Наёмник Волтер. День, изменивший жизнь.

Глава 1. Одно заманчивое объявление.

Трактир, что стоял на краю города был доверху забит людьми. Молодые официантки, словно юркие лисицы, бегали между столов и ставили выпивку и закуску на деревянные лакированные столы, то и дело, отхватывая комплементы от завсегдатаев. Сияния факелов, что озаряли это уютное место, переливалось в кружках с пивом, от чего алкогольный напиток напоминал сплав золота.

Одни посетители пели песни, другие травили анекдоты и веселые байки, третьи играли в азартные игры, а четвёртые пропивали последние деньги, сидя в гордом одиночестве. Старый бармен, который являлся отцом одной из официанток любезно принимал заказы, а в случае конфликтов доставал из под стойки увесистую дубину и пускал её незамедлительно в ход.

Здесь часто ошивались различного рода бандиты и разбойники. Постоянным клиентом этого трактира был Кайл Кровавый.

Он любил снять одну или две путаны, напоить тех до беспамятства, заказать комнату в трактире, провести с ними жаркую ночь, а наутро уйти с гордо поднятой головой и чувством выполненного долга. Будто всю ночь он имел не грязных баб, которые, вероятно чем-то больны, а дочь короля. Не меньше.

Прозвище «кровавый» он дал сам себе, так сказать для бандитского фарса, вот только к его превеликому сожалению никто его таковым не считал. Другие разбойники, даже те, что были поменьше рангом, чем сам Кайл, говорили, что ему больше бы пошло прозвище Кайл – Алкаш, или Сифилисный Кайл.

Сегодня он как обычно сидел за столом и уже положил свой «косой» от выпивки глаз на жрицу любви в чёрном корсете, которая так томно и сексуально осушила залпом кружку самого дешевого пива. Кайлу это было лишь на руку, ведь ему бы не пришлось её напаивать. От этого факта его настроение поднялось. Сам Кайл был мужчиной средних лет не самой приятной внешности. Глаза у него маленькие и красные от дурмана, который он любил курить, его нос напоминал крючок для одежды, а губы, словно два вареника – слизкие и всё время торчали вперёд. Он был одет дешево и максимально безвкусно.

- Уже выбрал, с кем разделишь любовное ложе? – вдруг донёсся низкий и выразительный голос откуда-то слева. Он выделился на фоне всей прочей болтовни и разрезал её, как нож.

Кайл был достаточно пьян, а потому даже, когда повернулся, то не сразу сориентировался, где сидит говорящий, а потому ещё несколько секунд мотал головой и чуть не упал на пол.

- Думаю её, - ответил, запинаясь, разбойник и указал на ту самую, которая выпивала уже вторую кружку пива.

- Ты про Лили Раздвиньноги? – с улыбкой в голосе переспросил первый.

- Да, бес знает, как её зовут, главное, чтобы в постели была что надо - махнул рукой разбойник и повернулся к стойке лицом.

- Не советовал бы её выбирать, говорят у неё целый букет болячек от чесотки до сифилиса, - говорящий сделал паузу, а затем в саркастическом тоне добавил: хотя тебе уже вряд ли будет хуже.

Вдруг Кровавый Кайл собрал брови и сказал чуть более твердо:

- Хочешь сказать, что я, - ударил он себя в грудь кулаком, - сплю с грязными шлюхами? Ты наверно не знаешь, кто перед тобой сидит. Моё имя Кровавый Кайл…

В этот момент цепкая рука собеседника разбойника схватила его за воротник, и тот в ту же секунду поубавил гонор и оборвал свою пафосную речь. Он наклонил Кайла вперёд, и неизвестный шепнул ему на ухо:

- Именно поэтому я здесь, - его шепот был холодный и зловещий. Он хоть и был тихим, но Кайл услышал его чётче всего. Его лицо перекосило удивление и страх, но затем он резко почувствовал в груди резкую боль и упал назад с табуретки. В его груди было глубокое колотое ранение, из которого лилась кровь и пропитывала одежду. В руках его собеседника был окровавленный кинжал. Разбойник пытался закрыть рану руками, но силы его покидали, а потому он лишь прохрипел из последних сил:

- Бейте его…

Вдруг из-за стола подскочила троица выпевших разбойников, из-за чего они пошатывались. Ну как разбойников. Убийце Кайла доводилось видать жутких разбойников, которые в одиночку сражали толпы. А это лишь шпана, которая решила спьяну отстоять честь погибшего товарища, в теле которого уже перестало биться сердце. Этакие шестёрки. Эту шпану было даже трудно назвать разбойники. Лишь бандюги, не более.

- Думаю, мне это не понадобиться, - ухмыльнулся убийца и спрятал кинжал в ножны, затем перешагнул труп Кайла.

Разбойники резко выхватили свои, вероятно, поржавевшие кинжалы. Их вид был таким, будто наемник должен был испугаться их «боевого» вида. Но он повидал разное, а потому кучка дряхлых бандюг, вооружённых металлоломом не заставила дернуться даже мускул на его лице. И они стали опасаться, что читалось в их глазах.

Первым напал бритоголовый разбойник в кожаной шапке . Он нанёс удар, который мог бы быть резким для пьянчуги из самого грязного округа, но не для его врага . Он с лёгкостью ушёл в бок, будто танцевал танец с дамой сердца и освободил танцпол, чтобы та выполнила сложное движение. Затем он схватил костлявую ручонку бандита, что по ощущениям напоминала куриную лапку, и ударил его кулаком по носу. И пока он приходил в себя после столь сильного удара, наемник обошёл его. Аккуратно, чтобы не доставить боли раньше времени отогнул лысую голову. Он нанёс удар по выгнутой дугой шее, что сломало её. Все остальные бандюги стояли с выпученными глазами, будто увидели что-то воистину страшное. Пока они пучили глаза, тело их товарища остыло полностью, а когда убийца на них бросил косой взор и стал к ним медленно поворачиваться, они и вовсе дали дёру.

Имя этого неизвестного Волтер Серый. Его же основная работа – наёмный убийца. Волтеру сорок два года, но выглядит он на все пятьдесят, а в его карих глазах виднелась печаль. У него густая седая щетина и такие же волосы, которые напоминали иголки ежа. Он худощавый, но достаточно атлетического телосложения. На нём чёрная и поношенная кожаная куртка со шнуровкой на груди. Ножны с мечом весели не на дорогом ремне, а на обычной затёртой сыромятной веревке. Кстати для кинжала, тоже были ножны, на дне которых уже была небольшая дыра, из которой выглядывал край лезвия.

Волтер отправился к своему заказчику за оплатой. Это был его любимый момент любой сделки. На дворе уже стояла глухая ночь. Но ему нравилось больше ночное время суток, чем дневное. В этот момент он мог поразмышлять и никто ему не мешал. Дорогу ему озаряли звезды. В небе их было настолько много, что начинало даже рябить в глазах. Ветер выл и будто разговаривал с наемником. Он менял свое направление и будто заигрывал с Волтером. Но ему было не до игр, ведь он только что убил двух людей. Серый медленно ступал по грубой в гору.

Среди невысоких и неприметных домов, которые почти слились с ночной тьмой стоял храм богов старого времени из красного кирпича. В темноте этот красный цвет казался бордовым. Волтер подошёл к его высоким деревянным дверям и трижды ударил в них кулаком. Сначала была тишина, а потом за дверью стали доноситься шаркающие приближающиеся шаги. Затем Серый услышал, как ключ провернулся в ржавой замочной скважине и дверь с громким скрипом открылась. Перед Волтером стоял низкий худой старик с седой бородой в черно-белой рясе с золотой окантовкой. Его лицо было покрыто глубокими морщинами так густо, что даже его глаза казались двумя морщинами.

- Я убил Кровавого Кайла, - тихо сказал наемник и без приглашения переступил порог.

- Да? Неужели? – священник улыбнулся, и его морщины вокруг рта стали ещё глубже.

- Это не составило труда. Кайл не был сильным соперником, - ответил Серый, и закрыл за собой двери, и теперь их озаряло лишь лунное сияние, проходящее в окно над дверью.

- Ну и поделом этому ублюдку! – выругался священник и сел за стол, на небольшой табурет, что стояли у стены напротив. Это место озаряла наполовину расплавленная свеча – Волтер, выпьешь со мной? – спросил он и поставил бутылку с самогоном на стол.

- С удовольствием, но прежде, мне нужно помолиться.

- Тебе? – ухмыльнулся старик своим почти беззубым ртом.

- Да, да, - сказал утихающим голосом Серый, – это мой последний моральный оплот, - сказал почти шёпотом Волтер сам себе.

Он медленным шагом подошёл к мраморной трёхметровой статуе верховного бога старого времени – Оурейна, который выглядел, как могущественный титан с глазом на лбу. Наемник стал на колено, затем тяжело вздохнул и начал:

- Боже, прости меня за грехи мои неискупимые. Я лишь заложник положения. Меня научили лишь убивать и больше я нечего не умею. В моих руках не лежит кисть и не лежит перо, а лишь кинжал и меч. Если ты пошлёшь мне возможность заработать достаточно возможностей для существования, то я раз и навсегда брошу оружие и никогда больше его не подниму. Я готов выполнить невыполнимое задание. Пусть лучше я умру, чем буду жить с этой ношей, - он взглянул в глаза Оурейна, но они были пустыми и молочно-белыми, как у любой другой мраморной статуи.

- Ну что, Волтер, ты идёшь? Самогон выветривается! – крикнул священник, а его голос разнёсся эхом по храму.

- Уже иду…

Наёмник снова вернулся к старику. Тот уже достал небольшой бочонок плотно набитый малосольными огурцами - Отец Бенедикт, а когда ты заплатишь те пятьдесят корт, которые мне обещал? – вкрадчиво спросил Серый.

- Волтер, я старый человек. А этот гад - Кайл ещё и отобрал у меня кучу денег, - почти плачущим голосом сказал священник и стал подносить стакан ко рту.

- Кому ты заговариваешь зубы? Ты каждую неделю ходишь в бордель и снимаешь проституток, которые гораздо лучше, чем те, около которых тёрся Кайл.

- Этот урод спускает огромные деньги на выпивку в отличие от меня.

- А в стаканы ты нам налил молоко, - отчеканил Волтер.

- Что ты? Это лечебная настойка. Так сказать натуральный продукт, такого на рынке не купишь.

- Я могу не пить и вовсе. Просто заплати мне и всё…

- Волтер, давай выпьем по стакану, а затем я дам там тебе не то что пятьдесят, а семьдесят корт.

- Мало вериться, но знай, со мной шутки плохи, - наёмник пригрозил кулаком.

- Конечно, знаю, Волтер! Деньги будут.

Раздался звон стаканов. И больше нечего не было. В глазах всё поплыло и перемешалось в голове. Видимо Бенедикт сделал весьма добротный самогон.

Волтер очнулся от какого-то непонятного шума. Он ещё не до конца пришёл в себя, а потому не мог разобрать посторонних звуков. Серый сильную головную боль. Он чувствовал, что лежит на чём-то мягком. Вдруг что-то ударило его в бок, и он отчётливо услышал:

- Вставай, алкаш чёртов, пока я тебе рыло не разбил.

Серый в тот час резко подскочил, от чего голова стала болеть вдвое сильнее, а уши заложило. Волтер сжал зубы и зажмурил глаза. Кровь стала пульсировать в висках, а череп будто давил на мозг.

- Так-то лучше, развелось же вас, - добавил недовольный хозяин сена, но наёмнику было не до него.

Он увидел столб и решил опереться об него, чтобы перевести дух. Слабый порыв холодного ветра немного приглушил боль, но стоило Волтеру слегка встряхнуть или дёрнуть головой, как боль в, то, же мгновение возвращалась и создавала двойной дискомфорт. Затем он почувствовал, что что-то утяжеляет его ремень. Он взглянул и увидел, что на ремне его висит мешочек монет. «Сто корт, не меньше. По ходу дела, старый Бенедикт выпил достаточно, не только, чтобы сдержать своё обещание а и перевыполнить его вдвойне. Хорошо было бы похмелиться», - подумал Серый. Как вдруг он потерял равновесие, его рука скользнула вниз по столбу и что-то сорвала. Это была бумага, ведь звук разрыва был именно таким. Он сумел устоять на ногах. Затем его взгляд привлёк клок бумаги, который он сорвал. Он явно выделялся на фоне чёрной земли. Волтер поднял его и прочитал: « Может ли один день изменить жизнь одного человека до неузнаваемости, думаю что…». Это был лишь кусок всего объявления, а потому наёмник приставил его на своё место и дочитал. «Думаю, что да. Если у вас такое же мнение, и вы готовы пожертвовать жизнью, чтобы получить всё, что захотите или нечего, а также готовы буквально сражаться, то приходите в лесное поместье, что за городом к полуночи». В этот момент в глазах Серого появилась надежда, надежда на лучшую жизнь. Головную боль в этот момент, будто рукой сняло, и Волтер стал ощущать себя гораздо лучше и уверенней. Он словно зарядился силами и был готов горы свернуть.

Серый отправился к оружейнику, где он купил новые кинжал и меч. Затем он заменил свои куртку и сапоги и закрепил ножны на кожаном ремне, вместо верёвки. Купил Волтер также себе и серый плащ. Когда наемник совершил все покупки, то у него осталось всего шесть корт и он не знал, куда их потрать, пока не встретил торговца, который продавал обереги, там наёмник купил клык нетопыря, который повесил себе на шею на тонкий шнурок.

Когда было десять часов, Волтер отправился в лесное поместье. Дорога туда была дальняя, а потому он вышел так рано. Город быстро закончился и начался лес. Тогда Серый очень удивился, ведь он думал, что во всём городе не наберется и двух десятков таких отчаянных личностей как он, так как по широкой лесной тропе шло не меньше сотни людей. Причём люди эти были разного возраста и пола. Он видел старика, которому было сильно за семьдесят. Этот старик едва упирался на трость, но волок за собой меч. Шло тут и несколько юношей, которым было лет по шестнадцать. Было уже достаточно темно, а потому у всех горели фонари и лес будто ожил. Все вокруг бубнили о том, как сильно измениться их жизнь. Этим духом заразился и Волтер, а потому он шёл с гордо поднятой головой.

- Эй, иди сюда, - вдруг кто-то окликнул Волтера.

Он обернулся и увидел мужчину и женщину, которым было лет по тридцать.

- Это вы мне? – спросил Серый.

- Тебе, - ответил он.

Волтер приблизился к ним и пожал мужчине руку. Они представились. Одного звали Дэнвил Моргейн. Он был высоким и статным. Его чёрные волосы были заплетены в косу, а на лице была слабая щетина. Дэнвил был одет в эмалированный доспех. Имел два коротких меча в кожанных ножнах за спиной.

Его молодую спутницу звали Эмила Моргейн. Через её щеку шло три параллельных шрама, которые заходили на рот. Её волосы короткие и каштановые. На ней лёгкий доспех и два кинжала на ремне.

- Это ты вчера убил Кайла? – спросил задорно Дэнвил.

- Да…

- Ты совершил большое дело. Кайл некому не нравился, но не у кого не находилось времени, чтобы проучить его, - продолжал он.

- Скажите спасибо отцу Бенедикту, это он заказал его убийство. Если бы не он, то Кайл всё так же ходил по подворотням и насиловал пьяных шлюх.

- Что, правда, то, правда…

- А какое вам дело до Кайла? Вы тоже наёмники?

- Да, можно и так сказать, - обозвалась Эмила.

- Хм, тогда нам, наверно, стоит держаться вместе.

- Наверно, - добавил Дэнвил.

- Послушай, Волтер, а зачем ты идёшь туда?

- Скажем так, моя жизнь требует кое-каких изменений. А вам туда зачем? – задал встречный вопрос Серый.

- Наша мать болеет опасной болезнью, и мы хотим её излечить.

- Благая цель. Удачи вам!

- И тебе удачи, Волтер.

Спутники разделили, ведь у них на пути появился тот самый лесной особняк, который напоминал больше замок. Его башни возвышались так высоко, что их не было видно среди деревьев. Особняк ограждала железная изгородь с воротами. Все те люди столпились у ворот и ждали, когда же они распахнуться. Кто-то пытался влезть на ворота, но прутья были параллельными и не у кого не получалось по ним карабкаться. И вдруг это произошло и они со скрипом распахнулись сами по себе, что не повергло людей в шок, ведь повсюду было полно магов, которые могли сделать подобное.

Особняк окружал сад с различными растениями и статуями. Дверь в поместье была открыта и все туда без труда попали. Они оказались в огромном зале, в котором не было нечего, кроме длинных дуьовых столов около стены, ступенек, что вели на террасу и двух дверей, которые вели в следующую комнату. Одни, из которых располагались на самой террасе. Огромный зал освещала не менее огромная люстра, что весела на высоком потолке.

Вдруг дверь на террасу распахнулась, и на ней показался мужчина. Он был среднего роста и телосложения. На вид ему было около пятидесяти лет, но внешность в данном случае была обманчивой. Имел чёрные волосы, которые будто лапа неведомого чудовища зализали на его лицо. Его глаза серые и пустые, а в носу кольцо, что предавало ему некой странности. На нём была мрачна и поношенная одежда, которая не соответствовала всей той роскоши, что была в поместье. Его туника подхвачена ремнем, а на ногах сапоги с острыми носками.

- Доброй ночи, мои дорогие гости! – начал он, - Я рад приветствовать вас в моём лесном особняке. Моё имя Дарио. И первое, о чём я хочу вас попросить, так это сложить всё ваше оружие на столы слева, - сказал он и указал рукой влево.

«Зря потратил почти сто корт», - подумал Волтер. Когда все справились с первым заданием, Дарио добавил:

- А теперь проходите в следующий зал, пожалуйста.

Все покорно выполнили его приказ. Следующий зал оказался столовой и как только двери в него открылись, в нос пришедших ударил прекрасный аромат блюд. Чего там только не было! Различные напитки – от обычной воды до самых дорогих вин. Запечённые, стушенные, сваренные и зажаренные до золотой хрустящей корочки мясные блюда и всё это под самыми изысканными соусами. Сладости из далёких стран и прочее другое. И ещё многие блюда выносили сами повара на стол. Гости выстроились в несколько рядов и ждали Дария и вот он появился. Он спустился ко всем пришедшим. Медленно прошёл мимо них, обведя тяжёлым взглядом, и сказал:

- Напомните, какое было первое задание? – в голосе Дарио слышалось недовольство, он замер на месте, уставившись в пол и широко, открыв глаза.

- Сдать всё оружие, - сказал кто-то из толпы.

- Всё верно! А теперь пусть ко мне сюда выйдет Мартин, - Дарио задумался, а потом выкрикнул, - Тойпорт, Мартин Тойпорт, - повторил он чётко.

Все стали пересматриваться и вдруг из толпы вышел рослый мужчина с рыжей бородой и стал напротив Дарио. Тот смотрел на него снизу вверх, ведь Мартин без малого имел рост два метра. Он смотрел на него с призрением, а затем резко сказал:

- А вы смельчак, Мартин. Вот только вы невежественный смельчак!

- Это ещё почему? – низким голосом спросил бородач.

- Как же это почему? – жутко ухмыльнулся Дарио и покосился на других, - вы сэр Тойпорт, пренебрегли моим гостеприимством и ослушались моей простой просьбы.

- Нет, не ослушался! – твёрдо ответил тот.

Дарио нахмурил брови, пытаясь сдержать гнев.

- Вы слышали, что между уверенностью и глупостью очень тонкая грань?

- Нет!

- Оно и видно, - лицо Дарио вдруг потемнело, и у всех застыла кровь в венах. Он будто собирался сделать что-то ужасное, но затем он резко поменял выражение лица и сказал, - что ж, я не озвучил двух важных вещей. Первое - вашей финальной наградой будет исполнения вашего одного любого желания. Желать можно всё, что угодно, кроме дополнительных желаний, конечно. Второе – каждого, кто ослушается правил, ждёт наказание. И наказанием этим будет смерть, - как отрезал Дарио.

В этот момент взгляд Мартина заметался и только он хотел сорваться бежать, как из-под его одежды вылез спрятанный хлыст, о котором и говорило Дарио. Он словно змея оплёл его шею и стал затягиваться всё сильнее и сильнее. На лицах всех застыл ужас. Одна девушка выкрикнула что-то не членораздельное. Тойпорт пытался его стянуть, но всё было напрасно. В хлыст будто вселился злой дух, и он затягивался всё сильнее и сильнее. Лицо Мартина посинело и стало похожим на сливу, которая вот-вот лопнет. Он упал на колени, затем на бок и после не долгих мучений он перестал сопротивляться.

- Вы убийца! – крикнул кто-то из толпы.

- Я предупреждал, что вы получите всё, либо нечего.

Дарио стал уходить, а хлыст Мартина сам прилетел ему в руку.

- Теперь, можете насладиться пищей, а я скоро вернусь.

Только Дарио скрылся за дверями все стали метаться. Кто-то пытался открыть двери, но те были словно заперты. Все же повара, что приносили еду и дворецкие. Стояли около стен и наблюдали за всем этим, никак не реагируя. Они даже не моргали. Успокоившись, половина людей села есть. Волтеру же кусок в горло не лез от увиденного. Он сел на кушетку около стены и уже начинал жалеть, что пришёл сюда. К нему подошли Дэнвил и Эмила.

- Что скажешь, Волтер? Этот Дарио не внушает доверия, верно? – сказал тихо Дэнвил, ведь боялся, что жуткий Дарио его услышит.

- Он какой-то мутный тип, - добавила Эмила.

- Согласен, мне доводилось встречать магов, но чтобы они такое вытворяли, - покачал головой Серый.

Вдруг один из тех, кто ел начал сильно кашлять и бить себя в грудь. С его рта разлеталась слюна. Это привлекло внимание каждого.

- Он подавился! Спасите его! – крикнул кто-то.

Один из мужчин стал подходить к кашляющему. Как вдруг он опрокинул голову и кашлянул на мужчину кровью и рвотой и замертво упал. Он оставил грязное пятно на его одежде и лице. Вдруг ещё один из трапезников стал биться в конвульсиях, упал на пол, опрокинув фарфоровую тарелку с едой, которая разбилась при падение. Этот стал пускать кровавую пену со рта. Все, кто съел хоть кусочек еды или сделал хотя бы глоток воды, стал вызывать рвотный рефлекс, но всё было напрасно. Каждый из них умер в конвульсиях и агониях.

Тогда один из пришедших резко подбежал к одному из поваров и ударил его кулаком по лицу, выкрикнув:

- Да что здесь происходит, чёрт вас дери!

Тогда этот повар стал странно выгибаться. Под его кожей началось жуткое движение, будто под ней ползало что-то живое. В тот же момент его пальцы пробили длинные когти. Рот разорвала длинная пасть с клыками. Это чудовище жутко заревело и вскрыло горлянку подошедшему одним взмахом лапы. Далее каждый дворецкий и повар стали превращаться в жутких существ.

Кому-то огромные крылья пробивали спину, а у кого-то живот разрывала ещё одна пара рук.

Все люди стали метаться. Некоторых неподготовленных чудовища разорвали тот час, а такие как Волтер, Дэнвил или Эмила давали им отпор.

