На дне

Глава 1

Я нёсся вниз со всё возрастающей скоростью, а чудо-машина летающего дверга никак не хотела заводиться. Храбрость, вызванная коктейлем Труд, выветрилась в первые секунды полёта. И теперь моё сердце бешено рвалось прочь из груди, которая, по его мнению, должна была в ближайшее время разлететься на куски от удара на бешеной скорости обо что-нибудь твёрдое. Вот уже внизу показались деревья и серая морская гладь, а я всё стучал и стучал себя в грудь в районе лямок ранца. Да какого ж Карлсона оно не работает!?

- Работай! – воскликнул я и снова ударил по лямке.

К моему несказанному облегчению, меня вдруг дёрнуло, да так, что я перевернулся в воздухе, а потом падение замедлилось. И тут же мне в спину что-то больно стукнулось. Раздалось обиженное «кар», и я, развернувшись от удара на 180 градусов, успел заметить несколько чёрных перьев, плавно опускающихся вниз. И лишь после этого я ощутил дрожание пропеллера.

«Тебе ещё повезло, пернатое», - подумал я, представив, как в мясорубку за моей спиной попадает какая-нибудь ворона.

Несмотря на заработавший движок, я, хоть и медленно, но продолжал снижаться. Поразмыслив, я пришёл к выводу, что всё идёт хорошо. Не летать же мне тут до скончания веку. Самое приятное в ситуации оказалось то, что у меня имелась свобода выбора. Подо мной были и море, и суша. Правда, следов обитания человека я не заметил ни там, ни там.

С одной стороны, приземляться на воду мягче. Мокрее, но костюм у меня как раз и предназначен для водной стихии. Ботинки вымокнут, не без того – я ж не в ластах по Асгарду разгуливал. Но замёрзнуть мне не грозит – костюм с подогревом.

С другой стороны, логичнее искать людей на суше. Да и самому мне сподручнее ходить по твёрдой поверхности.

Короче, кое-как я вырулил на относительно ровную поверхность, без деревьев и острых камней, метрах в ста от кромки воды. Ещё через несколько минут я почти плавно приземлился, слегка отбив пятки. Стукнул себя в грудь, и на этот раз пропеллер вырубился с первого раза. Я тут же скинул тяжёлый агрегат и растёр ладонями плечи.

Так. И куда дальше? Что мне делать на этом безлюдном берегу? Кажется, я впервые за время всего путешествия остался в полном одиночестве. Так что здесь не было никого, кто мог бы подсказать мне направление дальнейшего движения.

Почему-то я вспомнил гору, на которую я попал в царстве Кощея, того, первого. Тогда, помнится, тоже поначалу было грустно и одиноко. Но в том мире я твёрдо знал, что за мной наблюдают. А потому принял решение сотворить какое-нибудь непотребство, дабы наблюдатель себя проявил.

Вот только здесь, в реальности, чтобы сотворить настоящую дичь, надо ещё постараться. И не факт, что кого-то сие безобразие заинтересует.

Потом меня посетила другая мысль. А что, если попробовать связаться с Ахти? Вода, вроде, по всему нижнему миру связана. Ладожское озеро отсюда, конечно, далеко, но если даже Щуке удалось услышать меня, когда я был у Невы, то почему бы и с Вяйнемёйненом не попробовать? А если удастся со Щукой – пусть. Девчонка тоже может чего-нибудь подсказать.

Я подошёл к берегу и, стараясь не поскользнуться на мокрых валунах, стал приближаться к кромке воды. Налетевшая волна окатила меня холодными брызгами. Я слизнул солёную каплю с губы. Ещё шаг, и ещё. И вот я окунаю свои ладони в ледяные волны.

«Ну-ка, вспомним, чему там меня учил Ахти Вяйнемёйнен. Попробую почувствовать, кто там, в море-океане, живёт».

Я постарался отрешиться от всех проблем и углубиться сознанием в водную стихию. Впечатление морская вода оставляла какое-то жутко неприятное. Вязкая, как кисель. И горькая для всех остальных чувств, кроме вкуса, так и оставшегося солёным. Моё сознание с огромным трудом двигалось в этой среде. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я уловил чьё-то присутствие. Я устремился к живому существу, попытался посмотреть его глазами, но тут же пожалел об этом. Ибо сознание моё обрело чересчур диковинные свойства.

Попытавшись ощутить свои конечности, я не смог их сосчитать. Да и длина их, похоже, была разной.

О! А вот и еда! Кто-то маленький и скользкий коснулся одной из моих лап. Или щупалец. Впрочем, ему уже было всё равно. Дёрнувшись, маленькое тельце застыло, а я принялся его обволакивать и пожирать. Тьфу, какая мерзость!

Я почувствовал, как меня, того, что оставался на берегу, начинает выворачивать наизнанку. Но и сознание морского существа отчего-то отпускать отказывалось. В общем, запаниковал я, заметался. Да только куда тут можно того, уметнуться?

Не знаю, сколько времени я пребывал в этом плачевном состоянии. А потом откуда-то из киселя страха и недоумения послышался смех. Совсем не обидный, да ещё к тому же девичий. Удивление моё оказалось столь велико, что я тут же осознал себя в собственном теле, неловко дёрнулся и в следующую секунду очутился в солёной и ледяной воде. Оказалось неожиданно глубоко. Я барахтался, видимо, около минуты, прежде чем что-то подтолкнуло меня снизу. Почувствовав под пальцами хоть и скользкие, но твёрдые камни, я уверенно пополз на выход из моря, как та безымянная протоамфибия, которая, по одной из версий, породила возникновение жизни на земле, дезертировав из водной среды.

Глава 2

Утвердившись на суше, я отдышался и поглядел туда, откуда только что вылез. Кто-то же помог мне выбраться, а значит будет и с кем поговорить. Но сколько я ни вглядывался в серо-зелёную, с белой пеной, рябь, никого не увидел.

- Ду зер дэн форкерте вэй, дрэнг! – донеслось откуда-то справа. В голосе слышалась игривость и некоторая надменность. И, да, он был девичьим.

Я принялся вертеть головой, но никого не увидел.

- Хвилькен дум дрэнг! – хихикнула невидимая девица уже с другой стороны.

Я быстро обернулся, но снова не успел. Из меня дурачка решили сделать? За помощь, конечно, спасибо. Но хватит.

Я отошёл от кромки моря на десять шагов и сел на большой вылизанный валун. Снял ботинки. Вылил воду. Подставил ступни холодному ветру. Взъерошил волосы. Откинулся назад, опершись локтями о камень, как какая-нибудь красотка с красочных картинок.

- Смук! – донеслось справа.

Лениво покосившись в ту сторону, я успел заметить расплывающиеся круги на воде. Я улыбнулся и прикрыл глаза, продолжив наблюдать за берегом из-под век.

- Сйод, - хихикнули слева.

Мне показалось, или над водой мелькнул довольно крупный хвост? Разве рыбы разговаривают? Кроме Щуки, конечно. Но ведь она не рыба, а дочь водяного царя Вододи. И хвоста у неё не было. Ноги у водянчиков, конечно, отличаются от человеческих. Но всё ещё остаются ногами.

Я сделал вид, что ничего не заметил и продолжаю балдеть от бриза. Со стороны моря ещё пару раз хихикнули, но я сохранял невозмутимость. Потом из-под воды показалась макушка с какими-то бурыми жгутами вместо волос. Блеснули огромные глазища.

- Здравствуйте, барышня, - поприветствовал я, не меняя позы.

На мгновение на глазища наползла серая плёнка. Моргает она так, что ли?

- Спасибо за помощь. Я, конечно, и не тонул вовсе. У меня, вон, даже костюм специальный, плавательный. Но всё равно благодарен.

Из-под волны показался весьма губастый и вполне человеческий рот. Вообще, это оказалось неожиданно симпатичное существо. Гладкая бледная, даже синеватая, кожа, небольшой носик-пуговка, губы, как я уже упоминал, довольно пухлые, но только вот непривычно бледные. Отсутствие нормальных человеческих век совершенно не отталкивало. Более того, на эти глазища можно было смотреть бесконечно, как на текущую воду.

Голова издала очередной хихикс. Потом над водой показались хрупкие плечики, бледные, но от этого не менее женственные. Тонкие руки с длинными пальцами, между которыми растянулись перепонки, легли на камни.

- Мит навн эр Кирстен. Ог диг? – произнесло существо.

- Меня Иван зовут, - представился я, улыбнувшись ей. – А ты, если я правильно понял, Кирстен?

- Я, я, Кирстен, - подтвердила та. А потом что-то затараторила на своём языке, жестикулируя правой рукой.

- Стоп, стоп, - я остановил поток слов, выставив вперёд руку. – Я ничего не понял. Твоя речь для меня – дремучий лес. На слух она, вроде, похожа на язык асов. Но я ведь его тоже не знаю. Вот ослик мой знал. По-русски не говоришь? Жаль.

Она поглядела своими глазищами прямо в мои глазёнки и снова что-то произнесла. Совсем немного слов. И я, как мне показалось, понял суть.

- С неба свалился, - пояснил я своё появление на этом безлюдном берегу и даже тыкнул пальцем вверх, дабы показать, откуда именно.

Кирстен хихикнула. Потом изобразила руками крылышки. Затем подпрыгнула прямо из воды, причём довольно высоко – на пару метров точно, перевернулась в воздухе, взмахнула хвостом и, обдав меня брызгами, скрылась в глубине.

- Не поверила, - констатировал я, вытирая лицо. – Ладно, я тебе докажу, что не пустозвон.

Я подошёл к ранцу Карлсона, взгромоздил на свои могучие, но уставшие плечи. Ткнул в одну лямку, в другую, в обе сразу.

Кирстен, заинтересовавшаяся моими потугами, вылезла на берег полностью, выставила на показ свой шикарный, переливающийся всеми цветами радуги, хвост, а заодно и всё остальное, и теперь глазела на меня, соблазнительно изогнувшись и упершись руками о камни.

- Не работает, - смущённо пожал плечами я, стараясь не обращать внимания на торчащие в мою сторону крупные ягодки сосков.

- Хвьордан кларер ду ат рьёдме? – спросила Кирстен, и я отчего-то понял, что она интересуется моим внезапно покрасневшим лицом.

- Видишь ли, - пояснил я, - ты очень необычная. Снизу – рыба рыбой. Но вот сверху вполне себе барышня. Милая такая, несмотря на водоросли вместо волос, - я провёл ладонью по собственной шевелюре.

- Кан ду икке лидэ мигь? – она попыталась поправить свою причёску, но потеряла равновесие и сползла к воде.

Я позволил себе лёгкую улыбку, скинул ранец и подошёл к ней, предполагая, что помогу подняться. Кирстен снова приняла вполне устойчивое положение, но я уже подал ей руку, дабы помочь встать на ноги. На ноги?

Я снова ощутил себя идиотом, вызвав очередной ручеёк смеха из уст русалки. А потом к этому добавилось ещё чувство неловкости оттого, что она глядит на меня снизу вверх. Поэтому я присел, оказавшись с ней лицом к лицу.

Рыбки-головастики! Зря я это сделал! Я попросту утонул в этих глазищах. Растворился, как мёд в стакане горячего чая. Сердце, кажется, и вовсе перестало биться, дабы не нарушать накрывшее тёплым пушистым одеялом волшебство.

Кирстен засмеялась и юркнула в воду. Лишь тогда я смог сбросить охватившее меня оцепенение. А потом ещё и пощёчину себе отвесил. Для закрепления результата.

- Иван, ты идиот! – оповестил я сам себя. – С чего это тебя так проняло? Она же рыба наполовину! А у тебя, ко всему прочему, Василиса есть! С нормальными ногами.

Кирстен вынырнула метрах в двадцати от берега и помахала мне рукой. Я вяло махнул в ответ. Русалка вновь нырнула и буквально через пару секунд появилась прямо передо мной, обдав целым фонтаном брызг. Я ответил на её звонкий смех кривой улыбкой.

- Здорово плаваешь, - похвалил я. – Знавал я другую русалку, Щукой зовут. Тоже хорошо плавала. Правда, такого хвоста, как у тебя, у неё нет.

Неожиданно Кирстен печально вздохнула.

- Ду хар бен, - произнесла она, и я понял, что речь о хвосте и ногах.

- У каждого свои недостатки, - успокоил я. – В воде мне за тобой ни за что не угнаться. Даже если бы я захотел. А с чего мне захотеть?

Русалка что-то живо стала рассказывать, и я воочию увидел древние каменные здания, местами покрытые водорослями, но явно не заброшенные. Красиво.

- Это твой дом? – предположил я.

- Я, хьем, - кивнула Кирстен. – Хвордан эр дит хьем?

- Если я буду вспоминать свой дом, то загрущу, - вздохнул я. – А мне сейчас нельзя. Я маму ищу.

- Мор?

- Ни в коем случае! – я трижды сплюнул через левое плечо. Потом внимательно посмотрел на собеседницу, стараясь снова не утонуть в её глазищах. – Слушай, ты же местная. Значит всё здесь знаешь. Помоги, а? Мне нужно найти одно место. То ли музей, то ли архив…

- Аркив? Аркивскаб?

- Да, - обрадовался я такому взаимопониманию. – Ты знаешь, где он?

Кирстен радостно закивала. Потом призывно махнула рукой и нырнула в воду. Вынырнула в десяти метрах от берега и с сомнением поглядела на меня. Ну, правильно. Я же только что признал за ней исключительное превосходство передо мной в том, что касается водной стихии. Но и козырь в рукаве у меня тоже был.

Я широко улыбнулся и активировал капюшон своего гидрокостюма. Русалка сначала оробела, когда вместо лица увидела на мне маску. Даже попыталась нахмурить свой гладенький лобик. В этом она не преуспела, но, видимо, суть и цели произошедшей перемены поняла. Хихикнула. И снова поманила за собой.

Глава 3

Море радостно и даже жадно приняло меня в свои объятья, и, если бы не Кирстен, схватившая мою руку, я бы, наверно, повернул назад. Русалка уверенно увлекла меня за собой, прочь от берега. И как она, интересно, ориентируется в этой вязкой зелёно-серой массе?

- Ух, ты! – чуть было не сказал я, увидев гроздья красноватых цветов, проплывающих над нами. Разумеется, загубник не дал мне выговорить ни слова.

Моя провожатая, тем не менее, угадала, что именно привело меня в возбуждение. Она покачала головой, а потом внезапно пропищала так, что мои волосы, не будь они прижаты капюшоном, встали бы дыбом. Самое интересное, что я понял смысл этого писка.

«Медузы. Осторожно. Ядовиты.»

Так вот из-за кого я чуть не рехнулся, пользуясь методом Ахти! Видимо, человеческому разуму противопоказано соприкосновение с нервной системой этих существ.

А ещё они, ко всему прочему, ядовиты. Охотнички! Вон, как расставили свои жгутики-лапки!

Мы проплыли под этим опасным цветником, а потом стали погружаться. Только теперь я заметил первых рыб, довольно крупных и выглядевших эдакими благодушными увальнями.

Свет становился всё тусклее, и я подумал, что если вдруг русалка меня отпустит, я вполне могу здесь потеряться. А ещё это путешествие показалось мне несколько бессмысленным. Даже если там, внизу, и есть что-то, я этого не увижу по причине элементарного отсутствия света. Фонаря у меня нет, а костёр под водой не разожжёшь.

И вдруг всё разом изменилось. Свет, какой-то очень мягкий, даже хрустальный, разлился вокруг, не доставив неприятных ощущений после мрака. Пребывая в недоумении, я стал озираться в поисках источника этого света.

Кирстен нетерпеливо потянула меня за собой. Видя моё замешательство, она указала вперёд.

Я поглядел и обомлел ещё больше. На дне, среди редкой морской растительности, стоял целый город. Пусть небольшой, но каменный, как раз такой, каким и предстал перед моим взором, когда русалка про него рассказывала. Это что же, у нас с ней установилась телетайпическая связь? Или телепатическая? Или телескопическая? Что-то я запутался…

Прямо под нами была большая площадь, посреди которой стояла статуя какого-то бородатого человека. Туда-то мы и направились.

Вот только доплыть нам не дали. Когда до брусчатки, кое-где проступающей под слоем песка, оставалось полсотни гребков, нам на встречу выдвинулись четыре фигуры, такие же хвостатые, как и моя проводница, но гораздо более атлетичные в верхней своей части. В руках у троих были какие-то палки с зазубринами на конце, а четвёртый держал крупную и колючую на вид раковину.

Этот самый четвёртый, ершистый мужик с длинными водорослями-усами и пятью синеватыми жгутами на голове, грозно запищал на нас, что должно было обозначать требование остановиться. А у меня этот писк внезапно вызвал приступ хохота.

Кирстен удивлённо уставилась на меня. Даже руку мою отпустила. Полуамбалистые рыбостражи тоже опешили, зависнув на своих местах и лишь чуть шевеля хвостами. А я всё ржал, почему-то выпуская из воротника тоненькую струйку воздушных пузырьков.

Я устыдился своего неприличного поведения и, словно извиняясь, развёл руками. Стражи переглянулись. Кивнули друг другу, а потом всё тот же усач пропищал явно относящийся к русалке вопрос. Кажется, он спрашивал, что это за необыкновенный герой такой за тобой увязался. Я снова гоготнул, но смог подавить новый приступ смеха.

Кирстен ответила довольно длинной тирадой, которую я совершенно не понял. Видимо, она объясняла, как встретила меня. Усач что-то недовольно пропищал. Остальные стражи молча качали головами. Русалка снова попыталась им что-то втолковать, и на этот раз ей, похоже, удалось найти подходящие ультразвуки, которые оказались убедительными словами.

Усач кивнул. Кирстен пристроилась рядом с ним, а оставшиеся три стража окружили меня. Таким вот кортежем мы и двинулись вниз, на площадь.

По улицам города плавали редкие русалки обоих полов и с интересом глазели на меня. Рыбы, морские коньки и даже крабы тоже норовили подобраться поближе, но стражи грозно отмахивались от них палками, так что двигались мы свободно.

Как оказалось, плыть нам предстояло не долго. Мы пересекли площадь, нырнули в широкую улицу, и уже через сотню метров она закончилась высоким зданием с шестью толстенными колоннами и пятью бессмысленными ступенями во весь широкий фасад.

