На два мира 4

Глава 1. Заключённый

«Основная миссия этого игрового мира: Уничтожить корпорацию Технологии будущего и всю информацию о её разработках на главном и резервных серверах! Награда: 1000000000 игровых очков».

«Задание №1: Сбежать из орбитальной тюрьмы в течение сорока восьми часов! Награда: 50000 очков эволюции, увеличение ранга одного навыка на выбор».

Прозвучавшее у меня в голове задание от системы оказалось более чем фантастическим. По ее словам, сейчас я находился в какой-то орбитальной тюрьме, причем отыгрывая роль заключённого.

Из этих фактов можно было сделать сразу несколько выводов. Во-первых, игровая локация в этом мире заметно расширилась, и система теперь передо мной ставила более глобальные задачи. Во-вторых, теперь я являлся не просто пришедшим неизвестно откуда незнакомцем. У меня в этом игровом мире имелась настоящая личность. Она должна хорошо вписываться в ЛОР этого мира, иначе моего попадания в орбитальную тюрьму было просто не объяснить.

Встав с кровати, на которой я появился в этом мире, я подошел к маленькому, круглому зеркалу, располагающемуся рядом с умывальником. Оно было сделано не из обычного материала, а из какого-то гладко отполированного пластика, так что опасности ни для кого представлять не могло.

Из зеркала на меня смотрел обычный человек. Точь-в-точь Олег Журавлев из реальности. Никаких изменений своей внешности я в зеркале не увидел. Данный факт заметно поднял мой боевой дух. Всё-таки отыгрывать роль парня, как две капли воды похожего на самого себя было намного легче, чем, если бы мне пришлось влезть в шкуру какого-то чужака.

Пока я размышлял над всеми этими вещами, неожиданно подошла моя очередь предоставлять свою камеру к осмотру. Окошко в верхней части двери открылось, и оттуда прозвучал резкий, командный голос охранника:

– Заключённый номер шестьдесят шесть, шестьдесят шесть, шестьсот шестьдесят семь, положи руки на оранжевые круги и приготовься к личному досмотру!

Быстро осмотрев камеру, я увидел, что на стене, у туалета, образовалось два оранжевых круга. Они располагались примерно на уровне моей головы. Чтобы не злить охранников, я поспешил выполнить их требования и встал в нужную позу.

Сразу после этого дверь открылась и ко мне в камеру вошли два человека. Точнее людьми они были лишь частично. Большую часть тела им заменяли механические части. Так называемые импланты.

В прошлом мире постапокалипсиса большая часть охотников, также предпочитала вживлять себе в тело импланты. Правда, те штуки выглядели скорее как инородные элементы организма. Импланты в телах этих охранников наоборот очень хорошо вписывались в концепцию человеческого тела, делая их похожими на каких-то киборгов, что ли.

Например, у одного из охранников отсутствовала половина лица. Ему её заменяла блестящая серебряная пластина. У него был заменен один глаз, и сейчас из его зрачка на меня смотрела какая-то красная точка. Прямо как в том старинном фильме про киборга убийцу. Ноги этого охранника были биомеханическими. Плюс его тело защищала какая-то экипировка, очень похожая по своей структуре на энергетическую броню.

Второй вошедший в мою камеру охранник оказался больше похож на человека. Но у него тоже прямо в голову были встроены какие-то разъемы. Они располагались в районе висков. К одному из них сейчас был подключен какой-то прибор. Судя по всему, это был сканер. Он использовал его, чтобы осмотреть мою постель, а также другие части камеры, включая всё тот же пресловутый унитаз.

Всё это время охранник-киборг оставался рядом со мной. Видимо он готовился в случае моего сопротивления, применить ко мне всю мощь своих биомеханических имплантов.

– Никаких запрещённых вещей не обнаружено. Болезнетворные бактерии и вирусы отсутствуют. Камера не требует дополнительной обработки, – завершив осмотр, произнёс охранник со сканером.

Потом он переключил прибор на меня и после недолгого сканирования моего тела, удивлённым тоном добавил:

– Боже, какой чистенький образец. Прямо-таки будто только что из утробы матери вылез. Кроме нейрочипа, в теле нет никаких инородных элементов!

– Он из аборигенов восточного полушария. Я слышал от начальника охраны, что у него при поимке даже чипа не было. Он попытался сбежать, напав на своих конвоиров, и даже убил одного из них. За это его и заключили в эту тюрьму. Так что с ним надо быть поосторожнее. К тому же этот заключенный всё ещё является собственностью корпорации.

– Зачем шишкам наверху понадобился этот малец?

– Да кто ж их знает? Может, на органы в будущем разберут или отправят на какие-то эксперименты. Это уже не наше дело. Нам просто приказано его особо хорошо охранять.

– Да уж, не повезло мальцу. Если корпорация продолжит в таком темпе отлавливать аборигенов восточного полушария, скоро их совсем не останется на планете.

– Дык это же к лучшему. Освоение тех территорий идёт полным ходом. Рано или поздно и до этих неандертальцев дойдет цивилизация. Они будут вынуждены в неё встроиться или просто погибнут.

– С одной стороны да. Говорят, что некоторые обитающие там монстры по силе могут сравниться с полком механизированных войск. Столь опасных существ нельзя оставлять в живых. Но с другой стороны там ведь сложилась уникальная экосистема. Ее разрушения ни к чему хорошему в глобальном смысле точно не приведёт...

– Глобальный мир, уникальная экосистема – вот какими словами ты заговорил? Акстись, мы простые охранники. Уж кому-кому, но точно не нам решать судьбы этого мира.

– И то верно. Давай на выход, мы здесь закончили.

После того, как два охранника покинули мою камеру, за ними закрылась дверь. Киборг, который раньше меня охранял, снова подошел к окошку в её верхней части и грубым голосом произнёс:

– Досмотр камеры завершён, можешь убирать руки с оранжевых кругов!

Встав ровно, я снова пошел к своей кровати и сел на неё. Круги тем временем исчезли, как будто бы их там и не бывало. Размышляя над услышанным из разговора охранников, я попытался систематизировать эту новую информацию.

Получалось, что у моей личности действительно была своя история в этом мире. Я являлся каким-то аборигеном из восточного полушария. По всей видимости, там обитали люди, свободные от законов так называемого цивилизованного мира. Скорее всего, используемые ими средства обеспечения сильно уступали технологиям корпорации, из-за чего её люди постоянно на них охотились.

Осознав данный факт, я вдруг вспомнил о том, как один из охранников упоминал нейрочип. Его в моё тело как раз и вживила эта самая корпорация. В первую очередь мне почему-то захотелось ощупать свой затылок. Но я не нашел там никаких разъёмов, как в фантастических фильмах.

После тщательного досмотра всего тела, я также не обнаружил в нём никаких аномалий. Видимо, этот самый нейрочип должен был располагаться внутри моего организма. Моё предположение подтвердилось, когда я начал ощупывать запястье своей правой руки, мне удалось обнаружить небольшой инородный элемент.

После того, как я дотронулся до него, у меня прямо перед глазами сформировался настоящий виртуальный интерфейс. Я как будто бы попал на рабочий стол персонального компьютера, только выполненный в более футуристичном стиле.

Спустя секунду поперек интерфейса возникла написанная ярко-красными, большими буквами надпись:

«Отсутствует подключение к сети!»

Я сразу же сосредоточился на ней и свернул в трей. Освоиться с этим виртуальным интерфейсом для меня проблемы не составило. С чем-то подобным я уже имел дело в мире постапокалипсиса, когда обучался в капсуле подземной лаборатории.

К сожалению, никакой информации в этом нейрочипе не хранилось. Мне удалось вытянуть из него лишь свои персональные данные.

Имя: Олег Журавлев

Регистрационный номер: 9000 54782835

Возраст: 19

Семейное положение: Холост

Статус: Заключённый № 6666667, Первой орбитальной тюрьмы

По всей видимости, нейрочип в этом мире являлся более продвинутым аналогом нейротуна из мира постапокалипсиса. Через него можно было выходить в сеть для получения информации и общения с другими пользователями. Вот только, на орбитальной тюрьме подключение к интернету отсутствовало. Ну, это было и неудивительно, ведь мы все здесь являлись заключёнными без прав.

Система дала мне задание сбежать из этой тюрьмы. Сделать это из-за её расположения явно будет непросто. Сколько бы я не думал над планом побега, дельных мыслей пока что-то мне в голову не приходило. Оторвал меня от этого занятия очередной голос, раздавшийся из непонятно где расположенного динамика. В каком именно месте камеры он находился, я так обнаружить и не сумел.

