На следующий день

Глава 1. Пробуждение

Лёгкий холодок прошёлся по его телу, когда он открыл глаза. Сверху на него свисали кроны деревьев, листья которых уже успели пожелтеть к началу осени. Он обнаружил себя лежащем на земле. Сначала он попытался вспомнить, что случилось, прежде чем он тут оказался, но, как и ожидал, в голове было белым бело. Никакого намёка на какие-то воспоминания. Как он тут оказался? Что произошло до этого? Всё это было для него неизвестно. Единственное, что ему всегда было жаль, так это вещи, которые он собирал. И сейчас опять он оказался ни с чем. На нём лишь его привычная одежда, которая не менялась вот уже несколько месяцев.

«Вряд ли я когда-нибудь к этому привыкну», – думал он, вставая с холодной земли.

Он огляделся, но вокруг увидел лишь бескрайний лес. Куда бы он не бросил взгляд, а всюду стояли деревья. Обшарив карманы в куртке и в джинсах, он вздохнул, прикинул нужное направление и отправился в путь. Куда? Да куда глаза глядят. Он уже давно не понимал, для чего живёт в этом мире. Быть может, у него была когда-то цель в жизни, но сейчас это стало лишь жалким воспоминанием, которое стирается в его памяти с каждым днём. Да, когда-то…

Шаг за шагом, он продирался сквозь заросли деревьев. Правду говорят, что с момента «вспышки», рост деревьев значительно усилился. Города, которые раньше населяли миллионы человек, сейчас больше похожи на лесные заповедники. Но самое интересное, что прирост животных не увеличился, казалось наоборот, что теперь их стало только меньше. Иной раз, он сам удивлялся, когда видел мимо пробегающих крыс или слышал щебет птиц. Как-то кто-то сказал, что увидеть животное – это к удаче.

«Хм… – думал он. – Если это так, то какого чёрта, я здесь? Где моя удача, чёрт подери?!»

Он уже чувствовал, как начинает уставать. Трудно было сказать, сколько он идёт, однако, когда он проснулся, солнце светило ярко. А сейчас, казалось, что оно вот-вот сядет. Ну, осень, как никак. Дни становятся короче, а ночи длиннее. В любом случае, он начинал чувствовать, как колит в боку. Сделав небольшой привал, он присел возле дерева, облокотился на него, и попытался привести своё дыхание в норму. Один глубокий вздох, затем долгий выдох. И так несколько раз, пока боль в боку не исчезла окончательно.

Он понимал, что не успеет выйти к какому-нибудь лагерю, поэтому стоило уже начать задумываться о костре. Но в карманах ничего не было, не говоря уже о зажигалке или спичках. А теребить друг от друга палки, та ещё заноза в заднице. Но выбора не было, или так, или он пойдёт кому-то на ужин. И это будут явно ни дикие звери, что раньше обитали в лесу.

Набрав достаточно хвороста и несколько дров, он выбрал местечко по уютнее, разложил их, затем обставил вокруг небольшими камнями. После чего началось самое трудное – разведение костра. Ещё со своих бойскаутских времён, он ненавидел это занятие. Даже сейчас в голове он слышал, недовольной голос старшего бойскаута Блэка: «Ты трёшь слишком сильно, надо уметь соблюдать баланс, иначе быстро сдуешься. Сколько можно тебе это повторять?»

– Да тру я, тру, блин, – сказал он вслух.

Через несколько минут, заветный огонь всё же появился. Когда огонь стал гореть, он облегченно вздохнул. Руки уже сами горели от такого трения, удивительно, что они не начали гореть, вместо проклятого хвороста. Однако смотреть на проделанную работу, всё же было приятно.

– Хоть что-то, чем я могу гордиться.

Ночь пришла также неожиданно, как и его пробуждение в этом чёртовом лесу. Он старался не думать ни о чём, ведь не дай Бог, кто-то придёт на огонь. А ему это только не хватало. На всякий случай, он придерживал возле себя большую палку. Что-что, а махать палками он уже мастер. И тут его опасения оправдались, раздались шаги, доносящиеся из тёмной чащи леса. Он крепко сжал палку, готовый встать в боевую позу, как некто из темноты сказал:

– Не бойся, я не с плохими намереньями.

Из темноты вышел бородатый старик. Одет он был в длинный серый дождевик, с забавной остроконечной жёлтой шапкой на голове. За спиной у него было нечто вроде плетённой корзины.

– Позволь мне переждать ночи у твоего костра, – сказал старик, выйдя на свет огня.

– Сначала открой рот и высунь язык, а затем покажи свои руки, – приказал он.

– Конечно-конечно.

Старик незамедлительно подчинился, демонстрируя свой язык, зубы и глотку. Тот внимательно рассмотрел их, насколько позволяло зрение, а когда убедился, попросил того показать свои руки. Старик и их показал, заворачивая рукава дождевика. Никаких следов укусов или же чего-то ещё не было. Самый обычный старик… наверное.

– Ладно, садись, – в итоге сказал он. – Но не думай, что здесь будет безопасно.

– Всё же лучше, чем быть одному, – улыбнулся старик. – Меня кстати Одэнни зовут.

– Интересное имя. Никогда о таком не слышал.

– Мне часто такое говорили. Ну а тебя, как звать?

– Том, – сразу же ответил он.

– Приятно познакомиться. Пусть твоя дорога будет удачной.

– И да не будет на ней перемен, – закончил Том. – Что ты забыл в этом лесу, посреди ночи?

– Готов задать тебе тот же вопрос.

– Я проснулся здесь.

– Ааа, – протянул старик. – Так ты спящий?

Том кивнул.

– Удивительно, никогда бы не подумал, что увижу такого своими глазами. Я много слышал о вас. Говорят, что вы творите небывалые чудеса.

– Ты путаешь нас с искрящими. Не припомню, чтобы я творил какое-то чудо. Разве что этот огонь смог развести. Но не меняй тему разговора.

– Да я просто грибы собирал.

– Грибы? – удивился Том. – В этой глуши?

– Ну, чтобы не умереть с голода, нужно же чем-то питаться.

– Я думал в колониях людей всегда кормят.

– А я и не из колонии. Так, сам по себе.

– И живёшь тут? Совсем один? В лесу?

– Ну не в лесу, конечно, – усмехнулся Оденни. – В лесу живут только самые отчаявшиеся. Тут недалёко есть старый лесопильный посёлок. Там и живу.

– А где другие?

– Не знаю, – с какой-то грустью ответил старик. – Хотя, думаю ты и сам прекрасно понимаешь, что с ними стало.

Том понимающе покивал головой.

Какое-то время они молчали. Огонь тихо потрескивал в костре, временами Том подкидывал несколько палок. Следить за огнём, та ещё морока. Однако приятно на него смотреть. Есть что-то в этом гипнотизирующее и в тоже время успокаивающее. Не даром люди слушают специальные записи со звуками горящего костра.

– Что планируешь делать? – разорвал тишину старик.

Том не задумываясь ответил:

– Буду просто идти… пока куда-нибудь да не приду.

– Трудно найти ответы, да? Понимаю. Сам иной раз задаюсь вопросом, что вообще нужно делать. Раньше жизнь казалось такой обычной, словно всё шло своим чередом. Каждое утро я просыпался, одевал свою униформу бригадира и шёл к нашей лесопилке. А после работы, приходил домой, где меня ждал горячий ужин и моя старушка. Жили себе, никого не трогали. Думал, что так и умру в своей постели, рядом со своей супругой. Но…

– Не тут-то было, да?

Старик засмеялся. Том сам невольно улыбнулся.

– Это ты верно подметил, – вдохнул старик. – Мне всегда казалось, что конец света будет выглядеть иначе. Думал, что солнце взорвётся и спалит нашу планету дотла. Или же Землю разнесёт огромный метеорит, или случиться какой-нибудь катаклизм. Но никак не это.

– Кто-то говорит, что это и есть катаклизм, – сказал Том, кидая в костёр очередную ветку. – Ведь никто не может до сих пор сказать, что произошло.

– А разве не ясно? – спросил Одэнни, словно это было очевидно. – Произошла ядерная война. Вот и всё.

– Пф, если это была она, то от мира бы ни хрена не осталось бы. Тут явно что-то другое.

– Например?

– Может, какой-то правительственный эксперимент. Точнее сказать, неудавшийся эксперимент. Что-то пошло не так, и после эта вспышка, а затем и вот это вот всё.

– Может-может.

– Хотя мне иногда кажется, будто это какой-то сон, и я всё никак не могу проснуться.

– Забавно слышать такое от спящего.

– Дааа, есть такое. Но даже так. Иной раз я не понимаю, зачем каждый раз просыпаюсь. В такой ситуации, ты начинаешь думать, что твоей жизни уже конец. И делать что-то дальше уже нет смысла.

– Ну, мне доводилось бывать в разных колониях, – сказал старик. – Их тут немного, но вроде люди продолжают себе жить. Некоторые молодцы, пытались даже вернуть интернет. Не знаю, получилось ли у них или нет.

Том засмеялся, причём так неожиданно, что Одэнни слегка дёрнулся от испуга.

– Ох, прости. Я просто подумал, что всё это так смешно. Раньше, я постоянно таскал свой телефон в руках. Всё время что-то в нём просматривал, искал, играл, делал различные фото, а теперь его нет. Порой у меня бывает привычка: вижу красивый пейзаж, и рука сразу лезет в карман и ничего не нащупывает. И тут у меня словно душа в пятки уходит, и в тот же момент, я осознаю, что телефона у меня уже давно нет.

– Хотел бы я сказать, что нам старикам не понять, но у меня случается тоже самое. Никогда бы не подумал, что буду от чего так зависеть. Раньше мы с женой каждый вечер смотрели «Нетфликс». Там постоянно крутили разные телесериалы, буквально на любой вкус. Каждый месяц новый сериал и очередная порция попкорна. А сейчас…

– А сейчас…

Они оба замолчали. И вновь вернулась тишина. Но ненадолго.

– Скажи, – начал Одэнни, – а какого это, быть спящим?

