На откуп тьме

Глава 1

ГЛАВА 1

Я всегда была странной. В детстве меня частенько называли «ведьмино отродье», в подростковые годы дразнили «готкой» и «вампиркой», а после школы ко мне прочно приклеилось «ведьма». И дело не в наследственности или серьезных экстрасенсорных способностях, а в цвете моих глаз и то, как они влияли на окружающих.

Первое мое яркое воспоминание, связанное с необычными способностями, происходит из раннего детства. Мне было года четыре, а может, чуть меньше. Я играла на детской площадке с такими же детьми, мама болтала с какой-то женщиной, сидя в стороне на лавочке. Откуда ни возьмись появился здоровенный пес, он не лаял, но целенаправленно бежал на нас, на детей, с оскаленной пастью. Мои друзья по песочнице закричали, заплакали, кто-то бросился к своим мамам или бабушкам, а меня сковал страх. Как сейчас помню этот ужас, который лишает голоса и возможности пошевелиться. Время будто замедлилось, а потом весь мой ужас выплеснулся на собаку, которая собиралась то ли укусить меня, то ли облизать. Пес дернулся как от настоящего удара, заскулил, отскочил от меня, упал на брюхо, поджал хвост и затрясся. Буквально через минуту подбежал хозяин собаки и моя мама. Они оба повели себя примерно одинаково, мама тормошила и обнимала меня, а молодой парень своего пса. А я все не отводила взгляда от своего лохматого обидчика, наверное, поэтому заметила капельку крови, вытекшую из его носа.

Потом были крики и вопли женщин, в основном ругали хозяина собаки, который отпустил бегать животное без намордника, но и на меня поглядывали с опаской. Хотя ребенком я была очень милым – пухленькой малышкой с белыми кудряшками и черными глазками. С годами волосы у меня немного потемнели, блондинкой я осталась, но перестала быть платиновой. Мама все ждала, когда у меня посветлеют глаза. В ее семье все рождались с черными, а к годам семи они становились либо карими, либо темно-зелеными. У меня глаза так и остались черными. Во дворе меня боялись все собаки, да и кошки не стремились к общению. А после того, как я стала невольной виновницей попадания главной сплетницы в больницу, то и ее кумушки стали от меня шарахаться. История обычная, мне было лет семь, меня уже выпускали на улицу одну. Несмотря на то, что особых друзей и подруг у меня не было, гулять я любила. В тот день ко мне пристал соседский мальчишка, внук той самой сплетницы. Он обзывался, толкал меня, когда я каталась с горки, а после и вовсе решил отобрать мою куклу. Его бабка все это время спокойно болтала со своими подружками и не обращала внимания на выходки своего избалованного внука. В конечном итоге мальчишка мне надоел, и я одарила его своим фирменным взглядом.

– Проваливай, – тихо произнесла я, глядя исподлобья. Тот закономерно испугался, зарыдал и напрудил в штаны.

Что тут началось! Бабка подскочила со скамейки, кинулась к своему внуку, начала его ощупывать, приговаривая: «Что случилось, мой сладкий? Кто тебя обидел? Это ведьмино отродье?» Я фыркнула и собралась уйти от сумасшедшей бабки подальше. Но тут она начала кричать на весь двор, что таких детей, как я, надо держать в спецпитомниках, что на месте моих родителей она давно вызвала бы батюшку, чтобы он изгнал из меня бесов. Несла еще какую-то гадость, а ее внучок выглядывал у нее из-за спины, кривлялся и показывал мне язык. Тогда я впервые разозлилась. Ярость всколыхнулась во мне такой же волной, как тогда страх, и выплеснулся на гадкую бабку. Она захлебнулась словами, схватилась за сердце и повалилась на землю.

Как я позже узнала, у нее случился инфаркт. Все соседские бабки винили меня, а я и моя мама считали это чушью. А папа поступил чисто по-мужски, пообещал сплетницам переломать ноги, если они и дальше будут доводить меня. Ему поверили сразу, мой отец мужчина крупный, о таких говорят – косая сажень в плечах. А еще он спокойный и немногословный, и характером я пошла в него. Поэтому косые взгляды соседей по дому мне совсем не мешали, хватало того, что наступила пора идти в школу.

Школьные годы оставили у меня двойственное впечатление: с одной стороны, училась я неплохо, с другой стороны, в классе я всегда была белой вороной. Нет, ботаничкой или забитой заучкой я не была. Одноклассники в основном меня побаивались и относились уважительно, я могла заставить замолчать даже самых злостных нарушителей порядка. Да что там, учителя никогда не повышали на меня голос, во-первых, потому что я вела себя на уроках хорошо, а во-вторых, они тоже терялись под моим взглядом. С годами я научилась не только видеть многое, что не дано обычным людям, но и скрывать это. В подростковые годы меня потянуло к оккультизму: книги, гадания, ритуалы, ночные бдения на кладбище и прочая фигня. Мама на мое увлечение черным цветом и культом смерти только вздыхала, а папа обещал выпороть, если я буду расстраивать мать. Хорошо еще лет в двенадцать у меня появился младший брат, и большая часть внимания родителей была направлена на него.

Среди сверстников я популярностью не пользовалась. Я росла достаточно болезненным ребенком. То ли из-за этого, то ли в силу какого-то наследственного фактора, но в физическом развитии я сильно отставала от своих одноклассниц. К пятнадцати годам каждая из них могла похвастаться женственной фигурой, а я оставалась все такой же костлявой и несуразной. Да что там, у меня и месячные пошли только в семнадцать. К выпускному я расцвела. Тому способствовали гормоны, наконец-то активизировавшиеся в моем организме, и занятия в спортзале, куда сердобольный отец подарил мне абонемент. Мне понравилось быть красивой. Было приятно ловить на себе восхищенные взгляды не только одноклассников, но и парней постарше. Я сменила стиль в одежде, отказалась от мрачных и бесформенных вещей, стала тренировать перед зеркалом улыбку и пользоваться косметикой.

На выпускном балу я была самой красивой, во всяком случае, казалась себе таковой. Лешка, моя тайная любовь, весь вечер вился вокруг меня, одаривая вниманием и комплиментами. А ночью он стал моим первым мужчиной. Я была разочарована. И в нем, и в сексе. Поэтому утром я постаралась забыть о своей ошибке и пообещала себе выбирать мужчин более обдуманно. Что удивительно, Лешке почему-то понравилось. Он несколько месяцев не давал мне прохода, подкарауливал у подъезда, звонил, приходил ко мне домой, плакался моим родителям и требовал, чтобы я вышла за него замуж, потому что околдовала, и он теперь жить без меня не может. В общем, нес всякую чушь. Потом я уехала учиться в другой город и забыла о нем.

В университете мне учиться понравилось. В том городе меня никто не знал, а значит, все зависело от меня. Так у меня появились друзья и подруги. И даже молодой человек. Тарас был симпатичным парнем, умным и веселым. Мы ходили в кино, гуляли, целовались и дело шло к тому, что наши отношения перейдут в стадию серьезных. Не сложилось. В моей жизни появился Вадим Викторович. Я была заочно знакома с отцом моей подруги Нины, но никогда с ним не общалась. Всего лишь несколько раз видела его и отмечала, что для сорокалетнего мужчины он хорошо выглядит. Нина говорила, что отец ее серьезный бизнесмен, вдовец. Девушка переживала, что его окрутит какая-нибудь жадная баба и женит на себе, и она, Нина, не будет отцу нужна. Я ее успокаивала, говорила, что ее отец тоже заслуживает счастья, а она, Нина, уже взрослая и скоро сама выйдет замуж, родит детей. Подвижки к этому были, ее жених был одобрен отцом и назначен день свадьбы. Вот на ней-то мы с Вадимом и познакомились. Я училась на третьем курсе, как и Нина.

На свадьбе подруги я позволила себе выпить лишнего и лихо отплясывала. Нет, под стол я не падала, на шею никому не вешалась, просто расслабилась и перестала себя сдерживать. В один из танцев моим партнером оказался Вадим. Он вел уверенно, держал крепко, его глаза горели желанием. Будь я трезвой, попыталась бы «остудить» кавалера своим фирменным взглядом. Но у меня было отличное настроение и я, наоборот, поощрительно улыбалась Вадиму. Зря, как оказалось впоследствии.

Отец Нины серьезно мной увлекся и уже на следующий день начал мое завоевание. Я сначала была против. Но Вадим умел быть настойчивым, он красиво ухаживал, с ним было интересно и спокойно. Так что через каких-то три месяца мы стали любовниками. И я об этом до сих пор не жалею. Вадим подарил мне море чувственного наслаждения. Он хотел, чтобы я переехала к нему, но я отказалась. Тогда он снял для меня квартиру, устроил в свою фирму на очень хорошую должность. И все потому, что я не захотела брать у него деньги. На работе на меня опять смотрели косо, все если не знали, то подозревали, что я любовница их начальника. Мне было плевать. С Вадимом я спала не из-за денег или его связей, мне искренне нравился этот мужчина.

Наши отношения продолжались около года. А в один из летних дней Вадим сделал мне предложение. Наверное, любая девушка мечтает выйти замуж. Вот только не от каждого мужчины мы, женщины, хотим услышать вопрос: «Ты выйдешь за меня?» Как бы мне не было хорошо с Вадимом, замуж за него я не хотела. Почему? Потому что жениться надо по любви, как мои родители. Да и разница в возрасте у нас с Вадимом была больше двадцати лет. А я когда-нибудь планировала родить ребенка и растить его вместе с любимым мужем, и состариться тоже вместе с ним. Мой отказ очень задел мужчину, он впервые сорвался и наговорил мне грубостей. Но на следующий день пришел с извинениями, цветами и подарками. Обещал подождать, говорил, что любит и не мыслит жизни без меня. А я? А во мне эти признания вызвали только раздражение, ведь ответить я на чувства Вадима не могла.

Так мы прожили вместе еще два года. После того, как получила диплом, я уволилась из компании Вадима и нашла себе более перспективную работу. С моей внешностью, способностями и опытом это было сделать не сложно. Вадим обижался, злился, следил за мной, устраивал сцены ревности и такие же эмоциональные примирения. Я уже подумывала о том, чтобы нам совсем расстаться, как меня вызвонила Нина и предложила встретиться.

– Галь, что за фигня?! Почему я о вашей свадьбе узнаю последней?! – накинулась на меня подруга.

– Нин, какая свадьба? – спросила я. Мы с ней никогда не говорили о моих отношениях с ее отцом. Я делала вид, что мы с ним не встречаемся, а она делала вид, что верит мне.

– Не ври мне! Отец затеял ремонт в доме, перепланировку и все такое. Купил путевку на двоих, – сдала Вадима его дочь. – Галь, ты не думай, я рада, что отец женится на тебе, а не на какой-нибудь охотнице за деньгами. Но почему вы ничего не сказали мне?! Я что, злобная стерва или дура малолетняя?! Неужели я не порадовалась бы за вас двоих?

– Нин, успокойся. Я не выхожу замуж за твоего отца. Мы с ним пару недель назад поругались. Так что и ремонт он делает не для меня, и путевку купил для другой женщины, – грустно улыбнулась я. Что говорить, пусть Вадима я не любила, но мы прожили вместе больше трех лет, а это что-то да значит.

– Как не выходишь?! Он что за столько лет так и не догадался сделать тебе предложение?! – воскликнула Нина. – Так поехали к нему, я все выскажу этому черствому чурбану.

– Нин, он не виноват, это я ему отказала, – мне не хотелось, чтобы подруга ссорилась с отцом из-за меня.

– Но почему?! – удивилась Нина. – Нет, я понимаю, отец уже в годах, а ты молодая и красивая, но я думала ты его любишь…

– Все так, но у меня была серьезная причина. Понимаешь, Вадиму тяжело будет терять жену второй раз, – ляпнула я, вспоминая недавний сон. В нем я смотрела на свое мертвое тело, оно лежало на полу моей гостиной. Сон был очень реальным. Я еще отметила, что у меня нет такого платья, какое было на моем мертвом теле. Последние годы я так старательно пыталась стать нормальной: не обращать внимания на свечение вокруг людей, не вздрагивать, встречая безнадежно больных, не прислушиваться к потусторонним звукам, что почти поверила в свою обыкновенность. Почти. Потому что этот сон сдернул с меня пелену обыденности, и я с какой-то обреченностью поняла, что скоро моя жизнь кардинально изменится. Об этом говорили и руны, и карты.

– Ты больна?! – ахнула подруга.

– Не переживай, ничем заразным я не болею, – попыталась пошутить я, но добилась обратного эффекта. Она порывалась ехать в больницу, пыталась выпытать у меня точный диагноз, требовала все рассказать Вадиму, обещала, что он обязательно найдет способ меня вылечить…

Я с большим трудом сбежала от подруги, а спустя несколько минут мне звонил Вадим. Он был не настолько доверчив, как его дочь, помимо обвинений в том, что я ему ничего не сказала о болезни, он настаивал на встрече и предлагал сразу же поехать в какой-то крутой медицинский центр. Я сбросила звонок и поспешила домой, собираясь взять кое-какие вещи и переночевать в гостинице. Я слишком хорошо знала Вадима, он обязательно приедет и вынудит съездить на обследование. А там окажется, что я здорова.

У подъезда меня поджидал экстравагантный старикан в сопровождении молодой и привлекательной блондинки.

– Ну здравствуй, внучка, – скривился старец, глянув на меня из-под седых бровей угольно-черными глазами.

– Вы обознались, – ответила я, собираясь обойти препятствие в виде своего родственника. То, что дед был именно им я даже не сомневалась. И дело даже не в глазах, которые были так похожи на мои, а в сгустках темной субстанции, окружающей старика. Когда я смотрела на себя в зеркало, то часто замечала подобный флер за собой.

– Жаль, но нет. Я и сам хотел бы, чтобы моим наследником стал твой брат, но он такая же пустышка, как и ваша мать, – еще больше перекосило лицо старика. – Пошли, не дело разговаривать о серьезных вещах на улице.

Я хотела возмутиться и сразу послать незнакомого родственника подальше, но почему-то молча повела его со спутницей в свое жилище. Хотя какое оно мое, квартиру купил Вадим, долгое время говоря, что он ее просто снимает. А две недели назад ему захотелось подарить мне эту жилплощадь. Я, конечно же, отказалась и это стало причиной очередной нашей ссоры.

– Чай, кофе? – спросила я, проведя незваных гостей в зал. Старик вызывал во мне опасение и неприятие, а девушка кого-то смутно напоминала.

– Нет. Сядь и смотри, – распорядился родственник.

– Может, вы сначала представитесь? – примостилась я на диван, потому что кресло занял дед.

– Успеется, – хмыкнул неприятный родственник и направил руку на свою спутницу. Она как стояла посередине комнаты, так и упала. Я хотела бросится к ней на помощь, но не смогла сдвинуться с места.

А дальше на моих глазах начало происходить нечто необычное и пугающее. Лицо девушки зашевелилось, будто у нее под кожей ползали огромные жуки, и через несколько минут на полу лежала моя копия. Господи! Как я сразу не поняла, что девушка на меня похожа?! Да, на лицо мы с ней были разные, но рост, телосложение, длина и цвет волос совпадали. Поставь нас с ней рядом и многие посчитали бы нас сестрами.

– Что это? – хрипло проговорила я с ужасом смотря на свою мертвую копию. А что девушка была мертва я уже не сомневалась.

– Эта? Забудь, она всего лишь расходный материал. Нужна для того, чтобы твои знакомые и родственники тебя не искали, а ты не рвалась к своей никчемной жизни. Скоро приедет твой любовник и обнаружит труп, вскрытие покажет неизлечимый порок сердца. Он запоздало узнает, что тебе нельзя было волноваться, поплачет и забудет. Родители расстроятся больше, но у них останется твой никчемный брат. Ну хватит лирики, вставай, нам пора.

– Куда? – все происходящее напоминало кошмар, но проснуться не удавалось. Дед не ответил и кряхтя поднялся, а мое тело последовало за ним.

В дверь позвонили, а потом раздался грохот и крики – это Вадим стучал и требовал открыть, умолял, просил, угрожал вызвать спасателей. Старик скривился, как от головной боли, поднял руку со скрюченными артритом пальцами, унизанными перстнями, и сделал какой-то жест. Пространство перед ним засветилось, подернулось рябью и уплотнилось. Мое тело прошло мимо мертвой девушки и мозг запоздало отметил тот факт, что именно ее я видела в своем сне. Хотелось кричать, а страх и ярость во мне взметнулись знакомой волной, правда, старику они совершенно не повредили. Он только приподнял кустистую бровь и произнес:

– Хм, да ты небезнадежна, пробудить дар в пустом мире не каждый сможет.

Замок прадеда мне совсем не понравился: большой, мрачный, темный, запущенный, холодный. Слуг в замке было немного и все они дико боялись своего хозяина. Едва мы перенеслись, старик собрал всех слуг в главной зале и представил меня в качестве своей внучки и наследницы. Я сразу обратила внимание на одежду прислуги: глухие серые платья длиною в пол у женщин и такого же цвета свободные штаны с рубахами у мужчин. Мои голубые в обтяжку джинсы и полупрозрачная блузка с короткими рукавами смотрелись верхом вульгарности. Но деду было плевать, он сделал новый портал и мы вышли во дворе, чтобы меня смогли лицезреть и защитники замка. Их было несколько больше, чем слуг, да и впечатление они производили куда лучшее, чем серые запуганные и забитые тени. В лица стражей я не вглядывалась, да и сложно это было сделать из-за их густой растительности. В этом мире мужчины не брились, во всяком случае, воины точно. Но даже эти огромные мужики в доспехах, увешанные холодным оружием, боялись моего прадеда. Или прапрадеда? Неважно, свое имя он мне так и не удосужился назвать.

Следующей остановкой была башня, точнее, очередное запущенное помещение, бывшее когда-то чьей-то спальней.

– Поищи в сундуках какое-нибудь платье поприличнее, вечером у нас аудиенция у императора. Надо будет тебя и ему представить в качестве моей наследницы, идиотский пережиток прошлого. Но законность должна быть соблюдена, а то после моей смерти найдется много желающих завладеть твоим наследством. Я пришлю служанку, – проскрежетал старик и собрался уходить, опять порталом.

– Постойте! Вы так и не назвались! – воскликнула я, перебарывая давящую волю старика. – Что вам от меня надо?

– Я Галай ИлазарТибереан Оронский, повелитель смерти и наместник уделов Тибера и Орона в империи Тхаран. Ну что? Многое тебе сказало мое имя? – язвительно произнес старик. – А ты моя прямая наследница, правнучка или праправнучка, неважно. В тебе проснулась моя кровь, мой дар, а значит, я смогу передать тебе и свои знания. Отныне и до самой твоей смерти, которая, поверь мне, наступит очень нескоро, тебя будут звать – Галина Игора Тибереан Оронская. Заметь, твое имя практически осталось неизменным. Раньше ты была Галина Игоревна Оронская-Вавилова. Никогда не думала, почему предки твоей матери настаивали, чтобы фамилия «Оронский» сохранялась в каждом поколении? Всего лишь небольшое проклятие, заставляющее всех наследников настаивать на сохранении фамилии. А теперь займись делом. Мне плевать в чем ты ходишь, а вот на поклон к императору женщинам принято надевать платья и драгоценности. Так что выбирай тряпку, служанка приведет ее в порядок, а драгоценности я тебе дам перед выходом.

Вывалив на меня эту информацию, дед ушел порталом. Минут через пятнадцать пришла серая служанка, она дергалась и вздрагивала от моего голоса, что-то шептала на незнакомом языке, бледнела и тряслась от страха. В конечном итоге я поняла, что от нее ничего не добьюсь, да и ни от кого в этом замке, потому что разговаривали в этом мире на совершенно другом языке. Возникал вопрос, как же я понимала прадеда? Но меня это намного меньше интересовало, чем мое ближайшее будущее. Старику я не верила. Совершенно! Он с такой легкостью убил невинную девушку, что и от меня избавится, не моргнув глазом. Я села на пыльную кровать, запустила ладони в волосы и предалась тоскливым мыслям. В голове все никак не укладывалось произошедшее. Думать о том, что где-то там Вадим плачет над моим телом, коря себя за несдержанность и невнимательность, не хотелось. А родители и брат?

Слез не было, только желание поквитаться с родственником, который заигрался в бога. Служанка где-то накопала старых и пыльных платьев из тяжелой темной ткани. Не знаю, как такое можно носить, такой тканью только мебель обивать, да портьеры шить. Но других вещей не было и я выбрала черное платье. Не из вредности, а потому что оно было самым простым, без нашитых кусков облезлого меха и странных декоративных деталей. Служанка поклонилась, подхватила все относительно целые платья и ушла. Думаю, она решила привести всю одежду в приличный вид, подозревая, что я могу и передумать.

Я сидела, а время медленно тянулось. Несмотря на то, что на улице было тепло, в башне уже через четверть часа я стала замерзать. Ко мне в комнату никто не торопился прийти с обедом или просто чтобы навести порядок. Я собралась пойти на разведку самостоятельно, но дальше двери не ушла. Меня банально заперли. И даже возможности посмотреть на улицу у меня не было, потому что окна в моей комнате больше походили на бойницы. Скинув с кровати на пол пыльное покрывало и отправив туда же затхлые подушки, я залезла под одеяло, пахшее влажной шерстью, и скрутилась клубочком. Я старалась не думать, что в перине могут жить какие-нибудь насекомые. Смысл переживать о таких мелочах, если предчувствие подсказывало мне, что следующего утра я не увижу.

Уснуть у меня не получилось, стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором вставала мертвая девушка. Подумав немного и пообщавшись с прадедом, я поняла – жертва изначально была под принуждением, отсюда и механические движения, и отсутствовавший взгляд. Это мне старик сковал только тело, а разум не тронул, та же неизвестная девушка, которой была предназначена роль посмертно, уже при жизни напоминала куклу. Мне ее было искренне жаль, ведь она пострадала только из-за того, что имела сходство со мной.

И все же мне не давала покоя только одна мысль, точнее, вопрос: «Что задумал старик?!» Я не верила, что он хочет сделать меня своей наследницей. Для этого ему не нужно было бы разыгрывать мою смерть. Куда проще было бы придумать заграничного дядюшку. А судя по тому, что он уверенно чувствовал себя в моем мире, то он там частенько бывал. Спрашивается зачем? Для чего ему нужен именно родственник с даром? Мне на ум приходил один-единственные вариант, немного фантастический, но с учетом существования магии и другого мира, вполне возможный. Я была уверена, что старик решил каким-то образом вернуть себе молодость, забрав мою жизнь. А его слова о моей долгой жизни и наследовании – ложь. Я же не знаю, как проходит подобный ритуал, вдруг в нем необходимо добровольное согласие жертвы?

Глава 2

Служанка пришла ближе к вечеру, когда солнце склонилось к закату. По моим внутренним часам прошло часа четыре, а может, и больше. К тому времени я уже вся извелась, а еще меня мучили голод и жажда. Но если с едой я могла еще потерпеть, то пить хотелось очень. Хорошо еще я нашла допотопный санузел, напоминающий дворовый туалет, с той лишь разницей, что стульчак у него был обит вытертым от старости бархатом. От мысли, что на эту конструкцию садилось неизвестное количество народу и на нем собрались все возможные микробы, меня затошнило. Так что пользовалась я санузлом осторожно, стараясь ни к чему не прикасаться.

Вслед за моей служанкой вошел невзрачного вида паренек и втащил жаровню со щипцами. Первой моей мыслью было, что вот и пришел мой конец – сейчас меня начнут пытать! Но нет, оказалось, это жуткое орудие предназначалось для завивки локонов. Я наотрез отказалась приобщаться к местной красоте. Неважно, выживу я или нет, но уродовать себя точно не позволю.

К моменту нашей ссоры с прислугой, женщина пыталась настоять на том, чтобы сделать мне прическу, а я не соглашалась, явился мой прадед. В руках он держал затертую шкатулку.

– Ты еще не готова? – скривился он.

– Напротив, я готова, – заявила, откидывая за спину свои длинные волосы. Как и любая девушка, тем более натуральная блондинка, я привыкла ходить с распущенными волосами, считая их своей гордостью. – Только зайдем на кухню или еще куда-нибудь, где подают еду, я голодная.

– Перед ритуалом есть нельзя, – сказал, как отрезал прадед. Чем еще больше убедил в мысли, что он хочет принести меня в жертву. А зачем тратиться на будущий труп?

– И пить? – с насмешкой спросила я. В душе поднималась знакомое раздражение, грозящее вырваться вспышкой дара. Служанка от нас с прадедом шарахнулась, в ее глазах застыл ужас. В свой первый приход она боялась только хозяина, а сейчас и меня.

– Во дворце попьешь, мы и так опаздываем. Так что быстро скрути волосы, женщине неприлично ходить простоволосой, и надень вот это, – прадед открыл шкатулку, демонстрируя мне драгоценности. Определить сходу, что именно за изделия были в шкатулке, у меня не получилось, лежали они там все кучей, но камни на белом металле смотрелись очень дорого. Белое золото или платина?

– Все надеть? – скептически глянула я на полную шкатулку добра.

– Что еще нужно? Вам, бабам, сколько не дай, все мало, – скривился прадед и поставил шкатулку на столик у кровати. – Надевай что есть и быстрее. И не думай прикарманить себе какую-нибудь вещицу, они все зачарованы – у вора сразу руки отсохнут, если он на них покусится.

– Вот еще, не нужно мне ваше старье, – фыркнула я, специально выводя старика из себя. – Никогда не любила серебро.

– Да чтоб ты понимала, девчонка! Это фамильное достояние – бриллиантовый гарнитур самой Алианы Недин Оронской, первой наместницы и носительницы дара смерти. Вот она нынешняя молодежь, не помнящая своих корней, не ценящая великих деяний предков…

– И это мне говорит человек, который выкинул своих потомков в другой мир? Наложил на них проклятие, чтобы удобнее было отыскать среди миллионов? Дайте догадаюсь, вы это сделали для того, чтобы наследнички не зарились на достояние предков? – копившиеся несколько часов злость и страх вылились на виновника всех моих бед.

– Хватит! – голос прадеда был тих и холоден, но от него по коже побежали мурашки, а сердце пронзило острой болью. – Я вернусь через четверть часа. И лучше тебе меня не злить, в моей власти выставить тебя перед императором и его свитой голой!

Маг ушел порталом, а я сцепила дрожащие пальцы, переводя дыхание и стараясь позорно не расплакаться от страха. Нет, если мне суждено умереть, то это надо сделать с достоинством. А может, попросить у кого-нибудь помощи? Мы же будем во дворце, а в таких местах всегда много людей. Вот только как это сделать, если я не говорю на местном языке?

С драгоценностями я разобралась быстро: колье, два браслета, серьги, восемь колец, небольшая диадема и две «спицы», не знаю, как их использовала моя прародительница, а я заколола ими волосы. Служанка сбежала сразу после прадеда, поэтому мне пришлось помучиться с волосами самой. Благо каждая девушка умеет делать простые прически в короткие сроки. Я подняла волосы наверх, скрутила гульку и проткнула ее «спицами», водрузила на голову диадему, посчитав задание прадеда выполненным.

Зеркало отражало мрачную, бледную, но привлекательную девушку в черном платье. Бриллианты на мне сверкали и отвлекали внимание от старой и не по размеру одежды. Почему-то украшения не выглядели вульгарно, хотя восемь колец это явный перебор. Но раз родственник сказал надеть все, то я не стала спорить. Мысль о помощи прочно засела в моей голове, но для этого нужно было знание языка. Наверняка для этого есть какие-нибудь амулеты или заклинание, прадеда я же хорошо понимала, даже когда он обращался к своим слугам. Но об этом мне пока мог рассказать только мой похититель, а значит, нужно было отвлечь его своим хорошим поведением. Некоторые кольца были мне великоваты, а еще они были парными. Поэтому я надела те, что покрупнее – массивные перстни, скорее мужские, чем женские – на средние пальцы, прижала их изящными колечками с похожими рисунками, а оставшиеся кольца распределила по большим и безымянным пальчикам. Когда я надела последнее кольцо, которое в ходе примерок и рассматривания ничем не отличалось от своих товарок, пальцы охватил холод, переросший в жар, откликнувшийся во мне чувством узнавания. Почему-то на душе стало спокойнее, а плечи расправились, являя зеркалу поистине королевскую осанку.

Насладиться новым обликом мне не дали, как и разобраться в себе, что же такое только что произошло и чем оно мне может грозить. Явился прадед, окинул меня равнодушным взором, кивнул своим мыслям и создал портал. Вышли мы в каком-то широком и плохо освещенном коридоре, редкие факелы давали мало света.

– Слушай внимательно: по сторонам не глазеть, ничего не хватать, ни с кем не разговаривать, лучше вообще не раскрывай рот, – начал вводить меня в курс местного «этикета» прадед.

– Кстати, я не понимаю ваш язык, это можно как-то исправить быстро или придется долго его учить? – задала я вопрос, пытаясь чтобы он звучал нейтрально.

– Сегодня на ритуале я передам тебе все мои знания, – ответил старик. – Поэтому чтобы я больше никаких вопросов от тебя не слышал до завтрашнего утра. Это понятно? Хорошо. Теперь слушай дальше: за пять шагов до трона ты должна сделать реверанс. Неглубокий. Нечего баловать этого прощелыгу. Еще ты обязана идти на полшага позади меня, не прямо за спиной, а чуть левее. С тобой будут здороваться, от тебя достаточно легкого кивка, наш род намного древнее и знатнее всех тех ублюдков, что крутятся при императоре. Так что, если ты окинешь кого-нибудь пренебрежительным взглядом, это остудит самых ярых наглецов.

Шли мы достаточно долго – перед глазами проплывали бесконечные коридоры, переходы, лестницы. Я давно уже перестала считать повороты, понимая, что обратный путь мне не найти. Да и нужно ли?

– Император труслив, – бурчал прадед, в пику своим словам о молчании. – Где это видано, заставлять старого человека блуждать по всем этим коридорам?! Раньше я мог создать портал прямо в тронный зал, а сейчас весь дворец опутан защитными чарами. То ли дело его дед был. Настоящий мужик! Всех в кулаке держал, и простой люд, и знать, и магов. Потому что дар у него был великий, сама Алиана Недин Оронская приходилась ему родной прапрабабкой. Да-да, мы, девонька, одной крови с императорами. Алиану выдали замуж рано, она родила императору двух сыновей и дочь. Императрица была красивой и мудрой женщиной, супруг любил ее, а подданные и вовсе не чаяли души. А еще у нее было много поклонников, которых не страшила даже немилость императора. Один из таких затеял переворот, в ходе которого убил ее супруга и первенца. Горе подкосило Алиану, она провела запрещенный ритуал и стала повелительницей смерти. Зачинщиков переворота жестоко казнили, в империи были введены дополнительные законы и запреты. Алиана правила двадцать лет, пока ее младший сын не возложил на свое чело бремя власти. Наша же прародительница стала наместницей Орона. Ее дочь вышла замуж за наследника Тибера, впоследствии их единственный сын стал наместником обоих уделов. Я не закидывал своих потомков в твой мир, у меня вообще нет и не было детей. Это сделал мой отец. Он всегда любил моего младшего брата, надеялся его сделать наследником. Вот только дар проснулся у меня, а не у него. Отец побоялся, что я избавлюсь от брата и его семьи, когда обрету власть, и отправил его в ваш мир. Глупец, худшего наказания даже я не мог бы придумать – жить в мертвом мире, имея в крови дар повелителей. Зато он оказался на редкость плодовитым, в отличие от меня. Есть в нашем даре один существенный недостаток, он поддерживает жизнь даже в дряхлом теле до тех пор, пока не найдется преемник. Знаешь, сколько мне лет? Больше трехсот. Хотя в нашем мире люди живут ненамного дольше, чем в вашем. Маги доживают до ста пятидесяти, а простой люд мог бы дотянуть и до сотни, если у него были бы условия. Но кто же даст быдлу хорошо жить? Вот и мрут они как мухи, редко переваливая порог пятидесятилетия…

Все когда-нибудь заканчивается, так и монолог прадеда затих, едва мы выбрались в жилую часть дворца. Здесь было чище, светлее, роскошнее, да и люди попадались не в пример чаще. А вот реакция у них на моего родственника была одинаковая – сначала недоумение, а потом страх. Все они глубоко кланялись старику, а тот их будто не видел, чем несказанно радовал этих случайных встречных.

Мода среди придворных в корне отличалось от того, что было на нас с прадедом. Ну с ним все понятно, он человек старый и ему простительно, а вот я была черной вороной среди разноцветных канареек. Не знаю, то ли мы попали на какой-то праздник, то ли во дворце всегда так многолюдно и ярко, но все женщины были одеты весьма вычурно. А на некоторых драгоценностей было больше, чем на мне. Кстати, о них, мои бриллианты все провожали завистливым взором, и мужчины, и женщины.

И все же блондинов и блондинок во всем этом людском многообразии не наблюдалось. Да и вообще, женщины явно злоупотребляли косметикой, отчего их кожа выглядела нездоровой, а мужчины «благоухали» парфюмом и носили ботинки на каблуках. Зато они хотя бы брились, не то что защитники в замке прадеда. На меня поглядывали с интересом и любопытством, но никто не изъявил желание познакомиться, опасаясь лорда Галая.

Император меня разочаровал, со слов своего родственника я думала, что он молодой, а оказалось, что он такой же старикан, как и прадед. Выглядел император лет на семьдесят, а сколько ему было на самом деле я не знала. О реверансе я забыла, но надеюсь, из-за спины прадеда этого император не увидел. Он все внимание сосредоточил на Галае, смотрел на него с таким раздражением и ненавистью, что умей я говорить на их языке, к нему никогда не обратилась бы за помощью. Потом последовал обмен приветствиями, а я молча разглядывала своих очень дальних родственников. Если на троне восседал сам император, то вокруг него сгрудились доверенные лица, очень похожие друг на друга. Взять вон того дядьку, выглядит лет на пятьдесят-шестьдесят, взгляд усталый и недовольный жизнью, он точно сын императора или его младший брат. А вот мужчины и помоложе, но и в них прослеживается фамильное сходство – средний рост, темно-русые волосы, карие глаза и упрямо поджатые губы.

– Мой император, позволь представить тебе мою наследницу – Галина Игора Тибереан Оронская, – прадед нагло обращался к своему сюзерену на «ты» и тому это не нравилось. Пришлось мне вспомнить о хороших манерах и изобразить подобие реверанса.

– Где ты прятал такую красавицу, Галай? Хороша! Копия Алианы. Замужем? Или уж просватана? Ты кстати, когда помирать собрался? А то все обещаешь, да обещаешь, – о чем спрашивал император, я не поняла, хотя догадывалась, что речь шла обо мне.

– Там, где прятал, уже нет, – скривился прадед. – А замуж ей рано, молодая еще, да глупая.

О как! Неужели император уже виды на меня имеет? Ясно, что не для себя старается, а кого-нибудь хочет пристроить к лакомому куску в виде двух уделов. И что-то мне подсказывает, земли у прадеда больше, чем у других аристократов.

– Молодость проходит быстро, тебе ли не знать. А женская глупость вообще неискоренима. А насчет жениха ты все же подумай, сейчас твои земли защищает твое имя и моя протекция, но после твоей кончины старые договоренности рухнут. Самое время заключать новые союзы, – вид у императора был такой многозначительный, что мне очень хотелось узнать, о чем он говорит с моим прадедом.

– Союзы? С кем? Уж не с одним ли из твоих мальчишек? – с ехидством спросил прадед, оглядывая мужчин рядом с императором. Те подобрались и с большим интересом уставились на меня. Неужели все не женаты? Чем дальше, тем страннее…

– А почему бы и нет? У меня вот меньшой внук не пристроен, всем парень удался: красив, знатен, умен, чем не жених для твоей наследницы? – взгляд монарха приобрел цепкость и алчность.

– Только за душой у него ни гроша, да жизнь он ведет беспутную, – пробурчал прадед так, чтобы слышала только я. – Но мысль этот прощелыга подкинул дельную… Мой император, я последние годы живу вдали от светской жизни, но и до меня доходили кое-какие слухи о твоем младшем внуке…

– Все это ложь и происки завистников! Али сомневаешься ты в слове императорском?! – взревел старик на троне.

– И в мыслях не было, поэтому свое согласие на помолвку моей внучки и твоего внука я даю. Такой красавице не лишней будет помощь и защита… после моей смерти, – не успел мой дряхлый родич-интриган договорить, как от свиты отделился один мужчина. Я уже было порадовалась, что мой жених весьма представителен и харизматичен, как он быстро ушел в зал. Сбежал, что ли? – Но что стоят слова в наши дни? Поэтому я хочу, чтобы мы сегодня же заключили брачный договор и все в нем прописали.

– Вот даже как? С чего такая спешка? Кстати, на какой день ты назначил ритуал? – сощурив глаза, что-то спросил император.

– На сегодня, – насмешливо ответил прадед.

– Вот оно как. Вернона возьмешь с собой, негоже невесту оставлять одну с таким горем.

– Взять не смогу, силы уже не те. Пусть завтра с утра приходит, доступ я ему открою, – нагло лгал прадед, странно, что этого никто не замечал. – Где он, кстати, мне слепок его ауры нужен.

Мой жених появился неожиданно, вывернул откуда-то сбоку в компании того мужчины, которого я заочно посчитала своим. Молодой человек подобострастно склонился перед прадедом, заискивающе улыбаясь ему и косясь на меня. Его речь струилась, как полноводная река, уверена, он успел наговорить комплименты всем, вон даже Галай одарил его доброжелательным взглядом. А я ничего из его слов не понимала, поэтому слушала равнодушно, но ручку поцеловать позволила.

Что я могу сказать, мой жених имел ряд плюсов и минусов. Из положительных качеств я смогла выделить: молодость – ему не было и тридцати лет; обаяние – голос у принца был приятный, а улыбка заразительная. Из отрицательных только один – полное отсутствие разборчивости в связях. Пока мы шли вслед за императором и моим прадедом в кабинет, молодой мужчина успевал что-то говорить мне, подмигивать проходящим мимо дамам и весьма странно улыбаться их кавалерам. Кстати, пока мы шли я успела подманить жестом официанта и завладеть бокалом с напитком. Им оказалось игристое легкое вино, но я и ему была рада. Видимо, в моих глазах что-то отразилось, жених отдал распоряжение слуге и он ушел, забрав мой пустой бокал.

– Вернон, не стоит докучать моей внучке с вопросами, – обернулся прадед. – Я запретил ей разговаривать этим вечером.

Жених глянул на меня, а я выразительно закатила глаза, как бы говоря, что мне самой это не нравится. Принц лукаво улыбнулся и подмигнул мне. Симпатии к нему у меня особо не прибавилось, но я улыбнулась ему. Тем более я была уверена, что вся эта помолвка фикция. И дед на нее согласился из каких-то своих соображений.

В кабинете император и прадед уселись в кресла, а Вернон утянул меня на софу, чтобы сесть рядышком и держать мою руку в своих ладонях. Похоже, мои драгоценности ему очень приглянулись. Иначе с чего бы ему так часто прикладываться к моим пальчикам с поцелуями. С нами в кабинет еще вошли несколько человек: парочка телохранителей и родственников императора. Спустя несколько минут, когда все уселись в кабинет «просочились» лакеи с подносами.

– Ничего хмельного! – рявкнул мой прадед, когда видел бутылку вина в руках моего жениха. Принц решил сам обслужить свою даму, то есть меня. – Галине сегодня нужен будет трезвый разум.

Я сделала невозмутимый вид, в душе радуясь, что прадед не видел меня с бокалом. Вернон заверил моего родственника, что у него и в мыслях не было предлагать мне вина, что для такой красивой девушки он заказал нектар из лепестков роз. В общем, он нес какую-то чушь, я не понимала ни слова, но по интонациям и жестам пыталась придумать его ответы. Мне даже стало немного весело. Возможно, от игристого вина, а не хитрого взгляда жениха.

Кстати, он дождался, когда мой прадед перестанет коситься в нашу сторону, и незаметно что-то сыпанул в мою чашку с чаем из лепестков роз. Так как он того же добавил в свое вино, я решила не переживать и спокойно допила чай. Сначала я ничего не ощутила, да и жених вел себя прилично, ухаживая за мной. Пока прадед не смотрел, я съела какое-то воздушное пирожное и закусила парочкой канапе. Плевать, что перед ритуалом нельзя есть, я совсем не рвусь на него. Минут через пять мне стало жарко, а сердце забилось быстрее. Вернон что-то нашептывал мне на ухо томным и сексуальным голосом, от которого у меня по телу разбегались мурашки. Да что там, его поцелуи уже не раздражали меня, а вызывали желание затащить женишка в уединенное место и проверить, так ли хороши его губы, как мне кажется.

«Вот дерьмо! Он же мне какой-то афродизиак подсунул!» – проклюнулась разумная мысль через пелену возбуждения. Но обиднее было другое, себе он тоже сыпанул это чудо-средство. Получается, я для него непривлекательная? Или он попросту уже не может обходиться без стимуляторов? Обе вероятности мне не нравились, не успокаивала даже мысль, что Вернон ненастоящий мой жених.

Наконец-то император и прадед обговорили все условия, какие именно я не слышала, то ли говорили тихо, то ли очередное проявление магии.

– Нам пора, – поднялся прадед.

– Прощай, Галай. Друзьями мы с тобой не были, но мне будет тебя не хватать. Молодое поколение совсем не то, что раньше – лживое, поверхностное, испорченное. Ты никогда не называл дату моей смерти, я и сейчас не буду тебя об этом просить. Просто скажи, больше десяти лет или меньше?

– Не хорони себя раньше времени, твой час еще не скоро наступит, – ушел от прямого ответа Галай, но кажется, именно это успокоило императора.

Я не стала ждать, когда прадед позовет и тоже поднялась, а за мной следом Вернон. Он все так же держал мою ладошку в своих руках, иногда прикладываясь к ней с поцелуями. Судя по интонации, он со мной прощался, но обещал скорую встречу. Во всяком случае, об этом говорил его жаркий взгляд и несколько интимный поцелуй моего запястья. Я подарила жениху благосклонную улыбку и прощальный поцелуй в щеку. Пусть Вернон меня совсем не привлекал, но почему бы не позлить прадеда напоследок? К тому же, вряд ли я переживу эту ночь, так не все ли равно, что обо мне подумают эти чужие люди?

В портал я входила с самодовольной улыбкой на губах и гордо расправленными плечами. Ненадолго хватило моего боевого настроя, ровно до того момента, как по мановению руки прадеда в темноте зажглись несколько десятков свечей. Черных. Портал Галая привел нас в какое-то подземелье. Все стены и потолок были «украшены» очень реалистичными картинами, изображающими смерть во всех ее проявлениях. Настоящее пособие для начинающего патологоанатома. Я никогда не была сильно впечатлительной, но даже меня от увиденного затошнило. Стало понятно, почему прадед настаивал на отказе от еды до ритуала, видимо, не хотел, чтобы мои рвотные массы запятнали его святилище. Чтобы удержать в желудке то немногое, что я успела съесть во дворце, я уставилась в пол. Но и там моему взгляду отдохнуть не получилось. Потому что весь пол был испещрен письменами и больше походил на жертвенный алтарь.

– Раздевайся и ложись в центр, – скомандовал прадед, отходя к незамеченному мною столику у стены. – Мы потеряли во дворце много времени, поэтому избавь меня от истерик и мольбы.

Я не собиралась выполнять приказы этого сумасшедшего, но мое тело в очередной раз предало меня.

– Вы собираетесь принести меня в жертву? – единственное, что я могла делать, это наблюдать и задавать вопросы.

– В жертву? – рассмеялся старик. – Ничего глупее я в своей жизни не слыхал. Нет, моя дорогая внучка, ты слишком ценный экспонат, чтобы тобой откупиться. Ты только представь, ты первая за почти триста лет в ком пробудился наш дар! Знаешь, почему у меня не было детей? Я слишком любил жизнь и власть, чтобы их отдавать кому-либо. Специфика нашего дара такова, что двое носителей не могут сосуществовать вместе, остаться должен кто-то один. Поэтому в наших семьях испокон веков не торопятся с наследником, а если ребенок все же рождался, его окружали любовью и заботой, чтобы оттянуть момент побуждения дара. Но невозможно оградить человека от жизни совсем, иногда достаточно порезанного пальчика или обиды, чтобы сила зашевелилась. И с того момента начинался отсчет лет, отведенных для жизни его родителя. У любой силы есть свойство утекать к тому, кто моложе и расстояние тому не помеха. Ты не поверишь, но я до минуты помню тот момент, когда дар проснулся у тебя. Это произошло почти двадцать лет назад, именно тогда я начал слабеть и стремительно стареть. Если бы ты жила все эти годы здесь, в моем мире, это происходило бы еще быстрее.

Мое тело избавилось от всех вещей, почему-то не тронув драгоценности, и прошествовало в центр комнаты, чтобы занять положенное ему место.

– Наверное, за двадцать лет я должен был привыкнуть к мысли о собственной смерти. Но этого так и не произошло. Наоборот, мне очень хотелось жить, даже в таком ущербном теле, какое у меня сейчас. Все эти годы я искал выход, которого не было. Потому что все Повелители смерти прокляты с рождения. И следующий Повелитель может прийти только со смертью предыдущего. Как бы я не оттягивал передачу дара, проклятие все равно убило бы меня. Но я решил пойти другим путем – использовать твое молодое и здоровое тело.

– Вы хотите переместить вашу душу в мое тело? – я еще держалась, но только потому, что прадед пока ничего не сделал. В душе плескался страх и недоверие. Это же не может быть правдой?! Это какая-то злая шутка или розыгрыш безумного старика!

– Нет, девонька, душа принадлежит богу и только он может ею распоряжаться. Ни одному магу не под силу поменять души местами. Призвать в тело чью-то душу – это пожалуйста, но никто не гарантирует, что в момент одновременной смерти, удастся зацепить нужную душу. Так что от такой замечательной идеи мне пришлось отказаться. Но кто сказал, что человек – это только душа? Э нет, в первую очередь это сознание, память, опыт! Я передам тебе не только дар и знания о нем, я волью в твой мозг всего себя. Как думаешь, кто проснется завтра утром? Кем ты будешь себя считать?

– Но я же женщина. Даже если ваша память возьмет верх, это все равно будете не вы! – по щекам потекли слезы. Я не хотела терять память и свою жизнь.

– Какая разница в какой оболочке жить? Во всяком случае, твое тело молодо и здорово, его еще долгие годы не будут мучить болезни. Кстати, забыл сказать, ритуал весьма болезненный, – подошел ко мне с улыбкой маньяка прадед. – Повелитель смерти должен на себе испытать все те муки, что претерпевают умирающие. Не каждый организм вытерпит столько боли, но мне не нужна твоя настоящая смерть от разрыва сердца или сумасшествие. Поэтому я дам тебе подсказку: вся боль, что ты испытаешь сегодня на себе – фантомная, она не коснется твоего тела. Так что если будет казаться, что с тебя сдирают кожу, то помни – на самом деле этого не происходит. А чтобы ты себя случайно не поранила, точнее, сохранила мое тело в целостности, я свяжу тебя заклинанием. Прощай, внучка, вряд ли мы с тобой еще увидимся, если только в зеркале.

Что я там хотела? Умереть достойно? Обещала не плакать, не умолять? С гордостью принять все, что мне выпадет? К черту гордость! Я хочу жить! До боли, до крика! Я встала бы на колени, валялась бы у этого мерзкого старика в ногах, вышла бы замуж за кого угодно, только бы выжить. Но ничего это сделать я не могла, даже кричать. Потому что Галай лишил меня голоса, сказав, что крики боли давно уже не приносят ему того удовольствия, что в былые годы. Тварь!

Глава 3

Вас когда-нибудь переезжал самосвал? А маньяк резал на кусочки? Или может, вам повезло замерзнуть насмерть? Хотя этот вариант смерти мне понравился. Спокойный, безболезненный, сначала холодно, а потом уплываешь в свои мысли и засыпаешь. Странно спать во сне, но и вся ночь у меня была наполнена разного рода кошмарами, реалистичными и не очень, болезненными и просто гадкими. Я никогда не видела столько смерти разом, как варианты своей, так и множество чужих. Память никак не могла прийти в норму, подсовывала видения из кошмаров, какие-то воспоминания. Мои или чужие, разобраться у меня не получалось – голова раскалывалась, тело одеревенело и замерзло, вокруг повис запах гари и крови. Хотела позвать на помощь, но из горла не вылетело ни звука. Испугаться не успела, а точнее, не смогла, пальцы привычно сложились в жест отмены и вот мой хрип эхом отразился от стен. Ответом была тишина и темнота. Откуда-то пришла мысль, что в святилище меня никто не найдет и не услышит, а значит, нужно выбираться отсюда самой.

Самым сложным было встать. Начала я с малого, перевернулась на бок и села. Голова взорвалась болью и тошнотой. Минут пять я боролась со спазмами в желудке, тело содрогалось то ли от холода, то ли от восстанавливающегося кровообращения. Выйти из святилища порталом я даже не стала пытаться, слишком велик был шанс ошибиться. Тем более, за дверью меня должны были ждать, еще вспомнить бы кто.

Сил хватило только подползти к двери, подняться на ноги, держаться за стену и практически вывалиться наружу – в пропахший сыростью и землей небольшой коридор. В мои глаза ударил свет, показавшийся ярким и вызвавший очередную вспышку боли. Но очень быстро глаза привыкли, и я поняла, что напрасно потратила столько сил, выбираясь из склепа. Потому что он находился глубоко под землей и на поверхность вела крутая каменная лестница. Одолеть это препятствие к свободе я не смогла бы. Из горла вырвался не то стон, не то рык, захотелось поймать ту тварь, из-за которой я так себя чувствую и удавить с особой жестокостью. Ярость черной волной взметнулась вокруг меня, отзываясь в сердце желанием жить и карать. Оставалось вспомнить виновника.

На первую ступеньку я вползла, как и на вторую, на третью шагнула увереннее, придерживаясь за лестницу. Перил у нее не было, поэтому я хваталась за ступени, которые почему-то не отнимали у меня последние силы, а наоборот, добавляли. Пятьдесят три ступени к солнцу! Последние из них я преодолела с гордо расправленными плечами и прямой спиной. Я уже слышала разговоры челяди и их чаяния, что в этот раз ни хозяин, ни молодая хозяйка из-под земли не выберутся. Типа, там им самое место. В голове сразу же пропала мысль о просьбах. О нет, этим жалким тварям можно только приказывать. Не знаю, кого перед собой увидела моя челядь, но ужас в их глазах меня позабавил.

– Ты, – ткнула я пальцем в самого крепкого мужика и наименее пугливого. Память тут же отозвалась и напомнила, что это Кайрус – командующий гарнизоном. Кстати, он рассматривал меня со все возрастающим интересом, видимо, по той причине, что из одежды на мне были только драгоценности. Но стеснение во мне почему-то не проснулось. Последнее, на что я готова была обратить внимание в тот момент – это на свой обнаженный вид. – Дай куртку, не видишь, мне холодно.

– Вы, – посмотрела я на двух служанок и одного мужика. Имен прислуги я не помнила, а вот мужик был моим дворецким, типом скользким, но полезным. – Бегом в замок и чтобы к моему приходу была готова горячая ванна, протоплены мои покои и подан завтрак. И не дай тьма вам не успеть!

Я уже хотела сказать, что сделаю с нерадивой прислугой, как мне на плечи легла куртка. От нее повяло теплом и спокойствием, на какое-то время жажда убийства во мне утихла, чем обнаглевшая челядь и воспользовалась – сбежала. Надеюсь, все-таки выполнять мои поручения, а не просто к другому, более доброму хозяину.

– Чего еще изволите, хозяйка? – спросил Кайрус, глубоко кланяясь. Но у меня сложилось впечатление, что это он не от почтения, а от желания рассмотреть мои голые ноги. Хотя что он в них нашел? Они же все в пыли, в саже и в крови. Хм, а вот нежно-розовый педикюр на этом фоне выглядит неуместно. Может, в этом все дело?

– Отнесешь меня домой, – распорядилась я, решив по максимуму использовать подвернувшуюся рабочую силу.

– А порталом уже никак? – хмыкнул мужик, запахнув на мне свою куртку поплотнее. Честно признаться, мне и стоять-то тяжело было, а уж его одежку придерживать я была не в состоянии. Я просто пристально посмотрела в глаза Кайруса. Мужчина побледнел, поежился и подхватил меня на руки. – Нести так нести. Я же не против. Просто порталом оно же быстрее. Госпожа, а когда со старым хозяином прощаться будем? Негоже ему дольше необходимого на земле оставаться, как бы беды не было.

Мозг пытался переварить информацию, не понимая, о каком старом хозяине говорит Кайрос, но подсознание его опередило:

– На закате. Все повелители смерти уходят на закате.

Путешествовать на руках у сильного мужчины приятно, если бы еще качка не вызывала тошноту, то цены не было бы Кайрусу. Я прикорнула на его широком плече, проваливаясь то ли в сон, то в воспоминания. Там я была то молодой и наивной, то старой и злобной. То мужчиной, то женщиной. Странно, может, у меня раздвоение личности? Да хоть растроение, меня это мало волновало.

К нашему приходу прислуга справилась и меня ждала горячая ванна, а камин в гостиной жарко пылал. Я оглядела убогое убранство, отмечая, что общий вид спасает только массивная добротная мебель, а вот ткань на ней или портьеры давно пора заменить. Ну или хотя бы постирать.

– Эй, как там тебя, Люк? – обратилась я к дворецкому, который подобострастно мне кланялся и отчитывался о проделанной работе.

– Люксиус, госпожа, – еще раз поклонился мужчина.

– Неважно. Распорядись, чтобы в моих покоях все заменили. Разрешаю оставить только ту мебель, на которой нет ткани. Остальное вынести в гостевые спальни и почистить. Гостям и этот хлам подойдет. Все мои апартаменты вымыть, да так, чтобы ни пылинки, ни соринки не осталось. Все шторы снять, отстирать и туда же – в гостевые. Мне временно принести чистую перину и постельное белье. Надеюсь, в моем доме такое найдется? – часть меня противилась переменам, но в мрачном помещении все напоминало о страшных и мерзких видениях смерти.

– Госпожа, все будет исполнено, – поклонился дворецкий. – Только ничего нового у нас нет, старый хозяин был человеком экономным. Все, что вы видите вокруг, еще его отец заказывал.

– Вот только сказки мне рассказывать не надо, ни одна тряпка триста лет не прослужит. Так что изыщите в своих резервах, а не то я проведу инвентаризацию. Кайрус, ты либо поставь меня, либо неси в ванную, – раздраженно закончила я. Еще недавно мне нравилось на руках у Кайруса, но это закончилось, едва я заметила, как на нас смотрели остальные защитники и прислуга. Судя по зависти в их глазах, они уже считали командующего моим любовником. Причем он в первую очередь.

Ванная произвела на меня удручающее впечатление, похоже, это чугунное чудо не баловали частым мытьем. Но и пользовались ей тоже редко, так что разводы на ней были не от грязи. Да и внутри ванна не была покрыта эмалью, а каким-то сплавом на основе меди, судя по цвету. В целом, если это произведение искусства начистить до блеска, то оно будет смотреться превосходно. Особенно на фоне светлого кафеля, которым я распоряжусь заменить эти поеденные плесенью деревянные панели на стенах. Я отмокала в горячей воде, все больше приходя к мысли, что из ванной комнаты выкинуть нужно все, кроме самой ванны и большого во весь рост зеркала.

– Госпожа, помочь вам с волосами? – заикаясь спросила служанка, которую Люк определил мне в горничные. Интересно, а почему у меня раньше ее не было? Ладно, потом узнаю.

– Помоги, – согласилась я, потому что самой было лень шевелиться. Девушка чем-то заскрипела, зазвенела и по комнате разлился жуткий «аромат» чего-то просроченного. -Фу! Что это так воняет?!

– Так мылом, госпожа, – раздался испуганный голос девицы. – Старый хозяин покупал самое дешевое мыло, им еще лошадей моют…

– Так, чтобы с этой гадостью ко мне и близко не подходила. Говоришь, оно для лошадей? Вот пусть они им и пользуются, а еще наши доблестные защитники, – фыркнула я. Хотела приказать девице, чтобы она расшиблась в лепешку, но нашла мне нормальный шампунь, но передумала. А вдруг она со злобы отраву мне подсунет? Нет, один верный человечек мне точно не помешает. – Как тебя зовут? И выйди так, чтобы я тебя видела.

– Майла, – поклонилась девушка, молодая, но какая-то невзрачная.

– А скажи-ка мне, Майла, ты тоже моешь волосы той вонючей гадостью?

– Нет, наша кухарка сама мыло варит, а я ей травки всякие собираю, чтобы и запах был приятный, и польза. Это ведь не запрещено? – испуганно спросила девушка. – Вы не подумайте, госпожа, кухарка мыло варит из той требухи, что даже собаки есть отказываются. А золу и вовсе выкидывают.

– Не запрещено. Главное, чтобы она этим не на моей кухне занималась. Так что сбегай-ка ты, Майла, за вашим мылом. Если мне оно понравится, я тебе что-нибудь в ответ подарю. Вот чего бы ты хотела? – задала я провокационный вопрос.

– У меня все есть, госпожа. Я всем довольна, – заикаясь произнесла девушка, бледнея. – А как иначе, нас тут приютили, кормят и форму выдали…

– А жалование? Вот тебе сколько платят?

– Женщинам не платят, только мужчинам, – тихо прошептала Майла, косясь на дверь.

– Какой ужас, но ничего, я тут порядок наведу.

Но почему-то мое заверение девушку не обнадежило, она просто покивала головой, соглашаясь и убежала за мылом. Явно не поверила мне. Не успела она выскочить, как в ванную вошел Кайрус.

– Я тебя не звала, – проговорила, но мужчина не понял намека.

– Лорд Галай назначил меня вашим телохранителем, госпожа, – в голосе Кайруса слышались ехидные нотки. – Я просто выполняю свои обязанности.

– Вот и выполняй их с той стороны двери, здесь меня защищать не от кого, – довольно грубо ответила я.

– Как прикажете, госпожа. Но может, вам горячей водички подлить?

Я глянула на огромное ведро и фраза, что Майла сама справится, так и не вырвалась наружу. Не то чтобы я прониклась к своей горничной какими-то чувствами, но все же не дело заставлять молодую девушку поднимать тяжести, когда есть сильный доброволец.

– Подлей, – скрипя сердце произнесла я, подтягивая ноги к груди. Не от стеснения, а от нежелания обвариться.

Кайрус подошел к ведру и поднял его с такой легкостью, что я на мгновение заподозрила, что оно пустое. Но нет, ведро было полнехонько горячей воды, что мужчина и доказал через несколько секунд. Я думала он нальет и уйдет, но Кайрус разыграл целое представление. Вылив немного горячей воды в мою ванную, он поставил ведро и закатал рукава на рубахе, продемонстрировав мне крепкие волосатые руки. Дальше с легкой полуулыбкой на губах наклонился и начал размешивать своей ладонью воду. И это притом, что горловина его рубахи и раньше была развязана, показывая рыжую поросль на мускулистой груди. Он что, меня соблазняет? Этот небритый, рыжий тип, которому самому не помешало бы помыться? Тем временем Кайрус долил еще воды и опять стал ее перемешивать, как бы невзначай касаясь моих ног своими пальцами.

– Потереть вам спинку, госпожа? – голос мужчины прозвучал обволакивающе и как-то интимно. А уж как горели его глаза! Загляденье просто. Зеленовато-карие с желтыми крапинками.

– Себе потри, – скривилась я, навязчивость телохранителя раздражала, а еще то, что какая-то часть меня находила его привлекательным. Бр-р-р, как это мужлан может нравиться?

– Госпожа приглашает к себе в ванную? – игриво спросил Кайрус, не реагируя на мою грубость. Нет, это уже ни в какие ворота не лезет!

– Слушай сюда, телохранитель, – прошипела я в лицо мужчине, предварительно схватив его за грязные лохмы и подтянув ближе. – Если мне что-нибудь понадобится, я тебе позову, а сейчас свали отсюда, пока я окончательно не разозлилась.

Не знаю, что увидел в моих глазах Кайрус, но игривая улыбка исчезла с его губ, сменившись мрачным и жестким выражением на лице.

– Как прикажете, хозяйка, – проговорил он равнодушно, и только легкая бледность выдавала его состояние. Он не боялся меня, скорее, опасался. И еще от него исходила странная ярость, будто он в самом деле был уверен, что мне понравится его неумелый флирт. Может, мы с ним были любовниками? Я нахмурилась, пытаясь в разрозненных воспоминаниях вычленить что-то нужное, но выходило плохо, потому что перед глазами мелькали тысячи лиц. Тут бы понять, какое из них мое, что уж говорить о том, чтобы помнить любовников…

Кайрус вышел и даже не хлопнул дверью. Нормальный мужик, думаю, мы сработаемся. Майла появилась сразу же, видимо, она стояла под дверью и не рисковала заходить, пока мужчина был со мной. Похоже, нужно срочно пресекать распространение слухов. Наслать на всю челядь какое-нибудь проклятие, чтобы они не рисковали делиться своими подозрениями с кем-либо? А что, замечательная идея, у меня даже парочка вариантом таких имеется.

С мытьем разобрались быстро, мыло Майлы было немногим лучше чем то – «лошадиное». А это возвращало меня к тому, что надо подумать об улучшении условий проживания. Все упиралось в деньги, которые у меня, кстати, были. Что-что, а тут память меня не подводила, четко выдав координаты тайной комнаты, где хранились мои сбережения. И судя по ощущениям, их там было немало. Отправив Майлу приготовить мне платье, я в простыне подошла к зеркалу. Мне до дрожи хотелось увидеть себя, чтобы хоть немного разобраться в противоречивых желаниях и воспоминаниях. В зеркале отражалась молодая и абсолютно седая девушка с черными глазами. Это была я и не я.

Память прорвало. На меня хлынуло все то, что еще вчера было моей прошлой жизнью. Голова разрывалась от боли и осознания того, что во вчерашнем эксперименте Галая все же никому не удалось выжить. Потому что я – уже не Галина, но и не Галай. И то, что еще несколько минут казалось привычным и обыденным, оказалось чужим, искусственным. Все мои воспоминания, привычки, симпатии и даже характер – все это было не мое, а лишь отголоски двух совершенно разных людей. Взгляд скользил по отражению, отмечая то ли клеймо, то ли черную татуировку на шее и затянувшиеся тонкие шрамы на предплечьях, как если бы мне резали вены очень острым ножом.

И ведь резали. Память с радостью подкинула эту картинку, как Галай равнодушно пускал мне кровь, чтобы напоить ею алтарь и дать возможность темной сущности из-за грани проникнуть в мое тело. Предок не солгал, когда говорил о болезненности ритуала, такой передачи дара не пожелаешь и врагу. Потому что, открывая портал с помощью моей и своей крови за грань, и запечатывая впоследствии некую сущность во мне, Галай тоже испытывал боль, причем куда большую, чем я. Ведь он еще передавал мне дар и память, и пытался облегчить мои страдания, пусть и стараясь больше для себя. А шрамы, они скоро пропадут, если уже сейчас несильно бросаются в глаза. До мытья я их не замечала, а потом воспринимала как данность. Примерно, как наличие на мне драгоценностей, которые я так и не сняла. Браслеты мне нравились, кольца цепко держались за свои места, хоть и свободно прокручивались, но расставаться с моими пальцами не хотели. Ожерелье просто некуда было положить, а давать его в руки Майлы я побоялась, помня о проклятии.