Серый стал искать на столах что-то, чем можно было отбиваться. Быстрыми движениями он разгребал хаотично разброшенную по столу еду и посуду и вот ему встретился нож, для нарезки мяса. Он был не сильно большой, но достаточно острый. С ним Волтер чувствовал себя гораздо уверений. В этот момент на Серого налетело летающее чудовище, которое напоминало помесь человека и летучей мыши, на котором остались лоскуты кожи и одежды дворецкого. Оно громко трепетало крыльями, а потому Серый успел обернуться и тут же упасть на спину от стремительного удара в плечи. Чудовище свалило его на землю и взгромоздилось ему на грудь. Оно прижало его плечи к полу сильными лапами. Зверь собирался впиться зубами ему в лицо, но наёмник ударил его лбом по нижней челюсти. Тогда чудовище ослабило хватку, и Волтер сумел освободить руку и ударом скинуть с себя врага. Человек - летучая мышь припал к полу, и попятилась назад. Наёмник крепко сжал нож в руках. Тварь визжала на Серого, пытаясь его напугать. Но ему было не страшно, а потому он сорвался с места, занеся руку с ножом над головой. Монстр же просел на лапах, затем совершила толчок, как на пружинах и ринулся вперёд, подгоняя себя длинными крыльями. Тощим плечом он ударил Волтера в живот, от чего его дыхание прервалось, и он закашлялся. Серый же вогнал лезвие чудовищу меж крыльев. Летучий монстр прижал его к стене, и он ударился головой об неё. Наёмник выронил нож из рук. Волтер схватил грубо монстра за перепончатое крыло обеими руками и выгнул его в обратную сторону. Раздался хруст. Зверь издал странный звук, напоминающий что-то среднее между визгом и рёвом. Затем Серый обхватил жилистую шею врага. Он приложил все силы и продвинулся с ним вперёд, повернулся спиной к столу и начал отрывать его лапы от земли. Чудовище упиралось и размахивало конечностями, но всё напрасно и Волтер упал с ним назад, разломав телом монстра стол. Пока он приходил в себя Серый схватил толстую дубовую ножку стола, воткнул её в рот врагу и стал бить еёкулаком по верху. Из последних сил чудовище пыталось навредить Серому когтями. Но новая куртка защищала его достаточно хорошо и приняла весь урон на себя. С каждым ударом раздавался всё более громкий хруст костей. Затем раздался самый громкий хруст. Чудовище совершило судорожное движение и мгновенно обмякло.

Дэнвил также не стоял без дела он сумел откинуть одного из жутких монстров в сторону, когда тот чуть не растерзал его, после чего забил его ножкой деревянной стола, который развалился под весом чудовища. Но его взгляд приковало следующая картина: его сестра лежала на полу, а над ней возвышается ещё одна жуткая тварь и поедает её. Самое ужасное было то, что она была ещё жива, но потеряла уже слишком много, крови, чтобы нечего не чувствовать. Тогда Дэнвил с яростными воплями накинулся на эту чудовище. Одним ударом он повалил его на землю, после чего стал жестоко забивать. Оно сопротивлялось и барахталось и даже сумело отразить первые несколько ударов, но яростные удары самые сильные и далее Дэнвел взял верх и размозжил монстру голову. Он взглянул на Эмилу. Та уже не дышала. Ее глаза были широко раскрыты, а с уголка рта текла кровь. Он пал на колени перед ней и стал плакать. Волтер подошёл к нему и по-отцовски положил руку на плечо:

- Что мне теперь делать? – сквозь слёзы спросил он.

- Всё обойдётся, - тихо сказал Волтер и похлопал его по плечу.

Все в зале были Мертвы. В живых остались лишь Дэнвил и Волтер.

Вдруг дверь в зал распахнулась, и быстрым шагом вошёл Дарио.

- Ого! А вы хорошо справились.

Тогда Дэнвил перевёл злобный взгляд на него. Он крепко сжал ножку стола в руке.

- Дэнвил, не стоит, - попытался его остановить Серый.

Дарио видел, что убитый горем парень собирался на него напасть. Так и произошло. Он резко подскочил и хотел накинуться на него, но Волтер перехватил его, говоря:

- Уймись, вспомни, что он сделал с тем мужиком.

- Да, Дэнвил, слушай своего товарища.

- Я убью тебя! – закричал он.

- Какой смешной! Некому не удавалось, а ты вот так деревяшкой в руках – взял и убил! – сказал Дарио с насмешкой.

- Успокойся! – крикнул Волтер и Дэнвил стал утихать.

- Мы можем загадать свои желания? – спросил Серый.

- Ещё нет, ведь это был лишь отбор.

- Как отбор?

- Очень просто! Если бы я выполнил желание каждого, кто сюда пришёл, это была бы какая-то благотворительность, а то, что делаю я, это скорее разовая услуга.

- И какое же задание?

- Узнаете завтра. И кстати, раз уж вы остались вдвоём, то вы загадаете одно общее желание.

- Как общее? – обозвался Дэнвил.

- Я же сказал, что не провожу благотворительность! – пожал плечами Дарио.

- Но мы сюда пришли по разным причинам. Мне нужны деньги, а ему вылечить мать, а теперь, наверно воскресить сестру.

- Нечего не могу поделать. Правила есть правила.

- Ладно, тогда до завтра.

- Да, приходите сюда около двенадцати часов дня.

Дэнвил и Волтер отправились из лесного особняка, а тем временем уже светало. Они забрали своё оружие на входе.

- И какое же желание нам с тобой загадать?

- Не знаю, - подавленно ответил Дэнвил.

- Что если мы попросим большое количество денег, чтобы хватило и тебе вылечить мать и мне на жизнь.

- А как же моя сестра?

- Но…

- Что «но»? Эмила! Её теперь не вернуть! – крикнул Дэнвил и стал на месте.

- Ты чего разорался? – недовольно спросил Волтер и потянулся за мечом, ведь понимал, к чему ведёт этот разговор.

- Я лишился сестры, а ты нечего не потерял. А чтобы что-то получить, нужно что-то потерять! – безумным голосом сказал он. И его глаза становились дикими.

- Дэнвил! Угомонись!

- Я попрошу его воскресить Эмилу, а вместе мы возьмём его в плен и этот гад будет исполнять бесконечное количество наших желаний! Но для этого нужно избавиться от тебя!

- Вы не справитесь с ним! Он слишком силён!

- Не думаю, что это будет волновать трупа! – крикнул Дэнвил и обнажил мечи.

Серый выхватил меч, он стал будто продолжением его руки. Он отразил один удар и оттолкнул его от себя.

- Я не хочу тебя убивать!

Лезвия мечей зазвенели на весь лес. Каждый звон улетал в небо и там рассеивался. Волтер умело отразил каждый из ударов этой длиной серии, а затем сам стал атаковать. Это была, как игра на музыкальном инструменте, если где-то ошибиться – насмарку пойдёт всё. Серый наносит поперечный удар слева. Блок. Переводит меч и справа. Снова блок. Затем резкий секущий удар по ноге на стыке поножи и панциря. Первые два удара были нанесены, как раз, чтобы из-за колебаний тела открылось уязвимое место. Из раны тут же потекла кровь. Дэнвил потерял бдительности от боли, а потому, когда вновь отражал удары – потерял оба меча и снова получил рану по тому же месту, но с другой стороны. Затем Серый нанёс мощный апперкот рукоятью меча и Дэнвил рухнул на спину. Волтер возвысился над ним. Они встретились взглядами, и Серый нанёс с пол-оборота удар по шее мечом. Кровь хлынула рекой из глубокой раны. Дэнвил не ощутил этой боли, ведь умер сразу же при ударе, а Волтер понемногу удалялся в восходящее солнце.

Глава 2. Много лет назад

Пещера была наполнена женскими стонами боли. Эти стоны зарождались в сердце и вырывались на волю с чудовищной силой. Но боль эта была не проявлением реакции на рану или что-то вроде того. Эти стоны и крики порождал маленький ребенок, который вот-вот появиться на свет. Дэнвил был прав, чтобы что-то получить – надо чем-то пожертвовать. Так и молодая Лиана Мирс терпела эту жуткую боль, чтобы получить долгожданного первенца. Она лежала на шкуре какого-то зверя. Рядом с ней были три дочери друида Альциха: Лотти, Сигги и Кейра.

Сигги стояла перед Лианой и помогала ребенку выбраться наружу, слева от роженицы была Кейра. Она делала на первый взгляд бесполезную работу, но так казалось лишь на первый взгляд. Она держала Лиану за руку, подбадривала её и помогала правильно дышать. Лотти занималась той работай, которую называли «принеси, подай, иди вон, не мешай». Ей поручили это, так как она была самой младшей из сестер.

Каждый раз Лиана набирала воздух в лёгкие и издавала всё более и более взрывные крики, от которых с потолка в пещере сыпалась пыль.

- Я вижу голову! – крикнула вдруг Сигги.

- Я больше не могу! – закричала Мирс сквозь зубы и сжала в кулаки кожу, на которой она лежала.

- Лиана, терпи! Терпи, я тебе говорю! Ведь это такая мелочь! – говорила Кейра.

- Это не черта не мелочь! – крикнула Лиана, а затем снова закричала, да так, что сорвала голос и теперь лишь хрипела.

На улице тем временем, на тропинке в нескольких метрах от входа в пещеру, закрытого кустарниками и сухими травами. Даже туда доносились крики Лианы, а потому на улице стояли Шаак – муж Лианы и друид Альцих. Они следили, чтобы на крики не прибрёл какой-либо монстр или какой-то голодный зверь. Слабый ветер вздымал с земли верхние слои пыли, создавал небольшие пылевые облака и уносил их вдаль, где они через несколько секунд развевались.

Альцих старый друид, которому было уже лет двести. Он выглядел слабым и беспомощным, но первое мнение в данном случае было ошибочным. Ведь он являлся одним из самых могущественных существ в этом лесу. Имел длинную белую бороду и волосы, которые напоминали солому. Его наряд был таким же неприметным, как и его внешний вид. Обычный балахон из материала, что напоминал мешковину, подхваченный веревкой на поясе. Альцих не имел обуви и ходил босяком.

Шаак же был более статным, чем друид. Он достаточно высокий и крепкий. Цвет его глаз оранжевый, это был не просто оранжевый, как апельсин, а оранжевый, как огонь. Оранжевый, который горит во тьме. Его глаза были таковыми из-за не совсем людской природы Шаака, ведь он был оборотнем. Его волосы и борода серого цвета, подобно волчьей шерсти. Он носил чёрные шаровары. Белую льняную рубашку и жилетку из сыромятной кожи.

- Шаак, ты хорошо подумал над этим? – спросил вдруг вдумчиво Альцих.

- Я больше не хочу об этом говорить! – сказал, как отрезал оборотень, глядя в сторону пещеры, но никак не в сторону собеседника.

- Разве ты не понимаешь, какие последствия потянет за собой рождения этого беса?

- Не смей так говорить о моём сыне, Альцих, иначе пожалеешь! – с надрывом произнёс Шаак и кинул косой взгляд на друида.

- Просто пойми союз чародейки и оборотня сотворит ужасное! Твой сын от самого рождения и до самой смерти будет притягивать ко всем, кто его окружает беды и несчастья, пока все мы не помрём на его глазах!

- Всем свойственно умирать, Альцих, - спокойно сказал Шаак и скрестил руки на груди.

Палящее солнце разогрело твёрдую почву до огромной температуры, и Альцих ступил на траву, дабы остудить ступни. Шаак же по прежнему стоял и бурил взглядом вход в пещеру, ожидая, что скоро из него выйдет одна из дочерей Альциха с его сыном на руках и тогда Шаак станет самым счастливым на всём белом свете. Он простоял так ещё несколько минут, как вдруг среди кустов показалась смуглокожая Сигги и поманила друида и оборотня в пещеру. Шаак быстро последовал туда, а за ним поплёлся, как змей, нехотя Альцих. Они вошли внутрь пещеры. Лиане положили малыша на грудь – это был мальчик. По ней было видно, насколько сильно она была счастлива. Шаак взял его на руки и стал рассматривать. Это был славный малыш с пухлыми щеками и материнскими карими глазами. Он пока что безобидный безгрешный ребёнок, которому стоит столько всего повидать и столько всего совершить. Этот малыш, который несколько минут назад вышел из утроба, даже не догадывается, какой длинный и сложный путь ему уготован. Даже если бы он это знал, он бы не смог подобрать правильную мысль, ведь не знал ещё не одного слова. Но вдруг Шаак заметил, что голова ребенка покрыта серыми волосами и он слегка обескуражено спросил:

- Лиана, ты видела его волосы?

- Видела, а что?

- Они же то ли седые, то ли серые, - сказал Шаак и стал внимательно рассматривать голову ребенка.

- Разве это имеет значение?

- Не знаю, наверно нет, - неуверенно сказал он.

Он покачал ребенка на руках, а затем спросил:

- Альцих, хочешь его подержать?

- Нет, спасибо. Не люблю держать чужих детей, - сказал с неким омерзением в голосе и на лице старик.

Семейство друида быстро покинула жилище Шаака и Лианы. Они забрали с собой и палящее солнце, сияние которого из золотисто-белого перешло в красное, затем в лиловый и в конце концов оно совсем пропало и было заменено холодным, лунным сиянием.

Проходит одиннадцать лет. Эти года прошли совсем незаметно для Лианы и Шаака. Ведь первые годы жизни ребенка самые весёлые и быстротечные. Множество безосных ночей стоят тех радостных моментов, которые были потом. Это и первое слово, и первые шаги и многое другое.

И вот Шаак отправился на охоту. Он быстро бежал между деревьями. Из одежды на нём были лишь его чёрные шаровары, которые были достаточно просторными и не рвались на его теле, даже тогда, когда он превращался в человека-волка, хоть он увеличивался, минимум вдвое. С каждой секундой он ближе и ближе приближался к зайцу, который на мгновение терялся меж деревьев, но быстро обнаруживался бегущим волколакой. Уже в каких-то сотни метров была нора зайца, но вдруг Шаак взмыл в воздух. Он подскочил примерно на два метра над землёй и подался вперёд. Он приземлился передними лапами на напуганного зверька. Заяц издал короткий писк и был мёртв. Шааку даже не стоило впиваться в него когтями, ведь тот погиб под натиском его веса. Он схватил труп зайца зубами за холку и отправился домой.

В мыслях он уже представлял, какое замечательное жаркое или рагу из него приготовит Лиана. Мясные блюда удавались у неё лучше всего, особенно если у неё было достаточно нужных ингредиентов, благодаря которым она могла сделать из зайца, удавленного оборотнем, блюдо, которое будут есть, даже короли, а после ещё и попросят рецепт.

Впереди уже показался небольшой лесничий дом, в котором они поселились ещё год назад. Тогда тут жил старый лесник Дональд, который умер от язвы на сто втором году своей жизни. Шаак хорошо его знал и часто с ним встречался в лесу. Лесник не знал, кем на самом деле является его знакомый, а потому это был редкий случай дружбы оборотня и человека. Когда же он знал, что скоро умрёт, то сказал, что оставит этот дом именно Шааку. Дональд был очень выносливым и трудолюбивым человеком. Он продолжал заниматься своей работой до самого рокового конца и даже в сто два года мог убить небольших подземных пауков – арахнидов. Также он был очень рукодельным, а потому эту хижину он сколотил сам, и она вышла очень добротной.

Шаак остановился у дверей и постучал в них когтями. За дверями раздались быстрые и лёгкие шаги, затем скрипнул засов и дверь открыл пятилетний Волтер. Его буквально закрыла тень огромного серого волколака. Шаак, сгорбившись, вошёл в дверь и кинул зайца слева от них. Он заметил, что Лианы нет дома. Он обратился обратно в человека. Этот процесс происходил постепенно, но достаточно быстро. Его длинная пасть уменьшалась и превращалась в рот, длинные уши становились короткими и сползали на привычное место. Скелет и мышцы деформировались и менялись, а шерсть залазила под кожу.

Волтер с интересом смотрел на это, ведь сам ещё ни разу не превращался в волколаку, а потому для него это было, как небольшое и кратковременное развлечение.

- Папа, а когда я смогу делать так же? – спросил с неподдельным интересом Волтер.

- Всему своё время, Волтер, - спокойно ответил Шаак и стал надевать рубашку, которую он оставил весить на стуле. Он понимал, что его сын не знает, какие последствия того, что он умел превращаться в волколаку. Обычно все начинали понемногу овладевать этой способностью только после пятнадцати лет. Это были кратковременные, неконтролируемые обращения, которые доставляли дискомфорт. Это было, как половое созревание у всех обычных подростков, только оно начиналось позже.

- Я просто хочу ходить на охоту вместе с тобой и ловить зайцев, прямо как ты!

- Всему своё время, - повторил Шаак, а затем спросил, - Волтер, а где мама?

- Она пошла за водой для рагу.

- У нас же есть дома вода.

- Она сказала, что этой воды мало.

- Почему же ты не пошёл с ней? – спросил тот и поднял одну бровь.

- Она сказала мне дочитать «Писание Ираклия», - ответил мальчик и поморщил нос от такого странного названия. Шаак тоже не произвольно поморщился, ведь он за свои сорок шесть лет жизни, не то что не читал, он и не слышал вовсе не об Ираклии, не об его писании, а потому одобрительно сказал:

- Ладно, беги, читай, а я побуду тут.

- Хорошо, пап.

Волтер быстро ушёл в небольшую комнатушку, которая раньше была кладовкой у старика Дональда. Но теперь тут стояла кровать Волтера. Тут было и несколько полок, но они были тут до пришествия семьи Шаака. На этих полках раньше был всякий хлам, который даже лесник Дональд редко использовал.

Шаак и Лиана же жили буквально на кухне. Там стояла их небольшая кровать с просевшим дном около стены, а напротив неё обеденный стол, около которого стояло две табуретки и один стул с мягкой спинкой. В углу стояла печь, вымазанная в саже.

Шаак сидел за столом и смотрел в окно, засматриваясь на длинную тропинку, которая вела, к небольшому ручью, за рощей. Прошло где-то двадцать минут. Солнце всё так же светило на тропу.

- Волтер, мама давно ушла за водой? – крикнул Шаак.

- За минут пять до тебя, - приглушенно донеслось из комнаты Волтера.

Отец Шаака вдумчиво угукнул и стал всматриваться вдаль ещё сильнее. Он пытался посмотреть сквозь зелёную стену из густорастущих деревьев. «Может она встретила Альциха на обратном пути», - спросил Шаак сам у себя. «Старика хлебом не корми, дай языком почесать». Он себя немного успокоил, но все, же в его груди что-то дрожало и будто медленно стягивало сердце кожаными ремнями с тяжёлыми бляхами из закалённой стали, пока оно не лопнет.

Прошло ещё полчаса. В эти полчаса мухи стали садиться на труп зайца. Шаак их прогнал и стал его свежевать, чтобы отвлечься. В его голове менялись жуткие образы о том, что могло произойти с Лианой. «Но ведь ручей находиться не далеко от города. Там ошивается мало тварей. Да и Лиана, она же может постоять за себя». От этих мыслей Шаак совершал движения ножом всё резче и резче. Нож буквально ожил в его руке. И стоило ему на секунду представить мёртвую Лиану, распростёртую около берега в луже крови, как он с выкриком вонзил нож в шею зайца. В этот момент дверь в комнату Волтера распахнулась. Сквозь приоткрытую дверь выглядывал мальчик, держа в руке толстую, потёртую книгу.

- Что случилось, пап? – взгляд Волтера был напуган.

Шаак поднял голову. Его взгляд был твёрдым и острым, как осколок кремня.

- Будь дома! Я скоро вернусь!

Волтер безмолвно кивнул. Шаак же сорвался с места, скинул рубашку о и отправился в путь. Прямо на ходу он превратился в волколаку. Из-за того, что он был то ли напуган, то ли зол, превратился гораздо быстрее. Он спустился на четыре лапы и двинулся по длинной тропе вперёд к роще. Солнце продолжало нещадно палить. На теле Шаака быстро образовался пот, и он оставлял мокрые следы на земле за собой. Он вздымал пыльные сгустки, которые летели за ним, до самой рощи, а там от лесной прохлады пыль пала на землю и стала не зримой. Теперь под лапами оборотня была мягкая почва и трава.

И вот он выскочил на холм. На холм, на котором и была эта прохладная роща. Где-то в двух километрах виднелся Стронн. А в метрах двухстах пятидесяти тёк тот самый ручей. Он обвёл всю его длину звериным взглядом и вдруг словно споткнулся и его голова дернулась. Там около ручья он увидел лежащую человеческую фигуру в алом пятне. В тот же момент он понял, что это и была Лиана.

Со скоростью надвигающейся лавины он побежал вперёд. Действительно, зрение его не подвело. Лиана Мирс лежала на земле с разорванной грудью и шеей. Её ведра лежали в стороне и в них блестели остатки воды. Голова девушки была направлена влево. На лице у неё застыла жуткая гримаса ужаса, который нельзя было передать словами. Кровь Лианы была разбрызгана в стороны. Она окрасила траву в коричневый цвет, ведь эта кровь уже успела высохнуть. Шаак пытался принюхаться, но всё было напрасно. Тот, кто её убил, сделал это, вероятно, как только она пришла, и остатки запаха этого чудовища перебивал металлический запах крови, луговых цветов и трав, а также ручья. Шаак в ярости метался со стороны в сторону, как тигр по клетке в зоопарке. Тигр, которому так надоела его жизнь в неволе. Затем внимание оборотня привлекли ожоги на правой руке Лианы. Он знал, что иногда его жена плохо контролирует свои силы, и они вредят ей самой. « Убийца напал из-под тешка, иначе Лиана бы отразила бы прямую атаку и победила ». Все эти рассуждения приводили Шаака в ярость ещё больше. Когда он начинал, только лишь представлять, каким именно способом была убита его любимая, он становился безумным, начинал рявкать и бегать вокруг, как ошалелый. Тогда он взвалил труп себе на плечо и отправился домой.

Там же, в то же время, как только Шаак ушёл за порог, появился старик Альцих со своими дочерьми. Каждый день, после рождения Волтера, он следил за их семьёй в ожидании, когда проклятый ребёнок останется один. Друид придумал хитрый способ. Он подготовил яд на основе снотворного. Выпивший человек начнёт медленно засыпать, затем его организм также начнёт постепенно прекращать все процессы, пока полностью не остановиться. Конечно, Альцих мог взять один из своих каменных кинжалов, постучать в двери и ударить ним в грудь Волтера, который откроет эти двери.

Четвёрка медленно подошла к дверям. Альцих постучал в двери своей тощей рукой. Волтер открыл им двери.

- Отца нет дома, - сказал с ходу он, держа под рукой то самое «Писание Ираклия».

- А ты не будешь против, если мы подождём его? – спросил Альцих и расплылся в жуткой ухмылке, которая напугала мальчика.

- Не буду… , - безэмоционально ответил он и пропустил их внутрь.

Альцих вошёл и спросил:

- Волтер, ты же гостеприимный человек.… То есть оборотень, - исправился Друид. Волтер кивнул.

- Тогда почему бы тебе, Волтер, не поставить нам чаю?

- Хорошо…

Волтер взял один из табуретов. Подвинул его к шкафу, который также стоял на кухне. Залез на этот табурет и снял с полки большую плетеную бутылку с водой. Мальчик неспешно налил в глиняный горшочек и поставил его на печь. Отец научил Волтера разжигать огонь, а потому он сделал это легко и просто. И вот уже через несколько минут в печи трещал хворост и дрова, а хижина наполнялась приятным теплом.

- Волтер, а ты читаешь «Писания Ираклия»? – спросил друид и положил руку на обложку книги, которую мальчик положил на стол, когда впускал гостей.

- Мама заставляет.

- Ясно, - друид пытался завести беззаботную беседу, но у него это не получалось и он отчаянно спросил, - я сяду? – и указал на табурет.

- Да, конечно.

- Девочки, подождите меня на улице, - сказал он своим дочерям, но когда они выходили, друид остановил одну и тихо ей шепнул на ухо, - когда кто-то из его родителей приблизиться к дому, постучи в окно. Та кивнула в ответ, - и нравится ли тебе эта книга? - обратился он к Волтеру.