– Не скажу, что я ловлю от этого кайф, – ответил Том. – Но с другой стороны, чувствуешь, хоть какую-то защиту. Хотя сказать по правде, это здорово меня пугает. Иной раз кажется, что просыпаюсь не я, а кто-то другой. Жутко короче.

– А что происходит, пока ты спишь? Ты что-нибудь помнишь? О своих снах, например?

– Спящие сны не видят, как ни странно. И нет, ни черта я не помню и не вижу. Просто всё покрывается тьмой. А потом ты просыпаешься, хер пойми где. Как вот сейчас.

– А ты сам откуда, Том?

– Из Айдахо.

– Тогда ты дома.

– Ну, так-то спящие и просыпаются в основном там, где они и родились. Хотя трудно утверждать, что так со всеми.

– А ты встречал других? Таких же, как ты.

– Только одного.

– И он говорил тебе тоже самое?

– Мне не удалось с ним нормально поговорить.

Старик промолчал.

– Ты говоришь, что тут рядом колонии? – спросил Том. – Где именно?

– Если я не ошибаюсь, то где-то в десяти-двадцати километров от этого леса, – ответил Одэнни. – Если идти прямо на север, то непременно натолкнёшься на одну из них.

– Много там людей?

– Достаточно, чтобы там было электричества и еда.

– Да, поесть бы сейчас не помешало бы.

– Как насчёт грибов, что я насобирал?

– Ненавижу грибы, – сразу же ответил Том. – От них мне всегда плохо. Думаю, это какая-та непереносимость или что-то ещё.

– Жаль, но больше я предложить не…

Старик замолчал, когда услышал, как нечто воет во тьме леса. Оба тут же напряглись. Том сразу же опустил конец палки в костёр, а старик достал из-под плаща пистолет.

– Ч-что делать будем? – спросил Одэнни.

– Ждать, – ответил Том. – Я не знаю, что за зверь такой издаёт подобные мерзкие звуки.

Они озирались по сторонам, поскольку стали различать не только хриплый вой, но и шаги в их сторону. Том слышал, как хрустят сухие листья под их ногами, и как трескаются маленькие ветки деревьев.

Конец палки загорелся и Том вытащил его из костра, используя её, как факел. И тут ему довелось увидеть нечто, что смотрело на него из темноты леса. Светящиеся глаза, численность которых с каждой секундой становилось всё больше. Озираясь по сторонам, он видел, как они окружают их со всех сторон. Одэнни уже готов был выстрелить, но Том его остановил:

– Не стоит. Лучше прибереги пули для кого-нибудь другого.

– Ты знаешь, кто это такие? – испуганно спросил Одэнни. Пистолет в его руках судорожно дрожал, смещая дуло от одной стороны к другой.

– Не уверен, но, как и многие, они точно бояться огня. Иначе бы нас уже сожрали. Давай станем ближе к костру.

Ситуация была наихудшая. Том понимал, что они оказались практически в ловушке. Костёр не мог гореть вечно, рано или поздно, они приняли бы попытку наброситься на них. Но тут раздался истошный крик Одэнни. Том обернулся и увидел, как тварь пыталась подойти ближе. В том месте, куда достигал свет костра, можно было увидеть тёмную, как ночь ногу. Она источала какой-то дым, который едва виднелся на фоне пылающего костра. Тварь пыталась приблизиться чуть ближе, но вдруг её нога зашипела, дым, что источала нога, стал сильнее, а после, та закричала от боли и отступила.

– Как я и говорил, – сказал Том. – Свет для них опасен. Вот и ждут, когда огонь погаснет.

– Тогда надо только продержать огонь до рассвета, только и всего, – уже более спокойным голосом сказал старик. – Мы в лесу, а сухих веток и листьев тут навалом. По возможности, мы можем и лес поджечь.

– И сгореть вместе с ним.

Твари стояли в темноте и продолжали пялиться на двух путников, что остались на ночь в лесу. Время шло ужасно медленно, казалось, что каждая секунда растягивается на часы. Том сжимал палку в руках так сильно, что боялся её сломать пополам. Одэнни то и дело озирался по сторонам, готовый выстрелить в любой момент. И не важно, что говорил Том, о бесполезности пистолета в этом случае. Он верил, что пуля способна прикончить даже смерть.

Неожиданно, откуда-то донесся слабый, но очень холодный ветерок. Том почувствовал, как мерзкие мурашки прошлись по его спине. Существа, что таились в темноте, вдруг стали издавать странные всасывающие звуки. Словно всасывательный аппарат слюны в кабинете дантиста. Том заметил, как огонь на его самодельном факеле стал потихоньку гаснуть, а после он бросил взгляд и на костёр и понял, что дело дрянь, когда увидел, как пламя костра медленно начинает тухнуть.

– Одэнни! – позвал Том. – Прошу, скажи, что у тебя помимо пистолета, есть и свето-шумовая граната. Или что-то подобное этому.

– Конечно, – на удивление спокойно ответил Одэнни. – Целых десять. Каждый день с собой таскаю.

– Я думал, что раз ты бродишь в этому лесу по грибам, то знаешь, что здесь водиться.

– Так это мой первый поход! – воскликнул старик. – До этого, я толком даже по лесу не шастал. Это же самоубийство!

– Ну что же, тогда у нас есть только два выбора: либо костёр гаснет, и мы умираем, либо мы даём деру и пытаемся сбежать.

– Я не хочу умирать! Пускай я не так молод, но и не настолько стар. По крайней мере явно не так!

– Ты уверен, что у тебя больше ничего нет?!

Одэнни пошарил в своём дождевике и вытащил нечто похожее на перцовый баллончик.

– Это дезодорант? – спросил Том.

– Вроде, как да, – ответил старик. – Нашёл, как-то по дороге. Сам не понимаю, зачем положил его к себе в карман.

– Тогда считай, что тебе крупно повезло. А теперь слушай внимательно, так как наш огонь потухнет в любую секунду. – Том вновь опустил свой факел в костёр, и достал оттуда небольшую ветку, которая всё ещё не до конца сгорела. – Используй его, как огнемёт, но не для того, чтобы кого-то сжечь, а только в качестве света. Скажи, как далеко до твоего дома?

– Минут десять ходьбы. Н-но я не уверен. Сейчас темно, ничего не разглядеть.

– Что же, доверимся твоему чутью. Как только я скажу «три», ты используешь свой самодельный огнемёт, и помчишься в приблизительную сторону своего дома. Не надо всё время жать на газ, чтобы не израсходовать его содержимое. Иначе нам конец. Я буду бежать следом за тобой. И ни в коем случае не оборачивайся, чтобы не произошло. Просто беги и не оглядывайся.

– Ты же не собираешься меня бросить, правда? – жалобно спросил Одэнни.

– Конечно, нет! Я тоже не особо мечтаю здесь умереть…

– Но ты же спящий!

– Это не меняет сути! Умирать не особо-то весело, чтоб ты знал. А теперь… раз… два…

Костёр потух.

– Три!!!

Одэнни закричал, нажал на спусковой крючок дезодоранта, яркое пламя выстрелило вперёд, освещая небольшое пространство, и побежал. Том бежал следом за ним. Они слышали, как твари бросились в погоню. Мерзкий холод, что недавно сожрал пламя костра, двигался с ними бок о бок. Твари явно были не медленными и точно не уступали им в скорости, особенно Одэнни, которому уже под шестьдесят пять. Но не смотря на свой возраст, старик бежал так быстро, насколько это вообще было возможно. Не забывая смотреть под ноги, он вовремя перепрыгивал через толстые корни деревьев или небольшие овраги. Том старался не отставать и держал свой факел ровно перед собой, хотя его свет с каждой секундой всё увядал. Пока в конечном счёте, свет не погас и было видно только струю пламени Одэнни. Том чувствовал этот проклятый холод, который пробирал до костей. Костлявые руки тварей из темноты тянулись в его сторону, чтобы схватить. Но он увернулся. Сам того не понимая, как ему это удавалось. За всё то время, что он пробыл в этом мире, и всё то, что успел пережить, ему удалось взрастить в себе нечто, похожее на обострённое чувство пространства. Казалось, что у него были глаза на затылке. Он точно знал, куда тянулись эти руки, за что пытались ухватить и каждый раз, ему удавалось увернуться от очередного захвата. Однако старая боль в боку вновь вернулась. Бежать становилось труднее, но подарочный адреналин заставлял его забыть об этой острой боли.

Казалось, что они бегут вечность и то, что этот лес никогда не закончится. Том чувствовал, как начинает уставать и знал, что Одэнни вот-вот свалиться от истощения сил. Но тут, словно воля Бога, разразилась молния. Настолько громко это было, что гул почти оглушил убегающих. Одэнни едва не свалился от неожиданности, когда в нескольких метрах от него ударила молния. Дерево, в которое оно попало, заискрилось, мгновение оно ярко светилось, а следующее уже горело. И тут Одэнни, словно увидел то, что хотел увидеть. Знакомые очертания его посёлка. Те крохи силы, что оставались в запасе, вдали полный газ и старик побежал.

Том не отставал, стараясь держать дистанцию, чтобы не обогнать старика. Им удалось выскочить из территории леса. Впереди виднелись святящееся фонарные столбы. Они сделали последний рывок и…

Монстры, что преследовали их отстали, оставаясь в тенях тёмного леса.

Том не выдержал и повалился на землю, судорожно переводя дыхание. Он знал, что твари отстали, и то, что больше не пойдут за ними. Кто-то говорил, что создания, что появились в этом мире следом за «вспышкой», имеют своё ограничение по передвижению. И этот случай, был тому доказательством. Том не был до конца уверен, однако позволил себе наплевать на них и попытаться, хоть как-то успокоить своё сердце.

Одэнни также свалился возле фонарного столба. Спрей и всё ещё горящую ветку, что он держал в руках, упали на землю рядом с ним. Старик также, как и Том переводил дыхание.

– Не ожидал… что ты так… будешь мчаться… старик… – сказал Том, глотая воздух.

– Кажется… моё сердце… вот-вот остановится…

Одэнни схватился за грудь, чувствую тугую боль внутри. А после обмяк.

Глава 2. Кокон

– А потом она вытаскивает из своей дамской сумочки нож, и как давай мне угрожать, – рассказывал Перри. – Кричит, что в её долгах виноват я!