Но как бы я себя не успокаивала, градус переполняющей меня ярости все повышался. Потому что очень неприятно и страшно в одночасье понять, что ты на самом деле никто! Эдакий собирательный образ, да еще и с раздвоением личности. Зато я теперь знала, почему у Галая не было своих детей. Женщины его не привлекали, а мужеложство во времена молодости и зрелости предка считалось страшным грехом и извращением. Галай никогда не был с мужчиной, коря себя даже за такие мысли, пряча их ото всех и в первую очередь от самого себя. Более того, он был самым ревностным поборником нравственности и чистоты отношений, лет сто назад проповедуя, что секс нужен только для продолжения рода. Последователей это течение не нашло, в этом мире к добрачным отношениям в высшем обществе всегда относились проще, ведь магия позволяла избежать незапланированной беременности или срамных болезней. Главное, чтобы о невесте не ходили пикантные слухи в светском обществе, а невинность девушки не интересовала даже жениха, потому что женились тут только по расчету. Кстати, по этой причине Галай и согласился на свадьбу с Верноном. Галя думала, что ее прадед решил обхитрить императора и заключить фиктивную помолвку, а я, имея доступ к памяти Галая, удивлялась тому факту, что он считал молодого принца вполне привлекательным. Замуж за него он согласился пойти не только по этой причине, а рассчитывая с его помощью обосноваться в высшем обществе, чтобы спустя несколько десятилетий сесть на трон, пусть и в качестве императрицы. Вот такие у предка были далекоидущие планы. Он считал, что в нашей ветви сохранилась кровь великой Алианы, а значит, мы более достойны стоять у власти. Но все эти и многие другие планы остались с ним, а мне досталась только его память, как и Галины. Ее привязанностей и надежд я тоже не разделяла. Наивность моей предшественницы удивляла, а ее желание вернуться в свою прошлую, серую жизнь к немолодому и эгоистичному мужчине раздражало. А еще эта ее симпатия к Кайрусу, вот что она нашла в этом огромном мужлане? И все же кто я? И как мне дальше жить?

Глава 4

– Все вон! – бросила я прислуге, выскочив из ванной. Желание что-нибудь сломать или кого-нибудь ударить так и не прошло. Служанки были выдрессированы предыдущим хозяином, поэтому ретировались быстро и незаметно, но не Кайрус. Мужчина явно не причислял себя ко всем. Я резко повернулась к нему, собираясь вывалить на него все свое недовольство и злость, дар пришел в движение, нашептывая, что необходимо наказать наглеца.

«Убей его или прокляни», – нашептывала темная сущность, то ли та самая, что вызвал Галай, то ли он сам.

«Ах, какой мужчина!» – восхищалась во мне Галина, а может, просто женское начало.

Даже не представляю, что бы я сказала Кайрусу, но тут моим ногам стало холодно и я опустила взгляд вниз. Голые ноги и каменный пол вызвали еще один толчок раздражения, как и то, что на кресле лежало очередное старое и темное платье. Ну все! Либо я сейчас кого-нибудь убью, либо отправлюсь по магазинам! Потому что так жить нельзя! Я подбежала к креслу, схватила платье, скинула с себя простыню и надела это шерстяное колючее «чудовище». Дело осталось за обувью. И тут я вспомнила, что единственные балетки остались в склепе вместе с трупом Галая и моей одеждой.

– Ты со мной, – махнула рукой Кайрусу. А что, раз не ушел, то сам виноват.

– Да, госпожа, – тут же подошел ко мне мужчина, стараясь не показать изумления. Это он еще не знает, куда мы направляемся, в следующий раз будет вперед служанок сбегать.

Портал я открыла легко, как если бы практиковалась в этом не одну сотню лет. Кайрус нахмурился, но без споров шагнул первый, жаль, не догадался отойти с дороги.

– Осторожно, госпожа, – подхватил он меня. – Здесь очень темно. Где мы?

– Здесь, – одним жестом зажигая свечи. Стоит отдать должное Кайрусу, он даже не вздрогнул от открывшегося вида, только крепче прижал меня к своей груди. А вот мне стало нехорошо, одно дело знать, что в склепе проходил ритуал и там остался труп Галая, другое дело увидеть воочию, что осталось от старика. Остаться в надежных объятиях Кайруса было заманчиво, если бы не голые ноги, которые просто вопили о необходимости обуться.

– Кайрус, отпусти меня, – высвобождаясь из рук мужчины, произнесла я. – Я тебя взяла для того, чтобы ты вынес лорда, его необходимо достойно проводить к предкам.

– Миледи, вам было очень больно? – взгляд Кайруса метался между мною, мертвым Галаем и запекшейся кровью на полу.

– Смерть – это всегда боль, тебе ли этого не знать. Сколько раз ты был на самом ее пороге? Четыре? Пятый будет последний, – слова вырвались сами собой. – Так что не торопи смерть, в ней нет ничего благородного и красивого.

Я подошла к своим вещам, они все так же ровной стопочкой лежали на полу, обулась. Подхватила одежду и бриллиантовые «спицы», а диадему временно водрузила на голову. Кайрус глядя на меня не стал мешкать и легко поднял бывшего хозяина. Больше делать в склепе нам было нечего. По-хорошему, я должна была остаться и навести порядок, но от запаха крови и воспоминаний пережитого меня тошнило. А может, это было от голода, ведь я так и не поела.

Портал сделала в главный холл замка, остановила пробегающего мимо лакея и приказала позвать дворецкого.

– Люк, распорядись, чтобы все подготовили к обряду прощания с покойным хозяином. И его в первую очередь. Обряд проведем на закате у реки. И пусть горничные приведут в порядок несколько гостевых спален, могут быть гости. Кайрус, тебя это тоже касается, надеюсь, не надо напоминать, что не всех гостей стоит пускать в мой дом? То есть все предыдущие приказы остаются пока в силе, позже я пересмотрю список людей, которых разрешено впускать в мое отсутствие. Кстати, одним из таких людей будет Вернон Нединский. Но только если он приедет один, его свита пусть разбивают лагерь на опушке – мне чужие люди в доме не нужны.

– Все будет исполнено, госпожа, – ретиво поклонился дворецкий, а Кайрус хмуро кивнул. Я видела по глазам, что его мучают вопросы, но при посторонних он не рискнул их задать. Молодец, соображает, а то я уже начала подумывать, не сменить ли мне начальника охраны?

Следующий портал я сделала в хранилище, надо было разжиться деньгами и оставить там драгоценности. От диадемы и ожерелья я избавилась с радостью, кольца по-прежнему не снимались, а браслеты мне не мешали. Волосы еще были влажными, а подходящего заклинания для их просушки Галай не знал. Понятно, зачем оно мужчине, который никогда не носил длинных волос. Пришлось скрутить их в гульку на затылке и заколоть все теми же спицами. Взяв кругленькую сумму себе на расходы и спрятав монеты в зачарованный кошель от воров, я была готова отправиться в столицу. Страха перед неизвестностью не было. Во-первых, этому способствовали воспоминания Галая, а во-вторых, после ритуала во мне, надеюсь временно, притупилось чувство самосохранения.

Столица произвела на меня неоднозначное впечатление. Конечно, портал привел меня на центральную площадь, тем самым всполошив немногочисленный народ. Оказалось, повелителей смерти боятся. Это обитатели замка привыкли к своему хозяину, поэтому их ужас не был столь осязаем, а простые жители шарахались от меня в сторону. Первым делом я направилась в самый приличный ресторан, напугав своим появлением весь обслуживающий персонал и управляющего в частности. Он долго и подобострастно мне кланялся, уверяя в своей преданности правящей семье, стране, богам и их заповедям, а когда узнал, что я просто хочу пообедать в его заведении, так обрадовался, что чуть не скончался от сердечного приступа.

В общем, мне выделили отдельный кабинет, не столько из желания защитить меня от внимания окружающих, сколько уберечь их нервы и свою прибыль. Я не возражала, сидеть одной на закрытой веранде второго этажа и любоваться цветами было намного приятнее, чем видеть страх и неприязнь в глазах людей. Поначалу я не понимала, как все эти люди, большинство из которых не маги, признают во мне потомка Галая. Да и память прадеда осталась глуха к моим запросам, его боялись и он воспринимал это естественно, но простые люди давно уже не шарахались от него. Вкушая удивительно вкусное жаркое и запивая его нежным розовым вином, я пришла к выводу, что все дело в моей внешности. Среди встреченных мной людей не было ни одного блондина, максимум попадались русые. А тут я со своими белыми волосами и черными глазами – живое воплощение богини смерти Алаи.

Ресторан мне понравился, мало того, что меня обслуживал сам управляющий, а еда была выше всяких похвал, так еще и денег не взяли. Данный факт очень понравился моей прижимистой жилке, доставшейся по наследству от Галая. И все же настроение нормального человека очень сильно завязано на его желудок. Потому что после сытного и вкусного обеда мое самочувствие улучшилось, а градус раздражительности сильно снизился. Боятся меня люди? Это их проблемы, а не мои.

Следующие несколько часов я гуляла по торговым лавкам. Почти в каждой от меня пытались отдариться, у кого-то я подарки принимала, а кому-то платила деньги, несмотря на заверения хозяев в искренности. Например, в лавке, торгующий тканями, я купила несколько рулонов, собираясь озадачить свою челядь пошивом новых штор и сменой обивки на мебели в моих апартаментах.

– Госпожа, я не могу взять у вас деньги, – расстроенно вздыхал старик, хозяин лавки. – Это же оскорбление богини.

– Оскорбление богов – это забирать хлеб у нуждающегося, – оборвала я старика. – Бери, труд должен вознаграждаться.

– Спасибо вам, госпожа, да продлятся ваши дни, да будет легким ваше служение, – поклонился пожилой мужчина. – Вы позволите вопрос? Знаю, о своей смерти спрашивать у богини не принято, обидеться может, но я не из праздного интереса. У меня двое малолетних внуков сиротами остались, один я их ращу. Мне бы знать, есть ли у меня время в запасе, али поверенного искать надо?

Я удивленно приподняла брови, собираясь сказать, что понятия не имею, когда умрет этот незнакомый мне человек и осеклась. Потому что видение его смерти всплыло перед глазами так четко и ясно, как будто я была тому свидетелем. Он умрет в этой лавке в один из дней следующего лета, полезет доставать с верхней полки рулон ткани и у него не выдержит сердце. Оно у старика давно барахлит, но он отмахивается от своего здоровья, стараясь успеть многое. И в первую очередь обеспечить нормальную жизнь своим внукам. Но, по-моему, он их слишком бережет, из десятилетних детей уже можно делать помощников.

– Внуков позови, хочу увидеть картину в целом, – распорядилась я, ни минуты не сомневаясь в том, что мой приказ старик выполнит.

Дед ушел вглубь дома и скоро вернулся с двумя худенькими детьми, мальчик и девочка были близнецами.

– Подойдите ко мне, – позвала я детей, пристально вглядываясь в них. В детях боролись страх и любопытство, но ослушаться они меня не посмели, а может, не смогли. – Вы своего деда любите?

– Да, – хором ответили они, испуганно прижавшись друг к другу.

– Тогда у вас есть выбор – стать своему деду помощниками и тем самым продлить его жизнь на целое десятилетие, а можете и дальше быть мелкими и беспомощными детьми, чтобы уже в следующем году остаться на улице. Воры, убийцу, проститутки, нищие – вот в чьи ряды вам придется влиться, если не будете беречь своего деда и не уговорите пойти его к целителю. Смерть уже протянула свою длань к нему, но все еще можно исправить и только в ваших силах это сделать. Надеюсь, вы достаточно умные, чтобы сделать правильный выбор и мне не придется забирать ваши жизни раньше срока?

Девочка заплакала, а мальчик с трудом боролся со слезами, но все нашел в себе смелость кивнуть.

– Госпожа, они же еще маленькие… – расстроенно произнес старик, подходя и обнимая внуков.

– Это не значит, что нужно скрывать от них правду. Они уже потеряли родителей. Пора повзрослеть и понять, что их будущее зависит только от того, как быстро они смогут стать самостоятельными и сильными. Но я к вам буду заглядывать, в моем замке давно пора поменять интерьер, так что ткани понадобится много. Дети, вы уже видели портал? Нет, тогда следите внимательно…

Я картинно взмахнула руками, создавая сверкающую по краям рамку и прозрачную ткань самого портала. На самом деле все эти эффекты были совершенно лишними и отнимающими силы, но перед детьми я решила покрасоваться. С той стороны портала отразились мои покои и две служанки, начищающие полы. Я закинула ткань в портал, напугав их. Пришлось на несколько секунд зайти и сказать, что будут еще покупки и пусть они их складывают пока в гостиной.

В лавку с тканью я возвращаться не стала, перенеслась обратно в столицу и пошла искать достойное ателье. Нашла я его довольно быстро, просто спросив у стражников, патрулирующих улицы. Кстати, они были не робкого десятка, поэтому шарахаться от меня не стали, почтительно ответили на мои вопросы, а потом кому-то доложили по переговорному амулету обо мне. Я не препятствовала, мало ли, вдруг у них так положено.

Хозяйка ателье мне не понравилась, но белье и платья у нее действительно были неплохими, и я не стала привередничать. Выбрала из готового самое лучшее, заказала себе несколько разнообразных платьев, раз уж женщины в этом мире не носят брюки, расплатилась и собралась уходить, как дверь в лавку открылась, пропуская высокого худого мужчину с цепким взглядом. Память Галая моментально активировалась, признавая в носатом аристократе самого тайного советника императора – Люциана Нединского, по совместительству еще и старшего брата моего жениха. Кстати, с Верноном они совершенно не были похожи, потому что имели разных матерей.

– Леди Тибереан Оронская? Какая неожиданная встреча! – припал с поцелуем к моей руке будущий родственник. – Как я рад видеть вас.

– Извините, не могу ответить вам тем же, в мой прошлый визит к императору нас не представили друг другу, – холодно ответила я, краем глаза наблюдая, как бледнеет хозяйка лавки. Тайного советника я действительно вчера видела среди родственников императора, да и сложно его не заметить с таким ростом и шнобелем. Он был похож на хищную и очень умную птицу. Говорить кому-либо, что в моем распоряжении теперь вся память Галая я не собиралась, поэтому прикинулась, будто ничего об этом опасном мужчине не знаю.

– Ах, простите, это мое досадное упущение. Позвольте представиться – Люциан Нединский, мы с Верноном родные братья, – еще раз поцеловал мою руку мужчина, пристально разглядывая меня, будто сканируя. Ах да, он же маг, причем очень неслабый.

– Никогда бы не подумала, вы совершенно не похожи с Верноном, – подарила мужчине вежливую улыбку.

– У нас были разные матушки, – спокойно ответил тайный советник на мое бестактное замечание. – Вижу, вы уже собрались уходить из лавки, позвольте я составлю вам компанию в дальнейшем? На правах старшего родственника, конечно. Молодой девушке небезопасно гулять по улицам одной. Как только Вернон отпустил вас? Ах, эта его вечная беспечность…

– Не стоит ругать Вернона, – вступилась я за своего жениха, но не из-за симпатии к нему, а старательно разыгрывая роль недалекой и несколько наивной девушки. – Я его сегодня не видела, вдруг с ним что-то случилось?

– Сегодня утром он пытался создать портал в ваш родовой замок, но видимо, лорд Галай забыл открыть ему доступ. Пришлось брату делать портал в ближайшее поселение, а оттуда он должен был поехать верхом, – поведал мне о том, где пропадает мой жених, Люциан. – Так какая нужда привела вас, Галина, в столицу? Вы же позволите мне вас так называть? Мы же с вами почти родственники.

– Конечно, Люциан, – мило улыбнулась я, на автомате создавая портал и закидывая туда свои покупки.

– Могу я надеяться на приглашение в гости? – как-то очень активно за меня взялся мужчина. Это ему так интересно иметь доступ в бывший дом Галая или он решил нагло отбить невесту у брата? А что, наш тайный советник до сих пор не женат.

– Как-нибудь в следующий раз, – гостей в своем доме я совершенно не желала, а таких тем более. – Понимаете, я еще не разобралась с защитой дома и вряд ли сумею в скором времени изменить ее настройки. Но если вы постучите в ворота моего замка, я с радостью велю открыть их перед вами.

– Я запомню, миледи, – глаза Люциана блеснули, пряча за ресницами недовольство. – Куда вы хотели бы пойти? Ресторация? Театр? Или, может быть, почтите мой дом своим визитом?

– Простите, но мне сейчас не до развлечений, смерть дяди стала для меня тяжелым ударом, – скорбно произнесла я, думая, как бы побыстрее избавиться от этого родственничка. Мы вышли на улицу и медленно последовали к центру. – Ах, вы не представляете каково это в одночасье остаться без поддержки и помощи близкого человека. Дядя был таким замечательным, внимательным, заботливым. А сегодня я проснулась, ощущая душевную боль и пустоту, и не с кем было разделить мое одиночество. Вот я и отправилась за покупками, что как не милые вещицы могут поднять девушке настроение?

– Ну что вы, Галина, не стоит так расстраиваться, – мягко и вкрадчиво произнес мужчина. – Вы не одни, у вас есть мы с братом. Да и император ясно выразился, что вы находитесь под его защитой.

Здесь он не солгал, я помнила о договоренностях Галая, помимо императорской защиты мне, как невесте Вернона, были положены некоторые послабления в налогах.

– Спасибо вам, Люциан, вы просто вернули мне веру в будущее, – замершая улыбка на губах уже сводила скулы, а я все не придумала, как отвязаться от этого кавалера. Тут мой взгляд упал на лавку с обувью. – Ой, какая прелесть, мне как раз нужно были такие туфельки. Прошу прощения, милорд, у вас наверняка есть важные государственные дела, а тут я со своими мелкими женскими проблемами. Может, вы мне просто предоставите охрану? Скажем, вон тех двух молодцев, что неотступно следуют за нами?

– Вам так быстро надоело мое общество, миледи? – весьма прозорливо спросил мужчина, чуть крепче сжимая мою руку на своем локте.

– Ну что вы, милорд, как вы могли такое подумать, – захлопала я ресницами, но положительного эффекта не добилась, скорее, наоборот.

– Леди Галина не старайтесь казаться глупее, чем вы есть, вам это не идет, – скривился мужчина.

– Тогда и вы прекращайте ходить вокруг да около, – грубо ответила я. – Что вам надо от меня? Только не говорите, что случайно зашли в лавку женского белья, не поверю. Такие мужчины, как вы, не покупают своим любовницам вещи лично. Что же такого вы хотели мне сказать, раз примчались сюда, бросив дела?

– А может, я всего лишь хотел лично познакомиться с невестой горячо любимого брата? Вдруг, я переживаю за его благополучие и хочу предупредить, что мой брат здоровый и полноценный мужчина? И что в ваших же интересах, чтобы он таким и оставался, если не хотите в будущем стать моей женой. А от меня, поверьте, будет не так просто избавиться.

– Избавляться от Вернона? – искренне рассмеялась я. – От такого удобного мужа, который будет пропадать при дворе и не мешать мне развлекаться в свое удовольствие? Ну нет, не дождетесь. Уверена, мы с вашим братом найдем общий язык и будем счастливо жить каждый своей жизнью. Ради такого я даже Вернону ежегодное содержание назначу, как раз из расчета тех скидок по налогам, которые утвердил император. И раз уж мы все выяснили, то не надо меня провожать, с выбором обуви и походом к цирюльнику я справлюсь сама.

– Я рад, что мой брат произвел на вас такое сильное впечатление. И что вас нисколько не коробит тот факт, что ваш жених не наследник, а всего лишь второй сын пятого принца без каких-либо перспектив и званий, – издевательски произнес Люциан.

Наверное, будь на моем месте настоящая аристократка и наследница великого рода, ее такие слова покоробили бы. А меня больше заинтересовало почему советник все это говорит? И точно ли за его действиями стоит забота о брате? Или он подумал, что для беспутного Вернона я слишком большой и лакомый куш, которые пригодился бы и ему самому? А что, благодаря памяти Галая, я знала, что земли предка всем были как бельмо на глазу. Климат в наших уделах мягкий, почва плодородная, недра гор богаты на минералы и руды, реки полны рыбы, а леса зверья. Галай глупых охот не устраивал, над своим народом не издевался, он вообще не лез в их жизнь, главное, чтобы налоги вовремя платили. Так что невеста я завидная, особенно для умного мужчины, который знает, как выгодно использовать все эти богатства.

– Чем дольше я вас слушаю, Люциан, тем больше убеждаюсь в правильности решения моего дяди. Потому что семья должна быть крепкой и дружной, а разве это возможно, если оба супруга независимы и не терпят возражений? Нет, это был бы не брак, а поле битвы.

– Жена обязана подчинятся супругу, – сощурил глаза мужчина, прекрасно поняв мой намек.

– Ваша жена или жена императора, или любая другая женщина, которую воспитали соответственно. Но вы же не думаете, что смогли бы заставить подчиниться меня? Мне даже интересно было бы посмотреть на ваши попытки. Ментальное принуждение на меня не действует, шантаж бесполезен в виду отсутствия близких людей. Банальная физическая сила, угроза смерти? Смешно.

– Не имею привычки бить женщин, – скривился Люциан.

– С вашими способностями и связями в этом нет необходимости, – вырвалось у меня. – В общем, спасибо за вашу «братскую» заботу, надеюсь, на нашу с Верноном свадьбу вы прибудете с невестой.

– Есть более простой и легкий способ добиться от женщины желаемого, всего лишь немного ласки и участия. Мой брат в совершенстве владеет этим искусством, смотрите не попадитесь на его крючок, – холодно произнес Люциан и ушел, чеканя шаг. Двое телохранителей тенью метнулись за ним. Спрашивается, зачем приходил? Действительно хотел поговорить с невестой брата и узнать, что я о нем думаю? Или это было завуалированное предложение сменить жениха на более умного и обеспеченного? А может, это была проверка на лояльность императору? А, плевать. Где там мои новые туфли?..

Глава 5

К моему возвращению в замок все было готово к ритуальному сожжению тела Галая. Но перед этим я хотела разобрать покупки, переодеться, насладиться тишиной, предаться унынию и самобичеванию, в общем, побыть в одиночестве. Сделать ничего из этого мне не дали. Прислуга нагло разложила и развесила купленные мною вещи, тем самым лишив меня этой маленькой радости. Более того, на них и поругаться было не за что, тихие горничные успели отмыть мои апартаменты и начистить до блеска ванную. Все старые и грязные портьеры были сняты. А на мой вопрос: «Куда делась ткань?» Майла, как самая смелая, ответила, что из нее уже шьются новые шторы. Кстати, и мою мягкую мебель дворецкий кого-то уже озадачил перетянуть.

А еще дома меня дожидался гость – Вернон. Не успела я разогнать прислугу и выслушать рассказ недовольного Кайруса о том, что мой жених пытался сунуть свой нос в каждый уголок замка, как он сам нарисовался в моей гостиной.

– Галина, дорогая, – бросился ко мне Вернон, хватая обе мои руки и целуя их поочередно. – Я так волновался за вас! Места себе не находил…

– Здравствуйте, Вернон, – произнесла я, мягко отвоевывая свои руки под убийственным взглядом Кайруса. Похоже, мой телохранитель слишком ревностно относится к своим обязанностям. – Право, не стоило вам нервничать, милорд, как видите, со мной все в порядке.

– Ну как же, дорогая моя, вон и щечки бледненькие, и глазки грустные, усталые, – заворковал Вернон. – Гали, вы себя совсем не бережете, но теперь здесь я и все изменится.

Я смотрела на жениха и тихо изумлялась его наглости, мало того, что успел пробежаться по всему замку, так еще и меня надеется прибрать к рукам, прикрываясь заботой. Хотя в глубине души что-то во мне отзывалось на его слова. Наверное, каждой женщине приятно, когда о ней беспокоятся. Жаль, что со стороны Вернона эта забота не обо мне, а о своем безбедном будущем. Но разве мне нужна его любовь? Он же совершенно не в моем вкусе. Вон, даже Кайрус эффектнее смотрится на фоне этого ушлого избалованного парня. Кстати, а мой телохранитель успел помыться пока меня не было, и даже расчесался. Намекнуть ему, что мне не нравятся небритые мужчины?

– Дорогая, я уверен, что во дворце нам будет лучше… – между тем заливался соловьем жених, расписывая прелести придворной жизни. Он надеялся, что мне надоело жить в этом захолустье и я с радостью приму его предложение переехать в столицу. Я подумала бы над этой возможностью, если бы Галай не продал наш столичный дом еще лет сто назад. Прадеду предложили хорошую цену и он согласился. Тем более, что в столице Галай бывал крайне редко, а дом требовал существенных вложений. Вообще-то, я могла бы купить новую усадьбу, финансы позволяли, но это была бы бессмысленная трата денег. Зачем, если можно перемещаться порталами, что очень быстро и удобно.

– Нет, Вернон, никаких переездов, – довольно резко перебила я жениха. – Чужие люди меня раздражают. А мое плохое настроение может быть весьма опасно для окружающих. Но если вы хотите жить в столице, я не буду возражать. Я только сегодня пообещала вашему брату быть более чуткой к вашим желаниям...

– Вы разговаривали с Люцианом?! – взгляд Вернона утратил слащавость и стал цепким, теперь он намного больше походил на своего брата. – Что он вам наговорил? Чего хотел?

– Переживал, что решение о нашей с вами свадьбе было слишком скоропалительным и тем самым могло меня расстроить. Предлагал свою кандидатуру в женихи, если вы, Вернон, по какой-то причине меня не устраиваете. И пообещал приехать в гости, – сдала я Люциана по полной программе. А что, сам виноват, нечего устраивать за спиной брата какие-то свои игры.

– И что же вы ему ответили, несравненная? – с улыбкой спросил Вернон, но я не поверила в его веселость, судя по взгляду, он с удовольствием стал бы единственным ребенком в семье.

– Что родственникам мы всегда рады. Надо будет только установить запрет на перемещение и над ближайшим городком, чтобы родственники не воспринимали мои слова буквально, – усмехнулась я.

– Гали, я вас просто обожаю, – на этот раз искренне набросился на меня с объятиями и поцелуями жених. Возможно, он собирался целомудренно чмокнуть меня в щечку, но то ли промахнулся, то ли я не вовремя решила что-то сказать, в итоге губы молодого человека прикоснулись к моим. Я вздрогнула, было неожиданно приятно ощущать дыхание Вернона на своих губах, смотреть в его теплые светло-карие глаза и наблюдать, как расширяются его зрачки.

– Кхм-кхм, – покашлял Кайрус, ревниво глядя на меня. – Госпожа, к ритуалу прощания с лордом Галаем все готово. И закат уже скоро…

– Дорогая, ваша прислуга ведет себя крайне бесцеремонно, – бросил угрожающий взгляд на Кайруса мой жених. – Одно ваше слово и…

– Спасибо, Вернон, но я уже привыкла к своим слугам. Тем более, что у меня к ним нареканий нет. А Кайрус не слуга, он начальник охраны замка и мой личный телохранитель, – не то чтобы я собиралась защищать рыжего, просто меня задели слова Вернона. Этот столичный ловелас приперся в мой дом и с первой минуты уже чем-то недоволен. – К тому же он прав, ритуал откладывать нельзя. Кайрус, иди проследи, чтобы в замке осталась только необходимая для охраны часть гарнизона, остальные обязаны присоединиться к траурному шествию. Вернон, вы можете остаться в замке.

– Я буду сопровождать вас, моя дорогая, – жених опять поймал мою ладошку и приник к ней губами. Кайрус отвесил мне резкий и неглубокий поклон, и вышел, чеканя шаг. Нет, ну как ребенок, право слово.

– Хорошо, тогда подождите меня здесь, мне надо подготовиться, – оставила Вернона в своей гостиной, а сама ушла в спальню. Переодеваться я не стала. Во-первых, потому что все три новых платья, что я купила, были светлых оттенков, а во-вторых, не хватало еще чтобы жених застал меня полуголой. Он и так уверен в своей неотразимости, а если мы с ним останемся наедине, то можем и похороны пропустить.

– Гали, от вас глаз не оторвать, – осчастливил меня сомнительным комплиментом жених. А может, у него зрение слабое? Неужели он не видит, какое убогое на мне платье, как оно портит мою фигуру? А седые волосы, которые я из-за ритуала вынуждена была распустить? Впрочем, это его дело, главное, что он не подглядывал и благородно дожидался меня в гостиной.

– Дайте руку, Вернон, я сегодня устала и спускаться во двор по всем этим лестницам совсем не горю желанием, – протянула ладошку жениху, он почему-то обрадовался и быстро подошел ко мне. Тоже не любит ходить пешком?

Но все оказалось проще и прозаичнее, молодой человек обнял меня и поцеловал. Его губы дарили ласку профессионально, но приятно. Можно было оттолкнуть, но зачем? Я ответила на поцелуй, мягко показывая, как мне нравится. Вернон сориентировался быстро, его губы стали требовательнее и горячее. М-м-м, неплохое начало, может, семейная жизнь и не будет такой тоскливой.

– У нас еще есть дела, – остановила я шаловливую руку жениха, когда он решил развязать шнуровку на моем платье.

– Гали, ваши слова наполняют меня надеждой, – все в Верноне говорило о том, что он не хочет идти ни на какие похороны, а с удовольствием проделал бы со мной близкий путь до кровати.

Я не стала отвечать, чуть улыбнулась, создала портал и, взяв жениха за руку, вошла в него. Во дворе только нас и ждали. Не знаю, как остальные, но Кайрус точно понял, что мы с Верноном целовались. Взгляд телохранителя будто прикипел к моим губам, наверняка ярко-алым после страстного натиска жениха. И такая буря эмоций отразилась в глазах у рыжего, что я почти поверила в наши с ним любовные отношения. Хотя, когда мы с ним успели бы закрутить роман? Если память мне не изменяет, я, а точнее мое тело, всего вторые сутки в этом мире. Или я чего-то не помню? Могло быть так, что Галай сознательно лишил меня какой-то части памяти? Сомнительно, но если он смог полностью передать мне свою, то и первый вариант исключать нельзя.

Находясь в раздумьях, я махнула рукой и процессия медленно устремилась вперед. Сначала шли две женщины с белым полотном в руках, оно было тонкое, невесомое и похожее на тюль. Следом четверо дюжих мужиков несли на носилках, искусно вырезанных из цельного куска дерева, тело Галая. Прислуга серьезно отнеслась к моему заданию, прадеда облачили в белые одеяния, а на его лбу нарисовали знак бога Эрона – круг. Этот символ означал бесконечность. Местная религия имела некое сходство с буддизмом: реинкарнация, множество богов, которые по сути были воплощением все того же Эрона.

Часть меня была жутко недовольна из-за того, что во мне отсутствует должное почтение к богам, другая, наоборот, считала все это глупостью и предрассудками. Ну а мне оставалось только вздыхать и усмирять противоречивые желания.

За Галаем шли мы с Верноном и Кайрусом. Мой жених поддерживал меня под руку с правой стороны, а телохранитель бдительно следил с левой. Идти пришлось достаточно долго, но я сама виновата, распорядившись устроить сожжение на берегу реки. А если учесть, что замок был построен на холме, обратно я заранее решила возвращаться порталом. В принципе, как такового ритуала не было. Обычного человека или мага в последний путь должны провожать не только близкие, но и служитель Эрона. Кстати, их либо хоронят в земле, либо в склепах. А вот отмеченных белой вуалью богини смерти, принято сжигать, чтобы их тела не стали прибежищем демонов. Проще говоря, чтобы повелители смерти не превращались в личей или в нечто такое же могущественное и страшное. И эти опасения небезосновательны, если верить памяти Галая.

Женщины расстелили белую материю на огромной поленнице, которую специально сложили для умершего хозяина. На нее положили носилки с телом, а следом по импровизированным ступеням взошла я. Мне нужно было забрать амулет прадеда с каплей его крови, чтобы впоследствии отнести его в храм Алаи. Ну и попрощаться, конечно.

– Не знаю, слышишь ты меня или нет, – тихо проговорила я, снимая с шеи предка амулет. – И будет ли тебе польза от моих слов, просто знай – я прощаю тебя, Галай Илазар Тибереан Оронский. Пусть богиня Алаи будет милостива, а следующее воплощение наконец-то подарит тебе счастье.

Галина со мной согласна не была, я чувствовала ее обиду и разочарование, а еще тоску по семье. Вот только во мне было слишком много от Галая, чтобы просто забыть и вернуться в прошлую, чужую жизнь. Да, я вполне могла бы сделать портал в родной мир Галины, но желания у меня такого пока не возникало. Хотя магазины там намного лучше, я уже не говорю о салонах красоты. Решено, завтра наведаюсь туда и покрашу волосы, а то белый цвет меня раздражает.

Я выпрямилась, щелкнула пальцами и вокруг меня взметнулось черное пламя. Знаю, бахвальство – это плохо, но так приятно было видеть страх в глазах людей. Служанки в унисон ахнули и отбежали подальше, мужчины напряглись и нахмурились, и только Кайрус кинулся меня спасать. Я остановила его резким жестом, тоже мне самоубийца выискался! Я только начала привыкать к нему, а он решил глупо сдохнуть у моих ног!

– Тебе жизнь надоела?! – прошипела я в лицо рыжего телохранителя, спустившись с пылающего помоста. – Если так, то выбери более легкий и гуманный способ с ней расстаться.

– Гали, дорогая, вы совсем себя не бережете, – подскочил к нам Вернон, ревниво глядя на Кайруса. Похоже, до него уже дошли слухи о нас с телохранителем.

– Жизнь – это не череда праздников и веселья. Мы с рождения обременены долгом: перед родителями, родиной, богами. За каждый не отданный долг богиня Алая строго спросит… Люк, оставь тут парочку человек, пусть дождутся пока пламя погаснет и соберут в урну прах лорда Галая. Урну принести в мою гостиную, – распорядилась я и пошла вдоль реки. У меня было еще одно важное дело, которое всплыло в голове совершенно неожиданно. Что поделать, своей памяти у меня не было, а Галая работала ассоциативно. Сказала Вернону про долг и вспомнила, что помимо сожжения тела предка мне нужно отнести его амулет с каплей крови в святилище. Не в то, где проводился ритуал, а к самой богини смерти.

– Дорогая, мне кажется, сейчас неподходящее время для прогулки, – быстро догнал меня жених.

– Госпожа, в лесу может быть опасно, – поддержал его Кайрус, пристраиваясь с левой стороны от меня.

– Я вас не задерживаю, можете возвращаться в замок, – отмахнулась от мужчин. Они, конечно, не ушли, так что пришлось добавить: – Если остаетесь, то идите молча.

Вообще-то, я могла сделать портал к храму, но мне хотелось пройтись пешком. Алая не любит суеты, к ней надо приходить в трезвом рассудке и с холодным сердцем. А у меня в голове хаос, хотя бы от того, что я, оказывается, служительница богини смерти. Галай называл себя «повелителем смерти», но забыл сказать, что он выполнял волю Алаи на земле. Богине смерти не строили храмы, но по всему миру достаточно ее каменных изваяний, к которым часто приходят просящие. Редко кто из них ищет своей смерти, в основном просят о мести недругу. Иногда богиня выполняет желание, но за этим следует расплата. Алая может забрать жизнь, здоровье, богатство, если посчитает, что просьба просящего о мести не была справедливой.

И вот теперь я шла к такому изваянию богини, надежно спрятанному, чтобы рассказать ей о верной службе Галая. Там же состоится завершающий этап ритуала, Алая заберет каплю крови прадеда и освободит его душу от служения, а взамен возьмет мою. Отказаться? Наказать душу Галая вечным ожиданием свободы? А самой медленно умирать от отравляющего воздействия демона? Ведь только служа богине, я смогу полностью подчинить темную сущность. Но смерти я не боюсь, а долги привыкла отдавать, и если уж я родилась с даром, то надо нести свое бремя до конца.

Мы шли вдоль реки, достаточно бурной и неглубокой. Пара поворотов и вот мы у цели – небольшого водопада. Память подсказывала, что вода холодная, лето только началось, а река берет начало в горах. По-хорошему надо было раздеться, но мерзнуть совсем не хотелось и я, недолго раздумывая, вошла в воду одетая.

– Госпожа?!

– Гали?!

Одинаковые обеспокоенные возгласы заставили вспомнить о моих спутниках.

– Ждите на берегу, я ненадолго, – оглянулась я. – И не бойтесь, здесь неглубоко.

Я старалась идти быстрее, мокрое платье неприятно облепляло ноги, а холод вызывал дрожь. Глубина и правда была небольшая, всего лишь до середины моего бедра. Еще бы камни не были такими скользкими, а то из-за них я все-таки окунулась в воду по шею. До водопада я добралась окончательно промокшая и продрогшая, жаль, другого пути в грот не было.

Но даже если бы я по пути не падала, то сухой пройти сквозь водопад у меня все равно не получилось бы. Грот представлял из себя узкую и явно рукотворную пещеру с вкраплениями в стены светящихся кристаллов. Свет они давали слабенький, но этого было достаточно. Постепенно дно повышалось и я наконец-то выбралась из воды, но теперь приходилось чуть пригибать голову, потому что высота грота составляла около ста семидесяти сантиметров. То есть аккурат с мой рост, но из-за того, что потолочный свод был обработан грубо, имелся риск расшибить голову. Я уже морально приготовилась к долгому странствию по пещерам, в памяти Галая путь к святилищу был весьма извилист и труден, как за следующим поворотом мне открылся маленький зал с каменной статуей.

Я смотрела на почти точную копию себя и понимала, почему у Галая не получилось занять тело Галины.

«Да, твой предок собирался потягаться со мной, забыв, что все его помыслы для меня как открытая книга», – раздался в моей голове молодой и такой знакомый голос.

– Я твой аватар? – спросила вслух и вздрогнула от своего же голоса.

«Воплощение», – зачем-то поправила меня богиня. – «Мне просто не нравится слово – аватар. Не бойся, я не планирую занимать твое тело, как Галай, и даже волю свою навязывать не буду. Мне это не нужно. Ты часть меня, а значит, все, что произойдет с тобой, мне будет ведомо».

– То есть я могу жить в свое удовольствие и поступать так, как считаю нужным?

«Да, свобода воли – это всегда захватывающе», – рассмеялась богиня.

– Как-то все слишком просто и заманчиво. Где подвох? – даже будучи наивной Галиной, я не верила в сказочные посулы, что уж говорить сейчас, имея в памяти несколько столетий опыта Галая.

«Просто? Нет, просто тебе точно не будет. Ты мое воплощение, а значит, на тебя ляжет часть моих способностей и обязанностей. Ты не сможешь пройти мимо безнадежно больных, отказать в просьбе о мести и многое другое. Тебе придется забирать жизни людей. И не всегда твой приход будет приносить смерть тем, кто это заслуживает. Но я оставлю тебе право решать, как именно умрет тот или иной человек. А теперь возложи ладонь на алтарь».

***

Вернон психовал, его драгоценная невестушка скрылась в водопаде уже с полчаса назад. А если она там сгинет?

«Боги, защитите Гали!» – искренне взмолился молодой человек. Нет, он не воспылал любовью к невесте, но в то же время считал ее подарком судьбы. Вернон никогда не испытывал иллюзий по поводу своего происхождения и положения в обществе. Он всегда знал, что маг из него никудышный, трудиться в поте лица, как старший братец, он не хотел, а жить богато и в комфорте ему, наоборот, нравилось. Но красивая одежда, вкусная еда, раскрепощенные женщины, веселая и разгульная жизнь стоили очень недешево. А где брать деньги? Работать? Пф! Это не для него, Вернона. Да и вообще он мало что умел, а содержание отец выделил ему мизерное. Оставалось найти богатую женщину и пользоваться всеми ее благами. Чем он и занимался, иногда не гнушаясь вступать в связь с лицами своего пола. Но все же женщин он любил больше, а уж как они его…

Вот только всю жизнь продавать свои услуги не будешь, да и сам Вернон с годами становился переборчивее, что уж говорить о той части его тела, которую особенно боготворили любовницы. Так что, когда за ним пришел один из двоюродных братьев с новостью, что император нашел ему богатую невесту, Вернон обрадовался. Когда же оказалось, что невеста не просто богата, а наследница самого наместника Тибера и Орона, к тому же молода и привлекательна, удача вскружила молодому человеку голову. Он бросил всех своих друзей и любовниц, чтобы встретить рассвет в постели невесты. Но его ждало разочарование, доступ в замок лорда Галая был для него закрыт. Хорошо, брат подсказал отправиться порталом в соседний городок, а там приобрести лошадь и добраться до замка верхом. Что он и сделал, немного разминувшись с невестой. Но и тогда он был уверен, что она со своим богатством в его руках. А вот слова Гали о брате и о том, что он предлагал себя на роль супруга, Вернона сильно обеспокоили. Потому что брата он знал отлично, особенно его умение добиваться поставленных целей. Но ничего, ему бы только попасть в кровать Гали, а там уж он заставит девушку забыть о других мужчинах. Но с этим как раз возникли проблемы, то покойный лорд не дал доступ в замок, то сама невеста с причудами – в огонь лезет и в воду…

– Слышь, ты, иди посмотри, не случилось ли чего с твоей госпожой? – раздраженно окликнул Вернон рыжего «телохранителя». Этот тип молодому человеку сразу не понравился, а когда он увидел, как этот Кайрус смотрит на Гали, захотелось попросить брата о небольшом одолжении – упечь вероятного любовника будущей жены в какую-нибудь темницу. А лучше на рудники!

Кайрус скрипнул зубами, но спорить с лордиком не стал, тем более он и сам беспокоился о юной госпоже. Вчера его, матерого и циничного вояку, будто громом поразило, когда он увидел наследницу лорда Галая. Кайрус за свою жизнь имел много женщин, были у него и красавицы, и не очень, аристократки и проститутки. Но только молодая хозяйка одним взглядом пронзила его сердце. Она стояла во дворе такая красивая, в необычной одежде, растерянная и ранимая, что в душе Кайруса что-то перевернулось. Захотелось схватить девушку в охапку и спрятать ото всех, в первую очередь от ее старшего родственника. Лорд Галай был страшным человеком, да и человеком ли вообще? Кайрус еще вчера понял, что хозяин задумал очередную подлость и роль жертвы на этот раз отводилась этой милой девушке – Галине.

Мужчина ничего не мог сделать, только прийти сегодня с самого утра к склепу и надеяться на чудо. Госпожа выжила, но вот той милой и ранимой девушки уже не было, ее место заняла расчетливая и холодная копия Галая, только молодая. Но все же что-то былое, человечное и живое мелькало в глазах хозяйки и Кайрус верил, что со временем настоящая Галина вернется. А если для того, чтобы у хозяйки совсем не пропали эмоции нужно иногда ее злить, то Кайрус справится с этой задачей.

Глава 6

– Госпожа? Миледи? – кто-то тряс меня за плечи, осторожно и с нежностью. Последнюю я ощущала, как нечто теплое и окутывающее меня. – Леди Галина, что с вами?

– Кай? – я открыла глаза и увидела своего телохранителя. Он присел напротив меня и его лицо было так близко, что наше дыхание смешивалось. Во взгляде Кайруса плескалось море беспокойства и заботы, его крепкие руки порывисто меня обняли, прижимая к широкой груди. И только тогда я поняла, как сильно замерзла. Прильнула к мужчине еще теснее, удивляясь почему он такой горячий, ведь он тоже мокрый.

– Живая, – выдохнул Кайрус, скользя губами по моей щеке. Приятно.

«Неужели тебе нравится этот мужлан? Из положительных качеств в нем только преданность и размер члена. Даже твой жених поприятнее будет, а лучше его брат», – раздался голос богини в моей голове.

«Люциан? Он меня бесит», – мысленно ответила я, ловя губы Кайруса своими губами. Признаюсь, поступила я так больше из вредности.

«Зато он умен, интересен и является сильным магом. Кстати, только от мужчины с подходящим уровнем дара ты сможешь забеременеть. А к этому мужлану тебе лучше не привыкать, ему все равно жить осталось недолго. Да и поцелуи его слишком просты», – цинично прокомментировала богиня.

Так странно было слышать собственное мнение из чужих уст и при этом полностью быть не согласной с ним. Да, поцелуям Кайруса не доставало чуткости и профессионализма Вернона, зато в них с лихвой было искренности и настоящего влечения. Мой телохранитель был ярким, хамоватым, напористым, честным. Я знала, что его жизненный путь почти подошел к концу, могла бы даже заглянуть в его душу, чтобы узнать точную дату смерти, но не стала этого делать. Я просто грелась в его объятиях, чувствуя рядом с мужчиной себя наконец-то живой, а не бездушным големом.

«Ну как знаешь. Но отсрочить его смерть даже не пытайся, как ты это сделала с тем торговцем. И чтобы ты впредь помнила об том, что лишний раз не стоит вмешиваться в судьбы людей, тебе придется найти замену тому старику» – недовольно заявила Алая и замолчала. Но даже эта тишина была очень говорящей – пора было покинуть грот.

– Пойдем, нам пора, – отстранилась я от Кайруса, пресекая его попытки снять с меня платье.

– Да-да, госпожа, здесь не место, – со страстью в голосе подскочил телохранитель, пытаясь поднять меня на руки. И, конечно же, стукнулся макушкой о потолок.

«Пф, он еще и неуклюжий», – съехидничала богиня. Волна раздражения всколыхнулась в душе, но я смогла ее погасить. Все же я пока не настолько сумасшедшая, чтобы ругаться с покровительницей.

– Не надо, я сама дойду, здесь слишком мало места, – выпуталась из рук мужчины. А потом не удержалась и погладила его по голове, снимая магией боль и сращивая рассеченную кожу. Это не было целительством, всего лишь способностью поворачивать время вспять. Ненадолго и на ограниченном пространстве. По факту, я могла даже воскресить человека, если успеть до того момента, как душа покинет тело. Вот только за такое вмешательство пришлось бы платить своей жизнью, точнее, ее частью.

«Не всегда, если линия судьбы не должна была прерваться, то твое самоуправство наказано не будет», – почему-то решила поведать мне эту существенную деталь богиня. – «Ну я же не бездушный монстр, к тому же все должно происходить в свое время, даже смерть».

– Спасибо, миледи, – видимо, удар привел Кайруса в чувство и он вспомнил о субординации. Хотя, если верить его взгляду, об этом поцелуе он не забудет.

Я пошла впереди, несмотря на то, что телохранитель порывался вести меня за собой. Объяснять, почему я не хочу следовать за мужчиной не стала, но он и сам понял, когда мы буквально через пару минут оказались под водопадом. У Кайруса был такой изумленный взгляд, что я невольно улыбнулась, наверняка же его богиня тоже водила какими-то закоулками, как Галая.

«С мужиков иногда не мешает сбивать спесь», – хихикнул в моей голове голос Алаи, тихий и игривый. Пришло понимание, что слышать богиню я смогу либо рядом с ее святилищами, либо, когда она сама того захочет.

– Гали, дорогая! – бросился Вернон в воду, едва увидел нас проходящими сквозь водопад.

Я оценила его самоотверженность, Кайрус тоже, потому что успел первым подхватить меня на руки. А жениху оставалось скрипеть зубами и возвращаться на берег дожидаться нас. Правда, он быстро понял свое преимущество и едва Кайрус со мной на руках подошел к нему, потянулся ко мне, недвусмысленно настаивая на своем праве лично носить меня. Можно было не заметить или оставить порыв Вернона без внимания, причем та часть души, что была от богини вообще настаивала прогнать парня, ведь Алае понравился его брат. Память прадеда нашептывала, что принца надо держать в ежовых рукавицах, чтобы осознал, как ему повезло со мной. Галина еще вчера поставила на Вернона клеймо «бабника и извращенца», поэтому он ей тоже не нравился. Надо же, какое редкостное единодушие! Вот только это тело мое, и жизнь моя! А значит, я сама буду решать, как и с кем мне дальше жить.

– Думаю, нам самое время отправиться домой, – чуть улыбнулась я, выскальзывая из рук Кайруса и беря ладонь жениха. – Надеюсь, никого не тянет прогуляться мокрыми до замка? Ну и замечательно.

Создала портал ко входу в свои апартаменты, пропустила Вернона вперед, потом зашла сама, а после телохранителя закрыла проход.

– Кайрус, передай Люку, что я буду ужинать у себя и пусть пришлет ко мне Майлу. Вернон, прошу простить меня, но сегодня я очень устала и хочу отдохнуть, поэтому ужин вам принесут в комнату. Если будет что-то нужно, обратитесь к прислуге, – отдала я распоряжения и вошла в гостиную. Жених попытался что-то сказать, но я уже закрыла дверь.

Майла прибежала очень быстро и молча взялась за выполнение своих обязанностей. Традиции требовали от меня носить траур месяц, но меня уже тошнило от старых чужих тряпок, и я выбрала одно из новых платьев. Оно тоже было с подолом в пол и с длинными рукавами, но из мягкой ткани, темно-бежевое с белоснежным отложным воротничком и манжетами такого же цвета. В ателье хозяйка отговаривала меня от покупки, мотивируя тем, что такие носят пансионерки. Но я его все равно купила, потому что на моей стройной фигуре оно сидело идеально, а еще было теплым и приятным на ощупь. Я расположилась на софе с бокалом горячего вина, оно по вкусу напоминало глинтвейн, но в нем ощущались и необычные нотки. Майла заплетала мне волосы, которые я немного подсушила магией. Все же экспериментировать со своей внешностью я не хотела, а память Галая была очень скудна на бытовые заклинания.

В целом, я чувствовала себя неплохо, собиралась распорядиться о том, чтобы ужин мне подали раньше, но тут в дверь постучали. Сделано это было скорее для порядка, потому что Кайрус зашел сразу же, не дожидаясь моего ответа.

– Госпожа, к вам гости, – голос телохранителя не скрывал недовольства. – Прикажете впустить?

– Не думала, что Вернон такой скромный и сам не может постучать в мою дверь, – хмыкнула я, собираясь отказать жениху в его желаниях.

– Это не он. Это его брат прибыл с «визитом вежливости» и стоит у ворот вашего замка, миледи, – скривился Кайрус.

– Неужели тоже верхом и один? – удивилась я. Все же такие люди, как Люциан, без охраны не ездят.

– Нет, с ним пятеро телохранителей и младший заместитель, – Кайрус наконец-то заметил, что я переоделась и теперь в его глазах было еще меньше желания впускать незваных гостей.

– А не много ли охраны для тайного советника-менталиста? – фыркнула я, вставая. Как бы мне не хотелось встречаться с будущим родственником, но посмотреть на его сопровождение я была обязана. Не просто же так он притащил всю эту толпу ко мне в дом? – Зайдем за Верноном, вдруг он соскучился по брату…

Мой жених воспринял приезд родственника очень негативно, оно и понятно, планы на вечер у Вернона были куда более приятные, чем развлекать брата. Как я поняла про планы? Ну, когда дверь тебе открывает полуголый мужчина, явно побывавший недавно в ванне и со словами: «Гали, дорогая, вы все-таки пришли!..» дарит умопомрачительный поцелуй, поневоле поймешь, что он не брата ждал.

– Гали, мой брат страшный человек, коварный, я очень волнуюсь за вас, – ныл Вернон, пытаясь напроситься на ночевку в мои апартаменты. Конечно же, он говорил, что спать будет в гостиной или вообще в кресле у порога, блюдя мое «целомудрие». А за моим левым плечом шел Кайрус и скрипел зубами. По-моему, он разрывался от желания набить морду Вернону и свернуть шею его брату.

– Мы не можем оставить Люциана ночевать у ворот, это не по-родственному, – мягко ответила я, опираясь на локоть жениха и игнорируя его намеки. – Но мы ведь можем показать ему, что он совершенно напрасно переживает о вас, Вернон.

– Да-да, именно это я и предлагал, несравненная! – воодушевился жених, поднося мои пальчики к своим губам. Похоже, он понял меня в меру своей испорченности. Я не стала сразу огорчать Вернона, решив, что так он будет сильнее стараться пустить «пыль в глаза» брату. И не ошиблась.

Мы встречали Люциана на центральном крыльце, Кайрус все так же исполнял роль телохранителя, мрачного и очень злого, тому способствовало наглое поведение моего жениха. А сам виновник бессовестно обнимал меня за талию, время от времени касаясь губами моего виска или ладошки. Я же разрывалась от противоречивых эмоций: тело Галины не видело в проявлении таких нежностей ничего особенного, а вот воспитание Галая просто вопило о недопустимости подобной близости до брака. Часть Алаи взирала на все происходящее с цинизмом и долей превосходства, типа: «Пф, опять эти человеческие условности…»

– Люциан, какими судьбами?! – жизнерадостно воскликнул Вернон, опередив брата, а заодно обняв меня крепче. Пришлось даже повести плечами, напоминая жениху, что мы не одни. Он сразу же ослабил объятия, чем заслужил еще один плюсик к списку своих достоинств.

– Приказ императора, – ответил Люциан, легко спрыгивая с лошади и отдавая поводья подбежавшему конюху. – Он озаботился тем, что молодой и омраченной горем потери леди будет тяжело провести инспекцию в уделах лично. А с учетом того, что лорд Галай последние лет тридцать не предоставлял сведения о доходах, сделать это необходимо. Я взял с собой несколько квалифицированных в финансовой области специалистов, уверен, инспекцию удастся провести в кратчайшие сроки. Надеюсь на вашу помощь и сотрудничество, леди Галина. Вы же не заставите будущего родственника жить в этих ужасных захолустных гостиницах?

Я улыбнулась, желая в душе лично свернуть шею Люциану, ведь наверняка это с его подачи император вспомнил об отчетах. Хотя и прадед «удружил», мог бы вовремя подавать данные, а он этим не заморачивался, ограничиваясь уплатой налогов. Часть Галая сконфуженно отмалчивалась, спрятавшись за Галину, которая услышав знакомое словосочетание «в финансовой области» встрепенулась и заинтересовалась.

– Люциан, как вы могли даже подумать о таком?! Вы меня серьезно обидели, но я вас с удовольствием прощу, если вы разрешите помочь вам с инспекцией. Мне, признаться, и самой интересно в каком состоянии мое наследство. И, конечно же, я распоряжусь чтобы вас и ваших людей устроили наилучшим образом.

– Леди Галина, ваша помощь будет поистине неоценимой, – вскинул свой хищный клюв тайный советник и самоуверенно улыбнулся. Я с трудом сдержалась, чтобы не скривиться в ответ, все же портить отношения с доверенным лицом императора и будущим родственником не хотелось.

– Не сомневаюсь, – хмыкнула я и обратилась к жениху: – Дорогой, я помню, что этот вечер мы собирались провести вдвоем, но будет негостеприимно заставить вашего брата ужинать в одиночестве.

– Гали, в вас столько благородства, что я не перестаю вами восхищаться, – отозвался жених, бросая меж тем неприязненные взгляды на Люциана. В этот момент он был настолько искренним, что я улыбнулась.

– Кайрус, – повернулась я к телохранителю, он мрачно созерцал наши «пляски» перед друг другом, но благоразумно не вмешивался. – Проводи гостей к Люку, пусть он позаботится о них. Люциан, ужин будет через полчаса, надеюсь, этого времени вам хватит?

– Несомненно, – слегка склонил голову мой личный кошмар на ближайшие дни. Не понимаю, что богине могло понравиться в этом мужчине?

– Хорошо, как закончите ваши дела, обратитесь к горничной, она проводит вас в мою гостиную. Из-за траура ужин пройдет в тихой семейной обстановке. Пойдемте, Вернон, – я создала портал и подала руку жениху. – Кстати, уважаемые гости, хочу обратить ваше внимание, что на территории моего замка перемещаться порталом могу только я. И ваша магия из-за защитного поля может давать сбои, не говоря о том, что любое ее несанкционированное проявление будет мне известно. Поэтому воздержитесь от использования магии в стенах моего дома. А еще я не люблю любопытных людей, конечно, в часть помещений вы и так не сможете попасть, но мне будет неприятно отрываться от своих дел для того, чтобы вытаскивать вас из какой-нибудь ловушки. Лорд Галай был знатным выдумщиком, а с учетом его огромного жизненного опыта и прожитых лет, он не отличался доверием и приязнью к людям.

Оглядела недовольных гостей, каждый из которых был не самым слабым магом, даже те, что притворялись простыми телохранителями, и усмехнулась. Не знаю, что задумал император и Люциан, но надо быть настороже. Память подсказывала, что все обитатели замка приносили моему прадеду клятву, по которой не могли ничего рассказать о своем хозяине. То есть сейчас я хозяйка, и значит, обо мне они тоже будут молчать? Надо проверить бы, да внести в клятву кое-какие условия. Но это может потерпеть несколько дней, все равно прислуга обо мне ничего не знает, а то, что они считают нас с Кайрусом любовниками – это ерунда.

– Гали, вы были великолепны! – стиснул меня в объятиях Вернон, едва за нами закрылся портал. – Давненько моему брату не утирали нос с таким изяществом! Если бы вы не были моей невестой, то я не задумываясь сделал бы вам предложение, моя дорогая!

– Вернон… – я хотела сказать, чтобы он отпустил меня, но не успела, жених решил закрепить свое восхищение мной жарким поцелуем.

В этот раз нам никто не мешал и лобызания несколько затянулись. Тем более Вернон позаботился о нашем удобстве и практически в самом начале перенес меня на диванчик. Даже удивительно, что не в спальню, как я от него ожидала. Жених даже не пытался меня раздеть, ограничиваясь объятиями и поцелуями. Убедившись, что он контролирует ситуацию, я расслабилась и позволила себе насладиться чуткими и нежными губами Вернона.

«Хм, неплохо, но тебе не кажется, что ему не хватает страсти? – раздался в голове обманчиво ласковый голос богини. – Уверена, его братец уже сорвал бы с тебя одежду и овладел бы твоим жаждущим ласки телом».

«Бр-р-р, вот умеешь ты испортить настроение», – раздраженно ответила богине и отстранилась от жениха. Он меня сразу отпустил, чем только ухудшил мое состояние.

– Гали, дорогая, ваши губы сводят меня с ума, – будто почувствовал мое разочарование Вернон и притянул меня обратно к себе. – Я понимаю, что вот-вот набегут слуги, заявится братец, но как же не хочется отпускать вас даже на минуту…

«Он наверняка так всем говорит», – фыркнула Галина.

«Где это видано, чтобы до брака заниматься такими непотребствами?!» – возмущалась часть личности Галая, но как-то смущенно.

Так и хотелось закричать: «Заткнитесь!», но кому? Самой себе? Пришлось брать себя в руки, восстанавливать дыхание, а с ним и душевное равновесие. Не сказать, что у меня это сразу получилось, но улыбнуться и даже подарить легкий поцелуй Вернону я смогла. Минут пять у нас ушло на то, чтобы привести себя в порядок, так что к приходу Люциана мы с Верноном вели себя на редкость культурно и невинно.

– Видимо, я рано? – обвел взглядом пустой стол будущий родственник.

– Ничуть, – улыбнулась я и позвонила в колокольчик. Звук у него был мелодичный, и вряд ли его можно было бы услышать даже за дверью, но магия приходила на помощь и в такой мелочи. – Сейчас все будет, не думали же вы, Люциан, что я заставлю вас есть холодный ужин?

– И в мыслях не было, – чуть улыбнулся тайный советник и сел в кресло напротив нас. По тому, как внимательно он вглядывался в наши лица, было понятно, что припухшие от поцелуев губы и румянец на щеках он не мог не заметить.

– Люциан, скажите, с какого города вы планируете начать проверку? – сидеть в тишине не хотелось, да и не мешало бы выяснить планы советника. Понятно, что все он мне не расскажет, но хоть что-то должен.

– Я предложил бы начать с Орона, но проверка центрального город удела – это всегда длительный и кропотливый процесс. Поэтому нам сначала стоит проехаться по крупным станицам, в то время как в Ороне и Тибере подготовят для нас всю документацию. Запрос от имени императора градоначальникам сегодня направили, – ответил будущий деверь.

– Хорошо, тогда пока вы занимаетесь ближайшим городком, я успею полностью прийти в себя после ритуала передачи родового дара и помочь вам в других местах.

– О, такого рода ритуалы всегда тяжелы, я поражен вашим мужеством, Галина, – глаза советника сверкнули, но скорее это была сознательная уловка, чтобы расположить меня к себе, как и последующие его слова. – Я с содроганием вспоминаю свой ритуал. Стыдно признаться, но после него я трое суток провел в постели, и еще с месяц отцу приходилось поддерживать на моем сознании ментальный щит. Знаете, это так тяжело в один момент получить возможность слышать мысли окружающих. Зачастую лучше слепое неведение, чем ранящее душу знание.

«Бедняжка», – умиленно вздохнула богиня, пытаясь немножечко потеснить мое сознание и пококетничать с Люцианом, меня же это совершенно не устраивало. Хотя бы потому, что в постель этот страдалец полезет ко мне, а не к Алае. По тому как перекосило лицо Вернона, он тоже не особо жалел брата, а может, просто слышал это фигню не первый раз.

– Как я вас понимаю, – меж тем чуть улыбнулась я советнику. – На меня тоже в одночасье обрушилась такая огромная ответственность, что я даже не представляю, что с ней делать. Знать точную дату смерти каждого – это так ужасно. Вроде бы разговариваешь с живым человеком, он тебе улыбается, рассказывает о своих планах на ближайшее будущее, но я-то знаю, что им не суждено сбыться…

Эх, жаль, что в этот момент Люциан ничего не ел, а то я стала бы свидетельницей скоропостижной гибели тайного советника. У него было такое лицо, что я забеспокоилось о его здоровье.

– Люциан, с вами все хорошо? – участливо спросила я, глядя на бледного советника и на мелкие бисеринки пота на его лбу.

– Не обращай внимания, дорогая, братец всего лишь пытается проникнуть в твои мысли, – сдал родственника Вернон, беря мою ладошку и запечатлевая на ней поцелуй. – Он, как ребенок, не выносит барьеры, твой ментальный щит для него – вызов. Люци, не надо так на меня смотреть, ты же знаешь, отец запретил тебе ковыряться в моих мозгах. Но это и бессмысленно, я свои мысли не скрываю, я всецело счастлив от того, что в скором будущем Гали станет моей женой.

– Еще бы тебе не быть счастливым, – ухмыльнулся Люциан, но добавить ничего не успел, так как в дверь постучали. А после моего разрешения, прислуга начала споро сервировать стол. Я поглядывала на жениха, точнее, на то как он реагирует на молодых девушек-служанок. Лично я на них не посмотрела бы, настолько бледный и неухоженный у них был вид, но мужчины женщин воспринимают иначе. Тем более память Галины подсовывала тот момент, когда мы с Верноном шли к императору, а там он даже откровенных страшилищ ласкал взглядом. Сегодня он вел себя прилежно, на девушек не косился и все свое внимание посвятил только мне. Его честным глазам вообще могли позавидовать бы святые.

«Бабник», – припечатала Галина.

«Развратник», – согласился с ней Галай.

«Я же говорю – надо брать Люциана. Во всяком случае, при поцелуях с ним не придется содрогаться от мыслей, где мог побывать его язык до тебя», – не поленилась испортить мне аппетит Алая.

– Люк, – дворецкий решил лично проследить за тем, как прислуга накрывает стол, а может, что скорее всего, потешить собственное любопытство и узнать, что делает молодая хозяйка в компании мужчин. – Какое вино ты принес?

– Самое лучшее, госпожа. Оронское терпкое пятилетней выдержки, – учтиво поклонился дворецкий, демонстрируя мне бутылку. Ну, про лучшее он, конечно, солгал, благодаря памяти прадеда я точно знала, что в моих запасах есть по-настоящему ценные вина. А это можно назвать неплохим и достаточно крепким, потому что его производство больше напоминало коньячное. – Лорд Галай говаривал, что Оронское терпкое изумительно подходит при любых недугах, будь то телесных или душевных.

– Замечательный выбор, Люк. Разрешаю отрыть малый бочонок столового, дабы каждый обитатель замка мог попрощаться с лордом Галаем и пожелать ему скорейшего перерождения. Только без непотребства, Люк, я проверю, – мягко произнесла я, но окружающие почему-то единодушно вздрогнули.

«Пф, ты пользовалась бы на первых порах памятью предка, а то от тебя все люди разбегутся», – отозвалась богиня, похоже она покидать меня не собиралась. – «Я что, уже и полюбоваться на симпатичного мужчину не могу? Дожилась, аватары вконец обнаглели!»

«Тебе же это слово не нравится», – съязвила я мысленно и опрокинула в себя целый бокал крепкого вина. На пустой желудок оно подействовало практически сразу, в голове зашумело, тело наполнилось легкостью, а голоса в голове значительно притихли. Аллилуйя! Теперь можно и поесть, а потом еще выпить, глядишь, подселенцы окончательно заткнутся.