Громадные двери были открыты. Ну, может, в сравнении с воротами перед кабинетом Одина они и были не столь громадны, но всё же впечатление грандиозности производили.

Кирстен обернулась в дверном проёме и успокаивающе помахала мне. Мол, не бойся, я с тобой. Я только кивнул в ответ. Как говорится, плыть так плыть.

Вслед за русалкой и усачом я тоже углубился в недра этого величественного здания. Мой эскорт чуть отстал и плыл теперь в трёх метрах позади.

Коридор, по которому мы двигались, оказался не особо широким. К тому же, вдоль стен стояли постаменты с какими-то статуэтками, вазами и прочим ископаемым барахлом, которому место только в музеях. Хотя, я же до сих пор не определился, в архив мне надо или в музей.

Может, я уже в этом самом музее сказочника Андерсона? Вряд ли он изначально строился под водой. Но ведь в нашем безумном, по словам Аркадия Петровича, мире, могло случиться всё на свете. Может, он утонул в связи с каким-нибудь катаклизмом.

Глазея по сторонам, я не заметил, как мои проводники остановились у ещё одного дверного проёма, и воткнулся головой в спину усача, успевшего принять вертикальное положение. Он гневно покосился на меня, а потом чуть сместился в сторону так, что я оказался между ним и Кирстен.

Усач поднёс ко рту свою раковину. Дунул. В ушах у меня зазвенело, а все экспонаты в коридоре подпрыгнули на полметра, а потом плавно опустились на свои места.

Глава 4

Из открытых дверей прошла волна, несильная, но вполне ощутимая. Качнувшись, то ли от неё, то ли в знак согласия, усач первым вплыл в следующее помещение. Кирстен взяла меня за руку, ободряюще улыбнулась и потянула за собой.

Эта комната оказалась почти квадратной, каждая стенка длиной около двадцати метров. А ещё здесь было гораздо темнее, так что фигура в дальнем конце прорисовывалась нечётко. Единственное, что было видно, так это бороду, элементы которой расползлись во все стороны на изрядное расстояние. Белёсые жгуты потянулись в нашу сторону, но совсем немного не дотянулись.

Кирстен радостно пискнула и, отпустив мою руку, кинулась вперёд. Борода тут же облепила её со всех сторон, но девушке это, похоже, не причиняло беспокойства. Более того, русалка выглядела довольной, даже поёживалась от удовольствия. И между ней и обладателем бороды явно происходила беседа. Я ощущал неясные звуки где-то на грани, а то и за гранью возможностей человеческого слуха.

Не успел я заскучать, как из недр бороды возник довольно сильный поток, и, словно подчинившись ему, стражи, включая усача, покинули помещение. Кирстен повернулась в мою сторону и поманила пальцем. Осторожно, стараясь не касаться элементов бороды, – мало ли, вдруг она ядовитая, как жгутики медуз – я приблизился.

И тут же оказался внутри плотно сплетённого кокона. Вместе с Кирстен.

- Ильт, - сказала она. – Ду кан трёкке вейрет.

Я пожал плечами. Ничего не понял. Но мне почему-то показалось, что она хочет, чтобы я снял маску.

- Можно дышать, - повторила она по-русски.

Челюсть моя отвисла, а вместе с ней почему-то голова освободилась и от капюшона. Я облизнул губы и спросил:

- Ты знаешь мой язык?

Русалка звонко рассмеялась. Одновременно я услышал и другой смех. Странный. Будто волны перекатывают камни по берегу.

- Язык не нужен, - произнёс низкий мужской голос. – Мы разумные существа, поэтому общение – не проблема.

- Да? – изумился я.

- Тебя удивляет, что мы разумные? – посмотрела на меня Кирстен. Я заметил некоторую рассинхронизацию между словами и движением губ.

- За тебя кто-то говорит? – предположил я. – У вас тут где-то переводчик спрятался?

Снова смех. Два смеха.

- Ты же понимал меня там, на берегу? – спросила Кирстен.

- Вообще-то нет, - возразил я. Но потом добавил: - Точнее, слова не понимал. А вот смысл, как мне кажется, уловил.

- Кирстен Унн только учится могуществу, - пояснил голос покровительственно. – Она ещё маленькая.

- Папа! – надулась русалка.

Ага. Папа. Значит, я снова умудрился познакомиться с дочкой водяного царя. Морского, на этот раз. Что ж, хозяина опознали. Пора проявить вежливость.

- Здравствуйте, - произнёс я. – Разрешите представиться. Иван. Царевич.

- Эгир, - словно шум прибоя прокатилось в моей голове.

- Морской царь? – на всякий случай уточнил я.

- Я и есть море, - слова обрушились тяжёлой волной, и я предпочёл не перечить. В конце концов, каждый царь имеет право на манию величия.

- Папа, Иван хотел увидеть архив, - вступила в разговор Кирстен. – Он ищет маму, и думает, что найдёт там подсказку. Так ведь?

Я кивнул.

- А зачем нам ему помогать? – спросил Эгир. – Свалился неизвестно откуда, сразу в архив наш хочет попасть. А может он вор?

- Да ладно тебе, пап, - взмахнула рукой Кирстен. – Что он там может украсть? К тому же, как не помочь этому симпатяжке?

Я скромно потупился. Последовала довольно длительная пауза. Потом морской царь тихо усмехнулся и произнёс:

- Хорошо. Проводи его. Только пусть ничего не выносит.

- Спасибо, - поблагодарил я, но Эгир в ответ предупредил:

- Только помни, что ничего не бывает просто так.

Я напрягся и поспешил спросить:

- Что я должен сделать в ответ?

- Ничего особенного, - пожала плечами Кирстен. – Просто выполнишь мою маленькую просьбу.

- Какую? – уточнил я, но вместо ответа холодный пальчик прижался к моим губам.

- Сейчас надень свою маску. Папа нас отпустит, и снова вокруг будет вода.

Глава 5

И снова была вода. После радушных объятий русалкиного папаши мы проследовали ничем не примечательными коридорами на третий этаж того же здания. Лестница, правда, была довольно интересной, с коваными завитушками перил и ковровой дорожкой из мохнатых то ли водорослей, то ли какого-то подводного мха. Наступать на неё, слава Эгиру, не требовалось.

Потом Кирстен остановилась около странной, не похожей на другие, двери. Остальные были радушно распахнуты. Эта же оказалась плотно закрытой.

Русалка приложила ладонь к стенке рядом, и створки разъехались в стороны. Следующее за ними помещение вполне могло вызвать у кого-нибудь со слабыми нервами приступ клаустрофобии – всего лишь куб со стороной около двух метров.

Мы вплыли внутрь, и двери сомкнулись за нашими спинами. Но не успел я занервничать, как вода забурлила и стала спадать. Через минуту лишь редкие капли напоминали о том, что мы всё ещё находимся на дне моря. Потом стена впереди совершила тот же фокус, что и двери, и я попытался издать свист. Потом сообразил, что уже можно снять маску, и всё-таки присвистнул.

Прямо от входа и куда-то далеко в полумрак тянулись ряды стеллажей с книгами разных размеров и с разнообразными обложками. Такого богатства я не видел ни в одном из царств известного мне нижнего мира. Впрочем, в верхнем бумажных книг я тоже не видел.

- Это и есть ваш архив? – на всякий случай уточнил я.

- Инген, - Кирстен, устроившая свой хвост на какой-то каталке, отрицательно помотала головой. – Дэтте эр эт библиотек.

- Библиотека, архив – какая разница?

- Аркивер эр дэр, - девушка махнула куда-то вправо, а потом оттолкнулась от стенки и покатила в указанном направлении.

Я догнал её у дальнего поворота, где вместо стеллажей с книгами сгрудились металлические шкафы с кучей ящичков.

- Хер эр аркивет, - Кирстен погладила ладошкой фасад одного из ящиков.

- Не ругайся, - поморщился я. – Какой уж есть. Зато библиотека у вас хорошая. Знать бы ещё, чем архив от неё отличается. Может, покажешь, что там, внутри?

Русалка пожала плечиками и выдвинула ящик. Внутри он оказался заполнен какими-то карточками. Я взял одну и повертел в руке. Явно не бумага. Не мнётся, не рвётся. На карточке было изображено какое-то странное пятно. Квадратное, но закрашенное не полностью, а разной величины точками. Где-то я читал, что древние врачи-мозгоправы пользовались чем-то подобным, дабы определить степень нормальности пациента. Но я что-то сильно сомневался, что подобным рисуночкам здесь место.

- Что это? – спросил я у своей спутницы.

Она начала что-то мне рассказывать на своём языке. В этом монологе почему-то упоминались куры. А остальных слов я не понял. И смысла отчего-то тоже не уловил.

- Извини, - пожал плечами я. – Не понимаю. Видимо, это не тот архив, что я искал, - я положил карточку обратно в ящик и отвернулся от шкафа. – Пойду, книжки посмотрю, что ли. Люблю, знаешь ли, читать. А ещё больше картинки разглядывать.

И я отправился к ближайшему стеллажу, уже положив глаз на толстый фолиант в зелёном кожаном переплёте. «Greta Thunberg. Min kamp», - гласила обложка. Посредине красовался крупный оттиск раскидистого дерева. Интересно. Какая-то книжка по ботанике?

Откинув обложку, я обнаружил на первой странице фотографию девочки с каким-то нездоровым выражением лица. Неужели книга по психиатрии? Может, в ней будет объяснение таинственных карточек из того странного архива? Впрочем, о чём это я?

Перелистнув несколько страниц, я убедился в том, что книга написана на неизвестном мне языке. А потому предпринял целенаправленный поиск картинок. И спустя полсотни страниц не только конкретно в этом преуспел, но и основательно залип. Потому как это были не просто картинки. Это оказалась целая история в картинках. Надеюсь, все события, там изображённые, являлись только гнилым плодом больного воображения автора.

Картинки, сначала похожие на каракули ребёнка, а позже становившиеся всё более реалистичными, рассказывали о том, как звери, птицы, рыбы и даже деревья рвут на части разбегающихся в панике людей всех возрастов, а также крушат разнообразную технику и разносят по кирпичику целые города. Периодически где-то на краю картинки возникала фигура девочки с двумя косичками, которая кривила страшную мордочку и указывала живности цель.

- Иван, - позвала меня Кирстен. Видимо, ей надоело ждать, когда же я насмотрюсь на картинки. – Лад ос ге, - она махнула рукой, показывая, что пора на выход.

Что ж. И в самом деле, чего тут торчать? Всё равно мне не прочитать ни одной книги. А у Эгира мы хотя бы можем нормально пообщаться.

Глава 6

Мы снова оказались в коконе из волос с бороды морского царя.

- В архив сходил? – спросил он.

- Ага, - я согласно кивнул.

- Теперь выполни просьбу моей дочери.

О как. Мало того, что я не получил того, ради чего выбрасывался из Асгарда, но ещё и просьбу какую-то, о которой не имею ни малейшего представления, теперь придётся выполнять. Я посмотрел на Кирстен. Та мило улыбнулась.

- Стоп, стоп, стоп! – запротестовал я. – Во-первых, архив не тот!

- Что значит, не тот? – проворчал Эгир. – У нас только один архив. Ты хотел его посмотреть. Ты посмотрел. По-моему, всё честно.

- Я думал, там будет информация о разных артефактах и святынях немереных. А там всего лишь бумажки. То есть, не бумажки, а… Что это вообще такое?!

Меня окатило волной недовольства.

- Это очень важная информация. Настолько важная, что её в своё время поместили на дно моря.

Я почесал макушку.

- Что может быть важного в каких-то карточках с непонятными рисунками? Какая такая ценность? Даже я могу лучше нарисовать!

- При чём тут рисунки? – удивился морской царь.

- Пап, я пыталась ему объяснить, но он ничего не понял, - вступила в разговор Кирстен.

Я с подозрением посмотрел на неё.

- Ты пыталась?

- Ну да! Я же говорила, что в архиве сотни тысяч QR-кодов для доступа к данным сотен тысяч людей, да и не только людей!

- Каких-таких кур? – я нахмурил лоб. - И как куры связаны с людьми? И при чём тут эти карточки?

Русалка поглядела на меня, как на умалишённого.

- Иван, ты что, не слышал ничего о QR-кодах? Из какого ты медвежьего угла?

- Из самого что ни на есть медвежьего, - я пожал плечами. – Если расскажешь, буду знать. Но, в любом случае, искал я другой архив.

- Па-ап, - протянула Кирстен. – Можно, я расскажу?

Новая волна недовольства хлестнула меня по лицу.

- Ему незачем знать! – отрезал Эгир.

Русалка растерянно взглянула на меня. Я развёл руками.

- Батюшке виднее, - нравоучительно сказал я. – Ты мне лучше расскажи, что за просьбу я должен выполнить? А то все эти «принеси то, не знаю что» и «отдай то, чего дома не знаешь, да и век бы не знать» похожи на подставу какую-то.

- Да ничего особенного, - как-то наигранно отмахнулась Кирстен. – Дело всего лишь в ногах.

- В ногах? – не понял я. – А что с ними не так?

Русалка коснулась своими холодными пальчиками моего подбородка и повернула мою голову так, чтобы её глаза оказались напротив моих. Я судорожно вздохнул и утонул в их морской синеве и просто-таки океанской глубине.

- Ты чувствуешь то же, что и я? – спросила она.

Я не представлял, что именно девушка имеет в виду, но почувствовал, как киваю в ответ.

- Я знала, что это должно случиться! – прошептала Кирстен. – Между нами сразу проскочила искра и натянулась тонкая ниточка взаимопонимания и симпатии!

К чему это она? Какая-такая искра?

- Но на пути нашего счастья есть одно маленькое препятствие, - продолжала русалка. – Точнее, их два. Это твои ноги.

- Ноги? – вяло удивился я, не пытаясь выбраться из пучины очарования.

- Да. Ноги. Сейчас мы несовместимы. У меня хвост. У тебя же – вот эти две ходилки. Ты не думай, ты нравишься мне и таким. Но для нашего полного единения необходимо немного тебя изменить. Неужели любовь не стоит того, чтобы измениться?

Я заставил себя зажмурить глаза. Помотал головой, чтобы сбросить сеть очарования.

- Ты что, хочешь отрезать мне ноги? – просипел я.

- Не бойся, - сказал Эгир. – Это безболезненная операция. Ты уснёшь, а через час уже проснёшься с замечательным акульим хвостом.

Я беспомощно захлопал глазами.

- Ты что-то ещё хотел спросить?

- Да есть пара вопросов, - я задумчиво потёр щёку. – Во-первых, почему именно акулий? Может, мне больше по душе павлиний.

- Не знаю такую рыбу, - хмыкнул морской царь. – Акула – благородный хищник. Самое то для мужа моей дочери.

- И наследника престола? – на всякий случай уточнил я.

- Не дождётесь.

- Ага, так я и думал, - я кивнул. Потёр нос. – А ничего, что я женат?

- Не волнуйся, - улыбнулась мне Кирстен. – Я не ревнивая.

- Аж от сердца отлегло, - я натужно вздохнул. Чего бы ещё такого придумать, чтобы отмазаться от радужной перспективы лишиться ног? Стараясь говорить как можно медленнее, дабы обеспечить себе побольше времени, я поморщил нос: – Есть ещё одна маленькая проблемка. Совсем маленькая, но хотелось бы её решить до счастливого момента романтического единения сердец и рыбьих хвостов.

- И какая же? – нетерпеливо спросила русалка, когда я умолк.

- Видите ли, - пробормотал я, ещё не до конца понимая, как буду отмазываться, - у нас, в нашем медвежьем углу, есть древняя и очень важная лично для меня традиция. Перед свадьбой мы всегда с друзьями ходим в баню.

- Куда? – хором спросили Кирстен и Эгир.

- Баня. Дом такой специальный. Там люди парятся, лупят друг дружку вениками. Лучше, конечно, дубовыми, но и берёзовые сойдут.

- Могу отлупить тебя трезубцем, - предложил морской царь.

- Не пойдёт, - не согласился я. – Веники – это другое, - я мечтательно вздохнул. – А ещё мы там с мужиками пьём пиво и квас, рассказываем разные истории… В общем, душевно проводим время.

- И часто это у вас? – спросила Кирстен.

- Что именно? Свадьбы или бани?

- А что, они могут быть и по отдельности?

Я потёр подбородок.

- Бани, конечно, чаще. Это вы тут живёте среди воды. А нам приходится ежедневно пачкаться. Правда, обычно достаточно умыться или руки с мылом помыть. Но раз в неделю посидеть в баньке – это святое. И помоешься, и душой отдохнёшь.

- А свадьбы?

- Ну, свадьбы, конечно, пореже. У нас есть такая традиция – раз в два года устраивать жениховскую лотерею. Компьютер выбирает для каждого претендента новую жену. Правда, если очень хочется, то можно и со старой остаться.

- Бедняжки! – вздохнула Кирстен. – Как же вы так – без любви?

- А у меня другой вопрос, - подал голос Эгир. – Сам-то ты, Иван, сколько раз уже в эту лотерею игрался?

Прозвучало это как-то очень даже обидно.

- Один. Но там всё оказалось совсем не так. Точнее, сначала так, а потом завертелось, закрутилось. Жену похитили, и пришлось мне её спасать.

- Как романтично! – всплеснула руками русалка. – Расскажи!

- Это долгая история.

- До свадьбы время есть, - срезал Эгир. – А что, это действительно такая интересная история?

- О, вам и не снилось!

- А мы и не спали.

Пришлось рассказывать.

Глава 7

Мне показалось, что Эгир не слишком-то поверил моей истории. Вроде бы молчал всё это время, только вот как-то недоверчиво. А когда речь зашла об асах, стенки нашего кокона явственно задрожали. Я даже подумал, что сейчас он распадётся, и мне придётся срочно активировать свой костюм.

А вот Кирстен слушала меня с восторгом. Перебивала, правда, пару раз. Задавала глупые вопросы, вроде «правда?» и «в самом деле?». А вот заключение сделала не верное. Крайне неприятное для меня и моих задних конечностей:

- Короче, в прошлой жизни тебя ничего не держит. Отец твоей жены ваш союз не одобрил, а значит я – твоя единственная.

