На краю веры

Глава 1

ПРОЛОГ.

Его глаза и полумаска, скрывающая правую половину лица, преследовали меня во снах. Человек, одетый в чёрное драпи и носящий причёску мага, стоял на одном колене, опираясь на меч, с которого текла кровь. Кровь моих родных и моих знакомых. Почему он не убил меня? Кто знает, может пожалел маленькую девочку, которая из-за леденящего душу страха не могла сделать ни единого шага, чтобы хоть как-то попытаться спастись.

Я помню все отчётливо, будто это было вчера, хоть и прошло уже почти двадцать лет. Вот он подымается и идёт тяжёлой поступью, не отрывая от меня взгляда, вот он приблизился почти вплотную и возвышается надо мной во весь свой немалый рост и стать.

Мне пришлось задрать голову, чтобы продолжать следить за ним, а солнце, как назло светило ему в спину, а мне в глаза, хотя он как опытный воин и не мог подойти с другой стороны. Томительные минуты ожидания свиста меча и боли, но ничего не происходит и я жмурюсь. От долгих слез глаза режет и я почти ничего не вижу.

А потом я чувствую пустоту в душе, там, где обычно бывает счастье и радость, у меня гулко, как в гроте, в котором мы так любили играть с моим другом Реном. Вон он, лежит чуть дальше моего отца, уже не откроет своих зелёных глаз и не засмеётся весело и заразительно.

Тень ушла, а я растерянно верчу головешкой по сторонам: одни убитые, никого не осталось в живых. Куда идти пятилетнему ребёнку? Я пошла вперёд, наступая на куски веток, чьи-то вещи, подскальзываясь в уже начинающей застывать крови.

-Вот червяк ползет, смотрите, дети.

Его имя Вигли Ву.

Дождь прошел, выполз Вигли на рассвете.

Живет он в том саду.

Какой же он страшный, люди твердят.

При встрече с ним отводят свой взгляд.

Вот червяк ползет, смотрите, дети.

Его имя Вигли Ву, - тихонько напевала я, заглушая реальность в своей голове. Все хорошо, я просто гуляю и скоро я вернусь домой, к папе и маме…

Это было почти двадцать лет назад. Сейчас я лучший следопыт Империи, самый молодой орденоносец и единственная женщина-инспектор Имперской армии. Есть чем гордиться и есть о чем сожалеть. И никто не догадывается, что почти каждую ночь я просыпаюсь в холодном поту и могу заснуть только напевая тихо: «Вот червяк ползёт…»

Никто не догадывается и никто не должен об этом знать, у Имперских следопытов не должно быть слабых мест.

ГЛАВА 1.

Это дело не виделось мне сложным, от стражи поступило сообщение о том, что они задержали мужчину, его одежда была в крови, а разум помутнён. Когда стража явилась к нему домой, то обнаружила убитую женщину - жену задержанного. Предварительная версия: убийство на почве ревности, убитая была известной вертихвосткой, а глазастая соседка видела шмыгнувшего через ее сад мужчину, явно шедшего из дома, где случилась трагедия, правда, за час до возвращения обманутого супруга.

Я вздохнула, ну, не люблю я семейные дрязги, что поделать? А без этого никак, яркие дела забирают те, кому карьера дорога, я же за славой не гонюсь, хоть и известна на всю Империю, потому вся рутина моя.

Допрос назначен на час дня, а до того я могу выпить чашку чая в трактире напротив, заодно и пообедаю.

- Мисс Увайт!, - подлетел разносчик почты, подросток, подрабатывающий в основном до обеда, - вам письмо, мисс Увайт.

Он передал мне тугой нестандартный конверт с сургучной печатью, я же расписалась в его отчётности. Некоторые инспектора морщили нос, получая корреспонденцию, и игнорировали разносчика и его просьбы. Мне же было несложно черкнуть магручкой и оставить миниотпечаток своей ауры для индентификации. Мои коллеги большей частью полагали это в лучшем случае необоснованной тратой маг. энергии, а в худшем, возможностью использовать подпись в ритуале против них. Старое заблуждение, развеянное исследованиями на заре этого века, но маги старой школы были весьма суеверны и осмотрительны, когда дело касалось энергетических следов.

Что же это может быть? Машинально просканировала на предмет боевых заклинаний, негативных эмоций и известных мне ядов. Пусто, значит можно вскрывать.

Сургучная печать треснула с едва слышным звуком, неровно, по краю, заставляя меня обламывать ее дальше, чтобы все же открыть конверт. И я, раздражаясь, допустила роковую ошибку, дала волю своим эмоциям и перестал мыслить разумно. Потому и пропустила момент, когда можно было ещё предотвратить неизбежное.

Слабость охватила мои руки, заставляя их трястись, будто у столетней старухи, следом помутнело в голове и набатом зазвучали чьи-то слова, говорящие на незнакомом языке. Сделала пасс рукой, активируя защиту, но было уже поздно. Заклинание вцепилось в меня, будто бульдог в старую тряпку, и не собиралось оставлять в покое. Я ещё успела вывалиться в коридор, мельком заметив как кто-то испуганно шарахнулся в сторону и прохрипеть:

-Лекаря ко мне, быстро!!!!

Пыльная и душная темнота накрыла меня, не давая возможности пошевелиться. Голос в голове утих, но шум нарастал, будто прибой. И замелькали картины прошлого, гротескные и самые нерадостные. Я видела каждую свою неудачу, каждый свой промах, каждую ошибку. И понимала, я полнейший профан, все мои достижения-исключительно удача и помощь моих коллег. Тяжким грузом навалилась тоска и чувство своей никчемности, слезы тёплыми каплями текли по щекам, оставляя после себя мокрые дорожки, которые тут же выхолаживал свежий воздух.

Я готова была прекратить свои метания самым кардинальным способом, готова была на все, лишь бы снять эту неподъёмную тяжесть с души.

Сколько я так пролежала? Не знаю, но очнуться бы я не смогла без своего помощника, тот нагло влез в мою тягостную дремоту и бесцеремонно начал выговаривать, что пока я тут бока наедаю, преступники на свободе шикуют и неплохо было бы мне все же приступить к моим обязанностям.

Чувство долга, оно сильнее заклинаний, и я с большим трудом открыла чугунные веки.

- Здравствуй, Фьорк,- выдохнула я, сама поразившись слабости своего голоса.

- Мисс Увайт! - дёрнулся ко мне мой помощник, - я уж думал, вы не вернётесь..

- Где я? - я осматривала неровно побелённый потолок с кружками магических плафонов. Затем перевела взгляд на Фьорка, тот преданно ждал, когда я обращу на него своё внимание.

- В больнице святого Михайла, управление оплачивает вам одиночную палату.

- Что? Все так серьёзно? - хриплость голоса мешала, но Фьорк лишь придвинулся поближе, чтобы лучше слышать.

- Заклятье иссушения…- прошелестел паренёк.

Его мне однажды привёл мой начальник - старший инспектор Бавре, привёл и сказал:

- Возьми его к себе, с тобой он хотя бы тупым не станет. А так далеко ведь пойдёт.

Я критично оглядела худощавого юношу в одежде не со своего плеча и отрицательно покачала головой, вернувшись к чтению газеты. Я работала одна, мне не нужны лишние помехи под ногами.

Бавре, зная мой мерзкий характер, настаивать не стал, лишь уточнил:

- То есть премия тебе тоже не нужна?

Я стиснула зубы, знает ведь по чему бить, если я хочу купить себе дом, вместо той арендованной квартирки, в которой я ютилась сейчас, то на голой зарплате это сделать нереально. Вот и беру я по две смены в сутки, приползая домой лишь затем, чтобы рухнуть на кровать и проспать до утра, когда уже будет пора вновь появиться в кабинете.

- Если будет мешать - выгоню! - процедила я и ткнула пальцем на заложенное вещами кресло, - вот твоё место и не думай, что тебе повезло.

Старший инспектор Бавре победоносно улыбнулся и вышел, а Фьорк остался. И не только не мешал мне, а за короткое время смог стать почти незаменимым. На него я переложила всю рутину и мелочи следопытского дела. «Принеси-подай» - вот его работа, хотя от расследований я его не отодвигала, но у него начисто отсутствовал опыт подобных дел. Я ещё помню, как его рвало на нашем первом трупе, когда все указывало на несчастный случай: пьяный маг решил вызвать дракона,чтобы долететь на нем до своей зазнобы, а вызвал, в итоге, низшего демона. Тот мало того, что мага убил, так ещё и в город вырвался.

Пока мы демона ловили, пока вычищали последствия, про убитого как-то подзабылось. И только, когда ко мне секретарь пришёл с претензиями, мол, почему дело ещё не резюмировано и не подшито в архив, сроки выходят. Я несколько эмоционально поспорила с ним и вернулась, непосредственно к эпизоду вызова. И тут-то кое-что мне бросилось в глаза. На магснимках я отчётливо видела, что в начертанных рунах для вызова дракона затесалась ошибка, превратившая руну дракона в руну демона. Только вот при вызове низшего демона ставят ещё и два уровня защиты, а при вызове дракона нет - разумная же раса, все-таки, этот момент и стал роковым для нашей жертвы. Полночи я просидела с магснимками, подняла с постели нашего снимателя и заставила напечатать мне ещё экземпляры заинтересовавших магснимков, потому что подозревала дефект пленки. Под утро, все же съездила на место преступления, где до рези всматривалась в следы белого мела на дощатом полу сарая. Белого!!! А руна дракона испорчена светло-голубым!! В полутёмном помещении разница не видна, а вот магснимки высветлили ее.

Несмотря на бессонную ночь, с утра я повторно вызвала всех на допрос и анализировала, искала, просчитывала. Зацепилась за неувязку в ответе одного из допрашиваемых, сгоняла Фьорка кое-что проверить и вуаля: злодей найден, точнее причина его ненависти: это был коллега убитого, позавидовавший назначению его на ступень выше.

Убийце - справедливый суд, мне - жалование вовремя, Фьорку - задание не трогать меня до обеда, пока я не отосплюсь. Конечно, он не справился, не попрет же он против старшего инспектора.

В целом, мы с ним сработались и видеть сейчас на его лице неподдельные переживания мне было не в новинку. При любой опасности он причитал и пытался меня отговорить, вот и сейчас, выражение его лица было весьма скорбным. Наверное, уже похоронил меня.

Иссушающее заклятие… кто-то сильно хотел если уж не убить, так надолго вывести меня из строя.

Я закашлялась и Фьорк тут же подал стакан с водой, я с трудом глотнула прозрачной жидкости, ясно ощущая вкус своей крови во рту. Похоже на внутренние повреждения, хотелось бы узнать, что я делала под влиянием заклятья.

- Фьорк, что произошло? - я отдала ему стакан, с презрением увидев, как дрожит моя рука.

Помощник отвёл взгляд, но под моим, мрачным и тяжёлым, ему все же пришлось отвечать:

- Вы напали на императорскую стражу..

- Я? Что? - удивление мое было неподдельным, многие знали меня как ярого приверженца буквы закона и напасть на стражу было равносильно напасть на сам закон в лице императора. Меня оправдывало лишь то, что я была под действием заклятия.

- Вас не могли сдержать четверо стражников, вы почти прорвались во дворец, и… вас будут судить за попытку убийства императора.

Спустя минуту моего молчания Фьорк все же решился посмотреть на меня, а мне, ошарашенной этой новостью, нечего даже было сказать.

- А как же заклятье? - во рту неприятно пересохло.

- Императорский маг осмотрел вас и выявил, что действие заклятие одномоментно и не может быть вашим оправданием.

- Кто меня осматривал? - уже зная ответ, спросила я.

- Мэтр Калибский. - снова отвёл глаза Фьорк.

- Что ТЫ сделал, чтобы этого не допустить? - процедила я, пытаясь успокоиться.

Фьорк в очередной раз отвёл глаза, ясно, не рискнул пойти против начальства, даже ради меня.

Хорош помощничек, ничего не скажешь.

- Кто ведёт дело?

- Главный обвинитель взял под свой контроль. Пока не назначен никакой инспектор. К сожалению, было много свидетелей.

- Фьорк, ты можешь позвать сюда старшего инспектора Баврэ?

Помощник воровато оглянулся на дверь из чего я сделав вывод, что одну меня не оставили - охранники поджидают в коридоре, на случай, если я захочу избежать наказания.

- Смогу, наверное, мисс Увайт. Вы пока ещё не осуждены.

- Хорошо, я буду ждать. - отвернулась я к стене, давая понять, что аудиенция закончена.

Фьорк ещё повздыхал невидимо и все же вышел из палаты.

Глава 2

ГЛАВА 2.

Инспектора Баврэ я услышала ещё на подходе к палате: он страдал одышкой и его дыхание с лёгким присвистом было знакомо каждому следопыту в Управлении. В тот момент, когда отворилась дверь, я уже сидела в кровати и делала вид, что со мной абсолютно все в порядке. А бледный вид? Так я всегда такая по вечерам, особенно, когда ничьи нервы не потрепала в течении дня.

За Бавре семенил Фьорк и бормотал ему на ухо:

- Господин старший инструктор, вы уж поаккуратнее с ней, она ещё не полностью оправилась...

- Сам знаю, не маленький, чтобы меня молокососы учили, - несмотря на маленький рост голосом старший инспектор Бавре обладал густым и низким, целая находка для церковной паперти. Именно там среди гомона и шума очень удобно, имея подобный голос, перекрывать всех и вещать:

- Подааааайте, Богини ради, на хлеб и соооооль, на саааало и вооодууу...

Вместо того, Бавре хмуро воззрился на меня и молчал. Фьорк подпер стенку и попытался не привлекать к себе внимание, хотя его сложенные крест накрест руки и чуть склонённая голова говорили о том, что он внимательно все замечает.

- Добрый день, старший инспектор, рада вас видеть, надеюсь вы поможете урегулировать мне сложившуюся ситуацию, - пропела я самым ласковым голоском, на который была способна, и от которого сейчас дернулся Фьорк, прекрасно знающий, что я могу натворить в подобном состоянии.

- Хватит! - рявкнул Бавре, для пущей убедительности стукнувший ладонью о поверхность тумбочки, стоящей возле кровати. Звук получился глухой и нечеткий, потому не смог напугать никого, лишь инспектор поморщился: тумбочка была старая и занозистая.

Я подавила законную ухмылку, не стоит раздражать непосредственное начальство необузданным весельем.

- Что ты себе позволяешь?! - Бавре побагровел то ли от злости, то ли от страха за меня, - Ты, лучший следопыт столичного округа, женщина, удостоенная императорской милости? Как? Как ТЫ могла напасть на стражу?

Я продолжала молчать, чтобы я не начала говорить в своё оправдание, все было бы бессмысленно.

Бавре тяжело сел на край кровати и стал смотреть в одну точку. Я не прерывала его, лишь украдкой поерзала на месте, от сидения начала кружиться голова, а мне не хотелось показывать свою слабость никому, даже начальнику.

- В общем так: я не могу вывести тебя из-под удара, слишком много людей были свидетелями твоей выходки. Не знаю, что на тебя нашло, но отныне ты лишена доверия императора. Он не хочет полагаться на следопыта, который может в один момент ополоуметь и решить прикончить его Величество.

- Что со мной будет? - я разлепила сухие губы, мечтая лишь не упасть в обморок именно сейчас.

- Я ходатайствовал о тебе перед главным прокурором, он согласился со мной, что, пока не стоит давать делу ход, а ограничиться внутренними решениями.

Начальник снова замолчал, делая паузу перед оглашением моего приговора.

- Для всех, у тебя временное помрачение рассудка от долгой и добросовестной работы. Тебе показалось, что императору грозит опасность и ты прорывалась во дворец, с целью защитить его и никак иначе. Так что тебя отправят подлечить нервное расстройство в отдаленный уголок Мерсии. Запомни, Бероника, это лучшее, что мы смогли придумать.

- А что будет на самом деле? - в голове бился вопрос, почему никто не пытался даже вникнуть в обстоятельства дела? Будто бы это происшествие лишь подтолкнуло окружающих к тому, чтобы избавиться от моей персоны.

- На самом деле ты уедешь из страны, уедешь с тайной миссией, и если ты справишься, тебя восстановят в должности и во всех регалиях.

- Меня уже уволили? - я глянула на Фьорка, тот виновато отвёл глаза, паршивец, не рассказал мне это в прошлую встречу. Если бы знала раньше, не было бы таким острым разочарование сейчас.

