наутёк.

– Джой! – выкрикнул Батя, останавливая разошедшегося гиганта, пока он не уложил всех до единого. Собственно, именно это отряду как раз и было не к чему.

Пускай местное ополчение соберётся и придёт мстить за родственников. Пошумят, поругаются. Кого-нибудь покалечат или, не приведи Свет, убьют. А там и в обратном направлении можно будет выступать.

Так сказать, с чистой совестью…

К удивлению наёмников, у стороны нанимателя совесть оказалась куда как чище ожидаемого. Раненым немедленно была оказана первая помощь. Даже нашлись чьи-то родственники и стали убеждать бедняг бросить всё и идти на более благополучную твердыню.

Но, в любом случае, начало было положено.

Дозор отправился сообщать начальству о вторжении подлых соседей и теперь оставалось только ждать.

***

«Оставалось», как оказалось, звучало слишком наивно.

А вот «предстояло» – самое то! Ждать, именно, предстояло!

До самого обеда…

Силы вторжения, если так можно называть разболтанных мобилизованных горожан, успели переправить на родной остров предварительный груз брёвен. В связи с полным отсутствием сопротивления, был отправлен и посыльный с запросом на снаряжение обоза. С точки зрения Жака – ни скотине, ни телегам, ничего не угрожало, а значит следовало задействовать и их.

Но командир наёмного отряда всячески пытался отговорить от риска. Он напомнил неписанную заповедь Архипелага: растущему городу нельзя терять ни единой головы крупного рогатого скота, ведь это и молоко, и рабочая сила, а в крайнем случае – мясо и шкуры!

Увы! Мэру не терпелось лишний раз продемонстрировать горожанам свою удаль как управленца.

– Да чего ты паришься? – возмутился Лай.

Наёмники стояли в охранении вместе с немногочисленными стражниками. Участок леса, определённый под разорение, был относительно большим и расстояние между постами позволяло не опасаться любопытных ушей.

– Жалко дураков этих. Много их. Если не рассчитают – зимой только коровы и спасут. – объяснил Батя.

– Херня всё это! Ща они нарубятся, натаскаются, пар выпустят, и мэр никуда идти не захочет. Так что, чем страшнее заваруха будет – тем лучше для нас! А чем людей, так пусть лучше скот бьют.

Логика Лайонела была столь же беспощадна, сколь неоспорима.

Словно подтверждая её, раздался протяжный свист и замертво упала одна корова.

– АТА-АС!!! – успел выкрикнуть Батя и по ближайшим дровосекам ударил настоящий дождь из стрел.

Глава 13

– Чо за «атас» такой? – прошипел Лайонел щурясь от ударившего в лицо кусочка коры, в полуметре над ним в дерево попала стрела.

– А бездна знает! Командир на войне так говорил. Типа, шухер, что ли. Мля, закрой забрало, пока не поймал ничего! – Батя распластался рядом и жался к тому же дереву. – А ну-ка выдерни, какой там наконечник?

Лай захлопнул шлем и метнулся к стреле над собой. В ту же секунду, в ствол прилетели ещё три штуки. Правда, бестолково. Лучники брали слишком высоко.

–Ух, приколупались, сволота! – Батя принял боеприпас и критично оценил опытным взглядом.

Наконечник оказался обычным треугольником, толком не заточенным. Да и древко – не древко, а ветка какая-то. Относительно точную стрельбу можно было объяснить разве что личными навыками лучников.

– А чего бы не приколупаться? Блестим тут своими задницами начищенными!

– Кстати, о начищенной заднице… – главарь наёмников устремил свой взгляд в сторону тыла. Пока он высматривал мэра, в дерево вошли ещё несколько стрел. – Мужик, не высовывайся! Что если у них ружья есть? О! Гляди-гляди!

За другим деревом, метрах в двадцати, лежали заказчик и Венга. По всей видимости, наёмница перехватила дуралея и прижала его к земле, когда он попытался подобраться к переднему краю позиций. Будучи мужчиной галантным, Жак не мог оставить внимание девушки без ответа и теперь что-то ей рассказывал. Сам при этом улёгся на бок, согнул одну ногу в колене и подпёр голову. Надо отдать должное – самообладания не терял, на пухлом лице сияла улыбка.

Хотя, чего терять то? Кроме единственного животного никто пока не пострадал. Расстояние от охранения до места вырубки просто не позволяло напавшим нормально стрелять. Да и работяги – не дураки, сместились к краю острова.

Заметив командира, Венга демонстративно хлопнула себе по забралу ладонью и покачала головой. Следом высунулся мэр и, с придурковатой улыбкой, помахал рукой.

Опасения Бати подтвердились, в тот же миг громыхнул ружейный выстрел.

Головной убор с головы Жака как ветром сдуло!

Венга сперва припала к земле, а сориентировавшись, что произошло, схватила неуёмного правителя за панцирь и в одно движение впечатала в дерево. Нечего, мол, лицом торговать! Тот лишь ощупывал темечко и растерянно хлопал глазами.

Вот бездна! И откуда столько сил у девки взялось? Ведь этот поросёнок весит если не в два раза больше неё, то явно около того!

Левее Бати рассыпались городские стражники. Паники среди них вроде и не было, на лицах читалось только откровенное непонимание происходящего. Из восьми человек, более-менее соображали только стрелки. Они изготовились для стрельбы из положения лёжа, но жать на спусковые крючки не решались. Не подгоняли даже стрелы, вонзающиеся в опасной близости.

– Да вашу ж мать! – взревел на них Батя. – Вы там рожаете или шо? ОГОНЬ!!!

Команда возымела влияние, вот только не на стражу… Грохнуло не слева, а справа, где укрывались Кен с Максом.

Юноша решил, что приказ прозвучал для него и разрядил мушкет. Выделяющейся цели он не нашёл, поэтому пуля досталась самому резвому лучнику. Остальные попрятались. Частота града стрел разом сошла до единичных выстрелов.

Макс занял положение полусидя и принялся перезаряжать ружьё.

Воспользовавшись затишьем, к переднему краю подобрались отряды организовавшихся лесорубов. Кто с топорами, а кто и с самоделками из кос. Нашёлся даже совсем отчаянный боец с лопатой. Хоть бы наточить догадался! Из стрелкового – меньше десятка луков на почти полсотни ополченцев.

Что до доспехов, тут дело обстояло совсем плачевно: пара не то полу-панцирей, не то каких-то нагрудников, едва ли достающих до животов, да ещё с пяток разномастных шлемов. Короче, на общей статистике защищённость не скажется никоим образом.

Ещё примерно в два раза больше горожан с таким же вооружением дожидались чуть дальше. А вот остальные из тыла даже носа не показывали!

В целом, на момент начала боестолкновения, картина вырисовывалась следующая: Количественное преимущество нивелировалось отсутствием дисциплины и инициативы.

– Ты Джоя видишь? – задал риторический вопрос Батя, всматриваясь в самый левый фланг.

– Нет. – всё же ответил Лай.

Вместе с тем, в той стороне, через узенькую проплешину промелькнуло копьё. То самое, отобранное на пристани у «встречающей» стороны. Вот только теперь, с лёгкой подачи великана, оно обернулось самым настоящим снарядом самострела. По настильной траектории оружие пролетело не меньше пятидесяти метров и исчезло в кустах. И, судя по раздавшимся возгласам, таки достигло какой-то цели.

– А он есть… – прошипел Батя, радуясь, что им ни разу не приходилось противостоять таким же гигантам.

Хотя… То ли ещё будет!

– Тьху-тьху-тьху! – сплюнул командир наёмников и постучал по стволу дерева.

Кто-то что-то начал горланить со стороны противника.

Повинуясь командам, лучники снова ожили. Не так дерзко, конечно, никто больше в полный рост из-за укрытий не выходил, но стрелы вновь начали доставлять неудобство. Ещё и плотность собственных подразделений несколько выросла, по сравнению с началом обстрела.

Будучи знатоком собственного ремесла, Батя умел на глаз определять степень накала заготовки. Эту было самое время начинать ковать!

– Це-э-эльсь!!! – затянул он. Ополчение непонятливо крутило головами по сторонам. А вот прямые подчинённые зашевелились, высовывали из-за укрытий стволы мушкетов, искали цели… – ОГОНЬ!!!

Почти слитно громыхнул залп. По всей линии соприкосновения в воздух поднялись облачка дыма и снопы искр. Выстрелил и сам командир. Следом, подражая более опытным союзникам, отстрелялись ополченцы.

После непродолжительного затишья, из чащи донёсся первый протяжный стон. Его тут же поддержал другой голос, этот истошно вопил.

Вид раненных и убитых наверняка произвёл неизгладимое впечатление на остальных защитников твердыни. Лучники, что называется – заткнулись наглухо.

Однако, мораль дрогнула и у сил вторжения. Городское мужичьё до сегодняшнего дня и знать не знало о войне. Обращение с их бывшими добрыми соседями, повергало в состояние тупого ступора. Там ведь такие же люди! Многих наверняка даже знают!

Стрелы всё никак не сыпались.

– Скусить патрон! Заряжай!!!

Парадокс. Наёмникам команда была излишней, а стражники от такой формулировки только ещё больше запутались. Кроме того, что со штуцером. Бедолага во всю заколачивал пулю в ствол. Лёжа это оказалось особенно неудобно. Об дерево попробовал – шомпол в коре топнет. Рукоятью меча – неудобно. Ага! Вот шлемом догадался! Снял его и-и-и… Саданул так, что насквозь пробил свой бутафорный котелок.

– Ну ничего страшного. – тихонечко приговаривал Батя. – Такой пустой башке и защита ни к чему.

Окинув взглядом подчинённых, удостоверился, что все перезарядились:

– Цельсь! По готовности огонь!

В этот раз команда звучала куда тише предыдущей. Да и последовавший залп никак нельзя было назвать слаженным.

Наёмники стреляли только найдя подходящую мишень. Никто не обращал внимание на товарищей.

А вот двое ополченцев с ружьями отстрелялись сразу же. Черти! Скорее всего – в молоко, абы бахнуть!

Штуцер молчал. Незадачливый боец всё ещё перезаряжался.

Мушкет с той стороны тоже не отставал. Кто бы там с ним не управлялся – он упорно пытался достать мэра. Пуля рванула клок коры из дерева, за которым прятались Венга с заказчиком. Кстати, последний вроде начал осознавать серьёзность ситуации: больше не улыбался, не приставал к воительнице и с полуслова выполнял её требования. Осознание близкой смерти отрезвило мужчину.

Услышав заветный хлопок, Батя перекинул ружьё за спину, обнажил саблю и дал очередную команду:

– В атаку! Пошли! Пошли!! Пошли!!!

И подал личный пример: поднявшись в полный рост, он быстрым шагом направился к деревьям впереди. По правде говоря, старого вояку больше интересовала возможность укрыться за ними, чем прячущиеся чуть дальше защитники острова.

Изображая наступление поднялись и остальные наёмники. Вот только боевые кличи они издавали до того, как показаться из укрытий. Как говорится – дураков нет!

Народ дрогнул. Неуверенно, робко, согнувшись в три погибели, ополченцы таки пошли вперёд.

Внезапно нашлась Венга. Девушка одним рывком поставила заказчика на ноги, что-то ему рыкнула, буквально прижав его лицо к забралу и… Вытолкнула из-за дерева мощным пинком сапога!

– Вива ля виктуар!!! – выкрикнул Жак, срывая горло до хрипа, и метнулся в сторону врага. Свой короткий меч он извлекал из ножен прямо на ходу.

Народ вдохновился! Там и тут раздались поддерживающие лидера возгласы. Сперва вперёд рванули одиночные сорвиголовы, но уже мгновение спустя, позади них, яростными воплями разразились и остальные.

Не отставали и обороняющиеся: лес сотряс нестройный вой сотен глоток с обеих сторон!

Когда основная масса поравнялась с передними рядами, Кеншин придержал Макса за плечо. Парнишка так и стремился в бой. Но, с точки зрения старшего товарища, рвение было излишним. Они оба сместились в сторону, аккурат за спины ополченцам. Не те деньги платили отряду, за которые следовало допускать риск.

В поле зрения появился Батя, он придерживался аналогичной тактики. Он оглянулся и, кажется, подмигнул из-под забрала. Разбираться в мимике не стали, внимание наёмников отвлёк звонкий женский возглас.

Чуть поодаль, Венге теперь приходилось придерживать мэра, чуть ли не за шиворот. Пухлая тушка трусилась в праведном гневе, издавала воинственные булькающие звуки и размахивала мечом. Вновь посыпавшиеся стрелы заставили девушку загородить заказчика собой. По крайней мере, на столько, на сколько это позволяла её комплекция. Несколько стрел отскочили от панциря, а после одной по шлему – она зло прикрикнула и сменила курс к ближайшему дереву.

Похоже, стрелки обороняющихся узнали лидера соседей и сосредоточились на нём. И надо сказать, были недалеки от успеха. Хорошо, что их единственный мушкет не успевал перезарядиться!

Дистанция стремительно сокращалась, вопли становились всё яростнее. Лучники уже не стесняясь выглядывали в полный рост и вели огонь почти в упор. Как и ожидалось, это принесло первые потери. Из группы горожан, бегущей впереди всех, вывалились и покатились по земле сразу пять человек. Надо отдать должное – остальные не стушевались, а лишь прибавили шаг.

Макс рванул в сторону на полусогнутых, когда мимо просвистели две стрелы. Его маневр зеркально повторил Кеншин. Но, стоило ему сместиться, как на рукаве балахона повисло оперённое древко. Степняк продолжал наступать, не издавая ни звука.

А вот Лай с Батей заливались отборной бранью за весь отряд разом. Кажется, враг таки обратил внимание на бойцов выделяющихся доспехами.

Первое столкновение заглушило все вопли хрустом голых ветвей кустарника. Ополченцы, человек двадцать, вломились на позиции лучников и вступили с теми в рукопашную. Да-да! Многие мужики побросали неудобные для ближнего боя самодельные копья и наваливались на своих противников с голыми руками!

Другие учинили рубку топорами. Не жалея врага и не умея защищаться, горе-бойцы калечили друг друга. Сторона нанимателя не несла катастрофических потерь только благодаря численному превосходству. Но всё равно, то тут, то там, в тыл убегали скрюченные окровавленные люди.

– Ёп твою ма-а-ать!!! – орал Батя догоняя ополченцев. Ещё мгновение и его броня смяла кустарник. Сквозь голые ветви заблестела сабля, пляшущая в смертельном танце. Поначалу, кто-то даже попытался оказать сопротивление, но увы – бестолково. Крики боли быстро переросли в панические.

К моменту, когда перед Максом предстали первые противники, лес уже во всю гудел шумом настоящей битвы.

Путь юному воину преградили четверо крепких мужчин. Их лица были напряжены и не предвещали чужеземцу ничего доброго.

Один сделал выпад копьём! Неумело и недостаточно быстро. По крайней мере, против человека, которого лупили палками почти каждый день на протяжении полугода. Макс даже успел об этом подумать, когда отскакивал в сторону.

Подшаг и контратака застигли противника, когда он ещё не забрал обратно своё оружие. Удар меча пришёлся по самой близкой части тела – по руке.

Как результат – глубокий и уродливый порез на кисти.

Макс небрежно отбросил копьё рукой и, почти не напрягаясь, замахнулся по незащищённой голове вражеского ополченца. Тот умирать не планировал, отпустил окровавленное древко и попытался отступить под прикрытие товарищей. Один из них неестественно дёрнулся вперёд, растянулся во весь рост на земле и замер.

Второй чужак в доспехах неведомым образом умудрился переместиться за спины четвёрке. Вернее, теперь уже двойке.

Кеншин занёс меч над следующей жертвой.

Оба наёмника бросились в атаку одновременно. Спустя миг на земле лежали два трупа с пронзёнными сердцами и ещё двое барахтались, держась за изувеченные конечности. Последний противник Макса и вовсе лишился половины пальцев на одной руке.

Драка закончилась меньше чем за пять секунд. Ополченцы, бросившиеся на помощь к товарищам, даже приблизиться не успели. Теперь, они с ужасом смотрели на приближающихся латников.

Уверенности не добавляло даже пятикратное превосходство.

Коррективы в баланс сил внёс Лайонел. Два выстрела слились в один и обе пули достигли своих целей.

Наёмники рванули в атаку с воплями и размахивая оружием. Эффект был достигнут – оставшаяся восьмёрка бросилась наутёк. Однако, ещё один воин явно не из местных, появился у них с тыла.

– Иди сюда! Мать-перемать! – ревел Батя, вывалившись из кустов. Он только-только закончил разбираться с лучниками, его панцирь и шлем были густо окроплены кровью.

Превосходство, теперь всего лишь двукратное, вселяло ужас. Ополченцы бросились прочь от залётных мясников. Бедолаги бежали чуть не по головам друг друга в единственном свободном направлении. Даже оружие побросали.

Сражение всё ещё кипело, поэтому преследовать никто никого не стал.

В центре линии соприкосновения ситуация сложилась обратным образом. Подразделение горожан встретили превосходящие по количеству силы. Ещё и лучники успели сделать два залпа во время короткого рывка на них. Теперь, защитники острова медленно, но уверенно вытесняли соседей за пределы зарослей кустарника.

Отчаянные одиночки даже умудрялись прорываться в тыл. Там их встречали Венга с мэром. От последнего толку особого не было, да и девушка оберегала его как квочка неугомонного цыплёнка.

Вот двое сорвиголов бросились к ним. Наёмница была уверена в себе и приготовилась к схватке, но бегущий первым спотыкнулся и растянулся во весь рост. Второй отвлёкся на товарища и сходу напоролся на меч.

Венга перехватила топор мужчины и спихнула его с клинка. Упавший растяпа только начал подниматься, но… ЧАВК! Трофейное оружие со всего размаха опустилось бедняге на затылок.

Центральная часть сил вторженцев таки дала слабину и начала отступать. Местные же словно остервенели, кололи и били даже свалившихся навзничь. Убитый или раненный – всё равно, получай ещё! Чтобы уже точно не встал!

Но для них не всё было так радужно.

В прямом смысле – по трупам своих врагов, защитники загнали сами себя в окружение.

Их левый фланг пал или разбежался под давлением, которое обеспечил Даджой с двуручным мечом. Неизвестно, сколько там было бойцов, но потасовка довольно быстро сместилась к центру. Правый фланг тоже смяли благодаря решительным действиям остальных наёмников.

Удостоверившись, что не одинок в своих намерениях, Макс поспешил на помощь союзникам. Для первого удара выбрал наиболее лёгкую цель – пару сцепившихся ополченцев. Выяснить, кто из них противник, не составило труда. Парень нанёс колющий удар в подмышку тому, кто не боялся подставлять спину более очевидным врагам.

Следом врубились и Батя с Лайонелом. Эти не церемонились и буквально прикрывались своими. Каждый удар наносился из-за чье-то спины, по-над головой или из-под руки… Тем не менее, никто не возражал.

Кеншин – наоборот, не полез в кучу малу, а пошёл вдоль, высматривая кого-то. Вот он замер, выхватил пистолет, прицелился и выстрелил! Кажется, промахнулся. Хотя кто-то таки упал в глубине толпы врагов. Да и нужное впечатление на окружённых произвёл. Мужики, все как один, отпрянули со стороны стрелка. Они путались друг у друга под ногами, толкались и регулярно пропускали тычки и удары. Незамедлительно в ход пошёл и второй пистолет. Опять-таки неясно, попал ли… Да и в кого?

Хотя, ясно в кого! Какого-нибудь особо рьяного и горластого утихомирить попытался.

С обратной стороны толкучки раздался звериный рёв и свист воздуха. Их сопроводили вопли боли и ужаса. Огромная фигура в доспехах возвышалась над головами почти на метр. Ещё один взмах двуручного меча и во все стороны полетели капли горячей крови. Макс не был уверен, но, кажется, в сторону за исполинским оружием, полетела отрубленная рука. Или это была чья-то дубина?

Додумать не дал боевой клич нескольких десятков глоток. Лесорубы, изначально оставшиеся в тылу, решили поддержать своих на последнем рывке.

Давление на обороняющихся возросло с новой силой! Никто из них уже и не думал о прорыве неровного строя вторженцев. Да и бежать бы теперь не получилось – вокруг сомкнулось плотное кольцо окружения в несколько рядов. Мужики бессильно отбивались и жались друг к другу. Лучники поняли своё положение и больше не рисковали стрелять, предвидя скорый суд соседей.

Настал черёд горожан свирепствовать в кровавом угаре. Одни мстили за знакомых, другие просто утратили контроль над собой.

Конец для окружённых был бы неизбежен, но мэр оторвался от вынужденной телохранительницы и завопил во всё горло:

– Хватит! Хватит!!! Вы с ума сошли! Стойте! Отставить, приказываю!

