Надежда на завтра

Пролог

Посвящается Лене Х.

Пролог

— Эй! А мне кто поможет?!

Я лежала на снегу неподалеку от ДК 1 мая. А дело в том, что наши подруги Лера и Лена пригласили меня и Марину к себе в Климов на дискотеку. Нас с подругой не надо было долго упрашивать, и после первого предложения мы согласились. Сразу после колледжа отправились по домам собираться. Попросив у родителей денег, мы с Мариной встретились на улице. Прежде чем сесть в автобус и доехать до ДК, мы предварительно купили себе выпить. А так как на дворе была зима, мы проводили процедуру в подъезде. Когда наши запасы закончились, мы отправились в путь. Приехали рано, девчонок еще не было. Чтоб скоротать ожидание, мы прикурили по сигарете, но они быстро истлели, а девчонки все не шли.

Кстати, познакомились мы с ними в нашем нынешнем колледже. Хохлова Лена попала в нашу группу, и мы с ней постепенно сдружились, а вот Лера Максимова отказалась идти учиться в платной группе на бухгалтера и пошла на бесплатное отделение учиться на страховщика. Но это не помешало нашему знакомству и дальнейшей дружбе. Лера и Лена знакомы с детства и так же, как мы с Мариной, они пошли учиться в один колледж. Но мы с Мариной не захотели отделяться от друг друга, и решили учиться на одну профессию. С девчонками мы сдружились довольно быстро. И вот они пригласили нас на дискотеку в свой город, который находится недалеко от нашего, всего в двух остановках, если ехать на электричке… Мы стояли и мерзли уже около двадцати минут и выкурили полпачки сигарет. И когда уже наше терпение подходило к концу и наши тела почти окоченели, вдалеке показались подруги. От непонятной радости мы кинулись к ним на встречу. Уже добежав до них, мои замерзшие ноги (ну и конечно выпитое раннее) дали о себе знать. Я упала.

Маринка повисла сначала на шее Леры, а потом перекинулась на Лену. Они были счастливы. Подруги тоже были изрядно пьяны. Потому что, как они считают, трезвой на дискотеке делать нечего! Вот они и были счастливы: а еще и оттого, что мы приехали. Только вот что-то они не заметили, что я пребываю во временном состоянии нестояния. На мои крики о помощи никто не отзывался. Но, наконец, через некоторое время Лера вспомнила про меня и помогла подняться. Марина и Лена стояли и наблюдали.

— Настюх, ты чего? — усмехнулась Лена.

— Поскользнулась, — серьезно ответила я.

— Ты сегодня много выпила? — съязвила подруга, и я в шутку ударила Лену по спине. Все рассмеялись, и мы отправились на дискотеку.

Купив билеты и пройдя охрану, мы попали в небольшое помещение шириной метра четыре и длинной десять, а у стены с обеих сторон дверей находилась раздевалка. Осмотрев само помещение, я поморщилась: оно нуждалось в ремонте. Сняв верхнюю одежду, мы отправились в дамскую комнату. Она выглядела не лучше. Приведя себя в порядок, мы наконец отправились в танцевальный зал. Он выглядел намного лучше. Цветомузыка и аппаратура были на высоте. Не говоря уже о диджеях...

Первый час народу не было, а вот после его истечения входные двери не переставали открываться, и охрана только успевала проверять билеты. Бойкая бабуля в раздевалке еле-еле справлялась вешать одежду.

Наконец зал был заполнен и начали включать медленные танцы. На одном из них я уселась на стойку (она находилась в зале и служила как стулом для уставших, так и сценой для тех, кто входил в ритм). Я немного устала и решила отдохнуть. Ко мне присоединилась Лена. Я посмотрела в глубь зала и увидела, что Лера и Марина танцуют с пацанами. Одни мы с Леной (считая из нас четверых) отсиживались, но это длилось недолго. К нам подошел парень и пригласил Лену танцевать. Я осталась в одиночестве, не считая еще нескольких девчонок, сидевших рядом. И тут рядом со мной остановился парень. Не долго думая, он пригласил меня танцевать. Некоторое время назад я думала о том, чтоб отдохнуть, но не смогла отказать этому незнакомцу.

От молодого человека, как позже выяснилось, зовут его Женя, исходил завораживающий аромат «Модерн Баланс». Я таяла в его объятиях, а по моему телу шло приятное тепло. Он задавал простые вопросы, а я давала простые ответы. Через его плечо я видела, как Лена смотрит на нас. Даже в темноте было видно удивление в ее глазах.

Танец закончился довольно быстро. Я еще долго пребывала бы в непонятно откуда взявшемся стопоре, но сзади меня кто-то толкнул. Я обернулась и увидела Лену, пихавшую меня к выходу. Я оттолкнула ее руки и пошла сама. В помещении, где находились раздевалки, можно еще курить и пить. Туда мы и вышли. Около стойки, огораживающей одежду, стояли Лера и Марина. Мы присоединились к ним и закурили.

— Настюх, ты знаешь с кем танцевала?! — нетерпеливо проговорила Лена.

— Как раз у тебя хотела спросить.

— Это же Барышев! — Ленка улыбнулась. — Это с ним я встречалась!

— Ничего себе!

— Ну, как он тебе?

— Клевый! У него такая классная туалетная вода. Вот только я его лица не запомнила.

— Да- а! — протянула Лена. — Насть, ты куда вообще смотришь?

— Там темно! — пыталась оправдаться я.

— Темно! — передразнила меня подруга. — Ничего, еще увидишь! Я тебе его покажу.

На следующий медленный танец меня пригласил… снова Женя. И почему-то я была этому несказанно рада. Я с удовольствием отдалась недолгому порыву. Опять были ненужные вопросы и такие же ответы, но отвечала я с удовольствием. Почему-то мне хотелось слышать Женин голос и чувствовать его дыхание…

— Ты здесь первый раз? — спросил Женя.

— Да. А ты бываешь довольно часто?

— Не пропускаю не одну. — Он недолго помолчал и добавил: — Насть, а как ты смотришь на то, что я приглашу тебя на следующий танец?

-Положительно.

В этот момент танец закончился, и я поспешила за своими подругами. Достав по сигарете, мы уселись на стойке и стали ждать Лену, которая задержалась. В это время она вышла из бара, который был частью дискотеки, и мы там были не редкие гости.

— Вы чего меня оставили?

— Не хотели отвлекать тебя от разговора.

— А надо было. — Взгляд подруги метнулся на меня. — Насть, ты с ним второй раз танцевала! Это уже что-то значит!

— Он меня еще и на третий пригласил

— Это же здорово! — поддержала Лену Лера. — Загуляй с ним!

— Да вы что, сговорились?

— Мы просто желаем тебе счастья, — доброжелательно улыбнулась Лера.

— Это всего лишь второй танец! Может, он меня обманул и на третий не пригласит!

— Пригласит! Я же с ним гуляла! Я его знаю. Он просто так не приглашает девчонку на несколько танцев. Один раз — и хватит. Потом ищет следующую.

— Лен…

— Что? Я тебе как лучше советую!

— Приму к сведению.

— Насть, — спасла меня от надоевшего разговора Марина, — еще один медленный танец дождемся — и домой. Ладно?

— Ладно.

Я заметила, что Марина тоже два танца подряд танцевала с одним и тем же парнем, а когда он выходил курить, они перекидывались влюбленными взглядами.

Следующего танца мы дождались довольно быстро. Марина отправилась танцевать со своим воздыхателем, а я стала ждать. Ждать Женю. Ко мне подскочила Лена.

— Ждешь?

— Жду.

— Правильно, жди. Не соглашайся танцевать с другими.

— Почему?

— Я же тебе, глупой, говорю, что Женя так много раз девчонку не приглашает одну и ту же!

— Представляешь, я буду ждать, а он не подойдет, а будет смеяться из-за угла.

— Дура ты и не лечишься! Меня слушай!

Я хотела еще что-то спросить у подруги, но она удалилась танцевать.

Я видела, как он пересекает зал и идет ко мне. Я сразу же согласилась танцевать. Но в этот раз что-то изменилось, что- — то было не так. Мне уже было не так приятно прижиматься к нему, не было прежнего тепла. Мне было неприятно… Именно неприятно. Я подняла голову и посмотрела на того, с кем танцую, и чуть не упала… Это был не Женя... И только запах туалетной воды оставался прежним. Невозможно описать те чувства, что я испытала. Я успокаивала себя тем, что не помню лица Жени и что это, скорее всего, он. Но я ошибалась. В танце мой взгляд упал на дверь. Она открылась, и вошел… Женя. Я не ошиблась, это был Женя. Я узнала его. Какое-то внутреннее чувство подсказывало мне, что это он. Как же в этот момент мне захотелось вырваться из неприятных объятий и кинуться к Жене!

Я видела, как он обводит зал взглядом в поисках меня. Я надеялась, что меня. Я не могла ошибиться. Я верила, что он сдерживает обещания. Только в этот момент я хотела, чтобы он обманул. Чтоб не пришел! Но он пришел, и он увидел меня…

— Что-то случилось? — спросил парень.