– И что случилось потом? – заинтересованно спросил Ллойд.

– Ну она кричала, разбрасывала всё на своём пути, хотела так сказать, взять меня на слабо. Я пытался её утихомирить, мол: «Милая, давай ты успокоишься, и мы хорошенько всё обсудим». Но она только пуще разоралась. У неё началась самая настоящая истерика. А я всё гадал, когда же соседи вызовут полицию. В конечном итоге она попыталась меня пырнуть, я ловко увернулся, а затем также быстро выкрутил у неё нож и обхватил её сзади. Она вертелась, кричала и кусалась, как рыба, которую только что вынули из воды. Я пытался быть милым с ней, но эта психопатка, явно не хотела сдаваться просто так. И мне пришлось её вырубить. И знаешь, что потом? Пришла полиция.

Перри отпил из чашки чай, затем взглянул на часы, что висели на стене.

– Блин, я на встречу уже практически опоздал, – сказал он, вставая со стола и одевая куртку. – Давай я в следующий раз до расскажу, что случилось.

– Да не парься, ты же знаешь, у меня куча свободного времени, – ответил Ллойд. – Если что звони, я всегда на связи.

– Конечно, ну что же я пойду! Удачи!

Перри выскочил из кафе, не забыв отставить деньги за кофе. Ллойд проводил друга взглядом, а затем вернулся к своему кофе. Ещё с самого детства, отец приучил сына к этому чёрному наркотику. Когда он впервые его попробовал, то едва удержал эту чёрную горячую воду во рту. Ещё бы немного и он бы выплеснул всё на пол. Но после ещё нескольких чашек, он стал понимать этот горький вкус. Сначала, конечно, он пытался смягчить этот вкус сахаром и молоком. Но когда ему стукнуло пятнадцать, он пил исключительно только чёрный кофе. Никаких добавок. Каждый, каждый, каждый день. Не было дня, чтобы он не проводил своё время без кофе в руках. И как ни странно, это никак на нём не сказалось. Ллойд чувствовал себя прекрасно все эти годы и даже сейчас. Многие утверждали, что кофе делает его зависимым и за этим последуют пагубные последствия, но Ллойд только смеялся таким людям в лицо. Так же он смеялся и матери, которая ушла от них, когда ему было семь. У каждого в этом грёбанном мире, есть привычка, есть свой наркотик. Всё, к чему мы пристращаемся становится нашим наркотиком. Это может быть что угодно: кофе, чтение, занятие спортом, интернет, азартные игры, да всё что угодно, что ты делаешь больше дозволенной меры. Так что пусть говорят, что хотят. Ллойд сам решает сколько ему нужно чашек кофе в день. Да и о чём собственно речь? Поскольку он пьёт лишь по одной чашке в день, хотя есть люди, которые проглатывают больше пяти чашек. Так что его можно было ещё назвать нормальным.

Но когда Ллойд попытался допить свой любимый напиток, он едва не поперхнулся. Кофе на вкус был, как самая настоящая грязь. Она словно настоящая, застряла у него в горле, когда он пытался её проглотить. Он зашёлся кашлем, пытался выплюнуть всё наружу. Каждый кашель давался всё труднее, пока большой комок не вылетел из его горла. Долга откашливаясь, он пытался разглядеть, что только что вылетело из его рта. В глазах всё ещё стояли слёзы после рвотных позывов, а живот сильно скрючило от боли, но всё же ему удалось разглядеть чёрные комки склизкой грязи. Точнее сказать земли. И вдруг, словно молния поразила его разум. Всё вокруг стало меняться. Уютное кафе, что находилось не так далеко от его дома, и где он был частым завсегдатаем, превратилось в какую-то развалюху. Всюду лежали осколки битого стекла, какой-то грязный стол валялся на полу, весь истоптанный и полностью сломанный. Из некогда красивого окна, светило едва заметное солнце, которое пыталось пробиться сквозь тяжёлые осенние тучи. Его любимое кафе оказалось какой-то заброшенной комнатой, в неизвестном ему месте. А то, что он считал за кофе, было ничто иное, как земля. Даже кружка, из которой он якобы пил, была лишь старая, ржавая консервированная банка персиков, в которой помимо грязной земли, копошились мокрицы. Ему стало не хорошо от всего этого вида. Захотелось закричать. Приступ уже наступал, и он уже думал, что закричит на всю окрестность, но вдруг чья-та рука опустилось на его плечо.

– Итан, ты в порядке?! – раздался женский голос.

Ллойд поднял взгляд и увидел перед собой худое, но довольно милое лицо девушки. Она носила очки в чёрной оправе, а вокруг шеи был густой вязанный шарф. Лицо у девушки было явно обеспокоенное.

– Итан, ты как? – продолжала задавать вопросы девушка.

– И… Итан… – повторил Ллойд, а само его сознание, словно уплывало куда-то вдаль. – Боже, как болит голова.

Девушка лишь молча прижала его к себе. Он поднял взгляд и присмотрелся в её лицо. Слова, словно шепот из далека, вышли из его рта:

– Либи…

– Да, маленький братик, это я, – сказала девушка, прижимая его к груди.

– Кажется у меня снова были глюки… Только на этот раз сильнее. Я был кем-то… кем-то, кого звали Ллойд…

– И что ты видел?

– Я видел мужчину… мы пили кофе и о чём-то разговаривали… Только я уже не помню о чём именно… Голова… болит…

Итан посмотрел на свои руки. Они дрожали, словно ему было холодно. Он пытался удержать эту дрожь, но руки на ощупь были, будто не живые. Как если бы они не принадлежали ему. Итак, и было, это были чужие руки, что тянулись к нему из-под пола. Глаза Итана расширились, когда руки коснулись его лица, и чей-то голос шептал прямиком из пальцев. Он не мог разобрать о чём говорили голоса, но они явно взывали к нему. Он уже хотел закричать, но, когда он моргнул в очередной раз, руки исчезли. Вместе с головной болью.

– Либби, – сказал Итан, всё ещё в объятиях своей сестры. – Где мы?

– Ты уже не помнишь?

Он попытался вспомнить, но в голове была пустота. Он помотал головой.

– В больнице имени «Персиваля», – ответила Либби.

– Это…

– Да-а, та самая больница, где ты лежал с переломом руки.

– Хе-хе… Всё ещё помню, как сильно я кричал. Было так больно. Никогда бы не подумал, что могу так громко кричать.

– А помнишь, сколько тебе потом пожеланий оставили на гипсе?

– Так много, что гипс стал разноцветный, – усмехнулся Итан. Они просидели так ещё какое-то время. – Ладно, думаю со мной всё в порядке.

– Точно? – недоверчиво спросила Либби.

– Точно-точно. Во всяком случае, лучше, чем было до этого.

Итан осмотрелся вокруг и действительно понял, что сейчас они были в больничной палате. Рядом стояла кровать с грязным бельём, небольшой столик и стул, который недавно перевернул Итан, и телевизор, на удивление сохранивший свою целость. Казалось, нужно было только найти пульт и включить его, чтобы увидеть очередные новости дня. Но в этом мире закончилась такая вещь, как телевещание.

«Сможем ли мы когда-нибудь это вернуть?» – думал Итан, осматривая комнату.

– Вспомнил, мы же ищем лекарства для Мэй, – сказал Итан.

– Да-а, вот только мы уже час рыщем, а так ничего и не нашли.

– Что там с Биллом и Карлой?

– Вроде говорили, что сейчас они в операционной, – ответила Либби, затем достала рацию. – Мне их позвать?

– Нет-нет. Давай пока продолжим поиски. Приходить обратно ни с чем, хуже всего. Надо найти хоть что-то. Иначе можно будет сказать, что мы впустую потратили время.

Они вышли из палаты, затем стали осматривать каждую попавшуюся на глаза комнату, в надежде найти хоть какие-то медикаменты. Сейчас, в этом мире, лекарства, что раньше продавались в больших объёмах, стали редкостью. Не осталось фабрик, которые их изготавливали, не осталось людей, которые знали, как их готовить. Теперь они стали исчерпаемым продуктом, который ценился на вес золота. Совсем, как еда. Конечно, с едой не было особых проблем, однако не каждый мог позволить себе столько, чтобы чувствовать себя сытым. В колониях еда содержалась под строгим контролем. Каждый мог получить только определённое количество питания в день, настолько, чтобы хватало, хоть как-то прожить. Люди не голодали, но не чувствовали себя сытыми. После «вспышки», многий рогатый скот исчез вместе с другими людьми, также это коснулось и других животных. Популяция всей планеты снизилась до колоссальных размеров. Конечно, люди жившие в этом городе, не могли с уверенностью сказать, что «вспышка» коснулась и всего мира, однако это была правда. Наступил так называемый апокалипсис.

Итан оказался в очередной палате. Он зашёл первым делом в туалетную комнату, обыскал ящики, захватил оставшийся рулон туалетной бумаги и тюбик зубной пасты. Он думал взять и щётку, но решил, что это лишнее. В палате было также, как и в других, грязно и сыро. Он чувствовал запах плесени, которая распространялась по стенам и оставшимся простыням на кровати. Когда-то прекрасная больница, которая приняла его с открытым перелом руки, превратилась в заброшенное место, где могли бы снимать очередной фильм ужасов про подростков-дебилов, которые решили заснять призраков на камеру ночью. Он присел на стул, который стоял возле окна. За окном расстилалась картина леса и парковки с разбитыми стёклами машин. Итану с каждым днём давалось с трудом, вставать каждый раз с кровати. Иной раз ему хотелось спать весь день. Он не чувствовал в себе хоть какие-то капли к выживанию. Единственное, что заставляло вставать каждое утро – это Либби. Единственный родной человек, который у него остался. Он пытался вспомнить своих стариков, но в памяти их лица были размытыми. С тех пор, как он стал терять связь с реальностью, память о предыдущей жизни всё сильнее забывалась. Либби считала, что у Итана начальная стадия шизофрении, но тот думал, что это другое. Нечто не подвластное научному объяснению. Каждый раз, когда он пропадал из реальности, ему казалось, что всё происходит наяву. Он видел чужие жизни. Был другими людьми. И чувствовал то, что чувствовали они.