«Всем заключённым четвёртого блока приготовиться к походу в столовую на ужин!»

Решив, что это мой шанс осмотреться, я подошел к двери и начал ждать, когда она откроется. Это произошло через несколько минут после объявления.

– Всем выйти из своих камер! – раздался громкий голос охранника с биомеханическими ногами.

Впервые шагнув за пределы своей камеры, я попал в большое, квадратное помещение. У него было несколько ярусов и пустое пространство в центре. Сзади и спереди от меня располагались другие заключённые. Как и я, они все были одеты в одинаковые холщёвые вещи серого цвета, с номером на груди.

– Налево! Шагом марш! – продолжили командовать охранники.

На каждой стороне всех ярусов располагалось по одному таком человеку. Они держали в руках какое-то оружие с плоским дулом, похожее на энергетические винтовки из мира постапокалипсиса. Правда, это оружие выглядело более продвинуто.

Проследовав друг за другом к лестнице, мы все спустились на первый этаж. Там нас построили в несколько колонн и строем повели в столовую, располагающуюся в соседнем помещении.

По пути я внимательно осматривал каждую попадающуюся мне на глаза мелочь. К сожалению, эта тюрьма была построена так, чтобы у заключённых в неё преступников не возникло ни одной мысли о побеге.

Стены, пол и потолок коридоров всего внешнего пространства были отделаны серыми панельными плитами. Между ними практически не было никаких зазоров. Дверей, ведущих в технические помещения, я тоже не заметил. Лишь однажды мне на глаза, в коридоре, соединяющем блок номер четыре со столовой, попалось вентиляционное отверстие. Но оно располагалось под потолком, на высоте более четырёх метров.

С текущими возможностями моего тела, я мог попробовать за него зацепиться. Но сначала надо было придумать, как открыть крышку вентиляции, ведь она была прикручена к стене четырьмя большими болтами.

Столовая оказалась чуть меньшим помещением, чем наш блок номер четыре. На её кухне работали не люди, а настоящие роботы. У них был гуманоидный вид, плоские головы на тонких шеях и гусеничная система передвижения вместо ног.

Охранники подвели по очереди каждую шеренгу заключенным к зоне раздаче. Там мы все взяли по подносу и начали двигаться вдоль прилавков. Каждый раз, когда я становился напротив одного из роботов, тот накладывал мне питательную смесь определённого цвета, в один из отсеков подноса. Всего таких отсеков было пять.

В конце меня ждал прилавок с ложками. Все они были сделаны из алюминия и, судя по насечкам, использовались уже длительное время. Быстро осмотрев пространство столовой, я нашел для себя свободное место за одним из длинных столов, и сев туда, начал молча есть.

Питательная смесь этого мира по вкусу оказалась даже хуже той, что я пробовал в мире постапокалипсиса. Сидящие рядом со мной заключённые также вели себя максимально примерно. Они не разговаривали друг с другом и старались смотреть только в свой поднос.

Среди них то и дело выделялись яркие и крайне колоритные личности. У большинства имелись биомеханические импланты. Чаще всего они располагались на голове и заменяли этим людям какие-нибудь жизненно важные органы.

Примерное поведение заключённых в столовой длилось ровно до тех пор, пока охранники не покинули ее периметр, чтобы поужинать вместе, на втором этаже. Видимо приём пищи в этой тюрьме производился одновременно для охраны и заключённых того или иного блока.

Как только на них перестали пялиться, зеки стали тихонько переговариваться друг с другом, обсуждая какие-то не особо существенные новости. Так как я никого тут не знал, то и разговаривать мне особо было не с кем. Но это не спасло меня от внимания со стороны одной из групп заключённых, расположившихся за соседним столом.

Их лидером был невысокий мужчина квадратного телосложения с имплантами в глазницах и чем-то вроде антенны, торчащей из левого, механического уха. Его окружала группа людей численностью в пятнадцать человек.

Поднявшись со своего места, ко мне направился двухметровый амбал с железными протезами вместо рук. Положив кисть одной из них мне на плечо, он гулким басом произнёс:

– Эй, снежок, с тобой хочет поговорить мой босс. Бери поднос и иди за мной.

Кивнув ему, я не стал противиться этому приглашению. Амбал не вернулся на своё место, а уступил его мне. Когда я присел, он встал за моей спиной, словно охранник-надзиратель.

– Меня зовут босс Арко. А ты кем будешь, новенький?

– Олег, – посмотрев прямо на этого квадратного человека, сказал я.

– Олег, значит. Вижу, что у тебя, Олег, есть много здоровых органов. Ты ведь родом из какого-то племени аборигенов восточного полушария?

– Всё верно. Меня взяли в плен и привезли в эту тюрьму из-за...

Когда я уже собирался рассказать ему свою легенду, решив, что эта встреча может привести к какому-нибудь дополнительному заданию, босс поднял руку, призывая меня остановиться. Как оказалось, выбранная мной модель поведения тут оказалась некстати.

– Не надо продолжать. Всё что надо, мы про тебя уже знаем. У меня есть большие связи в этой тюрьме. Я могу, как обеспечить тебе тут комфортную жизнь на весь срок пребывания, так и буквально адское пекло каждый божий день! Я вижу, что ты способный парень, раз корпорация положила на тебя глаз. Так уже получилось, что моей банде нужны подобные люди. Я могу принять тебя под свою опеку.

– И какова цена? – поняв, куда клонит этот человек, спросил его я.

– Это правильный вопрос. Цена не особо велика. Всего лишь парочка твоих девственных органов. Взамен, ты, конечно же, получишь биомеханические импланты. Не самого лучшего качества, но для спокойной жизни они вполне подойдут.

– Вы даже такую операцию можете провернуть?

– Конечно. Кое-кто из руководства тюрьмы со мной в доле. Они всё и организуют, – улыбнувшись, как бы невзначай произнёс Арко.

После его ответа я сразу понял, чем именно промышляла банда этого квадратного человека. Так как человечество в этом мире даже смогло построить орбитальную тюрьму, их технологии явно ушли гораздо дальше, чем те, что были в мире постапокалипсиса. А, следовательно, здоровые человеческие органы здесь должны были цениться на вес золота.

Их наверняка можно было пересадить каким-нибудь богатым людям, дабы продлить их жизнь. Наверняка достигшие высот этого мира олигархи, хотели выглядеть как можно более человечнее. Вряд ли они бы стали уродовать свои тела биомеханическими имплантами, как простой люд. Тут уже речь не шла о каком-то донорстве в рамках правового поля. Эта банда точно работала на чёрном рынке.

Сделав правильные выводы из слов собеседника, я дал ему самый логичный ответ:

– Думаю, я сумею прожить и без вашего покровительства. За такую цену в любом случае оно мне не нужно.

После этих слов я встал из-за стола, и хотел было уйти, но меня остановил всё тот же амбал с железными руками. Он положил одну из них мне на плечо, попытавшись усадить обратно. Но я использовал силу и оттолкнул его назад.

– Ах ты, урод! – пробасил амбал, замахнувшись на меня своими протезами.

Использовав навыки ближнего боя, я уклонился от нескольких хуков, после чего провел двоечку прямо по его металлическому подбородку, оставив на нём вмятину. Мой удар заставил амбала сделать два шага назад. Пошатнувшись, он едва не завалился на ужинающих за соседним столом зеков.

От неожиданности я вложил в последний удар более пятидесяти процентов от своей реальной силы. Но даже такая атака не смогла вырубить моего противника. Видимо биомеханические протезы делали людей этого мира гораздо сильнее, чем в моём собственном.

– Скотина, ты сломал мой протез! Убью! – уже не сдерживая своей ярости, прокричал амбал.

Но в этот момент на втором ярусе столовой появилась группа охранников. Увидев, что в зале началась потасовка, один из них достал из кармана круглый предмет и бросил его вниз. Увидев это, все заключённые вскочили со своих мест и разом прыгнули под столы. Чисто на рефлексах я сделал то же самое. В итоге стоять остался один лишь амбал.

Упав на пол, предмет издал негромкий хлопок и распался на десятки резиновых шариков. Они имели очень высокую инерцию движения. Отскакивая от пола и стен, эти шарики поражали все предметы вокруг. Несколько из них попали по телу амбала, заставив того скорчиться от боли и упасть на пол.

– Упрямый, значит? Это тоже хорошо. В этой тюрьме никто не смеет мне отказывать. Я всегда получаю то, что хочу. Так или иначе, я буду ждать твоего ответа ещё один день. Если ты решишь мне отказать во второй раз, я сделаю так, чтобы тебя лишили не парочки, а половины органов, заменив их самыми дешёвыми протезами. После этого твоя жизнь в этом заведении превратится в сущий ад! – прошептал мне практически на ухо, лежавший рядом Арко.