— Нет.

— Может, тебе плохо?

Да мне плохо! Мне ужасно! Вот что хотела я ему ответить, но приличия победили.

— Все хорошо.

А Женя все смотрел на меня, а я смотрела на него. Как мне было больно. Я совершила большую глупость. Непростительную глупость. Но вернуть ничего нельзя, и мне приходилось мириться.

В очередной раз я бросила взгляд на дверь, но около нее никого не было. Женя ушел… Но этот момент я запомнила на всю жизнь. И Женин взгляд. И Женину грустную улыбку. И Женино лицо навсегда въелось в мою память...

Часть 1. Глава 1

— Настасья Владимировна! Ну что с вами сегодня происходит? — Режиссер Степан Семенович был весьма мной недоволен. — Я же говорил, что перед камерой надо выглядеть естественно! А вы как умирающий лебедь!

— Извините.

— Я-то извиню, но вот время не терпит! — Режиссер сменил гнев на милость. — Ладно, на сегодня все. Завтра попрошу никого не опаздывать и всем быть в форме. Это относится и к вам, Настасья Владимировна. Послезавтра к нам приезжают важные люди, и надо хорошо подготовиться к их приезду. Все поняли?

— Да, — хором сказали присутствующие.

— Все свободны!

Я заспешила в гримерку, где меня и настигла Лена.

— Насть, что с тобой сегодня?

— А что?

— Не знаю. Ты сегодня странная какая-то. Что-то случилось?

— Случилось. Саша зовет меня замуж.

— Ого! — Присвистнула подруга. — И ты уже дала ответ?

— Нет, он дал мне неделю на размышление.

— И что ты думаешь?

— Ой, не знаю, Лен, не трави душу.

— Отвечай да!

— Ты что?

— Посмотри на меня. Я прототип замужней женщины! Меня можно послушать!

И действительно, Лена пять лет назад превратилась в замужнюю. Она одна из нас четверых выскочила замуж, да еще и в восемнадцать лет. Она связала свою жизнь с парнем по имени Сергей. Встретились они на дискотеке в их родной области как раз в тот день, когда я потеряла Женю… Лене было тогда шестнадцать, а ему девятнадцать. И с того момента уже ни разу не разлучались. Вот только Лена не стала менять фамилию. Почему? Потому что стала актрисой.

Уже с первого курса колледжа я и Лена поняли, что профессия бухгалтера не для нас. Потерпев три года и окончив колледж, мы попробовали поступить в театральное училище имени Щукина. И нам повезло. Повезло с первого раза. Мы прошли. И уже по истечении двух лет обучения в Щукинском нас первый раз взяли на пробы, и мы прошли. Первые годы в кино нам доставались не главные роли. Но и на нашей улице был праздник, нам вскоре их дали. К тому же в одном сериале под названием «Черные цветы». После его премьеры нас стали замечать. И вот в данный момент нам достались главные роли, и опять в одном сериале. Он обещает нам еще больший успех.

Кстати, благодаря кино я познакомилась с Сашей. Это случилось год назад. В связи с успехом «Черных цветов» режиссер, снимавший эту картину, пригласил нас это отметить. Мы с удовольствием согласились и пришли с легким опозданием.

На празднике было много незнакомых нам людей. Были многие из тех, кто принимал участие в съемке картины, и также были многие уже знаменитые актеры. Мы с Ленкой как будто попали в сказку. Многие из знаменитостей здоровались с нами и поздравляли с премьерой. И каждый раз мы останавливались и выпивали по бокалу шампанского. Довольно долго мы стояли и выпивали с каждым, кто нас приглашал поболтать, и, устав от разговоров, пошли искать место, где можно было бы отдохнуть.

Такое место мы нашли не быстро. Это было сооружение в виде балкона, но отходившее не от здания, а от земли. По бокам были ступеньки, которые вели вниз, к реке. Высотой с той стороны, откуда подошли мы, оно было не больше метра, а с другой — около восьми.

— Как хорошо, — еле ворочая языком, пробубнила Лена.

— Согласна, — ответила в такт ей я.

— Выпить бы еще бы! — мечтательно сказала Лена после того, как допила свое шампанское. — Я, пожалуй, пойду за еще одним бокалом схожу.

— Сходи. И мне принеси.

Лена, еле передвигая ногами, пошла за очередной порцией спиртного. Я осталась ее ждать. В моем бокале еще оставалось шампанское, и я решила его истребить. Поднеся бокал ко рту, я резко откинула голову назад. И не рассчитала одного: равновесия. В моем состоянии это было трудно, и поэтому я начала падать...

Остатки алкоголя вмиг улетучились. Я приготовилась — не к смерти, конечно, но то, что переломаю себе пару ребер и посажу несколько синяков, это точно. Мне было страшно. И вот уже близко земля…. Все произошло за считанные секунды. Чьи-то сильные мужские руки поймали меня. И они продолжали держать меня, пока я пребывала в состоянии шока. Мужской голос вывел меня из этого состояния.

— С вами все в порядке? Можете стоять?

— Могу, — неуверенно сказала я, незнакомец поставил меня на землю. И только я ощутила твердую почву, как мои ноги стали ватными, и я снова оказалась в руках у незнакомца.

— Пожалуй, еще не можете. Может, сядете на землю?

— Вы что?! Я испачкаю платье! Отпустите меня, я могу стоять!

— А мне кажется, нет. — Незнакомец не отпускал меня. — И дело не только в том, что вы испытали.

— Что вы имеете в виду? — Я покраснела и наконец посмотрела на поймавшего меня мужчину. Он был прилично одет, и лицо его было ухожено. Гладко выбрит подбородок и белоснежные зубы. Длинные и густые ресницы обрамляют голубые глаза. Блондин. Меня никогда не привлекали блондины, но этот был исключением. — Что вы имеете в виду? — переспросила я.

— Сколько вы выпили?

— Хам! — Я освободилась от объятий и, немного пошатнувшись, все же смогла устоять. — Как вы можете спрашивать такое у женщины?

— Я хочу вам помочь, а для этого мне надо узнать, от чего требуется помощь.

— Хам! — Повторила я. — Я абсолютно трезвая! Я и капли в рот не взяла!

— А зачем вы держите пустой бокал в руке?

Я посмотрела на руку. В ней действительно находился пустой бокал. Шампанское я выпить успела, а когда начала падать, по инерции сжала бокал.

— Ну, я позволила себе один бокальчик.

Незнакомец, улыбаясь, смотрел на меня.

— Что вы на меня так странно смотрите?

— Вы, наверное, актриса?

— Да. Вы смотрели кино с моим участием?

— Нет, вы просто умелая лгунишка. — Без намека на грубость сказал незнакомец, но я все же разозлилась и запустила в него пустым бокалом. — Ты что?

— Знаете, кто вы? Вы самый настоящий мужлан! И я жалею, что упала к вам в руки!

— Кроме меня, здесь никого не было. Вы бы упали на землю.

— Хам и самовлюбленный болван! — Поставила я в разговоре точку.

— Если что, меня зовут Саша! — крикнул незнакомец, когда я уже начала подниматься по ступенькам.

— Спасибо, Саша, что поймали меня, я этого не забуду, но все же надеюсь, что мы с вами никогда больше не встретимся.

— А как вас зовут?

— Заждалась? — услышала я рядом голос Лены.

— Очень! — Я взяла бокал, который мне протянула Лена, и выпила его содержимое до дна. — Пошли отсюда.

— Я же только пришла! А это что за симпатяга?

— Дома расскажу! Пошли.

Я потянула подругу за собой и она, оглядываясь на Сашу, двинулась следом. Пройдя как можно быстрей мимо гостей, мы попрощались с режиссером и отправились домой.

Прошла неделя. Про Сашу я ничего не слышала. Мы с Леной пришли на пробы. Я их провалила и, пока ждала Лену, встретила Степана Семеновича. Знаем мы его давно, и до «Пятерки» (в которой снимаемся в данный момент) мы уже снимались у него, но не в главных ролях.

Мы стояли и разговаривали с режиссером, когда откуда ни возьмись появился мой спаситель Саша. Он остановился рядом с нами и не прочь был поддержать разговор.

— Настя, знакомься, это мой племянник Саша. Саша, знакомься, это Настасья — подающая надежды актриса.

— Очень приятно, — сказал Саша.

— Знаешь, Настя, Саша такой романтик! Он должен был уехать пять дней назад, но остался.

— Почему же он остался, если не секрет? — хитро спросила я и покосилась на Сашу. Он поймал мой взгляд и подмигнул.

— Не секрет. Он ищет девушку, которую встретил на недавнем празднике. Говорит, что пока ее не найдет, никуда не поедет! Представляешь! Как в сказке!

— И что это за девушка? — меня уколола ревность.

— Очень милая, — ответил Саша и, посмотрев на меня, сказал Степану Семеновичу: — Я скоро уеду, дядя.

— Ты ее нашел?