Глава 7

Проснулась я, как обычно, с рассветом. Что интересно, и Галай, и Галина, тоже были ранними пташками и не любили долго валяться в постели. Потянулась, чувствуя себя отдохнувшей и полной сил. И тут же чуть не завизжала, когда чья-то рука обвила мою талию, а сонный мужской голос буркнул в макушку:

– Спи, рано еще…

Хорошо, что я сама еще толком не проснулась, поэтому первая мысль была целиком Галина: «Вадим в своем репертуаре». А вот вторая уже моя: «Какой к черту Вадим?»

В спальне было темно, сквозь плотные шторы, которые все-таки успели повестить горничные, едва-едва проникал свет нового дня. Я лежала, затаив дыхание и мучительно перебирая в памяти вчерашний день, чтобы понять с кем меня угораздило проснуться.

Прошлый день выдался тяжелым, а вечер испортил приезд Люциана, поэтому за ужином я больше пила, чем ела или разговаривала. Во-первых, алкоголь помогал заглушить голос богини, и полностью подавить влияние Галины и прадеда, а во-вторых, братья оказались не лучшими собеседниками. Скорее всего, с каждым по отдельности я нашла бы о чем поговорить. Возможно, это было бы даже любопытно и познавательно. Но вместе братья только и делали, что пытались перетянуть мое внимание. Вернон с помощью комплиментов, объятий и ухаживаний, а Люциан его подкалывал, намекал на прошлые грешки, всячески умничал и язвил. Со мной же тайный советник был неизменно вежлив, учтив, что не мешало ему отпускать в мою сторону двусмысленные фразочки. Больше всего Вернона бесило то, что его брат совершенно не понимал намеков и уходить к себе не собирался. Ужин давно закончился, все темы от погоды до прибавления в семействах родственников были ими обсуждены, а Люциан продолжал сидеть и попивать вино. Как он умудрялся на протяжении нескольких часов цедить вино из одного бокала, я не знаю, но у него замечательно получалось.

В какой-то момент усталость дня и алкоголь взяли свое, и я задремала на плече у жениха.

– Зачем ты приехал?! – прошипел Вернон, разбудив меня. Правда, показывать я этого не стала, решив наконец-то узнать хоть что-то интересное, помимо глупых сплетен.

– Приказ императора, я же говорил, – с издевкой ответил Люциан.

– И поэтому ты нагло пристаешь к моей невесте?

– Ты хотел сказать, остроумно и блистательно? Хотя где тебе знать такие слова. Я всего лишь продемонстрировал Галине разницу между мной и тобой. Как думаешь, кого из нас выбрала бы в мужья эта умная и утонченная девушка сама? Точно не тебя, если она даже при всей твоей назойливости умудрилась уснуть. А жениха можно и поменять, уверен, император против не будет…

– И не мечтай, – злость и угроза в голосе Вернона меня откровенно порадовали. Я продолжала считать, что из нас со временем получится неплохая пара. Главное, что нам обоим был выгоден предстоящий брак. Я уже думала, просыпаться мне или дальше притворяться, но и тут Вернон повел себя решительно. Он осторожно встал, а потом с легкостью поднял меня на руки. – Иди спать, братец.

Вернон отнес меня в спальню, за те пару минут я опять успела задремать, уложил на кровать, снял с меня обувь и взялся за одежду. Молодой человек вздыхал, тихо ворчал и поминал недобрым словом не вовремя приехавшего брата, досталось и императору. А я, кажется, улыбалась ему с закрытыми глазами. Именно в тот момент, когда жених положил меня на кровать, организм окончательно сдался алкоголю. В голове шумело, тело охватила приятная эйфория.

– Приятных снов, Гали, – мягко поцеловал меня в губы Вернон, собираясь уйти. Мне же одной оставаться в большой и темной комнате совсем не хотелось, я обвила руками шею жениха и открыла глаза:

– Уже уходишь?

– Наверное, уже нет, – юркнул ко мне под одеяло Вернон прямо в одежде, но это дело мы быстро исправили.

Дальше мои воспоминания были очень отрывочные, никак не получалось с уверенностью сказать, дошло у нас с женихом до интима или все ограничилось ласками и поцелуями. Зато стало понятно, кто именно спит за моей спиной и так по-хозяйски меня обнимает.

Мужская ладонь сдвинулась с моей талии и начала плавное восхождение наверх к груди, а губы Вернона прижались к моей шее. Мурашки побежали по всему телу от такой нехитрой ласки, я улыбнулась и чуть отвела плечо так, чтобы жениху было удобнее. Он все понял и весьма страстно начал покрывать мою шею поцелуями, прикусывать ушко и ласкать грудь ладонью. Ночная рубашка сдвинулась еще во сне, так что препятствий к моему телу практически не было, на парне же, судя по ощущениям, имелись только подштанники. Не знаю, что у нас было вчера, но сегодня утром точно все будет, об этом говорило и мое желание, и жениха. Мои вынужденные «соседи» затаились: Галай смущенно наслаждался происходящим, а Галина тихонечко паниковала, напоминая мне о несвежести дыхания.

– Вернон, мне надо в ванную, – вздохнула я, стараясь выпутаться из рук жениха. Все же я вчера много выпила и теперь вино просилось наружу, а зубки действительно не мешало бы почистить, чтобы не напугать будущего мужа перегаром. Следующий поступок парня порядком удивил, он резко развернул меня к себе и поцеловал. Нагло, требовательно, жгуче и тягуче-сладко. Голова закружилась, протест заглох так и не вырвавшись, а руки самовольно обхватили шею мужчины, зарываясь в его волосы.

Но как бы хорошо мне не было, в мозг яркой вспышкой ударила мысль: «У Вернона волосы длиннее!»

Тело Галины среагировало раньше, чем сознание Галая, удар коленом в пах мужчины и поспешное бегство с кровати у меня получились на инстинктах, а вот о магии я вспомнила несколько позже, когда услышала издевательское вослед:

– Дорогая, куда же ты?

– Что ты тут делаешь?! – почему-то шепотом спросила я Люциана. Нет, я не прозрела внезапно, скорее, пелена спала с разума, а чтобы подтвердить свою догадку подошла к окну и отдернула штору.

– Жду тебя, моя страстная красавица, – усмехаясь ответил тайный советник, демонстративно поправляя подштанники в том месте, которым он так меня ждал и куда я метко попала коленом. Или не попала?

«Фу, пошляк», – фыркнула Галина.

«А, по-моему, немного пикантности в отношениях не помешает», – игриво отозвалась Алая, всячески подталкивая меня в объятия Люциана.

«Каким отношениям?! Галина невеста Вернона! Оронские никогда не запятнают свою честь изменой!» – возмутился предок, желая лично свернуть шею тайному советнику. Даже подкинул мне парочку идей радикального избавления от надоедливого Люциана, от которых гарантированно не останется магического следа, а один вариант избавлял меня еще и от возни с его мертвым телом.

– Я повторяю свой вопрос: «Что ты делаешь в моей спальне?!» – у меня не было настроения на игры и высокопарные выражения. Желание запустить в мужчину каким-нибудь заклинанием я пока еще сдерживала, но с каждой минутой это было делать все сложнее.

– Я мог бы сказать, что сплю, но разве с такой девушкой уснешь? Знаешь, Галина, не думал, что мне так повезет с женой, – похоже у Люциана, наоборот, с настроением был полный порядок.

«И не только с настроением», – хихикнула Алая, намекая на размер детородного органа мужчины, который все еще красноречиво оттопыривал его штаны.

«Пф, ему осталось сказать – детка, я весь горю – чтобы окончательно опошлить все то, что между нами было», – Галине советник тоже не нравился, но с этим как раз все было понятно, ее женская сущность тяготела к рыжему Кайросу. Правда, ее не устраивала повышенная волосатость телохранителя, но разве это проблема? Фантазия моей «прародительницы» немного разгулялась, представляя, как будет выглядеть телохранитель, если его подстричь и побрить. Меня ее мысли очень отвлекали, из крови еще не ушло возбуждение.

«Мне одному непонятно, почему этот скользкий червь намекает на свою свадьбу с Галиной? И где Вернон?!» – все больше заводился престарелый родственничек. Почему-то его фантазии Галины с толку не сбивали, а мне уже хотелось побиться головой о стену, чтобы хоть немного заглушить эти чертовы голоса!

«Больше уважения, дорогая», – мягко попеняла мне богиня, опять пытаясь потеснить мое сознание, как это сделала совсем недавно. – «Ну что ты такая скучная, могла бы просто расслабиться и получить удовольствие. Я же не лезла, когда ты ночью развлекалась со своим женишком. Хотя, признаю, язык у него просто божественен! Поверь, у меня есть с чем сравнивать».

То ли сработала ассоциативная память, то ли Алая приоткрыла мне ее, но меня просто захлестнули яркие воспоминания прошедшей ночи с Верноном. Весь наш с Галиной небольшой опыт интимных отношений мерк в сравнении со способностями жениха, что уж говорить о предке, для которого столь чувственные ощущения были вообще в новинку. Подозреваю, он поэтому так настойчиво требовал найти Вернона, проникнувшись к нему нежными чувствами.

«Подлый поклеп! Я всего лишь забочусь о репутации рода!» – взбеленился лорд Галай, но от него явно исходило смущение.

«Ну мне-то можешь не лгать, я твою душонку не первый век знаю», – мысленно скривилась Алая. – «Гали, прекращай молчать, а то Люци решит, что ты онемела от свалившегося на тебя счастья».

– Люциан, мне не до шуток, – с каждой минутой меня все больше бесила сложившаяся ситуация. И дело было не только в советнике и его наглом поведении, больше выводили голоса в голове. Я с трудом сдержалась, чтобы не сорваться. – Прошу тебя покинуть мою спальню…

– Ну нет, после всего того, что между нами было я пойду отсюда только в храм, чтобы соединить наши души, как еще недавно соединялись тела, – пафосно заявил Люциан, распахивая для меня свои объятия. – Гали, хватит хмуриться, иди ко мне, и я сделаю тебя самой счастливой на свете женщиной.

– А теперь послушай меня, – я сделала несколько шагов, подойдя к кровати. В моей голове Галай ругался с богиней, выясняя, кто из них больше виноват в сложившейся ситуации. Галина внезапно расстроилась, вспомнив о своем Вадиме и о родителях, которые считают ее мертвой. Потом она осознала, что действительно умерла и впала в дикую меланхолию. Меня же раздирало от противоречивых эмоций, и я не знала, как это исправить, зато рядом находился человек, на которого можно было скинуть часть негатива. – Мне абсолютно плевать на то, что было или не было между нами этой ночью. Поэтому выметайся из моей спальни и забудь про свои матримониальные планы на меня. Свадьбы не будет.

«Фу, как грубо», – не одобрила моего поведения Галина, вырвавшись из своих тягостных грез.

«Так ему и надо, я бы его еще магией приложил», – поддержал меня предок, за что тут же получил этой же самой магий от богини. Не понимаю, что и как она сделала, но престарелый лорд вскрикнул и будто поплыл в моем сознании, вызывая и у меня легкое головокружение.

– Будет, Гали, будет, – усмехнулся Люциан. – Сейчас придет твоя горничная, увидит меня и придется нам спешно идти в храм…

– Ты так уверен, что увидит? – обманчиво ласково спросила я, подходя вплотную к кровати. Честно признаться, мне хотелось заткнуть хоть кого-то, и раз уж над своей головой я не властна, то почему бы не охладить одного наглого и навязчивого типа. Идея пришла внезапно и принадлежала только мне, на лице расплылась коварная улыбка.

– Гали, ты что задумала? – напрягся Люциан и сел, я видела, как он быстро прикрывается магическим щитом.

– Думаешь, поможет? Милый, я могу убить тебя так быстро, что ты и моргнуть не успеешь, – с улыбкой кобры, произнесла я. – Ты все еще хочешь на мне жениться, Люци?

– Гали, ты переволновалась, я понимаю, мы поговорим о нашей свадьбе за завтраком, когда ты немного успокоишься, – тайный советник шустро соскочил с кровати и предпринял стратегическое отступление. Нападение он ожидал, но совершенно не с той стороны, портал за его спиной стал для него полным сюрпризом. Крик мужчины и плеск воды, пролился бальзамом на мое сердце.

«Гали, ты с ума сошла?!» – ошеломленно спросила богиня, остальные подселенцы просто онемели от моей выходки.

– Ты же сама его хотела, так что бери, я его как раз поближе к тебе закинула, – хмыкнула я, спокойно обошла кровать, попутно собрав вещи Люциана и подошла к кромке портала. Я его специально сделала над рекой рядом с водопадом и так, чтобы с воды обратно никак нельзя было попасть.

– С ума сошла?! – практически повторил слова богини советник. Его мокрый и взбешенный вид был таким потешным, что я с удовольствием на него полюбовалась пару минут.

– Вы кое-что забыли в моей спальне, дорогой будущий братец, – усмехаясь, кинула в мужчину его одеждой. – Кстати, до замка вам придется прогуляться пешком, уверена, вам это пойдет только на пользу.

– Нападение на имперского советника при исполнении карается смертной казнью, – ядовито прошипел Люциан, прожигая меня яростным взглядом. Очень хотелось знать, что его так взбесило? Неужели ему никогда не отказывали женщины?

– Нападение? – глупо похлопала ресницами, изображая «блондинку». – Вы просто оступились, Люци. Я с радостью помогла бы вам, но я еще так плохо контролирую свой дар. Приятной прогулки, Люциан.

– Гали, я ведь до тебя доберусь, – пообещал советник.

– Конечно, увидимся завтра. Забыла сказать, я собираюсь сегодня посетить родной город, так что у вас будет время заняться делами. Распоряжение дворецкому я оставлю, – слушать ответ мужчины я не стала, схлопнув портал.

«Тебе его совсем не жалко?» – спросила богиня, будто сама не могла увидеть, какие эмоции во мне будит этот наглый советник. Я сделала вид, что не услышала вопроса, хотя понимала, что это глупо.

«Ну теперь-то мы пойдем искать Вернона? От Люциана можно ожидать любой подлости», – голос прадеда сочился одобрением и предвкушением.

– Никого мы искать не пойдем, у меня другие планы, – ответила вслух скорее по привычке, чем из необходимости. Но в гостиную я все же выглянула, не столько волнуясь о женихе, сколько не горя желанием увидеть его в своих апартаментах. Гостиная сияла чистой и давала понять, что горничные проснулись еще раньше. Интересно, а они видели, что в постели я была не одна? И не со своим женихом?

«Я думала тебя не волнуют эти условности, – хмыкнула Алая, почему-то пребывая в хорошем настроении. – Я пришла к выводу, что ты поступила правильно, отказав Люци. Недоступность лишь сильнее раззадорит его».

«Кто о чем, а вшивый о бане», – буркнула Галина, заслужив шквал нападок как от самой богини, так и от предка, который не мог простить такого неуважения к высшим силам. Я же постаралась закрыться от своих невольных соседей и заняться насущными делами. А именно, дать несколько распоряжений слугам, принять ванну, позавтракать и морально собраться перед отправкой в мир Галины.

***

– …ты все понял, Люк? О гостях заботиться, дом к моему приезду отмыть, по крайней мере несколько основных общих помещений, – давала последние наставления дворецкому.

– А что мне сказать советнику, миледи? – подобострастно кивая спрашивал мужчина, как-то нервно косясь в сторону. По-моему, он не поверил в мою сказку о том, что Люциан отправился на пробежку в лес. Кажется, он размышлял о том, куда сбегать, если заявится армия императора по мою душу.

– Что я вернусь завтра и мы отправимся в Орон. Он, конечно, может выехать со своими людьми уже сегодня, но путь до столицы удела дальний, проще дождаться меня и пройти порталом, – хмыкнула, ничуть не переживая о том, что мои слова могут услышать посторонние. Более того, я знала, что неподалеку ошивается один из «помощников» Люциана, которому тоже не давало покоя отсутствие начальника в столь ранний час.

– Все будет исполнено, миледи, – еще раз поклонился дворецкий и бросил быстрый взгляд в сторону. Я все же повернулась, чтобы узнать на кого он так нервно реагирует. Оказалось, что это мой телохранитель. Кайрус изображал ледяную статую, пылающую гневом и ревностью. И получалось у него это так натурально, что даже Галина отвлеклась от своей меланхолии и залюбовалась рыжим.

– А как быть с вашим женихом, госпожа? – увидев, что я смотрю на него, тут же подошел Кай. – Что передать ему?

– Не знаю, придумайте что-нибудь возвышенное и романтическое, у меня совершенно нет времени на эти глупости, – отмахнулась я от телохранителя, спешно вспоминая где осталась одежда из мира Галины. Кажется, она переодевалась в башне. Благодаря памяти предка я теперь знала, что та комната служила последним пристанищем моей прапрабабке, той самой королеве, из-за которой вообще появились повелители смерти.

«Позор! Не думал, что доживу до того дня, когда потомки забудут имя Алианы!» – скорбно произнес Галай, пришлось мысленно ему напомнить, что он, так-то, и не дожил. В ответ я услышала от него и богини, которая по-прежнему пренебрегала своими обязанностями, кучу укоров и нравоучений, а Галина впала в еще большую депрессию.

«Посмотри до чего ты довела девочку?!» – на этой фразе, сказанной сообща, я окончательно разозлилась и создала портал в башню. Мне уже было неважно, найду я там нормальную одежду или отправлюсь в мир Галины в этом несуразном виде. Не ожидала, что Кайрус успеет проскочить в портал вместе со мной.

– Вы же не думали, хозяйка, что я отпущу вас одну? – мрачно спросил он. Я чуть было не скинула его с башни, но вовремя вспомнила фантазии Гали и то, что крепкие мужские руки никогда не бывают лишними. Это здесь я вроде как повелитель смерти, а там буду почти обычной девушкой, так почему бы не озаботиться своей безопасностью?

– Хочешь со мной? Ладно, но ты никуда не лезешь, ничего не трогаешь, никого не бьешь без моего приказа. И оружие оставишь тут. Все оружие, даже кинжалы, не хватало еще из-за тебя загреметь в каталажку, – усмехнулась я, подхватила с кровати одежду Галины и сунула в руки Кайрусу. – На ближайшие сутки ты не столько телохранитель, сколько сумконосец, запомни это и не вздумай бесить меня, а то брошу тебя в том адском мире. Не знаешь, что означает слово «адский»? О, это ненадолго…

Глава 8

Портал в квартиру прадеда я создала легко, но поздно вспомнила, что не взяла ключи. Хорошо в квартире были запасные, иначе нам с Кайрусом пришлось бы научиться летать или, что вероятнее, возвращаться в замок. Ни того, ни другого делать не хотелось. Глядя в окно на снующих внизу людей, автомобильные пробки, серые бетонные стены соседних зданий, яркие вывески торговых центров, я поняла, что совершенно ничего не чувствую к этому городу. Память Галины подсказывала мне названия улиц и подкидывала какие-то яркие моменты из ее жизни, наполненные эмоциями, но мое сердце не екнуло, не наполнилось узнаванием и принятием. Нет, определенно это не мой дом, не моя родина, не мое будущее. Хотя стоило признать, вид сверху открывался изумительный.

Лорд Галай был весьма прижимист, он не любил тратить деньги на излишества. И в то же время старик никогда не испытывал стеснения в средствах, для него слуги, комфорт являлись неотъемлемой частью его жизни. Поэтому его выбор пристанища в мире Галины меня слегка удивил. Почему-то я была уверена, что портал приведет нас с Кайрусом в какой-нибудь особнячок с высоким забором на окраине. Но нет, прадед владел двухуровневыми апартаментами на последнем этаже в элитной новостройке, практически в самом центре города. Я могла бы копнуть в заимствованной памяти глубже, узнать, почему Галай выбрал стиль хай-тек, чем он занимался в джакузи с панорамным окном во всю стену, и многое другое, но меня это не интересовало, как и то, что когда-то Галина мечтала о квартире в этом доме.

– Где мы, хозяйка? – рыжий стоял рядом со мной и пребывал в шоке, похоже, я зря взяла его с собой.

– Если я скажу, что это мир богов, поверишь? – хмыкнула, радуясь, что Кайрус не истеричная девица и в целом неплохо держится.

– Если все это не иллюзия, то поверю, – ответил телохранитель, не отрываясь от окна.

– Не иллюзия, скоро ты в этом убедишься, – больше для себя проговорила я.

Кайрус бормотал, что он всегда верил в богов, а теперь особенно, и сокрушался о том, что никому не сможет об этом рассказать. Я его не слушала, быстро переоделась в вещи Галины, а потом с помощью памяти лорда Галая, которой в этом мире мне было сложнее пользоваться, нашла документы, запасные ключи и деньги. Для меня не стало новостью то, что предок и в этом мире ничего не забыл, переоформил квартиру на меня, свой счет в банке, и даже сделал мне паспорт на новую фамилию. Он продумал все, не существовало более Галины Оронской-Вавиловой, зато имелась Алая Тибер-Оронская гражданка Норвегии с русскими корнями. Если верить памяти лорда, то паспорт этот был самым что ни на есть настоящим, а еще у Галая в Норвегии имелся небольшой замок, купленный по случаю и приносящий даже какую-то прибыль.

А вот для Галины все это стало неприятным сюрпризом, я чувствовала ее эмоции и дикую обиду на лорда за то, что он, по сути, отобрал у нее жизнь. А еще ее угнетало то, что я никак не хотела объединиться с ней против общего «врага». Я же не считала прадеда врагом и объединять сознания ни с кем не хотела, кто знает, чем это может закончиться. Моя жизнь только началась и отдавать ее хотя бы на время я не собиралась никому, будь то родственники или сама богиня.

«Это мое тело и моя жизнь! Мой мир!» – вспылила Галина, сбросив с себя меланхолию.

«Уверена? Тогда почему я все решаю, а не ты? Нет, моя дорогая, ты и твой прадед, и даже наша разлюбезная Алая всего лишь голоса в МОЕЙ голове и ничего более!» – ответила подселенцам, распихивая документы с деньгами по карманам.

«Если мы только голоса, тогда кто ты? Холодная, бездушная тварь, у которой нет ничего своего! Даже Алая живее тебя, человечнее! А ты, ты…»

«Я есть – смерть. А у нее нет сердца и души», – ответила Галине и мысленно отгородилась от нее. Что я еще могла сказать? Что мне жаль? Что это не моя вина? Что я благородно верну ей тело? Нет, не верну и своей вины я не чувствую. В ритуале выжила я и, значит, мне распоряжаться всем «наследством», а не им.

– Кай, пошли прогуляемся, – позвала я телохранителя. – Легенда такая: ты иностранец, потому от меня никуда не отходить, ни с кем не заговаривать, в драку не лезть.

– Я понял, хозяйка, – склонил голову мужчина.

– Еще один момент – ничего не бойся. В этом мире куча всяких шумных штук, поэтому смотри на меня, если я с криками не убегаю, значит, опасности нет.

Мои наставления Кайрусу не понравились, весь его лик дышал возмущением, мужчину так и подмывало сказать мне, что он не маленький мальчик, а опытный и сильный воин. Но надо отдать должное лорду, своих людей он хорошо выдрессировал, они тонко чувствовали, когда стоит промолчать, а когда можно и ляпнуть что-нибудь не по уставу.

«Неужели я дожил до хвалебных слов в свой адрес?» – промелькнула в моей голове ироническая мыслишка предка. Ему я тоже отвечать не стала, собираясь сегодня максимально развеяться и насладиться свободой, вот только Кайруса не мешало бы для начала приодеть.

В вещах лорда я ковыряться не стала, слишком сильно отличались телосложением хозяин и его начальник гарнизона, так что первым пунктом в нашем списке мероприятий на сегодня значился торговый центр. Добирались мы до него медленно, хотя находился он от дома лорда в каких-то пятистах метрах. Сначала нас остановил консьерж на выходе, пытаясь узнать кто мы такие и как попали в здание. Он почему-то ни в какую не хотел верить, что проспал вчера наш приезд. Тыкал в мониторы, твердил, что камеры развешаны по всей территории вокруг дома и на каждом этаже, что они не могли все разом выйти из строя. Его даже мой паспорт не убедил и то, что квартира официально принадлежит мне. Пришлось припугнуть мужика своим фирменным взглядом и посоветовать ему не лезть в мою жизнь, иначе его существование скоропостижно закончится. Консьерж как-то сразу мне поверил, побледнел и рухнул на свой стул, держась рукой за сердце. Это он, кстати, зря, данный орган у него работал хорошо и в ближайшие годы подвести был не должен, а вот нервишки оставляли желать лучшего. Посоветовать ему успокоительные попить? Ну нет, Алая опять начнет предъявлять мне, что я вмешиваюсь в судьбы людей. А ради этого нервного и в целом неприятного человечишки я не собиралась жертвовать своими годами жизни.

Вторым тормозящим элементом стал Кайрус. Он мало того, что напоминал дикаря из глубинки впервые попавшего в город, коим он и был, так еще машины вводили его в ступор. Мой телохранитель, конечно, не шарахался от каждой тачки с криками и воплями, но нервно вздрагивал от звуков моторов и клаксонов. Дорогу с ним переходить вообще было тяжело, приходилось держать его под руку, чтобы хоть как-то убыстрить передвижение. Третьим фактором стали девушки на улицах. Точнее, их одежда. У Кая просто разбегались глаза, а со щек не сходили красные пятна, оно и понятно, в его мире женщины одевались и вели себя намного скромнее. Один раз он вообще завис, увидев экстравагантную девицу с черными волосами, ярким макияжем и пирсингом. Честно признаться, я сама засмотрелась на данную особу, потому что у девушки был выбрит левый висок и на нем набита татуировка, которая плавно переходила за ухо, а оттуда на шею, плечо и левую руку. Из одежды на девице имелся короткий топ и лосины, то есть полностью исключалась фантазия и все окружающие могли полюбоваться ее отличной подтянутой фигурой.

Но и мы с Кайрусом смотрелись своеобразно, эдакие ожившие герои из какой-нибудь компьютерной игры или книжки. Галина ничем подобным не увлекалась, потому за достоверность этой версии я не ручалась. Но дабы хоть немного отвлечь от нас внимание прохожих, я затащила телохранителя в первый попавшийся торговый центр. Там пришлось немного повозиться, чтобы увести этого здорового лба от эскалаторов, на которых ему очень понравилось кататься. Хорошо еще магазин мужской одежды долго не искали, иначе мое настроение испортилось бы окончательно.

Для рыжего я выбрала одежду в стиле милитари, мне она показалась удобной, качественной и очень ему подходящей. Еще я приобрела рюкзак, чтобы Кай мог сложить свои старые вещи. С ними он наотрез отказался расставаться, как и со своими ботинками. В принципе, обувь у мужчины смотрелась неплохо и настаивать я не стала. Следующим нашим этапом стал поход в парикмахерскую, и опять Кайрус начал вредничать, не желая подстригать свои космы.

– Сделаете так, чтобы этот мужчина смотрелся стильно, только ничего кардинально менять не надо, он не хочет, – перевела я парикмахерше наши эмоциональные дебаты с Кайрусом. Молодая женщина с таким любопытством прислушивалась к нашей беседе, пытаясь угадать на каком языке мы говорим, что даже не пыталась этого скрыть. А еще она явно заинтересовалась Каем. Особенно ей нравились его широкие плечи и мускулистые руки, обтянутые футболкой.

– Конечно, конечно, – закивала головой девушка и расплылась в улыбке, правда, предназначалась она не мне, а моему телохранителю. Ну и ладно, пусть порадуется, а я от него хотя бы немного отдохну.

Сначала я хотела покрасить волосы в светло-русый цвет, но вспомнила, что у Галины были как раз такие. Возвращаться к прошлому образу не хотелось, как и ходить седой, поэтому попросила сделать меня платиновой блондинкой.

– Простите, вы уверены, что хотите испортить такой восхитительный цвет краской? – мой мастер, женщина лет тридцати пяти, не торопилась приступать к работе, рассматривая структуру моих волос.

– Это седину вы находите «восхитительной»? – скривилась я.

– Всем бы такую седину, – улыбнулась женщина. – Цвет чистый, без серости и желтизны, неиспорченный красителями. Давайте, я вам сделаю укрепляющую и восстанавливающую маску для волос, подровняю кончики, посоветую средства по уходу. Понимаете, у меня рука не поднимается портить такую красоту.

– Ладно, делайте, – вздохнула я.

– Никогда не думала, что в мой салон когда-нибудь зайдет альбинос, – произнесла парикмахерша и осеклась под моим взглядом. – Извините, не хотела вас обидеть.

– Я не обиделась, привыкла, – ответила ей, решив, что это самое лучшее объяснение моей нынешней индивидуальности.

– А глаза?.. – попыталась в очередной раз вовлечь меня в беседу женщина.

– Линзы, – перебила я ее и прикрыла глаза, собираясь если не насладиться покоем, то хотя бы подумать о ближайшем будущем.

Не знаю, то ли я с успехом научилась закрываться от своих подселенцев, то ли из-за отсутствия магии, но никто не донимал меня вопросами, даже парикмахерша. Мне бы радоваться, ан нет, настроение было стабильно гадким. И с каждой минутой меня все сильнее раздражало окружающее: мастера, посетители, запахи духов и красителей, негромкая музыка в зале, разговоры, шум, доносящийся с улицы. Но все это я еще готова была терпеть, а вот ауры людей буквально окутывали и давили. Память лорда подсказывала, что с каждым часом моего пребывания в этом мире будет только хуже. Нет, на мое здоровье это не повлияет, а вот градус раздражительности существенно повысится. Объяснений этому я не нашла, Галаю было неинтересно изучать данный вопрос, ему хватало знаний, что это как-то связано с даром и невозможностью пользоваться им в полной мере.

Я с трудом высидела час в салоне красоты и готова была сбежать, когда мастер наконец-то закончила свою работу.

– Посмотрите, какая прелесть получилась, – женщина улыбалась, демонстрируя мне свои успехи. А они действительно были, волосы стали выглядеть здоровыми и блестящими, и даже приобрели чуть более теплый оттенок, чем раньше.

– Спасибо, у вас золотые руки, – улыбнулась я, хотя в душе зрело дикое желание на ком-нибудь сорвать свое раздражение.

– О, ну что вы, – смутилась женщина. В целом, она оказалась неплохим человеком, в ее ауре не наблюдалось разрушающих пятен, что неизбежно возникают, если индивидуум подвержен вредным страстям или не умеет справляться с плохими эмоциями. – Это вам спасибо, не каждый день попадаются такие приятные клиенты.

"Ну-ну, это она тебя в гневе еще не видела, иначе никогда бы не сказала подобную глупость", – фыркнула Алая.

"А ты что тут делаешь? Я думала тебе нет хода в этот мир", – чуть не произнесла вслух, но вовремя прикусила язык. Свое разочарование я даже не пыталась скрыть, ведь специально отправилась в мир Гали, чтобы ото всех отдохнуть.

"Пф, еще не работала, а туда же, отдыхать собралась. Послушай, ребенок, свои отношения с людьми строй как хочешь, но мое слово для тебя всегда будет законом! И раз уж ты захотела прогуляться в этот почти мертвый мир, то придется тебе сегодня немного потрудиться. Вот тебе задание, выбери троих людей и забери их жизни, можешь поискать умирающих, а можешь взять вот эту тетку. Пока решать тебе, но если к закату ты все еще будешь сомневаться, я выберу сама. И поверь, мой выбор тебе не понравится", – сказано все было таким тоном, что я сразу проверила в реальность угроз богини.

– Миледи, вам плохо? – незаметно рядом со мной оказался Кайрус, придержал за плечи, заглянул в глаза. И только тогда я поняла, что уже несколько минут стою без движения и не реагирую на вопросы мастера.

– Да-да, все нормально, – ответила телохранителю, освобождаясь из его рук и повторяя ту же самую фразу уже для остальных. Конечно, мой необычный вид и еще более странное поведение заинтересовало всех, находящихся в салоне красоты.

– Еще раз спасибо, – протянула я деньги парикмахерше. – Это за нас с моим другом, сдачи не надо. И мой вам совет, сходите к гастроэнтерологу, кажется, у вас язва. Кай, пошли…

Мы оставляли за собой звенящую тишину, а вот мой мозг просто разрывался от нотаций и возмущений богини. Все ее претензии сводились к одному, что моя задача забирать жизнь у людей, чей путь на этом свете уже закончился, а я умудряюсь второй день подряд менять чужие судьбы. Я так и не поняла, что во всем этом такого страшного, подумаешь, проживут хорошие люди на несколько лет дольше, кому от этого будет плохо?

«Не тебе лезть в вотчину богов, девчонка!» – рявкнула Алая и самоустранилась, видимо, посчитав меня слишком глупой, раз я не понимаю простых истин. Возможно, она даже была права.

– Думаю, нам самое время пообедать, – с преувеличенным энтузиазмом подхватила Кайруса под руку и повела его как можно дальше от салона. Нет, я не собиралась бойкотировать распоряжение богини, но и бежать искать жертв, сломя голову, тоже. Впереди у нас с Каем было целых полдня и их я хотела провести в свое удовольствие.

***

Я всегда знала, что хорошая еда поднимает настроение, а мужчинам особенно. Кайрус после обеда в одном из ресторанчиков торгового центра подобрел и ощутимо расслабился. Думаю, он и раньше начал бы мне улыбаться, задавать вопросы и просто разговаривать по душам, если бы я хоть как-то отреагировала на смену его имиджа. Я же не знала, что ему сказать – расточать комплименты не привыкла, да и не считала нужным давать телохранителю ложную надежду. Я не лорд Галай, нет во мне ответственности перед древним родом, но заводить интрижку с собственным телохранителем это тоже не для меня. Хотя стоит признать, новая прическа и аккуратная борода Кайрусу дико шла.

– Куда дальше, госпожа? – улыбнулся мужчина, заметив мое пристальное внимание к своей персоне. Рыжий искренне наслаждался обедом и окружающим миром, в его глазах все сильнее разгорались азарт и предвкушение чего-то нового, необычного. Кай виделся мне большим ребенком, в хорошем смысле этой фразы, такой же прямой и несдержанный, незлопамятный и честный. И пусть богиня считала его недалеким мужланом, а лорд безродным воякой, мне телохранитель нравился, точнее, Галине. Так что не хотелось разочаровывать рыжего и тащить его обратно в замок.

– Слушай, а хочешь посмотреть на настоящую магию? Правда, придется начать с волшебства для детей, чтобы ты ненароком умом не тронулся, – предложила я, собираясь сводить Кайруса на какой-нибудь мультфильм. А что, по-моему, это была отличная идея, Кай повеселится, а я немного отдохну в темноте. Тем более я заметила, что дети меня совершенно не раздражают, даже плачущие и откровенно избалованные. Не иначе магия.

«Нет, это твоя собственная глупость или твоих родственников», – опять влезла в мои мысли Алая. – «Не влезла, а слежу за тем, чтобы ты еще кого-нибудь не спасла. Я, знаешь ли, не готова пока лишиться своего воплощения. Да, да, не наигралась я еще с тобой, а если ты и дальше будешь каждого встречного облагодетельствовать, то проживешь очень недолго».

Хм, интересный способ самоубийства – спасать безнадежно больных людей.

«Даже не думай! Я не для того столько столетий ждала, у меня на тебя несколько другие планы!» – негодовала богиня. Ну-ну, помню я ее планы, имя которым – Люциан. Нет уж, пусть воплощает их без меня!

– Я в своей жизни столько всего видел, хозяйка, – хмыкнул Кайрус. – С ума не сойду, не бойтесь. После того, как мы с покойным лордом уничтожили лича и его нежить, меня мало чем можно напугать.

– Что, прям вдвоем сразили полчище тварей? – в притворном удивлении я округлила глаза. Мой прадед действительно несколько лет назад по просьбе императора очистил от нежити одно неприятное место – болото Мертвых. Не в одиночку, конечно, и не вдвоем с Кайрусом, а с отборной сотней воинов и с десятком сильных магов. Кстати, тогда телохранитель выжил чудом, если бы не лорд, с болота он не вернулся бы, как и половина сотни.

– Если бы, – скривился мужчина. – Лорд был сильным магом, но не все можно решить с помощью магии и силы. На том болоте много отличных мужей погибло, но нам удалось искоренить заразу, не дать ей расползтись по миру…

Я покивала головой, не собираясь спорить с телохранителем. Кто я такая, чтобы озвучивать догадки и версии Галая? Да и зачем разубеждать Кайруса, он же уверен, что все они совершили подвиг. Для жителей того удела – да, а вот императору удача лорда Галая не пришлась по вкусу, он надеялся на смерть дальнего родственника, который подзадержался на белом свете.

«Да, все они метят на наши земли, спят и видят, как их прибрать к своим рукам. Но ничего, пусть помечтают, потому что все будет с точностью до наоборот!» – ехидно захихикал прадед, так и не расставшийся со своей дикой идеей сесть на трон в качестве императрицы.

«Почему дикой? Трон мне очень подойдет» – поддержала лорда Алая. Интересно, а чего Галина молчит? Тоже мечтает покрасоваться в короне? – «Она? Все ее помыслы сейчас только об этом рыжем, не заметила, что ли? Да ты к себе прислушайся, присмотрись…»

Не знаю на что намекала богиня, симпатию к Кайрусу я ощущала, но какой-то аномальной тяги в себе не заметила. Поэтому решила не забивать себе голову ерундой, а насладиться культурным отдыхом, благо мы успевали на сеанс.

Глава 9

– Галя! Галочка! Господи, ты живая! Я знала, что это все ошибка, чувствовала… – на меня налетела молодая девушка, с объятиями и поцелуями. Я была настолько ошарашена, что не сразу среагировала, быстрее всех пришел в себя Кайрус и оттеснил девушку от меня. Он еще и скрутил бы ее, но я остановила:

– Отпусти, она не представляет опасности.

– Кто ты? Ты не Галя, – так же живо отшатнулась от меня девица, как только что пыталась обнять. А я наконец-то вспомнила ее имя – Нина, лучшая подруга Галины. Что ж, встреча неприятная и нежданная, я надеялась избежать чего-то подобного, но раз уж случилась, придется применить актерский талант. В своих способностях я сомневалась, а вот в предусмотрительности лорда нет, поэтому порадовалась, что взяла с собой новый паспорт.

– Нет, это вы представьтесь, – надменно глянула я на девушку, старательно изображая иностранный акцент. – Меня предупреждали, что в России много мошенников. Но вы зря стараетесь, вам меня не ограбить! Кайрус – мой телохранитель, всегда настороже.

От моих слов Нина растерялась еще больше, начала доказывать, что она не мошенница, а просто обозналась. Говорила о том, что я очень похожа на ее погибшую подругу, в смерть которой она до сих пор не может поверить. Мне даже пришлось показать Нине паспорт, чтобы развеять ее последние сомнения и надежды. Честно признаться, мне хотелось побыстрее избавиться от девушки, мы и так привлекли к себе внимание случайных прохожих, не хватало и других знакомых Гали встретить. Но меня даже не это напрягало, а реакция моей невольной «прародительницы». Душа Галины металась, злилась, пыталась вырваться и вернуть себе свое тело и жизнь. Я не боялась того, что у нее это получится, скорее, опасалась за последствия для окружающих от нашего эмоционального дисбаланса. А тут еще Нина увидела фамилию и предположила, что мы с Галей родственники. Пришлось ей еще и в этом подыграть, рассказать историю семьи и о том, как она разделилась во время революции. Поахала и поохала, что не успела познакомиться с троюродной сестрой лично, только слышала о ней от деда. Спросила куда отвезли ее тело, вроде как желая хотя бы попрощаться по-человечески. Так мы узнали, что неизвестную девушку отвезли в морг Городской Клинической больницы.

– Могу вас подвезти, я как раз еду туда, – произнесла Нина. – Отца вчера в ту же больницу положили с сердечным приступом, вот забегала в магазин за фруктами.

Я собиралась вежливо отказаться, но не тут-то было…

«Ненавижу вас! – билась в истерике Галя. – Лучше бы я умерла и не знала ничего этого! Зачем ты поперлась в мой мир?! Кто тебя сюда звал?! Захотела пройтись по магазинам? Прошлась? А каково мне теперь знать, что из-за меня Вадим в больнице? А родители? Что с ними? Вдруг мама не пережила такое известие?!»

– Спасибо вам, Нина, мы поедем с вами, – промолвила я вслух, а мысленно попросила Галю заткнуться, пообещав не трогать ее драгоценного Вадима. Мне хотелось как можно быстрее покинуть этот мир, а для этого необходимо было выполнить задание Алаи. А где, как не в больнице, искать безнадежно больных людей?

– Миледи, что-то случилось? Куда вас зовет эта леди? – тихо спросил Кайрус, который практически ничего не понял из нашего с Ниной разговора.

– Выполнить долг, – произнесла я со вздохом. Подумать только, каких-то четверть часа назад мне было весело, хорошо, я даже ненадолго забыла о богине, ее неприятных словах и задании, обо всем. Мы с Кайрусом провели несколько интересных часов вместе. Посмотрели мультфильм, мне он самой очень понравился, оказывается, в воспоминаниях Галины все не так ярко, как наяву. Попытались сыграть в игровые автоматы, выпили местного пива, Кайрус назвал его «напитком аристократов», потом долго извинялся передо мной. А перед встречей с Ниной мы собирались сходить в парк аттракционов, моему телохранителю хотелось прокатиться на колесе обозрения. За время, проведенное вместе, мы немного сблизились, я стала терпимее относиться к рыжему, да что там, мне импонировали его живость и открытость. И тут, как гром, на нас упала эта Нина, напомнив Гале, что это не ей улыбается Кайрус, а мне.

До больницы мы ехали молча, я держала мужчину за руку, все же для него это была первая поездка на транспорте. Он выдержал ее с честью, всю дорогу сидел с каменным лицом, его волнение выдавала только ладонь в моей руке: прохладная, нервно сжатая и слегка подрагивающая. Наверное, мне самой нужно было удивляться или бояться всех этих маневров на дороге, встречных машин и всего остального, вот только страх во мне пока не проснулся.

У центрального входа в больницу мы наконец-то расстались с Ниной, она побежала проведать отца, а нам показала в какой стороне находится морг. Я туда идти не собиралась, только сделала вид. Я хотела посидеть в сквере успокоиться, а потом пойти на поиски безнадежных пациентов. Их и искать долго не пришлось бы, я чувствовала их ауры даже не заходя в здание. Гнетущее ощущение, тягостное, оттого еще сложнее было решиться и войти в больницу. Самое главное, я знала, что смогу себя пересилить, что для большинства больных мой приход будет даром, но как же неприятно было даже думать об этом задании Алаи.

Мою прогулку в сквере и мрачные мысли прервала немолодая пара, мужчина и женщина стояли у соседней скамейки и о чем-то спорили, а может, ругались. Я их видела со спины и уже собралась развернуться, как голос Галины потерянно прошептал: «Мама…»

Уверена, моя реакция сильно озадачила Кайруса, когда я в одно мгновение спряталась за деревом, ругая себя за то, что вообще поехала в эту больницу. Ведь можно же было догадаться, что родители Гали приедут на опознание тела.

– Хватит! – достаточно громко заявила мать моего тела. – Делай что хочешь! Можешь забрать тело той несчастной и похоронить его за наш счет, но это не моя дочь!

– Милая, в тебе говорит горе, – ответил мужчина, обнимая свою жену. – Я тоже любил нашу девочку и мне тяжело принять ее смерть, но…

– Я сказала – хватит! Моя Галочка жива, а кто та девица, я не знаю! – оттолкнула мужа женщина.

– Хорошо, я пойду договорюсь о генетической экспертизе, – вздохнул отец Гали. – Ты со мной?

– Нет, мне там плохо, я тебя здесь подожду, – как-то сразу успокоилась мать.

– Никуда не уходи, я скоро вернусь и мы поедем домой, – было видно, что мужчина не хотел оставлять супругу одну, но ложное чувство безопасности, навеянное солнцем, кованой оградой, установленным видеонаблюдением на здании, сделали свое дело и он ушел. Я тоже хотела прошмыгнуть в противоположную сторону, спрятавшись за широкую спину Кайруса, но была остановлена истерическими воплями Галины.

«Ну что еще?» – устало спросила частичку своего внутреннего я.

«Ты должна поговорить с мамой, все ей рассказать! Ты не можешь просто взять и уйти!»

«И как ты себе это представляешь? Сейчас она верит в то, что ты жива. Так оставь ей эту веру! Тем более днк-экспертиза подтвердит, что та девушка нам не родственница. А если я с ней поговорю, то возникнет много вопросов, еще больше подозрений. Предлагаешь рассказать ей правду о лорде Галае? Или о богине? Чтобы нас прям в этой больнице закрыли в палате для душевнобольных? Нет, я конечно, с твоей мамой справлюсь, но ты уверена, что желаешь ей такого?»

Галя доводов рассудка слышать не хотела, ее переполняли эмоции, сожаления, надежды, она была уверена, что стоит ей еще сильнее постараться и я сама сбегу из ее тела. А какие фантазии ее изредка я ловила, в них была она, Кайрус (обязательно безумно влюбленный в девушку), много магии и, конечно же, ни меня, ни лорда, ни Алаи, и никакой ответственности. Я даже засомневалась в адекватности Галины, она с каждым часом становилась все невыносимее и не получалось списывать ее настрой на обиды или разрушенные надежды. Может, ритуал сильнее отразился на ней, чем мы все думали? Если вспомнить, что нам пришлось пережить, то надеяться на разумность моих «соседей» вообще глупо.

– Госпожа, что происходит? Вы знаете всех этих людей, но не хотите с ними разговаривать? – а вот в уме Кайрусу не откажешь, он быстро понял, что к чему. Еще бы мой мозг не разрывался от криков и плача Гали.

«Кстати, а ты не думала найти с ней общий язык? Вам же жить вместе не одно столетие», – раздался неприятный смешок Алаи.

«Да-да, именно неприятный! И не надо на меня фыркать и строить планы мести, смех у тебя от этого лучше не станет!» – сорвалась я на богине и шагнула из-за дерева. В чем-то она права, надо возвращать Гале разум (иначе я сама скоро умом тронусь) и если для этого нужно поговорить ее мамой, я это сделаю.

– Кай, постой тут и проследи, чтобы мне и вон той женщине никто не помешал, – распорядилась я и, сдерживая волнение, пошла к лавочке. Мне казалось, что ритуал напрочь лишил меня страха, тогда почему сейчас меня немного трясет? Эта женщина мне чужая, но я почему-то переживаю о том, как пройдет наш разговор. Или не совсем чужая? Удивительно, но ответить на этот вопрос с твердостью и уверенностью я не смогла бы.

Мать Галины что-то почувствовала и оглянулась, ахнула, прикрыла ладошкой рот, а потом бросилась ко мне.

– Галочка, малышка моя, что они с тобой сделали?! – обняла меня, наверное, мама.

«Не смей так даже думать! Это моя мама, а ты ошибка природы!» – крик Галины почти оглушил меня, невольно скривилась и постаралась выстроить стену в своем сознании.

– Доченька, тебе больно? Тебя пытали? – тут же заметила изменения на моем лице женщина. – Не переживай, что бы ни случилось – мы совсем справимся вместе. Сейчас отец придет и поедем домой, как же он обрадуется, что я была права…

– Мама, прости, но домой мне нельзя. Я теперь слегка несвободна в своих решениях и передвижениях…

– Галочка, куда ты вляпалась?! Только не говори, что кто-то узнал о твоих способностях? – зашептала мама, на лице которой стремительно менялись эмоции. Она все так же искренне радовалась тому, что я жива, переживала за меня, но в то же время ее переполняла уверенность в том, что все будет хорошо. Почему-то мне было приятно чувствовать ее заботу. Вопли Галины старалась не слушать, тем более она все никак не могла определиться, должна я сказать ее маме правду или придумать какую-нибудь красивую сказку. Я решила выбрать что-то среднее.

– Мама, я не могу тебе всего рассказать – это государственная тайна. Да-да, я теперь работаю на правительство, поэтому не перебивай и выслушай, времени у меня мало. Видишь вон того мужика? Это мой телохранитель, я воспользовалась кое-какими своими способностями, чтобы убедить его сопроводить меня сюда. Официально Галина умерла, труп той несчастной девушки вы с папой уже видели, мое новое имя Алая Оронская – твоя троюродная племянница, гражданка Норвегии. Вот паспорт, убедись. Задания мне пока никакого не давали, но я спешно учу иностранные языки. Так что вывод напрашивается сам собой – работать буду за границей. Видеться часто не получится, но я обещаю писать и звонить. Отцу можешь все рассказать, но для всех остальных я умерла. Берегите себя, – практически на одном дыхании протараторила, поцеловала мать Гали в щеку и на прощание произнесла: – я вас очень люблю.

Я знала, что такими словами вызову еще больше недовольства Галины, но мне было жаль ее мать, которая даже не догадывалась, что на самом деле потеряла дочь. Пора было уходить и сделать это я собиралась пока женщина не отошла от потока информации. Забрала у нее паспорт, сунула его в карман джинсов, а потом вспомнила о том, что мать Гали хотела провести днк-экспертизу. И меня осенила идея, как поставить последнюю точку в доказательстве всех моих слов, ну и чтобы маму не заподозрили в сумасшествии.

– Вот, для анализа, – вырвала у себя несколько волосков и вручила женщине. – А то вдруг кто-то еще начнет задавать вопросы. На похороны той несчастной деньги я переведу. Все я побежала, пока никто не обнаружил моего самоуправства.

Сбегала я очень быстро, прихватив с собой Кайруса, конечно. Даже потратила немного магии, чтобы максимально эффектнее раствориться на просторах больничного сквера. Сделала я это не из любви к спецэффектам, а чтобы мама не успела задержать меня вопросами или вообще силой. Я пока была не готова к дальнейшему общению с новообретенными родственниками, хватит того, что мне приходилось выслушивать от Гали. Она почему-то никак не хотела успокоиться, то плакала, то кричала на меня, то обвиняла лорда с богиней во всевозможных грехах и злодеяниях.

«Как ты ее терпишь?» – раздраженно спросила меня Алая, немного отгораживая своей силой Галю и приглушая ее вопли.

«Она напугана, обижена и растеряна. Уверена, я себя в такой ситуации вела бы еще хуже», – ответила богине. Да, меня тоже бесила Галя, но в целом я ее понимала.

«А хочешь, помогу выгнать из твоего тела лишние души?» – как заправская искусительница предложила Алая.

Хочу ли я, чтобы в моей голове настали тишина и покой? Несомненно! Готова ли я второй раз убить Галю? Не знаю. И пусть в первый раз моей вины в ее смерти не было, но вторая точно ляжет на сердце тяжким грузом. Вроде бы ничего страшного в смерти нет, но Галя же не хочет умирать полностью. Она предпочитает жизнь, пусть и в таком странном состоянии.

«А как же лорд? Уж он точно заслужил смерти», – продолжала искушать богиня.

«А он мне не мешает, иногда его советы даже полезны», – ответила я, ощущая волну непередаваемой радости, исходящей от предка. Он почему-то тоже предпочитал такое существование смерти.

«Ну смотри, как надоест этот бедлам – обращайся», – разочарованно самоустранилась Алая, напоследок снимая свой блок. Так что теперь я могла «наслаждаться» руганью Гали и лорда, девушка обвиняла Галая, а тот не оставался в долгу и называл ее жалкой, недостойной своих великих предков. По его словам выходило, что я его истинная наследница, пусть и ненастоящая.

– Госпожа, куда мы так торопимся? – практически бежал рядом со мной Кайрус. Умудряясь при этом спасать меня от встречных людей.

– Домой. В смысле, сейчас задание богини выполним и пойдем домой.

– Граждане, вход в реанимационное отделение без халатов воспрещен, – перегородила нам дорогу какая-то очень решительно настроенная барышня. Мой телохранитель хотел и ее убрать с дороги, но я его остановила.

– Мы ненадолго, – оскалилась я, одарив ее своим фирменным взглядом. Девушка побледнела и отшатнулась от меня. – Вы не переживайте, я не за вами. Но в вашем отделении есть люди, которым пора отправиться в мир иной.

В отделение мы проникли, а дальше мне было и не надо. Девушка оказалась не такая пугливая, как я подумала о ней вначале. Она все же побежала за нами следом, говоря о том, что вызвала охрану, что мы подвергаем опасности пациентов. В общем, пыталась взывать к нашей совести, одновременно запугивая полицией. Кайрус хмурился, но так как не понимал ни слова, делал вид, что девицы не существует.

У одной палаты я затормозила, чувствуя, как там за дверью человеческая душа буквально привязана к телу, которое давно мертво. Не знаю, как это возможно. Я позвала душу, давая ей освобождение и надежду на возрождение в новом теле. И тут же из палаты донеслось пиликание техники.

– О господи! – воскликнула медсестра, бросаясь в палату.

– Забудь, его уже не спасти, – крикнула я ей в спину, но она меня не услышала или не захотела. Что ж, это к лучшему.

Еще одну душу я забрала столь же легко, а вот третья цеплялась за свое дряхлое и немощное тело. Очень уж она боялась наказания за все свои совершенные при жизни грехи. Единственное, чем я смогла ее немного успокоить, что раз не будет тела, то исчезнет и боль.

«Коварная, – одобрительно хмыкнула Алая. – Где этим людишкам знать, что моральные страдания намного тяжелее, ведь от них так просто, как от боли, не избавишься».

За нашими спинами царила суета: врачи и медсестры метались между палатами, то ли решали кого спасть первым, то ли по какой-то другой причине. Я втянула Кайруса в первую попавшуюся пустую палату, точнее, была уверена, что там никого нет. Каково же было мое удивление, когда на кровати обнаружилась молодая девушка, почти девочка. Очень худенькая, болезненно белокожая, черноволосая и совершенно пустая. Да, именно так ощущалась эта несчастная. Ее тело жило, а вот душа уже покинула этот мир.

«Ну и чего мы ждем?» – проскрипел голос Галая.

«Что, не терпится вернуться к Вернону?» – злобно поддела старика все еще разобиженная Галя. На что лорд что-то сделал и голос девушки вдруг пропал из моей головы.

«Мала еще ерничать над старшими, пусть помолчит немного», – пояснил прадед и сам притих, чему я была очень рада.

«Хм, как интересно, жизнь у малышки длинная, а по факту это будет существование растения», – с исследовательским азартом произнесла богиня. Мне живо представилось, как Алая изо дня в день, из года в год ходит в эту палату, чтобы понаблюдать за беспомощным ребенком. Смотрит, как у девочки атрофируются мышцы, как отказывают органы из-за вынужденной неподвижности, как она стареет…

И что-то мне стало так жаль эту девочку и себя заодно, ведь это мне пришлось бы выполнять прихоти богини и наблюдать стремительное угасание этой пациентки, что я начала действовать еще до того, как сама идея оформилась в моей голове. Три стремительных шага и вот я уже отключаю малышку от аппаратов, снимаю капельницу и подзываю Кайруса к себе.

– Бери ее вместе с одеялом, только аккуратно, – распорядилась я.

– Хозяйка, кто это?

– Тебя это не касается, – буркнула я, понимая, что слишком заигралась сегодня. А может, все правильно? Вдруг, это тот выход, который удовлетворит нас всех?

«Что это ты задумала?!» – позволила себе повысить голос Алая, но я ей не ответила, спешно создавая портал в замок. Впереди у меня было еще много дел и то, что приближалась ночь, только сильнее заставляло меня спешить.

Глава 10

«Так зачем ты ее притащила в мой мир? Если планировала ею заменить того старика, то зря старалась – тела без души меня не интересуют», – недовольно высказалась богиня, едва мы вышли из портала в башне замка.

– Кайрус, положи девочку на кровать и иди займись своими обязанностями, – произнесла я, игнорируя богиню. В конце концов, скоро я избавлюсь от них всех и заживу своей жизнью.

– Миледи, я вам точно не нужен? – не торопился уходить телохранитель, хорошо хоть мою подопечную уложил.

– Здесь точно, лучше пойди успокой гостей, а завтра с рассветом встретишь меня у склепа…

– Галина, не надо, – схватил меня за плечи Кайрус, обеспокоенно ища что-то в моих глазах. – Чтобы вы не задумали, не делайте этого.

– Ты забываешься, – в моем голосе сквозила стужа, да Кай оказался не из пугливых. Он стойко выдержал мой взгляд, более того, он не только не отпустил меня, а наоборот, обнял и прижал к своей груди.

– Госпожа, я знаю, вы не такая, как покойный лорд, вы другая – добрая, веселая, ранимая. Я также знаю, что смерть не щадит никого: ни молодых, ни старых, ни бедных, ни богатых. Но этой девочке еще рано умирать, не надо приносить ее в жертву, – речь Кайруса была очень тихой и эмоциональной, не ожидала от него такого. Но жалел он почему-то не столько девочку, а меня.

«Что тут понимать, влюбился мужик в тебя, подумаешь», – фыркнула Алая, которую слишком сильно интересовали мои дальнейшие действия, чтобы оставить меня в покое.

– Я не собираюсь приносить ее в жертву, наоборот, попробую вернуть к жизни, – чуть улыбнулась и отстранилась от телохранителя. Сказывалось влечение Галины к этому рыжему великану, иначе с чего мне так захотелось остаться в его объятиях?

– Простите, миледи, я был не прав, – склонил голову Кайрус. Раскаяние в его голосе я не обнаружила, скорее, радость.

– Иди уже, – искренне улыбнулась я. Мужчина тоже расплылся в улыбке, на его лицо вернулось самоуверенное выражение, но спорить со мной он не стал и направился к двери. А я запоздало вспомнила, что мы, скорее всего, больше не встретимся. – Постой…

Не знаю, зачем я это сделала – поцеловала его. Возможно, в моей недолгой жизни Кайрус успел занять достаточно важное место. А может, я просто хотела попрощаться. Мужчина воспринял мой порыв неоднозначно, сначала он крепко прижал меня к себе, жадно ответил на поцелуй, а потом будто прозрел и отстранился.

– Сегодня кто-то из нас умрет? – нахмурился он.

– Кто знает, – пожала я плечами, не собираясь делиться своими мыслями и планами с телохранителем.

– Вы знаете, – твердо произнес Кайрус, настаивая на ответе.

– Твой жизненный путь я могу увидеть, если захочу, а свой нет. Так что ты хочешь услышать от меня? Умрешь ли ты сегодня? Нет. – Я отошла от мужчины, чувствуя мрачную решимость. Удивительно, но в этот переломный для меня момент, никто из «соседей» не донимал глупыми вопросами.

– Неужели вы думаете, меня волнует сколько я еще проживу? – хмыкнул Кайрус. – Я и так знаю, что мне осталось недолго.

– А если знаешь, то какого демона ты тут стоишь?! Иди наслаждайся жизнью! Напейся, сними девок, набей кому-нибудь морду, или как ты там проводишь свои выходные? О, точно, иди-ка ты в отпуск! – сорвалась я, создала портал в столицу и магией вытолкала туда Кайруса. Потом вспомнила, что у него может не быть денег и скомандовала: – Стой тут и никуда не уходи, сейчас вернусь.

Я быстро схлопнула портал, надеясь, что за время моего недолгого отсутствия Кай никуда не денется с главной площади столицы. Сама метнулась в хранилище за деньгами.

«Совсем рехнулась?! Какому-то мужику столько денег давать!» – взбеленился прадед.

– Это отпускные за все годы его службы, – ответила вслух, но подумав, все же вытащила из кошеля половину, оставив с десяток золотых.

«Да это его жалование за три месяца! Решила еще одного нахлебника повесить себе на шею? Тебе императорских внуков мало?» – ворчал лорд.

– Братьев вы на меня повесили, и десятью монетами от них точно не откупиться, – фыркнула я. – Но это уже будет ваша забота, а не моя. А это всего лишь прощальный дар хорошему и надежному человеку.

«И все же, что ты задумала? Я никак не могу понять твоих планов, в твоей голове сплошной хаос», – недовольно заявила богиня.

Конечно, не может, мне и самой бедлам в голове надоел. Было ощущение, что она у меня скоро взорвется. А пока этого не случилось, надо было многое успеть.

– Держи, – выскочила я из портала рядом с Кайрусом, немного его напугав, похоже, он не ожидал от меня такой прыти. Мужчина машинально взял кошель с деньгами и собрался что-то сказать, но я перебила: – Даю тебе семь дней, на утро восьмого ты должен быть в замке. Деньги можешь потратить все, считай это моим подарком тебе на день рождения.

«Дорогая, в этом мире не все знают дату своего рождения», – снисходительно заявила Алая.

– Неважно, – отмахнулась я от нее. – В общем, хорошо тебе развлечься.

– Миледи, – попытался остановить меня Кайрус, но я уже закрыла за собой портал. Впереди у меня была очередная тяжелая ночь и хотелось побыстрее все закончить.

«И все же я требую ответа. Если ты задумала самоубийство, то выкинь эту глупость из головы, без моего разрешения ты не умрешь!» – начала терять терпение Алая.

– Нет, я всего лишь хочу освободить это тело от своего присутствия. Пусть Галя разбирается со своим предком, пусть они решают, кто из них более достоин жить. Или вместе строят планы по воцарению и плетут интриги. А мне всего этого не надо, я не хочу забирать жизни людей и согласна поселиться в этой девочке. Ты сама сказала, что она пустая.

«А ты понимаешь, что это тело долгое время было без движения? Что память девочки повреждена и тебе всему предстоит учиться заново? Даже разговаривать. А еще она обычный человек, в ней нет ни капли дара, ни защиты рода. Только представь, что у тебя будет за жизнь. Тебя даже прислугой не возьмут, потому что для этого надо многое уметь. Бродяжка или проститутка – вот твой удел», – окатила меня презрением Алая.

– Я все понимаю и все решила. Галина и лорд пообещают, что вернут меня в ту самую больницу, откуда я забрала эту девочку. В том мире мне будет проще устроиться в жизни. Возможно, у девочки остались родственники, да и о сиротах там хоть как-то заботятся. А насчет дара, если я ничего не буду помнить, то и жалеть тоже ни о чем не буду. Знаешь, я просто подумала, что мне здесь не место. Я не имею право на все это. Почему? Потому что тело принадлежит Галине, а накопленные знания и капитал лорду Галаю. А кто я? Сначала думала, что я некий сплав двух личностей, а потом вспомнила о третьей сущности в этом теле. Той самой, которую лорд пытался усмирить во время ритуала. Видимо, что-то пошло не так и я как-то взяла бразды правления.

«А ты не думала, что из всех троих ты оказалась самой достойной? Ты же видишь, Галай свое отжил и разум его не столь ясен, а Галя мягка и импульсивна. Разве таким личностям можно доверить столь важное дело, как препровождение душ в мир иной? Хочешь, я эту парочку переселю? Уверена, от тебя будет больше пользы для мира, чем от истеричной девицы и старого маразматика», – предложила Алая.

Признаться, предложение богини на несколько секунд показалось мне заманчивым, даже возмущенные вопли «соседей» по телу не помешали этому. И все же я отказалась. Мне претило начинать свою жизнь таким образом.

«Ну надо же, оказывается у темных сущностей есть совесть, – рассмеялась Алая. – Можешь не отвечать, я вижу, что тебя не переубедить. Хотя совсем недавно ты не собиралась отдавать это тело. Что ж, я люблю все новое, а этот опыт по переселению душ будет еще и познавательным. Бери девчонку и открывай портал в мое святилище, я разрешаю».

***

Люциан испепелял взглядом дворецкого. Тот к подобным взглядам, видимо, был привычен и продолжал излучать подобострастное радушие. Будто бы не он только что сообщил, что не имеет доступа в кабинет покойного лорда и к каким-либо документам хозяев. И то, что он с удовольствием оказал бы императорскому советнику любую помощь, но вот беда, возможности ограничены. Вот обедом или ужином накормить гостей – это к нему, а о замке рассказать или еще какие тайны хозяйские открыть, так то к молодой госпоже. И никто из слуг ничего не скажет, потому что проклятие на всех наложено страшное, губительное…

– Прикажете накрывать на стол? – с очередным подобострастным поклоном спросил дворецкий. Как ни пытался советник прощупать ментально этого скользкого человечка, ничего у него не получалось. Защита замка не давала развернуть дар в полную силу, а осторожные попытки не приносили успеха, что еще больше бесило Люциана. Он еще после оскорбления Галины не окончательно остыл, а тут еще один удар по самолюбию.

– Давно пора, – за Люцина ответил его брат. – И неси быстрее, а то я пожалуюсь завтра Гали, скажу, что ее нерасторопные слуги морили нас голодом. Только не вздумай кормить нас той же бурдой, что и за обедом!