- Перевели в разряд добровольных помощников, - Бавре знал, как много для меня значила моя работа и то, что я была именно имперским следопытом. И сейчас я пыталась найти хоть пару цензурных слов, чтобы выразить своё отношение к происходящему, но не находила.

- Фьорк, дай сигарету, - я высвободила руку с торчащим катетером, который не убирали, так как предстояло ещё несколько капельниц с лекарством.

Помощник дёрнулся, чтобы дать мне прикурить, но Бавре опередил его и вытащил из своего старинного портсигара тонкую белую трубочку с табаком и подал мне.

- Бросай дымить, не женское это дело, - привычно заворчал он, щёлкнув зажигалкой в виде ощерившегося дракона. Существа почти мифического и оттого безобидного. Гораздо страшнее оказались люди, окружавшие меня, предавшие при первом же удобном случае.

- Что за миссия?

- Я…я не знаю, - я с удивлением посмотрела на начальника, на моей памяти он первый раз допустил в голосе неуверенность и неосведомлённость.

- Тогда кто знает? - пальцы чуть дрожали, да и сигарета от сильных затяжек закончилась почти мгновенно, Фьорк услужливо подал свою маленькую пепельницу, которую носил исключительно для меня, сам он не курил, и вообще вёл на омерзение правильный образ жизни.

- Завтра ты об этом узнаешь, а пока отдыхай, Иссушение забирает слишком много жизненных сил, - Бавре по отечески погладил, укрывающее меня одеяло.

- Вы тоже думаете, что я предатель и напала на дворец по своим разумениям? А как же «Иссушение»?

- Но ведь не «Подчинение» же, - рассудительно ответил инспектор, - я точно знаю, ты не могла так поступить, значит, ты была под действием заклятия. Только вот мое мнение посчитали незначительным, мэтр Карибский подтвердил, что ты не находилась под действием какого либо заклятия, а главный обвинитель не нашел никаких улик, указывающих на то, что тебя кто-то шантажировал или вроде того.

- Я поняла, - я отвернулась к стенке, показывая, что, мол, пора и честь знать.

Бавре ещё посопел, а после встал с кровати и тяжелым шагом пошёл к двери, его спина, всегда такая прямая, с военной выправкой, сейчас была будто придавлена тяжелой плитой, опущенные плечи и наклонённый вперёд затылок.

Бавре остановился, повернулся ко мне, будто желая что-то добавить, но ничего не сказал и быстро вышел из палаты.

- Фьорк, - позвала я парня, тот сразу подскочил ко мне, - ты должен уйти, отстраниться, ты пострадаешь, если будешь вертеться около меня. Я нынче в опале.

Помощник возмущённо смотрел на меня, но послушался, слегка поклонился и вышел вслед за старшим инспектором.

На тумбочке остались пепельница и пачка моих любимых сигарет. Лишь, когда тихо затворилась дверь, я позволила себе сползти вниз и перевести дух, стоило собраться и обдумать возникшую ситуацию, но сейчас не было ни сил, ни желания. Все мои многолетние труды на благо Империи перечёркнуты и меня попросту выкинули как шелудивого пса за дверь благопристойного ресторана, куда он зашёл в надежде утолить голод.

Машина прибыла перед завтраком. Улыбчивая медсестра в накрахмаленном чепчике и сияюще белой форме зашла ко мне без стука и оповестила:

- Мисс Увайт, вас ожидают возле центрального входа. Я вам сейчас витаминчики уколю, а когда вернётесь, тогда и на процедуры сходите.

Она аккуратно забинтовала мне руку и принесла мою одежду, чтобы я могла сменить больничную рубашку на приличное одеяние.

Платье из плотной ткани болотного цвета, совершенно простого покроя сияло большими медными пуговицами, чулки и легкие кожаные ботинки завершали образ. По виду не скажешь, а за эту обувь я в своё время отдала половину месячного жалования. Хорошо, что тогда мне была выдана ещё и премия за удачно закрытое дело о мошенниках в рядах императорских судовладельцев. Некоторые из этих людей списывали якобы пришедшие в негодность корабли, получали субсидии от императорского двора на покупку новых, а сами использовали вполне годные суда для перевозок или продавали их, забирая лично себе в карман кругленькую сумму.

Вскрылось это благодаря досадной случайности, один из таких кораблей получил в шторм пробоину в боку и заплыл в порт по пути, чтобы подлататься и продолжить путь с грузом Чинийского фарфора на север страны.

Не совсем трезвый мастер по моторам был весьма удивлён тем, что обнаружил свой знак на детали, которую он никак не мог ремонтировать ранее, потому что корабль с этим названием он видел впервые. И по пьяной лавочке он проболтался друзьям- собутыльникам в баре, одним из которых был наш информатор, в тот момент, направляющийся в столицу.

Таким нехитрым способом информация дошла и до меня, а уже через три недели трое императорских судовладельцев давали мне признательные показания.

Так что ботиночки эти у меня словно якорь в памяти, обуваю их и всплывают воспоминания о бессонных ночах, о том, как на свой страх и риск вырядилась я инспектором мореходства и обыскивала корабли подозреваемых в поисках доказательств. И ведь нашла, правда, уходить пришлось быстро и со скандалом, а револьверы особо агрессивных членов команды я заморозила несложным заклинанием.

Мысль о том, что я больше не являюсь имперским следопытом, слегка отрезвила меня и одевалась я быстро, больше не отвлекаясь на ностальгию по службе.

Автомобиль стоял рядом с центральным крыльцом, слишком близко к ступенькам, и огибающие его люди, спешившие в больничный корпус, недовольно поглядывали на него.

Открылась чёрная блестящая дверь и вышел молодой мужчина в строгом костюме и с подозрительно оттопыривающимся пиджаке. Даю руку на отсечение, что, если начать его обыскивать, то в этом месте я обнаружу новейшее оружие для личного состава охраны министерства.

Охранник молча придержал мне заднюю дверь авто, совершенно не помогая забраться туда, а это оказалось без должной сноровки тем ещё квестом, мягкое сиденье было расположено достаточно низко и, в итоге, я почти в него провалилась, чувствуя, что в случае нападения я не смогу быстро отреагировать.

Мужчина так же молча сел на переднее сиденье и стальная машина начала движение.

Через пару минут я утомилась смотреть в окно на мелькающие картинки и попыталась завести разговор.

- Куда мы едем?

- Вы все узнаете, - парень даже головы не повернул. Вот досада, теперь я немного понимаю тех, кого ко мне привозили на допрос, смешанное ощущение тревоги, нервозности и полного бессилия изменить ситуацию.

- А к кому скажете или тоже секрет? - позволила яду просочиться в мой голос.

- Вы все узнаете, - так же безэмоционально повторил мой сопровождающий, вызвав у меня приступ раздражения и желание придушить его в тот же миг.

Долго мне злиться не пришлось, автомобиль пару раз плавно повернул и въехал на частную территорию, припарковавшись около весьма внушительного, похожего на малый дворец, здания. Дверь мне открыл все тот же неразговорчивый парень, он же и проводил меня в кабинет, где уже находился пожилой мужчина.

Хозяин кабинета снял очки, привстал и посмотрел на вошедшую меня.

- А, мисс Увайт, я вас ждал, прошу вас садитесь.

Он указал на кресло напротив его стола и вежливо представился.

- Не ошибусь, если скажу, что мы с вами лично не знакомы, но многое друг о друге слышали. Я министр законности и порядка, лорд Цвирг, а вы - единственная леди, среди неотесанных мужланов сыщиков, к тому же не просто женщина, а следопыт, которая уже не раз утирала нос своим коллегам.

Портрет этого человека висит в кабинетах любого начальства, рядом с портретом императорской семьи и главного жреца. Так что, я его сразу узнала. Только вот художники явно ему польстили и сейчас передо мной был человек лет на пятнадцать старше, чем на официальных портретах. Мешки под глазами, глубокие морщины на лбу и цепкий, будто сканирующий взгляд.

Я, игнорируя этикет, присела в предложенное кресло и молча взглянула на лорда Цвирга.

Тот достойно выдержал мою психологическую уловку и даже позволил себе почти незаметно усмехнуться.

- Мисс Увайт, я слышал, что у вас сейчас трудности на службе, - продолжал ворковать он. Лишь стандартная обложка личного дела на его столе выдавала то, что он знакомился с ним, пока меня везли сюда.

Вероятно, там на первой странице мой дагеротип и крупная надпись: Бероника Увайт, старший следопыт столичного округа.

- Трудности? - моей выдержке позавидовал бы и стерегущий добычу тигр, я лишь слегка допустила в моем голосе саркастические нотки.

-Точно, - легко рассмеялся министр, подымая руки ладонями вверх и демонстрируя согласие со мной, - вы влипли.

Его лицо выражало сочувствие ко мне, да так искренне, что я почти поверила.

- Нападение на императорский дворец, драка со стражей, подстрекательство к смене режима, это тянет на тюремное заключение и солидный штраф. Работу вы также потеряете. Но ведь всегда есть выход, правда?

Министр Цвирг сложил руки на столе, я мельком заметила, что движения явно причиняют ему боль: специфический запах, увеличенные суставы пальцев, легкая гримаса при этом, почти незаметная, но я успела уловить.

Его суставы пожирала болезнь, ещё лет пять и с мелких она перекинется на крупные и тогда уже возможность министра ходить будет под вопросом.

- У вас уже есть решение? - мне отчаянно хотелось закурить, но свою пачку сигарет я оставила в палате.

Лорд Цвирг встал и прошёлся по кабинету. Да, мои подозрения подтвердились: у него тяжелая болезнь и теперь я корректирую срок до трёх лет.

Он оперся о стол и спросил:

- Вы бы хотели вернуться в отделение, не так ли?

Вопрос не требовал ответа, лишь констатация факта, поэтому я промолчала.

- Это возможно, если у вас будут заслуги перед императором и его семьей.

Министр отошёл к бару и налил нам напитки, себе панское бренди, а мне освежающий холодный пунш.

Я с благодарностью приняла стакан и сделала глоток, легкие пузырьки защекотали мне язык, смывая усталость и напряжение.

- Заслуги, которые невозможно будет переоценить, чтобы не возникло ни у кого вопросов, достойны ли вы возвращения в Мерсийское Управление законом и порядком.

Министр демонстративно делал паузы между словами, давая мне возможность выказать любопытство, но я продолжала смотреть в окно и изредка пить маленькими глотками пунш.

Не дождавшись моей реакции, он продолжил:

- Дело специфическое, почти интимное, потому разглашению не должно быть предано, ни в коем случае. Вы меня понимаете?

- Это выходит за рамки закона? - меня действительно волновало только это. С детства я почти физически не могла нарушить общепринятые границы, а когда дело касалось исполнения закона, тут я была почти фанатична. И совершенно принципиальна.

Министр почти с облегчением засмеялся, но искренности в смехе у него не было ни капли, лишь нотки нервозности.

- Нет, никаких нарушений законодательства, вы должны найти одного человека и уговорить его встретиться с императором. А так же доставить его сюда.

- Почему я? Это может сделать любой мало мальски опытный имперский следопыт, - я не понимала, зачем тайной службе прилагать столько усилий, чтобы не дать мне возможности выбора, а то, что это все подстроено именно тайной службой его величества, у меня теперь не было сомнений.

- Вы единственная, кто сможет это сделать, я уверен в этом.

Я ещё немного поиграла в гляделки с лордом Цвиргом и нехотя ответила:

- Вы знаете, что я соглашусь, давайте поскорее с этим закончим, я уже хочу вернуться в свой кабинет и выпить там чашечку кофе.

Министр будто только этого и ждал, он аккуратно сложил листки, которые читал до встречи со мной в папку и протянул мне. Я ошиблась, это не было моим личным делом, это было задание, которое мне нужно было выполнить.

- Тут собрано все, что мы знаем об этом человеке, а также его возможное имя, где он вероятнее всего находится, и ваша легенда. Вы же не думаете, что поедете под своим настоящим именем?

- Я ещё ничего не думаю, - пробормотала я рассеянно, попытавшись открыть папку.

Но мужчина ловко накрыл мою руку своей, не давая мне этого сделать.

- Мисс Увайт, прошу вас, изучите материалы в одиночестве. Наличные на поездку привезут вам завтра, так же, как и новые документы.

- Когда я должна приступить ?

- Сразу, как почувствуете себя в форме, только прошу вас не затягивать. Ваш объект должен прибыть в столицу не позднее, чем наступит Зимнее солнцестояние.

- Не густо у меня со временем, - я скривилась, до солнцестояния оставалось чуть больше трёх месяцев.

Глава 3

ГЛАВА 3.

Открыть ничем не защищённую на первый взгляд папку, я смогла лишь ближе к обеду. Когда автомобиль привёз меня обратно к ступеням центрального крыльца больницы, меня в оборот взяла медсестра.

- Мисс, что же вы так долго? Вам уже пора на процедуру целительства.

Она вцепилась в меня как бультерьер в вора и потащила, невзирая на слабые протесты по коридору. Я лишь успела сунуть свернутые листки во внутренний карман тёплого жакета.

Пожилой целитель явно просто досиживал срок до возраста, когда ему полагалось почётное жалование за выслугу лет без обязательств вести практику. Никакой реакции при моем появлении он не выдал, мне показалось, что он меня и не заметил вовсе. Медсестра положила перед ним тонкую тетрадь- историю моей болезни.

-Доктор Штейн, это мисс Увайт,- медсестра многозначительно понизила тон. Доктор кивнул и пролистнул первые страницы подсунутой ему тетради.

Его густые брови торчали отдельными волосками, напоминая мне взъерошенных ежей. А глубоко посаженные глаза изредка мелькали грязно голубыми бликами, когда доктор бросал на меня взгляды.

- Так-с, больная, на что жалуемся? - голос лекаря был бодр, а вот меня уже клонило в сон.

- Ни на что, - буркнула я, мечтая лишь лечь в кровать в тишине и покое. Отлежаться - вот моя идеальная тактика при любых хворях. Даже, если эта хворь - болт от арбалета в плече.

- Слаба она после заклинания, врач сказал ваш профиль, - наябедничала на меня медсестричка, ещё не вышедшая за дверь. Я недовольно на неё глянула, но поправлять не стала.

- Какое заклинание? - спросил сам себя доктор, перелистывая мою историю болезни, - «Иссушение», значит. Что ж, милочка, давайте приступим.

Четверть часа диагностика моего бреннного организма, ещё четверть часа напитка чужеродной, но питательной энергией. Потом несколько минут лекция о том, как я неразумно поступила, так доверчиво открывая письмо, пусть даже безобидное на вид.

Я честно слушала, а мысли давно уже витали вокруг разговора с министром. Что-то тут было неправильным, что-то казалось фальшивой нотой в стройном ряду нотного стана. Где-то я упускала важную деталь, и не могла вычленить причину своего беспокойства.

- … что касается двигательной функции, у вас повреждены точки мышц, стоит с полгода поберечься от сильных нагрузок, иначе может отказать какой- нибудь орган, куда отдадут последствия, мне неясно, вероятнее всего в руку… - донеслось до меня сквозь вату моих размышлений.

- Я обездвижу? Из за чего? - подобная перспектива мешала мне отмахнутся от доктора .

Тот недоуменно взглянул на меня, почесал нос и повторил:

- Я говорю, что часть заклинания не вышла из вас и будет иметь неприятные последствия. Вы же маг?

Я кивнула.

- Значит, вы должны знать о таких эффектах. Почему на вас не было личной защиты?

- Израсходовала последнюю при задержании преступника, а до конца месяца ещё неделя.

- Ох уж эти ваши внутренние инструкции, ради высокопарных слов о надежности управления, готовы даже своими сотрудниками жертвовать, - доктор презрительно скривил губы, - Мисс Увайт, я настоятельно советую сменить вам род деятельности. Вы, мягко говоря, не тянете…

Я подняла на целителя тяжелый «фирменный» взгляд, отчего он заерзал на стуле, явно испытывая неудобства:

- Не могли бы вы, господин доктор, дать мне рекомендации к выписке? Очень надо.

Целитель неловко улыбнулся и сказал:

- Вы ещё нездоровы, но, если пообещаете мне лежать в постели ещё минимум неделю…

- Безусловно, так и сделаю, - я сменила гнев на милость и очаровательно улыбнулась, изгнав с лица маску императорского следопыта.

Доктор поколебался, даже хотел что-то спросить, но потом молча сделал записи в истории болезни и протянул ее мне.

- Решает ваш лечащий врач, но я, по вашей просьбе, рекомендации сделал. Всего вам доброго, мисс Увайт.

