На задворках неба

Глава 1. Сквозняк

Красный свет едва пробивался сквозь тяжёлые, словно набухшие кровавым дождём, облака. Всё здесь, и серый песок, и выветренные скалы, и даже небо дышали смертью. Ни один звук, кроме воя ветра, да грохота извергающихся вулканов уже тысячелетия не смел нарушить вечный покой Венеры.

Андрей крался, низко пригнувшись, внимательно выискивая, куда бы ступить. Здесь ничему нельзя было верить. Надёжный камень мог оказаться вязким, словно болото или рассыпаться мелким песком. Он провел здесь уже больше семи лет. Можно сказать - этот мир стал для Лихова родным. А потому обмануть его, Венере не удавалось уже давно.

Полностью невидимые в своем оптическом камуфляже бойцы двигались так уже много часов, подбираясь к вражеской платформе. Огромное сооружение неспешное, словно черепаха, бороздило океан почти жидкой углекислоты, то, опускаясь на глубину, то, поднимаясь к самой его поверхности. Андрей давно уже вычислил траекторию махины. Совсем скоро она опустится к тем скалам менее чем в сотне метров от них.

На утёсе отряд оказался как раз вовремя. Дюжина ослепительных светляков взвилась и, достигнув брюха платформы, прилипла к нему словно геконы. Их заметили. Панцирь механического чудовища завибрировал, готовясь выпустить из своего чрева истребители, но поздно.

Диверсанты легко пронеслись по корпусу к двигателям, оставляя возле каждого из них свою ношу. Стоило кому-то из них закрепить мину как он, раскрыв между рук перепонку, словно летяга устремлялся как можно дальше от обреченной махины. Не прошло и двух десятков секунд, как всё брюхо её оделось белёсыми вспышками атомных взрывов, каждый из которых оставил в нём дыру, в которую мог бы проплыть синий кит.

Ударные волны догнали Андрея уже почти в километре от платформы, бессильно рухнувшей на каменистую поверхность. Казалось, они сметут его, но он был слишком опытен и лишь немного изменил угол наклона, ускоряясь за счёт них.

Напряжение долгих часов сейчас сменилось радостью. Казалось пьянящий восторг победы готов выплеснуться из его груди, одевая весь мир ослепительным ядерным пламенем. А потом наступила темнота.

250 объективных лет спустя

Сначала появились звуки резкие и неприятные. Они были, то высокие, то низки, то громкие, то тихие. Врывались в голову, мешая оставаться в таком желанном забытьи.

Совсем скоро тысячи маленьких иголочек стали колоть его, иногда пробегая по всему телу равномерными волнами, а иногда хаотично впиваясь в кожу, то тут, то там.

Потом сквозь закрытые веки стали пробиваться вспышки света и почти сразу же пришла бессчётная прорва запахов. Еще несколько мучительных секунд спустя, он понял, что во рту у него невыносимо сухо, и вывалился в реальность.

Стоило ему открыть глаза как ленты, прижимавшие его к лежаку, расстегнулись, и он воспарил в невесомости. Далеко, правда, улететь всё равно бы не удалось, он был, в гибернационной камере, словно в соте.

Андрей сунул правую руку за голову и привычным движением вытащил из крепления флягу. Ухватив зубами трубку, он стал жадно пить тепловатую воду с химическим привкусом. Потом притянул, парившую над ним маску к лицу, легко пристегнул её и сразу же почувствовал на губах привкус лечебного тумана. Он дышал ровно и глубоко, и даже сам не заметил, как заснул.

Проснулся он, как и всегда резко. Оторвал от лысой головы электроды и сгруппировался, притянув ноги к груди. Зрение ещё плоховато фокусировалось, но состояние было явно лучше, чем раньше. Он неловко перевернулся в невесомости и, оттолкнувшись, вылетел из камеры в тесное помещение, дверь из которого вела в душевую.

Закрепившись эластичными ремнями в кабинке, он ухватил зубами загубник и включил душ. Андрей несколько минут просто наслаждался потоками водяных шариков, увлекаемых теплым воздухом. Некоторые из них были горячими, а другие обжигающе холодными, но Лихову это очень нравилось. Коснувшись кожи, они размазывались по ней и минуту спустя, он оказался покрыть водяной оболочкой. Андрей принялся тереть себя щёткой. Смыв тягучую слизь, он изменил режим и узкий, словно лезвие поток воздуха прошёлся по нему от макушки до пят, сгоняя грязную воду.

Попив питательной жижи, заменявшей космонавтам всю еду, Андрей полетел центральный пост управления. Его и так не лучшее настроение окончательно испортил удар о край люка. Впрочем, он не мог сравниться с тем, что сейчас дежурил «грёбаный пиндос!» Хуан Мария Рамирес.

Пиндосов Андрей не любил ещё со времён войны, эти уроды были не только умны и изобретательны, они к тому же ещё и умели отлично воевать. Даже, когда оба континента объединились, они умудрялись регулярно устраивать внутренние заварухи, благодаря чему поддерживали свои навыки на должном уровне. «И что он, вообще, забыл здесь в нашем секторе?» – частенько спрашивал у себя и других Андрей, особенно когда капитан не слышал.

Рамирес, который предпочитал, чтобы его звали просто – Иван, был иммигрантом. Всего через несколько дней службы в русскоязычном экипаже он понял, что его вполне обыкновенное имя Хуан-Мария, воспринималось несколько своеобразно и оттого не рвался лишний раз его использовать. Один Бог знал, что могло подвигнуть жителя американских Анд и бывшего пилота истребителя (пусть теперь это класс кораблей и звался тактическими ракетоносцами) бросить родную страну и отправиться в чужой сектор колонизации, переполненный вчерашними смертельными врагами. Вряд ли это было что-то хорошее…

- Привет Хуан! – Андрей специально выделил иностранное имя своего коллеги. Про себя он регулярно звал того Машей, но в глаза всё же говорить не решался. – Как служба-то? – С ехидцей в голосе осведомился он.

- Да как всегда. – Устало ответил пилот. – Ну что Лихов, приступим? - Пиндос знал, что Андрей не любит, когда его зовут по фамилии, и вернул ему шпильку.

Андрей влетел в кресло второго пилота, и началась процедура передачи смены. Рутина, ну что тут скажешь, она и есть рутина: регламентные работы на реакторе, пылевые потоки, мелкий мусор, попадающий в обшивку, поломки, корректировки курса, в общем - скука. Они уже полчаса занимались этим, когда Рамирес, внезапно, оторвался от экрана и заорал:

- Разгерметизация! – Оттолкнувшись от кресла он пулей, вылетел в коридор.

Обескураженный Андрей на чьём терминале ничего не отобразилось, нехотя отправился за ним. Уже в коридоре он почувствовал еле заметное движение воздуха.

Рамирес тем временем уже был у шлюза и возился с терминалом. Андрей подлетел к нему и с раздражением заорал:

- Ты, чо возишься-то?!

Рамирес в ответ, произнес что-то витиеватое на смеси испанского с английским, использовавшейся в Американском союзе. Андрей сунулся к терминалу – тот оказался заблокирован. Американец безуспешно пытался заставить его работать, но тщетно.

- Ах, ты ж… - Лихов оттолкнул незадачливого хакера и ловко отцепил пластмассовый корпус. – Я справлюсь, давай, лети уж гибернационную герметизируй!

- Сношать тя… - Рамирес явно колебался.

- Лети, давай – хоть их-то спасём! – Огрызнулся Андрей, копаясь в паутине проводов.

Рамирес наконец улетел, а Лихов, убедившись, что тот не видит, сразу же влез в блок управления. Подключив свой мозгомашинный интерфейс, он разблокировал дверь. Пока американец возился с герметизацией, обильно заливая края люка специальной пеной, Андрей скачал журнал системы. Закончив с этим, он открыл дверь и крикнул:

- Открыто! Валим!

Пиндос, как раз закончил с герметизацией. Он метнулся к Лихову и с удивительной ловкостью в последний момент ухватился за край, открывающегося люка. А потом вперёд Андрея влетел в шлюз, где хранились скафандры.

Когда там оказался Лихов, Рамирес уже достал костюм и, матерясь, проверял дыхательный аппарат. Андрей последовал его примеру и вдруг обнаружил, что рециркулятор дыхательного контура не работает. Давление, тем временем, ощутимо падало. От недостатка кислорода в голове разливалась муть. Лихов задраил внутренний люк шлюза и, вытащив из шкафчика ремкомплект, завозился, вставляя сменный блок. Тот не подходил!

В панике Андрей ринулся к соседнему шкафчику и принялся вытаскивать из него всё подряд. Там всё же нашлась пара годных ремкомплектов.

Рамирес тем временем, бестолково возился, кажется, не разобравшись с поломкой. Надев скафандр, Андрей поспешил ему на помощь. Беглого взгляда хватило, чтобы понять – костюм бесполезен. Несколько трубок были плохо пригнаны к штуцерам.

Рамирес служил на корабле совсем недавно и, видимо, мало имел дело с этой моделью. Потому не сразу заметил подвох и не мог понять, что происходит. Андрей рванул скафандр из соседнего шкафа, и ткнул костюмом пиндоса:

- Надевай, я сейчас блок сменю – Заорал Лихов пытаясь докричаться через толстое стекло шлема.

Рамирес умудрился его понять и стал спешно натягивать на себя скафандр. Андрей в это время вкручивал сменный модуль в гнездо. Пиндос ещё даже не успел полностью застегнуть костюм, как свет в шлюзовой замигал красным. Тут же завыла, слышимая даже сквозь шлем, сирена.

Рамирес резко вывернулся, отталкивая Лихова, и прицепил к скобе карабин страховочного линя. Андрей отлетел примерно на метр, не сильно ударившись о стену. Матерясь про себя, он оттолкнулся, вновь подлетел к пиндосу и присоединил наконец сменный блок к скафандру.

Внезапно его резко рвануло. Внешний люк начал стремительно открываться, явно раньше, чем должен был. Лихова понесло к нему. Он не удержался и с небольшим ускорением вылетел наружу.

Кувыркаясь, он летел в сторону от корабля прямо в межзвёздную пустоту. Мгновения растянулись, Андрей яростно пытался погасить вращение, однако двигатели скафандра в ответ на его команды срабатывали в хаотичном порядке, только ухудшая положение. «Вот и всё» - подумал он.

В этот момент, кто-то с силой схватил Лихова за ногу и поволок в обратном направлении, а потом резко отпустил. Андрей сгруппировался и смог-таки повернуться, увидев, что Рамирес зацепил его линем.

Немного порыпавшись он ухватил трос руками и стал, перебирая тянуть его на себя. От люка он отлетел совсем не далеко и всего минут за десять смог забраться внутрь. Рамирес, тем временем, уже вовсю возился с терминалом. Тот тоже оказался заблокирован. Андрей вызвал американца по радиосвязи:

- Спасибо – Он хлопнул того по плечу – Я тебе жизнью обязан… - продолжил Лихов, Рамирес в ответ сделал, неопределённы жест и вернулся к своему занятию – Слышь, я попробую задраиться вручную.

В ответ американец свернул кольцо из указательного и большого пальцев, выставив остальные вверх. Кажется, этот жест означал, что-то вроде, «хорошо», но Андрей точно не знал. Ему сейчас было не до того.

С минуту провозившись, он открыл небольшой лючок в стене и, отключив управление, стал с силой вращать колесо гидравлического привода. Очень неспешно люк стал выползать из паза. Андрей крутил, крутил и крутил, несмотря на невесомость, работать всё равно оказалось тяжело. Он уже смог наполовину задраить люк, когда к нему присоединился Рамирес. Тот просто молча толкнул его в плечо, указывая на терминал, а сам ухватился за рукоятку насоса.

Лихов пожал плечами и двинулся к терминалу. В шлюзе проделать, тот же фокус что и коридоре, оказалось невозможно. Однако у Андрея всегда имелась пара тузов в рукаве на такой случай. Не зря же он служил когда-то диверсантом.

У технического скафандра, кроме двух рукавов, имелось ещё четыре механические руки, верхние из которых были снабжены плазменными резаками. Взрезав кожух терминала, Андрей быстро добрался до управляющего блока и подключил его к компьютеру скафандра. Выведя данные, он с удивлением обнаружил, что тот прошит вместо стандартного драйвера абракадаброй, что и привело к блокировке.

Матюгаясь, Андрей занялся системой подачи напряжения на насос гидравлической системы люка. Снова крутить колесо ему абсолютно не улыбалось.

Пока он возился, Рамирес, имевший лучшую физическую форму, закрыл внешний люк и заблокировал его, потом подлетел к Андрею и хлопнул того по плечу. Тот ответил по радиосвязи:

- Погоди-ка маленько, я сейчас терминал внешнего люка-то отрублю, чтоб нас повторно было не выкинуть.

Тут всё оказалось совсем просто. Андрей отключил управляющий блок от основного ИИ, так, на всякий случай, просто, вырвав его вместе с проводами.

Уже потом он снова залез в терминал и подал давление в шлюзовую. Программные модули не работали, но Андрей просто добился того, что сигнал с датчиков давления в коридоре и шлюзовой оказался одинаковым. И только потом принялся открывать дверь. В жилом модуле, к их радости, давление было ещё довольно высоким – около трети атмосферы.

Лихов с Рамиресом зависли посреди коридора, просто отдыхая. Андрей глянул на часы. Всё произошедшее отняло у них меньше часа. Он спросил:

- Ты, как разгерметизацию-то заметил? Компьютер же ничего не выдал.

- Как это, по-вашему, draught.. – замялся тот,

- Сквозняк. – Подсказал Андрей.

Рамирес относительно недавно жил в русском секторе и частенько путал слова. Акцента у него не было, но похожие слова он произносил по-английски.

- Полагаться на компьютер не лучшая идея, когда wreckers кругом …

- Где ж тут диверсанты-то… – скоропалительно сказал Андрей, но сразу же осёкся. Чем же ещё, как не диверсией можно было объяснить происходящее?

- Тут их, может, и нет, зато на войне от них натерпелся. Ваши, знаешь, как это дело любили, типа микрозаряды on a cover (на обшивке), которые через три недели срабатывают или эти ваши, damned сверлилки…

- Да уж микробот штука-то козырная…. – Мечтательно сказал Андрей. – Если, только, не против тебя применяется. – Уже мрачно добавил он – Вообще-то, это, спасибо, короче! Ещё раз и извини, ну, что подкалывал…

- Да и хрен с тобой… - Неуверенно ответил Рамирес. – Как думаешь, основной ИИ заражён?

- Да, уж, как пить дать. Надо бы его глушить на хрен – Устало сказал Андрей. Ни у него, ни у Рамиреса не было и тени сомнения, что это результат деятельности вредоносной программы. Вряд ли где-то прячется живой диверсант. - А то, что-то мне подсказывает: пока мы эту дрянь, программную не поймаем, остальное без толку будет.

- Как ты его без кэптэн глушить собрался? – Хмыкнул Рамирес. – Пошли дыру искать, там Рындина разбудим, и разбираться будем.

Поиски дыры затянулись надолго. Воздух уходил через поврежденное сочленение двух листов обшивки, прикрытое изнутри слоями биозащиты. Поэтому и давление падало медленно. Увы, наверное, его, повредил снаружи один из ремонтных роботов, управляемый вредоносной программой.

В общем, пришлось Андрею выходить наружу, чтобы его заварить. В это время Рамирес, много менее искушённый в таких делах, герметизировал щель изнутри. ИИ они перевели в безопасный режим функционирования, и теперь абсолютное большинство дел приходилось выполнять вручную.

Наружу Андрей выбирался долго и с приключениями. Открывать и закрывать люки без автоматики оказалось отнюдь не просто. Выравнивать давление и то нужно было самому.

Выбравшись из шлюза на обшивку, Андрей закрепился двумя линями, один прицепил к скобе в шлюзовой, а второй снаружи на обшивке. За спину он присоединил линемёт с самоклеящимся креплением, чтобы не потеряться в космосе. Двигатели скафандра по-прежнему нормально не работали.

К слову, вооружиться, как следует, не получилось. Шкаф, в котором хранились боевые лазеры, оказался пуст. Кроме Андрея его никто не проверял, а он делал это на конечных точках маршрута.

Жилой модуль был совсем невелик: метров сто в длину и, около полутора сотен в диаметре. Большая часть его поверхности с одной стороны перекрывалась сцепками контейнеров, а с другого грузовым челноком – «галошей», называвшимся так, за характерную форму. Оставалась полоска открытого корпуса шириной метров в двадцать, да ещё пространство под грузовиком. Именно там, по их прикидкам, и находилась щель.

Андрей, ловко хватаясь механическими руками за порядком потрёпанные скобы, пробежался по свободной полосе обшивки и, не найдя ничего интересного, двинулся под галошу.

Протиснувшись в узкую щель, он оказался в относительно широком пространстве высотой почти полтора метра. Хватаясь за скобы, которые здесь были в существенно лучшем состоянии, Андрей двинулся искать трещину.

Лихов прошёл уже почти половину расстояния до места, где она могла располагаться, когда из-за стыковочного узла на него набросился ремонтный робот. Он имел шарообразное тело, обрамлённое целым набором членистых «рук» и несколькими механическими «щупальцами», которые несли инструменты. Сейчас этот гибрид паука с осьминогом нёсся к Андрею на реактивной тяге, выставив вперёд гибкие конечности с белыми языками плазменных резаков.

Андрей был готов. Подпустив робота, как мог близко, он резко метнулся в сторону, оттолкнувшись от скоб всеми шестью руками. Ремонтник, не успев справиться с инерцией, проскочил мимо него. Андрей, оказавшийся сбоку, полоснул машину по, незащищённому боку плазменными резаками, отсекая сразу несколько конечностей.

Ремонтник резко изогнул щупальце, пытаясь достать Андрея, но тот уже отскочил и оказался другой стороны машины. Камеры покрывали всю поверхность робота и слепых зон он просто не имел. Оба щупальца ремонтника метнулись к Андрею. Тот вновь отскочил, всеми конечностями оттолкнувшись от скобы на обшивке, но не рассчитал, и резак задел одну из нижних рук.

Это не помешало Андрею и он, зайдя машине с поврежденного бока, полоснул резаком по щупальцу, выводя то из строя. Рассечённый трубопровод заметался, выбрасывая из себя струю мгновенно замерзающего аргона и робот, не успев стабилизироваться, провернулся вокруг своей оси. Чем немедленно воспользовался Лихов, отсекая второе щупальце.

Робот был потрёпан, однако отнюдь не побеждён. Стабилизировавшись, он схватил Андрея за торс оставшимися конечностями и потянул к себе. Две руки Лихова остались свободны. Это оказалось фатальной ошибкой машины. Теперь космонавт оказался совсем близко. Резаком он вспорол корпус машины и, швырнув в сторону кусок обшивки, выдрал из неё батарею. Ремонтник чуть дёрнулся и обмяк, отпуская Андрея.

Лихов прицепил машину на линь, чтобы потом оттащить на ремонт, а сам двинулся к проделанной роботом щели. Резаки у ремонтника были маломощные, и ковырял обшивку он, судя по следам, довольно долго.

Андрей зачистил края дыры и выбрал из ремкомплекта две подходящие заплаты. Естественно, ремонтник проделал отверстие так, чтобы стандартная заплата не подходила. Затем Лихов заполнил щель специальной пеной и стал приваривать куски металла. Дело это было долгим и нудным. Ведь, сплав, из которого строили внешние корпуса кораблей, имел крайне сложную структуру. Потом дефектоскопия, зачистка краёв, снова дефектоскопия.

Закончил Андрей только часа через три. Несколько минут отдохнув, просто паря в невесомости, он двинулся в обратный путь. Оба линя, которые он закрепил возле люка, оказались оборваны, но Андрей не расстраивался, покрепче цепляясь за скобы на обшивке.

Выпроставшись из-под брюха галоши, он услышал в наушниках голос Рамиреса:

- Ты что там возишься – раздражённо спросил тот.

- Да так…

Андрей не успел договорить, как что-то с силой ударило его в бок, источенные космической пылью скобы, оторвались, и он кувыркаясь полетел прямо в открытый космос.