- Честно говоря, нет, - и на лице его появилось что-то вроде улыбки, но мышцы его лица были так напряжены, что её было трудно заметить, ведь Альцих пугал его с самого детства. Это было странное чувство. Его нельзя было в полной мере назвать страхом. Это чувство правильнее будет назвать дискомфорт.

- А какая же книга тебе нравиться?

- О рыцаре Гаскойне.

- Вот значит как! – загорелся Альцих. Он нашёл тему для разговора, - и о чём же эта книга?

- О приключениях отважного воина Гаскойна, - Волтер тоже почувствовал некое облегчение.

- Когда ты вырастишь, ты хочешь стать, как этот Гаскойн? – оттягивал время друид.

- Он человек, а я оборотень.

- Гаскойн же стал таким не из-за того, что он человек, а потому что он имел какие-то качества. Ведь так?

- Да, он был сильным и храбрым. Ну, так говорит моя мама.

- А ты Волтер сильный? Ты храбрый?

- Однажды, я убил змею лопатой, - вспомнил мальчик.

- Да ты настоящий храбрец, прямо как Гаскойн, - ухмыльнулся Альцих вновь. Но теперь его улыбка выглядела доброй и искренней. Волтер будто заразил его своим добром и невинностью. Друид, будто забыл про свое злодеяние, которое собирался совершить. Но так было лишь на первый взгляд. Старик имел холодный рассудок и если он поставил себе цель, то ничто его не остановит. Волтер же засмеялся звонким, ребячьим смехом и спросил:

- Откуда вы знаете? Вы же не читали!

В этот момент из горшка донеслось бульканье кипящей воды. Волтер мгновенно вскочил с табурета, взял рогач и снял горшок с печи. Затем он взял две кружки и открыл банку с чаем, запах которого заполнил весь дом. Аромат был тёрпким, но приятным. Он насыпал по небольшой горстке сухих листьев и трав, а затем залил их кипятком. Он поставил кружки на стол. Над ними поднялись столбы пара.

- Послушай, может, ты принесёшь книгу о Гаскойне.

- Да, конечно.

Волтер быстро пошёл за книгой, а Альцих тем временем быстро залез в карман и достал пузырёк с прозрачной жидкостью и влил яд в чай мальчика. Вдруг раздался стук в окно, тот самый сигнал, о котором просил Друид. От неожиданности он выронил пузырёк и тот разбился. Альцих начал панически собирать осколки. И вот вернулся Волтер. В его руках была книга с красной обложкой. Старик резко выпрямился и протараторил:

- Выпьем же чаю! – его лоб уже успел покрыться потом.

- А как же книга?

- Мне очень хочется пить!

- Ну ладно…

Волтер взял кружку, как вдруг дверь широко распахнулась и ударилась о стену. В комнату внёсся Шаак, пышущий гневом и он не обращался обратно. Волтер не когда ранее не видел его таким. Даже Альцих видел его таким впервые. Мальчик отставил чай и спросил:

- Что случилось, пап?

Шаак вдруг вспомнил, как сильно друид не любил Волтера и желал его смерти, а потому решил, что к смерти Лианы он тоже приложил руку.

- Волтер, пойди в свою комнату! – прорычал оборотень. Когда Шаак был в зверином обличии, его голос звучал особенно жутко и был надрывчатым. Мальчик выполнил приказ.

- Что ты здесь делаешь, Альцих?

- Я-я зашёл в гости попить чаю, - заикаясь, сказал он и указал на стол. Друид был так напуган, а потому не мог на него воздействовать своим колдовством.

- Все эти одинадцать лет ты избегал меня и мою семью, а теперь пришёл попить чаю?

- Да…

- Лжёшь! Убил Лиану, а теперь и моего сына собрался. Ты хотел его смерти, ещё с его рождения! – рычал Шаак и приближался, а друид отходил назад, пока не упёрся в шкаф с посудой.

- Я не убивал Лиану и Волтера… Волтера я тоже не хотел убивать.

Тогда волколак схватил в лапу кружку Волтера и поднёс к лицу Альциха.

- Пей!

- Я не буду…

- Пей, либо умрёшь!

- Знаешь, что я и впрямь хотел убить Волтера! – проговорил с жутью в голосе Альцих. Он вдруг достал нож из-за спины. Самый обычный нож, которыми режут еду. Старик нашёл его на ощупь за своей спиной. Он вонзил его Шааку под ребро по самую ручку, и реакция была мгновенной. Оборотень нанёс размашистый удар лапой и оставил на груди друида пять глубоких параллельных порезов, из которых мигом выступила кровь. Альцих лишь сухо крикнул и упал на пол, а из его ран потекла кровь, заливая пол.

На шум в дом вбежали и дочери Друида. Они уже держали каменные кинжалы в боевой готовности, а Шаак вынул нож из под ребра. Шесть злобных глаз смотрели на него, а затем сёстры ринулись на него все разом. Один из ножей прорезал ему лапу между указательным и средним пальцем, другой рассёк предплечье от запястья и до локтя. Он сделал выпад вперёд и выбрался из окружения сестёр. Затем он перехватил одну из, рук, которая словно жало, приближалась к его груди. Он грубо схватил эту худую руку и сломал её лёгким движением руки. Одна из дочерей Альциха была обезврежена. Она с криками упала на пол, держась за неестественно выгнутую руку. Две другие полосонули Шаака по телу и тогда его глаза налились кровью, и он пришёл в ярость. Он размахнулся и вскрыл взмахом когтей одной из них горло, и она бесшумно упала на пол. Кажется её звали Лотти, но Шаак точно не помнил, да и какое вообще это имело сейчас значение. Другая, ещё стоящая на ногах девушка поняла, что ей не выжить, а потому стала быстро бежать к выходу, но длинная лапа схватила её за ногу. Она с грохотом упала на пол и ударилась подбородком. В её голове всё на мгновение помутнело, но вот цепкая рука схватила её за вьющиеся волосы и приподняла её голову, а затем с огромной силой опустила. Раздался гадкий звук сломанного носа. На полу осталось несколько алых капель. Шаак сделал так ещё раз и ещё. После третьего удара девушка потеряла сознание, лишилась нескольких зубов и разбила обе губы. Затем он схватил её за ремень, что проходил через её спину и резко, поднял её над головой, ударив о потолок. Хижина сотряслась и будто застонала. Затем он с такой же звериной мощью швырнул её прямо в открытые двери. Она вылетела на тропу, что вела роще, несколько раз перекувыркнулась и, уже вероятней всего была мертва, от полученных переломов. Оставалась ещё третья она напугано забилась в угол и шаталась в зад вперёд, она уже, наверно тронулась умом от увиденного. Шаак спустился на четыре лапы. Медленно к ней подошёл и стал пускать горячие струи дыхания прямо в заплаканное лицо. Она медленно подняла голову и увидела этот озлобленный безмолвный взгляд, который бывает только у дикого зверя. Ей пришла мысль вонзить нож ему в выпученный глаз. Это как минимум нанесло бы ему сильный ущерб, а в лучшем случае, так и вообще убило бы. Но оборотень опередил её. Он распахнул пасть и с неистовой мощью вцепился зубами ей в лицо. Она кричала, громко кричала, но все крики ходили ему в пасть. Шаак проволок её через весь двор, как добычу, и кинул за калиткой. Она была ещё чуть жива и ощущала эту жгучую боль, будто сотни адских бесов прижигали её лицо маленькими клеймами. Но это ужасное состояние продлилось не долго. Шаак растерзал её в клочья, раскидав её части тела по всей тропе, будто, обозначая место своего жительства для каждого, кто там проходил.

Волколак медленно обернулся на дом. Его лапы были по локоть в крови, а пасть из серой стала красной. В дверях хижины стоял напуганный Волтер. Он уже увидел материнский труп, накрытый листом высохшей кожи. В глазах ребенка набирались слёзы и начинали течь по щекам, а губы начинали дрожать. Шаак стал медленно двигаться к нему и превращаться в человека. Волтер стал от него отходить. Он боялся. Боялся, что его отец сделает с ним что-то ужасное.

- Волтер, сынок,- мягко сказал его отец, а на его лице блестела кровь, - это же я твой отец.

Тогда Волтер сорвался и побежал в лес. Его отец бросился за ним. По дороге он вытер лицо и не стал превращаться в оборотня, дабы лишний раз не пугать сына. Мальчик оказался очень шустрым, а потому быстро скрылся в чаще. Мальчуган бежал очень быстро, а его мир буквально менялся на глазах. Вчера ты жил жизнью обычного ребёнка, читал нудные книги о давно умерших людях, а сегодня твою мать убивают, отец показывает своё звериное нутро, а ты сам, который не видел нечего кроме пещеры, а затем хижины, бежишь по дремучей чаще и удивляешься, какой мир огромный и необъятный.

Стопы Волтера покалывали веточки, камушки и иголки, что упали с сосен. Когда он пробежал достаточно далеко, то остановился, чтобы отдышаться. Здесь совсем не было видно неба за зелёной завесой из листьев. Мальчик стал метаться, поняв, что он заблудился. Всю дорогу он менял направления, а потому не знал, куда ему идти.

Вдалеке стали доносится тяжёлые шаги. Эти шаги были слишком тяжёлые для человека и сильно медленные для волколаки. Шагов было много, что означало, что неизвестное существо шло на четырёх лапах. Волтер схватил с земли толстую замшелую палку. И вот на небольшом холме во всей своей могущественной красе показался бурый медведь. Мальчик остолбенел от страха, а рука будто приросла к его палке. До этих пор он видел медведей лишь на картинках, и он даже не думал, что он такой огромный. К тому же в детстве все кажется каким-то большим.

Медведь приподнял голову и заревел. Волтер стал невольно дрожать. Зверь явно был голоден, и он загрыз бы маленького ребенка, как ни в чём не бывало, и остался бы голодным.

Он стал медленно приближаться к напуганной жертве, как вдруг в его бок прилетела стрела откуда-то с запада. Медведь издал странный звук, напоминающий отрыжку. Он повернул голову в сторону, с которой прилетела стрела, и поднялся на задние лапы. Он возвышался даже над самым высоким человеком.

Пробившись сквозь кусты, держа лук в руках, выскочил молодой мужчина. Он проскочил мимо зверя и немного присел в коленах, готовясь для следующего выстрела. Тетива лука уже была слегка натянута, а стрела направлена на мохнатое брюхо зверя. Медведь заревел и попытался опуститься на юркого охотника, тот словно на коньках скользнул в сторону и увеличил дистанцию между собой и соперником. В ту же секунду лучник успел выпустить стрелу в самый низ живота зверя.

Взгляд охотника был острым и уверенным. Было видно, что он не впервые охотится. В его руке появился нож, который весел на его ремне. Он понял, что вблизи очень трудно стрелять из лука.

Косматый ринулся на своего врага. Его толстое тело вздрагивало при каждом шаге. Охотник буквально перекатился через бок медведя, нанеся удар кинжалом прямо по центру бока. Из ранения хлынула кровь и стала капать на землю. Лучник сделал такой резкий выпад, что даже не устоял на ногах и упал, споткнувшись о торчащий из земли корень.

Зверь же не стал нападать на охотника. Он вновь вспомнил о Волтере, который по-прежнему не мог сдвинуться с места и стоял, как вкопанный. Медведь двинулся на напуганного мальца. Но вот охотник снова возвратился. Он громко закричал. Его крик напомнил сирену. Он взвалился на широкую спину хищника и стал бить ножом в шею зверя, который понемногу слабел, но вдруг качнулся в бок. И атакующий упал, выронив нож. Медведь схватил охотника зубами за левую ногу. Он пробил её до самой кости и стал трепать с огромной силой. Охотник закричал ещё сильнее. Его болезненный визг взмыл в небо. Волтер кинул ему свою толстую ветку. Тот схватил её на лету. Он осыпал глаза и нос медведя градом ударов, и он начинал разжимать челюсти.

В этот момент он увидел, как ребёнка, которого он пытался спасти, схватил в лапы волколака. Этим волколакой был Шаак. Он увидел, что его сын в опасности и превратился невольно в зверя. Это было уже дело принципа. Он не мог позволить, чтобы мальчика, за которого он кровопролитно сражался с одним зверем, забрал другой.

Тогда он ткнул палкой в левый глаз медведя и тот наконец-то его отпустил. Охотник резко вынул лук и выстрелил оборотню в спину. Шаак уронил сына, и он снова наполнился яростью. Он не мог владеть своим гневом, а потому он побежал на лучника, но вдруг на него напал медведь и сбил его с пути. Два диких зверя сцепились в кровавом узле. Израненные и злые, они травмировали друг друга когтями, впивались клыками и осыпали мощными ударами. Под их лапами образовалась лужа крови, которая мешалась с землёй. Вдруг Шаак сделал выпад. Он повалил медведя на спину и впился ему в шею. Он сильно сжимал мохнатую глотку. Его клыки прорезали шерсть, кожу, жировые прослойки, прожилки и сомкнулись. Неумолимый голодный зверь был мёртв.

Шаак оглянулся, но не охотника, не его сына уже не было. «Этот охотник не понял, что он мой сын. Не думаю, что он ему навредит. А сейчас я слишком слаб, чтобы отправиться за ним в погоню. Я подожду какое-то время.», - подумал Шаак.

Отважный охотник тем временем вёл Волтера к городу. Он опирался на толстую ветку, которую подобрал с земли. Свою ногу он замотал лоскутом, отрезанным от штанины. Этот охотник был зрелым мужчиной, которому на вид было лет тридцать. Его резкий взгляд был его главным оружием, который порой ранил сильнее острого меча. Кожа на его лице сухая и белая, напоминала бумагу. На нём была белая рубашка в грязных пятнах. Серый плащ, выгоревший на солнце. Штаны этого охотника напомнили Волтеру шаровары его отца. Обут он был в добротные сапоги, которые за долгое время использования сильно затерлись. На его руках чёрные перчатки. В кожаном колчане за спиной были стрелы, и с каждым его шагом он хлопал его по спине.

- Откуда ты парень? – спросил охотник, слегка хриплым голосом.

- Я живу в лесничем домике, - сказал тихо Волтер.

- А где твои родители?

- Мой отец – это тот волкоака, который бился с медведем.

Охотник рассмеялся.

- Очень смешно! Тогда мой отец тот медведь.

- Я не шучу.

Смех резко сменился смятением

- То есть, как не шутишь? – спросил он и взглянул в глаза мальчика.

- Очень просто. Кстати, поэтому мои волосы серые.

Охотник не мог в это поверить, но затем вспомнили, что когда он бился с медведем, то волколака не растерзал малыша, а просто стал уносить и не в зубах, а в лапах, словно своего ребёнка. Всё действительно сошлось в его голове, и он спросил:

- Как же тебя зовут?

- Волтер… А вас?

- Чендлер Уоттл. А у тебя нет фамилии?

- Кажется, нет, - неуверенно сказал мальчик.

- У каждого должна быть фамилия и у тебя тоже.

- И что же делать?

Чендлер осмотрел ребенка и сказал:

- Что если Серый? Твои волосы серые, а твой отец выглядит, как серый волк на задних лапах. Да, это, конечно не фамилия в полном понимании этого слова. Это скорее прозвище, но всё же.

- Мне нравиться, - улыбнулся мальчик.

Чендлер и Волтер оказались в Стронне. Стронн – маленький городок около королевства Кроун. Это небольшой городок, в котором живёт всего полторы тысячи человек. В этом городе был рынок, на котором винокуры, сыровары, пекари и мясники торговали своей продукцией. Тут было несколько кабаков, которые находились на разных краях города, чтобы не вести конкурентную борьбу. В Стронне был и храм, где, как и везде проповедовал священник, который был, чуть ли не самым греховным человеком в городе.

Дом Чендлера находился почти в центре Стронна. У него был большой двухэтажный дом.

- Эй, Чедлер, ты, что свою бывшую встретил? – донёсся хриплый и прозорливый голос.

Охотник обернулся. Он увидел своего соседа Эльгардта, который также часто охотился. Он сидел на стуле около дома и указывал на его ногу.

- Я встретил её мать, - ухмыльнулся Чендлер и вошёл в дом.

В лицо им ударило тёплое свечение керосиновых ламп.

- Шайла, у нас гость. Так что поставь на стол четыре тарелки. А ещё захвати бинты.

- Что случилось милый? – донёсся звонкий женский голос из кухни, а затем показалась его обладательница в сопровождении маленькой девочки, примерно такого же возраста, как Волтер. Шайла была, хоть и была ровесницей Чендлера, но выглядела моложе. Её светлые волосы были собраны в косу, а её одежда, хоть и была простой, но отлично гармонировала с её внешностью. Самой же её выделяющейся чертой являются глаза небесного цвета. Маленькой девочкой была дочерью Шайлы и Чендлера. Она переняла лучшие черты родителей. Её глаза также были небесно-синими, а взгляд был резким. Волосы у неё были такими же светлыми.

- Добрый день, - сказал с ухмылкой Волтер. Его улыбка была едва заметна и он уставился в пол, видимо ему понравилась дочь Чендлера.

- Кто этот мальчик? – спросила Шайла.

- Я потом всё расскажу.

Чендлер обработал и перебинтовал рану и все вместе они сели за стол. Волтер будто стал частью их семьи. Шайла насыпала ароматное жаркое в тарелки и нарезала буханку ржаного хлеба. Затем Чендлер сложил руки в мольбе, закрыл глаза и произнёс на одном тоне:

- Боги всемогущие, спасибо вам за пищу, что стоит у нас на столах и возможность всем вместе собраться за этим столом.

Для Волтера этот процесс был крайне чуждым, но не вызвал огромного недоумения. Он быстро уплёл свою порцию и съел два куска хлеба. Он был очень голоден, ведь так и не отведал маминого рагу. Эти мысли, которые перебивали недавние происшествия, снова нахлынули на него сокрушительной волной и заставили заплакать. Он вспомнил и своего отца, измазанного в крови.

- Что такое, Волтер? – спросил Чендлер.

- Моя мама! Она мертва!

- Как мертва? – вдруг обозвалась Шайла, отложив ложку, а на её лице застыло непонимание.

- Сегодня утром она пошла за водой, и кто-то убил её! Затем папин знакомый пытался отравить меня, а мой отец….На него что-то нашло и он убил его вместе с его дочерьми! – говорил сквозь слёзы Волтер.

Шайла взглянула на Чендлера, теперь к её непониманию добавился ужас, и она жаждала объяснений.

Тогда Чендлер обратился к своей дочке:

- Кори, не хочешь показать Волтеру нашу конюшню и загон с другой живностью.

Кори кивнула, взяла самовольно мальчика за руку и повела за собой.

- Как это понимать, Чендлер?! Кого ты к нам привёл?! – говорила разгорячено Шайла, а один вопрос чуть ли не перебивал следующий.

- Шайла, этот ребенок не виноват, в том, что с ним произошло! – говорил успокаивающим тоном Чендлер.

- Объясни мне, кто этот ребёнок!

- Я сделаю это, только обещай отреагировать на это спокойно и адекватно.

- Я постараюсь…

Чендлер не был уверен в её словах. Точнее, он даже знал, что она буйно отреагирует на следующую информацию.

- Ты же обратила внимание, на цвет волос этого мальчика.

- Нет! – твёрдо и уверенно ответила она.

- Ладно! Этот мальчик сын оборотня, - отчеканил Чендлер, а затем слегка сморщился, ожидая той самой буйной реакции.

- Ты привёл в дом монстра! – завопила она, - все его жалостливые истории – выдумки! Он дождётся ночи и загрызёт всех нас!

- Уймись! – грубо сказал Чендлер, - ему на вид лет 12, а может быть и меньше. В этом возрасте он ещё не умеет становиться волколакой! – сказал на повышенных тонах он.

- Но зачем он тебе нужен? – спросила уже спокойным голосом Шайла.

- Когда я увидел, как на него нападает медведь, я не знал, кто он такой. Да и к тому же, не думаю, что в семье оборотня ему жилось хорошо.

- Чендлер, возможно, в некоторые вещи не стоит вмешиваться.

- А, возможно, если мы не вмешаемся, то всё будет только хуже.

- Но ведь мы не знаем.

- Никто не знает, - сказал Чендлер и нежно взял жену за холодную от волнения руку.

Кори тем временем показывала Волтеру их лошадей.

- Смотри, вот эту чёрную зовут Найт. На ней обычно катается папа. Вот эту белую – Блу. На ней катается мама. А эту цвета чая с молоком – Келли. На ней никто не катается, но папа сказал, что когда я подросту, то она будет моей, - сказала Кори и показала поочерёдно на каждую из лошадей. Волтер лишь равнодушно угукнул в ответ. Оборотням незачем были лошади, ведь они могли быстро передвигаться и без их помощи.

- А это правда, что твоя мама мертва? – спросила вдруг Кори. Она, сама того не понимая, вновь задела ранимого Волтера. В этот момент с его глаз вновь потекли слёзы. Кори поняла свою ошибку и не дала ему расплакаться. Она брызнула водой из конской поилки ему в лицо. Вода смыла слёзы. Серый начал брызгать в неё. Они стали громко хохотать и Волтер почувствовал себя счастливым ребенком. Спустя несколько минут этой игры дети были полностью мокрыми. Их мокрую одежду повесили сохнуть на заборе, а тем временем небо уже потемнело.

Волтеру постелили в комнате, соседней с Кори. Это была настоящая постель с периной и перьевыми подушками. Он впервые спал на чём-то подобном и чувствовал себя королём.

Вот только заснуть ему не удавалось. Стоило ему закрыть глаза, как он видел труп своей матери, лежащий во дворе, накрытый листом шкуры, отца, измазанного в крови и того огромного медведя. Волтеру снова стало страшно. Но он слышал, что за стеной происходит какое-то движение, что означало в свою очередь то, что Кори тоже не спит.

Он медленно сполз с кровати и пошёл к ее двери. Он постучал. Дверь почти сразу же распахнулась перед ним стояла Кори в ночной рубашке. Её лишь слегка озарял светильник.

- Можно я зайду? Мне сняться кошмары.

- Заходи, конечно!

Волтер вошёл. На её кровати лежала толстая книжка. В грязно-коричневой обложке он узнал «Писание Ираклия». Та самая не любимая книга Волтера.

- Ты что читаешь это? – с ухмылкой спросил мальчик.

- Да! Это моя любимая книга! А ты тоже её читал? – чуть не воскликнула она.

- Да! Мне тоже очень нравиться эта книга! – Волтеру очень понравилась Кори, и ему хотелось найти с ней общую тему разговора. Ему понравилась Кори из-за её задорного и весёлого характера. Она дополняла угрюмого и серьёзного Волтера.

Наступила мрачная ночь. Звёзды закрыли мрачные тучи, которые напоминали ночных фантомов. Волтер уснул с Кори в одной кровати, и ему не снилось нечего. В ночи он иногда вздрагивал, но Кори прижимала его к себе сильнее, и он засыпал ещё крепче.

В этот момент в город появился Шаак. Он шёл медленно в волчьем обличии и пытался принюхаться, но он нечего не ощущал. Он продвигался всё глубже и глубже, всё ближе и ближе к центру. И вдруг на заборе он увидел знакомую белую рубашку с чёрной латкой на рукаве. Он быстро приблизился к забору и стал её нюхать. Это точно была рубашка Волтера. Он с лёгкостью перескочил через забор. Он превратился в человека и постучал в двери. Чендлера мгновенно разбудил этот стук. Он был громким и стремительным. Шайла тоже проснулась:

- Чендлер, кто это?

- Я не знаю. Но в любом случае не вставай.