Я не стал никак отвечать на его слова. Спустя примерно минуту резиновые шарики потеряли инерцию. Как только это произошло, охранники спустились на первый ярус столовой и заставили нас снова построиться в колонны.

– Раз вы, уроды, лишили нас возможности нормально поужинать, вам тоже он больше не нужен. Налево! Шагом марш по камерам! – прокричал охранник, который бросил эту странную гранату.

В итоге, так и не насладившись этим невероятно «вкусным» ужином, мы были вынуждены вернуться в свои камеры. Когда дверь за мной закрылась, я наконец-то мог вздохнуть спокойно.

«Вот уж не было печали. И где эта система, когда она так нужна? Могла бы дать мне дополнительное задание. Например, избавиться от Арко или ещё что-нибудь в этом духе! К слову, судя по всему, противостоять людям этого мира будет гораздо сложнее, чем эволюционировавшим охотникам из постапокалиптического. Дополнительные очки эволюции мне бы точно здесь не помешали. Чёрт, а ведь точно!»

В этот момент я неожиданно вспомнил, что у меня всё ещё сохранились нераспределённые очки эволюции, которые я получил за завершение последнего задания в постапокалиптическом мире.

Открыв окно со статистикой своего персонажа, я смог убедиться, что шестьдесят тысяч очков эволюции по-прежнему висели нераспределёнными. Теперь мне предстояло решить, какие характеристики стоит повысить.

Как я уже успел убедиться, физические возможности людей этого мира были намного выше, чем у охотников из постапокалипсиса. Чтобы иметь возможность сражаться с усиленными биомеханическими имплантами врагами, по идее следовало бы увеличить в первую очередь свою силу мышц и прочность костей.

Вот только каким образом это поможет мне сбежать из тюрьмы? Даже если я и смогу сопротивляться людям из банды торговцев органами, основное задание всё равно останется невыполненным. В первую очередь мне следовало подумать именно о нём.

Каким образом я мог сбежать из орбитальной тюрьмы? Раз она располагается в космосе, на орбите планеты, без наличия транспортного средства, который меня увезёт осюда, не стоило даже браться за эту задачу.

Значит, в первую очередь следовало захватить какое-то транспортное средство. Наверняка администрация тюрьмы как-то связывается с отвечающей за неё корпорацией. Те же административные ресурсы, еда, оружие, охранники. Каким-то образом всё это попадало на орбиту.

Скорее всего, это происходило благодаря космическим кораблям. Ну, или, телепортации, если её уже изобрели в этом мире. Меня устраивали оба варианта. Особенно просто было бы выполнить захват центра телепортации и быстро перенестись на поверхность планеты. Но вариант с кораблем меня тоже вполне устраивал.

Перед тем как браться за исполнение этого плана, требовалось узнать получше схему этой орбитальной тюрьмы. Выяснить где располагается устройство телепортации, ангар для кораблей или стыковочный отсек. Определиться с маршрутом и подумать над тем, как мне незаметно выбраться из камеры.

Я был уверен, что где-то в ней была спрятана система наблюдения. Возможно в том же месте, где располагались динамики внутренней связи. Не думаю, что у меня получится беспрепятственно покинуть эту камеру, даже если я смогу сломать механизм, запирающий дверь. Ведь об этом сразу же узнают охранники.

Если дела действительно обстояли подобным образом, решить мою проблему могли всё те же охранники. Мне нужно было каким-то образом взять одного из них в плен или захватить над ним контроль.

Как раз в последнем умении я и специализировался. Правда, все мои прошлые попытки захватить контроль над живым человеком заканчивались неудачей. Хотя, последний раз я пробовал провернуть этот трюк, когда еще находился на втором уровне эволюции. Сейчас же, после использования сыворотки третьего уровня, мои характеристики заметно возросли.

Чтобы ещё больше повысить свои шансы на захват контроля, требовалось увеличить параметр Активность клеток мозга до текущего предела. Сейчас у меня имелось более шестидесяти семи тысяч очков эволюции. Этого количества вполне хватит для решения текущей задачи.

После у меня даже останется возможность повысить ещё один параметр. Обдумав текущую ситуацию, я решил вложить последние десять тысяч очков эволюции в повышение на один пункт характеристики Рефлексы.

Силу мышц и Прочность костей следовало повышать параллельно, да и один пункт в них мало что мне даст, с учётом возможностей жителей этого мира. А вот плюс к мобильности мог в случае возникновения чрезвычайной ситуации помочь мне разрешить её в свою пользу.

Именно так я и поступил. В итоге после распределения очков эволюции, статистика моего персонажа стала выглядеть следующим образом:

Таблица с характеристиками игрока:

Имя: Олег

Фамилия: Журавлев

Основные характеристики:

Сила мышц 37 (0/10000)

Прочность костей 37 (0/10000)

Рефлексы 39 (0/10000)

Активность клеток мозга 40 (0/10000)

Псионический заряд – 12000 (0/10000)

Очки эволюции: 67241

Псионическое поле 200/50 (общая прочность/предел поглощения).

Теперь моя характеристика Активность клеток мозга достигла текущего предела на третьем уровне эволюции. Подбирались к нему и рефлексы. Что же касалось остальных характеристик, их придется повышать уже за награды с заданий текущего игрового мира.

Сев на кровати со скрещенными ногами, я закрыл глаза и активировал свой навык Психический контроль. По сравнению с прошлым, мне действительно легче далось погружение в серый мир без красок. Красная линия появилась передо мной. Я постепенно начал вести ее к выходу из камеры.

В этом мире для красной линии не существовало преград, но я всё равно почему-то, машинально повёл её к выходу. Выбравшись за пределы камеры, я попытался определить текущую дальность действия своего навыка. Мне удалось за счёт линии достигнуть конца четвёртого блока и даже по коридору добраться до столовой. Такие возможности действительно впечатляли. Я уже начал представлять, какой же мощности достигнет мой Психический контроль на четвёртом или даже пятом уровнях эволюции.

Потренировавшись немного с управлением, я деактивировал навык и снова открыл таблицу с характеристиками персонажа. На удивление, ни одного очка псионического заряда на управление красной линией не потратилось. Теперь, по всей видимости, они расходовались только на захват цели.

С экспериментами над этим пунктом плана я тянуть не стал и снова погрузился в серый мир. На этот раз моя красная линия легко прошла сквозь ближнюю от меня стену. Там я увидел ауру живого человека. Правда она была несколько странной. Как будто часть жизненной силы, излучаемой его телом, что-то блокировало. Из-за этого аура человека казалась менее мощной, чем те, которые я видел раньше.

Этот человек спал на кровати. Аккуратно подведя к нему красную линию, я попытался соединить её мозгом зека. Разум заключённого автоматически попытался сопротивляться. Я испытал сильный приступ боли, но мне всё же удалось пробить его ментальную защиту.

Как только наши разумы соединились, я погрузился в его сон. Снились этому заключённому исключительно картины восемнадцать плюс. В них он занимался сексом с горячими красотками. Что примечательно, у этих красоток по всему телу также хватало биомеханических имплантов.

У одной на лице была подвижная, мягкая маска, вторая носила парик вместо собственных волос и её грудь также была ненастоящей. Руки третьей вообще как-то странно сгибались, а ее язык мог удлиняться сантиметров на двадцать. Причем девушка очень умело этим пользовалась в постели.

Меня едва не вырвало от этой странной сцены, поэтому я невольно ослабил психический контроль и наша связь с заключённым оборвалась. Снова вернувшись в своё тело, я ещё раз проверил характеристики персонажа. Если верить секундомеру в моем личном интерфейсе, то за каждую секунду такого контроля тратилось примерно пять очков псионического заряда.

Это было в два раза меньше, чем я расходовал на зомби второго уровня. Но следовало учитывать тот факт, что этот человек не выполнял никаких моих приказов. Я просто подсмотрел, что именно ему снилось. Двигаться или что-то делать я его не заставлял.

Восстановив очки псионического заряда, я продолжил свои эксперименты. Теперь моя красная линия отправилась на этаж ниже. В камере под собой, на удивление, я встретил того самого бугая с погнутой механической челюстью и железными руками.

В отличие от моего соседа справа он ещё не спал. Бугай тренировался. Он изо всех сил колошматил стену у туалета. То место, где появлялись оранжевые круги при проверках камер. При этом его действия не издавали никаких посторонних звуков. Как будто материал, которым были отделаны наши камеры, обладал абсолютным шумоподавлением.