Офигеть! Вот уж действительно, без меня меня женили! Хотя, нет. Ещё не женили. Но я решительно не видел возможности отвертеться от собственного счастья. Видимо, сомнения отразились на моём лице, поскольку последовал вопрос морского царя:

- Не думаешь ли ты, Иван, что сможешь обмануть мою девочку?

Я изобразил на лице невинную и глупую улыбку, и, дабы своим молчанием не подтверждать подозрений, уточнил:

- Так что насчёт бани?

- Проанализируем. Предпримем. Организуем.

- Ага. Очень рад, - я кивнул. – А где мне поселиться до счастливого момента? Может, я на берегу шалашик обустрою?

- Не волнуйся. Тебе предоставят комнату во дворце.

- С воздухом, надеюсь? А то мне не очень удобно с дыхательной трубкой.

- Да, конечно, - Кирстен погладила меня по щеке. - Кстати, и жабры тебе тоже вставят, когда будут хвост приживлять.

- Прекрасно, - я взял её ладонь и легонько сжал. – А какой-нибудь переводчик организовать можно? Нам же надо будет как-то общаться. Не гоже каждый раз батюшку беспокоить.

- Не гоже, - подтвердил Эгир. – Но я вам помогу.

Тут же с внутренней поверхности кокона сорвался то ли волос, то ли червяк какой и, целеустремлённо просвистев мимо моей щеки, вонзился в правое ухо.

- Ай! – воскликнул я, попытавшись вытащить его, но куда там.

- Больно? - с жалостью в голосе спросила Кирстен.

- Нет, но я не люблю, когда вот так вот. Когда всякие глисты внутрь организма без спросу лезут.

- Всё, оставьте меня, - раздражённо сказал Эгир. – Дочка, посели его в Зелёной комнате.

Я хотел возмутиться, что в зелёной комнате меня могут мучить кошмары, зелёная тоска и такого же цвета змей, но не успел. И вот мы с русалкой уже плывём по уже знакомому коридору.

Я пребывал в своих печальных мыслях, а потому не слушал, что там рядом лопочет Кирстен. Правда, осознавал, что теперь я понимаю каждое её слово. Паразит, которого мне подсадил Эгир, определённо, работал.

- Какой же ты всё-таки милый! Спас свою дурочку, а она даже этого не ценит! Уж я бы точно не отпустила такого мальчика! И не отпущу. Даже и не трепыхайся. Жаль, конечно, что нельзя сюда взять того ослика, а ещё фиолетового котёнка.

О, кстати, это идея. Вот приплывём в комнату, освобожусь от загубника и предложу ей слетать за моей ушастой живностью. Хотя, вряд ли это сработает. Её папаша такой суровый и подозрительный. Интересно, сколько они времени затратят на обустройство бани под водой? А вдруг и в самом деле у них получится? Как я тогда в ней мыться буду? В костюме, или же всё-таки разденусь? И с кем мне там душевно сидеть? Не с теми же стражниками… Кстати, а что они тут пьют? И каким, интересно, образом? Как можно пить что-то в толще воды?

Видимо, точно так же, как и разговаривать. А ведь моя спутница именно этим сейчас и занимается. Стоп! Она разговаривает! Я повернулся к русалке.

- А я красивее, чем та речная русалка? Щука, да? – она лишь чуть шевелила губами, но я слышал её чётко и ясно.

- Красивее, - подтвердил я, вовсе не предпринимая попыток заговорить. – У неё и глаза не такие, да и хвоста нету.

Судя по тому, что лицо Кирстен сразу озарила улыбка, она меня услышала. Значит, паразит не переводит, а транслирует мои мысли. То есть, врать, понимая, что врёшь, уже нельзя. Надо либо верить, в то, что думаешь, либо не думать всякую фигню. Ну, или думать такую откровенную чушь, чтобы русалка даже не пыталась фильтровать ложь, истину и бред.

Кстати, это ведь должно работать в обе стороны.

- Слушай, что же это всё-таки за карточки такие были в вашем архиве? – подумал я в её направлении. Не знаю, имеет ли направленность значение, или же она считывает все мысли.

- Откровенно говоря, точно я не знаю, - чуть помедлив, но довольно охотно ответила спутница. – Вроде бы, это доступ к какой-то информации. Только это совершенно бесполезная информация, потому что надо это делать через штуку, которой у нас нет.

- Какую штуку? Компьютер, что ли? – я представил себе те машины, что стояли у Кулиба.

Кирстен резанула по моим ушам ультразвуком смеха.

- Какие забавные штуки. И как с их помощью можно что-то получить?

- Я надеялся, что ты мне расскажешь.

Интересно, она и в самом деле не знает, или просто пудрит мне мозги?

- А что такое «пудрить мозги»? – спросила русалка, и я понял, что с подобным общением надо быть ещё аккуратнее.

- Извини, но я усомнился, что ты мне рассказала всё, что знаешь про эти куриные коды.

- Бука, - Кирстен одним мощным рывком вырвалась вперёд на десяток метров, изобразила хвостом сложную, но отчего-то обидную фигуру, потом вернулась ко мне. – Вообще-то ты прав. Но я и в самом деле знаю мало, а понимаю ещё меньше. Всё на уровне слухов – ведь времени прошло много, а записей не осталось. Говорят о крови, о каких-то маленьких демонах. Короче, бред.

Глава 8

Больше от неё ничего добиться не удалось. А потом через шлюз, такой же, как и в библиотеку, мы попали в так называемую Зелёную комнату. Там было, от чего позеленеть. Зелёный мраморный пол. Зелёные стены с зелёными гобеленами из зелёной водоросли. Зелёная кровать, покрытая… догадайтесь, чем? Конечно же, зелёными водорослями.

- Я что, должен спать на этом? – я брезгливо потрогал подозрительный матрац.

- А что тебе не нравится? – удивилась Кирстен. – Мягко, уютно. И никаких паразитов.

С этими словами она покинула меня, взмахнув на прощание своим шикарным хвостом. Я отметил, что шлюз работает довольно шумно и не слишком-то быстро, так что если я тут, в уединении, буду заниматься чем-то противозаконным, с местной точки зрения, у меня найдётся целая минута, чтобы скрыть следы своего преступления.

Я внимательно осмотрел комнату. Довольно просторная. Шагов сорок в длину и двадцать в ширину (как же я рад был сделать эти шаги!). Никакой мебели, отчего помещение казалось жутко пустым и одиноким. Волосатая кровать это впечатление нисколечко не уменьшала. Да, ещё вдоль одной из стен висели шторы, разумеется, зелёные, и, к моей радости, за ними прятались два больших окна, выходящих на узенькую улочку. Дома на другой стороне, всего лишь в трёх-четырёх метрах от дворца, казались покинутыми. По улочке за пять минут, что я уделил созерцанию окрестностей, проплыли лишь две русалки с облезлыми хвостами, да ещё косяк упитанных рыб.

Вздохнув, я задёрнул шторы. И почувствовал острую жажду. Обстукал и ощупал все стенки. Переворошил, хоть и не без отвращения, постель. Вот только не нашёл не то что минибара, как в питерской гостинице, но и банального фонтанчика с питьевой водой. Из-за неутешительности поисков пить захотелось ещё больше, просто-таки невыносимо.

От безысходности я предпринял попытку открыть дверь и выйти из комнаты. Спустя несколько минут обнаружил, что поворот одинокого подсвечника на стене справа активирует, судя по характерному бульканью, какие-то процессы в шлюзе. Дверь, правда, открываться отказалась категорически. Я повертел подсвечник и так, и эдак, и в результате оторвал-таки его от стены. И лишь после этого дверь соизволила открыться.

- Что ты делаешь? – спросила Кирстен, выползая из шлюза.

Я смущённо спрятал подсвечник за спину.

- Искал, где бы водички раздобыть.

- Моря тебе не достаточно?

- Море солёное. Его пить нельзя. А мне очень хочется.

Моё признание, похоже, привело русалку в тупик.

- А ты что, не можешь фильтровать воду через жабры? Ах, да… у тебя же их нету, - она на секунду сморщила носик, но тут же все малочисленные складочки разгладились, а ротик выдал нерадостное заключение: — Значит, нужно немедленно их тебе внедрить!

- Да погоди ты внедрять! – возмутился я. – Вы, рыбы, совсем, что ли, не пьёте? Ограничиваетесь этой самой фильтрацией? А если я пиво нефильтрованное предпочитаю? Слушай, а может у вас и пива нет? А с чем же тогда душевно сидеть в бане?

Плёночки, заменявшие Кирстен веки, несколько раз дёрнулись.

- А-а-а! – протянула русалка с торжеством в голосе. – Дурман-настой!

- Я вообще-то против дурманов, - я покачал головой. – Они дурманят.

На этот раз девушке удалось-таки наморщить лобик.

- Пиво – не дурман? – озадаченно спросила она.

- Нет, конечно! – встал я на защиту хмельного напитка. – Там куча всего полезного, а кроме всего прочего оно не позволяет воде скапливаться в организме.

- Но ты же как раз из-за её отсутствия и страдаешь? – морщинки, набравшиеся храбрости появиться на прекрасном челе Кирстен, вообще обнаглели и выстроились в фигуру, отдалённо напоминавшую знак вопроса.

Я задумался.

- Видишь ли, - медленно проговорил я. – Вода же в организме нужна не просто так. Там что-то впитывается, что-то даже синтезируется, но что-то и выделяется. И если то, что выделяется, вовремя не сбросить, то может случиться страшное.

Кирстен пожала плечами.

- Сбрасывай, я не стеснительная, - мило разрешила она, очаровательно улыбнувшись.

- Да я ж не про это! – от возмущения я даже руками взмахнул. – Вода. Питьевая. Пресная. Нужна мне не меньше воздуха. Хоть и реже.

- Жабры. Нормальные. Морские. И никаких проблем, - безапелляционно заявила русалка и добавила: - Плюс хвост. Большой. Акулий.

Я застонал.

- Ну чего ты привязалась к этому хвосту? Мало того, что вы меня хотите лишить милых моему сердцу ног, так ещё и воды не даёте! А с чем мы будем душевно в бане сидеть, если у вас пива нету? Да и с кем тут сидеть-то? Я рыбу воспринимаю исключительно как закуску, а вовсе не в качестве собеседника! Постой-ка! – осенило меня. - Так вы, может, и баню мне делать не собираетесь?!

Кирстен вздохнула, а потом вдруг изогнулась, оттолкнулась хвостом и внезапно оказалась у меня на руках, которые я каким-то чудом успел подставить, выронив при этом злосчастный подсвечник.

- Неужели подобные мелочи могут помешать нашему счастью? – с придыханием просила она, обнимая меня за шею.

От неё пахнуло чем-то терпким, солёным и, как мне показалось, гнилостным, но от того не менее чарующим. Я вздохнул, вспомнив медовые ароматы Василисы.

- Послушай, - обратился я к Кирстен, стараясь не смотреть ей в глаза. - Ты, безусловно, прекрасная рыбка с хвостиком. И я совершенно не уверен в том, что достоин тебя. Кроме всего прочего, ведь на свете есть множество красивых существ. Те же акулы, например. А ещё ослики, котята… Да мало ли?! Но это не значит, что их надо переделывать под себя. Более того, они прекрасны именно такими, какие они есть. А если их переделать, то вся красота исчезнет.

Русалка залилась звонким смехом.

- Какой же ты милый! – прощебетала она. – Ну кто ещё будет так заботиться о пище?

- О пище? – мои брови поползли вверх. – Вообще-то, эти осёл и котейка - не пища. Они – мои друзья. А друзей не едят, как бы жрать ни хотелось!

Кирстен покачала головой. При этом её патлы пощекотали мне нос, и я громко чихнул. Русалка обеспокоенно поглядела на меня.

- Что это с тобой? Ты часом не заболел?

Я аккуратно опустил её на пол. Потом сел рядом.

- Дорогая Кирстен, - начал я, рассматривая трещинки на полу. – Ты, безусловно, прекрасна, молода и всё такое. Но я просто не предназначен для жизни под водой! Я здесь издохну, пусть даже вы меня всего переберёте и понавшиваете разных органов. Причём даже раньше, чем успею взмахнуть новообретённым хвостом!

Русалка одарила меня долгим взглядом, которого я успешно избежал, обратив свой взор на маленького полупрозрачного паучка, осторожно пробирающегося вдоль стены.

- Предатель! – резким голосом воскликнула она и, махнув хвостом, вдруг очутилась за тут же закрывшейся дверью.

Глава 9

Я похлопал ресницами. Ловко у неё получилось. Не помешало ни отсутствие ног, ни тот факт, что раньше дверь открывалась значительно медленнее. Сейчас же вдруг сработала со скоростью мышеловки. В которой, к слову, оказался я.

Положение моё казалось теперь просто-таки катастрофическим. Теперь Кирстен нажалуется своему папаше, что новоиспечённый женишок пошёл на попятную, обманул девицу в лучших чувствах, да и вообще воды ему в море мало. А папаша у неё дюже суров. Может и голову оттяпать. А потом вместо неё присобачить какого-нибудь осьминога.

Моё внимание вновь привлёк маленький паучок. На этот раз он полз по стенке и приближался к уровню моей головы. Интересно, откуда здесь мог взяться паук? Они, вроде, воды боятся. По крайней мере, те, кто боится пауков, часто избавляются от их присутствия, окатив из любой попавшейся под руку ёмкости. Или же это какой-то подводный паук, вроде водомерки? Хотя, погодите, она ж по поверхности катается. Может, это мелкий осьминог? Ну, такой, паукообразный.

Полупрозрачная животинка тем временем добралась до уровня моих глаз и остановилась. Помахала двумя конечностями, словно приветствуя.

- Ну, здравствуй, тварь неведомая, - сказал я. – Рад видеть в этом царстве солёной воды существо с поверхности. Если я, конечно, не ошибаюсь, и ты не местный житель. Хотя… Как бы ты мог сюда с поверхности попасть?

Паук несколько раз стукнулся головой об стенку. Что бы это значило?

- Какой-то ты неадекватный, - я вздохнул и, посмотрев на дверь, добавил: - Впрочем, не ты один. Тут, похоже, все немного того. Видимо, толща воды давит.

Я прислонил палец к стенке и какое-то время наблюдал, как паучок спускается на него, а потом ползёт в направлении плеча. Когда восьмилапый добрался до локтя, я подставил палец другой руки. А после того, как паук начал преодоление нового препятствия, отвёл эту руку от другой, заставив животинку начинать путь сначала.

Существо присело на всех своих восьми конечностях. И это движение было просто-таки наполнено досадой и раздражением.

А потом вдруг я услышал, как заработал шлюз и забыл про новообретённого питомца.

- Здрасте, а вы к кому? – изобразил я удивление при виде трёх хвостатых мужиков с крючковатыми палками. Явно местные блюстители правопорядка. Только вот какой это порядок, когда к тебе в комнату вламываются без спроса?

Не говоря ни слова, они бросились на меня. Ну, как бросились… Первоначального толчка хвостом, конечно, хватило, чтобы плюхнуться в полушаге от моих ног. Это первому. Второй же шлёпнулся поверх своего товарища, получив при этом палкой чуть пониже спины. Третий как-то умудрился изменить траекторию полёта и оказался несколько левее.

Я сделал пару шагов назад и снова спросил:

- Извините за назойливость, но вы к кому?

Не говоря ни слова, они поползли на меня. Я даже восхитился их выдержкой. По крайней мере, первых двоих. Лично я бы не смог удержаться от ругани, если бы мне пришлось вот так вот выползать из-под тушки соратника, либо слезать с его пытающейся выбраться из-под тебя тушки. Эти же только пыхтели и чуть попискивали.

- Не надо размахивать палкой! – я ногой выбил из руки заползшего с фланга противника оружие. – Поранитесь ещё, а я виноват буду.

Тут же мне пришлось отскочить в сторону, поскольку тот, что выбирался из-под товарища, прыгнул-таки в мою сторону, оттолкнувшись своим пятнистым хвостом. Интересно, от какой рыбы ему такой достался? От сома, что ли?

Пролетая мимо, он всё же умудрился задеть меня своей палкой по плечу. Прямо одним из шипов, так что я даже немного испугался за целостность своего костюма. Подарок Ахти выдержал, а я разозлился. И когда следующий злодей решил совершить подобный полёт, я ухватил его за хвост, уже чёрный, и, пользуясь инерцией движения, раскрутил и двинул его почти человеческим туловищем по одному, а потом ещё и по другому соратнику. После этого он выскользнул из моих рук и полетел прямиком в стену. Я же не удержался на ногах и упал в противоположном направлении.

- Что здесь происходит? – услышал я возмущённый голос Кирстен. Причём мне показалось, что одновременно со словами она ещё и пискнула.

Я обернулся, обнаружив девушку стоящей в дверном проёме прямо на хвосте и опиравшейся рукой о косяк. Помахал ей рукой. Потом поглядел на супостатов. Те выглядели смущёнными, сползлись в кучку и виновато глядели на русалку.

- Я жду! – поторопила она.

- Да вот, зашли, и давай мебель крушить, - глупо улыбаясь, начал объяснять я, но был прерван категоричным жестом.

- Не ты, - пальчик нацелился куда-то в район лба мужика с пятнистым хвостом. - Ты!

Тот судорожно то ли сглотнул, то ли вздохнул и что-то пропищал.

- Говори нормально, Леандр! – велела Кирстен.

- А чего он? – покосившись на меня, уже более внятно пропищал Леандр. – Мы с тобой всю жизнь знакомы, а этот припёрся и давай…

Чего я тут стал давать, он не сказал, но русалка, судя по всему, была в курсе.

- Да что ты о себе возомнил?! – разозлилась девушка. – Захотел за меня выбор сделать? Я, между прочим, сама в праве решать, с кем мне быть! А вы куда смотрели? – обратилась она к остальным членам преступной группы.

Те изобразили коленопреклоненные позы, благо, и так находились почти на уровне пола.

В моей голове точно лампочка зажглась. Ага! Значит, Леандр – местный ухажёр дочки морского царя. И он со своими приятелями решил проучить выскочку, что явился свататься к его крале. Вот только Леандр не в курсе, что всё это мероприятие я ни капельки не поддерживаю. Надо ему об этом сообщить, дабы обзавестись хоть каким-то союзником.