Хромающей походкой он спустился по ступенькам вниз. Нож он пока что прятал за спиной. Стук же не утихал. Чендлер открыл двери.

- Я пришёл за своим сыном! – сказал недовольно Шаак.

- Я его не отдам. Ему будет лучше у нас! – сказал твёрдо Чендлер, будто не боялся его.

- Тогда я возьму его силой, - в голосе Шаака прозвучала жуть, присущая различным чудовищам, которые наделены даром речи, а в его глазах блеснул образ зверя.

Чендлер попытался ударить его ножом, но он перехватил его руку и сжал так сильно, что он уронил кинжал. Второй лапой Шаак схватил его за пояс панталон и откинул его в сторону. Его тело залетело на кухню и разломало стол. Чендлер потерял сознание, а Шаак стал подниматься наверх. Он ощущал запах Волтера.

Стоило ему подняться на последнюю ступеньку, как ему прилетел удар по виску, а затем без доли ожидания второй. Удары были достаточно болезненными даже для Шаака. Они были нанесены кочергой, которую держала Шайла. Волколак грубо схватил её за плечо и двинул себе за спину. В её глазах лишь на мгновение мелькнул ужас, и она кубарем покатилась по ступенькам. Раздался хруст костей. Было видно, в каком конкретно месте была сломана шея. Там части сломанного хребта выступили, как небольшой бугорок и натянули кожу.

Шаак пошёл вперёд. В нём ненадолго проснулось что-то человеческое, но звериное нутро взяло над ним верх. Он учуял, в какой из комнат находится его сын. Он попытался открыть дверь, но её замкнули изнутри. Дети услышали какой-то переполох и решили так поступить. Шааку не составило проблему ее преодолеть. Своими когтями, словно небольшими топориками. Он ударил один раз, и когти с хрустом пробили дверь. Затем второй рас и они вошли ещё глубже. В этот момент даже Волтер не знал намерений своего отца. Шаак же задействовал и вторую лапу. Он ударил кулаком по дырявой двери, и она проломилась. В новообразованной большой дыре Волтер и Шаак встретились взглядами. В эту дыру он просунул свои лапы и стал расширять её. Дерево не выдержало натиска и сломалось под давление. Волколака шагнул в комнату. Он схватил Волтера и стал тянуть его за собой. И как бы мальчик не упирался - все было напрасно. Но вдруг удар выбил из лапы Шаака руку его сына. Кори ударила его «Писанием Ираклия». Поступок настолько храбрый, насколько опрометчивый. Тогда волколака с призрением схватил глянул на неё, схватил за ночную рубашку, словно куклу и лёгким движением кинул в окно. Она оступилась и выпала в открытое окно. Высокий девичий визг оборвался. Теперь в сердце Шаака не отозвалось нечего человеческого. Он стал зверем не только видом, но и духом.

Волтер снова стал плакать и пытаться вырваться из его лапы. Он начал бить его свободным кулаком. Шаак молча, тянул его за собой.

Уже выходя, он почувствовал своими звериными рефлексами и чутьём, что на выходе его ждёт что-то не ладное. В этот момент у любого оборотня начинала пульсировать кровь в висках. Поэтому, выходя, он нанёс удар когтями наугад, и не промазал, ведь на шум прибежал Эльгардт и притаился около дверей, со своим мечем. Он рассёк ему бок и тот пал на землю, уронив меч. Он держался за рану и тяжело дышал. Тогда той же лапой он схватил его за шею и стал сжимать. Она была словно удавка на шее висельника. Поначалу Эльгардт бил его кулаками по руке, но затем силы стали его покидать и его тело обмякло, как у плюшевой игрушки.

Шаак быстро удалился из Стронна с сыном, а Чендлер, прейдя в себя и обнаружив трупы, пришёл в дичайшую ярость. Он готов был удавить Шаака голыми руками в одиночку. Он собрал всех охотников по городу, вырвав их со сна. Но все они относились очень принципиально к своему ремеслу, а потому даже никто не сказал и слова поперёк.

Самым авторитетным из всех охотников был Гиес Каркоэрен. Это воистину могущественный человек, который был похож на медведя, от которого Волтера защищал Чендлер. Гиес, хоть и имел небольшой пивной живот, но это ему не мешало сражать чудовищ своим двуручным мечом, ведь всё его остальное тело было покрыто буграми мышц, иссечённых шрамами. Его рост без малого было почти два метра. Волосы каштановые и густые, свисали длинными прядями до спины и накрывали плечи. Он стягивал каждую прядь несколькими чёрными нитками, чтобы они имели аккуратный вид, но сейчас он спал, а потому они были крайне взъерошенными. Он также носил густые усы, которые почти закрывали его нижнюю губу.

Вместе с Чендлером охотников получилось шестнадцать. Они собрались на главной площади города.

- Мы разделимся на четыре группы, найдём этого гада, даже если придётся сжечь весь лес! – громко заявил Гиес.

- Его сын сказал, что они живут в лесничем домике! – обозвался Чендлер.

- Хорошо, но Чендлер, ты сильно изранен. Ты не пойдёшь с нами.

- Гиес, ты шутишь?! Все эти ранения связанны с ним и его сыном. Этот оборотень убил каждого члена моей семьи! Он убил моего товарища! И ты хочешь, чтобы я сидел, сложа руки? Тогда ты ошибаешься!

- Хорошо, иди! Но, если будешь лежать в крови со своими потрохами наружу, не проси меня о помощи! – сказал недовольно Каркоэрен.

- Тебя? Да не за что!

Охотники подступили к лесу и разделились. Чендлер с тремя охотниками отправился на поиски дома лесника. На дворе уже стало наступать утро, и ночной мрак заменялся утренним белым сиянием. Они шли и готовились к атаке с любого места и в любой момент. Каждый шорох и хруст ветки напоминал звуки движения оборотня. В странных бесформенных кустах и корягах, в такой обстановке, виднелись образы жуткого голодного волколаки.

И вот появился тот самый маленький дом. Чендлер сразу понял, что это тот самый дом. У него было странное предчувствие. Вчетвёром они подошли к дверям.

- Вы ждите на улице! – указал он на двоих охотников, - а мы пойдём внутрь. Если нас не будет сильно долго – значит, мы мертвы, - Уоттл был крайне откровенен со своими товарищами.

Чендлер дёрнул за дверную ручку. Дверь легко поддалась и открылась. Они шагнули внутрь. Первую комнату можно было даже не обыскивать, ведь в ней негде было спрятаться. На молу виднелись следы закипевшей крови друида Альциха и его дочерей. Затем они увидали вторую дверь, ведущую в комнату Волтера. Она также легко открылась, но и там некого небыло.

- Здесь всё чисто! – крикнул Чендлер. Он думал, что он уже убежал слишком далеко.

Но на самом деле они скрылись в пещере, в которой они жили до пещеры. Волтер рассказал о том, что охотник знают, где их прежний дом. Шаак понимал, что они вышли за ним и что, они не смогут долго прятаться в пещере, ведь на входе было множество травы, которая примялась и больше не закрывала проход в пещеру. Потому Шаак готовился принять бой.

И вот он услышал приближающиеся шаги и голоса, которые становились всё более громкими. Оборотень решил воспользоваться эффектом неожиданности. И ему это почти удалось. Он выскочил из травы с жутким и громким рёвом и почти накинулся на Гиеса. Но охотники быстро сменили позиции, и он оказался в центре их круга. Шаак прижался к земле, и вот в небо взмыла сеть, брошенная молодым охотником, по имени Эрл. Она опутала злого монстра. Но Шаак разорвал её и рассёк лицо когтями Эрлу, который вместе с остальными уже приближался к обездвиженному оборотню и занёс секиру над головой. Волколака вырвался из кольца и был готов продолжать бой. Вся троица разом ринулась на него. Над его головой просвистело лезвие меча охотника Хэнкса, ведь Шаак успел пригнуться. Он схватил его за ремень, что держал ножны и ударил ним о дерево. Следующим шёл охотник Том. Удар его палицы был направлен на плечо врага, но тот снова ушёл от удара, уйдя влево, после чего буквально опрокинул его, ударив лапой по ногам. Далее шёл Гиес. Оборотень увернулся от его удара почти, точно также, как и от удара Тома, но был повален на землю ударом кулака по виску. Шаак на мгновение зажмурил глаза, но когда он их открыл, то его голову чуть не размозжил своей палицей, поднявшийся на ноги Том. Благо оборотень сумел, кувыркнуться назад и ударить его мощными ступнями в грудь и опять повалить на землю. Он стал отступать от приближающегося Гиеса, но совсем забыл о Хэнксе, который пришёл в себя. Когда он это осознал, то смог лишь отойти на полшага влево и его плечо пронзил меч. Шаак припал на колено. Хэнкс сделал же роковую ошибку. Он захотел позлорадствовать над раненым врагом и сказать что-то гадкое на ухо. Но это и был шанс для волколаки. Он повернул голову так сильно, как только смог и вцепился зубами ему в шею. Хэнксу лишь перехватило дыхание, после чего Шаак оторвал кусок его шеи и выплюнул его на землю. Охотник тот час упал на землю, и из его раны хлынула кровь таким диким потоком, что вскоре всё его тело лежало в луже собственной крови. Приблизившийся Гиес лишь размахнулся мечом, но тут, же был откинут в дерево. Шаак решил забить Каркоэрена, ведь его тяжёлый доспех он бы не лишь поцарапал когтями. Далее снова был Том. Волколака схватил одно лапой его за голову, а второй за шею. После чего провернул их в противоположные стороны. Раздался хруст и том, как все прошлые охотники обмяк и был брошен на землю, как мусор. И тот снова вернулся Гиес. В нём была какая-то звериная неумолимость, чем он и был похож на своего соперника.

Шаак увернулся от очередного удара, и меч охотника прокопал почву. Мощным ударом ступни волколака обезоружил врага. Теперь каждый из них бился голыми руками. Зверь против человека – коготь против металла. Шаак попытался рассечь ему лицо, как и Эрлу, но охотник увернулся и нанёс удар по плечу, из которого всё ещё торчал меч, что доставило оборотню двойную боль. Затем он ударил его ногой по зубам, но тот устоял, на что Гиес не рассчитывал, а потому получил ответный удар. Затем Шаак схватил его за горло, прижал к дереву и поднял над землёй. Сначала он начал душить Каркоэрена , но его большие пальцы, а точнее их когти приближались к его глазам. Гиес обрушил град ударов по его плечу, и он всё-таки отпустил его. Тогда охотник взял волколаку на таран и повалил на землю. Теперь меч вошёл в его плечо по самую ручку. Он стал душить Шаака, и вдруг правая лапа оборотня впилась ему в лицо. Гиес не ослаблял хватку, но сморщился от боли. Затем отец Волтера резким движением оторвал ему кусок щеки. Теперь Каркоэрен не смог сдерживаться. Он упал на бок, схватившись за лицо и начал кричать. Ослабленный Шаак стал медленно к нему приближаться, как вдруг охотник подскочил и нанёс удар камнем по челюсти. Это был хитрый и коварный приём. Волколака упал на колени и уперся лапами в землю. Гиес возвышался над ним с окровавленным лицом. Он словно всё это время не ощущал боль, а лишь притворялся. У Шаака же звенело в ушах. Каркоэрен грубо вынул меч из его плеча, и оборотень закричал, прямо, как человек. Пинком он перевернул врага на спину, а затем вонзил меч ему в грудь. Волколака не издал не одного звука, а лишь обмяк, как и все его враги, кроме последнего. Гиес тяжело дышал. Всё же рана доставляла ему боль. Он обернулся на него бежал Волтер в слезах с палицей Тома в руках. Каркоэрен даже в таком состоянии запросто перехватил удар и откинул мальца в сторону. Он понимал, что это сын его врага. Сейчас Гиес напоминал поезд: огромный, могущественный, закованный в металл и тяжело пыхтит. Но вдруг он остановился и рухнул на землю. Он потерял слишком много крови, а от того потерял сознание.

Волтер не верил в своё счастье. Он подскочил и убежал, роняя соленые слёзы на траву. Ещё тогда для него настал день, изменивший жизнь.

Глава 3. Задание от Дарио

Волтер вновь возвратился к личному особняку Дарио. В лучах солнца он выглядел менее зловеще, чем в сиянии луны. Серый подошел к воротам и толкнул их рукой. Теперь эти ворота открылись без вмешательства магии. Он вошел во двор. Там в саду работал старый садовник. Он взглянул на наёмника жутким взглядом и произнес с ехидной ухмылкой, исказившее лицо, на котором виднелись черты жутких физиономий монстров, что были вчера в столовой :

- Господин Дарио уже вас ждет.

От этого Волтер вспомнил, как вчера работники этого особняка превращались в злых кровожадных чудовищ, а от того по его спине пробежал мороз.

Он постучал в дверь. Ему открыла молодая горничная и сказала с такой же ухмылкой на лице, как и у садовника:

- Господин Дарио ждет вас в столовой.

Серый кивнул и вошел. Столов с оружием уже не было. Он распахнул дверь в столовую. Там за деревянным столом, озаряемый утренними лучами сидел Дарио и завтракал. Он ел без аппетита, будто не ощущая вкуса, всматриваясь пустыми глазами в двери столовой. Он поглощал еду, как настоящий аристократ. Он манерно отрезал куски мяса ножом, укладывал их в рот и тщательно пережевывал. Когда вошел Волтер, то Дарио будто ожил и ухмыльнулся, но его ухмылка не была живой и искренней, а потому заставляла чувствовать дискомфорт. "Такую же ухмылку имел и Альцих", - вдруг вспомнил Волтер.

- Вчера, вас кажется было двое.

- Дэнвил попытался убить меня, и мне пришлось защищаться.

- Значит, мой план сработал, - заулыбался Дарио.

- Какой план?

- Я специально сказал, что вам придется загадать одно желание. Я видел, каким вспыльчивым и взрывным был тот второй и я знал, что он что-то предпримет.

- Вы стравили нас! Вы вынудили меня убить ни в чём невинного паренька! - сказал злобно и недовольно Волтер.

- Разве попытка убить тебя это не повод для этого? И к тому же, его погубил не ты, а его собственный гнев. Гнев это самый огромный недостаток всех живых существ. Он ослепляет нас, и мы не видим даже того, что идём на верную гибель. Так было и с этим Дэнвилом, - Дарио вдруг вспомнил имя этого человека.

" А он, кажется, говорит истину", - подумал Волтер. Ведь он вспомнил, что и его отец не мог сдерживать свой гнев и то, чем он закончил.

- Так какое же задание вы мне дадите.

- Да точно задание, я уже совсем забыл,- словно прозрел Дарио, - оно весьма простое. Можно сказать, ты уже преодолел самое сложное.

- К делу, - оборвал речь Дарио Волтер.

- Сегодня, примерно в полдень через лес из Кроуна в Калинарт будет ехать королевский конвой короля Герарда. С ним будет примерно пятнадцать воинов, его начальник охраны и сын Декарт. Ты должен убить всех, кроме короля. Его ты доставишь мне.

Волтер был ошеломлен таким известием. Он был готов напасть на кого угодно, но не на короля.

- Вот уж действительно весьма простое,- сказал наемник, а по его лицу расползлась нервная ухмылка, - меня же будут разыскивать.

- Но затем я выполню твоё любое желание, помни это.

Волтера успокоила эта мысль. Затем он вспомнил, как в храме просил у богов о последнем, возможно, смертельном задании и его волнение прекратилось, так же быстро, как и разразилось. Серый встал и начал уходить.

- Волтер, неужели ты не позавтракаешь со мной, - Дарио уже знал его имя, и Серого это немного напугало, и он лишь тихо ответил:

- Я уже завтракал.

- Ну, тогда удачи тебе! И пусть твой меч не выпадет из твоих рук в самый не подходящий момент.

Волтер лишь невежественно угукнул и быстро удалился из этого жуткого места.

Через лес вела лишь одна тропа. Эту тропу вытоптали люди и их кони. Волтер стоял по центру тропы и размышлял, как именно он поступит. В этом месте было прохладно, и лишь тонкие лучи прорезались сквозь листья и отражались светлыми точками на разных поверхностях. Это тропу окружали достаточно высокие холмы, усеянные деревьями. "На этих холмах можно было бы отлично спрятаться и начать вести неожиданную атаку. Прежде, чем они поймут, кто на них напал, я смогу убить около шести воинов. Но для этого мне понадобятся лук и стрелы", - размышлял Волтер.

Зрительно он уже выбрал место для ведения обстрела. Это были два дуба, что росли близко друг к другу на левом холме. Он поднялся на него и стал за ними. На этих холмах была мягкая почва. Идеально! В этом месте открывался отличный обзор, а в щель между деревьями как раз влезали руки Волтера с луком.

Тогда он пошёл к оружейнику, у которого купил снаряжение для похода в лесной особняк. Но вдруг он вспомнил, что денег у него не было. Затем его озарило. Он оправился к отцу Бенедикту.

Волтер вновь постучал в его двери. Старик вновь шаркающими шагами приблизился к выходу и открыл:

- Неужели, тебе так сильно понравилась моя настойка?

В этот момент к горлу Серого будто подкатил ком.

- Не напоминай мне об этом.

- Так зачем же ты здесь? – священник жестом руки пригласил его внутрь.

- Ты мне не отдал мои пятьдесят корт! – уверенно сказал наёмник.

- То есть, как не отдал? – лицо Бенедикта исказило удивление, и его тело поразила лёгкая и колючая дрожь. Для него отдать деньги было самым сложным испытанием, - а как же те сто корт?

Волтер засмеялся глухим хохотом, который отразился эхом по храму.

- Неужели ты не помнишь?

- Не помню что? – теперь руки старика стали беспрерывно дрожать. Затем они схватили одна другую и прекратили дрожать.

Серый ещё немного посмеялся, а потом промолвил:

- Мы же спустили их с тобой на бордель! Славная была оргия!

Сященник прикрыл глаза, пошатнулся и упал в безмолвном бреду. Волтер взял под руки Бенедикта, усадил на стул, который стоял у стены под изображением одного из богов. Это, кажется, был Гхорун – бог морей и штормов, но изображение было настолько затёртым, что было трудно его рассмотреть. Тогда старик понемногу стал приходить в себя.

- Волтер, скажи, что это не правда…

- Я бы хотел, но не могу.

- Ладно, Волтер, возьми свои деньги из того горшка, - Бенедикт указал пальцем на глиняный горшок, что стоял на другом краю стола. Серый снял крышку с горшочка, который был доверху забит медяками. Наёмник воспользовался моментом и взял пятьдесят пять корт, вместо пятидесяти.

- Спасибо, - сказал Волтер, исчезая в дверях.

На эти деньги он купил себе не самый дорогой и не самый дешёвый лук, и колчан стрел из грубой кожи, в который он положил двадцать семь стрел, а также масло для их поджога.

Он вновь отправился к той тропе, но перед тем он зашёл в свою хижину, что была на краю города. Она не очень отличалась от лесничего домика. Там он взял несколько кусочков солонины, и два куска ржаного хлеба, который уже слегка покрылся плесенью. Он не забыл и воде. Она была в маленькой фляжке и была рассчитана на один приём.

Уже сидя около деревьев, он счистил плесень с хлеба ножом и начал трапезу. Было только где-то одинадцать, а может и пять минут двенадцатого. Солонина лежала у Волтера уже давно, а потому соль белыми кристалликами выступила на ней. Наёмник попытался оторвать кусок, но оно было слишком жёстким, и он кинул ломтик целиком в рот и стал его тяжело пережёвывать. Мясо, словно губка, впитала всё влагу в себя, а то количество соли, что на нем, было, превратило рот Серого в пустыню. Он выплюнул пожёванную солонину и отпил половину воды. Затем он осмотрел каждый из кусочков и нашёл лишь один, который засолился и высох чуть слабее, чем остальные. Его Волтер также попытался съесть. Ему удалось его более-менее переживать и проглотить. Он словно камень упал на дно его желудка. Его рот вновь пересох, и ему хотелось пить, но у него остался ещё хлеб, который также нужно было запить. Но Волтер не стал торопиться. Он наполнил рот хлебом. Он ничуть не ощущал его вкус. Затем он залил в рот остатки воды и лишь на миг ощутил вкус плесени, после чего проглотил влажный ком из воды и хлеба. Трапеза не доставила ему удовольствия. Вся еда, будто мёртвый груз наполнила его и создала лишь иллюзию сытости. Он выкинул свою фляжку и мешочек с мясом вдаль, после чего повернулся лицом к тропе и приготовился к атаке. Было где-то полдвенадцатого.

Именно тогда стал раздаваться стук копыт многочисленных коней и скрип колёс двух королевских колесниц. У Волтера мелькнула мысль в голове, о том, если бы он пришёл сюда аккурат к двенадцати или хотя бы в без десяти. Тогда бы поход Дарио, обман Бенедикта, убийство Дэнвила и потраченные деньги пошли насмарку.

Первым на чёрном жеребце, словно всадник апокалипсиса ехал сэр Вильгельм. Это был начальник стражи, закованный в тяжёлые доспехи с золотым рисунком. Один длинный меч у него был при бедре, а второй на коне. Из шлема торчали золотые перья, которые напоминали лучи восходящего солнца. Он в отличии от других воинов не скакал только лишь впереди. Вильгельм постоянно менял позицию. Он мог ускакать куда-то вдаль и скрыться из поля зрения, а затем также быстро вернуться из самого неожиданного места, будто и не куда не исчезал. Вильгельм всегда сопровождал своего короля в подобных путешествиях.

За ним котилось две колесницы. Одна была военная. Она была больше той второй и напоминала монстра на огромных колёсах. Вторая же была поменьше и аккуратнее, ведь она принадлежала самому королю Герарду. В ней же, вероятно, был и принц Декарт. Каждую из них везло по два крепких жеребца.

По бокам от колесниц скакало по пол десятка бойцов, и точно также позади.

Весь этот конвой поднял облако пыли, что мешало Волтеру прицелиться. Но Серый затаил дыхание и выставил вперёд, предварительно подожженную стрелу. Он нацелился на военную карету, затем подкинул бутылочку с маслом над ними и вот тетива с характерным звуком, напоминающим падение капли запустила стрелу вперёд. Это было спусковым крючком, после которого уже не получиться вернуть что-либо назад. Она врезалась в пузырёк и создала небольшой взрыв. Горящие осколки и капли масла упали почти на весь конвой. Не тронутыми остались лишь королевская карета и пятёрка задних воинов. Огненный дождь обескуражил всех.

Было выпущено пять стрел. Все кроме одной достигли своей цели и четверо воинов пали мёртвыми. Вильгельм оглянулся и увидел лучника, который уже успел выпустить следующую стрелу и пробил ещё одному воину обе щеки. Этот воин с жуткими воплями захлебнулся в крови.

- Он на левом холме! – крикнул Вильгельм и указал на него мечом.