— Да, она стоит перед тобой.

Надо ли говорить, в каком оцепенение я находилась. Да и Степан Семенович тоже. Но мы быстро из него вышли, а вот наши с Сашей отношения как раз только начались. Отношения, похожие на сказку…

Ленин голос вывел меня из воспоминаний.

— Насть, ты уснула, что ли?

— Нет. Я вспоминала, как мы познакомились с Сашей.

— Не до воспоминаний сейчас! Надо думать насчет замужества.

— Я же еще ничего не решила.

— Я за тебя решила! Где ты найдешь мужика лучше Саши? Нигде. Да и годков тебе уже немало. Пора и о будущем подумать.

— Я о нем думаю. Да и лет мне не так много: двадцать три! Некоторые и в тридцать выходят. Кстати, Саша сказал: если я выйду за него, мне придется жить здесь и бросить кино.

— Как он может такое говорить! Кино — это наша жизнь! Ничего, не бойся, я его отговорю!

За окном просигналила машина. Я выглянула в окно и увидела махающего мне рукой Сашу.

— Все, пока, Лен, я побежала.

— Мы с тобой еще поговорим!

— Хорошо. Пока.

— Пока.

Я быстро сбежала по ступенькам со второго этажа банка и, распахнув двери, кинулась Саше в объятия. Поцеловавшись, мы устроились в машине и поехали к моему любимому.

— Саша, я опаздываю!

Я металась по комнате и пыталась собраться. Мне надо быть в девять на работе, а уже полдевятого. Я опаздывала. Как можно быстрей я посетила ванную комнату и оделась. Полностью собравшись, я отправилась на кухню, где Саша уже приготовил легкий завтрак. Вообще-то ему готовит повариха, но он отпустил ее по тому случаю, что я оставалась ночевать у него.

— Не спеши, радость моя, подавишься, — посоветовал Саша, когда увидел, что я почти не жую еду, а глотаю.

— Саша, я опаздываю! Опаздываю! Ты это понимаешь?

— Ну, ты звезда, и тебе положено опаздывать.

— Да какая я звезда! Я еще мелкая, только родившаяся, звездочка! Режиссер меня не простит! У нас завтра важный день, и он просил не опаздывать.

— Хочешь, я с ним поговорю?

— Нет, не надо.

— Ну почему же? Ведь ты опаздываешь из-за меня.

— Я сама все улажу.

Закончив завтрак мы, под ручку покинули Сашину квартиру. А через двадцать минут были около банка.

— Увидимся через четыре дня, — попрощался Саша. — Мне надо по делам в Москву.

— Возвращайся быстрей.

— Ну, я постараюсь, милая.

— Я буду скучать, — грустила я.

— И я буду. Сильно.

Мы попрощались, и я, выйдя из машины, сделала Саше ручкой и помчалась в банк. Там уже вовсю шла съемка. Я аккуратно, по стеночке, попыталась пройти в раздевалку, но от взгляда нашего обожаемого режиссера не укрыться.

— Настасья Владимировна! Я же просил не опаздывать! Что опять случилось?

— Степан Семенович, я…

— Замолчи! Не хочу ничего слышать! Марш переодеваться!

Вот и попробуй, пойми его. То просит объяснить, в чем дело, то не хочет ничего слышать. И что прикажете говорить такому человеку? Но я не стала испытывать нервы Степана Семеновича и бегом направилась в гримерку. Там уже сидели Лена и Верка. Последняя, как и мы, играла одну из главных ролей. Лена что-то говорила Вике, а та с интересом слушала, но при виде меня подруга шепнула ей пару слов, и девушка, поздоровавшись со мной, выскочила за дверь.

— Ну, как ночка? Наверное, хороша, раз ты даже опоздала!

Я кинула в подругу подушку, которая лежала в гримерке и служила на съемке животом для беременных.

— Ты что государственным имуществом швыряешься? Не жалеешь совсем вещи.

— А что мне государство хорошего сделало, что я должна жалеть его вещи?

— Ну ладно, не кипятись. Так что там с ночкой?

— Все просто отлично!

— Я рада. Ко мне, кстати, вчера тоже гость заходил.

— Мы же договорились, что в наш номер никого не водим.

Мы с Леной во время съемок живем в одном номере в гостинице и с первого дня договорились не водить в него посторонних на ночь.

— Ну, тебя же не было! Так бы я никогда его не пригласила!

— Ну ладно. Кто же этот счастливчик?

— Никита.

— Шульгин? Тот, который по сценарию твоего партнера играет?

— Да.

— А как же твой любимый муж?

Ответить Лена не успела, в гримерку зашел наш горячо любимый режиссер. Причем он соблюдал приличия и для начала постучался. Зайдя, он одарил нас свирепым взглядом и ударил себя руками по бокам ног.

— Господи! Помоги мне! За что ты послал мне этих двух бездельниц? — Степан Семенович состроил умирающую гримасу и обратился к нам: — Что вы здесь делаете? Вы должны уже вовсю работать! Бездельницы! Уволю! Всех уволю! Сроки идут, а они тут стоят прохлаждаются! Нет, точно уволю!

Степан Семенович для пущей убедительности схватился за сердце. Он всегда так делал, чтоб его поняли и пожалели. Мы ему в этом подыграли. Подойдя к нему, мы схватили его под руки.

— Степан Семенович, — сладко заговорила Лена, — не надо нас увольнять. Мы же хорошие, мы исправимся.

— Бездельницы!

Режиссер перестал гневаться, и мы, продолжая держать его под руки, отправились работать.

По окончании съемок Степан Семенович еще раз предупредил нас, что завтра ответственный день. Завтра приезжает продюсер, и мы должны не упасть в грязь лицом. Особенно это, как всегда, относилось ко мне. Я пообещала, что не подкачаю, и мы с Леной пошли в гостиницу, где и смогли поговорить.

— Так что там у тебя с Никитой? — поинтересовалась я.

— Что, что? Обыкновенный роман. Мы же на курорте!

— Мы здесь работаем.

— Ну и что? Все равно это курорт. А значит, у меня должен быть курортный роман.

— Как же муж?

— А что муж? Он сидит дома и лясы точит. Тем более нормальная полноценная женщина кроме мужа должна иметь любовника. Даже нескольких! Не все же мужикам от нас гулять! И у нас должны быть развлечения!

— Мне и Саши хватает.

— Кстати, о тебе и Саше. Во-первых, соглашайся выйти за него, ты же его любишь?

— Люблю.

— Ну вот. Соглашайся. Моя задача отговорить его забирать тебя из кино. Я с этим справлюсь. Во-вторых, тебе, подруженька, то же стоит кого-нибудь найти кроме Саши.

— Лен, я так устала за весь день, пойду спать. И ты ложись.

— Ты нагло уходишь от разговора!

— Приятных снов!

— Тебе так же, но мы еще на эту тему поговорим!

— Обязательно!

Я закрыла дверь своей спальни и свалилась на кровать. Через несколько минут я отбыла в царство морфея. Мне снились красочные сны и даже приснился наш продюсер. Он был чем-то похож на нашего режиссера. Маленький толстячок с глазами-щелками и приветливой улыбкой…

Глава 2

На этот раз я не проспала и даже, встав пораньше, заказала завтрак и разбудила подругу. Она встала с большой неохотой. Лена любит поспать, что не реально с нашей работой и поэтому подруга каждое рабочее утро страдает.

В банк мы приехали даже чуточку раньше, чем надо. Степан Семенович уже вовсю гонял приехавший персонал. Всё пребывало в движении и готовилось к прибытию гостя.

— Молодцы, что пришли без опозданий, — похвалил нас Степан Семенович и недолго подумав, добавил: — Лена, ты идешь с Викой… Нет, лучше с Никитой, идешь отрабатывать сцену ограбления. А ты, Настасья, займись чем-нибудь полезным в гримерке и здесь не показывайся. Поняли?

— Да, — ответила подруга.

— Нет, — ответила я.

— Чего ты не поняла, Настасья?

— Почему я должна сидеть в гримерке, а не отрабатывать сцену в банке?

— Ну, доченька, ты же понимаешь, что все должно пройти сегодня хорошо.

— Понимаю.

— Вот и посиди тихо в гримерке. Если что понадобится, я тебя позову.

Мне пришлось повиноваться. Лена проводила меня до гримерки и, пожалев, убежала отрабатывать сцену. Я осталась в одиночестве и без дела. Посидев минут десять, я решила прекратить самобичевание и навела порядок у себя на рабочем месте. Но это заняло всего несколько минут. На месте мне сидеть не хотелось, и я прогулялась по небольшому помещению. На подоконнике я, на свое счастье, нашла книгу. Какой-то роман с интригующем названием «Любовь из прошлого». Я села поудобнее и принялась читать. Книга оказалась интересной. Прочитав около сорока страниц, мне пришлось отложить книгу, так как в гримерку влетела Верка. Она удивилась, увидев меня. Захлопав большими глазами, она спросила:

— Ой, Стаська, а ты че тут делаешь?