– Простите, господа, но хозяева привыкли вести аскетический образ жизни, а потому в кладовых недостаточно запасов. Я отправил бы в город посыльного со списком необходимого, но не могу это сделать без прямого приказа хозяйки, – еще раз поклонился дворецкий. – На ужин будет форель на пару, отварные овощи, клюквенный морс и пироги.

– И все?! А вино? – возмутился Вернон, привыкший к роскошным столам при дворе. Он вчера был так увлечен невестой, что не обратил внимания на скудную еду, а сегодня за обедом отсутствие разносолов его неприятно поразило. Он вообще ожидал, что этим утром Галина лично придет его будить и они продолжат знакомство, но и тут его ждало разочарование – невеста пропадала неведомо где. И наверняка со своим телохранителем, потому что сегодня Вернон его не видел, хотя специально обошел весь замок и заглянул в казарму.

– Не велено, господа. Покойный хозяин был ярым противником хмельного, и всем пить запрещал, а миледи еще этот запрет не отметила, – с самым честным видом произнес дворецкий и ушел.

– Демоны ему в задницу! Он же над нами издевается! Ты заметил?! – раздраженно вскочил на ноги Вернон. – Люци, ну сделай что-нибудь. Заставь этого скрягу принести нам вина.

– Надеешься залить свою оплошность? – съехидничал Люциан. – Стареешь, братишка, женщины после ночи с тобой уже не караулят у тебя под дверью. Кстати, ты не думал сменить привычки? Может, стоит начать спать с ними в одной постели? Ну чтобы они хотя бы не убегали из дома не попрощавшись. А может, твоей невесте что-то не понравилось?

– Хватит, – оборвал разошедшегося брата Вернон. – У нас все было замечательно. Я уверен, Гали вырвали из дома какие-то очень важные дела. Вот она завтра вернется и все мне расскажет.

– Обязательно, еще и подробностями поделится, как она провела день со своим телохранителем, – ехидно поддел Люциан. Только вот он так и не определился, над кем он больше издевался над братом или над собой. Все же с Верноном у Галины кое-что было, а вот ему, Люциану, она отказала. А ведь как все отлично начиналось…

– Ты что, пытаешься вызвать во мне ревность? – хмыкнул брат, садясь обратно и откидываясь на спинку стула. В огромной столовой они находились только вдвоем с Люцианом и можно было не бояться, что их услышат чужие уши. – Это же смешно, братец, сравнивать меня и того мужлана. Что он может дать моей Гали? Что вы все можете дать женщинам? Богатство и власть? Силу и грубость? А я даю им ласку, нежность, страсть, понимание. Как ни странно для тебя это звучит, но я разговариваю с женщинами на те темы, которые интересны им.

– И все же Гали этим утром к тебе не зашла, она вообще о тебе не вспомнила. Вывод напрашивается сам собой: либо ты теряешь хватку, либо твоя невеста исключительная женщина, – произнес Люциан, вспоминая разгневанную беловолосую фурию. Страстная, соблазнительная, необычная – Галина притягивала, заставляла думать о себе, хоть ее и нельзя было назвать роковой красавицей.

– А ты так вчера расстроился из-за того, что Гали выбрала не тебя и поэтому полночи бродил по окрестностям? – не остался в долгу Вернон. – Или подцепил какую-нибудь пастушку?

– Я, в отличие от тебя, ночью работал, – напустил на себя деловой вид Люциан. Он не собирался никому признаваться в своем утреннем унижении. Ну ничего, Галина ему за все ответит. О, он уже успел придумать и представить в красках, как именно будет наказывать строптивую девчонку. То, что еще вчера задумывалось, как дерзкая попытка отбить невесту у брата, сегодня виделось Люциану несколько в ином свете. Утренний поцелуй Галины разбудил в мужчине дремавшую страсть, он как-то неожиданно понял, что давно не испытывал ничего подобного. У советника были любовницы, менял он их с завидной регулярностью, но пробудить в нем эмоции этим женщинам не удавалось. Физическое удовлетворение – вот что он испытывал в их объятиях и ничего более.

– А ты, я смотрю, так и не избавился от своих привычек, все так же предпочитаешь спать в одиночестве? – решил сменить тему разговора Люциан, он собирался и дальше наведываться к Галине ночами, а для этого нужно было узнать планы брата.

– Я не буду компрометировать Гали, если ты на это намекаешь, – поджал губы Вернон, у него была одна маленькая тайна, которую он хранил с детства. Боги не наградили молодого человека сильным даром или богатством, зато дали одну полезную способность – он чувствовал чужие эмоции. С годами он научился читать людей, как открытые книги, не мысли, а их желания. Именно это умение сделало его таким популярным среди женщин. Но у всего есть обратная сторона, закрываться от чужих эмоций Вернон почти не умел, дара не хватало, поэтому приходилось отдыхать в одиночестве. Особенно это касалось сна, во время которого все маломальские щиты Вернона слетали и его мозг открывался чужим желаниям. Вчера он уснул с Гали, совершенно незаметно для себя, а ночью проснулся и по привычке ушел к себе. Хотя рядом со спящей девушкой он чувствовал себя на удивление спокойно, чего не скажешь, когда она бодрствовала. Гали напоминала Вернону затаившегося хищника, который в любой момент может напасть.

– Надеешься на слово императора? Оно, несомненно, веское и нерушимое, но я, в отличие от тебя, читал брачный договор. Так вот, в нем не указано даже наше с тобой родовое имя, только императора и его гарантии. Скажу больше, по тому договору наш сиятельный родственник может в любой момент поменять жениха, – слегка слукавил Люциан. Он действительно читал договор и обратил внимание, что имя жениха Галины не вписано, основным критерием отбора было прямое родство с императором. Зато имелся перечень налоговых и иных льгот для уделов Гали, занявший целых три листа. То есть брата Люциан не обманывал, скорее, он немного преувеличил влияние на императора и на его возможность самолично заменить жениха. Потому что в договоре был пункт, что смена утвержденного кандидата может произойти только с согласия невесты или обстоятельств непреодолимой силы.

– Скорее, я удивлен, что ты мне все это рассказываешь, – скривился Вернон. Он хоть и не был таким же умным, как брат, но мозги у него работали неплохо. – Ты ведь хочешь что-то мне предложить, я прав?

Одна отличная идея у Люциана была, но его младшенький братец никогда не согласился бы уступить ему невесту просто так, поэтому пришлось срочно выдумывать другую. Жаль, озвучить сразу не получилось, пришел дворецкий, а с ним невзрачные лакеи и служанки. Быстро выставили скудную снедь на стол и ушли.

– Так что ты придумал? – Вернону не терпелось узнать планы брата, но не потому, что он собирался в них участвовать.

– Все просто, я женюсь на Галине. Не перебивай и выслушай меня, – произнес Люциан, заметив, что Вернон возмущенно нахмурился. – Так вот, я женюсь на Галине, а тебе мы находим девочку попроще. Да не пыхти ты, есть у меня на примете одна девица из древнего и обеспеченного рода. С Оронскими и нами не сравнится, конечно, но зато и не такая проблемная, и за девицу дают хорошее приданое. Сам собирался присмотреться к этой девушке, уже начал обсуждать с ее отцом брачный контракт.

– И в чем дело? Женись, – Вернон одарил неприязненным взглядом брата и посмотрел на стол. Вид блюд только добавил раздражения, но он готов был потерпеть, чтобы потом в полной мере наслаждаться жизнью. И не с какой-то провинциальной девчонкой, а с настоящей леди, единственной во всем мире.

– Не прикидывайся, ты прекрасно понял к чему я веду. Ты слишком прост для Гали. У нее взрывной характер, огромное состояние и сила. Ты не справишься со всем этим, – Люциан обвел рукой замок, подразумевая не только его, но и земли вокруг. – Думаешь, сможешь тратить золото жены на свои развлечения? Жить за ее счет, ни в чем себе не отказывать? Открой глаза и посмотри вокруг, этот род даже на собственный комфорт не тратится, что уж говорить о каком-то нищем принце, которого император дал им в нагрузку.

– Тебя послушать, так мне надо все бросать и хватать первую попавшуюся селяночку и вести ее в храм, на большее мне же не стоит рассчитывать, – зло проговорил Вернон, который во многом был согласен с братом.

– Не надо утрировать, я тебе предлагаю дочку графа, его поместье. Оно, конечно, далековато от центра, но приносит стабильный доход. К тому же его дочь молода, скромна и хороша собой…

– Предлагаешь мне жениться на девице, которую воспитывали в монастыре? – расхохотался Вернон и осекся, видя, как скривился Люциан. – О, да я попал в самую точку! Конечно, ты же специально такую для себя искал: невинную, скромную, неконфликтную и незаметную. А теперь хочешь мою Гали? Да она от тебя мокрого места не оставит, не потерпит твоего менторского тона и пренебрежения к себе. Так что братец, деньги Гали тебе тоже не светят.

– Это мы еще посмотрим, – нахмурился Люциан, собираясь бороться за девушку. Он и сам не знал, чем именно его зацепила Галина, возможно, показной холодностью или черным омутом глаз, но не только размером наследства это точно.

Пока Люциан хмурился и ел, не особо обращая внимания на вкус еды, Вернон наслаждался маленькой победой. Да, вроде они оба остались при своем мнении, но в кои-то веки брат не смог его уговорить. В основном Люциан нагло пользовался родовым даром, не гнушаясь запрещенных ментальных техник, чтобы настоять на своем. А сегодня он то ли забыл, то ли решил играть по-честному.

Сам же Вернон не хотел отказываться от Гали, девушка ему понравилась, приятным бонусом стала ее страстность. А то, что пища скромная и интерьер в замке поизносился, принц был уверен, что его невеста быстро это исправит. Ведь ее апартаменты не выглядят столь же плачевно, как все остальное. К тому же Вернон поговорил с прислугой и узнал про ответственное задание от их госпожи – навести порядок.

Глава 11

Мне было плохо, никак не получалось вырваться из череды видений или кошмаров. Хотелось расслабиться, перестать сопротивляться и…

– И что? Умереть? Вот уж нет! – возмутилась Алая, уперев руки в бока и требовательно глядя на меня. – Хватит лежать, вставай и иди!

– Куда? – устало спросила я, не видя выхода из хаоса. То что богиня пришла ко мне сама, меня даже не удивило, чего только не бывает в беспамятстве. – И зачем?

– Неважно куда, главное вперед! А на второй вопрос я даже отвечать не буду, сама решай – хочешь жить или нет, – топнула ножкой Алая. В моих кошмарах она была юной девушкой, красивой, немного капризной и упрямой.

– Ну у тебя и фантазия, – скривилась богиня. – Вам, людям, свойственно додумывать то, чего нет и не было на самом деле.

– Да, да, люди всегда во всем виноваты, если не одни, так другие, – вздохнула я. Чехарда перед глазами замедлилась, незнакомый субъект со зверской мордой уже не так рьяно кромсал ножом свою жертву, а она вскрикивала невпопад. Похоже, мои собственные кошмары такие же любопытные, как и я сама. Была. – Знаешь, а я, наверное, останусь. От себя не убежишь, не спрячешься. Да и здесь не мешало бы порядок навести, а то эти совсем распоясались.

Видения подернулись туманом и начали расплываться, вместе с ними пропала и богиня. Порадоваться я не успела, потому что им на смену пришли Галай и Галя. Лорд был именно таким, каким я его запомнила или не я. А вот Галина почему-то выглядела иначе, мне казалось, что мы должны смотреться вместе как близняшки, но нет, девушка напоминала мою карикатуру.

– Кто ты? – вырвалось у меня, когда лицо Галины в очередной раз поплыло и исказилось в странной гримасе.

– Совсем спятила?! – взвизгнула девушка. – Думаешь, завладела моим телом и можешь меня еще и оскорблять?! Да я тебя сейчас…

Я так и не поняла, что она хотела сделать, может быть, ударить или даже убить, но не получилось. Ее образ все сильнее рассыпался, превращаясь в какую-то гротескную фигуру. Похоже, я стала свидетелем того, как под действием негативных эмоций разрушается личность, а возможно и душа. Бедная Галочка.

– Хватит жалеть эту истеричку, – скривился лорд. – В уме не укладывается, что это моя родственница, надежда рода.

– Прекратите, Галя не виновата! – возмутилась я, неожиданно для себя обнимая девушку. Она сначала дергалась, а потом зарыдала. – Это для вас, лорд, пробуждение магии и последующий за ним ритуал не был неожиданностью. Вы всю свою жизнь сталкивались с потусторонним, видели смерть, боги для вас такая же реальность, как и реки с горами. Галю вы вырвали из другого мира, ничего толком не объяснили, не подготовили, да и зачем, вы же изначально собирались занять ее тело! А теперь кривите свое лицо, считая ее недостойной наследницей. Нет, это ваша душа превратилась в камень, вы неспособны сочувствовать людям…

– Я стар, мне можно быть циничным и жестоким, а чем ты объяснишь свою черствость? – усмехнулся лорд. – Хотя я признаю, из тебя получилась бы идеальная повелительница смерти! Потому что лишние эмоции и привязанности только мешают служению великой цели. Я, как никто другой, знаю это. Мне так и не удалось полностью избавиться от слабостей, я всю жизнь стремился соответствовать своему высокому статусу, быть достойным представителем рода…

– Да что вы заладили «род, род», лучше помогите Гале! Вы же должны понимать, что с ней происходит и как это исправить? – перебила я лорда, он хоть и неплохой человек, но иногда говорит слишком много и не по делу.

– Нечего здесь понимать, она сама себя разрушает, – буркнул предок Галины. – И помочь мы ей ничем не можем, она должна сама с этим справиться, решить для себя, хочет она жить или нет.

– Он прав, – поддержала лорда Алая, она появилась так же неожиданно, как и исчезла. – Это ее борьба, а нам с тобой пора.

– Куда? – не сразу поняла я богиню.

– Ты же хотела переселиться в новое тело, а я обещала тебе помочь. Не надо на меня так смотреть, я не всесильна. Запомни, девочка – помочь можно только тому, кто этого сам хочет. А она уже сдалась, так что пошли, пусть родственники сами разбираются. Ты же этого хотела?

– Я не согласен! – возмутился лорд. – Я не для того столько лет страдал, чтобы в ближайшие столетия терпеть еще и бабские истерики. И вообще, я умер и поэтому счастливо оставаться! Где тут выход? А, сам найду…

Прадед пометался вокруг нас, а потом канул в неизвестность, не без помощи Алаи, конечно. Богиня с хитрой улыбкой бросила в спину старику сгусток магии, и лорд пропал из моих видений.

– Ну вот, одним меньше. А что мне с вами делать?

– Ничего не надо с нами делать, мы сами справимся. Правда, Галя? Думаю, из нас двоих получится отличная команда, ты будешь отвечать за совесть и человечность, а я за разумность и профессионализм. Тем более у нас много общего, Кайрус мне тоже нравится, а родители у тебя вообще замечательные. Неужели мы не найдем компромисс?

– Я согласна, – всхлипнула напоследок моя сестренка по несчастью, отстранилась и улыбнулась. Как мало, оказывается, нужно для человека, всего лишь слова поддержки и желание помочь. Я еще ничего не сделала для Гали, но ей уже стало лучше, а образ перестал ежеминутно меняться и расплываться.

– Ладно, дело ваше, возможно, вдвоем вам будет легче навести порядок в этом хаосе, – подмигнула богиня и опять пропала, оставив нас на растерзание кошмарам.

***

Кайрус злился, но не на молодую хозяйку, а на себя. Он ставил себе в вину то, что он увлекся девушкой и необычным миром, расслабился, забыл о том, что когда-нибудь придется возвращаться домой. А госпожа Галина нет. Она явно что-то задумала, Кайрус не вчера родился, чтобы не заметить прощальный взгляд и мрачную решимость в глазах девушки.

Другой обрадовался бы, что хозяйка отправила его в столицу и денег дала на развлечения, но не Кайрус. Он с площади направился в центральную башню, радуясь тому, что нынешний император воплотил мечту отца и охватил портальной сетью все крупные города. Еще несколько десятков лет назад порталами могли пользоваться только аристократы, сейчас этот способ быстрого передвижения доступен любому человеку, были бы деньги. И, как оказалось, богатых людей в империи было немало, портальные башни никогда не пустовали, принося императору огромный доход.

Кайрус не любил пользоваться общественными порталами, почему-то после перемещения он испытывал массу неприятных ощущений: тошноту, жажду, ломоту в теле и головокружение. Если он не знал бы, что переход бывает другим, начал бы жалеть «бедных» аристократов. Ради хозяйки мужчина и не на такие жертвы пошел бы, но мысль спросить при встрече у миледи, почему общественные порталы и ее личные такие разные, закралась. Жаль только, что ближайший к замку портал вел в Орон. Денег на оплату хватило с натяжкой, пришлось добавить своих, зато спустя час после расставания с Галиной Кайрус был уже в столице удела.

Следующей остановкой был визит к градоначальнику, там хорошо знали доверенного человека лорда Галая, поэтому беспрепятственно пропустили к графу Рихану.

– Мое почтение, Ваша Светлость, – слегка склонил голову Кайрус. Он мог бы попросить лошадь у помощника графа, но ему пришла идея предупредить давнего знакомого об имперской проверке.

– И вам вечер добрый, господин Синд. Рад, что вы решили ко мне заглянуть. А то земля слухами полнится и весьма противоречивыми. Скажите, милейший, лорд все-таки помер? – граф сам был немолод, но для него хозяин двух самых крупных уделов в империи представлялся чуть ли не бессмертным.

– Да, богиня забрала своего верного слугу…

– И кому же сейчас принадлежат уделы? У лорда же наследников не было, – вскинулся граф, небезосновательно переживая за свое насиженное и доходное место. Он был хоть и не магом, но человеком образованным и знал главный закон престолонаследия среди высшей аристократии. Он был простым – лорд-маг должен лично представить своего наследника императору. Это не обязательно был старший сын или вообще ребенок аристократа, достаточно того, что в нем текла родственная кровь и магия.

– Лорд Галай назвал наследницей миледи Галину. Она уже прошла ритуал принятия родовой магии. Как вы сами понимаете, кое-кому очень не понравилось, что наследница объявилась столь неожиданно. Многие мечтали бы получить уделы Оронских в дар за заслуги перед империей, а может, и выкупить. Так что не успела еще леди Галина прийти в себя после ритуала, как слетелись стервятники, – Кайрус понимал, что произносит крамольные речи, но с графом Риханом они были знакомы давно и их многое связывало. Например, клятва верности роду Оронских. – В замок прибыл тайный советник Люциан Нединский со своими счетоводами, у него на руках приказ императора – провести полную аудиторскую проверку обоих уделов. Пока здоровье миледи их задерживает, но дня через два они точно будут у вас.

– Ну, за свой город я не беспокоюсь, бумаги все ведутся, отчеты заполняются. Сегодня же отправлю посыльных по волостям, чтобы и на местах были готовы к приезду советника, – нервно постучал пальцами по столу граф. Все же, несмотря на свою практически непогрешимую службу, кое-какие нечистые делишки на его совести были. – Но вы же понимаете, что в деревнях или мелких городишках не все так хорошо, как у нас. Я лорду неоднократно говорил о недостатке квалифицированных кадров: учителей, счетоводов, магов. А уж про зодчих я вообще молчу – пятый год достроить мост через Вилан не могут!

– Это хорошо, что вы напомнили – надо еще посыльного в академию отправить. Госпожа уверена, что туда наведаются в первую очередь, – вспомнил о главной занозе лорда Кайрус и поморщился. Бедная хозяйка еще не знает об этой проблеме, надо будет ей рассказать хотя бы то, что известно ему самому.

– Да-да, всенепременно, – закивал головой граф, радуясь тому, что за академию отвечает не он. Жаль, ее вообще нельзя убрать подальше от его замечательного города. Академия стояла в стороне от основных путей, но люди все равно частенько жаловались на ее обитателей. То запах им какой-то почудится, то монстр вырвется на свободу, то маги перепьются и к девкам приставать начнут, а то и вовсе моровое поветрие на окрестные села нападет. Сам граф регулярно наведывался туда, то по делам города, то по приказу лорда. Почему-то сам хозяин этого мрачного заведения не любил посещать его лично. Но если уж он там появлялся, то академия на пару лет замирала, превращаясь в образцово-показательное учреждение. А судя по последним сообщениям, маги опять распоясались. Одна надежда на новую хозяйку, хотя какой от леди толк в таких вопросах.

Кайрус еще немного поговорил с графом, пообещал рассказать миледи о нуждах местной аристократии и простых горожан, заручился поддержкой и письменным разрешением на самого быстрого коня из гвардейской конюшни города. Так что вечер прошел продуктивно, а ночь мужчине пришлось провести в седле.

На рассвете Кайрус был у склепа. Несколько минут он потерял на то, чтобы решиться на спуск вниз. Мужчина не боялся мертвецов, зато прекрасно помнил запрет покойного лорда на посещение семейного склепа. Но вот первый шаг вниз по лестнице сделан и ничего жуткого не произошло. Не считать же проклятием темноту и застарелый запах крови. Осмотр склепа не занял у Кайруса много времени, разглядывать в темноте особо было нечего, а на его зов никто не отозвался. И все же мужчина постарался хотя бы на ощупь проверить помещение, вдруг Галина где-нибудь лежит без сознания.

Склеп пустовал, Кайрус даже не нашел саркофаги с телами покойных родственников лорда, если они там вообще когда-нибудь были. Беспокойство за Галину еще сильнее охватило мужчину, он впервые не знал, что ему делать. А еще усталость от проведенной в седле ночи. Все это вылилось в вспышку ярости. Кайрус что-то пнул, вероятно, раскиданное еще с прошлого ритуала, смахнул рукой с полок какие-то склянки. Некоторые из них разбились, и без того затхлый воздух помещения наполнился какими-то едкими и удушающими «ароматами». Мужчина выругался, но в этот раз на собственную глупость и быстро покинул склеп.

Отдышавшись на поверхности, он собрался поехать в замок и там узнать, где хозяйка. Была у него мысль, что на самом деле с Галиной ничего не случилось, что она спокойно спит в своей постели и, может быть, не одна. Ревность стиснула сердце, но быстро отпустила, Кайрус прекрасно понимал, что не имеет никакого права на девушку. Кто она и кто он. В ее необычном мире Кайрус ненадолго забыл об их социальном неравенстве, но встреча со знакомыми Галины напомнила ему об этом. Пора было прекращать мечтать и наконец-то заняться своими непосредственными обязанностями, а именно найти хозяйку и никогда не терять, даже если она опять задумает какую-нибудь глупость.

На полпути к замку, к которому Кайрус приближался с тревогой в душе и почему-то с неохотой, мужчина вспомнил о святилище богини.

«А не проверить ли его?» – мимолетная мысль была настолько яркой, что он не сомневался ни минуты. Развернул коня и погнал его к водопаду. Это пешком идти к нему не близко, а верхом не заняло и четверти часа. В этот раз богиня не водила его по всяким закоулкам, а практически сразу пропустила в зал и Кайрус был ей благодарен. Галина была там, но ее мужчина не сразу заметил, потому что перед алтарем закутанная в одеяло лежала девочка, на ее щеках появился румянец и весь вид говорил о том, что у госпожи все получилось. А вот сама Гали скрутилась калачиком на холодных камнях и в первый миг Кайрус испугался, показалось, что она умерла. Бледное лицо, ледяные руки, и биение сердца, которое никак не прослушивалось.

Кайрус снял с себя куртку, завернул в нее Галину, он и одеяло забрал бы для нее, но знал, что ей не понравится такое решение. Мужчина растирал девушку, тормошил, пытался отогреть и тихо звал ее по имени. Кричать громко в доме богини Кайрус считал кощунственным, но как же хотелось выругаться, что-нибудь сломать или разбить. Но вот Галина застонала и приоткрыла глаза:

– Кай? Что ты тут делаешь?

***

Мне казалось, что после ритуала я уже ничего не боюсь, ни боли, ни смерти. Жаль, что отсутствие страха не означает отсутствие неприятных ощущений. Мне было так плохо, будто по мне кто-то долго топтался, потом прожевал и выплюнул. А еще и чей-то голос чего-то от меня хотел, куда-то звал и не давал уснуть.

– Гали, прошу, очнись, – шептал мужчина, его руки обнимали и дарили тепло. До этого я даже не понимала, как мне холодно. Захотелось посмотреть, кто настолько не дорожит своей жизнью, что рискнул будить меня. Глаза открыть удалось с трудом.

– Кай? Что ты тут делаешь?

– Вас спасаю, – буркнул телохранитель и крепко прижал меня к себе. Не поняла, я же его отправила отдыхать? Память работала четко, а вот с ориентацией во времени у меня явно были нелады. Сколько часов или суток прошло с тех пор, как я попыталась переселиться в тело девочки?

– Что с…

– Спит, о ней-то вы позаботились, а о себе нет! – перебил меня Кайрус, осторожно приподнимаясь с пола со мной на руках. Не забыл про низкий потолок – молодец.

– Не надо, я сама дойду, – попробовала избавиться от опеки телохранителя.

– Лежите! – рявкнул Кайрус, но быстро сменил тон и проговорил: – Я сейчас отнесу вас, а потом вернусь за девочкой. Она в одеяле, так что не замерзнет.

Врожденная вредность требовала поспорить с подчиненным и настоять на своем, а плохое самочувствие расслабиться и уступить мужчине руководящую роль. Я выбрала что-то среднее:

– Что ты тут делаешь? Я же оставила тебя в столице. Только не говори, что неделя уже прошла.

– Вы сказали, что я могу отдыхать так, как привык, – проворчал Кайрус, перехватывая меня удобнее, чтобы не задевать моим телом стены. Я ему даже помогла в этом нелегком деле, обняла за шею и положила голову на его плечо. – Нечего мне делать неделю в столице, не был я там лет пять и еще столько же видеть не хочу.

– Жалость какая, а я думала тебя с собой взять в следующее посещение, – съехидничала я, создавая короткий портал на берег реки. Мокнуть еще сильнее не хотелось.

– Как вам будет угодно, хозяйка, – ответил Кайрус, помогая мне сесть на землю. Я не обманывалась его смирением, судя по упрямству в глазах, он в другой раз все сделает по-своему. Я вздохнула и создала еще один портал, на этот раз обратно в святилище.

– Давай быстрее, пока богиня нас не выгнала со своей земли, – слабость давала о себе знать и держать открытым портал было тяжеловато. Кстати, а почему вокруг такая тишина? Прислушалась. Неподалеку заливисто пела какая-то птаха, водопад шумел, а в реке плескалась рыба. Добавить к этому рассветные лучи, сверкающие в каплях росы и пасущуюся рядышком лошадь, получится идеалистическая картина сельской безмятежной жизни. Но меня что-то цепляло, было слишком красиво и тихо.

– Миледи, вы портал в замок сможете сделать? – серьезно спросил Кайрус, появляясь с девочкой на руках. – И это не мое дело, конечно, но надо будет как-то назвать ее. Вряд ли советник императора не заинтересуется вашим столь необычным видом и возвращением.

– Ты прав, я сейчас сделаю портал в башню и оставлю там девочку, – сказала я, вставая. – А ты въедешь в замок по-человечески, все узнаешь, проверишь и доложишь мне. А я отправлю Майлу ухаживать за нашей гостьей.

– Вы же хотели вернуть ее домой?

– Подождем, когда она придет в себя. Точнее, когда я смогу сделать портал в столицу и пригласить хорошего целителя, – в третий раз портал я сделала увереннее, хотя голова еще болела и общее состоянии оставляло желать лучшего.

Кайрус не хотел оставлять меня одну даже на четверть часа, но и бросить лошадь ему тоже не позволяла совесть. Девочку он уложил на кровать, потребовал от меня, чтобы я сама отправилась спать, а лучше дождалась его в башне, чтобы он смог вплотную заняться моим здоровьем. Я чуть воздухом не поперхнулась от таких слов, но глянув глубже в душу мужчины, поняла, что ничего пошлого в его словах не было. Он действительно собирался заняться моим лечением, раз уж к целителю я какое-то время попасть не смогу. Мне даже жаль его было разочаровывать, так что я не стала говорить о том, что повелителям смерти никакая хворь не страшна. Правду сказал тогда лорд Галай – захочешь умереть и не сможешь.

Стоп! А где все? Галай, Галя и богиня?

Глава 12

– Гали, вы себя совсем не бережете, – сетовал Вернон, нежно поглаживая мою кисть под насмешливым взглядом Люциана. Не успела я вернуться и дать задание Майле, как нарисовались оба братца. Пришлось отправить горничную присматривать за девочкой, а самой переодеться и выйти к ним в гостиную. Мне очень хотелось спать, а еще поесть, полежать в горячей ванне, подумать на досуге обо всем и в первую очередь о себе, но незваные гости разрушили все мои планы. Почти все, потому что от завтрака я отказываться не собиралась. Но ничего, сейчас немного побуду вежливой, а потом выпровожу всех и буду отсыпаться.

– Я уверен, у леди Галины была веская причина бросить нас на целые сутки, – с иронией произнес Люциан, попивая травяной напиток так, будто это самое изысканное вино. Пожалела, что под рукой нет ничего тяжелого, чтобы запустить в эту наглую морду.

– Вы даже не представляете насколько, – не очень вежливо буркнула я, забирая ладонь у жениха и уделяя все свое внимание завтраку, пока действительно чего-нибудь не сломала или кому-нибудь. Мне дико не хватало кофе или хотя бы нормального чая, чтобы немного запустить мыслительный процесс в организме.

– А я и не сомневался, моя дорогая, – попытался заглянуть мне в глаза Вернон. Я не физиономист и не обладаю ментальными способностями, как советник, но и то догадалась, что принца задевает мое невнимание. Бедняжка, наверняка с ним это впервые, но пусть привыкает, мне от его ущемленного самолюбия ни холодно, ни жарко. – Вы должны были все мне рассказать, между супругами не может быть тайн…

– Вот станем супругами и не будет, – оборвала я разглагольствования жениха. Получилось грубо это даже мне стало ясно. Вздохнула и решила не перекладывать на принца свое плохое настроение: – Вернон, прошу меня простить, я вам обязательно все расскажу, но немного позже, устала очень.

– Ах это и моя вина, в своем желании видеть вас, я не подумал о том, что ваше отсутствие могло быть следствием какого-то важного и тяжелого события. Мы сейчас же уйдем, моя дорогая, – нежно улыбнулся мне жених, целуя ладошку и поднимаясь.

– Говори за себя, братец, а у меня к леди еще множество вопросов, – откинулся на спинку Люциан. Правда, насладиться моими ответами или, что более вероятнее, матерным посылом, ему была не судьба. Вернон повел себя неожиданно уверенно и резко.

– Люциан, пойдем, Гали нужен отдых! – твердо заявил он и глянул так, что даже я прониклась, а советник просто опешил. Не ошибусь, если предположу, что такое поведение для Вернона нетипично.

– Хорошо, до обеда мое любопытство еще потерпит, – встал Люциан. – Пойдем, братик, нам есть о чем поговорить…

Будущие родственнички ушли, и я наконец вздохнула с облегчением, похоже покойный лорд не только передал мне свою память, но и заразил мизантропией. То ли богиня перестаралась, то ли ритуал на меня так подействовал, но люди меня стали раздражать все сильнее.

– Госпожа, как вы? Я отправил посыльного в город за целителем, – не успела за братьями закрыться дверь, как в нее влетел Кайрус.

– Молодец, а теперь иди отдыхай, – поднялась и я, поняв, что спокойно поесть мне не дадут. Хм, я все равно не смогла бы уснуть, не получив ответы на свои вопросы, так почему бы и не совместить отдых с разговором?

– Только с вами, хозяйка, – с самоубийственной уверенностью заявил телохранитель. А у самого такой вид, что непонятно, как он еще на ногах держится. Интересно, если я его в этот раз куда-нибудь отправлю, он еще сутки или двое без сна проведет?

– Ты ел? А неважно, бери все, что сможешь, с собой и пошли, – махнула я рукой на стол и сделала портал в башню. Служанка тут же вскочила с пуфика, стоящего рядом с кроватью и поклонилась мне. – Майла, приготовь для девочки комнату в хозяйском крыле, а потом мне ванну. И не торопись, надо чтобы все было готово к обеду. Передай Люку, как только появится целитель, сразу доложить мне.

– Все будет исполнено, госпожа, – еще раз поклонилась девушка, бросив заинтересованный взгляд на спящую пациентку и испуганный на Кайруса. Он как раз втягивал в портал наш завтрак. Мужчина воспринял мои слова буквально и уже делал третью ходку, перетаскивая завтрак.

«Хозяйственный», – фыркнула богиня, ее голос для меня стал полнейшей неожиданностью. Всплеск противоречивых эмоций на миг заставил застыть, а потом сесть на кровать. – «Признайся, тебе нас не хватало?»

– Кайрус, завтракай и ложись на кушетку, тебе надо поспать, возможно, нам придется выехать сегодня в Орон. Чем быстрее мы избавимся от советника, тем лучше для всех, – сказала я, пытаясь понять, рада ли присутствию богини или нет. Скорее, немного разочарована, все же я надеялась услышать голос Гали.

«Ты еще ничего не поняла?» – усмехнулась Алая.

– Миледи, я забыл вам сказать, надо в академию без советника наведаться. Иначе у вас могут быть проблемы с императором, – вздохнул Кайрус, машинально отправляя себе в рот кусочек отварного мяса и закусывая его лепешкой. Ну, хоть у кого-то с аппетитом все в порядке.

– У меня еще и какая-то академия есть? – удивилась я, потому что память предка в этот раз почему-то отказывала. Было ощущение, что лорд сознательно пытался о ней забыть, поэтому и я о ней ничего не знала.

– Вообще-то учебных заведений в ваших уделах хватает, а вот академия магии одна. Лорд ее курировал и финансировал, но с ректором они никогда не ладили. Покойный хозяин вообще недолюбливал то место.

– Почему? Он что, сам там учился? Какие-то плохие воспоминания с тем местом?

– Насколько я знаю, нет. Кажется, академии всего лет тридцать или сорок, а учат там магически одаренных детей предателей, преступников, незаконнорожденных отпрысков влиятельных аристократов и прочих нестабильных подростков.

– Ясно, контингент там еще тот, – проговорила я и полезла на кровать, во-первых, хотела проверить девочку, а во-вторых, устроиться поудобнее, подозревая, что разговор с богиней будет долгим. – Ладно, разберемся.

«Красивая, повезло Галаю с тобой, жаль он даже не узнает насколько», – Алая вместе со мной смотрела на черноволосую девушку, на вид ей было лет пятнадцать не больше. За прошедшую ночь что-то в ней неуловимо изменилось, лицо немного порозовело, дыхание стало глубже, но все это было не главным. В девочке наконец-то чувствовалась жизнь, душа в ее теле еще не обосновалась полностью, она цеплялась ярким шаром в районе сердца, постепенно растекаясь вместе с кровью по сосудам.

«Когда она очнется?» – спросила я Алаю, самой было страшно лезть в эту еще хрупкую судьбу.

«Через сутки, вряд ли раньше. А тебе не хочется знать, кто там?»

«Галя?»

«А ты тогда кто? Подожди, не перебивай, загляни в себя, просмотри воспоминания, подумай и ответь», – несколько заинтриговала меня своим вопросом богиня.

Сначала я посчитала вопрос Алаи глупым, но все же над ним задумалась. А еще мне показалось, что удобнее это будет делать лежа, если ничего в голову не придет, то хотя бы посплю. Кровать была достаточна широка, а Майла успела застелить ее чистым постельным бельем. По-хорошему нужно было бы и одеяло с подушками заменить, но и так сойдет, ведь я не собиралась оставлять девочку в этой башне.

В себе копаться у меня совсем не получалось, большинство мыслей крутилось о недалеком будущем, о том, что нужно сделать в первую очередь в замке, о людях, о землях. Конечно, я думала о Кайрусе и Верноне, почему-то своеволие телохранителя мне нравилось больше, чем талант принца угадывать мои желания. А может, я слишком предвзята к Вернону? Он же действительно неплохой кандидат в будущие мужья, достаточно чуткий и в меру навязчивый, а еще он прекрасно понимает, что я его счастливый билет в будущее. И даже то, что между нами никогда не будет любви, стоит считать плюсом. Принц не тот мужчина, что станет вести добропорядочную жизнь и хранить верность своей супруге. И одно дело понимать, что ваш брак договорной и ничего не требовать друг от друга, и совсем другой, когда в паре кто-то по-настоящему влюблен. А в этом мире разводов нет, если мне не изменяет память…

Кстати, о ней. Я почему-то не испытывала больше диссонанса, все воспоминания воспринимались как мои собственные. Умом я понимала, что не могла быть свидетельницей событий столетней давности, но память о них все же была. Как если бы не я сама присутствовала, например, на коронации императора, а мне показали об этом фильм. А еще мне на удивление было легко пользоваться воспоминаниями о прошлой жизни, никто меня не мучил эмоциями и претензиями, никто не доводил до нервного тика. Я чувствовала себя усталой, невыспавшейся, раздраженной, но цельной личностью.

«Алая, что происходит?! Точнее, произошло?!» – мысленно завопила я, слегка испугавшись своего открытия. Я испугалась?! А ведь верно, небольшая паника и страх заставили мое сердце биться быстрее.

«До чего же ты глупая, – вздохнула моя покровительница. – Хотя, о чем я, вы люди все недалекие существа, дальше своего носа не видите. Все с тобой нормально, испытание ты прошла даже успешнее своей именитой прапрабабки. И чтобы ты не задавала мне лишних вопросов, я тебе еще подскажу. В твоем теле было всего две души, а сейчас одна».

«Две? А темная сущность?»

«Именно сущность, а не душа или другой разумный организм. Эх, видимо, придется рассказать предысторию появления повелителей смерти. Официальную версию ты слышала от Галая, он почти не обманул, скорее, многое не досказал. Например, он не упомянул, что практически любой человек может стать моим служителем, для этого даже не нужен магический дар, только добровольный отказ от всего мирского и ритуал. Но не каждый может выжить во время него. В основном кто-то из простых людей идет на этот шаг ради мести, я этого не одобряю, поэтому не на всякую просьбу откликаюсь. Те, кого я удостаиваю своей милостью, становятся моей темной армией, они помогают душам умерших пройти по пути очищения. Объяснить это сложно, я тебе потом покажу. А еще есть повелители смерти. Вас единицы, вы способны жизнь забрать или наоборот продлить. В твоем мире вас бы назвали – дети богов. Вот только большой дар – большая ответственность, и заранее угадать, как поведет себя человек после ритуала даже я не могу. А через десять лет или сто? Где гарантия, что ты или другой мой помощник не захочет разом убить тысячи или сотни тысяч людей? Спросишь, какая мне разница, сколько населения останется в этом мире? Огромная. Каждый верующий своей молитвой, упоминанием, подношениями и прочим, подпитывает нас, богов. Чем больше в нас верят, тем мы сильнее. А значит, мы можем использовать свою силу для помощи вам или для устрашения, что в целом неважно. Ведь любое проявление божественной силы увеличивает армию верующих. Вот такой круговорот энергии.

Что же такое «темная сущность»? Это своеобразный вирус, помогающий вытащить на поверхность сознания все потаенные страхи, желания, страсти, обиды. Все, что есть плохое в человеке или то, что он даже сам от себя скрывает, выплескивается наружу. Не было двух Галин, это так причудливо скрутилось твое желание иметь сестру и боязнь эмоциональной привязки к кому-нибудь. Ты всегда руководствовалась разумом, не шла на поводу у эмоций, не позволяла себе просто поплакать или устроить истерику. Ты всячески избегала любви, даже своего Вадима и подруг сторонилась, держала их на некотором расстоянии, чтобы только не привязаться к ним. Так у тебя и получилась сестра, полная твоя противоположность: плаксивая, взбалмошная, эмоции которой переполняли через край, подавляли и подталкивали на всевозможные глупости. Ты справилась, смогла договориться со своим внутренним я и принять свои слабости. А вот Галаю это так и не удалось. Он столько лет держал себя в руках, боролся сам с собой, считал наказанием свою низменную слабость к мужчинам за великий дар. Он так ничего и не понял, но в то же время он был хорошим помощником и человеком. Так что я рада, что у него появился еще один шанс».

«Значит, лорд Галай в теле этой девочки?» – спросила я то, что меня волновало в первую очередь. О себе я могу поразмышлять и позже.

«Его душа. Но он ничего помнить не будет, точнее, она. Ты уже решила, что сделаешь с ребенком? Отправишь обратно в своей мир? Кстати, у нее там никого из близких родственников не осталось, – лукаво спросила богиня, уже зная мой ответ. – Ну ладно, не буду тебя мучить и требовать, чтобы ты сказала это вслух. Отдыхай. И не забудь придумать имя девочке и объяснить, кем она тебе является».

«Может, назвать ее сестрой?»

«Нет, определить то, что вы не родственники, сможет любой служитель Эрона или сам император. Пусть будет твоей воспитанницей. Как тебе имя Грай? Почти, как Галай», – хихикнула на последних словах Алая.

«Лучше Женя», – ответила я, мне всегда нравилось это имя.

«Шеня? Шенин… имя, конечно, не аристократическое, но есть в нем какая-то магия. Кстати, ты последи за девочкой, а то как бы в ней дар не проснулся…»

Богиня пропала из моей головы так же неожиданно, как и появилась, оставив на меня ворох проблем и переживаний. Понятно, что ей есть еще чем заняться, помимо меня, но она опять сбежала, толком ничего не объяснив. Не люблю недосказанность. Да что там, меня просто бесит, когда мной пытаются манипулировать!

Я приподнялась и посмотрела в сторону Кайруса, он уже успел уснуть, с трудом уместившись на узкой кушетке. Мне же совершенно перехотелось спать после откровений Алаи. Она была права, я всегда старалась избегать привязанностей или любви. Я даже от родителей сбежала при первой возможности. Хотя они у меня хорошие и брат тоже нормальный. Можно сколько угодно списывать такое поведение на собственную уникальность и рано пробудившийся дар, но себя не обманешь, я просто боюсь привязываться к кому-либо. Это какой-то эгоистичный страх, похоже, я боюсь не физической боли, а душевной.

На минуту я пожалела, что ко мне вернулись эмоции, жить с ясной головой намного легче. Не надо маяться выбором, решая, что правильнее – последовать велению сердца или разума. Не надо считаться с чувствами окружающих, достаточно говорить правду и действовать справедливо. Я поднялась с кровати, подошла к двери и закрыла ее изнутри. Мне не хотелось, чтобы кто-то потревожил сон Кайруса, а то как бы опять не бросился на мои поиски. Я же собиралась прогуляться, подышать свежим лесным воздухом, насладиться тишиной. Решено, потревожу-ка я покой ректора, посмотрю, чем же он не угодил лорду Галаю.

По-хорошему, надо было переодеться и заявиться в академию во всей красе, чтобы ни у кого не возникло сомнений по поводу моего статуса. Лорд никогда не пренебрегал возможностью выглядеть солидно и согласно своему положению в обществе. Но я не он, мне было плевать на мнение окружающих, а еще и просто лень наряжаться. Тем более ни одного достойного платья я пока приобрести не успела.

Перед тем как создавать портал я все-таки заглянула в зеркало, оценила повышенную лохматость и заплела косу, став еще больше похожей на студентку. Что ж, пора познакомиться со своими подопечными, где там координаты портала?

Глава 13

Да, лорд нечасто посещал подведомственное ему заведение, и я не сразу откопала в памяти координаты для портала. Думала, уже придется перемещаться в Орон, а оттуда ехать в академию на лошади. И так как мне не доводилось ездить верхом самостоятельно, на такой непростой шаг я решилась бы только с Кайрусом. А он спал. Но откладывать посещение академии не пришлось, я наконец-то нашла координаты, вели они прямо к воротам. Интересно, а почему не сразу на территорию?

Выйдя из портала, я уже практически знала ответ. Передо мной находилось наполовину заброшенное поместье с обшарпанными одноэтажными зданиями. Располагались домики как попало, без видимой симметрии, а небольшая площадка, когда-то выложенная камнем, вся заросла травой. Забора так такового не имелось, точнее, он когда-то был, но в некоторых местах обвалился. Ворота же смотрелись на его фоне несуразно, а дремлющий парень в застиранной рясе серого цвета еще и странно. Я грешным делом решила, что это какой-нибудь нищий, пришедший просить милостыню. И никак не ожидала, что это тощее недоразумение вскочит и начнет мне хамить:

– Куда прешься? Ректор до обеда никого не принимает.

– И что, много к нему приходят? – усмехнулась я, пристально разглядывая этого дрыща, возомнившего себя великим магом. Почему я так решила? Не мог же он не заметить мой цвет волос.

– Хватает. Он постоянно к себе девок приводит, а потом они так же неожиданно пропадают. Если не хочешь, чтобы твое тело нашли в окрестных болотах – проваливай, – скривился парень, взмахнул рукой и передо мной вспыхнула иллюзорная стена огня. Явно, маг из парня был слабенький, потому что меня его таланты совсем не впечатлили.

– Плохо, очень плохо. Это за неуспеваемость тебя отрядили на ворота? И кого ты охраняешь? Эти курятники от людей или людей вот от таких хреновых магов, как ты? Впрочем, об организации учебного процесса я поговорю лично с ректором, – я уверенно прошла в ворота, а паренька, который все-таки рискнул меня задержать на время, пришлось нейтрализовать. Не знаю, чем именно он хотел в меня кинуть, возможно, настоящим пламенем, я дожидаться не стала, пальцы сами сложились в один жест, несущий мало приятного своей жертве. Парень начал задыхаться, схватился за шею, выпучил глаза, в которых застыл страх. – И самое главное, я хочу видеть в своих подопечных больше вежливости, так и передай остальным.

На территории академии жизнь била ключом, правда, совсем не такая, какой я себе ее представляла. Вон стайка гусей важно прошествовала через центральную площадку в сторону разрушенного забора. Уверена, где-то там есть водоем. У дальних сараев мелкий мальчишка на вид лет тринадцати тащил за веревку козу или козла, животное никуда идти не хотело и упрямо упиралось. Может, оно что-то подозревало? Я тоже никуда бы не пошла с мальчишкой, который обзывается и грозится спустить шкуру.

У крыльца главного здания тоже имелся охранник, а возможно, это был вражеский шпион, который умело маскировался под куст. Подойдя ближе, я поняла, что это просто бомжеватого вида мужик, видимо, перепивший спиртного прошлым вечером. Странно, что его даже не затащили в дом. И вообще, все это место мало напоминало академию, скорее, заброшенную деревенскую усадьбу, где остались лишь несколько человек. Или остальные учатся?

***

– Дети на каникулах! – рыкнул на меня хмельным перегаром «бомж», оказавшийся ректором. Правда, чтобы это узнать, мне пришлось поднять на ноги всех оставшихся в академии людей. Их было немного: завхоз или как он сам себя назвал ключник; парочка древних магов, они завтракали в столовой и вели светскую беседу; дородная повариха, она же жена завхоза, кстати, тот мальчишка, что тащил козу, был их сыном и помощником. Еще в академии на лето остались с пяток студентов, кого-то наказали за неуспеваемость или за плохое поведение, как парня у ворот, а кому-то просто было некуда идти.

– А вы под крыльцом инспектировали свое заведение? Оценивали, что нужно ремонтировать в первую очередь? – фыркнула я, отодвигаясь вместе со стулом от ректора подальше. Интересно, а сколько ему лет? Семьдесят? Или сто?

– Спал! – не счел нужным выкручиваться или лгать маг. – Выпил лишнего вчера. И не надо на меня так смотреть, имею право! Я, может быть, впервые за последнее десятилетие счастлив.

– Дайте угадаю, вы вчера узнали о смерти моего прадеда? – усмехнулась я, всматриваясь в мужчину. Грязный, заросший, в бороде и в волосах седина, на одежде многочисленные пятна, колючки и травинки. Похоже, он вчера действительно с размахом отметил смерть лорда. – Да не краснейте, мне уже успели сообщить, что вы с ним не ладили. Но все же не спешите радоваться, у нас с лордом Галаем много общих черт характера.

Ректор тихо выругался, налил себе трясущимися руками из кувшина воды в кружку и выпил ее в несколько глотков. На самом деле если он и краснел, то не от смущения, а скорее, от желания высказаться. И судя по некоторым донесшимся до меня словам, мнение об Оронских у него было отнюдь не лестным.

– И все же, не могли бы вы для начала представиться, раз уж покойный лорд не счел нужным нас познакомить, – мило улыбнулась я, а ректор почему-то поперхнулся водой и закашлялся. После того, как я все-таки нашла этого выпивоху, точнее, вспомнила о том, что видела какого-то бомжа у лестницы, и силами завхоза его транспортировала в кабинет, где мы сейчас и сидели. Я пила чай, а для ректора принесли воды с какой-то кислой ягодой, ее при мне повариха щедро сыпанула в кувшин, предварительно немного размяв.

– Граф Всевлад Лерийский. Надеюсь, видеться с вами, миледи, мы будем нечасто, – хамски произнес ректор, откинулся на спинку стула, вытер грязным рукавом бороду и улыбнулся. Надо же, я стала свидетельницей действия местного средства от похмелья, надо будет у поварихи спросить рецепт или просто название ягод, чувствую, с братьями Нединскими оно мне скоро понадобится.

– Если только вы планируете подать в отставку. Нет? Тогда не будем терять время, о смерти лорда вы знаете, стало быть и о скорой аудиторской проверке вашего заведения тоже должны были слышать. Я не стану требовать от вас бумаг, смотреть ваши расходные книги и прочее. Меня мало волнует, обворовывали ли вы свою академию до сего дня или нет, пусть люди советника в этом разбираются и наводят в документах порядок. От вас мне нужно только одно, но уже к этому вечеру. Составьте список необходимых вещей или работ, которые нужно выполнить до начала нового учебного года. Я обратила внимание на разрушенный забор, местами прогнившие полы и обшарпанные стены, так что ремонт основных помещений пропишите обязательно…

– А толку? Где деньги на все это взять? Вы дадите? – зевнул мужчина, продемонстрировав мне на удивление крепкие и белые зубы. То ли в магическом мире кариеса нет совсем, то ли ректор не так уж стар.

– Дам. Но вы мне не только отчитаетесь за каждый медяк, но и отработаете его. Не конкретно вы, а вся академия в целом включая студентов. Мы введем обязательную практику для учащихся, будут не просто ерундой маяться, напиваться или дебоширить, а займутся работой на благо общества.

– Вы хотите заставить работать детей аристократов? – выпучил глаза ректор.

– И хочу, и заставлю, я не собираюсь кормить за свой счет несколько десятков дармоедов, только потому, что академия находится на моей земле. Более того, я планирую в будущем получить если не прибыль с вашего заведения, то хотя бы существенное уменьшение ежемесячных расходов. А это значит, надо сделать так, чтобы это место стало конкурентоспособным.

Ректор расхохотался, заливисто и громко, будто не граф, а солдафон.

– Ну, миледи, повеселили, не ожидал, – отсмеявшись и вытерев выступившие слезы, произнес мужчина. – Знаете, даже ваш покойный родственник, на что был с богатой фантазией, ничего подобного не предлагал. Уверен, вы воспитывались и обучались в семье, а так как среди девушек такой сильный дар редкость, вас еще и оберегали от всяческих волнений. Но поверьте человеку, который видел жизнь, даже самый нищий аристократишка не станет работать, тем более бесплатно. Это же пятно на репутации всего рода.

– Но вы же аристократ и работаете, – не совсем поняла, о чем говорит ректор.

– Но-но, не путайте, я нахожусь на государственной службе! – нахмурился граф Всевлад. – А это очень престижно, хотя в моем случае и малооплачиваемо. Кстати, не подкинете своему вассалу деньжат, миледи? Чтобы я смог в следующий раз достойно вас встретить, а то знаете ли даже нечего предложить вам выпить…

– Не дам, вы же на службе у императора, вот у него и просите прибавку к жалованию, – скривилась я, чуть не показав язык этому забулдыге. – А про «выпить» – это вы вовремя мне напомнили. С сегодняшнего дня на территории академии объявляется сухой закон, отныне хмельное можно употреблять только в государственные праздники и не более бутылки вина на человека. Официальную бумагу подготовлю к вечеру, тогда же наложу магический запрет, а то как бы ваш дурной пример, граф, не стал заразительным. И я не хочу, чтобы тайный советник в свой приезд обнаружил под кустами пьяных студентов. А над вашими словами о службе я подумаю, возможно, мне удастся договориться с императором. Ну, а выпускники не аристократы будут только рады работе…

– Какие выпускники? – перебил меня ректор. Похоже, он и не рассчитывал, что я подкину ему наличности, как и не особо поверил в мои слова о сухом законе, зато последняя фраза его явно задела.

– С этого года академия будет принимать всех. Будем брать и бедных, и богатых, и сирот, главное, чтобы был дар, а вот родословная меня совершенно не интересует. Подождите, не перебивайте, вижу по вашим глазам, что вы против, но это заведение в первую очередь принадлежит мне и я так решила. А теперь послушайте о плюсах. Чем больше вы наберете студентов с сильным даром, тем выше будет финансирование. Еще можно сделать обучение платным для тех, кто особыми талантами не обладает, но имеет богатых родителей. И, конечно, проведем ремонт, обновим мебель и учебные материалы. Вы все еще против?

– Вы себе не представляете, какой ворох проблем хотите повесить себе на шею, миледи. Вам кажется, достаточно набрать учеников и заручиться поддержкой императора, и все сразу получится? Вы ошибаетесь, у нас учатся не девицы из благородных семей, зачастую к нам сплавляют тех, с кем не могут справиться столичные академии или десяток личных гувернеров. А так как в последние годы на политической арене тишь да гладь, благодаря мудрому руководству нашего императора и вездесущему Люциану Нединскому, то к нам попадают в основном одни балбесы…

– Да, наглые и ленивые, я уже успела пообщаться с одним из них. Но трудности меня никогда не пугали, так что загрузим их физической подготовкой и гонору у них сразу поубавится. В здоровом теле – здоровый дух!

– Леди, а вы в какой стране росли? Где вы могли нахвататься таких странных идей? – с подозрением посмотрел на меня маг.

– Считайте это озарением свыше, – улыбнулась я и встала. – Прощаться не будем, вечером я к вам еще загляну. И надеюсь, когда вы говорили: «встретить достойно», вы имели в виду и свой внешний облик?

– Вы тоже не очень-то похожи на самую богатую и влиятельную леди в империи, – буркнул ректор. Я не стала комментировать его высказывание, а просто бросила в него весьма интересным проклятием, оно словно озарением всплыло в моей памяти. Маг сразу заметил, вскочил, уцепился руками за стол, побелел и спросил: – Что вы сделали?!

– Всего лишь наслала на вас неопасную реакцию на хмельные напитки, – усмехнулась я, создавая портал.

– Дилетантка! Недоучка! – крикнул мужчина и стремглав вылетел из кабинета.

Пф, какие мы нервные! Подумаешь, понос наслала, так его организм только спасибо скажет, когда этот алкоголик выпивать перестанет. И только зайдя в портал до меня дошло из-за чего так психанул ректор, в его крови наверняка еще немало градусов осталось после вчерашнего. Получается, я своим проклятием его прямиком в туалет отправила и, скорее всего, не на один час. Блин, а после алкогольного отравления у него и так обезвоживание. Прав дядька, я – дилетантка. Придется тащиться к нему раньше и вместе с целителем.

Кайрус еще спал, его длинные ноги свесились с кушетки, а ладонь заменяла ему подушку. В башне было прохладно, а мой телохранитель где-то успел оставить куртку и теперь, как мне показалось, мерз во сне. Оглядела комнату. Забрать одеяло у девочки рука не поднялась, зато я приметила плед в кресле. Оно стояло у окна, видимо, хозяйка комнаты любила в нем проводить время, об этом говорила незаконченная вышивка, лежащая рядом на маленьком столике. Интересно, сколько лет здесь уже никто не живет? Наверное, если бы я покопалась в своей памяти, то нашла бы на этот вопрос ответ, но желание позаботиться о Кайрусе перевесило любопытство. Я взяла плед, который пропах сыростью, и подошла телохранителю. Хотела осторожно укрыть мужчину и уйти порталом в столицу, чтобы найти целителя для ректора, но неожиданно Кайрус проснулся. Так резко, что я не успела даже отпрянуть в сторону, похоже, поза у меня была двусмысленная, если мужчина спросил:

– Гали, что вы делаете?

– Задушить тебя пледом пыталась, разве непонятно, – буркнула я, краснея и распрямляясь. Давненько я не чувствовала себя так глупо, спрашивается, могла бы сразу отправиться по делам, а не строить из себя заботливую мамашу.

– Госпожа, вы меня укрыли? – судя по круглым глазам Кайруса, его мировосприятие в очередной раз перевернулось. А затем я наблюдала, как улыбка мужчины становится все шире и шире, а во взоре появляются лукавство и самоуверенность.

– Что ты лыбишься, спи, до вечера еще далеко, – не стала я дожидаться, когда он предложит прилечь рядом или еще что-нибудь в этом духе.

– Ночью высплюсь, а сейчас я с вами, – телохранитель легко вскочил с кушетки, сделал несколько упражнений, разгоняющих кровь, и выжидающе на меня посмотрел. А я еще на его махах руками и наклонах немного зависла, как-то вдруг осознавая, что мне нравятся высокие и сильные мужчины. Точнее, один рыжий тип, нагло назначивший себя моим телохранителем. Я прекрасно помнила слова богини о том, что у нас с ним не может быть будущего, я знала, что его жизненный путь оборвется уже в этом году, но ведь симпатию не выбирают, она либо есть, либо нет. Хотя бывает, как в моем случае с Люцианом, советник жутко меня бесит своими заковыристыми фразами и ехидной полуулыбочкой, зато его поцелуй я до сих пор помню. А может, плюнуть на запрет Алаи? Подумаешь, на пару десятилетий проживу меньше. Я потянулась даром к Кайрусу, собираясь определить, где и как ему суждено умереть, но наткнулась на стену. Кто-то закрыл для меня доступ к судьбе Кая. И я даже знаю кто! Злость на Алаю и на себя за то, что раньше не проверила, колючим комком поселилась в душе. Спрашивается, зачем мне дар, если я не могу помочь даже тем, кто мне нравится?!

– Миледи, вас что-то расстроило? – спросил Кайрус, не подозревая о моих душевных терзаниях.

– В Ороне целитель есть? – проигнорировала я вопрос мужчины и задала свой, что поделаешь, эмоции – это слабость, а сейчас у меня нет времени на них.

– Конечно. Девочке стало хуже?

– Нет, а вот ректору надо бы помочь…

– Вы ходили в академию одна? – нахмурился Кайрус, на его лице было написано все, что он думает о моей глупости и безответственности. Хорошо, что вслух ничего не сказал, а то пришлось бы оставлять его в замке, чтобы не забывал о субординации.

– Дверь в комнату открой на всякий случай и пошли, если ты еще со мной, – хмыкнула я и создала портал. Прадед почему-то любил массовые скопления людей, большинство координат для порталов вели либо на главные площади городов, либо вблизи или внутрь дворцов и храмов.

Глава 14

Что я могу сказать, в Ороне лорда Галая видели чаще, чем в столице, поэтому боялись его меньше, зато явно уважали. Людей на площади и по дороге к целителю мы встретили немного, но все мне кланялись и провожали любопытствующими взглядами. Дворецкий целителя попытался отказать Кайрусу в приеме, ссылаясь на то, что его хозяин еще не вставал, но тут я вышла вперед и недопонимание сразу решилось. Уже через четверть часа ко мне выскочил небольшого росточка мужчина, круглолицый, с большими залысинами и с широкой улыбкой. Я смотрела на добродушного толстячка среднего возраста с совершенно непримечательной внешностью и мои представления о магическом мире рушились. С чего я решила, что целитель обязательно будет стройным и красивым?

– Миледи, мое почтение, – склонился мужчина и поцеловал мне руку. – Простите, что не имею чести знать вашего имени, так как не был представлен лично, я граф Зарианский.

– Галина Оронская, – назвала себя, решив немного сократить имя и титулы. – Мне нужна ваша помощь, не мне лично, а ректору академии, он знаете ли то ли съел что-то несвежее, то ли выпил…

– Господин Ануан отравился? – очень удивился целитель. – Но как же так? Он сам обладает небольшим целительским даром, и он всегда крайне щепетилен в еде, даже слишком, на мой взгляд.

– Я думаю, миледи говорила о графе Лерийском, – вмешался в разговор Кайрус к неудовольствию хозяина дома.

– Ясно, – скривился целитель. – Значит, надо выложить из саквояжа все настойки, а то в прошлый раз пока я снимал с этого пьяницы последствия хмельного отравления, он умудрился выпить настойку аира.

– И часто приходится выезжать к господину Лерийскому? – спросила я, подумывая о смене ректора.

– Один или два раза в год, – пожал плечами целитель. – Но не подумайте ничего плохого, Всевлад выпивает только на каникулах. Во время учебного процесса ректор держится и не позволяет себе лишнего. Я много раз предлагал ему свою помощь в избавлении от пагубной привычки, но он каждый раз отказывался, не считая это серьезной проблемой.

– Скорее всего, ректор полностью избавится от своей слабости, ну или умрет, другого ему не дано. Я, знаете ли, очень не люблю пьяниц, – спокойно произнесла я, а целитель недоуменно посмотрел на меня, так и не поняв, шутка это или нет. Какие могут быть шутки на такую щепетильную тему? Я решила, если граф будет упорствовать в своих привычках – отдам его жизнь на откуп богине, пока он ничем не доказал мне свою незаменимость. – Граф Зарианский, если вы готовы, то собирайте саквояж и отправляемся. Ваши услуги будут оплачены, не переживайте…

– Как можно, миледи, у меня и в мыслях не было что-то требовать от Вашей Светлости, – склонился в поклоне граф, но глаза его сверкнули предвкушением, а улыбка стала по-настоящему искренней.

Стоит отдать ему должное, собрался целитель быстро, каких-то пять минут и вот он уже стоит рядом со мной, с интересом наблюдая как разворачивается портал. А я, делая шаг на территорию академии, запоздало вспоминаю, что не взяла новых координат и мне опять придется проделать неблизкий путь к ректору.

За прошедшие два часа практически ничего не изменилось: гуси возвращались назад; мальчишка все так же возился с козой, но в другой стороне; а нерадивый студент испуганно подскочил и даже изобразил поклон.

Кайрус бросил на парня подозрительный взгляд, а потом посмотрел на меня, укоризненно и как-то обреченно. Я сделала вид, что не поняла его безмолвного намека и зашагала прямиком к кабинету ректора. Целитель и телохранитель последовали за мной. Конечно же, в учебной части страдальца мы не нашли. Наверное, мы еще долго искали бы ректора, если нам навстречу не попался бы завхоз, он и отправил нас по нужному адресу.

– Что это?! – не сдержалась я, несколько гневно выражая свою брезгливость и негодование от увиденного.

– О, хозяйка опять пожаловала, – приподнял голову ректор, он в очередной раз валялся на травке. И все бы ничего, но травка росла у ветхого сарая, от которого несло дерьмом на несколько метров. То есть не трудно было догадаться, что сие опасное и неприятное здание – местный туалет. – С чем на этот раз? С ядом?

– Вот еще, вам и своего яда хватает, – фыркнула я. Ректор выглядел плохо, лицо зеленое, на лбу испарина, а руки не отрываются от живота. С другой стороны, он еще жив, а значит, все поправимо. – Граф Зарианский, прошу приступайте, а господин Всевлад пока мне поведает, как академия докатилась до того, что стала похожа на выгребную яму? И не надо мне тут оправдываться недостатком финансирования, уж сортир починить можно было бы и самим, для этого много ума и денег не надо.

– Я граф, а не плотник, – буркнул ректор и застонал, поджимая колени к животу.

– Миледи, – обратился ко мне целитель. Пока я произносила свою речь, он успел присесть рядом с больным и просканировать его магией. – На нем проклятие, пока оно не снято, я ничего не могу сделать. Это вопиющий случай, мы должны его расследовать и наказать виновного…

– Вы его уже нашли, точнее, ее, – хохотнул ректор, скривился и в полусогнутом состоянии пошел в туалет. Целитель и Кайрус после этих слов уставились на меня с единодушным осуждением в глазах.