Все десять воинов вместе с начальником стражи двинулись на крутой холм, упираясь мечами в землю. И вот Волтер выскочил из-за дерева и обезглавил одного из них. Все сразу же бросились к тому месту. Серый понемногу стал пятиться назад. Он едва не споткнулся и не упал через торчащий корень, но в последний момент он схватился за дерево и взмахнул мечом наотмашь, отбиваясь от приблизившегося воина. Этим ударом он рассёк его глаза и тот с криками схватился за лицо, не устоял на ногах и покатился с холма. И вот наконец-то под ногами Серого оказалась твёрдая почва. Он спустился с холма. В этот момент он увидел боковым зрением, как на него кто-то бежит, готовясь ударить. Он повернулся и заблокировал удар. Это был принц Декарт и его глаза были налиты кровью. Волтер обошёл его и дарил рукоятью меча по затылку, от чего он потерял сознание. В этот момент над плечом Серого пролетел арбалетный болт и пробил стенку королевской кареты. Он не успел добить Декарта. Из оставшихся восьми воинов двое оказались арбалетчиками, все же другие вновь шли в атаку и прижимали его спиной к горящей колеснице. И вот первое лезвие просвистело над головой наёмника. Он пригнулся, подхватил воина на плечо, и кинул его через себя прямо в горящую карету, и та с громким хрустом обрушилась на бедолагу. Волтер вышел на центр тропы, где его движения нечего не сковывало. Серый подпустил к себе ещё троих воинов. Он убил их, не потратив на каждого более одного удара. Затем он сам ринулся в самый центр битвы. Волтер закрутился, как юла. Он чередовал удары. Наёмник наносил по одному удару каждые три блока. Это была его авторская техника ведения боя. Таким способом он убил ещё одного воина, ведь каждый из них был не промах особенно сэр Вильгельм. Он сумел отразить каждый из ударов Волтера и даже ранил его по правой ноге. Это позволило Серому припасть на колено, а затем резко подняться и нанести удар кинжалом в шею второго воина. Теперь остался лишь Волтер и Вильгельм. Они ненадолго сошлись и их мечи зазвенели. Никто больше некого не ранил, но Серый сумел сбить с врага шлем, под которым скрывалось жуткое лицо с резкими чертами лица. Они разошлись. Теперь между ними начался зрительный поединок, каждый из которых ранил другого больнее меча. Его взгляд по резкости напомнил Волтеру взгляд Чендлера. Вильгельм без доли ожидания ринулся вперёд, на что Серый сделал подкат, словно они играли в футбол. Соперник Серого подался вперёд, и упал на него. Своим доспехом он сильно ударил Волтера, но это была мелочь, ведь наёмник тут, же вонзил кинжал в его висок. Вильгельм скорчился, дрогнул и был таков. Арбалетчики, что были там, схватили под руки оглушенного Декарта и скрылись с ним ещё до окончания битвы Волтера и Вильгельма.

Наёмник скинул с себя тяжёлый труп и прошёл вперёд по полю битвы. Воин, которого Серый ослепил ударом меча по глазам лежал на земле и тяжело дышал, ведь скатываясь с холма, он вывихнул ногу. Волтер прекратил его мучения ударом меча по голове. Кусок его черепа отпал, и из дыры вытекли слизкие мозги. Наёмник обвёл взглядом сгоревшую карету, точнее то, что от неё осталось. В обломках кареты лежал и труп воина, который умер от многочисленных ожогов. Затем Волтер вдруг вспомнил о короле. Он подбежал к его карете и открыл двери. Там было пусто. Лишь болт влетевший через небольшой окно торчал из стены. Короля Герарда там уже не было.

Серый почувствовал своим чутьём, что сзади кто-то есть. Он резко повернулся и едва успел у самого плеча заблокировать удар мечом, нанесённый сзади, а потому вражеское лезвие прорезалось сквозь кожаную куртку Волтера, и ранило его по плечу. Это был король Герард. Наёмник оттолкнул его ногой в живот и тот рухнул на землю. Серый прижал его руку, в которой был меч к земле и он его отпустил.

Герард был мужчиной среднего роста. Ему было немного за сорок .Имеет волосы песочного цвета до плеч и бороду такого же цвета. Его глаза были такими синими, что напоминали два маленьких озера. На нём был лёгкий доспех из кожи. На его шее весел медальон на цепочки, в виде головы льва с рубинами вместо глаз, в которых блестели лучи солнца. Также на нём был его главный признак власти, при виде которого, Волтер понимал, кто перед ним. Этим признаком была корона, которая была вся в драгоценных камнях. В камнях тех также сверкали лучи солнца. В изумрудах, будто среди леса. В аквамаринах, будто солнце светилось со дна моря и только одному богу известно, как оно туда попало и в рубинах, как бенгальские огни. Вторым признаком того, что это был король - это его взгляд, который даже сейчас был жестким, твёрдым, и резким, как лезвие его меча. Только у короля мог быть такой взгляд, будто у льва, что пришёл в свою пещеру, где его ждали многочисленные самки, дабы удовлетворить его желания.

- Ну же, убей меня, гомнюк! – сказал грубо с призрением король и поднял голову так сильно, как только мог. Даже было необычно слышать из уст короля, который должен быть примером подражания для каждого, такую грубую и брутальную ругань.

- Тому, кто меня нанял, ты нужен живым, - ухмыльнулся Волтер.

- Он наверно такой же гомнюк, как и ты! - тогда Серый взял меч короля в руку и рассмотрел его, - положи его на место, выродок!

- Хорошая безделушка, - ответил наёмник, а затем добавил, - скупщики антиквариата оценят его по достоинству.

- Ах ты… , - начал король и с его языка почти сорвалось очередное оскорбление в адрес Серого, но он надавил на его руку сильнее и поток ругани прервался болезненным кряхтением.

А меч был действительно хорош. Его гарда была украшена драгоценностями, а рукоять сделана из красного дерева. Серый спрятал королевский меч в ножны. Затем он грубо схватил короля за воротник одежды и поднял его. Герард попытался вырваться, но Волтер ударил его кулаком в нос, и из его левой ноздри потекла кровь.

- Попытаешься вырваться ещё раз, и я отрежу тебе палец! – грубо сказал Серый.

Затем он снял с ремня моток верёвки и завязал на руках короля тугой морской узел. Другой край он взял в свободную руку и повёл его, как послушного мула.

Идти им было примерно три – четыре часа. Они вышли из густого леса. До следующей посадки было идти около километра.

- Я хочу пить, - вдруг прохрипел король.

- Нету, - коротко ответил Волтер, - если бы у меня была вода, я бы сам давно её выпил.

- И что же твой заказчик пообещал тебе? Бочку воды?

- Будишь много говорить, отрежу твой поганый язык.

- У тебя какая-то страсть всё резать. Ты что мясник? – ухмыльнулся король.

Тогда Волтер подтянул короля к себе и ударил кулаком в грудь. Тот упал и закашлялся.

- А у тебя страсть не делать того, о чём тебя просят. Ты что идиот? – Серый будто возвратил его фразу ему обратно. Он не смог отрезать ему язык, ведь не был садистом.

Король поднялся и пошёл дальше.

- Так что он тебе предложил?

- Не твоего ума дело! – сказал хриплым от жажды голосом наёмник.

- Ну что тебе сложно? Скажи, как нынче дорого у убийц стоит жизнь короля? Если у вас жизнь ещё что-то стоит.

- Для нас жизнь любого человека более ценная, чем для тебя и тебе подобных.

- И это говорит мне наёмный убийца.

- Наёмный убийца говорит это человеку, который устраивал геноциды целых поселений, прямо, как его отец, - презрительно сказал Волтер.

Эти слова задели короля Герарда, но он подавил гнев и сказал:

- Все мы не безгрешные. Времена такие. Просто кто-то более греховен, чем другие, но каждый попадёт в преисподнею, так что какая тогда разница? Я убил стольких людей, что страшно представить. Я лишил так многих отцов, сыновей и даже матерей с дочерьми. Мне было стыдно, но лишь сначала. Затем, я понял, что иначе Кроун не сможет процветать, я не смогу, поддерживать репутацию, не убивая людей. Я пожертвовал своей честью ради этого, - говорил искренне король. Тогда Волтер остановился и замер, будто увидел что-то ужасное, - ты что заснул? – крикнул ему Герард и дёрнул за верёвку. На самом деле Серого просто переполнила ярость от понимания того, как легко человек, а тем более король может говорить о таких вещах. Наёмник вонзил свой меч в землю и направился к Герарду. Глаза Волтера горели огнём, а тот замер от непонимания. Он ударил его кулаком в челюсть. Король упал на четвереньки и тут же дважды получил сапогом по рёбрам, от чего упал на спину. Волтер село ему на грудь и стал бить кулаками по лицу. Он едва остановился, ведь вспомнил, что Герард должен остаться жив.

- Я бы зарезал тебя, как скотину, но мне велено привести тебя живым! – прорычал Серый и его голос прозвучал, почти, как, в те редкие моменты, когда он превращался в волколаку. Эти моменты были редкими и чаще всего не произвольными, ведь Волтер не был чистокровным оборотнем и становился зверем только в самые стрессовые моменты или в моменты особой ярости. Сейчас был момент, когда он приблизился к такому состоянию, но все, же он сумел совладать с собой, и звериное нутро ослабло и будто ушло в спячку до следующего всплеска эмоций.

Он поднял Герарда на ноги. Король едва стоял. В этот момент на землю стал капать дождь. Волтер взглянул в небо. Его затягивали серые тучи. Он потянул короля и они отправились в близлежащую пещеру. В ней спрятался от надвигающегося дождя ядохвост. Это зверь напоминал рептилию. Его высота два фунта, а длина три. Этот зверь был покрыт грубой чешуей, а на конце длинного хвоста было жало, которое напоминало жало скорпиона. Ядохвост поднялся на лапах, выгнул спину дугой и стал шипеть. Хвост рептилии начал вздыматься. Тогда Волтер без доли ожидания пригвоздил ядохвоста к земли мечом. Тем временем начался ливень. Герард тоже вошёл в пещеру.

- А ты куда? Стой снаружи!

- Почему? – ели промолвил король.

- Ты же хотел пить. Так не теряй возможность. Дождь скоро закончиться.

Король недовольно вышел из пещеры и стал промокать под дождём. Он стоял в шаге от пещеры. Он держал в левой руке корону.

- Что он тебе пообещал? – крикнул Герард, пытаясь перекричать дождь.

- Он пообещал выполнить одно моё желание, - наконец-то ответил Волтер.

- И что же ты пожелаешь?

- Я пожелаю денег, чтобы обеспечить себе счастливую старость и смерть.

- Ты не сможешь этого сделать.

- Почему же?

- Каким богатым ты бы не был, мой сын будет гонять тебя по всему миру, пока ты не помрёшь в беспамятстве и бессилии. Неужели такой смерти ты хочешь?

- Ты блефуешь.

- Нет, это правда. Он, вероятно, уже собирает отряд воинов на твои поиски. Дождь его не страшит.

- И что же ты мне предложишь? У меня нет другого выбора.

- Другой выбор есть всегда. Как ты смотришь на то, чтобы стать моим первым воином.

- Что это значит?

- Ты будешь моим телохранителем и советчиком. Ты повидаешь мир и будешь получать за это отличные деньги.

- Но твой сын, он явно будет точить зуб на меня.

- Я посвящу тебя в рыцари. Мой сын уважает кодекс, который гласит: «Убив товарища боевого, ты убиваешь сам себя».

- Но разве этот процесс должен проходить не в замке.

- Вовсе нет. Для этого нужен лишь только король, - Герард расставил руки, будто говоря «Я здесь!».

Волтер вынул его меч из ножен и подал Герарду, сказав:

- Не пытайся меня убить! Мои рефлексы сработают быстрее, и я выпущу тебе кишки ножом.

- Я ещё не лишился всей своей чести.

Наёмник стал на колено. Герард выставил меч вперёд. У него была мысль ударить его лезвием по голове, но он не мог убить человека таким воистину крысиным способом. Он коснулся мечом его плеч и головы, сказав:

- Отныне и навеки ты становишься рыцарем, сэр Волтер, - сказал гордо король. Наёмника рассмешило, то, что его назвали сэром.

В этот момент солнце вышло из-за туч. Капли дождя заблестели на траве и листьях, как кусочки хрусталя.

Они выдвинулись в путь. Их ноги слегка грузли в мокрой земле. Герард уже шёл со своим мечом. Спустя какое-то время они шли по той самой тропе, на которой чуть ранее случилось побоище.

- Как тебе удалось выжить в этом побоище? – спросил вдруг Волтер.

- Мой чародей Адмет Аггиляр предсказал, что если я поеду в королевской карете, то мою голову настигнет смерть, а потому я поехал в военной карете. По-правде говоря, я чуть не сгорел, но выжил.

Тогда Серый вспомнил, как видел во внутренней стене кареты болт.

Трупы лежали на тех же местах. Вдруг из-за всех деревьев и кустов появились воины. Они направили на Волтера и Герарда луки и арбалеты. Дуэт короля и наёмника обнажил мечи. Затем король успокоился, ведь увидел на амуниции воинов знакомые символы в виде золотых ласточек, и он отпустил меч. К ним вышел Декарт. Декарту было 18 лет. Он был худощавым и высоким, а от того напоминал метлу. У него были длинные каштановые волосы и короткая борода. Цвет его глаз было трудно определить. Это была смесь всех цветов. На нём была чёрная кожаная куртка с пуговицами. На его левом бедре был ремень, на котором были ножны для трёх метательных ножей. За его спинной были перекрещены два меча. Его лицо было озлобленным. Но эта злоба не шла его мягким чертам лица. Они нелепо сморщились, будто он седел на толчке и тужился.

- Отец, отойди от этого урода, чтобы они могли наделать стрелами в нём дыр, - сказал звонким голосом Декарт.

- Я не отойду от него.

- Он держит тебя в заложниках?!

- Нет. Ты кстати тоже не можешь его убить.

- С чего это вдруг?

- Потому что ты, сын мой, нарушишь кодекс.

- Эта тварь никак не относится к кодексу! Он убил твоих лучших воинов и заслуживает смерти!

- Действительно, Декарт, если бы ты настиг сэра Волтера во время битвы на этой тропе и обезглавил его. Если бы ты последовал за нами и всадил ему в затылок свой метательный нож, до того, как мой меч коснулся его плеч и головы, то ты был бы прав. Ведь тогда он и впрямь был простым убийцей, но теперь он рыцарь и первый воин короля! – Декарт не верил в слова, сказанные отцом, но ему нечего не оставалось делать, как отдать команду:

- Опустите оружие! И сопроводите короля с его первым воином.

И вот они прибыли в славный город Кроун.

Кроун был красивым королевством. Архитектура была выполнена в старом стиле, который можно было бы назвать модным лет двести назад, но из-за постоянных ремонтов и реставраций постройки не казались старыми. Дома были деревянными. Повсюду цветы разных видов. Причём были они в садах почти у каждого человека. А от того королевство буквально цвело и пахло. Кроун - солнечный и радостный город, но за его красотой и невинностью срывалась огромная боевая мощь.

Придя в замок Волтер и Герард пошли к оружейной комнате. По пути туда, им стоило преодолеть длинный коридор, который мог бы начать давить на психику не подготовленному человеку. Стены там были выкрашены в давяще - красный цвет. На стенах весели головы разных чудовищ.

- Вы что охотитесь на монстров? – спросил Волтер короля.

- Нет, но мои охотники – да. Я их прошу приносить головы каждого убитого монстра, - говорил король, не оборачиваясь, указывая рукой на стенку с трофеями. Там весели головы сатиров, фавнов и прочих существ, на чьих лицах застыл ужас. Но самое ужасное, что у всех этих существ был осознанный разум. А потому, когда их убивали, то они, вероятно, кричали, как и обычные люди, а также умоляли о пощаде. Но самое ужасное это то, с какой лёгкостью об этом говорил Герард, а также то, что Волтер по сути нечем не отличался от всех этих несчастных.

- А зачем вам это?

- Каждый раз, когда я смотрю на эти головы, я вспоминаю, почему моей головы нет среди этих.

- Вероятно, потому что вы король? – Волтер надеялся услышать положительный ответ, который бы его успокоил и он бы чувствовал себя спокойно, но король сказал:

- Нет, потому что я человек и мой удел творить, изобретать и делать другие вещи, а они, - сказал Герард и вновь указал на головы, - не чем не лучше животных. Правильно?

Егерь лишь покивал.

И вот они дошли до толстых железных дверей, за которыми скрывалась оружейная комната. Король достал связку ключей, отобрал один и открыл её. Дверь не издала не единого скрипа, ведь была хорошо смазана. Волтер был очень изумлён. Ещё нигде ранее он не видел такого количества оружия. Впервые его заботило то, что стоит идти аккуратно по комнате, чтобы не поцарапаться о торчащее остриё копья или лезвия меча. Герард же устремился вперёд и просто-напросто исчез среди металла, а после снова появился. В руках он держал ножны с мечом.

- Вот это мой самый лучший меч, - с вознесением промолвил Герард и вынул меч из гидонской стали, закаленный, по словам короля «В пламени драконов».

Ножны были расписаны золотом, а на лезвие была резьба в виде бесформенных узоров.

- Большое спасибо, ваше высочество. Я ещё никогда не держал в руках меч, который дороже, чем всё моё остальное обмундирования.

- Этот меч лучший в Кроуне, он способен разрубить даже мой.

- Так почему бы вам, не вооружится моим?

- Потому что для меня это больше, чем оружие, - ответил Герард и обнажил свой меч, подняв его острием вверх, - это семейная реликвия, которая изначально принадлежала моему прапрадеду. Самое же характерное то, что меч этот так и не затупился.

Серый снова молча, кивнул, как кивал до этого.

- Я вспомнил одну забавную историю из детства, - улыбнулся Герард ,- она как раз о дороговизне вещей, - уточнил король, - однажды, в детстве, когда у меня было день рождения и мне подарили одну глупую книгу. Она называлась «Писания Ираклия», - Волтер невольно улыбнулся, ведь вспомнил эту книгу из своего детства.

- Её, кажется, читали все дети, - подметил наёмник.

- Точно! Ты не подумай, я люблю читать, но эту книгу я не стал бы читать даже сейчас. Так вот мне было обидно, что она стоила так дорого! И знаешь, что я сделал? – спросил король, начиная, смеется.

- Я даже не могу себе представить…

- Отец думал, что я потерял её, но на самом деле я её у торговца обменял вот на что, - король залез рукой сзади на ремень и достал кинжал, - хочешь посмотреть?

- С удовольствием соглашусь.

Волтер взял кинжал и детально его рассмотрел. Он был из качественного металла и хорошо сбалансирован.

- Как тебе?

- Хороший. Отец подарил мне похожий на десятилетие.

- Тогда у тебя был отличный отец, жаль, что я не был твоим братом, - Герард похлопал Волтера по плечу. А ведь, правда, кроме последнего дня жизни его отца Серый помнил о нём лишь хорошие вещи, - а теперь иди и ознакомься с королевством. Сходи в кабак, поговори с людьми. Вот кстати тебе, так сказать, на карманные расходы, - король протянул Серому мешочек с монетами. В нём лежало пять серебряных квореллов, что ровнялось пятидесяти кортам. Наёмник стал уходить, но король остановил его словами:

- Совсем забыл спросить, как тебя зовут?

- Волтер Серый! – сказал уверенно он. В этом наёмник был уверен на сто процентов. Это было, пожалуй, единственное, во что он так верил.

- Почему Серый.

- Я в молодости задушил голыми руками серого волка.

Король ухмыльнулся и спросил:

- Как же твоя фамилия?

- Я не помню…

Герард сочувствующе покивал.

Он последовал совету Герарда. Кабак, в который он пришел, назывался «Телёнок». Тут всё было, так сказать, по госту. Пьяные завсегдатаи, молодые официантки и развратные бабы, а в углу сидел пьяный бородач. Волтер подошёл к липкой от пролитой выпивки стойке.

- Пива мне тёмного и копченый окорок, - сказал Серый. Бородатый бармен с круглым животом и обветренным лицом подошёл к наёмнику со словами:

- Я тебя раньше здесь не видел.

- Не удивительно, ведь я появился здесь только сегодня.

- Хм, вообще твой заказ стоит семь корт, но можешь заплатить только пять.

- А мне начинает здесь нравиться.

Волтер протянул один кворелл, а бармен отдал ему пять корт. Затем он налил в дубовую кружку тёмного пива и подал ароматный окорок. Серый стал, есть и пить. Теперь он получал удовольствие от еды, в отличие от того перекуса на холме. Вдруг в бар вошло трое молодых парней. Они сразу же отправились, с гордо поднятыми головами к тому пьянице в углу.

- Стефан, вставай! Это моё место! – сказал один из них и отвесил ему подзатыльник. Пьяница пробормотал что-то в ответ.

- Да он уже нажрался, вонючий алкаш! – подхватил второй и дернул его за плечо.

- Какого чёрта он тут сидит?

- Он греет мне место, - сказал хмельным голосом наёмник и повернулся к ним, а затем допил остатки пива.

- А это что ещё за хмырь?

- Побереги себя парень, - ответил Серый и взял в правую руку кружку с под пива.

- Осторожнее, у меня их всего три, - сказал бармен и указал на кружку.

- Она останется в целости. Чего не могу сказать об их костях.

Трое задир стали в треугольник вокруг стола и стали к нему приближаться. Тогда Волтер вскочил на стол. Он потратил на каждого по одному удару кружкой, после чего каждый из них уже лежал полу. Все посетители кабака стали аплодировать. Наёмник, словно актёр на сцене поклонился. Затем он соскочил со стола и подошёл к пьянице. Он решил оттащить его домой.

- Где он живёт? – спросил Серый.

- Наверху соседней улицы, - сказала бармен.

Волтер нёс этого пьяньчугу на своём плече, пока Стефан бранился. Они поднялись к небольшому дому.

- Где твои ключи? – спросил наёмник.

- Да, чтоб ты камнями срал! – крикнул тот.

Серый прижал его к стене и обыскал карманы. В одном он нашёл ключ. Затем он завёл Стефана в дом и положил на кровать, после чего покинул его.

А тем временем, далеко за Кроуном раздался жуткий грохот – чужеродный и необычный.

Глава 4. Старые и новые друзья

Волтер спал в своей спальне, что находилась в замке. Это была именно спальня. Не пещера и не камора, оборудованная под жилую комнату. Он давно не спал так хорошо. Под подушкой у него был кинжал в ножнах, ведь после всего пройденного, он не мог так легко довериться кому-либо. Он помнил недоверие сына короля к себе. Хоть Герард и сказал, что Декарт чтит кодекс, но Волтер знал, что иногда ненависть способна разрушить и людские принципы.

Уже было более десяти часов, и Серый знал об этом, но он старался поспать, как можно больше. Но вот его сон стал нарушать стремительный стук в дверь, который, казалось, не собирается прекращаться.

Наёмник встал с кровати и лениво подошёл к двери и открыл её. Перед ним стоял молодой воин в доспехах.

- Прошу прощение, что нарушил ваш сон, но вас вызвал к себе король Герард.

По глазам юноши было видно, что он ощущает себя неловко из-за того, что разбудил Волтера.

- Я буду через пятнадцать минут, - сказал сонным голосом первый воин короля.

Воин кивнул.

Серый отправился в уборную. Он умылся водой из бочки и прополоскал рот. Затем он загладил рукой назад, взъерошенные от сна волосы и посмотрел на себя в зеркало. «Ну, у тебя и рожа, Волтер, совсем себя запустил. А глаза… черт возьми, ты никогда не курил дурман и прочее дерьмо, но они у тебя красные, как морда пропитого алкаша.», - подумал бывший наёмник. «И почему я маленьким не сдох?», - самокритично сказал он. Последняя фраза была невольной мыслью вслух.

Он надел своё обмундирование и отправился в тронный зал короля Герарда. Этот зал скрывался за огромными дверями, около которых стоял страж. Он пропустил Волтера.

Сам зал был просто огромен. На стенах весели картины предков Герарда, а также изображения других исторических личностей. По углам стояли мраморные колоны, а у стены, которая была напротив входа, стоял трон, над которым весел огромный портрет отца Герарда – Грегори. На портрете он восседал на стуле с тем самым родовым мечом. В центре зала стоял дубовый стол, за которым сидели король Герад и двое пожилых мужчин. Один был похож на солдата, а второй был одет с иголочки, но это был явно не король. В его взгляде и даже в том, как он сидит не чувствовалось твёрдости характера, которая присуща не только королю, а любому человеку, занимающему главенствующую должность. Стоял около этого стола и ещё один стул, предназначенный для Серого.

