Мяу навсегда

Глава 1

Всё началось обычным утром. Пушистик, как всегда, лежал на подоконнике и смотрел на улицу. Снег таял, приближалась весна. Дамир сидел за ноутбуком и допиливал мобильное приложение для К-БАНКа. Галина Петровна на кухне пекла блины. Марик спал на шкафу — его любимое место.

— Скукота, — сказал Пушистик сам себе.

— Не ной, — ответил Марик, не открывая глаз. — Скука — это отсутствие хаоса. Радуйся.

— Я не ною. Я констатирую факт.

Пушистик лениво зевнул и уже хотел отвернуться от окна, как вдруг...

Она появилась из-за угла дома.

Белая. Пушистая. Глаза — голубые, как небо в июле. Она шла медленно, грациозно, будто знала, что за ней наблюдают.

Пушистик замер.

Его сердце (да, у котов оно тоже есть) забилось быстрее. Он даже забыл, как дышать.

— Марик, — прошептал он. — Кто это?

Марик лениво приоткрыл один глаз, посмотрел в окно и... резко сел.

— Ох, — сказал он. — Это не просто кошка.

— А кто?

— Это Злата. Из клана хранителей. Старая кровь. Древний род.

— И что это значит?

— Это значит, Пушистик, что ты пропал.

Пушистик не понял. А может, не хотел понимать. Он смотрел на неё, а она вдруг остановилась, подняла голову и посмотрела прямо на него. Прямо в глаза.

И улыбнулась.

По-кошачьи, но совершенно явно.

— О боже, — выдохнул Пушистик. — Я влюбился.

— В первый взгляд? — усмехнулся Марик. — Банально.

— А что мне делать?

— Для начала — не падать с подоконника. А потом... потом поговорим.

Пушистик прижался носом к стеклу. Злата уже уходила, но на секунду обернулась. И в её глазах он прочитал: «Я тебя тоже заметила».

— Дамир, — позвал Пушистик.

— М? — Дамир поднял голову.

— У меня проблема.

— Какая?

— Я кажется... влюбился.

Дамир уронил ноутбук.

Конец 1 главы

Глава 2

Дамир поднял ноутбук с пола. Экран не разбился — повезло.

— Ты серьёзно? — спросил он, глядя на Пушистика. — Влюбился?

— Абсолютно, — ответил рыжий кот, не отрываясь от окна. — Ты её видел?

— Я не смотрел. Я работал.

— А зря. Она прекрасна.

Марик спрыгнул со шкафа и подошёл к подоконнику. Его чёрно-белая шерсть топорщилась — признак того, что он волнуется.

— Пушистик, — сказал Марик серьёзно. — Ты понимаешь, кто эта кошка?

— Ты уже сказал. Из клана хранителей.

— Это не просто слова. Клан хранителей — это древняя организация. Они следят за порядком уже тысячу лет. Их предки охраняли границы миров ещё до того, как появились люди.

Пушистик наконец отвернулся от окна.

— И что с того? Я тоже хранитель. У меня Свет Дома. Я закрыл прорыв, когда ты не справлялся.

Марик вздохнул.

— Дело не в силе, Пушистик. Дело в крови. Клан хранителей — это аристократия. У них родословные, традиции, правила. Они не отдают своих дочерей за простых котов без рода и племени.

— Я не простой кот! — возмутился Пушистик.

— Для них — простой. У тебя нет документов. Нет предков. Ты просто рыжий кот из обычной семьи.

Пушистик опустил голову. Галина Петровна, которая всё это время стояла в дверях и слушала, наконец вмешалась.

— А ну-ка прекрати, — сказала она строго. — Мой Пушистик — самый лучший кот. И никакие кланы не укажут ему, кого любить.

— Бабуля права, — поддержал Дамир. — Мы что-нибудь придумаем.

— Что именно? — усмехнулся Марик. — Подделаете родословную? Обманите клан? Они всё видят. У них есть свои артефакты.

В комнате повисла тишина. Пушистик смотрел в окно, но Златы уже не было. Только снег, который медленно таял на весеннем солнце.

— Я должен её увидеть, — сказал он наконец. — Ещё раз.

— Это будет не просто, — предупредил Марик. — Клан хранителей не показывается просто так. Если Злата появилась здесь, значит, у неё есть какая-то цель.

— Какая?

— Не знаю. Но узнать можно.

Марик подошёл к стене, где висел золотой крест — тот самый, который когда-то помог закрыть прорыв. Крест слабо светился.

— Что ты делаешь? — спросил Дамир.

— Пытаюсь почувствовать, — ответил Марик. — Клан хранителей оставляет след. Особенно если они рядом.

Крест мигнул зелёным. Марик закрыл глаза.

— Она не одна, — сказал он. — С ней кто-то есть. Кто-то сильный.