– Миледи, я понимаю, что господин Всевлад не самый приятный человек, но как целитель хочу предостеречь вас, если проклятие не снять, граф умрет, – мягко, как ребенку, начал объяснять эскулап.

– Всевлад, – крикнула я, испытывая дикое желание кого-нибудь убить. – Выходите, нет смысла вам там сидеть, спазмы не прекратятся без моего вмешательства. Кайрус, сходи приведи того студента с ворот, охранник из него никакой, а вот ректора дотащить до комнаты у него получится.

– Я сам дойду, – произнес вредный Всевлад, на карачках выползая из туалета. Меня от вида такого антисанитарного поведения затошнило. А еще вонь от туалета…

Проклятие сняла быстро, хотелось бы и уйти поскорее, но следовало еще дождаться возвращения Кайруса.

– Граф Зарианский, какой прогноз? – спросила я, глядя на целителя в деле и стараясь делать вдохи пореже. Мужчина сосредоточенно водил руками над ректором, пропуская сквозь него магию. Все движения целителя были выверены, точны и безошибочны, во всяком случае, не прошло и пяти минут, как лицо Всевлада расслабилось и приобрело почти нормальный оттенок.

– Жить будет, – с долей цинизма произнес доктор. – За один раз восстановить здоровье графа Лерийского я не могу, знаете, даже магия не всесильна. Но за сутки и три сеанса он придет в норму.

– Я в вас верю, граф, – ласково улыбнулась целителю. – Сделаем так, вы сегодня останетесь здесь, а завтра я вас заберу в это же время и доставлю домой. Вы говорили, что можете помочь не только в лечении Всевлада, но и в избавлении его от пагубной привычки?

– Нет у меня никаких зависимостей и привычек, – возмутился ректор. – И ничья помощь мне не нужна!

– Уверены? Потому что следующая ваша пьянка закончится вашими похоронами, – одарила я строптивого подчиненного своим фирменным взглядом. – И я не шучу, на данный момент вы для меня тот раздражающий фактор, от которого я с удовольствием избавлюсь. Возможно, мой прадед к вам привык или ему было просто плевать на то, как обстоят дела в академии, я же собираюсь навести тут порядок. А вы не похожи на человека, которому можно доверить что-то серьезное. Можете, конечно, пожаловаться императору на мое самоуправство, но не думаю, что он вас вообще услышит.

– Миледи, я привел парня, – окликнул меня Кайрус и правильно сделал, а то я что-то увлеклась давлением на ректора, вон даже целителя немного зацепило моим даром. – Хорошо, возвращаемся. Граф Зарианский, можете смело распоряжаться вот этим молодым человеком, господин Всевлад, сегодня отдыхайте, но завтра к обеду список должен быть готов. Господа, я надеюсь на ваше благоразумие.

Ответа дожидаться не стала, создала портал в замок. Впереди у меня еще был нелегкий разговор с тайным советником.

***

– Стерва, – прошипел Всевлад, он чувствовал себя почти сносно, с содроганием вспоминая, как еще несколько минут назад загибался от боли. Честно признаться, мужчина уже попрощался с жизнью, он даже подумать не мог, что эта белая моль вернется и приведет с собой целителя.

– Я, на вашем месте, поостерегся бы с высказываниями, – одернул Всевлада целитель. – Вам ли не знать, что повелители смерти человеколюбием не страдают.

– Только не надо мне читать нотаций, граф! – взбеленился ректор, который очень не любил чувствовать себя слабаком или идиотом, а сегодня он просто побил все рекорды. – Я вам, конечно, благодарен, но с хозяйкой как-нибудь сам разберусь.

– Не смешите меня, Всевлад, миледи для вас недосягаема, – хмыкнул целитель, поднялся и обратил внимание на студента. – Молодой человек, что вы стоите? Быстро помогите своему ректору подняться, надо разместить его в комфортных условиях.

– А чем вас не устраивает природа? – усмехнулся Всевлад, раздумывая, а не послать ли всех подальше и не напиться ли напоследок. Он не сомневался, что беловолосая стерва выполнит свое обещание и убьет его.

– В кого вы превратились, Всевлад? – вздохнул целитель. – Я ведь помню вас другим: умным, серьезным, подающим большие надежды магом. А сейчас вы ведете себя, как один из болванов, которых воспитываете в своей академии. Вы же всегда хотели сделать из этого богами забытого места что-то достойное, так почему сейчас отталкиваете помощь?

– Полно вам, граф, я уже не тот юнец, которого можно воспитывать подобными речами. Мало ли что я хотел, еще больше мне обещали, а что по факту? – дернулся ректор, пытаясь пойти самостоятельно и не опираться на плечо собственного студента. – А ты что уши развесил? Хочешь все лето на воротах простоять?!

– Никак нет, господин ректор, просто я раньше не встречал повелителей смерти, – произнес парень, не скрывая любопытства.

– И какой же вывод вы успели сделать, молодой человек? – спросил целитель, ему было интересно, совпадут ли наблюдения паренька и его собственные.

– Ну, миледи лучше не злить, и она очень сильная, я никогда не видел, чтобы так легко создавали порталы, а ведь это не первый за сегодня, – с долей восхищения произнес парень.

– Вот видишь, Всевлад, даже этот мальчишка сделал правильные выводы, а ты все упорствуешь. Миледи не просто сильна, она единственная в своем роде, поверьте старому целителю. Я тут аккуратно проверил ее здоровье и был поражен, она прошла родовой ритуал всего около трех суток назад! – воскликнул целитель.

– И что это значит? – спросил студент, не дождавшись комментариев ректора, тот упорно молчал, так и не решив для себя, хочет он жить или нет.

– Эх, чему вас только учат, молодежь. После ритуала маг не встает с постели от трех до пяти дней, магия начинает откликаться начиная с восьмых суток, а у некоторых и с одиннадцатых, а уж полный контроль обретается спустя месяц. А теперь подумайте о силе дара миледи, если она спустя всего три дня перемещается по стране порталами. Это колоссальная мощь! С такими задатками она за один раз может забрать жизни нескольких тысяч человек, если захочет…

– Тогда почему повелители смерти до сих пор существуют? Они же прямая угроза императору и людям, – округлились глаза у студента.

– Глупости, повелители смерти не убивают просто так, они лишены привязанностей и страстей, на их решения не влияют эмоции. Для них все подчинено целесообразности и справедливости, именно поэтому вашему ректору надо меняться, ведь на данном этапе его постоянное пьянство прямая угроза планам миледи.

– И все равно непонятно, а вдруг миледи решит, что целесообразнее ей стать императрицей?

– Значит, для этого мира это единственный вариант выхода из какого-нибудь кризиса, – пожал плечами целитель.

– Что-то лорд Галай не походил на справедливого человека, – хмыкнул Всевлад, вспоминая сколько раз он за последние годы обращался к старому скряге за помощью.

– Вы, мой друг, познакомились с покойным лордом, когда он уже был серьезно болен и очень стар, – ответил целитель, не вдаваясь в подробности по наследованию темного дара. – А я помню его деятельным и справедливым наместником уделов. Да вы съездите в другой удел и посмотрите, как там живут люди, я уже не говорю о том, что у нас самые низкие налоги в империи.

– До поры до времени, – не разделял оптимизма графа Всевлад. Он был уверен, что еще не раз сцепится с беловолосой стервой. Удивительно, но от такой перспективы ему даже жить захотелось.

***

– И почему я не удивлен, – поджав губы произнес Люциан, когда я его вежливо послала подальше. Ну как послала, скорее, посоветовала насладиться последним днем отдыха перед трудной работой, которая начнется у нас с завтрашнего дня. Советник был почему-то уверен, что я захочу провести остаток дня в его компании, рассказывая о тех делах, которые вырвали меня из родового замка на целые сутки. Наивный. – Знаете, леди Галина, я начинаю подозревать, что пока мы вынужденно дожидаемся вас в неизвестности, вы избавляетесь от документации или улик, подтверждающих наличие дополнительных доходов на территории ваших уделов, с которых вы не заплатили налоги в казну.

– Господин Люциан, если ваше ведомство найдет доказательства, что лорд Галай утаивал доходы, – улыбнулась несколько плотоядно советнику. – Я обязательно со всем разберусь и впредь подобное повторяться не будет.

– Если обнаружится недоимка по налогам, вам, леди Галина, придется все вернуть империи, – хмуро проговорил тайный советник, вяло ковыряясь в своей тарелке. Обед проходил в малой столовой, и я даже разрешила пригласить к столу помощников Люциана, но он отказался. Видимо, надеялся на откровенный разговор.

– Об этом я буду говорить не с вами, Люциан, а с императором. Поверьте, мне есть что ему предложить, – ответила я, пребывая в благодушном настроении. Как мало надо человеку оказывается, я всего лишь приняла ванну, позволила Кайрусу сделать для меня какой-то чудо-укрепляющий отвар на основе трав и вина, а теперь плотно поела. Повар сегодня расстарался, было целых четыре блюда: жаркое из какой-то птицы, молочная каша с ягодами, запеченная репа с сельдереем и зеленью, а еще пирог со сладкой начинкой, кажется, это был ревень с медом. Лично мне все понравилось, а вот мужчины выглядели недовольными, но может быть, это не из-за еды.

– Миледи, – с поклоном зашел в столовую дворецкий. – Прибыл целитель из соседнего городка.

– Дорогая, вы себя плохо чувствуете? – всполошился Вернон, вызвав у меня небольшой нервный тик. Он же точно захочет принять участие в моем лечении, ну теми методами, которыми он владеет лучше всего. Нормальная женщина, должна была обрадоваться, но я почему-то особого воодушевления не испытала. Может, потому что передо мной маячило лицо советника, а мой взгляд все чаще падал на его губы. И все же странно, как к человеку можно испытывать настолько противоречивые чувства? Или это влияние Алаи?

– Хорошо, Люк, проводи его к больной, а я сейчас подойду, – дворецкий еще раз поклонился и вышел, а я решила сначала доесть, а потом уже общаться с очередным доктором. Пока я принимала ванну, Кайрус с Майлой успели перенести мою подопечную в нормальную комнату и устроить ее со всеми удобствами. Нес девочку, конечно, Кай, а заботы по удобству и комфорту легли на плечи Майлы. Надо будет для Шенин найти личную горничную, а то у моей и так дел хватает.

– В доме есть больные? – ухватился за главное событие Люциан, вперив в меня свой немигающий ястребиный взгляд. – Какие симптомы, сколько больных?

– Не переживайте, моя воспитанница ничем заразным не болеет. Она неудачно упала и потеряла сознание, именно по этой причине я была вынуждена вас покинуть вчера. Местные лекари, которые занимались девочкой, ничего толком сказать не смогли и поэтому я переместила ее сюда. Как вы понимаете, создавать порталы и так непростое занятие, а для трех человек и подавно, – я не собиралась оправдываться, просто внести ясность и пресечь дальнейшие расспросы. Ага, раскатала губу, советник был не из тех людей, которым достаточно минимума информации. А вот Вернон ощутимо расслабился и одарил меня счастливой улыбкой, у него даже аппетит проснулся.

– У вас есть воспитанница? Это несколько необычно, ведь вы сами в том возрасте, когда вам нужна опека. Но не беспокойтесь, на правах старшего родственника я все заботы возьму на себя. Как зовут ребенка? Когда вы нас с ней познакомите? Вы уже нашли девочке няньку? – забросал меня вопросами Люциан, и судя по некоторым из них, он подозревал, что Шенин моя незаконнорожденная дочь. Вот не хотела никого знакомить с девушкой, а теперь точно придется, иначе вопросов и слухов будет еще больше.

– Шенин пятнадцать и нянька ей уже не нужна, – ответила я. – Но если вы мне посоветуете какое-нибудь приличное учебное заведение для девушек ее возраста, я буду вам, Люциан, очень благодарна. Конечно, пока об этом рано еще говорить, надо дождаться вердикта целителя. Вернон, вы проводите меня?

– Несомненно, драгоценная моя, – подскочил жених и подал мне руку.

– Люциан, вы тоже можете пойти с нами, – приняла ладонь Венона и поднялась.

Советник не отказался, как я надеялась, а бодро зашагал рядом, делясь воспоминаниями о детстве Вернона. По его словам, младший брат был плаксивым, избалованным, и очень вредным малым. Мой жених злился, но старался не подавать вида, переводя слова брата в шутку. Я молчала и почти их не слушала, думая больше о Жене. Хотя надо привыкать звать девочку Шенин.

Будь я одна, создала бы портал, а так пришлось идти чуть ли не через весь замок, одолев несколько лестниц и коридоров. Пустота и запущенность замка неприятно цепляла душу, свой дом я хотела бы видеть уютным и ухоженным, но в ближайших планах у меня стояла академия.

В комнате Шенин ,помимо Майлы и целителя, меня дожидался Люк, видимо, он считал нужным проконтролировать действия доктора. Кстати, этот целитель тоже был не молод, наверное, даже постарше графа Зарианского. Тут поневоле задумаешься, что пора менять систему образования в уделах, искать молодые дарования, помогать им, иначе будущее империи под угрозой. Сама я не разделяла желания Алаи стать императрицей, мне с землями предка разобраться бы.

– Миледи, господа, – поклонился целитель, бросив на меня оценивающий взгляд из-под густых седых бровей. – Спешу сообщить вам, что девочка здорова, последствия удара я убрал, есть еще прорехи в ауре, но они восстановятся самостоятельно. Девочке будет необходим покой, хорошее питание и уход.

– Спасибо вам огромное, – улыбнулась старичку. – Мне жаль, что вам пришлось проделать такой длинный путь, но я компенсирую ваши затраты.

– Я не настолько стар, миледи, чтобы часовое путешествие верхом было для меня чем-то сложным, – обиделся целитель, сверкнул глазами и пригладил седую бороду рукой. Моложе он выглядеть от этого не стал.

– Не сомневаюсь, – решила не заострять внимание на его словах и обратилась к дворецкому. – Люк, запишешь все рекомендации уважаемого целителя, оплатишь его услуги, накормишь и предоставишь комнату для отдыха, если будет нужно.

– Слушаюсь, миледи, – моментально отреагировал дворецкий, кланяясь подобострастно и глубоко.

– Смею заметить, миледи, вам тоже необходим отдых, полноценный сон – это основная составляющая здоровья, – не смог промолчать целитель.

– Обязательно последую вашему совету, – заверила я старичка, прощаясь с ним. Наверное, вежливо было бы поговорить с ним подольше, узнать все подробности болезни Шенин, но мне не хотелось посвящать братьев, да и устала я сегодня.

– Я лично за этим прослежу, дорогая Гали, – промурлыкал Вернон, целуя мою руку. Дедок-целитель что-то неодобрительно крякнул и ушел с Люком.

– Хм, в девушке нет ни капли вашей крови, Галина, – меж тем удивленно произнес Люциан. Пока я разговаривала с доктором, а Вернон стоял рядом со мной, советник подошел к кровати и с задумчивым видом смотрел на Шенин. – Только некие проблески темного дара. Я пока не уверен, что магия в девочке разовьется, но то, что все предпосылки есть – это точно.

– Признайтесь, Люциан, вы думали, что Шенин моя незаконнорожденная дочь? – с усмешкой спросила я, уже зная ответ. – Нет, я предполагала, что ритуал сделал меня старше, а регулярная усталость не лучшим образом сказывается на моей внешности, но ваши подозрения, господин советник, оскорбительны.

– Простите, Галина, я привык думать о людях хуже, чем они есть, такова специфика моей работы. Да и ради кого еще женщина может все бросить и рисковать здоровьем, если не ради собственного ребенка? Когда вы сказали про девочку, я был уверен, что малышке не больше двух-трех лет, – своеобразно извинился Люциан.

– Гали, не обращайте внимания на брата, он еще тот черствый тип, – приобнял меня за талию жених. – Красивее вас я не встречал девушки…

– Спасибо, Вернон, но вы же слышали слова целителя – мне необходим отдых, – улыбнулась я. Майла все это время не смела поднять взгляда от пола и уйти, краснела, теребила передник и чувствовала себя не в своей тарелке. – Майла, подбери для моей воспитанницы смышленую горничную, чтобы она круглосуточно находилась здесь и следила за тем, чтобы все рекомендации целителя выполнялись. Как только Шенин придет в себя, доложить мне.

– Да, госпожа, – присела в реверансе девушка.

– Пойдемте, господа, не будет мешать больной выздоравливать. Хочу вам напомнить, что завтра на рассвете мы выезжаем, надеюсь, вам хватит времени отдохнуть и подготовиться, – проговорила я, создавая портал в свои апартаменты.

– У меня все собрано, я и мои люди можем выехать прямо сейчас, – произнес Люциан, и не успела я порадоваться его словам, как он добавил: – но я, конечно же, подожду вас, леди Галина. Что может быть лучше, чем путешествие в приятной компании?

– Только отсутствие компании вообще, – буркнула я и ушла к себе. Лежа на кровати я вспомнила, что не сказала жениху ни одного доброго слова. Эх, надо было завуалированно намекнуть, что я о нем не забыла и жажду продолжить наше знакомство, потом, когда звезды удачно сложатся. Будет это явно нескоро, дел у меня впереди много, а свободного времени мало…

Глава 15

Утро выдалось свежим и ясным, я куталась в плед и поглядывала на проплывающий пейзаж за окном. Еще вечером я была уверена, что поеду верхом. Дернул же меня черт обмолвиться Кайрусу, что на лошади я никогда даже не сидела. И что сделал этот перестраховщик? Распорядился заложить для меня карету. Да, и такая вещь была в хозяйстве лорда, он из-за преклонного возраста уже лет пятьдесят верхом не ездил, и порталами почему-то на близкие расстояния предпочитал не перемещаться. Честно признаться, я думала, что буду «прыгать» по своим городам порталами, знакомиться с управляющими, налаживать контакты с местной знатью, узнавать, чем живет мой край. А по факту получилось, что покойный лорд почти забросил все дела, увлекшись поиском продления собственной жизни. В его памяти действующих координат порталов было немного, несколько в столицу, по одному в Орон и Тибер, и к академии. Остальными я пользоваться побоялась бы, потому что сам лорд Галай не ходил ими больше двадцати лет. Вот и выходило, что знакомиться со своим краем мне предстояло из окна кареты, попутно обновляя координаты в каждом населенном пункте.

Кайрус настаивал, чтобы мы взяли с собой человек десять охраны, причем он не разбойников боялся, а не доверял Люциану и его магам. Я отказалась, не хотелось превращать отряд в армию. У меня тоже не было ни грамма доверия к советнику, но и страха за собственную жизнь я не ощущала. Не из-за самонадеянности, мне просто было плевать. Поэтому со мной помимо кучера и Кайруса поехало еще двое крепких воинов, вдруг понадобится карету из грязи выталкивать или колесо у нее слетит.

– Изумительное утро, леди Галина, – подъехал к моему окну Люциан, до неприличия бодрый, свежий и довольный жизнью. – Я так рад, что мы отправились в путь на рассвете. Когда еще можно насладиться настолько упоительным воздухом? А блеск росы? Пение птиц?

– Да-да, очень красиво, – вежливо кивнула я, желая сделать советнику какую-нибудь гадость, чтобы стереть с его лица улыбку. Потому что я не выспалась, причем легла достаточно рано, на ужин не спускалась, выпила успокоительный отвар, двери в спальню заперла изнутри, но все равно чувствовала себя разбитой. Хуже меня выглядел только Вернон, похоже, мой жених относился к совам. «Или провел ночь в чьей-то постели», – пришла на ум неприятная мыслишка. Не сказать, что меня задела бы измена Вернона, скорее то, что в доме есть люди, которым я не могу доверять.

– Гали, вы сегодня такая грустная, что-то с Шенин? – а вот и он, жених. Вернону не понравилось, что меня решил развлечь беседой его братец и он предпринял титанические усилия, чтобы казаться милым и счастливым. Признаться, последнее у него получалось из рук вон плохо, судя по глазам, он с удовольствием еще поспал бы пару часиков. Хм, а ведь нам как раз примерно столько ехать.

– С девочкой все хорошо, я к ней заходила с утра, – ответила младшему принцу.

– А ко мне? Вы совсем обо мне забыли, Гали, – тихо произнес жених, вздыхая. – А я вас ждал весь вечер и всю ночь.

– Поэтому не выспались? – улыбнулась я, сожалений Вернон пробудить во мне не смог. – Не хотите присоединиться ко мне? Уверена, дремать в карете намного удобнее, чем в седле.

Естественно, жених согласился, так быстро еще никто на моей памяти не пересаживался с лошади в движущуюся повозку. Впору было аплодировать принцу за его акробатический трюк. Что я и сделала под хмурым взглядом Кайруса и недовольным Люциана. А свою конягу Вернон привязал к карете. Возможно, он рассчитывал на награду с моей стороны, поцелуй или что-то более интимное, но я не стала баловать молодого человека. Хватит того, что я уделяю ему внимание, причем делаю это не от большого желания, а из чувства долга.

Подремать у меня не получилось, Вернон решил возложить на себя нелегкую задачу – поднять мне настроение. Принц умел вести беседу, был достаточно образован, знал все дворцовые слухи и сплетни, а самое главное, умел это все интересно рассказывать. Так что я не жалела о своем приглашении, слушать Вернона оказалось занимательно.

До первого городка со звучным названием Горный, мы доехали быстро. И там я узнала кое-что любопытное. Оказывается, в каждом городе есть специальное место – портальный круг, в него нельзя заходить, он напоминает каменную беседку на низком фундаменте. Вместо стен четыре колонны, а крыша из железного дерева. На самом деле дерево называлось иначе, но по свойствам, о которых мне любезно поведал советник, оно походило на железное из нашего мира. Но самое интересное даже не в этом, а в том, что не все маги умеют создавать порталы. Для этого необходим сильный дар и многолетнее образование, что не каждый маг может себе позволить. А если у него есть и то, и другое, как у Люциана, например, удерживать в голове координаты порталов весьма затруднительно, проще обратиться в портальную станцию. Там все записано и портал создают сразу три мага, что исключает ошибку при переносе и прочие неприятности. Вот так я через три дня узнала о своей исключительности, скачу себе по городам и мирам, не зная о том, как это может быть опасно.

Больше всего меня обрадовало, что Люциану пришлось заняться своими непосредственными обязанностями, освободив меня от своего постоянного присутствия. Для этого я даже не зашла на постоялый двор, сказав советнику, что собираюсь ночевать в своей кровати, а они могут устроиться и ближе к вечеру. Так что в первую очередь мы направились в городскую управу, где я быстро отдала необходимые распоряжения, оставила советника и его людей, а сама с Кайрусом решила прогуляться в столицу.

– Гали, а как же я? – с обидой спросил жених, о котором я в очередной раз забыла.

– Вернон, я думала вы захотите отдохнуть, – произнесла как можно невиннее. – Вряд ли вам будет интересно ходить по ремесленному кварталу в поисках свободной строительной бригады?

– С вами, Гали, мне все будет интересно, – воодушевился жених, а я с трудом сдержалась, чтобы не скривиться. Брать с собой Вернона совершенно не хотелось, все же принц привык к дворцовой жизни, а делах с обычными людьми от него вряд ли будет помощь. Отказать? Или взять с собой и сделать так, чтобы он больше никогда не просился со мной?

– Хорошо, но в город мы вернемся только к вечеру, а обедать будем в каком-нибудь трактире, – предприняла я последнюю попытку отговорить Вернона, но он меня заверил, что провести целый день со мной – это счастье для него. Ну-ну, посмотрим, что он скажет потом…

Кайрус сохранял молчаливое спокойствие, чем несказанно меня радовал. Жаль, Вернон молчать не умел вообще. Он умудрялся высказываться по любому поводу и без.

– Ах, Гали, посмотрите какое небо. Как бы не пошел дождь…

– Ужасный кэб, я в шоке, как он вообще передвигается. Гали, я же говорил, что надо было зайти во дворец и взять приличную карету…

– Драгоценная моя, что мы забыли в этом квартале? Здесь же нет ни одного приличного человека…

– Фу, неужели мы будем есть этой забегаловке? Гали, вы уверены, что здесь не опасно? Боже, боже, пойдемте отсюда, я только что видел насекомое!..

И в таком духе прошли мои три часа, по истечении которых я уже подумывала о том, а не избавиться ли мне от жениха самым радикальным образом? Честно признаться, я готова была заключить помолвку с Люцианом, он по крайней мере будет всегда занят своей работой и точно не станет досаждать мне глупой болтовней.

«Вот, я же говорила, что Люци лучше, а ты мне не хотела верить», – тут же активизировалась Алая и начала расхваливать советника. Это меня немного остудило, а младшему принцу спасло жизнь.

– Вернон, с этими делами я совершенно забыла о том, что хотела сегодня вечером попариться в бане. Вы не могли бы отправиться в Горное и обо всем договориться? Надо же еще найти ночлег вашему брату, чтобы у него не появилось желание вернуться в мой замок. И ужин, уверена, вы сможете проконтролировать, чтобы еда была вкусной и безопасной, а то у меня после обеда какое-то нехорошее чувство в животе. Я, наверное, загляну в Орон к целителю, – мягко произнесла я, одаривая жениха нежным взглядом. Я искренне нуждалась в его помощи, правда, она заключалась только в одном – спровадить его подальше от меня.

– Гали, вы можете на меня всецело положиться, – заверил меня Вернон. – Но как же вы будете одна в чужом городе?

– Орон для меня не чужой, не волнуйтесь, да и Кайрус всегда на страже. А по вам, мой дорогой друг, я буду скучать, – ради скорейшего избавления, я даже поцеловала жениха в щечку, чем существенно подняла ему настроение. И пока он пребывал в своих фантазиях, создала портал в Горное и помахала ему ручкой.

– Миледи, вы действительно себя плохо чувствуете? – впервые за наш трехчасовой забег по торговым и ремесленным гильдиям обратился ко мне Кайрус.

– У меня отличное самочувствие, но в Орон мы все-таки отправимся. Теперь, когда я знаю расценки в столице на строительство и ремонт, а так же на производство мебели, можно будет поторговаться с ремесленниками из моего удела. Думаю, мне удастся уговорить их на значительную скидку, – предвкушающе потерла руки.

– Вы можете просто приказать, миледи, и они построят все бесплатно, – озвучил свое виденье мирового порядка Кайрус.

– И что в итоге я получу? Недовольство граждан? Голод, а возможно и смерти среди рабочий и членов их семей? Ведь отстроить почти заново академию – это дело не одной декады, а людям нужно питаться. А свои деньги я и так верну, где-то за счет налогов, где-то за счет той же покупательской способности этих самых рабочих. Непонятно? Потом как-нибудь наглядно объясню, а пока поверь на слово – эти затраты со временем окупятся.

***

– Миледи, – с поклоном встретил меня вчерашний студент. Он опять стоял на страже ворот, видимо, снова в чем-то провинился, а может, ему просто нравилось сидеть в тенечке и ничего не делать. Взгляд у парнишки был цепкий, на Кайруса он даже не посмотрел, а вот второй мой спутник привлек его внимание. Что ж, пусть помучается от любопытства, тем более надо сначала представить мастера Рибора ректору.

Я все же отыскала в Ороне строительную бригаду, которая могла бы заняться ремонтом академии. Расценки у них были пониже, да и для меня они готовы были предоставить небольшую скидку. Мастер Рибор мне понравился тем, что в нем не было ненужного подобострастия. Он производил впечатление умного, опытного мужчины, знающего себе цену. Пока мы с ним договорились на восстановление забора, а если мне понравится качество работы и сроки, я заключу с ними договор и на внутренние работы. Мастер сразу сказал, что ему для начала нужно увидеть весь фронт работ и посчитать его стоимость, тогда он сможет ответить в какую сумму мне это обойдется.

Ректор с графом Зарианским обнаружились в кабинете Всевлада. Мужчины пили чай и вели неспешную беседу.

– О, госпожа хозяйка пожаловала, – чуть оторвал свою задницу от кресла ректор и изобразил поклон. – Мое почтение.

Конечно, никакого почтения он не испытывал, это было видно по наглому взгляду, но не придираться же из-за этого?

– Миледи Галина, доброго вам здравия, – легко подскочил с кресла целитель, кланяясь. – А я вас уже заждался. Простите за откровенность, но меня ждут постоянные пациенты.

– А что этот? – кивнула в сторону ректора, замечая, что ему мое игнорирование не понравилось. – Неужели здоров?

– Не извольте сомневаться, миледи, – хитро улыбнулся доктор. – Можете даже проверить своим фирменным проклятием, оно Всевладу уже не повредит.

– В этом еще есть необходимость? – удивилась я, не думала, что ректор будет упорствовать в своих взглядах.

– Граф Лерийский убедил меня, что в кардинальных методах нет нужды, – громко произнес целитель и подхватил свой саквояж, все видом говоря, как он жаждет попасть поскорее домой, а еще что-то мне сказать.

– Кайрус, представь господину ректору мастера, а я провожу уважаемого графа Зарианского домой, – отдала распоряжение своему помощнику и открыла портал.

– О, прямо к порогу, – обрадовался доктор.

– И все же, как быть с Всевладом? – спросила у него, свернув портал, чтобы никто не смог нас услышать.

– Давайте дадим ему еще один шанс? У Всевлада была нелегкая жизнь, не баловала она его. Понимаю, что для вас это вряд ли имеет значение, но я в него верю. А чтобы помочь Всевладу справиться с пьянством, я добавил одно заклинание, не такое приметное и опасное, как было ваше, но тоже неприятное. Теперь от любого спиртного у него будет тошнота и головная боль, – порадовал меня целитель.

– Хорошо, так и поступим, но если он и дальше будет пить, то я его уволю.

– Спасибо, что не собираетесь убить, – вполне серьезно поблагодарил меня граф. А я вспомнила о его гонораре.

– Вот, это вам, – вытащила из кармана мешочек с золотыми и протянула целителю.

– Ну что вы, миледи, здесь слишком много, – засмущался граф Зарианский, взяв кошель в руки. Видимо, он мог по весу определить сумму.

– Считайте это авансом, вы ведь все равно собирались еще несколько раз съездить к Всевладу, – улыбнулась я, разворачивая портал.

– Откуда вы знаете, миледи? – удивленно приподнял брови целитель.

– Вы очень ответственный человек, это сразу видно. А еще вы хорошо относитесь к Всевладу, значит, вы его точно не оставите, – произнесла я и шагнула в портал.

В кабинете ректора почти ничего не изменилось, только мастер ушел делать замеры на улицу. Мне об этом доложил Кайрус, а Всевлад продолжал чаевничать.

– Ну как наши дела? Список составили? – не дожидаясь приглашения, села в кресло напротив ректора.

– А как же иначе, госпожа хозяйка, – мужчина протянул мне исписанный листок бумаги. Надо сказать, почерк у него был четким, буквы выведены аккуратно, практически каллиграфически. Похоже, Всевлад у нас педант. Еще бы понять, как это качество может сочетаться с пьянством.

Я внимательно изучила список, ничего лишнего ректор туда не вписал, но по мере прочтения мне становилось ясно, что академия переживает сильнейший упадок.

– Неужели все так плохо? – подняла взгляд на Всевлада.

– Как сказать, – пожал плечами граф. – Дети не голодают, зимой не мерзнут.

– Но и не учатся, – закончила я за ректором. – Вы же пишете, что не хватает преподавателей по нескольким предметам, учебных материалов, методических пособий и прочего. Признаюсь, думала будет проще. Но раз обещала, предлагаю поступить следующим образом. Вы назначите кого-нибудь присматривать за строителями, а сами отправитесь в столицу искать кадры и учебники. Могу даже отправить вас порталом, чтобы было быстрее, только скажите, в какой день к вам прийти?

– И деньги дадите? – хмыкнул ректор.

– Вам? Нет. А на расходы некоторую сумму выделю, у вас же нет недвижимости в столице. Раз в три дня я буду вас навещать и оплачивать счета. Надеюсь, декады вам хватит, чтобы приобрести все необходимое?

– Хватит. Но где взять преподавателей? Они на дороге не валяются и в торговых лавках не продаются, знаете ли.

– Поищите в столичных академиях, вдруг там есть выпускники, которым очень нужна работа. Только предлагайте им службу, все же наша академия частично финансируется государством, – улыбнулась я. – Ладно, пойду отправлю мастера в Орон, а за вами загляну послезавтра в это же время.

– Жду с нетерпением, – скривился Всевлад, но все же встал вместе со мной. Я думала он просто решил проявить вежливость, но нет. – Хочу задать мастеру пару вопросов, вы не против?

Настала моя очередь пожимать плечами. Во дворе академии мастер вовсю трудился, мерял стену забора специальной веревкой с узелками, что-то записывал в небольшой блокнот карандашом, иногда задумчиво крутил ус. Ректор подошел к нему и начал интересоваться результатами. Как долго продлится строительство? Когда ждать бригаду? Привезут ли они стройматериалы с собой или их нужно покупать самим? И еще с десяток подобных вопросов, дельных и очень правильных. Возможно, граф и не такой плохой руководитель, каким я его поспешно посчитала. Когда допрос с пристрастием был окончен, а так же обмер забора, мастер подошел ко мне. Солнце клонилось к закату, этот день так быстро пролетел, что я даже не заметила. Портал в Орон сделала быстро, отправив мастера на центральную площадь, а следующим мы с Кайрусом ушли в замок.

Не успела я появиться в собственной спальне, как прибежала Майла с радостным известием – Шенин очнулась. Я уже собралась бежать к воспитаннице, но горничная меня остановила. Оказалось, что Женя бодрствовала недолго, всего лишь около часа. За это время ее успели накормить бульоном и напоить травяным отваром. Девушка в основном молчала, только в самом начале спросив: «Где я?»

Я отметила про себя, что Майла поняла вопрос Шенин, а это значит, кое-что из памяти Галая ей досталось. Еще узнать бы, что конкретно. Пока я размышляла, горничная приготовила мне чистую одежду и ванну, рассказывая о других новостях в замке. Только лежа в горячей воде я вспомнила о Верноне и своем обещании. Черт, как же не хочется вставать и куда-то идти, может, отправить кого-нибудь к принцам с письмом? Точно, так и сделаю! А письмо напишет Люк, уверена, у него отличный почерк.

Глава 16

– Гали, ну как вам понравилась пьеса? – мягко, почти интимно, спросил Вернон у меня, когда мы сели в карету. Наверняка его больше интересовало, понравились ли мне его ненавязчивые приставания в полумраке ложи. Мой жених почему-то считал, что любая женщина обязана мечтать о таких тайных выражениях чувств, как поцелуи ладошек в темноте или переплетение пальцев рук.

– О, декорации выше всяческих похвал, – вполне искренне ответила я. Признаюсь, после декады напряженной работы и метаний между Орном, замком, академией и принцами, я была готова кого-нибудь убить самым зверским способом.

– А актерская игра? – удивился Вернон, сегодня он был особенно мил и настойчив. Похоже, придется провести эту ночь с ним, не то чтобы я этого совсем не хотела, скорее, предпочла бы другого мужчину.

«В чем же дело, Люци идеальный кандидат!» – активизировалась Алая. Давненько я ее не слышала, а все потому, что разгребала проблемы и накопившиеся дела.

«Это что за намеки?» – возмутилась богиня, но я сегодня уже успела успокоиться и на подобные выпады не реагировала. Тем более, я действительно очень устала. Ремонт в академии шел полным ходом, Всевлад обивал пороги столичных чиновников в поисках необходимых кадров, а это дополнительные траты, еще и к Шенин старалась заглядывать каждый день.

– Не знаю, мне кажется, актеры слишком увлеклись своей знаменитостью, – фыркнула я, мысленно желая богине с советником пожениться и перестать доставать меня. Помимо важных дел, мне всю декаду выносил мозг Люциан, он почему-то решил, что обязан докладывать о малейшем недочете в отчетах моих управляющих, счетоводов или других должностных лиц. Для него небольшая помарка в доходно-расходных книгах являлась чем-то невозможным и требующим самой тщательной проверки. И ладно бы он проверял все сам или его люди, нет, ему хотелось, чтобы мы все делали с ним вместе. Я не выдумываю, он пару дней назад так мне прямо и сказал, с придыханием и намеком: «Галина, мы все должны проверять вместе».

– Согласен, некоторые актеры могли бы не так часто раскланиваться с публикой, «выпрашивая» аплодисменты и подарки, – улыбнулся Вернон, как бы невзначай обнимая меня за талию. – Раз уж я уговорил вас, Гали, на посещение этого театра бездарностей, то просто обязан загладить свою вину. Не хотите ли поужинать в лучшей ресторации империи?

– В другой раз, Вернон, сегодня я у меня нет желания еще раз посещать людные места, – скривилась я, вспоминая о театре. Родовой дар не давал находиться в больших компаниях, я поневоле начинала им пользоваться, ощущая нити чужих жизней. Пока Алая не требовала жертв, но чувствую, скоро придется «поработать».

– Гали, не сочтите за оскорбление, но я хотел бы пригласить вас к себе домой. Там нас никто не побеспокоит, Люциана мы оставили в Ороне, а родители давно живут во дворце, – жених явно планировал сегодня заполучить меня в свою постель. Целую декаду мне удавалось избегать близкого общения, но в этот раз не получится.

– С удовольствием познакомлюсь с вашим родовым гнездом, Вернон, – улыбнулась жениху и попыталась расслабиться в его объятиях. Тем более, что принц не вызывал у меня какого-то отторжения или неприязни, но и особого влечения к нему я не замечала. После того раза, когда мы полдня гуляли по ремесленным кварталам столицы, Вернон сделал правильные выводы и больше со мной не напрашивался. Он вообще был достаточно чуток, легко улавливал мое настроение, умел быть легким и веселым, жаль только молчать не умел. Вроде бы замечательный молодой мужчина: красив, учтив, знатен, опытный любовник, приятный собеседник, но почему-то все эти качества вместе меня больше раздражали, чем привлекали. Взять того же Люциана, вот у кого по факту оказалось целое скопище недостатков – это и завышенное самомнение, и непомерная наглость с амбициями, язвительность, вспыльчивость, заносчивость, и даже огромный нос. И все же чем-то он цеплял, нам еще ни разу не удавалось поговорить спокойно.

– Вы не представляете, Гали, как я счастлив услышать от вас эти слова, – обрадовался Вернон, покрывая поцелуями мою ладошку. Никогда не подумала бы, что поцелуи рук могут быть настолько эротичными. Хм, возможно, я зря избегала жениха…

До дома Вернона мы ехали недолго, я молчала, а он что-то рассказывал мне о своей семье. Меня же в тот момент больше интересовала своя собственная. Точнее, Шенин и Кайрус. С телохранителем мы все больше отдалялись друг от друга, на людях приходилось держать дистанцию. Не приглашать же его к себе в спальню ночью, чтобы поговорить по-простому? А он, кстати, перестал туда рваться. Даже немного обидно. Прошла симпатия? Не знаю. Предполагаю, что просто воспитание и ответственность в Кайрусе сильнее. Рыжий во всем помогал мне, он был не только телохранителем и помощником, но и доверенным человеком. И мне совершенно не хотелось его терять.

А вот с Шенин я не знала, как поступить. Моя воспитанница быстро шла на поправку, уже могла вставать, правда, с поддержкой. Опытным путем мне удалось выяснить, что она понимает два языка, а вот с чтением у нее не очень. Девушка путалась в буквах, в ее голове все перемешалось и она пока не могла отделить один язык от другого. О себе она ничего не помнила, об окружающем мире знала тоже крайне мало, иногда впадая в прострацию и витая где-то в своих мыслях. Шенин очень расстроилась, когда я не смогла ей толком объяснить кто она и откуда. Она вообще была на редкость замкнутой и нелюдимой личностью, а еще она меня почему-то боялась. Я разрешила ей называть меня просто по имени, но она упорно обращалась ко мне «миледи», беря пример с Майлы. Хорошо хоть не кланялась, а то я не знала бы что и думать. Кайрус сказал, что во всем виноват ее возраст и страх перед неизвестностью. Говорил, что нужно время и терпение. И я склонна с ним согласиться, сама была не подарком в пятнадцать лет.

– Гали, вы сегодня задумчивее, чем обычно, – заметил Вернон мое состояние. – Вас что-то гложет? Расскажите?

– Меня беспокоит Шенин, – решила не скрывать от принца своих дум. – Точнее не она сама, а то, что девочка вынуждена надолго оставаться одна. Память к ней не вернулась, поэтому для нее все вокруг чужое, а тут еще полное одиночество. Не считать же прислугу подходящей компанией для молоденькой девушки?

– Гали, вы как всегда правы, слуги не заменят девочке семью, учителей, друзей, – мягко говорил Вернон, поглаживая мои пальчики. – Думаю, для Шенин нужно найти гувернантку, а семьей для нее станем мы с вами. Вы можете полностью на меня положиться, дорогая.

– Благодарю, Вернон, я рада, что моим женихом стали вы, а не ваш черствый брат, – потянулась к жениху и подарила ему легкий поцелуй.

Нет, эта была не запоздалая влюбленность и не порыв сентиментальности, а сознательная акция, потому что мне в голову пришло гениальное решение. Я вдруг поняла, как решить две мои проблемы одним махом. Я не считала, что Шенин нужна гувернантка, конечно, манеры и знание этикета важно, но куда больше ей было нужно нормальное общение. А Вернону какое-нибудь занятие, чтобы он перестал слоняться вокруг меня без дела. Тот же Люциан хоть и вредничал иногда, но и много работал. Я к нему прониклась искренним уважением, жаль, раздражать он меня меньше не стал. Его же младший брат изнывал от избытка свободного времени, а это выливалось в мои избыточные расходы. Почему мои? Потому что разместить императорских проверяющих с должным комфортом и оплатить все издержки, связанные с их проживанием и питанием, – это обязанность наместника удела. Оказывается, есть такой закон. Причем тут Вернон? Я посчитала, что лучше пусть он для всех будет одним из помощников Люциана, а не моим женихом. Пока я еще не готова заявить перед всем миром, что этот балбес, лоботряс и альфонс – мой жених. Так что я все эти дни не могла придумать, куда сплавить Вернона, чтобы он не мешал мне работать и не тратил мои деньги. Несколько раз я ему предлагала вернуться в столицу, намекая на то, что свадьба наша нескоро, что я собираюсь строго соблюдать траур по покойному дяде, а это целый год. Но он ни в какую не хотел оставлять меня в компании брата, почему-то сильно ревнуя. А вот если бы его отправить в замок, чтобы он научил Шенин читать и нормально разговаривать, не путая слова, то это была бы настоящая помощь. Осталось придумать, как аккуратно подвести Вернона к этой мысли.

Пока же у принца в голове были совершенно другое, мимолетный поцелуй его не устроил. Вернон приник к моим губам со всей страстностью изголодавшегося по женской ласке мужчины. Приятно. Похоже, я знаю, как уговорить Вернона вернуться в мой замок. Надо будет ему как бы невзначай сказать, что теперь все вечера и ночи я буду проводить только там.

Родовое гнездо Нединских порадовало меня строгостью и неким аскетизмом. Ничего лишнего или вычурного я не обнаружила, все стояло на своих местах, создавая гармоничное пространство, в котором было приятно находиться. Мебель была выполнена из дорогих пород дерева, на стенах висели гобелены с какими-то историческими сценами и картины, изображающие родственников Вернона. Стоит признать, Люциан больше походил на своих предков по мужской линии, а вот мой жених пошел в мать. Она у него в молодости была очень симпатичная, Вернон показал мне ее портрет в первую очередь. Он вообще очень тепло отзывался о своей матери.

Пока принц водил меня по дому с экскурсией, для нас накрыли ужин в малой столовой. Кстати, слуги в доме Нединских были еще незаметнее, чем в моем, эдакие бесшумные тени, о которых я постоянно забывала. А вот Вернон нет, не успели мы зайти в столовую, как жених напрягся и будто из воздуха выхватил служанку, видимо, она накрывала на стол и пыталась незаметно проскочить за нашими спинами.

– Почему на столе три прибора?! – строго спросил Вернон, на глазах превращаясь из милого жениха в очень требовательного хозяина дома. Девушка ответил не успела, за нее это сделал другой человек.

– Ты же не думаешь, братец, что я буду голодать? – насмешливо произнес Люциан. Я даже не удивилась, наверняка кто-то донес советнику, что мы с Верноном отправились в столицу.

– И вам вечер добрый, – опередила я жениха, он точно хотел сказать что-то менее приятное. – Мы, конечно, хотели побыть с Верноном вдвоем, но вас, Люциан, без ужина не оставим. Правда, дорогой?

От моего обращения жених расплылся в счастливой улыбке и с долей превосходства взглянул на брата. Ну вот, скандал отменяется, да здравствует умница я.

– Несомненно, моя милая Гали, – с жаром поцеловал мою руку Вернон. Его глаза обещали мне столько всего, что я поневоле покраснела.

– Ну раз мы с этим разобрались, предлагаю сесть за стол и насладиться ужином, – голос Люциана прозвучал резко и несколько раздраженно. Неужели он думал, что десять дней в его обществе изменят мое мнение о нем?

«Да ладно, он же тебе тоже нравится», – фыркнула в моей голове Алая, любуясь своим фаворитом. Теперь понятно, почему она объявилась так нежданно.

«Да, я знала, что Люци отправился за вами, и что? Не только люди могут испытывать чувства. Или правильнее сказать, не все люди. Ты опять превращаешься в статую», – голос богини сочился недовольством и ехидством. Думает, меня заденут ее намеки? Вот еще, можно подумать это моя вина в том, что лорд Галай последние двадцать лет не занимался делами своих уделов. Про академию я вообще молчу. Спрашивается, что стоило Алае влюбиться в Всевлада пару десятков лет назад? Тогда хоть где-то был бы порядок.

«Чтобы мне мог понравиться этот пьяница?! Да ты с ума сошла!» – возмутилась Алая. Я не ответила, да и что говорить, если любому понятно, что граф начал пить от безысходности. Нет, я его не оправдываю, алкоголь не решает проблем, а наоборот, лишь усугубляет их, но все люди разные. Всевлад много лет бился о закрытые двери, тянул это ярмо только на своей шее, тратил свои деньги на содержание академии, а в какой-то момент сбережения закончились и руки опустились.

«Хватить жалеть этого пьяницу, лучше обрати внимание, что тебе говорят твои принцы. Кстати, а это идея, зачем выбирать кого-то одного, когда можно взять сразу двоих. Да ты не кривись, сама же думала о том, что из двух братьев получился бы один замечательный мужик», – не отставала Алая. А я пыталась вспомнить, когда называла братьев замечательными.

– Гали, вы совсем ничего не едите, – обратил внимание на мою задумчивость Люциан, они с Верноном уже пару минут перекидывались язвительными замечаниями. Но так как они это делали постоянно в моем присутствии, то я перестала прислушиваться.

– Скажите, Люциан, а как вам удается быть таким бодрым? Вы же работает не меньше своих подчиненных? Когда вы все успеваете? – с улыбкой спросила я, отправляя в рот что-то необычное на вид и вкус. Похоже, мне довелось попробовать какой-то морепродукт, а может, это была вполне земная улитка, только почему-то под сладким соусом. Не знаю, блюдо я не оценила, мне больше нравилась простая кухня. Неподалеку от меня на столе находилось блюдо с запеченной рыбой. Заметив, что я на него смотрю, Вернон тут же подвинул его ближе и переложил кусочек мне на тарелку.

– Это все опыт и полная самоотдача любимому делу, – ответил Люциан. Он смотрел только на меня, его пристальный взгляд будто проникал в самую душу или, правильнее будет сказать, в мозг. Советник так и не потерял надежды прочитать мои мысли. Может, сказать ему, что я с ним всегда предельно откровенна? Нет, пусть дальше тешит себя иллюзиями и надеждой.

«Злая ты, но ничего, я что-нибудь придумаю», – пообещала Алая и скрылась. Я уже научилась чувствовать присутствие богини в себе, и мне оно не нравилось. Неприятно ощущать себя чьей-то игрушкой или пешкой.

– Люциан, вы же занимаетесь не только проверкой уделов. Уверена, это вообще не ваш уровень, наверняка ваши подчиненные с успехом справляются с подобными делами. Может, расскажете о каком-нибудь таинственном случае? – не то чтобы мне хотелось послушать реальные или выдуманные истории советника, просто надо было направить энтузиазм Люциана в мирное русло. И вообще, пусть лучше говорит об отвлеченных вещах, чем издевается над Верноном.

– Вы мне льстите, Галина, – в пику собственным словам, советник лучился самодовольством и превосходством. Видимо, ему было, о чем поведать мне и миру. – Но вы правы, мое ведомство занимается куда более интересными вещами, чем обычная проверка добросовестности налогоплательщиков. Многое я вам рассказать не смогу, большинство дел проходит под грифом «государственная тайна», но одну историю поведаю. Произошла она более пяти лет назад и вызвала небывалый резонанс в определенных кругах общества…

Я думала рассказ Люциана будет скучным, состоящим из намеков на политический заговор и неоценимого вклада советника в его предотвращении. Оказалось, брат Вернона может быть веселым и остроумным, а еще у него отличный слог и живая мимика. Сама история не сказать, чтобы была таинственной или волшебной, но Люциан смог ее превратить в настоящую комедию положений. Я впервые в этом мире искренне смеялась.

Из столовой мы плавно переместились в гостиную, где было удобнее наслаждаться вином и компанией. Вернон за столом был напряжен, ему не нравилось то внимание, которое я уделяю его брату, а в гостиной он немного расслабился. Тому способствовало наше близкое соседство. Я специально села рядом с ним на диване и даже положила на его плечо голову. Наверное, со стороны это смотрелось очень интимно, но я действительно устала. Честно признаться, я с удовольствием отправилась бы в постель, но очень хотелось узнать, чем же закончилась попытка одного небогатого аристократа выгодно пристроить свою страшненькую дочку. Причем здесь тайный советник? Все просто, сначала аристократ решил сделать дочку красивой с помощью магии, а когда не вышло, решил прибегнуть к приворотным средствам. А они в этом мире приравниваются к наркотическим и запрещены законом. Но то ли аристократ был таким невезучим, то ли его дочка к непримечательной внешности еще имела и недалекий ум, только ничего нормально у них не получалось. То приворотное средство не тому подольют, то жертва не того возжелает. Например, некоему маркизу, выпившему любовный эликсир, первым на глаза попалась не графская дочурка, а капитан дворцовой охраны – крупный усатый мужчина с тяжелой рукой и совсем не толерантными взглядами.

Люциан так красочно все описывал, что я даже посоветовала ему начать писать книги, уверена это был бы настоящий шедевр. Моя похвала и смех пришлись советнику по душе, он обещал подумать над моим предложением только в том случае, если я соглашусь быть его музой. Взгляд мужчины не оставлял сомнений в том, как именно я должна вдохновлять его на творчество.

– Хватит! Гали – моя невеста! – возмутился Вернон, прожигая брата злым взглядом. Видимо, слова Люциана стали для него последней каплей, он и так весь вечер исходил от ревности.

– Конечно, дорогой, твоя, – улыбнулась и погладила плечо жениха, отвлекая его. У меня было хорошее настроение и не хотелось скандалов, тем более я прекрасно понимала, что ревность Вернона вызвана не любовью ко мне, а всего лишь его собственническими замашками. – Люциан просто шутит, не злись. Пойдемте лучше отдыхать.

– Простите меня, Гали, – тут же схватил мою ладошку Вернон и перецеловал каждый пальчик. – Я безмерно боюсь вас потерять, вот если бы мы поскорее поженились…

– Год пролетит очень быстро, милый, – чмокнула в щечку жениха и отстранилась, замуж за него я вообще не планировала выходить. За неполные две недели я поняла, что прожить всю жизнь в браке с Верноном мне будет тяжело. Не тот он мужчина, которого я смогу полюбить или хотя бы уважать. Он добрый, ласковый, но абсолютно поверхностный, нам уже не о чем поговорить, а что дальше? Но об этом я подумаю через год, а пока можно расслабиться, ведь в этом деле Вернон по-настоящему хорош. Я встала, жених тут же вскочил следом и подал мне руку, его лицо сияло, а глаза выражали досаду.

– Люциан, спасибо за интересный вечер и приятных вам снов, – улыбнулась советнику.

«Ну ты же сама видишь, что с Люци у вас больше общего, чем с этим назойливым прохвостом. Предлагаю, его усыпить, а ночь подарить Люциану, он сегодня больше заслужил нашей ласки», – опять появилась Алая, в мыслях потирая потные ладошки и облизываясь на советника.

«Ничего я не потираю! И ладони у меня не потные! А слюной на Люци ты тоже капаешь, меня-то можешь не обманывать», – возмутилась богиня и хлопнула дверью, метафорически, конечно.

– И вам, Гали, – вернул мне улыбку брат Вернона. Сейчас принцы были как никогда похожи, у обоих в глазах застыло желание поквитаться с соперником. – Знайте, вам будут рады в моем доме в любое время дня и ночи.

Вернон скрипнул зубами, сложно было не понять намек, что этот дом когда-нибудь будет принадлежать только Люциану, как старшему сыну и наследнику. Я промолчала, хотя эти слова советника мне не понравились. Вот так всего одной фразой он разрушил ту небольшую симпатию, которая возникла у меня этим вечером.

Комнаты жениха несколько отличалась убранством от всего остального дома, было видно, что Вернон тяготеет к роскоши и хорошим вещам. Наверное, так должны выглядеть апартаменты молодой аристократки, а не зрелого мужчины. Детально осмотреть свою гостиную жених мне не дал, едва мы переступили ее порог, как он подхватил меня на руки и отнес в спальню. Большая кровать, золоченые столбики, поддерживающие балдахин, зеркальный потолок, мягкий свет магического светильника и тонкий цветочный аромат – все говорило о том, что Вернон был опытным ловеласом и хорошо подготовился к моему визиту. Понятно, что спальню готовил не он лично, а слуги, но явно по его приказу. Любая другая женщина восхитилась бы романтизмом принца и прониклась бы к нему нежными чувствами, но меня больше влекли поступки, а не красивая картинка. Но отказываться от близости с Верноном я не стала. А он в тот вечер очень старался. Воспоминания о первой нашей совместной ночи меня не обманули, младший принц и правда был великолепным любовником, умелым и чутким.

По окончании, в теле появились опустошительная усталость и расслабленность, а в голове вакуум. Шевелиться было лень, даже крепкие объятия и сонное сопение жениха не раздражали. Похоже, Вернон полностью выложился, потому что быстро уснул. Во сне он улыбался, шевеля губами. Оказывается, большинство мужчин не умеют пользоваться этой частью своего тела, но это понимаешь только после секса с Верноном.

«Уговорила, берем двоих», – радостно провозгласила Алая.

«В этом мире нет гаремов, ни женских, ни мужских», – мысленно возразила я, но не особо активно. Не потому что сама думала о такой возможности, просто даже мысленно отвечать было лень.

«Сделаем! Главное, создать прецедент», – энтузиазм богини немного пугал, с нее станется претворить свои бредовые идеи в жизнь. А мне что с двумя мужиками делать? Жить как на пороховой бочке? Это только в книжках пишут, что мужчины могут ужиться вместе и любить одну женщину, не деля ее и не ревнуя друг к другу. Нет, не надо мне такого «счастья».

Но одно дело наши желания разума, другое – фантазии. Воспоминания подкинули тот единственный поцелуй с Люцианом, воображение перенесло его в сегодняшнее действо с Верноном и сон окончательно пропал. Ситуация получилась очень пикантная и волнующая, но опять же для тела, а душу все равно не тронула. То ли я действительно не умею любить, то ли мне еще не встретился такой мужчина, ради которого хотелось бы научиться.

«А как же твой мужлан-телохранитель?» – ехидно поинтересовалась Алая. Фантазии на тему принцев разбились, сменившись мимолетным видением мускулистого и немного волосатого тела Кайруса. Мой начальник охраны замка был по-мужски хорош, просто ходячий тестостерон…

«Не поняла, а когда это ты успела рыжего увидеть голым? Как я это пропустила?» – мысленно завопила богиня, пытаясь дальше пролезть в мои воспоминания.

«Не все ли равно», – буркнула я и закрыла свою память от чужого посягательства. Есть вещи, которыми я ни с кем не хотела бы делиться.

«Жадина!» – обиделась богиня и ушла, надеюсь, сегодня это был ее последний визит. Попыталась уснуть, не получилось. Мучила жажда, а еще немного стыд оттого, что подглядывала за Кайрусом, когда он купался в реке. Вот Алая посмеялась бы, узнай, что я, как сопливая девчонка, пряталась в кустах и любовалась голым телохранителем. На днях он учил меня ездить верхом, чтобы я могла не мучиться в карете. Занимались мы этим в окрестностях Орона: лес, река, пение птиц – идеальное место для пикника. А так как мы ничего не захватили с собой, я оставила Кайруса с лошадьми, а сама решила организовать быстрый набег на свою кухню. Видимо, я слишком быстро вернулась и застала купающегося мужчину.

Уже потом я пожалела, что не вышла к нему сразу, возможно, тогда мне удалось бы не только посмотреть, но и пощупать все приглянувшиеся части тела Кайруса. Да, меня не так воспитывали, не умею я навязываться мужчинам, а Кай, похоже, решил полностью дистанцироваться от меня. А ведь я ему нравлюсь.

Поняв, что без воды я точно не усну, осторожно поднялась с кровати и прошла в гостиную. На столике стояла ваза с фруктами и графин с вином. Я же не понимала, как можно постоянно пить пусть слабые, но спиртные напитки. Так что столик я проигнорировала, заглянув в ванную комнату в надежде, что там точно будет вода. Она была, но пить я ее не рискнула бы. Пришлось искать в гардеробе жениха халат, надевать свои мокасины и спускаться на кухню. Благо, в доме уже все спали, и никто не мог увидеть меня в длинном шелковом мужском халате на голое тело и с распущенными волосами. Вроде нравы в этом мире достаточно свободные, но приличия все же есть.

– Гали, что вы здесь делаете? – заступил мне дорогу нетрезвый Люциан. Судя по его виду, пока мы с Верноном наслаждались друг другом, он напивался в одиночестве. Не то чтобы советник был очень пьян, на ногах он держался почти уверенно, а вот взгляд и нетипичная для него расхристанность его выдавали.

– Пить хочу, а в комнате Вернона только вино, – предельно лаконично ответила я, поплотнее запахивая на себе халат. Было ощущение, что Люциан не только взглядом прошелся по моему телу, но и руками.

– Вам надо было позвать прислугу, – все так же не давал мне пройти мужчина, незаметно подходя ближе. – Или разбудить брата, чтобы он позвал или принес сам.

– Спасибо, но с этим я могу справиться и сама. Спокойной ночи, – попыталась я обогнуть советника.

– Я вас провожу, не хочу, чтобы вы заблудились, несравненная Гали, – чуть склонился Люциан, нагло подхватил мою руку и запечатлел на ней страстный поцелуй. Куда-то идти мне с ним напрочь расхотелось. Но выхода не было, ладонь мою он держал крепко и отпускать явно не собирался. Я уже продумывала пути отступления и то, как буду убегать от советника, если он приведет меня в свою комнату, но он действительно проводил меня до кухни и даже сам наполнил кружку водой. Кстати, в коридорах, на лестнице и в некоторых комнатах имелось ночное освещение, магические свечи давали тусклый свет, но достаточный, чтобы не запнуться и не упасть.

– Гали, вы очень красивая девушка, – протянул руку и нежно убрал с моего лица прядь волос Люциан. А я от неожиданности подавилась и закашлялась. Советник хитро улыбнулся, крепко привлек меня к своей груди, а второй рукой осторожно постучал по моей спине. Я немного удивилась схожести наших миров, но еще больше последующим словам мужчины: – Но узнав вас лучше, я понял, что вы еще и умная, серьезная, замечательная. Я очень жалею о своем поведении, которое оттолкнуло вас от меня, и хотел бы принести вам свои искрение извинения. Гали, вы сможете когда-нибудь меня простить?

«О, какой он душка. Конечно, мы его давно уже простили, правда, Галочка? Ну что ты молчишь, скажи Люци, как мы его любим», – заворковала Алая, подталкивая меня своей божественной волей в объятия советника. Хотя куда больше, я и так в них находилась, этот хитрый жук уже забрал у меня кружку и нежно целовал мою щечку, плавно подбираясь к губам. Что-то я сомневаюсь, что он собирается останавливаться на поцелуях, тем более, когда мое тело в такой доступности. А секс с советником я сегодня точно не планировала.

«Ой, ну ты как старуха, вот скажи, кому из нас тысяча лет?! Подвинься и смотри, как надо», – психанула Алая и нагло подвинула мое сознание в сторону. Я опешила и не сразу смогла забрать бразды правления телом в собственные руки, а они, кстати, сами собой нежно обвили шею Люциана. Мужчине большего и не потребовалось, он страстно приник к моим губам, целуя властно, напористо и умопомрачительно. Апофеозом стали руки Люциана под моим халатом, и понимание – если я сейчас его не оттолкну, одной ночью у нас не закончится. Советник не Вернон, он не станет ждать год до нашей свадьбы. Уверена, он быстренько заделает мне ребенка и запрет в замке под предлогом заботы о нас с малышом.

– Люциан, нет, – попыталась отстраниться я, но не мне тягаться с мужчиной в силе.

– Ты права, малышка, здесь не место, – по-своему понял меня советник, создал портал и легко подхватил на руки.

Спальня Люциана чем-то напоминала мою, ни позолоты, ни нагромождения мебели и декора, просто и уютно. В другой раз я обязательно оценила бы это, но сейчас меня сильнее занимало, как остановить мужчину и не покалечить его. Память прадеда подкинула одно легкое и в то же время опасное заклинание, с его помощью можно было усыпить человека или животное. Что в этом опасного? Только то, что повелители смерти не целители, усыплять или лечить мы не умели, а вот оборвать связь души с телом на секунду – могли. Главное, не перестараться, а то придется проводить ритуал привязки души, как я сделала с Шенин.

«Нет, я запрещаю!» – испуганно завопила Алая, на мгновение приоткрывая свою душу и пугая меня еще больше, богиню угораздило влюбиться в Люциана.

«Усыпи его сама или это сделаю я!» – твердо заявила богине, чувствуя, что по какой-то причине она не может полностью влиять на меня. Надо будет подумать над этим в одиночестве.

«Хорошо, но мы еще об этом поговорим», – достаточно быстро согласилась Алая, и вот уже Люциан придавливает меня всем своим телом к кровати, похрапывая над ухом.

«Обязательно», – ответила я, выползая из-под советника и создавая портал в гостиную Вернона. Руки и ноги дрожали, а еще было жуткое желание принять поскорее ванну, чтобы охладить мысли и смыть с себя воспоминания о поцелуях Люциана. Зато теперь мне стало понятно, почему мое тело на него так реагирует, это Алая желает советника.

Глава 17

Рано утром я собиралась сбежать из дома советника, прихватив с собой жениха, все же Вернон был мне нужен. Но у младшего принца были другие планы, он очень хотел «утереть нос» старшему брату, для чего потащил меня на совместный завтрак. Я же встречаться с Люцианом категорически не хотела, но не рассказывать же Вернону о ночном происшествии? Да и в столице у меня еще были дела, я как-то резко вспомнила, что у Шенин нет своей одежды, и этот недостаток надо было срочно исправлять. А еще был Всевлад, которого я не видела несколько дней, но к нему надо идти с Кайрусом, иначе ректор меня потом замучает язвительными насмешками из-за личности жениха.

Был еще план задержать Вернона в постели, ласками и разговорами, но и этого оказалось недостаточно, потому что Люциан, похоже, проспал. Во всяком случае, когда мы с женихом спустились к завтраку, он с хмурым видом ковырялся в тарелке. На наше приветствие он не среагировал и даже не глянул на нас, только что-то буркнул себе под нос, а потом вовсе встал и вышел из столовой. Интересно, это он так меня игнорирует, обидевшись, или просто с похмелья болеет?