- И вам, доктор, - облегченно попрощалась я и вышла в коридор, где царила обычная больничная суета. Сопровождавшая меня сюда медсестра не стала меня ждать, так что до палаты я добиралась в одиночестве. И раздевшись, наконец, осуществила мечту своего утра - растянулась на кровати, чувствуя, что мир перестаёт ходить ходуном.

Уверенными руками развязала тонкие ленточки и открыла папку, и лишь тогда затылком почувствовала как лопнула невидимая нить заклинания. Зря я наговаривала на министра, информация была защищена очень хорошо, открывалась адресно, лишь мне.

С первого листка на меня смотрел с магснимка молодой улыбающийся мужчина, приятной наружности, темные глаза, вьющиеся волосы, локонами лежащие на высоком лбу, густые брови и ресницы, почти как у девушки. Стройная, но сильная фигура. Парень производил впечатление любимчика женщин.

«Энтони Брукс, тридцать один год, образован, обучен воинским искусствам, имеет приятные манеры, на момент изысканий женат не был, законных детей не имел. Склонен к шулерству, лёгкой наживе и кутежам. Магические таланты не выявлены, к жрецам и магам относится презрительно, но в случае выгоды вполне может иметь с ними дело.»

Да уж, неприятный тип, даром, что наружность смазливая. Встречала таких вот молодых людей среди сутенеров ночных бабочек, несмотря на их кажущуюся мягкость- не один и не два клиента получали нож в живот при отказе оплатить услуги девушек. Сами пострадавшие, почти всегда уверяли нас, что это «я так нож неудачно точил, да поскользнулся и упал, прямехонько на него». Рок, фатум, судьба. И я лишь бессильно злившаяся при очередном «несчастном случае». Как можно защитить того, кто этого не просит?

«Последнее его известное место проживания в южном округе, местечко Сильвани, около полугода назад он вышел из дома и больше никто о нем ничего не слышал. Уход не был запланирован заранее, большинство вещей, в том числе и ценных, остались на своих местах.»

Далее шли последний известный адрес, возможные имена, которыми он когда-либо назывался, свидетельства соседей, их адреса и вероятные причины исчезновения Энтони Брукса.

Среди них фигурировали и «маялся животом, ушёл в лес и заблудился», и «разозлил приезжего мага, а тот, поди его в хряка превратил». Информация, мало пригодная к обработке. Выхода не было, начать стоило с городишка Сильвани. Знать бы ещё как туда добраться…

Пришлось собрать в кучу мои небольшие знания географии и административного устройства империи. Округа делились на префектуры, величина которых зависела от величины городов, туда входящих. Самые крупные префектуры, включающие в себя центральные города округов, были и самыми влиятельными. Судя по адресу, город Сильвани относился к южному округу, префектуре Кина. Не самая богатая область, половину территории префектуры занимали горы, пустые изнутри и снаружи. Там не было обнаружено ни полезных ископаемых, ни ценных металлов, ни редких растений или животных. Мелкие селения лепились к горным речкам, берущим своё начало высоко в горах, в них водилась крупная форель, с нежным, удивительно вкусным и сытным мясом. Особенно хороша эта рыба была с чинийскими специями. Так что селения выживали, благодаря продаже ко столу аристократов этой самой форели. Да разводили коз, исключительно себе на нужды, так как даже эти неприхотливые животные с трудом находили себе в этих горах пропитание.

Несколько лет назад рыбы в реке убыло, настолько сильно, что селяне не смогли выручить за улов нужной суммы, чтобы рассчитаться с долгами. И до сих пор, насколько я знаю, эти долговые обязательства все ещё висят над некоторыми деревнями.

Следующие листки с информацией касались лично меня. Это была та самая легенда, которую мне обещал его превосходительство министр Цвирг.

«Николетта Блэк, учительница жреческой школы по предмету этикета. После смерти родителей взяла отпуск без оплаты жалования и ищет своего брата, с которым ее разлучили в глубоком детстве. Из-за бедности в семье его отдали на воспитание к тетке, живущей на границе с Иландией. Во время войны с Мерсией пограничное поселение было сожжено и разграблено, жители разбежались, и следы брата Николетты и ее тетки потерялись. Николетта подозревает, что Энтони взял фамилию тетки - Брукс, потому и напала на след Энтони Брукса, подходящего возраста и внешности.»

Я с недоумением взглянула в зеркало, висящее на внутренней стороне двери, там отразилась худая девушка, с острым подбородком и маленьким носом, серо-синие глаза и длинные каштановые волосы, сейчас заплетенные в косу. Вот, пожалуй, только цветом волос мы с Энтони и похожи. Ни черты лица, ни цвет и форма глаз, ничего не указывало на то, что мы родственники, впрочем это было правдой, так что не удивительно. Удивляло другое- какой умник выдумал эту историю ? Любой мало-мальски знакомый с Бруксом человек раскусит меня вмиг. А незнакомый с ним не даст никакой полезной информации.

Последними в папке оказалась бумага с выпиской по счету на мое новое имя. Что ж, хотя бы в этом министерство не поскупилось, средств у меня было достаточно, чтобы путешествовать хоть на частном драконе. Говорят, такие есть в Чинии.

И все же существовала одна незначительная, но проблема: в Мерсии женщина могла путешествовать одна лишь будучи замужем, либо овдовев, либо достигнув среднего возраста. Во всех остальных случаях, ей полагался провожатый. Вот такая архаичность встречалась в продвинутой и образованной Мерсии. Как имперский следопыт, я не обращала внимание на это нелепое правило, но как простая учительница я должна была иметь сопровождающего.

Можно было нанять такого, некоторые девушки именно так и делали, на время путешествия, но в моих поисках совершенно незнакомый и чужой человек будет только мешать. Это исключено, так что нужно было решать, кому я могла довериться.

Вопрос отпал сам собой, когда после обеда в палату робко заглянул Фьорк.

- Ты-то мне и нужен, - грозно рявкнула я, от радости, что он все же не послушал меня и пришёл, чуть громче, чем требовалось.

Парень вздрогнул и попытался закрыть дверь с той стороны.

- Фьорк, я уже тебя видела, заходи, - я сбавила тон и даже дружелюбно улыбнулась.

Помощник настороженно просочился в палату, аккуратно прикрыв за собой дверь и зачастил:

- Я случайно мимо проходил, не хотел вас беспокоить, тем более, что вы приказали отстать от вас…

- Расслабься, очень хорошо, что ты вернулся, и давай уже фрукты, которые ты за спиной прячешь.

Фьорк покраснел, с такой уликой трудно убеждать меня, что он случайно оказался рядом, но красные наливные яблоки положил на тумбочку.

- Я хочу, чтобы ты стал моим кузеном, - с места в карьер двинулась я, - ненадолго, вернёмся в Мерсию и снова станем начальником и помощником.

Затянувшиеся пауза заставила меня взглянуть внимательнее на Фьорка. Тот стоял красный и молча, как рыба, разевал рот от изумления. По моему, он раздумывал, не пострадала ли моя психика от всего происшедшего и в частности, моего увольнения?

- Ты не подумай чего, - пробормотала я, стушевавшись, а ведь меня не так легко смутить, - мне просто не к кому обратиться. Ты готов помочь мне и держать все в тайне?

- Что происходит? - наконец отмер Фьорк, мрачно на меня глядя, видимо, он все же решил, что я сбрендила.

- А происходит, дорогой мой, следующее, - я встала, снова ощущая волну гнева на обстоятельства, загнавшие меня в угол, - мне дали выбор: либо я ищу одного человека, либо моя жизнь полетит к чертям. Хорошо, если просто уволят.

Я остановилась и взглянула на помощника максимально серьёзно:

- Ты вправе отказаться, я найду другого, конечно, это займёт какое-то время…

- Я согласен, - чересчур поспешно выпалил Фьорк,- я сделаю, все, что нужно, чтобы помочь вам.

Он меня удивил и своей горячностью, и готовностью помочь, но я была не в том положении, чтобы разбрасываться людьми.

- На столе лежит папка, там вся информация, ознакомься сейчас и подумай, под каким предлогом ты уволишься с работы.

- Я? Уволюсь? - Фьорк не ожидал таких жертв со своей стороны, но больше ничего не сказал: сжал губы и сел на стул, знакомиться с объектом.

Яблоко было замечательным: сочным, сладким, с блестящим красным бочком. Мякоть хрустела каждый раз, как я вгрызалась во фрукт. Я уже почти съела его, когда Фьорк оторвался от чтения листков, с мелко напечатанным текстом.

- Надо бы самим опросить всех свидетелей и соседей, - он взглянул на меня.

- Правильно, - ответила я, прожевав, - я пришла к тому же выводу.

- Когда мы выезжаем?

- Как только будут готовы документы тебе, мои прибудут завтра.

Фьорк задумался, машинально теребя подвеску, которую никогда не снимал - тонкая серебряная цепочка с алой каплей рубина, странное украшение для молодого парня, но большинство знакомых уже привыкли видеть его на нем.

- Нет ли каких условий, что вы должны ехать в одиночку? - высказал он свои опасения.

- Вряд ли они смогут отказать моей просьбе, - зло усмехнулась я.

Так и случилось: наутро, когда прибыл курьер с пакетом для меня, где были документы: имперская карточка, аттестат об образовании, рекомендации с Первой жреческой школы, свидетельство о смерти моих родителей, я попросила его передать мою просьбу министру Цвиргу. Курьер был недоволен, но просьбу передал. Через полчаса медсестра попросила меня пройти в кабинет главврача, там стояло переговорное устройство с защищённой от прослушки линией.

- Я же маг, - хмыкнула я и для верности накинула «купол тишины», - Слушаю!

- Вам действительно так необходимо был наш разговор? Мне казалось, мы все выяснили в прошлый раз, - голос Цвирга был ровен, а слова неприятны.

- Мне потребуются документы на моего помощника Фьорка, он едет со мной, - мой тон не оставлял никаких надежд - в случае его отказа откажусь и я.

- Я не рассчитывал вовлекать кого-то ещё… - министр растерялся.

- А на что вы рассчитывали, наделяя меня подобной легендой, знали же, что женщина не может путешествовать одна, я не в том возрасте, да и не в том статусе.

В трубке воцарилась тишина, через минуту обдумывания, министр ответил:

- Вы правы, я решу этот вопрос, будьте готовы выдвинуться через четыре дня. К сожалению, мы не можем вам дать больше времени на подготовку, изменились обстоятельства и теперь присутствие этого человека в столице критично необходимо.

Я положила трубку на рычаг и обхватила голову руками: я чувствовала, что влипаю во что-то неприятное, но не могла понять, как этого избежать.

Через час связалась со Фьорком по внутреннему каналу, который мне ещё был доступен и сообщила ему радостную новость.

Тот был спокоен, будто и не ждал иного, а также рассказал мне, что Бавре уже пришла разнарядка о том, что он, Фьорк, должен уйти в неоплачиваемый отпуск на неопределенный срок, рекомендация сверху, выполнять обязательно. Бавре жутко разозлился, но перечить не посмел, так что завтра, после всех подписей мой помощник будет свободен, как змея в пустыне.

Местом встречи определили городской вокзал, Фьорк рассчитал маршрут, при котором мы сможем достигнуть Сильвани за трое суток. На том и распрощались и я тут же начала решать вопрос с моей выпиской из больницы. Главврач попытался меня отговорить, но я сунула ему под нос рекомендации доктора Штейна и настоятельно просила главврача прислушаться к коллеге. Главврач долго бурчал, но после моего ультиматума, что я либо ухожу так, либо с выпиской, предпочёл все же поставить свою подпись на бумаге.

Оставшееся до отъезда время я посвятила покупке нового гардероба, «консервировала» свою квартиру и нанесла визиты немногочисленным друзьям.

В субботу утром я стояла под пронизывающим ветром на перроне номер два, с большим чемоданом, облегчённым бытовым заклинанием, но не ставшим от этого менее массивным. Я ждала поезд.

Глава 4

ГЛАВА 4.

Сквозь клубы пара и с громким скрежетом, локомотив остановился точно напротив здания вокзала, это был модный нынче маговоз, энергией которому служил кристалл- накопитель. Драгоценный или полудрагоценный камень, который саккумулировал в себе энное количество единиц магэнергии. Для локомотивов подобные производили в промышленных масштабах и их всегда не хватало. Потому частенько маговозы заменяли привычными тепловозами и паровозами.

Фьорк, точнее, по новым документам - Мэт Кошунски, мой дальний родственник, выбирал нам места с точки зрения комфорта, поэтому сейчас мы восседали одни в двухместном купе первого класса. Нашими были два соседних купе, Фьорк настоял, чтобы мы ночевали в разных комнатах, ради приличия. Я согласилась, хотя не видела в том никакой нужды. Возраст у меня не девичий, а взгляд ищейки напрочь отбивает желание у людей сквернословить на мой счёт.

Других пассажиров не было, что позволяло нам общаться без страха быть услышанными. Для верности я все же поставила купол тишины.

- Долго ли нам ехать,Фьорк, тьфу, Мэт? - я поморщилась, стоит лишь раз ошибиться на людях и можно ставить крест на поисках Энтони Брукса.

- Мисс Увайт, я должен вам сказать, что точно не знаю, - почему-то шепотом сказал Фьорк-Мэт, наклонившись ко мне ближе.

- Мэт, - я добавила строгости в голосе, - как мой кузен ты можешь назвать меня Николь, и никак иначе, - а в конце прошипела, демонстрируя уровень своего недовольства, - забудь про «мисс Увайт», я - Николетта Блэк, если хоть раз ошибёшься - дальше я поеду одна!

Фьорк-Мэт покраснел, потом побледнел, но не полностью, в итоге, так и сидел с большими красными пятнами на лице.

- Простите, мисс… Николетта.

- Ещё раз: более близкое обращение, мы не чужие друг другу.

- Прости, Николь, - Фьорк смог выдавить из себя нужную форму.

Я сунула ему под нос бумаги для изучения и попросила не трогать меня, пока мы не прибудем в Штоллен, крупный город на востоке Мерсии, он славился своими оружейным заводом и фарфоровой мануфактурой.

Фьорк кивнул и уткнул свой довольно длинный нос в бумажные листки, а я, сняв ботинки, жакет, ослабила шнуровку верхнего платья и, наконец, прилегла на диван.

Громкие крики на перроне выдернули меня из дремоты, я лишь чувствовала сильное биение сердца, указывающее на приближение моего обычного кошмара. Так что побудка была абсолютно вовремя, я, проморгавшись, выглянула в окно.

Наш поезд остановился на маленькой станции, и вход в вагон был оккупирован группой галдящих людей в цветастых одеждах.

- Заргары, - спокойно произнёс Фьорк, когда аккуратно отодвинул шторку на окне, чтобы рассмотреть причину шума.

И я вспомнила, про эту самобытную и кочующую группу людей. Их соотечественники разбросаны по всему миру и не всегда сразу можно определить, что какой-то человек - заргар. Одежда, язык, даже внешность может быть совершенно отличающейся от классического кочевника, и лишь род деятельности никогда не менялся. Все заргары занимались ювелирным делом, традиционно самые именитые и маститые ювелиры - были заргарами. Другие нации тоже встречались в этой отрасли, но мало кто добивался таких же высот, как и мастера из кочующего народа. Говорят, что у них врожденный дар чувствовать и разговаривать с драгоценными камнями. И если мнение мастера не совпадает с мнением клиента о том, как должно выглядеть изделие, последнему бесполезно настаивать на своём, мастер попросту не возьмётся за его заказ.

С городскими заргарами я встречалась, особенно часто это было, когда одного из них ограбили. Тогда преступник был найден мною уже мертвый, а во рту у него эксперты нашли россыпь мелких ла’лов - камней, символизирующих смерть.

Эти же люди явно не были элитой заргарского мира, и скорее всего, подрабатывали чем могли: женщины - гаданием, мужчины - сезонными сельскохозяйственными работами, продажей чистокровных и не очень коней, да кузнечным ремеслом.

Мне казалось наш проводник недостаточно рьяно отбивался от претензий женщин, одетых в пестрые яркие платья с воланами по подолу. Двое высоких сильных мужчин что-то быстро и громко доказывали нашему проводнику, а тот не меняя скучающего выражения лица, отрицательно качал головой.

- Это никогда не закончится! Мне нужно выйти на свежий воздух, - я с досадой вздохнула и обулась, решив, что обойдусь и без жакета, вышла на ступеньки вагона.

Толпа на секунду притихла, а проводник кинулся подать мне руку, чтобы я могла спуститься на перрон.