Подопечные нехотя слушались, окружённые с надеждой переводили дух.

Драка довольно быстро затихла.

– Тьху! Миротворец сраный... – в пол голоса пробубнил Батя.

Глава 14

По завершении скоротечной стычки, всех сдавшихся и легкораненых собрали на лесной проплешине. Остальным или оказывали помощь, или оттаскивали в сторону пока не испустят дух. Всего получилось чуть больше ста человек. Что немаловажно – ни местного мэра, ни стрелка с мушкетом, среди них не было.

А вот своих раненых горожане отправили на родную твердыню поголовно. Их было значительно меньше, чем у противника, и слишком большое сопровождение не потребовалось. Так что работу продолжили практически сразу.

Батя приказал отряду прочесать округу, а сам собирался продолжить пугать заказчика. Почва для этого стала ещё более благодатной: в отличии от первой встречи на пристани, теперь народ смотрел на соседей волками.

Мэру тоже хватило ума понять их настроение. Он больше не рисковал открывать рот с примирительными речами и приглашениями к переезду.

Дело было за малым – склонить людей к необходимости ответной акции.

Пока главарь наёмников разводил дебаты, его подчинённые прогулялись по лесу. Ожидаемо, не на подступах к вырубке, не на полкилометра в глубь острова, ни души обнаружить не удалось.

Вернувшись, бойцы застали командира и нанимателя за ожесточённым спором. Старый вояка знал свою работу и собирался устроить допрос пленным. Его интересовало количество и вооружение оставшихся защитников твердыни. Для этого были отобраны десять случайных человек. Их он уложил лицами вниз, отдельно от остальной группы.

К тому моменту, Жака почти удалось сломать.

В ход шли всё те же аргументы:

– Уважаемый, повторяю! Спалят тебе лес – будешь знать! Мало того, что сейчас этих головорезов к себе звать будешь, так ещё и врага под боком оставляешь!

– Мсье Серж, ничего они не сделают! Будем охрану два раза в год ставить, пока не перебесятся!

– Да плевать им на твою охрану! Горящую стрелу запустят через бездну и всё! А сделают они это перед окончанием осенней пристани, чтобы вы уже точно зиму не пережили!

Пленные почувствовали, что новый потенциальный лидер готов за них бороться не смотря ни на что.

– Это кто ещё головорез?! – возмутился один из них.

– Ага-ага! Видели мы… – поддакнул было другой, но его оборвал мощный удар подошвой по голове.

Это был Лайонел. Он остановился перед сидящими мужиками:

– Заткнулись все! Вам добром предлагали переселиться на тёплое и сытое место! А вы со стрелами полезли! И за кого? За говнюка, который вас тут бросил, а сам смылся?! Хорош, ваш мэр!

Пленники потупили взгляды.

Батя благодарно кивнул и продолжил гнуть свою линию:

– Надо дожимать, Жак. Без вариантов.

Снова подал голос Лай:

– Как минимум – Вашего визави прибить.

– Не прибить, а показательно и с судом казнить! За подстрекательство к раздору с соседями, организацию террора и попытки похищений. А всем остальным, кто раскается и присягнёт на островном уставе, дать амнистию. – вмешался грамотный в таких вопросах Даджой.

– Островной устав? – не понял мэр.

Наёмники и стоящие неподалёку горожане с интересом смотрели то на него, то на великана.

– Э-э-э… У нас нет такого. По церковным заповедям живём. Стараемся, по крайней мере.

– О! Так Вам с нами вдвойне повезло! Вот, наш мастер в этой… эм… Юрус-срус-трус… За дополнительную оплату напишет, короче! – Батя быстро сообразил, на чём ещё можно срубить денег.

– В юриспруденции. – поправил Джой. – Но устав писать не буду. Денег у Вас столько нет, а я не для того университет заканчивал, чтобы забесплатно конституции составлять.

– Ай! – окончательно запутавшись, Жак всплеснул руками.

Ещё бы не запутаться! Натуральные бандиты: узкоглазый с бритой башкой (вши что ли?), хамоватая баба в штанах, и бездна с ней, что красивая, какой-то малолетний молчун… Про седого и патлатого вообще можно не говорить, вон – в кровищи с головы до пят. А с ними таскается образованный человек! Лицо приятное, голос мужественный, словами умными сыплет. Подумать только – университет закончил! Это на каких же богатых и огромных твердях он родился? Наверняка, из знатной семьи!

– Хорошо. Хо-ро-шо! Санкционирую арест подлеца! Что для этого требуется?

– Для начала допросим вот этих вот. А там можно будет и тактику разрабатывать. – встретив напряжённый взгляд Жака, Бате пришлось добавить, – Постараемся обойтись без лишнего насилия!

Но, конечно же, у отряда на этот счёт были свои взгляды. И планы… По крайней мере, никто не собирался сдавать нанимателю местного мэра живым.

***

Наёмники сдержали слово. С пленными общались без побоев, пыток и даже разговаривали на «Вы». Те понимали свою шаткую позицию в грядущем и охотно шли на контакт. Беседу вели с каждым по отдельности, но ни одного не поймали на вранье. Это был хороший знак. Возможно, лояльность могла пошатнуться и у оставшихся сил противника.

Картина вырисовывалась следующая: зиму пережили двести десять человек, из них – двадцать три женщины. Отнять общее количество известных потерь в сто тринадцать мужчин (женщин, в виду малого количества, к драке не допустили), и выходит, что селение противника защищают семьдесят четыре ополченца разного толка.

Это в худшем случае.

В лучшем – меньше. Количество ушедших раненых неизвестно, но они точно были. Да и не каждая баба за оружие возьмётся.

Батя выводил палочкой на земле вычитание в столбик. Такие сложные операции с двух и трёхзначными числами пугали местных. Мэр стоял рядом и делал умный вид, мол понимает смысл расчётов. На всякий случай, Джой тоже присматривал, а то не приведи Свет, чтобы командир опозорился с простой арифметикой.

***

Война войной, а обед по расписанию!

По семьям и компаниям кушать разошлись все работяги и ополченцы. Наёмники уселись в сторонке от остальных, им было, что обсудить.

– Устав, конституция… Что ты там такого наговорил, мужик? – оглянувшись по сторонам, спросил Батя.

Джой пожал плечами:

– Конституцией раньше островные уставы народ называл, только тогда – одна штука на несколько орбит была, а что это такое, вы и сами знаете.

– Ты правда в университете учился? – уточнил Кеншин, но, впрочем, без особой надежды в голосе.

– Да какой там университет? Я из дома в шестнадцать лет сбежал. – и, проглотив сухарь с куском сала, добавил, – Думаешь, я прихваченные деньги на учёбу тратить собирался?

Кен подёрнул бровями и многозначительно добавил:

– Зная тебя…

Макс вздохнул. В общем-то он и так гордился своими наставниками, но был бы вдвойне рад, окажись один из них настоящим учёным мужем!

– Тогда, ты меня не знал. – великан надавил на первом слове.

С интересом беседу слушал и Лайонел. Наконец, он решил вставить свои пять медяков:

– Тогда – это когда?

– Давно. – без заминки ответил Джой и кивнул в сторону.

От ближайшей группы ополчения к ним направлялся мэр.

– Бон апети, мсье и мадам! Серж, Вы что-нибудь придумали относительно задержания преступника?

– А тут и думать особо не надо. Все стрелки и ещё два десятка бравых парней пойдут с нами. Мы, конечно, попробуем по-тихому эту суку взять, но поддержка лишней не будет.

Жак замялся, подбирая слова:

– Мон ами, прошу! Если женщины попадутся – постарайтесь не покалечить их, эм… Ну, это… – кажется, его смущало присутствие Венги.

– Хорошо. – но только заказчик собирался отправиться к подопечным, как Батя произнёс заговорщическим тоном, – Раз такое дело, может мы и мужиков там подсократим? Не бесплат…

– Серж!

– Понял, понял.

Пока мэр не удалился достаточно далеко, наёмники не произнесли ни слова. Первым прочистил горло Лайонел:

– Кхм. Бабы не полезут.

– Уверен?

– Да. Не та культура тут.

– А ты типа знаток-культурознавэць? – Батя ехидно улыбнулся, но Лай ответил всё с той же серьёзностью в голосе:

– Нет, я сам из подобного места. Да и был много где. Правда ни разу не слышал, чтобы слова коверкали как ты: цэ, шо, га, ба… – воин перекривлял голос командира и спародировал как тот облизывает усы.

– Сраку соби облобызай! – мгновенно вскипел Батя, роняя сало с бутерброда.

Отряд зашёлся улыбками, в том числе и сами спорщики.

– Лучше по делу давайте поговорим. – перебил вечно серьёзный Даджой.

– А что тут говорить? Дадим крюк по острову, посмотрим, прикинем как лучше штурмовать, потом попробуем по-тихому главного взять. – Батя оглянулся и понизил тон. – Спросим про полагающиеся нам трофеи и затем продолжим уже не по-тихому. – снова оглянулся, но теперь в сторону стражников с огнестрельным оружием.

Лица наёмников заострились и посуровели. Они понимали, что штурм поселения обернётся охотой на одного из стрелков. А значит и условия должны быть соответствующими.

– Выступаем вечером. Ещё вопросы?

– Да. Что такое «дубль пусто»?

– Кен, это выражение из настольной игры. Домино называется.

– Мм… – слово ничего не говорило о сути самой игры. Кеншин вытер ладони о рукава балахона и извлёк из-под панциря свою записную книжку и уголёк. – На что похожа?

– Ну… Типа… – Батя потерялся, но на помощь снова пришёл Даджой:

– Маджонг.

Лицо степняка просияло пониманием, и он собирался было опустить уголёк на бумагу.

– Нет! – резко вскинул руку Лайонел. – Маджонг совсем не то. Домино выглядит как пай гоу, но смысл другой. Дубль пусто – это пустая кость. У ваших такой нет просто.

Значение выражения сразу приобрело смысл для той конкретной ситуации. Кен захлопнул блокнот, так ничего и не записав. Что и где не случалось бы с человечеством, а преследующие его пороки сохраняли удобные формы на протяжении эпох и эр. От места к месту лишь меняя названия…

Лай ухмыльнулся.

Уж в чём, в чём, а в пороках он был большим специалистом. Разглядеть искры азарта в узких глазах товарища ему не составило труда.

***

За целый день защитники острова больше не появлялись. Видимо решили, что бездна с ним, с этим лесом. Хотя, мэр предполагал, что его коллегу могли линчевать.

Такая вероятность для наёмников не была предпочтительной. События следовало поторопить.

Когда в город отправили десятую телегу с брёвнами, Батя объявил сбор на вылазку.

Для облегчения опознания друг друга в тёмное время суток, были использованы бинты из общей аптечки. Полосы белой ткани повязали на оба плеча каждому участнику группы.

Предварительно уточнив примерную географию острова и схему поселения, небольшое воинство отправилось в путь.

Вёл мужчина, хорошо знавший твердыню. С его подсказок, почти вся дорога пролегла по низинам, оврагам, ярам и лесным чащам. Шанс обнаружения был сведён к минимуму. Но, вместе с тем, упала и скорость. Первые дома появились аж спустя три часа. Свет уже поднялся высоко в небеса и, с минуты на минуту, грозил погрузить Архипелаг во тьму.

На деле, городок оказался всего лишь плотным селом. Каменных домов видно не было вовсе. О наличии жителей можно было судить только по часовым на нескольких крышах, да по караулу на главной дороге. После двух демографических катастроф подряд, осенней и утренней, проявлять признаки жизни попросту было некому. Дым поднимался из считанных труб, да и свет в окнах тоже почти не горел.

Определив, с какой стороны лес ближе всего подходит к домам, группа сместилась и рассредоточилась. До наступления темноты Батя повторил ополченцам сигналы и порядок действий в разных ситуациях. В том числе – вывод арестантов, если тех окажется больше одного, и штурм городка, в случае блокирования отряда в резиденции мэра.

Но это были всего лишь слова для отвода глаз.

На самом же деле, ополченцы были обречены на уличный бой и неизбежные потери. Реальный план наёмников вертелся исключительно вокруг добычи. Часть которой таскал с собой один из стражников.

***

Выступили, когда Даджой доложил, что не видит и не слышит никого в наблюдаемом районе.

Где находится мэрия – было общеизвестной информацией, поэтому наёмникам оставалось только выбрать дорогу к ней. Вернее – переулок, подворотню и двор, которыми и пошли.

До самого центра обошлось без приключений. Лишь раз пришлось пропустить патруль. И то, перейдя улицу, Джой сообщил о запахе спиртного, оставшемся за незадачливыми ополченцами.

Поминают товарищей что ли? Хотя… Скорее всего, и без утренней бойни, шансы встретить здесь пьяных караульных были бы не нулевыми.

За зиму, пустующее поселение никто не убирал. На улочках много пыли, булыжники мостовой покрывает засохшая грязь. Кое-где покосились заборы и растащена черепица. У отдельных подворий сняты с петель ворота. На улицах повсеместно торчат пеньки. По всей видимости, зимой мужикам просто было лень идти в лес за дровами.

Та-а-ак… Вот и главная площадь городка, на ней – мэрия, пара магазинов и пустой трактир с забитыми входом и ставнями. Освещение – только в мэрии.

Охраной местный правитель не озаботился, так что к заветной двери наёмники подошли в полный рост и не скрываясь. Разве что шаг ускорили.

Позаглядывали в окна, обошли вокруг, подёргали ручку с чёрного хода – закрыто. Вернулись к парадному.

– Никого не убиваем. Угрожаем, по необходимости глушим. Как сделаю «кхе-кхе» – даём шанс сбежать. Вопросы?

Удостоверившись, что вопросов нет, Батя открыл дверь и шагнул через порог.

Первые мгновения слышалась чья-то речь, но стоило петлям скрипнуть – голоса внутри затихли.

Короткий коридор вывел в зал с большим овальным столом. Вокруг него сидели шесть мужчин.

Завидев уже знакомых латников, пара попыталась встать, но тут же познакомились с кулаками чужаков. Первого одним ударом уложил Даджой (хоть бы не убил), на второго выскочила Венга. Девушка словно с цепи сорвалась! Удар за ударом, изящные кулачки в перчатках выбивали дух из крупного бородатого мужчины. После третьего в челюсть он грузно рухнул на пол. Из-под шлема воительницы доносилось тяжёлое, на грани надрыва, дыхание.

Остальные участники собрания (или что оно такое) с мест не встали, хоть и напряглись. Им было очевидно, что сопротивление оказывать бесполезно.

– Мсье мэр? – фальшиво-подобострастно протянул Батя и тут же получил ответ в виде поднятой руки.

Мужчина, имевший неосторожность признаться местным правителем, был немедленно отоварен по физиономии и доставлен в одну из комнат на втором этаже. Увели его Лай и Батя. Остальные остались караулить доверенных лиц.

Вовремя подвернувшееся кресло стало пыточным ложементом.

ХРЯСЬ!

– Где казна?

– Че-чего?

ХРУСЬ!

Что первый, что второй раз Батя не сдерживался. Оба удара пришлись по разным вискам и грозили если не сотрясением, то гематомами и длительной головной болью, уж точно.

– А-а-а-а… – тихонько протянул мэр.

– Казна города. – совершенно спокойно, но твёрдо произнёс Батя на ухо мужчине.

То ли он ошалел от происходящего, то ли ещё не до конца его осознал, мэр не собирался открывать никаких своих секретов!

Следующий удар пришёл под дых. Бедняга согнулся, не в силах заставить лёгкие снова заработать. Когда ему это всё же удалось, Батя позволил отдышаться.

– Отдай деньги и больше нас не увидишь. – на вопросительный взгляд мэра, изувер добавил, – Даю слово, мы уйдём.

Опустив взгляд, бедолага сомневался несколько секунд, но всё же решил пожалеть себя:

– В моём кабинете, за портретом.

– Показывай.

Не опасаясь удара в бок и или спину, Батя подхватил мэра под локоть и потащил в коридор. Из-под необходимой двери сочился тусклый свет. Не колеблясь, воин прикрылся пленником и резко распахнул дверь.

В кабинете нашлась служанка в характерном чёрно-белом платье. Женщина средних лет вздрогнула и по её щекам мгновенно покатились слёзы. Повинуясь жесту незнакомца в доспехах, она не посмела издать и звука.

– Лай! Где ты там? Хорош серванты шмонать! – крикнул он за спину и обратился уже к женщине, – Уважаемая, снимите портрет со стены. Да-да, вот этот.

С картины на творящееся бесчинство смотрел пухлый седовласый мужчина, с чрезмерно-горделиво поднятым подбородком и вздёрнутыми бровями. Наверняка, какой-то очередной дед дедов дедов…

Мэр не солгал. В потайной нише в стене стоял небольшой ларчик.

– Уважаемая, поставьте на стол и откройте.

Трясущимися руками служанка выполнила требование и с ужасом воззрилась на второго бандита. Он поднял забрало шлема и, с недвусмысленной улыбкой, обшаривал её глазами.

Батя приблизился к столу, дёрнув несчастного правителя за шкирку, и заглянул в сундучок. Он оказался почти пуст. С десяток серебрушек и жменя медяков едва закрывали дно. И ни одной монеты небесных торговцев.

За лож мэр сразу же схлопотал мощный удар в живот и осел на пол. Служанка коротко пискнула.

– Тщ-щ-щ… – Лайонел подошёл к женщине, опёрся на стол и погладил её по плечу. – Тише-тише. Как тебя зовут?

– Ва-Ва-Валери… – шмыгая носом едва сумела выговорить женщина. Близкое внимание незнакомца повергло бедняжку в ступор, и она не отрывала глаз от пола.

– Валери, у твоего начальника есть ещё тайники?

Валери пожала плечами и помотала головой.

– А где сейчас его жена и дети, Валери? – окончательно ломая жертву, Лай прижал к её щеке, под самым глазом, кончик меча.

Даже при плохом освещении масляных ламп было видно, как она побледнела.

– Умерли. – едва слышно пропищала служанка.

– Как? – не удержался Батя. Хоть он и говорил спокойно, его голос звучал гавканьем, в сравнении со сладкими увещеваниями Лая и тихим сопением женщины.

– На пожаре осенью.

– Это когда амбары сгорели?

Валери быстро кивнула, не отрывая глаз от пола.

Наёмники переглянулись.

Неужели просчитались? Не мог же мэр инсценировать пожар и при этом случайно спалить свою семью? Ладно если только жену. Это было бы ещё хоть как-то объяснимо. Но ребёнка…

– Сходи его дружков расспроси. – наказал Батя.

Пока Лайонел ходил на первый этаж, командир наёмников, а вернее – атаман разбойников, провёл приготовление к крайней мере допроса: вытащил из-за стола массивное кресло и перенёс поближе все масляные лампадки.

К его удовлетворению, на шум мгновенно прибежали Кеншин с Максом. Но, убедившись, что это всего лишь мебель, они ушли обратно. Макс смотрел на немую сцену лишь мгновение дольше наставника. Ни перепуганная и беззвучно-ревущая женщина, ни избитый мэр на полу, не произвели на него никакого впечатления.

Вернулся Лай. Слова служанки нашли подтверждение у всех участников собрания. Удалось выяснить, что в тушении пожара принимал участие весь городок. Так что никто не удивился, когда мэр объявил о смерти жены и дочери. Что правда – их тела не нашли, а похороны состоялись в виде развивания пепла с обрыва твердыни.

Что-то не сходилось…

– Отведи её вниз. – только и бросил Батя. А когда остался наедине с мэром, как бы невзначай спросил, – На скольких кораблях прилетали пустынники?

– На одном. – растерялся правитель, но тут же замер, вперив глаза в своего палача. Проболтался! И вообще, откуда ему могло быть известно про небесных торговцев?

– Ты знаешь, как тебя казнят, когда узнают правду? – бандит пошёл ва-банк, – Про то, что ты отдал еду бедуинам и учинил пожар в собственном городе.

Старый лис попал в самую цель. Подбородок нечистого на руку чиновника затрясся, глаза полезли из орбит.

Вернулся Лайонел.

– Либо сам рассказывай где деньги, либо мы тебе поможем. – Батя подвинул одну из лампадок по столу.

– Нету денег. – обречённо выдохнул мэр.

– А еду ты им на что сменял?

– На жену и дочь. – мужчина окончательно осел на задницу и сгорбился.

Спустя секунду, без лишних «подбадриваний», он поведал про визит небесных торговцев. Как они прибыли на остров одной осенней ночью и приземлились далеко в лесу. Как тайно пробирались к нему по ночам для переговоров и предлагали баснословные деньги. Задабривали гостинцами: вкусными винами и диковинными сладостями. А один раз, напившись вместе с ним, взболтнули, что вскоре ему самому еда будет не нужна.