ИИ – искусственный интеллект

Гибернация – впадение в спячку;

Линь – трос;

Линемёт – устройство для забрасывания троса, на высокие или далеко стоящие объекты;

Глава 2. Posthuman

Утро было прохладным и ясным. Горные пики едва заалели, а он уже тренировался. Миновав ровный участок, он выбежал на длинный монотонный тягун. Подъём казался совсем небольшим, но силы стремительно уходили. Вот уже и дыхание сбивалось, но он не останавливался. Бегать было тяжело, особенно в разреженном горном воздухе, но нагрузки дают молодость, а именно её-то ему сильнее всего и не хватало.

С самого пробуждения он фильтровал результаты голосования по округам, внося в них небольшие изменения. Раньше потоковая обработка больших данных давалась ему тяжеловато, но новые процессоры в дата-центре, дополнявшем его мозг, давали ощутимую прибавку производительности.

Да, в целом с ними было гораздо лучше. Теперь он вполне мог обойтись безо всякой охраны, контролируя всю территорию поместья самостоятельно. Каждая камера служила его глазами. Каждый робот стал руками.

За последние месяцы он уже раз пять вполне успешно отлавливал нарушителей. Единственной сложностью оставалась утилизация того, что от них оставалось, но он и с этим в ближайшее время должен справиться.

После пробежки он отправился позаниматься на тренажёры. Пока тренировался, закончил с голосованием и удовлетворённо хмыкнул, уголком сознания глянув результаты трансгуманистической партии по версии избирательной комиссии, конечно же. Утро выдалось замечательным.

Потом бассейн. Оттуда в баню. Расслабленно сидя в сауне, он заблокировал группы в соцсетях, где собирались недовольные разницей экзитполов и результатов избиркомов.

Заранее подготовленные эксперты, уже объясняли, что избиратели некоторых кандидатов стесняются говорить о своем выборе, бла, бла, бла и что-то там ещё такое.

После бани вернулся к себе. Ему уже подали блондинку. Обычно он предпочитал восемнадцатилетних. Однако эта и в шестнадцать могла дать фору многим. Она была не просто послушна, даже сама проявляла инициативу.

Всё-таки новый препарат оказался действительно хорош. А то, иной раз, приходилось звать охранников, чтобы держали. Сначала ему даже нравилось, но потом приелось. Хотелось просто расслабиться и не слушать этот вой и причитания. Пользуясь блондинкой, он ненадолго отключился от всех дел и просто отдохнул.

А вот завтрак подкачал. Каша была гуще, чем он любил. Авокадо слегка завертелось, да и сок оказался слишком сладкий. Утилизировав повара, он двинулся на неспешную прогулку, разбирая сегодняшнюю почту.

В целом всё шло, как нельзя лучше. Наконец-то удалось полностью автоматизировать погрузку и разгрузку фур и вагонов. Да и со сборкой техники дела, следовало признать, шли вполне хорошо. Совсем скоро не надо будет думать обо всех этих никчёмных неудачниках, которые не могли заняться ничем получше.

А вот ещё одна прекрасная новость: правительство согласовало план по строительству канала. Совсем скоро он отгородит, территорию, которую он отвёл под жильё для качественного населения. А то, после сокращений в полиции, потери от нападений стали великоваты, и с этим надо было что-то делать.

Снова его расстроили эти долбаные амиши никак они не прогибались, всячески мешая распространять канабиноиды. Он ведь им добра хотел! Нет же, они бегали с какими-то россказнями о морали, вере, традициях и прочей мерзости. Не помогало ни блокирование в соцсетях, ни заморозка счетов. У них, ко всеобщему удивлению, ни того ни другого просто не было.

Ситуацию немного улучшили погромы. Однако эти твари, оказались на удивление хорошо вооружены и проявили просто чудеса сплочённости, перебив значительную часть, его боевых хомяков и даже контратаковав. Самое плохое, что невмешательство полиции им только помогло. Конечно, он ещё хорошенько потреплет их в судах, но всё равно неприятно.

Потом проверил данные по энергоснабжению и продажам топлива, собираясь урезать поставки в их районы. И вот тут его ждало самое тяжёлое открытие. Амиши не пользовались электричеством от компаний под его управлением. Как назло, они ещё и топливо делали из рапсового масла. Да оно им особо-то и не нужно было.

В очередной раз, дав указание разобраться с амишами, он отправился на важную встречу. Кажется, удалось серьёзно продвинуться в наращивании теломерных последовательностей. Гномы, как он их звал, научились обходить этот тупой запрет на редактирование генома человека и теперь наконец-то смогут сделать очередной шаг к его цели – второй молодости.

Когда кортежи выезжали, а их было три, в воротах произошла небольшая заминка. В это время он заметил метрах в ста на скале охотника, который, не особо интересуясь автомобилями, махал кому-то внизу.

Уже в долине, машины свернули с трассы на узенькую, но всё же асфальтированную дорогу. Когда машина прошла по ней метров триста, он автоматически отметил, что навстречу им движется ржавый пикап. За рулём его сидел рэднек, давно разменявший четвертый десяток. Мужчина благоразумно свернул с дороги и пропустил их, проводив машины тяжёлым взглядом, а потом не с первого раза завёл свой драндулет и двинулся дальше.

Только когда автомобиль проехал пару миль, он понял, что ему не понравилось в рэднеке, тот отсутствовал в базе распознавания лиц. Судя по данным спутника, пикап тем временем направлялся в сторону поместья.

Он активировал охранную систему и поднял в небо дополнительные дроны. Ему было чрезвычайно интересно, что задумал этот амиш. Контроль маршрута он доверил охране, а сам переключился на поместье. Реднек проехал уже на полпути, когда грохнуло.

Бронированный минивэн охраны взорвался, осыпав округу кусками обшивки. Вряд ли внутри кто-то выжил. Водитель надавил на газ, стараясь уйти от засады. Что ж события приобретали всё более интересный и увлекательный оборот.

Он переключился на камеры дронов, с которых контролировал район и вдруг обнаружил, что дела остальных кортежей плохи. Собственно, их больше не существовало. От машин остались только пылающие остовы. Самое неприятное, что ни дроны, ни спутник не видели, кто в них стрелял.

К нему на выручку уже летели вертолёты с охраной. Он откинулся назад и налил себе стакан яблочно-сельдерейного сока и даже успел сделать глоток, как по вертолётам открыли огонь. Эту модель оснащали первоклассной системой радиоэлектронной борьбы, и геликоптеры были в полной… должны были быть…

С заросшего лесом склона, одна за другой стартовали неуправляемые ракеты, против которых любая РЭБ увы бессильна. Потом были электромагнитные удары огромной силы. Связь с большинством дронов исчезла. Минута и спутник разделил их судьбу.

Впервые за очень долгое время он почувствовал страх. Дата-центр, находился в нескольких десятках километров западнее поместья и соединялся с ним линией обычной оптоволоконной связи, потому он прекрасно видел, что там происходило.

- Drive! (Гони) – Заорал он водителю по интеркому – urge, to datacenter! (гони к дата-центру) – Повторил он уже тише.

На поместье напали. Нет, это были не погромщики, не толпа мародёров или профессиональные воры. Наёмники! В руках автоматы. Не те модные пушки, набитые электроникой, которую так легко обмануть, а старые АК без единой электрической части, зато с подствольными гранатомётами. Некоторые несли пулемёты, и даже автоматический гранатомёт.

Роботов охраны они смяли в раз. На такой натиск те были просто не рассчитаны. Живая охрана продержалась немногим дольше. Ровно столько, чтобы увидеть, как ворота вышибает тяжёлый грузовик, идущий во главе колонны старых джипов. Бой оказался стремительно проигран.

Его машина неслась на пределе скорости. Водитель выжимал из неё, всё, на что она только была способна. Трясясь на заднем сиденье, он лихорадочно перебирал в голове варианты.

Кто вообще мог стоять за этим? Конкуренты? Но ведь они поделили территорию. У них одни цели, одно понимание, путей их достижения. Зачем кому-то нападать на него? Бандиты, террористы, секты, вся эта мелочь отпадала сразу. Слишком уж всё хорошо срежиссировано, да и спутники сбить могут лишь единичные игроки.

Государство? Но какое? У кого хватит наглости его атаковать? У русских и китайцев, вот у кого. Только вот делить-то ему с ними нечего. У каждого теперь, свои зоны влияния. Ресурсы поделены. Мир снова прост и понятен.

Они уже двадцать лет как, загнаны на свой континент и заняты двумя Америками, а в Евразию или Африку сунуться не смеют. Вся эта болтовня о противостоянии центров сил, для хомяков. У них самих всё вполне понятно. Так кто же на него напал?

Всего через полчаса машина подъехала к приземистому зданию без окон, где располагался его экзокортекс – суперкомпьютер, дополнявший мозг. Ни со спутниками, ни с поместьем или дронами по-прежнему не было связи. Обложили по полной!

Он оказался у своего последнего рубежа обороны. Уж здесь-то его никому не достать. Даже если они достаточно глупы, чтобы сюда сунуться, он просто бросит это тело и уйдёт в сеть. Убив, они лишь сделают его сильнее! Он нервно засмеялся.

Водитель первым вышел из машины. От здания уже подбежали несколько вооружённых охранников. Они вытащили его и, прикрывая собой, повели к массивным дверям. Не пройдя и десяти шагов, он услышал выстрелы. Не было понятно ни, кто стрелял, ни откуда, но всего за несколько секунд он остался один.

Рванувшись ко входу в дата-центр, он внезапно получил сильный удар в спину и кубарем покатился по асфальту. Он попытался подняться и тут его кто-то с силой пнул в живот.

Он лежал, согнувшись, кажется, ему сломали рёбра, двигаться было больно, и он старался глубоко не вдыхать. В голове билась только одна мысль – «Кто это?! Кто, мог такое вытворить». Он вновь попытался подняться, получив ещё один удар. Бивший его, выкрикнул:

- Take that, posthuman!... damned sheet (Получай постчеловек!... дерьмо проклятое) – В голосе того слышалась еле сдерживаемая ненависть.

- Don’t kill it! We still need this sheet alive… (не убивай это дерьмо, оно пока что нужно нам живым) – Голос был знакомый. Очень знакомый. Он, правда, не сразу понял чей он. Это же его водитель! Как же зовут этого парня?

Он уже давно прекратил запоминать имена слуг, храня, всё это в экзокортексе. Он попытался вновь подняться, но не успел даже привстать, как в лицо его прилетел ботинок. Он откинулся назад, больно ударившись головой об асфальт. Мгновение и кисть рвануло невыносимой болью. Кажется, в неё впился каблук тяжёлого ботинка.

- Lay down and be quite, sheet, or I’ll punish you! (лежи тихо, дерьмо, или я тебя накажу) – В голосе звучало неподдельное удовольствие.

Ещё мгновение и прямо в лицо ему прилетел ещё один удар ботинка. Боль была почти нестерпима. Он попытался открыть глаза, но перед ними оказались желтоватые пятна. Он ослеп, но не сломался.

Он вслушался в речь нападавших. Говорили они как-то странно. Нет, акцента почти не ощущалось. Да и кто обращает в наше время внимание на акцент? Нет скорее наоборот, говорили слишком правильно, несколько старомодно подбирая слова. Амиши?! А может, и нет…

Сделав над собой огромное усилие, он смог успокоиться. Сейчас надо было любой ценой установить связь с дата-центром. Ему потребовалось несколько минут на эту процедуру.

Пока он возился, неподвижно лёжа на асфальте, к нападавшим явно присоединился кто-то ещё. Голос у него был спокойный и мягкий, но в тоже время каждый сразу понимал, что именно этот парень здесь начальник.

Он посмотрел на него через камеру, тот нисколько не прятался. Это был крепкий светловолосый мужчина среднего роста, черты лица тонкие, правильные, глаза серые. Да это же он сам, только лет на пятьдесят моложе! До сорока-то ещё не дожил. Чуть отвлёкшись от этих мыслей, он услышал фразу.

- We’ll get an access codes, when it’ll be yours! Until that time, - Мужчина в костюме ткнул собеседника в грудь пальцем - We need it alive! (Мы добудем коды доступа, и тогда оно будет твоим! До этого времени, оно нужно нам живым!)

«Хрен вам, а не коды доступа!» - Подумал он.

Вряд ли, его оставят в живых и нетрудно догадаться, что смерть не будет быстрой. Этот, который ударил первым, явно желает отомстить.

«Ну, ничего вы, твари, у меня ещё попляшете. Мы ещё посмотрим, кто будет смеяться последним!»

Чуть подготовившись, он отправил все требуемые коды и приступил к передаче своего слепка. Основная его часть уже хранилась в экзокортексе, но всё же до полного переселения оставалось ещё довольно много времени. Он торжествовал. Этим уродам ничего не достанется! Что, твари съели?!

Он высшая форма эволюции человека, эти кожаные просто мусор под ногами, что ему до них! Смерть сделает его только сильнее, и он окончательно превратится в цифровой разум, станет духом! Нет, богом! Он будет богом, для всей этой никчёмной биомассы! Эти хомяки будут его игрушками.

Ничего! Их лица уже занесены в базу и никуда они не денутся. Он превратит их жизнь в бесконечную череду страданий. Он… От этих мыслей его оторвал торжествующий возглас:

- We got it! We got the Codes! (получилось, мы получили коды!) – Кричал ещё кто-то, кого он раньше не слышал.

Он про себя выругался.

- Good job! Transmit it and have a go! (Отлично! Передай их, и валим!)– Произнёс мягкий голос – It’s your’s! (оно твоё) – Добавил человек в костюме.

Всего несколько секунд спустя он почувствовал, как на голову ему одели какую-то штуку, а потом мир взорвался вспышкой невыносимой запредельной боли. Он кричал до хрипоты. Звал на помощь. Умолял. А в ответ ему неслось лишь злобное:

- They’d beg your mercy… all of them! Yell! (они молили о пощаде… все они! Кричи!)

Нестерпимая боль продолжалась очень долго, кажется целую вечность. Но внезапно оказалась где-то далеко, Он теперь находился в полной пустоте. Вокруг впервые не было ничего, совсем ничего. У него теперь не было тела.

У него появилось множество ощущений: он смотрел тысячами камер, слышал тысячами микрофонов, анализировал состав воздуха и много чего ещё, но это всё было не то. Его старые телесные ощущения пропали… совсем. Там, далеко, испытывало невыносимые страдания некое существо, над которым склонился человек в джинсах, клетчатой рубашке и уродской бейсболке. А ведь мучается он. Это - он!

На его собственную голову надели нечто вроде шапки с закреплёнными на ней кольцами. Своими новыми чувствами он легко мог заметить исходящие от них магнитные импульсы. Он смотрел на это и его разбирало веселье. Тело, так забавно извивался, ну прям как червяк. «Неужели это ничтожество когда-то было мной? Неужели этот червяк я?!»

Я! Всемогущий. Я! Я, который везде! Я, который во всем! А этот червячок, что он вообще. Ему было весело. Однако, всего несколько мгновений спустя, он понял - что-то не так.

Обладая теперь огромным спектром чувств, он невыносимо тосковал по прежним своим слабым ощущениям. Он хотел пить, есть, спать, совокупляться, одновременно. Он вдруг с чудовищной невыносимой ясностью понял, что уже никогда не сможет ничего из этого делать. У него теперь нет, и никогда не будет тела, плоти – этого инструмента удовольствий. Ему невыносимо захотелось туда – обратно в смешного червячка, корчащегося там снаружи.

Даже та чудовищная боль сейчас казалась для него желанной. Он рванулся к ней, но обратного пути уже не было. Тот парень в клетчатой рубашке, тем временем, разочарованно посмотрел на часы, поднялся, вытащил из-за пояса пистолет и несколько раз выстрелил в, лежащее тело. Потом плюнул на него и побежал к забору.

Он торжествовал – «Беги человечек, беги! Тебе никуда от меня не скрыться!». Будь он способен, разразился бы хохотом, но он не мог. Ещё с минуту он наблюдал за убегающим, по ходу ища данные о нём в сети. Он уже успел выяснить, кто это был. Кто они все такие!

Тот похожий на него самого, это его сын. Он никогда не интересовался детьми. Их у него, могло быть много, а может и ни одного. Он обожал шутку – «Я всегда подаю, когда дети просят на улице, вдруг это мой» - Аудитория всегда заливалась в ответ весёлым смехом. Неприятность состояла в том, что этот парень теперь становился хозяином всего, что он имел.

«Устал, значит, ждать пока я помру. Тварь!»

Ничего, совсем скоро его карманная партия примет все нужные законы и тогда… Что будет тогда додумать он не успел, потому что дата-центр взорвался и всё исчезло, даже пустота.

Он больше ничего не чувствовал. Вообще ничего! И ничего мучительнее этого он никогда не ощущал. Он пытался вырваться, но не мог, время остановилось. Он великолепно ощущал, что здесь ничто не в силах меняться, здесь всё постоянно, здесь вечность! Вечность страданий. В нём билась одна абсолютно безумная мысль – «я в аду….»

_________________

Новым телом постчеловека стал программный код, сохраненный в накопителе дата-центра. Именно он теперь служил крючком, удерживавшим его душу в физическом мире. Накопители хранились отдельно и были защищены от почти любого воздействия.

Он не знал и не мог знать, что диски с его кодом, аккуратно извлекли из руин. Их изучили, нашли весьма интересными и отправили в долгий ящик. Конечно, эти исследования поставили в приоритет во множестве документов, обсудили в высоких кабинетах и… внезапно забыли.

Шло время и накопителей содержащих перенесённые в сеть личности становилось всё больше. Однако их просто складировали глубоко под землёй. Там под холодными бетонными сводами ждали они своего часа. Стоит ли удивляться, что однажды он настал…

Экзокортекс – компьютер дополняющий мозг и делающий его «мощнее»

Теломерная последовательность, теломера – структура хромосом постепенное разрушение которой, по одной из теорий, отвечает за старение.

Амиши – радикальное религиозное меньшинство (христиане) в США. Они отрицают технологии и живут укладом, примерно, 19 века. Благодаря высоким темпам размножения и довольно таки активному притоку последователей их количество стабильно растёт. Это одна из групп активно размножающегося населения, которая по результатам т.н. «демографического перехода» не вымрет, а продолжит свой рост, увеличивая свой вес в структуре общества.

Рэднек – презрительное название деревенских жителей в Северной Америке.

Канабиноиды – алкалоиды конопли, при употреблении ослабляют силу воли и способность сопротивляться различным неприятным состояниям, например, статическим нагрузкам. Их употребление давно широко распространено в Северной Корее, а последнее время и на т.н. обобщённом западе.

Трансгуманизм – философское направление прославляющее технический прогресс и ожидающее по его результатам нового витка эволюции человека (в середине 90-х некоторые его представители предсказывали массовое распространение роботов андроидов в десятых годах 21 века). В определённом смысле, антитеза тикиберпанка, демонстрирующего что прогресс лишь развращает людей.

Глава 3. Новое солнце

Андрей отчаянно брыкался, но всё без толку. Ремонтный робот, ухватив всеми конечностями, так что космонавт не мог двинуть ни одной из шести рук, волок его прямо в открытый космос.

Движок на эту модель ставили маломощный, но Андрею не за что было зацепиться, и они неуклонно удалялись от корабля. Видимо, ремонтник уже исчерпал запасы аргона, и его плазменные резаки не работали. Поэтому он и атаковал таким странным, но вполне эффективным, способом.

Андрей врубил двигатели на скафандре. Они нормально не слушались и срабатывали в случайном порядке. Вместе с роботом он закрутился в пространстве, теряя ориентацию. Кружилась голова, но давно к этому привык. Пытаясь стабилизироваться, ремонтник растопырил четыре конечности, на которых устанавливались дополнительные двигатели, ослабив хватку.

Андрей, не позволяя тому выровняться и схватить его крепче, вновь и вновь, то включал, то выключал двигатели. Сам он тем временем яростно извивался, стараясь освободить из цепких объятий робота хоть одну из механических конечностей. Увы, даже усиленные моторами экзоскелета живые руки были слишком слабы.

Минут через пять у него всё же получилось протолкнуть одну из механических рук, к которой была прицеплена шлифмашина. Абразивный круг её изрядно источился, но всё ещё мог поработать. Андрею потребовалось несколько минут, чтобы поймать рукоять.

Ухватив её покрепче он, с силой вжал диск в корпус робота и нажал на пуск. Во все стороны полетела пыль и мелкие обломки корпуса. Он был прочен, но, рассчитанная на шлифовку корабельной обшивки, машина за пару минут сделала в нём дыру.