- В чем дело, любезнейший, - обратилась я напрямую к нему, игнорируя вновь возрастающий шум. Мельком отметила про себя, что одного из стоящих рядом заргаров немного покоробило такое неуважение.

Да, заргары ценили женщин, но ее место в клане было где-то между детьми и ценными кобылами. А я к тому же и вовсе была чужестранкой, то есть, и, взгляда приличного мужа-заргара не стоящая.

- Мисс Блэк, я прошу меня простить за этот шум, - проводник кинул гневный взгляд на ближайшего заргара, а тому все было нипочем, все также галдел на незнакомом языке.

Я достала сигарету и вопросительно посмотрела на проводника - щуплого мужчину в фирменном суртюке, тот споро поднёс мне зажигалку.

Краем глаза я видела, что Фьорк вышел из вагона и встал рядом с проводником, но не пытался вмешиваться в мою беседу.

Сизый дым, выпущенный мною, на мгновение скрыл от меня незваных гостей.

- Я повторяю: в чем дело? - мой тон не оставлял сомнений - я раздражена, - когда мы вновь двинемся в путь? Мне бы не хотелось опоздать.

- Уйди, женщина, здесь говорят мужчины, - стоящий рядом заргар, гордо вскинул свой подбородок, когда говорил мне эту тираду, между прочим, на чистом мерсийском языке, хотя до того толпа усиленно делала вид, что не понимает несчастного проводника. Что в очередной раз доказало мне, насколько они нас презирают и это несмотря на то, что живут на нашей земле свободно, не подвергаясь гонениям за инаковость.

- Я уйду, - усмехнулась я, - лишь когда выясню причину задержки состава.

Заргар раздраженно цокнул языком и отвернулся от меня, словно уверившись в моей непроходимой тупости, а проводник быстро заговорил:

- Они хотят посадить к нам девчонку, без билета конечно.

- А почему в первый класс? Легче договориться с третим или четвёртым классом, там и денег попросят меньше.

Странное поведение заргаров заставило меня даже слегка удивиться, нелогичность - она всегда привлекает внимание.

- В тех вагонах нет мест, сами понимаете: южное направление, лето. Все едут отдыхать поближе к морю. А билеты в купе первого класса настолько дороги, что предпочтительнее путешествовать порталом. Быстрее и безопаснее.

Заргары вновь загалдели, перекрывая негромкий голос моего собеседника.

- Покажете нам, кому нужно уехать? - обратилась я к тому самому мужчине, который посоветовал мне не вмешиваться в беседу уважаемых мужей. Тот, перед этим громко кричащий, резко замолчал и было от чего. Обратилась я к нему на языке заргаров. Выучила, пока искала убийцу, пришлось сидеть в библиотеке почти две недели по ночам. Уж больно интересно было, о чем в моем же присутствии, игнорируя все правила приличия говорят мои потерпевшие. Оказалось, что меня разговоры напрямую не касались, но несколько интересных тайн я все же уловила.

Воцарилась тишина, даже дальние поняли, что происходит что-то из рук вон выходящее.

- Женщина, почему ты говоришь на языке великого народа? - обратился ко мне мужчина.

-Это вполне законно, для меня этой причины достаточно, - я затушила сигарету в пепельницу и захлопнула изящную крышечку, - Вы будете разговаривать или мы сейчас закроем дверь и поезд тронется?

Заргар глянул на своих людей, но те молчали, не пытаясь вмешаться и тогда он жестом отдал приказ. Толпа расступилась и пропустила девушку лет пятнадцати в таком же цветастом платье, как и остальные женщины, ботиночки и лента для волос: вот и вся ее одежда.

- Это моя племянница, ей нужно к отцу, в Фомск, возьмёшь ли ты ее? Мы заплатим.

Теперь, когда выяснилось, что я владею их языком, мужчина игнорировал проводника и Фьорка, даже не глядел в их сторону. Со мной же общался хоть и с неприязнью, но вполне вежливо.

- Нет ли у девчонки вшей? - скривила я рот, пользуясь тем, что я была нужна и прямо мне никто не нагрубит. Девочка мгновенно покраснела и попыталась что-то мне сказать, но ближайшая женщина, полная и некрасивая, с большим носом и печальными глазами, ловко закрыла ей рот.

- Нет, она здорова, мисс, - сказала она на ломаном мерсийском, - наша Мирабель очень чистоплотная и крепка телом.

- Сэр, у нас есть возможность приютить эту несчастную? - обратилась я к молчащему до того проводнику, уверена, что он ни слова не понял, пока мы переговаривались с дядей этой девушки.

- Есть, конечно, в вагоне три купе, вы заняли лишь два, так что третье свободно.

- Тогда мы можем взять ее с собой? - мне уже несколько надоела эта ситуация, хотелось побыстрее решить ее и прилечь отдохнуть.

- Я не могу без билета, как же это… - забормотал растерянный проводник.

- Хорошо, в своё купе я могу ее взять? У меня же билет есть.

Проводник вытер на лбу выступивший пот и ответил:

- Можете, теоретически. Только доплатить надо и пометку в билете сделать.

- Отлично. Мирабель, садись уже и поедем, наконец.

Я развернулась к дверям вагона, уже не интересуясь происходящим, а в спину мне принеслось на заргарском:

- Настоящая заргарка!

Максимальный комплимент, который я могла получить от людей этой нации.

Я аккуратно приподняла юбку и шагнула на первую ступеньку. Фьорк, до того молча стоявший в стороне, подскочил и помог мне забраться.

Пока шли по коридору, состав начал движение и постепенно набирал скорость.

Я открыла дверь своего купе и сказала Мирабель, которая тихо шла вслед за мной:

-Придётся тебе потерпеть меня, ехать с моим братом ты не можешь - он мужчина. Тебя зовут Мирабель, верно? Я - мисс Николетта Блэк, можешь называть меня Николь, а мой брат - мистер Мэт Кошунски.

Девушка молча кивнула и легко скользнула в комнату. Я ткнула пальцем на правое ложе и повнимательнее пригляделась в Мирабель.

- Тут ты будешь спать, если захочешь перекусить - скажи об этом проводнику. Он запишет на наш счёт.

Чёрные волнистые волосы, доходящие девушке до пояса, светло-карие глаза и длинные пушистые ресницы, аккуратный нос и средней толщины губы - она несомненно была красавицей: яркой и нежной.

Смуглая кожа лишь подчеркивала ее самобытность и привлекательность. На фоне модных бледных дам, Мирабель выделялась бы, как алый пион среди белых роз.

Я опустила взгляд ниже: аккуратно подточенные ноготки, нежная кожа рук, не знающая домашней работы, на ногах дорогие ботиночки из кожи южного буйвола - обувь, которую не все могли себе позволить, она была очень удобной и красивой, но совершенно непрактичной.

Улыбкой смягчила последующие слова:

- Оставлю тебя, мы не договорили с братом, когда поезд остановился.

Фьорк стоял около окна, явно ожидая, когда я приду.

- В купе, быстро! - прошипела я и толкнула его в открытый проем. Парень повиновался и захлопнул за нами дверь.

- Мэт, кто сейчас король заргаров? - вскинула руку, устанавливая купол тишины.

- Кажется, Бруно Семипалый. Хотя могло все изменится с моего последнего интереса. А почему вы… ты спрашиваешь?

Фьорк, по прежнему, путался, но я не стала поправлять, достаточно того, что он сам осознавал свой промах.

- Интересно, я же слышала о нем от того торговца, помнишь, тот самый ювелир, сосед ограбленного?

Мои шаги скрадывались толстым ковром и я передвигалась от окна к двери, практически не производя шума. Фьорк лишь вертел головой, пытаясь понять ход моих мыслей и не упустить меня из виду.

Резкая остановка и я с досадой произнесла:

- Вертится в голове одна мысль, не могу ее поймать и сформулировать.

- Это касается того, кого мы ищем? - осторожно спросил Фьорк.

- Нет,- я взглянула на помощника, тот напряженно сидел в кресле, - Мэт, прошу тебя, отдохни, ты выглядишь неважно. Мы будем в пути ещё двое суток, так что это единственная возможность набраться сил перед неизвестным.

- Да, Николь, ты права. Я почти не спал после нашего разговора в госпитале. Да и подготовка утомила. Если позволишь, я, пожалуй, прилягу.

- Да, конечно, Мэт, - я встала, шурша юбками, - разбужу тебя ближе к ужину.

В моем купе было тихо, в щелку двери было видно, как заргарская девушка безучастно сидит на диванчике и смотрит на пролетавшие мимо пейзажы, так что я не стала задерживаться и пошла прямиком в вагон - гостиную. Там попросила принести мне кофе и достала свой неизменный блокнот.

Мне стоило привести свои мысли в порядок.

Официант оказался расторопным малым и уже через несколько минут передо мной стояла исходящая паром чашка чудесного горького напитка.

- Я могу здесь курить? - организм настойчиво требовал свою дозу наркотика и у меня не было доводов ему противостоять.

- Да, мадам, прошу вас, - мужчина подал мне бронзовую пепельницу, вычищенную настолько, что я могла ее использовать в качестве зеркала.

- Благодарю вас, - я улыбнулась, мне стоило поддерживать образ скромной интеллигентной учительницы. Хотя одно то, что я путешествовала первым классом уже говорило об обратном. На этот счёт у меня было оправдание, что наше путешествие спонсирует мой кузен Мэт Кошунски, заработавший на бирже целое состояние.

Мерный стук колёс навевал оцепенение, именно в такой ситуации я могла сосредоточиться и полностью погрузиться в свои мысли.

Значит, что мы имеем?

Небольшой городишко, парень, который понадобился самой влиятельной семье в нашей стране. И он явно не хочет, чтобы его нашли, иначе Тайная служба попросту давно бы это сделала. Кто он? Преступник? Или редкий специалист, помощь которого стоит целое состояние? Тогда какая у него специализация? Судя по его скрытности, весьма далека от закона и порядка.

Наемный убийца? Это предположение уже интереснее, осталось понять, кто жертва. Кто настолько мешает членам императорской семьи, что они готовы посвятить в поиск убийцы кучу народа. Нет, это нелогично. Особенно, выбирать меня в качестве ищейки. Всем известна моя принципиальность в плане соблюдения закона. Я молчать не буду.

Что означает… если я права, то при прибытии в столицу я буду ликвидирована или скомпрометирована ещё больше, чтобы мои слова больше не имели веса.

Тогда имеет смысл подстраховаться. Этим я и займусь, когда у поезда будет длинная стоянка.

Я взглянула на наручные часики, изящные и позолоченные, купленные мною с одной из премий за крупное расследование, они мне очень нравились. И несмотря на то, что вид уже имели не очень презентабельный, я их не снимала.

Таааак! Через два часа будет трехчасовая стоянка в большом городе Эрзасе. Он славился своими мануфактурами и заводами, работали там в основном приезжие с юга, но и для местных хватало работы.

- Не могли бы вы принести мне принадлежности для письма, - попросила я подошедшего ко мне официанта. Тот дежурно улыбнулся и расторопно принёс мне требуемое.

Занятие увлекло меня надолго, лишь спустя полтора часа я отдала три запечатанных письма подошедшему официанту и попросила отправить ближайшей почтой.

Только после этого я отправилась в своё купе, там ничего не изменилось: Мирабель сидела у окна, лишь света в купе стало меньше, снаружи уже начинались сумерки.

- Почему ты не поехала почтовым дилижансом или порталом?

Девушка вздрогнула, неожиданно услышав мой вполне миролюбивый голос. Повернулась, смотря на меня с напряжением, но ничего не ответила.

Ее глаза следили за мной, а я лишь спокойно прошла и села на диван, чтобы не стоять невежливо над гостьей.

- Разве твоему дяде не страшно, отправлять тебя так далеко с незнакомцами?

На столике я увидела вожделенную пепельницу и, не спрашивая разрешения, закурила. Мирабель сморщила свой маленький носик, но снова промолчала.

- Ты не куришь?

Девушка покачала головой, а я мысленно улыбнулась своей провокации, теперь я хотя бы знаю, что она молчит не из-за того, что не понимает меня.

- Так как? Будешь молчать?

Заргарка отвернулась к окну, игнорируя мой вопрос.

- Жаль, придётся тогда ссадить тебя в Эрзасе, - я потушила сигаретку и помахала рукой, разгоняя сигаретный дым.

Словно услышав меня, локомотив загудел, замедляя ход. Мы приближались к станции.

- Пошли, дорогая, мне не нравятся мисс, не говорящие ни слова.

Я встала и потянулась за накидкой. К вечеру наверняка стало зябко, не хочу простыть.

- Дядя сказал, что вы довезете меня до Фомска, - раздался за моей спиной мелодичный голос гордячки.

Я даже разворачиваться не стала:

- Мое обещание может быть аннулировано, если ты со своей стороны не будешь выполнять свои обязательства?

- Обязательства? - Мирабель недоуменно подняла бровь, в дверное зеркало мне было прекрасно видно ее лицо.

- Конечно, ты же не можешь не понимать, что наша сделка двухсторонняя? Я помогаю тебе, а ты? Что получу я? - я повернулась к ней, чтобы не пропустить изменений мимики. Чаще всего о чувствах людей говорят их лица, а не их слова.

- Как же, - растерялась девушка, тряхнув блестящими локонами, - дядя же дал вам денег.

- Мы не взяли, своих достаточно, - я усмехнулась, вспомнив, что никаких накоплений за все годы работы сделано мной не было и случись что, единственное, что я могла продать - это моя маленькая квартирка на окраине столицы.

Последний взнос за нее в банк я внесла не более полугода назад. Еще даже не успела все документы выправить.

- Я вас не понимаю, - Мирабель отвернулась и поджала губы, выражая таким образом лёгкое раздражение от меня и моих расспросов.

- Извини, - улыбнулась я, - мне просто хотелось с кем нибудь поговорить, а ты была нема как рыба, вот и пришлось тебя припугнуть. Не хочешь прогуляться?

Такой резкий переход от напряжения в общении к приветливости не смог обмануть заргарку. Она наморщила лобик, выискивая подвохи, но не нашла, потому, выдержав паузу, нерешительно кивнула.

- В Эрзассе стоянка у поезда почти три часа, успеем посетить магазины, если поторопимся. Только мне нужно разбудить брата, не самим же нам пакеты с покупками таскать, - щебетала я, переодеваясь для прогулки и совершенно не стесняясь присутствия Мирабель. Зато она отреагировала странно: покраснела и отвернулась.

- Пойдём? - уточнила я, поправляя юбку нового легкого платья, не требующего такого количества юбок, на основную уже были нашиты пластины из кости, держащие форму.

Мирабель молча кивнула и проплыла мимо меня, лишь на выходе чуть замешкалась.

- Подожди меня около вагона, я только Мэтта позову.

И я постучалась и тут же вошла в купе «кузена». Тот уже не спал и посмотрел на меня при моем появлении.

- Мы с Мирабель хотим пройтись по магазинам, составишь нам компанию? - я улыбнулась, а Фьорк торопливо ответил.

- Да, конечно, Николь, я вас сопровожу.

Он схватил суртюк и вышел, пропустив меня вперёд.

- А где Мирабель? - спросил меня Фьорк, когда мы вышли из вагона.

Я огляделась и мгновенно разозлилась: дрянная девчонка обвела меня вокруг пальца. Ее не было ни среди высыпавших пассажиров, ни в вагоне, ни в зоне видимости.

- Простите, уважаемый, - я улыбнулась проводнику, - девушка, что ехала с нами, заргарка, она куда делась?

Проводник, занятый тем, что тщательно чистил ступеньки, ответил не сразу:

- Да ушла она, - и он махнул рукой в сторону арки.

- Одна?

Годы работы ищейкой научили меня не останавливаться, а допрашивать тщательно и мелочно.

Проводник выпрямился и поправил фуражку, рукава его белой рубашки были закатаны, а в руках грязная тряпка.

- Да, вроде одна, вы знаете, тут не до неё было. В соседнем вагоне даме стало нехорошо, мы все там были.

- Интересно, я никакой суеты не заметила, да и времени прошло немного.

Проводник потерял ко мне интерес и вернулся к прерванному занятию.

Нам же ничего не оставалось, как пойти в город.

Эрзасс, кроме мануфактур, славился своими кондитерскими.

Чудесные бисквиты, мраморные торты, тающие во рту пирожные, бодрящий шоколад и чудесные ягодные карамельки.

Я успела попробовать все, и так же закупить сладости в приятно шуршащие бумажные пакеты.

Фьорк долго ныл, что боится за мои зубы и лишь мои слова о том, что, поедая вкусности, я добрею, как-то примирили его с реальностью.