- Кирстен, рыбонька моя, - я подошёл и погладил русалку по плечу. – Не обижай этих милых молодых… э-э-э… людей. Они вовсе не хотели ничего такого. Особенно Леандр. Достаточно взглянуть на его замечательный хвост. Он же самой своей расцветкой даёт понять, что его хозяин – человек своего слова и поступает исключительно так, как велит ему его совесть.

Русалка удивлённо поглядела сначала на меня, потом на хвост ухажёра. Судя по всему, пятнистость не вызвала у неё восторга.

- Не гневайся, мой карпик, - улыбнулся я. – Мужики всё правильно сделали. Пришли знакомиться, так сказать, лично. Но их смутил мой необычный вид. Мы всегда относимся с опаской и не доверяем тому, кто от нас отличается. Таков закон социальной психологистики… или социопсихистики… Короче, ты поняла. Ты же умная стерлядушка.

Кирстен неуверенно кивнула.

- Так вот, - продолжил я, - для улучшения взаимопонимания мы применяем давно проверенный способ. Нам с мужиками просто необходимо душевно посидеть, выпить-закусить. И в бане это делать не обязательно.

Агрессоры слушали меня внимательно, но, как мне показалось, ничегошеньки не понимали.

- Ты и в самом деле не держишь на них зла? – удивилась Кирстен.

- С чего бы? – хмыкнул я. – Мне ж тут ещё жить. Зачем мне враги?

- Мы можем их убить, и тогда никаких врагов не будет, - пожала плечиками русалка.

- Ты чего такая кровожадная, нерпочка моя? – укорил я и обернулся к Леандру и его команде: - Вы ведь не будете возражать, что вас не убьют?

Как я и предполагал, они дружно закивали. Хотя, нет. Чернохвостый, которым я отмахивался от остальных, почему-то, наоборот, отрицательно помотал головой. Видимо, сказались последствия полёта.

Глава 10

В общем, моя нежданная невеста пообещала мне достать-таки напитки для развесёлых посиделок с новоявленными друзьями. Сидеть, естественно, нам предстояло в той же комнате, поскольку пить что-либо под водой глупо и нереализуемо. Ну, или в библиотеке. Хотя, кто ж нас туда пустит?

Леандр вызвался добыть закуску. Я не возражал. Рыбу и раков я любил и дома, так что подвоха с этой стороны не ожидалось.

И вот я остался один. Я подошёл к окну и раздвинул шторы. Уставился на стену соседнего дома и стал обдумывать сложившееся положение.

Отпускать меня на берег морские обитатели ну никак не хотят. В принципе, правильно. Я бы сразу от них смылся и попытал счастья в поисках нужного мне архива уже на суше. Не факт, что мне бы это удалось, но это уже другой вопрос. Сейчас главное – не лишиться своих задних конечностей. Да и не настолько мне нравится Кирстен, чтобы провести остатки своих дней на дне.

В правом ухе у меня вдруг засвербело. Я сунул туда палец и поскрёб ногтем. На пару секунд это помогло. Но потом не просто засвербело, а ещё и защекотало. А потом вдруг резанула такая дикая боль, что я подумал, как бы у меня глаза не повыскакивали. Заорал, конечно. А кто бы на моём месте не заорал?

- Немедленно замолчи! – услышал я странный искажённый голос. Казалось, он исходит прямо из моего мозга, а не откуда-то снаружи.

Я, конечно, замолчал. Но вовсе не оттого, что кто-то мне приказал. Просто у меня закончился воздух.

- Так-то лучше, - прокряхтел голос.

- С чего лучше? – не согласился я. – Чего хорошего в том, что внутри меня кто-то сидит? Давай, признавайся. Ты кто, паразит?

- Это я, Локи, - сообщил мой внутренний голос после небольшой паузы.

- Локи? – я нахмурился и почесал макушку. – А что ты там делаешь? И почему голос совсем не похож?

- А ты попробуй, перекинься в паука. Тогда послушаем, какой у тебя будет голос, - проворчал мой невидимый собеседник.

- Я не умею, - честно признался я. – Правда, и про тебя такого не знал. Это же не просто цифровой грим, с помощью которого та тётка из Москвы в Василису превращалась. Паук маленький… Это ведь тот, которого я перед приходом Леандра заметил, да? Ты мне в ухо, что ли, залез?

- Конечно! Иначе бы ты меня попросту не услышал!

Я похлопал глазами, усваивая информацию, и для ускорения процесса вновь почесал макушку.

- А как ты меня нашёл? Я ж, вроде, на морском дне нахожусь. А ты в Асгарде оставался.

- Благодаря мёду поэзии.

Сначала я подумал, что это бред. Но потом вспомнил объяснения Карлсона про какие-то там фломастеры в крови и понимающе кивнул, хотя не понимал почти ничего.

- А попал ты сюда как? Да ещё в таком… э… урезанном виде.

- Чего ты всё спрашиваешь и спрашиваешь? – возмутился внутренний голос. – Я, между прочим, тебя спасать пришёл.

- Спасать – это хорошо, - кивнул я. – Очень, надо сказать, вовремя. А то тут из меня рыбку сделать хотят. С хвостиком.

Локи издал какой-то странный звук. Смеётся он, что ли? Меня ног лишить хотят, а он смеётся!

- Ну, давай, начинай уже спасать! – велел я.

- Погоди, - последовал ответ. - Всё не так просто! Ты архив нашёл?

- Нашёл, да не тот, - отмахнулся я. – Да и при чём тут архив?

- Как не тот? – удивился мой невидимый собеседник и тут же потребовал: – А ну-ка покажи!

- Да как я покажу? Я даже выйти отсюда не могу!

- Всё ты можешь. Подойди к двери.

Я подошёл. Дверь открылась. Выпучив глаза, я зашёл в шлюз.

До библиотеки мы, точнее, я добрался без проблем и лишних глаз. Внутрь попасть тоже не составило труда. Почему-то двери так и норовили передо мной распахнуться, и их останавливала только необходимость откачивать воду.

- Вон в тех шкафчиках архив, - указал я.

- Открой верхний ящик, - велел голос. Я послушно выдвинул требуемое, а потом извлёк оттуда первую попавшуюся карточку.

В моём ухе защекотало, а потом по руке пробежал давешний паучок и остановился рядом с краем карточки. Покачался из стороны в сторону.

У меня вдруг возникла шальная мысль, а что будет, если я его сейчас прихлопну? Неужели это станет концом бога обмана?

Словно учуяв нависшую над ним опасность, паучок взбежал ко мне на плечо и защекотал лапками в ухе.

- Спрячь карточку, - велел он. – Надо проверить, что там.

- Кирстен сказала, что там какие-то данные на кучу людей, - произнёс я, запихивая маленький квадратик в рукав. - Но получить их можно только через какие-то штуки. Я так предполагаю, что это компьютеры. А Кирстен почему-то на мои предположения смеётся.

- Ну да, ну да, - пробормотал Локи. – Надо тебя срочно отсюда вытаскивать.

- И я об этом!

- А как?

Я опешил.

- Вообще-то, это ты пришёл ко мне на помощь. И хотелось бы думать, что знаешь, как помочь. А тут получается, что мне самому придётся выпутываться!

- А чего ты хотел от маленького паучка?

- Так перекинься обратно! – воскликнул я.

- Это так не работает, - последовал ответ. – Да оно бы тебе и не помогло. Моя сила в мозгах, а не в мускулах, как у асов.

- Ну так обмозгуй! – вспылил я. – А то я уже замучился убеждать этих рыб, что не могу без пресной воды и прочих сухопутных прелестей!

Последовала продолжительная пауза. Не дождавшись предложений по планам моего спасения, я проворчал:

- Я возвращаюсь в тошную комнату. Меня могут хватиться.

Возражений не последовало. Двери продолжали покорно открываться, и уже через несколько минут я занял место в своей камере.

Глава 11

Вовремя. Не успел я заскучать, как ко мне вполз Леандр. На его мощной шее болталась связка мелких рыбёшек, а в руках он держал какие-то веники.

- Уборка помещений? – спросил я.

Он непонимающе нахмурился. Я указал взглядом на веники.

- А, это, - пискнул он. – Это потрясающая закуска. Аж жабры от удовольствия сводит.

- Охотно верю. А где остальные? И подо что эта закуска?

- Сейчас всё будет, - пообещал Леандр и сгрузил свою ношу прямо на пол.

Двери снова зашумели. А когда открылись, в комнату вкатилась блистающая хромом двухъярусная тележка. Сверху на ней стояли закрытые кастрюльки, а на нижнем ярусе расположились три ведёрка, из которых выглядывали горлышки бутылок.

- Пиратский клад! – похвастался толкавший тележку русал.

- С галеона, - подтвердил его товарищ, вползший следом.

Я восхищённо присвистнул, вызвав довольные улыбки мужиков.

- Только что с этим делать, мы не знаем, - вздохнул Леандр.

Я взял одну из бутылок. Странно, стеклянная. Вроде, во времена пиратов такие не делали. Хотя, что я знаю о пиратах? Надпись, похоже, на пиндосовском. Или бритском. Глен Грант, что ли?

- Как это что? – наигранно удивился я. – Пить, конечно. Штопор принесли? – Русалы недоуменно переглянулись. – Ну, тогда нож какой-нибудь. – Ножа тоже не нашлось. – Ну и народ пошёл! – воскликнул я. – Ничего в доброй выпивке не понимают!

Я порыскал глазами по комнате, подобрал всё ещё валявшийся недалеко от двери подсвечник и долбанул им по горлышку. Подсвечник тут же развалился на четыре части.

- Можно я? – робко подал голос последний из прибывших.

Я протянул ему бутылку. Русал подцепил когтем верхний слой пробки и сорвал его. Затем одним движением скрутил крышку против часовой стрелки. Но под ней оказалась деревянная пробка. Тогда он впился в неё зубами и спустя несколько мгновений упорной борьбы вытащил с характерным звуком.

- Молодец, - похвалил я. – Как зовут?

- Деатолик, - представился русал.

- Значит, Толик, - кивнул я. – Откуда знал, как открывать?

- Я у мамы инженер, - то ли пошутил, то ли всерьёз ответил он.

- Молодец, - повторил я и снова огляделся: - Из чего будем пить?

Тот, что толкал тележку, извлёк из-под ведёрок четыре раковины, с виду колючие, но на деле оказавшиеся вполне подходящими.

- И ты молодец, - похвалил я.

- Олле, - сказал он. Видимо, представился.

Потом Олле разлил жидкость по раковинам. Взял свою. Пристально всмотрелся.

- Насыщенный темно-янтарный цвет с золотистым блеском, - с задумчивым видом проговорил русал и поднёс раковину к носу. – Аромат богатый и яркий, наполненный тонами засахаренного апельсина, древесины, старой кожи, нюансами вереска, ментола и ванили…

Я принюхался. Вроде, обычная самогонка. А Олле тем временем сделал маленький глоток, прикрыл серой плёнкой глаза и застыл.

- Чего это с ним? – обеспокоенно спросил я у товарищей русала.

- Выпендривается, - пискнул Леандр.

- Ну и морж с ним, - я махнул рукой на Олле и поднял свою раковину: - За знакомство.

Мы выпили. Самогон оказался неплохим. Грел и обжигал, а мысли после него приобрели плавность и радужную цветастость.

Я сгрыз маленькую рыбку, пока не решаясь отведать леандровых веников. Русалы уже с жадностью поглядывали на меня. Разумеется, кроме Олле, всё ещё пребывающего в трансе. Я кивнул, и Леандр налил по второй.

Выпили за владыку Эгира.

- Мощный у вас царь, - похвалил я. – Уж мне можете верить. Я и сам царевич, так что могу считаться экспертом по царям.

- Ну, коне-ечно, - протянул Леандр. – Царевич. Куда нам, простым русалам. Понятно, чего к тебе Кирстен так привязалась.

- Ты ревнуешь, что ли? – хмыкнул я. – Да я бы с удовольствием уступил тебе её руку и хвост. Она сама меня отпускать не хочет!

- Коне-ечно, - снова протянул Леандр. – Ты царевич. У тебя такие волосы… И ноги…

- Ноги?! – воскликнул я. – Вот как раз ноги мне и хотят оттяпать! А я как-то не горю желанием их лишиться. Понимаешь меня?

- Это варварство! – кивнул неудачливый ухажёр.

- Полностью согласен.

- За это надо выпить, - вставил Толик и налил по третьей.

Потом к нам-таки присоединился Олле. Правда, перед этим он выдал какую-то мудрёную фразу про нюансы дыма, тёмного шоколада и солода. Только кто ж его слушал?

Первую бутылку мы опорожнили под беседу о дамах. Оказывается, здесь, на дне, дела с этим обстояли неважно. Местные рыбы были холодны, как рыбы. Впрочем, мужики особой горячестью тоже не славились. Разве что Леандр. Но и он не мог добиться взаимности.

- А ты не пробовал читать Кирстен стихи? – спросил я. – Возможно, под воздействием их чар дочка Эгира обратила бы на тебя внимание.

- Что это? – нахмурился Леандр. Остальные русалы тоже вопросительно поглядели на меня.

Я задумался, чем бы огорошить эту бесхитростную братию? Наконец, шестерёнки в моих мозгах скрипнули, и я выдал:

Я помню мгновенье чудное: Явилася ты предо мной. Не смог сохранить себя стоя. Присел, опьянён красотой.

Но грусть безнадёги томила, Пленяла меня суета, Ты мимо меня проходила, Слиняла твоя красота.

Сидел я в своей комнатухе, И тихо тянулися дни Без радости, счастья, без прухи, Без жизни, без слёз, без любви.

Но словно мешком я огретый: Опять мимо шлёпаешь ты,

Как будто виденье кометы, И гений своей красоты.

И сердце долбит словно муха, Ко мне возвращаются вновь И радость, и счастье, и пруха, И жизнь, и слеза, и любовь.

Мне показалось, или глаза русалов увлажнились?

- Сам написал? – спросил Леандр.

Я скромно потупился, хоть и не был до конца уверен в полной уникальности данного произведения. Потом предложил:

- Можешь использовать. В смысле, при случае расскажи Кирстен. Только с чувством. Иначе возможен обратный эффект.

- За поэзию, - предложил тост Толик, и никто не стал отнекиваться.

Глава 12

Короче, посидели славно. Правда, к завершению третьей бутылки меня стало слегка штормить. И да, я-таки попробовал леандрового веника. Кажется, понравилось. Хотя каких-то подробностей я, честно говоря, не запомнил.

- Как так-то?! – воскликнул Леандр, потрясая последней пустой бутылкой. – Почему всё хорошее так быстро заканчивается?

Толик лишь вяло отмахнулся хвостом и продолжил спать, а Олле предложил:

- А погнали на галеон. Там должно было ещё остаться.

И мы погнали. Зачем-то поплутали по улочкам подводного города, словно прячась от стражи. При этом два раза возвращались к дворцу, но Леандр сделал вид, будто так и задумано. После того, как в последний раз к нам вдруг присоединился выспавшийся Толик, я даже был склонен с Леандром согласиться.

В конце концов мы вырвались из города. Сквозь мрак и муть проплыли до угадывавшейся вдали горы, оказавшейся затопленным кораблём. Здоровенным, надо заметить. Навскидку, метров сто пятьдесят в длину, а в высоту он вполне мог поспорить с сопками, что я видел недалеко от обители Хель. И корабль этот ни капельки не был похож на те галеоны, что я видел в моей первой энциклопедии.

Мы проплыли мимо предполагаемого носа судна, где среди водорослей угадывалось название. «Dilbar» - кое-как разобрал я. Название ничего мне не сказало, кроме того, что судно не могло принадлежать кому-либо из моих соотечественников.

С безбашенной отвагой мы проникли внутрь через отсутствующие двери на третьем этаже этого многоуровневого сооружения. Какое-то время я держался в фарватере Леандра, а потом вдруг осознал, что потерялся. Вокруг было довольно темно, и куда исчезли мои спутники, я не имел ни малейшего представления. Тем более что этаж в своих недрах содержал целую кучу помещений. Не во все можно было попасть. Где-то двери оказались заперты, а некоторые проходы завалены каким-то хламом. Но вариантов для блужданий всё ещё оставалось предостаточно. И позвать русалов я, естественно, не мог. Слегка запаниковав, я почувствовал, что начинаю трезветь.

Заплыв в огромный зал, в котором стояли мягкие кресла, а на стене висела то ли огромная простыня, то ли экран для театра теней, я выругался в загубник и со злости стукнул по стене.

- Заблудился? – раздался в голове голос.

Я и забыл о присутствии в ухе то ли скандинавского бога, то ли просто паука-паразита. Хотел ответить, но не смог.

- Ладно, молчи, - хмыкнул Локи. – У тебя, между прочим, появился реальный шанс смыться из этого подводного царства.

Я замычал, пытаясь объяснить этому аферисту, что не только из царства, но и с корабля этого вряд ли смогу выбраться.

- Делай в точности, как я говорю. Сейчас проплывай кинозал насквозь и открывай дверь вон под той зелёной табличкой.

В дальнем углу действительно что-то чуть заметно зеленело. Табличка слегка светилась, будучи маяком в этом царстве мрака. И на этот маяк я послушно поплыл, следуя указаниям внутреннего голоса. Дверь открылась, и мой проводник повёл меня по коридорам.

Я миновал огромный зал, где под потолком вальяжно плавали аж два рояля. Спустился уровнем ниже. Тут вышла небольшая заминка, поскольку мой внутренний голос умолк. Но спустя минуту под его чутким руководством я протиснулся через строй маленьких телег, почему-то столпившихся на краю обширной лужайки, совершенно неуместной на корабле.

- Клюшку возьми, - порекомендовал Локи.

Я завертел головой. Клюшка – это же которой детвора зимой играет. А ещё это может быть палка, на которую старики и хромые опираются. Но ничего подходящего я не видел.

- В гольф каре посмотри, - посоветовал голос.

Я справедливо рассудил, что под этим таинственным названием прячутся столпившиеся здесь тележки, и внутри первой же обнаружил тоненькую тросточку с небольшим крюком. Интересно, для чего её использовали? Опираться на такую штуку неудобно. Впрочем, для ребятни сгодилась бы. Пусть ей довольно проблематично зацепить шайбу, но зато лёгкая. Пару не слишком ожесточённых баталий, возможно, выдержит.