Я немного успокоилась и завтрак прошел обыденно. Предложение о том, чтобы пожить в моем замке и помощь Шенин «вспомнить», Вернон воспринял с энтузиазмом. Правда, только после того, как я пообещала возвращаться в родовую обитель каждый вечер. Судя по лукавому взгляду принца, он несколько по-своему понял мои слова и теперь был готов поверить, что его ночные и утренние старания не прошли даром. Нормальная женщина должна была почувствовать себя счастливой, влюбленной и воодушевленной, а мое сердце даже не встрепенулось. Смешно, но я немного завидую Алае, ее искреннему чувству.

Сразу после завтрака отправиться за покупками не получилось, Вернон решил проконтролировать горничную, которая собирала его вещи. По словам жениха, слуги совершенно не разбираются в моде, так и норовят засунуть в саквояж несочетающиеся вещи. На словах я, конечно, поддержала молодого человека, а для себя поставила еще одну галочку в списке «почему не стоит выходить замуж за Вернона». Мне же было предложено подождать жениха в его гостиной или в любой, удобной для меня, комнате в доме. Я предусмотрительно отказалась гулять по дому, вдруг Люциан еще не уехал. Одно не учла, советник скромностью не отличался, поэтому нагло заявился в апартаменты брата.

– Леди Галина, а я как раз искал вас, – с издевкой произнес Люциан, присаживаясь рядом со мной. Я было дернулась, чтобы уйти к Вернону, его голос доносился из гардеробной комнаты, но советник крепко ухватил меня за локоть и усадил обратно. – Куда же вы, несравненная? Неужели решили все рассказать жениху?

– Не понимаю, о чем вы, – сделала я непроницаемое лицо, собираясь отказываться от обвинений мужчины до последнего.

– Это я не понимаю, – прошипел мне на ухо Люциан. – Неужели это была месть? Все утро вспоминал то сумасшедшее чувство и не мог поверить, что это было притворством. Я даже не спрашиваю, как у тебя получилось меня усыпить, я просто хочу знать, зачем?

– Что зачем? – близкое соседство с советником пагубно влияло на мой разум. С одной стороны, мои воспоминания о вчерашнем недоразумении были столь же свежи и приятны, с другой, жутко бесила подстава богини. Если бы не ее влюбленность, я никогда не оказалась бы в такой странной ситуации.

– Я не мальчик, Гали, не надо со мной играть – сильнее сжал мой локоть Люциан и притянул к себе еще ближе. – Или ты мне все рассказываешь, или я зову брата. Уверен, ему будет интересно узнать, в чьих объятиях проводит ночи его невеста.

– В его объятиях и проводит, – пожала плечами и попыталась отцепить пальцы мужчины от своей руки. Зря я вообще до него дотронулась, то ли он не ожидал, то ли я схожу потихоньку с ума, только от прикосновения по коже побежали мурашки. И у меня, и у Люциана. – Что за черт?!

– Ай-ай-ай, как не стыдно ругаться благородной леди, – насмешливо произнес советник, моя реакция его позабавила. – Но вопрос верный, я сам над ним размышлял за завтраком. И я уверен, ты знаешь на него ответ.

– Обратитесь к Алае, это все ее происки, – сдала богиню Люциану, но он почему-то не поверил и посчитал, что я в очередной раз увиливаю. Брови нахмурил, глаза сузил, губы поджал, того и гляди бить начнет, но нет, всего лишь грубо поцеловал.

– С ума сошел! – воскликнула я не очень громко и вскочила на ноги. Сейчас, когда влюбленность богини не толкала меня на всякие глупости, напористость Люциана раздражала. Все же мне всегда нравилось, когда мужчины прислушиваются к моим желаниям, даже если я сама не могу в них разобраться.

– Возможно, не я один, – плавным и хищным движением поднялся советник. – Знаешь, Гали, я пока повременю покидать столицу, нужно же доложить императору о предварительных результатах проверки. А заодно подтолкнуть его к мысли, что из меня получится куда более лучший муж для тебя, чем мой беспутный братец.

– Дерзайте, Люциан, – усмехнулась я. – Только имейте в виду, даже если император пойдет вам навстречу, свадьба состоится не раньше, чем через год. Я очень любила дядю и собираюсь носить траур полный срок.

– Если так, тогда вам, Гали, не составит труда воздерживаться и от плотских утех, как написано в священных манускриптах, – процедил мужчина, пряча в глазах ревнивые всполохи. Неужели я ему на самом деле нравлюсь? Это что же получается, у них с Алаей взаимное чувство? И как мне быть?

– Если мои женихом станете вы, Люциан, то обязательно последую вашему пожеланию, – улыбнулась советнику, в душе понимая, что разговор с богиней откладывать нельзя. Вот только она не торопилась наведываться с визитом. Если в ближайшие пару дней не появится, придется мне самой идти к ней, благо дорогу я знаю.

– Гали, что-то случилось? – вышел из гардероба Вернон, неся два саквояжа. Я думала, вещей будет больше, а еще он с собой потащит с пяток слуг, чтобы устроиться со всеми удобствами. Конечно, я ему отказала бы, но он же этого не мог знать или мог?

– Все хорошо, Люциан заходил попрощаться, – ответила я. Перевела взгляд на советника и спросила у него, как ни в чем не бывало: – вы уверены, что вам не нужен портал в Орон? Поверьте, мне несложно будет сделать его для вас, дорогой братец.

– Спасибо, Гали, у меня сегодня несколько другие планы, как вы знаете, – склонил голову Люциан, одаривая меня многообещающим взглядом. – До встречи в Ороне, надеюсь увидеть вас завтра на ужине у градоправителя.

– Каком ужине? – вот тут я натурально удивилась, в памяти не возникло никаких ассоциаций или хотя бы намека на них.

– Тот самый, на который нас пригласили еще в первый день, – улыбнулся Люциан. – Завтра в семь часов вечера в доме градоправителя. Я так понял будет вся аристократия вашего удела, это хороший шанс для вас познакомиться со всеми и себя показать.

– Спасибо за совет, обязательно ему последую, – кивнула мужчине и создала портал в замок. – Вернон, пойдемте, оказывается у нас с вами сегодня будет насыщенный день, поможете мне приобрести платье, достойное завтрашнего вечера.

– Вы можете во всем на меня положиться, – просиял жених и первым вошел в портал, не сказав брату ни слова. Складывалось впечатление, что он слышал часть нашего разговора с Люцианом. Ладно, буду разбираться с проблемами по мере их поступления, а пока займусь насущными делами. Ходить по торговым лавкам и ателье совершенно не хотелось, но выбора не было. Как я могла забыть про званый ужин?

***

В какой-то мере помощь Вернона была неоценимой, я только исполняла роль манекена, доверившись принцу. Он решил начать с моего гардероба, сказав, что это важнее. Не спорю, дело нужное, но жутко нудное. А еще раздражал почти осязаемый страх сотрудников элитного столичного дома моды. Был в этом мире и такой. Вернона в нем встречали, как родного, а от меня шарахались. Заведение было очень вычурным, дорогим и больше напоминало чей-то маленький дворец, а не дом моды. А уж когда хозяйка, заикаясь, озвучила стоимость тех двух платьев, что я выбрала, мне окончательно разонравилось это место.

– Надеюсь, у вас предусмотрены скидки постоянным клиентам? – скривившись, спросила я. Жаба давила отдавать за какие-то тряпки сумму, соизмеримую со стоимостью автомобиля в родном мире. Да, машина не была бы премиум класса или новой, но все же. Похоже, прижимистость – это на самом деле общая черта характера всех Оронских.

– Гали, – Вернону было неловко и он, кажется, подбирал слова, чтобы не обидеть меня и не выставить себя скрягой перед хозяйкой. А самое главное, чтобы эти слова не звучали так, будто он готов расплатиться за меня.

– Вы все правильно поняли, мой дорогой друг, я считаю недопустимым тратить столько на вещи. Да на эти деньги можно содержать весь мой замок целый год, – я не стеснялась показаться жадной и неважно, что состояние лорда Галая было больше, чем у самого императора.

– Гали, но ваш статус… – промямлил жених, краснея. Да, совсем забываю, что в его обществе не принято изъясняться столь прямо, тем более девушке.

– Пусть о своем статусе заботятся те, у кого ничего за душой больше нет, – фыркнула. – Я готова заплатить ровно половину от заявленной суммы. Вы, уважаемая, можете отказаться от моего предложения, я не настаиваю. У меня на примете есть одна умелая мастерица, которая шьет не хуже, но еще не испорчена известностью.

Хозяйка, скрипя зубами, согласилась, но скорее всего, из-за страха перед моей персоной, нежели из желания не потерять клиентку. Ну да ладно, я все равно к ней ходить не буду, лучше поддерживать своего производителя, например, найти приличное ателье в Ороне или Тибере. Во втором по значимости городе моих уделов я еще не была, решив действовать постепенно, а не хвататься за все сразу.

Пока мы наведывались в еще одно ателье, то самое, где я в прошлый раз покупала себе платья, Вернон молчал. Не ошибусь, если он впервые задумался о нашей свадьбе, точнее, что она не принесет ему желаемого. Принц привык жить на широкую ногу, это было видно и по его комнате, и по одежде, по предпочтениям в еде. Если он одежду покупает по таким ценам, то сколько он тратит в год на все? Я, конечно, не собираюсь обеспечивать все его прихоти, что бы он там себе ни думал. Будь я обычной дочерью местного аристократа, вообще побоялась бы выходить замуж за Вернона. Вдруг он так любит деньги, что перспектива стать молодым богатым вдовцом для него лучший вариант? А так пусть попробует от меня избавиться. Хотя, о чем я, не факт, что мы вообще поженимся.

Одежду Шенин я выбрала быстро, прикупив не только платья, но и нижнее белье, парочку ночных сорочек и чулки. Обувью для воспитанницы я тоже озаботилась, купив для нее что-то вроде балеток или домашних тапочек, пообещав себе сводить девушку в столицу, когда она полностью окрепнет. Напоследок заглянула в кондитерскую лавку, вспомнив, как сама в подростковые годы любила разнообразные сладости. Кстати, почему-то сейчас тягу к тортикам и пирожным я не испытывала, то ли это сказывался дар, то ли память лорда, который сладкое вообще не жаловал.

– Гали, вы не хотите со мной разговаривать? – задал, на мой взгляд, странный вопрос Вернон. Я о нем постоянно забывала, вот и сейчас создала портал в свою гостиную и чуть не ушла, оставив жениха на улице столицы.

– Мы можем поговорить за бокальчиком вина, – предложила я, показывая принцу на открытый портал. Он воспрял духом и шагнул в мою гостиную.

Особо порадовало, что Майла появилась сразу, как я позвонила в колокольчик. Время было полуденным, так почему бы не совместить знакомство Вернона с Шенин и обед. Пока в моей гостиной накрывали на стол, а горничная где-то там одевала мою воспитанницу, я решила узнать, что беспокоит принца. Не успела.

– Хозяйка, – буквально ворвался в мою гостиную Кайрус, взволнованный и очень серьезный. – Вчера пришло срочное донесение – в окрестностях Тибера были замечены умертвия!

Вот и пошли прахом все мои планы на этот день, на завтрашний вечер и вообще на ближайшую декаду. Потому что умертвия сами собой не появляются, значит, где-то есть не только восставшие мертвецы, но и маг, поднявший их. И хорошо, если магом окажется какой-нибудь недоучка, а не могущественный лич.

– Кайрус, выбери двоих-троих надежных людей из своего гарнизона, пусть возьмут только личное оружие, остальным нас обеспечит градоправитель Тибера. Через полчаса быть во внутреннем дворе замка, ждать никого не буду. Замену себе назначил? Я в тебе не сомневалась. Майла, срочно приведи Шенин, – отдала я распоряжения подчиненным. – Вернон, мне придется вас оставить, надеюсь, наша разлука не продлится долго. Люциану я весточку отправлю, хотя готова биться об заклад, о нападении умертвий ему уже сообщили.

– Гали, но это ведь опасно, – взирал на меня расстроенный Вернон, сейчас он был как никогда искренним. Оно и понятно, его безбедная жизнь может закончиться так и не начавшись. – Почему нельзя отправить отряд из гвардейцев и магов на зачистку? Уверен, от женщины никто не ждет, что она будет в первых рядах бороться с нежитью…

– За любой, даже самый малый дар богов, приходится чем-то расплачиваться, вам ли этого не знать, Вернон, – вздохнула я и подарила жениху поцелуй в щечку. Ему этого показалось мало, он завладел моими губами, целуя страстно и вдохновенно. То ли за прошедшие сутки я успела устать от ласк жениха, то ли мои мысли были полностью заняты нежданно возникшими проблемами, но только губы Вернона не принесли мне удовольствия. Скорее, я порадовалась, что Кайрус ушел и не видит этого безобразия. Зато невольным свидетелем стал кое-кто другой. Чужое присутствие я почувствовала сразу, отстранилась от принца и заметила смущенных девушек: Майлу и Шенин.

– Вернон, позволь тебе представить мою воспитанницу Шенин, – как ни в чем не бывало произнесла я, отмечая, что девушка выглядит практически здоровой, если не считать общей бледности и худобы.

– Шенин, это мой жених – Вернон Нединский, он милостиво вызвался помочь тебе с восстановлением памяти и знаний. Дорогой, я очень на тебя уповаю, – мягко улыбнулась принцу и чуть тише добавила: – Обещаю не забывать вас и появляться в замке чаще.

– Гали, драгоценная моя, мы еще не расстались, а я уже скучаю по вам, – несмотря на тоскливый взгляд, душа Вернона ликовала, вот что с мужчинами делают ласковые словами и небольшая лесть. – Не рискуйте понапрасну, молю вас.

– Мне самой не хочется оставлять вас так сразу, но долг зовет меня, поэтому позаботьтесь о Шенин и о себе. Я скажу дворецкому, чтобы он несколько разнообразил для вас меню. Жаль, что нет времени пообедать в семейном кругу. Шенин, можешь гулять по замку и на его территории, но в сопровождении своей горничной, ты еще слишком слаба, чтобы ходить одной. А когда полностью окрепнешь, разрешу выезжать к реке, там красивейшие места. Не скучайте без меня, – подарила всем улыбку и открыла портал во внутренний двор замка.

За весь мой короткий разговор Шенин не произнесла ни слова, только кивала и украдкой рассматривала принца. Хм, а не привела ли я волка в овечье стадо? В том смысле, что Шенин девушка симпатичная, молоденькая, а Вернон прожженный ловелас и бабник. Не решит ли он соблазнить девушку? Я бросила быстрый взгляд на жениха, но ничего предосудительного в его глазах не заметила, он, похоже, вообще не обратил внимания на мою воспитанницу. Ладно, надо будет сказать Майле и всем остальным, чтобы не оставляли девушку наедине с принцем. Что я и сделала, едва оказалась во дворе замка. Дворецкий был тоже тут, ожидая, когда я дам ему наставления. Ну просто идеальный человек, несмотря на свои мелкие грешки в прошлом.

– Миледи, мы в Тибер отправимся порталом? – для чего-то уточнил очевидное Кайрус.

– Да, но для начала надо забрать Всевлада из столицы, мне кажется, он там слегка заскучал, – усмехнулась я, предвкушая, как перекосит лицо ректора, когда он узнает о моих планах. – Поэтому отправляем твоих людей в Тибер, они сообщат градоначальнику о нашем скором прибытии и о том, чтобы готовили нам ночлег и все необходимое к походу. Завтра на рассвете выйдем. Все ясно?

– Так точно, – рявкнули три бородатых мужика, опередив своего командира.

– Дан, ты за главного, – хмуро глянул на своих подчиненных Кайрус, которому почему-то не понравилось излишнее рвение мужчин. Надеюсь, это было не проявление ревности, а обычное беспокойство за наше общее будущее. Ведь только Кай на собственном опыте знал с чем нам всем придется столкнуться.

Глава 18

– А вы ранняя пташка, госпожа хозяйка, – открыл дверь гостиничного номера зевающий и практически голый Всевлад. Я уже устала ждать и хотела сказать Кайрусу, чтобы он прекращал стучать, и мы уходим, но останавливало заверение консьержа, что сегодня граф своего номера не покидал.

– Вы что, опять пили?! – нахмурилась, делая резкий шаг к ректору. Я не постеснялась бы его обнюхать, но он отшатнулся, продолжая загораживать своим телом дверь.

– Я, по вашей милости, веду абсолютно трезвый образ жизни, – возмущенно зашипел ректор, правда, стараясь говорить тихо. – Можно сказать, работаю круглосуточно, глаз не смыкаю, расслабиться не могу…

– Так и сказали бы, что у вас там женщина, – скривилась я, догадавшись, чем мог заниматься одинокий мужчина, бросивший недавно пить. – Кстати, время давно уже не раннее, так что на сборы у вас ровно четверть часа. Номер я оплачу, а с дамочкой рассчитывайтесь собственными средствами. Кайрус, пойдем подождем уважаемого ректора внизу. Ты, кстати, обедал? Тоже не успел? Всевлад, если сможете собраться за десять минут, то и у вас будет возможность пообедать. Потому что ужинать мы будем уже в Тибере.

– Стерва, – донеслось еле слышное мне в спину. Пришлось даже удерживать Кайруса, очень он хотел вернуться и набить графу морду. Кстати, последний ждать расправы не стал, а быстренько ретировался в свой номер.

– Миледи, нельзя прощать оскорблений, люди перестанут вас уважать, – Кайрус хмурился и, похоже, не только из-за моей доброты.

– Кай, оскорбления бывают разными, как и способы заставить себя уважать. Всевлад не только аристократ, он еще маг, преподаватель, умный человек, неужели ты думаешь, что синяк под глазом сделает его более вежливым? К тому же я не уверена, что у тебя получилось бы набить ему морду. Граф, может, и не выглядит сильным мужчиной, но он точно не так прост, каким кажется.

– Вам он нравится? – вопрос вырвался у телохранителя вопреки его воле. Я улыбнулась, захотелось сказать, что мне больше симпатичен один рыжий тип, но, конечно же, промолчала об этом.

– Возможно, где-то за язвительностью и нечесаной бородой Всевлада скрывается его чуткая и благородная душа, но я не золотоискатель, чтобы копать так глубоко.

Кайрус рассмеялся, громко, уверенно, став тем самым нагловатым самозваным телохранителем, каким я его увидела в первый раз. Эх, похоже, нет во мне аристократической утонченности, раз меня привлекает вот такой тип мужчины.

Вредного ректора голодным я не оставила, хотя он собирался почти четверть часа. Спрашивается, чем так долго может заниматься мужчина? Ему же не надо причесываться или краситься. Я не постеснялась задать Всевладу этот вопрос. Сделала это с ехидной улыбочкой и после того, как он откусил кусок хлеба:

– Граф, ну что же вы так долго? Я думала вы бравый вояка и уж одеться за пять минут для вас не составит труда. Или мы на прощание решили воспользоваться доступным телом, раз уж деньги все равно платить? Хотя если это так, тогда вы, наоборот, слишком быстры…

Закашлялся не только ректор, но и Кайрус. Судя по пунцовым мужским лицам, намек на мужскую несостоятельность и в этом мире считается оскорблением. Ну я же стерва, так что буду соответствовать образу. Поэтому я мило улыбнулась Всевладу и с наслаждением откусила кусочек мяса от ножки жаренной птицы. На вкус мясо больше напоминало дичь, но при этом было весьма неплохо.

– Я могу узнать, что нам понадобилось в Тибере? Точнее, что понадобилось вам и почему вы решили взять меня? – откашлявшись, холодно спросил ректор. Мне понравилось, что он не стал оправдываться или говорить, что никакой проститутки у него в номере не было. Приятно знать, что академией руководит цельная и достаточно адекватная личность, пусть и дюже вредная.

– Будем проверять вас на профпригодность, – ляпнула я, не подумав. Ну кто же знал, что граф не понимает шуток на эту тему.

– Я возглавляю академию больше двадцати лет! – вскочил на ноги мужчина. – Да вы еще на свет не появились, когда я начал преподавать в ее стенах! Если вы сомневаетесь в моем опыте, в моей компетенции – увольняйте! Но я не позволю издеваться над собой!

– Успокойтесь, граф, никто над вами не издевается и, если бы вы дослушали, то не выглядели бы сейчас глупо. В окрестностях Тибера появились умертвия, как вы сами понимаете, я не могу оставить жителей своего удела на растерзание монстрам. А еще вы правильно заметили, опыта у вас несоизмеримо больше, чем у меня. Так что у нас с вами будет возможность поработать вместе и узнать друг друга получше. И да, отказаться вы не можете, потому что это приказ. Но за риск я вам доплачу и все необходимое тоже мой счет.

– Вам кажется, что купить можно все? Мне не нужны ваши деньги, могли бы просто сказать про умертвия. Не только для вас существует такое слово, как долг! – все еще злился граф, но уже по другой причине.

– Извините, Всевлад, что невольно вас оскорбила. Я была не права, пытаясь вас заставить и подкупить, но мне действительно нужна ваша помощь, – без тени улыбки произнесла я. Умная женщина не стала бы продолжать свой монолог дальше, заметив, что ее слова остудили мужское сердце и даже немного польстили его самолюбию, но я не она. Я, оказывается, довольно мстительна и не менее язвительна, чем ректор. – В свое оправдание хочу сказать, что мы с вами знакомы недолго, но вы не единожды давали мне понять, что денежный вопрос стоит для вас очень остро. Поэтому у меня и мысли не возникло, что вы можете согласиться на опасную авантюру из благородных побуждений. Ведь это не ваше дело – защищать простых жителей от умертвий и прочего порождения тьмы.

– Извинения принимаются, – буркнул Всевлад и сел обратно за стол, но попросить прощения у меня в ответ он и не подумал. До чего все-таки вредный тип и ведь еще не старый. Уверена, если бы он побрился, постригся и оделся поприличнее, то из него получился бы очень симпатичный и представительный мужчина. Вон как на Кайруса женщины заглядываются, а ему всего-то красиво оформили бороду и подровняли волосы. А не поэтому ли он ведет себя так сдержанно со мной, что у него завелась женщина? Доселе неизведанное чувство ревности проросло во мне. Внешне это никак не проявилось, но на душе стало немного неприятно, все же Кай свободный мужчина и меня не должна волновать его личная жизнь.

Пообедали мы быстро, каждый думал о чем-то своем. Я пыталась убедить себя, что Кайрус мне не настолько нравится, чтобы заводить с ним недолгую интрижку. Ректор хмурился и бросал на меня неприязненные взгляды, наверняка представлял для меня что-то мучительное. А Кайрус старался держать под наблюдением весь зал или просто разглядывал снующих по нему официанток. По лицу телохранителя было непонятно, выполняет он свои обязанности по охране меня или нагло глазеет на посторонних женщин. Одно радовало, девицы близко к нам не подходили, их отпугивало мое присутствие.

***

Тибер встретил нас промозглым дождем и ветром. Так что все красоты города, расположенного между двумя горными грядами, я смогла рассмотреть только на следующий день. А пока под прикрытием куртки Кайруса, которую он мне отдал несмотря на мой протест, мы шли к дому градоправителя. Возникшую идею – преодолеть площадь бегом, пришлось оставить, бегать мне было не по статусу. Об этом мне почти в унисон заявили Кайрус и ректор.

– Два мага и ни один не может создать банальную защиту от дождя, – ворчала я. Ну действительно, магия очень странная вещь. Например, я могу убить человека, не прикасаясь к нему, а ректор хоть и послабее меня будет, но тоже владеет массой ненужных умений. Причем единственная полезная вещь, которая мне удается, – это портал, все остальное узкоспециализированное. А Всевлад и порталы делать не умеет. Спрашивается, какой толк от такой магии?

– Вам надо было брать с собой мага-стихийника, а не некроманта, – бурчал граф, его настроение было еще хуже моего, ведь ему никто куртку не дал. А вот не выделывался бы и поддержал бы меня, так сидели бы уже в тепле.

– Хотите сказать, что при раскопке могил от вас будет больше пользы? – хмыкнула я, сдерживая рвущийся на волю чих. Хм, а простуду здесь лечат? Не хотелось бы слечь с такой ерундой. – Или и этот навык не ректорское дело?

– Не ректорское, раскопать или закопать могилу может любой человек, поэтому заниматься тяжелой физической работой для некроманта нет необходимости. Для этого у него всегда есть помощник, – граф бросил взгляд на Кайруса, как бы намекая, что такой здоровяк в нашей компании уже есть.

– В ту сторону даже не смотрите, у Кайруса и без ваших раскопок тяжелая и ответственная работа, – пресекла я всяческие поползновения Всевлада.

– Нисколько не сомневаюсь, – ехидно улыбнулся некромант. – С вашим появлением у нас всех теперь очень тяжелая и нервная работа.

– Молитесь, что она вообще у вас есть, – раздраженно ответила я, не имея ни малейшего желания продолжать этот разговор. И дело даже не в наглости и язвительности ректора, просто плохая погода не располагала к остроумным высказываниям.

Все когда-нибудь заканчивается, так и дорога к особняку градоправителя. Приняли нас там сдержанно, с долей подозрительности и скептицизма. И все это относилось только к моей персоне, потому что градоправителем Тибера оказался настоящий шовинист и очень крупный мужчина. Мне он представился герцогом Бернским, а походил больше на кузнеца – огромные мозолистые ладони, бугры мышц, которые не скрывала одежда, окладистая борода с сединой и пронзительный взгляд серых глаз. Всем был хорош герцог, еще был бы лет на двадцать моложе и не женат. Его супруга, симпатичная и хрупкая женщина средних лет, скромно спряталась за спину мужа, после того, как сделала элегантный приветственный реверанс.

Серьезные вещи, а именно появившихся умертвий, решили обсудить после того, как мы приведем себя в порядок. Герцог лично проводил меня в гостевую комнату, обставленную по-военному скромно. Так же мужчина поинтересовался, когда прибудут мои вещи, полагая, что женщины не могут путешествовать налегке. Я его успокоила, заверив, что все под контролем, и попросила разместить моего телохранителя поблизости. Градоправитель кивнул и просто выделил нам три комнаты рядом, не уточняя, кого из моих спутников я хочу видеть постоянно. Договорились, что горничная зайдет за нами через час и проводит в кабинет герцога.

– Кайрус, тебе тоже не мешало бы переодеться, – окинула взглядом мокрого телохранителя. – Я собираюсь в замок, мои вещи наверняка уже собрали, заодно и твои возьмем.

– Я отдал сумку своим людям, мне проверить бы, как их устроили, – замялся рыжий, разрываясь между долгом и желанием остаться.

– Иди, но через час чтобы был здесь, – отправила Кайруса выполнять свои обязанности, а сама вернулась в замок.

Майла уже собрала все, что я просила и даже больше, упаковав мне и одно из новых платьев. Ее совершенно не волновало, что надевать мне его будет некуда. Девушка была уверена, что настоящая леди всегда должна выглядеть идеально. Прямо она мне этого, конечно, не сказала, но в ее словах прослеживался подобный намек. Еще я поинтересовалась у Майлы, смог ли мой жених поладить с Шенин. Горничная заверила, что они вполне прилично беседовали во время обеда, а потом пошли в библиотеку.

– Господин Вернон решил сразу выяснить, как много ваша воспитанница забыла, – помогая мне переодеться, рассказывала Майла.

Получается, Шенин со всеми нормально разговаривает, только со мной у нее не выходит диалог? Я пугаю ее? Или ее слуги застращали? Неплохо бы в этом разобраться, но придется пока отложить. И вообще, о чем говорить с подростком? Я хорошо помню себя в ее возрасте, единственное, чего хотелось – чтобы меня все оставили в покое. Мне тогда казалось, что я резко повзрослела и многое понимаю куда лучше своих родителей. Просто вселенская мудрость упала на мою глупую голову лет в тринадцать-пятнадцать, как только не придавила. После школы я вспоминала свою юные годы с усмешкой, как и увлечение мистикой. А сейчас с высоты прожитых лет лорда Галая, память о которых живет во мне, детство и отрочество видятся чем-то очень далеким. Я чувствую себя старухой в молодом теле.

Из собственного замка я сбежала быстро, наказав Майле не говорить принцу о моем недавнем возращении. Я еще не успела соскучиться по Вернону, чтобы распахивать перед ним свои объятия. В моих временных покоях, точнее, в общей гостиной, примыкающей к нашим комнатам, меня уже ждали. Кайрус достаточно уверенно и вальяжно сидел в кресле, внешним видом и замашками больше напоминая аристократа, чем ректор. А последний нервно шагал по комнате, что-то пытаясь донести моему телохранителю. Не ошибусь, если скажу, что они обсуждали умертвий. Во всяком случае, граф сыпал теоретическими предположениями, а Кайрус делился своим практическим опытом по истреблению всякой нежити. При моем появлении телохранитель резко встал и склонился в поклоне. Граф скривился и кивнул. Похоже у Всевлада я вызываю стойкую изжогу одним своим видом, впрочем, в этом у нас много общего.

– Ну что, когда начнется заседание командного штаба? – спросила я, усмехаясь.

– Если вы так странно интересуетесь, сколько осталось времени, то у нас еще есть четверть часа, – опередил Кайруса ректор.

– Тогда быстренько введите меня в курс дела, уверена, вы оба успели расспросить местных о ситуации с этими умертвиями.

– Особо рассказывать нечего, миледи, – пожал плечами Кайрус, как бы извиняясь.

– И это наводит на подозрения, – поднял указательный палец вверх Всевлад. – Я тоже поспрашивал у прислуги о слухах, задавая наводящие вопросы, так вот, скажу я вам, они действительно ничего не знают. А теперь ответьте мне на вопрос: как такое может быть? От людей скрывают информацию? Возможно, но умертвия утаить сложно, они не прячутся, чтобы напасть исподтишка, если ими, конечно, никто не управляет. Да и бороться с ними не так уж сложно, даже простым людям под силу, огонь еще не от такой скверны избавит. И посему выходит, что нам не столько с нежитью воевать, сколько искать затаившегося кукловода и молиться богам, что это будет какой-нибудь выживший из ума маг, а не лич.

– Давайте не будем заранее думать о плохом, лично у меня нет желания все лето провести в лесу, гоняясь за магом и тем более за личем. Послушаем герцога и тогда будем делать выводы.

Мужчины молчаливо со мной согласились, а через пару минут за нами пришли, чтобы проводить в кабинет хозяина дома. Я думала, что совещаться мы будем небольшим составом, но нет, помимо нас троих и герцога, присутствовали еще с десяток мужчин. Всех мне не представили, подозреваю в виду их низкого статуса, а вот четверых мне герцог назвал. А одного с особым удовольствием и смыслом.

– Леди Галина, прошу вас, – отодвинул для меня кресло герцог между собой и чернявым красавцем, который очень ловко для своего массивного тела вскочил и отвесил мне поклон. В принципе, все мужчины меня приветствовали стоя, но без подобострастия, что мне даже понравилось. – Познакомьтесь, это мой сын и наследник, Георг, на него будет возложено руководство операцией. Если вы не против, конечно.

Последнюю фразу герцог произнес скорее для вида, потому что я по глазам мужчины видела – он собирается настаивать на кандидатуре лидера до победного. Я перевела взгляд на Георга, при ближайшем рассмотрении родство с герцогом было неоспоримо, но это ведь не повод сразу соглашаться. Тем более молодость, красота и широкие плечи Георга – это не самые главные качества, которыми должен обладать руководитель чего-либо, по моему мнению.

– Я считаю, о руководстве говорить рано, сначала нужно узнать о ситуации в целом, – не поддалась я на проникновенный взгляд серых, как у герцога, глаз. В кресло я села спокойно и только потом жестом разрешила размещаться остальным. Я не вредная, но как недавно заметил Кайрус, некоторым, устоявшимся веками, правилам лучше следовать. В этой компании я не только была единственной женщиной и повелительницей смерти, так еще императорским наместником всех окрестных земель. Но не хозяйкой, как я считала раньше. Покопавшись на днях в памяти лорда, я узнала, как на самом деле обстоит разделение власти в этой стране. На верхушке стоял император, ему теоретически принадлежало все, а на практике земля была поделена на уделы, а они на герцогства, графства и баронства. Чтобы хоть как-то контролировать страну, уделами управляли наместники. Зачастую наместником становился граф или герцог, имевший большие по площади и доходу земли в уделе. Но мог стать и тот, у кого была протекция императора или сильнейший магический дар. В моем случае совпало все: и обширные земли, и дар, и родство с императором, и богатство. Кстати, у меня имелся в Тибере собственный дом, но так как лорд Галай там был крайне редко, то он стоял законсервированный, за ним приглядывали всего трое слуг. Поэтому я решила временно остановиться у герцога Бернского, а если нам придется задержаться дольше, чем на несколько дней, тогда переберусь в собственный дом.

Заседание длилось до поздней ночи, я практически ничего не говорила, предпочитая слушать и делать выводы. А они, как сказал бы Всевлад, были неутешительными. Умервий видели в окрестностях нескольких деревень, причем в разных частях удела. Пока нежить нападала только на скот и одиноких путников, но если в первые два-три раза сельские жители легко справились с противником сами, то в последние раз пришлось вызывать подмогу из ближайшего гарнизона. Я не сразу поняла, о каких гарнизонах идет речь, все же пользоваться чужими воспоминаниями это не то, что своими. Но покопавшись в голове, обнаружила главное – Тибер находился на самой границе с другим королевством, закрытым и крайне опасным. Там властвовала скверна. Я, честно признаться, не знала, что это такое, а память лорда ответа не давала. Похоже, надо восполнять знания обычным путем и первое, что нужно будет сделать – изучить карту мира. А то, оказывается, его населяют не только люди и нежить, есть еще какие-то сверры.

Чаще всех слово держал Георг, у молодого наследника был хорошо подвешен язык, говорил он понятно и грамотно. И, что немало важно, суровые мужики-вояки относились к нему с уважением. А герцог просто гордился собственным сыном.

«Присматриваешься к мальчонке?» – появление богини я заметила до ее вопроса, но обнаруживать свою способность при ней не стала.

«Очень перспективный парень, будущий герцог и к тому же маг. Вот думаю, а не сменить ли мне жениха?» – сделала вид, что на самом деле рассматриваю этот вариант. В принципе, Георг пока отличался в выгодную от принцев сторону, но преждевременных выводов я решила не делать. Да и стоит признать, в Люциане было что-то такое, что цепляло и меня.

«Глупости, для нас он слишком прост. У него же на лице написано: верный муж, соратник и герой. Вот увидишь, он с самоубийственным постоянством будет лезть в самое пекло. Хотя он везучий, я вижу на нем печать Хакона, моего добренького братишки», – фыркнула Алая.

«С каких пор верность и доблесть стали недостатками?» – удивилась я, глянув еще раз на Георга. Если уж сама богиня дала ему такую лестную характеристику, то грех не присмотреться к человеку.

«Это скучно, поживешь с мое – поймешь. Может, сегодня наведаемся к Люциану? Теперь, когда его брат надежно спрятан в замке, нам никто не помешает», – навязчивая идея в отношении советника несколько удивляла, но я постаралась, чтобы она этого не заметила.

«Расскажи, что такое скверна и что за сверры населяют ваш мир?» – спросила я, одним ухом слушая доклад очень лохматого мужика, начальника одного из приграничных гарнизонов. Если в столице мужчины в основном ходили с аккуратными бородками, а аристократы вообще брились, то вояки с внешним видом не заморачивались. Я даже подумала, что большинство из них оборотни.

«Нет, это обычные люди, оборотней, в твоем понимании, не существует. А сверры – это те же люди, внешне, но со своими особенностями. Они сильнее, ловчее, дольше живут и у них матриархат», – проигнорировала мой основной вопрос Алая.

«Небось еще и божественно красивы?» – задала провокационный вопрос.

«О, не то слово. Тебе понравились бы: высокие, с длинными черными волосами, без растительности на теле и лице. Да что я распинаюсь, сейчас покажу!» – как-то слишком сильно раззадорилась богиня. Подозрительно. Перед моим внутренним взором возникла картинка – всадник на вороном коне, весь из себя суровый и прекрасный. А еще он был просто увешан разнообразным холодным оружием, даже в тугой косе мелькали какие-то спицы и крючки. Но Алая на этом не остановилась, она воссоздала целый отряд этих сверров, чтобы я могла полюбоваться и понять – среди них уродов не бывает.

«Действительно красавцы, так что там со скверной?» – не поддалась я на провокацию богини.

«О, это долгая история, я тебе ее как-нибудь потом расскажу. Да и зачем тебе забивать голову, на территории империи скверны нет. Ладно, развлекайся, а у меня еще дела», – ответила Алая и пропала, оставив стойкое ощущение, что меня используют.

– Что скажете, миледи, какие наши дальнейшие действия? – впервые обратился ко мне Георг, так и не дождавшись моих вопросов. А может, он подумал, что я его вообще не слушала?

– Что ж, я вижу только один вариант – отправиться во владения барона Галермского. Судя по тому, что я сегодня услышала, умертвия там появлялись чаще и их нападения были более скоординированы. Значит поиски мага-преступника начнем оттуда. Так же необходимо наладить экстренную систему оповещения, чтобы при появлении нежити в другом месте, мы смогли бы среагировать быстро, – мой голос был спокоен и уверен. Мужчины были удивлены, что с логикой у меня полный порядок, и явно ожидали чего-то менее разумного и более женского. – Герцог Бернский, я одобряю вашу кандидатуру на должность руководителя отряда. Господин Георг, когда выступаем?

Эх, надо было видеть лицо градоправителя, он наверняка думал, что я поставлю кого-нибудь из своих или вообще решу командовать отрядом самостоятельно. Мне же совершенно не хотелось брать на себя ответственность за чужие жизни, пусть уж лучше Георг тренируется и геройствует, раз ему это нравится. Сын герцога воспринял мое назначение с большим энтузиазмом, он, конечно, сдерживал рвущуюся улыбку, но вот воодушевление из взгляда ему было не под силу убрать. Кстати, Георг не стал требовать, чтобы мы отправились в путь с рассветом, разумно заметив, что хоть и многое успели подготовить, но еще не все.

Дальнейшее меня уже мало интересовало и я отправилась спать, пожелав всем спокойной ночи. Кайрус последовал за мной тенью. Он даже проверил отведенную для меня спальню: заглянул под кровать, в гардеробную, закрыл изнутри дверь в ванной комнате, ту самую, через которую туда проникали слуги.

– Настоятельно рекомендую еще вот этот комод передвинуть вон к той стене, – усмехаясь произнес Всевлад, прислонившись к дверному косяку. Я про него давно забыла, а он, видимо, отправился следом за нами с Каем. Мой взгляд ректор интерпретировал по-своему: – За стеной есть потайной ход.

– Спасибо, граф, но шли бы вы спать, вдруг Георгу приспичит все же с рассветом отправиться в бой с умертвиями, – мягко улыбнулась некроманту и не смогла удержаться, чтобы не добавить: – А вы уже не в том возрасте, чтобы вторую ночь без сна проводить.

– Конечно, где же мне угнаться за молодыми, – ничуть не обиделся на мои слова ректор. – А уж красавчику Георгу я проигрываю по всем фронтам. Пойдемте, уважаемый Кайрус, леди явно не против незваных ночных гостей.

Кай не сразу понял, что имел в виду граф, а когда до него дошло, то физиономия телохранителя сравнялась по цвету с его волосами. Ну вот с подачи некроманта Кайрус будет считать меня гулящей, неприятно и обидно, ведь я о Георге в таком ключе совсем не думала. А потайной ход не видела смысла перекрывать, ведь убить человека можно намного проще, для этого не нужно пробираться к нему ночью в спальню.

– Всевлад, не будите во мне зверя, смойтесь с глаз, пока вы еще в состоянии это сделать самостоятельно, – вздохнула, жутко хотелось кинуть в мага чем-нибудь тяжелым. Но леди в это мире себя так не ведут, стало быть буду сдержаннее. – Кайрус, ты тоже можешь быть свободен. И не слушай господина мага, он старый болтун…

Последнюю фразу я сказала точно зря, будто пытаюсь оправдаться, да и Всевлад оскорбился. Но ему так и надо, будет в следующий раз думать, что говорит.

Глава 19

И все же Алая оказалась права, Георгу не терпелось погеройствовать, а то и вовсе погибнуть смертью храбрых. Причем в прямом смысле слова, иначе чем были вызваны его некоторые поступки понять у меня не получалось.

Во-первых, перед сном он ко мне все-таки наведался, но не через потайной ход, а банально постучав в дверь. Несмотря на самоуверенность, Георг явно чувствовал себя некомфортно в моем обществе. Я даже сказала бы, что его заставил прийти ко мне отец, потому что молодой мужчина краснел и никак не смог толком объяснить, чем вызван его поздний приход. В итоге, мы с ним еще раз обсудили дальнейшие планы на утро. Потом Георг отчитался о предпринятых уже действиях и, пожелав мне спокойной ночи, ушел. Уже после я подумала, что он решил за мной поухаживать, видя в моем лице очень выгодную невесту. Даже любопытно стало, а герцогу Бернскому уже донесли, что у меня есть жених? И не просто аристократ, а один из принцев? Хотя герцог мужик суровый, вряд ли его волнуют такие условности, да и официального объявления о нашей с Верноном помолвки не было. Представляю в какой ярости будет Люциан, когда узнает, что стало на одного конкурента больше.

Во-вторых, выезд нашей группы перенесли с обеда на раннее утро. Это был не рассвет, конечно, но выспаться все равно не удалось. Из-за чего произошла спешка? Кто-то передал герцогу, что информация об умертвиях дошла до самого императора и вот-вот прибудет один из его советников, чтобы во всем разобраться. Естественно, меня разбудил лично Георг, чтобы узнать мое мнение. Я же готова была биться об заклад, что этим советником будет Люциан, а потому и предложила выехать пораньше. Георг с радостью согласился, ему тоже не хотелось, чтобы какой-то столичный хлыщ занял его место.

И я его прекрасно понимала, мне тоже не нужен был еще один надсмотрщик и борец за мою нравственность, хватало Всевлада и Кайруса. Все дело в том, что я попросила Георга найти для меня мужскую одежду, чтобы было удобно передвигаться верхом. Молодой человек не удивился и воспринял мою просьбу нормально, у них в приграничье на некоторые условности закрывали глаза. Зачастую многие женщины умели стрелять из арбалета или владели каким-нибудь другим оружием. А уж верхом даже аристократки не ездили в платьях, потому что передвигаться по горам в дамском седле это не только неудобно, но и опасно. Так что утром меня ждал симпатичный брючный костюмчик, как потом сказал Георг, он одолжил его у своей младшей сестры. Девушке недавно исполнилось семнадцать и ростом мы были примерно одинаковы. А вот в бедрах она оказалась значительно стройнее. Неудивительно, что мои ноги приковали всеобщее внимание, когда я спустилась к завтраку. Хорошо, что куртка у костюма была удлиненной и прикрывала до середины бедра. Кайрус меня в подобном виде уже лицезрел, но и в его глазах я заметила неодобрение. Хотя оно вероятнее всего было связано с возросшим мужским вниманием к моей персоне. А вот у Всевлада при моем появлении округлились глаза и съехал набок рот, в попытке удержаться от гримасы. А может, это его так от восхищения перекосило? Ведь я выглядела как самая настоящая мечта некроманта – бледная, седая, злая и вся в черном. Эх, мне бы в руки еще косу большую и острую, нежить сама разбежится.

– Миледи, не сочтите за навязчивость, но ваша прическа весьма своеобразна и символична, – обратился ко мне Георг, который раз бросая взгляд на мои волосы. А посмотреть там было на что, потому что я сначала завязала высокий хвост, а потом заплела его в косу, добавив несколько амулетов. А что, и красиво, и функционально. Ехали мы с Георгом рядом во главе отряда из человек двадцати, шаг лошадей был размеренным и разговаривать ничего не мешало. – Неужели сейчас так модно в столице?

– Не знаю, я вообще далека от моды. А моя сегодняшняя прическа навеяна образами сверров, – мягко улыбнулась я, решив задать несколько вопросов, чтобы понять, как сильно лжет мне Алая. Наш командир побледнел слегка, но быстро справился с эмоциями и в его взоре даже вспыхнул интерес.

– Вам доводилось видеть сверров? – спросил Георг, забыв про свое постоянное «миледи».

– Не лично, конечно, а на картине. Но смею вас уверить, художник был знаком с этим народом, жаль, рассказывать об этом не любил.

– Но что-то же он вам говорил? И где этот человек сейчас? Подумать только, побывать в Обители Богов, пересечь все королевство Тернис и не сойти с ума, – восхитился мужчина. А у меня как-то сразу возникло понимание, что доступ к памяти предка у меня неполный. Ну не мог лорд Галай ничего не знать о сверрах, о скверне, о закрытом королевстве.

– Его уже нет в живых, он и так слишком долго избегал встречи с богами, – вздохнула я, настроение и раньше было не очень, а теперь вообще упало. Что поделаешь, к хорошему привыкаешь очень быстро. Сама не заметила, как стала воспринимать память лорда чем-то обыденным и саморазумеющимся, очень удобно иметь кучу знаний на все случаи жизни. А оказывается, от меня скрыли что-то важное. Грустила же я потому, что придется искать информацию по старинке – в книгах.

– Да, мы все ненадолго в этом мире, – сотворил знак бесконечности Георг. Думала, мой ответ пресечет дальнейшие расспросы, но нет. – Но что-то же этот художник рассказывал? Даже малейшие сведения могли бы помочь, а может, остудили бы тех любопытствующих, кто еще грезит неизведанными землями.

– Почему неизведанными? Вы же сами сказали, что королевство называется Тернис, а сверры живут в Обители Богов. Значит, все же какая-то информация проникает, – пожала плечами, не горя желанием придумывать небылицы и дальше.

– Не все так однозначно, миледи, – незаметно присоединился к нашему разговору Всевлад. – Сейчас мало кто об этом помнит, но когда-то наши страны весьма тесно сотрудничали. Королевство Тернис было процветающим и богатым, это и неудивительно, ведь оно граничило с Обителью Богов, а это не только место, где зародилась жизнь, но и кладезь самоцветов и минералов. Говорят, две трети золота всего мира находятся именно в тех горах. Кто-то скажет, что сверры очень ревностно охраняют свои сокровища на правах расы перворожденных, но и в отрогах их гор тоже хватает ценностей.

– Вот только человеческая жадность не знает границ, – хмыкнула я, уже примерно предполагая, какой конец будет у этой истории.

– Уверен, вы правы, леди Галина, – в компании посторонних людей Всевлад был сама вежливость и учтивость. – Что именно сделал король Терниса и был ли это он или кто-то из его наследников доподлинно неизвестно, но в какой-то момент на их территории исчезли все некроманты, а сама магия смерти стала под запретом. Спрашивается, а чем это могло помешать развитию отношений между нашими странами? Большинство соседей королевства тоже так считало поначалу, но следом за некромантами на землях стали пропадать и другие маги. Никто и подумать мог, что опасность может грозить даже сильнейшим. Но не факт заставил закрыть границы, а засилье нежити и умертвий, которые вот уже около трех сотен лет лезут к нам из Терниса.

– Странно, а тот художник все повторял про какую-то скверну, – как бы задумчиво произнесла я, отслеживая реакцию мужчин. Георг ни о чем подобном явно не слышал, его лицо выражало все тот же интерес и ничего более, а вот взгляд Всевлада мне не понравился. В нем отразился страх и брезгливость, как если бы он прекрасно понял, о чем идет речь. – Но возможно, это был всего лишь бред пьяного и сумасшедшего человека?

– Скорее всего, – кивнул ректор и демонстративно посмотрел на открывшийся вид. Не представляю, кто придумал заложить город на такой высоте и зачем, но с горного серпантина, по которому мы сейчас двигались, поглядеть было на что.

Крутые пики гор вздымались к облакам, кое-где на вершинах лежал снег, а в распадках чернел хвойный лес. Я еще вчера заметила в Тибере, что у них много хвойных деревьев и они немного отличались от привычных мне. Например, цветом. Я с детства привыкла, что елки зеленые, а тут они были настолько темными, что издалека казались черными. Еще приковывала внимание река, точнее, не она сама, а величественный водопад. Казалось, он падал прямо с небес. Тому виной была низкая облачность, что еще рваными кусками цеплялась за горы. У подножья я заметила поля и поселения, небольшие, но не настолько малые, чтобы считать эти земли пустынными.

Я увлеклась любованием природой и не сразу заметила, что Георга догнал какой-то мужик и что-то тихо сказал. А вот Всевлад, несмотря на отсутствующий взгляд, ухо держал востро и слышал донесение служивого. Но чего я вообще не ожидала, что ректор обратится напрямую к Кайрусу.

– Будь рядом с миледи, – нагло приказал некромант моему телохранителю. – Разведчики донесли, что нас кто-то догоняет.

– Не думаю, что это что-то серьезное, – тут же отреагировал Георг и пояснил свой вывод: – скорее всего, пришло официальное письмо от императора, вот отец и отправил нам вдогонку посыльного.

Георг ошибся, догонял нас не посыльный, а тот самый советник императора. Он оказался еще той ранней пташкой, а может, просто успел неплохо изучить меня.

– Леди Галина, господа, – кивнул нам Люциан, вид у него был уставший, а взгляд тяжелый и многообещающий. – Рад, что вы не успели далеко отъехать от города и мне пришлось разыскивать вас.

– А кто вы собственно будете? – вопросил Георг, хмурясь. У меня сложилось впечатление, что ему тайный советник не понравился с первого слова. Конечно, ведь Люциан явно дал всем понять, что мы с ним знакомы.

– Люциан Нединский – советник императора, – с усмешкой ответил мужчина. – А вы сын герцога Бернского? Наслышан о вашем батюшке, жаль, лично нам довелось познакомиться только сегодня.

– Приятно познакомиться, Георг Бернский, – надо признать, командир отряда нам достался стойкий. Он не начал подобострастно улыбаться или еще как-то заискивать перед такой «шишкой», как тайный советник. – Вижу, вы прибыли налегке, весьма опрометчиво с вашей стороны. В наших краях погода очень переменчива, сегодня нам повезло и светит солнце, а уже через полчаса может начаться дождь с градом или вообще выпадет снег. Ночами же в горах заморозки бывают регулярно.

– Я вам верю, – еще раз усмехнулся Люциан, перевел взгляд на меня и нахально спросил: – Леди Галина, вы ведь не позволите мне замерзнуть?

Нет, ну каков фрукт! Неужели специально пытается испортить мне репутацию? Намек, что я все равно буду его? Ну-ну, я не Алая, нежных чувств к этому наглецу не испытываю.

– И не стыдно вам, Люциан, эксплуатировать хрупкую девушку? – я тоже умела изъясняться двусмысленно. – Не думаете же вы, что после встречи с умертвиями у меня еще останутся силы на создание портала для вас? Похоже, вы меня слишком переоцениваете.

– Для борьбы с умертвиями у вас, Гали, есть толпа крепких мужиков, – укоризненно заявил Люциан, взглядом обещая еще поговорить со мной на одну, интересующую его, тему позже. – Я вообще не понимаю, зачем вам этот поход? Тем более, что в вашем отряде есть некромант. Кстати, не познакомите нас?

– Граф Всевлад Лерийский, – ответила я, промолчав о том, что некромант еще ректор моей академии. – Всевлад, а это, как вы уже слышали, принц Люциан Нединский. Можете любить друг друга и жаловать.

Да я вредная и мне ни капельки не стыдно. И вообще, я единственная женщина в их мужской команде, так что мне многое простительно. В конце концов, и Люциан, и Всевлад, достаточно попили моей кровушки за последние дни, так что я имею полное право слегка поиздеваться над ними. А это идея!

***

Воспользоваться своим коварным планом у меня все никак не получалось. Я думала, если начну флиртовать с Всевладом, то этим убью двух зайцев. Во-первых, заставлю злиться и нервничать Люциана, а во-вторых, пресеку любые планы Георга на мой счет. Да и Кайрус поймет, что это все шутка, он, как никто другой, знал о наших непростых отношениях с ректором. Точнее, о том, что мы с Всевладом друг друга на дух не переносим. А нервов сколько мне вымотал этот некромант, даже словами не передать, так что не грех над ним немного подшутить. Жаль, только погода не располагала к флирту. Как и говорил Георг, испортилась она практически мгновенно, сменился ветер и вот уже все вокруг заволокло холодным и густым туманом. Признаться, я вообще не знала, что в горах может быть туман. Наверное, кто-то подумал бы, что это облако опустилось вниз, я тоже так решила бы, если не видела бы все своими глазами. Зрелище было необычным и немного пугающим, клубы густого серого тумана с огромной скоростью скатывались, как снежная лавина, по распадкам и накрывали собой все. Было ощущение, что под прикрытием этих серых будто живых «щупалец», скрывается армия нежити. Туман даже со стороны производил гнетущее впечатление, а уж когда он нас накрыл, стало еще хуже – промозгло и сыро. Георг объяснил, что выше в горах есть большое озеро, оно только недавно освободилось ото льда и в ближайшие две недели туманы будут регулярны.

Я не удержалась и спросила у Георга, как они живут в таком климате? Ведь, если я правильно поняла, зимы у них были суровыми, лето коротким, а весны и осени почти не бывало. Молодой человек пожал плечами, улыбнулся и ответил: «Мы привыкли. Наши горы особенные, леди Галина, слабые духом тут не выживают. К тому же разве не горы стали прародителями всего сущего?»

Я могла бы прочитать ему целую лекцию о том, что согласно научным исследованиям, жизнь в первую очередь зарождается в воде, но зачем? Георг явно верил в то, что он говорил, а с ним и все его люди. К тому же, вдруг Обитель Богов – это не просто горная гряда. Я раньше в одного-то бога не верила, а теперь не верить не получается.

Передвигались на лошадях медленно и попарно, видимость составляла всего полтора-два метра или, как говорили местные, четыре-пять локтей. В этом мире были свои меры длины и веса, а также многого другого. Я же по привычке для себя все переводила в метры или килограммы. Люциан порывался со мной поговорить, но быстро бросил это дело, сосредоточившись на дороге, а то его лошадка все норовила оступится и сбросить своего седока в ущелье. Не ожидала я от советника подобного бесстрашия, спрашивается, зачем было оттеснять лошадь Кайруса и ехать рядом со мной? В глубине души я немного обрадовалась, все же Кай не маг и за него я волновалась сильнее, но Люциан был мне тоже небезразличен. Конечно, я списывала это на влияние чувств Алаи, по-другому и быть не могло.

Из-за плохой видимости и медленного передвижения, на привал мы остановились много позже обеда и то, подозреваю, чтобы дать отдых мне. Мужчины, похоже, единодушно считали меня слабым звеном в отряде и не думали этого скрывать. Глупцы, они даже не понимают насколько отличается выносливость повелителей смерти от обычных людей и магов. Но мне же лучше, пусть и дальше недооценивают. Туман влиял не только на меня, все подозрительно поглядывали по сторонам, прислушиваясь к странным звукам: то скрип, то эхо шагов, а то и потусторонние голоса. Георг произнес какое-то заклинание и на небольшой площади туман поредел, уплотняясь по периметру. От этого стало совсем некомфортно. Всевлад потихоньку магичил, я видела, как от его пальцев срываются нити, для всех остальных невидимые, но не для нас с ним.

– Ну как, есть ответ? – тихо спросила я у ректора, проскальзывая между его нитей. Сейчас мужчина немного напоминал паука, сидящего в паутине и прислушивающегося, не попалась ли очередная жертва.

– Ничего стоящего, – скривился Всевлад и слегка сдвинулся, уступая мне место рядом с собой. – Но мне этот туман все равно не нравится.

– Мне тоже, хотя нежити поблизости нет, – села на предложенное место.

– И живых, а это уже странно, – хмыкнул Всевлад, почесал бороду и задумчиво посмотрел на меня. – Что скажете, хозяйка?

– Скажу, что вас надо подстричь и побрить, борода вам не идет, – улыбнулась. – А если серьезно, туман будто скрывает не только все вокруг, но и магию. Присмотритесь, ваши нити как бы растворяются в тумане. Вам кажется, что вы контролируете окружающее пространство на том же расстоянии, что обычно, но это обманчивое ощущение.

– Я это тоже заметил, впервые сталкиваюсь с таким эффектом, надо будет подумать, что к чему, – произнес ректор и, чтобы скрыть волнение, ехидно добавил. – А бороду не сбрею, не хочу, чтобы ваши поклонники чувствовали свое несовершенство на моем фоне.

– Да ладно, а хотите маленькое предсказание? – я нагло взяла ректора за руку и вгляделась переплетения его линий судьбы. В этот раз меня не интересовала дата его смерти, мне захотелось узнать его недалекое будущее. И прежде, чем Всевлад выдернул свою ладонь из моих рук и заявил, что ничего не хочет знать, я произнесла: – Очень скоро вы, Всевлад, потеряете покой и сон, и тому причиной будет не работа. В вашу жизнь войдет женщина. Не бойтесь этой женщиной буду не я.

– Какое информативное предсказание, – скривился ректор, не поверив моим словам. – Хотелось бы узнать побольше. Как ее зовут? Как она выглядит?

– Не знаю, я же заглянула в вашу жизнь, а не в ее. Я даже не уверена, что вы сможете ее заинтересовать, и дело не во внешности, она в мужчине не главное, а вот характер у вас вредный, не каждая женщина его выдержит. Так что цените мое терпение, Всевлад, цените, – одарила ректора обольстительной улыбкой, замечая внимание Люциана. Мы с некромантом разговаривали тихо, нас слышал только Кайрус, который следовал за мной неотлучно. Советник общался с Георгом и уже не первый раз бросал взгляд в мою сторону. И такая буря эмоций была в его глазах, что даже Всевлад заметил.

– Я ценю, миледи, а если вы мной хотя бы немного дорожите, не надо мне так улыбаться, – почти серьезно произнес некромант. – Не знаю, что вас связывает с Люцианом Нединским, но ментальному магу его уровня мне противопоставить нечего, а вы мне женщину напророчили…

– А взаимосвязь?

– Хотелось бы дожить до этого события и желательно в своем уме, – усмехнулся Всевлад. – Кстати, советник славится упорностью и цепкостью, ничто не способно сбить его с пути.

– Ну, путь может быть очень длинным, – скорее сама себе ответила я. Не говорить же Всевладу, что еще не готова расстаться со своей свободой, он мужчина и не поймет.

Поднялась, я надеялась, что у Люциана и к другим нашим спутникам возникнут вопросы, что заставит его отойти от Георга, но пока советник не торопился расспрашивать остальных. А мне нужно срочно было поговорить с человеком, который не только знает местную погоду, но и является магом-стихийником.

– Георг, вам, когда расчищали для нас площадку от тумана, не показался он необычным? Может, его создало не озеро, а другой маг? Или еще какую странность заметили? – спросила у молодого человека, игнорируя ревность в глазах советника. Бедненький Люциан, он только сейчас в полной мере рассмотрел, в каком безобразии я хожу среди толпы мужчин. В общем, Алае не повезло влюбиться в ханжу и деспота.

– Ничего необычного, – покачал головой Георг, немного краснея. Со вчерашних посиделок в моей комнате он постоянно покрывается румянцем. И ладно бы я его вчера встретила в полуголом виде или в откровенном наряде, но к его приходу я успела только расплести волосы и сменить дорожное платье на домашнее.

– Люциан, а вы? Уверена, вы тоже прощупываете окружающее пространство на присутствие враждебных элементов, – повернулась к советнику с легкой улыбкой. И все же, почему Алая выбрала именно его? Он не молод, не так красив, как Георг или Вернон, не так внушителен и силен, как Кайрус или воины-горцы, да что там, характер у Люциана еще хуже, чем у Всевлада. Почему? Неужели все дело в том, что Алая чувствует себя в его объятиях слабой женщиной, а не богиней? Ответить мне смогла бы только она, но вот беда, все подобные вопросы Алая игнорировала.

– Если вы интересуетесь, леди Галина, есть ли вокруг разумные существа, кроме нас, то я никого не обнаружил, – прожигая меня многообещающим взглядом, произнес Люциан. Омут его глаз затягивал, требовал подчиниться, будто старался окутать мозг дурманом. Похоже, осознанно или нет, но Люциан применял ко мне свой дар.

– Я спрашивала о другом, нет ли ментальных следом чьего-то недавнего присутствия? Понимаю, ментал – материя очень тонкая, его следы распадаются очень быстро, не то что физические или магические, но все же? – на меня давление Люциана совершенно не действовало, во всяком случае прямое.

– Нет, Гали, сегодня до нас по этой дороге никто не проходил, про вчера сказать не могу, – хмыкнул советник, а мое тело вдруг покрылось мурашками, захотелось повиснуть на шее у Люциана и целовать его, целовать…

«Алая, хватит, это уже не смешно!» – возмутилась я мысленно, отводя взгляд от советника, чтобы он не прочитал в моих глазах желаний богини.

«Я просто соскучилась», – вздохнула Алая, а меня затопила чужая страсть и нежность.

«А ты понимаешь, что он хочет меня? Он ничего не знает о твоих чувствах», – я не любитель топтаться в чужой душе, но сколько можно лезть в мою?!

«Это ничего не меняет, ты – это часть меня, разве можно ревновать к самой себе?» – хихикнула богиня, но я успела уловить ее неискренность. – «К тому же я не могу явиться в мир физически, это нарушит равновесие».

– Георг, а этой дорогой часто пользуются? – мое неожиданное молчание могли принять за все, что угодно и поэтому я продолжила подводить мужчин к мысли, которая посетила меня еще в разговоре с Всевладом. – Мы ведь ехали по главной дороге, а потом свернули на перекрестке. Я помню, вчера вечером вы говорили, что ночевать мы будем в каком-то селении. На его жителей не нападали, а вот в соседнем были случаи.

– Хм, а я не помню такого во вчерашнем разговоре, – влез в разговор Всевлад, которому почему-то не сиделось в сторонке. – Наверное, вы это обсуждали немного позже, когда…

Некромант не договорил, не смог, сам виноват, молчание – золото. Оказалось, и мое терпение может закончиться, не знаю, чем я приложила ректора, но он закашлялся, а потом потерял голос.

«Это я его приложила, а не ты, – фыркнула Алая. – А то этот хмырь хотел выставить нас в неприглядном свете. Совсем эти смертные обнаглели, ничего, недельку помолчит – умнее станет».

«С ума сошла, а вдруг на нас нападут? Какой теперь толк от некроманта, который не может произнести ни одного заклинания?»

«Все он сможет, ну или сама вернешь ему голос, когда сочтешь нужным. Данное знание и способность я в твой разум вложила», – недовольно ответила богиня и затаилась, делая вид, что она ушла. Ну-ну, меня обмануть сложно, наверняка ждет разговора с Люцианом, он же обещал.

– Голос надо беречь, Всевлад, как и мое хорошее отношение, – улыбнулась некроманту, ласково и немного кровожадно.

– Господа, мы отвлеклись от главного, – продолжила я, старательно не замечая легкую степень шока на лицах окружающих. – Вам не показалось странным, что мы за полдня никого не встретили? Георг, неужели в пригороде Тибера совсем никто не живет? Или люди по какой-то причине сидят в своих домах даже днем? Вы от нас скрыли масштаб проблемы и умертвия уже терроризируют всю округу?

– Нет-нет, миледи, я от вас ничего не скрывал, – покраснел Георг, но теперь не от смущения, а то того, что его могли заподозрить в такой низости, как ложь. Молодой мужчина весьма решительно, специально для Люциана, повторил наш с ним вечерний разговор, поведав о фактах и слухах. И согласился, что отсутствие встречных людей наводит на подозрения.

Пока Георг держал речь, уверенно и несколько возмущенно, Люциан и Всевлад прожигали меня одинаково гневными взглядами. Только в глазах советника клубилась жгучая ревность и обещание допытаться до всего, а некромант, похоже, мысленно примерял на меня гроб. Хотя в этом мире магов сжигают, значит, представлял себе костер побольше.

Разговора с Люцианом мы с Алаей так и не дождались, что меня несказанно радовало, а богиню, наоборот, расстраивало. Но тому были веские причины, нам пришлось срочно свернуть лагерь и, предпринимая все меры предосторожности, отправиться к месту первой ночевки. Все же если один человек считает, что за ним следят – это, вероятно, паранойя, а целыми отрядами с ума не сходят.