– В смысле? – в один голос вопросили наёмники.

– В прямом. Войска по плоскостям пойдут.

– Какие войска, шо ты мелишь?!

– Пустынников! Продовольствие для армии покупают, и чтобы голод на островах совершить!

– Что-то я не пойму. С какой стороны ко всему этому твоя семья подползает? – Батя прищурился.

– А я договорился, что они нас заберут вместе с едой и у себя поселят.

– Ну так ты то здесь! – Лай озвучил наиболее очевидную нестыковку.

– Обманули. – констатировал мэр и добавил резко севшим голосом, – Когда на борт поднимались, дочку и жену схватили, а меня ногой в лицо…

– И ты поджёг амбары?

Мужчина не ответил, лишь потупил взгляд в пол. И так всё было ясно, как белый день.

– Если это правда – ты дурень. Тебе знатно съездили по ушам, а баб твоих в бордель продадут. Одним махом всех погубил.

Не обращая внимания на зарождающийся плач мэра, Лай предложил:

– Давай Кена позовём, пускай ему иглы под ногти посуёт для верности.

– А толку? Глянь на него. – Батя подбоченился и брезгливо пнул горе-правителя, горе-мужа и горе-отца. – Слышь, уважаемый! Мы наёмники, и твой кореш Жак заплатил нам за твою башку. Сейчас у тебя есть возможность перебить его заказ. Даю слово, мы сопроводим тебя на нашу твердыню и высадим на следующей пристани.

Бедолага поднял заплаканные глаза. Увы, на столь щедрое предложение он мог ответить лишь тем, что наёмники уже видели:

– Это все деньги. – он взглядом указал на ларец на столе.

– Значит будем по-плохому. – Батя поднял забрало и крикнул в дверь, – Кен! Иди сюда!

В тот же миг снизу раздался скрип мебели о пол и звон разбитого стекла, а следом, уже с улицы, донёсся истошный женский визг.

Глава 15

Что всё пошло не по плану – даже гадать не приходилось.

Участников собрания оставили сидеть за столом. К ним присоединилась и приведённая служанка. Женщина всё время ёрзала на стуле, тихо рыдала, расстегнула верхние пуговицы платья и сняла передник. Собственно, им она утирала слёзы, льющиеся бесконечными ручьями.

И вот, когда Батя позвал на второй этаж Кеншина, женщин бросила фартук ему в лицо, а сама рванула к окну.

Доли секунды, на которую степняк был выведен из строя, хватило, чтобы пленница проскочила мимо. Оконную раму она выбила весом собственного тела и сразу же огласила округу призывом на помощь.

Никто из наёмников и не дёрнулся. Ловить беглянку было поздно и следовало удержать хотя бы мужчин.

Раздался перезвон ещё одного бьющегося стекла и сразу же громыхнул выстрел. Эхо прокатилось по площади и вернулось к мэрии сухим хлопком, как мог бы щёлкнуть кнут. Кажется, это Батя выстрелил из окна второго этажа. Если так, то…

Бедная, бедная Валери…

А это было именно так. Главарь наёмников спустился по лестнице, громко топая по деревянным ступеням. Мэра с ним не было.

– Без свидетелей. – коротко гавкнул он.

Бойцы выполнили приказ раньше, чем сами «свидетели» поняли, что речь идёт о них. Кен одного за другим пронзил сердца двоим, ещё по одному тем же способом убили остальные. Безучастным остался только Макс.

Шлем юноши был закрыт, но его лицо под забралом обратилось в камень. Всем сердцем, он ненавидел происходящее. Не желал ни смерти никому из присутствующих, ни бед жителям городка. Но умом он понимал, что во всех их несчастьях виноваты именно эти мужчины и их начальник. Даже если не принимать во внимание разбазаривание продовольствия, то что мешало мэру прийти за помощью к соседям?

И вообще, сами жители тоже хороши! Почему они не воспротивились идее правителя нападать на лесорубов, вместо того, чтобы объединиться с ними? Двести человек, и из них всего двадцать женщин… Даже не найдись у них врагов на всей плоскости, они бы уже не восстановили население своей твердыни. Кровосмешение оказалось бы фатальным для грядущих поколений. Неужели было так трудно воспользоваться головами?

Во всём виноваты сами!

А наёмники… А что наёмники?

Даже в детских сказках, после героических битв, на их полях пирует вороньё.

Личное отношение к дуракам и подлецам, лишь добавляло уверенности. Ещё в первые месяцы путешествия, Макс определил для них место в своём мировосприятии. Место, в одном ряду с чёрными налётчиками, уничтожившими его остров. И в одном строю со всей остальной мразью, совершающей неоправданное зло!

ЦОК! ЦОК!

– Макс! – Венга постучала по его шлему. Не получив никакой реакции, она зажала меч между бёдер и пыталась открыть забрало младшего товарища. Он пришёл в себя, когда это как раз получилось и перехватил замахнувшуюся для пощёчины руку.

Блеск девичьих глаз в прорези шлема и хрупкая податливая ладошка, обхватившая его большой палец, помогли окончательно прогнать мрачные мысли.

– Я в норме!

Батя на всякий случай выглянул в разбитое окно и принялся заряжать мушкет:

– Наши сейчас ломанутся сюда. Поджигаем дом и выходим к ним навстречу. Дальше, согласно нашего плана – держимся до первых потерь и уводим их в лес. Жаку скажем, что эти, – он кивнул на трупы, так и сидящие за столом, – сначала забаррикадировались, потом стрелять начали. Нам ничего не оставалось.

На всякий случай, Лайонел разбросал по полу оружие участников собрания, а Даджой стащил со стульев их тела. Чтобы истина уж точно никогда не всплыла.

Кеншин с Венгой взяли лампадки и пошли по комнатам. По пути они поджигали всё, что только может гореть – занавески, скатерти, висящую на вешалке одежду. На кухне Кен соорудил костёр под поленницей.

Когда, через минуту, наёмники покидали мэрию, в окнах уже во всю плясало пламя.

Выдумывать лишние приключения не стали, отходили той же дорогой, что и пришли. Тем не менее, после первого поворота наткнулись на патруль. Джой, идущий первым, лихо опрокинул троих мужчин на землю.

Никого не добивали. Наоборот – поругались в полный голос. К разочарованию беглецов, местные не спешили их ловить. Следовало дать им хоть какую-то наводку. И это сработало! Сработало неожиданно быстро и не в меру эффективно: на наёмников посыпались стрелы.

Лучники – те самые часовые на крышах. Их было немного, но били, гады, метко! Первый же выстрел угодил Даджою по шлему. Следующие два отскочили от наплечника и панциря.

Воины ускорились. Нужды будить врагов больше не наблюдалось! Не хватало ещё, чтобы одним из караульных оказался стрелок с мушкетом!

– Направо, направо! Там сады во дворах были, под ветвями пройдём! – сориентировался Батя. Но стоило свернуть, как с другого конца переулка прилетели сразу две стрелы. – Етить, твою!

Наконечники у них конечно несерьёзные, может даже стёганку не пробьют, но бежать навстречу лучникам никто не собирался. Не сговариваясь, вернулись на прежний курс.

В направлении цели, на краю поселения, раздался возглас. Его поддержали ещё несколько. Затем оттуда последовала целая какофония криков и звуков. Группа поддержки наконец встретила сопротивление.

Вишенкой на пироге стал долгожданный выстрел мушкета!

Единственное огнестрельное оружие городка было там, а значит по улицам можно было идти не опасаясь получить пулю!

Наёмники на мгновение замерли.

– Оценим обстановку и врубимся! Кен, Макс! Винтовка на вас! – Батя наконец-то озвучил мысли о главном, самом вожделенном, трофее всей авантюры.

Наёмники вышли на улицу, перпендикулярную центральной площади. Пожар в мэрии уже перебрался на крышу и хорошо освещал дорогу и прилегающие дворы, чем не преминул воспользоваться одиночный стрелок.

Да такой ловкий зараза! Стрелы посыпались одна за одной! Другой вопрос – их убойная сила, даже на рукав стёганки не приставали. На глазах Макса, Лай получил одну стрелку в плечо, но она тут же и упала на дорогу. Сам воин не обратил на неё внимания.

– Говно ты, а не лучник! – выкрикнул Батя, сворачивая с улочки, и добавил, – Мсье, мон ами!

Свернули как раз вовремя, чтобы через забор увидеть, как на стычку спешит подкрепление местных ополченцев. Как там выглядит драка, никто не знал, так что их пропустили.

Но, уже через пятьдесят шагов, оказалось, что зря!

Вторженцев встретили чуть ли не все возможные силы, за исключением десятка лучников. Да и те – были под вопросом. Над головами то и дело свистели стрелы.

И куда стреляют? В спины соотечественникам?

Отряд приблизился как можно ближе к месту побоища. Брань и проклятия стали оглушительными, а звонкие удары дерева о дерево и метала о металл и вовсе, перекрывали собой весь остальной существующий мир!

Благодаря белым повязкам, расстановка сил была понятна практически сразу. Вот, один из своих в шлеме и панцире лупит местных копьём как дубиной. А вон, наоборот, какой-то местный бугай разбрасывает голыми руками вторженцев. Причём, последние летят на землю после каждого удара. Силён, зараза!

Но, не долго музыка играла. Громыхнули мушкеты! Ещё из одного ствола добавил штуцер. В ответ, со стороны обороняющихся, хлопнул одинокий выстрел.

Из-за свалки было сложно судить об эффективности огня, но ни с одной из сторон, никто не отступал.

Совсем отчаялись! Получить в лицо сноп искр или облако раскалённых пороховых газов – то ещё удовольствие. Не говоря уже о падающих замертво товарищах и напарниках…

Кеншин выглянул через забор. Ни единого профессионала ни у врага, ни у своих – не имелось. Бой походил на хаотичную свалку без поддержания строя. Попыток обхода тоже не было. Также никто не пробовал организовано устранить стрелков противника. Таким образом, завладеть оружием одного из них, превращалось в дело техники. Надо сказать – не слишком тонкой.

Степняк оценил варианты подхода к мушкетёру противника. Затем, дождался пока он перезарядит ружьё и, не предупреждая товарищей, перемахнул через забор. Макс во все глаза смотрел, как наставник рванул через улицу просто прячась в длинной тени дерева, существующей благодаря зареву пожара. Неверный силуэт всё время норовил исчезнуть, даже если парнишка не сводил с него глаз.

Вот до цели осталась пара шагов. Кен обратился бесформенной кляксой и набросился на стрелка. А в следующий миг он уже оттаскивал бездыханное тело на обочину. Ни один из участников драки и усом не повёл!

Фигура наставника обзавелась новыми очертаниями, а через секунду его тёмный балахон осветила вспышка выстрела.

– Банза-а-ай!!! – раздался звонкий вопль.

Вторя ему, Батя приложил пальцы к губам и свистнул так, что у остальных уши заложило! Собственно, свист и был одним из оговоренных сигналов, а вот боевой клич степняков – сугубо личная блажь Кеншина.

Макс рванул было перелазить через забор, но Джой одним движением ноги сравнял препятствие с землёй.

Наёмники вывалились из укрытия прямо на подоспевшее подкрепление местных. Двоим по щам сходу прописал Батя, ещё по одному взяли на себя Макс с Лаем, оба били гардами мечей. Даджой – так и вовсе, не заметил, как прошёл буквально по тройке бойцов. Понятное дело, без нескольких пинков не обошлось. Несчастные продолжили кричать и корчиться на земле…

Завидев своих, ополченцы нанимателя воспарили духом и насели на врага с новой силой. Под первым рывком оборона даже просела на добрых пару метров. Некоторые лихачи из первых рядов защитников оказались под ногами дерущихся. Образовалась давка.

Латники, появившиеся с тыла, встретили лишь редкое сопротивление. Ничем не защищённые, не знающие ратной науки, местные выставляли перед собой оружие в неумелых выпадах. Как правило – в последних.

Несколькими ударами Джой поверг в ужас сразу целую группу бойцов на левом фланге. Видя над головами врагов великана с отличительными знаками – белыми полосами, нападающие усилили натиск. Вскоре, им удалось объединиться с гигантским союзником.

Что правда, толку от этого не было. Даже наоборот! Джой стал стеснён в замахах своим полутораметровым мечом. За то, защитники почувствовали угрозу нависшего над ними окружения.

Тем временем, Батя с Лайонелом взяли на себя всю центральную часть вражеского воинства. На них наседали сразу шестеро местных мужиков. Будь на их месте опытные воины, и наёмники не побрезговали бы разрядить по ним пистолеты. Но нет! Командир отряда остервенело махал саблей, попадая то по лицам, то по рукам, то по оружию. Смертельных ударов он не наносил, но и этого хватало за глаза. А Лай по привычке разбивал лица гардой и раздавал тумаки эфесом. К нему за добавкой тоже не обращались! Позади на подхвате была Венга. Вперёд она не лезла, но пару зарвавшихся врагов утихомирила. Что характерно – окончательно.

На правом фланге правил бал Кеншин. Он постоянно перемещался и менял противников. Когда на него обращали внимание – не стеснялся отбегать подальше в тыл. Разгорячённые боем мужчины быстро теряли интерес к непонятно чему объявившемуся со спины. Может свои, а может и мало ли чего!

Собственно, у степняка была своя цель – добраться до штуцера.

И когда он таки продавил край свалки до «своих», то сразу же получил по шлему топором!

Чтобы подкрасться к врагу сзади, требовалось снять с себя все демаскирующие элементы снаряжения. Кирасу и шлем, Кен спрятал под балахоном, но белые ленты с рукавов пришлось убирать. И теперь он стал жертвой естественной реакции союзников.

Нету опознавательных знаков – получай по башке! Путейн де энеми! (с фр. «вражина еба... Кхм!»)

Тут то и пришёл на выручку Макс! Причём не ясно кому, наставнику или ополчугам, имевшим неосторожность… Он загородил собой Кена, когда тот уже собирался проходить через их строй.

– Свои! Свои! Пропустите!

И таки пропустили.

Добраться до стрелков, перенаправить их на другой фланг и бесстыдно завладеть штуцером убитого – труда не составило.

Макс обшаривал карманы стражника, когда Кеншин издал переливчатый свист в две тональности. Условный сигнал, обозначавший, что дело сделано.

Ополчение восприняло его по своему разумению и, в который раз, налегло на несчастных соседей. Те дрогнули и попятились.

– Всё! Хорош, пацаны! Хватит с них! – горланил Батя, успокаивая вверенное ему подразделение. – Отходим!

– Ретироваться! Се рётире! – подключился Лайонел. Подействовало!

Преследовать никто и не думал. Получив такую возможность, хозяева поселения предпочли забрать раненых.

– А вы – завтра к мсье Жаку на поклон! Да так, чтобы челом били! Мать вашу! – проорал командир напоследок.

В него тут же полетела стрела. Но, похоже, лучник был не уверен, стоит ли вообще стрелять? Силы натяжения тетивы не хватило бы и для простой одежды. Наёмник лишь помахал кулаком куда-то в темень. Что характерно, за полы стёганки его пытались утащить горожане. Они то и дело приговаривали успокаивающие «Мсье-мсье!» и добавляли что-то на своём картавом диалекте.

Прекращение огня было желанным и логичным для обеих сторон. Увы, человеческая злоба не знает слова «хватит». Злыдни ещё несколько раз бросали камни и стреляли из луков через заборы. Кого-то даже умудрились ранить.

Но побитых и порезанных хватало и без того. Весь обходной крюк и последующую дорогу до пристани, лес наводняли стоны и вскрики боли. Опасаться преследования или засад не приходилось. Так что, на этот раз, проводник повёл колону более коротким путём. Благо, мужчина пережил стычку без последствий для ног и головы!

***

До пристани дошли спустя целых два часа. Раненные существенно снижали походный темп. Судя по возгласам, один по дороге то ли умер, то ли потерял сознание. На ходу было не понятно, но бросать его не стали. Все герои должны были вернуться на свою твердыню!

Ударную группу встречал сам мэр. Он стоял на страже границ родины наравне с рядовыми горожанами. И, не смотря на поздний час, был бодр как огурчик.

Народ начал горланить вразнобой:

– Смотрите! Смотрите!

– Свои!

– Вернулись!

– Запрягайте повозку, с ними раненные!

Всех пострадавших более чем легко, сразу же отправили в город. А самого молодого послали вперёд обоза, чтобы разбудить врача.

Остальные обошлись промыванием ран и примитивными перевязками из всё тех же белых лент.

Обработкой занялись непонятно откуда взявшиеся женщины. Видимо, изначально были привлечены для готовки. А может и чьи-то жёны, оставшиеся за компанию.

На Венгу они смотрели с непониманием. Воительница не то, что помогать не стала, а откровенно по-хамски стала проверять казаны на кострах. И, ничего не найдя, завалилась прямо на землю возле огня. Ещё и ноги раскинула! Тьху!

Батя решил сразу же доложиться. Была поведана трагическая история попытки задержания коллеги заказчика. Как перебранка переросла в штурм мэрии. И как преступник не пожелал сдаваться живым и устроил пожар! К тому моменту основная группа уже шла на подмогу, но попала в засаду. Наёмники с трудом пробились навстречу и кое-как сумели переломить ход боя в свою пользу.

Отдельно, командир отряда сто раз подчеркнул, что старались избегать всяких жертв. Насмерть не били! А как только появилась возможность организованно отступить – ею сразу же воспользовались!

Весь доклад слышали и ополченцы-участники драки. Надо ли отдельно говорить, что они наперебой подтверждали каждое слово старого воина?

После, Жак дал добро отдыхать до рассвета.

Хоть ответная акция и виделась весьма призрачной, учитывая понесённые противником потери, но доспехи никто не снимал. Спать легли у дальнего костра.

***

Макс проснулся от начавшейся суматохи. Свет пока ещё не озарил небеса над бездной, но ополчение на импровизированной заставе уже оживилось.

Мимо, тарахтя бутафорными доспехами, протрусил мэр.

Со стороны пристани раздался крик одного из караульных:

– Идут! Идут!!!

Глава 16

И действительно шли…

Женщины с раненными.

С первых же слов всё встало на свои места.

Бабьё устало от глупости своих мужчин и их друзей. Хотя, скорее всего, они поняли, что им грозит, останься они на острове: рожать от разных партнёров каждый год.

Ну а побитым попросту некуда было деваться. Врач из их городка сделал ноги ещё по осени, а надеяться на квалифицированную помощь от товарищей не приходилось.

По словам прибывших, в городе осталось меньше двадцати человек. Да и те, просто потому, что кому-то надо было управиться с телами погибших.

Для мэра настал час демонстрировать всю широту своей души.

Когда в бездне забрезжил Свет, Жак встал на какой-то ящик и толкнул примирительную речь. Основной посыл заключался в многовековой дружбе и родственных узах, связывающих многих соседей! Не побрезговал воспользоваться и аргументами покойного коллеги, мол, беда должна сплачивать и всё такое.

В конце оратор слез с импровизированного постамента и символично прошёл навстречу прибывшим. Руку он жал женщине, взявшей на себя смелость возглавить соседей.

После этого людей направили в город, даже выделили добровольцев для помощи в транспортировке самых тяжёлых раненых.

Ох и накуролесили наёмники… Отрубленные пальцы и изувеченные кисти рук были самым частым типом ранения. Но хватало и мужчин с повязками чуть ли не на всё лицо. А убитых сколько вышло, что прям половине населения остаться пришлось?

Хотя, сколько там того населения теперь?

Ой-йо-йой…

– Тьфу… Показушник. – сплюнул Батя. – Наверняка по второму кругу этот цирк погнал. Вчера же дел куда-то пленных?

– Ну да. – ни разу не удивился Лайонел. – Днём всё это ещё раз на центральной площади с помпой повторит. Потом праздник назначит, ко дню пристани его приурочит и будет каждый год спектакль показывать, как их «большая семья» объединилась сквозь невзгоды.

– Ты это серьёзно?

– Ну так!

– Может вы замолчите, и мы ещё немного поспим, пока они там возятся? – перевернулся на другой бок Кеншин.

– Не положено. – отрезал Батя и стал с кряхтением подниматься. – Заказчик наказал вставать с рассветом.

Даджой протянул сквозь зевоту:

– Ну так пойди ему голову поморочь. Прими удар на себя. Грудью на амбразуру, так сказать…

– Что такое амбразура? – Макс зацепился за незнакомое слово.

– Бойница. – ответил Лайонел.

– Ну это на вашем наречии бойница, а в военном деле… – хотел поправить Джой, но его оборвал хриплый рык Венги:

– Бездна! Да заткнитесь вы уже! Нормально же попросили!