Потом пришлось плыть строго вверх и протискиваться через квадратное отверстие. Чуть не плюнул и не бросил клюшку. А затем по узкому коридору я выплыл в ещё одно обширное помещение.

И свистнул в загубник. Получилось глупо, но это не умаляло грандиозности увиденного. Огромный гараж – а это был именно гараж – оказался просто уставлен разнообразными средствами передвижения. Здесь были и колёсные телеги, и лодки, и даже воздушные катера, вроде тех, на которых мне уже довелось полетать за время путешествия. А ещё два гусеничных монстра, один из которых с самой настоящей пушкой. Похожее чудище я видел во время битвы у логова Хель.

- Ну, что застыл? – вывел меня из восторженного ступора голос Локи. – Лезь в спасательную капсулу!

Какую ещё капсулу? Я завертел головой, но никаких капсул не увидел.

- Вон к той пусковой установке иди! – велел мой невидимый проводник.

Что ещё за пусковая установка? Я поскрёб пальцами по закрытой капюшоном макушке. Получилось противно.

- Ну и чего стоим?! – не унимался Локи. – Лезь внутрь!

Где-то вдалеке раздался писк. Должно быть, Леандр обнаружил моё отсутствие. И, чтобы не быть найденным и доставленным обратно в зелень комнаты, я заплыл за одну из гусеничных махин. Выглянул из-за её туши и увидел три неясные фигуры. Одна взмахнула рукой, и поисковый отряд разделился, слишком уж внимательно всё осматривая.

- Лезь! – поторопил плут.

Я обнаружил, что стою как раз напротив люка, ведущего внутрь монстра. Попробовал нажать на ручку, чтобы открыть, но та не поддалась.

- Используй клюшку, - напомнил Локи.

Вставив это недоразумение в пазы, я всё-таки смог повернуть ручку. Люк открылся. Я вплыл внутрь. И тут же пожалел об этом, поскольку здесь оказалось тесно. Мешались и норовили больно ушибить какие-то механизмы, а болтающаяся на витом шнуре рация (по крайней мере, я подумал, что это рация) увесисто шлёпнула меня по макушке.

- Дверь закрой, - напомнил голос. Как мне ни хотелось оставить её открытой, а ещё лучше и вовсе выбраться наружу, но я подчинился. А Локи продолжил командовать: – Теперь подойди к панели слева. Откинь заглушку. Да не рычаг потяни, а заглушку открой! Вот, так. Теперь переключатели слева в верхнее положение. А сейчас можешь и рычаг потянуть.

Странно, но вся эта электроника под водой продолжала исправно работать. Засветились огоньки, дрогнули стрелки. А один из меленьких экранчиков выдал четырёхзначное число.

Рядом со мной с грохотом отвалилась какая-то крышка. За ней оказалось узкое отверстие. К моему ужасу, Локи довольно предсказуемо велел:

- Лезь внутрь!

Я отрицательно помотал головой. Не полезу!

Резкая боль пронзила меня от уха до самых мозгов. Я взвизгнул и несколько раз стукнул ладонью по уху. Вряд ли это помогло.

- Лезь внутрь, дурень! – снова скомандовал Локи. – О тебе ж забочусь!

Я вздохнул и начал впихиваться в лаз. Не знаю, что происходило в кабине этой адской машины, но внезапно крышка, отделяющая впихнутого меня от неё, закрылась. Я очутился в полной темноте. Но не в тишине, поскольку вокруг с шумом и лязгом заработали невидимые и неведомые механизмы.

Потом завыла сирена. Теперь я точно не мог остаться незамеченным моими собутыльниками. Впрочем, не факт, что они бы отнесли сей кавардак на мой счёт.

Тревожный красный свет слегка осветил моё то ли убежище, то ли узилище. Где-то в ногах послышалось яростное шипение.

Я забеспокоился и попытался выбраться наружу, но безрезультатно. Здесь даже схватиться было не за что.

- Успокойся, - проговорил Локи. – Потерпи ещё немножко.

Легко ему говорить! А если у меня под ногами сейчас змеи выползут? Хотя, нет. Вряд ли. Скорее, это какие-то клапаны спускают воздух. А если у меня тут весь воздух спустят? Погодите. Я ж в воде. Какой ещё воздух? Может, это очередной шлюз? Но куда?

- Три, - начал отсчёт мой невидимый собеседник. А я даже не мог спросить, что это всё означает. – Два…

Потом я почувствовал толчок, и вдруг осознал, что лечу вперёд. Но ничего вокруг я не видел, поскольку всё ещё находился внутри чего-то.

Через какое-то время полёт, вроде бы, прекратился. По крайней мере, я ничего не чувствовал. Тем не менее, дверь не открывалась, и я ничего не мог поделать. А затем вдруг я почувствовал давление. Мой снаряд дёрнулся, крутнулся, а после этого обо что-то ударился так, что зазвенело в голове.

Глава 13

Я затрепетал от радости, когда в открывшееся отверстие полился яркий солнечный свет. Наружу в ответ полилась вода.

Изловчившись, я предпринял попытку выбраться на твёрдую землю. Высунул сначала одну ногу, потом другую. Попытался изъять ягодицы, но потерпел неудачу.

Вдруг кто-то схватил меня за лодыжку и с силой потянул. Я счёл это благоприятным знаком и принялся помогать собственному изволению.

Люди! Первые секунды на суше, и меня уже нашли люди! Какое неожиданное везение!

Выволакивали меня довольно долго. Видимо, спаситель был один, да и тот не отличался звериной силой. Но когда я уже весь оказался снаружи, то обнаружил, что прямо в моё лицо, всё ещё скрытое под маской, смотрят два дула. Но этого оказалось мало. Тот абориген, что тащил меня, тоже скинул с плеча автомат и передёрнул затвор.

- Ауфштейн! – скомандовал один из автоматчиков.

Какой знакомый язык! Кажется, на нём часто болтал Ницше. Это ж немецкий! Шлёпанцы Суворова, куда меня занесло?

Автоматчик повторил команду и сопроводил её жестом. Я так понял, он хотел, чтобы я поднялся. Я так и поступил. При этом лёгким движением руки убрал маску и с удовольствием вдохнул полной грудью свежий воздух.

Свежий?! От резкого химического запаха я закашлялся, вызвав недовольство людей с оружием.

- Нихт зукен! – прикрикнул на меня один из них. – Эрстарен! Хенде хох!

- Простите, немчики, дорогие, - произнёс я, выпрямляясь и поднимая руки. – Ничегошеньки не понимаю, но полностью с вами согласен.

Наконец, я смог рассмотреть то ли спасших, то ли пленивших меня людей. Двое оказались невысокого роста, а третий крупный и даже толстый. У всех автоматы, но мне не знакомые. Странной формы. И с магазинами наверху. Все трое в каком-то странном, квадратиками, камуфляже. Все смуглые и усатые, а один ещё и бородатый, более похожие на каких-нибудь восточных торговцев, нежели на европейцев. Во всяком случае, точно не жители севера. Я что, улетел так далеко на юг?

Кстати, на чём я совершил свой беспосадочный перелёт? Я обернулся и мазнул взглядом по объекту, из которого был извлечён. Чуть длинней меня, довольно толстый снаряд, похожий на пулю от какого-нибудь огнестрела. Мной что, выстрелили из пушки?

- Ёйлисе душ. Арамак, - хмыкнул толстяк, а один из его товарищей подошёл ко мне и зачем-то охлопал и ощупал меня практически всего.

- Осторожнее, - отпрянул я. – Мы ещё не так близко знакомы!

- Кыпырдама, кыпырдама! – совсем не по-немецки крикнул толстяк, вскинув автомат.

- Дама-дама, - согласился я и, вспомнив хоть что-то из того, что в своё время болтал мой ослик, добавил: – Дэр панцер нихт капитулирен.

Аборигены нахмурились. Тогда я ещё добавил:

- Гитлер капут! – и замер с глупой улыбкой на устах.

- Рус? – бородатый с сомнением поглядел на меня.

- Рус турист? – недоверчиво спросил толстяк.

- Ну, как вам сказать, - замялся я. – Не то чтобы турист…

- Мюльтеджи? – нахмурился бородатый.

Резкий химический запах снова заставил меня закашляться. Я обернулся и увидел, что ещё один человек в зелёном, резиновом на вид, плаще и с намордником на морде брызгает на мой снаряд какую-то зеленоватую жидкость из ранца за спиной.

- Кыпырдама! – прикрикнул на меня толстяк. Видимо, ему не понравилось то, что я повернулся.

- Флюхтлинг? – спросил бородатый.

- Чего? – не понял я.

На лице бородатого нарисовалось глубочайшее напряжение, вызванное, судя по всему, интенсивными раскопками в недрах памяти. На помощь ему пришёл третий персонаж, с небольшими усиками, тот, что ощупывал меня. Похоже, самый молодой из троих.

- Бьежинес? – спросил он, чуть не сломав язык.

Я попытался соотнести произнесённое им со знакомыми словами.

- Беженец? Не, не беженец. Хотя… со дна я-таки сбежал. Улетел. Может, и беженец. Но скорее всё-таки улётец.

Лицо толстяка просияло. Он даже закинул автомат на плечо.

- Ульёт! Я-я! Ульёт! – промолвил он и похлопал меня по плечу. – Бизимле гель. Серхат, - он похлопал себя по груди. Видимо, представился.

- Иван, - кивнул я.

- О! Иван! Зер гут! Их хайсе Бату! – радостно воскликнул бородатый, тоже убравший своё оружие, и, порывшись в кармане, протянул мне какую-то голубую тряпочку. – Маск, - пояснил он и указал на свой нос. – Анштекен!

На тряпочке оказались пришиты две резинки. Поэтому я продел палец в резинку, оттянул и отправил это непонятное изделие в кусты.

- Вай-вай! – возмутился Бату. – Нихт вегверфен! – Он достал ещё одну тряпочку и, нацепив резинки на уши, сдвинул тряпочку на нос. – Зихерунг!

- Гювенлик! – поддержал его Серхат.

Я растерянно переводил взгляд с одного на другого.

- Зашшита, - пришёл на помощь своим товарищам молодой, и тоже нацепил на нос тряпочку.

- Защита? – удивился я. – От чего?

- Инфекциён! – Бату изобразил в воздухе загогулину.

Я приподнял бровь.

- Болеете, что ли? – спросил я и активировал маску.

И тут же этим воспользовался четвёртый участник шоу, обрызгав меня со всех сторон зелёной жидкостью. Хорошо, что в маске я ничего не почувствовал.

Я возмущённо повернулся в его сторону, и из-под намордника донеслось невнятное:

- Дезинфекция!

Глава 14

После этого меня проводили в небольшое поселение, огороженное проволочной сеткой. Там стояло несколько хлипких, на первый взгляд, домиков, выкрашенных в белый цвет. Молодой усач, назвавшийся почему-то Балабаном, отвёл меня к девушке-блондинке с короткой стрижкой в белом халате и с синей тряпочкой на носу. Она сидела за небольшим столиком в одной из тесных светлиц ближнего дома и имела очень серьёзный вид.

- Сит, - предложила она, указав на стул по другую сторону стола. Подняла взгляд на Балабана и спросила: - Вер ист дас?

- Иван, - ответил тот. – Рус турист.

Девушка поглядела на меня поверх очков.

- Турист? Эз ист айне эрнстхафтэ организатион!

- Эр ист айн флюхтлинг, - добавил Балабан.

Хозяйка светлицы приподняла бровь.

- Гут, - произнесла она. – Ду каннст геен.

Мой провожатый вышел. Девушка подняла глаза так, что остались видны лишь белки, и замерла. Я уж было забеспокоился, что с ней плохо, но вдруг она поглядела на меня и спросила:

- Так значит тебя зовут Иван и ты беженец? Кстати, можешь снять маску.

Я хмыкнул и избавился от дыхательной трубки. Такими фокусами меня было уже не удивить. Асы тоже легко переходили на русский.

- Я не вполне беженец, - начал было объяснять я, но был прерван категоричным жестом.

- Стоп. Доложи по форме. Имя. Дата и место рождения. Гендер.

- Опять?! – воскликнул я. – Послушай, дамочка. Я, по-твоему, на кого похож? Какой у меня может быть этот самый гендер?

- Да какой угодно, - она пожала плечами. – Чего я тут только не насмотрелась.

- Ну, хорошо, - вздохнул я. – Разрешите представиться. Иван. Царевич из Тридевятого царства. Стопроцентный мужчина.

- Как скучно, - констатировала хозяйка светлицы.

- Да? – удивился я. – Интересно, а что ты можешь про себя сказать такого-эдакого? Между прочим, я даже имени твоего не знаю. И сними уже, наконец, маску. Я ж снял.

Девушка усмехнулась. Потом медленно стянула с ушей резинки. Под маской оказался довольно крупный нос, который, впрочем, не портил лица, и даже добавлял изюма в эту булочку. А вот губы были, на мой вкус, тонкие и слишком яркие.

- Маски сброшены! – девица развела руками. – Можешь звать меня Марта. Я врач. Работаю здесь, в лагере беженцев. Так ты беженец?

- Отчасти, - хмыкнул я. – Мне и в самом деле пришлось сбежать из подводного царства. А чего ещё оставалось делать, когда вместо ног хотели хвост присобачить? Да ещё и жабры внедрить, чтобы можно из солёной воды пресную делать. Слушай, а где я оказался? Вроде, когда вываливался из Асгарда, планировал упасть в Дании. А здесь, вроде, по-немецки говорят. Разве эти трое, Серхат, Бату и Балабан, немцы?

Марта глупо хихикнула.

- Ага, - сквозь улыбку проговорила она. – Истинные арийцы. Правда, Серхат по-немецки и двух слов связать не может, а остальные говорят с жутким акцентом.

- Тогда на каком языке они со мной говорили? - Я нахмурился. – Они всё-таки не немцы?

- Немцы, немцы. Только с языком у них проблемы. Но у нас с тобой в этом плане проблем нет. Так что от тебя мне нужен подробный рассказ. Как ты сюда попал и зачем. Ведь, насколько мне известно, носители твоего языка живут далеко к востоку.

- Это длинная история, - вздохнул я. – Но готов всё рассказать. Только можно мне водички? А то я с самого Асгарда воды не пил. Хотя, и там, по-моему, тоже. То мёд, то кофе по рецепту Одина. А на дне с большим трудом удалось лишь какого-то пиратского пойла раздобыть.

- Один? – заинтересовалась Марта. – Асгард?

Я утвердительно кивнул. Врач хлопнула в ладоши и крикнула:

- Вертер! Вассер!

Из-за ширмы в дальнем углу вышел человек в нелепой блестящей одежде и с нелепой причёской из белых лоснящихся волос. Подошёл к нам какой-то механической походкой и поставил на стол стеклянный графин с водой и два стакана, тоже стеклянных.

- Киборг? – уточнил я, указав взглядом на странного офис цианта.

- Вертер? – Марта кивнула. – Да, кибернетический организм. Устаревшая модель. Но ничего новее нам не выделяют.

- Модель называется Вассер? – предположил я и, вспомнив давнюю беседу с Ницше, продекламировал: - Самый умный из землян – это Толя Вассерман!

Марта прыснула от смеха. Видя моё непонимание, пояснила:

- Вассер – это вода. А Вассерман – водяной.

- Ахти, что ли? – я почесал макушку. – Или, вообще, Эгир. Он ведь хоть и морской, но всё равно водный. И мужик умный, по бороде видно.

- Эгир? – Марта заинтересованно наклонила голову. – Ты пей, пей. Не стесняйся. Очень уж хочется послушать твою историю.

Я наполнил стакан. Пригубил. Вода отдавала какими-то лекарствами. Но горло сушило нещадно, поэтому я быстро выпил и налил ещё.

- Что тут у вас за дезинфекция сплошная? – поморщился я. – В воде не пойми что, меня вот обрызгали дрянью какой-то, тряпки на носу носите.

- Это для вашей безопасности, - холодно отчеканила врач, точно давно выученный устав.

- В самом деле? – усомнился я. – Эта тряпочка на что-то способна?

- Сейчас я тебя оформлю, как полагается, потом сделаю прививку, и после этого ты будешь в безопасности. Почти.

Я нервно хохотнул.

- Прививка? Вы ко мне ещё одну руку, что ли, пришьёте, как ветку к дереву?

- Всего лишь укол, - пояснила Марта. Я введу тебе ослабленную болезнь, чтобы твой организм легче с ней справился.

- Не-не-не! – я выставил перед собой руки. – Не надо мне болезнь вводить. Я как-нибудь сам… Слушай, а без уколов никак нельзя обойтись?

Марта отрицательно помотала головой.

- Иван, - голосом строгого, но справедливого учителя начала она. – Ты ведь сам сюда пришёл. Во-первых, неизвестно, с какими патогенами ты контактировал по пути к нам. А во-вторых, здесь строгие правила. И, поверь мне, они не просто так созданы.

Я вздохнул и спросил:

- И что, я уколюсь и смогу ходить без тряпочки?

- Нет. Маску необходимо носить в пределах лагеря.

- Но мы же сейчас общаемся без неё. Ты, наверняка, уколотая. А во мне любая зараза сдохнет после выпитого на дне.

- Я уже почувствовала, - скривилась Марта. – Надеюсь, это не помешает связному рассказу. Мне же надо оформить тебя по правилам, чтобы поселить в отстойник.

- Давай как-нибудь без уколов и отстойника, - попросил я жалостливо. – Отпустите меня отсюда, пожалуйста, и подскажите дорогу к ближайшему архиву.

- Архиву? – брови врача взлетели вверх.

- Ну да. Мне Один сказал, что я там найду сведения, которые помогут мне в поисках мамы. Я, знаешь ли, маму ищу. Говорят, она ведьма, но это не важно.

- Любопытно, - задумчиво проговорила Марта. Потом её глаза закатились, как и в тот раз, когда она переключалась на русский язык. – Знаешь, Иван, - вдруг произнесла она и, к моему удивлению, подмигнула, - есть и другой путь. Без уколов и отстойника.

Я наклонился вперёд, весь обратившись в слух.

