На златом крыльце сидели

Пролог

Рыжая девочка лет тринадцати идёт по улице с огромным мечом на плече. Оранжевый, почти красный, как пламя, клинок прислонён к узкому плечу, а острие покачивается на уровне головы взрослого. Гарда стилизована под двуглавого орла, расправившего крылья, украшенная красным камнем, похожим на каплю крови.

Прохожие оглядываются на девочку, скребут затылки. Малявка одета в подстреленные шорты, кеды и слишком большую футболку. На груди красуется принт: полуголый амбал в футуристическом шлеме, согнул руки, напрягая бицепсы, как бодибилдер, поставил ногу на голову жукообразного монстра. Ниже готическим шрифтом написанно: They were forged for Mankind’s darkest hour — and that hour is upon us!

Летнее солнце искрится на рыжих волосах, собранных в два противостоящих хвоста, изогнутых под диким углом и опускающихся ниже лопаток. Пигалица шагает бодро, подскакивая на каждом шагу и насвистывая под нос. Уши заткнуты запятыми наушников, провод прячется под футболкой.

Полицейский, смолящий у перекрестка, оглянулся и отвернулся. Застыл и обернулся так быстро, что сигарету вырвало из губ. Закашлялся, стукнул кулаком в грудь и, поправив кепку, пошел на перехват. Девушка затормозила, посмотрела на полицейского, склонив голову набок.

— Привет, девочка, — сказал патрульный, фальшиво улыбаясь, — а куда ты идешь?

— Здрасьте, — сказала девочка и громче, чем нужно, добавила, — а вы педофил, да?

Прохожие сбились с шага, взгляды устремились на патрульного даже с противоположной стороны улицы и окон домов. Лицо в один миг стало красным и побледнело, шумно откашлялся и сказал, нервно оглядываясь:

— Нет! Я — полицейский!

— А что, полицейские не бывают педофилами?

— Нет!

— А зачем тогда вы ко мне подошли?

Сбитый с толка патрульный поскреб затылок, ткнул пальцем в меч.

— Нельзя с оружием по улицам ходить. Тем более детям!

— А это не оружие.

— А что тогда?

— Это муляж, игрушка, я папе несу в подарок!

— Кхм... а ну-ка дай сюда, проверю.

Девочка пожала плечами и протянула меч одной рукой, как леденец на палочке. Патрульный взялся за рукоять, девочка убрала ладонь... Мужчина охнул, перехватил обеими, согнулся от усилий не уронить, лицо побагровело, а глаза полезли из орбит. Колени согнул, на шее вздулась и запульсировала жила, похожая на пиявку. Девочка подняла бровь, покачала головой и взяла меч за клинок одной рукой.

Легко, как пёрышко, перевернула острием вверх и прислонила к плечу.

— Ну, так что? Дядя-непедофил, я могу идти?

Патрульный кивнул, не отрывая взгляда от руки, тонкие мышцы даже не напряглись, словно держит перышко, а не свинцовый рельс. Девочка улыбнулась и вприпрыжку пошла по улице. Мужчина проводил взглядом, торопливо отвернулся, осознав, что двое крупных мужиков смотрят на него, угрожающе разминая кулаки.

***

Призрак скользнул вдоль клинка, струёй полупрозрачного дыма, замер у плеча. Спросил настороженно:

— Зачем?

— Что?

— Зачем так открыто измываться?

Герда пожала плечами, ответила, не глядя:

— Мне скучно.

— Ох... а если нас кагэбэфэсбэшники искать начнут?

— Не начнут!

Проходящая мимо бабка с опаской покосилась, увидела торчащий в ухе наушник и сплюнула под ноги. Поспешила прочь, бормоча под нос о клятых технологиях и психах. Герда свернула во дворы, пошла наискось через детскую площадку с припаркованной у песочницы машиной.

Остановилась.

— Да пусть... — заволновался призрак. — Ну стоит и стоит, чего ты?

Герда огляделась, взялась за меч обеими руками и, вскинув над головой, опустила, вложив в удар весь малый вес, даже подпрыгнула, как мультяшка. Оранжевый клинок проломил крышу, смял, как лист фольги. Днище просело, коснулось земли, запоздало завыла сигнализация. Звук полетел по двору, отражаясь от панельных пятиэтажек, затерялся в районе мусорки.

Призрак застонал, накрыл «лицо» ладонью.

— Ну зачем? А вдруг кто увидел?

— Ну теперь будет внимательней выбирать парковку. Да и другим урок.

— А не лучше ли просто сфотографировать и гайцам отправить?

Герда пожала плечами и направилась к подъезду.

— Я телефон забыла дома. Да и ты забыл с кем сосуществуем? Они только язык силы понимают.

— Да-да... но тем не менее, а что если кто увидел?

— И что? «Ой, твою машинку девочка с одного удара разнесла»? Как думаешь, как быстро с такими заявлениями превратят в посмешище или отправят в дурку?

— Могла бы просто двигатель сломать, без меча. — Буркнул призрак.

— Не гунди, я люблю наглядность.

Призрак сложил руки на «груди» и покачал «головой». Герда взбежала по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, на пятый этаж. Остановилась перед стальной дверью, похожей на вход в бункер. Замок тяжело щелкнул, металлическая плита беззвучно сдвинулась, и в лицо дохнуло освежителем воздуха и запахом вчерашней пиццы.

Дверь захлопнулась за спиной, Герда, не разуваясь, прошла в спальни и бережно поставила меч рядом с цепным клинком, у шкафа с миньками. Отошла к дверям и довольно заулыбалась, разглядывая коллекцию, уткнула кулаки в бока. Цокнула языком и сказала:

— Хорошо смотрится!

— Хорошо-то хорошо... но в следующий раз прошу, пользуйся доставкой! — Сказал призрак.

— Я устала дома сидеть! Да и вообще, как не похвастаться такой красотой?

Закончив любоваться, вошла в зал и плюхнуась на диван, ноутбук прыгнул на колени, послушно раскрылся. На экране вспыхнула страница сайта экстрасенса, Герда лениво полистала, водя пальцами по тачпаду. Присвистнула, открыв прейскурант, кивнула призраку.

— Гляди, он за экзорцизм берёт две зарплаты инженера!

— Как будто ты знаешь, сколько инженер получает...

— Нет, но как звучит! Прямо чувствуется боль пролетарская!

Призрак покачал «головой».

— Всё, больше не будешь смотреть исторический канал, не хватало мне псионика-коммуниста.

— А чем плохо?

— Облысеешь.

Герда коснулась хвостика, накрутила на палец и провела до кончика, наслаждаясь гладкостью и мягкостью волос.

— Да... это было бы обидно... ну так что скажешь, вызовем этого или сами придем?

Призрак глянул на экран, девочка перелистнула на фото экстрасенса: молодой мужчина в вычурной одежде, обвешанный амулетами и с «магическими» татуировками на висках.

— Фу... ну и мерзость. Не хочу такого к нам в дом.

— Ну, значит, завтра на заработки едем. — Констатировала Герда.

Глава 1

Серое небо просыпается на лес крупным пухом. Снежинки вальсируя опускаются на ветви, липнут к стволам и сливаются с настом. Меж деревьев, на девственно чистом снегу стоит девочка лет пяти. Флисовая шапка присыпана снегом, едва сдерживает рыжую проволоку волос. На плечах белеют снежные «погоны», кончик носа карикатурно красный, ресницы слиплись в ледяные иглы. Левый глаз изумрудный, как молодая трава, правый — янтарно жёлтый.

Особо крупная снежинка приземлилась на зрачок, растворилась. Девочка моргнула и огляделась, медленно поворачивая голову. Подняла ладонь к носу, коснулась промежутка между ноздрей и губой. Отдёрнула руку — на пальцах осталась загустевшая от холод кровь, похожая на джем.

Наст вокруг идеально гладкий, словно выравненный катком. Пахнет железом, льдом и озоном. Девочка шагнула… под макушкой лопнул шарик с кипятком, она покачнулась и плашмя упала лицом вниз. Минуту лежала глядя, как снег нехотя плавится от тепла тела.

Моргнула второй раз.

Холод грызёт лицо, морозит глаза. Температура тела падает, девочка чувствует легкое тепло, подбирающиеся к мозгу, веки тяжелеют…

— Вставай!

Голос зазвенел у виска, отразился от стенок черепа и затерялся в глубинах затуманенного сознания. Тело подчинилось прежде чем мозг осознал смысл слова. Снег осыпался с розовой курточки, прилип к шапке и штанам. Бледные щеки покрылись пятнами румянца, девочка моргнула третий раз, в глазах появилось осмысленное выражение.

— Г-где я?

Шагнула в просвет меж деревьев, горячее растеклось под черепом, обхватывая мозг. Запнулась и налетела на дерево, ухватилась, едва удержавшись от падения. Точка обзора съехала от глаз к затылку, на миг показалось, что видит себя со стороны.

Голос прозвучал над ухом:

— Похоже на лес, но я не уверен, ты когда нибудь видела лес?

— Что такое «лес»?

— Похоже то, что вокруг нас.

Девочка покрутила головой, вместо говорящего нашла черную дымку над левым плечом. Спросила, с трудом шевеля заиндевевшими губами:

— Кто… ты…

Она ощутила прилив сил, тепло от макушки, растеклось по жилам. Икры мелко затряслись, вдоль хребта покатилась болезненная судорога.

— Не знаю. — Сказал Голос.

— Не помнишь?

— Нет. Просто не знаю.

— А есть разница?

— Да, человек забывший себя либо болен, либо сволочь. А я просто не знаю, у меня всё впереди.

— Хм… а кто я?

— Не помнишь?

— Не знаю.

Оттолкнулась от дерева и пошла, проваливаясь в снег по колено. Задела макушкой низкую ветвь, на плечи обрушилась лавина, прижала к земле, ледяная крошка попала за шиворот. Девочка охнула и сцепив зубы продолжила идти. Деревья нехотя расступились открыв белое безмолвие до горизонта, подёрнутого белой дымкой надвигающейся метели.

Низкий рык ударил в спину, девочка замедленно обернулась. В пяти шагах по левую руку стоит пёс грязно-коричневого цвета, с снежными колобками прилипшими к шерсти на боках и брюхе. Хвост приподнят вдоль туловища, голова чуть опущена, а взгляд устремлен на горло девочки.

— Стой, не двигайся. — Сказал Голос.

— А поможет?

Девочка закусила губу, медленно повернулась.

— Убежать точно не выйдет.

Она открыла рот ответить… рык скачком усилился и пёс прыгнул с места, вытянулся в полёте, распахнул пасть…

***

Герда проснулась от треска будильника, смартфон гремит по тумбочке, ползёт к краю. Схватила и не глядя мазнула пальцем по экрану, шум оборвался. Со стоном перевернулась на спину комкая одеяло.

С потолка сурово смотрит плакат с ликом Бога-Императора в лавровом венце. Герда помахала ему, закинув руку коснулась клинка красного меча, прислоненного к спинке кровати.

Потягиваясь села, ламинат обжег ступни арктическим холодом. Девочка мотнула головой и поплелась в ванную, сонно мазнула пальцами по вентилю. В раковину ударила белесая струя перенасыщенной пузырьками воды. Из зеркала утренний ритуал наблюдает взъерошенная ведьмочка. Рыжие космы взъерошены, под глазами набухли серые мешки, похожие на заживающие синяки. Бретелька майки сползла с плеча, не хватает растянутых треников и можно будет изображать соседа алкаша.

Почистив зубы и умывшись, Герда поднесла ладони к голове. Волосы медленно поднялись, распрямились и начали укладываться косички. Подлетевшие резинки перехватили у самого черепа, зафиксировали.

Закончив с прической пошлепала на кухню, рухнула на стул и положила голову на стол, раскинув руки. Дверца холодильника распахнулась, сковородка загремела на плите.

— Гаст… — протянула Герда. — Сделай яичницу…

— С сосиской?

— Да…

Под сковородой вспыхнул голубой венчик, а на тумбу рядом опустилось два яйца и сосиска в пищевой пленке.

— Ты в порядке? — Сказал призрак, наливая в сковородку оливковое масло. — Выглядишь не очень. Простудилась?

— Нет… просто кошмар приснился.

— Какой?

— Ну… наша первая встреча…реалистично так, словно опять там оказалась… брр!

— Я бы не назвал нашу встречу кошмаром… что бы мы делали друг без друга? Я бы небось бродил по лесам, а ты…

— Стала бы собачьим кормом.

— Ну…

— Давай не будем об этом? Прости что назвала кошмаром, но страшные сны так именно так называются!

— Ладно-ладно! Ох…

— Прости… просто эта псина… ни как не идёт из головы…

Призрак разбил яйца и посыпал нарезанной петрушкой. Налил в высокий стакан персикового сока, поставил перед Гердой и спросил:

— Хочешь обсудить?

— Нет. Что было, то пошло на… лесом.

— Вот и ладушки. Тебе глазунью или размешать?

— Второе, пожалуйста.

***

Покончив с завтраком сверилась с прогнозом и видом из окна. Двор утопает в лучах утреннего солнца, задорно искрящегося на покрытой росой лужайке и окнах соседнего дома. Вдоль дома к остановке идут взрослые, с одинаковой печатью безразличия на лицах, свойственной людям утонувшим в рутине и не проснувшимся до конца.

Встав перед шкафом с высоким зеркалом переоделась в милитари бриджи с ремнём сплетённым из оранжевого паракорда. Набросила футболку с лицом комиссара Кайфаса Кайна на груди. Под принтом красуется надпись: The real hero's are running away. В коридоре натянула простецкие черно-белые кеды, и открыла сейф — прячущийся за плакатом-календарём. Достала пачку евро и отсчитав десяток пятисотенный купюр спрятала обратно.

Деньги положила в набедренный карман, прихлопнула ладошкой. Подумав достала рубли - надо купить продукты и на такси. Встала перед коридоным зеркалом и откинула хвостики за спину, всмотрелась в отражение задирая подбородок.

— Вот смотрю на тебя, — сказал Гаст, повиснув у плеча, — и не верю, что всего лишь тринадцать годиков.

— Девочки взрослеют быстрее. Скоро пойдем первый лифчик покупать и… другие атрибуты взрослости.

— Кхм… да… об этом, тебе пора задуматься о паспорте.

— Еще год.

— Да, но лучше быть готовой! Без чертовой книжицы совсем туго станет. Мне уже надоело воровать для тебя симкарты из фродов. Плюс, это явно будет не простое дельце! Со свидетельством о рождении нам просто повезло!

— Давай не сейчас? У меня голова еще ото сна пухнет…

Герда заткнула уши наушниками, телефон сунула в ворот футболки и поймав внизу спрятала в карман. Музыку включать не стала, это нужны для прохожих, пусть думают что она разговаривает по телефону.

Дверь отворилась бесшумно, ступени загремели под кедами. Гаст запер квартиру и вылетев из окна опустился на скамейку у подъезда. Герда вышла одергивая футболку, пошла вдоль дороги игнорируя протоптанную через газон тропу к остановке. Выйдя к дороге огляделась, проверила время на телефоне. До встречи с экстрасенсом осталось два часа, а пути на полтора.

Можно прогуляться наслаждаясь солнечным утром.

— Как думаешь, — сказала Герда, — сегодня отыграть богатую сиротку или безутешную дочь, потерявшую маму и живущую с вечно занятым отцом?

— Может что ни будь новое?

— Возможно… ты куда смотришь?

Гаст вздрогнул, на сколько это возможно для призрака, повернулся к девочке.

— Да так… показалось что на нас смотрит вон тот мужик, через дорогу…

— Нету там никого.