— Читаю. Мне режиссер запретил появляться на площадке.

— А-а, — равнодушно протянула Вера, а потом с жаром выпалила: — Настька! Там такой продюсер приехал! Такой лапочка! Молодой, красивый.

— Ну-ка, Верка, поподробней! — заинтересовалась я.

— А че подробнее? Иди, всё своими глазами увидишь!

— Не могу! Говорю же: режиссер запретил.

— Ой, Насть, как маленькая! Откуда он узнает, если мы ему не расскажем? Пошли.

Вера меня уговорила. Лучше бы я ее не слушала, не ходила бы за ней, но, как говорится, любопытство не порок… И я тихонько отправилась вслед за напарницей. Путь она держала к кабинету, который отвели режиссеру на время съемок в банке. Не доходя нескольких метров до кабинета подо мной скрипнула доска. Мы замерли, но никто не вышел и не заметил нас.

Подойдя вплотную к двери, Вера нагнулась и стала с любопытством смотреть в замочную скважину. Жестом она указала, что там кто-то есть, но я это и так поняла по раздававшимся из кабинета голосам. Удовлетворив любопытство, Вера уступила место мне. Я, немного помедлив, все же поддалась искушению и припала к замочной скважине, но разглядеть ничего не успела.

— Вам не говорили, что подглядывать нехорошо? — раздался позади мужской голос. Я выпрямилась, но боялась повернуться. Лицо мое заливалось краской. Я аккуратно повернула голову и посмотрела на Верку. Она лишь пожала плечами. Пересилив себя, я на пятках повернулась к мужчине. Его лица мне не удалось разглядеть, так как окон в коридоре не было, да и искусственного света тоже.

— Извините, я хотела…

— Не надо извинений. Зайдите в кабинет.

Я еще немного поколебалась и открыла дверь.

Первой режиссер заметил меня. А когда следом зашли Вера и мужчина, он от удивления чуть не сел на стул. Его лицо побелело. Дар речи у него тоже пропал. И пока все пребывали в молчании, я оглядела присутствующих. Кроме меня и Верки в кабинете находились режиссер, наш главный бухгалтер, мужчина который нас привел и которого я до сих пор не разглядела. Еще в кабинете пребывал знакомый мне мужчина, которого я не видела уже несколько лет. Это был Леша, друг Жени с дискотеки. Я медленно повернула голову к мужчине, который нас привел. Я ожидала самого худшего, и мои опасения сбылись. Позади меня стоял Женя собственной персоной. Прошло много лет, а он не изменился. Я узнала бы его из тысячи других. Наши взгляды встретились, и я отвернулась. Даже после стольких лет я не могла смотреть ему в глаза. Из-за того, что не сдержала слова…

— Настасья Владимировна и Вера Павловна! — радушно сказал режиссер. — Что вы здесь делаете?

— Это я их привел. Я встретил их по дороге сюда, — произнес Женя и разогнал все мои опасения насчет того, что он расскажет правду. — Кто они?

— Это наши молодые таланты. Начинающие актрисы, — гордо говорил Степан Семенович, а, подойдя вплотную ко мне, прошептал: — Я тебе где сказал сидеть?

Режиссер замолчал, а везде успевающая Вера подлетела к Жене и протянула ему свою руку.

— Вера.

— Евгений.

После знакомства Женя посмотрел на меня. А Вера взглядом показывала, чтоб я не тормозила, а познакомилась, пока есть шанс. Мне было не по себе, но я все же протянула руку.

— Настя.

— Евгений.

— Девушки, — влез режиссер, — Евгений Николаевич наш продюсер, а это, — он указал на Лешу, — Алексей Борисович, его сопродюсер. Ну, вот и познакомились. Девушки, вам работать не пора?

Режиссер сделал нам незаметный окружающим знак исчезнуть из кабинета. Нас не надо было уговаривать, и мы, попрощавшись, скрылись за дверью. Перед уходом я только мельком посмотрела на Женю.

— Фу, — выдохнула за дверью Вера, — легко отделались.

Я кивнула. Отвечать не было желания.

По дороге домой Лена терзала меня расспросами о произошедшем. Узнала она об этом от Веры. Но от нее она услышала лишь пару слов. И теперь она хотела услышать от меня все подробности. И она их услышала, когда мы удобно устроились на диване в номере. И самое главное я приберегла напоследок.

— Лен, я видела Женю и Лешу.

— Каких Женю и Лешу?

— Барышева и Якутова!

— Настя! — Протянула подруга. — Я и не знала, что ты все еще до такой степени сходишь с ума от Жени, что он тебе мерещиться начал.

— Он мне не мерещился! Он наш продюсер!

— Насть, успокойся. Просто тебе понравился продюсер, и ты представила, что это Женя.

— Я не ошиблась!

— Настя, может, к психологу сходим? Он тебе поможет.

— Сама и иди! Пусть тебе помогает. А мне он не нужен! Ты нашего продюсера видела?

— Нет, но обязательно увижу.

— Это Женя!

— Как ты можешь быть уверена в этом, если Женю ты даже толком не разглядела на дискотеке?! И к тому же столько лет прошло.

— Я уверена, что это именно он.

— Он тебе просто померещился.

— И Леша тоже померещился?

— И Леша тоже.

— Ну, это уж слишком! Не могут два человека померещиться одновременно!

— Могут. У тебя началась депрессия. Тебе надо отдохнуть. Саша же уехал?

— Уехал.

— Вот у тебя от скуки и разыгралось воображение.

— Ничего у меня не разыгрывалось.

— Успокойся, мы это исправим. Пошли в ресторан? В номере все равно еды нет, а там хотя бы развеемся.

Возражать я не стала, и через несколько минут мы уже выходили из такси возле ресторана «Наслаждение». Странное название для приличного заведения, где сидят культурные люди (кроме нас) и играет живая музыка. Такое название больше подошло бы какому-нибудь мелкому бару, куда ходят мужики, у которых в мыслях только секс, и там бы им показывали грязный стриптиз. Есть такой бар в Алуште. Называется он «Вишенка». Но не нам судить тех, кто дает такие неподходящие названия.

«Наслаждение» мы с удовольствием посещали во время нашего пребывания в городе. У нас здесь есть даже свой столик, за который садимся только мы. Он находится в углу, чтоб нам не мешали другие посетители, но вид оттуда открывается прекрасный. В окно видны море, деревья и ветер, играющий с ними. Самое главное: никаких машин. И помещение ресторана как на ладони. Также мы знаем официантов по именам. У нас даже есть два любимчика. Это брат с сестрой, Паша и Маша. Им по восемнадцать лет, они близнецы. Мы всегда оставляем им приличные чаевые. Сегодня была их смена. Паша помахал нам издалека рукой, а Маша подошла к нашему столику принять заказ.

Пока заказ готовился, мы закурили. Говорят, сигарета — это яд. Может быть, и так, но нам она помогает думать и вести разговор. А иногда, когда на душе тяжело, она помогает лучше спиртного. Я, конечно, не советую всем начать курить, но и сама не собираюсь бросать. Кстати, установили, что некурящий человек получает больше никотина, чем курящий. Но это я тоже говорю просто к слову, а не даю совет.

— С кем же мы сегодня познакомимся? — размечталась подруга.

И не зря. К нам каждый раз кто-нибудь подходил знакомиться. Иногда, правда, приходилось вызывать охрану, благо она здесь имеется, но это в очень редких случаях.

— Тебе Никиты не хватает?

— Нет. Никита — это курортный роман, который продлится и в Москве. А мне нужен настоящий роман со здешним жителем.

— Ты неугомонна.

— Тебе тоже надо завести роман.

— Я в жизни не изменю Саше!

— Я это запомню. Только дело не в этом. Помутишь с кем-нибудь, и тебе перестанет мерещиться Барышев.

— Ты опять начала? Он мне не мерещился!

— Девушки, можно к вам присоединиться?

Наш разговор был прерван двумя подошедшими мужчинами. Я собиралась отказать им в гостеприимстве, но меня опередила Лена. Вот только она не отказала, а с радушной улыбкой пригласила их за наш столик. Молодые люди выглядели прилично. И самое главное, не были пьяными. И я надеялась, что уж если они подсели к нам, то хотя бы оказались действительно приличными.

— Может, познакомимся? — предложил тот, что спрашивал разрешения подсесть.

— Давайте, — подхватила подруга. — Меня зовут Лена, а мою подругу Настя.

— Коля, — представился самый разговорчивый. — А моего друга — Антон. Мы вам не помешали?

— Нет. Мы сидели и скучали, и тут, к счастью, вы свалились на наши головы.

Лена откровенно начала заигрывать с Колей. Он отвечал ей взаимностью. Я же больше поддерживала разговор с Антоном. Он оказался хорошим собеседником, а на пальце у него я заметила кольцо, и это меня подбодрило. Мне не хотелось заводить романа, как моей подруге. Хотя кольцо не играет большой роли, многие его снимают в момент знакомства.