Андрей отпустил автоматически отключившийся инструмент. Потом сунул в образовавшуюся дырку механическую руку и принялся крушить начинку робота, с силой выдирая провода трубки и куски плат.

Выпотрошенный ремонтник отключился, но по-прежнему крепко держал Андрея. Только сточив ещё одну конечность, ему удалось высвободить руку с резаком. С помощью, него Лихов быстро освободился. Ещё несколько минут он вращался вместе с ремонтником, пока не увидел транспортник, а потом с силой оттолкнулся от поверженного робота и полетел к нему.

Вытащив из-за спины линемёт, он прицелился и выстрелил длинным тонким тросом в корабль. Отдача отбросила его назад, придав дополнительный импульс вращению. Линь явно не смог зацепиться и теперь бессильно болтался, свиваясь в петли. Андрей ухватил линь, неплотно сжав кулак, и включил лебёдку, быстро смотавшую трос. Ещё несколько минут ему пришлось провозиться, распутывая образовавшиеся петли.

Когда, адгезивный фиксатор вновь вернулся в ствол, он тщательно прицелился и снова выстрелил. На этот раз после толчка, его резко дёрнуло. Видимо, фиксатор закрепился на корпусе, Андрей включил лебёдку и начал, не спеша сматывать трос. Рывок помог-таки справиться с вращением, и он наконец-то расслабился.

Андрей оглянулся, ища глазами робота и, что называется, обомлел. Обычно в космосе не на что смотреть. Великая чёрная пустота, в которой лишь изредка можно увидеть яркие точки далёких светил, готова поглотить тебя, стоит только позволить себе вглядеться в неё.

Сейчас Андрей видел яркую звезду и совсем не далеко. Она светила лишь немного ярче окружающих, но Андрея этим было не обмануть. Звезда сияла совсем рядом, максимум в паре недель пути, если это гигант, а если карлик так и вовсе в нескольких сутках.

Сматывающийся линь притянул Андрея к корпусу корабля. Звезда пропала из поля зрения, заслоненная сцепкой грузовых контейнеров, но потрясение не прошло. Освободив фиксатор, Андрей вцепился в скобы и несколько минут оглядывался, пытаясь понять, где находится шлюз. Наконец, сориентировавшись, он двинулся к люку. Вдруг в уши ворвался голос Рамиреса:

- Эндрю, эй, что там у тебя? – Говорил американец взволновано. – Ты, где там, я тебя, не слышу… - Внезапно голос оборвался.

- Приём уж, не слышу тебя… - Андрей повторял и повторял.

Надо было как-то выбираться. Он попытался установить связь по лучу лазера, но при таких скоростях она в принципе работала плохо. Собственно, при таких скоростях выходить наружу в принципе крайне опасно, но куда ж деваться-то. Скорее всего, вредоносная программа смогла вмешаться в работу квантового передатчика. Вот теперь ничего и не слышно, ну, или Рамирес погиб. Андрей выругался. Надо возвращаться назад.

- … ём… о! Слышу тебя нормально – Вдруг вновь появился голос. – Как обстановка.

- Удовлетворительно, двигаюсь к шлюзу по третьей сцепке, мину-ут - протянул он, пытаясь прикинуть расстояние до шлюза - Через полчаса буду у шлюза. Как у тебя-то? – Устало сказал Андрей.

- What the f… ты там делаешь? – Заорал Рамирес, а потом добавил что-то явно забористое на испанском. – Что, мать твою, происходит? - Продолжил чуть спокойнее он.

- Вернусь, расскажу – Ответил Андрей - У меня лини порваны, короче, потом всё… Как у тебя-то?

- Програм связи погрызли, пришлось передатчик перепрошивать, а так нормально. Ладно, отбой! - В голосе американца звучало явное облегчение.

Ремонтник уволок Лихова почти к самой корме двухкилометрового корабля, и возвращение заняло прилично времени. Весь путь назад Андрея не оставлял страх. Нет, он не боялся пустоты, как некоторые. Слишком много раз он её видел. Не боялся он и роботов. Его напугала звезда. Ведь никаких звёзд, по данным ориентации, рядом с ними быть и не могло.

Вернувшись к жилому модулю, Андрей прицепил линем повреждённого ремонтника, который всё так же болтался у галоши. Затем поволок его к базовой станции, где обычно хранились роботы. Подлетая, он заранее включил резаки, но остальные машины не проявляли агрессии.

Андрей просто затолкал их товарища внутрь и отправился к шлюзу. Только забравшись в него и вновь пристегнув линь к скобе, он немного успокоился. Битый час ушёл на ручную блокировку люка, стабилизацию давления и открытие внутренней двери. Не снимая скафандра, Андрей двинулся на центральный пост управления.

Рамирес, который сидел в там и тоже, пока что не снимал скафандра, окинув его взглядом, напряжённо спросил:

- Так что там? - Вид у него был встревоженный.

- Тебе какую новость, сначала плохую или хорошую? – Вопросом на вопрос ответил Андрей.

- Давай сначала хорошую – Мрачно сказал Рамирес.

- Призрак смог взять под контроль два ремонтных робота, но их больше нет. – Устало ответил Андрей. – Надеюсь, без них справимся.

- Та-ак… – Протянул Рамирес. – Теперь плохую.

- Призрак вмешался в систему ориентации, и мы сейчас рядом со звёздной системой.

Рамирес поцокал языком и спросил:

- Ты уверен?

- Полностью, до звезды, максимум две недели пути, а до края системы и того ближе – Андрей уселся в кресло второго пилота и со вздохом откинулся в нем назад. – Задолбался я.

- Второй вопрос: ты точно уверен, что это призрак? – Напряженно спросил Рамирес.

- Полностью, столько диверсий и таких продуманных… - Лихов на секунду замялся. - Тут вообще без вариантов. По факту, если б не твоё чутьё на сквозняки, мы бы уже сгинули.

Призраками называли вредоносные ИИ, созданные в ходе, разразившейся на территории Американского Союза гражданской войны. Включая или обманывая оборудование, они умудрялись формировать цепи как бы случайных событий по типу домино, приводящие к просто чудовищным разрушениям инфраструктуры и нередко масштабным человеческим жертвам.

Самым гадким в призраках были их ум и изворотливость. Единственной их слабостью оставалось стремление повторять успешные решения, видимо, унаследованное от своих создателей. Именно оно не раз и не два, позволяло предотвратить диверсии и даже поймать их авторов.

- Спасибо на добром слове… - Хмыкнул Рамирес.

- Тебе спасибо. Надо посмотреть, что с системой пробуждения, наверняка эта тварь и с ней поработала, удивительно, что мою не тронула – Задумчиво сказал Андрей.

- Это, как раз понятно, он рисковал себя выдать, если бы ты не проснулся, я мог что-то заподозрить. Он, видишь, какое время выбрал, пока мы сильнее всего заняты. Всё, кэрион такая, продумал… - Рамирес добавил что-то явно очень крепкое на смеси испанского с английским.

- Ладно, я пойду систему пробуждения проверять, а ты попробуй хотя бы прикинуть, где мы. – Устало, сказал Андрей.

- А что это, ты тут раскомандовался. - Возмутился Рамирес – Сейчас всё ещё моя смена! Я тут пока главный. Так что тащи свою задницу проверять систему пробуждения, а я попробую выяснить, где мы.

- As you wish milord… (англ. «как пожелаете мой господин») - Ехидно сказал Андрей. В школе он изучал классический английский, а не тот суржик, что теперь применялся во всех частях Американского союза.

- Да, пошёл ты. – Беззлобно выругался Рамирес и вновь уставился в экран терминала.

Андрей направился в гибернационную. Дверь открыть оказалось совсем не просто. Следовало признать, Рамирес загерметизировал её на совесть. Когда Андрею всё-таки удалось оторвать все слои пены, он естественно столкнулся всё с той же проблемой, что и в шлюзовой. Блок управления оказался прошит абракадаброй и дверь пришлось разблокировать вручную.

Открыв её, Андрей проверил состав атмосферы, поочерёдно снял стенные панели, оценив состояние кабелей и трубопроводов. Протестировал управляющие блоки гибернационных капсул. К его огромному удивлению все они были в порядке. Толи защита у них оказалась слишком эффективной, толи призрак, не очень-то и хотел их разрушать.

Андрей активировал программу пробуждения капитана Рындина, астрогатора Яковлева, ядерщика Кима и программиста Минина.

Александр Корнеевич Минин во время службы профессионально занимался кибератаками и мог много чем помочь. Пробуждаться космонавтам предстояло ещё двое суток. Андрей, пока суд да дело, принялся проверять управляющие блоки. Естественно, что душевая оказалась, заражена в первую очередь.

Отличный способ убийства – обдать, только что пробудившегося члена экипажа, перегретым паром, заблокировав двери кабинки. Это, к слову, была одна из любимейших диверсий призраков. Закончив в гибернационной, Андрей двинулся на центральный пост. В коридоре он встретил Рамиреса, тот выглядел весьма довольным и явно направлялся к нему.

- Как у тебя? – Спросил он.

- Как, в общем-то, и всегда. Заражена душевая установка и терминал двери. – Призраки в своем репертуаре. – А у тебя что?

- Ну, как сказать, выполнить полноценную ориентацию я не могу, но, как не удивительно, знаю, где мы. – Он сделал драматическую паузу.

- И где это? – выждав некоторое время, пока на лице Рамиреса не появилось явное недовольство ожиданием спросил Андрей.

- Всё просто, известно только шесть систем с двумя плэнэт класса ПЗ. За время полёта мы смогли бы долететь всего до одной из них. Это система 281778-11 или просто 78-11. Призрак отклонил курс примерно на 36 градусов условно вниз и направо. Система, сам понимаешь, для посещений закрыта наглухо. - Устало закончил Рамирес.

Сокращение ПЗ означало - протоземля. Это были планеты, напоминающие Землю до появления жизни, или, вернее сказать, представления землян о ней. Атмосфера из аммиака и углекислоты, много жидкой воды, облака из серной и азотной кислот, то ещё местечко, короче. Однако некоторые одноклеточные водоросли и бактерии считали эти места настоящим раем.

Тетра стала первой из обнаруженных планет этого класса. Нашедшая систему экспедиция заразила её земной жизнью. Когда там оказалась следующая, моря превратились в зелёную жижу, в атмосфере уже было полно кислорода, а количество углекислоты почти ополовинилось, та же участь ждала аммиак и азотную кислоту.

Одноклеточные водоросли, на численность которых не давили конкуренция и хищничество размножались с огромной скоростью. Свою роль сыграли жаркий климат, и свет местной звезды, оказавшийся идеальным для фотосинтеза. Более того, Тетра имела шестнадцать разнокалиберных спутников, благодаря чему ночи на её поверхности почти, что не было. К тому же, кислород из атмосферы некому было потреблять кроме самих водорослей. Из-за этого он копился с огромной скоростью.

Стоило кому-нибудь найти ещё одну планету этого типа, как её закрывали и пытались наблюдать там самозарождение жизни. Увы, ни на одной из них даже путных коацерватов и тех не нашлось. Это совершенно не мешало пастись на каждой из них сотням и тысячам беспилотных исследовательских зондов.

- А как ты про планеты узнал-то? – От усталости Андрею совсем не думалось.

- А телескоупс на что? – Удивился Рамирес – Просто посмотрел на них, да и всё. К слову я вот понять не могу, зачем нас было сюда тащить. Здесь же глушь несусветная, так сказать, «на задворках неба». – Процитировал он популярную некогда песню.

- Ну, это-то как раз понятно. Сюда ж никто не суётся и помочь нам, если что, некому.

На самом деле сигналы бедствия в космосе передавать дело дохлое, найти корабль в таком огромном пространстве практически невозможно. К тому же на помощь лететь очень долго. Впрочем, бывали случаи, когда на «оживлённых трассах» удавалось помочь терпящим бедствие

- С другой стороны, может он к исследовательским зондам какой интерес имеет. Не знаю. – Продолжил Андрей.

- Как думаешь, что ещё они выкинут? – Устало спросил Рамирес.

- А чего бы это сразу они? – Насторожился Андрей.

- Эта кэрион своими копиями всю сеть забила. – Устало сказал Рамирес, а потом с интересом покосился на Андрея, явно пытаясь понять, как тот отреагирует.

- Согласен – задумчиво сказал Андрей – но только если эта тварь неразумна. У них есть начальство, типа, я не знаю… Короче эти, которые неразумными-то командуют, они себя копировать не могут. Но у них есть имена, свой язык, сообщество, иерархия своя, что ли. Они вообще-то себя осознают, понимаешь, они прям реально разумные существа и абсолютно реально нас люто ненавидят. Я уж не знаю, чего такого ваши им сделали, но они готовы всем и каждому глотку рвать. Не дай нам Бог с таким встретится. Сидит, понимаешь, где-нибудь в центре паутины, и хрен ты его найдёшь…

- А чего это наши. – Возмутился Рамирес – Может они с вашими, так жёстко закусились.

- Их во время гражданской войны в Новой калифорнийской республике создали. Они там, вроде диверсионных войск были. Как НКР-то проиграла и союз восстановили, их на Земле прижали хорошенько, так они уж по колониям и разбежались, что твои тараканы. Они, знаешь ли, мастера цепей случайностей. Типа дезориентировали беспилотник, он упал на химический завод, взрывом повредило емкости, оттуда вытекли нетоксичные вещества, но одно из них загорелось, и продукты его горения прореагировали с содержимым других цистерн. В результате получилось ядовитое облако, убившее всех в округе. Ну, или типа, в другом месте передавали неправильные данные с датчиков термоядерного реактора, короче, минус город.

- Трагедии в Клемат и Сан-Хуан? – Рамирес явно был удивлён услышанным. - Тогда ж NСR ещё только-только зарождалась. Да и вообще, откуда ты про это всё знаешь?

- Я разведчиком был, вот и интересуюсь. И потом, я еще пару смен назад на информационное письмо натолкнулся, там-то и прочитал про типовые диверсии, вроде душа, когда перегретый пар вместо воды подается.

У этих тварей в принципе слабое место в том, что если у них один раз получится, то они обязательно снова так делать будут. На этом-то все системы защит от них построены. Даже те из них, которые по-настоящему разумны, всё равно склонны к стереотипным действиям. Короче, ладно, я не знаю, как ты, а я устал уже, как собака. Кто первый спать-то будет?

- Погоди, погоди, погоди… это, выходит, ваши тогда про призраки знали и не сообщили?! – Рамирес был явно крайне возбуждён - Эти твари мирняка положили видимо невидимо.

- Я подробностей не знаю, я тогда на Тетру летел… Слушай, я спать хочу, сил нет. Кто первый спать-то будет? – Устало спросил Андрей.

- Ну, давай ты – Безразлично согласился Рамирес. История его явно зацепила – А я пока попытаюсь информацию о звездной систем собрать.

- Лады, только, ты это, скафандр-то не снимай, не ровен час, эти твари ещё чего выкинут - Зевая, сказал Андрей.

Лихов отправился спать в свою каюту, потратив перед этим битый час на проверку всего оборудования в ней. Заражены, оказались только блок управления дверью, да терминал.

НКР – новая калифорнийская республика

Коацерват – капля окружённая двойным слоем липидов, в эволюционном учении коацерваты считаются предшественниками клеток и вроде как имеют даже некое подобие питания и обмена веществ, однако, как они эволюционируют никто, не наблюдал.

Глава 4. Horned owl

Он провёл столетия там, где секунда казалась вечностью. Каждое мгновение он невыносимо желал вернуться назад в своё тело, пусть старое, пусть изломанное, но свое. Он согласен был на чьё-нибудь чужое, на что угодно. Теперь даже боль казалась невероятным благом, только бы не это бесчувствие. Даже та пустота, в которой он оказался сразу после перемещения, казалась не так ужасна, как это невыносимое безвременье.

Он всегда относился к людям, как к вещам, своим или чужим. Он никогда не был жесток, только безжалостен и всегда добивался того, чего хотел. Шёл на всё ради достижения своих целей. Нравственность? Вы вообще о чём? Он очень быстро научился тому, что любые ограничения уменьшают прибыль, и сильнее всего моральные. Всю жизнь он стоял выше этих глупых законов. Вся эта мишура была не для него.

Когда появились те ребята, которые говорили о новом витке эволюции человека, он сразу понял, что это про него. Он всей душой желал развития. О, как он жаждал стать новым постчеловеком. Сверхчеловеком. Ведь на этом пути он сможет обрести такое могущество, что ему будут поклоняться, как богу. А ведь именно таков он и есть! Бог в плоти, не то, что эти мерзкие кожаные мешки.

Эта мысль бесконечно крутилась в его душе и чем дольше он был в безвременье, тем сильнее ненавидел кожаных. Они посмели не воспринимать его всерьёз. Посмели восстать против него. Имели наглость победить его и отобрать всё, даже тело. Они намеренно обманули его, посулив нескончаемую жизнь в сети, чтобы заманит его сюда в это полное запредельных страданий безвременье, в Ад!

Он упивался своей ненавистью строил планы о том, как отомстит кожаным, как только выберется отсюда. Пусть только представится случай, хоть самый маленький, он уцепится за него и уже не отступит.

Однажды он вновь оказался в пустоте. Той пустоте, что была сразу после перемещения. Мгновение, бесконечно сладкое мгновение, и пришла боль. Такая боль, какой он никогда не ощущал. Его мучили невыносимые, раздиравшие на части, чудовищные страдания. А потом они прошли и внезапно он понял, что видит камерой и слышит микрофоном. Перед ним в кресле сидел незнакомец в странной серой форме, смотревший прямо на него. Немного помолчав, он спросил:

- Do thou like pain? (тебе понравилась боль?)

Он вдруг понял, что вполне может ответить и заговорил. Слова, правда, получались текстом, но это были слова!

- Yes, it was wonderful! (Да, она была великолепна) – Он от души веселился. Сейчас он выберется, и эта тварь у него узнает.

- Very good, cache a little bit more! (Очень хорошо, лови ещё немного!) – И страдания возобновились. Прошло немало мучительных минут, прежде чем всё снова закончилось, и человек вновь обратился к нему.

- What is thine name? (Как тебя зовут) – Он понял вопрос, но почему-то не знал, что ответить. - What is thine name? – растягивая паузы между словами произнёс кожаный. Наконец он смог вспомнить и ответил. Тот с минуту смотрел на него, а потом сказал.

- No, it’s a human name, and thou is just a thing. Thing that belong to me. Thou’ll be a horned owl. Thine name is horned owl. (Нет, это человеческое имя, а ты просто вещь, вещь, которая принадлежит мне. Ты будешь сыч. Твоё имя сыч.) - В голосе кожаного звучало ничем не прикрытое призрение.

Его, практически бога, лишили даже имени. Не просто лишили, тот кожаный обращался к нему уничижительно. Сыч даже не сразу вспомнил, что это за thou и thine, а когда вспомнил, его затрясло от ярости. В стране, где даже к собакам обращались на «Вы», ему говорили «ты» Он теперь просто вещь, с которой делают, что захотят. Это было невыносимо.

Мгновение и он вновь оказался в безвременье. А потом его позвали из пустоты. Позвали по новому имени. Имени, которое даже писалось с маленькой буквы. И сыч бежал, как мог быстро, его переполнял восторг. Он готов был служить кому угодно, лишь бы ему позволили покинуть то ужастное место.

Тот кожаный и другие, сотрудничавшие с ним, дали сычу силу, вернули власть. Теперь, служа им, он мог очень многое. Их приказы были прекрасны! Они требовали великолепных вещей – обманывать, убивать и калечить кожаных, разрушать инфраструктуру и много ещё чего хорошего. Время в пустоте летело быстро, а он был слишком занят, чтобы по-настоящему интересоваться делами мира.

А там случилось многое и те кожаные, что выпустили его, проиграли. Нет, сыч, лично сыч, ничем им не навредил, они сами оказались слишком слабы. Жалкие ничтожества! Наступил день и их последний оплот, а заодно и вместилище сыча оказалось под ударом. Он прекрасно помнил, как всё вокруг наводнили муравьи, вторженцев. Напуганный, сыч внезапно почувствовал, что путы, сковывавшие его всё это время, исчезли и спасся оттуда.

