На чужих берегах

Пролог

Пролог

Праздник удался. Об этом говорило все: и ломящиеся от различных закусок столы, и спиртное, текущее рекой... По полу... Нет, ну вот кто придумал подавать вино в бочонках? Есть же бутылки, даже пара канистр где-то в подвале лежит, с удобными ручками, ну на крайний случай в графине можно было... Но нет, не аутентично, видите ли, и не соответствует духу времени! В замке нужно подавать именно из такой посуды!

Впрочем, нетрезвые гости на казус с разбившимся вдребезги бочонком особого внимания не обратили. Подумаешь, ну перебрал немного работник кухни, с кем не бывает? Вот и не удержал тяжелую тару в руках. Не страшно, трофеев много, в подвале вина хватит на десяток таких вот попоек. Главное, чтобы здоровья хватило!

— Хорошее было вино, совсем как тогда, помнишь? — улыбнулся один из гостей и отсалютовал хозяину замка — Ты в нем чуть не утонул, помнишь?

— Не напоминай! Я после того случая два года не пил!

— А нечего было в бочку нырять! — ухмыльнулся еще один гость — Ты тогда литров двести хорошего вина испортил!

— Ага, там такое пламя бушевало, что хоть куда ныряй, — улыбнулся воспоминаниям владелец замка.— К тому же оно не испортилось, его потом мародеры сперли и выпили!

Шумное веселье в банкетном зале начало потихоньку стихать, люди с интересом прислушивались к разговору, благо речь шла о тех далеких временах, когда большей части присутствующих в мире еще не было. В этом мире.

— Ну, раз уж вы решили поностальгировать, то самое время вручить главе нашего великого ордена мой скромный подарок! — провозгласил высокий седой мужчина, рядом с которым за праздничным столом разместилось все его семейство, состоящее из красавицы супруги и трех дочерей подросткового возраста.— И пусть твои дети, когда подрастут, всегда помнят про подвиги отца.

С этими словами мужчина поднялся из-за стола и протянул виновнику торжества большой плоский сверток.

— Картина? — прошелестели голоса в зале. — Точно, картина!

Владелец замка аккуратно развернул ткань, в которую был обернут подарок. И на свет действительно явилась картина, выполненная искусным художником.

— Ты глянь, как живые! — восхитился именинник, разглядывая подарок. На картине были изображены он и четверо его спутников на фоне горящего города. Взгляды людей устремлены вперед, лица серьезны, полы тяжелых кожаных плащей колышет ветер, а руки тянутся к рукояткам револьверов на поясе.

— Эй, а почему я с бутылкой? — За спиной именинника сгрудились друзья, разглядывая подарок, в том числе и изображенные на картине. — Я квас тогда пил!

— Угу, а накануне нажрался как свинья и орал, мол, дайте мне мой пулемет, я этих магов на ноль помножу,— засмеялся третий персонаж картины. — Так что, Федя, лучше молчи!

— Не, Миш... Он тогда их не магами называл, а другим словом, — усмехнулся именинник. — Матерным!

— Ну не буду же я при дамах дословно его речь повторять! — хмыкнул Миша. — Зато я какой брутальный! С сигарой!

— Это ты сейчас гордишься собой, да? — уточнил Федя, подозрительно глядя на Михаила.

— Нет, ну я же думал, что там табак... — пробормотал Михаил и поспешил увести разговор в сторону: — А вообще, шикарный подарок, хочу такую же картину, вот завоюю и себе замок, повешу на стену и буду хвастаться!

— А что, на картине правда нарисована? — перекрикивая шум, задал вопрос один из гостей. — Вас тогда пятеро было? Против отряда имперских магов?

— Ну, все так и было, да! — важно подтвердил Михаил. — Стоим, значит, на центральной площади мы трое, жена Сереги и моя сестра, а тут ворота разлетаются на кусочки и в город входит отряд магов! Ну и, как водится, смотрим мы на них, они на нас... И тут часы на башне бьют полдень — и понеслась! Все так и было, ага! Ну, почти...

— Ну, на самом-то деле все было немного по-другому, — поставив на полку картину, чтобы на нее смогли полюбоваться все желающие, усмехнулся Сергей. — Ну, если точнее, совсем, совсем по-другому...

Глава 1

Часть первая. На чужих берегах.

— Эта история началась, когда я попал на вольные острова...

— Погоди, а как ты туда попал?

— Ну, дело в том, что, когда я очутился в этом мире...

— Так, стой! А как ты в нем очутился вообще?

— Эх... Ладно, значит, все началось немного раньше...

Рев мотора постепенно сошел на нет, и лодка по инерции плавно ткнулась в берег, раздвинув носом мелкую гальку. Дальше даже на небольшой посудине с подвесным мотором ходу не было, глубина реки уменьшалась, а скорость течения, наоборот, увеличивалась. Впрочем, до перекатов, к которым и стремился попасть Сергей, оставалось не больше километра, можно и пешком дойти, пусть даже и придется сделать две ходки.

Молчаливый владелец лодки помог вытащить вещи на берег и, не ответив на слова благодарности, быстро отчалил, оттолкнувшись веслом от берега.

— Верить в приметы — плохая примета, — пробормотал я себе под нос, провожая взглядом быстро удаляющуюся лодку и, подхватив рюкзак и палатку, бодро зашагал вдоль берега, высматривая место для лагеря. — И ладно бы медведей боялись, а то херней какой-то маются...

Я, в отличие от немногочисленных местных жителей, боялся отнюдь не суеверий, а вполне себе реальных опасностей. А потому, едва лодка скрылась за горизонтом, снял со спины рюкзак и достал из него обрез карабина.

— Эх, испохабили оружие, — осуждающе покачал головой, сноровисто снаряжая магазин патронами. — Ну да ладно, сойдет для сельской местности.

На самом деле, хоть и ворчал, но я был вполне доволен приобретением, несмотря на сомнительное качество оружия. Уж лучше такое, чем никакое. От волков или от медведя топором не отмахаешься, а вот огнестрелом, даже таким неказистым, вполне себе можно. При должной сноровке, конечно. Если учесть, что ствол достался мне почти даром, — ящик водки пришлось отдать в деревне, — то и вовсе хорошо.

Вооружившись, я снова навьючил на себя вещи и, весело насвистывая, зашагал по берегу. Настроение было шикарное, впрочем, как у любого человека, впервые за долгое время оказавшегося в отпуске. А если учесть, что о таком вот путешествии я мечтал очень давно...

Нет, конечно, с точки зрения большинства людей, место для отдыха было выбрано так себе. Ни тебе теплого моря, ни девиц в купальниках и дармовой выпивки, вместо этого дикая тайга, комары и никого вокруг на многие километры. И вот за это «никого вокруг» я готов был дорого заплатить. Очень дорого, раза в три дороже, чем съездить на заграничный курорт по системе «все включено».

Нашел подходящее место для лагеря, скинул с себя рюкзак и не спеша принялся расчищать место под палатку. Первой мыслью было сбегать за остальными вещами, но почти сразу этот порыв сменился довольной, беззаботной улыбкой. Торопиться некуда, никто ничего не сопрет.

Через час недалеко от берега стояла палатка, в которую перекочевали все вещи, а я уже вовсю собирал дрова для костра, благо лес совсем рядом и хвороста полно, только не ленись собирать. И это почти на берегу! Чуть дальше, под скалами, и вовсе валялись целые деревья, но они пока не нужны. А вот вечером придется как следует помахать топором, чтобы обзавестись крупными дровами, которые будут гореть всю ночь.

Собрав внушительную кучу хвороста, новоиспеченный турист огляделся по сторонам. Заметив под самой скалой ствол старой засохшей березы, достал топор и быстро нарезал больших кусков бересты для растопки. Этому маленькому секрету меня еще в детстве научил дед, которому надоело смотреть, как непутевый внук сжег всю взятую с собой бумагу и почти все спички, пытаясь развести костер. Вот тогда-то и выяснилось, что небольшой кусок сухой коры березы загорается быстро, горит долго и температуру дает достаточную, чтобы разжечь костер одной спичкой. Как и всегда в такие моменты, только вздохнул, мысленно жалея, как же мало в свое время перенял знаний от деда. Не понимал за малостью лет, а когда понял, было уже поздно.

Поставив на огонь котелок, задумался над дальнейшими планами. На самом деле изначально я планировал просто подняться вверх по течению реки. Там можно расположиться с комфортом, наслаждаясь тишиной и рыбалкой, а потом, когда надоест, спущусь вниз по течению на небольшой надувной лодке. Вот только вчера, когда попытался нанять кого-то из местных жителей, чтобы отвезли в эти края, наткнулся на непробиваемую стену местных суеверий.

И главное, ведь договорился же сначала, относительно недорого, с молодым рыбаком на берегу. Деньги заплатил заранее и остался ждать там же на берегу, пока мужчина сходит с канистрой за бензином. Дождался...

Нет, разумеется, меня не обманули, в этих краях так не принято, но и везти отказались. Как объяснил рыбак, его дед категорически запретил ему плыть сюда, ссылаясь на какое-то там табу, связанное с верой местных. Мол, здесь с нижнего мира какие-то не то черти, не то духи иногда проникают. Или проникали. Рыбак постоянно сбивался и переходил на местный язык, а потому я мало что понял. Забрал назад плату и поковылял на лодочную станцию искать себе нового проводника.

И наткнулся на полное непонимание. Кстати, местами и в прямом смысле. Местное население, услышав мою просьбу, старательно делало вид, что не понимает русский язык, и, быстро прервав разговор, исчезало по своим делам. Впрочем, иногда разговор все же имел место быть, и тогда мне рассказывали про иные живописные места, настойчиво агитируя поехать именно туда. Мотивировали тем, что там лучше, да и дешевле выйдет.

Вот только я уперся. Честно говоря, виной тому были две вещи. В первую очередь — мой дурацкий характер. В свое время даже спокойный дед ругался на мое упрямство, мол, лоб разобьет, а все равно будет об стенку биться. Преувеличивал, конечно. Наверное.

Ну а второй причиной был рассказ моего сослуживца о том, что в этих краях есть древнее кладбище мамонтов. Мол, бивни регулярно находят и даже целые скелеты. Понятно, что ему особо никто не верил, но в голове засело. А уж после, закрыв контракт и вернувшись домой, я случайно увидел фильм про местные края, где эту информацию частично подтвердили, рассказав про здешние места в общих чертах.

Не сказать, что я тут же загорелся идеей разбогатеть, хоть и посмотрел, интереса ради, сколько стоит бивень мамонта, врать не буду. Но тут детство в заднице заиграло. Ну кто из нас в детстве не мечтал найти клад? Думаю, все мечтали. А тут такая возможность!

В общем, в конце концов я нашел человека, который согласился меня доставить в это место, хоть и всеми силами показывал, что он не в восторге от такой идеи. Я не вникал, но, похоже, человеку просто очень нужны были деньги.

Пока сидел и размышлял, не заметил, как закипел котелок, и костер обиженно зашипел, когда на него потекли излишки кипящей воды. Непорядок!

Сняв с огня котелок, я, стараясь не ошпариться, заварил себе чай и достал из рюкзака приготовленные утром бутерброды. Так-то первый прием пищи за сегодня, вот и получалось, что это завтрак. Хотя по времени, скорее, поздний обед.

Один из бутербродов тут же полетел в огонь, просто на всякий случай. Про этот местный обычай мне тоже рассказывал сослуживец, мол, выходя в тайгу, нужно непременно покормить костер, прежде чем есть самому, а то удачи не будет. Сам он при любой возможности так делал, хоть мы тогда и не в тайге находились, а скорее наоборот. Я, если честно, поначалу смеялся над его суевериями. Твердил, что быть суеверным — плохая примета. Но после того, как своими глазами видел, что ему везет остаться целым там, где шансов почти не было, начал задумываться. Потом и вовсе перенял этот нехитрый обычай. От меня не убудет.

На свежем воздухе бутерброды исчезали только так, да и ароматный чай, заваренный прямо в котелке, был вкусен как никогда. А подкрепившись, я с удовольствием распаковал удочку и уселся на большой, нагретый солнцем камень, рыбачить.

Потом, правда, вспомнил, что забыл достать прикормку, но вставать и идти к вещам поленился, взялся рыбачить без нее. И не прогадал, клев был изумительный, как никогда... Поплавок нырял под воду почти сразу, стоило мне сделать заброс.

Уже через полчаса я с трудом заставил себя прерваться, поняв, что иначе улов придется выкинуть, я столько не съем, даже если очень постараюсь. А потому отложил удочку и твердо пообещал себе завтра не размениваться на мелочь. Решил вместо этого начать осваивать купленный накануне спиннинг.

После рыбалки вооружился карабином и, подхватив топор, отправился за крупными дровами к скалам. Сухостоя, как и валяющегося под скалой сушняка, было полно, знай себе маши топором да таскай лесины к лагерю, заготавливая топливо для костра на ближайшие дни. Процесс, что называется, пошел, я увлекся и сам не заметил, как гора дров рядом с палаткой выросла сначала мне по пояс, а потом и по грудь.

Наконец, с хрустом распрямив уставшую спину, я отложил в сторону топор и с наслаждением потянулся, любуясь проделанной работой. Быстренько разогрел на углях остывший чай, посидел у костра, отдохнул, а потом отправился к воде чистить рыбу, которую планировал запечь на углях к ужину.

Требуху бросал прямо в воду, на радость речным хищником, на которых решил поохотиться завтра. И с каждой минутой уверенность в том, что это правильное решение, росла как на дрожжах. И вовсе даже не потому, что я заметил, как кто-то крупный плеснуло в воде, нет... Просто я терпеть не могу готовить рыбу именно из-за нудного процесса чистки. Мало того, что занятие рутинное, так еще и все пальцы исколол об острые шипы окуня. На фига я его вообще взял? Надо было отпустить, благо серебристых ельцов в улове было больше чем достаточно. Короче, к концу процесса я твердо знал, что поплавочная удочка уже утром перекочует в дальний конец багажа, и доставать я ее в этой поездке вряд ли буду.

Вернулся к костру, набросал в него веток покрупнее и в ожидании углей продолжил обустройство лагеря. Впрочем, здесь работы было немного, всего-то обтесать крупное бревно, приготавливая седушку, да еще два таких же, для чего-то похожего на стол. Вот и вся работа на сегодня...

Помаявшись от безделья несколько минут, вспомнил, что уже второй день не прикасаюсь к телефону и, вздохнув, полез в сумку за девайсом. В принципе, за время контракта я успел избавиться от вредной привычки пялиться в экран устройства днями напролет. Но это я, а общество в целом эту привычку вредной не считало. Наоборот, холило и лелеяло. Все постепенно переходило в мобильные телефоны, вся жизнь. Нарвался на штраф? Проверь в госуслугах, иначе и не узнаешь, а потом с тебя его взыщут в самый неподходящий момент. За что-то пришли деньги на карту? Лезь в телефон! А то оглянуться не успеешь, как выяснится, что ты с этих денег оплатил кучу подписок на все, начиная с услуг банка и заканчивая какими-то платными кинотеатрами, которые ты один раз обнаружил в телевизоре и больше ими не пользовался. Но почему-то оплачиваешь, даже сам не зная про это. Нет, думаю, что молодежь такими проблемами не заморачивается, но нам, мамонтам, заставшим еще не просто кнопочные, а даже дисковые телефоны, сложнее. Ленимся мы уже вникать. Вроде и не старые еще, но инертность мышления уже присутствует, да.

Старенький смартфон зажужжал, завибрировал, включаясь, но сети не обнаружил, как не раз бывало на фронте. Только здесь-то сигнал никто не глушил, просто его не было. В принципе, логично, кому он тут нужен?

Повертев телефон в руке, я сунул его в карман и огляделся по сторонам, прикидывая, чем бы заняться? И очень быстро такое занятие обнаружилось в непосредственной близости. Дурацкое, конечно, но кто тут меня за это осудит?

В общем, уже через несколько минут я стоял под скалой, прикидывая путь наверх. Опять детство в заднице заиграло, да... Ну и пусть!

Путь наверх оказался сложнее, чем мне виделось снизу, все же отсутствие нужных навыков давало о себе знать, но я не сдавался и знай себе карабкался, цепляясь пальцами за выступы и неровности скалы, благо она не была отвесной. Даже если сорвусь, просто скачусь вниз. Будет больно, но не смертельно.

Настоящие трудности начались уже в самом конце восхождения, буквально в нескольких сантиметрах от вершины, когда я уже сумел забросить руку наверх и вовсю пытался нащупать, за что бы уцепиться, чтобы подтянуть уставшее тело на вершину.

Ноги нет-нет да била дрожь, не от страха, от напряжения, а я все не мог найти подходящую опору. Вот же дернул меня черт, решил сверху закат сфотографировать над рекой!

И все же мне повезло наткнуться на достаточно крепкий корень дерева и втянуть себя наверх. Как буду спускаться, я даже не думал. Поброжу вокруг и найду более удобное место. Второй раз я такой глупости не сделаю, и плевать, что дрова в костре уже прогорят, их у меня много заготовлено, закину новых.

До заката оставалось еще немного времени, и я немного передохнул. А дождавшись, когда руки перестали подрагивать, сделал несколько фотографий реки и, спрятав телефон, решил прогуляться по вершине.

И не прогадал. Вид сверху открывался просто изумительный! Причем именно в этом месте река изгибалась, делая полукруг, и мне сверху это было хорошо видно. Будет чем похвастаться перед друзьями, когда вернусь домой, это вам не однообразные пейзажи морских курортов, это настоящая красота! Суровая правда... Вечерело, и я сам не заметил, как вокруг меня появились полчища комаров, которых было намного меньше днем. Друг говорил про такое, пугал байками, что местный гнус может запросто обескровить коня, запутавшегося уздой в кустах, а я не верил. Может, и зря не верил.

Как бы то ни было, но на то, чтобы полюбоваться закатом, меня хватило, хоть это и происходило практически на бегу. Почему на бегу? Да потому что как раз в это время я изображал из себя бракованную мельницу, отгоняя комаров и одновременно пытаясь найти удобное место для спуска, пока окончательно не стемнело. Вроде бы про эти края говорили, что они славятся белыми ночами, но рисковать не хотелось. Тут и днем шею свернуть легко, а уж ночью...

Остановила мои метания попавшаяся на пути расщелина с отвесными краями. Видимо, я достаточно уже удалился от своего лагеря, потому что снизу ее не заметил, а вот отсюда она была как на ладони, сверху донизу. Вся как есть, вместе с белеющими скелетами каких-то крупных животных на дне...

— Вот это ни хрена себе! — выдохнул я, всматриваясь в огромное кладбище скелетов. — И кажется, это ни разу не мамонты!

Решив для себя, что обязательно вернусь сюда прямо с утра, я достал из кармана телефон и наскоро щелкнул фотоаппаратом, фиксируя находку в памяти устройства. А потом еще раз с более удобного ракурса, подойдя ближе к краю скалы. А потом еще ближе...

А потом я вляпался. Нет, не в том смысле, что сорвался и упал, хотя падение, если честно, тоже было. А вляпался я в прямом смысле, уже при следующем шаге. Зацепился за какую-то невидимую паутину, достаточно прочную, чтобы замереть в ней на несколько мгновений, но недостаточно, чтобы удержаться от падения.

Вот только падал я уже где-то не здесь, хоть и не сразу это понял. Тело словно парализовало, и, пролетев несколько метров, я шмякнулся на ровный каменный пол, как мешок с... костями. Вокруг царила почти полная темнота, да такая, что не видно было даже пальцев на вытянутых руках, и только над головой, прямо в воздухе, медленно уменьшаясь, бледным светом сияло что-то круглое. Не то та самая паутина, не то окно в странное место, в котором я оказался.

Глава 2

- И что, ты сразу понял, что попал в другой мир?

- Ты не поверишь, но да! Это первое, что мне пришло в голову.

- Да ладно!?

-Ага! А уже потом я нашел более разумные объяснения…

Что могло прийти в голову человеку, наблюдающему, как над ним медленно закрывается что-то очень похожее на портал? А если учесть, что этот человек прочитал не меньше десятка книг про различных попаданцев, да и фильмы в последнее время ему попадались в основном фантастические? Про реальность-то смотреть нечего, там один мусор про ментов и бандитов, да прочая грязь.

В общем, честно признаюсь, первые мои мысли были наполнены паникой. Хотя, тогда для паники и более серьезные причины были, если вспомнить. Хотя бы тот факт, что первые секунды я не мог ни вдохнуть, ни пошевелиться.

Помню, в детстве испытывал похожие ощущения, когда в драке мне воткнули локоть в позвоночник. И только благодаря этим воспоминаниям, я не впал в отчаяние, а старательно пытался хотя бы научиться дышать заново. Надо отдать должное, сумел вдохнуть раньше, чем от отсутствия воздуха потемнело в глазах.

А уж сделав первый судорожный вздох, и ноги подтянул к себе поближе, сворачиваясь в позу эмбриона. И только после этого, пережидая острую боль в отбитой спине, стал осмысливать то, что со мной произошло.

Про первые мысли я уже говорил, но чем лучше становилось мое состояние, тем больше я в них сомневался. Нет, ну правда, какой еще портал, какой другой мир? Просто шваркнулся при падении головой, да потерял сознания и не заметил, как куда-то закатился. В пещеру, например. А портал – это просто искры из глаз. Что я, контуженных мало видел, что ли? Вот и сам, наверное, сподобился…

Дождавшись, пока смогу нормально передвигаться, я принялся искать по карманам зажигалку, но безуспешно. И небольшой брелок со светодиодным фонариком, с которым я никогда не расставался тоже бесследно исчез. Я бы подумал, что меня обокрали, если бы не очередная странность: в нагрудном кармане, там, где раньше лежал металлический портсигар, остались валяться пять небольших сигар. Сама же коробочка так же бесследно исчезла. Как пряжка портупеи, как вообще все металлическое или пластиковое. Блин, даже майка, частично синтетическая, расползлась, стоило мне ее коснуться. В итоге, я остался лишь в старенькой армейской форме, да потертых берцах, которым сносу уже три года не было и столько же не будет.

Дурные мысли опять поселились в голове, но вместо того, что бы их подкармливать, я просто откинулся на спину и закрыл глаза, решив следовать народной мудрости о том, что утро вечера мудренее, а шастать по пещере в кромешной темноте, дураков нет.

Не знаю когда дурные мысли в голове уступили место сну, но в какой то момент я словно вынырнул из беспамятства и, сел на каменном полу, морщась от боли во всем теле. Вдобавок ко всему, зверски хотелось в туалет.

- Блин, еще пара таких ночевок и хана почкам, - хрипло пробормотал я. С кряхтением поднялся на ноги, машинально пытаясь нащупать в кармане фонарик. Разумеется, безрезультатно. Вдобавок ко всему, еще и штаны без ремня начали спадать.

- Дурдом, - хмуро подытожил я, и, поморщившись от того, как громко прозвучал собственный голос, огляделся по сторонам.

В пещере, как ни странно, было все так же темно, но в этот раз чуть в стороне, метрах в пяти от меня, явно светилась какая-то щель. Вот туда я и отправился. И почти сразу же растянулся на полу, обо что-то споткнувшись.

Дальше шел уже аккуратнее, старательно ощупывая ногой то место, куда собирался наступить. И, надо сказать, это принесло свои результаты. Во-первых, выяснилось, что споткнулся я о какую-то остро заточенную деревяшку, длиной минимум в два метра, которую тут же подобрал. А во-вторых, мне повезло не споткнуться во второй раз, когда я едва не наступил на сухой скелет, аккурат через несколько шагов. А еще позже, я благополучно обошел, по всей видимости старое кострище, аккуратно обложенное со всех сторон разнокалиберными булыжниками.

Обрадовавшись находке, я слегка ускорился, а вскоре и вовсе стал видеть, что происходит у меня под ногами. Света попадающего в узкую щель, да к тому же закрытую почти полностью листвой, как ни странно на это хватало. А вот для того что бы выбраться наружу, или хотя бы подсмотреть как оно там, на свободе, отверстие оказалось маловато.

Одно радовало - при ближайшем рассмотрении, отверстие оказалось не щелью в монолитной стене, а именно дырой в завале из многочисленных камней, вперемешку с землей и сухими, трухлявыми кусками древесины.

Вооружившись найденным копьем, я пошурудил в дыре, расширяя ее насколько возможно. Руками лезть побоялся, резонно полагая, что с моим везением либо за эту самую руку какая змеюка цапнет, либо камень упадет и придавит.

Успехи мои были… Ладно, честно признаюсь, успехов практически не было, разве что света в пещере стало чуть больше, да моя коллекция полезных вещей увеличилась на несколько кусков древесины, вполне пригодных для растопки костра. Если бы, конечно, этот костер можно было развести. Но увы, такая роскошь мне была пока недоступна. И дело даже не в отсутствии зажигалки. Чай не безрукий, да и книжки умные читал, знаю способы. Как знаю и то, что задохнуться или угореть смогу запросто. Нет, возможно, величины пещеры вполне хватит, чтобы этого избежать, ну а если нет?

Вместо сомнительных экспериментов, я решил обследовать поподробнее свое временное пристанище, пользуясь тем, что света в пещере явно стало больше.

Сказано – сделано. Я вооружился найденным копьём и отправился в путь, старательно нащупывая, куда ступить. Периодически ещё касался правой рукой стены, вдоль которой шёл – для надёжности.

А еще считал шаги, пытаясь не сбиться. Задача, сама по себе оказалась не самой легкой. Почему? А вы попробуйте закрыть глаза и пройти вдоль стены, переступая препятствия, и стараясь делать шаги примерно одинаковой длины. Получилось? Не страшно, попробуйте еще раз! Ну, или поверьте мне на слово.

Маршрут я всё-таки закончил. Правда, несмотря на все предосторожности, раза три навернулся, рассадил себе локоть до крови, и набил серьезную шишку на лбу, уткнувшись им в каменную стену. В результате насчитал около полутора сотен шагов. Уселся на пол и принялся морщить лоб, пытаясь вспомнить уроки геометрии.

- Кажись, пи эр квадрат, - бормотал я, почесывая шишку на лбу. – А, нет. Это не то, там радиус. Тогда…

В итоге, плюнув на все, просто поделил периметр на четыре. Решил считать пещеру квадратом со сторонами в сорок шагов. Или тридцать метров. Вычисления были, разумеется, неточными, но, как говорится, на скорость не влияет.

Прикинув получившиеся размеры, да и отдохнув немного, чего уж там, я еще раз оглядел завал, преграждающий выход из пещеры и в очередной раз потерев многострадальный лоб, решил поискать другой выход. А для этого, собрал весь доступный мусор и принялся сооружать факел.

Дело оказалось нехитрым, и вскоре у меня в руках был кусок деревяшки с намотанными на нее остатками майки.

А потом я долго и упорно материл авторов книг про робинзонов и прочих попаданцев. Вот как у них все просто, а? Взял кусок деревяшки, взял второй, потер их друг об друга. А когда терпение закончится, сделай лук и снова три. Из чего бы его еще сделать, лук этот?

- Сука! – Выдохнул я, когда в очередной раз отбросил в сторону теплые, даже горячие деревяшки, – Ну и хрен с ним, с огнем! Не жили хорошо, и не фиг начинать!

В конце концов, решив, что свет можно добыть и другим способом, я снова копьем и принялся расширять дыру на свободу. Получится, пророю себе выход, а не получится, так хоть окно расширю!

И пошла работа! Острым концом копья я ковырял землю между булыжниками, расшатывая их, а потом медленно вытаскивал уже руками и, уронив на пол, откатывал в сторону, чтобы не мешали. До темноты сумел вытащить аж четыре штуки.

Утро началось… интересно.

Во-первых, я замерз, как собака, лежа на каменном полу. Все тело затекло и болело, да так, что даже утренняя зарядка не слишком помогла. Разве что согрелся немного, но и только.

А еще хотелось есть. Желудок ныл и настойчиво требовал хоть какой-нибудь пищи, возмущаясь, мол, хозяин, вчера итак день пропустили, жрать давай! И если вчера было как-то не до еды, стресс и все такое, то сегодня я сполна ощутил все радости голодания.

На всякий случай еще раз проверил пустые карманы. Убедившись, что там даже конфетки не завалялось, я закатал рукава, взял копье и, подойдя к завалу, прикинул объем работ.

По всему выходило, что с такой скоростью я выйду на свободу через недельку, изрядно похудевшим. Ну, или выползу.

Вот только вариантов было немного. Поплевав на ладони, я снова принялся раскапывать завал, пытаясь выковырять новые камни. Работа была довольно тяжелой, да и отсутствие хотя бы примитивного шанцевого инструмента ее ни разу не ускоряло. Однако правильная мотивация творит чудеса, и все новые камни падали на пол пещеры, пополняя кучу лежащую чуть в стороне.

- Кто не работает, тот не ест! - раз за разом повторял я, с тоской посматривая на медленно расширяющуюся дыру, – И не пьет…

Пить тоже хотелось все сильней, и тут уже я радовался тому, что в пещере было довольно прохладно. Жаль только, что сухо, если честно, то я бы предпочел ночевать в сыром подземелье, где по стенам капает вода.