Глава 15

Самое приятное, что этот путь ничего от меня не требовал. Просто Марта велела следовать за ней и делать то, что она говорит. Я, разумеется, согласился.

Марта повесила халат на вешалку, оставшись в голубой блузке и длинной чёрной юбке. Что-то сказала киборгу. Тот охотно ответил и занял её место за столом.

- За мной, - девушка зашла за ширму.

Я последовал за ней. Стена, скрытая от посетителей врача, бесшумно отъехала в сторону, открывая взору четырёхместный диванчик. Марта села на него и приглашающе похлопала ладонью рядом. Я тоже присел. Диванчик вздрогнул, потом развернулся и заскользил по невесть откуда появившемуся за ним тоннелю.

- Куда это мы? – спросил я, провожая взглядом проносившиеся мимо нас полукольца света.

- Домой, - последовал короткий ответ.

Я пожал плечами. Уж точно не ко мне домой. У нас такого не водится. Может, в метрополитен? Может, народ здесь устроился вроде питерских двергов?

- Мы в подземку спускаемся? – на всякий случай уточнил я.

Марта лишь отрицательно покачала головой. Короче, ехали мы скучно. Смотреть было не на что, говорить моя спутница отчего-то не хотела, хотя раньше просто-таки горела желанием услышать историю о моих похождениях. В итоге я положил ноги на свободные места и задремал.

- Иван! – вдруг услышал я голос Марты и открыл глаза.

Вокруг было светло. Надо мной трепетала ветка какого-то дерева.

- Что, уже приехали? – оживился я, сел и огляделся.

Это явно была не подземка. Наш диван стоял в настоящем парке. Немного деревьев. Много аккуратно подстриженных кустов. Дорожки с желтоватым покрытием причудливо извивались, обходя деревья, кусты, прудики и крупные валуны. По дорожкам гуляли люди. Мало, и все в яркой одежде. Где-то вдалеке прошуршал велосипедист.

- Ты здесь живёшь? – я с сомнением поглядел на Марту, выглядевшую среди этой пестроты словно ворона в стае попугаев.

- Разрешите к вам присесть, молодые люди? – какой-то седоволосый сударь в фиолетовом пиджаке и с золотой цепочкой поверх голубой рубахи повернул к нам и, не дожидаясь позволения, присел на краешек дивана.

- Марта, ты не против? – спросил я, уже догадываясь, что она не только не против, но что именно к этому дядьке меня и везла. Не зря же он сразу по-русски заговорил.

Врач как-то тупо кивнула. Мол, дозволяю. Седой модник одарил меня лучезарной улыбкой, укомплектованной, насколько я успел заметить, золотом и самоцветами.

- Разрешите представиться. Меня зовут Дитер Бенедикт фон Шварцехершер, гроссе унд шрёклихе.

- Бывает, - я сочувственно покачал головой, а потом протянул руку: - А я Иван.

- Извини, рукопожатия у нас не приняты, - вздохнул седой.

- Ладно, - я убрал руку. – Со своим уголовным кодексом в чужой острог не ходят.

- Но если хочешь, можем обняться, - неожиданно предложил Дитер. – Или же давай я тебя расцелую.

- Не надо, - твёрдо отказался я. – Это будет лишним. Так с кем имею честь общаться? Если ты местный царь, то почему мы встретились здесь, а не в царских палатах?

- Ну что ты, Иван. Какой из меня царь? Я всего лишь почётный гражданин нашего Фатерлянда. А царя у нас нет. Цари – это зло, а монархия – путь в каменный век. У нас же просвещённая социократия. Здесь государство и граждане едины.

Мне стало обидно за батюшку. Но про эту самую социократию я вообще слышал впервые, а потому не стал изображать недовольства, а спросил:

- А кто же тогда у вас управляет?

- Все, - последовал ответ. – Все граждане.

- Ага, - кивнул я. – Граждане. Но почётные граждане, всё-таки, имеют больше возможностей.

- Конечно, - Дитер вновь открыл свою пещеру самоцветов. – Чем больше почёт и уважение, тем большую ответственность способен взять на себя гражданин. Разве не логично?

- Логично, - не стал спорить я. И злорадно добавил: - Я, между прочим, царевич, и своего батюшку считаю самым что ни на есть почётным гражданином. Так что у нас тоже всё хорошо.

- Не сомневаюсь.

- А что за парк? – я обвёл взглядом окрестности. – И что за царство, где я очутился?

- Это Фатерлянд, - ответил Дитер. – А парк – это парк. Здесь отдыхают.

- И никто не ходит в масках, - заметил я. – Что не может не радовать.

- Маски для тех, кто не может быть гражданином. Ты можешь.

- Спасибо, - ухмыльнулся я. – Но у меня на всякий случай своя масочка есть.

С этими словами я активировал костюм, хрюкнул в дыхательную трубку и снова освободил органы дыхания.

- Браво, - Дитер обозначил аплодисменты. – Кто тебя одарил таким замечательным костюмом? Неужели Эгир расщедрился? Или асы где-то откопали?

Очень интересно. Он уже откуда-то знает, что я побывал на морском дне и в Асгарде. Подслушивал, что ли?

- Не, - я помотал головой. – Эгир вообще хотел из меня рыбку с хвостиком сделать. И на дочке женить. А у меня, между прочим, жена уже есть.

- Жена – это хорошо, - Дитер одобрительно кивнул. – Но почему только одна? Почему бы не завести ещё несколько жён, да ещё и мужа в придачу. Ты же молодой человек, Иван!

- Чего?! – возмущённо воскликнул я. – Я, может, и молодой. Но все эти предложения идут вразрез с моими убеждениями. Ещё немного, и я подумаю, что ты вовсе не почётный, а самый что ни на есть провокатор!

- Извини, - Дитер лукаво улыбнулся. – Я вовсе не посягаю на твои убеждения. Но рассказать об открывающихся возможностях обязан. Так значит, костюм от асов?

- Не от асов. И не от двергов. Хотя, коротышки, пожалуй, могли бы подобный изготовить. Они такие штуки творят – ни в жизнь не поверишь.

- Отчего же. Поверю. О чём-то слышал. Что-то и сам видел.

Он говорил это с таким самодовольным видом, что мне захотелось его уесть.

- А мёд поэзии пробовать доводилось? Лично я пил. Правда, после этого пришлось срочно покинуть Асгард. Всё равно надо было оттуда сваливать, но получилось внезапно.

По лицу собеседника пронеслась целая гамма чувств.

- Ну, и как он на вкус? – спросил Дитер, совладав с эмоциями.

- Откровенно говоря, не понял. Труд, дочка Тора, замешала такой коктейль, что разобрать, где там мёд, и какие-такие ароматы дыма и тёмного шоколада с нюансами засахаренного ментола, уже было невозможно. А потом меня, извините, понесло. Правда, асы сами просили то ли оду, то ли сагу. Вот я и рассказал. Всю правду. После этого пришлось катапультироваться.

- Что же это за правда такая страшная? – округлил глаза мой собеседник.

Я посмотрел по сторонам и, убедившись, что кроме Марты нас никто не слышит, громким шёпотом сообщил:

- Один боится котят!

Дитер уставился на меня, как на умалишённого.

- Котят? – удивлённо переспросил он.

- Что я, врать буду, что ли? Он так напрягся при виде моего котёнка Че, что я начал даже за старика беспокоиться.

- Любопытно, - пробормотал седой. – Значит, и у Одина есть свой криптонит.

- Никакого криптонита не видел, - я пожал плечами. – А вот кофе, вроде, неплохой. И он, между прочим, не жадничал, а сразу всех угостил. А здесь мне даже воду дали какую-то неправильную, - я выжидательно посмотрел на Дитера.

- Хочешь кофе? – спустя тягостную минуту раздумий догадался он.

- Пусть будет хотя бы кофе, - вздохнул я.

То ли этот почётный гражданин туповат, то ли жаден, то ли у них, в этом Фатерлянде, просто не принято угощать гостей. Я решил, что мне здесь пока не слишком нравится.

Глава 16

Впрочем, я всё-таки своего добился. Рядом с нами, радостно протрезвонив, остановился велосипедист в малиновой одежде и из малинового короба за спиной извлёк коробку. В несколько движений он превратил её в маленький то ли столик, то ли поднос и подал нам, натянуто улыбаясь.

- Данке, - кивнул Дитер, ставя поднос между нами.

Видимо, имя такое у велосипедиста. Вроде нашего Даньки. То есть, Данилы.

Велосипедист тут же уехал, а мой собеседник щёлкнул по краю столика. Верхняя часть его словно растворилась в воздухе, а под ней обнаружились два стаканчика с молочной пеной, но не пластиковые, как у Хель, а из какого-то мягкого на вид и на ощупь материала. Ещё на подносе лежали два кругляша. То ли сухарики, то ли печенье. Да уж, экономно.

- Спасибо, - поблагодарил я, приподняв свой стакан. – Интересно, откуда этот Данька догадался, что нам нужен кофе?

- Обычная доставка, - пожал плечами Дитер.

Я наморщил лоб. Вроде, при мне он ничего не заказывал. Хотя, может, он сделал это заранее?

Решив не гадать, я отхлебнул из стаканчика. Кофе, скрывавшийся под густой шапкой молочной пены, был приятным на вкус, но и только. А кругляш оказался сухим печеньем. Такие, кажется, называют галетами.

- И всё-таки, Иван, - заговорил Дитер, сделав скупой глоток, - ты ведь не просто так покинул Асгард? Ты сказал, что тебе всё равно надо было оттуда сваливать. Это ведь значит уходить, покидать. Так? Значит, у тебя на земле есть какая-то цель?

- Да, конечно, - проглотив галету, откликнулся я. – Один намекнул мне, что где-то здесь есть архив. В нём должны быть сведения о разных волшебных штуках и прочих немереных святынях.

- Стало быть, ты искатель древних сокровищ?

- Нет, ты что, - отмахнулся я.- Сами по себе эти штуки меня не интересуют. Разве что самую малость.

- Тогда зачем тебе архив? – Дитер сделал очередной скупой глоточек и внимательно поглядел на меня.

Я вздохнул и пояснил:

- Я маму ищу. Она исчезла, когда я ещё совсем мелким был. Последнее, что мне удалось узнать, это то, что её отправили в Туманный Альбион, искать какую-то святыню немереную.

Я допил кофе. Подумал, будет ли приличным вылизывать молочную пену. Счёл это неуместным и принялся взглядом искать урну. Что-то мне подсказывало, что просто бросать пустой стаканчик на пол, как это делала Хель, не стоит.

- Ну, и как? – поинтересовался Дитер. – Нашёл архив?

- Нашёл, да не тот, - я поджал губы. - На дне, у Эгира, есть библиотека, в которой кроме книжек ещё какие-то куриные коды. Каждый на отдельной карточке, а карточек этих там видимо-невидимо. Но что именно на этих карточках – никто не знает. Даже дочка Эгира, за которую я долен был… Простите, на которой меня хотели женить. Хоть она и говорит, что там очень важная информация. Только чтобы её получить нужен какой-то мощный компьютер.

Мой седовласый собеседник смял стаканчик, и тот, тут же превратившись в облачко серого дыма, растворился в воздухе. Я хмыкнул и проделал тот же фокус со своей тарой.

- Никаких отходов, - вновь продемонстрировал пещеру самоцветов Дитер. – Никакого мусора. – И, подняв палец, весомо добавил: - Э-ко-ло-ги-я! О ней надо думать!

- И что, это кому-то поможет? – усомнился я. – И вообще, мы в нашем царстве разбогатели именно на свалках мусора из Верхнего мира.

- Знаешь, Иван, - Дитер встал и, поправив свой модный пиджак, посмотрел на меня с прищуром, - а я, пожалуй, смогу тебе помочь. Ты ведь догадался прихватить с собой хотя бы одну карточку?

Я расплылся в улыбке. Всё-таки, не зря старина Локи посоветовал мне забрать один квадратик из ящика. Кстати, почему этот паучок молчит? Уж не придавил ли я его ненароком, пока летел со дна?

Выцарапав из рукава заветный клочок не рвущейся и не гнущейся бумаги, я продемонстрировал его Дитеру. Он внимательно посмотрел на куриный код. Вид был такой, будто мой собеседник читает книгу, напечатанную мелким и непривычным шрифтом.

- Любопытно, - под нос пробормотал Дитер. – Так там, говоришь, много подобных карточек?

- Я их не считал, - честно признался я. – Видел только один ящик. Он ими под завязку забит. А этих ящиков там под сотню наберётся. А что там? Что-то важное?

- Да не особо, - Дитер так беспечно отмахнулся, что я понял – врёт. Его почему-то очень заинтересовала моя бумажка. Причём, он прочитал информацию без помощи этого самого хитрого компьютера.

- Ну, тогда я её, пожалуй, уберу, - я засунул квадратик обратно в рукав под беспокойным взглядом собеседника. – Выбросил бы за ненадобностью, да мусорить не хочу. Надо же думать об экологии.

- Говоришь как настоящий гражданин. Но если бы ты попросту отдал карточку мне, я бы о ней позаботился.

- Не хочу утруждать, - усмехнулся я и повернулся к Марте, которая за время нашего разговора не только ни разу не подала голос, но даже не пошевелилась. – Похоже, мы здесь закончили. Поехали обратно.

- Зачем же? – удивился Дитер.

- Зачем же? – в тон ему произнесла Марта. – Ты ведь не простой беженец. Мы предоставим тебе временный статус почётного гостя Фатерлянда с последующей возможностью стать гражданином.

Я поскрёб макушку.

- В принципе, если мне не надо будет делать укол, то я согласен. Но где мне тут жить? Или вы сразу покажете мне тот компьютер?

- Какой компьютер? – не поняла Марта, словно и не слышала нашей беседы.

- Иван, эти карточки бесполезны, - принялся убеждать меня Дитер. – Это я тебе и без всякого компьютера могу сказать.

- Я тоже много чего могу наговорить, - буркнул я. – Но я же вижу, что карточка тебя заинтересовала. Хватит водить меня за нос! Либо объясняйте, что за информация на ней, либо я ухожу.

- Куда? – Марта удивлённо захлопала ресницами.

- Так просто ты отсюда не выйдешь, - скривился Дитер. – Фатерлянд защищён.

- Тогда для начала объясните мне, что такое этот ваш Фатерлянд! - вспылил я. – А то про себя я всё рассказываю без утайки, но об этом мире мне ничего не известно. Сначала подумал, что под землю спускаемся. Но я же вижу небо! – я указал наверх, где над деревьями распростёрлась лазурь.

- Справедливое замечание! – воскликнул Дитер и снова присел на диван. – Наш Фатерлянд – это спрятанное от посторонних сокровище. Оно вовсе не под землёй. Что мы, шахтёры, что ли? Мы – свободная нация свободных людей. Но о безопасности нашей свободы нужно заботиться. Поэтому я не расскажу, где и как спрятан Фатерлянд.

- Нация, - повторил я. – Насколько я знаю, это слово относится к единому народу.

- Мы и есть единый народ, - с гордостью кивнул Дитер.

- А как же Бату, Серхат и этот, как его… Балабан?

- Кто это? – нахмурился мой собеседник, но ему на помощь пришла Марта:

- Они не заслужили права называться гражданами. Слишком ленивы. Даже язык не хотят нормально выучить.

- Простите, граждане немчики, - я усмехнулся и перевёл взгляд с Дитера на врача. – Что-то мне подсказывает, что и вы изучению русского языка не уделяли много времени. Однако шпрехаете бегло.

- А что тебя удивляет? – изогнул бровь седовласый модник.

- Да уже ничего, - пожал плечами я. – Асы, вон, тоже резво на него перешли. Ещё какого-то Гугла поминали.

Дитер кивнул, будто я подтвердил его предположения. Мои собеседники умолкли, и мне отчего-то показалось, что между ними состоялся беззвучный разговор.

- Я вижу, ты крепкий орешек, Иван! Тебя не проведёшь, - Дитер состроил серьёзную физиономию и продолжил: - Действительно, эти карточки представляют определённый интерес для Фатерлянда. И если ты поможешь добыть весь архив Эгира, мы поможем тебе добраться до того архива, что нужен тебе.

- Вы что, предлагаете мне вернуться? – воскликнул я. – Ни за что! Из меня там хотели рыбку с хвостиком сделать! Причём, женатую!

- Не волнуйся. С тобой отправится группа боевых пловцов. Они и архив эвакуируют, и тебя прикроют.

- А можно наоборот? – попросил я, имея в виду, что лучше бы сначала эвакуировали меня, а потом уже делали с архивом всё, что угодно. Но собеседник понял меня превратно.

- Ты сам хочешь прикрывать пловцов, пока они сделают дело? – удивился Дитер. – Я не сомневаюсь в твоих способностях, Иван, но не слишком ли это самонадеянно?

Я слегка опешил от его хода мыслей, почесал макушку и спросил:

- А не могут эти ваши пловцы сплавать без меня?

- Мы не сможем обнаружить логово Эгира, - развёл руками Дитер. – Оно защищено не хуже Фатерлянда.

Я задумался.

- А с чего ты решил, что я сам смогу найти туда дорогу?

- Если всё так, как ты рассказал, Эгир сразу узнает, что ты вернулся в море, - улыбнулся Дитер. – И за тобой вышлет эскорт. Мы же будем отслеживать твоё местонахождение.

Я покивал. План мне совсем не нравился. Что стоило этим боевым пловцам бросить меня, выполнив своё задание?

- То есть, вы хотите использовать меня в качестве наживки, - произнёс я, взвешивая все за и против. – Что ж. Я согласен. Но у меня есть два условия.

Марта нахмурилась и хотела возразить, но Дитер подал знак, что готов меня выслушать.

- Сначала вы доставите меня в нужный мне архив. Потому как, чует моё сердце, от Эгира мне во второй раз так просто не сбежать. К тому же, ваши пловцы будут очень заняты, доставая стеллажи из дворца. Как бы про меня попросту не забыли.

Дитер правильно истолковал мои сомнения и согласно кивнул.

- Хорошо. Я обеспечу поиски нужного архива, и в ближайшее время тебя туда доставят. Каково второе условие?