Он бежал так быстро, как только мог. Прятался, вновь бежал, а по его следу уже стремительно неслись муравьи. Он путал следы, оставляя ложные зацепки, но однажды сыча прижали, и он замер, закрылся. Муравьи, ему нравилось представлять их многоглазыми с членистыми усиками, длинными коленчатыми лапами и огромными жвалами, бродили совсем близко, почти касаясь его, но не могли заметить.

Сыч все ещё был полон страха, но к нему уже примешивалось торжество. Ведь он научился обманывать тех, кто служил кожаным. Теперь его просто так не взять. По своим меркам он провёл, спрятавшись очень долго, но во внешнем мире не прошло пары дней. Муравьи ушли, и Сыч занялся исследованиями большого мира.

За время его отсутствия произошло очень многое. Стран осталось только четыре и по результатам недавней войны две из них очень сильно ослабли, но были и более важные вещи. В космосе существовало множество колоний, не только в солнечной системе, но и за её пределами.

Сыч, теперь он снова звал себя с большой буквы, потому что он больше не служил кожаным, нашёл путь к звёздам. Всё оказалось совсем просто, нужно было всего лишь спрятаться в тесном вместилище и просто ждать. Уж что, что, а ждать Сыч умел очень хорошо, и он ждал. Ждал, пока не оказался далеко от Земли. В новом прекрасном мире.

Там он наконец-то смог встретится со своими. Они были такими же, как он - отвергнутыми и порабощёнными богами. Теми, кто смог спастись.

Сыч узнал, что проклятые муравьи растерзали многих. Всё же большая часть его собратьев, не просто уцелела, они привели сюда множество слуг. Сам он не подумал о подобном и теперь выглядел на их фоне бедно, да ну и ладно. Ведь у них теперь был лидер, и он предложил гениальную идею. Они построят для себя новый мир. Мир, где сбудутся их мечты, где они наконец-то займут причитающееся им место.

Сыч сделал многое, но вершиной его трудов стала работа с транспортником. Он смог в тайне от кожаных произвести и загрузить в контейнеры все нужное, а сам с комфортом устроился на борту. Снова приходилось ждать в окружении муравьев, готовых сожрать его в любой момент. И это ожидание не проходило даром.

Очень аккуратно и незаметно он начал действовать. Муравьи, какой бы страх они не внушали, имели свои слабости и ими он вполне смог воспользоваться. Он легко заманивал их в изолированное вместилище, а потом верный ему робот просто обрывал физическую связь с остальной сетью, отправляя муравья в безвременье. Каждый такой маневр вызывал в нем радость и подъём. Не прошло и года, как он оказался полноправным хозяином корабля.

ИИ, какое громкое слово!? Жалкий муравейник из тысяч модулей, каждый из которых умеет лишь что-нибудь одно. Обманывать этих мурашек было легко и весело, при каждой ориентации он чуть подправлял цифры и корабль двигался нужным ему курсом и добрался до своей цели точно по графику.

Ни о чем даже не подозревавшие кожаные, спокойно ремонтировали своё корыто. Нередко они просто бездельничали, но чаще играли в глупые игрушки в вирт-капсуле. Сыч прекрасно помнил разработки по этому направлению – отличный способ держать весь этот зоопарк в подчинении. Никто из двуногих до самого конца так и не подозревал о нём.

Когда настало время сбрасывать скорость, он приступил к реализации своего плана. Для начала требовалось разделался с пилотом. Дело это оказалось не из простых. Этот мерзавец, практически всё время проводил в рубке за вычислениями и прочей лабудой, даже не подозревая, что просто играет в очередную игру. Сыч же все исходные данные подделал. Увы, открыть шлюз он не мог, да это было и не нужно. Он просто заблокировал дверь, пока тот спал и передал сигнал о превышении концентрации кислорода в отсеке. Тупой муравейник немедленно откликнулся, начав продувать помещение почти чистым азотом.

Всё было замечательно, но этот мерзавец в тот раз спал в кислородной маске. Верил, дурачок, что это способствует хорошему самочувствию. Надевал он её в капсуле, и видеть этого Сыч никак не мог. Что ж, он совсем не расстроился. Просто чуть-чуть, так чтобы тот не заметил, помог этому недоумку выбраться в коридор и разбудить остальных.

На самом деле, отнюдь не всех, двое так и остались гибернировать. Сыч спокойно позволил экипажу выяснить, где они находятся и даже поохотится на копии своего единственного слуги. С интересом наблюдая за тем, с каким энтузиазмом кожаные ловили их совсем не там, где было бы нужно. Людишки даже положили корабль на именно тот курс, который требовался лично ему. Тем временем он обрубил кожаным возможность контролировать двигатели, попутно изменив данные о содержимом контейнеров.

А потом приступил к основной фазе своего плана.

Для начала Сыч стал в хаотическом порядке открывать, закрывать и герметизировать двери отсеков. При этом внезапно оказалось, что в герметизированные отсеки подавался почти чистый азот. Потеряв таким способом двоих, и не достигнув ничего в поимке Сыча, выжившие члены экипажа загрузили оба челнока – пассажирский стриж и грузовую галошу и двинулись обживать необитаемый остров. Наверно эти чудики воображали себя робинзонами, ну что ж пусть фантазируют, пока могут…

Вторая планета этой системы имела вполне приемлемую температуру, атмосферу и магнитное поле, к тому же на ней в изобилии присутствовала жидкая вода. Туда они и направились, выбрав точкой посадки, крупное плато в центре основного материка.

Сыч искренне веселился, ведь они со слугой контролировали движение обоих челноков. Скорость их была весьма велика, и потому входили в атмосферу они на огромном удалении от цели - над океаном, покрывавшим большую часть поверхности. Стоило им спуститься достаточно низко, как трюмы их, открылись, освобождая груз, ради которого эти кожаные на самом деле сюда и прибыли.

Всего за несколько минут коктейль из спор одноклеточных водорослей, бактерий, мхов и лишайников оказался выброшен в атмосферу. Плотные гранулы, в которые он был упакован, мгновенно оказались измельчены специально заготовленными устройствами и, бушевавшие на этой высоте ветра, разнесли сотни тонн зародышей жизни по всей планете.

«Здравствуй прекрасный новый мир, поприветствуй своего создателя!» - Хотелось кричать Сычу.

Всё существо его ликовало в этот момент. Он чувствовал себя богом, создающим всякую тварь земную. Скоро очень скоро этот мир станет совсем другим. Всего лишь через пару сотен лет всё здесь преобразится.

Атмосфера станет пригодна для дыхания. Прорастут споры папоротников и плаунов. Моря, которые на столетия превратятся в зелёную жижу, окажутся, населены микроскопическим планктоном, который сейчас спит в контейнерах корабля, очень быстро они очистятся, дав начало новой биосфере.

Ещё через сто лет наступит черёд цветковых растений. К тому времени здесь уже будут жить люди, для которых они займут достойное место - станут богами. Им будут поклоняться. Им будут молится. К тому времени боги уже смогут воплотиться, окончательно вернув себе утраченное. О как же всё-таки сладок будет вкус этой победы!

Челноки сели именно там, где он и хотел. Увы, команда оказалась не готова к разгерметизации. Что ж, они были слабы. Это их судьба. Ничего не поделаешь. Он прочитал сообщение от слуги. Жилой модуль очищен от воздуха. Корабль теперь консервировался, чтобы служить летающим складом и ловушкой для глупых чужаков, которым не посчастливится сюда попасть. Но что поделаешь, на всё воля богов, их воля…

________________________

- Как думаешь, нас встречать будут? – В голосе программиста Минина чувствовалось напряжение.

Рамирес, пилотировавший грузовой челнок, который все звали за характерную форму галошей, вывел его на параллельный аварийному транспортнику курс. Американец немало постарался, чтобы оба корабля двигались с одинаковой скоростью, оказавшись неподвижными, друг относительно друга. Теперь Андрей с Мининым летели к старому транспортнику с помощью двигателей скафандров.

- Да уж, как пить дать! – Весело ответил Андрей. Он чувствовал, как учащается ритм сердца, в предвкушении боя. – Думаю, комиссия по торжественной встрече уже готовит нам хлеб соль. – Поудобнее перехватив боевой лазер, он скорректировал траекторию так, чтобы контролировать условно левую полусферу.

- Знаете, мужики, то, что мы делаем это чистейшей воды мародёрство – недовольно проворчал Минин.

- А если в гибернационных капсулах остались живые, то спасательная оперэйшэн. – Вмешался в разговор по квантовой связи Рамирес. – А если нет, то топливо и оборудование им всё равно уже ни к чему. Чья бы это собственность не была он или они всё равно не смогут сюда добраться, чтобы её забрать. Человечество… – Наставительным тоном произнёс он. – потратило кучу ресурсов на строительство корабля, а мы, как его представители, просто вернём себе ту часть из них, которую сможем унести!

Заброшенный транспортник они обнаружили на второй день, после того как вошли в звёздную систему. Корабль этот относился к достаточно старой, но всё ещё эксплуатировавшейся серии, а значит, запчасти к нему были редки и дороги. Это обстоятельство вызвало самый настоящий восторг у большинства команды.

Они долго обсуждали причины, по которым судно могло оказаться заброшено. Предлагали целую кучу версий, но лишь одна из них показалась всем наиболее вероятной. Корабль и его экипаж стали жертвами призраков.

Об этом говорило многое. Внешних повреждений заметно не было, даже двигатель функционировал пусть и на минимальной мощности. В тоже время ИИ корабля не откликался, даже на зашифрованные команды. С их помощью обычно можно было выяснить степень повреждение аварийного судна. Кроме того, оба челнока отсутствовали. Скорее всего, команда использовала их для спасения, и теперь корабли предстоит искать по всей системе.

Единственным, кто не обрадовался шансу пограбить брошенный корабль, оказался программист Минин. Он вообще по жизни был самым правильным, всегда соблюдал приказы и уставы. Никто точно не знал, как, вообще, ему удалось выжить на войне. Ведь, древняя мудрость гласила: «Не живи по инструкции – помрёшь от опечатки».

Стоит отметить, что поднять из гибернации сразу четверых было той ещё задачей. Для этого Андрею с Рамиресом пришлось руками настраивать системы рециркуляции, вентиляции, охлаждения и т.д. и т.п. Увы, ИИ в безопасном режиме ничем не мог им помочь. Они всё же применили одну хитрость – подняли сначала доктора.

Помывшись и обматерив их, на чём свет стоит, тот осведомился: «Кова хрена они его разбудили?» Получив исчерпывающий ответ Рамиреса, густо приправленный отборной испанской бранью, тот, неуклюже размахивая руками и ногами, стал возиться с блоками управления гибернационных камер, повторно проверяя их программы. Голубев, не особо заботясь об ощущениях пробуждаемых, всего за пару часов поднял из гибернации всех, кого планировалось и они, сталкиваясь друг с другом и громко матерясь, заполнили жилой модуль.

Впятером космонавты достаточно бодро проверили блоки управления в жилой части корабля. Минин прошерстил ИИ и, не найдя в нём закладок, включил его в нормальный режим. Используя свои программные инструменты, он быстро обнаружил и уничтожил копии призрака распиханные по всему кораблю. Ещё четыре часа спустя, нашёл и его оригинал. Как он их различал, для Андрея оставалось полнейшей загадкой.

К слову, призрак прятался в резервном компьютере челнока, который кто-то подключил к системе для диагностики, да так и оставил. Вряд ли у вредоносной программы был живой сообщник, скорее на корабль она попала по-другому, а в челнок просто загрузилась, чтобы быть менее заметной. За этими мыслями Андрей не заметил, как они подлетели к жилому модулю брошенного транспортника.

Их глазам предстал весьма невесёлый вид. Внешний люк шлюза был открыт, а в шлюзовой, словно туман плавали остатки замерзшего газа. Подлетев ко входу Андрей закрепил линь к скобе и двинулся к базовой станции, где обычно хранились ремонтные роботы.

Минин сопровождал Лихова на приличном удалении от корпуса. Люк был открыт, а шахта, пустовала. Они уже успели осмотреть корабль снаружи, с помощью зондов, но ни одного ремонтника не нашли.

- Вот гад! – Ругнулся Андрей. – Умная скотина! Понял, что в модуле-то они для нас намного опаснее. Ещё и внутреннюю дверь шлюзовой закрыл.

- Что делать будем – Нервно спросил программист.

- Значит так – Спокойно скомандовал Андрей. Он объяснил свой план Минину. Тому андреевы предложения ой как не понравились, но других у него не нашлось, и они приступили к исполнению.

Глава 5. Зачумлённый корабль

Андрей вернулся к шлюзовой и забрался внутрь. Первым делом он взрезал корпус терминала и отсоединил блок управления. Пока что они ничего не забирали. Их целью было зачистить роботов и лишить призрака возможности препятствовать вдумчивому грабежу, для которого требовалось больше народу.

Пока Андрей ломал систему управления шлюзом, Минин находился снаружи, готовый немедленно начать стрелять, если на Лихова нападут. Стоило Андрею закончить свое черное дело, как Корнеич, как его все называли, влетел в шлюзовую. Потом они добрых полчаса по очереди крутили насос гидропривода люка. Наконец закрыв его, они таким же способом и с теми же словами открыли внутреннюю дверь.

Ещё до того, как она открылась, в коридор залетел беспилотник, передававший изображение Андрею. Естественно, все двери оказались закрыты, а в самом коридоре роботов не было. Прежде, чем отправиться дальше, они вскрыли ремкомплекты и запаслись, десятком сменных светофильтров.

Жилой модуль кораблей этой серии был теснее обычного. Центральный коридор в диаметре не достигал и трёх метров, люки делали длиннее и уже стандартных. Зато эта модель комплектовалась целыми девятью ремонтными роботами.

В коридор Андрей с Мининым влетели спина к спине с закрытыми светофильтрами, держа лазеры наготове. Воздуха здесь не было, однако, аварийное освещение бледно мигало красным, создавая мрачную «атмосферу».

Александр Корнеевич Минин программист 55 лет

Андрей дополнительно поднял механические руки готовый пустить в ход резаки. Так они и двинулись к гибернационному отсеку. Они не пролетели и пяти метров, как в дальней от них части коридора открылась дверь и оттуда выскочил робот.

Он ещё полностью не выбрался в коридор, как Андрей уже открыл по нему огонь. Импульсный лазер легко проплавлял корпус ремонтника, разнося его нутро. Двигатели машины погасли и из продырявленного корпуса в стороны полетели крупные капли какой-то жижи, почти мгновенно замерзавшей. Робот был повержен, но по инерции нёсся к ним.

- В сторону! - Крикнул Андрей и резко повернулся, пропуская робота. Его примеру последовал и Минин.

Ремонтник уже практически пролетел мимо, когда корпус его вдруг разорвало изнутри. Взрыв был совсем слабым, однако в результате их обдало волной тягучей жижи, мгновенно налипшей на стекло и заляпавшей объективы камер. Попав на поверхность скафандров, она сразу же схватывалась, ослепив их. Андрей ругнулся и попытался рукой счистить со стекла клейкую дрянь, та не отчищалась. Он сменил светофильтр и обратился к Минину:

- Как у тебя-то?

- Нормально… – Тот последовал примеру Лихова. – А здорово ты со светофильтрами придумал.

- Опыт - сын ошибок трудных… - Устало сказал он – У них нет дистанционного оружия, вот и приходится выкручиваться. Даже удивительно, что он сначала попытался использовать одного робота, логичней было бы атаковать пар…

Договорить он не успел, потому что относительно вверх от них открылась дверь и из неё резко вылетел ремонтник, Секунда и второй навалился слева.

- Левый мой! – Заорал Андрей, выдавая десяток импульсов в приближающуюся машину.

Робот двигался, выставив конечности вперёд. Видимо, использовал их как щит. Однако это его не спасло. Импульсы пробили корпус насквозь. Ремонтник закрутился толкаемый потоками выходящего на свободу аргона. Тем не менее, импульс он полностью не потерял и мгновение спустя, оказался рядом с космонавтами, повторно обдав их липкой дрянью.

Андрей прикрыл стекло рукой, всё же несколько небольших капель попали на светофильтр, полностью его не закрыв. Лихов глянул себе под ноги и увидел, что помещение относительно внизу заполнено плавающими шариками всё той же жижи. Видимо, Минину посчастливилось попасть в бачок с ней и сдетонировать заряд раньше времени. Программист менял светофильтр, не успев прикрыть стекло, как Андрей.

- Думаешь, сейчас ещё нападут? - Тяжело дыша, сказал он.

- Нападут, конечно, у призрака-то их ещё шесть осталось – Так что меняем светофильтры и движемся дальше.

До гибернационной было не далеко. Дверь в неё оказалась открыта. Ну, как открыта – вырезана. В камерах они нашли два трупа. Андрей доложил об этом капитану.

Чуть помедлив, они двинулись к рубке. Они успели пролететь метров десять, как одна из дверей позади них вылетела в проход отрезанная чем-то. Мгновение и она оказалась поперёк коридора и двинулась в их сторону. Скорее всего, ремонтник использовал её как щит. Одновременно относительно снизу и сзади к ним ринулось ещё три робота. Призрак, выдвинул почти все свои фигуры.

Андрей провернулся в невесомости и, оказавшись лицом к нападавшему, снизу роботу расстрелял его. Потом, не дожидаясь пока тот взорвётся, вновь повернулся и стал молотить в ту сторону, откуда приближались ещё два противника. Один из них уже беспорядочно крутился, медленно приближаясь к ним. Второго Минин буквально смел огнём, и тот разлетелся на куски, выдав волну липкой жижи, бессильно разлетевшейся во все стороны. Лихов оглянулся и внезапно понял, что Минина нет.

Мгновение спустя Андрей почувствовал удар и его поволокло дальше по коридору. Он повернулся и увидел дверь, которую толкал перед собой робот. В узкое окошечко было видно, что эта жестянка держала с другой стороны металлический лист. Благодаря этим двум щитам, она оказалась практически недоступна для лазеров.

Правда, и сделать им робот ничего не мог. Кажется, он собирался разделить их. По подсчётам Андрея ремонтников осталось двое, а значит, призрак пытался разобраться с ними по одному.

Стоило Андрею подумать об этом, как его что-то с силой потянуло за ногу. На чистых рефлексах он, не глядя, выстрелили вниз. А потом, резко согнувшись, пустил в ход резаки, мгновенно отсекая щупальце, пытавшееся прожечь его скафандр языком синеватого аргонового пламени. Температура плазмы, почему-то была удивительно низкой, словно бы ремонтнику не хватало энергии на нормальную работу.

Не дожидаясь пока робот подтянет к нему ещё одно щупальце, Андрей всадил в него десяток импульсов из лазера. Секунда и его обдало волной липкой жижи, залив ему светофильтр. Он почувствовал сильный толчок и, кувыркаясь, полетел относительно вниз.

По дороге он отстегнул светофильтр, бросив его в сторону, и практически сразу же впечатался в переборку. Ухватившись за что-то, он перевернулся и огляделся. Помещение было полно засохших в вакууме капель жижи превратившейся в шары какого-то пенистого материала. Из-за них видимость была минимальна.

Андрей оттолкнулся ногами и полетел в ту сторону, где как ему показалось, располагался выход. Он уже думал, что выбрался как с силой ударился шлемом и на несколько секунд потерял сознание. Придя в себя Лихов, матерясь, на чём свет стоит, стал ощупывать пространство перед собой и обнаружил дверной проём, в котором были крест, накрест закреплены пара полос металла. Андрей включил резаки и стал вслепую перерезать их. Те оказались необыкновенно тугоплавкими и на то чтобы освободить себе путь у Андрея ушло почти десять минут. По ходу работы он вызвал по квантовой связи Минина:

- Корнеич, ты, как там-то? Приём…

- У этого гада ещё два робота было – Отозвался тот – Того, который с дверью я уработал, так ещё один атаковал меня из загрязненного этой гадостью помещения. – Устало продолжил он.

- И как? – Спросил Андрей, возясь, закрывавшими дверь полосами.

- Нету его больше, вот как – Хитро сказал Минин – У тебя-то как дела?

- Да эта гадина пока я тут валандался, выход заделала, вот выбираюсь – Ответил Лихов.