Мужики жизнь видали, так что спорить с разъярённой со сна женщиной дураков не нашлось. Опыт имел даже юный Макс – синяк всё ещё сиял у него под глазом.

Много времени Батя выиграть не сумел. Подниматься пришлось меньше чем через пол часа. Завтракали теми же сухарями, но на этот раз добрались до глиняной баночки с каким-то ягодным вареньем. Особенно высокой оценки, сладость удостоилась у Кеншина. По этому поводу, он даже разорился на чай для товарищей. Лай не упустил возможности поворчать, что это не тот самый чай.

Мало по малу, отряд приобретал доброе расположение духа. А пока утягивали доспехи к боевому положению, Макс таки выпросил у Даджоя продолжение лекции по военному делу. Амбразурой оказалась бойница, специализированная для стрельбы из тяжёлых орудий на станках. Будь то хоть самострел, хоть пушка. Кен тоже слушал и едва заметно кивал, словно освежая знания из какого-то учебника.

Пристань переходили бодрым шагом. Все, за исключением Венги. Девушка лениво переставляла ноги, перевязь с ножнами и кобурами тащила подмышкой, а мушкет болтался за спиной. Прямо на ходу она продолжала кутаться в свою шкуру, на которой и спала. Сквозь мех были видны лишь румяные щёки и опухшие сонные глаза.

– Мадам, мсье! Бонжур! – мэр прямо-таки порхал, окрылённый обстоятельствами. И не преминул поделиться своей радостью. Сообщил, что наёмники выполнили почти всю работу, и он их задерживает исключительно для перестраховки:

– Как только последние переселенцы явятся – пройдём вместе с ними в город. Не переживайте, мсье Серж! Вижу, что торопитесь. На месте – в первую очередь рассчитаюсь с Вами, успеете и погулять, и скупиться! – Жак подмигнул командиру отряда, а тот бросил многозначительный взгляд на подчинённых.

Бездна! Ребята ещё не были в курсе фиаско с грабежом!

Соответственно, они театрально кивали лидеру и на пальцах перечисляли список архиважных планов на день.

***

Ждать долго не пришлось.

Оставшиеся соседи явились аккурат перед вторым завтраком. Мужики несли нехитрый скарб и кое-какие инструменты. Важно – никакого оружия! Что, не без облегчения, сразу подметили наёмники.

Завидев латников, беженцы встали как вкопанные. По всей видимости, им за глаза хватило двух стычек с профессионалами.

Разрядить ситуацию поспешил мэр.

Добрая встреча не стала ни для кого сюрпризом. Ранним утром несколько человек тайно сопровождали женщин с ранеными и своими глазами видели, как их приняли. Потом вернулись и доложили остальным, что всё в порядке.

При дневном Свете, вчерашние враги выглядели жалко! В глаза бросалась худоба и по-старчески осунувшиеся лица. Сложно сказать, что их больше подкосило – голодная зима или последний день?

Батя ухмыльнулся собственным мыслям. Ещё бы! Сравнил свой отряд с катастрофой!

Как и было оговорено, в город отправились сразу же. А чтобы порожняком народ не ходил – вверили погонять три телеги с дровами.

Мужики по большей части молчали. Но, стоило Жаку начать расспрашивать о доступных ресурсах, как сразу же спешили проявить собственную пользу. Чуть ли не каждую доску в своих заборах пересчитывали, да булыжники в оградах огородов!

Мэр несколько расстроился, что за зиму не осталось никакой скотины, но оно и не мудрено. Иначе сами бы померли.

По ходу начали болтать о том, о сём. Правитель поведал об идее торжественного принятия новых подопечных в общину города. Ни устава, ни, как выразился учёный великан – конституции, у острова не было, так что Жак решил проводить ритуал с помощью священного писания в храме Света.

– За одно и приход в церкви обновится! – фантазировал он, снова став похожим на добродушного толстячка. Похоже, кровавые события нисколько не омрачили его праздную натуру.

Но уже в городе его планам потребовались небольшие коррективы. Ещё вчера, когда поступили первые раненные, выяснилось неожиданное обстоятельство. У города попросту не было места для организованного оказания медицинской помощи и ухода за большим количеством пострадавших. На Архипелаге, с его редкостью катаклизмов и сложностью войн, медицинские учреждения вообще имеются только на самых больших твердынях.

Так что для этих целей решили использовать церковный холл. Собственно, сам священник и выступал инициатором! Теперь, с его подачи, горожане называли храм не иначе как госпиталем.

– Странный он у Вас… – издалека начал Джой.

Его вкрадчивый тон принёс неожиданный результат. Мэр согласился с умозаключением и поведал историю о том, как святой отец чудил во время последнего посещения твердыни бедуинами:

– Отказ торговцам я обосновал весомыми аргументами, мсье Даджой! Я ж не нелюдь какой, понимаю, голод у них там! А он как завёлся! Мол у них там тоже беда! Нужда! Бла-бла! Свет учит помогать не только ближнему, но и дальнему! Но Вы только подумайте! Я отказался продавать! А этот сумасброд требовал просто поделиться!

Уже в который раз за утро наёмники перебрасывались косыми взглядами.

***

Жак отправил беженцев с повозками на городской склад, а сам повёл воинов в свою резиденцию.

– Дом, милый дом! – воскликнул он, переступив порог мэрии.

Но за ним последовал только Батя. Остальные сочли за разумное не тащить в помещение грязь.

Встретиться договорились через пол часа на выходе из города.

Пока командир рассчитывался (слава Свету, там были не те цифры, с которыми он мог напортачить), остальные решили ещё раз прогуляться по поселению. Кеншину внезапно потребовалось что-то докупить в магазине. Скучающая Венга увязалась за ним. Лай разузнал у прохожих направление к борделю и решил, как он сам выразился – ознакомиться с ассортиментом. Компанию ему внезапно составил Джой. Мужики предложили присоединиться и Максу, но он сообщил о намерении посетить храм. Вернее, теперь – госпиталь.

***

Пол часа спустя, отряд уже шёл к лесу по паханному полю. Караульных и часовых на прежних постах больше не было. Собственно, как и необходимости в них. Теперь, все свободные руки были заняты мародёрством, вырубкой и строительством.

Наёмники не сговариваясь ускорились и постоянно оглядывались. Не смотря на доброе прощание с заказчиком, интуиция трубила тревогу! Развитая за годы авантюр, она не раз подсказывала о запахе жаренного. Однако, на этот раз причина не становилась очевидной, ни на первый взгляд, ни на второй. Но, бездна побери, палёным аж в нос шибало! И, судя по этому, у кого-то в отряде горели пятки…

Подозрение сразу пало на kидера. Он единственный находился в опасной близости к благополучному дому. Точнее – прямо в нём. Мог и не устоять перед соблазном!

– Бездна! Папаш, почему ты там так задержался? Жака не замочил, хоть? Говори уже! – наехал Лайонел. Батя от такого аж с шагу сбился:

– Ты белены объелся?! Обедом меня угощали! Ложек с вилками вокруг тарелки столько разложили, что я запутался! А этот, дружок-пирожок, сидит и лыбится! После еды расплатился, и пришлось слушать его фантазии, про клятвы на святых писаниях и про новые традиции! Тьху! И послать неудобно! Вроде же накормил от души! Это вам ещё повезло, что я свалил оттуда быстро, он как раз служанку за священником послал. Книжкой ентой своей похвастаться хотел! Ага, точно! вот этой!

– МА-А-АКС!!! – взревели наёмники в один голос.

В руках парня красовался толстенный том в переплёте о чёрной коже.

– Как? – спросил улыбающийся Кеншин.

– Зашёл, смотрю – лежит на том столе в конце зала…

– На алтаре. – догадался Джой.

– Наверное. – кивнул юноша. – Ну я подошёл, закрыл и на выход сразу.

– Да как так? Там же народу сейчас тьма! И раненые, и врач, и баб куча на подхвате! Не остановил никто? – Батя прищурился.

– Бабушка какая-то спросила – куда? Я сказал, что мсье Жак попросил принести.

– И она тебя отпустила?

Парень пожал плечами.

– Всё! Считай, сгубил старушку! – Лай хлопнул его по кирасе и расхохотался.

Смех оказался заразительным и оборвался лишь с гавканьем собак где-то позади. Случайность ли, или погоня – не важно! До пристани оставалось рукой подать.

Тем не менее, мгновенная заминка обернулась ещё большей спешкой. Остаток пути, воины проделали трусцой.

Что примечательно, Макс не удостоился ни единого упрёка. Ведь вряд ли известия о банде покинут пределы пары соседних орбит. Дальше плоскости – уж точно не уйдут!

И от того, все пребывали в прекрасном настроении. С собственным небесным бродягой – такие мелочные масштабы отряду были не по чём!

***

Несмотря на спонтанную пробежку, в крепость заходили с явным облегчением. Все, кроме Кеншина. Ему пришлось ещё и на стену по верёвке взбираться. Получилось прямо комплексное упражнение. Перед покорением Донжона, степняк попросил передышку. Всё же, высота была приличной, ошибка стоила бы жизни.

Погоня так и не показалась. О её отсутствии сообщил Даджой, решивший сразу стать в караул на надвратной башне. Скорее всего, никто и не гнался! Вряд ли в городе сразу разобрались, что случилось с их реликвией. А там ещё и организовываться надо … Спустившись во двор, гигант поделился с товарищами своими умозаключениями:

– Жак не рискнёт так подрывать свой авторитет. Придётся ему заткнуть священника. Иначе, сперва выяснится, что мы грабители, а потом и подробности кровавой бани всплывут. Даже такие, которых не было.

Противопоставить логике великана было нечего, так что все согласились.

– Кстати! – Лайонел в предвкушении потёр руки. – Что там на счёт награбленного?

Батя в миг посмурнел:

– Кен, давай лезь уже! Уводи вниз. – и добавил, теряя остатки доброго духа, – Перекур пятнадцать минут! Как двинемся – сбор в холле.

***

В очередной раз, Макс смотрел как лихо его наставник взбирается на донжон. А ведь на её высоту было жутко смотреть даже снизу! Но Кеншин ловко перебирал руками и не отвлекался на такие мелочи, как пропасть под ногами.

Повеяло дымом. Это Батя вышел из храма и закурил. Старый вояка уже избавился от доспеха и щеголял с голым торсом и в одних лишь стёганных брюках. И зря, что остальные постоянно подкалывают его возрастом. Если бы не седая голова и морщинистое лицо, командир отряда вполне сошёл бы за сорокалетнего мужчину. Уж точно – не старше.

Почесав грудь (опять-таки седую), он мотнул головой на дверь:

– Пойдём! Будем добычей меряться.

Ожидаемо, самый длинный трофей приволок Кен. Винтовка была старая, но добротно выполненная. Ни единого люфта во всей конструкции. Даже кремневый замок не имел ни градуса и ни миллиметра хода, не предусмотренного древним оружейником! Что, кстати, могло говорить и в пользу редкого использования штуцера.

Чтобы проверить эту теорию, Джой заглянул в стволы. И в самом деле! Нарезы практически не были сточены. А это – верный признак малого настрела. Хотя, судя по состоянию деревянных элементов, штуцеру было никак не меньше пары сотен лет. Надо отдать должное, мэр Жак и его предшественники отлично заботились об островном арсенале!

– Вполне возможно, что из него ещё твоих предков гоняли во времена ига. – Лай тоже высоко оценил обновку товарища.

Дальше Макс продемонстрировал причину спешного ухода с твердыни. Писание церкви Света!

На первый взгляд, переплёт показался кожаным, но при детальном рассмотрении – это был какой-то странный материал. Ни металл, ни дерево… Упругий, пальцы не холодит. Попробовали поцарапать – получилось легко.

Вопросительные взгляды обратились к самому начитанному члену отряда. Джой пожал плечами:

– Мне такое попадалось на рукоятках оружия. Но хозяева тоже не были в курсе. Думаю, этой обложке ещё больше лет, чем винтовке.

– Отлично! – Обрадовался Батя. – Коллекционерам загоним!

– Но сначала я почитаю.

– А сможешь? Там язык какой-то непонятный.

Огромные пальцы невероятно ловко и в тоже время бережно открыли том. Зашелестели первые страницы.

– Да. Это моё родное наречие. До нашествия степняков оно было общепринятым языком. Сейчас распространено в основном на серединных плоскостях. Да и вообще много где в ходу. У Колдролла в библиотеке половина книг на нём были.

Воины склонились над развёрнутым фолиантом, словно понимали текст.

– Смотрите. Тут написано «Лайт» – это Свет.

– Не! Мужик, в «Лайт» – четыре буквы, а тут пять написано.

– Слава Свету! – всплеснул руками Лайонел. – На старости лет научился до пяти считать! Лучше бы ты деньги так считал, когда о работе договариваешься!

– Это в твоём наречии, как слышишь – так и пишешь. А в этом, некоторые буквы не произносятся или вообще могут новые звуки образовывать. – заворожённый книгой, Джой не обращал внимания на очередную свару сопартийцев.

– Хорошо, что империя Циндао тогда не победила, а то было бы у нас сейчас суйнь-хуйнь-вчайнь какой-нибудь, вместо языка!

Обычно узкие глаза Кеншина расширились, и он оскалился:

– Я не пойму! Ты нас специально злишь?!

– А на кой оно мне надо? Сами сейчас разозлитесь. Вот! – Батя вывалил на стол жменю серебряных и медных монет. – Всё.

Воцарилась тишина.

– Как всё? А чеканка пустынников где? – первой в себя пришла Венга.

– У них осталась. Мэр оказался дураком и его кинули. – затем Батя вкратце поведал, как допрашивал нерадивого чиновника. Что небесные торговцы наплели тому про грядущую войну и как выдурили у него продовольствие и двух баб.

– Лопаты! – внезапно воскликнул Даджой.

– Какие лопаты?

– Бедуины скупили в Стиллролле весь инструмент пригодный для рытья.

– И что?

– То, что это для окопов!

Глава 17

– Лишь бы в грязи покопаться! Ты за свою жизнь не навоевался, что ли? – Батя с ходу подверг скепсису умозаключение Джоя.

После секундной заминки, командира поддержал Лайонел:

– Удваиваю. Ты представляешь, сколько они там жратвы купили? Это какое количество бойцов должно быть?

Даджой глубоко вздохнул:

– Ну хорошо! Значит, у нас есть просто странное поведение пустынников: насаждают жатвеников, разносят чуму, скупают инструменты, а в отдельных случаях, ещё и продают оружие соседствующим деревням. Кроме того, они всюду скупают продовольствие. И вы хотите сказать, что это всё совпадения и никак не связано с возможной подготовкой к войне?

Товарищи молча переглядывались. Ясное дело – не бывает таких совпадений! Тем более, что им прямым текстом об этом сказали. Да, источник сомнительный, но вот остальных фактов это никак не умоляло.

– Кстати, о продовольствии… В отличии от кое-кого, мы ещё не обедали. – подметила Венга.

– Ладно. Приводите себя в порядок, а я пока костёр сложу. – распорядился Батя и, секунду подумав, добавил, – Лай, пузырь прихвати! Чует сердце, без литры не разберёмся…

***

Час спустя спор продолжился уже за обеденным столом.

Объёмы еды, закупаемой небесными торговцами, были чудовищны! Они не вязались ни с какой возможной деятельностью. Бедуины успели отметиться везде, куда приставала крепость наёмников за последние полгода. Да, это всего лишь десяток островов на нескольких плоскостях! Но сколько ещё таких?

– Или сколько еды можно было вывезти с крупных сельскохозяйственных твердынь? – предположил Лай, разливая самогон по разномастной таре.

– Во-во! Так, давайте. За мирное небо! – Батя поднял мятую кружку из странного светлого металла.

Макс как обычно цедил чай, но чокался наравне со всеми.

– А лопаты им зачем? Джой, ты давно сталкивался с кем-то, против кого нужны окопы? Пустынники пока копать их будут – любой из островов вдоль и поперёк выжечь успеют! Смысл так заморачиваться?

– Да ладно! – не согласился великан. – Как будто мы с тобой их никогда не копали! А ведь у нас мелкая войнушка была! Всего на одной плоскости!

– Ой! Сколько мы там копали? Два раза? Так хоть было против кого! Огнестрел у восьми из десяти противников! А в этих сёлах, вон – одно ружьё на три улицы!

– Ничего себе! Это где вы так попали? – оговорка заинтересовала Лайонела. Уши навострил и Макс, жадный до всякой военщины.

– Та! На приграничной плоскости. Выше – уже Циндао, со всеми вытекающими: торговля редкими товарами, экзотическими продуктами, медикаментами… Злачное место, короче. Ну два аристократа и решили пободаться за сферы влияния. За пять лет – вся плоскость в труху! Ни одного города не осталось, чтоб этим идиотам также пусто было!

– Вы победили? – загорелся Макс, но тут же наткнулся на тяжёлый взгляд командира:

– Наша сторона проигрывала, мы решили уйти. Но там и победа – не победа, а так. Говорю же…

– Так! Ты не говори, а наливай давай! – неожиданно резко перебил Даджой.

Обновив спиртное, Батя поднял кружку:

– В общем, вы поняли. Не чокаясь.

Воцарилась тяжёлая тишина.

Да уж!

Когда-то давно, отец рассказывал Максу про войны и их героев. Это были легенды, редко – былины. Но всегда поучительные и с упором на мораль.

Время прошло и он узнал, что фольклор несколько приукрашивает реальность. Однако, из уст участника настоящей войны всё звучало совсем уж… Трагично, что ли?

Остальных наёмников внезапное откровение лидера не впечатлило. Порядочно разогревшиеся алкоголем, они с новой силой возобновили спор. Жаль только, что бесплодный.

Их представления о войнах разительно отличались друг от друга. Что говорить, если даже бывалые напарники, Батя и Джой, не могли прийти к единому видению ситуации.

После ещё нескольких тостов и прорвы беспочвенных предположений, был объявлен перекур.

Венга воспользовалась паузой и самоустранилась из-за стола. Мужская болтовня интересовала её куда меньше возможности помыться. А пока уши Макса оказались свободны от пьяного трёпа, следовало его немножко поэксплуатировать.

– Пойдё-о-о-ом! – схватила его под руку и поволокла к выходу.

Пила девушка наравне со всеми, так что совершенно не смущалась прижиматься грудью к плечу юноши. Макс даже не сразу понял, что это такое… мягкое.

Увы! Насладиться моментом не дал недостаток опыта! Вернее, его отсутствие.

– Помоги воды в корыто наносить! – и, не дожидаясь согласия, вручила два ведра. Сама тоже взяла.

Остальные только посмеялись над такой бессовестной эксплуатацей единственного трезвого члена отряда.

Потребовалось сделать пять ходок к пруду на задний двор крепости. Последние четыре ведра поставили вокруг костра и подкинули дров. Стандартная процедура для банного дня. Кстати, он должен был быть только завтра. Но, учитывая минувшую работу, Венге никто и слова не сказал.

Пока вода грелась, девушка соорудила ширму из двух стульев и простыни и вернулась за стол.

***

– Слушайте! А шо мы гадаем? – Батя внезапно просиял. – Кен, ты историю своего народа хорошо знаешь? Расскажи, как ваши деды дедов к набегу готовились триста лет назад?

– Да! Точно! – в один голос воскликнули Лай с Джоем.

В ответ раздалось многозначительное «О-о-о!».

Брови степняка при этом поднимались всё выше и выше, грозя вот-вот заползти на лысое темя и по нему добраться до затылка.

– У нас это называется «Великое завоевание»! Его история – гордость империи Циндао!

– Так! Сёгуну больше не наливать!

– Лай! Тихо! Не порти момент. Видишь, наш друг на театр настроился.

– Бывал я в их театре. Этот, как его… Кабуки! Там ещё мужики в баб наряжаются, представляете?!

– Да разве ж в этом суть высокого искусства?! Варвар! – возмутился Кеншин. Его брови плясали так, что не оставалось сомнения – он уязвлён до глубины души!

На фоне царящего каламбура, привычной серьёзностью выделялось лицо Даджоя. Но вот глаза его – по-доброму сверкали. Великан совершенно точно умилялся пьяной, но добродушной, болтовне друзей.

Макс нечасто видел эмоции на лице огромного наставника. Так что, даже их мимолётная тень заставила заулыбался.