— Ушел значит… слушай, а может в этот раз настоящий попадется телепат или ясновидящий?

Герда фыркнула и откинула челку назад.

— Я скорее поверю в инопланетян.

— Забавно слышать от девочки двигающей предметы силой мысли, и разговаривающей с призраком.

— Так то я, а то они.

Гаст хмыкнул, и буркнув нечто о современной молодежи, поплыл вперёд, пронизывая прохожих. Девочка как бы мимоходом коснулась ноздрей, и опустив руку скосила взгляд, облегченно выдохнула - крови нет. Включила музыку и бодро зашагала за призраком, взявшим на себя роль проводника.

***

Высокий мужчина в черном проводил взглядом из-за угла дома на противоположной стороне дороги. Прикурил от спички и покачал головой, выждав пару минут пошел следом.

Глава 2

Дорога завела Герду в коттеджный посёлок за городом, бывший дачный кооператив. Девочка проскользнула под шлагбаумом, выпрямилась и брезгливо огляделась, уперев кулачки в бока. Дорога превратилась в улицу, сдавленную кованными заборами, прячущими безвкусные дворцы из светлого кирпича.

Духота стоит лютая, Герда смахнула пот со лба, пахнет растопленным асфальтом и дорожной пылью. Гаст завис рядом, похожий на дымок от чадящей резины, и спросил:

— Адрес-то помнишь?

— А зачем? — Герда ткнула пальцем в помпезный дом, захвативший конец улицы. — Вон там наш «клиент».

— С чего ты взяла?

— Да ты посмотри на него!

Гаст склонил «голову» набок, дом четырёхэтажный, с красной облицовкой и черепичной крышей. За панорамным окном виден телевизор от пола до потолка, зажатый меж двух колонок. Декор комнаты причудлив и вовсю глотку орёт о богатстве. Забор собран из стальных пик и не скрывает зеленой лужайки с кипарисами и фонтаном.

— Может, цыгане? — Предположил призрак.

— У цыган есть хотя бы жалкое подобие вкуса. — Сказала Герда, дёрнула носиком и добавила. — К тому же запах.

— Что «запах»?

— Место, где живут цыгане, смердит хуже помойки. К тому же меня до сих пор не пытались ограбить или изнасиловать, а мы тут почти пять минут! Нет, дорогой друг, обитатели этого сарая хуже любого цыгана! — Герда хищно улыбнулась, показав округлые клыки. — Наш клиент.

На полпути к воротам девочка не сладила с соблазном и остановилась в тени пышного тутовника. Дерево, презрев забор, свесилось над дорогой, щедро заплевав асфальт переспелыми плодами. Герда встала на цыпочки и подцепила с ветви черное лакомство. Придирчиво оглядела и сдула налет пыли, хмыкнула и, взяв за ножку, отправила рот. На пальцах остались темные пятна, девочка отдернула руку от второго плода и взяла бледный незрелый, тщательно растерла между пальцев. Кислый сок смыл «чернила», превратил в едва розовый налёт на коже.

Герда сунула руки в карманы, сжала кулачки и почти побежала к дому шарлатана. С тутовником стоит быть настороже, а то моргнуть не успеешь, как обнаружишь себя на ветвях, перемазанную с головы до ног и жадно заталкивающую в рот жмени шелковицы.

Дом экстрасенса занимает тупик, словно сидит во главе асфальтового стола. У заборов соседей буйно разрослись кусты одичавшей розы, на грани регресса в шиповник. Девочка встала у калитки, через прутья оглядела подъезд к каменной коробке гаража. Оглянулась на тутовник, вздохнула и вдавила кнопку вызова. Спустя минуту, динамик, заботливо прикрытый козырьком, ожил:

— Чего надо?

— Э.… я к Эрнесту Святославовичу.

— Зачем?

— На сеанс! — Ответила Герда и надула губки, надеясь, что в домофон вмонтирована камера.

— Хм... записана?

— Да! Гёрд Савельевна Жмыхина.

— Секундочку, так... ага... есть такая. О! А вы вовремя, проходите, маэстро встретит вас в зале минут через пятнадцать-двадцать.

Калитка щелкнула и плавно отворилась. Герда и Гаст пошли по вымощенной речным камнем тропе. Девочка скривилась — дорожка змеится по лужайке, вместо прямого пути до двери. Подводит к разномастным интересностям, призванным подчеркнуть богатство и изысканный «вкус» владельца.

— Ну так что, будешь скучающей по папе принцессой? — Спросил призрак.

— Да, не хочу стараться ради такого ничтожества.

***

Внутри дома оказалось холодно, как морозным утром. Достаточно, чтобы замёрзнуть, но слишком мало для простуды. Герда сложила руки на груди и начала растирать плечи, сгоняя гусиную кожу. Сделав круг по залу, опустилась на диван и склонилась над столиком, заваленном журналами.

С глянцевых обложек улыбаются прекрасные до полного безобразия женщины. Герда окинула их взглядом, скривилась.

— Если я стану такой — взорви мне голову.

— А я так могу? — Спросил Гаст с явным сомнением.

— Научись. — Отрезала девочка, открыла верхний журнал. — Какая мерзость... посмотри, ей рожу словно шпаклевкой мазали!

— Ну... вдруг тебе такое понравится с возрастом? Ну, не прямо такое, а натуральный макияж.

Герда фыркнула и бросила злой взгляд на кондиционер, белый прямоугольник вжат в стык пола и потолка. Створки распахнуты, исторгая потоки ледяного воздуха. Нестерпимо захотелось сорвать и швырнуть в окно.

Стараясь отвлечься, начала разгребать журналы, может найдется сканворд или анекдоты. С обложки одного, затаившегося под рафинированными красотками, на неё взглянул улыбающийся мачо. Загорелый, голый по пояс и застывший в позе, подчеркивающей мышцы живота. От выражения подчеркнуто мужественного лица веет загадочностью.

Герда ощутила смрад лака для волос, смешанный с мускусом и пластиком. Мужчина фальшивее и отвратней красавиц, от него веет жутью, как от манекена, плохо играющего в человека.

— Не понимаю... — Пробормотала девочка, — кому вообще могут быть интересны такие фрики? Кунсткамере?

— Не суди и не судима будешь. — Сказал Гаст, и, посмотрев в сторону двери, ведущей вглубь дома, добавил. — Идёт.

Герда отложила журнал и вытерла ладони о штанины. Дверь распахнулась и в зал вошел молодой мужчина, одетый в нечто среднее между бархатным халатом и мантией мага. С шеи свисает ворох амулетов и оберегов, на запястьях бряцают браслеты, а каждый палец украшен внушительными перстнями.

Лицо перекошено лживой улыбкой, на висках татуировки: звезда давида из кельтского узора. Герду затошнило от омерзения.

— Здравствуй, дитя! Меня зовут Эрнест, я — маэстро магических искусств!

— Здрасьте.

Гаст скользнул за спину и изобразил «руками» ослиные уши, экстрасенс не отреагировал на проказы призрака, а Герда едва сдержала смешок.

— Так, собственно, чем обязан твоему визиту?

Шарлатан сразу перешёл на «ты», что свойственно любому взрослому, но особенно тем, кто требует уважительного отношения к себе. Герда вздохнула и шмыгнула носом, в уголках глаз заблестели бусинки слёз.

— М-мой папа... погиб месяц назад... мне так его не хватает! Я-я бы хотела вновь с ним поговорить! Вы ведь можете помочь?

Уголки губ Эрнеста задрались выше ушей, опомнившись, задушил улыбку и постарался скорчить грустную мину.

— Конечно, мне это по силам, но, девочка, связь с миром мёртвых требует огромных усилий и затрат, у тебя есть чем компенсировать мой труд?

Герда сунула руку в карман и, продолжая шмыгать, достала ворох евро купюрами по пять сотен.

— Этого хватит?

Глаза Эрнеста расширились, почти выскочив из орбит, экстрасенс взял деньги трясущимися руками. Озадаченно взглянул на девочку и тщательно проверил купюры на просвет.

Десять тысяч евро!

На виске забилась тонкая жилка, а голос стал мягким и вкрадчивым.

— Конечно! Только скажи, ты ведь не украла эти деньги у мамы?

— Что? Нет! Это мои карманные расходы на неделю, папа ненавидел карточки, так что приходится бумагой пользоваться.

— Хм... ладно... пойдем.

***

Следуя за шарлатаном, прошла три комнаты, в каждой чуть теплее и явственно проступает запах чадящих аромапалочек. На лестнице осознала: Гостя маринуют ожиданием в холодном зале, а потом эта сволочь уводит в тепло, эдакий спаситель. Человек невольно начнет доверять или, по крайней мере, станет добрее.

Гаст, устав следовать, кивнул Герде и скрылся в стене. Девочка чуть напряглась и ощутила друга в комнате под чердаком. Призрак осматривает сейф, спрятанный за картиной.

Шарлатан открыл дверь, придержал, пропуская гостью. Девочка зашла в кабинет — квадратную каморку без окон. Боковые стены закрыты книжными шкафами, посередке стоит круглый столик с хрустальной сферой, размером с баскетбольный мяч. Герда опустилась в кресло, Эрнест сел напротив и подпалил пучок аромапалочек. Густой белесый дым поднялся к потолку, «украшенному» лепниной под старину.

Свет ослаб, тени по углам разрослись, а хрустальная сфера засветилась изнутри желтым. Эрнест поводил палочками, разнося дым по кабинету, поставил в стакан и обратился к клиентке:

— Ну, ты готова?

— Вполне…

От аромата благовоний запершило горло, нос задергался, в запахах таится нечто нехорошее. Голова начала кружиться, а сознание плавится, как воск под летним солнцем.

Остро захотелось свежего воздуха.

Герда откинулась в кресле, расслабилась, стекая по спинке. Экстрасенс начал делать таинственные пассы над сферой, бормоча под нос «заклинания», больше похожие на сбивчивый заказ в фастфуде. Дурман благовоний затуманил взгляд, и девочка начала видеть глазами Гаста. Призрак складывает пачки валюты в черный мусорный пакет.

— Как звали твоего отца? — Прервавшись спросил Эрнест.

— А вы разве не знаете? Вы же экстрасенс.

— Ну... э-э.… зачем тратить суперсилы, если можно спросить?

Герда мотнула головой, сознание прочистилось и изображение действия Гаста пропало.

— Савелий Жмыхин.

— Хорошо, а кто зовёт?

Девочка наградила долгим тяжелым взглядом, вздохнула и сказала:

— Любимая дочь, Гёрд.

— Герда?

— Не, Гёрд. Папа любил германскую мифологию.

— Кхм... ладно, начнём волшебство! — Эрнест замолк, откашлялся в кулак. — Савелий! Твоя дочь Гёрд взывает к тебе! Иди на мой голос! Поговори с ней!

На последней фразе запрокинул голову и мелко затрясся, как комик, изображающий удар тока.

— Дочка?

Голос даже менять не стал, хрипотцы добавил и ладно. Герда едва сдержалась, чтобы не закатить глаза, изобразила шок и подалась вперёд.

— Папа? Папочка, это правда ты?

— Да... это я.… я так скучаю по тебе и маме! Знай, я всегда приглядываю за вами!

Пять минут шарлатан лил в уши откровенный бред, сдобренный сантиментами, не давая Герде вставить ни слова. Девочку это вполне устраивало — легче слушать, открыв рот, чем отыгрывать удивление и придумывать вопросы.

Наконец, «дух» покинул комнату. Экстрасенс опустился на стол, вытянул руки и, застонав, выпрямился. Смахнул несуществующий пот со лба и сказал, вымученно улыбаясь:

— Фух... как это было... сильно... твой папа очень тебя любит, раз так быстро явился на зов. Ну, сеанс окончен, ты это... приходи на следующей неделе, если хочешь еще раз услышать его. Согласна?

Герда промолчала, из стены за спиной шарлатана высунулся Гаст и показал большой палец.

***

Эрнест закончил третье за сегодня выступление и выжидающе глянул на клиентку. Невольно задумался, как дурман подействует на малолетку, со взрослыми проблем не было, но вот такая пигалица впервые попала на сеанс.

На вид вполне нормальная, только смотрит круглыми глазами, наверняка из-за детской впечатлительности. Эрнест едва сдержал ухмылку — самые легкие деньги в его жизни. На всякий случай спросил вкрадчиво:

— Ну так что, ты согласна на повторный сеанс?

Голова девочки упала на грудь. Эрнест вздрогнул и потянулся ухватить за плечо... комнату сотряс удар. Книги посыпались из шкафа на темечко.

— Ч-что? Что это?

Волосы Герды растрепались и начали подниматься, как наэлектризованные, глаза закатились.

— Как ты смеешь обманывать мою дочь?

Хрустальная сфера от удара невидимой руки полетела на пол и громко треснув, разлетелась на тысячи осколков. Эрнест завизжал, накрыл голову руками и сжался в калачик. Герда взмыла в воздух и нависла над столом, гремя подобием мужского голоса.

— Я не обманывал! Я…

— Как же! Ты и сейчас врёшь!

— Прости! Прости! Пожалуйста, я больше так не буду!

Эрнест совсем по-детски заревел, глотая сопли и глядя на девочку округлившимися от ужаса глазами.

— Верни ей деньги, и больше не занимайся таким! А не то…

Осколки хрустального шара взмыли в воздух и нацелились в лицо, подрагивая от нетерпения.

— Да! Да! Всё, что угодно!

Герда мягко вернулась в кресло и притворилась потерявшей сознание. Хрусталь осыпался под ноги экстрасенса, последний шумно всхлипнул и поднялся, хватаясь за стол. Порылся в карманах и положил на стол деньги.

— А? Что случилось? — Пробормотала девочка через зевок.

— Ничего, совсем... просто высшие силы сказали, что не могут позвать твоего папу, д-да... вот, держи, ты мне ничего не должна!

— Но…

— Ни каких «но», тебе пора, мама, наверное, уже волнуется!

***

Выйдя за калитку Герда, привалилась спиной к прутьям, часто дыша. В голове прочистилось, но к горлу подступила тошнота, запах благовоний осел в глотке мерзким привкусом. Девочка отошла к зарослям дикой розы, осторожно раздвинула лозы и извлекла черный пакет. Заглянула внутрь, присвистнула:

— Богатенький буратина. Был.

— А то! — Добавил Гаст. — Там еще были драгоценности, но для нас они бесполезны.

— Мог бы и взять мне парочку. — Обиделась девочка. — Брошку там, колечко.

— Зачем?

— Просто так!

— Ладно, в следующий раз прихвачу сувенир! А сейчас, давай съездим в кино или купим тебе всяких интересностей?

Герда замолкла, достала телефон и вызвала такси. Задумчиво сказала:

— Там вышли новые фигурки примархов... да и гардероб нужно освежить. Хорошо, поехали в ТЦ.

— Только прошу, — поспешно добавил Гаст, — никаких мечей! Тебе и двух за глаза хватает!

— Ладно-ладно, буду искать реплику доспехов космодесанта, в полный рост! — Сказала Герда, направляясь к шлагбауму и обходя тутовник по дуге.

***

Домой вернулись затемно. Герда вылезла из такси, обвешанная сумками с драгоценным содержимым. Водитель решил не играть в благородство и, получив деньги, отправился на новый заказ.

Красные фары скрылись за поворотом, и двор утонул в темноте, единственный свет идёт от задернутых шторами окон. Вместо лавочек смутные контуры и мрачные провалы, приоткрытых в честь дневной жары, подъездов.

Две фигуры отделились от лавочки, шагнули навстречу, перекрыв дорогу.