«Нет, – думал Итан, разглядывая, как ветер раздувает опавшие листья на парковке. – Это точно не шизофрения… наверное».

Но мысли прервались, когда из рации донесся голос Билла:

– Спускайтесь сюда! Вам нужно на это взглянуть.

– Где вы? – спросил Итан.

– На втором этаже, рядом с операционной.

Спустившись, они тут же встретились с Биллом и Карлой. Билл был коренастым мужчиной с густой рыжей бородой. Чем-то это напоминал гнома, но только высокого, как бы это смешно не звучало. Карла же была более низкой, но с очень длинными волосами, которые она заплетала в толстые косы.

– Что у вас там? – спросила Либби, когда они встретились.

– Лучше сами посмотрите, – ответила Карла.

Они отправились вслед за Биллом и Карлой, и оказались возле двери, ведущую в кабинет с МРТ. Билл открыл дверь и провёл рукой, чтобы Итан и Либби вошли первыми. Когда Итан вошёл, то тут же почувствовал зловонный сладкий запах. Казалось, что в мусоре гнили целые связки бананов. Кабинет был невероятно чистым после всех тех грязных комнат, а в центре у стены, где стоял сам аппарат МРТ, было что-то похожее на гигантский кокон.

– Твою ж мать… – выдавила из себя Либби.

– Что это? – ошарашенно спросил Итан.

Кокон пульсировал, словно в нём была жизнь. Все слышали, как бьётся чье-то сердце, при чём не одно, а несколько. И все понимали, что этот звук доносился из кокона.

– Похоже на кокон, – сказала Карла. – Как в фильме «Чужой».

– Там были яйца, а не коконы, – поправил Билл.

– А разве это не одно и тоже? – удивилась Либби.

Билл посмотрел на неё, словно не понимал, шутит она или нет.

– Интересно, кто или что внутри этой штуки? – спросил Итан, подходя чуть ближе.

– Итан, не надо! – остерегла Либби, хватая брата за руку. – Мы не знаем, что будет, если подойти к этой штуке близко. Вдруг оно взорвётся!

– Но мы же должны, как-то понимать, что это такое, разве нет?

– Обычно в таких ситуациях, всегда происходит какая-та хрень, где потом все умирают, – сказала Карла, немного отходя назад к двери. – Поэтому давайте лучше уйдём отсюда. Вдруг оттуда сейчас кто-то вырвется.

Все взгляды были устремлены на кокон, который пульсировал каждую секунду. Пускай в кабинете было темно, но кокон источал слабый тёплый свет, и через него, можно было увидеть, как пульсируют вены внутри. Однако то, что находилось там, было загадкой.

Итан смотрел на него с таким интересом, что готов уже был подойти ближе, но рука Либби была крепка. Он посмотрел на свою сестру, а та лишь молча покачала головой, словно читала его мысли.

– Ладно, – вдруг подал голос Билл. – Давайте пойдём отсюда. Чтобы не таилось внутри этой штуки, оно нас не касается.

– А вдруг это какой-то монстр, который будет эволюционировать, когда станет пожирать людей? – предположил Итан. – Поэтому лучше будет убить его сейчас, пока он не появился на свет.

– Итан, прошу тебя, успокойся, – сказала Либби.

– Билл, прав, – согласилась Карла. – Чтобы это ни было, оно нас не касается. Идёмте скорее отсюда, а то мне уже не по себе от этой штуки.

Билл закрыл за всеми дверь, ведущую в кабинет МРТ. Но даже отойдя на несколько шагов подальше, в их ушах, всё еще отдавался ритм сердец, живого кокона.

– Вы что-нибудь нашли? – спросила Либби, когда они наконец выбрались из больницы.

Билл покачал головой.

– Разве что слабительное, да таблетки от головной боли, – ответила Карла.

– Но всё же лучше, чем ничего, – сказал Итан.

– Чёрт, таким темпами, Мэй долго не протянет, – сказал Билл, садясь в машину. – Я конечно, подозревал, что мы ничего толком не найдём, но всё же была хоть какая-та надежда…

– Мы можем поискать в других местах, – предложила Либби.

– Скоро начнёт темнеть, – сказал Итан, устраиваясь на заднем сиденье. – Давайте лучше вернёмся в колонию, а там уже решим, где будем искать завтра.

– Здесь же недалеко есть аптечный склад, – сказала Либби, будто только сейчас вспомнила об этом. – Давайте съездим туда. Там точно будет что-то стоящее!

– Мне кажется, что это такая же глупая идея, как и то, что мы приехали в эту чертову больницу, – вздохнула Карла. – Прошло уже столько времени, уверена, что всё вынесли подчистую. Куда бы мы не пойдём, там всегда будет пусто…

– Но ведь пока не попробуешь, не узнаешь, разве нет?

Все молчали.

Либби посмотрела на Итана, в надежде увидеть поддержку. Итан, заметил это и ничего не мог поделать, кроме, как согласиться. Отказывать сестре, он никогда не умел.

– Думаю, у нас есть ещё часика два, но не больше, – в итоге сказал Итан. – Так что, почему бы туда всё-таки не заглянуть?

– Ты как, против? – спросил Билл, глядя на Карлу.

– Как будто у меня есть выбор, – пробурчала Карла.

– Тогда в путь.

До склада действительно было не так далеко, единственной проблемой были лишь машины, разбросанные по дороге. Объезжать все не получалось возможным, поэтому иной раз приходилось сворачивать и искать другой путь. Иногда Итану и Биллу, приходилось лично толкать некоторые машины, порой даже таранить с помощью своего авто. Мусора на дороге было достаточно. Билл всё время дивился тому, как такие вещи, как диван или раковина, вообще оказались на дороге. Среди списка самого странного, что Билл повстречал на дороге, было декоративное дерево «бансай».

Когда до места назначения осталось совсем немного, Итан увидел в окне кого-то из знакомых. Он испугал всех, когда резко закричал:

– Дилан!!!

Билл от неожиданности нажал на тормоза, машина резко остановилась, скрипя шинами по дороге. Итан тут же выскочил из двери, при этом крича:

– Дилан!!! Постой!!!

– Итааааан!! – вдогонку кричала Либби и тоже вылезла из машины, чтобы догнать брата.

– Чёрт, у него опять глюки?! – воскликнула Карла, снимая с себя ремень безопасности.

– Похоже на то, – согласился Билл, выбираясь из машины. – Давай за ним. Кажется этот идиот бежит прямо к лесу.

Итан бежал за тенью друга, что он увидел среди деревьев. Его сознание постепенно покидало его, и вместо него, приходило другое. Все воспоминания буквально заменялись другими картинами из чужой жизни. Итан это чувствовал, и пытался этому сопротивляться, но голос в голове продолжал кричать имя «Дилан».

«Прошу не уходи».

– Прошу не уходи! – кричал Итан… нет, Блейк. Его зовут Блейк, не Итан. Кто такой вообще Итан? – Дилан, прошу остановись!

Либби пыталась догнать младшего брата, который на удивление, бежал совсем, как настоящий спринтер. Мелкий парнишка, который на протяжение всех своих школьных лет, не был в ладах со спортом, бежал так быстро, как никогда в жизни. Сердце Либби судорожно билось, готовое остановиться в любой момент. Хуже всего было то, что он направлялся в сторону леса.

«Если он туда забежит, то мы можем его потерять навсегда!» – думала Либби, продолжая перебирать ногами изо всех сил. Винтовка, которая весела у неё за спиной, больно била её, каждый раз, когда ей приходилось перепрыгивать через очередной мусор, разбросанный тут и там. Она знала, что Билл и Карла бегут следом, но не могла повернуть голову, чтобы удостовериться в этом. Она боялась, что если сейчас обернётся, то Итан исчезнет навсегда. Что-то ей подсказывало. То самое шестое чувство, что она начала ощущать после «вспышки».

«Не теряй его из виду! – шептало её внутреннее «я». – Не смей даже моргать!»

Однако, как бы быстро Либби не бежала, но догнать Итана не удавалось, он только сильнее отдалялся от своей группы. Билл и Карла, были слишком далеко, поэтому они и вовсе не смогли бы за ним угнаться.

А Итан, нет, Блейк! Блейк тем временем, всё бежал за Диланом, который бежал также быстро, как и он. Блейк помнил, что Дилан всегда был хорош в спорте. Он всегда подрожал своему старшему брату Блейку. Хотел быть как он. Номером один в легкой атлетике. Но когда он почувствовал разницу, между старшим братом, что-то случилось. Дилан перестал разговаривать с ним. Каждый день, расстояние между ними всё увеличивалось, до тех пор, пока он не переехал жить к тёте в Бруклин. После этого их братская связь окончательно оборвалась. Блейк жалел о том, что так и не смог достучаться до брата. Что не смог ему помочь, найти свой путь в жизни. Да и откуда ему было знать? Ведь у него были и свои проблемы. Как же Лайла, в которую он был та… прочь! …к влюблен. Она занимала практически всю его юношескую жизнь… хватит! …Каждый день, он проводил с ней время. Гулял с ней в парке, катался вместе с ней на одном велосипеде, ходил с ней в кино на фильм… прекратите!!!

Белый шум раздался в голове у Блейка… Итана? Тот едва не упал, когда это произошло, но Блейка это только разозлило. Он заревел, будто готовился к контратаке и помчался с такой силой, что казалось, будто он разрывал само пространство. Он вытянул руки вперёд устремлённые к его младшему брату, который всё никак не отзывался на своё имя. Схватил воздух в прямом смысле слова, и растянул его в разные стороны. Засиял белый свет, который ослепил его, но он знал, что бежит правильно. И свет поглотил его…

Либби стояла в том месте, где минутой ранее исчез Итан. Она видела, как нечто тёмное образовалось перед её младшим братом и это что-то проглотило его, а потом испарилось, не оставив после себя ничто. Либби чувствовала, будто её рассудок начинает сдавать сбой. Казалось, что это всё какой-то дурной сон и если её сейчас стошнит, то она очнётся в своей кровати, рядом с мужем, а тошнота пришла из-за того, что она беременна. Но ничего этого не произошло. Живот только сильно скрючило. От боли, она согнулась пополам. Никогда в жизни, она не чувствовала чего-то подобного. Что-то жгло внутри её живота. Она закричала от боли, и попыталась поднять кофту, чтобы увидеть причину своих страданий. И когда она это сделала, лишь слёзы перед глазами не давали чётко увидеть, как кровавые узоры появляются у неё на животе.