Вскоре два друга вежливо откланялись на пару минут. Было видно, что моя драгоценная подруга этому факту огорчилась.

— Коля просто супер! — радовалась она, когда мужчины ушли.

— А твой муж и Никита?

— Насть, ну отстань ты с ними! Какое тебе дело до них? Чего ты прицепилась?

— Ты не маленькая, чтобы влюбляться в первого встречного!

— Вот именно, что я не маленькая, и могу влюбляться, когда хочу, где хочу и в кого хочу! Давай не будем из-за этого ссориться?

— Давай.

В это время включили медленный танец.

— Быстрей бы мужчины вернулись, я хочу танцевать! — не сиделось на месте Лене.

И в этот самый момент я увидела его.

— Лен, ты говорила, что мне мерещился Женя? А теперь оглянись.

Лена последовала моему совету. Когда она повернулась ко мне, на ее лице читалась растерянность. И она не находила слов. В это время Женя поравнялся с нашим столиком и пригласил на танец… меня. Я подала ему немного дрожащую руку. Он помог мне подняться, и мы отправились в середину зала.

За столько лет он не изменил своему вкусу. От него, как прежде, исходили запах «Модерн Баланс» и знакомое тепло.

— Наконец-то через столько лет мы танцуем третий танец.

— Простите, не поняла? — проснулась я от дремы, хотя смысл слов уловила, но не подала виду.

— Настя, я здесь ради тебя. Неужели ты меня забыла? Того пацана, которому ты обещала третий танец, но отдала предпочтение другому?

Я попыталась уйти, но Женя не отпусти меня.

— Не уходи. Не для этого я ждал семь лет.

— Простите, я не хочу вести этот разговор.

— Тогда давай просто потанцуем.

И мы молча продолжили танец. Мельком я видела, как Лена танцует с Колей. А вот Антона я не увидела, наверное, он ушел.

Когда музыка закончилась, Женя галантно проводил меня до столика и по приглашению Лены занял место ушедшего Антона. Нельзя сказать, что я обрадовалась этому факту, но и нельзя сказать, что расстроилась. То, что он упомянул третий танец, меня насторожило. Но Женя о нем больше не вспоминал, у него сложилась хорошая беседа с Колей и Леной. Двое последних вскоре откланялись и покинули ресторан. Я осталась наедине с Женей. Рядом с ним я чувствовала себе некомфортно и поспешила откланяться.

— Евгений, нам, наверное, пора прощаться.

— Ты спешишь?

— Нет, просто…

Он не дал мне договорить и поднялся вслед за мной.

— Вот и отлично! Давай прогуляемся. — Он посмотрел на часы. — Скоро закат. Красивое зрелище. Пошли.

Он потянул меня за руку, и я направилась за ним. Для начала мы зашли на стоянку, где нас ждал Женин черный «BMW». На вопрос, куда мы едем, Женя ответил: узнаешь на месте.

Весь путь он только и делал, что давил на газ. Машина просто парила в воздухе, и поэтому мы прибыли на место, как я поняла, в короткий срок. Поставив машину на стоянке, которая находилась почти возле моря, дальше мы отправились пешком. Шли мы по трассе недолго. Пройдя несколько метров, мы спустились к морю. Дальше я шла босиком. Трудно идти по песку на каблуках.

Наконец наш путь закончился. Мы остановились в прекрасном месте. Недалеко от моря возвышались скалы. В одном месте они образовывали полукруг. С камней тоненькими струйками стекала вода. Ближе к морю лежало толстое бревно. На нем мы и устроились. С моря катились волны. Они доходили и до нас, обдавая наши ноги приятной прохладой.

— Что это за место? — полюбопытствовала я.

— Это прекрасное место. Я часто здесь бываю, когда мне надо подумать и побыть одному. Тебе оно нравится?

— Да. А ты, значит, часто здесь бываешь?

— Очень.

Закат был завораживающим. Я даже умудрилась схватиться за Женину руку, но, вовремя опомнившись, отпустила ее. После этого я смущенно попросила прощения, на, что он ответил, что его рука всегда в моем распоряжение. Я еще больше смутилась и старалась себя контролировать.

Пока плыл закат, мы сидели молча и любовались им. Но вскоре стало темнеть, и мне пришлось поддерживать разговор. Стыдно признаться, но я с детства боюсь темноты. И сейчас на меня напал ужас. Надо разговаривать. Так я чувствую, что рядом мужчина. А на мужчину можно надеяться…

— Тебе понравилось? — спросил Женя.

— Очень.

— Здесь действительно хорошо. Это Россия, а не какая-нибудь холодная Америка.

Мы добрались до того места, где спускались с дороги. Я натянула босоножки и зашагала по камням. И не устояла на ногах. Моя туфля вместе с ногой провалилась между камней. Я попыталась ее вынуть. Изо всей силы я потянула ногу на себя и… оказалась в объятиях Жени. Он меня успел поймать, прежде чем я оказалась на камнях. Наши губы оказались в опасной близости друг от друга.

— Осторожнее, — прошептал он мне на ухо.

— Я стараюсь.

Женя помог мне выровняться, и дальше, не отпуская моей руки, помог мне подняться на трассу. Но и на дороге он не отпустил меня, а потянул за собой. Не пройдя и пяти метров, я застонала от боли. Нога дала о себе знать.

— Что с тобой? — поинтересовался Женя.

— Нога, — ныла я, — я растянула лодыжку.

— Идти можешь?

— Могу, но только не быстро!

Я не успела сообразить, как Женя подхватил меня на руки и быстро зашагал по дороге.

— Ты что? Я могу идти!

— На этих дорогах опасно ходить медленно. Здесь полно всякого сброда. Сейчас вылезет откуда-нибудь человек десять… Страшно подумать, что они с тобой сделают!

— А как же ты? Ты же здесь часто бываешь, вдруг нападут на тебя?

— За меня не беспокойся.

За разговором я не заметила, как мы дошли до стоянки. Дойдя до машины, Женя, не отпуская меня, открыл заднюю дверцу и аккуратно усадил меня на сидение. Я вытянула больную ногу и расслабилась.

Когда мы подъехали к гостинице, я поблагодарила его за чудесный вечер и попрощалась. Проводить я себя не разрешила, сославшись на то, что нога уже прошла, и я дойду самостоятельно. Но это была неправда. Моя нога ужасно болела. Я просто не хотела, чтобы Женя провожал меня. Ведь за этим провожанием были бы последствия…

Оказавшись в номере, я приняла душ, удобно устроилась в кровати и, включив телевизор, заказала в номер еду. Было уже довольно поздно, и меня не похвалили за заказ, наорав на меня, но через несколько минут все же принесли заказанное мной. Я дала хорошие чаевые служащему и приступила к еде. Мне часто говорили, что есть на ночь вредно. Мол, растолстеешь. Но я не могу ничего с собой поделать. Именно ночью на меня нападает голод, и я забываю про предупреждения, потому что ночные трапезы никак на мне не отразились. По ночам я ем с пятнадцати лет, и толстеть так и не начала.

Закончив ужин и приступив к вину, я начала щелкать по каналам и остановилась на музыкальном. Шел новый клип группы «Фабрика». Я с интересом смотрела на голубой экран, но меня отвлек звонок телефона. Я встала с теплого места и принялась искать мобильник. Нашелся он в ванной, и к тому времени, когда я его нашла, звонок прекратился. Я посмотрела на последние десять вызовов. Все они принадлежали Лене. Я перезвонила.

— Ты что не отвечаешь? — волновалась подруга. — Я же беспокоюсь!

— Извини. Я забыла телефон дома. А как у тебя дела на любовном фронте?

— Отлично. Вернусь я послезавтра.

— Тебя любовь не замучает за столько времени?

— Не дождешься!

— Лен, а съемки?

— Все равно съемки в банке завтра заканчиваются, и я там больше не нужна, а на следующий день всю аппаратуру будут переносить к развалинам, и там я тоже не нужна. Подумаешь, пары рук не будет.

— Семенович тебе убьет!

— Не убьет.

— Ты так уверена?

— Да, потому, что ты меня спасешь и придумаешь красивую историю, почему я не пришла.

Когда мы попрощались, я была зла на подругу; правда, недолго, но все же. Завтра мне придется изрядно попотеть перед режиссером, придумывая историю Лениного отсутствия. Она должна быть очень красочная и правдоподобная, чтоб режиссер мне поверил. И это будет очень трудно. Спасет меня только чудо, внезапно свалившееся на голову.

Глава 3

Утром я встала со свежей головой и прекрасным настроением. День омрачала только некстати заболевшая нога, но я старалась не обращать на нее особого внимания. И чтоб немного о ней забыть, я набрала номер родителей. Настроение у меня упало еще больше, — нет, конечно, у них все отлично, просто я соскучилась. Потом я позвонила Лере и узнала, что у них дела тоже на вершине. У них с Мариной есть собственный магазин модной одежды. Уже нанят весь нужный персонал, и дела пошли как по маслу. Еще я позвонила Вале, подруге из колледжа, ну и еще паре знакомым. Всем я сказала, что уже скоро мы вернемся домой, и обязательно всех навестим. Мы так и остались жить в своих родных городах, хотя магазин у Леры и Марины в Москве, а мы с Леной почти не появляемся дома. И у нас с подругой есть собственная трехкомнатная квартира в Москве, что ужасно не нравится Лениному мужу. Ведь в ней мы появляемся чаще, чем дома.