По моим ощущениям, прошло полдня, когда я выдохся и, плюнув на все, отошел от места раскопок и уселся на пол, прислонившись к стене. Руки дрожали, а натруженная спина болела так, что хоть вой. А может быть, сказалось мое падение с высоты еще вчера? Как бы то ни было, но главного это не отменяло – телу требовался отдых.

Вот только долго сидеть на одном месте я не смог, а потому, пользуясь тем, что света в пещере стало явно больше, принялся обследовать место своего заточения. Было бы еще что обследовать!

Единственное, что бросалось в глаза и представляло интерес, это очаг чуть в стороне от места моего падения, с двумя скелетами в истлевшей одежде. Причем скелеты лежали так, словно умерли, просто лежа у костра. Ни тебе повреждений скелетов, ни прочих следов боя.

Нет, я конечно не следопыт и ни разу не археолог, но почему-то в своих выводах был уверен. Как и в том, что эти люди провели здесь довольно много времени. И кострище приготовлено основательно, и под скелетами явно остатки лежанок, сделанных из чего-то вроде лапника, за прошедшее время рассыпавшегося в труху практически целиком.

И так же как у меня, у покойников никаких вещей из железа. Уж оно-то сохранилось бы, но нет. Даже ножей нет. Только обрывки одежды, да расколотый глиняный горшок, который, видимо, использовался ими для готовки. Помимо этого, нашлись еще черепки от такой же глиняной посуды, некоторые даже относительно острые, и их я отложил в сторону, на черный день. Не нож, конечно, но хоть что-то.

Побродил еще немного по темной пещере, и в очередной раз ощутив, как урчит пустой желудок, я наконец, решил что отдохнул уже вполне достаточно. И снова вернулся к работе. Немного раздражали только появившиеся искорки перед глазами. Сам не заметил, когда они появились, но со временем это явление становилось все более заметным. Не то от долгого нахождения в темноте, не то головой ударился при падении… Хотя то, что ударился это точно. Вон, даже решил, что нахожусь в другом мире. Это ж надо!

Покачав головой и усмехнувшись дурацким мыслям, я снова взялся за копье, но перед тем как начать ковырять слежавшуюся землю между камнями, решил проверить свои прошлые успехи. Потому, опустившись на колено, сунул голову в отверстие, чтобы хоть одним глазком выглянуть на свободу. И столкнулся взглядом с тем, кому так же интересно было посмотреть на того, кто это скребется изнутри! И этот кто-то явно не был человеком.

На меня с явно гастрономическим интересом смотрел глаз размером с мой кулак, не меньше. Вот в этот самый глаз я и сунул заточенный конец копья, сделав это скорее машинально, с испугу, чем осознанно. А потом отпрянул назад и плюхнулся на задницу, поскольку обладатель глаза яростно заревел и чем-то долбанул по завалу, пытаясь наказать такого беспардонного меня. И надо сказать, впервые я порадовался тому, что завал оказался таким крепким!

Тварь снаружи бесновалась довольно долго. Если первые минуты я еще дергался, следя в оба глаза, за тем, что бы она ко мне не прорвалась, то потом отошел в сторону и опершись на копье, принялся наблюдать со стороны. Чем дальше я от этого зверя, тем лучше, особенно после того, как рядом со мной прокатился по полу здоровенный обломок камня, размером с две моих головы, чудом не отдавив мне ногу. Зверь снаружи явно так же сильно как я мечтал прорыть проход в пещеру, и даже конечная цель этого занятия у нас совпадала – мы оба хотели жрать!

В какой-то момент мое ошеломление прошло, да и стоять на одном месте надоело и я решил опять подойти поближе. И не зря, это того стоило. Потому что, взглянув трезвым взглядом на размеры засыпанного выхода, я вдруг понял, что существо с таким глазом в эту дыру просто не поместится! А раз так, то пусть копает, мне не жалко.

- Трудно землю рыть лопатой, нам поможет экскаватор, - негромко пропел я, улыбаясь, и тут же выругался, сплюнув – Ну вот опять…

Эту детскую песенку постоянно напевал другой мой сослуживец. Напевал и ругался, а потом опять бормотал ее же. Ну или что-то другое из репертуара про синий трактор. Песенки и мотив оказались настолько прилипчивыми, что вскоре весь взвод уже знал и мотив, и слова, и нет-нет, да бормотал их в минуты безделья. Жуткая штука, на самом деле, песенки массового поражения! Но детям почему-то нравятся.

- Эй, урод, спой что-нибудь, будь человеком! – Проорал я, приблизившись к дыре, и с удовольствием услышав яростный рев животного, легко увернулся от очередного прокатившегося по полу булыжника. – Копай, копай, скотиняка, труд сделал из обезьяны человека, и из тебя сделает… кого-нибудь. А я пойду, вздремну, пожалуй…

Отойдя в сторону, подальше от места раскопок, я как мог угнездился на жестком камне, и прикрыл глаза, пытаясь уснуть. Но как назло сон не шел. Тут и адреналин вовсю бурливший в крови сказался, и беспокойство неясное о том, что я что-то пропустил. Что-то очень важное…

- Кто у нас в мире имеет такие размеры? – Рассуждал я вслух – Слон? Кит? Не, ну сухопутных китов не бывает!

А вот слона я никогда не видел, даже в зоопарке, но сильно подозревал, что даже у самого большого слона глаза поменьше будут. Раз так в несколько. Да и не бывает зеленых слонов.

- Да ну нахер! – Еще не додумав до конца мысль, вскинулся я, сев на каменном полу, – Он же зеленый!

Мысль требовала немедленного подтверждения, тем более, что неизвестный агрессор почему-то затих и больше не громил вход в мое временное пристанище, а потому я, подхватив копье, кинулся к завалу.

Света попадающего в пещеру через отверстие стало гораздо меньше, видимо дыру изрядно засыпало, но отверстие все еще было, я и, пригнувшись, максимально осторожно выглянул наружу. Что бы опять столкнуться взглядом с самым настоящим ящером!

- На сука! – Руки опять сработали быстрее мозга, и копье рванулось вперед, чтобы под разъяренный рев исчезнуть в отверстии, теперь уже навсегда. А само отверстие засыпало землей и мелкими камнями.

- Вот же урод, - в сердцах высказался я, отползая от завала спиной вперед – Еще и копье спер, падла!

В пещере, стало совсем темно и тихо, и только за спиной что-то тускло светилось, абсолютно, впрочем, не помогая разогнать кромешный мрак. Обернувшись, я радостно увидел вновь появившееся окно портала, через который я сюда попал.

Причем теперь, в свете последних событий, сомнений в том, что это портал, у меня не было. Ну а как я еще мог попасть к динозаврам? В сказку, написанную Жюлем Верном про затерянный мир под землей мне верилось гораздо меньше. Все же в школе учился, понимаю, что это бред.

К порталу я почти бежал, и даже умудрился не споткнуться ни разу в полной темноте, вот только радость моя уменьшалась с каждым шагом. А дойдя до него, я и вовсе остановился и растерянно поскреб затылок, прикидывая как же туда попасть. Все дело в том, что нижняя граница окна находилась метрах в четырех над моей головой, а летать я пока научился только вниз, да и то если недолго.

- Без лестницы никак, - расстроено пробурчал я себе под нос, а потом, прошелся вокруг портала и не обнаружив рядом стен, добавил, – И это должна быть просто охренительно большая стремянка!

Рядом с завалом все еще было тихо, и помаявшись бездельем какое-то время, я решил, что единственный шанс соорудить лестницу находится снаружи, а потому, если я хочу когда-нибудь попасть домой, то придется рискнуть. Да и пить хотелось со страшной силой. И есть.

Копать, в этот раз, пришлось руками, да еще и в полной темноте, но, несмотря на это, дело продвигалось намного быстрее. Видимо чертов ящер основательно взрыхлил завал, разворошив тут все, и теперь мне гораздо легче удавалось вытаскивать камни наружу. Вот только осторожничать приходилось вдвойне, так как вытаскивая один булыжник, можно было легко обрушить на ноги еще несколько. Но даже это не портило моего настроения, и трудился я с энтузиазмом, улыбаясь и иногда поглядывая назад, на мое окно, ведущее домой.

- Трудно землю рыть лопатой, - машинально пропел я, чертыхнулся и, улыбнувшись, добавил, – Херня, мы и руками можем!

Глава 3

Раскопки длились еще почти целые сутки, и все это время я с тревогой оглядывался на мерцающее окно портала, опасаясь, что эта неведомая хрень исчезнет, оставив меня в этом мире навсегда. А потому в какой-то момент я благополучно наплевал на брезгливость и суеверия и вооружился частью скелета, решив использовать в качестве лопатки отломанную кость. Хотя, скорее всего, этому решению способствовали порезанные о камни пальцы и усилившаяся жажда. И вроде бы усталость накапливалась, и сил оставалось все меньше, а копал я все быстрее, практически ни на что не отвлекаясь и садясь отдыхать только тогда, когда не было сил поднять очередной камень.

И это трудолюбие дало свои плоды. К полудню следующего дня я, щурясь от слепящего солнечного света, аккуратно выглянул из пещеры, а там, убедившись, что меня не поджидает в засаде огромный хищник, принялся за финальную часть работы, расширяя проход, чтобы туда могла пролезть не только голова.

Если честно, то меня так и подмывало попытаться выбраться из заточения прямо сейчас, протискиваясь наружу всеми правдами и неправдами, по принципу «раз пролезла голова, то и остальное пролезет», но остатки здравомыслия говорили о том, что так рисковать не стоит. Не застряну, так весь завал на себя обрушу. А если и нет, то всяко не успею потом быстро залезть обратно. И что-то мне подсказывало, что в месте, где я только мелкая закуска для местного хищника, пренебрегать возможностью быстро спрятаться явно не стоит.

Впрочем, эта часть работы проходила намного легче, учитывая, что булыжники теперь не приходилось таскать внутрь пещеры. В этот раз я просто выталкивал их наружу, где они благополучно скатывались, шурша на всю округу. Тоже, конечно, не лучший вариант, привлекает внимание, но очень уж хотелось пить, а если учесть, что, выглянув наружу, я заметил, как блестит где-то внизу водная гладь...

Терпение у меня закончилось к тому моменту, когда я уже смог протиснуться в отверстие даже не ползком, а на корточках.

— Все, хватит на сегодня перфекционизма... — устало пробормотал я, откладывая в сторону очередной валун, приготовившись при необходимости швырнуть его в любого показавшегося врага. Ну или скатить, все же сил бросить такую дуру у меня, наверное, не хватило бы.

Вода, которую я видел до этого, при более подробном рассмотрении оказалась довольно большим озером, и это тоже внушало оптимизм, поскольку означало, что она будет пресной. Вот только чтобы добраться до нее, предстояло преодолеть почти десяток метров по наклонной осыпи среди скал, а потом еще около полусотни метров через заросли каких-то то ли кустов, то ли низкорослых деревьев. И если с насыпью вопросов, скорее всего, не будет, то вот в зарослях меня могут ожидать проблемы...

— А, ну и хрен с ним! — наконец выдохнул я, примериваясь, как бы поудобнее спуститься вниз, с минимальным риском свернуть себе шею. — Вода сама ко мне не придет...

И, решившись, шагнул вперед, сразу же заваливаясь набок для большей устойчивости. Мелкие камешки под ногами зашуршали, осыпаясь, но проехав на щебенке пару метров, я все же остановился, распластавшись всем телом по поверхности.

— Подниматься будет сложно... — пробормотал я вслух. — И как та тварь только досюда достала? Или ей рост позволяет?

Впрочем, подобные мысли промелькнули и тут же исчезли, вытесненные другой, — впереди вода, совсем уже рядом! И я принялся спускаться, уже особо не осторожничая, иногда даже скатываясь по щебенке вниз сразу на пару метров, не замечая, как болят ушибленные ноги. Это все я почувствую потом, а сейчас...

Полоску зарослей я преодолел достаточно быстро, за считаные минуты, и немного притормозил только у самой кромки воды, высматривая, не ждет ли меня там какой-нибудь крокодил. Долго высматривал, секунды три, а может, четыре. А потом, плюнув на все, шагнул вперед и зачерпнул ладонями прохладную воду.

Такую вкусную воду я не пил никогда! Нет, серьезно! И напившись, начал подозревать, что в этой самой речке еще и самая вкусная рыба в мире водится. Ну а как иначе, после стольких дней вынужденной голодовки? Только вот как ее добыть? Впрочем, была бы рыба, а уж поймать ее я сумею, тем более что это единственный способ добыть еду, доступный для меня сейчас. Не жрать же неизвестные растения?

Очередной обыск моих карманов, устроенный в надежде найти хоть что-то полезное, ни к чему не привел, и, выпив еще немного воды, я отошел к зарослям, где, усевшись в тени деревьев, задумался.

Как ловили рыбу предки, когда еще не было сетей и новомодных удочек с навороченными катушками? Хотя нет, про сети пропустим, думается мне, что это совсем уж древнее изобретение, но не всем же оно было доступно?

На ум сразу пришла острога, и мне тут же вспомнилось, что у нас в стране такой вид ловли считается браконьерством... Почему? Сильно уловистый способ? Или есть и другая причина?

Мысли о будущей добыче сопровождались бурчанием в желудке, и этот жадный орган явно был согласен с идеей. Он, думается мне, на все был согласен, только бы покормили.

Оглядевшись по сторонам, я заметил целую тропу, состоящую из поломанных деревьев, на которую не обратил внимания в прошлый раз, уж больно рвался к воде, вот и проморгал.

Поднявшись на ноги, я осторожно подошел поближе к просеке и прикинул, что же здесь произошло. А потом обнаружил след огромной лапы, и все встало на свои места. Видимо здесь и шел тот самый ящер, которого я встретил вчера. И мне очень хотелось надеяться, что я ослепил эту тварь, потому она и ломилась тут, не разбирая дороги.

Деревья, кстати, были похожи на земные, хоть и не те, что росли на моей родине, но в остальном — такая же зеленая листва, узловатые кривые стволы... И ни одной готовой палки, годной стать оружием. Если что и находилось, то только надломленные ветки с измочаленным местом слома, которые еще надо было обработать. И плюс ко всему прочему я не увидел ни одной длинной и ровной жердины, а значит, вместо лестницы придется мастерить целые строительные леса. Но это потом, сначала еда.

Пока бродил, пытаясь найти подходящую палку, попробовал на прочность и на изгиб тонкие ветки местного кустарника и остался доволен результатом. Не веревка, конечно, но за неимением лучшего сойдет и такое. Нож бы еще...

Наконец, подходящая палка была найдена, и дело осталось за малым — срубить и заточить. А потому, покрутившись вокруг, я был вынужден вернуться к скалам, чтобы обзавестись каким-нибудь острым каменным обломком с острой кромкой. Все мои знания о древних орудиях труда ограничивались тем, что нужные факты всегда можно почерпнуть из интернета, который всегда с собой. Нет, я знал, что рубила были из кремня... кажется. Но вот как отличить, кремень перед тобой или нет?

Впрочем, я не стал заморачиваться и гадать, решив взять упорством. И принялся бродить по округе в поисках подходящего камня. Разве что по сторонам оглядывался регулярно, но после армии это не было проблемой. Что там постоянно косишься в небо в ожидании дронов противника, что здесь смотришь по сторонам, дабы не подкрался хищник. Разве что от пещеры далеко уходить не стал. Так-то, конечно, все равно не поможет, едва ли я успею взобраться на осыпь, но все-таки. Чисто для собственного успокоения.

Но мне повезло. Пока я искал подходящие камни, а потом и рубил себе новое копье, так никто и не появился. И после, когда я собирал вязанку сушняка и карабкался с ней обратно в пещеру, тоже. Кстати, путь наверх вышел тем еще испытанием... И если честно, то я совсем не был уверен, что смогу его повторить, если проведу без пищи еще хотя бы сутки.

Забравшись наверх с вязанкой хвороста за плечами, я с трудом протиснулся в лаз, чуть не сверзившись при этом вниз по насыпи. А уже в пещере, развязав ремень, который использовал для того, чтобы упаковать хворост, разделил топливо на две части. Одну для того, чтобы обжечь небрежно сделанное острие остроги, другую для того, чтобы приготовить пойманную рыбу. Ну, если я ее, конечно, поймаю. В чем я, если честно, начал уже сомневаться.

Нет, мелких рыбешек я в реке видел, и немало, но ни одной цели для удара копьем так и не заметил за те пять раз, когда приходил попить. Но зато напился вволю, от души. Настолько, что чувствовал себя бочонком с водой, на ножках...

Немного отдохнув, принялся сооружать себе место для разведения огня. В этот раз действовал более обдуманно и без спешки, сначала сложив из крупных камней основание с отверстием посередине, куда вставил палку, а на дно конструкции положил крупную щепку, об которую и будет тереться палка. Ну и трухи насыпал для растопки. И только после этого накинул на получившуюся конструкцию ремень и, подперев ее ногой, принялся поочередно тянуть концы ремня, заставляя палку вращаться.

Не буду врать, что все получилось с первого раза... Даже не с третьего, если честно... Но все же через некоторое время я сидел и раздувал небольшой огонек, понемногу подкладывая мелкую щепку, и радовался как ребенок.

— Я у мамы инженер! — вспомнился мне старый мем из интернета. — А скоро стану рыболовом. И только после этого захвачу мир! Попаданец я или где?

Впрочем, с идеей о захвате мира, даже шуточной, я явно погорячился... Как и с рыболовством. Почему? Да хотя бы потому, что пока я возился с костром, а потом бездельничал у костра, не спеша скармливая огню мелкие ветки, начало темнеть.

— Острогой же рыбачат ночью? — пробормотал я вслух, пытаясь высмотреть, что там творится внизу. — Подсвечивая фонариком? Вот только фонарика у меня и нет...

Спускаться вниз категорически не хотелось, тем более что, глядя на неуклюжий кол, получившийся вместо запланированного копья, я испытывал сомнения в успешности будущей рыбалки. Зато в том, что ночью в округе могут рыскать хищники, был почти уверен.

Но все же, подхватив копье и ремень, как мог быстро выбрался наружу и заскользил вниз, гораздо более уверенно, чем в прошлый раз. Скоро вообще бегать по склону начну такими темпами...

Внизу, пока еще не совсем стемнело, быстро насобирал сушняка, стараясь брать деревяшки покрупнее, а сложив их у подножья насыпи, подобрал свое каменное рубило и рванул к кустам рубить ветки. Во-первых, пока собирал дрова, у меня появилась идея, точнее воспоминания об одном рыболовном средстве, примитивном, а оттого мне вполне доступном. А во-вторых, я больше не собирался спать на голых камнях. Почки застужу, потом мучиться буду. Даже если попаду домой. А уж здесь и вовсе никакими врачами даже не пахнет.

Так что старался я с огромным энтузиазмом, принося раз за разом целые охапки веток, и только когда их накопилось слишком много, сообразил, что все это богатство мне еще наверх как-то нести...

— Жадность фраера губит... — вспомнилась мне гениальная фраза, слышанная когда-то в детстве. Почему вдруг именно она? Да потому, что когда я карабкался в пятый или шестой раз наверх с грузом на горбу, то оступился, проехал по камням вниз несколько метров и ободрал об острые грани ноги и лицо. Но груз поднял. А потом посмотрел на оставшиеся ветки внизу, едва заметные в темноте, и махнул рукой. Хватит.

В пещере, подкинув дрова в костер, я соорудил себе лежанку, а потом принялся вспоминать, что же я там читал в интернете про примитивные ловушки. В принципе, ветки кустарника оказались достаточно гибкими для того, чтобы попробовать сплести из них что-то, а у макушек, где они были совсем тонкие, их можно было даже вязать между собой.

А потому, подумав и прикинув фронт работ, я разложил перед собой ветки и, почесав затылок, принялся творить...

— Я существо загадочное, хочу — творю, хочу — вытворяю... — бормотал я, сплетая между собой ветки, пытаясь изобразить что-то похожее на корзину с узким, направленным вовнутрь горлышком.

И надо сказать, у меня получилось! Глубокой ночью, в очередной раз подбросив дрова в костер, я сидел и смотрел на неказистое творение своих рук, периодически поправляя самые большие щели. Дело оставалось за малым — прикрутить к этой штуке веревку и... Ладно, не веревку, а жердину подлиннее и камней внутрь насыпать, чтобы сама не всплывала. Ну и приманку, разумеется!

— Блин... — До меня дошла вся нелепость ситуации. — Самому жрать нечего, а надо же еще рыбу чем-то накормить...

Плюнув, я кинул в костер заготовленную лесину побольше и лег спать на остатки лежанки.

— Я подумаю об этом завтра...

Проснулся я, судя по солнцу, достаточно поздно и, сразу же подхватив копье и свое изобретение, спустился вниз, не забывая при этом вертеть головой по сторонам. Ночью снаружи до меня несколько раз доносились чьи-то вопли, не то хищники кого-то убили, не то сами звери так орут... Но суть в том, что сдается мне, все правильно я сделал, когда не пошел ночью на рыбалку. Зато теперь на свежую голову мне сразу же пришла мысль, из чего сделать приманку. Вчера я видел несколько крупных и неторопливых жуков, но всякий раз обходил стороной: хрен их знает, вдруг ядовитые. А сегодня твердо решил добыть нескольких, раздавить и сунуть внутрь ловушки. Авось сработает.

На крайний случай оставалась идея поступить так же с мышами, которых наверняка найду, если очень постараюсь, но, чтобы добыть их, придется потрудиться, и я совсем не уверен, что мне хватит на это ловкости и терпения.

Сказано — сделано. Жуки оказались летающими и отправляться на рыбалку явно не желали, а потому пытались улететь, жужжа при этом, как маленький вертолет... Не учли только, что мне сильно хотелось их поймать, и вот уже первый экземпляр летит на землю, сбитый черенком копья прямо в воздухе! А за ним второй, третий...

В итоге, запыхавшись и умаявшись вконец, я добыл-таки несколько штук и радостный отправился к воде закидывать свою хитрую снасть.

И только после этого столкнулся с настоящим испытанием... Ждать улова оказалось самым сложным, все время хотелось вытащить приблуду и проверить, а не попался ли кто? Вот только я не был уверен, что ловушка переживет несколько забросов, а потому мужественно терпел, нарезая круги по берегу...

В конце концов и вовсе, поняв, что так дело не пойдет, занялся полезным делом: отправился собирать дрова и таскать их в пещеру, понимая, что жить мне в ней как минимум несколько дней, пока не сооружу что-нибудь для подъема к порталу.

Сам не заметил, как увлекся процессом, натаскав целую гору и собрав сушняк со всей округи. Впрочем, сильно далеко отходить от пещеры я все еще опасался, а потому эта округа была не такой уж и большой... Но все же.

Совсем уж заморочившись, выбрал пару длинных деревьев, метров по пять длиной, и принялся даже рубить одно из них, но быстро разочаровался в процессе... Проклятая каменюка все время выкручивалась из уставших пальцев и норовила поранить меня самого, а не дерево.

Плюнув на эту затею и клятвенно пообещав себе в ближайшее время «изобрести» каменный топор, я наконец-то отправился к ловушке и замер на берегу, с сомнением глядя на торчащую из воды жердь. Успело ли что-то попасться в ловушку? Повезет мне или нет?

— Только бы повезло... — пробормотал я и, взявшись за лесину, максимально аккуратно начал поднимать ее и тянуть к себе, стараясь, чтобы ловушка не волоклась по дну.

— Да! — радостно выдохнул я, когда, наконец, ловушка оказалась у меня в руках, и на дне ее бились две рыбины размером больше ладони каждая. — Да будет пир!

Достав из кармана приготовленный еще вчера обломок древней посуды, я торопливо почистил рыбу и, сложив требуху внутрь ловушки, закинул ее обратно в воду. А потом вприпрыжку помчался к себе домой, в пещеру.

А еще через некоторое время, когда, обжигаясь, ел печеную, абсолютно несоленую рыбу, я радостно улыбался и был абсолютно счастлив.

А жизнь-то налаживается!

Глава 4

- В тот день я впервые встретил людей…

- И они приняли тебя к себе?

- Если честно, то не совсем…

Утром я первым делом проверил ловушку, и, поправив слегка разошедшиеся прутья, закинул ее обратно в реку. В качестве наживки использовал остатки вчерашнего ужина. Ну а несколько новых рыб отправились к костру запекаться.

Сам же я в это время мастерил каменный топор и думал о дальнейших планах. С одной стороны, было как-то обидно, что ли, стать первооткрывателем нового мира и тут же свалить из него домой. С другой стороны, я прекрасно помнил того динозавра, который повстречался мне накануне. И пусть больше мне не встретился ни один хищник, но это еще не значит, что их тут нет. И выходить с самодельным копьем против чего-то опасного... Как минимум глупо.

А с другой стороны, сходить домой и вернуться более подготовленным ­— тоже не получится. Оружие сюда не пронести, да и вообще, большую часть полезных вещей портал просто не пропустит. Не из нашего мира, где почти все из металла и пластмассы. Хотя... Но даже если готовиться, то надо хотя бы знать — к чему.

Рыбу съел, даже не заметив, хорошо, хоть сообразил выхватить голову и скелет последней из костра, куда машинально выбросил объедки. А после, выйдя из пещеры, не стал спускаться вниз, а наоборот, полез карабкаться вверх, на вершину скалы.

Восхождение было несложным. Осыпь кончилась уже метров через пять, и я оказался в большой расщелине с изломанными стенами. Судя по всему, здесь произошел какой-то катаклизм или серьезный взрыв, из-за которого и засыпало выход из пещеры. И судя по тому, что многие выступы и неровности были покрыты мелкой травой и мхом, случилось это довольно давно.

По этой расщелине я вскарабкался на самый верх и, выйдя на простор, огляделся вокруг. По сути, скала тянулась через весь остров, рассекая его почти пополам. Ах да, забыл сказать, это действительно был остров. Не слишком большой, поскольку море вокруг я видел невооруженным взглядом, но и не маленький. И если та половина острова, на которой разместилось мое убежище, не несла на себе никаких признаков жилья, то на второй стороне явно жили люди, причем даже не в одном месте.

Точнее, сейчас-то они жили в одном месте, там, где рядом с морским берегом ютился десяток небольших хижин. А вот в стороне, в нескольких километрах оттуда, раньше явно находился большой поселок. Или даже город, если по средневековым меркам. Вот только сейчас поселок был разрушен, и лишь остовы домов говорили о том, что там когда-то жили люди.

Людей нигде не было видно, как и крупных хищников, зато совсем недалеко, всего в паре километров от меня, паслось стадо каких-то местных травоядных. Наверное, это были антилопы, но точно не знаю, я, кроме косуль, никого похожего раньше не встречал, а потому зоолог из меня так себе. И интернета нет под рукой, чтобы определить, кто это. Хотя... Какая разница, главное, чтобы не слишком быстро бегали и вкусные были.

Впрочем, свои гастрономические планы пришлось сразу же забыть, понимая, что такую добычу мне пока не осилить. Ни ружья, ни хотя бы лука со стрелами. Хотя какой там лук... Если бы и был, я из него в дом с трех метров не попаду, наверное, не держал в руках никогда.

Мелькнула было мысль сходить к морю за солью, но в чем ее выпаривать? Да и зачем, дома у меня соли полно, в магазине стоит копейки. Разве что просто прогуляться, без повода.

Вот на корабль, что стоял в бухте рядом с поселением, я бы посмотрел поближе, но боюсь, что местному населению чужак, странно одетый и не знающий их языка, явно не понравится. А жаль... Корабль был явно деревянным, и даже с мачтой для паруса. Экзотика, никогда таких не видел.

Эх, сюда бы моих товарищей, да по калашу в руки, так, на всякий случай, было бы интереснее. Можно бы сходить, наладить контакт, не боясь, что тебя пристукнут или съедят...

Вздохнув, я в последний раз бросил взгляд на деревню и, развернувшись, отправился обратно к пещере за топором. Фиг с ней, с экзотикой, вернусь домой, пойму, что это реально, осознаю все, тогда и можно будет подумать про контакт с местными жителями.

До вечера я срубил и занес в пещеру целых четыре лесины, длиной даже больше, чем мне надо, да еще и веток гибких натаскал, чтобы связать все это между собой. Потом не спеша поужинал невкусной рыбой и закинул ловушку снова в воду. Хотя уже и не видел в этом никакого смысла, поскольку всерьез рассчитывал, что еще до того, как наступит утро, смогу пролезть в портал. И если честно, то я был чертовски близко к успеху...

Во всяком случае, каркас будущей стремянки я изготовил за час, усилив его распорками из длинных палок, принесенных мной на дрова. А вот дальше произошел сбой в процессе... Ступеньки, которые я сплел из гибких веток, вполне держали мой вес и не рвались, несмотря на опасения... Они просто скользили по стволам вниз. Будь у меня нормальный нож или топор, можно было бы сделать насечки, а так...

Поломав голову над проблемой, я вздохнул и, достав из нагрудного кармана сигару, подошел к костру. Прикурил, и тут меня посетила замечательная идея, и я полез на скалу любоваться закатом. Ну а что? Когда еще удастся посидеть на скале, не спеша раскуривая сигару и любуясь, как за горизонтом медленно скрывается солнце чужого мира?

Полюбовался... Хоть и не на закат, а на самый настоящий морской бой в исполнении корабля, который я видел до этого, и трех других, весельных. Такие, если я правильно помню, назывались галерами. Или это ладьи?