— Её отец? — предположил Пушистик.

— Возможно. Или... брат. Не важно. Важно другое. Они здесь не просто так. Они что-то ищут.

— Что?

Марик открыл глаза. Крест погас.

— Не знаю. Но мы узнаем. А ты, Пушистик, пока не лезь к ним. Если они почувствуют угрозу, они могут уйти. Или хуже — напасть.

Пушистик хотел возразить, но промолчал. Он знал, что Марик прав.

Галина Петровна вздохнула.

— Ладно. Сейчас будем есть блины. А завтра — решим, что делать.

— С блинами или с кланом? — уточнил Дамир.

— И с тем, и с другим, — ответила бабушка. — Голодный кот — злой кот.

Пушистик нехотя спрыгнул с подоконника и побрёл на кухню. Блины пахли вкусно, но на душе было тяжело.

Он впервые в жизни влюбился. И понял, что любовь — это не только радость. Это ещё и страх.

Страх, что ты недостаточно хорош.

Конец 2 главы

Глава 3

Ночь прошла беспокойно. Пушистик почти не спал — всё думал о Злате. Её голубые глаза, белая шерсть, лёгкая улыбка... Он ворочался на своей подушке, вздыхал и смотрел в потолок.

— Перестань, — проворчал Марик с соседнего кресла. — Ты мешаешь спать.

— Не могу.

— Можешь. Закрой глаза и думай о чём-нибудь скучном. О налоговой декларации. О ремонте в ванной. О том, как Дамир учил английский.

Пушистик фыркнул.

— Не помогает.

— Тогда страдай. Но тихо.

Утром Пушистик проснулся от того, что в окно кто-то постучал. Не ветка. Не снег. Кто-то.

Он подскочил к подоконнику и замер.

За стеклом сидела Злата.

Она смотрела на него своими голубыми глазами и... ждала.

Пушистик оглянулся на спящего Марика, потом на закрытую дверь в комнату Дамира. Все спали. Только он один видел эту кошку.

Он осторожно открыл окно.

— Ты... ты здесь, — прошептал он.

— Я здесь, — тихо ответила Злата. Её голос был мягким, как весенний ветер. — Я хотела тебя увидеть.

— Почему?

— Потому что ты смотрел на меня. И я почувствовала... что-то.

— Что?

— Не знаю. Свет, наверное. Твой свет. Он тёплый.

Пушистик покраснел. Да, коты тоже умеют краснеть — просто никто не замечает под шерстью.

— Меня зовут Пушистик, — сказал он.

— Я знаю. Я навела справки. А меня — Злата.

— Красивое имя.

— Спасибо. У тебя тоже ничего.

Они замолчали. Снег тихо падал за окном, и в этом молчании было что-то волшебное.

— Ты не из простых, да? — спросил наконец Пушистик. — Марик сказал, ты из клана хранителей.

Злата опустила глаза.

— Да. Мой отец — глава клана. Это большая ответственность.

— А что ты делаешь здесь? Одна?

— Я ищу кое-что. Артефакт, который потеряли наши предки. Он где-то здесь, в этом районе. Но это не важно.

— Не важно?

— Важнее то, что я тебя встретила.

Сердце Пушистика пропустило удар. Он хотел что-то сказать, но в этот момент сзади раздался голос:

— Ах вот ты где.

Из-за угла дома вышел огромный чёрный кот. Глаза — жёлтые, как у совы. Шерсть — гладкая и блестящая. Он смотрел на Пушистика с презрением.

— Это мой брат, — тихо сказала Злата. — Гром.

— Гром? — переспросил Пушистик.

— Потому что я громко мяукаю, — усмехнулся чёрный кот. — А ты, я смотрю, уже познакомился с моей сестрой.

— Пушистик, — представился рыжий кот.

— Знаю. Марик рассказал о тебе. Свет Дома, закрытый прорыв, всё такое. Но это не делает тебя достойным.

— Гром, перестань, — сказала Злата.

— Нет, сестра. Правила есть правила. Если этот кот хочет с тобой встречаться, он должен пройти испытания.

Пушистик насторожился.

— Какие испытания?

— Три, — сказал Гром. — Первое — Сметана чести. Ты должен найти самую чистую сметану в городе и принести её нашему отцу. Если он одобрит — перейдёшь ко второму. Если нет... забудь о моей сестре.

— Гром! — возмутилась Злата. — Это жестоко!

— Это традиции, — отрезал брат. — Так было всегда.

Пушистик посмотрел на Злату, потом на Грома.

— Я согласен, — твёрдо сказал он.

— Что? — Злата удивилась.

— Я сказал — согласен. Ради тебя я пройду всё. Даже если нужно будет полгорода обыскать.

Гром усмехнулся.

— Посмотрим, как ты запоёшь, когда не найдёшь. У тебя три дня. Время пошло.