– Ну так вот! – продолжил Кеншин, опрокинув в себя ещё одну пиалу самогона. – Согласно наших легенд и преданий, экспансия на серединные орбиты началась с объединения братских народов. На самом же деле, всё произошло на волне бесконечных гражданских войн. Когда ситуация нормализовалась – на руках правителя осталась огромная армия. По началу она была нужна для поддержания порядка. Но шло время. Молодые включения окончательно укоренялись в государстве, а войска всё не распускали… – ни на секунду не прерываясь, протянул пиалу для обновления. – И вдруг император приказывает: «Собрать ежегодную подать в ТРОЙНОМ размере!», – вжившись в роль, Кен скорчил разъярённую гримасу и ударил тарой по столу, расплескав половину алкоголя. – Что правда, следующие два года обещал освободить от налогов и земледельца, и ремесленника! И крупного, и мелкого!

– Сдержал слово?! – не удержался от вопроса Батя.

– По легенде – да! Но-о-о… Легенды на то и легенды! Чтобы будоражить воображение!

Наёмники зацокали языками, захлопали по коленям и вообще – проявили недовольство, разом за весь степной народ!

– Тем же годом, от каждой армии созвали самые боеспособные подразделения. Якобы для учений. Вот только обратно в места дислокаций воины не вернулись. Ни через сезон, ни через год, ни через два! А через целых пять лет выяснилось, что всё это время, наши лучшие солдаты вели войну на нижних плоскостях! И надо сказать – разгромную для местных варваров!

Кен перевёл дух. Выпил и снова затребовал добавки.

– Народ взволновался патриотизмом! «Как так?! Наши герои там кровь льют, а мы тут портки просиживаем! Не дело! Надо подкрепление собирать!»– кричали и фермер, и кузнец! Да как кричали то!? Чуть не до восстаний дело дошло!

– Да ладно! – отмахнулся Батя и выпил, не дожидаясь объявления тоста. Остальные последовали примеру.

– Да, да! – подтвердил Кеншин, но тут же хитро прищурился. – Всё зафиксировано в официальных летописях!

– А на деле? Кхе! Кху-кхе! – не разобравшись, что его интересует больше – выпивка или рассказ, Лай подавился горькой.

– Мобилизация. – пробасил своё предположение Джой.

– Совершенно верно, мой друг! Как ты понял, от того народ и волновался, на самом деле. – Кеншин хотел было выпить, но обнаружил, что уже справился с предыдущей порцией. И когда успел? Раздосадовано вздохнув, он подтолкнул пиалу пальцем в направление бутылки.

– Зачинщиков казнили. А всех схваченных свезли на столичную твердыню. Собрали из них штрафбаты, наспех обучили, кое-как вооружили и отправили на войну. А с ними – чуть ли не половину оставшейся официальной армии.

– Ну а логистика? Как логистику организовывали?! Снабжение, информация, трофеи. И как вообще вниз перемещались? – дошёл до сути Батя. Увы, ответ его не порадовал:

– А никто не знает. – Степняк развёл руками. – Точно известно, что оба раза полки стояли лагерями недалеко от столицы. И оба раза исчезали ночью. Куда девались – неизвестно. Потому что вертикальных и спиральных орбит около главной твердыни империи – нет. Продовольствие отправлялось только с самими армиями. Дальше они кормились сами. Трофеи обратно шли малыми обозами на протяжении всего завоевания. Вывозили только золото, артефакты былых эпох и редкие материалы. Но добирались годами, естественными путями архипелага – через все пристани. То есть, явно не тем путём, которым вторгались.

– Для спуска фрахтовали суда пустынников. – заключил Джой.

– Вряд ли. У них кораблей тогда столько не было. Да и с ними тоже война шла.

– Кен, а откуда у тебя столько информации, отличной от общепринятой? – теперь хитро прищурился Лайонел. – Я у вас там долго гостил! Все песни, байки, легенды – всё именно о славном героическом прошлом. Ни о каких восстаниях никто и не заикается.

Отряд превратился во внимание! Обычно, Кеншин ничего не говорил о своём прошлом. На трезвую голову, по крайней мере. Да что там?! Для товарищей он до сих пор был таинственным чужеземцем. Никто не сомневался только в том, что он в бегах. И вдруг, начинает сыпать нелицеприятными рассказами про свою родину.

Внезапнее, чем рассказывать свои истории, степняк умел только выскакивать из тени средь бела дня!

Он продолжил:

– Мой клан воспитывал превосходных разведчиков. Их заслали на нижние плоскости задолго до основной группировки войск. В те времена было нормальным встречать и принимать гостей из Циндао. Странствующие торговцы, крестьяне, ремесленники, врачи… А в назначенный срок, переселенцы срывали фальшивые личины и уходили навстречу силам вторжения. С собой несли ценные разведданные: карты, календари, численность и вооружение местных. Находили нужных офицеров, докладывали и отправляли голубей в канцелярию императора. И, само-собой, в родной клан тоже. Вот только туда шли сведения несколько иного толка.

Лицо степняка озарила коварная улыбка.

– Ну а пробраться в тайную библиотеку и стащить пару свитков с хрониками – святое дело. Особенно после какой-нибудь оговорки кого-то из престарелых учителей.

***

По сути, ничего полезного наёмники не узнали. Но, то ли рассказ Кеншина так их впечатлил, то ли дело было во второй пустеющей бутылке… Никаких военных теорий никто больше не строил.

Лайонел пересел ближе к Кеншину и они напевали какую-то задорную песенку на непонятном языке. Судя по сюсюкающим звукам, это было что-то с родины Кена. Он то и дело срывался на смех из-за неумелого произношения товарища. Поправлять его в таком состоянии было бесполезно.

Под их пение, окосевший Даджой пытался читать украденную книгу. Ну как читать… Картинки рассматривал.

Макса всё это движение мало интересовало, но идти спать было ещё рано. Так что приходилось терпеть соседство буйных певцов и подсматривать через стол в книжку.

Вдруг зашевелился Батя:

– Агов! Макс! Пойди проверь. – он мотнул седой головой в сторону белой ширмы. – Не шевелится уже часа пол. Чтоб не утонула.

И действительно! Венга вела себя подозрительно тихо. Не хватало ещё потерять её вот так вот по тупому!

Парень недолго думая поднялся и направился в противоположный угол холла. Певцы притихли и обернулись, Джой попытался сфокусировать взгляд на происходящем за пределами застолья, а командир тянул дурковатую улыбку.

Стоило Максу приблизиться к импровизированной ванной, как вдруг из-за простыни раздался оглушительный женский визг!

Наёмница просто расслаблялась в тёплой воде. Она прекрасно слышала всё происходящее за столом. А когда к ней направили юнца – решила его разыграть.

Что сказать? Удачно!

Бедолага аж подпрыгнул на месте! Затем рванул руками к лицу и закрыл ладонями глаза. Хотя и увидеть то успел только лицо и шею девушки.

За спиной загоготали товарищи. Задорно смеялась и выглядывала из-за ширмы даже сама Венга.

Поняв, что произошло, Макс залился краской, развернулся и быстрым шагом направился прочь из храма.

В общем-то, ничего особого на самом деле и не случилось. Просто глупая шутка, от пьяных старших. А, учитывая их нравы, могли и что-то серьёзнее учинить. Так что, и на том спасибо!

Во дворе, в лицо сразу ударил свежий ветер. Всё время на последнем задании погода стояла спокойная. И теперь, казалось, что воздушные массы пришли в движение именно из-за полёта крепости.

Полёта сквозь бескрайний простор над бездной.

Сквозь невероятно влажные облака, оседающие росой на волосах (кстати, порядком отросших за минувшие месяцы).

Наперекор тёплым ветрам, иногда дующим от столпа Света и согревающим в самые неожиданные моменты. Даже, когда Макс стоит в караулах на донжоне: небеса перестают выть и словно бы сама ночь заигрывает, дыша в лицо теплом.

И навстречу неизвестности и опасностям, которые подстерегают пусть и не на каждом шагу, но на каждой второй твердыне, уж точно!

– Ко? – незаметно подобравшаяся курица клюнула парня в ногу. Мол, украл нас у хозяев, а сам пропал и два дня не кормил и не поил.

Восполнив запасы еды и воды, Макс прощупал солому в гнёздах. Увы, ни единого яйца не нашлось. Хорошо хоть, что всё в перьях. Это значит, что куры правильно поняли назначение нехитрых конструкций и во всю ими пользуются.

Ну что же. Подождём ещё! Ведь не могли варвары держать таких щуплых птиц исключительно ради мяса?

Или они ещё подрастут?

Хм…

***

Учитывая весёлое состояние старших, вопрос о карауле даже не поднимался. Макс, со всей своей давно не детской ответственностью, принял решение и заступил в наряд.

«Вечер и ночь – не сутки торчать. За то, потом неделю трогать не будут.»– про себя рассуждал юный служака.

Собственно, ничего примечательного за наряд не случилось. Судя по дыму, огонь в холле перестали поддерживать сразу после наступления темноты. Да и голосов слышно не было.

Только ветер завывал. Да ещё, кто-то пару раз громко хлопал ставнями. Наверняка – Батя курил из окна комнаты.

«Что-то зачастил… Неужели, из-за угрозы войны?»– думал Макс, прислушиваясь к спуску в Донжон. Так, на всякий случай, если Кеншин решит его проверить.

С самого первого наряда, наставник больше ни разу не заявлялся на пост среди ночи. Но пару раз делал замечания с прозрачными намёками на осведомлённость. То тёплые вещи сразу бери, а не по ночам в комнату бегай. То капюшон за уши отводи, чтобы слух не ограничивать. А бывало и вовсе, смотрел так, словно знал, что ученик опёрся на зубец и покемарил пол часика.

Да! Было дело пару раз! Но правда – не на долго! И только одним глазком!

Ну а что? Вон, Венга через раз с травинками в волосах наряды сдаёт! Кстати, где она прячет солому в донжоне, до сих пор так и не нашли. Ну не с собой же туда-сюда таскает?

Увлечённый мысленными самооправданиями, Макс вздрогнул от внезапного прозрения. С нескольких шагов, ему в глаза пялился Кеншин.

Парень мгновенно взбодрился. Он понял, что зрительный контакт существует уже не первую секунду. Только вот осознание этого пришло лишь теперь, когда лицо степняка растянулось в улыбке.

По спине пошли мурашки.

Вот так вот даже красться не надо этим разведчикам империи. В лоб подойдёт и любого часового снимет! А тот и не заметит ничего, пока с ним не «поздороваются».

– Доброе утро. Пойдём вниз, там очередное совещание.

– Опять пьют?!

Кен покачал головой и произнёс ледяным тоном:

– Макс, мы решили идти на войну.

Глава 18

Душа Макса похолодела вслед за голосом наставника. С дикарями уже навоевался однажды, так у них даже оружия нормального не было! А тут предстоит воевать с довольно-таки развитой цивилизацией. Кто их знает, чем удивят?

Несмотря на ранний час, внизу уже закипала жизнь. Не спала даже Венга. Хотя, может её просто разбудили и приволокли? Ну такое, проформы ради. Точно разбудили! Взгляд злой, глаза слипаются…

Наёмники сидели на тех же местах, что и вчера. Только вместо алкоголя, ёмкости на столе заполнял какой-то ароматный отвар. Наверняка, что-то из знахарского арсенала Кена, для похмельных головушек.

– И так, друзья! У нас впереди мерещится отличная возможность срубить деньжат и обрасти трофеями. Поэтому, предлагаю не менять курс, и искать место, где нас смогут достойно оплатить. Ясное дело, согласимся только на долгосрочный контракт с регулярной оплатой. И, само-собой, будем смотреть на обстоятельства и на заказчика.

– Папаш! – перебил Лай. – А оно нам вообще надо?

– А что тебе надо? Ну, кроме сиськи, имею ввиду. – наёмники заулыбались.

– Вот ты язва старая! Сам же прекрасно понял, о чём я! – но, обведя товарищей взглядом, Лайонел разочаровано вздохнул. – Народ, ну вы что? У нас с вами твердыня, которой можно управлять. С ней – хоть лети отсиживаться на дальние орбиты, хоть грузоперевозки осуществляй, хоть разбоем занимайся. Мотались бы и дальше себе, зачем нам в мясорубку лезть?

– Мужик! Ты воин! Вот тебе война. Вот тебе и черномазые! Вперёд! Или в штаны наклал?

– Ну так воины не только на фронте нужны!

– Хорошо! Кто за то, чтобы и дальше мочить жуков-переростков, воровать жирных девок и пытаться нажиться на недалёких крестьянах? – на такую постановку вопроса никто не отреагировал. Не поддержали ни голосом, ни рук не подняли.

– Так ничто не мешает чем-то нормальным заниматься!

– И когда оно попадётся, твоё нормальное? Или может ты на мотыгу перейти решил? Давай выделим вам с Максом участок на заднем дворе. Будете кур доить, да коров стричь! Ещё и картоплю посадите.

Лайонел сдался. Слишком уж сильно его мучали последствия вчерашнего застолья, чтобы находить силы бороться ещё и с вредным командиром.

– Ладно. Если серьёзно, кто что думает? Решаем большинством, не стесняйтесь.

Первым высказался Даджой:

– Я со всем согласен. Но только с нормальным нанимателем, и чтобы у него хоть какая-то армия имелась. Не найдём – разворачиваемся.

– Если туго будет – на дальних орбитах отсидимся. Хоть к тому же Кнуду на поклон пойдём, с железными дарами и огненными палками. А еду и дрова по дороге сопрём. – дополнил Кеншин.

– Кен… – начал Макс, но запнулся от какой-то неловкости обращения к наставнику по короткому имени. Он почти не делал этого на глазах у остальной команды. – А что если твоим сообщить. Ну, в империю Циндао, в смысле.

– Без толку. – степняк покачал головой и мысль продолжил Джой:

– Окопаются и всё. В лучшем случае разобьют вторженцев на границах или внутри территории. В худшем – бедуины посмотрят и развернутся обратно. Тогда, весь удар по серединным плоскостям придётся. Всем достанется. А вот если для Циндао это будет неожиданностью – есть шанс, что бои окажутся затяжными или на какой-нибудь осаде атака погорит. В любом случае, от нашего ареала обитания часть сил отпрянет. Кстати, Кен, на счёт твоих родственников. Есть шанс, что разведчики отстукивают по поводу готовящейся войны?

– Логично предположить, что да. Но тейпы небесных торговцев тоже ведь не дураки. Видел, убийцу с собой таскали? Так это один корабль. А на своих островах, там их целые службы есть по отлову любопытных. Теоретически, конечно, всё возможно. Но на деле – слишком дорого. Думаю, похищение какого-нибудь шейха или пачаха выйдет не сильно дороже легенды для простого наблюдателя в захудалом городишке. И это мы не говорим о стоимости обучения такого профильного специалиста, со всеми вытекающими на то нуждами.

– Ну вот! Опять ты страсти рассказываешь! – Батя упёр тыльные стороны кистей в бока. – Согласен с Джоем. Сцепятся с имперцами, вот и славно! А яко же нет – так смыться мы всегда успеем.

Глядя на всё это, Макс недоумевал. Имея информацию, владея активом в виде мобильной твердыни, его товарищи нисколько не задумывались о защите простого люда. И ладно бы, пара аристократов, как Батя рассказывал. Но сейчас речь про вторжение чужаков. Красок картине добавляли и методы пустынников. Голод и тотальная зачистка островов. Даже мелких, с деревнями!

Бездна! Чтобы он сам подумал о людях, знавших о нападении на его родину, но не предупредивших его соседей? А имей такие теоретические люди достойное оружие и силы, почему бы не защитить крестьян? Пускай за деньги! За самые большие! Но всё же!

Что правда, даже в своей фантазии, Макс не смог придумать, чем можно противостоять чёрным налётчика. Их исполинская крепость, артиллерия и скорострельные мушкеты выглядели слишком лихой силой. Но не суть!

– Макс, что скажешь? Сойти не надумал? – решил ещё раз удостовериться Батя.

– Не. Нет. Но… – парнишка обвёл взглядом лица товарищей. Эгоистичные и откровенно скучающие! – Вы совсем не рассматриваете возможность защитить родные земли? Вы же все с серединных плоскостей. Ну… Кроме Кеншина.

– Как ты мог заметить, никто из нас на своей родине не прижился. А тебе, так вообще волноваться не о чем. И кстати, чем ты занимался, когда твой остров разносили? На соседнем в кустах сидел? Хорош защитник! Тьху! – сплюнул на пол.

– Бля, Папаш! Не перегибай! – попробовал заступиться Лайонел.

– А что я мог, дядька Сергий?

– Типа, теперь ты больше можешь?!

– Показать?! – не своим голосом рыкнул Макс и волчонком, исподлобья, уставился на старого головореза.

ДУДУХ!!!

Даджой ударил кулаком о стол и пробасил:

– Вам и пустынники так не понадобятся!

Наёмники переглянулись. Батя смотрел на Макса с улыбкой и тенью восхищения. Лай обалдел от такой демонстрации характера. Напрягся и Кеншин. Он тренировал парнишку и хорошо знал о его юношеской горячности. Нет-нет, да дерзнёт! А вот Венга… Она в миг проснулась. От скуки не осталось и следа, а во взгляде заиграл хищный интерес к младшему.

Великан продолжил:

– Макс, мы тебя услышали. Твоя мотивация понятна. Я согласен и по возможности поддержу. Мне тоже не нравятся методы пустынников. То, что они устраивают, называется геноцид.

– Солидарен. – отозвался Кен. – Триста лет назад степняки себя так не вели.

– Ага, не вели! Только вывезли всё, что под землю не было зарыто, и трахнули всех, у кого дырка нашлась! – несмотря на тон, Батя по немного успокаивался. – Демоны с вами, герои! Я тоже поддерживаю. Но с оговоркой! В первую очередь – свои шкуры и полные карманы!

– Само собой. – ответил Джой, а остальные закивали.

– Хорошо. Но если кто передумает – говорите, сойти никогда не поздно. Заберёте снаряжение, оружие и свою часть общака – всё как договаривались. Пока ещё не далеко улетели – можем даже до Стиллролла довезти. Денег и на хату хватит и семью первое время обеспечить, если заведёте. Подумайте, хорошо! – командир обвёл подопечных тяжёлым взглядом.

– Нечего тут думать! Раз такое дело – идём вместе до конца! Се ля ви! – торжественно изрёк Лайонел.

Батя от такого пафоса поморщился. Он достаточно прожил, чтобы знать цену красивых слов. В частности, про «вместе» и «до конца». Но вот у остальных наёмников лирический порыв Лая нашёл внезапный отклик:

– Вместе и до конца! – произнесли по очереди Джой, Кен и Макс. Заминка вышла только с Венгой. Девушка со скепсисом обвела мужчин глазами, остановилась на Бате и тихонько отчеканила:

– До конца.

А затем… Наступила пауза.

– Всё? Навыпендривались? Давайте жрать уже! – совсем не поэтично завершилось совещание.

***

Болтовня – она болтовня и есть.

Дальнейшая жизнь на небесном бродяге ничем не отличалась от сотен других дней полёта. Враги тоже не собирались появляться за стенами сию минуту после принятия решения.

Исключительно ради приличия, Батя наказал проверить доспехи и обслужить оружие.

Под мерное потрескивание костра это занятие больше походило на медитацию, чем на технический процесс. Достоверности облику прибавляли высокие своды и эхо от редких позвякиваний и стуков.

Относительно суетились только Кен с Максом. Стала известна тайна странных покупок степняка. Сначала он шокировал всех, портя бесценную ткань: нарезал на мелкие лоскуты! Хорошо ещё, что Венга не видела, от возни с железками она сбежала в караул на донжон. Хотя, в принципе, дорогое тряпьё её и в магазине не впечатлило.

Далее, Кеншин стал нашивать получившиеся полоски на один из своих балахонов. Причём, делал это без видимого порядка. Тут – тёмно-зелёный, рядом – светлый лоскут присобачит. И так далее, каждые несколько сантиметров.

Получающуюся хламиду, он обозвал лесным маскхалатом. Зимние аналоги в отряде уже видели, так что не удивились. Но всё равно предупредили товарища, чтобы не вздумал в этом в приличное поселение с ними идти.

Во время, свободное от еды и тренировок, к шитью приобщился и Макс. Ткани как раз хватало на два комплекта. Старую одежду для основы предоставил Лай. Он как раз крупный мужик, можно будет поверх доспехов маскировку одевать.

– Толку только. У тебя ж кольчуга звенит как колокольчик, с таким музыкальным сопровождением – не спрячешься. Кстати, Кен, а почему твоя не звенит? Это из-за формы сочленения звеньев?

– Нет. Там каждый сегмент на подкладку нашит. А Максу мы кожаных шнуров в кольца наплетём. Если и так не поможет, тогда салом смажем пожирнее.

Степнячий доспех лежал на столе. Кеншин собирался обновить эти самые нитки на рукаве, после того, как поймал им стрелу.