Уже опаздывая, мы посетили магазин готового платья и прикупили мне обновки и даже нашли неплохой костюм Фьорку.

С той спешкой, с которой мы были вынуждены покинуть столицу, ни я, ни Фьорк не успели приготовить должный легенде гардероб.

На станцию мы почти бежали, Фьорк смеялся над моими попытками приподнять суперсовременную юбку. Костяные пластины мешали мне подхватить подол и я не могла бежать широкими шагами, пришлось сбавить темп.

Но к отходу поезда мы успели, проводник уже несколько нервно искал нас глазами и ощутимо выдохнул, когда увидел наши фигуры.

Фьорк помог мне подняться в вагон и мы прошли внутрь. А в моем купе я обнаружила сбежавшую ранее заргарку. Та будто и не покидала вовсе поезд, спокойно сидела около окна и по традиции смотрела на происходящее снаружи.

Я молча оставила накидку и вышла из купе. Надо помочь Фьорку разобрать покупки. Если Мирабель настолько не хочет разговаривать со мной, мне придётся уступить.

Наше путешествие на юг продолжалось

Глава 5

ГЛАВА 5.

На маленькой станции Фомск Мирабель уже ждали. Я даже не знаю, кто из нас обрадовался больше тому, что совместное путешествие закончилось, но молчавшая до того девушка сухо поблагодарила меня. Она так и не рассказала где была и с кем встречалась во время остановки в Эрзассе. Я смогла отметить лишь сбитую одежду и осевшую юбку - во внутренних карманах явно лежало что-то тяжелое.

- Спасибо, Николь, - кивнула мне Мирабель, - и за ваше терпение. Может, я ещё смогу вернуть вам долг.

- Долг? - я удивленно приподняла бровь. На перроне было холодно и я вышла в утеплённой накидке, но даже она не спасала от пронизывающего ветра.

- Любая помощь заргару не останется без внимания Богами. Мы должны отвечать добром на добро, - девушка была серьёзна и неулыбчива. Встречающий ее человек совершенно не походил на заргара, но Мирабель тепло его поприветствовала, а значит, как минимум, была с ним знакома.

- Николь, поезд скоро тронется, - Фьорк тронул меня за локоть, стоянка в Фомске вряд ли превышала десяти минут. Потому мы с Мирабель прощально кивнули друг другу и я поспешила зайти в вагон.

В купе ничего не изменилось, лишь после свежего воздуха чувствовался легкий аромат духов Мирабель. Стойкие духи, дорогие. Странная девушка и история странная, но мне сейчас не до неё.

Пункт нашего назначения уже приближался, мы вышли из поезда с чемоданами уже через два часа после Мирабель. И я была очень рада попрощаться и с отзывчивым проводником и с замкнутым пространством вагона и с непрекращающейся качкой поезда.

- Куда теперь, Мэт? - Мы сидели в привокзальном кафе, пили обжигающий чай и поедали горячие пирожки.

- Через два часа от главной площади отходит дилижанс в Сильвани, в пути он пробудет около шести часов, так что к вечеру мы прибудем на место.

Фьорк как обычно был пунктуален, собран и деловит.

Он сдал наши вещи в камеру хранения и мы смогли немного прогуляться по городу, где очутились волей судьбы и тайной службы.

Я шла медленно, улыбаясь и подставляя лицо лучам солнца, пробившимся сквозь низкие тучи. В сводках погоды в этой местности был обещан дождь, что ж, увидим насколько маги-синоптики здесь профессиональны.

- Мэт, могли бы мы зайти в местное управление?

Фьорк удивленно на меня посмотрел, даже сбился с мерного шага:

- Николь, что-то произошло?

- Нет, обычное любопытство.

Фьорк покачал головой, но возражать не стал. Со мной он всегда был довольно покладист.

Управление законом и порядком традиционно находилось на главной площади города. Так что мы не рисковали опоздать на дилижанс.

Здесь горожане предпочитали велосипеды и конные повозки, автомобилей почти не было видно на улицах, может из-за их дороговизны, может из-за того, что местные улицы были узкими и извилистыми.

На подходе к Управлению, меня в первую очередь поразили именно служебные машины: современные, с обтекаемым хищным дизайном, с мощным двигателем. В столице мы такие получили в прошлом году, и то только в количестве трех штук. Барве все ругался, что местный бюджет после покупки автомобилей несколько поистрепался.

А тут в открытом гараже я насчитала пять таких служебных машин. Неужели местные инспектора нуждаются в них больше столичных ?

Здание Управление было построено в лучшем случае пару веков назад. Именно тогда архитекторам полюбились строгие линии, симметричность фасада и отсутствие лепнины и украшений: каменная коробка, единственным достоинством которой был высокий шпиль.

Он усиливал магсвязь и на него же цепляли знак управления и герб города.

Массивные двери открылись легко. Фьорк придержал их и пропустил меня вперёд, демонстрируя наличие хороших манер. Я же вытащила платочек и легонько потёрла глаза.

Фойе было почти пустынно, если бы не несколько посетителей, ждущих своей очереди. Я осторожно присела на кресло, оббитое пестренькой тканью, и продолжила прикасаться платком к глазам.

К нам подошёл дородный мужчина с усами и форменной одежде.

- Что у вас, мадам? - устало поинтересовался помощник младшего инспектора, судя по форме. Именно они разделяли между собой дежурства по общению с жаждущими справедливости людьми.

- Мисс, прошу, - прошептала я, - У меня украли чемодан.

Мои усилия не пропали даром: в глазах от трения стояли слезы.

- Хорошо, пишите как было дело. Где, какого цвета, с кем вы были.

Помощник даже не стал скрывать своей скуки, он положил передо мной перо и бумагу.

Я честно старалась не скатиться на привычный казенный язык: «не была, не привлекалась, не ведаю», а описать все по возможности феерично.

Когда помощник вновь подошёл ко мне, мой рассказ уже был готов. Фьорк, читая у меня через плечо, тихонько хмыкал, я же сохраняла траурное выражение.

Офицер забрал у меня заявление и начал читать. С первых же строк его лицо потихоньку вытягивалось от удивления.

- Мадам... мисс, вы уверены, что так и было? - мужчина воззрился на меня, поверх бумаги, - вы пишите, что…

- Вы хотите сказать, что я вас обманываю?! - несколько истерично крикнула я. Фьорк поморщился, а редкие посетители обернулись на мой голос.

- Нет, но обезьяна… - растерянно сказал помощник.

- Все так и было: мой чемодан украли большие обезьяны! - я уселась поудобнее, с тем видом, что меня не так просто будет выгнать отсюда.

- Хорошо, мисс, я вынужден вас покинуть, - офицер кивнул мне и ушёл.

- Николь, мы здесь надолго? - поинтересовался Фьорк, видимо, переживая, как бы мы не пропустили свой дилижанс.

- Думаю, что все скоро решится, - пробормотала я в платок, которым по прежнему тёрла глаза для эффекта заплаканности.

Так и случилось, вскоре ко мне вышел один из местных инспекторов. С моим заявлением он, по всей видимости, уже был ознакомлен, потому что не стал ничего расспрашивать. С добрый десяток минут он заливался соловьем, какие меры управление и он в частности предпримут для поиска моего ценного чемодана, и так меня убедил в этом, что я уже сама поверила в эту историю. Так же ненавязчиво он добился подписи под бумагой, что претензий к Управлению я не имею и инспектор даже любезно проводил нас с «кузеном» на выход.

- Что скажешь, Николь? - нарушил мое молчание Фьорк, когда мы шли к вокзалу за нашими вещами, в том числе и за якобы украденным чемоданом.

- Чуйки нет, деньги есть, привычка брать нахрапом и нет желания саморазвиваться. В общем, уровень местных ищеек ниже среднего. Интересно лишь, кто же их так балует.

- Почему уровень ниже среднего? - Фьорк был озадачен.

- А знаешь ли, милый Мэт, почему я выбрала именно эту нереальную историю для основы нашего визита?

Фьорк покачал головой.

-Около пятидесяти лет назад в местной префектуре орудовала шайка грабителей, они были известны тем: что на каждое ограбление надевали магические личины животных, в основном больших обезьян. И они оставались неузнанными до одной нелепой случайности: женщина, которую они грабили опознала одного из бандитов, как сына ее знакомого, уж больно он уникально картавил. Так ниточка и потянулась, взяли всю банду. А теперь скажи мне Фьорк, почему я знаю эту историю, а местные инспектора нет? Почему они отмахнулись от меня и не стали предпринимать никаких действий? Почему они даже мысли не допустили, что я говорю правду? Вывод один: местные ищейки совершенно потеряли нюх.

Пока Фьорк «переваривал» информацию, я успела купить нам запечённые яблоки в карамели и мы сели ожидать наш транспорт на деревянную скамейку станции.

- Николь, а что нам делать дальше? - вдруг тихо сказал Фьорк, тщательно рассматривая шуршащую бумагу, в которую было завёрнуто лакомство.

Ответа у меня не было, но помощник требовал срочного утешения, ради этого не грех и соврать.

- Дальше? А дальше мы сядем на дилижанс и будем часов шесть отбивать себе зад…филейную часть, - я натужно рассмеялась. Но Фьорк не поддержал моего веселья.

- Я не об этом, - он по прежнему избегал смотреть на меня, - Ведь, даже, когда мы найдём того человека, мы не сможем вернуть свои жизни обратно. Так?

- Я не знаю, - посерьёзнев, честно ответила я, - Так может статься, что министр Цвирг сдержит своё слово и мы просто постараемся забыть все.

- А если нет?

Фьорк нервно мял несчастное яблоко так, что оно грозилось превратиться в пюре. И довольно скоро.

- Кушай, скоро уже мы будем в пути, в конце концов, не заставляй меня отказываться от твоей помощи. Или ты передумал? Тогда держать не буду.

Я выкинула палочку от фрукта в стоящую рядом мусорку и промокнула губы салфеткой.

- Нет, что вы… ты. Я не передумал, даже не беспокойся! - Фьорк чуть повысил голос от возмущения, выходя из своего упаднического настроения.

- Мэт, ты должен понимать, что все, что происходит, касается только меня. ТЫ - никакого преступления не совершал, так что можешь в любой момент вернуться и снова жить той жизнью, к которой привык. Только начальник у тебя, если повезёт, будет не такой стервой.

Фьорк не стал отвечать, лишь презрительно отвернулся. Его поза и выражение лица сказали мне, что мои слова для него обидны, но он выше того, чтобы в очередной раз убеждать меня в своей преданности.

Мы были не единственными людьми, кто хотел поехать в горную область. К моменту, когда дилижанс, фыркнув паром, остановился перед площадкой, там уже скопилась небольшая кучка будущих пассажиров.

Я не стала пробиваться в очереди и мы сели в транспорт на самые последние места в омнибусе.

Пассажиров набилось человек десять в салон, да двое смельчаков решили составить компанию саквояжам и дорожным сумкам.

С моего места мне хорошо было видно всех моих невольных соседей на ближайшие несколько часов.

Около шофёра уселись две кумушки, одетые как горожанки среднего достатка. Рядом с ними нахмурил лоб и поджал губы мужчина явно из аристократов, его трость с металлическим набалдашником легко постукивала по деревянному полу, когда дилижанс подскакивал на неровностях дороги.

Две скамьи, стоящие лицом друг к другу, заняли веселая компания студентов, они спорили по специфическим темам, относящимся к их обучению и остальным пассажирам малопонятным. Ко всеобщему облегчению, эта разудалая ватага вышла где-то через час после нашего отъезда со станции. По их словам, им предстояла длительная горная практика и сейчас они ехали на встречу с куратором.

Дальше мы поехали в свободном салоне, джентельменам, сидящем в багажном отсеке, на крыше, так понравилось путешествовать там, что они отказались от нашего предложения спуститься. Тем более, что оплата их мест была в два раза ниже, чем наши билеты.

Ближе всего к нам сидела тучная женщина с юношей, одетые по моде прошлого года. Женщина довольно часто наклонялась к своему соседу и что-то ему говорила низким голосом, за шумом мотора слов мне было не разобрать.

- Мэт, дай знать, когда мы прибудем на место.- я нагло положила свою голову ему на плечо и задремала, успев услышать бормотание Фьорка: «Вот так всегда, чуть что- спать, а я следи!»

Помощник, хоть и возмущался, но никогда не нарушал мои просьбы и приказы.

Поэтому я спокойно проспала несколько часов, а когда открыла глаза, потирая затёкшую шею, то увидела, что кроме нас, пассажиров больше не было, все они вышли раньше.

-Сколько ещё до Сильвани?

Мэт закрыл книгу, которую читал и ответил:

- Пара часов? не более. Так как никого больше не осталось, я попросил шофёра не делать остановок. Думаю, что размять ноги мы сможем уже на месте.

- Я говорила, что ты умница? - я улыбнулась парню, тот робко улыбнулся в ответ и спросил:

- Ты голодна?

Я хотела отрицательно покачать головой, да прислушавшись к своему организму, поняла, да, голодна и сильно.

Фьорк увидел ответ на моем лице и вытащил несколько бутербродов, заботливо завернутых в бумагу.

Хлеб с соусом, ветчиной и сыром, пришёлся очень кстати. Первый бутерброд я практически проглотила, не чувствуя вкуса, зато второй уже могла смаковать и радоваться предусмотрительности помощника. А тот все это время аккуратно кушал бутерброд с вяленым мясом и снисходительно взирал на меня.

За окном был лес и горы, мы ехали по дороге, которая была проложена в сосновом бору, запах хвои и прелой травы заставлял дышать полной грудью. А может, это уже не хватало воздуха, мы ведь поднялись достаточно высоко от уровня долины.

Отопление в омнибусе предусмотрено не было и я начала зябнуть. Спасло меня то, что мы все же приехали и даже на полчаса раньше, чем планировали. Пока водитель переводил свою машину в холостой ход, а Фьорк снимал наш чемодан, я вышла на улицу и остановилась, пережидая пока к ногам вернётся нормальное кровоснабжение. Сидения у дилижансов были не очень удобные и вытянуть ноги не было никакой возможности, так что они у меня несколько затекли.

Нас никто не встречал,

Люди, идущие по центральной площади, без особого интереса поглядывали на нас, но никто не останавливался поболтать.

- Сколько ты говоришь здесь жителей? - я поправила юбку и сейчас была занята тем, что искала в чемодане пальто.

Искать что-либо в чемодане с магическим увеличением пространства - занятие не самое лёгкое, но я не сдавалась, солнце уже склонилось к закату и температура воздуха ощутимо падала.

Наконец, я выпрямилась держа в руках своё любимое пальто песочного цвета, с опушкой из белой лисы.

Фьорк помог мне одеться и закрыл чемодан.

- Здесь около трёх тысяч жителей, не самой большой город, но храм здесь есть, а значит и поддержка империи.

Наш император был весьма набожным человеком, особенно сейчас, когда конец жизни уже виднелся. Поговаривают, что несмотря на все проблемы со здоровьем, он просто мечтает дождаться и понянчиться с наследным внуком, но старший сын мало того, что не был женат, так и отказывался от всех предложений женитьб, уверяя, что сам в состоянии найти себе жену.

Его две младшие сёстры, давно и прочно вышедшие замуж, махнули на брата рукой, мол, пусть папенька и маменька разбираются с упрямцем.

- Что ж, надо бы найти нам ночлег, как ты думаешь есть ли здесь гостиницы?

Гостиницы в Сильвани не нашлось, в трактир на окраину я сама не захотела ехать, но согласилась на предложение одной женщины, продавщицы в цветочной лавке, остановиться у неё.

- Я живу одна, после того как мой муж… - голос Лори сорвался от воспоминаний, но она прокашлялась и продолжила, - после того, как его горный медведь задрал. Детей нам Боги не дали, так что никто вам мешать не будет. Плату возьму пять медяков с каждой комнаты в сутки. Готовить буду вам сама, согласны?

- Очень щедрое предложение, - я улыбнулась ей, - я ищу своего брата и не знаю насколько буду вынуждена здесь задержаться, но оплатить смогу за неделю вперёд, если уеду раньше, деньги останутся у вас.

Лори улыбнулась и, тщательно закрыв лавку, повела нас по улицам города в быстро спускающейся тьме. То там, то сям загорались фонари, на улице их зажигал фонарщик, у домов побогаче - они загорались сами - видимо, с помощью магического импульса.

Глава 6

Глава 6.

Первое впечатление о Сильвани у меня сложилось самое что ни на есть положительное.