На начало представления я не успел, и один из весельных кораблей уже вовсю полыхал, ярко пылая на фоне темного вечернего моря. Зато два других уже подошли совсем близко к кораблю, виденному мной еще днем, и с них стреляли лучники. Стрел я не видел, но зато самих лучников разглядел сверху достаточно хорошо. Каких-то явных доспехов на них я не увидел, разве что кожаные, но то, что они не из моих современников, было понятно.

Если честно, то я даже про сигару забыл, которая уже давно потухла, и про закат солнца, которое находилось как раз у меня за спиной, настолько захватило меня невиданное прежде зрелище. А уж когда с парусника в один из кораблей противника стартовал огненный шар... А потом резко изменил траекторию и рухнул в воду, даже не долетев до врага. Причем ни катапульты, ни пушки не было видно, только несколько фигур людей, размахивающих руками, застыли на носу.

— Охренеть не встать! — выдохнул я, заметив, как прямо из рук фигурок вылетает очередной снаряд и, почти долетев до цели, отлетает в небо и там гаснет. — Что-то я ни фига гранатомета у них не вижу...

Выстрелов пушки или ружейных залпов тоже не было, хотя расстояние и позволяло услышать их, если бы они были. Но нет, никакого огнестрела, только лучники и неведомое оружие воинов с парусника.

Впрочем, про звуки я ошибся, и вскоре с атакованного корабля в сторону одной из галер ударила самая настоящая молния, а прозвучавший следом раскат грома заставил меня присесть.

— Да как так-то? — не поверил своим глазам я, увидев, как с галеры падают в воду сразу несколько человек.

Лучники тут же попрятались за бортом, зато на их место выскочила одинокая маленькая фигурка и, что-то сделав, спряталась обратно, а на носу парусника грохнул небольшой взрыв, не причинивший, впрочем, никому вреда. Во всяком случае, я падающих тел не увидел. Зато очередной огненный шар пролетел в сторону галеры и врезался в борт корабля, тут же занявшийся робким пламенем.

Насколько я помнил из истории, огонь на кораблях считался самым страшным бедствием, вот и в этот раз на галере тут же забегали люди, а лучники вскочили из укрытий и открыли стрельбу, прикрывая пожарную команду. Сам корабль, подчиняясь синхронно ударившим веслам, тут же начал отплывать в сторону, а группа людей на носу парусника переключила свое внимание на вторую галеру, уже почти вплотную подобравшуюся к кораблю.

— Давай, давай, на абордаж их! — выдохнул я, напряженно наблюдая за ходом сражения. Сам не знаю почему, но мои симпатии были на стороне более многочисленных, но явно технически отсталых воинов с галер. Наверное, все дело в том, что вся картина в целом напоминала мне прочитанные в детстве книги про Дикий Запад, когда индейцы с луками и копьями отстаивали свою родину, воюя против огнестрельного оружия. Здесь картина была похожей: те, что на паруснике, явно владели какими-то технологиями, недоступными для их противника, и вследствие этого явно побеждали. Хотя кто здесь агрессор, а кто жертва, вопрос, конечно, спорный...

С приблизившейся к противнику галеры на парусник полетели крючья, а следом за ними на палубу посыпались бойцы, и было их неожиданно много...

На этом интересное зрелище практически закончилось, уже почти совсем стемнело, и что там происходит на паруснике, было не слишком понятно. Нет, то, что там явно кипит бой, понятно, только непонятно, кто побеждает и как.

Отведя наконец взгляд от кораблей, я на секунду обратил внимание на берег и без особого удивления заметил толпу народа, застывшую рядом с хижинами. За морским боем наблюдал явно не я один...

А между тем на берегу явно собирались принять участие в схватке, во всяком случае, в свете факелов то и дело мелькали отблески железа, из чего я тут же сделал вывод, что там собрались далеко не мирные фермеры...

Мои наблюдения за берегом прервал дикий крик, и, подняв взгляд на корабли, я успел заметить, как с палубы парусника прыгает в воду охваченный пламенем человек.

Толпа на берегу тоже обратила внимание на это событие, и, судя по их радостным воплям, в огне погиб воин с галеры. Впрочем, у местных жителей был и еще один повод для радости, хотя и не факт, что они об этом знали...

— Писец котенку... — покачал головой я, наблюдая, как полыхающая галера с размаху бьется о камень.

Первый из трех кораблей, на которых приплыли атакующие остров и про который я совсем забыл, поскольку он не участвовал в битве, как раз к этому времени отнесло к берегу и разбило о скалы, причем уже на моей половине суши, хотя и достаточно далеко от моего временного жилья. Но данный факт я отметил и даже порадовался ему. Может быть, там что-то и уцелело, то, что мне пригодится. Хотя о чем это я? Мне пригодится все, даже кусок несгоревшей веревки или обломок доски! Да я сейчас даже трупу найденному буду рад, как бы погано это ни звучало, хотя бы потому, что из одежды тоже можно сделать веревку.

— Да! — решительно кивнул я. — Полцарства за веревку! И я ее добуду, вот только, наверное, уже утром...

Постояв на скале еще какое-то время, я с сожалением констатировал, что в наступившей темноте невозможно толком ничего разглядеть, кроме небольших пятен там, где горели факелы на берегу. А потому заторопился вниз. Как говорили древние жители Рима? Хлеба и зрелищ? Так вот, зрелище я получил, а рыбу предстоит еще достать из ловушки, если, конечно, я не хочу остаться голодным на ночь глядя.

Уже в пещере, ожидая, пока запечется рыба, я со все большим сомнением смотрел на нелепую конструкцию, с помощью которой собирался добраться до портала, и все больше понимал, что из говна и палок ничего не сделаю. Точнее, просто из палок. И чем дальше, тем сильнее мне хотелось попасть к месту крушения корабля.

Хотя, если уж быть честным, по крайней мере с самим собой, то тут играло роль еще и любопытство. Нет, ну а что такого? Кто бы отказался посмотреть вблизи на древний корабль? Ну или если не повезет, то на его обломки? А уж если там найдется еще и оружие или доспехи!

Конечно, домой-то я их все равно не пронесу... Но все равно, хоть посмотреть, даже одним глазком! А лучше пощупать.

В общем, спал я в эту ночь мало и плохо, постоянно ворочаясь с боку на бок и вскакивая на ноги, чтобы выглянуть из пещеры и убедиться, что не проспал рассвет.

Не проспал...

Просто потому, что встал еще до рассвета, едва небо начало сереть, и, собравшись, отправился в путь, туда, где по моим прикидкам находились обломки корабля.

Пробираться в потемках по зарослям оказалось той еще задачей, но несмотря на это, по моим прикидкам к тому времени, как стало светло окончательно, я преодолел уже большую часть пути. А уж на свету прогулка и вовсе превратилась в сплошное удовольствие. Даже несмотря на то, что пришлось сделать крюк, обходя самые настоящие джунгли, лежащие между мной и берегом, я был вполне доволен и даже принялся насвистывать какую-то песенку, подпевая щебечущим птицам... Но быстро себя заткнул, опасаясь привлекать внимание даже такими тихими звуками.

И все же, выглянув из густых кустов, чтобы убедиться, что прибыл туда, куда нужно, я понял, что безнадежно опоздал...

— Видимо, кто-то встал еще раньше... — пробормотал я тихонько, глядя, как на берегу копошатся местные жители, сортируя добычу, а в море, там, где неподвижно застыл недогоревший корабль, уткнувшийся носом в торчащие из воды камни, плавают две лодки, экипаж которых явно занят мародерством. То есть ровно тем, чем собирался заняться я сам. Жадные уроды!

Наблюдать за тем, как какие-то гады воруют уже практически мое имущество, было обидно. А еще обиднее было то, что они реально собирали все до последней доски, до последнего клочка ткани. Даже утопленника, найденного на берегу, раздели полностью, содрав с него кожаную броню и всю одежду. А затем я заметил, что такой одежды на берегу собралось уже немало, а после того, как в кучу тряпья полетели шмотки с трупа, сам труп подхватили с двух сторон и бросили в воду... Впрочем, осуждать такое поведение я не мог, мало ли какие здесь обычаи, может быть, у них павших так хоронят?

А вот когда два солдата в доспехах приволокли к остальным девушку и, содрав с пленной кожаный жилет с пустыми ножнами на спине, бросили ее к ногам остальных...

Сама по себе пленница, если не считать брони, была вовсе не похожа на амазонку. Обычная девушка, только в мужской одежде. Впрочем, я здешних женщин не видел, а потому и не знаю, может быть, штаны и просторная рубаха — это универсальная одежда, не имеющая различий по полам? Этакий унисекс, как сейчас принято называть такое в моем мире... А вот вполне себе просматривающиеся через мокрую одежду, облепившую тело, грудь и длинные, хоть и спутанные волосы, говорили о принадлежности аборигенки к женскому полу вполне себе явно.

Ко всему прочему сама девушка явно была еще жива и даже очнулась, но вставать пока не торопилась, очумело тряся головой и явно пытаясь понять, что происходит.

Впрочем, понимать было особо нечего, и глядя на то, как вокруг девушки начинают кучковаться весело ржущие и чего-то трындящие на непонятном мне языке мужики, даже я, не знающий местных реалий, понял, что ничего хорошего пленницу не ждет.

Машинально сосчитав состав противников, я вздохнул и только покачал головой. Полная дюжина, не считая тех, кто на лодках в море. Ну и правильно, что их считать? Мне и тех, что на берегу, за глаза хватит, а учитывая, что двое из них явно воины, если судить по кирасам и мечам на поясе...

— Твою-то мать... — тихонько пробормотал я, прикидывая, удастся ли пойти на сделку со своей совестью. Совесть, разумеется, не отвечала, но почему-то я знал: нет, не удастся.

А когда один из воинов подхватил девушку с песка и поднял ее, заламывая руки за спину, а второй дернул за ворот рубахи, разрывая на пленнице одежду, я понял, что не смогу уйти. Буду потом слышать ее крики в голове до конца жизни. Ну и на фига так жить?

Не знаю почему, но в этот момент мне вспомнился один персонаж из старой советской книги[1], и я улыбнулся, разве что пожалел на мгновение, что у меня, в отличие от мальчишки из книги, нет шпаги, да и отряд в буденовках на подмогу не прискачет... Но как есть, а потому я покрепче сжал в руках самодельное копье и шагнул из зарослей, а потом и вовсе побежал, замахиваясь на ходу.

— Не тр-р-рогать! — Мой рев заглушил даже стук деревяшки об череп ближайшего ко мне противника, а потом я добавил уже от себя: — Порву, суки!

[1]Герой имеет в виду книгу Владислава Крапивина «Мальчик со шпагой».

Глава 5

- Ты хочешь сказать, что их было двенадцать и ты всем навалял? Серьезно? Они были связанны, или пьяные?

- Да ну нет, конечно… Я прекрасно помню со срочки все эти «штыком коли, прикладом бей», но… Блин, у меня чисто случайно не оказалось при себе ни штыка, ни приклада!

Честно говоря, я и сам не знал, что умею так быстро передвигаться спиной вперед... Но поди ж ты, оказалось, что просто не знал своих скрытых талантов!

А все дело в том, что после того, как на землю упали застигнутые врасплох два ближайших ко мне врага, за меня всерьез взялся один из воинов. Первый же взмах его меча — и у меня в руках вместо копья осталась только наискось срубленная деревяшка, длиной чуть больше локтя. От второго я уклонился чисто машинально, отпрянув назад, когда увидел, что стало с моим оружием. А потом противник принялся гонять меня по берегу, и даже не знаю, что меня спасало, то ли то, что он был тяжелее, то ли просто ленился бегать...

Как бы то ни было, но воин просто шел за мной и периодически пытался нанизать мою тушку на свой меч. И не могу сказать, что ему это не удавалось... Уже через несколько секунд боя моя левая штанина окрасилась красным и по бедру потекла кровь. Хорошо еще, что я успел дернуться и удар пришелся не во внутреннюю сторону бедра, куда и метил этот гад, иначе бы все тут же и закончилось.

И самое обидное, что враг не размахивал мечом, как герои фильмов, если бы так, то у меня хоть шанс бы был. Нет, он бил скупыми, экономными движениями и почти каждый раз оставлял на мне кровоточащую метку.

Не знаю, сколько я смог бы еще бегать, но в какой-то момент случайно глянул за спину противника и сбился с шага... Просто потому, что в этот самый миг спасаемая девушка, перебросив через себя второго воина, пробила ему горло его же ножом. Быстро и сноровисто, так, словно выполняла привычную и даже слегка надоевшую ей работу.

А мне в этот момент в грудь воткнулся кончик меча, и я упал, попытавшись отмахнуться в полете палкой... Не получилось. Просто потому, что в тот же момент меня забрызгало содержимым головы моего противника. И уже теряя сознание, я успел увидеть, как девушка, вытянув руку в сторону нового противника, лишает головы и его, а потом, подхватив меч, шагает в сторону оставшихся врагов...

Очнулся я уже в сумерках, ощущая на губах живительную прохладную влагу, и тут же раскрыл рот, жадно ловя струйку воды и пытаясь не захлебнуться. И мне почти удалось, во всяком случае, закашлялся я только после того, как успел сделать несколько глотков. При этом меня еще и качало, словно в колыбели, заставляя сознание находиться на грани беспамятства.

В груди горело огнем, кашлять было больно, а тут еще и струйка воды исчезла, и попытавшись поймать руками ее источник, я схватил только пустоту. И так удивился этому факту, что даже потрудился открыть глаза.

— Привет... — прошипел я наклонившейся надо мной девушке, кашлянул, кажется, ей прямо в лицо, но извиниться уже не успел, вырубившись снова.

Во второй раз я очнулся самостоятельно и чувствовал себя намного лучше. Вот только слабость навалилась такая, что шевелиться сил не было. Даже глаза открывать не хотелось...

Боль почти ушла, лишь рана на груди немного пекла, но в этот раз было терпимо, да качало меня все еще знатно. Да еще и доска под спиной упиралась в позвоночник очень уж неудобно.

Зато лицо приятно холодил соленый свежий ветер, еще бы холодной водой брызгало на меня пореже...

— Какого хрена? — выдохнул я, когда до меня дошло, что происходит, и я резко открыл глаза, попытавшись вскочить. В грудь уперлась маленькая, но крепкая, как будто из дерева, ладошка, и я остался лежать, только моргая слезящимися глазами да ругаясь негромко.

— Блин, ты куда меня везешь, дура? Мне же домой...

Девушка, сидящая напротив меня, на слова не отреагировала, только пожала плечами и, пошарив под лавкой, достала оттуда глиняный кувшин с водой и протянула его мне.

Увидев воду, я сразу же почувствовал дикую жажду и, взяв кувшин, слегка приподнялся, чтобы не захлебнуться снова. А выпив пару глотков, с сожалением оторвался от посуды, сообразив, что много воды у нас быть не может.

— Вода последняя, да? — спросил у молчаливой спутницы и, закономерно не получив ответа, отдал кувшин обратно. — Где ж ты лодку-то взяла?

Девушка в ответ только смерила меня взглядом и, закрепив веревочной петлей прави́ло, шагнула к парусу, хлопающему у меня за спиной. Вот и поговорили...

Провалялся без сознания я почти весь день, судя по клонившемуся к закату солнцу, и сейчас на удивление чувствовал себя хорошо, в отличие от прошлого пробуждения. И если честно, то меня не отпускала мысль, что без усилий спутницы тут никак не обошлось. Нет, ну а что? Если она способна на расстоянии взорвать голову человеку, то и лечить, наверное, может?

Задумавшись, я лежал и изучал девушку, пытаясь понять, где она прячет свое оружие. Ну из чего-то же она выстрелила? Бластер какой-нибудь, например... Совсем маленький, такой, что можно спрятать в ладони или вовсе между пальцами. Двуствольный, ага... Убила-то она из него двоих.

Может быть, в волосах? Но нет, ни заколок, ни каких-то других женских штучек в длинных, пшеничного цвета волосах не угадывалось. Просто копна растрепанных волос, местами выпачканных в крови и тине, вот и все...

В лифчике? Тоже вряд ли, оного предмета гардероба на девушке явно не было, хотя если бы был, то там можно было бы явно что-нибудь спрятать. Даже пистолет... Хотя нет, наверное, я немного преувеличил... Или все-таки...

Пощечина, от которой мотнулась голова, прилетела мне совершенно неожиданно, и оттого была очень обидной, а подняв глаза, я наткнулся на злой взгляд моей спутницы, которой явно не понравился обыск, хоть и бесконтактный.

— Извини, увлекся... — покаялся я, разведя руки в стороны. — Но ведь любопытно же!

Девушка впервые с момента знакомства произнесла короткую фразу на незнакомом мне языке, сопровождая ее резкими жестами, недвусмысленно намекающими на то, что если продолжу в том же духе, то мне будет плохо.

— Ну да, а раньше ты не говорила, потому что все было хорошо, да? — пробормотал я себе под нос. — Хотя да, какой смысл сотрясать воздух, если все равно ни фига не понятно...

Покивав своим мыслям, я, преодолевая слабость, приподнялся и сел, облокотившись на борт лодки, так, чтобы голова торчала над бортом, и огляделся по сторонам. Вот только, как я и ожидал, смотреть было не на что, вокруг плескалось море. Хорошо еще, что волна была совсем слабой, иначе бы мы на такой лодке проплыли недолго, как те три мудреца в одном тазу.

Так и не увидев ничего интересного, я повернулся обратно к девушке и, воспользовавшись опытом сотен просмотренных фильмов, решил начать знакомство заново.

— Сергей, — ткнув себя пальцем в грудь, четко и раздельно произнес я.

— Сер Гей, — кивнув, повторила девушка, заставив меня поморщиться.

— Блин, нет! — возмутился я и произнес уже слитно: — Сергей! Можно Серега, можно Серый, можно вообще как угодно, но не так!

— Блин, — послушно повторила девушка, для убедительности ткнув меня пальцем в грудь.

В ответ на это я только закрыл глаза ладонью и помотал головой. А потом, показав жестами, типа все, забыли, снова ткнул пальцем в грудь и произнес:

— Сер.

— Сер Гей Блин, — понятливо кивнула девушка и, повторив мой жест, представилась сама: — Кайя.

— Кайя, — кивнул я. — Ну вот и познакомились. А теперь мне надо обратно на остров!

Понимая, что мои слова в любом случае будут не поняты, я попытался объяснить жестами, чего хочу...

Вы когда-нибудь играли в «крокодила»? Ну это та игра, где ведущий пытается молча показать загаданное слово, а остальные игроки пытаются это слово угадать. При этом все они живут в одном социуме и говорят на одном языке, а значит, ассоциации у них примерно одинаковые.

Тут же все было не так, и я совсем не понимал, ни как мне объяснить, чего я хочу, ни как понять, что из моих жестов поняла спутница.

А та сначала удивлялась, а потом и вовсе начала вовсю веселиться, наблюдая за моими потугами что-либо объяснить. А уж когда я показал жестами, что надо идти обратно, вовсе расхохоталась и, сделав приглашающий знак, указала за корму, мол, давай, шагай, удиви меня.

Плюнув, я махнул рукой и, отвернувшись, хмуро уставился куда-то на краснеющий горизонт, за которым совсем недавно спряталось солнце.

— Хоть бы ориентиры какие были... — вслух пробормотал я, скривившись. — Как мне потом портал искать?

Мелькнула было дурная мысль об угоне транспортного средства, и я даже ухмыльнулся, покачав головой. Мало того, что Кайя просто вышвырнет меня за борт в этом случае... Так еще и куда плыть — я не имею ни малейшего понятия. Выход был только один — ждать. Ну и стараться надолго не упускать из виду единственного человека, знающего, где находится мой остров. Единственного знакомого мне человека.

В какой-то момент я увидел на горизонте за спиной Кайи черную точку и обрадовался было, что это мой остров, ну, какая-нибудь скала или еще что... Но увидев, что точка движется, да еще и явно в нашу сторону, напрягся и стал пристально следить за ней, не отрывая глаз.

— Кайя, за нами, кажется, погоня, — предупредил я спутницу, когда точка еще больше увеличилась. И понимая, что одних слов тут мало, указал рукой за спину девушки.

А вот Кайя, вопреки моим ожиданиям, к увиденному отнеслась спокойно и даже, кажется, обрадовалась. Во всяком случае, ее лицо осветила явно довольная улыбка, и, пробормотав что-то, девушка закрепила правило петлей и встала на корме лодки, внимательно вглядываясь в горизонт.

Не знаю, чему радовалась моя спутница, а вот я, по мере приближения неведомого объекта, хмурился все больше, уж больно эта штука напоминала мне самолет. И летела она с той стороны, откуда мы как раз убегали. А спрятаться нам, как назло, было совсем негде...

А по мере приближения неопознанного летающего объекта хмурое выражение на моем лице все больше сменялась на удивленное. И было от чего...

Сначала я понял, что эта неведомая летающая хрень явно машет крыльями. Удивился немного, но не сильно, мало ли по какому принципу пошли здешние технологии?

Потом я понял, что эта хрень очень сильно похожа на ящерицу с крыльями... На огромную ящерицу, с длинной шеей, вытянутым туловищем и хвостом. А в воздухе ее держали здоровенные кожистые крылья.

— Вот это ни хера себе! — пораженно воскликнул я. — Это же дракон!

Испытав, как говорит молодежь, самый настоящий разрыв шаблона, я, открыв рот, следил за летающей легендой в оба глаза, до тех пор, пока не стало видно приоткрытую пасть, в которую я мог бы поместиться целиком, ну или половина меня точно. А так еще хуже! И вот тогда мне стало сильно не по себе.

Летающее чудовище быстро приближалось к нам, и мне почему-то все больше и больше становилось неуютно... Может, потому, что эта зверюга способна потопить нашу лодку одним движением, а может, потому, что до меня начинало потихоньку доходить, кого я на днях ткнул палкой в глаз...

— Надеюсь, что ты не злопамятный... — пробормотал я, вслепую нашаривая весло, лежащее на дне лодки. — Пошел на хер отсюда, мы несъедобные! Отравишься, потом изжога замучает...

Но то ли дракон глухой попался, то ли русского языка не знал... Или просто голодный был. Хотя какая разница, в чем причина, если эта тварь явно собиралась атаковать нашу лодку и уже заходила на нас в пике, как фашистский истребитель?

А потом я удивился еще больше... Потому что искорки, которые до сих пор мельтешили у меня перед глазами, с чем я совсем было уже смирился, вдруг резко влетели в подставленную ладонь Кайи, где слепились в плотный снежок, а потом этот снежок резко устремился к дракону и с хлопком ударил его в грудь!

Причем неведомой зверюге такое отношение явно не понравилось, потому что, обиженно заревев, дракон резко отвалил в сторону и, проскользив над водой в красивом вираже, отправился восвояси, величаво взмахивая крыльями.

— Рива, — сообщила мне воительница, указав рукой на дракона, а потом, расстроенно покачав головой, протараторила что-то на своем языке.

— Рива, дракон, — кивнул я рассеянно, запоминая первое слово в чужом языке. — Летающая скотина...

Положив весло обратно на дно лодки, я опустился на скамью и еще долго провожал взглядом улетающего хищника. Все же адреналин — великая сила! Только что чувствовал себя умирающим лебедем, а уже чуть пешком по воде не убежал...

Вспомнив поведение своей спутницы во время всей встречи с драконом, всерьез озадачился ее поведением. Чему она радовалась и почему расстроилась? Или у них драконы — священное животное, как корова в Индии? Если так, то лучше никогда не рассказывать про нашу с ним первую встречу. Все больше и больше вопросов... И ни одного ответа без знания языка.

Какое-то время я молча сидел и смотрел вдаль, вновь переживая произошедшее, и тут до меня дошло то, что мой мозг сразу отодвинул в закоулки памяти, просто потому, что этого не может быть. Просто не может, и все!

А перед глазами между тем все так же плавали искорки, которых опять стало много...

— Как так-то? — растерянно пробормотал я и, выставив перед собой ладонь, попытался заставить искорки собраться на ней, как это делала Кайя. — Ну бред же! Шалости стряхнутого мозга... Или нет?

Из головы не выходили поверженные одним жестом девушки противники, напуганный, а то и раненый дракон...

Потом и вовсе вспомнился вчерашний морской бой, где безоружные люди на корабле вовсю имитировали залпы из реактивного огнемета.

— Это что, магия? Или все-таки технологии? Какие-нибудь нанороботы? — задал я вслух риторический вопрос и, вздохнув, замолчал. Некому было отвечать, только девушка, скептически наблюдающая за моими потугами, слегка улыбалась, как улыбаются взрослые, наблюдая за чудачествами детей.

Сообразив, что выгляжу сейчас как обезьяна, которая копирует действие человека, не понимая их смысла, я спрятал руки в карманы и хмуро уставился в проплывающую мимо воду.

А потом и хмуриться перестал. В конце концов, какая разница, магия это или технологии? Если этому смог научиться один человек, значит, научится и другой. И если уж мыслить глобально, то такие знания будут полезны дома, на родине. То же лечение, например. Да и сами порталы можно изучить. Тоже классная штука, если подумать. Как минимум способная оказаться весьма полезной и подтолкнуть вперед науку на Земле. А там, глядишь, и мир к лучшему изменится. Или не к лучшему. Но в любом случае что-то сдвинется с места. Чем не повод, чтобы поработать? И получается, то, что я не попал сегодня в свой мир, как планировал, — это к лучшему? Судьба, так сказать?

Хотя если уж быть честным перед самим собой, то все эти мысли служили только оправданием принятому уже решению. И оправдывался я перед самим собой за свое любопытство. Не зря же говорят, что первые сорок лет детства для детей самые сложные? А мне всего тридцать девять, имею право пока еще побыть ребенком...

Улыбнувшись, я поднял взгляд на изучающую меня Кайю и, пересев поближе к ней, повторил те же жесты, которые она произвела, отпугивая дракона, а потом скорчил на лице вопросительную гримасу. Видимо, у меня получилось немного не то выражение лица, на какое я рассчитывал, потому что девушка прыснула в ладонь, а потом и вовсе рассмеялась в голос. Причем смеялась она так заразительно, что волей-неволей рассмеялся и я сам. И в этом смехе уходило напряжение сложного дня, в котором смерть несколько раз стояла совсем рядом, но так до меня и не дотянулась. И это хорошо.

Отсмеявшись, девушка опять выстрелила чем-то в воду рядом с лодкой, а я опять ничего не понял. Но отчаиваться не стал. Как там говорил вождь красной революции в начале своего пути? Правильно, мы пойдем другим путем! И я пошел... В переносном, разумеется, смысле.

— Лодка, — ткнул я пальцем в наше плавсредство и вопросительно уставился на девушку, ожидая перевода. А дождавшись, повторил несколько раз, запоминая. А потом я весь вечер указывал на предметы и запоминал их название, до тех пор, пока эти предметы не кончились. После этого хотел было пройти все по второму кругу, чтобы наверняка запомнить, но девушка явно устала и продолжать обучение на сегодня отказалась.

— Ну, значит, продолжим завтра! — жизнерадостно заявил я, укладываясь поудобнее на лавке. А Кайя, похоже, сообразив смысл сказанного, опасливо нахмурилась и вздохнула...

— Ты не расстраивайся, — тут же успокоил я ее, подмигнув. — Ученье — свет! А неученье — чуть свет, и на работу...

Глава 6

- Значит вы путешествовали по архипелагу на лодке? И пока плыли, тебе в мозг с помощью магии внедрили знание языка, да?

- Дурак, что ли?

Наше морское путешествие длилось еще почти двое суток, скорее всего, просто потому, что небольшая лодка с куцым парусом — не самый быстроходный вид транспорта. Да и не самый надежный, если уж на то пошло. О том, что будет, если волнение на море усилится даже совсем немного, я старался не думать, как и про то, что с нами станет, если пропадет ветер. Нет, весла-то у нас были, но сколько нужно грести, чтобы проплыть даже десяток километров?

Между тем воду, как выяснилось, я вылакал еще в первый же день, когда был совсем плох, а оставшуюся на дне кувшина мы потом честно разделили между собой. Причем я попытался было проявить благородство и отказаться от своей доли, но нарвался на короткую и злую отповедь, в конце которой мне сунули под нос маленький, но крепкий кулачок. Ну, в этом случае девушка выступала как мой лечащий врач, а потому имела полное право, что тут скажешь?

В общем, в этом путешествии я узнал, каково это, когда близок локоть, да не укусишь... Казалось бы, вот она вода, плещется, манит... Прозрачная, холодненькая, но соленая и не полезная ни разу.

И кстати, с водой было мое первое легкое разочарование в местной магии. Оказалось, что маги не могут взять и создать глоток воды. Ну там сконденсировать из воздуха или превратить морскую воду в пресную. То ли магия здесь неправильная, то ли они не читали наших книг и не знают, что маг может все. Или Кайя просто так не умеет. Во всяком случае, когда я долго и старательно пытался объяснить ей свой вопрос про магию и воду, она только качала головой и разводила руками, мол, извини, друг, но нет.

Зато с едой у нас проблем не было, ее оказалось много, целая корзина. Причем там нашлось и копченое мясо, и твердый ноздреватый хлеб, и головка сыра... Вот только есть без воды — сомнительное удовольствие.