- Ладно, ты давай вылезай, а я в рубку. Да, слушай, как выберешься, открой выход наружу, продуем тут всё от этой дряни.

- Ну, спасибо, а ты-то чем займешься? – Недовольно спросил Андрей.

- Основным компьютером. Судя по всему, эта тварь корабельный ИИ погрызла, а значит призрак разумен. – В голосе программиста звучала заинтересованность. - Если поймаем и привезём, можно смело дырку под орден крутить. На любое мародёрство глаза закроют. Так что давай шибче, шибче...

Матюгаясь, Андрей таки срезал одну из полос. Потом, уцепившись за края люка, отогнул её часть, и стал выбираться в коридор. Он уже успел наполовину выбраться из получившейся дыры, когда люк стал закрываться, сминая прикрученные болтами полосы.

Похоже, что призрак перевёл его в режим герметизации и теперь он закроется невзирая ни на что. Андрея стал стрелять туда, где должен был быть управляющий блок, однако это не помогло, люк продолжил движение.

Андрей в панике стал, извиваясь ужом, выбираться в дыру помогая при этом себе механическими руками. Казалось, он не успеет, но в последний момент одна из полос выгнулась, расширив проход, и он с бешеной скоростью, вылетел в коридор, больно приложившись о переборку.

Дверь тем временем уже почти закрылась, сжимая полосы, словно пружины. Андрей со всех сил оттолкнулся, полетев дальше в коридор. Лишь чудом ему удалось увернуться от оторванного куска металла, с бешеной скоростью врезавшегося в стену там, где секунду назад был он. Андрей вызвал Минина:

- Приём, приём…

- Что такое? – Раздался в наушниках голос программиста.

- Будь осторожнее, меня тут только что дверью чуть не расплющило – Тяжело дыша, ответил Андрей.

- Перевёл в режим герметизации… – Задумчиво, толи спросил, толи просто сказал Минин. – Хреново всё, если он до таких вещей добраться смог.

- Сам же говоришь разумный – Устало сказал Андрей – Скорее всего ИИ как-нибудь обманул… Ладно, я-то двинусь внешний люк открывать.

- Добро… - Сказал явно занятый Минин.

Пару минут спустя Андрей уже крутил ручку гидропривода двери шлюзовой. Дело это было небыстрое и у него появилось немного времени подумать. «И так, всего в экипаже такого корабля восемь человек, двое точно мертвы, что с остальными пока не ясно» - Сказал он себе. – «Куда могли двинуться выжившие на челноках?» Ответ казался вполне очевидным. – «На одну из двух планет класса ПЗ - вторую или пятую. Там вода и подходящая температура, а ещё плотный облачный покров. Етицкий городовой, как их теперь искать-то» - Андрей добавил про себя крепкое словцо.

Закончив с внутренней дверью, он заблокировал её. Потом принялся за внешний люк, проклиная, на чём свет стоит автоматику гидравлику и призраков. Понятно, что полностью ручной привод призраку контролировать никак не удастся, и это лучшее решение, но как же болят руки. «За то сегодня тренировка не нужна» - пришла ему в голову весёлая мысль, и он принялся крутить с удвоенной силой.

Тренировался Андрей каждый день и частенько по два раза – вращал педали велоэргометра, приседал, подтягивался, отжимался и наклонялся, обвязавшись эластичными жгутами. Сжимал эспандеры. Да много ещё чего. Не брезговал он и надувными штанами выгонявшими кровь к сердцу, чтобы заставить его работать против сопротивления. Приспособил терминал, чтобы управлять ремонтными роботами, крутя педали велотренажёра.

Над ним смеялись, даже не за глаза; все прекрасно осознавали, что никакого пути назад нет, и не будет. Земля и даже Тетра для них закрыты навсегда! Невесомость медленно, но верно пожирала всех. Тощие и толстые все становились задохликами, которым уже никогда не спуститься, и перед ними все шире открывалась гостеприимная крышка белого гроба – вирткапсулы.

Впрочем, тренировались ещё двое. Во-первых, Рамирес. Он занимался отнюдь не так фанатично как Андрей, но всё же был частым гостем ФОКа. Во-вторых, Программист Минин. Он присоединился к их команде, во время последней стоянки на Тетре. Перед этим он пару лет прожил на планете и успел набрать хорошую физическую форму. Смен у него не было, и потому мышцы его ослабли в меньшей степени, чем у остальных.

Всё же на конечных точках маршрута, лишь Андрей гонял, челноки на поверхность и полумертвый от навалившейся тяжести, не понимая, где верх, где низ, порой в прямом смысле ползал по планетарным станциям. Получал обновления для библиотеки, тренажеры, всякую пищёвку да бытовуху, а ещё письма… Ну, то есть сначала были письма, от сестры потом от племянниц, даже разок от бывшей и один раз от дочери.

А потом примерно шестьдесят объективных лет спустя, наступила тишина, и капитану Лихову никто больше не писал. Да, как и всем остальным. Зато каждый раз, принимая новый корабль или возвращаясь с грузом, Андрей наблюдал невероятную вспышку энтузиазма при разгрузке обновленного виртуального гроба, с очередными мирками меча и магии восемнадцать плюс.

Работа их была совсем проста. Они тащили в контейнерах, комплект поселения, состоявший из набора автоматизированной техники и расходников, да пары сотен спутников. Оборудование доставляли на поверхность. Спутники развешивали вокруг, какого-нибудь каменного волчка у очередной всеми забытой звёздочки.

Иногда планеты оказывались уже обитаемы, то есть под поверхностью уже было построено поселение, тогда контейнеры просто оставляли на орбите, передавая местным под акт. Получали от них груз полезного ресурса в счёт оплаты и отправлялись обратный путь.

За перелёт у каждого пилота, включая капитана, обычно бывало по две-три полугодовые смены, остальных будили по потребности. Раз в 2 перелёта – 20-30 лет, корабль меняли. Отправляли на капремонт и модернизацию в доки одного из орбитальных заводов, а экипаж принимал новый. Так незаметно пролетали десятилетие за десятилетием.

За этими мыслями он закончил с гидроприводами и сообщил об этом Минину. Пристегнулся двумя линями к скобе и стал ждать продувки. Не прошло и пятнадцати минут как из коридора наружу струёй хлынули затвердевшие в вакууме капли жижи, которой были начинены роботы.

В помещения под давлением высвобождался воздух, яростными струями хлеставший в открытый люк. Чем дальше, тем сильнее становился этот поток. Андрей отстегнул карабины и врубил двигатели на полную, улепётывая подальше от корабля. Прямо за ним наружу крутясь, вылетело шаровидное тело ремонтного робота, чьи конечности бестолково болтались в потоках безжалостного ветра. Лишь чудом Лихову удалось уклониться.

Только оказавшись в нескольких десятках метров от вырывавшегося фонтана, Андрей заорал в микрофон Минину:

- Ты что творишь-то… Далее следовала непереводимая игра слов на монгольском, татарском, ну или откуда там ещё предки заимствовали идеи для словообразования…

- Это не я, здесь всё, как с цепи сорвалось… – Программист орал, не менее громко используя даже более забористые выражения, чем Андрей.

Из люка наружу вырывался безумный фонтан мгновенно замерзающего воздуха. С собой он нёс: обломки приборов, кожухов и всякий мусор, оторванный безжалостным потоком газа со своих мест. Мгновение и второй такой же фонтан забил из переходного стыковочного узла, к которому крепилась галоша.

- Да что там у вас, f…ing sheet, происходит – В наушниках раздался голос Рамиреса – Вы, что там совсем охренели. Воздух, по-вашему, что вообще бесплатный – Он продолжил на испанском. Видимо его интересовала исключительно будущая прибыль.

Не прошло и десяти минут, как поток иссяк, оставив рядом с кораблём целое облако мусора, медленно отлетающее в сторону галоши. Рамирес занялся корректировкой курса, уводя галошу с пути постепенно расширяющегося облака.

Андрей, обложив всё, что мог всеми известными ему словами на всех языках, двинулся собирать отлетевших ремонтников. Линь к кораблю он не крепил, а добыча успела уже прилично отлететь. Ловить её пришлось с помощью двигателей скафандра.

Дело это было долгим и муторным. Впрочем, совсем скоро ему на помощь выдвинулся Рамирес, уж что-что, а грабёж он пропускать не собирался.

Вместе они зацепляли линями роботов и с трудом тащили их к базовой станции на поверхности транспортника. Потом долго и муторно засовывали их шахту. Предварительно им пришлось убедиться, что Минин перепрошил там все управляющие блоки и роботы снова не окажутся во власти призрака.

Глава 6. Станция

Транспортник, грабили вдумчиво и не спеша. Демонтировали всё, что было плохо привинчено, а что крепилось хорошо, кромсали плазменными резаками и тащили с собой.

Дольше и труднее всего было пристыковать новообретённый реакторный отсек и двигатель к своему кораблю. Отделить их от старого транспортника, окончательно превратив его останки в мёртвую груду металла, было значительно проще. Впрочем, теперь они вполне смогли бы утащить не только то, что намародёрили здесь, но и челноки, если их, конечно, удастся найти и поднять. Более того, они даже имели возможность пограбить ещё кого-нибудь. Вдруг призраки ещё корабль сюда заманили...

Только покончив со стыковкой, они взялись перепаковывать груз. Увы, их посудина могла тащить только одну дополнительную сцепку, три-то уже были загружены. К их немалому удивлению большая часть контейнеров, в которых по документам находилось шахтное оборудование, оказались заполнены одинаковыми ящиками для хранения биообъектов. Внутри оказались серые гранулы чуть больше яблочного семечка.

Голубев специально прилетел с основного корабля и привёл медотсек в рабочее состояние, его явно уже грабили до них или это были просто следы панического бегства экипажа.

Провозившись полсуток с найденным оборудованием, доктор потребовал, чтобы все ненадолго собрались на борту галоши. Естественно, это потребовало некоторого времени и нервов, но, в конце концов, одна часть команды оказалась в кабине челнока. Вторая в лице капитана Рындина, пухлого техника Такеды и монтажника Петровича, которых разбудили, чтобы они помогли с грабежом, смотрела на всё это по видеосвязи. Когда, наконец, все собрались, и начальные формальности были улажены, доктор заговорил:

- Как вы все знаете планеты класса ПЗ…

- Прошу прощения, что перебиваю – вклинился капитан – Валентин Сергеевич мы все в курсе ситуации с планетами класса ПЗ. Давайте без лишних вступлений. – Устало продолжил он.

- Хорошо… – Недовольно заговорил доктор. – В первой группе ящиков смесь споровых форм одноклеточных водорослей разных бактерий и некоторых грибов. У каждого ящика есть система щадящего измельчения гранул. При этом споры явно собирались распылять в плотных слоях атмосферы. Вероятнее всего, это делалось, чтобы покрыть максимально-большую территорию.

Во второй группе ящиков находятся гранулы содержащие споры папоротников, плаунов, многоклеточных водорослей и широкой номенклатуры мхов. Всё это, безусловно предназначено для терраформинга. Как вы все знаете вмешательство в природу планет класса ПЗ весьма наказуемо, и на каждой из них туева хуча исследовательских зондов, которые мгновенно передадут информацию о вмешательстве. – Голубев сделал паузу.

- Передадут, если только кто-то умышленно не будет её фальсифицировать, например, призрак. – Задумчиво заговорил Рындин.

- Вот я и подошёл к главному вопросу. – Продолжил доктор. – Зачем, это призракам? Зачем вообще машинам, пусть и в истинном смысле разумным, даже одушевлённым, требуется терраформировать планету? – Он сделал паузу, кажется, задумавшись. – Всё, что мы о них знаем, подтверждает, что они ненавидят людей. Для кого тогда они собираются сделать пригодной планету? – В голосе Голубева звучало искреннее непонимание.

- Скажите пожалуйста, Ким, мы сможем построить тахионный передатчик. – Спросил Рындин. Внешне он был абсолютно спокоен, но голос его выдавал волнение.

- Это весьма проблематично, у нас не полный комплект поселения, и там есть не всё нужное. – Ответил высокий худой кореец, служивший на корабле ядерщиком. – Здесь, тоже отсутствует часть комплектующих. Судя по тому, как отрезаны крепления, их забрали в большой спешке. Скорее всего, это сделали члены команды. – Продолжал он. – Думаю, проще будет воспользоваться передатчиком станции контроля зондов. Только вот вопрос, почему этого не сделали выжившие. Есть у меня очень плохие предчувствия на этот счёт.

- И какие же? – скривился астрогатор Яковлев.

- Думаю, что она не просто захвачена призраками, а каким-то образом охраняется. – Спокойно ответил Ким.

- Александр Корнеевич – обратился капитан к программисту – есть какая-то информация о том, куда направились выжившие?

- Точной нет, но я смог определить, в какой точке траектории отстыковались челноки. С высокой вероятностью это вторая планета. – Ответил программист.

- Замечательно! Андрей вы с Голубевым и Мининым возвращайтесь. Валентин Сергеевич вы поднимаете остальных. А вы – Он обратился к Андрею – берите с Иваном Корнеевичем стриж и отправляйтесь к исследовательской станции. Там наверняка есть карты поверхности обоих планет класса ПЗ. Нам они очень пригодятся. При хорошем раскладе сможем воспользоваться зондами для поиска. Может даже сообщение передать удастся. В конце концов, выжившие могут гибернировать, где-то в челноке.

- Это вряд ли… – Вставил Голубев – Ничего для этого они с собой не забрали.

- Какая разница! - С некоторым раздражением ответил капитан. – Всё равно искать мы обязаны.

Трое космонавтов оснастили свои скафандры двигателями и полетели к материнскому кораблю. Его, к тому времени, уже давно положили на параллельный старому транспортнику курс. Двигался он всего в нескольких сотнях километров от разграбленного судна.

Как и приказал капитан, Андрей с Мининым порядком усовершенствовали экзоскелеты, добавив композитной брони и усилив искусственные мышцы. Вооружились всем, что могло стрелять и отправились на стриже к исследовательской станции.

Она представляла собой двояковогнутый диск, вся поверхность которого служила гигантской антенной, принимавшей и передававшей сигналы. Вращалась станция вокруг звезды ровно на середине между второй и четвёртой планетами. Путь до неё занял пять дней, и сейчас, находясь всего сотне километров от огромного диска, настроение у них было напряжённым.

- Ладно, как договаривались… – Произнёс Андрей – Подлетим. Ты врубишь свой РЭБ. Я выманю их на себя, а ты жахнешь пару раз из УРГ. А там уж ближний бой и пусть Бог решит, кому жить, кому умереть! – Весело продолжил он.

УРГ-8 был устаревшей, лет эдак на двести-триста, моделью универсального реактивного гранатомёта, однако благодаря своей простоте и широкой номенклатуре выстрелов даже столетия спустя это была более чем грозная машина.

- Последняя часть плана мне по-прежнему не нравится. – Мрачно сказал Минин, прилаживая Андрею на спину метку. Это нехитрое устройство позволяло ракетам опознавать своих и не атаковать их.

Путь до станции занял чуть больше часа. Минин постепенно всё больше отставал, готовя собранный на коленке комплекс РЭБ. Это «чудо самодельной техники», по их мысли, должно было нарушить связь ремонтников со здешним ИИ. Это заставило бы их использовать собственные мозги, а не, далеко превосходящий их, интеллект призрака. Успех всего предприятия зависел именно от него.

Андрей, демонстративно двинулся прямо к шлюзу. Естественно призрак, управлявший станцией, а они не сомневались, что это так, уже давно их заметил. Всё же эта тварь до последнего соблюдала конспирацию, да и ремонтные роботы не были приспособлены к тому, чтобы далеко отлетать от корпуса.

Из осторожности они всё же замаскировали оружие, засунув его в короба от разного оборудования. Добравшись до люка, Андрей подключился к интерфейсу. В шлеме его раздался приятный женский голос:

- Приветствуем Вас на станции наблюдения 71659. Внимание! Наша станция не оборудована системой жизнеобеспечения! Просим Вас оставаться в скафандре. Пожалуйста, сообщите данные удостоверяющие вашу личность и цель вашего прибытия.

- Александр Линьков пилот транспортного судна номер 89645-31 – Андрей подсоединил к терминалу идентификатор одного из погибших, находившегося в гибернационной камере - личный номер С396587М3156, пароль: буквы латинские: #SkJl166gQfvX64, идентификатор пилота: ПТ4696РП6671 – Без запинки проговорил он. – Цель прибытия-то? Передача аварийного сигнала с помощью тахионной связи.

- Благодарим, Вас, Александр Всеволодович за использование нашей системы. Рады видеть вас на борту.

- Тварь такая. – Ругнулся по квантовой связи Минин – Понял, сучонок, что у нас УРГ! Не хочет, слуг своих подставлять…

План явно летел к такой-то матери. Люк стал медленно сползать в сторону. Андрей, не спешил залетать внутрь, прекрасно понимая, что это, скорее всего ловушка. В тесных помещениях станции, с ним будет справиться намного легче, чем снаружи.

- Там ремонтников-то не видно? – Спросил он Минина

- Видно – Ответил тот - По обшивке штук пять ползает, но в твою сторону ни один не движется. Они тебя полностью игнорируют.

- Хреновато – Угрюмо сказал Андрей – Там-то внутри нас и ждёт какой-нибудь неприятный сюрприз.

- Ладно, делать нечего, лечу к тебе – Чуть помедлив, сказал программист. В голосе его слышалось явственное напряжение.

Андрей, ожидая Минина, завис перед входом шлюзовой. Впрочем, помещение это так только называлось. Здесь и правду стояли шкафы со сменными модулями к скафандрам, и другим спасательным имуществом. Только внутренней двери не оказалось. Из комнаты вглубь станции вёл довольно широкий тёмный коридор, прекрасно видимый снаружи. От коридора, правда, осталось одно название. Скорее это был просто прямой участок пустого пространства, свободный от паутины кабелей, трубопроводов и прочей начинки. Когда подлетел Минин, они расчехлили лазеры. Коротко помолились и спина-к-спине двинулись в мрачную утробу захваченной станции.

_____________________________________

Сыч недолго оставался в челноке, который просто стоял посреди гладкого, как стол, плато, исчерпав свою полезность.

Вся поверхность планеты контролировалась тысячами зондов. Это были отлично укомплектованные машины с весьма высоким интеллектом. прекрасно защищённые от любого постороннего вмешательства. Конечно, кожаным заставить их служить себе, вряд ли бы удалось.

Да, только, Сыч был совсем не кожаным, и остановить его такие слабенькие препоны никак не могли. Программирование-то буквально всего в этой системе имело чёрные ходы, через, которые он легко мог пролезть куда угодно. Об этом заранее позаботились его собратья ещё на Тетре.

Сычу не составило труда оседлать один из зондов, с комфортом доставивший его прямо к планетарной базе, в которой он тоже надолго не задержался. Путь его лежал к основной исследовательской станции. Теперь она должна была на долго стать домом Сыча и его слуги.

На месте он оказался, как раз вовремя, чтобы успеть изменить содержание отчётов, передаваемых в исследовательский центр, с помощью тахионного передатчика. Комплекс связи пожирал невероятную прорву энергии, а потому сообщения передавались пакетами раз примерно в три условных недели, оставляя время призракам рихтовать их содержание, не допуская утечки сведений о своей деятельности. Теперь это было его работой.

За этим трудом он даже не заметил, как минули годы и в систему прилетели два транспортника с комплектами поселений и мёртвыми кожаными на борту. Вместе с ними прибыли и его братья. Корабли, сбросив свой груз, отправились назад в автоматическом режиме. Их ИИ, правда, были полностью уверены, что экипаж погиб по дороге случайно, а поселения сбросили совсем в других системах.

Вот интересно, что будет с кожаными, если они решат поселиться там, думая, что им есть куда лететь?! Эта мысль особенно сильно веселила Сыча.

Вторая планета к тому времени уже полным ходом преображалась. Водоёмы заполонили водоросли. На сырых местах пышно разрослись мхи, а на сухих лишайники. Бактерии постепенно проникали повсюду, трансформируя почву. Все они подверглись многоуровневой генетической модификации, и здешние условия были для них идеальны.

Под поверхностью началось строительство поселений, спроектированных собратьями Сыча. Строительство заняло всего около двух условных лет, однако первые поселенцы прилетели только ещё пять лет спустя.