- Доброе утро, Волтер! Ну что, на новом месте приснился жених невесте? – ухмыльнулся король.

- И вам доброе утро, - ответил тихо тот.

- Познакомься, это мои приближенные люди. Это Адмет Аггиляр – мой придворный чародей. Тот самый который предсказывал мне смерть в колеснице, - сказал он и указал на того самого человека с мягким взглядом, - а это Эвеард фон Рейнер – воевода, - указал он на военного.

Волтер пожал каждому из них руки.

Адмет был худощавым. Имел длинные чёрные кучерявые волосы, собранные в пучок. Он одет в синюю тунику с золотыми застёжками. Его козлиная бородка, завязанная в тоненькую косичку. Его пальцы усеяны перстнями с драгоценными камнями, а на его запястьях браслеты. При его бедре был стилет в ножнах. На вид ему было лет пятьдесят пять, но Волтер знал, что на самом деле ему гораздо больше.

Эвеард же имел густые седые усы, свисающие до подбородка. На нём кольчуга, а рядом на столе лежал шлем конусовидной формы. Из под шлема на затылке также весела кольчуга. Волтеру Эвеард напоминал постаревшего рыцаря Гаскойна.

Серый сел за стол и спросил:

- По какому поводу собрание?

- Сегодня утром мои разведчики заметили, что на королевство двигается каменное чудовище.

- Голем, ваше высочество, - сказал учтиво Адмет.

- Не важно. Так вот, я поднял архивы, чтобы понять, кто является моим первым воином и там я прочёл, кто твои родители. По спине Волтера пробежали мурашки, - там я узнал, что твоя мать чародейка Лиана Мирс и какой-то Шаак.

- И? – поднял бровь первый воин.

- Это значит, что вы, друг мой, предрасположены к обучению магии.

- Я даже не могу себе представить, как пройдёт этот ритуал.

- Тогда, приходите, сегодня в восемь часов к западному крылу замка и сами всё увидите, - сказал Адмет.

- Хорошо я буду.

- Адмет, ты уверен, что обучение не стоит начать уже сейчас? – спросил вдруг Эвеард, а затем добавил, - эта тварь стремительно идёт к Кроуну и игнорирует все наши оборонительные укрепления.

- Эвеард, думаю, что первый воин короля может заняться пока что своими делами.

- А вы что скажите, король? – спросил тогда воевода.

- Пусть будет всё так, как сказал Адмет, он лучше разбирается в големах.

- Но это всё магия, а, то, что вам говорю я – это реальность, как она есть! – воскликнул Эвеард.

- Магия также реальна, - ответил спокойно Адмет.

- Но ты сам говорил, что она очень переменчива.

- Не в этот раз, - покачал головой Аггиляр.

- Ну и бес с вами! Я заключаю с тобой пари, Адмет! – подскочил Эвеард.

- На что спорим, - ухмыльнулся Адмет. Чародей сохранял поразительное спокойствие, что ещё больше злило воеводу.

- Если я со своими воинами остановлю этого голема, то ты покидаешь Кроун, если же победишь ты и твои фокусы, то уйду я.

- Эвеард, брось эту чепуху! Вы оба незаменимы! Я запрещаю вам заключать этот пари! – вмешался вдруг Герард.

- Рас уж вы слушаете только лишь его, - указал он на Адмета. - то вы вполне обойдётесь без меня! – сказал гордо он, схватил чародея за руку и перебил рукопожатие, после чего скрылся в дверях, а Волтер следом за ним.

После заседания Серый отправился прогуляться. Он рассматривал местные храмы, памятники, фонтаны, трактиры и многое другое. Затем он отправился на рынок, который был просто огромен. Здесь можно было найти всё: от детской игрушки до эликсира молодости, который хитрые шарлатаны продадут тебе за кругленькую сумму. Рынок этот делился на проходы. Это были отделы, в которых продавалась определённая продукция и вот в алкогольном проходе около одного из прилавков он встретил своего вчерашнего знакомого – пьяницу Стефана. Он как раз дрожащими руками расплачивался за бутылку вина двумя кортами. Вино за такую цену было трудно назвать вином, это скорее сок из забродивших фруктов, в который налили спирт. Он заметил Волтера и тогда он сказал торговцу:

- Забери эту гадость и дай мне бутылку за полтора кворелла.

- Как ваши дела, - поинтересовался Серый.

- Я уже успел похмелиться, а значит – всё отлично. Я очень благодарен тебе за то, что ты спас меня от тех задир, - говорил с преподнесением Стефан.

- Это было делом моей чести! – сказал гордо первый воин короля.

- Так бить собирались меня.

- Я знаю, а мой кодекс чести не позволяет давать тех, кто слабее в обиду, - Волтер говорил это так, будто он всю свою жизнь пробыл рыцарем, а не стал им вчера. На самом же деле, он думал, что хорошими поступками он искупит свои убийства перед богами, а это было не кодексом чести, а скорее самообманом и, возможно, Серый это отчасти понимал.

- Послушай, как тебя? – сморщил брови Стефан.

- Волтер.

- Волтер, как ты смотришь на то, чтобы пойти ко мне и распить это вино.

- Положительно.

- Вот и славно!

Они отправились в дом Стефана. Кстати о нём. Хоть Стефану и было за пятьдесят, но из-за выпивки он выглядел на шестьдесят, а то и больше. Имеет спутанную чёрную бороду, сильно тронутую сединой и мохнатые брови. От пьянства у Стефана образовался пивной живот, а его руки всегда дрожали. Он был приземистым и коренастым. Ему не хватало полдюйма роста, чтобы быть на уровне плеча Волтера.

Они прибыли вновь в его небольшой домик. Вчера, когда Серый привёл пьяного Стефана домой, то это было настолько мимолётно, что он уже нечего не помнил. Он не забыл лишь то, где он находился. Этот домик был очень маленьким. Внутри всё было аккуратно, что несвойственно домам алкоголиков, но было видно, что тут давно не касалась женская рука.

Они сели за стол на кухне.

- Вот только у меня совсем нет закуски, но я могу сходить за ней.

- Мы же сюда пришли не животы набивать, а пить. Ведь так?

- Ну, вообще-то да.

- Так давай же пить.

Они налили по стакану и осушили его до дна.

- Волтер, как ты оказался на службе у короля?

- Тут смешная ситуация получилась. Меня наняли, чтобы я взял в плен Герарда и доставил одному, человеку. Но по пути он меня переубедил.

- Ха, действительно забавно! А я тут с детства живу. Мой отец был влиятельным купцом и прибыл по молодости сюда торговать. Тут он познакомился с моей будущей матерью, и у них завязались долгие отношения. Они прожили вместе до самой старости.

- А у тебя жена есть? – спросил Волтер, хоть уже знал ответ.

- Много лет назад была, а сейчас уже нет.

- А что же случилось?

- Она бросила меня из-за выпивки.

- Не удивлён.

- Раз уж ты такой умный, то у тебя, наверняка есть.

- Нет, но мне не позволяет мой образ жизни. Я почти всегда нахожусь в зоне риска.

- Не удивлён, - ехидно сказал Стефан и налил только себе, после чего выпил.

- Меня заставили обстоятельства, Стефан, я не занимался заказными убийствами, потому что мне это нравилось, мне пришлось это делать.

- А ты думаешь, мне сильно нравиться пить?

- А иначе, зачем ты это делаешь.

- Значит, слушай! – Стефан налил и себе и Волтеру ещё по стакану, они ударили ними друг об друга и осушили их до дна, - это было много лет назад, не помню когда, но в те времена я был похудее и покрепче да и не пил ещё. Тогда правил король Грегори. Так вот моя дочь уже закачивала церковную школу. И вот однажды, когда она шла домой, - Стефан запнулся и тяжело вздохнул, но затем продолжил, - трое её одноклассников жестоко её изнасиловали, а затем, чтобы она не рассказала – убили! - Стефан заплакал, после чего залил в себя ещё один стакан вина. Было сложно представить, что в таком радостном королевстве может жить такой несчастный человек, ведь слёзы лились из его глаз градом - но это ещё не всё, - промолвил он, вытирая слёзы, - я отомстил каждому из них.

- Ты убил их? – с ужасом на лице и в голосе спросил Серый. Ведь на его глазах, вполне безобидный пьяница превратился в мстительного убийцу.

- Да убил! – крикнул он и ударил в ярости кулаком по столу, - не проходит и дня, чтобы я об этом не думал! А потому пью, ведь иначе совесть сожрёт меня и я повешусь к чёртовой матери!

- И что было потом?

- Потом, я едва избежал смертной казни, но пришлось пожертвовать своей рыцарской карьерой. Я десять лет провёл в одиночной камере, размышляя о своих поступках. Первое время эти ребята приходили ко мне во снах, но я приспособился. Когда я вышел из темницы, то думал, что брошу пить и займусь каким-то делом. Но жена меня не дождалась. И это был второй удар. Но я стерпел, ведь те десять лет закалили меня. Но все жители Кроуна стали плохо ко мне относится из-за того, что избежал смертной казни. И это продолжается до сих пор. Вот поэтому я пью.

Волтер похлопал его по плечу со словами:

- Всё обойдётся, Стефан. Я помолюсь богам за твоё благополучие.

- Живя в этом мире, ты продолжаешь верить в богов?

- Это мой последний моральный оплот. Это единственные сущности, перед которым я ощущаю вину за свои поступки.

- Я рад, что в мире есть люди, которые если и делают что-то неправильно, то хотя бы это понимают.

Они распили остатки вина и Волтер сказал:

- Спасибо тебе, Стефан, за компанию.

- И тебе тоже спасибо. Ты хороший человек, так что будь осторожен.

- Хорошо. И я постараюсь, чтобы ты снова стал рыцарем, Стефан.

- Как же тебе это удастся?

- Помни, Стефан, я первый воин короля и к тому же, кто долго страдал, в конце концов, будет награждён.

Он будто увидел в лице Волтера и услышал в его словах надежду.

- Да будет так! – сказал тот и улыбнулся.

Серый задумался, а затем сказал:

- Я, кажется, знаю как!

- И как же?

- Есть ли что-то или кто-то терроризирующее Кроун?

- Кое-что есть. Вот только эта тварь вряд ли мне будет по зубам!

- Так ведь я же буду с тобой.

- Ладно, людям из королевства мешает каркин.

- Что это такое? – с непониманием в глазах спросил Волтер.

- Это такое чудовище, что живёт в трясине. Оно напоминает рака, только огромного.

- Насколько огромного?

- Как медведь, а может и больше.

Первый воин слегка выпучил глаза. Но он предложил эту затею, а потому отступать уже было нельзя.

- И как он мешает людям?

- Он живёт в трясине под мостом и когда кто-то там проходит, то его ждёт не лучшая участь. Каркин затягивает несчастного в трясину, а потом пожирает, а иногда просто изрубает клешнями в куски.

Волтер покивал, обдумывая сказанные слова. Ведь он, почти, как и все убивал различную мелочь, вроде арахнидов, детёнышей сгрызов или падальщиков, но это было серьёзное чудовище.

- Стефан, у тебя есть какое-то оружие?

- Да, осталось кое-что, от рыцарской службы.

Он вскочил со своего места и отправился в другую комнату. Спустя какое-то время он вернулся. На нём была кольчуга, покрытая слабой ржавчинной, на его голове был шлем, который напоминал котелок, а в правой руке меч. На нём это облачение смотрелось так смешно и нелепо, что Волтер не сдержал смех и зашёлся громким хохотом.

- Ты чего хохочешь? Сам-то спустил кожу с бычьих яиц и сшил себе эти лохмотья, - сказал недовольно Стефан и указал на него мечом.

- Ладно! Это не снимут, другого не дадут, - вытер слёзы Серый и добавил, - ну веди же меня к этому каркину.

- Пошли, но предупреждаю, путь туда не короткий.

- У меня ещё много времени.

И они пошли к трясине.

Стефан и Волтер быстро приблизились к воротам в Кроун, около которых сидел тощий, человек. Он был одет в мешковину, его кожа была цвета скисшего молока и напоминала кожу трупа. Перед ним стояла небольшая деревянная посудина для милостыни. Он смотрел на всех проходящих из под капюшона. И по тому, как он лениво и медленно это делал – создавалось впечатление, что он спит. Но вдруг он подскочил. Его капюшон упал назад и оголил мерзкую лысую голову. Путники не ожидали, что этот человек способен сделать такой выпад. Он схватил Влтера за воротник:

- Ты сделал не тот выбор! – прохрипел безумно он. Капилляры его глаз были красными, а один из них лопнул, и часть белка закрывало кровавое пятно.

Волтер ударил бродягу кулаком в нос и тот, отринув, упал на землю. С его носа потекла кровь, и она очень выделялась на тле белого тела. Странный человек поджал руки в локтях, словно дурачился, затряс ними и стал жутко хохотать. Тогда Стефан пнул его ногой, и он прекратил, затем поднялся, забрал свою посудину, в которой виднелось несколько корт, после чего таинственно скрылся.

- Странный человек, - подметил Волтер.

- Да тут пол Кроуна странных людей.

Они вышли за королевство. Несколько десятков метров там тянулась степь, после чего был узкий, но длинный ручей, который можно было перешагнуть, затем опять несколько метров степь и лес.

- Каково это быть первым воином короля? – вдруг спросил Стефан.

- Всё неплохо, вот только сегодня мне не дали поспать.

- Король Герард очень ценил своего прошлого первого воина.

- А что с ним случилось.

- Он ввязался в драку с разбойниками и получил топором по голове.

- Паскудная смерть для первого воина.

- Это ещё что! Вот у Грегори был один, так это вообще! Он случайно съел отравленный кусок пирога, который предполагался для короля.

- А как умер король Грегори? Я слышал, что он погиб относительно молодым. - К его смерти приложил руку его придворный чародей – Вальдемар Лоренцо. Ну, так говорила его жена и Эвеард тоже, ведь они участвовали в той битве и были единственными, кто выжили.

И вот они подошли к той самой трясине. Она была длинной и широкой желто-зелёного цвета. В ней росли камыши и другие болотные растения. Через неё шёл небольшой деревянный мост, заросший мхом и плесенью.

- Это та самая трясина, - спросил Волтер и кинул косой взор на своего спутника.

- Наверно, ведь я тут не хожу в целях собственной безопасности.

Серый подошёл к началу моста. Он боялся, чтобы жуткий каркин не заметил его, а потому подошёл туда практически на цыпочках. Несколько секунд он просто стоял, а затем не придумал нечего лучше, как ударить мечом по мосту. Стук был глухим. Возможно, даже если бы монстра могло привлечь нечто подобное, то этот звук был слишком тихим.

- Ну что там? – спросил Стефан.

Волтер выставил руку назад и потряс пальцем, будто, говоря: «Не мешай мне». После этого он пнул ногой по периллу моста. Тогда деревянное строение задрожало и заскрипело. Он пнул его ещё раз, и всё повторилось, но теперь к скрипу добавился тихий хруст перилла, которое сломается после ещё одного такого удара.

В этот момент недалеко от моста поток воды, поднявшийся со дна, разогнал тину, образовавшую зелёную плёнку на верхнем слое воды в стороны и на поверхность поднялся мул. Спустя несколько секунд из воды показалась поверхность панциря – темная и бугристая.

- Стефан, живо сюда! – буквально крикнул Серый.

Тот подбежал и замер в изумлении.

- Я буду его отвлекать, а ты будешь наносить удары.

Стефан нервно кивнул в ответ и выставил меч вперёд, взяв его обеими руками.

Чем ближе чудовище приближалось к берегу, тем больше оно показывалось из воды. И вот каркин предстал перед путниками во всей красе своего уродливого могущества. Размерами он и в правду был, как медведь причём, как самый огромный из всех медведей. Его панцирь был болотно-зелёного цвета и покрытый острыми наростами, о которые можно было порезать руку. Клешни выглядели, словно два сплавленных меча. Его, выгнутые дугой лапы поднималитело каркина над землёй на высоту в полтора метра. Каждое движение чудовища сопровождалось скрежетом его пластин панциря.

Волтер и Стефан рассредоточились в две разные стороны, но Серый нарочно ударил монстра мечом по боку. Этот удар по звуку и ощущениям был словно нанесён по камню. Хоть каркин и передвигался достаточно быстро вперёд и назад, но ему требовалось некоторое время, чтобы совершить поворот и снова побежать. Так и было. Пока чудовище поворачивалось, Волтер успел уйти от него в сторону. Приближаясь, каркин попытался стиснуть первого воина правой клешнёй, но Серый ушёл в бок и зверь сжал ствол дерева. Его клешня вошла весьма глубоко. В этот момент к каркину стал приближаться Стефан. Он приметил на его теле трещину, в которую смог бы пройти меч. Но зверь отбил его своим длинным хвостом, который был даже длиннее его тела. Стефан рухнул на землю, а каркин переключился на него. Он наступал на него, пытаясь перерубить клешнями, но тот отполз, после чего ткнул мечом в щель, в которой блестел чёрный глаз монстра. Чудовище издало звук напоминающий писк. Стефан воспользовался его смятением и попытался продвинуть меч глубже. Если бы это ему удалось, то каркин уже был бы сражён, но нет. Жуткий рак попытался схватить клешнёй руку Стефана и тот не убрал её достаточно быстро, от чего лишился крайнее фаланги указательного пальца. Каркин возвысился над ним, задрав две пары ног над раненым воином. Жуткий рак планировал пробить его тело лапами, но вдруг вмешался Волтер. Он точным ударом по оголившемуся суставу лишил каркина левой клешни. И монстр вновь запищал, но громче. Мутно-красная кровь хлынула на землю. Он отбросил Серого ударом клешни. И лишь стоило ему начать поворачиваться, как под его панцирную пластину на спине вогнал меч Стефан. Но каркин был непоколебим. Его клешня приближалась к телу Волтера. Тогда он откинул меч и схватил её две половины. Острый нарост на ней продрал ладони Серого до крови и тот сжал зубы от боли. Стефан же продолжал пытаться вогнать меч глубже, но он всё никак не шёл дальше. Вся эта троица замерла в одной позе, словно жуткая скульптура. Стефан стал наносить удары по рукояти меча. Сначала он шёл очень медленно всего где-то по полдюйма за удар, но потом от очередного удара он влез в его тело по самую рукоять и грозный зверь мгновенно обмяк, его лапы разъехались в стороны и он упал на землю. Вероятно, Стефан добрался до его сердца.

Лапы каркина разъехались в стороны, и он упал на землю.

- Мы же не станем тащить эту тушу в Кроун? – спросил Стефан.

- Конечно, нет. Та клешня, которую я ему отрубил вполне сгодиться, - ответил Волтер, ища по карманам какую-то ткань, чтобы замотать руки, но вдруг Серый почувствовал странное опасение. Будто кто-то следил за ними. Волтер стал смотреть по сторонам. Затем он стал медленно обнажать меч, совсем забыв о боли в руках, ведь кто-то пришёл на шум битвы с каркином.

- Что такое? – спросил Стефан и заглянул первому воину в лицо.

- Держи меч наготове! – сказал твёрдо Волтер.

Вдруг откуда-то слева вылетел стеклянный пузырёк. Он разбился о камень. То зелье, что было в этом пузырьке, было некой кислотой. При её попадании на поверхность, материя начинала, будто испаряться, создавая облако густого дыма. Это явление было похоже, на то когда мячик от пинг-понга поджигали, и получалась такая себе дымовая шашка. Серый понимал, что в этом дыме будет что-то или кто-то опасный. Он оттолкнул Стефана, крикнув ему:

- Не заходи в дым! – его голос приглушала серая завеса.

Этот дым оседал на лице Волтера, как конденсат. Это дым был влажным и тяжёлым, от чего он стал кашлять. Но самое плохое было то, что в этой пелене невозможно было разглядеть что-либо. Но вот он почувствовал надвигающуюся, стремительную атаку. Серый ушёл влево и смахнул влагу с лица и ударил туда, где предположительно находился враг. Меч столкнулся с чем-то твёрдым. С чем-то, похожим на палку и, разумеется, перерубил её. Атакующий удалился. Волтер шагнул на свою прошлую позицию. Там на земле лежал обломок копья. Его-то он и перерубил.

Стефан же метался около дыма, вглядываясь в него. Иногда он видел совсем не чёткие силуэты, которые быстро исчезали. Но вдруг он увидел, как с противоположного конца в это облако входит некая фигура в чёрном одеянии, с капюшоном на голове. Тогда он понял, что настал его час. Стефан отвёл меч слегка за спину и ринулся вперёд. Он схватил неизвестного за плечо и занёс меч над головой. Но вдруг человек в чёрном запрокинул голову. Чёрный капюшон спал, испод него выпали длинные вьющиеся чёрные волосы, а также, белое как молоко женское лицо. Стефан опешил, и девушка воспользовалась этим моментом. Она махнула рукой и откинула его на пару метров в сторону. Приземлившись, он кувыркнулся и ударился боком о дерево. Эта странная девица оказалась самой настоящей ведьмой. Она стала медленно двигаться в сторону ослабленного Стефана. В её же руке стал материализоваться длинный кинжал.

Сначала из её руки будто вышла тоненькая струя густого чёрного дыма. Затем поверх этой струи стали накладываться другие, будто переплетаясь, как на вязаной кукле. Вскоре эти нити обрели форму кинжала, а затем и цвет. Весь этот процесс произошёл за несколько секунд, а Стефан только начинал понемногу подниматься.

Но внезапно, позади ведьмы появился Волтер, он словно удав обхватил её шею правой рукой и стал душить. Он не собирался её убивать, он лишь хотел, чтобы она потеряла сознание. Ведьма попыталась ударить кинжалом Серого, но он перехватил её руку своей. И вот девичье тело обмякло, и она потеряла сознание.

В этот момент и Стефан пришёл в себя. Он хоть и был зол на ведьму, но не мог её убить. Ведь она не была похожа на тех ведьм, которых изображали, как уродливых старух.

Она выглядела весьма молодо. Рост ведьмы был достаточно небольшим. Её лицо было симпатичным, а расположение глаз, как и у всех - ассиметричным. Но у неё было это видно весьма отчётливо. Правда, это не в коем разе ей не вредило. Наоборот эта асимметрия добавляла ей некую изюминку, которая пришлась бы по вкусу некоторым мужчинам, как например Волтеру. Её платье было чёрным и строгим. Единственным её украшением был фиолетовый сапфир, весящий на серебряной цепочке у неё на шее.

- Я в норме, - сказал бодро Стефан и отряхнулся.

Волтер связал её руки своим ремнём для ножен, а затем отправился к оглушённому ним человеку. К тому, который пытался заколоть его в дыму.

Это был мужчина, которому на вид было лет 65. Он был в поношенной, грязной одежде, материал которой напоминал мешковину. Его бёдра были опоясаны ремнём, на котором весели ножны для кинжала. Имел спутанную седую бороду и такие же волосы.

Подходя, Серый, вдруг понял, что он лежит в другой позе, а его кинжал исчез из ножен. Рефлексы Волтера будто схватили его, и он замер на менее, чем метровом расстоянии. В эту же секунду лежащий, упёршись левой рукой в землю, сделал странный неуклюжей выпад. Он подскочил в полуметре над землёй и махнул ножом. Серый отвёл голову назад, и кинжал просвистел прямо около его носа. Атакующий упал на землю. Тогда первый воин короля прижал его руку с ножом к земле, и он отпустил оружие.