Аккуратные улицы, чистые тротуары и улыбчивые люди, одетые не в самые роскошные одежды.

Большинство встретившихся нам горожан здоровались с Лори и с любопытством смотрели на нас, но задавать прямые вопросы не решались. Похоже, здесь не приветствовалось проявление интереса к чужой личной жизни. Что для меня означало одно: добыть нужную мне информацию будет сложнее.

Лори жила чуть в стороне от центра города, в небольшом одноэтажном доме, наши с Фьорком комнаты располагались в глубине, через кладовку от комнаты хозяйки.

Обстановка меня порадовала: уютная опочивальня, с широкой кроватью, комодом, туалетным столиком и шкафом.

- Тут обычно моя племянница жила, когда в гости приезжала, но она давно уже замужем и комната пустует, - Лори смущённо улыбнулась, одновременно убирая с мебели покрывала, - так что живите спокойно, вы никого не стесните, а вашему брату я отдам комнату моего супруга.

Фьорк вышел вслед за хозяйкой и я, наконец, осталась одна.

Вдумчиво разбирала чемодан и рассеянно думала о моем деле, пока развешивала свои наряды и расставляла обувь.

Форму следопыта, я по естественным причинам брать не стала, но вот знак принадлежности к Закону и Порядку оставить дома не смогла.

Меня грел этот кусочек металла с отлитой фигурой фарфоровой королевской гончей - порселен.

Висящие уши собаки придавали ей безобидный вид, но любой охотник знал, что это очень умный, азартный, упорный и безжалостный к загоняемому животному зверь.

Только щенков собак этой породы могли иметь у себя лишь аристократы высшей пробы - члены императорской семьи.

А у самого императора, помимо стаи собачьей, была ещё стая из людей - следопытов, до сегодняшнего дня я не задумывалась, почему именно порселен выбран эмблемой управления закона и порядка.

Ведь есть гончие, чьи охотничьи качества превышают охотничьи качества порселена.

Покрутила и так, и сяк эту мысль, но в голову ничего не пришло.

- Мисс Блек, как вы отнесётесь к ужину? - голос Лори выдернул меня из моих размышлений.

- Положительно, Мэт хоть и постарался меня накормить, но бутерброды были слишком давно, - я улыбнулась хозяйке, - где я могу смыть дорожную грязь?

Лори повела меня в ванную комнату, в которой использовались достижения магических и научных изысканий.

Вода из крана текла уже тёплая и сама,что не могло не радовать, ведь до сих пор в деревнях воду таскают по старинке - в ведрах из речки или колодца. Подогревалась она, проходя через центральный котёл, который стоял на кухне, и в котором источником энергии служил магический кристалл.

Подобные кристаллы продавались в любом хозяйственном магазине и стоили недорого. Опустевший камень хозяин мог принести в тот же магазин и зарядить его повторно. Кристалла подороже хватало на десятки «перезарядок», те, что были подешевле, выдерживали лишь несколько.

Ванна унесла часть усталости и настроила меня на позитивный лад.

-Мэт, разбуди меня завтра, как услышишь колокола, прежде чем начинать поиски, стоит заочно познакомиться с влиятельными горожанами, а это лучше сделать на храмовой службе.

Фьорк кивнул и придвинул мне мою порцию холодного жареного цыплёнка и варёного картофеля. Лори уже легла спать, так как планировала встать ещё раньше, чтобы успеть приготовить нам завтрак и уйти в лавку.

Проснулась я оттого, что меня за плечо тряс Фьорк:

- Бероника, проснись, это просто сон, - бормотал он, пытаясь выдернуть меня из лап сновидений.

Дверь моей комнаты была нараспашку, но кроме нас никого больше в помещении не было.

Я почувствовала слезы на своих щеках, но совершенно не помнила, что мне снилось.

- Николь. Ты забыл? Мое имя - Николь.

Фьорк удрученно улыбнулся:

- Извини, я растерялся, услышав крики.

- Я кричала? - странно, но в этот раз сознание услужливо стёрло все воспоминания о кошмаре.

- Да, и сильно. Лори уже ушла, иначе бы у неё тоже возникли бы вопросы. Что случилось, Николь?

Я приподнялась на локтях, не обращая внимание, что одеяло сползло и стало видно ночную рубашку.

- Точно не знаю, сон стерся, я не помню его. Наверное, старый кошмар, со мной такое бывает. Я что нибудь говорила ?

- Нет, просто кричала.

Фьорк старательно отводил взгляд, не смея обратить его на меня в неглиже.

- Колокола уже звонили?

- Еще нет, я слышал лишь утреннюю колотушку, а служба в храме начинается обычно через два часа после восхода солнца.

- Я уже не усну, давай подготовимся, пока я буду умываться, достань все бумаги, что у нас есть.

Фьорк выполнил все в точности - когда я посвежевшая вышла из ванной комнаты, на его на письменном столе лежала аккуратно открытая папка.

Храмовая служба длилась обычно недолго, около полутора часов. За это время я успела рассмотреть большинство людей, пришедших приобщиться к восхвалению Богов. Сама я, была одета довольно скромно: в приталенное темно-серое платье из хлопковой ткани и шаль из тонкой шерсти на плечах. Волосы я собрала в практичный узел и украсила его шпильками с птицами на конце. Две летящие голубки из серебра - олицетворение безмятежности и покоя.

Городок Сильвани - небольшой и новое лицо, я то бишь и Фьорк, сразу же привлекли всеобщее внимание. Правда, во время службы это выражалось лишь осторожными любопытсвующими взглядами так, чтобы это не выглядело чересчур навязчивым.

А вот после того, как жрецы произнесли ритуальную фразу окончания действия, уже ничего не мешало местному населению познакомиться с нами.

- Доброго дня, - аккуратно начала полная женщина с крупными чертами лица и одетая в платье с обильными рюшечками и оборками. В ней всего было много: начиная от одежды и заканчивая низким грубым голосом, - Рада вас видеть здесь, вы здесь впервые?

Подобное знакомство было почти немыслимым в столице, где дамы ожидали, пока их представят и не лезли с разговорами к незнакомцам, но тут, в маленьком городишке на окраине империи, люди игнорировали мешающие жить предрассудки. Несколько дам, видя, что мы ведём беседую останавливались, прислушиваясь, но вскоре продолжали свой путь. Так что мы так и остались втроём.

Самое время дать своей легенде достоверные доказательства.

- Добрый день, мадам, - я склонила голову в вежливом кивке, в то время как Фьорк не менее вежливо поклонился, - мое имя мисс Николетта Блэк, а это, - я указала рукой на Фьорка, - мой кузен по маминой линии, Мэт Кошунски, очень приятный молодой человек. Вы правы: мы лишь вчера прибыли в этот славный город.

- Мисс Блэк, - мое имя новая знакомая произнесла нараспев, будто смакуя, - вы приехали в гости или по делу?

- И то, и другое, мадам... - я сделала многозначительную паузу, несмотря на мою вежливость, женщина так и не представилась.

- Ох, простите, совершенно забыла о манерах, - засмеялась она неожиданно приятным грудным смехом, - мое имя - миссис Берта Мейджис. Мой муж градоначальник этого города. К сожалению, он сегодня отсутствует, иначе бы вы смогли познакомиться и с ним. Вы надолго к нам, мистер Кошунски?

Кружева на ее шляпке тряслись вместе с пышным бюстом, когда она смеялась, а глаза смотрели трезво и цепко.

- Очень рад знакомству, миссис Мейджис, - приложился к пухлой ручке мой «кузен», - Надеюсь, мы задержимся достаточно долго, чтобы познакомиться ещё и с вашим мужем. Я слышал, он очень деловой и умный человек.

- Так и есть, - без тени смущения подтвердила Берта, - у Джона этого не отнять. Так вы так и не ответили, что же привело вас в Сильвани?

К этому времени мы уже дошли до храмового парка и Берта, увидев скамейку, немедленно на неё села, старательно обмахиваясь своими перчатками. Несмотря на утро, солнце сегодня уже припекало, к обеду стоило ожидать наступление самой настоящей жары.

- Я ищу одного человека, - осторожно начала я, - это мой родной брат. Последняя весточка от него была из этого города.

- Как интересно! - всплеснула ручками женщина,- ваш брат сбежал из дома и отец лишил его наследства?

В ее глазах горел неутомимый огонь извечного женского любопытства.

- Отец..., - прошелестела я почти беззвучно. И мне не пришлось даже выдавливать из себя слезы, они полились сразу, как я вспомнила картину многолетней давности: тела любимых мною людей, - отец покинул нас, брат, возможно, не знает о его кончине. Я хочу найти его и сказать, что хватит горя, ненависть больше бессмысленна.

- Бедняжка, такие испытания в вашем юном возрасте, - подошедшая чуть раньше до того женщина, нагло подслушивала, и вмешалась в нашу беседу совершенно бесцеремонно, - простите меня, я не удержалась, мне стоило сказать вам, что я все слышу,

- Дорогая Глорис, я совсем забыла о нашей встрече, - миссис Мейджис виновато улыбнулась, - позволь представить тебе мисс Николетту Блэк и ее кузена мистера Мэтта Кошунски. Они в Сильвани с важным делом, ну да ты, наверное, уже все поняла. Николетта, Мэт - это миссис Глэдис Голд, мы договаривались с нею о встрече, но моя память меня подвела, хорошо, что мы не успели уйти далеко от храма.

- Может вы пойдёте с нами? - миссис Голд обрадовалась возможности узнать подробности заинтересовавшей ее новости, - мы с миссис Мейджис собирались попить кофе в новой кондитерской.

Фьорк оглянулся на меня и только тогда ответил:

- С удовольствием, с надеждой, что вы поможете нам здесь освоиться.

- Безусловно, - подхватила меня миссис Голд, предоставляя свою подругу обходительному Фьорку, - идти недалёко, эта чудесная кондитерская за углом вон того здания, кстати, которое было построено моим мужем, так что может считаться и немного моим, - Глэдис засмеялась, но ее никто не поддержал и она утихла. Только вот долго она молчать не могла и пока мы шли к своей цели, миссис Голд щебетала обо всем и ни о чем, хотя некоторую полезную для себя информацию я все же почерпнула.

- Мадам, вы сегодня чудесно выглядите, - подскочил к нашей компании высокий молодой человек, одетый в белую рубашку, серый полосатый жилет с брюками из той же ткани и передником.

- Благодарю, Петре, чем ты порадуешь нас? - миссис Мейджис уютно устроила своё пышное тело в креслице, я расположилась напротив, а для миссис Голд оставалось третье место, сейчас же она застряла у стойки и болтала с помощником продавца, молодым парнем, смущающимся от такого пристального внимания женщины. Фьорк извинился и оставил нас, понимая, что при нем разговорить дам может и не получится.

- Нежнейшее суфле с мягкой карамелью, моя новинка, рецепт от моей прабабки, но решился только сейчас использовать его. Советую попробовать, ничего подобного вы никогда не вкушали.

- Что ж, я доверяю твоему вкусу, Петре, - Берта улыбнулась, колыхнув кружевами шляпки и внимательно огляделась, когда официант, он же хозяин, отошёл, - похоже, что мы заняли последний свободный столик, что ж, дела у Пётре идут в гору. Хотя открылся он не так давно, не прошло и трёх месяцев.

- Здесь можно купить пирожные на вынос?

- Да, мисс Блэк, - кивнула миссис Мейджис.

- Николь, прошу, - я улыбнулась, показывая своё расположение, а сама незаметно рассматривала посетителей.

Столиков было немного, вместе с нашим всего шесть. Одинокая дама, господин пьющий кофе из маленькой чашечки, пара влюблённых голубков, никого не замечающих, две девушки-подружки, иногда заливающихся звонким смехом, да семья с важным пухлым малышом, который только научился ходить и сидеть за столом рядом с родителями ему совершенно не хотелось.

- Как вы зарабатываете себе на жизнь, мисс Блэк?

Ну, что за женщина, почти каждый вопрос - верх невоспитанности! Ответить придётся, если я не хочу разрушить нашу легенду. По ней, люди нашего уровня радуются проявлению интереса со стороны сильных города сего.

- Я учительница этикета в одной из жреческих школ в столице, взяла отпуск за свой счёт и трачу теперь накопления. Мэт же банковский служащий, вызвался меня сопровождать. А почему это вас интересует?

- Милый малыш, не правда ли? - сменила тему Берта, заметив мой взгляд на ребёнка, - жаль только не от мужа.

Как интересно! Не похоже, что моя собеседница знакома лично с матерью семейства, потому что они не обменялись приветствиями, но ведь подобные подробности не расскажут первому встречному.

- Что вы говорите? Он так похож на отца, - я слегка покривила душой, ведь папа мальчика был темноволосый и довольно изящный, а ребёнок удивлял льняными волосами и крепким телосложением, - вот посмотрите, нос - точно от него!

- Дорогая, - с неподражаемым превосходством в голосе проговорила Берта, - в этом городе от меня трудно скрыть чьи-то грехи. Правда, Глэдис?

Подошедшая к нам миссис Голд утвердительно закивала, хотя никаким образом не могла знать тему нашей беседы. Что ж, это лишь подтверждало мою теорию о главенстве жены градоначальника в этой паре.

- Вы уже сделали заказ? - защебетала Глэдис, - Мартин, - она обернулась и помахала пареньку за стойкой, что тот предпочёл не заметить, - сказал, что сегодня у них суфле лучше всего удалось. И меренга с шоколадной глазурью, и даже экзотический фруктовый лёд..

- Знаем, знаем, - засмеялась Берта, - Ты известная сладкоежка, Глэдис. Хватит уже, мисс Блэк не разделяет твои желания.

Она повернулась ко мне и вопросительно сделала паузу.

- Ну, что вы, какая женщина спокойно пройдёт мимо пирожного? Думаю, что стану здесь завсегдатаем, - по правде говоря, ничего кроме кофе здесь у меня не возбуждало аппетит.

- Ах, Николь, - шутливо погрозила мне пальцем Берта, - вы такая добрая, готовы помочь, даже не понимая, что я вас давно раскусила - вы не любите сладкое.

- И где же я прокололась? - мило улыбнулась, признавая поражение.

- Петре уже давно принёс нам наш заказ, а вы к нему даже не притронулись. Глэдис, например, уже съела свою порцию, и алчно поглядывает на вашу. Так что, к тортам вы равнодушны.

От неловкости такого разоблачения спас малыш соседней пары, он врезался в юбку миссис Мейджис и, стараясь удержаться на пухленьких ножках, крепко схватил ее за подол. Пока мама ребёнка прибежала с извинениями, пока отрывали начавшего возмущаться мальчика от одежды Берты, пока Петре отчаянно сюсюкал ребёнку, заманивая его леденцом, тема нашей беседы не возникла вновь.

- Уф, Берта, ты не забыла, что нам ещё нужно посетить Модную лавку? Глэдис, все же съевшая в этой суматохе мое суфле, сейчас натягивала накидку.

- Ах, да, Глэдис, ты как обычно права, - миссис Мейджис всплеснула пухлыми руками и открыла сумочку, доставая изящный кошелёчек с ручной вышивкой, - Мисс Николь, нам было очень приятно познакомится с вами. Понимаю, что вы ещё не освоились в Сильвани, потому приглашаю вас в гости на будущей неделе. Познакомлю вас с нужными людьми.

Она положила на стол крупную купюру и визитку.

- Я оплачу, ведь это я пригласила вас. Петре, пожалуйста, угости мисс своим фирменным горячим шоколадом, я вынуждена вас покинуть.

Злость, разливающаяся внутри, превратила мою улыбку в деревянную, хотелось закричать, но ведь повода никакого не было. Лёгкое презрение, сквозившее в каждом слове и поступке Берты не могло быть причиной открытой вражды.

- Конечно, миссис Мейджис, я запишу в свой ежедневник визит к вам. Надеюсь, брат не будет занят, ему тоже не терпится познакомится с вашим мужем.

Мы пожали друг другу руки и миссис Голд, и миссис Мэйджис отбыли восвояси, заметно улучшив своим уходом атмосферу кондитерской.

Я мысленно выдохнула и позволила себе насладиться чудесным вкусом смесью молочного и горького горячего шоколада.

Да, сладкое не заставляло мое сердце биться чаще, а вкусовые рецепторы трепетать от предвкушения, но шоколад помогал мне думать быстрее и эффективнее.

Странная женщина, эта жена градоначальника Джона Мэйджис. Произвела на меня впечатление недалекой сплетницы, а ведь ею не являлась. Каждое ее слово было рассчитано на определенную реакцию и лишь случайность позволила мне избежать скандала. Я вздохнула и аккуратно, ложечкой, зачерпнула следующую порцию волшебного напитка.