— Здравствуй, девочка. Тебе помочь?

— Вы педофилы? — Сказала Герда, стараясь рассмотреть лица нежданных помощников.

— В каком-то роде. — Ответил ближайший и улыбнулся.

Герда отшатнулась, выронив пакеты. Свет окон заискрился на длинных, чуть изогнутых клыках идущего к ней мужчины.

Глава 3

Зубы вампиров сточены в подобие акульих, клыки выступают на длину фаланги мизинца. В глазах, вспыхнувших желтым, как у лесных хищников, играет бликами далёкий фонарь.

Герда попятилась, раскрывая рот, горло перехватила гаррота ужаса, сдавила, не давая закричать. Вампир приблизился, властно взял за плечо и придержал, вминая пальцы, как в сырую глину. От боли потемнело перед глазами, а в ушах зазвенел голос Гаста:

— Отбивайся! Беги!

Желтые глаза сокрушили остатки воли, пригвоздили к месту, как букашку иглой. Гаст толкнул кровососа в грудь... пролетел сквозь и, зарычав, вцепился в шею.

Бесполезно.

Вампир, не отпуская плеча, наклонился, заглянул в глаза и промурлыкал:

— Какие чистые эмоции! Испуг, ужас, оторопь!

— А воспоминания, наверняка у нее множество счастливых дней было! Давай скорее! Ну же! — Сказал напарник.

Обойдя Герду сбоку он, шумно потянул носом, задёргал, как собака, почуявшая сосиски. Сел на корточки и лизнул шею девочки, проведя кончиком языка до уха, влажно причмокнул.

— Да-а.... удачно заглянули, брат. — Перевел взгляд на держащего за плечо и спросил. — Брат, можно я первый? Сил нет терпеть! Клыки чешутся!

— Нет, Отец нам люлей полное гузно насуёт.

— Ну хотя бы пробу?

— Ладно... только не усердствуй!

Герда ощутила влажное дыхание на шее, дрожащие от жадности клыки на коже. Тугой жгут животного ужаса обвил хребет, сдавил, кроша позвонки в пыль, девочка тихо всхлипнула, по щеке скатилась слеза.

— Тише-тише. — Прошептал вампир, поднося палец к губам. — Сейчас будет очень...

Черный ремень перехватил рот, почти сломав палец и вынуждая откинуться, натянулся на манер удил. Ладонь слетела с плеча Герды, заметалась, силясь достать напавшего. Второй упырь вздрогнул и, захлопнув пасть, прыгнул за спину девочки, схватил за горло, словно намереваясь вырвать.

Схваченный вампир опустился, дико вращая глазами. Нежданный спаситель упёр колено меж лопаток и тянет ремень. Оцепенение спало, Герда огляделась, словно впервые видя двор, где прожила последние три года. Посмотрела на спасителя. Мужчина в гавайской рубашке и трикотажных брюках, черт лица в темноте не разглядеть.

— Ты кто? — Рявкнул второй вампир.

— Прохожий... иду, смотрю — два упыря, дай, думаю, одного оседлаю. А ну-ка, скажи «иго-го» ...

Первый упырь замотал головой, как пойманный мустанг, попытался встать, «наездник» сильнее вдавил колено и начал рывками наматывать ремень на кулаки.

— Отпусти, а не то я девке гло...

Вампир осекся, пальцы разжались, как замёрзший пластилин, выгнулись в обратную сторону с отчетливым хрустом. Герда медленно повернулась, упырь распахнул пасть заорать... нижнюю челюсть вмяло в верхнюю, как не подогнанный протез. В полной тишине его откинуло и потащило по асфальту к столбу, крутя волчком.

Незнакомец и вампир проводили взглядом. У самого столба ноги растянулись в шпагат... Мужчины одновременно сжались и издали звук «ух».

Герда повернулась к ним, вампир истошно взвыл, извернувшись, саданул незнакомца по коленке и, выплюнув ремень, на четвереньках поскакал в темноту. Гаст рванул следом, но замер по взмаху. Девочка навела руку на удирающего, резко свела большой и указательный палец, словно давя виноградину.

Ночь огласил истошный визг, заметался меж домов, пока не рассеялся в дальнем конце улицы.

Мужчина «ухнул», свёл колени и посмотрел на Герду с опаской.

— Я не с ними, я вообще тебе помог! Хорошо?

— Не слепая. — Буркнула Герда, мотнула головой, сгоняя остатки вампирского наваждения.

Незнакомец шумно выдохнул, утер испарину со лба и протянул руку с раскрытой ладонью.

— Ловко ты их, однако. Меня Меркурий звать, а тебя?

— Герда.

Рукопожатие оказалось странным, девочка запоздало осознала, что впервые взяла кого-то за руку. Огляделась, вдруг кто наблюдает, но на крики вампиров никто даже штору не приоткрыл. Подумаешь, визги под окном, хорошо, не гитара или машина с ценителем блатняка.

— Так ты ведьма? — Спросил Меркурий, продевая ремень в петли.

— А? Нет... не знаю. Стоп. Тебя это не удивляет?!

Мужчина пожал плечами, не прекращая бороться с пряжкой.

— Я всякого насмотрелся, работа такая, я, знаешь ли, экзорцист!

Глаза Герды сузились, подойдя вплотную, взглянула снизу вверх.

— Экзорцист, значит?

— Эм... ну да. А что?

— А может, педофил?

Меркурий поперхнулся, отступил на два шага и застегнул ремень, непроизвольно огляделся. Гаст завис напротив него, сложив «руки» на «груди», буркнул:

— Он мне не нравится.

Герда шагнула, мужчина попятился. Герда шагнула еще раз, и ещё, пока экзорцист не уперся спиной в дверь подъезда.

— Так значит, ты видишь его?

— Кого? — Меркурий замешкался и осторожно добавил. — Духов? Нет, я не вижу их.

— Так какой же ты экзорцист? Может, просто педофил, в подряде с теми клоунами?!

Герда почти сорвалась на крик, эмоции после пережитого ужаса бьют фонтаном, пинками загоняют логику и адекватность в темный угол. Хочется плакать, смеяться и спрятаться под одеяло, заперев все двери и включив свет в каждой комнате. На миг стало стыдно — срывается на том, кто, по сути, спас её. Если бы не Меркурий, могла не выйти из ступора.

За криками не заметила, как вампир, стонавший в обнимку со столбом, скуля, уполз в темноту. Экзорцист медленно опустил руку, порылся в заднем кармане и достал красную корочку, распахнул перед Гердой.

— Ну, чего сразу? Экзорцист, самый настоящий, вот смотри.

— ОАО «Ромашка», — прочитала девочка, — старший экзорцист, Меркурий Иванович Береста. — Она подняла взгляд. — Это шутка?

— Эй! Нехорошо смеяться над чужой фамилией!

— Я про удостоверение!

— Чего смешного-то? Нормальное удостоверение, с печатью! Но ты про имя не шути, мой батя уже достаточно нашутил.

— Имя как имя, чего окрысился сразу? — Пробормотала Герда, отступая и пытаясь переварить информацию.

— Угу, хотел меня Борей назвать, чтоб ФИО было БИБа.

— Что остановило?

— Мать.

Герда села на лавочку, обхватила виски и шмыгнула. Вспомнился сон, может, это было предупреждение? Она замотала головой — бред!

— Не больше, чем вампиры. — Подметил Гаст. — Что делать будем?

— Ну... это, — сказал Меркурий, неловко оглядываясь, — тебе уже ничего не грозит... пойду, пожалуй... спокойной ночи...

— Стой.

Незримое обхватило за грудь, прижало к стене, почти раздавив. Меркурий издал задушенный всхлип, давление ослабло.

— П-прости, — сказала девочка, — не рассчитала. — Сейчас ты пойдешь со мной. Это не обсуждается.

Экзорцист вдохнул до треска рёбер, зашелся кашлем и просипел:

— Девочка, ты что геронтофилка?

Лицо Герды вытянулось, рот глуповато приоткрылся. Спустя миг громко прыснула, закрывшись ладошкой. Отсмеявшись, сказала:

— Х-ах... пошли, мне нужно тебя хорошенько расспросить.

Дверь бесшумно отворилась, отчаянно мигая экраном домофона. Меркурий покосился на массивный магнитный замок, сглотнул и кивнул.

В подъезде наконец рассмотрела лицо спасителя: худое, с острыми скулами и резкими чертами. Лоб высокий, нос греческий с очерченными крыльями, через левый глаз тянется татуировка: длинная черная полоса. Губы тонкие, почти бесцветные, под глазами набухшие мешки, словно не спал неделю.

— Пусть и полезный, но мне не нравится. — Сказал Гаст, плывя по правую руку от Герды и на пол-плеча погрузившись в стену.

По лестнице поднялись в молчании, на пятом этаже экзорцист невольно присвистнул, увидев дверь. Внушительная стальная плита, навевающая ассоциации с банковским сейфом или президентским бункером на случай ядерной войны. Стоило подойти, внутри сдвинулись штыри, щелкнул механизм замка, и дверь бесшумно распахнулась навстречу. В лица дохнуло позавчерашней пиццей.

— Проходи на кухню. Можешь не разуваться.

— Так точно, Мон женераль!

Меркурий вытянулся по струнке, козырнул и перешагнул порог. Гаст проплыл следом, потирая ладони и не спуская взгляда с гостя.

— Можно я его пну?

Герда покачала головой, дух тяжко «вздохнул» и скрылся в спальне. На кухне Меркурий снял со стула пустую коробку пиццы, сел за стол, сканируя убранство взглядом.

— Одна живешь?

— А ты догадливый.

Дверь захлопнулась, грюкнул замок. Герда вошла в кухню, села напротив и спросила, стараясь выдержать голос непринуждённым:

— Есть хочешь?

Экзорцист кивнул. Холодильник распахнулся, выпуская коробку пиццы.

— Разогреть?

— Н-нет, мне так больше нравится.

Девочка пожала плечами, и пицца опустилась на стол, рядом приземлилась жестяная банка газировки. Герда напрягла живот, стараясь унять подступающую дрожь. Не время для эмоций! Перед ней сидит человек, который может помочь Гасту вспомнить прошлое!

— Так ты и правда экзорцист?

— Да... может, хватит спрашивать одно и тоже?

— Да-да... значит, магия существует? Ведьмы там, оборотни?

Меркурий открыл коробку, критично оглядел тесто, залитое сыром, смешанным с грибами и вяленными помидорами. Покачал головой, и сказал, беря слайс:

— Магия... ну в какой-то мере да, хотя мне не нравится её так называть. А вот оборотни — нет.

— Почему?

— Ну... им, как понимаю, просто неоткуда брать массу, да и сама подумай, каково это — перестраивать скелет. Тут от боли любой кончится.

— А что не так с магией?

— Ну, она, скорее, сборник лазеек в мироздании, ворох багов, через которые можно делать всякое...

— Баг, ошибка в коде, чит. — Продолжил Герда. — Другими словами — магия.

— Пусть так...

— Значит... значит, есть те, кто помогут мне и Гасту!

— Кому?

— Гаст — мой друг-призрак, мы всю жизнь вместе... экстрасенсы, что помогут нам! Расскажут, кем он был!

Меркурий надкусил слайс, открыл газировку и сделал глоток. Покончив с едой, сказал, оглядываясь в поисках салфетки:

— Сомневаюсь. Экстрасенсорика о-о-очень редка. Легче миллиард выиграть в наперстки, чем найти того, кто видит духов, можно, конечно, и так общаться, но это та еще морока.

Девочка как на стену налетела, взгляд погас, а плечи начали опускаться. Оперлась о стол и спросила:

— Но ты ведь знаешь такого человека?

— Знал, батя мой такой, был. Увы, ты с ним разминулась на десяток лет.

Герда поникла, как спущенный шарик, воздух вокруг ощутимо сгустился. Гаст влетел в кухню, завис рядом с ней и осторожно погладил по голове. Меркурий вздрогнул, увидев, как волосы прижимаются и распрямляются. Призрак шепнул на ухо:

— Ну, не расстраивайся, подумаешь, лучше спроси о тех упырях. Мало ли, еще какая нечисть решит нами полакомиться?

***

В шкафчике у холодильника нашлась пачка чая, купленная неведомо когда. Герда заварила пакетик в глиняной кружке с двуглавым орлом, смотрящим в разные стороны. Меркурий благодарно кивнул, отхлебнул с трудом удержавшись от гримасы — на вкус, как половая тряпка, смоченная чаем.

— Хочешь знать о вампирах? Хм... ну что о них сказать, довольно редкие твари, паразиты. Те, что пристали к тебе — и вовсе даже кровь пить не могут, сами, по крайней мере. Для этого нужен старший... но им, скорее, нужно было другое.

— В смысле?

Экзорцист постучал пальцем по виску.

— Серое вещество. Раз в пару месяцев им надо сожрать мозг, кажется, так они получают специфические элементы или вроде того. Местные в основном питаются животными, но изредка, как сейчас, балуют себя. Дети им особенно нравятся, говорят так они чувствуют «детство», беззаботность и счастье сожранных.

— То есть, они буквально торчки. — Сказала Герда, закатила глаза.

— Вроде того.

— Хм... а демоны?

— Полно, в каждой щели по сотне, на острие иглы по десять тысяч.

— Врешь!

— Вру, но не совсем. Их много, но большинство с людьми старается не пересекаться, а для других есть я.

— И что, много заказов?

Меркурий постучал тыльной стороной ладони по шее у подбородка.

— А настоящих? — Спросила девочка.

— Мало, но что поделать. Я же не могу заранее знать, где правда, а где кривда.

Он посмотрел в телефон, присвистнул и затравленно глянул в окно.

— Чёрт...

— Что такое?

— На метро не успею, засиделся.

— А, спать ляжешь в зале, а пока мне нужно о многом тебя расспросить.

— Эм... ладно, — протянул Меркурий, — чего изволишь знать?

***

Молодой вампир сжался на бетонном полу, слизывая рубиновые капли и роняя слезы. Напарник, прошедший наказание первый, сидит в углу, уронив голову на грудь. С потолка свисает тусклая лампочка на витом шнуре, покачивается заставляя тьму по углам комнаты смещаться, подобно черной воде.

Над вампиренышем стоит седой мужчина в мешковатом свитере и джинсах, в руках держит пластиковую бутыль.

— Так говоришь, тебя отделал ребёнок? — Сказал старший, глядя на подчиненного, как на мусор.

— Да-а.... — пропищал вампир тончайшим фальцетом.

— Ведьма?

— Нет... Вована отшвырнуло, как за веревочку... челюсть потом еле достали... а мне... —, упырь всхлипнул и сжался сильнее, пропустив руки между ног.

— Ты уверен? Точно не мужик?

— Ниет... он меня только ремнем...

— Ясно.

Мужчина плеснул из бутылки кровью под ноги и, развернувшись на каблуках, ушел в темноту. Там лязгнуло, заскрипели петли и трижды щелкнул замок.

***

Седой прошел по бетонному коридору вдоль пучка черных кабелей и закрытых сеткой ламп. Звук шагов мечется за спиной, забегает вперёд, как нетерпеливый пёс. Поднялся по железной лестнице и толкнул круглый люк. Снаружи старательно запер, крутя затвор. Спрятав вход маскировочной бочкой, огляделся, над дачным поселком занимается рассвет.

Войдя в дом, открыл ноутбук и долго печатал, тыкая одним пальцем в клавиатуру и проклиная современную технику. Отправив письмо, сел, принялся ждать, покусывая нижнюю губу.