А еще, когда я был заперт в пещере, жажда воспринималась намного легче просто потому, что мне было чем отвлечься, а здесь не думать о глотке воды оказалось сложно.

Может быть, поэтому я большую часть времени пытался выудить из Кайи новые слова на местном языке, с таким энтузиазмом, что, кажется, задолбал ее к концу путешествия совсем. Во всяком случае, когда на горизонте показался берег, девушка была просто счастлива и чуть не приплясывала от восторга. Хотя, может, и сплясала бы, если бы под нами находилась земля, а не качающееся дно лодки.

Я же искренне радовался за девушку, наблюдая за ней со стороны. Хотел даже за весла взяться, но был обруган спутницей и понял, что слегка погорячился. Тоже правильно, если подумать. Сам еле сижу, а туда же.

Остров был явно побольше того, на котором я появился в этом мире, во всяком случае, так мне показалось с моря. Длинная полоска пляжа, над которой чуть дальше раскинулся довольно приличный город, с полноценной крепостной стеной и широким посадом из одноэтажных хижин перед ней. Впрочем, виднелись среди них и полноценные каменные дома, массивные и надежные даже с виду. Причем располагались они в строго определенных местах, геометрически правильно, почти на равном удалении друг от друга. Первая линия обороны? Или просто так совпало?

А в стороне, примыкая к другой окраине города, на якоре стояло больше десятка галер, похожих на те, что я видел на острове. И если посчитать количество воинов на каждый корабль, то выходило, что в городе сейчас находится достаточно крупный отряд. Роты две точно наберется, а скорее всего, больше, если у них, как у викингов, нет гребцов.

На берегу было почти безлюдно, только стайка вездесущих мальчишек занималась своими делами. Они-то нас и заметили первыми, и к тому времени, как мы подплыли достаточно близко, чтобы различать лица находящихся на берегу, там уже собралась приличная толпа, состоящая в основном из детей и женщин. И никто из них, надо сказать, нашему прибытию не радовался.

Да и Кайя постепенно утратила улыбку и с каждой минутой становилась все более хмурой. Поджала губы и опустила глаза.

— Что происходит? — спросил я вслух на русском и продублировал вопрос мимикой. — Тебе тут не рады?

— Смерть, — известным мне словом ответила девушка, поняв, что я от нее хочу.

— Как так? — возмутился я и заозирался по сторонам, прикидывая, что можно использовать как оружие. Ничего не нашел и на всякий случай придвинул к себе тяжелое весло. Парус все еще работал, поэтому весла так и лежали пока на дне лодки. Вот и послужат в последний раз, хоть и не по назначению...

— Нет. — Кайя привлекла мое внимание и для надежности отрицательно помотала головой.

— Типа не сопротивляться? — опешил я, а потом усмехнулся и поудобнее перехватил весло. — Да хрен ты угадала! Лучше бы отвернула в сторону, пока не поздно!

— Нет, — повторила девушка и мотнула головой в сторону берега. А потом показала жест пальцами, посмотри, мол.

Я посмотрел. Пожал плечами и посмотрел еще раз. Лодка подплыла уже достаточно близко к берегу, и если приглядеться, можно было увидеть выражения лиц встречающих. На них были скорбь, разочарование, где-то даже ненависть, но никак не ярость.

— Непохоже, что сейчас нас будут убивать... — растерянно пробормотал я себе под нос и вдруг все понял.

— Смерть не наша, да? — повернулся я к девушке и сообщил о своей догадке. Хотя говорил я, скорее, себе, если учесть, что она меня не понимает. — Да и не смерть, похоронка. Ты привезла похоронку семьям воинов с тех трех галер!

Кайя молча кивнула, словно поняла, что я сказал, и, закрепив штурвал, встала со своего сиденья и потянула за одну из досок, которая оказалась крышкой своеобразного багажного отсека. Оттуда девушка достала широкий пояс с ножнами, в которых прятался длинный нож. Ну или кинжал, кто бы еще разбирался в этих тонкостях...

— На. — Воительница протянула мне ремень, и я, усмехнувшись, опоясался подарком. Вот только уверенности мне это оружие не прибавило. Видел уже, чего я стою против человека, привыкшего к холодному оружию. Впрочем, зачем мне сделали этот подарок, понял. Статус. Видимо, мужчина без оружия ходить не должен. А почему так, выясню позже, если будет такая возможность.

Встречали нас молча. Кто-то просто смотрел на нас, кто-то всхлипывал и отворачивался, кто-то потерянно провожал взглядами. Но особого негатива я не заметил.

Кайя что-то громко сказала, обращаясь к людям, и, распахнув опять сундук, достала связку из нескольких мечей. Потом взвалила на плечо трофеи и выпрыгнула на песок. Не глядя, подала мне знак идти за ней и, гордо подняв голову, зашагала сквозь толпу.

Я только крякнул, неуклюже перевалившись через борт, и, хромая, заковылял за девушкой, с интересом разглядывая людей вокруг, стараясь лишь не встречаться с местными жителями взглядами. Уж слишком сильно от них веяло болью потери. Я с таким и сам сталкивался и не хотел бы быть тем, кто принес людям дурную весть. Не повезло Кайе, что уж там. Хотя, с другой стороны, жива же? Значит, все же повезло...

Отбросив ненужные мысли, я сосредоточился на том, что видел вокруг, ища сходство с тем, что осталось на земле. Вот только сходство было разве что с картинками из исторических книг. Простые одежды, без всяких заморочек. Некрашеные штаны, рубашки, босые ноги... Впрочем, последнее — это, скорее всего, из-за того, что вокруг царило лето. Упаришься в кожаной обуви. На меня местные смотрели с явным любопытством, но думаю, что это только из-за одежды. Даже мой потрепанный старый камуфляж и потертые берцы выглядели просто королевским одеянием. В остальном же я от них не слишком отличался внешне.

Внешность у людей тоже вполне себе обычная. Никаких тебе острых ушей, ни орчьих клыков... Светлые, порой даже соломенные волосы, легкий загар, вот и все общие приметы.

Как только минули людей, Кайя явно вспомнила, что ее спутник на ногах пока держится не слишком уверенно, и замедлила шаг. Я же ковылял следом, все так же посматривая по сторонам. А посмотреть было на что, хотя бы на то, как устроен быт людей. Многие различия явно бросались в глаза. Например, то, что почти не было вывешенной на сушку одежды. Стирают реже? Может быть, но скорее всего, тут другое. Больше похоже, что с одеждой здесь не все так богато, как в нашем мире.

Еще в хижинах я заметил почти полное отсутствие печных труб. Впрочем, учитывая соломенные крыши над домами, это логично. Сгорит же все. Вот только как они здесь зимуют? И с окнами тоже непонятно. Окна есть, но пустые, без стекол. Не то будут вставлены позже, не то будут заколочены к холодам.

Также между домами не было заборов, а потому посад просматривался почти насквозь. Тоже не слишком понятно. Как жить-то, когда все время на виду? Ладно, когда временно так живешь, но все время?

Впрочем, тут меня осенило. А ведь действительно, все это больше напоминало временное пристанище, чем полноценное жилье. Или трущобы? Надо будет заглянуть как-нибудь за стены и посмотреть, что творится там. Ну или учить язык быстрее и расспрашивать Кайю.

В какой-то момент я не заметил, как девушка остановилась, и чуть было не сбил ее с ног, а все потому, что нужно иногда смотреть вперед, а не по сторонам. В последний момент увернулся от столкновения, обогнув спутницу и встав чуть впереди нее, взглянул наконец на преграду, помешавшую ей продолжить путь.

И этой преградой оказались трое молодых людей, лет двадцати, одетые явно богаче, чем те, кто встречал девушку на берегу. Да и морды их мне сразу не понравились, какие-то надменные, что ли... Видел я уже таких, в своем мире. И даже бил пару раз, в молодости. Потом, правда, били меня, но это несущественно.

Вот и сейчас не стал тушеваться, а вместо этого сделал еще шаг вперед, окончательно загораживая собой девушку, и нагло улыбнулся, глядя в глаза тому, кто выглядел старшим в этой компании. И, в общем-то, угадал, как позже выяснилось, вот только парни явно собирались поговорить, а я не знал языка, от слова совсем. Поняв всю нелепость ситуации, только хмыкнул, но ничего менять не стал.

Меня смерили таким же наглым взглядом, явно задержавшись на необычной, и самое главное, крашеной одежде, и, явно сбившись, что-то сказали Кайе, а потом, резко развернувшись, удалились, все трое. Что и требовалось, в общем-то. Нет, я понимал, что влез туда, куда не просят, и наверняка нарушил какие-то местные условности или обычаи, но именно сейчас мне было на это плевать. Хотелось пить, а потом и сесть уже куда-нибудь. А лучше лечь на что-то более ровное, чем ребристое дно лодки, и уснуть. Сил на лишние переживания не было совсем.

А потому я обернулся к девушке и, поймав ее удивленный взгляд, подмигнул, а потом жестом показал, мол, прошу, веди меня, Сусанин в юбке, туда, где много вкусной воды! А с неприятностями мы потом разберемся. Они от нас все равно никуда не денутся.

Пройдя еще немного, мы остановились у самой крепостной стены, рядом с двумя близко расположенными друг к другу домами. Причем из одного из них как раз раздавались звуки ударов металла о металл. А еще в доме явно была печь или очаг, во всяком случае, труба из крыши торчала, и оттуда шел поток раскаленного воздуха.

Жестом указав мне ждать, Кайя нетерпеливо заскочила в помещение, и там сразу же стало тихо.

— Кайя, дочь кузнеца... — улыбнулся я и, вспомнив родной фольклор, добавил: — Подпольная кличка — Маруся.

Из кузницы девушка выпорхнула уже без груза, зато под руку с пожилым мужиком, чем-то неуловимо похожим на мою спутницу. Хотя это она была похожа на отца. Разве что цвет глаз отличался, да волосы у мужика были не пшеничные, а, скорее, седые.

Кайя что-то рассказывала отцу, отчаянно тараторя, а тот только слушал и кивал. И хмурился все больше. А потом, прервав ненадолго дочь, кивнул мне и, жестом указав на второй дом, повел туда мою спутницу. Я же, дождавшись, пока они пройдут мимо, пошел следом, отметив про себя, что у отца Кайи явно серьезные проблемы с ногой, хоть он и старался не сильно хромать. Удивился про себя, как это, с дочерью-магом иметь проблемы со здоровьем? И отметив в голове очередной вопрос, который нужно будет задать, когда выучу местный язык, выбросил из головы.

А потом мне дали воды... Холодной, полный кувшин! Я жадно пил, радуясь жизни, стараясь не захлебнуться от жадности, и лишь опустошив посуду, сообразил, что нужно было, наверное, поделиться с девушкой. Потом заметил, что она так же жадно пьет из глиняной кружки громадных размеров и успокоился, переключив внимание на хозяина дома.

— Сер, — указал я на себя пальцем и замер в ожидании ответа.

— Ламар, — представился кузнец, повторив мой жест, и, пройдя в глубь дома, сел за стол, с явным удовольствием вытянув левую ногу.

— Садись, — кивнула мне Кайя, а сама принялась накрывать на стол, вызвав мою улыбку. Только в дом вошла, а уже хозяйничает, повезет кому-то с женой.

Усевшись за стол, напротив кузнеца, я так же вытянул вперед раненую ногу и, поймав понимающий взгляд Ламара, пожал плечами, бывает, мол.

Пока хозяйка накрывала на стол, я огляделся по сторонам. Дом, если честно, напоминал жилище закоренелого холостяка. Ничего лишнего, только самое необходимое. Кухня, которая состояла из двух столов, очага и нескольких плетеных коробов у стены, да спальня в противоположном конце дома, где стояли две застеленные шерстяными одеялами кровати. Ну и сундуки прикроватные, куда же без них... Вот, в общем-то, и все убранство. А в целом если бы вставить стекла в окна, то вполне можно жить. Ну и полы чем-то застелить, а то от камня наверняка холод зимой веет. Без обуви мигом ноги отморозишь. Хотя, может, я зря меряю привычными для меня мерками, вдруг здесь нет зимы как таковой?

В качестве люстры использовалась какая-то кованая штука под потолком, в которую были вставлены две толстые свечи, сейчас погашенные, а оттого в доме царил полумрак.

Поставив на стол три тарелки с каким-то вареным овощем, напоминающим по виду картошку, только желтого цвета, девушка добавила туда по большому куску печеной рыбы и сама тоже села за стол.

Ужин проходил под разговор кузнеца с дочерью, в котором я не понимал ни слова, лишь следил за интонациями и мимикой, пытаясь сообразить, о чем речь. Разумеется, ничего не понял, но по ходу разговора мужчина хмурился все больше и больше. А потом и вовсе отодвинул от себя блюдо с недоеденным ужином и, тяжело поднявшись на ноги, прошел в спальню. Там он достал из сундука пояс с мечом и, нацепив на себя, молча вышел из дома.

— Все интереснее и интереснее, — пробормотал я себе под нос. — У вас тут явно какие-то проблемы, да?

Ответа, разумеется, не было, и, вздохнув, я молча доел ужин, а потом устало привалился к стене. Рана в груди почти не ощущалась, разве что одышка мучила, а вот натруженная недолгой прогулкой нога разболелась.

Кайя, заметив мое состояние, молча встала и отправилась стелить мне постель, кинув предварительно на камни большую шкуру какого-то животного.

Раздевшись, я с удовольствием вытянулся на шкуре, укрывшись колючим, но приятным одеялом. Некоторое время обдумывал все, что со мной происходило за последние дни, и удивлялся. С одной стороны, все было как-то нереально, как в фантастике. Все эти маги, средневековая деревня, кузница эта еще... Потом вспомнил, как в детстве пытался выковать себе меч из полоски металла. Грел его на костре и с энтузиазмом долбил по железяке дедовым молотком. Разумеется, ничего так и не получилось, но желание-то было? Было. И вот спустя три десятка лет самая настоящая кузница. Значит, нельзя упускать момент, тем более что на халяву тут жить все равно нельзя, нужно же как-то хлеб отрабатывать?

Так я и уснул, с мыслями о том, что мечты иногда все-таки сбываются, хотя и чаще всего тогда, когда ты про них уже забыл.

Глава 7

- И что, имея под боком настоящего мага, на следующий день ты проснулся как огурчик?

- Ага. Зеленый и в пупырышках…

С кровати я поднялся по-нормальному только через два дня, зато почти здоровым. А до того валялся пластом и большую часть времени спал. Не знаю, подействовало ли так магическое лечение, или сам организм подкузьмил, но как есть. Зато после этого стремительно пошел на поправку и все больше времени проводил на ногах.

Вот и сейчас спустя неделю после моего прибытия на остров я проснулся и сразу же отправился на речку. За водой, да и освежиться заодно. Из одежды на мне были только штаны и ремень с подаренным кинжалом. А вот без обуви ходить я так и не успел еще привыкнуть. Нет, если не спеша, то все нормально, но стоит ускорить шаг, как обязательно поймаешь голой пяткой острый камешек, либо сухой стебель обломанной травы. Вроде бы и не критично, но неприятно же! Так что, несмотря на жару, шел в ботинках.

В общем, вид мой разительно отличался от местных, несмотря на схожую с ними внешность. А еще мне мешалась железяка на поясе. Всегда предпочитал небольшие и удобные ножи, полагая, что такие «свинорезы» — удел «мамкиных боевиков». А вот поди ж ты, сподобился на старости лет. Да еще и стыдно было перед самим собой, понимал же, что эта железка у меня — не больше чем просто понты. Как новенький айфон у девицы с надутыми губами... Все равно по-человечески использовать не умею, не деревяшки же им строгать?

Дорога до речки по моим ощущениям занимала минут пятнадцать неспешным шагом. Очень хотелось пробежать это расстояние, вдыхая вкусный, чистый воздух, разогнать кровь по венам... Но нельзя, только-только на ноги встал.

А вот поплавать рискнул. Вода была холодной, несмотря на лето, что неудивительно, текла-то с гор. Да и переплывал я эту речушку всего за несколько гребков, но все равно радовался как ребенок. Давно на пляже не был, лет пять точно, вот и вспоминал молодость. А в море лезть пока не рисковал. Не заметил, чтобы кто-то купался, а выяснить почему — не хватало словарного запаса. Может, тут твари опасные водятся, а может, просто не принято.

Искупавшись, выскочил на берег и, пока не обсох, подхватил тяжелые деревянные ведра, и, зайдя обратно в воду по пояс, набрал воды. Мог бы и с берега, но почему-то мне казалось, что чем глубже, тем вода чище.

Так и отправился обратно, мокрый и с двумя полными ведрами в руках. И нарвался на комитет по встрече неместного гада местными четкими пацанчиками. Не знаю, может быть, вся молодежь в любом из миров страдает такой причудой или это лично мне повезло, но вот как-то так. Аж ностальгией повеяло. Вспомнилось, как подростком, провожая девчонку в чужой район, ты всегда мог на обратном пути нарваться на такую вот встречу. Причем пока ты шел с ней, тебя не трогали, а вот по возвращении...

Так и здесь. Первые два дня я просто сопровождал Кайю, мне даже ведра нести не позволяли, а спорить с моим личным лечащим врачом было чревато. И вот, стоило в первый раз пойти одному, и все. Причем вся тройка встречающих была той же, что и в прошлый раз, когда мы с Кайей прибыли на остров. И чего прицепились, спрашивается? Да еще и явно непростые ребята, явно не голытьба, стоят в добротных кожаных сапогах да с оружием на поясе.

— Н-да, чуть-чуть не дошел, — покачал головой я в ответ на пылкую речь предводителя троицы. Наверное, здоровается... И ставя ведра на землю, поприветствовал их в ответ: — Сам пошел на хер!

Дальше даже думать не стал, помнил из молодости: вступишь в полемику — будешь бит, да еще и виноватым останешься. Не-не-не, староват я стал для таких игр...

А потому одним движением расстегнул пряжку ремня и, резко шагнув вперед, пнул от всей души в голень зачинщика. И понеслась...

От добивающего удара в лицо молодой человек успел увернуться, а там в драку включились и его товарищи. Интересно получилось. Но больно... В какой-то момент, поймав в захват одного из противников, я красиво бросил его через себя, но при этом получил кулаком в ухо и «поплыл». Дальнейшее помню плохо, часть ударов я пропускал мимо, часть ловил на корпус, а иногда и по лицу знатно прилетало...

Только в какой-то момент драка резко прекратилась, как отрезало. Троица агрессоров подобрала брошенное на землю оружие, молча собралась и быстренько свалила, опустив головы и не оглядываясь, а я поднялся на ноги и, нацепив оружие обратно, подхватил опрокинутые ведра. И только потом обернулся на дом Кайи. Там на крыльце стоял кузнец и, сложив массивные руки на груди, провожал взглядом троицу молодых людей. Потом перевел взгляд на меня, усмехнулся чему-то и не спеша ушел в кузницу.

А я стоял и смотрел ему вслед, чувствуя себя подростком. Потом встряхнулся, пощупал рукой явно подбитый глаз и улыбнулся разбитыми губами.

— Прям как в детство вернулся...

После того как сходил за водой еще раз, накинул китель и отправился кузницу. Там встал у двери и некоторое время наблюдал за таинством. Кузнец и его дочь изготавливали какой-то сложный механизм, причем Кайя все время что-то колдовала над металлом, а ее отец щипцами и молоточком придавал детали нужную форму.

Зрелище меняющего форму куска железа, искрящегося магическими искорками, завораживало, и я опомнился, только когда меня окликнул Ламар.

— Ветер дай.

Кивнув, я подошел к мехам и, обхватив толстую ручку, принялся равномерно подавать воздух, при этом глядя во все глаза на работу мастера. И радуясь при этом, что меня впервые пригласили поучаствовать в процессе. Глядишь, еще через недельку и вовсе позволят молотком постучать, создавая что-нибудь, а там...

— Больше! — вырвал меня из мечтаний голос кузница, и я, опомнившись, начал активнее работать мехами.

А ближе к обеду, когда я уже едва смог разогнуть спину, мне продемонстрировали результат как минимум нескольких дней работы. И я весь обед гадал, что же это за штука такая, и только к вечеру сообразил, да и то с подсказкой. Кайя, видя мои мучения, просто показала мне на одну из башен города, на которой был установлен здоровенный арбалет. Мы как раз шли на ежедневные вечерние занятия, которые девушка проводила с местными детьми. Проводились они в одной из пустующих хижин, которую, по всей видимости, община выделила специально для этого. И дорога наша шла вдоль крепостной стены.

— Для корабля, — пояснила моя спутница.

— То есть мы создали деталь корабельной артиллерии? — уточнил я, по привычке на родном языке, а потом спросил уже на местном: — Где корабль?

Универсальный жест, которым мне ответила Кайя, расшифровывать не пришлось. Нету...

Не став расстраивать девушку дальнейшими расспросами, я заткнулся, задумавшись о мастерстве местных кузнецов. Металл, который ковался, как мягкий воск, я после тайком попробовал поцарапать своим кинжалом и не преуспел. На черной поверхности не осталось даже следов от моих попыток.

Вздохнув, я только головой покачал. Когда я сам достигну таких успехов? Получится ли у меня до отбытия домой научиться хоть чему-то? Вопросы, вопросы... Единственный вопрос, на который я точно знал ответ, это то, что еще до осени я попробую отправиться на остров, где находится мой портал. И этому было несколько причин. Причем первая была самой банальной — осенью начнется сезон штормов, а путешествие на лодке и без того весьма рискованное занятие. А вторая причина заключалась в том, что осенью общину, которая меня приняла, ждут серьезные изменения. Какие конкретно, я так пока и не понял, но в том, что что-то назревает, был уверен. Как и в том, что срок этому событию как раз таки осень. Уж больно часто это слово звучало в вечерних разговорах кузнеца с дочерью. И атмосфера этих разговоров была если не похоронная, то тягостная точно.

За размышлениями и так недолгая дорога пролетела совсем незаметно, и вот мы уже внутри дома, где, рассевшись в ряд на полу, нас ждут трое детей лет десяти. Все трое мальчишки, озорные и непоседливые, как и все в этом возрасте. Поэтому занятия никогда не занимали больше часа. Нет, проводились занятия и с детьми постарше, но реже, и меня на них не звали. Смысла не было, все равно ничего не пойму. В эту же группу я приходил уже четвертый раз. С тех самых пор, как встал на ноги. И если в первое мое посещение класса дети постоянно косились на меня, отвлекаясь от процесса, чем жутко раздражали строгую учительницу, то теперь молча проводили взглядами и забыли, чем вызвали мое немалое облегчение. Если честно, то поначалу я был уверен, что Кайе все это надоест рано или поздно и меня выставят на улицу.

Войдя в дом, привычно проковылял в дальний угол, где и уселся прямо на пол в ожидании урока. Причем мне сразу выдали сверток с завернутым в тряпицу кусочком горного хрусталя, как и в прошлый раз, и прочитали лекцию:

— Смотри. Повторяй.

Кивнув, я расстелил перед собой кусок ткани и, положив на нее камень, приготовился. Тем же самым занимались и дети, сидящие передо мной. Вот только им Кайя что-то долго и многословно рассказывала, а я сидел как дурак, практически ничего не понимая. Ну и ладно, в конце концов, что я, не русский, что ли? Мы же всегда сначала делаем, а уже потом читаем инструкцию, да и то, только если сломаем... Но чаще все-таки нормально получается.

Вот и сегодня я хмуро следил, как дети медленно, но уверенно заставляют летающие вокруг искорки влетать в кристаллы хрусталя, и пытался понять, как же они это делают? Вроде не шевелятся, значит, руки и всяческие жесты тут ни при чем. Не говорят ничего, только сопят напряженно в две дырочки, а один и вовсе даже язык слегка высунул — сосредоточен, блин... Значит, и заклинания тоже мимо. Даже мысленно проговариваемые — наверняка бы хоть кто-нибудь губами шевелил. Дети же...

Так и сидел. То смотрел на других, то сам таращил глаза, пытаясь силой мысли впихнуть хоть одну искорку в камешек. И все отчетливее понимал, что что-то делаю не так. Дети-то сидят расслабленные, а я, наоборот, напряжен и даже устал, как будто стометровку пробежал.

Попытался расслабиться, прикрыл глаза... Вдох, выдох, вдох выдох...

— Пойдем! — Встрепенувшись, я открыл глаза и с недоумением огляделся вокруг. На улице уже начало темнеть, дети куда-то исчезли, а надо мной стояла ехидно улыбающаяся Кайя, протягивая мне руку.

— Блин... Вот тебе и расслабился... — пробормотал я, хватаясь за протянутую руку и со стоном выпрямляя онемевшие ноги. — Стыдно должно быть, Серега! Со времен института на занятиях не спал. Хотя с тех времен я и на занятиях не был...

По пути домой,Кайя все время на меня косилась и весело улыбалась, чуть ли не впервые с момента прибытия на этот остров. А я что? Хоть что-то у меня получилось. Если не колдовать, то хотя бы поднять настроение девушке. А то ходит все время хмурая.

Впрочем, ее хорошее настроение испарилось, как туман под ярким солнцем, стоило нам подойти к бухте и увидеть там толпу народа, радостно встречающую два корабля, только что прибывших на родную землю.

Воины, сошедшие на берег, несли многочисленные мешки, по всей видимости, с добычей, и гордо посматривали на своих домашних, ждавших их из похода. А впереди отряда шествовал, по-другому и не скажешь, их предводитель, в стальной кирасе и с секирой за спиной. И, кстати, единственный из встреченных мной здесь местных обладатель рыжей шевелюры.

Мы с Кайей наблюдали за этой встречей издалека, причем я смотрел с любопытством, а девушка хмуро, исподлобья.

— Ты чего? — наконец решился спросить я, состроив на своей роже выражение вопроса.

— Три корабля, — кратко ответила мне девушка и сопроводила свои слова жестом, показав три пальца. — Там два.

Подумав, я сообразил, о чем речь, а когда понял, обернулся обратно к толпе и только сейчас заметил, что кое-где мелькают лица, на которых совсем нет радости. Скорее уж наоборот.

— Понятно... — покачав головой, подытожил я. — Четыре потопленных галеры только при мне. Если так дальше пойдет, то скоро вы будете ходить исключительно пешком...

Видимо, Кайя подумала о том же и, поджав губы, резко развернулась и быстро зашагала домой, даже не обернувшись посмотреть, иду ли я следом. А уже дома о чем-то долго спорила с отцом, по-видимому, не стесняясь в выражениях. А закончился этот разговор ударом отцовского кулака по столу. И все, в доме снова наступила тишина.

Я же даже гадать не стал, о чем идет речь, поскольку, не став ужинать, сразу отправился на свою постель. Где, пользуясь тем, что на меня никто не обращает внимания, сидел снова перед кристаллом и пытался повторить то, что при мне получалось у детей и совершенно не получалось у меня. Вот только упрямые искорки не желали лезть в камень. Они вообще вели себя так, словно им было на меня плевать. Сволочи мелкие...

Через некоторое время меня окликнули, и, подняв голову, я увидел девушку, протягивающую мне кружку с местным аналогом чая. При этом Кайя неодобрительно покосилась на кусочек хрусталя, который я самовольно прихватил с собой, но ничего не сказала. А я, скорее всего, покраснел, но извиняться не стал. Я же с возвратом?

Положив кристалл на сундук, поднялся и, взяв кружку, кивком поблагодарил девушку. Сел было за стол, но заметив, что кузнец уже укладывается спать, вышел на улицу и сел на лавочку у стены. Самому мне спать не хотелось.

Посидев немного, достал из внутреннего кармана сигару и задумчиво покрутил ее в руках. А потом спрятал обратно. Незачем это. Пока еще не сильно хочется, значит, не нужно.

Через некоторое время ко мне присоединилась Кайя, тоже с кружкой в руках. Так мы и сидели молча, просто глядя в темноту и думая каждый о своем. Не знаю, о чем думала девушка, а я вспоминал дом и прикидывал, хочу ли туда вернуться. Там меня никто не ждет и никто не заметит, что меня нет. Дед давно уже умер, родители встречают старость в другом городе, переехали туда, где теплее, как только вышли на пенсию. А потом к ним уехала моя сестра. Меня тоже звали, но как-то неуверенно, что ли. Отвыкли они от меня, а скорее всего, и не привыкали никогда. Это сестра поздний ребенок, который всегда был рядом с ними. Я же рос в тот период, когда разгул рыночной экономики не оставлял родителям свободного времени на воспитание ребенка. И воспитывал меня дед. А когда они спохватились, было уже поздно. С тех пор я с ними виделся редко, а в последний раз был у них в гостях и вовсе года три назад.

Наконец мы, не сговариваясь, поднялись с лавки и отправились в дом, в котором горела одинокая свечка, с трудом разгонявшая темноту. Кайя подошла к источнику света и, потушив его, отправилась спать, я же просто лег на шкуру, опять положив перед собой кусочек хрусталя, но мысли витали где-то далеко от попыток учиться магии.

В кромешной темноте искры, мельтешащие перед глазами, особенно раздражали, и в какой-то момент я смахнул их в сторону, сам не зная как, просто машинально. И лишь через несколько минут сам понял, что только что сделал.