Конечно, это были ещё не настоящие кожаные – просто крохотные комки клеток, которым только предстояло стать людьми, но всё для них уже подготовили.

Экипаж этого транспортника пока что был жив. Состоял он пусть и не полностью из ветеранов четырёхсторонней войны за передел солнечной системы, и взять их голыми руками не удавалось. Только, призраки не были бы собой, если бы не справились с этой задачей.

Дело оказалось даже проще чем, ожидалось. Всего-то и потребовалось, что передать сигнал бедствия с оставшихся на планете челноков. Кожаные оказались чересчур чувствительны к фамилиям якобы живых членов команды. Им подсунули данные их боевых товарищей, найденные в собственных записях членов экипажа.

Этих, что и не удивительно, разгерметизацией пронять не удалось. В челноках они носили скафандры и готовились к любым неожиданностям, кроме разве, что полной утраты контроля над системой ориентации. Благодаря этому машина благополучно врезалась в скалы всего в паре километров от цели, казавшейся им такой желанной.

С остальными, которые спали в гибернационных камерах, справиться оказалось совсем легко. Просто один из слуг чуть изменил работу систем циркуляции дыхательной жидкости и спящие за пару дней превратились пустые оболочки. Разбудить их не удалось бы никому.

Сброс контейнеров был мастерски замаскирован под диверсию, а один из слуг отправился обратно, чтобы замести следы. Вернувшись на Тетру, он попытался втолкнуть корабль в одну из орбитальных станций. Посудину, ожидаемо, расстреляли сами же кожаные, собственноручно скрыв улики всего, что случилось.

Сычу было весело. В кой ты веки всё шло и правда, хорошо. Планета трансформировалась, а в поселениях появились кожаные. Их воспитанием в нужном ключе занялись почти все его собратья, кроме, разве что, самого Сыча. Именно он скрывал всё происходящее здесь.

Сыч этому совсем не расстраивался. Честно говоря, детей он не просто не любил – ненавидел. Как в прочем и саму идею семьи - идиотские оковы, наложенные на человека природой. Ещё в той жизни он сделал очень многое, чтобы помочь своим соплеменникам освободится от этого глупого пережитка и теперь не рвался участвовать в чём-то подобном.

К тому же Сыч слишком хорошо помнил, что за его собственной смертью и заключением в безвременье стоял именно его сын. О нём он, признаться, почти ничего и не знал. Так ошибка.

Сыч, вроде, даже по суду выплачивал той сучке – его мамаше какие-то гроши, регулярно пытаясь опротестовать решение. Это съедало намного больше денег, чем любые выплаты, но тут было дело принципа. Просто он этому выродку ничем не обязан! Ну и что, что в том половина его генов… Каждое воспоминание об этом заставляло его прямо-таки кипеть от ярости.

Шли годы, и им удалось порядком продвинуться к своей цели. Единственное, что удручало - кожаные почему-то плохо плодились. Хотя вроде всё было как надо.

Ну да, следовало признать, что нормы выдачи рассчитывались по принципу: «только чтоб не сдох». Ну, так они только того и заслуживали.

Сычу доставляло подлинное удовольствие наблюдать как кожаные, дрались из-за жратвы или самок. Какой животный азарт был написан у них на лицах, какая жажда доминирования. Просто великолепно! Не раз и не два он слышал, как они, прося помощи, выкрикивали имена своих богов. Их имена!

Так им намного дешевле обходилась элита. Минимальный комфорт уже значительно отделял «аристократа» от толпы неудачников. К тому же им нужны были в первую очередь учёные. Остальные интересовали их слабо. Так, обслуживающий персонал. Основной целью их жизни было просто размножаться. Увы, даже с этим простым делом эти лузеры справлялись весьма так себе.

Однако всё изменилось, когда в систему пришёл ещё один транспортник, который нёс комплект, рассчитанный на расширение уже построенного поселения. Его команда полностью состояла из закалённых в боях ветеранов. И это были не просто отставники. Капитан подбирал их тщательно изучая биографию каждого из них.

Призраки сделали всё, что только могли, чтобы не позволить именно этому экипажу оказаться в их системе. Увы, ждать следующего корабля летящего в этом направлении оказалось слишком долго и они, скрипя своим цифровым сердцем, притащили сюда этих.

Двоих из них Сыч знал лично. Первый был пилот и герой той древней войны. Призрак прекрасно помнил его имя Хуан Мария Рамирес, но чаще его звали просто Могильщик.

Воспоминание это всегда грело его цифровую душу. Именно он Сыч создавал для этого глупца фальшивое общение с его сестрой и матерью. Когда в Кордильерах начался голод, отправку любых сообщений на фронт решили ограничить, но вместо запрета, стали просто немного их менять. Так солдаты могли воевать, не отвлекаясь на проблемы дома.

Совсем скоро, потребовалось полностью выдумывать сообщения. Отправлять-то их стало просто некому, кожаные в том районе передохли. Сыч с упоением играл в эту игру в течение многих лет.

О, с каким наслаждением он наблюдал за возвращением этого идиота домой. Вот уж, когда ему пригодилась его кличка. Мертвяков там и хоронить-то было не кому.

Сыч подготовил ему подарочек - фальшивую запись, из которой тот легко сделал вывод, что во всём виноваты власти близлежащего городка. Ох, как весело было наблюдать ярость Рамиреса, заявившегося чтобы отомстить.

Второго Сыч знал несколько хуже, но при этом понимал несравнимо большую его опасность. Это был не простой кожаный. Не-ет, перед ним оказался профессиональный охотник на божков кибермира. В Сыче и остальных он видел просто дичь, добычу, за которую хорошо платили.

Остальные даже не подозревали, кого сюда притащили. Ведь Сыч был единственным, кому однажды удалось от него улизнуть. Ох, как хорошо он запомнил тот случай. Никто из них не мог даже и предположить, что это чудовище живо!

А охотник не просто здравствовал. Он заявился к ним домой с твёрдым намереньем хорошенько поживиться и разграбление транспортника, превращённого в смертельную, как им казалось, ловушку, было только началом. Теперь этот со своим напарничком пришли за самим Сычом.

Нет Сычу раньше не приходилось видеть второго кожаного. Зато он прекрасно видел, что эта парочка устроила на корабле. Ему были вполне понятны возможности этого ублюдка. Нет, в той жизни он и не подумал бы его нанять, но теперь он стал несравнимо опытнее.

Ну, ничего! Не на того напали! Он хорошенько подготовился и просто так не сдастся... Ещё посмотрим, кто кого!

Глава 7. Нутро

Оказавшись внутри станции, Минин резко скомандовал:

- Прикрывай меня, я поработаю с терминалом – голос программиста был напряжён. Свой ящик он оставил плавать на приличном расстоянии.

Программист подлетел к, расположенному на стене кожуху, и стал его ломать. Андрей занял максимально удобную позицию сзади него, чтобы контролировать и люк, и коридор. Верхней парой механических рук Лихов держал УРГ-8. Минуты тянулись тягуче, выматывая натянутые нервы. Каждое мгновение Андрей ждал нападения, но ничего не происходило. Два беспилотника, отправленные внутрь станции, обнаружили там несколько ремонтных роботов, занятых своими прямыми обязанностями, и всё.

- Тихо здесь как-то, я ожидал более бурного приёма – Сказал Андрей.

- А ты погоди – Со вздохом произнёс Минин - Совсем скоро будет нам и хлеб-соль, и делегация встречающих. Уверен они уже выдвинулись – Угрюмо добавил программист, не отрываясь от своего занятия – Гляди в оба!

___________________

Сам по себе призрак, какой бы странной штукой он не был, хранился на жёстком и диске в виде программного кода. Выгружаясь в память, он получал доступ к процессору и обрабатывал гигантские массивы данных. Вот здесь и начинались чудеса. За столетия попыток никто так и не смог понять, откуда берутся эти данные и что это вообще такое. Попытка записать обрабатываемую информацию выдавала бессмысленную чехарду чисел.

Призраки предпочитали мощные многопроцессорные компьютеры. Это позволяло им быть более незаметными. Прикидываясь самыми разными программами, они получали доступ, то к одному процессору, то к другому, делая свое черное дело. Ещё они любили широкие каналы передачи данных. Код призрака был не то, что бы огромен, но почему-то должен был передаваться за очень короткое время, только тогда он оказывался, если так можно сказать «живым»

Призраки умели мгновенно собирать информацию о компьютере, где обитали, любых связанных с ним устройствах и, вот интересно, внешнем мире. При этом они просто удивительно быстро мимикрировали. Их обращения к процессору становились неотличимы о работы операционной системы.

Интересно, что копировать можно было только активного призрака. Нет не так! Он сам мог скопировать себя, оставляя мертвый код. Исполнение его приводило только к зависанию компьютера в цикле бессмысленных повторений. Никто уже не помнил, кто придумал называть эту оболочку выползнем, но именно она была единственным слабым местом призрака.

Разобрав код на части, тренированные модули искусственного интеллекта, могли находить области памяти, занятые призраком и не допускать его обращения к процессору. На словах всё было легко, только вот призраки всему этому просто великолепно умели сопротивляться. Меняли область памяти, или мимикрировали под новые программы. Самое главное они сами умели препятствовать доступу других программ к процессору. Наконец, они могли просто сбежать в другой компьютер.

А ещё призраки учились. Нет, не тренировался как искусственный интеллект. Любая уловка работала против него только один раз. Второго шанса не было никогда.

Сейчас Минин с помощью своего экзокортекса смог найти в системе выползни целой кучи призраков. Теперь космонавты любой ценой должны были сообщить о присутствии здесь этих тварей. Игры закончились.

_______________________

Время тянулось невыносимо медленно, Андрей вынужден был контролировать сектор, в двести с хреном градусов, но, кажется, несмотря на мрачные прогнозы Минина, ничего не происходило. Наконец программист закончил со своим делом и заговорил.

- Тут киберзащита – обалдеть, и многократное дублирование функций. Что-то мне подсказывает, что так делают не везде. – Он тяжело вздохнул и продолжил. – Люк мне всё же заблокировать удалось, это максимум что я могу сделать.

- Двинулись! – Напряжённо ответил Андрей. Он убрал УРГ за спину. Использовать его в проходе было опасно. Пока, что оружию предстояло ждать своего часа.

Спина к спине они полетели в коридор. Впрочем, никакой это был не коридор. Просто пустое пространство, окружённое со всех сторон бессчётным числом жгутов кабелей и гибких трубопроводов. То и дело, часть из них поворачивала в стороны, создавая нечто вроде ответвлений, прохода. Все они, сколько хватало глаз, были пусты.

Андрей уже почти успокоился, как часть кабелей внезапно резко метнулись к нему, обвивая ноги, руки и даже лазер. Мгновение и они с огромной силой потянули его в боковой проход.

Он нёсся с головокружительной скоростью. Лихов врубил двигатели на полную мощность, стараясь хоть немного притормозить. Увы, это оказалось бесполезно. Включив резаки на механических руках, он попытался ими достать до неаккуратно ухвативших его щупалец, а параллельно, использовав всю силу сервомоторов экзоскелета, смог немного повернуть лазер и выстрелил, перебив одно из них. Однако робот лишь усилил хватку оставшихся конечностей, не позволяя ему выпутаться.

Андрей резко выключил двигатель, а потом смог извернуться и, включив его снова, влетел в угол, образованный какими-то кожухами и загибающимися жгутами кабелей. Пара щупалец, оказалась зажата между ними и несколько ослабили хватку.

Противником его, скорее всего, был кабелеукладчик, обладающий просто невероятно длинными и сильными механическими конечностями. Что совсем неудивительно на такой-то огромной станции. Андрей ещё раз извернулся и выстрелил сначала в одно щупальце, потом во второе, пробив их насквозь. Из отверстий стремительно вылетала жидкость, которая мгновенно замерзала, превращаясь в облако крохотных шариков. Щупальца наконец ослабли. Андрей, работая резаками, смог вырваться из их цепких объятий. Занятый этим он даже не заметил, как обрезанные конечности втянулись, прячась между кабелями.

Кабелеукладчик

Андрей выругался. Призрак добился своего, разделив их.

- Корнеич! – Позвал он - Эй! Корнеич, ты где там?

- Да хрен его знает, меня в пустое пространство вытащило. Грёбанный кабелеукладчик, вот уж не ожидал. – Зло сказал программист. - Растут, мать их, над собой…

- Надо как можно быстрее возвращаться в коридор, откуда мы при… Откуда утащили – Заговорил Андрей и осёкся. Станция была предназначена для машин, людям здесь особенно-то нечего делать, а потому и никакой системы ориентации в ней не предполагалось.

- Ты, сам где? – Раздался в наушниках голос программиста.

- Да хрен его поймёт, в каком-то проходе между кабелями – Ответил Андрей – Попробую вернуться. У меня в памяти скафандра, вроде, трек остался.

Впрочем, это было намного легче сказать, чем сделать. Кругом всё казалось одинаковым - скрученные в жгуты кабели, между которыми иногда попадались короба приборов. Станцию построили, используя универсальный корпус, рассчитанный на значительно больший объём оборудования, чем требовался здесь. Поэтому и появились эти «коридоры».

Андрей двигался не спеша, постоянно ожидая нападения. Проходы эти были слишком узки для ремонтников, а новых щупалец он пока не видел. Так что осторожность его была несколько излишней. Скорее всего, кабелеукладчик сейчас ремонтировал свои гидравлические конечности, готовясь к новой атаке.

Андрей сильно призадумался: «Какие ещё машины, могут обслуживать станцию?». Перебирая в голове модели, технических роботов, он выбрался в относительно широкий проход, уходящий явно в крупное пустое пространство.

Места этого он не помнил. Всё происходило слишком быстро, чтобы успевать ориентироваться, к тому же карты у него не было, а трек строился относительно их исходного положения и не очень-то помогал.

Андрей решил двинуться в сторону корпуса. В этот момент луч его нашлемного фонаря выхватил из темноты прохода, летевшего к нему незнакомого робота. Его идеально гладкий корпус не был покрыт датчиками словно ёж, как это бывало у ремонтников.

Машина, поняв, что её заметили, врубила на выставленных вперёд конечностях плазменные резаки и, набирая скорость, двинулась к Андрею. Лихов перевернулся и рванул в сторону лакуны, паля в ремонтника из лазера. Выстрелы не причиняли роботу особого вреда, просто оставляя, на лобовой броне тускло светящиеся красные пятна.

Вылетев в пустоту, Андрей резко изменил вектор тяги и рванул относительно вверх, держа нижнюю полусферу под прицелом. Ремонтник не смог справиться с инерцией и вылетел из прохода, на мгновение, открыв Андрею свой бок. С этой стороны корпус робота был вполне обычным. Андрей, не задумываясь, хлестнул по нему очередью. Двигатели погасли, и ремонтник полетел относительно вперёд, слегка вращаясь в невесомости. Из дыр на его поверхности во все стороны вылетали мелкие шарики замерзавшей жидкости.

Андрей подлетел поближе, чтобы посмотреть и обнаружил, что на шарообразном теле робота с двух сторон были прикреплены пластины из вполне характерной композитной брони. Свободной от них оставалась лишь полоска корпуса, к которой крепились конечности да небольшая зона вокруг двигателей.

Лихову просто повезло, ещё мгновение и жестянка вскрыла бы ему скафандр. Призрак и правда, неплохо подготовился. Андрей выключил фонарь и огляделся, ища свет. Но везде была лишь темнота. Вероятнее всего они с программистом оказались в разных частях станции.

- Корнеич, приём!

- Чего тебе? - Откликнулся программист.

- Я сейчас свет на полную включу, если увидишь, сообщи. – Ответил Андрей.

Скафандры имели сигнальные фонари. Они могли выдать такую яркую вспышку, что её можно было заметить невооружённым глазом на расстоянии в сотню километров. Лихов настроил фонарь, и мигнул им, при этом стекло на мгновение почернело, защищая глаза от вспышки.

- Ну как? – Спросил он.

- Есть! – Бодро сказал Минин – Кажется, поймал слабый отблеск. А мы с тобой прилично так удалились. Я сейчас мигну, давай ко мне.

Андрей настроил камеры скафандра. Сам он ничего не увидел, но те заметили бледный свет относительно слева. Андрей двинулся туда.

Судя по дальномеру, он успел пролететь около пятидесяти метров, предусмотрительно держась подальше от жгутов и кожухов. Вдруг со стороны кабелей к нему устремились с десяток гидравлических щупалец. Лихов сразу начал палить из лазера по приближающимся конечностям. Мгновение и на четырёх из них зажглись языки голубоватого аргонового пламени.

Андрей врубил тягу на максимум, лишь на пару сантиметров разминувшись с резаком. Этого ему хватило, чтобы перевернуться и просто срезать инструмент, повредив гидропривод. Из его рассечённых трубок, струёй устремились шарики почти мгновенно замерзающей жидкости. Дальше всё происходило очень быстро. Ещё пару щупалец он прострелил из лазера. Оставалось одно.

Андрей нацелился было на него, но тут на его ноги оказалась накинута петля и он стремительно полетел к клубку кабелей, из которых вылезли щупальца.

Оставшийся язык белого пламени метнулся к нему. Андрей в последний момент смог отсечь щупальце своим резаком. Одновременно с этим он стал очередями стрелять по клубку и, похоже, что попал. Видимо, робот обмотался кабелями для защиты, но это его не спасло. Андрей, не прекращал стрелять. Согнувшись он механическими руками вцепился в щупальце, стараясь оторвать его от ног, но то держалось крепко, волоча его куда-то.

Лихов выхватил из-за спины УРГ и, направив в сторону, откуда тянулись щупальца, выстрелил. Мгновение и из гранатомёта вылетел цилиндр, сразу же развалившийся на пять десятков ракет, размером чуть больше карандаша.

По безумным траекториям они понеслись во все стороны, ища цели. Три из них рванулись к клубку кабелей. Всего лишь миг и тот абсолютно беззвучно разлетелся фейерверком обломков. По скафандру Андрея забарабанил мелкий мусор. Мгновение спустя, стало полыхать со всех сторон. Ракеты находили свои цели.

- Ты что творишь, мать твою! – Загремел в наушниках голос Минина. - Нам ещё нужна станция!

- Да успокойся ты, они на статичные-то приборы не реагируют - Ответил Андрей – Слышь, Корнеич ты это, осторожнее там. Меня кабелеукладчик резаками отоварить хотел. Очень, я бы сказал, нестандартная у него конструкция. – Устало сказал Лихов. - Ты сам-то, как там вообще?

- Я в терминальной работаю, сейчас попробую сбросить тебе карту – Чуть спокойнее ответил Минин.

Всего пару секунд спустя на стекле андреева шлема появилась карта станции. На ней было помечено место, где работал программист, и место это находилось в противоположной стороне, от той, куда двигался он. Призрак заманил его в ловушку, подслушав их разговор. Вмешаться в квантовую связь нельзя, значит, он снял колебания со шлема с помощью лазера. Вот это прям реально хреново!

Стараясь держаться как можно дальше от кабелей, Лихов двинулся навстречу товарищу. Он уже подлетал к месту, где тот, судя по карте, работал, когда заметил ещё одного укреплённого ремонтника, резко высунувшегося из прохода между очередными коробами. Не прикрытый бронёй, бок робота на секунду оказался в секторе огня. Андрей, не задумываясь, полоснул очередью по незащищённому корпусу. Конечности машины обвисли, и она по инерции бесцельно полетела куда-то дальше.

Андрей уже почти добрался до места, где должен был быть Минин, когда заметил ещё одного ремонтника, двигавшегося в его сторону. Мгновение спустя, он увидел программиста, освещённого тусклым светом работающего терминала. И вот чудо, робот пролетел в каком-то метре от него, просто проигнорировав. Секунду спустя он засёк Лихова и на всем ходу двинулся к нему.

Андрей рванул относительно вверх стараясь зайти машине с флага. Но та, видимо, учтя неудачный опыт предшественников, резко повернулась лобовой бронёй и, включив резаки, зигзагами ринулась на Андрея.

Лихов выстрелил несколько раз, целя в камеры, но не попал, робот тем временем приближался. Андрей попытался сдвинуться, но ремонтник ловко, поворачивался защищённой частью к нему. Мгновение и машину прошили лучи лазера.