Глава 4

Меркурий уснул на диване, укрывшись простыней. Гаст облетел экзорциста, вглядываясь в татуированное лицо, вернулся к Герде. Девочка сидит на кухне в полной темноте и смотрит на улицу, глаза подрагивают, цепляясь за каждое движение снаружи.

Толпа котов пробежала под припаркованными машинами за домашней кошкой, неведомо как оказавшийся на улице. С другого конца улицы к ним спешит женщина в растянутых трениках и домашних тапочках и бесформенной футболке. Герда повела пальцем по стеклу, и кошка, мявкнув, спорхнула с дерева на крышу авто, слетела по капоту и помчалась к хозяйке. Они встретились на середине улицы, женщина подхватила перепуганное животное на руки и, прижимая к груди, посеменила к подъезду.

Коты не решились преследовать, сверкают глазами из-под машин, озираются в поисках новой зазнобы.

— Ну вот, оставила парней без развлечения. — Буркнул Гаст.

— Пусть между собой так развлекаются.

— Ты не в духе?

— Сам-то, как думаешь?

Девочка отвернулась от окна и жестом курильщицы сунула в зубы лакричную палочку. Закинула ногу на ногу и оперлась локтем о подоконник. Отсветы фонаря, преломляясь через стекло, падают на лицо причудливым бликом. Призрак завис перед ней, сказал, поглаживая по голове:

— Да успокойся, ну не может он знать всего, наверняка в городе есть настоящий экстрасенс. Просто не афиширует себя, да и вообще...

Призрак замолк, но гладить не перестал. Герда подняла взгляд и спросила настороженно:

— Что?

— Ну, я не особо хочу знать кем был. В конце-концов, какая разница? Я ведь не оживу...

На лице Герды заиграли желваки, губы сжались в бесцветную нить. Она вскинула голову и почти прокричала:

— А я хочу! Хочу, чтобы ты узнал! Ты заслужил это!

Она замолкла, и квартира погрузилась в вязкую тишину. В зале всхрапнул Меркурий, заскрипел диван. Девочка обмякла на стуле и уронила лицо на ладони, плечи мелко затряслись. Гаст осторожно коснулся макушки, потрепал и опустился, стараясь заглянуть в глаза.

— Ну... не надо, ладно, мы что-нибудь придумаем. А теперь, давай, иди спи, а я за гостем прослежу. Хорошо?

Герда хмыкнула, шмыгнула и схватила со стола новую лакричную палочку, сунула в зубы и выбежала в коридор. Призрак «вздохнул» и через стену протиснулся в зал, завис у дивана, наблюдая за Меркурием. Экзорцист успел перевернуться на бок, рожу глупо перекосило, рот распахнут. Стали видны мотки амулетов на шее, выбивающиеся из расстегнувшейся гавайки.

— Угораздило же нас... — Пробормотал Гаст.

***

Утро застало Меркурия лежащим на животе, с ногами на подлокотнике и подушкой на затылке. Экзорцист дёрнулся, с натугой перевернулся на спину, протёр глаза и огляделся. Свет пробивается через шторы, лазерным лучом рассекает зал надвое и уходит через дверь в коридор.

С кухни тянутся ароматы кофе, долетают обрывки фраз. Мужчина встал, отряхнул брюки, застегнул рубашку. Ткань за ночь измялась до полного безобразия, волосы растрепались, а левую руку он отлежал. Теперь она свисает вдоль туловища мокрой верёвкой, а пальцы покалывает, словно тысячей крохотных игл.

Герда сидит за столом, поджав ногу и покачивая второй, смотрит видео с планшета. Рядом стоят две картонные коробочки китайской еды, накрытые бамбуковыми палочками, и кружка кофе.

— Доброе утро. — Прохрипел Меркурий, откашлялся в кулак.

— Утречка, садись, ешь. — Ответила Герда, не отрываясь от планшета.

— Это что?

— Удон, кажется, я в первое попавшееся пальцем ткнула. Не знаю ведь твои вкусы, так что вот, понадеялась на удачу. Надеюсь, ты не веган?

— Нет... а где, ванная?

— Прямо по коридору, туалет рядом.

Открыв дверь, Меркурий очутился в квадратной комнате, наполовину занятой мраморным чудовищем. Скорее карликовый бассейн, чем ванна. Полочки и раковина заставлены тюбиками и баночками, такими обзаводится каждая женщина независимо от возраста. У крана примостилась зубная щетка в стакане, экзорцист осмотрелся, но не нашел второй и бритвы. Логично, девочка слишком молода, чтобы у неё постоянно мужики ночевали.

Включив воду, капнул зубной пасты на кончик пальца. Почистив зубы, умылся и старательно прополоскал горло. Сбрызнул рубашку и штаны водой — ткань хоть немного разгладится. Отражение приобрело подобие человеческого вида, Меркурий выгнул шею, оценивая щетину. Провел пальцем по линии татуировки и, хлопнув по щеке, вышел.

Удон оказался тёплым и щедро сдобренным мясом с кусочками овощей, лапша пропиталась островатым соусом. Есть палочками неудобно, особенно спросонья. Меркурий с горем пополам зажал палочки на манер пинцета, чувствуя себя подобием автомата с игрушками, из манипулятора которого выскальзывает добыча.

— Так ты точно не знаешь, кто может помочь?

— Угу...

— Вкусно?

— Необыфно...

Девочка положила планшет экраном вниз, голос умолк, повернулась к экзорцисту и сказала:

— Значит я буду работать с тобой!

Экзорцист поперхнулся, кусочек лапши попал в дыхательное горло и прилип. Меркурий зашелся кашлем, лицо покраснело, а глаза полезли из орбит. Отставив коробочку, подошел к окну, раскрыл, в руке появилась помятая пачка сигарет.

— Будешь курить при ребёнке?

— При таком ребёнке и пить начать немудрено... Зачем тебе со мной работать?

— А мне скучно! Задолбали шарлатаны, уже даже не смешно их проучивать.

Зажав сигарету губами, Меркурий смерил девочку взглядом, сказал, ухмыльнувшись:

— Хочешь сделку с демоном заключить?

Герда потупилась, на щеках заиграл румянец.

— Ты... как узнал? Мысли читать умеешь?!

Мужчина усмехнулся, выдохнул в окно сероватый дым и сказал:

— Сколько тебе, четырнадцать?

— Тринадцать...

— А мне тридцать. Пусть я и парень, но тринадцатилетним уже был и отлично представляю, что может твориться у тебя здесь.

Он постучал пальцем по виску, затянулся и высунулся в окно. Снаружи горячий ветер, без следа утренней прохлады. Неумолимое солнце поднимается над крышами, понемногу укорачивая тени. Через двор едет черная БМВ, Меркурий проводил взглядом, пока машина не скрылась за поворотом.

— Если Гасту не могут помочь люди, пусть помогут демоны! — Выпалила Герда.

— Это так не работает... — Сказал Меркурий, помассировал глаза средним и большим пальцем, вздохнул. — Девочка, демоны это не те ребята, с которыми заключают сделки. Большинство из них тупы, а те, что разумны... в общем, у тебя будет шанс с ними познакомиться поближе, как стукнет шестнадцать... кхм...

— Значит, просто так буду! Из любопытства!

— Ладно... — Экзорцист стряхнул пепел. — Только, пожалуйста, не используй свои... силы, пока не попрошу. Хорошо?

— Да! И что, когда начинаем?! Что будем делать? Изгонять демонов? Одержимость? Вторжение?!

Меркурий криво усмехнулся.

— Тебе понравится. Гарантирую.

***

Десять вампиров во главе с седым Отцом сидят в зале ожидания аэропорта. Частный самолёт высокого гостя прибыл час назад, но бюрократические проволочки и досмотры сжирают кучу времени.

Отец сидит, сцепив ладони в замок и крутит большими пальцами, на лбу выступила испарина. Остальные вампиры заметно нервничают, перебрасываются короткими фразами, всматриваются в пассажиров, стараясь угадать, кто из них прибыл к ним.

В толпе мелькнули светлые волосы, Отец встрепенулся, встал, почти подпрыгнув, и пошел навстречу. Среди новоприбывших выделился высокий мужчина неопределенных лет с прямоугольным лицом и квадратной челюстью. Одет в сорочку, расстегнутую на груди и заправленную в светлые брюки. На ногах красуются коричневые туфли, с отполированными до блеска острыми носами. Волосы зачёсаны назад, свободно опускаются за спину.

Отец почти грохнулся перед ним на колени, ладони мелко затряслись, а по виску побежала струйка пота.

— Добро пожаловать, господин Бедивер! — Выпалил он и добавил благоговейным шепотом. — Мы рады видеть вас, Всеотец.

Архивампир удостоил его кивком, Седой забежал вперёд, повел к выходу. Остальная клыкастая свита поплелась за ними. На парковке расселись по машинам и направились в логово.

Бедивер устроился на заднем сиденье БМВ, закинул ногу на ногу. Седой занял место водителя.

— Как ваш перелёт?

— Вполне, хоть я и не в восторге от полёта сюда.

Седой затрепетал от голоса Всеотца, вцепился в руль.

— Не люблю местную архитектуру, — продолжает Бедивер, — ужасная, совковая безвкусица. Настоящие муравейники для людей, к тому же построенные отвратно. Мерзость.

За окном мелькает пригород, вампир морщится, наблюдая частный сектор. БМВ шелестит по растопленному асфальту, позади пристроилась свита. Со стороны похоже на кортеж чиновника, постовые на всякий случай козыряют и вытягиваются стрункой.

Бедивер закатал рукава, левая рука до локтя покрыта жуткими шрамами и следами ожогов. Посмотрел в затылок Седого, словно прицеливаясь и медленно спросил:

— Ты уверен, что она та, кто нужна?

— Да! Господин, это точно она! Ошибка невозможна!

— Разве? — Бедивер подался вперёд меж передних сидений, оперся локтями о спинки, вкрадчиво прошептал на ухо. — Ты ведь знаешь, что я сделал с тем идиотом, что призвал меня в Африку?

— Д-да! Мы все в курсе!

— Отлично.

Всеотец вернулся на место, достал из кармана пачку сигарет, сунул одну в зубы и прижал палец к кончику. Вспыхнул синий огонёк, и к потолку потянулся сизый дымок, затрещал сгорающий табак.

— Господин, мои ребята убедились лично! Она их... в общем теперь они хорошо поют и отлично танцуют.

— Искренне надеюсь, что ты прав. Так будет лучше для нас всех.

Автору на еду и новые главы: 5336 6901 6545 6536 (сбербанк)

Глава 5

Герда скривилась, зажала носик двумя пальцами. Шагнула следом за Меркурием в захламленный цех заброшенного завода. Под стенами навалены кучи плесневелого тряпья, через дыры в крыше струится солнечный свет, искрится на осколках бутылок в пыли. Черные пятна кострищ и неведомо откуда притащенные брёвна.

С улицы пролом в стене, некогда бывший дверью во двор, за ними придирчиво наблюдает пузатый дядечка в деловом костюме. В пухлых ручках сжимает аляповатый крестик, потряхивает им словно отгоняя нечисть. За его спиной к черному джипу прислонилось два бугая, изнывающих от жары. Дальше тянется разбитая асфальтовая дорога до распахнутых ржавых ворот, вросших землю у бетонного забора. Бугаи тихо переговариваются, едва сдерживают улыбки, обсуждая блажь шефа.

Герде они показались персонажами сериалов про девяностые, карикатурные такие, без тени мысли на кирпичных мордах. Дядечка неумело читает молитву, всю дорогу он косился на Герду и порывался что-то спросить, но останавливался, ловя холодный взгляд.

Меркурий утёр испарину со лба, подёргал ворот рубахи, огляделся и закусил сигарету. Чиркая зажигалкой, пошел вдоль развалов тряпья, Герда нехотя последовала, стараясь не наступить на подозрительный хлам и крысиное дерьмо.

Дойдя до угла, экзорцист остановился, сел на корточки, подцепил из мусора бронзовое кадило. Покрутил перед глазами и бросил на черную тряпку, оказавшуюся порванной рясой.

— Эт чё, нечисть попа сожрала? — Спросила Герда, с интересом разглядывая находку.

— А вот сейчас и спросим... — Пробормотал Меркурий, выпуская струйки дыма из носа.

Дважды топнул ногой, смачно хлопнул в ладоши, ещё два раза топнул и хлопнул. Герда покосилась на него, как на сумасшедшего. Экзорцист разошелся, звук заметался по залу, эхом покатился в соседние и темный подвал.

— Может, еще и споешь? — Спросила девочка.

— Если надо, спою. Но тогда пеняй на себя.

Гаст облетел его, повис рядом с Гердой, сложив «руки» на «груди», и осуждающе покачал головой. Девочка отошла от Меркурия, смахнула с бревна мелкий мусор и села... В подвале смачно выругались на десяток голосов, появился нарастающий топот множества ног. Призрак подобрался, Герда отвела руку для взмаха.

В зал никто не выбежал, но топот рассыпался, а на пыли появились десятки отпечатков крохотных, почти младенческих ступней. Они устремились к Меркурию, а Герда застыла, приоткрыв рот. Глаза девочки расширились, стали вдвое больше обычного.

Экзорцист резко взмахнул руками, и во все стороны полетела серая, блестящая на свету пыль. Зал наполнился злым кашлем и матом, снаружи хлопнули дверцы и взвизгнули шины.

Когда пелена осела, перед экзорцистом появились два десятка крохотных существ в лохмотьях, похожие на обезьянок. У самого крупного в руках внушительная киянка. Кашляя, он затряс ею, выругался визгливо:

— Ты чиво наделал, ирод!? Щас мы тебе не только чопик затолкаем в дупу! Ух, братцы! Нава...

Его прервал истошный писк, два карлика, решившие наброситься на девочку, взмыли в воздух и закружили, как в центрифуге. Герда смотрит на них с любопытством.

— Чаво? — Пробормотал киянщик, повернулся к Меркурию и повторил. — Чаво эт? Шутки шутить удумал?

— Герда! Отпусти их!

— Так они напасть хотели, кто это вообще?

— Бомжи это. — Ответил Меркурий, и добавил. — Отпусти их, беднягам и без того досталось.

— Я бы попросил, — сказал киянщик, вскинув подбородок. — Мы домовые, а не бомжи!

— Ну и где ваши дома?

Домовой насупился, покосился на Герду и спрятал киянку за спину. Девочка повела бровью, и вихрь перед ней распался на парочку домовых, что, кружась по спирали, поплелись в разные стороны.

— Ты зачем ведьму притащил? — Спросил киянщик, в голоске явственно сквозит обида и разочарование. — Нет бы нормально поговорить?

— Да вот, знаешь ли, не захотелось чопика пониже спины, как у попа до меня. — Ответил Меркурий, разводя руками.

Домовой сплюнул под ноги, сложил руки на груди.

— Ну, и чего тебе надо? Мы тут живём и никуда уходить не собираемся.

— А придется.

— Куда? Нам некуда! Деревень, посчитай, и нету уж, жрать там нечего! А здесь хоть и грязно, но жить можно, крысы, опять же.

Меркурий порылся в карманах и извлек помятый листок, протянул домовому, тот жадно выхватил, глаза расширились.

— Это точно?

— Да, новый коттеджный поселок, а рядом микрорайон. Вчера проверял, вашего брата нет. Заселяетесь и живите, а это... — Меркурий обвел зал рукой, — скоро сносить будут. Коли вы рабочих не пустите, просто подорвут снаружи, и тогда всё, каюк вам.