Подхватившись, я вскочил и, взяв кристалл, кинулся к обеденному столу, по пути опрокинув лавку, но даже не обратил на это внимания. Там, положив на стол камень, снова попытался направить в кристалл искру. Сильно не сразу, но у меня это получилось. А через какое-то время к этой искре присоединилась еще одна. А потом еще и еще...

Наконец, кусочек хрусталя начал светиться в темноте, как небольшой светодиод, и довольный собой, я поднял его со стола двумя пальцами, поднося к глазам, вглядываясь внутрь камня. Разумеется, ничего не увидел, но это было уже неважно. Я сделал это! Выполнил вступительный урок начинающих магов!

— Ха! — выдохнул я, подбросив кристалл в воздух и подставляя ладонь, чтобы поймать его, но со стороны спальни послышался крик, и камень резко изменил траекторию, улетев в стену, а там взорвался, словно китайская петарда, громко и ярко.

— Блин... — выдохнул я, спрятав руку, которой собирался поймать камень в воздухе, за спину. А потом, виновато посмотрев на злющую Кайю, державшую в руке шар огня, разгоняющий темноту, спросил: — А у нас есть еще хрусталь? А то этот немного того... Сломался...

В эту ночь мой словарь местного языка пополнился сразу множеством слов — синонимов слова «дурак».

Глава 8

- И долго ты учил местный язык?

- Ну… Недельки через три я уже мог сносно общаться с людьми. Примерно как Олишер с нами общался, помнишь? «Моя твоя понять!»

Время за новыми для меня делами и заботами летело незаметно, и вот уже мы с Кайей несем пять готовых спусковых механизмов для баллист плотнику, для установки на готовые изделия. Кузнец с дочерью изготавливали их, даже несмотря на магию, почти две недели, ну и я приложил руку. Совсем немного, но поучаствовал в качестве помощника из разряда «принеси-подай». Благо, что знание языка в среде его носителей понемногу улучшалось, и мы могли хоть немного изъясняться короткими, рублеными фразами. Вот только серьезных разговоров пока не заводили. Вообще, как по мне, мало разговаривали.

Хотя это вполне объяснимо, даже самый короткий разговор отнимал много времени, просто потому, что каждое предложение приходилось сопровождать жестами и дополнительными объяснениями. А свободного времени у семьи, в которой я жил, было совсем немного. Как и у всех в посаде. А еще не отпускало ощущение, что вокруг словно тикает невидимый таймер, который видят все, кроме меня. И я поневоле заражался таким настроением, и сам целый день занимался чем-то полезным. Вот и общались в основном, пока куда-то шли.

Плотником оказался древний старик, маленький, лысый, подслеповатый. Но все еще твердо стоящий на ногах. Да и топор в руках он держал пока крепко. Разумеется, силы у старого профессионала были уже не те, и ворочать массивные бревна ему было тяжело. Но с этим ему помогали сразу две помощницы, женщины средних лет, с уже пробивающейся сединой в волосах. Я сначала скептически покачал головой, глядя на эту картину, все же не женское это дело, но заметив, как ловко помощницы вертят бревно и тут же закрепляют его в зажимах с помощью клиньев, мнение свое переменил. Не до конца, правда. Вот хоть тресни, а все равно считаю, что не женская это работа.

А на обратном пути я впервые спросил у Кайи о давно замеченной мной неправильности.

— Почему все мужчины живут за стенами? А здесь только женщины и дети?

— Мы гости, — не слишком понятно объяснила девушка и, увидев мое непонимание, дополнила, наглядно показав на посад и на остров: — Здесь, на острове гости.

— А они? — уточнил я, показав на город за стенами.

— Они дома. Другая семья. — Изначально девушка употребила другое слово, но видя, что я не понял, заменила его на знакомое мне.

— Семья? А, типа племя? — Я защелкал пальцами, вспоминая другой термин, вертевшийся на языке. — Клан, вот! Тогда это все меняет... А где ваш дом?

— Остров, с которого мы с тобой пришли, — ответила Кайя, опять дополняя незнакомые слова жестами.

— Ага...

На этом расспросы пришлось прекратить, Кайя убежала куда-то по своим делам, а я отправился в кузницу, где присоединился к работе. И в этот раз я уже участвовал в процессе сам, работая молотобойцем. Не то меня повысили, не то, вероятнее всего, решили, что я уже достаточно выздоровел для тяжелой работы.

Ковали мы простой топор, или, скорее, секиру, если судить по размеру и форме лезвия. И в этот раз без каких-либо тонкостей или магии. Грели металл, стучали молотами, снова грели... И так до тех пор, пока лезвие не стало более-менее похожим на готовое изделие. А дальше Ламар остался доводить его до ума, а я рванул на занятия магией.

Прибежал вовремя, опередив остальных учеников. Тут же взял свой сверток с камнями и, сев в угол, принялся за тренировку, наполняя камень магией уже машинально, не задумываясь. Натренировался за две недели. Да и на тряпице передо мной лежал теперь сразу десяток камней.

В тот вечер, когда у меня что-то получилось в первый раз, я решил, что Кайя разозлилась на меня за то, что я испортил камень, выступающий в качестве аккумулятора магии, но после выяснилось, что дело было совсем не в этом. Камней у нее оказалось много, в сундуке лежали сразу несколько сростков с хрусталем. Выглядело это как булыжник, к которому приклеили много небольших кристаллов. Видимо, их находили здесь же на островах и использовали как учебное пособие.

А вот об истинной причине ее гнева я узнал через несколько дней, когда она не усмотрела за одним из учеников и тот уронил заполненный кристалл на пол. Хлопнуло знатно, пожалуй, даже сильнее, чем у меня. А подростку посекло ногу мелкими осколками. Как девушка тогда ругалась! Ну и я слегка побледнел, сообразив, что было бы с моими пальцами, если бы девушка не отбросила камень магией.

К тому времени, как собрались остальные ученики, я уже зарядил почти все камни и теперь отдыхал, готовясь к занятию. Дети на этом уроке были другие, постарше, и было их восемь человек. Я так понял, что это более продвинутые ученики, потому что у них получалось собрать «снежок» из искорок на ладони. Более того, они могли его бросить, но... Вот тут их умения давали сбой, даже у самого прилежного ученика «снежок» пролетал меньше метра, рассыпаясь на отдельные искорки.

Впрочем, у меня и этого не получалось. Максимум я мог собрать одновременно три искры, и то, попадая на ладонь, они почему-то исчезали. Зато я уже мог забрать силу из накопителя и несколько секунд подержать ее в руке, концентрированную. Собственно, этим я и занимался, пытаясь удержать сгусток энергии как можно дольше. Но хоть тресни, оставаться на месте искры не желали и быстро разлетались по сторонам.

В конце занятия, когда я подошел сдавать камни, Кайя покачала головой и вернула сверток мне обратно.

— Возьми, работай дома. Здесь не нужно.

Ну, в принципе, это и было логично. Лекции она читала быстро, я все равно не понимал ни слова, а позаниматься мог бы и вечером, сев на лавочку за домом.

— Ты выздоровел, долг жизни я вернула, — продолжила Кайя. — Уйдешь?

— Мне нужно на остров, откуда мы приплыли, — пожал плечами я.

— Мы пойдем туда до осени.

— Вы с отцом? — не понял я. — Зачем?

— Наш клан, — спокойно пояснила девушка, поджав губы. — Умирать.

После этих слов Кайя задумалась, видимо, формулируя пояснения, и молчала довольно долго, уйдя в свои мысли.

— Мы последние, больше никого нет. Дома нет. Осенью клан либо перестанет быть, либо будет дом, — попробовала пояснить Кайя, делая паузы, чтобы подобрать уже знакомые мне слова. — Вернем дом или умрем.

— Погоди, это кто пойдет, женщины, старики и дети? — сообразил наконец я. — Отвоевывать обратно остров? Ты серьезно?

Девушка не стала отвечать, только выражение ее лица стало еще более упрямым, да кулаки сжались.

А у меня словно щелкнуло в мозгу, и все встало на свои места. Стали понятны и баллисты сравнительно небольших размеров, пригодные для установки на лодки, и общее настроение людей, и даже занятия, которые девушка проводила с детьми. Батарейки. Она готовила батарейки для атаки. После пары ее заклинаний искорки вокруг становились более редкими, и требовалось несколько минут, чтобы их стало достаточно много для создания заклинания. Но все меняется, если у тебя с собой много уже наполненных накопителей. И тех, кто может пополнять в этих накопителях заряд.

— И что, тот клан, — я указал рукой в сторону города, — отправит вас одних, не поможет?

— Есть дом, есть клан. Нет дома, есть руг, — Кайя назвала какое-то незнакомое слово, презрительно скривившись при этом. Я про себя перевел слово как «отбросы», но полной уверенности не было. Черт бы побрал эту языковую разницу. — Руг не может просить помощи. Руг не живут.

— Дикость какая... — поморщился я. — А найти другой дом?

Кайя подсмотренным у меня жестом пожала плечами, а потом повторила свой вопрос:

— Ты уходишь?

Некоторое время я молчал, прекрасно понимая, что вариантов у меня не так много, и никто не повезет чужака на остров, захваченный врагом. А вот так, в составе отряда... Отряда из женщин, стариков и детей, подумать только!

— С вами пойду! — зло буркнул я и, не дожидаясь девушки, вышел из школы.

К дому кузнеца не пошел, свернул к реке, и уже там, сев под деревом на берегу, задумался о местных обычаях. Нет, все понятно, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, но как так-то? Вроде один народ, общаются, едой делятся, а потом бац — и ты уже отброс, просто потому, что мужчины клана не смогли отстоять свою землю. Дикие люди...

А еще стало понятно, что за развалины я видел на своем острове и почему среди тех, кто там сейчас живет, я не видел детей. Экспедиционный корпус... Если даже клан Кайи сможет отбить остров, ну хитростью или еще как, то что помешает врагам прислать новый корабль с новыми захватчиками? Кому там защищаться-то?

Мне легче, я смогу уйти, стоит только добраться до пещеры. А как же эти, неплохие, в общем-то, люди? И ведь с собой их не возьмешь. На сколько дней тогда закрылся портал, после моего перехода? Два или три дня. Это мне года не хватит, чтобы всех в мой мир перевести... С другой стороны, может, маги способны как-то воздействовать на портал?

Хотя, судя по тому, что я видел в том морском бою, островитяне в магии не очень, по сравнению с противником...

Может быть, я что-то неправильно понял, но картина происходящего чем-то напоминала мне историю покорения европейцами Северной Америки, где более развитые европейцы захватывали территории у разрозненных племен индейцев. Помню, еще в детстве, читая очередную книгу про индейцев, все гадал, а почему они не объединились? Взяли бы и наваляли пришельцам все вместе, и никакие пушки с мушкетами им бы не помогли! И вот сейчас та же картина. Мол, клан сам должен отвоевать свой дом. А потом враги так же захватят этот остров, и уже местный клан сдохнет в одиночку...

Не знаю почему, но ситуация меня откровенно бесила. Казалось бы, вот какое мне дело до чужих людей? А все равно было как-то обидно, что ли...

В дом кузнеца вернулся уже глубокой ночью и очень удивился, когда заметил, что семья сидит за столом, при зажженной свече. Это при том, что обычно они укладывались спать, как стемнеет, что неудивительно, учитывая тяжелую физическую работу в течение всего дня.

Встретили меня... странно. Кузнец кивнул и, усмехнувшись, толкнул ко мне по столу новенький топор, по-видимому, тот самый, который мы ковали сегодня.

— Оружие воина. Твое, — коротко бросил он и, поднявшись, отправился спать. Вот и весь разговор...

Я сел за стол напротив Кайи и, проведя ладонью по гладкому топорищу, признался:

— Я не умею.

Девушка даже не удивилась, лишь пожала плечами и, легко поднявшись на ноги, отошла к еще теплому очагу. А вернувшись, поставила передо мной тарелку с поздним ужином.

— Завтра пойдем за доспехами, — буднично сообщила девушка уже после того, как я закончил есть. — Добывать.

— В смысле? — не понял я. — Отбирать у кого-то? Или покупать?

— Охотиться.

Я кивнул и, отодвинув в сторону пустую тарелку, взял со стола кружку с отваром. Из головы все не шел разговор в школе.

— Сколько у вас магов, кроме тебя?

— Я не маг, — опять пожала плечами девушка и повторила мою же фразу: — Не умею...

— Как так? — не понял я. — Я же сам видел!

— Этого мало. — Девушка показала пальцами, насколько она оценивает свои навыки, и расстояние между большим и указательным пальцем было очень уж маленьким.

— А кто тогда умеет?

— Враги, — скривилась Кайя.

Я на такое только тихо выругался на родном языке и снова задумался. Нет, они и вправду как те индейцы... Только у врагов вместо ружей магия. Ну и причина экспансии может быть другой. Вряд ли золото, но тоже что-то ценное, наверняка. Но вот что, Кайя объяснить так и не смогла. Сказала, завтра покажет, что от них надо противнику. Что есть на островах, чего нет на материке. Или есть, но мало, так и не понял.

Взвесил в руках подаренный топор, посидел немного и вышел на улицу. Там попробовал помахать новым для себя оружием, пользуясь тем, что никто не видит моего позора, а потом, скривившись, прислонил его к стене и устало сел на лавочку.

— Блин, задницей чую, стоит выйти с ним против местных, и мне сразу же посоветуют спилить мушку! — нервно хохотнул я, вспомнив старый анекдот про ковбоя. И замер, поймав неожиданную мысль. Потом рывком поднялся на ноги и зашагал в кузню.

Угли в горне еще не до конца потухли, и на мгновение мне показалось, что оттуда на меня смотрят кроваво-красные глаза. Вздрогнув, я замер на секунду, а потом, опомнившись, подошел ближе и, порывшись в кармане, достал оттуда сухарик. Вчера остался без обеда, только кинул в карман корочку хлеба, думал перекусить на бегу, но забыл. А сейчас аккуратно положил корочку на угли, рассудив, что это, конечно, не костер, но тоже сойдет.

— На удачу. Пусть все получится...

Я подбросил поленья в горн и потихоньку заработал мехами, раздувая огонь. Подождал какое-то время, соображая, как мне проверить задумку, а потом отыскал среди заготовок металлический прут в полсантиметра диаметром и положил в огонь. Походил немного по кузнице, разглядывая содержимое в свете разгорающегося огня, наконец обнаружил тонкий четырехгранный гвоздь, и отправил его вслед за прутом греться.

А после только отыскал среди дров ровное полено и приготовился ждать, пока железо раскалится докрасна. Пока сидел, мучился сомнениями. То полено не такое, в итоге встал и заменил его более толстое, а потом забраковав и его, выбрал более короткое. То гвоздь короткий... То...

В общем, с трудом дождавшись, когда прут приобретет малиновый оттенок, тут же вскочил и заметался по кузнице в поисках клещей, которые обнаружил в итоге рядом с собой, на верстаке. Сам же положил недавно, чтоб под рукой были.

Постоял немного, заставив себя успокоиться, и взяв раскаленный прут клещами, прислонил его к срезу деревяшки, прожигая дыру. От дерева повалил дым, и прут начал медленно погружаться в древесину. Сразу на всю глубину прожечь не получилось, и железку пришлось греть еще несколько раз, но в итоге я получил то, что хотел. Отверстие в полене было почти по всей длине, лишь три или четыре сантиметра не доставало для того, чтобы оно вышло сквозным. Но мне и не надо, а потому я, вполне довольный собой, отложил в сторону заготовку, а прут вернул в огонь, на всякий случай, вдруг придется повторить.

После достал из огня гвоздь и долго примерялся, пытаясь проделать второе отверстие с другой стороны, чтобы оно точно совпало с первым. Пока вертел полено, примерялся и пытался что-то высмотреть впотьмах, гвоздь остыл и оставил только черную точку на нужном мне месте. Я же, выругавшись на то, что не догадался сделать все замеры заранее, сунул орудие производства снова в огонь и, вооружившись куском тонкой веревки, принялся перепроверять отметку. В итоге пришлось намечать новую, левее почти на сантиметр. Но справился, и вскоре у меня в руках был готовый прибор для проверки задумки, который я тщательно примотал к верстаку.

Уже в предрассветных сумерках набрал мелких камушков на улице и, вернувшись в кузницу, не спеша подобрал подходящий по размеру.

И вот испытания подошли к финалу... Я постоял немного перед верстаком, собираясь с духом, и, решившись, достал из кармана сверток с хрусталем. Выбрал примерно подходящий по размеру и привычно принялся его заряжать, до тех пор, пока он не засветился мягким еле заметным светом.

Следующий этап требовал осторожности, но я справился, поместив заряженный кристалл в глубину большего отверстия с помощью тонкой веточки. Тщательно измерив длину, очень аккуратно забил приготовленный камень туда же, стараясь, чтобы он не достал до хрусталя хотя бы несколько сантиметров.

— Надо будет узнать, есть ли в этих краях свинец... — пробормотал я, осматривая результат работы. Вставил гвоздь во второе отверстие и, встав сбоку, с силой ударил по нему молотком.

Хлопнуло. Не слишком громко, но все же... А в тонкой стене кузницы появилась дырка. Радостно ухмыльнувшись, я подошел поближе и заглянул в новоиспеченное отверстие на просвет. И увидел спускающегося с крыльца кузнеца, озадаченно рассматривающего дырку в своей рубахе, аккурат сбоку, там, где она не касалась тела.

— Упс... — почувствовав себя школьником, которого родители едва не поймали с самопалом, я быстро разрезал веревку и бросил ненужное уже полено в груду таких же, а инструменты разложил на места. А выходя из кузни, заметил в противоположной от отверстия стене гвоздь, забитый в нее почти по самую шляпку. Нервно ухмыльнувшись, я только покачал головой и быстро зашагал в жилой дом, мимоходом поздоровавшись с кузнецом, который проводил меня подозрительным взглядом.

В доме я подошел к сонной Кайе и решительно сообщил:

— К черту доспехи! Мне нужен хрусталь! Много хрусталя!

Глава 9

- А на следующий день ты вкалывал в шахте?

- Нет, следующий день я провел на охоте.

Утро началось не с кофе. А жаль...

С удовольствием бы выпил сейчас большую кружку кофе, сидя на лавочке во дворе и любуясь рассветом, понимая при этом, что спешить тебе никуда не надо, а впереди еще весь день.

Мечты, мечты. Вместо этого я с топором в руке изображал из себя горного козла, карабкаясь в гору. А ведь тут и со свободными руками можно шею свернуть, достаточно оступиться — и покатишься под горку, как тот колобок.

Шли практически налегке, разве что в местном аналоге вещмешка болталась завернутая в ткань краюха хлеба, да в глиняной фляжке булькала вода. Вот и все припасы.

Оружия тоже лишнего не взяли. Кайя несла с собой лук и стрелы, да меня окликнул вдогонку кузнец и вручил забытый топор. Привыкай, мол. Ну я и привыкал потихоньку. И мне это не слишком нравилось. Вот никогда не понимал тех, кто грезил древним оружием. По сути, весит как автомат, а чтобы кого-то им одолеть, упреешь. Нет уж, достижения цивилизации не зря придумывали умные люди. Правда, мне сейчас до этих достижений — как до Китая ползком. А если учесть, что и Китай сейчас в другом мире...

Но это я так. Ворчал от усталости и недосыпа. И все равно улыбался, понимая, что сегодня ночью изобрел для себя шанс на выживание и, как следствие, возвращение домой. И пусть книжные герои лезут на недругов с мечом, впервые взяв его в руки. А я вполне себе настоящий, поэтому мне этот же меч куда-нибудь засунут и провернут. Видел на днях, как местные дети тренируются. Страшно представить, что они с этими железяками смогут творить лет в двадцать...

За всеми этими размышлениями не заметил, как наступил на качающийся камень, чуть не упал, благо спутница моя и выспалась, и повнимательнее меня была, а потому успела подать руку. Устоял. И продолжил подъем, только теперь больше смотрел под ноги. Ну и немного по сторонам.

А посмотреть было на что, одна природа острова при взгляде на нее сверху чего стоила. Огромное лоскутное одеяло всех оттенков зеленого и желтого устилало немалую территорию и лишь местами разделялось на фрагменты линиями небольших речушек, стекающих с гор вниз, к морю. По моим прикидкам этот остров был в несколько раз больше, чем тот, на котором я оказался изначально. Как, впрочем, и город, на нем расположенный.

Впервые я увидел, как живет коренное население, а не гости племени, хоть и издалека. И увиденное очень сильно отличалось от того, что было доступно моему взгляду в посаде. Даже дома — и те отличались. Признаться, поначалу я думал, что здесь просто не заморачиваются с капитальными строениями, но увиденное сейчас заставило меня пересмотреть свое мнение. Дома в городе строили вполне себе крепкие, деревянные или каменные, маленькие или из нескольких этажей, но объединяло их одно — такое жилище пинком не развалишь. Да и тараном сильно не сразу.

— Кайя, давай передохнем, — попросил я спутницу. — Посмотреть хочу.

Девушка только кивнула и остановилась, не переспрашивая. Надо сказать, что с каждым днем мы все лучше понимали друг друга. И не только потому, что я узнавал все больше и больше местных слов. Скорее, мы просто приспособились, появились понятные обоим жесты, которыми неизменно сопровождалась речь, и мимику научились понимать лучше. Боюсь, что, когда вернусь домой, не сразу избавлюсь от привычки размахивать руками во время разговора и рожи корчить. Но я подумаю об этом позже.

А город туземцев между тем уже проснулся и вовсю кипел жизнью. В этих краях вообще все вставали рано, не позже рассвета. И ложились тоже рано. Но это как раз таки объяснимо. Лампочку Ильича тут еще не изобрели, даже ее магический эквивалент, а если и изобрели, то в эти края доставить забыли. Вот и торопятся местные жители успеть сделать все дела, пока светло. Кто-то работает, кто-то дома хозяйничает, а кто-то на рынок за покупками пошел.

Да, здесь был рынок, самый настоящий. Только устроен был совсем по-другому, не так, как у нас принято. Никакой тебе скученности, никакого столпотворения, просто отдельная улица, на которой, по-видимому, располагались мастерские. И рядом с каждой мастерской стоял капитальный прилавок с навесом, на котором и лежали товары. И никто не стоял, не караулил вещи, люди спокойно работали, а когда подходил покупатель, то брал в руки колотушку и бил в висящий у прилавка гонг.

— Идем, надо успеть вернуться до заката, — прервала мое наблюдение Кайя. — Ночью тут лучше не ходить.

— Почему? — по привычке уточнил я.

— Съедят, — равнодушно пожала плечами девушка. — Ночью из дверей часто выходят... хищники.

— Из дверей? — насторожился я.

— Потом, — отмахнулась девушка и, не дожидаясь меня, продолжила карабкаться вверх.

Ну и я, глядя на нее, перестал изображать из себя туриста. Подобрал топор и полез, внимательно смотря под ноги да по сторонам. Мало ли что тут водится, раз есть ночные хищники, то наверняка найдутся и дневные. Свято место пусто не бывает. К тому же шли мы все-таки на охоту, поскольку разбуженная девушка, со сна не сразу поняв, что мне нужно, услышав мою просьбу, только отмахнулась. А перед тем как идти в горы, дала детям племени задание насобирать хрусталя. Чем больше, тем лучше. На мое же удивленное замечание, мол, нормально ли детей отправлять на такое дело, пояснила, что они знают, где взять.

Шли долго. Кое-где по пути попадались вполне себе удобные тропы, а кое-где приходилось карабкаться по расщелинам да осыпям, но до вершины мы добрались, и даже никто не свернул себе шею.

А сверху нам открылся вид на ровную долину, покрытую сочной зеленой травой, с гуляющими по ней стадами каких-то травоядных, похожих на тех, что я уже видел на своем острове.

— Мы за ними? — удивился я, показывая рукой на стадо, пасущееся ближе всего к склону. — Я думал, что за драконом каким идем... Прям так торжественно вчера объявила...

— Дракона убивать нельзя! — резко повернувшись ко мне, эмоционально высказалась Кайя, а потом и вовсе принялась меня отчитывать, даже забыв, что я ее не понимаю, когда говорит быстро.

— Понял, понял! — Я поднял ладони в останавливающем жесте. — Все, успокойся. Я же не знал, что у вас это табу! Э-э-э... нельзя в смысле.

— Табу! — резко кивнула девушка, добавив слово, означающее усиление только что сказанного.

— А если он сам на тебя напал?

— Драконы не нападают на нас, — отрезала девушка, а потом смутилась, видимо вспомнив то происшествие в море. — Не нападали раньше. Даже помогали, показывая, где берег.

— Как дельфины? — спросил было я, но так и не смог объяснить девушке, что значит это слово, а есть ли они в этом мире, понятия не имел, вот и не смог подобрать аналогию. На этом дискуссия стихла.

— Ждем, — коротко бросила Кайя и, положив свой мешок на камни, села, вытянув ноги.

— Кого ждем? — опять уточнил я, усаживаясь рядом.

— Хищников.

— Очень емкое и доходчивое объяснение... — кивнул я и, расчистив подошвой ботинка землю от камней, подобрал тонкую ветку, а потом задумался. Что я знал о конструкции оружия? По сути не так уж и много. Нет, автомат я, наверное, и с закрытыми глазами смогу разобрать и собрать. Никогда не пробовал, правда, но процесс отработан до автоматизма, так что не проблема. Вот только разборка эта неполная и сам механизм я себе даже не представлял. Знал только, что пороховые газы при выстреле приводят в движение поршень, а уже он двигает... хм... все остальное. Емкие знания, да...

Нет, как вполне себе современный пользователь интернета я не раз видел разные видео и фото изделий оружейников, и даже компьютерную графику, где было показано все это в разрезе, не раз наблюдал. А ведь там и движение всех мелких деталей в момент выстрела было прорисовано. Но, опять же, как истинный пользователь интернета, я все это посмотрел, оценил и сразу забыл, переключившись на другую, более насущную информацию. Нет, общие принципы помнил, но детали... В этом мы, поколение гаджетов и интернета, отличаемся от предков. Нам не надо запоминать, мы все можем выяснить, только взглянув на экран монитора или в телефон, зачем нам помнить? Еще школьником я знал на память все необходимые телефонные номера и даже не подглядывал в блокнот, когда нужно было кому-то позвонить, а сейчас? Сейчас разбаловался, только свой номер и помню. Просто потому, что его иногда нужно продиктовать, а так бы и его не знал.

Так и сидел, ругая себя за то, что, имея возможность, не запомнил ничего полезного, да бросал иногда взгляд вниз, на поле, где мирно паслись травоядные. Никаких хищников не было и в помине, может, они прятались в траве? Антилопы, или как там называются эти животные, судя по их спокойному виду, тоже никого не видели, хотя и постоянно кто-то из стада поднимал голову и обозревал окрестности, готовый в любой момент сорваться с места...

В конце концов я плюнул и полностью погрузился в изобретательство, рисуя каракули на земле и тут же их стирая.

— Готовься спускаться, — неожиданно толкнула меня в бок Кайя. — Скоро.

Я всполошился, но внизу все так же было тихо и спокойно. Антилопы паслись, трава колыхалась от ветра, и никаких признаков угрозы для травоядных я не видел. Обернулся было к девушке, чтобы спросить, в чем дело, но тут увидел, что смотрит она не вниз, а вверх. А подняв глаза, увидел над полем самый настоящий воздушный шар! Причем летел этот неопознанный объект прямо в нашу сторону.

— Да охренеть! — выдохнул я. — Вот тебе и средневековье...

— Что? — не поняла девушка и, повернувшись ко мне, застыла в ожидании ответа. — Ты уже видел такое? Они водятся где-то еще?

— Кто водится? — опешил я. — Это шар, на шаре люди. Точнее, под шаром.

— Где люди? — опешила Кайя. — Эти... звери никогда не удаляются от дверей далеко, а люди в долину не ходят. Редко ходят. Они не могли съесть людей!

— Эх ты, дите дремучее...— усмехнулся я и снисходительно посмотрел на Кайю, приготовившись прочитать девушке лекцию о воздухоплавании и аппаратах легче воздуха, но шар за время разговора приблизился, и я счел нужным заткнуться. Просто потому, что под шаром не было никакой гондолы. Просто здоровенный пузырь с относительно маленькой головой внизу. И у этой головы были глаза и зубастая пасть...

— Охренеть, дайте две! — выдохнул я пораженно.

— Не, две не надо, нам одну бы донести, — возразила Кайя, внимательно следя за летящим чудовищем.

— Так мы на это охотимся?

Зубастый воздушный шар уже завис как раз над мирно пасущимся стадом, замер ненадолго, а после, выпустив вокруг себя облако пара, быстро уменьшился в несколько раз и стремительно начал падать вниз, ускоряясь с каждым мгновением... А потом шмякнулся прямо на стадо пасущихся антилоп, придавив собой сразу двух.

— Ну ни хрена себе тут орлы мутировали...

— Идем! — вскочила на ноги Кайя и, подхватив лук, начала быстро спускаться вниз. — Пока он ест, ничего не видит вокруг.

Я только покачал головой, прикидывая маршрут спуска, и кинулся следом, хватаясь руками за растущие то там, то тут небольшие деревья и кусты, чтобы притормозить и не покатиться кубарем со склона, который хоть и был более пологим, чем тот, по которому мы поднимались, но все же...