- Ты сама не своя, Николь, - произнёс подошедший Фьорк, - что-то случилось? А где дамы?

В своём новом костюме он выглядел просто отлично. Я, привыкшая видеть его в растянутых свитерах и штанах из ткани не лучшего качества, сейчас вынуждена была признать что мой помощник на самом деле красивый и статный мужчина.

- Сколько тебе лет? - спросила неожиданно и невпопад, - Мэт, скажи мне.

Фьорк растерялся, но ответил:

- Я на год вас старше, то есть тебя…

Вот значит как, и какой же я после этого следопыт? Всегда была уверена, что у нас минимум лет пять разницы в возрасте, причём в другую сторону.

- Почему ты не говорил?

- Ты не спрашивала, - Фьорк уже взял себя в руки, сел в кресло, откуда четвертью часа ранее встала Берта, и жестом подозвал Петре.

Действительно, если информация не относилась к расследованию преступления, то ее для меня не существовало.

- Извиняться не буду, - набычилась я.

- Я и не жду, так что же случилось у вас?

- Расскажи первый, что узнал, - я не обманывалась, если мой помощник уходил от меня, значит он добывает информацию для нашего дела.

- Здесь? - Фьорк оглядел кондитерскую, к тому времени почти опустевшую, но несколько столов у входа были все ещё заняты.

- Хорошо, - я подавила вздох, - допивай свой чудесный кофе и пойдём прогуляемся. Я давно уже хочу курить.

Пока я натягивала шляпку и надевала перчатки, Фьорк прикончил напиток и был готов сопровождать меня на прогулке.

Мы сердечно попрощались с Петре, который рассыпался в комплиментах мне и моему «кузену», и вышли на улицу.

Обеденная кутерьма захватила нас, кричали парнишки разносчики газет, торговка пирожками тут же подскочила и была недовольна нашим отказом, долго бурчала что-то себе под нос, пока не увидела новую жертву. Наша пара выделялась, в том числе и потому, что была одета по столичной моде , как представители среднего класса.

Небольшой парк был нашим спасением, мы нырнули в его прохладную тень и избавились от многих назойливых взглядов. Здесь прогуливалась в зоне нашей видимости лишь парочка влюблённых или, может, молодожёнов. Она трепетно положила ему голову на плечо, а он трогательно ее поддерживал. Я слегка задержала свой взгляд на них и отвернулась, что-то в виде этих мужчины и женщины меня царапнуло, но конкретно что, я не поняла, и тут же отвлеклась на Фьорка:

- Ты же ушёл не просто так? Рассказывай, что ты узнал.

А пока я достала из маленькой сумочки свои сигареты и стоило мне лишь поднести одну из них ко рту, как тут же щелкнуло колесико зажигалки и я прикурила от язычка пламени. Фьорк с улыбкой убрал огниво в карман. Вещица, кстати, дорогая, работает полностью немагически, а за счёт этого почти эксклюзивная и странноватая. Магические источники огня и стоили дешевле и в использовании были не такие капризные.

- Когда я вас оставил в кондитерской, то решил прогуляться по городу. Народ здесь не очень приветливый, но в целом на контакт идёт.

- Мэт, если можно, то сразу к делу, я бы хотела ещё посетить дом, где жил мой «брат».

- Это невозможно, Николь, он сгорел, - Мэт серьезно смотрел на меня, - именно поэтому я и начал искать другие источники информации.

- Кто там жил?

- Почтарь со своим племянником, разбитным малым, который нигде не работал, но у него всегда водились деньги.

- Почтарь? - я затушила сигарету о предупредительно подставленную пепельницу и вопросительно взглянула на Фьорка, - откуда в этой истории почтарь? Либо мы чего-то не знаем, либо это не тот человек, которого мы ищем.

- Молочница каждое утро приносила им свежее молоко - от неё я и узнал об этом. Здесь есть описания внешности и некоторые привычки.

Фьорк вытащил из внутреннего кармана пиджака сложенный лист.

- Прочти мне, - я сделала легкий пасс рукой, чтобы активировать купол тишины. Предосторожность никогда не помешает.

- Почтарь, мистер - мужчина около сорока лет, носит усы и бороду, крепкого телосложения, карие, почти чёрные глаза, немногословен и не общителен. Свободное время проводил либо в кабаке, либо занимаясь маленьким огородиком позади дома. Не женат, детей нет, с ним жил его племянник, вероятнее всего это Энтони.

-Знаешь, Мэт, когда я читала характеристику Энтони, то поняла, что этот человек любит быть на виду. А племянник почтаря совершенно не та роль.

-Может поэтому его здесь и нет?

Разумная, кстати, мысль. Малыш Фьорк растёт в моих глазах, я уж было открыла рот похвалить его, что бывало весьма нечасто, и не потому, что Фьорк совсем плох в сыскарном деле, скорее это я скупа на поощрения, как вертевшаяся до того странность оформилась в догадку.

- Мэт, быстро! Надо догнать ту парочку.

Я подхватилась и почти побежала в ту сторону, куда скрылись «влюблённые».

- Что случилось? - Фьорк шёл рядом, одновременно пытаясь понять причину моей спешки.

- Тебе не показалась странной поза женщины?

Я искала глазами двоих людей и не находила, неужели за столь короткое время он смог ускользнуть?

- Шли обнявшись, ничего подозрительного, - Фьорк даже не запыхался от быстрого шага, - хотя…я, кажется, понял! Нужно поторопиться!

- Сейчас, - я остановилась на мгновение и вызвала поисковый импульс, в безлюдном парке он будет наиболее эффективен.

Через пару мгновений мой «следопыт» указал направление.

- Туда,- махнула я рукой в перчатке и мы с Фьорком заторопились к восточному выходу.

-Быстрее, он уходит,-я побежала,несмотря на то, что платье отчаянно этому сопротивлялось. Помощник вырвался вперёд и первый обнаружил жертву: девушка лежала, наполовину в живой изгороди, а наполовину на дорожке.

- Живая, но срочно нужен доктор! - Парень быстро смог определить степень повреждений. Помнится мне, он проходил специальный курс первой медицинской помощи.

- Я за ним, - выдохнула Фьорку и рванула за угол ограждения, там пришлось поплутать среди домов и пустых улиц, наконец, мой «клубочек» привёл меня в тупик между задними дворами двух зданий, там меня ждал мой импульс и «он». На самом деле пола это существо не имело, но традиционно представлялось людям в виде мужчины средних лет, так что чаще всего жертвами были именно женщины.

Выпить их красоту, жизненную силу, а если тварь сильно голодна, то не побрезгует и обычной кровью. Жаль только, даже литр ее не устроит, она полностью обескровливала тела.

- Стой, ты же не можешь проходить сквозь стены,

Мне потребовалось время, чтобы отдышаться, но я не сводила глаз с темной фигуры в костюме-тройке.

Обычное лицо мужчины, гладко выбритое и приветливое. Вот и сейчас он улыбался мне, будто говоря, что я ошиблась и обозналась.

Это существо было не в моей компетенции, много лет назад, точнее даже нескольких десятилетий, когда магия развивалась скачкообразно и почти неуправляемо, одному магу пришло в голову соединить магию и науку. Так он стал первым ученым-магом. Это позволило свершиться промышленному перевороту и развитие нашей Империи пошло по совершенно новому руслу, а Император стал управлять страной, которая лидировала во всех областях.

Именно тогда начали происходить первые эксперименты, соединяя знания биологии и основ магии. Выводились новые виды животных для того, чтобы они давали больше мяса, молока, яиц, кожи, шерсти и имели лишь нужные свойства.

Собаки, становившиеся незаменимыми телохранителями, няньками, тягловой силой, соединенные с хозяином телепатической связью. Лошади, слушающиеся лишь одной мысли, коровы, больше похожие на консервы, дающие сразу пастеризованное молоко и прочие успешные опыты.

Как и везде в этом направлении не все сразу стало получаться. Сейчас передо мной был как раз один из тех, кто участвовал в провальном эксперименте по выводу максимально эффективных разведчиков. Империя нуждалась в лазутчиках, Император всегда хотел знать, если вдруг откуда повеет угрозой на суверенность.

Людям, обычно это были добровольцы из числа солдат армии, перекрывали струны, идущие к тому, что жрецы называют «душой», «духом», а учёные - «личностью» и иногда даже «разумом», хотя это было не точным определением. А после, в образовавшуюся пустоту вкладывали разнообразные качества, взятые в том числе и у хищных животных. Тихую поступь леопарда, тонкий нюх гиены, интуицию косули, быстроту богомола.

Эксперимент длился несколько лет и уже был близок к завершению, когда один из ученых обратил своё внимание на то, что конечный продукт меняется, не вписываясь в те рамки, что задали для них маги. Все разведчики получались разными и по набору свойств и по внешнему виду, и по характеру. Только вот постепенно они становились похожими друг на друга, а самое главное, они переставали быть похожими на людей, кроме внешней оболочки.

Когда один из подопытных загрыз ведущего специалиста, эксперимент спешно свернули, что, впрочем, не помогло остановить последующие трагедии. Так как будущие разведчики никогда не считались опасными - их не держали взаперти, и поймать всех стоило огромного труда. Существа мимикрировали, они становились изощреннее в своих поступках, и были хитрее, чем их создатели.

Природа в очередной раз дала самоуверенным учёным щелчок по носу.

После того, как официально поймали всех «разведчиков», оказалось, что и здесь служба безопасности допустила оплошность: стали поступать сообщения о нападении на людей. Кого-то ловили, кого-то сразу убивали, но больше жертв длительное время не было. Так что глава службы безопасности решил, что опасность миновала.

Сейчас передо мной стоял «разведчик». Опасный и бездушный. Именно перерезание душевной нити и привело к этой трагедии. Подопытные становились кровожадными и изощренными в своих действиях тварями.

- Мадам, я заблудился, - низкий голос обволакивал, в нем слышались нотки рыка и мелодия ветра. Конечно, идеальный разведчик должен был иметь обаяние.

- Я сказала тебе стоять, - наконец, мое дыхание восстановилось и я вытерла вспотевшие ладони. - Передам тебя безопасникам, они сами решат, что делать.

- Это невозможно, мадам, я этого не желаю.

Учтивость тона расслабляла, так что я почти пропустила начало его движения.

-Тебя никто не спрашивает, тварь, просто стой смирно.- Наспех сплетенные магические путы надежно удерживали опасное существо, так что я позволила себе подойти ближе и рассмотреть его внимательнее.

Глаза, почти лишенные белков, гладкая кожа, андрогинная внешность и жилистое телосложение.

Если не знать кто перед тобой, то можно и обмануться.

Ткнула пальцем в браслет - передатчик и чётко сказала, по прежнему глядя на противника:

-Мэт, вызови безопасников.

Ответ я не слушала, он не мог быть иным, кроме утвердительного.

Тварь молчала и я позволила себе передохнуть, присев на полуразрушенную стену одного из заброшенных зданий.

- Почему ты меня не убьешь? Ты же можешь?

Насколько я помнила, эти твари прекрасно чувствовали магическое начало в людях и жизненная энергия магов привлекала их сильнее остальных.

- Не хочу мараться, - не стоило болтать с ним, но подвоха я не чувствовала.

Воцарилось молчание, мне больше нечего было ему сказать, а тварь изучала меня прямым взглядом, мешая сосредоточиться. Время шло, я ждала компетентные службы. Солнце уже давно село, а свет от уличных фонарей не освещал этот тупик.

Я отвлеклась лишь на мгновение: звук шагов из ближайшей подворотни означал, что ко мне идёт помощь. В следующий миг краем глаза отметила смазанное движение, а когда повернулась к тому месту, где должна была быть тварь - ее там не было.

- Мисс, вы в порядке? - ко мне подбежал один из офицеров внутренней службы, его форма изобиловала разными оберегами и была больше похожа на парадную. Остальные несколько человек почти полностью заполнили собой свободное пространство.

- Я - да, а вот «разведчик», он удрал!

Я злилась и на медлительных безопасников, и на саму себя, которую так легко провёл хищник, и на обстоятельства, заставляющие меня раскрываться.

-«Разведчик»? Вы не ошиблись? - удивление офицера вполне понятно, о таких вещах обычные граждане никогда не знали. - Откуда вы?

- Я инспектор «закона и порядка», сейчас нахожусь на задании, так что я в курсе таких нюансов.

- Могу я узнать ваше имя, мисс? - ко мне подошёл мой коллега, серо-синяя форма и узнаваемо-цепкий взгляд.

- Мисс Николетта Блэк, - я решила не распространяться о деталях своего задания и, соответственно, не говорить настоящее имя, тем более, что министр Цвирг пообещал, что мое обращение в органы правопорядка пройдёт любые проверки, так что козырять старым именем не было смысла.

- Мисс Блэк, как вы здесь оказались? - офицер не предложил мне помощи и я встала сама, неспешно отряхивая юбку от кирпичной пыли.

- Для начала представьтесь, я же должна знать с кем веду беседу.

Фьорк появился вовремя, внутри я кипела от злости и собиралась сорвать ее на нерадивых служивых. У них под носом орудует маньяк, а они ни сном, ни духом!

- Николетта, ты цела? - Фьорк убедительно изображал любящего кузен, с тревогой оглядывая и с облегчением, не находя на мне никаких повреждений.

- Да, Мэт, спасибо тебе, как жертва?

- Жива, я передал ее целителям и сразу к тебе. А куда делся мужчина?

- Убежал, - мрачно процедила я.

Офицер с интересом слушал наш разговор и до поры не вмешивался.

Фьорка отвлекли и инспектор вернулся к допросу:

- Мисс Блэк, я инспектор Дайвин, мы выехали сразу после получения сигнала, но не успели, расскажите мне, что произошло.

- Мы с Мэтом гуляли в парке, когда я заметила, что мимо идёт пара, спустя некоторое время я поняла, что меня встревожило: лицо девушки, оно было полно ужаса и неверия. Это не лицо влюблённой, это лицо жертвы «разведчика». У нас был курс магических существ и я видела такие посмертные маски. Я догнала его, применила магические путы, и ожидала вас. В тот момент, когда вы нас посетили, тварь убежала. Как она это сделала, я не знаю.

- Этим займутся эксперты, прошу вас оставить свои контакты.

У меня в голове крутились несколько теорий, но по тону инспектора было понятно, что ему мало интересно мое мнение.

- Инспектор Дайвин, прошу вас не распространяться о моем участии в этой истории. Девушка меня не запомнила, так что есть шанс сохранить цель моего приезда сюда в тайне.

- Разумеется, об этом ваш кузен попросил в первую очередь, иначе он отказывался даже назвать адрес. Если вновь понадобятся ваши показания, я вызову вас под нейтральным предлогом.

На том мы и распрощались, день подходил к концу, сумерки уже смазали очертания зданий и деревьев.

Фьорк шёл молча, поддерживая меня под локоть.

Лори ахнула, увидев меня в таком виде, ну да, бегать в платье, то ещё удовольствие, и страдает чаще всего нижняя юбка.

- Что случилось, Николь? - женщина всплескивала руками и явно прикидывала как можно починить одежды.

- Убегали от бездомных собак, - улыбнулась я, - ничего страшного, Мэт их, в конце концов, отогнал, но повизжала я знатно.

- Да, пора их уже отстреливать, надо бы дать знать охотникам. Не уследили за своими животинами, а те одичали. Сними, я посмотрю, что можно сделать.

Глава 7

ГЛАВА 7.

Следующая пара дней прошли у нас безрезультатно. Еще раз полюбовались на останки сгоревшего дома. Несмотря на его удачное расположение, никто не изъявлял желания занять пустующее место, может все дело в том, что времени прошло немного и нотариусы все ещё ищут наследников? Вот к ним-то мне и надо!

У своей хозяйки поинтересовались какой нотариус отвечает за Сильвани, оказалось, что не так давно горожане с почетом проводили мистера Томсона на заслуженный отдых, а нового нотариуса Империя ещё не прислала.

- Как же вы без них справляетесь? - я поедала безумно вкусное рагу, приготовленное Лори и только что не стонала от блаженства. Обычно я питалась в различных кафе и столовых, готовка еды не входила в число моих добродетелей. Так что часто бывало так, что я несколько дней жила на одних лишь бутербродах.

Фьорк аккуратно промокнул рот салфеткой и чувствую, что улыбался надо мной.