Домовой закусил губу, оглянулся на собратьев и нехотя кивнул. Они начали один за одним растворятся в воздухе, а следы на пыли потянулись к выходу. Герда ткнула пальцем в самого лохматого, с вытянутой почти собачьей мордочкой, сказала:

— Эй ты, да-да, ты. Подойди...

Домовой робко приблизился, поглядывая то на экзорциста, то на столь близкий выход.

— А ну-ка крутанись, Гаст, ты глянь какой миленький! Гавкнуть можешь?

Домовой неуверенно тявкнул, глазки забегали, а на лбу выступил пот. Герда встала с бревна, подошла к нему и села на корточки, заглядывая в черные бусинки глаз, сказала вкрадчиво:

— Слушай, у меня к тебе есть предложение.

— К-какое?

— Мне лениво протирать пыль с коллекции, если возьмешься, будешь жить у меня и жрать всякое вкусное.

Домовой судорожно сглотнул, посмотрел на Меркурия, тот пожал плечами.

— А... в чём подвох?

— Я буду звать тебя Леман Русс, а если будешь подглядывать за мной...

Герда щелкнула пальцами и бревно за спиной треснуло вдоль, развалилось на половинки. Домовой икнул, скукожился и часто закивал.

— Да-да! Сочту за честь! Конечно! Куда мне идти? А там точно нет другого?

— Даже если есть, он пыль не протирает, а значит, может выметаться, так ему и передай.

***

Получив гонорар, Меркурий и Герда сели в летнем кафе на веранде под зонтиком. Мужчине принесли запотевший бокал темного пива, глянули неодобрительно, а перед Гердой поставили розетку с вишневым мороженным.

— Это было... скучно. — Наконец сказала девочка, ковыряя лакомство ложечкой. — Ты обещал, что мне понравится.

Экзорцист пожал плечами, сказал, пригубив пиво:

— Ну раз на раз не приходится, у нас сегодня еще три вызова. Жалуются на полтергейст и демона под кроватью. Последнее, скорее всего, враки. Бабаек отродясь не видел.

Мимо проехало авто с громкоговорителями, громогласно вещающая о прибытии в город ярмарки. Промчалась полицейская машина, а следом за ней бронированный грузовичок с решетками на окнах кузова. Официантки у стойки шушукаются, показывая на Меркурия пальцами и одаряя уничижительными взглядами: какая сволочь вообще решится пить перед ребёнком. Экзорцист улыбнулся им и достал сигареты.

— Так, раз домовые существуют, то и прочая сказочная нечисть тоже?

— Ты про Кощея и Бабу-Ягу?

— И про леших, водяных и прочих.

— Ну... — Меркурий задумчиво выпустил колечко дыма в зенит, стряхнул пепел в пепельницу. — Насчёт первых двух не скажу точно, до меня доходили... странные слухи, но не более. А вот леший и водяной — да. Честно, я больше не хочу с ними встречаться.

Герда задумчиво подцепила мороженное с вишенкой, отправила в рот, стараясь не задеть лакомством зубов. Гаст отлетел в сторону книжного, девочка почти потеряла его из виду. Чуть напрягшись, начала видеть, как друг тайком от продавщицы читает книгу.

Привычное занятие Гаста, совершенно непонятное Герде. С другой стороны — чем еще развлекаться призраку?

— Может, ты есть хочешь? — Спросил Меркурий, допивая пиво. — Тут рядом хорошая бургерная.

— Нет. Давай лучше на второй вызов.

Они расплатились, чаевых Меркурий не оставил, и неторопливо пошли к стоянке таксистов. Герда наотрез отказалась вызывать такси через приложение. Гаст нагнал их на пол пути, поплыл рядом.

— Что на этот раз читал? — Спросила Герда.

— Космологию, Неда Райта. — Ответил Гаст.

— Ох... у меня от одного названия голова заболела... — Пробормотала Герда, массируя висок. — Там хоть были космические бои?

— Нет, только про развитие Вселенной.

— Скука... зачем тебе оно вообще?

— Ну... я хотел бы взглянуть на далекие звезды, когда ты подрастешь. Ну, в смысле, я же призрак. Космос меня точно не убьёт.

— Наверное, это будет красиво, надеюсь, у тебя получится. — Сказала Герда, улыбаясь, она отлично поняла, что Гаст зашифровал в «подрастешь».

Рано или поздно она «подрастет» и рассыплется в прах, а он улетит к звёздам.

***

Домой Герда засобиралась, когда начало темнеть. Распрощалась с Меркурием и отягощенная новым знанием, отправилась на другой конец города, пешком. В конце концов, даже у самого лютого бандита начинает дребезжать звонок тревоги, при виде маленькой девочки, спокойно идущей через ночь.

Герда давно усвоила простую истину — ночью дети жуткие.

Гаст погрузился в медитативный ступор, шариком на веревочке следуя за ней. С ним такое бывает, особенно после прочитанных книг. Призрак неведомым образом умудряется проглатывать знания, а затем долго и нудно переваривать.

Ночная прохлада вымывает из тела усталость, Герда начала насвистывать под нос песню про Себастьяна Тора. Выходит так себе, под стать песне.

На подходе ко двору в затылке засвербело, девочка сбавила шаг, с осторожностью повернула за дом и остановилась. У её подъезда стоит черный БМВ, а рядом с ним высокий мужчина. Широкоплечий, одетый в брюки и светлую рубашку, с выверено закатанными рукавами — чуть ниже локтя.

Герда где-то читала, что у мужиков с этим очень строго. На сантиметр выше — для работы. Сантиметром ниже — безвкусица. Они в принципе любят заморачиваться над мелочами, наверное, компенсируют что-то.

Мужчина заметил её, повернулся, и Герда смогла рассмотреть прямоугольное лицо с тяжелой челюстью. Увидела шрамы на левой руке, белыми молниями тянущиеся от кончиков пальцев до локтя. Незнакомец улыбнулся, показал глазные клыки, выступающие на фалангу мизинца, пошел к ней.

— Здравствуй, девочка.

Герда вздрогнула, голос загремел под макушкой, вызвав легкое головокружение.

— Мои... люди, доложили о тебе, могу сказать, я действительно рад нашей встрече.

— Т-ты кто? — Выпалила Герда.

Теперь её от вампира отделяет всего десять метров, и разница в росте начинает давить на психику. Незнакомец возвышается над ней, как крепостная башня над мышкой. Герда невольно оценила толщину мышц, и как они перекатывают под рубашкой от каждого движения.

— Я? — Сказал вампир вслух. — Ха, прости, где же мои манеры? Я — Бедивер Бедридант. Тебе это имя мало что скажет...

Гаст сбросил оцепенение, зашептал Герде на ухо. Девочка ухмыльнулась и спросила, глядя в глаза упыря:

— Каково было смотреть, как Пендрагона уволакивают на Авалон?

Лицо Бедивера дёрнулось, как от удара током, глаза сузились, а голос стал угрожающе низким.

— Умная девочка.

— Чего тебе надо? Решил остаться без... кахонес, как и те лохи вчера?

— Нет. Я пришел забрать твою силу.

Герда взмахнула рукой, словно рассекая ножом натянутый брезент. Вампир рывком сместился в лево, глухой гул ударной волны прокатился дальше по улице за его спиной.

— Девочка, — процедил Бедивер, — Я пятый величайший вампир, Всеотец европейской ветви. Ты действительно думаешь, что я тебе по си...

Второй удар пришел в переносицу, голову вампира откинуло назад, почти ударив затылком шею. Он крутанулся в обратном сальто и приземлился на ноги, не спуская взгляда с девочки.

— Я думаю, — ответила Герда, — что оскоплю тебя так же, как и вчерашних.

Бедивер двумя пальцами вправил нос, медленно согнул шею до хруста позвонков. Края губ потянулись к ушам, обнажая ряд зубов.

— Действительно, телекинетик, очень хорошо. Ты, должно быть, сильно устала за день?

— Подойди ближе, и я тебя так уделаю...

Бедивер хохотнул, сначала коротко, будто икнул, но сразу зашелся смехом, утёр набежавшую слезу. Сказал, оттягивая ворот:

— Забыл переодеться... это моя любимая рубашка, не хочу пачкать или рвать. К тому же, я — рыцарь! Не очень честно жрать такую кроху. Даю тебе три дня на подготовку. После — пощады не жди.

На создание новых глав (автору на еду): 5336 6901 6545 6536 (сбербанк)

Глава 6

Волосы взметнулись, затрепетали в потустороннем ветре, подобно языкам пламени. Кажется, они удлинились почти в двое. Бедивер вскинул бровь и шагнул к Герде протягивая руку с хищно распахнутой ладонью. Локоть с мерзким хрустом выгнулся в обратную сторону, костяшки пальцев ткнулись в плечо. Вампир открыл рот и переломился пополам, получив удар невидимым кулаком в живот. Его на миг приподняло над землей, из рта плеснула красноватая слюна.

Рубашка лопнула, на асфальт посыпались пуговицы.

— Зря ты... — Просипел Бедивер, не отрывая взгляда от девочки.

У её ног вспыхнуло короткое пламя, опалило лицо до треска бровей. Герда отшатнулась, закрываясь руками, вампир выпрямился и безразлично оглядел сломанную конечность. Взялся за запястье и рывком вправил кость. Медленно сжал кулак и разжал, по одному пальцы, начиная с мизинца.

Пламя последовало за Гердой, появляясь из воздуха и норовя подпалить волосы с одеждой. Бедивер щелкнул пальцами и всё прекратилось. Герда зыркнула на него, слишком злая и напуганная, чтобы удивляться или задавать вопросы.

— Это — пирокинез. Конечно, твоему телекинезу и в подмётки не годится. — Сказал вампир, ведя пальцем по воздуху и оставляя язычки голубого пламени, складывающиеся в угловатый символ. — Но любой инструмент полезен, если уметь им обращаться.

Герда застыла парализованная ужасом, Гаст завис перед ней заслоняя от врага. Вампир приближается неспешно, чуть наклонив голову и сверля жертву змеиным взглядом.

— Как понимаю, — сказал он, — ты решила не ждать три дня? Тогда...

Горло Герды сдавила невидимая рука, на плечи словно бетонная плита упала. Девочка рухнула на спину, засучила ногами пытаясь отползти. Волосы красным шелком разметались по асфальту, а лицо исказилось от муки. Она раскрыла рот хватая воздух.

— Это — телекинез. Значительно слабее твоего, — сказал вампир, роняя каждое слово, как ртутную каплю, — но скоро, благодаря тебе он усилится. Просто потерпи пару минут...

Гаст ударил его в лицо, призрачный кулак начал проходить сквозь... Голову откинуло назад, как от таранного удара пневматического молота. Тело подкинуло в воздух, трижды крутануло и впечатало в фонарный столб возле машины. Наружу выскочил седой упырь, бросился к Бедиверу, но тот отмахнулся и водитель, помявшись, спрятался обратно.

Герда поднялась с резким вдохом, почти утонувшего ныряльщика. Начала вставать одновременно с вампиром, изумрудный и янтарный глаза вспыхнули недобрым огоньком. Шея врага вытянулась от рывка за волосы, Бедивера впечатало лицом в бетон дважды. Рубашка на спине лопнула, обнажив выточенные, словно в мраморе, мышцы.

Асфальт под ним треснул, трещина рассекла бордюр и вгрызлась в дорожное полотно.

— Слишком много говоришь. — Процедила Герда, хриплым от удушья голоском, она оскалилась, концентрируя силу на затылке врага.

Удар ощутился столкновение свинцовых чушек под толщей воды. У головы Бедивера появилась исходящая дымом дырка, диаметром с монету. Фонарь на столбе мигнул и потух.

Вампир уперся руками и начал медленно подниматься, возвышаясь над ней, как колосс над муравьём. Вокруг него сверкают короткие разряды статики, а воздух звучно хлопает, словно взрываются петарды. Из тьмы, спрятавшей лицо упыря, на Герду смотрят пылающие угольки глаз.

— Ты, кажется, не поняла. — Процедил камелотец. — Сила ничто, перед опытом! Я воевал столетиями, оттачивал каждую полученную способность до совершенства! Ты можешь брыкаться, но со мной и близко не сравнишься.

«Удары» Герды уходят вскользь, столкнувшись с защитой упыря. Из носа девочки по губам на подбородок струится кровь, каплет под ноги и на грудь.

— Смирись. — Сказал Бедивер, отводя очередной удар Гаста. — Я могу ловить пули двести двадцать свифт, а они куда быстрее твоих... хах... атак.

Он смазался, как неудачная фотография, и появился в упор к девочке. Ладонями обхватил под челюстью и без усилий поднял, чтобы заглянуть в глаза, не наклоняясь.

— Три дня. — Сказал он вкрадчиво. — Это очень широкий жест. Смирись и попрощайся с родными.

— З-зачем тебе это... — просипела Герда, кровь, текущая носом, вздулась пузырями на губах.

— Ты не поймешь.

***

Ей страшно по-настоящему, впервые в жизни! Та встреча с вампирами — дешевая пугалка! Трясущимися руками Герда включила кран в ванной, плеснула в лицо ледяной водой и заорала, вцепившись в раковину. Крик заметался по пустой квартире и умер в звукоизоляции.

Колени подломились, и она рухнула на кафель, давясь слезами и тихонько подвывая, обхватила голову. Сжавшись в комок, забилась под раковину, шумно всхлипывая и булькая.

— Я.... я.... я справлюсь! Я смогу!

Собственный голос показался жалким. Герда с трудом поднялась, вместо костей — дребезжащее желе, смыла кровь. Из зеркала на неё смотрит зареванная и растрепанная девчушка. Плюнув в отражение, она выбежала в коридор и забилась в самый дальний угол спальни, обложившись подушками и обхватив огромный сувенирный меч.

Гаст попытался утешить, но Герда только всхлипывала и тряслась. Призрак обнял и предпочёл молчать.

— Три дня... да... я смогу что-нибудь придумать! Н-нет! Мне нужна помощь! Помощь? Д-да! Точно!

Смартфон прыгнул в протянутую ладонь, девушка нашла нужный номер, ткнула пальцем и прижала к уху. Спустя целую вечность, гудки оборвал голос:

— Да-а? — На том конце протяжно зевнули и замолкли, ожидая ответа.

— Меркурий? Это я, Герда! Нужна твоя помощь, срочно!

— А? Прямо «срочно»? Может, утром?

— Сейчас же! — Взвизгнула Герда и шумно всхлипнула.

Экзорцист долго молчал, наконец, ответил:

— Выезжаю.

В трубке раздались гудки, и девочка швырнула её на кровать, утёрла лицо ладонями и сквозь пальцы заметила заглядывающее в спальню существо, похожее на помесь собачки и обезьянки.

— Леман?

— Д-да, хозяйка?

— Завари мне чаю! Нет, две кружки!

— С молоком?

Герда поколебалась, шмыгнула носом и кивнув добавила:

— И себе отплесни.

Домовой исчез и вскоре на кухне загремела посуда, загудел электрический чайник. Герда пересилила себя и распахнула шкаф. Натянула джинсовые бриджи и черную футболку с принтом: Космодесантники кушают тортик с эльдарками, сидящими у них на коленях. Красный след от захвата спрятала под широким чокером из черной ленты.

Переодевание странным образом придало сил и уверенности.

***

На кухне её ждали две кружки чая с молоком и корзинка с печеньем из слоеного теста, щедро посыпанного сахаром. Только сейчас Герда осознала, насколько голодна, она умяла десяток печенюшек прежде, чем сделала первый глоток.