И вдруг Волтер заглянул его глаза. И почувствовал себя так, будто кинжал этого человека всё же настиг его и сильно ранил. Этот взгляд он не спутает, с каким другим, кроме, возможно взгляда сэра Вильгельма, которого он недавно убил. Даже если бы этот человек был мёртв, и его голова была бы отделена от тела, этот взгляд поражал ничуть не меньше. Волтер был уверен, что это тот самый охотник Чендлер Уоттл.

Серый хотел было убить Чендлера, ведь думал до встречи взглядов с ним, что это рядовой разбойник, околдованный ведьмой. Но после зрительного контакта он опустил меч, хотя тот крикнул:

- Ну же, погуби меня, пес смердящий!

На это Волтер выкрикнул:

- Иди отсюда вон, голодранец паршивый! Если я тебя ещё раз встречу, то отрежу тебе яйца и скормлю их псам! – он прогнал его, дабы тот не вспомнил поступок отца Серого.

Чендлер встал и фыркнул, какие-то оскорбления в сторону матери Волтера, за что был награждён ударом ноги в спину.

Серый закинул ведьму на плечо:

- На кой она тебе нужна? – спросил вдруг Стефан, подошедший сзади.

- Её надо сдать под стражу. Мало ли скольких людей она погубила и ещё может погубить!

- И то верно!

На самом же деле, он хотел сдать её под стражу, дабы кто-то другой не убил её, ведь кажется, он начал в неё влюбляться. Волтер сам ловил себя на мысли, что он как подросток обратил внимание на внешность, хотя в его возрасте это казалось не таким важным моментом выборе спутницы жизни.

Тем временем в Кроуне.

Герард, Адмет и Декарт медленно прогуливались по королевству.

- Ну что скажите, как вам Волтер? – спросил Герард.

- Мне трудно о нём что-то сказать, ведь я видел его всего раз и практически с ним не общался, - ответил Адмет, а затем добавил, - думаю после вечерней встречи, я смогу сделать какой-то вывод.

- А ты что скажешь, Декарт.

- Мне он не нравиться! – сказал прямо тот.

- И чем же он тебе не нравиться?

- Мне гораздо интересней, чем он нравиться тебе? Он же захватил тебя в плен и избивал.

- Таких воинов, как он давно не было в Кроуне. Тебе бы стоило у него кое-чему подучиться.

- Ещё чего! Учиться у наёмного убийцы! – возразил парень.

- У бывшего наёмного убийцы, - исправил король.

- Бывших наёмных убийц не бывает.

Внезапно на соседней улице раздался людской крик, который разрезал монотонный шум уличной суеты. Троица обменялась взглядами и бросилась на ту самую улицу. Там банда разбойников устроила кровавую резню. Они убивали всех и каждого. Во главе банды был огромный разбойник. Его тело было покрыто шрамами от ожогов. Некоторые из этих шрамов слегка кровоточили. Голова разбойника лысая, ведь из-за ожогов они не росли. Бандит имел рост в два метра. Имя этого уродливого громилы было никому неизвестно. Все знали лишь его прозвище – Корзина. Он получил эту кличку, благодаря своей коже, которая своими переплетениями напоминала плетение корзины. Бандит был вооружён двумя огромными секирами. Этими секирами он убивал всех, кто попадался ему под руку. Он делал это совсем, не задумываясь, и красные брызги крови оставляли пятна на нём и на его людях. Несчастные жители разбегались и запирались в своих домах, но так везло далеко не каждому. Но вдруг на улицу ворвалось ещё и несколько стражей, которые караулили недалеко от этого места. Герард и Декарт также ринулись вперёд. Король не хотел, чтобы его сын вмешивался в эту передрягу, но его было уже не остановить. Адмет же остановился. Он вздёрнул руки вниз. В ладонях чародея загорелось яркое пламя. Затем Аггиляр выставил руки вперёд и два луча огня вырвались вперёд, который обогнал несущихся короля и принца. И вот что-то стало на пути огня. Он словно разбился о невидимую стенку. И вот позади всех воинов он увидел знакомого чародея Ганнимеда. Он виделся с ним на консилиуме магов Ценданы. Тогда Адмет вынул из своих ножен кинжал и также ринулся в центр битвы. Улицу захлестнул крик несчастных и звон оружия. Звук этого кровавого бешенства разлетелся на весь Кроун.

Адмет с ходу вонзил в спину одного из разбойников кинжал и выхватил его саблю. Декарт злостно рубил разбойников мечами. Он ненавидел их и ненавидел то, что они делают. Он пронзил в грудь одного, затем рубанул ногу другого и обезглавил. Затем за его спиной раздался звон оружия. Он обернулся. Его отец остановил секиру разбойника, прямо за его спиной. Декарт тут же зарубил врага, после чего Герард схватил сына за плечо и отдёрнул в сторону, ведь его вновь чуть не ранил разбойник, которого после заколол стражник.

Аггиляр тем временем пробивался всё глубже и глубже к тому самому чародею Ганнимеду. Он бил саблей и кинжалом каждого, кто к нему близко приближался. Он, кажется, даже задел кого-то из стражей. Во время этого процесса лезвие чьего-то ножа задело кисть чародея, и из раны потекла кровь, но он не обратил внимания на это и продолжил свой путь. И вот он вырвался из этой теснины. Ганнимед стоял позади всех и метал огненные лучи по врагам. Адмет напал быстро и неожиданно, что казалось не свойственно ему. Это было бы не странно для Волтера, который бился, как дикий зверь, в отличие от Адмета, который казалось, может только пользоваться магией. Аггиляр с разгона ударил плечом его в грудь. Ганнимед упал на землю, после чего был, проткнут саблей в грудь. Чародей лишь судорожно дрогнул. Адмет тяжело вздохнул. Это был первый раз, когда он убил человека сам напрямую и практически чувствовал труп врага. Лицо чародея исказила гримаса злости и отвращения к себе же. Затем он поднял голову и увидел приближающихся Волтера и Стефана. Серый бежал чуть быстрее, но и Стефан бежал весьма энергично.

Они вмешались в поединок и стали убивать оставшихся разбойников. Их помощь очень ускорила процесс. Но вот среди звона оружия раздался пронзительный крик. Герард сразу узнал обладателя этого крика, ведь это был Декарт. Один из разбойников вогнал нож в его живот. Король, ослеплённый яростью, бросился на разбойника, словно сокол на полевую мышь и обезглавил его.

- К лекарю его, живо! – крикнул он стражам и те увели его, благо травма была не слишком серьёзной.

Из разбойников остался только лишь Корзина, которого Герард приказал сдать в темницу, а затем допросить. И только тогда король заметил Стефана и спросил грубо:

- Что он тут делает?

- Я бы хотел вновь стать рыцарем, - сказал Стефан и сделал шаг вперёд и снял с плеча клешню каркина.

- Это что за дрянь?

- Это клешня каркина, которого я убил.

- Ты?! – улыбнулся во весь рот Герард. – да ты же просто вонючий алкаш, который только и делает, что пьёт как свинья, - засмеялся король и его смех подхватили другие стражи, а также Адмет.

Лицо Стефана потемнело, его глаза сощурились. Он скинул клешню с плеча и зычно плюнул королю около ног и ушёл, а Волтер провёл его тяжёлым, сочувствующим взглядом.

- Волтер, ты, что ли расстроился? Он же просто алкоголик!

- А вы знаете, почему он такой?

- По той же причине, что и убийца является убийцей, а травокур – травокуром!

- Скорее он стал таким от тог, от чего праведный человек становиться грешным.

В глазах короля появилась некая искра. Он почувствовал некий противовес, к чему не привык. Адмет понял это, а потому обозвался:

- Что ж, Волтер, нам нужно идти на тренировку.

Тогда король словно расслабился.

Тренировочная площадка находилась за замком. Она представляла собой овал с четырьмя проходами. Они вошли в северный проход. Площадка была длинной примерно сто пятьдесят метров и шириной в сто. Почва на этой площадке была каменистой. По краям поля лежал десяток песчаных камней. Каждый из них был высотой по грудь Волтеру и весом в сто двадцать килограмм. К каждому из камней было прикреплено по две цепи.

- Я советую раздеться тебе до пояса, Волтер, так тебе будет удобней.

Серый выполнил приказ. Жилистое тело первого воина было иссечено шрамами разной глубины. На нём были мышцы, но они не были слишком большими, но очень крепким. Они словно высохли и стали твёрдыми, как камень.

- Что мне нужно сделать?

- Притяни эти камни к центру поля.

- Разве ты собрался меня не магии обучать?

- Всё верно, а потому, делай, что я говорю.

Серый подошёл к первому камню. Он схватил цепи за края, закинул на плечи и стал тянуть песчаник, словно вол. Это не было для него слишком сложным заданием. Оно было посильным для него. Ведь Волтер, благодаря своему отцу был весьма силён для обычного человека. Но когда он закончил сей процесс, то стал тяжело дышать и покрылся потом. Он упёрся руками в колени, чтобы спина расслабилась.

- Что теперь? – задыхаясь, спросил первый воин короля.

Адмет развёл руками в стороны, и камни разлетелись по сторонам.

- Стяни их вновь.

Волтер посмотрел по сторонам, затем взглянул на Адмета и спросил:

- Ты это серьёзно?

- Конечно!

- Но для чего это всё? – разогнулся Серый.

- Потом всё узнаешь.

Первый воин короля выполнил приказ, но уже с меньшим энтузиазмом. Когда он закончил и стал приближаться к Адмету, то увидел, что в руках чародей держит флягу с водой, которую он любезно протянул Волтеру. Серый осушил его и тогда Адмет вновь раздвинул камни и спокойно сказал:

- Ещё раз.

- Ты что издеваешься?

- Нет, я просто даю задания.

- И сколько ещё раз это повториться? – развёл руками Волтер.

- Пока ты не сделаешь всё правильно.

- И в чём моя ошибка?

- Я сказал, чтобы ты перетащил камни, но не говорил, чтобы ты не пользовался воображением, ведь чары это плод физических и ментальных усилий.

- И что это значит?

- Подумай…

Волтер снова отправился к камню, схватился за цепи и закрыл глаза. Он стал представлять, как вновь закидывает цепи на плечи, как они начинают давить, но, в конце концов, он дотягивает их до центра. Он начал тянуть и стал ощущать, что это ему даётся очень легко, но он не думал об этом, ведь знал, что тогда вся его аура так званого воображения развеется, и этот процесс вновь обретёт свою тяжесть.

И вот он открыл глаза и стоял уже в центре.

- Теперь ты понял?

- Да понял, - раззадорено сказал Волтер.

Так он повторил с каждым песчаником. Но теперь он не закрывал глаза, ведь ему удалось укротить самого нестабильного, энергичного и переменчивого зверя, действия, которого нельзя было предугадать, хоть немного.

- Теперь ты владеешь базовыми и самыми главными чарами, - радостно воскликнул чародей, задрал палец правой руки к тёмному небу и потряс ним.

- Это, какими же?

- Воображением. Поэтому далеко не все становятся чародеями у них не развито воображение. Ты, наверное, думал, что магия это разноцветные искры, лучи и прочая ерунда. Возможно и так, ведь всё зависит от твоего воображения.

- Теперь я понял.

- Ну, рас уж понял, то разбей вот этот орех, не касаясь его, - сказал Адмет и выкинул из кармана на землю, заранее заготовленный орех.

- Как же?

- Благодаря уплотнению частиц.

- Это ещё что такое.

- Это процесс сжатия частиц объекта между собой с такой силой, что вскоре объект взрывается.

- И как я должен это сделать.

- Воспользуйся воображением.

Тогда Волтер кивнул, присел и стал всматриваться в этот орех, будто пытался что-то в нём разглядеть. Затем он выставил правую руку вперёд, которая слегка дрожала. Он пробыл в такой позе с минуту, пока вдруг, будто не ощутил орех в ладони, а затем резко сжал руку в кулак и орех лопнул с характерным звуком, а коски его ядра и скорлупы разлетелись на пару метров в стороны.

- Ты готов, Волтер, - сказал Адмет и похлопал его по плечу.

- Тогда идём же и уничтожим голема.

- Волтер, ты сегодня сражался с разбойниками, помогал убить каркина Стефану и научился заклинанию. Твой организм истощён. А для убийства голема нужно много сил. Ты ведь не хочешь, чтобы у тебя стался сердечный приступ.

- Не хочу…

- Тогда иди и отдохни.

Серый оделся, собрал свои вещи и отправился в свою спальню. Но этой ночью ему было не суждено выспаться. Ведь когда он сомкнул глаза, то в его снах к ним приходила его мать с изувеченным телом и пела колыбельную. К нему приходил Шаак, с чьей груди торчал меч. Дальше была Шайла и её дочь, восседавшая на коне цвета чая с молоком и даже старый Друид Альцих и его мёртвые дочери. Все они будто звали Волтера с собой.

А потому утром, когда первый воин короля очнулся (ведь этот процесс нельзя было назвать словом «проснулся», ведь он и не спал толком), то обнаружил, что его подушка мокрая от слёз. Очнулся он вновь от стука в дверь. Это был Адмет.

Серый, перекатываясь, подошёл к дверям и открыл.

- Ну что, ты готов? – спросил он. Первый воин короля кивнул. – Ты что не спал?

- Спал…

- А по тебе и не скажешь.

- Не важно, - ответил тот и протёр глаза.

- Ладно, собирайся, мы идём.

Волтер умылся, надел всё своё обмундирование и отправился вслед за Адметом. На улице их ждало двое коней. Серый знал, что конь почувствует его звериное нутро, а потому по пути он сорвал какую-то траву и стал неистово растирать ней руки.

- Что ты делаешь? – спросил чародей.

- Это вместо благовоний, - отшутился Волтер.

Адмет лишь хихикнул.

Хоть Серый и смазал руки травами, но он всё равно переживал. Лошадь слегка заегозила, но потом унялась. Он оседлал скакуна и отправился с чародеем к голему. Это место было где-то в двух километрах от Кроуна. Там их ждали Декарт, Герард и отряд воинов. Они пожелали доброго утра всадникам. Со стороны, откуда шёл голем возвращался Эвеард и оставшиеся воины, что помогали ему сражаться. Они были грязными и чумазыми. Будто бились с ним они весь вчерашний день. Воевода, словно молот обрушил на чародея взгляд.

- Я не смог его сразить, - сказал тяжело Эвеард.

Волтер и Адмет соскочили с коней. И вот из-за холма показалось это чудовище. Голем был похож на груду камней, которые приняли человекоподобную форму. Одна его рука была длиннее другой. Конечно, те каменные отростки было сложно назвать руками, но было точно понятно, что когда он создавался, то это задумывалось, как руки. Голова Голема была похома на маленькую гору со скошенной верхушкой. От каждого из шагов монстра оставались трещины на земле.

Адмет и Волтер вышли вперёд.

- Ты не забыл, чему научился? – спросил Аггиляр.

- Я не такой старый, чтобы забыть что-то так быстро.

- Склерозу всё возрасты покорны.

- Разве так говорят не о любви?

- Мне кажется, что мой вариант более практичный.

Голем всё приближался. Он хоть и шёл медленно, но пока Волтер и Адмет переговорили – он уже сильно приблизился. Его высота была более восьми метров. Они выждали, когда он будет примерно в ста метрах от них и начали. Серый и Аггиляр выставили подогнутые руки вперёд. Какое-то время чудовище продолжало идти, но потом стало замедлять и без того медленную ходьбу, пока полностью не остановилось. Оно стало дрожать, а его тело, словно паутина стали, оплетать трещины. И вот первые кусочки стали вытесняться другими и падать на землю.

- Сейчас! – вдруг крикнул Адмет.

Он вдруг изменил положение рук и создал барьер, защищающий всех от каменных осколков, в которые превратился взорвавшийся голем. После поднялось облако пыли, но вскоре пыль села на землю. Впереди на тропе показалось двое всадников. В них Волтер тут же узнал старых друзей.

Один из них был эталоном мужества. Широкоплечий, высокий сам и с высоким лбом, одетый в льняную рубашку. Он ехал гордо, вглядываясь вперёд своим гордым и суровым взглядом. Его взгляд был твёрдым и уверенным, и ничто не могло его поколебать. Его имя было Киллиан.

Имя второго было Сарим. Он был чуть пониже Киллана, но был не менее мужественен, только это мужество выражалось в его острых чертах лица, которые были словно заточены о точильный камень. Его же взгляд не отображал эмоций, что, возможно, заставляло чувствовать себя некомфортно ещё больше, чем взгляд Киллиана.

Всадники были родными братьями, и, увидев Волтера, они стали подгонять коней, пока не приблизились достаточно близко.

Глава 5. Подготовка к худшему

Сарим и Киллиан приблизились, чуть ли не вплотную.

- Какими судьбами, сколько лет! - воскликнул Серый. Он был действительно рад.

- Две недели назад мы бились на границе. Почти никто не выжил, нам было велено доложить об этом империи, мы уже побывали в Тортосе и король Мейган пообещал отправить всем письма. А так как Кроун исключён из альянса королевств, то мы навестили вас лично – пояснил Сарим.

- Да, мы едва унесли ноги, - добавил Киллиан.

- И кто же напал на границу, - вдруг спросил Герард.

- Сложно сказать. Сначала это были люди, но затем их кожа разорвалась и они стали жуткими монстрами.

В этих словах Волтер узнал подчерк того самого Дарио, а король – придворного чародея – своего отца Вальдемара Лоренцо и Серый сказал.

- Это Дарио!

- Какой ещё Дарио? – спросил удивлённо Герард, который даже уже не мог представить, что это кто – либо другой кроме Вальдемара.

- Тот Дарио, который нанял меня для вашего убийства.

- Этот Дарио был чародеем?

- Похоже на то.

Тогда глаза короля покруглели и он задрожал.

- Что такое, ваше высочество, - вдруг обозвался Адмет.

- О, Боги! Вальдемар он идёт за мной, - напугано сказал король.

Его лицо побледнело, а колени задрожали.

- Сэр, неизвестно, когда он доберётся до Кроуна, - успокаивал его чародей.

- В любом случае он уже достаточно близко. Он ворвался в империю, отправил за мной Волтера, и рас ему не удалось убить меня его руками, то он перейдёт от полумер к радикальным мерам.

- К каким ещё радикальным мерам? – спросил с недоумением Серый.

- Этого я не знаю, но я уверен, что это будет что-то ужасное, - покачал головой король, а на его лбу выступил пот, - тем, кто просто падёт в битве - страшно повезёт, ведь другие умрут в жутких пытках и второй вариант, скорее всего, ждёт меня и тебя, Адмет, та что стоит готовиться к худшему - мрачно продолжил король.

- Но я знаю, где остановился этот Вальдемар! – вдруг вспомнил Волтер.

- Тогда, бери с собой Адмета и столько воинов, сколько понадобиться. Возможно, если вы застанете его врасплох, то сможете его погубить.

- Прикажите, доставить его сюда, дабы казнить? – спросил Адмет.

- Нет! Убейте его прямо там! И убедитесь в этом! Говорят, что он весьма живуч!

- Как скажите!

- Сарим, Кллиан? Вы нам поможете? – спросил Волтер.

- А для чего по-твоему ещё нужны друзья, - ответил Сарим.

- Тогда, король, дайте нам сотню, а лучше две конных воинов дайте по лошади.

- Да, Волтер, конечно!

Чародей, Серый, Сарим и Киллиан дождались отряд воинов и отправились к лесному особняку. Солнце светило уже достаточно высоко, но часть неба затянули тучи, а потому была большая вероятность сильного дождя. На конях они добрались туда весьма быстро. У ворот Волтер замер, ведь в особняке, словно никто и не обитал. Ворота были ржавыми, но это мелочи. Каждое из окон было выбито, а одна из башен развалена и её верхушка лежала на земле.

- Волтер, ты уверен, что тут кто-то живёт? – спросил Киллиан.

- Но, по крайней мере, тогда жил, - ответил неуверенно первый воин короля, но сейчас он уже был не в чём неуверен, он начинал думать, что всё то, что он тогда видел, было какой-то иллюзией.

Адмет разрушил замок на воротах уплотнением частиц. Замок этот был, закрыт, хоть и висел с внутренней стороны ворот. И это вселило в наших героев надежду.

От прекрасного сада, что тут был - не осталось и следа. Все цветы увяли, а деревья стали безлистыми и неказистыми.

- Обыщите всё снаружи, - отдал приказ Волтер.

Воины стали обходить всю территорию, пока Серый с товарищами вошли в само поместье. Внутри всё было покрыто паутиной и толстым слоем пыли. Огромные люстры, в которых были свечи, безобразно лежали на полу. Тогда Волтер отправился в столовую. Он резко раскрыл дверь и увидел на столе ту самую пищу, которой Вальдемар тогда завтракал. Съеденный наполовину кусок мяса облепили мухи, а в бокале с вином плавали мелкие мошки. Рядом лежал конверт. Он был чистым и новым, будто был оставлен здесь прямо, перед их приходом, а от того и выделялся. Первый воин короля тут же его схватил и открыл. Внутри было послание, написанное красивейшим подчерком.

- Сюда! – крикнул Волтер. Все тут же сбежались в столовую. – Глядите, что я нашел, сказал он и потряс письмо, а затем стал читать: «Здравствуй, Волтер, если ты читаешь это письмо, то уже вероятно знаешь, кто я такой. По-правде, мне даже немного обидно, что ты перешёл на сторону короля Герарда, но я не вправе менять что-либо. И ещё я заранее извиняюсь за то, если ты вдруг умрёшь от моих рук или рук моих приспешников».

Все кто были в столовой, обменялись тяжёлыми взглядами. В этот момент с улицы раздался душераздирающий крик. Все выглянули в окна. Один из тех двух сотен воинов открыл дверь в некий погреб, около одной из стен поместья. Его посетила мысль, что там мог быть потайной ход, или что-то вроде того. Но на самом деле из этих дверей стали вылизать один за другим падальщики и первый из них вцепился зубами в лицо неосторожного воина. За первым стали буквально вываливаться и спотыкаться о предыдущих следующие.

Падальщик выглядел, как тощие люди с четырьмя пальцами на руках и ногах и острых когтях на них. Эти существа имели зубы в два ряда и оранжевые глаза.

Одним ударом Волтеру удавалось перерубить падальщика пополам. Эти твари, которые всё шли и шли из двери в погреб, очень теснили и друг друга и своих врагов, а от того уже убитые чудовища не падали на землю, а зажимались телами других и продолжали стоять. Поэтому иногда воины повторно наносили удары уже по мертвецам.

Но вот Серый увидал небольшой островок пространства на крыльце, у входа в дом. Там он хотя бы мог делать по одному шагу влево и вправо. Он стал пробиваться. Первому падальщику он отсёк верхнюю часть головы и она упала куда-то под ноги. Труп стал падать на него, но Волтер оттолкнул его ногой в следующую тварь, после чего пронзил и мертвеца и эту самую следующую тварь. Вдруг на спину ему взгромоздился уже третий монстр. Он впился клыками в кожаную куртку и пробил её, но тут на помощь первому воину короля пришёл его кинжал, он пронзил голову падальщика. Затем он сделал небольшой рывок вперёд. Во время этого рывка он повалил ещё одно чудовище на землю, а другому рассёк горло кинжалом, после чего добил упавшего падальщика. Крыльцо было уже совсем близко. Следующих двоих он обезглавил одним взмахом меча. Затем толкнул следующего уже на ступени крыльца и размозжил ему голову ногой. Кости у падальщиков были достаточно хрупкими, а потому такое с их черепом можно было совершить весьма легко. Брызги крови и осколки черепа засорили этот островок пространства. На нём Серый и впрямь мог уклоняться от ударов. Также с этого места он оценил всю ситуацию. Воинов, которые прибыли с ними осталось меньше сотни, а падальщиков было более двух сотен. Тогда Волтер стал кричать:

- Сюда, скорее! – он открыл двери особняк. Затем он спустился с крыльца и стал расчищать территорию, дабы выжившим было легче добраться до него. Первым стал приближаться Киллиан. Он раз за разом вздымал свои секиры в небо, дабы наносить сокрушительные удары. Его рубашка была иссечена, а из ран текла кровь. Далее к ним добрался Сарим, который убивал врагов перначом. Далее к ним присоединилось шестеро близстоящих воинов, вместе с которыми общими усилиями они сделали небольшую линию, где падальщиков было не так много. По ней пробрался Адмет. После чего все стали уходить внутрь.