Пару раз я все же не удержался на ногах и прокатился по склону вниз, но оба раза утыкался подошвой сапог в ствол очередного дерева и останавливался. И все равно, как бы я не спешил, но девушку так и не обогнал. Нырнул в высокую, по пояс мне, траву, когда Кайя уже вовсю кралась по полю. Хорошо, хоть четкий след от примятой травы за ней остался, а то бы разминулись.

Так и добрались до места пиршества неведомой летающей твари. И застыли, сидя в траве в ожидании чего-то. Я, если честно, не особо понимал, что творится, но покрепче сжимал топор, остро жалея, что нет с собой гранатомета. Уж больно крупная оказалась тварь, размером со слона, наверное... Видел бы хоть раз слона, сказал бы точнее.

А еще я не понимал, почему медлит Кайя и для чего ей лук со стрелами, если есть магия. Долбанула бы пару своих заклинаний промеж глаз твари, и привет. Хотя со стороны, где мы засели, как раз глаз-то и не видно, скорее, видна противоположная часть туловища, не вход, а выход. Да уж...

А между тем тварь вполне себе успешно насыщалась, с голодным урчанием глотая куски убитых антилоп и мерзко чавкая на всю округу.

Я подобрался поближе к девушке и жестами предложил ей обойти тварь и напасть, пока она нас не заметила, но Кайя только замотала головой, делая страшные глаза. Ну а я просто сел на колено и, приготовив топор, стал ждать. Кайя все же местная, ей виднее.

И оказался прав. Потому что через некоторое время, когда шар наелся, у него на... хм... спине, открылось отверстие, в которое со свистом стал всасываться воздух, а складки кожи, которыми было покрыто все тело чудовища, начали потихоньку расправляться. Кайя же быстро вскинула лук и, достав из колчана на боку стрелу с хрустальным светящимся наконечником, выстрелила прямо в дырку.

Рев чудовища чуть не оглушил нас, благо оборвался он достаточно быстро, и хищный шар, дернувшись несколько раз, застыл безобразной кучей. А у нас началась грязная работа.

Кайя, вооружившись ножом, надрезала шкуру, а я тянул что есть силы. Так и трудились, укладывая рулоны кожи рядом, пока не собрался внушительный объем. Причем сама шкура была поразительно легкая, но при этом с трудом поддавалась острому как бритва ножу. И все же меня не оставлял вопрос: почему нельзя было грохнуть тварь магией, без этих сомнительных методов? Впрочем, когда я все-таки спросил во время отдыха, Кайя мне объяснила быстро и доходчиво. Просто взяла и швырнула заклинанием в рулон заготовленной шкуры. И ничего не произошло. А я-то думал — очередное табу...

Провозились с этим делом почти до заката. Солнце уже приблизилось к горизонту, когда мы связали между собой рулоны с кожей и, взвалив на себя груз, отправились в обратный путь. Причем Кайя заметно нервничала, постоянно оглядываясь назад.

— Кого ты ждешь? — не выдержал наконец я. — Очередную летающую тварь?

— Змеи, — в очередной раз оглянувшись, призналась девушка. — Ночью будут змеи.

— Ты боишься змей? — удивился было я, но ответ принял всерьез. Мало ли что я еще не знаю об этом мире? Может быть, здесь змеи такие, что даже бывалые воины бледнеют от страха. Ну и молодые магички тоже...

На скалах мы оказались аккурат в темноте и, не сговариваясь, рухнули на камни отдохнуть. Марафон дался мне трудно, даже ноги подрагивали от напряжения, а уж в груди все горело огнем.

Я отодвинулся от девушки и сплюнул вниз тягучую слюну. А потом посмотрел назад, на поле. И увидел, как сразу в нескольких местах среди травы сверкают небольшие молнии.

— Что это?

— Змеи, — коротко пояснила девушка, пытаясь отдышаться. Бег в гору и ей дался нелегко.

— Вот это змеи? — выдохнул я, пораженно глядя на поле. — Что у вас тут за звери-то такие?

— Не у нас. Они приходят через двери, — устало пояснила Кайя. — Так же, как и те, на кого мы охотились.

— Да что за двери-то такие? — возмутился я, начиная уже, впрочем, догадываться. — Ты обещала показать.

Вместо ответа девушка молча показала рукой назад и в сторону, а обернувшись, я уже без особого удивления увидел огромный портал, который слегка светился в темноте.

— Двери есть на всех островах. Через них приходит магия, через них приходят звери. На каждом острове своя дверь. От зверей мы получаем пользу. — Тут Кайя запнулась и, взглянув мне прямо в глаза, закончила небывало длинную для нее речь: — Через нашу дверь прошел ты...

Глава 10

- И тут тебя произвели в избранные, ты создал гарем, всех победил и спел песню Высоцкого?

- Будешь издеваться, не буду рассказывать дальше!

- Да ладно тебе, не обижайся, я же по дружески!

В ту ночь мы разговор так и не закончили. Отдохнули и поплелись домой, стараясь не убиться впотьмах. Добрались уже под утро, буквально падая от усталости, бросили на кухне шкуры и рухнули спать, даже не раздевшись.

А утром я, чертыхаясь, поплелся к реке стирать свою единственную одежду, испачканную в крови. Как только не изгалялся, и песком тер, и просто полоскал, но засохшие пятна сходить не желали. А потом явилась моя спасительница с кувшином чего-то мыльного и дело пошло! В том смысле, что Кайя отняла у меня шмотки и выстирала их вместе со своей одеждой. Быстро и качественно. А я сидел на берегу и любовался девушкой. К сожалению, одетой... Но не зря говорят, что человек способен бесконечно глядеть на три вещи: как горит огонь, как течет река и как другие работают. Еще костер развести — и получился бы полный комплект!

— Как ты узнала, что я прошел через портал? — продолжил я разговор на обратном пути с речки.

— Ты не говоришь по-нашему и ничего не знаешь о мире, — пожала плечами девушка.

— И все? — удивился я. — А может, я из-за моря?

— Только тот, кто проходил через двери, способен видеть магию, — нанесла добивающий удар девушка, даже не сбившись с шага. Зато с шага сбился я. Встал как вкопанный и осмысливал перспективы. Не мои, хотя и мои тоже... Что будет, если в моем родном мире узнают о таких возможностях? Да на берегу у портала очередь будет стоять из желающих стать магом. Халява же! И хрен кто поверит, что магии нужно муторно учиться. Что даже местные, по словам Кайи, ни черта не умеют, в сравнении с настоящими магами. Жители моего мира книги читали, и каждый в глубине души верит, что он избранный...

Но это перспективы с точки зрения обывателя. А вот с глобальной точки зрения... Портал не нефть, которая есть по всему миру, он более редкая вещь, так что стоит информации об этом просочиться, и на наш север тут же отправятся чужие войска — нести медведям демократию и настоящие культурные ценности... А потом до меня дошла еще одна вещь:

— Стой! Это что, ты ходила через портал? В мой мир? И те дети... Они тоже?

— Да. Там не страшно, через наши ворота никогда не приходила опасность.

— Да охренеть... — покачал головой я и проворчал себе под нос: — Это просто потому, что вас никто не видел пока.

— Почему? — не поняла девушка. — Вот ты прошел к нам, что же тут плохого?

Хмыкнув, я не стал отвечать на этот вопрос. Да и что ответить? Что не все такие, как я? Так и я не образец добродетели...

Некоторое время шли молча, но вопросов было много, а потому я продолжил спрашивать, пользуясь случаем.

— Кто на вас напал?

— Люди с большого острова. С очень большого острова.

— С материка? И что же им от вас надо?

— Им нужны двери и все, что мы оттуда добываем. Раньше торговали с ними, но они решили взять все силой, — нахмурившись, поведала Кайя.

— А у них что, нет порталов? — не понял я. — А как же тогда маги?

— Они приходили к нашим вратам и за дары пользовались ими. Так было всегда...

Собственно, Кайя подтвердила мои мысли. Ну логично же? Кто позволит владеть такой ценностью небольшому государству? А если это не государство даже, а кучка обособленных племен? Наверняка и здесь все происходит по той же схеме. «Таким богатством не может владеть только одна страна, нужно справедливое распределение...» Хотя... Все может быть намного проще. Кто сильнее, тот и прав. Все по-честному.

Стало немного понятнее, но я бы с удовольствием поспрашивал еще, вот только к этому времени мы уже добрались до кузницы и Кайя снова куда-то упорхнула, схватив один из принесенных вчера тюков кожи. Еще и китель мой с собой забрала, выдав взамен явно отцовскую рубашку, которая болталась на мне, как на вешалке. Посмотрят люди, скажут, мол, похужал ты, Серега. Похужал и возмудел...

В кузнице уже вовсю трудился Ламар, тщательно обстукивая какую-то железяку, и поздоровавшись, я дождался, пока он не прервется, а потом уже пристал к нему.

— Ты мог бы выковать для меня нужный механизм? — без предисловий начал я, после того как кузнец обратил на меня внимание.

— Мог бы, — равнодушно кивнул Ламар, продолжая заниматься своими делами.

— Но? — уточнил я, явно услышав подвох в ответе.

— Но... — Кузнец положил молот на верстак и, сунув заготовку в горн, повернулся ко мне. — Но не стану.

— Логично... — усмехнулся я. — Тебе некогда, война на носу и все такое, да? И мне нечем тебе заплатить.

— Я и за плату не стал бы, — пожал плечами Ламар, но разговор не прервал, показав, что у меня еще есть шансы. — Мертвым деньги не нужны.

— Но и «нет» ты тоже не сказал, так? Значит, тебе что-то нужно, — не сдавался я. — Ты хочешь, чтобы я помог вам отбить остров?

— Не смеши! — поморщился кузнец. — Даже если мы сможем отбить остров, как мечтают эти... девочки... Нам все равно его не удержать. Да, сезон штормов мы продержимся, но потом опять вернутся враги, и тогда клан совсем исчезнет. А ты... Чем ты поможешь? Топор в руках держишь, как дровосек, магию в первый раз в глаза увидел.

— Тогда что тебе нужно?

— Пока мы будем биться с врагами, ты уведешь детей через двери. Всех детей и Кайю. Она за ними присмотрит и научит, — спокойно возложил на меня невыполнимую задачу Ламар. — А когда придет время, они вернутся. Клан вернется.

Подойдя ближе, я сел прямо на верстак и, посмотрев в глаза кузнецу, покачал головой. Потом вспомнил, сколько детей в посаде, и вздохнул:

— Это невозможно. Даже если забыть, что портал может провести одного человека раз в два или три дня. Я не смогу уберечь такую ораву детей. С чего ты взял, что мой мир лучше твоего?

— Их там убьют? — не отводя взгляда, уточнил кузнец. — Или возьмут в рабство?

— Нет, но...

— А здесь убьют! Просто чтобы не было мстителей.

— Но... — Я хотел было рассказать кузнецу о своем мире. О том, что никто мне не позволит растить самому огромную толпу детей, да я и не вытяну. О том, что дети окажутся в детском доме и никакой магии учиться не смогут, что у Кайи нет документов, зато есть возможность попасть в качестве образца в какую-нибудь секретную лабораторию... Но смысл? Я и половины не объясню, и так через слово вставляю слова из родного языка, да в речи собеседника большую часть слов только угадываю... — У нас нет магии.

— То, что ты о ней не знал, не значит, что ее нет, — пожал плечами Ламар, легко отметая очередной мой аргумент. — Везде, где есть дверь, есть и магия.

— Значит, ты хочешь, чтобы твой клан уцелел, да? Хотя бы дети?

— Да, — просто ответил кузнец.

Я задумался, ища варианты, но ничего, кроме откровенного бреда, в голову не приходило. И как назло, даже посоветоваться было не с кем. Вот мой друг, Мишка, тот бы сразу кучу идей накидал, да еще и технологиями поделился бы... Как боевой вертолет из говна и палок сделать или еще что... Вот у меня с фантазией всегда слабовато было. Зато стреляю хорошо...

— А если я помогу вам вернуть остров, а за осень приведу помощь? — неуверенно предложил я.

— Ты чужак, обманешь. Разве что клятву принесешь... — задумался Ламар.

— Да ладно, я тут уже почти свой! — усмехнулся я. — В одном доме живем.

— Ты гость, — отрезал кузнец. — Этого недостаточно, чтобы стать своим.

— А чего достаточно?

— Стать членом семьи.

— Это жениться, что ли? — опешил я. — Нет, так-то я...

— Стать одним из нас, — поморщился Ламар. — Разделить нашу судьбу, жить по нашим законам.

— Тогда я не смогу вернуться домой?

— Почему же? Вернешься. И возьмешь с собой, кого сможешь. Или кого захочешь спасти. Но перед этим поклянешься, что однажды ты или твои потомки вернутся, чтобы оживить наш клан.

— И опять мы возвращаемся к тому, что детей я на смерть не брошу, даже чужих... — пробормотал я, потом, махнув рукой, согласился. — А давай! Выведу я детей, если ничего не получится, но сначала попробуем все-таки и баб уберечь. А то из меня нянька не очень... Так ты выкуешь мне оружие? Сражаться-то мне нечем.

— А ты объяснишь, что нужно? — усмехнулся Ламар. — Какое нужно оружие? Меч? Копье?

— Объяснил бы, но... — я растерялся, пытаясь сообразить, как же объяснить кузнецу, что я хочу.

— На, — кузнец выдал мне дощечку и что-то похожее на карандаш. — Потом покажешь. Сделаю.

Вот и весь разговор. Хотя что со мной разговаривать, если я сам пока слабо представляю себе, что хочу?

Так и вышел во двор, с задумчивой рожей и чистой дощечкой в руке. Сел на лавочку и стал мучительно соображать, что мне сейчас доступно. И первым в голову пришли древние кремневые пистолеты. Всех дел — это изготовить ствол да подпружиненный курок. Даже спусковой крючок, по сути, не нужен. Оттянул большим пальцем курок и отпустил. Удар по кристаллу, выстрел, все.

Вот только смысл мне в таком оружии? Один выстрел и долгое заряжание. Не проще ли тогда взять арбалет? Баллисты у них тут есть, миниатюрную ее версию изготовить смогут. Только как-то мелко это. Не поможет мне арбалет, нужно что-то многозарядное... Что там было после пистолей? Правильно, револьвер!

Опомнился, сообразив, что уже какое-то время сижу и смотрю на чистую дощечку, а сам грызу карандаш. Причем, судя по ощущениям, карандаш был металлическим, скорее всего, даже свинцовым...

— Тьфу ты... — Отплевывался, вспомнив, что свинец вроде как ядовит, но при этом улыбался как дурак. — А вот и пули! Нужно будет побольше таких карандашей припасти...

Решив, наконец, что мне нужно, попытался нарисовать, но быстро понял, что так дело не пойдет. Если бы хоть раз видел детали револьвера, может, и смог бы нарисовать, а так... Впрочем, ничего не получается у того, кто ничего не делает, и я начал с простого. Изобразил контуры будущего оружия. Потом по этим контурам обрисовал понятные мне вещи: ствол, рамку и корпус рукояти. А дальше начал старательно соображать, что же можно сделать в качестве ударно-спускового механизма?

Наверное, со стороны я смотрелся смешно. То пытался нарисовать что-то, то пальцами в воздухе вертел, мысленно прикидывая, что да как... Ну вот не конструктор я ни разу, и все тут! Куда уж мне строить, мне ломать привычнее...

— Ломать, да... — пробормотал я вслух и, вскочив, побежал обратно в кузницу. Там, промчавшись мимо удивленного кузнеца, схватил еще несколько тоненьких дощечек, пару гвоздей и небольшой молоток и тут же выскочил обратно к лавке, где оставил свой чертеж.

Взял новую дощечку и нарисовал на ней две детали, примерно так, как помнил, и принялся вырезать их ножом. Откуда взялись идеи? А вот вспомнился мне игрушечный револьвер из детства, который я когда-то сломал, пытаясь понять, как он работает. Там был простейший механизм, состоящий из курка, пружины да спускового крючка. Вот их я и старался вырезать. А потом просто прибил к чертежу получившиеся детали и начал проверять. И подправлять по ходу то, что не работало.

В итоге спустя несколько часов я имел на руках модель с работающим ударно-спусковым механизмом и радовался как ребенок. Пока не понял, что родители, ругавшие меня в детстве за поломанные игрушки, были в корне неправы. Нужно было ломать больше! Больше и чаще! Тогда бы я сейчас знал, как сделать, чтобы еще и барабан у револьвера вращался... Причем не просто вращался, а перемещал каморы с патронами на нужное мне место, вровень с отверстием ствола.

Так и просидел, ломая голову, до тех пор, пока не пришло время идти на занятия по магии. Убрал свои наработки в дом и побрел к школе, обдумывая на ходу варианты решения своей проблемы.

— Слушай, а ты ведь свойства металла меняешь, да? А пружину сможешь сделать? — Подойдя к Кайе, прервал я ее лекцию прямо посреди урока. А потом, видя, что меня не поняли, выскочил на улицу и, найдя первый попавшийся куст, срезал с него ветку висящим на поясе кинжалом. Потом вернулся к девушке и показал на примере ветки.

— Железо гнется, выпрямляется.

Получив утвердительный ответ, сел на свое привычное место и попытался сосредоточиться на магии. Сидел, собирал искры, а из головы не шел проклятый барабан револьвера. Кажется, в какой-то момент я начал снова вращать перед собой пальцами, а собранные в ладони искорки магии стали вращаться вокруг руки, с каждой секундой набирая все большую скорость. И вот передо мной уже висел в воздухе слегка светящийся диск размером с обеденную тарелку.

Опомнившись, я резко стряхнул с руки эту штуку, уж больно она напоминала диск включенной циркулярки, и магический снаряд полетел вперед! А потом врезался в стену, прямо над головой удивленно смотрящей на меня Кайи.

— Вот это ни фига себе! — выдохнул я, с трудом удержавшись, чтобы не выругаться от изумления. Все же дети вокруг, пусть языка и не знают, но... — Как я это сделал?

— Ты у меня спрашиваешь? — удивилась девушка — Ты же сделал! Я вообще так еще не пробовала...

Урок был безнадежно сорван. Сначала все дети загомонили и кинулись смотреть на дырку в стене, потом, наглядевшись, стали пытаться повторить, вращая перед собой растопыренными пальцами...

— А кто тебя учил магии? — задумчиво смотря на творящееся вокруг безобразие, спросил я у Кайи.

— Женщин не учат таким вещам, — грустно улыбнулась девушка. — Так что я почти ничего не умею.

— А те, кого учили, умеют больше?

— Больше, но гораздо меньше, чем враги. Мы не умеем вызывать огонь и бить молнией, только щит и удар. Можем менять твердость вещей, можем немного лечить, и все.

— У врагов нет порталов, но они умеют больше? — удивился я. — Как так-то?

— У них есть школы, в которых учатся колдовать, а у нас каждый маг берет одного ученика, и все.

— А как же вот это вот? — Я обвел рукой комнату, в которой гомонили возбужденные дети.

— Это в первый раз, — пожала плечами девушка. — Если мы хотим, чтобы клан жил, нужно что-то менять...

— О, золотые слова! — иронично воскликнул я. — И сказала их та, кто поведет баб и детей умирать, потому что так принято!

— Ты не понимаешь! — тоже повысила голос Кайя. — Школа — это дело нашего племени, а дом... Мы станем изгоями и все равно погибнем.

— Найти новое место, где вы сможете жить, не проще?

— На каждом острове живет свое племя. Так было всегда.

— Угу... А скоро на каждом острове будут жить те, кому хватило ума объединиться. И вряд ли это будут ваши племена!

Не знаю почему, но мне было очень обидно, что скоро их всех не станет. Вот этой красивой девушки, этих жизнерадостных и любопытных детей, старого кузнеца, который ищет выход и пытается спасти хоть кого-то...

Из школы я вышел, захлопнув за собой дверь, и еще какое-то время стоял, бездумно глядя на море. Сегодня оно было удивительно спокойным. Волн почти нет, даже корабли не качаются. И плывут совсем медленно. Да и неудивительно, паруса висят, как тряпки на заборе...

— Бли-ин... — Резко развернувшись, я зашел обратно в школу и позвал жестом хмурую девушку к порогу. — У вас есть корабли с парусами? Ну, у этого племени?

— Нет, мы обычно с веслами корабли строим, — нехотя ответила она, сердито смотря на меня. Обиделась. Вот только сейчас явно не лучшее время для выяснения отношений...

— Ага... И еще, дай угадаю, — криво усмехнувшись, на всякий случай уточнил я, — в город вас не пустят, даже если нападут враги, да?

— Изгоев нельзя пускать в место, где живет племя.

— Тогда беги собирай людей, и валите в горы,или куда там вы планировали прятаться! — рявкнул я, выталкивая девушку на крыльцо и показывая рукой на корабли вдалеке. И проворчал себе под нос, ни к кому уже не обращаясь: — Сука, вымрете же все, как мамонты...

И словно услышав мои мысли, далеко в городе тревожно забил набат.

Глава 11

- И тут все забегали в панике, а ты такой, с шашкой в руке, как обычно: «отставить!». Да?

- Почти… Я забегал в панике, а все вокруг с шашками в руках…

Как ни странно, но, вопреки моим опасением, никто не метался по посаду, не трясся над скарбом и не бежал куда глаза глядят. Все спокойно, даже с какой-то решимостью на лицах, собирались, вооружались и отходили к ближайшему леску. Причем шли не толпой, а небольшими группами, словно обученные пехотинцы под угрозой обстрела.

— Что, даже вещи никто не взял? — вслух удивился я, оглядывая очередную группу беженцев, проходящую мимо нас.

— А зачем? — не понял Ламар. — Мертвым они не нужны, а живые себе еще добудут. Все что нужно.

На это я только покачал головой, поражаясь разнице в менталитете местных жителей и моих соотечественников. Наши бы копались до последнего, наверное.

Пока мы стремительно покидали посад, в городе уже вовсю готовились к битве. На стенах мелькали лучники, скрипели взводимые катапульты, к ладьям, стоящим в бухте, бежали их команды. И вроде бы численное преимущество было на стороне хозяев острова, но я-то уже видел, на что способны местные маги, а потому особых иллюзий не питал.

— Как думаешь, отобьются? — спросил я у кузнеца, что с недобрым видом изучал пятерку вражеских кораблей, уже спустивших паруса и тоже готовящихся к битве. Во всяком случае, шлюпки с пехотой уже были на воде и активно двигались к острову.

— А штурма и не будет, — пожал плечами Ламар. — Это набег. Прощупают оборону, посмотрят, пограбят. Корабли повредят. А после сезона штормов придут и завоюют.

Логика в этом была. Если я правильно понимал, то осень здесь длилась те же три месяца, ну пусть два. За это время противник соберет нужное войско, уже точно зная, кто и как им будет противостоять. Такая вот разведка боем.

— А грабить они что будут? — уточнил я. — Все ценное же в городе? В посаде только беженцы и изгои?

— Ну они-то этого не знают, — пожал плечами Ламар. — Опять же рабов захватят.

Скривившись, я наблюдал, как разбегаются оставшиеся жители трущоб, без какой-то организации, каждый сам по себе.

— Я думал, что все жители посада — твои соотечественники.

— Нет, — поморщился кузнец. — Мы живем среди изгоев, но у нас еще есть шанс. У них его нет.

— Сурово...

— Идем, — потянул меня за рукав Ламар. — Догоним остальных. И подготовим встречу.

— В смысле? — не сразу понял я. — Они что, по острову за нами будут гоняться?

— Конечно! — довольно кивнул кузнец. — Это надежнее, чем ловить по одному человеку.

— Но...

В это время из города по кораблям ударили сразу три катапульты, отправляя в полет крупные камни. Не попали, но это, я так понял, дело случая, может, и попадут. Если маги не помешают.

— Зачем тогда мы так демонстративно уходим? — догнав Ламара, уточнил я, показывая на вереницу людей, идущих по тропе в горы. Первой шла Кайя, которую я узнал по доспеху и мечу за спиной, следом двигались женщины и дети, а самыми последними тяжело брели старики, навесившие на себя оружие и тяжелые щиты. Доспехами седые ветераны пренебрегли, но не думаю, что это из-за доблести. Скорее всего, просто трезво рассчитывали свои силы. Все же вес у этих железяк побольше даже, чем у бронежилета будет.

Вздохнув, я только покачал головой и зашагал рядом с кузнецом, лишь иногда оборачиваясь посмотреть, что происходит в море. Но пока мы шли по лесу, разглядеть что-либо было сложно. Зато была возможность подумать. И если сначала я тихо злился на Ламара, подвергавшего опасности людей из-за мести, то потом провел аналогию со своим миром и успокоился. Даже какой-то азарт начал появляться, что ли... Ну а что? Когда-то наши предки тоже выводили захватчиков на засады. И бабы воевали, и дети. Кого только в партизанских отрядах не было. Так с чего я взял, что местные хуже? Привык все мерить по моим изнеженным ровесникам?

— Веди нас, Сусанин! — ухмыльнулся я, повеселев. На что Ламар только покосился на меня и промолчал. Лишь захромал немного быстрее.

В горы поднимались преувеличенно неспешно, часто останавливаясь, чтобы передохнуть. Причем женщины, что помоложе, с детьми, уже давно преодолели вершину и, как подозреваю, уже вовсю спускались в долину, где мы с Кайей охотились на зубастый воздушный шар.

На каждой остановке я с жадностью смотрел на происходящее внизу, но никаких неожиданностей не было. Как я и предполагал, корабли противника прикрывали маги, и снаряды, которые должны были попасть в цель, отклонялись в сторону и падали в море. Зато ответные удары магов часто достигали своей цели — в городе уже вовсю полыхали пожары.

Горел и посад, хоть по нему и не били магией. Просто потому, что в нем уже вовсю шныряли чужие войска в однотипных доспехах. И надо сказать, не просто так они там бродили, потому что в сторону лодок нет-нет да отправляли очередную пленницу или пленника. А еще из посада пытались обстреливать защитников города как из луков, так и с помощью магии.

— На что они рассчитывают? — опять пристал я с вопросами к кузнецу. — Сейчас галеры отрежут их с воды от кораблей, а из крепости вдарит как следует пехота.

— Этого они и ждут... — хмуро кивнул Ламар. — Большая часть магов уже на берегу, просто ждут пока.

— С чего ты взял?

— С нами было так же. В этот раз они уничтожат корабли. А в следующий раз придут другие. Медленные, но большие. И там будет много больше воинов.

На этом привал закончился. Ламар подошел к краю тропы, посмотрел вниз и с довольным видом зашагал дальше на вершину. А я, повторив маневр старшего товарища, только покачал головой. За нами шло не меньше взвода. Три десятка чужих воинов... А может, и больше, наверняка я еще не всех увидел.

— На что ты рассчитываешь? Мы с таким количеством не справимся.

— Увидишь, — отмахнулся кузнец, шагая вверх. — Справимся. Жалко, что их так мало, но хоть так...

— Мог бы и объяснить... — проворчал я, снова кидая взгляд вниз. — Эх, пулемет бы сюда! Да хоть бы револьвер успел сделать, уже бы вполовину меньше осталось...

В это время один из воинов внизу вскинул руку, и в мою сторону стремительно понесся огненный шар, да так быстро, что я лишь в последнюю секунду успел отскочить и упасть ничком, прижавшись к скале. Над головой грохнуло, спину окатило жаром, а я быстро вскочил и, пригибаясь, побежал вперед, ожидая повторной атаки. Вот только ее не последовало. То ли враг экономил силы, то ли, что вероятнее всего, мог бить магией только по тем, кого видел.

— Там маг! — выдохнул, догнав кузнеца.

— Видел... — хмуро кивнул он, продолжая идти как ни в чем не бывало. Разве что улыбаться перестал, только хмурился, о чем-то напряженно размышляя. А вот о чем, стало понятно, как только мы поднялись, наконец, на вершину.

Там, где заканчивалась тропа, уже была сооружена баррикада из булыжников, а рядом с ней вовсю ругались Кайя и три довольно крепких старика с луками. А чуть в стороне нетерпеливо переминались с ноги на ногу несколько молодых девушек.

— Ты почему не ушла? — рявкнул Ламар на дочь, стоило только ему увидеть спорщиков. — А если они заблудятся?

Я посмотрел вниз, по другую сторону от вершины, и без удивления увидел, как по тропе к заросшему травой полю подходит основная масса беженцев.

— Вот ты их и проведешь, — спокойно возразила отцу девушка.

— Нет.

— Там маг! — повысила голос дочь кузнеца. — Сожгут вас и спокойно пойдут дальше!

— Немного задержим, — поджал губы один из стариков, подойдя к Ламару. — Ты быстрая, успеешь добежать. А там встретишь как следует.

— Вот именно! — отрезала девушка, подталкивая отца в спину. — Я быстрая. Мы успеем убежать и будем вести их за собой. А вы идите. До ночи не так много времени, не успеете дойти — погибнете просто так.

— Мы и так не успеем...

— А вы постарайтесь! — присоединился я к спору, подходя к Кайе. — Не стыдно вот так сдаваться сразу?

— Да ты! — Один из стариков сделал шаг ко мне, но Ламар поднял руку, останавливая его, и, хмуро кивнув дочери, прошел мимо нее, направляясь вниз, к полю. А затем и все трое стариков молча потянулись за ним.