Испускаемая телом бугая аура оказалась ещё слабее, чем та, которую я ощущал от мужчины справа. Понаблюдав немного за этим мужчиной, я решил взять его под контроль.

Мой разум при слиянии на этот раз ощутил чуть меньше сопротивления. Как я и думал, интенсивность излучаемой телами людей ауры заметно влияла на данный фактор. Если сравнивать этих двух заключённых, то основным отличием бугая было большое количество имплантов в его теле. Видимо они каким-то образом влияли на ментальную силу сознания человека, значительно её снижая.

После слияния наших разумов тело бугая вздрогнуло и застыло на одном месте с опущенными руками. Ощущения от того, когда я брал под контроль зомби, сильно разнились с этим. Сейчас я действительно мог слышать мысли этого человека.

Он был очень зол. Прежде всего, на меня, за то, что я повредил его имплант. А ещё на своего шефа, который запретил ему действовать. Он хотел сразу же начать разработку плана по моей ликвидации. При этом помочь ему должна была администрация тюрьмы. Их всех от разбора меня на органы останавливал лишь тот факт, что моё тело, фактически, являлось собственностью корпорации.

В принципе, ничего другого я от этой банды и не ожидал. Они осмелились действовать даже несмотря на этот факт. Именно поэтому их главарь хотел, чтобы я поделился с ними своими девственными органами по своему желанию.

Но, если судить по мыслям амбала, в случае моего несогласия, они придумают, как их у меня отобрать насильным путём. Сейчас он раздумывал как раз над этим. Большая часть мыслей в его голове крутилась вокруг вариантов несчастных случаев, которые могли произойти со мной.

В общем, система совсем непросто так дала мне задание – сбежать из тюрьмы за сорок восемь часов. Теперь от его выполнения напрямую могла зависеть моя жизнь. Что ж, возня в деревне новичков действительно закончилась. Теперь игра решила взяться за меня серьёзно, и её сложность вышла на совершенно новый уровень.

Полностью взяв под контроль тело амбала, я смог даже проникнуть в виртуальный интерфейс его нейрочипа. Здесь меня ждал первый сюрприз. Оказывается, члены банды Арко обладали некоторыми привилегиями. В частности, у них был доступ к сети, пусть и немного ограниченный. Но искать информацию это ограничение не мешало.

Осознав данный факт, я тут же запустил поисковые сайты и начал собирать информацию о мире, в который попал. В первую очередь меня интересовала его история и политическая обстановка.

На удивление, никаких стран на этой планете не существовало. Что удивительно, она так же, как и мой родной мир, местными называлась Землёй. Даже строение её континентов было похоже. Разве что за исключением прибрежной полосы.

Скорее всего, система не стала заморачиваться с придумыванием абсолютно нового мира, а просто взяла для создания этой игровой вселенной данные из реальности. В принципе, если подумать, то и в мире постапокалипсиса действие, скорее всего, разворачивалось на Земле. Иначе откуда бы жители того города могли говорить на одном со мной языке.

Всё больше эти игровые сессии напоминали мне какие-то испытания, проводимые учёными в виртуальной реальности. Вот только, я пока не понимал, к чему эти испытания готовили игроков.

Политическая обстановка на этой игровой Земле очень сильно отличалась от современности. По сути никаких стран больше не существовало. Были лишь транснациональные корпорацию. У них под контролем находились мега-города. В них проживали миллионы людей.

Как я и думал, технологии этого мира были намного более развитыми, чем в мире постапокалипсиса. Нейрочипы вживлялись абсолютно всем жителям мега-городов. Они одновременно являлись средством идентификации, смартфоном, банковской картой и мультимедийным центром.

Самое главное – это средства расчёта данного игрового мира. Бумажные или электронные деньги тут не были в ходу. Вместо них использовались условные единицы энергии эволюции. Или в простонародье УЕ. Этими УЕ люди могли расплачиваться абсолютно за любые товары и услуги. И что самое интересное, хранились УЕ в кристалле эволюции!

Эти кристаллы эволюции располагались в головах абсолютно всех людей. Прямо как у зомби моего родного мира. В них хранилась энергия эволюции. Если человек хотел что-то купить или продать, он расплачивался ею, используя в качестве посредника тот самый нейрочип. Все транзакции осуществлялись только через него.

То есть, теперь физическая сила человека и его уровень эволюции определялись лишь благосостоянием. Правда, насколько я понял, объём каждого кристалла эволюции был строго ограничен, это и являлось фактором сдерживания для богачей. Эдакой мнимой границей мнимого равноправия.

Правда, они нашли, как её обходить, нанимая себе в услужение целые частные армии. Энергия в кристалле эволюции постоянно расходовалась. Чтобы поддерживать её на пике, многие люди как раз и нанимались на работу к таким вот богачам. Или непосредственно в корпорации, если у них были связи.

Организм человека самостоятельно мог вырабатывать энергию эволюции, но это был совсем небыстрый процесс. Система монетизации в этом обществе была построена на таких правилах, что без потребления дополнительной энергии, люди прожить бы не смогли. По сути, все они стали просто батарейками для власть имущих.

Самой крупной и влиятельной корпорацией на планете являлись те самые Технологии будущего, которые мне предстояло уничтожить. Все самые передовые разработки, лучшие биомеханические импланты, – всё приходило в этот мир именно оттуда.

Другим корпорациям принадлежало лишь по одному-два города, гораздо меньших размеров. Они жили за счёт промышленного шпионажа, подбирая лишь объедки с барского стола. Но даже этого им хватило, чтобы вооружить собственные армии.

Все головные офисы корпораций и большая часть мега-городов располагалась в западном полушарии планеты. В то время как восточное было относительно свободным. При этом те части света, которые мы раньше называли Европой, Азией и Африкой были мало пригодны для жизни. Там обитали очень сильные монстры.

В интернете я сумел найти снимки некоторых из них. Это были существа, похожие на мифических драконов. Водных, бескрылых земных и тех, кто умел летать. Причём на динозавров они мало походили. Это были именно мифические драконы.

В том месте, несмотря на все опасности, жили так называемые аборигены. Именно на них охотились корпорации. И именно из тех мест по легенде пришёл мой персонаж.

Граница между цивилизацией и царством монстров проходила примерно по нулевому меридиану. Там был создан ряд аванпостов и военных баз, с которых взлетали самолеты, охраняющие воздушное пространство от летающих драконов. А ещё на них были установлены системы ПВО.

Стычки между монстрами и людьми иногда случались, но до масштабных сражений никогда не доходило. Корпорации понимали, что затратят много средств на такую войну, и просто не хотели терпеть убытки.

Что примечательно на цивилизованной части планеты также существовали монстры, но их всех одомашнили и разводили в качестве скота. Вот только производил этот скот не мясо с молоком, а энергию эволюции. Люди выращивали его ради кристаллов, хотя и мясо таких существ тоже было в цене.

Под конец своих изысканий, уже начав ощущать ментальную усталость, я занялся изучением устройства местного интернета. Его архитектура и большинство программ оказались мне знакомы. Они явно были написаны за счет тех же средств программирования, что я изучал в постапокалиптическом мире. Правда, эти средства были чуть более продвинутыми.

Данный факт впервые с начала игровой сессии заставил меня невольно улыбнуться. Разорвав связь с бугаём, я лёг на кровать, и какое-то время просто восстанавливал очки псионического заряда. За это время в голове у меня уже родился новый план. За счёт него я смог скорректировать свою стратегию побега из орбитальной тюрьмы.

Глава 2. Побег

Полностью восстановив очки псионического заряда, я повторно активировал Психический контроль. На этот раз подопытным снова стал бугай с механическими руками. Судя по тому, о чём он думал, этот человек так и не догадался о моём вмешательстве в его сознание.

Конечно же я стер все следы пребывания в его нейроинтерфейсе. Что же касалось факта его физического выпадения из реальности на столь долгий промежуток времени, он решил, что просто перезанимался и отключился на какое-то время из-за усталости организма.

На этот раз я взял под контроль тело бугая, когда он лежал на своей кровати. Во сне сделать это оказалось даже проще, чем когда он бодрствовал. Теперь мне предстояло научиться управлять человеком, у которого в теле находились импланты.

Удивительно, но через связь разумов я также мог чувствовать и источник энергии эволюции, который располагался в голове бугая. Помимо рук у него также было заменено на биомеханические аналоги несколько жизненно важных органов. А в тазу у него стояла реальная металлическая пластина. Мне не хотелось даже начинать думать о том, для чего бугай туда ее поставил или какая травма могла привести к появлению этого протеза.