Он развернулся и ушёл. Злата хотела что-то сказать, но только прошептала:

— Будь осторожен. Отец очень привередливый.

И она тоже ушла. Растворилась в утреннем тумане, как сон.

Пушистик закрыл окно и обернулся. В дверях стоял Марик.

— Я всё слышал, — сказал чёрно-белый кот. — Ты идиот.

— Знаю, — ответил Пушистик. — Но я люблю её.

— После двух встреч?

— А разве бывает по-другому?

Марик вздохнул.

— Ладно. Будем искать сметану. Но предупреждаю: это будет нелегко.

— А что, есть какая-то особенная?

— Самая чистая. Та, которую не коснулся хаос. А в нашем городе... сам знаешь.

Пушистик посмотрел в окно. Снег падал, город просыпался, и где-то там, среди серых домов, ждала его судьба.

В виде сметаны.

Конец 3 главы

Глава 4

Пушистик спрыгнул с подоконника и принялся ходить по комнате. Его хвост нервно дёргался.

— Три дня, — бормотал он. — Всего три дня.

— Успокойся, — сказал Марик, усаживаясь на кресло. — Паника не поможет. Нужен план.

— Какой план? Мы идём в магазин и покупаем сметану. Самую дорогую.

— Не работает.

— Почему?

Марик вздохнул, как учитель, который в сотый раз объясняет прописные истины.

— Потому что Гром сказал «самую чистую». Не самую дорогую. Не самую вкусную. А самую чистую. Сметану, которую не коснулся хаос.

— А откуда в сметане хаос? — не понял Пушистик.

— Оттуда же, откуда он в людях. От злости, зависти, лжи. Если корова, которая дала молоко, жила в плохих условиях — в её молоке уже есть хаос. Если фермер обманывал покупателей — хаос. Если сметану делали с мыслями о деньгах, а не о качестве — хаос.

Пушистик остановился.

— То есть нам нужна сметана, которую сделали с любовью?

— Именно. Чистая сметана — это сметана, в которую вложили душу.

— И где такую взять?

Марик задумался.

— Есть одно место. Старая ферма за городом. Там живёт бабушка Марфа. Она держит коров, сама доит, сама делает сметану. Говорят, её продукцию даже ведьмы покупали — так она чиста.

— Ведьмы? — Пушистик напрягся.

— Это было давно. Не бойся.

— Я не боюсь. Я просто... на всякий случай.

Они разбудили Дамира. Тот долго тёр глаза, пытаясь понять, почему его коты так рано подняли.

— На ферму? За сметаной? — переспросил он. — Вы серьёзно?

— Абсолютно, — сказал Пушистик. — Жизнь и смерть.

— Любовь, — поправил Марик. — Точнее, возможность её обрести.

Дамир вздохнул. Он привык к странным просьбам своих котов.

— Ладно. Галина Петровна даст машину. Но я с вами.

— Конечно, — кивнул Марик. — Ты будешь водителем. И переводчиком. Бабушка Марфа старовата, на кошачьем не говорит.

Через час они уже ехали за город. Пушистик смотрел в окно и думал о Злате. Марик сидел рядом и молчал — он знал, когда нужно дать другу побыть наедине с мыслями.

Ферма оказалась маленькой, но ухоженной. Дом с резными наличниками, сарай с покосившейся крышей, и огромное поле, на котором паслись три коровы.

— Красиво, — сказал Дамир, выходя из машины.

— Чисто, — поправил Марик. — Здесь нет хаоса. Я чувствую.

Из дома вышла бабушка Марфа. Маленькая, сгорбленная, в цветастом платке. Она посмотрела на Дамира, потом на котов и улыбнулась.

— Ох, гости! — сказала она. — А я блины пекла. Проходите.

— Бабушка Марфа, — начал Дамир. — У нас к вам просьба.

— Какая?

— Нам нужна самая чистая сметана в мире.

Старушка засмеялась.

— А вы знаете, что это такое?

— Знаем, — ответил Пушистик.

Она посмотрела на рыжего кота и вдруг стала серьёзной.

— Говоришь, кот? Не каждый кот понимает, что такое чистота. Ты-то откуда знаешь?

— Он особенный, — сказал Марик. — У него Свет Дома.

Бабушка Марфа перекрестилась.

— Ну, раз так... есть у меня одна баночка. Особенная. Я её для внучки берегла. Но внучка уехала в город, сметану в магазине покупает... Забирайте.

Она ушла в дом и вернулась с маленьким глиняным горшочком.

— Вот. Самая чистая. Сделана на утренней заре, пока коровы ещё спали. Молоко от любимой коровы Зорьки. Ни капли хаоса.

Пушистик подошёл к горшочку. Крышка была закрыта, но он уже чувствовал запах — чистый, светлый, добрый.