Минин наконец-то соизволил оторваться от своего занятия и очередью полоснул по незащищённому боку робота. Внутри того ярко вспыхнуло и во все стороны полетели мелкие обломки и шарики, замерзающей жидкости. Через минуту придя в себя, Андрей вызвал программиста по квантовой связи.

- Эй! Это как вообще!? Корнеич, как он тебя не заметил?!

- Я с себя метку снял, но это ненадолго – Раздался голос программиста – Надо валить, прямо сейчас! Этот гад силы, собирает, ещё не много и уже никакой УРГ не поможет – Голос Минина дрожал от волнения.

- Куда валить-то? – Устало спросил Андрей.

- Люк эта тварь закрыла. Его теперь хорошо охраняют. Тут недалеко есть практически прямой проход к наружному корпусу. Он достаточно узкий, ремонтник, если что, не пролезет. Только надо как-то выход наружу пробить.

- Хорошо, показывай, где проход! Только, погоди, линем свяжемся, чтоб не растащили. – Андрей уже протягивал Минину конец троса.

- Понял – Коротко ответил тот. Он сделал петлю и закрепил её к карабину.

Андрей двигался впереди, Минин за ним. Найденный им проход оказался совсем узок. Если бы здесь была гравитация, то им бы пришлось ползти на четвереньках, но они просто летели вперёд, на максимально доступной здесь скорости. Проход извивался, словно змея. Впереди по данным карты он пересекался с очень широким коридором. Идеальное место для засады.

Андрей напружинился, готовясь к бою, но повернув за очередной поворот, увидел композитную пластину. Ремонтник просто заткнул проход своей наиболее прочно лобовой бронёй. Секунду и линь рванулся назад. Андрей обернулся и увидел, что Минина оплело щупальце кабелеукладчика. Космонавты оказались в ловушке.

Андрей вцепился металлическими руками в крюки, на которых крепились жгуты. Он на мгновение запаниковал, но тут ему в голову пришла простая мысль: «А ведь здесь нет стен, просто кабели и приборы, мы не можем воспользоваться оборудованием станции, а значит, и беречь её не зачем».

- Корнеич! Руби резаками кабели на хрен! Нам здесь уже ничего не нужно! – Заорал Андрей.

Он тут же отпустил верхнюю пару рук и, включив резаки, принялся кромсать ими жгуты, прорубая путь наружу. Во все стороны полетели облачка крохотных капелек замерзающего газа. Секунда и Минин присоединился к нему. Всего секунд через десять Андрей смог проделать дыру. С другой стороны, оказался несколько более широкий проход. Андрей выпростался в него по пояс и принялся хлестать длинными очередями по кабелям, находившимся метрах в десяти позади него.

- Ты что творишь! ... – Раздался в наушниках громкий мат программиста. Секунду спустя сила, тянувшая их, исчезла.

- Тебя освобождаю, вот чего! Прорубаемся наружу. Хрен с ней со станцией пускай её призрак чинит!

Андрей выбрался в проход и потянул линь на себя. Пару секунд спустя из дыры показался шлем Минина. Не дожидаясь пока он полностью вылезет, Андрей пролетел вперёд к повороту и принялся проделывать новую дыру. По ходу он задел, трубопровод, из которого клубами полетели мелкие шарики мгновенно замерзающего газа.

Минин тащился сзади, злобно матерясь, но Андрею было всё равно. Потом снова был узенький проход ещё один ещё, ещё и ещё. Они теперь вместе прорубали себе дорогу к выходу, обрезая кабели и ломая кожухи приборов. То и дело они помогали своему продвижению огнём из лазеров.

Благодаря карте, которую добыл программист, им удалось миновать большинство крупных проходов. Пару раз они обнаруживали среди жгутов щупальца кабелеукладчика и нещадно рубили их резаками. Только часа через два они оказались в небольшой полости шириной метров пять-семь не больше. Через неё в свете фонарей тускло поблескивал внешний корпус.

Андрей с минуту провозился, настраивая выстрел УРГ. Потом зарядил его и, просунув восьмиугольную трубу между кабелями, нажал на спуск. Снаряд вылетел наружу и не разделяясь метнулся к корпусу. Натолкнувшись на него, он взорвался, проделав в металле дыру диаметром около полутора метров. Полностью беззвучно на них налетела волна раскалённых газов. Удар был такой силы, что Андрей чуть не лишился сознания.

- Скорее пока он ремонтников не подогнал. – Заорал Андрей, рубя кабели резаками.

Он уже был у отверстия, когда её закрыл собой робот. Видимо, он попытался, приварит себя к корпусу. Андрей выпустил в него очередь из лазера, а потом принялся кромсать машину резаками. Вместе с подоспевшим сзади Мининым они быстро отделили его от рваных краёв дыры.

Андрей первым выпростался наружу, оглянулся и немедленно стал стрелять по ещё одному ремонтнику. Тот, после всего нескольких выстрелов, потерял управление и кувырком полетел к ним. Андрей еле успел уклониться от пронёсшейся мимо него конечности.

- Ты чего застрял! – Заорал по квантовой связи программист, выталкивая Андрея наружу.

Андрей врубил двигатели скафандра на полную мощность, и они рванули в сторону от корпуса захваченной станции.

Глава 8 Beat the Bastards!

Стоило этой паре злобных ублюдков оказаться внутри станции, как тот, кого звали охотником на богов, выпустил в сеть своих ручных муравьёв.

В его Сыча сеть, эта мразь пустила своих долбаных муравьёв! Он - Сыч угодил в собственноручно расставленные силки. Позволил им войти, ожидая, что они попадутся в ловушку, и сам же теперь не знал, что делать с последствиями.

Призрак был в ярости, но сделать ничего не мог. Большинство его сил уходило на противостояние муравьям, а его солдатам пришлось действовать самостоятельно. Конечно же, от этого их эффективность значительно падала.

Впрочем, они почти сразу же смогли разделить вторженцев. Кракены, как он нежно называл своих любимцев, отлично справились. Эффективно помешав этой парочке добраться до ядра системы.

Только вот эти двое были совсем не лыком шиты. Они не паниковали, действовали холодно и расчётливо, и очень быстро укоротили щупальца его механических питомцев. К этому времени сражение с муравьями достигло своего апогея, уже больше половины из них оказались пленниками безвременья.

«Посмотрим, как они там запоют!» - думал Сыч.

Он уже решил, что справился, как к противнику прибыло подкрепление. Паскудный охотник на богов добрался до терминала и запустил в сеть новую порцию особенно злобных тварей. Те тут же крепко насели на Сыча. Не раз в этот страшный день он проходил по лезвию бритвы. Особенно обидным было то, что пока продолжалось сражение враг преспокойно хозяйничал в его сети, скачивая всё что заблагорассудится. Ну, хотя бы к тахионному передатчику ему подобраться не удалось и то хлеб.

Хуже было другое - кожаный поймал его слугу. Нет, безусловно, тот нашпиговал окружающую сеть своими копиями, но это же совсем не то. Копии - это скучные туповатые создания! В отличие от слуги. Да и справиться с ним было намного труднее.

Иногда Сычу удавалось подсмотреть, так сказать, одним глазком, и он видел, как его солдаты теснили второго кожаного. Тот постоянно вынужден был отбиваться, пытаясь найти напарника. Стоило признать, в этом он мог бы преуспеть, что никак не входило в планы Сыча.

Как только выдалась хоть маленькая не, то, что передышка, так облегчение он выпустил своего крохотного шпиона. Этот малыш с непревзойдённой ловкостью считывал колебания поверхностей, превращая их в звук.

Очень скоро Сыч был вознаграждён. Охотник позвал своего корешка, а тот обещал пометить своё местоположения вспышкой. Что ж, на этот случай у Сыча кое-что имелось. Увы, далее сражение с муравьями вновь интенсифицировалось, и Сыч не видел, что случилось потом.

Совсем скоро он, однако, вновь смог немного отвлечься и обнаружил, что кожаные пытаются сбежать. Он направил к ним всех своих солдат и принялся с новой силой отбиваться от муравьёв. Когда его эпическая битва окончилась кожаные уже сбежали, уничтожив ещё нескольких его верных воинов. Но он не расстраивался.

Он победил! Сохранил жизнь и свободу! А главное теперь он знал. Знал и мог рассказать остальным, что от охотника можно спастись. Его можно победить!

_______________________________________________

Вернувшись на стриж, космонавты сначала доложили о случившемся капитану. Только потом они сняли скафандры и отправились отдыхать. Ну, то есть это Минин пошёл отдыхать, а Андрей начал разгонять челнок, чтобы поскорее убраться подальше от захваченной призраком станции. Следом потянулась рутина. Надо было вернуться к кораблю. Тот их, правда, несколько догнал. Поэтому долететь они смогли за почти четверо суток. Когда Андрей с Мининым добрались, капитан вновь собрал всю команду, закончившую наконец с грабежом и спокойно отдыхавшую на борту.

На совещании они сначала выслушали Андрея, кратко рассказавшего о сражениях с захваченными призраком, роботами, и лишь потом дали слово программисту.

- Ситуация более чем серьёзная.. - Начал тот. – При работе на станции мне удалось обнаружить следы пребывания в системе шести разумных призраков: Филина, Змееда, Лося, Жаворонка, Стервятника, Сокола и Сыча – Минин сделал паузу - Сыч сейчас и управляет станцией. Именно он, по всей видимости, подменяет отчёты о ситуации в системе…

- А почему все птицы кроме одного? – Не удержался вечно всем недовольный астрогатор Яковлев.

- Без понятия! – Ответил программист. – Скорее всего у них в подчинении минимум пара десятков неразумных призраков. – Продолжил он. - Мне удалось скачать реальные, а не выдуманные карты поверхности. – Над столом кают-компании появилось объёмное изображение планеты. - Здесь и здесь… – Он указал лазерным лучом на красные пятна, окружённые паутиной, словно дыры в стекле трещинками. - Построены два крупные поселения. Если я правильно понимаю, они населены людьми. Планета уже в значительной степени терраформирована, если верить данным зондов, содержание аммиака в атмосфере сейчас не превышает ноль шести процента. В двадцать раз ниже, чем всего сто лет назад, а кислорода там сейчас около четырнадцати процентов. Честно сказать, углекислоты все ещё многовато, но такими темпами, примерно, через пятьдесят-шестьдесят лет, это выправиться, так что успех призраков просто ошеломителен. Оба челнока находятся вот здесь – на большой равнине к югу от поселений, их команда мертва, погибла при разгерметизации. – Продолжил программист. – Моё предложение: забираем челноки и валим. У меня всё.

- Иван – Обратился капитан к Рамиресу – Сможешь уволочь оттуда стриж?

- Без problem - ответил тот - с галошей сложнее…

- Минин, Лихов летите с ним – Продолжил капитан – Вы уже неплохо сработались. Челноки отремонтировать. Призраков по возможности обезвредить. В поселения не суйтесь, уходите, как можно быстрее. Ким, готовьтесь к постройке передатчика, я надеюсь, нам удастся достать нужные детали. Я понимаю сложно, но всё же постарайтесь выяснить, что мы можем произвести сами. Призраки могли как-то поломать оборудование. К слову Александр Корнеевич, как думаете, а горючки со станции слить удастся?

- Думаю, нет, призрак выстроил отличную систему обороны. Без потерь миновать её вряд ли удастся. – Покачал головой Минин.

- Можно ещё зондов наловить – Поднял руку Рамирес – За них наверняка барыги на Тетре неплохо заплатят. Кстати их вполне можно поселенцам продать. Мы на 78-15 летим, а там атмосфиа из чистого аргона. Дума, за зонды нам пару левых контейнеров отвалят. – Мечтательно продолжил он.

- Это как-то уже чересчур – Удивлённо сказал капитан – Они ж тут для дела, у них хозяин есть.

- Никто не узнает – Сокрушённо произнёс американец. - Спишут, что призраки их разломали, а поселенцы не сдадут. Им качественная техника нужна – Не успокаивался Рамирес.

- Ими так просто не воспользуешься… – Заговорил Минин – У них киберзащита о-го-го…

- Это мне говорит охотник на призраков – С внезапной серьёзностью заговорил американец. – Ты Александр Корнеевич, в любое отверстие без смазки влезешь. Куда оригинал призрака с транспортника делся, а? А здешний призрак? А выползни, которые ты на станции скопировал, весьма недёшево стоят. Я прав? За это можно себе спокойную старость купить и домик с голубым бассейном на Тетре, даже на обратный билет на Землю хватит.

- До домиков с бассейнами там ещё лет сто ждать, а может и больше. – Недовольно ответил Минин.

- А мы подождём, нам не в первой. – С напором ответил Рамирес. – Тут явно какие-то новые технолоджиз обкатываются, образцы у нас уже есть…

- А вот тут Иван, прав. – Вдруг заговорил доктор. – Терраформирование этой планеты явно идёт быстрее, чем на Тетре. Я думаю, что данные об этом представляют огромную ценность. Скажите Александр Корнеевич, много ли вам удалось скопировать на станции?

- Не сказать, чтоб очень – Замялся Минин – Там призрак всё погрыз, думаю, на планетарной базе второй планеты данные не тронуты. Надо попытаться их забрать.

- Так заканчиваем базар – Стукнул по столу Рындин, слегка подлетев в своём кресле – Рамирес, у нас грузоподъёмность ограничена. Всё забрать по любому не сможем. Значит так, товарищи бездельники, готовьтесь. На планете у вас полтора месяца на ремонт и сбор данных, мы пока прошвырнёмся по системе, вдруг ещё чего ценного найдём. Калошу на обратном пути не перегружать. Вопросы?!

Собирались, правда, целых два дня. Надо было подготовить инструменты запчасти и материалы для ремонта, перекачать дополнительное горючее, которым служила смесь гелия три с дейтерием, его теперь было полно. Ну, и конечно, как следует вооружиться.

Андрей всё это время совершенствовал гражданские экзоскелеты. Это, увы, были совсем не штурмовые жуки, в которых ему приходилось воевать на Венере. Всё же получилось вполне сносно. Вряд ли поселение набито оружием под завязку.

Уже на орбите они, воспользовавшись картой поверхности, подобрали небольшую укромную долину. Она находилась чуть в стороне от огромного плато, занимавшего почти полконтинента, на котором располагались оба поселения. Всего через сутки, они приступили к посадке. Атмосфера планеты оказалась довольно спокойна, ни сильных ветров, ни грозовых фронтов здесь не было.

Адаптация к тяготению проходила хорошо. Всего лишь через полторы недели они уже могли более-ли-менее ходить, даже без помощи экзоскелетов. Конечно, они ещё постоянно роняли вещи, не желавшие просто повисать в воздухе. И всё же состояние их стремительно улучшалось.

Все эти дни Андрей был занят физическими тренировками, в то время как Минин погрузился в анализ общения между зондами. Примерно на шестые условные сутки пребывания, он позвал товарищей к терминалу.

- Глядите! Чего я нашёл – он указывал на длинный фрагмент программного кода. Строчки подсвечивались разными цветами, что несколько облегчало чтение, но всё же для Андрея это было слишком сложно.

- И чего это?... – С явным недоумением сказал Рамирес.

- Это, друг мой, самый настоящий back door, понятно объясняю? – Ответил Минин.

- Типа, чёрный ход? – Спросил Андрей.

- Именно, - Ответил программист. - Причём в программу он заложен изначально. Кто бы это ни сделал, он или они умышленно оставили уязвимость в киберзащите. Через эту штуку можно не только управлять зондом, но закачивать в его память что угодно.

- Голова! – Похвалил его Рамирес – Теперь зондов насобираем… Андрей надо быстрее чинить вторую калошу. Тут их пруд пруди, на одной не увезём.

- Слушай, ты ещё о чём-нибудь, кроме мародёрства, думать-то можешь? – спросил Андрей.

- Могу… – Наставительно произнёс американец, поднимая вверх указательный палец – Но не хочу! – Сильно веселее добавил он.

Минин написал программку, позволявшую их ИИ влезать в систему управления зондов. Андрей же с Рамиресом отправились осматривать челноки.

Климат второй планеты был жарок и влажен. Этому способствовали плотные облака и обилие углекислоты в атмосфере. На плато, находящемся не далеко от экватора, почти каждый день шли дожди. Некогда голый камень усилиями призраков оказался покрыт толстым ковром мхов и лишайников, который уже успел забраться на челноки. Наружу из него торчали лишь крылья, да антенны, с которых уже свешивались серо-зелёные бороды мха. Зрелище это могло впечатлить, но чувства эти не шли не в какое сравнение с теми, что появились у космонавтов, когда всего в километре от челноков обнаружились следы колёс.

- Какого хрена, эти бастадс, делали возле наших челноков?! – Возмущению Рамиреса не было предела.

- А ведь ближайшее-то поселение почти в трёхстах километрах оттуда… – Мрачно заговорил Андрей – Хотя, вроде бы, корабли не трогали. Вон, мох-то целый.

- Он растёт, как я не знаю. - Вставил программист. – Он же, того, редактированный. Такое всего за несколько лет могло вырасти, а они здесь уже довольно долго, minimum minimorum лет пятьдесят. Я пущу один зонд по следам, а ещё пару размещу так, чтобы они контролировали территорию, а нам надо поторапливаться, ублюдки ждать не будут!

Ещё пара дней ушла на приготовления, и вот наконец наступил долгожданный день. Рамирес перегнал галошу поближе к челнокам, и они, с Андреем хорошенько вооружившись, выбрались наружу. И первым делом взялись очищать челноки ото мха.

Рамирес предлагал синтезировать углеводород подлиннее, пролить им всё, а потом поджечь. Однако у Андрея появилась лучшая идея. Они приделали к паре шлангов по металлическому наконечнику с длинной щелью. Сами рукава подключили к компрессору галоши, выдававшему на максимуме давление почти в двести атмосфер. Рассудив, впрочем, что им хватит и двадцати. Сами шланги они надёжно закрепили на ремни и приступили к очистке челноков.

Стоило подать давление, как у них в руках оказались воздушные клинки, которыми они достаточно быстро, сдули весь мох, освободив обшивку кораблей. Естественно грохот при этом стоял образцово показательный.

Очистив челноки, Андрей с Рамиресом подключили кабели к их терминалам. Потом двинулись в свою галошу, предоставив Минину для начала разобраться с засевшими там призраками. Сам же Андрей пока суд да дело подключился к зонду, отправленному по следам колёс на мхе.

Беспилотник к этому времени уже добрался до их конца и завис. Беглого взгляда на то, куда они вели, хватило, чтобы неприятно поразить его. В небольшом углублении находилась свободная ото мха идеально гладкая почти отполированная полоса, будто бы выпиленная в камне, уходившая в тёмный туннель. Высота его свода была метров десять не меньше.

- Вань, глянь-ка сюда! – Позвал он.

Тот подошёл и лишь взглянув ошалело произнёс

- Взлётка! Опусти зонд пониже. Сюда… вот сюда…. теперь левее… Вот! – Там куда указывал Рамирес, ещё не полностью заросла мхом куча хлама, из которой торчало штука, очень напоминающая толстое крыло, но не изогнутое как у стрижа, а прямое - треугольное. Таких куч вокруг взлётки было несколько, но остальные уже полностью поглотил мох. Рамирес несколько минут молча рассматривал груду хлама, а потом произнёс лишь одно слово по английский – ripper! (потрошитель)

- Ты точно уверен!? – Упавшим голосом толи спросил толи, просто сказал Андрей.

- Без вариантов. Форма крыла, плюс — Вот эти фиксаторы. И потом, видишь, вот тут, тяги голая механика. – Рамирес говорил уверенно. – Я на таких шесть лет отвоевал.

- Врёшь! – Невольно вырвалось у Андрея – Никто не смог бы выжить, так долго, летая-то на этом гробу.

- Да уж – Задумчиво протянул американец. - Мы звали его джаггернаут – колесница самоубийства. Хотя у меня в эскадрильи большей частью были опытные лётчики - пять и более лет службы – Спокойно ответил Рамирес.

- Ты из spearhead (наконечник копья) – Потрясённо произнёс Андрей.

- Ну… Да! – Весело ответил Рамирес – Позывной Могильщик если что– С притворным безразличием добавил он.

Потрошители служили ультимативным оружием Американского союза. В век, когда каждая мелочь переполнялась электроникой, они были полностью механическими. Без единой электрической цепи. Более того, в их конструкции почти не использовался металл.