Биомеханические протезы давали бугаю весьма ощутимый прирост в физической силе. Она у него почти не уступала моей собственной. Остальные же параметры его тела оказались далеки от эволюционировавшего третьего уровня. Особенно сильно страдали из-за силовых имплантов скорость и мобильность этого человека.

Приказав ему встать, я сделал серию разминочных упражнений, а потом провел бой с воображаемым противником. Завершающим тренировку пунктом стала проверка силы за счёт ударов по тому участку стены, который использовал сам бугай.

Результаты моего эксперимента показали, что управление людьми с биомеханическими протезами ничем не отличалось от контроля зомби-марионеток. Мне показался удивительным тот факт, насколько хорошо импланты встраивались в человеческий организм.

Они реально заменяли людям части тела и важные органы, без потери чувствительности и каких-либо других неудобств. Скорее всего, по прошествии адаптационного периода, человек настолько привыкал к таким имплантам, что уже начинал ощущать их, как реальные части своего организма.

Технологии этого мира не переставали меня поражать. Как, впрочем, и его похожесть на мир постапокалипсиса. Он являлся более совершенным его вариантом в плане технологического развития.

Мне даже приходила в голову мысль, что этот игровой мир был связан с миром постапокалипсиса. Возможно, они были вписаны в ЛОР одной и той же вселенной. А может быть даже являлись продолжениями друг друга. Если бы игра отправила меня в прошлое мира постапокалипсиса, во времена ещё до всеобщей войны и начала зомби-эпидемии, я бы сильно не удивился.

В обучающем центре я концентрировался на познании методов программирования и работе с проектом Новый эдем. Изучать подробно прошлую эпоху того мира у меня просто не было времени. Поэтому, даже после завершения основной миссии, я знал о ней факты лишь из рассказов своих товарищей и любимой девушки.

Всплывшее в моей памяти лицо Кристи едва не заставило меня разорвать связь с бугаём. Быстро восстановив свое эмоциональное равновесие, я приказал ему вернуться на кровать и только потом деактивировал работу свого навыка.

Это происшествие в очередной раз показало мне, насколько я нестабилен в эмоциональном плане. Даже с пассивным навыком Хладнокровие, я всё ещё был подвержен скачкам эмоций. Мне следовало больше тренировать психический контроль, ведь я по-прежнему являлся девятнадцатилетним подростком, с присущим ему буйством гормонов, которые, порой, могли повлиять на принимаемые мной решения.

К слову о возрасте, почему-то я только сейчас вспомнил о том, что никак не отметил свой день рождения. Летом, во время каникул, мне исполнилось девятнадцать лет. Вот только, сосредоточившись на разработке своего приложения, я совершенно забыл об этом.

Скорее всего, так случилось из-за моего отношения к подобным мероприятиям. Кажется, что подростки должны были любить этот праздник, и только с возрастом его значение в жизни человека начинало уменьшаться. Но со мной всё было по-другому. После смерти бабушки я совсем перестал беспокоиться о подобных вещах.

Новая сессия по восстановлению псионического заряда прошла намного быстрее. Завершив её, я отправил красную линию своего восприятия обратно в чёрно-белый мир. На этот раз моей целью должен был стать не заключённый, а охранник этой тюрьмы.

Долго блуждать по её закоулкам мне не пришлось. Чтобы не проколоться, я не стал выбирать своей жертвой человека, который стоял на посту. Моя красная линия проникла в помещение столовой. Там, на втором этаже, располагалась зона отдыха для охранников. Хоть они и сказали, что наша драка помешала им поужинать, на самом деле это было лишь лукавство.

Загнав нас по камерам, те работники тюрьмы, которым не нужно было заступать на посты, вернулись в зону отдыха. Некоторые из них, наевшись, просто отдыхали с закрытыми глазами, другие играли в какую-то игру, похожую на домино.

Памятуя о взаимосвязи количества имплантов со сложностью захвата контроля над человеком, я выбрал своей целью охранника с биомеханическими ногами и кучей второстепенных имплантов в теле. Это он с товарищем заходил ко мне в камеру несколькими часами ранее для проверки.

Когда произошел захват, тело охранника несколько раз вздрогнуло. Я испытал небольшую отдачу, выразившуюся в приступе головной боли. Так как это был уже не первый мой раз, выдержать её оказалось несложно. Удержав контроль над навыком, я смог установить между нашими разумами прочную связь.

Как и ожидалось, этот охранник не спал. Он смотрел через свой нейроинтерфейс фильмы эротического содержания. Отключив воспроизведение фильма, я сразу же вошел в сеть. У охранника ограничений по её использованию в нейрочипе не стояло, поэтому я сразу же взялся за реализацию своей задумки. Использовав свои навыки программирования мне удалось взломать сервер тюрьмы. Оттуда я вытащил её план.

Вовремя активированный навык Идеальная память помог мне запомнить все, даже самые мельчайшие его детали. В том коридоре, который соединял столовую с нашим блоком номер четыре, действительно проходила вентиляционная труба. По ней можно было попасть практически в любую часть тюрьмы.

Ещё на плане этого исправительного учреждения я нашел несколько стыковочных отсеков. Никаких станций телепортации или похожих на эти вещи устройств, на станции не обнаружилось. В этом мире людей и припасы на орбиту планеты по-прежнему доставляли космические шаттлы.

Один такой со сменной бригадой охранников, оборудованием и различными припасами как раз должен был прилететь завтра утром. По всей видимости, именно на этот вариант побега намекала мне система, дав срок на выполнение задания в сорок восемь часов.

Дальше оставалось решить ещё одну проблему. Подключившись к серверу тюрьмы, я создал черный ход, через который можно было воровать любую информацию. Реализовать это получилось лишь благодаря тому, что архитектура программ и операционных систем этого мира была очень похожа на ту, что использовалась в прошлую эпоху мира постапокалипсиса. Работая в сети, я всё больше убеждался в том, что игра действительно решила послать меня в прошлое, а не создала совсем новую вселенную со своим ЛОР-ом.

Продолжая копаться в содержимом тюремного сервера, я сумел подключиться к системе видеонаблюдения за заключёнными. Она вся была завязана на управление простеньким искусственным интеллектом. Если случится побег или другая чрезвычайная ситуация, вроде того, что один из зеков решит покончить с собой, ИИ тут же предупредит об этом ответственное лицо.

Чтобы обмануть ИИ, мне нужно было подменить видео из своей камеры. Для этого я зашел в архив, и скачал запись вчерашней ночи. У меня получилось двенадцатичасовое видео. В нем я сначала спал в кровати, а утром, после подъема, стал делать зарядку и заниматься личной гигиеной.

Следующим шагом мне предстояло заменить поток видео на запись. Чтобы сделать это, требовалось на секунду отключить ИИ от системы видеонаблюдения. Связавшись с трансформаторной станцией, я создал скачок электроэнергии в сети, который замаскировал моё вмешательство в систему видеонаблюдения.

Когда она восстановилась, поток видео из моей камеры уже был заменён на запись. Теперь в течение следующих двенадцати часов ИИ не сможет понять, что на самом деле у меня там происходит.

Когда основные приготовления к реализации плана побега были завершены, мне осталось лишь стереть все следы своего пребывания на сервере и в нейроинтерфейсе охранника. Пока я занимался этим, ему на почту пришло сообщение. Оно сразу же отправилось в зашифрованный архив. Решив посмотреть, что же такого секретного в нём хранится, я быстро взломал запароленую папку, запустив наспех созданную программу подбора.

В этом секретном архиве хранилось довольно много электронных писем. В них содержалась информация по заключённым, включая их здоровые органы, цены на них и планы операций. Отправителем последнего письма оказался мой недавний знакомый, главарь банды зеков, занимающихся контрабандой органов – Арко.

В письмо оказался вложен файл с полным досье на меня. Этот ублюдок, не дожидаясь моего ответа, решил подстраховаться и разработать альтернативный план отбора у меня моих же собственных органов. В нём важную роль должен был сыграть как раз этот охранник. Он действовал заодно с бандой зеков, и имел с их прибыли свою долю. Судя по количеству писем в архиве, этот охранник совершил уже немало преступлений.

Получалось, что я проделал ненужную работу по подмене видеосигнала. В плане торговцев органами это уже учитывалось, так что потом мне пришлось вернуть всё на свои места. В очередной раз убедившись в том, что охранники этой тюрьмы были ничуть не лучше её заключённых, я решил задействовать в своём плане и их.