— Спасибо, — прошептал он.

— Не благодари, — сказала бабушка Марфа. — А передай своему клану... пусть не судят по родословной. А по сердцу.

— Передам, — кивнул Пушистик.

Они поехали обратно. Горшочек стоял на заднем сиденье, и весь салон пах свежестью и добротой.

— Осталось два испытания, — сказал Марик.

— Знаю, — ответил Пушистик. — Но теперь я верю, что справлюсь.

В окно светило весеннее солнце. Где-то там, в городе, ждала Злата. И ради неё стоило пройти хоть сто испытаний.

Конец 4 главы

Глава 5

Пушистик вернулся домой с горшочком сметаны. Он поставил его на самое видное место — на подоконник, чтобы все видели: первое испытание почти пройдено.

— Почти, — сказал Марик, сидя на кресле. — Потому что сначала нужно отнести сметану отцу Златы. А это отдельное приключение.

— Ты думаешь, он не примет?

— Я думаю, что клан хранителей не прощает слабости. А ты пришёл не с пустыми лапами, а с душой. Это может им не понравиться.

— Почему?

— Потому что они привыкли к золоту и бриллиантам. А ты принёс глиняный горшок.

Пушистик задумался. Он смотрел на горшочек и чувствовал его тепло. Да, он был простым. Но в нём было главное — любовь.

— Неважно, — сказал он. — Я понесу.

На следующий день к дому подъехала чёрная машина. Из неё вышел Гром.

— Садись, — сказал он Пушистику. — Отец ждёт.

— Я поеду с ним, — сказал Марик.

— Нет. Только он.

Марик хотел возразить, но Пушистик остановил его.

— Всё в порядке. Я справлюсь.

Он запрыгнул на заднее сиденье. Рядом с ним сидел Гром — огромный, чёрный, молчаливый. Машина поехала.

Дом клана хранителей оказался большим особняком за городом. Высокие ворота, сад с фонтанами, и тишина — такая густая, что казалось, её можно потрогать.

— Не бойся, — сказал Гром, когда они вошли внутрь. — Отец строгий, но справедливый.

— Я не боюсь.

— Врёшь. Но это нормально.

Они прошли в большой зал. На стенах висели портреты предков — котов в золотых рамках. В центре зала стоял огромный чёрный кот с белым пятном на груди. Его глаза были жёлтыми, как у Грома, но более глубокими.

— Тот самый кот, — сказал он, глядя на Пушистика. — Свет Дома. Садись.

Пушистик сел. Перед ним на столе стояла пустая тарелка.

— Покажи, что принёс.

Пушистик поставил горшочек. Открыл крышку. Запах сметаны наполнил зал — чистый, светлый, добрый.

Отец Златы наклонился, понюхал и... замер.

— Откуда это? — спросил он.

— От бабушки Марфы. С фермы за городом. Она сказала, что это самая чистая сметана.

— Я знаю, — тихо сказал старый кот. — Я знаю этот запах. Моя мать покупала у неё. Много лет назад.

Он взял ложку, попробовал и закрыл глаза.

— Давно я не чувствовал ничего подобного. Спасибо.

— Значит, я прошёл? — спросил Пушистик.

— Первое испытание — да. Но второе будет сложнее.

— Я готов.

Отец Златы встал.

— Второе испытание — Бой с тенью. Ты должен победить свой самый большой страх. Не мой. Не чужой. Свой.

— Как это? — не понял Пушистик.

— Мы отведём тебя в Зеркальную комнату. Там ты увидишь то, чего боишься больше всего. Если сможешь победить — пройдёшь. Если нет — забудешь о моей дочери навсегда.

Пушистик сглотнул. Он не знал, чего боится. Смерти? Потери? Одиночества?

— Я готов, — сказал он снова.

Зеркальная комната оказалась маленькой и круглой. Стены, пол и потолок были покрыты зеркалами. Пушистик вошёл внутрь, и дверь за ним закрылась.

Сначала ничего не происходило. Только его отражения смотрели на него со всех сторон.

— Ну? — спросил он. — Где тень?

И тут зеркала потемнели.

Из темноты вышла фигура. Маленькая, рыжая, похожая на него. Но глаза были пустыми. Холодными.

— Ты боишься, — сказала фигура голосом Пушистика. — Боишься, что ты недостаточно хорош. Что Злата выберет другого. Что Свет Дома погаснет.

— Это неправда, — сказал Пушистик.

— Правда. Ты сам себя не уважаешь. Думаешь, что ты просто обычный кот.

— Я не обычный.

— А кто ты?

Пушистик замолчал. Он смотрел на свою тень и понимал — она права. Он действительно боялся. Боялся, что не достоин любви. Боялся, что все его подвиги — случайность.

— Но я не сдамся, — сказал он наконец.