Глава 3. Тьма

Энди открыл глаза и увидел тьму, представшую перед ним. Куда бы он не отводил взгляд, а увидеть что-то помимо всепоглощающей тьмы было невозможно. Он чувствовал, что лежит на прохладной земле. Одет он в какую-то толстовку, а на ногах тяжёлые армейские ботинки, которые по какой-то причине промокли насквозь. Неприятное ощущение влажности в носках, отдавало морозом по его телу. Он попробовал присесть и у него получилось. Затем он стал щупать руками пол, в надежде найти то, что он искал. И да, это что-то валялось рядом с ним.

«Только бы сработало!» – думал Энди, хватая предмет в обе руки.

Он стал нащупывать вентиль, но даже зная, где он мог находится, в темноте это было сделать не так уж и легко. Казалось, что, когда ты абсолютно ничего не видишь, появляется ощущение, что и положение вещей начинает меняться, пока ты ослеплён. Но ему всё же наконец удаётся найти вентиль, он тут же крутит его по часовой стрелке и огонь освещает его лицо. Предмет, который он держал в руках, оказался масляной лампой. Пускай она так и называлась, но самом деле горела она не на масле. Оно использовало в качестве топлива нечто другое. Что-то, чего Энди ещё не мог понять. Но каждый раз, когда он зажигал свечу внутри лампы, он ощущал чувство невероятной теплоты, которую он когда-то испытывал. Да, когда-то. Но вот только когда именно, он уже не помнил.

Энди наконец встал с земли, отряхнулся и стал разглядывать по сторонам. Пускай огонь внутри лампы горел не так сильно, однако свет, что он источал был подобен миниатюрному солнцу. Некое поле, что окружало его, давало свет всему до чего могло прикоснуться. Энди был возле дороги. Рядом стояли брошенные машины, разбросанный мусор и… собака. Энди был мальчиком не из пугливых, поэтому его редко могло что-то испугать. Даже те твари, что таились по ночам в лесу и городах, не пугали его так сильно. Звери же наоборот, его только радовали. Он ещё с самого детства любил своего кота Морковь. Поэтому, когда собака подошла к нему, весело виляя хвостом, он тут же его погладил. Энди было всего двенадцать и мало чего знал, а породы собак подавно. Единственное, какая ему была известна, так это доберман и овчарка. У этой же собаки была золотистая шерсть, и ростом она была чуть меньше самого Энди.

– Как тебя зовут, дружок? – спросил Энди, продолжая гладить собаку.

– Аксель! – ответила собака.

Глаза Энди расширились от удивления. За это время, он многое повстречал, но говорящих собак…

– Ты умеешь говорить?

– Ещё как!

– Но как?!

– Я тебе позже объясню! – гавкал Аксель. – А сейчас, нам надо сматываться отсюда! Скоро сюда придут плохие люди!

– Тогда веди меня!

И Аксель побежал вверх по дороге, плавно оббегая брошенные машины. Энди помчался следом. Да, говорящая собака настораживала, но люди, шастающие ночью, настораживали ещё сильнее. Когда он впервые оказался в колонии, его хотели взять в одну семью, у которой пропала дочь примерно его возраста. Сам Энди был против, поскольку он хотел найти свою маму. Конечно, никто не стал его заставлять. После «вспышки» многие люди стали всё воспринимать, как само себе разумеющиеся. И то, что 12-летний мальчик желает быть один, – это вполне в порядке вещей. Поэтому он часто бывал снаружи. Можно сказать, он практически там жил…

После того, как он очнулся после «вспышки» и узнал, в какую ситуацию попал, он тут же отправился домой, поскольку там была его мама. Но когда он вернулся в свой родной дом, он нигде не смог её найти. Он знал, что она точно должна была быть дома, поскольку в тот день, она брала отгул с работы, так как неважно себя чувствовала. Их дом был не такой большой, чтобы в нём можно было легко спрятаться, но сколько бы он не искал, а найти следов матери так и не удалось. И когда казалось, что больше нет никакой надежды на то, что он снова её увидит, он услышал голос. Слабый голос, что доносился из её спальни. Открыв дверь, он услышал последний шепот, который пропал под кроватью. И когда он нагнулся, чтобы узнать кто его звал, то нашёл эту самую лампу, которую сейчас держал в руках. Несмотря на то, что она не была включена, она источала приятное тепло. Энди сам того не понимая, зажег её, почувствовал ещё большее тепло, обнял её и уснул. А когда проснулся, то была уже кромешная ночь. Совсем, как сейчас. Он не знал, что ночью теперь бродили твари невиданные этому миру. Поэтому беспечно вышел на улицу, в поисках взрослых, которые могли бы ему помочь. Стоило ему только покинуть свой дом, как нечто напало не него сзади. Тварь была худая, словно скелет, обтянутый кожей. От неё жутко пахло чем-то знакомым, но в тоже время невероятно тошнотворным. Энди сам того не понимая, зажёг лампу. Тварь закричала, когда свет озарил тьму и бросилась на самотёк. Что-то подсказывало Энди, что пока лампа горит, тьма и то, что в ней скрывается, ему не страшны. Именно таким образом, он смог добраться до колонии взрослых…

Энди бежал следом за собакой, которую мог замечать, только благодаря её золотистой шёрстке, которая несмотря на непроглядную тьму, словно сверкала на свету солнца. Вдруг, собака по имени Аксель резко остановилась, и Энди вместе с ней.

– Что-то случилось? – спросил Энди, переводя дыхание.

– Сюда идут плохие люди, – произнёс Аксель. – Выключи лампу и сиди тихо.

Энди послушался приказа собаки, и выключил лампу. Свет погас и их вновь накрыла всепоглощающая тьма. Даже едва заметное свечение шерсти Акселя, будто потухло. Энди ничего не слышал какое-то время, пока не раздались чьи-то голоса:

– Думаю она будет довольна.

– Ох, ну и славная нам досталась добыча.

– Кто же знал, что наткнёмся на целую группу. Люблю понедельники.

Энди из любопытства поднял голову, чтобы разглядеть тех, кто разговаривал. И увидел вялое свечение нескольких факелов. Да-да, совсем такие, как фильме про Индиана Джонса. Да и сами эти люди, выглядели так, словно готовились расчистить гробницу. Процессия состояла из десяти человек. Четверо несли в руках факелы, и каждый держал в руке верёвку, которая была обвязана вокруг шеи остальных шестерых. На бедолагах с петлёй, также были надеты мешки. Двигались они не особо быстро, казалось, что некоторые из них едва перебирают ногами. А у одного и вовсе нога была вывернута в другую сторону, но это не мешало ему ковылять и поспевать за ритмом шагов остальных.

– Ах, чую сегодня мы славно повеселимся, братья мои, – загоготал тот, кто шёл впереди всех. – Возможно, Бекки выдаст нам сегодня по бутылочке колы.

– А может, даже целых две! – согласился тот, что шёл по середине.

– Конечно выдаст! – поддержал тот, что шёл рядом с тем, кто был по середине.

– Мы заслужили! – закричал тот, кто был в самом конце шествия.

– ЗАСЛУЖИЛИ! – закричали четверо.

А те, на ком были мешки, лишь жалобно заскулили.

– Кто они такие? – прошептал Энди Акселю.

– Молчи! – тут же приказал Акесль.

– Эй! – вдруг воскликнул кто-то из четвёрки. – Кажется я что-то слышал!

Энди был не из пугливых, да. Но даже самые храбрые знают, что страх приходит неожиданно. И сейчас был тот самый момент, поскольку вся процессия резко остановилась.

– Я тоже что-то слышал.

– Кто-то шептал.

– Детский голос.

– Ребёнок?! – воскликнул тот, кто был впереди. – Эдди, давай за мной! Если мы приведём с собой ребёнка, мы не только колу получим, но быть может и дар!

– Да-да-да! Поймаем ребёнка, и оторвём ему хрен, если это мальчишка. А если девчонка, то засунем ей в промежность факел!!!

– Ух и ночка у нас задалась!

Сердце Энди стало набирать обороты, а руки дрожать. В этот момент, казалось, что любое его движение, выдаст его врагу. Но и сидеть сложа руки тоже не вариант. Эти люди были явно непростые, это можно было понять по их глазам. Безумные, чёрные и пустые. Однако в голове творился хаос. Он не мог понять, что ему нужно делать в такой ситуации. Руки крепко сжимали лампу, в надежде на чудо. Он уже хотел повернуть рычажок, чтобы вновь почувствовать тепло, но тут Аксель выбежал из укрытия и помчался в сторону леса, крича:

– Не поймаете!!!

– Он там! – закричал тот, чтобы был в конце.

Раздались выстрелы, а затем и топот ног. Энди прижался к земле, насколько это вообще позволяло его тело, в надежде, что его не найдут. Он видел, как свет от факелов начинает удаляться и постепенно угасать. Какое-то время были ещё слышны выстрелы, но потом они затихли. Сердце Энди всё ещё гулко отдавалось в груди. Казалось, что эти удары слышны на всю улицу, особенно сейчас, когда всё так тихо и не слышно даже стрекот сверчков. Наконец ему хватило мужества и сил подняться с земли, высунуть голову, чтобы осмотреться. Но конечно, он ничего не увидел. Кругом была тьма. Даже луны не было видно, поскольку она скрывалась за тёмными облаками, что уже несколько месяцев скрывали их город.

– Аксель… – тихо позвал Энди собаку. Но никакого отклика.

Странные люди точно сбежали, но мальчик не мог быть уверен наверняка. От монстров, что он раньше убегал, его спасала лампа, а точнее её свет. Он слепил их и отгонял прочь. Но вот от людей, этот метод не сработает. Скорее всего они могут даже сломать лампу и тогда всему придёт конец. Больше он никогда не посмеет выйти за пределы колонии; больше ему никогда не выпадет шанс найти свою пропавшую мать; больше ему никогда не почувствовать то тепло, что источает свет лампы. Поэтому он боялся. Он боялся сделать неверный шаг, который мог привести к концу.