– Не надо салом! Давай лучше шнурков больше навяжем. – Макс представил, какой будет скользкий. Ещё и запах! Да уж. Такая модификация не добавит образу героичности.

Наставник правильно понял его беспокойство:

– Да ладно тебе. С травами и цветами жир выпарим, будешь как парфюмом благоухать.

– Это жир, как он может приятно пахнуть?! – возмутилась Венга. Она заканчивала обедать и собиралась вернуться на башню.

– Подруга, ты что, кремами для кожи не пользуешься? – обернулся Лайонел. Кеншин, кажется, тоже удивился.

– Нет. А вы?

Мужики замялись. Первым нашёлся Лай:

– Я зимой губы мазал, чтобы не трескались на морозе. Кстати, тебе бы тоже не помешало.

Взгляды скрестились на степняке.

– Ладони и стопы. – признался он и сразу объяснил, – Мне по специальности положено, чтобы они мягкие были.

– А голову, не?

– Нет. А зачем? – не смотря на наигранный прищур товарища, Кен совершенно серьёзно отнёсся к его вопросу.

– Да у тебя лысина так блестит…

– У тебя сейчас задница заблестит!

Лайонел с Венгой добродушно засмеялись. Да и лицо Кеншина тоже на секунду оттаяло.

***

Незаметно пролетела неделя. За ней другая.

Прошли несколько весенних ливней и в крепости начала пробуждаться куцая природа. Набухли почки на деревьях в саду, да какая-то травка-муравка проклюнулась по краю пруда.

Стихийному разнообразию были рады все кроме курей и часовых, стоявших в дождливые дни. Хотя, Макс, например, ни разу не расстроился. Ему это напомнило начало хозяйственных работ в родной деревне, когда они с отцом наводили порядок в сарае и во дворе. А ещё была целая череда праздников, приуроченных к весеннему равноденствию: три островные деревни собирали народные гуляния с игрищами и обязательным большим костром. На этот счёт, младшая сестра совсем не по-детски щебетала о расточительстве леса. Соседи нахваливали, какая растёт хозяйка и умничка. Малышка и рада! Сразу делала важный вид и обязательно локон из-под косынки выбрасывала, как бы невзначай. А взрослые ещё пуще умилялись. Мол, с таким огнём в волосах – никакой костёр и даром не нужен!

Хех! Пожалуй, дождь был очень даже кстати в минуты воспоминаний. Парнишка откидывал капюшон и подставлял лицо под крупные капли, чтобы скрыть разбушевавшиеся эмоции…

А вот последние дни месяца выдались ясными. Свет прогревал воздух на столько, что Кеншин заставлял тренироваться с голым торсом. Закалка лишней не будет!

Что до цели перелёта – крепость давно достигла нижней плоскости и теперь догоняла твердыню по орбите. Догоняла, надо сказать – с трудом! Ещё вчера небесный бродяга появился на пределе видимости, а сегодня, в каплевидном силуэте едва ли были различимы отдельные холмы.

Если пристанут ночью – Джой останется в карауле. Но если до утра не успеют, что весьма вероятно – не будет сходить Венга. На что девушка надеялась и не преминула высказаться вслух.

– Фу-ты ну-ты! Лентяйка, ты как воевать собралась? Что если несколько суток в засаде сидеть придётся? Или по пять бросков в день, туда-сюда через остров?

– Вот сам садись и бросайся сколько влезет! А я сестрой милосердия пойду. В этот, как его… В госпиталь!

– Балбеска! Сёстры – это волонтёры из церкви Света! Они за бесплатно трудятся!

– Ничего. Буду украшения с раненных снимать и карманы проверять.

– Поймают – выпорют. – встрял Лайонел. – Хотя, я бы на такое представление глянул, как сестра милосердия, отбиваясь, бойню учинит!

– А тебе лишь бы девку выпороть! Тфу на вас обоих! Тем более, что за такое руки рубят. Раньше рубили, по крайней мере. Если война по правилам будет, расскажу вам законы неписанные. – подвёл Батя черту на серьёзной ноте и уточнил у Даджоя, – Дым видно?

– Далеко ещё. Вроде, нет. Но точно без большого поселения, такие чадят, что даже ночью разглядеть могу. Да и запаха нет, а ведь мы за ними летим.

– Хорошо, если так. Хоть дров натырим. – вздохнул командир.

***

Пристали аж в первой половине дня. К тому моменту удалось различить несколько жиденьких струек дыма. Судя по ним – хутор, но никак не больше!

Наёмники вооружились, на всякий случай закинули в сумки по паре бутербродов и сошли. Остров показался небольшим, так что на долгое пребывание не рассчитывали. И даже если трактира не будет – вернуться на обед не далеко.

Так и случилось. До первых полей дошли всего за пол часа. Лес оказался настолько жидким, что не будь холмов – деревушку можно было бы рассмотреть от самой бездны.

Да, именно деревушку. Джой ошибся в своём выводе. Поселение раскинулось в низине и насчитывало не меньше пяти десятков дворов. Другой вопрос, что дыма почти не было, да и вырубка по пути не попадалась. И…

Тишина!

Хотя не. Где-то что-то скрипнуло, а ещё, вроде, топор стучит.

Только вот остальной заброшенности это никак не оправдывало. Ни тебе кур, ни собак.

Батя обвёл воинов хитрым взглядом:

– Предлагаю сразу к старосте наведаться.

– Если он живой ещё. – Лай ткнул в центр села пальцем. – Это там пепелище, что ли?

– Да. – подтвердил Даджой.

Худшие опасения подтвердились. По улице встретились лишь несколько стариков и старушек. Да и те, завидев чужаков, спешили уковылять в свои хаты. Много где виднелись признаки запустения. Будь то болтающиеся ставни на окнах без стекла, или поваленный штакетник, не смущающий хозяев. Не смущающий – потому, что некого!

Кеншин обратил внимание на дырки от пуль в одном заборе. Правда старые, скорее всего – прошлогодние. Потом следы боя попались ещё в паре мест.

Дальше шли с оглядкой.

Когда добрались до центральной площади, смогли оценить масштабы былого пожарища. Выгоревшая груда строительных останков не оставляла сомнений в былом величии здания. По меньшей мере – два этажа, может даже с башней. Ратуша! И это понятно, если народ старосту линчевал. А вот руины рядом, объяснению не поддавались. Судя по устоявшим каменным стенам, арке входа и продолговатым окнам – раньше это был храм!

– Всё чудесатее, и чудесатее! Почему на голову ополчились – понять можно, но церкву то за что? – пробубнил Батя.

Предположение на этот счёт нашлось у Джоя:

– Помнишь, что Жак рассказывал? Их священник настаивал на помощи бедуинам. Вот и этот видать… – великан резко замолчал и повернул голову. – Там мужской смех. Человека четыре, не меньше.

Он указал на здание, типичной для постоялых дворов конструкции. Но, естественно, кроме него никто ничего не слышал.

Решили проверить.

Видя, как старшие расстёгивают кобуры, Макс взвёл замок мушкета.

Когда Кеншин уже собирался заглянуть внутрь, оттуда донёсся весёлый гомон. Внезапно распахнулась дверь и на улицу выскочила девушка. Худая и со впалыми щеками! В грязном платье и с каким-то тряпьём на плечах! А ещё, она прижимала к груди маленький свёрток мешковины.

Остекленевшие глаза лишь мгновенно прошлись по незнакомцам.

Девчонка шмыгнула носом и быстрыми шажками засеменила прочь. Пожалуй, так мог бы удирать мелкий неинтересный зверёк от задумавшегося охотника.

– У неё кровь. – прошептал Джой.

Макс сначала попытался рассмотреть рану или хотя бы пятнышко со спины, но потом вспомнил об остром обонянии наставника. Видимо, где-то под одеждой.

Смех в помещении всё не стихал. Наёмники ещё раз переглянулись и вошли внутрь.

Таверна в самом деле ничем не отличалась от десятков других таких же. Ничем, кроме посетителей – группы крепких мужчин в доспехах и снаряжении. Несколько панцирей и все шлемы были свалены на один из столов. А на другом (вот незадача!) прямо перед входом, аккуратным рядком, лежали восемь мушкетов, все – стволами к хозяевам.

Пришельцев наконец заметили. Воцарилась гробовая тишина.

Отряды уставились друг на друга. Давешние весельчаки растерялись, не зная на кого смотреть: на необычного гиганта, нагнувшегося, чтобы пройти в дверь, на наглого степняка, зыркающего раскосыми зенками, или на жуткого мужика с седыми усами…

Почему Батя жуткий? Да потому что недвусмысленно навис над столом с ружьями!

Глава 19

– Ох и сыграл бы я на ентой пианине! – Батя сцепил пальцы в замок и театрально им хрустнул.

Мужики от такого жеста поднапряглись. Из оружия при них были только ножи, мечи, да пара пистолетов. Но толку? Незнакомцы в чёрной форме держали руки в кобурах. Надо заметить - по две штуки на бойца! Вынимай, да шмаляй. И шмальнут именно по самым вооружённым, судя по направлениям взглядов.

– Эй-эй! Ты погоди играть-то, музыкант! – отошёл от удивления один из неизвестных бойцов. – Давайте познакомимся сперва, да по пиву выпьем. Тут первосортной браги аж две бочки! Сильвио, принеси по кружечке для сеньорэ!

– А ну-ка стоять!!! – Батя рванул рукой к одному из мушкетов.

Никто и так никуда не торопился, но после этого… В общем, подвыпившие бойцы даже шататься перестали.

– А теперь будем знакомиться. Кто такие красивые? – седой наёмник постучал по половинке панциря на столе.

– Карабинеры. – ответил всё тот же боец.

– Чего-о-о?

– Ну… Стража!

– Хреновая вы стража! Это надо ж так деревню просрать!

– А это не мы.

– Ате-те ме-ме! – перекривлял Батя, снова повышая тон. – Значит, вдвойне хреновая! Раз не мешали тем, кто хаты палил!

– Да что ты заладил, дед?! Нас тут вообще не было! Мы городская стража!

– Город? На этом то огрызке?! – вмешался Лайонел.

– Мэрда! Да откуда вы взялись? Нет конечно! Мы из Тэрра дель Пани, с острова золотых полей и сочных лугов! – гордости в голосе старшего стражника было едва ли не больше, чем у лорда Колдролла, когда он хвастался достижениями ремесленного квартала! – Мы экспедицио ди рикогнационэ. Проводим разведку по распоряжению наших сеньора и капитана!

На этих словах Кеншин, не скрывая брезгливости, хмыкнул. Впрочем, карабинер не обратил на это внимания.

– Мы расследуем трагедию. На этой и на соседних твердынях случились чума, падёж скота и, ко всем бедам, какая-то хворь уничтожила урожай.

Наёмники переглянулись. Между собой им не потребовалось ни слова, чтобы поставить диагноз разом островитянам, скоту и продовольствию. Подумать только! Три твердыни, а ещё и с остальной плоскостью неизвестно что. Это сколько же людей пропало?

– Народ массово мигрировал, вот начальство нас и снарядило для разбирательств…

– Ну и как разведка продвигается? Удалось что-то выяснить? – перебил Батя, кивнув при этом на пивную кружку перед воякой.

– А что нам ещё делать? До следующей пристани – трое суток, тут ловить больше нечего. Отдыхаем, пока есть возможность. Ну а выяснить… Всё в одночасье полетело кувырком, крестьяне мигрировали на внутренние орбиты. Мы через два острова прошли, со свидетелями пообщались. Говорят, куча каких-то бед случилась, да всё без очевидных причин, сами ничего не поняли. Да и тут расспросить некого. Только беспризорники и старики остались. Все голодают, да лета ждут как спасения.

– А девка та, чего такая зарёванная? – Лайонел прищурился.

– Честное слово, мужик, при нас не рыдала. Как прибыли – пришла у нас еду просить. Ну нам то, что? Куска солонины жалко? Так и заглядывает теперь, по два раза в день. – на такой ход вещей, некоторые из наёмников нахмурились. – Чего вы так смотрите на меня? Типа отказались бы развлечься за пайку жратвы?

– Незайманую дивчину, да за шмат вот этого гнилья, что у тебя на столе лежит? – с хрипотцой уточнил Батя и взял со стола одно из ружей. В его руках звонко щёлкнул кремневый замок, сошедший с предохранителя на боевой взвод. Карабинеры замерли, воцарилась тишина.

Правда, не долгая. Вновь подал голос Лай:

– А если мы сейчас сходим и ей те же самые вопросы зададим, ваши рассказы будут отличаться?

Увы, попытка психологического давления провалилась:

– Тю! Та иди расспрашивай! Шестой двор по главной улице. По левую руку, если отсюда смотреть. – на лицах стражников читалось явное облегчение, а один даже позволил себе сесть и громко отхлебнул браги.

Это внушало оптимизм. В конце концов, не обязаны же первые встреченные воины оказаться негодяями. Хотя… Как бы пошёл разговор, будь всё огнестрельное оружие при них?

– Сходим, не сомневайтесь! А пока ходить будем – ваши мушкеты побудут у нас. Джой, собери. – приказал Батя. Благо, все ружья были укомплектованы ремнями.

За спиной великана, стволы выглядели тоненькими прутиками. Казалось, что груз, весом больше пятидесяти килограмм, не доставляет ему неудобства. Остальные, с некоторым усилием, тащили за спинами даже по одной штуке.

– Не переживай, уважаемый. Никуда мы с острова не денемся, а как убедимся, что всё на мази – заберёшь свои пукалки.

Что оставалось карабинерам?

Ни-че-го.

Как бы там ни было, а свои шкуры всяко дороже этих железок.

Выйдя, отряд немного отошёл от таверны.

– Разведчики! Крабинеры! Етить их и туда, и сюда! – сокрушался командир. – Балбесы беспечные! Не, ну вы видали?! – он хлопнул по прикладам за спиной Даджоя. – С оружием не расставаться ни на секунду! А то будете потом как эти сопляки, глазами хлоп-хлоп и «атя-тя, амя-мя»! Башку бы оторвал тому, кто их обучал! Тфу!

– А я бы наоборот – пиво поставил. – Лайонел тоже покосился на трофеи. – Я так понимаю, можем уходить?

– Нет, Лай, не можем. Да и ни фига ты не понимаешь! Если сельский совет вместе с головой сожгли, то и деньги пустынников там должны были остаться. Монеты пожар вряд ли пережили, но золото с серебром и в виде лома в цене. Давайте на пепелище посмотрим. А тебе, Макс, особое задание. Так сказать, проводить работу с местным населением. Найди ту девку, да расспроси её в деталях, что тут случилось. Жаль Венга не с нами, она бы чисто по-бабски подход нашла. Ну ничего, вот. – Батя извлёк из поясной сумки свёрток с едой и брусок сушёного мяса, – На случай, если не разговорчивая окажется. Кен, ты в разведку. Обойди село, чтобы нам сюрпризов не было.

Кеншин с Максом кивнули командиру, переглянулись и разошлись.

Остальные неспешно направились к пепелищу.

***

Уходя с центральной площади, Макс оглянулся. Один из карабинеров вышел на крыльцо постоялого двора и пытался закурить трубку. Пытался, потому что был пьян и никак не мог срубить нормальный сноп искр с кресала. Тем не менее, мужчина успевал поглядывать и на основную группу, и в спину парню.

Как пить дать – выставили в качестве наблюдателя. Остальные же носа из таверны не показывали. Наверняка, решали – как быть и что делать. Ведь это Вам не шутки – объявились какие-то воины, явно неместные, и в одночасье разоружили! Да на чужбине!

Но и отряд наёмников – те ещё чудаки. Могли спокойно перебить карабинеров, но нет! Даже ружья вернуть пообещали. И мало того, что это на Архипелаге, где такими ценностями не разбрасываются! Так ещё и посреди вымершей деревни. Стреляй – не хочу! Законов можно не стесняться: не то, что наказать некому, свидетелей даже нет!

Парня поглотили фантазии. Он брёл по пустынной улочке и представлял, как выглядел в глазах других воинов. Все они явно старше его, но в их взглядах читался неприкрытый страх. О, да-а-а!

Увлекшись, Макс чуть не прошёл нужный дом. Из пучины мыслей его вырвал редкий стук топора, доносящийся с заднего двора.

Это натолкнуло на мысль, что дома может быть кто-то из старших. Хм… Воспримут ли его всерьёз?

Парнишка осмотрелся. Домик и подворье – как и все остальные в деревне: ставни закрыты, забор покосился, прошлогодняя листва не убрана. Не скрываясь, он направился к калитке, а дальше – на звук возни.

Худшие опасения не подтвердились, дровами занималась всё та же девушка.

ТУК! И полетели в стороны половинки полена. Грязные пальчики охватывают одну из чурок и с трудом поднимают для ещё одного удара. А рука – худая-худая… Что у твоего воробушка!

– Привет!

Девчонка вздрогнула всем телом, чуть не подпрыгнув на месте.

Макс припомнил фразу, слышанную от верующих ещё в Стиллролле:

– Свет в помощь!

– Свет сказал, чтобы ты помогал. – прозвучал хриплый голосок.

Неожиданный ответ. Раньше такого слышать не доводилось. Но ничего, главное, что на контакт пошла.

– Я пообщаться хотел. – он приблизился и протянул свёрток, врученный Батей.

Глаза девушки заблестели. В них смешалось всё сразу – злость, обида, отчаяние… Но незнакомец, словно и не заметил этого. Он, как ни в чём не бывало, развернул мешковину.

На Свет явились два бутерброда. Да каких! Тонкие промасленные куски ржаных сухарей, натёртых чесноком, а между ними – два сочных ломтя ветчины!

Девушка оглянулась по сторонам, приняла гостинец и мотнула головой на сарай. Топор, который она до сих пор так и не выпустила, упал рядом с чурбаком.

Она пошла первой. Макс следом.

Внутри, кроме сельскохозяйственного хлама и инструментов, вдоль одной стены были сложены брёвна. Юноша сразу прикинул какие будет проще разрубить и принялся набирать охапку. Но, обернувшись, застыл как сражённый громом.

Тряпичная хламида лежала на земляном полу, а пуговицы, на платье девушки, были расстёгнуты ниже пупка. Бледную кожу тот час покрыли пупырышки. Сквозь неё отчётливо проступали рёбра. А на хоть сколько-нибудь округлую грудь не было и малейшего намека. Но, от интимности происходящего, всё равно перехватило дыхание.

Откровенно говоря, девчонка меркла на фоне единственной женщины из окружения Макса. Да что там говорить?! Он уже давно мерял красоту по крепкому, но гибкому телу, овальному загорелому личику и горящим глазам боевой подруги.

Глаза… В памяти всплыл тот самый, странный взгляд воительницы. Злой и осуждающий одновременно. Которым она метала молнии на Лая, за его шуточки, на Кена с Джоем за замечания и нравоучения, и на Батю. На него, кажется, просто так.

Мимолётное видение отрезвило. Нутро как будто окатило холодной водой.

– Ты чего? – только и сумел выдавить Макс.

Вместо ответа, девушка перевела непонимающий взгляд на еду, лежащую на верстаке.

– Я просто поговорить хотел.

Всё ещё не понимая происходящего, она принялась застёгивать пуговицы. Макс наверняка понимал неловкость ситуации, но его мужское естество противилось совести. Он жадно рассматривал каждый сантиметр девичьего тела. Может пола подвернётся и обнажит грудь или ниже, между пуговицами, удастся что-то рассмотреть… Но нет.

Слава отцу Свету и Матери бездне – нет.

– Что? – уже не так агрессивно, но всё ещё с раздражением в голосе, спросила девушка.

– Мне приказали разузнать, о случившемся у вас в деревне.

Она поморщилась.

– Тут холодно. Пойдём в дом.

***

Внутри избы было прибрано и чисто. Макс сначала даже подумал разуться, но спохватился. Согласно урокам Кеншина, в незнакомом месте ни в коем случае нельзя ставить себя в неудобное положение. Будь то замечание хозяина по поводу головного убора, с намёком на шлем, или спущенные на колени штаны, чтобы помочиться или взять женщину. Само-собой, в длинном списке шла и обувь в чужом жилье. Как бы не блестели полы, не уверен в безопасности – не снимай!

Сама же хозяйка на этот счёт вообще не переживала. Она прошлёпала грязными башмаками прямо в жилое помещение. Это лишь подчеркнуло, гнетущую атмосферу запустения.

Повинуясь приглашающему жесту, Макс вошёл следом. Предложение сесть за стол не отверг, но сразу разместился лицом ко входу, мушкет положил на колени.

– Кипяток будешь? – предложила девушка.

Макс кивнул. Скорее всего, ни чая, ни компота, ни хоть какого-нибудь отвара у них просто нет.

– Лепротто, иди за стол! – а это она крикнула уже вглубь дома.