— Почему?

— Потому что любовь — это не про достоинство. Это про смелость. Быть смелым, даже когда страшно.

Он сделал шаг вперёд. Тень попятилась.

— Я — Пушистик. Я закрыл прорыв. Я спас Марика. Я люблю Злату. И никто, даже моя собственная тень, не скажет мне, что я недостаточно хорош.

Он шагнул ещё раз. Тень завизжала и рассыпалась на тысячу осколков.

Зеркала снова стали светлыми.

Дверь открылась. На пороге стоял отец Златы.

— Ты прошёл, — сказал он. — Я не ожидал так быстро.

— Я же говорил, — улыбнулся Пушистик. — Я готов ко всему.

— Осталось последнее испытание. Самое трудное.

— Какое?

— Ты узнаешь завтра. А сейчас иди. Злата ждёт тебя в саду.

Пушистик вышел из комнаты. Его лапы дрожали, но на душе было светло.

Он победил свой страх.

Теперь остался только один шаг.

Конец 5 главы

Глава 6

Пушистик нашёл Злату в саду. Она сидела под старым дубом и смотрела на звёзды. Белая шерсть светилась в темноте, а голубые глаза отражали небо.

— Ты прошёл, — сказала она тихо, когда он подошёл. — Я знала, что пройдёшь.

— Ещё нет, — ответил Пушистик, садясь рядом. — Осталось последнее.

— Я знаю, какое оно, — Злата опустила голову. — Третье испытание — Сердце во тьме. Ты должен войти в Пещеру Забвения и принести оттуда свет.

— Какой свет?

— Тот, который не гаснет. Тот, который сильнее любого хаоса. Только тогда мой отец признает тебя достойным.

Пушистик посмотрел на неё. В её глазах блестели слёзы.

— Ты боишься за меня?

— Да. Пещера Забвения — это место, откуда не все возвращаются. Там живут древние тени. Они питаются страхом и надеждой. Если ты войдёшь туда с сомнениями — не выйдешь.

— А если с любовью?

Злата подняла голову.

— Что?

— Если войти с любовью? В сердце. С мыслью о тебе. Это поможет?

Она долго молчала. Потом прошептала:

— Наверное. Никто не пробовал.

— Значит, буду первым.

Пушистик встал. Он чувствовал, как дрожат лапы, но голос был твёрдым.

— Где эта пещера?

— За садом. Я провожу.

Они шли молча. Луна светила им в спину, а ветер шептал что-то на ухо. Пушистик думал о Дамире, о Галине Петровне, о Марике. И о ней. О Злате.

Пещера оказалась чёрной дырой в скале. Из неё тянуло холодом и чем-то древним, забытым.

— Я буду ждать тебя здесь, — сказала Злата. — Обещай, что вернёшься.

— Обещаю, — ответил Пушистик и шагнул внутрь.

Тьма обняла его. Она была густой, как кисель, и липкой, как паутина. Пушистик шёл вперёд, стараясь не думать о страшном.

— Ты вернулся, — раздался голос из темноты.

— Кто здесь?

— Твоя тень. Та, которую ты победил в зеркалах. Но теперь я сильнее. Здесь моё царство.

— Нет, — сказал Пушистик. — Здесь ничьё царство. Только тьма.

— И ты в ней. Один.

— Не один. Я люблю.

Тень засмеялась.

— Любовь не светит. Она не греет. Это просто слова.

— Нет, — Пушистик остановился. — Это не просто слова. Это то, ради чего я здесь. Ради неё.

Он закрыл глаза и представил Злату. Её голубые глаза. Белую шерсть. Тихий голос.

И вдруг в груди зажёгся огонёк. Маленький, но тёплый.

— Что это? — испугалась тень.

— Свет, — ответил Пушистик. — Тот, который не гаснет.

Он открыл глаза. Огонёк в груди разгорался. Тьма отступала. Стены пещеры стали видны — серые, мокрые, но уже не страшные.

— Не может быть, — прошипела тень.

— Может. Потому что любовь сильнее страха.

Пушистик шагнул вперёд, и свет внутри него вспыхнул ярко-ярко. Тень завизжала и исчезла. А вместе с ней — вся тьма.

Он стоял у выхода из пещеры. Злата смотрела на него широко открытыми глазами.

— У тебя... у тебя сердце светится, — прошептала она.

Пушистик посмотрел на свою грудь. Из неё бил мягкий золотой свет.

— Это Свет Дома, — сказал он. — Но теперь он стал Светом Любви.

Отец Златы вышел из-за дерева.

— Ты прошёл, — сказал он тихо. — Все три испытания. Я признаю тебя достойным.

— Спасибо, — ответил Пушистик.

— Не благодари. Это ты сделал сам.