Не бойся. Я всегда буду рядом.

На душе вдруг стало неожиданно тепло. Страх, что до этого сжимал его сердце, стал отступать. Постепенно возвращая его неустрашимую сущность. Мысли больше не вращались в потоке хаоса, теперь он мог спокойно оценивать ситуацию. Он схватился за рычажок, и легонько его повернул. Огонь засиял, но слабо и тихо. Свет был тусклый, но он помогал развеять небольшую часть тьмы, что окружала мальчика. Свет казался призрачным, словно его мог видеть только сам Энди. Он не чувствовал тепла, что раньше источала лампа, однако было нечто другое. Чувство неприкасаемости. Он не мог толком понять, но ощущал, что сейчас ему ничто не грозит. Энди вышел из своего укрытия и потихоньку стал направляться вперёд, где до этого проходили те люди. Но когда он подошёл чуть ближе, то чуть не закричал, поскольку люди с мешками на головах, всё ещё стояли на месте. Он вовремя прикрыл рот рукой, чтобы не запищать, как маленькая девочка. Страх, в мгновенье ока, прикоснулся к его сердцу, но тут же отступил.

«Не стоит бояться, – думал он. – Сейчас я не победим».

Энди сглотнул огромный ком слюны, который успел образоваться за это время и стал медленно подбираться к людям. Он не совсем понимал, что именно творит, то ли это было любопытство, то ли безумие, то ли ещё что-то. Но ему ужасно хотелось узнать, почему эти люди тут стоят. Они толком не двигались, за исключением их груди, которая поднималась в ритм слабого дыхания. Некоторые из них едва ли сгорбились в две погибели. У кого-то недоставало пальцев на руках. У другого было кровавое пятно на футболке в районе живота, и кровь продолжала стекаться по грязным джинсам. Но тот, что был с вывихнутой ногой, был хуже всех. Кровавые отметины были на нём повсюду. Да и он сам выглядел так, будто вот-вот свалиться окончательно. Энди подошёл к тому, что было ближе всех и спросил:

– Вам помочь?

Люди с мешками на голове тут же задёргались и стали озираться по сторонам, словно что-то видели сквозь эти грязные мешки. Не только их шеи были переплетены верёвками, но и руки тоже. Энди хотел дотронуться до одного из них, но тот тут же отступил и заскулил, словно побитая собака.

– Я просто хочу вам помочь, – сказал Энди, и кажется эти слова успокоили их. Они больше не дрожали.

Энди был мальчиком не самого высокого роста, в свои двенадцать он был примерно в один метр сорок четыре сантиметра. Поэтому ему пришлось подпрыгнуть, чтобы достать до мешка, дабы снять его. И когда мешок был благополучно убран, то глаза Энди едва не вылезли из орбит от ужаса. У человека не было половины лица, точнее его кожи. Вместо глаз, пустые кровавые дыры. Вместо носа, только болтающийся на кровавом волоске хрящ. Губы разодраны в клочья, словно по ним прошлись тёркой. Человек пытался что-то сказать, но из-за рта у него вырывалось лишь хриплое мычание. Эта картина навсегда была запечатлена в памяти у Энди, которого едва не стошнило, когда он это увидел. Он уже хотел бежать, но почему-то понимал, что этим сделает только хуже. Он понял, что эти люди – пленники. И их куда-то вели. Но как он должен был им помочь? Неужели все эти люди в таком же ужасном состоянии? Ему не хотелось этого проверять, поэтому он только спросил:

– Как мне вам помочь?

– У… у… – Услышал он чью-то попытку что-то произнести. – Уб… ееейй…

Сердце Энди вновь забилось.

«Убить? – думал Энди. – Я? Но как? И-и зачем вообще? Я не пони…»

– Эй-эй, я-то думал, что Аксель выполнит свою работу, как следует, но что я вижу.

Энди едва не подскочил, когда услышал голос позади себя. Он резко развернулся и увидел, как кто-то светит ему прямо в лицо.

– Пускай я тебя не вижу, но знаю, что ты здесь, Энди, – сказал незнакомец.

«Не может быть»

– Д-дядя Джим? – неуверенно спросил Энди.

– Собственной персоной, – ответил Джим, убирая фонарь. – Я знаю, что ты тут Энди, но не вижу тебя. Где ты?

– Я прямо перед тобой!

– Правда? – Джим наклонился, его лицо едва ли не коснулось лба Энди. – Я чувствую тебя, но всё равно не вижу. Может, ты что-то сделал? Как-то стал невидимым?

Энди какое-то время недоумевал, а затем будто до него дошло. Он схватился за рычажок, и повернул его. Свет стал намного ярче, и он вновь ощутил привычное тепло, что от него исходило. Перед глазами Джима, из ниоткуда возник свет, а вместе с ним и счастливое лицо Энди.

– Вот и ты маленький герой, – улыбнулся Джим.

Энди не мог поверить своим глазам, что его дядя действительно сейчас стоял перед ним. Всё такой же бородатый, высокий и уверенный в себе дядя Джим. Казалось, что прошли десятилетия, когда он видел его в последний раз, но на самом деле это было на прошлое Рождество, до «вспышки».

– Что ты тут делаешь, дядя Джим?! – изумился Энди, который не мог скрыть своего восторга.

– Я пришёл за тобой Энди, – ответил Джим. – Но прежде, чем ты начнёшь заваливать меня вопросами, давай лучше убираться отсюда. Уверен, скора сюда нагрянут и остальные из матери.

– Кто-кто?

– Вопросы, позже, а теперь давай уходить.

– Дядя Джим постойте, мы должны помочь этим людям. – Энди посвятил лампой в сторону полуживых людей, которые, словно ничего не замечали. – Они ужасно ранены, мы должно отвести их в колонию.

Но Джим лишь покачал головой.

– Единственное, что мы сейчас мы можем для них сделать, так это даровать им быструю смерть.

– Что?!

– Вопросы потом, Энди. Лучше стань снова невидимым, а как только я закончу следуй за мной и не отставай, ясно?

– Но…

Джим достал пистолет с глушителем из своей кобуры, а затем прислонил к голове к тому, у которого Энди снял капюшон.

– Покойся с миром.

Раздался глухой щелчок, брызнула кровь, и парень с изуродованным лицом упал навзничь. В глазах Энди было лишь недопонимание от того, что его дядя застрелил бедолагу, и от того, что, когда его убили, у него была улыбка на лице. Но уже в следующее мгновенье полегли и остальные. Джим стрелял так быстро, что Энди даже и не заметил, как остальные пять человек, уже валялись на земле с дыркой в мешке.

– Ладно, Энди, – Джим резко поднял мальчишку на руки, пока тот продолжал быть в ступоре. – Пора сваливать отсюда.

Глава 4. Потерявшаяся сестра

Джерри достал из внутреннего кармана самодельную сигарету. Засунул в рот, зажёг, затянулся, выпустил дым сквозь ноздри. Почувствовав, как горький никотин проникает внутрь тела, ему сразу стало легче. Теперь образ окружающего его мира вновь вернулся в норму. Больше контуры предметов не растекались и не дрожали, словно при сильном землетрясении. А людские лица, больше не смазывались, будто с них сошла краска. Всё постепенно приходило в норму, как и его рассудок. Он сделал ещё несколько сильных затяжек, а когда от сигареты ничего не осталось, выпустил оставшийся дым на свободу. После чего глубоко вдохнул то, что недавно выпустил. Задержал дыхание, дал разлиться дыму по его лёгким и снова выпустил. Теперь и солнечный свет не мерцал и не танцевал, словно он был на дискотеке восьмидесятых. Теперь всё окончательно пришло в норму. Зрачки его уменьшились, а пульс слегка участился. И тут к нему подошёл Алекс:

– Как? Нормально всё?

– Лучше не бывает, – ответил Джерри, быстро моргая глазами, чтобы стереть последние остатки приступа.

– Это была последняя. Думаю, мы сможем найти ещё несколько в городе. Соберись, осталось не так далеко. Его даже отсюда можно разглядеть.

И действительно, даже с невооружённым глазом, можно было увидеть огромные высотки, что едва ли не протыкали небеса. Город, в котором раньше жило несколько миллионов человек, превратился в город-призрак. После «вспышки» оставаться в городе стало не безопасно. Как и в лесу, в нём стали появляться различные твари, что охотились на людей ночью. Порой некоторых создании можно было встретить и утром, если зайти в глубь какого-нибудь здания, но чаще всего такие встречи заканчивались чьей-то смертью. Поэтому никто больше не приближался к городам. Многие туда шли в поисках помощи, оставшейся провизии, инструментов и лекарств, но такие вылазки никогда не были удачными. Всё заканчивалась тем, что кто-то терялся, а кто-то попросту испарялся на месте. В конце концов лишь самые отчаявшиеся ходили в город, чтобы что-то найти. Алекс и Джерри были из таких.

– Гляди в оба, мы уже совсем близко, – сказал Алекс, когда они проходили через черту города.

Джерри кивнул.

Сначала они заметили брошенные машины, велосипеды, разбросанные чемоданы с одеждой, разбитые бутылки, детские коляски, окрашенные кровью, и кучу листовок о пропавших без вести. Да, с момента «вспышки», большая часть людей исчезла. Исчезла в прямом смысле этого слова. Каждый надеялся, что кто-то найдётся, но пока никому не удавалось найти тех, кого они потеряли после загадочной «вспышки». В том числе и Алекс, который искал свою сестру. Однако она исчезла не после загадочного явления. Нет, это случилось после.

– Смотри! – вдруг перебил мысли Алекса, Джерри, указывая куда-то вдаль. – Там кто-то есть.