Твёрдо решив использовать охранника с протезами ног, я разорвал между нами связь, не забыв перемотать запущенный им фильм на полчаса вперед. Теперь он просто будет думать, что заснул при просмотре, и не заметит проведённых мной махинаций.

Закончив работать с охранником, я вернулся в свою камеру. После стольких раз использования психического контроля мое сознание начало уставать ментально. Перед началом исполнения моего плана ему требовался хороший отдых.

Попытавшись отстраниться от окружающей действительности, я лёг на кровать и постепенно заснул. Мне хватило четырёх стандартных часов, чтобы полностью восстановиться. Поднявшись на ноги, я умылся водой из своего инвентаря и занялся лёгкой разминкой. А потом перекусил несколькими бутербродами собственного приготовления, с колбасой и овощами.

Теперь мне оставалось только дождаться прибытия охранника. Для этого мне даже не потребуется брать его сознание под контроль, так как банда Арко предполагала начать действовать сегодня рано утром, ещё до подъёма остальных заключённых.

Охранник должен был отвести меня в операционную и лишить сознания. Далее, меня бы привязали к операционному столу и оставили в таком положении до прибытия хирурга. Он как раз должен был прилететь на утреннем шаттле, вместе с бригадой сменщиков.

Этот хирург также входил в организацию торговцев органами. По плану он должен будет в буквальном смысле слова меня выпотрошить. Хирург заменит мои, как они выразились девственные органы, на дешевые импланты. На них мой организм не протянет и пяти лет.

Без операции, которая позволит вставить более качественные импланты, меня будет ждать неминуемая смерть. Видимо таким образом эти бандиты хотели подчинить меня и заставить выполнять все их приказы.

Единственным тёмным пятном в их плане был факт того, что моё тело якобы принадлежало корпорации. Думаю, когда она захочет меня вернуть, они просто подстроят несчастный случай. Или заставят меня написать какое-нибудь гарантийное письма, мол, я добровольно отказался от своих органов, например, в счёт уплаты карточного долга. В общем, варианты разобраться с претензиями от корпорации у них были.

Охранник пришёл за мной в строго назначенное время. Он включил динамик внутренней связи в моей камере, и как обычно, строгим и грубым голосом произнёс:

– Заключённый номер шестьдесят шесть, шестьдесят шесть, шестьсот шестьдесят семь встань с кровати и поставь свои руки на оранжевые круги.

Когда я выполнил его просьбу, дверь в камеру открылась. Войдя внутрь, он внимательным взглядом проверил всё помещение, а потом снова обратился ко мне.

– Лицом к стене! Руки за спину! Быстро!

Снова подчинившись его приказу, я почувствовал, как на мои запястья надевают какой-то местный аналог наручников. Охранник жёстко стянул мои руки пластиковым жгутом. Разорвать его, даже после напряжения всех своих сил – я не смог. Видимо этот вид сдерживания был предназначен не для простых людей. Он мог сковать даже обладателя биомеханических имплантов, заменяющих человеку руки.

– Развернись и иди вперед. Как выйдешь из камеры, поверни налево, к лестнице.

– А куда вы меня ведёте? – решив разыграть сценку с удивлённым зеком, спросил у него я.

– Отставить вопросы! Ты пойдёшь туда, куда я скажу! – отвесив мне ощутимо сильный подзатыльник, сказал охранник.

В итоге мне пришлось замолчать и идти к выходу из камеры. Охранник всё это время следовал чётко за мной. Мы прошли с ним к лестнице и спустились на первый этаж. Далее он приказал мне следовать к кухне.

По плану он должен был провести меня через технические помещения, где работали роботы и оставить в операционной. Она была организована в одном из подсобных помещений, где по плану хранились контейнеры с биоматериалом, из которого производится питательная смесь.

Я активировал психический контроль как раз в тот момент, когда мы проходили мимо вентиляционного отверстия. Мне удалось очень быстро захватить сознание охранника, получив минимальный откат.

Когда он остановился, я приказал ему снять с меня удерживающий руки жгут. Потом ему пришлось встать на карачки, и позволить мне сесть к себе на шею. Следующим шагом охранник осторожно поднял меня. Этого не хватило, чтобы достать до вентиляционного отверстия, поэтому мне пришлось встать на плечи своей марионетки ногами.

Перед этим я приказал ему передать мне его оружие. В этот раз он принёс с собой лишь устройство, похожее на энергетический меч. Только его лезвие было меньшего размера, нечто среднее между резаком и мечом из мира постапокалипсиса.

Мне пришлось напрячь все свои мышцы, чтобы открыть вентиляционный люк. Потом я вполз внутрь трубы и заставил марионетку подпрыгнуть. У меня получилось схватить охранника за руки и подтянуть к отверстию, чтобы он также смог залезть в вентиляционную трубу.

Как только охранник выполнил мой приказ, я плотно закрыл крышку люка. В моей голове тут же появился план вентиляционных шахт орбитальной тюрьмы. Всё время держа его схему перед собой, я направился к стыковочному отсеку. Труба была небольшой, но достаточно широкой, чтобы можно было легко ползти по ней на карачках.

Примерно на середине пути, я приказал охраннику подойти ко мне поближе и хладнокровно свернул ему шею. Это случилось возле вентиляционного колодца. Там труба расширялась, позволяя человеку встать в полный рост.

«Получено 218 очков псионического заряда! Предел характеристики расширен!»

Неожиданно после убийства охранника в моей голове раздался безэмоциональный голос системы. Такого сообщения раньше я от неё не получал. Чтобы удостовериться в правильности послания, мне пришлось открыть окно с характеристиками своего персонажа.

Проверив таблицу с ними, я убедился, что не ослышался. За убийство жителей этого мира теперь система награждала меня очками псионического заряда. Его максимум возрос ровно на двести восемнадцать очков и сейчас как раз равнялся двенадцати тысячам двумстам восемнадцати.

Видимо награда за победу над противниками в этом мире также была изменена по каким-то игровым правилам. Раз в телах людей данного мира находились кристаллы эволюции, я думал, что за их убийство меня будут награждать так же, как за убийство зомби в постапокалипсисе. То есть очками и кристаллами эволюции.

Но всё оказалось гораздо прозаичнее. Теперь вместо кристаллов и очков система повышала в награду мою характеристику Псионический заряд. С одной стороны это было хорошо, ведь мне не придётся тратить на это дело собственные очки эволюции. Но с другой, теперь я лишался одного из источников их получения.

Видимо так случилось из-за того, что мне для повышения характеристик теперь требовалось огромное количество очков эволюции. Награждать меня ими за победу над противниками стало нелогично.

Словно прочитав мои мысли, система снова дала о себе знать:

«Остаток очков эволюции игрока, в размере 7241, был переведён в очки псионического заряда. Предел характеристики расширен!»

После этого сообщения я снова перевел свой взгляд на окно с характеристиками персонажа. В графе Псионический заряд теперь числилось девятнадцать тысяч четыреста сорок девять очков. Вот так, довольно быстро и без особых усилий, я сумел очень сильно прокачать эту свою характеристику.

Раз теперь псионический заряд повышался таким образом, мне не следовало ожидать скачков этой характеристики по достижению нового уровня. Это заключение вытекало из логики игры. Но так для меня было даже лучше.

У меня в арсенале находилось несколько энергоёмких навыков, которые требовали большого количества очков псионического заряда. Тот же психический контроль отнимал по пять пунктов в секунду. К тому же от объема заряда зависела сила навыка Телекинез.

Нельзя было забывать и про боевые умения. Если я прокачаю эту характеристику, то смогу дольше поддерживать в активном состоянии Кулак ярости и Пламенный клинок. В общем, если задуматься, то от этого изменения в характеристиках я только выигрывал.

Сняв с охранника все вещи, я быстро переоделся в них, а его труп сбросил как раз в самый вентиляционный колодец. Этот человек был выбран мной также ещё и потому, что наше с ним телосложение оказалось более-менее похожим. Его форма была чуть-чуть мне велика. Примерно на размер. Но этот факт не бросался в глаза, если к форме особо не присматриваться.

Ждать прибытия шаттла мне пришлось недолго. К этому времени я как раз успел добраться до нужного места. Этим местом оказалось помещение, где был сложен багаж отправляющихся на планету работников тюрьмы.

Как только шаттл прибыл в помещение вошли грузчики и начали переносить контейнеры в грузовой отсек корабля. Когда контейнеров осталось совсем немного, я быстро выпрыгнул из вентиляционного отверстия и аккуратно закрыл за собой люк.