Старый кот повернулся и ушёл в дом. А Пушистик и Злата остались вдвоём под звёздами.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь самое главное, — улыбнулся Пушистик. — Жить долго и счастливо.

— Это не скучно?

— С тобой — никогда.

Они сидели рядом и смотрели на звёзды. А в доме, за шторой, Гром улыбался и говорил Марику:

— У твоего друга есть сердце. Настоящее.

— Всегда было, — ответил чёрно-белый кот. — Просто он сам не знал.

Конец 6 главы

Глава 7

Пушистик вернулся домой под утро. Он был уставшим, но счастливым. Свет в груди погас, но тепло осталось.

— Ну как? — спросил Марик, сидя на кресле. — Ты прошёл?

— Все три, — улыбнулся Пушистик. — Отец Златы сказал, что я достоин.

— Я знал, — кивнул чёрно-белый кот. — Ты молодец.

— А теперь... самое страшное.

— Что?

— Свадьба.

Марик засмеялся.

— Ты спас мир от хаоса, победил свою тень и прошёл через Пещеру Забвения. А свадьбы боишься?

— А кто не боится? — честно ответил Пушистик. — Там гости, церемония, слова нужные говорить...

— С этим тебе не ко мне. Это к Галине Петровне.

Бабушка уже не спала. Она сидела на кухне и пила чай, когда Пушистик зашёл.

— Ну что, жених? — спросила она.

— Откуда вы знаете?

— Марик рассказал. Он у нас сплетник ещё тот.

— Я не сплетник, — возмутился кот из комнаты. — Я информирую.

Галина Петровна погладила Пушистика по голове.

— Не бойся, родной. Организацию свадьбы я беру на себя. У нас теперь банк, деньги есть. Сделаем всё красиво.

— А где будем играть?

— В банке. К-БАНК теперь не только для клиентов. У нас есть большой зал. И ковры. И котов много.

Пушистик улыбнулся.

— Спасибо, бабуль.

— Не благодари. Лучше скажи, что Злата любит из еды.

— Она... она любит рыбу. И сметану. Особенно ту, что с фермы.

— Значит, будет рыба и сметана. И блины. И пироги. И никакого хаоса.

— А если хаос всё-таки придёт? — спросил Пушистик.

— Мы его прогоним, — сказала Галина Петровна. — У нас есть ты, Марик, крест и любовь. С этим любой хаус справится.

Пушистик рассмеялся.

— Хаос, бабуля. Хаос, а не хаус.

— Ой, какая разница, — махнула рукой бабушка. — Лишь бы все были счастливы.

Через три дня пришло приглашение от клана хранителей. Свадьба назначалась на воскресенье. Место — сад у особняка. Время — полдень.

— Всё серьёзно, — сказал Дамир, читая приглашение. — Даже свиток с печатью.

— А ты чего хотел? СМС? — усмехнулся Марик.

— Ну, мог бы и телеграмму прислать.

— Кланы не пользуются телеграммами. Они древние.

Пушистик смотрел на свиток и волновался. Всё было почти готово. Остался последний шаг.

— Ты чего? — спросил Дамир.

— Думаю, а вдруг я что-то забыл?

— Ты забыл выспаться, — ответил Дамир. — Иди отдыхай. Завтра важный день.

Пушистик лёг на свою подушку. Марик устроился рядом.

— Не бойся, — сказал чёрно-белый кот. — Завтра ты станешь мужем. Это не страшно.

— А что страшно?

— Когда нет любви. А у тебя она есть.

Пушистик закрыл глаза и улыбнулся. Завтра начиналась новая жизнь. С Златой. Навсегда.

Конец 7 главы

Глава 8

Воскресенье наступило слишком быстро. Пушистик проснулся от того, что Галина Петровна уже ходила по дому и командовала:

— Дамир, где мои бусы?! — Не знаю, бабуль! — Марик, перестань валяться, помоги лучше! — Я риск-менеджер, а не свадебный генерал, — лениво ответил кот с кресла. — Будешь сегодня генералом! Вставай!

Пушистик умылся, причесался и посмотрел на себя в зеркало. Рыжая шерсть блестела, глаза горели, а на душе было тепло и тревожно одновременно.

— Выглядишь отлично, — сказал Марик, подходя к нему. — Даже я впечатлён.

— Ты правда думаешь?

— Конечно. Злата будет счастлива.

В особняк клана хранителей они поехали все вместе: Дамир за рулём, Галина Петровна с цветами, Марик на заднем сиденье. Пушистик смотрел в окно и думал о том, как всё изменилось за последние дни.

— Приехали, — сказал Дамир, останавливая машину.

Сад у особняка был украшен белыми лентами и цветами. Повсюду сидели коты — важные, с серьёзными мордами. В первом ряду восседал отец Златы, рядом с ним — Гром.

— Не волнуйся, — прошептал Марик. — Я рядом.