Глава 20

И все же мы чуть не угодили в ловушку. Не думаю, что она смогла бы нас надолго задержать, все же четыре опытных мага и я – это сильная команда. Почему четыре? Помимо Люциана, Всевлада и Георга, был еще один мужчина из отряда – целитель. Ни внешностью, ни возрастом, ни чем-то иным он не выделялся среди своих боевых товарищей, поэтому его имя прошло мимо моего внимания. Это я еще не посчитала Кайруса и горцев, весь их вид говорил о том, что в стычках с нежитью им не раз доводилось бывать. В общем, у всяких мертвяков просто не было шансов, так мне казалось.

Голос некроманту я вернула еще на привале перед самым отъездом, правда, ему об этом не сказала, чтобы не терялся воспитательный момент. Всевлад на меня обиделся, похоже, его выходка Алаи серьезно оскорбила. Оно и понятно, он считает себя опытным и состоявшимся мужчиной, а меня сопливой девчонкой, которой повезло родиться с даром и в богатой семье. И ладно бы только это, у нас же огромная разница в возрасте. Он лет на двадцать или тридцать меня старше, возможно, поэтому и ведет себя так со мной. Ему невдомек, что из-за памяти лорда мне все теперь кажутся чуть ли не ровесниками, а некоторые практически детьми, в силу своего юношеского максимализма или откровенной глупости. И ведь не объяснишь. Извиниться? Вот еще, если он дожил до таких лет и не понял, что молчание – золото, то пусть ощутит это на себе. Пока мы обсуждали наши дальнейшие действия на привале Всевлад только бросал на меня гневные взгляды, а потом и вовсе отошел в сторону, как бы намекая: раз он не может принимать участие в разговоре, то слушать его незачем.

– Вы все правильно сделали, миледи, давно надо было запечатать рот этому болтуну, – тихо произнес Кайрус, помогая мне сесть в седло. Если я до этого сомневалась в своем решении, то после слов телохранителя мне стало еще и чуточку стыдно. Да, он меня поддержал, но я была уверена, что Кай вряд ли может похвастаться непредвзятым мнением. Поэтому голос Всевладу я вернула, оправдывая свою слабость тем, что некромант должен быть во всеоружии, если на нас нападут.

Хотя правильнее было сказать «когда». Враги подкрались слишком близко и научились неплохо прятаться от магического поиска. Даже я не сразу их заметила. И дело не в силе дара или в умении им пользоваться, дело в опыте. Кто же знал, что накатывавшие на меня волны тошноты и холодного пота, это не от пищевого отравления, а от близости скверны. А еще я, как человек насмотревшийся фильмом о зомби, и подумать не могла, что умертвия от них могут сильно отличаться. Чем? Да хотя бы тем, что умертвия – это не полуразложившиеся покойники, а убитые и поднятые потом магией животные. В основном волки. Это много позже я узнала, почему используют именно их, а не медведей или других хищников, покрупнее или, наоборот, помельче. А в момент нападения я просто увидела волчьи силуэты в тумане, которые двигались параллельно с нами, и приняла их за стаю собак.

– Георг, а что за животные нас сопровождают? – спросила у нашего руководителя группы, заметив, что никто не обращает внимания на тени в тумане.

– Животные? Где? – резко повернулся ко мне мужчина, но ответ почему-то слушать не стал, скомандовав: – Всем занять круговую оборону, миледи, вы в центре!

Его слова будто нажали на спусковой крючок винтовки, дальнейшие события закрутились так же быстро, что я не успевала их отслеживать. Со всех сторон из тумана на нас начали выскакивать волки. Они не рычали и не скалились. Было дико смотреть, как они окружают нас в полнейшей тишине. Чисто визуально от живых волки ничем не отличались, только глаза их были неестественно тусклыми и белесыми, будто вся стая разом ослепла. Но это было не так, животные нападали целенаправленно, безрассудно и совершенно не заботясь о самосохранении. Если раньше на меня накатывали волны тошноты, то теперь меня мутило постоянно, казалось, что всех нас окутал запах разложения. Мало того, что я ошибалась, когда представляла умертвия эдакими зомби из фильмов, так еще и растерялась. У меня никак не получалось вспомнить ни одного подходящего заклинания, способного справиться с магической нежитью.

Мужчины вели себя мужественно, что воины, что маги. Даже кони оказывали своим хозяевам посильную помощь, фыркали и норовили размозжить волкам-умертвиям головы. И у них это неплохо выходило. Всевлад бросал какие-то заклинания в зверей, и они падали, надеюсь, сдыхали сразу и бесповоротно. Горцы владели мечами виртуозно, да и Георг мог похвастаться силой и удалью. Но все они не могли сравниться с Кайрусом, мой телохранитель, похоже, родился с оружием в руках. А когда одна тварь схватила его коня за ногу, он спрыгнул на землю и одним ударом разрубил зверюгу на две части. Я по натуре человек не кровожадный, но меня поступок Кайруса впечатлил.

Вот только умертвия не прониклись, наоборот, восприняли моего телохранителя слабым звеном, а может, учуяли запах крови лошади, и в едином порыве бросились на Кайруса. А я сразу вспомнила о том, что так и не смогла посмотреть, где именно и при каких обстоятельствах оборвется его жизнь. Предчувствие неотвратимости беды сжало сердце. Нет! Сегодня он точно не умрет, я не позволю! С пальцев сорвалось заклинание черного пламени. Волки вспыхнули, как спички, огонь прямо съедал их изнутри, быстро и неотвратимо. Они падали, дергались в конвульсиях, или дезориентированно разбредались, похоже, мое заклинание оборвало или частично испортило контроль над умертвиями их кукловоду.

– Все в сторону, – скомандовал Всевлад, единственный опытный некромант, знающий, чем опасно это пламя для живых существ.

– Кайрус, – крикнула я телохранителю и показала на седло позади меня. – Едешь со мной.

Мужчина спорить на стал, легко вскочил в седло за моей спиной. Даже Люциан не возмутился, хотя уверена, он еще успеет мне все высказать, когда мы останемся наедине. Пока же мы отъехали от объятой черным пламенем стаи подальше. Кстати, советник единственный не принимал участие в обороне нашего отряда, вот только назвать его беспомощным наблюдателем у меня не повернулся бы язык. Взгляд Люциана откровенно пугал, нет, не меня, а всех остальных. Казалось, маг смотрит сквозь человека в самую душу и читает его сокровенные мысли. Честно признаться, мне даже было жаль, что он не может прочитать мои, тогда он узнал бы о чувствах Алаи. Почему я не могу все ему объяснить? Уверена, он мне не поверит, решит, что я в очередной раз над ним издеваюсь. В этом мире в богов верили – это факт, но в то, что они могут испытывать обычные человеческие чувства, нет.

– Люциан, удалось отследить кукловода? – спросила у советника, когда мы отъехали чуть дальше по дороге и уже с безопасного расстояния наблюдали, как догорают и рассыпаются пеплом остатки стаи. Несмотря на витающий в воздухе стойкий запах паленой шерсти, мяса и чего-то мерзко-тухлого, я себя чувствовала не в пример лучше, чем до нападения.

– Не совсем, он хорошо умеет скрываться, – нахмурился советник. – И все же недостаточно, когда вы, Гали, воспользовались своим даром, маг ненадолго раскрылся и у меня получилось поймать его ментальный образ. В селении проведем ритуал поиска, вы мне поможете, миледи.

О, у кого-то терпение заканчивается. Усмехнулась и промолчала, потому что бы я сейчас ни сказала, Люциан все равно найдет с десяток причин и возможностей остаться со мной тет-а-тет. Что ж, нам действительно не мешает кое-что обсудить.

***

В поселок мы въехали где-то через час, туман за это время рассеялся, еще сильнее убеждая меня в мысли, что это было не только природное явление. Остатки волков с дороги решили не убирать, слишком торопились в ближайшее селение. Георг предположил, что стая умертвий могла напасть сначала на местных жителей, а потом им попались мы. Я не стала спорить, хотя была уверена, что волки поджидали именно нас.

Еще при подъезде к селу я обратила внимание на странную тишину, даже лая собак слышно не было. Первой мыслью было, что Георг прав и волки успели вырезать всех жителей, пока мы сюда добирались. Но нет, я ощущала живых людей, они прятались в домах, о чем поспешила рассказать своим спутникам. И все же сказать, что на улицах совсем никого не было, я не могла. Растерзанные трупы животных и нескольких человек вызвали гнев не только в моей душе, мужчины ругались сквозь зубы.

Сельский староста нашелся в своем доме, это благодаря ему погибших было мало. Еще при первых единичных нападениях умертвий он установил эдакую сигнализацию – столб с колоколом. Как только дозорный обнаруживал нежить, то начинал звонить в колокол и люди прятались в своих домах. В этот раз из-за тумана оповещение немного запоздало, но все же именно оно спасло всех остальных.

Нам выделили целый дом на весь отряд, правда, комнат в нем было всего три, но достаточно больших. Мне, как единственной женщине, досталась отдельная. Стоило мне только бросить взгляд на кровать, как сразу навалилась усталость и осознание того, что я сегодня весь день провела в седле. Мышцы ломило, голова болела, очень хотелось горячего сладкого кофе и чего-нибудь мясного, но кофе в этом мире не существовало, а на ужин нам предложили кашу. Можно было бы сходить порталом домой, проведать Шенин и Вернона, выпросить у Люка чего-нибудь вкусненького. Наверное, я так и поступила бы, пересилив усталость и лень, но Люциан не спускал с меня глаз, а если бы мог, то вообще привязал бы к себе веревкой. В виду отсутствия разнообразия ужин прошел быстро.

До темноты еще оставалось около часа, а сделать нужно было много. Меня от работ освободили, хотя я честно предлагала свою помощь. Всевлад с несколькими воинами и деревенскими мужиками пошли проводить обряд погребения мертвых. Целитель занялся ранеными, нашлись и таковые. Кайрус озаботился поиском лошади, его животное сильно не пострадало, но все же для дальнейшего путешествия в ближайшие дни было непригодно. Георг со старостой засели в его доме, обсуждая какую помощь и компенсацию может предоставить пострадавшим семьям удел, а также последние новости.

Так что неудивительно, что спустя каких-то четверть часа после ужина мы с Люцианом остались в доме одни. Я хотела и в этот раз избежать разговора по душам, нагло притворившись спящей, но советника мой трюк не провел.

– Гали, долго ты от меня собираешься бегать? – нагло уселся на мою кровать мужчина и провел кончиками пальцев по моей щеке.

– Люциан, у вас слишком завышенное самомнение, никто от вас не бегает. Но раз уж вы пришли, поведайте, как прошел ваш визит к императору? – вздохнула я и откатилась к стене, устраиваясь на боку. Притворяться дальше спящей смысла не было, а раз разговора не избежать, надо ложиться поудобнее. Если Люциан думает, что после целого дня в седле я буду чинно сидеть в его присутствии, то он ошибается. По-хорошему, мне надо бы переодеться в платье, причесаться, в общем, выглядеть, как леди, но моих сил хватило только помыть руки и лицо. Даже раздеться было лень, но это как раз и правильно, не хватало еще принимать Люциана в полуголом виде.

– Визит удался, все было замечательно, ровно до того момента, как мне сообщили об умертвиях в окрестностях Тибера. Знаешь, я ни минуты не сомневался, что найду тебя здесь, да еще в самом эпицентре событий. Гали, это не место для молодой девушки, тем более, для леди, – Люциан смотрел на меня ласково с долей отеческого порицания. Похоже, кто-то решил снизить напор и действовать мягче.

– Не мне вам говорить, что такое долг, – еще раз вздохнула я, решив немного подыграть Люциану. Хочется ему ходить вокруг да около, пусть ходит. По мне так давно бы уже высказал все, что думает обо мне, поругались бы и разошлись. – Кстати, не могли бы вы пересесть на стул, вдруг кто-то зайдет, а мы в такой двусмысленной ситуации.

– Пусть заходят, я готов жениться на тебе, Гали, хоть сейчас, – усмехнулся советник.

– Неужели император разрешил? – удивилась я. Нет, советник может быть очень убедительным, но по какой-то причине император выбрал Вернона? Или он просто назвал имя первого холостого правнука, о котором вспомнил?

– Он своей милостью предоставил сделать выбор тебе, Галина, – мужчина подхватил мою ладошку и запечатлел на ней горячий поцелуй.

– Вот даже как, – обрадовалась я для вида. На самом деле мне было совершенно неважно, кто из братьев станет моим мужем. Интересно, а если последовать совету Алаи? Нет, двоих принцев сразу мне было не надо, а вот если меня угораздит по-настоящему влюбиться, то всегда можно будет поселить любимого человека в моем мире и наведываться к нему несколько раз в неделю. Воображение почему-то сразу подкинуло образ Кайруса в джинсах и белой футболке. И неважно, что в таком виде мне его лицезреть не приходилось, фантазии хватило с лихвой.

– Да, император мудр и справедлив, – улыбнулся Люциан, восприняв мою радость на собственный счет. Видимо, по той же причине он придвинулся ближе ко мне, собираясь закрепить эффект поцелуем. Ну это он зря, Алаи рядом не было, а я особых чувств к советнику не испытывала.

– Да, осталось только сделать правильный выбор, – усмехнулась, останавливая ладонью Люциана. Мне промолчать бы, но черт дернул немного повредничать и поиздеваться над советником. – Вот вы мне кого посоветуете, Георга или Всевлада? Георг несомненно моложе и привлекательнее, а Всевлад некромант и имеет большой опыт.

Ответом меня не удостоили, предполагаю потому, что Люциан решил воспользоваться ртом для более приятного действа. Терпение никогда не было сильной чертой советника, во всяком случае, за время нашего недолгого знакомства. Поэтому внезапный натиск Люциана и последующий за ним поцелуй меня нисколечко не удивил, но и не впечатлил. Думала, Люциан заметит мое не слишком активное участие и отстранится сам, но ему хватало своих желаний и эмоций.

– Люциан, – попыталась оттолкнуть советника, но где там, он уже начал меня раздевать.

– Гали, что сейчас не так?! – оторвался от моей шеи советник, глаза его сверкали возмущением и страстью. Нет, он правда думает, что я должна отдаться ему прямо здесь? Похоже, у него даже мысли не возникает, что я могу быть против. Кстати, сегодня же званый ужин в Ороне!

– Дверь закрой, если не хочешь, чтобы нам помешали, – обольстительно улыбнулась я, виртуозно создавая невидимый глазу портал на пути Люциана. Если бы солнце светило в окно, мужчина его заметил бы, или если бы он думал головой, а не другой частью тела. Недоверие, конечно, мелькнуло в глазах принца, но быстро пропало, стоило только самой расстегнуть несколько пуговок на рубашке и обнажить грудь. Я была уверена, что советник тут же вскочит и побежит запирать дверь. Но нет, он поступил по-своему: жадно припал к моей груди, покрывая ее поцелуями, слегка прикусывая то один сосок, то другой. К тому моменту, когда он все же осознал, что дверь запереть стоит, я уже не особо хотела куда-либо идти. Жаль, поздно вспомнила о портале.

– Гали, как это понимать?! – взревел с другой стороны портала Люциан, но обратно лезть не рискнул и правильно сделал.

– Вы же сами говорили, что не успели собраться для похода. И заодно переоденьтесь во что-то подобающее, – усмехнулась я. – Неужели вы забыли, Люциан, что мы приглашены на ужин к градоправителю Орона? Ай-ай-ай, господин советник, нельзя быть таким необязательным. Но ничего, у вас теперь есть я. Зайду за вами через полчаса.

Целых тридцать минут я чувствовала себя замечательно, будто вместе с Люцианом отправила порталом свои проблемы и усталость, а еще приятно грело собственное коварство. Да и какой женщине не понравилось бы, что такой мужчина, как советник сходит по ней с ума? Даже мое холодное сердце могло бы немного оттаять, если бы мне не нравился другой мужчина.

Умница Майла быстро помогла мне с платьем и соорудила вполне себе приличную прическу. Покрутилась перед зеркалом, оценила себя на отлично, сложила брючный костюм и сделала портал в комнату Люциана. Горничную я заранее предупредила, чтобы она не говорила обо мне Вернону.

– Попалась, – меня подхватили крепкие мужские руки едва я вышла из портала. Это было настолько неожиданно, что я чуть не ударила магией, хорошо взгляд зацепился за букет цветов на столе, зажженные свечи и накрытый к ужину стол. А еще подготовленную ко сну кровать. Я крутанулась в руках советника, уже не сомневаясь, что это его глупая шутка и ошеломленно уставилась на полуголого Люциана.

– Ты что, еще не одет?! – возмутилась я. Нет, ну если я, женщина, за полчаса справилась, то у него и времени на несколько минут больше было, и прическу делать не надо. – А вещи твои где? Люциан, у меня нет желания завтра повторно скакать порталами по стране…

Я многое еще хотела сказать, но советнику надоело мое тугодумие. Он крепко прижал меня к своей груди, отвлек умопомрачительным поцелуем и начал целенаправленно избавлять от одежды.

– Ну хватит, мы и так опаздываем, – попыталась отбиться от наглых рук Люциана, уклоняясь от его губ.

– Гали, мне плевать на этот ужин! Я хочу провести этот вечер и ночь с тобой! Я ни о чем другом не могу думать, но если желаешь, пойду с тобой вот так, – психанул советник, отойдя от меня на шаг и разведя руки в стороны. Люциан стоял передо мной с голым торсом, который демонстрировал, что он не только бумажки перебирает в своем ведомстве, и в тонких льняных штанах, показывающих всю силу его страсти ко мне. – И пусть все видят, как я к тебе отношусь! Но в этом случае, утро мы встретим уже женатыми.

Первым порывом было создать портал и уйти, не на званый ужин, а домой или к Кайросу, вторым и третьим тоже, но тут заявилась Алая и завопила:

«Галочка, ты не можешь так поступить с Люци! Ты не можешь так поступить со мной!»

«Хватит, я не собираюсь спать с Люцианом. Я никогда не встречалась с двумя мужчинами сразу, это неправильно, подло!»

«Подло флиртовать, соблазнять, целовать, а потом сбегать! Или ты специально это делаешь? Ведь знаешь, как мне нравится Люци и что я не могу тебя заставить. Что ж, предлагаю поменять мое желание на твое. Ты остаешься сейчас с Люци, а я выполняю любое твое желание, одно. Соглашайся, иметь в должницах богиню дорогого стоит».

«Клятв требовать не буду, заставить тебя их исполнить я все равно не смогу. Хорошо, останусь, но если он сам от меня откажется, то я не виновата, а ты останешься должна. Согласна?»

«Люци от меня не откажется», – хмыкнула Алая.

«Ты хотела сказать, от меня», – улыбнулась я, рассматривая ждущего моего решения Люциана. Советник то ли начал замерзать, то ли терять терпение, а может, все сразу.

«Неважно, я согласна», – богиня мне досталась азартная, она уже размышляла, как опять подвинуть мое сознание в сторону, чтобы самой поучаствовать в процессе. Ну-ну, посмотрим, кто успел узнать советника лучше, я или она.

Идея пришла неожиданно, сначала я собиралась честно расслабиться и предоставить Люциану ведущую роль, а потом решила не поступаться своими принципами. Медленно сняла платье, замечая, как опять разгорается пламя страсти в глазах принца. Улыбнулась и аккуратно повесила свою вещь на спинку кресла, даже расправила, чтобы не помялось. А потом прошла к кровати и легла.

– Ну что ты стоишь, давай быстрее, глядишь еще и на ужин успеем, – позвала Люциана.

От моих слов Люциан покраснел, но не от смущения, а скорее, от злости. Думала, он сейчас сорвется, накричит и выгонит меня из своей спальни. Да что там думала, я верила в это. Все же советник показал себя достаточно вспыльчивым человеком, а еще нетерпимым к чужим желаниям. Он даже рот открыл, чтобы высказать мне все, а потом хитро усмехнулся и одним ловким прыжком оказался рядом со мной на кровати. Хорош, зараза! Я такой акробатический трюк точно не смогла бы выполнить.

– Зацепить меня хотела? Чтобы я оскорбился и ушел? Нет, Гали, от меня ты так легко не отделаешься, – проговорил мужчина, поглаживая рукой мои колени, а потом и вовсе целуя их поочередно.

– Ну почему же отделаться, всего лишь хотела убыстрить неизбежное, закончить все дела на сегодня и лечь спать, – поджала пальцы ног, от губ Люциана распространялись мурашки по всему телу и это сильно отвлекало. – И вообще, я уже замерзла.

– Я тебя согрею, моя драгоценная, – советник переместился выше, и теперь мог греть меня всем своим телом, а еще целовать, ласкать. В общем, все то, чего я сейчас не очень-то хотела.

– Мне кажется, от одеяла будет больше проку в этом вопросе, – буркнула я, чувствуя себя бревном в руках дровосека. Вроде бы он и знает, что должен делать, и опыт у него имеется, а мне от этого с каждой минутой все тоскливее и тоскливее. Нет, отказываться прямо я не собиралась, все же мы с Алае заключили договор, но и соглашаться почему-то не тянуло. Кстати, эта интриганка куда-то запропастилась, бросив меня одну с Люцианом. Я надеялась, что ее любовь к советнику хоть как-то поможет мне отвлечься от неправильности ситуации и расслабиться, но нет, мои тараканы были со мной, а вот богиня с ее планами опять пропала.

– Гали, что происходит?! – заглянув мне в глаза, спросил принц. А он небезнадежен, всего-то пять минут и до него наконец-то дошло, что женщина ведет себя, мягко говоря, неадекватно.

– Тебе честно ответить? – сложно вести светские беседы, когда лежишь в нижнем белье с полуголым мужчиной на одной кровати.

– Лжи я от тебя достаточно наслушался, поэтому хотелось бы правды. Ты всячески выказываешь мне свою симпатию, провоцируешь, заставляешь ревновать, соглашаешься и тут же отступаешь. Гали, я тебя не понимаю, – со всеми претензиями советника я не согласилась бы, но часть из них была обоснована.

– Я очень устала сегодня, не поверишь, но это моя вторая поездка в седле. Первая длилась всего час и то с перерывами на размять ножки и полюбоваться цветочками. Единственное, чего я сейчас хочу, – это спать, – несколько смягчила истину для Люциана.

– Тогда почему ты согласилась остаться? – нахмурился мужчина, его взгляд выражал взрывоопасную смесь из эмоций.

– Разозлилась. Ты с таким упоением произносил свою обличительную речь. А я все ждала, когда ты поинтересуешься моим самочувствием или желанием, – озвучила я одну из модификаций правды. Говорить советнику, что меня заставила Алая не стала, он, конечно, вредный, но не до такой степени, чтобы наносить ему очередную моральную травму.

Люциан молчал, минуту или даже две, потом приподнялся локте и навалился на меня всем своим весом, что-то выискивая за моей спиной. Я уже собиралась возмутиться, но тут нас накрыло одеяло, даря тепло и почему-то спокойствие.

– И как это понимать?

– Ты же хотела спать? Значит, будем спать. И не надо на меня так смотреть, я не насильник, – огрызнулся Люциан, просовывая одну свою руку мне под голову, а второй устраивая удобнее.

– А как же званый ужин?

– Я уже отправил письмо от нас с тобой с официальными извинениями, – проворчал советник.

– А нашим соратникам из отряда тоже написал?

– Обойдутся. Завтра на рассвете вернемся и сошлемся на императора, дескать, лично ему докладывали. Донесение я уже составил, с утра оно ляжет на стол государя.

– Почему не сегодня?

– Потому что на сегодня у меня были другие планы! И если ты еще хочешь спать – спи! А то вместе пойдем докладывать императору о нападении умертвий, – последнюю фразу Люциан произнес почти мирно, да и обнимал меня он крепко, видимо, чтобы опять не сбежала. И правильно делал, мелькнула у меня мысль – дождаться, когда мужчина уснет, а потом уйти порталом. Но так идеей этот план и остался, потому что заснули мы, похоже, одновременно.

Глава 21

Мы уже пятый день искали кукловода, настроение было гадкое у всех. А у некоторых не только из-за отсутствия результатов расследования. Это в первую очередь касалось меня. Я все еще не могла простить Люциана. Его коварство поразило даже Алаю, а она не первый век имеет дело с людьми. Правда, богиня советником была восхищена и расценила его поступок, как лишнее доказательство серьезных отношений ко мне. На мое закономерное утверждение, что хотеть жениться – это не тоже самое, что любить, Алая, конечно же, не среагировала. Что же сделал такого ужасного Люциан? По логике, он должен был утром следующего дня после нашей совместно проведенной ночи, воспользоваться моим сонным телом. С большой долей вероятности, я сама так поступила бы, если бы испытывала к Люциану нежные чувства. Но нет, утреннего секса у нас не случилось и ночного тоже. Мы тихо-мирно проспали до рассвета, а потом нас разбудили слуги. Да-да, именно слуги в количестве трех человек: дворецкий, экономка и старшая горничная. Не хватало только телефона или другой видеозаписывающей аппаратуры в чьих-нибудь руках, чтобы было наглядное доказательство моего нравственного падения.

Я прекрасно понимала, что Люциан все подстроил с самого начала. Нет бы вещи собирать вечером, а он претворял в жизнь план: «оставь брата с носом или как принудить девушку к браку». По-хорошему, надо сказать спасибо советнику за то, что он назвал меня своей невестой и будущей хозяйкой его дома. Представляю, сколько благодарности должна испытывать опозоренная такой ситуацией девушка, уверена, она на радостях вышла бы замуж в тот же день. Но я гипотетической девушкой не была, поэтому отправить одного конкретного советника к праотцам захотелось сильно.

– Гали, – Люциан дураком не был и реагировал на мое настроение быстро, оттого и свою пламенную речь завел издалека. Точнее, находясь у самого выхода, прикрываясь мощным магическим щитом и держа открытый портал неизвестно куда. Хорошо хоть людей своих догадался сразу спровадить. – Прежде чем ты что-либо скажешь, я хочу сделать тебе официальное предложение. Леди Галина, прошу вас стать моей женой. Клянусь: оберегать вас, заботиться, никогда в будущем не попрекнуть прошлыми связями…

– Ты сейчас издеваешься? – вспылила я, на минуту даже перестав одеваться.

«Ну что тебе опять не нравится?! Люци признался нам в любви, а ты как всегда недовольна!» – объявилась раздраженная богиня. Спрашивается, где она пропадала всю ночь? – «Мы с тобой заключили соглашение, а ты его не выполнила!»

«Мы договаривались, что я останусь и все», – напомнила Алае условия.

– Нет, я серьезен, как никогда, – нахмурился Люциан и продолжил: – Гали, ты в своем детском протесте не видишь главного – я лучше Вернона. Брату несвойственны такие качества как: ответственность, надежность, экономность, ум. Он не сможет после свадьбы достойно распорядиться свалившемся на него счастьем в твоем лице. А дети? Ты о них подумала? Хочешь, чтобы они стыдились своего отца?

«Ты слышишь, Люци хочет детей!» – чуть ли не взвизгнула от радости богиня, заставляя сомневаться в ее адекватности. Честно признаться, этот вопль в моей голове стал последней каплей.

– Какие дети? Я в ближайшие лет десять-двадцать их даже не планировала! Как и замуж выходить, – рявкнула я, отвечая не только советнику, но и Алае. – Люциан, у меня впереди несколько столетий жизни! А теперь вопрос, зачем мне связывать ее с одним мужчиной? И ладно твой брат, ему плевать на верность и тому подобное. А тебе? Я более чем уверена, что даже через тридцать лет брака, когда уже будешь тихо ненавидеть свою жену, ты не потерпишь измен с ее стороны. При этом мне хранить верность ты не будешь никогда, ведь на женитьбу тебя толкает голый расчет. Нет, если выходить замуж, то только по великой любви и никак иначе. Так что зря ты им сказал, что я твоя невеста. Свадьбы не будет, можешь идти и подтирать память своим слугам.

– Свадьбе быть! – резко ответил советник. – Хочешь ты того или нет. У тебя есть целое лето, чтобы привыкнуть к этой мысли. Вернону я сообщу сам, обрадую его, что отец согласился со мной и скоро у него тоже свадьба. Девушку ему мы подобрали достойную.

– Думаешь, тебе помогут свидетели? – хмыкнула я, прекрасно понимая к чему ведет Люциан. Этот мерзавец решил меня шантажировать.

«А по-другому с тобой нельзя!» – влезла богиня на защиту своего возлюбленного. Нет, любовь определенно делает женщин глупее, и богини, оказывается, не исключение. Алая, конечно, обиделась и ушла, назвав меня напоследок черствой и бесчувственной.

– А у тебя поднимется рука на невинных людей? – ответил мне ухмылкой советник. Тут он прав, убивать я никого не стала бы, не так меня воспитывали. Но кто сказал, что я подчинюсь шантажу или даже прямому указу императора? Плевать я на них всех хотела, к тому же меня еще и поймать надо, чтобы отвести в этот их храм.

– На них нет, а вот от одного шантажиста и гада не грех избавиться, – ответила я, создавая портал. Надо отдать Люциану должное, он не сбежал, боясь моего гнева, а еще немного нарастил мощь своего щита.

– Куда ты собралась?! – спросил советник с ревностью и обидой.

– Пойду отдамся твоему брату, у него хорошо получается поднимать мне настроение, – ответила я, подхватывая платье в руки. Я действительно собиралась сначала заглянуть в замок, а потом отправиться в Тибер. – А тебе пора подумать, как ты будешь добираться до Тибера. Надеюсь, ты понимаешь, что лезть в мои порталы для тебя теперь занятие самоубийственное?

– Ты не посмеешь… – что именно я не посмею сделать дослушивать не стала. А то желание отправить Люциана на другой край света стало слишком сильным. В замок я заглянула буквально на несколько минут, оставила платье, сама переплела волосы в тугую косу и отправилась порталом в селение.

Меня тут уже потеряли, а кое-кто даже не чаял найти.

– Доброе утро, господа. Рада, что вы уже встали, значит, ничто нам не помешает выехать пораньше, – поздоровалась я с мужчинами, которые сидели за общим столом и явно обсуждали нашу с Люцианом пропажу.

– И вам доброго здравия, миледи, – ответил за всех Георг. Остальные просто встали и поклонились, молча, но очень выразительно сверкая глазами. Особенно гневно горели они у Кайруса. А Всевлад имел наглость высказаться:

– Миледи, я понимаю, что мы для вас не указ, но не могли бы вы в следующий раз предупреждать о том, что собираетесь покинуть наше общество?

– Считайте, я вас услышала, граф, – холодно ответила я, кивая остальным и присаживаясь за стол. – В следующий раз возьму вас с собой, Всевлад, мне сегодня как никогда нужен был совет опытного некроманта.

– Что-то случилось? – ректор обладал помимо врожденной вредности еще и повышенным любопытством. – Кстати, а куда подевался господин советник? Мы думали он с вами.

– Я доставила его вчера в столицу. Господин Нединский собирался к императору, так что не могу знать, чем закончилась их встреча. А теперь, господа, можно я позавтракаю, – решила прояснить ситуацию пока мои спутники ничего не додумали. Точнее, пока они не стали озвучивать все варианты, которые успели придумать за ночь.

Примерно через четверть часа, когда я немного успокоилась и наелась, а завтрак подошел к концу, заявился Люциан. Советник был с вещмешком и буквально распространял вокруг себя ауру злости. Правда, стоило ему увидеть меня, как ментальное давление разом уменьшилось. Я надеялась, что еще не скоро увижу Люциана, ведь на большие расстояния делать порталы он не умел. Но, видимо, в его распоряжении имелись разные специалисты.

Я встала и пошла в выделенную мне комнату собирать вещи, очень хотелось быть подальше от принца. Человек я спокойный и уравновешенный, но все же не святой. Проходя мимо советника кивнула ему с невозмутимым видом, почему-то я была уверена, что он не станет при всех удерживать меня или выяснять отношения. Так и произошло. С тех пор он пытался предпринять несколько попыток к примирению, но я их игнорировала. Оттого Люциан излучал столь же гадкое настроение, как и я.

Помимо наших с советником личных причин, были еще и общие на всех. Во-первых, погода. Она постоянно приносила сюрпризы: то туман, то ветер, то дождь. Во-вторых, волко-зомби. Нет, они уже не нападали на нас организованной стаей, скорее, мы на них набредали, идя по следу неизвестного некроманта. В-третьих, конечно, вражеский лазутчик, почему-то решивший попрактиковаться в мастерстве на моей земле.

С Всевладом у нас установились достаточно ровные рабочие отношения. Я его все так же раздражала, а он меня иногда откровенно бесил, но общее дело нас на время сплотило. А еще ректор был единственным человеком, способным мне объяснить в чем отличие нормального некроманта от того, кто создает умертвия. Оказалось, сам Всевлад тоже может «поднять» труп, например, для того чтобы снять с него след ауры убийцы или просто допросить. Для этого использовался весьма сложный ритуал, отнимающий у некроманта жизненные силы. Когда-то давно было обнаружено, что необязательно отдавать свои силы, можно взять энергию у другого существа. Эксперименты начались с мелких животных. И до сих пор некроманты иногда используют домашнюю птицу для этих целей. А некоторые некроманты пошли дальше, принося в жертву людей. От разумных существ куда больше энергии, чем от животных. Очень быстро обнаружилось, что таким способом можно пополнять собственные силы, а не просто использовать их в ритуале.

Не все некроманты отъявленные циники и психи, желающих стать сильнее за счет смерти людей нашлось немного. Тем более, что одной жертвы было мало и заемная сила быстро утекала, не возобновляясь как своя собственная. Да и подобного рода деяния карались смертной казнью.

На мой прямой вопрос, так что же такое скверна, Всевлад долго мялся, но все же просветил меня. Заемная сила для мага не проходит бесследно, и если добровольно отданная не несет вреда, то насильно забранная разрушает ауру. Она как будто начинает гнить, на ней образуются омертвевшие пятна, их способны почувствовать некроманты или целители. Наполовину или больше мертвая аура уже считается подверженной скверне. Во всех трактатах написано, что даже незначительные пятна на ауре несут вред организму, а если она поражена на треть, то такой человек вообще не жилец. Но во всем есть исключения, и те, кто практикует жертвоприношения, нашли какой-то древний ритуал, позволяющий им сохранять молодость и здоровье тела, а на ауру и душу им наплевать.

Я не стала говорить Всевладу, что он тоже совсем недавно разрушал свое здоровье, а людей, считающих, что души и совести не существует, миллионы. Уверена, в моем родном мире многие согласились бы обменять бессмертную душу на вечно молодое и красивое тело. Да что там, две трети всего населения точно.

А еще меня жутко раздражало все наше небольшое общество. Я и раньше-то не любила постоянно находиться в коллективе, а сейчас особенно. Мне хотелось побыть одной, разложить свои мысли и планы по полочкам, насладиться горячей ванной, выспаться на мягкой кровати. Ничего этого я себе позволить не могла. Нет, возможность создать портал в свой замок и обратно осталась, но чувство ответственности не давало этого сделать. Все потому, что на ночевку мы больше в населенных пунктах не останавливались, а оставлять всех этих простых вояк и даже поганца Люциана на съедение нежити мне не хотелось. А они всегда бродили вокруг нас, я это чувствовала и Всевлад тоже, но нападать не рисковали. Подозреваю, из-за моего присутствия в отряде. Кстати, ректор сказал недавно то же самое, но в свойственной ему манере:

– Миледи, понимаю, женщины не приспособлены к долгим странствиям в походных условиях, но я все же надеюсь, что вы нас не бросите. Я, конечно, верю в собственные силы и в ратные умения наших спутников, но не хотелось бы проверять их на практике.

Вот и как их всех бросить? Никак, если только что-нибудь в них, например, противное проклятие в отдельных индивидуумов. Стоит отдать должное Всевладу, мой взгляд он уже умел неплохо понимать и замолкал достаточно быстро, опасаясь лишиться способности говорить в самый неподходящий момент. А вот Люциан такой поразительной способностью не обладал, он мог часами доводить меня своими нудными речами. О чем они были? Обо всем: от политической ситуации в сопредельных странах, до моих планов в отношении уделов. А если уж быть совсем точной, о его планах в отношении моих уделов. Да-да, советник никого не стеснялся и предлагал разные варианты развития не только Орона и Тибера, но и более мелких городков. Люциан прогнозировал неплохие прибыли, выслушивал мои замечания и Георга, последнего очень заинтересовали эти планы. В общем, Люци всем своим поведением намекал, что скоро станет полновластным хозяином этих мест.

Конечно, долго это продолжаться не могло и Георг, по натуре честный и прямой парень, спросил у Люциана о том, что его со мной связывает. Советник обрадовался, что кто-то решил задать подобный вопрос, улыбнулся мне победно и немного хищно, и ласково произнес:

– Я сделал леди Галине предложение. Она обещала подумать, но я уверен, что уже осенью мы сможем объявить о нашей скорой свадьбе. Я прав, дорогая?

– И что же вас заставляет так думать? – несколько агрессивно поинтересовался Георг, будто сам собирался позвать меня замуж. А может и хотел, но на фоне язвительного Всевлада и коварного Люциана, если честно, наш молодой командир совершенно терялся. Эти двое перетягивали все мое свободное внимание на них, а его у меня было не так уж много. Потому что я отслеживала перемещение нежити, нашлось в памяти лорда и такое заклинание, а еще все чаще мой взгляд падал на одного рыжего молчаливого товарища.

Кайрус на время нашего путешествия стал моей тенью. Большой, надежный, сильный, он всегда был рядом и помогал мне во всем. Кто-то скажет, что это его работа, обязанность, но мне не хотелось так думать. Мне просто нравилось, когда он снимал меня с лошади или растирал сведенные судорогой мышцы ног, не доверяя это дело целителю. Рука тянулась погладить лохматую макушку, но приходилось себя одергивать и напоминать, что подобные нежности могут быть неприятны телохранителю. Да и свидетелей было всегда слишком много вокруг. Максимум чем я могла порадовать Кайруса, это искренней улыбкой и добрым словом. В принципе, только он всего этого и удостаивался, с остальными я вела себя очень сдержанно и серьезно. Не знаю, что они для себя придумали на наш с Каем счет, но Люциан временами чуть ли не захлебывался от ревности. Хотя прекрасно видел, что ничего предосудительного между мной и телохранителем нет. И не могло быть, ведь я никогда не оставалась одна, даже под кустик приходилось ходить с компанией. А может, в этом все дело, охранял же меня постоянно Кайрус.

Как-то так получилось, что на его плечи легла забота не только обо мне, но и о моей лошадке. А еще я единственная спала в палатке. Хотя назвать так тент, заботливо устанавливаемый Кайрусом для меня, не поворачивался язык. А утром меня всегда ждала теплая вода для умывания, немного, но все равно приятно. В общем, Кай пытался создать для меня более-менее комфортные условия, так что я не роптала на неудобства. У остальных, включая Георга с Люцианом, не было и этого. И все равно мужчины смотрели на меня как на героиню, вероятно, для них такая женская неприхотливость, которую я выказывала, была непривычной. А я очень хотела домой.

«Помочь?» – ласково спросила Алая, будто только и ждала этой моей мысли.

«Чем? Начнешь опять расхваливать своего Люци и требовать немедленной свадьбы с ним?» – скривилась я, вспоминая, что имелся еще один существенный повод для моего плохого настроения. А именно навязчивость богини. Она каждый день выносила мне мозг своими: «Ах, какой Люци умный», «Ты посмотри, какой у него профиль», «Перестань пялиться на рыжего, он же двух слов связать не может», и все в том же духе, вперемешку с претензиями и восхищением.

«Это было бы прекрасно, но мой Люци ответственный, он такое важное дело незаконченным не бросит», – меня окатило чужими нежными эмоциями. – «Одно твое желание, и я укажу тебе путь к отступнику».

«Надеешься так легко отделаться? Ну нет, свое желание я приберегу для другого», – фыркнула мысленно, не поддаваясь на провокацию Алаи.

«Думаешь, я не знаю для кого ты его решила сохранить?»

«А если знаешь, то зачем предлагаешь потратить его на всякую ерунду?» – ответила я вопросом на вопрос. Жаль, не получалось полностью отгораживаться от Алаи. Оказывается, быть единоличной хозяйкой в своих мыслях это такое счастье.

«Не будь такой эгоисткой, без меня ты была бы никем!» – зло заявила богиня.

«Я и без магии неплохо жила», – откликнулась я, немного лукавя. Все же в магии была своя прелесть, особенно мне нравились порталы. Плюнуть на все и махнуть домой?

«Если ты о своем мире, то даже не пытайся, мне не понравилось чувство собственной беспомощности. Поэтому пока у тебя не появятся здесь дети или что-то еще столь же сильно привязывающее к этому миру, покинуть ты его не сможешь. Самое время тебе помириться с Люци», – хихикнула Алая и пропала, видимо, не пожелав выслушивать о себе нелицеприятные эпитеты.

Я не поверила богине на слово и на первом же привале попыталась создать портал в свой мир. Стоит ли говорить, что у меня ничего не вышло? Наверное, я сдержалась бы, не выплеснула свое раздражение, смогла бы проглотить такое отношение к себе, если бы не мерзкое чуждое хихиканье в моей голове. Злость захлестнула меня, захотелось сровнять горы, развеять весь мир, только избавиться от одной назойливой особы, возомнившей себя не пойми кем.

«Побольше уважения, смертная!» – голос Алаи в моей голове стал жестче и холоднее.

«А то что? Скинешь меня со скалы? Думаешь, после вашего дикого ритуала меня страшит смерть? И вообще, у нас же свобода воли и выбора, так что я могу думать что угодно и даже перестать в тебя верить!»

Солнце пробилось сквозь тучи, осветило склоны гор и бурную речку в распадке. По ее берегам росли сосны или другие хвойные деревья, величественные и стройные. Над рекой висела водная взвесь, а солнечные лучи создали над ней радугу, обычную, не очень яркую, но различимую. А еще мой взгляд заметил цветочки, каким-то чудом растущие почти на голых скалах. И как-то сразу расхотелось что-то рушить или кого-то убивать, потому что любой мир по-своему прекрасен, невзирая ни на что.

– Всевлад, вы говорили, что существует какой-то ритуал, способный не только отследить мага, но и убить его на расстоянии. А еще всю его подчиненную нежить, – я резко обернулась к своим спутникам. Удивительно, но они даже не начали устраивать временный лагерь, поглядывали на меня с подозрением и толикой страха. В глазах Кайруса тоже прослеживалась эта странная смесь, но больше в них было беспокойства. Надеюсь, с богиней я спорила не вслух, а то запишут меня в сумасшедшие.

– Миледи, – с опаской приблизился ко мне ректор и даже слегка поклонился. Ого, как его пробрало, еще знать бы почему? – Такое ритуал существует, но он очень сложный и требует много сил, желательно подкрепить их жертвоприношением. В нашем случае понадобилось бы не меньше пяти овец или около двух десятков куриц. Это только для направленного поиска, а с уничтожением все гораздо сложнее, некромант должен быть на порядок сильнее того, кого он разыскивает. Не так все просто, в общем.

– Можно обойтись и без всего вышеперечисленного, и вы это прекрасно знаете, граф. Готовьте место, – не попросила, а приказала я. Мне надоело быть пешкой в этой игре, мне надоела сама игра. Пора было заканчивать этот фарс и возвращаться домой. Хотя где он – мой дом? В замке я чувствовала себя некомфортно, вроде бы все вокруг там было мое, но слишком там серо и холодно.

– Вы хотите…

– Не заставляйте меня повторять дважды, – оборвала я ректора, не давая ему договорить. Не хватало еще, чтобы все знали какую авантюру я собираюсь совершить.

– Я не буду в этом участвовать, – попытался воспротивиться Всевлад.

– А у вас нет выбора, – заглянула я в самую душу графа так, чтобы он понял, что деваться ему действительно некуда. Мужчина побледнел, разозлился, но кивнул и отошел к своим вещам за необходимым реквизитом. Ну вот, только у нас наладилось общение, как я сама все испортила. С другой стороны, почему я должна одна страдать? Да, они все не слышат Алаю, а некоторые вообще ни в чем не виноваты, но это ничего не значит.

– Гали, что ты задумала? – тут же ко мне стремительно подошел Люциан. – Ты с такой злостью смотрела на границу закрытого королевства, будто готовилась все горы с землей сровнять. Умом я понимаю, что это невозможно, но инстинкты требуют убираться отсюда подальше.

– Очень правильная мысль, мы с Всевладом тут немного поколдуем, а вам придется перенести стоянку куда-нибудь в сторонку, чтобы нам не мешать.

– А разве для этого не нужно дождаться ночи? – удивился Люциан.

– Для смерти время не имеет значения, проводить ритуалы ночью – это просто дань традициям, – пояснила я.

– Гали, мне это не нравится, – схватил меня за руку принц, вглядываясь в глаза. Похоже, он подумал, что я простила его, раз нормально с ним разговариваю.

– Люциан, ты себе не представляешь сколько всего не нравится мне, поэтому побудь сегодня хорошим мальчиком – посиди молча в сторонке, – забрала свою ладошку из рук советника и пошла к облюбованной площадке над рекой. А что, очень красивое место для смерти.

– Вы понимаете насколько это опасно?! – воскликнул Всевлад, догнав меня.

– Абсолютно, – спокойно произнесла я и отгородила нас с некромантом завесой из черного пламени. – Это чтобы особо впечатлительные нам не помешали.

– Глупая девчонка! Ты же после родового ритуала еще не восстановилась! Чего ты добиваешься? Что за самоубийственные настроения? Неужели советник столь плох, что ты решила умереть, чтобы не выходить за него замуж? – с ректора слетела вся показная вежливость. Улыбнулась, наверное, я странная, но прямые и честные люди мне нравятся гораздо больше, чем льстецы и подхалимы. Отвечать не стала, просто начала раздеваться. Не щеголять же потом в рваной и окровавленной одежде.

– Зачем? – не отставал от меня Всевлад. – Пока не ответишь, я тебе помогать не буду.

– Устала. Не хочу все лето слоняться по горам. А за меня не беспокойтесь, без передачи дара богиня умереть мне не позволит. Вы же для этого кандидатура неподходящая, – еще раз улыбнулась я и, раздевшись до нижней рубахи, легла прямо на землю. Представила себе, как Алая пытается в мужском теле заполучить в свои объятия Люциана и окончательно повеселела. Я не боялась смерти, но и умирать сегодня не собиралась. – Так что смело режьте, глядишь еще до заката отправимся по домам…

Глава 22

– Миледи, как вы себя чувствуете? – этот стандартный вопрос мне задавал целитель уже не первый день.

– Замечательно, – неизменно отвечала я. А что еще сказать постороннему человеку? Отпустите меня домой, мне надоело сидеть взаперти? Так-то не он меня запер и не ему решать.

– Да, сегодня ваше самочувствие значительно лучше, – спустя несколько минут произнес целитель, закончив осмотр.

– И как скоро я смогу пользоваться магией? – задала самый наболевший вопрос, в принципе, об этом я тоже спрашиваю каждый день.

– Сложно сказать, миледи. Я вообще удивлен, что вы остались живы после двух таких ритуалов. Не понимаю, почему ваш целитель не предупредил об опасности применения магии после родового обряда. Ваши каналы не успели восстановиться, постоянно подвергались новому стрессу, а тут еще темной ритуал. Вы уверены, что это было ваше решение? Вас точно никто не заставлял? Не уговаривал? – императорский целитель тоже умел задавать одни и те же вопросы.

– Никто, наоборот, они все были против. А графа Лерийского даже пришлось заставлять, – вздохнула я и откинулась на подушку.

За неполных две недели эта комната стала мне почти родной. Герцог Бернский благородно приютил мое бессознательное тело и всячески отказывал Люциану, который хотел забрать меня в столицу. Конечно, запрет какого-то герцога советника не остановил бы, но вызванный из столицы целитель сказал, что порталы сейчас крайне вредны для моего здоровья. Кстати, я пришла в себя именно благодаря громкому голосу этого седовласого мужчины, который распекал Люциана и герцога, как каких-то юнцов. О, какие выражения он использовал, я даже заслушалась. По всему выходило, что последней каплей для моего такого плачевного состояния все же стал не ритуал, а портал в Тибер. И ладно бы его создал кто-то из наших спутников, а так это был амулет для экстренного перемещения, рассчитанный на одного человека. Нашелся в запасах Люциана такой предмет, а так как я была не в состоянии даже сидеть без поддержки, то он что-то в нем перенастроил и отправился в Тибер со мной на руках. Советник изначально хотел переправить меня в столицу, но мощности амулета не хватило бы и пришлось «просить» гостеприимства у герцога Бернского. Это последнее, что я помню.

– И все же, как долго мне нельзя использовать магию и порталы? – настойчиво спросила у целителя, а то он постоянно уходил от ответа. Я грешным делом подумала, что мой дар перегорел. Вчера даже рискнула на небольшую проверку, магия отозвалась, но у меня тут же разболелась голова и я весь вечер лежала пластом, как в первые дни. В общем, целитель не врал, надо пока поберечься.

– Про свои порталы вам придется забыть на несколько месяцев, а лучше на полгода. Потому что малейший сбой в магических потоках, и ваше тело не найдут даже для того, чтобы достойно проводить в обитель богов. Нет, никаких порталов! И стационарным можно будет воспользоваться не раньше, чужая магия, кроме целительской, вам сейчас тоже противопоказана. А что до самой магии, она у вас никуда не делась, но любое к ней обращение будет вызывать в ближайшее время недомогание. Но вы это и без меня уже знаете, признавайтесь, что вчера делали? – погрозил мне пальцем мужчина.

– В том то и дело, что ничего, – вздохнула я. – Всего лишь хотела почувствовать потоки.

– Ох уж эта молодежь, совсем-то вас ничему не учат. Для проверки достаточно было бы зажечь свечу или сделать что-то столь же незначительное, а не лезть в потоки. Почему меня не позвали? Да, что уже сейчас говорить, – вздохнул целитель и достал из саквояжа очередную склянку с лекарством. Я их столько уже выпила за последние дни, что от одного вида пузырьков меня начинало подташнивать. – Вот, это надо выпить непосредственно перед едой. Я сейчас позову вашу служанку, а пока отдыхайте.

«Ну вот, опять лежать, у меня так скоро пролежни появятся», – ворчала я мысленно, других развлечений у меня не было. Честно признаться, самостоятельно вставать я начала только дня четыре назад. И то мне это далось с большим трудом. Очень уж было неловко, когда Кайрус носил меня на руках в туалет или в ванную. Хорошо, что Люциана вызвали в столицу, а то он близко бы не подпустил ко мне телохранителя.

Улыбнулась, в памяти возник первый разговор с Кайрусом. Поговорить нам в первый день не дали, сначала Люциан хотел узнать у меня о ритуале, потому целитель всех выгнал. Но на следующий день Кайрус ко мне все же пробрался.

– Зачем вы это позволили, госпожа? – тихо спросил он, присаживаясь на кровать и беря мою ладонь в свои руки.

– Сложно объяснить, это как прыжок с высокой скалы в реку, глупый, но иногда необходимый для того, чтобы понять, жизнь – это намного больше, чем обыденность. Мой поступок тоже не очень умный, но небесполезный. Теперь умертвия в этих краях еще не скоро увидят, – мой голос был почти не слышен, мужчине даже пришлось наклониться, чтобы не пропустить слова.

– Если верить некроманту, нежить в окрестностях Тибера вообще никогда не появится, – улыбнулся Кай и свободной рукой поправил мне одеяло. – Я так понял, вы с ним установили какой-то магический барьер, не позволяющий мертвым проникать извне.

– Не совсем барьер, скорее некую границу, которая должна отпугивать нежить, – уточнила я, решив не упоминать, что волна моей силы на многие мили вокруг очистила землю от умертвий. Оказывается, на энергетическом уровне, когда тебе не мешает физическая оболочка, открываются поистине неизведанные возможности. – Как там Всевлад? Помню советник грозился его казнить, если я не выживу, надеюсь, это были пустые угрозы?

– Пока жив, но сидит в камере под надежной охраной. Ничего, ему полезно, – кровожадно заявил телохранитель, похоже, он тоже лелеял планы мести темному магу.

– Кай, он не виноват, наоборот, только его профессионализм не дал мне умереть, – решила я сказать пару слов в защиту Всевлада. Даже хотела погладить ладонь Кайруса, но силы не хватило. Моя рука слабо дернулась, приподнялась и упала обратно на одеяло.

– Он все равно виноват, спасать людей должны сильные воины, а не слабые девушки, – непримиримо заявил Кай, еще раз погладил мою ладошку, поцеловал ее и встал. – Вам надо поспать, госпожа. Я загляну вечером, вдруг вам понадобится моя помощь.

Воспоминания о самом ритуале у меня были достаточно смутные: злость Всевлада, вылившаяся в весьма болезненные надрезы на руках и ногах, его резкий голос, произносящий слова заклинания и полет. Самый что ни на есть настоящий, но не тела, а души. Оказалось, забавно смотреть на всех сверху, видеть панику и суету Люциана, страх в глазах Кайруса, непонимание Георга. Только Всевлад сохранял относительное спокойствие, хотя он точно знал, что его могут казнить за такое.

– И как там? – хрипло спросил он, безошибочно смотря на мое астральное тело.

– Неплохо, но жить мне нравится больше, поэтому держи крепче – скоро вернусь.

Летать замечательно. Основная проблема заключалось в том, что чувство времени терялось напрочь, как и забывалась задача. Я об этом знала из опыта лорда, поэтому постаралась сосредоточиться на поиске лазутчика сразу, а не наслаждаться красотами края, всемогуществом и опьянением свободой. Найти его не составило труда, мерзопакостный «запах» скверны указывал след лучше любой собаки или компаса. Стало понятно, что для той же Алаи найти некроманта было бы еще легче, спрашивается, зачем гонять нас по горам? Чтобы жизнь не казалась простой? Или чтобы люди сами исправляли ошибки, которые совершили? Ясно, что ни я, ни Всевлад в создании умертвий не участвовали, но все мы люди и, видимо, для богов по-своему равны.

Зараженный скверной некромант был достаточно молод, он ни от кого не прятался, готовил на костре какое-то варево, курил трубку и что-то самозабвенно писал в потертом блокноте. Если бы я увидела его в жизни, приняла бы за туриста или вообще за местного жителя. Потому что он и внешне мало чем отличался от горцев, такой же черноволосый и бородатый.

Меня он заметил в самый последний момент, когда я уже провела «диагностику» и приняла решение, что вылечить данного человека от скверны уж не получится, он увяз в ней полностью и, похоже, был всем доволен. Маг вскочил, заозирался, он чувствовал мое присутствие, но увидеть не мог, пока я ему этого не позволила.

– Ты зря пришел на мою землю, зря потревожил покой живых и мертвых, – убивать человека, не сказав ему ни слова, у меня не поднялась бы рука. Одно дело забирать жизни у безнадежно больных людей, которые сами мечтают о смерти, видя в ней избавление, и совсем другое убивать физически здорового и полного сил. Вдруг он просто запутался? – У тебя есть возможность покаяться…

– Покаяться? Уж не тебе ли, мерзкий выродок? – оскалился некромант и бросил в меня магией. Нечто подобное я и ожидала, но без оскорблений. Интересно, чем я ему не угодила? Мы ведь даже незнакомы.

– Что ж, свой выбор ты сделал, – произнесла я равнодушно и потянула остатки его жизни на себя.

– Да, сделал и ничуть не жалею! В небесных чертогах богиня Айньяша примет меня, как своего защитника, хранителя ее чести и добродетели. А ты, ублюдок тьмы, никогда туда не войдешь! – хрипел некромант, сопротивляясь из последних сил. Возможно, я смогла бы убить его быстрее, но на тот момент меня слишком заинтересовали его слова. И если тогда я думала, что они обращены ко мне лично, то сейчас сильно в этом сомневалась. Очень похоже на то, что мужчина принял меня за Алаю.

Эх, жаль, что эта мысль пришла ко мне поздно, а то допросила бы лазутчика с пристрастием. Тело мага я сожгла, предварительно отследив и перехватив все связи с нежитью на себя. Их тоже упокоила, отправив приказ по связующим нитям. А напоследок решила поставить заслон от умертвий, я все же считаю, что зомби не место среди живых.

Приход служанки отвлек меня от воспоминаний, она принесла завтрак и лекарства, в основном в виде отваров. Я за несколько дней успела запомнить, что и в какой последовательности пить. Гадость жуткая, но мне помогала. Девушка по привычке вызвалась помочь мне с омовением, но я отказалась. Лучше я доплетусь до ванны и нормально умоюсь, чем терпеть мокрую и прохладную тряпку на своем теле. Кто вообще придумал это издевательство? В первые дни служанка и слушать не хотела мои протесты, ссылалась на распоряжение целителя и приказ герцога, запрещающего меня хоть как-то тревожить. Она даже хотела, чтобы я пользовалась уткой. Пришлось немного поругаться с целителем и Кайрус стал носить меня на руках в ванную комнату. Конечно, в мытье он не участвовал, но помня наше первое знакомство, меня это даже немножко расстраивало.

Сегодня я была в состоянии дойти до ванны сама, лекарство подействовало быстро, и голова уже не так кружилась. В зеркало я старалась не смотреть, мой вид и раньше меня не радовал, а теперь тем более. И если к своей бледности я давно привыкла, а вот темные круги под глазами и общее измождение организма мне совершенно не нравилось. Если доверять своим глазам, с начала погони за умертвиями я похудела килограмм на пять-семь, а лишних у меня и так не было.

Но больше всего меня расстраивала диета, прописанная целителем: каша, каша и еще раз каша. На завтрак молочная размазня, на обед размазня с мясом, будто его кто-то уже жевал, а на ужин кашка с овощами, опять же уваренными так, что не представлялось возможным определить на вкус, что это. И никаких приправ! Даже соли во всем этом вареве практически не было. А мой организм, взращенный на усилителях вкуса, на химических добавках, консервантах, эмульгаторах и прочей гадости, отказывался есть это безусловно полезные, но очень невкусные блюда. Кажется, еще недавно я считала себя неприхотливой в еде, была уверена, что мне не нужны кулинарные изыски. Они мне и не нужны, а вот большой кусок сочного, хорошо прожаренного мяса хотелось сильно.

– Гали, дорогая, как ты? – Люциан влетел в мою комнату, как в свою собственную. Я только успела позавтракать и лечь обратно в кровать. Советник был в дорожной одежде, усталый, но довольный. Похоже, за те пять дней, что мы с ним не виделись, он успел многое сделать. – Я поговорил с целителем, он порадовал меня благополучным прогнозом.

– Ты когда отпустишь Всевлада? – спросила я. Мой взгляд скользнул по лицу Люциана еще раз, нет, соскучиться по нему я все-таки не успела. – Сколько можно держать его в камере, он ничего плохого не совершил.

От Кайруса я знала, что у некроманта вполне сносные условия: голодом его никто не морит, пытками не пугает, крыс, клопов и прочей живности в камере тоже не было. Но я все равно каждый раз требовала выпустить Всевлада, если бы не плохое самочувствие, сама бы пошла и открыла его темницу.

– Ничего не совершил?! – радость советника моментально сменилась гневом. – Да он чуть тебя не убил!

– Только он? – усмехнулась я, с удовольствием наблюдая, как поджимает губы мужчина. Особых мук совести на его лице я не заметила, а вот то, что ему не понравилось напоминание было видно невооруженным глазом. Можно было и дальше обвинять советника, но я решила немного схитрить: – Люциан, ну ты же уже проверил Всевлада и не только его, но и всю его родню до седьмого колена. Он не преступник, наоборот, законопослушный и верный слуга императора.

– Гали, ты слишком о нем печешься, мне это не нравится, – нахмурился советник, но на край моей кровати присел и даже за ручку меня взял.

– Я просто забочусь о будущем своей академии. Сомневаюсь, что найдется еще один альтруист, который согласится практически бесплатно повесить себе на шею такую обузу. Люциан, пожалуйста, – подарила я мягкую и усталую улыбку мужчине.

– Гали, ради тебя я готов лично проводить в академию этого некроманта.

– Но? – я уже достаточно изучила советника, к гадалке не ходи, сейчас начнет предлагать мне «заманчивые» варианты.

– Гали, ты не представляешь, как я испугался, когда увидел тебя на земле, в крови. Прости, что раньше не говорил, как сильно ты мне нужна, – Люциан целовал мои пальчики, проникновенно смотрел в глаза, а я думала о том, что он даже признаться в любви не может нормально. Или все дело в том, что симпатия еще не любовь? – Понимаю, некоторые поступки в прошлом меня не красят, но я готов меняться, идти на уступки. А ты?

– Люциан, я не люблю намеки, и ты это прекрасно знаешь. Что ты хочешь?

– Всего лишь ответ «да» на мой вопрос, – хитро улыбнулся советник. – Я готов его даже повторить, если ты забыла. Гали, ты станешь моей женой?

Жестом фокусника принц вытащил из нагрудного кармашка перстень и захотел надеть мне на палец. Надо было видеть лицо Люциана, когда у него не получилось снять ни одного кольца с моего пальца. Детская обида соперничала с раздражением и злостью. Я не рассмеялась только из-за того, что временно находилась под впечатлением от очередной наглой выходки советника.

– Гали, зачем тебе так много колец? – спросил принц, не зная, куда пристроить свое.

– Это защитные родовые артефакты, они предназначены для каждого члена семьи. Например, я смогу подарить одно кольцо своему супругу, но только после свадьбы. А остальные рассчитаны на детей и прочих кровных родственников, которых в этом мире у меня не осталось. Я правильно поняла, это опять шантаж? – осознание того, что не ошиблась в своих выводах, меня немного успокоило. Да и зачем волноваться, иногда надо просто плыть по течению.

– Гали, я никогда тебя не шантажировал…

– Люциан, я согласна. Мы поженимся, как ты и хотел, в середине осени, дату можешь выбрать сам, – выслушивать очередную ложь или словесные «доказательства» того, что советник всегда был со мной честен, я не стала. Это лишняя трата времени и сил. – А теперь иди освобождай Всевлада и отправляй его в Орон. Только не забудь выдать ему бумагу, где будет написано, что все обвинения с него сняты. У нас в академии наверняка ремонт застопорился, да и учебные материалы должны были привезти. А о новых преподавателях, которых никто толком не встретил, я вообще думать не хочу.

– Ты не взяла кольцо! – злился советник, видимо, он все-таки не так представлял мое согласие.

– Ну извини, карманов в ночной рубашке или веревочки, чтобы на шею его повесить, у меня нет, – развела я руками. – А вообще, чего ты ожидал? Что я проникнусь к тебе романтическими чувствами после двойного шантажа? А хочешь, я тебя сделаю наместником уделов вместо себя? Даже жалование назначу больше, чем тебе сейчас император платит. Заметь, я готова пойти на такие жертвы не за твой отказ от нашей свадьбы, а за ее перенос на несколько лет. Как тебе такой вариант развития наших отношений?

– Нет, – непримиримо заявил Люциан.

– А если к статусу жениха и невесты добавится что-то более существенное? В принципе, с твоим домом я уже знакома, спать в твоей постели тоже было достаточно комфортно, – предложила последнюю уступку. По-моему, любой мужчина был бы счастлив: и новое интересное дело с хорошей оплатой, и невеста не торопится захомутать.

– Комфортно? И только? – советник отличался исключительностью, точнее, исключительным самолюбием и я, кажется, умудрилась на нем потоптаться. Мужчина резко встал, прошелся до двери, запер ее, а потом вернулся ко мне и начал молча раздеваться.

– И как это понимать? – настала моя очередь недоумевать.

– Ты разве не знаешь, что существует лекарство от всех болезней? Лучшее! – усмехнулся Люциан. – Так что я буду тебя лечить.

Разделся советник быстро и, надо признать, голым он смотрелся намного мужественнее, чем его брат.

– А тебе это не напоминает изнасилование? – поинтересовалась, когда он забирался ко мне под одеяло.

– Твоя напускная холодность, Гали, меня больше не обманет. Тем более, ты сама предложила, – прошептал Люциан, прижимаясь ко мне своим горячим телом.

– А ты отказался, – напомнила я, думая о том, что даже магией не смогу скрутить этого гада. Похоже, придется действительно расслабляться и получать удовольствие. Обидно, но не смертельно.