Алекс пригляделся в ту сторону, куда показывал Джерри, и заметил, что среди разбросанных машин, действительно кто-то шлялся. Какая-та небольшая группа из человек пять или шесть. С такого расстояния, трудно было увидеть, что у них в руках, но глупо было думать, что они были без оружия. Алекс напрягся. Встречать людей в колониях, это нормально. Но встречать их за пределами, это уже совсем другое. За пределами колонии, ты никому не можешь доверять. После «вспышки», многое изменилось, включая людей, кто-то одичал, кто-то сошёл с ума, кто-то стал верить в вымышленного бога, кто-то пытался господствовать над всеми, а кто-то просто покончил с жизнью от боли и отчаяния. И теперь, люди за переделами колонии, стали дикими и кровожадными, словно звери. Но это не значит, что все были такими. Среди них можно было встретить и тех, кто действительно мог тебе помочь, или просто не причинить никаких неприятностей. Поэтому каждая встреча с новыми путниками, всегда одолевала Алекса одним вопросом: «Что делать»?

Алекс ужасно отчаялся, когда пропала Сара. Казалось, что теперь он оставлен в этом мире совсем один. Но понял, что теперь его цель в жизни, найти её целой и невредимой. И на этом пути, он встретил Джерри, – особенного. Джерри понимал боль своего нового друга, и поэтому всеми силами также пытался помочь ему в поисках.

– Что будем делать? – вновь прервал мысли Алекса, Джерри. Тот словно проснулся от какого-то сна и вновь сосредоточил взгляд на группе, которая уже направлялась в их сторону.

– Эй! – крикнул кто-то из них вдалеке и помахал рукой.

Джерри помахал в ответ, а Алекс продолжал сверлить их взглядом и думать. В итоге они решились к ним подойти.

– В город идёте? – спросил блондин с бейсбольной битой в руке, когда они наконец встретились.

– Да, – коротко ответил Алекс.

– Что-то ищете?

– Мою сестру.

– Она в городе?

– Она потерялась.

– После «вспышки» многие потерялись…

– Это случилось после, – перебил Алекс. После чего достал из кармана потрёпанный бумажник и вынудил оттуда фотографию Сары. На фото была изображена девочка с ярко рыжими волосами, веснушки, словно сыпь рассыпались по всему её лицу, но при этом девочка весело улыбалась в камеру.

– Милая, – в итоге ответил блондин. – Но такую я не видел.

– Что тут у вас? – спросил мужик с такой же битой в руках, только на ней было написано «Бумер». А следом подошли и другие, окружая их.

– Этот парень ищет свою сестру, – ответил блондин, а затем показал фото каждому. Каждый просмотрел его, покивал, скорчил гримасу, а после её вернули владельцу.

– Не, не видел такую, – ответил «Бумер».

– Неа, – ответил ушастый.

– Точно нет, – ответил высокий.

– Такую я бы запомнил, – ответил толстый.

– В первый раз вижу, – закончил парень с серьгой на губе.

– Но зачем вам искать её в городе? – продолжил задавать вопрос блондин. – Она там потерялась?

– По сути, она пропала, когда мы ночевали на улице, – стал отвечать Алекс. Джерри всё это время держал руку в кармане куртки, готовый вытащить оттуда заряженный револьвер. – Это произошло недалеко отсюда. И… сейчас я просто ищу её, где только возможно.

– Но не в городе это точно, – продолжал говорить блондин. Видимо среди этой группы, он был главным. Там показалось Алексу. – Вы наверняка знаете, что в городе больше уже никто не живёт.

– Я не представляю, где её вообще можно искать. В городе вечно происходит что-то из ряда вон выходящее, так что, я буду рассчитывать на чудо.

Блондин усмехнулся, а затем они расступились и освободили им дорогу.

– Ну удачи. Но так на всякий случай: если услышите, как скрежет металл в ушах, – поворачивайте назад и идите другой дорогой.

– Спасибо, – поблагодарил Алекс. – Будем иметь это в виду.

Как только они разошлись, Алекс наконец вздохнул облегченно. Когда они впервые встретились, Алекс заметил нечто странное в глазах блондина, и его сердце стало биться в несколько сотен раз быстрее. Глаза у него были пустые, почти прозрачные. Точно такие же были у его группы.

– Это были не люди, да? – спросил Джерри, когда они довольно прилично отошли от той группы.

– Нет, – ответил Алекс. А после, повернул голову. След группы, которую они видели несколько минут назад, простыл, словно их и не было вовсе. – Даже утром, можно увидеть призраков. Мы в зоне города, будь начеку.

Джерри кивнул, а мир перед его глазами, слегка заискрился, но после нескольких быстрых моргании, всё пришло в норму. Действие самодельной сигареты явно было слишком коротким, ему нужно было ещё, иначе станет хуже.

– А мне вот интересно, как мы вообще собираемся искать твою сестру? – спросил Джерри, когда они уже были в городе. Всюду были высокие здания домов, офисов, кафе, магазинов, баров и прочего. Каждое место казалось заброшенным и покинутым так, словно людей здесь не было больше несколько сотен лет, но на самом деле, с момента «вспышки», прошло лишь три месяца. Но корни деревьев, что окутывали каждую машину, каждый фонарный столб или автобусную остановку, говорили о другом.

– Признаться честно, я сам не представляю, как именно нам её искать, – ответил Алекс, рассматривая витрину кафе. Внутри стояли столики, на которых уже давно заплесневела еда. Некоторые стулья и столы были перевёрнуты, но в целом, всё выглядело так, будто это заведение покидали не спеша. – В плане, я действительно не знаю. Сара пропала, когда мы спали на старой автобусной остановке, вдалеке от города. Сначала я искал её поблизости, даже в лесу, что находился не так далеко от нас. Но сколько бы я не кричал и не звал её, мне так и не удалось найти никаких зацепок.

– А почему ты так уверен, что она пропала? Может, она…

– Она не умерла! – не дав договорить Джерри, воскликнул Алекс. – Не умерла… Это трудно объяснить, но я будто чувствую это. Где-то внутри меня что-то подсказывает, что она всё ещё жива. Но где-то далеко от меня.

– Поэтому ты и продолжаешь её искать?

– А что мне ещё остаётся?

– Ну да. Глупый вопрос. Теперь каждый задумывается над этим.

– А почему ты вообще решил мне помочь? – спросил Алекс.

– Даже не знаю… Может, мне просто было нечем заняться.

– Разве у тебя нет семьи? На вид тебе уже под тридцать.

– Я так старо выгляжу? – указывая на себя, спросил Джерри. – Блин, чувак, мне всего двадцать шесть.

– Ты младше меня?! – удивился Алекс.

– А я думал тебе вообще восемнадцать.

– Мне всегда говорили, что я очень молодо выгляжу. Но мне уже тридцать три.

– Мне бы так выглядеть в таком возрасте. Но, возвращаясь к теме вопроса… У меня был только мой старик. Ему было под шестьдесят, когда у него остановилось сердце. Так что в момент «вспышки», я уже был один.

– Сочувствую.

– Не стоит, – отмахнулся Джерри. – Старик очень любил нашу мать. Он сам говорил, что поскорее мечтает умереть, чтобы с ней встретиться. Плюс, он умер в своей постели, так что думаю, он ни о чём не жалел, когда умирал. И плюс, я считаю это даже к лучшему. Не представляю, чтобы я делал, окажись он в этом новом мире.

– Да, в какой-то степени тебе даже повезло.

– Можно сказать и так.

– Ну а друзья? – продолжал задавать вопросы Алекс. – Разве у тебя не было дорогих тебе друзей?

– Не, в основном у меня были знакомые, – ответил Джерри, призадумываясь. – Кто-то, кто действительно был бы мне близок, не было вообще. Так что… Мне нет никакого толку кого-то искать.

– Ну, всё же спасибо, что решил помочь мне.

– Это просто плата за то, что помогаешь мне искать сигареты. Кстати о них, я вижу очередной магазин. Заглянем?

– Конечно! Затариваться надо при первой же возможности.

Но в магазине было практически пусто. С полок смели всё, что только можно было. Не осталось даже сраного кетчупа или горчицы. Забрали даже детские подгузники. Единственное, что им удалось найти, так это батончик «сникерс», который случайно закатился под прилавок. Джерри тут же открыл его и откусил кусочек. Несмотря на то, что прошло уже больше трёх месяцев, батончик был всё такой же вкусный. Он откусил до половины, а после протянул его Алексу.

– Не, спасибо. После сладкого, всегда хочется пить. А с водой надо быть экономнее.

– Ты прав, конечно, – жуя, говорил Джерри. – Но мне кажется, будто я уже миллион лет не ел ничего сладкого. Ах, как же это приятно! Я готов жрать эти батончики хоть всю жизнь. Но всё же обидно, что не осталось ни одной пачки сига…

Алекс повернулся в сторону Джерри, когда тот неожиданно замолчал, а затем уследил за его взглядом и его сердце едва не остановилось. Сначала он не мог поверить свои глазам, а после стал подходить ближе, пока окончательно в этом не убедился. На доске с объявлениями, где раньше писали о различных вакансиях или же услугах, теперь висели плакаты о без вести пропавших. Среди всех этих фотографиях неизвестных лиц, в самом центре, была чёрно-белая фотография девочки, точь-в-точь, как на фото у Алекса в бумажнике. Алекс снял лист о розыске дрожащими руками и прочитал вслух. Слова путались у него в голове, но всё же ему удалось прочитать:

– Эмбер Валенштайн. 15 лет. Пропала без вести 13 марта 20ХХ года. Всех, у кого есть хоть какая-либо информация, сообщить под данному номер ХХХ-ХХ… Ч-что за дерьмо.

– Алекс, – вдруг резко сказал Джерри. – Скоро начнёт темнеть. Надо поскорее выбираться отсюда.

Алекс продолжал смотреть на чёрно-белую фотографию в листе розыска. Эта девочка была, как две капли воды похожа на его сестру Сару. Нет, в этом не было никаких сомнений, это девочка и была Сара. Алекс это чувствовал. Алекс это знал. Как и то, что она была жива.

– Алекс! – уже кричал Джерри. – Ноги в руки и бегом.

Алекс вырвался из транса, в который его заманила эта листовка. Стараясь не отставать от Джерри, который уже был возле двери, он запихнул листовку в карман и помчался вслед.

Глава 5. Искрящая

Том резко встал, когда увидел, что Одэнни потерял сознание.

– Эй, старик! Старик!! – закричал Том, трясся бессознательного Одэнни.