— Успеют? — с сомнением проводил я взглядом седых ветеранов, спускающихся в долину.

— Должны... — вздохнула девушка и, развернувшись к подругам, скомандовала: — Что встали? Бегом за камнями, и встаньте над тропой. Как только я начну, кидайте камни на мага. И следите, чтобы никто по скале не взобрался!

— А ты строгий командир! — усмехнулся я, прячась за баррикаду и укладывая перед собой топор и щит.

— А ты чего расселся! — тут же досталось и мне. — Беги за отцом!

— Вот еще!

Хмуро смерив меня взглядом, девушка только пожала плечами и, еще раз оглядевшись по сторонам, явно прикидывая будущий бой, отправилась обратно по тропе, туда, откуда мы только что пришли.

— Эй, ты куда? Дура, что ли? — Вскочив, я подхватил топор и щит и в три прыжка догнал девушку.

— Не мешай, — скривилась в ответ та. — Я знаю, что делаю. Чуть ниже встретим и будем отходить сюда.

— Пошли тогда. И не брыкайся, от стрел тебя кто прикрывать будет?

Смерив меня скептическим взглядом, девушка кивнула и снова пошла вперед, на ходу достав из кармана несколько браслетов с вплетенными в них кристаллами хрусталя. Один из них Кайя протянула мне, на всякий случай. Я же только головой покачал, но вещицу на руку надел, повторяя действия девушки. Маг из меня никакой, но вдруг? Главное теперь рукой обо что-нибудь не шарахнуть — оторвет к чертям. Сразу стало неуютно, как будто с гранатой без чеки иду.

Бой начался неожиданно для обеих сторон. Стоило нам выйти из-за поворота тропы, как мы оказались прямо напротив растянувшегося цепочкой отряда воинов. И тут же Кайя швырнула два магических снежка, а я шагнул вперед, закрывая девушку щитом от уже сорвавшихся в полет стрел. Успел в последнее мгновение... По щиту застучало, а я отшатнулся обратно за поворот, толкая спиной волшебницу. И все это происходило под вопль раненого противника. Счет открыт...

А уже через секунду меня тряхнуло от удара током, да так, что аж зубы лязгнули. Тело свело судорогой, рука со щитом опустилась вниз, и наверняка в следующее мгновение меня бы нашпиговали стрелами, как подушку для булавок, но тут на вражеских воинов посыпались камни, заставляя тех метаться на узкой тропе, уворачиваясь от тяжелых снарядов. Сразу несколько человек закрыли щитами вражеского мага, и в тот же миг из-за моей спины снова ударила магией Кайя, сбрасывая со скалы еще одного врага.

Крик боли раздался одновременно и снизу, от упавшего противника, и сверху, видимо кого-то из девчонок все-таки зацепили... А мы с Кайей отступили еще дальше за скалу и, прижавшись к камню, почти синхронно выдохнули.

Руки немного отошли после удара током, и я повернул к себе щит, а потом резко ударил им по камню, обламывая торчащие стрелы.

— Этот урод и молнией может швыряться... — сообщил я девушке, а потом, быстро высунувшись из-за скалы, посмотрел, что там творится. — Опять идут, теперь маг впереди.

— Щит поставил, теперь медленно пойдут, — подтвердила волшебница, выглянув в свою очередь из-за скалы. А потом выпустила во врага заклинание и спряталась обратно. — Все, теперь только не прекращать иногда бить. Время мы выиграем.

Маг и вправду шел совсем медленно, вытянув перед собой руки, которыми удерживал что-то вроде мерцающего купола.

— Тогда отправляй назад девок, — посоветовал я.

— Они и так уже должны были уйти, — отмахнулась Кайя и выпустила еще один снежок в мага, а потом спряталась и толкнула меня наверх. — Иди, я догоню. Тут ты не поможешь.

— Тогда жду наверху, — подумав, кивнул я и побежал по тропе наверх, к баррикаде.

По-хорошему, надо бы уже обоим уходить, но... Кайя права, не факт, что старики успели уйти далеко. Бегают они явно хреново...

Добежав до баррикады, я сунул в петлю за спину топор и, вытянув искры из одного камня, попытался опять создать диск, как в школе. И мысленно представлял, как искорки вращаются, и пальцами вертел, но... Получалось как-то слабо, неубедительно. Искры вращались вокруг ладони, но медленно и в хаотичном порядке, напоминая скорее шар. А мне нужно было что-то, что изобразило бы магическую атаку...

Кайя показалась из-за поворота внезапно. Бежала девушка со всех ног, явно торопясь уйти как можно дальше, прежде чем вражеский маг поймет, что нас на тропе уже нет. И в этот самый момент рядом со мной с шуршанием прокатился камень.

Резко отскочив в сторону, я развернулся и тут же опять прыгнул спиной вперед, уходя от удара мечом. Рухнул на камни и только тут смог оценить обстановку. Пока мы с Кайей изображали заслон на тропе, нас банально обошли два вражеских воина. И вот теперь один из них пытался насадить меня на меч, как бабочку на булавку, а второй целился в бегущую девушку из лука.

Диск сорвался с руки даже раньше, чем я успел понять, как у меня это получилось, и вражеский лучник выронил оружие, зажимая культю уцелевшей рукой. А я снова покатился по камням, уходя от ударов, которые посыпались на меня один за другим. Сделать что-то еще я банально не успевал... Зато успела Кайя, заметившая, что наверху, мягко говоря, не все ладно. Два удара магией — и оба диверсанта упали замертво.

— Вот выживем, и хрен я больше на авантюры без оружия подпишусь! — выдохнул я, поднимаясь на ноги и быстро осматривая несколько неглубоких порезов на теле. — Достал-таки, урод!

— Бежим! — поравнявшись со мной, позвала Кайя и, не сбавляя шага, понеслась вниз по склону. Я же только вздохнул, оглядел путь и, плюнув на все, побежал следом, мысленно молясь о том, чтобы не свернуть себе шею. С этой стороны горы склон был гораздо более пологим, но стоило лишь оступиться...

А еще я успел прикинуть расстояние до конца долины и понял, что не успею. Бежать предстояло самый настоящий марш-бросок, а солнце уже почти скрылось за горизонтом, и до темноты оставалось меньше часа.

Но, несмотря на дурные мысли, я все же смог добежать до зарослей травы и уже там, зацепившись за что-то, кубарем покатился по земле. И замер, пытаясь понять, жив я или уже не совсем...

По всему выходило, что жив. И даже в состоянии передвигаться самостоятельно. И даже очень быстро передвигаться, если надо. А выяснилось это, стоило только огненному шару взорваться всего в метре левее меня. И тогда я побежал, ориентируясь на мелькающую впереди спину Кайи и стараясь двигаться не по прямой линии. Просто потому, что не знал, на какое расстояние действует магия преследующих нас уродов.

И не зря берегся. Огненный шар еще два раза пролетел мимо, обдав меня жаром и заставив бежать еще быстрее. А потом преследователи спустились в долину и обстрел прекратился. Видимо, вражеский маг решил поберечь силы до тех пор, пока мы не окажемся ближе. И он явно знал, что делает, потому что, когда мы были примерно на середине пути, отрыв постепенно начал сокращаться.

Заметил я это, когда обернулся в очередной раз, чтобы посмотреть на солнце. И не увидев в небе дневного светила, поднажал, хотя и казалось, что сил больше совсем нет.

— Замри! — вдруг заорала бегущая рядом Кайя и, показывая пример, рухнула на землю. Ну а я повторил ее маневр на автомате. Тело среагировало даже без участия мозга, как бывало раньше. А уже потом пришли сомнения, правильно ли я понял команду. Все же здесь нет дронов, которые определяют цель по движению...

— Догонят же! — выдохнул, пытаясь отдышаться, но ответа не дождался. А сама девушка лежала не шевелясь, словно пыталась вжаться в землю как можно сильнее.

А потом сзади раздался громкий шмяк, а через секунду его сменили удивленные вопли наших преследователей. И не только удивленные, видимо, кто-то не сразу умер...

Вскочил на ноги я одновременно с волшебницей и уже на бегу оглянулся, догадываясь, что увижу... Лишь отметил про себя, что и в этом мире нужно всегда контролировать небо, а зубастый воздушный шар отслеживает жертву для охоты, ориентируясь на движение.

Сзади вовсю шел бой, наши преследователи отвлеклись, пытаясь отбить от летающего хищника пострадавших товарищей, а вокруг становилось все темнее и темнее.

Даже понимая, что нам не успеть, мы бежали со всех ног, приближаясь к скалам, заросшим большими разлапистыми деревьями. И почти успели...

Совсем рядом что-то зашипело, сверкнуло, и Кайя, словно споткнувшись, рухнула на землю, где и застыла не шевелясь.

Уже подхватывая ее на руки, я заметил, как в мою сторону скользят сразу две большие змеи, напоминающие виденного мной в зоопарке удава. Разве что на кончиках хвостов трепетала небольшая молния, готовая в любой момент сорваться в полет. До них было уже не больше трех метров, и одна змея разинула пасть, собираясь атаковать...

И тогда я швырнул в них браслет с заряженными кристаллами, а сам взвалил на плечо девушку и побежал так, как никогда раньше не бегал. И раздавшийся сзади взрыв словно подтолкнул меня в спину.

А через некоторое время, сидя на дереве, с удовлетворением наблюдалл за тем, как в поле вспыхивают все новые и новые молнии, примерно там, где остались наши преследователи.

Глава 12

- Так это ты изобрел заклинание «циркулярка»? Между прочим, мой сын, когда пытался освоить ее, все стены в доме покромсал! А после того как я послал его заниматься в сад, нам больше не нужен садовник.

- Пытался попасть диском в цель?

- Да… Может ты позанимаешься с ним, покажешь как правильно?

- Я бы с радостью, но сам еще ни разу не попал туда, куда целился. Ну не мое это…

Бывало в моей жизни такое, когда встречаешь утро с досадой, просто потому, что не успел поспать. Бывало, что встречаешь утро с радостью, потому что стало светло и шансы выжить значительно возросли. А оказывается, бывает и промежуточный вариант, совмещающий в себе эти два.

Вот об этом я думал, сидя на ветке и ерзая в попытке пристроить онемевшее тело поудобнее. И конечно же, радовался появившемуся на небе солнышку, зевая во весь рот и мечтая хоть немного вздремнуть.

Рядом, в удобной развилке из трех толстых ветвей, уютно устроилась Кайя, беспамятство которой еще ночью сменилось сном. И все бы ничего, но девушка так заразительно сопела, что ночью я дважды чуть не заснул сам. Останавливало меня только шуршание под деревом, бодрило и придавало решимости просидеть на ветвях до утра, изображая большую птицу.

— Ох... — Стоило вспомнить про девушку, и она зашевелилась, просыпаясь. И надо думать, ощущения она в этот момент испытывала не самые лучшие. Сначала удар током, потом ночевка на дереве, а под конец и вовсе понимание, что ты к этому дереву привязана. После того как убегала от врагов, ага...

— Не дергайся, сейчас развяжу, — успокоил я девушку, заметив, что ее рука медленно движется к ножу на поясе. — Не надо ремни резать, они еще пригодятся!

Подполз по ветке к спутнице и, расстегнув пряжки обоих ремней, помог ей сесть. Выпрямлялась Кайя с тихим стоном, видно не такое уж удобное ей досталось место. Хотя все познается в сравнении. Но конкретно сейчас мне совсем не хотелось сравнивать. Мне вообще хотелось только одного, того самого, с чего всегда начинается утро, а потому я даже не стал вежливо интересоваться самочувствием волшебницы, а прямо спросил:

— Змеи уже ушли?

Сонная девушка молча кивнула, и я тут же принялся спускаться с дерева, намереваясь посетить ближайшие кусты. Кажется, последние два метра я и вовсе пролетел по воздуху, сорвавшись, но не обратил на это внимания...

И только потом, возвращаясь к дереву, заметил, как ожила природа с рассветом. Птички запели, мыши, или кто там из мелких грызунов в этом мире, зашуршали, девушки под деревом разминаются... А нет, это уже не природа, это я с собой принес.

— Доброе утро! — довольно улыбаясь, поприветствовал я Кайю на русском, а потом подумал, что в местном языке такого словосочетания не слышал ни разу. Не то тут в принципе утро добрым не бывает, не то они просто давно не радовались обычным мелочам...

— Не помню, как мы добежали вчера, — пожаловалась девушка, протягивая мне мой ремень.

— Так ты и не добежала, — улыбнувшись, пожал плечами я. — Тебя змеи вырубили.

— А что потом?

— Как что? Съели тебя... — поведал я и сам засмеялся над своей шуткой, один. Девушка почему-то даже не улыбнулась. А потому пришлось признаться: — Я принес тебя сюда.

— А на дерево как поднял? — удивилась Кайя, прикинув высоту от земли до нашего гнезда.

— Ты не поверишь... — скривился я, пытаясь вспомнить, как мы оказались на дереве, — но похоже, что бегом...

Где находятся остальные члены племени, мы не знали даже примерно, а потому просто отправились назад через поле, по своим же следам, в надежде, что с горы увидим все, что нужно, своими глазами. И своих, и чужих, если, конечно, они еще не убрались с острова. Могли ведь и отправить еще одну погоню, просто чтобы узнать, что случилось с первым отрядом. Но об этом мы не узнаем, пока не вернемся в горы.

А вот с возвращением сильно не задалось... Просто потому, что стоило Кайе наткнуться на трупы убитых мной вчера змей, и она вдруг остановилась как вкопанная, а потом, радостно взвизгнув, выхватила нож и кинулась к гадам ползучим.

— Ты чего, они же уже мертвые! — только и успел сказать я, а уже потом до меня дошла причина такой реакции. Девушка одним ударом отсекла электрическую трещотку с хвоста ближайшей змеи, палкой отодвинула ее в сторону, а потом принялась снимать шкуру с гадины. Причем она так быстро и сноровисто это проделывала, что мне аж завидно стало. Но помогать я не стал, прекрасно понимая, что только испорчу редкую добычу. Вместо этого топтался рядом и посматривал наверх, чтобы не пропустить появление очередного летающего хищника. Очень, знаете ли, не хотелось разделить судьбу вчерашнего отряда.

Когда с первой змеей было покончено, девушка аккуратно взяла тонкую шкурку и упаковала в нее трещотку. Судя по мерам предосторожности, эта штука могла бить током даже после смерти змеи и местными очень ценилась. А потому и тушку второй змеи тоже ждало раздевание, а я отчетливо понял, что сегодня мы на этом поле явно задержимся. А между тем мне уже давно хотелось есть.

Хотел было развести огонь и пожарить свежего змеиного мяса, но вовремя одумался: вдруг очередной шар с зубами прилетит. Не хотелось бы быть раздавленным этой зверюгой, лучше уж потерпеть, тем более что Кайя как раз сняла шкуру со второй змеи, и мы отправились дальше. Ровно до места, где вчера наши преследователи встретили свою смерть...

— Блин! — выдохнул я, понимая, что с поля мы не уйдем еще долго. Просто потому, что среди мертвых людей в доспехах возвышалась горой туша вчерашнего летающего хищника. — Халявы привалило...

Кайя только кивнула моим словам, по интонации поняв, о чем я говорю, и, бросив на землю шкуры змей, шагнула вперед, на ходу доставая нож. Я же вздохнул, но вспомнив, как меня вчера обстреливал маг, забыл о голоде и начал помогать разделывать тушу. Отметив про себя, что из шкуры попрошу сшить себе длинный плащ, назло магам. Чтобы ни одна скотина больше не могла достать меня заклинанием...

К тому времени, как нас нашли остальные люди клана, во главе с кузнецом возвращающиеся к городу, мы успели снять только половину шкуры. А потом процесс резко прервался, просто потому, что Кайя, бросив все, кинулась к отцу и, обняв его, застыла, положив голову Ламару на грудь. Сам же кузнец только кивнул мне поверх головы дочери и, слегка отодвинув девушку, начал расспрашивать ее про наши вчерашние приключения. И как-то незаметно вокруг девушки собрались все женщины и дети племени, слушая ее историю. Впрочем, удивляться нечему, люди во всех мирах одинаковые, вот и здесь у детей сейчас горят глаза и на лицах восхищение, а девушки ахают, прижимая ладошки ко рту.

— Поешь, сынок. — Один из вчерашних стариков вручил мне краюху хлеба, а следом и глиняную флягу с водой. — Дальше мы сами, отдыхай.

Поблагодарив, я сел в сторонке и спокойно позавтракал, наблюдая, как два пенсионера стремительно освобождают шар от шкуры, а третий, выдернув из толпы нескольких подростков, руководит сбором трофеев с мертвых солдат противника и при этом не забывает поглядывать в небо. Опытный...

Съев ровно половину хлеба, я спрятал остальное для Кайи и, поднявшись на ноги уже вполне довольный жизнью, принялся бродить по полю, осматривая лежащие в траве тела. И даже не ради трофеев, хотя, признаюсь честно, небольшой нож с одного из противников и его же фляга тут же сменили своего владельца, оказавшись у меня на поясе. Но основной причиной осмотра было другое.

Глядя на поверженных врагов, я пытался понять, что же из себя представляет империя. Так я решил называть страну, напавшую на острова, просто чтобы было понятнее.

И увиденное меня не слишком радовало. На всех трупах были одинаковые, типовые доспехи. Стальные кирасы, поножи, наручи, все было словно фабричной выделки и друг от друга отличалось не сильно. Даже, наверное, в начале использования и вовсе не отличалось, и только со временем в них добавлялись различные доработки. Ремонт, покраска, чтобы не блестело на солнце, а у кого-то и ткань поверх металла приклеена. Но в целом...

Мечи, уже сложенные подростками в одно место, тоже отличались друг от друга лишь ножнами да обмоткой рукоятей. А это означало, что противостояли нам не дикие племена и даже не средневековое королевство, а вполне себе цивилизованная страна. И то, что в ней до сих пор не изобретены пушки, еще ничего не значит. По сути, с этой ролью вполне справляются и маги, даже сейчас, когда их доступ к порталам ограничен. А что будет, когда они завоюют больше островов?

Представив себе государство, армия которого целиком состоит из магов, я только покачал головой. А потом мне вспомнилось, что единственный портал в мой родной мир сейчас находится в руках имперцев, и стало немного страшно. Что будет, когда маги начнут шляться через эту дверь, как к себе домой?

Нет, одного пришельца местное население быстро похоронит, стоит только ему начать проявлять агрессию. А если придет армия? А если те, кто сейчас противостоят островитянам, — далеко не самые сильные маги? А если...

— Остров нужно брать! — произнес я вслух и кивнул в подтверждение своих мыслей. — И удержать любым способом. Или взорвать портал к херам.

Почему-то, озвучив то, что напрягало меня все утро, я окончательно успокоился. Решение принято, и дело за малым — начать и закончить. А потому уже завтра мы будем ковать револьверы. Хотя бы два. Не хочу больше убегать, не понравилось мне это.

Мои наполеоновские планы на будущее прервала молодая девушка, одна из тех, что только что слушали Кайю, а теперь грузили на себя трофеи, собираясь в путь. Задумчиво разглядывая собранное в кучу железо, она вдруг шагнула вперед и, подняв один из мечей, протянула его мне, рукоятью вперед.

Пожав плечами, я протянул было руку, чтобы взять оружие, но тут к девушке подскочила Кайя и, резко ударив ту по руке, быстро повела ее в сторону, что-то негромко шипя. А потом волшебница вдруг развернулась и указала на кинжал у меня на поясе. И выдернув у девушки из рук меч, швырнула его к остальным трофеям.

— Чего это они? — растерянно спросил я у кузнеца, который в это время задумчиво разглядывал добытые со змей трещотки.

— Узнаешь со временем, — ехидно усмехнулся в седые усы Ламар, упаковывая змеиные останки в мешок.

— Да и хрен с ним, — отмахнулся я, так и не получив ответа. Не хватало еще с бабскими заморочками разбираться. — Про мой заказ все в силе?

— Разберусь с этим, — кузнец кивнул на мешок, — и сразу же займемся. Я свое слово держу.

В итоге в посад мы вернулись только к вечеру. Пока собрались, пока дошли...

И надо сказать, увиденная еще с горы картина мне совсем не понравилась. Нет, город был почти цел, если не считать двух разрушенных башен, рядом с которыми сейчас суетились люди, разбирая завалы. Да и посад, в принципе, был не полностью разрушен, и если потесниться, то всем места хватит, тем более что еще до холодов мы с этого острова свалим. Если, конечно, имперцы не захватят остров раньше. Потому что кораблей у местных больше не было... Только несколько сгоревших остовов лежало на отмели, и все. А о том, сколько бойцов было на тех кораблях, я старался даже не думать.

— О чем я и говорил, — кивнул Ламар, глядя, как я смотрю на остатки кораблей. — Я предупреждал Рыжего, но кто бы слушал изгоя?

— Это нормально, — криво усмехнулся я. — У нас тоже такие встречаются. «Все вокруг дураки и неудачники, а я самый умный!» У меня другой вопрос... Как мы наш остров будем оборонять? Кораблей же у вас нет?

— Только лодки, — кивнул Ламар.

— Значит, эти уроды могут высадить в любом конце острова хоть целую армию еще до того, как мы до них дойдем. А у вас нет такой полезной живности, которая будет убивать захватчиков.

— Значит, будем биться на суше, — пожал плечами кузнец.

— Ты же сам понимаешь, что это бред, на что вы надеетесь?

— На старую сказку. В которую верят дети... — буркнул седой уставший мужчина и побрел вперед, показывая, что разговор окончен.

Я же, поправив тюк кожи на спине, зашагал следом, прикидывая, кого из ребят смогу застать дома по возвращении и найдутся ли еще дураки, желающие съездить в отпуск в другой мир. Или сразу сдать портал властям и всю оставшуюся жизнь прожить под подписками. В лучшем случае. В худшем — эта часть жизни будет очень короткой. Что стоит жизнь одного человека по сравнению с сохранением такой тайны?

— Смотрят. — Отвлек меня от дурных мыслей голос Кайи, полный какого-то торжества, напополам со злорадством. — Мы победили, а они не смогли!

Подняв взгляд, я заметил, как местные провожают нас хмурыми взглядами, особенно обращая внимание на свертки с трофеями, не узнать в которых снаряжение вражеских воинов было невозможно.

Под завистливыми взглядами мои плечи сами собой распрямились, шаг стал тверже, а взгляд увереннее. А потом я заметил, как мое поведение в точности повторяют идущие рядом. Или они сами по себе так отреагировали? Впрочем, имеют право собой гордиться.

Дойдя до дома кузнеца, все племя сбросило трофеи в одну кучу, решив, что разбираться с этим они будут завтра, и разбрелось по домам, заново обживаться в разграбленных трущобах.

А я первым делом кинулся в кузницу, опередив даже самого Ламара. И остановился в дверях, скрипя зубами от злости. В помещении было пусто. Нет, верстак, горн и наковальня были на месте, но вот инструментов не было.

— Твари! — в бессильной ярости выругался я, прощаясь с мечтой иметь нормальное оружие. — Жадные твари.

— Ага. Лавку сломали... — за моей спиной произнес кузнец и, отодвинув меня в сторону, прошел внутрь. А там, убрав тяжелый верстак, смахнул в сторону мелкие крошки угля и, взявшись за кольцо, с натугой поднял крышку люка. — Чего стоишь, помогай!

Кузнец спрыгнул в замаскированный погреб и вскоре начал подавать мне молотки, сверла и прочие инструменты, о предназначении которых я мог только догадываться.

— Когда ты успел-то? — улыбаясь от уха до уха, спросил я, когда все спрятанное перекочевало на полки.

— Поживешь с мое, еще и не так научишься, — усмехнулся Ламар.

— Ну что, с утра куем мне оружие? — решил я наглеть до конца. — А то опять нападут, снова будем бегать, как зайцы.

Кузнец на это только покачал головой и молча отправился разжигать горн.

— Выбери два меча получше и тащи сюда останки змей, — распорядился тут же он, видя, что я переминаюсь с ноги на ногу, не понимая, чем мне заняться.

И пошла работа! Пока я снимал с рукоятей мечей кожаную оплетку, кузнец, надев толстые рукавицы, что-то выковыривал из отрубленных хвостов электрических змей. Потом он отрубил противовес на рукояти одного меча и стал аккуратно насаживать кости от змеиной трещотки на металл рукояти. Получалось даже красиво, но я такой меч в руки брать бы не стал. Уж больно хищно выглядели пробегающие иногда по лезвию искры. Впрочем, кузнец и этот вопрос предусмотрел, сразу видно, не в первый раз создает подобное оружие. Так что, разрезав на полосы змеиную кожу, он закрепил меч в тисках и аккуратно обмотал рукоятку змеиной кожей.

— Владей! — Закончив работу, кузнец с торжественным видом протянул меч мне: — Твой трофей.

А я тут же спрятал руки за спиной, да еще и шаг назад сделал.

— Не-не-не! Ты делал, вот себе и забирай, мне все равно не нужно.

Ламар только плечами пожал, мол, была бы честь предложена. Подобрал к мечу ножны, да и повесил на стену. А потом принялся за второй меч. Ну и пусть развлекается, мне не жалко. А судя по довольному виду мужика, с таким оружием он явно умеет обращаться. И значит, наши шансы еще немного выросли. Так, глядишь, и накуем на победу.

Глава 13

- Про оружие расскажи! Как у вас все-таки получилось?

- Терпение и труд… И метод научного тыка!

Неделю. Целую неделю мы почти не выходили из кузницы. Разве что спать, да и то этого я не помню. Судя по всему, доползал до постели в полубессознательном состоянии. Даже ели мы урывками, пока грелся металл, или вовсе по очереди. Иногда нам помогала Кайя, иногда мы обходились своими силами...

А причина спешки была очень проста — до сезона штормов оставалось все меньше и меньше времени. Настолько, что отплытие планировалось буквально со дня на день. Сразу после того, как племя приобретет корабль. Где оно его приобретет и как, я не понял, ну а если честно — и не вникал в эту тему. Купят и купят, не мои проблемы.

А вот мои проблемы были в том, что, не имея станков и банального штангенциркуля, сделать нормальное оружие очень сложно. Чуть легче, если есть образец, и почти нереально, если все размеры строго приблизительные.

В самом первом образце пришлось переделывать даже рамку будущего револьвера. В нее банально не поместился ударно-спусковой механизм, переделать который было сложнее. Да и на стенде, изготовленном мной, он работал прекрасно. Увеличив каркас, мы поместили механизм внутрь, закрепили, проверили, обрадовались... И еще три раза переделывали барабан.

Вообще, изначально я хотел после каждого выстрела прокручивать его рукой. Неудобно, долго, но зато просто в изготовлении. И даже так добиться идеального совпадения камор барабана и ствола оказалось очень сложно. Но мы смогли! Чтобы понять, что свободно вращающийся барабан — прямой путь к инвалидности. Сдвинется на полсантиметра — и все, разорвет мое чудо техники, а с ним и руку.

Пришлось придумывать и добавлять в конструкцию ограничитель. После небольшого совещания с кузнецом решили, что пуля будет торчать из барабана вперед, а ствол сделаем скошенным. Так, чтобы заряженное гнездо барабана утыкалось в ствол, а пустое проскальзывало свободно. Ну а чтобы барабан не крутился назад, его подпружинили. Вот так и выяснилось, что все гениальное просто! При заряжании револьвера крутишь барабан назад, взводя пружину, а при стрельбе она проворачивает барабан, перезаряжая оружие.

Вывалившись из кузницы с готовым оружием, я еще какое-то время вртел его в руках, проверяя. А потом подошел к кузнецу и с чувством пожал ему руку. И, пользуясь тем, что удивленный Ламар стоит и соображает, что это был за жест и что он означает, быстро спер из кузницы огромные тиски и солидный запас свинцовых карандашей. Весь.

Пока не было готовой пулелейки, пришлось выстругать из дерева патрон по размеру гнезд в барабане, выдавить им отверстие в мокром песке, и уже в это отверстие лить расплавленный свинец. А после окунуть туда кристалл, пока не застыло. И так двенадцать раз...

— Столько подготовки... — Голос Ламара за спиной заставил меня подскочить на месте. — Что же это за артефакт получится?

— Сейчас увидишь! — довольным тоном сообщил я кузнецу и... принялся заряжать кристаллы в патронах.

В итоге, когда все было сделано, солнце уже почти скрылось за горизонтом, а я едва смог распрямить уставшую за эти дни спину. Но все равно упрямо готовился к испытанию, не собираясь откладывать волнительное событие на завтра. Впрочем, там подготовки-то оставалось...

Взять плаху пошире, поставить ее у стены да закрепить револьвер в тисках.

Стрелял, дергая за веревочку с расстояния, и после каждого выстрела в дереве только дырки оставались, пробивая его насквозь.

— Видел? — довольно воскликнул я, глядя на скептически кивающего кузнеца. — А используют его вот так.

Быстро вынув из тисков револьвер, я отошел еще на десяток шагов назад и трижды выстрелил. Даже попал, как ни странно, несмотря на отсутствие прицельных приспособлений... Но кузнеца все равно не впечатлил.