К моменту, когда Меркурий подошел к дому, она схомячила половину корзинки и успела заказать пиццу. Собственно, экзорцист столкнулся с курьером в подъезде. Мужчины неловко помялись у лестницы, решая, кто пойдет вперёд. Экзорцист уступил, говорят, курьеров ругают за доставку холодной пиццы.

Когда доставщик увидел, что мужик с татуированным лицом следует за ним по пятам, он заметно занервничал. А увидев дверь, начал стрелять глазами, раздумывая: а не лучше ли прыгнуть в щель меж лестниц? Вдруг это ловушка сектантов? За такой дверью явно ничего хорошего...

Меркурий встал у него за спиной, сопя носом и стараясь держать морду кирпичом. Курьер начал переминаться с ноги на ногу, нервно оглядываться и дёргать кадыком. Когда за дверью загремело и заскрежетало, побледнел и замер столбиком.

Стальная плита отворилась плавно и на пороге выросла девочка с красными и опухшими глазами и чокером на горле. Курьер в последний раз глянул на хмурого Меркурия и, сунув коробку с пиццей в руки Герде, вприпрыжку помчал по лестнице вниз.

— Чего это он? — Спросил Меркурий, провожая парня взглядом.

— Не знаю. — Ответила Герда, пожимая плечами. — У них часто дёрганные работают. Оно и понятно, мало ли какие уроды заказывают. Давай, заходи.

***

Пицца оказалась с ананасами и ветчиной, щедро сдобренная душистым сыром. Герда ухватила еще горячий слайс и почти целиком затолкала в рот, щеки раздулись, как у жадного хомяка. Меркурий пригубил чай, наблюдая краем глаза, как домовой движется по стеночке, стараясь не привлекать к себе внимания. В одной лапе он держит печенье, а в другой игрушечный стаканчик, полный молока.

— Тебе правда нравится пицца с ананасами? — Спросил Меркурий.

— Уфу... лучшее комбо! — Герда прожевала и добавила. — Ананас размягчает ветчину и тесто, а вкус отлично сочетается с запеченным мясом! Он содержит фермент очень похожий на желудочный сок, то есть пока ты ешь свежий ананас, он ест тебя!

— Хм, откуда ты это знаешь?

Герда пожала плечами, на миг задумалась и сказала, скатывая второй слайс в колбаску:

— А фиг его, мало ли, где могла нахвататься.

— Ладно, не важно, говори, зачем вызвала меня и что случилось во дворе?

***

Выслушав рассказ, Меркурий закурил, не вставая из-за стола. Затянулся, выдохнул дым в потолок и спросил, жестикулируя сигаретой:

— То есть, ты утверждаешь, что на тебя напал вампир — рыцарь круглого стола, владеющий огнём и телекинезом? А его, случаем, не Аанг звали?

— А? Нет, я же сказала — Бедивер Бедредант!

Экзорцист скривился и стряхнул пепел под ноги, услышав бурчание домового, вздохнул и пошел к окну.

— А что еще за Аанг? Мне и его стоит бояться?

—Нет... это так... шутканул я, больно нереальна твоя история.

— Так ты мне не веришь?! — Крикнула Герда и рывком сорвала чокер, ткнула пальцем в наливающийся кровью синяк. — А это я сама себе поставила?!

— Хм... вроде бы нет, возраст не тот для таких игр.

— Чего?

— Да ничего... кхм... так, мысли вслух. Один древний сказал как-то: «Верую, ибо нелепо», вот и я тебе верю, ибо надо слишком заморочиться, чтобы такое выдумать.

— Тертуллиан, «Credo quia absurdum». — Отрешенно поправила Герда. — Верую, ибо абсурдно.

Меркурий вскинул брови, но промолчал, заткнув рот сигаретой. Девочка мотнула головой и спросила:

— Ты поможешь? Хотя бы советом! Я не дура, понимаю, что с таким драться — себе дороже. А ты мне и так ничего не должен!

Меркурий сел на подоконник, приоткрыл окно и воззрился на крышу соседнего дома. Там на бортике сидят, свесив ноги, две фигуры, поняв, что их заметили, они скрылись в темноте.

— Три дня, говоришь? Ну хорошо... я помогу.

На новые главы и еду: 5336 6901 6545 6536 (сбербанк)

Глава 7

Меркурий кружит по кухне, в импровизированной пепельнице из банки кофе растёт гора бычков. Герда принесла ноутбук и села у окна, чтобы не вдыхать едкий дым. Время неумолимо перевалило за полдень, а пачка чая вот-вот покажет дно, как и сахарница.

— Ты можешь курить не здесь? — Сказала девочка, показательно помахивая ладошкой у носа. — Пассивное курение, знаешь ли. Да и вообще, помнишь что говорил Фрейд о сигаретах?

Экзорцист запнулся, посмотрел на Герду и вздохнул.

— Прости, нервничаю, а это помогает сконцентрироваться.

— И скорее сдохнуть, дабы избежать проблем.

— Не без этого... у тебя есть балкон?

— Нет, но дыми, хотя бы, в окно...

Герда пересела за стол, а Меркурий уселся на подоконник. Глянул на улицу и облегченно выдохнул:

— Он пришел.

— Кто «он»? — Спросила Герда, оторвавшись от видео.

— Друг мой, спец по вампирам, в какой-то мере.

— Натуральный Ван Хеллсинг, постсоветского разлива.

— Хм... ты сейчас про книжного Вана или про киношного? — Осторожно поинтересовалась девочка. — А то я сомневаюсь, что мне сможет помочь плюгавенький профессор в очках.

— Про анимешного...

Загудел звонок и Гаст по кивку Герды отпер дверь. В коридоре появились тяжелые шаги и в кухню вошел мужчина средних лет. Одет в летние брюки и футболку с закатанными рукавом и кроссовки. Лицо худое, с выступающими скулами и острым подбородком.

— Познакомься, это Евгений. — Представил экзорцист. — Женя, это Герда.

— Ты что, в педофилы подался? — Спросил «Ван Хеллсинг», критически оглядывая девочку.

— Я искренне сочувствую любому извращенцу, что вздумает к ней полезть. — Пробормотал Меркурий. — Видел бы ты, как она с двумя кровососами расправилась...

— Она? — Охотник на вампиров приподнял бровь и ухмыльнулся. — Это как же?

— Да, я. — Ответила Герда холодно и изобразила пальцами ножницы. — Обчикала мужское достоинство под корень.

— Хм, зачем тогда меня вызванивать?

— Жень, выслушай девочку.

***

Когда Герда закончила рассказ Евгений задумчиво отхлебнул чая и пробормотал:

— Двести двадцать свифт значит? Если не врёт, то силён... силён. Мягко говоря не мой профиль, я больше по дикарям и браконьерам.

— Да, я понимаю, но может твое начальство знает?

— Я спрошу. Только, Мерк, обещать ничего не могу. Разве что, если потребуется оружие... Калаш, револьвер или помповый дробовик, с гранатами сложнее будет.

— А укрытие?

Евгений замолчал, переводя взгляд с экзорциста на Герду. Поскрёб затылок и нехотя ответил:

— Да, у меня найдется бункерок. Но за вами следят, я на подходе двоих заметил.

— Знаю... и спасибо тебе.

— В расчёте будем.

Он ушел не прощаясь, а Меркурий опустился на стул и подпёр подбородок кулаком. Герда поставила чайник на плиту, щелкнул запал и вспыхнул острозубый венчик. Гаст предлагал купить нормальный электрический, но ей нравится чай заваренный по старинке.

Залив кипяток в заварник, она села за стол и сказала:

— Охотник на вампиров? Я несколько лет рыскала в поисках сверхъестественного и... бац посыпались на меня, как гири.

— Ты искала крупицу золота в компосте. — Ответил Меркурий, размешивая сахара.

— Угу... а этот Евгений ван Хеллсинг, он типа один из множества охотников?

— Он скорее егерь.

— В смысле?

— Понимаешь... вампиры не однородное племя. Есть уроды мозгососы, вроде наших знакомых, а есть «классические». Вот Женя и работает на одного богатого упыря, защищает угодья от посягательств диких кровососов и браконьеров. Бывает даже полуволков отстреливает

— Ну зашибись… Стооооп! Ты же говорил что оборотней не бывает!

— А эти не превращаются, просто люди с волчьей мордой и шерстью.

— А эльфов ещё не завелось?

Меркурий покачал головой, пригубил чай и ответил с максимально серьёзным лицом:

— Нет, ушастые и дворфы отбыли в новый свет, как и большая часть нечисти. Старушке Европе и Азии достались скучные кровососы и совсем уж отребье.

— Зашибись... — Герда сунула в зубы лакричную палочку и повторила, — Зашибись. Сказка рядом, что б тебя. Того гляди Кощей решит похитить или ведьма яблоко подсунет.

— Почему не веретено?

— Ты в каком веке живешь? Я иголки в глаза не видела, а ты про веретено. Я только в прошлом месяце поняла, почему на телефонах у иконки вызова такая форма!

Меркурий посмотрел на Герду долгим взглядом, зажмурился и вытер лицо ладонями.

— Рядом с тобой я себя чувствую пережитком далекого прошлого... а мне тридцать!

— Всего-то... дряхлая старость!

Экзорцист глянул на часы, отпил чаю и встал из-за стола.

— Время к вечеру, мне домой пора.

— Это... может останешься? Одной боязно...

— А как же Гаст?

— Это не то...

Экзорцист покачал головой.

— Звиняй, у меня собака не гуляна, да и кормить пора.

***

Когда за ним закрылась дверь, Герда бросилась в спальню и с разбега пыргнула в кровать. Юркнула под одеяло и лежала пока не начала задыхаться от духоты. Скинув на пол, растянулась на матрасе глядя на плакат Бога-Императора, на миньки космодесантников за стеклянной дверцей шкафа.

Куснула губу и спросила:

— Гаст, почему так страшно?

— Ты, не смотря на все силы, остаешься простым ребёнком — Ответил призрак, «садясь» на край кровати.

— Так себе ответ.

— Других нет.

Девочка свернулась калачиком и закрыла глаза.

***

Она вскрикнула и закрываясь руками плюхнулась в снег. Пёс застыл в воздухе с оскаленной пастью и безумным взглядом. Лязгнул зубами, начал извиваться, как червяк на крючке.

— Занятно. — Сказал Голос.

— Что это? — Пролепетала девочка, глядя на висящего пса.

— Собака, я думаю.

— Почему она висит?

— Не знаю... махни-ка рукой.

Девочка послушно взмахнула и пёс с визгом улетел вглубь леса. Грохнулся о дерево, упал в снег и поджимая заднюю лапу потрусил в кусты.

— Ого-го!

— Это я?

— Ну точно не я. Давай уходить. Собаки по одной не бродят.

Девочка кивнула и пошла в противоположную сторону, проваливаясь в снег по пояс. Деревья нехотя расступаются, открывая белое безмолвие и скученные домики, обнесенные хлипкими заборчиками и сухим кустарником.

— Это что?

— Выглядит как дачный поселок, двигай вон к тому дому с черепичной крышей!

Путь занял вечность, она перебралась через остатки забора, прошла мимо здания похожего на воткнутое в снег тире. Дом оказался добротным, двух этажным, с целыми окнами, прикрытыми потрескавшимся ставнями и деревянным крыльцом. Под девочкой не скрипнула ни единая доска, она остановилась перед стальной дверью и дернула за ручку.

Заперто.

По наитию она вытянула руку с распахнутой ладонью, охнула ощутив устройство замка. Оно оказалось на удивление простым, даже примитивным. Тут надавить, здесь повернуть и...

Щелкнуло, дверь с неохотой отворилась. В нос дохнуло застарелой пылью и характерным запахом безлюдия. Внутри обнаружилась уютная комната с подобием камина, кровать и пара покосившихся шкафов забитых распухшими от сырости книгами.

Девочка заперла дверь тем же способом. Понукаемая голосом обыскала дом, на втором этаже нашелся сундук с ветхими одеялами и заштопанной одеждой.

Когда на улице начало темнеть девочка развела огонь из обломков стула. Села у камина закутавшись в одеяла и прихватив из шкафа книгу.

— Читать умеешь? — Поинтересовался Голос.

— Кажется да... — Она раскрыла книжку, и начала читать, часто останавливаясь и морща лобик. — В большом городе, где столько людей и домов, что не всем удается разбить маленький садик и где поэтому очень многим приходится довольствоваться комнатными цветами, жили двое бедных детей, у которых садик был чуть побольше цветочного горшка. Они не были братом и сестрой, но любили друг друга, словно родные...

В печной трубе завыл ветер, девочка встрепенулась, на миг показалось, что дом окружают голодные собаки. В животе забурчало...

— Почему замолчала?

— Есть хочу...

— Ну... с этим проблемно. Сомневаюсь что здесь найдется хоть что-то съедобное. Продолжай читать, авось голод отступит, а завтра будем разбираться.

Девочка кивнула, вернув взгляд в книгу и долго искала где остановилась.

— Родители их жили по соседству, под самой крышей — в мансардах двух смежных домов. Кровли домов почти соприкасались, а под выступами проходил водосточный желоб, — вот как раз туда и выходили окошки обеих комнатушек. Стоило только перешагнуть желобок, и можно было сразу попасть через окошко к соседям...

***

Герда открыла глаза. Села на кровати, держась за висок, сон начал выветриваться и она едва успела ухватить ускользающий хвост. Притянула, сравнивая события.

Всё как и было… нет, во сне собака выжила, а не разлетелась алой дымкой по деревьям.

— Чего не спишь? — Спросил Гаст, высунувшись из стены. — Час ночи.

— Выспалась. — Буркнула Герда.

Призрак покачал головой и скрылся, судя по всему вернулся к чтению. Обычно этим коротает ночи и, кажется, Гаста такой «отдых» полностью устраивает.

Дневной страх перегорел и осыпался золой. Герда встала перед шкафом и «похрустела» костяшками и шеей. Взяла джинсы и футболку с ультрамирином вбивающим меч в череп ликтора тиранид.

Герда внимательно оглядела рисунок и хмыкнула. Примерно этим она и собирается заняться. В конце-концов, она «псайкер альфа-плюс» в терминах вархаммера! Ей ли трястись из-за кучки обсосов-кровососов?!

— Ты куда собралась? — Спросил Гаст.

Призрак завис в дверном проходе сложив «руки» на «груди».

— Хеллсинг сказал, что за мной следят.

— Ну да, это было очевидно и без него.

— Пойду потолкую с ними, и не останавливай меня!

— И не подумаю. — Сказал Гаст, хищно ухмыляясь. — Поохотимся чутка!

На новые главы и еду: 5336 6901 6545 6536 (сбербанк)

Глава 8

Первым из подъезда вылетел Гаст, Герда спускается держась за перила. Левый глаз видит мир от лица призрака, воспарившего над домами. Мозг, не привыкший к таким фокусам, начинает паниковать. Девочка сцепила зубы, каждый шаг отдаётся в мозжечке страхом провалиться в пропасть.

Гаст взлетел над крышами и нашел двоих парней на противоположном доме. Они расположились у края, на стоят два толстых термоса и бургеры в бумажной обертке. Позади, раскладные стулья, на манер тех, что используют рыбаки.

Увидев выходящую из подъезда Герду, они оживились, в руках появились бинокли. Один дозорный озорно помахал девочке рукой, словно говоря:

— Знай, мы бдим и тебе не скрыться!

Герда вскинула голову, и вампиры отпрянули от бортика, как две мыши, разозлившие кота.

— Не, ну ты видел? — Пробормотал один, по привычке смахивая «пот» со лба. — Глазища прям горят! Я бы с такой, будь она даже обычной девкой, связываться не стал...