Он прислонил свою голову к его груди, прислушался. Звуки сердца ещё были слышны. Либо тот потерял сознание из-за долгого непрерывного бега, либо у старика случился сердечный приступ, или ещё что хуже. Том не был специалистом в медицинской области, и мало что понимал, что нужно делать в таких ситуациях. Паника, что недавно утихла, стала возвращаться.

«Что делать? – судорожно думал Том. – Что же, мать твою, делать та?!»

– Уложи его на землю, и подложил ему под голову свою куртку, – раздался чей-то голос позади Тома. Тот резко обернулся и увидел перед собой девушку, лет так тридцати, а может и меньше. – Чего стоишь столбом, давай скорее, иначе старик окочуриться!

Том поступил так, как ему приказали. Медленно уложил Одэнни на землю, и подложил под его голову свою свернутую в рулон куртку. Девушка приблизилась к старику, схватила его за запястье, затем прикрыла глаза.

– Думаю с ним всё в порядке, – в итоге ответила она после нескольких секунд. – Пульс слабый, но он есть. Надо немного подождать. Если это сердечный приступ, то надо будет готовиться делать массаж сердца.

– Это сердечный приступ? – спросил Том, глядя на Одэнни.

– Возможно. Я не врач, точно сказать не могу.

– А ты умеешь его делать?

– Я только читала об этом, но вживую делать не приходилось.

К счастью этого делать не пришлось, так как Одэнни в скором времени пришёл в себя, но только на пару минут. Он что-то проболтал, когда Том хотел помочь ему приподняться, а после снова отключился.

– Что делать, та? – спросил Том. Паника понемногу утихала, но не покидала его.

– Перенесём его в дом, – ответила незнакомка. – Положим на кровать, а там может и оклемается.

– Как нести та его? На спине?

– Не думаю, что это хорошая идея. Но не могу ручаться и за свою. Может, лучше стоит схватить у основания рук и ног, чтобы он оставался в лежачем положении?

– Дельная мысль, только я не знаю, где дом этого старика.

– Да вон в том доме свет горит, туда и понесём.

– Ты уверена? А вдруг там кто-то есть?

– Старик отсюда вообще?

– Я не могу сказать с уверенностью, так как встретил его совсем недавно, – ответил Том. Он огляделся, посёлок был небольшой, хотя это трудно было сказать, так как не все фонари горели. Однако очертания небольшого завода по обработке дерева, всё же можно было увидеть. Значит скорее всего это и было то место, где жил Одэнни. В любом случае, другого выбора у них всё равно не было. – Ладно, понесли.

Девушка схватила у основания ног, а Том за плечи. Таким образом они понесли его к единственному дому, у которого горел свет. Дойдя до крыльца, они опустили его на пол, затем Том открыл дверь, но заходить не стал. Он попытался почувствовать чужое присутствие, но шестое чувство молчало. Однако всё же стоило оставаться настороже.

– Я проверю, есть ли кто внутри, – сказал Том девушке.

Та лишь кивнула в ответ.

Том сделал глубокий вдох и вошёл внутрь. Коридор был достаточно просторным, по бокам стояли небольшие шкафы, на которых весели плащи, дублёнки и шапки, а также связка из нескольких ключей. Чуть рядом стояла тумбочка вместе с маленькой рамкой для фотографии. На фото был изображён Одэнни вместе с какой-то улыбающейся старушкой, по всей видимости его пропавшей супругой. А также старый проводной телефон с крутящимся диском.

«Казалось, такие телефоны, я видел тысячу лет назад», – подумал Том.

Пройдя дальше, он оказался между лестницей, и тремя путями в разные стороны. Один вёл в просторную гостиную, где источником света был горящий камин. Второй вёл на кухню, где всё ещё пахло жаренной картошкой и луком. Тот, что вёл прямо, был в сторону туалета. Вроде бы дом был вполне себе живой. Но Том всё равно опасался, что сейчас он обернётся, и увидит истинный облик этого дома, – старый, разваленный и гниющий. Однако атмосфера этого дома говорила совсем о другом. Поднявшись наверх, он обнаружил спальню с не заправленной кроватью, рядом с ней лежали стопки различных книг в мягком перелёте. Другая комната оказалась нечто вроде кладовкой, поскольку всё было обставлено старыми коробками, да вещами покрытыми многолетней пылью.

Убедившись, что дом действительно безопасен, Том спустился вниз и передал незнакомке, что всё в порядке.

– Ну отлично! – воскликнула девушка. – Тогда тащим его в гостиную, а то он не особо-то и лёгонький.

Когда они наконец его уложили, Том вздохнул с облегчением. Незнакомка ещё раз схватила руку Одэнни и проверила пульс.

– Думаю, что скоро он придёт в себя.

– Теперь, наверное, можно уже спросить кто ты такая, да? – спросил Том, посмотрев на незнакомку.

– Меня зовут Хлоя, – представилась она.

– Том. И что же ты там делала?

– Спасла вам двоим жизнь, вот что, – улыбнувшись ответила Хлоя.

Том сделал озадаченное лицо, а затем его глаза округлились.

– Ты искрящая! – воскликнул он.

– Именно! – ответила Хлоя, и её глаза слегка засверкали, а по телу прошлось что-то похожее на едва заметные блики тока. – Я увидела и услышала, как старик вдалеке светит своим огнемётом, вот и подумала, что нужно как-то вам дать знать понять, куда бежать. И… ударила молнией.

– Вот это да! Ты можешь вызывать молний?!

– О да! Но это сильно выматывает и истощает меня. Поэтому в день я могу сделать так не больше двух-трёх раз.

– Всё равно, круто! Мне доводилось видеть искрящего, который владел огнём, так он мог создавать его по щелчку пальца. Это конечно что-то. И да, спасибо за то, что выручила нас.

– Ну не оставлять же было вас.

– Не многие смогли бы так поступить… – сказал Том, и голос уже был не такой весёлый, как раньше. – Обычно в таких ситуациях, ты стараешься не вмешиваться, поскольку боишься, что могут переключиться на тебя.

– Тебя бросали? – спросила Хлоя.

Том кивнул.

Какое-то время они ещё болтали, Том интересовался откуда пришла Хлоя, на что та ответила, что она просто путешествует и оказалась здесь совершенно случайно. Она рассказывала ему, что творилось в других колониях, в которых ей удалось побывать. Где-то распорядок дня был очень жесткий; где-то наоборот и люди вели себя, как душе угодно; а где-то её даже не впускали. Хлоя старалась не распространяться о том, кто она такая, поскольку искрящие чаще всего приносили больше проблем, нежели пользы. Многие использовали свою силу, чтобы грабить, убивать и брать власть в свои руки. Были даже группировки, где собирались только искрящие, но чаще всего, всё заканчивалось настоящей бойней. Никто не любит, когда тебе кто-то приказывает, а когда у тебя есть сила кого-то заткнуть, то почему бы ей не воспользоваться? Так думали все, кто искрил.

– И сейчас я просто держу путь на запад, – сказала Хлоя в конце своего рассказа.

– А что там? – спросил Том, жуя солёные крекеры, которые они нашли на кухне.

– Вообще без понятия, – пожала она плечами. – Я выбрала запад просто наобум. Если честно, я даже не представляю, зачем я вообще путешествую.

– А родные?

– Я сирота с рождения.

– Ой, я не хотел…

– Да брось, ты же не знал, – улыбнулась Хлоя, закидывая в рот крекер. – В любом случае, я думаю, что рано или поздно на что-нибудь наткнусь. Или быть может буду, как и другие искать записи.

– Ты про те, которые находят повсюду?

– Именно про них. Говорят, что если собрать их все, то можно наконец понять, что же всё-таки произошло с нашим миром и нами всеми.

– Ты правда в это веришь? В записи какого-то безумца?

– А почему нет? – удивилась Хлоя. – Каждый решает во что верить, а во что нет. Кто-то пытается восстановить мир, а кто-то ищет ответы. Пускай даже в записях какого-то полоумного. Ведь никто не может с точностью сказать, что в его словах нет смысла. Возможно, когда соберут их всех, нам откроется великая тайна мироздания.

– Ты так шутишь?

– Я говорю вполне себе серьёзно! – И закинула себе ещё один крекер в рот.

– А ты не думала покинуть Америку?

– Чтобы узнать, есть ли кто-то в других странах?

– Типа того.

– Были такие мысли, но… Это так муторно, что я решила на это забить. Во-первых, нужен транспорт, да желательно летающий. Я имею в виду самолёт или вертолёт. Поскольку все дороги забиты брошенными машинами. Да и если честно, ездить по земле, как-то небезопасно. Особенно ночью, сам понимаешь. Во-вторых, в записях говориться, что вокруг нашего города, стоит какой-то барьер, который тупо тебя не пропустит. Мне не доводилось этого лично видеть, но…

Она вдруг встала.

– Пойдём на крыльцо, я тебе кое-что покажу.

Том последовал за ней. Когда они вышли на улицу, было уже достаточно прохладно, даже пар изо рта был виден. Хлоя указала на тёмное небо.

– Никогда не замечал, почему луну так редко видно ночью? – спросила она.

– Из-за туч? – предположил Том.

– Но они практически каждый день. Не задумывался, почему они постоянно тут и так редко уходят?

Том покачал головой.

– Смотри внимательно.

Хлоя протянула руку к небу, она глубоко вздохнула, затем прикрыла глаза, а когда открыла их, они уже искрились голубым светом. Ладонь, что была протянута к небу, также заискрилась. А через мгновение в тёмном небе вспыхнула молния. Звук был настолько резкий и оглушающий, что стёкла дома затрещали, а в ушах Тома стоял громкий звон. И когда молния засияла, Том зажмурился, но Хлоя крикнула:

– Открой глаза!

Открыв их, он увидел, как яркая светлая пелена, всё ещё оставалась возле тёмных туч, однако, когда вспышка света стала угасать, он смог увидеть, как нечто похожее на трещину в небе, скрывается за вновь прибывшими облаками.

– Э-это что такое сейчас было?! – удивленно спросил Том. – Там что была трещина?!

Но Хлоя лишь пожала плечами.