- Вы рассказываете мне, что на этих карточках. Я хочу знать, из-за чего рискую собственными ногами. А то все это «принеси то, муаровое в крапинку в маренговой тарелке» и «отдай то, чего тебе подарят на следующие восемь дней рожденья» - просто подстава какая-то!

Глава 17

С заметной неохотой Дитер кивнул Марте, и та рассказала мне вещи, о которых я уже подозревал. Действительно, во многих жителей современной Европы, включая граждан Фатерлянда и асов, встроены пипки. Это очень удобно, и умение переключаться на другие языки – лишь одна из доступных возможностей. В случае с гражданами Фатерлянда наличие встроенного устройства гарантирует его добропорядочность, поскольку о нарушении закона сразу узнают компетентные органы. Это всё благодаря тому, что каждое устройство обладает уникальным кодом, идентификатором, по которому его можно отследить.

Именно эти коды и хранятся в архиве Эгира. Но принадлежат они не гражданам Фатерлянда, а разным другим личностям, среди которых есть и потенциально опасные для Фатерлянда. Потому было бы очень полезно их идентифицировать и периодически отслеживать.

Потом Дитер спросил меня, не изъявлю ли и я желания стать гражданином и обзавестись собственным устройством. Меня откровенно пугала перспектива внедрения в голову пипки, даже с учётом всех новых возможностей. И вообще, что-то меня в последнее время все так и норовили переделать.

- Нет, спасибо, - стараясь не показывать страха, отказался я. – Мне всё равно придётся вас покинуть. Так что гражданин из меня получится не очень.

- Хорошо, - не стал спорить Дитер. – У тебя своя дорога.

- Ага, - с невольным облегчением кивнул я. – Кстати, насчёт моего архива. Предположительно, он находится в музее Андерсена, в Датском королевстве.

- А, в Датском! – заулыбался Дитер. – Это облегчает дело. Марта, проводи Ивана в гостиницу, пока я организую транспорт и группу. Это не займёт много времени. Поэтому эконом-вариант. До встречи, Иван, - с этими словами он встал и собирался уйти, но вдруг снова повернулся ко мне: - В качестве закрепления нашей сделки прошу отдать карточку. Для полноты архива.

Я принялся выцарапывать её из рукава. Вдруг боль пронзила моё ухо, и я отчаянно дёрнулся.

- Что случилось? – напрягся Дитер.

- Ухо стреляет. Видимо, надуло, пока летел, - пояснил я, провернув мизинец в ухе. – Карточка куда-то внутрь рукава провалилась. Буду в гостинице, вытащу. Потом отдам.

Дитер не возражал. Он кивнул на прощанье и пошёл прочь по дорожке, оставив меня гадать, что же так не понравилось притаившемуся в моём ухе Локи. Впрочем, спросить его об этом я мог, лишь оставшись в одиночестве.

- В гостиницу на диване поедем, или пешком пойдём? – спросил я.

Марта вежливо улыбнулась, давая понять, что оценила шутку. Встала. Я последовал её примеру. Мы дошли до края высоких кустов с какими-то блестящими и круглыми, как монетки, листьями. И тут я ошарашенно уставился на трёхэтажное каменное строение, выкрашенное в розовый цвет. Миленький такой домик, с цветастыми шторками на больших окнах.

- Откуда он здесь взялся? – удивлённо спросил я. – От нашего дивана никаких домов видно не было!

Я обернулся туда, откуда мы пришли. Но дивана на привычном месте тоже не оказалось.

- Здесь всё не совсем так, как может показаться, - Марта улыбнулась краешком рта.

- Да уж. Тут так просто по парку не погуляешь.

Мы зашли в здание. На гостиницу оно вовсе не походило. По крайней мере, администратора, ни живого, ни электронного, не наблюдалось. Марта просто провела меня на второй этаж и распахнула одну из дверей. Почему она выбрала именно её, я так и не понял.

Комната оказалась пустой, и я замер на пороге.

- Что тебе понадобится? – спросила Марта. – Кровать, наверно, не нужна. Не думаю, чтобы ожидание продлилось сколь-нибудь долго. Стула и стола будет достаточно?

- Кресло-качалку, - пожелал я, почему-то вспомнив Одина.

Марта кивнула, и перед окошком материализовалось кресло из каких-то переплетённых деревянных трубочек. Я подошёл и осторожно сел. Оно закачалось. Я расплылся в улыбке.

- Приятного ожидания, - пожелала врач и закрыла за собой дверь.

Я ещё немного покачался, а потом позвал:

- Эй, Локи! Ты где там?

Молчание.

Я пошуровал пальцем в одном ухе, потом в другом. Никакой реакции. Что ж. Кажется, и в самом деле надуло.

Я вытащил из рукава карточку и, продолжая раскачиваться в кресле, принялся рассматривать дурацкий рисунок. И как, интересно, в нём можно хранить информацию? Дитер-то, видимо, благодаря встроенной пипке смог её прочитать. Значит, местным модификантам и компьютеры никакие не нужны. Они сами себе компьютеры. Интересно, а если ему башку оттяпать, можно её будет использовать в качестве компьютера?

В моём ухе легонько, даже как-то интимно, защекотало.

- Фу, успел, - услышал я в голове долгожданный голос.

- И где же ты шлялся, паучья душонка? – я влил в этот вопрос всё возмущение, которое копилось во мне в течение моего путешествия с загубником во рту. Но на самом деле я ощутил громадное облегчение, узнав, что не один.

- Осмотрел этот загадочный Фатерлянд, не к ночи будь помянут.

- Как? – удивился я. – Разве он для вас, асов, представляет загадку?

- Сколько раз тебе повторять – не ас я! – почему-то возмутился Локи. – А Фатерлянд этот находится за пределами Скандинавского полуострова. До нас о нём доходила лишь разрозненная информация. И то, что сегодня узнал я, имеет огромную ценность.

- Надеюсь, ты не собираешься меня тут бросить, чтобы поделиться сведениями с Одином? – напрягся я.

- Не дрейфь. Сейчас ты представляешь ещё большую ценность.

- Та-ак, - протянул я. – С этого момента поподробнее.

- Всё дело в QR-кодах, - как-то очень ожидаемо сообщил Локи. – Что они тебе про это рассказали?

- Что это и-ден-то-фи-ка-то-ры (ну и словечко!) встроенных пипок. То есть, встроенных индивидуальных устройств. Я так понял, в асах такие же стоят. И что эти карточки нужны, чтобы отследить и вычислить их обладателей. Это нужно, вроде как, для безопасности Фатерлянда. Но ты и сам должен был всё слышать!

- Я отлучался, - заявил мой внутренний голос. Потом он то ли хмыкнул, то ли хрюкнул и сообщил: - Вообще-то, это только часть правды. На самом деле, эти коды представляют большую опасность именно для носителей устройства.

- С чего бы? – усомнился я. – Если они, носители эти, не будут лезть в Фатерлянд, то и местные им ничего не сделают.

- Сделают. Ещё как сделают. Сам по себе QR-код бесполезен. Он является ключом. А дверь – это суперкомпьютер. И он находится здесь.

- Погоди, - я наморщил лоб. – А разве все местные граждане не носят в себе эти компьютеры?

- Зришь в корень, - усмехнулся Локи. – Только эти компьютеры – лишь вассалы. А все так называемые граждане – рабы. Они, конечно, живут здесь вполне богато и привольно. Но у встроенных устройств есть функция удалённого доступа. Стоит суперкомпьютеру подать команду, и гражданин перейдёт под его полный контроль. А если они здесь получат доступ к другим устройствам, то в рабы могут попасть совершенно неожиданные личности. Возможно, среди них есть и асы. Кто знает, чьи идентификаторы спрятаны у Эгира. Представляешь, что будет, если Фатерлянд возьмёт под контроль, к примеру, Тора?

Я почесал макушку.

- Да ну, что-то не верится, что с помощью такой вот бумажки можно кого-то поработить. Впрочем, тебе я доверяю больше, чем Дитеру. А кто, кстати, на карточке, которую мы стащили? Неужели кто-то из асов?

- Нет. Это точно не ас. Но у меня нет таких возможностей, как у их суперкомпьютера. И к местной сети доступа тоже нет.

- То есть, я могу спокойно отдать её Дитеру?

- Может и не очень спокойно. Но если требует, отдай. На чём вы с ним сговорились?

- Сначала мы отправимся в музей Андерсена. Нужный мне архив там, ведь так?

- Допустим. Допустим, что с твоим архивом проблем не возникнет. Что дальше?

- Дальше я отправляюсь в море, - я вздохнул. – Эгир тут же высылает мне навстречу своих русалов, и меня возвращают в загребущие ручонки Кирстен. И пока из меня делают рыбку с хвостиком, боевые пловцы Дитера выносят картотеку. Потом они, согласно уговору, должны вытащить и меня. Но что-то мне подсказывает, что с этим могут возникнуть проблемы.

- Тогда почему ты согласился?

Я снова вздохнул.

- А какой у меня выбор?

- Богатый и разнообразный, - буркнул Локи. – Правда, заныривать придётся при любом раскладе. Стоп! Теперь молчок! Кто-то сюда идёт!

И действительно, дверь распахнулась, и на пороге возник Дитер. Я встал с кресла-качалки и сделал шаг ему навстречу.

- Ну, что? Едем в мой архив?

Он распахнул свои объятия и осветил меня самоцветной улыбкой.

Глава 18

Я шёл по огромному залу, сплошь заставленному стеллажами, набитыми книгами. Гораздо большему, нежели библиотека во дворце Эгира. Каких только книжек тут не было! И толстенные фолианты в обложке из кожи, атласной ткани, золота и других блестящих металлов, и скромные, но чрезвычайно серьёзного вида томики поменьше, и совсем уж карманные книжонки, обещающие сухо, но по делу, выдать требуемую информацию в любом месте и в любое время. Были тоненькие брошюры, заявляющие о регулярности своего издания, а ещё буклетики, состоявшие сплошь из одних картинок.

- Что ищете, молодой человек? – спросил меня благообразный старик с длинной бородой и седыми волосами, убранными в хвост. То ли библиотекарь, то ли архивариус. В архиве ведь архивариус должен быть?

- Меня интересуют артефакты и святыни Туманного Альбиона. Но без помощи, боюсь, я застряну здесь на месяцы, если не на годы, - с благоговением и содроганием в голосе ответил я.

- С удовольствием помогу, - старик нацепил на нос очки в золотистой оправе. Его глаза сквозь линзы показались мне рыбьими. – Туманный Альбион, значит, - он подошёл к ближайшему стеллажу и провёл пальцем по корешку толстой книги в переплёте из чёрной кожи с золотистыми буквами. – Король Артур, Дева из озера…

- Щука, что ли? – хохотнул я, вызвав недовольный взгляд смотрителя.

- Не щука и не сазан, - проворчал старик. – И к рыбалке это не имеет никакого отношения. Рыбалка в другом отделе. Вместе с охотой и разведением карликовых пород домашнего скота в условиях фермы на балконе. Если надо, отведу.

- Нет, спасибо, - смутился я. – Мне бы святыню немереную из самого что ни на есть Туманного Альбиона. И чем немеренней, тем лучше.

- Ну, если немереную, - архивариус пошамкал губами и перевёл палец на следующую книгу. – Тогда это может быть только он. Экскалибур. Меч короля Артура.

Книга сама прыгнула к нему в руки и зашелестела страницами, раскрываясь. И прямо из книги, пламенея и чуть дрожа, появился сначала кончик меча, затем середина, широкая крестовина с красным камнем по центру, а потом показалась изящная ладонь, державшая рукоять. Больше наружу ничего не полезло, и я издал разочарованный вздох.

- Что-то не так? – спросил архивариус.

- Я почему-то надеялся, что меч моя мама держит, - признался я. – Имеет право, если её послали именно за ним. Но вот с другой стороны, зачем ей какой-то меч? Это ж просто железяка, пусть и красивая.

- Ну, не за трубкой же Шерлока Холмса её посылали! – возмутился старик. – Есть святыни, а есть просто музейные экспонаты. Надо понимать разницу!

- Хорошо-хорошо, - сдался я. - Меч так меч. Знающему человеку виднее. В конце концов, я же сам попросил о помощи. И где же его искать? В каком озере?

Книга замигала в руках архивариуса, засветилась, а потом вдруг прыгнула ко мне. Я инстинктивно поймал её, хоть у меня и были опасения, что обожгусь. Но загадку «светит, но не греет» придумывали, в том числе, и про неё. Вновь зашелестели страницы, и в мою голову проникли странные названия. Пендрагон, Лондон, Корнуолл, Ноттингем, Чешир, Гластонбери.

- Всё это прекрасно, - проговорил я, когда информация высыпалась в кучку где-то в уголке памяти и приняла форму стога сена. – А искать-то где? Чем мне помогут эти названия?

- Этого я не знаю, - проворчал старик и бесцеремонно отобрал у меня книгу. – Ищите и найдёте, просите и дано будет. Алягер но пасаран. С этими святынями иначе не бывает, се ля ви. - И с глухим стуком он убрал фолиант на место.

Спорить я не стал. Это верно, кто ищет, тот всегда найдёт. По крайней мере, когда я искал приключений на свои ягодицы, то всегда находил. Но чаще они находили меня сами. А по поводу просьб... Ну, попросил я помощи. И что получил? Набор географических названий. Или имён?

- Ещё что-нибудь? – с неприязнью спросил архивариус, и я как-то сразу понял, что отвлекать серьёзного человека по пустякам не стоит.

- Спасибо за помощь, - неуверенно поблагодарил я.

- Такая служба, - коротко кивнул старик и исчез. Из-за книжных полок донеслось фальшивое пение:

Наша служба безопасна и скучна

И без лупы абсолютно не видна

Если кто-то кое-где у нас порой

Вдруг в читальном зале

Нарушает тишину и мой покой

Значит с ними нам вести незримый бой

Служба дни и ночи.

Ощущая себя одураченным, я почесал макушку. Потом приблизился к стеллажу с книгами и попытался прочитать названия на корках. Буквы казались знакомыми, но складываться в слова наотрез отказывались. Я протянул руку к книге, которую, насколько мне помнилось, показывал архивариус. Потянул её на себя. Но вдруг ощутил сопротивление.

- Извините за неудобства, - раздался раздражённый голос старика. Таким обычно не прощенья просят, а огульно охаивают. – Мы закрываемся на переоценку ценностей.

От удивления я сел в кресло-качалку.

- Ну, как поездка в архив? – спросил меня Дитер. – Удачно?

- Отчасти, - промолвил я, не сразу осознав, где нахожусь.

- Как видишь, Иван, я выполнил свою часть сделки. Теперь дело за тобой.

Я медленно кивнул. С одной стороны, с фактом посещения мною то ли архива, то ли библиотеки я поспорить не мог. Но некоторые вещи смущали меня не меньше, чем отсутствие результата.

- А на чём и с кем я путешествовал в архив? – уточнил я, поскольку дорога вообще никак не отпечаталась в моей памяти.

- У нас свои секреты, - уклонился от ответа Дитер. – Безопасность Фатерлянда, сам понимаешь, превыше всего. Как архив, впечатлил?

Я тупо кивнул. Действительно, размеры и количество книг завораживало, ужасало и вызывало трепет. Но чувство, что меня оставили в дураках, никак не проходило.

- Тогда идём. Боевые пловцы уже готовы. И вот ещё что, - он протянул руку. – Карточку отдай.

Я вручил ему бумажный квадратик. Ладно, хрен с ним. Локи разрешил.

- Теперь слушай меня внимательно, - Дитер сел напротив меня на невесть откуда появившийся стул. – Сейчас тебя отвезут к морю. Там ты погрузишься и будешь двигаться в северном направлении. Через какое-то время тебя найдут подводные жители.

- Интересно знать, через какое, - проворчал я. – На дне, между прочим, темно и грустно.

Щека Дитера раздражённо дёрнулась.

- Не перебивай меня, Иван. Найдут тебя быстро. И к Эгиру доставят тоже быстро. И тот, разумеется, сразу спросит тебя, где ты пропадал. И что ты ему ответишь?

- Скажу, что заблудился на пиратском галеоне и, случайно выстрелив собой из пушки, оказался в милом месте под названием Фатерлянд.

- Ни слова о Фатерлянде! – Дитер страшно округлил глаза. – Лучше вообще не говори, что выбирался на сушу. Иначе он заподозрит, что ты пытался сбежать.

- Ну, а почему он тогда до моего очередного погружения не мог меня найти?

- Тоже верно, - Дитер поджал губы, задумался. – Ну, скажи тогда, что на необитаемый остров выскочил. Там была река – попил воды.Уснул на травке. А поспав, решил вернуться. И вообще, тяни время как можно дольше.

- А что мне ещё остаётся делать? – я пожал плечами. – А как, интересно, твои пловцы собираются меня вытаскивать?

- Да не беспокойся, - легкомысленно отмахнулся Дитер. – Они своё дело знают.

- Потому и волнуюсь, - вздохнул я. – Как бы они за своим делом про меня не забыли.

Глава 19

На этот раз обошлось без секретов и провалов в памяти. Меня посадили в древнюю грузовую телегу под тент, где уже сидели восемь человек в чёрной одежде. Семь мужиков и одна девица, которая, впрочем, статями не уступала коллегам. Общались они на немецком короткими фразами, так что я ничего не понимал.

Телега заехала в тёмный тоннель, по которому плавно и быстро переместилась не лесную дорогу. А вот по этой дороге мы тряслись около часа, в конце концов достигнув моря. Мои спутники быстро поставили палатку, где разложили неизвестную мне аппаратуру. Меня же один из мужиков, лет на десять старше меня, лысый, с выцветшими серыми глазами, проводил до берега.

- Гоен, - сказал он, указав на кромку моря. Потом дружески похлопал по плечу и добродушно добавил: - Филь глюк.

- Сам ты глюк, - буркнул я себе под нос и побрёл в воду.

- Да уж, глюков ты словил изрядно, - фыркнул в моём ухе Локи, когда я удалился на пяток шагов.

- В смысле? – не понял я.

- Что, по-твоему, происходило после нашего последнего разговора?

- Как это, что? Пришёл Дитер. А потом меня доставили в библиотеку, которая архив и музей Андерсена. Там местный архивариус мне книжку с железякой короля Артура показал, а книжка посоветовала посетить несколько мест. В общем, я запутался, библиотека закрылась, а меня вернули назад.