Обзвонив всех, кого могла, я стала потихоньку собираться на работу.

В дверь постучались.

Я открыла.

За большим, нет, за огромным букетом белых роз я не сразу заметила курьера. Он взял чаевые и откланялся. Я закрыла дверь и приникла к цветам. Они одурманивающе пахли. Я улыбнулась и, напевая мотив знакомой песни, отыскала вместительную вазу, налила воды и поставила цветы. В цветах была записка, которую я не сразу заметила: «Спасибо за вчерашний вечер» и подпись «Евгений».

Я положила записку рядом с вазой и сняла трубку звонившего телефона. Это звонил Женя.

— Спасибо за цветы они прекрасны, — поблагодарила я.

— Я рад, что они тебе понравились.

— Белые розы мои любимые цветы.

— Мне они тоже нравятся, и я решил послать тебе их. И не прогадал. Как твоя нога?

— Немного побаливает. Вот схожу на работу, а после…

— Ты с больной ногой идешь на работу?

— Да, а…

— Подожди немного.

На том конце раздались короткие гудки. Женя повесил трубку. Мне стало немного обидно, что он не попрощался. Мне стало грустно и я, положив трубку, опустилась на кровать. И сидела я так до тех пор, пока опять не раздался стук в дверь. Мне не хотелось идти открывать, но стук стал настойчивей, и я нехотя все же подошла к двери. За дверью стоял Женя. Я даже не удивилась, увидев его. Узнать, в каком номере остановилась актриса Панова Анастасия, не составит труда, особенно если дать консьержу денег… Женя, не дождавшись приглашения, прошел в комнату и сел в кресло.

— Ты что так долго не открываешь? — поинтересовался он.

— В ванной была. Да и нога у меня болит.

— И ты собралась идти на работу!?

— Это другое!

— Ничего подобного!

— Перестань орать!

— Извини. Не знаю, что на меня нашло. Но тебе действительно надо сходить к врачу! Вдруг у тебя что-то серьезное!

— Я всего-навсего растянула лодыжку, ничего смертельного.

— И все же.

— Ты меня не отговоришь!

— Ладно, — смирился Женя, и я даже удивилась, как это быстро произошло, — но на работу я тебя все же отвезу.

Я порадовалась победе и разрешила подбросить себя.

— Женя! Куда мы едем? — спохватилась я, когда Женя повернул машину в противоположную сторону от моей работы.

— Мы едем к врачу! Неужели ты думала, что меня так легко отговорить? Я тоже упрямый.

Я улыбнулась.

— Я уже поняла. Но мне надо на работу! Степан Семенович нас уволит! Меня нет! Ленки нет!

— Я вас отпросил.

— Не надо было! Тем более… Как? И Лену тоже?

— И Лену тоже.

— Везде успела! Как она до тебя добралась? Хотя за ней не убудет. А ты когда и как успел нас отпросить?

— После того как позвонил тебе, я сразу позвонил Степану Семеновичу и сказал, что мне для съемок на рекламу нужны две актрисы и назвал ваши имена.

— И он прямо так тебе и разрешил нас забрать?!

— Да, на сегодняшний день. А кто откажет начальству?

— Это верно.

Женя отвез меня к своему знакомому врачу. Тот оказался хорошим специалистом, и после недолгой процедуры боль из моей ноги улетучилась, только когда я сильно на нее упиралась, ее кололо.

Врач посоветовал мне оставить ногу в покое. Лучше всего лечь и отдохнуть. Самое главное, чтобы нога не была в движении. А завтра уже можно со спокойной душой отправляться на работу.

После больницы Женя не отпустил меня домой. Для начала мы отдохнули в нашем ресторане, а потом, покатавшись по окрестностям, отправились к морю. Но на этот раз мы не оставили машину на стоянке, а поехали на ней до того места, где в прошлый раз спускались. Женя заглушил мотор и помог мне выбраться из машины. От машины мы не стали отходить и наслаждались морем возле нее.

— Это место мне нравится все больше и больше, — восхищалась я.

— Ты его полюбишь так же, как и я. Мы будем приезжать сюда часто.

Я, недоумевая, посмотрела на Женю.

— Я тебя не понимаю.

— Настя, я же говорил, что приехал сюда из-за тебя. — Женя подошел ко мне, и его руки обвили мое тело. Я почувствовала его теплое дыхание на своей шее. Его губы накрыли мои, и мы слились в страстном поцелуе. Когда поцелуй прекратился, Женя продолжил: — Долгих семь лет я ждал встречи с тобой.

— Женя, не будем вспоминать прошлое.

— Не будем, если хочешь, но нельзя забыть тот вечер. Мне казалось, я тебе тогда понравился.

— Ты мне действительно тогда понравился…

— А сейчас? Все прошло?

— Женя…

— Ответь, пожалуйста.

— Нет, не прошло.

Я больше не могла продолжать этот душераздирающий разговор и, отойдя от Жени к обрыву, как бы случайно уронила свой браслет. Этот браслет мне подарила Лера на счастье, и он был мне дорог. Поэтому мне не пришлось притворяться, что я очень расстроилась, уронив его. Женя как истинный джентльмен вызвался спуститься за ним.

Там, внизу, он не мог видеть, как я, не обращая внимания на боль, пыталась бежать как можно быстрее. От быстрого бега нога жутко заныла, но я бежала. Жене, конечно, понадобится много времени, чтоб спуститься, найти браслет и вернуться, но мне надо еще и каким-то образом выбраться отсюда. У меня нет машины…

Я уже прошла несколько метров по трассе, когда позади раздался машинный гудок. Я подумала, что это Женя и не оборачивалась. Кто-то опять нажал на клаксон. Я продолжала идти вперед. Наконец машина поравнялась со мной и преградила дорогу. Я обрадовалась, потому что эту машину, белый мерседес с номером 666, я узнаю из тысячи. Я открыла переднюю дверцу и забралась внутрь.

— Саша, ты что здесь делаешь?

— То же самое я хотел узнать у тебя.

— Я первая спросила.

— Ну что ты как маленькая? «Я первая спросила», — передразнил меня Саша, но, увидев выражение моего лица, ответил спокойным голосом: — Я по тебе соскучился и решил сделать тебе приятное, вернулся раньше, а ты на трассе одна! Что ты здесь делала?

— Купалась.

— Купалась?

— Да. Я приехала сюда, так как здесь спокойно и нет людей, — придумывала я на ходу. — Расплатившись с таксистом, я вышла и хотела забрать свои вещи, а он уехал. Этот чертов таксист уехал с моими вещами и оставил меня одну на произвол судьбы! Мне так и не удалось искупаться.

— Ты запомнила номер такси или внешность этого козла запомнила?

— Нет.

— Ну, ничего. Я его и так найду! В этом городе не так много такси.

— Саша, я забыла сказать, что это не совсем таксист был. Это был частник.

— Настя! Ты совсем забыла об осторожности! А если бы он воспользовался твоей слабостью?!

— Я вполне могу за себя постоять!

— Он мог тебя оглушить!

— Но все же обошлось!

— Ну и слава богу! А что у тебя с ногой?

— Что?

— Ты хромаешь.

— А, это. Ничего страшного. Я споткнулась. Просто побаливает.

— Точно? К врачу не надо?

— Уверяю.

На этом наш разговор иссяк, и всю дорогу до гостиницы мы молчали. Мне это и надо было. Несколько минут тишины. Мне надо было подумать о Жене. О его словах.

Но все же я была рада, что Саша вернулся, и поэтому, достигнув гостиницы, я предложила подняться ко мне.

— А Лена?

— А Лена изменяет своему мужу и первому любовнику со своим вторым любовником и вернется только завтра.— Ай, Моська! Знать, она сильна!.. — процитировал Саша.

— Сильна! — подтвердила я. — Ну, так ты останешься?

— Останусь.

Заснули мы только под утро…

Проснулась я оттого, что Саша легонько теребил меня за плечо. Я открыла глаза и увидела любимого с подносом в руках. Он любил побаловать меня завтраком собственного приготовления.

— Приятного аппетита.

— Спасибо. А ты почему не ешь?

— Я ел, пока ты спала.

По окончании трапезы Саша вымыл посуду и вернулся в постель. Времени до того, как мне надо будет собираться на работу, у меня предостаточно, и мы решили с Сашей поваляться подольше. Он обнял меня и, притянув к себе, стал целовать. В это время в комнату без стука влетела Лена. Она вскрикнула и отвернулась.

— Простите меня! Я вас не видела! Я не знала, что вы здесь! Честно!

— Лен, успокойся, мы просто валяемся.