— Угу, только один фиг нужно следить, а не то Всеотец нам бошки поотрывает.

— Да-да, сейча...

Вампир поперхнулся, а глаза полезли на лоб, как у жабы, попавшей под каток. Над бортиком, словно привидение, поднимается Герда. Волосы треплет потусторонний ветер, а глаза полыхают желтым и зелёным. Кровососы запнулись о неровности битума и плюхнувшись на задницы поползли, не отрывая взгляда от девочки.

Луна висит у неё за плечами, придавая демонический вид, более жуткий, чем их представления о вампирской крутизне. На левом бедре позвякивает цепь, замкнутая карабином за пояс и уходящая за спину.

— Так-так-так. — Промурлыкала Герда становясь на бортик. — Кто это у нас? У милой парочки свидание? Надеюсь, я не помешаю.

— Чего тебе надо? — Сглотнув ком сказал самый смелый наблюдатель.

— Да так, не спиться мне, решила с сосунами поболтать. Вдруг что интересное узнаю.

На последнем предложении Герда спрыгнула на крышу и не глядя подцепила бургер, развернула и откусила, как голодный пёс. Полёт, пусть и короткий, отнял немерено сил.

— М-мы ничего тебе не скажем!

— Да? — Сказала Герда, пережевывая. — Уферен? А ефли я фам уфсффою опфефацию?

— Ч-что? Я не понимаю... — Пробормотал вампир, краем глаза наблюдая, как прыткий товарищ пытается открыть дверь с крыши.

Герда ухмыльнулась попыткам кровососа, Гаст подпёр дверь и любуется с ехидной улыбкой. Девочка откусила от бургера, старательно прожевала и проглотив сказала:

— Говорю, «а что, если я вам устрою операцию?».

— К-какую операцию?

— Ту же что и вашим товарищам, напавшим на меня. — Ответила Герда и выразительно задвигала указательным и средним пальцем, изображая ножницы. — Чик-чик и больше не мужик. Кстати, классный бургер! Где брал? С чем это он?

Вампиры побледнели до снежной белизны, инстинктивно прикрыли срам ладонями. Ближайший к Герде залепетал:

— В соседнем квартале хорошая кафешка... с ананасом, мёдом и перцем...

— Шикарная вещь! А в термосах что? Кровь? Мозги?

— К-кофе...

— Экие вы странные кровососы...

— На одной крови далеко не уедешь... да и мы скорее по мозгам...

Герда отворила термос, принюхалась и хмыкнув сделала большой глоток. Хмыкнула ещё раз и повторила.

— Да и кофеёк знатный... ну так что, говорить будите?

Вампир, ломившийся в дверь, оттолкнулся от неё и помчал к противоположному краю крыши. Оттолкнулся от бортика и сгруппировавшись, как пловец перед падением с вышки... завис в воздухе.

— Боже... каких идиотов поставили следить за мной... вы ребята чай не педофилы? А то знаете, два взрослых мужика, с биноклями, следят за маленькой, беззащитной, девочкой. А если дома голышом люблю ходить? У вас и камеры есть?

Прыгуна бросило к первому вампиру и ткнуло в мягкий, после жаркого дня, битум, как нашкодившего котёнка.

— Нет! Нету! Мы нормальные! Просто работа такая!

— Подсматривать за несовершеннолетними?

— За кем скажут... Всеотца нельзя ослушаться. — Сказал вампир, шмыгнул носом и затараторил, захлебываясь от накатывающей паники. — Думаешь нам это нравится? Да я бы лучше сидел дома и играл на консольке под пивко! А не вот это вот всё! Но нет, нужно следить за малявко...

Упыря впечатало рожей в битум, а Герда подошла и сказала холодно:

— Следи. За. Языком.

Она отошла к краю и села на бортик, благо чистый, закинула ногу на ногу, надкусила бургер и прожевав добавила:

— А теперь, устроим соревнование, кто охотней и больше расскажет, тот останется при шариках. Занявший второе место, как поощрительный приз, научится петь фальцетом.

***

Клан Брейнликеров малочислен ввиду специфики размножения, но имеет представительства по всей планете. Основное занятие — допросы для более могущественных кровососов и поиск одаренных людей для патриарха.

Герда скомкала бумажку с остатками соуса бургера, потянулась за вторым. Спросила, раскрывая обёртку:

— Ага, но зачем одаренный Бедиверу? Он, что-то там плёл про возвышенную цель, но не вдавался в подробности.

— А какая разница? — Пробормотал упырь.

— Ну может, я сама захочу подставить черепушку?

Вампир зажевал нижнюю губу, на лбу выступили бусинки пота, глянул на товарища и сказал замедленно:

— Всеотец хочет сделать Уэльс независимым от власти Британии.

— Э... а что ему мешает сделать это сейчас же?

— Правительство знает о нас. Говорят, у них есть спецподразделения для охоты, или вроде того...

— И короне значится плевать на его планы?

— Я не знаю...

Герда посмотрела на второго вампира, тот замотал головой и сжался, просунув руки меж ног, как стеснительная школьница. Девочка поднялась и сказала:

— Значит так, передайте этому Больжедору, что следить за мной не надо. Если он так хочет, я оторву ему голову на четвертый день.

За спинами вампиров отворилась дверь в подъезд, кровососы переглянулись и бросились прочь. На миг застряли в проходе столкнувшись плечами, кубарем скатились по короткой лестнице и судя по звуку рухнули на лестничный пролёт.

Гаст подлетел к девочке, завис у левого плеча и спросил настороженно:

— Ты уверена?

— Конечно. Теперь я знаю его силы, а значит, на испуг он меня уже не возьмёт.

Призрак покачал головой, но промолчал.

***

Бедивер держит старика за голову над полом, с любопытством смотрит в закатившиеся глаза. Пальцы пульсируют, как отожравшиеся пиявки, погружаются в кожу. Тело старика мелко дрожит, из носа на грудь капает кровь.

— Так значит она поверила? — Спросил Бедивер сам себя. — Хорошо, люблю смелых.

Откинув тело в угол комнаты вернулся за стол, из указательного и среднего пальцев обеих рук, свешиваются испачканные красным жгутики. Медленно втягиваются под ногти.

В голове лёгкий сумбур от новых знаний, собирающихся в единое целое. Скоро бесполезное и известное отсеется, оставив крохи нового и нужного: знание о планировке города. На миг перед глазами встала картинка: мальчонка лет пяти, сидит у старика на коленях и приоткрыв рот слушает сказку о Кощее.

Бедивер мотнул головой и ведение рассеялось.

Два молодых вампира утащили тело в коридор. Спустя минуту во дворе хлопнул выстрел, благоразумно ослабленный глушителем. Грохнул багажник. Бедивер расслышал урчание заводящегося мотора и шелест шин по бетону.

Достал из стола квадратную бутылку и широкий стакан. Налил на три пальца и огляделся в поисках холодильника. Тяжко вздохнул и посмотрел на дверь, размышляя: не позвать ли прислугу?

Ждать не хочется.

Осушив стакан одним глотком, наполнил по новой и начал смаковать, вспоминая дорогу до дома Герды и схватку. По спине пробежала легкая дрожь благоговения. Девочка сильна, опаснее всех чудотворцев которых он узнал за столетия. Она могла бы и Мерлина скрутить в бараний рог и Деву Озера оттаскать за волосы... Будь они живы.

Бедридан прикрыл глаза и погрузился в воспоминания...

... Туманное утро после тяжкого боя, он сидит на берегу реки Камлан, забрызганный кровью, сжимая Экскалибур до судорог в пальцах. Мимо проплывают мертвецы, тела прибивает к берегам, выносит на мелководье, как мусор. Волны мягко бьют о сапоги Бедивера, а сам он наблюдает, как в стене тумана растворяется лодка с поющими девами.

Слова песни звенят в прохладном и сыром воздухе, понять их невозможно. Мерлин говорил, что Девы Авалона говорят на Старшей Речи альвов, чей след стёрся из памяти жителей Оловянных Островов.

Но Бедивер знает о чём песня: Король вернётся.

На захват Гренландии и мешок картошки: 5336 6901 6545 6536 (сбербанк)

Глава 9

Герда проснулась от телефонного звонка после полудня. Не открывая глаз, взяла мобильник и прижала к уху.

— Да?

— Эм, Герда? Это Евгений, я вчера забегал в гости.

— А? Да... помню. Что случилось?

— Мы с твоим начальством перетёрли вопросец и нашли пару полезных вещиц. В общем, езжай на то место, где у тебя был первый заказ. Будем ждать...

— Что?

Звонящий скинул вызов. Герда нехотя открыла глаза, жмакнула пальцем по иконке с зелёной трубкой и застонала: входящий номер скрыт.

— Гаст?

Призрак выглянул из стены и спросил:

— Что случилось?

— Ты не помнишь дорогу до того завода, где куча домовых была?

***

Вышла в коридор потягиваясь, у кухни мелькнула мохнатая фигурка Лемана и исчезла в зале. Герда наспех пожарила два яйца с яблочными ломтиками, присыпала красным перцем. Позавтракав, выглянула в окно и присвистнула — солнце сошло с ума. Яростный свет плавит асфальт, воздух идёт густыми волнами, а на горизонте собирается серый каскад туч.

— Это сколько же сейчас градусов? — Пробормотала Герда.

— Сорок семь, в тени. Намажься кремом от загара, а то сгоришь. — Ответил Гаст, протягивая белый тюбик.

— От ведь...

Девочка облачилась в светлую футболку, в этот раз без рисунка, и льняные бриджи. С великой неохотой нацепила босоножки и смазала открытые участки кожи кремом, вертясь перед зеркалом. Рыжую копну прижала кепкой и взяла очки с жёлтыми стёклами. На всякий случай крутанулась перед зеркалом, проверяя, как сидит одёжка, хмыкнула и взмахом руки отворила дверь.

На выходе из подъезда надела запятые наушников.

***

На середине пути Герде показалось, что их преследует чёрный BMW, пришлось сесть в такси, благополучно довёзшее до покосившихся ворот. Водитель молча отсчитал сдачу и отвернулся, безразличный к делам ребёнка на заброшенной территории.

Когда такси уехало, Герда прижала очки указательным пальцем к переносице. Огляделась и спросила призрака, висящего у левого плеча:

— Как думаешь, что они нашли?

— Не знаю, набор осиновых кольев со стразами?

— Очень смешно.

Проходя мимо раскидистого куста, Герда заметила припаркованную машину судя по виду, заставшую расцвет советской власти. Грязно чёрная, с пятнами ржавчины на крыльях, но чистыми, почти новыми номерами.

— Ого... — протянул Гаст, облетая находку, — ГАЗ тридцать один ноль два, раритет!

— Откуда знаешь? — Спросила Герда, с лёгкой брезгливостью глядя на авто.

— У меня слишком много свободного времени и википедия под рукой. — Признался Гаст. — Хочешь расскажу о размножении пауков?

— Брр... нет, спасибо.

— Зря, очень интересная и полезная информация.

— Чем это?

— Ну вдруг тебе понадобится завязать разговор?

— Сильно сомневаюсь, что хоть кому-то будет интересно говорить о сношениях пауков!

Беседуя, направились в заброшенное здание. Ещё на подходе стали слышны мужские голоса, точнее, голос: Меркурий с огоньком рассказывает нечто Евгению:

— Я тебе говорю, Геннди настоящий гений! В разы лучше Миядзаки! Да ты сам посмотри «Примал»!

Охотник отвечает невпопад, Герда не может разобрать слов, но судя по тону это нечто среднее между «Угу» и «Да умолкни ты уже!».

Попав в цех, увидела мужчин, стоящих у противоположной стены и возле них, на бревне, винтовку. Схожие встречала на прогулках в парках, у аттракционов, где ушлые ребята предлагали за сущие копейки пострелять по мишеням. Оружие у ног Евгения элегантнее, с длинным дулом и металлическим прикладом. Рядом лежит патронташ с оперёнными дротиками.

— Привет. — Сказала Герда, помахала ручкой, не отрывая взгляда от винтовки. — Это оно самое?

На лице Евгения отразилось явное облегчение от прерывания разговора с экзорцистом. Меркурий махнул девочке и сказал улыбаясь:

— Ещё какое, ты подходи, не стесняйся.

— Ну и как мне поможет ружьё, стреляющие... шприцами? Что это вообще?

— Инъекционный карабин. — С готовностью пояснил Евгений, беря оружие в руки и наводя ствол в землю. — Штучка тихая, с неплохой дальностью и...

— Хочешь чтобы я пыталась шмалять в вампира, способного ловить реальные пули, из этого? — Перебила Герда закипая.

Охотник не смутился, глянул на Меркурия, и хитро улыбнулся.

— Если хочешь, можешь попробовать, но стрелять буду я. А для тебя вот это.

Он подцепил патронташ и бросил Герде, тот завис в воздухе не долетев, медленно подплыл и лёг на плечо.

— Ага, хорошо, но что это? — Сказала девочка.

— Токсин, работающий против мозгососов. — Пояснил Евгений. — Пока ты и Мерк отвлекаете, я стреляю в спину. Будь он хоть полубогом, атаку из слепой зоны не блокировать. А если я провалюсь, у тебя есть шанс поразить его. Вот и всё.

— Подожди... — сказал Герда. — В смысле я и Мерк?

— Ну, — вклинился экзорцист, — ты просила помочь, а я знаю пару фокусов. Лишним не будет.

— Но... — Начала Герда, чувствуя странное покалывание в уголках глаз, и игольчатый ком в горле.

— Я уже назвал его идиотом, не беспокойся. — Перебил Евгений, махнул на выход. — Пошли в машину, пора и бункер посмотреть.

— Хэй! Мне нужно было переться в такую даль по жаре, что бы получить пояс и поехать хрен пойми куда?! Почему просто не забрать меня из дома?!

Евгений закатил глаза, и показал два пальца.

— Первое, нам надо скинуть хвост, который увязался за тобой. — Сказал он, загибая их. — Второе, мне просто лень переться в твою часть города, да и бензин нынче дорогой.

***

Полчаса плутали по городу, прежде чем устремиться в лес. Асфальт кончился, стоило съехать с трассы, древний автомобиль застонал рессорами, а Герда упёрлась руками в потолок, ощущая себя напитком в шейкере. Трижды её кидало на дверцу, а очередная ухабина одарила болью в копчике.

Наконец Евгений припарковался за валежиной, и закури, наблюдая, как гости выползут из машины.

Герда, впервые ощущая прелести морской болезни, опёрлась о капот. Меркурий облокотился о дверцу и сунул в зубы помятую сигарету, пачку по дури хранил в заднем кармане, щёлкнул зажигалкой.

— А нельзя было дорогу лучше выбрать? — Выдавила Герда, чувствуя, как яблочная яичница настойчиво рвётся наружу.

— Какой же это тайный бункер, если до него легко добраться? — Парировал охотник, глядя на них с усмешкой.

Герда села на капот, поставила ноги на бампер и огляделась. Лес глухой, дикий, словно в самом сердце первобытных земель, а не в нескольких километрах от города. Мощно пахнёт прелым деревом и сыростью. Воздух густой и горячий, как в бане.

— У тебя в том бункере кондиционер то есть? — Пробормотала Герда, обмахиваясь ладошкой.

Гаст облетел полянку в поисках входа в бункер, но вернулся к девочке, пожимая плечами.

— Ага, и плазма во всю стену. — Сказал Евгений, зажав сигарету губами. — Сама то, как думаешь?

— Ну хотя бы душ?

— Это есть.