Пушистик кивнул и пошёл к алтарю. В конце сада, под старой яблоней, стояла Злата. Белая, как снег, с голубыми глазами, в которых отражалось небо.

Она улыбнулась, и у Пушистика замерло сердце.

Церемонию вёл старый кот в золотом воротнике — главный хранитель клана.

— Мы собрались здесь сегодня, — начал он, — чтобы соединить сердца двух хранителей. Пушистика и Златы.

Он посмотрел на них обоих.

— Клянётесь ли вы беречь друг друга, даже когда придёт хаос?

— Клянусь, — сказал Пушистик.

— Клянусь, — сказала Злата.

— Клянётесь ли вы делить последнюю сметану и самую тёплую подушку?

— Клянусь, — улыбнулся Пушистик.

— Клянусь, — засмеялась Злата.

— Тогда объявляю вас мужем и женой. Можете обменяться... когтеприкосновением.

Пушистик протянул лапу. Злата протянула свою. Они коснулись когтями и замерли. В этот момент Свет внутри Пушистика вспыхнул снова, и Злата засветилась в ответ.

Гости ахнули.

— Два света, — прошептал старый кот. — Такого не было тысячу лет.

А потом все зааплодировали. Дамир чуть не плакал. Галина Петровна вытирала слёзы платочком. Марик улыбался и смотрел на друга с гордостью.

— Любовь побеждает хаос, — сказал чёрно-белый кот. — Я всегда это знал.

Вечером был пир. Рыба, сметана, блины, пироги. Гости веселились, а молодожёны сидели рядом и смотрели на звёзды.

— Страшно было? — спросила Злата.

— Очень, — честно ответил Пушистик. — Но оно того стоило.

— Ты жалеешь?

— Ни капли.

Она поцеловала его в нос. Пушистик счастливо зажмурился.

Где-то вдалеке Гром подошёл к Марику.

— Твой друг — достойный кот, — сказал чёрный хранитель.

— Я знаю, — ответил Марик. — Всегда знал.

И звёзды светили ярко, как никогда.

Конец 8 главы

Глава 9

Утро после свадьбы началось с тишины. Пушистик открыл глаза и не сразу понял, где находится. Потом увидел рядом Злату — она спала, свернувшись калачиком, и тихо мурлыкала во сне.

«Я женат, — подумал он. — Я правда женат».

Он улыбнулся и не стал её будить. Вместо этого тихо встал, потянулся и вышел на крыльцо особняка. Солнце только всходило, сад был покрыт росой, а воздух пах весной и чем-то сладким.

— Не спится? — раздался голос Марика. Чёрно-белый кот сидел на перилах и смотрел на рассвет.

— Не могу. Мысли.

— О чём?

— О том, что теперь всё будет по-другому.

— Это плохо?

— Нет. Просто... непривычно.

Марик спрыгнул с перил и сел рядом.

— Знаешь, Пушистик, я много видел за свою жизнь. Но такого счастливого кота, как ты сейчас, я не встречал никогда.

— Правда?

— Правда. И знаешь что?

— Что?

— Ты это заслужил.

Пушистик хотел что-то ответить, но в этот момент дверь открылась и вышла Злата. Сонная, взъерошенная, но прекрасная.

— Ты ушёл, — сказала она. — Я испугалась.

— Я здесь, — ответил Пушистик. — И никуда не денусь.

Она подошла и ткнулась носом в его щёку.

— Пойдём завтракать. Говорят, твоя бабушка прислала нам целую корзину блинов.

— Галина Петровна? Прислала?

— Ага. И записку: «Кушайте, детки, и не болейте».

Пушистик засмеялся. Он представил, как бабушка упаковывает блины и волнуется, хватит ли им еды. Она всегда такая.

Они зашли в дом. На столе действительно стояла огромная корзина. Рядом — баночка сметаны. Та самая, с фермы.

— Твоя любимая, — сказала Злата. — Я попросила Марика съездить.

— Ты... ты специально?

— Конечно. Я же твоя жена. Я должна знать, что ты любишь.

Пушистик почувствовал, как к глазам подступают слёзы. Он быстро моргнул, чтобы не разреветься.

— Спасибо, — сказал он.

— Не благодари. Люби.

И они сели завтракать. Вдвоём. Под утреннее солнце. И это было счастье.

Через час приехал Дамир.

— Ну что, молодожёны? — спросил он, заходя в дом. — Как вам первый день?

— Отлично, — ответил Пушистик. — А ты чего так рано?

— Галина Петровна отправила. Сказала, чтобы вы приехали к нам на обед. Она пирог испекла.

— Какой?

— С рыбой. И сметанный крем.

Пушистик посмотрел на Злату.

— Ну что, поедем?

— Конечно. Твоя бабушка теперь и моя.