— Да? — Подруга повернулась к нам лицом. — Это хорошо. Ты на работу идешь?

— Конечно! Вот только оденусь.

Оделась я быстро, и, попрощавшись с Сашей, мы отправились на работу. День прошел как всегда. Жени не было видно. И только в конце рабочего дня я случайно узнала, что он в больнице. Не раздумывая ни секунды, я бросилась к нему. Через двадцать минут я уже была в больнице и сидела в кабинете у главного врача.

— А вы кто ему будете? — интересовался доктор. — Мы не пускаем к пациенту посторонних. Он еще находится в крайне тяжелом состоянии.

— Я? Я его… жена.

— Жена — это хорошо.

— Доктор, расскажите мне, как все произошло.

— Да рассказывать в принципе нечего. Вашего мужа нашли два туриста около моря. Мы опросили служащих стоянки, и они в один голос отвечали, что он приезжал туда довольно часто, а иногда и не один… — Доктор занервничал, и я решила его успокоить.

— Он приезжал со мной.

— Так вот, его нашли туристы. Один из них оказался врачом и оказал вашему мужу первую помощь. Его сильно избили. Работали профессионалы. Синяков почти нет, но зато множество внутренних осложнений.

— Как он?

— Жизненно важные органы не задеты… Неделю пролежит у нас и можно будет выписывать его со спокойной душой.

— При нем были вещи? — вспомнила я про свой браслет.

— Да. Водительские права, что позволило опознать его личность. Были еще ключи от машины, ну и кое-какие вещи в бардачке.

— И это всё? А браслет?

— Браслета не было, хотя подождите... — Доктор подумал. — Был браслет, но он нам его не отдал. Сказал, что он вернет его лично в руки. Сколько мы ни старались, он остался у вашего мужа.

— Это мой браслет… — проговорила я в пустоту. — Всё из-за него.

— Что, простите?

Я опомнилась.

— А можно мне увидеть… мужа?

— Время уже позднее… Но вы жена и переживаете… Я вас провожу.

Доктор первым заглянул в палату. И видно, Женя не спал, потому, что доктор радостно сказал:

— У меня для вас сюрприз! Вас пришла навестить ваша жена.

— Жена? — услышала я удивленный голос Жени. — Откуда она здесь?

— Пройдите!

Последнее относилось ко мне. Немного замешкавшись, я все же переступила порог палаты и встретилась взглядом с Женей. Он удивленно посмотрел на меня и улыбнулся. Я смущенно сжимала в руках ручку сумки.

Женя выглядел плохо. Под глазом красовался синяк, а в уголках рта виднелись остатки засохшей крови. Нос сильно опух. От такой картины у меня даже слезы на глазах появились.

— Вы, наверное, хотите побыть одни? — спросил доктор. — Я ухожу. Если что, я на месте.

Доктор откланялся, и мы остались одни. Я медленно подошла к койке и уселась на стул рядом.

— Привет, жена!

— Привет. Мне пришлось так сказать, иначе меня бы не пустили в палату. А ты не очень-то удивился, услышав, что к тебе пришла жена.

— Я предвидел, что это будешь ты.

Мы разом замолчали. Женя протянул мне мой браслет.

— Я хотел отдать тебе лично.

— Спасибо. — Я положила голову на койку Жени и заревела, а он стал гладить мои волосы. — Прости меня! Это я во всем виновата! Это из-за меня тебя избили!

— Ты тут ни при чем! Я потащил тебя в эту глушь, а ведь они могли добраться и до тебя! Они?.. — Женя побледнел.

— Нет, со мной все в порядке. Они до меня не добрались. На трассе я встретила своего…

— Мужа?

— Нет. Ну, почти нет. Он мой будущий муж... И вообще! Речь не об этом! Речь идет о тебе. Как ты? Может, тебе что-нибудь принести?

— Лучше сама почаще приходи.

— Обязательно.

— Прием окончен, — прервал нас вернувшийся доктор.

— Мне пора, — прошептала я.

— Приходи, я буду ждать.

— Обязательно.

Я повернулась, чтоб уйти. Меня остановил голос Женин.

— Жена обязана поцеловать мужа на прощание.

Глава 4

Я чертыхнулась и посмотрела на доктора в надежде на спасение, но он только подтолкнул меня к этому, сказав, что здесь ничего противозаконного нет. Я еще раз чертыхнулась и подошла к Жене, чтоб поцеловать его в щечку. Но он оказался не так прост и во время поцелуя подставил свои губы. Я посмотрела в его хитрые глаза и, попрощавшись, вышла из палаты.

Придя в гостиницу, я обнаружила Лену. При виде меня она достала заначку в виде бутылки красного полусладкого вина, и два бокала. Откупорив бутыль, мы разместились на диване.

— За то, чтоб Женя быстрей поправился! — сказала я тост.

— За Женю! — поддержала меня Лена.

Бокалы опустели, и подруга наполнила их по новой.

— Насть, а ты до сих пор его любишь?

— Кого?

— Ну, Женю.

— Не знаю. Может быть, и нет… а может быть, и да…

— Помнится, ты мне в технаре все уши прожужжала, что хочешь вернуть тот вечер и танцевать с Женей.

— Я это тоже помню. Я тебя доставала этим высказыванием, а ты вместо того чтоб меня успокаивать, говорила, что я сама во всем виновата.

— Ну так это же правда!

Мы рассмеялись.

— Не будем вспоминать прошлое! — Очнулась Лена.

— Не будем. Все, что было, то прошло, и назад уже ничего не вернуть.

Повисло молчание, и я его нарушила.

— Он меня узнал.

— Кто? Женя?

— Да. — Я рассказала Лене все, что он говорил мне в ресторане и на пляже.

— Вот это да! Он ради тебя приехал! Как в сказке!

— Как в сказке! Вот только я в них давно уже не верю.

— А зря! В нашем жестоком мире не хватает чуть-чуть сказки.

— Ты сегодня куда идешь? — вернула я Лену из мыслей.

— Никита позвал меня погулять.

— А как же Коля?

— Он уехал по делам и вернется завтра. Не скучать же мне дома? Может, ты с нами пойдешь? Никита кого-нибудь прихватит.

— Нет, я сегодня хотела лечь пораньше.

Когда Лена ушла, я позвонила Саше и легла на кровать. Взгляд мой упал на цветы, подаренные Женей…

— Что-то случилось, дорогая? — взволнованно спросил Саша.

— Обязательно должно случиться что-то, чтоб я тебе позвонила?

— Нет. Так что ты хотела?

— Пожелать тебе спокойной ночи.

— Тебе того же. Ты уже ложишься?

— Да, и терзаюсь мыслями о тебе.

— Я тоже скучаю. Мы скоро увидимся. Приятных снов, милая.

Положив телефон на стол, я опять обратила внимание на цветы. Они были прекрасны. Я вдохнула их аромат и взяла записку, которая так и лежала на том месте, где я ее оставила. Еще раз прочитав, я вернула ее на место и, немного поразмыслив, снова набрала номер Саши.

— Дорогая, у меня сейчас очень важное собрание…

— Я согласна стать твоей женой.

— …и я не могу… Что ты сказала?

— Я согласна стать твоей женой.

— Я самый счастливый человек на планете!

— Не преувеличивай! Ты еще не знаешь, кого берешь в жены! Смотри, не пожалей.

— Никогда я не стану жалеть о своем решении!

Саша сказал мне еще пару приятных слов, и мы попрощались.

Утром я приехала на работу одна (съемки проходили на развалинах). Лена, как видно, ночевала у Никиты и поехала вместе с ним. Ее я увидела сразу. Она меня тоже, и тут же подскочила. На лице ее была странная гримаса.

— Лен, ты заболела или мало спала ночью?

— Со мной все в порядке. А ты мне ничего не хочешь сказать?

— Не хочу. А что? Должна?

— Должна. Вся съемочная группа уже твердит о твоей свадьбе с племянником режиссера.

— Ах, вот в чем дело!

— И почему я узнаю такую новость от других, а не от подруги?

— Я просто не успела тебе сказать.

— Дело даже не в этом. Ты уходишь из кино?

— Ты что?! Как я могу бросить свою жизнь?

— Но ты же говорила, что Саша поставил условия.

— А ты говорила, что его переубедишь.

— Я не успела.

— Мы с тобой вместе прижмем его к стенке и поставим свои условия. Если хочет видеть меня своей женой — пусть мирится с моей работой!

— Так значит, ты не уйдешь?

— Ни в жизнь!

Мы обнялись. В чувство нас привел голос, а вернее, крик режиссера:

— Господи! Почему я им верю и до сих пор не уволил? Я их жду, а они тут стоят, плачутся! Сроки идут! Работа стоит! За что мне такое наказание?

— Степан Семенович, мы не наказание, мы самые чудесные на свете, — выкручивалась подруга.

— От такого чуда можно в больницу с инфарктом загреметь.

— От нас нельзя: мы хорошие, — стояла на своем Лена.