Вход оказался замаскирован у подножия маленького холма, дверь отворилась с натугой. Евгений откинулся всем телом, упираясь ногой в стену. Герда потянулась помочь, но Меркурий остановил, положив ладонь на плечо, покачал головой.

В лица дохнуло прохладным, ионизированным воздухом, показался узкий бетонный коридор с лампами дневного света на потолке. Следуя за охотником, прошли вглубь, спустились по винтовой лестнице. Убранство бункера напоминает девочке тюрьмы их американских фильмов.

— Это как ты такое сам отгрохал и втайне сохранил? — Озадаченно спросила она.

— Это не я. Советы, дальше в лесу заброшенная ракетная база, а здесь генералы должны были прятаться при запусках. Но в девяностые часть документов затерялась, и теперь про бункер знаю только я. — Ответил Евгений, не пряча гордости. — Полтора года пахал, генераторы устанавливал, чинил канализацию... ух, работы, как при ремонте хрущёвки, не меньше!

Они прошли мимо комнаты за решетчатой стенкой, заставленной ящиками и шкафчиками с оружием. Герда невольно присвистнула, хватит на маленькую армию снарядить! Взгляд зацепился за мини-холодильник со стеклянной дверцей, на полочках лежат пухлые шприцы, полные прозрачной жидкости с зеленоватым оттенком.

— Это что? — Спросила Герда, указывая пальцем.

— А? Это, боевые стимуляторы, начальство пополняет запасы, уж не знаю откуда. Один укол этой дряни и дикого кровососа голыми руками рвать будешь... — Евгений умолк, посмотрел на девочку и добавил. — Тебе лучше не пробовать, я и сам после едва дышу, и голова чудит страшно. А тебя и вовсе разорвёт, как хомячка от никотина.

— Да-да, ясно. Я не дура пичкаться всяким...

Коридор стал заворачивать и Герда притормозила, держась за стену, стукнула носком босоножка об пол. Мужчины остановились, глядя на неё с немым вопросом.

— Просто камешек застрял, бесит прямо, я догоню.

— Мы подождём. — Сказал Евгений, скрещивая руки на груди и глядя с укором.

Герда пожала плечами, стукнула трижды и сказала:

— Всё, идём.

Гаст, открывший холодильник, пока она отвлекала, пристроился сбоку и тайком от Меркурия, сунул в карман штанов шприц. Уголки губ Герды дрогнули и приподнялись.

На писательский корм: 5336 6901 6545 6536 (карта сбербанка)

Глава 10

Евгений с интонациями профессионального гида провёл их по каждой комнате и помещению. В бункере нашлось место библиотеке, бассейну, запитаному от грунтовых вод и маленькому спортзалу. При желании можно изолироваться на пару лет, если хватит еды и ничего не сломается.

Герде место не понравилось, Гаст оценил толщину стен и дверей.

— Это, конечно, только запасной план. — Сказал Меркурий, встав у лестницы ведущей к выходу. — Если нам не удастся прикончить Бедивера, спрячем тебя на месяцок другой.

— Угу... может просто пристрелите? — Отозвалась Герда, складывая руки на груди. — Месяц без интернета!

— Лучше так, чем вечность в могиле.

Распрощавшись с Евгением, они направились на выход, а охотник на вампиров пошёл в оружейную.

— Что теперь? — Спросила Герда, протягивая руку к двери.

Стальная плита дёрнулась и начала открываться по мере приближения девочки. Меркурий покачал головой и сказал:

— Будем искать подходящее место для боя, не посреди города же.

— Может тот завод?

— Возможно...

Гаст обогнал их, пролетел через дверь и через секунду вернулся, размахивая «руками», крикнул:

— Он там! Вампир!

Вдоль позвоночника коротнула молния, отдалась дребезжащим страхом в коленях. Герда ухватил экзорциста за руку, дёрнула, вынуждая остановиться.

— Чего?

— Бедивер снаружи. — Пробормотала девочка. — Гаст говорит он ждёт нас.

— Проклятье... я за Евгеном, захлопни дверь!

Мужчина сделал шаг назад, держась за стену. Герда сцепила зубы, во рту появился противный металлический привкус. Стальная плита распахнулась, петли жалобно заскрипели, на ступени посыпалась бетонная крошка. В туннель потёк солнечный свет и горячий воздух.

— Ты чего...

— Я его не боюсь. — Процедила Герда, глядя на выход исподлобья, зашагала вверх, сжимая кулачки.

— Да чтоб это всё!

Экзорцист побежал вниз, перепрыгивая по три ступени.

***

Первым она увидела чёрный BMW и младших упырей, стоящих по обе стороны от входа в бункер. Бедивер прислонился к капоту, поставив левую ногу на бампер. Одет в белые брюки и иссиня-чёрную водолазку, подчёркивающую широченные плечи и могучую грудь.

— Сейчас второй день! — Крикнула Герда, выйдя наружу.

Бедридант развёл руками и, оттолкнувшись от машины, шагнул навстречу.

— Да, я знаю. Увы, ты решила играть не совсем честно.

— А сам-то?! Нападать на маленькую девочку!

— Не передёргивай. — Цыкнул Бедивер, взгляд сузился, прожигая в Герде дыры. — Пусть и маленькая, но ты опасный противник. Даже для меня.

Тень от дерева легла ему на лицо, скрыв верхнюю часть. Глаза вспыхнули красным, а рот растянулся в хищной улыбке, обнажив клыки.

— Всё равно! Нечестно, по отношению ко мне! Мне тринадцать лет!

— Да, и мне от этого тошно. Увы, цель превыше.

— Ах ты...

Черно волосый парень, одетый в спортивный костюм, схватил Герду за руку. Дёрнул, раскрывая рот для окрика, глаза полыхают праведным гневом, в них отражается перекошенное лицо девочки...

Верхняя часть тела наглеца исчезла, красная морось брызнула на лицо Герды и остальных упырей. Трое бросились на неё, стараясь повалить и вырубить ударом в затылок.

Их кинуло в лес, приложив головами о деревья, как пластиковые фигурки.

— Назад! — Рявкнул Бедивер. — Не подходить ближе, чем на пять метров!

Остальные брейнликеры отбежали врассыпную, а Всеотец побежал на Герду, вытягивая руку. За спиной девочки в дверном проёме вспыхнуло пламя.

Двойной удар отдался в воздухе оглушительным хлопком, мелкий мусор вокруг вампира и девочки разметало в стороны. Бедивер остановился, вскинув руки, на лбу выступил пот.

— Хочешь мой мозг, тварь? Так возьми его!

Глаза Герды расширились, став почти круглыми, налились кровью, а лицо перекосила кривая улыбка. Из носа побежала тонкая красная струйка, изогнулась по верхней губе.

— Что с тобой, девочка? — Пробормотал Бедивер, глядя на жертву с недоумением.

Герда разжала кулачок и под ноги упал шприц, пустой, хрустнул под кедами. По телу побежала крупная дрожь, тонкие мышцы задёргались, наливаясь кровью, переполненной норадреналином. Земля вокруг девочки задрожала, начала подниматься рассыпающимися в пыль комьями.

— Стимулятор! — Выдохнул Бедивер.

Воздух вокруг него пошёл густыми волнами, а от призрачного грохота заложило уши. Удары Герды сыплются со всех сторон, словно его бросили под пресс. Слишком хаотичные, слишком неумелые.

Бедивер сбрасывает их по касательной, в земле появляются аккуратные круглые выемки. Улучив момент, попытался поджечь одежду, но пламя потухло, словно невидимая рука погасила.

Рыцарь Круглого Стола сделал шаг назад, втянул голову в плечи, концентрируясь на обороне.

— Дура... это повредит мозг! В твоём возрасте!

— А какая мне разница?! — Смеясь, ответила Герда. — Проиграю — ты меня сожрёшь.

Бердридант скрипнул зубами и рывком ушёл вбок. За ним потянулась глубокая траншея, прыжок вперёд и отточенный удар в шею девочки. Кулак упёрся в нечто плотное и незримое, будто ладонь.

Гаст отбросил руку вампира и крикнул девочке:

— Дожимай! Он почти наш.

Покормить автора: 5336 6901 6545 6536 (сбербанк)

Глава 11

Горячие волны ярости бьют в голову, Герда оскалилась, провожая взглядом бегущего вампира. Бедивер мчит по дуге, движения замедленные, словно в клею, земля за спиной разламывается.

Звуки приглушены и растянуты, искажены. Остальные кровососы спрятались за машиной, что-то кричат вожаку.

За левым виском пульсирует горошина боли, разрастается, наливаясь жаром. Кровь из носа стекает по подбородку, капает на грудь, чувство бурлящей силы и эйфория глушит мысли. Герда ощущает себя великаншей, играющей с обречённой букашкой.

Рядом повис Гаст, кричит, указывая на Бедреданта.

Вампир прыгнул к толстому дереву, оттолкнулся телекинезом и, вытянувшись стрункой, устремился к девочке. Воздух между ними сгустился и поляну сотряс глухой «чугунный» удар. Тугая волна подняла пыль и мелкий мусор, разметала к краям поляны.

Бедивер налетел на Герду, ударил кончиками пальцев в висок... отскочил прижимая к груди переломанный кусок мяса, секунду назад бывший рукой. Девочка отступила, приложив ладонь к уху, рыжие пряди у виска окрасились бурым, упёрлась спиной в дверь бункера.

Вампир вправил кости, тряхнув рукой, задвигал пальцами, шипя от боли. Под ногти медленно втягиваются нити, похожие на вены.

— Вот и всё. — Сказал Бедивер, шагнул к Герде, потирая предплечье.

Девочка дёрнулась и куклой упала на землю, ярость на лице сменилась недоумением. Гаст подлетел к ней, склонил тараторя:

— Проклятье! Проклятье! Мы пропустили удар! Вставай! Герда, очнись! Нет, нет, нет!

Бедивер навис над ней, сказал с тенью сожаления:

— Ты действительно невероятно сильна, Мерлин и Леди Озера тебе в подмётки не годятся, и это в столь юном возрасте. Поразительно. Будь другие обстоятельства... увы, сейчас твоя жизнь послужит благой цели — возвращению Короля Артура с Авалона. Расслабься, будет не больно.

Лицо девочки исказилось, белки глаз налились красным. Горошина боли лопнула и залила череп лавой, тело дёрнулось и обмякло. Зрение сузилось в точку. Гаст наклонился к Герде, она попыталась сказать «прощай» и показать на небо, ведь он так хотел исследовать вселенную...

Бедридант сел рядом с ней, положил ладони на виски и бережно сдавил. «Лицо» призрака начало меняться, приобретая женские черты. Сердце сбилось с ритма, перед Гердой зависла она сама, только старше.

— Вот оно как... — Пробормотала «Старшая Герда» и нырнула в глаза девочки.

***

Бедивер проник нитями под череп, закусил губу, с великой осторожностью перебирая нейроны. Поглощение способностей куда более тонкий процесс, чем пожирание памяти. Он зажмурился, пропуская воспоминания жертвы, но одно врезалось в сознание: девочка сидела у костра в доме и читала книгу с пожелтевшими страницами...

Пальцы резануло болью, Бедивер вскрикнул, отскочил, непонимающе глядя на обрубки ладоней и Герду, начавшую подниматься.

— Что? Как?! Это невозможно! Я повредил двигательные центры мозга!

Девочка встала, покачнулась с носка на пятку. Провела ладонью по лицу, смахивая кровь, обратившуюся в бурую пыль, и сказала, меланхолично:

— Я восстановила их. — Герда замолкла, медленно сжимая и разжимая кулаки, добавила. — Это было просто.

Вампир попятился к машине, глядя на жертву с суеверным ужасом, пробормотал:

— Но как?

— Я покажу.

Герда исчезла и появилась перед ним, приподнялась над землёй и положила ладони виски. Бедивер рванулся в сторону... и исчез вместе с девочкой.

***

Пришедшие в себя вампиры стянулись ко входу в бункер, озадаченно смотря на сферическую выемку в земле. Из приоткрытой двери вышли Евгений и Меркурий, с винтовками наперевес. Переглянулись с кровососами, те пожали плечами и отступили к машине.

***

Бедивер рухнул на колени, беззвучно вопя, и роняя слюну на поросшие мхом плиты. Вокруг клубится плотный туман, похожий на комья сахарной ваты. Тянет промозглой сыростью и трухлявым деревом.

— Что это было? — Просипел вампир, косясь на Герду. — Где мы?

— Моя вновь обретённая сила... наверное, я ещё неуверена. — Ответила девочка, обвела рукой туман и добавила. — Ты там, куда так стремился. Добро пожаловать на Авалон.

— Но...

Герда взмахнула рукой и пелену впереди разорвало на лоскуты. Бедивер охнул, увидев огрызки стен, поросший сорняками фундамент и... трон с заросшей белыми космами мумией на нём.

— Не может быть... они обещали! — Воскликнул Бедивер, приближаясь к мертвецу.

— Время безжалостно. — Безразлично ответила Герда, встала рядом с рыцарем круглого стола, глядя на тело короля Артура.

Бедивер опустился на колени, упёрся руками в заросшие мхом плиты пола.

— Всё было зря... жертвы, кровь, предательства... всё было напрасно!

— Да. С другой стороны, ты пробудил меня.

— Убей меня.

Герда положила ладонь на макушку вампира и тот обратился в мелкий пепел, долю секунды сохранявший контур тела. Девочка покосилась на трон и хлопнула в ладоши, пространство начало сворачиваться в себя, пожирая руины.

***

Она вернулась на полянку перед бункером в окружении пепла, принеся с собой запахи озона и горелой проводки. Рыжие космы лежат на плечах, лицо белое как снег, веснушки проступают с пугающей отчётливостью.

Вампиры успели уехать, а Евгений и Меркурий сидят на поваленной коряге, тихо переговариваясь и потягивая пиво из алюминиевых банок.

При виде Герды подскочили, бросились к ней.

— Я в порядке. — Сказала девочка и выдавила улыбку.

— А где Бедивер? — Спросил Евген, невзначай оглядывая шею Герды.

— Нигде. Есть, что-нибудь сладкое?

— А? Да, конечно. — Отозвался Меркурий и вытащил из кармана шоколадный батончик, успевший потерять форму.

Герда приняла, кивнула, и жадно схрумкала, в ладони появился такой же. Девочка задумчиво сдвинула брови, и батончик испарился.

— Так что случилось? Ты себя нормально чувствуешь? — Протараторил Меркурий, становясь перед ней на колено и заглядывая в глаза.

— Сложно объяснить. Я... нет, я плохо себя чувствую, очень, голова раскалывается и спать хочу.

***

Мужчины проводили её к койке в бункере, Меркурий помог лечь и заботливо прикрыл простыней. Герда поворочалась, перевернулась на спину и пробормотала, балансируя на грани сна:

— Я была там... очень далеко...

— Где?

— В будущем. Оказывается... я и так умею, теперь.

— И что ты видела?

— Как вселенную разорвало в клочья и остатки человечества изолировало в причудливых анклавах-планетах, похожих на игры. Даже забавно...

Меркурий осторожно пригладил рыжие волосы и сказал:

— Может привиделось, от стимулятора.

— Нет. Это... Смещение, оно смешало реальности и время, я побывала там, в разломе-пересечения. Я видела такое... — Герда замялась и сладко зевнула, не открывая глаз, голос стал тише и отстраненней. — Видел мужчину, бредущего через смешение реальностей с мечом, видела, как люди пытаются отстроить цивилизацию в окружении сказки... я видела много чего.

— Спи, утром обязательно расскажешь.

Герда медленно кивнула и уснула.

Конец.