Мне пришлось поправить немного сбившийся китель формы охранника. Потом я сделал морду кирпичом, и взяв один из последних контейнеров, понес его к выходу из помещения. Он вывел меня в большой ангар. В его дальней части располагалась лестница, ведущая к шаттлу, а под ней еще один проход, предназначенный для грузчиков.

Я направился прямо к этому проходу. Кругом сновали десятки людей. В основном это был обслуживающий персонал. За время стыковки шаттла им требовалось выполнить техническое обслуживание и исправить неполадки, которые возникли во время полета. Если они, конечно же, вообще существовали.

На входе в отсек меня встретили два грузчика. Увидев, во что я был одет, один из них поднял руку и произнес:

– Оставь свои вещи здесь. Мы сами их погрузим.

– Там находятся ценные подарки для моей будущей жены. Они очень важны для меня, поэтому я хочу убедиться, что контейнер прибудет на землю в целости и сохранности.

– А билет у тебя есть? Без него мы не можем формально пропустить тебя на борт шаттла, – нахмурившись, ответил на мои слова грузчик.

– Конечно! Вот он!

Активировав похожее на часы устройство, которое забрал у охранника, я воспроизвел голограмму посадочного билета. На ней хакерскими методами было заменено лицо убитого мной охранника. В остальном этот электронный билет остался в первозданном виде. То есть, его подлинность была стопроцентной.

Проведя сканером по голограмме, грузчик кивнул мне, и улыбнувшись, сказал:

– Ладно, можешь проходить. Но долго там не задерживайся, потому что скоро отправление. В противном случае тебе придется лететь в багажном отделении.

– Понял. Я просто закреплю контейнер и пойду на посадку.

Проводив удаляющиеся спины грузчиков взглядом, я нырнул в дверь, ведущую в багажный отсек шаттла. Он оказался очень объемным и уже был заставлен различными контейнерами почти что до самого потока.

Чтобы затеряться там, мне пришлось залезть наверх этой груды контейнеров. Они пристегивались к полу чем-то вроде ремней безопасности. Эти ремни образовывали настоящую сеть, которая намертво фиксировала все контейнеры.

Добравшись до самого дальнего угла багажного отделения, я забрался прямо под эту сеть. Мои знания о космических полетах не были слишком глубокими. И всё же, я понимал, что при входе в атмосферу, корабль будет испытывать дикие перегрузки. В этот момент лучше всего было зафиксировать себе в одном положении. Иначе серьёзных травм не смогу избежать даже я со своими продвинутыми характеристиками тела.

Ждать отправления пришлось примерно ещё пятнадцать минут. За это время грузчики пару раз заходили в багажное отделение. Сначала занести оставшиеся контейнеры, а потом проверить его и плотно запечатать перед стартом.

Когда люк закрылся, весь отсек погрузился во мрак. Темно было так, что хоть глаз выколи. Мне лишь оставалось сосредоточиться на своих чувствах и ждать отправления.

Расстыковка шаттла с орбитальной тюрьмой сопровождалась несильным толчком. Когда я почувствовал его, на моём лице сформировалась непроизвольная улыбка. Я понял, что мой дерзкий план побега всё-таки удался. Больше от меня ничего уже не зависело. Оставалось лишь надеяться на мастерство пилотов шаттла и прочность материала, из которого он был сделан.

После приземления, мне оставалось лишь придумать план побега из аэропорта, или где там в этом мире приземлялись подобные космические шаттлы. Для этого снова можно было использовать личность убитого мной охранника.

К слову, его звали Джон Бренон. По паспорту ему было шестьдесят четыре года, хотя выглядел он максимум на тридцать. Семейное положение – холост, детей не имеется. В общем, типичный такой бандит-холостяк.

Благодаря его архивам, я узнал контакты нескольких организаций чёрного рынка, включая ту, что торговала органами. В будущем, они могли быть для меня полезны. После приземления мне требовалось легализоваться. В противном случае моя жизнь в мега-городе будет крайне затруднена.

А ещё мне стоило разобраться с системой оплаты этого мира. Она осуществлялась за счет нейрочипа, который перекачивал энергию из кристалла эволюции на внешние носители, либо сразу в кристалл продавца. В моём теле никакого кристалла точно не было, поэтому для расчётов мне, возможно, потребуется внешний источник энергии.

Это действительно могло стать проблемой. Чтобы иметь возможность осуществлять покупки в этом мире мне требовалось обзавестись внешним накопителем энергии. Вот только просто извлечь его из трупа побеждённого противника система мне не давала.

Она сразу же превращала энергию из кристалла эволюции в мои личные очки псионического заряда. Я пока не знал, как именно их воспримет техника этого мира. Возможно, мне удастся совершать покупки за счёт них. Если же нейрочип не сможет работать с очками псионического заряда, мне придётся действительно туго.

Из полученной в сети информации я понял, что внешними носителями энергии могут пользоваться только члены администрации мега городов и руководящий состав корпорации. Эти устройства разработаны на основе сплава технологий этого мира и свойств кристаллов эволюции, которые извлекаются только из определённого вида одомашненного монстра. Естественно их производство строго контролируется, а распространение ограничено.

От размышлений о собственном будущем в этом мире меня оторвал мощный толчок. После этого шаттл сильно затрясся. Я ощутил, как меня буквально вдавливает в металлический контейнер грозная сила гравитации. По этим признакам можно было догадаться, что шаттл наконец-то вошел в атмосферу планеты.

Так как я находился в багажном отделении, никаких устройств, способных скомпенсировать перегрузку или хотя бы её уменьшить, здесь установлено не было. Несмотря на то, что мое тело обладало намного более высокими характеристиками, чем среднестатистические люди нашего мира, сейчас данный факт мало что значил. Мне было очень тяжело бороться с неожиданно обрушившейся на меня перегрузкой.

Ушло это давление так же быстро, как и пришло. Я даже не успел опомниться, как вдруг почувствовал, как шаттл ещё раз тряхнуло, и его колёса заскользили по взлётно-посадочной полосе.

«И это всё? Не слишком ли быстро мы вернулись на планету? И десяти минут ведь не прошло...» – задался логичным вопросом я.

Хоть ранее мне не доводилось изучать данные об орбитальных полётах земных шаттлов, я понимал, что так быстро осуществить приземление с орбиты планеты на аэродром было невозможно. Даже простое прохождение слоёв атмосферы должно было занять у шаттла больше времени. И всё же, факт оставался фактом. Его шасси уже коснулось покрытия взлётно-посадочной полосы.

После того как этот космический самолёт остановился, я замер и начал ждать открытия его грузового отсека. Это случилось далеко не сразу. После приземления прошло не менее двадцати минут, и только тогда в грузовой отсек начали заходить люди. Они были одеты в точно такую же униформу, как и грузчики с орбитальной тюрьмы.

Осторожно выбравшись из паутины ремней безопасности, которыми были пристёгнуты контейнеры, я начал ждать подходящего момента для побега. Он наступил ещё примерно через десять минут. Грузчики как раз взяли по одному металлическому контейнеру и поволокли их наружу.

Спрыгнув со своего места, я подбежал к стоящему в углу ящику. Это был тот самый контейнер, который я лично занёс в багажное отделение. По плану мне предстояло сейчас провернуть тот же трюк, что и в орбитальной тюрьме.

Вместе с контейнером мне удалось выбраться из грузового отсека шаттла. Я спустился по лестнице и уже там меня встретили работники аэропорта, возвращающиеся от большого грузового фургона. В него они складировали все вещи пассажиров. Видимо, именно это транспортное средство должно было довезти их до здания аэропорта, которое располагалось неподалёку.

Он выглядело достаточно впечатляюще. Полностью сделанное из какого-то прозрачного материала, с несколькими уровнями и огромным количеством снующих внутри и снаружи людей. В общем, это место несильно отличалось от аэропортов моего мира.

– Стой, ты ещё кто такой?! – повысив голос, обратился ко мне один из грузчиков.

– Я пассажир. Просто хотел проверить сохранность своих вещей. Там есть очень важные для меня предметы, – взглядом указав на ящик в своих руках, ответил ему я.

– Пассажиры не имеют права заходить в багажное отделение. Даже если вы являетесь работником корпорации, подобных привилегий никто вам не давал!

– Я не собирался его красть. Просто хотел лично донести до грузовика и заодно проверить целостность контейнера. Ребят, у меня там подарки для будущей жены на свадьбу. Формально ведь никакие правила не нарушены? Я просто убедился в том, что мой багаж долетел целым и невредимым. Не стоит поднимать из-за этого шум.

После этих слов, я отдал металлический контейнер второму грузчику. Он тут же проверил пломбы на нём, и убедившись, что они не пострадали, облегчённо вздохнул.