- А как же остальные? – спросил Волтер между ударами.

- Они уже мертвы, - мрачно сказал Сарим.

Первый воин короля ощутил этот мрак в его голосе, даже сквозь шум битвы и рёв падальщиков, переходящий в визг. Ведь Серый не помнил, чтобы Сарим был таким хладнокровным и равнодушным. «Неужели вторжение этого Вальдемара так сильно на него повлияло», – подумал Волтер, но вдруг рука Адмета схватила его за плечо и затащила в поместье. Воины, что пришли с первым воином короля и его товарищами мигом подперли двери. Падальщики изо всех сил пытались вломиться. Их когти царапали доски. Воины упёрлись в пол ногами, дабы хоть как-то помочь рукам и спине, ведь натиск на первый взгляд хилых монстров в огромном их количестве создавал огромную мощь.

- Что мы будем делать? – спросил Волтер.

- Пусть они сдерживают двери и приоткрывают их, дабы маленькая часть монстров оказывалась внутри, и вам было их легко одолеть, - сказал Адмет.

- А мне что делать? – спросил Киллиан сидящий у стены. Его тело было густо покрыто потом, капли которого при попадании в раны доставляла боль и он слегка прищуривался и морщился от мучений.

- А ты лежи и жди. Тебе и так досталось.

И так начался процесс. Воины приоткрыли двери, и внутрь вошло, падая с ног полтора десятка падальщиков. Шестнадцатый сумел лишь просунуть голову, но его череп был проткнут ножом одного из, рыцарей, которые держали двери. Сарим и Волтер быстро разделались с врагами, пока Адмет метал огненные шары и бил молнией тех, кто пробирался в окна. Так было убито около сотни падальщиков. Двух, приблизившихся сильно близко даже убил Киллиан. Одному он нанёс удар секирой по шее, а второго задушил. Но вдруг чудовища будто обзавелись неким коллективным разумом и стали без устали давить на дверь, воины же, которые её держали, были уже весьма вымотаны, а потому дали слабину и впустили тварей внутрь. Тут уже и Киллиан вмешался и приложил все усилия, какие только мог. За всё это время удалось погубить большинство чудовищ, но их всё ещё было слишком много.

Наши герои были также уже очень уставшими, а потому бились уже с меньшим энтузиазмом. Под их ногами образовалась кровавая река, которая смешавшись с грязью, превратилась в вязкую массу. Эта масса замедляла их, но они уже выбирались из окружения падальщиков и пробивались к лесной тропе. Их кони были разорваны падальщиками, а потому им пришлось бежать на своих двоих. Они были ещё долго гонимы этими тварями и попали домой только к вечеру. К тому моменту Киллиан полностью потерял сознание от ран и усталости.

Король же сам лично отправился к Стефану. Герард боялся Вальдемара, а потому ему пригодиться любая помощь.

Король стал около двери в дом пьяницы. Он понимал, что сейчас выглядит странно, ведь ещё сегодня утром, он поступил очень грубо по отношению к бедному алкоголику. Он нервничал так, будто не он сам король, а королём является Стефан.

Герард постучал в двери. Прошла примерно минута и дверь медленно со скрипом отварилась.

- Смотрите, кого к нам принесло! Какими судьбами, король, - начал паясничать Стефан.

- Прекрати! – неуверенно, но чётко сказал король.

- Когда вы сегодня меня оскорбляли при всех, то не планировали прекращать.

- Можно я войду?

- А ваши сапоги не слишком чистые для моего пола? По ним обычно хожу я – вонючий алкаш.

- Я же попросил, прекрати!

- Ладно, входите…

- Стефан, я бы хотел извиниться за сегодняшнее поведение…

- Подождите минутку, - перебил его тот, уселся на стул и принял удобную позу для слушанья, – продолжайте.

- Так вот, я понял, что был не прав и хотел бы предложить тебе вновь стать рыцарем.

Стефан дабы вновь поглумиться сделал вид, что плачет и хныкающим голосом сказал:

- А я-то думал, что не доживу до этого.

- Ну что, ты согласен?

- Ладно, так уж и быть. Вообще у меня очень забитый распорядок дня, но думаю, я смогу найти свободное время, для рыцарских подвигов.

- И ещё в знак нашего примирения я кое-что принёс.

Герард достал из-за спины бутылку вина из королевского погреба. Такое вино Стефан не пробовал никогда в жизни, а потому в его глазах пробежал голодный блеск, как у хищника и он стал тянуть руки.

- Подожди, - оборвал его король и отвёл бутылку назад, - сначала ты поможешь мне в битве против Вальдемара Лоренцо и только тогда получишь её.

Стефан сглотнул слюну и сказал:

- Ну ладно.

- Тогда приходи завтра в замок и получишь новые доспехи и оружие.

Стефан безмолвно кивнул, а в его глазах сверкнул огонь камина, который он разжёг ранее.

Тем временем, бандита, чьего имени не знали, но все называли его Корзина, вели по длинному и холодному коридору темницы. Его вело двое стражей, держа его под руки. Корзина ощущал холодный пол темницы под ногами. Ему было не впервой ощущать нечто подобное. На голове у него был мешок, а руки сковывали наручники. Сквозь плотный материал мешка было невозможно что-то разглядеть.

Вдруг он услышал скрип несмазанных петель двери и то, как та самая дверь ударилась о стенку при резком открытии. Корзину усадили на стул, после чего двое охранников, что его вели, покинули комнату. Разбойник слышал людское дыхание и ощущал присутствие.

- Кто здесь? – спросил он и завертел головой.

Далее кто-то схватил край мешка и стянул его с головы. За столом с противоположной стороны сидел Сарим. Он достал кинжал жуткого вида и стал потирать и перекладывать с руки в руку, что не напугало разбойника. Над ним же стоял Волтер, который кинул мешок на стол.

- Ну, рассказывай! – начал Серый.

- Что рассказывать? – спросил разбойник. Он посмотрел на Сарима, но тот сидел и сверлил его безмолвным взглядом, как у памятника или трупа.

- А то ты не знаешь. Сначала нападаешь на королевство, убиваешь людей вместе с каким-то магом, а теперь сидишь тут и строишь из себя дурака.

Тогда лицо бандита словно освободилось от оков, и он сказал:

- А, так вы про это? Я будто первый раз нападаю на людей.

- Дорогой, Корзина, дело не в том, что ты напал на кого-то, а в том, что тебя и твоих сообщников сопровождал чародей.

- А что маги не когда не занимались чем-то подобным.

Корзина был уже далеко не первый раз на допросе. А потому он был не из тех, кого напугал бы нож в руках одного из тех, кто вёл этот процесс. Это спокойствие бандита здорово бесило и раздражало первого помощника короля, а потому он сделал хмурый вид и сказал тихо, но твёрдо:

- Чародеи не связываются с разбойниками, вроде тебя, а ещё вас было слишком много, а ты, как мне известно, не имеешь такого авторитета, чтобы собрать вокруг себя такое количество людей.

Такая смена эмоций Волтера напрягла разбойника, а потому он сам стал, будто более серьёзным.

- Если вы всё и так знаете, к чему весь этот допрос.

- Мы знаем, что на королевство идёт Вальдемар Лоренцо. И сопоставив, всё ранее перечисленное, мы сделали вывод, что ты с ним за одно, а потому мо - вмешался вдруг Сарим. Он встал со стула и подошёлк Корзине с противоположной от Серого стороны.

- Вы сделали неправильный вывод, - перевёл он взгляд на подошедшего, - я действовал сам.

- Не зли меня! – сказал первый воин и грубо толкнул его в плечо.

- Мы подняли некоторые архивы, и узнали, что тот чародей, который сопровождал тебя, занимался сопровождением торговых судов, - добавил Сарим.

- Да, я это знаю.

- Это отличная высокооплачиваемая должность, которую вряд ли станет покидать человек в здравом уме, дабы совершить разбой.

У Корзины закончились аргументы, а потому он вспомнил о правиле «Лучшая защита – это нападение», начав говорить на повышенном тоне.

- Да откуда я вообще знаю?! Он просто мне помог и всё!

Тогда Волтер ударил кулаком его в челюсть. Он наклонился в противоположную от удара сторону и сплюнул кровавую слюну.

- Ты не в том положении, чтобы орать, ублюдок! Мне надоело с тобой играть. Вот как мы поступим! За каждое грубое слово, или оскорбление в мою сторону или его, - указал он на Сарима, - мой друг будет отделять от тебя по кусочку, даже если придётся изрезать всего тебя. И первым делом он отрежет от тебя тот кусок, без которого ты перестанешь быть мужчиной.

- Да у тебя кишка тонка! – сказал бандит и наклонился вперёд так сильно, как только мог.

Тогда Волтер ударил ногой его в бок. Тот упал со стула и начал подниматься, но после очередного тумака упал и, кажется, был слегка оглушён. Серый сел ему на грудь, спиной к голове. Руки первого воина дрожали, а лоб покрылся потом, благо бандит из-за мощного удара ещё не успел прийти в себя и понять, что Серый не хочет его мучить, после чего воспользоваться его слабостью. Сарима же совсем не пугала вероятность доставления мучений человеку. Наоборот, в его глазах появился какой-то блеск, который напоминал то ли интерес, то ли любопытство. Сарим стал на колени и начал помогать Волтеру, стянуть штаны с Корзины. Но внезапно бандит крикнул:

- Ладно, я всё скажу, - он был напуган, а это означало, что первый воин короля добился своей цели.

Серый взял его под руку и помог сесть на стул.

- Да, Вальдемар Лоренцо направил меня сюда.

- Для чего?

- Чтобы подавить дух короля, убив его сына. И нам это почти удалось, если бы ты и твой друг не вернулись так рано.

- Кто вам доложил, что я ушёл.

- Помощник Вальдемара – Тарантул.

- Что ты ещё знаешь?

- Больше нечего…

- Ты мне врёшь! – крикнул Волтер и ударил Корзину вновь.

- Он знает, что король Мейнган отправит письма всей империи, а потому он отправился туда, чтобы стереть это королевство с лица земли.

- Что ещё?

- Вот теперь всё.

- Не лги мне! – Серый нанёс ему ещё несколько ударов и готовился услышать ещё информацию, как вдруг Сарим вонзил кинжал в шею разбойника и тут же его достал. На лице Корзины застыла гримаса безмолвного страха. Его губы будто попытались поймать воздух. Из раны хлынула кровь. Она стекала ему на плечо, а затем с руки на пол, на грудь и пропитывала его одежду. Он упал лицом на стол, и кровь стала заливать уже его. На лице Волтера также застыло удивление вкупе со страхом. Он взглянул на истекающее кровью тело, а затем перевёл взгляд на Сарима и едва выдавил:

- Ты что творишь?

- Он бы не дал нам больше информации, - ответил спокойно тот, вытирая лезвие кинжала о спину разбойника, будто это было какое-то обыденное дело.

- Но мы не вправе убивать его на допросе.

- До его казни ещё неделя. Было бы лучше, если бы кто-то со стороны Вальдемара выкупил его, и он погубил ещё больше людей?

- Нет.

- Тогда не вижу смысла продолжать этот разговор.

- Но, а что мы скажем королю?

- Мы скажем, что кто-то из безалаберной стражи обменял ему нож на какую-то ерунду, и он во время наложил на себя руки.

- Но это не справедливо по отношению к охране.

- Ты готов пожертвовать должностью первого воина ради охраны?

- Нет.

- Тогда иди, а я сам со всем разберусь.

Волтер кивнул в ответ, а по его спине прошёл холодок.

Киллиана тем временем доставили в лечебницу. Ему замотали каждую из его многочисленных ран, от чего он стал походить на живую мумию. Лежал на кровати, которая была накрыта звериными шкурами. На тумбе, подле него стояла свеча.

На соседней кровати лежал Декарт. Ему наложили шов на рану, и лежать ему оставалось недолго. Может день, а может два.

В комнате было тихо. Лишь шаги лекарей за дверью слегка нарушали тишину.

- Это ты один из тех двоих, кто пришёл с границы? – вдруг спросил принц.

- Да, я…

- Расскажи мне, как там всё было.

- Тебе это действительно интересно?

- Да, отец сказал, что не пустит меня воевать, пока мне не исполниться восемнадцать. И вот я дождался этого, а войны всё нет. Так что я хотел хотя бы услышать о ней.

- Нечего тут слушать. Война это страшное дело и о ней хочется забыть как можно скорее.

- Разве тебя не воодушевляет мысль о том, что ты можешь отстоять честь своей родины.

- Конечно, меня это воодушевляет, но вместе тем, меня угнетает тот факт, что для этого приходиться убивать людей.

- Зачем же ты пошёл служить на границу, если не любишь воевать.

- У меня не было выбора. Все мои предки воевали на границе. Как-то я попытался возразить отцу по поводу, этого и был награждён вот чем, - сказал Киллиан и указал на свой шрам.

- Ужас, - удивлённо промолвил Декарт.

- Это ещё что! Он мне всего щеку рассёк, а я в ярости отрезал ему два пальца ножом. И тогда он сказал, что мне с таким бойным характером только лишь и идти в пограничники.

Декарт был очень удивлён. Он не мог представить, чтобы его отец рассёк ему щеку, после чего он отрезал ему палец. Для принца это казалось какой-то дикостью.

После допроса с пристрастием Волтер отправился в темницу, где содержали ту самую ведьму, которую он и Стефан встретили в лесу. В руке он держал небольшой холщовый мешок. Спускаясь по каменистым и чересчур угловатым ступенькам, Серый размышлял о поступке Сарима. Он буквально стал каким-то неузнаваемым. Думал Волтер и о том, что он становиться карьеристом. Ведь ради своей должности он спустил с рук убийство, а также тот факт, что кого-то из сторожей за это будет ждать суровое наказание.

Уже в самой темнице за столом сидело трое стражей, и играли в кости. На столе стоял бочонок пива и кружки, из которых они пили хмельной напитой. Сидел там и начальник темничной стражи Гальдвин, которого за глаза называли Свин. Он был толстым и приземистым. Его ноги короткие и кривые, а лицо украшала плешивая борода. От него пахло потом, сыростью и дешёвым пойлом. Серый стал в метре от них и сказал:

- Выйдете из темницы и оставьте мне ключ от камеры с ведьмой.

- Первый воин короля хочет развлечься, - расползся у уродливой ухмылке Гальдвин и стал тыкать указательным пальцем в кулак, обозначая всем известный процесс.

- Тебе какое дело, Свин, - Волтер знал об этом обидном прозвище.

Тогда Гальдвин с недовольным лицом поднялся из-за стола, пошарил рукой в кармане и выкинул на стол ключ, после чего вместе со своими людьми удалился.

Серый взял ключ и проследовал до нужной ему камеры. Ведьма слышала их разговор, а потому прильнула к клетке. На её руках были специальные кандалы, что блокировали любые чары.

- Ну и что ты со мной собираешься сделать? – спросила она.

- Нечего такого, что тебе не понравиться, - ответил тихо Волтер.

- Вы тут все думаете, что я сижу и только и делаю, что мечтаю о том, чтобы ночью ко мне зашёл какой-то служивый и изнасиловал меня. Если это действительно так, то вы очень высокого о себе мнения.

- Нет, я здесь не для этого.

- Но я слышала, от стражи, что меня сюда привёл первый воин короля и сказал, о том, что я ему нужна для собственных утех. И, исходя из разговора с теми тремя,- сказала ведьма, подразумевая Свина и его друзей, - первый воин короля это ты.

- Все верно, но мне пришлось так сказать, чтобы никто другой тебя не тронул.

- С чего же такая бережность ко мне? Я же ведьма.

- Не люблю насилие, - ухмыльнулся Волтер.

- Впервые вижу первого воина короля на службе у короля Герарда, который не любит насилие.

- Да и такое бывает. Так что, ты не возражаешь, если я зайду?

- Нет, милости прошу.

- Ты не попытаешься убежать?

- Даже если попытаюсь, то меня схватишь ты, а если мне удастся оторваться от тебя, то меня перехватит стража.

- И то верно.

Волтер провернул ключ в замочной скважине и вошёл. Он сел на лавку рядом с ведьмой и залез в мешок. Он достал круглую ещё слегка тёплую булку хлеба, а затем кольцо колбасы. Запах еды разнёсся по всей темнице и вступил в противоборство с запахом сырости.

- Насколько мне известно, в темнице кормят не лучшим образом. Если вообще кормят. Поэтому, я подумал, что ты голодна.

- Ты, правильно подумал, - ответила Ведьма и сосредоточила всё внимание на пище, - Волтер достал нож, - нет - нет, это не пригодится, - остановила его ведьма, после чего накинулась на еду со звериным аппетитом, - как же зовут моего кормильца? - спросила она полным от еды ртом

- Волтер Серый.

- Почему Серый.

Волтер буквально ждал этот вопрос и уже подготовился заранее и тут же ответил.

- Я в молодости задушил серого волка голыми руками.

- Нечего себе. А меня Шарлетта Одерштайн, но ты можешь называть меня просто Шарлетта.

Она протянула свою худую руку для рукопожатия. Первый помощник пожал её. Затем он достал из мешка флягу.

- Надеюсь, это вино, - с детским задором сказала Шарлетта.

- Ты угадала, - ухмыльнулся Волтер и протянул ей напиток.

Она сделала несколько больших глотков. Затем она отвела флягу ото рта, перевела дух, слегка поморщилась и сделала ещё несколько глотков.

- Крепкое. Как я люблю.

Серый был мягко говоря удивлён таким предпочтениям.

- Я рад, что мне получилось угадать.

- Выпей со мной. А то я чувствую себя алкоголичкой.

- Я вообще-то работаю, но сегодня я победил голема, так что, почему бы и нет, - и Волтер тоже выпил.

- Ты не представляешь, как мне не хватало всего этого в лесу.

- Ладно, Шарлетта, спасибо тебе за компанию, но мне пора.

- Приходи ещё.

Первый воин короля вышел из камеры и стал её замыкать.

- Кстати, если бы ты всё-таки пришел, чтобы изнасиловать меня, то я вряд-ли бы сильно сопротивлялась.

Волтер лишь вновь ухмыльнулся и пожелал спокойной ночи. Ведьма пожелала в ответ.

Лунное сияние залило холм, что был далеко от Кроуна. На этом холме проявился воевода Эвеард. На плече он нёс небольшой походный рюкзак, в котором лежали его немногие вещи. В руках он нёс свою увесистую палицу. Он шёл и проклинал короля Герарда, а вместе с ним и Адмета. Начинался дождь, но Эвеарда это не волновало. Сейчас его вообще мало что волновало.

Он поднялся на самую верхнюю точку холма, откуда увидел огни ближайшего поселения, за лесом.

- Туда-то я и направлюсь, может, там мои таланты будут полезней.

Вдруг он увидел, как мимо низа холма медленным шагом прошла человеческая фигура.

Эвеард её тут же увидал, хотя на улице и была глухая ночь. Он стал понемногу спускаться. По мере приближения, он видел, что этой тёмной фигурой был старик.

Когда Эвеард был совсем близко, то и пожилой мужчина его тоже заметил.

- Куда путь держите? - спросил воевода.

- А вам- то что? - спросил с недоверием в голосе тот.

- Я бывший королевский воевода и мне некуда идти.

Тогда недоверие старика, которое казалось, было очень сильным, как рукой сняло.

- Ладно, пошли. Дождь усиливается.

Они отправились вглубь леса. Ноги им хлестала мокрая трава, и тогда старик спросил: как же ты лишился должности Воеводы?

- Это глупая и долгая история.

- Дорога нам предстоит не короткая, такчто рассказывай.

- На наше королевство шёл огромный голем.

- А что такое "голем"?

- Это такое каменное чудовище. Так вот, я предположил, что его можно победить грубой силой, а королевский чародей, решил, что магией. Король даже не попытался воспользоваться моим предложением, будто мой военный опыт - это какая-то шутка.

- И что же было дальше, - ухмыльнулся старик жуткой ухмылкой, будто знал, чем закончится история Эвеарда. В этот момент ветер засвистел пуще прежнего, на небе засверкала молния и раздались громкие раскаты грома.

- А потом я заключил пари с этим Адметом и проиграл.

- Ужасная история, Эвеард.

- Что?

До воеводы не сразу дошло то, что этот старик знает его имя. Но когда он это понял, то остановился и приготовил палицу к атаке. Старик не заметил этой остановки, а потому продолжил идти, как не в чем не бывало. Эвеард прицелился и ринулся вперёд. Он скользил ногами по мокрой траве, что придавало ему скорости. Он был уже меньше, чем в метре от странного старика, когда он обернулся и лёгким толчком в грудь откинул его на несколько метров в сторону.

Воевода ударился спиной о какое-то дерево. В то же мгновение каждый сантиметр его тела окутала жгучая боль. Он кричал так громко, как никогда. Но раскаты грома ему было не суждено перекричать.

Старик приближался к Эвеарду и его глаза словно наполнялись неким демонизмом, который можно было разглядеть даже из-за дождевой завесы. После чего он стал преображаться прямо на ходу. Воевода пытался сделать хоть что-то, но отмалейшего колебания, его тело вновь охватывала боль, и он кричал пуще прежнего, пока не сорвал голос.

Старик приблизился к Эвеарду и присел. Теперь перед воеводой был Вальдемар Лоренцо. Глаза воеводы залегали от страха.

- Хочешь загадать желание? Тот судорожно покивал, - но взамен, ты примкнёшь ко мне, и нападёшь со мной на Кроун, - такая плата для Эвеарда была больше вторым желанием, нежели платой, а потому он вновь покивал, - что ж, какое желание ты загадаешь?

- Позвоночник..., - прохрипел воевода.

- Заживить твой сломанный позвоночник?

- Да.

- Твоё желание для меня закон, - сказал наигранно чародей и щёлкнул пальцами.

В то же мгновение боль стала утихать. Воевода встал на ноги и последовал за своим новым предводителем дальше в лес.

Интересные события настигли не только воеводу Эвеарда в ту ночь. Волтер так же не мог заснуть. Его волчья сущность, которая не давала о себе знать уже более полугода, вновь напомнила о себе.

Серый вскочил с постели. У него словно была лихорадка - по его телу лился градом пот, и его бросало в дрожь. Из-за того, что Волтер был оборотнем лишь наполовину, каждое его превращение было долгим и мучительным. Он скинул с себя ночную рубашку и остался лишь в спальных штанах.

И вот началось! Его скелет стал деформироваться и менять свою форму. Он подскочил к своему окну. Не далеко оттуда была конюшня. Серый сиганул на крышу этой постройки, а оттуда на землю, после чего побежал в лес.

Волтер давно не чувствовал себя таким свободным. Серому конечно нравилась предворная жизнь, но он не мог отрицать очевидного преимущества дикой жизни - той самой свободы.

Лунное сияние переливалось в его мокрой от дождя шерсти, от чего он казался серебряным. Он ещё долго бегал по лесу, наслаждаясь одиночеством и в конце-концов он остановился у озера, где и уснул