– Я отказался перенести свадьбу, – интимно улыбнулся Люциан, целуя меня невесомо то в уголок рта, то в носик, то прикусывая мочку уха. – Ну же, Гали, я ведь не отстану…

Пару минут ничего не происходило, точнее, Люциан вел себя как-то странно: ручонки свои никуда не совал, ночную рубашку с меня снять не пытался. А его поцелуи и ласки больше напоминали отвлекающий маневр, чем настоящее приставание. Будь я обычным человеком, вряд ли бы заметила неладное, максимум удивилась бы и решила, что у советника проснулась совесть. Но несмотря на собственное не слишком хорошее самочувствие, я заметила, как на лбу Люциана появляется испарина, бледнеет его лицо и начинают подрагивать руки. И все это вовсе не от страсти.

– Ты что делаешь?! – возмутилась я, достаточно резво откатываясь от него подальше.

– Пристаю к тебе с неподобающими желаниями, – скривился Люциан, хватать и возвращать меня обратно в свои объятия он почему-то не торопился. Он вообще за эти несколько минут стал выглядеть еще более уставшим, чем был.

– Врешь. Я почувствовала магию, но ты не целитель, – нахмурилась, а потом резко села на кровати. Возможно, после ритуала я стала соображать медленнее, но мозг у меня все же работал. – Ты совсем с ума сошел?! Кто тебя просил делиться со мной своими жизненными силами?

– Никто, это было сугубо мое желание. Имею полное право. Так что прекращай возмущаться, Гали, и ложись обратно в кроватку, выздоравливать вместе веселее. Безудержного доказательства любви я тебе не обещаю, но это лишь пока. Вот отдохну немного… – усмехнулся Люциан, на умирающего он, конечно, не походил, но и здоровым я не назвала бы его.

– Ты псих, – буркнула я. С кровати не сползла, как было совсем недавно, а почти нормально встала и даже спокойно дошла до столика, на котором служанка оставила лекарства. И все-таки Люциан перестарался, много сил мне отдал, раз я чувствую себя на порядок лучше. Точно псих.

– Не повезло тебе с будущим мужем: насильник, псих, тиран, еще и не так молод, как хотелось бы, – веселился Люциан, но его поведение было наигранным.

– Пей, не хватало еще, чтобы в моей постели нашли твой труп, – принесла практически все отварчики.

– А как же твое обещание избавиться от моего тела так быстро, что даже следа не найдут?

– Подумаю об этом после свадьбы. Должен же ты компенсировать мне потраченные на тебя нервы, – настал мой черед язвить. – Если не выпьешь лекарство, я позову целителя. И можешь представить, что я ему расскажу.

– Какая ты у меня заботливая и чуткая, Гали, – вздохнул Люциан. Отвары он выпил не кривясь, видимо, для него такой гадкий вкус был привычным.

– Ну извини, надо было выбирать девицу помоложе и попроще! Хотя еще не поздно отказаться от свадьбы, раз тебе моя «забота» не нравится, – возмутилась я, приняв слова советника за издевку. – И вообще, как долго ты собрался тут лежать?

– Часа через два-три смогу уйти, в прошлый раз мне этого времени хватило, – Люциан скинул пустые пузырьки на пол (удивительно, но ни один не разбился), взял меня за руку и потянул к себе. – Гали, ну хватит, тебе вредно волноваться. Иди лучше ко мне.

– Какой прошлый раз?

– Ляжешь – расскажу, – предложил этот шантажист.

Нормальная женщина обиделась и ушла бы, а может, вообще обрадовалась бы, что «изнасилование» отменяется. Но что-то я в себе этой нормальности в последнее время не обнаруживаю. И даже на Алаю свое странное решение не свалить, она меня после ритуала еще не навещала. В общем, я легла к Люциану, даже не стала сопротивляться, когда он обнял меня, предложив в качестве подушки свое плечо. Правда, я потребовала от него больше жизненными силами не разбрасываться, иначе заочно запишу его в самоубийцы и помогу покинуть этот мир. Да, банально пригрозила смертью, но, кажется, он не проникся и не испугался.

Если кто-нибудь увидел бы нас, то не поверил бы своим глазам. Мы лежали и разговаривали, одинаково бледные и вялые. Люциан поведал, как перемещал меня порталом, о моей потере сознания. О том, как он испугался и, не придумав ничего другого, поделился со мной жизненной силой. Кстати, целитель и из-за этого тоже ругался, назвав его действия дилетантскими и опасными. А я-то думала он только о моем переносе говорил так и о ритуале.

– Гали, у меня не очень получается говорить о своих чувствах, но ты мне на самом деле нравишься. Сильно. Настолько, что рядом с тобой я ни о чем другом думать не могу. И я тебе не противен. Нет, подожди, не перебивай. Ты можешь всячески демонстрировать свое нежелание выходить за меня замуж, возможно, я для тебя действительно не самый завидный жених. Но я тебе нравлюсь и это факт. Да вот даже сейчас, где твоя рука? – в голосе Люциана слышалось довольство, как если бы я хватала его под одеялом за интимные места. Моя же ладошка всего лишь покоилась на его груди, а пальцы машинально перебирали завитки волос. По-моему, я вела себя невиннее некуда.

– У меня нет третьей руки, – вытащила ладошку и покрутила ее перед носом Люциана. Он улыбнулся, поймал ее своей, поцеловал и вернул обратно.

– И все же, может, объяснишь, что со мной не так и почему ты так категорична?

– Ты в богов веришь? Точнее в то, что у них могут быть свои планы на отдельного человека? – мне захотелось пожаловаться на Алаю, рассказать Люциану об всем. Вряд ли он мне поверит, но я устала хранить эту тайну в себе.

История получилась короткая и больше похожая на сказку. Я даже специально приподнялась на локте, чтобы наблюдать реакцию Люциана. Не знаю, о чем он подумал, на его лице мало что отражалось.

– Звучит, как диагноз сумасшедшего, – скривилась я. – Возможно, так оно и есть.

– Я правильно понял, богиня почему-то настаивает, чтобы ты вышла замуж за меня, не считаясь с твоими желаниями? – уточнил советник, сохраняя серьезное лицо. Самого главного я ему не сказала, не потому что боялась, что любовь Алаи заставит советника вести себя неадекватно. Нет, у меня возникло сомнение в том, что эта влюбленность вообще существует. Чувства богини выглядят слишком наигранными.

– Не просто настаивает, заставляет. Но меня бесит даже не это, а то, что она иногда берет власть над моим телом, – в моем голосе проскользнуло искреннее раздражение и злость. – Или у меня просто раздвоение личности. Знаешь, умирать совсем не страшно, а вот потерять себя… Если ты когда-нибудь заметишь что-то странное в моем поведении, задай мне всего один вопрос: «Ты меня любишь?»

– И какой должен быть ответ? Нет? – взгляд Люцина был напряжен. Уверена, если бы я сейчас подтвердила такой ответ, он по-настоящему обиделся бы. А мне этого не хотелось.

– Скорее, я скажу, чтобы ты не приставал ко мне с ерундой, – улыбнулась советнику. – Я тоже не умею говорить о своих чувствах. Ладно, предлагаю поспать часа два, а потом вместе пойти освобождать Всевлада. Кстати, если ты с самого начала не собирался принуждать меня к сексу, зачем тогда раздевался догола?

– Ты как-то слишком спокойно на меня реагировала, хотел тебя немного растормошить, тогда передача сил прошла бы незаметно. А еще это очень приятно. Не хочешь попробовать? – лукаво спросил Люциан, но видимо, мой взгляд не выражал такого желания. – Хорошо, в следующий раз. Тем более, прогресс наметился, ты в меня магией не кидаешь уже, усыпить не пытаешься, и даже с кровати не сталкиваешь. Того и гляди к концу года у нас все получится.

***

Никуда через два часа мы не пошли. Нам даже не дали эти самые два часа провести в постели. Разговор разговором, но все же соседство с обнаженным симпатичным мужчиной под боком настраивает на определенные желания. Советник их только подстегивал нежными ласками и поцелуями, всячески повторяя, что на большее он пока не способен. Хитрец, вот как после такого заявление не проверить его слова на практике? В общем, мы с Люцианом были как никогда близки к тому времяпрепровождению, на которое он постоянно мне намекал, но нам помешали. Настойчивый стук в дверь и голос служанки, просящий открыть, стал подобием ушата холодной воды.

– Леди Галина! Я вынуждена буду позвать господина целителя, если вы не ответите, – слуги у герцога были такими же нудными, как и он сам.

– Хватит стучать! – раздраженно рявкнула. – Я вообще-то пытаюсь уснуть!

Люциан от этих слов сдавленно захрюкал, уткнувшись носом в мою шею. Вот гад, мог бы вести себя потише.

– Простите, леди Галина, но милорд герцог требует докладывать о вашем самочувствии каждый час, – не отставала горничная.

– Так иди и доложи ему, что у меня все в порядке! – ну почти в порядке, потому что в тот момент я разрывалась от желаний обругать служанку нецензурными словами и надавать по шаловливым рукам Люциану. Советник вовсю пользовался моей беспомощностью, заставляя тело гореть от страсти и неудовлетворения.

– Я должна убедиться в этом лично…

– Пошла вон! – нет, ну это ни в какие ворота не лезет, будет еще какая-то девка следить за моим моральным обликом. Да и герцог хорош, спрашивается, с чего такой надзор? Не потому ли, что приехал Люциан? Советнику надоело «общаться» с моей грудью, и он подарил мне своей фирменный поцелуй. В голове зашумело, сердце пустилось вскачь, а руки самовольно обняли мужчину за шею.

– Простите, миледи, я буду вынуждена сообщить об этом герцогу, – напоследок пообещала служанка и, кажется, наконец-то ретировалась. Туда ей и дорога.

– Демон! Как же все не вовремя! – нехотя отстранился Люциан, вызывая у меня невольный стон протеста, и сел. – Надо одеваться, а то сейчас набегут…

– Ты прав, – согласилась я. Мой взгляд скользил по советнику, мужчина совершенно не стеснялся своего тела и желания. А я? Черт, я ведь тоже его хочу. Бешусь оттого, что нам помешали, раздражаюсь от мысли, что это не Алая сейчас мечтает оседлать Люциана, а именно я. И вообще, к демонам все условности, я никому в верности не клялась и обязательств ни перед кем не имею!

Иногда спонтанные решения – это то, что нужно для примирения с собой. Ничем иным я свои последующие действия объяснить не могу. Пока Люциан смотрел на меня и пытался поступить правильно, то есть встать и благородно уйти, я поднялась и сняла ночную рубашку. Придвинулась ближе к советнику и толкнула его в грудь, заставляя лечь на спину.

– Ты прав, девица пришла совершенно не к месту. Так что не будем терять время, – провокационно улыбнулась я, перемещаясь на живот Люциана.

– Гали…

– Ничего не говори, считай, что это просто сон, – наклонилась я к губам советника и поцеловала, стремясь излить на него всю свою страсть, не давая сомнениям ни шанса.

Глава 23

– Гали, Гали, – тискал меня советник. – Ты меня любишь?

– Люциан, отстань, дай поспать! – буркнула я, поворачиваясь спиной к мужчине. Нет, все-таки было глупостью поддаваться собственным желаниям и пускать этого наглеца в свою постель. Потому что после нашей небольшой, но бурной шалости, кое-кто уверился в своей неотразимости. А еще под видом заботы о моем здоровье не взял с собой освобождать Всевлада. Хорошо хоть догадался привести некроманта ко мне. Люциан устроил целое представление, сообщив ректору, что он не только полностью оправдан, но ему еще вынесена благодарность от императора. И мне, как оказалось, тоже. Вот, еще один повод злиться на советника и его хитрую натуру.

– Ну слава Эрону, а то я уже думал мою ведьмочку подменили, – прошептал мне на ухо Люциан, а потом и вовсе слегка прикусил его.

– Ай, спятил? – оглянулась я, просыпаясь окончательно. – Люциан, у тебя совесть есть? Мы и так этой ночью практически не спали, а ты меня еще на рассвете будишь!

– Конечно, буду, моя сладкая, – хохотнул советник довольный своей двусмысленной шуткой, не давая моему локтю врезаться в его бок. – Ладно, ладно. Гали, не сердись, я просто хотел попрощаться. Ненадолго. Дней через десять я постараюсь вырваться из столицы и навестить тебя. Ты не представляешь, как я жалею, что не умею создавать порталы на большие расстояния. А тебя целитель не разрешает перемещать.

– Он и сексом мне запрещает заниматься, но тебя это не остановило, – проворчала я. Честно признаться, я была готова рискнуть на еще одно перемещение и даже долечиваться в доме Люциана, только побыстрее бы сбежать подальше от герцога. Мужчина почему-то решил проявить отеческую заботу, а она у него оказалась до банальности обычной. То есть днем он успел мне прочесть целую лекцию о недопустимости отношений до брака, о репутации и уважении. Посетовал на то, что лорд Галай умер и теперь у меня не осталось старших родственников, которые наставили бы меня на путь истинный, и великодушно предложил свою кандидатуру в качестве опоры в жизни. Не понимаю ему что, своих детей мало?

– Гали, я тоже не хочу с тобой расставаться даже на несколько дней, но долг есть долг, тебе ли этого не знать, – конечно же, Люциан услышал только то, что хотел. А я, глядя на счастливую физиономию принца, не стала его огорчать, что мое желание покинуть гостеприимный замок герцога Бернского совсем не связано с нашим временным примирением. Все же за прошедший день и ночь я успела немного устать от присутствия Люциана в моей жизни. Он неплох, и близость с ним имела свою прелесть, точнее, страсть. Именно ее не хватало мне в постели с Верноном. Хотя сравнивать братьев не имеет смысла, они совершенно разные, права была Алая, если и брать их, то двоих сразу. Но от этой развратной мысли я тут же отказалась, напомнив себе, что моральное разложение наступает именно тогда, когда начинаешь считать нормальными всякие извращения.

– Я понимаю, Люциан, – полностью развернулась к мужчине, и сама поцеловала его. – Отправляйся в столицу и обо мне не беспокойся, если надоест дом герцога, то переберусь в свой особняк. Или вообще отправлюсь в Орон по старинке – в карете. Кстати, а это идея!

– Нет, Гали, это небезопасно. Пообещай, что до моего приезда никуда не уедешь. А если целитель разрешит, то поедем в Орон вместе.

– Не буду обещать, а вдруг у меня другого выхода не будет. Не хмурься, если что, я тебе весточку отправлю. А вообще, куда мне ехать, если я и хожу-то с трудом, – поспешила успокоить Люциана, пока он не приставил ко мне охрану. Мысль о том, чтобы сбежать ото всех прочно запала мне в голову. Нет, бродить в одиночестве по полям и весям я не собиралась, а вот медленно ехать верхом в компании с Кайрусом, почему бы и нет. При воспоминании о телохранителе в душе зашевелилась совесть. Пришлось затолкать ее глубже, напоминая о том, что в это мире хоть и достаточно свободные нравы, но не настолько, чтобы крутить роман со своим слугой. Эх, надо было просто остаться в моем мире с Кайрусом, денег лорда нам с ним хватило бы на первое время, а потом что-нибудь придумали бы. Но уже поздно жалеть. Главное, сейчас оставить все как есть и не дать своей симпатии совершить очередную глупость. Кайрус молодец, все понимает лучше меня и держит дистанцию. Пора и мне браться за ум.

– Ох, Гали, Гали, что-то мне неспокойно, – произнес Люциан. Ну вот, что мне стоило промолчать? Отправился бы советник в столицу и занимался бы важными государственными делами, забыв на время обо мне. А теперь? Ох, чует мое сердце, если герцога и целителя на меня сегодня не натравит, то завтра тут будет целый отряд его верных людей и какая-нибудь старушка-дуэнья в придачу. Или как здесь престарелые компаньонки называются? Неважно. Нужно срочно действовать. Отвлечь мужчину оказалось несложно, похоже, мои поцелуи действовали на него так же, как его на меня.

Спустя час я помахала платочком на прощание Люциану (образно, конечно), и легла дальше досыпать с твердой уверенностью, что сегодня же откажусь от гостеприимства герцога Бернского.

***

– Госпожа, а целитель вам точно разрешил отправиться в такой дальний путь? Не рановато ли? Вы всего несколько дней как начали вставать с постели, и вдруг решили ехать в Орон, да еще и верхом, – подозрительно поглядывал на меня Кайрус, готовый в любой момент подхватить, если начну терять сознание прямо в седле.

– Каюсь, верхом передвигаться мне целитель не разрешал, – подарила я самую невинную улыбку телохранителю. – Но кареты у герцога нет, а ждать, когда ее перегонят специально для меня из другого города, я не захотела. Да и верхом больше пространства для маневров, давно хотела посмотреть на свои земли. Проехаться по лугам и лесам, напиться ключевой воды из горного ручья…

– Ага, понятно, вы просто сбежали, – Кайрус соображал быстро и на пустую болтовню не велся.

– Мы сбежали, – напомнила я телохранителю, пока он не решил вернуть меня обратно. – Судя по твоей экипировке и загруженной запасной лошади, ты об этом догадывался с самого начала.

– Я не мог ослушаться вашего прямого приказа, хозяйка, – нахмурился рыжий. – А он был предельно прост и ясен: «подготовить все необходимое для верхового путешествия в Орон и ждать вас у конюшни». Хочу, чтобы вы знали, я категорически против вашей затеи.

– Да-да, она глупая и по-женски недальновидная, а еще самоубийственная. В общем, Кайрус, не порть мне настроение. Тем более, я тебя не держу, можешь ехать куда хочешь, только вторую лошадку с провиантом оставь, – вот не собиралась грубить рыжему, но его осуждающий взгляд затрагивал струны моей души, отвечающие за совесть. Что поделаешь, телохранитель мне нравился как мужчина, я доверяла ему больше, чем кому-либо. А стало быть сразу вспоминалось свое неподобающее поведение, о котором, надеюсь, Кайрус еще не знал. Жалела ли я о том, что позволила себе слабину с Люцианом? И да, и нет. С одной стороны, лечение советника оказалось даже очень эффективным, второй раз я сегодня проснулась практически здоровой. То есть голова у меня не кружилась, ходить я могла почти нормально, а легкую слабость можно было списать на недосып и отсутствие нормального питания. С другой, слухи о нас с Люцианом наверняка уже распространились, а значит, отвертеться от свадьбы с ним точно не получится.

– Я вас не оставлю, – нахмурился Кайрус, старательно пряча за неприступным взором обиду. – Но если вы решите, что в моих услугах больше нет нужды, то в Ороне я готов сложить с себя все полномочия. Не раньше.

– Прекрати говорить глупости, увольнять я тебе не собираюсь. Когда я говорила, что не держу, это не значит, что ты мне не нужен. Просто вдруг тебе самому надоело со мной возиться, и ты хочешь жить полной жизнью, – можно было бы извиниться, но захотелось немного прояснить Кайрусу ситуацию.

– Меня все устраивает, – буркнул рыжий, похоже, мои слова его не успокоили. Или он ожидал услышать от меня что-то другое.

С полчаса мы ехали молча, я наслаждалась свежим воздухом и ярким солнцем, попутно думая, как сказать Кайрусу, что не прочь перебраться к нему. Чувствовала я себя все-таки недостаточно уверенно, хотелось прислониться к сильному мужскому плечу.

– Госпожа, это правда, что вы выходите замуж за советника Люциана Нединского? – неожиданно для меня задал вопрос Кайрус. Я посмотрела на него, пытаясь понять, почему он это спрашивает. Мужчина правильно истолковал мой взгляд. – Надо же знать к чему готовиться в будущем. Ваша свадьба многое изменит для нас, ваших слуг.

– Я постараюсь сделать так, чтобы все осталось по-старому, хотя бы для вас. Или даже лучше, например, женщинам жалование теперь выплачивается, да и остальным я немного добавила за верность, – моя улыбка была грустной.

– Советник достойный человек, и к вам он очень привязан, – кивнул Кайрус. – Это хорошо, что вы выбрали его, младший принц вас недостоин.

– Меня вообще никто не достоин, и не потому, что я такая замечательная, просто замуж не хочу. Вот ответь мне, Кай, зачем магам рано жениться? С обычными людьми все понятно, их продолжительность жизни не такая долгая, молодость уходит быстро, а с ней и здоровье. А маги? Им куда торопиться?

– Говорят, в мире ничего не происходит просто так. А еще, если где-то прибыло, то в другом месте убыло. Маги живут дольше – это факт, но не у всех могут быть дети. С прожитыми годами шанс получить долгожданного наследника уменьшается. А иногда бывает так, что у родителей-магов рождаются обычные дети и некому передать дар.

– Я поняла, о чем ты хочешь сказать. Маги женятся ради потомства, а потом уже живут так, как нравится им? А если детей в браке нет?

– Маги всегда живут так, как им хочется, – усмехнулся Кайрус. – А если за пять лет в браке ребенок не родился, можно подать императору прошение на развод. Сделать это может только мужчина. Не думаю, что советник захочет с вами развестись, даже если у вас не будет детей. Скорее, он сделает своим наследником брата или бастарда, чем потеряет доступ к вашему наследству.

– У Люциана есть ребенок? – это единственное, что удивило меня, потому что во всем остальном я была полностью согласна с Кайрусом.

– Не знаю, но вряд ли. Советник слишком печется о своей репутации.

– Как все сложно, – хмыкнула я. – Но все равно не хочу замуж. Ты же видел мир, в котором я выросла. Там во многом проще, хотя бы потому, что магия так сильно не разделяет людей, как здесь. Правда, за нее это делают деньги, но это везде, мне кажется.

– Если решите сбежать от советника туда, возьмите меня с собой, госпожа, – улыбнулся Кайрус. – Мне там тоже понравилось.

– Не сбегу, богиня перекрыла мне кислород. В смысле, возможность пользоваться междумирными порталами, – скривилась, настроение опять грозило упасть ниже некуда. – Представляешь, ей не нравится, что я могу поддаться желанию остаться там навсегда. Поэтому она хочет, чтобы я быстрее обзавелась детьми, думает привязать ими к этому миру.

– Вы слышите голос богини? – слегка занервничал и побледнел Кайрус.

– Я ей еще и отвечаю, причем не то, что на хочет услышать, – фыркнула я. – Понимаешь, пока я еще могу настаивать на своем, спорить с Алаей, потому что ей нечем меня напугать. Смерти я не боюсь, посмертия тоже. Ну убьет она меня или проклянет, а работать кто будет? Боги могущественны, но и они могут ошибаться.

– Кощунственные речи говорите, госпожа, – прищурился телохранитель, но вроде бы не торопился кричать о том, что за оскорбление божества меня надо отправить на костер.

– Я тебе больше скажу, богам все равно, что мы о них думаем, главное, чтобы верили. А я в Алаю даже слишком верю. Еще бы ее в моей жизни было поменьше, – вздохнула. – Ладно, не будем о грустном, лучше скажи, у тебя среди запасов чего-нибудь мясного нет? Есть хочу – не могу!

– Есть копченый окорок, хотите остановимся, и вы нормально пообедаете?

– Нет, мы еще слишком близко к Тиберу, предлагаю углубиться в лес, а там уже сделать привал.

***

Я наслаждалась отдыхом, наблюдая за суетой Кайруса. Посадив меня под деревце с большим шматом мяса в руках и с краюхой хлеба, мужчина взялся за другие дела. Разжег костер, сходил за водой для укрепляющего отвара (оказывается, он заранее узнал рецепт на кухне герцога), накрыл импровизированный стол, решив, что мясом я не наемся.

– А травы тебе тоже на кухне герцога дали? – спросила я, глядя как Кайрус кидает в закипающую воду горстку сбора из мешочка.

– У местного аптекаря купил, – ответил телохранитель. Он посмеивался надо мной, ему еще не доводилось видеть настолько голодных леди. Думаю, в его понимании, я должна была попросить вилку с ножом, чтобы разрезать мясо на маленькие порции и чинно его есть. А я просто вгрызалась в сочный ломоть, мычала от удовольствия, заедала хлебом, тоже очень вкусным, и не обращала внимания на то, что выгляжу неподобающе.

И все же под безоблачным небом и ярким солнцем сидеть намного лучше, чем в душной комнате в замке герцога. Да что там, ощущение свободы – это изумительное и непередаваемое чувство.

«Правильно сделала, что сбежала. Герцог какой-то мутный, поверь мне», – ну вот, не успела я порадовать свободе, как объявилась Алая. А я успела воспылать тайной надеждой, что больше ее никогда не услышу.

«И я тебя рада видеть», – недовольно заявила богиня, прочитав мои кощунственные мысли. В принципе, я от нее их не прятала, не до того было. – «Ладно, я к тебе по делу, с границей у тебя получилось неплохо, да и с Люцианом у вас все идет замечательно. Я довольна. Поэтому пока можешь наслаждаться заслуженным отдыхом и не только им. Вон у тебя какой образчик мужественности рядом, надо бы и его поощрить за хорошую службу. А то потом страдать будешь, что не успела…»

«Что ты хочешь?» – намек я прекрасно поняла, и он мне не понравился.

«Я? Ничего. А вот ты собираешься продлить жизнь своему фавориту. Хотя что ты в нем нашла, я до сих пор понять не могу, он же обычный, таких миллионы. Но дело твое, можешь попробовать. Только без меня у тебя все равно ничего не получится, а сейчас, когда магией ты вообще не можешь пользоваться, то даже и торговаться тебе с мной не с руки».

«Ты дала обещание выполнить одно мое желание», – напомнила я Алае.

«А я и не отказываюсь, но с чего ты взяла, что одного желания хватит? Ты ведь не знаешь, как ему суждено погибнуть? В другой раз помучила бы тебя неведеньем и дальше, но сегодня я добрая. Так вот, воскрешение твоего мужлана его не спасет, ты только зря потеряешь свое желание и второй раз переживешь его смерть. Но я могу помочь, не бесплатно, конечно».

«Я и так выхожу замуж за Люциана, что тебе еще надо?»

«Люци – замечательный», – хихикнула богиня смущенно. – «Я просмотрела твои воспоминания и готова прямо заявить, он будет хорошим мужем. Но это слишком мелко для тебя, Галя. Ты была права, когда говорила, что нет смысла торопиться с браком и детьми. У тебя огромный потенциал, широкая и справедливая душа, будет грехом зарывать их в болото обыденности. Так как ты смотришь на то, чтобы заняться очисткой земли от скверны в обмен на жизнь Кайруса? Заметь, он не просто выживет, он станет наследником, а со временем и правителем одной из соседних стран. Магом. Не об это ли ты сожалеешь, когда смотришь на него? Что судьба отпустила вам слишком мало времени?»

«Я хочу знать подробности», – если бы говорила вслух, то мой голос точно сорвался бы. Но и так мое сердце бешено забилось в груди.

«Ты же уже согласна, признайся себе», – рассмеялась Алая. – «Но хорошо, я внесу кое-какую ясность. В соседней державе наследника пытались убить, молодой человек впал в кому, если говорить на твоем языке. По факту, он уже пару месяцев, как умер, но его родители не хотят в это верить, ведь тело дышит. А на днях его мать обратилась ко мне с молитвой, древней и подкрепленной жертвой, она готова обменять свою душу на жизнь сына. Глупо, но так по-матерински. А твоему телохранителю жить осталось не долго, говорить где и когда это случится не буду, есть нити судьбы, которые даже мне не под силу разрубить, а тебе тем более. Я могу только принять его душу и поместить ее в тело того парня. Кстати, это твой эксперимент натолкнул меня на такую мысль».

«Мне надо подумать. А лучше спросить у Кайруса, все-таки это его жизнь», – ответила я. – «Тем более ты еще не сказала, какой именно борьбы с нежитью и скверной ждешь от меня».

«Испугалась? Не ты ли своему рыжему говорила о том, что ничего не боишься? Или все-таки менять свою жизнь на чужую, пусть даже любимого человека, ты не готова? Не отвечай, я и так знаю, что ты скажешь. Можешь не переживать, живая ты мне нужна намного больше, чем мертвая. Именно поэтому я и иду тебе на уступки, хотя могла бы вообще не приходить».

«А если я соглашусь на твои условия, ты оставишь меня в покое? Знаешь, возможно, кто-то счастлив был бы иметь такие тесные отношения с богиней, но меня они немного напрягают», – скривилась я, в последний момент передумав и не сказав гадость.

«Не старайся, я и так знаю, о чем ты думаешь, из-за проблем с магией закрывать мысли у тебя не получается. Досадно, наверное. И все же я готова и к этому компромиссу, по-моему, ты успела доказать, что достойна сама распоряжаться своей жизнью и силой. И я дам тебе время подумать. Обещаю не тревожить до тех пор, пока ты сама меня не позовешь. А это будет ой как скоро…»

Глава 24

Наше путешествие с Кайрусом подходило к концу. Вместе мы провели одиннадцать по-своему замечательных дней. Они были наполнены разговорами, смехом, романтическими посиделками у костра, чуткостью и дружеской нежностью. Единственное, что омрачало мне настроение в этом путешествии, это памятный разговор с богиней. Она сдержала слово и за эти дни ни разу меня не потревожила. Вот только мне от этого, наоборот, становилось страшнее. Потому что с каждым днем все сильнее стиралась грань между мной и Кайрусом. Мы вместе ели и спали, он перестал постоянно называть меня госпожой или миледи, все чаще обращаясь просто по имени. Мы как будто ходили вокруг да около, ни я, ни он, не решались сделать шаг, после которого все изменилось бы безвозвратно.

А я так и не смогла рассказать Кайрусу о том, что предложила Алая, это пришлось бы слишком многое объяснять и не факт, что рыжий согласился бы со мной. Не скрою, я часто думала о словах богини, тех самых, где она предлагала насладиться физической близостью с Кайрусом, пока это еще возможно. Особенно сложно было сдерживать свои желания вечером, когда мы лежали рядом, смотрели на звездное небо и делились воспоминаниями из прошлого. И все же я не пошла на поводу у своих эмоций. Почему? Наверное, потому что к Кайрусу я испытывала нечто большее, чем просто симпатия и влечение, было страшно окончательно и бесповоротно влюбиться в человека, которого скоро не станет. Даже если Алая сдержит слово и переместит душу моего телохранителя в другое тело, он обо мне потом даже не вспомнит. Доказательство тому живет у меня в замке. А я? Как мне жить с этой болью? Знать, что любимый человек где-то далеко и совершенно не помнит меня. Я эгоистка? Да.

А может, все дело в том, что этот рыжий тип не торопится сказать мне о своих чувствах. Вот он рядом: его теплый взгляд, ласковая улыбка, крепкие руки, легко подхватывающие меня и снимающие с седла. Вдруг я ошибаюсь, и у него ко мне что-то более простое и обыденное. Например, он видит во мне младшую сестру? Ерунда, конечно, сестру не целуют страстно, как в последний раз. Или этот порыв у него давно прошел и теперь я его совсем не привлекаю? Как все сложно, а чувства – это вообще ужас. Иногда мне хочет вернуть то время, когда эмоции не довлели надо мной.

И все же, когда придет время, я соглашусь на условие богини. Мне кажется, что Кайрус слишком молод, чтобы умирать. А еще он хороший человек и настоящий мужчина, цельная личность. Возможно, новая жизнь принесет ему больше счастья. А в моей памяти останется его незапятнанный ничем образ. Понимаю, что идеальных людей нет, а мужчин тем более. Уверена, у того же Кайруса имеются недостатки и, если бы мы прожили вместе несколько лет, они обязательно дали бы о себе знать. Но каждому человеку нужен маяк, светоч в ночи, чтобы стать лучше, чтобы было куда стремиться.

– Галина, вы сегодня грустны как никогда. Что-то случилось? – спросил Кайрус улыбаясь и не торопясь поставить меня на землю. За время нашего путешествия он опять зарос. Борода и усы делали его старше, как и небольшие морщинки вокруг глаз. Но разве возраст главное в мужчине? Или красота? Определенно, нет. Меня влекло к Кайрусу ощущение надежности и защищенности.

– Еще ничего, но скоро случится. Вот доедем, и опять начнутся дела, суета, проблемы, – вздохнула я, убирая рыжий локон Кайрусу за ухо. Мужчина на мгновение замер и обнял меня еще крепче. Наши лица были на одном уровне. За эти дни я обнаружила еще одну раздражающую особенность отношений – желание постоянно прикасаться друг к другу. И практически невозможно этому сопротивляться. Мои руки обвили шею мужчины, хотелось верить, что сделали они это только ради удобства. Только это, конечно, отговорки. Кайрус тоже не стал притворяться, его губы накрыли мои. В этот раз поцелуй был нежным и каким-то необыкновенно волнительным. Как в первый раз. Оказывается, я многое потеряла, в моей жизни не было этого первого поцелуя. Даже подростковая влюбленность прошла мимо меня, а с другими мужчинами у меня была всего лишь страсть.

– Гали, – шепот Кайруса ласкал не меньше, чем его губы. – Я не принц, не герцог, мне нечего вам предложить, кроме самого себя. Понимаю, что между нами ничего не может быть, я и не надеялся. Прошу только об одном, позвольте и дальше вам служить, быть рядом.

– Знаешь, я как-никогда близка к тому, чтобы послать всех к демонам, и не возвращаться из этого путешествия, – тихо произнесла я, обнимая Кайруса. Почему понимание того, что человек тебе по-настоящему дорог приходит так поздно?

– С тобой, Гали, я готов отправиться хоть на край света. Пусть даже в качестве телохранителя, – коснулся губами моей макушки рыжий.

– Если у нас был хотя бы год, я даже не стала бы раздумывать. Но богиня распорядилась иначе, и наше путешествие подошло к концу. Кай, я не могу посмотреть, где и как ты встретишь свою смерть, но она уже наступает тебе на пятки. Я это чувствую. Есть возможность ее обмануть…

– Гали, все мы не вечны, я никогда не бегал от опасности и сейчас не буду, – перебил меня мужчина.

– Я и не прошу, и вообще это предложение богини. Она помогает тебе, а я ей. Алая не хочет изменить твою судьбу, но ей подвластно переселить твою душу в другое тело. По ее словам, оно молодое, здоровое и с большими перспективами.

– Боюсь представить, что она просит от тебя взамен, – нахмурился Кайрус. Похоже, перспектива умереть в ближайшем будущем его совершенно не пугала. Эх, мне бы такое спокойствие.

– Уничтожить скверну во всем мире, – хмыкнула я, поднимая взгляд на мужчину. – И я почти согласилась.

– Гали, это же кабала на всю жизнь! Я уже не говорю, что это очень опасно. Не вздумай соглашаться! Я против. Не нужна мне вторая жизнь, если в ней не будет тебя, – вспылил Кайрус. – Гали, мне неважно, сколько месяцев или дней мне осталось, я хочу провести их с тобой. И вообще, у богов другое восприятие времени, для них и десятилетие всего лишь миг.

– Возможно, ты прав, – произнесла я, решив не расстраивать Кайруса. Я слишком хорошо помнила свое мимолетное видение, когда вскользь заглянула в душу мужчины, его жизнь должна была оборваться до конца этого года. Но впереди еще несколько месяцев, а я уже решила, что соглашусь на условия Алаи. Так зачем мучить себя и Кая? Почему действительно не провести это время вместе?

– Тогда в Орон не едем, а сразу в замок? – обрадовался Кайрус.

– Хорошая мысль, горячая ванна нам обоим не помешает, – улыбнулась я в ответ.

– Вообще-то, я думал пополнить запасы и оставить необходимые распоряжения, но твой вариант лучше, – покружил меня на руках мужчина и поцеловал. – Недолгий привал, а потом надо будет поторопиться, если мы хотим успеть на ужин.

***

В замок мы приехали, когда уже стемнело и нас там не ждали. Точнее, нас уже не чаяли увидеть, да еще верхом и без сопровождения Люциана. Советник мое письмо все-таки получил и оно его порядком разозлило. Оно и понятно, я опять его не послушалась и поступила по-своему. Из рассказа дворецкого, Люциана был в замке не далее, как два дня назад, устроил разнос своему брату, слугам, пообещал всех сгноить в тюрьме, если они лгут, и отбыл. Предположительно в Орон, но мог оттуда направиться порталом в столицу.

– Если в мое отсутствие советник еще раз появится, скажешь, что хозяйка заезжала, а потом отбыла в неизвестном направлении. В принципе, так оно и будет. Кайрус скажет тебе, что нам необходимо для дальнейшего путешествия. И распорядись, чтобы мне наполнили ванную и подали ужин в спальню, – мы договорись с Кайрусом на людях вести себя согласно статусу. Это было решение рыжего, он не хотел испортить мне репутацию. Глупенький, она и так пострадала после нашего с ним путешествия. Но я не стала настаивать, шепнув на прощание, что буду его ждать.

Горячая ванна – это настоящее блаженство. Майла хотела мне помочь с мытьем, но я ее отправила отдыхать, сказав, что справлюсь сама. Единственное, что должна была проконтролировать девушка, это подачу ужина. То есть накрыть столик в моей спальне и уйти. Я была уверена, что Кайрус придет и мне не хотелось, чтобы кто-то знал о наших непростых отношениях.

Плескалась я в ванне долго и с удовольствием, так что неудивительно, что в спальне меня уже ждали. Правда, совершенно не тот мужчина, которого я хотела бы видеть.

– Вернон? Что ты тут делаешь? – признаться, я совершенно забыла про младшего принца. Я почему-то подумала, что Люциан его забрал с собой, хотя если вспомнить доклад дворецкого, ни о чем таком в нем речи не было.

– Гали, драгоценная моя, я так по вам соскучился, – бросился ко мне с объятиями полуголый принц. Несложно догадаться зачем он пробрался в мою спальню в одних фривольных подштанниках. Ну хоть не голышом и то радость.

– Вернон, вам лучше уйти, – выставила я руку, не давая себя обнять. Во-первых, его прикосновения были мне неприятны, а во-вторых, на мне имелось только полотенце. Но когда мужчин останавливал женский протест.

– Ах, Гали, значит, брат сказал правду, и вы с ним были близки? – лицо Вернона стало таким несчастным, а мою ладонь он пафосно прижал к своему сердцу.

– Вернон, сейчас не время и не место вести подобные беседы. Я очень устала и прошу вас покинуть мою спальню. Если завтра вас еще будут волновать эти вопросы, я обязательно на них отвечу, – еще раз попыталась мирно выдворить молодого человека из своих апартаментов.

– Нет, я не уйду! Лучше заберите мою жизнь, ведь она мне совершенно не нужна, – пафосно вскричал принц и упал передо мной на колени. При этом его руки принялись лапать мои голые ноги, а губы покрывать их поцелуями. Этот комедиант успел хорошо выучить все мои эрогенные зоны. – Я ведь люблю вас, Гали! Я жить без вас не могу! Дайте мне только шанс и я сделаю вас самой счастливой на свете!

Пнуть бывшего любовника у меня не поднялась нога, а зря, потому что именно этот момент стал спусковым крючком к всем последующим событиям. Первой в мою спальню ворвалась Шенин, судя по ее лицу, она слышала большую часть нашего с Верноном разговора. Уверена, она специально за ним следила, маленькая влюбленная дурочка. Они провели вместе чуть больше месяца, когда она только успела воспылать к нему такими чувствами, причем явно безответными. Не знаю, зачем она ворвалась ко мне, но вряд ли для того, чтобы уличить Вернона в измене. Потому что ее появление и для принца стало неожиданностью.

– Если ты соблазнил мою воспитанницу, я тебе все причиндалы оторву, – прорычала я, хватая молодого человека за волосы и отрывая его от моих ног.

– Я? – опешил Вернон, хлопая глазами. – Гали, да как вы могли подумать такую гадость?! Чтобы я связался с ребенком?! Да у меня и в мыслях такого не было! Шенин, малышка, скажи миледи, что я был самым лучшим и терпеливым преподавателем. Гали, ваша воспитанница чудо какая смышленая, давайте ее удочерим? Уверен, она будет замечательной старшей сестрой для наших деток.

Все бы ничего, но Вернон в подтверждение своих слов погладил меня по бедру и одарил весьма красноречивым взглядом. И тут у Шенин произошел неконтролируемый выброс дара. Ее окутала черная дымка, глаза загорелись яростью и жаждой убийства. Не знаю, кому она в тот момент желала смерти – мне, как разлучнице, или возлюбленному, чтобы он никому не достался.

– Вернон, уходи через ванную комнату, тебе тут нельзя оставаться, – тихо проговорила я, отталкивая замершего принца. Но он и тогда не среагировал, смотрел на клубящуюся тьму, как завороженный. Пришлось сделать парочку шагов перед, закрывая его от девушки. – Шенин, все хорошо, дара не надо бояться…

Не думаю, что она действительно испугалась этого всплеска, скорее, не успела понять, что с ней произошло. Шенин стояла с отсутствующим видом, раскачивалась из стороны в сторону, как сомнамбула, дрожала. Я медленно к ней приближалась, чтобы предотвратить возможный взрыв магии, способный убить всех людей в замке. Господи, как же хорошо, что мой первый раз произошел в раннем детстве, я тогда всего лишь испугалась, а потому никому серьезно не навредила. А у Шенин сейчас куда более серьезные эмоции гуляют в душе. Самое страшное, если она захочет умереть сама.

– Женя, – сама не заметила, как заговорила с девушкой на русском языке. – Вернон неплохой человек, но очень легкомысленный мужчина. Сегодня он считает тебя ребенком, а через два-три года сам же будет бегать за тобой, вот увидишь. Только зачем он тебе? Ты красивая, у тебя огромный потенциал, а он старый и потрепанный жизнью. Обещаю, как только мне целитель разрешит пользоваться порталами, мы отправимся в столицу, там столько интересного.

Не умею я разговаривать с подростками, хотя вроде бы недавно была в их возрасте. Я вообще крайне нечуткий человек и плохо понимаю чужую натуру. Но может, у меня все получилось бы, не появись в нашей мизансцене еще один участник.

– Госпожа? – удивленно приподнял брови Кайрус, оглядывая нас всех. Гладко выбритый, с влажными волосами, в белой рубашке и свободных штанах, мой телохранитель выглядел молодо и счастливо. Он шел ко мне, хотел быть со мной. Шенин вздрогнула от нового голоса и медленно обернулась. Дар, еще недавно начавший успокаиваться, развернулся в полную силу и рванул следом за взглядом его хозяйки.

– Кайрус, беги! – крикнула я и бросилась к девушке, стремясь заблокировать ее магию своей. Черт! Да как же все не вовремя! Все одиннадцать дней путешествия я следовала совету целителя, даром не пользовалась и даже к нему не обращалась. Но у меня все равно получилось бы, вот только Кай никогда не бегал от опасностей. Он не выскочил за дверь, как должен был, а бросился закрывать меня своим телом. Глупый, глупый Кай. Тьма окутала рыжего телохранителя, прошла сквозь него и вернулась обратно к хозяйке, оставляя после себя лишь мертвое тело.

– Не-е-ет! – мой крик был страшен, я упала рядом с Кайрусом, и все свои силы бросила на то, чтобы вернуть его душу обратно в тело. Я знала, что это невозможно, но все равно пыталась. Но не мне тягаться силами с богиней. – Алая, тварь, я согласна!

– Будем считать, сделка заключена, – богиня появилась передо мной эфирной дымкой. – И я даже прощу твое неуважение, но только на этот раз. Как видишь, я ценю своих людей и вместе с ними скорблю над их горем. У тебя есть три дня, а потом тебе придется выполнить свою часть договора.

Слез не было, только пустота внутри и ярость. Алая все знала, возможно, сама все подстроила, не верю я, что у Шенин самопроизвольно и так сильно проснулся дар. Без богини тут явно не обошлось.

В комнату прибежала Майла и застала шокирующую картину: я у мертвого тела Кайруса; Шенин в полуобморочном состоянии, сидящая на полу; и полуголый Вернон, так и не поднявшийся с колен.

– Госпожа, что случилось, – заикаясь спросила горничная.

– Позови ко мне Люка, а господина Вернона проводи до его комнаты. И пусть ему кто-нибудь поможет собрать вещи, я зайду за ним через два часа. А ты принеси сюда саквояж с одеждой Шенин. Это срочно! – распорядилась я, вставая. Надо было одеться, ночь предстояла стать насыщенной.

– Я его убила, – тихо прошептала Шенин, она сидела у стены, белая как мел. Только глаза на ее лице чернели углями. Майла практически за ручку увела Вернона, молодой человек так толком в себя не пришел. Вероятно, ему еще не доводилось сталкиваться со смертью.

– Да, и тебе с этим жить, – холодно произнесла я, спешно одеваясь, ведь скоро должен был зайти дворецкий. Умом я понимала, что вины Шенин в этом убийстве нет, а вот сердцу было плевать на разум.

– Миледи, – с поклоном вошел Люк.

– Позови слуг, пусть подготовят тело Кайруса для ритуального сожжения на рассвете.

– Но миледи… – попытался возразить дворецкий.

– Никаких но! Кайрус пожертвовал своей жизнью ради меня, до конца выполнил свой долг. И меньшее, что я могу для него сделать – это наградить титулом посмертно. Урну с прахом поставить в моем родовом склепе и повесить табличку с именем – барон Кайрус Мирейский. А если ты переживаешь за то, что его смерть останется безнаказанной, то совершенно зря, я позабочусь о том, чтобы виновные получили по заслугам.

– Как скажете, миледи. Только как быть с проверяющими из Орона? Об убийстве все равно придется сообщить. Да и зачем покойному Кайрусу титул? Наследников у него все равно нет. А жаль, отличный был мужик, – по-настоящему горько вздохнул Люк.

– Есть наследник, точнее, наследница – Шенин Мирейская, – указала я на свою воспитанницу. Конечно, это была неправда, но после сожжения тела Кайруса, доказать отсутствие родства будет невозможно. А я не знала, что мне уготовила судьба и Алая, поэтому надо было защитить Шенин со всех сторон.

– Я? Нет! – воскликнула девушка, ее глаза расширились от ужаса, и она потеряла сознание. Черт! Она же теперь будет винить себя не просто в смерти какого-то мужчины, а в убийстве отца. Сказать ей, что это не так? Поведать о другом мире? Не успею и доказать не смогу.

– А ведь похожа, – удивленно произнес дворецкий, переводя взгляд с лица Кайруса на лежащую в обмороке девушку. – Никогда бы не подумал, но да ваш начальник стражи всегда был скрытным.

– Он и сам узнал об этом недавно. Мы поиском родственников Шенин и занимались все это время, – не моргнув глазом, солгала я. Кстати, Люк прав, некое сходство в чертах лиц определенно прослеживалось.

– Это ведь она его убила? – что-что, а дворецкий у меня был очень наблюдательным.

– Не она, а проклятие на ней, – я решила лгать до победного. – Мать Шенин имела слабенький дар, но большую обиду на Кайруса, ведь она его обвиняла во всех своих бедах. Дальше мы можем лишь догадываться.

– Я все понял, буду помалкивать, – кивнул Люк и вышел. Не успела за ним закрыться дверь, как вбежала Майла с саквояжем в руках.

Некоторое время потребовалось на то, чтобы привести в чувство Шенин. С помощью Майлы я влила девушке успокоительную настойку из своих запасов, опасаясь слез и истерики. А потом плюнула на заперт целителя и создала портал на территорию академии. Это было единственное место, где я могла оставить Шенин. Всевладу я доверяла, хоть он меня наверняка ненавидел.

Переход дался мне тяжело, головная боль и тошнота волнами наступали на мой организм. Но главное, что я не ошиблась с координатами портала.

– Он, правда, был моим отцом? – тихо спросила девушка, которую я вела за руку.

– Ты не виновата, запомни это! Дар некроманта очень опасен, у тебя он проснулся поздно, поэтому всплеск был такой силы, – обманывать Шенин я не хотела, а сказать ей правду не могла. – Это не тюрьма, хотя в темноте очень похожа. Это академия и ты будешь здесь учиться несколько лет. Сразу скажу – от твоего желания ничего не зависит, ты обязана научиться контролировать свой дар, иначе вокруг тебя и дальше будут погибать люди. Здесь этого можешь не бояться, стены академии и ее студенты имеют специальную защиту от всплесков магии, но за ворота в ближайший год я не рекомендовала бы тебе выходить.

– Но я же убийца, меня надо казнить, – прошептала Шенин.

– Ты никому и никогда об этом не расскажешь, – произнесла я, подкрепляя свой приказ даром. С любым другим человеком, а тем более магом, у меня вряд ли получилось бы, но с девушкой у нас была почти родственная связь, оставшаяся еще с ритуала. – Всем будешь говорить, что ничего не помнишь и была без сознания. От ментальных магов я тебе защиту поставлю, нечего им копаться в головах людей.

Чтобы поднять ректора с постели пришлось изрядно постараться. Я стучала в дверь его спальни, удивляясь зачем ему надо было закрываться.

– Галина? – спросил Всевлад, протерев глаза и спешно запахнув на себе халат. – Что вы здесь делаете в такое время.

– По вам соскучилась, разве незаметно? – ворвалась я в комнату ректора, сдвинув его с порога и втянув за собой девушку. Хорошо, что у некроманта была еще и гостиная. Я усадила воспитанницу на диван, сунула ей в руки саквояж и сказала: – Пока располагайся тут, завтра господин Лерийский найдет для тебя комнату и выделит все необходимое.

– Миледи, как это понимать?! – повысил голос Всевлад, хмурясь.

– Эту девушку зовут Шенин Мирейская, баронесса, все документы вам привезут завтра. С этого дня она является студенткой вашей академии, господин ректор.

– У нас обучаются только лица мужского пола! У нас не институт для благородных девиц! – вскипел мужчина, забыв про полы халата и продемонстрировав нам с Шенин еще не дряблое тело, хорошо хоть в трусах.

– С этого года обучаются! Мое официальное распоряжение вы также получите завтра. И ждите других студенток, я об этом позабочусь!

– И что я с ними буду делать? Кто будет следить за их нравственностью и репутацией? Вы об этом подумали? – брызгал слюной ректор, по-моему, окончательно помолодев и сбросив с себя остатки былой депрессии.

– Наймете необходимый персонал, в вашем болоте женщины лишними не будут. Деньги на дополнительные расходы я вам выделю, не переживайте. А что касается Шенин, можете хоть спать под ее дверью, раз вы сомневаетесь в своих студентах. Но если с ней что-то случится – отвечать будете вы, как опекун. Считайте, что у вас нежданно-негаданно появилась дочь, наслаждайтесь!

– Вы не посмеете, я буду жаловаться императору, – попытался отстоять свою свободу Всевлад.

– Послушайте, вы, – резко схватила мужчину за рукав и привстала на цыпочки, чтобы дотянуться до его уха. – Можете жаловаться хоть всем богам, но прежде чем вы пойдете к императору, подумайте о том, что грозит этой девочке за неконтролируемый выброс дара, повлекший за собой смерть человека. Некромантов и так осталось единицы, хотите лично приложить руку к ее убийству. До начала занятий еще полтора месяца, у вас есть куча времени, чтобы подтянуть Шенин по основным предметам, чтобы ее обучение на первом курсе ни у кого не вызвало сомнений. А другие девушки надежно спрячут ее от ненужного внимания.

– Это большая ответственность, – уже не так резко сопротивлялся Всевлад, похоже, ему было жаль девушку.

– Я это компенсирую, на ваше имя будет открыт счет в банке, документы на него вам доставят в ближайшие дни.

– Вы все меряете деньгами?! Хотя о чем я, вам же плевать на людей… – Всевлада накрыло очередное разочарование мною, но мне и правда было наплевать.

– Шенин, господин Лерийский теперь твой опекун. Я ему полностью доверяю, бумаги на твое наследство и метрика будут храниться у него. Отдельно я назначу стипендию на твое имя, чтобы тебе не пришлось постоянно просить деньги у господина ректора. Прощай, и помни, ты не виновата!

– Прощай? – тут же подскочил Всевлад. – Куда это вы собрались?!

Я не стала отвечать, открыла портал в замок и ушла. Надо было решить еще много дел, но в первую очередь отправить Вернона домой, а утром проводить Кайруса в последний путь. Я очень хотела верить, что душа Кая осталась в этом мире и теперь прочно обживается в новом теле.

***

– Алая что-то потребовала от леди Галины, – голос девушки был глухим и почти безжизненным. – У нее есть только три дня, чтобы завершить все дела на земле.

– Это она тебе сказала? – нахмурился Всевлад. Мужчина еще не успел толком прийти в себя после ритуала на границе и двухнедельного тюремного заключения, как это неугомонная беловолосая ведьма подкинула ему еще одну головную боль. Причем проблема обещала стать масштабной и многолетней. Это же надо додуматься сделать обучение парней и девушек совместным! Да его же родители этих студентов порвут на клочки, а проверки из магминистерства замучают всех.

– Нет, это богиня сказала, я ее видела.

– Богиню смерти? Ты уверена? И какая она, наверное, старая и страшная? – Всевлад еще не решил, что ему делать дальше и как быть с обузой в лице этой пигалицы, но зато он вспомнил предсказание ведьмы. И ему захотелось побиться головой об стену: «Так вот что имела в виду эта зараза!»

– Нет, богиня молодая и красивая, как миледи, но в ней есть пустота… – последние слова Шенин буквально прошептала то ли теряя сознание, то ли засыпая.

– Ну, ведьма! Ну, удружила! – пробурчал Всевлад и занялся своей подопечной. Первым делом он убедился, что девчонка все-таки спит, забрал из ее рук саквояж, снял с нее обувь и удобнее устроил на диване. Ушел в спальню и вернулся с одеялом, чтобы укрыть девушку. – Вот хотел же сдохнуть, как знал, что пора.

Эпилог

Три дня пролетели слишком быстро. Я ничего хорошего не ждала от Алаи, не требовала от нее объяснений, не проклинала. Мне было совершенно наплевать на свое дальнейшее будущее. Кто-то скажет, что надо было узнать в чье тело богиня вселила Кайруса. Но я не была уверена, что Алая мне это расскажет и не солжет. Так что на рассвете первого дня я попрощалась с Кайрусом навсегда. Сердце сгорало от боли вместе с дорогим для меня человеком. А в душе образовывалась пустота.

И заполнить ее было нечем, хотя я пыталась, с головой погрузившись в дела. Все эти дни была занята и практически не спала. Сделать успела многое. Оформила в Ороне все документы на Шенин, благо одному заброшенному поместью давно надо было подыскать хозяина. Я решила пойти дальше и подарить поместье девушке не только на бумаге, но и в жизни. Договорилась со строителями, перевела на их счет необходимую сумму на ремонт, наняла управляющего и кое-какую прислугу. А еще оформила два счета: один для Шенин, им она сможет воспользоваться только по окончанию обучения; второй на имя Всевлада, ему я оставила немало, чтобы и на карманные деньги подопечной хватило, и для его нужд. Об академии и своем замке я тоже не забыла. Лорд Галай меня проклял бы, узнай он сколько деньжищ я потратила. А самое главное, я не смогла бы их забрать обратно, даже если бы захотела.

А еще я закрыла семейный склеп после захоронения Кайруса, и сокровищницу. Теперь никто не смог бы в них попасть, даже Алая. И если склеп найти было бы легко, только вряд ли он кого-нибудь чужого заинтересует, то вот деньги семьи и драгоценности я спрятала надежно. Никакая магия не поможет постороннему человеку отыскать тайник и открыть его. Координаты портала и код активации я зарыла в своей памяти так глубоко, что даже ментальное сканирование их не нашло бы.

Зачем такие сложности? Я никому не верила, а богине тем более. Мало ли куда она меня зашлет и на сколько, а бросать добро на растерзание ворам и «стервятникам» я не хотела. Поэтому я назначила герцога Бернского своим заместителем, чтобы он управлял уделами, но без права продавать, дарить или сдавать в долгосрочную аренду кому-либо мои земли. Времени до часа икс оставалось немного и я вроде бы все учла, предусмотрела. Правда, оставался еще один человек, с которым мне нужно было попрощаться. Он за эти дни несколько раз пытался со мной встретиться, но всякий раз опаздывал, а точнее, я не готова была его увидеть.

– Гали? – подскочил Люциан с кресла, устремляясь мне навстречу. Нашла я советника достаточно быстро, он был в своем столичном доме, в кабинете.

– Я пришла попрощаться, – произнесла, вглядываясь в усталое и какое-то постаревшее лицо советника. Похоже, мое бегство из Тибера потрепало мужчине нервы.

– Гали, я не понимаю. Сначала твоя глупая выходка, потом дикий рассказ Вернона. Ты можешь мне объяснить, что происходит? – Люциан схватил меня за плечи и слегка встряхнул, но тут же крепко обнял.

– Долги надо отдавать, – вздохнула я, позволяя себя обнимать. – Знаешь, никогда не думала, что я так сильно задолжаю судьбе. Или мне выпало расплачиваться за весь род?

– Гали, хватит говорить загадками, что с тобой стряслось? Почему брат заперся в своей комнате и не хочет никого видеть? И что за история с твоим телохранителем? –Люциан хмурился, но продолжал поглаживать пальцами мое лицо, заглядывая в глаза.

– Ревнуешь? – грустно усмехнулась я. Объяснять что-то Люциану совершенно не хотелось, да и времени оставалось мало.

– Да! Демоны меня раздери, да! – еще раз встряхнул меня за плечи советник. – И пусть надо мной смеется весь высший свет, как же – принц приревновал невесту к слуге, но я испытал облегчение, когда твоего рыжего громилы не стало.

– Зря, – произнесла я и оттолкнула от себя Люциана. Умом я понимала, что он сказал мне правду, что он не обязан любить или уважать Кайруса, но сердцу этого не объяснишь.

– Зря? Ты всегда его выделяла! Разговаривала с ним иначе, смотрела по-другому, улыбалась! Гали, почему он? Чем он лучше меня? – во взгляде Люциана было столько обиды, что захотелось немного успокоить его. Он не виноват, что я поздно поняла свои чувства к Кайрусу.

– Твоя ревность, Люциан, напрасна. Между мной и Кайрусом ничего не было. Я изначально знала, что у нас с ним нет будущего. Он тоже держал дистанцию. Ты спрашивал, чем он лучше? Тебе этого не понять, потому что ты привык мерить людей по их статусу, титулу, богатству. Тебе невдомек, что человека можно любить за его преданную и честную душу. Прощай, Люциан. Возможно, из нас получилась бы неплохая семейная пара. Я даже верю, что нам было бы интересно вместе и страсть долгие годы не покидала бы нас, но уже поздно. Я задолжала Алае и она требует выполнения обязательств. Подозреваю, что мне придется отправиться в закрытое королевство, ведь богиня хочет полного уничтожения скверны в мире.

– Гали, один маг не справится с целым государством. Это самоубийство. Богиня не может требовать от тебя подобного, – советник поймал меня за руку и привлек к себе. – Прошу тебя, не уходи. Вот увидишь, мы будем счастливы вместе, я смогу тебя защитить…

– Защитить? От меня? – раздался голос Алаи, а следом и смех. – Гали, у тебя прямо настоящая способность выбирать наивных и самоуверенных мужчин. Я думала, что хоть этот немного разумен, но я ошиблась. Пойдем, дорогая, время вышло. Кстати, ты знала, что Люци считал тебя сумасшедшей с раздвоением личности?

– Гали, это неправда, – покраснел Люциан, переводя взгляд с меня на призрачную богиню.

– Верю, долгое время я сама считала себя безумной. Будь счастлив, Люциан, – я потянулась к советнику и поцеловала его. Мужчина ответил со всей страстью, все же он по-своему меня любил.

– Хватит! Я уже устала ждать! – магией меня практически выдернуло из объятий принца. – Делай портал в мое святилище. А ты, Люци, забудь о моем визите и брату скажи, чтобы не болтал. А то ведь я могу существенно укоротить вашу и без того жалкую жизнь.

– Гали…

Что хотел сказать Люциан, я так и не узнала, Алае надоело ждать и она просто схлопнула портал вокруг меня. Секунда, и я стою в гроте.

«Я думала, мы обо всем договорились! Но ты меня подвела – все рассказала Люциану!» – раздраженно выговаривала мне богиня. В этот раз она не стала появляться, обойдясь мысленной речью.

«Может, все-таки объяснишь свой план? Надо же собрать вещи, припасы», – после разговора с советником я уже не чувствовала самоубийственного желания отправиться хоть в преисподнюю. Все же надо признаться хотя бы самой себе, Люциан мне нравился. Не так, как Кайрус, но такие чувства тоже имели право на существование. Возможно, когда-нибудь потом, через пять или десять лет, мы еще встретимся с Люцианом и все сложится иначе.

«Вы встретитесь раньше, точнее, он будет в этом уверен», – усмехнулась богиня. – «А ты, моя дорогая, будешь чрезвычайно занята. Кстати, вещи и припасы тебе не понадобятся. Душе все это совершенно ни к чему. Ты спрашивала о моих планах? Что ж, я тебе о них расскажу. Боги не всесильны, как это неудивительно. У нас тоже есть свои условности, правила и многое другое. Я не могу уничтожить скверну или магов, ее насаждающих, лично. Это как в игре, я руковожу, а за меня действуют мои служители и аватар. Казалось бы, правила установлены давным-давно, изменить что-то в них невозможно. Но ты мне подсказала одну лазейку, когда вселила душу Галая в тело Шенин. Я потренировалась на твоем телохранителе, у меня даже получилось частично сохранить ему память. Теперь твоя очередь, Галочка. Да, я хочу переселить твою душу в тело принцессы. Ты подберешься к главному распространителю скверны так близко, как это еще никому не удавалось. Убей короля и ты свободна. Более того, ты будешь свободна от моей воли, от долга перед родом, от судьбы! Сможешь вернуться в родной мир, найти Кайруса, или даже стать королевой самой загадочной страны этого мира».

– Нет! – возмутилась я, прекрасно понимая, что предложение богини всего лишь красиво оформленная ловушка. Как я найду Кайруса, если не знаю, где его искать? Как вернуться домой, если Алая закрыла порталы между мирами? А даже если я все выполню и вернусь в родовой замок, меня выгонят пинками, ведь моя внешность будет совсем другой.

«Поздно, Гали, твое согласие я получила три дня назад. Удачи на новом месте, дорогая! Помни, я в тебя верю!»

Тьма закружила меня и куда-то повлекла. Последняя моя осознанная мысль была: зря люди боятся смерти, неизвестность – вот, что откровенно пугает.

***

Алая наслаждалась неведомыми доселе ощущениями. Даже месяц спустя ей все казалось новым и необычным. Богине нравилось откровенно все: изысканная еда, сон, прогулки, горячая ванна, красивые платья и любовь мужчин. Подумать только, люди совершенно не ценят того, что имеют! Молодое, здоровое и привлекательное тело – это неиссякаемый источник радости. Спрашивается, почему Галя была постоянно чем-то недовольна?

Об одном только жалела Алая, что не удалось соблазнить братьев Нединских. Младший принц от нее откровенно шарахался, а потом и вовсе спрятался в отдаленном поместье молоденькой жены, сделавшись верным и трепетным супругом. Люци тоже ни в какую не поддавался на ее обаяние. Этот черствый тип быстро понял, что в теле Гали обитает совсем другая сущность. Не даром Алая считала его умным, хотя и сомнительно это говорить о мужчине, который решил сообщить о своих подозрениях ей же. Богине даже пришлось применить все свои силы, чтобы тот никому больше не разболтал. Полноценного обета молчания у нее не вышло, все же в человеческом теле у Алаи способности стали весьма посредственными, но проклятье легло идеально. Теперь советник не мог никому ничего рассказать об Алае, а если бы попытался, начал бы страдать провалами в памяти.

Конечно, такое наказание богиня придумала не просто так, она разозлилась на неблагодарного человечишку, которые не оценил ее благоволения. Алая была уверена, что Люциан не упустит выпавший ему шанс и сделает все, чтобы богиня была счастлива и всем довольна. Но тайный советник оказался грубым и недалеким мужланом, он нагло заявил, что любит именно Галю. Как вообще можно сравнивать ее, Алаю, и какую-то иномирную девчонку, тем более внешность осталась та же. Значит, это всего лишь обида и желание набить себе цену. Но ничего, времени у Алаи много, она подождет. А пока можно насладиться и другими мужчинами, благо их при дворе хватало.

Алая решила, что жить в замке скучно и перебралась во дворец, поближе к веселью и императору. Недавно она поняла, что корона на ее голове будет смотреться куда лучше, чем на какой-то старухе. Благо император был вдовцом и женить его на себе не составит труда. А лет через десять можно будет тихо отправить старичка к праотцам. Возможно, тогда вредный Люци сменит гнев на милость и захочет стать супругом самой императрицы? А если не захочет, то и ему найдется замена.

Конец первой книги