– Какой-то ты слишком подозрительный. Можешь предъявить свои документы? – продолжая хмуриться, сказал мне первый грузчик.

– А за одно и билет на шаттл, – добавил его коллега.

– Конечно. Вот, пожалуйста! – ответил я им и активировал устройство на своей руке.

Оно воспроизвело голограмму удостоверения личности Джона Бренона и его посадочный билет. Естественно в обоих документах голографическая модель этого человека была заменена на мою собственную.

Вряд ли эти парни имели доступ к базе данных, как какие-нибудь правоохранительные органы. Поэтому я решил, что подделка такого уровня должна будет их обмануть. Мои расчёты вскоре подтвердились. Посмотрев на документы, они отсканировали своим устройством мой билет, чтобы убедиться в его подлинности.

– Хм, ты и правда тот, за кого себя выдаешь. И всё же, несмотря на то, что ты являешься работником корпорации, мы будем вынуждены доложить о твоём поступке начальству.

– Как скажете. Если мне прилетит какой-то штраф, я оплачу его в полном размере. Главное, чтобы подарки для моей благоверной были в порядке, – с улыбкой ответил на слова грузчика я.

После грузчики меня отпустили. Они уже записали данные моего удостоверения личности, поэтому не было смысла в дальнейшем разбирательстве. Тем более что мой статус в обществе явно оказался намного более высоким, чем их.

В моём родном мире такое бы точно не прокатило. Меня должны были арестовать за нарушение правил авиакомпании. Здесь же статус работника корпорации давал людям большие привилегии. Простые грузчики точно не осмелятся задерживать такого человека. Именно этим фактором я и собирался воспользоваться.

Уверенным шагом добравшись до здания аэропорта, я вошел в него вместе с толпой людей, которых привезли три больших автобуса. Всего с орбитальной тюрьмы прилетело более двухсот человек, так что затеряться среди них мне труда не составило.

Как я и предполагал, внутри аэропорта все указатели были сделаны на моём родном языке. Ориентируясь по ним, я быстро добрался до выхода. Там мне снова пришлось предъявить удостоверение личности. На этот раз его номер и серию скопировала миловидная молодая девушка в униформе. Я даже сумел рассмотреть на её теле несколько биомеханических имплантов.

Моей целью сейчас была проверка платёжеспособности нейрочипа, поэтому я специально пришёл к выходу из аэропорта, который соединялся со станцией наземных скоростных поездов. Отсюда в город каждый час уходил состав с прибывшими в аэропорт пассажирами и их встречающими.

Конечно же, можно было взять и такси. Эти автомобили имели футуристичный вид. У них был овальный кузов и верх с затенённым стеклом. Большие колёса этих авто, кажется, не имели шин. Их покрытие как будто было сделано из прозрачного силикона, с большим коэффициентом упругости.

Ехать на такси в моём положении было нельзя, ведь я не знал, сумеет ли по прибытию в пункт назначения мой нейрочип расплатиться с водителем. Именно поэтому мой выбор пал на систему скоростных поездов.

Их локомотивы и вагоны имели обтекающую форму. Они были выкрашены в приятный серебристый цвет. Окна вагонов также оказались затенены. Увидеть, что творилось внутри них, снаружи было невозможно.

Подойдя к стеклянному турникету платформы, я приложил к красному кругу устройство, снятое с руки Джона Бренона. В тот же момент по моему телу пробежала волна легкой дрожи. Я в буквально смысле слова почувствовал, как внутри него сформировался маленький пучок энергии. Он вошел в мою правую руку и через неё отправился в турникет.

В тот же момент красный круг изменил свой цвет на зелёный, и турникет открылся, пропуская меня на платформу. Когда я прошёл через него, он снова закрылся. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, я занял место на одной из пустующих скамеек и открыл окно с характеристиками.

Число в графе Псионический заряд действительно изменилось. Ровно на один пункт. Но уже буквально через несколько секунд затраченное очко заряда было восстановлено, ведь формально я сейчас находился в пассивном режиме.

«Это что ж получается, мало того, что в этом мире я могу расплачиваться за покупки очками своего псионического заряда, так он ещё и быстро восстанавливается в пассивном режиме. Вряд ли у местных жителей скорость восстановления энергии эволюции в кристаллах такая же быстрая. Получается, я могу стать в этом мире ходячим банкоматом?!»

Данное открытие заставило меня невольно улыбнуться. Так как в этом обществе имелась система расчётов, денежные средства играли в нём огромную роль. С неограниченным капиталом я смогу легко купить для себя не только поддельную личность, но и вообще всё, что захочу.

«Интересно, смогу ли я разом оплатить крупную транзакцию?»

Из всё той же сети мне было известно, что такие платежи обычно разбивались на несколько частей. Эта система работала как кредит из моего мира. За рассрочку с людей списывался процент. Чтобы приобрести какую-то дорогую вещь или недвижимость, они были вынуждены брать такой кредит.

Другого пути осуществления подобной покупки просто не существовало. Банковская система этого мира не стала заморачиваться с придумыванием каких-то обходных систем расчёта. Они просто и без затей загнали всех людей этого мира в кредитную кабалу.

«Нет, разгуляться в этом мире на собственные средства у меня точно не получится. Как минимум я привлеку внимание местных налоговых органов, которые будут интересоваться, откуда у меня появилось столько энергии эволюции. А там, глядишь, мной заинтересуются и учёные корпорации. Уж им-то точно станет любопытно изучить человека, который так быстро генерирует энергию эволюции...»

Тщательно обдумав все вводные данные, я решил особо не высовываться. Всё-таки этот мир был гораздо опаснее постапокалиптического, и мои характеристики играли здесь намного меньшую роль, чем там.

В эпоху биомеханических имплантов, которые были доступны абсолютно всем жителям мега городов, мой текущий уровень эволюции казался чем-то незначительным. Чтобы обезопасить себя, мне требовалось как можно скорее повысить уровень своих характеристик до четвёртого.

На этой мысли меня застало сообщение о прибытии поезда. Когда я невольно поднял голову вверх, мой взгляд наткнулся на расположенную в небе, прямо над зданием аэропорта аномалию. Она была очень похожа на ту, что располагалась в небе над городом мира постапокалипсиса.

Это была гигантская воронка, которая, словно глаз, смотрела прямо в космос. В момент, когда я заметил эту воронку, прямо из неё вылетел космический шаттл. Он был как две капли воды похож на тот, что только что привёз работников тюрьмы с орбиты. Пространство вокруг этого шаттла как будто бы плыло и искажалось. Он очень быстро пошел на посадку, совершенно не испытывая никаких трудностей с входом в атмосферу.

«Так вот для чего предназначены эти штуки. Они помогают шаттлам преодолевать сопротивление атмосферы! Получается, я и правда попал в прошлое постапокалиптического мира! Тогда эти воронки всё ещё служили человечеству, а в том мире они являлись всего лишь странными аномалиями на небе!»

Скоростной поезд отправился с перрона станции точно по расписанию. Он передвигался очень плавно, быстро набирая высокую скорость. Это обеспечивалось тем фактом, что у этого поезда не было колёс. Он передвигался за счёт магнитной левитации.

Плюс у поезда не было машиниста, им управлял искусственный интеллект. Заняв место в головном вагоне, я начал наблюдать за пейзажем быстро приближающейся городской черты. Это был настоящий город будущего, а совсем не те развалины, что я видел в мире постапокалипсиса.

Гигантские небоскрёбы из стекла и стали уходили своими шпилями в небо. Обычные многоэтажные жилые дома также имели вид огромных муравейников. Хотя, правильнее было бы называть их человейниками.

В небе города были проложены десятки воздушных трасс. По его дорогам также ездило большое количество транспортных средств. Легковушки, похожие на такси из аэропорта, большие грузовозы и общественный транспорт.

Все эти транспортные средства передвигались чрезвычайно плавно по идеальному покрытию дорог, не издавая абсолютно никакого шума. Из этого факта можно было сделать вывод, что двигатели внутреннего сгорания в данном мире уже давно были заброшены на задворки истории.

Когда мы въехали в город, я полностью ощутил на себе атмосферу киберпанка. То и дело на зданиях и в небе возникали огромные голограммы с рекламой. Как правило, красивые девушки на них рекламировали компании, которые занимались установкой биомеханических имплантов.

Хотя, других товаров тоже хватало. Увы, но никаких брендов, существующих в моём мире я обнаружить не смог. Хотя бы по этой части ЛОР-а, система всё-таки решила хорошенько заморочиться.