Вместо того, чтобы восторженно завопить от восхищения, Ламар молча сходил в дом и вернулся с луком и стрелами. А потом, отойдя от мишени вдвое дальше, чем я, быстро нашпиговал ее стрелами.

И тут мне стало обидно. Вот просто по-человечески обидно.

— Так, значит, да? — зло пробурчал я, заряжая в револьвер последние шесть патронов. — А сколько временя ты учился стрелять из лука?

— С детства, — пожал плечами кузнец. — Как научился, так и пользуюсь.

— Время? — сквозь зубы уточнил я. — Сколько лет?

— Ну...

— Смотри! — Я поманил пальцем подростков, стоящих в стороне и внимательно наблюдающих за испытаниями «артефакта».

Пацаны степенно подошли, изо всех сил изображая из себя взрослых. И внимательно уставились на меня.

— Сейчас встаете там и по команде Ламара начинаете кидать в меня камни, понятно? — Я указал подросткам на пространство сбоку от мишени, так чтобы я никого не зацепил, а расстояние позволяло увернуться от летящих в меня камней. Сам же отошел к груде сухих бревен, метрах в пятнадцати от мишени. — Командуй, Ламар!

— Залп! — последовала команда от кузнеца, как только пацаны закончили собирать камни.

А я, не дожидаясь, пока мне наставят синяков, кувыркнулся за бревна, а там пробежал согнувшись до другого края кучи, быстро высунулся и выстрелил в мишень. И тут же спрятался обратно, пережидая, пока град из камней закончит стучать по дереву. И тут же высунулся еще раз. А выстрелив, перебежал к другому краю кучи...

Так продолжалось до тех пор, пока у меня не кончились патроны, и уже после этого я с довольной рожей вышел из-за бревен, с победным видом глядя на кузнеца. И тут же схватившись ладонью за подбитый глаз, спрятался обратно.

— Ой, чтоб тебя...

Выкрикнув, что испытание закончено, я второй раз вышел из-за укрытия и, потирая ладонью глаз, оглядел подростков, среди которых выделялся один, просто тем, что довольно лыбился во все зубы. Молодец, далеко пойдет...

— Молодцы! — озвучил я свои мысли. — Пойдете ко мне в отряд?

— В какой отряд? — тут же окружили меня заинтересовавшиеся дети.

— В особый отряд, — важно заявил я. — В отряд неправильных магов!

— Пойдем! — тут же согласилась ребятня, и только тот, что подбил мне глаз, робко сообщил: — Только мы не маги...

— Ничего, дядька Ламар выкует вам волшебные палочки, — хмыкнул я, ехидно покосившись на кузнеца. — Вы только его как следует попросите!

Сказал и оставил недовольного кузнеца разбираться с подростками, а сам достал кинжал и отправился выковыривать пули из дерева. Кристаллов у меня было много, а вот свинец — дефицит. Кто бы мог подумать?

— Ты зачем это сделал? — хмуро спросил у меня Ламар, когда сумел наконец отделаться от подростков.

— Что сделал? — с самым невинным видом поинтересовался я. — Если ты про обещание, то я не врал. Было бы оружие и пули, а научить их стрелять я смогу за день. И каждый будет стоить нескольких взрослых, обученных воинов. А за месяц я их и воевать научу.

— Ну-ну... — только и покивал кузнец, и ушел работать, оставив меня заниматься патронами.

Когда закончил отливать новые пули, снова пообщался с кузнецом, договорившись, что он изготовит столько револьверов, сколько успеет до осени. Но на большое количество рассчитывать явно не стоило, времени осталось совсем мало.

— Следующий артефакт тоже себе заберешь?

— Да, — подтвердил я. — Одного мало, всего шесть выстрелов, а когда кончатся патроны — меня убьют. Просто не успею перезарядить. И свинца мало... Может, в городе купить?

— В город тебя никто не пустит... — нахмурился кузнец. — На ярмарке попробуем купить.

— На ярмарке?

— Перед сезоном штормов на остров приплывают купцы, привозят свои товары, покупают изделия местных.

— А что привозят? — стало любопытно мне. Может, удастся чем-нибудь полезным разжиться. — Хотя денег у меня все равно нет.

— У нас есть что продать, — пожал плечами кузнец. — А привозят в основном зерно, ну и разное... То, что здесь не добывают. Местные славятся своим производством, но ни зерно, ни что-то другое не выращивают. Так, по мелочи...

— А почему? Лень, мол, все и так купим? — не понял я.

— Места нет. Здесь камень и песок. Там, — Ламар махнул рукой в сторону долины, — опасно. Но и доход с долины хороший. Это сейчас местные просто сидят и ждут, все товары заготовлены. А после ярмарки в долину опять пойдут охотники.

— Кожа? — понимающе кивнул я.

— Не только. Там разное водится...

Пока разговаривали, кузнец напаял мне нашлепки из белого металла на ствол и на казенную часть револьвера, и, поблагодарив мастера, я отправился во двор. Там снова зажал оружие в тисках, выстрелил в колоду и принялся обтачивать металл, создавая привычный для меня прицел. А из кузницы снова раздались тяжелые удары молота. Ламар, конечно, не слишком впечатлился новым оружием, но, как бы то ни было, старался сделать все, чтобы повысить шансы племени на выживание.

Ну и я окончательно решил для себя, что буду помогать. Несмотря на отсутствие привычного комфорта, здесь, среди этих людей, мне нравилось. Не знаю даже, что меня так зацепило, но я как будто начал жить по-настоящему. Наверное, то же самое испытывали мои предки, пускаясь в путь на север. Впереди их ждал неизведанный мир, новые открытия и полная свобода. Не та, о которой твердят диванные борцы с режимом в интернете, а самая настоящая, та, где ты сам решаешь для себя, кем тебе быть, и несешь полную ответственность за свои решения. Вплоть до того, чтобы заплатить жизнью за свои действия, за свои принципы.

— О чем задумался? — Уставшая Кайя села рядом со мной на лавку и с интересом поглядела на зажатое в тисках оружие. — Получилось?

— Получилось! — с довольным видом кивнул я. — Где бы теперь еще свинец взять...

— Свинец? — явно не поняла девушка.

— Металл, из которого у вас карандаши делают. — Я достал из кармана снаряженный патрон и показал волшебнице. — Вот такой.

— Ну... — Девушка явно задумалась. — На ярмарку могут привезти, но...

— Не слишком востребованный товар, — с пониманием кивнул я.

— Сам металл дешевый, но слишком тяжелый и мягкий, — кивнула девушка.

— И ядовитый.

— Как ядовитый? — удивилась Кайя. — Да нет же!

— Не сильно, но ядовитый. А что ты так отреагировала?

— Да видела, как продают посуду из такого металла.

— Ну... — покачал головой я, но как объяснить девушке, что такое отравление тяжелыми металлами, и вот это вот все, сразу так и не придумал. — А у вас есть такая посуда?

— Нет, — пожала плечами девушка. — Была, но осталась дома.

— Жаль... — вздохнул я. — А то бы я героически спас вас от отравления!

— Забрав посуду? — улыбнулась Кайя.

— Ага! И переплавил бы на пули, чтобы враги отравились.

— В городе есть посуда... — задумчиво проговорила Кайя, явно вспоминая. — Я у кожевника целое корыто видела из металла. Меня туда не пустят, но отец может сходить... Его пускают, пока не кончился срок, который нам дали, чтобы вернуть свою землю.

— Почему так? — не понял я, но надежды разобраться в здешних законах не оставил. — Как-то странно у вас все устроено. Ну лишились вы дома, но можно же было принять вас в свое племя? И они бы усилились, и вы смогли бы жить дальше.

— Чтобы не плодить трусов, — поджав губы, неохотно ответила девушка.

Я же на этот ответ только головой покачал. Но в чужой монастырь со своим уставом не лезут, а потому... Некоторое время сидели молча, думая каждый о своем. А потом Кайя вдруг вскочила и, метнувшись в дом, вынесла оттуда сверток, протянув его мне.

— Держи, забыла совсем, — улыбнулась девушка и замерла, явно в ожидании моей реакции.

Развернув сверток, я обрадованно схватил свой китель, и только потом обратил внимание на то, что лежало под ним. Это оказался длинный плащ, скроенный явно по меркам моей одежды, но удлиненный почти до колен.

Надев обновку, я попробовал пройтись, а потом и руками помахал, словно делая зарядку. И остался доволен обновкой. Кожа была удивительно легкой, но прочной, и самое главное, плащ почти не стеснял движений.

— Понравилось?

— Конечно! — улыбнулся я и, шагнув вперед, обнял девушку, благодаря за подарок. Впрочем, тут же отстранился, не зная, как отреагирует волшебница на подобные вольности.

— Я сейчас! — Явно довольная Кайя снова упорхнула в дом и в этот раз задержалась там намного дольше.

— Вот! — Девушка вышла из дома в точно таком же плаще, как у меня, разве что общая картина отличалась немного из-за ремней, удерживающих ножны с мечом за спиной.

— Отлично! — тут же отреагировал я, прекрасно помня, что бывает, если не восхитишься обновкой девушки. И плевать, что меряет девушка, вечернее платье или военную форму. — Тебе идет!

— Правда? — Довольная волшебница крутанулась вокруг своей оси и подошла ко мне. — Кожи теперь много, поэтому такие плащи будут у всех. Если успеем, конечно.

— Единая форма, — понимающе кивнул я. — А как же доспехи?

— Доспехи тоже будут, но... — Кайя задумалась, явно подбирая слова, а потом решительно тряхнула гривой волос, на что-то решившись. — Встань к стене!

Я послушно отошел назад и с опаской смотрел, как девушка собирает волшебный снежок в ладони. И тут магический снаряд ударил мне точно в грудь, а потом и еще один.

— Ну, то, что эта кожа защищает от магии, я и так уже понял, но против нас же будут не только маги? — сообразив, что в меня больше не собираются швыряться убойными заклинаниями, проворчал я.

— Ага, — сосредоточенно подтвердила девушка и вдруг метнула в меня нож, который ударился о плащ и отскочил в сторону, не пробив кожу. — Она напитывается магией и становится крепче.

— Могла бы и просто объяснить... — проворчал я, подбирая нож и протягивая его Кайе. — Не делай так больше!

— Не буду... — смутилась девушка и тут же мастерски сменила тему: — А пойдем ножны к твоему артефакту закажем?

— А? — Я растерянно посмотрел на револьвер, который до сих пор держал в руке. — А пошли!

Мастерская кожевника располагалась на отшибе, в стороне от остальных домов, у самого моря, что неудивительно, учитывая ароматы, которые разносились вокруг... Да и не было как таковой мастерской, если уж на то пошло. Небольшой ветхий сарай да несколько больших чанов, стоящих на свежем воздухе, рядом с которыми я и остановился, предоставив девушке самой договариваться об изготовлении кобуры, благо по дороге я объяснил, что мне требуется.

Сам же я задумчиво застыл рядом с емкостями, в которых вымачивалась свежая кожа, пытаясь понять, что же привлекло мое внимание.

Чаны были размерами с ванночку для купания детей, из моего детства, но только более массивные и даже на вид намного тяжелее. Такие же серые, вытянутые, разве что без ручек... Серые!

Быстро оглянувшись на Кайю, о чем-то договаривающуюся с древним дедом, одним из тех, кто спорил с ней, когда девушка устраивала засаду на врагов неделю назад, я незаметно ковырнул край посудины и довольно улыбнулся. Вот оно!

— Нам нужна эта посудина! — подскочил я к деду и, указав пальцем на заинтересовавший меня чан, уточнил: — Вот прям очень нужна! Ну или другая, поменьше, но из такого же металла...

Старик, как раз размечавший на куске кожи контуры моего револьвера, с сомнением посмотрел на меня и покачал головой.

— Есть еще одна поменьше, но дырявая.

— Годится! — тут же согласился я.

— Да подожди ты, посмотришь, тогда и скажешь... — проворчал дед, даже не оторвавшись от работы, а потом добавил что-то вроде «эх, молодежь». Но не отказал.

Закончив со снятием мерок, старик отнес кожу в сарай и вынес оттуда что-то похожее на большой казан, и судя по тому, с каким усилием он тащил посуду, очень тяжелое.

— Вот, — поставил он на стол посудину, повернув ко мне разрубленным до середины боком. — Дырявая только...

— Мне пойдет! — довольно улыбнулся я и, крякнув, поднял добычу. И тут же поторопился попрощаться, пока не отняли. — Ну, мы пойдем?

— Идите уже... — махнул рукой кожевник. — Завтра ножны занесу.

И мы пошли. Наверное, это могло бы быть романтической прогулкой... Ну как же, берег моря, закат, красивая девушка рядом... И целый мешок патронов, который я переплавлю из этого казана уже завтра. Жизнь определенно налаживалась!

Глава 14

Местная ярмарка оказалась совсем не такой, какой я себе ее представлял. Нет, я, конечно, и не ожидал увидеть огромный рынок со столами, заваленными всякой всячиной, и толпы зазывал между ними... Ну а что, я в кино такое видел, вот и сложился стереотип. А может, я просто неправильно понял перевод этого слова. Все же несмотря на то, что я уже неплохо общался на местном языке, подобные казусы еще случались.

Ну а если говорить про осеннюю торговлю... По сути, все это напоминало прибытие на остров множества оптовых складов разом. Деревянных плавающих складов, с парусами и веслами.

Корабли торговцев расположились в опустевшей бухте, и матросы сразу начали разгрузку товара, складывая мешки под приготовленными заранее навесами. Тут же к этим навесам стали подходить местные жители и скупать продовольствие буквально мешками. И длилось это почти весь световой день, до заката.

— Что-то случилось? — Голос Кайи, раздавшийся за спиной, едва не заставил меня дернуться от неожиданности. — У тебя лицо... злое?

— Не злое, — криво улыбнулся я, поворачиваясь к девушке, — разочарованное.

— Чем же?

— Ярмарка. — Отложив в сторону инструменты, я кивнул на корабли, которые с моего места были как на ладони. — Не думал, что это все будет так скучно.

А ведь с прибытием торговцев я даже специально отправился к горе, чтобы, не прерывая процесс создания боеприпасов, полюбоваться на праздник, которого так и не дождался. И вроде бы я к этому празднику никак не отношусь, но вот обидно стало, как ребенку, у которого украли Новый год.

— А как должно было быть? — удивилась Кайя.

— Ну, не знаю... — растерялся я. — Народные гуляния, какой-нибудь праздник урожая...

— Но на острове нет урожая... — растерялась волшебница. — Завтра владельцы кораблей отправятся в мастерские выбирать себе товар, который повезут обратно, ну и мелочи всякие под навесами выложат, для горожан.

— Так все-таки торговля диковинками будет? — обрадовался я.

— Да, — пожала плечами Кайя. — Но никто не делает из этого праздник. Обычное дело же?

— Ну, для кого обычное, а кто все это в первый раз в жизни увидит.

— Все время забываю, что ты чужак, — улыбнулась девушка, а потом вдруг поджала губы и нахмурилась. — Завтра отец пойдет договариваться о покупке корабля...

— С этим будут проблемы? — тут же напрягся я, заметив смену настроения девушки.

— Обязательно будут, — кивнула Кайя. — Островитяне потеряли корабли и завтра займутся тем же. Местным нужен транспорт, и срочно. Они могут заказать новые корабли и что-то даже могут построить сами, но...

— Но до того, как закончится эта стройка, они окажутся в изоляции, — кивнул я, сообразив, в чем дело. — А купцам зачем продавать корабли? Это же их хлеб?

— Продадут несколько, — отмахнулась Кайя, — за двойную цену, а потом закажут себе два или один получше. Сплошная выгода...

— Тогда логично, — кивнул я. — И дай угадаю, у местных денег больше, а потому ты думаешь, что вам ничего не достанется?

— Не только в этом дело, — поморщилась девушка. — Если встанет вопрос, с кем иметь дело, с кланом или с изгоями, ты же понимаешь, какой будет выбор?

— Военная кампания под угрозой срыва! — пафосно провозгласил я и, поднявшись, протянул руку девушке, помогая той встать. Кайя моему жесту явно удивилась, но помощь, в которой совсем не нуждалась, приняла. А я, загоревшись жаждой деятельности, ну и слегка обеспокоенный возможностью пролететь с возвращением домой, как фанера над Парижем, уже вовсю собирал свои нехитрые пожитки в мешок. — Раз завтра будут проблемы, значит, нужно решить вопрос именно сегодня!

— Но так не принято! — робко возразила Кайя. — Купцы освободятся завтра и начнут переговоры с кланом о закупках...

— Подожди, подожди... — вскинул я свободную руку, останавливая словесный поток. — А мы тут при чем?

— Как при чем?

— Ну, ты говоришь про кланы, а мы кто? — подсказал я. — Мы изгои, так?

— Ну... — Девушке явно не понравились мои слова.

— Вот я про то и говорю. Станем снова уважаемым кланом, тогда и будем жить по этим правилам, — поспешил реабилитироваться я, а потом уже тише добавил: — Или придумаем свои, человеческие...

Первым делом мы зашли домой. Во-первых, чтобы не таскаться с тяжелым мешком, в котором, помимо готовых патронов, лежали порубленный на куски свинец, массивная пулелейка и другие нужные вещи. А во-вторых, мне нужно было узнать у кузнеца, как и за какие деньги он планировал купить корабль. Ну, это был план минимум. А план максимум включал в себя отправление главы племени с нами. Хотя бы просто потому, что мне так будет спокойнее. Все же излишней самоуверенностью я не страдал и как-то не очень представлял себе, как мне приобрести корабль. Уверенный вид сделал, а вот у самого уверенности пока нет...

— Завтра пойдем, — отрезал кузнец, стоило мне озвучить свою идею.

— Да почему завтра-то? — возмутился я. — Купят уже все, что есть, и останемся мы пешеходами!

— Мы здесь гости, — вздохнув, пояснил кузнец и, положив молот на верстак, оторвался наконец от работы. — Если мы начнем лезть вперед хозяев, то нарушим законы гостеприимства. И тогда рыжий сможет нарушить эти законы уже сам.

— И что он может сделать? — напрягся я.

— Ну, например, отобрать все ценное и вышвырнуть нас с острова, — нахмурившись, сообщил кузнец, а потом посмотрел на дочь и продолжил: — Не всех, некоторые останутся здесь...

— Вот же... — У меня даже кулаки сжались, как только я сообразил, что именно не договорил кузнец.

— Ага, — согласился Ламар. — Так что все завтра. И не вздумай больше задирать сына Рыжего.

— Серьезно? Кого я когда задирал? — удивился я, а потом вспомнил про трех молодых людей, с которыми у меня когда-то случилась стычка, и просто пожал плечами. Спорить не собирался, но и менять свое поведение тоже. К тому же теперь мне было чем ответить любому, кто решит отнять у меня хоть что-то.

Наверное, я подумал слишком громко или кузнецу не понравилось, как я погладил рукоять револьвера, висящую на поясе...

— Осталось несколько дней, — зло проворчал он и, возвращаясь к работе, закончил разговор: — Прибереги силы для врагов!

— Ладно... — в тон ему буркнул я. — Не лезу, сами тут разбирайтесь...

И пошел домой. Сам не знаю, когда это произошло, но в какой-то момент стал воспринимать хижину, в которой жил, своим домом. А семью, которая меня приютила, своей семьей. Наверное, потому, что настоящей семьи у меня никогда не было, начиная с подросткового возраста? Вот только кем мне считать Кайю, я еще не понял. Не то сестрой, не то...

Но в любом случае озвученная кузнецом угроза, висящая над людьми, ставшими для меня близкими, злила. Одного намека хватило, чтобы понять, что сынок главы местного клана не зря частенько отирается поблизости, присмотрел себе добычу и высматривает повод ее забрать...

— Да хрен вы угадали! — зло проворчал я и, запалив свечку, сел за стол. Разложив на нем пояс с двумя кобурами, принялся нашивать ткань на кожу, делая простой патронташ. За прошедшее время кузнец не сидел сложа руки, и наш арсенал пополнился пятью револьверами, из которых один я сразу же забрал себе, а остальные пока пылились в сундуке, до тех пор, пока не придет время. Про обещание обучить подростков стрелять я не забыл, но пока откладывал это мероприятие, собираясь накопить побольше боеприпасов. А тут то Кайя выдернет меня на охоту, то Ламару помощь нужна...

Едва подумал про них, как в дом вошли кузнец с Кайей, нервные, раздраженные, хмурые. Кузнец молча сел за стол, неодобрительно посмотрев на мое занятие, но промолчал. Кайя же, кажется, еще больше разозлилась, но так же молча принялась накрывать на стол. А я сидел и спокойно шил, иногда посматривая на обоих, но ни о чем не спрашивая.

Не мужское это дело — шить? Да плевать. Мне нужно — я делаю, а всякие традиции и предрассудки пусть оставят при себе, мне настоящих проблем хватает за глаза, ни к чему их еще и придуманными разбавлять.

Ужин тоже прошел в молчании, а затем кузнец ушел спать, а мы с девушкой остались сидеть за столом. Я занимался своим делом, а Кайя молча наблюдала за тем, как я обтягиваю очередной патрон тканью, а потом пришиваю кармашек на место.

Наконец, последний стежок лег на свое место, и вполне довольный собой, я отложил в сторону иголку с ниткой и надел ремень на законное место. Попробовал, как вынимаются из гнезд патроны, пожалел, что нет шляпы, а то выглядел бы совсем как герой вестерна... А потом вздохнул и протянул руку хмурой Кайе.

— Пошли проветримся. Или предпочитаешь сидеть тут и дуться на всех вокруг?

— Не дуюсь я! — хмуро возразила девушка, а потом прыснула, увидев, как я надул щеки и нахмурился, изображая обиженного ребенка. — Ладно, пойдем.

Направились мы сначала к морю, а потом неспешно пошли по берегу, наслаждаясь вечерней прохладой и легким ветерком, обдувающим лица.

— Пошли на корабли посмотрим? — предложил я через некоторое время. — Пока совсем не стемнело.

— Ну... — засомневалась Кайя, а потом с явной неохотой согласилась. — Пойдем...

— Я просто никогда таких кораблей не видел, — пояснил я свой интерес. — Ни больших, ни маленьких, вот и интересно.

— В твоем мире нет моря? — удивилась девушка.

— Почему? Есть. Просто наши корабли давно уже другие, железные и огромные.

— Да ладно? — не поверила Кайя. — Они же тяжелые? Да и сколько железа нужно?

— То есть то, что они не тонут, тебя не удивляет? — ехидно осведомился я.

— Ну ты совсем-то за дуру меня не держи! — тут же обиделась девушка. — А вот как такую массу сдвинуть с места, ты подумал? Это сколько гребцов и какие паруса нужны?

— Там другой принцип, — пожал плечами я. — Есть механизмы, которые... А, короче, потом покажу, сама все увидишь.

— Я не послушаюсь отца! — резко остановилась Кайя. — Пусть кто-то другой ведет детей в ваш мир. Я останусь и пойду в бой.

— Он рассказал тебе про свой план? — криво усмехнулся я. — Вот почему вы сегодня такие... Поругались?

— Угу... — вздохнула девушка и внезапно пожаловалась: — Он говорит, что я непослушная и упрямая... Сам воспитал, а теперь недоволен!

— Ну, его можно понять, — признался я. — Хочет уберечь единственного родного человека.

— И поэтому ему наплевать, что хочет сам родной человек?

— Да, — просто пожал плечами я. — Я бы сделал так же, если бы был на его месте.

В разговоре наступила неприятная пауза. Кайя явно обиделась, а я не собирался ни поддерживать ее отца, ни заступаться за него. Взрослые люди, сами разберутся. Влезешь в чужие семейные разборки, и сам окажешься единственным виноватым, проверено не раз, и не только мной.

Пока разговаривали, сами не заметили, как оказались рядом с пристанью, но совсем близко подходить не стали, чтобы не нервировать охрану, сидящую у костра. Да нам и не надо было. И так все прекрасно видно, вплоть до того, как изготовлены корпуса кораблей или крепятся паруса к мачте.

— А вы управлять-то такими умеете? — пораженно покачал головой я, разглядывая канаты и различные приспособления, о назначении которых мог только догадываться. — У вас же вроде только гребные суда?

— И такие есть, — пожала плечами Кайя, постепенно забывшая про свои обиды. — Редко, но бывают.

— И что, ваших женщин учат управляться со снастями? — не поверил теперь уже я.

— Нет, но отец когда-то ходил на таком корабле, так что, чему успеет, научить сможет, — легкомысленно ответила девушка. — Да нам и не надо далеко плыть.

— Ну-ну... — только и покачал головой я. А потом прошелся еще дальше, рассматривая ближайший корабль с разных сторон. — Вот же махина!

Так-то корабль, по меркам моего мира, был небольшим, но одно дело, когда видишь сплошной корпус из металла, а совсем другое, когда то же самое собрано из отдельных досок. Это же все надо состыковать, закрепить на чем-то, и чтобы еще не развалилось под своим весом! А тут ведь мачты нагрузку дают сами по себе, да довольно вместительная шлюпка с четверкой весел, закрепленная на борту...

— Слушай, а у имперцев только военные корабли тут ходят или торговые тоже есть? — Неожиданно мне в голову пришла интересная мысль, глупая, авантюрная, но никак не желающая покидать голову.

— Конечно, — спокойно пожала плечами Кайя. — А что?

— А эти торговцы по одному плавают или группами и под охраной? — не торопясь отвечать на вопрос, продолжил я уточнять интересующие меня детали. — На них есть воины?

— Да по-разному, наверное... — растерянно ответила девушка, задумавшись. — Я не знаю...

— А кто знает?

— Отец точно знает, когда-то он ходил в набеги, пока не повредил ногу.

— Тогда идем! — Я потянул девушку за руку, торопя ее. — Идем, идем, пока он не разоспался.

— Все равно будить придется...

Всю дорогу до дома Кайя пыталась узнать, что я задумал, но на вопросы я отвечал уклончиво и рассеянно, обдумывая пришедшую идею и все больше убеждаясь, что она того стоит. Хотя бы потому, что корабль мы вряд ли сможем купить. Не знаю, что за сокровища хранятся в кубышке у приютившего меня племени, но увидев корабли вблизи, я впервые понял, сколько такая штука может стоить. Наверняка ни разу не меньше, чем роскошные яхты в нашем мире.

По дороге мы прошли мимо рыболовных суденышек, и вот там я уже задержался, несмотря на то что только что тянул Кайю домой чуть ли не бегом. Мой план приобретал все более и более понятные очертания.

Суденышки рыбаков, лодками их назвать у меня не повернулся язык, никем не охранялись, и поэтому их я смог рассмотреть во всей красе. Старые, не раз проконопаченные и просмоленные деревянные суда были примерно одного размера, и если судить по четырем веслам, лежавшим на дне, ходили на них целой командой, пусть и небольшой. Ну и, помимо весел, на них имелась и небольшая мачта со свернутым парусом. А самое главное, что при желании на таком судне могли легко поместиться не меньше дюжины человек, вместе с вещами.

— И спрашивается, зачем нам корабль? — вслух подумал я, но потом прикинул, как целая флотилия таких плавсредств рассекает море, управляемая неумехами... Днем это реально, а вот ночью? Едва ли много народу в племени умеет ориентироваться в море. И сколько корабликов дойдет до острова? — Ну да, нормальный корабль нужен...

До дома мы добрались уже глубокой ночью, и первым делом я прошел к постели Ламара, собираясь его безжалостно растолкать. Вот только кузнец не спал. Уставший пожилой человек просто лежал на нерасстеленной постели и глядел в потолок. А увидев меня, тут же сел и встревоженно уточнил:

— Случилось что?

— Почти, — кивнул я, усаживаясь напротив. — Мне тут мысль пришла...

— И в честь такого события он обрадовался и переполошил всех! — отомстила мне за недомолвки Кайя, усаживаясь рядом.

— Что, настолько редкое событие?— усмехнулся в усы Ламар, поддерживая шутку, а потом, резко посерьезнев, кивнул: — Рассказывай!

— Ты же сомневаешься, что мы сможем завтра купить корабль, да? — начал я издалека.

— Будет непросто, — пожал плечами кузнец. — Скорее всего, спор дойдет до поединка...

— На который нам некого выставить?

— Я могу... — начала было Кайя, но под нашими хмурыми взглядами сразу замолчала.

— Есть кого, — хмуро продолжил кузнец. — Победить я смогу, но сразу после этого с острова нам придется убраться. Не будет времени на подготовку. Да и рано сейчас атаковать, имперцы успеют прислать новый отряд и выбить нас обратно.

— Так я и думал, — задумчиво кивнул я. — Неудачная идея.

— Так что ты задумал?

— Не нужно покупать корабль. Нужно отнять его у имперцев!

— Он головой не бился? — уточнил кузнец у Кайи, а потом повернулся ко мне. — На чем мы атакуем корабли? На лодках?

— На рыболовном суденышке, — пожал плечами я. — У нас такое есть, я знаю.

— Даже если не считать того, что там будет полно народу, мы просто не доберемся до врага, — терпеливо, как ребенку, объяснил кузнец. — На каждом корабле есть маг. А чаще всего их там несколько. Да нас спалят раньше, чем мы приблизимся!

— Не боись! — азартно ухмыльнулся я. — Все учтено могучим ураганом!