— Ух, плутовки. Кстати, Настасья, поздравляю тебя с грядущим замужеством. Саша мне вчера звонил и все рассказал.

— Спасибо, Степан Семенович.

— Береги его.

— Обязательно.

После рабочего дня я сразу же отправилась к Жене в больницу. Он поправлялся. На четвертый день моего появления у него даже появился румянец. Он радовался, как маленький, моему появлению. Доктор смотрел на нас с интересом и не раз говорил, какая мы отличная пара.

— Когда у вас свадьба? — спросила Лена.

Мы сидели в ресторане и праздновали победу над Сашей. Он смирился с моей работой.

Недавно я вернулась от Жени, и Лена почти силой притащила меня сюда.

— Не знаю. Мы обязательно назначим дату.

— Ты же не хотела.

— Чего?

— Выходить за Сашу. Не из-за меня же? Не из-за того, что я тебя почти заставляла это делать?

— Конечно, нет. Я сама приняла это решение. Я люблю Сашу.

— А Женю?

— Лен, мы пришли, чтоб отпраздновать маленькую победу! При чем тут он?

— При том! Как только он появился, ты заспешила завести семью, а раньше не хотела!

— Я всегда хотела, только не решалась.

— А Женя, значит, помог тебе решиться?

— Значит, помог.

— Ты же сама говорила, что он приехал сюда из-за тебя!

— А не поздно ли он спохватился?

— А не рано ли ты за Сашу собралась?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Твои глаза. Они тебя всегда выдавали. И сейчас тоже. Ты думаешь, я не вижу, как они светятся, когда мы заводим разговор о Жене? Ты его до сих пор любишь!

— Даже если это и так, что это меняет?

— Ты должна за него бороться!

— Зачем? Я перестала бороться еще в детском саду. Для меня никогда не было нуждой бороться за кого-то. Если парень уходит — пусть катится. Зачем тратить свои силы на его возвращение? — Я сделала передышку и глотнула вина. Я чувствовала, что мне хватит пить, но не могла остановиться. Люди за столиками по соседству уже начали обращать на нас внимания, и я чуть понизила тон: — А мы же с тобой не дуры. Мы уже много на своем веку повидали. И я не стану бороться за парня, который появился через столько лет! Где он раньше прозябал?

— Тебя искал.

— А что меня искать? Я вместе с ним в колледже училась и жила недалеко от вашего Климовска! Что ему стоило меня найти? Мог бы даже к тебе зайти и спросить адрес!

— Он стеснялся!

— Стеснялся. Он что, маленький? Да даже если и так! Было много вариантов меня разыскать, даже на вашей дискотеке.

— Не выходи за Сашу.

— Я не поняла! Не ты ли недавно говорила, что он хороший вариант?

— Это было раньше. Я передумала.

— Лена, как ты можешь так спокойно к этому относиться? Ты разбрасываешься словами направо и налево. Это не просто слова — это мое будущее. Свадьба — это не шутка. А ты так спокойно говоришь, что сначала хотела нашей помолвки, а теперь передумала.

Я вскочила с места и осмотрелась. Добрая половина ресторана смотрела на меня. Я хмельным голосом пробурчала:

— Что уставились? Пьяной не видели? Так посмотрите, пока возможность есть.

— Насть, прекрати!

Я не слушала Лену.

— А теперь извините, я ухожу. Жаль расставаться с такой публикой, как вы, но, увы, мне пора.

Я схватила свои вещи и на ватных ногах направилась к выходу. Лена хотела пойти со мной, но я ее остановила. Я слышала, как неблагодарная публика бросает в мой адрес недетские словечки и как Лена пытается заткнуть их.

На улице я направилась через стоянку. Нельзя покинуть ресторан, не миновав ее.

— Девушка, что вы делаете так поздно на улице? — привязался ко мне какой-то придурок.

— Отвали, не до тебя!

— Не пристало так разговаривать девушке!

Я повернулась на сто восемьдесят градусов к мужчине. Разглядеть его мне не удалось, перед глазами все плыло, но высказаться я смогла.

— Ты че, не понял? Отвали, придурок!

Я повернулась, чтоб уйти, но не смогла. Дверь темно- синего фольксвагена открылась, а мне на лицо легла тряпка с клофелином. Я пыталась не вдыхать его запах, но долго не продержалась. И уже засыпая, почувствовала под собой мягкое сидение машины…

Очнулась я в небольшой уютной комнате. Кроме меня, в ней никого не было, и это дало мне возможность ее осмотреть. Единственное окно оказалось забито. И моей силы не хватило, чтоб это исправить. Возле окна стоял стол, на котором стояла симпатичная вазочка с разнообразными фруктами. Возле стола, в углу, примостился холодильник. На противоположной от него стороне стоял шкаф, а возле него — телевизор и музыкальный центр. Я же очнулась на мягком диване, напротив которого стояли два кресла. На полу лежал пушистый ковер.

Окинув все быстрым взглядом, я остановила взгляд на двери и, не теряя ни минуты, направилась к ней. Подергав за ручку, я убедилась, что дверь заперта. Открыть дубовую дверь собственными силами я не смогу. От безысходности я вернулась и улеглась на диван. Я слышала, как в двери проворачивается ключ, и замерла. Два человека, как оказалось позже, прошли внутрь и уселись в кресла.

— Сев, — услышала я, — может, с ней чего случилось? Может, она того… померла? Времени-то ого-го прошло!

— Ты не каркай! А то я тебе язык-то быстро оторву!

— Да я-то че?!

— Ниче! Иди, у нее пульс пощупай, а то, правда, уже времени много прошло.

И в тот момент я почувствовала, как чья-то рука схватила мою руку и начала искать пульс. Все произошло в считанные секунды. Я сама не поняла, как смогла поднять вторую руку и изо всей силы ударила подошедшего по лицу. Он, конечно, не упал, но все же отпустил мою руку и пошатнулся, что позволило мне вскочить с кровати и броситься к двери. В душе у меня теплилась надежда, что они не закрыли ее на ключ. Но моя надежда не оправдалась. Дверь была закрыта, и я застыла, как вкопанная возле нее, боясь пошевелиться.

Я услышала громкий разрывистый смех. Он принадлежал человеку, сидящему в кресле, а тот, которому я заехала по носу, стоял и, держась за него, орал благим матом. И, конечно, же, это относилось ко мне. Один смеялся, другой орал, и никто не бежал за мной. И только сейчас я обратила внимание на то, что оба похитителя были в масках. Меня это немного успокоило. Я читаю много детективов и смотрю телевизор, поэтому знаю, что если похитители в масках — значит, больше вероятности, что тебя отпустят живой. Вот если бы они были без них…

— Заткнись, Гаврик! — смех прекратился и сменился таким же грозным голосом, который показался мне знакомым.

— Сев, можно я ее сейчас немного проучу?— Сядь и успокойся.

— Сев, она же меня ударила! Она мне, сучка, нос сломала!

— Сам виноват! И ты сядь! Нечего дверь подпирать, не упадет.

Это уже было обращение ко мне. Я, чуть помедлив, все же послушалась и вернулась на диван. Забравшись на него с ногами и обхватив колени, я стала изучать сидящих передо мной. Лица их были закрыты масками, и поэтому я видела только глаза, пожирающие меня. У того, которого называли Сев, глаза были какие-то мертвые, как лед, холодные, а вот у того, кому я заехала в нос, они от обиды горели красным пламенем. Меня даже передернуло.

— Не бойся, — сказал мне Сев. — Тебя никто не тронет. Конечно, если ты не попытаешься сбежать и будешь вести себя тихо. В противном случае нам придется применить силу.

Сказав это, мужчина так хрустнул косточками рук, что мне сразу перехотелось куда-то бежать. Я сжалась еще больше.

— Зачем я вам? Вам нужны деньги? Я могу вам дать, только выпустите меня.

— Размечталась! — Гаврик был на меня очень зол. — Твой любимый заплатит за тебя в два раза больше!

— Да-да! Он заплатит! Вы позвоните Саше! Он заплатит!

— Какой, к черту, Саша? — начал Гаврик, но сильный пинок в бок его утихомирил. — Сев, ты чего дерешься?

— А ты болтай поменьше! А то точно языка лишу! Саша — это ее муж! Он будет платить!

— А сколько вы хотите? — робко поинтересовалась я.

— О, девочка! Это очень большая сумма, и тебе не надо совать свой носик в это дело, а то его можно и лишиться. Носа, я имею в виду, — мужчины поднялись и направились к выходу. — Всем, что находится в этой комнате, ты можешь спокойно пользоваться. Мы не жадные. Ну а если что понадобится — зови, не стесняйся. Окно даже и не пытайся открыть. Оно забито с обеих сторон. Дверь тоже всегда закрыта. Ну, вроде все сказал. Так что наслаждайся отдыхом и не думай о плохом.

По договору заключенным с сайтом Drim я могу опубликовать только ознакомительный фрагмент. Полностью прочесть книгу можете на указанном сайте, ссылка в моем профиле или вот - https://m.dreame.com/novel/159392512---