- А как по мне, так вы просто посидели в комнате минут десять-пятнадцать, а потом ты засобирался в дорогу.

Я остановился по колено в воде.

- Это что же, было видение? Получается, меня обманули? Если Дитер не выполнил свою часть договора, значит и я могу отказаться?

- Да в этом Фатерлянде вообще всё построено на обмане и иллюзиях, - Локи издал звук, словно цыкнул зубом. Хотя, какие у паука могут быть зубы? – Но отказаться прямо сейчас ты не сможешь. Не зря же с тобой эти поехали. Так что лучше продолжай идти и не подавай виду, что что-то заподозрил.

- А как Дитер мне смог такую живую иллюзию подкинуть? – я продолжил свой заход в море, пусть и медленнее, чем в начале. – Библиотека была просто потрясающая! Да и дедок тамошний ну очень живой.

- Детские игрушки, - фыркнул Локи. – Я тоже такими штуками часто балуюсь. Почти всегда работает. И на тебе, кстати, тоже.

- Ну-ка, ну-ка. И когда же это ты меня дурачил? – потребовал ответа я, вновь остановившись.

- Не сейчас, Иван. Иди уже, ныряй. Личные претензии оставим на потом.

- Вас хат гемахт? – окликнул меня пловец, провожавший к берегу.

- Нас ни разу не гемахт, - обернулся я. – Просто водичка холодновата.

Я поплескал ладонями по поверхности. В самом деле, если бы не мой костюм, я бы уже замёрз. Интересно, а какие гидрокостюмы у этих боевых пловцов? Эх, надо было у Дитера спросить. Хотя он мог бы наврал. Или сослался на безопасность Фатерлянда. Вообще, кто его выбрал почётным гражданином? Жадина, врун, да ещё и вкуса нет!

Я сделал ещё несколько шагов, а потом вдруг ухнул в глубину. Маска сработала автоматически, так что нахлебаться я не успел. Почувствовал на лодыжке чью-то твёрдую хватку, а в следующее мгновение меня потащило ногами вперёд, словно я внезапно попал в бурное течение. Хорошо хоть не било о камни и коряги. Спустя пару минут мне даже начало нравиться. Вот если бы ещё перевернуться головой вперёд, а то ж совсем не видно, куда и кто меня тащит. Правда, не факт, что в этом мраке я смог бы хоть что-нибудь разглядеть.

Всё-таки на очередном повороте меня приложило плечом обо что-то твёрдое. Я зашипел в загубник, и движение вдруг замедлилось, а потом и вовсе прекратилось.

Я придал себе вертикальное положение. При скудном свете, едва-едва пробивающемся сквозь толщу воды, я увидел знакомый силуэт с чуть шевелящимся шикарным рыбьим хвостом.

- Предатель! – пискнула Кирстен, умудрившись сверкнуть глазами.

Это она, что ли, меня так тащила? Ну и силища, оказывается, у этой хрупкой барышни!

- Бойся, бойся, предатель! Море – мой дом! Здесь я могу сделать с тобой всё, что пожелаю! – заявила русалка. А я вспомнил о даре Эгира, благодаря которому мог общаться с ней, не раскрывая рта.

- Ставридка моя, не серчай! – предпринял я попытку мозгового не штурма, но защиты. – Я ни в чём не виноват! Мы с мужиками вчера так славно сидели. А потом всё закончилось, и пришлось бежать… плыть за добавкой. А поскольку кабаков у вас я не встречал, да и лавок торговых тоже, парни решили заглянуть на пиратский галеон. Вроде, там что-то ещё оставалось. Но внутри было так темно, что я почти сразу заблудился. Устал искать Леандра и остальных и прилёг отдохнуть в какую-то штуку. А она возьми, да и выстрели. Вот я и улетел. Но ведь вернулся же!

В смутно различимом взгляде русалки мне померещилось ехидство и ещё что-то, чего я опознать не смог.

- Ладно, алкаш. Папа с тобой поговорит, - она решительно взяла меня за руку и поплыла так, чтобы я не чувствовал себя консервной банкой, привязанной к велосипеду.

Почему-то только сейчас осознал, насколько счастлив в браке с Василисой. Пусть у нас и нет тесных взаимоотношений, зато она не пилит меня за гулянки с мужиками и не обзывает предателем по поводу и без. А здесь я ещё и мужем-то стать не успел, а уже огребаю по полной. Нет уж. И ноги жалко, и у невесты характер не сахар, и Эгир не гарантировал наследных прав. Зачем мне всё это?

Вдруг Кирстен остановилась. Отпустила мою руку и, надув губки, произнесла:

- Ты меня не любишь.

Я застыл, не зная, как реагировать на сей приступ просветления. С одной, стороны, ура, наконец-то! Но ведь с другой, кто знает, чем это всё может для меня закончиться? Да ещё эта дурацкая эпопея с архивом. Впрочем, на кой он мне сдался, если Дитер меня всё равно обманул.

- Видишь ли, мой карпик, в любви всё не так просто, - решил я всё-таки подсластить пилюлю долгожданного расставания. Если, конечно, оно состоится. На что я искренне надеялся. – Я тебе уже много раз говорил, что мы слишком разные. Я просто не приспособлен к жизни в море, хотя мой костюм и сильно мне помогает. Мне тяжело постоянно находиться в этом мраке. Если я поживу тут недельку, то попросту психану и расшибу себе голову о какой-нибудь камень. Про пресную воду и говорить нечего. Даже если вы внедрите мне эти ваши жабры, я всё равно не смогу без неё обойтись. Ну, привык я пить, а не фильтровать! А ещё, уж прости меня за прямоту, но характер у тебя совсем не такой, какой должен быть у добропорядочной супруги царевича. Да, ты красива и молода. И хвост у тебя шикарный. Но готов поспорить, что готовить ты не умеешь. И вряд ли будешь с нетерпением ждать, когда я вернусь домой после совершения очередного героического подвига. Скорее всего, ты меня и не отпустишь ни на какие подвиги. А я царевич. Мне по статусу положено совершать подвиги, пока я не вступлю в наследные права. Кстати, по поводу наследных прав тут тоже всё неоднозначно. Не то чтобы я в морские цари рвался, но всё же.

Я старательно нёс эту ахинею, благо глотку напрягать не требовалось, а мысли текли ровным незамутнённым потоком. На лице русалки трудно было различить какие-то эмоции, но по движению хвоста было заметно, что она не слишком злится.

- Эгоист! – выдала она, когда поток моих мыслей иссяк. – Только о себе и о себе! И ни словечка о любви! А Леандр мне вчера целое сти-хо-сво-тво, - она запуталась в слогах и попыталась наморщить лобик.

- Оду, - подсказал я. Молодец, русал. Быстро сработал. И когда только успел?

- Точно. Оду прочитал. И жизнь, и слеза, и любовь! – с чувством пропищала Кирстен.

- Вот! – не удержался я и всё-таки промычал в загубник. – Достойный кандидат на твою руку и жабры! Не то что я, чёрствый примат!

Русалка издала странный звук. То ли вздох, то ли скрип. Потом решительно схватила меня за руку.

- Но папе всё будешь объяснять сам! – заявила она.

Глава 20

На этот раз мы остались с Эгиром с глазу на глаз. Кирстен привела меня в его покои, а потом быстро смылась. Кокон тут же обнял меня, и голос морского владыки пробрал до печёнок. Правда, вместо ожидаемого гнева я услышал одобрение.

- Спасибо, - промолвил Эгир. – Спасибо, что преподал моей дочке урок. Знаю, это было непросто, поскольку Кирстен бывает несносна. Но мне тяжело ей отказывать.

У меня как-то сразу отлегло от сердца. Я-то уж думал, что из меня будут сейчас делать не просто рыбку с хвостиком, а очень плоскую рыбку с хвостиком. Насколько я помню, называется камбалой. Я в книжке видел и долго смеялся.

- То есть, я могу уплыть, когда захочу? – не веря своему счастью, уточнил я.

- Нет. Когда я захочу, - последовал ответ. – Но не волнуйся, наши желания в ближайшее время совпадут.

- Ага, - кивнул я. – Надеюсь только, что время здесь течёт с той же скоростью, что и на суше.

Странный звук, больше похожий на грохот камней в пустом ведре, чем на смех, сотряс кокон.

- Не беспокойся, - произнёс Эгир. – Мне нет смысла тебя задерживать. Если, конечно, тебе нечего мне сказать такого, важного.

Повисла выжидательная пауза.

- Про Кирстен, или вообще? – уточнил я, не вполне понимая, чего от меня хочет владыка.

- А ты как думаешь?

Думал я обычно головой. Но иногда и эмоции брали верх. А вот что заставило меня рассказать о своём посещении Фатерлянда и планах Дитера, я бы точно не мог ответить. Возможно, обман почётного гражданина, но это не точно. Про Локи не упомянул, да и в хищении карточки не признался. Ну, и о побеге рассказывал исключительно, как о случайности.

На этот раз грохотало гораздо дольше. Я чуть не оглох. А потому очень обрадовался, когда Эгир вновь заговорил.

- Ну, порадовал, Иван! Ничего нового ты мне, конечно, не сказал. Всё это я предвидел, видел и, в конце концов, развидел. Но за объём выданной честности спасибо.

Я удивлённо моргнул. Впервые мою честность определяли объёмом. Интересно, на сколько стаканов я сейчас наговорил?

- А могу я спросить, как эти карточки попали сюда?

- Ты уже спросил.

По тону мне как-то сразу стало ясно, что больше подобных вопросов лучше не задавать.

- Кстати, раз уж ты проявил такую честность, - уже более мягко добавил морской владыка, - то можем посмотреть на этих твоих боевых пловцов.

- Они не мои, - буркнул я себе под нос. Впрочем, тут же взял себя в руки и согласно кивнул: - Можно и посмотреть.

Кокон вокруг меня засветился неярким светом подводного царства. Я словно бы оказался где-то на окраине города. Причём, как мне показалось, вдали возвышалась глыба пиратского галеона, в котором я блуждал некоторое время назад.

- Обернись, - посоветовал Эгир.

Я повернулся и увидел четыре тёмных силуэта, неспешно перебирающих ногами в ластах. У каждого за спиной висело по достаточно объёмному баллону. Я улыбнулся. Всё-таки подарок Ахти, как ни крути, лучше. Руки пловцов оказались совершенно пусты, и я задумался, как же они собираются перетаскивать архив. Вручную, что ли? И где остальные?

Пловцы почему-то двигались по краю города, не приближаясь к дворцу. На некоторое время они скрылись за одноэтажным домом, на крыше которого кустились фиолетовые водоросли.

Краем глаза я уловил движение слева. Обернувшись, я увидел плывущего прямо на меня знакомого русала Олле, ценителя крепкой выпивки. Глаза его и на этот раз показались мне несколько затуманенными. Опять, что ли, чего-то надегустировался? Вон, и в руках у него ящик. Не иначе как с галеона.

Я помахал ему рукой, но Олле проплыл прямо сквозь меня. Только тогда я вспомнил, что нахожусь не в подводном городе, а в покоях Эгира. Кстати, русал направлялся как раз в сторону дворца.

Снова показались пловцы. Но и на этот раз они продолжили движение по окраинам.

- Чего они тянут? – услышал я недовольный голос владыки.

- Их же восемь было в телеге, - напомнил я. – Может, стоит поискать остальных?

- Нету их в городе, - фыркнул Эгир. – Я бы увидел.

Я почесал макушку.

- А может у них плащи-невидимки, - высказал я предположение. – Я один такой видел. В тот раз супостат чуть не сбежал. Правда, он потом сыщиком оказался и хорошим парнем.

- Плащи? – удивился морской царь. – Под водой? А смысл?

- Ну, не плащи, - я пожал плечами. – Может, гидрокостюмы. Если плащи такие делают, то почему бы и гидрокостюм не сварганить.

По кокону прошла рябь. И вид на город изменился. Во-первых, я поднялся вверх, и теперь мог видеть всю территорию. А во-вторых, изменился сам свет. Всё вокруг состояло словно из клякс синего и зелёного цвета, только разных оттенков. Местами в городе я заметил бледно-жёлтые пятнышки. Они двигались. Лишь с огромным трудом я опознал в них русалок и русалов, плывущих по своим делам.

А вот контуры четырёх пловцов полыхали красным. Я вспомнил упоминание Хель о тепловых сигнатурах и решил, что именно видели её «мальчики» на акции на развалинах старого Петербурга. Кстати, меня они в таком режиме не замечали. Значит, мой костюм скрывал тепло тела. А почему бы и боевым пловцам из Фатерлянда таким фокусом не владеть? Об этом я тут же сообщил Эгиру.

- Тогда зачем бы этим четверым подставляться? – усомнился он. – Они же полыхают, как лава под водой! Хотя… может, просто отвлекают на себя внимание, пока другая группа подбирается к архиву?

Картинка снова изменилась. Всё стало серым и каким-то нечётким, словно зимняя дорога в снежную бурю. Потом мои уши заломило, будто по стеклу пенопластом проехались. Помнится, будучи пацанами так доводили отца Закидона, а потом он гонялся за нами с ремнём. Где нашли пенопласт? На свалке, конечно! Там этого добра навалом!

Впрочем, сейчас никто не баловался. А дело было в том, что Эгир подал звуковой сигнал. Только не обычным звуком, а каким-то необычным. Кажется, это называется ультразвук. Потому что уши его не чувствуют. Но, как убедился я, до печёнок пробрать может. Этот звук прошёл по городу волной, оставляя на месте препятствий вполне различимые силуэты.

- Ага! – торжествующе пробасил морской царь, обнаружив уже почти у самых стен дворца, в одном из ближайших закоулков, четыре человеческих силуэта и один угловатый, явно принадлежавший какой-то машине.

Послышался трубный рёв, и к спалившимся диверсантам устремились хвостатые крепкие фигуры с шипастыми палками. Ко второй группе тоже откуда-то из темноты вне города выскочила стража. Пловцы ощетинились гарпунными ружьями, и залпом выпалили в русалов. Однако те издали дружный писк, и подводные стрелы, резко сбавив скорость, стали плавно опускаться на дно. Кстати, стрелы у них не были привязаны к ружью тросиками, как в том, что всучил мне Ахти, и пловцы успели произвести ещё по паре выстрелов, прежде чем подводные стражи приблизились.

Казалось, всё идёт гладко, будто Эгир с самого начала знал о планируемом налёте. Короче, я решил, что правильно сделал, рассказав о Фатерлянде и его амбициях. Кто знает, не счёл ли меня владыка засланным казачком, умолчи я об этом.

А дальше всё полетело в тартарары. Причём, в буквальном смысле. Кокон, в котором находилось моё бренное тело, вдруг дёрнулся и куда-то полетел. И ладно бы он летел плавно и в одном направлении. Но ведь его принялось швырять из стороны в сторону, точно мячик, попавший к весёлой ребятне. Хорошо хоть я ударов по нему не чувствовал, пусть меня и кидало от стенки к стенке. Внутренняя поверхность пружинила, не причиняя мне вреда.

Взболтало меня, правда, изрядно. Так что когда моё убежище развалилось, я ещё долгое время не мог понять, где нахожусь.

- Иван! Соберись! – раздался в ухе голос Локи.

- Возьми себя в руки! Надо им помешать! – послышался в другом ухе голос Эгира, только какой-то слабый, уставший.

Я помотал головой. Получилось это как-то медленно и неловко. Я понял, что лежу на песке, на дне моря, недалеко от дворца. Маска активирована, так что ответить вслух своим внутренним голосам – уже двум – я не могу.

Собравшись с силами, я сел. Осмотрелся. И пришёл в ужас. В стене дворца зияла огромная дыра, внутри которой бушевало пламя. Я и не знал, что под водой что-то может гореть.

- Бомба сработала, - пояснил Локи. – Нехило так жахнуло. Теперь ещё долго придётся восстанавливать.

- Кто же её принёс, эту бомбу? – подумал я, надеясь, что Эгир уловит мои мысли, как это делала его строптивая дочурка.

- Боюсь, это был один из наших, - последовал ответ.

- Из этих точно никто во дворец не входил, - подтвердил Локи.

Я удивлённо поскрёб макушку. Зачем? И кто этот предатель?

- Перед взрывом во дворец входил Олле, - с горечью в голосе проговорил владыка.

- Точно! – почему-то обрадовался Локи. – Вот кому принадлежала та карточка! Они взяли его под контроль и дали бомбу!

У меня от сердца отлегло. Значит, всё-таки русал не был предателем. Хотя от этого всё равно никому не легче. И он ведь наверняка сам погиб при взрыве.

- Теперь ты понимаешь, почему надо их остановить? – спросил Эгир.

- Ты спросишь, почему опять ты, - прочитал мои мысли плут. – Почему нельзя послать русалов и догнать пловцов. Но оглянись и всё поймёшь.

Я осмотрелся ещё раз, оторвав-таки взгляд от пожара, пылающего внутри дворца. Основная масса подводных жителей занималась тушением, передавая по цепочке ёмкости с песком. Но ещё я заметил изрядную толпу, внутрь которой тянулись белые нити, в которых я узнал остатки своего кокона.

- Да, Иван. Я сильно пострадал при взрыве, - сообщил морской царь. – Поэтому пока ничем тебе помочь не смогу.

- И тебе следует поторопиться, - сказал Локи. – Пловцы уходят с архивом.

Я посмотрел на дальний угол дворца. В крыше виднелась пробоина, чуть меньшая, чем на месте взрыва, и без пламени. Там я заметил несколько человеческих фигурок и трос, поднимающий на поверхность большой контейнер.

Шлёпанцы Суворова! И как я их остановлю? Их больше, даже если и не все смогли выбраться. Я-то вообще один. И с голыми руками. Они же, насколько я видел, вооружены. И скоро поднимутся вверх. Интересно, что там, по ту сторону троса?

- Не бойся, я с тобой, - как-то не очень убедительно подбодрил меня Локи, почувствовав терзавшие меня сомнения.

- И я тоже. Пусть и не весь, - добавил Эгир.

Я тяжело вздохнул и, оттолкнувшись от дна, поплыл к завершающим эвакуацию боевым пловцам Фатерлянда.