Через секунду, из коридора заглянуло чумазое личико. Длинные светлые волосы резко контрастировали с несколькими разводами грязи на лбу и щеках. На гостя уставились два огромных глаза, полных недоверия.

– Ты где так перепачкалась?!

– Я кору в лесу обдирала. – ответил тонкий, как у мышонка, голосок.

– Зубами, что ли? А ну-ка марш умываться!

Макс задумался. Дочь? Да нет, ей лет десять, а старшей девушке – не больше двадцати. Да та же Венга рядом с ней выглядела бы тёткой.

– Сестра?

– Ага. – девушка поставила на стол две кружки и развернула принесённый сверток. – Меня зовут Алессия. А тебя?

– Макс. – вместе с представлением, парень снял шлем и поставил его на стол.

Глаза девушки как-то неуверенно забегали от лица гостя к еде, он неправильно это понял и кивнул:

– Кушай. Это всё Вам. – а сам аж мысленный подзатыльник себе отвесил. «Всё» – это АЖ целых два бутерброда.

Алессия растерянно улыбнулась:

– Да не, я не то… Ты… Молодой. – констатировала она очевидное обстоятельство ещё более севшим голосом.

Он не нашёл, что ответить. Лишь пожал плечами, мол, да, и сразу перешёл к делу:

– Так что у вас тут случилось?

Девушка начала рассказ с ранней осени. Крестьяне только-только собрали богатый урожай и готовились к торговле с соседней твердыней, во время грядущей пристани. Увы, случиться этому было не суждено. Сперва понеслась уже знакомая история с пропавшим продовольствием. Напавшую хворь никто не опознал, но готовить пострадавшее продовольствие не отважились. Люди старосты вырыли в лесу яму и стали таскать туда злаки, овощи и фрукты.

Потом начали массово дохнуть коровы, свиньи и птица. Тут уже без крови не обошлось. Многие старики были готовы костьми лечь за родимую Милку, Бурёнку и Терэзку. Но эпидемии на архипелаге безжалостны. Собственно, как и карантинные меры.

Домашней скотины в селе было не много, но и ту всю вывели и забили в лесу. Там же прикопали. Для этих целей люди старосты облачались в кожаные плащи с головы до пят и надевали носатые маски со стекляшками на месте глаз.

Увы! Меры предосторожности не помогли. Вскоре, чуму обнаружили у людей.

Роптать на сельского голову перестали даже ярые противники. Стало не до разборок. Благо, у поселения был свой лекарь. Невесть какой, конечно, но всё-таки! Принял правильное решение – собрал всех хворых в одном месте и объявил им изоляцию.

Зоной карантина стал храм. Страдальцам приходилось ухаживать за самими собой, да ещё помогали священник и несколько добровольцев в кожаной сбруе. Что примечательно, святой отец защитой не пользовался, но и не заболевал. Отпорный к заразе оказался!

Поначалу, вроде, распространение болезни удалось остановить. Новых случаев не было, к церкви народ и близко не подходил, так что думали обойтись малыми потерями. Но новые очаги вспыхнули как раз в семьях волонтёров. Тут-то и понеслось!

Кто и зачем учинил бунт – неизвестно, Алессия ночью спала. Но на следующее утро от ратуши с храмом остались только дымящие руины. Больные, староста, жрец Света… Всех погубили!

К этому месту рассказа, в комнату вернулась младшая сестра девушки. Она не только умылась, но и принарядилась. Что правда, Макс это заметил не сразу. В глаза бросилась необычная внешность девчушки: смуглая кожа в сочетании с русыми, почти белыми, волосами. Дополняли диковинные цвета – два огромных голубых глаза.

Это сколько же в ней разных кровей намешано, что такая красота получилась?!

– Триэлла. – пролепетала малышка и склонилась в неумелом реверансе.

Макс расплылся в улыбке и глубоко кивнул, стараясь всем видом изобразить почтение юной даме. Только теперь он заметил юбку, щедро расшитую цветами, такой же жилет и пышную белоснежную сорочку под ним.

Алессия рассмеялась:

– Ох-ох-ох! Ты смотри! Невеста! Старый он для тебя!

Кажется, девочка это понимала и ни капли не расстроилась. Наоборот, она важно осмотрела богатого сеньора (А то! Кольчуга, латы, ружжо, меч!) и протянула чуть ли не с претензией:

– А для тебя?!

При этом, несмотря на возраст, у неё получилось очень даже по-женски стрельнуть глазками.

– А для меня маленький. Садись, давай. – девушка непонятно откуда достала нож и отрезала четверть от одного из бутербродов. Младшая сестра оказалась неглупой – тут же схватила большую часть.

– Маленький?! – чуть не захлебнулся Макс. Ответом ему послужил красноречивый взгляд. – Подумаешь! За то зарабатываю хорошо!

Так-то, по меркам Архипелага, он и в самом деле имел неплохие деньги, даже с учётом редкости работы. Одна только зима в Стиллролле чего стоила? Но Алессии это знать было неоткуда.

– Целых два бутерброда? – усмехнулась она и обратила внимание на хитрую сестру, – Куда ты схватила?! На ужин и на завтрак оставь!

Макс тоже улыбнулся. Его Кристина была такой же пройдохой. Глаз да глаз за ней, если что-то вкусное на столе лежало. Бывало налопается мочёных яблок, а потом страдает с животом.

Парень молча достал из поясной сумки свой паёк и положил на стол.

– Макс. – Алессия запнулась и потупила глаза, на них навернулись слёзы. – Ты хочешь… Ну…

– Всё в порядке. Потом ещё принесу. Ты не закончила, куда все люди делись?

Девушка не хотела показывать сестре своих эмоций, поэтому пришлось подождать, пока она успокоила внутренний порыв.

– Ушли на следующей же пристани со внутренней орбитой. Там остров побольше, да и городок приличный – каменный. А мы с дедушкой и бабушкой тут остались. Дураки старые! Упёрлись, как бараны! Говорят, родная твердь! Предки тут издревле жили! Если не мы возрождать село будем, то больше некому! И оба зимой умерли.

– Ясно. – Макс вздохнул. – Ладно, Алесь, я дров вам наколю, да пойду к своим. Ещё зайду потом.

– Спасибо тебе. – девушка не обратила внимания, что он истолковал её имя на свой родной манер.

***

Оказавшись во дворе, Макс ещё раз вздохнул. На этот раз – с облегчением. Настроение голодной девушки передавалось не хуже той заразы. Сам он вырос на острове с богатыми землями и не знал недостатка в пище. А страшные рассказы взрослых воспринимал… Собственно, как страшные рассказы и воспринимал, но не более.

Следующие пол часа он разделывал чурбаки и брёвна из сарая. Благодаря тренировкам с оружием и физическим занятиям, рука совсем не уставала махать топором. Да и удар был сильным.

С другой стороны дома скрипнула дверь. Наверное, хозяйки идут работу проверять.

А, нет! Это Триэлла несла кружку воды.

Молча протянув её парню, она уставилась ему в глаза. Да так и стояла, пока не выпил.

– Спасибо.

– И тебе.

Они обменялись улыбками.

Решив не отвлекать благодетеля, девочка ушла обратно.

Много точно нарубить не успеет, Батю нельзя заставлять нервничать. Да и отряд ждёт информацию. Так что потом ещё заглянет к девчатам. Хм… Интересно, а Даджой сможет определить, что это именно его ученик сейчас бьёт топором? Звук то громкий, да и слух у великана острый…

От мыслей, Макса отвлёк явно нетрезвый возглас со стороны улицы.

– Чао, юная синьорина! Хотите поиграть?

Глава 20

Неизвестные в чёрной форме вышли из трактира. Да не просто, а прихватив с собой практически всю огневую мощь разведгруппы! Подумать только! Восемь ружей! На родине, капитан с сеньором спустят шкуры с незадачливых вояк. Причём, ровно по количеству утерянного вооружения с каждого!

С минуту внутри висела тишина. Раз за разом, её нарушал нетрезвый боец, громко отхлёбывающий пиво.

– Марьо-о! Бастардо!!! – взревел командир.

Бедный Марио от неожиданности аж поперхнулся:

– А почему сразу я, сеньор сержант?! Это же не я им мушкеты отдал!

– Ты на что намекаешь, фильо ди путана?!

– А-гы-гы-гы!!! – заржал то ли над товарищем, то ли над его матерью, здоровенный карабинер, явно озабоченный интеллектом.

– Модесто, захлопни хавальник! Свет всемогущий, за что ты даровал мне таких подчинённых? – чуть ли не навзрыд взмолился сержант.

– При всём уважении, сеньор сержант Анджело, нас назначило Ваше начальство, а не отец Свет! – изрёк гениальное умозаключение Модесто. Но на него никто не отреагировал. По всей видимости, бойцы давно привыкли к дурачку в своих рядах.

– А может и правда отдадут потом? – подал голос кто-то из глубины помещения. Его поддержали ещё несколько человек разной степени трезвости:

– В самом деле!

– Да! Мы же не соврали!

– Никого не трогали тут, а девка сама попросилась!

– Да какой… – снова убеждаясь в умственных способностях вверенных людей, сержант попросту не сумел подобрать ругательство. – Плевали они на эту деревню! Вы их дона видели? Ух! Бандитская рожа! – и с почти осязаемой злобой в голосе отчеканил, – Пианист…

Бойцы оказались подхалимами и бросились поддерживать своего командира. Очерняли случайно встреченных воинов и попутно погавкивали на Марио и Модесто.

– Ладно! Болтовнёй делу не поможешь. – изрёк Анджело и карабинеры превратились во внимание. – Марио, иди за ними наблюдать. Если решат смыться – докладывай.

– И что мы тогда делать будем?

– Что, что… Ружья отбирать! Их всего пятеро, а у нас ещё четыре пистолета и гранаты.

***

Выйдя на крыльцо трактира, карабинер застал неизвестных посреди площади. Они стояли в тесном кругу и что-то живо обсуждали. На скрип двери никто внимания не обратил. Обернулся только тот здоровый хрен, да и то, лишь на миг.

Бездна! Сколько же в нём роста? С расстояния великан выглядел ещё более внушительным. Остальные едва дотягивались ему до груди.

Марио достал из-за пояса кисет с куревом и трубку. Набил табак, попытался высечь искры… Но не тут-то было! Количество выпитого алкоголя, нисколько не способствовало координации и мелкой моторике. Пальцы ходили ходуном. Огонь то срывался куда-то в сторону, то вообще не появлялся.

Вот от группы чужаков отделились двое. Самый молодой пошёл по главной улице, а косоглазый направился куда-то между пустующих домов. Остальные, вроде, никуда не спешили и словно решили прогуляться. К пепелищу ратуши… Что за странные черти?!

Решив отложить воспламенение табака на потом, наблюдатель нырнул обратно в таверну. А спустя минуту после скорого доклада, он уже брёл следом за молодым.

И куда чёртов сопляк деться мог?

Ах да! Тут же рядом та девка живёт. Скорее всего, к ней и пошёл.

Затуманенный разум шаг за шагом выстраивал верную логическую цепочку. Если бы Марио сумел вспомнить, что незнакомцы интересовались той девчонкой – сомнений бы не осталось вовсе.

Ага, вот её двор. Дверь дома нараспашку. Судя по стуку – дрова рубит! Интересно, а у неё там есть какой-нибудь сарайчик на заднем дворе?

Опа! А это что за зверёк такой?!

– Чао, юная синьорина! Хотите поиграть? – изрыгнул пьяный мужик и рывком направился к перепугавшейся девчушке.

Триэлла замерла, выпучив и без того огромные глаза. Её больше сконфузило поведение взрослого дядьки, чем то, как он к ней обратился. Что же до сути предложения – о ней девочка догадывалась лишь в общих чертах… Небось, под юбку полезет, как синьор Анджело к сестре.

Да щаз!!!

– А ну-ка не подходи! – пискнула она и выставила перед собой кружку, как пистолет.

Невероятно, но пьяница действительно остановился. Только взгляд его был направлен не на грозное оружие малышки, а ей за спину.

Мгновение назад, из-за угла дома вышел тот молодой латник, за которым Марио собирался проследить.

Юноша держал в руке обычный хозяйственный топор. Его лицо, обрамлённое шлемом, не выражало ничего доброго. Даже более того – одна скула раздражённо дёргалась.

– Воу-воу! Амико! Я просто хотел познакомиться с этой бэлль фиорэ! – Марио выставил перед собой раскрытую ладонь, как бы в примирительном жесте. Вот только вторую руку он положил на кобуру пистолета.

Триэлла ойкнула и отскочила в сторону входа. Там её подхватила вышедшая на голоса сестра.

– Лепротто, я тебе что говорила?! Живо в дом!!! – и добавила ладошкой ниже спинки. Для ускорения, так сказать. – Марио, синьор, я просила Вашего начальника не являться ко мне домой. Уходите немедленно!

– Когда ты об этом просила – не упоминала, что у тебя есть такая бестиа эзотика! – и, облизнувшись, добавил, – Кацсо Лепротто!

Тут-то колпак у Макса и слетел:

– А давай-ка ты свалишь отсюда! НАХРЕН!!! – в прямом смысле не своим голосом прорычал он. Да так, что аж сам испугался. Всякое бывало, но чтобы один на один, да со взрослым. Да с настоящим бойцом! Впервые. И зря, что он пьяный в доску, всё же при пистолете!

Дурак! Мушкет около сарая оставил.

Марио сглотнул, сморгнул и начал трезветь. Возмущение никак не могло принадлежать этому… Да твою ж мать! БЕЗБОРОДОМУ бледному юнцу! А ручки то – затряслись.

Вот же сучок! Кинется ещё со своим топором.

Алессия окончательно запихнула домой младшую сестру и захлопнула дверь. Девушка единовременно была готова абсолютно ко всему и не знала, что делать.

Однако!

Ссорились два мужика, а страшно – ей! Именно настоящим мужчиной теперь предстал перед ней этот юноша.

«Надо бы без крови.»– голову Марио посещали неожиданно трезвые мысли. –«Команды не было, да и в случае молниеносного столкновения – преимущество на стороне незнакомцев. Помимо своих, у них ещё и трофейных ружей – восемь штук!».

Ну да, так и было. А гранаты – это хорошо, но ты попробуй подойти ещё, чтобы эту дуру чугунную докинуть!

– Парень, брось топор!

Макс за словом в карман не полез:

– Ага! А ты пояс с пистолетом брось!

А сам прикидывал варианты: метнуть в негодяя топор? Толку только? Метать оружие он не обучен, да и выродок этот десять раз уклониться успеет. Попробовать быстро сократить расстояние зигзагом? Но ведь попадёт же. Сам – точно бы попал. На доспех рассчитывать тоже не приходилось. Джой с Кеном предупредили, что кираса не пуленепробиваемая. Под ней, конечно, ещё и кольчуга со стёганкой, но то так, разве что от осколков или на излёте.

Прикинув одно к другому, парнишка решил отступить за дом. Уж чего-чего, а такого маневра пьяница наверняка не ожидает. Ну а там – мушкет схватить и уже по-другому разговор вести.

– Слушай, амико… – начал было карабинер, как вдруг, прямо из-за его силуэта выросла фигура в чёрном балахоне поверх доспеха и с накинутым на распахнутый шлем капюшоном.

– Слушаю. – тихо, но твёрдо, произнёс Кеншин за правым плечом негодяя. Рукой с мечом он уже обнимал его с другой стороны. Остриё упиралось в горло.

Карабинер ещё пытался контролировать себя и не дёргался, но его дыхание обратилось прерывистым сдавленным шипением. Явный признак внутренней паники.

– Я забираю пистолет.

Марио было возмутился и хотел сжать рукоять оружия, но пальцы сомкнулись на пустой кобуре. За его спиной звякнул кремневый замок.

Чёртов узкоглазый!

– Пошёл! – Кеншин словно услышал нелицеприятные мысли и с силой оттолкнул бойца. Для верности, пистолет сопровождал бывшего хозяина зевом ствола.

Карабинер ещё раз зыркнул на юнца, сверкнул недобрым взглядом на Алессию, аккуратно оглянулся на Кеншина и только тогда пошёл к площади. Оттуда с интересом наблюдали остальные наёмники. Даджой наверняка слышал возглас Макса и поставил отряд на уши.

– Тебе же приказали с оружием не расставаться. – совершенно спокойным голосом заметил Кен, когда карабинер удалился достаточно далеко.

Макс не нашёл, что ответить и лишь развёл руками.

– На протяжении лета – двойные нормативы по всем тренировкам. – выждав несколько секунд, Кеншин уточнил, – Не слышу.

– Слушаюсь!

– Хорошо. Девушка, мы можем одолжить у Вас грабли и топор?

Алессия не сразу поняла, что обращаются к ней, а поняв – только кивнула.

– Спасибо. – бросил степняк и направился на площадь. Максу дополнительные команды были ни к чему. Он метнулся на задний двор, нашёл обозначенный инвентарь и пошёл догонять наставника. Уже выходя из калитки, он вспомнил про брусок сушёного мяса, оставленный сёстрам:

– Та прямоугольная штука – это мясо. На нем неплохой бульон получается. Только сухим не грызите, без зубов останетесь.

Заметив в окне Триэллу, парень улыбнулся и помахал рукой. Смуглое личико в миг просияло. Девчушка подскочила над подоконником и тоже принялась размахивать ладошкой.

***

Когда Макс добрёл до пепелища ратуши, Кеншин уже заканчивал доклад по разведке. Последние слова были как раз о происшествии у двора Алессии. Что правда, про промашку ученика, он смолчал, так что товарищи восхитились храбростью младшего.

С другой стороны площади ситуация повторялась зеркально. Там докладывался начальству незадачливый карабинер. За утерю ещё одной единицы оружия, по головке его не погладили. Командир группы не скупился на изысканные словообороты с частыми словечками на родном диалекте. А активная жестикуляция то и дело грозила сорваться в мордобой.

Но нет, обошлось без рукоприкладства. Закончив ругаться, карабинеры закурили и продолжили следить за чужаками уже впятером.

Те зачем-то копались в руинах сельского совета. Вытаскивали наружу крупные не перегоревшие балки, разбрасывали ногами пепел и разбирали завалившиеся каменные конструкции. А с граблями, так вообще – каждую кучку сажи проверять стали.

***

Раскопки продолжались несколько часов к ряду, пока Батя не объявил перерыв.

Обед было решено провести подальше от посторонних глаз. Как раз к месту пришёлся доклад Макса. Он припомнил, что через дорогу от дома его новых подружек стоял капитальный сруб с заколоченными окнами и дверью. Разместиться решили там.

Благодаря нечеловеческой силе Даджоя, внутрь проникли без затруднений, но на том положительные моменты иссякли. Дом оказался пустой. Похоже, что бывшие хозяева забрали с собой абсолютно всё, кроме крупной мебели. Наверняка, богатые были, с телегой!

Имеющуюся еду разделили поровну и принялись обсуждать дальнейшие планы. По итогу словоблудия, Батя решил, что если к вечеру следов денег не обнаружится – отряд отправится дальше по плоскости. Возможно, какая-никакая работа найдётся на родном острове карабинеров.

– В этот их, Тэрра дель Пани, заглянем. Если там действительно благополучные места, то наверняка и на наши мечи спрос будет.

Макса прошиб озноб. Что же будет с девчонками?

– Дядь Сергий, а мы ружья вернём?

– Нет конечно. Свалим по-тихому, а потом либо продадим, либо себе оставим. Джой, ты стволы посмотрел, нормальные?

– Ну такие себе. – оптимизма в голосе великана не было ни на грамм. – Относительно новые. Но оружейник то ли не старался, то ли только учился на них. Замки люфтят, некоторые детали, кажется, молотком ровняли, две ложи треснуты и каким-то клеем залиты. Ничего критичного, но с нашими и рядом не валялись.

– Пистолет в общем-то пристойный. Но визуально – один и тот же мастер или цех с мушкетами. – добавил Кеншин.

– Значит с продажей придётся повременить. Не хватало ещё, чтобы их в этой Тэрре опознали и нам предъявили за своих бойцов.

– Мужики, вы не поняли. – голос Макса в одночасье сел и это не укрылось от внимания старших. – Они же на тех девочках отыграются.

Недолгую тяжёлую тишину ожидаемо нарушил Батя:

– Начнём с того, что та девка сама виновата. Нехрен было подкладываться под этих свиней за сухари. Глядишь, сами и не полезли бы. А совсем бы не хотела – тряпок бы намотала на себя, грязью намазалась, тогда и вовсе – обходили бы стороной. На войне видел, как точно такая деваха от солдатни спасалась и в нужник сиганула. Так к ней потом даже самые пьяные идиоты не приставали! Это раз. А два – ты что, предлагаешь нам в караул на трое суток заступить до самой пристани? Не, ну если она заплатит…

Лидер наёмников развёл руками.