Они собрались и поехали. Марик устроился на заднем сиденье и делал вид, что спит. На самом деле он слушал, как Пушистик и Злата перешёптываются, и улыбался.

Дома их ждал пирог, чай и Галина Петровна в новом платье.

— Проходите, проходите, — сказала она. — Садитесь. Рассказывайте, как вам живётся.

— Хорошо, бабуль, — ответил Пушистик.

— А ты, Злата, привыкаешь?

— Привыкаю, — улыбнулась белая кошка. — С ним легко.

— Это потому что он у меня хороший, — сказала Галина Петровна. — Я его из такого котёнка вырастила...

— Бабуль, — смутился Пушистик.

— Молчи, молчи. Это правда.

Все засмеялись. Дамир разливал чай, Марик уже пристроился к пирогу, а Пушистик смотрел на свою семью и чувствовал, что жизнь удалась.

Вечером они вернулись в особняк. Злата уснула сразу, а Пушистик долго сидел на крыльце и смотрел на звёзды.

— Не спится? — снова спросил Марик.

— Нет. Думаю.

— О чём?

— О том, что счастье — это когда ты не один.

Марик сел рядом.

— Это точно.

— Спасибо тебе, Марик. За всё. За совет, за помощь, за то, что не бросил.

— Ты мой друг, Пушистик. А друзей не бросают.

Они сидели и молчали. Звёзды светили. Собаки лаяли где-то вдалеке. А жизнь продолжалась — тёплая, светлая, полная любви.

Конец 9 главы

Глава 10

Прошёл год.

Пушистик и Злата жили в своём доме — не в особняке клана, не у Галины Петровны, а в своём. Маленький домик на окраине города, с садом, крыльцом и большой миской для сметаны.

— Ты чего задумался? — спросила Злата, подходя к Пушистику. Он сидел на крыльце и смотрел на закат.

— Да так. Вспоминал, как всё начиналось.

— Страшно было?

— Очень. А сейчас нет.

Она села рядом и положила голову ему на плечо.

— Знаешь, я тоже боялась. Думала, что ты не пройдёшь испытания. Что отец будет против. Что всё пойдёт не так.

— Но прошло.

— Прошло. Потому что ты верил.

Пушистик улыбнулся. В этот момент из дома выбежали три маленьких котёнка — рыжий, белый и чёрно-белый. Они гонялись друг за другом и пищали на весь двор.

— Мама! Мама! — кричал рыжий. — Он меня укусил!

— Я не кусал! Я лизнул! — оправдывался чёрно-белый.

— А я видел, как вы бегали! — смеялся белый.

Злата вздохнула.

— Твоя бабушка говорила, что котята — это счастье. Но она забыла сказать, что они ещё и шумные.

— Зато весело, — ответил Пушистик. — Никогда не скучно.

Из дома вышел Марик. Он поседел немного за год, но всё такой же мудрый и спокойный.

— Твои родители едут, — сказал он. — Галина Петровна звонила.

— Опять с пирогом? — спросил Пушистик.

— С двумя. И сметану везут. Ту самую, с фермы.

— Люблю бабулю, — вздохнул Пушистик.

— Я тоже, — сказал Марик. — Хотя я не её внук.

— Ты наш друг. Это важнее.

Через час приехали Дамир и Галина Петровна. Бабушка привезла пироги, варенье и новости.

— А я вчера в К-БАНКе была, — сказала она, садясь за стол. — Всё работает. Кредиты выдаём, вклады принимаем. Байт говорит, что прибыль выросла.

— Байт не ошибается, — заметил Марик. — Он честный.

— А ты как, Дамир? — спросил Пушистик.

— Нормально. Приложение доработал. Теперь можно с телефона сметану заказывать.

— Серьёзно?

— Ага. К-БАНК доставляет. Своей курьерской службой. Коты, правда, не согласились работать курьерами, но мы людей наняли.

— Коты — это менеджмент, — сказала Галина Петровна. — Им нечего по улицам бегать.

Все засмеялись.

Вечером, когда гости уехали, Пушистик сидел на крыльце и смотрел на звёзды. Рядом пристроился Марик.

— Ну что, — сказал чёрно-белый кот. — Ты счастлив?

— Очень, — ответил Пушистик. — А ты?

— Я тоже. Потому что я нашёл дом. Настоящий. С друзьями, любовью и сметаной.

— Это главное?

— Это всё.

В доме заснули котята. Злата тихо мурлыкала песню. Где-то в городе работал К-БАНК, а на ферме бабушка Марфа доила коров.

И не было никакого хаоса. Только любовь, уют и лёгкое посапывание трёх маленьких комочков счастья.

Пушистик посмотрел на небо и прошептал:

— Спасибо. За всё.

И звёзды мигнули в ответ.

Конец 10 главы

Конец романа «Мяу навсегда»