- Как? Да обычно, не первый раз нотариусы меняются. Или устно, или письменно, а как новый придёт - так к нему очередь из клиентов, - Лори умудрялась и чистить овощи на завтра, и следить за десертом в духовке, и меня разговорами развлекать, - Тут, Николь, когда живёшь в Сильвани, не так важна законность.

- Простите, вы, наверное, не это имели ввиду? - Фьорк улыбнулся, смягчая свой тон.

- То, то, - раздраженно подтвердила Лори, избегая смотреть на нас, - вы, приезжие вряд ли осознаёте, что такое, когда ваша жизнь от вас не зависит.

- Я по-прежнему вас плохо понимаю, - я сыто жмурилась и находилась в благодушном настроение. Под вечер, после долгой прогулки, я устала и все, что мне хотелось - это лечь в кровать, после яблочного пирога, конечно, аромат которого уже доносился до нас.

- Император - он далеко, а градоначальник близко, - Лори присела напротив меня и сложила на столе руки с короткими пухлыми пальцами, - если ты ему не нравишься, то и не задержишься никогда.

- Так ли это? - подначила своим недоверием домохозяйку, - в Сильвани точно есть отделение «закона и порядка». Куда смотрят они?

- Законники! - выплюнула с презрением слово Лори, а ее лицо скривилось, - Кто скажет кому они служат? Уж точно не императору!

- Мне кажется, вы преувеличиваете, - мягко попытался протестовать Фьорк, - разве это возможно? Работа следопытов всегда прозрачна.

- Прозрачна, - горько усмехнулась женщина, - а когда моего мужа убили за то, что он посмел градоначальнику слово поперёк молвить! Кто тогда контролировал следопытов?

- Постойте, вы же сказали, что вашего мужа задрал медведь? - какая из этих версий была правдивой?

- Так мне приказали думать, - Лори опустила голову, скрывая набежавшие слезы, - и хоронить его не дали, сами, мол, за счёт города, кланяйся, Лори, пониже, господин градоначальник тебя благодетельствует!

- Почему вы не уезжаете? - я уже чувствовала, что пирог пригорает, но мне хотелось прояснить эту тему.

- Уехать я могу лишь вот так - как есть и в чем одета. Начни я продавать имущество, так сразу и возникнут вопросы, и если нет у меня заступников, то и уехать мне не дадут.

Лори тоже почувствовала запах горелого и, всплеснув руками, подскочила к духовке - спасать выпечку.

По осмотру оказалось, что ничего страшного не произошло и достаточно срезать подгоревший край.

Так что я с удовольствием в следующие пятнадцать минут пила смородиновый чай и ела яблочный пирог.

- Мэт, какая интересная ситуация складывается, - сказала я Фьорку, когда мы, поблагодарив хозяйку, ушедшую спать, вышли в маленький сад около дома.

Я присела на широкие качели и легко качалась, отталкиваясь ногами. - Сильвани ведь входит в состав Империи, а императора здесь не чтут. Жители боятся градоначальника и не могут даже уехать без его одобрения. Уж, не потому ли Энтони так спешно сбежал, оставив дом на разграбление?

-Николь, если позволишь… - замялся Фьорк, я рассеянно кивнула, мне всегда нравились слушать мысли и предложения моего помощника. Обычно они были довольно незаурядны, и в то время как я толклась на месте, иногда Фьорк задавал новый тон расследованию. - Что, если Служба безопасности ошиблась? Что, если этот человек не тот, который нам нужен?

Повернувшись, я смогла увидеть в неверном свете уличного фонаря лицо Фьорка, он был сосредоточен и серьёзен.

- Тогда мы крупно встряли, - я поплотнее укуталась в шаль, вечерняя прохлада давно уже покусывала мне открытую кожу рук. - Мы никогда его не видели, не знаем имени, которым он называется. Как нам искать того, о ком мы не знаем ничего? Нет уж, для моего душевного спокойствия мы будем думать, что Энтони тот, кто нам нужен. Точка.

Фьорк замолчал, хотя было видно, что ему хочется ещё поговорить на эту тему, только выражение моего лица этому не способствовало.

- Думаю, что нам надо выспаться. Завтра предстоит подготовится к визиту в дом градоначальника.

Фьорк аккуратно запер за нами дверь кухни и я, стараясь не разбудить Лори, прошла к себе в комнату.

Слышала, что за стеной Фьорк умывается, громко фыркая, как скрипит кровать, когда он ложится на неё, а я все сидела на кушетке и не могла заставить себя лечь. Фьорк забил клин в стену уверенности в моей правоте. Действительно, я как следопыт, должна держать в уме, что сведения, которые задают тон всему расследованию, могут быть ложными. Но какой смысл вначале подставлять меня, а после давать заведомо провальное задание? Кому я перешла дорогу? И не проще ли было убрать меня физически?

Так и не придя ни к какому выводу, я почти беззвучно приготовилась ко сну: умылась холодной водой, чтобы не идти на кухню, расплела причёску и расчесала волосы. Сняла платье и аккуратно повесила его на плечики, а в постель предпочла надеть лишь широкую рубашку. Конечно, без неё мне было бы комфортнее, но с моими кошмарами иногда я просыпалась оттого, что меня будили другие люди, а так я, по крайней мере, уверена, что не придётся краснеть от неловкости.

Бог миловал, эта ночь прошла спокойно и я почти даже выспалась, если учесть, что легла я заполночь, а встала вместе с Лори.

- Николь, а куда же ты спозаранку? - добрая женщина растапливала печь, вытирая руки о подоткнутый передник.

- Доброе утро, сегодня много дел, - я прикрыла зевок и щелчком пальцев зажгла огонь, который, в отличии от настоящего, не гас от отсыревших дров. Зачадило, немного дыма попало в комнату, но цель была достигнута: печь начала нагреваться, - и, если вы подскажите мне где находится магазин готового платья, я буду вам очень благодарна.

- Так напротив моей цветочной лавки есть один. Конечно, на вечерний приём ты там туалет не найдёшь, но хозяин - человек очень отзывчивый, он тебе обязательно поможет.

Я благодарно улыбнулась, принимая чашку горячего кофе.

Чуть позже, собралась и, оставив записку все ещё спящему Фьорку, вышла из дома вместе с Лори.

Наша хозяйка не только указала мне на лавку, где я могла бы купить себе одежду, но ещё и лично отвела меня, представив мистеру Рюи Лоуренсу, высокому, статному мужчине, с метром в руках и очках на лице.

- Да, да, доброе утро, Лори, всегда рад вас видеть, вы совершенно перестали заглядывать,

Мистер Лоуренс вышел из-за стола, на котором лежали рулоны тканей и вытер руки от мела полотенцем. Из-под очков на меня внимательно смотрели темно-серые глаза.

- Это ваша протеже? Такая милая и дерзкая.

Портной обошёл меня вокруг, а Лори безуспешно скрывала улыбку. Видимо, обращение мужчины хоть и не совпадало с общепринятым, но за рамки приличия не выходило.

Женщина подхватилась и вежливо попрощалась, ей уже пора было открывать свою лавку.

- Мисс Блэк, чем я могу вам помочь? У вас прекрасная фигура и большинство моих платьев вам подойдёт.

Мистер Лоуренс вновь зашел за прилавок, приветливо улыбаясь.

- Спасибо, мистер Лоуренс, за комплименты, - кокетливо поправила выбившийся локон и продолжила, - меня пригласила навестить их чудный дом миссис Мейджис, а мне совершенно не в чем пойти. Не могли бы вы подобрать мне что-нибудь согласно моему статусу?

- Так, так, так, - портной не дослушал меня, а подошёл почти вплотную, рассматривая цвет глаз и волос, - какая редкость: светлые глаза и темные волосы. Вы с Севера, мисс?

- Нет, мистер Лоуренс, я с запада Империи.

- Странно, стоит попытать вашу бабушку, какому северянину она приглянулась, - засмеялся своей шутке Рюи, - Стойте смирно, я хочу оценить вашу осанку.

Совершенно непроизвольно я попыталась выпрямить спину, чем заработала ещё один насмешливый взгляд.

- Обождите секундочку, мисс Блэк, - и портной исчез в смежном помещении.

Спустя пару минут он вынес чехол, раскрыв который, показал мне готовое уже платье. Именно то, что требовалось: модного нынче лилового оттенка с одной нижней юбкой, с рукавами-фонариками, из других украшений лишь вышивка по подолу и на лифе.

- Примерьте, - портной указал на примерочную.

Платье село неплохо, но, видимо, шилось на женщину выше ростом.

- Ничего страшного, - мистер Лоуренс ползал по полу вокруг меня и подкалывал подол, - к вечеру уже будет готово. Вы остановились у Лори?

Из-за булавок во рту, речь его была невнятной.

- Мне забрать его самой?

Портной с удивлением взглянул на меня сниз вверх:

- Нет, я пришлю с посыльным. Это не будет вам стоить ни монетки, только так я спокоен, что моя работа доставлена в целости.

- Вы так любезны с простой учительницей, мистер Лоуренс.

Я искренне улыбалась, редко встречаются люди, способные делать своё дело хорошо.

Мужчина выпрямился и зашёл мне за спину, что-то подкалывая и там, заставляя вздрагивать от осторожного движения булавок сквозь ткань.

- Любой человек достоин любезности, не так ли, мисс Блэк?

Мистер Лоуренс взглянул на меня и, дождавшись моего кивка, улыбнулся:

- Готово, можете снимать.

Пока я переодевалась, в лавку зашли новые покупатели и мне не довелось подробно расспросить портного о порядках в городе.

- Доброго дня, мисс Блэк, - попрощался со мной мистер Лоуренс, а женщина, с которой он беседовал, с удивлением посмотрела на меня. В этом небольшом городишке все новые лица были на виду.

- И вам, мистер Лоуренс, - я поправила шляпку и вышла.

Сейчас мне нужно было посетить почту и местное отделение Закона и Порядка.

Разговор с инспектором не занял много времени, он попросту не состоялся.

Офицер Дайвин отсутствовал, так что я оставила ему сообщение, что зайду после обеда и направилась к почте. По дороге посетила ту же кондитерскую, в которой меня угощала жена градоначальника. Дело шло к полудню, и желудок давно просил пищи.

- Мисс, вам снова горячего шоколада? - подбежавший паренёк явно меня узнал.

-Будьте любезны,- кивнула я и добавила, аккуратно снимая шляпку,- и хотелось бы ещё клубничного крамбля.

Официант ушёл, а я задумалась каким должен быть мой следующий шаг?

Расспрашивать в открытую я не могу, но и время уходит настолько ощутимо быстро, что я всей кожей чувствую это. Моя интуиция вопила, что Энтони бежал, иначе нельзя было объяснить почему он так поспешно покинул Сильвани. И последовавший после этого пожар, либо это заметание следов, либо прямая угроза сбежавшему.

-Извольте,-подошедший Мартин аккуратно поставил высокий стеклянный бокал, похожий на колокол, с миниатюрной ручкой около ножки. Напиток исходил тонкой струйкой пара и выглядел произведением искусства.

В центра столика появилась тарелка с ярким пятном: клубничным крамблем. Запечённые ягоды с тонким хрустящим слоем насыпного теста. Легкая кислинка и нежная мякоть пирога оттенялась бархатным, густым, с легкой горчинкой вкусом благородного напитка.

-Божественно,- совершенно искренне похвалила я.

Засиживаться не стала, и когда от пирога остались лишь крошки, вновь нацепила шляпку на голову и расплатилась с подскочившим Мартином.

-Доброго дня, мисс Блэк, - поблагодарил меня официант, чем слегка удивил меня, ведь я не представлялась ему. Скорее всего миссис Голд в прошлый раз активно перемыла мне косточки в беседе с ним.

Несмотря на небольшой размер города, в Сильвани было своё отделение почты. Небольшое деревянное здание с двумя выходами и окнами, ставни на которых были полузакрыты из-за чего внутри был явный дефицит света.

-Мадам,- донёсся до меня скрипучий голос, предназначенный тучной женщине, стоящей около стойки.- Ещё раз говорю вам, вы не можете отправить вашего песика, мы не принимаем ничего, кроме писем и бандеролей.

-Как же так? Но я уже пообещала своей кузине, что передам ей щеночка от своего Джеки, как же так?- толстуха скривила лицо, будто хотела разрыдаться, но приемщица была непреклонна.

-Нет, если ваш чудесный пёсик сдохнет, кто будет отвечать? Посылайте оказией и не занимайте мое время! Следующий!

Мне пришлось обойти посетительницу, явно пребывающую в растерянности, чтобы предстать перед суровым взглядом работницы почты.

Платье из темной ткани, лицо старой девы, очки и сдержанный пучок из волос на затылке. Вот портрет приемщицы в любом уголке Империи, у этой выделялась лишь оправа очков - она была квадратная.

-Доброго вам дня, мисс, я бы хотела узнать не было ли для меня никакой почты. Я - мисс Николет Блэк.

-Прошу вас подождать немного,- поджала губы приемщица и ушла в подсобное помещение.

-Да что же это? Да как быть-то?- тихонько причитала толстуха. Кроме нас в помещении почты больше никого не было. Я пыталась игнорировать ее тихие вопли, но вскоре меня это стало раздражать.

-Я извиняюсь, мисс, а куда вы хотели отправить щеночка?- я надеялась, что, отвлекшись, женщина прекратит терзать мой слух поскуливанием.

Женщина подняла на меня глаза, в которых уже стояли слезы, и ответила:

-Исперталь.

-И далеко он?- не то, чтобы мне было интересно, но занять женщину беседой и успокоить было несложно.

-Нет, через перевал, выскочила сестра замуж за горца, а я расхлебывай.

Лицо случайной знакомой вновь напомнило мне маску, прибитую в фойе столичного театра драмы. Нет, не ту, что улыбалась, скорее, наоборот, впитавшую в себя все горе этого мира.

-Простите, я не местная, о каких горцах вы сейчас говорите? Рыболовах?

-Ах, если бы, те хотя бы имперцы, - и снова протяжный всхлип.

Наш разговор прервала пришедшая приемщица:

-Ничего для вас нет, милочка,- я слегка приподняла бровь в удивлении, но комментировать бестактность не стала.

-Благодарю вас, я жду письмо, возможно, отправитель задержал с отправкой.

Я натянула тонкие перчатки и вышла на улицу, огляделась и присела на лавочку около большого развесистого дуба. Задумчиво вытащила сигарету и вздрогнула от неожиданности, когда рядом с моим лицом щелкнуло огниво магической зажигалки.

-Пожалуйста, мисс,- улыбнулся мне молодой мужчина в осеннем пальто и шляпе,-я вас напугал? О, прошу прощения!

-Вы подошли так незаметно, конечно, я испугалась,- постаралась побыстрее прикурить, чтобы скрыть лёгкое дрожание рук. Я действительно не слышала когда он подошёл, и это настораживало.

-Еще раз прошу меня извинить,- мужчина откланялся и вошёл в здание почты, в то же время, когда оттуда вышла уже знакомая мне толстуха. Она все же не сдержалась и теперь слезы застилали ей глаза. Я посмотрела несколько минут как она пытается перестать рыдать, привести себя в порядок и идти по дорожке и со вздохом встала:

-Мисс, присядьте, вам нужно успокоиться.-я тронула ее за рукав и мягко направила к скамейке.- Почему вы так расстроились? Неужели сделать подарок это так важно для вас?

-Очень важно,- всхлипывая ответила женщина,-Мы с сестрой были очень близки, до тех пор пока не умерла мама, самая лучшая мама на свете. И тогда я стала по настоящему старшей сестрой, заботилась о Грейси, мечтала, что она будет счастлива, найдём ей хорошего мужа. А она.., а она..,- моя собеседница вновь потеряла голос из-за рыданий, но взяла себя в руки и продолжила,- на ярмарке встретила горца и сбежала, даже не попрощалась со мной. Лишь прислала письмо о том, чтобы я не переживала. А как я могу не переживать, когда я даже мужа ее не знаю? А вдруг он ее обижает? Больше я весточек от неё не получала. Джеки - это пёс сестры, она его безумно обожала, но в новый дом не взяла, вот и хотела я хоть щеночка ей передать, чтобы она знала, что я ее люблю и вовсе не злюсь.

-Как вас зовут?- наконец, задала я вопрос, с которого нужно было начинать наше знакомство, - Я - мисс Николетта Блэк, учительница этикета, не так давно приехала в ваш город.

-Мисс Дейси Шнюкерберг, экономка в доме градоначальника.

Женщина почти перестала всхлипывать, а я подумала, что этот город постоянно сталкивает меня с его хозяином.