В общем, все остались равнодушны. Кроме Лайонела конечно! Но даже этот знатный любитель женщин ограничился лишь недовольной гримасой.

– Я спрошу на счёт денег. – Макс поник ещё больше. Ведь были бы у Алессии хоть какие-то гроши, не стала бы она делать то, что делала.

– Спроси-спроси. – произнёс Батя, не скрывая скепсиса. – Ладно, давайте десятиминутный перерыв и…

– Чщщ! – шикнул Даджой и уставился на дверь.

В тот же миг, в руках Кеншина клацнул трофейный пистолет.

С улицы сначала донеслись лёгкие шаркающие шаги, а потом в прямоугольном проёме появились две хрупкие фигурки.

– Здравствуйте. – поздоровалась Алессия.

Она разительно изменилась после первой встречи с воинами: оделась в традиционные цветастые вещи и привела в порядок волосы, собрав их в пышную копну на макушке.

Наёмники ответили через одного, да ещё и то ли лениво, то ли с явным недоверием.

– Доброго дня, синьоры! Триэлла! – представилась малышка и повторила поклон. На этот раз – более изящно, чем при знакомстве с Максом.

Чтобы рассмотреть, кто это там выпендривается, Даджой приподнялся над столом.

– Ой! – пискнула девочка, когда в полумраке помещения зашевелилась какая-то необъятная глыба.

Кстати, она тоже теперь была при причёске – два хвостика, подвязанные чёрными ленточками, забавно подёргивались при каждом движении белокурой головы.

– Мы поблагодарить и познакомиться. – начала старшая. – Если что-то надо, ну… постирать там или приготовить, вы только скажите. А ещё, может мы потом с Вами через пристань пойдём? Только… Нет у нас ничего. За то баня есть! Хотите натоплю?

– Баня, конечно, хорошо, но мы через пристань не пойдём. У нас своя есть. Там. – Батя мотнул головой в сторону, где находилась крепость.

– Нет там ничего, синьор. Ближайшая твердыня будет только на третий день от сегодня.

– У нас нерегулярная спиральная орбита. Сходи сама посмотри, если не веришь.

– А город или село есть?

Батя покачал головой:

– Ждите осени и топайте следом за своими соседями на внутренние орбиты.

Девушка явно огорчилась такому предложению.

– Ясно. – она поймала взгляд Кеншина и кивнула, – Спасибо, что помогли.

Степняк никак не отреагировал.

– Благодарю, дорогой синьор! Сестрица сказала, что Вы были очень храбры! – снова раскланялась Триэлла.

Такого удара лёд на сердце Кена не пережил. Да и, похоже, не только у него. Воин прерывисто кивнул в ответ.

Когда девушки ушли, Лайонел отложил на стол недоеденный бутерброд:

– Слышь, Папаш. Три дня не так уж и много.

– Тебе делать не фиг?

– Ну а что? Сам-то позволишь такую красоту губить? Мы с ружьями свалим, а эти уроды девкам отомстят. Как пить дать!

Осмотрев лица подопечных, командир понял – решение уже принято.

– Бездна с вами! – он достал трубку с кисетом и встал из-за стола. – Кен, передохни и иди в крепость за едой. Макс, организуй нам баню.

Ещё раз обвёл всех недовольным взглядом, покачал головой и вышел из избы.

В тот же миг со стороны дороги донёсся задорный свист.

Предчувствуя недоброе, наёмники похватали оружие и высыпали наружу.

Через огород было видно, как трое карабинеров, смеясь и улюлюкая, подходили ко двору Алессии. Приставалы подловили девушку когда она несла дрова.

Батя не стал дожидаться развития событий. Седой лис приложил к губам два пальца и тоже свистнул. Да так, что хулиганы аж подпрыгнули с перепуга. Пьяные зенки не сразу сфокусировались на источнике беспокойства. Поняв, что численно им ничего не светит, карабинеры заржали ещё громче и пошли прочь.

– Твою же ж мать. Макс, если до пристани без драки не обойдётся – оплачиваешь из своего кармана. Дочка! Баньку нам организуй!

На окрик старого воина, девушка выпучила глаза, кивнула и поспешила в дом.

– Не вопрос, дядь Сергий. Серебряный за бойца, минус баня. Порох – натурально отдам.

– Ах ты ж засранец! Ты смотри, как наблатыкался!

– Бать, лучше соглашайся. – задумчиво протянул Лайонел и указал в сторону центра деревни. Перед руинами ратуши и храма, полным составом собрался отряд карабинеров. Выпивохи с явным интересом ожидали возвращения троих товарищей.

– О-о-ох… Так уж и быть, Макс, по рукам! Чует сердце, приключениям – быть!

***

Увы или к счастью, сердце Батю обмануло!

Первый день карабинеры провели на раскопах ратуши. Знать они ничего не могли, так что просто пытались наугад выяснить причину интереса неизвестного отряда.

Наёмники воспользовались их временным увлечением и отлично провели время в бане. Лайонел сокрушался, что по очереди и без алкоголя, иначе, как он сам выразился, могли бы «знатно оттянуться».

Но командир был непреклонен:

– Одни вон уже оттянулись! Без мушкетов теперь сидят.

К вечеру пришёл повторно знакомиться старший этих недотёп. Хотел было войти внутрь временного расположения наёмников, но Макс остановил его ещё у калитки. Беседа состоялась там же.

Представился сержантом Анджело. Просил дать слово, что оружие будет возвращено. А получив гарантию – удалился. Тем не менее, взгляд его был красноречив… Беспокоился чертяка, почуял неладное.

Остаток дня провели в постоянной боеготовности.

За дополнительные пайки, Алессия не только топила баню, но и готовила. Что правда, воины отказались от гостеприимного приглашения в дом девушек. Пищу они принимали в занятой избе. Носить нехитрый обед помогала Триэлла. Каждый раз оказываясь рядом с Максом, девчонка начинала щебетать о целой массе хлопот по хозяйству. Похоже, она чётко выделила его как наиболее вероятного жениха для сестры или, в крайнем случае, себя, и изо всех сил пыталась показаться выгодной партией.

Наступила первая ночь. Спали с жёстким графиком. На территории и крыше постоянно дежурили два человека. Причём, у бойца наверху были сразу пять ружей.

***

Свет забрезжил в бездне и осветил небеса. До утра дожили без происшествий.

На второй день Кеншина отправили в крепость за Венгой.

Батя решил, что эта заноза просто не простит, если узнает, что у них была внеочередная помывка, а её не пригласили.

По прибытии, Венгу в первую очередь отправили знакомиться с хозяйками. Ко всеобщему удивлению, она не обнаружила ничего милого в мелкой смуглянке.

Наоборот! Девушка каким-то способом, известным только женщинам, ощутила в двенадцатилетнем ребёнке (Триэлле оказалось именно столько) соперницу! И, дабы продемонстрировать собственное превосходство, напрягла девочку прислуживать за столом и во время банных процедур.

Но малышка тоже была не лыком шита. Отхлестала наёмницу дубовым веником так, что та аж взвизгнула пару раз. Что правда, потом виду не подала, мол, так и было задумано.

Мужики посмеивались. Будет знать!

Первое происшествие произошло именно при Венге. Один из карабинеров, пробрался на участок через забор и подловил воительницу, когда та вышла из сортира. Озадачены такой встречей были оба. Пьянчуга облизывался и смотрел как девушка не спеша завязывала шнуровку на паху, а она… В общем, некультурный мужик остался с носом (с разбитым). Ну и, само-собой, получил промеж ног.

Да так получил, что через пол часа прибежал разбираться сержант Анджело!

Больше чем конфликт или здоровье подчинённого, его интересовала только прекрасная незнакомка в доспехах. Но, увы, Венга уже отправилась обратно в крепость. Наёмники разводили руками. Мол, чего только при белой горячке не почудится!

Позже, с тем же интересом пытались подходить и другие карабинеры. Они сетовали, что вынужденные соседи отобрали и оружие, и всех баб.

Один раз чуть не дошло до драки, но подоспел Даджой и просто выбросил задиру через забор.

Внимание более аккуратных карабинеров быстро переключилось на Алессию с её экзотичной сестрой. Вот только, там тоже поджидал от ворот-поворот. Макс с мушкетом либо сидел на лавке около калитки, либо гулял где-то во дворе. Настойчивость проявил только давешний знакомец – Марио. Но и он отвалил сразу же, как только юноша перевёл на боевой взвод замок ружья.

К обеду осмелели выжившие местные старики. Приходили клянчить еду. Надо ли говорить, что Батя всех отшил?

***

Вторая ночь также прошла без происшествий.

Ранним утром третьего дня явился похмельный Анджело. На требование отдать оружие, сержанта корректно послали. Пристань должна была случиться только во второй половине дня, а он уже начал буянить.

Батя собирался держать военный совет за завтраком, чтобы выдумывать план битвы. Но вовремя заглянула Алессия. Она вспомнила, что твердыни встречаются меньше чем на час и тем же днём расходятся.

– Отлично! – ликовал наёмник. – Договоримся о передаче оружия с мокрым порохом прямо на пристани. Для видимости – ведро с водой возьмём, а сами просто выпихнем их на ту сторону и пол часика подержим оборону. Предложения, жалобы, замечания?

– Отсутствуют! – в один голос ответили подопечные.

Всё выглядело как обычный развод для дурачков и никаких трудностей не предвещало. А в обед Макса даже отпустили с Триэллой в лес. Девочка заявилась и попросила помочь ей надрать коры и надёргать кореньев впрок.

На самом же деле, ни то, ни другое, больше не требовалось. Кеншин накануне тайно сходил в крепость и принёс целый мешок круп. Кажется, малышке удалось завладеть его сердцем.

Сердцем храброго степняка!

***

Юноша в латах и девчушка с необычной внешностью бродили по лесу.

Корзина уже давно была полна, а прогулка приобрела праздный темп.

Триэлла внезапно прекратила напевать какую-то свою песенку и обернулась к Максу:

– А давай посмотрим на пристань!

Парнишка пожал плечами. Почему бы и нет? Тем более, туда собирались идти и его товарищи.

Когда они добрались до обрыва, другой остров был уже совсем близко.

Спустя ещё несколько минут, две твердыни сблизились. Каменные глыбы погнали из прорехи между собой поток холодного воздуха. Да такой мощный, что даже в паре десятках метров, у Триэллы развивались на ветру оба хвостика. Девочка прищурилась, восторженно пискнула и схватила Макса за руку. Он ответил взаимностью, легонько сжав её ладошку.

Обманчивое затишье наступило и продлилось лишь неуловимое мгновение. Скальные породы двух небесных бродяг столкнулись и крошили друг друга, породив неописуемый шквал.

По ушам ударила лавина нарастающего грохота!

Когда всё стихло, Макс обнаружил, что бесстыдно прижимает Триэллу к себе за плечо. Бедняжка тряслась от страха и самым безопасным для себя местом определила подмышку друга.

– Трусишка!

– А сам-то?! Зажмурился, я всё видела!

– Не было такого! – рассмеялся Макс.

И в самом деле – не было. Ведь не раз уже видел пристани. А беспокоило парнишку другое: его товарищи всё ещё не показались.

Придётся ждать.

***

Минуло пять, десять, пятнадцать минут… По сути – половина срока отпущенного природой Архипелага на пристань конкретно этих двух твердынь. С каждой секундой, план Бати рисковал оказаться невыполнимым.

Бездна! Кажется, острова снова пришли в движение. Вон, даже порода опять шуршать начала. Или откуда этот звук, вообще?

Звук раздавался из леса и походил скорее на хруст кустарника и шаги по прошлогодней листве. В поисках его источника, Макс оглянулся. Увы, слишком поздно, чтобы опознать угрозу.

На опушку вышел тот самый негодяй. Марио. На его лице сияла довольная улыбка, а в руках были какие-то… дубинки, окованные железом?

Парнишка заподозрил неладное, но, опять-таки – поздно.

Карабинер уже что-то делал с одним из металлических набалдашников. Вот с него сорвался сноп искр, а в следующее мгновение – мужчина тяжело замахнулся диковинным орудием.

«Граната!»– осознал Макс и рванул на себя Триэллу.

Ничего не понимающая девочка, молча наблюдала, как окружающий мир понёсся мимо. Затем случилось стремительное падение, а сверху навалилась целая груда железа. От паники удерживало только понимание того, что эта тяжесть – её друг и защитник…

ГУ-ГУХ!!!

Земля дрогнула и мир прекратил своё существование! Всё поглотил ни с чем не сравнимый грохот! А миг спустя ему на смену пришёл протяжный тошнотворный свист.

Макс хотел было перехватить из-за спины мушкет, чтобы пристрелить чёртова выродка, но у того в руках уже заискрился следующий снаряд.

Нужно было срочно разрывать расстояние!

Кровь юноши захлестнул адреналин. Снаряжение перестало ощущаться вовсе, а хрупкое девичье тельце на руках, казалось пушинкой.

Шаг! Пять! Десять!

Сколько? Сколько?! Сколько секунд потребовалось на взрыв в прошлый раз?!

Сменив направление, парень пробежал ещё несколько метров и снова упал.

ГУХ!!!

Обманный маневр удался, взрыв отгремел чуть дальше, чем в первый раз.

Тем не менее, что-то чиркнуло по панцирю!

Так не пойдёт! У ублюдка этих гранат не меньше пяти было! Рано или поздно достанет! Если не его самого, так беззащитную Триэллу уж точно!

Уже на бегу, Макс прикидывал, где укрыться. Вот только обнаружил он себя считай на самой пристани! И не было там ни деревца, ни сраного булыжника, ничего вообще! А до леса – полста метров! К тому же именно с опушки этот козёл и наступал!

На встречу ему броситься! С ребёнком на руках?!

Оставить её на земле! А что как ещё гранату кинет?!

И таки кинул!

Мятая цилиндрическая болванка на деревянной ручке глухо стукнулась в паре метров перед Максом. А он, как на зло, уже набрал скорость!

Невесть какую, конечно, но теперь не свернуть и не развернуться! Веса слишком много, инерция не позволит!

Только вперёд и надеяться на доспехи!

Перешагнув смертоносный снаряд, парнишка таки обнаружил спасительное укрытие! Твердыни сошлись неровно, образовав небольшую ступеньку. Метра пол, не больше.

Рывок!

В последний миг, от взрыва его отделила светлая каменистая толща.

ГА-ГАХ!!!

Прогремело совсем рядом. Сверху сыпануло землёй и пылью, а по шлему застучали мелкие камешки.

Единственный шанс укрыться и выстрелить – добраться до гряды булыжников на новом острове. Но бежать туда никак не меньше, чем до леса в обратную сторону.

Выбор был сделан в пользу дистанции без дополнительного препятствия в виде психопата со взрывчаткой.

Следующая граната прилетела, когда Макс только поднялся на ноги.

Снова бешенный темп: перебежка, падение, взрыв! Перебежка, падение, взрыв!

И если бы не перепачканная Триэлла, прижимающаяся к нагруднику, сердце уже давно разорвало бы металл изнутри!

До спасительных камней оставалось всего ничего. Макс обернулся. Марио как раз воспламенил запал и замахивался гранатой по широкой дуге. Увидев, куда она летит, парень шмыгнул за булыжник и припал на колено.

– Садись! Садись!

Девочка ни в какую не хотела отпускать своего защитника, и её пришлось буквально отдирать от панциря.

Когда это наконец получилось, Макс выхватил из-за спины мушкет и бросился в сторону. Действуя на инстинктах, он уводил за собой внимание врага. Вот только, это больше не требовалось.

Взбесившийся маньяк уже перебрался через пристань и приближался с мечом наголо. Гранаты закончились.

Марио замер в десятке метров. Волосы на его голове были взъерошены, по лицу тёк целый ручей тёмной крови. Доспех на груди тоже был сплошь выпачкан красноватой грязью.

Дурак ненормальный! Сам себя покалечил.

Глаза карабинера застыли на срезе направленного на него ствола.

– Что не стреляешь?! Давай на двоих эту соплю распишем! Никто не узнает, амико!

Казалось бы – всё! На мушке, мразь! Не уйдёт от пули! Но нет же, продолжает свою грязь заливать!

Но амико всё уже решил: сильнее прижался к прикладу, выбрал свободный ход спускового крючка…

Хлоп! Хлоп-хлоп! Хлоп!

Серия приглушённых взрывов донеслась откуда-то из-за леса, с противоположной стороны пристани. Лишь на секунду Макс отвлёкся, а карабинер сиганул в бок и ушёл в перекат. Поддавшись спешке, тело будто само надавило на спуск.

ДЫЩЬ!

Мимо!

А этот урод уже несётся вперёд сквозь сизый пороховой дым!

Бросив ружьё прямо на камне, Макс выхватил меч и тоже отскочил в сторону.

И снова один на один, с тем же противником. Только он теперь без пистолета, а доспехи ещё как играют против короткого меча.

Двое бойцов пошли по кругу приставными шагами.

Один всё время дёргался, плевался, совершал фальшивые выпады. А второй – не вёлся на провокацию и лишь выдерживал дистанцию, чтобы успеть отреагировать на нападение.

Макс вскинул руку к забралу и как можно быстрее его захлопнул, но противник успел воспользоваться даже коротким мигом. В один скачок Марио подобрался на расстояние удара и рубанул мечом, целясь по незащищённому запястью.

Сталь зазвенела о сталь!

Парнишка подвернул руку, принял удар на плоскость клинка и тут же контратаковал.

Карабинер блокировал удар и схватился за лезвие рукой в перчатке. Да так вцепился, что не оставил вариантов, кроме как пустить в ход кулаки. В этом он конечно просчитался, да и предположить не мог, что молодой боец ежедневно дерётся с двумя умелыми воителями. Уже после первого пропущенного в висок – оружие пришлось отпустить. И сразу же прилетел толчок стопой в живот. Панцирь-панцирем, но энергия удара никуда не делась, чтобы не упасть, Марио отшагнул.

Дистанция снова позволила Максу орудовать мечом. Он обрушил на врага связку всех ударов и выпадов, которые знал.

Негодяй ушёл в глубокую оборону.

К такой скорости и умению Марио готов не был. Да что там говорить? Он откровенно уступал этому молодому головорезу! Чёртов молокосос!

Подсказка, как его осадить на задницу, появилась сама собой:

– Макс! – крикнула Триэлла. Девчонка пришла в себя, но вид неистово дерущихся мужчин поверг её в ещё больший ступор. Юное тельце буквально трясло от кипящего в нём адреналина.

Марио резко утратил всякий интерес к поединку. Его единственной цель стал ребёнок.

Всего с десяток шагов!

– БЕГИ!!! – взревел парнишка.

Не успеет спрятаться! И сам он тоже не успеет, слишком поздно спохватился догонять!

Это конец!

«Свет и бездна!»– пронеслись слова молитвы через оглушённое сознание Макса, как вдруг…

Земля под ногами дрогнула.

Закончилась пристань, два небесных бродяги разорвали недолгую связь и пошли каждый своей орбитой.

Макс устоял. А Марио – нет.

Наёмник молча навалился на выродка. Меч вошёл снизу-вверх прямо под заднюю половину панциря.

Да по самую гарду! Чтоб уже не встал и даже дёргаться не думал!

***

Макс пришёл в себя сидя на трупе. Триэлла стояла рядом и пыталась обнимать его за шлем, прислонившись к плечу животом. Дрожащим голоском девочка приговаривала что-то успокаивающее и громко шмыгала носом.

Они выжили.

Он победил!

Одержал верх над другим воином в своей первой серьёзной схватке!

Но ещё будет время порадоваться и восхититься собой. А пока, были куда более важные обстоятельства, достойные внимания.

Как, например, то, что они оказались на другом острове.

Ещё и та серия взрывов. Что там могло произойти? Жив ли его отряд?

Допускать обратное не хотелось. Но и что предпринять – непонятно…

А тем временем, между двумя твердынями стремительно разверзалась бездна. Макса посетила идея, он отлепил от себя девочку и бросился заряжать мушкет. Со всеми тренировками и прежним опытом, у него ушло порядка минуты. А ведь каждая секунда уменьшала шансы на успех!

Направив ствол чуть выше удаляющегося острова, парень выстрелил.

Понимая, что время уходит, он заорал. Просто во всю глотку, что было мочи! Увы. Казалось, что его голос утонул в бездне. Рассеялся сразу за обрывом. И тогда, на помощь пришла Триэлла.

Небеса пронзил её тонюсенький визг.

Пропасть неумолимо росла. Уже не получалось рассмотреть даже отдельных деревьев.

Надежда осталась лишь на острый слух Даджоя.