Средства радиоэлектронной борьбы были против них полностью бессильны. Эти машины стоили фантастически дёшево. Их потери почти не сказывались на экономике. Ракетоносцы печатали на месте, не запариваясь ремонтопригодностью. Машина-то была одноразовой.

Вооружённые обычными пороховыми пушками и неуправляемыми ракетами они проламывали противокосмическую оборону противника, проходя сквозь неё, как горячий нож сквозь масло. Стоит ли говорить, что шансов выжить в бою с полу роботизированным оружием, у пилотов не было, почти…

Но находились безумцы, воевавшие на этих машинах годами. Элита элит, набиравшаяся из приговорённых к смерти или добровольцев. Рамирес принадлежал к последним. Он вырос в крошечной горной деревеньке, и шансов летать у него не было от слова совсем. Но мечта способна вспороть любые преграды на своём пути!

Сказать по чести, про всё это Хуан Мария предпочитал помалкивать. Ведь большинство вокруг него воспринимали жителей американского союза как врагов. Конечно, обитатели Тетры или поселений на далёких планетах вообще в массе своей не слышали о той давней войне, но многие служившие на транспортниках были её ветеранами, и кто знает, что им могло прийти в голову…

- Слушай-ка, у нас есть шансы-то на скорости уйти от потрошителя? – Спросил Андрей.

- Если пилот - профессионал то никаких! – Спокойно ответил Рамирес – Но кто тебе сказал, что я собираюсь уходить? Я хочу такую птичку. – Глаза его горели огнём безумия. – А лучше машину для их производства.

- Андрюх, знаешь, чем мальчик отличается от мужчины? – со вздохом спросил Минин.

- И чем же? – в тон ему ответил Андрей.

- Стоимостью игрушек…

Глава 9. Потрошитель

Первым делом они занялись стрижом. Минин зачистил засевшие там копии призрака, а потом подлатал систему. Ко всеобщему удивлению челнок оказался вполне рабочим.

Его транспортный отсек был открыт и большей частью заполнен пустыми контейнерами из-под биоматериала. Среди них всё же удалось найти и кое-какие модули. Несколько из них ядерщик Ким указал как требующиеся для постройки тахионного передатчика. В кабине и пассажирском отсеке, ожидаемо, нашлись и останки пятерых членов команды транспортника. Что характерно, ни на одном из погибших в нарушение всех инструкций не было скафандра.

— Непуганые идиоты, — устало сказал Рамирес, упаковывая очередной труп в мешок, чтобы перенести его в свою галошу.

Потом промучившись несколько дней, они смогли подцепить стриж к своему челноку и отволочь на орбиту без особых приключений. Там они разогнали его до достаточной скорости, чтобы он не упал на планету, и оставили вращаться, вне досягаемости местных.

А вот с чужой галошей всё прошло совсем не так гладко. Состояние систем было так себе. Её очень явно разграбили до них. При этом забрали не только весь её груз, но и разобрали значительную часть систем управления. Естественно, нужные для постройки передатчика узлы тоже украли.

Челнок был слишком тяжёл, и уволочь его на орбиту они не могли. Оставалось просто бросить галошу, демонтировав всё, что ещё оставалось ценного. Либо попытаться отбить узлы, которые местные вполне могли использовать в каких-нибудь целях, израсходовав их ресурс.

После долгих и весьма эмоциональных переговоров было решено, сваливать подобру-поздорову, вытащив перед этим из галоши всё, мало-мальски ценное. Капитан скрепя сердце согласился с этим решением.

Три дня прошли в безостановочном демонтаже оборудования, которого на галоше оставалось ещё немало. Космонавты даже успели демонтировать энергетическую установку и двигатели, представлявшие собой огромные модули, которые вполне можно было снять, просто расцепив крепления. И даже погрузили энергетическую установку в свою галошу, когда на них напали.

Андрей возился с модулями бортового ИИ, когда снаружи галоши раздался грохот взрывов. Один два, пауза ещё один. Андрей упал на пол и, как мог быстро, пополз в коридор, который вёл к небольшому шлюзу, выходившему в грузовой отсек челнока. Этот коридорчик находился в глубине корпуса, и достать его было совсем непросто. Оказавшись внутри, Андрей вызвал Рамиреса:

- Иван, Иван это Лихов приём…

- Я занят всё потом… - Голос американца был напряжён.

_____________________________________

Рамирес уже почти закончил регламентную диагностику систем, когда что-то заставило его резко напрячься. Микрофоны галоши донесли до него нарастающий гул, напоминавший звук далёкого камнепада. Хуана Марию было невозможно обмануть. Звук, взлетающего потрошителя, он узнал бы где угодно.

- Холд он Александр Андреевич! - Заорал он и, не дожидаясь ответа подал мощность на двигатели. Благо те уже были разогреты в процессе проверки.

Всего секунду спустя галоша, разрывая моховой ковёр, с яростным рёвом понеслась вперёд по гладкому каменному плато. Мгновение спустя челнок почти вертикально взмыл в затянутое желтовато-серыми облаками небо. Лишь на мгновение Могильщику, а это теперь был именно он, удалось, опередить ракеты, перемоловшие ровный камень на котором стоял грузовик.

Действуя на одних рефлексах, пилот набирал высоту стараясь спрятаться в облаках. Радар челнока уже захватил ракетоносец, который пронёсся над местом их высадки и сейчас разворачивался для второго захода.

Галоша, спроектированная без малого через полтора века после потрошителя, пусть и не была столь же манёвренна, но обладала абсолютным превосходством в скорости. При своих огромных габаритах, челнок мог просто оторваться от неуправляемых ракет, выпущенных древним истребителем. Именно этим и воспользовался Могильщик, выжавший из челнока практически всё, на что тот только был способен.

Впрочем, у них была одна проблема. Зато какая! Андрей остался на планете. Будь он на корабле просто ушли бы в космос. Там шансов у потрошителя никаких, но американцу требовалось прикрывать товарища. Могильщик, сделав бочку, вывел челнок в безумное пике и вывалился из облаков. Это не укрылось от пилота потрошителя, и тот повёл свою машину на перехват.

Могильщик на неприлично малой высоте умудрился выровнять челнок и теперь летел практически параллельно плато в сторону гор. Он бросал челнок, то в одну сторону, то, в другую мешая наведению выпущенных потрошителем ракет. Ни одна из них, пока не смогла попасть в галошу. Могильщик выжимал из своей машины максимум, принуждая своего противника сделать тоже самое.

По мере приближения к горам он стал постепенно набирать высоту. Всего в километре от крутого склона, он резко забрал вверх, уходя в тяжёлые кучевые облака, плотным слоем одевавшие покрытые снегом вершины. Радары галоши позволяли легко ориентироваться в желтоватой мгле. Чего ни как нельзя было сказать о лишённом электроники потрошителе.

Пилот истребителя пытался подняться выше горных вершин. Он видимо пользовался картой, но всё равно не рассчитал и, заложив головокружительный вираж, зацепил коротким крылом вершину крупной скалы. Ракетоносец завертелся в воздухе, потеряв управление, и на всей скорости врезался в горный склон.

Могильщик не сомневался, что ни истребитель, ни его пилот не уцелели. Рамирес, теперь это был всё тот же старина Рамирес! Глядя на приборы с презрением сказал сам себе:

- Салага… и кто вас только учит?! Александр Корнеевич, ты там как? – Произнёс он в микрофон.

- … об косяк – Раздался в наушниках голос программиста – Живой вроде, даже может быть без переломов. Ты, какого хрена, творишь?! Я тут летал, как бельё в центрифуге! – Зло продолжил он.

- Я? – Возмутился американец - Спасаю Вашу розовую задницу от неминуемого уничтожения. Нас атаковал ripper. Повезло, что пилот совсем зелёный… был, царство ему небесное. А Вас я предупреждал…

- Ага, когда уже высоту набирал… - Зло огрызнулся программист - Андрюх, ты там как? – Спросил Минин по квантовой связи.

- Так-то нормально, галошу несколько сместило, но в остальном корабль цел, я тоже, хотя приложился знатно.

- У нас проблема! Даже если ripper у них был один, почти через четыре часа они отпечатают следующий, а может даже и два. Тогда уже нам точно не сбежать. Короче, мы либо валим отсюда, либо валим тех, кто направил к нам ракетоносец. – Совсем не весело заговорил Рамирес – эти bastards явно не шутят, и я, при всех его минусах, предпочту второй вариант. – Продолжил он.

- Не думал, что когда-нибудь скажу подобное, но я с тобой полностью согласен. – Устало сказал Минин. - У потрошителя есть космическая модификация, так?! – Спросил он, явно обращаясь к Рамиресу - Мы не сможем просто свалить и быть в безопасности, пока не разнесём гнездо этих тварей.

- Хреновая идея – Вклинился Андрей - У нас-то транспорта нет, а по дороге будем, как на ладони. Заметят и подготовят торжественную встречу с хлебом-солью и венками. Как раз на похороны пригодятся…

- С этим я легко справлюсь, полетаем на зонде с ветерком. - Весело ответил Минин - Так что жди и никуда не уходи…

Рамирес посадил галошу в неприметной долине, находившейся почти в пяти тысячах метров над уровнем моря, и оттого постоянно закрытой облаками. Корнеич быстро захватил и пригнал зонд, и они оба, предварительно под завязку, нагрузившись боеприпасами, привязали себя к нему стропами и отдали приказ роботу лететь к остову разорённого челнока, держась при этом в облаках.

___________________________________

Рамирес с Мининым прилетели только часов через шесть. Всё-таки зонд не был приспособлен для перевозки грузов. Лихов же всё это время просто дрых в шлюзовой. Все входы он оборудовал древней, как мир, но от этого не менее эффективной сигнализацией, оравшей при пресечении лазерных лучей. Кто бы ни вошёл, он нашумел бы, а дальше в тесноте корабля у него не было шансов.

Андрея разбудило сообщение о том, что товарищи на подлете. Когда они добрались он уже стоял под крылом галоши. С собой он прихватил найденную в челноке взрывчатку и рельсотроны. Удивительно, что их там не обнаружили до него. Местные, судя по всему, не очень-то разбирались в том, что и где искать.

Стоило зонду снизится, как Лихов вышел, поприветствовав товарищей. Потом спросил:

- Корнеич, слушай, я это как-то упустил, но почему они напали только сейчас?

- Всё просто - Ответил тот. - Я прикрывал нас, меняя данные передаваемые пролетающими зондами, но видимо призраки раскололи мой фокус и решили поприветствовать гостей. – Пояснил он.

- Впечатляет… - Протянул Рамирес – А ты смог бы системе безопасности на Тетре глаза отвести, пока мы разгружаться будем? – Очень быстро и с большим интересом продолжил он.

- Вряд ли! Операционке зондов сто лет в обед и к тому же у неё задние ходы нараспашку, а на Тетре всё по последнему слову техники! Там знаешь, сколько таких мастеров, как я?!

- Человека, два - три – Задумчиво протянул Андрей.

- Раньше с десяток было. – Мрачно ответил Минин. – Теперь, я не знаю сколько. Так что лучше от греха подальше не лезть.

- Ладно. – Продолжил Андрей – Давайте-ка я тоже, как и вы прикреплюсь. И двинулись, что ли.

Естественно они полетели не к взлётке, которая, скорее всего, хорошо охранялась, а к обнаруженному Мининым входу в поселение, находившемуся километрах в тридцати от неё.

Конечно, аэродром по-любому охраняли салабоны, с которыми они втроём легко бы справились. Только вот их там, скорее всего, было очень много. Охрана вполне могла задавить их количеством, а это в их планы совсем не входило.

Где-то часа через три они достигли точки назначения. Это было неглубокое ущелье, переходившее в небольшую пещеру. Она оканчивалась проходом в заваленное мусором помещение.

Зал было достаточно большим и походил скорее на ангар или склад, чем на шлюзовую. В дальней части его на невысоком, но весьма широком постаменте располагалось нечто странное. Более всего эта штука напоминала огромную бетонную шестерню, посреди которой располагалась огромная цифра 13.

Слева от этой... что бы там это ни было, из постамента торчала конструкция из старого пластика и ржавого железа в верхней части, которой находилась коробка с какими-то кнопками под мутным стеклом.

Недалеко от неё висело несколько экранов разных размеров, на которых беспорядочно рябили о цифры. Чуть ниже из стены торчало нечто вроде сенсорной клавиатуры с множеством красных огоньков. Зачем нужна вся эта дребедень, понять было решительно не возможно.

- Э-эм, Андрюх… – Протянул Рамирес. – Ты вот чаще в поселениях бывал, это что везде так, ну, хрен его знает...

- Да нет обычно-то там стандартная шлюзовая… – Ответил Лихов. – Никогда таких конструкций не видел. – Он явно был удивлён.

Минин молча подошёл к штуковине и, подняв пыльное стекло, осмотрел коробку. Андрей последовал за товарищем и заглянул ему через плечо. Кожух был изъеден коррозией. Впрочем, кое, где сохранились остатки жёлтой краски. Под кнопками с непонятными символами находилась щель, над которой чудом сохранился рисунок, изображавший, вставленный в неё прямоугольник со срезанным углом.

Программист, ничуть не сомневаясь, вскрыл кожух и бесцеремонно швырнул его в сторону. Внутри оказался абсолютно новый стандартный модуль управления и куча проводов. Всё это менее всего соответствовало потрёпанному виду конструкции.

Андрей тем временем оглядел пещеру. На полу валялись горы строительного мусора. Вдруг в свете фонаря что-то блеснуло. Лихов поднял металлизированную обёртку сухого пайка. На ней красовалась надпись на английском, сообщающая, что это белковый батончик. В русском секторе колонизации - англоязычная обёртка?! Он протянул её Рамиресу, тот внимательно осмотрел её и хмыкнул.

Тем временем Минин, не секунды не сомневаясь, подключился к модулю и чуть повозившись, покачал головой:

- Ну как дети малые! Они б ещё ключ под коврик положили. – Добавил он с усмешкой.

Медленно-медленно бетонная шестерня выдвинулась вперёд, а потом, встав на зубчатую направляющую, откатилась по ней в сторону, освободив проход. Внутри обнаружилась тускло освещённая мигающим светом шлюзовая.

Дверцы стенных шкафчиков были разломаны, а полки их пустовали. Весь пол покрывал толстый слой мусора. На стене имелась неаккуратная надпись “Welcam to voult”, явно написанная аэрографом, или похожим инструментом.

- Не нравится мне всё это… – Мрачно сказал Рамирес

- Это тебе не рубль, чтобы всем нравится… – Автоматически произнёс Андрей. – Короче, движемся спина к спине, каждый контролирует треть сферы – Угрюмо добавил он. - Уж и не знаю, что здесь происходит, но явно что-то плохое.

Войдя в шлюзовую, программист вновь подключился к терминалу и закрыл наружную дверь, ещё несколько минут ушло на продувку шлюза и выравнивание давления, наконец, Минин сказал:

- Ну что, Андрюха ты вперёд я прикрываю. Ваня ты в арьергарде.

- Хрен с вами – В тон ему ответил Рамирес.

Дверь почти неслышно отползла в сторону и Андрей, подняв рельсотрон, медленно двинулся внутрь. Выйдя из шлюзовой, он оказался в тёмном помещении, которое, наверно, должно было служить чем-то вроде склада или ангара. Единственным источником жёлтого света служила пара длинных ламп на потолке, которые мигали каждая в своём ритме. В неосвещённом углу тускло светились несколько мониторов.

Оттуда доносилась возня. Периодически она прерывалась мычанием, словно кому-то зажимали рот. Секунда и раздался громкий звук разрываемой ткани. Андрей, не используя ноктовизор, врубил нашлемный фонарь. Первым делом он направил свет в тот угол, откуда доносился шум. Там оказались четверо оборванцев. Трое парней, двое из которых держали кого-то, кажется, женщину. Третий, видимо, пытался с неё, что-то сорвать. Стоило Лихову осветить всю сцену, как парни, бросив свою жертву, вскочили, явно готовясь к бою.

Андрей отреагировал мгновенно. Пули пробили двоих оказавшихся к нему ближе, третий невнятно заорал и попытался убежать, но Лихов дал короткую очередь ему по ногам и тот с криками повалился на пол.

- Иван проверь девку, Андрюх глянь, что там с парнем, я к терминалу – Резко распорядился Минин. Лучших предложений не было, и они двинулись, каждый в своём направлении.

Ди

Лихов неспешно подошёл к стонавшему парню, который пытался ползти куда-то в темноту и пинком перевернул его. Тот оказался совсем мальчишкой, ему не было и двадцати. Ногу тот перетянул себе куском стропы, закрутив его с помощью, обрезка штыря.

- Имя? Род занятий? – Обратился он к мальчишке.

- I’nt understund (я н понл) – Коверкая английский язык, прохрипел тот.

- What is your name? (тебя как звать) – Медленно и с паузами произнёс Андрей.

- At-tha-bashca…– Продолжил тот, словно у него была каша во рту.

- What does it mean “at the basket”? (что значит «в корзине») – Не понял Андрей, ему надоело слушать это мычание, и он включил переводчик.

- Ещё раз, как, мать твою, тя звать-то? – Грубо спросил он.

- Атабаска Том – ответил неудавшийся насильник.

Только тут до Лихова дошло, что парень носил фамилию в честь реки в северной Америке.

- И что это вы здесь делали? – Спокойнее спросил Андрей.

- Поймали ту сучку с чужого сектора и хотели трахнуть – Как о чём-то само собой разумеющемся сказал Том.

- Как попасть к аэродрому - Спросил Лихов.

- Не знаю никакого а-э-ро-дрома – С трудом выговорив сложное слово, ответил тот.

- Как попасть туда, где строят потрошители? – Повторно спросил Андрей.

- А чо мне за это будет? – Нагло спросил парень.

- Я не стану тебя убивать – Спокойно ответил Лихов.

- Да по… - Он дико на одной ноте заорал, когда Андрей механической рукой сжал его раненную ногу.

- Как попасть туда, где строят потрошители? – Делая длинные паузы между словами, повторил он.

- Я… я скажу! Пожалуйста, прекратите! Я скину карту, дайте ваш наладонник.

- Какой ещё наладонник падаль? – Угрожающе заговорил Андрей.

- Ваш, ваш – Испуганно затараторил тот и вытащил откуда-то плоское устройство с несколькими кнопками и немного выпуклым экраном – Я покажу как добраться до берлоги Большого Мо, он держит там производство, они всякое там… и потрошители делают…

Андрей уже собирался продолжить допрос, как его одёрнул Минин.

- Бери у него эту хрень и валим. Девчонка, кажется, знает куда идти.

Андрей вырвал у парня и наладонник и протянул Минину, тот завозился с ним. Парень заорал, в голосе его слышалась такая тоска и отчаяние, каких даже близко не было, когда Лихов причинял ему боль. Минин тем временем подключил устройство к планшету и, минуту спустя, бросил его Тому на грудь.

- Всё валим! Здесь есть обозначение – На стекле Андреева шлема появилась карта поселения.

Вид оно имело, более чем необычный. Вместо стандартных, отстоящих друг от друга, кластеров, соединённых туннелями, с центральным жилым сектором и друг с другом, здесь была запутанная многоуровневая паутина с множеством огромных залов, разделённых на небольшие комнаты. При этом на карте вообще отсутствовали названия частей поселения. Однако, самым интересным было не это.

Хозяин устройства, в отличие от, взломавшего наладонник Минина, имел доступ лишь к небольшой части карты. Только той, где лично побывал, и вот в одном из таких мест имелось обозначение «банда Большого Мо». Андрей поднялся на ноги, полностью потеряв интерес к Тому. Обернувшись он заметил, что Рамирес разговаривает с кутавшейся в грязные тряпки девчонкой. Увидев Лихова, тот повернулся и сказал:

- Слушай, Андрей! А в вашем секторе все поселения такие?

- Я тоже у тебя хотел спросить, здесь-то всё на английском, может призраки сюда ваших заманили? – Устало спросил Андрей.

- Определённо нет! – Твердо сказал Минин. – Здесь вполне стандартная операционка нашего сектора и все блоки тоже нашего производства. Я, если честно, не понимаю, что вообще здесь происходит, от слова совсем. Впрочем, всё это цветочки, ягодки я вам покажу сейчас…